Имбирные человечки

Глава 1

Часть первая

Рай на Земле

Глава 1

Положение Бенсонов было неприятным хотя бы от того, что они были вынуждены переехать в другой город. И без того глава семьи – Клаудий Бенсон тяжело переживал потерю работы. Инженер с двадцатилетним стажем, оказывается способен плохо выполнять свою работу, в отличие от новичков, которые намного лучше его разбираются в области инженерии. Выпускники университетов, новоиспеченные труженики, которых с распростертыми объятиями примет любая компания. Гуру в области современной техники, специалисты в новых технологиях, в общем, знающие все, что нужно новому поколению. Бенсон никогда бы не подумал, что его подсидит парнишка, у которого еще молоко на губах не обсохло. Он считал, что вполне способен перенять у нового поколения кое-какие навыки, например, понять, что такое интернет, как он работает и за что его так все хвалят. Взамен Клаудий мог бы дать новичкам знания, что сам получил за время своей карьеры инженера. Но зачем обмениваться знаниями и опытом, когда можно просто выгнать старика, старика сорока двух лет. В свое время Клаудий Бенсон тоже был выпускником одного из университетов и очень радовался тому, что живет в большом и развивающемся городе, где всегда нужны специалисты, вроде него. Но наступило время, когда работы в этом городе для него уже не было, новички, как он когда-то, заполонили все. Как бы он не пытался отыскать хоть какую-то работу по профессии у него ничего не выходило. Переезд был неизбежен.

Но с потерей работы еще как-то можно было справиться, в конце концов, больше всего это были личные переживания Клаудия. Он думал о несправедливости, неблагодарности компании, за то, что он вложил в ее развитее все свои силы. А вот принять последствия этого увольнения – переезд, оказалось тяжелым для всей семьи. Но даже об этом Клаудий переживал, наверное, больше всех. По его вине они должны покинуть место, где провели всю свою жизнь, до этого несчастного увольнения.

Маргарет Бенсон супруга Клаудия всю жизнь пробыла домохозяйкой. Муж зарабатывал достаточно, чтобы они ни в чем не нуждались, а значит, жена могла посвятить себя воспитанию сына и любому своему хобби. Любимыми занятиями женщины были садоводство и астрология, а именно характеристика человека по знаку зодиака. Землю она считала своей стихией. Дева по гороскопу, она полностью посвящала себя земле. Выращивание цветов, овощей и фруктов, возможность обустраивать сад так как она того желала, было увлечением всей ее жизни. Когда она узнала, что придется попрощаться с садом, в который она вложила столько сил и заботы, ее чуть не хватил удар. Она плакала около двух дней и почти не вставала с постели. Настолько тяжело было принять тот факт, что они должны уехать, но что еще хуже, продать свой участок земли. А это означало позволить кому-то другому хозяйничать на ее земле. Мысли об этом были как нож по сердцу.

Менее драматично и более спокойно эту новость принял единственный сын Бенсонов Дуэйн, шестнадцатилетний подросток, который был вынужден попрощаться со школой и друзьями. Ему, как и его родителям, так же не хотелось покидать это место, но рано или поздно он все равно бы это сделал. В отличие от родителей он не желал оставаться здесь на всю жизнь. Меньше всего Дуэйн переживал о себе. Ему надо было вытащить мать из глубокой двухдневной депрессии, убедить отца, в том, что он ни в чем не виноват и потихоньку собирать вещи.

Город, выбирали по принципу «подходит всем». В приоритете была хорошая школа для Дуэйна, перспективная работа для Клаудия и участок, хотя бы средних размеров, для Маргарет. Место, в которое они направлялись, сочетало в себе предпочтения каждого члена семьи.

- Как думаешь, Дуэйн, я смогу развести там такой же большой сад, каким был прежний? – спрашивала Маргарет сына.

Они ехали уже несколько часов. Маргарет и Дуэйн сидели сзади, а Клаудий сосредоточено вел машину, стараясь не отвлекаться на посторонние разговоры.

- Твой сад не был таким большим, каким ты его считаешь, - устало отвечал Дуэйн. – К тому же меня твои цветочки совсем не радуют.

- Я знаю, милый, но от твоей аллергии есть лекарство.

- У меня астма, мама.

- Ты принимаешь лекарство, Дуэйн.

- Да, мама, принимаю. Но без твоих цветов, необходимость в принятии лекарства могла бы сократиться.

- Мы с тобой это уже обсуждали. Почти в каждом доме есть сад и, когда ты гуляешь, то собираешь всю пыльцу с чужих садов на себя. Дуэйн, мы ничего не можем поделать с твоей астмой.

- Но мы могли бы не усугублять положение.

- Хорошо, в этом саду будет меньше растений с пыльцой.

Дуэйн, нахмурив брови, посмотрел на мать.

- Спасибо, мамочка, но мы выбрали самый зеленый город в округе. В этот раз от твоих жертв не будет толка.

- Я не виновата, что ты такой, - обиженно воскликнула она.

- Я тоже, - отозвался в свою очередь Дуэйн.

На этом их диалог был закончен.

Отношения Дуэйна и Маргарет никогда не были теплыми, как это обычно бывает у матери с сыном. Маргарет, конечно, во всем винила звезды. Дуэйна угораздило родится на месяц раньше положенного срока - восемнадцатого декабря. Огненный стрелец всегда шел наперекор земляной деве, не желая настроить между ними гармонию. Дуэйн иногда раздражал Маргарет своей непокорностью, ей казалось, что он специально провоцирует ее на споры и конфликты, а она не может игнорировать сына. Что касается Дуэйна, то его просто иной раз выводила из себя фанатичность его матери. Он ненавидел гороскопы и растения, так как гороскопы считал ерундой, а от пыльцы у него была астма. Зато у Клаудия никогда не было проблем в отношениях с родными. Маргарет выбрала себе скорпиона, а Дуэйн просто считал Клаудия хорошим отцом.

Сейчас Клаудий ехал совершенно не обращая внимания на спорящих, жену и сына. Во-первых, потому что он давно к этому привык, а, во-вторых, его голова была занята другими мыслями. С тех пор как они купили этот дом, он переживал лишь об одном – всем ли членам его семьи там будет комфортно. Если раньше он думал, что ему надо вернуть работу и, желательно, прежнюю должность, пусть и на новом месте, то сейчас он думал лишь о земле и школе. Он надеялся, что земля там будет плодороднее чем дома, что Дуэйн быстро освоится и найдет себе друзей. Переезд выпал на середину июня, время каникул, Дуэйн всегда любил гулять, поэтому Клаудий не сильно старался переживать за него, друзья могут найтись где угодно. А может им повезет, и в соседском доме будут жить прекрасные люди, у которых будут дети возраста их сына. Он искренне надеялся, что так все и будет, а если все же нет, то он сделает все возможное, чтобы они просто были счастливы.

Место куда ехали Бенсоны, заслуженно называлось «Раем на Земле» или просто «Рай». Именно с таким названием на планете располагался небольшой кусок земли, куда стремились попасть многие. Нет, это не было место с заповедниками для животных и там не росли экзотические цветы и фрукты, там жили люди, обычные люди, которые любили природу. На улицах этого Рая нельзя было увидеть ни одной, валяющейся бумажки, пакета от сока, фантика и прочего мусора. Никто. Абсолютно никто не мог позволить себе такое невежество. Тротуары всегда были выметены, участки у домов находились в идеальном состоянии. А запах! Такого цветения не было нигде. Казалось, здесь даже зимой пахло летом, все эти расцветающие бутоны витали в зимнем морозе, снежинки распускались вместе с розами. Город был пропитан благоуханиями. Не такое большое внимание уделялось фруктам и овощам, но и они здесь были. И были такими сочными и вкусными. Вкус их забыть было невозможно. Многие слышали про это место и многие хотели здесь побывать. Люди приезжали сюда насладится красотой, вдохнуть ароматы и пропитать себя этими запахами. Обычно, достаточно было двух дней и люди уезжали из Рая довольными и счастливыми.

- Ну, вот мы почти приехали, - уставшим и одновременно радостным голосом воскликнул Клаудий, глядя на вывеску, которая встречала каждого, кто приезжал в город или проезжал мимо него.

- Добро пожаловать в Рай! – прочитала Маргарет.

Дуэйн проводил вывеску взглядом и тут же в его груди встал ком, как это всегда бывало при приступе. Он начал задыхаться. Хватаясь за грудь, не в силах произнести не слова, он указывал матери на свой рюкзак, который ехал на пассажирском сидении. Клаудий беспокойно смотрел на сына через зеркало заднего вида, а Маргарет быстро раскрыла рюкзак и достала ингалятор. Спустя какое-то время дыхание Дуэйна пришло в норму.

- Теперь все нормально? – спросила его Маргарет.

- Вполне.

- Дуэйн, мы не успели заехать в город, а у тебя уже приступ.

- Отвяжись от него, Маргарет, - нервно проговорил Клаудий, не давая сыну ответить, зная, что за ответом сына последует новый спор или скандал.

Глава 2

Глава 2

Новый дом Бенсонов снаружи выглядел не хуже чем их старый. В размерах он был чуть меньше, но это никак не беспокоило ни одного из членов семьи. Двухэтажный, с большими окнами, а главное с большим участком для сада. Это было первое, на что обратила внимание Маргарет. Бросив мимолетный взгляд на сам дом, женщина тут же взяла в руку горсть земли, довольно улыбаясь. После пустилась в обход своих владений, не обращая внимания ни на соседские участки, ни на что-либо другое.

- Ну как тебе? – спросил Клаудий сына, когда жена уже скрылась за домом.

- Ничем не хуже старого. Я уверен в чем-то он даже лучше, - улыбнулся парень.

- Я надеюсь, ты быстро здесь освоишься.

- Не переживай обо мне, пап. Тебе самому здесь нравится?

- Я еще не был внутри, но снаружи он, и, правда, не плохой.

- Тогда пойдем внутрь?

- Надо дождаться грузовик с вещами, но ты иди, - Клаудий похлопал сына по плечу. - Твоя комната наверху. Кстати, - окликнул он его, - как твой нос?

- Еще дышит, - улыбнулся Дуэйн.

Когда Дуэйн зашел в дом, у него создалось впечатление, что до их приезда здесь никто не жил. От прежних хозяев совсем не осталось мебели, что не могло не радовать. По мнению Дуэйна, ничего не должно напоминать о том, что дом они купили, а не построили сами, как прежний. К тому же он понимал, как только отец зайдет внутрь и оценит всю обстановку, то тут же решит, что им нужен ремонт. Глядя на стены и потолок Дуэйн первый мог предложить это отцу.

На первом этаже располагалась ванная комната, кухня и гостиная. Обойдя это, Дуэйн пошел наверх, где должна была находиться его комната и спальня родителей. Сначала он заглянул в спальню, ей, как и остальным комнатам в доме тоже требовался ремонт. По пути он нашел еще одну ванную и две комнаты. Видимо Дуэйну предложат выбирать между ними. Сначала он зашел в комнату, окна которой выходили на проезжую часть. Глядя в окно, он мог наблюдать за соседским домом через дорогу и, собственно, саму дорогу, по которой не так часто ездили машины. Вид Дуэйна не впечатлил и он направился рассматривать другую комнату, надеясь, что та понравится ему больше. Она была просторней и, наверное, она была единственным местом, где требовался лишь косметический ремонт. Обойдя ее, Дуэйн подошел к окну. Вид здесь действительно был привлекательнее, в основном за счет красивого дома соседей, который был, наверное, в два раза больше их собственного. Но опустив глаза вниз, Дуэйн заметил Маргарет, которая копалась у какого-то куста. По всей видимости, в части их сада, который в отличие от дома был больше чем у соседей. Случайно увидев сына Маргарет, улыбаясь, помахала ему рукой, которая уже была в рабочей перчатке. Дуэйн помахал в ответ, но без улыбки, думая о том, что выбирает комнату с видом на проезжую часть.

Решив обойти дом во второй раз, Дуэйн услышал, как возле их дома остановился автомобиль, по всей видимости, грузовик с вещами и мебелью. Тогда он спустился вниз, для того чтобы помочь отцу и другим рабочим, разгружать его.

На крыльце его встретила мать.

- Как тебе здесь? – спросил он ее.

- Земля плодородная и места достаточно, а тебе?

- Мне тоже нравится, - не продолжая разговор, он направился к мужчинам.

- Дуэйн, - Маргарет спустилась к нему по лестнице.

- Что?

- Послушай, даже если тебе здесь не нравится, не надо показывать это отцу.

- Я же сказал, что мне здесь нравится.

- Когда ты осматривал дом, на твоем лице не было улыбки. Когда ты посмотрел на меня в саду, ты не улыбнулся.

- Может потому что я устал? – нервно проговорил он. – И почему я вообще должен улыбаться, переходя из комнаты в комнату.

- Просто улыбнуться мне или отцу, неужели это так сложно?

Дуэйн выдавил из себя улыбку и, не слушая больше мать, пошел к отцу.

- В принципе, у нас не так много вещей, - сказал Клаудий, когда Дуэйн подошел к нему. – Думаю, за час справимся, если ребята помогут.

- Конечно, поможем, - сказал один из рабочих. – Это наша работа. К тому же вещей у вас и вправду немного, какая-то часть уже была отвезена?

- Нет, мы решили не забирать часть мебели. Купим новую.

- Разумно. В новый дом с новой мебелью, - усмехнулся рабочий. – Ну что, чем раньше начнем, тем раньше закончим.

Клаудий Бенсон, его сын Дуэйн и трое мужчин в рабочих костюмах приступили к работе, пока Маргарет занималась изучением сада. Постепенно они занесли в дом всю мебель, все личные вещи и одежду.

Солнце уже почти зашло за горизонт, когда они закончили. Клаудий рассчитался с рабочими и грузовик уехал, оставив Бенсонов на едине со своим новым домом.

Мебель была расставлена в хаотичном порядке, Клаудий решил разобраться с ней завтра, а сейчас они очень устали и все чего хотели это спать и есть. Общим решением было - заказать китайскую еду. Доставили ее быстро. И вот уже все семейство Бенсонов сидело за деревянным столом на кухне.

- Сегодня нам придется поспать на матрацах, - говорил Клаудий. – Мне дали три дня для адаптации, этого времени хватит, чтобы купить новую мебель и сделать кое-какой ремонт.

- Я тоже заметил, что здесь нужен качественный ремонт, - жуя, проговорил Дуэйн.

- В этом я с вами согласна, - оглянула стены Маргарет. – С садом тоже много работы. Сразу видно, что у прошлых жильцов был плохой вкус. Дизайн никакой. А как вы считаете?

- Если этот дизайн не нравится тебе, это не значит, что у прошлых жильцов был плохой вкус, - сказал Дуэйн.

- Тебе значит нравится?

- Мне все равно.

- Как тебе может быть все равно? Твои друзья будут приходить в наш дом, смотреть на наш сад, а тебе все равно? Клаудий, а что ты скажешь?

- Честно говоря, я был занят разгрузкой мебели и не успел осмотреть здесь все.

- Ничего страшного, завтра я проведу тебе экскурсию по саду.

- Как скажешь, Маргарет. И еще завтра мы поедем за некоторой мебелью. Дуэйн, может тебе нужно что-то для комнаты? Маргарет, а тебе для сада?

- Конечно! Здесь почти все надо менять. Кстати, Дуэйн, почему ты выбрал именно эту комнату? Я бы на твоем месте выбрала с видом на сад.

- Я удивлен, как ты выбрала жить в доме, а не в одной из своих клумб.

- Дуэйн, - проговорил отец.

- Потому что она показалась мне лучше.

- Что может быть лучше вида на цветущие розы под окном?

- Комфорт моей комнаты изнутри, мама.

- Думаю, завтра мы будем знать всех наших соседей по именам, - не надеясь, что его кто-то услышит, сказал Клаудий.

- Да, конечно, дорогой. Возможно, в скором времени у нас уже будут даже гости.

- И это прекрасно. А сейчас, спасибо за ужин и спокойной ночи.

- Спокойной ночи, - проговорили жена и сын.

Дуэйн поспешил наверх. В его планах было разобрать кое-какие вещи и примерно представить, какую расстановку мебели он хочет вдеть. Сев на матрац, который этой ночью служил ему кроватью, Дуэйн надел наушники, взял чистый лист с карандашом и начал рисовать. Нельзя было назвать рисование его хобби, но он занимался этим всякий раз, когда ему было грустно, одиноко или просто нечем было себя занять. Обычно на листах вырисовывались какие-нибудь пейзажи или что-то еще. Он никогда не рисовал людей, не любил комиксы и изображения животных. Абстракционизм тоже был ему чужд, поэтому он выливал свое настроение в пейзажах. Причем, как не странно, это были пейзажи без большой растительности. В основном какие-нибудь горы или одинокие дома посреди степи. Но сейчас он представлял себя дизайнером, пытаясь создать что-то, что будет нравится ему, а не его матери. Вообще-то он никогда не пытался идти наперекор Маргарет. Просто с возрастом он понял, что не все должно быть так, как хочет она. Ее слово было законом для отца, который никогда не пытался ей перечить и делал все, чтобы она была довольна. Так же воспитывали и Дуэйна, но парень неплохо соображал, поэтому быстро отошел от юбки матери и научился отстаивать свое мнение, которое почти всегда было противоположным. И как бы Маргарет не винила его знак зодиака, Дуэйн лишь посмеивался над этой, по его мнению, бредовой причине их разногласий.

Когда с набросками дизайна его новой комнаты было покончено, Дуэйн снял наушники, отложил эскизы и подошел к окну, для того, чтобы приоткрыть его. Спать с открытым окном было его привычкой с тех пор, как он перестал спать в родительской спальне. Он внимательно осмотрел спящую улицу. Тишина. Покой. День был тяжелым, и Дуэйну надо было выспаться. С этой мыслью он расположился на своем матраце. Еще одной привычкой Дуэйна было засыпать под шум. Раньше он засыпал под включенный телевизор, но сейчас его еще не занесли в его новую комнату. Поэтому он решил снова включить музыку и засыпать в этот раз под нее. Вообще Дуэйн всегда мечтал жить у железной дороги. Когда вокруг столько шума не нужны никакие наушники или телевизор.

Глава 3

Глава 3

Утром Дуэйн вместе с отцом отправились в мебельный магазин. Маргарет решила съездить в другой раз, так как она хотела выделить на покупки целый день и чтобы никакие другие вещи ее не отвлекали. Клаудий пообещал ей, что они поедут вместе, как только у него будет выходной. В тайне от матери Дуэйн радовался, что она не поехала с ними. Здесь не надо было даже предполагать, они бы поругались, не успев доехать до магазина. Дуэйн был рад, что может провести полдня только с отцом. Их общее времяпрепровождение было редкостью, в основном, потому что Клаудий все время посвящал работе. Маргарет это почти не смущало, а вот Дуэйну не хватало внимания отца, поэтому он хватался за любую возможность провести с ним время.

Дуэйн особо ничего не понимал в мебели и понятия не имел, что им нужно и как оно должно выглядеть, чтобы в доме все гармонировало. Но вот Клаудий точно знал, за чем он едет и как это должно выглядеть. Он даже составил примерные цены на каждую вещь, и благодаря всему этому они уверенно шагали от одного мебельного зала к другому. По сути, Дуэйн не играл в этом большой роли, он как будто был на экскурсии. Но иной раз Клаудий объяснял ему некоторые вещи, например, как проверить качество дерева или, какой матрац лучше выбрать, чтобы сон был здоровым.

После того как Дуэйн и Клаудий сделали покупки, им пришлось заказать новый грузовик, чтобы довести мебель до дома. Когда отец и сын все тщательно и ответственно организовали, они решили заехать в небольшое кафе, чтобы отметить, пусть не грандиозную, но важную покупку.

- Как думаешь, маме понравится? – спрашивал Дуэйн, потягивая свой кофе без молока и сахара.

- Я не думаю, что интерьер дома имеет для нее значение. Главное, чтобы сад выглядел как надо, - честно ответил Клаудий.

- Она совсем на нем помешалась. Ничего другого и замечать не хочет, как будто не только интерьер, но и все остальное не имеет значения.

- Тебя обижает то, что она игнорирует твою астму?

- Ей просто наплевать на мое здоровье.

- Не будь к ней так строг. Я соглашусь, что любовь твоей матери к саду иногда бывает раздражительной.

- Иногда она выводит меня из себя.

Они не стали продолжать разговор о Маргарет. Около часа они сидели и обсуждали разные незначительные вещи. Поговорили даже обо всех девочках, в которых когда-либо был влюблен Дуэйн.

- А что в новой школе, планируешь в кого-то влюбляться? – улыбнулся Клаудий.

- Это же не контролируемый процесс. А вообще нет, я планирую уехать отсюда, а она что, здесь останется? Нам в любом случае придется расстаться.

- А вдруг она будет поступать туда же, куда и ты.

- Нет, все равно не хочу.

- Как знаешь, со временем она найдет тебя, тогда уже не отвертишься.

Дуэйн пожал плечами.

- Ну ладно, нам уже пара, - сказал Клаудий.

Они оплатили счет, сели в машину и поехали домой.

Дуэйн открыл багажник, для того чтобы забрать некоторые вещи. На крыльцо, встречая их, вышла Маргарет.

- Дуэйн, посмотри, кто к нам пришел! – крикнула она ему.

Дуэйн поднял голову, чтобы посмотреть о ком она говорит, но женщина стояла одна. Он тяжело вздохнул и снова принялся искать нужные вещи.

- Дуэйн! – не унималась она. – Скорее иди сюда.

Он не торопясь доставал вещи, после закрыл багажник и не спеша пошел в сторону дома.

- У нас гости, Дуэйн, - довольно говорила она, когда сын поднялся на крыльцо.

- Кто? – без интереса спросил он.

- Сейчас я вас познакомлю.

Дуэйн вместе с матерью прошел в гостиную.

На одном из диванов сидела девушка. Она была одета в полосатую красно-белую футболку, джинсовый комбинезон – шортами и какие-то потрепанные ботинки. Волосы у нее были короткие и кудрявые, рыжие. Подойдя ближе, Дуэйн заметил, что на лице у нее есть едва заметные веснушки, а глаза голубого цвета.

- Это чудесная девочка Пайпер Рид будет учиться с тобой в одной школе. Точнее ты с ней, - довольно воскликнула Маргарет.

- А что она здесь делает?

- Она состоит в обществе «Зеленый мир», которые борются за защиту экологии. И пришла познакомиться с новичками города, то есть с нами.

- А еще глупее названия не могли придумать?

- Дуэйн! Это часть жизни твоей будущей школы.

Дуэйн снова тяжело вздохнул.

- Я услышала о новых людях в нашем замечательном городе и пришла познакомиться. – улыбаясь, начала Пайпер хрипловатым голосом, который сразу не понравился Дуэйну. - Вместе с этим рассказать об обществе, в которое может вступить кто угодно.

- А где листовки или типа того? – спросил он. – Ах да! Экология. Сколько деревьев на это уйдет!?

- В общество может вступить кто угодно, – игнорируя издевку, сказала Пайпер. - Но мы очень ценим думающих и прогрессивных людей, которым не наплевать на будущее.

- Да, Дуэйн, именно такой. Он прогрессивный и думающий и ему не наплевать на нашу экологию.

- Особенно я люблю цветы, - сказал он. - Их еще пчелы опыляют. Весной я готов словно бабочка порхать, с цветка на цветок. Где бы крылья взять!?

- Дуэйн!

- Ну что ты от меня хочешь? Я не хочу вступать в это общество, понятно? Мне это не интересно.

- А что тебе вообще интересно? – Маргарет бросила раздражительный взгляд на сына. - Я бы хотела, чтобы вы с Пайпер познакомились поближе.

- Это зачем? – спросил Дуэйн.

- Пайпер может рассказать тебе о школе, об одноклассниках.

- А где папа?

- Не знаю. На кухне.

- Пойду к нему.

- Это не вежливо, Дуэйн, к тебе пришла гостья!

- Ко мне? Я ее знать не знаю и вообще, оставь меня в покое. Я только приехал. Я устал.

- Ну и ладно! Пайпер, хочешь взглянуть на мой сад?

- С удовольствием, - словно не слыша всей этой перепалки, улыбнулась девушка.

Дуэйн закатил глаза и пошел на кухню.

- Кто эта милая девочка? – Клаудий стоял около большого окна и что-то увлеченно рассматривал.

- Понятия не имею.

- Она не представилась?

- Мама представила ее. Это Пайпер Рид, она будет учиться со мной в школе.

- Одноклассница?

- Не знаю. Я вообще не понимаю, зачем мама ее пустила.

- Наверное, потому что думает, что вы с этой Пайпер можете подружиться.

- Я сам выбираю с кем мне дружить. Зачем она лезет не в свое дело?

- Успокойся, Дуэйн, она хочет как лучше.

- Я сам знаю, как мне лучше.

- Не сомневаюсь. А сейчас не мог бы ты заварить чай?

- Ты хочешь чаю?

- Думаю нам всем надо спокойно посидеть и насладиться вкусным чаем.

- Хорошо, пап.

Отец продолжал рассматривать что-то у окна, пока Дуэйн заваривал чай. Почти все окна в доме, кроме комнаты Дуэйна выходили в сад. Периодически он мог наблюдать, как Маргарет и Пайпер проходят мимо и что-то оживленно обсуждают. Причем Пайпер даже не притворялась, хотя, может быть она была хорошей актрисой, которая играла эту милую, заинтересованную девочку, а может, ей действительно нравился сад. «Зеленый мир», название действительно было банальным, но хотя бы имелось представление, о чем они там говорят. Борцы за экологию. Не мусори! Ветки не ломай! Цветы не рви! Все это было, конечно, замечательно, но вот Дуэйну не было до этого совершенно никакого дела. Он никогда не считал себя вредителем природы, а вот природа постоянно напоминала ему о себе.

Спустя какое-то время, когда Дуэйн уже заварил чай себе и отцу, в дом вошли Маргарет и ее новая знакомая.

- Какой ты молодец, Дуэйн, я как раз хотела попросить тебя заварить чай, - возбужденно проговорила Маргарет.

- Сынок, сделай чай маме и гостье. – Клаудий пригласил всех к столу.

Через несколько минут все вчетвером уже сидели за круглым столом в гостиной.

- Пайпер, расскажи нам, чем ты занимаешься? – попросил ее Клаудий.

- Все свободное время я посвящаю нашему обществу.

- А сколько людей входит в это общество? – спросила Маргарет.

- Почти все жители нашего города.

- Ого! Вот это да! – воскликнула Маргарет. – Дуэйн, Клаудий, мы просто обязаны в него вступить.

- А чем вы там, собственно, занимаетесь? – спрашивал Клаудий.

- У нас есть общая цель, а именно, хранить чистоту и непорочность природы нашего города.

- Непорочность?

- Да, мы не срубаем деревья, не губим новые ростки, и вообще никак не вредим природе. Каждый делает то, что в его силах. Например, сегодня ты не воспользовался одноразовой посудой, мелочь, но это важно.

- А как давно существует это общество?

- Очень давно. Не то, что меня, даже моих родителей тогда еще в планах не было, - усмехнулась Пайпер.

- Да уж, действительно давно. А кем работают твои родители?

- Оба учителями. Мама историк, а папа ведет английский язык.

За все время Дуэйн никак не поддерживал разговор. Ему было абсолютно все равно, что они обсуждали, он одинаково – никак их не слушал. Из-за вопросов о личной жизни Пайпер, иной раз ему казалось, что он пришел знакомить свою девушку с родителями. Но Пайпер ему совершенно не нравилась. Больше всего ему не нравилось ее имя, но и в целом она не привлекала его. Что-то было в ней такое непонятное, что отталкивало. Зато родителям она нравилась. Поэтому больше всего Дуэйна задело то, что Маргарет предложила им с Пайпер пойти вместе погулять. Точнее Дуэйн почему-то должен был проводить ее до дома. Сначала Дуэйн хотел возмутиться, отказаться, но потом подумал, что не хочет лишний раз ругаться с Маргарет и согласился.

- Где ты живешь? – спросила Маргарет, когда Пайпер и Дуэйн уже стояли на пороге.

- Здесь недалеко, через улицу.

- Значит, сможешь приходить к нам почаще, - улыбнулась Маргарет.

- Спасибо за чай, миссис Бенсон. До свидания.

- Пока, милая, приходи еще.

Почти всю дорогу Пайпер и Дуэйн шли молча. Дуэйн не хотел заводить с ней разговор, а Пайпер не знала о чем с ним можно поговорить, так как за все время они не сказали лично друг другу ни слова.

- Так у тебя астма? – наконец решилась начать хоть какой-то разговор Пайпер, но по взгляду Дуэйна поняла, что не с того вопроса начала.

- Астма, - сухо ответил он.

- Давно?

- С семи лет.

- Как ты лечишься?

- Тем, что прописал врач.

- Химия. Я не доверяю медикаментам.

- Дай угадаю. Ты доверяешь лечебным травам.

- Ты смеешься, считаешь это несерьезным. А они правда помогают.

- Я не смеюсь. Просто не так наивен, чтобы лечиться травами.

- Почему травами? Мы лечимся много чем.

- Мы?

- Ну да, почти весь наш город. Мы прожили здесь достаточно, чтобы понять, что природа способна дать нам все, для того чтобы мы прожили счастливую, здоровую жизнь.

- Я и не сомневаюсь.

- А ты попробуй полечись чем-нибудь, кроме химии.

- Нет, спасибо. У меня есть ингалятор.

- Я не только о твоей астме. Я об обычном гриппе. Твоя мама выращивает лимоны, чем не лекарство?

Дуэйн пожал плечами.

- Лимоны не спасут от рака.

Некоторое время Пайпер молчала.

- Но и химия не всегда помогает, а иной раз может сделать только хуже.

Дуэйн снова пожал плечами.

- Не знаю, может быть.

- Ты же можешь не отказываться от привычного метода лечения, просто принять, что кроме этого есть другие способы. Тот же чай с малиной.

- Да, обязательно, - сухо бросил Дуэйн. – Так, где ты живешь?

- Вон тот дом, - Пайпер показала на дом, который в размерах был чуть больше их нового. Сделан он был из белого камня, крыша была красного цвета, так ее дом напоминал гриб. Мухомор. И, конечно же, вокруг был сад.

- Не хочешь зайти на чай? – спросила Пайпер, когда они подошли к нему.

- Нет, спасибо.

- Тогда в другой раз. Спасибо, что проводил, - с этими словами девушка пошла домой, а Дуэйн пошел обратно.

Он прекрасно понимал, что стоит ему только войти в дом, как Маргарет тут же начнет расспросы о том, как они с Пайпер «погуляли», о чем разговаривали и когда он назначил ей следующую встречу. Дуэйн вспоминал замечательное начало дня, когда они с отцом были в магазине, потом в кафе, их не особо важные и даже пустые разговоры о мелочах. Несмотря на то, что они были вовсе не на прогулке, а делали дела, Дуэйну это было приятнее, чем сидеть дома с матерью. Все было просто великолепно, пока они не приехали домой. Эта странная девчонка и мама, которая постоянно пытается залезть в его жизнь.

Дуэйн не хотел торопиться домой, поэтому решил пройтись по городу, немного изучить его, сжимая в кармане ингалятор.

Город был небольшим и достаточно спокойным. Здесь явно не ездили отпетые хулиганы на своих тачках без глушителей, беспорядки никто не наводил. Здесь было как в диснеевском мультике, в момент, когда принцесса начинает петь и на ее голос сбегаются звери. Никаких зверей здесь, конечно, не было, зато были птицы. Много птиц. И все они были разные. Дуэйн обратил внимание на деревья, пытаясь найти кормушки, но их не было. Значит, птиц не прикармливали, им просто здесь нравилось. Наверное, для пернатых здесь и в правду были благоприятные условия.

Деревья в садах были самые разные: груши, лимоны, апельсины, сливы, яблони. В июне сложно было понять, где какой фрукт спеет, но у Дуэйна на это давно был наметан глаз. Его мать постоянно пыталась вырастить что-то подобное, но у нее ничего особо не росло, кроме яблонь. Ей следовало бы сказать спасибо прошлым хозяевам их нового дома. Благодаря им, у нее теперь есть лимоны и груши, но вместо этого она раскритиковала их, по ее мнению, безвкусный дизайн. Дуэйн думал о том, что при желании жители города могли бы организовать неплохой бизнес с импортом фруктов в другие города. Но вряд ли кому-то эти мысли приходили в голову. Скорей всего они даже не срывали плоды до осени, а ждали, когда они упадут сами.

Кроме фруктов здесь были и разнообразные цветы, которые так же можно было срезать и продавать, но на такое здесь вряд ли у кого-то рука поднимется. Здесь ценили каждый стебелек.

И такое изобилие было почти в каждом дворе. Только у каждого хозяина был свой дизайн, а в целом все было так же. Поэтому Дуэйн особо не всматривался в каждый дом, но один из них все же смог привлечь его внимание.

Это был сад без дома. Точнее так думал Дуэйн. Он находился далеко в глубине, словно в лесу, поэтому был едва заметным. Подойдя поближе, Дуэйн смог рассмотреть маленький, аккуратный домик среди всей той растительности, что его окружала. У этого дома был забор, но по сравнению с высокими деревьями, что были вокруг, от него вряд ли был хоть какой-то толк. Глядя на все это, Дуэйну пришлось даже остановиться и на несколько секунд замереть. Но он решил не задерживаться там надолго. Понимая, что если он простоит там хоть на мгновение дольше, то у него может случиться новый приступ. Ароматы, исходящие от этого дома были какими-то другими. Будто бы этот сад смешал в себе все, что только можно. Казалось, пахла сама земля, но чем непонятно. Потерев нос, Дуэйн пошел дальше.

Как оказалось, это был единственный дом, который хоть чем-то выделялся. Дальше все было таким же однотипным – дом, сад, дом, сад. Дуэйн не удивился, даже если бы у всех был один дизайн или росла одна и та же растительность. А в скором времени под эту копирку попадут и Бенсоны. Маргарет постарается.

Домой Дуэйн вернулся в седьмом часу вечера. Родители уже сидели за столом, ужинали и что-то обсуждали.

- Как погуляли? – с этими словами Маргарет встретила сына.

- Мы не гуляли, я ее только проводил.

- Слишком долго ты ее только провожал, - она сказала это с таким странным видом и таким неприятным голосом, что Дуэйну ничего не оставалось, как тяжело вздохнуть, лишь бы она видела его неприязнь к ее глупым догадкам.

- Я гулял один.

- Не может быть. Когда рядом такая девушка…

- Какая?

- Умная, красивая.

- Мама, она понравилась только тебе. Я не просил искать мне подружку.

- Но тебе нужна подружка, ты уже достаточно взрослый мальчик.

- А что если у меня есть подружка?

- Я бы об этом знала.

- А вдруг я скрываю это от тебя?

- Я женщина.

После этих слов Клаудий усмехнулся.

- И что? – спросил Дуэйн.

- А то, что от женщин все равно ничего не укрыть, - пояснил отец. – Как не пытайся она все узнает. А вот ты можешь остаться в дураках, если будешь думать, что умело от нее что-то скрываешь.

- Так что нет у тебя подружки. А вот Пайпер вполне могла бы ей быть.

- Не могла бы.

- Почему?

- Она мне не нравится.

- Ты просто плохо ее знаешь.

- А ты, я смотрю, хорошо ее изучила за один день знакомства, - раздраженно говорил Дуэйн.

- В отличие от тебя, я не ищу в людях только изъяны, - не менее раздраженно, говорила Маргарет.

Клаудий достал газету и с интересом начал что-то изучать.

- И я не ищу. Мне просто не понятно, почему ты постоянно лезешь в мою жизнь!? Зачем ты приводишь к нам в дом чужих людей?

- Это называется гостеприимство!

- Если ты у нас такая гостеприимная, то почему я должен провожать твоих гостей? – почти кричал Дуэйн.

- Да потому что тебе нужны друзья!

- У меня были друзья дома! Я не виноват, что я оказался здесь!

- Хватит! – Клаудий поднялся, ударив по столу так, что на газете, которую он в ярости бросил на поверхность, образовалась небольшая дыра.

Раздраженные голоса стихли. Клаудий перевел взгляд с жены на сына и вышел из-за стола.

Дуэйн прекрасно понимал, что сказал лишнее. Его последние слова о доме и старых друзьях задели отца, который до сих пор считал себя виноватым. Дуэйн злился на себя, но больше всего он злился на мать, которая, по его мнению, всегда провоцировала его на конфликты.

- Молодец, Дуэйн, - сказала она, злобно глядя сыну в глаза.

На этот раз он решил промолчать.

Маргарет вышла из-за стола, и он остался наедине со своим остывшим ужином.

Дуэйн знал, что она пошла к отцу. Сейчас она начнет его успокаивать, попытается о чем-нибудь с ним поговорить, лишь бы не видеть его печальное лицо. Потому что ее очень раздражали грустные люди, и она не могла чувствовать себя рядом с ними комфортно. Ей было неважно, что на самом деле чувствует человек, для нее важнее всего было то, что он улыбается. За собой она, конечно, не замечала ни плохого настроения, ни кратковременных депрессий. Факт оставался фактом. Она сделает так, чтобы отец улыбнулся, но Дуэйн все равно будет виноват. Он прекрасно понимал, что сглупил, но его очень злило то, что Маргарет даже не попытается за него заступиться. Что-то вроде слов «Он не хотел. Нам здесь очень нравится. Он это не специально, милый. Он просто не подумал». Он даже не удивится, если сейчас она свалит всю вину только на него.

Несмотря на то, что Дуэйн нагулял аппетит, он не стал трогать ужин. Ему показалось это неправильным - ужинать, когда в соседней комнате сидит его расстроенный отец, которого ко всему он и расстроил. Вместо этого Дуэйн поднялся в свою комнату, планируя извиниться перед отцом позже.

В его комнате находилось много еще не разобранных вещей. Новую кровать ему еще не купили. Клаудий вместе с сыном решили, что сначала обустроят первый этаж, после примутся за второй. К тому же Дуэйна совсем не беспокоило, что он спит на матраце, он был очень удобным и придавал какую-то особенную атмосферу его новой комнате. Сейчас он решил разобрать коробки. У него был плохая привычка не выкидывать вовремя ненужные вещи. Находясь еще в старом доме, он решил, что разберет и выкинет лишнее в новом. Логика его поступка была в том, что если он выкинет, случайно, что-то важное, то назад за этим уже не вернуться. Именно поэтому коробок у него получилось очень много. Конечно, Маргарет неоднократно делала ему замечания на этот счет, но он решил игнорировать ее. Но, в любом случае, были и коробки с чем-то, определенно, нужным. Например, несколько коробок с книгами, которые он решил не трогать, пока для них не будет полки. Потом была одежда, которую он тоже особо пока не трогал. После начались, коробки, которые можно было выкинуть, даже не открывая, но Дуэйн, конечно, этого не сделал. В первой такой коробке были статуэтки, разные фигурки из шоколадных яиц, которые Дуэйн коллекционировал лет до десяти, но после потерял к ним всякий интерес, а выбросить было жалко. Их жалко было не только выбросить, но и отдать другим детям, намного младше его, которые грезили этими фигурками и завидовали, что у Дуэйна есть такие редкие коллекции. Там были и магнитики, картинки на которых были потертые, сами они все мятые. Эти магниты больше всего раздражали Маргарет. Она терпеть не могла, когда они висели везде, где только могли крепиться. Даже когда они отправлялись в путешествие, она не покупала ни одного магнитика, потому что не видела в них никакого смысла. Только засоряют дом, говорила она. В следующей коробке были комиксы, которым отроду было лет тридцать или сорок. Странички были порваны или вырваны, рисунки выцвели, буквы стерлись. Это были комиксы еще его отца. Клаудий очень любил их, в отличие от своего сына, который просто хранил их как какой-то раритет, что немало бесило Маргарет. Потом Дуэйн нашел стихи собственного сочинения. Вообще он не любил поэзию, не читал ни современников, ни классиков. Но ему неплохо давалась рифма, и он умел передать через них свое настроение. Стихов было много, но главная беда была в том, что все они были на отдельных листах или вовсе каких-то обрывках. Дуэйн решил, что их стоит перечитать и, скорей всего, что-то сжечь. Следующее и последнее на что он наткнулся, была фотография. На этом снимке были изображены два человека, он и милая девушка с густыми, вьющимися, рыжими волосами и прекрасными голубыми глазами. Снимок был сделан около года назад, здесь Дуэйну пятнадцать лет. Вечно серьезный, но явно счастливый он смотрел на милую девушку, не в силах отвести взгляд. Темноволосый, со светлыми глазами и тонкими губами, Дуэйн пользовался успехом у противоположного пола, но не особо обращал на это внимание.

Как только этот снимок попался Дуэйну в руки, на него накатилась волна воспоминаний, руки опустились, а фотография легла на пол перед ним. Смотреть на нее он не захотел. Не мог. Но изображение осталось перед глазами, выбросить эти счастливые лица из головы было сложно. Иногда говорят, как ножом по сердцу, именно это сейчас и чувствовал Дуэйн. Не глядя на снимок, он засунул его обратно в коробку, из которой его достал. И, так ничего не выкинув, он решил, что пора бы уже поговорить с отцом.

Маргарет уже оставила Клаудия в покое. Сейчас она мыла посуду на кухне, косо поглядывая на Дуэйна, который решил даже не смотреть на нее.

В гостиной отца не было.

- Где он? – спросил Дуэйн.

- Какое твое дело? Снова хочешь довести его?

Не отвечая матери, Дуэйн вышел на улицу.

Клаудий сидел около какого-то маленького, полуголого куста. Он сидел спиной к дому и не мог видеть сына, который вот уже минуту смотрел ему в затылок.

- Что ты делаешь? – Дуэйн наконец решился подойти к нему.

- Сажу розы, - ответил Клаудий.

- Зачем? Мама попросила?

- Нет. Твоя мама не любит розы, ты же знаешь.

- Угу, - произнес Дуэйн, хотя первый раз о таком слышал.

- Она у нас любит лилии, белые, чистые, невинные цветы.

- Я думаю, розы подошли бы ей больше, - сказал Дуэйн вслух, но в голове это звучало совсем не так безобидно. Розы имеют шипы, его мать давно обросла этими шипами или и вовсе родилась такой.

- Возможно. Розы красивые, но она их почему-то не любит. Это единственные цветы, которые она не сажает.

Может потому что она думает только о себе, а не о том, что кому-то эти розы могут нравиться. Она не думает о том, что деревья, которые она сажает около окон, затемняют комнаты, не думает о том, что кого-то могут раздражать зеленые заборы около клумб, не думает, что кто-то может задохнуться от ее цветочков.

- В старом доме ты не сажал розы.

- В старом доме я не имел к саду никакого отношения, этим всегда занималась Маргарет. А тут я решил… может что-то получиться.

