Илония. Книга 4. Братья

Вступление

Каюта кордийского королевского «Гордого ветра» была большой и роскошной.

- Приходится. – пожал плечами Лионс, увидев восхищенные взгляды братьев. – То одна мать приходит меня навестить, то другая. И обе королевы!

Для вида он сердился, но Элант и Крист видели, что он доволен произведённым эффектом. Каюта обита дорогой тканью с золотой вышивкой, массивный, но изящный стол, такие же стулья, пара кресел с обивкой под стать стенам, шкаф, большой сундук, ажурные подсвечники, на стенах – мечи, кинжалы и арбалеты, в одном из которых братья безошибочно опознали работу Принцессы Нарты.

- Эта для приемов. Но моя капитанская каюта поскромней, - счел нужным добавить Лионс, искоса взглянув на братьев.

Понятно, без насмешек Годарда, а может и Раднира, тут точно не обошлось.

- Мне нравится, - сказал Крист, беря в руки один из арбалетов.

- Принцесса Илонии, Элиссия, подарила, - сказал Лионс.

- Да, я вижу её клеймо, - кивнул Элант. – а этот кинжал?

Он взял в руки длинный тонкий клинок с необычной гардой – под чешую змеи.

- От короля Интара, - пояснил Лионс, - это улисский.

- Нам не попадался такой на глаза. А тоготский есть клинок?

Лионс показал на свой пояс:

- Кинжал, от Куртиса.

Пока молодые люди рассматривали в мельчайших подробностях знаменитую сталь, принесли закуски и вино.

Лионс приглашающе кивнул на стол. Эланта и Криста не надо было приглашать дважды.

Какой бы большой не была каюта, рассаживаясь, старшие братья Лионса умудрились споткнуться о сундук и кресло, задеть шкаф и чуть было не уронить подсвечник на столе.

- Одичали! – извиняюще проговорил Элант.

- У тебя слишком тесно! – поправил Крист.

- И то, и другое! – махнул рукой Лионс, усаживаясь за стол. – Расскажите, где были.

С набитыми ртами это было неудобно, поэтому юноши ограничились лишь кивками. Рассказать им было чего, но прежде вспомнилось начало их новой самостоятельной жизни.

***

Четыре года назад, после памятного события, когда Тайлис пришлось отречься от престола, а вслед за ней, убив в поединке короля Брагита, отрёкся и Элант, новым королём Кордии стал Ланионсер. Его приёмная семья - ситарская королевская чета вместе с наследником Годардом возвратились на Острова, а он остался учиться управлять королевством, так внезапно свалившимся ему на голову.

Через некоторое время Лионс побывал со своим первым официальным визитом в качестве короля на свадьбе принца Иллара. После чего они с Элантом вернулись в Корду.

Отвлечь Криста от первой разлуки с братом помог Стенли, назначив юношу в один из своих отрядов простым всадником, гоняя потом этот отряд с поручениями по всей Илонии, а также от Мадира до Улиссы, от Арилазы до Вароссы. За эти полгода Крист стал опытным всадником и мог теперь даже спать в седле, не сбиваясь между тем с дороги и держа строй.

За то время, что Крист служил под началом Стенли, отца он видел нечасто. И уж эта разлука точно пошла на пользу илонийскому принцу. Иллар теперь не покидал Илонию. Смирившись с разрушением своих планов и привычкой жить в постоянной тайне, он всецело отдался своей любви, в радостном ожидании рождения ребёнка от любимой женщины. И даже набрал в весе, что послужило причиной насмешек со стороны кузенов и Латина.

А Лионс с Элантом учились. Четыре года назад Тайлис со всей серьёзностью взялась за обучение младшего сына всему тому, что сама знала об управлении государством. Не лишним считала и присутствие рядом старшего сына. Мало ли что в этой жизни могло произойти, и кто знает, возможно, Эланту предстоит заменить мать на посту Регента. Что стало особо очевидно, когда подошёл срок рождения её ребёнка.

Овета из-за сильных штормов в это время не смогла прибыть на роды, но Интар послал в Кордию своего лучшего лекаря - Мойрина и его жену Раилику. И всё равно роды дались уже немолодой королеве тяжело.

На долгие дни, пока Тайлис не встала, старший брат и младший были предоставлены сами себе и позволили себе увильнуть от библиотек и кабинетной глуши, пропадая либо в Хартоне, либо на море. Впрочем, заседания Королевских Советов они не позволяли себе пропускать. И хотя юный Лионс не обладал всей полнотой власти делать распоряжения и подписывать указы, они посильно принимали участие в обсуждении и принятии решений Королевским Советом.

А так как в обучение сыновей королевы входило и воинское искусство, намеченный Тайлис план занятий для сыновей, почти не нарушался.

После рождения сына Тайлис как будто подменили. И хотя к младенцу приставили молодую кормилицу и кучу нянек, Тайлис старалась не покидать единственного ребенка, которого не унесли от неё в первый же миг рождения. Она была счастлива от того, что рядом был любимый мужчина и ребёнок, расцвела, стала мягче, терпимей и, как следствие, в чём-то мудрей, её суждения стали менее категоричны, чем прежде.

Малыш Серлин не был внесён в списки наследников, так как Тайлис к моменту его рождения уже отреклась от престола. Не считались бы наследниками и потомки Эланта, если бы с Лионсом что случилось. Поэтому Тайлис засадила советников и священнослужителей за исторические хроники и законы. Положение династии с воцарением короля-подростка стало шатким и необходимо было найти какой-нибудь выход, чтобы обезопасить королевство.

Одновременно с этим велись серьезные разговоры о женитьбе короля Лионса. Но, хотя тринадцатилетний паренёк был рослым и крепким, Лионс категорично отвергал такие разговоры, предпочитая поддерживать королеву-мать в её поисках выхода из положения.

Он с нетерпением ждал того момента, когда корабль его приёмного отца покажется на горизонте. Он соскучился по кораблям и тосковал по бескрайним синим просторам. Хотелось увидеть Овету, свою приёмную мать, названного брата и, конечно, своего главного наставника – приемного отца.

Ко времени появления в Корде Раднира, направил к ним сына и Иллар.

С тех пор Крист с Элантом не расставались.

***

По договорённости с Тайлис Раднир забрал Лионса из Корды и увёз с собой.

Быстроходный корабль оргунской постройки был придан в личное владение короля Кордии. Под руководством Раднира, юноша продолжал учиться быть настоящим капитаном.

Эланта и Кристом взял на свой корабль пятнадцатилетний Годард.

Выросшие на берегу, братья между тем никогда не ходили в море на чём-то более крупном, чем рыбацкая лодка. Прохлаждаться не было у них в привычках, и они предвкушали обещанные Годардом новые ощущения. Пусть даже понимая, учитывая серьезное предупреждение молодого капитана, что дальше обязанностей юнг они не продвинутся.

Осознать слова Годарда о нелегкой доли юнг им пришлось слишком быстро. На «Стремительном», так назывался корабль наследника Раднира, легком корабле с двумя мачтами и восемнадцатью парами вёсел, юного капитана как будто подменили. Из насмешливого юноши Годард стал внимательным, строгим и жёстким капитаном. И хотя они и встречались на вечернем ужине в кают-компании, во время плавания это было единственное время, когда Годард был прежним. Всё своё внимание он уделял управлению кораблем под руководством опытного старшего помощника, одного из лучших людей Раднира.

Эланта и Криста взял под своё попечительство старый боцман. Морякам было известно, что двое юношей были гостями их капитана, а их решение попробовать себя в мореходном деле было скорее прихотью, чем необходимостью. Поэтому, хотя насмешки и не прекращались, относились к браться снисходительно. Но и они всё же до десяти лет помогали отцу-рыбаку, а потом тренировались под руководством Онзира и Иллара. Они умели держать равновесие на колышущей палубе, им незнакома была морская болезнь, а на ванты взлетали, как заправские моряки, сказывались усиленные тренировки в замке Хартоне. Драить палубу, правда, их никогда не учили, но от гостей этого и не требовали. А вот на веслах им довелось посидеть. При необходимости сложного манёвра и отсутствия необходимого ветра, Годард командовал: «На весла!» и Элант с Кристом не отлынивали от работы, усаживаясь на банки, расположенными под основной палубой, вместе с гребцами и моряками. Нехилые мозоли, заработанные ими за время путешествия, ещё долго напоминали им об этой небольшой пробе сил.

«Стремительный» Годарда и «Гордый ветер» Лионса до Ситарских Островов шли одним курсом и несколько раз Раднир с Лионсом прибывали к ним в гости. А иногда Годард с братьями посещали корабль Лионса.

В который раз братья удивлялись разительной перемене как Годарда, так и его отца. В море насмешки короля Раднира исчезали без следа, он был собран, серьёзен и требователен, что в полной мере и привил как родному сыну, так и приёмному.

Оба корабля не были торговыми, поэтому их плавание не продлилось долго. Уже довольно-таки скоро они прибыли на Ситарские Острова.

Королевский двор, дворцовые порядки столицы Раднира мало чем отличались от привычных материковых. Королева Овета привнесла в чужой дом многие обычаи и церемониал родной Илонии. И отличались они лишь размахом и размером. Королевский дворец Ситарских Островов был не в пример меньше всех известных братьям дворцов. Сказывался недостаток места на острове и отсутствия материала. Хотя камень, из которого был построен Ситарский дворец, был более послушен обработке, но его было недостаточно, приходилось везти с других островов, а древесина была на вес золота. Постройки поскромней строились и вовсе из смешанной с тростником глины.

Для Эланта и Криста стало понятно, почему струганные доски заполнили все свободные места обоих кораблей. А курицы в клетках на корабле были отнюдь не для того, чтобы в плавании снабжать команду свежими яйцами. Их торжественно передали приплывшим к королевскому Острову мелким суднам. Туда же сгрузили и древесину. Ситарские острова изо всех сил обживали свои не самые благоприятные для житья места.

А удобная бухта, заполненная кораблями под всевозможными флагами, подтверждало то, что пиратство Ситарских Островов давно ушло в прошлое. Если из своих богатств Острова могли похвастаться только пресной водой, дарами моря, свежими овощами и фруктами, то торговые ряды, где можно купить и продать что угодно – давно уже стали привычными для торговцев всех мастей. А родственные связи Ситарских Островов и Илонии позволяли Илонии сбывать через порты Ситарка зерно, ткань, пеньку, кожу и много чего из богатств родственного королевства.

Королева Овета была счастлива увидеть как приёмного сына, так и своих племянников. Время скрывать своё происхождение, стараться быть непохожими друг на друга для братьев прошло, но по уже сложившейся традиции, они так и остались безвестными путниками, состоящими в дальнем родстве с королевой Оветой.

На Ситарских Островах пути четырех молодых людей разошлись.

Лионс вернулся к приёмным родителям не для праздного времяпровождения, поэтому вскоре два корабля ушли в море, сопровождая большой торговый караван. Помимо пиратов Ситарских Островов, которые вот уже более пятнадцати лет не представляли угрозы купеческим кораблям, находилось немало любителей легкой наживы. Энвейское море всегда было лакомым кусочком для морских грабителей. С тех пор, правда, как корабли под флагом короля Раднира взялись охранять, а не грабить торговцев, пиратов значительно поубавилось.

Отправив старших сыновей в самостоятельное плавание, Раднир на этот раз остался с женой и младшими детьми. А совершая ежегодный объезд своих владений, он решил взять Эланта и Криста с собой.

Переплывали они от острова к острову на большом, имеющим четыре мачты корабле, названным Радниром «Ситар». Заказанный в Оргунии несколько лет назад, корабль превзошёл все чаяния и мечты островного короля. Раднир сам ездил на знаменитые верфи наблюдать за ходом работ и заплаченные деньги стоили того. В настоящее время не было в Энвейском море более быстроходного и маневренного корабля.

А подарком короля Интара дочери и её мужу стало поистине королевским всё внутреннее убранство корабля, включая мебель и обшивку корабля. «Ситар» стал достойным флагманом флота Ситарских островов и на нём часто путешествовала и королева Илонии – Лайна, навещая дочь и внуков в далёких краях.

Отца сопровождали его младшие дети – Олгерт и Авели. Тринадцатилетний мальчишка и двенадцатилетняя девочка были юнгами на отцовском «Ситаре» и Элант с Кристом со стыдом убедились, что явно припозднились со своим стремлением познать премудрости морского дела. Их двоюродные брат с сестрой знали и умели намного больше, чем даже могли помыслить их старшие родственники. И хотя Годард, на корабле которого они плыли, не делал, как им казалось, для них снисхождений, они наблюдали, как Раднир относится к Олгерту и Авели ещё строже и требовательней. Но и он же сам первым показывал, разъяснял и учил своих детей.

***

Путешествие по владениям Раднира было весьма познавательным.

Ситарские Острова представляли из себя три больших острова и ещё с пару десятков островов поменьше.

Первые два острова - Лависай и Налис находились рядом друг с другом, разделённые небольшим проливом.

Лависай имел сильно скалистую береговую линию, что делало его и единственную бухту практически неприступной, корабль мог зайти в неё, лишь имея на борту опытного лоцмана. Но именно тут, на небольшом горном плато, и располагалась столица отца Раднира. Небольшой замок, прямо в горном массиве, со рвом через быстрый горный поток – был одной из резиденций Раднира и путники остановились там на несколько дней. Рядом с замком расположилось небольшое поселение, где проживало, на удивление очень много народа и далеко не бедного. Много женщин и детей, а в центре городка был даже рынок, с которого несся звук оживлённой торговли.

- Один из пленников моего отца ещё в те времена обнаружил тут неплохие запасы меди и олова, - пояснил Раднир, - так что те, кто его добывает, нужды ни в чём не знают. Несколько кораблей, которых сопровождают Годард с Лионсом везут в Нимкейн полные трюмы руды.

- А кузнецов нет? Сами не плавите? – спросил Элант.

- Если ты найдешь на этих скалах хоть одно дерево выше твоего роста, парень, - усмехнулся Раднир, - подарю тебе корабль. Он всё равно будет меньше стоить, чем древесный уголь.

- А каменный? – не удержался от вопроса Крист.

- Пока не нашли, - покачал головой Раднир, - да горняки и не обещают. Не те это места. И подземного огня, как в Скобийских горах у нас нет, - добавил он, явно сокрушаясь.

- Подземного огня?

- Рассказывал ваш дед, что в тех горах в некоторых потухших вулканах остались неплохие кузни.

- Вот как? – явно удивились юноши.

- А вот если мы найдем на моих островах драгоценные камни, как в Тоготе или Арилазе, - подмигнул им Раднир, - вот тогда я смогу тут и кузни построить.

- Тогда вам и медь не нужна будет, - рассмеялся Элант.

- Ну, в некоторых делах бронза всё же более необходима, чем ожерелье, да диадемы.

На Лависае вместе с Радниром и его детьми поднимались в горы, и Раднир показывая им Острова с высоты птичьего полёта. Некоторые пещеры, которые им встречались, были просторны и имели обжитой вид. Несколько раз они миновали штольни горняков. По узким тропинкам вниз, к бухте погонщики вели нагруженных мулов. Вверх поднимались мулы без поклажи.

Обогнули они несколько озер насыщенно бирюзового цвета, которые придавали этой суровой красоте острова особое очарование. Вот только вода в них была намного холодней, чем теплые воды моря, омывающего берега острова.

Соседний остров Налис, на который они посмотрели свысока, хотя и имел, как Лависай, гористую местность, но две горы находились только в центральной части острова. С них к низменностям на побережье устремлялись реки, две из которых образовали заливы. На высоком берегу одной из них и стоял когда-то дом наложницы короля Курхота — матери Раднира. Вокруг располагалось селение, в котором жили семьи команды корабля молодого капитана. Это было давно. Теперь удобная бухта разрослась в огромный торговый порт, а возникший на его основе город уже около двадцати лет как был столицей королевства Раднира.

Ещё один большой остров Финай, на этот раз сильно вытянутый с северо-востока на юго-запад, располагался западней Лависая и Налиса.

Оба огромных острова защищали третьего меньшего собрата от ветров Энвейского моря, но и дожди выпадали преимущественно на этих островах, редко доходя до Финая. А если и доходили, то песчано-каменистая почва острова, имеющего низкий профиль рельефа, поглощала их без остатка. Остров практически не имел озёр и рек, и, как следствие, был более засушлив и непригоден к возделыванию земли. Привезённый с материка ещё Курхотом скот уничтожил скудную, но всё же имеющуюся растительность, и от полного запустения остров спасали только удобные гавани.

Зато тут хорошо прижилась лоза илонийского винограда, произраставшего на севере Илонии, на границе с засушливым Мадарисом. Но и для его выращивания пришлось потрудиться, сооружая искусственные пруды и каналы, способные удержать дождевую воду. Усилия были потрачены не зря, и теперь ситарское вино пользовалось необыкновенной популярностью у торговцев, которые везли его не только в прибрежные королевства Энвейского моря, но и за его пределы. Когда-то нищие обитатели острова, изгои даже среди пиратов Курхота, теперь имели свои торговые корабли и немало способствовали процветанию королевства.

На Финае они побывали на виноградниках, видели и как растёт виноград, и как строят новые каналы, укрепляя их привезёнными с соседних островов камнями, скрепляя их глиной, перемешанной с илом и мелким ракушником. Видели, как бродит в огромных чанах вино, а как его потом переливают по дубовым и ясеневым бочкам. Бочары, делавшие эти бочки тут же, на острове, ценились не менее виноделов. А древесину им везли как с Илонии, так и с Арадилии.

Остальные острова Ситарского архипелага были разбросаны по небольшой акватории вокруг трёх основных островов и повторяли своими характеристиками три основных. Одни были безжизненны и пустынны, как недавно Финай, другие богаты своими песчаными отмелями и буйной растительностью. Какие-то острова облюбовали колонии птиц, на нескольких в изобилии водились горные козлы.

На острове Балик, четвёртым по площади, и расположенном чуть в отдалении от всего архипелага, на его северо-западе, несколько десятилетий назад существовала колония морских котиков. Сейчас она насчитывала лишь сотню-другую животных. Но Раднир, показывая остров племянникам, был настроен оптимистичен.

- Отец в своё время запретил охотиться на них. Это их и спасло. Возможно, в те времена, это и не позволило кому-то лечь спать сытым, ведь мясо их ценилось тут у нас весьма высоко. Зато теперь, в отличии от материка, где держат бычков, овец и свиней, у нас домашние морские котики.

- И вы, - весело усмехнулся Крист, - можно подумать, гоняете их на пастбище или заготавливаете сено на зиму.

Раднир рассмеялся.

- Да уж. Рыбу для них мы точно не ловим и амбары не строим. Зато мы их охраняем. А на это, уже поверь мне, парень, усилий требуется не меньше.

И он указал на небольшие строения на Балике и корабль, курсирующий вдоль острова.

- Мои пастухи вооружены не кнутами, а копьями, мечами и стрелами. Зато жители Ситара теперь могут хоть изредка, но поставить на стол не рыбу, а мясо. Хотя и надо знать, как его приготовить.

- Даже так?

- Не особо вкусное. Но питательное. Жители не жалуются.

- А моряки?

- Корабли заходят в материковые порты. А уж там у них всегда есть выбор, что заказать в таверне. Ну и закупить на корабль.

К одному из маленьких островов они не смогли приблизиться, смотрели издали на извергающий пламя вулкан. Потоки лавы устремлялись к морю, и с грозным оглушительным шипением обрушивались в воду.

- Когда я был мальчишкой, этот островок был намного меньше в размерах, — говорил Раднир, с усмешкой наблюдая за поражёнными таким видом молодых людей. - Застывшая лава делает его больше. Лет через сто мои потомки уже будут заселять остров. Кто-то из моих людей считает, что все наши острова тысячи лет назад образовались именно так.

- Тогда тут были бы потухшие вулканы, котловины. Лорд Онзир показывал нам такие на границе Скобийских горах. Горы Лависая и Налиса другие.

- Ты забываешь о землетрясениях, Элант. Когда тут был ваш дед, первым делом он подумал о них. А уж потом мы нашли и стариков, которым рассказывали другие старики. Было дело, тряхнуло море лет этак сто пятьдесят назад. Тогда и поднялись из воды несколько наших суровых островов. И кто знает, сколько их ушло под воду. Интар прислал мне копии хроник Илонии и Мадариса, в которых нашёл описание сильного землетрясения как раз в это время. Илонию, конечно, не затронуло, но Мадир тогда лишился нескольких зданий, просто-напросто сползших в море. В Хрониках Илонии это отметили лишь потому, что одно из зданий принадлежало илонийской торговой гильдии.

- Но вулканы-то должны были оставить какой-то след?

- В хорошую погоду, когда воздух и море прозрачны, с вершины горы Лависая на дне моря видна воронка, и не одна. Вулканы ушли под воду. И кто сказал, что горы Лависая и Налиса - не их, и не землетрясения работа? Вам не показалось, что берега озёр Лависая слишком уж ровные, а сами они подозрительно круглые?

Элант с Кристом удивлённо переглянулись.

- А землетрясение может повториться? – спросил Крист.

- Ну, - Раднир усмехнулся, - я могу предсказать шторм на море, дождь. Но не такое явление. По крайней мере, при моём отце его не было, надеюсь, не будет и при Годарде и его потомках.

Путешествие короля с детьми и племянниками Оветы не было праздным времяпровождением, стремлением показать свои владения сыновьям Тайлис и Иллара. На каждом острове у короля находились дела. Где-то вникнуть в проблему, разрешить споры и притязания, где-то помочь советом, приструнить нерадивых. Быть судьёй и карающей рукой. Наградить или, наоборот, лишить чего-либо. Элант с Кристом уже видели серьезного Раднира, увидели его и мудрого, и жестокого.

Бывало Элант с Кристом жалели, что Раднир своей охраной на берег брал только их одних, оставляя рослых, грозных моряков на своём корабле. Хоть и вооружённые, они всё же иногда опасались, что не могут совладать с недовольными поданными ситарского короля, открыто высказывающие ему свои претензии и неповиновение. На их робкое недоумение Раднир серьезно ответил:

- Вы не охрана, вы гости и мои люди видят это. Но и с охраной я сюда не пойду. Потому что они мои люди. Я должен их выслушать. Если за моей спиной будут стоять мои молодчики, они подумают, что я их боюсь. Хорош же тот правитель, что боится своего народа. И, - он усмехнулся, - насколько я помню, ваш отец тоже не ходит везде с телохранителями.

- Зато королева Тайлис ходит, - улыбнулся Элант.

А Крист кивнул на одинокую скалу, стоявшую недалеко от берега Лависая.

- И у отца нет такого устрашения.

Об этой скале шёпотом им рассказала Авели.

Единственная дочь короля Раднира и королевы Оветы, она больше времени провела на корабле отца вместе со своим братьями, чем на суше. И желала бы, чтобы это продолжалось дальше. И она была достаточно упряма и упорна, чтобы добиться этого. Овета ворчала, но ничего не могла поделать, Раднир считал, что если дочь может это сделать, то так и должно быть. А моряки... моряки обожали дочь короля, кровь от крови их королевы, которую они боготворили.

Олгерту, хотя он и был старше сестры на год, приходилось чуть ли не трудней чем сестре. Мало того, что он стремился догнать в умении старших братьев, ему нельзя было уступать и сестре.

Раднир не только посмеивался над этим соперничеством, но и поощрял его.

Скала, которую показала им Авели, была местом наказания и казни. Недалеко от бухты, в пределах видимости селения, где жили обычные моряки и рыбаки, преступника или провинившегося, бунтаря или раба, приковывали на ней цепями и оставляли без еды и воды. Иногда наказание длилось несколько дней, иногда до самой смерти от голода и истощения. И если проходил дождь и осужденный мог продлить свою жизнь, бывало ему и приходила милость от короля. Но чаще случалось наоборот, дождь и питьевая вода лишь продлевали мучения

Раднир, прищурясь, посмотрел на Криста.

- И чем эта казнь отличается от казни преступников в Нарте? Или, скажем, казни самозванки в Корде? У вас свои методы, у нас на море свои. И если смерть лишением головы, по-вашему, слишком легкая, то, возможно, боязнь моего приговора сдержит если не одного, так другого. Тем более, что лишение головы безвозвратно. А здесь у человека есть надежда. Я не милосерден, как ваш прадед, но и не так жесток, как мой отец. Король Интар великий человек, я предпочитаю действовать как он, другими методами. Хотя не могу не признать, что она, - он кивнул на скалу, - чаще всего более наглядна и не требует особых усилий.

- Учтём, - серьезно ответил Элант, - задумчиво поглядывая на скалу, которая в тот момент, к счастью, стояла пустая.

На путешествия по владениям Раднира у Эланта с Кристом ушло времени достаточно много, и к моменту возвращения Годарда и Лионса, они уже были готовы двигаться дальше.

***

Они специально, по просьбе Лионса, оставили осмотр острова Налис напоследок. Младший брат сам хотел показать им свою родину, места, где он вырос. И Элант с Кристом в полной мере оценили гордость подростка за свой родной остров.

Несколько дней они потратили на то, чтобы подняться на одну из гор острова, которая была хотя и ниже гор соседнего Лависая, зато вид с них был совсем другой. Лависай был красив своими озерами, которые возможно, были когда-то кратерами вулканов. Налис таких озер не имел, но зато с его вершин спускались к морю многочисленные реки. Теплый мягкий климат, изобилие воды – всё это благоприятствовало буйному росту растительности на острове. И хотя при заселении острова людьми Курхота, деревья беспощадно вырубили, а остальную растительность поели завезённые козы, мать Раднира – Шериса, уже в те времена начала восстанавливать леса, требуя бережного отношения к молодым деревцам. Подкреплённое жестким приказом их повелителя требование во всем подчиняться Шерисе, благодаря ей, а впоследствии и её сыну, леса восстановились. Молодые, сильные, с яркой зеленью они превратили остров в зеленый ковер с ярким узором цветущих кустарников и сине-белых рек.

Струясь с вершин гор к их подножиям, потоки воды образовывали неисчислимое количество водопадов. Одни обрушивались с немалой высоты в небольшое озерцо, в других местах один водопад следовал за другим, образуя целый каскад мощных струй, бьющих по природным ступенькам высокой горы. В долине у береговой линии реки становились тише, послушней, текли неохотно, иногда делая причудливые петли, лишь бы не потеряться в солёных водах моря.

- Отец был тут? – спросили юношу Овету, которая на этот раз сопровождала их.

Горы Налиса не были настолько крутыми, как Лависая, поэтому они ехали на лошадях, и королева не уставала.

- Ни разу. – И добавила, увидев удивлённые глаза племянников. – Они с отцом хотели, чтобы он сопровождал меня на Острова, когда Раднир приехал за мной. Но Королевский Совет, который и меня-то отпустил с большой неохотой, заставив выслушать и подписать несколько указов, лишавших меня права на трон, раз я выходила замуж за чужестранца, тем более, сына завоевателя, - Овета улыбнулась своим мыслям. – И они категорически воспротивились отпускать в неведомое первого наследника. Меня сопровождал Тарлин, ну и Ногал. И ещё сотня людей из тех, кто шёл тогда с нами из Нарты в Корду. Они воевали бок о бок с моряками Раднира, поэтому мой эскорт не был оскорбительным для ситарцев. Ну а то, что часть из них была илонийцами, часть арилазцами и тоготцами, ну и, конечно, кордийцами, лишь придавало моему прибытию оттенок не личного счастья, а статус принятия Ситарских Островов, как мирное торговое королевство.

- Дед постарался?

- Да. Отец выжал из этого события всё, что мог. Обставил настолько торжественно и значимо, что Ситарским Островам ничего не оставалось делать, как стать достойными илонийской принцессы, - Овета рассмеялась.

- А потом? Почему отец не был тут потом?

- Потому что у него были вы. Он тратил на вас слишком много времени, чтобы уделить его ещё и мне. Наш отец позволял ему отлучаться из Илонии только ради вас. Ну, а я приезжала и так достаточно часто, чтобы он не успевал соскучиться и не стремился увидеть меня тут. Зато, - Овета улыбнулась, - у меня в гостях была его Элиссия.

Осмотрели они внимательно и замок, где жили их братья и сестра.

Обилие открытых террас и колонн дворца повелителя Ситара, взирающего с высоты утеса на бухту, лежащую под ней, делало его воздушным и невесомым. К бухте спускалась широкая дорога, по которой тяжеловесные мулы поднимали и спускали повозки с товаром. С другой стороны к морю вела узкая каменная лестница, упирающая в крохотную бухточку, в которой помещалась лишь пара лодок и которая была закрыта со стороны порта небольшой скалой.

Как объяснил братьям Лионс – именно это место было любимым его и Годарда. А когда-то давно и их отца – Раднира, да и всех детей Шарисы, включая Сабера. Здесь они учились плавать, здесь ловили и готовили на костре рыбу, здесь впервые сели за весла на лодке.

И отсюда, в случае опасности, предстояло бежать.

Это им уже рассказал Раднир. Он ещё раз привёз племянников Оветы на Лависай. И заставил запомнить и пройти не только потаёнными тропами в тайные убежища, но и выучить наизусть водный путь в бухту.

- От Налиса, от нашей небольшой бухты у дворца, - рассказывал он, - прибрежное течение приведёт лодку или маленькое судно, а оно всегда стоит наготове, прямо на эти скалы, но, не зная фарватер, она разобьется о скалы. И дети, и Овета – они знают, как пройти невредимым. Я бы хотел, чтобы это запомнили и вы.

- Вы чего-то опасаетесь?

- Нет. Но ваш дед настоял, чтобы я предпринял все меры, чтобы, если что-нибудь всё-таки случится, его дочь и внуки оказались в безопасности. А вы, если понадобиться, пришли к ним на выручку.

- Мы запомним, - пообещали юноши.

А Раднир усмехнулся, глядя на их ставшим сосредоточенным и решительным вид.

- Не надо относиться к этому настолько серьезно. Насколько я знаю, беда обычно приходит неожиданно и совсем не с той стороны, с которой её ждешь. По крайней мере, именно так я узнал всё о кордийских потайных ходах, - он подмигнул юношам. – Кто бы мог подумать, что именно мне, сыну захватчика, они откроются, чтобы спасти несколько человек, в том числе и королеву. Но ваш дед, кстати, заставил меня выучить тайные ходы Нарты. На тот же, всякий случай.

- Нас провёл по ходам отец.

- Надеюсь, их прочистили?

- Кое-где, - рассмеялись Элант с Кристом.

На этом их путешествие по Ситарским островам закончилось. И начались другие.

***

Как и обещал им Интар, пока внуки не достигли совершеннолетия по кордийским меркам, он выделил им сопровождающего. Судя по тому, что их новый спутник был раньше оруженосцем у их отца, без принца Иллара тут не обошлось.

Гиарн подтвердил:

- Да вы ж знаете, мой дед воевал рядом с лордом Илларом. Ну и было такое дело, ещё во время войны, лорд Иллар попросил, чтобы потомки деда, то есть мы с братом, служили ему так же, как и дед.

- Лорд Латин рассказывал нам про покушение, - осторожно переглянулись братья.

Им не очень хотелось, чтобы молодой воин, чуть старше их самих, был их наставником в то время, когда им хотелось самостоятельности и ни в коем случае не надзора и телохранителя.

- Да, - махнул рукой Гиарн, - какие там телохранители. Лорда Иллара же тогда ранили. Нет. Дед рассказывал, как учил драться лорда Иллара. Именно драться.

- Мы умеем, - Элант пожал плечами, - Мисар… то есть господин Фаркус и нас учил.

- Но потом-то вы учились у брата короля Куртиса, лорда Онзира. Ну и у самого лорда Иллара. И много вам приходилось драться? А мне его величеством велено учить вас биться порознь и следить, чтобы вы повышали уровень парного боя.

- Да мы и без того не бросали тренировки.

Тут же организованный Гиарном бой показал, насколько далеки слова юношей от действительности. И хотя навык боя вдвоём никуда не делся, и в первом бою они смогли одолеть нового наставника, дальше дело, как всегда, пошло хуже. А учитывая, что Гиарн прибегал к не всегда традиционным способам ведения боя, юноши из серии боёв не вышли победителями ни разу. А под конец, даже встав вместе против противника, не смогли одолеть его и вдвоём.

- Злитесь, - уже серьезно определил их состояние Гиарн, - не хотите смириться, но ваша злость идёт не туда. Обидчивы, - тут же бросил он им обвинение, увидев их насупленные взгляды. – Вот потому меня к вам и приставили. Ну, повторим бой? Могу поспорить, не продержитесь и пару боёв.

Юноши продержались гораздо больше, но, как и предвидел Гиарн, сдались под напором опытного внука Фаркуса. Даже подначки на корабле не были им так обидны в том деле, в котором они, казалось были мастерами, и мастерство их было проверено в деле.

Но уроки Иллара не прошли даром. Гордость и обида – не те спутники, если ты хочешь перенять что-либо или научиться новому.

Гиарн к этому времени много где уже побывал, нанимаясь то в войска, то в охрану к богатым путешественникам или торговых караванов. Обычное дело илонийцев. Ветераны, имеющие воинский опыт ценились на родине. И хотя прошедшая двадцать лет назад война показала, что постоянно находящегося в королевстве войска недостаточно для отражения угрозы, а ветераны добираются до Илонии слишком долго, практика получения военного опыта в других странах по-прежнему приветствовалось в Илонии и до высоких воинских чинов можно дослужиться, только имея этот самый опыт.

Они встретились с Гиарном в Корде, куда вернулись с Лионсом, а дальше уже отправились через Сегот, в Борию и в Улиссу. После чего участвовали в военной стычке между Вантилией и Сетанией, в Хазрете нанялись к хормирскому послу, который набирал воинов для войны с Кингерией. Пока корабль, полный воинов, в том числе и илонийцев, прибыл в Хормирию, война уже подходила к концу. Прибывшее пополнение, а кораблей было несколько, переломило ход войны и в решающей битве войска Кингерии бежали.

Это была первая настоящая битва братьев, хотя и запомнили они с неё не очень многое. Опытный Гиарн не дозволял им рваться вперед, а общее массовое наступление позволило сломить противника малой кровью. В богатой добыче они не нуждались, поэтому, получив своё жалованье, отправились дальше.

Своё совершеннолетие Элант должен был встретить в Корде. Поэтому после Кингерии они направились в Кордию.

Тайлис, полностью оправившись от беременности и родов, держала власть твердой рукой, а вернув себе полноту власти заставила Королевский Совет поправить закон о престолонаследии, утвердив свой брак с Наирлом, как союз коронованной особы, чьи дети должны быть законными наследниками короны. Нашлись доводы и о признании этого права за потомками Эланта с небольшими поправками. Он обязан держать Совет в курсе о своей судьбе, а в будущем и о судьбе своих потомков. И если дети Эланта рождались в чужом королевстве и были поданными другого короля, и тем более, если ему присягали, путь к трону Кордии для них был закрыт.

О немедленной женитьбе, к счастью для Лионса и Эланта, речей больше не возникало. По крайней мере, Королевский Совет согласен был отложить этот вопрос хотя бы до совершеннолетия Лионса.

Крист всё это время при дворе Тайлис не показывался, ожидая брата в Хартоне, у приёмных родителей и у Фаркуса. Исен, старший сын Фаркуса и Колс, названный брат Криста, уже служили во дворце, зато младшие дети Фаркуса – Тарис и Рила, а с ними и названный брат Валд не отходили от такого внезапного учителя, который мог не только научить их чему новому, тренироваться с ними сколько угодно, но и рассказать много чего интересного о своих путешествиях по миру.

После Кордии они отправились в Илонию. К отцу и к своей новой сводной сестре. Совсем недавно Элиссия в срок и благополучно разрешилась девочкой, маленькой Иланной.

В саму Нарту они не заезжали. Стояла летняя жара и королевская семья в эти дни находилась в Варнийке. И они направились туда же. И уже там поздравили как отца, так и свою молодую, чуть постарше их самих, мачеху.

Счастье Принцессы Нарты было безмерно. Королева Лайна не отходила от них обоих. Отец казался умиротворённым и спокойным.

Теперь Иллар почти не покидал пределов Илонии. Его путешествия и странствия остались позади. А расставался он с Элиссией лишь в двух случаях: когда королевские дела требовали его участия и когда Элиссия занималась своей оружейной.

И хотя они жили во дворце, где стараниями королевы Лайны у них были самые удобные и красивые комнаты с обязательным садиком и недалеко от королевских покоев, ибо королева привязалась к невестке, как к дочери, мастерские не были забыты Элиссией.

Она по-прежнему была хозяйкой своего особняка, часто посещала его, разрабатывала и самолично наносила узоры на готовые изделия. Но эта была лишь дань искусству её предков. Арбалеты по-прежнему выходили с её клеймом, и оно, с добавлением короны, считалось королевским, но сама она всё больше лишь руководила и вела финансовые дела.

Количество мастеровых и подмастерьев в её доме увеличилось. Принцесса, теперь уже Илонии, а не Нарты могла позволить себе изготовление самых дорогих изделий. Из лучшей тоготской и горлитской стали, из самой качественной илонийской, улисской и даже арадилиской древесины. И они уже предназначалось исключительно для богатых и знатных дворян.

Такое положение дел всячески устраивало гильдию оружейников. Их репутация в стране и в мире заметно поднялась, дела расширились. Ведь именно представитель их мастерства, невиданное дело, вошла в королевскую семью. Пусть даже до этого девушка и имела свой, неповторимый ни в одном королевстве, титул.

Глава гильдии оружейников выгадал от такого положения дел максимально – стал членом Королевского Совета. До этого, как правило, только глава гильдии торговцев входил в Совет, но исключительно за счет своих поистине безграничных связей и немаловажной роли в жизни королевства. Но теперь, когда оружейники Илонии получили признание далеко за пределами королевства, король Интар обратил внимание и на представителя этой гильдии.

В Варнийке, как и когда-то два года назад, Кристу и Эланту предстояло немалое испытание. Интар с Илларом внимательнейшим образом выслушали их рассказы о своих путешествиях на Ситарские Острова и о своём новом военном опыте. Следуя вопросам деда, им пришлось вспомнить всё, от имени командиров хормирской армии, до количества чанов в винодельнях Финая.

Их отец только посмеивался над их вымученным видом.

- Учитесь из мелочей составлять картину, ни одной лишней детали не бывает, - говорил он, улыбаясь.

- Но мы же не будем править, - пытался оправдываться Элант.

- А военачальникам незачем знать, какие звери водятся в Вантилии, - добавлял Крист.

- В двух фразах – и две ошибки. Вы точно достигли совершеннолетия даже по Кордийским меркам? В Тоготе вы считались бы юнцами.

- В Тоготе мы воевали бы на границе со Скобийскими горами года четыре назад, лорду Онзиру было пятнадцать лет, когда он начал сражаться, - возмутился Крист.

- А Лионс в свои четырнадцать лет уже управляет кораблём, - добавил Элант.

- А вы не знаете, каких животных и как ловить вашим солдатам, если судьба забросит вас в Вантилию, в то время, как ваш обоз с продуктами окажется захвачен врагом.

- Ну если только… - Элант задумался.

- А чаны с вином? – недоумённо спросил Крист.

- Какова цена будет на вино, наверное, так, - пожал плечами его брат. – нам же надо будет закупать вино для солдат своего войска?

- Запоминайте, - подытожил их отец. – Интересуйтесь. Ничего не бывает не важным. И ты, Элант, уже должен это понять. Твоя мать учит этому Лионса. Ты тоже, я смотрю, не увиливаешь от её учёбы.

- Разве это видно? – переглянулись братья. – Ведь мы же оба дали неправильный ответ.

- Всё верно. Но ведь это мелочи, в чём-то вы правы. Но тут дело в другом. Крист, ты должен был заметить, что вас теперь не путает даже ваша бабушка.

- А раньше путала?

Иллар рассмеялся.

- Она это не признает, но открою небольшую тайну – да путала. А теперь вспомните, кто не путает вас ещё, хотя знает вас совсем немного. Твой шрам, Крист, не всегда заметен, и волосы у вас теперь одинаковой длины.

- Гиарн, - не задумываясь, ответил Крист.

- Я не заметил, - Элант удивлённо посмотрел на брата.

- Нас многие не путают, но почему-то именно Гиарн меня удивил, - пожал плечами Крист.

- И почему? – спросил Элант отца. – Что именно изменилось в нас, и как это связано с тем, что королева Тайлис учит меня вместе с Лионсом.

- То, что произошло с тобой, Элант, - вздохнул Иллар, - оставило на тебе хорошо видимый отпечаток.

- Я был королём несколько мгновений, отец, - проговорил Элант.

- Ты принял решение, Элант. Это главное. Серьёзное и ответственное решение. И не свалил его с плеч, а остался поддержать младшего брата. Ты учишься с Лионсом не только, чтобы, как говорит твоя мать, в случае чего стать его Регентом. Ты опекаешь на этом поприще того, кто неопытней тебя пусть даже он сто раз капитан какого-о там корабля. Хотя тут, - Иллар улыбнулся, - Раднир бы поспорил. Дело в другом, Элант. На тебе печать большой ответственности. У Криста, хотя вы и расставались ненадолго, всё по-другому, и такой надобности у него нет. Он взрослеет, учится, но его учит жизнь и учителя. А тебя подстёгивает ответственность. Не за себя, а за королевство, короля и мать, которым ты нужен умным, решительным, мудрым и надежным защитником. В этом теперь ваше различие, мальчики. Вот поэтому вас не путают.

***

Тогда, три года назад, они не стали задерживаться в Илонии. Расставшись с Гиарном, который действительно был незаменимым и весьма полезным спутником, немало преподав им и теории, и практики, они теперь считали себя опытными воинами и собирались путешествовать дальше сами.

Сперва они добрались до Киссена, где ввязались в небольшое столкновение короля и восставшего барона. Замок барона был хоть и высок, но давно уже требовал ремонта и строительства новых укреплений. Он был взял при первом же штурме. Юношам весьма пригодилось их умение моряков, и они отличились в штурме замке, чуть ли не первыми преодолев крепостную стену.

Королевский военачальник высоко оценил мастерство юных кордийцев и некоторое время молодые люди служили под его началом, сопровождая его по стране и даже в одном из морских походов на Лурдет, опорный пункт пиратов Энвейского моря. В последние годы их разрозненные корабли возглавил некий Гастени. Под его руководством пираты теперь снимали дань с кораблей Вандории, Керинды и Нардинии, заблокировав им выход из залива. Участилось и нападение пиратов на прибрежные земли Киссена.

В том походе им удалось сразиться лишь с одном бою, застав у Лурдета только один ремонтирующийся корабль. Команда корабля предпочла бежать вглубь материка, а жители городка сопротивлялись лишь для порядка. То ли Гастени знал о готовящемся походе киссенцев и заблаговременно увел свои корабли, то ли перенёс свою столицу в другое место. Судя по тому, что награбленных богатств в городке киссенцы не нашли, скорее всего было второе.

Но и этого оказалось достаточно, чтобы Гастени нанёс ответный удар по Киссену, напав на Кафиду. Захватить порт ему не удалось, слишком малые у него были силы, но увести несколько торговых кораблей он смог. И с тех пор относился к кораблям киссенских торговцев куда беспощадней, чем к остальным.

Но об этом Элант с Кристом слышали уже, продолжая свои путешествия дальше.

Они познавали мир, теперь лишь изредка наведываясь в родные края. Иногда опять нанимаясь в чьё-либо войско, иногда просто сопровождая торговые караваны. В деньгах они не нуждались, но не против были и подзаработать. Легко сходились с людьми и уверенно чувствовали себя как в поместьях и замках знати, так и в простых городских и крестьянских домах.

Часть 1 Глава 1

Часть 1 Оргуния

Глава 1. Новый корабль

И вот теперь Элант с Кристом сидели в шикарной королевской каюте «Гордого ветра» и рассказывали брату о своих приключениях за то время, что прошло с их последней встречи.

На Ситарских островах они застали «Гордый ветер», направляющийся в Оргунию, и напросились на корабль брата.

Сам Лионс продолжал делить своё время между учёбами у матери и у приёмного отца.

Ему ещё не было и восемнадцати лет, но юный король Кордии, большую часть жизни проведший на кораблях, был высок, крепок, не по годам развит и тут, на корабле, совсем не походил на короля. Он был в первую очередь капитаном «Гордого ветра».

Лицом он был похож на своего настоящего отца. Но характер, воля, мореходное и воинское искусство ему преподал его приёмный отец – король Ситарских Островов – Раднир. Приёмная же мать Лионса – королева Овета, а судя ещё и по некоторым повадкам и разговорам, и её отец, король Интар, также приложили руку к его восприятию мира.

С каждым разом, когда они виделись, братья убеждались в этом всё сильней.

Разговор затянулся до самой ночи. Не только Эланту и Кристу было о чём рассказать. Лионс за это время тоже повидал немало.

По конец Лионс спросил, деланно равнодушно:

- Вы ведь прибыли из Корды?

- Мать не простила бы нас, если бы в этот раз мы не посетили Кордию, - хмыкнул Элант. – Кстати, она просила передать, что ты не ответил на её послание.

- Ещё не дошло, - пожал плечами Лионс.

- Сильно донимает? – Эланта не обмануло состояние брата.

- Нет, - заминка ответа бросилась в глаза. – Нет, - уже твёрже ответил Лионс. – Они с отцом соблюдают договорённости. Я провожу и с ней, и с ним время почти поровну. Вернувшись от отца к королеве, я даю ей полный отчёт о проведённом времени и полученных знаниях. Возвращаясь к отцу и матери, делаю то же самое.

От старших не укрылось то, что младшему брату всё ещё было трудно назвать королеву Тайлис мамой.

Но они и сами предпочитали обращаться к Тайлис более официально.

- Послушай, - задал Элант вопрос. – Мне показалось, или она собирается сделать из Серлина неженку и маменького сынка?

- Не показалось, - Лионс покачал головой, - она с него сдувает пылинки, кормит из золотой посуды и окружила няньками, которые в десять рук кидаются его поднимать, если он упадет, вытирают ему нос, если он чихнет и не дают в руки ничего острее ложки и ту, по-моему, сами держат в руках. Пока Эйрита была с ней, она хотя бы относилась к малышу нормально…

- А где Эйрита? – переглянулись Элант и Крист. – Мы заметили, что её нет, но мать только фыркнула, когда мы спросили о ней.

- Эйрита? – рассмеялся Лионс. – А вы и не знаете?

Судьба их «тётки» явно была не трагичной, судя по смеху брата. Лионс с удовольствием подтвердил.

- Как-то Тайлис согласилась отправить её с мамой в Илонию, а оттуда она на корабле с Сабером вернулась в Корду. Не знаю уж, чем покорил её Сабер, из него не то чтобы улыбки, доброго слова не добьёшься, - Лионс непроизвольно передёрнулся.

Братья хмыкнули. Про Сабера они слышали немало. Младший брат Раднира, он мальчишкой прошёл войну, всегда был рядом с братом, его преданной правой рукой. И он же обучал племянников азам морского дела, не давая ни малейшей поблажки, делая из них настоящих моряков, а затем и капитанов. А история о том, как он, застав в портовой таверне подростков, пытающихся вином доказать дяде, что они уже настоящие мужчины и моряки, имела весьма далеко идущие последствия, судя по тому, как и Лионс, и Годард с тех пор имели к хмельным напиткам стойкое отвращение. Сабер заставил их тогда разом выпить по фляге самого кислого и отвратительного пойла, что нашлось в таверне, после чего мальчишек весь остаток дня и ночи выворачивало наизнанку, а затем они несколько дней лежали пластом, не смея кинуть в рот даже крошку хлеба. Тогда, кстати, Сабер выслушал и от брата, и от его жены немало упрёков. Раднир, правда, думал о практических последствиях, вино в дальних морских походах заменяло порой протухшую воду. Овета же, частично соглашаясь с мужем, переживала, что сыновья могли отравиться тем, чем заставил Сабер их напиться.

Но дело было сделано. Вот и сейчас Лионс лишь делал вид, что пьёт своё сильно разбавленное водой вино. Хотя вино было отменного качества – ситарское.

- В следующий раз, - продолжил Лионс, - когда его корабль пришёл в Корду, он увёз Эйриту с собой. Нам с Наирлом пришлось вмешаться, чтобы утихомирить Тайлис. С тех пора она и слышать не хочет о сестре, считая, что та бросила её.

- Ей придётся смириться, - улыбнулся Крист. – Эйрита имеет право на своё счастье.

Лионс махнул рукой.

- Несомненно, никто и не сомневается. Тем более, что сейчас родственные связи скрепили Ситар не только с Илонией, но и с Кордией. Я-то особый случай, а здесь – кровное родство. Это пойдёт по пользу всем нашим королевствам.

- Ну, а что Серлин?

- Я поговорил с Наирлом, - вздохнул Лионс. – Тайлис была слишком счастлива, что ребёнок рядом с ней, он не посмел вмешиваться и был сдержан. Но теперь он станет больше проводить с ним времени. Тайлис не может это не радовать. А уж там его отец сделает всё, чтобы из мальчишки вышел толк. И он знает, что я полностью на его стороне.

- Отлично.

- А я слышал, что у Элиссии проблемы? – осторожно спросил Лионс, внимательно глядя на братьев.

Наверняка, Лионс был больше в курсе, чем хотел показать, щадя чувства молодых людей. Те переглянулись.

- После малышки Иланны она дважды теряла ребёнка, - проговорил Крист, - выкидыш. Когда мы были в Нарте, она только-только оправилась и от горя, и от своей болезни.

- Мы не стали задерживаться, чтобы отец не отвлекался на нас, - добавил Элант.

- Это как-нибудь касается тебя, Крист? – спросил Лионс.

- Нет, - тот покачал головой. – Иланна полноправная наследница, если у отца больше не будет детей. Вернее, наследниками будут считаться её дети, мальчики. В Илонии у женщин нет права на корону.

- Если не будет детей или если он не признает тебя?

- Элиссия отправится к Овете. Вместе с мужем, - Крист смотрел на Лионса прямо и спокойно, - в прошлый раз море и твоя мать помогли ей. У неё ещё будут дети. Своё слово я сказал. Но если отец призовёт меня, я выполню его волю.

- Ты спросил это не просто так, да? – Элант не спускал с брата глаз.

Прежде чем ответить, Лионс задумчиво поболтал вином в кубке и слегка пригубил.

- Я помню тот день, как вчера, - проговорил он, наконец. – Не думай, - кивнул он Эланту, - у меня и мысли нет обвинять тебя в таком повороте моей судьбы, ни тем более мать, а отец учил меня не сетовать на трудности, а преодолевать их. Но… чем больше я узнаю, тем больше меня поражает эта громада ответственности и то, как много от меня ожидают обе матери и отец. Но ведь кроме Тайлис, ни Овета, ни Раднир не готовились сесть на трон.

- Лорд Иллар готовится всю свою жизнь. Раньше он постоянно сопровождал своего отца и учился.

- Да, я слышал об этом. Но ваш отец не король. А от меня требуют быть им прямо сейчас.

- Через год!

- Номинально, и то, дай Небеса здоровья королеве Тайлис, чтобы она и дальше правила.

- Ты забываешь, что у Тайлис был Регент и он не допускал её до власти, ей пришлось стать настоящей королевой во время войны.

Лионс кивнул.

- Вот и мне хочется, как и вы, на какую-нибудь войну.

Крист развёл руками.

- С чего ты взял, что приобретешь на войне какой-нибудь опыт? Не смеши! Там главное сделать страшное лицо, громко кричать и размахивать своим мечом. Да, и еще слушать команду командира. Хочешь поменять всё это на умение управлять кораблем?

- Я не управляю кораблём. Отец или мой старший помощник только позволяют мне так считать! Это плавание – первое, в которое я пошёл самостоятельно. Мне позволили. Или, - он улыбнулся, - отцу нужно было перевести Даранга к Олгерту.

- Извини, но тебе всего-то…

- Вот-вот. У отца свой корабль с четырнадцати, следующий он добыл в бою. Мать противостояла отцу в шестнадцать, Тайлис в семнадцать возглавила войско. А я в семнадцать должен отчитываться перед двумя матерями, выслушивать наставления отца, Сабера, Даранга и…

- …насмешки Годарда… - закончил за него со смехом Элант.

Лионс слегка покраснел.

- Наш отец был тенью принца Интара до двадцати двух лет. – Крист был серьезен. – Как и нам сейчас. Но пришло время, и он возглавил сопротивление врагу. Ты настолько хочешь повзрослеть, что готов испытать себя именно войной? И именно сейчас?

- А ты не подумал, - добавил Элант, - что, управляя кораблём, ты уже сейчас намного опытней нас, не говоря уже о том, что, в отличии от тебя, при нас только наше воинское умение. И мы лишь когда-нибудь сможем рассчитывать на чин капитана или коменданта, или какого-нибудь военачальника. Да, сейчас нами не помыкают, но нас и не обучают. Поверь, я знаю, о чем говорю, и отец и наша мать учили нас. Но сейчас наше обучение закончилось, и мы сами выбрали это. Тебе предстоит огромная ответственность, и как сейчас ты способен провести корабль в шторм, так и в будущем тебе подвластна будет судьба целого королевства. Ну? Ты готов струсить и променять всё это на походную миску похлёбки и штурм очередного укрепления?

Покачав головой Лионс уставился в свой кубок.

- Вы правы, - наконец сказал он.

- А что Годард? – спросил Элант, давая понять, что эта тема разговора им больше не интересна. – В этот раз мы не видели его.

- Отец отправил его в Меж. Сеготские торговцы по-прежнему не приветствуются Тайлис в Кордии, Годард должен переговорить с их представительствами в Меже и заинтересовать торговлей с нами.

- Тайлис знает об этих планах?

- Конечно, но даже если она и недовольна, это дело отца, а не её. А по мне, так я считаю, что повышение таможенных сборов сеготских торговцев – достаточная месть, не лишать же королевство выгод.

- А в Оргунию ты по какой причине? Жемчуг или корабли?

Лионс рассмеялся. Оргуния славилась добычей морских драгоценностей, но и также строительством превосходных кораблей. Но скорее не тяжеловесных торговых, с большими трюмами, а небольших, предназначенных для перевозки ценных грузов, как принадлежавший когда-то Илонии «Быстрый», капитаном которого был Белем, или корабли богатых путешественников. Строились тут военные корабли, легкие и быстроходные, где главное было – скорость. С парусами или веслами, а чаще и с тем и с другим. «Гордый ветер» был оргунской постройки, также, как и «Стремительный» Годарда и «Ситар» Раднира.

- Корабли. – уже серьезно ответил Лионс. – Я еду как король Кордии. Пятнадцать лет назад мать начала высаживать леса илонийской корабельной сосны. Тогда же начались переговоры о строительстве верфи в Корде. С разрешения короля Ронетара гильдия корабельщиков взяла на обучение наших детей. Сейчас пришла пора забрать их.

- Леса выросли? Насколько я помню, - Крист взглянул на Эланта, ища поддержки, - дед рассказывал, что в Илонии возраст готового леса – не менее двадцати лет.

- Пока для наших новых корабелов будет достаточно того леса, который имеется в наличии, - хмыкнул Лионс, - И пока будем строить более мелкие суда, либо менее надёжные, чем в Мадире, верфи которых используют настоящий илонийский лес.

- Почему бы не везти из Илонии готовый лес?

- У Илонии с Мадарисом многовековой договор. Илонийский лес идет только в Мадир. Иначе они закроют для королевства торговые пути.

- Бред какой-то! – сказал Элант

- Может и нет, - задумчиво сказал Крист, - недаром же в последней войне наёмники не смогли воспользоваться Мадирским портом.

Лионс кивнул.

- Король Интар подробно пояснил мне всю тонкость этих договорённостей. Исключение было лишь один раз, когда оргунские мастера воспользовались верфями Мадира, чтобы построить личный корабль для королевы Лайны из илонийской древесины. Вот уже шесть лет «Лазурный» - самый прочный и быстроходный корабль Энвейского моря. С ним не сравниться ни моему «Гордому ветру», ни отцовскому «Ситару».

- «Ситар» намного больше «Лазурного», как можно сравнивать?

- Ну, поэтому, отец их и не сравнивает. А считает «Ситар» - самым лучшим. И не он один. Бывалые моряки тоже не воспринимают этот илонийский маленький корабль всерьез.

- А чем пришлось пожертвовать Илонии при строительстве «Лазурного»? – прозорливо поинтересовался Крист.

- Ну, не слишком-то и дорого, один караван леса бесплатно.

- Да уж, «Лазурный» таким образом обошёлся в два раза дороже. А мы даже ни разу на нем не побывали, - искренне огорчился Элант.

- Мы можем задержаться в этих водах, «Лазурный» на днях должен отправиться из Мадира.

- И вернуться на нём на Острова? Нет уж, направляемся в Оргунию, так в Оргунию. Кстати, - продолжил Элант, - мы там были где-то год назад. Не сказал бы, что там всё благополучно с королём Ронетаром.

- Что ты имеешь ввиду?

- Когда-то мы с Кристом сопровождали Дамирана в Оргунию. И были рядом с послом, когда его принимал Ронетар. Он тогда во второй раз женился, был весьма радушен и явно счастлив. Королеву Лоэтну мы тоже видели. Редкостная красавица, даже мы, зелёные мальцы были тогда очарованы. Но вот в последний наш приезд мы слышали много слухов. Ронетар болен, он не в своём уме, его старший сын умер от неизвестной болезни, а заправляет там всем чуть ли не брат Лоэтны.

- Вот почему отец был против этой поездки, - задумчиво сказал Лионс. – Он что-то знает, или догадывается.

- Энвейское море слухами полнится, - Крист хмыкнул. – Так почему всё же отпустил?

- Потому что это касается Кордии. По договорённости с Тайлис, он не имеет права вмешиваться в эти дела. Но теперь понятно, почему он послал корабль Сабера параллельным мне курсом с требованием зайти в Оргунию. А я-то принял это за недоверие. А зачем вам в Оргунию? Тайлис тоже послала присмотреть за мной?

Элант с Кристом одновременно пожали плечами.

- Если и послала, то не нас. Мы решили, что нам по пути только на Островах, когда узнали цель твоего плавания. Хотели побыть немного с тобой.

- Нам всё равно с чего начать наш путь сейчас. Почему бы не с Оргунии?

Глава 2

Глава 2. Оргуния

Столица Оргунии – Орхим – представляла из себя несколько глубоководных бухт, разделенных длинными каменными косами. Одна бухта и была собственно портом. И вокруг неё раскинулся город-столица. Две другие бухты заняли гильдия корабельщиков. Именно в них стояли судостроительные верфи Оргунии.

Королевский дворец располагался на выступающем в море мысе западней самого порта, устье реки разделяло город и обиталище правителей Оргунии. С юга дворец от ветров защищала гряда лесистых скал.

Дворец не имел защитных стен. Когда-то это был замок, вырастающий прямо из морских волн и постепенно переходящий на сушу. Но пару сотен лет сотрясение морского дна Энвейского моря недалеко от Орхима и последовавший за ним мощный ураган обрушились на оргунское побережье, разрушив и порт, и судовые верфи. Досталось и замку, разметав по камешку выступающую в море часть замка и пустив трещины по другим замковым сооружениям, по иронии судьбы оставив лишь высокую башню, выполнявшую роль маяка. Тогдашний правитель Оргунии счет это знаком и вместо укреплённого замка построил красивый дворец с террасами, лужайками, купальнями на берегу и небольшой пристанью для лодок. От неприятеля защищали скалы, бурлящий поток реки и обилие каменных глыб у берега. Даже при спокойном море они предоставляли опасность для простых лодок, что ж говорить о военных галерах противника.

От порта к дворцу вела широкая дорога, пересекая реку широким каменным мостом, а с высоких стен дворца открывался грандиозный вид на порт и море.

И везде были корабли.

Удобные пристани позволяли разгружаться и загружаться кораблям прямо в порту. Но и на выходе из гавани стояло немало кораблей, ожидающих либо очереди на разгрузку - загрузку, либо выгодных контрактов. Лодки сновали не только по порту, но и от кораблей к портовой площади, да и к самому дворцу. Круговерть прибытия – отплытия торговых кораблей и военных галер, лодок всех мастей и размеров не прекращалась даже ночью. Если ночные облака скрывали звезды, на носу лодок устанавливали фонари.

Оборона королевской резиденции не ограничивалась природой, у дворца был свой военный гарнизон, ряд требучетов и баллист, направленных как в море, так и на порт. Но проверить боеспособность королевской стражи и гарнизона случая так и не предвиделось.

Считалось, и королевская семья всячески поддерживала мнение, что именно жемчуг хранил своих хозяев.

Но скорее всего выгодная торговля и влиятельнейшие торговцы оберегали порт от набегов пиратов и нападений соседей. После разделения в незапамятные века империи на несколько королевств, наследники оргунского королевского дома выбирали себе жен исключительно из торгового сословия. Поэтому власть и торговля в Оргунии были едины. А кто, как не торговцы могли, если не отбиться, то договориться, а если не получилось, то откупиться от посягнувших на их собственность.

Недаром даже отец Раднира, король пиратов Ситарских Островов, старался обходить стороной Орхим и богатые корабельные торговые караваны под оргунским флагом, особенно когда тех сопровождала флотилия военных галер. Одинокие корабли, правда, он с охотой захватывал. А так как торговаться умел не хуже оргунцев, то у него с торговой гильдией, и даже с владельцами судоверфей были налажены четкие договорные отношения – захват-выкуп-обмен.

Сменив отца, Раднир видоизменил отношения. Конечно, теперь о захвате не было и речи, но торговля и заказы, не без посредничества Илонии, сделали отношения обоих королевств более-менее стабильными и даже выгодными.

Благополучно бросив якорь недалеко от дворца, Лионс вместе с братьями сели в лодку и направились в порт. Торжественный эскорт уже ждал их на берегу и проводил до дворца, где кордийского короля встретила королева Лоэтна.

И хотя братья уже были во дворце, они всё равно и сейчас ещё с удовольствием рассматривали богатое убранство.

После дохода от порта, и судостроительных верфей, следующей по прибыли в Оргунии была добыча жемчуга и раковин. Последнее постепенно стало исключительно королевским делом. И если восточное побережье уже давно обеднело запасами драгоценных раковин, но западное было полностью под королевским контролем. Береговые поселения с их жителями-ловцами подчинялись короне, добычу держали умеренной, не сбивая цены и не давая истощиться запасам.

Богатство сказалось на облике дворца. Суровую башню-маяк опоясали высокими колоннами. И камень, из которого их складывали, постепенно переходил от грозного темного, подобного маяку к белому мраморному. И вот уже легкие колоны окружали парк, поднимали вверх террасы и, наконец, соединялись в единый массив дворца, с башенками, копирующие купол маяка. Но их разные размеры, различные скульптуры показывали и сходство, и различие, переход от старого к новому, почитание старинного аскетизма и триумф роскоши и благополучия.

И везде была мозаика из тонких переливающихся разнообразным цветом отполированных пластинок раковин. Именно отсюда, из оргунского дворца, пошли обычаи украшать замки и дворцы мозаикой, а также инкрустировать тонкими кусочками блестящих раковин различные изделия. У Оветы мозаикой была выложена одна из террас её дворца. А у Элиссии в Нарте имелось несколько корзин ракушек как с Оргунии, так и с других берегов Энвейского моря и даже с илонийских рек. Некоторые арбалеты она украшала именно ими.

Кроме мозаики, стены и колонны дворца были покрыты искусной резьбой, вдоль дорожек из теплого морского песка стояли скамеечки, на клумбах возле дворца и в тихих садиках росли цветы, поражая разнообразием цвета и формы. Внутри дворца гобелены, изображавшие стремительные взлеты на волнах кораблей сменялись картинами, запечатлевшие предков королевского дома. Лионс незаметно показал она один из гобеленов:

- Это их знаменитый водопад, - тихо сказал он. – Но на Налисе – водопады красивей.

- Сатель? – переспросил Крист.

- Ну да, - шёпотом произнес Элант, - не впечатляет, а мы ещё собрались посмотреть на него.

Крист хмыкнул.

- Мы хотели побывать на горе. А водопад, лорд Тарлин так и говорил, ничем не примечателен. Тем более, он в пещере. А на гобелене – открытый. Ты уверен, Лионс, что это он?

Юноша пожал плечами.

- Я слышал о нём тоже, что и вы. Мать рассказывала со слов лорда Тарлина. Может это и не он. Но зачем изображать что-то, не из оргунских реликвий?

Красота королевы Лоэтны была яркой, даже излишне яркой. Но Крист с Элантом заметили в ней что-то другое. Помимо красоты, которая пленила их в прошлый раз, а к этому времени они уже повидали на свете немало красоток, от хазретских белокурых скромниц до ярких ситарских дочерей моря, их поразил её взгляд - цепкий, оценивающий, хищный и слегка безумный. Произнося ответную приветственную речь, она в нескольких местах не к месту рассмеялась. И не сводила взгляда с Лионса.

После сестры произнёс несколько приветственных слов её брат. Делфир был старше Лоэтны лет на шесть. Но в черном одеянии, так не смотревшимся в спокойных светлых стенах дворца, казался ещё старше. Он подтвердил давние договорённости, показал, что знает и помнит о них, как и о том, что это будет стоить Кордии, сколько она уже заплатила и сколько осталась.

Официальная часть закончилась. Им дали величайшее разрешение посетить верфи, выделили специального человека и пригласили через несколько дней на торжественный ужин, который будет организован в честь окончания такой выгодной для Кордии сделки, и немалым доходом для Оргунии.

На этом Лионс со своим сопровождением покинули замок.

Погуляв по порту, на ночь они вернулись на корабль.

- Признаться, - говорил Лионс, когда они опять собрались в его кают-компании. – Мне не по себе от её взгляда.

- А мне от Делфира, - сказал Элант. – И эти его черные одежды…

- Зато у него руки какие-то цветные, - рассмеялся Крист.

- Говорят, он собирает камни. Ему везут их со всего света. Даже отец как-то привозил ему несколько ящиков с наших островов. И куски лавы.

- И зачем они ему?

- Изучает их свойства.

- Надеется найти в Оргунии золото или серебро? Руду меди или железа? Но ведь эти горы обследованы вдоль и поперек ещё во времена империи.

- Если бы тут ковали орудия… Но я не слышал, чтобы в местных кузнях выходило хоть что-то, похожее даже на торогские ножи. А уж они-то совсем плохого качества.

- Отец говорил что-то про заговор против короля, который раскрыл Делфир несколько лет назад, - задумчив сказал Лионс.

- И что?

- Делфир поступил тогда слишком жестоко.

Крист с Элантом переглянулись. Если бы тогда, пять лет назад, главная виновница заговора не была бы женой лорда Стенли, и не сошла с ума, она тоже поплатилась бы за содеянное смертью. Они сами были свидетелями суда над женщиной и её приговора.

- И всё же отец прав, мне тут не нравится. И этот взгляд Лоэтны, - Лионс передёрнулся от отвращения.

- Значит, как только забираешь своих детишек, сразу отчаливай. А мы так и быть, наведаемся на Сатель. А потом в Киссен.

«Детишки» оказались намного старше их. Девять широкоплечих мужчин, с жилетками на голое тело, и трое мужчин еще более старшего возраста.

- Их было двадцать, - сказал Лионс, когда, собрав троих старших мастеров, объявив им, что он приехал за ними. - Осталось двенадцать. Двое погибли, один придавленный бревном, другой упал за борт при спуске корабля и утонул, третьего покалечило и он, и ещё тот, кому учеба не далась, вернулись домой.

- А ещё четверо?

- Женились и остались тут. Их жены не согласились покинуть Оргунию.

- А жены этих – согласились?

- Да. За тех, кто остался и кто погиб, корабельная Гильдия выплатит нам неустойку. Двенадцать человек, конечно, слишком мало. Но что поделать. Тайлис знала, что не все вернутся в Кордию, но Ронетар тогда поставил именно такие условия – не больше двадцати учеников.

Вместе с мастерами, человеком из дворца и представителем гильдии, Лионс с братьями осмотрели все верфи.

Это было весьма примечательное зрелище. На нескольких наклонных стапелях были установлены остовы будущих кораблей разной степени готовности и братьям выпал случай посмотреть, как строится корабль на каждой из его стадии. Где-то это был лишь киль, уложенный на стапеля, где-то конструкция, похожая на скелет огромного морского животного, выкинувшегося на берег. Один корабль стоял почти готовый, но внутри был пуст и мачт на нём ещё не было, другой обсмаливали и пуск планировали со дня на день. Несколько небольших готовых галер ждали лишь весел, изготовление которых вот-вот должно было закончиться.

И хотя за время своих путешествий они попривыкли к морским терминам, из них троих только Лионс понимал всё, о чём рассказывал им мастер, а Элант с Кристом лишь с удовольствием и восхищением наблюдали за превращением обычных брёвен в красивейших корабль. Хотя, по ходу рассказа и понимали, чем отличаются брусы, предназначенные для штевней, от килевых брусов, да предназначение шпангоутов и бимсов.

Они готовы были даже остаться тут на несколько лишних дней, чтобы посмотреть, как будут спускать на воду готовый корабль. Но Лионс качал головой. Мастеров о предстоящем отъезде предупредили заранее, их семьи и вещи уже были готовы, ждали только прибытия «Гордого ветра» и как только закончатся все церемонии, они будут перевезены на корабль, а там уж лучше сразу отправляться, чем держать на борту кучу женщин и детей.

После стапелей их провели по мастерским. Тут были лесопильни и плотничные мастерские, медницкая мастерская и такелажная. Отдельная мастерская для изготовления парусов и отдельная, где делали весла. В котлах, установленных на специальных печах, варилась смола. Чаны с кипящей смолой несли к кораблю и осмаливали днище.

Целые площадки были выделены под просушку древесины. Тут был и дуб из Вароссы, и бук из Торогии, сосна и ели из Харолиона, оргунская акация и оргунский кедр, который уже почти весь был вырублен, и ценился дороже ввозимого дерева издалека. Между бревнами заботливо проложены тонкие доски, чтобы просушка проходила быстрей. Рядом груда шкур, накрывать в дождь или шторм. Некоторые, уже обтёсанные брусья хранились в огромных амбарах.

Откуда-то из порта или других кузней в бухту подвозили отлитые из бронзы массивные заостренные конструкции, в которых Лионс опознал тараны, закрепляемые на килевой балке военных галер.

- Отец рассказывал, как они тараном ломали весла другой галеры, а затем разрезали корабль противника пополам, - сказал он, сам не в силах отвести взгляд от грозного подводного оружия. – Против торговых кораблей их, правда, не использовали, иначе они уходили под воду раньше, чем с них снимали товары. Да и жаль топить корабль, который потом можно продать или подождать выкупа. Ситарские пираты предпочитали брать корабли на абордаж. И уже тем более торговые, где воинов не было.

Последняя мастерская на верфи, в которой они побывали – была столярная мастерская, где плотники стругали и полировали длинные весла с широкими лопастями.

Поесть они заказали в портовой таверне.

- Давно хотел спросить, - Элант повернулся к Лионсу, когда они утолили голод. – Почему у Годарда и парус и гребцы на корабле, а у тебя корабль только с парусами?

- И давно хотел спросить?

- С того первого раза, - рассмеялся Крист, - как посидели на веслах на «Стремительном».

- То-то вы с тех пор предпочитали мой корабль, а не брата, – усмехнулся Лионс, задумался и ответил уже более серьезно и с толикой тоски. – Мы начали учиться грести вместе с Годардом, вместе учились и командовать гребцами. Но, если вы заметили, на весельном корабле – даже самом маленьком – по тринадцать банок с каждого борта и по одному-двум гребца на весло, а это значит, помимо моряков, у тебя в команде ещё и гребная команда. У Годарда на корабле их шестьдесят гребцов. А командовать, а уж тем более кормить шестьдесят лишних мужчин не всегда кроткого нрава, дело нехилое. Но у Кордии свой торговый флот не в пример меньший, чем в Мадире или Орхиме, нет военных галер. Тайлис и задумала всё это дело для того, чтобы он был. Чтобы защитить Корду и стоящие в ней корабли с моря. Но командовать этим флотом я не буду. У меня будет другая ответственность.

- Выстраивать в ряд членов Королевского Совета, и заставить их выслушать тебя, - подмигнул Элант, – подвиг похлеще шторма.

Лионс кивнул, невольно улыбаясь, и закончил:

- Поэтому у меня мой «Гордый ветер», а у Годарда «Стремительный». Он наследник Ситара. Он должен знать и уметь управлять такими людьми. У его деда на корабле было более ста пятидесяти гребцов. И уж это-то был самый быстроходный корабль.

- А за счёт чего «Ситар» быстрей?

- За счет парусов. На «Ситаре» четыре мачты. Если есть ветер, то никаким гребцам не угнаться за парусником. Ведь день и всю ночь не может даже грести раб, которого не спрашивают и не щадят. А парус несёт корабль и днём, и ночью. Ну, а если штиль, то так и быть, мы уступаем гребному судну.

- У Годарда нет рабов на корабле.

- Управлять своей командой – не значит приказывать им бездумно поднимать и опускать весла. У Годарда на «Стремительном» гребцы – свободные ситарцы, имеющие огромный опыт гребли, они чувствуют весло, волну, слушают и понимают приказы, умеют маневрировать. На наших островах их почитают, их семьи живут в достатке.

- Но раньше были и рабы на веслах.

- Были. И у отца тоже на одной из его галер, когда он был молод. Но такой корабль лишь способен доплыть от одного места до другого. Сила в штиль, или усиление скорости корабля в небольшой ветер. Всего лишь. Курхот, хотя и разорял деревни и поселения, угонял людей в рабство, был умным правителем. Мы с Годардом часто слушали рассказы его моряков, самих бывших рабов. У него никогда рабы не были безвольными животными. Он не губил человека просто за то, что тот оказался в его власти. Перво-наперво, он отбирал тех, за кого могут внести выкуп, кто может заплатить за себя сам, кто, выполнив его условия – работой оплатит дорогу назад, он отбирал из рабов тех, кто мог пригодиться в его королевстве, он давал им жён и детей, он позволял строить им дом. Сейчас отец держит слово, данное нашему деду. На Ситаре нет рабов, и Ситарские острова не торгует людьми. Но это не было бы возможным, если бы король Курхот считал рабов лишь дешёвой временной силой. Я повидал всякое. В Нимкейне самый большой в Энвейском море невольничий рынок. Люди там – скот. Отец регулярно заходит туда выкупать наших моряков, которых захватили в бою. – Лионс хитро улыбнулся, - ну и, как его отец, прикупает ещё пару десятков жителей на наши острова. Добровольцы-то не всегда находятся. А так мы обзаводимся мастеровыми, ремесленниками, да и просто землепашцами. У нас они получают и землю, и лодку, и возможность работать. Немногие, отработав обговорённый срок, потом покидают Ситар.

- Мы видели такой рынок в Хазрете, в Эрдене. Гиарн водил нас. Он тоже по поручению Интара искал илонийских солдат. Впрочем, у них там налажен четкий обмен и без нас. Их сразу ведут к дому нашего посланника и тот выкупает всех илонийцев. Несколько человек тогда как раз и отправились с нами в Хормирию.

- Я не заплывал так далеко, - сказал Лионс. – Каршинский океан пока не для меня. Но Годард бывал там.

Вечером их опять ждали во дворце.

Торжественный ужин начался после приветственной речи королевы Лоэтны. Уделив в своей речи больше внимания красоте кордийского короля, чем оргунско-кордийским отношениям, она вручила Лионсу застежку для плаща, сделанную из крупных жемчугов, обрамленных в золотую оправу.

Лионс благодарственную речь произнес по всем правилам принятых церемониалов. Ответный подарок был не менее ценным. Три серебряных кубка тонкой ажурной работы с золотой насечкой, изображающие три главных Ситарских острова. Несмотря на соблюдение дворцовых этикетов, Лионс был сдержан, краток, и братьям даже показалось, что они уловили в его словах интонации короля Интара.

Но вскоре им стало не до этого.

К их удивлению, их посадили по левую руку от королевы. Лионс, понятно, сидел между Лоэтной и её братом Делфиром. Короля Ронетара, ко всеобщему облегчению не было, и его место занял тот, кто реально правил в королевстве. Но вот почему оказали такую честь юношам из свиты Лионса – было для них загадкой.

Вскоре, правда, отгадка пришла сама собой. Королева глаз не сводили с двух братьев, умильно улыбаясь и что-то нашёптывая то одному, то другому. И если до Криста ей было тяжело дотянуться, то это не значило, что он чувствовал себя намного легче брата. Как оказалось, его соседка была не скромней королевы. Девушка, подливавшая ему вино в кубок, являла собой отталкивающее впечатление. Взбитые в высокую прическу волосы, оголенные плечи излишне вызывающего платья, лицо покрыто толстым слоем какой-то сверкающей пыльцы, ярко красные губы, явно чем-то накрашенные и хриплый голос, разрождающийся частым резким смехом.

К ним подошёл Лионс и наклонившись к обоим, тихонько прошептал:

- Я уже предупредил Делфира, что мы снимаемся с якоря этой ночью. Уходим.

- Мы же собирались остаться в Оргунии, - сказал Крист.

- Можете оставаться, но не здесь. Да и в Оргунии я бы на вашем месте не стал задерживаться. Мне не понравилось тут. Потерпите моё присутствие ещё одно плавание.

Элант отрицательно покачал головой:

- Следуй своим курсом, брат, мне тут нравится, - он повернулся к королеве и резко рассмеялся.

- Крист, - Лионс теперь обращался только к нему. – Я не могу оставаться. У меня целый корабль пассажиров. Но у меня плохое предчувствие, мне не нравится идея оставить вас тут.

- Уходите, - совершенно неожиданно над их головами раздался четкий голос, - все уходите!

Странная девица, соседка Криста вклинилась между ними и потянулась к фрукту, лежащему на тарелке Криста.

- Ваше высочество, - поклонился Лионс, отступая чуть в сторону.

Не поднимая головы, девушка кивнула и вернулась на своё место.

- Это… дочь короля? – произнести «принцесса» у Криста не получилось.

- Забирай Эланта. И уходим.

А Элант в это время поднялся и подняв кубок, крикнул:

- За королеву!

Все присутствующие повскакали со своих мест и криками присоединились к тосту. Королева чуть ли не повисла на руках молодого человека.

- И как мне это сделать? – опешил Крист.

Поведение брата поражало своей необычностью.

- Постарайся! –зло прошептал Лионс. – Я не могу больше ждать, я уже попрощался с королевой и Делфиром.

- Возвращайся на корабль. У тебя своя цель. А я прослежу за братом. Он всего лишь перепил. С утра он помается похмельем, а через несколько дней мы уже будем в Киссене.

- Хорошо, Крист. Я попрошу Сабера задержаться в Орхиме и убедиться, что с вами всё в порядке.

- Ну, - юноше стало смешно, - до сих пор мы были старшими братьями…

- … и воинами, - Лионс кивнул на Эланта.

Тот наклонился к королеве и что-то ей рассказывал. Она от души смеялась.

- Ты прав, - кивнул Крист. – Иди. Мы за тобой.

Он попытался встать, но с удивлением обнаружил, что ноги его не держат.

- Встань, - чуть ли не умоляющее расслышал он шёпот, но так и не понял, откуда он исходит.

Оглянувшись, он увидел покидающего зал Лионса в сопровождении его моряков. Девушка, дочь короля, что-то наливала ему в кубок и протягивала ему:

- Встань, - шёпот явно исходил от неё, но пить то, что она ему протягивала, он уже не хотел, она и не настаивала.

Вместо этого он плеснул в лицо водой из чаши на столе. И хотя вода эта предназначалась для омовения рук после жирной пищи, она слегка привела его в чувство. Он сжал рукоять кинжала, висевшего на поясе, выхватил клинок и вонзил его в столешницу. Опираясь на него, он встал.

Сидящая рядом девушка повисла на нем:

- Прекрасный мой, пойдём со мной, - сказала она уже громко.

Она тянула его от стола, но Крист оттолкнул её и повернул к себе брата. Опешив от уведенного, он тряхнул головой. Но остекленевшие глаза брата действительно блестели безумством. Ему не показалось.

- Элант, очнись! – закричал он, и тряхнул брата за плечи.

Тот отмахнулся от брата и опять повернулся к королеве.

Крист опять развернул к себе брата, но на этот раз ударил его в лицо. Юноша упал на королеву, в зале с визгом подскочили гости и к Кристу бросились стражники.

Он не успевал вытащить нож из столешницы, и попытался отбиться от них кулаками. Но ноги по-прежнему не слушались его полностью, да и движения рук почему-то не соответствовали его желанию. Повинуясь скорее рефлекторно выработанным ударам, у него всё же получилось донести пару их до цели, но удар по голове прекратил его попытку вырваться из тягучего болота, куда затягивали его ноги и чугунная голова. После второго удара он упал.

Холодный пол, на котором он лежал, помог прийти ему в чувство. Но пошевелиться он не мог, мог только слышать два голоса.

- Почему моё снадобье не подействовало, как обычно, Виолика?

- Откуда я знаю, Делфир! Возможно, он выпил до этого много воды, либо съел что-то перед приходом сюда.

- Или не допил до конца!

- Скорее всего, - голос хихикнул, - или поменялся кубком с другом. То-то мальчика так развезло. Как бы не ушёл раньше времени.

- Ты права. Но, судя по его виду, он крепкий парень, ничего с ним не станет.

- А с этим красавчиком я закончу в своих комнатах. Хотя мы и хотели вместе с матушкой, они сейчас в разной стадии готовности.

- Он привлёк к себе внимание, я приказал Нобуру сбросить его в море.

- О! Делфир! Такого прекрасного принца, - резкий смех был с неподдельной грустью, - отдай его лучше на галеры. Через пару деньков он забудет о пире, а через годик и обо всем остальном.

- Ты явно положила на него глаз, Виолика!

- У нас с матушкой одинаковый вкус. Ей понравился один, мне понравился второй. Мне кажется, они братья.

- Хорошо, что они появились вовремя, сопровождая этого наглеца, кордийского короля. Мне стоило больших усилий отговорить сестру от планов насчёт него.

- Да уж, - хихикнула девушка. – Говорят, он приёмный сын короля пиратов и родной - этой сумасшедшей Тайлис.

- Вот-вот.

- Он не придёт мстить за этих двоих?

- Он не узнает. Не первый раз.

- Ну так что? Ты исполнишь мой каприз, Делфир?

- Ты послушная дочь моей сестре, Виолика. Я сделаю по-твоему. Сейчас в порту корабль Дергила. Можешь сама отвезти его на «Жнеца». Нобур будет тебя сопровождать.

- Делфир, я тебя обожаю!

- Меня не интересуют твои прелести, Виолика!

- Как брата. – рассмеялась девушка.

Нога мужчины перевернула Криста.

- Он очнулся или мне показалось?

- Какая разница!

- И все же, я бы так не рисковал. Дай ему вот это.

Девушка подняла голову Криста и влила ему в рот несколько капель какого-то снадобья.

- Спасибо, Делфир, теперь он в любом случае не доставит неприятностей. Очнется он далеко в море.

Но Крист не потерял сознания. Вернее, он не мог двигаться, не мог говорить, но слышал и понимал все, что происходило вокруг.

Его протащили по холодному полу. Там, где были ступеньки, взвалили на плечи, а потом кинули на дно лодки. В тихом плеске прибрежной волны он ощущал на своем лицо волосы девушки и слышал её торопливый шёпот:

- Прости. Так надо. Только так я могу спасти тебя. Твой брат уйдёт. Они все уходят. Но я попытаюсь. У меня почти получилось в прошлый раз. Ты только вернись. И мы убьем её. Вместе. Я буду ждать тебя.

Она отворачивалась, перекидывалась смешками с правящим лодкой мужчиной и потом снова наклонялась к его уху и шептала всё те же слова:

- Так надо. Вернись.

Потом лодка куда-то причалила, Криста подхватили на руки и передали кому-то другому.

Голос Виолики на удивление был громок и звонок:

- Именем королевы, Дергил. Ты должен вернуть этого раба через год. В целости и сохранности. Чтоб ни один волос не упал у него с головы. И если он будет загорел и крепок телом, - она засмеялась, - награда королевы удвоится!

Раздался увесистый шлепок о палубу, сопровождаемый звоном монет. И это было последнее, что помнил Крист.

Глава 3

Глава 3. «Жнец»

Он не мог проснуться. Только сознание пыталось осмыслить окружающий мир, как тут же его скручивал спазм в животе. В другой раз кто-то пытался ударить его мокрой доской. А когда, казалось, что он всё же выплыл из непонятного небытия, его окатили водой. Ему хотелось пить, и именно это желание всё же победило забытьё, но по чьей-то злой иронии вода лишь обожгла губы солью.

- Твой срок пришёл, королевский красавчик, - раздался над ухом громовой голос, - пора к веслу.

- Воды, - прохрипел Крист, силясь подняться.

Его за шиворот, рывком подняли:

- Заработай сначала.

Сильная рука швырнула его куда-то, но его подхватили и кинули на скамью, сунув в руки весло. Оно оказалось кстати, Крист смог опереться и приподнять голову. Но лишь на мгновенье. Весло двигалось и ему пришлось нагнуться за ним вперед, но тут же весло вернулось назад и, не ожидавший этого, Крист опрокинулся назад.

- Убери этого идиота, Воскан, - закричал голос рядом, - я не собираюсь тягать с веслом ещё и этого увальня.

- Молчи, Ваос, - проревел Воскан, - и так работаешь вполсилы, у нас попутный ветер.

- Был бы попутный, мы бы сейчас отдыхали.

Дерзкие слова были прерваны свистом плетки и раздавшимся ругательством.

Криста рывком подняли, и он увидел перед собой налившееся злобой лицо мужчины.

- Хочешь воды, красавчик? Вместо работы?..

Удар в лицо отшвырнул Криста на палубу. Но юноша уже начал приходить в себя и сумел подняться раньше, чем к нему подошёл дюжий моряк. Следующего удара он не стал ждать, а ударил сам. Со всей силы, снизу-вверх. Так, как учил их с Элантом Гиарн. Действенный удар при атаке на неприятеля. Не удержался и Воскан, падая на гребцов.

Со всех сторон неслись подбадривающие то ли Криста, то ли Воскана крики. Но их прервал голос капитана.

- Работать, мразь, - крикнул он. – А этого умника ко мне.

Два дюжих моряка подхватили Криста за руки и поволокли к капитану.

- Не имеешь права, ублюдок, держать меня тут, - гневно проговорил Крист, пытаясь вырваться из рук моряков.

- А иначе что? – насмешливо оскалился капитан.

Два моряка наконец-то скрутили юношу и поставили перед капитанам. Теперь Крист смог рассмотреть его. Дергил был могучим и тучным мужчиной, одетый в изысканное платье, выдавшего в нём не просто капитана, но и владельца корабля. Подтверждало его положение и богатые ножны меча на поясе. Длинные волосы мужчины заплетены в косицу, на голове типичная морская бандана. И торговец, и воин. Такой и груз доставит и от пирата защитится. Крист с Элантом много повидали кораблей, находясь рядом с Лионсом и его братом Годардом. Своим облачением, решительностью и властностью Дергил напоминал брата Раднира – Сабера. Вот только Сабер был более худощав и в глазах его была решительность, воля и ум, а не свирепая ярость и насмешка.

- Мне надо вернуться за братом, - Крист попытался обуздать гордость и гнев. – Ты можешь помочь мне в этом, и заслужить благодарность не самых последних людей в Энвейском море.

- И кого же?

- Правителей Ситарка и Кордии, Дергил.

И тут же получил мощнейший удар по лицу.

- Молокососа и бывшего пирата? – рассмеялся Дергил. – Я служу своей королеве, а она отдала тебя мне! В полное моё распоряжение. Работать, если ты не понял. С утра и до ночи, а если надо, то и всю ночь!

Удар на этот раз пришелся в живот, потом опять по лицу.

После чего его подвели к скамье и сунули в руки весло.

Когда на него попытались одеть колодки, прибитые к скамье, он оказал такое сопротивление, что капитан предпочел прибегнуть к единственному действенному способу его утихомирить. Кто-то из моряков по его приказу опустил на голову юноши дубинку.

Очнулся Крист в темноте. Дико болела голова, но ещё больше хотелось пить. Он не смог пошевелить ни рукой, ни ногой и было такое впечатление, что во рту распух язык, пока он не понял, что это был кляп. А сам он привязан к корабельной балке. Он попытался вытолкнуть кляп изо рта, но ничего не получилось. Его отчаянно мычание не привлекло ни друга, ни врага. Попытки вырваться из пут лишили его последних сил. Он опустил голову и попытался сосредоточиться. Мысли путались, жажда не становилась меньшей. В голове почему-то звучал голос: «Только так я могу спасти тебя». Злая ирония.

Пришли и другие воспоминания: «Твой брат уйдет. Они все уходят». Это было явно сказано о не прогулке куда-нибудь в гору, пустыню или в море. Проклятая девчонка что-то подмешала им обоим в пищу, или налила в кубок. Крист забился в путах. Он должен выбраться отсюда. Должен.

В следующий раз он очнулся от прикосновения воды к своим губам. Не веря в своё счастье, он судорожно облизал губы и потянулся к неведомому источнику спасительной влаги.

- Достаточно, - раздался голос капитана.

Крист с трудом разлепил глаза. Рядом с Дергилом стоял мальчик с миской воды. Именно он обтер ему губы.

- У тебя появятся враги не только в Ситарке и Кордии, но и в Тоготе с Илонией, если ты не отпустишь меня, - прошептал Крист.

- Сколько бы ты не набивал себе цену, сопляк, уж я-то знаю твоё истинное предназначение. Такие, как ты, у меня тут не впервой. И ни разу ни мой господин, лорд Делфир, ни моя королева не были мной недовольны. Грози мне хоть местью Небесных богов, я и тогда не отступлю от своего служения.

- А как насчет золота? Золота, алмазов?

Дергил рассмеялся. И его смех ещё долго доносился до коморки, где был оставлен Крист.

В очередной раз капитан появился ровно через день. Всё это время Крист заставлял себя смириться, принять то, что ему уготовили оргунцы. Главное было живым покинуть этот корабль и попытаться спасти Эланта.

Видя покорность своего пленника, Дергил дал команду развязать юношу. Но Крист не смог сдержаться. С яростным криком, в котором сквозила радость от возможности сразиться с врагом, он кинулся на капитана, и тут же памятная дубинка опустилась на его голову.

Так продолжалось около пятнадцати дней. Помня приказ доставить пленника живым и не увечным, Дергил не мог позволить себе избивать юношу, но уж пытку голодом, жаждой и солнцепёком Крист испытал в полной мере. Иногда его поили, иначе он не смог бы выжить. Но тут же привязывали к мачте в самый солнцепёк. А в следующий раз запирали в самую дальнюю коморку, среди крыс. Воды и еды давали столько, чтобы он не смог умереть. Иногда он делал вид, что смирился, пытаясь на палубе найти какую-нибудь лазейку для побега. Но лишь незначительная часть гребцов на галерах были свободными людьми, тяжким трудом зарабатывая себе на жизнь. В основном же это были осужденные королем преступники, либо купленные рабы.

«Жнец» Дергила был похож на «Стремительный» Годарда, но только бо́льшего размера. Широкая палуба, заставленная тюками, заполненные товарами трюмы. Три мачты – одна большая по центру и две с косыми парусами на корме и носу, пятнадцать пар весел по бортам, прикрытые фальшбортом от морских брызг и вражеских стрел, по два гребца на каждое весло.

Скамьи для гребцов находились чуть ниже основной палубы. На корме два мальчика сменяли друг друга, отбивая ритм для гребцов на барабане. По палубе ходил надсмотрщик, следящий за ритмом опускающихся в море весел, и готовый пустить на нерадивого гребца плеть.

«Стремительный» был готов перевозить солдат, «Жнец» же был в первую очередь торговым судом. И судя по обилию товара, богатой одежды и дорогого оружия капитана – весьма успешным.

Те гребцы, которые были прикованы к скамьям, судя по всему были либо рабами, либо преступниками, наказание которым королевским судом было определено быть гребцами на оргунских кораблях.

Строптивого пленника никто не желал оставлять в относительной свободе. Крист восставал, сопротивлялся и опять оказывался либо в трюме, либо привязанным к мачте. Он хорошо помнил слова дочери короля. Дергил должен вернуть юношу живым. Ни на угрозы, ни на награду капитал не вёлся, свято выполняя полученный приказ. Он не мог лишить его жизни, но и раньше уговоренного срока Крист не сможет оказаться на свободе.

Но смириться и стать рабом, хоть и временно, он не смог, как ни старался.

Однажды один из гребцов обратился к Воскану, который в очередной раз тащил юношу к трюму:

- Оставь парня со мной.

- С тобой, Джерис? – удивился Воскан. – Зачем тебе эта обуза? До сир пор его приходилось таскать вместе с веслом, а не он его двигал.

