Дмитрий

Империя Хоста 4. Башня

Глава 1

– Гарод, ты прости, ну сладилось у нас с Сандаем, – Мирей кивнула на смущенного откровенностью парня.

– Отбил, значит, у командира девушку, – зло сказал я кочевнику.

Эмоции переполняли. Вот нифига это несправедливо. Я тащил Мирей по всем занятиям в школе магии «Башня», я ей ранг поднял! Я заботился о её быте, защищал от всех опасностей, подкармливал и ублажал в постели, в конце концов! А она тут пришла и говорит – а не пошёл бы куда – подальше, я тут уже живу с твоим самым надежным другом в школе. Обтекай, Гарод.

– Друг! У тебя уже есть три жены, и все в положении, прости, что за твоей спиной, но Мирей я тебе не отдам, – скрипнул зубами кочевник Сандай, мой одногруппник в школе магии, ну и мой первый помощник на должности командира десятка.

Выдыхаю и гашу приступ ярости. Меня переполняют эмоции бывшего владельца этого тела, шестнадцатилетнего бывшего барона, а ныне графа Кныша. Я попал в него после удара заточкой в тюрьме, где я сидел, в общем-то, по делу. Я – в прошлом известный рукопашник, а потом подручный одного из преступных лидеров быстро освоился в этом мире. Да средневековье, зато есть магия, и я в ней достиг уже восьмого ранга, есть достаток и я могу обеспечить себе приемлемые условия быта. Правда, в школе магии «Башня» я живу без особого шика, зато я лидер самого лучшего десятка в школе. Борьба за лидерство нам давалась тяжело, и на исходе четвертой неделе мы идём с лидерами ноздря в ноздрю. И мои соратники Мирей и Сандай – мои два самых надежных помощника. Так что Гарод завязывай рефлексировать – дома тебя ждут три красивых девчонки – твои жены.

– Проехали, чего я себе бабу не найду? – притворно изумился я, хлопая по ладошке Сандая.

– Считай, уже нашёл, – с видимым облегчением сказала моя бывшая любовница Мирей.

– Ты про кого?

– Приска очень о тебе расспрашивала – это раз, и в группе принцев есть девочка из империи Аками, и представляешь, она не наследными принцами заинтересовалась, а тобой!

При слове империя Аками я поморщился, недавний конфликт в школе с принцем этой империи хоть и принёс мне неплохие дивиденды, но неприятно вспоминать, как тебя чуть не поджарили.

– И кто там такой влюбчивый? – для профилактики спросил я, в уме перебирая всех четверех девушек той учебной группы.

– Приску, то есть, ты не рассматриваешь? – прищурилась Мирей.

– Не знаю, одинаковые они у нас все трое – Приска, Сабина, Костранна, рассказывай про иностранку. Черненькая, наверное?

– Ульфина там из Аками, ты её видел, даже на полигоне её побил.

Я моментально понял про кого Мирей говорит. У нас со второй недели постоянные состязания между группами, в основном магию используем, но иногда приходить и руками работать. Так вот, эту крепкую девушку я дважды бил ногами, оба раза вырубая наглухо. Наверное, впечатлил. А, что, кандидатура приемлема – грудь, ровные ноги, разве что мышц многовато на теле и пресс такой, что не только Гароду завидовать можно, но и мне земному в своей лучшей форме!

– Ладно, знакомь! Но завтра уже. Сегодня – всем спать!

– Жрать охота, – буркнул забытый в беседе Сандай.

– Сам знаешь нечего кушать у нас, всё подъели, – пожурила своего милого Мирей.

Мне голодать не привыкать, в тюрьме разносолов не было. Нет, так-то вполне можно достать, но за мной следили особо. Снился мне родной замок, прелести моих жен и почему-то погреб в столице королевства, тот, что мне достался от спешно бежавшего мага. Прямо не сон, а мечта дембеля! «Пусть приснится дом родной, баба с пышною п…, море пива, водки таз, …». Сколько лет прошло – а помню. Утром встал по-солдатски быстро. Отжимания, пресс, душ и я иду вместе с группой на завтрак. Сегодня у нас особенный день – преподы обещали ад, а их словам можно верить. За время обучения они уже всех порядком взбесили, штрафуют за каждую мелочь. В группах уже пятеро отчисленных и сегодня их число увеличится. У нас одна потеря – толстушка Олли. Дамочка сама себе вырыла могилу, я так сразу и понял, что она злопамятна, но думал ещё и умна. Переоценил. Подстроила каверзу куратору нашей группы Тортену, магу четвертого ранга, зашив в сиденье его кресла иголки. И вроде все продумала, и даже след указала на одного из братьев виконтов, которых упомянутый Тортен оштрафовал не по-детски за косяки, однако ошиблась. Да, камер видео наблюдения тут, по понятным причинам, нет, зато есть магия. Тортен быстро вычислил злодейку, и Олли вышвырнули за покушение на жизнь преподавателя. Не жалко – тянула всю группу вниз, больше слабаков не осталось и мы, наконец, вышли на первое место в школе! Сегодня нам обещали дуэли – случайные, индивидуальные и групповые.

– Для первого боя вызываются Гарод, Дава, Флетчер, Сандай, – зачитал по памяти Болдин Крис, наш самый могучий волшебник в школе.

Неудачно вышло, первый бой – и с наследными принцами империи, а ведь только начали доверительные отношения налаживаться с ними. Меня просили им помочь взять ранг, а практически это нереально – мы с ними редко пересекались.

– Состав пар – Гарод и Дава против Сандай и Флетчера,– удивил меня Болдин.

А они умно поступили, разбили братьев друг против друга. Будем работать в тех условиях, что есть!

– Задание такое, – продолжал инструктаж маг, – расходитесь по точкам один и два, получаете амуницию – цель захватить точку соперника. Следующие пары идут на точки три и четыре.

Я слушал перечисление всех двенадцати поединков и размышлял. Полигон хоть и большой, но двенадцать поединков одновременно это много, хорошо бы знать – можно ли валить тех, кто мешает и чем можно пользоваться. Стоит ли спросить и получить за вопрос без команды минус один балл? Дождусь конца инструктажа.

– Пользоваться можно всем, кроме магии выше третьего ранга, ну и не калечить без лишней причины, я, конечно, многое могу в лечении, но не всё – закончил инструкцию Болдин.

– Есть вопрос! – крикнул я.

– Гарод, минус один балл за обращение без разрешения, – с удовольствием сказал маг. – Но вопрос разрешаю задать.

– Тех, кто мешает моей задаче, я могу убирать с дороги?

– Да. Но это понизит вашу оценку, – ответил маг.

– Не зря потерял балл – я бы гасил всех направо и налево, а сейчас лишь в крайних случаях, – самодовольно соврал я.

Плевал я на штрафы – это мелочь, цель ведь захватить точку соперников, а спросил я для того, чтобы остальные остереглись от нападений. Кто потупее.

– Гарод, командуй, – сказал Дава на нашей точке, одевая броню. – Заклинаниями не помогу, я пока ранг не взял новый.

– А брат твой? – уточняю у него.

– Флетчер тоже не смог, сложно это, – сознался принц.

– Зажечь светляк? Уверен, справитесь скоро, – подбодрил я и продолжил. С планом всё просто – подойдём, вырубим их, и победа.

– Если мы двинемся оба, то можем проиграть, мой брат Флетчер взял с собой в школу наколенники скорости, наш родовой артефакт – утраивает скорость бега минут на пять. У меня нет такого – ведь количество артефактов ограничено пятью.

– Это меняет дело. Тогда так, ты охраняешь точку от Флетчера, а я захватываю их. – Тебе продержаться пару минут всего надо, это по силам – вы с братом равные.

– А если их двое будет? – засомневался Дава.

– С чего это? Нет такой возможности у них. Я бегаю быстрее Сандая, а у того нет артефакта скорости. В результате, если и побегут оба к нам, то Сандай отстанет от Флетчера, а когда добежит и вступит в бой – мы уже победим, – пояснил я свою уверенность в победе.

Наша точка представляла собой нечто вроде гнезда, только не на дереве, а на куске скалы, кроме амуниции был флагшток с цифрой один, его-то и надо снять нам или соперникам.

Раздался сигнал о начале поединков, и я стартанул к точке два. И тут же огромный полигон погрузился в темноту! Быстро бежать стало просто невозможно, кругом куча препятствий. А нам не обещали, что будет легко.

Глава 2

Вешаю светляк и чуть не натыкаюсь на девушку, которая бежала в темноте. Для неё моё появление тоже стало неожиданным. Первым моим позывом было пинком убрать с дороги помеху, но я узнал в растерянно щурившейся девушке Ульфину! Аккуратно придерживаю её, чтобы не упала и бегу дальше, сопровождаемый взглядом девушки. Надо же, как тесен мир, вернее полигон, хотя он совсем не был тесен. До точки два ¬– метров четыреста по прямой. А вот по прямой не получиться, кругом рвы, лужи с водой, скалы, постройки, деревья и прочие помехи. Полигон ¬– самое большое помещение в подвале, высота метров пятнадцать и размеры – во всю территорию, занимаемую башней, включая двор. А это метров семьсот на пятьсот. Рвусь к цели, сметая всё. Но скорость тормозит темнота. Да я могу вешать светляк, но он висит на месте, и мне приходиться вешать его чуть ли не каждые пять секунд. Вылетаю из-за куска стены и сталкиваюсь с Сандаем! Вот удача – значит, Даве противостоит только его брат Флетчер. Брат на брата, так сказать. Бью своему товарищу в челюсть и ¬– нокаут! До их точки метров сто, наверное, и она, скорее всего, беззащитная, но надо торопиться. Бегу по своему маршруту как могу быстрее, там Флетчер уже мог добраться до Давы. Ещё пара стычек и пара вырубленных наглухо парней. Вот их точка ¬– небольшая узкая нора. Лезть туда? Пока буду как червяк извиваться, пытаясь забраться в их логово, я условно беззащитен, и Флетчер, если он в норе, может меня вырубить. Кидаю светляк, вроде ничего не мелькнуло в конце лаза. Чувствуя, как убегают секунды на карачках ползу вглубь норы и ¬– удача! Вижу пустую пещерку и флаг на стене. Вырываю его из крепления, и сразу же раздаётся сигнал – звук трубы.

Мощный голос прогремел на весь темный полигон.

– Победитель первой пары ¬– Дава и Гарод!

«Это я раньше всех остальных успел?» – удивляюсь я.

Сижу спокойно около точки и жду окончания состязания. Голос, объявляющий о победе, гремел ещё дважды, кое-где мелькали огни светляков и артефактов. Через час всё закончилось. А вот не понял, всего четыре поединка выявили победителей? Дали команду на сбор, и минут через десять сильно поредевший состав участников стал слушать результаты состязания. Ко мне подскочил с улыбкой до ушей довольный Дава и шепнул, что он взял второй ранг. Как выяснилось, часть поединков не закончилась из-за травм, часть из-за трусости, часть из-за равенства сил.

Объявили перерыв перед вторым туром. Лекари лечили пострадавших, а таковых была половина, сил никто не жалел, и кое-кто был травмирован серьёзно и, вообще, занятия для них закончились на сегодня.

– Как ранг взял? – заинтересовался я.

– Флетчер лучше меня подготовился к обучению в школе, у него все артефакты работали. Были наколенники скорости, кольцо огня, дающее свет, амулет от дальних атак, цепь обезболивания. Пятый артефакт я не знаю какой у него – скорее всего отведение взора, – начал рассказ Дава.

– А у тебя что из набора артефактов? – спросил я, вытянув ноги и набираясь сил.

– Да ничего такого полезного, взял больше бытовые, климатический взял, например, мало ли вдруг жарко или холодно будет в комнате, от насекомых отпугивающий – ненавижу их, гигиенический, чтобы не вонять и волосы не пачкались…

– Ты сам подобрал такой комплект? Ну, ты и лопух! А как выиграл-то?

– До меня он добрался быстро, свет-то у него был. Я набрал осколков и камней и ждал его. Вижу – огонёк во тьме идёт к нашей точке, кинул пару камушков, и огонёк погас. Ну, думаю – пришиб брата. А он схитрил – выключил кольцо и полез в наше гнездо.

– Ну? – тороплю Даву, видя, как ко мне идёт побитый Сандай до этого беседовавший с Флетчером. Морду ему подлечили, хотя заметил, что хреново ему.

– Сцепились мы в гнезде, я из нас двоих более ловкий, а он немного сильней. Чувствую, он вполсилы меня мутузит, и подумал, а вдруг он наш флаг ищет попутно? И так забоялся, что зажег светлячок! И точно, он почти вырвал флаг из крепления, кинулся на него и висел, пока голос не сказал, что мы победили.

– Молодец! Считай не зря в школу пошёл! – хлопаю принца по плечу и обращаюсь к Сандаю, – претензии есть?

– По нашему бою претензий нет, а вот вопрос …

– Чего? Какой бой? Дал тебе разок в челюсть, – изумился я.

– Ну да, да. Ты скажи, ты так сильно бил меня из-за Мирей?

– Из-за неё тоже, но в первую очередь мне надо было выключить тебя из борьбы, – соврал я, так как о Мирей я в этот момент вообще не думал.

Зачем соврал? Да пусть знает, у любого поступка цена есть, и я не спускаю просто так обид. Хотя и тут вру – не обижаюсь на него, а так он скажет своей милой, мол, пострадал за любовь, глядишь, Мирей его и пожалеет. Мои это мысли, взрослого мужика, а не пацана.

– Так! Ещё один раунд состязаний! На этот раз – индивидуальный! Вас целых и не нуждающихся в лечении сейчас осталось тридцать пять человек. Слушайте задание! Называется – один против шести. Пять лидеров из числа победивших пар будут отражать атаки шестерых соперников, важно продержаться как можно дольше! – разорялся Болдин.

«Не понял, он сказал, мол, пять из шести, а почему не шесть?» – подумал я.

– Спросите, почему не все шесть победителей? Шестой серьезно пострадал и выбыл из состязания, – тут же прояснил вопрос Болдин. – Итак, первый бой против Гарода из группы пять. Будут действовать следующие люди – Ульфина…

Далее маг назвал ещё пятерых человек, с которыми я знаком не был. Четыре парня и две девушки. Нормально, только я поддаваться не буду, и моя цель не просто продержаться дольше других, а вырубить всех!

Расходимся по точкам. Сигнал к атаке. Сижу на своей точке – небольшая выемка в земле, наполовину заполненная водой, жду. Минута, другая, нет никого! Я такой страшный? Голос уже дважды объявлял финиши боёв, я по-прежнему жду. Наконец появились нападающие, свет на этот раз не выключили и я заметил парочку шевелений за деревьями.

– Я уже думал, вы там струсили, – решил подстегнуть их подколом.

– Мы план составляли, – раздался возмущённый девичий голосок, не Ульфины, другой девушки.

– Это сейчас так называется? Жопой вертела, пока тебя твои соратники имели? – обостряю ещё раз.

– Пришибу! – грозно крикнул показавшийся на миг красавчик парень атлетического телосложения с красивым мужественным лицом, наверное, хахаль этой девчонки.

Паренька этого я немного знаю, третий ранг, из рабов бывших, когда стал магом, его освободили. А вот кто его сюда смог засунуть – вопрос. Да, в школе запрет на титулы и чины, но почти все ученики – представители аристократии, ведь удовольствие не из дешёвых. Буквально два человека были не из аристократов и богатых купеческих фамилий. Это – бывший раб, да Ульфина. Той вскладчину оплатило учёбу полковое братство её погибшего отца, сиротка она, как сказала мне Мирей. Впрочем, вполне возможно, кто-то решил вложиться в парня как слугу рода? Или какая-то богатая дама повелась на красоту бывшего раба и взяла его под опеку, если мягко сказать. А вот проверю.

– А бабуля, которая тебя имеет, в курсе, что ты тут себе подругу завёл? Ой, выгонит на помойку, – кричу ему.

– Что?– взревел парень и бросился на меня, и следом за атакой самоубийцы в меня полетели осколки скалы, сначала из одного места, потом ещё из четырех – все подключились к атаке. То, что доктор прописал! Но с осколками легко справлялся мой амулет от дальних атак, а подбежавшего бога войны там или любви, хрен знает, чей это аватар, я встретил двоечкой по корпусу. Почему по корпусу? Но, во-первых, сидел я в ямке, и бить в лицо было неудобно и, во-вторых, я видел, как это парень дрался раньше, уж очень он ловкий, хорошо от ударов уходил. А когда бьёшь в корпус, среагировать и уйти почти невозможно. Конечно, вырубить, ударив в грудину, не так просто, но у меня сильный удар, очень сильный. Нелепо взмахнув ногами, паренек, согнувшись в букву «с» отлетел к дереву и, ударившись головой, да неудачно, даже разбив её, потерял сознание.

Далее я получил максимальный урон в этом бою, урон был диким визгом, переходящим в ультрафиолет. Да знаю, что это цвет, но вот визг был таким… осязаемым. Девка эта не тому учиться, имхо. Она кинулась на меня, одновременно насилуя мне уши, а следом за ней кинулись остальные. Это план у них такой был? Девчонку бью первой, избавляя себя от адских мук. Ничего личного, не люблю женских истерик. Следом расправляюсь с оставшимися парнями, сознательно не трогая Ульфину, хотя и получаю от неё раз-два по ребрам. Секунды, и на ногах – только мы, я, уже предвкушая победу, планирую вырубить её нежно – одним ударом, а вот Ульфина, словно с цепи сорвалась и показала нехилую практику в рукопашке. Хотя это скорее не рукопашка, а израильская система боя для баб «крав-мага». Там под обстрелом все запретные места – глаз выткнуть, гортань перебить, суставы все – законная цель, по мужскому хозяйству поработать – в дурном смысле. Я впервые мгновения был ошарашен, ведь ни разу не еврейка показала уровень эксперта в этой боевой системе. Но потом сшиб её с ног круговым ударом ногой, нечто вроде «хвоста дракона». Удар наносится с разворота пяткой, можно бить в область сустава, а можно по всей икроножной мышце.

Сбив с ног, я пружиной распрямляюсь и встаю, и готов добить пытающуюся переворотом тела уйти от удара Ульфину, как раздаётся голос.

– Состязания закончены! Победитель – Гарод!

Удивленно озираюсь, не понимая как так. Ульфина не выбыла же из боя. Машинально протягиваю ей руку, чтобы помочь встать, и она, после небольшой заминки, принимает мою помощь.

– Спасибо, что не покалечил. Я знаю, ты мог, я понимала, ты мог это сделать каждую секунду нашего боя. Почему не стал? – обратилась ко мне девушка.

Я оглядел её – хороша! Крепко сбитая, не с фигурой гитары, зато круглая попка, дерзкая грудь, ровные ножки. А если добавить, что и голосок и личико тоже на уровне, можно даже помечтать!

– Понравилась ты мне, и как боец, и как девушка, – говорю правду смутившейся сопернице.

Ситуация с победой разъяснилась на общем сборе. Я не внимательно слушал условия, нужно было продержаться дольше всех, а не всех забить. И когда проиграл предпоследний, я автоматически победил.

«Удачно вышло, и девчонку не избил. Хм, чего я на неё запал?» – размышлял я про себя.

Итак, третий и последний раунд, осталось двадцать шесть бойцов, которых лекари допустили до боя. По рейтингу разбиваются тринадцать пар – первый со вторым и так далее, условия те же – магия не выше третьего ранга. Первая пара – Гарод и Псабон…

Я оглядел своего соперника – огромную тушку с медвежьей грацией и рожей. Это он выбыл предпоследним, и как его победили? Следов побоев нет, может обманули? Выманили с точки и сорвали флаг? Я и раньше в столовой видел эту тушку из второго десятка, а вот состязаться с ним не доводилось. Да и не общались, вообще не видел, чтобы он говорил. Под два метра парень, или даже мужик, бычья шея, ноги-тумбы и при этом ловкий и прыгучий. Мутант, не иначе.

Глава 3

Нас пригласили к деревянному помосту, стоящему на девяти деревянных столбах, окруженного песком, не иначе, для смягчения удара при падении. Заботятся о нас преподаватели, чтобы не ушиблись! А то, что под танк кинули, так это мелочи. Ладно, я и сам не подарок, но бить по корпусу такую тушку бесполезно, шея вне зоны доступа, остаются суставы и подбородок, но там нужен точный удар, а я сомневаюсь, что мне такая возможность так просто представиться. Псабон легко запрыгивает на почти метровый помост, демонстрируя ещё и прыгучесть. Я не понтуюсь, спокойно поднимаюсь по ступенькам. Вокруг много зрителей, не только из тех, кто был раньше, а ещё прибавилось несколько преподавателей, специально спустившихся посмотреть бой. Тортен внимательно смотрит на меня и вдруг пальцами руки трогает себя за левое плечо – сигнализирует что ли? Это он зря, ибо я не понял ничего. То ли берегись удара левой рукой, толи наоборот, не опасайся. Попробовать изловчиться и выбить у него руку из плеча? Внезапно у меня в голове всплывают слова преподавателя по этикету:

– Вызов на магическую дуэль принимается касанием пальцами правой руки своего левого плеча.

Но разрешена магия только до третьего ранга, там нет ничего убойного. Всё это обдумываю уже на помосте, слушая сигнал начала боя. До третьего включительно? Третий – это воздействие магией, ну стакан воды подогреть там, или светильник затушить магический. Вжик! Соперник уже рядом и бьёт неожиданно мне в корпус, открываясь сам. С трудом поворачиваю корпус правым плечом, пропуская двоечку вскользь. Мой накачанный пресс выдерживает импульс удара, а мой накачанный бицепс несёт мою руку сопернику в лицо! Бью левой, после разворота она ближе к Псабону. Получилось пятьдесят на пятьдесят – здоровяка не вырубил, но мой кулак оказал останавливающее действие. Зрители шумят, поддерживая мой удачный удар криком и свистом. Это они зря, как выяснилось, челюсть надо щупать ещё сильнее. Псабон вскидывает ногу и бьёт меня по бедру, моя нога тут же отсыхает от мощного пинка, я падаю на одно колено, и вижу, как ко мне в лицо несётся удар двух сцепленных рук. А вот и зря он руками, ошибочка, ногами бы ему меня запинывать, сидящему трудно увернуться, а так я смог это сделать, всё же моя реакция лучше. Нырком на коленях иду ему в ноги. Первое, что сказал мой тренер по борьбе ещё в школе, при отработке этого приёма – нельзя идти в ноги с согнутой спиной, только прямой! А я в этой позе и был. Правая нога на колене, левая вынесена за ноги Псабона, спина прямая. Обхватываю ноги, слегка приподнимаю его и бросаю на помост. Проход, бросок, и – он лежит на помосте! Восторженный рев моих персональных болельщиков опять воодушевляет меня, хотя я понимаю, в борьбе с такой тушкой в партере мне ловить нечего. Встаю, пытаюсь пробить ногой и рукой, а мой соперник – уже на ногах. В глазах читается удивление и легкое уважение. Не часто его роняют на землю. Глаз уловил Тортена, стоящего почти посередине помоста, и кивком, показывающим себе под ноги на один из столбов удерживающий помост. Подпил? Да не может быть. Сквозь помост воздействую на дерево столба и понимаю, речь идёт о браке – трещина природная, а не запил, но она поддаётся воздействию. С соперником мы кружим друг против друга, до того дошло что танк в нашем бою может и не он, так как выдыхается, а я – ещё огурчик. Парня кто-то неплохо учил, он понял, что время играет против него и ускорился, стараясь использовать свои козыри, такие как непробиваемость, силу, инерцию… Стоп! Инерция! Её могут использовать и оба бойца. Форсирую события, сближаюсь и попадаю в мощный захват, а это уже не важно – мои усилия по расщеплению столба дают результат, я это ощущаю магией. Говорю ему вполголоса:

– Бьёшь как баба!