- Слушай, пап, насчет дома, я не хотел…

- Я знаю. Но вы слишком часто ссоритесь с твоей мамой. Почему?

Некоторое время Дуэйн молчал.

- А у нее ты спрашивал почему?

- Да, она сказала, что ты невыносимый мальчишка, который постоянно ей перечит.

- Конечно. Что она еще могла сказать.

- Но ведь вы мать с сыном. Извини меня за бестактность, но ты вышел из нее.

- И ты меня извини, но нет, пап. Я вышел из тебя, а попал в нее, если бы ты нашел другую…

- Дуэйн!

- Я знаю, она моя мать, но...

- Что? Вы должны любить друг друга, а не раздражать.

- Я люблю ее. Люблю, как женщину, что подарила мне жизнь.

- Нет, Дуэйн, за это не любят, за это благодарят. Хотя, наверное, не всех родителей надо благодарить за жизнь, что тебе дали. Если ты родился в семье тиранов и постоянно думаешь о смерти, то вряд ли ты скажешь за это спасибо. Но ведь у тебя хорошая жизнь, разве нет? Разве за то, что ты можешь быть счастливым нельзя благодарить мать? Ведь она тебе это счастье позволила, когда решила тебя оставить. Еще одна бестактность, что-то типа, спасибо, что в свое время не вытрали меня салфеткой, - после этой фразы отца Дуэйн улыбнулся. – Ты не можешь любить ее за это.

- Тогда за что я должен ее любить?

- А за что любят матерей?

- Не знаю, ты мне скажи.

Клаудий призадумался.

- За то, что они есть. За то, что дарят свою любовь, ласку, заботу. За то, что дуют на ранку, когда больно. За то, что внимательно слушают наши проблемы и дают советы. За то, что к ней можно прийти в пять часов утра и лечь рядом. За то, что она разрешает завести кота, хоть у нее на шерсть аллергия.

- Ты описываешь бабушку, свою маму и то, за что ты ее любил. Наша Маргарет не такая, она ни за что не оставит сад, зная, что у меня на него аллергия. Она могла бы избавиться хотя бы от части всего изобилия растений.

- Нельзя винить ее.

- Меня тоже.

- Я не виню тебя, и ее я не виню. Я просто хочу, что бы вы перестали так часто ругаться.

- Это зависит не только от меня.

- С ней я уже поговорил.

Дуэйн вспомнил, каким взглядом она смотрела на него, когда он проходил мимо. Видимо ему все же придется одному работать над их с матерью отношениями.

- Хорошо, пап, я постараюсь.

- Уж постарайся, - улыбнулся Клаудий.

Этот день с самого утра был тяжелым. Большую часть Дуэйн с отцом провели в магазинах и за сборами мебели. Вечером, сидя в гостиной, они собрали два дивана и один стол. Маргарет в это время была в саду. После того, как все дела на этот день были закончены, Дуэйн принял душ, пожелал спокойной ночи родителям и пошел в свою комнату. Там он отопнул ногой несколько коробок и бросился на свой мягкий матрац, кровать ему снова не купили. Иногда ему в голову приходила мысль о том, что он не хочет с ним расставаться, казалось на этом матраце ему даже спиться лучше.

В этот поздний вечер Дуэйн не брал в руки ни ручку, ни карандаш, он настолько устал, что даже рисование было для него чем-то сверхтяжелым. Он не надевал наушники, хотя несколько минут тупо смотрел на валяющийся провод от них. Где-то в дальнем углу комнаты сиял тусклый светильник, который Дуэйну лень было вставать выключать, и он решил – пусть светит. Хотя терпеть не мог засыпать при любом, даже маленьком источнике света, если это был не телевизор с прибавленным звуком. Он перевернулся на правый бок и начал смотреть на темно синее небо за окном, пока не заснул.

На часах было четыре часа утра, когда Дуэйн открыл глаза. Причиной тому был сон, из-за которого он проснулся, но проблема парня была в том, что он абсолютно не помнил свои сны. Единственное, что он запомнил, это жуткий вой, который слышался, словно, наяву. Когда Дуэйн удобно устроился на своем матраце и уже закрыл глаза, вой повторился. На этот раз он понял, что никакой сон ему не снился, а может и снился, но причиной пробуждения были не картинки и звуки в его сознании. Дуэйн лежал, тупо глядя в потолок до тех пор, пока вой не повторился снова. Тогда он решил выглянуть в окно, но прежде выключить светильник. Глядя в окно, он совершенно ничего не видел кроме спящего дома через дорогу, пустой трассы и мягкого нежно-розового рассвета. Но вой продолжался, он тянулся откуда-то поблизости, как будто источник этого звука находился прямо под его окнами, в их саду.

Дуэйн понимал, что уже вряд ли заснет, поэтому решил выйти в сад и посмотреть, что происходит. Натянув на себя спортивные штаны и теплую толстовку, он окунулся в прохладное июньское утро.

Когда он оказался на улице, вой стал куда более четкий и громкий. Стоя на крыльце дома, Дуэйн понял, что звук идет за спиной, то есть источник находится за домом. Прежде чем идти туда он подумал о том, с чем он может столкнуться. В голове он начал перебирать животных, которые могут так выть: волки, собаки. Остальные типа рысей издают другие звуки, в конце концов, они относятся к семейству кошачьих, но вряд ли они будут мило мяукать. Думая об этом, Дуэйн спустился с крыльца и осторожно направился за дом. Завтра, а точнее уже сегодня, когда Маргарет проснется и выйдет в сад, она снова взбесится. Но на этот раз потому, что ее сын не умеет ходить по дорожкам и топчет ее прекрасные газоны, которые несколько дней назад не имели к ней никакого отношения. Не обращая на это никакого внимания, Дуэйн шел к воющему созданию. Когда он уже стоял за домом – понял, что в их саду пусто, и никто тут не воет, выли где-то не здесь, но очень близко. Причем выла не стая, а одна особь. Тогда Дуэйн сделал вывод, что это просто бродячая собака, голодная или бешеная. Подумав о том, что она может быть бешенная он решил поскорее зайти домой. Он вспомнил случай, когда ему доводилось видеть енота, который был заражен бешенством. Он и раньше видел енотов, они казались ему очень милыми и безобидными, но этот бегал по их старому саду, будто исчадие ада. Маргарет и Клаудий пытались любыми способами его поймать или даже убить, не желая подходить ближе, чем на два метра. Им это не удалось, и тогда енот убежал к соседям, у которых началась такая же война. Зная, что такие звери могут кидаться на людей и, предполагая, что где-то поблизости ходит бешеная собака неизвестных размеров, Дуэйн развернулся в сторону дома, не желая находиться здесь дольше. Когда он уже стоял на крыльце, то заметил что-то странное прямо у первой ступеньки. На этот раз кто-то скулил. Спустившись вниз, Дуэйн наклонился к земле, чтобы рассмотреть, кто это мог быть.

Щенок. Прямо у крыльца его дома был маленький щенок, который не мог полностью встать, на все четыре ноги, задняя лапка, кажется, была поранена. Маленькое создание скулило, а где-то недалеко от дома кто-то продолжал выть. Сопоставив это, Дуэйн решил, что собака может быть и не дикой, она может быть матерью этого щенка, которая не может его найти, а он не может пойти к ней, из-за своей небольшой травмы.

Дуэйн присел на корточки рядом со щенком, взял его на руки и начал гладить. Щенок более менее успокоился. Сначала Дуэйн подумал о том, почему сразу его не заметил, потом начал думать, что с ним делать. С одной стороны он мог бы отнести малыша его маме, конечно, не передать лично в лапы, но подкинуть куда-нибудь предположительно рядом. Это был бы неплохой вариант, но Дуэйн подумал о том, что будет, если она его – Дуэйна - заметит. Она вполне может подумать, что он пытался украсть у нее щенка, а разъяренная мать куда хуже бешенства. Ему лучше не попадаться ей на глаза, но и с малышом надо было что-то делать. Потом Дуэйн размышлял о том, почему она не может его найти, ведь у собак прекрасный нюх и отыскать щенка не должно составить труда. Тогда он понял, что виной могут быть цветы Маргарет, точнее отчасти они были не ее, но, тем не менее, вся эта пахучесть просто напросто сбивала сучку. А щенку надо было помочь, для начала хотя бы просто посмотреть, что случилось с его лапкой. Он мог бы оставить его себе, но Маргарет не переносит животных. Он не может оставить его у себя, не потому что думает о матери, а потому что боится за щенка. Его мать легко и хладнокровно может избавиться от него, поэтому оставлять его рискованно. Щенок уже засыпал на коленях своего нового друга, когда Дуэйн решил проверить его лапку. Покрутив мягкую ступню, он понял, что в ней маленький гвоздик, который непременно надо достать. Но для этого ему нужна перекись, чтобы убить всех микробов. Дуэйн решил не отпускать маленького пса со своих рук, предполагая, что он может сбежать, не смотря на рану, если решит, что Дуэйн для него опасен. Хотя вряд ли он о таком подумает, видя сны на его руках. Заботливо обняв его, Дуэйн вошел с ним в дом. Пошарив в домашней аптечке, и, взяв, что нужно, он вышел обратно на улицу.

Немного настроившись, Дуэйн преступил к небольшой операции. Он знал, что щенку будет больно, но ничего не оставалось. Он быстро выдернул гвоздь из его лапки и начал заливать перекись. Малыш скулил и пытался вырваться, но Дуэйн держал его достаточно крепко. Спустя некоторое время щенок успокоился. Успокоился и Дуэйн, который переживал за него, как за своего собственного.

- Ну и что мне с тобой делать дальше? – спросил он у малышка, почесывая его за ухом.

Щенок был серого цвета и очень пушистый. У него были зеленые или коричневы глаза, цвет был как будто перемешен и непонятен. Коготки острые, зубки белые и тоже острые. Ушки торчали. Дуэйн подумал, что это, должно быть, породистый песик. Опять же, что породистые псы, делают на улице ночью? За такими следят, и детей они своих редко теряют таким образом.

Что с ним делать дальше Дуэйн не знал. Но от чего-то, глядя на него, он не хотел с ним расставаться.

- Придется тебя прятать, - сказал он своему новому приятелю. – Но если я, все же, хочу оставить тебя, я должен дать тебе имя, да, Эверест?

Это имя пришло к нему в голову само собой. Он с детства мечтал о собаке и придумывал разные имена, какими бы звали его пса. Эверест было самым первым в его списке. Он сам не знал, почему именно оно было в приоритете. Но глядя на своего нового друга, он знал, что его должны звать именно так, а не иначе.

- А теперь тебя надо спрятать.

И Дуэйн прекрасно знал место, где лучше всего это сделать. Маргарет почти не занималась ни чем кроме сада, поэтому ей были не интересны разные постройки на их участке, если они, конечно, не мешали дизайну. А на их участке, как раз были вольеры, которые остались от старых хозяев. Насколько было известно самому Дуэйну, раньше они в них держали павлинов, но только ночью, в остальное время они расхаживали по саду, хвастаясь своими хвостами. Дуэйну очень повезло, что эти вольеры были не в саду, а за ним. Когда от птицы избавились, надобность в вольерах пропала, и их убрали, но не выкинули и, к счастью, при переезде не забрали с собой. Конечно, Маргарет упоминала то, что от них надо избавиться, чтобы очистить территорию, для продолжения их сада. Но этим летом она не хотела на них даже смотреть, считая, что сначала надо разобраться с лицевой частью их участка, с той, которую будут видеть в первую очередь, глядя на их дом. А с остальным можно разобраться после, когда у них будет достаточно знакомых, которые будут приходить к ним в гости и любоваться великолепием сада изнутри.

Дуэйн снова понес своего друга на руках к одному из вольеров. Придя к ним, он понял, что это просто идеальное место для Эвереста. Он осторожно опустил пса внутрь и закрыл дверь. Сначала он думал, что он будет скулить, но щенок сложил лапки, мило зевнул и уснул. Но так случилось только сейчас, Дуэйн знал, что рано или поздно пес начнет выть, а это совсем не хорошо. В любом случае, главное, что сейчас он был доволен, как и его новый хозяин. Дуэйн подумал, что пса надо накормить и решил сходить ему за едой, надеясь, что Маргарет еще спит. Зайдя в тихий дом, он забрал из холодильника свой нетронутый ужин и отнес псу. По дороге Дуэйн думал о том, что помимо его матери щенка могут потерять и его настоящие хозяева, и если щенка отыщут тут, то это будет уже кража, уголовное дело, за которое можно попасть за решетку. Но он решил особо об этом не думать, если будут какие-то слухи, он об этом узнает и найдет выход.

Дуэйн положил еду около спящего Эвереста, пожелал ему приятных снов и пошел домой.

Родители еще спали. Маргарет просыпалась в семь часов, так же как и Клаудий, а на часах было пять минут шестого, Дуэйн решил идти в постель – на матрац, после чего заснул крепким сном.

Глава 4

Глава 4

На этот раз Дуэйн проснулся не сам и не из-за воя, его разбудила Маргарет, которая вошла в его комнату с претензией о том, что он так проспит завтрак.

- А который час? – спросил он сонным голосом.

- Восемь, а тебе бы следовала навести здесь порядок. Зачем ты вообще привез сюда все это барахло?

Она говорила еще что-то, в то время как Дуэйн жалел о том, что он в семье единственный ребенок. Ему было бы куда проще с братом или сестрой, желательно младше его и чтобы Маргарет любила этого ребенка больше чем своего первенца. Дуэйн был уверен, что он бы даже не ревновал.

- Мам, - позвал он Маргарет, когда спустился на кухню.

- Что?

- Как ты смотришь на то, чтобы вам с папой завести второго ребенка?

- Нам что тебя не хватает? – спросила она после недолгой паузы.

- Я не знаю. Хватает, наверное. Но, я же скоро уеду.

- Куда?

- Мам, я в колледж поступаю через год.

- А, ты об этом. Ну, ничего страшного, отучишься, вернешься.

- Нет, не вернусь.

- А куда ты денешься?

- Хоть куда, но не вернусь, - Дуэйн понимал, что разговор ведет к новой ссоре, поэтому решил сбить Маргарет с мысли о его переезде. – Ну, так что со вторым ребенком? – спросил он. – Я хочу братика или сестренку, мне даже не принципиально. А ты кого хочешь, дочь или сына?

- Дуэйн, если бы мы хотели второго ребенка мы бы его сделали, а так нам тебя хватает.

- Жаль.

Маргарет улыбаясь, посмотрела на сына, от чего ему стало даже как-то не по себе.

- Но я скажу отцу о твоем предложении.

- Скажи непременно, - ответил ей Дуэйн, думая о том, что несколько часов назад неожиданно для себя он уже приобрел того, кто ему действительно был нужен все детство. Возможно, наличие собаки в раннем детстве тоже было бы неплохим вариантом, благодаря которому он ругался бы с матерью реже. Он бы больше времени проводил со своим питомцем, не обращая на ее недовольства никакого внимания. Хотя кого он обманывал. С собакой или без, их с Маргарет отношения ничего не могло улучшить, даже другой ребенок. Скорей всего она ненавидела бы Дуэйна даже больше чем сейчас, во всем попрекала и обвиняла, что бы изменилось? Вообще-то ничего, но кто знает.

Дуэйну надо было сходить проверить своего нового друга. Теперь он регулярно должен был это делать, для того чтобы убедиться, что с ним все хорошо и для того чтобы проверить не сбежал ли он из своего вольера. Конечно, Дуэйну было жаль садить его в вольер или на цепь, но иначе было нельзя.

- Что ты собираешься сейчас делать? – спросил Дуэйн у Маргарет.

- Планировала сходить в магазин, а что?

- Ничего.

- Не знаешь чем заняться?

- Знаю.

- Чем же?

- Буду наводить порядок в своей комнате.

- Хорошо, только сначала сходи в магазин.

- Что? – Дуэйн поперхнулся оладьями, которые подали ему на завтрак. – Ты только что сама туда собиралась.

- Я собираюсь в хозяйственный магазин, а ты сходи в продуктовый.

- Почему ты не можешь по пути зайти в продуктовый?

- Тебе что, сложно что ли?

- Нет.

- Ну, вот и договорились. Ладно, после завтрака помоешь посуду, после сходишь в магазин, деньги я оставлю на столе, список продуктов тоже. Я пошла переоденусь и тоже пойду.

Дуэйн кивнул, мысленно радуясь, что она уходит.

- Кстати, Дуэйн, - обратилась она к сыну, когда тот уже мыл посуду, а сама Маргарет уже одетая, направилась к выходу. – Ты ничего странного ночью не слышал?

- Например? – спросил он, прекрасно понимая, что она имеет ввиду.

- Например, вой.

- Чей?

- Боже, Дуэйн, я не знаю. Если не слышал, так и скажи.

- Не слышал. Может тебе показалось?

- Я что похожа на шизофреничку, слышать непонятно что?

Дуэйн пожал плечами, но Маргарет этого уже не видела.

Забрав со стола последние несколько штук оладий, Дуэйн пошел проверять Эвереста. Щенок мирно спал у себя в вольере. Еда, которую еще утром Дуэйн принес ему, была съедена.

- Эй, малыш! – позвал он щенка. – Смотри, что я тебе принес.

Эверест поднялся и с любопытством посмотрел на своего нового хозяина. Дуэйн открыл вольер и пошел внутрь. Когда щенок принялся за новую порцию еды, Дуэйн решил осмотреть его лапку.

- Болит? – заботливо спросил он. Щенок не отвечал, но было понятно, он будет хромать еще какое-то время. – Ничего страшного, мы с этим справимся. Я тебе обещаю.

Некоторое время Дуэйн посидел рядом с Эверестом, после чего вспомнил, что ему надо идти в магазин, пока Маргарет не вернулась. Не желая прощаться с маленьким псом, Дуэйн все же закрыл вольер, оставив его внутри.

- Я скоро вернусь, не скучай, - подмигнул ему Дуэйн.

На столе, как и говорила Маргарет, лежали список покупок и деньги. Дуэйн быстро пробежался по списку. Ничего особенного в нем не было – молоко, яйца, помидоры – Маргарет вполне могла справиться со всем сама. Вздохнув от того, что ему все же придется идти, Дуэйн положил в карман список и деньги, после вышел из дома.

Вокруг чувствовалась атмосфера каникул, тепла и света. Женщины ходили в легких платьях, мужчины в футболках и шортах. Жары особо не было, но духота, которая поднялась с самого утра, была невыносимой. Не обращая особого внимания на дома и сады, Дуэйн думал о том, есть ли в этом городе речка. Он бы с радостью окунулся в прохладную воду, но только в одиночку. Дуэйн никогда не ходил на речку с друзьями, он любил проводить это время в одиночестве. Ему нравилась тишина и легкие всплески воды, он мог долго сидеть на берегу и о чем-нибудь думать. Дуэйн рано научился плавать, он понимал, что в случае чего никто его не спасет, потому что никого попросту не будет рядом. Так постепенно он приучил себя к глубине. Иными словами Дуэйн любил воду и до конца лета планировал найти источник спокойствия в этом Рае на Земле.

Продуктовый магазин находился в пяти минутах ходьбы от его дома, поэтому Дуэйн и не заметил, как дошел до него. Рядом с входными дверьми лежал большой пятнистый пес – далматин. Он не обращал особого внимания на людей, да и люди, по всей видимости, привыкли к нему, потому что никто не обращал на него внимания в ответ. Опасным он не выглядел, несмотря на свой размер. Скорей всего пес был старым.

Взяв все необходимое, он подошел к кассе, где сидел темнокожий мужчина в зеленой рубашке в клетку и очках для зрения. С виду ему было лет сорок.

- Что-то я вас раньше здесь не видел, юноша, - улыбнулся он. – Вы купили здесь дом?

- Да, приехали несколько дней назад.

- С родителями?

Дуэйн кивнул.

- Я тоже в свое время приехал сюда с родителями. Вообще-то не планировал здесь оставаться надолго, но так сложилось, что живу здесь уже более тридцати лет.

- Давно вы здесь работаете? - спросил Дуэйн, рассчитываясь за продукты.

- Лет с двадцати. Дело в том, что это мой магазин. Здесь в основном все садами увлекаются, но я не сторонник этого.

Дуэйн понимающе кивнул.

- А где вы купили дом? – спросил мужчина

- Здесь неподалеку.

Мужчина улыбнулся.

- Фамилию прежних хозяев знаете?

- Лефферсоны…

- Или Леффертсы?

- Да. Да, наверное, так.

- Знаю таких. Они уехали еще месяц назад. По-моему, с продажей дома были какие-то трудности. Несколько человек не хотели его покупать.

- Почему?

Мужчина пожал плечами.

- Сам не знаю. Этот дом еще получше некоторых, вообще-то.

- А почему они уехали? Я думал отсюда никто не уезжает.

Мужчина пристально посмотрел в глаза Дуэйна.

- Разные причины на это имеются. – Он опустил взгляд. - Многие уезжают отсюда из-за волков ну и…

- Волков? – Не дослушав, он взял сдачу, сложил продукты в пакет и уже просто смотрел на мужчину любопытными глазами.

- Да. Каждый год в это время и до самой глубокой осени они обитают здесь стаями. Вообще-то они здесь круглый год, но прям пик их нашествий в это время. Неужели ты еще ни разу не слышал их вой? Хотя бы сегодня ночью.

Дуэйн мотнул головой, вспоминая события этого утра.

- И зачем они приходят?

- Здесь есть еда, - говоря это, мужчина изменился в лице, что немного встревожило Дуэйна.

- Еда?

- Леффертсы, они же птицу держали?

- Да, павлинов.

- Ну, вот и не удивительно, что они съехали.

- Значит, они опасны?

- А сам как думаешь? Мы не о ручных псах говорим, которые в жизни никого не трогали, - в его голосе слышалось что-то вроде обиды или злости. Но Дуэйн не обратил на это особого внимания. Лишь вспомнил старого далматинца, который сидел у магазина. Сделав вывод, что он ждал своего хозяина. - А как тебя зовут, парень?

- Дуэйн Бенсон.

- Ричард Стейнер. - Они пожали друг другу руки. – Будь осторожней, Дуэйн Бенсон, - сказал он ему, глядя в глаза. – Здесь все далеко не так просто, как ты можешь подумать.

Было в его взгляде что-то пугающее, что заставило Дуэйна встревожиться, словно, на него смотрел сумасшедший. Ничего не сказав, он вышел из магазина.

Когда Дуэйн покинул магазин, его переполняли странные чувства. Во-первых, в его вольере сидел волчонок, в этом он теперь даже не сомневался. Во-вторых, волки это волки, наверное, их даже невозможно полностью приручить и выдрессировать, как какого-нибудь пса. Мысленно Дуэйн радовался тому, что ему хватило мозгов не искать мать щенка и не отдавать его ей. Иначе его собирали бы по кускам сегодня утром. Думая об этом, он даже не предполагал, что эти страшные мысли в скором времени могут стать явью.

Сейчас возникал вопрос - что делать дальше? Если присутствие волков в городе это нормально, то можно выпустить волчонка и рано или поздно его стая его найдет. Но было одно но – у малыша рана на ноге и он еще не до конца оправился. Но было ли это действительной причиной, почему он не хотел выпускать щенка или Дуэйн просто искал повод на дольше оставить его у себя. Ведь рана, по сути, была не смертельной, и волчонок вполне мог с ней справиться. Да и к тому же Дуэйн уже сделал все что мог, больше он ничем не мог помочь маленькому другу.

Дуэйн так глубоко об этом задумался, что не сразу услышал, как его кто-то зовет.

- Привет, - Пайпер, улыбаясь, подъехала к нему на велосипеде с корзиной на руле. – Куда идешь?

- Домой, - отозвался Дуэйн, думая о том, что только ее сейчас не хватает. – А ты куда? – спросил он из вежливости.

- Помогала дядюшке Макензи с садом.

Некоторое время Дуэйн равнодушно смотрел на девушку, даже не думая задавать наводящих вопросов.

- Что будешь делать в ближайшее время? – спросила его Пайпер.

Дуэйн пожал плечами.

- Найду чем себя занять.

- Если вдруг не найдешь, я бы могла показать тебе город.

- Нет, спасибо.

- Хорошо, - ни сколько не смутившись, произнесла Пайпер. – Тогда, может быть, как-нибудь сходишь со мной к дядюшке Макензи?

- Кто это? – на этот раз Дуэйну пришлось узнать кто это такой, прежде чем отказываться.

- Это самый прекрасный человек в городе. Все зовут его дядюшка Макензи, ему девяносто два года.

- И что с ним не так?

- В каком смысле?

- Почему ты зовешь меня к нему?

- У него самый большой и плодородный сад в этом городе. И ему девяносто два года, понимаешь?

- Мало ли кому перевалило за девяносто, да и сады здесь есть у всех. Даже моя мать имеет сад, представляешь? И мне этого, вполне, хватает.

- О, это не страшно, ты забудешь о своей астме, когда зайдешь в его сад, это я тебе обещаю.

Дуэйн глубоко вдохнул, пытаясь унять накипающее раздражение.

- Зачем я пойду к незнакомому старику?

- Не называй его стариком. Учитывая возраст, ему приходится не так просто.

- Так пусть оставит это дело или по наследству передаст. А что, типа волонтеров? Они ему не помогают?

- У него есть я.

- А ты ему кто?

- Почти как внучка, - с гордостью произнесла Пайпер. – Дело в том, что он не каждому разрешит помогать себе. На его сад любуются все, а вот зайти внутрь может не каждый.

- Почему?

На мгновение Пайпер замолчала.

- Просто он этого не любит.

В этот момент Дуэйн вспомнил свою мать, которая терпеть не может, когда ходят не по дорожкам.

- А с чего ты взяла, что он пустит меня?

- Если ты придешь со мной, то пустит.

- А с чего ты взяла, что я пойду с тобой?

- Ни с чего. Я предложила, ты можешь отказаться.

- Я отказываюсь, - холодно сказал он.

- Что ж, - немного расстроено произнесла она. – Тогда всего хорошего. Надеюсь, еще увидимся, - сказав это, она села на свой велосипед и помчалась куда-то прочь от Дуэйна.

Некоторое время, сам не зная почему, Дуэйн смотрел ей в след, после поспешил домой, надеясь, что Маргарет еще не вернулась.

Дома Дуэйн разложил все продукты по местам и решил еще раз навестить своего волчонка. В этот раз он шел к нему с какой-то неосознанной опаской, как будто волчонок уже вырос и был готов разорвать его на части от обиды, что тот запер его в клетку. Или, может быть, его уже давно там поджидала волчица, которая могла разорвать его на еще более мелкие кусочки. Дуэйн понимал, что мысли бредовые и Эверест не сделает ему плохо, по крайней мере, сейчас, пока маленький. А что будет дальше никому не известно.

Щенок как обычно спал. Дуэйн сел возле клетки и начал наблюдать за своим спящим другом.

- Ну и что мне с тобой делать? – обратился он к нему. Этот вопрос он теперь задавал ему часто. – Отпустить я тебя не могу, - после этих слов он задумался, - не хочу, - добавил он. – Но ведь таких, как ты нельзя держать в неволе. Ты дикий зверь, ты хищник. Волков вообще в вольерах держат? Вроде бы да. Но ведь для такой ответственности надо быть подготовленным, а у меня даже собаки никогда не было. Что там собаки, даже кошки или грызуна какого-нибудь. А мне сразу волка дали. Спасибо, что ты не медведь. – Волчонок подвывал во сне. – Даже если я оставлю тебя здесь сейчас, что будет, когда ты вырастишь? Мне уже будет тебя не спрятать, да я и не хочу тебя прятать. Это преступление держать тебя в неволе. Зачем ты пришел ко мне? Почему именно в моем саду ты на этот гвоздь наступил? – Дуэйн говорил это с чувством, как будто бы ждал, что волчонок начнет ему отвечать. Но он спал и не думал даже подавать виду, что слышит хозяина.

- Дуэйн! – услышал он голос Маргарет. – Дуэйн, помоги мне!

Он с любовью посмотрел на волчонка.

- Смотри не шуми, - сказал он ему и пошел на помощь к матери.

- Мне повезло, что там не было очереди, - говорила Маргарет, распаковывая пакеты, которые они с Дуэйном только что занесли в дом. – Вообще-то сейчас не сезон покупок для сада, обычно таким занимаются весной, а летом что-то докупают. А ты сходил в магазин?

- Да.

- Хорошо. Я хотела сделать шарлотку твоему отцу. Он давно просил меня, но с этим переездом все время было некогда. Я вообще думала о том, что у нас с вами не было даже новоселья. Знаешь, мы бы могли позвать соседей, с которыми успели познакомиться. Ты бы мог пригласить Пайпер. Я бы приготовила вкусный ужин, и мы бы все вместе посидели за столом, отметили наш переезд.

- Обговори эту идею с папой, - сказал Дуэйн.

- Ну, а тебе она нравится?

Дуэйн пожал плечами.

- Если ты хочешь, мы можем это отметить.

- Почему если я хочу? А ты, что не хочешь?

- И я хочу. Поэтому мы пригласим всех соседей, с которыми мы успели познакомиться, и я бы мог пригласить Пайпер, – иронично улыбаясь, произнес Дуэйн.

Маргарет как-то странно посмотрела на сына.

- Вот именно, - сказала она.

Глава 5

Глава 5

Неожиданно для себя, в прочем, как и для Маргарет Дуэйн решил помочь ей с обедом. Они готовили обычное рагу, поэтому обязанностью Дуэйна было в основном помыть и почистить овощи, некоторые он даже сам порезал. Мать с сыном почти не разговаривали. Еще вчера Маргарет решила, что им на кухню нужен телевизор, на тот случай, когда она останется дома одна и ей не с кем будет поговорить во время готовки. Поэтому сегодня они с Дуэйном смотрели какое-то юмористическое шоу, иногда повторяли друг другу очень смешные шутки и искренне смеялись с них.

После того, как они пообедали, Дуэйн поднялся в свою комнату, на этот раз, основательно решив навести в ней порядок. Некоторое время он смотрел на коробки, после чего отопнул их к двери и подошел к окну. Он решил, что на день окно лучше открывать полностью, чтобы свежий воздух проходил внутрь. Дуэйну нравилось, что он живет на втором этаже, и, что еще лучше возле проезжей части. Около его окон не цвели пахучие цветы, и воздух был действительно чистым. Настолько чистым, насколько позволяет этот город.

Дуэйн решил помыть оконное стекло, подоконник и стены. На все это ушло около часа. Он настолько увлекся работой, что ему даже не нужна была музыка на фоне. После этого Дуэйн разобрал коробки с одеждой и другими нужными вещами. Хоть они и казались ему все нужными, он решил, что лучше кое с чем все же распрощаться. Он ясно это понял, когда открыл коробку со своими стихами, где лежала его фотография с девушкой. С каким-то странным чувством внутри, он последний раз посмотрел на фотографию.

- Прощай, - прошептал он, глядя на девушку, после чего бросил снимок обратно в коробку и закрыл ее.

Спустя какое-то время коробки оказались за дверьми. Дуэйн вымыл пол и решил, что многим вещам действительно не место в его новой комнате, как некоторым воспоминаниям не место в его новой жизни.

Из лишних вещей у Дуэйна насобиралось четыре коробки. Он решил, что, вполне может справиться с этим весом и донесет его до мусорного бака без проблем. Так оно и было, к тому же по пути ему встретилась Маргарет, которую он попросил открыть ему входную дверь.

- Наконец-то ты сделал это, - проговорила она. – Я горжусь тобой.

- Спасибо, - сухо бросил Дуэйн.

- Я надеюсь, там больше ничего не осталось? Я имею ввиду, пустого и ненужного.

- Нет, - ответил он и ногой закрыл дверь.

Аккуратно, стараясь не выходить на проезжую часть, Дуэйн принес коробки к мусорному баку, который находился не так далеко от их дома. Без сожаления он бросил коробки на самое его дно. Некоторое время он смотрел на коробку, в которой как ему казалось, должна была лежать фотография. Сначала он думал о том, что еще может ее достать, но после подумал о том, что с радостью поджог бы весь этот мусор.

Когда Дуэйн решил, что слишком долго стоит у мусорного бака, он хотел развернуться, чтобы пойти обратно домой, но его внимание привлек чей-то голос. Сначала он не понял откуда он идет и кто вообще говорит, но спустя мгновение на улице появился какой-то мальчишка.

На вид ему было лет девять, маленького роста с избытком лишнего веса. Он был одет в сиреневую футболку и темно сини шорты, из под которых выглядывала белая резинка, по всей видимости, от его трусов. На ногах у него были белые потрепанные кеды. Он был коротко пострижен, а под носом у него была какая-то грязь, либо из носа текло, а вытереть мальчик не удосуживался. В руках он нес какую-то палку, которой размахивал во все стороны, говоря при этом что-то. Это была обычная история, дети часто играют сами с собой, представляя себя несколькими героями сразу. Вот и получается странная история в глазах других людей, но на деле же, все очень просто и нормально. По всей видимости, мальчик считал себя каким-то воином, потому что размахивал палкой так, словно это был меч, а врагами стали обычные деревья. Он бил по веткам так, что отлетали листья, некоторые ветки от этого ломались, но мальчик не предавал этому значения и оставлял их лежать на чистом тротуаре. Дуэйн наблюдал за ним до тех пор, пока он не прошел мимо. В тот момент, когда они поравнялись, их взгляд встретился, мальчик понял, что Дуэйн все это время наблюдал за его игрой, но его это ничуть не смутило. Проходя мимо мусорного бака, он умудрился ударить и по нему со словами:

- Мы полетим на Ксандар, Звездный лорд. Танос нас не остановит.

Услышав это, Дуэйн усмехнулся. У него у самого было несколько комиксов с мстителями и стражами галактики, но ярым фанатом он этого не был.

Дуэйн уже подошел к крыльцу, когда услышал знакомый рев машины. Бросив взгляд на, вечно пустующую, дорогу, Дуэйн увидел серебристую отцовскую тайоту.

- Что-то ты сегодня рано, - крикнул Дуэйн, когда Клаудий вышел из машины.

- Здесь на удивление понимающее начальство.

- Что это значит?

- Никто не нагружает меня работой. «Мы понимаем ваше положение. Несмотря на то, что у вас есть жена и взрослый сын, одни они не справятся в ремонте нового дома. Им нужно ваше четкое руководство». – с улыбкой процитировал он, кого-то из своего начальства.

- Как это мило с их стороны, но мы вроде справляемся.

- Ты что не хочешь видеть меня дома почаще? – наигранно обидчиво проговори Клаудий.

- Ты что, пап, конечно хочу.

- Что делает мама?

- Не знаю, вроде была в саду.

Они вошли в дом.

- Сегодня слышал странный вой возле нашего дома, - неожиданно начал Клаудий.

- Вой? – удивленно спросил Дуэйн. – Мама говорила что-то такое, но я думал, ей показалось.

- Ты значит не слышал?

Дуэйн мотнул головой.

- Может бродячие собаки? – предложил он.

- Может. А что у нас на обед?

Дуэйн облегченно вздохнул, когда тема о странных ночных воях кончилась.

- Рагу. Мы с мамой готовили.

Клаудий удивленно посмотрел на сына.

- Вдвоем?

- Ага.

- И сколько раз вы успели поругаться?

- Вообще-то нисколько, - послышался голос Маргарет, которая вошла в дом. – Твой сын может быть на удивление послушным, когда захочет. Да, Дуэйн?

Дуэйн промолчал.

«Твой сын?» - хотел бы я быть только его сыном, подумал он, но после немного смутился. Эта мысль ему не понравилась.

- Иди мой руки, сейчас я все приготовлю, - сказала мужу Маргарет. – Дуэйн ты будешь?

- Нет, спасибо.

- Как хочешь, - бросила она, на что Дуэйн решил, что лучше бы она промолчала.

Немного раздраженный он поднялся в свою комнату.

Любуясь на наведенный порядок, он сел на матрац. Скорей всего, после того как отец пообедает и немного отдохнет, они пойдут доделывать работу в гостиной. А пока Дуэйн может немного отдохнуть после своей, пусть и небольшой проделанной работы. Он лег на спину, устремив взгляд в потолок. Не прошло и пяти минут, как его глаза сами собой закрылись.

Глава 6

Глава 6

Он проснулся оттого, что в его комнату вошла Маргарет и начала что-то быстро говорить.

- Что случилось? – щуря глаза, спросил Дуэйн.

- Для начала, почему ты спишь? – ответила вопросом на вопрос Маргарет.

- Я закрыл глаза на пять минут.

- На почти два часа. На часах шесть, Дуэйн.

Дуэйн беспомощно раскинул руки на матраце и вздохнул.

- А где папа?

- На кухне. Помнишь, я сегодня говорила тебе про новосельческий ужин, ты еще сказал поговорить об этом с папой?

- Конечно, помню.

- Так вот, ему очень понравилась эта идея, и мы решили сделать это сегодня.

- Прекрасно, - холодно сказал Дуэйн, глядя в потолок.

- Надо сходить в магазин.

- Ты за этим сюда пришла? Чтобы я в магазин сходил?

- Ну да.

- Если ты знала, что ужин будет сегодня, почему не написала в список все продукты?

- Во-первых, я не знала, что сегодня будет ужин…

- Нет, мама, знала. Это твоя идея и даже если бы мы с папой оба не согласились, этот ужин все равно бы был и был бы он сегодня.

- Слушай, что тебя опять не устраивает?

- Новоселье делают после окончательного переезда и ремонта в новом доме.

- Нет, Дуэйн, достаточно просто переехать.

- Тебе что нужен повод, чтобы завлечь в наш дом побольше чужих людей?

- А ты снова ищешь повод вывести меня из себя?

- Мне не нужен повод, ты и так всегда не в себе.

- Закрой свой род, Дуэйн, и иди делать то, что тебе велено! - резко бросила Маргарет и вышла из комнаты.

На мгновение Дуэйну показалось, что она может его даже ударить. Но за всю жизнь она не тронула его ни пальцем. Так с чего бы ей бить своего взрослого сына?

Продолжая лежать на матраце, Дуэйн заметил, что после переезда в новый дом, Маргарет начала раздражать его все больше и больше, и, несомненно, это было взаимно. Жалко во всей этой ситуации было только Клаудия, он никого не провоцировал, никого не раздражал и вообще ни в чем не был виноват. Он только терпел выходки своего сына и своей жены, которые ни дня не могли прожить мирно.

Нехотя Дуэйн поднялся с матраца и направился вниз. На кухне было пусто. Он взял список продуктов и деньги со стола, после вышел из дома.

К вечеру жара более или менее спала. Солнце уже не пекло так сильно, но и уходить в закат пока не собиралось. Сильно душно не было. Вечером на улицу выходили дети, в основном от пяти до десяти лет, для детей чуть постарше время для прогулок было чуть позднее. Они ездили на велосипедах по дорогам и тротуарам, гоняли мяч возле дома и играли в классики. В общем, обычные беззаботные каникулы.

- Еще раз здравствуйте, мистер Стейнер, - поприветствовал хозяина магазина Дуэйн.

- Здравствуй, Дуэйн, что-то забыл? – Очереди не было, в магазине вообще было почти пусто, поэтому Ричард Стейнер беззаботно читал газету, а когда в магазин вошел Дуэйн, он на мгновение от нее оторвался.

- Нет, мама придумала, что мы должны устроить новоселье.

- Новоселье это же вроде праздника. Ты что, не любишь праздники?

- Не в этом дело.

- А в чем же? – на этот раз Ричард Стейнер отложил газету и посмотрел на Дуэйна поверх очков.

- Я не хочу, чтобы наш дом переполняли люди.

- А, так дело в твоем негостеприимстве.

- Нет, дело в моей матери, которая считает, что все должно быть так, как она хочет.

Дуэйн ходил между стеллажами и клал в корзину то, что было написано в списке.

- Так значит, все это пиршество затеяла она.

- Именно она, - согласился Дуэйн, ища глазами чеснок.

- И гости будут ее?

- Да я не знаю даже, кто будет. Она сказала соседи, но я не помню, чтобы мы начали дружить с соседями.

- Новоселье отличный способ познакомиться с соседями, их достаточно только пригласить, а там общение само собой завяжется.

- Да, видимо по такой логике она и действует.

- А ты сам еще ни с кем не успел познакомиться?

- Из тех, с кем бы я стал знакомиться добровольно – нет.

- Знаком принудительно?

- Можно и так сказать.

- С кем?

- Пайпер. Пайпер… я не помню ее фамилию.

- Рид? – лицо Ричарда Стейнера стало серьезным.

- Да, именно она, назойливая девчонка. Но она нравится моей маме. - Дуэйн подошел к кассе с почти полной корзиной.

- Здесь неподалеку есть баскетбольная площадка, там часто проводят время твои ровесники, - говорил мужчина. - В основном они, конечно, приходят поиграть, некоторые посмотреть, поболеть. Но это так к слову, вдруг тебе захочется найти себе друзей.

- Я учту, мистер Стейнер, но мне пока некогда, в нашем новом доме не закончен ремонт.

- Вы не закончили ремонт и уже устраиваете новоселье?

- И я о том же. – Сейчас Дуэйн не чувствовал никакой тревоги, напротив, он почувствовал симпатию к этому человеку, и с каждым разом она становилась все больше и больше. – До встречи, мистер Стейнер, - сказал он.

- До встречи, Дуэйн.

Глава 7

Глава 7

Подготовка к ужину проходила именно так, как Дуэйн и думал. Сначала он сходил в магазин за всеми нужными продуктами, после почистил и помыл овощи и фрукты, пока Маргарет и Клаудий что-то из них готовили. Но сделать ту работу, которую делал Дуэйн, не было большим трудом, поэтому он быстро с ней закончил. Он искренне надеялся, что следующие указания о том, что ему делать дальше поступят от Клаудия, но занять его решила Маргарет.

- Почему я должен идти за Пайпер? – возмутился Дуэйн.

- Потому что ты знаешь, где она живет, - спокойно ответила Маргарет.

- Если она гость, то ты должна была пригласить ее заранее, сказать место и время. В конце концов, она тоже знает где мы живем. Позвони ей.

- У меня нет ее номера телефона.

- Что за бред? Мне других соседей тоже сходить позвать?

- Никого больше не будет, только мы и Пайпер.

Несколько секунд Дуэйн молча смотрел на мать.

- Ты шутишь? – стараясь сохранять спокойствие, спросил ее Дуэйн.

- Нет, Дуэйн, и я прошу тебя, сходи за ней.

- Нет, никуда я не пойду, - решительно заявил он.

- Это невозможно! – закричала Маргарет. – Я стараюсь устроить праздник, сделать так, чтобы всем было хорошо, а ты как обычно пытаешься все испортить!

- Если ты хочешь сделать приятно нам, то на хрена нам эта девчонка? – кричал Дуэйн.