- Скажи- ка капитану, что я не против.

- Если ты пожалел его, Джерис, капитан этого не потерпит.

- Пожалел-не пожалел, но вы-то получите передышку.

Мальчик юнга сбегал за капитаном и Дергил, оценивающе посмотрев на Джериса и валяющегося у его ног Криста, согласно кивнул головой.

- Оставь его, Воскан, дети Неба славятся своей покорностью и способностью к утешениям, возможно, это выход.

На ногах и руках Криста защёлкнулись железные браслеты.

- Пусть лежит, - сказал Джерис. – Дело к ночи, все равно конец работе.

- Послушай, Джерис, мне нужна не подачка этому скользкому угрю, а его полная покорность.

- Один вечер и одна ночь ничего не изменит. Забудьте о нём на время, капитан.

- Будь, по-твоему.

Напоследок ткнув Криста сапогом, Дергил и Воскан ушли.

Некоторое время ещё слышалась ровная команда, под которую гребцы вращали огромные весла. Но к ночи работы прекратили, гребцам разнесли миски с едой. Свободные гребцы спустились в трюм, закованные преступники ложились там, где и работали весь день. Но для начала нескольких освободили и они, черпая за бортом ведра морской воды, обошли весь корабль, омывая его от нечистот. Следом прошел ещё один матрос и покидал на гребцов тонкие одеяла.

Тот, кто «приютил» Криста, был, видимо, на особом положении. На нём были только ножные кандалы. И на него не вылили ведро воды, как на остальных, он сам обмыл свою скамью и вокруг нее, набрал ещё воды, разделся и обмылся сам.

Мальчик юнга принес ему миску с едой и два одеяла. Под насмешливые крики товарищей по несчастью, они вместе усадили Криста прямо и Джерис протянул ему миску и ложку.

- Ешь!

Криста воротило от еды, он отшатнулся от ложки.

- Он хочет пить, - прошептал мальчик.

Тут же к губам юноши поднесли кружку с водой. Он была теплая, немного затхлая, но она была пресная. Даваясь, боясь, что вожделенную воду отнимут, Крист пил и пил. Потом, спохватившись, что у него руки в относительной свободе, сам перехватил у мальчика кружку и допил до конца.

Ему тут же протянули другую. Уже поднося её ко рту, Крист остановился и поверх кружки впервые посмотрел на Джериса.

Ночь была звездной, и он рассмотрел смотревшие на него внимательные глаза загорелого мужчины с абсолютно белыми волосами, спадавшими ниже лопаток. Они не были растрепаны, а аккуратно расчёсаны и распадались на пряди. Это было так невероятно и необычно, что Крист не мог отвести взгляда от такого контраста.

- Сателеанец? – вырвалось у него.

- Ты слышал о моём народе? – улыбнулся мужчина. – Немногие о нас знают за пределами Оргунии.

- Рассказывал… дядя… мы с братом думали подняться к вам на вершину, когда собирались в Киссен.

- Может, еще и придётся принимать вас в гостях.

- Спасибо, - Крист невольно хмыкнул, обводя глазами палубу, набитую готовящихся ко сну закованных в железо преступников и невольников. – Мой брат…

- Я кое-что слышал, - прервал его Джерис. – Поешь? – он повторно протянул ему миску.

Но сначала Крист выпил вторую кружку воды. После этого с жадностью накинулся на еду.

Скомканные куски какой-то каши или овощей, или того и другого вместе были верхом блаженства. Он слишком долго практически ничего не ел. Доев, он в изнеможении прислонился к борту. Скамья Джериса была первой в ряду таких же скамеек, к которым были прикованы гребцы. Сам Джерис тоже был прикован. Но если на каждой скамье сидело по два человека, то у Джериса не было ни одного напарника. Мальчик юнга был явно не в счет, хотя он и лег тут же, у ног Джериса, завернувшись в одеяло.

- Спасибо, Джерис.

Теперь он разглядел его получше. Сателеанец был старше его, но ненамного. Внимательные серьезные глаза и скрытая мощь делали его намного старше, чем он оказался на деле.

- Ты воин, - улыбнулся мужчина, заметив его цепкий оценивающий взгляд. – Так смотрят только воины.

- Воин? – Крист поднял руки в цепях.

Джерис нагнулся и взявшись за кольцо немного с натугой, разомкнул сначала одно звено, потом три остальных. По кольцу на руках и ногах.

Крист ошарашенно смотрел на свои освободившиеся конечности. Осторожно поднял голову и осмотрел корабль. Было тихо, слышалось только мерное похрапывание и переговоры вахтенных моряков наверху, у рулевого весла. Крист, стараясь не греметь скинувшимися цепями осторожно встал, и заглянул за борт. Море манило свободой. Оно было рядом, совсем рядом, стоило только перекинуть ноги через борт и тихо, без всплеска уйти под воду. Он умел так. И знал куда плыть. Звезды уверенно указывали путь – на юг. Там материк, там земля. Сколько до неё… А сколько он сможет выдержать? Занятые все эти дни борьбой самим с собой, с надсмотрщиком, часто в трюме, он не знал теперь где именно находится «Жнец», в какой части Энвейского моря. Возможно, земля к северу будет ближе, чем к югу. Да неважно где он, главное – свобода. Он поискал глазами лодку. Она была, но, чтобы до неё добраться, пришлось бы пройти по скамьям, отвязывая и спуская - случайно кого-то разбудить. Эту мысль так же пришлось отбросить.

Оставалось напасть на рулевого и, захватив какое-нибудь оружие, убить капитана. И… Что тогда будет ему очень ясно представилось. Воскан, в отличии от капитана, не получал приказа не калечить и не убивать пленника. А даже если и слышал, то месть за убитого капитана будет страшной. И это если Кристу удастся убить капитана. Или взять его в заложники. В обмен на лодку.

Мысли мелькали стремительно, просчитывая все варианты и все они вели в тупик. Он обратил внимание на то, что белоголовый мужчина положил ему руку на плечо, а сам прикрыл глаза.

- Ты читаешь мои мысли? – прошептал в ужасе Крист, стряхивая с себя руку.

- Нет, мы не подобны нашему создатели, хотя и верные его слуги. Я просто помогал тебе успокоиться и принять верное решение.

- Какое решение? Тут нет никакого решения, нет выхода. Мне придется выдержать весь срок до конца… до конца… - Крист взглянул на Джериса. – Ты это мне хотел внушить? Смириться?

- Ты воин. Думай. А не поддавайся слепому порыву.

Джерис отвернулся и лег рядом с мальчиком. А Крист ещё долго сидел, обхватив голову руками.

На рассвете он протянул свои руки Джерису.

- Сомкни кольца. Я буду ждать.

Глава 4

Глава 4. Сателеанец

- Как так получилось, что сателеанец попал на галеры, да ещё прикованным цепями? – спросил однажды Крист у своего соседа.

Прошло немало времени с того дня, когда Крист смог усмирить свою гордость и принять судьбу. Ослабевший за время свой борьбы, он не сразу втянулся в размеренный ритм гребли. А руки, те уже к концу первого дня превратились в одну кромешную рану, даже не смотря на тряпки, которыми Джерис предусмотрительно обмотал его руки. Но знакомый с такой повсеместной проблемой, Воскан не поскупился на запасливо приготовленную мазь. Все рабы когда-то впервые садились на весла, и все маялись кровавыми мозолями. А терять гребца было дороже, чем приобретение какой-то мази, которой в избытке торговали в порту

А вскоре руки Криста превратились в одну загрубевшую мозоль. И он забыл об этой проблеме. Спина также привыкла к непосильным нагрузкам и вот уже размеренное движение позволяло отдаться своим мыслям.

И лишь побои вызывали по-прежнему вспышку ярости. Каждый надсмотрщик считал своим долгом пройтись плеткой по спине совсем еще недавно столько доставляющим ему неудобств непокорному рабу. Не раздумывая, Крист бросался на мучителя, насколько позволяла ему цепь. Иногда доставал, и тогда надсмотрщик успевал получить от него хороший удар в лицо или в более доступное место. Иногда не доставал, но зато сбивал весь ритм хода корабля.

Дергил зверел и наказания строптивого раба повторялись. Но по истечении их его неизменно возвращали на место рядом с Джерисом.

На упрёки, на прямые обвинения Джерису, что тот обещал присматривать за юношей, белоголовый гребец спокойно возражал, что надсмотрщик был несправедлив и зря поднимал руку на его подопечного. В конце концов, Дергил запретил трогать ценного пленника. Хотя и привёл, как довод его ценность, а не бесполезную жестокость. Последнее слово осталось за капитаном, но победу по-тихому праздновали два напарника.

Джерис ответил вопросом, слегка улыбаясь:

- Не многие знают о нас, мой друг. Тем более, правильно называют. Расскажи сначала, как ты себе представляешь нас?

- Мой дядя гостил в вашей деревне на горе Сатель и немного рассказал о вас. Гора расположена на границе Оргунии, Киссена и Торогии. Но именно со стороны Оргунии там есть небольшая долина, где бьют горячие источники. Вы возделываете поля и держите стада. Но главное ваше занятие – молитвы. Ваши старейшины – жрецы Небесных богов. Но вы все слушаете Небо и слышите, что говорят вам Боги. Вы принимаете паломников, но не многие могут дойти до вас и только самые упорные, те, которым действительно это нужно, попадают в вашу обитель и получают ответы на свои вопросы. Вы связаны клятвой с королевским домом Оргунии и являетесь прямой связью между своими богами и королевским домом. Для этого каждый представитель королевского дома проходит у вас обряд – купание в водопаде. Что он даёт, дядя не стал говорить. Но это оберегает королей Оргунии. И, видимо, последний обряд они пропустили, раз там творится беспредел и бесправие.

После долгого молчания Джерис ответил уже без улыбки.

- Я помню одного странника, который мог бы понять и рассказать всё так, как ты поведал. Это было лет семь или восемь назад и его звали лорд Тарлин из Илонии. Он твой дядя?

Крист вздрогнул.

- Я слышал, - продолжил Джерис, - как ты грозил Дергилу местью не только Кордии, чьи цвета были на твоей одежде, но и Илонии.

- Лорд Тарлин и мой отец – кузены, - сказал Крист. – И…

- Не продолжай. Я отвечу на твой первый вопрос. А потом придёт время и до остальных.

Этот день не был жарким, как предыдущий, к вечеру даже стало прохладно, ветер был попутный, поэтому гребцы старались вполсилы. К ним подошёл мальчик-юнга, которого, как уже знал Крист, звали Эринг и привычно устроился в ногах Джериса. Мужчина не стал отсылать его и говорил при нём свободно и открыто.

- Ты из немногих, кто называет нас – слугами, а не сыновьями богов. Конечно же, мы лишь посредники между Богами и обычным человеком. Но наше поселение, как и рассказал тебе твой дядя – малочисленно, и мы всё же простые люди, хотя и отмечены святыми дарами – белыми волосами и немалой силой в руках. И нам грозило бы вырождение, даже не смотря на наше служение Небесам. Поэтому каждый мужчина, и каждая женщина, которой не досталась пара без примеси до седьмого родства крови, отправляется на равнину, в другие страны. Мы вольны привести избранника с собой в долину, либо же вернуться только с ребёнком. Мы можем остаться в других странах, и там продолжить своё служение Небесам, но один из наших потомков должен вернуться в долину, чтобы продолжить дело отцов у истока и дать жизнь следующим поколениям.

- Сохранение белых волос при таком раскладе – весьма сомнительно.

- Это дар божий, а не скрещивание пород, - засмеялся Джерис. – мы не лошади твоего прадеда Корна, Крист, мы слуги Неба. Белые волосы даются как знак отличия, а не породы.

- Так значит, тебе не нашлось пары?

- Не нашлось, - легко согласился Джерис. - Но меня всегда влекло к себе море, а не суша. Мне интересны были бескрайняя лазурь и небо, спускающееся к нему и сливающееся с ним.

- Был бы я священником, посчитал бы кощунственной гордыней.

- Ты многое знаешь, Крист, и лорд Тарлин был не единственным твоим учителем…

- Да он и не был моим наставником, у меня были другие.

- Ты прав. Это было святотатство. И мне пришлось в полной мере познать настоящую цену моря и далёких горизонтов. В одном из трактиров я случайно ввязался в драку. Мы, повторю, обычные люди и хмель действует на нас также, как и на вас. А вот силу свою я не рассчитал. И случайно поколотил не того, кого следовало. Вернее, того, за кого смогли постоять и отомстить. Портовый судья приговорил меня к трем годам галер. Два года уже прошли, остался год на размышления о том, что Небо и море не равны друг другу и никогда не встретятся.

- Считаешь, что это наказание тебе устроили Небеса?

- Всё в этом мире устраивают наши Отцы. Но я ждал тебя, мой друг!

- Меня? – на мгновение Крист даже остановился. – Меня? – повторил он. – Почему меня и что ты обо мне знаешь?

Он опасливо взглянул на Эринга. Тот внимательно слушал, но не проронил ни слова. Мальчик вообще был неразговорчив и долгое время Крист считал его немым.

Джерис ободряюще кивнул Эрингу и повернулся к Кристу.

- Я не знаю о тебе более того, о чём ты сказал сам, и того, чего я знаю из королевских геральдик и родословных, а это входит в наше обучение. Но прежде чем ты поймёшь, я расскажу тебе о водопаде. Конечно, он не волшебный. Он просто очень холодный.

- Это что-то должно означать?

- Ты вырос на море, Крист, несмотря на твое родство с илонийским королевским двором. Я не читаю твои мысли, - Джерис усмехнулся, - и ты бы пришёл к такому выводу на моём месте, если бы дал себе возможность внимательно наблюдать. Хотя ты и не моряк, но тебе знакомо весло. Не такое большое, а обычное. Рыбацкое. Ты умеешь плавать, ты смотришь на море и видишь именно море, а не простой пруд среди леса, тебе знакомы пути звезд на небе, и ты умеешь правильно пользоваться ветром. Моё место на скамье гребцов – не только мое наказание гордыни, но и способ познания мира. Вот почему я безропотно сношу и цепи, и солнце, и морские соленые брызги.

- И при чём тут то, что я вырос на море?

- Ты нередко нырял в теплое летнее море. Но ведь бывало, тебе приходилось окунаться и в холодное. Что чувствовал тогда ты?

- Холод, - буркнул Крист.

- Да, холод и мощь природы. Тебе не хотелось после этого смеяться или прыгать от счастья?

- Бывало, в детстве.

Джерис рассмеялся.

- Да, детство – это особый случай.

- Но я понял тебя. Ваш холодный водопад заставляет заглянуть в себя и увидеть там что-то, что недоступно ему в обычно время. У меня бывало такое. Но, как правило, я видел в себе замершего ребёнка, который должен либо надавать по шее старшему брату, либо пожаловаться матери. Прости, шучу. Такое бывало и в более сознательном возрасте. Пару раз нам с братом приходилось окунаться в ледяную воду. Хорошо просветляет голову и думается лучше. Ты это имеешь ввиду?

- Приблизительно так, хотя ты слишком упрощаешь. Мы входим в водопад сознательно и открываем ему свой разум. Холодная вода смывает всё наносное, земное, остаются мысли, и нити их тянутся от каждого из нас к старейшине и обратно. Даже на расстоянии.

- Ты хочешь сказать, что твои старейшины знают о тебе?

- Да, и к этому мы ещё вернемся. Теперь о королевской семье. Оргунию основал сателеанец. Именно он был первым правителем тогда ещё маленького поселения. Он не вернулся на родину, но он прислал нам одного из своих сыновей. С тех пор так и повелось. Оргуния росла и процветала, королевский дом роднился с императорской семьёй, и восставал против неё. Были мирные времена, были войны. Оргунию, бывало, завоевывали то Торогия, то Киссен, и тогда королевская семья находила убежище у своих истоков. И с поддержкой Небесных Богов возвращала принадлежащее им по праву. В течении веков каждый наследник королевского дома поднимался к земле своих предков и вставал под струящиеся воды священного водопада. Он приобретал связь не только с нашими старейшинами, но и с предками. Единым целым нам было подвластно осмыслить прошлое и наметить будущее. А каждые семь поколений один из королевских отпрысков поднимался к нам и оставался с нами навсегда.

- И что же пошло не так в этот раз? Ронетар не прислал своего сына и всё пошло наперекосяк?

- Ронетара не прислал его отец. Но Ронетар второй сын, а наследника король в своё время прислал. Все прошло, как обычно, и старейшины не увидели ничего необычного в судьбе мальчика. Не увидели, потому что судьбы и не было. Как только тот вернулся домой, он заболел и умер. Тихо, незаметно, ни одна нить не дрогнула, никто не смог предвидеть и уберечь. После этого король разорвал все отношения со своими предками. И уже второго наследника, Ронетара, он не привёл под водопад.

- И как же объяснили это ваши старейшины?

- Объяснение было простым, но его трудно было произнести вслух.

- Первенец не был сыном короля, - усмехнулся Крист.

- Королю оказалось проще разорвать связь со слугами Неба, чем произнести первое, что приходило на ум. Но, возможно, было и другое объяснение. Нам не дано узнать, но случилось то, что случилось, связь прервалась.

- А теперь Ронетар – лишенный ума старик со слюной изо рта, его сын умер, дочь страшна и порочна. И, наверное, как раз это оказалось ещё и седьмым поколением. Я прав?

- Да, - кивнул Джерис.

- И чтобы восстановить установленный порядок, вам нужен я, чтобы привезти вам на гору ту девчонку. Только так она, возможно, станет нормальной королевой? Но кого вы заберёте в качестве дани крови?

Джерис вздохнул.

- Ты в корне не прав, мой друг, а что касается последнего твоего вопроса, вот он, Эринг.

- Эринг?

Мальчик тесней прижался к ногам Джериса.

- Он или кто другой. Неважно, Крист. Эринг – племянник короля. Старший сын его брата - Арвенга. Но у него есть еще братья и сёстры. Есть кузены. Они такие же предки королей, как и бедная Виолика, и Меорлис. Кто-нибудь обязательно приходит к нам. По велению сердца. Я буду рад, если это будет Эринг.

- Ты прячешь его тут на корабле?

- Не забывай, я такой же раб, как и ты, - засмеялся Джерис. – Когда я оказался тут, он уже жил на корабле. Он либо заложник, либо его тут спрятали. Мы с ним не знаем.

- Я очнулся на корабле, - сказал мальчик, - и капитан Дергил сказал, что за меня заплатили немалую сумму, чтобы я никогда не сходил на сушу и меня никто не видел.

- Для заложника – это слишком рискованно.

- Согласен. Но и спрятать таким образом – аналогично.

- Ты заберёшь его к себе, когда закончится твой срок? У тебя он будет в безопасности, да и седьмое поколение, как ни как.

- Эринг поступит так, как он захочет сам, Крист. Его судьба не в моих руках. И мой путь не лежит на родину. И ещё в одном ты не прав. У Ронетара есть ещё один сын, его и Лоэтны – Меорлис. Мальчик семи лет. Если он не пройдёт водопад, королевской род прервётся. И ты, именно ты будешь тем, кто поможет ему.

- Я? Как? – Крист потряс цепями. - Мне надо спасать брата. А не вашего короля. Да, наши сроки заканчиваются в одно время, но я не могу тебе помочь, у меня своя задача.

- Я не сказал, что ты мне будешь помогать. Меня не будет рядом. Никого не будут рядом. И это случится не скоро. Но отныне моё место рядом с тобой. Или с тем, кто сильно похож на тебя.

- Элант? Он всё же жив? – в волнении Крист даже привстал.

- Не знаю. Холодный дождь приносит мне видения и послания моих старейшин, но они либо слишком ярки, либо слишком темны. Пути нам подскажут боги, а дороги выбираем мы сами. Ты мог, освободившись от цепей в тот день, прыгнуть за борт и погибнуть. Мог убить Дергила. Но ты не сделал этого и твоя судьба, а значит и судьба Меорлиса в твоих руках.

- Но когда ты увидел в своих видениях меня?

- Когда ты боролся. Когда тебя, привязанного к мачте, окатывали холодной морской водой. А брызги долетали до меня. Мы оказались связаны невидимыми нитями. И у нас один путь.

Та пытка, когда его с утра привязывали к мачте и поливали морской водой, а потом на солнцепёке на теле, на лице, губах выступала соль – была особенно изощрённой и, главное, позволяло Дергилу выполнять требование своей королевы – не калечить раба.

Крист передёрнулся от воспоминаний и надолго задумался.

Уже отходя ко сну, он спросил:

- Так что же нам делать?

- Ничего, - услышал он в ответ, - ждать. Либо окончания срока, либо помощь придёт с другой стороны.

Дергил промышлял скорее контрабандой и мелким пиратством, чем настоящей торговлей. Трюмы у «Жнеца» были небольшие, а в команду корабля входил десяток воинов, которые, если что, могли и обороняться, и напасть, и заменить вышедших из строя гребцов. А несколько мощных баллист на палубе подтверждали увиденное.

«Жнец» заходил не только в порты, но иногда останавливался и в какой-нибудь укромной небольшой бухточке и тогда на корабль что-то грузилось, либо Дергил давал приказ разгружаться.

Порой это были не сундуки, бочки и мешки, а скованные цепью люди – молодые мужчины, которых спешно уводили в трюмы, а потом в другом порту выводили на берег. Дергил явно не брезговал торговлей людьми. А в некоторых странах это было весьма прибыльное дело.

Крист заметил, что всё то время, что на борту находились пленённые мужчины, со стороны гребцов раздавались в их сторону гневные шепотки.

- О чём это они? – спросил Крист у Джериса, но тот только недобро улыбнулся.

Эринг, смущённо взглянув на своего белоголового друга, смущённо прошептал:

- До Джериса приводили и женщин. И некоторых из них отдавали гребцам.

Джерис пробормотал что-то себе под нос, явно не молитву. Крист осторожно начал расспрашивать дальше:

- И что случилось, когда на корабле оказался ты, Джерис?

- Я запретил капитану это делать.

Крист растерялся:

- Вот так просто?

Джерис усмехнулся:

- Не совсем. Пришлось показать немного свою силу.

- Разорвал цепи?

- Цепи остаются моим секретным оружием, - улыбнулся Джерис, - нет, только выломал скамью. Но…

- Он вызвал ураган! – благоговейно прошептал Эринг.

- Эх ты, мальчишка, я же уже тебе объяснял… - со вздохом проговорил Джерис.

- Всё равно, - упрямо сказал Эринг. – Я верю тому, что видел.

- И как было на самом деле?

- Понимаешь, - вздохнул Джерис. – И ваш мир, и даже наш мир, который ближе к Небесам – мы все – несовершенны. Наши Боги видят мир целиком и не могут узреть отдельные его части. Для этого существуем мы и священнослужители во всех странах. Мы посредники между Небесами и людьми. Мы советуем, и указываем, обращаем внимания и учим, заступаемся и грозим карой. Но когда кричит от страха женщина, а я молю Небеса услышать, мольба доходит до Небес быстрей. Боги многое могут спускать, но этого они не одобряют. Дергил это увидел.

- Я же говорил!

- Конечно, ураган я не вызывал. Погода портилась и до этого, Дергил собирался переждать шторм в укромной бухте. Но ураган добрался и туда. Я готов был сам выступить гласом своих Богов, на этот раз не боясь святотатства.

- И как бы ты это сделал? Проломил бы дно корабля?

- Он сломал мачту!

- Мачту?

- Если ты думаешь, что Дергил мой протест и сломанную скамью проигнорировал, ты будешь не прав. Мне досталось похлеще, чем тебе совсем недавно. А мачта – она и так трещала до этого, каждый слышал. Я лишь поднатужился немного. А вот насчёт дна – твоя догадка верна.

- И пустил бы на дно всех, кто был на корабле? И даже Эринга?

- Ну, во-первых, мы были недалеко от берега, в бухте, во-вторых, с Эрингом мы бы спаслись на плоту, который бы я тоже выломал, - Джерис рассмеялся. – Есть ещё и третье, которое гласит, что ради уничтожения зла, кара может упасть и на тех, кто находится рядом, а невинные своей смертью успокоят Небеса и заставят их утихомириться и не распространить свой гнев дальше. Да, вот это чистое святотатство. И я готов был пойти на это. Но ураган всё расставил на свои места. Он потрепал и меня, привязанного к мачте и гребцов, возмутившихся моим требованиям, и моряков, и Дергила. Но зато потом Дергил забыл, хотя бы на время, о своих намерениях. Со мной теперь связываться опасаются, и вот, остался лишь рокот недовольных наших братьев по несчастью.

Глава 5

Глава 5. Побег

Плавание продолжалось дальше. Иногда судно нанимал какой-нибудь богатый вельможа, которому необходимо было быстро добраться до порта на другом конце Энвейского моря. Тогда гребцы работали по сменам, их меняли и солдаты, и матросы, поднимался дополнительный парус, и «Жнец» нёсся быстрее ветра.

Заходили они и в большие порты. И каждый раз Дергил приказывал запереть Криста в трюме. Правда, на этот раз ему составлял компанию юный Эринг, которого также необходимо было прятать от лишних глаз.

Несколько раз они оказывались в Орхиме, один раз даже надолго, зимние шторма не позволяли выйти кораблю в море. Тогда всех гребцов переводили в городскую тюрьму, но Криста, Эринга и ещё нескольких человек Дергил опять запирал в трюме. Видимо, ценным пленником у него был не только Крист.

Держали пленников раздельно и только Эрингу позволяли быть рядом с Кристом. Джериса с ними не было, он считался обычным осужденным и его отправляли на берег.

С берега Джерис приносил новости. Но они ни о чем не говорили о событиях, которые волновали Криста, не было упоминаний ни о Эланте, ни о Лионсе. Гораздо больше говорили о Гастени, новом предводителе энвейских пиратов.

Однажды Эринг подслушал, как один из капитанов, посетивших с дружеским визитом Дергила, рассказал ему о розысках Раднира и его брата Сабера. Они искали какого-то непростого раба, при этом не чураясь в своих поисках ни угрозами, ни подкупами.

Крист не сомневался, что ищут его. Но и Дергил не забыл, что его ценный пленник грозился карой не только кордийского, но и ситарского короля. Условия содержания Криста ужесточились. И если раньше его оставляли на ночь рядом с Джерисом и Эрингом, то теперь с наступлением темноты его запирали в трюме. Дергил явно больше боялся своих оргунских покровителей и не настолько нуждался в деньгах, чтобы перепродать раба Радниру вопреки приказу своей королевы.

Прошло около полугода. Мышцы Криста окрепли, превратившись в стальные, кожа приобрела бронзовый оттенок. Но повода бежать за всё это время так и не представилось.

Надежда увидеть в живых Эланта таяла с каждым днём. В противном случае, Крист, не сомневался, брат нашёл бы его. Джерис же качал головой:

- По твоим словам, - говорил он, - вы с братом почти не расставались. Вы ощущаете себя одним целым. Я не воспринимаю тебя лишённым своей части. И я по-прежнему вижу в дальнейшем себя рядом с кем-то очень похожим на тебя. Теперь я могу сказать это точно. Вы похожи, но совершенно разные.

- Как так?

- У вас же нет старшего брата, правильно я понимаю? А тот, он намного старше тебя, Крист.

- Но этого не может быть! Или, скажем, ты видишь, что будешь со мной до самой моей старости.

Джерис пожимал плечами:

- Мы не видим будущее, Крист. Я вижу свой путь и только. И тех, кто рядом.

- Думаешь, Элант в плену у этой семейки? Но я не могу понять, почему, за что… И как нам освободить его, если мы сами застряли на этом проклятом корабле.

- Мы будем ждать и будем надеяться.

Это случилось в киссенской бухте Кафиде, где стояло несколько кораблей под разнообразными флагами. Крист уже знал, что Кафида использовалась больше для контрабандных сделок, чем приносила прибыль правителям Киссена. Впрочем, возможно, и приносила, если правители сознательно допускали такое состояние дел. Здесь можно было договориться с представителем любого прибрежного королевства, минуя таможенные сборы, либо законы стран. Крист с Элантом слышали о бухте от Лионса, который, как и его приёмный отец не считал сделки, заключенные в Кафиде чем-то позорным и преступным, хотя и старался, чтобы об этом знало, как можно меньше людей, в том числе и такие приверженцы законов и правил, как короли Илонии, Тогота и Кордии.

Дергил не счёл нужным прятать ни Криста, ни Эринга, и все гребцы лежали рядом со своими скамьями, отдыхая в ожидании следующего похода. Но Крист сидел у борта и сквозь щель внимательно рассматривал близлежащие корабли. Ни кордийского, ни ситарского флага он не видел, а бежать на любой другой корабль не имело смысла. Дергил не скрывал, а даже во всеуслышание заявлял, что по закону Кафиды, беглого раба не примет ни один корабль. Можно было бы доплыть до берега, но днем Джерис не мог отомкнуть на глазах у всех его оковы, а ночью Крист будет в трюме. И всё же он надеялся увидеть знакомый флаг.

Флага он не видел, зато на лодке, причалившей к борту «Жнеца», он внезапно увидел Сабера. Он вскочил. Вернее, попытался. Сильная рука Джериса прижала его к скамье.

- Это Сабер, - зло и отчаянно прошептал Крист, тщетно пытаясь вырваться из железной хватки Джериса. – Он вытащит меня отсюда.

- Не спеши, Крист, - тихо и невозмутимо проговорил Джерис. – Если бы Дергил хотел, он бы уже давно, и с немалой выгодой для себя продал тебя ситарскому королю. Если ты откроешься Саберу сейчас, ни к чему хорошему это не приведёт. Смотри лучше, к какому кораблю потом отправится Сабер.

Кристу пришлось согласиться с доводами Джериса.

Впрочем, Дергилу незваный гость был тоже знаком. И весьма неплохо, судя по тому, что по его короткому приказу к скамье, возле которой лежали Крист с Джерисом, подошёл Воскан и, сев на скамью, недвусмысленно положил руку на кинжал. Чуть позже моряк, пробегая рядом, как бы невзначай кинул на Криста и Джериса кусок парусины.

Сам Дергил в это время весьма почтительно встречал брата ситарского короля.

Высокий, в богато расшитой капитанской куртке с мечом на поясе, Сабер поднялся на борт. Цепким взглядом он оглядел корабль и, следуя приглашающему жесту Дергила, прошёл с ним в его каюту. Как только они скрылись из глаз, Воскан отбросил парусину. Но Крист не успел даже вскочить, как на его голову опустился кулак надсмотрщика и его тут же оттащили в трюм.

Очнулся Крист в трюме, связанный и с кляпом во рту. От бессильной злости он рычал и катался по полу. Зря он послушался Джериса. Сабер уйдет, не зная, что Крист был тут, рядом. А так Сабер хотя бы узнал, что Крист тут. Усилием воли он заставил себя успокоиться. Вечно его держать тут не будут. И пусть даже они уйдут из бухты, Крист сбежит ночью и найдёт «Тайфун» Сабера. Если корабль Сабера не был виден в его щель, это не значило, что его не было в бухте. Если понадобится, он проплывёт бухту не один раз, но найдет Сабера.

Его мысли прервал звук осторожных шагов с той стороны двери.

Замок не открывали ключом, но и не ломали ломом. Запор просто с небольшим скрипом отодрали от дверей и над Кристом склонился Джерис.

- Пришло наше время, мой друг, – неслышно сказал он, вынимая кляп изо рта Криста и начиная резать верёвки.

- Ты со мной Джерис?

- И я, и Эринг.

- А ты умеешь плавать? А Эринг?

- За тобой пришла лодка, Крист, – рассмеялся Джерис.

- Но как?

- Это ты узнаешь уже у Сабера.

Освободив Криста от пут, они осторожно выбрались на палубу и в свете редких звезд Крист увидел, как два надсмотрщика и вахтенных матрос лежат аккуратно уложенные за лестницей, ведущей на корму. Дверь в каюту капитана, была подперта невесть откуда взявшимся тут сундуком.

Если кто из гребцов не спал, ему не было дела до двух теней, подошедших к корме, где у борта стоял, дрожа скорее от холода, чем от страха Эринг. По крайней мере, в глазах у него была решимость.

Крист неслышно перемахнул через борт и скорее слетел, чем спустился по трапу, за ним также ловко последовал Эринг. Джерис спускался осторожно и слегка неуклюже.

- Вон та лодка, - прошептал Эринг. - Она стоит там с вечера, как только гость покинул «Жнеца».

Джерис не умел плавать. Крист понял это сразу, как только тот оторвался от троса.

- Я думал… - шептал немного испуганно Джерис, отплёвывая воду, - это как ходить...

- Не двигайся, - только и мог сказать, Крист, - и доверься мне.

Он молча перевернулся на спину, подхватил Джериса за туловище и поплыл к лодке. Эринг плыл рядом и направлял его ход.

На лодке их заметили и несколькими сильными, но неслышными гребками двинулись им навстречу. Приблизившись, сильные руки подхватили ношу Криста, на борт помогли подняться Эрингу и только потом смог перевалиться через борт Крист.

- Лежите на дне, - предупредил его тихий голос.

Уверенными гребками опытного моряка, лодка бесшумно двинулась в сторону от «Жнеца».

«Тайфун» уже стоял у выхода из бухты, моряки поднимали паруса и рассаживались за весла.

Сабер сгрёб мокрого Криста в объятия:

- Где Элант? – первым делом спросил он. – И кто это такие? – был его второй вопрос.

Эринг и Джерис кутались в поданные одеяла. Эринг, как и прежде, держался ближе к белоголовому мужчине.

- Сабер, - с горечью в словах ответил Крист, - хотел бы я задать тебе такой же вопрос. Была у меня надежда, что Эланта вы найдете раньше меня.

Всё, что он знал, всё, что с ним случилось, он рассказал Саберу в его каюте. Их переодели, накормили. Эринг, попробовав из кубка вина, уже спал, а Крист всё рассказывал, а потом слушал Сабера.

В ту ночь, когда Лионс вернулся на корабль и приказал уходить из Орхима, он действительно попросил Сабера задержаться и проверить, всё ли в порядке у братьев. И если надо, проводить их из порта. Ни утром, ни следующим днём, ни через день, братья не объявились. Их вещи остались в таверне, а без них они не смогли бы отправиться дальше. Саберу пришлось приложить немало усилий, чтобы попытаться вызнать, что творилось в ту ночь во дворце и что могло необычного произойти в порту. Всё было бесполезно. Нового фаворита королевы никому и в голову не пришло связать с Элантом, а ушедший в ту ночь корабль Дергила с новым рабом на борту никому не был интересен.

Сабер решил покинуть Орхим, оставив там своих соглядатаев и вернуться на Ситарские Острова, доложив всё брату. Раднир развернул бурную деятельность, поставив в известность и Тайлис, и Интара. И если Тайлис с Лионсом рвались объявить войну Оргунии, то Интар смог относительно быстро собрать все необходимые сведения, слухи и сообщения своих шпионов, проанализировать и дать чёткую картину, что могло произойти и что необходимо было делать. Сейчас весь ситарский флот, кордийские торговцы и «Лазурный» с Илларом на борту искали несколько подозрительных оргунских кораблей, в том числе и «Жнеца» Дергила, а Раднир с Лионсом отправлялись в Орхим.

Лионс собирался самолично призвать к ответу королеву Лоэтну, впервые жёстко поспорив с отцом и матерью. Видимо, он победил, раз корабль Раднира всего лишь оставался на рейде вблизи Орхима. А с ним и ещё десяток самых быстроходных галер Ситарских Островов.

- Я нашёл «Жнеца» случайно, - рассказывал Сабер. – Тут же был ещё один корабль из списка короля Интара. Я побывал сначала на нём. Но ты оказался на «Жнеце».

- Как ты догадался, что я именно на «Жнеце»?

- Мы не знали кого искать и где. На кораблях или во дворце. Может двоих там, может двоих здесь. Я смотрел по сторонам. «Жнец» - не первый корабль, который мне суждено было проверить. Я сначала расспрашиваю о взятом законно, либо незаконно, пассажире, или двух похожих пассажиров в Орхиме и долго торгуюсь. Либо нам дадут возможность обшарить весь корабль, либо мы действуем силой. По двум кораблям мы вполне сторговались, третий пришлось захватить. Потом, конечно, извинились и даже поделились кое-какими выгодными сделками. Слухи разнеслись молниеносно. Меня даже начали приглашать специально, чтобы я осмотрел осужденных или рабов, надеясь на большой куш. Дергил умеет лгать и торговаться не хуже меня. Но в конце концов я назвал такую сумму, что сквозь его любезность промелькнула-таки тень досады на упущенную выгоду. Этого было достаточно. Я ушёл, но оставил лодку следить за «Жнецом». Здесь, или в открытом море, но я собирался захватить его. Когда вы поднимались на борт, у меня была надежда, что в лодке вы оба. Возможно, Элант на другом корабле. Или всё же во дворце Ронетара.

- Я тоже не знаю. Но начну с дворца Лоэтны, - зло произнёс Крист.

- Или Делфира. Интар много чего выяснил и поведал нам.

- Мы идёт туда?

- Да. Лионс уже там. Он всё же пока не собирается штурмовать королевский дворец, а будет действовать официально и с каким-нибудь поводом. Сейчас они с Радниром этот повод придумывают и реализуют. Но по словам Интара, судьба бывшего фаворита королевы его людям не известна. Во дворце его нет. Или уже нет. Лионс должен выяснить.

Крист выругался грязно и громко. Так, как ругались самые отъявленные преступники на корабле Дергила.

- Кстати, - Сабер кивнул на внимательно слушающего Джериса, - я собирался послать к Дергилу посредника с приличной суммой выкупа за тебя, но ты уверен, что мне надо раскошелиться ещё за двоих? Из вариантов – мы можем сейчас по-тихому смыться и иметь потом его врагом, либо подождать и сразиться.

- Ты ничего не должен Дергилу, Сабер. Мы ведь сбежали сами.

- Это ничего не значит. Я прибыл с предложением, он отказался, но товар, извини за такое сравнение, ушёл. И не важно, сам или с моей помощью. Тем более, не один.

- Я думаю, выкуп не поможет, Сабер. Он нарушил приказ королевы. Впрочем, - немного подумав, Крист добавил, - большой выкуп заставит его извернуться в своих отчетах, и будет поводом к мирным переговорам. Заплати, Сабер, заплати.

- Хорошо.

- А что известно Интару о королевской семье Оргунии? – спросил Крист чуть погодя. - Что мы должны знать?

Спрашивая у Сабера, Крист между тем смотрел на Джериса. Тот молчал, а Сабер поведал всё, что знал:

- Ронетар вторично женился, когда умерла его первая жена. Новая жена, Лоэтна, из знатнейших семейств Оргунии. Они крупные землевладельцы на границе с Мадиром и владеют большой бухтой у подножия гор. Она не слишком судоходна. Вернее, к ней не ведут дороги, но промысел жемчуга там знатный. Король Интар думает, что именно это обстоятельство предопределило выбор Ронетара, и он остановился на представительнице этого рода. Ронетар хотел, чтобы весь промысел жемчуга был под королевским контролем. Условиями брачного договора это было оговорено. Промысел переходил как приданное под контроль короны, а мужчины самого семейства имели пожизненное право на членство в Королевском Совете.

- Необычная цена. Всё же членов Королевского Совета король назначает по своему усмотрению, хотя весьма часто это право и переходит по наследству. Но вот так закрепить пожизненно…

- Видимо, жемчуг дороже. – Сабер продолжил. - По договору, вместе с Лоэтной в замок прибыл её старший брат, глава рода. Ну и обосновался в кресле члена Королевского Совета. Пока не родился Меорлис, всё было в порядке. Но после этого стали происходить странные вещи. Перво-наперво, говорили, но, правда, шёпотом, что Лоэтна наставляла мужу рога с его собственным сыном. Король уже тогда начал проявлять признаки слабого ума, поэтому, если ему и докладывали, то отклика не дождались. Сам наследник, Логерн, стал вести себя слишком странно. Был агрессивен, постоянно возбуждён и… забывчив.

- Что это значит?

- Он мог оказаться в любом месте замка и не помнить, как он там очутился. Это раз. Ну и просто забывал, что происходило накануне. Однажды, прямо на пиру, он затеял ссору и умер. Он не вытаскивал нож, ему никто не угрожал, никто его не ранил. Он просто сорвался на крик и упал замертво.

- Отравили?

- Со стороны выглядело, как будто кровь ударила ему в голову, ну и соответственно какие-то там мудрёные слова лекарей.

- И что дальше?

- Дальше наследником стал Меорлис. Король – не в себе, Делфир у власти, а королева уже не скрывает, как ей хорошо и весело живётся. Делфира боятся, и не без основания. А брат короля Арвенг живёт затворником в своём доме в Орхиме. И не держит ни охранников, ни даже сторожа, чтобы Делфир случайно не заподозрил, что тот планирует заговор.

- Значит, Эринг всё же заложник? – спросил Крист у Джериса.

Тот, всё время просидевший с полузакрытыми глазами, неопределённо пожал плечами.

- И что из себя представляет Делфир? Судя по тому, что я слышал ещё до этого проклятого посещения Орхима, он слыл собирателем горных пород, драгоценных и полудрагоценных пород. Он рад любым камням, привечает ювелиров и ученых людей, чтобы распознавать нужные вкрапления и способы извлечения драгоценных камней без ущерба для красоты камня, сам любит обрабатывать камни.

- Человек Интара поведал нам то же самое. Вроде невинное и даже почетное увлечение, хотя и не для представителя знати. Но на самом деле Делфир весьма темная личность. Во дворце его боятся, как огня, считают его колдуном, но страшатся даже произнести это слово вслух. Он почтителен как к королю, так и к королеве. Его речь ровна и вежлива. Не имеет фавориток. От этого его боятся ещё сильней. Некоторые считают, что он развлекается вместе с сестрой, и именно он убивает невинных, когда сестре они надоедают. Поговаривают так же, что падчерица его сестры помогает ему в этом. И хотя знатные люди Орхима стараются быть подальше от дворца, чужеземные гости не переводятся.

- Лионс чуть ли не бежал из замка, - задумчиво сказал Крист, - чутьё его не подвело.

- И он простить себя не может за то, что не забрал вас оттуда.

- Мы не мальчики, Сабер, а с Элантом уже что-то случилось. Он не пошёл бы.

- Судя по твоему рассказу, тоже самое должно было произойти с тобой.

- Скорей всего… Кто-то пропадает, кто-то умирает, и никто ничего не знает… Она, та дочь короля, она сказала, что он уйдёт… - прошептал Крист. – Что, кстати, о ней?

- Когда умер её брат, она очень сблизилась с королевой. Как я уже сказал, считается, что она с ней заодно. Её недолюбливают и презирают. Благо, после смерти брата и невменяемости отца – она никто, живет из милости королевы. Поэтому вот этого-то и не скрывают.

- Её странные слова…

- Тебя стукнули по голове не один, а даже несколько раз, если ты правильно помнишь.

- Согласен.

Джерис слушал, сдвинув брови и уйдя в себя.

- А ты как думаешь? – невольно спросил его Крист под удивлённым взглядом Сабера. – Ты что-нибудь видишь? Мы с тобой оба плыли в холодной воде. Что сказал тебе твой водопад?

- Что всё должно идти так, как и идёт. – поднял голову Джерис. - Просто я с тобой.

- А Эринг?

- Время Эринга ещё не пришло.

- Приютишь мальчишку у себя? – спросил Крист Сабера. – Он племянник короля. Не наследник, но может им стать.

- Ну…, - хмыкнул Сабер, - мне не привыкать. Пусть остаётся.

Глава 6

Глава 6. Оргунский королевский дворец

Лионс, идя по коридорам дворца, зорко смотрел по сторонам, но, конечно, ни Эланта, ни Криста не встретил.

Предлог явиться ещё раз в Оргунию он придумал незамысловатый, но действенный. Он собирается жениться и хочет преподнести невесте жемчужную диадему, обязательно по своему рисунку. Визит почтения был совершён, заказ передан лично королевским ювелирам, оставалось ждать и, соответственно, гостить во дворце.

И Раднир, и Интар подготовились серьезно. Возле Лионса были лучшие люди ситарского короля, а илонийские шпионы незаметно дали понять, что они рядом и на страже.

Лионс уже удостоился и приёма, на котором был король, выглядевший не то, чтобы ужасно, а просто живым трупом, и королева со своим, смущающим Лионса, взглядом.

Каждый вечер устраивался пир, где Лионсу приходилось сидеть то между королевой и её братом, то между королевой и её падчерицей. И Раднир, и посыльный Интара дали ему четкие инструкции, как вести себя. А от напоминания сдерживаться и не пить что попало, Лионс уже скрипел зубами. Может поэтому, а может правители Оргунии посчитали, что короля Кордии всё же нельзя причислить к обычным людям, но его донимали только намёками и смешками.

Зато Лионс воочию увидел человека, по описанию Интара, подвергшегося чарам королевы. Остекленевшие глаза, поклонение королеве, вспышки то ярости, то вялости. Забывчивость и неуместный смех. Лионсу становилось не по себе, и он еле сдерживался от воплей ужаса, представляя на месте несчастного кого-то их своих братьев. Описания шпионов Интара не давали точного ответа, кто полгода назад стал жертвой королевы и Делфира, но, если Лионс правильно понял, то зараза коснулась именно Эланта, не Криста.

Спрашивать о братьях в лоб Раднир категорически запретил. По крайней мере, пока его явное и тайное сопровождение под тем или иным предлогом не обшарит дворец сверху донизу. Но получится ли у них, Лионс уже сомневался, прошло слишком много времени, а результата всё не было. Тем более, что по его ощущениях, с него не сводили глаз.

Он остановился, пропуская шедшую навстречу ему женщину и слегка поклонился, когда узнал в ней Виолику. Она не стала проходить мимо, а внезапно подошла к нему, прижалась всем телом и закинула руки ему за голову.

От неожиданности Лионс отшатнулся и уперся в стену. Виолика прильнула к нему ещё сильней:

- Может мне твоя диадема подойдет лучше, ваше величество? – громко рассмеялась она ему в лицо.

Лицо её было, как, впрочем, и всегда, обильно набелено и накрашено, от неё пахло каким-то резким удушающим цветочным запахом, глаза были осоловевшими, а голос протяжный и хриплый. Она всегда производила отталкивающее впечатление, а сейчас, прислонившись к нему вплотную, впечатление усиливалось, и Лионс еле удерживался, чтобы не оттолкнуть её.

– Дашь мне её померить? – она опять засмеялась, но Лионс тут же услышал её шепот, - помоги мне спасти юношу, за которым ты приехал. Эланта.

Она не дала ему ничего сказать, прильнув к нему губами. Это дало Лионсу время прийти в себя. Следующий шёпот он уже расслышал более здраво:

- Он у меня в комнате. – И уже громкий смех, - а хочешь, я померяю для тебя свои украшения? Ну, пойдём же за мной. – Она отпрянула от юноши и потянула его за собой.

Он не стал оглядываться на своих людей. Как бы ни удивлены они были его поступку, они будут рядом. И придут на помощь, если это ловушка.

Путь до её комнат был долог, и всё время она громко смеялась, вертелась перед ним, прижилась к нему и, обхватив его голову руками, пригибала к себе и целовала.

Лионс стойко вынес это испытание, но как только они оказались в какой-то комнате и за ними двоими закрылась дверь, отшвырнул её прочь. Хотелось вытереть руки и сполоснуть рот. Но девушка и не обратила на него внимание. В комнате её походка изменилась. Она торопливо прошла в одну дверь, потом в другую, третью. Положив руку на рукоять кинжала, Лионс решительно двинулся вслед за ней. В последней комнатке, за гобеленом оказалась стена. Но незаметный механизм, приведённый в действие, открыл в стене дверь. За ней Лионс увидел лестницу, ведущую куда-то вниз, далеко вниз.

Девушка чуть ли не бегом, Лионс еле поспевал за ней, спустилась в крохотную пещерку.

В ней было на удивление тепло, несмотря на то, что вокруг был камень, где-то был слышен звук бьющихся о скалы волн. Посредине пещерки был небольшой бассейн.

Не стесняясь юноши, девушка скинула с себя свои юбки, сорвала корсет и, оставшись в одной длинной сорочке, вошла в воду.

- За тобой пришли, Элант, всё будет хорошо. Услышь меня. – сказала она, наклоняясь над водой.

Лионс медленно подошёл к краю бассейна.

Голова обнажённого юноши лежала на каменном выступе, закреплённая ремнями, не давая съехать под воду, а остальное тело лежало в воде. Кожа, да кости, а темные волосы разделяли на части несколько седых прядей. Глаза Эланта были закрыты.

- Что с ним? – в горле пересохло, Лионс еле выдавил из себя этот вопрос.

- Умирает, - девушка, не скрывая слез, плакала. Но её руки уверенно растирали его тело, руки и ноги. – Я не могу им помочь. У меня не получается. Но он до сих пор жив, значит, надежда есть. Ты пришёл за ним? Забери его. – Она подняла на него глаза, - забери меня. – Я знаю, где его второй брат. Я помогу тебе найти его. Только забери меня. И может…, может, у меня получится, и я ещё смогу спасти его. Я просто не знаю, как. Но у меня получается. Он ещё жив.

- Не уверен, - мрачно сказал Лионс.

- Вот, - девушка вынула из воды руку Эланта и вложила в его.

Зря она так сделала. Лионс тут же уверился, что брат действительно мертв, насколько рука была холодная. Но нет, ещё немного и он начал ощущать теплоту.

Лионс вскочил.

- Как его отсюда вынести?

- Уплыть. У тебя же есть корабль? Но его нельзя вынимать из воды. Она не даёт ему ощутить тяжесть тела и отравы, вода держит в нём жизнь.

- Я приплыву на лодке. Мы возьмем прочную непромокаемую парусину, заполним водой и так повезём его.

- А я? Ты заберешь и меня? – с намазанного всевозможными красками лица струились слёзы, губы дрожали.

Страшное, отталкивающе зрелище, если бы не мысли о брате. Он живой и именно она спасла его.

- Если таково твоё желание, то даю тебе обещание, я заберу тебя.

- Вы не найдете с моря это место, - девушка вскочила и заговорила торопливо, глотая слезы и смеясь одновременно. – Сюда приезжает на лодке мой старый слуга. Он помогает ухаживать за Элантом и топит камин.

Она кивнула на небольшой очаг у стены. Во время штормов, возможно, пещерку заливает вода, раз очаг был сделан так высоко. Девушка подбежала к горящему очагу и осторожно сняла котелок, размером с ведро. С ловкостью, говорящей о немалом опыте, она осторожно вылила горячую воду в бассейн. Тут же наполнила котёл снова и поставила на огонь. Подкинула несколько поленьев.

- Он приплывёт сегодня к ночи, я велю ему вернуться за вами, - одновременно говорила она. – Он проводит вас сюда. У него небольшой челнок, он пойдет впереди, вы – за ним. Возьмите самого зоркого человека, чтобы он не потерял Нуга из вида, вы не сможете зажигать огня.

Закончив с водой, она опять спустилась в бассейн и продолжила разминать мышцы Эланта, иногда касаясь и массируя голову и виски. Руки действовали уверенно, в них чувствовалось сила и осторожность одновременно. Попутно она поднесла ко рту Эланта кружку и вылила ему в рот какой-то жидкости. Наклонившись, Лионс понял, что это мясной бульон.

- Кровь не должна застыть, - ответила девушка на невысказанный вопрос, - а в бульон я добавляю акулий жир. Он очень питателен. А ещё красное вино. После него кровь движется быстрей.

- Почему ты, такая вот, и…? – Лионс не знал, как закончить вопрос.

- Ты хочешь прикоснуться к грязи? – вскинула на него взгляд девушка, и на этот раз он был пуст. – Забудь. Думай о нём.

Выйдя из бассейна, девушка скинула с себя мокрую сорочку, не удосуживаясь убедиться, что Лионс не смотрит в её сторону и, одев сухую, натянула на себя свои юбки и корсет, который, как оказалось, не расшнуровывался, а одевался прямо через голову. Затянув пояс, девушка привела в порядок своё платье. И повела Лионса обратно. В последней комнате, перед выходом, она растрепала себе волосы, краем платья размазала что-то розовое на лице, оглядела его и тем же краем платья мазнула его по лицу и слегка разворошила его одежду.

С глухим, режущим слух смехом она вышла с ним из своих комнат.

Лионс как мог, оставался невозмутимым, и уроки Тайлис явно не прошли без следа. Держать лицо молодой король умел.

И смог остаться невозмутимым на пиру, хотя и заметил испытующий взгляд Делфира, которому явно донесли о произошедшем. И даже ревнивый - Лоэтны. И поразился притворству Виолики. Дочь короля смогла и показать свой женский триумф над мачехой, и горделивый разворот головы перед Делфиром. Не забывая при этом кинуть обещано-призывной взор на Лионса.

Чтобы отвести малейшие подозрения от своих действий, Лионс договорился о завтрашнем посещении ювелира, чтобы проследить ход работы. А так как ювелиру было заплачено вперед и немалые деньги, у оргунцев и мысли не возникло, что, возможно, это последний вечер Лионса во дворце.

Вернувшись на «Гордый ветер», Лионс первым делом послал матроса на корабль Раднира. Тот прибыл незамедлительно. А с ним оказались и Крист с Сабером. Бурные приветствия сменились чёткими приказами. Подробности злоключений можно было послушать потом, для начала предстояло действовать.

Выслушав их план, Раднир согласился с ним. Крист шёл с Лионсом, и ещё пару самых опытных моряков Раднир пришлёт с «Ситара». Доведя лодку до грота, они вплавь вернутся на корабль Раднира. Сам «Ситар» встанет напротив дворца, а его лодки будут курсировать недалеко от берега, не вызывая подозрения, но между тем следя, чтобы у Лионса не было проблем. Сабер с «Тайфуном» будет стоять на противоположной стороне бухты, наблюдая за оргунскими кораблями.

Вызволив Эланта, они все незаметно покинут порт.

Челнок со слугой Виолики, который уже ждал их, они нашли сразу. А потом уже двинулись за ним следом. И Лионс, и Крист отлично различали челнок в свете редко показывающих из-за облаков звезд, но, как оказалось, спутник Криста, которого он настоял взять с собой, видел ещё лучше и уверенно направлял лодку вслед за почти невидимым челноком. А уж как ориентировался среди темноты и подводных скал старик слуга, одним Небесам было ведомо. Обе лодки двигалась тихо, без всплесков, ведомые чуть слышным шёпотом. Они неслышно скользили вдоль скал и глыб, слышали переговоры стражников на посту, но ни словом, ни звуком не выдали своего присутствия.

Наконец, по только одному Нугу известной примете, он повернул к берегу, и они вслед за челноком вошли в щель в скале, которая и привела их в крохотный грот. Оставив лодку, они пошли в пещеру.

Пока Лионс командовал развернуть и наполнить водой кусок парусины, Крист и Джерис бросились к бассейну, где лежал Элант.

Джерис наклонился к юноше и провел рукой по его лицу, глазам, плечам, животу:

- Он жив и, наверняка, будет жить, вот только…

Крист опустился над братом, осторожно касаясь плеча:

- Ты уверен? – потрясённым голосом прошептал он.

- Да, Крист, он несомненно жив, мы ещё с ним…

На девушку, стоящую рядом, они не обратили внимание, но сама Виолика среагировала весьма странно. Она упала перед Джерисом на колени и обняла его ноги:

- Небеса послали тебя, я всё сделала правильно. Ты поможешь мне, сын Неба. Ты спасешь и меня и его.

Джерис поднял девушку, внимательно вгляделся в её лицо, глаза, выражавшие неслыханное облегчение и надежду и, положив ей руку на голову, задумчиво произнёс:

- Я следовал своей судьбой, ты своей. Мы встретились и, значит, Небесам так угодно.

- Кто это? – спросил Лионс у Криста.

Раньше ему как-то не до того было, чтобы спрашивать у брата, кто его спутник и почему его обязательно надо взять с собой. Крист, потрясённый видом брата, повернулся к Лионсу и того поразил блеск боли и ненависти, мелькнувший в его глазах. Но он не успел ответить, девушка теперь заметила Криста. Не сразу признав в мускулистом темном от загара юноше того, кого она продала, как раба, она обрадованно и зло рассмеялась:

- Спасибо, Небеса, я исполню ещё одно своё обещание.

Она схватила Криста за руку.

- Ты помнишь мои слова?

- Да, я убью её, - процедил сквозь зубы юноша.

- Крист!

Юноша, твёрдо сжимая в руках кинжал, обернулся на голос брата. Его горящие глаза говорили сами за себя.

- Одумайся, Крист! – Лионс сделал шаг навстречу брату. – Нам надо уходить! Я приказываю тебе!

- Лионс, прости, - Крист проговорил это сквозь стиснутые зубы. - Но ты - не мой король.

И Крист повернулся к девушке. Через мгновение они оба исчезли.

- Кто ты такой? – злой и обескураженный Лионс обрушился с гневом на белоголового Джериса. – И почему ты их не остановил? Ведь я видел, девчонка готова была тебя послушать, да и Крист тебе явно не чужой.

Джерис беспомощно развёл руками.

- Я не сын Небес, я слуга.

- Да, - саркастически поморщился Лионс, - это многое проясняет. Помоги переносить Эланта. Не бежать же нам за ними. Надеюсь, эта девчонка знает, что делает, а илонийские шпионы проследят, чтобы они вернулись в целости.

Доведя Криста до первой комнаты, Виолика повернулась к нему.

- Ты ведь слышал меня? Ты веришь мне?

Юноша кивнул. Перед взором стоял образ брата, скорее мертвого, чем живого, несмотря за заверения Лионса и Джериса.

- Тогда не удивляйся ничему, - сказала его спутница.

Она скинула темный плащ, в котором была, и накинула другой, ярко красный. Подхватив юношу под руку, резко рассмеялась и вышла с ним в коридор.

Комнаты королевы были недалеко, хотя и в другом крыле замка. Они просто перешли по открытой террасе и оказались в нужном месте. Всю дорогу Виолика хохотала. Её красный плащ развивался, и встречающиеся придворные и слуги запоминали лишь его, слабо обращая внимания на её спутника, а некоторые даже сочувственно опускали глаза. Никому не хотелось видеть очередную жертву двух распутных женщин.

У двери королевы стояла стража, но вид девушки с мужчиной, входящей в покои королевы, видимо, было привычным делом. Перед Виоликой спокойно открыли дверь, впуская их обоих.

Королева ещё не спала, хотя и лежала в постели. Увидев девушку, она недовольно произнесла:

- Ты расстроила мне весь вечер, паршивка.

- Простите, матушка.

Виолика пропустила вперед Криста. Тот, сжимая в руках кинжал, приблизился к королеве. Та приподнялась на кровати и оценивающе взглянула на юношу:

- Красавчик. Где ты его взяла? – она рассмеялась и протянула к нему руку.

И только сейчас заметив его глаза и кинжал в руке, отпрянула:

- Кто ты? Что происходит?

Она открыла рот в беззвучном крике, и тут же кинжал вошёл ей в грудь.

Виолика выпустила из рук рукоять и неприязненно посмотрела на оцепеневшего Криста.

- Ты дрогнул, - сказала она, - а я не могла долго ждать.

Крист посмотрел на кинжал в своей руке. Да. Как бы не обуревали его мысли о мести и расплате, он дрогнул.

И что же из себя представляет та, которая сделала это, не колеблясь ни на мгновение. Какая же жажда мести вела её?

Виолика не дала ему долго раздумывать. С завидной хладнокровностью она накинула плед на убитую, повернула её голову чуть в сторону. Служанка не сразу догадается, что не так с её госпожой.

- Подождём немного, - сухо сказала она, - иначе это будет подозрительным.

Она подошла к резному столику и начала вытаскивать ящички. Крист с удивлением и какой-то брезгливостью увидел, как она выбирает из кучи, которую свалила на столик, мелкие украшения, серебряные и золотые монеты. Коротко взглянула на него и кивнула на стену:

- Забери.

На стене висели украшенные драгоценными камнями, в основном жемчугом, небольшие женские кинжалы, больше похожие на крупные шпильки.

Крист ошарашенно посмотрел на неё:

- Как ты…

- Могу красть, обирать мертвую? – равнодушно произнесла она и тут же зло произнесла, подойдя к нему вплотную, - а чем, по-твоему, я заплатила Дергилу, чтобы он оставил тебя в живых? А чтобы содержать Нуга? Чтобы покупать дрова и пищу для твоего брата. Ты думаешь, мачеха и её брат платили мне за то, что я участвовала в их делах? Нет, красавчик ты мой невинный, я крала везде, где могла. И у неё, - она кивнула на мертвую королеву, - и у НЕГО. У всех и везде, где могла.

- Честь…

- Я вспомню о чести той, что носила когда-то титул дочери короля. Но после смерти ЕГО!

Имени она не называла, но Крист догадался, что речь шла о брате королевы.

- Но ЕГО я не смогу убить. И ты не сможешь. Но сын Неба с нами, и я уверена, что теперь это дело Небес, а не наше.

- Зачем тебе её деньги? – спросил всё же Крист, с тихим ужасом наблюдая, как девушка опустошает ларец, вытащенный из укромного места за альковом кровати. – Мы обязаны тебе всем, ты никогда не будешь знать ни в чём отказа.

- Спасибо, - коротко взглянула на него Виолика. – Я запомню это. Но деньги никогда не бывают лишними.

- И что ты будешь делать с ними?

- Сначала спасём твоего брата, а потом будем рассуждать. Но сюда я больше никогда не вернусь. – Она хрипло рассмеялась, - отдам свои сокровища сыну Неба, а сама… сама… Я никогда не думала о том, что будет, когда я наконец-то вырвусь отсюда. Я выполнила три главных цели своей жизни – осталась жива, спасла хоть кого-то, - она кивнула на Криста и тот понял, что в спасении Эланта она не уверена, - и убила её, - и девушка кивнула на кровать. - Дальше я не загадывала. И первый мой пункт, да и второй ещё под вопросом, пока мы не вырвались отсюда.

Она закончила, увязав добытые сокровища, в том числе и несколько особо дорогих кинжалов, в плед, прижала его к себе и накинула сверху свой яркий плащ.

- Пошли, - скомандовал девушка.

Если стражники и удивились, что они вышли так быстро, они не подали вида. Желания госпожи священны, и кто знает, чем не понравился ей новый избранник, которого привела её надежная наперсница.

Возвращаясь в свои комнаты Виолика вела себя так же, как и по пути к мачехе. Вызывающе смеялась и красовалась в ярком плаще.

В маленькой пещерке всё было уже готово и Лионс нервно ходил взад-вперед, не сводя глаз с дверей.

С облегчение он приветствовал их возвращение. И от него не ускользнул отрешенный взгляд брата и решительный девушки, но задавать вопросы было некогда.

Когда восход позолотил флаг на мачте, они уже выходили из бухты в открытое море.

Но сначала спасателям Эланта пришлось выслушать от Раднира то, что он считал нужным сказать им об их действиях.

Прибыв на корабль приёмного сына убедиться, что племянники его жены живы, Раднир метал гром и молнии, обвинив и Лионса, и Криста, что они допустили убийство королевы, поставив два королевства под угрозу как минимума лишения торговли и предоставления порта Орхима для кордийских и ситарских кораблей. А ведь Ронетар был в праве и объявить войну двум королевствам. И пусть он слабоум, но Делфир-то убийство сестры не оставит без последствий.

- Я допускаю, Крист, что ты мог не совладать с гневом. В это трудно поверить, зная, что ты сын своего отца и внук Интара. Но в тебе взыграла кровь Тайлис. Ты же, Лионс, сколько лет я учил тебя, у тебя холодная голова и здравые мысли…

- Отец, ты не видел Эланта…

- Я вижу его. И что? Парень жив. Надо было убираться оттуда и всё. Хотели убить, сделали бы это по-другому. Можно тайно. Не нравится, ладно. Можно открыто. Обвинить во всеуслышание о мести. Вызвать на поединок Делфира. Объявить войну, подготовиться и разнести Орхим по камешку. Но вот так по-глупому! И ведь обвинят в этом Лионса. Только его. На что решится Делфир? И что он приготовит лично для Лионса? Потребует выдачи? Подошлёт убийц? Теперь мстить будет он.

- Ваше величество, если…

- Оставь титулы, мальчишка. Ты не пойдёшь и не сдашься, чтобы выгородить Лионса…

- Отец…

- Ты король, Лионс, и не мог остановить двух безумцев.

- Король Раднир…

- А ты, девушка, при всей моей благодарности за спасение двоих олухов, позволивших себя опоить незнамо чем, уважения и почтения за то, что смогла совершила месть, отомстив за себя и брата, помолчи и подумай, что всё это можно было сделать умней и безопасней.

- Как вы с вашим отцом, я наслышана о вас…

- За мной и моим отцом стояла армия и флот отъявленных бойцов. И если ты слышала это, то должна слышать и о том, что четверть века я так не воюю. Всё, чего я добивался ради своего народа, теперь поставлено под угрозу.

- Три королевства испугались маленькую Оргунию?

- Крупный порт – это в первую очередь огромные связи и большие деньги. Пусть выйдет оргунский флот против моего – я разобью его вдребезги. Но стоит торговцам начать обходить мои гавани и порт Кордии, как две страны очень скоро почувствуют на себе все прелести необъявленной войны.

- Ну так объявите войну Оргунии.

- За то, что мы способствовали убийству их королевы? Ты в своём уме, девчонка?

- Да вам спасибо скажет каждое семейство Орхима и не только.

- Вот пусть и берут в свои руки власть. Теперь, когда королевы нет, может Арвенг пошевелится, чтобы низвергнуть это чудовище?

- Он думает, у Делфира заложником его сын.

- А это не так?

- Эринг тут, на корабле, отец.

Раднир пробормотал проклятья. Сабер вздохнул:

- Не поможет, Раднир. Я тут давно и прочесал и Орхим, и Оргунию. От причалов до Сателя. Делфир не позволит ускользнуть власти из рук. Он держит всех придворных и знатные семейства в Оргунии в страхе, никто не смеет перечить ему. Арвенг жив пока только потому, что думает, что сын в заложниках, он не плетёт заговоров. Ты прав, что злишься, я тоже не в восторге, но единственное, что мы можем - бежать. А я останусь проследить, что тут и как. Посольства я предупрежу, и наши, и кордийские…

- Илонийские тоже. Кто знает, что известно Делфиру, - буркнул злой Раднир.

- И их тоже. На корабли пошлю посыльных. Их тут около пятнадцати.

- Сам не попадись.

- Ты же меня знаешь.

- «Буре», «Горцу» и «Малютке» я отдам приказ двигаться в сторону Киссена, заходить в морские порты и предупреждать капитанов.

- Пошли с ними галеры. Возможно, придётся защищать кордийских торговцев.

- Так и сделаю. Сам пойду на встречу с Гастени.

- Ты в своём уме?

- Пусть лучше найму их я, чем Делфир.

- Цена может оказаться непосильной.

- Попрошу Криста замолвить словечко перед Интаром.

- Если нужно… - встрепенулся Крист.

- Крист, мне будут нужны деньги твоего деда, а не твои с отцом мечи и жизнь. Я знаю, что уж их-то вы отдадите без раздумий. А мне в этот раз нужно золото, ум Интара и его связи.

- Я понял.

Раднир вздохнул.

- Лионс, матери расскажешь сам. Обоим матерям. В смягчённому варианте, и уже с путями решения проблемы. Годард сопровождал киссенского торговца. Сейчас должен быть где-то на подходе. Встретишь его, пошли за мной.

- Хорошо, отец.

«Гордый ветер» устремился на запад, «Ситар» на север, а корабль Сабера остался в порту, сменив ситарский флаг на нардинский. Через илонийского посланника Раднир велел Саберу послать гонца к Интару с подробным сообщением того, что случилось в Орхиме. А кордийскому и ситарскому посольствам велеть приготовиться бежать из города при малейшей угрозе со стороны Делфира. Убийство королевы, побег принцессы и исчезновение гостившего короля Кордии несомненно свяжут между собой, в этом никто уже не сомневался. Как и не сомневались в том, что какие-то последствия всё же ожидают их в будущем.

Что касалось Эринга, он не захотел расставаться с Джерисом и поэтому остался на корабле Лионса.

Глава 7

Глава 7. Домой

Эланта поместили на палубе, соорудив из досок большой ящик, выстлав его парусиной и налив туда морской воды. От солнца повесили навес. Вскоре, правда, пригодились дрова, чтобы нагревать воду и подливать в своеобразную ванну. Заканчивались последние теплые дни осени и начиналась зима, а с ней приближались и шторма.

Виолика, не взявшая с собой ни платья, ни плаща, воспользовалась предоставленными Лионсом штанами и рубашкой, и неотрывно сидела рядом с ванной, растирая руки и лицо застывшего Эланта. Когда она уставала, её сменял Крист, потом Джерис.

Дочь короля, которую ранее и Лионс, и Крист видели на приёме и на пирушках, теперь было не узнать в этой сломленной, безучастной ко всему женщине. И назвать её принцессой не поворачивался язык ни одного из них. Не было больше на её лице краски, не было удушающих духов, но она так и не походила на юную восемнадцатилетнюю девушку.

Только одно она делала четко и умело – пыталась вернуть Эланта в этот мир. Но даже если она не была рядом с Элантом, она не покидала Джериса. Казалось, она черпает из белоголового слуги Неба силы, которых она лишилась при побеге, и только рядом с ним её лицо переставало быть похожим на маску.

Постепенно, не без помощи Джериса, она рассказала свою историю.

Пока был жив брат, в своём уме отец, её не волновали ни новая жена отца, ни её брат. Она, конечно, горевала о матери, но в целом её жизнь не изменилась.

С ней занимались, преподавали науки, в том числе и торговое дело, что было в традициях королевской семьи Оргунии, ведь, возможно, ей предстояло стать помощницей богатого орхимского вельможи, ведущие торговые дела со всем миром.

Она любила гулять и ходить в море на небольших королевских прогулочных лодках. Умела плавать и даже добывала раковины и жемчуг вместе с жителями королевских поселений. Обожала балы и городские праздники. Принимала комплименты от поклонников и заглядывалась на понравившихся ей юношей знатных семей.

Жизнь изменилось тогда, когда умер брат и когда она поняла, как он умер, почему и кто тому виной. Всё, что бросалось ей в глаза, но не придавалось значению, обрело смысл.

Она не была наследницей, пока был жив ещё один королевский сын, и ей вроде бы нечего было опасаться. Но теперь она видела всё под другим углом.

Взять хотя бы возможное замужество. Стоило ей лишь выйти замуж и ей была бы обеспечена безопасность. Но Делфир с королевой не спешили выдавать её замуж, хотя предложений было хоть отбавляй. И Виолика теперь понимала почему. Пока была хоть самая малая вероятность, что кому-то не понравится странная немощь короля и подозрительная смерть наследника, принцесса могла бы стать знаменем в руках недовольных. А знамя лучше держать при себе, чтобы в любой момент смять и уничтожить. Оставаться во дворце было опасно. Но и сбежать было невозможно. Пока ненавязчиво, но Виолика ощущала в небольших запретах и слежке, угрозу для себя. Жива она была, как она думала, только по одной причине. Если бы что случилось с Меорлисом, а он был болезненным ребёнком, остаться у власти Делфиру не было бы никакой возможности. Потому и держали они с Лоэтной Виолику при себе, как запасной вариант. Жениться на ней Делфиру, либо отдать в жёны кому-то из их ближайших родственников.

Но их решение могло перемениться в любой момент.

И тогда принцесса преобразилась в подобие мачехи. Разнузданная, распутная королева никого не удивляла, а вот незамужняя девушка с такими замашками быстро перечеркнула и будущее замужество, и символ в руках недовольных. Дочь короля оставалась таковой лишь в официальных бумагах.

Она хорошо вжилась в свою роль. Мачеха и Делфир уже не следили за ней и не стеснялись её, обсуждая при ней дела и потакая своим порокам.

- Он изучал породы камней, минералы, кристаллы и готовил из них разнообразные снадобья. Ему было интересно, как они действуют, - говорила она, качая в такт волнам головой, и прижимаясь к руке Джериса. – Испытывал на узниках, давал ей, и она опаивала ими того, кто ей приглянется. Она была красива. И поклонников было хоть отбавляй, они, не задумываясь принимали яд из её рук. Им обоим было интересно, как их жертвы поведут себя при том или ином снадобье. Отец лишился ума. Но я знаю, что они другими снадобьями поддерживают в нём жизнь. Им так удобней. Брат стал агрессивным, и она хвасталась мне потом, что он становился зверем, её это забавляло. Я готова была убить её сто, тысячу раз, за каждое сказанное её слово. Но я боялась умереть. Не просто умереть. А умереть так, как захочет Делфир.

Ей надо было выговориться, слова перескакивали с одного на другое. Иногда она замолкала на день, а потом могла говорить целую ночь. У Лионса и Криста волосы шевелились от ужаса, а Джерис лишь гладил её по голове или лицу, прикрыв глаза. Помогал вспомнить? Вряд ли. Она помнила всё. Пытался утешить? Ей не требовалось утешение, в ней не было сейчас жизни. Пытался заглушить боль? Её тоже не было. Пытался вернуть к жизни? Наверное, всё же последнее.

- Я попыталась спасти одного. Я подсматривала, подслушивала, крала у Делфира то одно, то другое зелье, поила несчастного приготовленным самой снадобьем. У меня не получилось. Второго я тоже не смогла спасти. И третьего тоже. Но он слегка ожил, когда мы с Нугом опустили его в бассейн. Но он всё равно умер. Все умирали. Но в бассейне они жили. Морская вода помогала. Я просто не знала, что делать дальше. Элант был шестым. Я ждала чуда, я заставляла кровь струиться по его жилам, я поила его красным вином. Мне казалось, что оно помогает, я заставляла его глотать пищу. Это поддерживало в нём жизнь.

- Что делает с человеком снадобье Делфира? И как ты смогла уберечь меня от него? - спросил однажды Крист.

- Его снадобье вызывает видения и заставляет человека видеть не то, что есть на самом деле. Когда появился король Кордии, такой молодой, великолепный, она умоляла Делфира отдать его ей. Но он не посмел. И тогда она обратила внимание на вас, статных молодых красавчиков из его свиты, свысока поглядывающих на окружающих. Он согласился отдать ей вас обоих. Я вызвалась помочь, я всегда помогаю и всегда участвую в их делах. Делфир дал часть снадобья и мне. Но я его подменила. Чтобы он ничего не заметил, я всё же добавила каплю, чтобы затуманить тебе глаза. Но в основном там было сонное снадобье. Уж его-то я знаю превосходно. Одно снадобье усыпляло тебя, другое вызывало видения. Делфир видел, что что-то пошло не так. Но я этого и добивалась. Я знала, как тебя можно спасти, спрятать. Как я уже спрятала сына Арвенга.

- Так это ты отдала Дергилу Эринга?

- Да. Делфир собирался взять его заложником. Я это сделала за него раньше. Отдала Дергилу на «Жнеца». Арвенгу нужные люди намекнули, что его сын заложник и Арвенг, к счастью, поверил. Он не плёл заговоров, не появлялся при дворе, поэтому и он, и его семья до сих пор живы. Это единственное, что я смогла для них сделать. И Делфир оставил их в покое, не без основание полагая, что Арвенг боится его.

- Но, возможно, именно он смог бы убрать Делфира.

Девушка искренне рассмеялась.

- Он – и убрать Делфира? Вы не знаете, скольких он уже замучил и уничтожил. И как он это делает. Да с Арвенга глаз не спускали, особенно когда решили, что мальчика спрятали. Возможно, придёт время, Эринг вернется к ним.

- Эринг тут, с нами, ты его просто не узнала, - сказал Лионс.

Виолика равнодушно пожала плечами.

- Мне всё равно. Что смогла, я сделала. Что делать дальше – не моё дело. Я не могу тягаться с Делфиром. Если Арвенг сможет сдержаться, его семья останется жить. Когда-нибудь Делфир станет Регентом Меорлиса, ему не нужен будет Арвенг, если тот так и будет держаться от трона подальше.

Чуть погодя она продолжила:

- Элант в полной мере познал на себе снадобье Делфира. Он видел невероятные ведения, он был на Небесах среди Богов и благосклонность ему дарила сама прекрасная. Вы хотите знать, что он видел?

- Нет, - одновременно сказали Крист и Лионс, - не надо. Но это значит, что ты была там же?

- Я всегда была рядом с ней. Я всегда вижу всё. И вся её грязь лежит и на мне. За исключением лишь того, что я притворялась, я вливала им в питье сонное снадобье, а их снадобье лила мимо рта. Много раз я делала так, что ей не нравился избранник и она отсылала его прочь. Делфир думал, что виновато его снадобье, готовил новое. И всё начиналось сначала. – Она резко и громко рассмеялась, - если кому-то понадобится чистая невеста, так я сойду. Я всё ещё гожусь в невесты самого требовательного из жениха. Но никому не нужна жена с такой грязью на сердце.

Она не плакала, а сухо продолжила как ни в чем не бывало:

- Очередное снадобье Делфира слишком быстро отравило новую жертву. Он то возносился в Небеса, то спускался в жерла вулкана. Пожалуй, даже Делфир был озабочен, и он легко поверил, что тот принял двойную дозу вместо своего брата.

- Но это не так?

- Нет, твоя доза мне потом пригодилась. Хотя мне и хотелось подсыпать её самому Делфиру.

- Как ты смогла спасти Эланта?

- Огненная лава в речах избранника перестала забавлять Лоэтну. Но она поверила, что мне, наоборот, это по нраву. Она отдала его мне. А через несколько дней я сказала Делфиру, что он умер и я приказала выбросить его тело в море.

- Неужели он не удостоверился?!

- Нуг привёз труп какого-то бедолаги, убитого на пристани, мы натянули на него одежду Эланта и подсунули его Нобуру. Именно он выбросил его в море и отчитался Делфиру.

- Где сейчас Нуг? О нём кто-нибудь знает?

- Нуг когда-то был воспитателем отца и дяди, потом нянчил брата. Он тоже не поверил в естественную смерть Логерна. И с тех пор опекал меня. Он бы помог мне сбежать, но сам он слишком стар, а за пределами дворца мне одной не выжить. Сейчас он в порту, в таверне моей бывшей няни. Я отдала мешочек золота, о нем позаботятся до конца его дней.

- А твоя няня не могла бы помочь тебе?

- Она и предлагала. Позже, возможно, этим бы и закончилось. Была бы у неё посудомойкой, стирала бы штаны постояльцам, - Виолика хрипло рассмеялась. – Но тогда путь во дворец мне был бы закрыт. А я хотела отомстить королеве.

- Сколько времени Элант без сознания?

- Поначалу он был буйным. Нам приходилось связывать его, чтобы он не выдал ни себя, ни нас. Я даже добавляла в его пищу по капле снадобья, которые оставались у меня. Это помогало успокаивать его, не вызывало страшных видений, но не прекращало других. Он говорил вслух, он пытался куда-то идти, бежать. Потом закончилось и снадобье, и он затих. Это случилось около пятидесяти дней назад. С тех пор он такой.

- И в твои покои никто никогда не заходит?

- Служанка и горничная боятся меня, как огня. И дальше первой комнаты не заходят. Думают, у меня там живут призраки. Я не переубеждаю их. Это действительно так. Эти апартаменты раньше принадлежали моему брату. Мы часто играли с ним в этих комнатах, в этой пещере. У него была небольшая лодка и мы вдвоём выходили в море. Но он умер, комнаты теперь принадлежат мне, и я до сих пор ощущаю его присутствие. Наверное, это действительно его призрак. О выходе в море знала только я. Хотя, теперь, наверное, знает и Делфир. Если он захочет обыскать комнаты, то найдет потайной вход. Но нет, он побоится призраков. Все в замке знают, что я разговариваю в своих комнатах с покойным братом. Конечно, я считаюсь немного сумасшедшей, но и наличие призраков нельзя исключать.

- Он не сам будет искать, пошлёт кого-нибудь. И если найдут пещеру, предположит, что морем мог пробраться Лионс и забрать тебя.

- Мне всё равно, что он подумает, и где будет меня искать.

- А что Меорлис, второй твой брат?

Виолика резко выпрямилась:

- Меня не интересует оргунский королевский дом, семья, замок, столица и королевство. Я – никто, и никогда не появлюсь там. Я ушла бы к твоему народу, Джерис, - повернулась она к белоголовому. – Но Небесам не нужна такая грязь. Я никогда не отмоюсь от неё. А дань крови закончилась с братом отца. Да, я знаю слухи. Мне всё равно. Меорлиса не будет на Водопаде, никого из королевского дома не будет и рода не будет.

Она опять резко рассмеялась:

- Вы появились вовремя. Это был только намёк. Лоэтна поделилась мыслью, что Делфир решился всё-таки использовать меня. И хотя женщины его не интересуют, женившись на мне и заимев дочь пусть даже не от него, он мог бы женить своего племянника на своей официальной дочери и ещё больше привязать трон к себе. Проглоти его огненная лава Сателя.

Джерис вздохнул:

- Сатель – не вулкан, принцесса.

- Ты понял, что я имела ввиду. И не смей называть меня так, сын Неба!

Их старания не прошли даром, на десятый день плавания, Элант очнулся. Он долго никого не узнавал, лишь смотрел в небо и морщил лоб. А с его губ срывались странные слова:

- Вершина устремилась ввысь. Кустарники, поля. Четыре дороги. Дорога на юг, север, запад и восток. Озеро. Бурлящая река.

- Что это? – испуганно спрашивал у Виолики Крист, но та только пожимала плечами, боясь признать страшное.

- Он и раньше говорил странные вещи.

Но Джерис успокоил всех, сказав, что у Элант простые видения.

- Глаза у него не безумца. Ему снится сон, и он пытается его понять, - говорил он, всматриваясь в лицо юноши.

Так оно и оказалось. Чуть позже Элант уже смог самостоятельно сесть и даже съел кусок мягкого пирога. Усталой улыбкой приветствовал он как одного, так и второго брата, но появление в поле зрения Виолики вызвало сильнейшую головную боль. И всем был понятен источник этой боли. Впрочем, скорее всего они ошиблись. Боль возникала и сама собой. И тогда лишь слаженные движения Виолики и Джериса помогали преодолеть муки. Джерис держал его за руку и что-то напевал, казалось, молитву, а девушка круговыми движения массировала голову и плечи.

Вскоре Элант мог произнести как первое слово, так и второе, впервые попытался встать, но надолго оставил эту попытку. По-прежнему, легче ему было лишь в морской воде. Но теперь просто лежать в ванной было недостаточно. Лионс бросал якорь и Крист с братом опускались в море. Так Элант впервые начал двигаться. Учиться заново плавать было легче, чем ходить. Море было уже холодное, они потом вместе сидели с Кристом на палубе, закутавшись в несколько одеял. Спали возле камбуза, где было самое теплое место, и, никого не стесняясь, Виолика с Джерисом ложилась рядом, и все они согревали Эланта своими телами. И ни у кого не возникало ни тени смешка или насмешки.

Постепенно Элант осваивал движения и вне моря.

Он мало говорил. Слушал, но не слышал, что ему говорили. Казалось, старая привычная жизнь стала для него давно забытым сном. Зато он хорошо помнил Виолику и вид девушки то вызывал в нём боль, то, наоборот, её присутствие успокаивало его.

- Именно о ней – его самые мрачные воспоминания, но именно её слова вернули его к жизни. В его голове путаются мысли, и он не может выбрать что-либо одно, - говорил Джерис.

- Зачем выбирать, если надо забыть!

- Время. Ему нужно время.

Лионс хотел отвезти брата на Ситарские острова, к матери. Но Крист настаивал на том, чтобы их с братом высадили в Мадире. Он считал, что в Илонии, у отца, брату будет легче. Ни при Тайлис, ни при Овете, ни тем более Раднире, никогда они не обретали того уверенного спокойствия, как при дворе короля Интара, при своём отце. Тем более, в Нарте жил Мойрин. А он был великим лекарем и мог помочь в излечении болезни. Виолика с Джерисом встали на сторону Криста. Девушка смотреть не желала на море, оно слишком напоминало её родину, от которой она отказалась, а Джерис лишь кивал и говорил, что следует путём Небес.

Решилось окончательно тогда, когда «Гордый ветер» нагнал «Лазурный», на котором был Иллар.

- Встретили «Ситар». Раднир послал меня в Мадир. Но он не думал, что я вас нагоню, - пояснил Иллар встречающему его Лионсу.

- Мы часто делали длинные остановки.

Присутствие отца подействовало на Эланта и в самом деле благотворно. Какая-то часть ноши отпустила, его тело расслабилось, и головная боль не возвращалась всё то время, что Крист рассказывал отцу об их с братом злоключениях. И сам он впервые выслушал рассказ брата, полностью и осознанно.

- Виолика, - Иллар обернулся к девушке, закончив слушать сына, - я знаю, что король Раднир был недоволен вами, но я обещаю вам, что в Илонии вы найдёте и дом, и защиту. Какую только пожелаете. И я лично всегда буду вашим должником.

Девушка равнодушно кивнула:

- Я добилась своих целей, которые поставила – убила её, спасла даже двоих и сбежала оттуда. Я не знаю, чего я теперь хочу и что мне надо. Но я запомню ваши слова и слова вашего сына.

В Мадире их ждал Мойрин и это решило споры. Они попрощались с Лионсом в порту и сошли на берег.

- Домой или на Острова? – спросил брата Крист.

Лионс усмехнулся.

- Мой дом – всё же Острова. Твой вопрос звучит неверно. Но я за отцом.

Иллар внимательно посмотрел на юношу.

- Ты чего-то опасаешься?

- Встречи бывшего пирата и настоящего? Отец сумеет за себя постоять. Вопрос, на чём он вернётся домой?

- Что ты имеешь в виду?

- Гастени потребует плату. И отец отдаст ему свой корабль. Мы не встретили Годарда, кому-то надо забрать отца.

- Отдаст «Ситар»?

- Самый лучший быстроходный корабль Энвейского моря. Самая высокая цена.

- Я думал, речь будет идти о деньгах, - Иллар нахмурился, - и заверил Раднира, что Илония разделит этот выкуп. Думал про какие-нибудь уступки, пристанища для его кораблей.

- Уступка пирату, нападающему на торговые корабли? Три корабля пропустить, а четвертый отдать? – рассмеялся Лионс.

- Конечно, нет. Но не заходить в определённые порты…

- Лорд Иллар, если ситарский флот будет сопровождать караван, то мы не сможем доводить его до какого-либо порта, а там спокойно удаляться. Убежище? Возможно. Но у Гастени имеется своя бухта, своё логово. Вы же знаете, как образовалось королевство Кордии?

- Несомненно, - улыбнулся Иллар. – Один из пиратов, имея несметные награбленные богатства, четыреста лет назад обосновался на берегу, присягнул императору и основал династию.

- А при распаде империи смог отстоять свою столицу. То же сейчас происходит и с Ситаром. Когда-то мы будем свидетелями образования королевства Гастени или его помощниками, или потомками. Хотя частично вы, конечно, правы. Отец это понимает. И какая-то договорённость у него с Гастени существует. Возможно тот потребует большего. Но не невозможного. Это будет не та цена. А вот корабль!

- И всё же, Раднир пришёл к нему первый, а то, что Делфир обратится к Гастени – далеко не факт.

- Или прознав о желании Делфира отомстить Гастени сам не предложит ему свои услуги. Опять же дорого. А на стапелях Орхима достаточно новых кораблей.

- Тогда забирай «Лазурный», Лионс. Он более маневренный и в некоторых случаях быстроходней «Ситара». Илония построит себе новый.

Лионс покачал головой:

- Быть хозяином «Ситара» или «Лазурного», лорд Иллар, как вы думаете, что выберет капитан пиратов?

- Ты прав, - невольно усмехнулся Иллар. – И всё же, я прикажу «Лазурному» следовать за вами. Команда «Ситара» велика, они не поместятся все на твоем «Гордом ветре», «Лазурный» разделит эту ношу.

- «Горный ветер» поместит всех, лорд Иллар. Он строился как военный корабль, способный перевозить войска. Но я всё же приму «Лазурный» под свою команду. Отец будет благодарен вам.

- Ваше величество, - склонил голову Иллар, прощаясь.

Лионс рассмеялся:

- Дядя, ну хоть вы…

- Пусть ты и брат моим сыновьям, и сын двух самых дорогих для меня женщин, ты всё же король, Лионс. А я принц другого королевства. Ты должен уже привыкнуть.

- Да, - кивнул Лионс. – Не сомневайтесь, лорд Иллар, мне не дают об этом забыть.

На этом они расстались. Эринг опять изъявил желание сопровождать Джериса. Виолика равнодушно пожала плечами, никто не был против. На том и порешили.

Пока готовилась большая лодка с несколькими гребцами, которая шла бы вверх по течению, чтобы меньше доставлять боли Эланту, Мойрин уже занялся юношей. И только поддержка Джериса помогла Виолике выдержать все его вопросы, снова и снова окунаясь в безумство прошедших дней, когда она наблюдала буйство Эланта, его видения, ужасы, а потом и апатию.

Эланту было легче. Если он уставал или не знал ответа, он уходил в своё забытьё.

Для Иллара и Криста места на большой, многовесельной лодке не нашлось. Они двигались по дороге на лошадях, опекая и уча верховой езде юного Эринга. Впрочем, через некоторое время Эринга пришлось отправить на лодку, лечить стертые бедра.

Ночевали же все вместе. Лодка приставала к берегу в условленном, но безлюдном месте, а береговые путники, затоварившись едой, догоняли их посуху. Но утром их пути опять расходились.

Элант поправлялся на глазах. Если Мойрин смог начать своё целительство тела, то присутствие отца, всегда уважаемого и почитаемого учителя, знавшего их с рождения, а потом и ставшим самым близким и родным человеком, явно вселяло уверенность и поднимало дух Эланта.

Вечером, перед сном, юноша мог уже некоторое время ходить, опираясь на руку отца или брата. А потом пришла и способность сосредоточиться на своих мыслях. Не высказывая никаких эмоций, он только морщился от очередной головной боли и невольно искал глазами свою спасительницу. Несмотря на то, что часто боли были вызваны воспоминаниями о ней самой, всё же именно её присутствие, её плавные движения, массирующие его виски и затылок, снимали боль.

Мойрин, подмечающий все нюансы возникновения и угасания боли, смены настроений, попытки передвигаться, или непроизвольные судороги тела, делал свои выводы и осторожно, по капле поил юношу то одним, то другим своим снадобьем.

А уже через двадцать дней они вошли в столицу Илонии - Нарту.

Глава 8

Глава 8. Столица Илонии - Нарта

Мойрин безапелляционно заявил, что его такой ценный и необычный больной будет помещён в его лечебницу, под его личный надзор. Виолике и Джерису, этим странным сопровождающим его больного, которые могли одним своим прикосновением и поглаживанием усмирить головные боли, он пригласил поселиться там же.

Иллар же с Кристом и юным Эрингом отправились во дворец.

У парадной дворцовой лестнице, забирая у них коней, им сообщили, что король и королева уже ждут их в малой гостиной.

Не выдержала ожидания, и на полпути к гостиной в коридорах, навстречу Иллару бросилась Элиссия. Оторвавшись на мгновение от него, обняла и Криста, и опять прильнула к мужу. Немного удивленный такой нежданной встречей, Крист приписал это капризам беременной женщины. Элиссия явно ждала ребёнка. И срок был если и не большой, то уже угадываемый.

Несмотря на несколько неудачных беременностей, Элиссия по-прежнему была счастлива. И всё же Крист заметил толику страха в её глазах, когда она ответила Иллару, что чувствует себя хорошо. А ещё он обратил внимание, что она взглянула на него как-то по-особенному, но это был не страх, а скорее легкое удивление и смешинка в глазах.

Странно, но такое же изумление он заметил во взгляде ещё одного придворного, потом и у служанки, и седого старца, шедшего им навстречу и почтительно приветствовавшего принца Иллара.

Вслед уже неслись шепотки, но смысла их Крист не понимал. Он по-прежнему держался чуть позади отца, как его оруженосец, Иллар же шёл, полуобняв жену и ничего не замечал вокруг.

Объяснения Крист, а с ним и Иллар получили сразу, как только предстали перед Интаром и Лайной.

После церемониальных, весьма быстрых и скомканных приветствий, король с королевой обняли как сына, так и внука, и Интар со вздохом спросил:

- Иллар, если ты хотел сохранить тайну о своём внебрачном сыне, то все ваши старания пошли прахом. Вы смотрелись на себя в зеркало хоть раз в пути?

- Только в речную гладь, - попробовал пошутить Иллар, подходя к большому, в серебряной оправе зеркалу и подзывая сына.