И вижу, как он звереет. Напираю на соперника буром, он сопротивляется, меняю направление усилий на противоположное, вытягивая его на себя, и инерция тела не даёт Псабону быстро сменить направление движения, он тянется за мной, и я борцовским приёмом бросаю его на помост. Кому интересно, это была не «кочерга», а «мельница». Мощный удар раскалывает бревно, и соперник падает с помоста. Я же остаюсь на коленях и, выкручивая руку, освобождаюсь от его захвата. Чистая победа!

Крики, поздравления, несколько раздосадованных откликов. Помост ремонтируют, и вызывают следующую пару, а я попадаю в распоряжение куратора.

– Ты чего не бил ему по плечу, я тебе показывал, плечо он сегодня выбивал уже, маг вправил, конечно, но выбить ещё раз можно было, – попенял мне Тортен.

– Я думал, вы намекали на магическое воздействие, пальцы на плечо это принятие вызова на магическую дуэль, – сознался я. – А потом, когда вы стояли около столба с трещиной и показывали под ноги глазами, что это было?

– Вообще я намекал на проход в ноги! Чтобы ты следил! Зацепил бы тебя в захват и всё, отбегался.

– Он и зацепил, вернее я сам подался к нему, я к тому времени уже природную трещину в бревне под помостом расширил.

– Ну, насмешил. Откуда мне знать про трещины? Помост привезли разобранный со склада, там таких десяток! – засмеялся Тортен. – А вообще молодец, я на тебя поставил двадцатку и выиграл столько же, на тебя чуть меньше ставили перед боем, чем на твоего соперника.

Потом были ещё бои. Ульфина, кстати, свой выиграла, в хорошем стиле, наваляв красавчику из первого отряда, может он её достал чем-то, живут же рядом в одном отряде.

На обеде все обсуждали прошедшие соревнования. Я оглядел оставшихся в строю бойцов. Целых лицом и телом было немного – лекари старались, а всё равно красоту не стали наводить, не успели, а может, не захотели. Я доволен, укрепил себя на первом месте, наш десяток тоже поощрён, сегодня я решил, заберу бонус походом в лавку – кормят тут хорошо, но без изысков, а захотелось сладкого, выпить и бабу. Причём одновременно.

После обеда были спокойные занятия по истории. Я оглядел наш поредевший десяток, нас осталось семеро. Мирей на месте, а выбыли все три наши девочки. Лечат их сейчас и секс, думаю, маловероятен с ними. Сходить вечером к Ульфине? Нас вечерами уже отпускают по этажам, и часика три после ужина есть у меня. Вот только ребята обидеться могут, если их с ужином кину. Ничего, поделюсь с ними и едой и выпивкой.

– Гарод, ты уснул? Жду ответ! – вырвал меня из грез голос преподавателя, оказывается ждущего от меня ответа! – Минус пять баллов захотел?

– Думаю над ответом, – с серьёзной моськой говорю преподавателю, и с целью потянуть время говорю. – Вопрос сложный.

Сам оглядываю своих одногрупников – не подскажет ли кто.

– Молодец! Не ожидал! Плюс один балл садись! – изумляет меня до невероятности препод. – А вот вопрос-то действительно сложный, и ответа на него нет ни у кого. Споры ведутся и сейчас.

«А чё она спросил а?» – гадая я про себя.

– Нет до сих пор ответа на то, благо или вред магия. Как показывает практика существования теократии, можно спокойно жить и без магии. А сколько народу погибло от магии, и не сосчитать! Да, жизнь сильно упрощается с помощью магии, и комфорт стал выше, а вот сейчас уже есть замена многим магическим вещам – магический светильник можно заменить обычным на земляном масле, а сложный механизм лифта не содержит ни одного заклинания, только железки и тросы. Да, Гарод? – опять обратилась ко мне Онатель.

– Да, подтверждаю, видел я это лифт изнутри, к сожалению, – буркнул я, вспоминая нападение Вильны.

– Ой, Гарод, прости, что напомнила, – повинилась Онатель. – Зайди ко мне перед отбоем, покажу тебе кое-что.

«Вот ещё время терять придётся! – чертыхнулся про себя я, оглядывая сочную задницу Онатель. – Вряд ли она покажет мне, то, что хотелось бы».

Последними двумя парами была артефакторика, её вел дедок неопределенного возраста по имени Герд Шашин, маг восемнадцатого ранга. Пара была сдвоенная со вторым десятком, и со мной вместо Сандая сидел Судри. Мы с ним перекинулись парой слов до занятия, он поздравил меня с победой и поздравил с тем, что мой напарник взял ранг, это он про Даву. По-прежнему в школе это было событие. Всего до этого дня лишь пятеро взяли ранг, а на этом турнире сразу трое!

– Из чего можно сделать артефакт? Гарод, ответь, – сразу начал с вопроса Герд, который до этого спрашивал меня ровно два раза.

Чего им дали задания меня на каждом занятии опрашивать?

– Почти из любого предмета, кроме некоторых обработанных магией высшего порядка и некоторых природных. Дерево заряд держит плохо, хорошо держат заряд кристаллы, у них же наиболее высокая емкость. Подходят серебро и золото. Неплохо себя показывают в артефактах кости.

– Хм, приведи пример природных материалов, которые почти не пригодны в изготовлении магии, – продолжал пытать меня дед.

– Шкура горной рыси, у меня есть такая, магию просто отражает, – подумав, ответил я.

– Отличная покупка, да всё верно, плюс один балл. А где покупал? – уточнил Герд.

– Убил я эту красавицу, делать было нечего – либо я её, либо она меня, – отвели я.

– Убил? Ну, ты мастер! Они превосходят в реакции человека, и магией не убиваются, – похвалил дед.

Как только дед забубнил свою лекцию дальше, ко мне склонился Судри и зашептал:

– Ну, ты крутой, я видел накидку, думал, купил, ещё удивился, они обычно не цельные, а из кусков, а тут во весь рост она!

– Тихо будь, не хватало ещё минус на ровном месте получить.

– Артефакты изготавливают с помощью магии, причем высокого ранга. Минимальный ранг для использования трансформации вещей – шестнадцатый. Зато подготовку к изготовлению артефактов можно и не магу делать, хоть крестьянину. Нужна старательность и точность, работа кропотливая. Кто знает, кто лучше с такой работой справляется?

– Думаю, женщины, они более способны к этому, – с места отвечаю я.

– Опять молодец, ещё один балл плюсом!– хвалит дед. – Большинство мастерских по изготовлению артефактов имеют женский состав, так, что, дорастете до моего ранга, будете в цветнике жить. Хотя, конечно, в моем возрасте… Ладно, о чем я …

Дед читал лекцию, а я вдруг понял, кому можно впарить эликсир из подвала. Герд Шашин хотел сказать, что он бы и рад с кем плотнее подружиться, а годы не те. И чего я забыл про свой эликсир. Ну как забыл, я Тортену сказал, а тот не среагировал никак. Может он не понял, что я взял с собой?

После лекции я подошел к преподавателю, сознательно опаздывая на ужин.

– Герд, – дозвольте обратиться с предложением, – сказал я, когда все вышли.

– А ты уверен, что тебе есть, что мне предложить? И минус один балл, если предложение не нужно мне. А то взяли моду без разрешения обращаться к преподавателю.

Он не обнаглел? Ну, сам напросился! Цена увеличилась в два раза, только что. Рассказываю про свой напиток, мол, нашел у себя в замке, а замку куча лет, делал проверку, зелье то, что надо для магов, поднимет и у мертвого. Дед моментально сделал стойку.

– Много у тебя этой водички? – якобы без интереса спросил он. – И это, можешь ко мне обращаться без разрешения, считай, разрешил.

Может и Гарода он обманул бы, а меня хрен на рыло! Я вижу, он на крючке!

– Тринадцать порций в литре вышло, одна порция – один выстрел, вспоминаю слова Бурхеса и цена два золотых за бутылочку.

– Дешево что-то на один выстрел, – принимает дед мою терминологию. – От пяти золотых цена должна быть, и она каждый год растет, – ошарашивает меня дедок.

Ну, Бурхес! Ну, сучий конь! Не дай бог скажет, что продал по золотому, хотя, вроде, я добро на продажу не давал, разрешил для своих целей брать, не вытаскает же он за год четыре тысячи порций?

– Возьмите бесплатно на пробу порцию, если работает, то я согласен на пять золотых, – говорю Герду.

– Идём, что мы ждём! – торопится маг.

– Ужин сейчас же, – напоминаю я.

– Ты же сегодня в магазин можешь зайти, что тебе ужин. Да и капуста там с рыбой, и кисель, – не ахти что, крестьянская еда.

Поднимаемся наверх. Я открываю свой сундук и достаю одну деревянную бутылочку. Дед слегка дрожащими руками открывает и капает на перстенёк, который тут же замигал как сумасшедший.

– Это оно! И тут чуть больше порции для меня, у меня перстень откалиброван, – торжествующе говорит он.

– Может Ваш перстень неверно выдал информацию, мне мой маг сказал про порцию, а он в этих вещах разбирается, хоть и нет ему ещё и двухсот лет, – сомневаясь, говорю я.

– А ты с юмором! Молодец! У каждого своя порция, это индивидуально, и я, скорее всего, моложе твоего мага, завтра мне сто двадцать пять лет, как же вовремя мне зелье подвернулось! – одобрительно говорит маг и лезет за золотом, отсчитывая, шестьдесят пять золотых.

– Да возьмите одну бутылочку в подарок, с днем рождения, так сказать, – от души предлагаю я, ведь он мне глаза открыл пошире на это зелье.

– А, что за вино у тебя? Спрашивает вдруг Герд, заметив бутылки на дне сундука, я ведь их так и не распил ни с кем.

– «Твиканское розовое», год не скажу, – с трудом вспоминаю я.

– Да ладно! Продашь? – живо интересуется дед и, заметив мою заминку, говорит. – По десятке за литр легко продашь, я дам двадцать, трудно его стало найти. Твикании уж как сто лет нет в нашей империи, поэтому и лет ему не меньше ста.

– Продам, но одну бутылку подарю, и не отказывайтесь, – соглашаюсь я, ведь в вине я не специалист.

– Дед отсчитывает сорок золотых и удаляется с моими напитками на прощание, пообещав для меня артефакт личного изготовления.

Выхожу в коридор, который начал заполняться моими одногруппниками, вернувшимися с ужина.

– Сандай, давай со мной в магазин, у меня разрешение на покупку продуктов, – командую я.

Народ радостно зашумел, наверное, особо никому капуста с рыбой не зашла. В магазине набрали от души, килограмм по двадцать каждый тащил. Я специально для предстоящего визита взял для Онатель сладости и легкое вино, но две бутылки.

Глава 4

Иду к Онатель вместе с подарками по лестнице. После стука в дверь вижу, что ошибался в том, что мне вряд ли покажут, чего я хотел бы. Мне показали больше, чем я надеялся и сразу. На шикарной Онатель была лишь юбочка с разрезом, её тяжелые груди покачивались вместе с хозяйкой. Онатель уже была пьяненькая.

– Заходи, – тянет меня за руку хозяйка. – О, вино и сладости! Как мило!

Онатель тянется ко мне губами и целует меня взасос. А не угадал, не пьяненькая она, а уже бухая. Хватаю её за задницу, и овладеваю прямо на весу. Она кричит, извивается, царапается и кусает. Через полчаса, закончив терзать эту шикарную женщину, отдыхаю на кровати после душа. Ко мне выходит Онатель, уже немного протрезвевшая.

– Так, что я там тебе показать хотела, – роется в коробке на полу она.

«Что я там у неё ещё не видел?» – мысленно изумляюсь, смотря на её голый зад, и чувствуя, что зря она наклонилась.

Накаркал я, пришлось показ чего-то там отложить ещё минут на пятнадцать.

– А у тебя больше чем у твоего отца, – сказала вдруг отдыхавшая у меня на плече Онатель.

– А что и мама в курсе была? – привстаю я на локте.

– Думаешь, почему меня из вашего замка выгнали? – усмехнулась женщина. – Так, держи, это твоё.

Смотрю на небольшой ключик от замка в её руках.

– Что это? Для чего ключи, если есть запирающая магия.

– Не все же маги, простые люди используют обычные замки, – поясняет женщина и задаёт вопрос. – А что ты знал о семье своей мамы?

– Немного, но вроде деда с бабкой давно нет, – осторожно отвечаю я.

– Угу, а прабабка жива, магесса десятого ранга, с головой у неё проблемы, на омоложение она не вкладывалась и сколько протянет никому не известно.

– А ключ зачем? – слушая с интересом, разглядываю простой с виду ключик, и вижу некое заклинание на нём.

– Не все же маги, – усмехается любовница.

– Ключ от чего? Что там? И где? – четко задаю вопросы я.

– Имперский банк, там ячейка стоит сто золотых за год, не меньше тысячи стоит проверить. Рискнёшь?

– Чего нет? – удивляюсь я.

– Десять лет, минимум, и десять лет назад бабка эта уже была головой не в себе, – пояснила Онатель.

– Может там веночек любимых цветов лежать? А если спросить? Может вспомнит? – сомневаюсь я.

– Она уехала из империи, по слухам, в теократию, – говорит преподаватель, лаская пальчиками предателя, который готов забыть этой немолодой тётке попытку увести папу из семьи.

– Пора идти, – убираю руку с паха и одеваюсь. – Мне сейчас баллы терять нельзя, кстати, подкинешь баллы на занятиях?

– Почему нельзя? Ты так голодаешь? – удивляется Онатель.

– В банк поеду, мне для этого первое место нужно, знал бы, сегодня ещё увольнение взял, так подкинешь? – поясняю я.

– Нет, – удивляет она. – Каждый балл проверяется вечером, подметят лишнее ещё, да ты и сам неплохо справляешься.

Иду домой и ложусь спать после душа, долго не засыпаю, думаю. Бабка откуда-то выскочила, отцовы все погибли родные, а вот у мамы, оказывается, кое-кто остался, пусть и выживший из ума.

Утром я готов к труду и обороне, началась новая учебная неделя, я полон решимости остаться первым.

Как бы ни так, первый же урок загнал меня в минус, «Этика семейной жизни», зачем она магам? Второй урок загнал ещё ниже, «География», а, поди, всё заучи. Потом был минус по дисциплине, я даже из десятки лучших вылетел. Следующий день меня немного приподнял, но к концу недели я был восьмым с солидным отрывом от первого места в двадцать баллов. На выходных меня посетил мой придворный маг Бурхес. Такие посещения допускались, но проходили под присмотром сотрудников школы.

– Что там у тебя срочного, – спрашиваю у довольного как слон старика.

– Удалось пристроить нашу партию возбуждающего! – «радует» меня он.

– А я давал согласие? – вспоминая непонятки с ценой, нарочито спокойно спросил я, но старик что-то почуял.

– Почему таким трагическим тоном! Я за согласием и пришёл, вот договор, – опасливо начал вытаскивать свитки с текстом он.

Угу, грабят меня, цена два золотых за порцию, а местный спец говорил про пять, да и купил по пять.

– Разрешаю тебе для личных нужд взять два десятка порций, остальное не продаём, – вворачиваю свиток с договором удивленному Бурхесу.

– А причина? – огорчённо спросил делец.

– Я продал тут по пять и взяли, не торгуясь, да и цена растёт, – довольно поясняю я.

– Да, повезло найти дурака, и это на мелкую партию, пойди, найди желающих, а крупный опт всегда со скидкой, – горячится старик.

– Проехали, что ещё?

– Ещё полторы тысячи золотых за продажу нашего антикварного хлама, от половины, считай, избавились. Можно и дороже, но риски, ты знаешь.

– Вот за это хвалю! Золото привези на следующей неделе, если я сам в увольнение не попаду, – радуюсь возможности посмотреть, чего там бабуля припрятала.

Бурхес рассказал мне о делах в замке, в общих чертах там сейчас новый граф, по имени Пьон. Всех построила, всё даёт доход.

- Да, ещё папа её - граф Доранд Де Ро просит ничего не обещать по королевскому трону, - сообщает Бурхес. – Он чего-то там узнает, того и глядишь, стану королевским магом.

– Всё, иди! Стой! – Орешки выкладывай из кармана, себе ещё купишь, – напутствовал я ограбленного на еду мага.

Новую неделю я начал как бог, сразу влез в тройку разбив рожу инструктору и тренеру школы. Он, утирая кровь с лица, сказал, что таких бойцов как я один на миллион, и добавил мне свой максимум – пять баллов! Тренировка была общей, и я видел, как на меня глядела Ульфина. А девочка созрела! Вечером её решил навестить, но неожиданно после отбоя меня навестил Флетчер.

– Собрался куда? – спросил он усталым голосом.

– Говори, успею туда ещё и не раз, – заинтересовался я.

– Про Ульфину поговорить хотел, ты с ней дрался.

– Говори, помню, красивая девочка, вроде я ей нравлюсь даже, – киваю я головой.

– Нравишься, ты и та горилла из второго десятка, которую ты в финале победил, Псабон, он к ней зачастил, и звуковой полог постоянно ставят, – выдал интересную новость принц.

– Пока не вижу проблемы, – осторожно говорю я. – Девок много тут, да и женат же я, причём трижды. Так, развлечься можно было. В общем, этот Псабон меня не волнует, – подытожил я.

– Меня волнует, мне Ульфина нравится, – покраснел Флетчер. – А она сильных любит, даже вот на брата моего Даву и то смотрит с интересом. Как же – он ранг взял, а меня не замечает.

– Возьми и ты уровень, а Псабону этому, я на следующей тренировке что-нибудь, сломаю, – оптимистично пообещал я. – Ну и сам других поищу, у нас в десятке такие девочки есть!

– Это было бы неплохо! Осталось только придумать, как ранг взять. По-моему я полный бездарь, всё делаю, как учили, а учили меня на совесть, и не выходит, – с надеждой смотрел на меня Флетчер.

Чешу репу, мыслей ноль, я ни разу не мыслитель. Но идеи каким-то образом посещают мой не самый умный мозг.

– Время идти в гости! – радостно говорю я Флетчеру.

– В гости? К кому? К Ульфине? Так она пока на кухне, готовит ужин, и там куча народу, и Псабон этот тоже.

– Есть варианты интереснее, – многозначительно говорю я и закрываю дверь своей комнаты.

Мы поднимаемся на этаж к принцу, нужный нам этаж ещё выше, но туда не так просто попасть. Захожу в кухню, смотрю, – бугай Псабон, что-то втирает двум девушкам готовящим еду, одна из которых – Ульфина. Подхожу к ней и приобнимаю её за талию.

– Зря ты это животное кормишь, – киваю на наливающегося кровью парня.

– Оставайся, тут всем хватит, – улыбается она, действительно не замечая Флетчера.

– Попозже зайдём, – говорю я, и мы уходим.

– Мы куда идём? К преподавателям? – догадывается принц.

– Да нам нужен один старичок, артефактор.

Я через раба пригласил старика к нам на этаж, к нему-то нас не пустят просто так.

– О, Гарод! Моё почтение и вам Флетчер, – обрадовался старик. – Всё прошло просто идеально, готов купить у вас по той же цене ещё двадцать порций!

– Я передам своему магу, когда он зайдёт, выйти я пока не могу в увольнение.

– Мда, это правила школы, можете написать записку? Я-то могу выйти.

– Герд, я к вам сейчас не для этого, хотите купить зелье, я вам его продам, и цену поднимать не стану, сейчас у меня вопрос по вот этому молодому человеку, – я указал на принца.

– Как поднять ранг? – легко угадал причину нашего визита маг. – Нет единой методики, но обычно ранг растёт в момент опасности, для вас, Флетчер, этот путь закрыт, к сожалению, поэтому вы в этой школе, здесь знают другие пути. Так о чём я, ах да. Вы пишите мне записку и становитесь богаче на сотню золотом! Как вам, Гарод? А? Как?

– Херово, – глядя в глаза, говорю я. – Мне нужны артефакты или зелья, которые вводят человека в режим паники, но не опасны.

Герд Шашин как стоял на полу, так и сел на корточки.

– Гарод, это ведь может сработать! Ясно, что для взрослого, осознавшего себя мага, такой метод не подойдёт, а вот для взятия начальных уровней вполне! У меня есть личный артефакт, который обостряет все чувства человека, я назвал его «еж в задницу».

– Гм, а нет других артефактов, может не таких мощных? – спросил я, и Флетчер был полностью со мной согласен.

– Что вы! Название фигуральное! Почти! Принц не пострадает, но используя «зелье страха» и мой шлем ежик, мы можем добиться успеха. Гарод! Ваша изобретательность поражает.

Выдумка не моя, когда меня учили на телохранителя, то был и такой метод, человеку дают одурманивающее вещества, заводят в помещение с мишенями. Необходимо поразить в состоянии неадеквата врагов в виде мишени. Зачем это делали? А случаи разные бывают, тебе могут оторвать ногу, а ты ползи и закрывай грудью охраняемый объект. Я, конечно, утрирую, но бодигард должен защитить босса в любой ситуации, даже корчась от боли. Вот нам при обучении и создавали такие ситуации.

– Сейчас я за артефактом и зельем и мы идём на полигон, – голосом моего сержанта в учебке сказал Герд.

– А нас туда пустят? Личное же время! – тихонько спросил Флетчер, и облегченно сказал. – Наверное, не пустят.

– С Гердом Шашиным? На раз зайдём! Его в школе все уважают.

– Гарод, а других идей у тебя нет? – спросил принц.

Но тут вернулся старик, он управился буквально за минуту, на поясе у него висела пара склянок с зельем, а в руках он действительно держал какую-то самоделку.

– В путь! Сейчас будем ставить эксперимент! – хлопнул по плечу он криво улыбающегося принца.

Глава 5

Мы идём на полигон, но не сразу, для начала Герд Шашин говорит с кем-то по амулету связи. Через десять минут нас на полигоне встречает его коллега, такой же седой хрыч, неопределенного возраста, откликающийся на кличку Одноглазый, что странно, ибо с глазами у него всё в норме на первый взгляд.

А вот на второй – уже видны различия. Вместо глаза у него артефакт! Я, в общем-то, не нужен мэтрам, но меня не гонят. Флетчер послушно выпивает предложенное зелье. На его голову водружают шлем с длинной шишкой наверху, которая и есть артефакт, затем одноглазый подгоняет длину навершия с помощью своего ненастоящего глаза.

– По росту надо подогнать, а то слишком больно будет, – поясняет он нам с Флетчером.

– Что значит слишком? – забеспокоился принц.

– Ничего, вы молодой, перетерпите, – отмахивается Одноглазый, а мне вдруг становится подозрительным всё происходящее.

Как бы измену или бунт не впаяли! Да, принц отказался от титула на время обучения, а вот его папа от своего нет. И за сына принц Одрил реально на куски порежет.

– Гарод, иди сюда, присядь с нами, – зовет меня Шашин.

Я сажусь на скамейку, которой минуту назад ещё не замечал. Принц стоит в шлеме посредине открытого пространства, в руках у него короткая дубинка.

– Флетчер, тебе лишь нужно зажечь свет, чтобы всё прекратить, – говорит Одноглазый.

Внезапно в помещении полигона гаснет свет. И тут же раздаётся недоумённый вскрик Флетчера.

– Ему сейчас кажется, что шлем с головы исчез и тыкает его остриём в разные места, – хихикает Шашин. – А зелье помогает нагнать страху и усилить болевые ощущения.