- Дуэйн, следи за языком, - серьезно сказал отец.

- Нет, пап, разве ты не считаешь это глупостью?

- То что я забочусь о вас, это по-твоему глупости? Что ж не завидую я твоим детям.

- А ты у нас лучшая мать, зная про мою болезнь…

- Опять ты со своей астмой! Сколько можно? А есть другие причины, по которым я для тебя худшая мать?

- Ты эгоистка.

- А ты у нас альтруист.

- Хватит! – крикнул Клаудий. – Мне это уже надоело.

- Мне тоже! - выкрикнул Дуэйн и, хлопнув входной дверью, вышел из дома.

Он шел так быстро, как только мог, чуть ли не бежал быстрее от своего собственного дома. В нем было столько злости и раздражения, что он чуть ли не кричал. Он хотел подобно тому мальчику ломать ветки деревьев, лишь бы выпустить всю злость, которая в нем была.

Он ненавидел Маргарет.

Когда подобное происходило в старом городе, Дуэйн уходил к реке, она быстро охлаждала его пыл и успокаивала нервы. Но здесь он понятия не имел есть ли она вообще. Наверное, разумно было бы спросить об этом мистера Стейнера, но Дуэйн уже прошел его магазин, а возвращаться не хотелось. Тогда он подумал о том, что мог бы пойти на баскетбольную площадку, как советовал мистер Стейнер, но Дуэйн никогда не интересовался баскетболом и даже правил игры не знал.

« Но не обязательно играть, - думал он, - можно просто посмотреть».

Но даже эта перспектива его не привлекала. Тогда, не зная куда идти, он просто сел на бордюр тротуара, выставив ноги на проезжую часть. За все время пока он так сидел, мимо него не проехала ни одна машина.

Когда более или менее раздражение Дуэйна на собственную мать спало, он не спешил уходить. Сейчас ему хотелось дождаться хоть одного автомобиля или хотя бы мотоцикла. Дуэйн напоминал себе преданного пса, который ждал своего хозяина с работы. В ожидании он думал о том, что за все время пока он находится в этом городе, ему не попалась ни одна машина. Он не видел, чтобы по трассе двигалось хоть что-то кроме людей, которые нередко сходили с тротуаров. Но, все что он смог увидеть это старую, сгорбленную женщину, которая шла по тротуару с корзинкой из магазина. Когда она поравнялась с Дуэйном, он решил воспользоваться возможностью и спросить, что не так с местным транспортом.

- Но это же рай для людей, а не для машин, правильно? - говорила она.

- И что, люди здесь не пользуются транспортом?

- Автобусов и трамваев нет, но есть легковые машины.

- Где?

- Они стоят в гаражах своих владельцев.

- Почему они ими не пользуются?

- А зачем? Город небольшой, куда надо можно дойти пешком, прогуляться. А машины они своими выхлопными газами только воздух портят. Деревья же здесь не зря растут, правильно?

- Да, наверное, правильно. Но, а если надо куда-то далеко?

- Если надо съездить в соседний город или типа того, то люди, конечно, пользуются транспортом, ногами же ты не дойдешь, правильно?

- Но я даже таких людей не встречал, чтобы они уезжали из города.

- А зачем уезжать из города, это же рай! – старая женщина улыбнулась беззубой улыбкой.

- Какой-то порочный круг получается, - серьезно сказал Дуэйн.

Женщина перестала улыбаться. Она как-то странно посмотрела на Дуэйна и пошла дальше.

Дуэйн еще несколько минут задумчиво смотрел на трассу и незаметно для себя понял, что во всем городе его отец единственный, кто использует автомобиль «не по назначению». Он спокойно ездит на нем на работу, и никто еще не сказал ему не слова. Возможно, пока не сказал. Потом он начал думать, как именно об этом говорят владельцам. Что-то типа: « Вы должны поставить свой автомобиль в гараж, выхлопные газы портят нам воздух и нам нечем дышать» или « если не хотите быть убийцей всего города, вы должны поставить свое холодное оружие в гараж». Безусловно, выхлопные газы вредят окружающей среде, но отказаться от транспорта в современном мире, это безумие, думал Дуэйн. Помотав головой, глядя на пустую трассу, Дуэйн пошел в сторону дома.

После он узнает, что заставило людей сделать это, но сейчас его переполняли только возмущения.

Улицы оживали все больше и больше. Кто-то выходил погонять мяч, кто-то поболтать с соседями, а кто-то просто подышать воздухом, от чистоты которого у некоторых могла кружиться голова.

Дуэйн вспомнил про своего Эвереста. Вообще-то он о нем и не забывал, просто сейчас ему стало жаль, что его волчонок сидит в вольере в одиночестве, ему нужна свобода. Но разве кто-то выгуливает волчат на поводке, надевает им намордники и дает команды? Дуэйн знал, что если он его отпустит, то Эверест уйдет, но рано или поздно это все равно случиться, волку нельзя жить в неволе, как и любому другому дикому животному. Но не сейчас. Он обязательно отпустит его, но сейчас он не станет этого делать. Возможно, волчонок проживет у него до осени, может даже до декабря, а потом он его отпустит. А пока он будет всеми способами делать его жизнь в вольере лучше. Придумает, как можно отпускать его на свободу не боясь, что он уйдет или, что хуже, его увидит Маргарет.

- Дуэйн! – от мыслей его отвлек голос, тот самый неприятный голос, который уже второй раз звал его по имени.

- Ты что следишь за мной? – явно не радуясь встречи, спросил Дуэйн, когда Пайпер подошла к нему.

- Этот город маленький, а, следовательно, можно подумать, что все здесь друг за другом следят, - беззаботно улыбнулась девушка. – Куда идешь?

- Домой.

- Откуда?

- Твое какое дело?

- Просто спросила, - обиженно проговорила она.

Несколько секунд Дуэйн смотрел на нее, думая, что она единственный способ помириться с мамой. Не потому что он этого хотел, а потому что так, вероятнее всего, хочет Клаудий.

- Пойдешь со мной? – спросил он мягче.

- Ты приглашаешь меня в гости? – оживилась Пайпер.

- Мама приготовила ужин в честь новоселья. - Дуэйн не стал ждать ответа девушки и просто пошел вперед.

- Да, конечно. Я с удовольствием поприсутствую на вашем празднике, - проговорила она, догоняя парня.

Некоторое время они шли молча.

- Так, чем ты увлекаешься? – нарушила молчание Пайпер.

- Я рисую, - просто ответил Дуэйн.

- Что рисуешь?

- Почти все.

- Меня можешь нарисовать?

- Все, что считаю красивым.

- Ты хочешь меня обидеть?

- Нет, я не рисую людей.

- Почему?

- Это сложно.

- Наверное, - задумчиво проговорила Пайпер.

- Ну, а ты чем увлекаешься? – из вежливости поинтересовался Дуэйн.

- Вся моя жизнь это защита экологии, окружающей среды.

- И как ты ее защищаешь?

- Я можно сказать зеленая полиция города. Слежу за порядком, ищу правонарушителей.

Дуэйн вспомнил толстого мальчика, который ломал ветки деревьев.

- И что ты с ними делаешь?

На мгновение Пайпер задумалась.

- Придумываю своего рода наказание.

- Например?

- Например, посадить одно дерево или несколько деревьев.

Дуэйн усмехнулся.

- И кто-то это делает?

- Это его штраф, он должен это делать.

- Нет, не должен. Это твоя прихоть.

- Возможно, но от этой прихоти никому хуже не стает, а только лучше.

Дуэйн пожал плечами.

- Ты считаешь, это неверный метод?

- Мне все равно.

- На природу?

- На твои методы. Это ваш город, делайте, что хотите.

- Теперь это и твой город.

- И теперь, если я решу выбросить фантик на улице, то я должен буду за это отработать?

- Получается так.

Дуэйн снова усмехнулся.

- Ты же не заставишь.

Пайпер как-то странно улыбнулась и ничего не сказала.

Дуэйн зашел в дом, молча бросив на мать быстрый взгляд. Следом за ним появилась Пайпер, у которой улыбка не сходила с лица.

- Здравствуйте, миссис Бенсон! – воскликнула она.

- Пайпер, дорогая! Как я рада тебя видеть, - просияла Маргарет. – Вы как раз вовремя.

Дуэйн молча наблюдал за ними, в то время как Клаудий спускался к ним со второго этажа.

- Мистер Бенсон!

- Здравствуй, Пайпер, рады видеть тебя, - не так эмоционально, как Маргарет, но дружелюбно поприветствовал ее Клаудий.

- А я о чем? Очень рады. Что ж, мойте руки и за стол. Все уже накрыто.

Дуэйн ожидал увидеть в гостиной, как минимум человек пять, но там было пусто. Только на столе расставлены приборы на четыре человека.

- А где соседи? – спросил Дуэйн, садясь напротив отца. Он помнил, что Маргарет сказала, что никого не будет приглашать, но искренне надеялся, что это не так и кроме Пайпер будет кто-то еще.

- Твоя мама сказала, что мы не можем пригласить много гостей, потому что в доме незакончен ремонт, - произнес Клаудий, рассматривая блюда.

- Что? – возмутился Дуэйн.

- Тише, хотя бы не сейчас, - серьезно проговорил отец.

Дуэйн молча сжал губы.

- А вот и я, - пропела Маргарет. – Что предпочитаешь, Пайпер, рыба? Мясо? Побольше овощей и фруктов?

- А какая рыба?

- Лосось. Ты любишь?

- Просто обожаю.

- А что тебе, дорогой?

- Мне мяса и побольше.

- Хорошо. Дуэйн?

- Мне тоже мясо, - не сразу ответил он.

- Себе я, пожалуй, тоже положу рыбу.

Когда Маргарет закончила с едой, то спокойно села на свое место, ковыряя вилкой лосося, рыбу, которую почти никогда не ела. После по традиции начались пустые разговоры, которые Дуэйн не слушал. Там было что-то о садах и истории возникновения города, которую возбужденно повествовала Пайпер. Маргарет немного рассказала об их старом городе, доме и саде, но это была лишь малая часть разговора. В основном она задавала вопросы, а Пайпер на них отвечала. Клаудий, тоже особо не принимал участия в разговоре. А когда его желудок был полон, он извинился и встал из-за стола, прикрываясь какими-то срочными делами по работе. Дуэйн в этот момент позавидовал отцу, ведь он, в отличие от него не мог так сделать, если не хотел новый скандал. Поэтому он только ел, не спеша, наслаждаясь пищей. В контексте разговора Маргарет умудрилась узнать дату рождения Пайпер. Семнадцатое мая – телец. Не по своей воле, Дуэйн тоже выучил все знаки зодиака и дни, в которые они господствуют. Когда он слышал чью-либо дату рождения, то на автомате в его голове возникал образ зодиака этого человека. Еще не дошло до того, чтобы он давал им предварительную характеристику личности. Он не разделял людей на тех, с кем у него могут быть хорошие отношения и с кем в знакомство ему лучше не вступать, так как звезды не благоволят. Но это не относилось к тельцам. Дуэйн ненавидел представителей этого знака, они раздражали его, он не мог найти с ними общий язык. Но весь смысл был в том, что Дуэйн сначала знакомился с человеком, общался с ним, приходил к выводу, что с этим человеком ему сложно, а после совершенно случайно узнавал его знак зодиака. И зачастую у этого сложного для коммуникации человека зодиаком был – телец. Совпадение. Иного объяснения у Дуэйна не было.

Он как раз думал о своих неприятелях, когда его привлекла очередная тема для разговора Пайпер и его матери.

- А еще волки, это зрелище всего Рая, - говорила Пайпер.

- Волки? – удивилась Маргарет.

- О, да! Их у нас целые стаи.

- Так вот кто выл, Дуэйн. А ты сказал, что мне показалось.

- Да, ночами иной раз спать не возможно из-за их воя.

- И что вы с ними делаете?

- Ничего. Но были случаи, когда их пытались отстреливать, - просто сказала Пайпер.

- Что? Ты же вроде за экологию!? – возмутился Дуэйн. – Разве ты не встала на их защиту?

Маргарет и Пайпер взглянули на него так, словно все это время его не было рядом, а сейчас, он появился неизвестно откуда.

- Некоторые их боятся. Хотя на самом деле они очень безобидные, почти как ручные.

- Ручные волки? – Дуэйн подумал о своем волчонке.

- Иногда они, пугают. Точнее даже не они, а их вой. Как я уже сказала, из-за него иногда сложно спать.

- И все? – допытывался Дуэйн.

- Помню у мистера Клауса, ваш сосед через дорогу, волки разорвали собаку, но, на сколько я знаю, она была сама виновата.

- Так они из одного семейства. Что-то не поделили, и получился конфликт, - предложила Маргарет, которая ненавидела собак.

- Да, так и есть, скорей всего.

- Хочешь сказать, за каждый год, что они сюда приходят, вы успели сдружиться с этими дикими животными? – В глубине души Дуэйн лелеял надежду, что так оно и может быть, но потом вспомнил взгляд Ричарда Стейнера и, что-то вновь его встревожило.

- Откуда ты знаешь, что они приходят сюда каждый год, Дуэйн? Пайпер этого не говорила, - произнесла Маргарет.

- Мне сказал об этом Ричард Стейнер.

- Кто это?

- Продавец в одном из магазинов, - говоря это, Дуэйн заметил, что Пайпер на него очень странно смотрит, даже как-то подозрительно.

- Вы ходите в его магазин? – удивилась она.

- Я не знаю, в какой магазин Дуэйн ходит. Лично я не покупаю продукты.

- Я бы не советовала тебе туда ходить, Дуэйн.

- Почему? – задала за сына вопрос Маргарет.

- Этот человек опасен.

- Чем он может быть опасен? – спросил Дуэйн.

- У него есть своя псарня и его псов люди боятся больше чем волков. Я не хочу портить вам аппетит и рассказывать крайне неприятные истории связанные с его псами, но живя в этом городе, вы и сами все узнаете. Миссис Бенсон, - она обернулась к Маргарет, - советую вам обходить этого человека стороной.

Поведение Пайпер, с милой, приветливой девочки сменилось на жестокую ненавистницу псов. Это заметила даже Маргарет, которая тут же решила сменить тему на более отвлеченную.

После ужина Маргарет, конечно же решила, что Дуэйн должен проводить гостью. На этот раз Дуэйн решил не возражать, а просто сделать то, что велено, к тому же жила она, к счастью, не так далеко.

После того как Дуэйн выполнил свою миссию и проводил девушку до дома. Он, вернувшись, помог матери на кухне, протер всю посуду и разложил ее по местам.

На часах было уже около полуночи, когда они с Клаудием закончили замазывать трещины на стенах в гостиной. Потом все вместе попили чай под новое юмористическое шоу и разошлись по своим комнатам.

Перед сном Дуэйн решил немного порисовать. И нарисовать он решил Пайпер. Это было для него вроде эксперимента. Она была человеком, а люди представляли для него особую сложность. К тому же она была не так красива, чтобы он взялся за ее портрет. Поэтому он решил посмотреть, что из этого получиться.

Рисуя рыжие завитушки на ее голове, тонкие губы и хаотичные веснушки, он вспоминал, как когда-то решил нарисовать ее – девушку с фотографии. Тогда он сел за чистый лист, не зная, что будет рисовать. Но эта девушка слишком сильно занимала его мысли, что он решил просто начать, а что получиться, было уже не важно. Получилась она. Рыжеволосая, веселая, излучающая счастье. Когда ее портрет был полностью готов, он думал, что же с ним сделать. Оставить себе, отдать ей или порвать? Маргарет не должна была его видеть, рвать было жалко, она стала первым человеком, которого он смог нарисовать так хорошо. Поэтому выбор был очевиден – он должен отдать этот рисунок ей. И он отдал его, а о его дальнейшей судьбе он ни знал ничего.

Над портретом Пайпер он сидел около полутора часов. Был уже третий час, когда он закончил. Проделанная работа вызвала у него улыбку. Пайпер получилась очень хорошо, так, что даже ему самому понравилось. Некоторое время он любовался на свою работу, а после отнес рисунок на стол, который они с отцом сегодня собрали. Он не знал, что будет делать с этим портретом, да и его судьба была не так важна. Пусть пока просто лежит, Пайпер получилась неожиданно слишком хорошо. На портрете, по мнению Дуэйна, она была куда более симпатичной, чем в жизни.

Довольный собой, Дуэйн пошел спать.

Глава 8

Глава 8

Дуэйну никогда не снились сны. По крайней мере, последние лет десять точно.

Лет до восьми он страдал лунатизмом. Это были не обычные разговоры во сне или, как это бывает у многих, он не спал сидя. Дуэйн ходил во сне и много раз пытался уйти из дома, но родители вовремя ловили его. Каждый раз после подобной попытки уйти из дома, Дуэйн объяснял родителям причину, естественно в состоянии лунатизма. То, ему хотелось погулять, то пора собираться в школу и многие другие причины, когда восьмилетний мальчик может выйти из дома без сопровождения взрослых.

Опасаясь, что он может выйти не в дверь, а в окно Клаудий и Маргарет перенесли его кровать со второго этажа в свою спальню, чтобы не пришлось везти сына в травмпункт. Но все эти ночные похождения были не самым страшным, по крайней мере, для Дуэйна.

В детстве его очень мучили кошмары, от которых он кричал во сне, звал на помощь и просто рыдал, как неугомонный младенец. Ему часто снились одинаковые сны, а может ему просто казалось, что они одинаковые, в любом случае он знал их наизусть, словно проживал эти истории своих сновидений ни раз в реальной жизни. Он видел приведений, за ним охотились зомби, гнались охотники, желающие его убить. Но самым запоминающимся был сон, где он вместе с Маргарет плывет по реке. Это была не простая река. Ее берега были заросшими высокими деревьями, которые свисали над ней так, что не было видно неба. Вода была зеленой, дна было не видно, и, что было самым пугающим, так это крутые повороты. Дуэйн и Маргарет находились на деревянной лодке вдвоем, вокруг никого не было. Он был с матерью, но ощущения безопасности не было. Ему было страшно, особенно когда их лодка проходила через эти крутые повороты. Дуэйн просыпался на одном и том же моменте, моменте поворота. Каждый раз он испытывал странное, жуткое чувство, которое нельзя описать словами.

Но помимо кошмаров было еще кое-что, что-то более жуткое.

Дуэйн страдал сонным параличом. Каждый раз, еще до того, как родители решили забрать его к себе, происходило одно и то же. Его комната было большой, но пустой. По какой-то причине там почти не было мебели. Напротив двери, которая вела в коридор, стояла его кровать, слева от кровати было окно, справа зеркало и письменный стол, в одном из углов стояла корзина с игрушками. Маленький Дуэйн почти все время проводил в гостиной, а причина была в том, что в его комнате было недостаточно света, из-за толстого дерева, которое росло прямо у его окна. После это дерево спилили, но Дуэйн тогда уже вырос. Ужас всех его ночей был именно в том, что кровать, на которой он спал, находилась прямо напротив дверей. Каждую, как ему казалось ночь, он просыпался на полу возле кровати весь в слезах. Он плакал от ужаса, ему было очень страшно, он был один не в силах что-либо сделать. Двери открывались, и на пороге стояло странное существо, было не ясно человек это или кто-то еще. Оно имело руки и ноги, как у человека, рост был выше среднего и это был мужчина. Дуэйн знал, что род у этого существа был именно мужской. На нем было много одежды, ботинки, джинсы, футболка, рубашка, сверху какая-то кофта, кепка. И хоть Дуэйн никогда не видел его лица, он помнил, что в его одежде были яркие цвета, зеленый и желтый. Это были маленькие клочки одежды. Он даже не знал, какой части его наряда они принадлежат, но эти цвета хорошо ему запомнились. Этот человек или просто человекоподобное существо никогда не подходило к плачущему от ужаса ребенку, он всегда стоял у дверей и не проходил дальше. Он просто стоял и смеялся, самым отвратительным и невыносимым смехом. Он смеялся и смеялся не останавливаясь. И только этот смех пугал Дуэйна. Он не понимал, что происходит, не понимал, что ему делать, он даже не понимал, спит он или это происходит на самом деле. Дуэйн не сразу рассказал об этом родителям, потому что думал, что сходит с ума и его могут за это положить в больницу, но все эти ночные посещения не прекращались, и у него просто не было выбора. Тогда он и обосновался в спальне родителей и спал там до того момента, пока сны и вовсе не перестали ему сниться. Так было спокойно и родителям, обеспокоенным лунатизмом ребенка и ему самому, напуганному ночным гостем.

Сейчас Дуэйн спал и не видел ничего кроме звездного неба перед сном и рассвета утром, его сон ничего не тревожило, и приступы лунатизма остались далеко в детстве.

Но этой ночью ему впервые за долгое время приснился сон. После Дуэйн даже не удивится, что он был кошмарным, иного он и не надеялся увидеть.

Он уже был в «Раю», они как раз закончили с ремонтом дома и отметили настоящее новоселье. Только на этом новоселье не было ни Пайпер, ни каких-либо других людей и эта часть сна понравилась Дуэйну больше всего. После вкусного ужина (вкус зажаренной до золотистой корочки курицы с картошкой, он как будто чувствовал на самом деле) Дуэйн решил прогуляться. Погода была отличная. Ни холодно, ни жарко. Была осень, его любимое время года. Точнее он знал, что на календаре осень, но вокруг все было как будто против нее. Сады зеленели, цветы цвели и плевать они хотели на неизбежное приближение зимы. Дуэйн даже надел свою любимую олимпийку, потому что осень предполагала ношение подобных вещей.

Он наслаждался жизнью. За весь день Маргарет ни разу не спровоцировала конфликт, у Клаудия был выходной, а в новой школе у Дуэйна все было прекрасно. Казалось даже цветы не вызывали у него отвращения. Их ароматы смешались, и Дуэйн чувствовал, словно наяву, этот приторный запах. Он беззаботно бродил по городу, рассматривая сады и весело помахивая их владельцам, которые отвечали ему взаимными улыбками. Но в какой-то момент он почувствовал, что что-то не так. Он знал, что за его спиной что-то зарождается, что-то сильное и неизбежное. Подул ветер. Очень сильный ветер. Дуэйн повернулся, что бы посмотреть что происходит. Прямо по, как обычно пустой, трассе поднимался ураган. Как это и бывает, он начал с маленького вихря, но чем ближе он был, тем больше становился. Несколько секунд Дуэйн наблюдал за ним, пока не понял, что ему надо где-то спрятаться, иначе он с ним просто не справится. Дуэйн хотел забежать в один из домов, хозяева которых его так дружелюбно приветствовали. Когда он подбежал к одному из заборов, то понял, что он заперт. Он просил хозяина открыть ему, но тот просто улыбался ему, держа в руках секатор. Тогда Дуэйн поспешил к другому дому, снова заперто и снова хозяин беззаботно улыбается ему. Люди начали выходить на улицы. Они смеялись и радовались, кто-то даже хлопал в ладоши, словно никто из них и не замечает надвигающегося бедствия. Дуэйн понял, никто ему не поможет. Он должен бежать, бежать так быстро, как только сможет. И он побежал, стараясь быть быстрее стихии, быстрее самого урагана. Он бежал долго, так долго, что сил уже не оставалось. Он посмотрел на ноги. Теперь уже, осенние, желтые листья поднимались под его ногами. Мгновение, и он сам оказался в воздухе. Ураган подхватил его, как никчемную пылинку. Он закружил его так, что Дуэйн уже не мог дышать. Он задыхался, пытался поймать ртом воздух, но его не было. Ему перекрыли кислород. Вокруг него пролетали бутоны каких-то цветов, которые растут в садах, летали листья и лепестки. Все было приторно, но он этого не чувствовал, он уже терял сознание.

Дуэйн открыл глаза, с ужасом осознавая, что он начал задыхаться. Воздуха не хватало, и он не сразу сообразил, что происходит. Ингалятор находился в его рюкзаке в другом конце комнаты. В глазах уже, казалось, все темнеет, ему надо было, во что бы то ни стало добраться до спасительного кислорода. Звать на помощь было бессмысленно, кричать он не мог. Но хоть родители и находились в соседней комнате, они бы вряд ли его услышали. Держась за горло, он скинул с себя одеяло и пополз к своему рюкзаку. Когда он оказался в его руках, то он ни сразу смог расстегнуть замок. Но, когда он это, все же сделал, ему пришлось вытрясти все содержимое на пол, чтобы отыскать единственное нужное. Ингалятор выпал последним. Дуэйн быстро схватил его и позволил кислороду спасти себе жизнь. После того как его самочувствие пришло в норму, Дуэйн еще долго сидел, облокотившись спиной на стену, не выпуская из рук ингалятор. Приступов во сне у него еще не было. Он был напуган и сейчас думал о том, что было бы, если бы он не проснулся. Ураган смог бы унести его, а после его тело нашли бы бездыханным.

Он взглянул на часы. Пять утра. Он посмотрел на окно, оно как обычно было открыто. Дуэйн взял ингалятор и положил поближе к своему матрацу, на всякий случай, после чего решил выглянуть на улицу через окно. Было необычайно тепло. Конечно, не было душно, как днем, но прохладные ночи и раннее утро все равно нравились людям больше. Звезды на небе давно погасли, соседи спали, как, наверное, и еще весь город, но что-то все равно было странным, что-то, чего нельзя было увидеть. Ощущение невидимой опасности. На мгновение Дуэйну показалось, что он почувствовал тот же приторный запах, что и во сне. Он решил закрыть окно, после чего вернулся на свой матрац и почти сразу уснул.

Глава 9

Глава 9

- Маргарет сказала, чтобы ты сходил в магазин. – Клаудий пил кофе на кухне, когда Дуэйн спустился.

- А сама она где?

- Вчера она познакомилась с одной из наших соседок, честно говоря, не помню ее имени. Так вот сейчас она у нее.

Дуэйн заметил на столе деньги и список продуктов.

- Чувствую себя завхозом этого дома, - сказал Дуэйн, - все покупки на мне.

- Что ж, хорошо, что тебе еще не приходится зарабатывать на них деньги, - улыбнулся Клаудий. – Когда станешь повзрослей, поймешь, что поход в магазин это не самое страшное.

- Ночью у меня был приступ.

- Что? Ночной приступ, это дело опасное.

- Наверное, - пожал плечами Дуэйн. – Но сейчас все хорошо.

- Да, я вижу, но…

- Что? Это моя жизнь, пап. Да все нормально, - улыбнулся он, глядя на беспокойный взгляд отца. - Теперь я просто кладу ингалятор поближе.

Клаудий кивнул и сделал глоток кофе.

- Твоя мама сказала, что у тебя появился друг – Ричард Стейнер – верно?

- Верно, но я бы не назвал его своим другом. Это продавец в том магазине, в который я хожу и ему уже, наверное, за сорок.

- Вот как, - поднял брови Клаудий. – Твоей маме он не нравится. Я о нем узнал от нее и поэтому, будь осторожней.

- Да, я как раз собираюсь на встречу с ним, - улыбнулся Дуэйн. – Точнее мама посылает меня на встречу с ним уже второй день.

- Не будь с ним сильно разговорчив.

- Он всего лишь продавец, пап.

- Мы не знаем, кто еще.

- Хорошо, пап, я буду говорить поменьше.

- Вот и отлично. Я сейчас допью кофе и поеду на работу, тебя подвезти?

- Да, пожалуй.

В процессе утреннего кофе Клаудий любил читать газету. Так он представлял себя кем-то вроде английского аристократа, иными словами, тем, кем никогда не являлся. Но ему нравился весь процесс. В этот момент он любил молчать и не обращать внимания на суету в доме, которая, несмотря на то, что их в семье было всего три человека, присутствовала всегда.

Дуэйн был незапланированным ребенком. Нельзя сказать, что он был не нужным, просто беременность Маргарет стала неожиданностью. Рано или поздно Бенсоны бы все равно пополнили свою семью маленьким человеком, но так получилось, что малыш сам решил, когда ему рождаться. Об аборте не было и речи, конечно, особой радости, особенно от Маргарет, тоже не было, но вопроса в том оставить его или нет, не возникало. У Клаудия всегда была работа, Маргарет всегда сидела дома, а сидеть дома одной или с ребенком, особой разницы в этом не было. Дом у них был, деньги тоже, поэтому, вроде бы, все условия для пополнения семьи были созданы.

Беременность Маргарет протекала сложно. Сложно было Клаудию, потому что жену всегда что-то беспокоило и не устраивало. А когда малыш начал пинаться, претензии посыпались в сторону еще нерожденного сына. То ей было больно, то неприятно, то, наоборот, она беспокоилась о том, что он перестал толкать ее своими конечностями, и она просила Дуэйна пнуть ее. Малыш, конечно, ее просьб не выполнял, иногда Маргарет даже по этому поводу злилась. С наступлением ноября Маргарет ждала, что ее сын вот-вот родится, ничего страшного в том, что чуть раньше срока. Но Дуэйн родился в срок, в декабре, тогда Маргарет настроила себя на то, что отношения у них будут не простыми. Звезды не благоволят. Дуэйн рос непослушным ребенком. Он поздно пошел на горшок, что беспокоило Маргарет, и, не потому что она считала его каким-то отсталым, а потому что ей надоедало убирать за ним. Он не любил купаться, со слезами лез в ванну, а после со слезами вылезал из нее, что немало раздражало его маму. Он не хотел подстригать волосы, поэтому до трех лет его не стригли вообще. За это время он успел отрастить неплохую шевелюру, и если бы лицом он не был похож на мальчика, можно было бы подумать, что это девочка. Вместе с тем, как Дуэйн научился разговаривать, он научился спорить со своей матерью. С раннего детства он умел отстоять свою точку зрения и аргументировать свое мнение, что Клаудия поражало, а Маргарет иной раз доводило, чуть ли не до безумия. Потому, что скорее южный полис сойдется с северным, чем их мнения между собой.

За шестнадцать лет Клаудий настолько привык к этим разногласиям, что научился их не слушать, не обращать внимания абсолютно. Конечно, это не всегда получалось. И утро, хоть и было иногда конфликтным, он просто пил свой кофе и читал газету, все так же представляя себя английским аристократом.

Когда Клаудий допил свой кофе, они с Дуэйном сели в свою серебристую «тайоту» и выехали на пустую трассу.

- Пап? – позвал его Дуэйн.

- М? – сосредоточившись на дороге, ответил ему Клаудий.

- Много автомобилей ты встречаешь по дороге на работу?

- Бывают иногда. Честно говоря, я сам поначалу был удивлен такому движению в городе, даже подумал, что, может быть, по этой дороге и ездить нельзя. Но потом мне объяснили, что здесь выбирают велосипеды или собственные ноги, что чаще всего.

- Тебе не кажется это странным?

- Возможно. Но ничего плохого я в этом не вижу, воздух должен быть чистым.

- Как думаешь, тебя скоро заставят пересесть на велосипед или заставят ходить пешком?

- Думаешь, это может случиться?

Дуэйн пожал плечами.

- Пока что ты единственный, кого я вижу за рулем.

На некоторое время Клаудий задумался.

- Знаешь, если это все таки произойдет, я противиться не буду. В конце концов, город не большой, и до работы мне ехать всего пятнадцать минут. Буду вставать пораньше и все - улыбнулся Клаудий. – Этот магазин?

Дуэйн кивнул.

Клаудий притормозил у магазина Ричарда Стейнера.

- По правде говоря, автомобили это не единственная редкость в этом городе, - сказал Клаудий. Дуэйн проследил за его взглядом. Отец смотрел на одинокого далматинца. – Собак я тоже почти не вижу, словно их здесь не разводят.

- Мама говорила тебе про волков?

- Да, сказала, что они побезопаснее собак в этом городе. Почти, как ручные.

- Ты думаешь, это правда?

- Наличие волков?

- Что они не опасны.

- Это волки, сынок, дикое животное.

- Я тебя понял. Пока, пап.

- Пока, Дуэйн, и помни, будь осторожен.

Дуэйн кивнул и захлопнул дверь.

- И снова здравствуй, дорогой Дуэйн, - встретил его Ричард Стейнер, как обычно сидящий за кассой.

- Здравствуйте, мистер Стейнер, как ваши дела? – спросил он и прошел к стеллажам с продуктами.

- Если говорить честно, то ноет спина, она меня и беспокоит, а что нового у тебя? Как отметили новоселье?

- На удивление не плохо.

- Почему на удивление?

- Семейные неурядицы.

- Что ж, понимаю.

Некоторое время они молчали, пока Дуэйн не решился задать вопрос, ради которого он пошел бы сюда даже если бы Маргарет не оставила этот список.

- Мистер Стейнер?

- Что такое?

- Я слышал, у вас есть псарня.

Ричард Стейнер, который до этого момента не обращал особо внимания на своего посетителя, оторвался от своих дел и взглянул на него поверх очков.

- Да, с прекрасными породистыми псами.

- Породистыми?

- Ну, конечно. Питбули, гончие, а что такое?

Дуэйн все время думал о своем волчонке, но он не мог решиться, кому-либо рассказать о нем.

- Любите собак?

- Просто обожаю в отличие от полоумных жителей этого города.

- Что не так с остальными?

- С ними все не так, - Ричард Стейнер хотел сказать еще что-то, но в магазин неожиданно влетела, именно влетела, какая-то женщина. Она была в черном пиджаке, под которым красовался белый топ, и коричневых брюках. У нее были светло русые, волнистые волосы ниже лопаток. Красивое, но встревоженное лицо. На вид ей было около тридцати. Запыхавшись, она подбежала к Ричарду Стейнеру.

- Что случилось, Анжела? – просил он ее встревожено.

- Мой сын Бобби, его нет дома, - сквозь слезы говорила она. – Я вернулась сегодня утром, а его нет. Ричард, Бобби пропал!

Несколько секунд хозяин провел в немом молчании.

- Подожди, Анжела, давай по порядку, – наконец сказал он. - Откуда ты вернулась?

- Я уезжала по работе в другой город, только на один день. Бобби остался один. Я не запрещала ему гулять, но велела вернуться домой в восемь и закрыть все двери до моего приезда. Я вернулась, а его нет, и все двери открыты. Ты не видел его, Ричард?

- Нет, Анжела, я его не видел.

- О, ужас. Где мне его искать?

- Ты уже была в полиции?

- Да, я только что оттуда.

- Успокойся, Анжела.

- Нет, я не могу успокоиться. Я переверну вверх дном весь этот город, пока не найду его! – кричала встревоженная женщина. – Я оставлю у тебя его фото, если ты не против.

- Да, конечно.

- Я очень прошу тебя, спрашивай информацию у всех, кто входит в твой магазин.

- Конечно, Анжела, я помогу чем смогу.

Женщина со слезами на глазах кивнула и покинула магазин.

Дуэйн оставил продукты на кассе и подошел к фотографии, оставленной женщиной. Некоторое время он смотрел на портрет мальчика, где он был сфотографирован по плечи. Дуэйну он показался очень знакомым, пока он не понял, что видел его прямо у своего дома. Это был тот толстый мальчик, который ломал ветки, представляя себя супер героем.

- Ничего удивительного, - спокойно сказал Ричард Стейнер, - Бобби постоянно теряется. А Анжела, его мать, просто очень впечатлительная.

- И что, каждый раз так?

- Нет, сегодня она более серьезно настроена. Но я уверен, Бобби уже вечером вернется домой.

- А где он может быть?

- Да где угодно. У него особо нет друзей, любит гулять в одиночестве.

Дуэйн кивнул. Сначала он хотел возобновить разговор о псарне, но решил, что для этого еще будет время. Попрощался с Ричардом Стейнером и вышел из магазина.

Маргарет уже была дома, когда он вернулся. Он не очень хотел пересекаться с ней, поэтому убрал продукты в шкаф и холодильник, после решил идти заниматься своими делами. Но когда он уже направился в сторону лестницы, что вела на второй этаж, на одной из ступенек стояла Маргарет. Она буквально сияла. Улыбка не сходила с ее лица, от чего Дуэйну стало неудобно, и он отступил на шаг назад.

- Что такое? – спросил он.

- Да у тебя талант, вот что! - воскликнула она.

- Ты это о чем?

- О портрете Пайпер, конечно.

- Ты что рылась в моих вещах? – Он изменился в лице.

- Я зашла в твою комнату и нашла этот портрет на столе. Нигде я не рылась, - сияние спало с ее лица, и она спустилась со ступенек.

- А зачем ты заходила в мою комнату? – настаивал Дуэйн.

- Да просто так зашла, что ты начинаешь?

- Я не начинаю, мам, - он хотел сказать еще что-то, но Маргарет его перебила.

- Скажи, она же тебе нравится? – с надеждой спросила она.

- Нет, - бесстрастно ответил Дуэйн.

- Почему?

- Не знаю. Не мой типаж.

- А какой тогда твой?

Дуэйн вспомнил фотографию с рыжей девушкой. И что он должен сказать? Рыжие, веселые и с веснушками? Частичное описание Пайпер.

В ответ Дуэйн пожал плечами.

- Если бы она тебе не нравилась, ты бы не стал писать ее портрет. Кстати, когда ты успел? Вчера вечером? Думал о ней перед сном?

- Мам, что за бред ты говоришь. Я не думал о ней перед сном. Это был эксперимент, я проверял смогу ли нарисовать человека.

- И потенциальным образцом выбрал ее.

Дуэйн постепенно начинал выходить из себя. Ему не нравился этот разговор, и ему хотелось как можно скорее его прекратить.

- Ночью у меня был приступ, - серьезно сказал он.

- Не может быть, - без интереса проговорила Маргарет. – Приступы вообще могут случаться ночью?

- Могут, раз у меня случился.

- Может тебе показалось?

- Я задыхался, мам.

- Я не знаю. Я никогда не слышала, чтобы приступы случались ночью.

- А ты вообще хоть что-то знаешь об этой болезни?

- Не называй это болезнью, Дуэйн. Это всего лишь аллергия.

- Аллергия, которая может задушить меня ночью, - с этими словами Дуэйн начал подниматься в свою комнату.

- Я забрала рисунок. Хочу показать его папе, - крикнула ему в след Маргарет.

Тогда Дуэйн пожалел, что не сжег его.

Глава 10

Глава 10

Лето подходило к концу, постепенно приближался сентябрь. Ремонт в доме Бенсонов уже давно был закончен, все комнаты, включая коридоры и ванные комнаты, были в полном порядке. Дуэйн уже настроил себя на новую школу. Вообще за лето он успел познакомится с некоторыми сверстниками, которые буду ходить с ним в один класс. Встретился он с ними на баскетбольной площадке, про которую говорил Ричард Стейнер. Там он и повстречал своего нового близкого друга по имени Чендлер Шейк. Этот парень был просто без ума от баскетбола, эта игра текла по его венам. Именно благодаря ему, ни одна другая спортивная деятельность не развивалась в городе так, как эта. Даже те, кто не особо любил гонять мяч по площадке, ходили и наблюдали за игрой и игроками. Чендлер стал кем-то вроде личного тренера Дуэйна, и спустя десяток тренировок он стал играть не хуже своих новых знакомых. Знакомство с Чендлером и новая любовь Дуэйна к баскетболу, были лучшими воспоминаниями Дуэйна о прошедшем лете.

Пайпер приходила в гости не так часто, хотя может быть Дуэйн просто ее не замечал, потому что был увлечен своим новым занятием и друзьями. Иногда, чтобы Маргарет была довольна, он говорил ей, что идет гулять с Пайпер, но это было, наверное, лишь пару раз, когда она не хотела его отпускать из-за того, что его часто не было дома. Иными словами, все были довольны.

Но самым главным событием этого лета, стало то, что Дуэйн рассказал Ричарду Стейнеру о своем волчонке. Ричард Стейнер показал ему свою псарню и разрешил Эвересту временно пожить среди своих псов, несмотря на то, что был категорически против того, что серый друг находится под опекой человека. Помимо площадки, Дуэйн часто посещал псарню, мистера Стейнера, которого он уже считал своим другом.

На псарне Ричарда Стейнера было около десяти собак разных пород, часть которых была бойцовскими и часть охотничьими. У них были вольеры, в которых они сидели, когда хозяин был на работе, а когда он приходил, то псы выходили из своих клеток. Знакомство Дуэйна с питомцами своего нового друга проходило постепенно, несмотря на то, что все псы были воспитанными, послушными и почти не агрессивными, и Дуэйн и Ричард Стейнер все же опасались неожиданных ситуаций.

Сначала Дуэйн познакомился с гончими, которых у мистера Стейнера было три – Арьежская гончая по кличке Дери, невероятно красивая Бийи белого цвета с большими карими глазами по кличке Анхель и вечно хмурый Бладхаунд по кличке Барон. Далее шли бойцовские псы: Стаффордширский бультерьер – Вальян, Бульмастив – Геркулес, Американский бандог – Жокер, Булли кутта – Лейк, Кане Корсо – Фокс, Южноафриканский Бурбуль – Югас. С этими представителями Дуэйн знакомился с каждым по отдельности, позволяя псам привыкнуть к нему и самому научиться, не трястись от страха. В дополнение ко всем этим замечательным созданиям шел самый безобидный пес по кличке Юнгар – порода Далматин. Он, в отличие от остальных, никогда за всю свою жизнь не сидел в вольере. Это был именно тот одинокий далматинец, который каждый день предано ждал своего хозяина. Если разобраться, то с ним Дуэйн познакомился с самым первым, пусть еще не знал его имени. Юнгар был самым первым псом, а, следовательно, самым старым. К тому же у него были проблемы со здоровьем, скорей всего от старости. Ричард Стейнер уже как месяц поговаривал об усыплении своего друга, но все никак не мог решиться на это, при этом понимая, что пес мучается.

После закрытия магазина Ричард Стейнер приходил домой, открывал вольеры, и начиналось настоящее веселье, а именно тренировка его любимцев.

В отличие от остальных жителей рая, у Ричарда Стейнера не было сада, но многие завидовали большой территории, которая ему принадлежала. Помимо зависти его презирали за то что, вместо того чтобы выращивать сады, он понастроил на своем участке целую тренировочную базу для своих бесполезных псов, которые втаптывают в землю последние надежды на растительность на этом участке. Его небольшой дом действительно окружало много разного инвентаря для тренировки бойцовских псов. Здесь были и вбитые в землю колья для отработки статичной стойки и маневренности пса, резиновые кольца, разного вида ошейники с отягощениями, различные тропы препятствия, которые Стейнер создал сам. Здесь же стояли миски с правильной для собак едой и миски с чистой водой. Иными словами, все условия для жизни.

В последнее время Дуэйн часто присутствовал на тренировках псов мистера Стейнера, в основном, потому что там был его Эверест. Но волчонок не тренировался вместе со всеми. Ричард Стейнер подарил Дуэйну книгу, по которой он сам лично учился правильно давать команды своим псам, и сейчас Дуэйн тренировал по ней команды для Эвереста.