Он уже понял в чём дело. Зеркало подтвердило его догадку. Конечно, одно изображение, было постарше второго. Но время, проведённое на галере капитана Дергила, время рабства, лишения, унижения и тревога за брата, превратило былого юного воина в повзрослевшего, огрубевшего, со сталью во взгляде мужчину, поразительно похожего на отца. Даже военные стычки, в которых успели побывать два брата, были сродни игре, очередной тренировкой. И только сейчас жизненные трудности, и приобретённый опыт сравняли и черты лица, и выражение глаз отца и сына.

- Элант выглядит, насколько я понимаю, далеко не так? – подошла к ним Лайна.

- Нет, - качнул головой Крист.

- Ну, и на том спасибо! Но Мойрин поставит его на ноги?

- Да, - ответил на этот раз Иллар, - но не скоро. Ему сильно досталось и далеко не в телесном смысле. У него отрава и боль в голове.

- Ничего, Мойрин и время на нашей стороне, - Лайна одобряюще улыбнулась.

Зато Интар покачал головой:

- Ну а своего сына ты уже не скроешь.

- И ты думаешь, что я должен дать какой-либо ответ?

- Не должен, но тебя, несомненно, спросят. Будешь молчать?

- Нет. Но, наверное, - он привлек к себе смеющуюся Элиссию, - скажем Иланне, что у неё есть большой старший брат.

- Страшный брат, - хмуро сказал Крист. – И злой.

- Судя по вашему виду, вы не заехали к Тартилу, а это значит, ещё и голодный.

- Да, - рассмеялся Иллар.

- Кстати, почему не заехал, а решил напугать жену и обитателей дворца своим усталым походным видом, да ещё и в двойном количестве?

- Тартил не смог бы позвать Элиссию, - хмыкнул Иллар, ещё крепче прижимая к себе жену.

В распоряжение Криста и Эринга отдали комнату Латина. Тот уже несколько лет как жил в городе, найдя, наконец, ту, которая всё по-прежнему вдохновляла его на баллады, будучи сначала невестой, потом женой, а теперь и матерью его сына.

Но комната эта всё также оставалась за другом принца и изредка поэт позволял себе не возвращаться домой, особенно, когда для очередного вдохновения ему требовалась хорошая пирушка в окружении старых друзей. Не при обожаемой же супруге показываться в таком виде и нетрезвым голосом декларировать новые стихи.

В комнате Латина было тепло, стояла лохань с теплой водой, мыло, мочалка и кувшин с чистой водой. Тут же лежали готовые чистые штаны, рубашка и куртка. Явно отца. Крист хмыкнул. Появление рядом с принцем юноши, похожем на принца и в его же одежде, развеет последние сомнения. Но своя одежда, которую когда-то Сабер забрал из трактира в Орхиме ему была мала и ждала своего часа, когда поправится Элант, которому она, к слову, была безнадёжно велика. За всё время их возвращения домой, никто из тех, кто не был посвящен в их тайну рождения, даже предположить не мог, что они братья.

Эрингу тоже нашлась чистая новая одежда.

Дав им время привести себя в порядок, в комнату зашёл капитан Сайл. Он искренне приветствовал сына своего старого товарища и принца, но объяснил своё присутствие приказом короля:

- Его величество распорядился передать лорда Эринга под руководство Расила.

Крист знал, кто такой Расил, но для Эринга Сайл объяснил:

- Господин Расил – глава школы оруженосцев Нарты. Его величество считает, что тебе будет полезно и безопасно находиться среди воспитанников Расила и просит считать честью для илонийской школы преподавать воинское искусство представителю оргунской королевской семьи. Когда ты немного освоишься, он хотел бы лично выразить своё почтение тебе. При твоём согласии.

- Я могу видеться с Джерисом? – робко спросил Эринг, поражённый таким непривычным ему уважением и обходительностью.

- В любое время, которое позволит распорядок школы. Я дам поручение одному из воспитанников, чтобы тебя сопроводили в дом господина Мойрина.

Слухи продолжали ходить по дворцу и то, что ужин был накрыт только для королевской семьи, а не для всех придворных, как это было принято, когда король находился во дворце, говорило о том, что ни Иллар, ни Интар так и не пришли к какому-нибудь выводу насчёт внезапно объявившегося бастарда принца.

А в этом уже никто не сомневался. Пока Крист шёл к гостиной, его уже откровенно разглядывали, и на всякий случай отвешивали легкий приветственный поклон чуть ниже, чем полагалось простому придворному.

Иллар тоже привёл себя в порядок, скинув вместе с грязью часть усталости и забот. Элиссия же отсутствовала, и Иллар пояснил, что она слишком разволновалась и осталась в своей комнате. Судя по теплоте в глазах, Крист понял, что отец успел пообщаться и с малышкой Иланной. Именно такое выражение глаз отца наблюдали они с Элантом из раза в раз, когда видели отца за последнее время.

За столом Крист подробно рассказал Интару о своих и брата злоключениях. Интар, зная всё по донесениям своих людей, между тем слушал внимательно, как и всегда, и его вопросы были именно теми, к которым Крист, к своему удивлению, привык и теперь отвечал чётко и лаконично. Отличия, правда, были. Король слишком надолго задумывался над очередным ответом внука.

Зная отца, Иллар суровел на глазах. Видимо, король Илонии приходил к тем же выводам, что и Раднир. И выслушав рассказ о предположениях Лионса, Интар надолго задумался, предварительно отпустив их навестить Мойрина и его подопечных.

Мойрин был самим собой. Весь в своих мыслях и радостный от предвкушения лечения такого необычного больного.

Он выделил Эланту и сопровождавшим его Виолике и Джерису две просторных комнаты. Виолике отдельную, а Эланту и Джерису вместе. Он согласился, что оставлять Эланта одного пока не стоило. И даже смирился с тем, что Джерис, по просьбе Виолики, перетащил в их комнату диванчик, стоявший у Виолике в комнате. Девушка не собиралась оставаться одна. А Мойрин, видя такую необычную зависимость этих троих друг от друга, махнул рукой, но не переминул заявить явившимся Иллару и Кристу, что этот феномен ему безумно интересен и он собирается изучать его дальше.

- Изучать сателеанца? – усмехнулся Иллар. Он тоже помнил рассказы Тарлина. – Сына Небес?

- Слугу Небес, - поправил Крист.

- Я помню, Крист. Но согласись, это не болезнь. Ни служение, если он слуга, ни родство с богами, если сын, не подвластно лечению. Не так ли, Мойрин?

Если Мойрин и смутился, то лишь на мгновение.

- Речь не о лечении, лорд Иллар, какое там! А в том, как он одним своим прикосновением успокаивает их обоих. Мне никогда не сварить такое снадобье. А очень хотелось бы. При белоголовом успокаивается девушка и я могу заняться ею. А в её присутствии, проходят боли у Эланта.

- Заняться Виоликой? – переспросил Иллар.

- У меня наконец-то появилась возможность показать её Раилике, и мы с ней в полной уверенности, что девушке нужна помощь не менее, чем вашему сыну.

- Мойрин, ты только что сказал, что ей помогает Джерис.

- Это не значит, что я, вернее Раилика, не сможем помочь, и гораздо лучше этого вашего сына Неба. Женщины всегда поймут друг друга быстрее.

- Что-то я не уверен, судя по тому, что единственную женщину, с которой Виолика общалась последние годы, она, не задумываясь, прикончила ударом кинжала в сердце, - проговорил Крист.

Лекарь вздрогнул и беспокойно кинул взгляд куда-то в сторону. Потом задумался на мгновенье и повеселел:

- Так, значит, зло выплеснулось из неё, теперь всё будет намного легче.

- Ты неисправим, Мойрин, - рассмеялся Иллар. – Ну, показывай, своих больных.

Элант, не без помощи Джериса, делал какие-то замысловатые движения, не сразу увидев вошедших. А увидев, с облегчением прекратил. Белое тощее тело блестело от пота, он же катился по лицу крупными каплями.

- Джерис мне показал, - со свистом в груди, делая остановку между словами, сказал он, подходя к отцу и брату, – его упражнения укрепляют все мышцы, а не только те, которые помогают ходить и есть.

Виолика подошла к нему с полотенцем, и Элант с явным облегчением принял её помощь, когда раздался голос Мойрина:

- Если многоуважаемый мною господин Джерис считает, что необходимо дать работу всем мышцам, то и вытираться наш юноша должен сам.

Элант усмехнулся и виновато взглянул на подошедшую девушку.

- Пустое, - решительно отвергла та слова Мойрина. - После таких занятий надо дать полный отдых и расслабление, - и, как самый весомый довод, добавила, - Джерис сказал.

- Не прошло и дня, а вы уже кардинально не сходитесь во мнении, - засмеялся Иллар. - Как же вы вынесли двадцать дней пути?

- Он не мешал, он изучал, - кивнула на Мойрина Виолика, но подумав, справедливо добавила, - но господин лекарь стал давать Эланту снадобье, которое хотя бы помогло ему начать эти упражнения.

Элант скривился. Крист пришёл ему на помощь.

- Ты позволишь воспользоваться твоей комнатой? - обратился он к девушке.

- Да, - она кивнула и подошла к Джерису и Мойрину, которые о чём-то увлеченно спорили.

Оставшись одни, Элант дал волю своей усталости. Он опустился на кровать и, откинув голову на подушку, произнёс:

- Как только я слышу слово «снадобье» - мне хочется бежать. Если упражнения Джериса помогут, я так и сделаю.

Иллар и Крист присели рядом. Элант попытался встать, но те зашикали на него, и он отказался от этой мысли.

- Рассказывайте, - попросил он. – Как Элиссия? Как наша сестричка?

Иллар невесело рассмеялся:

- Весь дворец уже в курсе, что у Иланны есть большой старший брат. Пока она об этом не знает, но похоже, придётся ей вскоре рассказать.

Они с Кристом поведали о том, что случилось во дворце.

Элант на этот раз встал и слегка отошёл от брата и отца на небольшое расстояние. Оглядев их со стороны, решительно кивнул:

- Так оно и есть! А я, так думаю, теперь больше похож на мать?

Иллар, немного подумав, кивнул:

- Такой же худой, - сказал он с улыбкой, – когда она пришла к Нарте просить убежище. Нет, Элант, ты не похож на Тайлис. Но и на меня пока тоже.

- Нам придётся теперь опять расставаться? – спросил хмуро Элант.

- Даже если отец официально признает меня бастардом, - сказал Крист, посмотрев на Иллара, - это не означает, что я должен буду неотлучно сопровождать его.

- Но и о путешествиях вам придётся забыть на время. Длительное время. Пока вы оба опять не побьете меня.

- Джерис обещал раньше.

- Посмотрим, сын.

- Ты ничего не ответил об Элиссии? Что-о случилось?

Крист встревоженно поглядел на отца. Несмотря на мимолётный испуг в глазах молодой женщины, ему не показалось, что что-то случилось. Но Эланту молчание отца сказало намного больше.

Иллар вздохнул:

- Мойрин с Раиликой настоятельно просили нас с ней отказаться от желания иметь ещё детей. После двух неудач, а если считать тот первый раз – то и трех, наши лекари считают, что жизнь Элиссии подвергается большой опасности. Но она не стала прислушиваться к их мнению. И к мнению Оветы. Была настроена весьма решительно и клятвенно обещала себе, нам, Мойрину, Раилике, Овете, что она выдержит, сможет. Пока всё нормально, но страх начал овладевать ею.

- Ты зря покинул её и отправился за нами, - глухо сказал Элант.

- Когда я уезжал, она ещё не знала об этом. А если догадывалась, то не говорила. И она бы волновалась ещё сильней, видя, что я сам не свой.

- Ты же можешь держать себя в руках, отец, - немного обвиняюще проговорил Крист.

- Она женщина, любимая женщина, она чувствует всё, даже если я спокоен и холоден, как лёд.

В комнату вошла Виолика и бесцеремонно оглядела Эланта.

- Они закончили спорить, - объявила она и протянула Эланту чашку.

Элант выпил быстрей, чем Крист успел спросить:

- Что это?

- Это недоверие или любопытство? – сухо спросила Виолика.

- Любопытство, конечно, любопытство, - встал Иллар. – Мы в неоплатном долгу перед тобой, Виолика, и ни в коей мере не посмеем обидеть тебя. Если ты согласишься, - добавил он, - с тобой хотел бы поговорить мой отец.

- Король? – Виолика вздрогнула и слегка отстранилась. – Я не хочу ни королевской благодарности, ни помощи. Я жива. Это главное. Ни о какой Оргунии, ни о его правителях я не желаю ни слушать, ни отвечать. Если королю Интару так хочется помочь, пусть позаботится о мальчике и не отпускает его на родину.

- В этом мой отец может не согласиться с тобой. Эринг королевских кровей, а это большая ответственность.

- Мне всё равно, пусть делает, что хочет.

Она резко вышла, говоря уже на ходу:

- Джерис ждет Эланта. Вам пора прощаться.

Они не стали возвращаться во дворец, а отправились в «Винную бочку».

- Тартил забудет, как я выгляжу, - усмехнулся Иллар, когда они вышли из ворот Малого города, – не был там слишком давно.

- Мы с Элантом в последнее время тоже заходили сюда не раз, привыкли, - Крист рассмеялся, - к его купальне и свиным окорокам.

Трактирщик Тартил сына короля, конечно, узнал, быстро освободив ему его старый привычный столик. Но по тому, как расширились его зрачки, узнал он и Криста, и узнал не только это.

- Если завтра об этом будет знать вся столица, я не удивлюсь, - пробормотал Крист.

- Тартил не из болтливых. Но ты прав. Рано или поздно, нам придётся отвечать на вопросы.

- Я могу уехать.

- Это никогда не поздно сделать. А сейчас, пока Элант тут, тебе не стоит бросать его.

Они заказали лишь кувшин вина и легкие закуски.

- Что ты думаешь об этой девушке? – спросил Иллар, когда они выпили по кубку и кинули в рот несколько ломтиков хрустящего, обваленного в пряных сухарях, мяса. - Ты рассказал мне о ней всё, что знал. Но за время нашего пути мне так и не удалось узнать её поближе.

Кристу пришлось надолго задуматься.

- Так же, как и Эланта, меня то в дрожь бросает от одного её вида, то хочется целовать ей ноги за то, что она спасла нас обоих.

- На вид она вполне миловидная, - заметил Иллар.

- Ты не видел её другой. Это не выветривается из памяти. Возможно, она и может кому понравиться, но мы видим в ней убийцу. В прямом смысле. Ты же знаешь, что она на моих глазах хладнокровно убила свою мачеху. И она лично наливала в чашу Эланта смертельное снадобье. Но она же и исправила содеянное.

- И всё же отец хотел переговорить с ней.

- Всему своё время. Как только Элант поправится, ей в любом случае придётся пересмотреть свое отношение к жизни. Но что бы она ни решила, мы с Элантом поддержим её полностью. Одно я могу сказать точно – в Оргунию она не вернется. Это на тот случай, если у нашего деда возникнет мысль как-нибудь использовать её происхождение.

- Мы не вмешиваемся в дела других королевств, - сказал Иллар.

И пожал плечами на искренний смех сына:

- Ты зря так. Мы помогли победить Тайлис, почти создали новое королевство Раднира. Но и Раднир, и Тайлис – они умные правители и берут только самое лучшее из советов твоего деда. Матас, кстати, когда-то тоже. Но вмешиваться… - нет, отец весьма далёк от этого.

Крист усмехнулся, но уже про себя. Он путешествовал по миру, конечно, не в пример меньше своего отца, но прекрасно знал, каким уважением пользуется король Илонии, и как дружба или неприязнь правителя Илонии влияет на действия того или иного монарха в его управлении страной и отношениями с соседями. Уже будучи весьма преклонного возраста, Интар держал в голове всю политику земель от Энвейского моря до Каширского океана, а его взор простирался и за пределы морей и океанов. Недаром в Нарте было самое большое представительство иноземных посольств.

Как смогли убедиться братья, их отец был достойным преемником короля Интара. Его связи в других королевствах были ненамного меньше отцовских. При этом, связей личных.

- Ты сам встречался с Делфиром раньше? – не удержался и спросил Крист.

- Да. Когда он только-только занял кресло королевского советника.

- И как?

- Наши пути пересеклись лишь косвенно. Но Лоэтну помню гораздо лучше. Её порочность была налицо и не замечал этого лишь Ронетар.

- И Виолику тоже не помнишь?

- Нет. Только её брата. Вот кого действительно жалко. Логерн был смел и умён. Почтителен и послушен. Я был в Оргунии официально только один раз. В остальное время общался только с Арвенгом. Он был доволен племянником, и считал, что тот станет когда-нибудь достойным королём.

- После его смерти ты там не был?

- Нет. И меня настораживает, что отец в последнее время очень много думает об этой далекой от нас стране. Нам не нужды их порты, а Мадир и Корда обеспечивают нашу потребность выхода в море. Сейчас понятно, почему Оргуния занимает столько мыслей отца - из-за возможной мести Делфира Радниру и Овете, Лионсу и Тайлис. Но когда пришло послание Сабера, у него уже были люди в Орхиме и в немалом количестве, судя по обилию сведений, которые он смог собрать за такое малое время.

- Ты спрашивал у него?

- Не было времени. Слишком всё быстро закрутилось.

- И каковы твои догадки?

- Дело не в Раднире. А скорее с южным соседом Оргунии.

- Торогия? С чего бы это?

- Узнав лишь немного о Делфире, я могу даже на этой основе предположить, что ему нужен сильный союзник. И точно не из числа оргунцев.

- Вот в чём дело… И какое это имеет отношение к Илонии? Если у них будет более удобный выход к морю через Оргунию, это наоборот снимает их желание упростить выход к морю через Мадарис, и, как следствие, прихватить удобные дороги Илонии. Тем более сейчас у Илонии с Арнадором хорошие отношения.

- Всё так. Но это не значит, что какая-либо проблема не существует. Отец пока наблюдает. Например, Киссен. Сейчас в Энвейском море - это самое мощное морское королевство. В отличии от мелких стран с неплодородной землей, и чья ценность - только порт, Киссен обладает и полями, и лесами. Верфи Киссена спускают на воду корабли из своего леса. Они дешевы и потому их очень много. Дешевы и запасы продовольствия и воды в портах Киссена. И они ни от кого не зависят. Но если Делфиру с помощью ресурсов Торогии удастся поколебать их превосходство на море, это много чего изменит в расстановке сил в Энвейском море.

- Королева Тайлис и Лионс начинают строить верфи в Корде.

- Они никогда не смогут превзойти ни Мадарис, ни Киссен. Это может случиться только при привлечении Сегота. А этого, как ты понимаешь, при жизни Тайлис не случится. Кстати, отец послал предупреждение Тайлис держать мастеров и работников новой верфи под большой охраной. Раднир абсолютно прав, Делфир не оставит без последствий убийство сестры и бегство её падчерицы. Ну, а додумать, что тут замешана и Илония – не такая уж и большая работа мысли. Ты сам рассказывал, что угрожал Дергилу местью Илонии.

Крист слегка покраснел.

- Конечно, я не в упрёк, - сказал Иллар, - но отец ждет чего-то нехорошего. И, как правило, он не ошибается.

- А что бы ты сделал на моём месте? Остановил Виолику?

Иллар внимательно посмотрел на сына.

- Ни в коем случае. И думаю, Раднир тоже. Хотя, порой мне кажется, что он намного хладнокровней меня, меньше поддаётся чувствам и больше думает головой, а не сердцем. Он в большей степени ответственен за свой народ, чем я.

- Из-за нас с Элантом?

- Нет, - улыбнулся Иллар, - хотя я проявляю слабость, откладывая объяснение, кто ты такой. – И добавил. - Мне всё равно, Крист, будешь ты моим наследником или нет. Ты мой сын, я горжусь тобой и твои горести приносят мне боль. Но я хотел бы для тебя большее, чем быть воином-ветераном без родины и пристанища. Ты должен править. И Элант тоже. Если бы вы позволили, мы с отцом нашли бы для вас королевства…

- Лишних нет, - улыбнулся Крист. – И одиноких принцесс тоже. Если только мелкие земли, или необжитые. Но это будет так далеко от Илонии. И кто нам будет помогать в этом случае?

Иллар рассмеялся.

- Я настолько привык в своих мыслях видеть вас обоих королями…

- Я бы стал королём только после твоей смерти, - Крист покачал головой. – Ты просто готовил нас к этому. И теперь тебе жаль потраченных сил. Молчу, - он извиняюще поднял руки на полный упрёка взгляд отца. Но всё же усмехнулся, - но я бы тоже негодовал, если бы скакуна, которого я готовил для скачек, купили бы для прогулок в саду какого-нибудь поместья.

Они расхохотались.

После непродолжительного молчания, Крист решился спросить:

- Мне показалось, что дед за последнее время сильно сдал. Он похудел и кажется теперь старше. С ним всё в порядке?

Иллар покачал головой.

- Ты просто давно его не видел, сам возмужал, потому и такое впечатление. Отец худой, потому что этого требует Овета.

- Его дочь?

- Она же лекарка, – Иллар рассмеялся, - повидала многое и решила, что продлевает жизнь человеку умеренность в еде, и морская рыба. Ты не представляешь себе, она заполонила наш дворец морской рыбой. Летом – живой, зимой в ледниках, замершая, солёная, высушенная, она нашла в Арадилии молодого повара, который готовит всю эту рыбу. Заставляет принимать какие-то снадобья, утверждая, что её целебные травки в сочетании с акульим жиром, весьма полезны для ума и просто для хорошего самочувствия.

- Акульем жиром поила Эланта и Виолика.

- Да никто не спорит, что она не права. Просто иногда хочется хороший кусок мяса, желательно с кровью, - Иллар усмехнулся. – Но она права. Примеров, хоть отбавляй. Матас раздобрел, растолстел и уже отошёл от дел, правит Энвар. Дюртал умер, страдая от отдышки и он не был худым. Битран здоров, но весьма тучен. Он не ездит на лошадях, предпочитая карету.

- Зато Куртис – строен, как и двенадцать лет назад.

- Потому-то Овета и приводит как пример его, а не Битрана.

- Но в Торогии нет морской рыбы.

- Горцы всегда отличались умеренностью в еде. На равнине у людей столы более богаче, потому и излишеств больше.

- А ты, отец?

- Год назад Овета устроила тут великие разборки, когда заметила, что куртка еле сошлась у меня на груди.

Крист хмыкнул.

- Знаю. – Иллар развёл руками. - Латин, хотя и сам на хлебах жены не остался строен как раньше, всё же счёл своим долгом высмеять меня, спасибо, не в какой-нибудь балладе, а лишь в семейном кругу. То, что ты видишь перед собой – не тяготы недавнего путешествия. Овета взяла с меня слово есть тоже, что и отец, и тренироваться каждый день.

- Я не заметил, чтобы ты держал слово, отец.

- Ну так, в условии было подчиняться строгому распорядку во дворце, - рассмеялся Иллар. – А путешествия там не упоминались.

Беря с тарелки кусок мяса и отправляя его в рот, Крист задумчиво произнёс:

- То-то я остался голодным. Я на эту рыбу уже смотреть не могу, а на столе во дворце была только она. Ты явно стремился сюда не для того, чтобы Тартил тебя не забыл…

Глава 9

Глава 9. Королевский Совет

Давно Крист не спал в нормальной кровати. Не на галерной скамье, не в тесной каюте, не на палубе «Гордого ветра» и не на берегу у костра. Казалось, спи себе спокойно. На кровати не надо было съеживаться, боясь упасть, мягкий матрац обволакивал его целиком, подушка была мягкой, а одеяло лёгким и теплым.

Но не спалось. Одеяло душило, мягкость постели казалось ловушкой, тонкий аромат белья мешал заснуть. Стены вроде и просторной комнаты, но давили, нависая над ним. Странно, но даже затхлый темный чулан на «Жнеце», где он провёл не одну ночь в компании крыс, не мешал ему забыться хоть каким-то, но сном.

Когда утром за ним пришёл отец, он застал злого и не выспавшегося сына, устроившегося на ковре на полу.

- Надо было сразу лечь на пол, - Крист поднялся и плеснул в лицо холодной воды из кувшина.

Иллар сочувственно похлопал его по плечу.

- Я думаю, ты привыкнешь.

- Мне хотелось бы надеяться, – он повернулся к отцу. – Мы пойдём к Эланту?

- После завтрака. Король ждёт нас.

- Ты опять без Элиссии?

- Она что-то затеяла. Не говорит мне, но, думаю, готовит какой-то сюрприз.

- Новый арбалет? – улыбнулся Крист.

- Ну, не похоже. Его бы она приготовила заранее.

Крист внимательно взглянул на отца. Весёлая бравада не скрывала беспокойство тайнами жены. И то, что он пришёл за сыном, а не послал за ним слуг, говорило о том, что ему хотелось отвлечься, попытаться отогнать какие-либо мысли.

За завтраком у короля опять не было никого лишнего. Даже маленькая Иланна была отдана нянькам. Их было четверо, и король опять расспрашивал Криста. Коротко о том, как чувствует себя Элант, о чем спорят лекарь и белоголовый сын Неба, и долго, подробно об Оргунии.

Кристу пришлось вспомнить мельчайшие подробности не только дворцового приёмного зала, комнат Виолики, но и портовых таверн. И особое внимание Интар уделил Делфиру. Рост, во что одет, выражение глаз, интонации голоса. Король спрашивал не только Криста, но и Иллара. То, что тот помнил со своей последней встречи. Какие слухи доходили до внуков, когда они были в Орхиме предыдущий раз.

Напоследок Интар попросил Криста:

- Мне необходимо поговорить с девушкой. Если она не желает прийти во дворец, я мог бы сам навестить её в доме Мойрина. Без лишней помпы, без сопровождения. Рассказы её, Эланта и Джериса мне необходимы.

- Чего ты ждешь, отец? - напрямик спросил Иллар.

- Беды, сын. Большой беды. И если не для Илонии, то для Раднира и Оветы.

- Но не Лионса?

- И его тоже. Но, как ты понимаешь, семья Оветы волнует меня больше. – Король коротко взглянул на застывшего Криста. - Конечно, Кордия так же заботит меня, как и Ситар.

- Тебе что-либо известно?

- На днях прибудет гонец с Оргунии, надеюсь, он принесёт более подробные сведения, чем пока есть у меня.

Когда после затянувшегося завтрака, на выходе из малой столовой их встретил дворцовый Управляющий Декат и пригласил в Зал Королевского Совета, они все решили, что королевские опасения сбылись и их ждёт какое-либо неприятное известие.

Их напряжённое ожидание сменилось растерянностью, когда в Зале заседаний Королевского Совета они, помимо привычных членов Королевского Совета увидели во главе стола не скрывавшую своего возбуждения Элиссию, а рядом с ней сердито насупленного Мойрина.

Иллар взглянул на отца. Но если и не удивление, но некоторое замешательство промелькнуло по его лицу. Неприкрытое удивление и даже волнение было на лице матери.

Крист замешкался, не решаясь пройти дальше порога огромного, заполненного важными людьми зала, но Декат указал на Элиссию:

- Её Высочество пригласила и вас тоже, мой лорд.

Интар подошёл к своему привычному месту, во главе стола, но Элиссия, коротко присев в почтительном реверансе, указала ему и королеве место у левого края.

- Надеюсь, ты не задумала дворцовый переворот? - ласково полуобняв жену, шутливо спросил Иллар.

Элиссия лишь коротко хихикнула и указала ему место рядом с собой. С другой своей стороны она указала место Кристу. И взяла обоих за руки. Она не смотрела на вдруг понявшего всё Интара и начинавшего догадываться Иллара. Она смотрела на королевских советников. На уже пожилого Грайта, на деятельного Ферина, на молодого первосвященника Туранкила, на представителей торговой гильдии и гильдии оруженосцев Экхаона и Бровнора, на Манвела, Загира, Далитира и на нервно комкающего в руках какой-то свиток советника по геральдике Нуймена.

- Господа, - сказала она звонким голосом. – Я собрала вас, потому что нам надо решить один очень важный вопрос. Вопрос престолонаследия.

Вид стоявших рядом с ней отца и сына, которые настолько походили друг на друга, что о действительности их родства уже не осталось ни у кого и тени сомнения, сказал о многом и королевским советникам. Но бастард принца не повод собирать Совет и обсуждать проблему, если у принца есть и законная дочь, и, возможно, родившийся вскоре законный наследник.

Но Элиссия продолжила, стараясь не замечать удивленных и даже слегка неприязненных взглядов.

- Все вы знаете, что, хотя я и пыталась дать королевству наследника, но проблема осталась. Мои неудачи не остались бесследно для моего тела. – Она отпустила руки Иллара и Криста и положила их на живот. – Мой, пока ещё неродившийся ребенок, наш, ваш последний шанс. Я прошу господина Мойрина пояснить господам Советникам, что будет потом.

Мойрин подошел к столу. Непривычно серьезный, он поклонился сначала королю, потом принцу и твёрдо сказал:

- Я и моя жена, а также королева Овета, чей авторитет целительство известен вам всем, мы были категорически против того, чтобы Её Высочество зачала ребёнка. Пока её состояние хорошее. Но и два последних раза всё начиналось именно так и заканчивалось трагически. Мы утверждаем, что на этот раз Её Высочество сильно рискует своим здоровьем и я заявляю по праву Королевского Лекаря – это будет в последний раз. Чем бы не закончилась беременность Её Высочества, в целях сохранения её жизни, мы не позволим ей больше так рисковать. Я всё сказал.

- Спасибо, господин Мойрин, - наклонила голову Элиссия и, хотя её голос дрогнул, она продолжила твердо и громко. – Я хочу сказать, что очень боюсь за своего ребёнка. Он ещё не родился, а я боюсь. Того, что не смогу доносить, того, что родится не мальчик, того, что..., что возможно, ради королевства, мне придётся расстаться с любимым человеком. Я не хочу бояться. Я хочу, чтобы всё прошло хорошо. Хочу здорового ребенка. Хоть мальчика, хоть девочку. Но этого не случится, если мои мысли будут о плохом. Да, - она засмеялась нервно и резко, вот такая у вас принцесса. Трусиха, не смотря на мой титул, - она гордо подняла голову. – Я – Принцесса Нарты. Я имею право сказать и сделать то, что сейчас сделаю.

Она протянула руку к советнику Нуймену. Тот подал ей свиток.

Элиссия развернула его, но сначала сказала:

- Мы весь вчерашний вечер обсуждали с Советником по геральдике, нашим главным специалистом по родословным, законы, указы о наследственном праве. Мы изучили прошлые века…

- Хочу сказать, ваше величество, - почтительно прервал её Нуймен, обращаясь к королю, - что эта работа была проделана мною уже давно, когда мне казалось, что моя задача женить наследника останется невыполненной. Я только подтверждал то, что хотела наша Принцесса Нарты. Всё, что она сейчас скажет, всё законно, ваше величество.

Элиссия благодарно кивнула и по-прежнему стараясь не смотреть на короля и супруга, развернула свиток и громко прочитала:

«Я, принцесса Илонии Элиссия, супруга принца Иллара, официально объявляю об усыновлении Кверистана, сына моего супруга. Я осведомлена об истинности этих родственных связей. И клянусь любить его материнской любовью, уважать и почитать его титул наследного принца и, да будут милостивы Небеса, его будущий титул. Отныне Кверистан, сын моего супруга – мой законный старший сын».

Нуймен протянул королю второй свиток.

Король развернул и пробежал его глазами. Взглянул на серьезного и напряженного сына. На задумчивого и уже распрямившего плечи внука. Когда-то Крист сознательно отказался от этого. Но от своего предназначения не уйти. Юноша это понял и принял.

Интар взглянул на советников. Большинство хмурилось, некоторые были всего лишь удивлены, и только единицы одобрительно смотрели на принца и его сына. Взрослый продолжатель королевского рода стоял перед ними. Он был высок, хорошо сложен, он был воином, это видно было всем. Не повеса и не ущербен умом. Истинный сын своего отца и внук великого деда. Такой наследник устроил бы всех больше, чем еще не родившийся младенец и уж тем более, в далеком будущем, сын малышки Иланны. Постепенно эта мысль доходила и до остальных членов Королевского Совета.

Король встал, держа в руках свиток, и ещё раз обвел глазами присутствующих, с удовлетворением отмечая, что люди, с которыми он разделял ответственность за королевство прониклись моментом и поняли значимость происходящего.

- Прежде чем произнести официальные слова, я должен дать некоторые пояснения, - негромко сказал он. - Королевская семья вся, без исключения, знала о Кверистане с момента его рождения. Лорд Бахтин, всеми нами уважаемый Управитель Нарты, верой и правдой служивший короне, был свидетелем его рождения и у меня имеется подписанный им документ об этом. И пусть сейчас Бахтин дряхл телом, но умом он светел и может подтвердить это лично. Кверистан рос и воспитывался под прямым и непосредственным вниманием своего отца, принца Иллара. Когда ему исполнилось десять лет, он пребывал при Торогском дворе, обучаясь наукам и воинскому искусству. Король Учайк, а затем и король Куртис дали ему и приют, и образование. Абсолютно точно зная, кто он.

Никто не посмел бы прервать короля, но тот сделал паузу и Грайт воспользовался:

- К чему была такая тайна?

Пауза была явно не спроста, именно для такого вопроса. Он должен был прозвучать и Грайт не подвёл.

- Из-за династических проблем его матери, - твёрдо сказал Интар. – Но эти проблемы в настоящее время решены, и они не будут обсуждаться никем из нас, как не будет обсуждаться и личность его матери. Эта сторона жизни Кверистана полностью за пределами Илонии и не пересекается с интересами королевства. Если только в лучшую, положительную сторону. Но повторяю своё требование и, если надо, приказ – эта тема под строжайшим запретом. Кверистан – мой внук, сын моего сына. И я знаю о нём все 22 года, что он живёт на этом свете. О нём знают и его с уважением и почтением примут на илонийском престоле король Тогота, король Арилазы, король Кордии и король Ситара, те королевские дома, с которыми илонийский дом связывает дружба и родственные связи. Все они знают о Кверистане и готовы принять его в своё время на илонийском троне.

На этот раз король взглянул на Элиссию, коротким кивком разрешая ей сказать свои слова:

- Пять лет назад Кверистан попросил моей руки для своего отца, тем самым отказываясь от своего наследства в пользу законных детей принца Иллара. Мы с Илларом приняли его предложение. Но теперь я прошу его величество вернуть ему это право.

Король, развернув свиток, который был в его руках, прочитал вслух:

«Мною, королём Интаром Илонийским, признаётся законным усыновление принцессой Элиссией сына принца Иллара. Отныне лорд Кверистан – старший сын принца Иллара и принцессы Элиссии». Прошу подтвердить мой указ решением Королевского Совета, оформить надлежащим образом и внести Кверистана в список наследников Илонийского трона.

Элиссия повернулась к Кристу. Тот преклонил перед ней колено и она, взяв его лицо в свои руки – поцеловала в лоб:

- Пойду подготовлю твою сестричку, - весело сказала она. – Господин Мойрин, мне всё же нужна ваша помощь, чтобы не умереть от счастья, что у меня всё так прекрасно получилось.

Иллар проводил взглядом жену, а вместе с ней решила покинуть заседание и королева Лайна, и повернулся к Советникам отца:

- Мы с сыном, - он положил руку на плечо поднявшегося сына, - ответим на все ваши вопросы, кроме тех, которые его величество запретил касаться.

- Лорд Кверистан, у вас есть ещё братья и сестры? – тут же раздался вопрос Грайта.

- Есть, - кивнул Крист, - в том числе и сводные. – Он повернулся к Иллару, - ведь Иланна – мне теперь родная сестра?

- Несомненно, - одобряюще кивнул Иллар.

Крист с честью, хотя и не без хитрости обошёл такой скользкий вопрос.

Вопросы посыпались один за другим. Члены Королевского Совета имели право знать всё о наследнике. И Крист отвечал и отвечал. Чему учился, каковы его знания, что умеет, как мыслит, знает ли историю Илонии, и свою родословную, где он побывал, с какими людьми встречался. Немалый ажиотаж вызвало то, что он в своё время был при посланнике Тогота – Дамиране, а члены совета не понаслышке были знакомы с этим въедливым тоготцем. И, оказывается, юноша успел послужить и под командой Стенли, и участвовал в нескольких войнах на материке и сейчас, в свои 22 года, может считаться ветераном.

Интар молча слушал, Иллар же изредка встревал в расспросы, давая легкие пояснения, либо задавал встречный или наводящий вопрос.

Казалось, расспросам не будет конца. Жизнь Криста переворошили и вывернули наизнанку. Только долгая разлука с братом, позволила юноше не срываться на привычное «мы», ограничиваясь одиноким «я». А если и мелькало что-то подобное, так вон у принца Иллара всегда рядом был его друг – лорд Латин. Свежеиспечённый наследник тоже не путешествовал в одиночку.

Обеденное время давно минуло, и только голод, похоже, смог прервать нескончаемый поток вопросов.

Интар встал и это стало сигналом к окончанию расспросов.

Обедали Интар с внуком вдвоём. Элиссия всё же переволновалась, от неё сейчас не отходил ни Мойрин, ни Лайна. И никакая сила не могла заставить Иллара оставить сейчас жену.

Ни о каких вопросах больше не было и речи. Если бы Крист и захотел, предыдущие расспросы вымотали и вычерпнули его досуха. Интар пощадил внука и сам ничего не говорил, они ели молча, каждый думая о своём. На столе опять была рыба, на этот раз приготовленная уже другим способом, но Крист был так голоден и так вымотан, что ел, не замечая, что он ест.

После обеда Крист изъявил желание навестить брата, а Интар вызвался сопровождать его. Чтобы не привлекать к себе внимание, они прошли в город через замок, и, взяв с собой в сопровождение капитана Сайла, появились в лечебнице Мойрина никем не узнанные.

Как и вчера, Элант, под пристальным взглядом Джериса делал свои упражнения. Виолика сидела у ног Джериса, привычно прижавшись к его ногам. Краем глаза взглянув на вошедших, она, не проронив ни слова, встала и начала протирать мокрое от пота лицо и тело юноши. Но что было равнодушно девушке, стазу насторожило Эланта:

- Что-то с Элиссией? – невольно вырвалось у него, когда он вместо отца увидел деда.

Спохватился, хотел поклониться, но остановился, заметив отрицательное покачивание головы короля. Что ж, если король не хотел быть узнанным, это было его дело. Но вот выражение лица Криста недвусмысленно указывало на серьезность случившегося.

- Всё в порядке, - сказал Интар, слегка улыбнувшись, снимая напряжение. – Как твои дела?

Элант развел руками и покрутился вокруг своей оси.

- Вроде то же, - сказал он.

Понятливый Джерис подхватил под руку Виолику и вывел её из комнаты. Странные гости его больного явно хотели остаться наедине.

Интар обнял внука.

- Элиссия меня усыновила, - сказал Крист, с улыбкой, больше похожей на растерянную гримасу.

И тут же постарался вернуть лицу серьезность.

- Вот оно как, – сразу понял всё Элант. – И Совет принял это? – спросил он у Интара.

- Оказывается, Нуймен давно был готов к такому повороту дел, - не стал скрывать Интар, - а Элиссия со своей идеей только оформила всё так, как ей захотелось.

- Но она же ждет ребёнка. Что, если это будет мальчик?

- Пусть будет мальчик, девочка, это ничего уже не меняет. Крист – старший сын принца и принцессы. Наследник он. Элиссия лишь надеется, что её волнения за жизнь своего нерождённого ребёнка закончатся с этого дня, ну или со следующего.

- Крист, и как же воспринял это ты?

Тот поднял глаза на брата:

- Серьезней, чем пять лет назад.

- И как же мы…

- Так же, - прервал его Интар. – Наследники и принцы Илонии последние сорок-пятьдесят дет не сидят сиднем во дворце. Поправляйся, и вы ещё повидаете мир, если вам этого захочется. А нет, так я найду вам занятие и в Илонии.

Братья переглянулись как прежде и улыбнулись.

Такой единодушие было чуть ли не впервые после полугода разлуки и болезни. Значит, жизнь восстанавливается.

Крист повернулся к деду:

- Вы хотели поговорить с Виоликой?

- Хочу. Но я тоже устал. А нам с тобой еще предстоит официальное представления на торжественном ужине.

Полный сочувствия взгляд Эланта, брошенный на брата, совсем не ободрил того.

Некоторое время они ещё поговорили и Интар взял у Эланта обещание, что он попробует уговорить Виолику встретиться с ним и ответить на его вопросы.

Мойрин запретил присутствовать Элиссии на ужине, а без неё ни о каком объявлении о новом наследнике не могло быть и речи.

Решили перенести на следующий день. И объявить торжественно в тронном зале, собрав всех обитателей дворца и замка.

Но ночью пришли страшные вести.

Глава 10

Глава 10. В Оргунию

- Садись, - указал сыну место в кресле Иллар.

Он сам сел рядом.

- Что случилось?

Криста поднял с постели Сайл и еле дав умыться, привёл сюда, в малую королевскую гостиную.

- Пришли вести из Оргунии. Плохие.

- Насколько?

- Очень плохие. Отец сейчас скажет.

Интар отдавал распоряжения какому-то человеку, Сайл ждал своей очереди.

В комнату вошли еще трое человек. Стремительная недовольная Виолика оглядела комнату и неприязненно кивнула Кристу и Иллару. Увидев Интара, с негодованием подошла к нему. Но натолкнувшись на холодный повелительный взгляд, вернулась к своим спутникам.

Элант чуть ли не висел на Джерисе. Дорога через площадь и дворец вымотали его, а ведь казалось, что он идёт на поправку.

Отдав приказания, Интар вернулся в комнату. Он поочерёдно оглядел всех и сказал:

- Оргуния выставила ультиматум Кордии и Ситарским островам. Все их корабли, которые стояли в Орхиме захвачены вместе с командой, захвачены и посольства.

- Не может быть, - поднялся с места Крист. – Раднир предвидел такой вариант и Сабер остался проследить, чтобы это не произошло.

- Возможно так оно и есть, и это объявление - лишь демонстрация силы для более крупного союзника.

- Какого?

- Об это чуть позже. Новости не закончились. Во время шторма «Стремительного» отнесло к Кафиде, где его захватили оргунские галеры.

- Годард! Это корабль Годарда!

- Ему не успели сообщить, что поиски закончились. Где-то его корабль разминулся с посыльным Раднира. Годард решил укрыться в Кафиде, но там уже знали о приказе Делфира.

- Где теперь Годард? В плену у Делфира?

- Да. Вместе с Эйритой.

- Что?

- Она была на его борту, хотела встретиться с мужем.

- Она же была дома, на Островах, с маленьким сыном! – Крист не смог сдержать потрясённый возглас.

- Я не знаю, что её понесло в море, Крист, не кричи, - сказал Интар, - может, она захотела второго сына. – Он говорил нарочито грубо, чтобы привести внука в чувство, а может и самого себя. Годард был таким же его внуком, как и Крист с Элантом.

- Делфир послал ультиматум Радниру и Лионсу. Тайлис переслала его мне.

- О чём ультиматум?

- Ультиматум от имени Ронетара. Он требует вернуть ему дочь, которая убила его жену. В обмен на неё он оставит в живых Годарда, и команду его корабля. Годард – сын короля Ситара, внук короля Илонии и названный брат короля Кордии. Ценней заложника Делфиру не придумать.

Виолика медленно выпрямилась, её глаза впились в короля. Рука вцепилась в плечо Джериса и казалось только одно это удерживает её от страшного крика отчаяния.

- Ты останешься тут, девушка, - сказал Интар, коротко взглянув на неё. – Я не собираюсь обменивать тебя.

- А короли Ситара и Кордии? Тоже не собираются? – хрипло спросила Виолика.

- Насколько я знаю, Раднир дал тебе своё обещание.

- Но тогда речь не шла о его сыне и наследнике.

- Ты под моей защитой, а не его. Тебе не о чём беспокоиться.

- И чем мне придётся расплачиваться?

- Всем, чем имеешь! Сведениями! Ты сообщишь всё до мельчайших подробностей, что ты знаешь о Делфире. И о дворце. Сейчас ты очень зависима от Джериса, но слуги Неба славятся тем, что помогают освежить память. Позволь ему сделать это.

- Я согласна, - ни тени сомнения не возникло у Виолики.

- Пока думай. Будешь рассказывать Иллару и Кристу.

Интар повернулся к сыну.

- Илония не вмешивается в дела других королевств. Но на этот раз я сделаю исключение. Вы с Кристом отправляетесь в Орхим. Пора Арвенгу выходить из тени. Вы заставите его или окажите ему поддержку. С вашей помощью он должен убрать Делфира и стать Регентом Меорлиса.

- Эринга мы берем с собой?

- Само собой! Мальчик – не заложник. Но если понадобиться убедить в этом Арвенга, действуйте решительно.

- Меня вы оставляете? – напряжённо спросил Элант.

- Да. Ты будешь обузой, мы не можем этого допустить. Но тебе придётся выздоравливать самостоятельно. Мойрина я пошлю с Илларом. Возможно, понадобится его помощь. А сейчас ты сядешь и напишешь письмо матери, Лионсу, Радниру и Овете. Всё, о чём тут происходит. И Раднир, и Лионс либо появятся тут со дня на день, либо отправятся сразу в Орхим. Возможно письма помогут им образумиться. К тому же на тебе и Джерисе – защита Виолики. Если Делфир узнает, что она тут, он может послать убийц или похитителей. Элант, ты мне нужен здоровый и готовый к бою.

- Ты что-то хотел сказать о союзнике, отец, - напомнил Иллар.

- Торогия. У короля Арнадора есть дочь Сурина. Делфир приобретет более чем сильного союзника, если сочетает браком Меорлиса и Сурину.

- Они же дети!

- Для заключение брачного договора – это не помеха.

- Делфир готов будет сдать страну Торогии, лишь бы отомстить? Дав вступить на свои земли лишь одной ногой, Оргуния ни за что уже не сможет помешать Торогии поставить туда и вторую ногу. Мечта всех королей Торогии: выход в море через Мадарис или Оргунию! И что на это скажет знать Оргунии?

- К сожалению, Делфир – реальная сила в Оргунии. Арвенг весьма серьезно принял известие, что его сын – заложник. И он не единственный, кто признаёт силы Делфира. А семьи есть у многих. К тому же Делфир наверняка многих привлечёт на свою сторону новыми выгодами, положением при дворе, да и простым подкупом. Оставшихся недовольных легко взять под контроль. Сложно провернуть такое в стране, где до этого представители торговой гильдии имели и вес, и родство с королевским домом. А уж они-то знают все выгоды независимости Оргунии. И между тем, мне доложили, что между Оргунией и Торогией оживленное сообщение

- Что ещё Делфир может потребовать за Оргунию – напасть на Илонию?

- Стенли уже получил приказ передвинуться к восточной границе. Я приказал пересылать сообщения наших разведчиков ему напрямую.

- Ты догадывался обо всем это?

- Только не о Годарде, - задумчиво произнёс Интар. – Раднир вам уже пояснил, чего мы можем ожидать. И он оказался прав. Делфир после смерти сестры был в ярости. То, что Виолика пропала вместе с драгоценностями королевы, а одновременно с этим исчез и король Кордии, не попрощавшись, так сказать, уберегло многие оргунские семьи. Было понятно, что это кордийский заговор. Либо заговор лишь одной принцессы.

- Не называйте меня так, - процедила сквозь зубы Виолика.

- Хорошо, девочка, не буду. – Интар продолжил. – Кордия со смертью королевы ничего не выигрывала, зато за участие могла заиметь неприятности. Поэтому при дворе считают, что Виолика своими чарами и снадобьями самого Делфира заставила короля помочь себе. Все помнили, как накануне Виолика заманила его к себе. К счастью, Лионс не участвовал в твоей мести, уж его бы узнали, когда ты шла мстить мачехе. Но никто не смог опознать сопровождавшего тебя Криста. Хотя допросу подверглись многие. Твоя служанка, стражники у дверей королевы, те, кто встречал тебя на твоём роковом пути.

- Я постаралась, чтобы на него не обращали внимание.

- За это тебе спасибо. Мне сообщили, что допрос Делфир провёл быстро, слишком быстро и некоторые после него не выжили даже для предполагаемой казни.

- Он не пытает людей, он применяет какое-то зелье. Я видела, как оно действует. Человек не может не отвечать, когда его спрашивают. Но, как правило, оно смертельно. После него человек теряет волю к жизни и умирает.

- Именно так описали мои люди служанку и стражников, когда их возвели на погребальный костёр королевы и сожгли вместе с её телом. Чтобы другим было неповадно.

Виолика вздрогнула, и сильней прижалась к Джерису.

- То, что причастна Кордия понятно, но при чем тут Ситарские острова? – спросил Крист.

- Ты сам ответил на свой вопрос, Крист. Корабль Раднира «Ситар» стоял в бухте и после произошедшего покинул её. Связать два события не представляет труда. Делфир не может не знать, что Лионс – приёмный сын Раднира.

- Что-нибудь было слышно обо мне? – спросил Элант.

- Насколько мои соглядатаи знают – ты считаешься мёртвым достаточно долгое время. – Интар опять повернулся к Виолике, - я по-прежнему в большом долгу у тебя, девочка. И, насколько я знаю кордийского короля и её Регента, они тоже.

Виолики кивнула и слегка выпрямилась.

Иллар поспешил перевести разговор на другую тему:

- Нам двигаться морем или сушей, через Торогию?

- Через Мадарис. Пройдёте у подножия гор и перейдете горы сразу в Оргунию. Я послал приказ о подготовке вам сменных лошадей. Эринг может сидеть в седле?

- Кое чему он научился. Но скорее всего нет.

- Тогда он будет в карете вместе с Мойрином до Мадира. Там кораблём до Орхима.

- Я послал «Лазурный» с Лионсом к Радниру.

- Это не важно. «Лазурный» слишком известный. Мои люди подберут другой, более подходящий.

- Под чьим флагом?

- Мадарис. У меня есть договорённость с Правителем.

- Война Оргунии с Кордией и Ситарком – это увеличение товарооборота через Мадир. Ты уверен, что Правитель этого не понимает?

- Но выход Торогии к морю через Оргунию – это лишение практически трети товарооборота в будущем. Думаю, Правитель прислушается именно к этому доводу.

- Ты не упомянул Сабера? Значит ли это, что на свободе и всё ещё в Орхиме?

- Крист сказал, что он поднял нардинский флаг. Но его корабль могли опознать и так. Я не знаю, Иллар, где он. Но вам придётся действовать по обстоятельствам.

- Где мы все встретимся в Орхиме?

- «Курносая морячка», - сказала Виолика. – Это портовая таверна, моя няня Финри вышла замуж за владельца, когда я подросла. Ради меня она всё сделает. У неё же живёт и мой старый Нуг.

- Спасибо, Виолика. Твоё замечание кстати, потому что все наши посольства – вряд ли безопасное место.

- Когда истекает срок ультиматума? – спросил Иллар.

- Срок не определён конкретно. Королевства находятся далеко друг от друга. И это разные королевства. Он осознаёт, что Радниру придётся доказывать Илонии право на девушку. Думаю, к середине зимы, не видя результатов, он пришлёт второй ультиматум, и там будет указана конкретно дата – до свадьбы его племянника и принцессы Торогии.

Через некоторое время все были заняты тем, чем приказал им заниматься Интар.

Элант в кабинете деда писал письма. Не самое легкое дело, когда и раньше-то рука больше привыкла к мечу, чем к перу. А после болезни буквы и строчки выходили корявей некуда. Укрепляя мышцы тела, ни Мойрин, ни Джерис не рассчитывали, что их подопечному придется действовать пальцами. С этим делом Элант справился чуть ли не позже остальных. И вымотался сильней, чем воинские тренировки. Тем более, что рядом не было Виолики, которая снимала боль самим своим присутствием. Она с Джерисом изредка заходили в кабинет, чтобы поддержать Эланта, но это было ненадолго.

Получив готовые письма, Интар бегло пробежал их содержимое и на каждой оставил свою короткую приписку. Тут же письма отправились в службу гонцов и устремились по адресатам.

В соседней с королевским кабинетом комнате, где раньше обитал Иллар, велась иная работа. Интар представил Виолике и Мойрину Барлеса – горняка из Тарских гор, знатока горных пород.

Осваивая уже несколько десятилетий сами Тарские горы, Илония осторожно и постепенно углублялась в Скобийские горы. Барлес, обошедший за свою жизнь немало горных массивов, изучая сами горы и их недра, был незаменим в этом деле. В Тарске у него была семья, но он продолжал путешествовать, возвращаясь в Тарск и возобновляя свои исследования уже там.

Брата оргунской королевы он знал не понаслышке. И именно поэтому Интар вызвал его несколько дней назад и уже успел расспросить о Делфире. Но теперь горняк уже рассказывал то, что знал Мойрину и Иллару. Он был не только знаком с Делфиром, но и поставлял ему некоторые породы камней и руды. Направлял к нему торговцев и просто случайных людей, обладающих знаниями и некоторыми образцами.

В свою очередь, слушая теперь уже Виолику, он был немало обескуражен открывшейся ужасной подоплёкой интереса оргунского вельможи к различным камням и минералам. Но вскоре забыл об этом, увлекаясь и дополняя сведения девушки. Горняк много знал об опасных свойствах некоторых минералов, но, как истинный тоготец, не мог поверить, что они могут использоваться, как яды. Ядовитые испарения в шахтах при добыче тех или иных горных пород не были редки. Но горняков больше заботили травы и снадобья, которые смогли бы помочь при отравлениях, чем как использовать эти самые опасные свойства минералов и кристаллов.

Мойрин, знавший о воздействии на человека не только растений, но и минералов, только диву давался, что такой опытный горняк не знает таких элементарных вещах.

Но у них было еще много времени в пути, чтобы обсудить эти вещи. Интар отправил их собираться в дорогу. Мойрину могли понадобиться все знания, накопленные им за свою жизнь, уже готовые травы и снадобья, чтобы спасать жизни.

А Виолика теперь рассказывала о своём дворце Иллару и Кристу. Те только что отпустили юного Эринга, который как мог, опять же, не без помощи Джериса, вспоминал план отцовского дома, привычки домочадцев и подходы к дому. Для начала, правда, Интар серьезно переговорил с мальчиком, объясняя, зачем и почему им нужны эти сведения и что они планируют делать. Получив одобрение как Виолики, так и Джериса, Эринг только после этого приступил к своему рассказу.

Одна за другой стопочкой ложились пергаменты листов с планами и описанием.

А вскоре к ним начали прибавляться и планы дворца. Виолика знала свой дворец досконально. Вплоть до подземелий и солдатских казарм. Когда-то, в счастливом детстве, она не расставалась со старшим братом, которого была на несколько лет младше, но участвовала во всех его шалостях и походах по изучению дворца. А затем знание дворца помогало ей выжить в ставшем чужим и опасным домом.

Король Интар не давал им передохнуть, лишь приказывая разносить тарелки с едой и питьем. Они ели прямо за столом, среди груды пергаментов и свитков, и опять занимались описанием.

Заходили какие-то люди, король отдавал им распоряжения, иногда выходил сам. Но у дверей стояли люди Сайла, и никто посторонний не мог зайти и помешать им.

К ночи всё было закончено.

Все разошлись по комнатам. Кто по своим, кто по предоставленным во дворце.

Крист провел последнюю ночь вместе с Элантом, Джерисом, Виоликой и Эрингом в старой комнате Латина. Элант был вымотан и измотан, Виолика, как и раньше, спала рядом с ним, тесно прижавшись к нему, Эринга сон сморил чуть ли не на пороге и только Джерис ещё некоторое время что-то тихо говорил Кристу, пока и они оба не заснули тревожным сном.

Иллар не выпускал из объятий Элиссию, в сотый раз прося, уговаривая её не волноваться за него, не переживать, думать об Иланне, которую они так и не познакомили с новым братом, думать о нерождённом малыше и ждать. Обязательно ждать радостно и не дать ни тени сомнения в удачном разрешении предстоящего дела. И напоминая, что отец обещал прислать к ней Латина с молодой женой и ребёнком, как только те вернутся из Арилазы, куда Латин повёз жену, чтобы она сама выбрала себе самое лучшее украшение, которое могла бы ей предложить Алмика и мог позволить его кошель.

Не спал, наверное, только король, да Декат. Подготовка велась и ночью.

Ранним утром карета с Мойрином, Эрингом и Барлесом рванулась в Мадарис. Иллар с Кристом и Сайлом, а король решил, что старый товарищ сына, знавший всю подноготную странствий принца и его сыновей, и знакомый с организацией охраны дворцов досконально, так как сам занимался этим около пятнадцати лет, будет не лишним.

Лайну, Элиссию с дочерью, а также Эланта с Виоликой и Джерисом, король отправлял в Варнийку. Тихое место, гораздо безопасней в смысле возможных шпионов, чем переполненный дворец.

В Мадир карета должна была прибыть через 10 дней. Примерно столько же дней должно было понадобиться на приход мадаринского корабля в Орхим. Но на море начались шторма и, возможно, будет задержка, либо им повезет и порывистый попутный ветер донесёт их до столицы Оргунии быстрей. В любом случае, они не должны прибыть в Орхим позже, чем через тридцать дней.

Иллар с Кристом и Сайлом достигли реки Уиры, разделявшую Илонию и Мадир уже через шесть дней, загоняя и меняя коней на узловых трактирах. Труднее оказалось двигаться у подножия гор, добираясь до следующей реки – Фели. Торгового тракта там не было, как не было и приличной дороги, лишь засушливая каменистая степь. Приходилось сдерживать лошадей, чтобы они не переломали ноги. Сниженная скорость зато способствовала меньшей усталости лошадей и через четыре дня они уже достигли Фели - места, где маленькая горная речушка вырывалась из границ гор и устремлялась в море.

В маленькой деревушке, расположенной как раз в этом месте, их ожидал Раднир. На этот раз не было никаких дружеский объятий, шуток и насмешек.

- Когда я получил ультиматум этого безумца, я тут же вышел в море, - коротко сказал Раднир. - Ждал в Мадире послания от Интара. Мне было ясно, что на выдачу девушки он не пойдёт…

Добавил, глядя как Иллар и Крист одновременно сузили глаза от гнева.

- Но-но… я даже мысли такой не допускал, остыньте. Хотя и не одобряя, я всё же принял её действие, даже ожидая беды. Просто теперь это касается моего сына. – Он отвернулся и посмотрел вдаль, - Лионс бы мне не простил, да и Годард не принял бы такой жертвы. Это факт, а не долгие рассуждения, - твердо добавил он. – Я это знал, и я прибыл в Мадир. Там меня ждало послание Эланта и Интара. Так что я в курсе всего.

- Значит, ты идёшь с нами?

- Да. Этот подонок ждёт меня с моря, будет ему сюрприз.

- Ты не наделаешь глупостей? У нас чёткий план и подробные описания дворца и порта.

Раднир вскинул голову и в его глазах полыхнул огонь.

- Глупость сделал оргунец. Но никак не я. Я его разорву руками. Мне жаль марать о него свой меч.

- О чём ты договорился с Гастени? И… ты всё же отдал ему свой корабль?

- Спасибо за «Лазурный», брат, но Гастени удовлетворился только «Ситаром». За то, что встанет на мою сторону.

- И как это понимать? Будет сражаться рядом с вами?

Раднир скривил губы.

- У Оргунии не настолько большой военный флот, чтобы нападать на нас. А когда я договаривался с Гастени, я не думал, что мне захочется самому напасть на Орхим. Наше соглашение состояло в том, что Делфир не наймёт его для нападения на мои корабли.

- Только и всего?

- Такое соглашение многого стоит. Сейчас поддержка, затем – совместный бой.

- Или предательство.

- Вот и увидим, стоит дела иметь с Гастени, или нет. Согласись, это тоже неплохо, - Раднир хмыкнул.

- Где Лионс? – вставил свой вопрос Крист.

Раднир не ответил, стиснув зубы и сузив глаза. Иллар удивлённо вскричал:

- Только не говори, что Овета сейчас с ним и они приближаются к Орхиму.

- Они с Тайлис выкупили мортийский корабль, - выдохнул Раднир. - Никто в Орхиме не заподозрит, что на нём король Кордии и королева Ситара.

- Кроме шибко умного стервеца Делфира.

Раднир промолчал, но не стерпел Крист.

- Лионс ни за что не позволит себе отсиживаться в стороне, когда его брат в беде.

Взгляд, который бросил на него Раднир сказал о многом. У Лионса развелось что-то слишком много братьев, которых надо спасать и из-за которых приходится спасать следующих.

- Достаточно, - подвёл итог Иллар. – Я беспокоюсь об Овете. Но прекрасно осознаю, что никакая сила не удержит её, когда сыну грозит опасность. Прости, Раднир.

- Корабль торговый, - добавил Раднир, ни к кому конкретно не обращаясь, а стараясь, скорее убедить себя, - он не сможет прийти быстро, зато вместо товара у него в трюме – мои молодчики. И вооружение – больше, чем можно себе представить.

- Золото тоже пригодится, - заметил Иллар.

- Я знал, что Интар не поскупится, - былая усмешка пробежала по лицу Раднира, - я попросил его помощи, чтобы поначалу откупиться от оргунцев, но теперь оно нужно ещё больше. Оно на «Лазурном»? Я видел его в порту.

- Оно с Мойрином. Но на «Лазурного» мы не рассчитывали. И не знаем, на каком корабле они придут.

Больше новостей не было.

Переправившись через горы, уже через восемь дней четверо мужчин подошли к столице Оргунии, у самого города присоединившись к какому-то торговому каравану. На них не обратили внимания, сочтя частью охраны, и они беспрепятственно и спокойно вошли в порт.

В дороге, не без труда Иллару удалось уговорить Раднира хоть как-то скрыть свой облик, предложив ему повязку на глаз и не бриться всё оставшееся время, таким образом превратив его в пожилого увечного воина. В отличии от Раднира, которого, казалось, знала каждая собака в каждом порту Энвейского моря, его самого и тем более Сайла, никто в Орхиме не знал. Думать, что кто-то узнает Криста, тоже не было оснований. Эти трое остались сами собой.

«Курносая морячка» оказалась небольшой таверной, явно непригодной для встречи большого числа заговорщиков, что, впрочем, делало её более безопасным жилищем. Бывшая няня Виолики, Финри, действительно была курносой, пухленькой не без обаяния, женщиной, хотя и вряд ли морячкой. Она поверила и приняла путников только после тщательных и каверзных вопросов. Но Виолика дала Иллару и Кристу столько пояснений, рассказала столь многое о своей жизни, что владелица таверны наконец поверила и предоставила путникам и кров, и пищу.

Первым делом, они попытались найти корабль Сабера или хотя бы его самого.

Раднир узнал бы «Тайфун» брата из тысячи кораблей, под любым флагом. Но корабля не было. Потолкавшись по тавернам, они пытались поймать хоть какие слухи. Но все разговоры были лишь о предстоящей драке с кордийским и ситарским флотом, мечты о захвате столиц этих королевств, хвальба и бравые тосты за уже наметившуюся свадьбу наследника Меорлиса и дочери торогского короля. Траур по королеве явно не мешал планам Делфира, невесту ожидали со дня на день. Город заполонили торогские цвета и Иллар порадовался, что они сделали правильный выбор, когда запаслись старыми торогскими солдатскими куртками, и сейчас не выделялись среди толпы.

Хоть и говорил Раднир, что своего сильного военного флота у Оргунии нет, но судя по раздававшимся разговорам, сейчас каждый торговец мыслил себя бравым солдатом, свой неповоротливый грузный тяжеловоз – быстроходным парусником. Они хоть сейчас готовы были в бой отомстить за королеву, заодно и прихватив богатства двух королевств.

Но среди всеобщей похвальбы и хвастовства находились и те, кто ещё помнил как самого ситарского короля Курхота, так и дела его достойного наследника. Старые моряки тихо, а иногда и, перепив, во всё горло вещали, что освободить или отомстить за своего сына придет флот самого Раднира и тогда от Орхима останется лишь пепелище. А королева была той ещё… Дальше излишне справедливого перепившего ветерана обычно старались тихонечко уложить под стол, чтобы не навлекать на себя гнев брата той самой, которая… туда ей и дорога.

Такие речи, доходя до Раднира, делали его лишь мрачней. Великое ли дело, напасть всем флотом, прихватив с собой корабли Кордии и наняв того же Гастени, и получить в покорённой столице лишь труп своего первенца и удовлетворённую месть.

О пленении ситарского принца говорили много. Нашлись люди, видевшие и теперь рассказывающие, как сопротивлялась команда корабля юного капитана, едва пришедшая в себя от шторма, немало потрепавшего их корабль. Как протаранил «Стремительный» один из оргунских кораблей, как взяли его на абордаж, какая кровавая это была схватка и как потом привезли пленника в Орхим.

Один разговор заставил Раднира скрежетать зубами. Кто-то упомянул, что один из кораблей Гастени был среди тех, кто блокировал выход «Стремительному» из ловушки. После чего капитан пиратов получил от оргунского флагмана достойную награду. Напрасно Иллар пытался сопоставить даты у рассказавшего солдата, и доказать Радниру, что это случайность, ситарский король только сжимал зубы, слал проклятия Гастени и слушал дальше.

Пленённого Годарда провезли в железной клетке по всей столице, глашатаи возвещали о страшной участи принца, если Ситар и Кордия не пойдут на условия Оргунии. Пленник держался мужественно, хотя видно было, что он ранен и изрядно помят в бою. Но он стоял и лишь смотрел вперёд, презрительно сжав губы. Ни про команду, ни про Эйриту не было слышно. Сколько ни пытались разговорить Раднир с Илларом и Сайлом моряков, подливая особо говорливым в кубок крепкого вина, все говорили только о ценном заложнике.

А вот про убийство королевы, если и говорили, то даже под хмельком тихо, очень тихо, а беглую принцессу и вовсе не вспоминали. Как будто и не она была поводом для объявленного ультиматума.

Но нигде и никак не упоминался дядя принца – Сабер. О нем не было слышно ни слова. Как и об Эйрите.

Ни корабль Лионса, ни корабль, на котором плыл Мойрин, пока не появились в Орхиме и они изучали денно и нощно планы дворца и дома Арвенга, да выясняли обстановку.

Дома ситарского и кордийского посольств были разгромлены, в окнах сияла пустота, кое-где виднелись подпалины, на первых этажах расположились солдаты и слышался их смех и ругань. Резиденция илонийского посланника была также пуста, но цела. Лишь большой засов на дверях и одинокий солдатский пост говорили о том, что Делфир прекрасно отдавал себе отчёт, что Илония не останется в стороне.

Тщательно был ими осмотрен и дом Арвенга.

Дом младшего брата короля стоял в центре города и его окружал небольшой садик, такой редкий среди нагромождения домов, таверн и портовых постройках.

Как и в Мадире, богатые дома вельмож и торговцев располагались за пределами порта. Выбор же Арвенгом именно этого дома, хотя у него и был загородный дом, видимо объяснялся тем, что жильцов дома удобно было контролировать из дворца, а Арвенгу самому показывать лояльность к семье брата, что бы в ней ни происходило.

Ничего подозрительного у жилища Арвенга не было, кроме слишком уж тихой и спокойной жизни вокруг дома, где жил богатый вельможа, родственник короля. Слуг было мало, конюшня, хотя и не пустая, но заброшена, никто не выезжал из дома, никто и не приезжал в гости.

Успели они пройтись и по имеющемуся у них списку возможных противников Делфира. Эти дома, в отличии от дома Арвенга находились в более зажиточной части города, на его окраинах, и каждый был окружён парком или садом. Им пришлось в очередной раз преобразиться, на этот раз в добропорядочных горожан, прогуливающихся за городом.

То, что они увидели, подтверждало сведения Интара. Некоторые дома, как и дом Арвенга были тихи и полупусты. Явный признак того, что его обитатели были не в милости всемогущего Делфира. Были и такие дома, возле которых кипела жизнь. Подъезжали кареты, толпись торговцы, по вечерам устраивались званные ужины. Эти нашли общий язык с истинным Правителем Оргунии и сторонниками Арвенга вряд ли были.

А два дома стояли полностью разрушенными и сожжёнными. Редкие прохожие быстро проходили мимо и старались не смотреть в их сторону. Развалины уже поросли травой, но их не разбирали явно в назидание другим - что могло ожидать ослушавшихся воли короля и Делфира, либо посмевших выступить против него.

Финри потом шёпотом, оглядываясь на двери, рассказала, что это дома тех членов Королевского совета, которые несколько лет назад, при уже не скрываемых признаках немощи короля посмели потребовать от Совета назначить Арвенга Регентом при его брате, а затем и для маленького Меорлиса.

Тотчас же одного обвинили в заговоре против короля, а второго в казнокрадстве. И тот, и другой через некоторое время сознались, побывав в застенках у Делфира. Сознались публично, при полном Совете. Король, временно пришедший в себя, лично вынес суровый приговор. Их казнили вместе с жёнами. Сыновей и всех слуг отдали на галеры, а дочерей и служанок в портовые бордели. Всё имущество перешло в казну. Ближайшим родственникам предложили поселиться в тихой горной деревушке, либо публично выразить свою преданность королю. Нашлись как те, так и другие.

Несколько дней столица гудела. Но пара-тройка сгоревших верфей и кораблей, складов в порту и пропавшие люди были ответом Делфира. Золото тоже сыграло не последнюю роль в усмирении недовольных.

Последнее время страна и порт жили в тишине, хотя и в страхе. Никто не посмел больше встать против Делфира. Кроме Виолики.

Но девушка действительно не держала связи ни с одним из влиятельнейших домов Оргунии. Зато налицо была её связь с Кордией. Поэтому именно против трёх, связанных родственными отношениями королевств, и выплеснулся гнев Правителя.

Всё это поведал Иллару его отец ещё в Нарте, но тут они увидели своими глазами и услышали очевидца.

- Первое-то время, как я услышала о моей девочке, - говорила Финри, - право, думала, вот-вот за мной придут. Муж мой уже и место потайное для нас приготовил. Но Виолика-то тут не появлялась тут, только вот через Нуга связь-то и поддерживали. Деньгами снабжала, кое чего я с Нугом ей передавала. Так что никто, видимо, во дворце и не знает, что я ещё жива и даже подумать не может, что теперь помогаю моей девочке. – Женщина вздохнула, - а уж чего я наслушалась о ней. Каких ужасов. Но не верила, не могла моё дитятко такой стать. Я уж передавала с Нугом, просила её, умоляла, звала к себе. Уберегла б. Спрятала. Не нашёл бы её проклятый этот.

Финри плакала, вытирая передником слёзы, а Крист вспоминал страх Виолики перед Делфиром. В помощь своей старой няньки она явно не верила. Поверила только королю Лионсу, только сильный союзник мог спасти её.

Незаметные люди в капюшонах, или это был один и тот же человек, каким-то образом находил их и в таверне, и на улице, мелькая мимо, как тень, но оставляя весьма существенное доказательство незримой работы короля Илонии. У Раднира и Иллара теперь имелись сведения, где во дворце содержались заложники, какой во дворце гарнизон, посты и время смены. То, что знала Виолика уже устарело. Делфир усилил как дворцовый гарнизон, так и внутреннюю стражу.

Были сведения и о Годарде. Ценному пленнику не оказали должного уважения, он находился в тюремных подземельях, но всё же на особом положении. Его кормили со стола короля и за ним был надлежащий уход, при нём оставили слугу и личного лекаря – молодую женщину.

Последнее сообщение поставило в тупик Раднира, пока Иллар не предположил, что женщиной могла оказаться Эйрита. Продолжительное ухаживание за Тайлис, недолгое общение с Оветой могло в трудной ситуации вынудить её, ради того, чтобы ей позволили ухаживать за Годардом, назваться лекаркой.

После убийства королевы, камеры подземелья заметно пополнились, но сказать, что они забиты моряками с «Тайфуна» или «Стремительного» - было нельзя. Скорее всего часть моряков «Стремительного» пополнили ряды галерных рабов. О «Тайфуне» не было ничего слышно. Корабль ускользнул и от соглядатаев Интара.

Однажды, в портовой таверне, где они продолжали собирать сведения, их перехватил старый покалеченный моряк. К Радниру, до этого никем неузнанному, он обратился безошибочно:

- Сын Курхота, у меня для тебя послание.

Оглянулся на напрягшихся спутников Раднира и усмехнулся в нечёсаную кривую бороду:

- Не погубите меня, убогого, я один и с повинной вестью.

- Какая весть? – спросил Раднир, оглядывая осторожно таверну.

- Моего покровителя тут нет, - сказал старик, - не ищи и его людей.

- Говори своё послание. Сдаётся мне, оно от того, кто мне серьёзно задолжал.

- Потому-то тут и я. Пошли со мной. Моё послание существенно и не в словах.

- Ловушка, Раднир? – Иллар предостерегающе взял злого Раднира за локоть.

- Не проверим, не поймём, - процедил сквозь зубы Раднир.

Сайл встал.

- Пошли, старик, я посмотрю. А наш друг всегда успеет.

- Я с вами, - встал Крист. – Если это ловушка, я предупрежу.

Старик согласно кивнул.

Раднир и Иллар остались вдвоём. Хмуро поглядывая друг на друга, они молчали и лишь стискивали рукояти мечей, следя за той дверью, куда старик увел Сайла и Криста.

Наконец появился Крист. Он успокаивающе улыбнулся и мотнул головой.

Крист привёл их в комнату, где Сайл раскладывал на кровати ворох мундиров различной формы и окраски.

Старик, уже не тихим, а сильным четким голосом произнёс:

- Капитан Гастени просит прощения у своего союзника. Капитан «Кабана» не получил вовремя его послания и потому участвовал в пленении молодого ситарского капитана.

- И эти мундиры – в качестве возмещения?

- Тут дворцовые мундиры, капитан, - сказал Сайл, продолжая сортировать одежду. – Есть и портовые. Они могут нам пригодиться.

- Мой господин имеет связи и некоторые заготовки для своих дел, – добавил старик. – Он знает, что эта мелочь по сравнению с тем, что он должен капитану Радниру, но выплатить долг сейчас не сможет в полной мере. Лишь некоторой её частью. Да сообщением, что посланник оргунского Делфира всё ещё ожидает его ответа. По договорённости с капитаном, мой господин оттягивает время.

- Оттягивает или раздумывает? – резко спросил Раднир.

Старик улыбнулся глазами.

- Ты принимаешь его извинения, сын Курхота?

- Да, - Раднир ответил не раздумывая.

- Зачем тогда слова, мой король…

В одну из ночей Нуг провёл их в грот Виолики. Но им пришлось делать крюк и подплывать к гроту с другой стороны мыса. После убийства королевы посты на стенах дворца усилились, и стражники были более бдительны, чем раньше, когда десятилетиями никаких угроз ни с моря, ни с суши королевский дворец не знал.

Опасаясь засады, в пещеру зашли лишь Иллар и Сайл, вооруженные до зубов. Раднир и Крист, как опытные гребцы оставались в лодке, ожидая возможного поспешного бегства. Но их опасения оказали напрасны. И грот, и пещерка были забыты обитателями замка и нетронуты. На полу возле бассейна даже валялась сорочка Виолики, которую она когда-то сбросила, меняя на сухую.

Уже вчетвером они прошли по лестнице и убедились, что механизм, позволяющий открывать засов потайной комнаты работает исправно. И за дверью нет засады и ловушки.

Этот потайной ход во дворец был свободен. Но как бы не хотелось Радниру прямо сейчас идти искать сына, им пришлось отступить в ожидании поддержки, которая должна прибыть со дня на день. Единственно, что они позволили себе, ещё несколько ходок, закрепить успех и оставить в пещерке оружие и добытые формы дворцовых стражников. У Финри нашлось несколько старых потертых штанов, которые она хорошенько отстирала и аккуратно заштопала. Мундиры подверглись более тщательному восстановлению, и смогли сойти за то, чем и были: старая, но заботливо и аккуратно носимая форма.

Глава 11

Глава 11. Дом Арвенга

Корабль с Мойрином и Эрингом пришёл позже назначенного срока, столкнувшись в пути с несколькими бушевавшими в это время года штормами. А ещё через несколько дней Радниру сообщили, что корабль, который он ждёт, подходит к Орхиму.

Можно было начинать активные действия.

В сумерках, когда тени меняли лица прохожих, Раднир, накануне снявший надоедливый образ старого немощного вояки, но прячущий лицо под капюшоном плаща, Иллар и Крист зашли в дом Арвенга с черного входа. Туда, куда торговцы с рынка приносят свои товары. Сайл с Эрингом оставались снаружи. Чуть позже Сайл приведёт мальчика к отцу.

В это вечернее время дом не был заполнен ни слугами, ни домочадцами. Он был пуст. И всё же Иллар с Радниром не ожидали, что настолько пуст.

Эринг помнил, что после семейного ужина отец уходил в свой кабинет, выпить один-другой бокал вина и изучить на досуге какой-нибудь трактат о морских походах и битвах. Часто он брал с собой и старшего сына, чтобы рассказать что-нибудь ему или разрешить посмотреть гравюры в особо ценных манускриптах.

Он и сейчас там был, брат короля, в своём кабинете, с кубком вина и с книгой на коленях. Но смотрел он не в книгу, а кубок так и не поднёс к губам. Он был суров, задумчив и не сразу обратил внимание на вошедших мужчин.

Увидев, медленно встал, отложив кубок и книгу и только спросил:

- Он умер?

- Кто? – спросил резко Раднир.

Но Иллар понял.

- Насколько мы знаем, ваш брат ещё жив, лорд Арвенг.

- Вы не из дворца?

- Нет.

- Кто вы? Кто вас послал?

- Меня никто не посылал, лорд Арвенг. – выступил вперед Раднир. – Я пришёл за сыном.

- Раднир, король Ситарских островов, - прошептал Арвенг, медленно садясь, но, спохватившись, вновь встал и отвесил учтивый поклон. - Ваше величество, поверьте, мне жаль.

На этот раз сделал шаг вперед Иллар.

- С одобрения и согласия моего отца, короля Илонии, я сопровождаю короля Раднира и помогаю ему в его поисках сына. – И, если вы помните, когда-то мы с вами встречались. Лет семь или восемь назад.

- Несомненно, принц Иллар, - короткий поклон и взгляд на Криста.

- Это мой оруженосец, - сказал Иллар. – Мы пришли к вам, лорд Арвенг за помощью. Или хотим предложить вам свою помощь.

- Как я могу вам помочь и зачем мне нужна ваша помощь? – спросил Арвенг, горько скривив губы.

- Это неразрывные вещи, лорд Арвенг… - начал было Иллар.

Но его спокойный голос прервал прерывистый и напряженный Раднира.

- Лорд Арвенг, вы должны стать Регентом своего племянника и положить конец тому, что творится во дворце. Сейчас, когда королева мертва и Делфир по сути никто.

- Мой брат ещё жив.

- Того, кого вы называете своим братом – его уже нет. Давно вы видели его?

- А давно вы видели Виолику?

Раднир растерялся.

- При чём тут дочь короля?

- Верните девушку отцу, и этим вы вернёте своего сына. Ваша проблема решается легко и быстро.

- О чём вы?

Арвенг посмотрел на свой кубок, хотел было отпить, но, видимо вспомнив о гостях, извинился и выйдя куда-то, почти моментально вернулся обратно с ещё тремя кубками. Заглянул внутрь, проверив нет ли пыли, на всякий случай протёр салфеткой.

- Я отпустил слуг, прошу меня простить, - и наполнил чаши из бутылки, которая стояла рядом с ним на столе.

Протянув гостям их кубки, он одним махом осушил свой.

Сев в своё кресло, он указал на соседние кресла.

- Дело в том, господа, что мне это не надо, - сказал он.

Крист повертел в руках чашу с вином, но не стал пить, а встал за креслом отца.

Раднир и Иллар пригубили из своих кубков и оставили их. Не для того они сюда пришли, чтобы пить, а ведь разговор только начался и, судя по всему, предстоял быть весьма неприятным.

- Вы - сын короля, лорд Арвенг. В вас течёт королевская кровь. Это ко многому обязывает.

На этот раз Раднир предоставил говорить Иллару. Как и Интар, Иллар был хладнокровен, а Раднир сейчас, когда каждый день приближал его к спасению сына, был горяч и решителен вести бой.

- Ответственность за королевство в первую очередь…

- Это мне говорит тот, кто по слухам, отдал Курхоту столицу Арилазы за голову брата? – слегка поднял бровь Арвенг.

Иллар нахмурился.

- И кто более десяти лет откладывал свою женитьбу и сейчас ещё не имеет наследника. Лорд Иллар, вы можете объяснить мне то, чем вы руководствовались? Ответственностью? Или любовью к своим родным?

- Ваша жена и дети у Делфира в заложниках? – догадался Раднир.

- Вот вам и ответ на ваш вопрос и ваш призыв, - развел руками Арвенг.

- Но ваш старший сын… - начал было Иллар, но внезапно покачнулся и схватившись за горло упал на колени.

Крист бросился к отцу, но мог только подхватить его у пола. Вскочившему Радниру не повезло больше. Он упал не с кресла, а с высоты своего роста.

Крист схватился за меч и наставил его на хозяина дома.

- Ты отравил их, подлец, - прохрипел он, спазм сжал его горло.

Арвенг встал, и подошёл вплотную к юноше, не обращая внимания на меч. Его глаза были на удивления холодны и в них была железная воля.

- Они живы. – быстрый тихий голос повелевал, а не говорил, – выйди в эту дверь, юноша. Тихо и не смей издать ни звука. Их будет слишком много. Ну! Быстро!

Крист действовал молниеносно. Что-то в глазах мужчины заставило его поверить ему безоговорочно. Он змеёй проскользнул в слегка открытую дверь небольшой комнаты и замер.

Он успел вовремя. Дверь открылась и в кабинет хозяина дома вошло несколько человек.

- Лорд Делфир будет вами очень доволен, лорд Арвенг, - голос говорившего звенел от радости. – вы вызвали нас и сделали невозможное – усыпили заговорщиков.

- Он весьма своевременно снабдил меня подручными средствами… - голос Арвенга был спокоен, но дрогнул, когда он добавил, - двое на двоих, Шиниск. Верните мне жену и, хотя бы, дочь.

- Вы достойны награды, лорд Арвенг, - голос Шиниска был покровительственно презрительным. – Ваши сыновья, конечно, же не предметы торга, но вот ваша прелестная жена и малютка – вполне заслуженная награда. Думаю, в самое ближайшее время они вернутся в ваши объятия.

- Но я могу хотя бы увидеть своих сыновей. Эринга я не видел уже три года.

- Да, да… я доложу лорду Делфиру. А где третий человек? Мой человек доложил о троих.

- Это слуга, его отослали, речи были не для посторонних.

Возня в кабинете закончилась. Пленников, видимо, связали, и унесли.

Медленно и осторожно вернувшись в кабинет, Крист только и мог прошептать:

- Как вы могли…

Арвенг его не слышал. Он торопливо ходил по кабинету.

- За мной следят всё время. И подслушивают. Всё, что говорится в этой комнате докладывается Шиниску, а потом Делфиру. Вы сами слышали, Шиниску доложили о троих. За солдатами уже послали, чтобы взять заговорщиков. Возможно, и меня в том числе. Считается, что я не знаю, что кабинет прослушивается. Сам вызвав солдат и сдав ваших хозяев, я отвёл от себя подозрения и могу действовать. Кто ещё с вами, юноша?

- Со мной? – растерялся Крист. – Пока никого.

- Что? – Арвенг остановился и поражённо посмотрел на юношу. – Король и принц пришли ко мне, имея за спиной лишь вас?

- Ну почти что. Послушайте. Вы уверены, что теперь нас никто не подслушивает? Да? Тогда я сейчас вернусь. Ждите меня.

На улице, в тени соседнего дома, там, где они совсем недавно оставили Сайла и Эринга, его встретил тревожный возглас капитана:

- Кого только что вынесли из дома, Крист? Кто это был? Где Иллар и Раднир?

- Капитан Сайл…

Крист был в отчаянии, но ничего более умного, чем произнести:

- Они теперь у Делфира, - не смог.

Сайл выругался витиевато и длинно. Эринг, наслушавшись в море и не такого, лишь ожидающе смотрел на Криста.

- Пойдёмте, - сказал Крист, дав старому другу отца выплеснуть свои чувства и жалея, что не умеет также.

Они ввалились в кабинет Арвенга, и Крист подтолкнулся Эринга к отцу.

За три года мальчик подрос, возмужал. И отец не сразу признал в десятилетнем подростке своего сына. А узнав, с тяжким стоном прижал его к груди:

- Лорд Арвенг, - торопливо сказал Крист, - Эринг никогда не был заложником. Ваша племянница, выкрала, если можно так сказать, его у вас и спрятала в надежном месте. Вам она дала понять, что он в заложниках. Но Делфир никогда не знал, где он. Таким образом она обезопасила вашу семью. Пусть даже ненадолго. И она спасла меня и моего брата. В настоящее время она под защитой короля Интара. Он не выдаст её. Сейчас, кроме нас двоих, у вас нет помощников. Но мы ожидаем помощь. Она должна прийти. Если вы что-либо знаете о Сабере, брате Раднира, нам это будет полезно.

Всё ещё держа в объятиях сына, который кивком подтвердил все слова Криста, Арвенг преобразился на глазах.

- Вы не правы, юноша, утверждая, что у меня нет помощников. Я имею немало тайных сторонников, готовых поддержать нас. То, что я не покидал этого дома, не говорит, что я бездействовал. Моя жена, леди Рексия, твоя мать, - Арвенг отстранил сына от себя и теперь говорил для него, - была моими глазами и моим словом. Мы же смогли помочь скрыться от гнева Делфира брату ситарского короля. – На этот раз он говорил, обращаясь к Кристу. - «Тайфун» в укромной бухточке у пограничных гор, прямо у поместья Делфира. Ему никогда не пришло бы в голову искать его там. Капитан Сабер вместе со своей командой и моими людьми прячется в деревне ловцов жемчуга. У меня остались там преданные люди. Они готовят отряды для нападения на дворец. – Он помолчал и скорбно добавил. - Но Делфир что-то почувствовал. Или ему показались подозрительным передвижения Рексии по столице. Во время похорон Лоэтны, он разлучил нас. Рексия якобы осталась погостить во дворце. Я вернулся один. И я начну действовать только тогда, когда мои жена и дочь будут тут. Я должен спасти хотя бы их. При первом же нашем наступлении, Делфир убьет их. Хвала Небесам, Эринг, хотя бы ты – со мной.

- Отец, - прошептал мальчик, - Виолика дала нам планы подземелий. Мы попробуем их спасти.

- Ты думаешь, мама с твоими братьями в подземелье? О нет! Делфир не такой идиот. Они с великим почетом живут во дворце. Но им не разрешается покидать его, а мне навещать их.

- Насколько мы поняли, - сказал Сайл, - вашу участь разделили многие из знатных семей. У Делфира сейчас много заложников.

- Вот как? – проговорил Арвенг, - возможно теперь у меня и не так много сторонников, как я думал.

- Это ничего не меняет, мы идём туда, - решительно сказал Крист. – Или вы думаете, что я оставлю отца и Раднира у него в заложниках и обреку их на смерть?

- Отца?

- Да, принц Иллар - мой отец.

- Я не знал, что у принца Иллара есть сын.

- Я бастард, - коротко ответил Крист.

Арвенг опустил голову, долго думал, но потом решительно поднял, глаза его горели решительным огнём:

- Я слишком самонадеян, юноша, простите меня. Конечно, Делфир не отпустит заложников. Тем более сейчас, когда у него в руках такие козыри, убедительно показывающие, что заговор действительно есть. Довольно верить и ожидать милости от негодяя. Пора переходить к решительному шагу. У меня имеется один план. Он поможет отвлечь Делфира и очень сильно. Какой – вы поймёте в своё время. Я буду действовать вместе со своими людьми и Сабером. Он будет связующим звеном между нами и поможет нам соединиться во дворце. Как только я осуществлю задуманное, не медлите. Заметите все следы своего тут пребывания. Делфир умеет развязывать языки без долгих пыток. Для этого у него есть его дьявольские зелья. Все ваши планы, все ваши тайные убежища будут ему известны, как только его новые пленники придут в себя. Найдёте корабль, оставляйте его немедленно. Делфир будет знать и название и даже количество крыс на этом корабле.

- Вы покинете дом?

- Было бы странно сдать заговорщиков и тут же исчезнуть. Нет, я останусь. Я показал свою покорность и лояльность. И как только мой план удастся, я надеюсь оказаться во дворце на законных основаниях.

- У нас есть возможность незаметно оказаться во дворце. Но днём это не получится. Необходимо дождаться сумерек.

- Комнаты Логерна? Виолика рассказала?

- Вы знаете о них?

- Когда-то это были комнаты Ронетара. Да, я знаю о них. Но мы с братом самолично замуровали вход в пещеру. Посчитали, что слишком опасно иметь такой вход и выход из дворца. Видимо, вода сделал новый ход. А Логерн, мальчишка, скрыл это от нас. – Арвенг печально улыбнулся. – Помнится, когда в детстве мы с братом нашли этот лаз, он тоже был частично замурован, но мы постепенно расширили его. Не приходило в голову проверить, как дела обстоят с новым поколением. – Арвенг вздохнул. – Но это вряд ли получится. Делфир узнает от своих пленников о гроте.

- Нам придётся рискнуть.

- Да, другого выхода пока нет. Пока что нет. Попробуйте пробраться в пещерку, и ждите. Я знаю, как открывается потайная дверь на лестницу, ведущую вниз. Если тайна останется тайной, то я появлюсь там. Но будьте осторожны.

Обговорив ещё множество деталей, и прихватив дюжину имеющихся у Арвенга мундиров дворцовых охранников, гости покинули дом. И, как бы не хотелось Арвенгу расставаться с сыном, он отправил его о своими новыми союзниками.

- Нам нужен корабль Лионса, - как проклятый повторял Крист, когда они бродили по пристаням порта и вглядывались в очертания и флаги стоявших у причала или на рейде кораблей. – Как же глупо, что сейчас, может, Делфир знает название корабля, а мы – нет!

В ночи искать корабль было гиблым делом, да и Раднир не сказал, что корабль прибыл, а лишь – на походе. Поэтому после дома Арвенга они вернулись в «Курносую морячку» всполошив хозяев и обитателей, в том числе и Мойрина с Барлесом известием, что им необходимо срочно найти новое жилище.

Едва рассвело, они уже были в порту, начав поиски корабля, опираясь на интуицию и на помощь Эринга. Мальчик за время плавания на галере Дергила многое узнал о кораблях и теперь комментировал, характеризуя тот, или иной корабль.

- Это арадилийский корабль, их флаг. Он слишком массивен, построен на верфях Мадира, из илонийского леса. У него толстые борта, потому что они возят в основном тяжелый груз – медную и серебряную руду. А вон мадаринский корабль. Наверняка везет мешки с зерном.

- Почему именно зерно? Как ты так определяешь?

- Осень – урожай собран, привезен в порт, раскупается и теперь развозится. Пока ещё шторма не слишком сильные. Кожу и ткани будут везти весной и летом. Когда за зиму их обработают и соткут полотна.

- Киссенский корабль, - указал Эринг на следующий, - какой-то богатый лорд. В его окружении несколько военных галер.

При виде одного корабля он осторожно потянул Криста назад, за спину Сайла.

- Это Дергил, его «Жнец».

Крист впервые взглянул со стороны на корабль, который стал ему тюрьмой на полгода. В Илонии, он знал, жнецами называют крестьян, которые занимаются жатвой урожая зерна. А здесь, значит, «Жнец» собирает другой урожай.

«Жнец» был по-своему красив, с суровыми обтекаемыми линиями, высокими бортами и рядом одинаковых длинных весел, торчащих из отверстий в корме. Крист потер свои огрубевшие руки и мозоли, которые, казалось, въелись в кожу на всю оставшуюся жизнь.

На борту никого не было видно, но Эринг поспешно повёл их подальше от корабля, который и для него надолго стал своеобразной тюрьмой и, между тем, хорошей школой жизни. Но подростку уже было с чем сравнивать и проведенный день в школе оруженосцев Нарты нравился ему несомненно больше.

- Смотри, - дернул за руку Криста мальчик, показывая на корабль. – Это торговый морийский корабль. Видишь его посадку? Его трюмы полны, но он не разгружается. Это он, я уверен.

Они прошли по причалу, и найдя лодку с одиноко сидящим в ней моряком, окликнули его:

- Эй, друг, не отвезешь на «Морскую волну»? – крикнул Сайл, подбрасывая в руке монету.

Моряк лениво глянул на них.

- Вас троих, за одну монету? – усмехнулся он, - найдите других глупцов.

- Нет, меня одного, - сказал Крист. – И я помогу грести.

- Отчего тогда и не подзаработать? – Моряк встал и потянулся.

Сайл нахмурился, но согласился.

Лодка отчалила от причала и в четыре руки они быстро добралась до «Морской волны».

- Кто такие? – раздался с палубы голос.

- Гостя привёз, - ответил моряк, поднимаясь и внезапно ударяя Криста веслом по голове.