Крики Флетчера раздаются всё чаще и громче, он сначала ругается, потом начинает бормотать всякую ересь.

– Так ему сейчас реально больно? – спрашиваю я.

– Ну, конечно, ему это кажется, никаких следов на теле, всё в его голове, он всё сам домысливает.

– А зачем такой артефакт нужен был? – удивляюсь я, даже не пытаясь в голове приспособить столь диковинную вещь по хозяйству.

– Пытки, иногда человека надо пытать, а калечить нельзя – тихо поясняет Шашин, и мне становится херово.

Я пытаю наследника империи! От я встрял! От я могу!

Принц от криков боли переходит к крикам ярости и орёт уже узнаваемое – убью, разобью, раздеру и прочие угрозы. Впрочем, угрозы совмещаются с криками от боли.

«Нет, надо прекращать это!» – подумал я и хотел уже осветить полигон, но не успел. Флетчер зажёг сам светляк! Есть самое простое, но понятное заклинание второго ранга! Светляк горел, а Флетчер с дубинкой отмахивался от призраков. Хотя, после светляка он остановился и стал недоумённо озираться.

– Выпей мензурку, – суёт ему своё зелье Герд Шашин.

Флетчер послушно выпивает и его отпускает паника.

– Ох, как больно, зачем я, дурак, согласился? – причитает он, приходя в себя.

– Поздравляем вас ученик со вторым рангом магии! – громко говорит Шашин.

– Ну, красава! – хвалю и я, ещё ничего не понимающего принца.

– Я взял второй ранг? Я взял второй ранг! – орёт он и прыгает на месте.

Слава те господи, он уже не злой от испытанной боли, а радостный от взятого ранга.

И снимает шлём со словами:

– Он, оказывается, на голове был, а я думал, он летал вокруг меня.

Идём к нему на этаж. До отбоя минут сорок, может там чего пожрать нам оставили? Оставили, аж два раза! Пришлось идти к себе, там я смог слегка перекусить, меня всё-таки уважают больше чем принцев.

Опять потянулись дни учёбы, но я рвал задницу, стараясь выйти в лидеры, уж очень мне хотелось узнать, что там, в ячейке имперского банка храниться. Перед последним на неделе дне учёбы даже хотел подойти к лидеру и попросить уступить, может даже и за отдельную плату. Потом, всё обдумав, отказался от этой мысли, мало ли какие тут заморочки и штрафы. А ну как выгонят? А польза мне большая от обучения. Причем я чуть ли не единственный кто ставит общеимперские знания выше тренировок по магии. Но мне удалось победить и без посторонней помощи не за счёт своей доблести, а за счёт снятия баллов с лидера. Надумал по ночам по девушкам бегать, а это запрещено. «Всё зло от баб», – авторитетно говорю я. Несмотря на намеки своих одногруппников, я продукты в качестве приза даже не рассматривал, и с утра в субботу вышел пешком из здания школы. Меня уже ждал Бурхес с запасным конём. Борил остался в усадьбе, они вдвоём не оставляют домик надолго. Мага я вызвал с помощью своего друга-артефактора – Герда Шашина. Тот даже не стал амулет связи использовать, просто отправил какого-то сорванца из местных за пару медяков сбегать с письмом и вернуться с ответом. Ответ не нужен был, но я хотел быть уверен, что посыльный не прикарманил медяки и не выкинул письмо с приказом приехать.

Едем на моём дилижансе, Бурхес любит комфорт, да и я не против, ехать часа два, не меньше, до банка. Большая столица всё-таки. В банке всё прошло буднично и совсем не так, как я ожидал – очередь из пяти аристократов в мой раздел хранилища и через двадцать минут открываю ячейку. Стоимость хранения, то есть просто посмотреть, обошлась в тысячу сто золотых, а ну как ничего там толкового нет? Кстати, магия моя сканирующая не берёт местное хранилище, не иначе, артефактная защита. А была мысль посмотреть, что в других ячейках лежит. Открываю дверь ячейки ключиком, а там две шкатулки, одна – из дерева, другая – из золота.

– Уже золотых десять отобью на металле, – размышляю я.

Золотую шкатулку открываю первой и сразу захлопываю. Не может быть! В коробке лежит знак доблести, ступень двенадцать, топаз! Камушки нежно голубого цвета. Открываю ещё раз, бережно достаю знак. На обороте имя – Саган Лея. Лея – это девичья фамилия моей мамы. Розалия Лея, потом она стала Розалия Кныш. Имя Саган мне даже не понятно, женское оно или мужское? Топаз – это подвиг по лечебной стезе, явно исцелили кого-то важного и вовремя. Могла бабушка-магесса десятого ранга исцелить? Да вряд ли. Оп-па, а в шкатулке листок ещё. Достаю красивый пергамент, явно защищённый магией, вчитываюсь в вязь букв и чуть не сажусь на попу. Некий Миронат на имя Саган Леи в империи Аками, дата не понятная, титул ихний тоже! Хотя возможно это не титул, если напрячь мозги и вспомнить занятия в школе, то это что-то вроде городского владения. Тут и название города есть, и местоположение. Если предположить, что это моих родственников, то получается, я немного иностранец? По маме. Хотя все эти разделения на империи, как по мне, дело искусственное. Язык один, за небольшим отличием, по виду друг от друга не отличить. Но вот, поди ж ты, разные империи! Хм… Деревянную шкатулку я открыл уже спокойнее, и был не удивлён стопкой бумаг, которые оказались записями по магическим экспериментам. Подчерк неплохой и сохранность бумаг хорошая. Недолго думаю и забираю всё с собой. Ведь как мне сказали через три недели надо вносить заново плату в сто золотых, а жаба давит.

– Ну что там? – интересуется Бурхес.

– Знак доблести, топаз двенадцатый, какие-то записки по магии, ну и Миронат какой-то в империи Аками на имя Саган Леи, – не скрываю я.

– Покажи! – требует Бурхес.

– На, – сую ему деревянную шкатулку.

– Да нет, а Миронат этот, – морщится старик.

– Смотри, – достаю я пергамент из тяжёлой шкатулки.

– Хм, а ведь он наследный, и если ты наследник, то можешь вступить в права! – говорит Бурхес, разглядывая все детали документа.

– Бабка сама чего не вступила? – задаю интересующий вопрос я.

– Бабка не могла, только опекуном у несовершеннолетнего могла, а так – только мужчины, – отмахивается Бурхес. – Да и выписан он не на неё, имя тот мужское.

– Расскажи подробнее про Миронат? – прошу я.

– Вас что там не учили совсем? И не Миронат а Минорат правильно по нашему, – ворчит старик, но рассказывает.

Минорат – это городское владение в империи Аками, ближайший аналог у нас – это имперский город, то есть управляется империей, но может иметь любого хозяина. Да, это аристократический титул к тому же, ведь город стоит на земле и земельный надел за городской чертой принадлежит аристократу. Где находится город Монтерей, Бурхес не знает, но это можно выяснить легко, посмотрев карты. И права такого рода строго отслеживаются империей Хоста, значит можно узнать и про то, кто сейчас владеет правами на город, вполне возможно, Саган этот жив ещё. Но запросы такого рода стоят денег, и ответ будет не сразу.

– Есть у меня обходной путь, через принцев попробую узнать, – напоминаю я. – Я же тут помог Флетчеру ранг взять, сейчас расскажу.

Глава 6

Бурхес качает головой и говорит:

– По краешку прошлись, а то и не прошлись ещё. Это же надо, наследника императора в панику загонять? Ну и маги у вас там.

– Всё под контролем было, – неуверенно говорю я.

– Это не важно, важно как папа отреагирует, – задумчиво говорит мой опытный маг.

После банка, разумеется, бордель и ресторан. Именно в таком порядке, не совсем я, значит, ещё оголодал. Вернулся тютелька в тютельку вечером, и поговорить с Флетчером не успел. Зато в обед подсел к нему и изложил свою просьбу.

– Я помогу, но в конце недели, раньше нас не навестят, папа возвращается из ваших краёв, ну вернее, ещё дальше ездил на морской пролив с Теократией.

– И что война будет? – заинтересовался я.

– Давно пора, лет как десять уже. Обнаглели они в морях, – подтвердил Флетчер.

Вечером я направился в библиотеку. Надо же посмотреть на карту империи Аками. С этим возникли некоторые трудности. На общей карте городка такого не было, видно мал он, а смотреть карты по провинциям – тот ещё гемор, их с полсотни в империи. Название провинции в бумагах было прописано, но или она название сменила, или вовсе вышла из состава империи. Три дня рассматривал, и наконец, нашёл. В южной части океана находятся несколько архипелагов, на одном из островков и стоит город Монтерей. На моей яхте туда не добраться, она только по внутренним морям ходит, а там – внешнее. И Теократия рядом, кстати.

– Уважаемый, можно у вас справку заказать? – обратился я к библиотекарю, невысокому старичку.

– Почему нет, Гарод, – доброжелательно улыбнулся мне он.

– Мы знакомы? – удивился я.

– В некотором роде, я вас знаю как полезного человека, – и старикан похотливо подмигнул.

Что это было? А было вот что. Герд Шашин разрекламировал моё зелье, а кое-кому и попробовать дал, вот этот старикан первый раз за сорок лет бабу захотел, по его словам. Естественно, среди старичья школы мои котировки поднялись на уровень директора Башни. Да выше! Короче, за три зелья он мне самую свежую информацию подрядился поискать.

– И в императорский архив сам загляну, – пообещал он мне.

Иду домой, скоро спать. Вот как. Оказывается, все мои заявки исполняются в библиотеке по щелчку! И в очередях не надо стоять.

В пятницу у нас опять бои магов, очередной турнир, но меня, как победителя прошлого турнира, от него отстранили, что, как по мне, не справедливо. Ладно, хоть баллы дали на халяву. Победил Псабон, последние дни он увивался около Ульфины, пытаясь сделать её своей любовницей. Но как говорили принцы, ничего у него не выходит, а ко мне она тепло относится.

– Гарод, ты не хочешь навестить меня? Или меня к себе пригласить? – неожиданно предложила Ульфина.

– Приглашаю, – моментально отозвался я.

Я и сам давно хотел с ней пообщаться, причем даже не как с женщиной, а как с жительницей империи Аками. Жаль, она не аристократка. Пригласив девушку, я поймал злой взгляд Псабона, он злобно смотрел в мою сторону, а вот на Ульфину смотрел иначе. Как на свою женщину, которую уже завоевал. Видимо, что-то у них было уже. Ну, было и было. Вечером я был готов со всех сторон, даже достал сладости и бутылку вина, запрятанные ещё с выходного дня. Получилось пронести сквозь охрану, да меня и не шмонали, так, осмотрели чуток.

– Бедно у тебя, впрочем, у меня так же, – оглядев мою комнату, сказала Ульфина. – Думала, граф будет жить в номере больше размерами.

Ульфина выглядела сексуально – в длинном облегающем платье с разрезом до пупка на груди, впрочем, разрез ничего пока не открывал, зато давал надежду на зрелище.

– Что есть, то есть, бедно. Да и нет тут сейчас графа, есть мальчишка Гарод, очарованный вашей красотой, – стал я подкатывать яйца к девушке, не сидеть же за разговорами?

– Подожди. Мальчишка он. Знаю, какой ты мальчишка, трое жён уже на сносях. Я о тебе много знаю, и здесь я из-за тебя, – огорошила меня Ульфина.

С империей Аками у меня есть две связи, первая – коневодство совместно с бывшим пленником, и второе – это недавние документы, полученные в ячейке бабули. Ясно, что такие расходы, не делаются просто так, а даже минимальные удобства в школе «Башня стоят солидных денег. В таком случае Ульфина шпионка?

– Ясно, из какого ты города, из минората Монтерей? – в лоб спросил я, ошарашив этим девушку.

Она заткнулась на некоторое время, переваривая информацию.

– Я не шпионка, если ты об этом подумал, – усмехнулась Ульфина. – Действительно, я учусь здесь на деньги однополчан моего покойного папы, он служил в городской страже Монтерей. Мы ищем любого потомка мужского пола Саган Леи.

– Ясно, значит, городские власти озаботились поиском владельца города? – откинулся на кровать я. – Ну, владельца вы нашли, он перед тобой.

– Ты знаешь? – веки Ульфины открылись до предела. – Но как? Мы сами узнали об этом два месяца назад, а искали последние двенадцать лет очень активно. Но уж очень быстро убежала твоя бабуля в Теократию, а там нам её не достать. Дедушка, как ты знаешь, умер почти сорок лет назад.

– Продолжай, – слушаю затаив дыхание я, ведь объём моей информированности она сильно переоценивала, подробностей про деда и бабку я не знал. Хотя про два месяца, скорее всего, врёт.

– А с чего ты решил, что ты хозяин города? У нас другие законы, – усмехнулась девушка.

Еще пару дней назад она меня бы провела, но с тех пор я узнал про Минорат всё, или почти всё возможное. Слава богу, или богам, секретов в этом плане никто не делал у соседей. Минорат – это форма правления земельным уделом с независимым поселением в этом уделе. Город независимый, но стоит на чужих землях, что подразумевает некую компенсацию. Титул подобный нашему баронскому, земля принадлежит в первую очередь по имущественному праву, а не по родовому, но передать правление можно только в своем роду, и по мужской линии. Сейчас единственный наследник – это я, но три беременных жены дают надежду на увеличение числа мужчин в роду. Не ясно было, имел ли город какие-нибудь обязанности, кроме налогов, передо мной, и какой статус у земельного участка вне городской черты, и самое главное – где деньги за сорок лет? Да и до этого куда-то дед тратил доходы!

– Дед умер, отец прав не имел, братья тоже погибли, сыновей пока нет, я наследник. Ты вообще, что на уроках делаешь? Рассказывали же про формы правления в других государствах.

– Там про минорат было сказано ровно два предложение, – пристально смотря на меня, прошептала Ульфина.

– Я почитал про Минорат дополнительно, и городок твой посмотрел, где находится, – также доверительным шёпотом сообщил я.

– И какие твои планы? Можно узнать? – немного напряжённо спросила девушка.

– Нельзя узнать. Зачем мне кому-то рассказывать? – удивился я.

– Стимул всегда найти можно, – опять прошептала девушка и откинулась на спинку стула, слегка обнажив в разрезе полушария своей груди. Тонкая ткань платья не скрывала ножки в серебристых туфельках на удобной подошве без каблука.

– Ульфина, давай так. Ты скажешь, что тебе надо, а я скажу, хватит ли тебе стимулов? – цинично усмехнулся я.

– Я мало что понимаю, давай я расскажу о себе, а ты, если будет желание, требуй что хочешь.

– Слушаю.

– Я родилась на окраине империи в городке, которым управляли твои предки. Как ты знаешь, городок у нас портовый на острове, и остров небольшой. Как и другие города в нашем архипелаге мы страдаем от набегов пиратов из Теократии, ну или просто пиратов. Так при набеге погибли мои родители, и воспитывалась я в городской школе. Обнаружив у себя способности к магии, получила два ранга. Пару месяцев назад меня вызвали в наше городское правление и дали задание – наладить связи с тобой, а так как ты поступил в эту школу, пришлось и мне идти сюда. Мест тут уже не было, но был барон из нашей империи, его место я и заняла. Как уж договорились с тем бароном – не моё дело, как ты понимаешь. О тебе знаю, что ты можешь быть владельцем нашего острова, и город арендует твои земли, и ты можешь и не знать о своих правах.

– Как видишь, я знаю, и права мои на минорат, подкрепленные и документально и в канцелярии империи, – вру я, так как насчёт канцелярии я не уверен. – Скажи, а какие доходы я могу получать с города, сколько населения, какие есть ресурсы ценные на острове?

– Откуда я могу про доходы знать, – точно соврала Ульфина.

Я способен по лицу прочитать такое откровенное враньё, взгляд у неё вильнул, на меня не смотрит, говорит быстро, ответила не думая.

– Про население – городок как городок, в самой крепости живёт тысяч пять человек, и на остальных землях на острове тысячи три ещё.

Ага, значит не городок, а крепость, и численность приличная, но слова Ульфины надо проверить. Ничего, библиотекарь мне поможет.

– Сколько у вас стражи, наверное, много, раз мучают нападения пиратов? – спрашиваю я.

– Сотня городской стражи, два десятка портовой, и сотни две судовых отрядов на наших кораблях ходят, при опасности они тоже принимают участие в обороне. Пока жив был твой дед, были маги мощные, дед все деньги тратил на исследования, и постоянно в городе было человек пять довольно сильных магов. Но дед умер, наследников не найти, да и не известно живы они или нет, маги все из башни Сагана Леи уехали, платить за исследования стало некому. Есть два мага в городе шестого и седьмого ранга, я вот ещё вернусь, надеюсь уже третьего ранга. За последние сорок лет на нас дважды нападали местные пираты и один раз Теократия десять лет назад.

– Тогда твои родители и погибли? – уточняю я.

– Да, это были трудные десять лет без них, – явно пытается давить на жалость Ульфина.

– Сам сирота, – напоминаю я. – А что с ресурсами?

– Рыба и лес, лес растёт быстро и стоит прилично, рыбы во владении Монтерея достаточно, и на прокорм и на продажу, – пожимает плечами девушка. – Есть мануфактуры разные, но это не ко мне вопрос.

– Как вы связь держите? С теми, перед кем ты отчитываешься? Через посольство? – резко спросил главное я.

– Посольство? Нет, оно не в курсе, есть торговые компании наши в столице, от них приезжает человек, был пока один раз всего, – отвечает устало Ульфина. – Я не шпионка, моя цель – просто познакомиться с тобой.

– Чего не знакомилась? – улыбаюсь я.

– У тебя в группе была девушка, ждала удобный момент, поэтому не лезла, – отвечает Ульфина.

– А громила этот зачем? Из удовольствия с ним спишь? – пытаюсь эмоционально расшевелить её.

– Псабон? Я не сплю! Ладно, было два раза, он сильный, может понадобиться при случае, – признала она.

– А принцы, не интересны, что ли? – спросил я.

– Нет, в посольстве сразу сказали не лезть к ним, ещё обвинения в шпионаже или во вмешательстве во внутренние дела не хватало, – твёрдо сказала Ульфина и опять соврала.

– Смотри, я владелец вашего города, – начал я. – Нет меня и, что будет с миноратом, если нет наследников?

– Не знаю, – в очередной раз соврала девушка.

– На меня было покушение здесь в школе, выжил чудом, покушалась якобы любовница вашего принца из империи Аками, Солджина, а до этого на мой замок нападали пираты, чудом отбился, повезло, не отпустил ещё наёмников, – вспоминаю я странное нападение на мой новый замок. – Нет человека – нет проблемы? Сейчас – да, появились наследники, пока в перспективе, но появились, плюс у меня есть три перерождения, вы и это могли узнать, и на сцену выходишь ты. Не смотрела даже в мою сторону, а я интерес бабский чую, а тут пришла сама ко мне в комнату, и готова на всё? План «Б» вступил в силу?

Ульфина пошла пятнами.

– Кто я, где Монтерей и где наш принц? Это совпадение! Да и раньше мы выяснили про три твоих перерождения, нет нам смысла нападать, и про наследников знаем!– на этот раз не соврала она.

– А нападение пиратов на мой замок? – решил дожать я.

– Не знаю про нападение! – четко ответила Ульфина, – и пришла я к тебе из симпатии!

– Сомнительно, – вздыхаю я. – Ты уж извини, но в канцелярию империи доложу, вдруг нападение этой расчётливой преподавательницы имело другие мотивы, кроме корысных? Хочу знать ещё, кто правит вашим городом, какие важные люди в нём, как устроена сама крепость…, – начал грузить девушку я.

Дал ей лист и карандаши, пусть пишет, рисует, пара часов у неё до отбоя есть, хоть не потрахаюсь, так информацию получу. Вовремя мне Онатель ключик отдала. Хотя, почему не потрахаюсь? Стоит Ульфина согнувшись, не села ведь на стул и пишет на столе в этой позе разную информацию для меня. Попой так качает соблазнительно. Совпадение? Не думаю. Рисковать не стану.

Уже когда она ушла домой, повинуясь железному расписанию школы, я читаю её записи и смотрю планы острова и крепости.

В некоторых местах подчерк был каллиграфический, а в некоторых – сильно неровный, может и в самом деле я ей симпатичен?

Глава 7

Сегодня у меня очень радостный день – удалось пообщаться по школьному артефакту связи с моими девочками. Пусть и недолго. Не знаю, кого благодарить за эту милость, но случай из ряда вон выходящий. Маны он жрет как не в себя этот занимающий целую комнату артефакт. Вкраце – всё хорошо, мы богатеем, а девочки и их будущие малыши здоровы. Скучно им там, конечно. Ну, Ольче и Миле скучно, Пьон постоянно в делах, ей скучать некогда.

Настроение мечтательное и тем неприятнее было получить в бок от Псабона, причем не на помосте и не на тренировке, а в столовой. Затевать ссору – не вариант, сразу снимут кучу баллов. В столовой полагается невкусно обедать, разрешается негромкое общение. Разумеется, я этой крысе отвечу, позже. А сейчас он воспринял моё молчание как признак слабости и сидит, глумится, скорее всего, за столом. Ничего, вечером загляну к нему в гости!

Тем более поддержка в его десятке у меня большая. После обеда у нас занятия по магии. Вернее, не совсем магии, речь идёт о магическом бестиарии планеты. Я за своё нахождение тут уже подвергался нападению этой части фауны. Например «Горная рысь» или «Ужас глубин». Вот и сейчас, изучая магических животных, я понимал, что мне повезло с местом проживания, ведь в той же пустыне или джунглях были очень неприятные твари. Хотя до «Ужаса глубин» никто не дотягивал. К каждой твари полагались пояснения о слабых местах оных. А после теоретического занятия настала очередь практики. Последним у нас был практикум по уничтожению некоторых животных, обладающих магией.

– Золиза, в чем твоя ошибка? – тиранил угловатую невысокую девушку, не помню из второй или третьей группы, препод.

– Я думала, они еле ползают, а они, – всхлипнула девушка, залечивая рваную рану ноги.

Ногу ей покоцала магическая тварь пару минут назад, и только-только остановили кровь.

– Недооценила соперника! А это Кроус! Самый страшный зверь в воде, вам ещё повезло, что вы с ним бились на суше. Кто нибудь ещё хочет что-то сказать? – спросил препод.

– Самый страшный зверь в воде – это «Ужас глубин», – авторитетно сказал я.

– Верно, мальчик из последнего десятка. Как там тебя? – спросил препод.

– Гарод! – ваше магичество.

– Так вот мальчик из последнего десятка, обычно некому рассказывать после встречи про то, какой он страшный.

Я бы мог рассказать про "ужаса", но молчу, на занятиях строго запрещены выкрики с места без разрешения преподавателя. Препод по имени Мартилас, невысокий мужик лет сорока с плешью на башке и мордой крысеныша, сразу невзлюбил меня, и все предыдущие два занятия по своего практикуму старался унизить или оштрафовать меня. Унизить у него, разумеется, получалось, а вот оба его штрафа я оспорил, и успешно, в дисциплинарном комитете. Сейчас там за главного мой друг – дедок-артефактор Герд Шашин, и срать он хотел на крысёныша и всю его родню. Шашин вообще оказался интересной личностью, начать с того, что он как то смог отключить свой инстинкт самосохранения, а он базовый у человека. Мог нахамить и послать любого, и в школе с ним не связывался никто. А ещё он близко знаком с императором Хоста! Может поэтому и такой отморозок. Был он бабник и алкаш вдобавок. В общем, я ему пришёлся по душе, и пока несправедливых наездов можно не опасаться.