Ричард Стейнер переживал, что его псы не примут новичка, но они отнеслись к нему вполне адекватно и почти не обижали. Все, кроме красавицы Анхель.

- Почему почти все псы бойцовские? – как то раз спросил Ричарда Стейнера Дуэйн. – У вас когда-нибудь был кто-то типа Чихуа – хуа?

На что Стейнер рассмеялся.

- Нет, - ответил он. – Таких пород у меня никогда не было.

- Не пробовали завести?

- А зачем? Маленькие, злые и не очень сообразительные.

- Злые?

- Маленькие собаки обычно не отличаются дружелюбием. Псы побольше имеют интеллект двухлетнего ребенка, а какой интеллект имеют эти малявки, я не знаю. По правде говоря, - после некоторого задумчивого молчания, начал он. – В молодости я увлекался собачьими боями. – Он произнес это негромко и как будто с сожалением.

- А сейчас?

- А сейчас у меня сердце разрывается, если кто-то из моих псов затеет драку.

- Как это было - собачьи бои?

На некоторое время Ричард Стейнер задумался, глядя на своего старого Далматинца.

- Жестоко, - сказал он. – И бесчеловечно. Мы тогда выращивали псов специально для боев, кормили их и тренировали, чтобы равных им не было. После назначали турнир и делали ставки. У меня тогда был Питбуль Реджи. Один раз кто-то решил, что будет честно устроить ему бой с Мастиффом. Я тогда считал Реджи непобедимым и согласился. В глубине души я знал, что у него нет шансов, тот Мастифф ему был не по зубам. Так оно и оказалось. Реджи разорвали на куски, прямо на моих глазах. С тех пор боями я не увлекаюсь.

- Но любовь к собакам не прошла.

- Конечно, нет. Эта любовь в моем сердце навечно. Только теперь я понимаю, что они как и люди, не куски мяса.

- Вы единственный в городе, кто имеет так много собак?

- Я единственный, кто их в нашем городе вообще имеет. Местные жители не жалуют псов. Зато волков любят, - сказал он, погладив Эверест. – Знаешь, они считают это каким-то достижением, особенностью. Ведь нигде нет столько волков, как здесь.

- Я все равно не понимаю, почему люди так спокойно к ним относятся.

- Говорит мне человек, приручивший волчонка.

Дуэйн улыбнулся.

Так он провел все лето, в компании своих новых друзей Чендлера Шейка и Ричарда Стейнера с его псами. Это было удачное время для Дуэйна, разные знакомства и освоение чего-то нового. А главное его волчонок остался с ним, хоть и жил в другом месте. Так или иначе, Дуэйн был доволен.

Но помимо всего хорошего было и то, что беспокоило Дуэйна, а именно пропажа Бобби Мапса. Вопреки ожиданиям Ричарда Стейнера и, наверное, половины города в принципе, он так и не вернулся. Мальчика разыскивала полиция всего города, но безуспешно. Он будто бы сквозь землю провалился. Дуэйн никак не мог забыть тот день, когда видел его в первый и последний раз. Иногда его мучило чувство вины, но почему это происходило, он не понимал. Бобби Мапс всего лишь прошел мимо его дома и на какое-то мгновение их взгляд встретился. Больше ничего не было. Для того чтобы хоть как-то облегчить свою, непонятно почему отягощенную совесть, он решил рассказать полиции что видел его, он назвал место и примерное время. Но следствию это не помогло.

- Наверное, ты просто был последним, кто его видел, - утешал его Ричард Стейнер. – Или знаешь… Такое иногда бывает, некоторые люди могут переживать даже за тех, кого видели раз в жизни или не видели вовсе. Это как когда умирает твой дальний родственник, которого ты не знал, но ты немного об этом переживаешь, потому, что у вас есть связь.

- Вряд ли у нас с Бобби была какая-то связь, - поникшим голосом говорил Дуэйн.

- Конечно, не было, но тебе не стоит притворяться, будто тебе нет дела.

Дуэйн даже пытался говорить на эту тему с родителями, точнее с отцом, Маргарет о переживаниях сына даже не знала. Но Клаудий просто пытался поддержать сына словами о том, что он ни в чем не виноват и такие чувства у него просто потому, что он напуган. Но Дуэйн не боялся. Он даже не думал о том, что исчезновение Бобби связано с какими-то серийными похищениями подростков, ведь в городе никто больше не пропал. По крайней мере так думал Дуэйн.

Глава 11

Часть вторая

Белые лилии

Глава 1

На календаре было пятнадцатое сентября, когда Дуэйн слег с тяжелой простудой. Предварительно он заболел ангиной, когда они с Клаудием ездили закупать продукты для празднования дня рождения Маргарет, ей исполнялось тридцать девять лет. В машине, как и на улице, было очень душно, поэтому они ехали с открытым окном. На Клаудие это отразилось легким кашлем, а вот Дуэйн не вставал с постели уже второй день.

Навещать его часто приходил лучший друг Чендлер Шейк. Ростом он был чуть выше Дуэйна, около ста восьмидесяти двух сантиметров, миловидный на лицо, с темными густыми волосами. Он любил носить бейсболку без эмблем задом наперед и форму любимой баскетбольной команды Кливленд Кавальерс. К тому же он почти никогда не выпускал мяч из рук.

- Без тебя уже даже площадка кажется пустой, мужик, - улыбаясь, говорил ему Чендлер.

В ответ Дуэйн молча улыбался, потому что не в силах был хоть что-то сказать. Но присутствие Чендлера его очень подбадривало. Несмотря на то, что Чендлер был помешан на игре, сидя у кровати больного, он почти не говорил об этом. Он старался рассказать о том, что происходит в целом. К тому же, он был единственным, не считая Ричарда Стейнера, кто знал о Эвересте.

- Не переживай, - говорил он, - все с твоим зубастым нормально. Я пару раз заходил в магазин Ричарда Стейнера и узнавал о нем. Конечно, ты не просил, но, я думаю, ты попросил бы, если бы мог. – Дуэйн улыбался, не сводя взгляда с друга, которого он был до ужаса рад видеть. – Если тебя интересуют дела в школе, то там нет ничего интересного, можешь даже не пытать. Хотя, мой братишка Данил думает открыть что-то вроде кружка юных юристов. Я не знаю, кому такая хрень нужна, но, он думает, что народ соберется. Кто знает, может так оно и будет. Люди должны знать свои права и уметь отстаивать их.

Обычно Чендлер сидел у него не долго, потому что Маргарет указывала на часы и говорила, что Дуэйну пора отдыхать. Но за все отведенное им время, он умудрялся рассказывать ему многое, а Дуэйн слушал его, даже если ему это казалось самым не интересным в мире.

Дуэйн всего один раз улыбнулся, когда он уходил. После очередного монолога с больным другом Чендлер поспешил на тренировку, но прямо на пороге в комнату Дуэйна он столкнулся с Пайпер, которая, конечно же, приходило к Дуэйну несколько раз на дню, и ее время посещения не было ограничено. Чендлер задел ее плечом и, как показалось Дуэйну, вовсе не случайно. Пайпер бросила на него злой взгляд, и они даже не обменялись короткими приветствиями. Чендлер и Дуэйн никогда особо не обсуждали девушек, особенно речи никогда не заходило о Пайпер, но наблюдая за всей этой картиной, Дуэйн понял, что у них обоих была неприязнь к этой девчонке. Тогда Дуэйн улыбнулся, в момент, когда Чендлер уходил, а Пайпер приходила. И, конечно же, Пайпер решила, что это он ей так приветливо улыбается. Но когда до Дуэйна дошло, что именно так она и может думать, он опустил уголки губ, вновь приняв болезненный вид. Ему уже хватило неловких и неприятных ситуаций с участием Пайпер.

Это произошло буквально за день до столкновения Чендлера и Пайпер на пороге его комнаты. В тот день, пользуясь недееспособностью сына, в связи с болезнью, Маргарет решила показать Пайпер ее портрет, который написал Дуэйн. Сам Дуэйн и вовсе забыл о его существовании. Но почему-то именно в этот день, день его ангины Маргарет решила непонятно откуда, спустя два месяца достать его. Когда Пайпер увидела свой портрет она залилась краской, но щеки автора остались, такими же бледными, несмотря на то, что ему хотелось провалиться сквозь землю. Пайпер потом еще несколько минут сидела и подобно Маргарет нахваливала работу Дуэйна, говоря при этом слова благодарности. Дуэйн в это время мечтал, чтобы она поскорее ушла, поэтому притворился спящим от болезненной слабости. Свой портрет она забрала домой. Но теперь она каждый день при случаи упоминала о том, как он ей нравится.

Каждый раз Пайпер приходила не с пустыми руками. Она всегда приносила или ягоды или фрукты или какие-либо травы, которые надо заварить и всю болезнь, как рукой снимет. Но, как бы Маргарет в это не верила, болезни ничего не угрожало.

В один из таких дней Пайпер пришла к Дуэйну с самым противным лекарством, какое только могло существовать. Она принесла ему имбирный чай вместе со свежим имбирем.

- Смотри, - сказал она, достав из сумки несколько штук имбиря, - почти все они похожи на людей. Вот это ноги, а это руки, здесь голова. Я называю их имбирные человечки, правда, похоже?

Дуэйн наблюдал за Пайпер и понимал, что она была права. Имбирь и вправду имел форму человека, но соглашаться он с ней не хотел, поэтому в очередной раз промолчал.

- Имбирный чай очень полезен при простуде, - говорила она, когда к ним подошла Маргарет.

- Я об этом давно слышала, - согласилась женщина. - Вкус у него, правда, специфический.

- Зато сколько витаминов!

- Я в этом даже не сомневаюсь, дорогая. Дуэйн, хочешь ты или нет, но ты будешь пить этот чай. Посмотри, как Пайпер заботится о тебе. Кстати, Пайпер, а откуда у тебя имбирь? Вы сами его выращиваете?

- Нет, его выращивает дядюшка Макензи. Вообще-то в нашем городе он единственный, кто его выращивает.

- Почему?

Пайпер пожала плечами.

- Видимо ему больше нравится в саду дядюшки Макензи.

- А кто он такой этот дядюшка Макензи?

- Главный садовник этого города. У него самый большой и плодородный сад в этом городе. Но ему – дядюшке Макензи – уже девяносто два года и он не может в одиночку управляться с ним, поэтому я хожу ему помогать.

- Какая ты молодец, Пайпер.

- Как-то раз летом, когда вы только сюда приехали, я приглашала и Дуэйна помочь ему, но он почему-то отказался, - она говорила это с видом обиженного ребенка, который жалуется на своего обидчика.

- Ну, теперь-то Дуэйн точно пойдет к нему. Он не может не отблагодарить доброго дядюшку Макензи за то, что он дает имбирь на его лечение.

На этот раз Дуэйн просто закрыл глаза, даже не пытаясь, притворятся спящим, он просто не хотел видеть самодовольное лицо Пайпер и своей матери, которая снова хочет, чтобы все было так, как она скажет.

Пайпер приходила в дом Бенсонов до тех пор, пока Дуэйн не выздоровел окончательно. Каждый день он видел ее рядом с собой, и каждый день слушал ее разговоры. Ее облик и ее голос изрядно поднадоели Дуэйну, и поэтому, когда он перестал быть прикованным к постели, его переполняла радость. И вовсе не потому, что он выздоровел, а потому что их с Пайпер встречи значительно сократятся. Но его надежды рухнули в тот момент, когда Маргарет напомнила ему о том, что он должен отблагодарить дядюшку Макензи. По началу, Дуэйн хотел возразить, говоря о том, что он не просил ничьей помощи, и он также успешно вылечился бы на медикаментах, которые с каких-то пор (и Дуэйн прекрасно знал с каких) исчезли из их дома.

- Твоя мама права, Дуэйн, ты должен отблагодарить этого доброго человека, за то, что он дал нам имбирь, – говорил Клаудий. - К тому же ему девяносто два года, просто из человечности ему можно помочь и просто так.

- А как же школа?

- После школы у тебя полно времени, - говорила Маргарет.

- После школы мы с Чендлером встречаемся на площадке.

- Баскетбол это ерунда, а не игра, понятно? Ты в него и играть толком не умеешь.

- Маргарет, - серьезно бросил Клаудий. – Баскетбол можно пока отложить, на время, Дуэйн. Я не думаю, что ты долго провозишься в саду.

С отцом Дуэйн не спорил. Поэтому вскоре он вместе с Пайпер стоял около дома старика Макензи.

К удивлению Дуэйна старик Макензи жил именно в том доме, который привлек его внимание, когда он первый раз провожал Пайпер. Это был маленький, незаметный дом окруженный деревьями. Как домик в лесу. Дуэйн не сразу вошел внутрь. Он долго стоял, как будто бы изучая каждое дерево. На самом деле его пробирал страх. Ему было жутко не то, что заходить внутрь, но и просто стоять рядом. Кроме того, Дуэйн совершенно не понимал, зачем вокруг дома насажено столько деревьев.

- Что такое? – спросила его Пайпер.

- Я просто вспомнил, как ты говорила мне, что этот старик Макензи не всех пускает в свой сад. Так с чего ты взяла, что он пустит меня?

- Он не старик, а дядюшка Макензи, это, во-первых, а во-вторых, я его предупредила, что ты придешь.

- И что? Он же меня не знает.

- Тебя знаю я.

- Да неужели? Ты так думаешь?

- Ну, хватит, Дуэйн, я уверенна ты здесь станешь частым гостем.

- Сомневаюсь.

Ворота открылись. Дуэйн сильнее сжал ингалятор, который находился в кармане его спортивных брюк. Почему-то сейчас ему казалось, что он входит в улей с кипящими в нем осами, и достаточно лишь одного укуса, чтобы упасть замертво. Нерешительно Дуэйн сделал шаг вглубь этого темного леса.

Глава 12

Глава 2

От ворот до дома стрика Макензи было около ста метров. Дорожка прямо до крыльца была заасфальтирована, как в доме Бенсонов, но намного аккуратнее и красивее. На протяжении всего этого пути, по берегам асфальтированной дорожки росли высокие деревья, которые создавали тень, которая была так кстати, в летние, душные дни. Но сейчас была осень и деревья лишь сорили листьями. Причем деревья на участке старика Макензи до сих пор были почти зеленые, чему Дуэйн удивился. После того как сто метровая дорожка заканчивалась, начинался сад. Сад, который действительно напоминал рай, но только Дуэйн не давал ему таких громких названий, он сравнивал его с экватором.

Сам Дуэйн никогда не бывал на экваторе, но в старой школе на уроке географии о нем часто говорили в противовес климату, в котором они жили. Дуэйн не был уверен, что миссис Темпсон, учитель той самой географии, когда то сама была на экваторе, скорей всего она брала материал из учебников. Вот что она им говорила:

- Экватор одно из самых чудесных мест на земле. Попадая в это дивное место, ты словно попадаешь в рай. Экзотические растения и фрукты, изобилие пышных цветов, какие не встретишь нигде кроме экватора. Животная жизнь там так и кипит. Летом светит солнце, а ночью льет дождь. Ни в одной части света нет таких условий для жизни растений и многих живых существ. Но вся эта роскошь манит только по началу. Если пробыть на экваторе дольше часа, то вам будет казаться, что вы попали в ад. Это место станет невыносимым. Змеи и пауки выползают из своих ущелий, ядовитые и прекрасные цветы начинают дурить вам голову. Это место становится опасным и невыносимым.

Она говорила еще много красивых и одновременно мерзких слов об экваторе, но Дуэйн не был так красноречив, чтобы вспомнить все. Главное, что он понимал суть сказанного. Экватор не лучшее место для жизни. Он хранит тайны и может быть опасным, для неподготовленного путешественника. И почему-то сад старика Макензи казался ему таким же.

Около дома этого стрика росло целое изобилие разных цветов. Осенью. Дуэйн не видел столько цветов весной или летом. А у старика Макензи они росли даже в это время года. Вообще-то Дуэйн знал, что некоторые цветы для осени и предназначены, но он не думал, что их так много и, что все они могут расти здесь. А что тогда растет здесь летом? Над цветами старика Макензи порхали бабочки. Опять же Дуэйн думал, что осенью бабочки впадают в спячку или типа того, но этот сад как будто бы нарушал все законы природы.

Сам дом был небольшой. Сначала Дуэйну казалось, что такие размеры дома ему лишь кажутся, потому что он действительно был почти незаметным среди всего этого изобилия растительности. Но подойдя ближе, он убедился, что дом и на самом деле маленький. Маленький и не совсем ухоженный. Где-то были видны трещины, где-то разваливалось крыльцо или проваливалась крыша. Дом напоминал скорее не жилое место, а предмет декора. Маргарет любила использовать в дизайне своего сада всякие старые вещи типа дырявых резиновых сапог или гнилых ведер. В них она садила цветы, они были как клумбы. Так и этот дом на фоне всей этой красоты казался просто частью дизайна, причем очень неудачной. Дуэйн думал, или нет, даже надеялся, что так оно и есть. Им стоит пройти еще немного, и они увидят двухэтажный коттедж, под стать саду.

- Здравствуй, дорогая Пайпер, - неизвестно откуда послышался медленный голос очень старого человека, а после так же словно из-под земли возник старик Макензи.

Этот человек действительно выглядел на свой возраст или даже постарше. Он был низкого роста, намного ниже Дуэйна и даже ниже Пайпер, которая была, наверное, чуть выше ста семидесяти сантиметров. Но, наверное, он казался таким низким потому, что немного горбился. Его волосы были седыми, белыми, как снег, лицо было изрезано глубокими морщинами и имело цвет кожи, которая обгорела на солнце. Пальцы на руках были скрючены, но ладони были большими и, как показалось Дуэйну, они сохранили в себе ту силу, которой в молодости обладал старик. Он был в белой рубашке и черных брюках на подтяжках. На ногах у него красовались черные потрепанные ботинки.

- Здравствуйте, дядюшка Макензи, - приветливо улыбнулась ему Пайпер. – Я пришла с гостем.

- Да, я вижу. Представишь нас?

- Да, конечно. Это Дуэйн Бенсон, я рассказывала тебе о нем. Он переехал в Рай чуть больше двух месяцев назад.

- Это было отличное решение, переехать в Рай, парень. Лучше места тебе не найти во всем мире.

Дуэйн выдавил из себя улыбку и кивнул в знак согласия.

- Дуэйн, а это дядюшка Макензи, о нем я тебе говорила. Он имеет лучший сад в городе или даже во всей стране.

- Приятно познакомиться, парень, - старик Макензи протянул Дуэйну немного дрожащую руку. Дуэйн ответил на рукопожатие. – Я рад, что ты пришел в мой сад.

- Ваш сад очень отличается от других, - заметил Дуэйн. Но он сказал это не потому, что хотел сделать комплимент. Его мучил вопрос о том, почему в конце сентября здесь до сих пор атмосфера июля.

- Я умею за ним следить, - улыбнулся старик.

- Какие-то старые методы или типа того?

- Типа того, - еще шире, но как-то странно улыбнулся старик. – Пайпер говорила, что твоя мама…

- Маргарет Бенсон, - подсказал Дуэйн.

- … тоже занимается садом, - продолжил старик. – Разве у нее нет каких-то своих секретов?

- Я не знаю, наверное, есть.

- Не знаешь? Ты что не занимаешься садом вместе с ней? Не наследуешь ее опыт?

- Думаю, ее опыт мне не пригодится.

- Дуэйн хочет стать полицейским, - зачем-то сказала Пайпер. Дуэйн в свою очередь удивился, что она знает о нем такую информацию, после понял, что об этом ей могла сказать Маргарет, а Маргарет Клаудий. О своих планах на будущее Дуэйн делился только с отцом и говорил об этом с Ричардом Стейнером.

- Полиция? Волнуют вопросы правосудия?

- Конечно, ведь нам жить в этом мире.

- Какие замечательные слова. Я всегда придерживался такой тактики. Наш мир это целое искусство, а рождаясь, мы становимся частью этого великолепия. Очень сложно сохранить его непорочность, а учитывая то, что люди с ним делают, мы должны эту непорочность воссоздать.

- Я больше борюсь за справедливость между людьми, ну, знаете, вопросы закона.

- Если мы не подумаем о вопросах окружающего нас мира, вопросы закона нам будут не нужны. Хотя бы от того что их некому будет соблюдать.

- Что вы подразумеваете под окружающим миром?

- Природу, конечно. То, что было создано до нас и то, что создало нас. А что под этим понятием подразумеваешь ты?

- Все. Абсолютно. Справедливость по отношению друг к другу тоже.

- Как люди могут быть справедливы друг к другу, если они так не справедливы по отношению к тому, что их создало?

Дуэйн уже открыл рот, чтобы продолжить дискуссию, но Пайпер его опередила.

- Что с тыквами, дядюшка Макензи? Мы с Дуэйном пришли помочь тебе с эти.

Дуэйну вовсе не хотелось прерывать разговор со стариком Макензи. За шестнадцать лет жизни со своей матерью, он привык к тому, что надо отстаивать свое мнение до конца, давить оппонента фактами и аргументами, пока он не сдастся. Дуэйну было любопытно, как старик повел бы себя и, что вообще получилось бы из этого разговора. Но Пайпер, девчонка, которая ему и без того никогда не нравилась, зачем-то подлезла и отвлекла старика. Причем старик опустил тему их разговора так, словно, она была незначительной, но Дуэйн понимал, что рано или поздно они все равно к ней вернутся.

- Да, Пайпер, я приготовил тыквы, - ответил ей старик.

- Тыквы? – спросил Дуэйн.

- Светильник Джека, - ответила ему Пайпер.

- Так Хэллоуин же не скоро.

- Через месяц.

- Так это и не скоро.

- Мы начинаемся готовить к этому празднику заранее, - сказал старик Макензи.

- Мы – то есть весь город? Просто я не заметил ничего подобного.

- Конечно, каждый хочет, чтобы его лужайка возле дома выглядела куда более пугающей, чем у соседей. Но я отношусь к этому празднику с особым настроением.

- Что в нем такого особенного? Любите давать конфеты детям?

или детей? – подумал Дуэйн, но вслух не сказал.

- От этого праздника всем хорошо. Люди наряжаются, веселятся, раздают сладости. Это был мой любимый праздник в детстве, с тех пор ничего не изменилось. Поэтому я стараюсь готовиться к этой ночи с особым вниманием.

Дуэйн понимающе кивнул, хотя что-то ему в словах старика не понравилось.

- А сейчас мы пойдем делать первые шаги на встречу к этому празднику.

- Мы будем делать светильники? – догадался Дуэйн.

- Именно это мы и будем делать, - улыбнулась девушка.

Дуэйн пошел следом за Пайпер, которая шла за стариком Макензи. Они обошли дом с обратной стороны. С этой стороны, казалось, осень наступает быстрее. Трава уже была более или менее желтой, больше листьев лежало на дорожках, и цветов почти не было. Но, несмотря на это, атмосфера все равно была не совсем осенняя.

Как оказалось в саду старика Макензи росли не только деревья и цветы. За домом был расположен небольшой огород. И, казалось бы, ничего странного, огород есть у каждого садовника, но вот огород каждого садовника был переполнении разнообразными овощами и фруктами, а в огороде старика Макензи росли только тыквы и ничего больше. Сначала Дуэйн думал, что если обойти эту тыквенную сторону огорода, то там будет расти что-то вроде помидоров или лука, но ничего этого не было, как не было и никакой тыквенной стороны. Это был тыквенный огород.

Оранжевых шаров, плотно переплетенных зелеными нитями их стеблей, было здесь около полусотни. Какие-то были большими, какие-то маленькие. Возле некоторых из них были вбиты небольшие колья, которые в размере побольше, имели бы предназначение частоколов.

- Сколько их в этом году? – спросила Пайпер.

- Ровно двадцать штук, - ответил старик Макензи.

- Мало. А что с остальными?

- Недостаточно хороши.

Пайпер понимающе кивнула.

Дуэйн снова обвел взглядом весь огород, чтобы уточнить для себя, что глаза его не обманывают и тыкв здесь значительно больше.

- А о чем речь? – наконец спросил он, убедившись в правоте своего зрения.

- Мы говорим о тыквах, которые будут украшать сад. Видишь, рядом с некоторыми вбиты колья? Это означает, что тыква достойна, – объяснила Пайпер.

- Достойна? Вы им что, еще какой-то обряд посвящения проводите?

Старик Макензи и Пайпер некоторое время смотрела на Дуэйна так, что ему стало неловко.

- Тыква должна быть идеальных размеров и ни в коем случае не испорченной. Вдруг она поедена гусеницами? – говорила Пайпер.

- Всяких насекомых можно травить, чтобы они не грызли ваши овощи.

- О чем ты говоришь!? – воскликнул старик Макензи, так, что Дуэйн этого даже не ожидал. – Никакая отрава не должна использоваться в садоводстве. Никакие удобрения. Никакой химии. Все это вредит плодам. Лучше жить на огороде и собирать гусениц вручную, чем поливать живые растения всякой дрянью.

На это возражение Дуэйн ничего не сказал. Честно говоря, он и не знал, что сказать. Интонация старика Макензи и то, с каким возбуждением он это говорил, сбила его с толку. И даже если бы он нашел, что сказать, он бы вряд ли это сделал.

- Сейчас мы с тобой должны срезать эти тыквы, - сказала Пайпер. И в этот раз он был ей даже благодарен, за то, что она решила открыть рот вовремя. – Все тыквы, возле которых вбиты колья, должны лежать здесь, - Пайпер указала им под ноги.

- Инструменты лежат, где обычно, - сказал, уже пришедший в себя старик Макензи.

Пайпер кивнула.

- Ты можешь идти, - сказал она ему.

- Только сделайте все аккуратно. На плодах не должно быть ни одного изъяна. Пайпер, проследи за тем, что бы они сохранили свою целостность.

Эти слова старика Макензи задели Дуэйна, но он снова ничего не сказал.

- Конечно, прослежу. Отдыхай, мы все сделаем.

Старик Макензи бросил взгляд на Дуэйна и пошел туда, откуда они недавно пришли.

На некоторое время Дуэйн потерял Пайпер из вида, но когда она вернулась, у нее в руках были перчатки и два ножа, напоминающих ножи, для рубки мяса.

- Это тебе, - она вручила ему нож и пару перчаток. – Это мне. План действий простой, - говорила она, надевая перчатки на руки, - мы срезаем тыквы, очищаем их от стеблей и листьев и несем сюда. Здесь аккуратно кладем, соблюдая дистанцию между каждой тыквой. Не менее десяти сантиметров. А дальше идет другая работа, но нам бы для начала сделать это. Ничего не перепутай. Срезай только там, где вбиты колья. И ни в коем случае не повреди ножом ни одно живое место тыквы. Вообще не прикасайся к ним ножом.

- Я это уже понял, - недовольно произнес Дуэйн.

Недоволен он был в основном потому, что ему не нравилось место и люди, с которыми он здесь был. К старику Макензи он и не успел проникнуться симпатией, он постепенно вызывал у него что-то вроде недоверия и возможно даже страха, как будто бы он был сумасшедшим или, что вернее одержимым своим садом. Прям, как его мать. Второй причиной, почему он был недоволен, было то, что его заставляли работать в саду. И дело было здесь вовсе не в том, что он должен был работать, дело было в том, что он был в саду. В чужом саду. Пусть и осеннем, но сути это не меняло. Этот сад, казалось, был зеленым круглый год.

Тыкв было всего двадцать. Никто не разделял их на – тебе десять и мне десять – каждый работал с такой скоростью, с какой мог. К тому же скорость здесь была совсем не причем, важнее было качество. Это была целая ювелирная работа, ты не имеешь права даже пальцем дотрагиваться до «тыквенного золота» не дай боже помнешь их тонкую кожуру. Хотя до этого момента Дуэйн считал, что тыкву можно повредить, только если сбросить ее с третьего этажа. Конечно, он понимал, что здесь все преувеличенно, но он никак не мог понять, почему об этих тыквах так пекутся. Ничего страшного в том, что на тыкве будет царапина, к тому же в хэллоуинскую ночь никто этого не заметит. Даже если будет светить фонариком и внимательно присматриваться. Хоть Дуэйн этого и не понимал, он все равно делал свою работу и старался делать качественно.

Отрезать стебли этого овоща было сложнее, чем он думал, в этом ему не помогал даже острый нож. Вообще-то стебли были не очень толстыми, но было такое ощущение, что внутри каждого была спрятана железная нить, которую не прорежешь вообще ничем. Он старался сосредоточится на работе и не обращать внимания на ловкую девушку. Но краем глаза замечал, как не менее старательно, она обрезала стебли уже у трех тыкв, в то время, пока Дуэйн копался только с первой.

- И ты занимаешься этим каждый год? – нарушил тишину Дуэйн, но не из желания поговорить, а из-за простого любопытства.

- Да, каждый год уже на протяжении пяти лет.

- Одна или тебе кто-то помогает?

Дуэйн прекрасно знал ответ на этот вопрос, но почему-то решил задать его еще раз.

- Я уже говорила, что дядюшка Макензи не любит гостей, поэтому я одна.

- Странно, что он пустил меня, незнакомца.

- Он мне доверяет.

На некоторое время они замолчали.

- А вообще, как ты начала ему помогать? Как вы познакомились? – снова спросил Дуэйн.

- Не знаю, я не помню, как мы познакомились. Но я точно знаю, что он уже тогда был старый, и ему нужна была помощь, - не отрывая взгляда от тыкв, ответила Пайпер.

- И как это было? Ты пришла к нему со словами «Вы слишком старый, чтобы делать эту работу, давайте я вам помогу»?

Пайпер на мгновение подняла глаза и взглянула на него как-то раздраженно.

- Я ругалась с одной девочкой прямо возле его дома. Мы обсуждали на повышенных тонах вопросы относительно электронных книг. Я говорила, что это прекрасное изобретение, которое спасает гектары лесов, она говорила, что электронные книги вредят человеческому глазу. Тогда я сказала, что и бумажные вредят, на что она возразила, что для бумажных можно выбрать хорошее освещение и позу для чтения, и вредить они будут меньше чем электронные. В свою пользу, но не в пользу электронных книг, я привела аудиокниги, там и читать не надо. А она сказала, что-то вроде – тогда и буквы учить не надо, раз за нас могут все прочитать. В общем, мы с ней подрались.

- А ты прекрасный полемик, - с ухмылкой заметил Дуэйн.

- Она разбила мне коленку, я ей нос. Напомню, это было возле этого дома, и дядюшка Макензи слышал весь наш разговор. Он пригласил меня выпить чаю. В процессе чаепития мы обсудили мою правоту, и так я стала ему помогать.

- Потому что он разделял твое мнение?

- Нет, потому что мы придерживаемся одного мнения в принципе.

- Ладно. А что стало с этой девочкой, которая на чаепитие не попала? Кстати, почему ее не пригласили?

- А она ушла домой.

- И что потом? Где она сейчас, у вас еще были дискуссии? Кровь текла?

- Я не знаю, где она сейчас, - с серьезным видом проговорила Пайпер, глядя на тыкву. – Кажется, она уехала из города.

- Надеюсь не из-за тебя.

Пайпер пожала плечами.

- Ты отвлекаешь меня, Дуэйн. Задашь свои вопросы позже, - таким же серьезным тоном сказала девушка, чему Дуэйн немало удивился.

Как и просила Пайпер все остальное время работы они провели в тишине.

После того как тыквы были обрезаны их надо было перенести в одно место. Но, ни в коем случае, не свалить в одну кучу, а аккуратно разложить на десятисантиметровом расстоянии друг от друга. Эта задание показалось Дуэйну простым, по сравнению с тем, что они делали. Но тыквы на его удивление были тяжелыми. Он старался нести их осторожно, не дай боже, чтобы хоть одна из тыкв была положена ни туда. Так же осторожно их несла Пайпер. Когда девушка положила свою последнюю тыкву на ее место, Дуэйн отправился за последней. Вообще Пайпер все делала быстрее, наверное, от того, что она была уже ко всему этому привычной. Дуэйн поднял последнюю тыкву с земли и, глядя себе под ноги аккуратно проходил мимо стеблей, за которые вероятнее всего можно было запнуться. И вот, когда он уже был почти на месте, тыква вывалилась из его рук, так словно кто-то ее подтолкнул. Казалось, что она даже еще не успела коснуться земли, как оранжевая мякоть с белыми косточками вывалилась наружу.

Дуэйн смотрел на все это с еще вытянутыми руками, именно в такой позе, в которой он ее нес. Сначала он вообще не понял, что произошло, но когда до него дошло, он поднял взгляд, чтобы взглянуть на Пайпер.

Лицо Пайпер выражало полный ужас. Она даже открыла рот. Казалось, она хотела что-то сказать, но речь ей не давалось. Дуэйну даже показалось, что он уронил не тыкву, а новорожденного ребенка и теперь он мертвый лежал под его ногами.

- Я извиняюсь, - виновато проговорил он, все также не меняя позы.

- Ты что наделал? – тихо спросила его Пайпер.

- Это всего лишь тыква, на огороде еще есть, - Дуэйн принял нормальное положение.

- Таких больше нет. Мы срезали все, что было.

- Я уверен, там найдется менее поцарапанная тыква для ваших светильников.

- Нет, не найдется. Их и так в этом году было мало, ты сделал так, что их стало еще меньше, - по выражению ее лица можно было понять, что она хочет кричать, но, от чего-то, говорит тихим, но далеко не спокойным голосом. Причем несколько раз она с опаской бросала взгляд на дом, в котором отдыхал старик Макензи.

- Я пойду и найду другую, - сказал он, постепенно начиная раздражаться от всей этой нелепой ситуации.

- В этом нет смысла, ты ничего там не найдешь. Дядюшка Макензи подходит к этому с особой внимательностью, будь уверен, он бы не пропустил ни сантиметра на тыквенном огороде.

Дуэйн не слушая ее, пошел на тыквенный огород в поисках новой тыквы, в то время как Пайпер начала убирать следы разбитой.

Дуэйн ходил по рядам с тыквами и внимательно рассматривал каждую. Где-то они были объедены гусеницами, где-то их поклевали птицы, а какие-то и вовсе были помяты неизвестно от чего. Он обошел почти весь огород и действительно не находил нужной ему. Тогда он начал думать о том, как старику Макензи вообще удалось сохранить эти двадцать тыкв полностью невредимыми, ведь это должно быть совсем не просто. Почти уже отчаявшись, Дуэйн бросил взгляд на один из объектов его поисков и, на его счастье, тыква хоть и не была идеальной, но в коллекцию бы подошла. Только среди всех этих идеальных тыкв, она будет не самой идеальной, как самый несимпатичный член их семьи. Но какая разница. К тому же Дуэйн был почти уверен, что старик Макензи ничего не заметит.

Он аккуратно, стараясь не повторить своей прошлой ошибки, принес тыкву и положил ее на ее новое место. Пайпер, которая уже почти все убрала, даже асфальт помыла, чтобы вообще ничего не было заметно, хоть Дуэйн и считал это лишним, посмотрела на эту тыкву с отвращением, словно, она была уже гнилой.

- Ты никого не сможешь обмануть, - холодно проговорила Пайпер.

- Слушай, да какая разница?!

- Есть разница.

- Как я могу загладить свою вину? – спросил Дуэйн из вежливости, зная, что именно так говорят люди, в таких ситуациях.

- Иди домой. Сегодня ты сделал все, что мог, - не глядя на него, сказала она.

Дуэйн даже не хотел продолжать разговор или просить остаться, чтобы помочь. Напротив, в глубине души он надеялся, что, учитывая этот случай, его больше не позовут в этот ужасный сад.

Глава 13

Глава 3

Дуэйн ушел из сада старика Макензи, когда солнце уже принимало оранжевые оттенки и постепенно опускалось за горизонт. Но домой Дуэйн не спешил. Из-за болезни он давно не навещал Ричарда Стейнера и до безумия соскучился по Эвересту. Ричард Стейнер знал, что Дуэйн болен, но он, конечно же, не приходил его навещать. Главная причина была в том, что Маргарет была против этой дружбы между шестнадцати летним парнем и мужчиной за сорок. Кроме того, она сделала так, что бы и Клаудий не считал это нормальным. Вообще-то даже не это было главной причиной. Всему виной была Пайпер, которая постоянно говорила про Ричарда Стейнера всякие гадости, которые прямо касались его собак. Человек, что живет без семьи, но содержит целую псарню, не может быть хорошим. Это человек с каменным сердцем и он опасен. Пайпер обвиняла его в том, что в любой момент в его голову может прийти одна только мысль и он выпустит своих псов-убийц, даже не раздумывая. И что тогда будет с людьми? Разъяренные псы будут рвать людей на части. Она начинала рассказывать истории про людей, которых находили, как минимум изувеченными, но Дуэйн не желал даже слушать об этом. Он вообще не любил судить людей по слухам. Для того, чтобы сделать какие-то выводы о человеке, он должен был убедиться в правоте этих слухов. Увидеть все собственными глазами и услышать собственными ушами. Пайпер напрочь вбила в голову Бенсонов, что Дуэйну лучше с ним не общаться. Теперь ему приходилось ходил в магазин, который находится на квартал дальше. Поэтому Дуэйн никогда не говорил куда он идет, а если они настойчиво пытались об этом узнать, то он просто напросто врал, что идет на площадку или в гости к Чендлеру.

Дуэйн шел к Ричарду Стейнеру как раз в то время, когда начиналась ежедневная тренировка. Когда он зашел на территорию дома, его тут же встретила целая стая собак.

- О, кто пришел! – радостно воскликнул Ричард Стейнер.

Следом за этим восклицанием к Дуэйну подбежал его радостный волчонок. Не менее радостный хозяин начал с любовью обнимать его.

- Я понял, что ты идешь еще до того, как ты открыл ворота. Он ждал тебя уже давно.

Дуэйн улыбнулся.

- Ну, как дела, парень?

Дуэйн пожал плечами.

- Я как из плена.

- Почему?

- Ходил к старику Макензи, помогал ему с садом.

Дуэйну показалось, что что-то в лице Ричарда Стейнера поменялось.

- К нему же ходит девчонка, - сказал он, нахмурив брови.

- Пока я лежал в постели эта девчонка не отходила от меня. Поила меня имбирным чаем, а имбирь брала у старика. Мама сказала, что своим выздоровлением я благодарен ему, поэтому должен помогать ему.

- И сколько ты должен отрабатывать эти исправительные часы?

Улыбаясь, Дуэйн пожал плечами.

- Этого никто не обговаривал, но думаю не долго.

Ричард Стейнер задумчиво кивнул.

- Ну и как там в его раю?

- Сад действительно необычный, даже немного пугающий.

- Почему?

- Завтра первое октября, а в его саду до сих пор все зеленое и цветы цветут.

- Этим он и славится, тем, что имеет какой-то секрет, о котором больше никто не знает. Кроме девчонки. Наверное, она знает. Должна знать, раз она оттуда не выходит. Причем она единственная, кто туда ходит, я имею в виду внутрь, остальным разрешается смотреть на его сад лишь со стороны. Но иногда бывают и исключения, наверное, по настроению старика.

- На что они смотрят снаружи, если вокруг сад усажен деревьями?

- Наверное, пытаются, что-то разглядеть. Очевидцы, те самые исключения, которые так были, вроде тебя, кстати, рассказывают другим о прелестях этого сада, а те, кому побывать там не довелось, передают это следующим.

- Вообще-то, сад как сад, если бы не его удивительная способность оставаться зеленым круглый год, ничего не обычного в нем бы не было.

- Ну, он не стоит вечно зеленым, зимой крепкие листья все же поддаются, - усмехнулся Ричард Стейнер.

- Как он себя вел? – спросил Дуэйн, поглаживая своего волчонка за ухом, словно он был самым послушным псом в мире.

- Нормально. Волки, животные живущие в стае, здесь ему нравится. Правда, некоторые до сих пор не хотят его принимать.

- Анхель?

Ричард Стейнер кивнул.

- Она его не любит, - проговорил Дуэйн.

- Она его воспитывает, но за своего не считает. Знаешь, в любом случае она не желает ему зла.

- Может быть, - пожал плечами Дуэйн.

После их разговоры сменились на более отвлеченные. Они обсуждали автомобили и мотоциклы, после перешли на огнестрельное оружие, в котором, на удивление, неплохо разбирался Ричард Стейнер. А Дуэйну, как будущему полицейскому эти разговоры нравились.

После того как Дуэйн провел в компании Ричарда Стейнера и его псов, включая Эвереста, два часа, он отправился домой. На улице уже почти стемнело. Дуэйн думал о том, что в помощи старику Макензи есть и плюсы, ему не придется оправдываться перед Маргарет, почему он пришел домой так поздно.

Глава 14

Глава 4

На следующий день Пайпер зашла за Дуэйном немного раньше, объясняя это тем, что им сегодня надо много успеть сделать.

- Он хоть с чем-то справляется? – спросила довольная Маргарет.

- Да, он усердно трудится, - улыбнулась Пайпер. Но Дуэйн знал, что в этот момент перед глазами Пайпер возник он и разбитая тыква у его ног.

- Я горжусь тобой, сынок, - Маргарет погладила его по голове, как котенка.

Я делаю это только, чтобы ты от меня отвязалась, подумал Дуэйн.

- Я могу узнать, когда я смогу снова ходить на площадку? – спросил он.

- Тебе не нравится работа в саду? – Маргарет спросила это так, как будто ответ в принципе не мог быть отрицательным.

- Нет, - просто ответил он.

- Что ты такое говоришь? Как может не нравится работа в саду?

- Работа в саду, это твое хобби, мне нравится бросать мяч в кольцо.

- Как давно ты увлекся этим занятием? – Маргарет начинала раздражаться.

- Как только мы переехали сюда.

- Ну вот, а раньше тебя это не интересовало. Что из этого выходит? Стоит раз попробовать и затянет. Уверенна с садом будет то же самое.

- Нет, не будет. Слушай, я просто хочу увидеться с Чендлером, мы не виделись с тех пор, как я выздоровел.

- Кто виноват, что он тебя не навещал.

- Он навещал меня каждый день! - повысил голос Дуэйн. – Ты вообще хоть кого-то кроме нее замечала? – он указал в сторону Пайпер.

- Если хочешь увидится с этим твоим Чендлером, ради бога, я не запрещаю.

- Так дело и не в твоих запретах. У меня банально нет времени, а все от того, что я каждый день хожу в этот… в этот сад, - он хотел выругаться, но понимал, что лишние скандалы ему не нужны.

- Я поняла, - заговорила Пайпер. – Тебе интересно, когда ты сможешь больше не помогать дядюшке Макензи.

- Да, именно это мне интересно.

- Нет, - воскликнула Маргарет. – Что за неуважение? Ты будешь ходить к ним и дальше, даже когда наступит зима.

- С хрена ли?

- Как ты разговариваешь? – возмутилась Маргарет.