Очнулся Крист от гневного женского голоса:

- Савив, чурбан ты этакий, моллюск прогнивший, ты чуть не разнёс ему голову.

Недавний голос моряка испуганно оправдывался:

- Ваше величество, я думал, это шпион.

- Что случилось, мама? – раздался другой голос и Крист облегчённо вздохнул.

- Ты посмотри, что этот недоеденный акулой червяк сделал.

- Крист? – Лионс нагнулся над братом. – Что с ним?

- Савив думал, что везёт нам шпиона Делфира.

- Там еще было двое, - пробормотал Савив, – воин и мальчишка.

- Иллар? – спросила Овета.

- Нет, - прохрипел Крист. – Это был Сайл.

- Лионс, возьми лодку и привези его сам. У нас нет на борту никого, кто знал бы Сайла в лицо.

Криста перенесли в каюту и пока Овета хлопотала над ним, прикладывая к голове свои примочки, Лионс привёз как Сайла с Эрингом, так и неутешительные вести.

Когда Крист окончательно пришёл в себя, в курсе последний событий уже оказалась и Овета. Она тяжело опустилась на койку, рядом с Кристом и спрятала лицо в руках.

- Мама, - испуганно наклонился над ней Лионс, - ты же слышала, у нас есть союзник. Мы вытащим их оттуда.

- Ты что, думаешь, я плачу? - Овета опустила руки, и посмотрела на сына, - я думаю.

И ни Крист, ни Лионс не посмели сказать, что видят на её лице мокрые дорожки, а уголки рта слегка дрожат. Но королева не должна показывать слёз. И они промолчали.

Овета встала.

- Значит, Мойрин тут. Это хорошо. Лионс, ты с Кристом действуйте совместно с Арвенгом. А я хочу поговорить с Мойрином и этим горцем. Мы будем готовы спасать наших родных, если Делфир попробует отравить его своими дьявольскими снадобьями. – Она усмехнулась, - не в первый раз мы действуем совместно. И, судя, по твоим словам, Крист, нам надо поторопиться.

И её потемневшее лицо говорило том, что она прекрасно помнила, какие ужасы и какие смерти встретились на их пути в прошлый раз.

Глава 12

Глава 12. Заключение

Иллар очнулся позже Раднира. Тот, так же связанный веревками вдоль и поперек, уже умудрился сесть в своём коконе и теперь пинал ногами Иллара.

- Думаешь, именно от твоих ног я очнулся быстрей? - пробормотал Иллар.

- Нет. Но это хотя бы заняло меня немного.

- Я что-нибудь пропустил?

- Не думаю. Хотя, как мне кажется, Крист не пил.

- Не пил. Он выполнял роль моего оруженосца. А им не положено.

- И что уготовил Арвенг или Делфир ему?

- Он же оруженосец, надеюсь, просто выкинут за дверь, а там Сайл с Эрингом его подберут.

- Ты бы забыл временно об этих двоих. Если нас будут спрашивать, лучше бы нам меньше о них вспоминать. И, кстати, оруженосец тоже много чего знает. Так что приходи-ка в себя. И думай, как нам отсюда выбраться.

- Крист не пил, - упрямо повторил Иллар, пытаясь уверенностью отогнать чёрные мысли, - он сумеет вырваться.

Он исхитрился тоже сесть в своих путах и теперь они сидели рядом.

- У тебя нет случайно кувшина с водой? – попробовал пошутить Иллар.

Но у Раднира закончились на сегодня все свои усмешки и шутки. Он сидел, откинув голову и, замерев, думал о чём-то своём.

Иллар принялся разглядывать комнату, в которой они оказались. Обычный деревянный пол, широкие окна, в углу стол и скамья, и почему-то богатое кресло. Явно не тюремная камера. Скорее караульная. Почему-то ещё одно окно, у стола, почти вровень с полом.

- Мне жаль, что так получилось, Раднир, - сказал наконец Иллар, - отец, как правило, редко ошибается. Но мы не успели даже показать Арвенгу его сына.

Раднир посмотрел на Иллара и всё же усмехнулся:

- Твой отец не ошибается, брат. Битва ещё не проиграна. Ты не берёшь в расчет наших детей. Наше время прошло, сейчас их время. И даже если Крист, как и мы, пойман, то Лионс-то на свободе! А у него две матери – Тайлис и Овета. Знаешь ли, с такой наследственностью, мне даже жаль этого ублюдка.

Иллар невольно рассмеялся.

- Где мы находимся, как ты думаешь, Иллар? – задумчиво спросил Раднир.

Он тоже явно отметил тот факт, что комната не похожа на темницу.

- Караульная, - сказал Иллар. – Но не общая. Какая-то особая, при ком-то особом.

- Для Делфира слишком маленькая.

- Но не для его игр с пленниками.

- Что ты имеешь ввиду?

Иллар не успел ответить. Дверь отворилась и в комнату зашли два человека. Подойдя сначала к одному пленнику, они, задрав ему голову, вылили ему в рот какое-то питье, тут же со сноровкой, говорящей о немалом опыте сделали то же самое со вторым.

Раднир и Иллар сопротивлялись как могли, извиваясь в своих путах, пытаясь лягнуть то одного солдата, то второго. Откашливались и отхаркивали незнакомое снадобье.

Но к их удивлению, их и так развязали и даже принесли стулья и посадили на них пленников. Именно посадили, ибо к тому времени странное снадобье подействовало. У Иллара и Раднира окоченели конечности, и они не могли пошевелить даже пальцем, как ни старались.

Так и сидели они, свободные, но застывшие, под присмотром своих тюремщиков.

Наконец, пришёл тот, кого они ожидали.

Делфир был высоким стройным мужчиной, намного моложе и Раднира, и Иллара. Его внешность даже нравилась бы юным красавицам, несмотря на слегка вытянутое лицо, если бы не черное одеяние и надменный презрительный и даже брезгливый взгляд.

Брат королевы сел в подставленное кресло и оглядел своих пленников.

- Не люблю, когда меня перебивают, - пояснил он в ответ на сверкающие гневом глаза Раднира, - сейчас вы помолчите и послушаете меня, а потом буду слушать вас я.

- Мне нужна девчонка, – продолжил он. – и тот парень, который был с ней. Впрочем, я уверен, что сестру убила именно она. Парень так – небольшой довесок. Если я правильно понял, это был тот самый придворный кордийского короля, которого мы с ней отправили к Дергилу. Капитан рассказал, как он сбежал. Не без помощи брата ситарского короля. И он как-то связан с Кордией, с Ситаром и с Илонией. По словам Дергила обещал большой выкуп от любой из этих стран. Наверняка он с ней, но у меня пока нет никого равнозначного ему на обмен. Ну да это ладно. Когда-нибудь и он попадётся в мои руки. Но вот она должна умереть. В назидание. В устрашение. Умереть страшно, и чтобы это запомнили надолго. Её смерть будет ужасать ещё многие поколения. У меня много времени подумать, как это организовать.

Раднир с Илларом, даже если и хотели бы, не могли произнести ни единого слова. Тело не слушалось, не слушался и язык.

- Итак, - Делфир встал и прошёлся перед пленниками. – Совсем недавно я предлагал простой обмен. Наследника Ситарских островов на падчерицу моей покойной сестры. Судя по тому, что вы пришли к Арвенгу, а не ко мне, вы пришли не с обменом, а с торговлей. Что ж, будем считать, что условия ультиматума вы отвергли в самой грубой и неподобающей форме. Поторгуемся. По истечении срока моего ультиматума, я отправлю королеве Овете голову её мужа. Она должна повлиять на своего приёмного сына, короля Лионса, и на отца, короля Интара. Где бы ни была беглянка, а скоро я буду знать, где она, у них будет повод задуматься.

Рассмеявшись жутким предвкушающим смехом, Делфир продолжил:

- Если король Интар не согласится, я отправлю ему голову его сына. Но, думаю, до этого не дойдет, Интар не такой глупец, как ситарский и кордийский короли. И как только девчонка окажется у меня, я отпущу этого мальчишку, который благодаря мне к этому времени уже будет королём. Если мои условия не будут выполнены, то всё, что я намеривался проделась с ней, я сделаю с Годардом, королём Ситара. Возможно, Небеса будут ко мне милостивы, и я заполучу ещё и этого щенка Лионса, и тогда он составит вам компанию.

Делфир помолчав, продолжил.

- Кстати, вы же не можете подумать, что я на этом остановлюсь? У меня большие планы насчет торогского трона. Затем илонийского. Думаю, небольшая война, которую я запланировал между ними двоими закончится полной моей победой. Вы знаете, мой капитан Раднир, я ведь изучал деяния вашего отца. И вполне уяснил себе возможности флота и действия моряков на суше. Но ваш отец был алчен и безрассуден. Я же богат и умён. И сумею договориться с Гастени, мне будет чем поделиться с ним. Мадарис и Кордию я сожгу дотла вместе с их верфями. Ситарские острова вымрут сами собой, когда окажутся в полной изоляции от торговли и в окружении моего флота. В моей империи мне, конечно, понадобятся еще порты. Но они уже будут оргунские. Ну или назовём их Торогскими или Илонийскими, а может и Киссенскими. Я ещё не придумал чей трон больше подойдет для меня. Возможно, принц Иллар, вы доживёте до этого момента, увидите сами. Вам, капитан Раднир, не повезёт, просто удовлетворитесь тем, что видите будущего императора.

Он повертел в руках два пузырька.

- Весьма опасное средство. Как правило, смертельное. А противоядие слишком непредсказуемое. А вы мне пока нужны живыми. Так что постарайтесь не умереть. Впрочем, если что, ваши головы для дальнейшего использования я могу обложить льдом или солью.

Он подошёл к Радниру и подняв его голову вылил ему в рот содержимое первой склянки. Оглянулся на Иллара.

- Ваша очередь, принц, чуть позже. Я не могу слушать вас одновременно.

- Что ты… проклятье… убью… выпотрошу… - Раднир, обретший голос, перемешивал угрозы стоявшему перед ним человеку, с витиеватыми ругательствами. Поток его слов не прекращался.

Делфир нахмурился. Пытался что-либо спросить, но Раднир не слышал. Он говорил и говорил, ругался и угрожал. Несколько раз его, по приказу Делфира били по лицу, но это не мешало тому продолжать в том же духе. Разозлённый Делфир отдал приказ и мужчину повалили на пол, сапоги охранников изрядно погуляли по его бокам и спине. Раднир хрипел, харкал кровью, но не прерывал ругательств.

Но вскоре язык его начал заплетаться, мысли путаться, и вопросы, даже если он их и слышал, никак доходили до его сознания. Когда он замолчал, его так и оставили валяться на полу.

- Я попробую с ним чуть позже, если к тому времени он очнется. Я предупреждал, что моё снадобье очень сильно и опасно. – Делфир задумался. – Противоядие давать нет смысла. Не уверен, что подействует правильно. Принц Иллар, если вы хотите прожить лишний день, не повторяйте ошибок вашего друга.

И Делфир влил в рот Иллару содержимое второй склянки. В голове прояснилось, язык обрел чувствительность, Иллару захотелось что-то сказать. Он открыл рот, чтобы выругаться, как Раднир, но Делфир его опередил:

- Как вас зовут?

- Иллар.

- Как зовут вашего отца?

- Интар.

- Жену?

- Элис.

- Дочь?

- Иланна.

- Кто прибыл вместе с вами в Орхим?

- Раднир, Сайл и Крист.

- Сайл – это кто?

- Телохранитель.

- Крист?

- Оруженосец.

- Где их найти?

- Не знаю.

- Где вы живете?

- В «Курносой морячке».

Вопросы сыпались, и Иллар не мог не отвечать. В голове звучали только вопросы Делфира и не было сил, воли и времени на придумывание ложных или уклончивых ответов. Приходилось говорить только то, было в голове, в памяти - всю правду. Делфир, видимо, поднаторел в составлении вопросов. Он спрашивал так, чтобы можно было отвечать короткими и лаконичными ответами, отвечающими сути вопроса. Ни мгновения на обдумывание и хитрость.

Через некоторое время Делфир был в курсе, где точно находится Виолика. Что она рассказала Иллару. Что они знают и на кого рассчитывают в Орхиме. С большим удовлетворение узнал, что юноша, который был с Виоликой, находится тут же, в Орхиме, что Раднир ожидает мортийский корабль с Лионсом. К счастью, Иллар не знал названия корабля. Убедился Делфир, что с Арвенгом у них не было предварительной договорённости, что они действительно пришли к нему в первый раз. Узнал, что у Интара есть шпионы в его дворце. К счастью, Иллар не знал имён. К нему подходили на улице, в трактире, но он не видел даже лиц. Хотя и пришлось сказать, что теперь они осведомлены и о гарнизоне, и о постах и где во дворце находятся в заложниках жены и дети знатных оргунцев.

Не спрашивал Делфир и как покинула Виолика дворец. Для него этот вопрос был ясен – она ушла с Лионсом. На один из его вопросов Иллар косвенно дал на это положительный ответ. Но Делфир ничего не знал о потайном гроте и никаких уточняющих вопросов не задал. Не знал он, видимо, и о Сабере и не смог спросить так, чтобы Иллар рассказал ему и о нём. Каким-то образом Иллар сумел умолчать о том, что Крист – его сын.

О способе проникновения во дворец Делфир не забыл спросить, но так как планы у Раднира с Илларом зависели в первую очередь от Арвенга и только во вторую очередь от наличия мундиров и потайного грота, Иллар смог сослаться только на брата короля. Развить эту тему и задать более глубокие вопросы Делфир уже не успевал. Вскоре у Иллара начал заплетаться язык и путаться мысли. Но давать следующую порцию отравы Делфир поостерегся. Он и так был удовлетворен. Враг был обозначен, план действия намечался прямо на глазах. Куда послать стражников, кого захватить, арестовать, и, главное, ему предстояло правильно организовать оборону дворца.

Он был доволен, пока в комнату не зашёл какой-то солдат и не шепнул ему что-то на ухо.

- Проклятье, - проговорил Делфир. – Как же не вовремя этот старый пень решил умереть. Ну что ж, извлечём и из этого выгоду. Но вот моих ценных подопечных придётся перепрятать. Я подумаю над этим.

Он наклонился над Илларом и капнул ему на губы каплю какого-то снадобья. Оглянулся на валявшегося у стены Раднира и приказал:

- Они мне ещё нужны. Живые. Пусть освежатся. Следите, чтоб не утонули.

Он зло рассмеялся. Подумав, добавил:

- Сюда никто не должен попасть. Закрыть двери. За едой ходить по одному. И ни с кем не разговаривать. Если кто заговорит с вами, не прерывать, пусть говорит. Запомнить, затем доложить Шиниску. Если кто заявится каким-либо способом – впустить, разоружить, запереть. Разберусь потом. Смены не будет, пока я не освобожусь и не решу, как поступить с пленниками дальше. Выполните в точности, награда будет щедрой

И он вышел.

Из забытья Иллара опять вывел Раднир. Он тряс и тряс его за плечи:

- Ты, непобедимое трепло, очнёшься ты или нет?

Иллар мотал головой, и никак не мог понять, где он, как его назвали, почему его трясёт и почему он лежит в луже.

- Иллар, кракен тебя побери, ты встанешь или нет?

Ко всему прочему, его теперь били по щекам.

Откуда-то сверху раздался голос:

- Старайся лучше, пират. Лорду вы нужны живыми.

- Раднир, - простонал Иллар, - давай сделаем ему назло…

- И помрём?...

Очередная оплеуха опустилась на лицо Иллара:

- У меня сын тут, я не собираюсь помирать!

- У меня тоже…

- Если ты сейчас же не встанешь, я ему расскажу, какая его отец - тряпка. Мало того, что выболтал все наши тайны, так ещё и помереть собрался.

Иллар тяжело поднялся и сел, прислонившись к стене.

- Что происходит?

- Море. А мы находимся ниже его уровня. Они открыли заслонку и скоро тут будет вода.

- Мы утонем?

- Если ты не умеешь плавать, то да.

- Пришлось научиться, в Хартоне. И мы уплывём отсюда?

- Ты идиот, Иллар. Этот ублюдок просто решил позабавиться с нами и всё.

- Это разве смешно?

Раднир устало опустился радом с ним.

- Учти, Иллар, - сказал он. - Если ты не возьмёшь себя в руки, я брошу тебя. – Он повернулся и посмотрел на друга. – Конечно, после этого Овета меня убьет. Но у меня будет шанс, я скажу, что это был твой выбор. Вдруг она поверит. Но если ты сам не захочешь, я не смогу бороться за двоих.

- Раднир, погоди. Мне надо просто свыкнуться, что я предал нас всех.

- Поскорей бы вода прибыла. Я тебя хорошенько охолону в ней. Предал нас Арвенг, а тебя опоили отравой, сильно действующим зельем, после которого мы вообще-то и выжить не могли.

- Но ты-то ничего не сказал.

- Ну наконец-то, у тебя появился повод мне позавидовать.

Опираясь на его плечо, Иллар тяжело встал:

- Где мы?

Он огляделся. Они были в большой, просторной комнате, высотой в два человеческих роста. Теперь она определённо походила на камеру. Под потолком несколько окон, забранных решёткой, дающие рассеянный свет. И еще одно окошко, но темное. Почему-то дверь высоко над головой. Через люк в стене лилась вода.

Иллар подошёл поближе:

- Решётка, - сказал он.

- Надо же, какое открытие, - хмыкнул Раднир.

- И что мы должны делать?

- Просто продержаться в воде. Вон там отметка, чуть ниже двери. Это уровень моря, выше вода не поднимется.

- Есть за что держаться?

- Было бы, Делфир так не веселился бы. Придется на плаву.

- Сколько?

- Сколько захотят наши тюремщики.

- Я слышал, Делфир велел следить за нами, чтобы мы не утонули.

Раднир кивнул на темное окно.

- Оттуда.

То непонятное окошко, которое было в караульной - было окном, через которое тюремщики наблюдали за пленниками.

- Что говорят твои планы? Что это за место? Где мы находимся?

- Это правое южное крыло дворца. – Иллар понял это ещё до того, как пришёл Делфир, просто не успел высказать свою догадку. – Оно узкое и эта пещера специально выдолблена в скале. Раньше тут казнили преступников. Тех, которых следовало убрать с глаз тайно. Их приковывали к стене, и открывали заслонку, вода заполняла комнату, и они захлёбывались.

- Виолика поведала?

- Нет, хотя они с братом забредали и сюда. Но при ней и её брате никого таким образом не казнили, думаю, она просто удивилась такому странному расположению окон и дверей. Мне рассказал отец. При Делфире эта камера стала востребованной. Так что о ней знают, несмотря на то, что она считается тайной. Мы не думали, что тут будут держать Годарда, не уделили ей внимание, поэтому я не сразу понял, что мы именно в ней.

- И только не говори мне, что именно в этом крыле обитает Делфир.

- Ты проницаем, как никогда, Раднир.

Они медленно обошли камеру, вода уже заливала щиколотки. Но никаких следов цепей или крюков, на которые можно было бы опереться не было.

- Когда нас сюда тащили, я заметил несколько столбов в коридоре.

- Наверное, обреченных привязывали к ним. И уже так спускали сюда.

- А мы, значит, только поплаваем… Так что – готовься. Можешь размяться. Вода холодная.

- Лучше отдохну.

Вода прибывала медленно, но упорно. Они смогли и посидеть, и постоять, прислонившись к стене, сохраняя силы. Но настало время, когда им пришлось плыть. Стены были гладкими, за них было не ухватиться. Раднир, заблаговременно сняв сапоги, иногда лежал на спине, и даже, казалось отдыхал, но Иллар держался на воде не настолько хорошо. И когда выдыхался, Раднир поддерживал его, чтобы тот перевёл дух.

Не сразу, но они заметили, что вода начала убывать. Оставалось продержаться совсем немного. Но Иллар был не уверен, что сможет это.

Но их тюремщики помнили о приказе хозяина и видели, как один из пленников уже почти не держится в воде.

Над ними открылась дверь, и вниз стали опускать столб. Раднир не медлил ни мгновенья. В руке его блеснула тонкая игла и вонзилась в шею первого стражника.

Тот, закатив глаза, медленно повалился вниз, в воду. Второй стражник не увидел причины падения, а решил, что напарник просто споткнулся и упал. Он вытащил меч:

- Ей, а ну живо помогли мне вытащить этого дурня, а то отведаете кнута.

Что-что, но выскочившего из воды пленника, который одним махом взлетел по уже опустившемуся столбу, он не ожидал увидеть. Раднир не церемонился, одним мощным ударом по голове оглушил тюремщика и скинул его в воду.

- Иллар, - окликнул он друга, - давай руку.

Тяжело, с трудом, Иллар выбрался из темницы и без сил повалился на пол. Раднир вытащил столб и прикрыл дверь.

- Проклятье, о чём я думал, надо было обыскать их и забрать ключи и оружие.

- Подождем, вода уйдет и обыщем, - сумел пошутить Иллар.

Раднир покачал головой. Опять открыл дверь и нырнул вниз.

- Сумасшедший, - прошептал Иллар.

Превозмогая себя, он опять опустил столб в камеру. Вскоре показался Раднир и вложил в протянутую руку Иллара небольшую связку ключей и старый кинжал. Это была добыча от одного стражника. Следующая добыча была ненамного богаче.

- Всё, вылезай, - потребовал Иллар.

Но Раднир и не собирался нырять дальше. Они опять вместе вытащили столб. Ключ был в двери, они закрыли дверь и забрали ключ с собой.

- Пора выбираться. Куда нам идти?

- Налево, - в затуманенной голове Иллар всплыл план, – вторая дверь, сразу за лестницу, там чулан.

Лишь закрыв дверь чулана, они перевели дыхание. Иллар ничком повалился на пол.

- Не сильно-то разнеживайся, дружище, - сказал Раднир, – за нами такой мокрый след, что и ребёнок поймет, что тут побег и где мы. А мы не знаем, сколько их.

- Раньше надо было думать, когда нырял. Их было двое, иначе кто-нибудь обязательно бы примчался.

- Ну, у тебя был меч, ты бы управился.

Иллар лишь усмехнулся и с усилием встал.

- Тогда зачем мы прячемся в чулане. Пошли. Это подсобное помещение, тут хранится старое оружие, ящики, корзины, тряпье. Виолика так сказала, - пояснил он. – По крайней мере так было в её детстве.

Они осторожно приоткрыли дверь чулана, чтобы впустить в помещение свет. За шесть-семь лет тут ничего не изменилось. Куча хлама.

- Куда ведёт лестница? – спросил Раднир, раскидывая тряпье. Тут нашлись и штаны, и старые рваные рубашки. Видимо, обмундирование тюремщикам выдавалось справное. А старое, еще вполне носимое, не поднималась рука выбрасывать.

- В ту комнату, в которой мы уже были.

- Это единственный выход отсюда?

- Пока да.

Кое как переодевшись в сухое, они выглянули из-под лестницы. Было тихо. Раднир неслышно поднялся по лестнице и заглянул в комнату.

- Никого, - прошептал он.

Первым делом, Иллар напился воды. Жажда мучала его с момента пробуждения, а солёная вода лишь усугубляла положение. Раднир был более сдержан, зато с удовольствие доел начатого цыпленка. И пусть тощий цыплёнок был далеко неаппетитен, Раднир не привередничал. Не побрезговал он и остатками какой-то каши.

Иллара еще мутило от зелья, но он заставил себя съесть хоть корочку хлеба.

Следующим шагом они проверили, куда ведут двери. Темный коридор упирался в небольшую, окованную железом, дверь. Из коридора ещё одна лестница вела вниз.

- За дверью, я так понимаю, уже обиталище Делфира, - сказал Иллар. – Думаю, нам пока рано его навещать.

- А этот путь? – Раднир указал вторую лестницу.

- Это и есть выход.

- Надеюсь во двор, а не на дворцовую лужайку?

- Во двор, - кивнул Иллар, - я показывал тебе его на плане. Там казармы, конюшни, склады и колодец и… вход в темницу.

- Значит, можно поблагодарить Делфира, он доставил нас, куда следует. Ты готов?

- Нет, Раднир. Не спеши, вроде как всё тихо, а мне надо прийти в себя. Да и в каком качестве мы спустимся туда? На нас сразу обратят внимание.

- Тогда отдыхай. Я видел возле нашей купальни еще несколько дверей. Пойду проверю, - и Раднир показал на связку ключей.

- Нам же сказали, что Годард в другом месте. Да и не этим дурням-стражникам охранять ценного заложника.

- А короля и принца, значит, можно?

- Мы нужны были Делфиру, как источник сведений. Быстрый и доступный. Поэтому он нас и поместил поближе к себе. И заметь, он нас чуть не утопил.

- Мне показалось, или ты боишься остаться один?

Иллар коротко взглянул на друга. Ни тени насмешки.

- Да, - нехотя признал он. – Я не смогу совладать со своими ногами, что ж говорить, если кто-либо заявится сюда. Но ты прав, всё же сходи.

Они вернулись в комнату. Уже спокойно осмотрели и к своей радости нашли пару курток. Спускаясь к темнице, стражники скинули их и теперь они были как нельзя кстати. Иллар закутался в ту, что поменьше и лег на скамью.

Раднир метнулся вниз.

Его не было достаточно долго и Иллар успел вздремнуть. Проснулся от легкого прикосновения Раднира.

- Что там? – приподнялся Иллар, увидев на лице друга выражение лютой ненависти.

- Люди, - проговорил Раднир с хрипотцой в голосе. – Безумцы. Кое кто был из команды Годарда. И один матрос Сабера.

- Делфир опробовал на них свои зелья? – догадался Иллар.

Раднир отвернулся.

- Я запер их обратно. Там им спокойней. А уж потом Овета и твой Мойрин ими займутся. Иллар, нам надо найти Годарда.

- Раднир, погоди. Я тут думал, но у меня путаются мысли. Давай я буду говорить, рассуждать вслух. Попробуй уловить что-нибудь связное, - попросил он Раднира и помолчав, добавил, - и почему на меня зелье подействовало сильней? Ты ненамного крупней меня.

- Когда они орудовали своими сапогами, меня, как ты помнишь, пару раз вывернуло наизнанку. Какая-то часть яда вышла.

- Мог бы намекнуть мне.

- Делфир не идиот, он сразу взял тебя в оборот, ты не смог ничего сделать. Так что хватит каяться и клясть себя. Что там у тебя?

- Слушай. Умер король. Похороны королевы были грандиозны. Тело умастили и забальзамировали. Потом оно пролежало три дня, чтобы все могли попрощаться с ней. На пятый день возвели погребальный костер и… Думаю, похороны короля не должны быть менее грандиозны. Плохо то, что помощники Делфира слишком хорошо помнят весь церемониал, им не надо будет вспоминать, рыться в хрониках. Всё это было только что. Значит, Делфир сможет заняться другими делами. Что для него сейчас самое главное?

- Власть.

- Да. Регентство. Для этого мальчик, его племянник, должен быть под рукой. Либо под надёжной охраной. А во время смены власти нет ничего надежного. Значит он где-то хорошенько заперт. Под относительно надёжной охраной.

- Кроме Арвенга, кто может ещё противостоять Делфиру?

- Никто не пойдет ещё и против Арвенга. Он – второй по списку наследников. Очевидно, что он должен стать Регентом.

- Хорошо. Кто ему друг, а кто ему враг мы уже поняли. Что нам это даёт?

- Тяжёлый вопрос. У Делфира уже имеются заложники. Но их количество можно вполне безопасно увеличить. Вся знать так удачно будет обязательно приглашена во дворец на похороны короля. Хотя вот сама смерть внушает мне подозрения.

- Судя по словам Лионса – это могло случиться со дня на день.

- С зельями-то Делфира? И ему смерть короля сейчас ой как не выгодна. Он не разыграл ещё свою карту. Вот когда он женил бы племянника, когда вместе с невестой сюда прибыли бы торогские представители – у него было бы союзников намного больше.

- Думаешь, смерть короля не случайна?

- Я слышал напоследок, как Делфир сказал, что ему это не с руки. А вот заговорщикам – самое то.

- Но Лионс и Крист не могли успеть. Люди твоего отца?

- Возможно. Но не настолько же они приближены к королю.

- Если Сабер на свободе и проник в замок, он мог бы послать дротик, хоть из-за двери.

- Вы и Годарда с Лионсом научили носить с собой отравленные дротики и стрелять из них?

Раднир коротко взглянул на Иллара.

- Нет. Но как только мы выпутаемся из этой передряги – начну учить.

Иллар промолчал. Когда-то такой иглой Раднир чуть было не убил его отца. Долгая, грустная история, о которой и хочется не вспоминать, да ни за что не забудется. Потому что поворот судьбы был совсем уж непредвиден.

- Дальше. От меня Делфир узнал о готовящемся нападении. Значит, войска подняты по тревоге. И охраняют дворец.

- Это всё, что ты можешь сказать?

- Нет, какую-то часть он должен выделить прочёсывать порт в поисках корабля.

- И какую-то – охранять заложников.

- Плюс хлопоты по погребению, почетный караул у тела. Согласен, силы распылены. Значит, мы можем действовать относительно свободно. Как и планировали. Мы должны дождаться похорон короля.

- Что? Здесь, рядом с апартаментами Делфира, убитыми тюремщиками?

- Да, звучит глупо. Но пока мы во дворце без помощи, и без связи. Вряд ли люди моего отца имеют сюда доступ. Значит, мы должны слиться с придворными. Нам надо переодеться в другие одежды.

- Ты видишь тут гардеробные, Иллар? А, может нам заняться чем-то другим? Например, освободить моего сына? Когда ты уже перейдешь в своих рассуждениях к этому моменту?

- Мы выйдем во двор…

- Дальше, – потребовал Раднир.

Иллар закрыл глаза и мысленно рисовал план.

- Вход недалеко, чуть правее. И… нам придётся прорываться с боем. Или… ты, как стражник, потащишь меня в другую темницу…

- И ты отдохнёшь в другой камере. А я, так и быть, напьюсь с тюремщиками.

- Раднир, одни мы ничего не сможем.

- А Виолика не рассказывала о потайных ходах?

- Потайных ходов нет. Королевский дом хранили Сыны Неба.

- Давай тогда поподробней про последний план.

Глава 13

Глава 13. Во дворце

Гулкий звон башенного набата звонил лишь в нескольких случаях. В преддверии бури и если умирал король.

Море лишь слегка штормило. Бурей это нельзя было назвать. Оставалась другая причина.

- Это Арвенг, - уверенно сказал Крист.

К утру они уже все высадились на берег. Пока рассветало, моряки и воины Лионса небольшими группками, изображая подвыпившие компании, расположились в ближайших к дворцу тавернах. Овету с Мойрином приютила хозяйка «Курносой морячки». Вовремя предупрежденные, они покинули таверну и теперь прятались в домике у одной родственницы няни.

Они успели вовремя. Уже к полудню порт заполонили стражники, и достаточно быстро нашли опустевший мортийский торговый корабль. Через некоторое время прибывшая оргунская команда отвела его в сторону и поставила напротив дворца. Для чего это было сделано и что хотел сказать этим Делфир – было непонятно.

- Надо было отвести корабль от порта, - удивился Крист, когда один из моряков доложил об этом Лионсу. – Как мы будет уходить, когда вызволим Годарда и обоих отцов?

- Люди отца, да не отобьют корабль обратно? - Лионс насмешливо посмотрел на него. - Плохо ты их знаешь. Пусть стоит. Пока. А вот как ты думаешь, Делфир потеряет бдительность, готовясь к похоронам короля?

- Нет. Но самому заниматься пленниками, по крайней мере, ему будет некогда. К тому же организация и церемониал похорон – не самое главное сейчас для Делфира, хотя, конечно, и не без этого. Ему надо утвердиться в своей власти. Хотя королём и стал его племянник, смена власти – весьма щекотливое дело. Вспомни хотя бы свои мытарства, когда принял корону ты. Вот это главное.

- Значит, это всё же Арвенг? Он это сделал?

- Не сам лично, возможно. Но я уверен, что это именно тот сигнал, про который он говорил.

- Тогда выступаем.

Они не знали, что смог узнать от Иллара и Раднира Делфир, и им пришлось закупать новые лодки, обходя стороной то место причала, где находились старые. Двенадцать человек на трех лодках они сочли достаточным для первого раза. Делфир мог усилить посты на побережье. Не стоило рисковать и посылать большой отряд. Свет звезд помогал не только нападавшим, но и стражам.

Крист плыл к потайному месту уже не первый раз, поэтому первую лодку уверенно привел к гроту. Опасаясь ловушки, заходили в грот со всеми предосторожностями, послав на разведку самого зоркого, чуткого и проворного моряка.

Убедившись в безопасности, первая лодка зашла в грот и уже оттуда подали небольшой световой сигнал следующей лодке, идущей на приличном расстоянии от них, затем следующей. Грот с трудом помещал и одну лодку, а тут пришлось затаскивать лодки в пещерку, заполонив её полностью.

Поэтому, когда появился Арвенг, он был несколько ошарашен. Впрочем, его вид и до этого был не особо радостным. И не смерть брата была тому виной.

Но прежде чем дать объяснения, он отыскал глазами и подозвал к себе сына. Только держа его рядом, он хмуро пояснил:

- Делфир отправил наших жен и детей на корабль. При малейшем подозрении он прикажет поджечь корабль. Или потопить. Его люди готовы действовать по его приказу.

- Что за корабль?

- Ваш, - горько усмехнулся он и, правильно определив, что спрашивающий и есть король Кордии, добавил, - ваше величество. Тот, на котором вы пришли. Мортийский. Сказал, что как раз ему подвернулся подходящий корабль. Трюмы пусты и вполне обжитые.

Лионс выдал пару крепких морских ругательств, совсем не подобающих его величеству, но вполне определяющие его отношение к этому.

- Впрочем, то, что он наш, - немного подумав, сказал он, - даже к лучшему. Мы знаем его досконально. Легче штурмовать. Мы собирались его вернуть силой, что ж, придётся сделать поправку на то, что он не пустой. Кстати, Делфир не может не предположить, что мы захотим отбить корабль.

- Делфир не знает, что мы с вами заодно. И от вашего отца и лорда Иллара он не мог получить эти сведения, потому что и для них я всего лишь предатель. Наши семьи взяты, чтобы обезопасить себя со стороны оргунской знати. А вам, по его мнению, сейчас не до того, чтобы заботиться о корабле. Нет, Делфир ждет штурма дворца. И со стороны моря, и со стороны суши. Для этого-то у него тут целое войско стражи и несколько ценных заложников.

- Что слышно о них, лорд Арвенг, что известно от Сабера?

Арвенг покачал головой:

- Прежде чем прийти сюда, я послал человека к Саберу сообщить о вас, но в деревне их не было. Жители сказали, что они ушли сами. Возможно, что-то знает моя жена, она была нашим связующим звеном, но Рексия не успела мне ничего сказать. Нам не дали увидеться. Но он не у Делфира, это точно, иначе со мной говорили бы по-другому. А вот о короле Раднире и принце Илларе Делфир поведал мне. Он опробовал на них своё зелье, теперь в курсе всех ваших замыслов.

- Где он их держит?

- В тюремном бассейне.

- Что это значит? – с тревогой спросил Крист, явно не ожидая услышать, что отец и его друг проводят в бассейне приятное времяпровождение.

- Что-то типа пытки или казни. Смотря каково будет пожелание Делфира. Он хочет ещё раз допросить их, поэтому – пока что это пытка.

- И в чём она заключается?

- Камеру заливают водой. И надо выдержать на плаву, пока тюремщики не решат, что довольно.

- Для отца это не проблема, - сказал Лионс

- Иллар тоже умеет плавать, - добавил Сайл.

- Смотря в каком они состоянии, - пожал плечами Арвенг. – Но пока они ещё нужны Делфиру. Он заставил их принять зелье этим утром, следующий раз – не ранее чем через два-три дня. Так что это время – они точно будут ещё живы.

- Мы сможем их оттуда вытащить? – Крист сжал кулаки.

- Всё возможно. Если у нас будет много людей и мы сможем решить наши две проблемы.

- Что вы имеете ввиду?

- Ваше величество…

- Оставьте, титулы, лорд Арвенг, нам не до того…

- Мой дорогой лорд Лионс, - проговорил Арвенг. – Если я готов пожертвовать своими родными, а Делфир обязательно потопит корабль, если почувствует следы заговора во дворце, то остаётся ещё один мальчик, - Арвенг вздохнул, - который в настоящее время носит титул короля. Им я рисковать не могу.

- Что с ним не так? - Лионс переглянулись с Кристом.

О Меорлисе, брате Виолике, а теперь оргунском короле, у них были весьма расплывчатые представления. Речь всё время шла о Регентстве, об Арвенге. Мальчик был пока лишь символом.

Арвенг правильно понял их замешательство.

- Я присягал своему брату, - сказал он. – И я не буду никогда и ни с кем обсуждать ни его последние годы жизни, ни его смерть и её причины. Я преклонил колено и присягнул его сыну, и не допущу, чтобы с ним что-либо случилось. Но у Делфира нет понятия ни чести, ни преданности. Допустив меня до племянника, он показал мне, как тот содержится. Он перевёл его в свои покои, и окружил нашими младшими сыновьями. Да, - ответил он не высказанный вопрос, - на корабль он отправил наших жен и всех старших детей, при короле – младшие. И Делфир обещал убивать каждого ребенка, если почувствует угрозу своей жизни. Не остановится он и перед убийством племянника. Когда ему терять будет нечего. Я на это пойти не могу.

На этот раз к ругательствам Лионса присоединил свои и Крист.

- На что он надеется, когда станет Регентом? Такое не забывается! – более опытный Сайл, проведший не один десяток лет при дворе, знал, о чем говорил. – Брак с принцессой Торогии приведёт сюда немало торогцев, а иметь у власти такого Регента – опасно не только для оргунцев.

- Пока я не знаю, - пожал плечами Арвенг. – Возможно, его планы более ухищрены и дальновидны. – Он усмехнулся, - может, он собирался покорить мир.

Его шутка никого не развеселила.

- Что в таком случае мы планируем делать? – вернул разговор в деловое русло Крист.

- Я должен быть всегда на виду у Делфира. – сказал Арвенг. - Поэтому, с одной стороны – я ничего не смогу предпринять. С другой стороны, если понадобится, я задушу его голыми руками. А если увижу удобный момент – подтолкну навстречу стреле и заслоню собой племянника. Это всё.

- Вы сказали, что у вас охрана. Как вы смогли попасть сюда?

- Нет, у дверей охраны нет. Я не представляю опасности, пока мои близкие в заложниках. Но в присутствии Делфира за мной наблюдают.

- Он всё же опасается вас, не смотря на заложников? Чувствует, что вы готовы ими пожертвовать?

- Простая предосторожность. Я был покорен много лет и сейчас доказал свою преданность. Нет, не опасается, но не исключает самого невозможного с его точки зрения. Что же касается моего здесь нахождения… Видимо и король Раднир и принц Иллар смогли утаить от него кое-что, либо Делфир не смог задать правильного вопроса. Он отдал комнаты моей племянницы мне. И в назидание, чтобы я помнил об участи, которую он ей приготовил. И для устрашения. Комнаты пользуются дурной славой. Голоса умерших, призраки… Злодей, у которого на совести не одна загубленная жизнь, слишком серьезно относится к голосам в своей голове.

- Виолика утверждает, что тоже слышала голоса, - сказал Крист.

- Поверьте, мой юный друг, - вздохнул Арвенг, – если я услышу голос племянника или брата, я буду рад поговорить с ними. Но сдаётся мне, что Виолика больше преувеличивала, чем говорила то, что на самом деле. По рассказам моих людей, она в последнее время сильно отличалась от той девочки, которую я знал. Простите, - сказал он, опять наблюдая сузившие гневные глаза Лионса и Криста, - не я, а вы теперь знаете её лучше. Но давайте продолжим. Если я один мало чем могу помочь, то вы – другое дело.

- И каковы же наши возможности? – тут же спросил Крист.

- Вам нужно внедриться в стражу. - Арвенг показал на Сайла. - Капитан Сайл, я предлагаю вам создать свой отряд и действовать по обстановке. У самого Делфира заменить стражу невозможно, у него охрана из своих людей и в форме его дома. Они же в башне-маяке. Видимо оттуда должен поступить сигнал на корабль. А вот по периметру дворца, чтобы открыть доступ к дворцу ваших остальных людей и моих – вам будет под силу. Но для начала предлагаю проникнуть на стену у моря. Там сейчас больше портовых стражников, легче остаться неузнанными. К тому же, по некоторым намёкам Делфира я понял, что, возможно, есть запасной пост, с которого могут подать сигнал на корабль. Ведь ночью огонь на маяке и так горит, подать оттуда сигнал будет затруднительно. Нам надо выяснить, какой именно это пост.

- Что если Делфир знает о том, что у нас имеется форма дворцовых стражников?

- Думаю, пленники смогли скрыть это. Иначе Делфир поменял бы форму охраны.

- На какую?

- Солдатскую. Войско Оргунии хоть и не велико, но всё же есть, и оно сосредоточено сейчас на границе с Торогией. В городе имеется склад готовой формы.

- А он не призовёт свою армию сюда?

- Ни в коем случае. Во-первых, она встречает торогскую процессию. Во избежание ненужных случайностей. Во-вторых, пока его официально не объявят Регентом, иметь войско, присягнувшее королю, а не ему лично, как Регенту, опасно. Потом – возможно.

Крист удовлетворённо кивнул.

- Значит, мы можем спокойно переодеться в форму стражников?

- Да и здесь у меня добрые вести. Делфир, опасаясь заговора, перетасовал стражников внутренних, внешних и портовых. Так что шансов, что вас разоблачат – мало.

- Королева Тайлис делала также, - вспомнил Лионс, - но это не помогло против заговора.

- Ты не прав, - Крист категорически возразил ему, - заговор был внешний, но не внутри её телохранителей.

- Согласен, - кивнул Лионс. – Но что побудило Делфира пойти на это?

- Он не слишком уверен в лояльности дворцовой охраны, кроме лично ему преданных людей, которые окружили его и Меорлиса. Таким жестким отношением к нашим семьям он вызвал недовольство и среди своих сторонников. А уж у тех были возможности подкупить и стражников, и охрану. Введя во дворец портовый гарнизон, перемешав отряды, он надеялся спутать некоторые планы.

- И дать возможность проникнуть во дворец посторонним людям.

- Да, возникшая суматоха нам на руку.

- Делфир не может этого не понимать.

- Всё равно этот риск ниже возможного заговора внутри. Новая стража будет бдительна и расторопна, им всем обещана огромная награда после успешного возведения Делфира в ранг Регента короля. А ваш отец, милорд, и ваш, - добавил Арвенг, обращаясь к Кристу, - не были в курсе моих дел. Делфир просто не знает, насколько мы готовы хотя бы к такому.

- Вас послушать, - проворчал Сайл, - так Раднир с Илларом удачно выступили в качестве приманки. И я всё же предпочёл в первую очередь попытаться освободить их.

- Я не могу вам запретить, капитан Сайл. – вздохнул Арвенг. – Но это может поставить под угрозу весь наш заговор.

- Мы будет действовать по ситуации, - поддержал Арвенга Лионс. – Если нам представится возможность, мы их освободим. Но пока, как вы говорите, им не грозит никакая опасность, будем решать первоочередные задачи. И, кстати, освобождения Годарда это тоже касается.

- Вы правы. Простите, что я забыл про вашего названного брата. Но сейчас у Делфира проблема покрупней, и Годард также остаётся в безопасности. Нет причины лишать его жизни. И надавить им на отца – тоже. С его-то зельями…

- Что-либо сказать – это одно, - пробормотал Лионс, - а вот вынудить сделать…

- Лорд Лионс, на данном этапе королю Радниру нечего предложить Делфиру, кроме как приказать своим людям отступить, если они начнут, скажем, штурм дворца. Но ведь мы не это планировали? А вывести Раднира на стену и заставить кричать приказ всем, кто собирается напасть на Делфира – сдаться, согласитесь, выглядит глупо.

Лионс кивнул, не удержавшись от мимолетной улыбки.

- А вот учитывая, что именно ваш отец, имеющий, так сказать, большой опыт захвата корабля, поможет освободить заложников, мне кажется более весомой причиной заняться его освобождением.

- Ну спасибо, - саркастически заметил Лионс.

Он обернулся к Кристу.

- Присоединяйся к Сайлу. – сказал он. – А я вернусь к своим людям. Надо отобрать лучших. Пусть будут наготове. Отсюда до корабля ближе, я приведу их сюда. Они поплывут вплавь. С отцом, или без него. Всё равно этой ночью мы уже не успеем.

Он оглядел пещерку.

- Мы сможем здесь поместиться?

Арвенг усмехнулся.

- Все комнаты к вашим услугам, сюда боятся заходить даже слуги.

- А что делать мне? – спросил Эринг, требовательно смотря на отца.

- Ты слишком юн, чтобы пойти вместе с капитаном Сайлом…

- Я хорошо плаваю, я могу отправиться спасать маму.

- Нет, сынок. Мы с тобой должны быть тут. На нас лежит ответственность за Меорлиса. Я поклялся защищать его от своего имени и имени моих наследников.

- Я кое-что знаю об обязанностях пажей, - улыбнулся Крист. – если у вас найдется приличное придворное платье для сына, я берусь быстренько обучить его основам. Думаю, что мальчик с канделябром в руках будет незаметен, но незаменим.

Эринг благодарно посмотрел на Криста, а Арвенг, немного подумав, решительно кивнул головой.

Надо было торопиться, пока ещё была ночь. Сайл отобрал себе нескольких людей Лионса, выбирая по внешности и готовности слушать его приказы. Не вся имеющаяся у них в наличии форма сидела на них, как влитая, но, устроив перемешивание гарнизонов, нельзя было надеяться, что стражники одного караула из дворцовой и портовой охраны буду выглядеть безупречно.

Крист в это время инструктировал сына Арвенга, попутно поясняя не только обязанности пажа, но и, рисуя на полу кусочком угля план дворца, показывал, где и в каких местах уместнее быть пажу, выполняющему свою работу.

Не дожидаясь утра Сайл со всеми предосторожностями вывел свою команду в коридоры дворца. Хорошо выучив дворец по планам Виолики, он повел на стену дворца.

Они должны были попасть на тот участок, где, как указал Арвенг, уже существовал смешанный караул из дворцовых и портовых гарнизонов. К тому же, на этих постах велось наблюдение за морем. А в данный момент для них именно этот участок был самым значимым. Нельзя было допустить, чтобы прибывшие лодки были замечены.

Как и предвиделось, разные формы никого не удивляли, а уж Сайл, с его командирским голосом и правом приказывать, быстро наводил порядок и затыкал недовольные рты метким словцом.

В первую тройку новоявленных стражей вошёл сам Сайл, Крист и еще один моряк Лионса. Старшим во второй тройке Сайл поставил опытного ситарского воина – Сиггоста. На Ситарских островах он одно время командовал небольшим отрядом в порту, наводя порядок на пристанях, и не понаслышке был знаком с дежурством стражей.

И хотя сведения о расположении постов и время их смены были им известны, теперь об их осведомленности знал и Делфир. Надеяться, что всё осталось без изменений не было смысла.

И действительно, они наткнулись на первый же пост случайно, ещё даже не выйдя на стену. Сайл быстро сориентировался и, перекинувшись парой враз со стражниками, повёл своих людей дальше. Как оказалось, они были не единственными, кто запутался в новом времени и неожиданных местах. Кто-то ждал смены давно, кого-то сменили совсем уж быстро. Неразбериха была полнейшей. Делфир добился одной цели – ни о каком сговоре среди стражников не могло быть и речи.

Никто не сомневался, что вскоре Делфир наведёт порядок среди охраны, но пока он был уверен, что время на его стороне. Главные заговорщики у него в плену и всё ему рассказали. Арвенг и остальные недовольные – приструнены и находятся под его полнейшим контролем.

Не учёл он одного. Арвенг, несмотря на то, что лично передал Делфиру ценных пленников, между тем смог договориться с кордийцами и илонийцами и всё же возглавил заговор. К обороне Делфир подготовился. Но никто не ждал появления ситарцев внутри.

Не зная, как обстоят дела у Сайла, Лионс выжал из своих людей всё необходимое, чтобы вернуться в грот Виолики засветло, оставаясь незаметными для стражников на стене. Когда первый луч утреннего светила озолотил морскую гладь, они уже были на месте.

На заре Сайл пробрался в грот и рассказал, как обстоят дела.

Ночью, оставив людей в карауле, они с Сиггостом прошлись по стенам, приглядываясь к другим стражникам, спустились во двор, переговорили с несколькими офицерами.

Всё было так, как сказал Арвенг. Солдат портовой стражи было чуть ли не больше, чем дворцовой. Многие, как и они, искали, где бы пристроить и накормить своих людей. По окончанию смены Сайл отвёл сменившихся людей в казарму, покормил и даже нашёл им, где поспать. Теперь можно было считать их за своих. Доложив о делах, он заставил поспать и Лионса, сам вернулся в казармы.

Арвенг и Эринг, успевшие отдохнуть ночью, утром уже были на ногах.

В этот день предстояло посещение Часовни и долгой молитвы. Днем лекари обещали закончить приготовления усопшего тела к предстоящему прощанию с ним его родных и подданных. Вечером будет закончено сооружение погребального постамента. И тронный зал подготовят к посещению скорбящих жителей столицы.

Присутствие ближайшего родственника в подготовке и предстоящих церемониях было необходимо. Делфир с явным облегчением скинул некоторую часть ответственности за церемониал на Арвенга.

Лионс отдал Сайлу и Сиггосту ещё шестерых людей из тех, кого он привёл с собой, самых метких. Девять моряков ожидали в гроте и готовы были проникнуть на корабль с заложниками. Абордажная группа была настроена весьма решительно вернуть свой похищенный корабль, а дело освобождения заложников бросало вызов их умению, расторопности и смекалки.

Для подстраховки Лионс приказал нескольким лодкам с рассветом кружить вокруг морийского корабля на расстоянии, не вызывающем подозрении. Когда заговорщики во дворце будут готовы, к ним приплывёт один из моряков и передаст сообщение о начале действия. И тогда с лодок к «Морской волне» вплавь устремится ещё с десяток отчаянных моряков.

На этот раз двум отрядам пришлось разделиться. Отряду Сиггоста досталась морские посты, Сайлу – внутренняя охрана дворца в парке. Ключевые посты у ворот к мосту в порт и каменная изгородь дворцового парка осталась не за ними. Никого они пока не смогли представить и в тронный зал. Неизвестными были и те, кто должен подать сигнал кораблю.

В любой момент Сайл ожидал получить какой-либо знак от шпионов Интара, но никто к нему не подходил, хотя его наверняка знали. Он был не последним лицом в столице Илонии и при дворе.

Не было ничего слышно и о ценных пленниках Делфира. Имея планы дворца, которые им дала Виолика и пользуясь устными описаниями Арвенга, Сайл знал, где находится вход в особую темницу оргунского дворца, названную тюремным бассейном, и решил наведаться в эту часть дворца.

Оставив своих людей на посту, он вскоре очутился в нужном месте. Ненавязчиво прошёлся по двору, цепким взглядом оглядывая двери, выходившие во двор, нашёл нужную. Отметил, что охраны возле неё не было. Вычислил также вход в тюремное подземелье, которое находилось тут же, но в другой стороне. Отмечал, где сколько людей стоит, чем обычно занимаются, кто может заметить их из окон, какие ещё имеются входы, и кто из них выходит и заходит, где во дворе слепые зоны. Он уже возвращался в казармы, когда услышал негромкий свист у колодца:

- Эй, офицер, не погнушаешься полить на руки?

Сайл поражённо оглянулся. У колодца стоял высокий крепкий мужчина в одной рубашке и штанах. Протягивая ему ковш с водой, он подмигнул Сайлу.

- Раднир, - даже не прошептал, а проговорил лишь губами не верящий в такую удачу Сайл. – А где Иллар?

Раднир угадал вопрос и без слов.

- Полей, да потолкуем.

Глава 14

Глава 14. Встреча

Вечером предыдущего дня по двору шёл тюремщик, таща на себе окровавленного человека.

- Что, - рассмеялся чей-то голос, - отведал твой подопечный угощенья милорда?

- И моего тоже! – проворчал Раднир.

- Да уж, Гимб с Тулом привыкли чистенько работать. То дашь стаканчик отравы выпить, то заслонку открой, вода сама всё сделает.

Говоривший подошёл и задрал голову Иллара.

Лицо пленника было залито кровью, волосы спутаны и тоже в крови, одежда выглядела не лучше. Глаза Иллара были остекленевшие и остановившиеся.

- Что-то я тебя не помню, - мужчина в форме стражника оглядел Раднира.

- Я тебя тоже, - огрызнулся Раднир, прибавив пару ругательств и перехватывая свою ношу поудобней. – Познакомимся? Ты ставишь выпивку, когда я донесу этого доходягу или я?

- Милорд запретил, - явно с сожалением ответил стражник, дармовая выпивка откладывалась.

- Меня это не остановит, - отрезал Раднир. – хочешь, приходи, - он кивнул на темный проём двери, ведущей вниз, в тюремное подземелье. - Работа у меня такая, не выпить – нельзя.

Стражник хохотнул и почему-то отказался.

А Раднир потащил Иллара дальше.

План они осуществили простой, но действенный. Раднир попросту полоснул по голове Иллара ножом, а вытекшая кровь сделала все остальное.

- Между прочим, Овета, чтобы спасти Интара, - говорил Раднир, щедро направляя потоки крови на лицо Иллара и одежду, - сделала тоже самое. Кровь выводит яд. Вот и тебе сейчас будет лучше.

- Раднир, - простонал Иллар, - у меня яд уже впитался и освоился. Прямо там, на твоих глазах и на глазах Делфира.

- Ну не могу же я проливать свою кровь. Мне ещё тебя тащить и отбиваться, если что, - резонно отвечал друг.

Он подождали ещё немного, чтобы кровь на ране остановилась и запеклась на лице и волосах. И только после этого они двинулись по лестнице вниз.

Раднир, правда, предварительно сходил в ту страшную приливную камеру и перенес утопленников ближе к стене, под окна. Наверх он их поднять не смог, а так, из окна их не видно, а дверь надежно закрыта. Даже если Делфир появится и удивится, где тюремщики и где пленники, ответ он получит далеко не сразу.

Не придумали они, что делать с дверью во двор. Она закрывалась изнутри и оставлять её открытой было опасно. Мало ли кто мог зайти и поинтересоваться, почему это надзирателей нет на месте. Но пришлось идти на риск.

Иллар так и не отошёл от последствий зелья Делфира, от длительного купания в морской воде, от потери крови и ослабел настолько сильно, что Радниру действительно пришлось тащить его на себе.

Благополучно пройдя двор, в проем тюремной двери он вступил, готовый ко всему. Но только не к радостному восклицанию сидевшего в первой же комнатке крупного мужчины в форме, слишком похожей на ту, что была на их тюремщиках и на нынешнюю куртку:

- Ба, братишка, а я заждался!

Сабер встал со скамьи и с радостно сгрёб брата в объятия.

От неожиданности Раднир не удержал Иллара и тот медленно повалился на пол.

- Кто это? – небрежно спросил Сабер.

Не дожидаясь ответа, бросил куда-то в сторону:

- Фиинк, слушай, брось этого типчика к нашим любимчикам. Пусть девчонка на него посмотрит. Вдруг он ещё понадобится. Нельзя ж позволять лекарке даром есть хлеб. – Он расхохотался.

Мужчина, не менее крупный, чем Сабер, что-то проворчал и подхватил Иллара, как пёрышко.

- Это был Иллар, - сказал Раднир, тяжело опускаясь на скамью. – Небеса, как же я рад тебя видеть. Но как ты тут оказался? Где Годард?

Сабер налил брату целую кружку пенистого пива и только когда тот выпил, жадно, одним глотком, сказал, сев напротив:

- Эйрита за ним присмотрит.

- Что ты сказал?

- Она при Годарде. Уговорила, заставила Делфира оставить её с ним, сказала, что лекарка. А из неё лекарка – только дать снадобье, не ею приготовленное, да то, что Овета велела выучить. Как тебя и меня.

- Но он же жив?

- Жив. И здоров. Нога, правда, плохо зажила, но спасибо, что не сгнила, тут Эйрита действительно помогла. Но если бы не Делфир, быть ему без ноги.

- Я ему ещё и спасибо сказать должен? Что, среди его зелий есть и лечебные?

- И крепкая выпивка бывает ох как кстати, и лечит не хуже снадобий твоей королевы. А бывает, сам знаешь – отрава-отравой.

- Ладно. Рассказывай. Как ты оказался здесь?

- Сначала ты. Как вы выбрались? Где тюремщики? Как быстро Делфир схватится вас?

Раднир рассказал.

- Дверь была изнутри заперта, сейчас открыта, - закончил он. - Так что сколько у нас времени, я не знаю.

- Понятно, – Сабер ненадолго задумался, - думаю время у нас есть. Но по-порядку. Долго я ждал вас тут в Орхиме, да вы что-то запаздывали. А тут подвернулся случай, оказался тут. И жду. Дождался. Тут такое началось, когда король умер. Думал, под шумок выйду. Да Тул шепнул, что Делфиру ночью привели двух пленников, чуть ли не королей Ситарка и Илонии. Пришлось задержаться. Ублюдок обычно болтлив, как балисец, но тут напустил на себя важный вид, но не удержался, проговорился, что Делфиру вы нужны живые, так что он не дал вам отдать концы. Хвалился солидной наградой за вас, вот и прибежал клянчить у меня Эйриту.

- Что?

- Приглянулась она ему, гаду. Я так понял, что мой предшественник за особую плату потакал его страстишкам, если была возможность, и у него уже был сговор насчет Эйриты. Ну да я это дело пресёк в своё время. А тут пообещал, - Сабер ругнулся. – Зато он мне всё и выложил. И что вы живы, и что Делфир велел запереться, и не впускать никого, не болтать, сменщиков не брать, ну и награду немалую посулил.

- А тебе, значит, не смог утерпеть, рассказал? – усмехнулся Раднир.

- Сам понимаешь, за Эйриту и я гору сверну, - Сабер вроде и хохотнул, но глаза сверкнули огнём и отвращением, - еле сдержался, чтоб ему голову тут же не свернуть, – затем спокойно продолжил. - Так что я решил слегка повременить. Ночью собирался вызволить вас. А днем сказали, что оргунских заложников поместили на каком-то корабле. Так что Арвенг, который должен был нам помочь, ходит у Делфира на коротком поводке. За «Тайфуном» я послал несколько дней назад. Сейчас он должен уже лечь на дрейф где-то неподалёку. У нас были приготовлены лодки в селении, можно было бы бежать в любой момент. Пришлось менять планы. Послал приказ «Тайфуну» подойти ближе. Забрав вас обоих, да Эйриту с Годардом, мы планировали добраться до «Тайфуна» и взять на абордаж эту «Морскую волну». Жена Арвенга сильно нам помогла, не хотелось бы платить ей такой неблагодарностью.

- Как бы вы ушли отсюда? Дворец кишит стражниками.

- Ну так и у меня народу немало.

- Где тут?

- В темнице.

- Где?

- Да я как тут освоился, понавёл свои порядки. Ты ж меня знаешь, у меня все по струнке ходят. Глава их неудачно перепил, да подавился, ещё несколько недовольных на дне морском, благо тут хороший спуск в море, для отходов. Вместо них взял своих. Ну а затем пленников заменил своей командой.

- Что? Твоя команда в тюрьме сидит?

- А где я её ещё мог спрятать? Так, меняю местами потихоньку, по одному. Тюремщикам-то что – был заключенный и остался. Кто там в темноте приглядывается. А уж ключи у моих парней есть, мигом команда в сборе будет.

- Значит, ты готов действовать прямо сейчас?

- Да.

- Уходи с Годардом, Сабер. Забирай Эйриту и Иллара и отправляйся на «Тайфун». Захватите «Морскую волну». Но я останусь. Делфир не знает о гроте. А там сейчас должны появиться Лионс с Кристом. Я должен встретиться с ними.

- И что дальше? Хочешь отомстить Делфиру?

- В первую очередь именно это. Но не только. Пока он жив, не будет покоя ни нам, ни Интару с Тайлис, да и заложников придётся прятать. Оно нам надо ввязываться в эту свару? К тому же тут есть и другое. У Делфира далеко идущие планы, собрался стать императором. И Гастени явно ему будет полезней, чем я на Островах. Сам понимаешь, хотя я заручился лояльностью Гастени за «Ситар», корабль нельзя сравнить с самим королевством. Так что Делфиру нельзя оставаться в живых. Пусть Регентом становится Арвенг. По крайней мере, он у меня в должниках ещё долго ходить будет.

Сабер покачал головой:

- Э, брат, в таком случае, одного я тебя тут не оставлю. Тем более, внезапно опустевшая темница, даже две, думаешь, останутся без внимания? Как бы не так. И после этого, сомневаюсь, что у вас сохранится хоть один шанс вырваться отсюда. Делфир тоже не полный недоумок. А стражники пока подчиняются ему, а не королю и тем более Арвенгу.

- Ты прав, - Раднир кивнул. – Что ж, тогда нас будет больше. А корабль возьмём. Не этой ночью, так следующей. А теперь я хочу увидеть Годарда.

- Увидишь. Сейчас напьёмся и пойдем проверять узников. Фиинк уже привык. Я так каждую ночь делаю, - Сабер расхохотался. – Пока давай рассказывай ты. С самого начала. Фиинк пока обойдёт все камеры, успеем.

Иллар открыл глаза… и ничего не увидел. Страх, что он ослеп был огромен, он попытался вскочить, но его удержали твёрдые руки.

- Ну, ну… мой спаситель-принц, успокойтесь, не волнуйтесь, всё хорошо.

- Эйрита?..

- О! Со слухом всё в порядке.

- А глаза?

- Тут темно, дядя.

- Годард?

- Фиинк проворчал что-то о том, что начальник напьётся, раз брата встретил. Значит ли это, что отец с вами?

Иллар сел. Он по-прежнему ничего не видел. Впечатление было не из приятных.

- Тут есть слабый источник света, принц Иллар, - сказала Эйрита, – ваши глаза ещё просто не привыкли. Тем более, что вы потеряли много крови. Позже мы зажжём свечи. Пока не хотим привлекать внимание. Но у вас только одна рана. И весьма аккуратная, как будто специально кто-то сделал надрез. Кто это вас так?

- Раднир.

- Значит отец тут?

- А голос Сабера я не в бреду услышал?

- Нет. – рассмеялась Эйрита. – Он с нами. Сейчас опустошит бутылку и придёт. Он всегда так делает.

- Пьёт или делает вид? Никогда не видел Сабера пьяным.

- Пьёт, - проворчал Годард. – Но больше для запаха, чтобы не сомневались.

- И что же у вас тут происходит?

Взаимные повествования одновременно закончились как наверху, так и внизу. Сабер с Радниром не заставили себя долго ждать. Они принесли с собой факелы и Иллар наконец-то смог увидеть и камеру, где он оказался, и Эйриту в объятиях Сабера, и мелькнувший блик света во влажных глазах Раднира, который обнял своего сына.

Дальше он ничего не помнил. Сказалась отрава, от которой он так и не смог отойти, потеря крови, и полнейшее истощение организма. Рассказ отнял последние силы.

- Надо было хоть накормить-то его, - в сердцах проговорил Раднир.

Вместе с Сабером они уложили Иллара на подстилку и укрыли несколькими одеялами.

Планы обсуждали уже без него. Но для начала Сабер, по просьбе Раднира отправил своего человека закрыть изнутри дверь личной темницы Делфира. Не многие могли изъявить желание попасть туда. Сам Делфир, в связи со свалившимся на него грузом дел вряд ли найдёт время навестить своих пленников. Но повара открытая дверь и отсутствие голодных стражников насторожит несомненно.

Тюремщики всегда стояли особняком в иерархии дворцового гарнизона. У них была и своя кухня, и своя казарма. И свои устоявшиеся правила, и традиции. Остальные стражники держались от них подальше.

Поэтому никого не удивила полная смена их состава. А произошла она именно этой ночью.

Дворцовая темница была всё же не городской тюрьмой, где сидели отпетые преступники, да и те, лишь ожидая суда. В портах преступники отбывали свой срок наказания на галерах. Зачем кормить узников, если можно использовать с пользой их силу.

Тюремные камеры дворца были совсем для других целей. Они предназначались для знатных людей, либо тех, от которых правителю было что-то надо. И вместе с каменными камерами, которые запирались на окованную железом дверью, были и те, которые огораживали решеткой. С одной стороны – для узника не было полного одиночества, но зато полнейшее унижение.

Сына ситарского короля Раднира поместили в такую вот большую, сухую, но клетку. В ней даже была кровать и стол, сундук для одежды, умывальник и огороженное ширмой отхожее место. Зарешеченное окно выходило на море и шум волн доносился до пленника.

Члены команды Годарда почти все были отданы на галеры. Обещая обменять на Виолику Годарда и команду его корабля, никто не мешал Делфиру временно поместить их туда, где о том, чтобы они не сбежали, позаботился кто-то другой. Оставили рядом с Годардом его старшего помощника и кока, который на галерах мог быстро отдать концы.

Нескольких человек Делфир забрал себе, не потрудившись объяснить, куда он их увёл и что с ними. Раднир с ненавистью поведал, где он их нашёл и в каком они состоянии.

Эйрита с самого начала повела себя как лекарка. Ей даже обрадовались, когда нашли на захваченном корабле. Годард был нужен Делфиру живым, а рана могла нагноиться. Её ухаживания за раненным Годардом вынудили согласиться с её присутствием. Ей даже выделили отдельную камеру, рядом с Годардом.

Только для Делфира её умения вызывали усмешку, и он небезосновательно подозревал, что девушка явно морочит всем голову.

Когда Годарда поместили в темницу, он спустился вниз. Гибель ценного пленника от заражения крови, а рана действительно начала воспаляться, никак не устраивала его, и он сам приготовил и передал Эйрите одно из своих зелий, которые существенно помогли и спасли Годарда.

Но и самозваную лекарку Делфир не прогнал. Все же остатки какой-то полезной мази на ране он уловил, а ухаживать за юношей было необходимо. Была у него мысль, что девушка не чужая наследнику Раднира, но для невесты она не годилась, она была старше Годарда, да и намётанный глаз Делфира сказал ему, что девушкой Эйрита давно уже не была, и перед ним женщина. Впрочем, Эйрита и не скрывала, что находилась на корабле, чтобы встретиться с мужем. Так что опасности от девушки никакой не было, а польза – несомненная.

На день ей разрешалось находиться рядом с Годардом и даже выпускали наружу. Несколько раз она, с сопровождавшими её стражниками, посещала лекарскую лавку в порту, набирая всяких снадобий и тихонько выспрашивая у лекаря, державшего лавку, как пользоваться той или иной травкой. А потом уверенно, на глазах у тюремщиков что-то варила на маленькой печечке, специально принесённой в её камеру. Её авторитет повышался в глазах тюремщиков, и уже они обращались к ней за помощью. Она и варила что-то, то укрепляющее, то слабительное, то сонное, всё, что приходило ей в голову.

Саберу о месте тюремщика сообщила Рексия. Её горничная поведала ей, что один из их братии заболел какой-то болезнью и от него поскорей избавились, теперь искали ему замену. Среди дворцовых стражников желающих не нашлось, зато пришёл Сабер.

Заняв свою небольшую должность, он не церемонился, мигом организовав смену командования. Наглых и озверевших убрал по-тихому или на глазах остальных. Кто-то донёс Делфиру и тот самолично спустился в дворцовую тюрьму, посмотреть на слишком прыткого тюремщика.

Но Сабер, хитрый, ловкий сын ситарского короля Курхота и брат короля Раднира, не один десяток лет ходил в море, имел дела и с торговцами, и с военными, и с не менее изощрёнными убийцами и душегубами. Изобразить из себя отпетого отморозка, но при этом раболепного подчинённого сильных мира сего – это было для него не так уж и трудно. Перемеживая слова убеждения, как тут распустились тюремщики при прежнем начальнике, с крепкими ругательствами, раздавая тумаки нерадивым, он произвёл впечатление на Делфира и тот оставил его командиром, убедившись, что его личный пленник содержится в тех же условиях, что и раньше, а в тюрьме действительно порядок, и тюремщики во главе с новым начальником в основном всё же трезвые, хотя бы с утра.

Ну а затем наполнение тюремных камер своими людьми заняло всего-то десяток дней. Их привозили, а узников вывозили на подводах Рексии.

Опала-опалой, но торговое дело не стояло. Обитателей дворца надо было кормить, одевать, отапливать помещения. Потребностей много, и приход во дворец повозок представительницы торгового сословия со знаком её дома было привычным делом и не вызывало подозрений. То, что на дне подвод прячутся люди – лишь небольшое дополнение и хорошая прибавка к вознаграждению работников и возчиков.

Этой ночью всех оставшихся тюремщиков заменили местами с давно ожидавшими этого дня заскучавшими моряками. Всё было готово. Оставалось ждать утра, подмоги или хотя бы знака.

И он появился в лице Сайла.

Глава 15

Глава 15. Переворот

С виду вроде и хмурый, но Сайл не мог ошибиться, в глазах Раднира была радость и смешинка. Кто-то, по крайней мере, или Иллар, или Годард были живы. Хотелось надеяться, помня уверения Арвенга, что оба.

Сайл подошёл к колодцу:

- А самого не надо? – спросил он, полусердито, полушутливо, приняв игру Раднира. – Разит от тебя, как от скорняка,

- Ты ещё скажи, от конюха, который нагружал сегодня утром телегу с конскими яблоками. Ну так как, польёшь?

Сайл действительно вылил на снявшего рубашку Раднира ведро воды. Для того это действительно было необходимо. Проведя немало времени в морской воде, да ещё в одежде, смыть въевшуюся соль было его желанием ещё со вчерашнего дня.

Фыркая и вытираясь, Раднир благодарно хлопнул его по плечу.

- Чарочку хорошего крепкого компота или молока. Могу найти и кисляка.

- Тоже крепкого, - засмеялся Сайл. – Ночь была тяжелой и хлопотной.

- Тогда, милости просим.

Раднир шел свободно, но все же, исключая неожиданностей, всю дорогу делал вид, что вытирает голову тряпкой, высушивая волосы и скрывая своё лицо от возможного соглядатая.

Во дворе было полно и дворцовых, и портовых стражников, порядок всё ещё не был наведён, поэтому никого не удивило посещение обычным офицером тюремного коридора.

Раднир молча, уже без шуток сопроводил Сайла вниз. О чем бы они не начали говорить, Сайл в любом случае спросит об Илларе и лучше сразу дать ему понять, что тот жив и невредим, хотя и не может пока встать.

В ожидании сигнала к выступлению, люди Сабера были вооружены, но всё же прятались в казарме тюремщиков, а Годард оставался в своем узилище. Роль тюремщиков выполняли опять же люди Сабера, поэтому прятаться не было необходимости и Сайла сразу проводили к Иллару. Радостно приветствовав Годарда, которого он хорошо знал, Сайл почтительно поклонился Эйрите, которую совсем не знал и наклонился, наконец, над своим принцем.

Иллару за ночь не стало лучше. Его всю ночь била дрожь, он то кутался в одеяла, то скидывал их с себя. Эйрита не отходила от него ни на миг, боялась, что вчерашняя рана воспалится и у Иллара начнется жар. Но, видимо, дело было в отраве, которой Делфир напоил его накануне.

Иллару постоянно хотелось пить, и он с жадностью, даже не приходя в себя, осушал кружку за кружкой. Утром Раднир велел Эйрите разбудить его и попробовать накормить.

Не смотря на хлопоты во дворце и подготовке к похоронам, на дворцовой кухне не забывали о ценном пленнике, дважды в день отправляя поварёнка с корзиной еды. Когда Сабер попросил утром легкого бульона, его просьбу тотчас выполнили.

Бульон немного улучшил состояние Иллара, но к приходу Сайла он был ещё так же слаб, как и накануне.

Дневное солнце хорошо освещало темницу, но Иллар не сразу признал старого друга. А признав, попытался встать. Сайлу пришлось помочь ему.

- Как обстоят дела? – спросил Иллар, выпрямившись. – Вы встретили корабль Лионса? Где Крист? Как ты сам оказался тут?

- Давно бы так, - проворчал Раднир. – Нашёл своего подданного и сразу вспомнил о достоинстве своего высочества.

- Не мешал бы ты, твоё пиратство, - попробовал усмехнуться Иллар, но получилось лишь скривить губы.

- Да Небеса с тобой, я настроен на хорошую драку и жду новостей с таким же нетерпением.

Сайл по-военному коротко и лаконично, только по существу, чувствовалось долгое служение рядом с королём Интаром, обрисовал обстановку наверху.

- Значит, Арвенг с нами, - проговорил Иллар.

Еще в самом начале рапорта Сайла, он снова предпочел сесть. Остальные, чтобы было удобно, расселись рядом.

- Сабер и не сомневался. Просто не мог правдоподобно объяснить его решение, - вставил Раднир.

- И он наш союзник не ради освобождения семьи? - всё же переспросил Сайла Иллар.

Тот отрицательно покачал головой:

- Он готов пожертвовать семьей. К тому же, смерть короля… Арвенг ли это был лично, или кто выполнял его приказ, но это обстоятельство весьма упростило нам дело. Ему можно доверять.

- От людей моего отца ничего не слышно?

- К сожалению.

- Кого отобрал Лионс? – спросил Раднир.

- Я не знаю имен, - ответил Сайл, - но это ваши люди. С Лионсом их будет десять.

- Я пойду сам, - решительно сказал Раднир. – Парень может командовать командой на корабле, но не в абордажной атаке. Сабер пошлет со мной моряка, он проберется на «Тайфун», и мы сможем действовать заодно.

- Сколько у нас останется людей во дворце? – спросил Иллар.

- Со мной будет двадцать три, - сказал Сабер.

- У нас пятнадцать, если считать Арвенга с Эрингом и Лионса, - ответил Сайл. – Мы внутри дворца. И по полусотне человек ожидают сигнала недалеко от моста, и с западной стороны. У нас пока не хватает людей, чтобы обеспечить прорыв на мосту, зато с запада на постах мы уже освоились.

- Сигнал кораблю с заложниками будет с маяка? - Иллар кивнул наверх.

- Это слишком очевидно. – Сайл пожал плечами. – Никто и не сомневается. И Арвенг подтвердил, что на маяке люди Делфира и один из стражников постоянно появляется около Делфира докладывая, видимо, как обстоят дела, ну и ожидая возможного сигнала.

- Если Делфир решит уничтожить заложников, он не должен ждать посыльного, а сам пошлёт гонца с приказом.

- Я поставил людей вокруг маяка. Мы будем присматривать за ним. Кстати, по словам Арвенга, у Делфира может быть и запасной пост.

- Тогда не будем ждать ночи. Необходимо как можно скорей захватить корабль, – подвел итог Раднир. – Чего мы добиваемся ещё в этом случае? Кроме полнейшей благодарности Арвенга, которая, вот, не кривя душой, встанет мне поперек горла. Но в заложниках не только его семья. Перейдут ли на его сторону остальные?

- Несомненно, - сказал Сайл. - В заложниках именно те семьи, которым не нравятся порядки Делфира, и они всегда поддерживали брата короля. Но у нас ещё одна задача. Несколько заложников окружают Меорлиса. И по словам Арвенга, Делфир грозился убивать их по одному, а если понадобится, то и Меорлиса. И уж вокруг них охрана – самая отборная, личная стража Делфира.

- Вот как, - пробормотал Иллар, а Раднир ругнулся.

- Обилие заложников делает его позиции прочными, - сказал Сайл, - но с другой стороны, ненависть к нему возросла намного.

- Что ж, - подвел итог Раднир. – Действуем. Мы и так уж слишком задержались тут. Капитан Сайл, бери командование на себя. Сиггоста я передаю в твоё полное распоряжение. Сабер выступит по твоему сигналу.

- Возьму напарниками Криста и Лионса, - сказал Сайл. - Я знаю мальчишек, мне нравится, как они дерутся. А Лионс ещё и отлично стреляет. Это нам пригодится.

- Я тоже пойду с вами, - попробовал было встать Иллар, но его сил хватило только на то, чтобы, крепко ухватившись за руку Сайла, не потерять равновесие.

- Нам с тобой, дядя Иллар, суждено командовать, - попробовал пошутить Годард.

Хотя юноша и оправился от ранения, но был ещё слишком слаб и заметно прихрамывал, когда ходил по своей камере. Он уже выдержал один спор с отцом, когда хотел немедленно покинуть темницу и присоединиться к заговорщикам и теперь был раздосован своим проигрышем отцу.

- Командир мне нужен тоже здоровый, - хлопнул по плечу Иллара Раднир. – А ты, Годард, - добавил он для сына, продолжая недавний спор, - лишь показавшись на миг снаружи, можешь нарушить весь план. Это приказ, - жестко сказал он, видя плотно сжатые губы сына. – Делфир и так слишком подозрительно не замечает того, что творится у него под носом. Мы не можем рисковать такой мелочью. К тому же, в любом случае, вы оба должны к вечеру стоять на ногах и держать меч в руках.

Сайл с моряком Сабера вышел из тюрьмы, держа в руках кувшин с кисляком, к которому регулярно, прямо на ходу прикладывался. По его виду можно было решить, что офицер слегка перепил накануне и добросердечный товарищ, пусть и тюремщик, помогает ему. Пока на них никто не обратил внимания, они прошли в казарму стражников.

Сиггост уже развёл на дежурство нескольких людей. Поспавший Крист готовился к следующей смене. Быстро проведя перестановку, обрадованного хорошей вестью Криста Сайл оставил при себе, а человек Сабера унёс с собой несколько комплектов формы портовых стражников, которые к этому времени смог припасти Сиггост.

В этой форме Раднир и ещё несколько человек смогли беспрепятственно передвигаться по дворцу.

Вскоре они уже оказались в комнате Виолики.

Лионс с радостью приветствовал отца, моряки своего капитана встретили восторженными криками. В бой они готовы были в любой момент. Раднир одобрил команду, выбранную Лионсом для нападения на «Морскую волну». Все моряки были его старыми товарищами, ловкими и опытными. Можно было начинать. Ожидали лишь условленного времени.

С помощью Эрвинга вызвали Арвенга. Он смог найти повод и заглянул в свои комнаты, а значит и в грот. Известие о том, что штурмовой отряд возглавил Раднир, которого он, по сути предал, он встретил спокойно. Прежде всего дело, а уж потом извинения и покаяния.

Арвенг рассказал, что официальные молитвенные церемонии закончились пространственной речью Делфира, в которой он, как Регент малолетнего короля, обещал по окончании похоронных мероприятий, рассмотреть все прошения о милости, и, если сочтёт приемлемым, дарует не только свободу заложникам, но и своё расположение всем тем семействам, которые склонят перед ним голову. Как образец преданности он привёл пример дяди короля – брата покойного короля Ронетара - Арвенга, который не только смирился, принял новые порядки, готов поддержать нового Регента, но сделал существенную вещь – помог раскрыть заговор, сдав Делфиру важных заговорщиков.

- Если Небеса и даруют нам победу, - сказал в заключении Арвенг, - Регентом мне не быть. Такое предательство мне не простят. Ведь корабль с заложниками появился после содеянного мной.

Раднир пожал плечами, а Лионс покачал головой:

- Если вы будете служить Меорлису в ином качестве, нежели Регент, так тому и быть. Но сейчас не время сокрушаться. Мы имеем дело с вами и будем действовать сообща.

- Что насчет стражи? – спросил Сайл.

- Как прежде. Свою и Меорлиса охрану он обеспечил, на «Морской волне» за моряками и заложниками присматривают опять же его люди. Они же и на маяке. За мной приглядывает Шиниск, он же докладывает о перемешанных отрядах. Делфира пока устраивает неразбериха.

- Мы можем занять пост недалеко от него?

- Думаю, - подумал немного Арвенг, - сейчас вы можете занять посты в самом зале. Там и вчера был полнейший беспорядок среди слуг, строителей и некоторых придворных, старающихся попасть на глаза Делфиру. Портовым стражникам не по силам было управиться с придворными, а дворцовых было слишком мало. Сегодня после молитвы, туда уже направилось слишком много народу, так что вскоре там будет столпотворение. Даже мне пригодился бы хороший стражник, который навёл бы порядок, что ж говорить об остальных. А Делфир к тому же ожидает торогских посланников. Так что, капитан Сайл, я беру вас с собой. Скажите командиру, что я пожаловался Делфиру на шум и невозможность готовиться к церемониалу. Увидите насколько быстро он исчезнет из зала.

Они так и сделали.

Один из людей Сабера вернулся в тюрьму, ожидая сигнала. Другой остался для связи с «Тайфуном». Когда корабль появится в пределах видимости, моряк вплавь отправится на него. Он передаст приказ капитана подойти к «Морской волне» ближе. Другой в это время поплывёт к лодкам. И вот тогда они с трёх сторон и начнут атаку.

К моменту возложения тела короля на погребальный постамент, всё должно быть готово.

Сайл с Лионсом, и еще тремя людьми прошли вслед за Арвенгом, Эринг привёл к ним Криста. Остались в той форме, в который были. Приказ перемешать стражу был выполнен. И уже через некоторое время они заняли свои посты в тронном зале, наводя порядок и наблюдая за сооружением постамента.

Арвенг руководил работами. Он решал возникшие проблемы, спорил с управляющим дворца, принимал решения, отдавал приказы. Ему не надо было притворяться, он и в самом деле занимался организацией похорон брата. То, что помимо этого он был в самом центре заговора, никто и подумать не мог. И никому в голову не приходило, что паж, которого она постоянно посылал с какими-либо поручениями, был его старшим сыном.

Некоторые придворные и даже родственные ему главы семейств откровенно награждали его презрительными и ненавидящими взглядами, убедившись, правда, при этом, что этого взгляда никто, кроме Арвенга не видит.

Делфир занял прилегающую к тронному залу комнату. Тут же с ним находились и дети, среди которых незнающему человеку и невозможно было опознать нового оргунского короля. Там Делфир принимал послов, особо выделяя торогского посланника, выслушивал доклады командиров дворцового и портовых гарнизонов. Своей очереди выразить скорбь и уверения в преданности новому королю и будущему Регенту ждали представители не только знати и торговцев, но и горожане. Покидать эту комнату Делфир не спешил и находиться где-то в другом месте, кроме как в центре событий он остерегался. Вполне возможно выйти из комнаты и оказаться в одиночестве.

Несколько раз к Делфиру подходил стражник в той же форме, что окружала самого Делфира и детей. Его беспрепятственно пропускали к Делфиру, и он что-то тихо говорил своему господину. Тот кивком головы отпускал его. Сайл уже знал, что это посыльный с маяка. Дежурившие у маяка люди пока пропускали его. Всё было спокойно, подозрений ни у стражников маяка, ни у Делфира не возникало.

С запасным постом вскоре тоже всё решилось. Сайлу незаметно вложили в руку записку: «Угловая комната верхнего этажа левого крыла». Это могло означать именно то, что они хотели бы знать.

Сайл отлучился из зала и, разыскав Сиггоста, передал ему приказ взять коридоры, ведущие к той комнате над наблюдение.

Посыльный с той комнаты появлялся возле Делфира гораздо реже, чем стражник с маяка, но всё же вскоре Сайл уже знал с какой периодичностью. И хотя вид посыльного не выражал ни малейшего волнения, не следовало затягивать захват корабля.

Вскоре Сайлу доложили, что моряки Раднира заметили «Тайфун» с дворцовой стены. В комнаты Виолики тотчас же направили Эринга. Пора пришла.

Сами они оставались в тронном зале. Их рассредоточенный отряд никто не тревожил. Они слишком хорошо делали свою работу, невозмутимо стоя по периметру зала и следя за порядком. Никому и в голову не пришло, что никто их на это не уполномочивал. Сайл вёл себя уверенно и спокойно, то обходя зал, то останавливая подозрительных, что-то требовал от рабочих, что-то отрывисто выговаривал какому-нибудь постороннему стражнику, нарушившему, как казалось, установленный порядок и приказ Делфира. Офицеры портовой стражи думали, что это дворцовый офицер, те были уверены, что наоборот, к тому же успевший обрядиться в положенную форму дворцовой стражи.

Эринг, бегая туда-сюда по поручению отца, принёс из комнат Виолики для Лионса и Криста их арбалеты. Среди досок, кусков полотна, окружающих строительство постамента, несколько тюков у стены рядом с юношами не бросались в глаза.

Обед подали в комнату, где был Делфир. Лишь мельком команда Сайла смогла увидеть мальчика, который единственный из всех, сидел рядом с Делфиром и с другим своим дядей – лордом Арвенгом. К столу пригласили и торогских посланников. Остальные ели, держать рядом. Но теперь люди Сайла хотя бы могли признать среди мальчиков Меорлиса.

Арвенг держался спокойно, и даже что-то обсуждал в Делфиром, совсем не обращая внимания на племянника. Его выдержка поражала бы знающих о его роли в заговоре, если забыть о том, сколько лет они с женой сдерживались и притворялись, боясь преследования и кары.

К вечеру работы закончились и настал момент вноса тела короля в тронный зал. Зал стала заполнять знать. Крист с Лионсом незаметно забрали свои арбалеты, пряча их за спинами своих людей.

Тело короля торжественно возложили на постамент. Арвенг и Делфир, как самые близкие родственники, стояли вместе. У подножия постамента, стояла группа детей, среди которых был и мальчик-король, окруженная охраной. Рядом, никем не замечаемый, стоял ещё один мальчик-паж – Эринг.

В руке Сайла опять оказалась записка: «Побег раскрыт». Побег, не захват. Значит имелись ввиду Раднир и Иллар. Сайл сделал знак Лионсу и Кристу и направился к Арвенгу. Но его опередил поспешно подбежавший к Делфиру один из офицеров. Он что-то тихо прошептал ему на ухо. Делфир помрачнел и отдал отрывистый приказ. Какой – никто не услышал, кроме, возможно Арвенга. Офицер ринулся из зала.

Сайл поймал взгляд Арвенга, тот слегка покачал головой, давая понять, что к заложникам это не относится. Что ж, времени, чтобы захватить «Морскую волну», было предостаточно. И корабль был взят тихо и бесшумно. Иначе Делфир отдал бы другой приказ. Пора было действовать.

Сайл дал знак одному из своих людей, и тот, повинуясь приказу, отправился к Саберу.

Делфир некоторое время раздумывал, иногда даже искоса поглядывая на вполне спокойного и невозмутимого Арвенга. Но этим-то он и вызвал подозрение Делфира. Тот решился и подозвал к себе одного из своих стражников. Но не успел отдать ему приказ. Арвенг повернулся к нему и что-то сказал. Тот удивленно вскинул глаза. Последнее, что он увидел, были теперь уже полные ненависти глаза Арвенга. Раздался свист двух арбалетных болтов. Один пронзил грудь Делфира. Другой поразил подошедшего стражника. Арвенг, даже не дожидаясь, пока труп его врага упадет к его ногам, сделал шаг в гущу детей, ведя за собой сына. И они вместе встали рядом с королём, оттеснив его к постаменту и защищая его своим телом от случайной стрелы.

Лионс с Кристом больше не стреляли, некогда было перезаряжать. Зато их кинжалы, вслед за кинжалами остальных их товарищей лишь на несколько мгновений позже вонзились в стражников, окружающих детей. Ни один клинок не прошёл мимо. А остальных добили мечи ситарцев.

Всё было закончено настолько быстро, что охрана Делфира не успела даже вытащить свои мечи. А задние ряды придворных ничего не поняли.

Арвенг, вместе с сыном, ведя за собой Меорлиса, поднялся к постаменту и встал у тела брата. Они по-прежнему заслоняли мальчика, но вскоре рядом оказались Лионс и Крист, зорко оглядывая зал, высматривая любую угрозу.

Сайл отдавал приказы, посылая гонцов к ожидавших выступления людям Раднира.

На полу, у постамента, куда упало тело Делфира и лежали тела нескольких стражников образовалась пустота. До присутствующих начало наконец доходить, что случилось. Кто-то был в шоке, не понимая, чего теперь ждать дальше, кто-то, поняв, какая угроза теперь устранена, ликовал. Ужас, смятение, недоверие - толпа, наполнявшая зал, всё больше приходила в волнение.

Но когда Арвенг поднял руку, начавшаяся было суматоха прекратилась.

- Вы знаете меня, - громко произнес он. - Я, лорд Арвенг, когда-то носивший титул принца. Вчера я присягнул на верность моему королю. За себя и своего сына. И первым моим делом было убрать от короля всё зло, что окружало не только его, но и всю семью моего брата. Делфир, этот отравитель, тот, кто погубил моего брата, моего племянника, многих из наших друзей, убит. Заложники, находящие в этом зале и на корабле – освобождены.

В зале раздался недоверчивый шёпот, и даже рокот. И хотя мальчики, оставшиеся без своего вооруженного эскорта, уже растворились в толпе придворных и богатых оргунцев, обретя своих родных, о корабле мало кто верил.

Но Арвенг продолжал с уверенностью, в которой не было ни толики сомнений:

- Сейчас преданные сторонники короля Меорлиса освобождают дворец от приспешников Делфира.

- Я не верю тебе, предатель, - прокричал чей-то истеричный голос, - ты убил Делфира, и сейчас умрут наши семьи.

- Чьи семьи? – раздался женский голос.

- Рексия, - Арвенг не позволил себе вздох облегчения. Он был уверен в успехе.

Женщина в сопровождении высокого крупного мужчины, подошла к постаменту и повернулась к людям.

- У нас есть союзник, король Ситарских Островов, - она указала на мужчину. – Он освободил нас.

- Это так, - кивнул Раднир, - я освободил своего сына и мои люди захватили корабль. Все ваши родные живы и здоровы. Сейчас лодки с ними прибывают на пристань.

Он подошёл к телу Делфира и пинком перевернул его, глядя с ненавистью в его лицо.

- Этот лордишка, которому вы позволили помыкать вами, - он повернулся к людям и его горящий взгляд, казалось, проникал сквозь каждого, на кого он падал, - который посмел издеваться над моим сыном, который рискнул объявить мне войну, получил то, что заслужил. Сынок, надеюсь, твоя стрела сделала это?

Лионс вышел вперед. Многие во дворце помнили его, но только теперь узнали в обычном стражнике.

- Да, отец. И, признаюсь, сделал это с великим удовольствием. Я видел его жертвы и считаю, что он вполне заслужил этот арбалетный болт.

Раднир повернулся к маленькому растерянному мальчику, который, ничего не понимая, испуганно смотрел на него. Ситарский король слегка наклонил голову, приветствуя Меорлиса, как равный равного.

- Рад приветствовать вас, ваше величество. Меня привела в вашу столицу месть за сына. Я удовлетворён. К оргунскому трону у меня больше нет претензий, и я надеюсь, что мои корабли будут, как и прежде пользоваться гостеприимством оргунских портов. И ваши корабли - ситарскими портами. Ваш дядя, лорд Арвенг был с нами заодно. У нас с ним была одна цель, и мы добились этого.

Лионс подошёл следующим.

- От лица моей матушки, королевы Тайлис, и своего лица, вас приветствует король Кордии. Меня зовут Ланионсер. И одним из наших лучших, отважных помощников был ваш кузен, сын лорда Арвенга – Эринг.

Рексия, только теперь узнавшая своего сына, тихо ахнула, но сдержалась. А Эринг преклонил колено перед Меорлисом и торжественно произнёс:

- Мой отец произнес уже клятву верности от себя и меня. Но хочу лично принести свою клятву. Клянусь верно служить вам, ваше величество. Быть рядом в миг опасности и невзгод, в радости и победах.

Он низко склонил голову, а потом встал и взял брата за руку:

- Хочешь, мы покатаемся на лодке? Ты, наверное, давно не был в море.

- Возьмём удочки и порыбачим. Я могу научить. - Крист подошёл к двум мальчикам, почтительно поклонился Меорлису и взяв обоих за плечи повернул к выходу.

Смущённый, обескураженный Меорлис не без робости дал себя увести.

Как бы ни странно это не выглядело, но дело было сделано. Мальчика отвлекли от трагедии и заняли чем-то, чем он, видимо, никогда не занимался и даже не подозревал.

Раднир незаметно кивнул Сайлу, и тот, поняв его правильно, незаметно послал людей за Кристом. Победа-победа, но охрана не помешает. А у Арвенга пока своих людей рядом нет.

Послышавший была гневный недовольный оклик из толпы придворных потонул в радостных возгласах, когда в зал начали входить освобождённые заложники – женщины и дети.

Рексия сдержалась и не бросилась в объятия мужа, не мешая ему принимать решения. Лишь нашла ещё одного сына, и теперь не выпускала его из своих крепких объятий. Досталось ему материнской ласки и за себя, и за старшего сына, которого мать обрела, но так ещё и не успела привлечь к себе.