– А тебе, Гарод, минус три балла. За то, что вступил в разговор без разрешения. Я спрашивал про ошибки Золизы, а ты увел тему урока в сторону! – довольно сказал Мартилас.

Я промолчал, но про себя решил, что обжалую штраф. Ведь дословно препод спросил: «Кто нибудь ещё хочет, что-то сказать?»

То есть я могу и стихи читать про любовь, разрешено и точка.

Мартилас, не увидев на моей морде смирения, решил заставить поработать на практикуме.

– Гарод, иди на полигон, твоя очередь бороться с Кроусом, – дал команду он.

Кроус – это такой магически бронированный жук-переросток, похожий на крокодила, длиной до полуметра, медленно ползающий по дну и жрущий всё, что найдёт. Всеядный он. Но этот жук прекрасно прыгал, метров на пять. Таким образом он и погрыз девушку. У этого жука было и слабое место на брюхе, а борьба с ним выглядела так: перевернуть на пузо и ударить в область коротких мощных лап. Магией или копьём. Копьём я владел плохо, но по наитию взял его на тренировочный полигон.

Служители полигона выпустили зверюгу, не особо страшного на вид, но быстрого, как стрела, в прыжке, бронированного и защищенного от магии. Подвох я почуял сразу, этот крокодил был немного другого цвета, и длиннее чем другие, которых я сегодня видел. Инстинктивно делаю шаг назад, потом ещё, и успеваю. Кроус лязгает своей вытянутой зубастой пастью около моей ноги, а было между нами расстояния, чуть ли вдвое больше чем у той же Золизы и её соперника. Мне подсунули зверя мощнее, чем другим. Перезарядка у Кроуса порядка полуминуты, раньше он не прыгнет, не спеша переворачиваю копьём тварь и бью в места сочленения ног и брюха. Кроус извивается, но перевернуться ему трудно, он это может сделать, но не сразу. Смотрю на Мартиласа, понимая, что это подстава от него, и замечаю на его лице не физиономию разочарованного сорвавшейся провокацией гада, а предвкушающую очередную гадость рожу негодяя. Сразу понимаю – что-то будет нехорошее, пытаюсь вспомнить, что я там читал про этих крокодилов, и не могу. Зверюг магических мы уже изучили под сотню, а Кроуса этого я вижу в первый раз. «Мудрых преподавателей, слушал я невнимательно». Ну не моё это – учиться! Зато с чуйкой у меня всё хорошо, то, что меня подрезали на Земле это случайность, там работали в паре. Один бросил коробок спичек подожженный, и когда я отвлекся на минивзрыв, второй меня пырнул заточкой. Вспоминая это, не добиваю копьём Кроуса, а прыгаю и ставлю щит воздуха перед собой. Между прочим, заклинание седьмого ранга! Бесполезное против Кроуса впрочем, он в прыжке пробивает все щиты! Как будто и нет их! Но сейчас мне это помогло, гадская тварь взорвалась! Полыхнул огонь, куски брони животного полетели в мою сторону и затихли на моём магическом щите. Против зверя не поможет, зато против взрыва помог. Развалившийся на куски мой соперник на секунду вспыхнул огнём и тут же угас. Оставив после себя запах шашлыка. Мои сокурсники хоть и стояли вдалеке, и опасности для них не было, загомонили, а некоторые девчонки и закричали сильнее, чем тогда, когда терзали зубами ногу Золизы.

– Молодец, Гарод! – плюс один балл, выдавил из себя Мартилас. – Ранг магии взял, твоя магия девятого ранга была.

От неожиданной информации я даже растерял на него злость. А чего я хотел, так ранги и берутся, жить захочешь – ещё не так раскорячишься.

– А че это девятого? – забасил Псабон. – Защита магией – восьмой ранг.

– Минус балл за тупость, – зло сказал Мартилас. – Он не магией воздуха защитился. А встречный удар сделал! Проникающий! А это – это ранг девять! Гарод, вопросы?

– Этот Кроус съедобный? Его сожрать можно? – спросил я, ещё чуя запах шашлычка.

Народ заржал в голос, они-то далеко стоят и не чуют, как он аппетитно пахнет, да и дело к ужину.

Мартилас остолбенел от такой постановки вопроса.

– Можешь попробовать, – язвительно разрешил он, – если он молодой – то ядовитый, а если взрослый – то съедобный. На этот раз взорвался-то взрослый и съедобный. Невкусный, говорят. Бери, ешь, если хочешь.

– Это они готовить просто не умеют, – говорю я своим друзьям.

Набрал я несколько кусков в уже остывший кусок панциря.

Идём на ужин, потом личное время, а я иду на поклон к Корнелю. Хоть и в плохих мы отношениях, а пожрать он тоже мастак, и есть среди его артефактов кольцо на проверку съедобности пищи.

– Ты есть, в самом деле, собрался его? Я думал, ты пошутил. Мы же только поужинали! – недоуменно смотрит на меня мой товарищ по десятку после просьбы проверить еду.

– Рыбу и рис? Рис жидкий был, рыба пересоленная, – возмутился я напоминанием про ужин.

Кормят нас по-прежнему хреново, и кое-кто уже худеет.

– Этот Кроус мог сожрать кого-то из людей до этого, как ногу нашей Золизы. Да, точно успел съесть кого-нибудь из людей, вон он какой матёрый! – приводит довод Корнель.

– Когда это Золиза нашей стать успела? Не в нашем же десятке! Подумаешь, кусок ноги зверюшка скушала. Да и если и съел этот кого, это повод отомстить! Справедливо же, – привожу свои доводы и я.

Кольцо мне дали, попросив не рассказывать подробности потом.

– Он мерзкий! – возмущался Сандай, которого я пытался припахать готовить мясо после проверки кольцом на его глазах.

– Ты себя в зеркало видел? Вот кто мерзкий! – с негодованием отметал его возражения я. – Кольцо показало, есть можно!

Короче пришлось жарить мясо в одиночку. На вкус баранина бараниной! Дурачьё они. Чуть позже пришли Флетчер и Дава с пятилитровой бутылкой вина, поздравить меня с рангом. Те от мяса не отказались и кушали, как я, с аппетитом. Правда, я им не говорил чьё это мясо. Но когда в нас сидело уже по литру вина, Флетчер пьяно спросил:

– Чёрт! Отлично готовишь баранину! Ты же нам не Кроуса этого подсунул?

– Именно этого! Другого нет у меня! – честно отвечаю им.

Зауважал я династию Хоста! Не стали бежать избавляться от мяса, а положили себе ещё по куску, а заодно рассказали, какие они ещё деликатесы кушали. Извращённый, я вам скажу, вкус в императорской семье! Хотя за сотни лет пресытятся любые блюда, а повара императора богаче иных герцогов. А перед самым отбоем пришёл Герд Шашин и утащил нас троих бухать к себе, с шашлыком. Мясом он и не думал брезговать, я даже пожалел, что взял всего пару кило. Штрафные баллы с меня сегодня сняли, завтра до обеда отдых мне дают, в честь ранга, а сегодня он меня угощает! Ну и мальчишек заодно.

Глава 8

Отдых до обеда – хорошо, но как же лениво было идти на занятия после! Впервые у нас занятия по «воинским искусствам». Занятия ведут сразу двое – невысокого роста барон и капитан гвардии, обоим по тридцатнику, примерно. Вот капитан – настоящий гвардеец. Высокий, усатый, спина прямая! На лошади держится как влитой, копьём владеет как бог. Да и прочим оружием тоже. Барон, наоборот, на лошади сидит как… мешок с дерьмом? Да хуже сидит, чуть лучше меня. Я, по сравнению с большей частью учеников, никакой наездник. Да и воин никакой. Учили меня и папа немного, и десятник гвардии Ригард, а толку? За год эту науку не освоить. Конечно, передвигаться на коне могу, мечом махать чуток, и прочим оружием, но большую часть моих сокурсников учили с малолетства и учителя были – не чета моим. Сам Ригард владеет оружием очень прилично, но педагог он тот ещё, да и повторюсь, мало он меня учил. Короче, я из нашего десятка уступил в выездке всем, во владении копьём – все парням, а во владении мечом хуже меня только Сандай был, зато он – первый в конной выездке. Но это на занятиях мы исполняем различные цирковые номера, а в реальном бою даже без магии, я вполне топчик. Наконец издевательство надо мной закончилось, всего три штрафных балла за пару занятий.

На ужине надо мной беззлобно подтрунивали, и это ещё я опозорился только на виду своих ребят, а будут и общие занятия и турниры.

– Гарод, если хочешь, я тебя потренирую бою на коротком оружии, – предложила Мирей.

Блин! Короткое оружие, ножи, кинжалы, ещё будут. Тут я выступлю лучше, а некоторых моментов обращения с ножами местные не знают, я уже выяснял это на занятиях со своим гвардейским десятком в замке, сразу после попаданства.

– Спасибо, сам справлюсь, – улыбаюсь бывшей любовнице.

Не то чтобы я был спец, но у шефа моего был настоящий мастер этого дела, он и учил меня – хваты и перехваты, стойки, удары, кидаю неплохо. Ну и ногами помогаю.

Дома постоял в стойках, покрутил восьмёрки, вертикальную и горизонтальную. Руки помнят. Рукоятка фиксируется тремя пальцами, а два пальца придерживают лезвие. Лезвие все время должно быть направлено вперед, скользя режущей кромкой. Те, кто учится наносить секущие удары, часто делают одну и ту же ошибку: они пытаются что-то рубить ножом. Нож – это не топор и не сабля, им не надо рубить. Ножом следует резать, рассекать, ну или колоть. За кучу спаррингов я понял одну вещь – побеждает тот, кто ударит первый. А я был очень быстр в своём старом теле и ещё быстрее в новом. Защита у меня получалась плохо, хотя, у кого хорошо? А вот резкий рывок и удар выходил на отлично. В этом мире есть свои тонкости, в частности броня, я уж не говорю про артефакты и магию. Но броня не даёт порезать противника там «где придётся», поэтому с коротким оружием и вообще с ножевым боем тут не так всё однозначно как на Земле. Наверняка учить будет барон, у него, кроме наручей, закрывающих часть рук, есть ещё кожаный нагрудник, и что-то мне подсказывает, что эта кожа не так проста, и порезать её ножом не смогу. Что остаётся? Голова, ноги, предплечья. В ноги идти неудобно, он невысокий. Что придумать? Может кидать? На следующий день первые две пары по этикету, а вот после обеда уже общее занятия по «боевым искусствам». Неожиданно с утра вместо занятий по этикету меня вызвали к дисциплинарному директору школы Ворлену.

– Гарод, на тебя поступают жалобы, – сразу пояснил причину вызова он. – Что скажешь?

Кроме него в помещении находился ещё и комендант школы Катлинт. И оба они были, мягко сказать, под шафе. Да зачем подбирать слова! Порядком пьяные они были как мне показалось.

«Этому-то что надо»? – неприязненно подумал я про себя, а вслух спросил:

– А что я могу сказать? Я чист как слеза младенца!

– Сильно сказано, – вступил в разговор Катлинг. – А вот у нас сведения есть, что госпожа Онатель тебе ставит оценки не за просто так, а ты с ней своим юным телом расплачиваешься. Потом по поводу Герда Шашина – подкупил ты его зельем возбуждающим и спиртным, наш дед на это падкий.

– Ну и самое главное! Не доплатил ты! Лицам, имеющим иностранные владения, другая цена за обучение положена, – добавил Ворлен.

– Я пока не хозяин владениям, и даже если был бы владельцем, сюда меня без оплаты приняли, и вне конкурса. Теперь остальное – на госпожу Онатель у меня жалоб нет, по «истории магии» я сам своих успехов достиг, ну а насчёт Герда Шашина… проверяйте.

– Минус один балл, – с удовольствием сказал Ворлен. – Без разрешения ответил.

Чего я им сделал? Собрали бред всякий.

– А сколько баллов снимут, если я рыло преподавателям разобью? – невинно поинтересовался я.

– Да я тебя! Из школы! С позором! Со штрафом! Дуэль! – вспылил Ворлен, а Катлинг чего-то притих.

Стою, молчу и нагло улыбаюсь, а потом чё-то стоять мне надоело и сажусь на диванчик, по-барски разваливаясь на нём. Оба этих перца стоят, нависая надо мной.

– Минус десять баллов за то, что уселся в нашем присутствии, – остывая, сказал дисциплинарный директор.

– Обжалую! Нет такого наказания в уставе школы, – говорю я, наливая себе в бокал вина со столика и выпивая глоток на глазах изумлённых собеседников.

– Там не могут быть все случаи описаны! – пробует возразить комендант.

– Что за дерьмо вы пьёте! – плюю на ковер и выливаю вино из бокала туда же.

– Тихо друг! – всполошился Катлинг, видя что Ворлен побагровел от гнева. – Мы же его сюда зачем позвали?

Пару минут я слушал ругательства Ворлена, пока тот не начал повторяться.

– Было! «Малолетний выродок» уже было! Катлинг! Он выдохся! Он повторяется! Кстати, за честь рода я убью вас сразу как перестану быть учеником этой школы.

Ворлен резко заткнулся, а Катлинг в отчаянии качал головой, смотря на Ворлена.

– Ты идиот, мой друг! Мы его позвали сюда договориться насчёт вина и зелья для потенции! А ты чего устроил? И меня втянул в это! Гарод! Ваше право обжаловать снятие баллов нерушимо, решать будет не эта старая пьяная скотина, а коллегия. Я дам правдивые показания, – сказал комендант и в раздражении вышел.

Не спрашивая разрешения, вышел и я, вспоминая какого ранга этот Ворлен. Иду к Герду Шашину, хотя как бы занятия сейчас у меня, но не до них. С трудом нахожу его в библиотеке, и рассказываю то, что произошло.

– Как они сказали? Я за зелье и вино продался? – хищно спросил Шашин, выделив для себя самое главное.

– И честь моего рода затронул, – добавил я.

– Не глупи парень! Ничего он не затронул, вы сейчас здесь все без титулов, не мог он затронуть честь рода. Да и штраф с дуэлью – бред! Нет, на дуэль можно вызвать, но не ученика, и не преподавателя. Короче, мелочи это всё. Такие сведения есть на каждого ученика, и похлеще бывают на других.

– А что не ерунда? – несколько обиженно спросил я.

– Для тебя? Баллы, например, нужно обжаловать, и я постараюсь попасть в дисциплинарную тройку по-твоему вопросу. Ну и зло затаил на тебя Ворлен, а он пакостный старикан.

– Это радует, – меланхолично ответил я.

– Не переживай, я на твоей стороне, как и половина преподавателей! Но зелье бы подкинуть надо! Могу даже больше заплатить.

– Решаемо, – обтекаемо буркнул я и отправился на занятия.

– Радость какая! Гарод пришёл! – сказал барон, ведущий занятия. – А впрочем, лучшему ученику можно и прогулять иногда! Садись! Два!

– Что два? – недоуменно сказал я.

Я что в первом классе опять? Не ставят у нас оценки!

– Ой, не два! А три. Минус три балла, два за опоздание, один за вопрос без разрешения, – охотно пояснил учитель.

Да чтоб тебя!

На обеде меня пытали, по какому поводу вызвали, но я лишь досадливо отмахнулся рукой. Вечерняя пара занятий началась с разминки. Присутствовали все здоровые ученики, по моим прикидкам, чуть больше сорока человек. Семерых отчислили уже, остальные в лазарете.

Сегодня блеснуть владением ножом или кинжалом не смогу, изучаем цепное оружие и луки с арбалетами.

– Ровнее, ровнее руку! Гарод, тебе жарко? Решил цепом ветер создать? Флетчер! Третий раз тебя лечим, смотри не на девочек, а на оружие. Ульфин! Вот кто молодец! Кто-то учил, видно, – громко комментировал барон наставник.

Цеп этот… И не цеп вовсе в моём понимании, а нечто вроде нунчаков, только потяжелее и пошипастее гирьки на конце верёвки. Вот и кручу восьмёрки, как могу. Больше ничего не умею толком. Опять балл сняли, смотрю, не у одного меня, у того же Псабая сняли уже три. Да и принцы не показывают доблести и умения. Непопулярное оружие у аристократов. А вот сиротка Ульфина владеет искусно, не иначе сослуживцы отца занимались с ней. И раб этот бывший тоже неплох. Вот они в плюсе сегодня. Пока в плюсе. Ибо сейчас начинается занятия по стрельбе, и начинается оно с арбалетов. Совершенно ненужных неаристократам и невоенным. Показали как взводить оружие, пару слов об устройстве и погнали на полигон. Арбалет каждому и три стрелы. Ах да, у каждого своя мишень и минута времени.

Вжик, завод, вжик, завод, вжик! Три выстрела за полминуты – все в красной зоне, а она малюсенькая на мишенях. Я – лучший! Второй, кстати, Дава. Или некстати. Требуют перестрелку, мол, у Давы тоже все три стрелы в красной зоне. Хотя я вижу, что мои стрелы кучнее легли. Не спорю. Ещё так ещё. Теперь без вопросов, Дава один раз в синюю зону на мишени попал. Заслуженное первое место и плюс два балла. Хотели баллы отобрать! Дайте мне лук! С луком я второй, первый – наш кочевник. Балл плюсом всего один, хотя я и этому рад. Послезавтра подсчёт баллов, я точно не успею выйти на первое место, даже если отсужу свои баллы, снятые Ворленом. После ужина меня вызывают на коллегию. Небольшой кабинет, я тут ещё не был, в коллегии три человека – Герд Шашин, его друг, отзывающийся на кликуху «одноглазый» и мой утрешний преподаватель – учитель этики.

Глава 9

Ну и что вы, молодой человек, можете сказать в своё оправдание? – задал вопрос Шашин.

Я недоуменно смотрю на него, вот от кого-кого, а от него я не ожидал подвоха и претензий. Придёшь ты ко мне ещё за зельем!

– Осторожный я стал, три жены беременных, раньше убил бы на месте хама, – начал оправдываться в том, в чём меня не обвиняли.

– Вызов на дуэль не считается, вы сейчас в разных статусах, – поправил меня барон, преподаватель и знаток этики.

– В этом и дело, мне бы уйти из школы, и тут же убить хама, а я нежничаю, высчитываю чего-то. Гнилая у вас школа, сначала одна преподавательница сжечь пыталась, потом вот эти два гаврика, я киваю на Шашина с одноглазым, под кару императорской семьи поставить пытались, потом третий, и кто – должностное лицо школы! Хамит, оскорбляет, дуэль предлагает. А я ещё даже никого не убил до сих пор, а ведь хочется! Всех подряд! Начиная от раба-уборщика заканчивая директором школы, – выплёвываю слова я.

– С вами потом за это знаете, что сделают? – ухмыляется барон.

– Вот именно! Потом! А у тех, кого я убью, никакого «потом» не будет! – напоминаю я.

– Так! Объяснения получены! Предлагаю вернуть все штрафные баллы Гароду и в компенсацию предоставить день отдыха! – резко хлопает по столу Шашин.

– Я «за»! – одноглазый тоже хлопает по столу.

– Э… Друзья, а вам не кажется, что он сейчас нарушил ещё парочку положений устава школы? Мы, конечно, всё согласовали, но тогда дело касалась зарвавшегося Ворлена, которого надо наказать, но тут-то уже другое, – растерянно выдал всё подноготную барон.

– Это – другое! Но ЭТО – потом! Сейчас мы разбираем случай с дисциплинарным директором и учеником нашей школы, – мягко возразил Герд. – Вы за моё предложение или вы против меня?

– Хм. Безусловно, «за»… но теперь…

– Отлично! Заседание нашей дисциплинарной комиссии объявляю завершённым! – хлопает по столу Шашин. – И друг мой, не советую вам подавать жалобы на нарушения устава школы, мы это не подтвердим.

– Но как! Подожди, Герд! Это нельзя так оставить, – бурно протестует барон.

– Гарод! Убийца свинячий! Иди отсюда, уши он тут развесил, – выгнал меня Шашин, не дав дослушать, чем там закончится.

Что он в виду имел? Я – свинячий убийца или убийца свиней? Да пес с ним. Зря я на Шашина обиделся, он всего лишь формальности соблюдал. А вообще школа мне перестала нравиться, хоть я тут уже и два ранга поднял. Домой хочу! К девочкам! Кстати, а когда у меня этот выходной? Надо бы в бордель наведаться. Два дня до выходных прошли в напряжённой, но безуспешной учёбе, нет, ножи и кинжалы я сдал с двумя плюсовыми баллами. Был не первый, а оба раза второй. Ножами лучше всего владел тихий тощенький паренёк, которого я раньше и не замечал, а кинжалы неожиданно лучше всех сдал Дава. А вот с остальным – беда, учиться мне ещё и учиться. Как там Ленин завещал в моём пионерском прошлом? И надо запомнить – если меня вызовут на дуэль лучше магию выбрать, или кулаки.

В единственный свой выходной, который получил как моральную компенсацию, я сначала отправился к магам – хотелось пообщаться с женами. Благо это рядом со школой. Дошёл туда ножками по холодку. Погодка в столице начала портиться, того и гляди снежок выпадет, хотя для столицы это редкость. Удалось поговорить только с Милой. Пьон занималась случкой моего шикарного коня с прибывшими из империи Аками не менее родовитыми кобылами, а Ольча поехала проверять нашу гостиницу, там приехал кто-то знатный и родовитый. Простодушная Мила выдала все секреты. Оказывается, Пьон уже вовсю тошнило, и Ольча даже ей даже давала наш амулет для защиты плода – «скорлупу Деи». А у Ригарда тоже намечается потомство! Ещё к нам заезжал барон Малосси, привез налоги, и запросил разрешение на строительство гостевого домика на нашем побережье. Пьон разрешила с условием – держать там не менее трёх охранников и в случае чего от нихтребовалось оказать помощь при обороне поселения. Мой порт постепенно строился, и там уже поселилось около полусотни разных жителей, плюс наёмные бригады рабочих, плюс гости с кораблей, но суда пока заходили туда редко. Ещё Аньен ноет и хочет развлечений, просится в порт, что-то ей купить там надо. Подумав, даю согласие. Разумеется, её дочку и мою сестру ей не отдавать с собой. «Ольча мелкая» – пока единственная моя кровная родственница. А вот моей неудавшейся мачехе можно и развлечься.

– Пусть возьмёт двух, трёх охранников и выдайте ей пару десятков золотых, – разрешаю я.

После визита к магам я нанимаю кибитку, и еду в свою усадьбу. Несмотря на утро удалось купить курицу и овощи. С наслаждением, после нешибко обильного питания в школе, вгрызаюсь в бок яства. Неудобно, конечно, столика даже нет в моём временном транспорте. Кибитка маленькая и плохонькая, но недорогая, всего серебрушка в час. Я нанял её не из-за жадности и желания сэкономить, а просто под руку подвернулась первая. Чего не учёл я, так это понты. Когда я ехал на своём дилижансе, все видели – эксклюзивная модель, едет кто-то богатый и важный, а тут… кибитка! Перед самым своротом в наш переулок она вдруг дернулась и остановилась, а за тентом заорал кто-то могучий и грозный:

– Куда прёшь, грязь! В сторону прижмись! Выпорю!

Выглядываю наружу с интересом, настроение после разговора с домом философское, мечтательное. Вспомнил свою милашку Милу.

– Спрячь своё рыло, пацан! – орут, очевидно, мне, и тут же кучеру. – Ты! Горе-кучер! Расцепляй колёса своего хлама с моей каретой, пока не сжёг вас вместе с вашей рухлядью.