- До первого ноября, - сказала Пайпер. – После Хэллоуина даже я не так часто бываю у дядюшки Макензи.

- Месяц? Еще целый месяц?

- Мы должны подготовиться к празднику. К тому же, нет, не целый месяц, я просто называю период времени, когда в саду еще есть хоть какая-то работа.

- Да люди даже к Рождеству так не готовятся, как вы к какому-то Хэллоуину.

- Делай, что тебе говорят, - строго сказала Маргарет.

- Я вообще-то не раб, чтобы кого-то слушаться и повиноваться.

- Закрой рот и иди отсюда! – крикнула на него Маргарет.

Дуэйн такому всплеску даже не удивился, в отличие от Пайпер, которая резко поменялась в лице.

- Домой я сегодня не вернусь, - спокойно сказал он, глядя в глаза матери.

- Куда ты денешься!?

Дуэйн ничего больше не сказав, вышел из дома.

Глава 15

Глава 5

Одним из заданий Пайпер и Дуэйна до конца дня, было, вычистить всю мякоть из тыкв и вырезать лицо Джеку. Эта работа была не менее кропотливой, чем сбор урожая, напротив, она была намного сложнее. Дуэйну выдали специальный прибор для вычищения, типа какой-то ложки, но не ложки, небольшой ножичек, для вырезки и карандаш, которым Пайпер должна была нарисовать Джеку лицо.

Занимаясь этой работой, Дуэйн заметил, что тыкв девятнадцать, значит его подмену утилизировали. В любом случае старик Макензи ему ничего не сказал и даже с улыбкой поприветствовал.

Когда тыквы изнутри были чистыми, старик Макензи, который все это время был в доме, предложил им чаю. Пайпер сказала, что это хорошая идея, а Дуэйн предпочел промолчать, он знал, что от его слова здесь ничего не зависит, его в любом случае попытаются напоить, но он может просто не пить.

Дуэйна провели в беседку, которая находилась чуть дальше огорода с тыквами, но которую почему-то Дуэйн ни разу не замечал. Он сидел там, до тех пор, пока Пайпер и старик Макензи не приготовили и не подали чай.

Вокруг беседки было, наверное, красивее, чем на любом другом участке сада. Сама беседка была покрашена в белый цвет, из чего именно она была сделана - не понятно, но выглядел этот материал очень эффектно. Она была небольшой, внутрь помещалось только четыре человека, можно было бы и больше, но комфорт был бы нарушен. Рядом с каждым человеком располагалась маленькая, полосатая подушка, для удобства. Обеденный стоик, или лучше сказать, столик для чайных церемоний или чай пития, был круглым. В общем, жаловаться было не на что.

Но самым прекрасным во всем этом были, конечно, пейзажи, что ее окружали. Здесь росли всякие разные цветы, названия которым Дуэйн, конечно, не знал. Они были разбросаны в хаотичном порядке, словно беседка располагалась на каком-то лугу в лесу. Здесь же были пряные травы, из которых, по всей видимости, и делали всякие лекарства, типа народной медицины. Но самым главным, как говорится – вишенкой на торте - был небольшой пруд, окруженный белыми лилиями. На пруду не было жизни, типа уточек, которые бы просто плавали здесь, обучая своих утят. Изредка по водной глади проплывали опавшие, желтые листья, но видимо старик Макензи следил за тем, чтобы пруд не был ими засорен и регулярно их убирал. Но самым прекрасным и невероятным были эти белые цветы, которые росли вокруг и, на удивление, в октябре – цвели как весной или летом, или когда они там цветут. Белые лилии! Любимые цветы Маргарет, которые у нее никогда не приживались и не росли.

Глядя на все это в ожидании чая, Дуэйн думал о том, почему за все это время у него ни разу не случилось приступа в этом саду. Вообще приступы осенью для него были редкостью, но здесь все было как в разгар лета.

А может это все не правда. Может все это цветение лишь иллюзия, и ничего этого нет? Думал Дуэйн. Это бы многое объяснило.

Его размышления прервала Пайпер, которая поставила поднос с чаем на стол.

- Зеленый? – спросил Дуэйн.

- Нет.

- Это хорошо, а то я ненавижу зеленый чай.

- А красный любишь? – послышался у него за спиной старый, хрипловатый голос.

Напротив него, рядом с Пайпер сел старик Макензи, который своими дрожащими руками поставил на столик поднос с печением и сахаром.

- Нет, не люблю, - ответил Дуэйн.

- Почему же?

- Красный чай обычно кислый.

- Смотря из чего его делают. Чаще всего из камелии, но, я ее не использую.

- Я люблю только черный.

- Какой именно черный?

- Да неважно, просто черный.

- А я люблю простоту, - говорил старик Макензи, отпивая из своей чашки, - чай на смородиновых и малиновых листьях. Пробовал когда-нибудь?

Дуэйн мотнул головой.

- Ну, ничего, в другой раз, я тебе приготовлю.

Дуэйн наблюдал, с каким удовольствием Пайпер и старик Макензи отпивают из своих чашек и так же не мог не соблазниться, чтобы попробовать свой. Он посмотрел на содержимое своей чашки.

- Не бойся, мы не собираемся тебя отравить, - проговорила Пайпер, не глядя на него.

- Ты же пил мой имбирный чай, что сейчас не так? – спросил старик Макензи, внимательно глядя ему в глаза.

Под этим взглядом Дуэйн поднес чашку к своим губам и сделал глоток.

Никогда раньше Дуэйну не доводилось пить настолько вкусный напиток. Он был и не сладким и ни кислым, его вкус нельзя было описать словами, Дуэйн даже не понимал, что он ему напоминает. Наверное, если бы он знал из чего его приготовили, хотя бы из каких плодов или листьев, он бы смог понять почему ему это так понравилось. Но он понятия не имел, что там намешано и к тому же, прекрасно понимал, что нет смысла об этом спрашивать. Он был уверен, что о названиях таких растений он никогда не слышал. А может быть рецепт на самом деле до ужаса простой, но все это Дуэйна уже не волновало. Он просто наслаждался вкусом своего чая, даже не думая прикасаться к печенью или разбавлять его сахаром.

- Ну как? Нравится? – спросил старик Макензи.

- Да, чай вкусный. Даже очень.

- Я знаю, - улыбнулся он. – Природа дает нам все самое лучшее. А мы в свою очередь должны уметь отплатить ей за это.

- Чем? – зачем-то спросил Дуэйн.

- Если придется, то даже собой.

- Что вы имеете в виду?

- Природа гибнет из-за нас, страдает. А мы, как ненасытные животные просим у нее все больше и больше, ничего не отдавая взамен. Просто посмотри вокруг, посмотри, что мы сделали. Разве раньше было такое понятие как – урбанизация? Нет. Это мы все начали. Когда-то на земле не было людей, были динозавры. Разве динозавр стал бы сотворять с планетой все то, что сделали мы? Метеорит упал не в то время, не на тех существ.

- Я думаю, природа предполагала, что будет, если она нас сотворит, – говорил Дуэйн. - Она знала, что нам надо будет где-то жить, а значит, мы будем рубить ее деревья, чтобы построить хоть какую-то крышу над головой. Она знала, что нам нужна будет еда, а значит мы будем убивать ее животных и выращивать овощи и фрукты, для того чтобы потом этим воспользоваться.

- Но вряд ли она могла предположить, что люди станут настолько ленивыми, что им необходимо будет создать машины, для того чтобы передвигаться, все эти автомобили и самолеты. А это значит, что они будут копать в глубину до тех пор, пока не добудут нужный им ресурс. Если придется, они докопают до самого ядра.

- Это не лень, это прогресс. Как вы представляете путешествие без транспорта?

- Раньше ездили на лошадях.

- Как вы доберетесь от Америки до России на лошади? И разве лошади умеют плавать?

- Если это, как ты говоришь, прогресс, то почему люди не прогрессируют до того, чтобы избавиться от выхлопных газов?

- Люди над этим работают.

- Никто над эти не работает. Всем наплевать. Никто не хочет посмотреть вокруг.

На некоторое время они замолчали.

- Вы сказали, что если придется, то отплатить природе даже собой. Так что именно вы имели в виду? – спросил Дуэйн

- То, что нас слишком много. Ничего страшного не случиться, если кого-то из нас не станет во имя других.

- Я не понимаю.

- Сегодня я опять видела бродячих собак, - неожиданно и как всегда не вовремя начала Пайпер.

- Где?

- Я просто шла по улице, а она начала скалиться.

- Это опять эти чертовы псы Стейнера, - выпалил старик Макензи.

- Это не могут быть псы Ричарда Стейнера, - заступился Дуэйн. – Все его псы сидят в вольерах, пока он не придет с работы, а после они все под его надзором. Кроме далматинца, разве что, но он абсолютно безобидный.

- Откуда тебе знать про его собак? – почти удивленно воскликнул старик.

- Это был не далматинец, а один из его бешеных псов, которых, как ты говоришь, он держит в клетках.

- Так откуда ты о них знаешь? – повторил свой вопрос стрик Макензи.

- Я был у него и видел всех его псов.

- О, боже! – воскликнула Пайпер. – Зачем ты туда ходишь? Твоя мама знает, что ты туда ходишь?

- Нет, и не дай боже ты хоть слово ей об этом скажешь.

- Но там же опасно, и он не менее опасный, чем его псы.

- Разве ты не знаешь, как его питбуль в прошлом году разорвал маленькую девочку. Как ее звали, Пайпер?

- Крис.

- Да, точно. Он не рассказывал тебе о ней? О том, как родители нашли ее недалеко от своего дома разорванную в клочья. Собирали свою дочь по кусочкам.

- Нет! – возразил Дуэйн. – Этого не может быть, все его псы послушные!

- Ага, конечно.

- Его бы призвали к ответственности за это.

- Конечно, если бы не волки, которые пришли на помощь.

- Что это значит?

- А то, что всю вину свалили на бедных, невинных животных и Ричард Стейнер благополучно ушел от ответственности.

Дуэйн молчал.

- Все эти вольеры и клетки у него только для виду, - говорила Пайпер. – Все это ненадежно. Если дикий зверь захочет выбраться наружу, он выберется.

- Но они не дикие звери!

- Спроси у него, Дуэйн. Пусть он расскажет тебе, как все было на самом деле, - проговорил старик Макензи.

После несколько неприятного и напряженного разговора Пайпер и Дуэйн снова пошли работать. Только на этот раз тыквы они оставили в покое. Как сказала Пайпер, сейчас делать с ними, что-либо не было смысла. Они - опустошенные, должны пролежать так около двух недель, примерно до середины октября, а потом с ними надо будет делать что-то еще, но Дуэйн не понял, что именно. К тому же, Пайпер сказала, что это только ее работа и Дуэйн может не задумываться о их дальнейшей судьбе. Чему Дуэйн очень обрадовался. Но радостным было только это. Все его мысли были обращены к Ричарду Стейнеру и его псам. Он отказывался верить в то, что его собаки могли разорвать маленькую девочку.

- Так как Хэллоуин это ночь маскарада, мы будем наряжать, а точнее создавать людей, - сказала Пайпер, когда они подошли к какому-то подобию склада.

- Создавать людей? – переспросил он.

- Иными словами, делать пугал.

Дуэйн тяжело вздохнул, когда понял, что ему придется делать этих пугающих манекенов. Пугало, они же никогда не бывают милыми. Они и придуманы, чтобы пугать. Только пугать они должны ворон, а не людей.

Пайпер зашла в этот странный склад, в котором, по всей видимости, хранились старые вещи, которые доставали при необходимости, как, например, сейчас. Дуэйн остался стоять снаружи. Через минуту Пайпер вышла, держа в руках деревянные кресты, которые, как можно догадаться, служили руками, для ненастоящего человека, и на которые крепилась голова. Размером они были около двух метров в высоту и где-то полтора метра в ширину. Положив их рядом с Дуэйном, Пайпер снова вошла внутрь. В этот раз она вынесла два доверху набитых мешка. Так как Пайпер несла их с легкостью, то можно было сделать вывод, что там находилась одежда, для пугал. Когда все необходимое было у ног Дуэйна, Пайпер закрыла склад.

- А голова? – спросил он.

- Тыквы. И в этот раз нам идеальные тыквы не нужны, - улыбнулась девушка.

Пайпер стала опустошать мешки. Она доставала оттуда рваную, мешковатую, но разноцветную одежду. Разные рубашки, как у старых фермеров, порванные ботинки, перчатки, брюки и соломенные шляпы. В общем, полный набор для этих созданий.

- Ты когда-нибудь занимался подобным? – спросила Пайпер. Дуэйн мотнул головой. – Ну, ты и тыквы не вырезал, научился же.

- Сколько их будет?

- С десяток.

- Десять пугал!? Не многовато?

- Участок большой. Охранников надо наставить везде.

- Охранников? – переспросил Дуэйн.

- Ну да, они же сторожат огороды.

- Все равно их много. Даже для вашего сада.

Пайпер пожала плечами.

- И что мы должны делать?

- Я буду выбирать одежду, а ты иди за тыквами.

- Я думал, что я больше не прикоснусь к ним. Какие нужны?

- Любые, на твое усмотрение.

Так прошел почти целый день. Дуэйн выбрал десять тыкв, которые, на его усмотрение, больше всего походили на головы пугал. Он аккуратно срезал их и сложил в одну кучу. В этот раз, действительно, была куча, Дуэйн даже не думал соблюдать дистанцию между ними. Потом он взял нож и начал вырезать из них внутреннюю мякоть. Когда он почти с этим закончил, на помощь к нему пришла Пайпер, которая все это время собирала для них костюмы, как будто пугало пойдут по подиуму, а не будут пугать людей, которые будут наблюдать за садом снаружи, через деревья, как это обычно бывает. А может в этот день он, наоборот, откроет двери сада для всех желающих и будет раздавать конфеты детям? Ведь должна же быть причина, почему они так тщательно готовятся к этой ночи.

Чай они больше не пили и ничего не ели. Пайпер, вроде бы, это все устраивало, а вот Дуэйну безумно хотелось есть, поэтому он, как никогда раньше, обрадовался, что их работа на сегодня закончена.

Глава 16

Глава 6

Как только Дуэйн вышел за территорию, которая принадлежала старику Макензи, он думал только о том, что должен поговорить с Ричардом Стейнером. От этой мысли у него бежали мурашки по телу. Он знал, что его новый друг ни в чем не виноват, но все эти расспросы могли выглядеть, как обвинения. К тому же ему скорей всего будет интересно с чего бы это вдруг между Дуэйном и стариком Макензи зашел разговор про Ричарда Стейнера и его псов.

Дуэйн понятия не имел, как именно спросить об этом. Потом он решил, что это может быть не так важно.

Пусть он расскажет, как все было на самом деле, вспомнились ему слова старика Макензи. И все-таки Дуэйну было интересно, как все было на самом деле.

Как только Дуэйн подошел к дому Ричарда Стейнера, он тут же услышал знакомый вой. Очевидно, это выл ни один из псов, это выл его Эверест.

- Привет, друг! – воскликнул Дуэйн, когда волчонок начал кружиться около него.

Дуэйн осмотрелся кругом, но не увидел хозяина, который обычно в это время всегда ждал его. Кроме того псы не тренировались, а занимались своими делами, кто-то просто лежал, кто-то играл друг с другом, а кто-то, что-то грыз. Зато Дуэйн почувствовал аромат жареного мяса, от которого его и без того голодный желудок стало сжимать еще сильнее.

- А вот и ты! – улыбаясь произнес Ричард Стейнер, который вышел из дома с металлической кастрюлей.

- Что ты делаешь? – спросил его Дуэйн.

- Отмечаю свой день рождения.

- У тебя сегодня день рождения!? Я не знал.

- А откуда бы ты узнал? Я тебе не говорил, - улыбнулся мужчина.

- Но мог бы и сказать. Я пришел даже без подарка.

- Кому они нужны эти подарки, - отмахнулся он. – Мы просто посидим, поговорим. Я надеюсь, ты хочешь есть?

- Еще как.

- Отлично. У меня стейков столько, что можно накормить целую футбольную команду.

Дуэйн улыбнулся. В голове промелькнула мысль, о том, что поговорить сегодня не получится. Ему не хотелось портить праздник. Для Ричарда Стейнера тот случай, очевидно, был болезненным и напоминать ему об этом в день его рождения, было бы очень и очень бестактно.

- Погода нам благоволит, - сказал Ричард Стейнер, мешая угли в мангале. – На небе ни облачка, да и воздух для октября очень даже теплый. Был сегодня у стрика?

- От них прямиком к тебе.

- И как у него дела?

- С ним я особо не разговариваю, он в основном в доме сидит, а в саду хозяйничает Пайпер.

- Девчонка за главную, значит?

- Вроде того. Странно, что псы молчат. В воздухе вовсю витает аромат жареного мяса.

- А они не голодные, я их накормил. Кому-то поджарил, а кто-то предпочитает с кровью.

- Они тоже ели стейки?

- Ну, конечно.

- Кто-то еще должен прийти?

- Должен был приехать мой старый друг, мы каждый год поздравляем друг друга лично, но в этот раз он приехать не сможет. Что-то с его дочкой, она вроде как серьезно больна.

- Ты не спрашивал чем?

- Я спросил о том, чем могу помочь, а о болезни не спрашивал. Знаешь, он и так не в лучшем настроении, расскажет, когда все придет в норму.

- Надеюсь, все будет хорошо.

Ричард Стейнер задумчиво кивнул.

- Ну, что ж, стейки полной прожарки, готовы. Почему-то я не поинтересовался заранее. Какую прожарку предпочитаешь ты?

- Полную, - улыбнулся Дуэйн.

- Вот и я. Мясо с кровью, для людей хищников, - улыбнулся он в ответ.

- Значит мы будем праздновать вдвоем? – спросил Дуэйн, когда они сидели за небольшим, но полностью заставленным угощениями, столом.

- Видимо так, - бесстрастно проговорил Ричард Стейнер.

- А если бы меня не было, ты бы был один?

Мужчина серьезно взглянул на него.

- Ты говоришь это со скрытой жалостью в голосе, - сказал он. – Ты думаешь, я этим опечален, думаешь, мне грустно, одиноко и тому подобное. – Он продолжал смотреть на Дуэйна, но ответа не ждал. – Я же сказал тебе, что должен был приехать друг, а значит, я уже не одинок, у меня кто-то есть, просто этот кто-то не смог, вот и все. Но этим летом я познакомился с еще одним моим другом, пусть я и гожусь ему в отцы, но сейчас он со мной за столом. А это значит, что я снова не одинок. Да и вообще, я лучше буду праздновать все возможные праздники в компании самого себя, чем садить за стол хоть кого-нибудь, лишь бы не быть одному. Одиночество, это не порок и не грех. Быть одному, значит быть в безопасности от общества. От лживых и лицемерных людей. Жалеть надо не одиночек, а тех, кто окружил себя не теми людьми, считая их близкими друзьями. У самого-то много друзей?

Дуэйн пожал плечами.

- После того как я переехал, некоторые мне писали какое-то время, спрашивали, нравится ли мне здесь и большой ли у нас дом. Но потом как-то так вышло, что мы прекратили общение.

- А здесь успел с кем-то подружиться?

- Играем с ребятами в баскетбол, по твоему совету я пошел на площадку.

- Я знаю, что ты туда ходишь, сам неоднократно забегал ко мне запыхавшийся от игры. Но я говорю не про массу, не про фон, а про друзей. Чендлер Шейк знает про твоего волчонка, несколько раз приходил ко мне и заменял тебя. Значит ли это, что ты ему доверяешь?

- Чендлера я могу назвать своим другом. Наверное, даже лучшим другом. И единственным на данный момент. Он спасает меня от этого города и моей матери, которая так любит Пайпер, которую я, как мне кажется, иногда даже ненавижу.

- Иногда мне кажется, что Чендлер страдает гиперактивностью.

- Да, скорей всего так и есть, - улыбнулся Дуэйн. – Но как так вышло?

- Что вышло?

- Как ты научился разделять так называемый фон от настоящих друзей?

На некоторое время Ричард Стейнер замолчал, задумавшись.

- За всю жизнь у меня было много людей, которых я считал друзьями, но только двое из них мне были по-настоящему близки. Это был Алан Кинг и Дэшнер Маккол. Мы всегда проводили время вместе, общие тусовки, интересы, развлечения. Но так вышло, что у двоих из нас, а именно, у меня и Алана был один вкус на девушек. Ну, знаешь, как сейчас говорят, нравился один типаж.

- Значит проблема в девушке?

- Нет, далеко не в этом. Эта история может показаться запутанной и не ясной, но я попытаюсь объяснить. Мы были влюблены в одну девушку, звали ее Айза, я даже не помню сейчас ее фамилии, но это и не так важно. Алан познакомился с ней раньше и много рассказывал о ней, в то время, как мы с Дэшнером ни разу ее не видели. Иногда нам даже казалось, что он ее выдумал. Он описывал ее, как самое милое и доброе существо на земле, было ясно, что он влюблен. Потом он все же познакомил нас с ней, и мы убедились в подлинности его слов, во всех смыслах. Она была блондинкой с длинными, волнистыми волосами, серыми глазами и розовыми губами. Ангел. Я влюбился сразу, но никому об этом не сказал. Даже Дэшнеру, который, очевидно, и так догадывался. В общем, спустя время Айза и Алан начали встречаться. Он продолжал боготворить ее и петь о своей любви, но один раз случилось то, чего не ожидал никто. Наверное, даже сам Алан не ожидал от себя такого, но кто знает. Он изменил ей и об этом узнал я. Точнее, это все было на моих глазах. Я не в то время вошел в комнату. Следовательно, знал об этом только я и никто больше. Тогда Алан спросил меня, расскажу ли я об этом Айзе. Он говорил мне, как сильно ей дорожит и боится потерять, что невозможно описать словами его любовь к ней. И если они расстанутся, его жизнь пойдет по наклонной. Я сказал, что не скажу ей, но заметил и то, что никто не знает, о том, что будет дальше и, возможно, когда-то, ему самому придется признаться. Спустя три дня Алан пришел ко мне в лихорадочном состоянии, говоря о том, что хочет признаться. Я начал его отговаривать.

- Почему?

- Потому что я очень хорошо знал Алана и прекрасно понимал, что Айза единственная девушка, с которой у него что-то может получиться. К тому же тогда, я начал к ней остывать, и для меня намного важнее было сохранить их отношения, чем разрушить. Я не знаю, что двигало им в тот момент. Я ни в коем случае не оправдываю его поступок и считаю его низким и бесчеловечным по отношению к тому, кого ты так любишь. Но, мне казалось, что больше он этого не сделает. Наверное, это было неправильно и не справедливо по отношению к Айзе. Ведь если бы изменили мне, я бы хотел об этом узнать. Наверное, она тоже заслуживала знать правду. Но для меня она была чужим человеком, а Алан близким другом. Тогда я решил, что эти отношения можно спасти и, возможно, больше ничего этого не повторится, и они будут счастливы. Это была моя ошибка, он должен был рассказать. Тогда бы их отношения зависели не от моего молчания, а от решения Айзы, простить или отпустить. Но, благодаря этому случаю, я кое-что узнал о своем друге. Алан просил у меня помощи, как оказалось, он уже сказал Айзе, что хочет поговорить с ней, очень серьезно, но только для этого им необходимо встретится лично. Он назначил встречу, но прежде пошел ко мне. А девушки, они же сразу начинают себя накручивать, чаще всего, о самом худшем и начинают всех во всем подозревать. Мы полночи сидели и думали, как решить эту проблему. И, наконец, решили.

Как выяснилось позднее, он приходил ко мне за день до этого разговора, но меня не было дома, тогда он пошел к еще одному нашему знакомому, чтобы тот помог ему решить этот вопрос. Тот посоветовал сказать правду, но Алан не сделал этого и, на его счастье, когда он пришел ко мне во второй раз я оказался дома. Так вот, мы нашли выход. Я не помню, что мы тогда придумали, вроде бы сослались на неудачный розыгрыш, как будто он хотел напугать ее этим серьезным разговором, посмотреть на ее реакцию. И Айза поверила. У них все встало на свое место. И после этого Алан пришел ко мне с бутылкой коньяка, отметить удачный обман.

Ричард Стейнер замолчал.

- Пока что все, вроде бы, хорошо, - произнес Дуэйн.

- Я тоже так думал, - продолжил он. – В третий раз Алан пришел ко мне с еще одной жалобой. Тот друг, который посоветовал ему рассказать Айзе правду, обиделся на Алана. И не потому, что тот не последовал его совету, а потому что он пришел ко мне с коньяком.

- Я еще больше ничего не понимаю.

- Алан сам мне признался, что в тот день, когда меня не оказалось дома и ему пришлось идти к этому нашему знакомому, Алан поливал меня перед ним грязью, обвиняя во всех своих проблемах. В основном в том, что я легко мог разрушить их с Айзой отношения. В том, что все это начал я, хотя бы потому что я знал, о его измене. И, как оказалось, именно я спровоцировал его рассказать Айзе правду. Просто потому что он думал, что если мне будет угодно, я могу рассказать ей об этом и тем самым разрушу их отношения. Он решил, что сделает это сам. Сам обо всем ей расскажет. Но на самом деле, он искал того, кто его отговорит. И это был я. Уверяя, что я бы никогда не стал ломать его жизнь и ему не стоит ничего ей говорить.

Рассказывая, о том, что он поливал меня грязью, он улыбался мне в глаза и постоянно твердил – ты же понимаешь, я был на эмоциях, поэтому говорил о тебе такое. Я все понимал. Он боялся. Боялся, что я это сделаю. Но я бы никогда этого не сделал. Никогда бы даже не посмел его этим шантажировать. После этой встречи я задумался. Человек, которого я всегда считал близким другом, оказался лживым лицемером, который за моей спиной, говорил про меня вещи, которых я не заслуживал. А на следующий день после этого, пришел ко мне за помощью, зная, что я ему не откажу, и мы вместе решим его проблему. Как оно и было. Я не злился на него, потому что понимал, его лицемерие - не моя проблема. Тогда я просто понял, что я больше не хочу считать его другом и общаться в принципе. После случившегося, у нас не было с ним никаких серьезных разговоров о наших взаимоотношениях. Я знаю, что какое-то время он продолжал считать меня своим другом, пока не понял, что я полностью в нем разочаровался. После этого он еще просил у меня помощи, и я помогал ему, но уже не по-дружески, а просто по-человечески. Не знаю, правильно ли поступил, когда решил ничего ему не объяснять. Может быть, и стоило ему указать на его порок, но люди все равно не меняются. А если и меняются, то благодаря самоанализу, а не когда на твои пороки указывают другие. В конце концов, мы сами должны себя воспитывать.

- А что с ними стало? Они все еще вместе?

- Алан и Айза? Не знаю, я никогда не следил за их жизнью. Может и вместе, а может уже давно расстались. Когда ты отказываешься от человека, ты отказываешься даже о слухах, о нем.

- Мне жаль, что все так получилось.

- Это нормально. Это урок и мне и ему. Зато я стал лучше разбираться в людях. Возможно, стал более суровым. Я не даю людям вторых шансов, если человек осознанно пошел против меня. Я не ищу ему оправданий.

- Действительно сурово, - сказал Дуэйн, думая при этом о том, как теперь ему узнать о той девочке. Ведь может показаться, что он не доверяет своему другу и, возможно, даже в чем-то подозревает. – А семья? – спросил он, кладя на свою тарелку очередной стейк и наливая себе апельсинового сока.

- Ну да, одиночество это же не только отсутствие друзей, но и отсутствие семьи, - все так же задумчиво проговорил Ричард Стейнер. – У меня была семья. Родители попали в автокатастрофу три года назад. Это была самая большая потеря в моей жизни. И знаешь, без них я, правда, иногда чувствую себя очень одиноким. Наверное, даже одним во всем мире. Но ты же спрашивал не об этом. Ты спрашиваешь о семье, которую обычно создают после того, как оставляют людей, которые дали тебе жизнь. А зачем мне создавать свою собственную семью? Как ты считаешь, для чего люди это делают?

- Наверное, чтобы не чувствовать себя одинокими. Чтобы дома кто-то ждал, чтобы поддерживали и любили.

Ричард Стейнер на мгновение задумался.

- Я начну по порядку. Ты сказал – чтобы не чувствовать себя одиноким. Я и не чувствую себя одиноким. У меня всегда был как минимум один друг, сейчас появился второй – Дуэйн Бенсон, который приходит ко мне почти каждый день. У меня есть работа, которая занимает часть моего дня и часть моих мыслей. У меня десять собак, как думаешь, мне с ними бывает скучно? Но мы все же о людях. Всем свойственно умирать. Кто-то уходит раньше, кто-то позднее. Моим родителям было чуть больше шестидесяти и я очень их любил. Но они погибли и, как я уже сказал, иногда мне, действительно, бывает одиноко. Я хожу печальным и не улыбаюсь. Но рано или поздно все родители уходят от детей навсегда, хотим мы этого или нет. Думаешь, если бы сейчас у меня были жена и дети я бы не скучал по родителям? Скучал бы и может даже сильнее. Временами я считал бы себя таким же одиноким, несмотря на то, что моя семья полная и все они рядом. Следовательно, наличие семьи не влияет на то, чувствуешь ты себя одиноким или нет. Ты можешь быть одиноким в кругу самых близких людей.

Второй твой аргумент – чтобы дома кто-то ждал. Это просто, меня всегда ждут мои собаки. Конечно, они не приготовят мне горячий ужин и не станут расспрашивать о том, как прошел мой день, в нетерпении перебивая, чтобы рассказать, как прошел их. Но я в них уверен. Они будут ждать несмотря не на что. Даже если меня не будет месяц, они непременно дождутся. А не соберут чемоданы и не уедут к своей матери.

Чтобы поддерживали и любили. А если после сорока лет тебе в голову придет мысль о том, что ты хочешь сменить ориентацию? Как думаешь, твоя жена и дети тебя поддержат? А если ты решишь бросить работу, единственный доход семьи, твоя жена не станет тебя отговаривать? Разве она не будет говорить, что вы и так еле сводите концы с концами, жить не на что, а ты ни о ком кроме себя не думаешь? Чаще всего люди в браке поддерживают только взаимовыгодные идеи и предложения. Например, если ты захочешь открыть бизнес, они тебя поддержат. А если ты захочешь бросить свое дело, ради того чтобы идти работать дворником, как ты мечтал все детство, но стал предпринимателем в сфере которую ты ненавидел, но одобряла твоя жена, она тебя поддержит? В конце концов, если ты захочешь развестись, потому что понял, что больше ее не любишь, она тебя поймет? Кстати, о любви. А с чего ты взял, что женятся только по любви? Это наивное утверждение. Любовь в браке великая редкость. А что вообще такое любовь? Как человек понимает, что он любит кого-то? Наверное, этот человек чувствует себя счастливым, когда объект его воздыхания обращает на него внимание. Наверное, этот человек хочет этого внимания и всеми силами привлекает его. А что потом? Старается угодить этому человеку, что-то для него сделать, чтобы лишний раз увидеть его улыбку. Ты когда-нибудь слышал о том, что любви на расстоянии не существует? Так вот, что я хочу тебе сказать, только любовь, которая выдержала это расстояние, может называться любовью. Это моменты, когда вы не рядом, когда вы далеко друг от друга. Но ни в твоей, ни в ее голове нет никого кроме друг друга. Вокруг ходят люди, пытаются привлечь ваше внимание, а вы все ждете и ждете и ждете. Когда вы не рядом лет пять, но огонь не затухает, значит, скорей всего это любовь и вам можно жениться. Спасибо, что существуют университеты в других городах, командировки, армии и, конечно же, тюрьмы. А остальное, это все ерунда, влюбленные люди желают видеться каждую минуту. Но стоит лишь им начать жить вместе, как, тут же возникают сомнения, а так ли я хочу быть с тобой?

- А что если эти сомнения появятся после расстояния? Ведь эти люди рано или поздно тоже начинают жить вместе.

- Тут тоже никто не застрахован, бывает и такое.

- Значит, это все-таки была не любовь?

- Любовь. Просто для того чтобы жить с человеком недостаточно его просто любить. Его надо понимать, слушать и изучать как личность. В конце концов, ты же хочешь прожить с ним всю жизнь.

- Значит и люди не проверенные расстоянием тоже могут любить, но просто не сойтись характерами?

- Если ты любишь, ты уживешься с любым характером, если, конечно, это не насилие и агрессия, а если ты не любишь, то так ты и скажешь – не сошлись характерами. Хотя я знаю такие семьи, где муж и жена не живут вместе из-за своих сложностей, но, ни с кем другим тоже не живут, потому что не могут себе такого позволить.

- Значит всю жизнь на расстоянии?

- Любовь на всю жизнь. Люди разные, есть и такое. Хотя я такое не одобряю, но это лучше чем разводы. К тому же в любой момент можно сойтись и снова жить вместе. Никто никому не изменял и никто никого не разлюбил.

- Люди умирают из-за любви, страдают, болеют.

- Болеют. Именно болеют, а не любят. Человек для таких людей, как зависимость, они не могут его отпустить. Они хотят, чтобы этот человек был с ними. Чуть ли не принадлежал им. Но с чего бы кто-то должен кому-то принадлежать? Некоторые люди ссылаются на судьбу, как будто бы кто-то в любом случае, рано или поздно, должен быть с ними. Но это не так, никто никому не уготовлен судьбой. Люди до невозможности свободны и имеют право быть одинокими, если захотят. Такие люди не подвластны даже судьбе. Любящие люди не прыгают с крыши и не режут себе вены. Любящие люди наслаждаются таким даром, как способность любить, а он дан далеко не каждому. И любят, несмотря на то, что их не любят в ответ. Вот она любовь, когда искренне желаешь счастья, а не желаешь обладать.

Итог нашего разговора в том, что никто кроме тебя, не поддержит тебя так, как это сделаешь ты сам. И никто не полюбит тебя так, как можешь полюбить себя ты сам.

Так и зачем мне семья, если все, что мне нужно, есть во мне самом?

- Возможно, когда я еще больше повзрослею, я буду иметь свое собственное мнение на этот счет, - после некоторого молчания произнес Дуэйн. – Но пока что я, наверное, согласен с тобой.

- Люди склонны верить в то, что звучит более или менее убедительно, но чаще всего это не отражает их собственного мнения, а скорее убивает его. Я даже не пытался в чем-то тебя убедить, я просто отвечал на твой вопрос. Ну, а что с тобой? Я имею ввиду, у тебя есть подружка?

- Девушка? Нет.

- Но была же?

Дуэйн задумчиво дожевал свой стейк и больше не прикоснулся ни к одному куску.

- Да, была.

- И что с ней стало?

- Она ушла от меня или изменила мне. Я не знаю.

- Я прошу прощения за то, что лезу в твою личную жизнь, но, может, расскажешь?

На некоторое время он замолчал.

- Нечего особо рассказывать. Я был влюблен в девочку, не так важно как ее зовут. У нее был парень, но отношения у них были какие-то странные и потом они вообще расстались. В общем, она долго не отвечала мне взаимностью, после своих прежних отношений, а возле нее вечно крутились всякие парни. Вообще-то она и им взаимностью не отвечала, но я все равно ревновал. Она любила флиртовать, наверное, это ее поведение и вызывало во мне такую ревность. В один момент мы начали хорошо общаться, потом завязались отношения и все дела. Я ее добился. И я думал, мы любили друг друга. Я точно любил. В итоге я узнал, что одновременно со мной она встречалась еще с одним парнем. Точнее не встречалась, но отношения у них были такие, словно, не я ее парень, а он. Когда я узнал об этом, то не стал спрашивать ее и что-то выяснять, ждал, когда она сама все расскажет. В один момент она пришла ко мне и сказала, что не любит. Никогда не любила. Вот и все.

Ричард Стейнер молчал, словно, анализируя каждое сказанное Дуэйном слово.

- Да, не любила. Но пыталась полюбить.

- Что это значит?

- Я вижу только две причины, почему она так с тобой поступила. Первая. Это значит, что ей разбили сердце. И она пыталась от этого отвлечься, забыться, как многие люди принимают алкоголь для этой цели, а она выбрала тебя. Она знала, что ты любишь ее. Она знала, что ты ее не обидишь и будешь заботиться о ней, что не сделаешь ей больно. Она пришла к тебе, потому что ты мог залечить ее рану. Она знала это, и большим счастьем для нее было бы в тебя влюбиться по-настоящему, потому что с тобой она была бы счастлива, если бы любила тебя так же, как ты ее. Но как это часто случается, какими бы хорошими мы ни были, за это нас никто не полюбит. Любить будут других, какими бы плохими они не были. И она любила того, кто разбил ей сердце. И знаешь в чем парадокс? Она знает, что он разобьет ей сердце снова и будет делать это до тех пор, пока не уничтожит ее совсем. А она все будет надеяться, что он измениться и верить, что он любит ее и жить без нее не может. И вторая причина, почему она так сделала, она просто хотела вызвать ревность у того к кому от тебя ушла.

- К бывшему. Она ушла к тому, кто был до меня. К тому парню - тихо сказал Дуэйн.

- Неприятно, правда? Неприятно, когда люди играют с чувствами друг друга, но видимо по-другому мы не умеем. Поэтому мы всегда будем жертвами, сами того не замечая. Но что-то мы заболтались, может быть, ты хочешь пива?

Дуэйн пожал плечами.

- Или водки?

- Вообще-то я никогда не пробовал водку.

- Вот как. Сейчас твой желудок достаточно полный, для того чтобы тебе не опьянеть с первой рюмки. Так ты хочешь попробовать?

- Да.

- Хотя подожди. Что ты дома скажешь, если все-таки напьешься?

- Я не пойду сегодня домой.

- Опять поругался с миссис Бенсон?

- Это она всегда со мной ругается.

- А ты у нас не причем?

- Ну, она считает, что это я главный провокатор в семье.

- Так с отцом же у вас вроде нормальные отношения.

- Нормальные.

- Где ты планировал остаться?

Дуэйн пожал плечами.

- Можешь остаться у меня, если хочешь.

- Если ты не против.

- Я сам тебе это предложил. А в школу ты пойдешь?

- Завтра же воскресение.

- Ах, да! – кивнул Ричард Стейнер.

- Значит я могу напиться? – улыбаясь проговорил Дуэйн.

- Нет. Ты только попробуешь, а то, если ты будешь с похмелья, старик Макензи не пустит тебя в свой сад.

- Ну, раз так, тогда я готов уйти в запой.

Глава 17

Глава 7

Дуэйн и Ричард Стейнер просидели на улице в компании Эвереста и псов до полуночи. Они развели костер, хозяин дома вынес теплые пледы и получилось что-то вроде пикника на территории дома. Их разговоры больше не затрагивали чего-то серьезного, отчасти они даже были пустыми и бессмысленными. Дуэйн впервые в жизни попробовал водку, но почти не опьянел, Ричард Стейнер и вовсе ничего не пил. Но что было самым странным даже для Дуэйна, он ни разу не вспомнил о Маргарет и о собственном доме в принципе. Это был первый раз в жизни, когда он не ночевал дома без разрешения, иными словами, можно сказать, что он просто сбежал, и его совсем не мучила совесть.

После отлично проведенного вечера, Ричард Стейнер отвел Дуэйна в комнату, где он должен был спать. Это была небольшая комната на втором этаже. Очевидно, что здесь давно никто не ночевал, но Дуэйна это не беспокоило. За день он сильно вымотался и буквально валился с ног, поэтому тут же бросился на постель.

Было около трех часов ночи, когда Дуэйн проснулся от какого-то странного шума. Он выглянул за дверь своей спальни. Внизу горел свет, но спустя несколько секунд он погас. Дуэйн прислушался. Входная дверь открылась и закрылась. По всей видимости, Ричард Стейнер вышел из дома. Дуэйн подошел к окну, которое выходила на псарню. Возле одного из вольеров он заметил силуэт человека – Ричарда Стейнера. Дуэйн пытался разглядеть, но никак не мог понять, что он делает. Потом он исчез. Как будто сквозь землю провалился.

Дуэйн быстро накинул на себя олимпийку и поспешил выйти на улицу. Он старался делать это тихо. Тихо открыл дверь. Тихо вышел наружу. Нигде не горел свет. К его ногам подошел зверь среднего размера – Эверест. Дуэйн потрепал его за ухом и подошел туда, где совсем недавно видел хозяина дома. Ничего необычного. Но Дуэйн помнил ту историю о девочке, которую разорвали на части и решал проверить все ли псы на месте. Конечно, все это казалось ему безумием, но он все же решил это сделать. Для того чтобы понять все ли псы на месте, ему надо было чем-то светить в поисках псов, которых на ночь не запирали в вольеры, но такой возможности у него не было. Поэтому он решил звать их по кличкам. Как правило, они всегда откликались. И они откликнулись, все, кто днем сидели в вольерах были на месте. Даже старина Юнгар, глухой пес, откликнулся. Но одного среди них все же не было. Анхель. Хотя утверждать наверняка, что ее не было во дворе совсем, было бы глупо. Она была слишком горда и принципиальна. Она не слушала никого кроме своего хозяина, поэтому могла просто игнорировать Дуэйна. Но, что если ее все же не было? Об этом Дуэйн думать не хотел. Ричарда Стейнера вокруг тоже не было. Мысли с каждой минутой становились все мрачнее.

После безрезультатных выяснений, Дуэйн поднялся в спальню, что ему отвели. Некоторое время он ходил из угла в угол, в ожидании, когда входная дверь снова откроется и Ричард Стейнер войдет в дом. Но его не было. Его не было, наверное, около часа. Все это время Дуэйн думал о его псах и той девочки, что нашли разорванной. Но спустя какое-то время Дуэйн снова заснул, так и не дождавшись хозяина дома.

Глава 18

Глава 8

Утром Дуэйн спустился вниз. Пройдя на кухню, он заметил на столе записку:

« Стейки в холодильнике. Если хочешь, можешь взять пиво. Я на работе. Когда пойдешь домой или к старику Макензи, занеси мне ключ в магазин».

Дуэйн покрутил записку в руках, вспоминая события минувшей ночи. После пошел к холодильнику и достал себе банку пива. Весь дом был в его распоряжении. По всей видимости, Ричард Стейнер доверял ему, раз решил не будить с напоминанием, по типу: «ты спишь в чужом доме и пора бы тебе валить отсюда».

Он прошел в гостиную и сел на диван, включил телевизор и начал потягивать пиво, которое казалось ему очень вкусным. В таком положении он напоминал себе сорокалетнего, безработного семьянина, который прожигал свои дни только за таким занятием. Отчего-то он резко вспомнил о Маргарет. Он сомневался в том, что она переживала, а вот Клаудий скорей всего переживал. Главное, чтобы они не позвонили в полицию, он не хотел доставлять проблем Ричарду Стейнеру. Кроме того, он еще не придумал, что скажет им, когда придет домой – где он мог быть. Но это он придумает после.