Появился человек от Сабера и отрапортовал, что с известием о смерти Делфира, начавшаяся было битва, закончилась. Стражники отступали, складывая оружия и ожидая приказа следующего правителя Оргунии. Сейчас он занимается дворцовой территорией. Открыли ворота и к нему присоединились ожидавшие штурма дворца моряки Раднира.

Сиггост доложил, что стражники на дворцовой стене также сложили оружие. Забаррикадированной оставалась лишь башня маяка и та угловая комната. С маяка в небо устремился зеленый дым, а с другого поста в море из окна летели горящие стрелы с таким же огнем. Видимо, получив со смертью Делфира какой-то тайный знак, они подавали уже бесполезные сигналы на «Морскую волну». Но когда её обитатели поймут, что всё это бесполезно и Делфира действительно нет, они сдадутся.

И всё равно, улеглись волнения и был наведён порядок лишь поздно ночью. И тут же, над телом покойного короля, члены бывшего Королевского совета Оргунии, давно забытые, запуганные и не собирающиеся много лет, признали дядю короля Меорлиса, лорда Арвенга, его Регентом.

Глава 16

Глава 16. Сон

- Иллар, ты не можешь отправляться в такой долгий и тяжёлый путь.

Овета бушевала.

- Могу, я почти здоров, и хожу прямей твоего сына!

Упоминание сына немного успокоило Овету.

Когда они вместе с Мойрином вошли во дворец, Иллар счёл за лучшее скрыть от них свою странную немощь. Годарду их помощь была нужней.

Арвенг выделил королеве Ситара большие светлые комнаты во дворце и Овета полностью отдалась лечению сына. Мойрин был рядом, отвлекаясь на попытки помочь узникам, подвергшимся страшным опытам Делфира. Барлес же изучал коллекцию Делфира, пытаясь определить, чем тот мог отравить людей и, возможно, найти противоядие.

Годард полностью подчинился матери и знаменитому лекарю. Как ни унизительно было пропустить битву, а теперь валяться на кровати, желание вернуть способность ходить, не хромая, была слишком велика.

Арвенг принёс свои извинения как Радниру, так и Иллару, считая, что теперь он должник их обоих, а также и двух королевств, до конца своей жизни. И как должное принял их уверения, что Илония и Ситарские острова в полной мере воспользуются в дальнейшем его обещанием. На этом официальные извинения-прощения были закончены.

Чтобы не давать повод противникам Арвенга обвинить его в зависимости от ситарского королю, Раднир и Сабер вернулись на свои корабли. К Лионсу это относилось в той же мере.

Они прибывали во дворец только во время траурных церемоний, закончившиеся через пять дней погребением короля Ронетара.

А ещё через три дня, подгадав свой приезд к окончанию первых, самых строгих дней траура, в Орхим прибыла торогская делегация.

С сильным южным соседом, у которого были определённые договорённости с Делфиром о бракосочетании торогской принцессы и тогда еще принца Меорлиса, ссориться не стоило, поэтому от визита посольства, в составе которого была принцесса Сурина Арвенг не отказался.

Принцессу приняли со всей позволенной трауром торжественностью, усиленной присутствием двух королей и королевы. Что не двусмысленно дало понять, что, не отказываясь от продолжения переговоров, Оргуния будет придерживаться своих интересов в первую очередь, а торогских – лишь потом.

Судя по тому, что торогская делегация принимала всё с пониманием и не высказывала резкого недовольства как задержкой, так и второстепенной роли на торжествах, правитель Торогии понимал, что его планы придётся скорректировать с учётом нового расклада. Впрочем, выдать дочь замуж за Правителя морской страны в любом случае было очень выгодно. А Регент Меорлиса не настаивал на расторжении договора.

Торогская принцесса со своей свитой жила во дворце, окружённая, может быть даже большим почётом, чем в своём родном доме, будучи третьим ребёнком после двух братьев, наследников короля Арнадора.

Про то, что во дворце находился илонийский принц, никто не знал. У него было опять привычное для него имя учителя Брайта. И он присоединился в этом качестве к Эрингу и Кристу.

Юный король Оргунии, мальчик семи-восьми лет, с рождения был лишь символом и средством достижения цели. Ни его мать, дядя, ни тем более отец – не обращали на него никакого внимания. Старший брат слишком рано умер, а сестра боролась за свою жизнь. У него были какие-то наставники, но никто не требовал от них результата, его и не было. Угрюмый, растерянный, боязливый мальчик ничего не умел, ни к чему не стремился. У него не было друзей, а окружавшие его в последнее время мальчики были такими же напуганными детьми, как и он сам.

Свалившаяся власть не делала его более умным и смелым.

Но Эринг, не покидавший его, маленькими шажками растапливал лёд в его душе и прививал жажду к жизни. Всего года на три старше кузена, он многое повидал, и сам был когда-то также напуган, оказавшись на галере Дергила, помнил свой страх и свои ощущения. И делал всё, чтобы оживить того, кого провозгласили королём и кому он присягнул на верность.

Крист был ему незаменимым помощником. А Иллар, всё ещё страдая от своей немощи, был им неплохим учителем. Арвенгу, взявшему власть в свои руки, было не до юного короля, своего племянника, и он полностью положился на Иллара, Криста и своего сына.

А Крист действительно учил Меорлиса рыбной ловли. Они втроём часто выходили на лодке в море, сопровождаемые лишь небольшим эскортом королевской охраны. Вместе посещали селения ловцов жемчуга, оставаясь для жителей лишь сыновьями знатных особ, желающих удовлетворить своё любопытство.

Новые знания, впечатления благотворно влияли на Меорлиса. А уроки Иллара, и не только умение владеть мечом, но и рассказы о людях, странах, истории его родной страны и устройства мира, наконец-то дали толчок к развитию ума и мышления.

Прошло десять, двадцать дней… Раднир с Лионсом давно покинули Орхим, вернувшись к своим королевствам. Годард, стойко вынеся лечения и предписания матери и Мойрина учился заново ходить, и готовился взойти на свой корабль, на который, благодаря Арвенгу и не без помощи Сабера вернулась вся его команда, а Иллар всё не торопился возвращаться домой.

Лишь убедившись, что не отвлекает сестру от забот о сыне, он счёл возможным объяснить как ей, так и Мойрину, что творится с ним. Попросил он пригласить и Барлеса, который вместе с Мойрином занимался изучением лаборатории Делфира.

- Я не могу объяснить свою нелепую слабость и желание держаться подальше от людей стыдом от того, что я так постыдно выдал врагу все наши тайны, - говорил он. – Я понимаю, что это глупо. Но и винить во всём зелье – тоже не могу. Ведь на Раднира оно не подействовало. И всё же я готов рассказать, что я чувствую, чтобы вы попытались найти возможное противоядие.

Он подробно рассказал им троим всё, что с ним и с Радниром произошло с памятного вечера у Арвенга. Сначала усыпляющее снадобье, потом сковывающее и наконец, то, что развязывало языки. Каковы были его ощущения, как боролся с последствия он, а как Раднир. Что ждало их в тюремной камере, и каким образом они оттуда выбрались.

Овета кусала губы от досады, что не сразу обратила внимание на странное поведение брата, не расспросила мужа, полностью отдавшись лечению сына. Мойрин тут же приказал своему принцу раздеться и лечь на кровать. По словам Мойрина, тщательно обследовавшего Иллара, ни воспаления, ни опухолей, ни каких-либо болезненных проявлений он не обнаружил. Лишь худоба, да неприятие любых прикосновений, особенно к голове.

Обещая подобрать некоторые снадобья, чтобы посмотреть их действие на Иллара, Мойрин повернулся к Барлесу:

- Что скажите вы, мой друг? Возможно, зная причину, мы найдём ответ?

- Причину искать долго не надо, - пожал плечами Барлес. – Начнём с первого. Усыпила вас пыль алгосона. Достаточно разогреть этот минерал, и когда он распадётся и остынет, собрать пыль.

- Я помню, вы рассказывали, - сказал Мойрин. – Я бы хотел обладать такой пылью. Многие мои травяные снадобья надо пить, чтобы погрузить больного в сон, но часто этого недостаточно.

- Минерал этот давно известен, но раньше он был очень редок, добывался только в шахтах Мералиссии. Усыпляющие его свойства там используются скорее в борьбе между кланами.

- Не им ли была усыплено всё войско Киланбара? – вспомнил Иллар из истории войн в других странах.

- После этого, - кивнул Барлес, - его запасы почти исчезли.

- Но вы сказали, что был. Значит ли это, что нашли его новые залежи?

- Да. Мир полон слухов, но я не ещё встречал человека, который бы видел этот минерал. У Делфира же он имеется. Небольшой ларец, в котором лежит целая склянка этой пыли. Так вот, на нём надпись – Скобийские горы. Вулкан Драмбил.

- Никогда о таком не слышал.

- Я тоже, хотя, как вы знаете, несколько лет, как живу в Тарских горах. – Барлес чуть помолчал, - потому-то я и стремлюсь туда. Неизвестная земля, полная загадок и неизведанных чудес.

- И разбойников, - закончил Иллар, внимательно наблюдая за горняком.

Если отец послал его с ними, значит, он ему полностью доверял. И Барлес не мог не знать, что разбойники, о которых только что упомянул Иллар, на самом деле уже более десяти лет, как объединились в некоторое подобие хорошо организованного общества. Уже давно как с их стороны, так и со стороны соседних стран идёт тщательно скрываемая торговля. Скобийцы, правда, не знают, по крайней мере король Интар так надеялся, что некоторые их вылазки проходят под тщательным контролем илонийцев, а получаемые и переданные товары продуманы и на их основе сделаны определённые выводы. Благодаря этому король Илонии получал всё больше и больше информации о Скобийских горах. И склонялся к тому, чтобы наладить с предводителем скобийцев уже официальные отношения. Со временем. Всё же кровавые набеги не прекращались, людей продолжали похищать. Надо время, чтобы старые обиды забылись, а выгода перевесила месть.

– Барлес, не спешите так в эти земли, довольствуйтесь Тарскими горами, - всё же счёл добавить Иллар. - Возможно потом, когда-нибудь Илония с Тоготом очистит их от разбойников.

- Да-да, - поспешно согласился Барлес. – Но мы отвлеклись. Хочу сказать, что кроме сна, никаких побочных эффектов у этой пыли нет. Человек просыпается бодрым и выспавшимся.

- Что-то я не заметил, что выспался, - пробормотал Иллар, вспоминая своё пробуждение.

- Арвенг пояснил вам, как смог дать вам его? – спросил Мойрин.

- Да. Отрава была на платке, которым он протёр наши кубки.

- Такое малое количество?

- Её достаточно вдохнуть, а уже если она попадет внутрь, действие усилится.

- Этого минерала недостаточно, чтобы навредить телу, - Овета была настроена более скептически, - но если после этого минерала, Радниру и Иллару дали другое, которое сковало движения?

- Как вы понимаете, ваше величество, я не знаток в различных взаимодействиях. Но, - он поднял голову и осмотрел всех присутствующих, - одно взаимодействие двух минералов я знаю. И вот они, как мне кажется, были и использованы на его высочестве.

- Окаменеть и лишить воли?

- Лишение воли, - медленно проговорил Иллар.

- Аимлит – так называется этот камень, вызывающий оцепенение. Его родина - Улисса. Вернее, небольшие горы у озера Аим. Они весьма опасны.

- И чем? – спросил Мойрин.

- Иногда из недр земли поднимается жар неведомых подземных жил и нагревают безобидный камешек, под названием аимлит. Если в этот миг кто-либо находится в пещерах озера Аима, он цепенеет, не может ни двигаться, ни говорить. А в обычное время годный лишь для подсыпки ям на дорогах. Он хрупок и сильно крошится. Кузнецы и каменщики отбрасывают его, как не нужный хлам. Но стоит ему нагреться…, и он становится опасным, смертельно опасным.

- Я слышал об этом, - задумчиво сказал Иллар. – Один горлитский барон во время войны смазывал стрелы своих воинов неведомым ядом. Даже от небольшой ранки солдаты противника застывали на месте. Ему это, правда, не помогло. Его разбили и казнили, а победителю не с руки было оставлять в летописях подробности, как солдаты его войска стояли замертво. Об этом упомянуто вскользь, как нечто недостойное воина и как одна из причин жестокой казни проигравшего. Значит, на нас с Радниром испробовали этот милый камешек? То-то это зелье было тёплым.

- Но как это сочетается со следующим зельем, лишающим воли? – спросила Овета.

- Главное тут – заставляющим говорить правду, - добавил Иллар.

- Карденит, - пожал плечами Барлес. – Уж он-то теперь хорошо вам известен.

- То зелье, которым поили Эланта. Вызывающим галлюцинации, – сказал Мойрин, - ничего общего с тем, что произошло с принцем Илларом.

- Порошок минерала карденита – известное зелье во многих землях. И встречается он как в горах Киссена, так и в горах Горлита. А в Ларгонии его вообще можно собирать, не углубляясь в шахты и пещеры.

- Легкое помутнение рассудка – это лишь лёгкое подобие крепкого эля. А пить эль – согласитесь, Барлес, проще и даже приятней, чем какой-то порошок из камня. Всё дело в добавках. Мы ведь это уже и так выяснили? Вы что-то нашли, что привело бы вас к мысли, что использовал Делфир для Эланта? Или вот для Иллара?

- Для вашего больного, который остался в Илонии – нет. Вернее, очень большое изобилие порошков, кусочков минералов, взвесей и даже алмазной крошки. Уж не говорю о толченном жемчуге и других драгоценных камней. Без опытов, а, как вы понимаете, мы с вами на такое не пойдем, я ничего сказать не могу. Зато я нашёл интересный кусочек смолы варосской ели. Забава для детишек. Пожевал её, ребятня начинает очень быстро и много молоть всякую чушь. Что приходит в голову…

- Или спросят, - медленно сказал Иллар, - в сочетании с оцепенением, помутнением разума и лишением воли…

- Именно так, ваше высочество, - развёл руками Барлес.

- И противоядия, как я понимаю…

- Нет. Всё по отдельности – в принципе вполне безобидно, и проходит само собой.

- Но почему же, я могу приготовить снадобье…

- …успокаивающее…, - усмехнулся Иллар. – Мойрин, значит, дело не в моём теле. И вы зря щипали, давили и тыкали в меня пальцами. Моя отрава тут, - он постучал по своей голове. – И как бы я не гнал мысль о предательстве, именно оно грызёт меня.

- Но вот король Раднир, - заинтересованно поинтересовался Барлес, - у вас с ним совершенно разное воздействие.

- Ну, это объясняется просто, - вмешалась Овета, - Раднир сначала делает, а потом думает, а Иллар наоборот. Раднир вскипел от ярости и его ругань нарушила действие яда. Тем более, что он привычный к ядам, и в своей жизни испробовал на себе всё, чем богато море. Одной ядовитой морской змеи более, чем достаточно.

- Да, - задумчиво произнёс Иллар, - со мной получилось по-другому, яд подавил мою волю моментально, я не смог сопротивляться. А мои ответы усугубляли мою вину. Может ли быть так, что Делфир считал это зелье смертельным именно поэтому – осознание своего предательства?

- Вы не говорили, что оно смертельное, - сказал Барлес. – Возможно, туда был добавлен ещё один компонент…

- Но для чего? Перечисленных – вполне достаточно, - пожал плечами Мойрин. – Хотя, возможно, я хотел бы попробовать сам… тогда, так сказать…

- Мойрин, - возмутилась Овета. – Мы не будем ничего пробовать и ставить опыты.

- Но тогда мы не сможем помочь вашему брату.

- Сдаётся, что мне всё же надо справляться с этим самому, - сказал Иллар. – Ведь и Элант – скорее всего справился с отравой сам. Хотя и благодаря случайным действиям Виолики. И не от снадобий Мойрина он встал на ноги. Он сам преодолел отраву. Своей головой. Твоё лечение, Мойрин, было лечение тела после длительного застоя. Разве я не прав?

Лекарь, подумав, нехотя кивнул.

И Иллар не стал рассказывать им о своём сне.

Он сидел на берегу моря, рядом с той частью королевского замка, что уходила стенами в море. И смотрел на сына, который учил нырять с лодки Эринга и Меорлиса. Эринг отлично плавал, но нырял неумело. А Крист, который с малолетства нырял в море с утесов вблизи замка Хартон, учил это делать так, как привык он. Меорлис за прошедшие дни уже научился плавать и успешно держался на воде. Иллар в который раз поразился, насколько море благотворно влияет на человека. Будь то растерянный ребёнок, или поражённый странной болезнью рослый статный юноша. Вот и он сам. Его тянуло к морю, хотя купание в морской воде тюремной камере, казалось, навсегда отвратило его от солёных брызг.

Рядом кто-то сел, положив ему руку на плечо.

- Отец? – удивился Иллар, и тут же взволновано воскликнул. – Что-то с Элиссией?

- Нет, сын, - сказал Интар, улыбнувшись, - всё в порядке. Наша Принцесса Нарты хорошо себя чувствует. Особенно когда готовит комнату для своего нового большого и взрослого сына.

- Мама? Элант?

- Всё в порядке с мамой, а Элант в Варнийке. Он поправляется и очень много времени проводит с Тарлиным.

- Отвлекает его от его семейства? – засмеялся Иллар.

У Тарлина было четверо сыновей и две дочери. В королевской семье шутили, что это боязнь Тарлина потерять жену. С таким семейством ей стало не до путешествий, и она теперь не покидала Варнийку, ставшую ей и Тарлину настоящим домом. Тарлин так же оставил свои путешествия и теперь ограничился лишь ролью советника своего дяди.

- Но почему ты здесь и как ты тут оказался? – спросил Иллар. - И так быстро?

- Ну, наша карета, запряжённая шестёркой лошадей, сменные лошади на всём пути…

- По Торогии, мимо Торанта… Отец, что-то случилось? Тебе доложили обо мне?

- Да, я получил и твоё послание, и Раднира, и моих людей.

- Что именно заставило тебя пуститься в путь. Моё предательство? Ты приехал поддержать меня? – Иллар говорил сухо, отрывисто, горько.

- Я всегда буду поддерживать тебя. Просто раньше в трудные дни меня не было рядом, да и теперь…

- Твои загадки странны, отец.

- Нет, странен белоголовый друг твоих сыновей - Джерис.

- О! Его способностью говорить посредством брызг волн? Крист рассказывал.

- Да. Представь себе. Он заставил меня плавать в пруду, чтобы я мог поговорить с тобой.

- Зимой? Он лишился рассудка.

- Я бы тоже, если бы послушал его. Нет, мы просто прошлись по мелководью, ещё не затянутому льдом. Он слегка расстроился, что его затея ничем не кончилась. И по окончании он добросовестно помог мне растереть застывшие ноги, напоил горячим настоем каких-то трав, что-то предварительно добавив в них. Так что мне тепло и в какой-то мере это было бы забавно, если бы он не был так серьезен и, если ты всё же мне не приснился.

Иллар усмехнулся. Весёлость отца даже в этой ситуации была наиграна, было видно, что Интару не по себе.

- Ты хочешь сказать, что ты мне снишься? – позволил он усомниться.

- Джерис объяснил это по-другому. Но ты лучше не просыпайся, - рассмеялся Интар.

- И о чём он хотел, чтобы ты поговорил со мной?

- Он хочет, чтобы ты отправился на Сатель.

- На его гору?

- И вошёл в его Водопад.

- Нелепица какая-то. И ты серьезно его послушал? Для чего это? Чтобы я забыл о своём позоре, своём предательстве? Окунувшись в какой-то водопад?

- Двадцать три года назад твоё предательство было очевидно для всех, но ты выстоял. А теперь ни у кого и мыслей нет обвинить тебя в предательстве – а ты сдался.

- Нет. Да. – Иллар помолчал. - Я знаю, что это не так. Мне просто плохо. Это остатки яда. Когда Годард встанет на ноги, я расскажу всё Овете и Мойрину.

- Мойрин подданный Илонии. В первую очередь ты должен был думать о том, чтобы он лечил моего наследника, а не наследника Раднира.

- Игра слов. Да и Годард все же сын Оветы.

- Ты меня понял.

- Что ты хочешь?

- Чтобы ты сопровождал Меорлиса на гору Сатель. Арвенг сам додумается до этого шага, но я хочу, чтобы всё это произошло, пока ты там, и чтобы ты сам вошёл в Водопад. Джерис волнуется…

- Договаривай.

- Что-то произойдёт. И ты должен знать, что.

- В Илонии? Что-то всё же случится с Элиссией?

- Не в Илонии, сын. И не с нашей Элис. Но что-то с нашей семьёй.

- Я немедленно возвращаюсь домой.

- Обязательного. Но после Сателя.

- Если что-то случится у вас, зачем мне терять время? В реальности ты обычно даёшь более четкие указания.

- Знаю. Мне самому непривычно передавать распоряжения на основе расплывчатых видений кого-то, даже не илонийца. Но мы многим обязаны другу твоего сына, Иллар. В первую очередь, этот ваш поход нужен самому Джерису, его народу. Касательно того, что должно что-то случиться, это касается твоих сыновей и ты должен взять с собой Криста. Ну и последнее, Джерис настаивает, чтобы ты сам, именно ты, вошёл в Водопад. Тебе это нужно. Здесь я просто обязан прислушаться к нему.

- Боишься всё же за мой разум?

- Джерис сказал, что Водопад тебе поможет. И, Иллар… это приказ.

Холодные брызги обдали Иллара, и он вздрогнул от неожиданности. Рядом никого не было.

- Ты заснул, учитель Брайт, - весело сказал Крист, подбегая и усаживаясь рядом.

Зима в Орхиме показывала свой нрав только обилием штормов и бурь, но не холодом. Крист, хотя и кутался в одеяло, не выглядел замершим. В море они не замерзали, сказывалось, как говорил Крист, теплое течение вдоль берегов Оргунии. А вот на самом берегу было прохладно. Эринг, чтобы согреться после плавания, устроил с Меорлисом гонки на берегу.

- Разговаривал с твоим дедом, - задумчиво сказал Иллар.

- И как там Элант? – рассмеялся Крист.

- Сказал, что всё в порядке. Не хочешь ли отправиться со мной на Сатель?

Крист сразу стал серьезным.

- Значит, - сказал он, - это был действительно Джерис.

- Ты тоже видел сон?

- Нет, что-то привиделось в море. Но при всей нашей дружбе с Джерисом, я счёл это простым воспоминанием о них с Элантом. Хотя и не отказался бы от путешествия на Сатель. Но бросить тебя, Эринга с Меорлисом.

- А разве Меорлиса он не упоминал?

- Вообще-то настойчиво требовал, - задумался Крист. - Но кто я такой, чтобы указывать Арвенгу отправить короля на Сатель? Тем более, руководствуясь указаниям друга из сна. Тебе, - задумчиво произнёс он, - я тоже не рискнул об этом рассказать.

- Вот поэтому Джерис и привлёк твоего деда.

- Какой-то бред, когда ты вот так рассуждаешь, отец. Не ожидал такого от тебя.

- В последние дни я знаток в этом деле, Крист.

Крист виновато промолчал. Он видел отца после всего, что с ним случилось, знал причину, делал вид, что всё в порядке, с энтузиазмом принял его в свою компанию наставников юного короля, но отцу от этого легче не становилось, и это было заметно.

Именно после этого сна Иллар собрал Овету, Мойрина и Барлеса и дал им возможность понять, что с ним. Ответа не было. Оставалось действительно отправиться на Сатель.

Арвенг серьезно отнёсся к предложению принца Иллара отправить Меорлиса на Сатель, восстановить традицию и связь оргунского королевского дома со служителями Неба. Он планировал это путешествие, но планы были далеки и отложены до тех времён, когда он укрепит свою власть и наладит полноценную жизнь королевства после потрясений, смертей и переворотов. В настоящее время он не решался отправить короля куда-либо далеко, хоть и отдавая дань традиции. Но в сопровождении илонийского принца и его сына, он дал своё разрешение.

Даже больше, он отправлял с ними и свою семью, Рексию с младшими детьми. Старший же и так сопровождал бы юного короля. А уж если отпрыску его семьи суждено отдать дань служения Небесам, пусть это будет не случайный выбор, а осознанное знакомство претендента с малых лет.

Овета, сначала категорически отговаривая брата от тяжёлого путешествия и чувствуя свою вину, что не смогла ему помочь, в конце концов, согласилась не только с его доводами, но и решила сопровождать его. И, как потом оказалось, и своего сына.

Годард, тесно общаясь в последнее время с Кристом, зная его историю встречи со странным слугой Небес, и, не находя душевного спокойствия после своего поражения, унижения плена и не прекращающейся хромоты, так же решил посмотреть на знаменитое селение, странный водопад и, если будет суждено, войти в него.

Овету сопровождал в качестве охраны Сабер. Эйрита и Рексия составили её свиту. Сайл был рядом с Илларом. Крист и Годард вдвоём опекали Меорлиса и Эринга, а также остальных детей Рексии.

Но до этого им пришлось выдержать один тяжёлый разговор с Арвенгом. Мойрин попросил позволения забрать с собой те снадобья Делфира, которые, как ему казалось, помогли бы в его лекарском деле. Арвенг категорически воспротивился. Он не допускал и мысли о том, что снадобья, погубившие семью его брата, будут использованы ещё кем-то. Овета присоединилась к просьбе Мойрина, но и слова королевы, пользующейся славой великой лекарки, не убедили Регента. Яд есть яд. И никакие его полезные свойства не могут возместить ужас и смерть, который он несёт. К досаде и Оветы, и Мойрина, Иллар присоединился к Арвенгу.

Чтобы смягчить свой отказ, Арвенг зато разрешил Барлесу забрать остальную коллекцию минералов и кристаллов Делфира, которые не могли использоваться как основа зловещих снадобий. Отобранные, по указанию Барлеса и Мойрина опасные камни, заручившись словом Иллара, что он доверяет своим спутникам, Арвенг лично, в их присутствии, высыпал в море.

После чего опечаленный Мойрин и счастливый Барлес покинули Орхим.

Глава 17

Глава 17. Сатель

Если когда-то дорога в селение белоголовых священных служителей и была хорошей, то те временя давно минули. Прошло почти сорок лет, как дорога была забыта, и слова Джериса оказались правдой. Дорога и впрямь оказалась труднопроходимой.

А их отряд оказался немал. Хотя, после переворота, опасаться было некого, Арвенг выделил всё же для охраны короля нескольких своих самых преданных людей. Сабера сопровождали его люди, выполняя роль телохранителей ситарской королевы. А учитывая, что Овета с Рексией имели ещё по служанке, а дочку Рексии опекала нянюшка, молодая девушка, успевшая за несколько дней крепко привязаться к своей подопечной, их отряд превысил двадцать человек. Годард как-то пошутил, оглядывая место очередного привала:

- Непроходимость этой дороги закончится после нашего похода.

Действительно, небольшая узкая дорожка, по которой могла проехать лишь одна телега, теперь напоминала широкий торговый тракт с огромными полянами привала.

Впрочем, для Оветы, ситарской королевы, побывавшей и не в таких местах, трудности дороги никогда не были чем-то особенным. И она возглавила их паломничество не только номинально, но и весьма существенно. Роль её помощника взял на себя Сайл. Саберу пришлось существенно помогать жене. Эйрита как раз не была приспособлена не только для походов, но и длительных прогулок. Иллар поддерживал Рексию, а Крист с Годардом только и успевали, что следить за детьми, которые, казалось, не только не уставали, но и норовили убегать вперед, теряться позади и метаться в стороны.

Годард упорно двигался пешком, хотя у них в достатке были смирные, привычные к походу лошади. Но и мать, и Мойрин в два голоса говорили ему, что способность ходить, держась прямо, не прихрамывая, не качаясь от ветра, придёт с усиленными тренировками. И он устраивал себе эти тренировки, продвигаясь вперёд и стиснув зубы. Он не признавался даже себе, но всё равно уставал быстрее всех. Но чуткая Эйрита, вкупе с Рексией требовали для себя привала раньше, чем он падал от усталости. К этому времени уставали и младшие дети. Так что на слабость Годарда никто не обращал внимания. На привалах он сам разминал свою раненную ногу, сам втирал в него мази Мойрина. К ночи валился на землю, через силу заставляя себя поесть и уже не чувствуя, как мать, закончив организовывать привал и отдавать приказы, теперь уже сама растирает ему ногу и втирает мазь. Крист, поднаторевший совсем недавно в этой процедуре, помогая родному брату, с легкостью заменял её, приходя на помощь уже к кузену.

Рексия, хотя и старалась этого не показывать, была огорчена отчуждением старшего сына. Эринг, с которым она была разлучена почти три года, хотя и вернулся в семью, о которой мечтал все годы разлуки, сейчас взял на себя слишком большую ношу, опекая брата-короля. На младших братьев и сестру у него не оставалось времени, как не было теперь возможности больше времени проводить с матерью.

Видя муки Рексии, которая тяжело переживала отдалённость старшего сына, Иллар стал привлекать к своим непрекращающимся занятиям её младших сыновей, а мать с дочерью всегда приглашал посмотреть на успехи уже переставшего сильно смущаться Меорлиса. И Рексия была благодарна Иллару за эту маленькую хитрость.

Сам Иллар чувствовал, что дорога, хотя и утомляет его, но приносит какое-то облегчение. Дворец с его тюремной камерой и всё сопутствующее осталось где-то позади. Смена места, другие заботы, он впервые взглянул вперёд, он начал скучать о жене, а видя маленькую дочку Рексии, каялся, что забыл о своей малютке Иланне.

Через шесть дней, поднявшись уже высоко в горы, всадники, разведывающие путь, вернулись и доложили, что дальше по дороге их ожидают.

Ожидавшими оказались несколько мужчин, среди которых своей статью и поистине королевской осанкой выделялся высокий мужчина. Длинные седые волосы, спокойно спадавшие по плечам и струясь по белой хламиде, в которую был одет мужчина, перехвачены на лбу золотым обручем. Голос мужчины низкий и спокойный.

- Меня зовут Дериас, - сказал. – Мы ждали вас.

Рексия вышла вперёд, ведя за собой Меорлиса и своих детей. Выдвинув вперёд юного короля и поклонившись, она произнесла ритуальную фразу:

- Прошу вас, слуги Неба, даруйте благословение Небес своим родичам. Откройте им неведомые трудности и дайте силы преодолеть их. Научите выбрать правильный путь и сопроводите их в пути. – Она указала на своих детей. – Позвольте представителям седьмого поколения познать себя и сделать правильный выбор.

- Да будет так, - сказал Дериас, наклонив голову, внимательно вглядываясь в мальчика, стоящего перед ним.

Также одарил пронзительным взглядом Эринга, вставшего рядом с Меорлисом, незаметно сжимая его руку и подбадривая его в этой странной для него обстановке. Внимательно всмотрелся в каждого ребёнка Рексии. Поднял голову и одобряющее улыбнулся заметно волнующейся Рексии.

- Спасибо, - сказал он. – Мы с радостью и с честью примем в свои ряды вашего ребёнка, моя леди. Если это будет угодно нашим богам и таково будет желание его или её.

И хотя Рексия и до этого знала, что слуги Небес не забирают маленьких детей, и в любом случае седьмое поколение королевских отпрысков уходили на своё служение добровольно и, возможно, даже в зрелом возрасте, от этих доброжелательных и спокойных слов ей стало намного легче.

Следующим подошёл к старейшине Крист. Он также поклонился и произнёс:

- Я принёс вам сведения о Джерисе, отправившимся в своё путешествие и встретившимся на моём пути.

- Я выслушаю тебя, - кивнул Дериас.

Он оглядел весь их небольшой отряд.

Овета вышла вперёд и на этот раз первым поклонился Дериас, безошибочно определив в ней особу королевской крови.

- Мы чужие в вашей стране, отец Дериас, но ваши Боги и наши тоже. Если я смогу произнести свои молитвы об излечении моего сына отсюда, возможно, они услышат меня.

Она положила руку на плечо Годарда и тот поклонился жрецу.

Дериас улыбнулся.

- Молитва матери о сыне сильней всех молитв, но ваш дар, моя королева, в другом. Я слышал и о нём, и о вас, королева Овета. И я присоединюсь к вашим молитвам.

Он перевёл взгляд на Сабера и Эйриту, державшиеся рядом друг с другом.

- Ты мечешься, девушка, - тихо сказал он. – Ребёнок, муж. Ты боишься потерять одного, стремишься быть с другим, Твоё сердце не на месте.

- Но как мне быть? – взволнованно поддалась вперёд Эйрита.

- Твой сын, он часть твоего мужа, девушка. Небеса привели тебя к морю. Водопад не подскажет тебе лучший выбор, водопад поможет тебе принять то, что ты выберешь сама. Если ты захочешь этого.

Жрец перевёл взгляд на Иллара. Тот выступил вперед и поклонился:

- Джерис послал меня сюда. Я пришёл просить помощи для себя и увидеть то, что предназначено мне.

Дериас не стал ничего говорить, а просто кивнул и опять оглядел пришедших на его гору людей.

- Прошу вас, будьте нашими гостями, - старейшина указал на поселение, видневшееся за его спиной. – Вам подготовлены дома, кровати и еда.

Поселение сателеанцев было огромным и занимало не только маленькую долину. Домики виднелись и на склонах горы выше. Посредине же долины стояли дома старейшин.

Меорлиса и Рексию с детьми поместили в большом гостевом доме, построенном в незапамятные времена и предназначавшийся исключительно для королевской семьи, когда она поднималась на гору ради традиционного церемониала. Видимо, всё время забытья сателеанцы не сомневались в возобновлении традиционных связей. Дом держался в полном порядке, а к их приезду, если сателеанцы действительно узнали о нём заранее, его проветрили и застелили новым гобеленами и покрывалами.

В нескольких соседних домиках, предназначенные в былые времена для сопровождавших королевских слуг разместились Овета и Эйрита, со своими служанками, в другом – Сабер с Годардом, в третьем Иллар с Кристом и Сайлом, в остальных - охрана короля и Оветы.

Весь следующий день старейшины дали возможность отдохнуть путникам с дороги. Но уже через день их всех пригласили в дом старейшин.

Дериас в первую очередь поговорил с юным королем. Вопросы старейшины были простыми и ненавязчивыми. Он спрашивал, где во дворце жил мальчик, об отце, матери, одном дяде, другом. Что он знает, что умеет, какие у него учителя. Обыкновенные вопросы, и Крист, и Годард в своё время, частенько отвечали на такие же от своего деда – короля Интара. Вопросы не смущали детей, не заставляли долго думать над ответами, спокойная обстановка и внимательный слушатель делали своё дело. Тот, кто хотел услышать, слышал.

Мальчик, уже привыкший к вниманию к себе, но пока оберегаемый Эрингом и Кристом, вынес эту беседу достойно.

Дериас отпустил его и пригласил в кресло уже Эринга, затем Рексию. Уже от них выслушал рассказ о том, какой беспредел творился во дворце и в Оргунии за последние годы. Щадя чувства юного короля, Рексия старалась отвечать сдержанно, но Дериас понимал всё с полуслова, а Меорлис получил возможность узнать некоторую частицу правды о деяниях своего дяди и нраве матери.

Отпустив оргунских гостей Дериас приступил к расспросам остальных своих гостей.

Крист рассказал о своей истории, о встрече с Джерисом, о его словах и просьбе пройти водопад. Иллар подтвердил его рассказ. В свою очередь рассказав, какие боли мучают его. Овета со своей стороны добавила более подробный рассказ, чем это могло быть вызвано.

Расспросы священнослужителя продолжались до самого вечера, после чего им опять дали день на отдых.

Правда, на этот раз их пригласили прогуляться по улицам поселения, подняться в горы и даже подойти к знаменитому Водопаду. Сопровождающих их молодой человек по имени Лаймас охотно отвечал на их вопросы, рассказывая о жизни обитателей.

Истории о путешествиях сателеанцев за мужем или женой в Большой мир знали до этого только Крист, Рексия, да Иллар с Эрингом. Этот обычай в рассказах юноши выглядел немного забавным.

- Это моё последнее поручение Дериаса, - говорил он, смеясь и подшучивая над собой, - пойду в Большой мир за невестой, а то в моём поколении мне нет пары.

- И много таких, как ты?

- Четверо уже ушли, за мной ещё пятеро.

- И вы все белоголовые? – спросил Эринг, поглядывая на своих младших братьев, отличающих, хотя и не чернотой, но весьма темными волосами.

Лаймас тоже с интересом взглянул на своих возможных родичей.

- Да, - легко сказал он. – небеса дают нам это отличие.

- Вы что-то принимаете? Какое-то снадобье? – спросила осторожно Овета.

- Если это можно добиться каким-либо снадобьем, - улыбнулся юноша, - то Небеса добавляют нам его в воду. В наш Водопад. Он питает все наши поля, кормит и поит нас.

- Помни, что другое снадобье, там внизу, лишает вас возможности трезво мыслить, - сказал Крист, - Джерис…

- Я знаю, - легко согласился Лаймас. – Джерис мой двоюродный брат, он уже рассказал мне.

- Для чего тогда он просил рассказать его историю Старейшине? Чтобы он вас всех приучал понемногу к хмельным напиткам?

- Нет, что ты, мы сами должны увидеть мир и набить себе шишки. Насколько далеко мы готовы дойти в своих поисках, настолько опытными мы становимся. Мне рассказывали, - он понизил голос, - что Старейшина отсутствовал около восьми лет.

- Ну хоть вернулся с женой? – заинтересованно спросила Овета.

- И с женой, и с сыном, и с дочкой. И даже привёл родича жены. Сингальцы.

- Далеко, - согласился Иллар.

- А я хочу попасть в Вароссу. Там большие леса, а мне нравятся леса.

- Я могу пригласить тебя в Илонию. У нас не меньше леса, чем в Вароссе.

- Варосса – центр древней империи, - извиняюще проговорил Лаймас.

- Насколько я помню, от империи там осталась лишь столица с огромным замком. Так что ты прав, там есть что посмотреть и есть из кого выбрать.

Лаймас покраснел.

- А где же собственно, Водопад? – спросила Овета, придя ему на помощь.

- Да вот же он, - обрадовался помощи ситарской королевы Лаймас. – В этой пещере.

- Не снаружи?

- Таинство требует уединения, - поспешил объяснить Лаймас. – Сейчас там старейшина.

- Он каждый день входит в Водопад или пред нашим завтрашним ритуалом?

- Не каждый день, конечно. Но сейчас из-за вас.

- А нам можно сейчас заглянуть туда?

- Почему нет?

Они осторожно вошли в просторную светлую пещеру. Их оглушил звук падающей в небольшой водоём широкой струи воды. Она обрушивалась со скального уступа и брызги разлетались во все стороны. Из бассейна вода уходила по выложенному желобу, и спускалась вниз, давая, видимо, жизнь тому ручьи, который они проходили недавно.

В центре Водопада, спиной к ним стоял человек, широко раскинув руки. Он был в белых одеждах, сливающихся с пеной падающей воды и, казалось, сам стал частью Водопада.

- Я тоже так должен? - еле слышно прошептал Меорлис.

Но Лаймас его услышал.

- Нет, мой король, - сказал он. - У Дериаса ведь забота – весь мир, а у тебя лишь наша Оргуния. Так что для тебя поток воды уменьшится.

- У вас наверху плотина? – удивился Иллар.

- Да. Иначе, в это время года мы имели бы в наличии лишь некоторый ручеек, стекающий по горе. Зато весной мы не рискуем переходить ручей вброд. Для этого у нас имеется навесной мост и то его, бывает, сносит.

- А не холодно сейчас для детей такое купание? – озабоченно спросила Рексия, чувствуя на себе холодные брызги.

Лаймас посмотрел на неё, на Меорлиса и на остальных детей.

- Не для всех, - его ответ был странен, но пояснений он не дал.

Видимо для торжественных церемоний в пещере стояли деревянные скамеечки. Они сели, не в силах оторваться от зрелища падающей воды и фигуры в ней. Разговаривать, перекрикивая звук падающей воды не хотелось.

В пещере становилось холодно. Откуда-то Лаймас принёс каждому по теплому, только что, видимо, от костра, одеялу, они закутались и продолжали смотреть.

Внезапно мужчина в центре водопада обернулся и призывно махнул рукой.

- Это он тебе, - сказал Лаймас Меорлису. – Если ты готов, можешь не откладывать это на завтра.

- Я готов, - вскочил мальчик.

Эринг встал рядом с ним.

Лаймас протянул обоим по длинному белому одеянию. Оно было так же принесено и ждало своего мига. Видимо, он настал. Быстро скинув одежду, оба мальчика натянули на себя странное одеяние. Их провожатый, взяв как одного, так и другого за руку, подвел их к Водопаду. Подтолкнул к Старейшине короля, а Эринга попридержал за руку.

- Ещё не время, - шепнул он.

Повинуясь чей-то команде, шквал воды, падающей вниз, немного утих. Меорлис решительно вступил в бассейн.

- Вода теплая, - донёсся до них его голос.

Рексия недоуменно обернулась к Овете, но та только пожала плечами.

Дериас сделал шаг в сторону, уступая место мальчику и тот встал под падающую струю. Он стоял там долго, очень долго. Не двигаясь, не делая никаких движений.

Рексия взволновано встала, подошла к Лаймасу и к своему старшему сыну. Те не обращали ни на что внимания, лишь неотрывно наблюдая за Меорлисом. Внезапно Дериас, стоявший до этого рядом с мальчиком, но не притрагиваясь к нему, положил ему руку на плечо. А через некоторое время обернулся к своему помощнику и Лаймас подтолкнул к ним Эринга. Тот спустился в бассейн и подошёл к водопаду. Неосознанно он положил руку на другое плечо Меорлиса. И так они стояли ещё долгое время, прислушиваясь к чем-то своему.

Наконец, Дериас вывел мальчиков из-под водопада.

К удивлению Рексии и Оветы, которым Лаймас протянул толстые куски полотна для того, чтобы они вытерли подростков насухо, тела мальчиков не были холодными. И замерзать они начали, лишь скинув с себя мокрое одеяния. Но ловко растертые двумя женщинами, и облачившись в свою сухую одежду, быстро согрелись.

- Ну и как там? – не удержался Крист, но спрашивая всё же у более близкого ему Эринга.

За двух мальчиков ответил Дериас. Он тоже вытерся и переоделся. И обращался он к Рексии.

- Твоя просьба выполнена, моя леди! Королевский дом Оргунии и слуги Неба вновь соединились воедино. Небеса указали нам путь, и мы донесём благословение Небес на ваши дома.

- Будет очень трудно, - негромко сказал Меорлис. – Но я буду учиться. И стану неплохим правителем своей страны. – Он повернулся к Эрингу. – Мне будут помогать.

Эринг кивнул, отвечая на этот раз Кристу.

- Мой путь отныне и до самого конца – рядом с Меорлисом. Вместе мы сделаем Оргунию процветающим королевством.

- Вам открылось будущее? – Крист широко распахнул глаза.

- Будущее не открывается, юноша, - ответил за мальчиков Дериас. – Оно делается с благословением Небес.

- Но ведь Джерис видел…

- Джерис – верный мой ученик и последователь наших традиций. Мы можем увидеть то, что нам предназначено. Но не само будущее.

- Для чего тогда он просил, чтобы мы с отцом вошли в Водопад? Разве не для того, чтобы увидеть, что нас ждет?

- Не вас. Это первое. И не ждет, а уже происходит. То, с чем будет связана ваша жизнь.

Их прервал вскрик Рексии. Всеми забытые, младшие братья Меорлиса, прямо в одежде плескались в бассейне, упорно продвигаясь к водопаду.

Дериас придержал готовую кинуться за ними женщину и кивнул Годарду.

- Раз уж вы тут… - сказал он.

Годард скинул сапоги, штаны и куртку и в одной рубашке вступил в бассейн. Ему с трудом дались шаги в воде. И, несмотря на то, что за последние дни он сильно окреп, преодолел он путь до потока воды, сильно подволакивая ногу.

Первым ему попался под руку Элсир.

- Не надо, - с глазами, полными ожидания чуда, прошептал тот.

Годард тогда взял за руку Рерина и привёл к матери его. Мальчика била крупная дрожь, и он усилием воли сдерживался, чтобы не стучать зубами.

- Как так получается? – спросила Рексия.

Они вместе с Оветой сняли мокрую одежду с мальчугана и закутали его в одеяло.

- Тому, кому Водопад не нужен, для того он холоден, - ответил Дериас.

Он неотрывно смотрел на мальчика, который стоял под Водопадом.

Элсир, подняв руки над собой, стоял под струей воды, не замечания ничего и никого. Он улыбался и был счастлив.

- Это будет он? – спросила Рексия, еле сдерживая слёзы.

- Да, моя леди. – просто ответил Дериас. – но только если он захочет сам.

- Но ведь не сегодня, не сейчас? – она знала ответ, но всё равно спросила.

- Тогда, когда придёт время, - улыбнулся Дериас.

Овета, взявшись за завязки плаща, распуская их и скидывая плащ, обратилась к Дериасу:

- Я могу присоединиться к сыну?

Годард в это время стоял рядом с Элсиром. Но в отличии от мальчика, его плечи были понуры, и он явно замёрз.

- Водопад не для него, ваше величество, - ответил Дериас. – он вскоре поймёт это и вернётся.

Овета сжала губы, но сдержала ответное, возможно, резкое слово.

Иллар поднял плащ, накинул на сестру и обнял её.

- Он сын Раднира, милая. А для Раднира лечение всего – это море. Морская, не пресная вода.

Овета не удержалась и улыбнулась. Тем более, что Элсир уже возвращался. Теперь он вёл Годарда обратно и его лицо светилось от счастья.

- Мама, - бросился он к ней, и пока она снимала с него мокрую одежду, горячо шептал ей, - Водопад, он такой… он теплый, мягкий. Мама, я слышал голос Небес. Они спрашивали, хорошо ли мне? Приду ли я ещё? Я приду?

- Шум воды, - улыбнулся Дериас на невысказанное потрясение на лице Рексии, - богатое воображение. Приводите вашего сына к нам почаще, моя леди. Он будет учиться и когда-нибудь, возможно, и услышит голос Небес.

Глава 18

Глава 18. Видение

Иллар, не отрывая взгляда от Водопада попросил Старейшину.

- Если то, что должно случиться, уже случилось, то, возможно, мне стоит поторопиться?

- Не думаю. Всё идёт так, как и должно быть. От вас ничего не зависит. Но вы сделали главное, помогли Оргунии. И мой долг помочь вам. В первую очередь, принц Иллар, вывести яд из вашего сердца. Да, вы можете вступить в Водопад. Он или отторгнет Вас, как принца Годарда, либо просто покажет вам то, что считает нужным Джерис. Но есть возможность, что он поможет вам. Идите, ваше высочество.

Иллар только скинул сапоги и куртку. И вступил в бассейн. Вода была холодна, она отталкивала его и хотелось вернуться обратно. Иллар сжал зубы и вызвал в памяти лицо друга сына, который спас одного и теперь находится рядом с другим. Это помогло. Вода будто устыдилась, что плохо приняла посланника своего последователя. По мере приближения к Водопаду, она становилась теплей. Когда Иллар встал под водопад, вода уже казалась ему горячей. Вернее, нет, вода оставалась холодной, жгло почему-то изнутри. Иллар согнулся от боли, обхватив себя руками. Но от этого не становилось легче. Тогда он заставил себя выпрямиться и дать воде полностью охватить, обнять, остудить себя. Но разум помутился, картины его далекого мнимого предательства перемешались с его недавним стыдом. Он считал это слабостью, он сейчас видел черные щупальца отравы, проникающей в каждую частицу его тела. Вопросы Делфира остались далеко в прошлом, но темень не уходит, всплеск горечи и чернота увеличивается. И вдруг, как маленькая искра, пришли воспоминания об отце и Элиссии – и чернота отступила. Всплыли в памяти первые, неумелые шаги дочери и чернота отступила ещё. Вот мать, королева Лайна, рассказывает за столом, как её внучка угольком изрисовала всю свою комнату цветами, пока няньки думали, что девочка спит. Элиссия запретила стирать цветы и Иллар наблюдал, как жена тем же кусочком уголька подправляет то один цветок, то другой. Особо красивый мать с дочерью перенесли на деревянную дощечку, вытравили рисунок кислотой, покрыли воском, натёрли и вручили Иллару. Где-то эта деревянная дощечка была в его вещах.

Иллар забыл о ней, чернота заняла это место воспоминаний. Но сейчас она отступила. А перед взором Иллара встало лицо отца. Как же отец постарел. А Иллар и не замечал этого. Даже после недавних слов Криста. Прав был сын, а не он. Иллар всегда воспринимал отца как нечто вечное, беспрекословно высшее и непреклонно правое. Сейчас вспомнились малейшие детали усталости в глазах короля, его безмолвная просьба помочь, решить какой-либо вопрос без него. Не то, чтобы принц Иллар отстранялся от ведения королевских дел. Многое было подвластно ему и решалось им. И всё же, как видимо, слишком мало. Любовь и безмерное уважение затмило простую заботу. Хотя сестра и делала ему внушения. Она, редко видя отца, замечала признаки старости лучше, чем брат. Но и она видела своего отца слишком давно, занятая своим королевством и детьми. А Иллар не прислушивался к ней. Его устраивала тень вблизи отца. Тихая гавань после всех скитаний, рядом с Элиссией.

Куда чернота не добралась, так это в любовь к милой оружейнице, Принцессе Нарты, любимицы Илонии. Нетронутый чернотой кусочек света начал растекаться по всему телу. К нему присоединились лучи света не прерывающейся ни на миг любви и годы заботы о сыновьях. Вспыхнула яркая звезда гордости за того, кого его Элиссия признала за своего, за будущего наследника Илонии, Иллар был уверен, достойного наследника.

Чернота ушла. Покинула его тело. Вода Водопада остудила его и теперь струилась теплым одеянием. И осталась уверенность, что скоро он будет дома. Его ждут дела, его ждёт отец с матерью, жена с дочерью. А сын будет рядом. Один сын. Второй, который обязательно поправится…

- Стенли, - непроизвольно вскрикнул Иллар.

Он видел широкую каменную площадку. Естественный мост через горную реку. Он узнал это место. Недалеко от Тарска. Горная речка подныривала под выдолбленное ею же пустоты под грудой обвалившегося уступа скалы, и вытекала из горы где-то далеко внизу. Тарские мастера сделали здесь дорогу, ведущую на ту сторону реки. Тарские владения расширялись и осваивались все дальше в Скобийские горы. Но удобный мост был лишним поводом нападения скобийцев и не раз становился местом стычек, но он же был удобным местом для внесения выкупа.

Вот и сейчас на одном его конце стояли илонийцы, которых возглавлял Стенли. На другом – скобийцы. Видение приблизилось и Иллар увидел на той стороне мужчину и женщину, подходящих к середине моста. В женщине он, к своему ужасу узнал Кенсарию. Со стороны Тарска к середине моста приближался Стенли в сопровождении нескольких солдат, несших какие-то мешки. Одни были легки, видимо, там были ткани, другие тяжелы и, судя по их форме, там были какие-то инструменты. Мужчины сгрузили мешки у ног скобийца. Стенли протянул приличного размера мешочек с деньгами.

Иллар не слышал резких слов, сказанных Стенли, но зная брата, не сомневался, что это были за слова. Смысл же был ясен. Скобийцы каким-то образом похитили либо саму Кенсарию, решив, что жена военачальника Илонии знатная добыча, либо кого-то другого, близкого Стенли. Видя ехидное и торжествующее выражение лица Кенсарии, он подумал было, что похитили Орли, а Кенсария теперь требует выкуп за сына. Иллар понимал, что это нелепица. Но дальнейшие события поставили его в тупик ещё больше.

Кенсария внезапно кинула в лицо мужа какой-то порошок. Стенли отшатнулся, но отрава достигла его и вздохнув всего лишь какую-то малость, он замертво упал у ног Кенсарии.

Со стороны Илонии к нему кинулись илонийские солдаты, но остановились перед градом стрел, воткнутых перед ними и какими-то словами Кенсарии. Они отступили. Но зато вперед вышел белоголовый друг сыновей Иллара. Подняв руки ладонями вверх Джерис что-то говорил, приближаясь к упавшему Стенли. И, не слушая Кенсарию, опустился над Стенли. Кенсария подняла руку, останавливая стрелков. А к Джерису присоединились Виолика и Элант. Элант казался здоров, у него на поясе даже висел меч в ножнах. Но если на девушку не обратили внимания, то Эланта окружили люди Кенсарии. Именно её. Теперь уже в этом можно было не сомневаться. Кенсария каким-то образом вырвалась из своего узилища и теперь возглавляла отряд скобийцев, обманом вынудив мужа прийти на встречу.

Что она задумала было непонятно. Но между ней и Джерисом возник долгий разговор, Джерис что-то доказывал ей, Виолика присоединилась к нему, Элант стоял спокойно, ожидая результата.

Наконец, Кенсария договорилась о чём-то с Джерисом. К ужасу Иллара, Элант, отзываясь на слова Джериса, снял и передал ближайшему скобийцу свой меч, свои кинжалы. Для Стенли принесли носилки и переложили его на него. Джерис встал рядом, а Виолика подошла к Эланту и тот незаметно для других, но не для Иллара, оперся на руку девушки, а не наоборот, как казалось со стороны. Вся кавалькада двинулась в сторону Скобийских гор. Несколько оставшихся скобийцев о чём-то ещё переговаривались с людьми Стенли.

И на этом видение закончилось. Как закончилась и тепло Водопада. Внезапно Иллар почувствовал, насколько он холодный. Дрожь пробрала его с ног до головы уже не только от увиденного, но и от холода. Он сделал шаг в сторону и только тут заметил, что рядом стоит Крист и Овета. Крист был в сапогах, а Овета не скинула плащ. Скорее всего они, услышав вскрик Иллара, кинулись к нему в чем были.

По их лицам Иллар понял, что они видели всё то, что видел и он.

Судя по тому, как спокойно принял их торопливые слова Дериас, видения каким-то образом достигли и его.

- Это не видения будущего, - сразу отмёл он первый же вопрос Иллара.

- Но когда это могло произойти? – спрашивал Крист, торопливо скидывая мокрую одежду и кутаясь в одеяло.

Овета, бормоча про себя слова, которые раньше Иллар слышал только от Раднира и то только в портовых тавернах после пары бутылочек вина, пыталась снять с себя мокрые юбки и корсет. Эйрита помогала ей, Годард заслонил мать от посторонних глаз развернутым плащом и пытался по её торопливым словам, выяснить, что же они все увидели в Водопаде.

- Когда ты видел во сне Джериса? - спросил Иллар сына.

Тот, кляня себя, Джериса, Кенсарию, ответил, немного подумав:

- Дня за три до твоего сна.

- Вы бы всё равно не успели, - сказала Овета.

- Когда я видел свой сон, отец ещё не знал ничего.

Дериас опять добавил:

- Это произошло после сна его высочества, либо происходит прямо сейчас.

Иллар коротко взглянул на Меорлиса, Рексию, Дериаса, неохотно признался:

- Отец не звал меня обратно. Он просил выполнить просьбу Джериса помочь его народу.

- Но теперь нам надо спешить, - сказал Крист, наконец, освободившийся от своих мокрых сапог и мокрой одежды.

Закутанный в одеяло, рядом с таким же отцом, а вскоре к их компании присоединилась и завернутая с ног до головы в одеяла, да ещё и укрытая плащом, ситарская королева, он чувствовал себя униженным и несправедливо задержанным.

Только сейчас они заметили, что Меорлиса и Эринга, как и Рексии с младшими детьми не было видно. Отсутствовал и Лаймас. Зато в углу пещеры был разведён костер, и Дериас приглашающе указал на него.

- Вам принесут сейчас вашу одежду. Лаймас позаботится, - сказал Старейшина. – Вы покинете Сатель завтра на рассвете. Лаймаса я отправлю с вами. Он собирался в путь на поиски спутницы жизни ради продолжения нашего рода. Но Небеса указали нам в наших видениях другую его стезю – он будет рядом с королём и его верным другом. Будет руководить их обучением и сам будет их наставником. Когда-нибудь он станет приводить сюда как детей Меорлиса, принцев Оргунии, так и своих детей. Наши роды расходятся и сходятся и только так мы достигнем равновесия, величия рода и благополучия Оргунии.

В знак уважения присутствующие не перебивали Старейшину, делившегося с ними толикой своих видений, но сами жаждали услышать пояснения своим видениям. Дериас сжалился над ними, вернувшись к тому, что волновало их.

- Не важно, когда произошло то, что вы увидели, - сказал он, - вчера или сегодня, или даже случится завтра. Это путь Джериса. Он видел, что его судьба рядом с этим юношей, - Дериас показал на Криста, - я видел частички его видений, и поначалу был удивлён, что видения не верны. Но я не знал, что сыновей у принца Иллара двое. Значит, судьба Джериса идёт по плану.

- Он говорил об этом. Но что же произошло сейчас? И что мы можем сделать? – нетерпеливо спросил Крист.

- Кинуться на помощь? Ввести войска? – вопросом на вопрос ответил Дериас. – Это вам решать. Королю Интару, принцу Иллару и его наследнику. Увидеть дорогу? Предугадать куда нанести удар? Этого ни мне, ни вам не дано. То, что смог Джерис, он сделал.

- Помог вам, но не моему брату, - сказал Иллар, - и ни моему сыну.

- Вы уверены в своих словах, принц?

- Иллар, как ты можешь, - воскликнула Овета, - этот странный белоголовый юноша кинулся на помощь Стенли.

- Но он знал, что что-то случиться. Что-то, что повлияет на всю нашу семью.

- Повлияет – это не смерть одного из членов этой семьи.

- Элант еле стоит на ногах. А он договаривается с этой ненормальной отправиться с ней вместе. И берёт с собой этих двоих. Таких же, как и он, не в себе. Которые не могут друг без друга.

- Которые связаны друг с другом, - сказал, Крист. - Отец, леди Овета права. Если Джерису по силам помочь и спасти Стенли, то он не может оставить Виолику и Эланта. Они зависят друг от друга и втроём им будет легче.

- С Кенсарией! – воскликнул Иллар.

- Нам не ведомо будущее, - в очередной раз сказал Дериас, - но что-то мы можем. Судьба Джериса связана с судьбой вашего сына, принц, но это не значит, что она связана лишь на мимолетное мгновение жизни. Джерис будет рядом с вашим сыном, возможно, долгие годы.

- В плену Кенсарии…

- Мы отправимся туда и найдём его, - сказал Крист.

- Мы с Лионсом тоже пойдём, - сказал Годард.

Иллар замолчал. Надолго замолчал.

Принесли сухую одежду, и они все переоделись.

Пользуясь передышкой среди поднятого волнения, Сабер с Эйритой подошли к Водопаду. Девушка опустила руку в воду, через некоторое время вытащила, приложила мокрую руку к лицу.

- Мне это не надо, - сказала она через некоторое время. – Я вернусь на Ситар, Сабер. И буду ждать тебя. С сыном. Или двумя. Ты только возвращайся ко мне.

Высокий сильный моряк с обветренным суровым лицом, молча обнял жену, зарывшись лицом в её волосы.

- Не сомневайся, - глухо сказал он.

Перед тем, как двинуться в путь, Иллар, повернулся к сестре:

- У Лионса скоро коронация. Вы с Годардом должны быть там. И от себя и представителями Илонии. Я нужен своему отцу. Нужен Элиссии и своей дочери. Я понял это, стоя там, - он кивнул на Водопад. – В этом моё излечение и мой рассудок. Мои путешествия и приключения закончились. Крист, - повернулся он к сыну, - теперь это твоя задача. Спасти брата. - Он повернулся к Годарду. – Если понадобится, Крист призовёт вас с Лионсом.

Часть 2. Глава 1

Часть 2. Скобийские горы

Глава 1. Варнийка

В Варнийке было не по-зимнему тепло. Солнце пригревало сидящих на террасе четверых мужчин. Они медленно потягивали вино из кубков и наблюдали за женщинами и детьми, резвившимися на площадке перед террасой.

Орли, сын Стенли, приехавший накануне с отцом в Варнийку, сперва держался рядом с мужчинами, но потом не выдержал и спустился вниз, помочь двоюродному брату Риану. Тот всё не мог совладать с капризничающим пони, а обилие женщин и их советы делали всё только хуже.

Высокий для своих десяти лет Орли сам был ненамного выше маленькой лошадки. Он чуть снисходительно и успокаивающе похлопал пони по гриве, что-то прошептал ей на ухо и, взяв за повод, повел чуть в сторону. Вдали от такого обилия детей и опекающих их женщин пони было несомненно спокойней.

А дети, видя, что замечательную лошадку отобрали у них, разревелись в один голос. Начинала, правда, как обычно, младшая сестренка Риана, её тут же поддержала Иланна, а затем и всё остальное мелкое семейство Тарлина.

Рауна не знала, кого бросаться утешать первым. Виолика как могла помогала ей, но ловля очередного плачущего ребенка заканчивалось лишь вытиранием носов и новым всплеском рёва. Элиссия всё не могла утешить Иланну. Казалось, той просто неловко было прекращать плакать, когда остальные с таким наслаждением это делали.

- Порой мне кажется, - задумчиво сказал Латин, наблюдая, как Белора, его жена, пытается что-то вытащить из-за рта их сына, - что осаду было выдержать легче.

- А у тебя только один! – вздохнул Тарлин, оглядывая свою армию из трех мальчуганов и пары девочек, Риан не в счёт, им занялся Орли.

- Зато Рауна дома. По-моему, вы так и хотели, дядя! – философски заметил Элант.

- Да, но теперь я вижу её ещё реже…

- Начинать общение с детьми, воспитание - для этого не надо ждать, пока они войдут во взрослый возраст, - произнес Джерис, не замечая, насколько его голос звучит нравоучительно и смешно для его лет, если забыть, что он из рода священнослужителей.

Возмущённые возгласы Тарлина и Латина попытались переубедить белоголового сателеанца. Но Джерис показал на лужайку, где женщины из сил выбивались, пытаясь утешить и приструнить малышей, и оба молодых отца приуныли. Вникать в суть детского рёва совершенно не хотелось. И оба они считали, что женщины в любом случае справятся с этим лучше.

Обычно до обеда с детьми занимались королева Лайна и принцесса Талина, теперь же они законно отдыхали, передав заботы о малышах матерям и тётушкам.

Но чудо совершил Орли, приведя пони с Рианом обратно на лужайку. Маленькая лошадка опять стала центром внимания. Плач закончился, будто повинуясь невидимой команде. А стоило Орли сказать хоть слово, ему подчинились беспрекословно.

- Меня они так никогда не слушаются, - с нарочитой горечью сказал Тарлин.

- Потому что ты не привык командовать, - резонно возразил ему Латин, сам прислушиваясь к интонации голоса подростка, чтобы понять этот феномен.

- Просто он не сюсюкает, как женщины, и не прячется от них, как вы, - сказал Элант. – Нас с Кристом в детстве отец вообще не замечал, но сети должны были быть развешаны и просушены, а весла сложены в сарай. А вот если не выполним, ужинать иногда приходилось стоя.

И Иллар, и Латин знали, что рыбака, взявшего на воспитание Эланта и Криста, не смущало, что дети приёмные и он частенько брал в руки розги. Но они считали, что не должны вмешиваться в жизнь рыбацкой семьи.

Латин оценивающе посмотрел на юношу:

- Согласен, он вырастил из вас послушных… рыбаков…

Они рассмеялись.

- Почему Стенли так долго? – спросил Латин. – И почему не пригласили тебя, Тарлин? Ведь лорд Стенк с ними. Значит, это не о войсках.

- Почему? Думаешь, снимать их с границы Торогии преждевременно?

- Не знаю. И не узнаю, пока тут не появится Иллар, - немного раздражённо произнёс Латин.

Его отъезд так некстати совпал с опасной поездкой друга, и он теперь злился сам на себя.

- Не о войсках, - задумчиво произнёс Джерис.

- Ты что-то знаешь? – заинтересованно спросил Элант. – Что-то видел?

Джерис кивнул.

- И это как-то связано с тем, что ты заставил дядю ночью бродить по пруду?

- О чём это вы? – заинтересованно поднял голову Латин.

- Крист не захотел слышать меня, - неохотно произнёс Джерис. – А мне надо было передать весть.

- Через короля, - Тарлин усмехнулся.

- Какую весть? – спросил Латин.

Джерис пожал плечами.

- Я думал, это не относится к Илонии, но…

- Иллар попал в какую-то передрягу? – не удержавшись, перебил его Латин, который был убеждён, что, если друг путешествует без него, значит, он обязательно во что-нибудь встрянет.

- Это уже позади. Мои родичи помогут ему. А он поможет Меорлису. Как я и просил. Но там что-то ещё. И мне кажется, король вызвал Стенли именно поэтому. Мы скоро всё узнаем.

Им не пришлось долго ждать. Распахнулась дверь, звякнув железом, и на террасу спустился Стенли. Высокий, по-прежнему статный, несмотря на стремительно приближающуюся полусотню лет, густые волосы едва тронуты сединой. В отличии от брата, теперь уже редко покидающего Варнийку и Нарту и начавшего медленно, но неуклонно полнеть. А волосы Тарлина начали седеть ещё в заключении у горлитского короля Джерода. И только заботы члена илонийского Королевского Совета, да ведение огромного хозяйства – знаменитые илонийские конюшни и разведение лошадей, которое постепенно переходило от его матери, принцессы Талины, к нему, позволяло ему ещё более-менее держаться в форме.

Приезды брата, который неизменно указывал ему на непозволительную полноту и заставлявшего брать в руки меч и заниматься воинской тренировкой, иногда приводили его в уныние, несмотря на радостные приветствия таких занятий его женой.

Сейчас Стенли было не до брата. По его виду было видно, насколько он зол. Коротко кивнув всем, он уселся на свободное кресло и, налив себе вина, залпом выпил.

Оглядел присутствующих и остановил свой взгляд на Джерисе.

- Возможно, он знает больше твоего, брат, - сказал Тарлин, предвосхищая требования Стенли удалиться не членам семьи.

Латин же демонстративно уселся поудобней.

- Ну, что там? – спросил Тарлин. – Или Интар сам соберёт нас и скажет?

- Да что там говорить! Если, как ты сказал, наш белоголовый друг и так в курсе, то все вы тем более должны знать. Кенсарию похитили. И требуют выкуп.

Молчание и многозначительный свист со стороны Латина были ему ответом. Кенсария, жена Стенли, несколько лет назад организовала заговор простив короля и его наследников. Была объявлена лишившейся рассудка и помещена в уединенный закуток крепости Тарск. И знали об этом лишь самые близкие к королевской семье люди.

Джерис не знал, но при этом известии стал задумчив и молчалив.

- Я еду завтра с выкупом, - сказал Стенли. – Интар велел собрать золото. И остальное, что требовали скобийцы.

- Требование пришло от них?

- От них, от кого же ещё. И как только это им пришло в голову?! Если бы не Орли, я бы уговорил Интара дать этим ублюдкам спокойно убить её.

- И что они потребовали кроме золота? – спросил Тарлин.

- В основном – зерно, ткани, и по мелочам – посуду, кожу, топоры, пилы.

- Нелегко им там, видимо, - проговорил задумчиво Джерис.

- Пожалей их ещё, святой ты человек! – резко бросил Стенли.

- Я не святой, я лишь слуга, - не обиделся молодой человек.

- Ты не будешь говорить Орли? – Тарлин кивнул на мальчика, который всё ещё возился с детьми.

- Нет. У него нет матери, и он прекрасно живёт без неё.

- До него не могут не дойти слухи.

- Не от вас. А остальные не знают.

Стенли посмотрел на Эланта.

- Ты не засиделся тут с детишками? – подмигнул он ему. – Я могу взять тебя с собой. Пора тебе немного развеяться от скуки.

Элант радостно вскочил.

- Да, лорд Стенли. Спасибо. Я иду собираться.

И юноша стремительно выскочил за дверь.

- Латин, сиди, - остановил поднявшегося было мужчину Стенли. – Ты поедешь навстречу Иллару. Вскоре он будет тут. А твоему воспитаннику совершенно не требуется нянька.

- Поеду я, - сказал Джерис, погружённый в свои мысли.

- Зачем? – искренне удивился Стенли. – Мальчишка, насколько я вижу, вполне здоров.

- Пусть едет, - сказал Интар, заходя на террасу.

Он внимательно глядел на Джериса. А тот, в своей задумчивости даже не встал при виде короля. От тычка Латина он спохватился, встал и взглянул на короля. Медленно кивнул ему. Не поклонился, а кивнул на невысказанный вопрос Интара. Это не прошло не замеченным ни для кого.

- И какой тут подвох? – резко спросил Стенли. – Что вы знаете того, чего не знаю я?

- Ничего, Стенли, – устало сказал Интар. – Ничего, что могло бы помешать тебе ехать. И взять этих молодых людей с собой. Насколько я понял, ты сам решил пригласить Эланта. Ни я, ни Джерис ничем не натолкнули тебя на эту мысль. Но Элант не так силён, как ты думаешь. И Джерис ему необходим. Вернее, Виолика, - он кивнул на лужайку, где девушка всё ещё возилась с детьми, помогая Руане. Элиссия и Белора со своими крохами справились самостоятельно.

- Ты хочешь сказать, что она увяжется с нами? – Стенли выругался про себя.

- Скобийцы всё равно требовали привести служанок Кенсарии, чтобы те смогли встретить и помочь ей. Так что лишняя женщина тебе не помешает.

Стенли опять неслышно выругался.

- Я всего лишь хотел помочь мальчишке… Не думал, что собираю караван спасателей. Только вот я спасаю эту змею, а эти трое - друг друга. Хорошенькая компания!

- Возьмёшь своё приглашение Эланту обратно? – Стенли показалось, что в словах Интара была надежда на его положительный ответ, но и опасение, что он так и сделает.

Это было настолько не похоже на илонийского короля, что опять же поставило всех в тупик.

- И не подумаю, - решительно отрубил Стенли. – Как ты помнишь, твоё войско, которое я возглавляю, состоит не только из воинов, там есть и обоз. А это и женщины, и торговцы, и увечные. До сих пор я справлялся. А вот что мне не нравится, так это то, что ты с этим слугой Неба, - он кивнул на Джериса, - что-то скрываете.

Интар улыбнулся.

- Клянусь тебя, Стенли, ничего! Соглашусь, что Джерис провёл достаточно интересный, хотя и холодный мокрый обряд. Но он касался только Иллара и оргунского королевского дома. – Интар помолчал. – И да, там что-то было о всех нас. Опасное. Не для меня, не для Иллара. И не в Илонии.

- Значит, в Скобии. И я должен присматривать за мальчишкой?

- Поэтому ни Джерис, ни Виолика тебе не помешают, - подвёл итог Интар.

Стенли глянул на Джериса. Тот виновато пожал плечами.

- Мы не видим будущее. Тем более, не касающееся нас лично.

- А если касается?

- Я не вижу опасности для себя, а наоборот… - Джерис развёл руками. – Когда вы, лорд Стенли, пригласили Эланта, это свершилось. Я не буду вам обузой, поверьте мне.

- А оргунская принцесса?

- Не стоит называть её так. У неё сейчас нет родины, нет титула. Она изгой… как…. – Джерис замолчал, не закончив фразу.

Вечером за ужином собрались все, кто был в это время в Варнийке. И не только члены илонийской королевской семьи, но и Латин с семейством, давно уже ставший для всех родным, а также Виолика, принявшая благодарность и признательность семьи Эланта как должное, но державшаяся со всеми немного отстранённо и никогда не проявляя каких-либо чувств, не прося и не требуя для себя ничего.

А где были Элант с Виоликой, там был и Джерис. Но и он не казался странным в окружении королевских особ. Его манера говорить, его осанка… Он не был похож на простого жителя горного селения, более двух лет проведшего рабом на оргунской галере. Таково, видимо, было само служение его Небесам. К нему невозможно было не относиться с почтением и уважением.

Несколько дней назад, узнав о королевском госте, первосвященник Туранкил попросил короля о встрече с сателеанцем. Интар не был бы самим собой, если бы не напросился на их беседу. С условием, что его величество не произнесёт ни слова, Туранкил согласился.

Разговор был более чем продолжительным, и, как потом рассказал Интар своим родным, заставил Туранкила задуматься над многими вещами. И хотя вера в священные Небеса была единой на всём материке, и не менялась со времён империи, всё же священнослужители каждой страны постепенно трактовали когда-то общие догмы по-своему. И дело было даже не в ритуале освещения рождения, брака или похорон усопших. Такие мелочи никогда и никого не волновали. Но само отношение, трактовка священных книг у илонийского священника и сателеанца, считавшего себя слугой Небес – отличались иногда весьма существенно.

Хотя Туранкил не раз до этого встречался как с паломниками, побывавшими на горе Сатель, так и с простыми путешественниками, взять хотя бы Тарлина, и был готов к беседе, слова, так сказать, первоисточника были для него крайне интересны.

А Интар, который действительно не произнес ни слова во время этой встречи, именно после неё согласился на странную просьбу Джериса помочь тому передать просьбу Иллару посредством необычного сна. И поэтому он серьезно отнёсся к вроде бы простому и ничего не значащему приглашению Стенли Эланту сопроводить его.

Но за ужином об этом не было сказано ни слова, за столом были дети, в том числе и Орли. Кому было положено знать, те знали, а Орли не первый раз оставался с семьёй своего дяди Тарлина, чтобы обращать внимание на такие мелочи, куда послал король его отца. Тем более, мальчика радовала возможность сменить воинские палатки и казармы на обстановку королевского поместья Варнийки, общаться, получать знания не только от отцовских офицеров, но и от Тарлина, который сейчас по праву был одним из самых уважаемых членов Илонийского Королевского Совета.

Да и король не считал для себя зазорным уделить сыну своего племянника некоторое время, а беседа с королём всегда заставляла задуматься о многих вещах. Ну и, конечно, общение с бабушкой, принцессой Талиной и возможность прикоснуться к таинству, которым владела она – обучению и тренировках знаменитых илонийский коней. Именно ради этого Орли любил приезжать в Варнийку и с неохотой покидал королевское поместье. Талина не раз предлагала сыну оставить Орли у неё. Но тот был непреклонен. Без матери, у его сына должен быть хотя бы отец. Всегда рядом. А со временем Орли сам решит.

Виолика известие о предстоящем походе получила до ужина, никак не удивилась, ничего не спросила, а весь вечер мысленно составляла список того, что надлежало взять с собой. Непривычное для неё дело, когда она совсем недавно бросила свой дом в том, в чём была. Хотя и с внушительным узлом драгоценностей. Он и сейчас лежал где-то среди её новых вещей, ожидая своей судьбы. На этот раз Виолика пыталась вспомнить, что же она туда положила и нет ли там чего полезного, хотя бы в смысле оружия. Поход есть поход, и лишняя пара кинжалов, хотя бы и женских руках – не помешает.

Вечером к ней в комнату заглянули Рауна и Элиссия.

- Мы помочь, - решительно сказала Рауна на невысказанный вопрос Виолики. – Не с белоголовым же служителем ты будешь советоваться по поводу своего белья.

- Но я и сама…

- Сама ты никогда не путешествовала, так что слушай опытных женщин, - Рауна шутливо погрозила ей пальцем. – Хотя Тарск и недалеко, но всё же это - путешествие.

- Хорошо, что ты в последнее время много ездила верхом, - добавила Элиссия. – Иначе Стенли ни за что не согласился бы взять тебя с собой. Не будет же он брать карету.

Рауна разложила нехитрый гардероб девушки на кровати, и после вздохов и бормотаний о нерадивых служанках, выбежала из комнаты. А Элиссия придирчиво рассматривала несколько кинжалов, выложенных тут же. Восхищение у неё вызвали острые, как иглы женские шпильки и метательные звездочки, замаскированные под одежные пряжки и застежки.

- Жаль, что ты не умеешь стрелять из арбалета, - говорила она, пока Рауна бегала в свои апартаменты, чтобы дополнить гардероб Виолики. – я бы подарила тебе. Я, правда, ещё не успела его доделать.

- Когда-то я умела, - сказала Виолика. – Так что могу принять от тебя арбалет попроще, чтобы потренироваться.

- О! Зачем попроще! – обрадовалась Элиссия. – Возьмёшь этот. Он готов, просто я не успела нанести на него рисунок. – Она показала на свой уже округлившийся животик, и пояснила, - тяжело над столом наклоняться. Если тебе понравится, я потом его доделаю.

Стараниями обоих женщин, Виолика стала обладателем нескольких удобных платьев, позволяющих ехать верхом, и, к большому облегчению Виолики, простых, без всяких королевских вензелей. Правда, пришлось отказаться от кинжалов в ножнах, обсыпанных драгоценностями. Дисгармония была налицо. Но, взяв в свои руки эту задачу, Элиссия, воспользовавшись королевским арсеналом, быстренько подобрала к самим кинжалам ножны попроще. Количество драгоценностей резко уменьшилось, что и требовалось в путешествии. Вроде и лишнее убрали, но кое-что на всякий случай осталось.

Подобрала Рауна и обувь, в которой удобно и ездить верхом, и ходить по горам. Пара плащей, несколько платьев попроще, для ночевок в трактире. Элиссия тоже принесла кое-что из своего гардероба. После рождения Иланны она несколько пополнела и некоторые платья теперь ей стали маловаты. Понравившиеся застежки-оружие она тоже приспособила к одежде.

Принесла Элиссия и обещанный арбалет. Она действительно делала его для женской руки. Легкий, небольшого размера, с гладким ложем с уже нанесённым, но не до конца выполненным рисунком. Арбалет удобно крепился на спине, и смотрелся в походном платье, как нечто само собой разумеющееся.

Провожая утром Стенли и его маленький отряд, Интар не мог не оценить стараний женщин, и даже Стенли одобрительно хмыкнул. Элант и Джерис лишь удивлённо переглянулись. Ни одному из них не пришло в голову, что собраться в путешествие женщине гораздо трудней, чем мужчине, но можно это сделать весьма умело и даже приобрести некую суровую красоту.

Талина отдала Виолике послушную тихую кобылку, которая уже привыкла за эти дни к неумелой наезднице. То же самое было и с Элантом, и с Джерисом. Один учился ездить верхом заново, борясь с головокружениями и вспоминая, как правильно управлять своими руками, держащими поводья. Джерис, как и Виолика, познавал это учение впервые. И оба были благодарны Талине за таких же послушных и неспешных коней, не требующих, как Град Стенли стремительности и быстроты.

Стенли, только сейчас понявший, какую он взял на себя лишнюю обузу, ругался вполголоса, даже не стремясь пожалеть уши матери и Виолики. Скрепя сердце он согласился поменять Града на любимца матери – умного, гордого, полного достоинства красавца Бриза. Для Бриза было главное не скорость, а величие. И он очень любил возглавлять королевскую кавалькаду, если королевская семья вся дружно выезжала на конную прогулку. Надо ли говорить, что Талина на все церемониальные торжества выезжала на нём.

В данном случае, выбор Бриза был наилучшим.

Зато Орли был счастлив, когда уезжая, отец поручил ему не давать скучать Граду. Орли вполне уверенно держался в седле, не раз ездил на Граде, но вот так, остаться его хозяином вместо отца – это была большая честь для него, хотя и обида для Града.

Глава 2

Глава 2. Выкуп

До Тарских гор они добрались за пять дней. С тихоходностью своего отряда Стенли смирился только потому, что время заключения его жены таким образом увеличивалось. А с этим, он и не скрывал, была небольшая возможность, что скобийцы прикончат его жену. Ну или, по крайней мере, давало ей знать, что муж не спешит со всех ног её спасать. Джерис и Виолика, которым пришлось рассказать всю историю заговора Кенсарии, и её заключения, теперь уже с пониманием отнеслись к постоянной ругани и ворчанию Стенли.

Впрочем, Стенли ругался зря. Им всё равно пришлось задержаться в дороге, ожидая собранный в Нарте выкуп. Вскоре они встретили вооруженный отряд столичных стражников, сопровождавший фургон с золотом и со всем тем, что было в списке требований. Элант с Джерисом заглянули и убедились, что дело было далеко не в дороговизне изделий, а в необходимости их для жизни. Множество отрезов простых, но прочных тканей. Мешки зерна, корзины овощей. Немного изделий из металла.

Дорога показала, что Элант уже почти окреп. И ему явно пошло на пользу это небольшое путешествие, неторопливое, позволяющее беречь силы. А Джерис с Виоликой совсем освоились и привыкли к жизни в седле. И даже огорчились быстрым завершением их дороги.

Терон, правитель Тарска встретил Стенли известием, что гонца, который принёс требование о выкупе уже послали обратно, как только получили от короля согласие на обмен. Им пришлось ждать еще несколько дней, пока не пришло известие, что скобийцы готовы осуществить выкуп. За это время Терон рассказал более подробно, как произошло похищение.

Тарск был укреплённым городом, обнесенным высокой каменной стеной, за которой находились дома жителей и большой замок-крепость. Для заключения опальной и лишённой рассудка женщины Терон выделил небольшое строение у замка, которое когда-то был домом самого Лагрена, отца Терона. Сам Терон давно перебрался в отстроенный замок, а дом приспособили для Кенсарии. С одной стороны он был огорожен городской стеной, с другой стенами самого замка. Дом был просторен, хватало и самой узнице, и её служанкам. Возле дома был даже садик с кустами и цветами. Еду приносили из замка. Это было обязательное требование короля. Охраной на стенах и с самого замка просматривался как дом, так и садик. Дверь была одна, и она тоже охранялась.

Правитель Тарских гор не питал ложных убеждений, что в такой близости от Скобийских гор, у тех не было своих людей в замке. Когда-то Тарск уже захватили предательством, и Терон делал всё, чтобы избежать этого в будущем. Но уберечься от лазутчиков не смог. Кто-то усмотрел в тщательно охраняемой женщине хороший повод для дальнейшего торга. Ведь никому не было известно, что женщина содержится здесь скорее, как преступница, чем умалишённая. Сама обстановка и некоторая роскошь говорили об обратном.

Скобийцы действовали просто и потому удачно. В одну из ночей они перебрались через стену, убрав охрану, и спустились во дворик. Они не стали взламывать дверь, а проникли через небольшое окно и открыли дверь изнутри. Кому-то из служанок не повезло, разбуженные шумом две из них проснулись и были безжалостно убиты, не успев поднять тревогу. Сама цель их набега была в сонном состоянии связана и закутана в плащ, рот заткнут и в таком виде, с помощью веревок, её переправили через стену, а затем на носилках донесли до ожидавших лошадей.

Раненный охранник смог объявить тревогу, но слишком поздно, похитители с жертвой уже исчезли в горах.

Стенли осмотрел дом, поговорил со служанками.

- Окно слишком маленькое, - сказал он Терону, - указывая на то окошечко, через которое, предположительно влезли похитители.

На остальных окнах стояли решётки, а это было слишком мелкое, чтобы опасаться проникновение через него.

- Наверное, взяли мальчишку, - пожал плечами Терон.

- И тот смог открыть тяжеленный засов? – Стенли подошёл к двери и осмотрел уже её.

- Он тяжелый, да, но открывается легко.

Терон показал, как засов сначала поднимается на небольшую высоту, а потом рычажком передвигается в сторону, открывая для начала лишь одну створку двери.

- Здесь же жили только женщины. Поэтому мы сделали так, чтобы они могли легко закрыться, если что, но и легко открыть дверь.

- И кто-то об этом явно знал.

- А вот с этим не буду спорить.

- Опросили всех?

- Несомненно и вы, лорд Стенли, можете сделать это сами. Я не выявил ничего подозрительного.

- Но этот предатель так и остался тут?

- Да, никто не пропал за ночь. Так что мы не смогли выяснить, кто предатель. Возможно, одна из женщин рассказала и показала кому-то, кто покинул город заблаговременно.

- И они тоже молчат? Кто из них высказал желание поехать за госпожой? Ведь таково было требование скобийцев? И почему вообще потребовалось присутствие на обмене служанок?

- Леди Кенсария не молода, возможно, похищение не прошло для неё без ущерба для её здоровья. Согласились же почти все. Они получают от короля хорошую плату и заинтересованы, чтобы их госпожа вернулась обратно, и по возможности здоровой.

Стенли постарался, чтобы Терон не слышал его очередное ругательство и пожелание большего ущерба здоровья жене, чем она, может, получила в действительности. Сопровождавший его Джерис в ответ бормотал что-то о недопустимости таких мыслей и недостойности опять же их. Но оба делали над собой усилия, чтобы Терон не заметил их несогласия друг с другом.

Элант же показывал Виолике этот небольшой городок, в котором он был как-то раз с отцом и братом и рассказывал про Скобийские горы.

Острые белые шапки высоченных гор хороши виднелись с замковой башни. Как видны были и более мелкие, но с усечённой верхушкой. Последнее извержение вулкана, насколько знал Элант, произошло пару веков назад. Сейчас уже Скобийские горы были постоянны, но так и не заросли деревьями и кустарником. Небольшие островки зелени с трудом боролись за жизнь на этих голых камнях, соревнуясь с людьми и дикими животными. И даже пройди ещё столько же веков, жизнь останется суровой. Вместо широких зеленых долин – ущелья и расщелины. Вместо горных плато – озера в кратерах потухших вулканов.

- И кто сейчас живёт в этих горах? – спросила Виолика, поражённая небывалым величием дальних гор. – Что за люди, откуда вы знаете о них, и как они живут, если требуют для себя даже обычные овощи.

И она засыпала Эланта вопросами.

- Много веков назад, во времена империи, - Элант явно пересказывал чьи-то слова, которые когда-то услышал сам, - когда сотрясение этих земель было обычным делом, там жили какие-то дикие племена. Злобные пещерные люди. Они не возделывали землю, потому что земли не было, они жили охотой и рыбной ловлей. Затем в Скобийские горы начали сбегать преступники. В основном с Илонии, Вароссы, Сегота и Бории. В Тоготе преступников, как таковых никогда и не было, а в Горлите бароны каждой из долин воевали друг с другом, и там преступники сбегали к противнику. История покорения Скобийских гор преступниками была долгой, и мы её почти не знаем. Возможно они подмяли под себя дикие племена, или племена пленили их. Возможно произошло и то, и другое. По рассказам тех, которые вернулись оттуда, люди там со всего света и хотя в большинстве своём говорят на нашем, всеобщем языке бывшей империи, есть и совсем уж чудные. Это же относится и к людям. Есть крестьяне, есть и лорды. Есть солдаты, есть и купцы. Кто-то из них становится главарём. Набеги на плодородную Илонию были всегда, затем им понравилась богатая Бория, в Тоготе тоже можно было чем поживиться, как и в долинах Горлита. С тех пор так и повелось. Они нападают, мы защищаемся. Собраться общим походом и уничтожить их внутри Скобийских гор – никто так и не осилил. Соседние страны обходятся обороной, мелкими стычками, постройкой крепостей типа Тарска, ну и откупом. Похищение людей и последующий выкуп – вот чем живут обитатели этих земель. Хотя в последнее время им явно стало трудновато найти незащищённого в этих местах простого человека. Купцы давно обходят стороной даже приграничные земли, а если идут, то с большой охраной. Скобийцам приходится делать вылазки, забираясь далеко на территорию соседней страны, чтобы напасть на кого-нибудь. Их ловят, казнят. И вылазки всё реже и реже. У короля Интара есть целый сундук со свитками описаний допросов пойманных разбойников и рассказов тех, за кого заплатили. Он даже составил карту и знает несколько поселений и дорог к ним, имена главарей и численность населения. Есть у него и карта Хасинвала. Так называет их главное поселение и гора, в которой они обитают.

- Он передал вам эти сведения?

- Зачем? Мы же не собираемся углубляться и идти мстить за жену Стенли. – Элант пожал плечами. - Дед собирает эти сведения для будущего. Когда-нибудь соседние страны, возможно, и объединятся. У Терона копии точно есть. Он их тоже изучает. Отец когда-то рассказывал, что видел у него такой же сундук.

Виолика продолжала смотреть на горы.

- Так странно! Из моей комнаты было видно море, оно бескрайнее, оно величественное, сильное. А тут величие в высоте, сила в камне, а не в воде.

- Хотела бы остаться тут? – с интересом спросил Элант, помня её категорическое неприятие морских далей после всего того, что она перенесла во дворце своего отца.

Девушка пожала плечами.

- Мне всё равно. Мне нравятся и поля Илонии. Я хочу быть там, где спокойно. Где я нужна кому-то и где рядом Джерис, который нужен мне.

- Ты всегда можешь рассчитывать на нашу помощь, - серьезно сказал Элант.

- Я помню об этом, - улыбнулась Виолика. – Вы слишком часто говорите мне об этом.

- Это правда.

- Я верю вам. Потому что король Интар послал своего сына, чтобы не отдавать меня. Поверь мне, я ценю это очень высоко.

Через пять дней в городе появился гонец и объявил, что обмен состоится в обычном месте.

Река, стремительно несущая воды с тающих снежных шапок горной вершины в этом месте внезапно уходила под землю, чтобы вырваться наружу где-то внизу и, намного сбавив свою скорость, уже спокойно течь по ущелью, разделяющее подножия двух гор. Весной природный мост, который возник в далёкие годы обрушением горного склона, река всё же заливала. Но сейчас была зима, чуть теплее тут внизу и снежная, ледяная на вершинах, и поток воды был мелок, оставляя мост удобной широкой площадкой – давнее место обмена между жителями Тарска и Скобийских гор.

Стенли и Терон стояли на обычном для обмена месте со своей стороны моста, Сопровождавшие Стенли Элант с Джерисом и Виоликой стояли чуть поодаль вместе с солдатами Терона и навьюченными лошадьми. Тут же находилось несколько женщин, служанок Кенсарии, которые по требованию скобийцев должны были встречать свою госпожу. Требование показалось Терону подозрительным, скобийцы никогда не были настолько щепетильны. Но Стенли, зная жену, предположил, что та могла притвориться более немощной, чем это было на самом деле и убедить своих похитителей, что ей требовалась более заботливая встреча, чем для обычного обмена. Впрочем, он не видел свою жену несколько лет, возможно, помощь служанок была действительно не лишней. Терон всегда обходился лишь регулярными докладами об узнице, не стремясь к личному близкому знакомству с лишившейся рассудка женщине, пусть даже члену королевского дома.

Скобийцы не заставили себя долго ждать. Вскоре с другой стороны моста показались те, кого ждали. Впереди шли двое, мужчина и женщина. Сопровождавшие их воины остановились на таком же отдалении, что и илонийцы от Стенли и Терона.

Всем наблюдающим было хорошо видно, как двигались навстречу друг другу две пары людей, собирающиеся обменять жизнь одной женщины на золото и несколько навьюченных товарами лошадей.

Элант, будучи в сопровождении посланника Тогота, как-то встречал жену илонийского военачальника, но никогда не смог бы признать в женщине, стоявшей в центре моста, ту, за которой они и прибыли в это место. Только испуганный и взволнованный шепоток её служанок за их спиной подтвердил то, что они видели. Кенсария чуть ли самолично возглавляла обмен себя на золото. Её голос был вызывающе резок, ответная речь Стенли не менее грозной и только усилия сопровождавших их людей смогли довести сделку до конца.

Как, оказалось впоследствии, до непредвиденного конца.

Когда была достигнута договорённость и Терон махнул рукой, его люди вступили на мост и передали поводья пятерых навьюченных лошадей в руки подошедших скобийцев. Но вместо того, чтобы, передав похищенную женщину её мужу, и разойтись на мосту, как и планировалось, Кенсария вынула из мешочка, висевшего у неё на поясе, горсть песка и, взмахнув рукой, швырнула его в лицо мужа. Стенли отпрянул, заслонившись рукой. Но явно обладающая зловещим свойством пыль, осела на его лице, он не смог не вдохнуть, после чего замертво упал у ног женщины, рассмеявшейся вызывающе громко и торжествующе.

Терон выхватив меч, наставил его на женщину, но её спутник был наготове и уже его обнажённый меч был направлен на Терона. Он начал что-то говорить Предводителю Тарска, но его перебила Кенсария и теперь говорила она.

- Что там происходит, проклятье? – только и мог прошептать Элант, не веря своим глазам.

Джерис же, даже не оглядываясь, кинулся на мост и, не обращая внимания на несколько вонзившихся рядом с ним стрел, подбежал к Стенли и склонился над ним. Не раздумывая, за ним кинулась Виолика. Элант, обнажив свой меч, догнал её в два прыжка, и шёл теперь рядом с ней.

Стрелы со стороны скобийцев вонзились и рядом с ними. Но, видимо, приказа убивать не поступило, иначе, случайным промахом, это нельзя было бы назвать. Наоборот, осмотр незнакомого безоружного человека её мужа устраивал Кенсарию, но ответа она все же потребовала:

- Кто вы такие?

Джерис встал.

- Лорд Стенли жив, - повернулся он к Терону.