Легко выскакиваю наружу, с наслаждением разгибаясь. Не люблю тесноту, хоть в ней и не обиде бывает.

– Ты что за гусь? – лениво спрашиваю я у здорового усача в форме какого-то наёмного отряда с мечом на боку и знаком мага пятого ранга на камзоле.

Гусь стоит рядом с неплохой каретой, на которой сидит мужик с такой рязанской рожей, что как дома побывал.

Гусь внимательно осмотрел меня, я без графских знаков, ведь еду из школы, а там они под запретом. Никаких гербов! Достал меч и приставил к моей груди. Попытался. Ставлю воздушный щит, и меч упирается в него.

– Ты кто такой? – остужает свой гнев усач.

– Я задал вопрос, жду ответа, – повторяю я.

– Маг пятого ранга Бейлин Тайт, наёмный отряд «морские каракатицы», прошу прощения… не вижу, кто вы, неверно оценил ситуацию, – приносит извинения маг-наёмник.

Так не интересно! А подраться? С другой стороны, его понять можно, я показал заклинание восьмого ранга.

– Проехали, – разочаровано сказал я.

– Да пока не проехали, сраная киби… сраные узкие переулки! Долбаный граф Кныш! Долбаный командир отряда! – ругался усач, помогая кучерам расцеплять транспортные средства.

– Что ты там прокукарекал про графа? – бью легонько звуковой волной, отчего маг-наёмник упал на землю, а карета и кибитка, наконец, расцепились. – Гарод Кныш – это я.

– Прошу прощения, граф, сказано на эмоциях, второпях, исходя из этой поганой ситуации, и моих трехчасовых поисках вашего жилища! – проявляет немалое мастерство в гашении конфликта маг.

Да пес с ним!

– Что надо от меня? – выпуская пар, сказал я, поднимающемуся из пыли оппоненту.

– У меня для вас сообщение и передачка, – сказал маг таким тоном, что у меня заныл бок, в который вошёл нож ещё там, на Земле, в тюрьме.

Дачка! Кабанчик! Ностальгия по Земле! Перед тем как я получил заточкой в бок, мне передали «дачку» от шефа. Сейчас я понимал, что это, так сказать, последнее желание приговоренного к смерти. А тогда я даже не успел посмотреть что там было, как меня дернули на допрос, а по пути отправили в это тело. Вот и сейчас будущая передачка вызвала во мне не радость, а тревогу.

– Передачка – это хорошо, – внимательно оглядел мага я. – Давай.

– Может, мы к вам заедем? – заюлил усач, дав понять, что будущий босяцкий подгон с сюрпризом.

Что ж ты простодырый такой? На роже всё написано. Накидываю на себя щит и вовремя! Поток пламени из кареты затопил меня и кибитку, меня он обогнул, застрявшего за моей спиной кучера зацепил краем, от чего тот страшно заорал, а вот кибитку и конягу поток сжёг. Бью самым убойным своим заклинанием – разрядом электричества и с трудом пробиваю защиту! Из кибитки вываливается обгорелый усач, зажимая в руках посеревший драгоценный камень, оправленный в золото, не иначе артефакт, которым попытались убить меня! Кучер кареты смотрит на меня такими квадратными глазами, что понятно – он не причём, сзади орёт блаженным криком мой незадачливый извозчик, лишившийся и колесного транспортного средства и четырёхногого двигателя. А из ворот моей усадьбы ко мне бежит Бурхес, на ходу доставая какой-то жезл. Связываю мага, который от моего удара без сознания, лечу своего наёмного кучера сначала физически, а потом и морально, заплатив ему десяток золотых за ущерб.

Кладу врага на покоцанную карету, и вражеский извозчик, вздохнув, катит к нашим дверям.

– Молви ещё раз, вашему отряду заплатили за моё юное тело и дали это артефакт «утренней зари» с магией двенадцатого ранга? Кто заплатил, ты не знаешь, вопросы к командиру вашего отряда? – резюмирую результаты первичного допроса Бейлина.

– Всё так! Говорил я командиру, не надо с магом и графом связываться! Седьмой ранг, седьмой ранг! Идиота кусок! – охотно кололся он.

– Сколько хоть дали? И чего вы там, в столице – вообще оборзели? Покушаетесь на аристократов, жить надоело?

– Нас всего пятеро осталось после последнего найма. Всем лечение требуется, наниматель сгинул вместе с большей частью отряда, не заплатив нам. Не было у нас другого выхода, а тут старый приятель нашего командира подвернулся с заказом.

Размышляю. Судя по всему надо идти в имперскую канцелярию и сдавать этого гаврика туда же. Иначе не поймут. Так и делаю, лично отвезя обоих задержанных к магистру Коритланиусу, в имперскую безопасность. Разумеется, к нему я не попадаю, зато опытный дознаватель быстро выясняет, в чём дело. Почему я привёз двоих? Кучера тоже надо бы проверить, вроде как простолюдин, а мог быть «контролем» усача –человекомкоторый контролировалвыполнения задания и заодно его палачом при надобности . Насмотрелся я на такое на Земле-матушке. Меня опрашивают, и, поблагодарив за бдительность, отпускают. Только чую я тут дело не в императоре, а в моих делах. Может опять моё владение в Аками? Надо поспрошать Ульфину, пусть узнает у своих, нанимали ещё кого или нет? Хотя, уж очень круто для небольшого городка – диверсии в столице другой империи против мага и аристократа. Ни о каком борделе уже речь не шла, взял возбуждающие зелья для Герда Шашина, продукты кое-какие, ну и поел перед самым концом увольнения. Приказал Бурхесу нанять наёмников для охраны поместья. Вот ещё статья расходов! Вяло отмахиваюсь от попыток Сандая разговорить меня, отдаю ему почти все продукты. Пусть подкормит десяток. Вернее, девять нас осталось. Сандай уходит, приходит Мирей, тоже по этой же теме, а как сходил, а где был?

– В борделе весь день проторчал, – вру я.

– То-то ты на моё новое платье не реагируешь, и причёску не заметил, – удивляет меня Мирей.

Чего я буду причёски и платья запоминать? Тем более чужих баб. Хотя платье, я смотрю, действительно неплохо на ней сидит. И прозрачное местами! Зря в бордель не зашёл. Подумаешь, покушение. Одним больше, одним меньше.

Разбудили меня ночью! Куратор потащил меня наверх в кабинет директора, сказав, что это по поводу нападения.

«Это не Ворлен меня заказал, надеюсь»? – размышлял я.

Кто меня заказал, я понял сразу. В кабинете самого директора не было, а был имперский дознаватель, опрашивающий сегодня, или уже вчера, меня по поводу нападения. У него ко мне появились срочные вопросы. Ясно, что мне поспать не дадут, безопасность императора и его семьи в приоритете. Но кроме дознавателя в кабинете был ещё один хорошо знакомый персонаж.

– Гарод! Сынок! Рад тебя видеть живым и здоровым!

Глава 10

— Сынок? Граф, а вы ничего не перепутали? Папа мой погиб, а вы мне тесть.

— Тесть, папа... Какая разница? — заворчал граф Бон Де Ро.

— Это вы «папА» напроказничали, что меня в очередной раз чуть не сожгли, а я-то, думаю и гадаю!

Пазл у меня в голове сложился. Свинский граф решил пробить мне трон королевства Синок, и, скорее всего, ко мне прилетела ответка от короля.

— Гм... Гарод, я действовал в твоих интересах, и в интересах своей дочери, твоей жены. Тебе не надоело ходить графом? У тебя есть возможность претендовать на трон Синока! — тут же подтвердил он мои опасения.

— Гарод, имперская канцелярия вам помочь с покушением не может, это ваши внутренние дела аристократов, угрозы императорской фамилии нет, — скучным тоном начал говорить дознаватель. — Я вас покину, остальное меня не касается.

Дознаватель ушёл, а мы остались вдвоём в чужом кабинете.

— Я так понял, это всё новый король Синока Парий организовал? — уточняю я.

— Он тоже был не в курсе, — ответил тесть, — ты ведь помнишь, как будет проходить коронный совет Синока, и кто туда входит?

— Максимальное количество голосов таково — три от королевы, три от возможных внуков, три от дядек, четыре от двух сыновей, и один императорский. Итого — четырнадцать. Но пока моих два голоса от Гвинерии под вопросом, и два от пропавшего сына тоже. Дядька там один не голосует, — с трудом вспомнил я.

— Уже неделю как не под вопросом — Гвинерия беременна мальчиком, сыном короля. С королевой я договорился, с тем дядькой погибшего короля, который не хотел в склоку престолонаследия лезть — тоже порядок. У тебя уже шесть голосов! Это не понравилось второму брату покойного Урхеса Флинта, он и решил действовать, не ставя в известность Пария.

— А что Парий? — спросил я.

— Он в курсе, что я вел переговоры, но верит в ваш договор и твоё слово, — ответил Де Ро.

— Запутался чего-то, — пожаловался вслух я.

— Есть кандидаты:

королева — три голоса,

сын Гвинерии — два голоса,

пропавший сын короля — ещё два голоса,

две дядьки — по голосу,

две внучки — по голосу,

и внук Парий — тоже один голос.

Ах да, там от империи голос и, если надо, то от гильдии магов. Ничего не перепутал? — спросил я.

— Нет, — подтвердил тесть.

Тогда какого хрена мы сразу власть не забрали? — возмутился я.

— О предполагаемом поле ребёнка короля от рабыни стало известно только неделю назад! С королевой тоже всё не так просто, она много хочет, но это решаемо! — ответил Де Ро.

— Я сегодня говорил с домом, и мне никто не сказал про то, что стал известен пол ребёнка, — прищурил глаза я.

— Даже сама рабыняоб этом не знает, только Пьон в курсе! — пояснил родственничек.

— Так почемуя уже неделю как под прицелом, а ты мне ничего не сказал? — возмутился я.

— Ты в очень защищённом месте, и к тебе так просто не попасть, даже родственникам. Не практикует школа свидания с роднёй. Если бы не знакомый дознаватель, который прибыл к тебе по службе, я бы к тебе и не попал.

Мы проговорили до утра, я не выспался, но зато у меня теперь есть чёткое понимание, что не будет самодеятельности с его стороны. Рано ещё думать о престоле. У меня учёба.

— И передай Парию — наши договорённости в силе, — напутствовал на прощанье я.

Утром первым занятием у нас новый предмет — «зельеварение». Да, маги магами, а простые зелья тоже работают, тем более, никто не мешает состав усиливать с помощью заклинаний. Вела предмет молодая девица, очень и очень сексуальная, что отвлекало парней. И вроде грудь у неё целомудренно закрыта полностью, но лифчик тут не выдумали, и соски призывно выпирали.

Начали мы с основ — что это за раздел науки, какие задачи выполняет, что может, где развита наука, а где нет, ну и технику безопасности нам провели между делом.

— Ничего в рот не тащить! Сдохнете, а мне потом пиши отписки! — прозвенел колокольчиком голос преподавательницы.

Сижу, разбираюсь в многообразии всевозможных зелий. Пока смотрим их ассортимент по компонентам, растительные, животные, минеральные или смешанные. Ах да, в империи ещё считали водные компоненты, но я знал, что свойства воды зависят от растворённых минералов в ней.

— Даже простые зелья без магической подпитки могут дать феноменальные результаты. Одно из самых редких зелий производят вообще без магии, только животные и растительные компоненты. И выглядит оно не как зелье, просто блюдо, сушёный кусок щупальца, — распиналась девушка.

— А что оно даёт? — спросила Мирей вполголоса почему-то у Сандая, но деваха услышала и, не став штрафовать, радостно ответила:

— В сотни раз увеличивает вероятность зачатия мага! Вы когда нибудь про такое слышали?

— «Ужас глубин» и специи? Слышали и видели, и императору дарил как-то, — лениво сказал я.

— Гарод! Что за фантазии? В нашей империи несколько десятков лет не убивали этого монстра! Я бы знала! А так, молодец, верно сказал! Плюс балл!

— Фантазии? Нет никаких фантазий. И не убивали его, просто я кусок отрубил щупальца. Мясо, кстати, и без обработки сильнейший возбудитель, — поправил я.

Знала бы она, что у меня ещё четыре порции в наличии, три я своим женам скормил, один Лиске отдал за услугу. А было восемь порций всего. И у императора раза в два больше из моего подарка вышло, на шестнадцать порций хватило ему моего куска, я считал.

— Так это ты что ли такой подарок сделал? Я слышала краем уха, но не верила! — расширились глаза у красотки, да и у всех остальных, а занятие было для всех групп разом.

Я внезапно ощутил себя сначала под прицелом хищных взглядов, а потом идиотом. Вот кто просил меня высказываться по этой теме?

На обеде я пользовался популярностью, все пытали меня, не заныкал ли я кусок, и как бы его прикупить? Ко мне подсели даже принцы, выгнав перед этим первую красотку школы графиню Интрезу из второго десятка, которая уже показал мне всю глубину своего внутреннего мира, а заодно и выреза на платье. До этого она мной не интересовалась. Собственное графство до взросления младшего брата, а это ещё двенадцать лет, огромное состояние, бешеная сексапильность позволяла ей не обращать внимание даже на выдающихся персонажей в нашей школе. Это я сейчас про принцев, а не про себя. Да и не уверен, что братик доживёт до совершеннолетия, вот выйдет она замуж, родит мальчика и за жизнь брата уже никто ничего не даст, нравы суровые в империи.

— Нет ничего, да и было бы — то уже поздно зелье делать. Надо в течение месяца после вылова изготавливать, — сказал полуправду я.

— А мы-то гадали, с чего вдруг император решил завести ребёнка от новой фаворитки, — пробормотал Дава.

— Тебя хоть нормально отблагодарили? — спросил Флетчер.

— Магически обелиск стоит около замка, с титулом графа помогли, вернее, мешать не стали.

— Молодец, не продешевил, обелиск ещё более редкая вещь, чем это снадобье, — серьёзно сказал умный Дава.

— Захочешь продать свою заначку, не продешеви, — дополнил слова брата Флетчер, показав, что не поверил моей фразе об отсутствии запаса.

После обеда были тоже общие занятия по «артефакторике». Вел их Герд Шашин, и ко мне у него был особый подход, ни одно занятия без плюса не обходилось. Сегодня мы изучали магические ловушки. Это, оказывается, целая наука — запрятать магию.

— Самое сложное — это укрыть заклинание в заклинании. Как я уже говорил, есть разные варианты активации события, но самое сложно — это активация вложенного заклинания.

Слушатели прилежно внимали.

— А самое простое, повторюсь, это активация по времени. К примеру, через час, через год и так далее. Есть активации по нарушению защитного или охранного контура. Так работают артефакты против дальних атак, в частности. А есть еще варианты с отложенной активацией, например, после удара артефакта о землю через три секунды загорается огонь. Разумеется, не каждое заклинание можно таким образом использовать, над некоторыми мучаются столетиями. Да и сами артефакты стоят немало.

Жаль, сегодня у Шашина я без допов. Надо исправлять ситуацию, а то сейчас я уже во втором десятке по набранным баллам. Но Шашин больше говорил и показывал, не было у него возможности поставить мне плюс.

После ужина меня неожиданно навестила Мирей.

— Ты не рассказывал про «ужас глубин», — попеняла она мне.

— А то ты меня на простого кочевника бы не поменяла? — усмехнулся я.

— Он уже не простой кочевник, а глава своего племени, а в нем больше пяти тысяч мужчин, — сообщила мне неожиданную новость Мирей.

— Рад за тебя, не упусти, — искренне посоветовал я. — А кто сейчас там командует пока Сандай в школе? И вообще, он же правнук хана был.

— Отец погиб на войне прошлой, дед ещё раньше, а прадед только что. И в том-то и дело, что никто, Сандаю очень нужно поднять ранг и уехать домой, а то власть уйдёт у него из рук! Поможешь? — подняла на меня свои бездонные глаза девушка.

Я думал, она тоже по поводу зелья пришла, сижу, прикидываю, как бы половчее отказать. А оно вон как.

— Я смотрю, про меня тут в школе сложилось мнение, что я чуть ли не всемогущ? — спросил я. — Есть один способ, он ещё не проверен до конца и потребует расходов, зато он помог Флетчеру.

— Мы пустые, мои родители и дали бы, но мы и так прилично потратились на школу, Сандай вообще гол и бос, поговори насчёт отсрочки? — с надеждой спросила Мирей.

— Иди к себе, я скоро буду, — я легко соскочил с кровати, так и не дождавшись там Мирей, а мыслишки были, и помчался к Шашину.

— Гарод, дружище! Для тебя я готов ещё раз попробовать этот метод, но мне запретили это делать на учениках школы! Дадут кого попроще, нулёвых магов, неродовитых, их не жалко, — сообщил мне уже бухой по случаю вечера Шашин.

Распивал он в компании одноглазого начальника школьной охраны, за игрой в кости. Судя по горке монет у каждого, играли не на фантики.

— Там как раз нищеброд-кочевник, к тому же он свалит из школы скоро, дела у него появились.

— Этот, как его, Сандай? Второй ранг. Помню, помню, — пробурчал Шашин. — Сегодня уже никак, видишь, я выпил, а завтра вечером давай попробуем, но это будет стоить ему кое-что.

Я за него вложусь, всё-таки мы соседи, надеюсь, с меня три шкуры не снимешь? — нехотя сказал я.

А что? Пригодятся мне друзья в степи, это точно, тем более, если на трон решу претендовать.

— С тебя возьму ещё больше, с тебя есть что взять! — радостно ощерился старик.

Кто бы сомневался?

Глава 11

Я не знаю, каким влиянием обладал Герд Шашин в школе, но он смог пробить тренировку по магии для меня и Сандая вместо занятий по дуэльному кодексу. Повел он нас, разумеется, опять на полигон. Рядом семенил Одноглазый.

– Ничего умного там не скажут, я тебе потом сам всё расскажу, что важно, – презрительно отмахнулся старикан от моих претензий.

– Да я-то вам там зачем? Как соучастник? – не понимал я желания сорвать меня с занятий. – Есть ты с Одноглазым, есть Сандай, мучайте его без меня.

Да, наедине мы общались уже на ты, и без чинов и предисловий.

– Сам не хочешь попробовать ранг поднять? – хитро спросил старик.

– Лезть башкой в приспособу для пыток? Да я и так рекордсмен, уже девятый ранг, – пробовал возразить я.

– Вот и отлично! Заодно проверим, как новый метод работает на уже заметно больших рангах. Новичка трудно ли поднять в ранге?

– Подожди, – забеспокоился я. – Ты сам мне говорил, мол, надо на малоценных магах тренироваться. А у меня запасы зелья!

– Это да, – цокнул зубом Шашин. – Ты мне дорог, поэтому я позвал сегодня одну из самых лучших наших лекарш. Да, ранг всего тринадцатый, но зато такая лялька! Заводная, без предрассудков, и тело шикарное!

– Слышь, а ты ничего не перепутал? Ты вообще кого позвал, бабу, к которой подкатить хочешь или специалиста? – возмутился я.

– Не бойся, как лекарь она хороша тоже, а насчёт «подкатить», так я уже давно подкатил, не знаю, как теперь откатить назад, это её инициатива была насчёт тебя, – признался маг. – Да и побаиваюсь я её, она в отравах и проклятьях сечёт. Ты уж потерпи, дружище!

– Да сбагри её кому-нибудь, вон, например, Одноглазому, – посоветовал я.

Одноглазый копался с Сандаем и шлемом, но каким-то образом почуял опасность и мрачно зыркнул на меня. А может и услышал, хрен этих магов знает, какие у них артефакты. Я вот до сих пор не понимаю, что он в глаз себе за камень вставил? Точно уверен, что вырастить новый глаз не проблема в глобальном смысле. Да – дорого, да – долго, да – не каждый может, но ему и так хорошо. А значит, плюс от его увечья перекрывает минус.

Подошедшая «лялька» внушала уважение габаритами, как минимум. Этакий слоник со всклоченной причёской, и параметрами где-то сто двадцать на сто двадцать на сто пятьдесят, и со следами былой красоты на морщинистом лице старушки лет шестидесяти. Опять же предварительное суждение о возрасте, ведь она могла и омоложение пройти. Сразу стало ясно, что оба старика с ней спорить не станут, скажет она засунуть меня в печку и сжечь – сделают это без колебаний. Тётка, пока так буду её называть, дала какое-то зелье Сандаю, и наказала ему ничего не есть три дня, только пить можно после него.

– Зато ужас будет глубже! – доверительно сообщила она почему-то мне.

Сейчас меня заботят слова Герда Шашина о том, что она заводная и без предрассудков, и я без слов отхожу подальше. Пусть она кого другого заводит. Я точно ничего пить не стану, и хер они со мной втроём справятся. Зашибу! Испытуемый Сандай поражает меня своим мужеством. Вот это настрой! Настоящий суровый кочевник! Он выпивает ещё одно зелье от Одноглазого, надевает знакомый мне шлем с острой шишкой, и слушает последние наставления.

– Для третьего ранга нужно овладеть воздействием магией, любой, хоть огонь, хоть вода, хоть удар силой духа, но ты должен сбить шишку со шлёма! – наставляет Шашин.

Свет гаснет, вернее, тускнеет и тут же раздаётся вопль, нет – рёв Сандая, схватившегося почему-то за бок. Оружия у испытуемого нет никакого, поэтому ближайшие пару минут мы смотрим как Сандай уворачивается от неведомой опасности, проявляя чудеса ловкости, а иногда и терпения к боли, когда ему увернуться не удаётся. Вдруг сверкнула молния в разведённых руках Сандая, и раздался его победный рев. После снятия шлема все увидели, что Сандай частично поседел, лицо в крови, а взгляд откровенно безумный.

«На его месте мог быть я, или принц, например», – подумалось мне.

– Ранг взят! Давай ещё один! – возбудилась лялька.

– Рот закрой, баба! – железным голосом рявкнул Сандай. – Знал бы, что такая отрава твое зелье и так до усрачки страшно, поехал бы домой во втором ранге.

А! Ошибся я насчёт мужества Сандая. Развели дурачка просто, точно не буду её зелье пить! На полигоне стало тихо, лишь стуча по камням металлическими боками, катился брошенный Сандаем шлем. Бабища набрала воздуха, подбоченилась, обнажив немаленькие бицепсы на своих совсем не старческих руках.

– Ах, какой мужчина! – умилилась она, начиная процесс лечения парня. – Вот помню, был у меня один кочевник, в каком это году уже не помню…

– Молодец! Ранг взял! – перебил женщину Шашин. – Гарод! Твоя очередь! А второй раз пробовать нет смысла, из восьмерых испытуемых ранг взяли трое, и второй раз никто из этих троих не смог, только башкой двинулись. Все трое.

– Так уже были испытания? – удивился я. – И где взяли добровольцев?

– Купили на рынке, там бывают рабы-маги, из тех, кто уже после получения ранга попадает в рабство, – пояснил притихший Одноглазый.

– Гарод, выпей лечебный составчик, – полезла ко мне старуха со склянкой.

– На мочу похоже, – предупредил Сандай.

– Может и не похожа, а она и есть, – под нос пробормотал Шашин, знаками показывая, чтобы я не пил.

– Отвали! – решил впечатлить своим мужеством лекаршу и я.

– Ишь какой! Отвали! Не буду тебя лечить! Вздумал перечить женщине! – разозлилась она, тыча в меня склянкой.

– Отравить захотела? – прошептал я, глядя как наливается бирюзовым светом мой перстень, определяющий отраву, показывая, что в склянке яд.