Он опустошил банку пива, прежде чем решил, что пора отправляться к старику Макензи. Но сначала ему надо забежать в магазин и отдать ключи от дома хозяину.

Выйдя из дома и закрыв за собой дверь, Дуэйн подошел к тому вольеру, где ночью стоял Ричард Стейнер. Что он хотел там найти, он сам не понимал, но точно знал, что что-то здесь не то. Теперь вольер был заперт, запертый внутри пес мирно спал.

- Анхель! – позвал он. – Анхель, где ты?

Тишина. Как и всегда.

Сейчас ее хозяин был на работе. Она это знала и не собиралась выходить к чужаку. Если, конечно, он не был вором или кем-то вроде того. Но Дуэйна она знала. Знала, но не принимала, как и его волчонка. Смирившись с тем, что она все равно не отзовется, он еще раз оглянул все вольеры, и пошел по своим делам.

Глава 19

Глава 9

- Здравствуй, Юнгар, - Дуэйн потрепал за ухом далматинца, который сидел у магазина и верно ждал своего хозяина.

- Привет, Дуэйн, - поприветствовал его Ричард Стейнер, когда тот вошел в магазин. – Хорошо спал?

- Да, неплохо.

- Голова не болит?

Дуэйн мотнул головой.

- Она и не должна болеть, ты почти не пил, к тому же ты еще достаточно молодой, можешь пить и не болеть.

Дуэйн положил ключи перед Ричардом Стейнером и хотел спросить, куда тот ходил ночью, но в это время в магазин вошел мужчина.

- Здорово, Стейнер, слышал новость? – спросил он, даже не глядя на них, вместо этого он уверенно прошел к стеллажам с продуктами.

- Какую?

- Кто-то разодрал Генри Малика этой ночью.

- Он живой? – спросил Ричард Стейнер, провожая посетителя, на удивление, спокойным взглядом.

- Не-а. Туда без слез не взглянешь. Слабонервным и вовсе не рекомендую туда ходить. Кто-то там даже блеванул, но оно и не удивительно.

- Волки?

- Не знаю. Но думаю, твои собачки в опасности.

Дуэйн перевел взгляд на Ричарда Стейнера, но он не посмотрел в ответ.

- Какой ужас, - только лишь сказал он.

Некоторое время Дуэйн еще стоял возле кассы, надеясь на продолжение новости, которую принес мужчина, но он начал спрашивать про станки для бритья и жаловаться на раздражение, поглаживая себя по подбородку. Как будто то, о чем он говорил было обычным делом, и не имело особой важности.

Дуэйн покинул магазин, не сказав ни слова.

Глава 20

Глава 10

Дуэйна переполняли смешенный чувства. Ему было не понятно поведение Ричарда Стейнера. Сначала он уходит ночью из дома, ничего не объясняя, хотя, в принципе, он и не должен был. Одного из его псов нет, по крайней мере, он так предполагал. А утром находят разорванное тело какого-то Генри Малика. «Какой ужас» - вот какой была его реакция, но о чем он думал, говоря это, о бедном человеке или о том, что его псам могут навредить.

Но больше всего его потрясло поведение мужчины, который принес новость. Он говорил обо всем этом так просто, словно рассказывал анекдот, а потом перевел тему в свою сторону, спрашивая о том, что волнует его.

Дуэйну хотелось сходить на место трагедии, но мужчина не сказал, где именно это случилось. Город не большой и, очевидно, что возле этого человека собралось чуть ли не половина населения – полиция, скорая. Заметить такое будет не сложно. Но, возможно, или даже не возможно, а вполне вероятно, что это случилось намного раньше, чем мужчина пришел рассказать об этом. И тело уже успели собрать по кусочкам, и люди уже успели разойтись. Остались только разговоры и это все, что достанется Дуэйну.

На всякий случай он выбрал самый долгий путь к дому старика Макензи, но ничего не увидел и никого не встретил. Город опять был пуст. И только когда он почти пришел к нужному месту, его встретила встревоженная Пайпер.

- Ты слышал, что произошло? – воскликнула она, и, не позволив Дуэйну открыть рта, продолжила. – Собаки Ричарда Стейнера разорвали в клочья тело Генри Малика.

- С чего ты взяла, что это сделали его псы?

- Больше некому. Не надо сваливать все на волков, которые тут не причем.

- Ну, тогда какой-нибудь другой пес.

- Ричард Стейнер единственный, кто держит псарню. А, следовательно, только у него есть собаки. Эти ужасные, безжалостные звери.

- Это был не он, - пытаясь сделать уверенный голос, сказал Дуэйн.

- Откуда ты знаешь?

- Просто знаю и все.

- Кстати, ко мне сегодня приходила миссис Бенсон. Узнавала, нет ли тебя у меня дома.

- И что?

- Я сказала, что нет.

- Ну, и?

- Она волнуется за тебя.

- Серьезно? А когда она приходила к тебе, не заметила ли ты на ее лице надежды? Надежды на то, что, может быть, мы даже спим вместе. А когда ты сказала, что меня у тебя нет, ее лицо как-то странно изменилось. Ничего подобного не было?

Пайпер пожала плечами.

- Я сказала, что ты можешь быть у Чендлера.

- И она пошла к нему?

- Нет, она пошла домой.

- Кто бы сомневался.

- А где ты по-настоящему был?

- Какое твое дело?

- Слушай, я не дура и догадываюсь, где ты мог быть. Но послушай, Дуэйн, этот человек опасен и доверять ему нельзя. Ты спросил у него про ту девочку?

Дуэйн мотнул головой.

- Она была первой, потом этот мальчик. Кто знает, может, следующим будешь ты.

- А как, по-твоему, пропал Боб? Что с ним случилось?

- Я думаю, его съели, только не в городе, а за ним. Знаешь, иногда и такое бывает.

- Дай угадаю, его съели собаки Ричарда Стейнера?

- Все может быть.

- Ты же вроде не глупая, сама это сказала.

- Если собак не кормить, то они и друг друга есть начнут, знаешь, как крысы, которых пытаются истребить. Их ловят и садят в клетку без еды и воды. Когда они изголодаются, то начинают есть друг друга. И когда наконец остается одна, та, которой удалось съесть остальных, ее выпускают на волю и она, как охотник ищет свою добычу, своих сородичей, для того чтобы сожрать их. Точно так же и с псами. Как ты думаешь устраивают собачьи бои? Как ты можешь натравить одного пса на другого? Они просто голодные, вот и пытаются порвать друг другу глотку. Так думаешь, они не проделают тоже самое с людьми?

- Он кормит своих псов.

- Конечно.

Внутри Дуэйна закипала ненависть к этой девушке, но он лишь молча смотрел не нее. Вспоминая события минувшей ночи. Все больше и больше он начинал думать, что Пайпер может быть права. Но эти мысли совсем ему не нравились.

- Слушай, Дуэйн, я понимаю, ты считаешь его другом и пытаешься защитить, но подумай о себе…

- Пойдем, - резко оборвал ее Дуэйн. – Уверен, у нас много работы.

Глава 21

Глава 11

Пугало были завершающим этапом подготовки к Хэллоуину. Но, несмотря на это, эта работа была самой долгой и нудной. Дуэйн вырезал уже все головы, Пайпер уже составила всевозможные наряды, для этих чудовищ. В общем, оставалось только собрать их и примерить костюмы, после чего поставить каждого на свое место.

Именно этим они и занимались целый день. Дуэйну нравилась мысль, что он, скорей всего, находится в этом саду в последний раз, а после будет вспоминать его как самый неприятный сон. И впредь он постарается больше не болеть и в принципе не подпускать к себе Пайпер, чтобы жить спокойно и никому не быть чем-то должным. Его очень радовала мысль о том, что теперь он сможет спокойно ходить на площадку и играть в баскетбол вместе с Чендлером, которого он, к лову, давно не видел.

- Гномы, - сказала Пайпер.

- Гномы? – переспросил Дуэйн.

- Да, мы должны расставить по территории гномов. Просто, как дополнение ко всему.

Они снова направились в место, откуда Пайпер достала одежду для пугал и их самих вдобавок. Она начала выносить по одному и ставить перед Дуэйном. Маленькие, отвратительные. Почти все они были с длинной седой бородой и красных или синих колпаках. Жуть. Потому что выглядели они, наверное, еще более страшными, чем пугало.

- Может быть, я помогу тебе их выносить? – спросил раздражающе Дуэйн. Ему не терпелось со всем этим закончить, как можно скорее.

- Нет, не надо, - возразила Пайпер. – Осталось немного.

- Сколько?

- С десяток.

- Боже, - Дуэйн не стал слушать ее и нырнул в этот небольшой склад.

Атмосфера склада напомнила ему о подземельях, где хранят всякие магические колбы, какие-нибудь волшебники. На полках все было уставлено пробирками и банками с какой-то жидкость. Они напоминали удобрения, но Дуэйн ясно помнил, что старик Макензи категорически против всякого яда, для своих растений. Потом он увидел пустой угол, по всей видимости, именно там и хранились вещи для Хэллоуина.

- Я же сказала не надо мне помогать! – воскликнула Пайпер.

- Зачем столько банок? – спросил он. – Что в них?

- Удобрения.

- Но, вы же не используете удобрения.

- Для растений нет.

- Для чего еще можно их использовать? – от непонимания он нахмурил брови.

- Раз уж ты здесь, то помоги мне вынести их.

Дуэйн с недоверием еще раз взглянул на колбы и взял в руки одного из гномов.

- Знаешь, что еще странно? – сказал он, ставя гнома на землю. – Вы не используете пугал по назначению, а делаете это только на Хэллоуин, когда охранять нечего.

- Дуэйн, мы делаем все правильно, - просто сказала она.

После того как пугало были готовы и их вместе с гномами расставили по местам, старик Макензи пригласил Пайпер и Дуэйна к столу в беседке на чай. По началу, Дуэйн хотел отказаться, ведь теперь он со спокойной душой мог покинуть это место и не возвращаться сюда больше, но от чего-то решил, что правильно будет выпить с ними чаю. К тому же теперь он знал, какой он вкусный.

Когда Пайпер и Дуэйн подошли к беседке, то там уже все было готово. На столе стояло три чашки чая, сахар и печение. Почему-то именно в этот момент Дуэйн решил, что его хотят отравить.

- Хочется выразить тебе большую благодарность за помощь, Дуэйн, - проговорил старик Макензи. – Без тебя мы бы еще долго здесь возились.

- Не за что. Спасибо за имбирный чай, который помог мне выздороветь, - сказал Дуэйн, но не искренне. Этими словами он хотел подчеркнуть, что если бы не этот чай, то добровольно он бы не пришел к ним на помощь.

- Пайпер сказала, что ты не ночевал дома. Должно быть, твои родные очень волнуются.

- Я так не думаю. Хотя папа, возможно.

- А как же миссис Бенсон?

- Миссис Бенсон надеялась, что найдет меня в одной постели с Пайпер.

В этот момент девушка растерялась, опустила глаза и густо покраснела. Дуэйн подумал, что так ей и надо.

- Что ты ей скажешь, когда придешь домой?

- Не знаю.

- Она будет злиться.

- Возможно.

- Сделай для нее что-нибудь приятное, - тихо сказала Пайпер.

- Зачем?

- Чтобы она не так сильно злилась. Что она любит?

Дуэйн задумался. Он почти ничего не знал о своей матери, кроме того, что она любит белые лилии.

- Правда? Она любит эти цветы? – переспросила Пайпер.

- Да, но они не растут в ее саду.

- Может быть, твоя мама любит что-то еще? – спросил старик Макензи, в его голосе слышалось беспокойство.

- Я знаю только про это.

- Что ж, по такому случаю, я могу дать тебе немного лилий, - старик Макензи говорил, опустив глаза вниз, как будто не желая смотреть на своего собеседника. – Они растут у пруда. Возьми немного и подари своей маме, - сказав это, он встал из-за стола и так же, не поднимая на Дуэйна глаз, ушел.

- Что это с ним? – спросил Дуэйн, провожая его взглядом.

Пайпер пожала плечами.

- Ты можешь взять лилии.

- Поможешь их срезать?

- Нет, - резко и как будто испугано, проговорила она.

- Тогда дай мне что-нибудь, чем я могу их срезать.

- Возьми нож, которым вырезал лица у пугал.

Дуэйн пошел к месту, где недавно вырезал лица и поднял нож с земли. Покрутив его в руках, он подумал, что это бред. Он никогда не дарил цветы матери и не имел такого желания. Но, может быть, если он их ей принесет, то получиться избежать очередного скандала.

Он подошел к лилиям и срезал пять стебельков. Пайпер в это время стояла к нему спиной.

- Все, - сказал он.

- Хорошо, - сказала она не поворачиваясь. – А теперь иди домой. Сделай своей маме приятно, она это заслужила.

Несколько секунд Дуэйн рассматривал спину девушки, думая о том, что их поведение какое-то странное. Но потом решил, что его это не касается и покинул территорию старика Макензи. Как ему казалось, навсегда.

Глава 22

Глава 12

Когда Дуэйн шел домой, сжимая в руках белые лилии, мимо него проехала полицейская машина. За все время это был первый автомобиль, который он встретил. Офицер, сидящий за рулем, посмотрел ему прямо в глаза, потом на цветы, потом снова в глаза. Сначала Дуэйн подумал о том, как хорошо быть полицейским, а после вспомнил, по какой причине он их встретил. Перед его глазами возник образ разорванного Генри Малика, он понятия не имел, как он выглядел при жизни и как он выглядел разорванным, но в его воображении все было так, словно он видел его пять минут назад еще живым, а после его разорвали, прямо на его глазах.

Дуэйн подумал о том, что в саду за работой и за чаем, они ни разу не затронули эту тему, словно, ничего этого и не было или было не таким важным.

Проходя мимо дома Ричарда Стейнера, Дуэйн слышал, как воет Эверест. Сейчас хозяин дрессирует своих псов и, наверное, ждет, когда Дуэйн зайдет к нему в гости. Но Дуэйн даже не думал останавливаться. Он хотел увидеть своего волчонка, но решил, что ему надо разобраться с мыслями, прежде чем снова смотреть в глаза человеку, который этого волчонка приютил. Он не понимал почему такое происходит, и ему даже было стыдно, но отчего-то он не мог полностью доверять хозяину псарни.

Когда он уже стоял около дома, сердце его начало бешено колотится. Рядом с домом он увидел автомобиль Клаудия, который уже давно должен был вернуться с работы. Больше всего он боялся не воплей Маргарет, которую, возможно, задобрят цветы. Больше всего он боялся отца, который понятия не имел, почему его сын не ночевал дома. Конечно, он спросил об этом у Маргарет, но она могла сказать ему что угодно, но, безусловно, в свою пользу. Чем больше он тянул, стоя под окнами своего дома, тем больше у него тряслись коленки. Он и не знал, что не возвращаться домой может быть так просто, а вот вернуться назад уже сложнее. Но, как ни крути, сделать это надо. Набравшись смелости, он все же вошел внутрь своего дома.

Родители находились на кухне. Клаудий сидел за столом, а Маргарет стояла у плиты.

- Дуэйн! – воскликнул отец, когда увидел сына.

- Явился? – обернулась на него Маргарет, но Дуэйн на нее даже не взглянул, совершенно забыв, что держит в руках букет. – Это лилии? – воскликнула она. – Белые лилии?

- Да, для тебя, - холодно сказал он.

- О, Дуэйн, это так мило, - она вытерла руки о фартук и подошла к сыну, чтобы забрать букет. – Спасибо, дорогой. Пойду, приготовлю вазу.

Как и говорила Пайпер, Маргарет была довольна и совсем забыла о том, что ее сын не ночевал дома.

- Какого черта, Дуэйн? – Клаудий пристально смотрел ему в глаза. – С каких это пор ты не ночуешь дома? Да, и ладно, если ты пошел к другу, ты мог хотя бы предупредить? Где ты был, Дуэйн?

- У Чендлера, - соврал Дуэйн. – Разве мама не сказала?

- Я места себе не находил. А когда узнал про этого паренька… как его?

- Генри Малик.

- Я вообще чуть с ума не сошел. Знаешь, что сразу возникло в моей голове? Образ моего собственного сына, чье тело разорвано на части и лежит в луже собственной крови.

- Прости, пап, - виновато, как пятилетний мальчишка, сказал Дуэйн.

- Что твое прости. Главное, что ты цел.

В этот момент на кухню вошла Маргарет. В руках она держала вазу с букетом подаренных ей цветов.

- О чем разговариваете? – беспечно спросила она.

- О разорванном мальчике, - сухо бросил Дуэйн и пошел наливать себе кофе.

- Это ужасно. Пайпер говорит, что это этот сумасшедший Ричард Стейнер сделал, точнее его бешеные псы.

- А откуда Пайпер может об этом знать? – спросил Клаудий. – Она что рядом стояла?

- Нет. Конечно, нет. Просто, кто еще на такое способен?

- Волки.

- Пайпер говорит волков больше нет.

- А ты больше слушай эту Пайпер, - вспылил Дуэйн. – Куда они могли деться? Волки отсюда не уходят, этот город для них как второй дом. Есть времена, когда их очень много, а есть периоды затишья, но это не значит, что их нет совсем.

- Пайпер живет здесь всю жизнь и ей, наверное, лучше знать, - парировала Маргарет.

- Хорошо, пусть так. Полиция со всем разберется, - сказав это, Дуэйн поспешил в свою комнату.

- Вот и запрись там. Сегодня из дома ты не выйдешь. Ты наказан! – крикнула она ему вслед.

В ответ Дуэйн лишь усмехнулся так, чтобы она это услышала.

Глава 23

Глава 13

На следующий день после произошедшего кошмара началось расследование по делу разорванного тела Генри Малика. В связи с тем, что Маргарет запретила Дуэйну выходить из дома без причины, Дуэйн нашел причину, сказав, что идет к старику Макензи, куда его якобы в очередной раз позвала Пайпер. На его счастье, об обмане узнали тогда, когда он вернулся домой и увидел Пайпер, сидящую у них в гостиной. Дуэйн не стал ничего объяснять и слушать нотации матери, он просто поднялся в свою комнату и закрыл дверь.

Дуэйн прекрасно понимал, что первым делом полиция навестит первого подозреваемого – Ричарда Стейнера, который обладал, как минимум девятью потенциальными убийцами.

- Что вы будете делать? – спрашивал Ричард Стейнер у человека в белом халате – ветеринара.

- Мы должны проверить полость пасти ваших питомцев и их кал, - ответил доктор.

- На наличие следов человечины? Вы же понимаете, что мои псы здесь не причем? Они не выходили из вольеров.

- Мы может и понимаем, что вы вряд ли к этому причастны, но ваши соседи считают иначе. Мы обязаны это сделать. И если вы уверенны в своих псах, то просто помогите нам сделать свое дело. А кто этот мальчик? – спросил доктор, когда Ричард Стейнер попросил его открыть вольер.

- Он помогает мне по уходу за псами и с дрессировкой.

Доктор как-то странно взглянул на Дуэйна, но больше ничего не сказал.

Ни для кого не было удивлением сопротивление псов. Хоть они и слушались своего хозяина, взять анализ полости пасти было сложно. С горем по полом анализы взяли у всех, кроме Анхель. Анхель была единственной, кто не подпускал к себе даже хозяина, как бы он ее не уговаривал. Такой агрессивной ее видели в первый раз. Она и без того всегда была злее остальных, но то, что делалось с ней сейчас было странным, словно она заразилась бешенством.

- Что нам с ней делать? Нам нужны анализы всех собак, – говорил доктор.

- Я понимаю, но ничего не могу сделать.

- Пока что она самая агрессивная среди всех ваших псов.

- Я это заметил. Но подумайте сами, если бы я хотел, чтобы кого-то собирали по кускам, я бы поручил это более опытному специалисту, - он указал на вольер с бойцовскими псами.

- Справедливо. Но если она всегда такая…

- Нет, не всегда.

- Хорошо, в любом случае мне нужен еще кал от ваших псов, уж это, я не сомневаюсь, она нам предоставит, и, я думаю, этого будет достаточно.

- Не сомневайтесь, - произнес Ричард Стейнер.

Спустя пару дней пришли результаты анализов, и участие псов в зверском преступлении не подтвердилось.

Полиция и органы власти больше не имели к Ричарду Стейнеру никаких претензий, в отличие от Дуэйна, который сам не зная почему, теперь не верил в невинность своего друга.

Глава 24

Глава 14

Двадцать девятого октября Дуэйн целый день провел на баскетбольной площадке вместе со своим другом Чендлером Шейком. Погода была теплой, но народу было мало, потому что в школе начиналась подготовка по какому-то экзамену, который должен был быть после выходных. Многие сидели дома и готовились. Дуэйн не готовился, потому что был уверен, что все знает, а Чендлер даже не пытался начинать что-то учить, потому что заранее знал, что все завалит.

- Третьего ноября, у меня день рождения, - говорил Чендлер, делая дриблинг. – Я бы хотел тебя видеть.

- Много будет народу?

- Нет. Позвал пару пацанов с площадки и так знакомые. Некоторых ты не знаешь, но это не проблема, я думаю.

- Конечно, не проблема. Я приду, будь уверен, - улыбнулся Дуэйн.

Глава 25

Часть третья

Имбирные человечки

Глава 1

Утром тридцать первого октября, Дуэйн принял душ, позавтракал в компании своего отца, у которого был выходной и решил, что пора бы ему подобрать подарок для восемнадцатилетия своего друга.

Ближайшей дорогой к спортивному магазину был путь через магазин Ричарда Стейнера, с которым он виделся всего несколько раз со дня его рождения. И то, поводом для посещения его дома, был Эверест, по которому он очень скучал и знал, что волчонок ждет его с нетерпением. Дуэйн очень не хотел видеться с самим хозяином псарни, поэтому он почти всегда выбирал путь на десять минут дольше, который, к еще большему преимуществу, обходил стороной дом старика Макензи. А это значит, что никаких подозрительных взглядов в сторону друга и объяснений, почему Дуэйн не может зайти к нему сегодня. Хотя Ричард Стейнер и сам прекрасно понимал почему Дуэйн обходит его стороной. Он был первым подозреваемым даже для него. И, что более радовало Дуэйна, так это то, что по этой дороге он не встретит никакой доставучей Пайпер. Он думал, что она отстанет от его семьи надолго, после того как он закончит работу в их саду. Или скорее от него, потому что Маргарет все равно находила повод пригласить ее к ним в гости. Пайпер приходила к ним почти каждый день, но Дуэйн делал вид, что не замечает ее.

За это время, то есть почти за весь октябрь, Дуэйн и Маргарет ругались не так часто как раньше, примерно три раза в неделю. Поводы для этого, конечно, были.

Во-первых, Маргарет не устраивали оценки Дуэйна. За всю свою жизнь он никогда не был отличником и кроме того никогда не преследовал такой цели. Высокие баллы не были в его приоритете, поэтому если он получал средний балл, то был доволен, если ниже среднего, то, как минимум не расстраивался, потому что ему было абсолютно все равно. Чтобы поступить в полицейскую академию, ему нужна была хорошая физическая подготовка, а к вступительным экзаменам он подготовится основательно и никакие текущие баллы ему не помешают. Но Маргарет это, конечно, бесило. Раньше она не так категорично относилась к оценкам своего сына, как, в прочем, и не особо следила за его успеваемостью в принце. Но после того как она узнала, что Пайпер сходит с ума от того, что ей поставили хотя бы на балл ниже, чем она заслужила, Маргарет пересмотрела свои приоритеты. В планах Пайпер было поступать в какой-то крутой университет в большом городе, отучиться там и вернуться назад, к своему старику, который вряд ли доживет до ее выпускного. Для того чтобы туда поступить ей нужны были высокие баллы по всем предметам и тогда бюджетное место ей обеспеченно. В голову Маргарет взбрело, что и ее сын должен обучаться в университете. Ей было совершенно безразлично на каком факультете, лишь бы просто поступить. Полицейская академия, с которой до недавнего времени она была согласна, стала чем-то вроде последнего места, куда стоит идти учиться. А все от того, что Маргарет желала своему сыну лучшего будущего.

Во-вторых, Дуэйн очень редко появлялся дома. Утром отец завозил его в школу, а после школы Дуэйн шел на площадку, после чего, но теперь реже, мог зайти к Ричарду Стейнеру. Чаще всего он приходил домой как раз в то время, когда возвращался его отец с работы. Тогда они вместе ужинали, смотрели телевизор, делали какие-то общие дела по дому, а после Дуэйн шел учить уроки. В общем, получается, что с матерью он почти не виделся. Но Маргарет задевало не это. Она вдруг решила приучить его к саду. Раньше, когда они жили в старом доме, она никогда не заставляла его работать в саду. Она понимала, что если человек не хочет чем-то заниматься, то он и не сможет это делать, по крайней мере, хорошо. Так же она знала своего сына. Если его заставить, то он сделает все, чтобы больше ему не пришлось это делать, а, следовательно, он начнет все только портить. Но сейчас ее мнение изменилось. Она считала, что сад, это как их семейная традиция, которая должна передаваться из поколения в поколение и Маргарет просто обязана обучить сына всему, что знает сама.

Клаудий с каждым разом старался все меньше обращать внимания на их конфликты. По всей видимости, он просто окончательно принял тот факт, что по-другому его жена и сын жить не умеют.

В остальном у Бенсонов все было нормально. Они обжились, познакомились со всеми соседями и даже пару раз Клаудий водил свою жену на корпоратив, который устраивала организация, где он работал. В общем, все у них было хорошо. До определенного времени.

Глава 26

Глава 2

Спортивный магазин имел небольшое здание. Внутри оно было разделено на отделы для каждого вида спорта. Множество раз Дуэйн приходил в этот магазин с Чендлером, и теперь он мог с закрытыми глазами найти отдел с баскетбольным инвентарем.

Проблем с выбором подарка у Дуэйна не было, он сразу знал, что подарит своему другу. Чендлер неоднократно говорил о том, что ему необходима еще одна форма, желтого цвета. Почему желтого Дуэйн не знал, но желание друга учитывал. Он сразу же нашел раздел с одеждой и стал искать подходящий размер. Он выбрал четыре баскетбольные формы без определенного логотипа и пошел в примерочную комнату. Чендлер был чуть выше Дуэйна. Примеряя форму на себя, он почти сразу выбрал то, что точно должно было подойти его другу.

По пути домой Дуэйн зашел в еще один магазин, где купил подарочную коробку. Дома он аккуратно, не без помощи отца упаковал подарок и завязал подарочной лентой.

После этого Дуэйн решил встретиться с Чендлером.

Глава 27

Глава 3

Чендлер Шейк жил с матерью Пенелопой Шейк и младшим братом Данилом Шейком. Отец мальчиков умер от туберкулеза, когда Чендлеру было восемь лет, а Даниилу пять. Летом семнадцатилетний Чендлер подрабатывал, где придется, в то время как младший брат по большей части следил за домом, пока мать на работе. Бедно они не жили. Пенелопа Шейк была адвокатом и мечтала открыть свою компанию, но после смерти мужа эти мечты пришлось отложить, потому что он был для нее поддержкой и опорой, без которой, как она думала, ей не справиться. Но мальчики всячески подбадривали мать, и внушали ей то, что, в конце концов, она создаст свою компанию, а они ей помогут, если потребуется. Младший сын Даниил был увлечен адвокатурой не меньше матери, в будущем он хотел стать лучшим адвокатом в стране, поэтому перспектива собственной юридической компании Шейков привлекала его больше чем брата. С амбициями у этой семьи все было в порядке. Чендлер хоть и не хотел связывать свою жизнь с юридической направленностью, тоже мечтал иметь лидирующую роль, но только в баскетболе. Эта игра была его страстью, он мечтал быть похожим на Майкла Джордана, развешивал его плакаты по всем комнатам и даже немного жалел о том, что родился белым. Хоть его мысли и были, весьма, расистскими, якобы черные играют в баскетбол лучше, его это нисколько не смущало.

Именно поэтому Чендлер почти все свое время после работы и школы проводил на площадке, а в городе он, безусловно, считался лучшим игроком, и легко мог втянуть в игру любого, как это было с Дуэйном.

Подойдя к дому, Дуэйн постучал в дверь. Некоторое время ему никто не открывал, и он уже подумал, что надо было идти сразу на площадку, очевидно, Чендлер уже там. Но, когда он уже решил уйти, дверь открылась. На пороге стоял светловолосый, пока еще не высокий парень в белой футболке.

- Чендлера нет, - сказал он серьезным тоном.

- Я уже понял, что он на площадке, - ответил ему Дуэйн.

- Там его тоже нет.

- Тогда где он?

- Мы не знаем. Он не ночевал дома.

Некоторое время, Дуэйн молча смотрел на парня.

- Ну, ты же предполагаешь, где он может быть.

- Все места, где он мог быть, я обзвонил. Вам я тоже звонил, ответила твоя мать, сказала, что у вас его тоже не было. Его нигде нет, где бы я не искал.

В голове мелькнула мысль о том, что Маргарет даже не удосужилась сказать ему о звонке Шейков.

- Как давно он ушел?

- Вчера после школы пошел на площадку. Больше мы его не видели.

- Не мог же он сквозь землю провалиться. Что говорит миссис Шейк?

- Она уже сообщила в полицию, но нам сказали, что надо подождать еще, вдруг он забухал где-то и опохмеляется, к вечеру вернется. Но Чендлер никогда не пил, даже не пробовал.

- Вы не ругались?

- Нет. Причин сбегать из дома не было.

- А раньше такое было?

- Нет.

Дуэйн кивнул головой.

- Если увидишь его, дай знать. Я знаю Чендлера, он бы не ушел никому не сказав.

- Конечно.

Дверь закрылась.

Некоторое время Дуэйн еще стоял, глядя на закрытую дверь. После вышел на проезжую часть и стал думать, где может быть его друг, который уже стал таким близким.

Не так давно, около месяца назад и он не ночевал дома, но на следующий день пришел, и больших проблем с его отсутствием не было, кроме того, что Клаудий начал переживать. Но никто не вызывал полицию и не организовывал его поиски.

Наверное, не стоило так сильно переживать из-за Чендлера, парень просто не пришел домой, он подросток, это нормально – не появляться дома одни сутки. Но что если он совсем не вернется?

В голове сразу появилась картина: он лежит разорванный на части в луже крови. Его находят мать и брат, после на место происшествия съезжаются полиция и скорая помощь. Тело увозят. Гроб закрыт.

- Я должен найти его, - говорил Дуэйн вслух сам себе. – И я найду его.

Глава 28

Глава 4

Стоя возле магазина, которым владел Ричард Стейнер, Дуэйн долго не мог решиться войти. Дуэйн как будто бы боялся. Или, если не боялся, то точно опасался. Но какой вред ему мог нанести человек, которому он доверял? А вдруг Пайпер права? Нет. Даже если так, Дуэйн ни за что не примет ее правоту и если придется он встанет на сторону убийцы. Хотя в глубине души он все же надеялся, что Ричард Стейнер не способен спускать своих псов, для того чтобы те разрывали людей на части.

В магазине было коло трех человек, и все они находились у самых дальних стеллажей, поэтому никто не мог слышать их разговора.

- Здравствуй, Дуэйн. Давно не виделись, - проговорил владелец магазина.

- Я был занят.

- Я понимаю, - было очевидно, что Ричард Стейнер чем-то огорчен или обижен. И Дуэйн прекрасно понимал в чем дело. – Что привело тебя сюда? Ты же не за продуктами пришел.

- Чендлер пропал.

Что-то промелькнуло в глазах мужчины.

- Давно?

- Сегодня он не ночевал дома.

- Так это нормально в вашем возрасте.

- Нет. Он пропал.

- Откуда такая уверенность?

- Чендлер не пропускает тренировки. Его цель высшая лига. Даже если бы он не ночевал дома, на площадку бы он пришел.

- Что ты от меня хочешь?

- Я хочу найти его.

- Хорошо, я спрошу по-другому. Чем я могу помочь?

- Мне нужна Анхель.

- Ты хочешь искать с помощью гончей?

- Звучит логично, не правда ли?

Ричард Стейнер на минуту задумался.

- Она никуда с тобой не пойдет и не потому, что я не разрешу, а потому что она такая, сучка с характером. Тебе ли об этом не знать.

- А еще она очень злая и способна разорвать на куски любого, - сказал Дуэйн, но тут же пожалел о своих словах.

- Да, - спокойно сказал хозяин магазина, - она очень злая, но на человека без причины она даже не взглянет. И с тобой она вряд ли пойдет.

- Тогда пойдем с нами.

- Нет. У меня работа.

- И все-таки я могу ее взять?

- Если получиться.

- Спасибо.

- Дуэйн, мне надо тебе кое-что сказать, - тихо, почти шепотом начал Ричард Стейнер. – Это очень важно, поэтому… - Но в этот момент к кассе приближалась женщина с полной корзиной продуктов. Продолжать разговор не было возможности. – Будь осторожен, - сказал он и улыбнулся покупательнице.

Дуэйн покинул магазин.

Глава 29

Глава 5

Как только Дуэйн зашел на территорию Ричарда Стейнера, Эверест сразу накинулся на него со своими объятиями. Они не виделись около недели и довольно наскучались друг по другу. Эверест рос быстро. Вообще-то Дуэйн не знал, с какой скоростью растут волчата и когда их рост достигает своих пределов, но Эверест уже напоминал крупного волка, несмотря на то, что еще считался щенком.

- Я тоже рад тебя видеть, малыш, - сказал Дуэйн, трогая его за его волчьи, мохнатые уши. – Прости, что так долго не приходил. Обещаю скоро я приду и проведу с тобой хоть целый день, а сейчас мне немного некогда. Я должен кое-кого найти и кое-кто из вас должен мне в этом помочь. Я бы взял тебя, моего верного друга, но ты волк, а не ищейка. Хотя может и у волков есть такая способность, я просто не знаю. Но ты не обижайся.

Дуэйн обвел взглядом все вольеры. Анхель редко сидела в клетке, в отличие от других, не считая далматинца, она была вольной дамой и самой умной среди всех остальных.

- Анхель! – позвал ее Дуэйн. – Анхель, иди сюда.

Он ждал, глядя по сторонам, в надежде увидеть эту белоснежную особу. Но она не желала выходить, где бы она ни была.

- Конечно, Анхель, я же не твой хозяин, меня можно не слушать, - разочарованно проговорил Дуэйн. – Мне нужна твоя помощь, Анхель. Я друга потерял. Никто кроме тебя мне не поможет. Просто покажи мне где он, ты же можешь, я знаю.

Дуэйн уже окончательно разочаровался в своей затее, прекрасно понимая, что без Ричарда Стейнера ему не справиться, как неожиданно, неизвестно откуда взялась ее белая, статная фигура. Только она и не думала подходить к нему. Она наблюдала за ним со стороны, как детектив, который следит за возможным преступником.

Дуэйн улыбнулся.

- Я надеюсь, ты пойдешь со мной? Покажешь, где мой друг?

Анхель не спускала с него своего пронзительного взгляда.

- Хорошо, - сказал он. – Говорят молчание – знак согласия. Не знаю, относится ли это к собакам.

Дуэйн пошел к двери, которая закрывала ограду Ричарда Стейнера, открыл ее и посмотрел на Анхель. Она сидела неподвижно несколько секунд, после встала, как сама королева своего рода и грациозно пошла следом. Но как только они вышли за территорию она села, также статно и посмотрела на Дуэйна.

- Что такое? – спросил он, надеясь, что она тут же возьмет след и спустя некоторое, недолгое время, они найдут пропавшего друга. – Почему ты села? Что не так?

Дуэйн еще некоторое время прокручивал в голове эти вопросы, пока не понял, что собака не может найти человека, стоит ей назвать только его имя. Тогда он стал думать, где достать вещь Чендлера, чтобы Анхель смогла взять след.

После длительных размышлений, Дуэйн вспомнил, что в комнате у него лежит бейсболка баскетболиста, которую тот оставил в доме Бенсонов еще месяц назад. Каждый раз, когда Дуэйн хотел вернуть ему бейсболку, то забывал ее дома, отвлекаясь на какие-то иные вещи. Чаще всего это было раздражение и желание поскорее уйти из дома, чтобы не слушать Маргарет.

Глава 30

Глава 6

На счастье, дома никого не оказалось. Клаудий в свой заслуженный выходной поехал заниматься какими-то личными делами, наверняка, взяв с собой жену, потому что Маргарет не было даже в саду.

- Анхель, - обратился Дуэйн к собаке. – Я должен взять вещь человека, которого мы ищем. Ты должна сидеть здесь и ждать меня.

Анхель смотрела на него так, словно, он говорил самые очевидные вещи, и она, совершенно, не нуждалась в этих приказах.

- Хорошо, - сказал он, когда собака снова приняла грациозную позу. – Ты молодец, Анхель, – сказав это, он поспешил в дом.

Не обращая внимания ни на какие препятствия, типа посуду, которую он должен был помыть, стулья, которые они с отцом не задвинули после завтрака, он рванул в комнату. К счастью, в его комнате был полный порядок и найти то, что нужно не составляло труда. По крайней мере, так казалось Дуэйну.

Он так сильно торопился, что не мог сфокусировать свое зрение на чем-то конкретном. За это он злился на себя и торопился еще больше, как будто Анхель надоест ждать и она уйдет.

Дуэйн знал, что Анхель самая злая собака среди всех остальных. И сейчас она сидела около его дома без поводка и самое главное без намордника. Спровоцировать ее могло что угодно, а значит оставлять ее одну, было большим риском. Несмотря на то, что Ричард Стейнер сказал, что спровоцировать ее трудно, злая собака была до невозможности спокойной с защитой от любых манипуляций. Многие в этом городе ненавидели собак, именно его собак. Поэтому Дуэйн быстро поменял свое мнение и стал переживать за Анхель больше, чем за людей, которые могли ее спровоцировать.

В один момент Дуэйн услышал звук, приближающийся машины. Сомнений не было – Клаудий, если повезет – один, если нет, то добро пожаловать новый и очень громкий скандал. Дуэйн выглянул в окно. Клаудий был один. Дуэйн выдохнул и продолжил поиски, думая о том, что если Маргарет не с ним, то она может прийти в любое время и он этого уже не услышит. Или напротив, услышит ее бешеные крики.

Открыв шкаф с собственной одеждой, Дуэйн стал смотреть на полки, и на одной из них была бейсболка Чендлера. Дуэйн понятия не имел, как она так оказалась, но теперь это значения не имело. Он пулей вылетел из комнаты и оказался на улице еще до того как Клаудий подошел к крыльцу.

Анхель сидела смирно, как статуя, казалось, она даже не меняла позы. Тогда Дуэйн по-настоящему с облегчением выдохнул.

- А это у нас кто? – спросил Клаудий, когда увидел собаку.

- Анхель, одна их собак - убийц Ричарда Стейнера, - ответил Дуэйн, только сам не понимал, пошутил он или сказал правду.

- Гончая?

- Бийи, - кивнул Дуэйн.

- Красивая.

- Нам бы такую, да?

- Тогда нам придется жить на улице вместе с ней, - усмехнулся Клаудий. – А ты куда собрался? Выгуливать ее?

- Чендлер пропал.

- Чендлер Шейк – твой баскетбольный друг?

Дуэйн кивнул.

- Что случилось?

- Не вернулся домой.

- Было время, и ты не возвращался домой, но ничего страшного не произошло.

- Я не знаю, пап. У меня просто плохое предчувствие.

- А с семьей его ты говорил?

- От них и узнал.

- Что они говорят?

- Они обратились в полицию, но им отказали, сказали, прошло еще мало времени.

- Возможно, они правы. В любом случае у них есть опыт.

- Ладно, хорошо. У меня нет времени.

- Так ты хочешь, чтобы гончая его нашла?

- Хотя бы попыталась.

- Будь осторожней, сынок. Хочешь, я пойду с тобой?

- Нет, я хочу, чтобы ты не говорил об этом маме.

- Не скажу, а ты обещай, что с тобой все будет в порядке.

- Конечно, - улыбнулся он.

Дуэйн дождался пока Клаудий войдет в дом, после сел на корточки рядом с гончей.

- Это его вещь, - сказал он ей, показывая бейсболку. – Ты же знаешь, что делать?

Анхель посмотрела на него своими большими, карими глазами и стала обнюхивать вещь Чендлера Шейка. Дуэйн в этот момент молился, чтобы запах сохранился, и ничего ее не отвлекало от поисков его друга. После того как Анхель обнюхала бейсболку Чендлера, она начала смотреть по сторонам, как будто бы выбирая направление, куда надо идти. Спустя мгновение она его выбрала и не спеша, как будто бы делая одолжение Дуэйну, повела его. Дуэйн покорно последовал за ней.

Они шли по той дороге, по которой Дуэйн всегда ходил в магазин к Ричарду Стейнеру. Сначала Дуэйну даже показалось, что она ведет его к своему хозяину. Но, когда они прошли магазин мимо, да так, что Анхель даже не обратила внимания, на вечно ждущего Юнгара, Дуэйн понял, что они должны быть на верном пути.

Анхель шла неспеша, казалось, она обнюхивала каждый камень, каждый сантиметр дороги. Со стороны могло показаться, что Дуэйн просто выгуливает собаку, поэтому он даже не переживал о том, что кто-то может что-то заподозрить. Хотя сейчас собак старались остерегаться, особенно если знали, что это собаки Ричарда Стейнера. Кровожадные, безжалостные монстры, которых он выращивает на своей псарне.

- Дуэйн? – от этого голоса у него по спине пошли мурашки. – Что ты здесь делаешь? - Маргарет стояла позади него с пакетом из хозяйственного магазина, где, по всей видимости, брала что-то для сада. – И что это за животное рядом с тобой?

Анхель шла не останавливаясь. Она была настолько сосредоточена на своей работе, что, казалось, даже ядерный взрыв по близости не смог бы привлечь ее внимание. Дуэйн не мог себе позволить отстать от нее хоть на пару шагов.

- Это собака, мам, - ответил ей Дуэйн, на мгновение остановившись.

- Я вижу, что это собака. Что ты с ней делаешь?

- Как видишь, иду рядом.

- Последние события тебя не пугают? Хочешь чтобы мы с отцом нашли тебя разорванным, как того бедного мальчика?

- Я в ее компании уже минут тридцать и еще целый. Или ты думаешь, что у собак есть какое-то специальное место, где они разрывают людей, так называемый ритуальный стол?

- Поговори мне еще, Дуэйн, - раздраженно сказала Маргарет. – Делай что хочешь.

- Кто бы сомневался, - бросил он и поспешил за Анхель.