Кенсария кивнула:

- Как я вам и сказала, Терон. Мой муж жив и будет жив до тех пор, пока король Интар не выполнит мои условия.

- Значит, это было не похищение? – выдавил из себя Терон, всё ещё не веря в такой оборот событий.

- Не ваше дело, Терон. И будьте благоразумны, я пока терпеливо отнеслась к тому, как некоторые ваши люди пытаются нарушить нашу сделку, - она кивнула на молодых людей.

- Это вы сорвали сделку, - голос возмущённого Терона звенел от гнева. – Скобийцы всегда соблюдали право выкупа.

- Мы выполнили все условия, - спокойно сказал мужчина, сопровождавший Кенсарию. - Что делает дальше освобождённый нами пленник – нас не касается.

- Так отойди в сторону, я убью эту ведьму, - крикнул Терон.

Кенсария открыла была рот, и Элант не сомневался, что не для комплемента Правителю Тарска. Скобийцы подняли луки, ожидая приказа. Он немедленно выступил вперёд:

- Госпожа Кенсария, если вы теперь действуете от своего имени, я могу выслушать ваши требования. Что вы хотите от короля Интара? Где будет содержаться лорд Стенли? Когда состоится следующий обмен?

- Кто ты такой? – остановила поток его вопросов Кенсария, временно забыв о Тероне.

- Я оруженосец лорда Стенли, и сопровождаю его.

- Я не собираюсь говорить с простым оруженосцем, - отрезала Кенсария.

Она протянула Терону свиток. Но слова незнакомого юноши не прошли даром, она взяла себя в руки и соизволила всё же дать кое-какие объяснения.

- Передай его королю. Там всё сказано. Я наняла воинов Скобийских гор и с момента моего освобождения, они служат мне.

- Я буду сопровождать лорда Стенли, - спокойно сказал Джерис.

- Я тоже.

Виолика, убедившись, что Стенли жив, встала рядом с белоголовым жрецом.

- Я немного училась лекарскому делу, - добавила она, видя гневно сузившие глаза Кенсарии, - это порошок арнита, соединённый с терлоном, ведь правда?

- Нет, - Кенсария злобно рассмеялась, но дело было сделано, она поверила, что стоявшая перед ней девушка действительно что-то понимает в снадобьях.

Она перевела взгляд на Джериса.

- Белоголовый сателеанец… сын Неба… - задумчив произнесла она, - я помню рассказы брата моего мужа о твоём народе.

- Мы слуги Неба, - невозмутимо поправил её Джерис.

- Вы оба можете мне пригодиться…

- Я не оставлю лорда Стенли, - делая шаг вперёд, произнёс Элант.

- Поди прочь, мальчишка, - отрезала Кенсария, - не хватало мне ещё тут мужниных заступников.

- Я не заступник… но я не…

- Элант после тяжёлой раны, леди Кенсария, - прервала юношу Виолика, - мы сопровождали его, а не лорда Стенли. Прошу вас, позвольте нам не разлучаться. В благодарность я могу предложить вам свои услуги. Я состояла при одной знатной госпоже, и могу ухаживать как за волосами, так и следить за вашей одеждой.

- Для этого у меня имеются служанки.

Кенсария кивнула на группу женщин, стоявших рядом с воинами Терона. В тревожном ожидании обе группы следили за тем, что происходит на мосту.

- Бикиза, - повелительно крикнула Кенсария.

Женщина, получившая приказ свой госпожи, вышла из группы женщин и направилась в сторону моста. К удивлению всех, она вела в поводу лошадь, навьюченную тюками, и вела за руку вторую, плачущую навзрыд девушку.

- Бикиза, - произнес Терон, - значит ли это, что именно ты открыла дверь?

- Да, это сделала она, - не без злорадства сказала Кенсария.

- И что вы сделали с мужем Лариты?

- Если она прекратит изводить меня своими слезами, скоро увидится с ним. Ларита, - прикрикнула Кенсария, - ты услышала?

- Да, госпожа, - девушка делала невероятные усилия, чтобы не плакать, но у неё это слабо получалось.

Кенсария махнула рукой и Бикиза повела девушку на ту сторону моста. Навстречу женщине из строя скобийцев вышел мужчина и их встреча была не встречей похитителя и похищенной, а скорее наоборот.

Кенсария же, поразмыслив немного, ещё раз оценивающе оглядела троицу нежданных добровольных заложников и решительно сказала:

- Вы можете сопровождать моего мужа. Сдаётся мне, вы не так просты, как представляется на первый взгляд. Тем весомей будут аргументы Интара выполнить моё требование. Но наш путь не близок и труден, а мы не брали лишней еды и постели.

- Мы привыкли, - поспешила сказать Виолика.

- Лошади у вас есть?

- Да, - сказал Элант, - я приведу.

Кенсария повернулась к Терону:

– Можете рассказать королю всё, что увидели тут. Мои намерения серьёзны, и я добьюсь своего, чего бы это не стоило. А раз у меня есть ещё несколько человек, по-видимому приближённых к моему мужу, я не остановлюсь перед тем, чтобы послать королю их головы. Ступайте, Терон. И молите Небеса, чтобы ваш король был сговорчив. Я ведь могу направить скобийцев на штурм вашего города. И поверьте, им не составит труда взять его. И можете не трудиться посылать за моим отрядом свой. Здесь не все мои люди. Большинство их следит за дорогой и не позволит вам отбить моего мужа.

Она рассмеялась и обернулась к мужчине, сопровождавшему её.

- Бадиам, забирай его, - она кивнула на поверженного мужа, - и позаботься, чтобы у этих птенчиков, - она кивнула на Джериса, Виолику и Эланта, ведущих в поводу всех четырёх их лошадей, - не было при себе даже самого мелкого ножа.

Окинув оценивающим взглядом и сразу ценив стать и породу Бриза, она удовлетворённо кивнула. Элант с досады скрипнул зубами. Но было поздно. Однозначно, Бризу не суждено будет вернуться в Илонию.

Терон, возвращаясь к своим людям, перекинулся с Элантом несколькими словами. Он не знал, кто на самом деле были спутники лорда Стенли, но видел, что Стенли обращается с юношей далеко не как с обычным оруженосцем. Да и Виолика была со Стенли чуть ли не на равных, отдавая должное лишь возрасту и его предводительству в их походе.

- Вы уверены, юноша, что это правильное решение? Что его величество не будет разгневан? – осторожно спросил он.

Элант покачал головой.

- Будет, лорд Терон. Но… он не вправе ни упрекнуть нас, ни влиять на наше решение. Мы сами по себе. И если Небесам будет угодно, поможем лорду Стенли. А вот принцу Иллару, если вам придётся делать ему доклад, скажите, что, по-видимому, это наш путь. Всех троих.

- Задержитесь немного, лорд Элант. Я попробую собрать вам в дорогу хоть саму малость.

Действительно, пока Бадиам организовывал носилки для Стенли, а затем полностью перетряхнул вещи нежданных попутчиков, обыскав обоих мужчин и изъяв меч, арбалет Виолики, все ножи и звездочки, Терон подъехал и передал Эланту увесистый тюк.

- Мы не собирались в дальний поход, но жизнь – она такая штука… У моих ребят нашлась пара одеял и один плащ для леди Виолики, но, к сожалению, больше ничего. Зато в мешке – котелок, кремень, несколько хлебов, сыр и ветчина, да пара бутылок крепкого винца. Вам пригодится. Удачи вам, лорд Элант.

- Спасибо, лорд Терон.

Глава 3

Глава 3. Скобийские горы

Узкая дорога виляла среди каменных исполинов, то поднимаясь вверх, то спускаясь в ущелье. Судя по тому, как ловко управлялись скобийцы с навьюченными лошадьми и парой повозкой, дорога для них была знакомой и проходили они тут явно не в первый раз. Повозку, на которой везли Стенли тянул мул, а двое рослых скобийца не отходили от неё, поддерживая её равновесие на опасных участках, если надо, подталкивали, либо наоборот, тормозили её стремительный спуск вниз.

Вторая повозка была предназначена для Кенсарии, когда она уставала ехать верхом.

Элант, Виолика и Джерис держались рядом.

После первого дня пути Кенсария убедилась, что слова девушки о тяжёлом ранении их спутника не были вымыслом. Элант, хорошо перенесший дорогу по равнинам Илонии, перепады горных высот одолевал с трудом. Головная боль пришла опять, как и странные видения, уже давно не посещавшие его. Он еле держался в седле, иногда предпочитая идти пешком, опасаясь потерять сознание прямо на лошади и свалиться на землю. На привалах он ещё мог чем-то помочь своим спутникам, но к концу дня валился с ног.

Джерису с Виоликой приходилось делить свои заботы между ним и всё ещё не приходящем в сознание Стенли.

Видя, с какой ловкостью, говорящей о немалом опыте, белоголовый сателеанец и девушка сооружали костёр, устраивали своих спутников возле него, обмывали одного и кормили чуть ли не с ложечки другого, Кенсария уверилась в их правоте и даже решила про себя, что вряд ли эта троица: спустившийся со своей горы слуга Неба, недоученная лекарка и больной, которого они подобрали где-то в пути, представляет для илонийского короля какую-либо ценность. А её муж, видимо, встретился им на пути, поддержал, дал кров, пищу и защиту. Вот и они платят ему тем же.

И всё же, изъятое Бадиамом и предъявленное Кенсарии оружие, говорило о другом. Наряду с простыми кинжалами и мечами, у этой троицы имелся кинжал с рукояткой, украшенным драгоценными камнями, а на женском арбалете Кенсария увидела клеймо принцессы Элиссии, не выгравированное до конца, но уже вполне узнаваемое. Если и не молодые люди, то девушка должна быть знатного происхождения. Но её поведение опять же ставило Кенсарию в тупик. С одной стороны, девушка держалась так, что даже стражники выказывали ей уважение, с другой стороны – ухаживала за своими спутниками, как простая служанка.

Решив испытать девушку и воспользовавшись её предложением уложить ей волосы, Кенсария убедилась, что с гребнем и заколками Виолика обращается, как обычная ловкая услужливая служанка. Что ещё больше запутало женщину.

Приводить в чувство Стенли Кенсария отказывалась наотрез. Зная характер мужа, она не без основания считала, что в таком виде, каким он был сейчас, он доставит ей намного меньше неудобств, чем пленником в сознании. И лишь пошла на уступки Джериса, который с терпеливой настойчивостью, уговорил её не применять своего порошка более трех раз, во избежание неизвестных последствий, а ограничиться сонным безопасным снадобьем.

Проследив лично, как и из чего Джерис собрал, а Виолика сварила сонное снадобье, и убедившись в его действенности, Кенсария разрешила ограничиться им.

Их поход возглавил Бадиам, но чувствовалось, что верховодит всем именно она, Кенсария. Ей прислуживали Бикиза и её мужчина. Во второй повозке их небольшого каравана везли ковры, одеяла, подушку и сложенный шатер, который разбивали на ночь и Кенсария ночевала со всеми удобствами. В вещах, которые собрала для неё Бикиза в Тарске, были её платья, бельё и плащи. Бриза она забрала себе и теперь, в шикарном походном платье, на красавце коне производила действительно внушительное и величественное впечатление.

Лариту после двух дней непрерывного плача Кенсария отослала на помощь Виолике. Бедная девушка тряслась от страха, направляясь в логово скобийцев, но и не могла оставить своего мужа без помощи. От неё было мало толка, но даже сваренная на котелке похлебка, сдобренная слезами девушки, было хоть какое-то подспорье и помощь. Она же помогала Виолике чистить её единственное платье, то, в котором была Виолика, сопровождая Стенли. Вся её остальная одежда осталась в Тарске, как, впрочем, и одежда её спутников. Иногда, когда день выдавался особенно зябким, приходилось кутаться не только в плащ, но и в одеяла, которыми так кстати снабдил их Терон.

Их маленький отряд держался обособленно. Кенсария запрещала своим спутникам говорить с ними, но их всегда сопровождала охрана, меняясь и не смыкая глаз даже ночью.

Бадиам был строг, и его воины слушались своего командира беспрекословно. Но он не был жесток и вопреки предупреждению Кенсарии о том, что у неё для них нет ни еды, ни одежды, посылал для пленников и то, и другое, несколько раз в день наведываясь к ним и убеждаясь, что они ни в чём не нуждаются.

Сама же Кенсария изредка ехала рядом с ними, пытаясь всё же понять, что за спутники у её мужа и какую выгоду можно извлечь из них, как заложников. Интересовало её, какими лекарскими способностями владела девушка, а также, как оказалось и белоголовый слуга Неба.

Джерис ненавязчиво выведал, как же на самом дело произошло похищение. Кенсария просто не смогла утаить в себе свой триумф и победу над мужем, заточившем жену до конца её дней.

Скобийцы, прознав про знатную женщину, проживающую в Тарске, действительно рассчитывали похитить её, потребовав немалый выкуп. Но всё получилось совсем не так, как они планировали. У них в самом деле, как и предполагал Терон, были в Тарске свои люди, и один из них близко сошёлся с Бикизой, служанкой Кенсарии. Вот только преданная Бикиза рассказывала своей госпоже всё, что происходило как в городе, так и с ней самой. Догадаться о намерениях скобийцев для Кенсарии не составило труда. И тогда она взяла дело о своем похищении в свои руки. Через Бикизу она договорилась с предводителем скобийцев и предложила свой план. И Молдрик, главарь скобийцев, принял её план. Он ничего не терял, а возможность приобрести больше, оправдывало некоторые усилия. О каком-либо риске речи даже и не было.

Таким образом, Бикиза открыла скобийцам дверь. А для подтверждения версии похищения всё было обставлено именно так, как потом и доложили Терону. А вот дальше все события развивались по плану Кенсарии. Она оказалась в поселении Молдрика, они вместе составили письмо королю Интару, вместе продумали свои дальнейшие шаги. Кенсария и не скрывала, что Молдрик принял её, отдавая её поистине королевские почести, предложив разделить с ним не только ложе, но и власть над его народом.

Единственно, о чем она умолчала, это её требование к Интару. Но тут уж у Эланта не было и тени сомнения:

- Лорд Стенли объявил её сумасшедшей. Но вряд ли это месть. Не похоже и не выгодно. Мне кажется, дело в её сыне, - сказал он, выслушав Джериса. - Или она потребует вернуть ей сына, либо потребует объявить Орли наследником, ведь у Элиссии нет сына и Кенсария не знает об усыновлении ею Криста.

- Зачем ей тут Орли?

- Чтобы она не задумала, дед не пойдёт на это. Он не отдаст Орли. И, естественно, не объявит его наследником. Вернее, так: Орли и так в списке, но оказаться, пусть даже волею короля – первым в этом списке – такого не будет.

- Ты хочешь сказать, что лорд Стенли – обречён? – в вопросе Виолики не было ни страха, ни раскаяния в своём решении, простой вопрос.

- Ну, в своё время дед рассказывал нам с Кристом о Скобийских горах. Он очень многое уже знает о них. Он будет тянуть время, пытаясь найти выход. – Элант подумал немного, - если Стенли позволит ему это.

- Что ты имеешь ввиду?

- Стенли не будет торговаться судьбой сына. И наше дело – постараться уговорить его сделать, помочь потянуть время.

- А если дело не в Орли?

- Возможно. Но я почему-то уверен в своих словах.

Шестая ночь была последней в их пути, после чего оставалось пройти лишь полдня. Но когда Бадиам уже скомандовал привал, на их стоянку ворвался небольшой отряд во главе с самим Молдриком.

Пока Джерис с Виоликой готовили для Стенли постель на земле и разводили рядом с ним костёр, Элант, прислонившись к камню и борясь с головной болью, наблюдал встречу двух предводителей. А она была более, чем теплой, если не сказать больше. Почтительность и некоторая фамильярность, с которой Молдрик приветствовал женщину подтверждали о более близком отношении этих двоих.

Выслушав рассказ Кенсарии и доклад Бадиама, Молдрик направился в сторону Стенли.

Виолика, закончив со Стенли, и, положив руки на затылок Эланта, привычно разминала тонкими пальцами виски юноши, пытаясь снять головную боль, и не видела, как какой-то воин подошёл и пнул лежащего Стенли ногой.

- И это твой грозный муж? Военачальник интарских войск? – насмешливо спросил Молдрик Кенсарию.

- Помнится, - не могла удержаться от колкости женщина, уязвленная тем, что её усилия по пленению её врага, не вызвали должного уважения, - в бою у Нарты ты воевал против его отряда. Ты забыл, кто тогда вышел победителем и как ты оказался тут?

- Ему пришли на помощь, - буркнул Молдрик, сверкнув глазами.

- Ну так и я без твоей помощи не справилась бы, - сочла за благо подольститься Кенсария.

Молдрик же обратил внимание на Джериса, который стоял рядом с гневно сжатыми кулаками.

- Кто это такой? – спросил он Кенсарию.

Она не успела ответить, как Джерис сделал это за неё:

- Унизить, бить поверенного врага - что может простить тебя перед Небесами. Право сильного…

Джерис не договорил, отлетев в сторону, от удара наотмашь по лицу, который получил от Молдрика.

- Где ты взяла этого набожного сателеанца? – он обернулся к Кенсарии и не сразу заметил подскочившего к нему Эланта.

Стоя перед главарём скобийцев, глядя прямо в глаза Молдрику, Элант проговорил злым гневным голосом:

- Дай мне меч и встань перед вооруженным воином, ты трус, и слабак, что пинает поверженного врага и бьет невооруженного лекаря.

Молдрик схватил юношу за грудки и молча, сильным броском отбросил его в сторону. Виолика, вскрикнув, бросилась к упавшему на камни Эланту. Тот не двигался, а из рассечённой головы медленно текла струйка крови.

- Добей, - приказал Молдрик сопровождавшему его скобийцу.

Тот, неторопливо доставая меч из ножен, сделал несколько шагов к лежащему юноше. И резко остановился, наткнувшись на Джериса. Но не увесистый каменный валун в его руках, который нормальные люди могли бы поднять только вдвоем и то, приложив немалое усилие, остановил его, а сузившие глаза белоголового мужчины, источающие такую силу и волю, что скобиец невольно сделал шаг назад.

- Не тронь, - тихо, но внушительно проговорил Джерис. – Не смей, - повторил он, обращаясь уже к Молдрику.

- Кенсария, дорогуша, будь добра, объясни, где ты взяла этих троих? – потребовал с усмешкой Молдрик, с трудом оторвавшись от взгляда сателеанца.

- Они добровольно согласились сопровождать моего мужа, - поспешила объяснить Кенсария, также пораженная силой их невольного спутника.

- Насколько они ценны?

Кенсария издала лишь нервный смешок.

- Стенли, возможно, сам выкупит своего оруженосца, если тот останется жив, а про сателеанца при дворе Интара я первый раз слышу. Но они преданно служили Стенли всё это время. Так что в любом случае их судьба не оставит его равнодушным.

- Лишний козырь в твоём плане? Не совсем уверен, но согласен.

Молдрик сделал знак рукой и скобиец, осторожно поглядывая на Джериса, отошёл от него.

- Постарайся, сателеанец, чтобы твой приятель не попадался мне на глаза, - сказал Молдрик Джерису. – И… - он взглянул Виолику, которая, не обращая ни на что внимания, промывала рану на голове Эланту и пыталась остановить кровь, - держи при себе девчонку. Мои парни не избалованы женской лаской, а я не собираюсь приставлять к ней специальную охрану.

Джерис медленно кивнул, опуская валун. В отряде, который возглавлял Бадиам царил строжайший порядок, и то до них не раз доносились смешки и непристойности, обращённые как к Виолике, так и к Ларите. А Бикиза, в начале пути навестившая их, передала слова своего мужчины, чтобы Джерис и Элант не отпускали девушек далеко от себя. Как бы ни был строг Бадиам, но присутствие юных девушек могло пошатнуть их повиновение командиру.

Когда Молдрик и его люди отошли от них, Джерис склонился над Элантом. Виолика уже остановила кровь из раны, оказавшейся лишь глубоко рассечённой царапиной и накладывала повязку. Но то, что Элант не приходил в себя, говорило о сильном ушибе головы и не внушало оптимизма.

Джерис встал на колени и взял голову Эланта в свои руки. Закрыв глаза, он начал напевать какую-то мелодию, медленно раскачиваясь из стороны в сторону. Так продолжалось всё то время, что Виолика, не без помощи испуганной Лариты, заканчивала их приготовления на ночь. Когда Джерис закончил, у них уже был готов и ужин, и постель на ночь.

- Это была молитва? – скорее утверждала, чем спрашивала Виолика.

- Да, она поможет ему.

- Я никогда не слышала, чтобы ты молился. И почему ты в самом начале, ещё в Оргунии, не помог мне молитвой в его исцелении.

Джерис устало ковырнул ложкой содержимое котелка.

- Я молился, ты просто не замечала. Мы не делаем это напоказ. Моя молитва была тихой.

- Но почему она не помогала?

- Тогда он был для меня просто попавшим в беду простым человеком. И кто сказал тебе, что моё воззвание к Небесам не было услышано?

- И что изменилось теперь?

Джерис немного помолчал:

- Элант перестал быть мне чужим. Я просил Небеса передать ему частичку себя самого.

- И что это значит? У него ещё больше побелеют волосы? А ты станешь более слабым?

- В первую очередь, он сейчас спит спокойным сном, а не в беспамятстве. Ну, а у меня самого немного побаливает голова. Ну и второе, да, я некоторое время буду не в состоянии поднять и маленький камешек. Но через пару дней это пройдёт.

- Я могу чем-либо помочь тебе?

- Да, поди и скажи им, - Джерис кивнул на палатку Кенсарии, откуда доносился смех женщины и Молдрика, - чтобы они угомонились.

Утром, чуть рассвело, Джерис с Виоликой и Ларитой начали собирать их небольшой скарб. Джерис чувствовал себя, вопреки своим же словам, вполне сносно. По Эланту, даже если действия Джериса и помогли, это не было видно. Он молчал, а встав, ходил, слегка пошатываясь, натыкаясь на камни и кусты. Когда Виолика протянула ему травяной настой, он выпил молча, не поблагодарив и даже не увидев девушку. Джерис только сокрушённо покачивал головой.

Но хоть одна польза была от такого состояния юноши. Он не видел Молдрика, который пришёл перед дорогой взглянуть на ценного пленника и не пытался, как накануне, требовать оружие и бросить ему вызов.

А уже черед полдня они подошли к владениям Молдрика.

Многие века назад подземные силы немало потрясли здешние земли. Какие–то горы разрушились до основания, рядом выросли новые. Землетрясение всколыхнуло и этот вулкан, через жерло которого наружу вырвалась огненная лава, а рядом подземный толчок выкинул из своих недр подземную гору. Сильнейшее извержение разрушило вулкан, стенки его кратера источились и обрушились, оставив лишь высокий каменный бугор, огородивший большую котловину теперь уже бывшего вулкана. Более низкую его часть заполнили воды, образуя озеро, дающее начало одной из рек, нашедшей себе путь на дне горного ущелья. А лава смешалась с монолитами новой горы, образовав причудливое переплетение разных пород и пустот, из которых упорный человек сделал себе жилище.

Пещеры горы и котловина бывшего вулкана и были той самой цитаделью правителя здешних мест - Хасинвалом.

Дорога привела их к туннелю, природному или выдолбленному человеком в толще камня. А уже туннель вывел их в само поселение.

Образовавшаяся котловина была огромной, но и народу в ней жило немало. Нагроможденные друг на друге лачуги нависали над дорогой, по которой они шли. В носу свербело от какой-то вони, запаха смрада и гниения. Молдрик и Кенсария вырвались далеко вперед, стараясь в кротчайшее время пройти страшное место, воины Бадиама подгоняли, как могли навьюченных лошадей и повозки. Эланта скрутил приступ сильнейшей головной боли и Джерису пришлось пересесть на его лошадь, чтобы поддержать и не дать ему вывалиться из седла. Виолика и Ларита замотали голову своими плащами, оставив лишь глаза, но это не помогало.

К счастью, вожделенное спасение ждало их на другом конце поселения.

Здесь уже можно было не сомневаться в рукотворном возведении каменной арки, закрытой массивными воротами. Сейчас они были распахнуты и Молдрик с Кенсарией уже скрылись в них. Но Бадиам не торопился внутрь. Он приказал спешиться и подоспевшие рабы, а это были именно они, если судить по железным ошейникам на их шеях, и одежде, лохмотьями висевшей на них, забрали у них лошадей, распрягая и уводя их в конюшни.

Из ворот горы-замка вышли другие слуги, одетые получше, но в таких же ошейниках рабов. Они сгрузили тюки, приняли носилки со Стенли и понесли всё это внутрь. Бадиам сделал знак Джерису следовать за ним.

Пещеры внутри горы то плавно, то резко переходили друг в друга. То соединяясь туннелем, то ограничиваясь аркой. Некоторые пещеры были обитаемы, а иные даже закрыты дверью. Они прошли мимо тех, где жили воины Молдрика, их обеденный зал. Прошли другой большой зал, похожий на лабиринт, где-то разделённый каменной кладкой, а где – и решёткой. Кто там жил, выживал или томился – им было не ведомо. Жара и духота, а запах даже хуже, чем на улице.

Они двигались дальше, постепенно поднимаясь наверх. Запаха смрада больше не было. Наоборот, им показалось, что воздух стал чище и свежей, если такое можно было сказать о внутренностях горы.

Наконец они дошли до цели. Бадиам привёл их к низкому проему в стене и первым вошёл в него. За ним рабы внесли носилки со Стенли, воины Бадиама замыкали шествие за остальными пленниками. Небольшой туннель, всего в несколько шагов, привёл их в большую комнату.

Выдолбленная в толще горы или естественной это была пещера, но она была широкой и высокой. Где-то наверху были даже щели, в которые пробивались лучи света. На стенах развешаны гобелены, полы устланы коврами, имелось несколько кроватей с балдахином, столы и стулья, несколько кресел, большие сундуки.

На стене у входа закреплено несколько факелов, на столах – канделябры со свечами.

Джерис осторожно опустил в кресло Эланта, Виолика склонилась над Стенли, которого прямо на носилках внесли внутрь и положили на пол.

- Устраивайтесь, - коротко сказал им Бадиам и бросил Ларите, - пошли со мной.

Ларита испуганно посмотрела на Виолику, но не посмела ослушаться Бадиама.

Они вышли, и вслед за ними лязгнула решетка, закрывая вход. Щелкнул замок, через мгновенье звуки повторились. От свободы их теперь отделяла двойная решётка и лабиринт пещер в замке-горе.

Они остались одни.

- Мне не страшно, - уверенно сказала Виолика, делая обычные привычные движения – провести по лицу, телу Стенли руками, разминая тело и убеждаясь, что оно ещё живо.

- Не без удобств, - подтвердил её слова Джерис, обходя их обиталище.

- Да, я именно это и имела ввиду.

Она перешла к Эланту и повторила движения. Но Элант уже пришёл в себя и попытался выпрямиться в кресле. Она помогла ему.

Джерис нашёл в одной из ниш ведро с водой, поднос с едой.

- Для особо ценных пленников, - сказал Элант, обведя мутным взором пещеру. – Дед рассказывал. Тут держали одного из родственников Кандела, короля Вароссы. С семьей. Дед помогал в переговорах об их выкупе и сам прибыл в Тарск встречать их. Они и рассказали.

- Помнишь ещё что-нибудь из их рассказа?

- Многое. Но не сейчас.

Элант выпил целую чашку воды, оказавшейся холодной и вкусной и устало прикрыл глаза.

- Когда очнется Стенли? – спросил он немного погодя.

- Утром Кенсария велела напоить последними остатками. Она рассчитывала, что к вечеру он проснётся.

- Потом она даст ему время окончательно прийти в себя, а затем и взбеситься. И только потом призовёт к себе.

- Это значит, у нас дня два на то, чтобы отдохнуть самим, а тебе – справиться с болью, - сказал Джерис. – Ведь тебе лучше?

Элант кивнул, некоторое время прислушиваясь к себе.

- Спасибо, – коротко сказал он.

Виолика, убедившись, что её подопечных можно оставить в покое, присоединилась к Джерису в осмотре их нового жилья.

На двух больших кроватях были брошены пледы, одеяла, подушки. Одна кровать явно предназначалась для супружеской четы, у второй кровати на небольшом столике Виолика нашла деревянную лошадку и тряпичную куклу. Судя по всему, тут спали дети. За оказавшейся тут ширмой нашлась и ещё одна кровать. Возможно для преданного слуги или служанки. Тут же находился небольшой очаг, сложенные дрова, трут, кремень и кресало. В котелке можно было заварить травы и даже сварить похлёбку. Скобийцы давали возможность ценным пленникам самим себя обслуживать, оставляя им слугу и возможность готовить еду.

Ещё одна дальняя небольшая комнатка, проем которой закрывался ширмой. Отхожее место. Рядом на столике кувшин с водой, небольшой тазик и несколько полотнищ, чтобы можно было вытереться. На табурете стояло ведро с водой.

- Где-то тут близко водоём, - сказал, прислушиваясь, Джерис, - я слышу шум падающей воды.

- Если у них так много воды, почему такая вонь в их городе? - пробормотал Элант.

- Помнится, мы с Кристом тоже не слишком приятно пахли, будучи прикованными к скамьям галеры, - ответил, усмехаясь, Джерис, - а ведь вокруг было море. Воды более чем достаточно.

- Извини, - Элант вздохнул, - я не подумал.

- Тебе было не до рабских ошейников на обитателях этого города.

- Ты прав, но я о них знал. Но именно об этом у деда были не слишком обширные знания. Рабами тут становятся те, кого не могут выкупить. Некоторых убивают, чтобы послать их головы родне. Для улучшения, так сказать, будущих переговоров, но сюда попадают и те, кто никому не нужен. Вот они-то и становятся рабами.

- А тот зал, что мы проходили? Ты обратил на него внимание? – спросила Виолика.

- Смутно. Но скорее всего – это те, кто ожидает выкупа. Ну и таких комнат, как эта – думаю тут ещё парочка.

- Откуда в этой горе столько пещер? И как она ещё держится в том случае?

На этот раз Виолике ответил Джерис.

- Я слышал, в Горлите – самый красивый замок в мире. И он встроен в гору.

- Да, - улыбнулся Элант. – Я там был, действительно, самый красивый и величественный. А внутри не пещеры, а настоящие комнаты, залы, выдолбленные в горе.

- Значит, тут такие же горные породы, - добавил Джерис, - позволяющие делать пещеры. Вот только у скобийцев нет хороших строителей и архитекторов.

Виолика, обойдя пещеру, занялась сундуками. Там оказалось целые сокровища – бельё, платья, штаны и рубашки для мужчин, женские платья и даже башмачки из мягкой кожи. Всё чистое, и аккуратно уложенное.

Пока они обследовали комнату, пришёл, наконец, в себя и Стенли.

Долгое время он лежал, ничего не видя и не слыша, не воспринимая окружающий мир. Но послушно выпил заранее приготовленный Виоликой настой. Джерис сидел рядом и, держа Стенли за руку, вглядывался в его лицо.

- Кто тут? – наконец спросил, вернее, прохрипел мужчина.

Элант встал и подошёл ближе.

- Лорд Стенли, тут я, Элант. Со мной Виолика и Джерис.

- Они напали? Я ранен? Терон защищает Тарск?

- Не совсем так, лорд Стенли. Они напали только на вас. Вы в плену.

Сил на то, чтобы грязно выругаться, у Стенли хватило, но и только, дальше он опять потерял сознание.

Того времени, что потребовалось Стенли снова прийти в себя, было достаточно, чтобы сварить бульон из вяленного мяса, оказавшегося на подносе и горсти крупы, найденной в ларе у очага.

Особенно радостным событием стало возвращение Лариты. Её привел один из солдат, и она со слезами кинулась на шею Виолике.

- Тебе дали увидеться с твоим мужем? – обеспокоенно спросила Виолика.

Ларита судорожно закивала.

- Но он не заложник. Он стал служить Молдрику. Бикиза меня обманула.

- Ты можешь вернуться с нами, если захочешь!

- Я должна быть с мужем.

- Но ты боишься?

- Здесь всё так страшно! Я хочу домой.

- Для начала, хорошо, что тебе позволили прийти к нам. Ты ведь не пленница?

Девушка покачала головой.

- Нет. Меня призвала госпожа и сказала, что я свободна, буду жить со своим мужем, и, пока вы тут, буду помогать вам.

- Ну, вот и отлично.

Вместе они и приготовили ужин для себя и легкий бульон для Стенли. К ночи за Ларитой пришли, и она опять, вся в слезах ушла.

Стенли смог поесть, силы возвращались к нему, и он продолжил расспросы.

Элант коротко поведал ему события, Джерис дополнил более красочно и подробно.

- Недоумки, - констатировал Стенли, грозно сверкая глаза. – И хватило же ума добровольно стать заложниками. Элант, мальчишка, ты подумал, что я скажу твоему отцу? Во что я тебя втянул?

Элант побледнел и выпрямился.

- Лорд Стенли, вы забываетесь! – сказал он.

- Ах, да, ты же не илониец, а кордиец, - саркастически отозвался Стенли, - в твоих словах гнев твоей матери. Проклятье, как же ты сейчас на неё похож. Кстати, перед ней мне тоже придётся держать ответ.

- Я хочу сказать, лорд Стенли, - отрезала Виолика, - что без нас, ваша жена уморила бы вас своим снадобьем!

- Девочка, - на этот раз Стенли ответил устало и даже как-то обречённо. – Ты хоть понимаешь, что она теперь будет требовать? И на кой мне тогда жалкое существование раба, потому что я не выполню её условие.

- И король Интар не позволит этого, - добавил тихо Элант. – Мне тоже так подумалось, лорд Стенли. Она ведь потребует встречи с вашим сыном?

Стенли кивнул.

- Почему вы думаете, что король Интар будет сидеть сложа руки? – спросил Джерис. - Он отправил своего сына и внука на помощь Оргунии. Неужели он не пришлёт помощь внуку и племяннику?

- Потому что слишком хорошо знает, что это бесполезное дело, Джерис. Мы с ним и с Тероном не раз обсуждали планы нападения и уничтожения этого города, как и других скобийских поселений. На это потребуется слишком много сил и потери будут неоправданно большими. Даже если учитывать помощь Куртиса. Мы чужаки в этих местах. А скобийцам слишком хорошо удаются засады и ловушки. Сами горы – их защиты.

- Но ведь отец рассказывал, как они отбили захваченных жителей Тарска, - вспомнил Элант.

- О! Это было давно, то поселение скобийцев было близким, малочисленным и хорошо изученным по рассказам заложников и наших разведчиков.

- Интару про это место тоже многое известно, - сказал Джерис, - по крайней мере, Элант так считает.

- Да, это так, и я сам видел карту Хасинвала, правда мельком. Меня намного больше интересовали окрестности горы, сам город. Но их-то как раз и не было. Лазутчики Терона не могли подойти ближе, а заложники, если им и дозволялись прогулки, были не настоль наблюдательны, как хотелось бы. Но на что вы не обратили внимание, или не знали, после войны сюда сбежали многие наёмники, спасаясь от наших войск. Некоторые остались тут навсегда.

- Да, Кенсария упомянула, что их главарь, Молдрик, сражался под Нартой против вашего отряда, дядя, - вспомнил Элант.

- О чём я и говорю. Мы с Интаром давно уже поняли, что охрана и оборона этого города организована знатоком своего дела, а не простым предводителем разбойников. Нет, Скобийские горы становятся государством, с центром, столицей, хотя пока тут внутри и идут междоусобные заварушки.

- Не хотите ли вы сказать, что дед надеется наладить отношения с Молдриком, как правителем нового государства.

- Были у меня такие мысли, но теперь об этом не может быть и речи.

- Он будет мстить за вашу смерть? – спокойно спросила Виолика.

Стенли ничего не ответил, опустился на подушку и прикрыл глаза. Через мгновение он уснул. Если бульон и дал ему силы, то разговор отобрал.

Виолике уступили вторую кровать, Элант же составил компанию Джерису на полу возле кровати Стенли, накидав на ковер одеял и подушек.

Утром их разбудило звяканье решётки и запах свежеиспечённого хлеба, который принесла Ларита.

Но, как оказалось, Стенли уже давно был на ногах. Стараясь не разбудить своих усталых путников, он самостоятельно обмылся, перекусил тем, что осталось от ужина и теперь сидел в кресле, полностью уйдя в себя.

Он заинтересовался новым человеком, который, как оказалось, всё время их путешествий был с ними, и пока его спутники вставали и приводи себя в порядок, расспрашивал девушку о замке.

К сожалению, та знала дорогу лишь до маленького закутка, который её мужу выделили среди общего жилища солдат, до кухни и вот сюда, в их обиталище. Но и этим сведениями Стенли был рад. Расспросил он о людях.

- Мой Херви служит у Бадиама. А у него порядки строгие. В нашей комнате, - произнести «пещера» Ларита так и не смогла, - есть ещё мужчины с жёнами. Бадиам не позволяет задирать женщин. А если родится ребёнок, то им выделяют отдельную комнату. Но Херви предупредил, чтобы я никуда не ходила одна, только с сопровождением его или солдата Бадиама по его приказу.

- Значит, все воины Молдрика живут в замке?

- Да, все.

Элант подошёл ближе и теперь также внимательно слушал Лариту. Присутствие привычного человека намного успокоило пугливую девушку, и она уже отвечала более уверенно.

- Кто ещё живет в замке? Ведь кто-то же печёт хлеб?

- Да вот, в основном жёны солдат. Есть ещё, - она понизила голос, - рабы. Они с ошейниками и делают всю грязную работу.

- Их много? Где они живут?

- Замковые – в замке. А тех, которых мы встретили, когда ехали через город, их тут нет.

- Где в замке?

Ларита пожала плечами.

- Я совсем нигде не была.

- А где они берут муку? – спросил Элант. – Или где молят зерно?

- Тоже не знаю, - Ларита развела руками. – Но… я узнаю.

- Спасибо, милая, - поблагодарил Стенли. – Но мы не хотели бы подвести тебя. Если это будет опасно, то не надо.

- Хорошо, - опустила глада девушка и повернулась, чтобы подойти к Виолике и помочь той в её хлопотах.

Днём Лариту увели, а за Стенли, наоборот, пришли.

- Вас ожидает наш господин Молдрик и госпожа Кенсария, - сказал солдат, войдя в их комнату и сделав пригласительный жест в сторону дверного проёма.

- Им надо, пусть и приходят, - равнодушно сказал Стенли, откидываясь в кресле.

Солдат опешил от такого ответа и попытался проявить настойчивость угрозами. Но его слова не отличались убежденностью. Было заметно, что ему приказали именно пригласить пленника, а не притащить.

Поняв, что всё бесполезно, он выскочил из комнаты, решетка звякнула с особенным грохотом.

- Что вы этим пытаетесь добиться, лорд Стенли? – спросила Виолика.

- Ничего, - также равнодушно сказал Стенли. – Позлить змею и потянуть время.

- Вы не опасаетесь, что она укусит?

- Она уже это сделала. Но, как видишь, я ей нужен живым.

Виолика промолчала, но Элант заметил её легкую неуверенность. Как бы она не хорохорилась, страх всё же жил где-то в глубине. Но она сдержалась и не озвучила тот вопрос, который был у неё на языке: «А мы?»

Стенли, видимо, тоже это понял.

- Вы зря пошли за мной, девочка. Твой белоголовый друг не знает мира, но ты-то знаешь, что такое зло. И как оно беспощадно. А Элант тем более должен отвечать за свои действия. Его положение этому обязывает. И как сын своего отца и своей матери, у него должно быть разумение, как можно поступать, а как – бессмысленно и даже вредно.

Элант побледнел, но Джерис мягко положил ему руку на плечо успокаивая.

- Ах, - посмотрев на него, усмехнулся Стенли, - я забыл, парень. У тебя не всё в порядке с головой…

- Лорд Стенли, - вскочил Элант.

- Мальчишка, - повысил голос Стенли. – Я теперь должен выбирать между тобой и своим сыном!

- Это бессмысленный спор, - вступила в спор Виолика, - лорд Стенли, Элант уже объяснил нам, что ваш дядя, король Интар, ни при каких условиях не отдаст вашего сына. Даже если вы сами будете просить его об этом. Ведь вас могут…, - она запнулась.

- Кенсария может прибегнуть к пыткам, ты это хочешь сказать, Виолика? Может и так. Но начнёт она с вас. И что прикажешь мне делать?

- Мы были осторожны и ничем не дали ей понять, что Элант ваш родич, а мы… мы и так для вас никто. Вы не обязаны думать о нашем спасении.

Стенли промолчал.

- Нам надо потянуть время, - сказал он наконец. - И приспособиться к жизни в этой горе. Возможно надолго. Это ведь то самое место, где держали кузена Кандела – Нареля с семьей? – спросил он Эланта.

- Судя по описанию – да.

- У Молдрика и Кенсарии не будет оснований держать нас тут всех вместе, особенно если вы убедите их, что не имеете ко мне никакого отношения, кроме человеческой дурости и мягкотелости. Молчи, Элант. Я в своё время наспорился с твоим отцом и не хватало мне ещё спорить с его сыном. Скажи лучше…

Стенли не успел договорить, звякнула в очередной раз первая решётка, за ней вторая. За ним опять пришли. На этот раз это был Бадиам. Он почтительно поклонился Стенли и произнёс полным почтения и уважения голосом:

- Я принёс вам приглашение на ужин, лорд Стенли. У вас столько времени, чтобы собраться и подготовиться, сколько вы пожелаете. Я пришлю слуг, чтобы они помогли вам и предоставлю одежду, чтобы вы смогли выбрать то, которое пожелаете.

Элант выступил вперед, видя нахмуренные брови Стенли.

- Командир Бадиам сопровождал нас от Тарска, - сказал он Стенли, - в его отряде царит порядок и нет нарушений. Благодаря ему, с нами обращались обходительно, и мы не знали ни в чём недостатка. Ему можно доверять.

Бадиам кивком головы поблагодарил юношу.

Стенли встал и подошёл к мужчине. Они были одного роста, но Бадиам был моложе Стенли лет на пятнадцать. Небольшая аккуратная бородка обрамляла лицо с благородными чертами, глаза были серьезны, в них виделся ум и немалая сила воли.

- Вы не простой воин, Бадиам, - сказал Стенли, задумчиво разглядывая того. – Говор у вас… скажем сингальский. Придворный.

- Это осталось в прошлой жизни, лорд Стенли. Вместе с ошибками молодости, но отнюдь не сожалениями о них.

- Ваше описание имеется у короля Интара, вы не единожды возглавляли отряды, которые похищали наших людей. И всегда успешно.

- Я благодарен судьбе и Небесам, что они посылает мне удачу.

- Могу ли я предложить вам посетить меня когда-нибудь в более подходящее время и место?

- С некоторыми условиями – несомненно, лорд Стенли. Я служу моему господину и не хотел нарушать клятву, данную ему.

- Я приму любые ваши условия, Бадиам. Передайте своему господину, что я готов. И меня больше устроит, если нас за столом будет двое, а не трое.

- Я передам, - поклонился Бадиам.

Бадиам вернулся почти сразу. И Стенли отправился за ним, оставив своих спутников в их новом доме.

Он впервые шёл через пещерный замок, внимательно осматривая туннели и не особо удивляясь разнообразию как больших, так и малых залов. Он тоже читал отчёты, хранившиеся у Интара и приблизительно знал расположение наиболее главных помещений в этой цитадели.

Бадиам привёл его в небольшую комнату, где был накрыт стол на двоих. Кенсарии не было. А хозяин комнаты – Молдрик – приглашающе указал на стол.

- Лорд Стенли, - сказал он, слегка наклонив голову, скорее отдавая должное жесту гостеприимства, чем почтения, - меня зовут Молдрик. Я не имею титула, поэтому можно обращаться ко мне просто по имени.

Ответный кивок Стенли был лишь знаком согласия.

Они сели за стол – друг против друга. Некоторое время они ели, особо не скрывая явного интереса друг к другу. Еда была проста, безо всяких изысков, но сытна и Стенли, отвыкший за последнее время от обильной еды, быстро насытился.

Молдрик казался старше его, но, возможно, был одного с ним возраста. Такой же высокий, как и Бадиам, как сам Стенли, кряжистый, немного полноватый, у уха был резанный шрам, на кисти руки не хватало пальца. Бывалый воин и та битва под Нартой явно не была первой, и далеко не последней.

- Мне сказали, вы воевали под Нартой, и мы могли даже встречаться в битве у южных ворот. Я сражался против Альтама, но он не пользовался услугами наёмников, а на торогца вы не похожи. Не могу понять, откуда вы. – спросил Стенли. – И почему вы оказались в Скобийских горах, если войско Альтама после его смерти я лично сопровождал обратно в Торогию.

Молдрик хмыкнул.

- Кингериец. Я был наёмником в Сеготе, когда Курхот напал на Кордию. Мы с друзьями решили, что это стоящее дело – пограбить Арилазу. И кое-что нам досталось. Затем мы пошли к богатой Нарте. Признаться, мне повезло, когда Курхот послал большой отряд к Альтаму. Я участвовал в разгроме варосских войск и разжился немалым количеством их оружия, усыпанного драгоценностями, и пленных. Рабы мне были не нужны, я их продал, часть оружия, конечно, пришлось отдать Курхоту, но и припрятать нам с друзьями удалось немало. Альтам заметил меня и оценил. Так что изредка Курхот одалживал мой отряд ему. Так я и оказался на южных воротах в тот самый день.

- Но сбежали, когда проиграли. А ведь королева Тайлис наняла наёмников в своё войско.

- Тащить с собой то, что мы успели награбить…

- И тащить это в Скобийские горы, в которых от награбленного нет никакого толка? – усмехнулся Стенли. – И ведь, наверняка, вы очень быстро бежали, спасаясь от карательных отрядов Хайдира.

- Признаюсь, - Молдрик рассмеялся и сокрушённо развёл руками, - кого я хотел обмануть, военачальника Илонии. – Он перестал смеяться. – Да, за мной водились некоторые прегрешения, за которые король Корн вряд ли меня помиловал. Я решил не рисковать. Затаиться на время.

- Не смогли вырваться из Скобийских гор? Были пленником?

- Был, - не стал отрицать Молдрик. - Но не какому-то плешивому вожаку удержать меня больше, чем я захочу. А затем пришлось взять на себя заботу об осиротевшей ватаге этого идиота. Так меня и затянуло…

Мужчина указал на стены, увешанные оружием.

- А варосские побрякушки так и остались висеть напоминанием о несбыточном. – Он притворно тяжко вздохнул и добавил уже совсем другим голосом – жестким и властным. – Зато теперь в моей власти целый город. Не банда преступников и разбойников, а народ изгоев и отверженных.

- Да-да, - насмешливо кивнул Стенли. – если грабят и похищают людей изгои, то, конечно, это не банда головорезов.

Молдрик рассмеялся.

- Да, соглашусь, я немного увлёкся. Но… - нам же надо что-то есть, а эта земля не родит ничего, кроме камней.

- Тогда я должен благодарить вас за еду с моей же земли? – спросил, усмехаясь Стенли.

- Не только. Насколько я помню, у вас была одна просьба… – усмехнулся Молдрик.

- Отсутствие моей жены? Искренне благодарен вам за это.

- Но, как вы понимаете, это лишь первая вам уступка. Чтобы, так сказать, наше знакомство началось с приятных мгновений.

- С тех пор, как я очнулся, приятных. До этого никто мне не говорил о том, что оно началось приятным. Хотя, - тут же добавил Стенли, - я удивлен, что уровень обхождения скобийских обитателей настолько повысился. Вы, Молдрик, командир Бадиам… Раньше я допрашивал пленных, и они были не столь изысканы и учтивы. Кстати, вам сказать, где они закончили свой жизненный путь?

Молдрик нахмурился, но всё же сдержался.

- Об этом я и хотел с вами поговорить. Именно по этой причине мы с леди Кенсарией поступили так, как и поступили, мне надо от вас, от…

- Нет, - отрезал Стенли. – Вы нарушили право выкупа, Молдрик. Не знаю для чего и не желаю знать, потому что теперь никто не пойдёт более у вас на поводу.

- У меня были на это причины, лорд Стенли. Я хочу…

- Я выслушаю вас, всего лишь выслушаю о том, что вы хотите мне сказать только после того, как вы отправите домой тех троих молодых оболтусов, которые вызвались сопровождать меня. Сделайте это, Молдрик, и тогда мы поговорим. И, проклятье, не называйте мою жену – леди.

- Это был их выбор…

- И они сделали то, что собирались – не дали Кенсарии меня убить своим снадобьем.

- Вы бы не умерли.

- Я не так уверен в способностях своей жены, как вы, Молдрик.

- Они вам преданы.

- Ни один из них не принадлежит к подданным короля Илонии, Молдрик. И никто не состоит у меня на службе. Сердобольные путники, которых приютил Интар, вот кто они. Попутчики, оказавшиеся рядом со мной волею случая. Решившие отплатить королю Интару добром, придя на помощь его племяннику. И вы так же должны быть благодарны им. Моя же благодарность в том, что я требую отпустить их, и уж потом я выслушаю то, что вы задумали.

- Мы все тут такие благородные и благодарные, - раздался от дверей женский голос.

- День не мог закончиться вот так, легким ужином и взаимными уступками, эта женщина способна испортить всё, даже вздох, - процедил сквозь зубы Стенли, даже не оборачиваясь.

- Ты боишься теперь даже поворачиваться ко мне?

- Только если ты будешь дышать одним со мной воздухом, - обернулся к ней Стенли и его взгляд обжёг вошедшую женщину ненавистью.

Кенсария по-хозяйски прошла в комнату и взяв из рук Молдрика кубок с вином, неторопливо отпила от него. К ненависти прибавился презрительный взгляд. Стенли вполне понял намёк, в каких отношения его жена и хозяин этих гор.

Он встал.

- Я предпочёл бы свою комнату, Молдрик.

- Не спешите, лорд Стенли.

Молдрик тоже встал.

- Давайте пройдём в мой зал.

Стенли молча последовал за ним.

Глава 4

Глава 4. Водопад

Правитель горы-цитадели преуменьшил, назвал огромное помещение всего лишь «моим залом». Это был самый настоящий тронный зал. И даже имелось возвышение, на котором стояло два кресла.

Но не оно привлекло внимание Стенли. Посреди зала стояли Элант, Джерис и Виолика. У стен - солдаты Молдрика.

Джерис с неподдельным интересом разглядывал зал, который был достоин того, чтобы на него обратили внимание. Стены были выдолблены и сделаны в виде арок, отполированы и сами собой являлись украшением, переливаясь кусочками слюды, игравшей искрами в проникающий через купольные окошки лучами закатного солнца. Там, куда не доходил лучи, блики вызывали многочисленные факелы, установленные в специальных зажимах на стенах. У некоторых стен стояли длинные скамьи, на которые были брошены искусно выделанные шкуры животных. Трон представлял собой кресла с мягкой обивкой, расцветка которой выдавала изделие борийских мастеров.

Виолика и Элант остались равнодушны к необычному убранству тронного зала скобийского Правителя. Виолика держалась ближе к Джерису, а Элант не сводил напряженного взгляда с вошедших Стенли, Молдрика и Кенсарии.

- Решили поторговаться, Молдрик? – зло спросил Стенли.

- Я решила, - ответила Кенсария. – Мне всё же стало интересно, что эти трое представляют из себя и насколько они тебе дороги.

- Не настолько, чтобы договариваться с тобой.

- Ты ещё даже не услышал наших требований.

- Опусти их и поговорим.

Молдрик подошёл к Эланту и протянул ему меч.

- Ну, ты ведь хотел сразиться со мной…

- Он болен, - Виолика выступила вперёд.

- Отойди, - процедил сквозь зубы Элант, удобно перехватывая меч. Для его теперешнего состояния меч оказался тяжеловат, но выбирать не приходилось. – Я его вызвал и рад, что он не избежал схватки, хотя поначалу мне так и показалось.

- А ты наглый щенок, - сказал Молдрик, вытаскивая из ножен свой меч и отбрасывая ножны.

Кенсария не сводила глаз со Стенли, но тот лишь молча наблюдал за начавшейся схваткой.

Некоторое время оба противника ходили по кругу, присматриваясь друг к другу. Элант первым сделал выпад, тут же отпрянул обратно. Молдрик усмехнулся, приняв нетерпеливый жест противника, как порыв неопытной молодости, и ринулся на юношу с яростной быстротой. Его меч замелькал в умелой и неистовой атаке, и Элант отступал, уходя, уклоняясь, либо отбивая его удары. Со стороны казалось, что меч достался неумелой, трусливой руке. Кенсария злобно рассмеялась. Но Стенли, а через некоторое время и Молдрик, видели, что задумал Элант. Если сам он не имеет столько сил, чтобы выдержать полноценный бой, то надо довести противника до усталости, чтобы уровнять их силы.

Молдрик пытался прижать молодого противника к стене, чтобы не дать ему уклоняться, но пока что Элант мог избежать этого. Он не был даже ранен, умело обходя все удары противника.

Они уже долго кружили по залу и даже Кенсария наконец поняла, чего добивается юноша. А план его мог бы увенчаться успехом, если бы к слабости не примешалась боль в голове. Он раз тряхнул ею, пытаясь сбросить эту боль, второй раз. Но это не помогало. Виолика вцепилась в руку Джериса и коротко простонала. Они оба взглянули на Стенли, всё также молча наблюдавшего за поединком. В его воле было остановить его. Но они знали, что он этого не сделает. И подозревали, что их друг этого бы не простил.

Элант же понял, что ничего не может поделать с неожиданным подвохом судьбы и внезапно ринулся в атаку. Неожиданность сыграла свою роль, он задел Молдрика, оставив на его куртке ровную полосу. Но это длилось лишь мгновение. Яростные удары меча лишили его сил сразу и полностью. Голова теперь не просто болела, всё поплыло перед глазами, и он зашатался. И он тут же получил удар в грудь. Меч не пронзил его, а, наткнувшись на ребро, лишь сломал его. Но из раны хлынула кровь, у Эланта подкосились ноги, и он упал.

Молдрик подошёл к поверженному противнику и, подняв меч, обернувшись к Стенли.

- Стой, - вырвалось у Стенли, - не делай этого, Молдрик.

Не дожидаясь ответа, Виолика подорвалась с места и ринулась к Эланту.

- Только посмей, - сказала она мужчине, оттесняя его от Эланта. – Он уже повержен, ты не вправе добить его.

Её глаза сверкали, а руки уже рвали ткань юбки на ленты и отвернувшись от опешившего Молдрика, она судорожно пыталась добраться до раны Эланта, пытаясь расстегнуть крючки его куртки.

К ней на помощь пришёл Джерис. Воспользовавшись мечом Эланта, он разрезал куртку и рубашку у него на груди. Вместе они занялись раной Эланта.

Молдрик отошёл от них.

- Он умелый воин, - не удержался он, обращаясь к Стенли. – Ваш ученик? Я слышал, вы тоже отменный воин.

- Так и надо было биться со мной, Молдрик. Как тогда под Нартой. А не с больным мальчишкой.

- Всему свое время, - рассмеялся правитель. – Но я поражён вашим бессердечием. Вы держались до последнего. Мгновение, и я бы опустил меч. Ещё не зная о чём речь, вы были готовы пожертвовать своими сторонниками.

К ним подошёл Джерис. Он был весь в крови Эланта и производил зловещее впечатление.

- Я слышу тут шум воды. Что это, озеро? Река? Позвольте нам отнести Эланта туда, надо промыть рану.

- Это водопад, - сказала Кенсария, не дожидаясь ответа Молдрика. – Можете позаботиться о вашем спутнике. Я прикажу принести мои снадобья. Если ему суждено выкарабкаться, пусть живёт. Если не мой муж, то уж Интар не откажется отблагодарить его за службу.

Когда Джерис легко поднял на руки раненного юношу, все опять поразились его необыкновенной силе. Он нес Эланта легко, как ребёнка и лишь ярко красные капли крови тянулись за ними.

Джерис безошибочно понял куда идти и шёл прямо к одной из ниш, за которой оказался небольшой проход в другую пещеру. Остальные непроизвольно пошли за ним.

Войдя вслед за Молдриком в узкую, но длинную пещеру, Стенли с удивлением увидел в конце этой пещеры ниспадающий с каменного уступа поток воды, наполняющий небольшой бассейн и устремляющий по выложенному желобу вдоль пещеры куда-то под стену. Шум водопада был негромким, скорее ласковым, чем грозным. Обычного вспенивания воды не было, была ровная гладкая струя воды. Ещё большее удивление вызывало поведение Джериса. Он смеялся. Положив Эланта рядом с краем бассейна, он, прямо в одежде, встал под падающую струю. Бассейн окрасился в красные цвета и смытая кровь устремилась дальше по желобу.

- Я нашёл его, - шептал он, - нашёл….

Впрочем, его восторг не длился долго, он не забыл про Эланта и уже через мгновение занялся его раной.

- Я схожу за своими снадобья, - подошла к Молдрику Виолика. – Прикажите меня сопровождать.

- Не торопись, - усмехнулся Молдрик, как и окружающие, с трудом отводя взгляд от странного зрелища, открывшегося им, и переводя взгляд на девушку.

Виолика остановилась, как будто наткнувшись на стену.

- Твой спутник вполне справится без тебя. Сателеанец, он точно не подданный Илонии, я мало что выручу за него от короля Интара, лучше я оставлю его у себя. Мне тоже нужны слуги Неба. А вот ты…

- Что я? – спросила с вызовом Виолика, между тем побледнев. – Я лекарка. Мне тоже остаться здесь, чтобы лечить твоих солдат?

- Не только лечить… - Молдрик подошёл к девушке и провёл по её щеке, - ты будешь красивой…

- Наложницей? Твоей? Их? – Виолика кивнула на солдат, стоявших чуть поодаль от них.

А потом внимательно посмотрела на Молдрика. Он, да и Стенли тоже, с удивлением увидели, как её глаза медленно затягивает дымка безумия. Вместо девушки, пусть и простой на вид, но имеющей волю и решительность, перед их взором представала другая Виолика. Её рот растянулся в призывной улыбке, рука нашарила завязки юбки, пытаясь развязать их, и она сделала несколько шагов по направлению к воинам Молдрика.

- Кто будет первым? Или разыграем? – Виолика прошлась перед ошарашенными солдатами. Её голос поменялся. Теперь он был с хрипотцой, она растягивала слова и хищно улыбалась:

– Или вы думаете, я буду это делать бесплатно? Кто больше заплатит… тот больше и получит…

Скабрезные улыбки солдат при виде одержимых глаз девушки померкли. Вместо того, чтобы отпускать похабные шуточки, солдаты попятились. Распутные глаза умалишенной, призывная плотоядная улыбка, одежда, залитая кровью, всё это могло остановить любого.

Верхняя юбка её платья уже упала на пол, Виолика взялась за завязки лифа. На этот раз она повернулась к ошарашенному Молдрику, подошла к нему вплотную и, закинув руки за его голову, притянула к себе и впилась губами в его. Кенсария визгнула, Молдрик попытался отпрянуть.

- Я моложе… красивей… опытней… я многое видела… многих знала… - шептала Виолика Молдрику, а потом, повернувшись к женщине, глухо рассмеялась, - нас может быть трое… ты стара… я помогу тебе… это…

- Виолика, - раздался резкий возглас от водопада.

Девушка вздрогнула и остановилась.

- Очнись, Виолика, мне нужна твоя помощь, - глубокий голос Джериса заполнил пещеру и, отскакивая от стен, повторился ещё раз.

Поволока покинула глаза Виолики, она растерянно огляделась, опуская руку от уже развязавшихся узлов лифа. Заметив свою юбку, она подняла её и, пользуясь случаем, разодрала еще на большие полосы.

- Я беру драгоценностями, - сказала она, поднимая глаза на Молдрика и Кенсарию уже полностью осознанные глаза. – Вам не рассчитаться со мной за мои услуги. И чем выше положение – тем цена выше. – Она опять подошла к Молдрику и взглянула ему прямо в глаза. – Вплоть до крови. Твоей крови, Правитель этих гор. И её. – Виолика кивнула на Кенсарию. – Я знаю, как это делать, - она понизила голос до шёпота, - я это уже делала… и могу повторить…

Она развернулась и пошла к Джерису. Прямо на глазах она становилась прежней.

Молдрик взглянул на Стенли. Тот, поражённый не менее своих спутников, провожал девушку глазами, в которых вместо удивления постепенно появлялась боль и сострадание.

- Откуда она взялась? – спросил Молдрик и в голосе его промелькнула толика ужаса и невольного уважения.

Кенсария же так и не смогла отвести от неё взгляда. Слишком уж знакома ей была бездна безумия, куда в своё время завела её жажда власти.

- Попутчики, - пробормотал Стенли, стряхивая с себя наваждение.

- Она же безумна…

- Не более, чем моя жена.

- И чем помог ей король Интар?

- У нас есть хороший лекарь. Она знает, - он кивнул на Кенсарию. – Они все жили у Мойрина.

Оторвав взгляд от девушки, уже занимающейся своим привычным делом - они с Джерисом уже закончили обмывать рану Эланта и теперь накладывали мазь, Кенсария нервно рассмеялась.

- Если они жили у Мойрина, значит, помощь им действительно была нужна серьезная.

- Похоже, я дам, лорд Стенли, им возможность покинуть мои владения, - ещё раз содрогнувшись, сказал Молдрик.

- Вы считаете, что он теперь уйдёт отсюда? – Стенли кивнул на Джериса.

Тот заканчивал перевязывать Эланта, но его взгляд нет-нет, да оборачивался к водопаду, и он подставлял счастливое, умиротворённое лицо его каплям. Затем, к всеобщему удивлению, он взял Виолику за руку и, потянув за собой, поставил её под водопад прямо в одежде. И замер рядом с ней. Вода опять окрасилась в красный цвет.

- Насколько я знаю, они не любовники, - сказал Стенли, опережая готовый сорваться с губ Молдрика вопрос. – И не со вторым. Слуга Неба помогает ей в её безумии, а она Эланту – справиться с его раной. По крайней мере, так я понял их.

- Странная рана. Кроме той, что нанёс я, - нет ни одной существенной. Удар по голове?

- Как вы могли заметить, именно эта боль помешала ему закончить поединок.

- Вы тоже признаёте, лорд Стенли, что он отличный воин. И вы знали это.

- Не я учил его. Но вы правы, я как-то провёл с ним бой. – Он взглянул на Молдрика, слегка усмехаясь. – Я победил у него, ему ещё есть чему научиться.

- Если он, как говорится, ничейный, и, если эти трое так связаны друг с другом, возможно, они примут моё приглашение остаться здесь, а не возвращаться в Илонию.

- Не думаю, - отрезал Стенли.

Но Молдрик лишь усмехнулся.

- Я даю вам слово, лорд Стенли, что с этого момента – они могут покинуть мои земли и вернуться туда, куда, захотят.

- Я готов буду говорить с вами, когда они сделают это.

Молдрик развёл руками.

- У вас будет время на обсуждение. Вас всех проводят в вашу комнату.

Молдрик вышел, Кенсария, всё ещё под впечатлением увиденного, направилась за ним, забыв даже по привычке злобно взглянуть на мужа.

Стенли же подошёл к водопаду. Он наклонился к лежащему на камнях Эланту и опустился рядом.

- Прости, парень, - тихо сказал он. – Твой отец отдал за меня целый город, а я готов был пожертвовать тобой, но не своим сыном.

К нему подошла Виолика и опустилась рядом. С её одежды стекала вода, образуя лужицу, которая подтекала и под Эланта. Странно, но не смотря на зиму снаружи, несмотря на то, что они были в каменной пещере, тут не ощущался холод.

- Мы уже это обсудили, лорд Стенли. Король в любом случае не пойдёт на поводу у похитителей.

- Молдрик сказал, вы можете уйти. В любое время.

- Давайте перенесём Эланта на кровать, - сказал Джерис, опять поднимая юношу.

Он с сожаление оглянулся на водопад, но всё же направился к выходу из пещеры.

- Наверное, бывший вулкан даёт такое тепло, - пробормотал он.

Видимо, не только Стенли заметил это странное несоответствие.

К ним опять привели Лариту, а также принесли большой поднос еды. Джерис и Виолика с жадностью накинулись на еду. В отличии от Стенли, их никто не удосужился покормить. Но для начала Ларита помогла как Виолике, так и Джерису снять их насквозь промокшие одежды и облачиться в сухое.

Вечером им опять принесли еды, а когда они поели, за Ларитой пришли, и она унесла пустую грязную посуду.

Элант так и не пришёл в сознание, лежал бледный от потери крови, но Виолика, к удивлению Стенли чему-то радовалась.

- Головная боль не вернулась, - пояснила она.

- Откуда ты знаешь? Он же не может сказать.

- По глазам. Они спокойны. А когда его мучает боль и видения, его зрачки бегают туда-сюда.

- Видения? Я ничего не знал про видения.

- Делфир. Это всё его зелья. Ими он добивался того, что человек не осознавал, что происходит вокруг, а видел что-то своё. Обычно он потчевал избранника мачехи чем-то, что вызывало у того чувство счастья и они дарили свою любовь мачехи, отдаваясь полностью, пока безумие не разъедало их душу и тело.

- Тебе он тоже что-то такое давал? – осторожно спросил Стенли.

Но Виолика только хмыкнула.

- Как и Лоэтне, в маленькой части, чтобы она не лишилась рассудка. А мне ещё меньше. Но я научилась притворяться, научилась делать то, что они ожидали…

- Значит то, что произошло сейчас у водопада – притворство?

- Да, – пожала она плечами. – Я наловчилась подражать Лоэтне и её жертвам. – Она ненадолго замолчала и тихо добавила. - Но сейчас я действительно испугалась и слишком глубоко ушла туда, в эти вымышленные видения. Окрик Джериса вывел меня оттуда.

- А что там случилось с Элантом? – Стенли знал о злоключениях сына Иллара лишь в общих чертах, и теперь уже по-другому смотрел на то, что случилось с юношей.

- Лоэтне надоели ласки и страсти, ей захотелось чего-то особенного. И Делфир добавил кое-что в свои зелья. Элант стал зверем, диким, необузданным. Мачеха испугалась, но Делфира это, наоборот, заинтересовало. К счастью, у меня вовремя получилось обмануть его, выдав Эланта за мёртвого. Я его спрятала, но с тех пор Элант видит видения. Иногда он их рассказывает.

- И что это за видения?

- Это дикий лес на вершине горы, и он мчится вниз, сметая всё на своём пути, ломая деревья и кусты, раскидывая валуны. А за ним несётся каменная лавина. Иногда он успевает спастись и тогда боль отходит. Иногда нет и он оказывается погребённым под лавиной. В его видениях – я снимаю камень за камнем с его погребального кургана и только когда добираюсь до него, боль отходит. Теперь вы понимаете, почему я должна быть радом с ним, а он – рядом со мной. – Она ненадолго замолчала, но потом решилась и сказала. – Но есть одно видение, отличающееся от остальных. Оно не приносит боль, и больше похоже на сон. Редкий, но повторяющийся сон.

- Он рассказывал о нём?

- Да. Опять гора. Он стоит на краю каменного уступа, больше похожего на каменную террасу. Сделанную человеком. От пропасти его отделяет железная изгородь. Он смотрит вдаль. Вокруг только горы и потушенные вулканы. Внизу ущелье, кратер потушенного вулкана и озеро в нём. Дороги, отходящие от горы и река.

Джерис подошёл поближе.

- Да, действительно, похоже на это место, - сказал он. – Досадно, что я не обратил на это внимание.

- Это что-то значит?

- Мы не знаем, - пожала плечами Виолика. – Когда он упал и полилась кровь, я подумала, что это видение означало его смерть.

- А когда он начал видеть это?

- Ещё на корабле. Когда начал приходить в себя.

- Давно. Не тогда, когда вы пошли за мной.

- Нет. Так что ваше приглашение, лорд Стенли, было предопределено.

- Я воин, девочка, и верить в такие вещи – не моё дело. А вот вы утром соберётесь и покинете эти пещеры.

- Нет, лорд Стенли, - спокойно сказал Джерис. – Я не уйду отсюда. Я ведь тоже когда-то давно видел видение. – он поднял голову и мечтательно произнёс. – Водопад. Мой Водопад.

- О, Небеса, я с вами тоже скоро начну сходить с ума. При чём тут вода, подающая с каменного уступа? Да в горах от водопадов ступить некуда. На равнине Илонии и то имеется парочка, если зайти в Роголинский лес.

- Мой – особенный. Он позволяет слушать и слышать. Он говорит. Он лечит.

- Пляшет и поет…

- Поёт, - нисколько не смутился Джерис. – Всякому, кто войдёт в него. И завтра я понесу туда Эланта. Водопад поможет ему. Кстати, - спохватился он, - принц Иллар был в моём селении. Он привел туда Меорлиса. Водопад помог нашему королю, и помог принцу Иллару…

- Что было с Илларом? Интар ничего не сказал мне, кроме того, что их миссия увенчалась успехом, хотя и жаль Годарда. Остаться на всю жизнь хромым, при этом будучи капитаном корабля и наследником. Ну да я не особо волновался, там Овета и Мойрин. А Иллар, значит, получил свою порцию неприятностей. И в чём она заключались?

Джерис кивнул на Эланта.

- В этом же. В зелье, которым его напоил Делфир, пленив.

- Проклятье! – выругался Стенли. - Он был в плену? Почему Интар промолчал?

- У вас свои дела, лорд Стенли, - сказала Виолика. – И если с принцем Илларом произошла хоть толика того, что с Элантом, то… много ли подробностей вы слышали от Эланта? И принцу Иллару будет нелегко говорить об этом.

- Ты хочешь сказать, что наследник Илонии будет видеть видения, а король решил это скрыть?

- Я же сказал, что Водопад помог ему, - терпеливо, как малому ребёнку, объяснял ему Джерис. – И в плену он был не один, а с королём Радниром. Но всё уже позади. Кроме того, что они знают о том, что случилось с нами.

- Конечно знают. – опять удивился Стенли, - король не будет скрывать того, что случилось с его сыном и со мной.

- Нет. Принц Иллар, Крист и её величество королева Овета увидели всё это в Водопаде, когда были на горе Сатель.

- Твой водопад вызывает видения?

- Не виде́ния, а ви́дение настоящего. Того, что происходит вдали. С близкими тебе людьми.

- Да, мать упоминала, что ты каким-то образом заставил Интара связаться с Илларом, будто у нас нет почтовых голубей. Мне было не до тонкостей.

- Вот поэтому король Интар ничего не стал говорить и про своего сына. А сейчас в этом нет необходимости.

- Есть, - Стенли кивнул на Виолику, - если видения могут вернуться вот в таком виде.

- Лорд Стенли, - Джерис не стал спорить, а лишь попросил, - позвольте мне провести вас в мой Водопад? Вы сами оцените, что происходит.

- Но почему ты называешь его «мой Водопад», если таких водопадов – не сосчитать. Только потому, что ты в нём способен петь? – Стенли насмешливо смотрел на белоголового юношу.

Джерис покачал головой.

- Как я понял, лорд Стенли, ваш брат, лорд Тарлин, рассказывал вам о моём народе. – Дождавшись кивка Стенли, Джерис продолжил. – Чтобы мой народ не вырождался, мы выходим в мир, чтобы найти себе избранницу. Внести в народ свежую кровь. Столетия мы таким образом поддерживаем своё существование. У нас есть свой Водопад, который испокон веков дарит нам способность уйти в себя, услышать Небеса, увидеть свершившиеся, удостовериться в настоящем и принять верное решение о будущем. Однажды, стоя в Водопаде я увидел другой Водопад. Такой же, как и у моего народа. Но он был моим, я первым вошёл в него и узнал о нём. Я… - Джерис поднял голову, - я основал вторую ветвь моего народа. Небеса даровали нам новый очаг нашего служения.

- И когда ты согласился ехать, ты уже знал об этом? – спросил Стенли.

- Нет, но я понял, что как-то связан с человеком, похожем на Криста. Сразу, как только увидел его тогда на галере.

- Ты говорил, что вы не видите будущее?

- Да. Но Водопад – это не будущее. Он всегда тут был. Но появился я, моя судьба связана с ним, поэтому я и увидел его. Мы стали неразрывны при моём рождении, но только достигнув совершеннолетия, Небеса дали почувствовать нашу связь. И так – шажок за шажком.

Стенли встал и прошёлся по комнате.

- Мне не нравятся твои рассуждения, Джерис. Мы почитаем и молимся Небесам, у нас есть часовни и мы отправляем ритуальные священные действия. Но Илония – это не твоя гора Сатель. Мне, и я думаю илонийцам, чужды чудесные видения и вера в чудеса. К тому же я воин. Я верю только в меч, защитные латы, надёжного коня и хорошую еду. То, что ты говоришь – сказки. И я ни за что не поверю, что Молдрик хоть чем-то в этом смысле отличается от меня. Для нас – это чушь. И ты думаешь, что он позволит тебе распоряжаться в его владениях. Основатель народа… Мой юный друг, если он и не оденет на тебя ошейник, то только ради того, чтобы ты служил в возведенной им чахлой часовенке, чтобы этим удовлетворить ту часть своего сброда, которые ещё верит в Небеса.

Джерис, несколько раз порывавшийся прервать Стенли, осмелился добавить лишь в конце.

- Отряд, который возглавлял Бадиам – не похож на сброд. И убранства внутри горы… Лорд Стенли, вы противоречите сами себе, говоря эти слова. Совсем недавно, вы упомянули, что по мнению короля Интара, Скобийские горы становятся государством.

- Это было до того, как он чуть было не убил Эланта, - Стенли остановился и посмотрел на Джериса. – Я поговорю завтра с Молдриком. Он уже дал своё согласие отпустить вас. Посмотрим, на каких условиях он согласится оставить тебя.

- И меня, лорд Стенли, – сказала Виолика.

- Ты-то что здесь забыла, девочка? Хочешь стать родоначальницей новой ветви слуг Неба? Ты бросишь Эланта?

- Я тоже побывала в этом Водопаде, лорд Стенли, - тихо сказала девушка. – Моё место тут. Я не знаю, как, кем, но это конец моим невзгодам и начало чего-то нового.

- Вы лишись рассудка, дети. - Стенли устало махнул рукой

Сев в кресло, он откинулся на спинку и прикрыл глаза.

– Как же я скучаю по войскам, где все подчиняются мне, а не спорят, не ставят никаких условий.

На этот раз кровать уступили Эланту, а Стенли с Джерисом устроились на полу. Уже засыпая, Стенли пробормотал:

- Если Интар отправит сюда Иллара мне на выручку, уйду к Радниру.

Глава 5

Глава 5. Условия

Как оказалось, спал этой ночью только Стенли. Виолика и Джерис по очереди дежурили у постели Эланта.

Надлежащий уход – частая смена повязок и смазывание раны целебными мазями, сделали своё дело. Элант очнулся, а выпив принесённого Ларитой красного вина, частично вернул краски на лицо.

- Ты хорошо спал, - сказала ему Виолика, вытирая его лицо и привычно разминая виски. – Тебя не мучали видения.

- Я видел сон.

- Всё тот же?

- Да. Но… намного подробней.

К ним подошёл Стенли. Он уже умылся и привёл себя в порядок.

- Как ты себя чувствуешь, сынок? – спросил он, усаживаясь рядом.

- Живым, - Элант слегка скривил губы в подобии улыбки.

- Ты отлично сражался. Давненько не видел такого аккуратного и продуманного боя.

- Голова подвела.

- Это у тебя от отца. Его тоже вечно подводит голова, вечно во что-нибудь встревает. Но сражаешься ты, как и он. Тот лет десять меч в руках не держал, а как взял, так показал всем, что значит, настоящий воин. Не думал, что ты даже в состоянии держать меч.

- Я проиграл, лорд Стенли. Ведь я его вызвал, потому что он посмел проявить грубость и унизить врага. Раненного врага и невооружённого человека, в том числе и меня. Тогда, там на последнем привале. Получается, что я не отстоял свою честь.

- Я бы так не сказал, мой мальчик. В каком-то смысле, ты победил. Он отнёсся к тебе с большим уважением по окончании поединка.

- Лорд Стенли, - внимательно глядя на задумчивого мужчину, спросил Элант, - что-то случилось? С отцом? С Кристом? Они идут сюда, к нам на выручку? Но как вы узнали? Или Молдрик готовит для меня особую казнь?

- Что ты там сказал о своем богатом сне? – рассмеялся Стенли. – Воображение у тебя разыгралось не на шутку. Ничего подобного, Элант. У нас нет сведений ни об Илларе, ни о твоем брате кроме тех, что сообщил Джерис. С ними всё в порядке. И Молдрик согласен вас отпустить хоть сейчас.

Стенли встал и потрепал юношу по волосам. Ларита была ещё тут, возилась на их маленькой кухне. Как бы ни была она близка к заложникам, не стоило отметать тот факт, что её могли нанять или заставить рассказывать всё, что происходило в этом пещере. Поэтому Стенли говорил тихо.

- Я испугался за тебя, сынок. И понял, насколько ты мне дорог. Я не должен был допустить твоей смерти, но готов был сделать это. И теперь прошу тебя простить меня.

Элант смотрел на него внимательно, нахмурив брови.

- Я не поданный Илонии, и вы не должны соизмерять свои действия с моими, если это будет во вред вашему королевству.

- Эх, Тайлис, Тайлис, - усмехнулся Стенли, - я опять вижу тебя в твоём сыне. Гордая, своенравная королева. Мне кажется, или Крист более мягок, больше в отца? - он хитро прищурил взгляд.

Элант растерялся, но подошедший Джерис спас положение.

- Крист упрямый и упёртый. Но безрассудством он тоже не страдает.

- Расскажи этому молодому человеку, что он пропустил, - попросил Стенли. - А я пока пойду потолкую с Молдриком.

К его удивлению, когда он взялся за решётку, та открылась. Открылась и следующая. Стоявшие за ней солдаты услужливо распахнули и её.

- Я хочу поговорить с вашим предводителем.

- Он приказал проводить вас к нему, как только вы изъявите желание, - сказал один из солдат и пропустил Стенли вперед.

Его явно ожидали. Стол был накрыт на троих.

К досаде Стенли, Кенсария также была тут. Аппетита она, к счастью, ему не испортила, и он с удовольствием впился зубами в кусок пирога, запивая сильно разбавленным вином. В вине он распознал своё, илонийской, видимо из той партии, что была выкупом за Кенсарию. А пирог был рыбный, с добавлением каких-то трав.

Кенсария не стала ожидать, как Молдрик накануне, пока её муж закончит трапезу, а сразу перешла к делу.

- Ты напишешь письмо Интару. Я хочу видеть своего сына. Он должен привезти его в Тарск, и я заберу его оттуда.

Стенли, не прерывая есть, коротко взглянул на Молдрика. Взгляд того был внимательным и, как показалось Стенли, даже напряжённым. Увидев вопросительный взгляд Стенли, он не торопясь проговорил:

- Моё обещание остаётся в силе. Ваши спутники могут покинуть мои земли.

- Молдрик, одумайся! – вскричала Кенсария. – Мне казалось, что я убедила тебя, что нельзя их отпускать. Мой муж…

- Тебе показалось, - спокойно сказал Молдрик. – Ты не убедила меня, я просто не считаю нужным об этом спорить. Лорд Стенли, у вас есть моё слово.

- Мне бы хотелось вернуться к этому вопросу ещё раз. – Стенли отпил вина из кубка и повертел его между пальцами. – Возникло одно обстоятельство, не имеющее отношение ни ко мне, ни к моей бывшей жене, ни к вашему требованию к королю Интару. Но о нём я бы поговорил потом. Если можно, Молдрик, без этой крикливой женщины.

Кенсария побагровела от гнева, но Молдрик согласно кивнул головой, даже не стараясь спрятать лёгкую ухмылку.

- А теперь о вашем требовании, - Стенли откинулся на спинку кресла. – Молдрик, скажите мне, сделайте милость, зачем вам мой сын?

- Это мой сын! – Кенсария задохнулась от гнева.

Молдрик нахмурился. Он посмотрел прямо в глаза Стенли и медленно произнёс:

- Как вы уже, наверное, догадались, леди Кенсария, которую вы отдалили от себя, отказавшись от неё, фактически теперь моя супруга. Приняв мой мир и мой народ, она приносит неоценимую помощь в управлении и ведении такого большого хозяйства. Я не вправе отказать ей в просьбе вернуть ей сына.

- И за какое время вы успели оценить её хозяйственные навыки, Молдрик?

- Мне хватило.

- Вы что-то не договариваете.

- Ты разлучил меня с моим мальчиком, - вскочила Кенсария. – Моим долгожданным ребенком, который был отрадой всей моей жизни.

- А как же Лукрес, Кенсария, как Бейра? О них ты не спросила ни разу.

- Лукрес – королева, - женщина рассмеялась победно и торжествующе. – Я не даром всю жизнь готовила её к этому. Я предвидела будущее для моей малышки.

- И что же ты теперь уготовила Орли? В Илонии – он наследует после Иллара. Ты не можешь не понимать, - Стенли обернулся к Молдрику, - и вы тоже, что король Илонии никогда не пойдёт на этот шаг.

- Не морочь мне голову, Стенли. Наследуют дети Иланны, и жена принца вот-вот разродится ещё одним наследничком. Орли не нужен Интару, но нужен мне. – Её подбородок задрожал, она приложила к глазам платок.

Стенли насмешливо посмотрел на Молдрика, тот кисло улыбнулся в ответ.

- И вот на эти слёзы вы поддались, Молдрик? Нарушили весь, веками созданный кодекс выкупа? Или у вас есть какой-то другой план?

- Я без труда восстановлю его. Со связями-то Кенсарии, и её знанием земель Илонии, - Молдрик пожал плечами, - всего лишь за какого-то мальчишку.

- Молдрик, - Стенли наклонился вперед, вглядываясь в собеседника, - скажите, что вы знаете о короле Интаре, о королевской семье Илонии?

Мужчина удивлённо посмотрел на Стенли.

- Интар – один из самых умных Правителей этого мира. Я слышал об этом, ещё будучи простым солдатом, ищущим приключений на хорошо оплачиваемой службе. И у меня достаточно сведений со всего мира, чтобы оценить его сейчас. Что же касается его семьи!... Леди Кенсария права, вы – побочная ветвь. Ещё одно поколение, и вы отойдёте от трона настолько далеко, что у вас останутся только семейные предания и строчки в хрониках.

- А что вы знаете об этой женщине? – Стенли кивнул на жену.

- Она готовила покушение на короля. Её вина не была доказана, и её лишь выслали, объявив сумасшедшей, чтобы исключить возвращение обратно.

Стенли презрительно взглянул на уже убравшую платок и теперь победно улыбающуюся женщину.

- Не многое же вы знаете, или не хотите знать, но я не собираюсь вам рассказывать то, что уже записано в Хрониках. Моё дело – воевать, а не быть рассказчиком. И сейчас я скажу вам одно. Я глубоко уважаю своего дядю, короля Интара. И пользуюсь таким же уважением с его стороны. Да, лучшего кандидата, чтобы заполучить самую высокую цену выкупа за меня – трудно найти. Ну, не считая, конечно, его жены, сына, невестки, внучки, сестры, её мужа, её детей, её внуков. Вы улавливаете, что я хочу сказать? Ведь даже за изгнанную жену племянника он дал более чем огромный выкуп. Просто потому, что она мать внуков его сестры, детей его племянника. Орли мог бы быть заложником, за него вы могли бы потребовать ещё больший выкуп. Но… самого мальчишку – вы не получите ни при каких условиях.

Кенсария кусала губы от гнева, Молдрик же опередил готовые сорваться с её губ слова:

- Но вы, кроме того, что его племянник, вы - его военачальник, под вашей властью – всё войско Илонии. И он не отдаёт похитителям мальчика, а возвращает его матери…

- Я не единственный воин в его войске с большим опытом и знающим воинское искусство. Были до меня военачальники, будут и после меня. Меня заменяет мой старый друг Потанг и, если понадобится, встанет во главе войск. Но самое-то главное, не в этом, Молдрик. А в том, что я против того, чтобы отдать Кенсарии моего сына. И Интар это знает. И даже если бы в ваших последних словах была хоть толика надежды на положительное решение, а это не так, то мой последний довод – непререкаем. Интар ни за что не обменяет на меня Орли. Потому что в этом случае я его не прощу. И он это знает.

Стенли встал. Молдрик поднялся за ним. Он долго мерили друг друга полными решимости взглядами. Прервала их бессловесный поединок Кенсария.

- Я же говорила, что не надо было соглашаться отпускать этих троих, - кричала она. - Если бы мы начали пытать их на его глазах, если бы начали казнить их по очереди…. Нет, если не хочешь писать ты Интару, я напишу послание сама. Я опишу Интару, что я с тобой сделаю. Я буду резать тебя по кускам, посылать Интару по частям. А потом пошлю ему твою голову…

Стенли рассмеялся. И смеялся долго, уходя в сопровождении солдат, до своей комнаты-тюрьмы. Кенсария не знала, как когда-то давно, около четверти века назад, один король уже грозился порезать его по кусочкам и отправить по частям тогдашнему илонийскому военачальнику Хайдиру. И что из этого вышло.

У решетки он остановился и перевёл дыхание. И только вернув на лицо бесстрастное выражение, переступил через порог.

Его встретили четыре пары напряжённых глаз.

- Да, ей нужен Орли, - сказал Стенли, усаживаясь в кресло. – Я не удивлён. Но зачем Молдрик идёт у неё на поводу, я не знаю.

- И вы сказали, что король Интар не отдаст его? – спросила Виолика.

- Да, я их предупредил.

- И что дальше?

- Буду ждать. Им не нужно моё письмо Интару, тому и так доложили, что произошло. Думаю, Кенсария пошлёт своё послание, с требованиями, угрозами. Интар ответит не сразу, потребует объяснений, доказательств, пошлёт кого-нибудь убедиться, что я действительно жив. Ну а там видно будет. Возможно, что-то и разрешится к лету.

- Вы так спокойны…

- Я воин, девочка, а не придворный щеголь. Хотя у Интара таких и нет при дворе. Но я навидался при других. А за сына я, если и не придётся перегрызть глотку, то уж смерть приму спокойно. Кстати, Элант, - он обернулся к юноше, который внимательно слушал его. – Я часто попрекал твоего отца тем, что вашим с Кристом рождением, он создал множество проблем, в том числе и в моей семье. Но только сейчас понял, насколько он был прав, ни на мгновение не забывая о вас и жертвуя ради вас очень многим. Интар такой же. Он тоже когда-то терял своего сына. И поэтому я твёрдо уверен, что он сделает всё, чтобы вытащить меня отсюда или дать мне умереть, но не отдать Кенсарии Орли.

- Я понял вас, лорд Стенли, - кивнул Элант. – И хочу сказать, что я остаюсь с вами.

Стенли покачал головой.

- Ты ничего не понял, мальчик. Твой отец придёт сюда. За тобой.

- Но ведь я – свободен. Молдрик отпускает меня, но я остаюсь тут добровольно.

- Вы и вызвались сопровождать меня добровольно, а чем это закончилось?!

- Подождите, лорд Стенли, - вступил в спор Джерис, - вы так и не сказали, что насчет меня? Вы говорили с Молдриком? От его решения зависит, что мы будет делать дальше.

- Нет, не говорил. Но, думаю, Молдрик придёт сам, либо пригласит к себе. Это он обещал. Я думал предложить ему послать Эланта вместе с его посыльным, - Стенли покачал головой. – Что ты тут будешь делать? И как намерен защищать меня?

- Простите, лорд Стенли, - тихо сказала Виолика, - но если остаёмся мы, то и Элант с нами.

- У Интара и Тайлис найдутся другие лекари, девочка. Да и Овета, его тётка – гораздо опытней и сильней тебя.

- Вы – не лекарь, лорд Стенли. А вот Мойрин понял, что так надо. Мы необходимы друг другу. Хотя бы ещё некоторое время.

Стенли взглянул на Эланта. Тот, побледнев, твёрдо смотрел на него. Гордость-гордостью, но насколько же его болезнь или последствия отравляющего зелья были сильны, что потомок двух королевских домов не мог отказаться от той, кто приносила ему облегчение. Мысль о какой-либо привязанности как мелькнула в голове Стенли ещё накануне, так и угасла. Ни один из этих троих не выглядел безумно влюблённым и не выказывал ни малейшей сердечной привязанности к одному из спутников. Они действительно были нужны друг другу для поддержки и восстановления здоровья. Как тела, так и рассудка.

Когда в их комнате появился Молдрик, Стенли так и объяснил ему это. Рассказав и о просьбе Джериса.

- Создать поселение слуг Неба? – удивлению мужчины не было конца. – Из-за этой мелкой струи воды, что течёт с гор?

- Господин Молдрик, - Джерис выступил вперёд, - для моего народа – это не простая струя. В водопаде присутствие наших богов. Вы можете поверить мне. Я уже побывал в нём и могу точно это сказать.

- Ты можешь сказать, что угодно, другое дело, как я могу проверить это и что на это скажут мои люди.

- Вы сами сказали, что не против присутствия слуги Неба.

- Ну и так исполняй свои ритуалы, я не против. И, как ты помнишь, я тебе это уже предложил. Но создавать тут отдельное поселение нахлебников? Тебе напомнить, что за выкуп мы требовали?

- Мой народ тоже живёт в горах, но мы не спускаемся на равнину, чтобы покупать еду. Мы изготовляем её сами. Мы пашем и держим скот.

- И где ты видел тут заливные поля и пастбища?

- Позвольте мне остаться, а там будет видно. Моё место тут.

- Рядом с водопадом? Рядом с моим залом, где собираются мои люди? Или отгородить тебе и твоей избраннице – небольшой закуток?

- Часовня – устроит всех, в том числе и вашего искусного каменщика. Мне кажется, он сможет построить её. И мне не обязательно жить рядом. Для меня это лишь священное место.

- А для других, значит, закрыть доступ.

- Мы можем решить все вопросы, если вы согласитесь.

- Ты меня уговариваешь, - рассмеялся Молдрик, – а ведь обычно бывает наоборот. Ещё там, у этой струи воды, такой ценной для тебя, я вроде как сказал, что меня устроит твоё присутствие в цитадели, как священнослужителя. Но мне надо подумать, где мне будет выгодней выделить помещение для тебя и для часовни. Думаю, если изредка ты будешь появляться там – это не принесёт мне неудобств. Я не устраиваю в своём зале пиры и балы.

Молдрик последовательно посмотрел на Виолику и на Эланта, который всё так же лежал в постели.

- Я позволю остаться и вам. Можете жить или у сателеанца или отдельно. У меня множество пустых пещер. Девушка пусть будет лекаркой. А этот юнец – мои солдатом.

- Элант не станет похищать людей и грабить караваны, - отрезал Стенли.

- И что в таком случае, он будет тут делать? Учить моих солдат, которые будут похищать людей и грабить караваны? – усмехнулся Молдрик.

- Лорд Стенли, - сказал Элант. – Я остаюсь.

Его голос был тих и спокоен. Стенли промолчал, уступив, но глаза полыхнули огнём.

- Итак, молодые люди уже сегодня могут покинуть эту мою комнату для особо важных гостей, но с небольшим условием. Пока вы, лорд Стенли, находитесь тут, я не могу доверять им полностью.

Молдрик достал из мешочка, который был при нём, три серебряных обруча. В два пальца толщиной, сделанные не без изящества и имеющие защелку.

- Рабский ошейник, - сказал, как выплюнул Стенли.

- Всего лишь знак отличия, лорд Стенли. Для тех моих гостей, которым разрешается передвигаться в моей цитадели, но запрещается покидать пределов моего города. Охрана имеет приказ убивать нарушителей.

- Зимой, под теплым плащом, - усмехнулся Джерис, подходя к Молдрику и протягивая руку за обручем, - его не будет видно.

Молдрик жестом показал ему наклонить голову.

- Путей из города мало, и мимо охраны никто не пройдёт, а уж они озаботятся осмотром твоей шеи, сателеанец.

Молдрик щелкнул застёжкой, провернув ключ в маленьком замке и развернулся к остальным.

Виолика оглянулась на Эланта. Тот сжал зубы и неподвижно смотрел перед собой, не видя ничего. Девушка решительно шагнула вперед и послушно наклонила голову.

- Он на подкладке, - невольно вырвалось у неё, когда серебряный обруч, чуть меньшего размера, чем у Джериса, охватил её шею.

- Мы заботимся, чтобы нашим гостям был причинён как можно меньший урон, - усмехнулся Молдрик. – Тогда цена не уменьшается.

Он посмотрел на Эланта. Тот, наконец, придя к какому-то выводу, решительно тряхнул головой и попытался встать.

- Элант, - воскликнул предостерегающе Стенли, - ты не можешь пойти на это.