– Есть ты про своё грошовое кольцо, то не переживай, выживешь, и не таких на ноги ставила, – усмехнулась лекарша.

– Не буду, так давай, без него, принцу же помогло, – упрямо отказался я.

Вдруг и, правда, моча какая, ещё не хватало зашквариться. Тут это правда никто не поймёт, но я-то сам знать буду.

Надел я шлем, в руки мне дали какой-то жезл, оказывается на каждом ранге своё оружие, чтобы взять второй деды использовали дубинку, третий – голые руки, а для десятого, который я попытаюсь взять, жезл с зарядами огня.

– Сотня там зарядов, и погоди, без команды не начинай, я поставлю щит против огня, сожжёшь нас ещё.

Зелье Одноглазого я выпил, Флетчер же пил, а его бы не стали травить точно. Дождавшись разрешительного сигнала, натягиваю мокрый от пота и крови Сандая шлем на голову, и брезгливо морщусь. Что мне стоило его вытереть? И тут темнота взрывается низким, натужным гулом турбины самолёта. Как дома очутился, на Земле в смысле, на аэродроме, вокруг меня звезды, я стою на открытой площадке, а нечто невидимое, лишь изредка появляющееся в отсветах звёзд начинает войну со мной. Первый удар пришёлся туда, куда я не ожидал, в район копчика, меня аж трясонуло от ужаса, ещё пару сантиметров и угроза зашквариться была бы уже не угрозой! Понимая, что любой мой выстрел придётся мимо, и, ощущая удар на этот раз в переносицу, якобы укрытую шлемом, я стараюсь выкинуть все мысли из головы, и делаю, десятка три выстрелов из жезла наугад по сторонам, взамен получая дюжину ударов от невидимого шлема, причём, половина пришлась в переносицу. Кровища хлещет из разбитого носа, а удар по колену заставляет меня присесть на одну ногу. «Это нереально, – понимаю я, – моих чувств не хватает определить местонахождения угрозы, не под силу взять таким способом десятый ранг, наверное, надо сдаться». А как? Мне это не пояснили! Сандай мучился пару-тройку минут, Флетчеру хватило минуты, а я уже час пытаюсь, не меньше, поймать на удар мерзкий артефакт! От безумия меня спасает арифметика, я считаю заряды в жезле.

«Осталось одиннадцать», – мелькнуло у меня в голове, и сильнейший удар пришёлся на мой детородный орган.

«Чем я как орденом гордился, чем я так творчески трудился», – пришло в голову мне, вызывая кроме крика боли ещё и ярость, моментально прояснившую всё в мозгах.

Я словно отстранился от своего тела и поглядел на себя со стороны. Жалкое зрелище – избитый, измочаленный паренёк, валяющийся на камнях под звездным небом, причем жезл не у этого избитого тела, а у меня, призрачного, в руках. Кроме себя я ещё увидел бесшумно бешено вертящийся в воздухе артефакт около моего виска, фигачу по нему очередью из десятка зарядов и понимаю, что этого мало! Изделие хостовских мастеров вертеться перестало и сейчас походило на пчелу, зависшую в воздухе и собирающуюся нанести завершающий удар. Меня внезапно бросает обратно в моё тело, и, ещё не открыв глаза, я хватаю этот шлем и надеваю обратно на себя.

Звездное небо пропало, я опять на полигоне под прицелом четырёх пар глаз. Вру! Под прицелом семи глаз и одного артефакта в глазу Одноглазого. Судя по мерцанию воздуха, опадает защитный щит, и я слышу голос старушки:

– Четыре минуты двенадцать секунд, десятый ранг взят!

Моментально мне стало легче, заплывший глаз стал опять видеть, синяки и переломы замерцали огоньками, показав десятки мест повреждений на моём теле. Старушка лечит, не иначе, рука набита у неё точно. Кровь литься перестала, и я пристально уставился на экспериментаторов.

– Ну что, как ты взял ранг? Зарядом добил? Ты знаешь, что один остался у тебя всего? – спросил меня хитрый лис в обличии Герда Шашина.

– Информация платная! – произнёс я, усаживаясь на многострадальную задницу.

– Разум в порядке, – я уже переживать начал, больше четырех минут нежелательно артефакт использовать, – радостно ощерился Одноглазый, помогая снять мне шлём. – Но как чуял, не стал тебя тормозить! Знаешь, как трудно купить раба твоего ранга, и как трудно потом их списывать?

Резко локтём бью Одноглазого по его довольной морде. «Придётся ему менять кличку на «беззубый», – с удовлетворением подумал я.

Глава 12

Никаких последствий мне этот удар не принёс, а лекарша избавила Одноглазого от последствий моего удара. Надеюсь, я этому старичью ума хоть немного в бошки вложил, ибо струхнули все четверо не по-детски. Да четверо, Сандай-то ещё не ушёл.

– У тебя такое лицо было, будто ты прямо сейчас убивать начнёшь всех подряд, – признался он.

– Заигрались идиоты, – сквозь зубы сказал я, с трудом отходя от гнева.

Это же надо, ставить на мне эксперименты? Страх потеряли? Ладно, смерть для меня не окончательна, но я ведь мог и кукухой поехать!

– Сегодня же уйду из школы, и так задержался тут, эх не вовремя дедуля умер, а ведь лет ему ничего, всего сотня была.

– Прадед же?

– Прадед, ага, и старший в роду, по мужской линии, а есть и ещё десятка два претендентов, сейчас режут друг друга, небось, – поделился Сандай.

Так как с дуэльного кодекса нас сняли, мы беседовали на нашей общей кухне вдвоём, дожидаясь обеда. Жрать хотелось, если честно, сильно, и готов был и то, что в столовой дадут слопать, хотя там изысками не баловали. Вот с утра была каша! Просто каша и всё! Ну и настой из трав с куском хлеба. Как тут ноги не двинуть?

– Ты как к себе в ханство добираться будешь? – спросил я.

– Ханство не моё, – усмехнулся Сандай, мой только род Тохтенов. – Это небольшая часть ханства.

– Пять тысяч мужчин у вас в племени, как сказала Мирей, это небольшая часть? Иные королевства меньше! – напомнил я.

– Пять, не пять, сейчас уже может и меньше, резня же. Но около того, и пятнадцать тысяч женщин и детей. У нас мужчиной с двенадцати лет можно стать, – сказал Сандай.

– А что так женщин заметно больше? – спросил я, зная ответ.

– Мужчины воюют, да и не сильно больше их, если считать с детьми, то мужчин около семи тысяч, а женского пола около двенадцати с половиной. Трудно считать, так было перед отъездом. А у Ханства населения полмиллиона, а может и больше, кто их считает в степи. Таких Великих родов как мой – дюжина у нас, в том числе род хана Вей. Мой почти самый маленький по населению. Есть ещё около сорока родов помельче. Так и живем, – дал полную раскладку Сандай.

– Зачем ты мне это говоришь? – спросил я.

– Я тебе это говорю не просто так, мы в какой-то мере соседи, хотя мой род кочует на другой стороне степи. Около эмирата Борей. И есть рядом оазис отличный, которым Герцог Мириан Хост владел. Сейчас он оформлен на графиню Кныш. – по словам цедил Сандай для тупого валенка.

Это я про себя! Я же подарил кусок земли на границе ханства и эмиратов этих долбанных в своё время Ольче! И мне даже интересно не стало кто в соседях! Ну, Ханство Вей, ну, эмират Борей. Бляха-муха, это получается, я случайно обменял участок рядом с будущими владениями главы рода Сандай Тотхена? Удачненько! Или нет? Чего-то ещё хочет мне мой друг сказать.

– Это если я у тебя в соседях буду, а не мой, например, троюродный брат, он давно косится на этот участок. Пока им фамилия Хоста владела, тронуть никто не смел, а сейчас, сам понимаешь, всё возможно, – пояснил кочевник.

– Участок император не передаст никому, он как был выделен из моего графства, так жена там и будет, – говорю прописные истинный я. – Что там твой брат напридумывал, это не важно, кто ему позволит кусок земли под себя взять?

– Законно он будет твой, или там твоей жены, а вот фактически его. Разграбит там всё, или будет раз в год за данью приезжать. Что сделаешь? Гарнизон будешь там держать? Так не окупит себя участок. А я гарантирую тебе полную независимость и помощь, если вдруг кто рыпнется, – поправил меня друг. – И взамен мне ничего не надо!

– Спасибо, дружище! – рассчувствовался я.

– Это если я власть возьму. Да, по закону я глава рода, но не будет меня, то не будет у тебя друга. Одна стрела мне в глаз – и всё, в роду новый глава, – грустно сказал кочевник.

– Я тебе дам артефакт от дальних атак, – принял решения я.

– Гарод! Скажу честно, мне нужна помощь, в первую очередь военная и денежная! Поможешь – я всегда буду на твоей стороне и детям закажу.

– У тебя и дети есть? – растерянно спросил я, раздумывая.

– Мирей в положении, вроде, – неуверенно ошарашил он меня.

– Вот она чего загоношилась, папа и мама её явно не одобрят, там два таких кабанчика, видел я их в первый день, под ноги им не суйся! – «порадовал» я будущего отца.

– Я уже примерно догадываюсь, мне что так, что так жизнью рисковать. Лучше с прибытком рискну! – мрачно сказал он, явно ожидая от меня ответа.

Вот я тупень, какой, нахрен, артефакт! Тоже нашел, чем помочь. Реально нужны наёмники, маги, и деньги. Или просто деньги, деньги, деньги!

– Что? – не понял меня Сандай.

Оказывается, последние три слова я произнёс вслух.

– Я говорю, для войны нужны три вещи! Деньги, деньги и деньги! – поясняю ему.

– Какая верная мысль! Ну, хорошо, что ты сам про это заговорил! Дружище, займи денег без гарантии отдачи? Я всё посчитал – золотых сто сорок надо мне, и на дорогу ещё пятнадцать – обрадовался Сандай. – Тогда шансы пятьдесят на пятьдесят у меня будут!

– Ты неправильно считаешь! Мне не нужно пятьдесят, мне нужно сто сорок шесть процентов! Из ста! Так! Слушай меня, тут в столице есть посольства отца Ольчи, король, между прочим! У него этих воинов-оглоедов хоть жопой ешь, и кормить их ему тяжело. А тут и дочке польза и прибыток в казну королевства. Оно у него не самое богатое.

– Это Филик Сетин? – проявил понимание и знание политических реалий Сандай.

– Он. Его в посольстве, конечно, нет сейчас, но кто-то есть точно! Я черкну записку. Потом заедешь в мой дом, в один из моих домов, и там мой маг тебе даст денег. К сожалению сопровождающих не могу дать пока, но если доберешься до графства моей второй жены, то там я тебе всё организую. В первую очередь нужен нормальный маг, если не найдёшь, дам своих, – расписывал свой план я.

Оставшееся до обеда время мы провели в плодотворной работе, я писал записки, Сандай прикидывал, что и как лучше сделать. По итогу ему удобнее оказалось ехать через столицу королевства Синок, а значит, в мой замок он не попадёт.

– День или два терять не могу, – застенчиво пояснил он.

Неудобно ему сейчас отказывать.

На обеде уже все были в курсе о взятии мной и Сандаем ранга, а вот про его отъезд пока никто не знал. Он собирался идти после обеда сразу к директору школы и известить его об уходе из заведения. Денег за обучение, которые заплатил покойный прадед ему не видать, а вот отпустить – отпустят. Эх, жалко его терять, десяток без него сильно ослабнет. Ещё и Мирей тупорогая. Вот на кой она залетела? Хотя, может и не тупорогая, а наоборот, продуманная, просчитала шансы и поняла, что влюблённый дикарь-кочевник – это лучший для неё вариант сейчас.

– Гарод, ты знаешь, что если до двадцати лет возьмёшь ещё два ранга, то это будет рекорд нашей империи по поднятию рангов за последние двести лет? – спросил у меня болтливый Дава.

Вот и зачем он мне это сказал? Теперь ещё буду стараться ранги поднимать, я же тщеславный, я себя знаю. А так хорошо жил я без напрягов!

– Гарод, с нас подарок! Может, есть пожелания? Я вот думаю над серьёзным артефактом личной защиты – «Резные крылья», а брат хочет десяток телохранителей подарить. Есть у нас рабы, магией на верность завязаны, воевать умеют, и, если надо, умрут за тебя – хлопнул меня по плечу обычно молчаливый Флетчер, выдав, наверное, дневную норму слов.

– Давай телохранителей! – обрадовался я. Я сам-то не боюсь, а вот девочек моих охранять само-то! А не сильно жирный подарок? Папа мне головенку не открутит?

– Это будет и от него подарок, как ни крути, ты нам обоим помог ранги взять, а это дорого стоит! – пояснил Дава.

Что там за «крылья» я не узнал, не прогадал ли? Вряд ли принцы стали бы дарить фигню,об этом и говорит альтернатива в виде десятка воинов телохранителей, если это равноценный подарок.

– Гарод! За поднятие ранга у тебя бонус – два выходных! Один – в любой день, и один – в ближайший выходной, – громко сказал куратор моего десятка Тортен.

Что приятно, меняпоздравили большинство присутствующих, а моя будущая подданная в минорате империи Аками даже расцеловала. Это я про Ульфину сейчас.

После обеда у нас занятия по артефакторике от Шашина. Вот он чего с утра решил заняться рангом, своё-то занятие не отменяет! Сдельно им платят что ли? Занятие скучнейшее вышло, целиком две пары ушли на артефакты связи. Я с ними благодаря моей кочевой жизни и так неплохо знаком. Артефакты связи бывают стационарные и носимые.

Стационарные, понятно, имеют большую дальность, но и труднее заряжаются. Мой стационарный в бывшем замке Готриба заряжался сутки после каждого использования, но спокойно доставал на полтысячи километров!

Носимые артефакты были одноразовые или многоразовые, передающие речь или просто сигнал, и различали их по цене. Немаловажным фактором было, что использовать их для передачи могли, в основном, маги, причём выше пятого ранга, для простых обывателей тоже были артефакты, но ценой сильно выше. Ранг мага не сильно помогал при работе с устройствами, основным было то, как мастерски владел заклинанием передающий – тем дальше расстояние и тем лучше качество речи. Мой Бурхес легко затыкал на одном и том же артефакте мага пятнадцатого ранга! Опыт, умение экономить свои невеликие силы, ну и хитрости наверняка у него есть. Дождавшись разрешения задать вопрос, а Шашин обычно позволял это делать в конце занятий, я спросил:

– А что за артефакт «Резные Крылья»?

– А! Слышал про такой. Вроде он императорской фамилии принадлежит, – вспомнил Шашин. – Новодел, последний писк моды, мимикрия и полёт. Вроде как планировать, летать тобишь, позволяет магу выше десятки, минут пять, не больше, но при падении, например, со скалы это бывает полезно. Или при бегстве из окна башни. Помню, я как-то забрался к одной герцогине в постель, и тут внезапно муж её вернулся! Покои герцогини были в башне, и выход из неё только один, через центральный зал, ну или через окно! Так я что сделал…

– А мимикрия? – спросил я убитым голосом, представляя, сколько такой артефакт стоит.

Рискую я, перебивая, могу и минус схлопотать.

– Это ещё полезнее! Создаёт магический фон, который сливает тебя с окружающей обстановкой, был бы у меня такой артефакт, можно было в окно и не прыгать! Лежал бы на кроватке, и герцог рядом, а меня и не заметит, – опять сбился на воспоминания Шашин.

– Круто! Ещё и герцогиню можно рядом положить, – с сарказмом сказал я.

– Идея неплохая, только особо дергаться нельзя, мимикрия спадёт при движениях, – одобрил мою пошлость Герд Шашин, продолжая свой необыкновенно «интересный» рассказ под зевания остатков нашего десятка.

После ужина нас собрал Тортен. Он объявил, тыкая пальцем в стоящего рядом Сандая, что этот тип нам больше не товарищ, и вообще он, гад, бросает нас в тот момент, когда наш пятый десяток борется за второе место с третьим!

– Время у вас до вечера собраться, молодой человек, ночевать, надеюсь, будете под забором, – язвительно-недовольным тоном сказал куратор.

Глава 13

– Стоять, бояться! – скомандовал я Мирей, вздумавшей утащить Сандая к себе в норку. – Сперва – дело, заходи ко мне боец! А ты – стой, стой! Жди тут. Мужские разговоры.

– Но, Гарод, – заканючила Мирей, которую к себе в комнату я не пустил.

– Милая, я скоро, – попытался подбодрить её мой протеже.

– Спать ложись, не жди, – опроверг его слова я.

– Гарод, мне надо попрощаться! – непокорно сказал Сандай, уже когда мы остались вдвоём у меня в комнате.

– Да успеешь! Просто бабам много воли давать нельзя! Ну, отчитывайся, что успел сделать?

– Маг твой, старая сволочь, все нервы мне истрепал, твою записку только что на зуб не попробовал, и то я не уверен. Но денег всё-таки выделил – полторы тысячи золотом как ты и писал ему, – начал рассказ Сандай. – Дальше я поехал в посольство к твоему тестю, там записку даже смотреть не стали, как узнали, что я золотом за найм плачу, так я у них сразу дорогим гостем стал.

– Сколько нанял? Денег хватило? – допрашиваю я.

– Нанял конную полусотню, без мага, за тысячу в месяц, можно и больше было нанять, но денег пожалел, мне же их кормить ещё. – Этого за глаза хватит! Тем более, магессу ты мне дашь.

– Да, там, в письме, было задание Бурхесу, он мужик жадноватый, но исполнительный. Рабыня, одиннадцатый ранг, имя Грей, мне верна по ментальной связи. Дам тебе её на войну, будет тебя в столице королевства ждать, – кивнул я.

Ещё обсудив кучу мелких деталей, мы расстались. Сандай умчался радовать напоследок Мирей, хотя характер у той уже начинал портиться.

Утром нам сразу стало ясно, что без Сандая и с поникшей Мирей, наши шансы на второе место в школе сильно упали. Было занятие по противодействию диверсиям, вел его Болдин Крис, маг двадцатого ранга. После теоретической части было закрепление практикой на полигоне. Наш десяток в числе других оборонял свою точку. Атаковал нас второй десяток, основной конкурент. И раскатал как детей! Я, конечно, пытался переломить ситуацию, но составчик у них очень приличный. Кроме Судри был ещё и лучший маг среди учеников, некто Ирман уже тринадцатого ранга. Взял вот как раз на атаке нашей базы ранг. Хотя стоп, у него по прежнему двенадцатый! А кто же взял ранг тогда? Да пофиг.

Вроде, у нас всего двое выбывших, Олли и Сандай, а посыпалось всё. Девки – Костранна, Приска и Сабрина стараются, но это девки, про Мирей я уж молчу, все мысли о покинувшем нас кочевнике. Парни и раньше были средние, но хоть слушались меня, а сейчас зубки начали показывать. Верховодят, ясно, братья Корнель и Морис, отношения с которыми у меня сразу не задались. Оставшаяся парочка на перепутье – Гревл и Данзабуро, уже поднатасканные мной, а сейчас думают, что и сами что-то могут. Добро быстро забывается, это я знаю. После занятий собираю всех в нашей общей комнате, вернее Морис и Корнель там и так были, а остальных пришлось сгонять ором.

– Жрать никто не хочет? А всё равно, что вы хотите. Мы уже на третьем месте среди всех десяток школы, а значит, премиального похода в лавку за едой нам не видать в конце недели. Лапу будете сосать. Я ещё имею шансы на первое место в общем зачете, но намерен в город выйти – шлюхи, рестораны, может, на скачку схожу. А вы и следующую неделю будете на подсосе – жестил я.

– Тебя кто просил комментировать? – спросила вдруг Мирей!

Вот от кого слова против я не ждал!

Бью её по губам ладонью не сильно, от чего голова у неё дергается, и капли крови из разбитого носа и губы текут по лицу.

– Гарод! Меня нельзя бить! Сволочь, пользуешься, что Сандай уехал, – зарыдала она и сделала попытку убежать, но я закрыл проход.

– С тобой всё делать можно, ты не на отдыхе у себя в деревне, а в лучшей школе империи «Башня». Либо сваливай отсюда, либо будь как все. Тебе решать что делать, но я бы тебе посоветовал не рисковать и уйти, – спокойно сказал я.

Все притихли, даже Корнель убрал обычное своё глумливое выражения с лица. То есть, с рожи.

– Теперь для остальных. Я не собираюсь из-за вас быть последним, и проигрывать я не люблю. Я понимаю, что вы все тут невеликие маги, да никакие маги, или идиоты, как Морис с братом. Я понимаю, а вы? Так и думаете сидеть на своём первом ранге? Ах да, Данзабуро у тебя второй ранг, это конечно очень круто. Гревл, Костранна, Приска, Мирей, Сабина – вас устраивает ваш первый ранг?

– Мы делаем, все, что скажут в школе преподаватели, а ты – не они, – подал голос обычно молчаливый Данзабуро.

– Я сам трижды поднял ранг, помог Даве и Флетчеру, знаете таких? Вчера с моей помощью жених вот этой дуры неблагодарной ранг поднял, и поехал со спокойной душой престол забирать. Спасибо тебе, Мирей, за поддержку, – иронично кивнул я девушке.

– Настроение с утра не то, извиняться не буду, – пробурчала под нос она.

– Срал я на твоё настроение и на ваше тоже, – сказал, как отрезал, я. – Буду бить вас. Раз через хорошее отношение не получилось из вас магов сделать, буду насильно. Возражения есть?

– Что ты нам… – попытался сказать Данзабуро, но улетел от моей двоечки в угол, сломав массивный стул при этом.

– И девочек бить бу…, – начала говорить Сабина и улетела туда же от ещё одного моего удара.

– А как же? Раз вы по-другому не понимаете.

– Да что мы можем? – из угла с надрывом сказал Данзабуро.

– Слушать меня, как минимум, и есть вариант ранг поднять, опасный, болезненный, ну а кому легко? – сказал я, наконец, то, ради чего собрал всех.

– Мы согласны! – сказали хором братья-виконты Морис и Корнель, – удивив не только меня, но и остальных.

Через полчаса, общаясь с Шашиным, я понял, что погорячился, обещав ребятам поднятие в рангах.

– Забрали шлем этот! Сегодня с утра, – огорчил меня маг.

– Имперская безопасность? – наивно спросил я.

– Если бы! Хуже! Гильдия магов! Эти точно не отдадут, за лишний ранг маму продадут, – отмахнулся старик. – Я и сам планировал поднять ранг, а вот не успел!

– Слушай, а что, они запретили таким образом поднимать ранг магам, или просто артефакт изъяли? – вдруг пришла мне в голову мысль.

– Просто забрали, а других артефактов нет, это ручная работа, они сначала попробовали сами что-то подобрать у себя – обломались, а потом пошли по легкому пути – отняли у нас, – жалился Шашин.

– Ну! – подмаргиваю Шашину одним глазом.

– Тик у тебя. Глазной! Скушай заячий…

– Помет, он ядрёный он проймёт, – дополнил я строчку из песни, перебив старика.

– Не помёт, а заячий цветок! Фу, у тебя вкусы! – не понял меня Шашин. – От тика очень помогает, и от икоты.

– Уважаемый маг! У меня к вам вопрос! Разрешите задать? – ерничаю я.

– Задавай, – приосанился Герд. – И разрешил же неофициально. Ну чего ты там хотел узнать?

– Пенёк ты старый! Они не смогли подобрать у себя ничего, а ты у себя? Что нибудь похожее? – без намеков и политесов спросил я.

– А я где тебе воз… Хм… Шлема то нет, конечно, второго такого, зато … А есть кое-что у меня, похожее по свойствам, – воскликнул Шашин! – Гарод! Умная твоя башка! И лысая!