Они шли около десяти минут. За это время Анхель ни разу не подняла голову и даже не остановилась, чтобы усомниться в том, верный ли путь она выбрала. Зато Дуэйн начинал сомневаться, когда она во второй раз завела его на улицу, где жила Пайпер. К дому девушки она не подходила, зато конечной ее точкой стал дом старика Макензи. Она грациозно подошла к его забору и села, глядя на маленький дом в центре.

- И что? – спросил Дуэйн, подходя к собаке. – Он здесь?

Он с сомнением посмотрел на дом. Чендлер знал, что Дуэйн помогал старику Макензи в этом саду, но он никогда здесь не был. К тому же его, как и Дуэйна не привлекала перспектива выращивать сады. Но самое главное он ненавидел Пайпер.

Если он все же находился в этом саду, то почему не ночевал дома? За все время, пока Дуэйн здесь работал, ему ни разу не предложили войти в дом. Тогда где ночевал Чендлер?

Все было странно. Дуэйн ничего не понимал, но выход из этой ситуации он нашел.

- Сиди здесь, Анхель, не привлекай ничьего внимания, постарайся быть собакой-ниндзя в случае чего. Я должен кое-что проверить.

Собака, не меняя грациозной позы, смотрела на Дуэйна своим проницательным, умным взглядом.

- Вот и умница, - улыбнулся он.

Дуэйн в первый раз зашел в сад без приглашения, кроме того он прекрасно понимал, что его там никто не ждет. Ведь не описать было словами, какую радость он испытал, когда понял, что ему больше не придется ходить сюда. Поэтому его появление здесь явно будет неожиданным.

Он прошел по асфальтированной дороге, возле которой стояли все еще не до конца голые деревья. Где-то все еще цвели цветы, казалось, они даже не собираются увядать, и снег будет таять, не долетая до них, падая на лепестки теплой небесной водой. А значит зима в саду старика Макензи не наступит никогда.

Сегодня тридцать первое октября, а значит впереди Хэллоунская ночь. Дуэйн и не вспомнил бы об этом, если бы не пугало, что смотрело на него своими пустыми, мертвыми глазами, которые он сам вырезал. Он увидел только двоих из десяти. И стояли они не в самых удачных местах – среди деревьев. Их сложно было заметить, но если ты встретился с ними взглядом, то все тело пробирала дрожж. Дуэйн старался больше на них не смотреть. Причем он заметил, что, когда он их делал, они были не такими пугающими, но сейчас в них что-то явно переменилось.

Когда он, наконец, вышел к дому, то не услышал ничего кроме тишины. Как будто ни одной живой души здесь не было. Тогда он направился к беседке – пусто. Он обратил внимание на лилии, которые до сих пор не увяли. Он вспомнил, как срезал их и дарил маме. Вспомнил странное поведение старика Макензи и Пайпер в этот момент. И вспомнил, как обрадовалась Маргарет, совершенно позабыв, что ее сын не ночевал дома.

Дуэйн обратил взгляд на дом, полагая, что они могут быть внутри, но потом услышал какой-то шум за ним, как раз там, где располагался склад со странными удобрениями и набором для пугал. Он неспеша обошел дом и увидел старика Макензи, сидящего на каком-то деревянном стуле без спинки. Рядом с ним была Пайпер, которая что-то ему показывала. Увидев Дуэйна, она на мгновение замешкалась, после чего расплылась в улыбке.

- Дуэйн! – воскликнула она. – Не ожидали, тебя здесь увидеть.

Старик повернулся не сразу.

- Ты уж извини нас, дружок, - сказал он, когда полностью показал Дуэйну свое лицо. – Сегодня хэллоуинская ночь, мы готовимся к этому событию.

- Ты видел пугал?

- Да, встретил парочку.

- А представь, как это понравится людям, которые будут проходить мимо, - улыбалась она.

- Да, понравится, не сомневайся.

- Так какими судьбами, Дуэйн? – спросил старик Макензи.

- Просто зашел спросить, не нужна ли еще моя помощь.

- Нет, мы уже со всем справились, спасибо, - ответила Пайпер.

- Ладно, хорошо.

- Я провожу тебя, - улыбнулась девушка.

- Проводишь? – удивленно проговорил Дуэйн. Это предложение девушки было для него очень неожиданным. Она постоянно тянула его сюда, а сейчас как будто пытается выгнать. Это было странным.

- Ну да, а ты хочешь остаться? – Дуэйну показалось, что в голосе он слышит надежду.

- Нет. Вообще-то у меня дела.

- Но, несмотря на свои дела, ты пришел узнать, не нужна ли нам твоя помощь?

Дуэйн пожал плечами.

- Так тебя проводить?

- Проводи.

Они шли молча до тех пор, пока Дуэйн не вспомнил, что снаружи его ждет Анхель. В глазах Пайпер это прекрасное существо представлялось бы как пес из ада.

- Ты случайно не видела Чендлера? – спросил он, остановившись на половине асфальтированной дорожки.

- Чендлер? Тот парень баскетболист, с которым ты постоянно играешь в эту глупую игру?

- Да.

- Нет, не видела. А что?

- Он пропал.

- Давно?

- Не ночевал дома.

- И что? Ты тоже, было дело, не ночевал дома.

- Я вернулся, а он нет.

- Может, вернется, что с ним будет? Разве что собаки могут разорвать.

Пайпер говорила это так просто, словно, пыталась вызвать в Дуэйне совесть за то, что тот общался с Ричардом Стейнером. Она говорила это с таким видом, типа – вот теперь и ты узнаешь всю ярость этих псов, пусть не на своей шкуре, но на шкуре своего друга.

- Значит, ты не знаешь где он?

- Конечно, нет.

- Ладно. Дальше я сам дойду, иди, делай дела.

Пайпер подозрительно взглянула на Дуэйна.

- Пока, - сказала она.

- Пока.

Дуэйн развернулся и пошел к Анхель, которая верно ждала его возле сада.

Глава 31

Глава 7

- Я ничего не понимаю, - говорил Дуэйн своей спутнице. – Я совсем не сомневаюсь в твоих способностях. Но ты привела меня к месту, куда бы он никогда не пошел. Да и вели они себя спокойно, занимались своими делами. Пайпер сказала, что не видела его. Она, конечно, может обманывать, но какой смысл? Они же даже не общались. Может он проходил мимо его сада, задержался там, на мгновение? Все это странно, очень странно.

Глава 32

Глава 8

Дуэйн привел Анхель к дому, как раз в то время, когда Ричард Стейнер вернулся с работы. Он еще не успел выпустить своих псов из вольеров. Но, завидев хозяина, они в предвкушении свободы уже носились по своим клеткам.

- Как прошло? - спросил он, отправляясь выпустить своих псов на их ограниченную территорией, свободу.

- Не знаю, - пожал плечами Дуэйн. – Я знаю, что она очень умная, но место, куда она привела, не укладывается у меня в голове.

- Она привела тебя к старику Макензи?

- Да, - не скрывая удивления в голосе, сказал он. – Откуда ты знаешь?

- Я живу здесь дольше. Как ты думаешь, он мог туда пойти?

- В том то и дело, что нет.

- Ты уверен?

- Да.

- Туда редко, кто ходит. Старик почти никого туда не пускает.

- Да, я знаю.

- А ты никогда не задумывался почему?

- Не знаю, может, не хочет, чтобы его дорожки топтали или на цветы смотрели. Один раз я срезал у него лилии, так он на это даже смотреть не захотел.

- Он позволил тебе прикоснуться к его цветам?

- Да. Я же говорю, я даже срезал их.

Ричард Стейнер задумался.

- А ты не думал, что он может что-то скрывать?

- Что ему скрывать? Он просто псих повернутый на своем саде.

- Вот именно.

- А ты? – неожиданно для себя задал вопрос Дуэйн. – Ты ничего не скрываешь?

- О чем ты?

- Пайпер рассказала мне историю, которая случилось с одной девочкой. Ее тело было тоже разорвано, и Пайпер сказала, что это сделали твои псы. Да, и, кроме того, ты был главным подозреваемый в гибели Генри Малика.

- Я главный подозреваемый, потому что я единственный, кто держит псарню.

- Тем не менее, почему весь город идет против тебя?

- Ни у кого нет ни одного доказательства вины моих псов. Ты сам присутствовал, когда у них брали анализы. Ничего не подтвердилось.

- Что случилось с той девочкой?

На некоторое время Ричард Стейнер замолчал, отведя глаза в сторону от пытливого взгляда Дуэйна.

- Джо был там, – начал Ричард Стейнер. - Мой доберман Джо был на месте этого жуткого происшествия. Но только пришел он туда после того, как все произошло. Это случилось ночью, как и все в этом чертовом городе случается ночью. Тела находят разорванными, люди пропадают. Все это происходит в тот момент, когда мои псы сидят в вольерах и не имеют к этому никакого отношения.

- И что он там делал? Как он туда вообще попал, ведь ты следишь за своими псами.

- Он сбежал, - сказал он со всем спокойствием, на какое сейчас был способен. – Я не знаю, как это вышло. Я имею привычку проверять вольеры каждый раз, как ухожу на работу. И заборы, чтобы не было никаких щелей или дыр, благодаря которым они смогли бы покинуть территорию ночью, пока находятся без моего присмотра на свободе. Для меня до сих пор загадка, как он смог выбраться, я проверил тогда все, все возможные пути. Ничего. Он не мог сделать это сам. Я даже думал, что ему мог кто-то помочь, но он бы никого к себе не подпустил. По характеру он не уступал Анхель. Джо был умным, одним из лучших.

- Так и что он там делал?

- Он просто шел мимо них.

- Мимо кого?

- Я не знаю. Тех, кто разорвал ее на части. Он пришел, когда все уже было сделано, когда она уже была мертва. Но он, к несчастью, не обошел ее еще теплую плоть стороной и попробовал ее на вкус. Я не думаю, что он увлекся этим, скорее просто замарал пасть в крови, но этого оказалось достаточно, чтобы обвинить его во всем. В преступлении, которого он не совершал.

- С чего ты взял, что он его не совершал? Почему ты так уверен, что это сделал не он.

- Потому что я знаю своих псов, - Ричард Стейнер начал повышать голос. - Я растил их с щенячьего возраста, я давал им воспитание.

- И, тем не менее, мимо человеческого мяса они не проходят, - не уступал Дуэйн.

- Послушай, Дуэйн, ты, конечно, можешь мне не верить. Можешь думать, что мои псы – убийцы, что они рвут людей на клочья. Но ведь все время с твоего сюда переезда ты был с ними, ты видел, какие они. Мы смогли приручить даже волчонка, дать Эвересту воспитание. Я ни в чем не виноват, Дуэйн, они тем более, - теперь уже умоляющим голосом говорил он.

К Дуэйну подошел Эверест, по всей видимости, услышав свое имя. Он сел напротив Дуэйна и начал с любопытством его рассматривать.

- И что с ним сделали, с Джо? – спросил Дуэйн.

- Усыпили, - с печалью в голосе ответил Ричард Стейнер.

Некоторое время они молчали. Дуэйн гладил Эвереста, наотрез отказываясь верить в то, что Джо действительно был виноват во всем. Из рассказа Ричарда Стейнера можно было понять, что доберман был причастен, но преступление совершал не он. Да и сейчас не особо важно было, кто это сделал. Сам факт того, что это повторяется, не мог не пугать. Больше всего Дуэйн боялся, что найдет разорванное тело Чендлера по пути домой.

- Почему никто не приходит к ним на помощь? – спросил Дуэйн. – Я уверен, когда твое тело заживо рвут, это больно, и ты не можешь в этот момент молчать.

- Я задаюсь таким же вопросом, и было бы неплохо, если бы кто-то на него ответил, - произнес Ричард Стейнер.

- Ладно. Спасибо за то, что разрешил мне взять Анхель. Мне пора домой.

- Но, ты же думаешь, что она тебе не помогла, - тон голоса Ричарда Стейнера сменился, и Дуэйн не понимал, пугает он его или просто настораживает.

- Я люблю Анхель и считаю ее очень умной собакой. Но я не думаю, что девяносто летний старик или шестнадцатилетняя, не сама умная девчонка, с которыми он, между прочим, никогда не общался, причастны к исчезновению моего друга.

- Когда ты пришел ко мне в магазин просить Анхель, я хотел тебе кое-что сказать, но не смог, потому что были посетители.

- Да, я помню.

- Так это кое-что невероятно важное, Дуэйн. Целый день, сидя на работе я переживал за тебя. Да, я знаю, что ты посещал этот сад неоднократно и, возможно, уже успел изучить его, но в этот раз ты пришел к ним без приглашения, а старик Макензи никого не пускает без приглашения.

- Подожди, - перебил его Дуэйн. – Почему ты переживал? Откуда ты все-таки мог знать, что Анхель приведет меня именно к саду?

- Я живу в этом городе не первый год и кое-что о нем знаю. Например, что пропажи людей в нашем городе не редкость. Просто никто не говорит об этом, когда сюда приезжают новые жильцы, никто не хочет портить репутацию Рая. А Анхель никогда не ошибается.

- Что ты хочешь сказать? Между прочим, я до сих пор думаю, что ты можешь быть к этому причастен, а ты запутываешь меня еще больше.

- Думаешь, старик Макензи и его подопечная Пайпер ненавидят меня и моих псов потому что они могут нести угрозу жителям города? Думаешь, за это надо ненавидеть человека, который держит собак, в то время как в нашем городе круглогодично и непредсказуемо шныряют волки целыми стаями? Ты вообще когда-нибудь задумывался о логике его ко мне неприязни? – Дуэйн мотнул головой. – Помнишь, когда тебе еще не запрещалось приходить ко мне за продуктами, в мой магазин влетела женщина – Анжела Мартин, которая рыдала от того, что ее сын пропал? Она оставила у меня его фотографию, напала с расспросами, не заходил ли он ко мне, и просила спрашивать о нем у всех, кто будет ко мне заходить. Так вот, она не единственная, кто просит о том же, просто некоторые, более находчивые люди, просят помощи не у меня, а у моих псов, зная, что у меня есть великолепные гончие, которые найдут что угодно и кого угодно. Анхель тогда была еще щенком, но уже великолепно владела своим нюхом. И по просьбе одного человека, у которого пропал брат, я пошел вместе с ней на поиски. Этот человек дал мне вещь пропавшего и спустя десять минут, с момента, как мы отошли от псарни, мы оказались около сада старика Макензи. Скорбящего человека с нами не было. Мы с Анхель были вдвоем. Я не знаю, что со мной тогда было, какое-то помутнее, наверное, но я позволил своей Бийи пробраться в сад. Ее не было около десяти минут, я начинал переживать. Самым страшным было, когда свет в его маленьком доме загорелся, а ее все еще не было. Я видел, как стрик вышел из дома и начал ходить по саду. Сердце у меня тогда выпрыгивало из груди. Я боялся, что он увидит ее, и, может быть, пристрелит, хоть ружья у него не было. Но в один момент Анхель подбежала ко мне. Она вышла из сада по другому пути, не там, где я ее ждал. В пасти у нее что-то было, но тогда в темноте я не разглядел что это, да и мне было не важно. Намного важнее было уйти оттуда незамеченными, чтобы старик даже не подумал, что мы там были. И нам повезло, мы скрылись с места нашего небольшого преступления – проникновение на чужую территорию, которую так оберегают. Придя домой, я сразу достал себе пива и начал думать о том, почему она привела меня туда. В голове сразу были «разумные» мысли типа, она могла ошибиться, потому что еще маленькая и неопытная, а старик Макензи, напротив, почти уже немощный и не может кому-либо навредить. Тогда, к слову, у него не было этой Пайпер, он все делал сам, в одиночку. В общем, все мои сомнения насчет Анхель развеялись, когда она подошла ко мне, все еще держа в своей пасти то, что взяла в саду. Сначала я не предал этому значения, а потом, когда она опустила это передо мной, по коже у меня побежали мурашки. Я вообще думал, что мне показалось, но после того как повнимательнее присмотрелся, то понял, передо мной лежала часть скелета руки – человеческой руки. Такую, ни с чем не перепутаешь. Она была еще в земле и уже без каких-либо биологических остатков на ней, типа кожи, мяса и чего-либо еще. Я понял, что эта кость никак не может принадлежать пропаже, которую мы искали, потому что так разложиться за такой короткий срок, она просто не могла. Анхель искала то, что должна была, но она невероятно умная, и, по всей видимости, когда она почуяла хозяина сада, то вырыла первую попавшуюся кость, чтобы принести ее мне, как доказательство того, что этот человек не такой уж безобидный.

Все это время Дуэйн молча слушал, стараясь не перебивать. Когда Ричард Стейнер закончил свое повествование, он не сразу нашел, что сказать.

- Хочешь, сказать, он похищает людей и закапывает в своем саду? – наконец нашелся он. – Он? Девяносто двухлетний старик?

- Значит, ты думаешь, что мои собаки могут разрывать людей, а этот старик не способен на то, что я сейчас описал? – обиженно проговорил Ричард Стейнер.

- Я не знаю, что ты сейчас описал. Кладбище? Я был в этом саду, и не похоже, чтобы там кого-то хоронили.

- Ты мне не веришь?

- Мой друг пропал, а я всего лишь хочу его найти, - говорил Дуэйн. – Мне пора домой, еще раз спасибо, что позволил взять Анхель.

Не говоря больше ни слова, Дуэйн покинул территорию Ричарда Стейнера.

Глава 33

Глава 9

Всю дорогу до дома он обдумывал то, что буквально только что услышал. Сам факт того, что старик Макензи может быть жестоким убийцей, не укладывался у него в голове. Да, он был странным, как и Пайпер, но он очень сомневался, что они способны на подобное. Дуэйн сегодня был там и не заметил никаких свежих «могил» Да и зачем это делать? Зачем старику Макензи портить участок, который он так ценит и даже иной раз просто смотреть на него долго не разрешает? А вот в свое оправдание Ричард Стейнер почти ничего не сказал. Дуэйн наконец узнал ту правду, о которой ему говорили Пайпер и старик Макензи. Его псы действительно были виноваты, доберман – Джо был там и понес наказание. А какое наказание понес за это тот, кто должен нести за всех их ответственность? Но это было уже не важно. Псарню у него никто не забрал и разводить еще больше собак ему никто не запретил.

Дуэйн не знал, что и думать. По сути, Ричард Стейнер признал вину своего пса, но это другое преступление. Одних людей в этом городе разрывают заживо, а другие пропадают без вести. Дуэйна интересовал тот, кто всего-то не ночевал дома. И, что стало с Бобби Мартином, кто-то еще пытается его найти или дело уже давно закрыто, и никто о нем даже не вспоминает, кроме бедной матери?

От всех этих мыслей к Дуэйна жутко разболелась голова.

Придя домой, он отправился к аптечке, чтобы найти аспирин. Аптечка была на месте, только внутри она была пустой. Дуэйн тяжело вздохнул, вспомнив, что с недавних пор в его семье химия не применяется как лекарство. Химия травит организм, а не лечит. Лечит нас природа.

У Дуэйн раскалывалась правая часть головы. Он решил, что ему лучше будет лечь в своей комнате и попытаться заснуть. Но прежде он должен позвонить Шейкам, вдруг Чендлер вернулся.

Он взял телефон и набрал номер. Продолжительные гудки действовали Дуэйну на мозги, он с превеликим удовольствием повесил бы трубку, если бы его не волновала судьба друга. Он дождался, когда на другом конце линии, все же соизволят ответить.

- Данил Шейк, - послышалось в трубке.

- Привет, Данил, это Дуэйн.

- Ты что-то узнал? - голос младшего брата Чендлера оживился.

- Нет, но я надеялся, что он вернулся.

- Нет, не вернулся, - разочаровано вздохнул он.

- Если он вернется, сообщи.

- Хорошо.

Дуэйн повесил трубку, морщась от боли. Он, неторопясь поднялся к себе и аккуратно лег на кровать. Боль с каждой минутой усиливалась. Дуэйну становилось тяжело дышать, он боялся, что может начаться приступ. Но приступа не было. Спустя какое-то время ему удалось уснуть.

Глава 34

Глава 10

Проснулся Дуэйн в восемь часов вечера, от того что в комнату вошла Маргарет.

- Просыпайся! – воскликнула она. – Ты так весь Хэллоуин проспишь.

Она зачем-то выглянула в окно и вышла из комнаты.

Дуэйн обрадовался тому, что у него больше не болит голова, но возненавидел Маргарет за то, что она не позволила ему спать до утра. С чего-то она решила, что он хочет присутствовать на этом глупом празднике, к которому он за месяц до него, помогал готовиться старику Макензи. Ему хотелось выбросить из головы эти воспоминания о тыквах и пугалах. Ему вообще хотелось бы никогда не приезжать в этот город, не знать о его существовании. Впервые за все время, он подумал о том, что все это из-за отца, из-за его увольнения. Если бы не он, то его и без того сумасшедшая мать не сошла бы с ума еще больше.

Он сел на край кровати размышляя о том, как все не вовремя. Его лучший друг пропал перед хэллоуинской ночью. Ему надо его искать, а глупые дети будут ходить по домам и просить конфет. Он подумал о Шейках. Конечно, многие в городе уже знали об их несчастье, хоть никто и не воспринимал это всерьез. Погуляет и придет, кто не уходил из дома в свое время. Но Дуэйн видел его младшего брата, слышал его голос и знал, что его семья, впрочем, как и он сам, не на шутку встревожены. Но дети, которые будут приходить к ним за конфетами, не знают о случившемся, и даже если бы знали, это же дети, они такого еще не понимают.

- Дуэйн! – крикнула Маргарет. – Скоро будут приходить дети. Спускайся вниз, мне нужна твоя помощь.

Дуэйн вздохнул и нехотя спустился на кухню, где его ждала мать.

- Я купила конфеты, они лежат вон там, - она указала на стол, на котором располагалось три небольших мешка. – Принеси их, нам надо их разобрать.

- А где папа? – спросил Дуэйн, когда они начали развязывать доверху набитые мешки.

- Не знаю, куда-то уехал, – ответила она. – Почему ты всегда спрашиваешь, где он? Тебе, что интереснее проводить время с ним, чем со мной?

- Он не заставляет меня копаться в саду.

- Не заставляет работать ты хотел сказать. А ты у нас ленивый оказывается.

Дуэйн раздраженно взглянул на мать.

- Если ты не заметила, то мы с отцом вдвоем отремонтировали этот дом.

- Вам помогали.

- Не спорю, к нам приезжали мебельщики, электрики, сантехники. Мы с папой не специалисты в этих областях, поэтому нам нужны были профессионалы. Но в остальном мы справлялись сами.

- Хочешь сказать, я сделала меньше работы? Посмотри, какая красота окружает наш дом, это все моих рук дело.

- Да, мама, ты сделала все в лучшем виде. Только ты занималась тем, что тебе нравится, а мы с папой ремонтировали дом, в котором мы все живем, откладывая свои личные развлечения.

- Ты меня в чем-то обвиняешь? – она бросила на него быстрый взгляд.

- Ты назвала меня ленивым, я обосновал, что это не так.

- Ну, хорошо, хорошо, пусть будет по-твоему.

- Зачем нам так много конфет? – спросил он, когда начал распаковывать третий мешок. – Я не помню, чтобы мы вообще покупали конфеты к этому дню.

- Пайпер сказала, что этот праздник очень любят в Раю. Дети приходят в дом потоками, поэтому надо больше конфет.

- А она не сказала, почему его так любят?

- Нет, да я и не спрашивала. Люди во всем ищут повод повеселиться, что здесь плохого?

- Но самым ценным делают Праздник Мертвых, - заметил Дуэйн.

- И что? Мы любим Рождество.

- Не сравнивай Рождество и Хэллоуин.

В ответ Маргарет пожала плечами.

Глава 35

Глава 11

Ближе к десяти часам, по местным традициям, по городу начинали ходить дети, вперемешку со взрослыми. Совсем маленьких, но любопытных и неусидчивых детей приводили родители, но вместе с ними они не подходили к домам, позволяя малышам самим справиться с этой задачей. Дуэйн встречал на своем пороге уже нескольких едва ли трехлетних детишек, которые наряжались в костюмы божиих коровок, бэтменов, каких-либо других персонажей комиксов и мультиков. Один раз к нему пришли близняшки в костюме тыкв. Дуэйну они совсем не понравились, но конфеты он им все равно дал.

- А ты почему без костюма? – спросил у него мальчик в костюме бегемота.

- Потому что я у себя дома и не хожу по чужим домам клянчить конфеты, - ответил он так, что бегемот даже нахмурился.

- Дуэйн, не будь таким грубым, - Маргарет подошла со спины, Дуэйн увидел, что и на ней был костюм – осы. Он усмехнулся от того, что считал этот костюм очень удачным для ее ядовитого характера. – Вот, держи еще, малыш, - она высыпала ему последние конфеты из мешка.

- Это все, - сказал Дуэйн, кладя последний, пустой мешок на стол.

- Вот и хорошо. Надевай костюм и пошли восполнять утраченное. - Она потрясла плетеной корзиной у него перед носом.

- Какой костюм? – удивился Дуэйн.

- Твой хэллоуинский костюм осы или осенка, если так можно сказать. Мы семья ос, если ты еще не понял.

- Нет. Если хочешь идти по улице в этом, то только в образе осы вдовы, которая потеряла и сына – осенка и мужа осу. Я никуда не пойду.

- Но, Дуэйн, ты должен. Это любимый праздник во всем городе. Чти традиции.

- Это не мои традиции и не мой любимый праздник. Если тебе так надо куда-то идти, то иди с Пайпер.

- Она занята.

- Чем же она занята в свой любимый праздник?

- Дядюшки Макензи плохо, давление или что-то в этом роде, она сидит с ним. Но она обещала прийти на ужин, после полуночи.

- Почему после полуночи? Старик к этому времени должен уже умереть?

- Дуэйн, как ты можешь! Эти люди столько для тебя сделали!

- Чего?

- Они вылечили тебя, когда ты был болен.

- Меня вылечил бы обычный аспирин, если бы ты не смыла нашу аптечку в унитаз!

- Ну, хватит! Я не знаю, когда вернется твой отец, но я все ему расскажу. А пока, не выходи из дома! – крикнула она и захлопнула дверь снаружи.

- Не выходить из дома в костюме осы? – зачем-то задал он вопрос в пустом доме.

Дуэйн пошел на кухню, для того чтобы сделать себе кофе. По привычке он включил телевизор, по которому показывали какой-то глупый ужастик. Спустя минуту в двери начали стучать и просить конфет, кидая в окна какие-то круглые штуки. Дуэйн не обращая на это внимания, переключал каналы и пил кофе без сахара.

Он ждал, когда вернется отец, потому что чем дольше он находился дома, тем скучнее ему становилось.

Спустя час полного безделья и трех выпитых чашек кофе в полном одиночестве, Дуэйн решил выйти из дома, хотя бы просто пройтись и подышать свежим воздухом.

Он закрыл дверь, спрятав ключ в их потайное место в дверной щели, и вышел на проезжую часть, по которой в эту ночь толпами ходили люди.

После Дуэйн долго думал о том, что было бы, если бы он остался дома? И не совершил ли он главную ошибку в своей жизни, когда решил покинуть его?

Глава 36

Глава 12

В городе все было ярким и мрачным одновременно. Люди в костюмах веселились, пели песни, пугали друг друга, в общем, интересно проводили время. Ближе к полуночи детей на улицах стало меньше, по всей видимости, родители решили, что для них праздник пора заканчивать. Вокруг оставались только подростки и взрослые. В основном подростки, большинство из которых учились с Дуэйном в школе, некоторые даже в одном классе.

- Эй, Дуэйн, иди к нам, - окликнул его парень по имени Питер, с которым они учились в параллельных классах. Он стоял в компании нескольких незнакомых Дуэйну людей, примерно одного с ним возраста.

Сначала Дуэйн решил проигнорировать его слова, будто бы из-за шума не услышал, но потом решил, что можно и подойти.

- Как дела? Ты почему один? – спросил Питер.

- Вообще-то я не особо люблю Хэллоуин. Наверное, поэтому я один, - ответил Дуэйн.

- Зануда, - протянула какая-то темноволоса девочка, на чьем лице банальным образом была нарисована паутина.

- Ты всегда можешь присоединиться к нам, - сказал Питер. – Хочешь пива?

- Да, спасибо.

Питер протянул ему бутылку. Дуэйн сделал пару глотков.

- Что вы планируете делать?

- Лично я хочу упиться в хламину и завалиться спать в чужой дом, - сказал парень с длинными светлыми волосами. В руках он держал бутылку коньяка.

- Нет никаких конкретных планов, - сказал Питер. – А ты что будешь делать?

- Я жду отца с работы. Потом, может быть, посидим вместе, выпьем пива, - сказал он, осознавая, что никогда не пил пива вместе с отцом, только с Ричардом Стейнером.

- Скука, - снова пропела девчонка с темными волосами.

- Семейный вечер. Что ж не плохо, - сказал Питер. – Но если что, мы тебе всегда рады.

- Спасибо, Питер, до встречи.

Теперь Дуэйн шел не один. В левой руке у него была бутылка пива, которую он иногда подносил к губам, чтобы насладиться этим горьковатым вкусом. Он сам не знал, куда конкретно он идет. Он просто шел сливаясь с веселящимися и уже, в некоторых случаях, пьяными людьми. Его особо никто не замечал. И ему это даже нравилось.

Но даже вся эта атмосфера праздника и радости, вместе с хмелящим напитком, не могли заглушить его мысли, которые были мрачнее всего смысла Хэллоуина.

Он думал о Чендлере, о том, где он может быть сейчас, когда весь город стоит на ушах. Празднует ли он где-то вместе с другими или ему совсем не до веселья. А может быть он уже давно мертв. Только полиции нет до этого никакого дела. Еще не прошло достаточное количество дней, чтобы начинать поиски, которые будут важнее, чем какой-то праздник.

Дуэйн остановился в ста метрах от дома Ричарда Стейнера. Некоторое время, наверное, минут десять он просто стоял и смотрел на то, как люди, будь то малыши или взрослые, обходят его дом стороной. Чего они боялись больше, его самого или его собак, которые в это время обычно гуляли на свободе?

Сначала Дуэйн думал зайти к нему. Но зачем? К тому же от него пахло алкоголем, а собакам это не особо нравится. Поэтому он прошел дом своего друга мимо.

Бутылка почти закончилась. Дуэйн допил последние глотки содержимого и выбросил ее в ближайший мусорный бак. Он хотел еще, но у него не было денег, чтобы взять еще хотя бы бутылку.

Тогда Дуэйн просто пошел вперед, глядя на веселых и жизнерадостных людей. Он сам не заметил, как на горизонте показался дом старика Макензи. Чтобы до него дойти потребовалось бы преодолеть около пятисот метров. Дуэйн не видел необходимости идти туда, к тому же он опасался встречи с матерью, которая могла быть там, чтобы проверить самочувствие старика.

Дуэйн уже собирался разворачиваться, чтобы пойти назад к дому, как навстречу ему выехала машина, слепя его фарами дальнего света. Огородив глаза от света, Дуэйн стал рассматривать марку автомобиля, чтобы понять, кто это так беспардонно ослепил его. Но потом понял, что во всем городе только один человек позволял себе ездить на машине – его отец. От этой мысли в желудке Дуэйна что-то сжалось. Его охватила небольшая паника.

- Что ты здесь делаешь? – Клаудий полностью опустил стекло, чтобы сын его хорошо слышал.

На мгновение он потерял дар речи, совершенно не понимая, что с ним происходит. Он подумал о том, что отец может учуять запах алкоголя и невольно отступил на шаг от автомобиля.

- Ты меня слышишь? – спросил Клаудий.

- Да. Да, слышу.

- Так что ты здесь делаешь? – повторил он свой вопрос.

Дуэйн посмотрел на дом старика Макензи.

- Мама сказала, что старик Макензи заболел, - сказал он.

- И ты решил навестить его? – предположил Клаудий.

Дуэйн вовсе не собирался этого говорить, он просто хотел перевести тему разговора.

- Да, думал сходить, - он сам не знал, зачем согласился на это вранье.

- Хорошо. Может быть тебя подвести?

- Нет, спасибо.

- Ну, смотри, а то я могу.

- Нет, не надо. Это же не далеко, я дойду.

После этих слов старенькая тайота Клаудия заглохла.

- Что случилось? – спросил Дуэйн.

- В последнее время с ней это часто случается, - спокойно ответил Клаудий и попытался ее завести. Ничего не вышло.

- Тебе нужна помощь?

- Нет, это двигатель барахлит. Все нормально, иди. Представь, что я буду следить за тобой, чтобы всякие монстры в хэллоуинскую ночь не утащили моего сына, - усмехнулся он.

Дуэйн выдавил из себя улыбку, не очень обрадовавшись тому, что ему придется идти к старику Макензи. Конечно, он надеялся на то, что машина заведется до того, как он окажется рядом с домом. Но сейчас у него особо не было выбора. Бросив злой взгляд на недвижимую тайоту, он пошел в сторону дома старика Макензи.

Глава 37

Глава 13

Дуэйн шел медленно, а отец все не страгивался с места. Мало того, он вылез из машины, открыл капот и начал что-то делать, не оставляя попыток завести эту колымагу. Дуэйн молился, чтобы она завелась, и он поскорее уехал оттуда. Но этого не происходило. Он уже дошел до сада и решил остановиться, надеясь, что отец этого не увидит. Но, когда он остановился, тайота завелась и отец благополучно уехал.

Дуэйн с облегчением выдохнул и повернулся в сторону дома, чтобы со злорадством взглянуть на него. И это была его вторая ошибка.

Глава 38

Глава 14

Первое, что бросилось в глаза Дуэйна, был тусклый свет около дома. Горел фонарь, которого он никогда раньше не замечал, возможно, потому, что никогда раньше он не был здесь ночью. Зачем-то он начал смотреть на него, размышляя над тем, зачем тратить энергию на такое плохое освещение, если можно заменить лампу и будет светло, как днем. От этих размышлений его отвлек силуэт, промелькнувший на фоне этого света. Дуэйн нахмурил брови в тот момент, когда это повторилось. Казалось бы, в этом не было ничего необычного, но Дуэйн решил, что это странно. Силуэты двигались слишком быстро, что не свойственно для больного старика, а учитывая, что действия были совершены в одном направлении, то можно сделать вывод, что это два разных человека. Кроме Пайпер и старика Макензи в саду редко кто-то появлялся. Но сегодня была хэллоуинская ночь, хоть кто мог прийти к нему в сад за обычными конфетами. Тут Дуэйн начал вспоминать, сколько человек пришло к нему, пока он нехотя плелся до сада. Ни одного. Возможно, он просто не обращал на это особого внимания, но, тем не менее, он не помнил, чтобы к воротам сада, кто-то подходил. Старик же никого не пускал.

Дуэйн сам не понял, в какой момент в его голову пришла эта мысль. Но он подумал о том, что Анхель, возможно, не зря привела его сюда. Она знает то, чего не знает он. Так же было, когда расследование проводил сам Ричард Стейнер. Тогда Анхель нашла кость от человеческой руки. Но Дуэйн не хотел думать о таких страшных вещах, он думал лишь о Чендлере, возможно, именно его он видел второй фигурой, и он просто обязан это узнать.

Сначала он хотел зайти через главный вход, как в прошлый раз, только сейчас не под предлогом помощи, а узнать самочувствие больного. Но что-то не давало ему покоя и это что-то заставило его идти другим путем.

Дуэйн посмотрел по сторонам. Толпы людей постепенно начинали расходится, но сколько бы их не было, никто даже и не думал смотреть в его сторону. На мгновение Дуэйн даже подумал, что все они могут быть под гипнозом, который их только веселит, а вокруг они ничего не замечают. Но это было бы полным бредом. Тогда Дуэйн стал обходить участок старика Макензи, пока не нашел способ позволяющий попасть на его территорию.

Заборы у старика Макензи хоть и были прочными, но они даже не могли сравниться с заборами, ограждающими участок Ричарда Стейнера, который не позволяет даже самой ловкой собаке сбежать наружу. Когда свет возле дома потух, Дуэйн насторожился, но спустя несколько секунд он зажегся снова и Дуэйн решил, что ему следовало бы поторопиться. На вновь зажженном свету виделся силуэт человека, который активно жестикулировал руками, словно чем-то руководил. Дуэйну все это казалось странным и внушало опаску.

Благополучно, без последствий, преодолев забор, Дуэйн уже стоял в саду старика Макензи. Сейчас начиналось самое сложное. Ему надо было подобраться к фонарю так, чтобы его никто не заметил. По крайней мере, Дуэйн откуда-то знал, что его не должны заметить.

Он медленно, стараясь не шуметь, стал подбираться к дому. Проблемой были листья, которые хрустели под ногами. В городе давно не было дождей, поэтому они высохли до такой степени, что стоило к ним прикоснуться, как они тут же развалились бы, да еще и с шумом. Дуэйн старался смотреть под ноги, но это не помогало. Вокруг было так темно, в основном из-за деревьев, на которых были уже достаточно пожелтевшие, но не облетевшие листья. Дуэйн думал о том, как странно здесь все устроено. Одни листья в скором времени сгниют, а другие еще и не думают опадать. Может быть так оно устроено везде, просто Дуэйн никогда не обращал на это внимания. Думая об этом он боялся провалиться в яму, не увидев ее перед своим носом.

Но листья были ничто по сравнению с испуганным воплем, который Дуэйн сам издал, наткнувшись на стоящее перед ним существо. Он тут же поспешил закрыть рот, но это явно уже ничем бы не помогло, его уже могли слышать. Дуэйн бросил бешенный взгляд на пугало, которое в ответ смотрело на него пустыми глазами. Пайпер называла их охранниками, и, как оказалось, не зря. Свою работу они делали неплохо. И если бы Дуэйн лично не собирал их по кусочкам, то перепугался бы до смерти.

Продолжая идти к своей цели, Дуэйн размышлял о том, зачем вообще они так сильно старались, за месяц до праздника готовились к нему, если всего этого никто не увидит. Раньше Дуэйн думал, что это все их желание быть самыми пугающими. Конечно, пугало спрятанное в маленьком лесу на участке пугало, но по лесу никто не ходил, потому что на территорию в принципе никого не пускали. Зачем было подбирать эти идеально ровные тыквы, если их все равно никто не увидит?

Дуэйн считал все это до невозможности глупым, и они просто потратили его время зря.

Чем ближе он подходил к дому, тем сильнее стучало его сердце. Но все эти тревожные стуки не сравнятся с тем, что он испытал, когда его окликнули по имени. Он вскрикнул еще сильнее, чем при виде пугало.

- Что ты здесь делаешь? – Пайпер подошла к нему с фонариком. Он светил так, что можно было увидеть ее удивленное и одновременно тревожное выражение лица.

- Я пришел в гости, - выдавил он из себя, когда понял, что может говорить.

- Но как ты здесь оказался?

- Я просто хотел напугать тебя. С Хэллоуином, Пайпер, - тут же нашелся он.

Пайпер улыбнулась.

- Что ж, тебе это удалось, - сказала она.

- Как ты подошла ко мне так незаметно?

- Ты видимо был слишком увлечен своей идеей, потому что я была совсем не бесшумной.

- Да, наверное. Как дядюшка Макензи? – Дуэйн решил, что сейчас не время называть его стариком и шутить о его смерти.

- Уже лучше, но все еще лежит в постели. Может быть, ты хочешь чаю?

В голове тут же всплыл образ двух силуэтов, проходящих перед фонарем и тот, что чем-то или кем-то руководил. У Дуэйна по коже пошли мурашки.

- Да, пожалуй, - согласился он.

Глава 39

Глава 15

- Дядюшка Макензи уснул, - сказала Пайпер, ставя две чашки на стол.

Они снова пили чай в беседке. Только в это раз он не видел всего великолепия, которое ее окружало, из-за тусклого света.

Он дошел до своей цели, только никак не мог понять, что или кого он видел под этим фонарем буквально несколько минут назад. Хоть он и выпил бутылку пива, пьяным он не был, и ему не могло видеться подобное. Возможно, это были всего лишь ветки деревьев, которые играли с его воображением.

Дуэйн сам не понимал, почему сейчас он ищет оправдание тому, что видел собственными глазами.

- А что с ним? – спросил он.

- Давление. Он страдает гипертонией, погода на улице часто влияет на его состояние.

- И давно болеет?

- Гипертонией?

- Нет. Его состояние давно такое?

- С сегодняшнего утра.

Дуэйн заметил, что погода не менялась уже неделю. Она стабильно стояла прохладной и безветренной. Температура воздуха не менялась, даже окрас неба не изменился.

- Жаль, пропустил свой любимый праздник. А ведь вы так долго к этому готовились, - с притворным сочувствием, сказал Дуэйн.

- Ничего страшного, его здоровье важнее.

- Мама сказала, ты придешь к нам на чай после полуночи.

- Да, я говорила ей, если дядюшке Макензи не станет хуже, то я приду. А пока мы попьем чай здесь. – Пайпер сделал глоток из своей чашки.

Дуэйн предпочел сначала ощутить его запах, прежде чем пробовать на вкус.

- Это тот же чай, что ты пил в прошлый раз. Кажется, он тебе тогда понравился, - улыбнулась Пайпер.

Дуэйн сделал пару глотков, после чего ощутил, приятный вкус, состав которого, как в прошлый раз, так и в этот не мог описать.

- Все, из чего мы делаем чаи и лекарства, растет у нас в саду, - сказала Пайпер.

- Растет только то, чему благоприятен здешний климат? – уточнил Дуэйн.

- Нет, у нас растет вообще все. Наш сад не подчиняется никакому климату. Плодородность от него не зависит.

- А от чего она зависит? – спросил он, сделав еще один глоток.

На этот раз чай не был таким вкусным, каким казался минуту назад. Этот вкус он мог описать. Он был горьким и перченым одновременно. Что-то подобное он уже пробовал, только никак не мог вспомнить когда. В один миг все перед глазами закружилось. Стол куда-то поплыл, беседка, словно, карусель начала раскачиваться туда-сюда. Он пытался сфокусировать взгляд на Пайпер. Она в этот момент что-то ему говорила, но ее лицо было спокойным, будто ничего не происходило. Будто она не видела, что с ним что-то не так. В последний момент он повернул голову в сторону дома. Из открытой двери выходил старик Макензи.

- От людей, - сказал он.

Глава 40

Глава 16

Как только Дуэйн пришел в себя, из него тут же полезла вся дрянь, которой его напоили. После того, как она основательно вышла через его рот. Он начал фокусировать свое зрение на окружающих его вещах. Кроме того, он начал ощущать, что его тело лишено способности двигаться. После того, как он полностью пришел в себя и смог рассмотреть все, что происходит вокруг, он увидел страшную картину.