Судя по той злости, что была в его словах, это явно не относилось к попыткам юноши встать. Но Элант только взглянул на Стенли, упрямо сжав губы, и решительно встал.

- Я согласен, - сказал он.

Виолика подошла к нему, и он, опираясь на её руку, склонил голову. Мгновение, и ошейник охватил и его шею. Элант поднял голову, усилием воли подавив всплеск ярости в глазах. Но и Стенли, и Молдрик заметили это. Стенли лишь покачал головой, а Молдрик ещё раз внимательно присмотрелся к юноше. Но тот уже вернул лицу спокойное выражение и даже попытался сделать шаг вперед.

- Вам не обязательно покидать лорда Стенли. Если вам будет удобно, можете оставаться тут, - сказал Молдрик. – А я пока прикажу подыскать вам комнаты для постоянного проживания.

Он повернулся, чтобы выйти.

- Вы знали, о чём я хотел говорить с вами? – спросил вдогонку Стенли. – Раз пришли подготовленным и с тремя ошейниками, точно по размеру шей моих спутников?

Молдрик обернулся и усмехнулся.

- Всегда предпочтительней, когда пленники сами дают согласие на мои украшения. Вашему воинственному спутнику не было нужды мучительно делать выбор. В этих землях – я делаю выбор за всех.

Элант дернулся, как от удара и гневно вскочил, тут же, впрочем, падая обратно. Молдрик оглянулся на него.

- Как только ты поправишься, малец, я с удовольствием скрещу с тобой меч. Или прикажу моим ребятам. Ты дал своё согласие и будешь теперь делать то, что надобно мне. А кроме серебряных, для недовольных у меня найдутся и железные ошейники, - жёстко произнес он.

После чего вышел, за ним захлопнулась решётка.

Стенли смотрел на Эланта, тот на него.

- Поменял оргунский плен на скобийский? Это твой выбор, парень? – в словах Стенли не было ни иронии, ни насмешки.

- Я справлюсь, лорд Стенли, - сказал Элант.

- Не сомневаюсь, - отозвался Стенли.

Джерис, перестав вертеть свой обруч на шее, подошёл к ним.

- Серебро мягче железа, а твоего брата я освобождал и от железных оков.

- Я не для того дал своё согласие, - вскинул голову Элант.

- Молдрик не требовал клятвы. А рабский ошейник, Молдрик сам признался, тебя украсил бы в любом случае.

- Хорошо, - Элант сдался и сделал это более охотно, чем ему хотелось показать. – Я запомню твои слова.

Глава 6

Глава 6. Выздоровление

Молдрик не терял времени даром. Уже на следующий день он пригласил своих пленников осмотреть то, что он выбрал для новых жителей своего мира.

С Элантом, который всё ещё не мог покидать постель, оставили Лариту.

По возвращении, Джерис, даже не скрывая радостного возбуждения, рассказывал:

- Теперь понятно, почему до меня даже сюда доходил звук водопада. Он ближе к этой комнате, всего несколько небольших пещер и пустот. И их отдают нам. Молдрик привёл каменщика, того самого, который обрабатывал стены его зала и он, осмотрев всё, сказал, что сможет сделать проход из одной комнаты в Зал Водопада.

- Ты даже дал название своей святыни? – не мог удержаться от улыбки Элант.

- Будущую часовню он тоже назвал – Часовня Водопада, - сказала Виолика.

- Форин займется отделкой часовни. Мы с ним обговорили, как. Молдрик даст ещё людей…

- Рабов?.. - уточнил Элант.

Джерис проглотил следующие слова.

- Возможно, - тихо сказал он. – Но я приму и это, Элант. Кто я такой, чтобы прямо сейчас, будучи таким же пленником, как и многие тут, влиять на Правителей.

- Раньше мы называли его главарём разбойников.

- Для меня Молдрик сейчас тот, кто имеет право повелевать. И правом сильного и правом главы своего народа.

- Который состоит из рабов.

- Ты мало что видел, Элант. Выздоравливай. И я проведу тебя по цитадели. Тут много рабов, но много и свободных людей. Которые волею случая оказались тут. Либо уже родились в этом месте, и оно для них – такая же родина, как для меня Сатель, а для тебя – Кордия. Тут много тех, кто носит эти ошейники, - он показал на свой обруч, охватывающий шею. – И мы видели клетки, где сидят те, кто ждет своей участи, но отказались становиться рабами. Тут хватает людей, которым нужна поддержка Небес, утешение или совет. Я могу дать им это. И мой Водопад мне поможет. Я остаюсь. И когда лорд Стенли покинет это место, я сниму ошейник. Твой я могу снять в любой момент. Только скажи.

- Джерис, прости меня, - тихо сказал Элант. – Я был не прав. Гнев клокочет во мне.

Он показал на серебряный обруч на шее:

- А это душит меня. Мне надо время, чтобы привыкнуть к нему. Я…

- …не ожидал, что это так паршиво? – закончил за него Стенли.

- Да. – кивнул Элант. - Оргунский плен я не помню. Болезнь, которая атаковала меня, мы боремся с ней и не могу сказать, что не безуспешно. Но вот это… - он опять коснулся обруча.

- Весьма красивая, кстати, вещь, - сказала Виолика.

- Искусно выплавлена, рисунок не только в самой плавке и ковке, но и нанесён рукой художника, знающего своё дело.

- Я думала, вы воин, лорд Стенли!

- Но у моего кузена – жена, делающая арбалеты. Иллар не удержался, и показал мне её мастерскую, а она рассказала все тонкости. Не могу сказать, что для меня это было неожиданностью, в свое время старик Учайк, король Тогота, немало рассказал и показал нам с Тарлиным. А до этого моей матери и отцу. Но хочу сказать, что и Элиссия произвела на меня впечатление.

- Мы тоже были там, - улыбнулся Элант.

- А мой арбалет забрал Бадиам, - вздохнула Виолика. – Мне он тоже очень нравился. Может потом они вернут нам наше оружие?

- Вы не договорили, - напомнил Элант. – Какие комнаты нам приготовил Молдрик?

- Не приготовил, - рассмеялась Виолика. – Небольшие пустоты в горной породе, которые ещё долго придётся доводить до жилого вида. Зато мы будем вместе.

- Их недавно нашли, эти пустоты. – добавил Джерис. - Мальчишка, один из сыновей каменщиков проник туда через небольшую трещину, а потом уже Форин пробил туда вход побольше. Молдрик планировал сделать из них комнаты для следующих заложников, но решил отдать их нам. Их шесть, таких пещер и пять из них – ведут в центральную. Она большая и просторная. Её, и комнату, что примыкает к Залу Водопада я хочу сделать единой Часовней. С одной стороны, там достаточно места для всех. И для проведения служб, и для уединения для молитвы.

- Значит, для жилья остается четыре комнаты? – спросил Элант. – Для тебя, для Виолики и для нас со Стенли?

- Нет, Элант, - покачал головой Стенли, - Молдрику не с руки менять моё местоположение, да и к тому времени, что закончится отделка, думаю, со мной всё решится.

Джерис согласно кивнул головой, и продолжил:

- Лорд Стенли отчасти прав, но, если понадобится, Молдрик вполне может поставить решётку. Но не раньше, чем мы всё там обустроим, и, надеюсь, к тому времени, что-нибудь решится.

- И насколько большие эти комнаты?

- Достаточные, чтобы поставить ещё и перегородки, отделяющие уголок для прислуги, если она понадобится, и для отхожих мест, - Джерис кивнул на закуток в их комнате. - Под этим уровнем пещер, где мы находимся, имеется сток воды, пробившей себе ход, помимо водопада. Отхожие места делаются в непосредственной близости от этого стока. Вот поэтому тут нет того зловония, что присутствует на других уровнях.

Джерис был поистине рад такому открытию. Элант переглянулся со Стенли. Члены королевской семьи, они не понаслышке знали всё об организации отхожих мест, сточных канав и труб во дворце, столице, городах и военных лагерях. Им править, возглавлять и следить за столь необходимыми сооружениями в больших скоплениях людей и войск. А иначе им грозит заниматься вывозом из городов мёртвых тел тех, кто погиб в страшных эпидемиях, неизменно возникающих там, где забывают о таких вещах. Интар когда-то лично показал всю эту действенную систему Стенли и Тарлину, а затем и своему сыну. Эланту и Кристу показал и объяснил Иллар на примере Нарты. А в Корде, по настоянию Оветы, это сделал для Эланта и Лионса советник Тайлис. Но для выросшего на вершине горы Сатель белоголового юноши такие вещи были в диковинку.

Для Виолики это тоже оказалось неожиданностью, ведь волны моря смывали всю грязь дворца её отца, и всё это казалось само собой разумеющимся. И только вонь котловины бывшего вулкана и нижних уровней цитадели Молдрика заставили и её задуматься над такими вещами.

- Одновременно будут делаться и наши комнаты, - добавила она. – После того как выровняют стены, Молдрик обещал дать ковры, гобелены и мебель.

- И где он, интересно всё это возьмёт? – пробормотал Элант.

Виолика пожала плечами.

- Посмотрим.

- А вы, лорд Стенли, - Элант обернулся к дяде, - у вас есть что-либо новое?

- Ты снизошёл и до виновника вашего здесь пребывания, сын Тайлис? - усмехнулся Стенли.

Юноша пристально посмотрела на Стенли:

- Почему вы постоянно вспоминаете мою мать? – спросил он. – Кроме того, что я похож на неё?

- Другой причины нет, мой мальчик, - Стенли рассмеялся. – Как бы мне не хотелось видеть в тебе спокойного рассудительного Иллара, его я вижу только в твоём бое. А в остальном – ты истинный сын Тайлис. И честно, мне хотелось бы в свои последние дни видеть рядом Иллара, а не её.

- Значит ли это, что у вас плохие новости?

- Кенсария показала мне письмо, которое она сегодня отправит с гонцом в Тарск. Меня, сурового воина и ветерана, впечатлила её кровожадность, хотя в своё время я и побывал в руках ситарского пирата Курхота. Я могу пересказать подробности. Но только не для твоего теперешнего состояния.

- Почему?

- Плохо повлияет на твоё выздоровление, парень! – Стенли хлопнул его по плечу. – А ты мне нужен. Молдрик намекнул, что я смогу передвигаться по его городу только в сопровождении стражников и кого-нибудь из вас. Джерису сейчас не до меня, девушку я не хочу таскать по злачным местам. Будь добр, Элант, встань поскорей на ноги. Я не сомневаюсь, что вокруг Хасинвала полно разведчиков Терона и Интара. И я должен знать местность не хуже Молдрика.

- Я постараюсь, лорд Стенли.

Но он смог встать на ноги лишь на третий день и только через два дня выйти из комнаты. И то Виолика ворчала, что это слишком рано.

Как и предвидел Стенли, Джерис появлялся редко, всё своё время проводя рядом с Форином. От скуки Стенли, воспользовавшись своей относительной свободой, несколько раз присутствовал при обработке стен, но только лишний раз поразился необыкновенной силе юноши, который, взяв в руки кирку, работал наравне с группой рабов, которые на деле оказались давно сплочённой группой каменщиков, подчинённой Форину. Хотя они и носили железные ошейники и получали тычки и окрики от стражников, но пользовались явными преимуществами работой с главным каменщиком Хасинвала. На них была добротная одежда, их хорошо кормили. Некоторые имели жен и даже детей. Пара мальчишек-подручных были отпрысками некоторых из них и носили такие же железные ошейники, как и их отцы.

Слова Молдрика, что Виолика будет лекаркой – не были пустым звуком. В цитадели жил старенький лекарь, и именно к нему привели Виолику, недвусмысленно дав понять, что когда-нибудь она заменит уже слабо видящего старика, а пока пусть перенимает опыт и осваивается в его каморке, разбирая коллекцию трав и всевозможных склянок. Получив особый статус в виде серебряного обруча на шее, она могла ходить, где ей вздумается и даже выходить наружу.

Но была зима, о травах думать было рано, а её желание прогуляться по окрестностям в сопровождении Стенли и стражников выглядело бы подозрительным. Поэтому её перемещения ограничивались лишь комнатой, где содержали ценного пленника, будущей Часовней и Водопадом и, собственно, самой каморкой.

К явному неудовольствию девушки, старого лекаря посещала, и довольно часто сама Кенсария.

Она явно обладала большими способностями и знаниями, чем девушка, но весьма своеобразными. Ей нравились, и она этого не скрывала, яды.

- Почему? – с дрожью в голосе спрашивала Виолика своих спутников по вечерам, когда они собирались вместе, - почему мне суждено быть рядом с теми, кто играет со смертью? Делфир при мне рассуждал и пробовал на несчастных свои зелья, а эта выспрашивает у бедного Вандила, какое снадобье и как действует на человека. При этом её интересует только смерть и мучения.

Её трясло, она жалась к Джерису и тот медленно проводил руками по её голове, волосам. Она успокаивалась, но тут же, вспомнив что-то, начинала опять:

- Я боюсь её. Вандил стар и он не понимает. Он рассказывает ей, думая, что она, как и я, хочет облегчать страдания людей. Но её интересует только одно. Лорд Стенли, ведь тот порошок, которым она усыпила вас, дал ей Вандил. Он использует его, чтобы раненный мог не чувствовать боль, когда он обрабатывает рану. Но это сильное зелье. И даже Делфир не знал о нём. Но мы правильно сделали, что пошли с вами. Я расспросила тихонько Вандила, он был уверен, что после двух дней его использования наступает смерть.

- Это на больного, - прервал её Стенли.

- Согласна. И я спросила Вандила, он подтвердил, что скорее всего, это так. Но вдвое больше – предел. А Джерис помог продержаться вам шесть дней.

- По сути – пять, - поправил её Джерис. – Но, лорд Стенли, Виолика права, мы не зря пошли за вами.

- Я ценю это, - кивнул Стенли. – Но выиграл от этого только ты, сателеанец, найдя тут свой Водопад. Насколько я могу судить по нашей юной лекарке – она не моя кузина Овета. Спасти, помочь, ухаживать Виолика способна только тех, кто ей близок и дорог. – Он пристально посмотрел на девушку. – Я не прав?

Виолика покраснела.

- Я научусь.

- Но пока что тебя не сильно прельщает лечить прыщи и язвы рабов.

Виолику передёрнуло.

- Вот. А королева Овета не знает и не видит разницы. Она прирождённая лекарка, как и Мойрин. И Раилика. Ты, девочка, далека от этого. Это не твой путь. И Молдрик скоро поймёт это.

- Что вы предлагаете, лорд Стенли? Уйти? С вами? Куда? В Илонию? И что…

- Да хоть выйти замуж за любого, кто поймёт, какую честь ты ему окажешь, и нарожать ему детей. Не спорь, - прикрикнул он, видя её возмущенный взгляд. - Твоя забота об Эланте – эта забота матери, а не лекарки. Тебе нужны дети, тебе нужная семья.

- Тогда я останусь тут в качестве жены Джериса, - упрямо сжала губы Виолика. – И буду родоначальницей его ветви.

Джерис смутился.

- Виолика, я… - он замялся.

Такое с ним было впервые. Всегда спокойный, рассудительный и решительный, если это было нужно, сейчас он выглядел растерянным и даже испуганным.

- Прости, Виолика, - он собрался с силами и закончил то, что хотел сказать, - Небеса не тебя указали мне. Не ты в посланных мне Водопадом видениях.

- Знаю, - Виолика тряхнула головой, к удивлению Стенли и Эланта, нисколько не обижаясь на эти слова. – Ты забыл, я тоже была в твоём Водопаде. И твои Небеса показали мне меня. Но… - она усмехнулась, - это бред. Я не поверила. Просто поняла, что моё место – тут.

- Что ты увидела? – спросил Элант.

- Я же сказала, что это бред. Ирония струящейся воды.

- Тогда тем более ты должна покинуть это место. Вместе с Элантом.

- Вы опять, лорд Стенли?

- Опять. И буду снова. Когда-нибудь Интар с Куртисом, и может, с Дже́родом займутся этим местом. И что ты, встанешь с мечом против отца, брата, своего воспитателя Онзира?

- Нет, - сжал губы Элант, - этого не будет.

- Но кем ты тут будешь, мальчишка?

- Пока не знаю. Но не смейте мешать мне.

Первый свой выход Элант посвятил их будущему жилищу. Но его больше интересовала Часовня и переход к водопаду. Он долго наблюдал как за строительством, так и за струящейся водой водопада. Стенли надоело быстрей и воспользовавшись тем, что формально он не нарушил запрет, сидел в зале, в непосредственной близости от Эланта и смотрел, как проводят свои тренировки воины Молдрика.

Закончив работу, Джерис, по обыкновению, надолго застыл под своим Водопадом. А после предложил Эланту самому войти в воду. Решившись, Элант скинул одежду, и встал под струю, так же замерев, как и Джерис только что до него.

После, присоединившись к Стенли, сказал ему:

- Отец возвращается с Кристом в Илонию.

- Видел в Водопаде?

- Да.

- А что делает Интар?

- Я не связан так с королем, как с братом, лорд Стенли. Может вы сами?

- Чтобы надо мной смеялось всё войско Молдрика? Избавь меня от этой картины. Я воин, а не прорицатель.

- Я тоже воин, лорд Стенли.

- Но я ещё и военачальник, мой мальчик, - Стенли насмешливо посмотрел на него.

- Думаете, именно это вызывает к вам уважение среди так называемого сброда Молдрика? – Элант кивнул на тренирующихся мужчин.

Стенли промолчал. То, что он видел перед собой явно не было сбродом, как бы ни пытался он убедить себя и окружающих в этом.

Воины Молдрика знали дисциплину, владели оружием и умели сражаться. Нехотя, Стенли признавался себе, что не придавал должного внимания сообщениям о том, что вылазки скобийцев на земли Илонии, Бории и Горлита с Тоготом в последние годы отличались хорошей разведкой, подготовкой и уверенными действиями похитителей. Взять хотя бы отряд Бадиама, в котором Стенли сам признал одного из командиров.

Но знания об этом не могли перебороть старого, проверенного опытом, убеждения, что жители Скобии – банда разбойников, пусть хорошо организованная и отчаянная, но действующая лишь засадой и умеющая наносить точечные уколы в оборону близлежащих стран.

Но он видел - тренировки солдат были слишком похожи на тренировки в его собственном войске. В прямом бою они не уступят.

Стенли с нетерпением ждал полного выздоровления Эланта. И хотел убедиться в том, о чём знал по данным разведчиков Тарска. Что взять штурмом эту гору-крепость – невозможно. И даже подойти к ней – тоже. Окружить, осадить. Все это не представлялось возможным.

Только перекрыв все дороги, тропки и лазейки можно было добиться того, что обитатели останутся без поступления еды и вымрут сами. Ведь не может же у них быть тайных складов, скрытых возможностей. Они и сейчас-то ощущают нехватку необходимых продуктов.

Но скобийцы - хозяева гор и изолировать их даже всей совместной армией четырех стран будет невозможно. А вот нападать они очень даже могут сами, и весьма успешно.

К ним подошёл Бадиам.

- Лорд Стенли, не хотите ли размяться? - почтительно спросил он.

- Почему бы и нет, - усмехнулся Стенли, вставая.

Они не стали уходить куда-то в дальний угол, а остались тут. Бадиам протянул Стенли меч, и они встали друг против друга. Стенли не стал долго кружить и присматриваться к противнику. Он ринулся в атаку сразу, как только меч опустился после приветственного взмаха.

Элант с братом не раз наблюдали, как тренируется их отец со своим кузеном. Дружественный поединок всегда был красив, несмотря на быстроту и стремительность ударов. Но опытный взгляд выхватывал отточенные приёмы и обманные ходы двух соперников. Соперников, слишком хорошо знавших друг друга. Иногда поединок двух братьев длился банально до усталости одно из них. Кто хуже выспался, либо накануне выпил лишнего, или, например, переел. Тогда считавший себя проигравший попросту отскакивал в сторону и признавал своё поражение.

Стенли, заинтересованный боем двух близнецов однажды попросил их сразиться с ним. И, так же, как и их отец когда-то, проиграл против слаженных действий двух юношей. Но по отдельности разбивал их в пух и прах, заставляя убедиться в правоте Иллара о слабости и преимуществе их сплоченных действий.

С интересом Элант смотрел на поединок Стенли и Бадиама. Последний пока успешно оборонялся, и даже переходил изредка в наступление, но Элант был слишком опытным воином, чтобы не заметить, что Стенли сознательно даёт противнику это сделать.

- Мой гость развлекается, - раздался рядом насмешливый голос.

Элант вздрогнул и посмотрел на присевшего рядом Молдрика.

- Лорд Стенли еще не полностью владеет собой после смертельного порошка вашей соправительницы, Молдрик.

- Дерзишь, юнец? – усмехнулся мужчина.

- Я всегда готов встать против вас…

- Ты для этого так стремился остаться тут, чтобы иметь возможность выводить меня из себя? Так я могу попросту выкинуть тебя за пределы цитадели либо поменять ошейник. Так что попридержи язык, мальчишка.

Глаза Эланта опасно блеснули. Но он усилием воли поборол вспышку ярости. И промолчал. На этот раз Молдрик и не скрывал интереса к воздействию своих слов на юношу. Но как раз в этот момент Стенли сделал решительный рывок и выбил меч из рук Бадиама. После взаимных обменов благодарностей за тренировочный бой, Стенли вернулся к Эланту, коротко поприветствовав Молдрика.

- Побоялись оставить своего парня наедине со мной? – прозорливо спросил Молдрик.

Стенли усмехнулся.

- Могу предложить помощь в выдворении его за пределы вашей цитадели, Молдрик. Всем будет спокойней.

- Лорд Стенли! – гневно выпрямился Элант.

А Молдрик от души расхохотался.

Встав и продолжая посмеиваться, он ушёл, оставив их двоих.

- Лорд Стенли, - повторил уже спокойней Элант, - я сам буду решать, что и как мне делать. Не вмешивайтесь, прошу вас.

- Хорошо, - легко согласился Стенли. – Буду только смотреть. Когда ты будешь готов совершать прогулки? Мне надоело сидеть тут сиднем.

- Давайте попробуем завтра, - подумав, предложил Элант. – После водопада. Он придаёт силы. Я уже почти не чувствую боли. – Он дотронулся до раны.

- Это не водопад, а мазь моей сестры, которую она заставляет носить нас всех с собой. Судя по тому, что у тебя оказалась при себе такая же склянка, как и у меня, она и вас с Кристом научила пользоваться ею.

- Да, - улыбнулся Элант. – Лионс отдал Кристу свою, а мне выдал Мойрин, сказав, что получил такой приказ от ситарской королевы.

Глава 7

Глава 7. Стычки с Майраком

Но прошло ещё дней пять прежде, чем Элант вместе со Стенли смогли выйти наружу.

До этого они усиленно изучали жизнь Хасинвала внутри горы. Оба они не помнили своё первое путешествию сюда, а рассказов Джериса, Виолики и Лариты было мало.

Начали они со своего, верхнего уровня.

Тронный зал Молдрика выполнял, как поняли илонийцы, в основном роль тренировочного зала для многочисленных воинов, которых оказалось не так уж мало. К залу примыкали комнаты самого Молдрика, гостиная или кабинет, где он собирал совещания своих командиров или приглашал к столу ценных заложников. Видимо, где-то выше были комнаты его и Кенсарии, туда вела лестница. Кроме выхода к пещере Водопада, из тронного зала можно было попасть в два разных крыла цитадели, где находились комнаты самых ценных пленников Молдрика.

Со многими из них Стенли уже начал знакомиться, ожидая выздоровления Эланта.

Один борийский купец с женой ждали выкупа и жили в таких же апартаментах, как и Стенли.

В других жил горлитский торговец Денитур, владелец нескольких горных рудников, приближенный к самому королю Джероду, напыщенный, важный, в богатой одежде и замашками королевской особы. Выкуп за него ожидался знатный и с ним обращались, как он того и хотел, как с королём. Ходил он по верхнему уровню Хасинвала, как хозяин. Молдрика едва награждал кивком, но самое пристальное внимание уделил родителям его королевы.

Кенсария не вдавалась в подробности, какое на самом деле место она занимает в окружении Молдрика, да Денитура это и не волновало. Главное было, что через товарищей по несчастью, он ещё ближе приближался к трону и говорил теперь о короле, как чуть ли не о своём сыне.

- Она передала через него Лукрес письмо. И сама хвасталась мне об этом, - говорил потом Стенли Эланту.

- Она мать Лукрес, почему вас это удивляет?

- Про Бейру она спросила лишь раз и то после того как я напомнил ей о второй дочери. А Лукрес – королева. Она что-то потребует у неё, вопрос – что?

- Думаете, Джерод пойдёт на какие-нибудь уступки Молдрику? Начнёт торговлю? И Лукрес поможет в этом?

- Да, но для торговли нужно что-то иметь взамен.

- Горы не могут быть бедны. Просто никто и никогда не занимался ими. Молдрику нужны хорошие горные мастера. Разведчики.

- Кенсария может попросить Лукрес прислать ей мастеров? И кто согласится в своём уме ехать сюда?

Элант пожал плечами.

- Джерис, Виолика и я.

Стенли рассмеялся.

- Согласись, мой мальчик, у вас всех троих не всё в порядке с головой.

Для разнообразия Элант не вспылил и оставил смех дяди без ответа.

Среди ценных заложников было и ещё несколько человек, и даже семей. И, как обычно, со всех соседних стран. Был илонийский представитель гильдии оружейников, имевший несчастье отправиться в Тогот и попавший в засаду скобийцев. Несколько тоготских горцев, подданных Куртиса, ожидали выкупа, не покидая своих комнат. Молдрик был слишком высокого мнения о гордости горцев и не рисковал, опасаясь их стремления лучше умереть, пытаясь сбежать, чем томиться в плену.

Была и знатная леди с Бории, вместе со своими двумя дочерями. Они путешествовали в Горлит, к жениху одной из дочерей, когда попали в засаду и скобийский отряд захватил их. Ждали они выкупа как от жениха дочери, так и от управляющего их поместья. Других родственников у леди Энриены не было. И выкуп запаздывал. Они провели в плену более остальных заложников, редко показывались на людях, с неохотой разговаривали, а Молдрик становился всё задумчивей и задумчивей, поглядывая на них, а вернее на дочерей Энриены.

- Мне показалось, или Бадиам как-то по-особенному смотрит на Заэлси? – спросил как-то Элант у Стенли.

- И при этом переглядывается с Молдриком? Да, Элант, думаю, если выкупа леди Энриена не дождётся, Заэлси предстоит стать наложницей Бадиама.

- Или женой.

- Всё может быть. Но его видимое благородство не должно обманывать тебя, он был с Кенсарией в момент моего пленения и его отряд привёл сюда юного Рогана.

Роган появился в Хасинвале лишь день назад. Это был младший сын Владетеля Кухты, неосторожно охотившегося в Роголинском лесу и именно отряд Бадиама привёз его к Молдрику. Юноше порядком досталось за яростное сопротивление и сейчас он, как и совсем недавно Элант, лежал в своей комнате, а Виолика вместе с Вандилом ходили лечить его раны.

- Пока Бадиам довёз его, многие раны воспалились, - сокрушалась Виолика. – Вандил умелый лекарь, но у него не так и много лекарственных снадобий. И глаза подводят его. Если бы не я, он и не заметил бы особо трудных участков раны.

Каждый переносил плен по-разному. Но все они были размещены на верхнем уровне цитадели, носили серебряные ошейники на шее, изредка посещая тренировочный зал, в основном же предпочитая свои комнаты. Но все с одинаковым интересом приветствовали появление у Молдрика молодого священнослужителя. К сателеанцу потянулись за советом и утешением. Начали приглашать написать письма родным, а иногда и составить завещание. Кто-то учил заново молитвы, кто-то просто стоял рядом, когда Джерис, в ещё не доделанной Часовне, проводил время в своих молитвах.

А вторая дочь Энриены – Гресси теперь проводила очень много времени рядом с Джерисом. Недавние спутники Джериса с удивлением наблюдали, как вспыхивают глаза сателеанца, когда он смотрит на девушку.

Она совсем не подходила Джерису. Была небольшого роста, черноволосой и смешливой. В отличии от матери и старшей сестры с удовольствием знакомилась с новыми людьми и теперь, при появлении Джериса, никакая сила не могла удержать её в предназначенных для них комнатах. С утра и до ночи она проводила время в Зале Водопада, рядом с продолжающейся отделкой Часовни и, соответственно, рядом с Джерисом. Подружилась она и с Виоликой, иногда меняя Часовню на лекарскую каморку Вандила, и даже помогала Виолике составлять снадобья.

- Это она? Та, которую он видел в своих видениях? – спросил Элант Виолику, в очередной раз наблюдая за ними.

Виолика пожимала плечами.

- Ты видишь видения, Элант, я – тоже. Ты много рассказываешь о своих? Только те, которые касаются твоего отца и брата, и которые уже произошли. О себе мы видим по-другому. Видения расплывчаты и неопределенны, кажутся невероятными и глупыми. Мы видим, что рядом с нами кто-то есть, но не видим кто. Джерис чётко сказал, что не я рядом с ним, Гресси он воспринимает иначе. Но что это? Если завтра придёт выкуп, разве девушка останется тут? И тогда всё это – о пустом. Одно могу сказать точно – в лекарском деле она разбирается намного лучше меня. Говорит, что это обычно для знатных леди Бории. Лекарскому делу учат так же, как грамоте, письму и ведению хозяйства. Но, в отличии от Скобийских гор, у них речная страна, в которой такое разнообразие растений, что даже вашей Илонии не снилось.

- Я кордиец, - поправил её Элант. – А в Кордии в основном степи и подлески. И опять же горы.

Как они выяснили, тех, за которых Молдрик мог получить выкуп, оказалось более чем достаточно. И за один только день Элант со Стенли смогли наблюдать прибытие каравана с выкупом за одних и отправление других вооружённых отрядов с очередными заложниками за выкупом.

Возвращались отряды и после успешных вылазок. Они видели, как ошарашенных, испуганных людей вводили в цитадель, приводили в зал Молдрика и тот учинял допрос, пытаясь определить, что или кого послала ему судьба – богатый выкуп или нового раба. Тут же писались письма и отправлялись гонцы. Тут же одевались ошейники и несчастных разводили по предназначенных для них уровнях.

Почти всегда Молдрика сопровождала Кенсария. И по её победному, торжествующему виду было видно, что Стенли с Элантом оказывались в этом месте не случайно. И данное действие не без причины было предназначено и для них.

Как и то, когда Молдрик одел железные ошейники на илонийских солдат из отряда Терона. Их было несколько отрядов, которые Правитель Тарска послал вслед Кенсарии, пленившей мужа. Как оказалось, несколько раз они делали попытки освободить илонийского военачальника. И все оказались бесполезны. Отряд Бадиама не только сопровождал Кенсарию и ценного заложника, но и патрулировал окрестности, не давая подойти людям Терона ближе.

Последние дни скобийцам удалось пленить несколько человек из отрядов, уже посланных королём Интаром. Молдрик допрашивал их при Стенли и тот мог убедиться, что Интар посылал отряд за отрядом разведать пути к Хасинвалу. Но ни один из отрядов не добился успеха, не нашёл брешь в охраняемых подступах к скобийской цитадели.

За каждого человека Молдрик требовал от короля Интара немалый выкуп, но с непременным условием, что обмен состоится после основной договорённости по поводу сына Кенсарии. Давать шанс Интару узнать что-нибудь дополнительно об охране Хасинвале от отпущенных солдат не было в планах Молдрика.

Стенли же с Элантом с облегчением убеждались, что среди пленённых не было ни Иллара, ни Тарлина, ни Криста. Хотя каждый из них был убеждён, что те находятся неподалёку. Что же касается подступов к Хасинвалу, то даже пленение солдат говорило о многом и раскрывало планы нахождения слабых и сильных сторон патрулирования скобийцами гор и ущелий.

Со своей стороны, они продолжили изучать пещеры.

Средний уровень пещер был значительно больше, но и населён более плотно. И намного познавательней, чем верхний. Здесь располагались жилища солдат и менее ценных заложников, огромная кухня и большой обеденный зал, где кормились все обитатели этого уровня. А их было немало.

С удивлением Элант со Стенли обнаружили здесь целый город ремесленников и их мастерские. Помимо группы Форина тут было ещё три-четыре таких артелей. Не все в ней были рабами, а одну даже возглавил крупный мужчина в серебряном ошейнике. Как объяснил всё знающий Джерис, тот сам отрабатывал своё освобождение, работой выплачивая выкуп.

Были тут кузни, мастерская оружейника, гончарная, столярная плотников, кожевенная. В одной комнатке жил и работал сапожник, заваленный работой и обучающий нескольких подростков. В мастерской плотника и кожевника работали как свободные люди, так и рабы.

Хозяином оружейной был молодой улиссец. Натёртая и не проходящая полоса от железного ошейника указывала, что когда-то он принадлежал к самому низкому сословию скобийской цитадели. Но, посмотрев на изделия, которые выходили из его мастерской, Стенли с Элантом поняли, что именно своим искусством он заработал себе возможность иметь хоть какую-то свободу. Ножны, рукояти, луки, арбалеты – были изящны и красивы. Правда, как убедился Стенли, не самого высокого боевого качества.

- Ломкие, - говорил он Эланту, показывая нож и слегка его сгибая. – Чуть усилия, и сломается. Тоже касается и остального.

Оружейника его слова не обидели.

- Из чего есть, из того и делаю, - вздыхал Нерин. – А что принесли, то и есть.

- Совсем нет хорошей руды? – спросил Элант.

- Да кто его знает. Хорас ходит, ищет, но всё в пустую. Вот, обещал наш господин, что выкупом за Денитура подвезут несколько фургонов руды. Вот тогда и мне будет с чем работать. Если Цербан даст.

- А серебра, значит, у вас в достатке, - Элант показал на свой ошейник.

- Было, - ответил Нерин. – Лет шесть назад недалеко отсюда Хорас, не иначе, как случайно, нашёл небольшой рудник. Но он быстро истощился. Я и успел-то сделать сотен пять таких образцов, да ещё на складах осталось несколько ящиков слитков.

- А золота Хорас случайно не находил, на пару сотен таких же ошейников, - иронично спросил Стенли показывая на свою шею.

Стенли был единственным заложником, на котором не было никакого ошейника. Но как он не без основания полагал, скорее не от того, что был настолько ценен и знаменит, и его и так знали в лицо, но и от отсутствия золотых ошейников.

Нерин шутку оценил и до них ещё долго доносился его смех.

Цербан был главой всех кузнецов Хасинвала, в том числе главенствовал и над Нерином, у которого тоже в его мастерской была небольшая кузня. Располагался Цербан на среднем уровне, но обещал сводить гостей и на нижний, где и находились основные кузни. Именно для его кузни Молдрик изыскивал руду, и кузнец снабжал воинство хозяина цитадели оружием, а всех остальных обитателей - топорами, кирками, косами, молотками и множеством других необходимых вещей.

- Чем вы разжигаете горн? – заинтересовался Элант. - Древесного угля, как я могу предположить, у вас тут нет?

Цербан внимательно посмотрел на юношу.

- Ты не в первый раз в кузне, не так ли?

- Не первый, - согласился Элант, но не стал пояснять, что значительную часть своей жизни прожил в Тоготе, славящейся своими кузнями. – Так что? Жар от потухшего вулкана?

Элант шутил, но Цербан неожиданно согласился.

- Есть у меня и такая кузня, на самом нижнем уровне. – Жар там, что надо, выходит прямо наружу. Но, - он пнул мешок, стоявший рядом, - уголь имеется, но не древесный.

Он развязал и показал юноше небольшие куски угля.

- Каменный уголь! – Элант повертел в руках пару кусков. – Обычно в горах его нет. Откуда вы его доставляете?

Цербан усмехнулся.

- Спроси у нашего господина.

- Борийские холмы, между Гиндой и Иралом, - сообразил Элант. – Наверняка они. Прямо на границе с горами. Больше неоткуда. Варосские залежи далеко, в Илонии они находятся на востоке, а с Арилазы их тоже сюда не доставить. Вы торгуете или эти земли принадлежат Молдрику?

Кузнец только пожал плечами, ненавязчиво выпроваживая гостей, чтобы не сболтнуть лишнего. А судя по заинтересованному взгляду, которым наградил Эланта в конце дня Молдрик, ему уже донесли о любопытстве юноши.

- И зачем тебе надо было распускать язык, - с досадой сказал Стенли, также заметивший этот взгляд.

- Любопытно, - виновато произнёс Элант. – Мы с Кристом любили смотреть, как работают в кузни, а в Тоготе их великое множество.

- А что используют они?

- В Тоготе есть низины, где добывают каменный уголь. И опять же Арилаза. Там, если не алмазы, так уголь. Его полно.

- Знаю. Возле Арнеда мы тоже добываем этот уголь. А вот алмазов там, к сожалению, нет.

На среднем уровне пещер горы размещалось и заведение Госпожи Меоры, где Стенли с Элантом впервые встретились с Управляющим Хасинвала – Майраком.

Попросила их сопровождать Виолика, которую позвали посмотреть на заболевшую девушку. На средний уровень до этого Виолика не спускалась, а Вандил и серебряный ошейник не показались ей достаточной защитой. Поэтому она позвала с собой Эланта и Стенли.

Местный дом терпимости представлял собой небольшой общий зал и несколько комнат. Обрадованная новым людям хозяйка пояснила и показала им всё.

В отличии от обеденного зала, где денег за еду не брали, это было прямой обязанностью Правителя этих мест, госпоже Меоре принято было платить и за стол, и за постель. А уж от платы зависело, в какую комнату тебя пригласит хозяйка. Ценным заложникам были показаны богато отделанные комнаты с большим ложем и даже бассейном. Для рабов, а среди посетителей Меоры были и такие, предназначались чуланы, да закутки в одной из комнат.

Прояснив для себя, что стражникам не вменялось в обязанность присутствовать в комнате рядом с подопечным, Стенли воспользовался приглашением Меоры. Посмеиваясь над будущим выражением лица Кенсарии, которой, конечно, доложат об этом, Стенли выудил из своего кошеля, на который при его похищении никто не посягал, золотую монету и дал увести себя навстречу небывалым ощущениям, как призывно увещевала Меора.

Виолика, которая вместе с Вандилом справилась раньше, чем Стенли, негодовала, сидя с Элантом в приемной комнате и невольно слушая звуки, доносившиеся до них. Элант не имел права оставлять Стенли, и не рискнул отправлять Виолику одну, и ему самому было не по себе, тем более, что шутливо-мстительно Виолика заявила ему, что ему ещё рано думать о таких вещах.

Элант не стал углубляться в детали и рассказывать девушке, что они с Кристом в своих путешествиях побывали не в одном борделе и далеко не в таком уж здоровом состоянии, как он чувствовал себя сейчас. В одной взятой штурмом крепости в Киссене, оба были ранены, но им оказали помощь именно в местном борделе, а, находясь там на правах победителей, они не покидали гостеприимное заведении три дня, пока не сочли, что это более чем достаточно.

- И столько стоит провести время с твоей новой красавицей, Меора? - в комнату вошло несколько человек и самый крупный из них тут же обратил внимание на Виолику.

- Майрак, она в ошейнике, не видишь, что ли? – лениво произнёс один из стражников Стенли.

Элант со Стенли слышали об Майраке, Управляющим Хасинвала, но до сих пор не видели его. Хотя его имя было у всех на устах. Справиться с таким разноплановым и разношёрстым хозяйством, как был Хасинвал было под силу только волевому человеку с железной волей и твёрдой рукой. Он и оказался таким – примерно сорока лет, в крови явно примешена кровь истинных жителей Скобии – диких племён с широкими скулами и низким лбом. Но статью он был обязан явно другой крови. «Горлит, - подумалось Эланту, - именно там, среди горняков, добывающих руду, встречались такие мощные крупные мужчины». Короткая, но густая бородка явно делала его старше, так что, скорее всего ему было даже меньше сорока.

- Ну да, в ошейнике, - сказал Майрак, подходя к Виолике и, схватив её за обруч на шее, рывком поднял вверх.

Элант вскочил и перехватил руку Майрака.

- О, да он серебряный, - деланно ухмыльнулся Майрак, и медленно перевёл взгляд на Эланта. – Ещё один? Да ещё и заступник?

- Майрак, ты знаешь приказ Молдрика, - сказал стражник, - не задирай этих.

Мужчина разжал пальцы и стряхнул с себя руку Эланта.

Виолика охнула от неожиданности, Элант еле успел подхватить её. Но самого его тут же подняли и Майрак хозяйским движение провел по ошейнику, проверяя его крепость. Элант попробовал вырваться, но было бесполезно. На этот раз стражник промолчал.

Майрак, откинув от себя Эланта, грубо расхохотался:

- В мои обязанности входит проверять крепость ваших украшений, так что я буду это делать каждый раз, как увижу тебя, мальчишка.

- А с мечом, значит, ты побоишься выйти против меня? - зло проговорил Элант. – Как же, унизить и проверить прочность мелкого ободка – для тебя предпочтительней.

Он резко отпрянул от метнувшегося к нему кулака и тут же выбросил вперёд свой. Драться их с Кристом учил Фаркус, а потом его внук - Гиарн, да и Лионс с Годардом частенько показывали им пару-тройку приёмов, перенятых от телохранителя их матери – Ногала.

Взревев от полученного удара в нос, Майрак внезапно остановился, наткнувшись на меч стражника.

- Прости, дружище, - миролюбиво произнёс стражник, - я доложу Молдрику о бунте этого мальца, - он кивнул на Эланта, - уж он подумает, как лучше наказать его. Но ты приказа не нарушил, ты его даже пальцем не тронул, а только выполнял свою работу. Оставь его нам.

Майрак отошёл, всё ещё злобно поглядывая на Эланта.

- Будет тебе и меч, - сказал он и повернулся к Меоре, не без испуга наблюдавшей за разыгравшейся картиной. – Пошли, - сказал он, обнимая её и женщина повела его куда-то в сторону.

Стражник, вступившийся за Эланта, тяжело вздохнул:

- Старайся держаться подальше от нашего управляющего, парень, - произнёс он. – Он с тебя теперь глаз не спустит. Пока мы рядом, он больше не будет задирать, но, если ты окажешься один, может и не обратить внимание на твой охранный амулет, - стражник кивнул на серебряный обруч.

- Но ты же сам сказал, что он не имеет права… - проговорила Виолика, с нескрываемым отвращением и ненавистью глядя вслед Майраку и на оставшихся его людей, среди которых выделялся верткий молодой человек, так же оценивающе и злорадно посматривая в их сторону.

- Не могу ручаться, что господин Молдрик поверит и примет вашу сторону, а не его. Или его, - стражник кивнул на молодого человека. – Рабур – верный пёс Майрака, он с удовольствием сделает что-нибудь приятное для своего командира.

- А ваш командир – Бадиам? – спросил Элант.

- Нет, Бадиам – командир наружного отряда. У них другой промысел.

Элант не счёл нужным что-либо спрашивать или добавлять. Они и так знали, что за промысел имеет ввиду стражник.

- Кто командует вами? – всё же спросил Элант.

- Шелинк. Вы должны были видеть его на тренировках. Он как-то сражался с лордом Стенли.

Элант со Стенли действительно по вечерам, после своих путешествий внутри горы, посещали тронный зал Молдрика и наблюдали за тренировками солдат. И Стенли никогда не отказывался скрестить тренировочный меч с любым, кто вызывал его. Никому до сих пор не удавалось его победить и уважение воинов Молдрика к илонийскому заложнику было на непререкаемой высоте. Несколько раз Стенли пробовал позаниматься и с Элантом, но Виолика категорически запрещала, рана на груди ещё не полностью затянулась и могла разойтись.

- А как же леди Виолика? – продолжал расспрашивать Элант. – Мы с ней оказались тут случайно. Обычно она не зовёт нас. Значит ли это, что ей теперь не стоит ходить одной?

Стражник почесал в затылке.

- Вообще-то Майрак не столь нахален, хотя, бывает, задирает и нас. Видимо, сюда он попал после нагоняя от господина, или полаялся с нашим командиром, они терпеть друг друга не могут. Если не покидать верхнего уровня, то можно и не встречаться с ним, его власть распространяется только ни нижние. Но бывать-то он там бывает. Те же тренировки. Он сильный боец. Да и… лекарку он вроде, как и не должен задирать. Не знаю, что на него нашло.

- Что тут случилось? – сразу уловил неладное Стенли, когда вернулся к ним.

Судя по мокрым волосам, он не смог не воспользоваться бассейном. И теперь выглядел непривычно довольным и чистым. Что резко констатировало с настроением его спутников со стражниками в придачу. Виолика, не желавшая задерживаться тут ни на мгновенье, тут же вскочила, и Эланту пришлось рассказывать уже на ходу.

Последствия не заставили себя долго ждать.

По просьбе Стенли, к Виолике Молдрик приставил личного стражника. К удивлению их всех, это оказался Херви, муж Лариты. Молодой высокий парень, с веснушчатым лицом и соломенными волосами, он очень подходил Ларите, которая была такая же светленькая и конопатая. Сама Ларита переходила полностью в распоряжение Виолики. А Стенли, устроив парню допрос и бой на тренировочных мечах убедился, что он неплохой боец. Ну а то, что он оказался уроженцем скобийских гор, а в Тарске очутился по поручению Молдрика, разведывая враждебный город, где познакомился и женился на Ларите, не говорило ни о чём. Парень выполнял приказ своего господина и выполнил его хорошо. Ну так и в войске Стенли были целые отряды разведчиков. Ничего странного и унизительного.

Но на этом всё не закончилось. Вечером в тронном зале появился Майрак со своими помощниками и к Эланту направился Рабур.

Он протянул юноше тренировочный меч и кивнул в зал:

- Ну, сам предложил, - сказал он, ухмыляясь, - мы тут решили посмотреть, каков ты.

Не глядя на Стенли, и, тем более Виолику, уже готовую возразить, Элант легко поднялся и перехватил протянутый меч.

- Элант, - всё же окликнул племянника Стенли, и, когда Элант оглянулся, Стенли кивнул на Майрака.

Тот с жадным интересом смотрел на них, злорадно улыбаясь. Элант понял Стенли. Если он выиграет бой быстро, Майрак выставит против него следующего, либо выйдет сам. А Элант сейчас не боец вынести серьёзный бой. Юноша молча отсалютовал дяде.

Рабур оказался юртким, быстрым бойцом, но совершенно не умеющим думать и предугадывать ходы противника. Он кидался в атаку, но терялся, переходя в оборону и только его гибкость и быстрота спасали от ударов Эланта. Да, был бы Элант здоров, как раньше, победа не заставила бы себя ждать. Но для него бои были ещё действительно трудны. Он с трудом довёл поединок до победного конца и дойдя до Стенли, тяжело опустился рядом, с трудом переводя дух и прижимая руку к груди. Виолика решительно встала и повела его в Зал Водопада, где заставила раздеться, промыла всё же давшей трещину рану и наложила новую повязку. Чуть позже к ним подошёл Стенли.

- Майрак собрался вызвать тебя, Виолика вовремя увела тебя.

Элант промолчал, подавив готовый сорваться с губ: «Я не бегу с боя».

- Ну вот и умнеешь, - усмехнулся Стенли, на этот раз получая от Эланта возмущённый взгляд.

Но это был не последний раз. Каждый день, когда Стенли с Элантом возвращались после обследования следующих пещер, в Тронном Зале появлялся Майрак. Теперь он сам первым подходил к Эланту и с усмешкой протягивал ему тренировочный меч.

Первый бой Элант повёл аккуратно. Как и в самом начале, с Молдриком, он предпочёл оборону. Но Майрак был намного моложе Молдрика и ждать, пока он выдохнется – было неразумно. Но идти в наступление Элант опасался, боясь потревожить рану. Закончилось тем, что он устал намного раньше Майрака. А тот, видя уже ослабевшие попытки отразить его удары, воспользовался своей силой полностью. Он осыпал ударами Эланта и тот в конце концов упал. Майрак торжествующе выбил меч из его рук и приложил свой клинок к его груди. Убрал, торжествующе и презрительно смеясь. Элант, стиснув зубы, медленно поднялся, но отказался от руки поддержки, протянутой подбежавшей Виоликой. Он сел рядом со Стенли, и согласился пойти с Виоликой только тогда, когда Майрак со своими людьми покинули зал.

Стенли молчал, но на следующее утро потребовал, чтобы Элант начал тренировки. Пусть только в их комнате, пусть на простых палках, пусть после этого Элант валился с ног и еле доползал до кровати, а Виолика громко ругалась и в который раз перевязывала рану, но дело было сделано. Постепенно руки Эланта наливались силой, а движения становились уверенней.

Но каждый день его проигрыш Майраку повторялся. И Майрак удовлетворялся лишь тогда, когда Элант падал. Элант упорно поднимался и, пошатываясь, шёл на своё место без поддержки, чем невольно вызывал уважение у зрителей. Некоторые, в том числе и Херви, а также несколько людей в таких же серебряных ошейниках, как и Элант, вызывали Майрака, пытаясь взять реванш за поражение Эланта, Майрак не отказывался. Но неизменно победа была его. Он уходил из зала с надменным и самоуверенным смехом.

- Почему бы вам не вызвать его, лорд Стенли? – спросил однажды Шелинк, будучи свидетелем одного такого вечера и зная об остальных.

- А вы? – вопросом на вопрос ответил Стенли.

- Окажусь в числе проигравших. Было уже однажды такое. - Командир хасинвальского гарнизона стражников невольно рассмеялся и пояснил свой смех, - подрывает дисциплину.

- А мне проиграть – это не одно и то же? – спросил с интересом Стенли.

- Нет, - решительно ответил Шелинк. – Вы илонийский военачальник, самый сильный и опытный воин Илонии. Вас уважают. Сам поединок с таким противником – великая честь для любого. Поверьте, мне завидуют и хотят сами скрестить с вами меч, но побаиваются вашего положения тут.

- Побаиваются?

- У Молдрика вы на особом счету.

- Больший выкуп, чем у остальных?

Шелинк промолчал.

- И что? – продолжил Стенли. – Вы считаете, что я смогу победить Майрака? А мой проигрыш лишь позволит опустить мой непомерно высокий статус?

- Вы не так поняли, – покачал головой Шелинк. – Вы не проиграете. А Майраку давно пора прищемить кое-какое место. И неужели вам не жалко парня? – Шелинк кивнул в сторону Эланта.

- Я не буду драться с Майраком. Во-первых, он, видимо, тоже это чувствует и посмотрите, всячески старается обойти меня стороной и не смотреть мне в лицо, боясь увидеть вызов. А во-вторых... однажды Элант не упадёт.

- Вы так считаете, лорд Стенли?

- Знаю.

Глава 8

Глава 8. Приезд Латина

Стенли с Элантом продолжали свои исследования.

Население Хасинвала поражало разнообразием лиц, народностей и ошейников на шее. На их пути им встречались как солдаты и ремесленники, так и заложники с рабами. По ошейнику и одежде можно было судить по тому, какое место человек занимает в цитадели. У подручных ремесленников, как у Форина, была и одежда добротней и выглядели они более сытыми. Те, кто видимо, не владел никакими навыками, были простыми рабами. И уже их облачением никто не занимался. Как и тем, чтобы накормить их досыта. Такие рабы ходили в обносках и имели не только железные ошейники на шее, но и колодки на лодыжках. На ночь эти колодки прикреплялись к цепям и на них вешался замок.

Много было людей в серебряных ошейниках - более или менее ценные пленники, которым разрешалось покидать свои узилища. Некоторые из них охотно знакомились, даже приглашали в гости, или напрашивались в гости к ним. Как оказалось, стремление это объяснялось просто. Кормили Стенли, а соответственно и его спутников гораздо лучше, чем всех остальных.

Обычно обитателей Хасинвала кормили не более двух раз в день. И это была похлебка из валяного мяса с добавлением каких-нибудь кореньев. Менялось лишь мясо – птица или кабан, или даже олень, да коренья, которых изредка заменяла какая-нибудь крупа. Хлеба давали мало, мука была редкостью. И чаще всего её смешивали опять же с какими-нибудь запасёнными корешками и лепили лепёшки, свежие лишь первые полдня, затем же их приходилось размачивать водой.

На столы жителей верхнего уровня подавали свежий хлеб и мясо. Обязательным был и бокал вина. Рагу с овощами доставалось тоже только особо ценным заложникам.

Они закончили осматривать средний уровень и спустились вниз, на уровень, где жили рабы, где томились, ожидая своей участи те, за кого некому было внести выкуп.

Здесь было теплей, чем на остальных уровнях, зато вонь становилась невыносимой. Но чтобы иметь полное представление о цитадели Молдрика, они стойко вынесли и это. И видели длинный зал, где держали рабов, и цепи, к которыми некоторых приковывали на ночь, видели зал, полный клеток, где томились те, за кого Молдрик уже отчаялся ждать выкуп, но ещё не определился, что делать с ними дальше. Отбывали тут наказание и те, кто провинился, либо пытался бежать. Каждый человек и у каждого своя история.

Несколько раз они навещали пленённых илонийцев. Все они были в железных ошейниках, под надзором стражников занимались расчисткой новых пещер и долблением новых. Работа, требующая лишь тупого физического труда, чем и занимались в основной своей массе обитатели Хасинвала в рабских ошейниках.

Судя по тому, что стражники не препятствовали общению Стенли с сородичами, а первый раз даже специально привели ценных заложников сюда, они выполняли приказ Молдрика. По мнению правителя, напомнить Стенли и его спутникам об иной участи пленных, было не лишним. Его не смущало даже то, что Стенли, воспользовавшись этим, расспрашивал солдат о горах вокруг Хасинвала. Как предположил Стенли, всё это делалось не без задней мысли, чтобы илонийский военачальник убедился, что помощи своего короля он не дождётся.

Цербан сдержал своё обещание и показал им кузни, огонь горна которых питало подземное пламя. Тут же находились и печи гончаров, стеклодувов и некоторые кухонные печи, хотя сама кухня была выше. При отсутствии леса и дальность залежей каменного угля, подземный огонь был весьма кстати. Здесь же был и теплый бассейн, в котором с удовольствием обмывались мастеровые кузниц, да работающие на кухне стряпухи и повара. Отсюда же носили воду для купания на верхний уровень. И, судя по доносившемуся до них резкому запаху мыла, где-то тут была самая настоящая прачечная. Но туда доступ закрыли сами женщины, не пустившие мужчин на порог.

К большому удивлению Стенли и Эланта, на нижних уровнях было полно детей. Дети рабов и свободных людей. С железными ошейниками и с серебряными. Одетые в простые платья и даже богатые.

При всей своей неприязни, даже ненависти к Майраку, они не могли не отдать ему должное. В цитадели ощущался порядок и железная рука. Именно Майрак и его люди следили за порядком, именно в его власти было распределение людей по каморкам или железным клеткам, именно его боялись рабы, он был суров и скор на расправу. А люди в серебряных ошейниках старались держаться от него подальше.

Но у Стенли с Элантом не получалось избегать его. Каждый раз, встречая их на подвластных ему уровнях, он требовал от них остановиться. Его люди обыскивали обоих, и он лично проверял крепость защёлки ошейника Эланта. Элант каждый раз лишь усилием воли заставлял себя подчиниться и не взбунтоваться. Присутствие Стенли явно влияло на него благотворно. А их стража лишь пожимала плечами. За каждый побег Майрак держал ответ перед Молдриком и проверять запоры было его непосредственной обязанностью. Но и распускать руки Майраку особо не давали. А судя по тому, что сменяющиеся каждый день стражники действовали одинаково твёрдо, это была не жалость их к заложникам, а прямой приказ от их командира.

В один из дней всех заложников заставили присутствовать на казни. И стала понятна и ещё одна причина иметь такой большой зал.

В него согнали чуть ли всех ценных пленников с серебряными ошейниками, а также многих ремесленников, носивших железные ошейники. На тронном возвышении установили колодку с недвусмысленным назначением. Рядом стоял Молдрик. Когда к нему подвели заложника в серебряном ошейнике, Молдрик коротко объявил, что ждал выкупа за него больше года и его терпение лопнуло. Он отошёл, а один из солдат наклонил несчастного к колодке и одним взмахом меча отсёк ему голову.

После той сцены Джерис долго не покидал свой Водопад, а Элант и Виолика безучастно лежали на своих кроватях, смотря в потолок, снова и снова переживая ужасную сцену. Как ни странно, но именно Стенли, на кого и был, в первую очередь, рассчитан показ расправы, остался равнодушным. О чем и убедились Молдрик и Кенсария, лично навестившие Стенли. Ушли они явно разочарованные. Оба.

- Они получили ответ от Интара, - слегка усмехаясь, сказал Стенли. – Они не говорят, но я это чувствую.

- И что он ответил, как вы думаете?

- Думаю, что он не отказал в прямом виде. А предложил сначала убедиться, что я жив. Так что вскоре тут должен появиться его посыльный, который знает меня. Но для начала, они решили напугать меня казнью. По словам Лариты, тут не было казней несколько лет. Молдрик предпочитает пристраивать людей к работам, а не казнить их. Да и мало находится тех, за кого отказываются платить выкуп. Нет, развязка уже близка.

Казнь стала фатальной не только для несчастного. Леди Энриена, срок пребывания которой тоже близился к годовой отметке, не выдержала такого зрелища. Жестокий приступ боли в груди настиг её, и она скончалась на руках у дочерей, которые даже и не успели послать за лекарем.

Похороны прошли тихо и быстро, и оставшиеся полными сиротами девушки теперь, со смертью матери, стали никому не нужны. Жених старшей, видимо, давно забыл о своей невесте, радуясь, что таким образом расстроился навязанный ему брак. Дальние родственники Энриены и до этого не спешили с выкупом, а осиротевшие бедные родственницы теперь были им явно в тягость.

Дав девушкам несколько дней на оплакивание матери, Молдрик предложил девушкам выбор. Либо они остаются свободными, и он выдаёт их замуж за тех, кого выберет, либо они окажутся на среднем уровне в заведении Меоры, либо ещё ниже – подручными на кухне или в одной из мастерских. И, соответственно, без защиты даже серебряных ошейников. Для пущей наглядности он сам провёл девушек по упомянутым уровням, после чего Гресси пришлось бежать к Виолике за каплями отпаивать сестру, потерявшей сознание от увиденного ею на нижних уровнях.

Прядя в себя, девушка даже с радостью приняла предложение Молдрика стать женой Бадиама, одного из его самых уважаемых командиров. Она знала и даже отмечала почтительные попытки воина ухаживать за ней, между тем не обращая на них внимания. Теперь же всё переменилось.

- Он неплохой человек, - говорила Гресси, уютно расположившись в кресле у них в комнате. – Заэлси надо только спуститься за землю и перестать мечтать о спасителе в лице этого подонка.

- Я бы не сказала, что Бадиам – такой уж безобидный человек, посмотри вон на Рогана, - сказала Виолика.

- Посмотрела. Хорошие шрамы. Хорошие удары. Заэлси не будет вдовой.

Виолика и Стенли невольно рассмеялись, Элант же лишь задумчиво смотрел на Гресси.

- А ты? - спросил он её. – Думаешь, Молдрик согласится на просьбу Джериса?

В это время Джерис как раз имел серьезный разговор с Правителем Хасинвала о родоначальнице его рода в Скобийских горах. Он полдня проговаривал эту речь про себя, немало волнуясь, что было так на него не похоже.

Гресси легкомысленно пожала плечами.

- Он же видел меня в Водопаде и знает, что это будет. Чего тут волноваться?

- Серьезно? – даже привстала Виолика. – Я его спрашивала, он говорил, что не видел лица. Скрыл от нас?

- Да нет, - улыбнулась Гресси, - и мне не говорил. Но когда он стоит под своим Водопадом и у него закрыты глаза, он всегда поворачивается в ту сторону, где я. Я несколько раз проверяла. Он видит меня там, а это значит, что всё будет хорошо.

Когда в их комнату стремительно ворвался Джерис с сияющими глазами, они поняли всё и без слов.

- Ты сам-то можешь провести над собой необходимый обряд? - только и спросил Стенли с доброй усмешкой.

Джерис беспечно махнул рукой, легко поднимая Гресси на руки и кружа её по комнате. Остановившись, он покрыл её лицо поцелуями.

- Ну вот, - устало произнёс Стенли, поднимаясь и направляясь к выходу, - один пристроен, нашёл свою судьбу, а когда вы уже определитесь, для чего вы тут? – он оглянулся на Эланта и Виолику и печально улыбнулся.

В недрах горы было тепло. Лишь на верхних уровнях приходилось разжигать печи и камины, да добавлять к одежде меховые жилетки. А вот снаружи была настоящая зима. Снежная, студёная, с ветром, сбивающим с ног. И им пришлось запасаться теплыми плащами.

Сомнений в том, что о каждом их шаге будет известно Молдрику, не было, но они, в сопровождении всё тех же стражников, упорно обошли всю котловину, стараясь пока миновать лачуги, и, наконец, взобрались на отвесную скалу, окружавшую котловину.

Их взору предстала речка, вытекающая из какой-то трещины скалы, не замерзающая даже зимой. Она поспешно устремлялась на юг и огибала гору, возвышающую южней Хасинвала. Утоптанная белая дорога в ущелье между двумя горами шла на восток. Именно она вела в Тарск. Были и ещё одни ворота из поселения в котловине, о которых они не знали. Из них выходила дорога на юго-запад и огибала южную гору с другой стороны.

Между двумя дорогами, на относительно ровном участке местности виднелось несколько домов, некоторые из которых плотно примыкали к подножию бывшего вулкана, другие стояли отдельно. На огороженный чахлым забором огородике, видимо, летом что-то росло.

На западе возвышалась еще одна гора и что было за ней, что было за самой цитаделью – не было видно. Элант поглядывал на вершину цитадели. Но зимой, да еще с его раной, думать о том, чтобы взобраться на неё – было глупо.

Молдрику не было причин волноваться. Бежать отсюда практически невозможно. Дороги были. Но каждая их них находились под пристальным наблюдением отряда стражников.

У начала каждой дороги стоял дом, где часть отряда стражников могла отдохнуть. Другая в это время находилась на склонах гор, с которых открывался прекрасный обзор на дорогу, ущелье, и саму гору. Местным было известно каждое дерево, каждая тропинка. И ничто не могло укрыться с их глаз, по крайней мере, снежной зимой. Но судя по редким лесам и кустарникам, летом дела обстояли не лучшим образом для решивших сбежать.

Предположение Стенли насчет ответа Интара оправдалось полностью. Они сами увидели прибытие посольства под флагом Илонии. И поспешили им навстречу. Но пока посольство тщательно обыскали, расспросили, и послали сообщение Молдрику, Бадиам передал Стенли и Эланту приказ своего повелителя вернуться в свои комнаты.

Лишь вечером их всех троих позвали в зал Молдрика.

Своим представителем Интар послал Латина. Он же первым увидел входящих пленников и радостно бросился навстречу Стенли.

- О Небеса, ты жив, как же я рад, Стенли, - радостно проговорил Латин, и, не смущаясь, стражников, стиснул давнишнего друга в объятиях.

- Ещё расцелуй меня как девицу, - проворчал Стенли, тем не менее так же обрадованный встречей.

- Для этого у меня есть жена. Чего не скажу о твой, - и Латин бесцеремонно кивнул на Кенсарию, побагровевшую от его слов.

Впрочем, Стенли не сомневался, что Латин, с его языком, и явной неприязнью к той, что пыталась отравить Элиссию, вывел женщину из себя ещё до его прихода.

- Лорд Стенли, - прервал Латина Молдрик, подходя ближе. – Ваш дядя, король Интар, согласился вести переговоры только после того, как лорд Латин подтвердит, что вы живы и здоровы.

- Здоров, здоров, - рассмеялся Латин, хлопая Стенли по плечу. – Не удивлюсь, если моё утверждение, что он тут провёл не один бой, доказав, что является самым лучшим бойцом Илонии, подтвердится.

- Трепло, - проворчал Стенли.

- Вы правы, лорд Латин…

- А это кто с тобой, друг? – спросил Латин, кивая на троих спутников Стенли. – Те самые, что полезли в эту ловушку добровольно? Кого должен благодарить его величество за твоё спасение? Девушка – лекарка? Хотя Терон сказал, что именно сателеанец кинулся к тебе на помощь.

Латин протянул руку Джерису и тот серьезно пожал её

- Наша помощь действительно было действенной, - сказал он.

- Мой король просил передать, что заплатит любую цену за тех, кто помог его племяннику, - обернулся Латин к Молдрику.

- И за этого? – Молдрик кивнул на Эланта.

Латин впервые посмотрел на юношу.

- Если он с ними, почему бы и нет. И ежели он охранял Стенли от Кенсарии…

- Достаточно оскорблений, несносный поэтишка, - вскричала Кенсария. – Возвращайся обратно. И передай своему королю, что он не получит никого, пока не привезёт сюда Орли.

- Стенли, - Латин даже не обернулся к Кенсарии. – Ты можешь мне объяснить, а я передам королю, зачем ей сын, если она даже о дочерях не спросила ни разу. Я бы на месте короля послал её хоть в то же жерло вулкана, на котором она теперь обитает.

- Лорд Латин, я требую, чтобы вы прекратили…, - теперь уже побагровел Молдрик.

- Иначе что? Похитите и меня, как Стенли? – рассмеялся Латин. – Впрочем, что меня похищать, если я, добровольно, вернее, по приказу короля прибыл сюда сам.

- Латин, - покачал головой Стенли, - уймись. Я бы хотел поговорить с тобой, но наши хозяева действительно могут не выдержать твой бред и выбросят тебя наружу на ночь глядя, не дав мне и слова сказать.

- Вам не о чём говорить, - отрезала Кенсария. – Латин выполнил приказ короля и может убираться на все четыре стороны.

- Не выполнил. Я не услышал ваше условие за сателеанца и его спутников.

На этот раз ответил Джерис.

- Лорд Латин, - тихо сказал он, - я прошу передать его величеству, королю Интару нашу благодарность. Но нас не надо выкупать. Мы остаёмся тут навсегда. В качестве жителей этого города, поданных господина Молдрика.

Что не сделали гневный слова Кенсарии, сделали тихие слова Джериса. Латин опешил и замолчал. Он посмотрел на Виолику, та кивнула на Эланта, тот ответил:

- Это правда, лорд Латин, мы остаёмся. – Он показал на свою шею, – это временно. Затем мы будем свободными людьми.

Латин не выдержал и вполголоса выругался. Он взглянул на Стенли.

- И что это значит? Что за условия вынудили этих троих сначала кинуться тебе на помощь, а потом остаться тут. Король выгонит меня взашей, если я не представлю ему правдоподобный отчёт.

- Плевать, что скажет тебе король, поэт, - сказала Кенсария, подходя ближе. – От тебя требуется только подтвердить, что мой муж жив…

- Какой из мужей?

Стенли успел перехватить руку, которую занесла Кенсария, чтобы ударить Латина.

- Молдрик, усмирите эту женщину и позвольте мне поговорить с лордом Латином наедине.

- Нет, - отрезал Молдрик. – Достаточно, как сказала леди Кенсария, что он готов подтвердить то, зачем его послали. Эти же молодые люди остаются тут. Вы слышали их. Добровольно. Это их решение.

- Позвольте, - Джерис решительно вступил в разговор. – Но я хотел бы всё же воспользоваться благодарностью короля Илонии. Я создаю Часовню Небесных богов, и если его величество будет великодушным, то не мог бы он прислать несколько ритуальных вещей, необходимых мне. Я знаю, илонийские священники не откажутся поделиться со мной толикой своих богатств, без которых они вполне обойдутся, но вот мне без них будет трудно совершать обряды.

- Проклятье, - пробормотал Латин, - так вы серьезно?

- Это так, - подтвердил Стенли. – И, если уже нам не дали поговорить. Ты знаешь, что передать Интару. Орли ни за что не должен оказаться тут. Для него нет матери и не будет. Такой матери.

Кенсария в свою очередь пробормотала проклятия и вернулась на своё место.

Молдрик сокрушённо покачал головой.

- Возможно, в таком случае, лорд Латин, вы видите племянника короля в последний раз. При категорическом отказе, король Интар получил голову лорда Стенли.

- Я передам, - серьезно ответил Латин.

Он взглянул на Стенли.

- Передам, - повторил он.

Посмотрел на Виолику, задержал взгляд на Эланте.

- Ты воин, парень, и, если нападёшь на Илонию, вместо благодарности от короля Интара, ты можешь получить арбалетный болт в грудь.

- Лорд Стенли не раз предупреждал меня об этом, - ответил Элант.

- Военачальник илонийских войск не может быть глупцом, - усмехнулся Латин и сделал последнюю попытку, обращаясь уже к Молдрику. – Если, как вы считаете, мы больше не увидим Стенли, он мог хотя бы отдать последние распоряжения насчет своего наследства и передать прощальные слова дочерям.

- Лорд Стенли может это сделать и в присутствии меня. Что касается дочерей, пусть они лучше умоляют короля согласиться на мои условия.

- Что ж, - Латин уже был серьёзен. – Тогда мне больше нечего тут делать. Лорда Рогана я увожу с собой, как мы и договорились.

- Ты привёз выкуп за мальчика? – спросил Стенли.

- Да. Раз уж я всё равно направлялся сюда, король решил сам собрать выкуп, чтобы я смог забрать парня.

- Как насчёт оружейника?

- Уже готов в дорогу. – Он обернулся к Молдрику. - Хотя у его величества и были сомнения после того, как вы нарушили договор выкупа, я рад, что со мной вы не поступили так же. И с нашими людьми тоже. Но мой король весьма обеспокоен этим случаем. Наша граница будет усилена, а условия предоставления выкупа – жёстче. Если вам ещё когда-нибудь доведётся взять илонийца.

- Лорд Стенли – исключение. Вынужденное. И по личным мотивам, - Молдрик кивнул на Кенсарию. - Можете уверить короля Интара, что я буду блюсти правила обмена.

- Что ж, лорд Латин, если мне не придётся больше увидеться с вами, - усмехнулся Стенли, - прошу, не пишите обо мне балладу. Вот про это. – И он обвёл руками тронный зал Молдрика.

Латин хохотнул и поднял руку.

- Клянусь, лорд Стенли.

- Ты огорошил не только Латина, но и своего деда, - сказал Стенли Эланту, когда они остались наконец одни в своей комнате. – Такого он не мог предвидеть. И твой поступок, как и сказал Латин, может истолковываться и как измена, пусть даже ты и не подданный Илонии. Роган расскажет ему как всё обстоит на самом деле, но если даже я до конца не понимаю твои мотивы, то что говорить о юном раненом лорде. Латин, быть может, понял бы тебя лучше, но со стороны это всё равно выглядит не слишком разумно.

- Думаете, теперь король пошлёт отца?

- И кто сможет остановить твоего отца? И… моего.

- Но лорд Стенк даже старше короля. Он же старик!

- Но между тем, он был в сопровождении Латина. Как и Рефи. Они разведали пути и теперь явятся сюда сами.

- Вам сказал Латин?

- Успел шепнуть, когда обнимал, - поморщился Стенли.

- Отец с Кристом уже в Нарте.

- Ты видишь их каждый вечер, когда встаешь под Водопад Джериса. Но ничего не слышишь.

- Это видения, лорд Стенли. Всего лишь видения.

- Но ты мог бы попытаться поговорить со своими видениями, - усмехнулся Стенли, - было бы неплохо таким образом согласовать наши действия.

- Возможно, - задумчиво произнёс Элант, - возможно.

- Ты что-то видишь ещё?

Элант кивнул.

- Что?

- Себя…

Больше он не произнёс ни слова.

А в конце дня впервые выстоял против Майрака. Обычный бой, в котором управляющий уже привык побеждать и повторял всё снова и снова лишь для того, чтобы унизить юношу, и он оказалс не готов к внезапной атаке Эланта и вместо того, чтобы разоружить противника, сам остался без меча.

Он молча вынес торжествующие вопли зрителей, которые давно уже были на стороне Эланта, лишь побагровел так, что красным стала даже его шея и, оттолкнув от себя Рабура, подбежавшего и протянувшего ему его меч, стремительно вышел из зала.

- Ты понимаешь, что это у тебя вышло случайно, - тихо спросил Стенли Эланта.

- Думаете?

- Тебя задели слова Латина. Сильно задели. Завтра ты остынешь, а Майрак уже будет готов к проигрышу и не допустит повторение его.

- Я вас услышал.

Глава 9

Глава 9. Купец Хемфи

Они продолжили свои вылазки. И на этот раз обошли лачуги внутри котловины.

Здесь жили остатки истинных жителей Скобийский гор. В основном это были охотники. Но либо вся добыча шла в цитадель, либо дичи в окрестностях водилось слишком мало. Зрелище было печальным. Люди были худы и истощены. В глазах безнадёжное уныние, и даже дети, казалось, были слегка заторможены.

Зато стал понятен источник вони. Здесь расположились не только конюшни, выглядевшие намного добротней, чем жилища жителей, но и мастерские по дублению и выделки кожи. Огороженный загон был пуст, но полон навоза, который не смогла скрыть даже шапка снега. Прямо на берегу озера стояли ящики, в которых что-то плескалось и именно оттуда шел неприятный запах.

- Они берут выкупом быков, и уже тут их забивают на мясо и шкуры, - сказал Стенли. – Пастись им тут явно негде.

- Да, - согласился Элант, - а козы и овцы такую гору навоза не сделают.

Несловоохотливый хозяин мастерской не вымолвил ни слова на их расспросы, а смотрел более, чем подозрительно. И лишь ещё сильнее покрикивал на нескольких подручных в обносках и с железными ошейниками на шее.

Стенли с Элантом поспешили ретироваться.

В небольшой долине им понравилось больше. Если забыть о возвышающей горе, то дома были похожи на те, что строили крестьяне как в Илонии, так и в Бории. И даже в Тоготе, если это была совсем бедная деревенька где-то в горах, со скудной землёй.

Но люди, как ни странно, были приветливей, чем обитатели самой цитадели и котловины. И хотя еда на столе была даже бедней, чем на среднем уровне замка, у хозяев взамен пропитания находились добрые слова. А чай из душистых трав был более чем вкусен, особенно когда к нему гостям протягивали сладкие ягодные лепёшки.

Даже стражники слегка расслабились, когда их угостили тем же, чем и их подопечных. Стенли не поскупился, и отблагодарил хозяев парой серебряных монет.

Под конец их внимание привлёк дом с большой пристройкой, стоящий на отшибе.

- Торговец Хемфи, - с заметным уважением пояснили им обитатели долины.

Слово резануло слух. Они и не думали, что представители и такого сословия имеются среди народа Молдрика. Но пора уже было возвращаться, и они оставили выяснение этого до следующего раза.

Который наступил не сразу.

Чтобы увидеть предстоящее событие, Стенли не понадобился Водопад Джериса. В тронный зал, где проходили тренировки, Майрак явился злой и полный решимости отомстить за вчерашний проигрыш. Он, как обычно, предложил Эланту поединок, но на этот раз все заметили, что его тренировочный меч намного тяжелей предыдущего. И это сразу ощутил на себе Элант.

Удары крупного здорового мужчины и так всегда были сильны, но удары более тяжелым мечом обрушивались на юношу, как кувалда кузнеца на молот. Ни о каком ответном наступлении не было и речи, Эланту не хватало сил отразить мощный удар. Несколько раз он падал, и еле успевал подняться, уходил от удара, но разозленный Майрак, казалось, увеличил скорость ударов, доставая Эланта и не давая ему передышки. Упав в очередной раз, и не успевая подняться, Элант выставил свой меч, но обрушившееся на него оружие Майрака перебило его, как сучок. Удар достиг Эланта, но всё же задержанный, лишился той силы, что вкладывал в него Майрак, но и этого хватило, чтобы выбить дух из Эланта. Если бы это был боевой меч, он разрубил бы юношу напополам. А так лишь разошлась на груди куртка, да Элант на миг потерял сознание.

Бой окончился в полнейшей тишине, нарушенной лишь торжествующим криком Майрака и подхваченный его помощниками.

На этот раз Стенли поспешил на помощь Эланту и, помогая встать, довёл его до скамьи, а потом и до Водопада.

И всё равно на следующий день Элант не смог подняться. Им пришлось прервать на день свои путешествия.

- Что будешь делать? – спросил в середине дня Стенли, видя, что Элант уже смог подняться и еле доковылял до тазика с водой.

- Драться, - ответил Элант.

Вечером, при появлении Майрака он первым подошёл к нему. У него был уже другой меч, который он подобрал только что и сейчас, поворачивая в руке, привыкал к нему. Безразлично посмотрел на тяжелый меч Майрака и слегка усмехнулся.

Народу посмотреть на поединок набралось намного больше, чем обычно. Элант заметил Джериса с Гресси, которые обычно не появлялись тут. Заметил Бадиама, недавно вернувшегося из похода. Из своих комнат вышли Молдрик и Кенсария. И даже кузнец Цербан был здесь же.

Стенли, внимательно смотря в глаза юноши, только вздыхал. Это выражение глаз он не раз видел у Иллара. А если и не видел, то ему рассказывали. Ярость, негодование, накапливаемое внутри и выплескивающее в руки, но не в голову. Голова была холодная и ясная.

Элант начал атаку первым, но не его стремительность ошеломила как Майрака, так и остальных. Да, Молдрик делал из своих солдат воинов, он требовал тренировок и молодежь тренировали опытные воины. Но некоторые из них никогда не были в настоящих боях, ограничиваясь лишь набегами, полагаясь на лошадей, а не на меч. Элант уже показал, что умеет драться, но Майрак не понял того первого удара, в заведении Меоры, и сейчас юноша напомнил ему, что есть и другой бой. Стремительный, короткий, не дающий противнику его преимущества – длины меча. Элант бил не только клинком, но и рукоятью. Не только в туловище, но и голову. Иногда оказывался за спиной Майрака и бил плашмя по ногам. Длина оружия теперь была помехой, Майрак не успевал отбить емкий четкий удар, а пока замахивался, получал удар в другое место.

В один из ударов в голову Элант вложил всю свою силу и Майрак не выдержал, вскрикнул, прижав руки к глазу, который, как ему казалось, противник выбил ему. Его меч с тяжелым звоном упал на каменный пол.

А Элант отвернулся от поверженного противника и спокойно вернулся к Стенли. Но тот, видя, что племянник теряет сознание, подозвал Джериса и они вдвоем, делая вид, что просто идут рядом, аккуратно повели Эланта к спасительному Водопаду.

Позади на этот раз была мёртвая тишина.

У Водопада их догнали Молдрик и Бадиам.

- Кто учил тебя, парень? – спросил добродушно Молдрик. – И где ты воевал? Ясно, что не в тренировочном зале ты приобрел эти навыки. У тебя явно был хороший учитель. А война отточила твои знания.

Элант хмуро и слегка виновато взглянул на Стенли. Сил говорить не было, но молчать было нельзя.

- Парень был в Хормирии и Кангерии, а также в Киссене, - сказал Стенли. – В то время его наставником был Гиарн, внук илонийского ветерана, который сейчас живет в Кордии..

Молдрик согласно кивнул. Это объяснение вполне устраивало его. И объясняло умения и навыки юноши.

- Я могу снять твой ошейник хоть сейчас, Элант, - сказал он, подумав, - ты нужен мне.

Элант поднял на него больной взгляд, в котором мелькнуло удивление и надежда.

- Хорошо, – медленно сказал он, - но я останусь с лордом Стенли.

- Не разведал ещё все тропки моего королевства? – усмехнулся Молдрик. – Я думал, вы уже убедились, что бежать отсюда бесполезно. Твоя преданность лорду Стенли похвальна. Но не пора ли переходить под моё крыло, мальчик?

- Я буду с лордом Стенли до самого конца.

- Что ж, тогда я, пожалуй, поторопился со снятием твоего украшения, парень. Так ты хотя бы имеешь право на кусок хлеба. Свободным ты ещё должен будешь его заработать. А это не предполагает лорда Стенли рядом с тобой в качестве твоей няньки.

Молдрик развернулся и ушёл. Бадиам остался ещё на несколько мгновений.

- Ты зря перечишь нашему господину, малец, - сказал он. – И мой тебе совет – повинуйся ему, а не спорь.

Элант устало кивнул.

Бадиам вышел, зато прибежала Гресси.

- Кенсария послала Виолику за мазью для Майрака, - сообщила она, - но что-то мне думается, Виолика будет искать её оооочень долго.

И уже привычно вытащила откуда-то сухую рубашку для Эланта, который в своей уже шёл к Водопаду. Скинутые куртка и сапоги уже лежали рядом, штаны Элант тоже предпочитал не снимать.

Стенли сидел на бортике бассейна рядом с Джерисом и наблюдал, как Элант стоит с закрытыми глазами под струёй воды.

- Ну, и что ты видел в Водопаде сейчас? – спросил он, когда Элант вернулся и накинул на себя сухую рубашку.

- Криста. Мне не хватает его, - тихо произнёс Элант.

- И где он?

- Дорога. Белая. Деревья.

- Он один? А Иллар?

- Отец взволнован.

- Элиссия?

- Скорее всего да.

- Проклятье.

- Я просто чувствую.

На следующий день, по скалистому краю потухшего вулкана, они ещё раз обошли котловину и попытались что-либо увидеть с западной стороны. Но увидели лишь дорогу, уходившую в узкое ущелье между двумя горами. На этот раз дорога была намного выше и проложена среди огромных валунов. Вряд ли по ней могла пройти телега или повозка даже зимой, когда снег скрадывал неровности, летом она годилась лишь для одинокого путника. Но уже сейчас было видно, что дорогой занимаются, некоторые участки очищены от валунов, ямы засыпаны мелким камнем. Через пару десятков лет, возможно скобийцы и сумеют достроить эту дорогу.

- Дорога на Илонию имеет ответвление на север, - сказал Стенли. - Пользуются в основном ею.

- Значит, всё же пользуются? – переспросил Элант. – Я считал, что скобийцы и тоготцы обмениваются лишь оружием. Лично. В бою.

- А вот сейчас и поспрашиваем.

И Стенли кивнул на дом в долине, куда они как раз и направлялись.

Вблизи дом оказался больше, чем казался сверху. А амбар примыкал к горе и, судя по его конструкции, имел продолжение прямо в гору.

Их увидели издалека и им навстречу вышел сам хозяин. Невысокого роста человек, лет пятидесяти, слегка лысоватый, лицо всё в морщинах. Одежда на нём была добротная и теплая, хорошие сапоги. Редкость для жителей вне цитадели. Он выжидающе смотрел на них, а глаза выражали тревогу и беспокойство.

- Приветствуем, господин Хемфи. Вы позволите воспользоваться вашим гостеприимством? – почтительно спросил Стенли.

Вид стражников нисколько не прибавлял к словам незваного гостя доброжелательности, и отказать Хемфи не мог.

- Пусть дом мой будет и вашим домом, - проговорил Хемфи типично улисское приветствие.

В двухэтажном доме лестница с первого этажа вела как вниз, в погреб, так и на второй этаж. Большой камин в центре первого этажа разделял помещение на три части – кухню, большую светлую столовую и комнату, видимо, хозяина и его жены, которая испуганно выглядывала сейчас из дверей. Набравшись храбрости, она вышла к гостям и натянуто поклонилась. Со второго этажа на лестницу выглянул мальчонка, но испуганный женский голос резко окликнул его, и вихрастая черная головка скрылась.

- Проходите, - указал Хемфи на столовую и большой стол посередине. – А вы можете погреться на кухне у очага, - обратился он к стражникам Стенли.

И кухня, и столовая составляли как бы одно целое, между ними не было даже двери, поэтому нарушений приказа стражники не увидели. Зато из кухни доносились запахи, от которых рот наполнился слюной.

Со второго этажа спустилась молодая женщина и они с хозяйкой быстро засуетились на кухне.

Хемфи сел за стол напротив гостей. Дальше приветственной фразы он не собирался распространять своё гостеприимство.

- Меня зовут лорд Стенли, я племянник короля Илонии, - представился Стенли. – Молодой человек – мой спутник, его зовут Элант. Вы ведь понимаете наше положение в Хасинвале?

- Да, - наклонил голову Хемфи.

- Хотя мы и пленники, но Молдрик не чинит нам препятствий изучать его цитадель. – Стенли кивнул на кухню, - правда, не без сопровождения. Не стану скрывать своего интереса. Вы ведь торгуете с соседними странами?

- Я торговец. И наш господин знает обо мне.

- Хемфи, мы не собираемся рушить вашу торговлю. Нам просто интересно, чем вы торгуете, - спросил Элант. – Что такого имеется в Скобийских горах, чтобы вы могли торговать этим.

Мужчина надолго замолчал. Зато ответила хозяйка. Она поставила на стол кувшин и тихо сказала:

- Слезами…

- Молчи, Энда. Господин Молдрик добр к нам.

Женщина только всхлипнула, вторая отозвалась таким же всхлипом.

- У вас что-то случилось? – спросил Стенли.

- Нет, - отрезал Хемфи. – И, если вы хотите получить ответы на свои вопросы, спросите моего господина.

Стенли с Элантом переглянулись.

- Мы расспрашивали многих мастеров в цитадели Молдрика. Но даже Майрак не препятствует нам в этом, - Элант не смог скрыть удивления резкостью хозяина.

Торговец невольно вздрогнул, но ответил, всё же слегка сомневаясь в своих словах:

- Власть Майрака заканчивается воротами цитадели.

Женщины поставили на стол тарелки с горячими тушёными кореньями и кусками мяса. Из кухни уже доносился стук ложек о тарелки, стражников не надо было упрашивать отведать хозяйской снеди. Гости познатней тоже не стали ломаться, а отдали должное еде, не забывая похваливать хозяйку. Появилась на столе и бутылка вина. Хемфи молча налил гостям в небольшие чарки, но сам пить не стал.

Попробовав вино на вкус, Стенли причмокнул языком от удовольствия.

- С горлитских виноградников. Давняя выдержка. Отличное вино у вас, господин Хемфи.

Элант попробовал, но не заметил никакой разницы между этим вином и тем, что подавали им в цитадели.

- Молод ещё, - подмигнул хозяину Стенли. – Не то, что мы с вами, господин Хемфи.

- А здесь не растут виноградники? – спросил Элант. – У вас небольшая долина, но ведь должны же быть и другие. Может, там земля лучше.

- Не в долине, - внезапно показал интерес Хемфи. – Четыре года назад я посадил на солнечном склоне горы несколько кустиков. Некоторые хорошо прижились.

- И какие сорта?

- Улисская, увы, не прижилась. Но вот горлитская – просто отлично.

- Кордийскую лозу не пробовали? Илонийская земля хорошо её приняла.

- У нас тут суровые зимы. Боюсь, погибнет.

- Зато у вас снег, он укрывает кусты, а в Илонии гибнут, когда мороз ударит до выпадения снега.

Хемфи кивнул жене, и она принесла ещё один кувшинчик. На этот раз Хемфи разлил сам. Элант, попробовав, скривился:

- Кислое…

Но Стенли, пригубив, удивился:

- Кислое, несомненно, но это не виноград. Это… - он не мог вспомнить, что же ему это напомнило.

- Вирка - лесная ягода, она растёт тут в некоторых низинах.

Содержимое следующего кувшинчика, разлитое по чаркам, Элант уже не спешил пробовать. Зато, вошедший во вкус Стенли выпил с удовольствием.

- Сладкое, - с ухмылкой подмигнул он Эланту, - как раз для детишек.

Возмущенно хмыкнув, Элант попробовал.

- Где-то я уже пил такое, - сказал он, - вкус знакомый. Но не помню.

- В Тоготе, - подсказал Хемфи, - это арлита.

- Она и в Илонии растёт, в лесу, - показал себя знатоком Стенли.

Следующий кувшинчик поставила на стол Энда и вопросительно тревожно взглянула на мужа. Тот кивнул.

- Юноша хотел увидеть, чем я торгую. Пусть посмотрит на складе. Жена покажет.

Стенли подозрительно прищурился, но его спутник с готовностью встал. Стражники остались на кухне. Их главным подопечным был Стенли, а не юноша с серебряным ошейником. Хозяев это, видимо, устраивало.

Накинув плащ, Элант вышел вслед за хозяйкой.

Вход на склад был закрыт добротными деревянными воротами. Энда открыла в воротах небольшую калитку, и они вошли внутрь.

Теперь стало понятно, почему склад был такой большой. Тут стояло порядка пяти-шести повозок, а возле одной из стен располагались стойла с лошадьми. В первом от входа стойле в коне, стоявшем там, Элант признал Бриза, коня Стенли.

Элант прошёл дальше, различая в глубине склада ящики, мешки и бочки. Женщина отстала от него, и он напрягся. И не напрасно. Из последнего стойла вышел человек с низко надвинутым на лицо капюшоном. Элант сжал кулаки, но фигура, манера двигаться была слишком знакома, даже не смотря на плащ.

- Крист! О, Небеса, это ты!

Братья стиснули друг друга в объятиях.

- Как ты оказался здесь?

- А как ты умудрился встрять во всё это?

Вопросы сыпались, не переставая, но Элант опомнился первым, не без изумления поглядывая на брата.

- Я не знаю, сколько у нас времени, надо торопиться, - произнёс он, и не выдержав, спросил, - зачем тебе борода и когда ты успел её вырастить?

- Когда увидел тебя в водопаде и решил, что помощь тебе не помешает. – Крист потрогал свою густую броду. – Правда, это не она. Ту пришлось сбрить. Элиссия отказалась признавать меня за приемного сына, когда я выглядел намного старшее её. Так что эту я одолжил у Рефи.

Они рассмеялись.

- Хочешь сойти тут за местного? – уже серьезно спросил Элант. – Или чтобы не спутали со мной?

Крист пожал плечами:

- По обстановке. Надоела мне она, если честно, но деньков десять, и моя будет не меньше.

Он скинул свой плащ, и расстелил его на полу.

- Перерисовывай, - велел он и, сняв со стены факел, поднёс поближе.

- Крист, я…

- Не для тебя, так для Стенли, - не стал слушать его Крист.

Кусочком угля Элант стал торопливо перерисовывать карту на свой плащ, а Крист пояснял:

- Здесь – пост, а тут густые кусты, за ними можно схорониться, ничего не видно.

- Терон разведал?

- Да. Рисуй. Вот тут валун, рядом с ним яма, можно спрятаться. Вот здесь и здесь местность патрулируют люди Терона.

- Каким путём пробрался ты?

- Я не пробирался. Рефи взял караван Хемфи. Мы поменялись с одним из парней.

- Случайно не сыном Хемфи?

- Да. С ним всё будет в порядке. В следующую ходку мы поменяемся обратно. Даже если пойдём не в Илонию. Рефи будет знать.

- И никто на постах не заметил замены?

- Был мороз, я закутался с ног до головы.

- Ты рисковал, Крист, но я не собираюсь…

- Ты думаешь, я не понял Латина? У нас был приказ короля вернуть Стенли и вас троих. Но вы – не илонийцы. Никто насильно вас спасать не будет. Но если понадобится, будем думать, как вытащить и вас. Они оба спасли нас, Элант. Если надо будет, я призову всех – и Онзира, и Арвенга, и старейшину Сателя. Заставлю пошевелиться Джерода и Лукрес.

Элант слушал, не переставал рисовать, а Крист переключился на пояснения:

- Этот участок – очень осторожно. Тут ручей, он не заметен, но коварен. Скрыт ветками и присыпан снегом, можно провалиться чуть ли не по пояс и наделать шуму на все горы.

- Сами проверили?

- Один из их патруля.

- Что с Элиссией?

- Нормально. Но отец не рискнул покинуть её в такой момент. Совсем скоро, если не прямо сейчас, у нас будет очередной братик или сестричка. А что с твоей головой?

- Мешает, иногда порядком сильно и не вовремя. Но я справляюсь.

- Виолика, Джерис? Вы точно знаете, что делаете?

- Нет, Крист, но, не дойдя до конца, не узнаем. Верь нам.

- Верю. Но дед в ярости.

- Он что, в Тарске?

- И Стенк, и Тарлин, и Талина. И они тоже готовы разнести эти горы по камешку.

- А ты давно тут?

- Три дня. Видел вас на стене. Но вчера пришлось поволноваться, когда вы не спустились.

- Хемфи не хотел иметь с нами дела, вы его слишком напугали и разозлили. Если Молдрик узнает, ему несдобровать.

- Элант, Молдрик держит у себя военачальника илонийских войск. Король собирает войска. Гонцы посланы в Тогот, Горлит и Борию. И даже к Радниру.

- Не матери?

- Побоялся, - внезапно рассмеялся Крист. – Иначе она первой будет тут и нарушит все планы. Но Лионсу он сообщил, - добавил он серьёзно. – Послушай. Молдрик – не идиот, если встал во главе этого народа. Но зачем ему мальчишка? Ради любовницы не первой свежести, прости меня, Орли, Бейра и даже Лукрес. Ты что-нибудь понимаешь в этом?