– У меня восемь мудаков в группе, которым ранг надо поднять, можно всех разом! Никого не жалко! Хотя там девочка есть беременная, может ей не надо, – сразу запросил я.

– Тащи всех, это ты правильно придумал, проверять на других сначала, а потом я уж и себе ранг попробую поднять. Пока сволочная гильдия опять не отнимет артефакт.

Ещё через двадцать минут и за два часа до отбоя мы были все на полигоне. Состав всё тот же: Герд Шашин, Одноглазый и лялька. По жребию первой выпало пробовать Мирей.

– Может, не будешь рисковать будущим ребенком? – спросил я у неё.

– Гарод, она не беременная, я-то вижу, – влезла в разговор лялька.

– Может и беременная! Срок просто маленький! – огрызнулась Мирей, явно нервничая.

– Чего? Выдумываешь. Сама-то поняла, что сказала? – язвила лекарша.

– Она сказала, что через два часа ещё видно не будет, – ответил я вместо Мирей.

Народ заржал, шутка явно разрядила обстановку.

– Ну, если два часа, то согласна! – хохотнула старушка.

– Ну, не два часа, а два дня, – смущённо сказала Мирей.

– Два дня беременности я уже вижу, лезь в это корыто смело! Нет риска дурачка родить у тебя, – сказала лялька и тут же поправилась. – Хотя, что я говорю! Есть риск! И большой риск, но не из-за этого испытания.

Новым артефактом был медный котёл, просто огромных размеров. Как его притащили-то? Хотя в рабах недостатка не было в школе. На каждого из испытуемых отвели по две минуты. Мирей взяла ранг через минуту, до этого она полминуты валялась в котле и орала, потом пыталась выбраться из него, с разгона набегая на покатые стенки. Наконец она просто остановилась, и подняла руки. Ранг засчитали. Второй ранг – это принятие магии, и кроме светляка, который зажигали обычно все сдающие, было и второе заклинание, называемое «рассеивание». Хорошо так помогает при жаре и холоде, пропускаешь через себя поток магии, и тебе комфортнее.

Её пример воодушевил всех, но у Гревла и Приска ничего не вышло, Данзабуро поднял ранг, но это далось ему нелегко, он заморозил дорожку на котле и выскочил оттуда как акробат! Сейчас валяется и трясёт якобы обожженными ступнями, на которых следов ожога, разумеется, нет. Потом опять пошли неудачи, и лишь братья-виконты, взяв пятый ранг каждый, подправили статистику.

– Четверо из восьми подняли ранг, никто не умер, разве что этот, он кивнул на дрыгающегося до сих пор Данзабуро, идиотом станет или калекой, – радостно сказал Шашин. – Отличная статистика.

Я ожидал худшего. Наши четверки Морель и Корнелий ранги взяли, да и дрыгуна этого я на ноги поставлю. Замечательно вышло! А наши одноранговые маги… что ж, я не волшебник же.

Обратно успели впритык, времени обсудить всё не было, и утром до завтрака меня нашёл Корнелий.

– Гарод ты знаешь я будущий граф, ведь я старше Мориса, – начал он.

– Знаю ага, – соврал я, ибо мне было плевать, кому из них графство достанется.

– Так вот, сейчас у меня дохода особого нет, и возможности мои небольшие, хоть мы и богаты, денег нам много отец не даёт, но в будущем, имей в виду, с меня одна услуга. Любая, кроме измены императору, разумеется, – закончил он.

– Я тебя услышал, – хлопаю его по плечу я и слышу голос куратора Тортена:

– Гарод! Тебя вызывает директор школы! Прямо сейчас вместо завтрака, бегом к нему.

«Директор школы, магистр ордена «имперской стали», маг восьмого ранга – Бертульф Радий», – вспоминаю я информацию о нём, ещё не понимая, чего он от меня хочет. Наверное, по вчерашнему испытанию.

Глава 14

В кабинете меня ожидает принц Одрил, директор школы и троица: Шашин, Одноглазый и Лялька. Все, кроме Одрила, стоят по стойке смирно.

– Ну, вот и последний наш герой! – весело сказал принц при виде меня. – Ты успел позавтракать?

– Нет, срочно вызвали к директору, – сознался я.

А чё? Меня врать не просил никто.

– Это отлично! Собирайся, поедем в одно место, надеюсь, нас там покормят, – потёр руки Одрил.

Быстро переоделся в парадное, нацепил знаки и вот мы уже едем целой кавалькадой в гильдию магов, как мне тихо пояснил мой сосед по карете, Герд Шашин. Якобы будут награждать. Нас сопровождает парадная первая тысяча, не вся, конечно, но всадников двадцать я насчитал. А меньше, наверное, принцу нельзя с собой возить. Добирались минут сорок, и то, потому что нам все дорогу уступали.

– Что-то не похоже, что нас будут сильно хвалить, – высказал сомнение я на месте, вон каким волком на нас смотрит магистр Коритланиус, а это немаленький чин в имперской безопасности, да ещё он и друг императора Хоста.

– Да и глава конклава магов Торин Тук тоже радостным не выглядит, – пробормотал Шашин, соглашаясь со мной. – Хотя Одрил бодрость духа не потерял, может ему больше известно?

На мероприятии, кроме нас, были ещё и десятка два различных чинов.

– Друзья мои, мы собрались здесь по важному и радостному поводу, – голосом ослика Иа начал Коритланиус. – Наша магическая школа в очередной раз доказала своё превосходство над остальными. И так, передовая школа магов «Башня» разработала новый способ поднятия рангов. Способ уже опробован и найдено три артефакта, с помощью которых это можно сделать. Слово предоставляю главе конклава магов Торину Туку.

– Способ не нов, давно известно, что ранги берутся в минуту смертельной опасности лучше всего, но рисковать жизнями для поднятия ранга не имеет смысла. Ведь каждое поднятие – это новый шанс погибнуть, – говорил пока известные факты Торин Тук. – Зато гениальная идея, как создать для организма видимость смертельной опасности, не рискуя, помогает в развитии магов, являющихся оплотом нашего государства.

Далее Тук рассказал об артефактах, которые создают для человека другую реальность, другой мир, в котором ощущения полноценные, а вот телу ничего не угрожает. Были проведены опыты, восемьдесят магов-рабов выкуплены, и метод на них опробован. Однако, есть минусы. Тело не страдает, зато организм может не вынести нагрузки, которая может либо вызвать разрыв сердца, либо свести с ума. И вероятность этого тем выше, чем дольше длиться испытание. А если испытание проводить недолго, то ранг можно и не взять. Чем выше поднимаемый ранг, тем больший риск для жизни магов. Короче, ранга до пятого – относительно безопасно, и треть испытуемых ранг увеличили. Погибших «всего» – семь процентов в этой группе. Точнее, из сорока магов до пятого ранга погибло всего трое, а четырнадцать ранг всё-таки подняли. Вроде всё хорошо, но рисковать ради второго-третьего ранга вообще нет смысла.

Я боялся, что нам предъявят покушение на жизнь принца, но обошлось. Просто запретили эксперименты, теперь только через гильдию. Зато наградили нас шикарно – всем четверым дали знак доблести двенадцатой ступени! Сапфир. А у меня ведь ещё и рубиновый есть, тринадцатой степени, и алмазный, восьмой. Больше никаких наград не дали, даже знаки самим нужно выкупать. Но награда не маленькая, с двенадцатой степени разрешено возрождение в храмах купели. Не так. Не разрешено, а возможно. И принц Одрил как в воду глядел – торжественный обед всё-таки был. Ничего особенного из изысков не давали, так, пяток столов для разной публики, заставленных больше закусками, чем полноценной едой. Зато винища было сортов пятнадцать. Однако, я дурею с него и не пил потому. Так-то никаких проблем, но хочется перед сильными мира сего не облажаться по пьяни. Ко мне подсел Торин Тук и между делом стал пытать за новые заклинания.

– В туалет сходить некогда бывает, а вы про прорывы в магии, – укоризненно заметил я ему.

Затем меня пригласил к себе Одрил. Чувствуете разницу? Не сам пришёл, а позвал. Оно и понятно – императорская фамилия.

– Чтобы ты знал, никакого зла на вас не держу, вы молодцы, что ранг подняли. Флетчер в себя поверил, а как узнал, что жизнью рисковал, такой взгляд у него стал… прожженного пирата, сбежавшего с реи. Тебе отдельное спасибо за это. Что подарить не спрашиваю, ты по малолетству выберешь ерунду. Императору Аками я отписался, сегодня ответ пришёл. Минорат тебе твой подтвердили, а то твои будущие подданные целый заговор затеяли. Кому охота налоги платить лишние, а тут такой шанс ярмо сбросить. Теперь поздно уже. Держи грамотку.

– Спасибо, – говорю я, разворачивая дорогущий пергамент.

Имперский указ

Сим повелеваю.

Подтвердить права графа Гарода Кныша и его наследников на Минорат Монтерей.

Выделить для охраны владения коронную сотню полного состава на шестнадцать лет.

Выделить для личной охраны дециандр личной гвардии на двенадцать лет.

Установить стандартный налог с минората в размере десяти процентов от собранных налогов, с началом выплат через год после вступления в права.

Император Аками третий.

Отдел канцелярии 17-22

– Налог не такой уж и высокий, а что за дециандры и коронные сотни? – спросил я у Одрила.

– По налогам там у них удобнее, можно всех, кто платит тебе налоги, сразу обязать платить часть в имперскую казну. Дециандр – это отдельный десяток воинов с антимагической защитой, десятник, и мациатор – нечто вроде нашего тылового сотенного начальника, только пожиже, ведь народу у него на обеспечении меньше. Коронная сотня полного состава, тоже больше нашей, человек сто двадцать. Но есть и сотенный маг-лекарь, как правило, из выпускников академий ранга третьего-пятого, у нас такой маг только на полутысяче есть, и то не везде. Обоз, само собой, есть, раз отдельная, две баллисты и десяток обслуги при ней. Сотня пешая, ну кроме обоза.

– Неплохо стоит найм такой сотни, а как это он так расщедрился? – заинтересовался я.

– Хотел бы сказать, что я просил, но не те у меня возможности там. Скорее всего, в качестве извинения за то давнее нападение в школе, и за твои грамотные и взвешенные действия по отношению к его праправнуку Солджину, – пояснил Одрил.

– А чего он третий? – задал ещё один вопрос я, на который в учебниках ответа не было.

– Меньше чем двести лет назад сменился там император второй, причем, ушёл добровольно. Сейчас выращивает чего-то у себя в усадебке, и доволен, – вздохнул Одрил.

– Капусту он выращивает, наверное, и думаю, хороша капустка, – задумчиво пробормотал я под заинтересованный взгляд принца.

– Как ты думаешь, ещё шансы есть на подъём рангов у моих мальчиков? – вдруг на меня посмотрел не добрый дядя, а хищник.

– Думаю, есть, и неплохой. Начальные ранги взять легко, а парни в себя сейчас верят, – подумав, ответил я.

– Я ещё хотел узнать по мясу Кроуса, как ты его готовил? – вдруг перевёл тему принц. – Его и вымачивали и специи подбирали, а нормально приготовить на огне не смогли.

– Я не на огне готовил, на углях подпекал, замочил полчасика в вине, не без этого, – сознался я.

– И что за вино? – изумился Одрил.

– Ваши приволокли, неплохое, пятилитровое, – вспомнил подробности я.

– Кажется, я знаю, что за вино, у меня две пятилитровых бутылки пропало за день до этого из погреба, кроме них взять и некому было, вино из Теократии, кстати, дорогое даже для меня, по пять тысяч золотом. Оно антимагическое, как и многое там у врагов. Оно, наверное, и уничтожило въедливый запах уксуса из мяса, – пробормотал принц.

«Что? Пять тысяч! Вот два идиота, лучше бы мы втроём выпили», – размышлял я. – «И две бутылки – это не одна! Вторую они или сами выпили, или есть ещё у них?»

Обед завершился, и мы уже без кортежа сопровождения на двух каретах вернулись в школу. Шашин, на моё удивление, не нарезался. А ведь он тоже переживал, а ну как сделают его крайним во всех грехах?

Обед в школе уже прошёл, и шли последние два часа занятий. Хорошо хоть на последнюю пару успел, и так много пропускаю. А занятие важное для меня – по местам силы, в который входит и мой обелиск. Я, например, выяснил, что можно коммутировать защитный артефакт замка и мой обелиск, это чуть ли не утроит защиту стен от разрушения, возгорания и прочего вредного воздействия. Также я выяснил, что обычно замки и большие поселения ставят в местах, где магический фон высокий. Я-то до сих пор исходил из других соображений. Из географических.

– У меня вопросы есть, – спросил я, когда преподаватель разрешил это сделать.

– Конечно, есть, чего бы им не быть? Половину занятия прогулял. Да ладно, знаю я, что причина более чем уважительная у тебя была. Что ты там хотел? – спросил наставник.

– Если физически разрушить обелиск, то свойства его как быстро исчезнут и как быстро восстановятся после ремонта?

А что? Я должен понимать, охранять мне мою стелу или нет?

– Если обелиск уже вписан в магический фон округи, а это делается магами сразу после возведения, то он сам и не нужен, это скорее символ. Разрушать и чинить его можно, но свойства от этого не изменятся. А вообще, отличный вопрос, Гарод! Плюс два балла! – поощрил меня преподаватель.

О как! Не знаешь, где найдёшь, а где потеряешь.

На праздничном обеде я, не стесняясь, захватил с собой две литровых бутылки отличного вина, и какое-то вяленое мясо. Непонятно чьё, но вкуснячее. На меня покосились, но слова никто не сказал. И мы с моим десятком так неплохо отметили получение мною новой ступени магической доблести. А ещё позже я поперся к Ульфине.

– Как-никак, я твой новый господин! – напирал я, тыкая её в пергамент с утверждённым моим титулом.

– Угомонись, никакой ты не господин, у города и меня перед тобой только финансовые обязательства, – усмехалась она.

– Ладно, нет, так нет, не больно-то и хотелось, – вздохнул я, убирая руку с гладкой коленки девушки, собираясь уйти.

– Эй! Ты чего! Обязательств у меня нет, а потребности имеются! – схватила меня за руку моя подданная.

– Не понял? – поднял бровь я.

– Не понял он. Попробуй ещё раз! – и она положила мою ладонь опять на своё голое колено, обняв меня за плечи.

Глава 15

На отбой я чудом не опоздал. Пронёсся как сайгак по коридору, но успел, и штрафные баллы не заработал. Уже принимая душ, пытался себя совестить – ну как же, захотел воспользоваться подчинённым положением девушки. Но стыдно не было, во-первых,хотелось бабы, а во-вторых, она сама хотел мужика. Вот так по-взрослому у нас всё и было. Ульфина отнеслась к этому ещё проще меня, и предложила «захаживать». Вот и замена Мирей. Хм. А мне ведь сразу эту Ульфину и советовали, и она «за» была! Чего я нос воротил? Всё равно всё по-её вышло.

Утречком – зарядка, я уж и не помню, когда её пропускал. Хоть пять минут, но занимаюсь. Надо свое тело поддерживать в форме.

Первые два часа у нас сегодня посвящены развитию науки. О как! Первое такое занятие за время обучения. Ведёт седой старик с прямой спиной, виконт, то бишь, сын графа. И сколько же лет его папе? Неважно, у меня в голове созрел план для поднятия плюсовых баллов. Я вспомнил, что тут не умеют делить в столбик. Само занятие было достаточно странное – монотонная лекция, без примеров. Кто так о науке рассказывает? Деление в столбик? Да я могу продвинуть их науку лет на сто вперёд. Единственно, что развито хорошо – это математика. Но это и понятно, ведь ни дом, ни корабль построить без вычислений нельзя. Химии как таковой нет, а зачем, если есть магия. Физика в зачаточном состоянии. Про строение вещества никто понятия не имеет. Рассказать им про атомы? Да ну. Хотя вот есть обработка металлов, да и выплавка у них немного развита, но опять же – однобоко. Магия заменила науку и затормозила технический прогресс. Паровых машин так и нет до сих пор, хотя книгопечатание уже развивается. «Век пятнадцатый-шестнадцатый, примерно, по земным меркам», – решил я к концу длинной лекции. Надо подумать, ведь даже мелкие знания, которые чудом остались у меня от школы тут – прорыв. С другой стороны, а мне это зачем? «Загадят всю планету», – зло подумал я, когда рассказывали про покраску тканей, вроде как химия у нас отвечает за это.

– Видел я повозку на артефакте движения, сама ехала, без коня, только артефакт заряжай, а уж он толкает что есть мочи, – бубнит препод и неожиданно даёт нам возможность вставить слово. – Вот что тут подумать можно?

– А зачем артефакт, конь же дешевле, или бык? – спросил Псабай. – Да и дороги такой артефакт портить будет, он же от мостовой отталкивается.

– Молодцы какие! Я бы прокатилась на такой повозке! – высказалась смуглая девица из четвертого десятка вроде.

– Неясно, почему у нас нет школ для таких вот мастеров, которые новое выдумывают? Ни у нас, ни в соседних государствах. Я бы создал, – запальчиво сказал невысокий паренёк, как бы ни с того же десятка, что и деваха.

– Поубивал бы изготовителей! Что им всё неймётся-то? Хорошо же и так! А повозок этих тысячи, миллионы требуются. А на каждую артефакт если? Что будет с магическим фоном? – зло сказал я, хотя никакого артефакта движения и в глаза не видывал, но помнил загаженную Землю.

А что? Мне тут нравится больше чем на Земле – воздух чистый, дороги, если имперские, то ровные. Лошадка нагадила? Так смети на обочину и опять чисто, а то и дождик смоет сам. Всё что нужно магия даст. Мне. Остальные меня не сильно интересуют.

– Гарод, плюс три балла, Псабай, плюс один, а вам, парочке, по минус три! – неожиданно сказал препод. – Вот правильно Гарод мыслит! Как настоящий муж, хотя ещё и мальчик. Чем всякую дрянь выдумывать, лучше бы этим мастерам в каменоломнях кирку и тачку изучать!

После занятий я специально поинтересовался, что там за артефакт такой? Оказалось, толчковый – работает на отталкивании струи воздуха от земли. Наверное, можно использовать, например, во флоте, хотя любой маг создаст ветер, это будет проще по расходам магической энергии. Тем не менее прогресс так просто не затормозить, а значит, тут его тормозят специально. И лучше мне со своими новшествами не лезть.

На обеде болтаю с Мирей, та на измене, переживает за своего дружка-кочевника. Я пытаюсь успокоить её. Занятия после обеда спортивные, легко получаю ещё три балла и выхожу на чистое первое место, судя по табличке в холле школы. Вечером пир, нас всех поощрили за взятие ранга выходным и правом посещения лавки. Деньги есть у всех, бедных нет. Был один и уехал, ханскую камчу получать. Так что ближайшее время нам не грозит отощание. Сижу, прислушиваюсь к разговору девочек, так мимолётно, фоном что-то жужжат:

– Так вот, приносят нам сиротку из стекольщиков, надо доставить её до гильдейских. Родителей её орлы унесли, а малышка спаслась под телегой, – рассказывает Приска. – Не бесплатно, конечно, там имущества на полтора золотых было с ней, наследство. Отец и взял на себя эту мороку. А следом приходит такой красивый мужественный барон, откуда-то из задницы мира и даёт золотой! Представляете? Просто так! Мне, говорит он, не жалко золота на малышку. Ну, моя сестра на него и запала, и ночью к нему сбежала. Что там у них было, не знаю, но точно было, ведь сестра сейчас с брюхом ходит, а мужа у неё нет.

В голове моей всплыла похожая история, ещё когда я с Малосси ехал в столицу. Как мы подобрали на дороге под перевернутой телегой девочку из стекольщиков, родителей её как раз орлы унесли. Девочку мы отдали купцам для доставки в гильдию родителей этого ребёнка. Только золотых было два, от меня и от Бурхеса. Точно помню, ибо удивил меня старик тогда в первый раз. То жадный, а то расщедрился. И Малосси не рассказывал, что он купеческую дочь обрюхатил!

– А где это было? Случайно, не около монастыря единого? – спросил я у Приски.

– Да там, – обрадовалась она. – А ты откуда знаешь?

– Вот так совпало, что этот барон своё баронство имеет в моём графстве. И до сих пор он забыть не может твою сестру. Любит – сил нет! А как найти не знает! Даже готов второй женой взять! А как узнает, что отцом станет, так вообще золотом осыпет! Он такой. Щедрый!

– Да неужели? – прижала ладошки Приска к щекам. – То, что щедрый – это мы сразу поняли, а когда, а когда ты ему сообщишь? Я сегодня же письмо напишу сестре. А как, говоришь, его зовут?

– Малосси! Барон Малосси! – охотно сдал я негодяя, который украл у сиротки золотой. Ну и сестру Приски поимел, но за это я его не осуждаю, если сестра похожа на Приску, и я бы не удержался. – Садись рядом, поболтаем!

Приска села рядом, и я выяснил, куда пристроили сиротку, в каком городе она сейчас. А заодно вспомнил, что я забыл про другого сироту – Кастина, того, которого я у себя на яхте зайцем поймал, а потом пристроил в императорский пансион. Надо навестить парня. Свинота я бессердечная.

– Гарод, ты такой отзывчивый, о чужом ребёнке беспокоишься! – щебетала купеческая дочка Приска, поглаживая меня по руке. – Мои родители месяц назад были там, в гильдейском приюте. Жизнь там не сахар, конечно, но в будущем пристроят её в пансион гильдии, получит профессию, или замуж за мастера выйдет.

Я против поглаживаний ничего не имею, хотя Ульфина сексуальное напряжение сбросила уже. Вижу, Гревл из нашего десятка, на меня смотрит недовольно так. Они с Приской простолюдины из купцов, и, очевидно, только с ней у него есть шансы на пару. Но мне на его заморочки похрен. Не убудет от Приски, если граф её пару раз попользует.

– Ну что, к тебе или ко мне? – шепчу я девушке.

– К Гревлу, – ошарашивает Приска меня.

– А ты затейница! – с одобрением смотрю на неё я.

– Ой, Гарод, ты красавик, но такой дурак! Я к Гревлу, сплю я с ним, и замуж за него пойду! – веселится Приска.

– Ясно, просто мне показалось…, – ворчу я.

– Тебе показалось! Ты бы лучше к Ульфине сходил, она к тебе не ровно дышит, – советует девушка.

Иду домой, размышляя, чего я красавчик? И далась им эта Ульфина всем. А Малосси-то, негодяй, закрысил золотой, и бабу обрюхатил. Ничего, я ему устрою сладкую жизнь. А то граф слишком добр к нему, с того света его вытаскивал с помощью своего обелиска. «Граф – это я», – путаются мысли у меня в голове.

На выходных всем поднявшим ранг дают отгул, увольнение, выходной. Мой переводчик в голове каждый раз разные версии выдаёт. Естественно, первым делом я связываюсь с Малосси, плачу несусветные бабки, целых два золотых, чтобы сказать, что он мне должен один, ну и порадовать будущим наследником или наследницей от купеческой дочки. Малосси бекает и мекает, пока вместо него я не услышал голос Альфрики, его магессы:

– Барон лишился чувств.

– Ясень пень! Такая радостная новость! Жду его через пару-тройку недель в столице, будем свадебку гулять. И пусть заедет к моим девочкам, может они чего передадут с оказией, – командую я и тут же поправляюсь. – Отставить девочек! Общаться только с Пьон!