Он был привязан плотной, толстой веревкой к столбу, на котором светил тусклый фонарь. Примерно в двух или трех метрах от него была выкопана неглубокая яма, в которую без проблем мог бы поместиться двухметровый человек. Рядом с этой ямой ходила Пайпер, о чем-то (но Дуэйн совсем не понимал о чем) рассуждала вслух. Поодаль от всего этого стоял старик Макензи. Он стоял спиной к Дуэйну, возле какого-то стола, на котором лежали садовые инструменты, удобрения и какие-то семена. Каждый занимался своим делом, и никто даже не заметил того, что он пришел в себя, казалось, им было это даже безразлично.

У Дуэйна начиналась паника. Он прекрасно понимал, что стал жертвой и ему уже выкопали могилу. Но жертвой чего? Что они будут с ним делать? Что с ним сделают безобидный, девяносто двухлетний старик и девчонка?

- Он в отключке слишком долго, - сказал старик Макензи, не поворачиваясь. – Нам нельзя так долго с ним тянуть.

- А вдруг мы переборщили? – спросила Пайпер.

- Хочешь сказать, дали смертельную дозу? – Пайпер пожала плечами. – Природа его иммунитетом не обделила. Очнется. Это лишь вопрос времени.

Дуэйн думал лишь о том, как они могли не услышать, как он выливал под свои ноги содержимое своего желудка до тех пор, пока из него не пошла желчь. Не обратить на это внимание было невозможно. Но они до сих пор делали вид, как будто его здесь нет или еще хуже, как будто он живая часть дизайна их сада.

Пока что живая.

- Я думаю, мы должны привести его в чувства. По крайней мере, попытаться, - предложила Пайпер.

- Не могу не согласиться, - старик Макензи все так же не показывал своего лица.

Зато Пайпер, как только отвлеклась от ямы, посмотрела на Дуэйна. Их взгляды встретились. Взгляд Дуэйна полный страха и отчаяния и взгляд Пайпер холодный и равнодушный. Он никогда не видел ее такой. Наивная, доставучая девочка сейчас выглядела безжалостным и хладнокровным человеком. Она смотрела на Дуэйна не долго, после чего опустила взгляд на его ноги, возле которых была лужа содержимого его желудка. Ничего не сказав, она прошла мимо него. Но куда именно она пошла, он увидеть не мог, веревки, которыми он был связан, ему мешали.

Он остался наедине со стариком Макензи, который сейчас напоминал Дуэйну безумного доктора в своей лаборатории, который готовил супер злодейское оружие, способное поработить весь мир. Несмотря на то, что он стоял к Дуэйну спиной, он был уверен, что старик Макензи все видит.

- Как самочувствие? – беспечно поинтересовался он, и Дуэйн наверняка знал, что вопрос адресован ему.

- Что вы со мной сделали? – хриплым голосом спросил он. Сейчас Дуэйн понял, как сильно он хочет пить.

- Ничего. Пайпер всего лишь напоила тебя чаем, тебе стало плохо и мы…

- Привязали меня к дереву?

- … сделали все возможное, чтобы тебе помочь.

- Каким образом? Мне сейчас не очень удобно.

- Потерпи. Ничего страшного.

- А что будет потом? Вы закопаете меня?

- Возможно. В любом случае мучиться ты не будешь… после смерти, разумеется. Хотя кто знает, может и там тебе уже уготовлено место для неземных мучений.

- О чем вы говорите? – страх и паника нарастали, как снежный ком.

- Да, что мне говорить. Сейчас сам все увидишь.

Старик Макензи повернулся, но даже не взглянул на Дуэйна. Он смотрел за его спину, туда, куда уходила Пайпер.

Позади Дуэйна доносились какие-то странные звуки. Он даже приблизительно не мог понять, что там может происходить. Но спустя несколько секунд он увидел сгорбленную спину Пайпер, словно она тащила за собой что-то тяжелое.

Так и оказалось. Спустя еще некоторое время в паре метров от Дуэйна лежало недвижимое тело Чендлера, которое Пайпер прилагая большие усилия, только что сюда притащила, тянув его за руки. Но что было самым странным, Чендлер был с голым торсом, в одних шортах. Но на его теле не было ни одного следа насилия, кроме разве что потертостей от веревки. Наверное, они давно схватили его и связали, именно с того момента, когда семья потеряла его. Но где он был все это время? Где они его прятали и что они вообще с ним делали? А главное, почему именно с ним?

- Что вы делаете? Что с ним? – вопил Дуэйн, но на него снова никто не обращал внимания.

- Проверь веревку, Пайпер, - говорил старик Макензи. – Она могла ослабнуть или порваться в каких-то местах.

Пайпер подошла к связанному телу Чендлера и стала делать то, что ей поручили.

- Может быть его связать дополнительно? – предложила она.

- Боишься, что он может вырваться?

Пайпер кивнула.

- Он сильный, - сказала она.

- Можешь сделать, если хочешь.

Старик Макензи протянул руку под стол со своими зловещими предметами и достал толстую веревку. Пайпер взяла ее и начала связывать Чендлера так ловко, словно, делала это каждый день. Хотя кто знает, может так оно и было.

- Зачем вы его связывает? Что с ним? – не унимался Дуэйн.

Пайпер продолжала делать свое дело, а старик Макензи наблюдал за ней.

После того как Пайпер закончила, она подошла к столу и что-то оттуда взяла. Потом, глядя в глаза Дуэйна, подошла к нему.

- Скоро сам все увидишь, - сказала она и схватила его за челюсть, надавив на нее так, что он не в силах был ее закрыть. Он пытался еще что-то сказать, но Пайпер уже засовывала в его рот кляп. Потом она со спокойным лицом, отрезала скотч и заклеила ему рот. – Так-то лучше, - улыбнулась она.

Он видел в ней то, чего не мог разглядеть раньше. Безобидная, беззащитная, наивная и глупая девочка, которая постоянно навязывалась к нему и пила в их доме чай, сейчас хладнокровно заткнула ему рот, чтобы он не мешал их делам. Что они собираются делать и что вообще происходит? Почему Чендлер без сознания и почему они оба связаны?

Он не находил ответов. Но мысли в его голове были одна мрачней другой.

- Почему он до сих пор не пришел в себя? – спрашивала Пайпер.

- Нам надо поскорее с ним закончить, - сказал старик Макензи. – Принеси спирт и приведи его в чувства.

Пайпер послушно подошла к столу и взяла бутылочку. Поле она вылила содержимое этой емкости на ватку и поднесла к носу Чендлера. Сначала Дуэйн думал, что у них ничего не получится, но спустя минуту Чендлер оживился.

Дуэйн смотрел на него, не отрывая глаз. Сначала Чендлер просто смотрел перед собой, потом начал понимать, в каком положении он находится. Он начал различать лица, стоящие над ним, но он не видел Дуэйна, хоть тот и пытался мычать, пытаясь привлечь его внимание. Чендлер еще не до конца пришел в себя, к тому же неясно было, сколько времени он провел в отключке.

Чендлер начал что-то говорить тихо и невнятно, но видимо Пайпер и старик Макензи понимали, о чем он, потому что начали с ним разговаривать.

- Как мы поняли, Чендлер, - начал старик Макензи, - ты стремишься покорить баскетбольную вершину. Стать знаменитым баскетболистом. Легендой. А зачем тебе такие лавры? Почему ты к этому стремишься? Потому что эта игра делает тебя счастливым? Знаешь, сколько деревьев пришлось срубить, чтобы построить площадку, на которой будет тренироваться будущий профессиональный спортсмен? Мало того, деревья почему-то помешали и вокруг того, что благополучно заасфальтировали, убив новорожденные ростки и не дав им возможности увидеть солнце. Раньше там был целый лес. Раньше, когда тебя еще в планах не было, и ты понятия не имел ни о каких матчах и формах.

- Но ведь ее построили не для меня одного, - расслышал Дуэйн тихие слова друга.

- Да, ты здесь не причем. Но ты виноват в том, что все вокруг так увлечены этой игрой. Ты всех агитируешь, если не играть, то приходить и смотреть.

- Дуэйн никогда не любил баскетбол, - сказал Пайпер. – Но из-за тебя он начал туда ходить каждый день.

- Дуэйн хороший игрок, у него потенциал, - прошептал Чендлер. – И он не не любил его, он просто не умел играть.

- Может быть, но если бы не ты, он бы об этом потенциале не узнал.

- Люди, это большая раковая опухоль земли, - говорил старик Макензи. – Наше размножение это ее гниение. Она злокачественная и скоро планета умрет, а всему виной мы. Зачем нам урбанизация? Зачем нам столько бумаги, которая применяется далеко не по назначению? Сколько деревьев было срублено, что бы ты читал свои глупые журнальчики про баскетбол, а потом выкидывал их за ненадобностью. Видишь ли, техника устарела, в тренировке она больше не применяется, пора ее забыть, а журнал сжечь или еще хуже, опустить в мусорный бак. Я уже не говорю о мусоре, который мы бросаем. О садах, которые мы запускаем, потому что нам лень следить за ними. Знаешь, сколько усилий мне надо было сделать, чтобы люди перестали ездить здесь на машине. Ты этого не застал, но в свое время я сделал так, чтобы машины взрывались. Я не тиран, и я делал это, когда хозяева мирно спали. Все эти взрывы привели к теории о том, что автомобили неисправны. Пока люди ломали голову, что с ними делать и как возместить ущерб и купить новую, я действовал в наших же интересах. Потом появилась Пайпер, моя верная помощница. Она в это время, пользуясь случаем, агитировала всех на то, что это знак. Нам не надо заводить свои автомобили лишний раз, когда мы можем дойти до нужного места сами. Многие сначала отказывались, но потом взрывались их новые машины, и постепенно мы добились, чего хотели.

- Это же бред, - говорил Чендлер.

- Мы и машину Бенсонов хотели взорвать, но Пайпер сказала, что пока не время.

Пайпер и старик Макензи не смотрели в его сторону и не подавали вида, что он вообще присутствует при всем этом. Чендлер в связи со своим положением не мог его увидеть. Дуэйн сделал вывод, что делают они это специально. И как бы Дуэйн не пытался привлечь его внимание, у него ничего не выходило.

- Мы не следили за тобой так часто, как хотелось бы, Чендлер. Не так давно наше внимание было приковано к безобразному мальчику по имени Бобби Мартин. – Сердце Дуэйна бешено забилось. – Этот мальчик совсем не ценил то, что имеет. Сколько деревьев он загубил, ломая ветки, потому что ему нужны были мечи, сколько шоколада этот жирдяй умял, и, не в состоянии дойти до мусорного бака, кидал обертки прямо на улице. Он был противный и мерзкий. Он, так же как и ты был здесь, пил с нами чай, а потом пропал. Он получил то, что заслужил. Он принес пользу. А теперь твоя очередь.

Пайпер подошла к столу, на котором лежали семена. Она взяла мешочек и вместе с тем небольшой нож, которым обычно работают в саду. Дуэйн никак не мог понять, что они собираются делать. Им овладевал страх и паника с каждым разом все больше и больше. Из глаз потекли слезы.

Где-то вдалеке слышалась музыка. Хэллоуинская ночь продолжалась.

Старик Макензи наклонился к Чендлеру и начал дотрагиваться до его тела своими скрюченными пальцами.

- Что вы делаете? – спрашивал Чендлер, его голос дрожал.

- Наверное, готово? – спросил старик Макензи у Пайпер.

- Сейчас принесу, - сказала она и снова ушла за спину Дуэйну. На этот раз он на нее даже не взглянул. Все внимание было приковано к Чендлеру.

Старик Макензи подошел к столу и взял оттуда карандаш или ручку, после чего вернулся к Чендлеру. Он продолжил осторожно ощупывать его тело, а потом он начал ставить на нем крестики. Дуэйн вспомнил, как он срезал помеченные тыквы, возле которых стояли палки, как знак, что они идеальные.

- Что вы делаете? Зачем вы ставите на мне кресты? – не унимался Чендлер.

Пайпер вернулась, держа в руках воронку и чашку с чем-то горячим.

- Добровольно ты это, конечно, пить не будешь, - говорила она. – Мы это уже не раз проходили. Никто не соглашается. Любят кусать мне пальцы. Хорошо еще, что шрамов нет. Поэтому мне пришлось приобрести эту воронку, кстати, закупалась в одно время с Маргарет Бенсон – прекрасная женщина.

После этих слов Дуэйн еще больше возненавидел свою мать, а слезы потекли сильнее.

Пайпер так же ловко, как и до этого Дуэйну, сжала Чендлеру челюсть, несмотря на его тщетные сопротивления. Видимо и это она делала далеко не в первый раз. После этого она вставила ему в рот воронку. Она держала ее, пока старик Макензи заливал ему в рот жидкость из чашки. Чендлер пытался вырываться и не глотать, но все было напрасно. Когда они отложили воронку и чашку назад, то начали вместе изучать крестики на его теле, пока сам Чендлер кашлял и плевался, ругаясь матом.

Потом началось то, чего Дуэйн, не пожелал бы видеть никому, но и закрыть глаза он не мог.

Пайпер взяла садовый нож и аккуратно, как хирург на операции, прорезала его кожу на груди, вплоть до кости. Чендлер явно не ожидал такого, пока он пытался выплюнуть отраву, его проткнул нож. Уши Дуэйна пронзил крик боли его лучшего друга. Дуэйн тоже кричал, но его никто не слышал. Пайпер не просто вонзила нож, она начала делать дыру в его теле, чтобы потом опустить в него семя, которое было приготовлено.

- Знаешь, Чендлер, что будет, если с земли исчезнут все люди? – спрашивал старик Макензи, пока он выл от боли, а Пайпер с холодным взглядом, делала очередную дыру в его теле. - Планета избавится от главного мусора. Никто больше не будет поддерживать беспорядки. Но что самое важное, она вылечиться. Постепенно она начнет приходить в себя и со временем не останется ни одного города. Все каменные сооружения, включая твою площадку, будут прорастать растениями и мир наконец-то спасется. Он получит то, что заслужил.

Чендлер продолжал стонать от боли. Пайпер сделала уже четыре дыры в его теле и посадила туда семена.

- Представь, что ты это город. Город без людей. А семена это та самая природа, что создала тебя, - говорил старик Макензи. – Когда ты будешь в земле, они прорастут в тебе, освободятся. Будет новая жизнь. Прекрасная жизнь.

Когда Пайпер делала последний надрез. Чендлер потерял сознание. Он больше не кричал от боли и не просил прекратить. Но слезы Дуэйна от этого не перестали течь медленнее.

- Дай, ему время, Пайпер, - сказал старик Макензи. – Когда он придет в себя, мы продолжим. А пока, я думаю, мы должны обратить внимание на другого нашего гостя.

Дуэйн смотрел на них со всей злостью, на которую был способен. Но от этого ничего не менялось. Они смотрели на него пустыми, холодными глазами.

- Мы не всегда так делаем, - начала Пайпер. – Такое случается только иногда. Бобби умер не так. Мальчика постигла смерть имбирного человечка. – Дуэйн смотрел на нее вопросительным взглядом. – Помнишь, я показывала тебе имбирь и говорила, что он похож на человечка с ручками, ножками и головой. Так вот многие люди в этом саду, заканчивают жизнь смертью имбирных человечков. Мы не связываем их так плотно. Мы делаем так, чтобы они не сбежали, но и могли активно двигаться. Чаще всего мы поим их удобрением, каким напоили твоего друга. Это удобрение для людей, мы варим его специально. Кстати, ты единственный, кому довелось побывать на складе. После мы бросаем этого человека в его яму и постепенно засыпаем землей. Пока ему есть чем дышать он пытается выбраться из ямы и, возможно, развязать веревки. Когда земли достаточно, для того чтобы воздух закончился, они начинают извиваться от того, что задыхаются. Никто не знает, в какой позе они умирают, как никто не знает, в какой позе ты вырастишь имбирь – имбирного человечка.

- Я видел, как ты был удивлен, когда осенью в первый раз зашел в сад, – говорил старик Макензи. – Ты ведь был удивлен тому, что здесь все до сих цветет? Особенно тебе понравились лилии. Я был готов оторвать тебе руки, когда ты к ним прикоснулся, но Пайпер очень нравится твоя мама и мне теперь тоже нравится, прекрасная женщина, а сын у нее ничтожество. Впрочем, она скоро перестанет оплакивать твою пропажу, уж мы ей в этом поможем. Секрет плодородности моего сада тебе только что раскрыла Пайпер. Человеческая плоть неплохо есться червями, черви помогают поддерживать внутренние рыхление земли, да и удобрение, которое мы в вас заливаем, играет немалую роль. Да и сам по себе человек неплохой набор клеток. Ну, хватит болтать. Пайпер, его удобрение должно быть готово.

Пайпер снова ушла, а старик Макензи подошел к Чендлеру для того чтобы проверить его состояние. За все это время он еще ни разу не пришел в себя. Дуэйн смотрел на кровавые подтеки на его теле, которые уже образовали лужицу под его спиной.

Пайпер вернулась с чашкой для Дуэйна и поставила ее на стол, взамен, взяв с него маленький топор, который помогает, когда секатор не справляется. С ним она подошла к Дуэйну. Глядя ему в глаза, она стала рубить веревку, которой он был привязан к столбу. Спустя несколько ударов он упал на землю, замарав свои ботинки в луже своей блевотины. Пайпер взяла его за плечи и с силой дернула, чтобы перевернуть его на спину.

- Что мы будем с ним делать? – спросила Пайпер. – Мы не были готовы к двум, у нас нет для его ямы.

- Мы можем скинуть их в одну. Или может ты хочешь отдельную? – обратился он к Дуэйну. – Мы можем выкопать тебе отдельную яму, а ранней весной высадить на это место белые лилии. Кажется, у Маргарет они не растут? Ничего страшного, я поделюсь. Уверен, эти лилии у Бенсонов приживутся. Что скажешь, Дуэйн, хочешь потом вернуться домой? Тогда, будь уверен, ты навсегда будешь связан с садом, как и хотела твоя мать.

Дуэйн молча пилил их взглядом.

- Тогда нам придется сделать это завтра, - сказала Пайпер. – Сегодня у нас нет на это времени.

- Нет, сделаем это сегодня. Неси воронку, Пайпер.

Девушка делала, что ей было велено. Пока старик Макензи освобождал его рот от кляпа и скотча.

- И что? – спросил он, когда Дуэйн имел способность говорить. – Ты ничего не скажешь? – вместо ответа Дуэйн плюнул ему в лицо. – Ах, ты говнюк! – выругался он и взял нож, которым Пайпер резала плоть Чендлера. Одним движением он порвал рубашку Дуэйна и стал нащупывать ниже груди. Так как Дуэйн был худощавым, старик Макензи быстро нашел то, что искал. Он провел лезвием ножа сначала по одной косточки, из которой состояли ребра, потом по другой, упиваясь криками боли Дуэйна. В этот момент к ним подошла Пайпер. Она протянула чашку с удобрением старику, а сама принялась открывать рот Дуэйна, чтобы вставить воронку. У нее получилось это слишком легко, Дуэйн даже не успел сообразить, что происходит.

В рот Дуэйна текла горькая, неприятная жидкость. Она стекала по его горлу без его позволения, он не мог этому противостоять. Но из-за его отчаянных сопротивлений получилось так, что жидкость начала вытекать через нос. Когда он начал задыхаться Пайпер остановилась, но после того как все пришло в норму, она продолжила. Когда горькая жидкость оказалась в желудке Дуэйна, старик Макензи приказал ей нести семена.

Но не успела она сойти с места, как на всю улицу раздался долгий, оглушительный вой. Пайпер замерла, старик Макензи поднялся на ноги и посмотрел в сторону, откуда предварительно исходил вой.

- Волки, - просто сказал он.

- Но это не наш волк, - сказала Пайпер. – Это не Один.

- Не ваш волк? – прошептал Дуэйн.

- Да, у нас когда-то был волчонок, потом он вырос и стал волком, – говорила Пайпер. - А теперь он умело подставляет твоего дорого друга Ричарда Стейнера и его псов.

- Так это из-за вас людей находили разорванными на улице. Даже в этом виновны вы, - со злостью, вопил Дуэйн.

- Да, беспомощный старик и девчонка, - улыбнулась Пайпер. – Если бы его псы сидели на месте и не совали свои носы не в свои дела, никто бы против него не пошел. Мы всегда добиваемся своего. И рано или поздно, город избавится он его ищеек.

Дуэйну стало стыдно за то, что он тоже подозревал Ричарда Стейнера и его псов в убийствах людей, но сейчас это волновало его меньше всего.

- Неважно, Пайпер, неси семена.

Как только девушка подошла к столу вой повторился. Сердце Дуэйна забилось сильнее, он вспомнил то утро, когда нашел Эвереста. Сейчас он жалел, что его нет рядом.

Пайпер принесла семена и взяла в руки нож. Старик Макензи начал рассматривать тело Дуэйна.

- Вы психи! – кричал Дуэйн.

- Мы, спасатели планеты. А вообще-то, называй, как хочешь, - сказала старик Макензи и нанес первый крестик на его теле. – Сажай, - сказал он Пайпер.

Девушка посмотрела на Дуэйна, и ему показалось, что она даже улыбнулась. Аккуратно, она всадила нож в его плоть и прокрутила рукоятку, так, что острие поцарапало кость на его руке. Он прям почувствовал, как оно скользит по ней, как перо по бумаге. Потом Пайпер взяла семя и посадила в кровоточащую плоть Дуэйна. Он кричал так же, как совсем недавно кричал его друг. Старик Макензи нанес второй крестик, когда вой послышался уже из сада. Дуэйн не обращал на это внимания, боль затуманивала его рассудок. Зато Пайпер и старик Макензи беспокойно переглянулись.

- Выпускай Одина! – приказал он ей.

Девушка бросилась бежать, но не успела. Из темноты на нее набросился гигантский зверь и схватил ее за ногу. Пайпер начала рыдать от боли. Старик Макензи недолго думая сам побежал за своим волком, но и он не успел этого сделать. Из темноты на него набросилось еще одно существо, повалив его на землю.

Дуэйн преодолевая боль, повернул голову, чтобы посмотреть, что происходит. Он видел, как волк грызет ногу девушки, а та бьется в истерике и пытается отбиться, но чем больше она машет руками, тем сильнее он в нее вгрызается. Дуэйн видел ее левую ногу, он видел ее окровавленной, но волк не собирался останавливаться. Движением своей мощной челюсти он вцепился в ее руку и откусил несколько пальцев, потом дошел до живота, разрывая его когтями. Дуэйн опустил взгляд ниже, где еще одно не менее свирепое существо заживо разрывало старика Макензи, который кричал еще больше чем девушка. Его лицо было расцарапано. На свету Дуэйн видел окровавленную пасть белоснежной собаки с острыми зубами.

Глядя на всю эту жестокую картину, Дуэйн не боялся, что очередь дойдет до него. Слушая вопли и крики тех, чья кровь лилась, он закрыл глаза и постарался дышать как можно медленнее. Он не знал сколько он так пролежал. Крики и стоны не прекращались. Свирепые существа не останавливались, но они явно не хотели убивать своих жертв. Они играли с ними, как кошка играет с мышкой, мучая ее.

Глава 41

Глава 17

Когда Дуэйн пришел в себя, он все еще слышал, как стонут те, что хотели закопать его заживо, но помимо них он слышал еще один голос.

- Дуэйн! - слышал он. – Дуэйн! О боже, Дуэйн!

К нему подбежал человек. В тусклом свете фонаря он увидел знакомое лицо. Ричард Стейнер. Он поспешно начал пытаться высвободить его из веревок, пока не понял, что голыми руками он с этим не справится. Поблизости лежал нож, которым протыкали плоть Дуэйна. Ричард Стейнер взял окровавленное лезвие и начал перерезать веревку.

- Боже, мой, что они с тобой сделали!? - говорил он, даже не сомневаясь, что это были именно они.

Когда Дуэйн освободился, он тут же собрался с силами, выхватил у Ричарда Стейнера нож, и, не обращая внимания на боль, пополз в сторону Чендлера.

- Сейчас, - шептал он. – Сейчас я освобожу тебя.

Его руки ощущали теплую жидкость, которая стекала с его тела. Все вокруг было в крови, но Дуэйн не обращал на это внимания. Он старательно начал резать веревку, стараясь не задеть лезвием уже изувеченное тело.

- Все хорошо, - шептал он. – Все хорошо. Сейчас. Еще немного.

Горячие слезы текли по щекам. Веревки были почти перерезаны, оставалось совсем немного и его ничего больше не держало.

- Ты свободен, Чендлер, ты свободен. Вставай. Пошли домой. Данил ждет тебя, мама ждет тебя. Я нашел тебя. Я обещал, что я найду тебя и я наше тебя. Вставай.

Его руки были окровавлены. Он видел все раны на его теле. Вся его одежда была в крови, и он уже не понимал, чья именно это кровь.

Он обхватил его щеки своими ладонями, постукивая по ним. Глаза его друга до сих пор были закрыты.

- Давай, я вытащу из тебя это. Надо вытащить, то, что они в тебя засунули. Они и со мной сделали тоже самое. Видишь? - Он показывал на свою руку, в которую Пайпер успела посадить семя. – Мы сейчас все это вытащим, слышишь? Очнись, пожалуйста, Чендлер. Ты меня слышишь? Ты слышишь меня?

- Дуэйн, - Ричард Стейнер положил ему руку на плечо.

- Там, на столе, - Дуэйн указал в сторону стола, с которого Пайпер и старик Макензи брали все необходимое. – Там есть нашатырный спирт, они уже делали это. Они уже приводили его в чувства. Принеси его!

- Он мертв, Дуэйн.

Дуэйн вытирал слезы окровавленными руками. Ему хотелось выть подобно Эвересту.

- Нет! - шептал он. – Нет! Нет! Нет! Нет! Помоги ему. Сделай, что-нибудь.

- Я ничем не могу помочь, Дуэйн. Но я уже вызвал скорую. Ты ранен.

- Чендлер, - шептал он. – Что они с тобой сделали…

- Врачи скоро приедут, Дуэйн. Все будет хорошо, - он обнял его за плечи. – Все будет хорошо.

Глава 42

Глава 18

Дуэйн не помнил, как оказался в машине скорой помощи. Он не помнил, как бинтовали его руки, обрабатывали раны, честно говоря он даже не чувствовал боли. Физической. Он не помнил какие вопросы ему задавали полицейские, о чем вообще шла речь. Наверное, они хотели в подробностях узнать, что здесь произошло. В котором часу он сюда пришел и зачем он вообще это сделал. Но что было самое главное, он не верил в то, что видел собственными глазами. Или не хотел верить. Он уже принял дозу успокоительного, но легче ему почти не стало.

Теперь он смотрел на то, как по участку ходят полицейские, криминалисты осматривают тела, следователи задают вопросы Ричарду Стейнеру и каким-то другим людям, которые непонятно как здесь оказались. Возможно, это были те, кто беззаботно праздновали Хэллоуин, пока здесь происходили настоящие кошмары. Но он ничего этого не хотел видеть. Он уже видел достаточно, чтобы смотреть на это снова.

Когда на место происшествия приехала Пенелопа Шейк, его сердце забилось чаще. Какого это увидеть своего сына в таком состоянии? Она тут же впала в истерику. Ее младший сын был рядом. Он не мог вымолвить ни слова. Дуэйн хотел подойти к ним, но зачем? Что он может сделать? Уже ничего.

Спустя некоторое время тело Чендлера погрузили в машину скорой помощи и увезли в морг. Его семья поехали с ним. Тела Пайпер и старика Макензи до сих пор были чем-то накрыты, но Дуэйна это мало интересовало. Ричард Стейнер давал показания. Единственное чего Дуэйн не знал, так это где Эверест и Анхель, где его спасители. Наверное, их уже убили. Ведь собаки совершили преступление - проникли на чужую территорию и жестоко расправились с девяносто двух летним хозяином и подростком.

Спустя некоторое время на место происшествия приехали родители Дуэйна – мистер и миссис Бенсон. Как только они увидели окровавленного Дуэйна, то тут же подбежали к нему, не обращая внимания на то, что они должны быть осторожны, идет расследование.

- О боже, Дуэйн! – воскликнул Клаудий. – С тобой все нормально? Точнее, я вижу, что ненормально, но, как ты себя чувствуешь?

- Что здесь произошло? Где дядюшка Макензи, где Пайпер? – воскликнула Маргарет.

Дуэйн с ненавистью посмотрел в глаза матери.

- Их разорвали собаки, - холодно сказал он. – Их тела там, - он указал в сторону того, что от них осталось. – Они мучились. Очень сильно мучились.

- Боже мой, Дуэйн! – укоризненно сказала она. – Почему ты постоянно влезаешь во всякие передряги? – сказав это, она пошла в указанную ей сторону.

- Пап?

- Да, сынок.

- Разведись с ней или я клянусь, ее найдут следующей, - Дуэйн говорил спокойно, даже не глядя на отца.

- Дуэйн, милый, - он хотел обнять сына, но тот отдернул его руку своей здоровой рукой. После чего показал ему дыру в плече, из которой еще не достали семя, потому что Дуэйн о нем никому не сказал. – Боже мой! – из глаз отца потекли слезы.

- Чендлер мертв.

- По пути нам встретилась еще одна скорая, - сказал он. – Я подумал она не отсюда.

- Она отсюда. Его увезли. Ты видел, что они с ним сделали? Они изувечили его тело. Они сажали в него семена. Они убили его.

Дуэйн больше не мог плакать. Но внутри у него все разрывалось, несмотря на то, что он старался выглядеть спокойным.

- Мне так жаль, что ты все это видел. Хоть я и не до конца понимаю, что здесь произошло. Но я очень рад, что ты жив, сынок.

- Я расскажу тебе, пап. Я расскажу тебе все, что здесь было. Но сейчас я бы хотел поговорить с другим человеком.

Его взгляд встретился с взглядом Ричарда Стейнера.

- Да, конечно. Я пока поговорю с полицией. Нам сказали, что у них есть и к нам вопросы.

Дуэйн спрыгнул из кузова скорой помощи и пошел в сторону Ричарда Стейнера.

- Как самочувствие? – спросил он.

- Кажется, как будто бы я сейчас рассыплюсь на кусочки. Где Эверест и Анхель?

- Их увезли на экспертизу.

- Но их отпустят?

- Мне пообещали, что нам дадут время.

- Извини, что из-за меня ты влез во все это.

Ричард Стейнер положил руку на здоровое плечо Дуэйна.

- Нет ничего ценнее человеческой жизни. Особенно, если речь о верном друге. - Слезы снова потекли из глаз Дуэйна. - Все будет хорошо. А сейчас тебе надо ехать в больницу. Я обязательно приеду к тебе.

Дуэйн впервые за этот вечер улыбнулся.

- Спасибо, - сказал он. – Извини, что я позволил себе сомневаться в тебе.

Ричард Стейнер улыбнулся в ответ.

Когда Дуэйн проходил мимо полицейских, то окликнул одного.

- У них есть волк, - сказал он. – Вон там. В той стороне. – Он указал туда, куда хотела бежать Пайпер, когда ей приказали. – Это он рвал людей на части. Псы моего друга не виноваты. Они не имеют к этому никакого отношения.

Глава 43

Глава 19

- Много народу было? – спрашивал Дуэйн сидя вместе с Ричардом Стейнером на бетонной плите, которая располагалась напротив кладбища.

Со дня всех тех ужасных событий прошла неделя. Дуэйну провели операцию, благополучно достали семя и зашили руку. Налаживать швы на раны на ребрах не было смысла, но врачи предупредили, что останутся глубокие шрамы. Но все это Дуэйна не беспокоило. Пока он лежал в больнице, Ричард Стейнер приходил к нему каждый день, рассказывая о том, что происходит за пределами больничной палаты. А происходило тогда многое, но не все было важным.

Ричард Стейнер много рассказывал о следствии, которое не прекращалось. Он говорил о том, что в клетке действительно нашли волка и по каким-то там экспертизам пришли к выводу, что это действительно он был причиной всех разорванных людей на улице. Его усыпили. Хотя многие считали, что он не заслужил такой легкой смерти. Все псы Ричарда Стейнера были оправданы, кроме двоих, которых ждал свой суд. Все удобрения, какими они накачивали людей, тоже прошли экспертизу. Пайпер и старика Макензи хоронили в закрытых гробах, людей на их похоронах было немного. Больше всего рыдали родители девочки, которые, как оказалось, ни о чем не подозревали. Сам сад перевернули вверх дном и пришли к выводу, что там захоронено больше людей, чем на кладбище. После начали поднимать архивы и пришли к выводу, что пропавших за последние шестьдесят лет было сто двенадцать человек. До того, как старик Макензи начал свои жестокие преступления, людей находили живыми или мертвыми, но никто не пропадал без вести. Тех, кого находили разорванными на части, в учет не брали. Это были преступления их волка, за которого они так же несли ответственность, в последние несколько лет.

Кроме Ричарда Стейнера его каждый день навещал отец, беспокоясь о его здоровье и самочувствии. Маргарет тоже заходила пару раз, но Дуэйн удосужился поговорить с ней всего один раз.

- Зачем ты приютил того волчонка? – спрашивала она.

- Как ты узнала? – удивился Дуэйн.

- Твой отец сказал. А ему твой полоумный дружок-убийца Ричард Стейнер.

- Папа не сказал мне, что они говорили.

- Говорили. И знаешь что? Он считает его невиновным, как будто он в гибели двух прекрасных людей не виноват.

- Они убили Чендлера. - Дуэйн смотрел на нее и понимал, что никого и никогда он не ненавидел больше чем ее сейчас.

- Чендлер умер по-другому.

- А как он умер?

- Я не знаю и знать не хочу. Меня это не волнует. Но мы говорили даже не об этом. Зная, что у меня аллергия на собак ты привел в дом волка. О чем ты вообще думал. Разве таким эгоистом я тебя воспитывала? Хочешь пойти по стопам своего старого дружка-педофила, разводить псарню или волков?

- Уходи, - спокойно сказал он.

- Что?

- Пошла вон отсюда! – крикнул он. – Я не хочу тебя видеть! Не хочу тебя слышать! Ты ужасная мать! Самая ужасная мать во всем этом гребаном мире! Убирайся отсюда и больше не приходи! Никогда!

Маргарет посмотрела на сына испуганным взглядом, взяла свою сумку и вышла из палаты.

Как оказалось после, она не ходила на похороны к Чендлеру. Зато оплакивала Пайпер и старика Макензи все то время, пока Дуэйн лежал в больнице. Больше она его не навещала. А после того как он выписался, она учинила скандал, в котором обвиняла сына в неблагодарности, но Дуэйн в этом скандале не участвовал.

- Пенелопа, Данил, его друзья, твой отец. Вообще полгорода собралось, - отвечал ему Ричард Стейнер.

- Жаль, что я не смог прийти. Врачи не шли на уступки и ни в какую не хотели отпускать меня. Гроб был закрытым?

- Да.

Почти все время, они молча смотрели на надгробье Чендлера Шейка, которое было завалено цветами.

- Почему они не слышали? Люди, что праздновали эту чертову ночь. Почему никто не слышал наших криков?

- Я не знаю, дружище.

- Ты так и не рассказал мне, как вы меня в ту ночь нашли, - сказал Дуэйн.

- Я не люблю Хэллоуин, как и мои псы. Обычно в этот день все шумят и веселятся, псам это не нравится и они начинают вести себя беспокойно, без причины лаять и бегать по территории. Та ночь была не исключением. Но первым вести себя странно начал Эверест, тот, кто в принципе никогда не видел, что такое Хэллоуин. Сначала я думал, что это он поддается общему настроению в их собачей стае, но потом так же вести себя начала Анхель. А Анхель, единственная, кто в этот и в любой другой день ведет себя адекватно. Они вместе начали выть и рыть когтями землю, что им совсем не свойственно. Я все это видел, но особого значения не придавал. Ровно до того момента, пока они не начали прыгать на забор, словно, им надо выйти. Сначала я подумал, что это их так дразнит шум и им хочется всех разогнать, тогда я решил их угомонить, даже посадить в вольер, но тогда они начали рычать и на меня, что им не свойственно. Я не знаю, что произошло со мной в тот момент, возможно, тоже какое-то чутье, но я открыл им дверь. Им двоим. Но я, ни в коем случае не хотел отпускать их одних. Но и оставить остальных псов я не мог. Для безопасности я посадил их в вольеры и побежал вслед Эвересту и Анхель. Я сразу понял, куда они меня приведут, но я даже не догадывался зачем. Так я и нашел тебя, только ты уже был без сознания. Я так испугался тогда, думал, что не успел.

Дуэйн улыбнулся.

- Вряд ли я теперь стану полицейским, - сказал он.

- Почему?

- После всего, что я видел…

- Да, в полиции часто такое видят. Я даже не знаю, как они с этим живут.

- Вот и я не знаю.

Теперь Дуэйна часто мучили кошмары. Он часто просыпался ночью и долго не мог уснуть. Перед глазами было все то, что бы он хотел никогда не видеть или забыть навсегда. Но он понимал, что теперь ему надо научиться с этим жить. Как это сделать, он еще не знал и никто не мог ему помочь.

- Во сколько приходить? – спросил Дуэйн.

- Ты не обязан это делать. Ты и так многое пережил.

- Они тоже.

- В четыре часа.

- Я буду там. Но сейчас я должен кое-куда сходить.

Ричард Стейнер кивнул головой, и они разошлись, каждый по своим делам.

Глава 44

Глава 20

Дуэйн вспомнил день, когда стоял здесь в последний раз. День, когда младший брат сказал, что Чендлер пропал. Он не знал, стоит ли приходить к ним сейчас, но по-другому он не мог.

После звонка, дверь открыла высокая, худая женщина с светло-русыми волосами – Пенелопа Шейк. Она была одета в черный деловой костюм. Женщина была очень красивой.

- Дуэйн! – воскликнула она и даже попыталась улыбнуться. – Проходи в дом.

Дуэйн прошел внутрь и увидел коробки с вещами, которыми был заставлен весь дом.

- Вы переезжаете? – поинтересовался он.

- Уезжаем из города, - кивнула она. – Я не могу здесь оставаться.

- Я понимаю вас. А где Данил?

- У себя в комнате собирает вещи.

- Как вы себя чувствуете?

- Уже лучше, спасибо.

- Я сожалею, о том, что меня не было на похоронах.

- Что ты такое говоришь, мой милый.

- Я очень хотел прийти, но…

- Дуэйн, - женщина подошла к нему и провела рукой по его взъерошенным волосам. – Мне очень жаль, что тебе пришлось такое пережить. – Из ее глаз текли слезы. – Я и представить себе не могу какого тебе сейчас. Я не знаю, можно ли так сказать, но я рада, что именно ты был в тот момент с ним. Он очень дорожил твоей дружбой.

- Они не позволили ему увидеть меня. Они сделали так, чтобы он не знал о моем присутствии.

- О, он знал. Он знал, что ты рядом, не сомневайся. Присутствие близкого человека мы чувствуем даже если его уже нет на этом свете, а ты был в нескольких метрах. - Она попыталась улыбнуться, но от этого ее слезы только сильнее стали стекать по щекам. Дуэйн обнял женщину, она обняла его в ответ. Так они простояли около минуты, плача в плечо друг другу.

- Он пригласил меня на день рождения. Я приготовил ему подарок.

- Баскетбольная форма? – Дуэйн кивнул. – Он очень хотел ее. Но я хотела, чтобы он заработал на нее сам. Я хотела подарить ему новые кроссовки. Но вместо того чтобы ему получить все это, его гроб опустили в сырую землю. Ему должно было исполнится восемнадцать. Он так хотел уехать отсюда. Оставь форму себе. На память. Он бы хотел, чтобы она была у тебя.

- Берегите себя, миссис Шейк и удачи вам на новом месте.

- И ты береги себя Дуэйн, - улыбнулась женщина.

Глава 45

Глава 21

Когда Дуэйн пришел на территорию полицейского участка Ричард Стейнер уже был там.

- Сейчас их приведут, - сказал он. И спустя пару минут к ним уже бежали их радостные питомцы.

Анхель набросилась на Ричарда Стейнера, а Эверест на Дуэйна.

- Ну, привет, друг, - говорил он, взъерошивая его шерсть. – Осторожнее, я еще не весь зажил.

Волчонок прыгал вокруг него, весело скуля и махая хвостом.

- Ну, ладно, ладно, - сказал Дуэйн и присел рядом с ним. – Нам не дали много времени. Мы должны попрощаться. – Эверест, более или менее успокоившись, сел напротив хозяина. – Мне, наверное, стоит попросить у тебя прощения, за то, что держал тебя в неволе. Просто когда я тебя увидел, я не знал, что делать. Ты был хромым, а я так хотел себе щенка. И вот тут ты, около моего дома потерянный и напуганный. Наверное, следовало тебя все-таки отнести к волчице, но я с чего-то решил, что ты можешь остаться. И вот ты остался. А сейчас, тебя у меня заберут, и все от того, что ты спас мне жизнь. Мне хочется думать, что когда-то и я спас твою, но я лишь подверг тебя опасности. Иди ко мне, Эверест. – Волчонок положил лапы на плечи хозяина, и они обнялись, как два старых друга.

Спустя некоторое время, к ним подошла Анхель, а Ричард Стейнер подозвал к себе волчонка.

Анхель как обычно грациозно сидела напротив Дуэйна, глядя ему в глаза, своим пронзительным взглядом, словно, была человеком.

- Я виноват в том, что не поверил тебе, - сказал он. – Может быть, если бы я не сомневался в тебе, ничего этого и не было бы. Может быть, мне стоило тогда перевернуть этот сад вверх дном, но я полагался на логику, а не на тебя. Ты простишь меня?

Бийи подошла к нему и подала лапу. Дуэйн взял ее в свою ладонь, после чего погладил ее по голове, так грациозно, как только мог.

- Ты не заслужила этого.

- Они оба не заслужили этого, - сказал Ричард Стейнер.

В этот момент к ним вошел человек в форме.

- Время вышло, - сказал он. – Сучка и волчонок отправятся со мной.

- Им не будет больно? – спросил Дуэйн.

- Нет, они просто заснут. Никто не сделает им больно.

- Обещаете?

- Даю вам слово.

Через мгновение они стояли одни, глядя на решетчатую дверь, за которой скрылись их питомцы.

- Ты не виноват в этом, - говорил Ричард Стейнер.

- Но если бы они не кинулись меня спасать, этого всего бы не было.

- Тогда не было бы тебя. В мире нет ничего важнее жизни человека. Особенно если это твой друг, и они это прекрасно понимали.

Эпилог

Спустя год территорию, на которой располагался сад старика Макензи, сравняли с землей. Все кости, которые были найдены, похоронили в братской могиле, внеся в нее имена всех, кто был когда-то пропавшим и не найденным. Сразу после этого события Дуэйн покинул город и поступил в полицейскую академию. Два раза в год он приезжал, чтобы навестить отца и Ричарда Стейнера. Маргарет умерла от рака легких спустя два года, но на ее похороны Дуэйн не приехал.