Знаю я и Милу и Ольчу, обе могут передать щенка, например, или попросить новую ткань на платье. А Пьон разумная, она передаст и попросит только то, что нужно. Так-с! Тут я гадость сделал, пора заехать к Кастину. Нанимаю экипаж, на этот раз – шикарный, по-другому нельзя, встречают по одёжке, ведь. В императорском пансионе смотрят на меня свысока. В школе нельзя носить графские цвета и знаки.

– Кто таков? – басит усач два метра ростом и с плечами как у штангиста.

– Граф, Гарод Кныш. Маг десятого ранга. Метнись кабанчиком и позови моего воспитанника! Кастин, первый год обучения.

– Чё, прям целый граф? – смотрит на меня усач и получает поддых, а затем по колену.

– Нападение на караул, – орёт он, пытаясь достать свою зубочистку.

Ну не зубочистку. Меч.

Из будки около ворот вылетает расхристанный десятник, явно спавший и явно спохмела. Десятник – это уже чин, и дураков там мало.

– Господин, потрудитесь пояснить, чем вам этот олух насолил, – сразу въезжает в расклады командир, попутно пиная усача.

– А если не потружусь? – вредничаю я, но опытный десятник гасит конфликт:

– Отрубим этой скотине голову за оскорбление мага десятого ранга!

– И графа! Граф ещё я! – остываю от конфликта и уже говорю спокойно.

– Петрин, кто тебя учил хамить магам и графам? – пинает ещё раз десятник подчинённого, застёгиваясь на все пуговицы.

– Да брось ты! – дружески обнимаю десятника я, и, против своей воли, сую целый золотой ему в ладонь. – Мне бы паренька моего позвать. Кастином кличут.

– Петрин, проси прощения у графа, – советует десятник и исчезает в будке.

– Откуда мне знать, что вы граф, на одежде нет ничего – ни герба, ни ленты. Может вы самозванец, а я поче… – извинятся усач.

– Я из школы «Башня», там все сословия под запретом. Я не в обиде. Хрен с тобой. На будущее учти, самозванцев у нас в империи нет, наказание для них одно, и ты знаешь какое. Раз я сказал граф, значит – граф, ты потом проверить можешь, но сразу хамить… Так себе вариант самоубийства.

– Господин граф, – отвлёк меня от добрых дел десятник, а как ещё можно назвать бесплатное поучение охраны. – Кастина вызвать нельзя, он в карцере!

– Ась? – спросил я, приходя в бешенство.

Глава 16

– Это решение дисциплинарной комиссии, у нас с этим строго! – быстро снял вину с себя опытный десятник.

– Пора их навестить! – говорю я решительно и иду напролом.

– Господин маг, не извольте беспокоиться, я вас провожу! – предлагает десятник.

Иду за ним, размышляя, чего он так прогибается? Скорее всего, боится последствий, ведь пропустил и сопроводил разные вещи. За «пропустил» по шее дадут, а «проводить» меня, вроде как обязанность его. А что я там головы кому поотрываю, не боится? Ведь ему придётся в драку со мной лезть. Что-то задумал? Оказалось проще. Как только он довел меня до шикарной приёмной и кивнул красивой девочке, не иначе помощнице дисциплинарного директора Кана, если я правильно прочитал должность на табличке, то сразу удрал.

– Мирна, я на пост, тут посетитель к господину директору, граф Гарод!

Во ловкач! Со всех сторон задницу прикрыл.

– Вам придётся подождать. Господ… – загородила проход хрупкая девушка.

Я, разумеется, ни ждать, ни даже слушать не стал, просто взял её подмышки и занёс в кабинет этого занятого начальника.

– Отпустите, – верещала девица.

Оглядываю кабинет. Кан был занят подготовкой к трудному рабочему дню: разбросанные бумаги на столе, бутылка вина или другого спиртного, какая-то миска с орехами. Кана я застал уже с занесённой стопкой в руках. Был директор могучий как скала. Ну, как два меня, но рыхлый.

– Что это за новости? – заверещал он басом. – Ты кто?

Я отпускаю девицу, шлепаю по попке, и командую ей:

– Иди, вызови лекаря, господину Кану нужна помощь!

– Так зачем? – не понимает девица. – Да вы и сами маг!

– Иди, я сказал, когда лекарь придёт, уже будет нужно, а я не лечить буду, а наоборот.

– Молодой человек! Я вижу вы маг серьёзного ранга и пока не вызываю охрану, но вы кто?

– Конь в пальто! – вежливо спокойным голосом говорю я, садясь в кресло.

– Тоша сказал он граф ещё, – спалила мой титул из-за двери девица.

– Гм. Допустим, и что же заставило вас, господин граф, ворваться ко мне и помешать… – продолжил уже спокойнее Кан.

– Бухать? Желание установить справедливость и выяснить, кто и за что посадил моего воспитанника в карцер?

– Не знал, что у Кастина такой влиятельный покровитель! Что вы смотрите на меня, господин граф, в карцере сейчас четверо, но трое из них – девушки, а вы сказали воспитанник.

– Ближе к теме, – сухо сказал я, состроив серьёзную морду.

– Прискорбно сообщать, но он – вор! И в карцере за воровство у соседа тридцати серебра.

– И что, это уже доказано? – пока спокойно спрашиваю его.

– Денег у него не было, а при обыске их казармы нашли, а потом он сам признался! А это, как ни крути, железное доказательство, – торжествующе смотрел на молодого пацана Кан.

Я расхохотался в голос, мне ли не знать, как пишут такие признания. И раз он признал такое, то дела у него могут тут идти плохо. Если украл, кстати, я не осуждаю, но ведь ему ещё и дали с собой пару золотых, немного серебра и меди, куда он деть успел их?

– Хотите, я устрою так, что вы признаетесь прямо сейчас в измене империи? Мне пяти минут хватит, как раз ваш лекарь подойти успеет, – встал во весь рост я и угрожающе направился к директору.

– Граф! Почему такое недоверие? – возмутился мужик, опасаясь придурочного, избалованного мажора, то есть меня.

– Давайте пройдём к нему в карцер прямо сейчас, я сам хочу спросить, куда делись те деньги, что я ему с собой давал? – предложил выход из ситуации я.

– Да не извольте беспокоиться, сейчас его приведут, мне только выйти надо, отдать распоряжение, – Кан стал бочков выходить из комнаты, не сводя с меня глаз.

– А я побеспокоюсь, – с доброй улыбкой сказал я, ударив, наконец, Кана под дых.

Даже легче стало!

– Кому тут лекарь нужен, – в комнату ввалился… Сыч собственной персоной! И с ним какой-то мелкий дядя, лет под полтинник, маг девятого ранга.

– Граф! Какая неожиданная встреча! – удивился Астин Сыч.

– А я-то уж как удивлён! Что, из королевства Цон тебя погнали уже? – хмуро спросил я, прикидывая, вырублю, если что, Сыча или нет.

– Я тут с проверкой, вот к знакомому заехал, мой ученик маг девятого ранга Марли Бьон. А как там, у Судри дела? Да что я о своих делах, ты-то как тут?

– Воспитанник у меня тут, мальчишка, десяти лет (если честно, я и забыл, сколько лет Кастину, мы его сюда на пять лет пристроили, вполне возможно, уже одиннадцать, ведь обучение в пансионате до шестнадцати).

– Похвально, что в свой выходной, а в школе «Башня» его получить непросто, вы нашли время проведать паренька. Я вижу, у вас десятый ранг уже, а был седьмой ведь недавно! Легко вам магия даётся, жаль, ваша мама не видит, порадовалась бы. Ты Розалию Лею помнишь? – обратился он к тщедушному магу, видимо, местному лекарю.

– Помню, такая сочная у неё была жо…, – чего-то обрадовался тот.

Бью в челюсть, наглухо вырубая хама.

– Астин Сыч, с чего бы ваш знакомый решил, что можно мою маму оскорблять похабными речами? – строго спросил я.

– О Гарод! Ты не меняешься! Избить кого, убить, при малейшем поводе – это у тебя норма жизни! Можно же было ему словами мозги вправить, – ворчал Сыч, подлечивая недобитка.

– Я винова-а-ат! – неожиданно басовито рычал местный маг через пару минут, когда Сыч пояснил кто я. А также, какие у меня связи и как неприлично такое говорить о дамах вообще, а уж о родственницах Гарода Кныша – это не только неприлично, но и смертельно опасно... А императорская семья Гарода уважает, обелиск даже позволила около замка графа поставить. Да и сам титул, вернее, его получение согласовало, а если вспомнить про знак доблести рубин двенадцатой степени…

– И двенадцатой ступени сапфир, а рубин уже тринадцатой, – ревниво поправил Сыча я в области моих заслуг. – Не будем языком болтать! Идём в карцер!

– Но я же извинился! Не хочу в карцер! – опять забасил недоросток-маг.

– У него там воспитанник сидит, – хмуро пояснил уже оклемавшийся Кан, тоже осознав величину проблем.

– Как так? – хором сказали оба мага.

– Да вот, идиоты на приемке детей не проверят, кто есть кто, а у нас потом проблемы. За него же империя платила, сам он сирота. Думали, бесхозный мальчик.

– А он не бесхозный, – качнул башкой я.

Через пять минут мы вчетвером, пару охранников я не считаю, в карцере, а передо мной мой маленький маг.

– Гарод!– побежал обниматься ко мне парень. – То есть, господин Граф!

– Ну, рассказывай, маленький воришка, куда те деньги дел, что мы тебе с собой дали? – обнимаю его я, и становиться приятно, что парень в меня верил, да и вообще считает идеалом для подражания.

– Я не воровал! А деньги мои были, те, что этот не забрал, – кивнул пацан на Кана.

Через пару минут допроса я выяснил, что мои деньги, оказывается, у Кастина отняли, якобы на хранение, но клянутся, что по первому требованию отдадут всё. Старшему десятка в их казарме, который заставил признаться Кастина в воровстве не разбираясь, при мне всыпят плетей, а лгуна, которого якобы обворовали, выкинут из школы, благо, он как раз не сирота. И вообще, я не стал жадничать и выкупил отдельную комнату на пять лет, усиленный стол и право посещать местную лавку. Обошлось мне это в такую небольшую сумму, что я не понял – а чего мы сразу так не сделали? Меня обмануло то, что заведение под надзором имперской канцелярии. Да и название красивое – «Императорский пансион»! Отдаю двадцать две золотых марки за пять лет. Пацана мне отдали до вечера. Приодел его, к девкам рано везти, так что просто накормил.

Едем в мой дом. Встречает меня прислуга и Бурхес. Старик явно потолстел! Вот что значит осёдлая жизнь. Мальчика тащат в ванную, есть кому им заняться, Бурхес тут как в раю.

– Десятый ранг! А это повод выпить! – увидел главное мой маг.

– Тебе бы всё пить! – укоризненно сдал Бурхеса десятник Борил.

Мои служанки Арлина и Ксира расцвели, и выглядят невестами. Арлина – мастерица, заварила нам чай, а старика распирает от какой-то новости. Хочется ему рассказать, но специально не даю это сделать, наблюдая за его муками. Болтаю без умолку про всё, наконец, мне надоело стебаться и я спросил:

– Ну а у тебя есть чего нового? В смысле, не новые девки в борделях в округе, а новости есть какие?

– Есть возможность купить голоса семьи Бро. Ну помнишь, я говорил про наш совет, – говорит старик.

– Помню, у тебя три голоса из трёх с половиной тысяч, ну и пять голосов у твоего друга Бартина, – реально вспоминаю я, поражаясь, сколько всего я помню, и ведь никаких гуглов тут нет.

– А сейчас можно купить девятнадцать! Всего две тысячи золотом!

– Недорого, – сказал я.

– За каждый голос, – добавила старая скотина.

– Это надо к Пьон обращаться! – задумался я, не отказывая старику.

А нехило их семейный бизнес стоит, если примерно золотой около тысячи баксов стоит, то на семь миллиардов баксов потянет! Как «Газпром»! Или «Газпром» больше?

– С двадцатью шестью голосами с нами будут считаться, можно будет взять бизнес под себя, из семейных, – сказал Бурхес.

– Я тебя услышал, будем думать, прикидывать ресурсы. Когда ответ нужен?

– До войны терпит. Мой дальний родич хочет армию хорошую нанять, есть у него наводки на ценности в Теократии, – добавил Бурхес.

– А война скоро уже? – встрепенулся я.

– Не раньше чем через полгода, но не позже девяти месяцев, чтобы под сезон ураганов не попасть, – сказал, наливая себе вина, маг.

– Нам бы пару охранников нанять, – сел за стол Борил, обратив на меня своё внимание. – И с Боном надо что-то решать, два дня уже нет, сбежал! Раб нужен, Хоргал один не справляется, да и не любит он, кроме лошадей, ничем заниматься.

– Ты это брось! Любит, не любит, будет делать, что скажете. А раб, если сбежал, сразу заявляйте, а может и не сбежал?

– Сбежал, – вздохнул Бурхес. – Он Арлину уговаривал, а та ни в какую, и мне сказала. Я было кинулся его наказать, а его уже со двора и след простыл. Вина утащил с собой дорогого! Две бутылки, те, что с вашего сгоревшего домика.

– Три! – указал я на пустую бутылку на столе и заржал как конь.

– Граф. Да что вы уж такой недоверчивый, – сделал честные глаза Бурхес.

– Даю добро на покупку раба, и найм охранников, найми дюжину, чтобы приходили тройками сюда на работу, на смену по двенадцать часов, а не жили тут, – даю распоряжение Борилу.

Или Бурхесу надо команду дать? Кого я главным здесь оставил? Что за память, тут помню, тут не помню!

Глава 17

Пополняю свои денежные запасы и внезапно нахожу перстенёк. С трудом вспоминаю, что он

якобы даёт защиту от любого воздействия. Тот, с гранатом, который я принял в возмещение ущерба от воровки ещё в первый приезд в столицу. Глядя на него, возникла мысль узнать, как там мой бизнес по производству одежды? Время у меня ещё есть, решаю нанести визит в лавочку к своим компаньонам из простолюдинов. Но сначала надеваю перстень на палец. Насколько я помню, пользоваться им мог маг от восьмого ранга. Я уже перерос этот порог. Активирую перстень. Возникший на некоторое время прозрачный купол вокруг меня, моргнул и исчез.

«На моем ранге секунда-полторы держится защита», – прикинул я. Надо показать Шашину.

В лавке Марибель, так вроде её звали, полно народу. Три приказчика заняты только готовыми изделиями, а ещё есть и отдельные примерочные кабинеты. Меня моя компаньонка узнала сразу.

– Барон! Рада вас видеть!– подскочила она ко мне.

– Граф! Я уже граф, как тут наш бизнес? – сразу спросил я.

– Ваши вложенные двадцать золотых готова отдать прямо сейчас, а ещё сорок – это доход с вашей идеи насчёт шорт! Название странноватое, но прижилось! Я подготовила документы, вы владелец сорока процентов лавки и мастерской.

– Что ж, давай посмотрим документы, – соглашаюсь я.

Ничего я в местной клинописи не понимаю. Нет, все цифры понятны, а вот как проверить на сто два золотом она продала товара, или нет, я не могу. Но сделал умную морду, наверное, получилось плохо. Забрал шестьдесят золотых, похвалил Марибель, потрепав её за попку, и собрался уходить. Но сразу уйти не получилось. В лавке возник какой-то шум, выходим с хозяйкой и видим разгневанную тетку, лет тридцати, тощую и высокую, и, судя по одежде, графиню!

– Позвольте представиться! Граф Гарод Кныш! Один из хозяев данного заведения, – немного привираю я, ведь у меня только доля и не самая большая. – Что же вызвало ваш гнев?

– Ты граф? А почем нет положенных гербов, знаков и …? – возмутилась сразу тетка.

– Школа магии «Башня» запрещает ученикам пользовать титулом, – перебил её я.

Название школы, как говорится, на слуху, и какие там цены за обучения всем понятно, поэтому взгляд графини сразу становиться добрее, а голос тише.

– Ах, Гарод! Я графиня Аграфена из королевства Цон. Тут проездом, вот, очень рекомендовали эту лавку, а ничего подобрать я так себе и не смогла.

– У вас красивые длинные ноги, их надо показывать, но не так как вы это сделали – укоротили платье, и всё. Можно сделать зауженное платье, например, с разрезом до… прям до попы, и у вас маленькая грудь, её надо визуально увеличить или спрятать, – начал давать советы я, оглядев тетку ещё раз уже взором кобеля.

– Как же я её увеличу? – удивилась графиня, тем не менее, слушая меня и поворачиваясь к Марибель. – Милашка… есть у вас отдельный кабинет?

Через тридцать минут Марибель лично сшила юбку с разрезом из дорогой кожи, которая ложилась на бедра изумительно, а грудь мы вообще прятать не стали. Чё её прятать, она до сих пор стоячая, сделали вырез в блузке из паучьего прозрачного шёлка.

– Конечно, всё сшито на живую, – алела от похвалы графини и графа Марибель, да и идея не моя, это граф посмотрел как мужчина на вас и сразу сказал, чего бы ему хотелось.

– Буду ждать, готова платить за срочность! – разглядывала свой разрез у небольшого зеркала Аграфена.

Дорогие зеркала тут, но покупать надо! Иначе никак. Прощаюсь с Марибель, засос от Аграфены я уже получил. Возвращаю моему дизайнеру все золотые обратно.

– Купи зеркало в полный рост. Два зеркала! Для отдельного кабинета поставь мебель хорошую, покупай свежие газетные листки, пусть важные персоны читают и развлекаются, пока ты их обслуживаешь, найми художника, пусть нарисует модели ходовых платьев, закупи дорогих материалов для знатных господ, и закажи вот такие визитки с адресом нашей лавки.

– Столько идей, боюсь, денег не хватит на всё, даже ваших, что вы вернули. Ваши шестьдесят, у меня есть запас примерно столько же, по двадцатке в месяц даёт мастерская и лавка, а одни зеркала такой величины сотню стоят! – озаботилась Марибель.

Пришлось доставать заначку в двести золотых, что взял сегодня из дома и отдавать, ведь идей всплыла в голове куча. Это и развлечения для спутников покупателей, и неважно, дети это или мужчины, и реклама, я заметил, что в газетных листках только новости и объявления. Ну и если планировать серьёзный доход, надо выходить на богатых людей. Пьон бы сюда! Жаль что она так далеко. Реально можно развернуться же!

Перед прибытием в школу заезжаю в лавку и покупаю разного товара, в основном съестное. Плохо кормят в школе, но это они из педагогических побуждений делают.

Всю следующую неделю занимаюсь учёбой, только сейчас стало доходить, что большинство знаний нигде я больше не получу. Тут интернетов нет. Сходил и показал перстень Шашину.

– Неплохая цацка, за десятку можешь продать. Тут как? Чем выше ранг у мага, тем ценнее эта вещь, – сказал он, проверив артефакт.

– Продать поможешь? – спросил я, надеясь-таки насобирать нужную сумму для выкупа фамильного бизнеса Бурхеса.

– Не быстро. Он идеален для подарка ценного, но, сам понимаешь, поводы не каждый день у моих знакомых бывают. Оставляй, тем более, вам больше пяти артефактов брать нельзя в школу, – согласился Герд Шашин.

А в выходной меня навестили сразу три женщины. Марибель с Аграфеной и леди Марчер! Как она меня нашла! Сидят все трое, ждут меня из школы, разумеется, сегодня не отпустят, ведь я второй в рейтинге, с отставанием в три балла. Общаться с дамами я начал по знатности.

– Графиня, какими судьбами? – радушно интересуюсь я, видя, что Марчер греет уши, а Мрибель совсем не интересуется разговором.

Ну нет тут отдельных комнат для свиданий. Вышел на улицу, благо зимы тут нет, и сиди на лавках. И не я один такой, вон, например, Мирей папа с мамой навестили.

– Мы хотим перевезти лавку в моё графство, – сразу пояснила цель своего визита графиня, а заодно стало понятно безразличие к разговору Марибель – наверняка уже всё обговорили.

– Большое у вас графство? – размышляю я.

– Лично моих закупных, наёмных и рабов около восьми тысяч, и есть свободный город в четыре тысячи человек. Какие плюсы? Налог у меня не столичный, всего десять процентов, а в столице двадцать пять, тут её каждый обидеть может, и не спорьте, Гарод! Я всё выяснила, вы во второй раз её проведали, просто чудо, что никто из аристократов до сих пор не ограбил её.

– Да плюсы это важно, а вам это зачем? Нужна моя доля? – в лоб спросил я.

– Нет, я не дура и вижу, вся ценность в твоих идеях и мастерстве Марибель реализовывать ваши нестандартные проекты. Мне достаточно, что я буду одеваться у вас, и никуда ездить не надо, ну и налоги, – гладко стелет Аграфена.

– Есть и минусы – тут люди богаче, – напоминаю я.

– Гарод, королевство Цон и, в частности, моё графство, находится недалеко от столицы, пару дней пути, и наши места силы, где стоят обелиски, а их в королевстве три, навещают знатные люди со всего королевства.

– В таком случае я не возражаю, а муж-то не против твой? – обращаюсь уже к Марибель.

– Мы с ним расстались, – беспечно махнула рукой девушка, – вздумал меня ревновать!

Вот профурсетка, но талантливая, не отнять. Схватывает всё на лету. Аристократка и простолюдинка ушли, одарив меня поцелуями, явно замеченными Мирей, а я стал общаться с леди Марчер.

– Как ваш пансион? Надо сказать, готовите вы девиц изумительно! И моя жена Мила, и её подруга Ирила устроились очень хорошо и мужья ими довольны!

– Кто? Ирила? Гм. Вот уж не поверила бы, на мужчин она слаба, – хмыкнула Марчер. – А вы давно её видели?

– Недавно встретил её с мужем, бароном, в столице, и, надо сказать, что деньги она любит ещё больше, а у барона они есть, – сказал я, не споря насчёт мужчин, ведь имел возможность сам убедиться, что примерной жены из неё не получится, а вот для несерьёзных отношений лучше кого поискать ещё надо. Впрочем, там Дава уже очередь занял.

– Так у тебя ко мне какое-то дело? – вернулся от мыслей о Ириле к леди Марчер.

– Я выхожу замуж, и хотела вас попросить об услуге восстановления кожи, – призналась женщина.

– Поздравляю! А что не так с твоей кожей? Как младенец же, – удивился я, разглядывая леди.

– Это для моего мужа, у него рубец большой на лице. Нет, он человек хороший, и деньги есть и профессия денежная – он ювелир, и меня любить. Но как гляну на него, страшно становиться, – призналась Марчер.

– Помогу твоему горю, не бесплатно, конечно, – но чтобы без болтовни, я обещал не пользоваться лишний раз этим заклинанием, – предупреждаю женщину.

Взял с неё адрес и собрался уже уходить, как меня позвала Мирей:

– Гарод, мои родители хотят спросить у тебя насчёт Сандая.

– Слушаю вас, – доброжелательно спросил я, подходя к ним. Можно было их заставить самих подойти, но уж уважил подругу.

– Гарод. А ваш Сандай, жених моей дочки, случайно, не аферист? – нервно спросил меня папа девушки.

– Не думал об этом, а почему такой вопрос? – удивился я.

– Он взял большую сумму денег у меня, и уже неделю как с ним нет связи, хотя амулет мы ему в дорогу дали хороший, – высказал свои подозрения отец.

– Я ему тоже деньгами помог, и магессу ему серьёзную, одиннадцатого ранга, дать пообещал, – задумался я. – Должен сейчас по морю плыть.

– Утонуууул, или пираты захватили! – заплакала Мирей.

Спасибо за чтение

Вернуться к книге