- Есть одна мысль…

- У деда тоже, но он только сверкает глазами, но молчит.

- Крист, как бы ты действовал, если бы Хемфи не пустил нас на порог?

- Пробрался бы туда, - Крист кивнул в сторону цитадели. – И кстати, меня раздирает любопытство, как там всё устроено внутри.

- Бедновато.

Братья рассмеялись

- Всё, - скомандовал Крист. – Иди. Смотри, не промочи плащ.

- Когда ты обратно?

- Хемфи хочет, как можно быстрей.

- Мы можем ещё прийти сюда.

- Смотрите сами.

Когда Элант, вместе с Эндой вернулись обратно, Стенли оглянулся на открывшуюся дверь. Его взгляд был напряжённым и тревожным, но, увидев Эланта, тут же сменился на затуманенный хмельной.

- О, парень, ты слишком серьёзен, - растягивая слова, произнёс он. Наклонившись к Хемфи, смотревшему так же пьяненько, как и Стенли, он громким шёпотом произнёс, - он отказался пойти со мной к девочкам Меоры, а теперь променял выпивку на твои ящики. Не, ну кто он после этого?

Со стороны кухни раздались смешки стражников.

- Там холодно, - улыбнулся Элант, - я бы не отказался согреться.

Он присел и допил вино из своего кубка. Оно приятно разлилось по тело. Он опять улыбнулся. Встреча с братом наполнила его спокойствием и умиротворением. Как же долго они не виделись! Как же он отвык от этого сознания единого целого, когда тебя понимают с полуслова. «Пара сапог» - вспомнились слова Иллара. Разнесло по разным странам и поколотило нещадно. Но вот, опять рядом.

Только сейчас он обратил внимание на десяток кувшинчиков на столе.

- Тут растёт столько ягод? – удивился он.

Но ставшие лучшими друзьями илонийский военачальник и скобийский торговец уже не слушали его:

- Вот так мы и остались с Эндой одни, - продолжил Хемфи, прерванный появлением Эланта, рассказ. – Всех убили. Всех. Если бы не охрана. Если бы дядя не был так пуглив. И за что? За товары! Хотя, наверное, он и о людях думал. Если бы они так не разозлились, они бы забрали товар, а за нас потребовали бы выкуп. А так – никого не осталось. Только мы с Эндой. Я сказал, что мы муж с женой. Откуда им знать, что это не так, что у нас близкое родство. Они нас не тронули. Видимо, напились крови. Да и добыча им досталась немалая. Оставили нас в покое. Вернее, думали, что может найдётся кто, да выкупит. Но откуда и кому. Все мы тут были, в этом караване, и отец Энды, мой дядя, и его брат молодой и дядька старый. И всё, что было у семьи, всё он вложил в эти товары, - явное противоречие не смущало рассказчика. – А потом уж Молдрик, наш благодетель, наш господин, власть в руки взял. Ну и начали мы, значит, с ним вместе дела вести. А там уже и детки пошли, и внуки. Ну куда ж мне теперь. За что мне такое…

- Да брось! Вон дом такой, о чём ты?! Вот мне Молдрик, твой господин, голову снесёт точно. Ты видел, как он это делает? Он показывал. Меч острый. Вжик! И нет головы! Вот, деньков через десять-двадцать, - голос Стенли звучал тоскливо и безнадёжно, - а жил я с кем, ты хоть знаешь? Со змеёй этой, вашей новой госпожой! С Кенсарией, отравительницей старой, ты этого можешь понять? Ты понимаешь, что я терпел, кого я терпел….

- Люблю я вот что-то новое придумывать, - показывая на свои кувшинчики, говорил совсем уже пьяный Хемфи, - и детишек своих люблю. Зачем им такая доля, зачем я им жизнь дал, вот ведь, да если б….

Энда, уже не на шутку испуганная, поглядывая на стражников, глазами умоляла Эланта увести отсюда Стенли и закончить этот пьяный бред.

Но поднять Стенли со стула удалось лишь совместными усилиями Эланта и одного из стражников. Ноги совсем не держали пьяного илонийца, к тому же ему совершенно не хотелось выходить наружу, на мороз.

- Вот что я ещё скажу… - пытался он вернуться за стол.

- А я требую… - вторил ему Хемфи.

Боясь, что план на плаще смажется, Элант тащил его свернутым в руках, пытаясь совместить это с поддержкой Стенли, который валился то на него, то на стражника. Ему и не пришлось делать вид, что ему жарко и именно поэтому он не накинул плащ. Он действительно вспотел, пока они дотащили Стенли до цитадели, а потом ещё и до их комнаты.

Аккуратно уложив плащ на кресло, и, весьма небрежно, свалив тяжёлую ношу на кровать, Элант без сил опустился на пол.

Отдышаться ему не дали.

- Рассказывай, - Стенли смотрел твёрдым и абсолютно трезвым взглядом. – Ты что-то увидел там.

- Вы не пьяны? – только и мог проговорить Элант.

- Ты что, смеёшься? Я тебе придворная неженка или солдат?

- Притворялись? – недоверчиво спросил Элант.

Стенли хмыкнул.

- Ноги действительно плохо держали. Но голова в порядке.

- На складе был Крист, - коротко сказал Элант, вставая.

- Проклятье! И как?

- Рефи заменил его на сына Хемфи.

- Понятно теперь, почему Хемфи сам не свой.

Элант развернул плащ. И они оба склонились над планом. Кое где линии смазались, но Элант всё помнил. Он показал и передал Стенли слова Криста про все тонкости путей побега.

Как оказалось, за пределами постов Стенли уже была знакома часть некоторых дорог.

- Мне показывал карты Интар. Главное, пройти посты и перейти горы, там будет понятней.

- Король держит там своих людей.

- Отлично. Завтра осмотрим всё ещё раз.

Стенли помолчал.

- Элант. Ты должен идти со мной. Мы можем прямо завтра. Справиться с двумя стражниками – это не проблема. Но если я сбегу один, Молдрик не помилует тебя.

- А Виолика? – Элант поднял на Стенли серьёзный взгляд.

- Это её решение.

- И моё тоже.

- Тогда потребуй, чтобы Молдрик снял твой ошейник. Стань одним из них прямо сейчас.

- В этом случае, он не выпустит вас.

- Я улизну и из цитадели. Мы достаточно всё изучали… - Стенли замолчал.

- Что? – спросил Элант.

- Если это не ловушка, парень.

- Вы правы, - подумав, согласился Элант. – Но для чего? Для чего дать вам возможность бежать, чтобы тут же пресечь?

- Не знаю. И так, и так – конец один. Зачем усложнять?

Стенли некоторое время ходил по комнате:

- Я бы сказал, выявить слабые места. Но для этого использовать меня. Хитро и глупо. Мне надо подумать.

Для того, чтобы подумать, Стенли лёг на кровать. И тут же раздался его храп. Чтобы ни говорил бравый солдат, вино всё же ударило в голову.

Элант бережно свернул их план и некоторое время ещё сидел в кресле. Потом встал и вышел из комнаты. Стражники у дверей спокойно пропустили его, и он отправился в Тронный зал Молдрика. Одна догадка не давала ему покоя.

Сюда вели четыре входа – два общих, третий в апартаменты Молдрика и Кенсарии, и последний – к водопаду. Где имеется четыре входа, не исключено, что есть и пятый. В зале было пусто. Не было даже стражников, охраняющих вход в комнаты Молдрика. Значит, правителя на месте не было.

Элант прошёлся по залу, и возле тронного возвышения почувствовал легкое дуновение холодного воздуха. Он зашёл за трон и наткнулся в нише на лестницу, ведущую куда-то вверх. На ступеньке лежал теплый плащ. Накинув его на себя, Элант сделал первый шаг.

Аккуратно выдолбленные ступеньки, которым, казалось не было конца, привели его к расщелине, ведущую наружу. И уже через мгновение Элант оказался на небольшой террасе, огороженной железной решёткой. Порыв ветра доказал её необходимость, Элант схватился за неё и переведя дух, окинул взглядом вид, открывшийся перед ним. И хотя высота не позволяла увидеть, что находится за горами, не это удивило его. Он застыл в удивительном узнавании того, что уже когда-то видел. Во сне. В видениях Водопада. Это было то самое место. Та самая ограда и тот же вид.

Его оцепенение прервал чей-то голос:

- Так вот кто посмел взять мой плащ.

Молдрик был уже в другом плаще, и его голос не предвещал ничего хорошего. Но он остановил готовые сорваться с губ слова похлеще, увидев глаза юноши, ничего, кроме безумия не напоминавшие.

- Гора, упирающая в небо, вулкан и озеро у его подножия и четыре дороги, связывающие королевство с югом, севером, западом и востоком.

Молдрик взглянул туда, куда был устремлен взгляд юноши.

- Ну, положим, озера с этой стороны не видно, да и дороги, по сути, только три…

Элант сморгнул, и поволока исчезла у него из глаз, но не полностью.

- Зачем вам нужен Орли, Молдрик? – спросил он внезапно.

- А ты не хочешь объяснить, кто сказал тебе об этом месте?

- Никто, - Элант постепенно приходил в себя. – Просто мне хотелось забраться повыше, а пару раз я замечал стражников, стоящих в необычном месте.

- И для чего тебе такой обзор? – обвел рукой горизонт Молдрик. – Хотите сбежать?

- Каждый пленник хочет этого.

- Но не ты?

- Не я. Но лорд Стенли.

- Никто ещё не смог этого сделать.

- У вас хорошо организована охрана.

- Я солдат.

- Да, солдат, - эхом отозвался Элант. – И всё же, вы достаточно давно стали Правителем этого мира. И, хочу сказать, неплохим Правителем. Ваши люди не голодают, а торговля даже процветает.

Молдрик внезапно рассмеялся.

- Это у Хемфи она расцветает?

- Ну, не торговля, так контрабанда, - предположил Элант.

- Видел товар на складе у Хемфи?

- А вам уже доложили?

- Что илонийский племянник короля пьян так, что стоять не может? Несомненно. Как и то, что ты сунул нос, куда не следует.

- Вы не запрещали.

- Но раз сунул…

- Скупаете у одних что-то, что гораздо дешевле сбыть напрямую. И продаёте, сбив цену другим. Невыгодно, если ты торговец Илонии или Горлита. Но ведь Хасинвалу многое и не надо. Народ тут неприхотлив, а иные, скажем мягко, весьма неприхотливы.

- Я думал вы там пили…

- Хемфи не был настроен на гостеприимство, но его вино…

- Да, - расхохотался Молдрик, - как-то я поддался на его предложение попробовать чарочку-другую.

- Вы знаете, что он ничего нам не рассказал. Стражники ведь были рядом и наверняка всё слышали.

- Да, как и то, что ты облазил его склад.

- И что я там увидел? От бочек пахнет копчённой рыбой. Надо ли иметь много ума, чтобы догадаться, что это из Бории. Но вряд ли в Илонию. Не распакованные тяжеленые ящики. Руда с Горлита. Или золото с Тогота? Мешки с зерном? Илонийские или Горлитские? Рулоны сукна. Ну это понятно - илонийские. Если бы всё это было для нужд цитадели, они не хранились бы на отшибе.

- У меня много людей.

- По нашим с лордом Стенли прикидками – тысячи две. Из них четверть – ваши солдаты. Еще четверть – рабы. Возможно, мы слегка ошиблись.

- Слегка? Да приуменьшили вдвое.

- Я знаю. Под вашей властью имеются другие поселения. Но как вы собираетесь жить дальше? Если вы убьете лорда Стенли, король Интар добьётся того, чтобы вас заблокировали со всех сторон. Наверняка следующее послание короля будет об этом. Зачем вам потакать капризам Кенсарии, Молдрик?

Молдрик внимательно смотрел на юношу.

- Я развиваю в своих землях земледелие, - медленно произнёс он.

- Вы, развиваете? – саркастически рассмеялся Элант. – У вас залежи ценнейшего удобрения, но она не в долине, а гниёт у озера, которое вы отдали кожевенникам вместо того, чтобы развести там рыбу. У кузнеца какие угодно топоры, кирки, пики и мечи, но нет мотыг и плугов. Где засаженные лесами склоны, где загоны если не для коров, так для коз и овец? На голых скалах Ситарских Островов уже цветут сады, а вино считается лучшим, а у вас Хемфи посадил пару кустиков и счастлив. Клетки, наполненные рабами, а рук для работы нет. Охотники живут хуже рабов. А ведь в остальных странах охотник – это гордая каста. Ах да, они же у вас – остатки дикари, туземцы. Как же дать им больше свободы и уважения. Ещё завоюют вас обратно.

- А что сделал бы ты, горячий поборник процветания моего народа?

Глаза Эланта, начавшие гореть тем самым безумием, что Молдрик увидел в самом начале, потухли.

- Отпустил бы лорда Стенли и заключил договор с королём Интаром, - медленно произнёс он, глядя на горы. – Он бы помог. Зачем вам Орли, Молдрик?

- Ступай, - грубо прервал его Молдрик, - сегодня боя не будет, у Майрака глаз ничего не видит.

Элант опустил голову и направился к ступенькам. Там он обернулся и произнёс:

- Дети. Их надо учить. Отбирать лучших. И учить тому, к чему они будут иметь склонность. Они – будущее этих гор. Они должны быть чисты, а не быть рабами. На них нет еще крови. И мастер никогда не передаст секреты своего мастерства рабу. А сыну или дочери – да. То, что мы видели с лордом Стенли, Молдрик, непозволительно для вашего более чем двадцатилетнего правления. Хотя эта цитадель и внушает уважение. Но… это всё не то.

Глава 10

Глава 10. Приезд Онзира

Стенли проснулся к ночи. Злой и с гудящей головой. Выпив чуть ли пол ведра воды, лучше ему не стало.

- Пошли, - сказал он уже готовому лечь Эланту, - мне надо успокоить свою голову.

Юноша с сочувствием посмотрела на мужчину, затем на Виолику. Та развела руками.

- У меня нет снадобья, снимающего последствия пьянства, - она уже была в курсе того, что произошло за пределами цитадели и явно не одобряла этого, опасаясь за Эланта.

- Пошли, я сказал, - пробормотал Стенли. – А то я не знаю, что для этого надо.

Но увидев, что с ужина, который подавали им и который он пропустил, остался недопитый Элантом кубок вина, жадно припал к нему.

- Разбавленное, - с сожалением сказал он.

Но даже оно, видимо, оказало благотворное влияние.

- Латин и Фаркус в этом случае пьют морс кислицы, - вспомнил Элант.

- Естественно. Они знающие люди. В отличии от твоего отца. Ну и Интара. Но это хорошо. Правитель не должен… Кстати, у него было не плохое вино.

- Уже поздно.

- Ну тогда хоть разомнёмся.

Стражники что-то проворчали, но, увидев состояние Стенли, благодушно умолкли. А один из них, заговорщицки подмигнув, протянул тому свою фляжку.

- О… - с наслаждением протянул Стенли, отхлебнув изрядный глоток, - как же я тебе благодарен, друг. Я твой должник. Можем не будить Молдрика, - сказал он Эланту. – Но проветрить голову всё же надо.

Тронный Зал был пуст. А на своём обычном месте в углу стояли тренировочные мечи. Подобрав себе по оружию, Стенли с Элантом встали друг против друга.

Клинки хотя и были затуплены, но звон от них раздавался отменный. Из Зала Водопада выглянули Джерис с Гресси. Увидев своих, сели посмотреть. Кроме них и стражников, к счастью, больше никого не было.

Стенли ринулся в бой яростно, стараясь компенсировать заторможенность от выпитого, злостью и неистовством. Но ему это мало помогло. Элант легко уходил от ударов, но не спешил нападать, правильно полагая, что дяде надо выхлестнуть хмель из головы.

Весьма быстро Стенли обессилил. Джерис подхватил его под руку и повел к Водопаду.

Судя по его недовольному лицу, когда они вернулись, и посвежевшему и повеселевшему Стенли, последний освободился от содержимого желудка прямо там. Ну, а Водопад смыл и усталость, и похмелье, и грязь.

Рубашка, которую обычно Гресси готовила для Эланта, была Стенли немного маловата, но не стесняла движений. Он опять поставил Эланта перед собой и на этот раз они уже бились в полную силу. Взаимные атаки сменялись обороной, мечи мелькали в опасной близости от головы и шеи, иногда Стенли покрикивал на Эланта, заставляя того быть более внимательным, а иной раз Элант мстительно находил слабое место Стенли и без колебаний бил туда, в последний момент с досадой обнаруживая, что это был обманный ход.

Заканчивая поединок, они оба вымотались до изнеможения. Элант, как был на месте, там и рухнул на колени. Но у Стенли ещё хватило сил шутливо отсалютовать новому зрителю. Молдрик стоял у стены возле своих комнат и молча наблюдал за их схваткой. Увидев, что поединок закончился, он так же молча покинул зал.

Ополоснувшись в Водопаде, они, на этот раз оба мокрые, сухих рубашек больше не было, вернулись в свои комнаты. Спали на этот раз оба крепко.

На следующее утро Элант рвался ещё раз посетить Хемфи, но для начала они опять взобрались на барьер, окружающий котловину, высматривая те точки, что указал им на карте Крист. Кусты, бугры, ручьи, овраги.

- Или у Терона устаревшие знания, либо Молдрик о чём-то догадался, - сделал вывод Стенли и Элант был вынужден с ним согласиться.

Посты скобийцев поменяли своё расположение, либо их стало больше. Потому что один или несколько человек регулярно обходили те самые места, которые по мнению Терона были безопасны и скрыты от наблюдения.

- Проклятье, - пробормотал Стенли.

А увидев напряженный и встревоженный взгляд конюха с неряшливой всклоченной бородой, который попался им в деревне, и в котором Стенли с трудом опознал Криста, они поняли, что и тому известны изменения, которые произошли в окрестностях цитадели.

Делать у Хемфи было нечего. Но им и не дали бы. Из ворот цитадели вышел Молдрик в сопровождении Бадиама и еще нескольких стражников, ведущих двоих тоготцев в цепях.

Сделав знак Стенли и Эланту следовать за ними, Молдрик насмешливо спросил:

- Как вам мои патрули, лорд Стенли?

- У них хороший командир, - ответил Стенли, тщательно пряча разочарование. – Меняет расположение постов. Хотя и странно, что не каждый день. Три дня они были на одном месте и только сейчас сменили своё местопребывание.

- Мы поменяли стратегию, лорд Стенли. Подумали… и поменяли.

Молдрик повернулся к Эланту:

- Ну а ты, парень? Пришли ещё в голову какие мысли?

- Они там всегда были, - невольно ответил Элант.

- Ну, и куда мне перенести артель кожевников?

- Ниже по течению реки. Увеличить сток, чтобы поток воды был больше и убрать подальше. Либо пробить сток с другой стороны котловины. Не в долину, а, скажем, на месте дороги на север. Есть же другая дорога в Тогот.

- Слишком высоко, не будет течения. А пробивать русло новой реки, это не в человеческих силах.

- Я тоже не думал, что из горы можно сделать замок. Но вы правы. Озеро имеет сток в другую сторону. А если пробить прямо из горы. Вы ведь знаете ход воды.

- И лишить твоего сателенца его Водопада?

- Нет, к Водопаду идут стоки с этой горы, но отхожие места смывают воды другого источника. Вы пробовали обследовать гору?

Молдрик усмехнулся.

- А ты бы не хотел этим заняться?

- Можно. Но тогда для начала мне надо поговорить со знающим мастером. Я не берусь лезть в те области, о которых мало что знаю.

- Думаю, первый вариант меня устроил бы больше. Озеро в этом случае обмелеет…

- Но зато здесь можно выстроить целый город.

- И чем я буду обогревать дома? Леса тут не растут, мальчик.

- Так вы всё же закупаете каменный уголь, эти залежи не принадлежат Скобии?

Молдрик не стал отвечать или не успел. Они вышли за пределы котловины и спустились в долину.

Краем глаза Элант заметил нескольких зевак и между ними Криста. Он нахмурился. Крист сильно рисковал. Стенли положил Эланту руку на плечо и тихонько сжал.

- Не дёргайся, - шепнул он, - и поменьше болтай. Ты слишком увлёкся.

Элант согласно кивнул.

По тоготской дороге раздался звук подков и вскоре появилась кавалькада, которую возглавлял солдат Молдрика, а вслед за ним ехал Онзир с несколькими тоготцами.

Остановившись возле Молдрика и его людей, Онзир соскочил с коня.

- Приветствую, - он лишь мельком посмотрел на Молдрика. Всё его внимание привлёк к себе Стенли. – И вас, лорд Стенли.

- Рад видеть тебя, Онзир. – улыбнулся Стенли. – Закончи сначала свои дела.

Онзир согласно кивнул и на этот раз его взгляд задержался на Эланте. Тот побледнел и слегка наклонил голову.

- Господин Молдрик, - Онзир вернулся к цели своего прибытия. – Наша договорённость в силе? А то пошли слухи, что вы меняете условия в самый последний момент. Мой король послал меня, чтобы убедиться в нерушимости наших соглашений.

- Король рисковал своим братом? Или вы прибыли по просьбе короля Интара.

- Я забираю своих людей. А вы получаете свой выкуп. Это так?

- Так. Мне уже доложили, что встретили фургон на другой дороге.

Молдрик кивнул и с двух тоготцев сняли цепи. Им подвели коней, и они вскочили на них, переходя таким образов в свиту брата короля.

- Мы закончили с этой сделкой, господин Молдрик?

- Закончили, принц Онзир.

Тогда Онзир подошёл к Стенли, опустился на одно колено, склонил голову, и, взяв руку Стенли в свою, почтительно поцеловал её. Стенли рассмеялся и подняв Онзира, обнял его.

- Как Бейра, дружище?

- Я привёз вам хорошие вести, лорд Стенли, - сказал Онзир, - у вас ещё один внук. Мы назвали его Гелан.

- Второй сын! Я тоже поздравляю тебя, Онзир! Как чувствует себя Бейра?

- Госпожа Раилика была с ней рядом. С ней всё хорошо.

- Раилика вернулась в Нарту? – обеспокоенно спросил Стенли.

- Да, сейчас она рядом с принцессой Элиссией. Его величество, король Интар, выделил самую лучшую свою карету, чтобы она меньше задерживалась в пути.

Онзир повернулся к Молдрику, который с немалым удивлением наблюдал за тем, что происходило перед ним.

- Как вы понимаете, господин Молдрик, за лорда Стенли, отца моей жены, я могу предложить всё, что у меня есть.

- Я выставил уже свои условия, - пробормотал Молдрик.

- Я тоже могу выставить свои. Если хоть один волос упадет с головы лорда Стенли, вы будете моим личным врагом. Тогот не останется в стороне. Мы придём и разрушим вашу гору.

- Гора стояла и стоять будет, - зло произнес Молдрик. – И мы тоже можем угрожать и огрызаться. Король Интар получит голову лорда Стенли, если не выполнит мои условия.

Оба мужчины некоторое время буравили друг друга взглядом.

- Я могу привезти сюда свою жену? – наконец спросил Онзир, понимая, что Молдрик не намерен поддаваться на угрозы.

- Чтобы она могла попрощаться со своим отцом? Нет! Пусть лучше умоляет короля Интара и свою бабку, принцессу Талину. Её брату Орли ничего не грозит. Их мать будет воспитывать его. Тут, а не в Илонии.

- Этого-то Илония и не допустит, господин Молдрик. Вы не знаете его матери…

- Знаю, - грубо прервал его Молдрик, - мы с вами закончили, принц Онзир. Можете уезжать.

Онзир вскочил на коня, он был бел от гнева, но сдержался. Лишь добавил жёстко:

- Я уеду, господин Молдрик. Но напоследок я хочу сказать ещё вот о чём. Королева Ситарских Островов является кузиной лорда Стенли. Король Раднир – его побратим. Принц Годард – племянник. Вы сражались в войске Курхота, Молдрик. Теперь, возможно, вам предстоит сразиться с войском его сына или внука. И это ещё не всё. Король Лионс является приёмным сыном королевы Оветы. Юный король Кордии много времени проводил со своим дядей. Он прислал сообщение, что как только закончатся церемонии коронации, он будет тут, со своим войском. И с войском своего названного брата.

Молдрик лишь сжимал рукоять меча, и яростно сверлил Онзира гневным взором.

Но Онзир, как оказалось, на этом не закончил. Кивнув на Эланта, он спросил напоследок, и в словах его промелькнула презрительная нотка.

- Я вроде видел этого юношу при дворе. Судя по серебру на его шее, он тоже заложник? Что вы требуете за него, господин Молдрик?

Элант в упор взглянул на Онзира и сделал шаг назад. Его руки были сжаты в кулаки так, что костяшки пальцев побелели.

- Видели при дворе, принц Онзир? И в качестве кого, позвольте узнать? – осторожно спросил Молдрик.

- При посольстве одного из дружеских к нам королевств, - Онзир намеренно подчеркнул «дружеских». - Я могу передать им весть, и они тоже предложат свою цену.

- Я подумаю, - кивнул Молдрик. – И дам знать.

Онзир ещё раз окинул взглядом стоящих перед ним людей.

- Прощайте, - сказал он и тоготцы пустили своих коней вскачь.

Молдрик долго молчал, глядя им вслед. Потом повернулся к Эланту.

- И в посольстве какого королевства ты состоял, юноша? - спросил он вкрадчивым голосом.

- Это не важно.

- Для тебя, может и нет. А вот мне интересно, представитель какого ещё королевства прибудет сюда и будет предлагать за тебя выкуп. Пожалуй, я опрометчиво дал тебе обещание свободы и покровительства. Заложником ты мне принесёшь двойную-тройную прибыль, если не большую.

- За лорда Стенли вы получили бы во сто крат больше выгоды, чем неприятностей.

- Не дерзи мне, мальчишка. Иначе мне придётся научить тебя почтению.

- Почтение надо сначала заслужить.

- Элант! – предостерегающе воскликнул Стенли, но было поздно.

Получив удар в голову, Элант упал. А Молдрик, встряхнув руку, которой ударил, коротко приказал:

- К Цербану его. Пусть остынет, – и он глухо рассмеялся.

Привели Эланта лишь через день, утром после второй ночи его отсутствия.

- Всё в порядке, - пробормотал он вскочившим и подбежавшим к нему Стенли и Виолике. – Просто там было очень жарко.

Действительно, его лицо было красно, волосы в некоторых местах были с подпалиной, а на одежде виднелись явно обугленные дыры. Подкладка серебряного обруча истлела от высокой температуры, от металла на шее остался ожог.

Как оказалось, его поставили раздувать меха у горящего подземным огнем горна в кузне у Цербана. Жар там стоял такой, что обычный человек не выносил его долго. Поэтому в подручные Цербана обычно ставили рабов. Или вот так, провинившегося в наказание.

Стенли повёл Эланта к водопаду, а Виолика сбегала к Вандилу за мазью от ожогов.

- Что я пропустил? – спросил Элант, когда немного пришёл в себя.

Холодная вода Водопада и мазь сделали своё дело. Ему стало значительно лучше.

- Не много. И к твоему счастью, даже лучше, что тебя не было близко, - рассмеялся Стенли.

- Что, Кенсария не знала, что Бейра вышла замуж за принца Тогота?

- Для неё существовала только королева Лукрес. А внучка принцессы немногого стоит. И она редко обращала внимания на среднюю дочь. В отличии от Онзира, - Стенли усмехнулся, вспоминая те события. - В том путешествии, когда мы сопровождали Лукрес в Горлит, Онзир и оценил Бейру. Спокойствие, терпение, доброта, и, главное, способность хоть изредка урезонить Лукрес. Разница почти в двадцать лет между ними сначала пугала меня и её бабушку, но дочь счастлива, и это теперь главное.

- Дядя, зачем ей Орли?

- Его привязанностью к себе получить титул королевы-матери, когда он, по её убеждению, станет королём Илонии - только так я могу объяснить это. – А с этим и влияние Молдрика на Илонию. Поставки оружия, зерна, фуража, древесины.

- И для этого надо убить короля, отца, Иланну… И она ещё не знает про Криста.

- Её братья удалены от двора, а после моего похищения вряд ли с них спускают глаз. Я не знаю, что ею движет. Надеяться, что все соберутся в Тарске и напасть на них? Глупо и не реально. С королём наверняка половина всего войска. Элиссию с дочерью охраняют. Договориться с Торогией? О чём? Опять захватить Нарту? И он выставит сколько человек? Полтыщи? Нет, Элант, всё это слишком глупо. Да и у Торогии сейчас интересы направлены на Оргунию. А не Илонию. Может, она поит Молдрика каким-нибудь своим снадобьем, чтобы он выполнял все её пожелания. В это я могу поверить. Но больше верю свои глазам. Молдрик не выглядит так, будто он под воздействием каких-либо зелий.

- Я тоже так считаю.

Они сидели у Водопада, когда туда вошёл тот, действий которых они всё никак не могли понять.

- Живой? – спросил он добродушно Эланта после приветственного кивка в сторону Стенли. - Пошли со мной, - он кивнул в зал.

- Господин Молдрик, - медленно встал Элант, - вы не имели права, и я требую от вас…

- Извинений? Поединка? – усмехнулся Молдрик. – Получишь и то, и это. Как и повторения того, откуда вернулся, – добавил он жёстко. - Но не сейчас. – Он повернулся к Стенли, - лорд Стенли, я вас приглашаю тоже. И прошу вас, приструните своего мальца.

Стенли встал.

- Он не мой, Молдрик, но вы правы. Пошли, Элант. Скучновато-то тут было без тебя, Майрак одноглазый даже не заходит, а то бы получил еще один синяк на второй глаз. От меня. Не хочу провести без тебя в скукоте ещё один день.

Насколько Элант знал Стенли, тот весь день анализировал полученные данные о цитадели и её окрестностях, обдумывал планы бегства, и нисколько не скучал. Но он сделал то, что его просили.

Немного подумав, Молдрик кивнул приглашающе и Джерису с девушками.

Он привёл их в свой кабинет-гостиную и пригласил к столу. На столе стоял кувшин с травяным настоем, засахаренные ягоды и сушенные фрукты. Стульев было только четыре, и Джерис с легкостью перенёс одну из скамеек из зала для себя и Гресси.

Девушки явно обрадовались сладкому угощению, Стенли скривился, посмотрев на настой, и Молдрик, усмехнувшись, плеснул ему и себе в кубки из содержимого своей фляги.

- Купил у Хемфи, - подмигнул он Стенли.

Попробовав, Стенли одобрительно причмокнул губами.

- Вот это стоящее дело!

- Что вы хотели от меня? – спросил Элант.

- Видишь, - показал на стол Молдрик. – Это моё извинение. Ты удовлетворён?

Элант недоверчиво посмотрел на содержимое стола, на девушек, с удовольствие поедающих сладкие ягоды, и невозмутимо попивающего настой трав Джериса.

- Да, - согласился он, и взял со стола кубок.

- Скажите, лорд Стенли, как в Илонии обучают детей военному делу? – повернулся Молдрик к Стенли.

- Смотря каких, - пожал плечами тот. – Если вы о детях знатного рода, то они начинают учиться владению мечом и арбалетом с малых лет. Сначала дома, с приглашёнными наставниками, затем учёба продолжается в особых школах, которые имеются в каждом городе. И там уже учат не только воинскому искусству. Там ты получаешь образование, положенное знати. Есть и в Нарте школа. Её называют школой оруженосцев. Но это самый высокий уровень. Закончив её, и, получив определённый воинский опыт, ты становишься не только воином, но командиром, военным высокого ранга. Все Правители илонийских Владений закончили эту школу. Ну или почти все. Правители Тарска, например, обучаются дома, на границе с вами получая и воинский опыт, и опыт правления. Что же касается простых солдат, то ими занимаются старосты деревень. Впоследствии лишь руководство опытных командиров, да опыт делает их хорошими воинами. Отличные солдаты получаются из охотников и их сыновей.

- Вы думаете, что дети моих охотников смогут стать воинами?

- У них обычные деревянные луки, - вступил в разговор Элант. – Я обратил на это внимание. И такие же наконечники. Если попадается один-два металлических наконечника, и то хорошо. Удачу в охоте им приносит снадобье, которым они смазывают наконечники. Убить этой стрелой оленя или кабана нельзя, а вот слегка поранить и ждать смерти животного – вполне доступно. Охотники такого уровня – не многого стоят.

- Ты предлагаешь вооружить их настоящими арбалетами?

- А вы боитесь, что они обратят оружие против вас? Ну так дайте им достойную жизнь, станьте их Повелителем не под угрозой, а по-настоящему. Ведь вы благоволите торговцу, и он называет вас соответственно. А если собаке бросать только кость, то она когда-нибудь откусит вам руку, чтобы полакомиться мясом. Либо сдохнет. Но служить вам... Вряд ли.

- А их детей ты предлагаешь брать в своё воинство?

- Таких, какие они сейчас – можно, но только забрав от отцов. Надо дать им наставника. Хорошего наставника, лучшую еду и добротную одежду. И добиться их уважения. Тогда они станут верными солдатами.

- И где я найду столько наставников? Оголю свои посты?

- Достаточно одного, но, обучая, наставник видит лучших и занимается больше с ними, а они уже занимаются с младшими.

- Так устроено у вас обучение, лорд Стенли?

- Нет, у нас много опытных учителей. А вот что касается более старшего возраста, когда они входят в пору оруженосцев, их обучат в войсках старые ветераны, сама жизнь учит их. И я так же прошёл через всё это.

- Значит, мне больше подходит тот вариант, что предложил ваш юный друг?

- Определённо.

- Не хочешь стать наставником для сыновей охотников, Элант?

- Если вы дадите мне хорошее оружие, а не их деревяшки. Из них, я думаю, они уже научились стрелять. Одежда. Еда. Мне понадобится помещение, где они смогут заниматься, спать, есть.

- Хорошо. Я обдумаю твоё предложение.

- А как вы стали воином, господин Молдрик? – спросил Джерис.

- Мне не досталось наследства после умершего отца, сателеанец, и меня выкинули из дома. И так получилось, что я примкнул к отряду головорезов. Вот и вся моя школа.

- А Бадиам? Он ведь из знатной семьи. Вы спрашивали у него?

- Нет, - подумав, ответил Молдрик. – Но ты прав, сателеанец, обучение разное, а оказались мы в одном месте и навыки почти одинаковы. Всякая учеба приводит к одному итогу. Но школы Илонии, нельзя не признать, дают, так сказать, больше воинов, чем если бы я использовал свой опыт.

Подумав, он продолжил:

- Теперь расскажите-ка мне про ремесленников?

- А что тут рассказывать? – удивленно поднял голову Элант. – У вас несколько превосходных примеров перед глазами. У Форина работают отличные каменщики. И некоторые из них – с детьми. Дети перенимают опыт, секреты мастерства. Не знаю, есть ли у Форина жена и дети, и кому он сможет передать свои знания. Ведь камень может дробить и Джерис, была бы сила. А вот куда бить, какую трещину, какой камень мягче, какой твёрже...

- Раб узнает это через пару дней.

- …какой поддаётся обработке, - продолжил между тем Элант, не обращая внимания на скептизм Молдрика. - Как идет в толще камня жила, почему именно там, насколько богата, раб не будет этого знать. Он передаст сыну, если он у него будет, только умение правильно держать кирку.

- Предлагаешь снять ошейники?

- У короля Курхота был обычай. Если раб обзаводился семьёй, он переставал быть рабом.

- Насколько я знаю обычаи Курхота, а я служил под его началом, он удерживал семьёй своих пиратов. Чтобы те не сбежали.

- Нет, костяк воинства короля Курхота изначально был свободен, либо это были дети уже свободных людей. И согласитесь, они были искренне преданы Курхоту. Иначе откуда такие яростные атаки при его продвижении по Кордии, Арилазе, и при осаде Нарты. И присягнули они сыну Курхота, а не какому-то другому, более старшему и опытному командиру.

- Ты многое знаешь о той войне, парень.

- Я немало времени провёл рядом с теми, кто прошёл эту войну. Взять хотя бы лорда Стенли.

Молдрик согласно кивнул.

- Твой следующий пример, наверное, торговец Хемфи?

- Да. Кому, как не сыну, торговец поведает секреты ремесла, тонкости торгов, нужные связи, да и просто доверит мешок с золотыми монетами.

Элант взял в руки кубок.

- Но не только они. В изготовлении этого кубка, этого блюда, - он показал на стол, где на огромном серебряном блюде лежали сушёные фрукты, – и его, - он дотронулся до своего ошейника, - чувствует одна рука. Очень тонкая работа. Эти изделия достойны того, чтобы торговать ими. И это - рука мастера. Его обучали, такому не научишься сам. Какими судьбами он попал к вам, и почему его не выкупили, это неважно. Сейчас он скобиец. И мог бы стать мастером своей школы. Но ему нужна просторная, светлая комната, жена и дети. Главное, дети, которых он обучит, которые продолжат его дело. Можно научить и чужого. А может свой ребенок не унаследует талант отца и чужой будет более талантлив, чем свой. У него нет цели в жизни. Нет и серебра, золота, чтобы он творил. Через некоторое время не будет и его самого. Угаснет мастерство. То же относится к стеклодувам. Я видел их там, рядом с Цербаном. Невыносимая жара, рабы с раскалёнными ошейниками. И ровные прозрачные стеклянные сосуды. Пластинки такого же стекла. Пусть небольшие, но из них получатся отличные окна. Тут хороший материал для стекловаров. А ведь эти пластины можно продавать. Даже в королевских дворцах окна не настолько прозрачны, как те, что может предложить скобийский ремесленник. Но сколько он может выдержать там, у жерла когда-то мощного вулкана. И я видел там гончарные изделия. Отличные печи для отжига. Глина не та, многие изделия дают трещины, цвет невзрачный. Но надо же искать, и развивать. Раз уж Небеса даровали вашей цитадели, Молдрик, такие природные печи. А сколько мастеров томятся у вас в клетках. Кто они? Хорошие сапожники? Землепашцы? Портные? Воины…

Страстную речь Эланта прервало появление Кенсарии. Они величественно спустила по ступенькам.

- О чём ты тут с ними говоришь, дорогой? – наклонившись, она потерлась щекой о голову Молдрика.

Отчего сморщился не только Стенли, но и, к удивлению, остальных, и сам Молдрик. Кенсария этого, впрочем, не заметила.

Молдрик встал, уступив ей стул. Она села и обвела всех взглядом.

- Стенли, постриги волосы, палачу будет удобней, - язвительно сказала она. – Мальчишка понял свой урок? Майрак ходил полюбоваться, как он там плавится…

- Одним глазом? – сухо поинтересовался Элант.

- Опять дерзишь? – вскочила женщина, сверкая глазами.

Молдрик поморщился.

- Кенсария, прикажи Бикизе сходить на кухню и проследить за приготовлением обеда.

Медленно обведя злым взглядом всех, сидящих в комнате, Кенсария удалилась, напоследок кинув шпильку Виолике.

- Ты слишком побледнела, милая, с твоим длинным лицом ты становишься уродкой.

Гресси держалась изо всех сил, но как только Кенсария скрылась, рассмеялась во весь голос:

- Это ж надо так – с милой улыбочкой сказать всем гадости.

Ушедшая женщина испортила настроение не только Стенли, но и Молдрику.

- Если хотите выйти наружу, лорд Стенли, оденьтесь потеплей, там сегодня сильный мороз, - сказал он.

Приняв это, как приказ удалиться, гости Молдрика так и сделали. А получив разрешение на прогулку, они не переминули воспользоваться ей.

На этот раз им решили составить компанию и все остальные. Девушкам пришлось, правда побегать, чтобы найти себе подходящие теплые сапожки и хорошие меховые плащи. Но они не пожалели, когда вышли. Было морозно, но светло и солнечно.

- А она права, - сказала задумчиво Виолика, - я и забыла, как оно выглядит, солнце. Пожалуй, я буду почаще выходить с вами.

А Стенли, указывая на детей, выскакивающих на снег чуть ли не босыми и убегающими под крушу лачуг, спросил у Эланта:

- Ты готов стать их наставником?

- Но ведь это лучше, чем самому грабить и похищать? – усмехнулся Элант.

- Ты помнишь, что я предрекал и обучение тех, кто будет грабить и похищать.

- Я помню.

- Чего он хочет от тебя, Элант? Ведь весь этот разговор был только для того, чтобы разговорить тебя? Пытается выяснить, откуда ты родом? Ну так скажи, что ты кордиец и делов-то.

- Может, - пожал плечами Элант. – Но у нас с ним уже был такой же разговор… Это его продолжение.

- И много чего ты наговорил?

- Не помню…

- Ты что-то утаиваешь от меня, сын Тайлис.

- Почему не сын Иллара? – улыбнулся Элант.

- Потому что Иллар не способен что-либо утаить от меня. Кстати, вот он, сын Иллара. Просто и незатейливо стоять тут у всех на виду. Особенно у нашей стражи.

И Стенли кивнул на бородатого парня в оборванной одежде, стоявшего, прислонившись к косяку одной из двери.

Его увидели и Виолика с Джерисом. Но у всех их хватило ума не бросаться с радостными приветственными криками.

Элант же весьма ненатурально споткнулся и, хромая, доковылял до Криста.

- Помоги, - грубо сказал он, усаживаясь прямо на снег.

- Догонишь, - бросил ему Стенли как ни в чём не бывало.

Когда они скрылись из глаз, Элант подскочил на месте:

- Ты ещё тут?

- Если б ты не появился, я бы уже был и внутри, - Крист кивнул на гору. – Что у тебя с лицом? Что он с тобой сделал?

- Жив, и ладно, - пробормотал Элант. – Ты знаешь, что весь твой план уже никуда не годится?

- Видел. Мне не связаться с людьми Терона.

- Ты должен уйти и всё рассказать самому. Когда у Хемфи уходит караван?

- За сыном он готов хоть сейчас. Но тогда я не смогу вернуться.

- Не возвращайся, передай послание.

- Если мы вернём сына Хемфи, послание получишь не ты, а Молдрик.

- Тогда Хемфи придётся признаться. Вряд ли он этого захочет.

- Ты прав. Но так рисковать. Кстати, я уже почти нашёл повод пробраться в замок. Ещё немного и я буду там.

- И чем ты там поможешь? Проклятье, Крист, уходи и найдите нам новый план. У Молдрика не так уж много людей, чтобы охватить все овраги.

- Ты не прав. Людей более, чем достаточно. А вот если устроить заварушку где-нибудь в другом месте…

- Стенли тут же возьмут под замок.

- Тогда он уже должен быть тут, наготове. Я уйду, но попробую вернуться.

- Не рискуй понапрасну, Крист.

- А ты, Элант? Ты ведь уйдёшь с лордом Стенли?

- Нет.

- Но почему?

- Моё место тут, Крист. И… если ничего не получится, не думаю, что лорду Стенли будет что-нибудь грозить.

- Ты что-то не договариваешь, Элант. Что у тебя на уме? Убить самому Кенсарию? Или может даже Молдрика? За такое, брат, тебя казнят и не факт, что легким способом.

- Я не знаю, Крист. Но Джерис остаётся тут. И Виолика. Я буду с ними.

- Если понадобится, мы придём сюда с Лионсом и Годардом.

- Я знаю.

Элант догнал своих спутников уже на скале.

Но разговор с братом пересказал только в их комнате.

- Вы не должны быть в это время с лордом Стенли, - сказал он Виолике и Джерису. – Если только не надумаете бежать с ним.

- И когда ты думаешь получить послание?

- Дня через три-четыре. Будем заходить выпить к Хемфи. Он передаст.

- Значит ли это, что ты идёшь со мной?

- С чего вы взяли?

- Мы нападём на стражников, я уйду, ты останешься и Молдрик будет тебе благодарен за это? А без тебя я не смогу выйти за пределы цитадели.

- Я смогу убедить Молдрика.

- В чём, Элант?

- В том, что наладить дружеские отношения с Илонией и Тоготом можно и не опираясь на шантаж.

- Ты сам веришь в то, о чём говоришь?

- Верю, лорд Стенли.

- Опять твои видения?

- Можно сказать и так.

- Ты знаешь, как я к ним отношусь.

- И всё же, я был прав насчёт Криста и отца.

- Для этого, Элант, - проговорил со вздохом Стенли. - мне не надо быть ясновидящим. Я бы удивился другому.

Глава 11

Глава 11. Лазутчики

Внезапно дело осложнись тем, что в прогулках их начал сопровождать Молдрик. Казалось, он задался целью показать своим пленникам все свои земли. И они даже выехали на илонийскую дорогу, потом на южную, прошлись по северной.

Бриз радостно приветствовал Стенли, и с удовольствием прошёлся на воле, выступая гордо и величаво.

- У Хемфи тепло, но лошадям надо разминаться, - Стенли и не скрывал, насколько он рад встрече с конём, которого дала ему его мать.

- Лошади моих патрулей разминаются достаточно. Вашего коня я берёг для вас, лорд Стенли.

- Или для Кенсарии, она ведь положила глаз на красавца моей матери?

- Может и так.

- Тогда отдайте его лучше патрульным.

Молдрик показал им ещё одну небольшую долину. Она вся была завалена вырванными с корнями деревьями и кустарниками вперемешку с валунами.

- Сошла лавина, - пояснил Молдрик. – А ведь я уже подумывал заняться ею. Следующая зима возможно будет теплей, но затем будет тоже самое. Какой смысл заниматься в горах землей.

- Тогот и не занимается, - пожал плечами Стенли. – Хотя обвалов там вовек не было. У них есть чем заняться другим.

- И чем заняться нам?

- В Горлите горы круче, - вставил Элант. – Но горлитцы защищают свои долины.

- И каким образом можно запретить лавине сойти с вершины? – насмешливо спросил Молдрик.

- Перво-наперво, выяснить причину. Если гору подмывает река, это одно дело. А в Горлите, например, обвалы вызывают разработки железной руды, глубокие шахты, карьеры. Здесь, в этой долине, скорее всего – это выветривание горных пород. В Горлите склоны укрепляют защитными подпорными стенками. Из тех же валунов, которые упали с вершины. Или отводом осыпи и лавины в другое место, в ущелье.

- И кто будет этим заниматься?

- Тот, кому вы дадите свободу и эту землю, Молдрик. И не думайте, что это будет быстро. Тарск начал строиться ещё при короле Корне, и за это время не раз перестраивался и укреплялся. Здесь же речь не идёт о крепости с переходами и помещениями. Всего лишь стена. Крепкая, массивная, способная выдержать натиск обвала.

- Ну почему же, можно и в ней сделать жилые пещеры, - рассмеялся Стенли. Видел я такие в Горлите. Да и сам королевский замок, не что иное, как ваша же цитадель, только сделанная более мастерски и в основном достроенная снаружи.

- Я был как-то в долине Голты, - сказал Молдрик. – Но не был в самом дворце.

- Элант прав, - сказал Стенли, - укрепив склон, засадить его деревьями и расчистив долину, вы получите хорошее поле. Особенно если сжечь все эти кустарники и перенести навоз из вашего города.

- Или сделайте луг, - добавил Элант. - И пусть пасутся коровы. И почему вы воспринимаете горы, как простые камни? Ведь нашли же вы серебряный рудник. Надо искать дальше. Возможно тут будет рудник или шахта и добытые сокровища будут стоить того, чтобы продовольствие закупить в той же Илонии или Горлите.

- Хорас стар и уже плохо видит.

- Ну так обменяйте Стенли на представителей гильдии горняков. Принц Онзир предложил вам любую цену. И заплатит немало тому, кто решит поработать на вас.

- А сколько дали бы за тебя, Элант?

Элант помолчал.

- Господин Молдрик, я остаюсь тут. Но да, у меня есть родные. И если бы вы потребовали за меня выкуп, они отдали бы свою жизнь. Но вы за меня не вправе ничего требовать.

- Хорошо. Ты умный юноша, Элант. Давай теперь поговорим, как строятся города…

Они обсудили Нарту и Алмику, Голту и Корду, Варн и Батлук. Молдрик в дни своей молодости побывал там и теперь вспоминал то, что видел когда-то. Но, в отличии от Эланта, ему больше вспоминались трактиры и бордели, чем то, из чего строились дома и устройство стен.

По-другому учили Эланта. Он только сейчас, в эти дни начал понимать, к чему на самом деле готовили его и брата. И насколько он подвёл Лионса, когда ему, неподготовленному мальчишке, вручил корону их матери. К счастью, рядом была Тайлис, и она серьезно занималась подготовкой сына-короля. И в те годы опять же немалая толика науки досталась и Эланту.

Он задумался и пропустил вопрос Молдрика.

- Вспомнил ещё что-то умное? – спросил Молдрик.

Элант кивнул. Он вдруг подумал, что нарушил своё обещание отчитываться перед кордийским Советом. Лионс знает причину, почему он будет отсутствовать на его коронации. Но встревоженная мать потребует объяснений. Ведь прошло достаточно времени, чтобы он полностью поправил своё здоровье. Крист прав. Кто тогда остановит её? Отец сейчас с Элиссией. А Интара в этом случае она слушать не будет. И кто в Кордию послан представителем от Илонии, если и Интар, и Тарлин в Тарске. Королева Лайна с Оветой? Это единственно возможное решение, чтобы достойно приветствовать коронацию кордийского короля.

Кто-то подъехал к правителю, и он отвлёкся. Стенли направил Бриза к Эланту.

- Что случилось? До этого ты заливался тут певчей птицей.

- Вы осуждаете меня, лорд Стенли?

- Не вижу смысла. Что-то произойдёт. И меня тут уже не будет. Тем, или иным способом.

- Я вспомнил про коронацию Лионса.

- Проклятье, - тут же понял в чём дело Стенли. – Только Тайлис нам тут не хватает.

К ним подъехал Молдрик.

- За мной, - приказал он им.

Они проехали совсем немного и остановились у группы людей. Патрульные расступились.

На земле, под направленными на них обнажённых клинков и арбалетов, на коленях стояло двое мужчин. На них не было плащей, зато были белые стеганные куртки мехом вовнутрь и такие же штаны. Если бы не черные сапоги, они бы совсем сливались со снегом, потому что и волосы у них были седые.

- Мы поймали лазутчиков, - пояснил Молдрик. – Не вас шли спасать, лорд Стенли?

- Думаю меня, - медленно проговорил тот, подходя к одному из них и поднимая того на ноги.

- Отец, не нашлось никого моложе? – спросил он, отряхивая его колени.

- Талина что ли? – усмехнулся Стенк. – А твой брат слишком растолстел, не смог натянуть эту куртку, - Стенк показал на свою одежду.

- Принц Стенк, значит, - сказал Молдрик, подходя вплотную. – Хороший вы сюрприз мне сделали.

- Да брось, Молдрик. Не получилось, так не получилось. Твоя взяла.

- У меня теперь аргумент-то весомей!

- Я старик, Молдрик, а у моего внука целая жизнь впереди. Но не с Кенсарией. Ты же знаешь, что Интар не пойдёт на твои условия.

Молдрик кивнул на второго. Его рывком подняли.

- Знакомые лица. Рефи, это ты?

- Не думал, что ты вспомнишь меня, Молдрик.

- Да, прошло лет тридцать. Ты совсем не изменился.

- Хорошая работа, спокойная старость.

Молдрик расхохотался.

- Приятная прогулка по моим землям. Там был и третий, слишком шустрый, сумел уйти. Он тоже старик, как и вы?

- Ушёл и ушёл. Тебе-то что, Молдрик.

- Рефи, тебе, ты говоришь, хорошо платят. Но, может в обмен на жизнь, перейдёшь ко мне?

- И зачем тебе нужен старик?

- Ну, ты всё же недооцениваешь себя. Да, я давно тебя не видел. Но слышал о тебе. Правая рука короля Интара.

- Не преувеличивай. Король пользуется моими старыми связями.

- Я бы тоже не отказался ими попользоваться.

- Оставь в покое внука принцессы, и мы поговорим.

- Вот, значит, как. И это твое последнее слово?

- Это ты в точку.

Молдрик повернулся к Эланту.

- Нагнись.

Ничего не понимающий Элант наклонил голову. Щелкнул замочек и серебряный ошейник отлетел в сторону. Молдрик протянул юноше меч.

- Ты свободен, Элант. Теперь ты мой человек, я принял тебя. Сейчас ты должен доказать, что готов служить мне. Убей их!

Элант молча взял в руки меч и повертел его в руках.

- Зачем? – спросил он спокойно.

Молдрик нахмурился. Вокруг наступила тишина. А Элант продолжил:

- Что вам нужно, Молдрик? Убийца в моём лице? Не воин, а палач? По-моему, для этого сойдёт и Майрак. Нужен покорный вашей воле солдат? Солдат убивает на войне, в бою, а иначе он опять же убийца. Хотите услышать дальше? Вам действительно надо их убить? Не поинтересовавшись, как они смогли проникнуть сюда, как собираются действовать? Вам не кажется, Молдрик, что ваше решение необдуманно? И последнее… Это была проверка? Вы остановили бы мою карающую руку? Ну так я указал глупость вашего решения и доказал готовность служить вам своим здравым смыслом.

- Может и не остановил бы, - задумчиво проговорил Молдрик. Повернувшись к своим людям коротко приказал, - всех четверых к Колси.

Стенли ещё попробовал сопротивляться, не за себя, так за отца. Но безоружного его быстро скрутили. Как взяли в клещи и Эланта, который не успел даже поднять меч.

Они оказались в той части цитадели Хасинвала, где никогда не были.

У короля Интара тоже была такая комната. Как была и у королевы Тайлис. Элант побывал в обоих. В одном случае, слушая урок деда, в другом - освобождая узников Брагита.

Пустая высокая лежанка с оковами по бокам, стол чуть в стороне и инструменты на нём, два крюка в потолке. Несколько стульев.

Кивнув на Стенли и его отца, Молдрик коротко приказал:

- Привязать к стульям. А этих двоих на дыбу.

- Молдрик, - начал Стенли, но ему заткнули рот кляпом.

Колси, который оказался палачом, связав за спиной у Эланта и Рефи руки, привязал к канату, перекинутому через крюк. Привычными опытными движения он поднял обоих вверх вывернув их руки. Рефи молчал, а Элант не смог сдержать хрипа, рвавшегося сквозь стиснутые зубы.

- До вечера, - сказал Молдрик и вышел.

Он вернулся тогда, когда Элант уже потерял сознание. Склонившийся над ним палач вправлял ему вывихнутые руки. Он виновато поднял на своего повелителя испуганные глаза.

- Совсем слаб головой, - сказал он, - не то, что старый. Тот и до утра провисит. А этот начал заговариваться, а когда я рот ему заткнул, совсем умом тронулся. А молодой вроде, крепкий.

- Проклятье, - пробормотал про себя Молдрик.

Он также склонился над юношей. Тот дышал прерывисто, зрачки под закрытыми веками вращались, стон раздавался то протяжный, то как рык раненного зверя.

Молдрик подошёл к Стенли и освободил его.

- Молдрик, ты, ублюдок, проклятье, да как ты… - вместо слов у Стенли вырывались лишь ругательства.

- Неси его к своим целителям, - приказал Молдрик.

- Отпусти моего отца и Рефи, иначе, клянусь, я вырву твою глотку голыми руками, - прорычал Стенли, поднимая Эланта на руки.

- Приведи в порядок мальчишку и возвращайся. Сам проводишь их до поста.

Элант не был пушинкой, Стенли пришлось взвалить его на плечи. Встретившиеся ему на пути люди разбегались от его страшной, зверской гримасы.

Он донёс Эланта до Водопада и крикнул Джериса. Тот с Гресси выскочили из своей Часовни, и девушка, всплеснув руками, кинулась за Виоликой.

Джерис аккуратно раздел Эланта и опустил в воду. Запыхавшаяся Виолика прибежала, бормоча под нос портовые ядрёные словечки и привычным движением взяла голову Эланта в свои руки. Она держала сосредоточенно, что-то бормоча про себя. Джерис, а за ним и Гресси растирали ему руки. Джерис тоже что-то говорил про себя.

- Это молитва, - объяснил он, подняв голову и увидев недоверчивый взгляд Стенли. – Ему поможет.

Молитва или слаженные действия всех троих, но Элант действительно затих, глаза обрели спокойствие и больше не вращались.

- Всё, - наконец, произнесла Виолика, обессилено прислонясь к бортику бассейна.

И заплакала.

- Он умер? – пробормотал Стенли, испугавшись неподвижности юноши.

- Нет, лорд Стенли, - торопливо сказал Джерис, - с ним всё в порядке. Но он чуть было не перешёл роковую грань.

- Я убью его, - прошептала Виолика. – Видимо, моё предназначение здесь именно в этом.

- Не говори чушь, - всплеснула руками Гресси. – Твоё видение было не таким. Оно было добрым, и не кровавым.

- Но как он посмел? За что?

- Сейчас я узнаю, - процедил сквозь зубы Стенли.

Когда он, и на этот раз его никто не сопровождал, вернулся в камеру, он застал там чуть ли не мирно беседующих отца с Молдриком и уже приведённого в порядок Рефи.

- Как малец? – грубо спросил Молдрик.

Но Стенли уловил в его словах нарочитую грубость и толику страха.

- Виолика и Джерис поставят его на ноги, - вместо резкого слова, Стенли произнёс слова устало и с нескрываемым облегчением.

- Последний раз он бился в полную силу, я и думать забыл о его ране, - проговорил, уже не скрывая досаду, Молдрик.

- Это было простое наказание? Как и в прошлый раз? Учите его повиноваться?

- Никто до него не смел…

- А он смеет! – на этот раз не сдержался Стенли и стукнул кулаком по столу. – Он остался у тебя, Молдрик, так не тронь его. А если нет, так вышвырни его за порог. – И добавил уже тише. – Если он тебе нужен, так и отнесись к нему соответственно.

- Кто он, лорд Стенли? Ваш внебрачный сын? Вашего отца? Принца Онзира, Иллара? Короля Интара, Куртиса или самого Учайка? Кто? Он не илониец, да. Я помню это. Арилазец, вароссец? И Онзир говорил бы о нём по-другому. Но вы, лорд Стенли, вы относитесь к мальчишке более чем почтительно, вы думаете, я этого не замечаю? Что вы скрываете? Все вы! Чего боитесь? Кого? А если он ничей, так я буду делать с ним то, чего он и заслуживает. И если мне понадобиться бить его плетьми каждый день, чтобы он научился повиновению, я буду это делать! Это его решение, а не ваше. Вас всех здесь скоро не будет, а мы останемся. И он будет тем, кем я скажу.

- Не он, - сказал Стенли устало. – Не он. Поверь, Молдрик. Он умрёт, но останется тем, кем есть. И не нам с тобой это исправлять.

- Кем? И значит ли это, что на него есть управа? И кто-то может им управлять?

- Есть, Молдрик. Если он захочет, он сам скажет. Но не под пыткой.

- А вы что скажите? - повернулся Молдрик к Стенку. – Что если я за сведения о мальчишке оставлю вашему сыну жизнь?

- Мой сын прав, Молдрик. Элант далеко не вольная птица. У него есть и господин, и те, кто может приказывать ему. Но только не указывать, как ему строить свою судьбу. И я не вправе покупать жизнь сына за такую малость, как имя мальчика. Просите больше, и мы поторгуемся.

- Отец, - поморщился Стенли. – Пафосных слов тут было сказано больше, чем достаточно. Прошу, не говори ничего Интару. В чём-то наш хозяин прав, скоро это будет их личным делом. Я просто предупредил. Хотя… Молдрик, вот клянусь вам. Если вы не решите эту проблему в скорейшем времени, а лучшее решение - вытолкать его взашей, то через несколько дней возникнет ещё одно обстоятельство, а может и не одно. И никто из нас не в силах предугадать, чем всё это закончится.

- Послушайте, лорд Стенли, мне что-то надоели ваши угрозы.

Молдрик встал, голос обрёл уверенность и силу.

- Стража поможет вам проводить отца и Рефи. Да, и можете захватить своих тарских людей. За каждого пусть Терон пришлет мешок зерна и один воз сена. Этого будет достаточно.

Глава 12

Глава 12. Признание

Вернувшись в их комнату, Стенли лишь убедился, что Элант дышит и сам провалился в тяжёлый долгий сон.

Они проснулись одновременно, поздним утром. Никого, кроме них в комнате уже не было. Также одновременно, пошатываясь, они склонились над тазиком с водой. Прохладная свежая вода освежила, а теплый настой трав и хороший кусок пирога, по крайней мере съеденный Стенли, окончательно привёл их в чувство.

- Крист тут, дядя, - буднично сказал Элант, все же заставив себя проглотить кусок пирога.

Стенли чуть не подавился своим куском.

- О, Небеса, пошлите мне отставку и дайте домик в глуши, чтобы я больше нигде не мог повстречаться с Илларом, Тайлис и их детьми. Элант, откуда ты это знаешь? Ты только очнулся.

- Увидел.

- Во сне? А как там поживает большая гора с дорогами на все четыре стороны?

- Виолика рассказала?

- Да. И ты нёс этот бред там, в камере, пока полностью не потерял сознание. Как там кстати, мой отец и Рефи – дошли до людей Терона?

- Молдрик их отпустил? – радость Эланта была искренней и у него как бы свалилась гора с плеч, он распрямился и от радости кинул в рот ещё один кусок пирога.

- Моего отца ты не видишь, а брата – да?

- Извините, я не так хорошо знаю лорда Стенка.

- Ладно. А что твой отец? Как Элиссия?

- Вот-вот, уже скоро. Всё будет благополучно. Вокруг них теплое поле.

- Что за поле?

- Не знаю. Просто всё будет хорошо.

- А с тобой?

- Не знаю.

- До этого ты был более уверен.

- Да. Но теперь всё зависит от Молдрика. Мне надо с ним поговорить.

- После того что он вчера сделал с тобой?

- Именно поэтому. И… лорд Стенли, я знаю, зачем Орли Молдрику. И… если я потерплю неудачу, а он добьётся своего, с Орли не случится ничего страшного. Поверьте мне.

- Вчера я чуть было не сказал Молдрику, кто ты. Теперь он думает, что ты внебрачный сын то ли Интара, то ли Куртиса, то ли Онзира. Справедливости ради, надо сказать, что твой отец тоже был в этом списке.

Элант расхохотался.

Когда они пришли в Тронный Зал, Молдрика там не оказалось. Зато была Кенсария, которая метала гром и молнии, размахивая каким-то свитком. Она подбежала к Стенли и потрясывая бумагой, сыпала одно ругательство за другим.

Стенли и Элант недоумённо переглянулись.

- С Лукрес всё в порядке? Или ты именно поэтому бесишься, что у неё всё в порядке? – хоть что-то уловил в её словах Стенли.

- Она отказала мне. Она даже не написала мне, написал этот ублюдок, этот…

- Её муж, короче, король Горлита, - усмехнулся Стенли. - И что же он тебе ответил?

- Я пригласила её в гости, с сыновьями! И он отказал! Сказал, ноги его детей не будут в Хасинвале.

- Как ты помнишь, я поступил так же.

Кенсария скомкала и швырнула бумагу на пол.

- Мой сын – стоит в списке наследников Илонии, мой внук будет королём Горлита, мои внуки - наследники Тогота. И ни один, ни один не может приехать сюда!

- Ты и Бейре соизволила написать приглашение? Слава Небесам, отцы наших внуков отказали тебе в этом!

- Это ты, ты во всём виноват.

Кенсария выскочила из зала, но не успели Стенли с Кристом и переглянуться, как она вернулась с Майраком и его людьми.

- Майрак, взять их. Высечь. Обоих. Чтобы они подохли. Оба. Как же я их ненавижу…

На этот раз Стенли с Кристом не надо было переглядываться. Они ринулись к стойкам с оружием и вскоре уже стояли перед злобно ухмыляющимся Майраком и его помощниками. И у тех было настоящее оружие.

С победным рёвом они бросились на двух мужчин. Их встретил слаженный веер мелькавших клинков. Двое против восьмерых. Может, у них и был бы шанс, если бы в руках было острое оружие, а так, если удар и настигал противника, то не причинял ему никакого вреда.

Внезапно рядом с ними засверкал ещё один меч, и Стенли перехватил метнувший в его сторону боевой меч. В руках Эланта также сверкала сталь, а тот, кто встал рядом с ними был в замызганной одежде каменщика и имел небольшую бородку.

- Лорд Стенли, - проговорил Крист, отражая удар озверевшего Майрака, - подстрахуйте Эланта.

Помощь Эланту пришлась кстати. Но Стенли лишь отсекал от Эланта атаки справа, сами же братья, будто и не было у них чуть ли не годовалого перерыва, бились слаженно и синхронно, так, как научились когда-то сами и умение это не пропало. Один воин с четырьмя руками, так это выглядело со стороны. Ни одной ошибки, резкого или пустого выпада. Каждая рука знала куда бить, как знала и то, что в это время должна сделать другая, третья, четвёртая.

Стенли помогал лишь отчасти. И он же остановил схватку, когда сражённый Майрак упал к ногам братьев.

- Довольно, - скомандовал он голосом, привыкшим командовать войском.

Его послушались не только Элант с Кристом, но и противоположная сторона, до которой, наконец, дошло, что их предводитель уже не встаёт, их самих осталось немного, а призывает их идти под мечи этой невероятной троицы визг женщины, которой они не подчиняются.

Они все опустили мечи. Но Стенли с Кристом пришлось подхватить под руки обессиленного Эланта.

- К Водопаду.

Им на помощь уже спешил Джерис с Виоликой. А резкий голос:

- Замолчи! - раздался уже от Молдрика.

Уже у Водопада они слышали продолжавший командовать голос Молдрика и постепенно утихающий крик Кенсарии.

- Уходи, - приказал Стенли Кристу. – Переоденься, чтобы Молдрик не смог тебя отыскать. А ещё лучше, покинь Хасинвал.

- Нет, - упрямо сказал Крист, – теперь я точно не брошу Эланта.

Он кивнул на Водопад, куда Джерис подвёл Эланта. Но всё же скрылся в нише часовни, заслышав голос Молдрика совсем рядом.

Тот, встав рядом со Стенли, некоторое время молчал, смотря, как Джерис стоит рядом с Элантом под Водопадом. Гресси и подбежавшая Виолика ждали их, приготовив ткань для вытирания, сухие штаны и рубашку.

- Где ещё один? – сухо спросил Молдрик.

- А может, я лучше расскажу, что случилось в зале? – спросил Стенли, искоса взглянув на мужчину.

- Я знаю.

- Не хотите приструнить эту женщину?

- Не уходите от ответа, лорд Стенли. Кто был третьим? Он не чужой и не посторонний вам и мальчишке. Слишком уже он хорошо вписался в вашу битву, и у меня сложилось впечатление, что верховодил в бою именно он, а не вы. В любом случае, он шпион, я найду его. Если он не тут, то в Часовне, оттуда нет больше выхода.

- Если бы не он, Кенсарию остановила бы только моя смерть.

- Не преувеличивайте, вас так просто не одолеть, тем более, что Майраку она отдала другой приказ.

- Вы всё слышали и не вмешались?

- Мне сообщили, но я прибыл слишком поздно. Но застал очень интересную картину. Мне было интересно, чем она закончится.

- И вас не остановило, что мы не собирались щадить ваших людей.

Молдрик посмотрел на Стенли.

- У меня были на это причины.

Джерис вывел Эланта из Водопада и девушки ловко сняли с него мокрую одежду, не обращая внимание на его наготу, и помогли ему переодеться в сухую.

- Он хотел поговорить с вами, Молдрик, - сказал Стенли. – Кенсария помешала. Возможно, вы получите ответы от него. Но… - Стенли весело усмехнулся, – забудьте про третьего. Да, несомненно, он шпион. Высматривает и вынюхивает, но не больше того, чего знаю я и знания о чём я увёз бы отсюда в случае моей свободы. А что касается того, представляет ли он опасность для вас? Несомненно, но лишь в том случае, если опасность будет грозить кому-нибудь из нас. И в этом я могу дать вам своё слово.

Элант молча прошёл мимо них и сел на скамью у стены. Откинулся на стену и прикрыл глаза.

- Лорд Стенли, - через некоторое время сказал Молдрик, - уходите и уведите остальных. Не заходите раньше, чем я разрешу.

Он уловил некоторую заминку Стенли.

- Вы сами сказали, он искал меня.

Стенли кивнул головой и вышел. Вслед за ним вышли Джерис и девушки.

Молдрик наклонился над Элантом и положил ему руку на плечо. Тот медленно открыл глаза.

Этот взгляд Молдрик уже видел. Глаза безумца и шёпот безумца:

- Гора, упирающая в небо, вулкан и озеро у его подножия и четыре дороги, связывающие королевство с югом, севером, западом и востоком.

- Очнись, - сказал Молдрик и слегка тряхнул его за плечо.

Элант моргнул, и поволока исчезла у него из глаз. Он огляделся, увидел Водопад, остановил свой взгляд на повелителе Хасинвала.

- Вам не нужен Орли, Молдрик, - сказал он и на этот раз его глаза были чисты, а голос твёрд и спокоен, - вам нужен я. Король Скобии.

- Кто ты такой, чтобы… - только и смог спросить поражённый как переменой, так и словами юноши Молдрик.

- Вы создали новое королевство, Молдрик, – сказал Элант. – Но вы бездетны. Вам некому передать своё детище. Кенсария слишком стара, чтобы понести даже от другого. Но сделав её королевой, вы могли бы передать трон её ребёнку. Родственнику илонийского короля, брату горлитской королевы, брату тоготской принцессы. Наследника примут свои, родственники не посмеют напасть на королевство внука и брата. Хороший план. Ну так убейте Кенсарию, Молдрик, откройте свой план Стенли и договоритесь с Интаром. Возможно, только так вы заполучите Орли. Не иначе. Но вы уже поняли, что вариант Кенсарии не пройдёт. Ни Илония, ни Горлит, ни Тогот не отдадут свою кровь. Королевская кровь – не водица. Вы понимаете это. Я вижу, вы готовы взять под своё покровительство потомка королей. Ну так примите, Молдрик, того, кто уже был королём. Страна изгоев, и вам нужен такой же король и королева. Меня зовут Эвелантар, я старший сын королевы Кордии – Тайлис. Около шести лет назад король Брагит вынудил отречься от престола мою мать. Он попытался взять власть в свои руки. Но я не позволил. Я убил его, короля Кордии, мужа моей матери и не счел возможным править, имея на своих руках его кровь. Королём стал мой брат Ланионсер. А я – свободен, как птица, но не случайно залетевшая в ваше королевство. Меня вела сюда судьба. И всё это я видел в своих снах. Я налажу торговые пути в соседние страны – юг, север, восток и запад. Принц Онзир был моим наставником с десяти лет. Я был оруженосцем принца Иллара. Мой брат Лионс – приемный сын короля Раднира и королевы Оветы. Король Джерод и королева Лукрес знают меня не понаслышке, судьба свела меня и с ними. Остался запад. Интар и Куртис помогут мне наладить отношения и с ними. Королем Скобии, Молдрик, будет сын той, кто лишил вас победы под Нартой, отцеубийца, изгой на вашем троне, но имеющий самые широкие связи, какие вам и не снились, как вы на это смотрите?

- Ты не случайно оказался рядом с лордом Стенли? – только и смог произнести Молдрик.

- Случайно. Меня вела судьба.

- Но и лорд Стенли, и лорд Латин знают тебя?

- Лорд Стенли воевал на одной стороне с моей матерью и знал меня, как принца. Лорд Латин был моим воспитателем и учителем.

- А драться тебя учил принц Иллар?

- И он тоже. А до десяти лет я обучался в школе телохранителей своей матери в замке Хартон.

- Проклятье. Вы все обманули меня.

- Да, - легко согласился Элант. – И лорд Латин в первую очередь прибыл сюда из-за меня. Король Интар считает, что ему придётся отвечать перед моей матерью и Лионсом, королём Кордии. А Орли на лорда Стенли он не поменяет в любом случае. И не факт, что даже на тех условиях, что я озвучил первыми.

- А сам ты не боишься Кенсарии?

- Она знает яды и умеет их применять. Она безумна. Вам точно нужна такая королева?

- А ты не безумен?

- Слегка. Ведь всё же я был ранен. Но Виолика и Джерис с его Водопадом меня вылечат. Только не мешайте им.

- И кого ты прочишь на место в королевы, уж не Виолику ли?

- Виолика – принцесса Оргунии, дочь умершего короля Ронетара, сестра короля Меорлиса. И именно она убила свою мачеху, королеву Лоэтну. Её месть за то, что они с Делфиром когда-то погубили её брата. Она выжидала несколько лет, и её рука не дрогнула. Королева – тоже отверженная, Молдрик.

Молдрик потрясённо молчал.

- Джерис – тот, за кого он себя и выдаёт, - усмехнулся Элант. – А Виолика может и не согласиться. Но она тоже уверена, что именно здесь то место, что предназначено ей. А это значит, что нам суждено быть вместе.

- Проклятье, - пробормотал Молдрик.

Он долго молчал, медленно расхаживая по Залу, мучительно размышлял. За это время Элант уже полностью пришёл в себя.

Наконец Молдрик пришёл к какому-то выводу. Он вышел и вскоре вернулся со Стенли и Виоликой. Указывая на Эланта, он резко спросил Стенли:

- Как его зовут? Кто его мать? Кто его отец? Кто он такой, проклятье?

Стенли взглянул на Эланта, тот кивнул головой.

- Это король Эвелантар, сын королевы Тайлис и брат короля Ланионсера. Он отрёкся от кордийского престола, убив своего отца, короля Брагита. Я знал его ещё мальчишкой. А шесть лет назад Элант помогал освободить моего брата. Совместно с Илларом, Онзиром и моим отцом. Молдрик, кем бы ни был Элант, что бы он ни задумал, я всегда приму его сторону, и, если понадобится, обменяю свою жизнь на его.

- Почему он воспитывался братом короля Куртиса? Почему был оруженосцем принца Иллара?

- Потому что Тайлис боялась за жизнь своих детей и раздала их по разным королевским дворам. Его принял при дворе и поручил своему сыну ещё король Учайк. Второй сын Тайлис - Лионс до тринадцати лет воспитывался моей кузиной Оветой и её мужем, королём Радниром.

- Проклятье, - только и мог произнести Молдрик. – Так обмануть меня!

Он остановился у Виолики.

- А что ты скажешь о себе, принцесса?

Виолика пристально посмотрела на него:

- Я отказалась от своего титула дочери короля. И поклялась никогда не возвращаться в Орхим, туда, где от моей руки пала убийца моего брата. Про плату кровью я говорила не для красного словца. Если понадобится, я повторю.

И Молдрик второй раз за утро увидел знакомую поволоку безумия.

- Проклятье, - в который раз повторил он.

Обернулся к Стенли.

- Приведите вашего третьего.

Стенли упрямо сдвинул брови.

- Я подойду сам, - раздался голос Криста.

Он подошёл и встал рядом с Джерисом и Виоликой. Переодеться ему было не во что, он так и остался в своей раздобытой старой оборванной одеже каменщика. Но бороду отодрал и даже умылся в бассейне.

- А ты кто такой? – спросил с угрозой Молдрик, - непрошенных гостей у меня ждёт…

- Да ладно, Молдрик, - усмехнулся Крист. – Я тут уже всё разведал и узнал. Клетка, да ошейник. Ну и всякие милые ваши штучки, типа тех, которыми вы наградили Эланта. Но если прямо, я посланник короля Интара. Присматриваю тут за своими друзьями. Вот за Виоликой, например, - Крист подмигнул девушке, та ответила ироничной улыбкой. – Она не любит, когда её называют принцессой. Так что, просто Виолика. Я был с ней в Орхиме, когда она убила свою мачеху. Прямо у меня на глазах. По правде говоря, убить эту стерву собирался я. Но у меня дрогнула рука. А у неё - нет. Но больше я такой ошибки не повторю.

- Кем тебе приходятся остальные?

- Ну, Гресси я вижу в первый раз. Но, Джерис, дружище, я прямо завидую тебе. Найти такую красавицу, - Крист рассмеялся. - Кстати, тебе привет от вашего старейшины Дериаса. Ну, это на тот случай, если ты не увидел его прямого послания в Водопаде. И от Лаймаса. Дериас послал его с Меорлисом, он будет наставником юного короля. Это всё, что я могу сказать вам, господин Молдрик.

- И ты просто случайно встал рядом со Стенли и Элантом и бился так, будто вы делаете это всю жизнь.

- Молдрик, - тихо произнес Элант. – забудьте о нём. А когда встретите в следующий раз, сделайте вид, что видите его в первый раз. Достаточно того, что он не враг вам, и уж тем более, не мне.

- Что тут происходит? – раздался голос Кенсарии. – И почему меня не впускают? Меня посмели не впустить! Мне пришлось вызывать Рабура, чтобы он отдал приказ твоим людям.

- Рабур отдаёт приказ моим людям? – опасно сузил глаза Молдрик. – И с каких это пор?

- С тех самых, когда у тебя появились от меня секреты.

- О каких секретах ты говоришь?

- Вот об этих! – она указала на Стенли.

- И что такое может предложить мне твой бывший муж, кроме того, чтобы лишить тебя жизни? И поверь, уж этого он мне не предлагал. А о чём ещё мы можем сговориться, по-твоему? Какой приготовить обед?

Кенсария остывала на глазах. Она подошла к Молдрику и прижалась к нему, не отрывая взгляда от Стенли.

- Дорогой, я почувствовала твоё охлаждение, мне стало страшно.

- И ты решила заменить меня на Майрака, а теперь и на Рабура?

- Какие глупости, - рассмеялась Кенсария.

- Ну что ж, тогда у меня для тебя радостные вести. Твой муж согласился на мои условия.

Кенсария потеряла дар речи. Посмотрела на Стенли, сжавшего плотно губы, и рассмеялась.

- А Рабур вполне заменит Майрака, - продолжил как ни в чём не бывало Молдрик. – Можешь приказать Бикизе принести кубки. За это стоит выпить. Та бутылка, что ты принесла накануне. На ней ситарское клеймо. Самое то, чтобы отпраздновать нашу, вернее, твою победу.

Кенсария опять громко и торжествующе рассмеялась и вернулась в зал, громко отдавая приказы. Стенли и все остальные вопросительно смотрели на Молдрика. Тот пожал плечами и усмехнулся.

- Я не могу вот так просто огорошить женщину такой небывалой вестью. Пусть порадуется… немного, - добавил он глухо. – Идите за мной.

Когда они вошли в зал, в центре уже стоял стол, который под руководство Рабура вынесли из комнаты Молдрика, Кенсария несла бутылку вина, а Бикиза торопилась за ней с кубками. Тело Майрака уже вынесли, остальных убитых и раненных тоже. В зале было тихо и пусто, кроме стражников, стоявших у дверей и задумчивого Бадиама с несколькими солдатами.

- Рабур, - Молдрик подозвал к себе мужчину, и не скрывавшего радостный блеск в глазах. – Мне нужны преданные, знающие своё дело люди. Я лишился Майрака, ты заменишь мне его.

- Я ваш самый преданный слуга, - склонился в поклоне Рабур, а когда поднял глаза, кинул победный и полный презрительности взгляд на Стенли и Эланта, стоявших рядом.

К Молдрику подошёл Бадиам. Хотел что-то сказать, но Молдрик поднял руку, останавливая его. Кубков было четыре. Кенсария лично разлила в них рубинового цвета вино и протянула один кубок Молдрику, другой Стенли. Третий она вручила Рабуру, сама взяла четвёртый.

Стенли молчал. Молдрик молчал так же, слушая радостные возгласы Кенсарии, бурно выражавшую свою победу. И только взглянул на Стенли насмешливо, когда Кенсария закончила и поднесла кубок к губам. Стенли не стал пить, а только поднёс кубок ко рту. Тоже самое, как он заметил, сделал Молдрик.

Кенсария и Рабур, ничего не замечая, допили до конца. Но опустив кубок и увидев глаза Молдрика, женщина начала о чём-то догадалась. Краска схлынула у неё с лица.

- Я думал, ты сообразишь принести другую бутылку, а не ту, что ты вручила мне, - сказал Молдрик, глядя ей прямо в глаза.

- Я.. – Кенсарии стало не хватать воздуха, - я… другую, - она схватилась за шею.

- Ах да… прости, дорогая, я поменял их. Решил, что себе-то ты оставишь без яда.

- Ты... ты…

- Прощай, Кенсария.

Женщина упала у его ног, и, несколько раз дернувшись, затихла. Радом со стоном упал Рабур. Молдрик молча плеснул на их тела содержимое своего кубка. Стенли последовал его примеру. Бадиам вылил остатки бутылки.

Молдрик коротко отдал приказа стражникам унести тела.

- Вы не оставили без внимания мои слова, Молдрик, - сказал Стенли.

- Не оставил. Тем более, что мне донесли, что эта женщина стала слишком часто встречаться с Майраком. И о чём-то шептаться.

- Значит ли это, - спросил Бадиам, - что то, что она говорила тут – неправда?

- Ты всё ещё предан мне? – не отвечая на его вопрос, спросил Молдрик.

- Настолько, насколько это возможно, мой повелитель.

- И что это значит?

- Я не знал о заговоре Майрака и Кенсарии, это моя вина.

- И всё?

Бадиам опустил голову.

- Дружище, - тихо и вкрадчиво спросил его Молдрик. - Тебе никого не напоминает этот парень? – и он показал на Эланта.

- Напоминает, - спокойно сказал Бадиам, поднимая голову. – Но… прошло шесть лет. Мальчишка-король, что убил своего отца был юн, его глаза были светлы и открыты, в них не было безумия и усталости. Он не был таким худым и измождённым. Я не решился бы назвать спутника лорда Стенли бывшим королем Эвелантаром. Поэтому я молчал, Молдрик. Но не спускал с него глаз. Я не чувствую в нём угрозы для тебя. А если он действительно тот, кто он есть, если ты откажешься от внука короля и предпочтёшь настоящего короля, я приму его и дам клятву верности, как и тебе.

Он закончил в тишине. Молдрик молчал. Молчали и остальные.

- Когда-то ко мне пришёл король Брагит, - прервал молчание Молдрик. – Хотел, чтобы я похитил принца Иллара. Ему надо было поговорить с ним кое о чём. О том, кто на самом деле отец его старшего сына и где находится младший.

Элант молча смотрел на него, Молдрик продолжил:

- Я согласился, тем более, что плата была более чем велика. Но меня постигла неудача. Моих людей весьма неприветливо встретили в Нарте, хотя до этого я иногда и пользовался услугами Хамбила. Тут же я получил недвусмысленный ответ, что, если хоть волос упадет с головы принца Иллара, мне больше ничего не светит в Илонии. Я отступил. Слышал потом, что Брагит сам пытался напасть на принца, но ничего у него вышло. И о смерти его слышал. Хороший был удар у его старшего сына, короля нескольких мгновений. Кстати, Кенсария восхищала меня ещё и тем, что ей каким-то образом удалось втянуть Хамбила в заговор, да ещё против всей королевской семьи Илонии. Ты прав, Элант. Мне нужен был её сын, чтобы создать королевство. Но сын двух королевских домов этого мира… Кто твой настоящий отец, король Эвелантар?

- Король Брагит, Молдрик. Мой отец – король Брагит, муж моей матери. – Ответ был дан без мгновения задержки. Взгляд был твёрд и голос спокоен.

Молдрик усмехнулся и опять повернулся к Бадиаму.

- Когда-то я послал тебя следить за Брагитом. Ты участвовал в его заговоре против жены. Я надеялся, что мы сможем выиграть что-либо от этого. Но всё повернулось иначе. Всё же я хочу узнать, Бадиам, чтобы ты делал, если бы я приказал его убить?

- Сказал бы тебе правду. И не только её.

- И что ещё?

- Мне не хотелось бы, чтобы ты имел врагом короля Раднира.

- При чём тут этот пират?

- Вот именно, что пират, Молдрик. Он тоже был там и был рядом с ним, - Бадиам кивнул на Эланта. – А братом этого мимолётного короля, - Бадиам усмехнулся такому прозвищу, - является приёмный сын Раднира. Опять же Тайлис. Это не Илония и Тогот. Если бы королю Ланионсеру пришло в голову отомстить за брата, Раднир послал бы сюда своих головорезов. Вспомни, лорд Онзир сказал тебе, что они придут мстить за лорда Стенли. Нет, Молдрик, они пришли бы мстить за короля Эвелантара в большей степени, чем за лорда Стенли.

- Ты, командир моих лучших воинов, испугался, что мы не выстоим?

- Испугался, мой повелитель, того, что среди нас после илонийской войны оказалось много моряков Курхота, которые не приняли Раднира. А сейчас они, возможно, сделали бы другой выбор.

- Ты всё равно должен был сказать мне, Бадиам. Моё дело решать, а не твоё.

- Ты хочешь узнать, кто его настоящий отец? – склонил голову Бадиам.

- Да. Ты знаешь? Назовёшь мне его?

- Нет, - Бадиам поднял голову. – Некоторые вещи не должны произноситься вслух, хотя и очевидны. Я не действовал против тебя, Молдрик, но не спускал с них глаз. Выполни король Интар твоё условие, это было бы лишней проблемой, свалившейся на твою голову, а если бы мальчишка решил остаться у тебя простым воином, это тем более его право, а тебе не в убыток.

Молдрик обернулся к молчаливо ожидавших конца этого диалога его недавних пленников.

- Лорд Стенли, вы тоже промолчите насчёт истинного отца Эланта?

- Насколько я понял, Молдрик, теперь эту роль вы берёте на себя. Забудьте о былом, думайте о будущем. И помните, что Элант – настоящий король, он никогда не будет вашей послушной куклой. Его учили быть королём, он много почерпнул от всех своих наставников, среди которых был и мой дядя, король Интар. Он умеет учиться и знает, чего хочет. И будьте уверены, король Интар, а в будущем и король Иллар никогда не пойдут против него. Как не пойдет против него и король Куртис. Король и королева Горлита уже сталкивались с ним и отнюдь не вышли в этой стычке победителями. Королева Лоэтна лишилась жизни, когда со своим братом посягнули на его свободу и разум. И где сейчас Делфир, её брат, который потребовал выдать Виолику? Кормит рыб на дне морском. Мой дядя не оставит их без своей помощи. Король и королева Кордии – его брат и мать. Вам этого мало? Король Эвелантар свободен в своих действиях, но за ним стоят отнюдь не самые мелкие люди в этом мире.

- Что ж, - сказал Молдрик, глядя на Эланта, – твоё право отказаться ещё от ещё одного родства. Весьма полезного для будущего короля Скобийского королевства.

Он взглянул на Криста. Усмехнулся. И отвернулся.

- Я сделал правильный выбор, сынок? - обратился он к Эланту.

- Да. Но это и мой выбор, Молдрик, - ответил Элант. – И вы убедились, что он единственно верен. Но я даю вам слово, что буду для вас тем, кем вы меня сделаете. Наследником, сыном, значит, я буду послушен вашей воле. Королем, значит, вы будете моей правой рукой в управлении этим королевством. И последнее, Молдрик. Никакие тайны королевских домов, а они есть и будут, не станут озвучиваться, не будут рассказаны мною никогда и ни по какому поводу.

Согласно наклонив голову, Молдрик спросил:

- Вы оба, - он кивнул на Виолику, - дадите новой династии наследника?

Элант повернулся к Виолике, взял её за руку и склонил голову:

- Согласна ли ты быть со мной рядом? Не другом, не спасительницей, а женой. Пусть без любви, а только по нашей уже неразрывной связи? А любовь… она придёт, я уверен.

- Да, - ответила Виолика, согласно опуская голову, но тут же поднимая её снова. – Тебе будет трудно со мной, Элант. Но не прими это как ненависть или презрение. Таковой меня сделал Делфир и его сестрица. Будь терпелив и добр ко мне, как и я к тебе.

Она обернулась к Джерису.

- Тебе нужны какие-нибудь предметы для обряда скрепления наших уз.

Джерис покачал головой.

- Здесь – нет. Но для новой династии – да. Вам придётся повторить всё, когда я буду готов и когда скобийский народ будет готов.

И он, воздев руки к Небесам, проговорил молитву и ритуальные слова.

Вечером Молдрик собрал в своём тронном зале всех, кого смог. Были тут и воины Бадиама, Шелинка, мастеровые во главе с Цербаном и Форином, был тут Хемфи, все заложники, ожидавшие выкупа. Стенли заметил Меору с несколькими девушками, а Элант - охотников.

Ожидание людьми появления своего повелителя было тревожным. Все были уверены, что это очередная казнь какого-либо несчастного. Что не могло не сказаться на настроениях. Удивительным было лишь отсутствие колодки, на которой вершилась казнь.

И всё же люди настороженно встретили Молдрика, поднявшегося на своё возвышение. Рядом с ним стояли уже хорошо известные всем спутники илонийского лорда Стенли – Элант и Виолика.

Молдрик поднял руку и в зале воцарилась тишина.

- Хороший воин гостит у меня в цитадели, - произнёс Молдрик, положив руку на плечо Эланту. – Он многое повидал, многое знает, у него твёрдая рука и… славная кровь. Кровь кордийских королей. Король Эвелантар. Бывший король Кордии и будущий ваш король.

Переждав удивленный и возбужденный рокот, Молдрик продолжил:

- Мы больше не будем сбродом разбойников, каким нас видит остальной мир. Пора заявить о себе, как о государстве, чем мы являемся уже давно. Мы будем королевством, во главе которого стоит настоящий король, брат короля, сын королевы, воспитанник королей и принцев. Что не будет лишним в процветании нашей страны.

Молдрик победно рассмеялся, его сначала нерешительно, по потом все громче поддержали смешками остальные.

- Не хочу сказать, что мы откажемся от основного своего промысла, - Молдрик повысил голос, - но пора нам становиться равноправным членом этого мира, и мой преемник нам поможет. Придётся его ещё, конечно, кое чему научить, - Молдрик насмешливо прищурил глаза, в ответ ему опять послышались смешки среди его воинов, - но он будет неплохой замене мне, когда мои дни будут сочтены. И у нас есть королева.

На это раз Молдрик положил руку на плечо Виолике. Серебряного ошейника на ней уже не было. Она стояла, подняв голову и спокойно смотрела в зал.

– Принцесса Оргунии, - объявил он, - отомстившая своей мачехи и теперь нашедшая приют в наших горах. Она достойна нас и достойна стать матерью королевского дома Скобии.

Виолика кивнула.

- Моё место тут, - сказал она. – и будет тут до конца моих дней.

- Лорд Стенли, - теперь Молдрик обратился к мужчине, стоявшим в первых рядах. – С этого мгновения – вы свободны. И можете покинуть цитадель хоть сегодня. Но… - Молдрик посмотрел на Эланта, на своих людей, - примите моё приглашение. И останьтесь наставником моего сына и командующим моего воинства. Пусть на год. Вашему илонийскому войску король Интара найдет нового военачальника, а ваше присутствие тут будет залогом того, что Скобия никогда не нападёт на Илонию. Знать каждого воина противной стороны, признайтесь, это заманчиво и даёт гарантии, что мы никогда этого не сделаем.

- Я принимаю ваше предложение, господин Молдрик. – Стенли склонил голову.

Восторженный крики толпы были ответом на эти слова. Скобийцы видели Стенли в деле и ценили хорошего воина.

А Молдрик повернулся к Джерису, с тихой задумчивой улыбкой ушедшего в себя. Казалось, он проверял, всё ли идёт по плану.

- Можешь снять свой обруч сам, сателеанец, я знаю, что у тебя хватит сил. Ты уже получил моё благословение на создание тут своей ветви. Как ты и хотел. Пусть всё, что ты не делаешь, будет направлено на процветание теперь уже и твоего королевства.

Джерис молча кивнул, небрежным движением сломал обруч и отбросил его в сторону. И так же снял его с шеи Гресси.

- Мне этого хочется, как и вам, господин Молдрик. И я знаю, что моё служение будет долгим и плодотворным.

- В честь короля Эвелантара, моего сына и наследника, - громогласно объявил Молдрик, - не плохо бы и выпить.

И уж это предложение Молдрика было принято безоговорочно и с восторгом.

Эпилог

Эпилог

- Помнишь слова, что я говорил в бреду, на корабле, который вёз меня из Оргунии? – спросил Элант.

Они стояли на огороженной железными поручнями террасе у вершины горы, которая была теперь королевской резиденцией скобийского короля Эвелантара и его королевы.

- Ещё бы. Слышать это несколько раз в день, - оглянувшись на Виолику, Крист начал цитировать, - «Гора, упирающая в небо, вулкан и озеро у его подножия и четыре дороги, связывающие королевство с югом, севером, западом и востоком». Проклятье, - воскликнул он, оглядывая горы, еле видимый кусочек деревни, реку и три дороги, пусть и под снегом, но всё же различимые сверху.

- Вот именно. Вот это было видение, и Небеса привели меня сюда. Именно тогда я понял, что моё место тут.

- Вы оба взвалили на себя непосильную ношу, - сказал Крист.

- Начать было трудней, но Молдрик справился, - ответил Элант.

- Но растить здесь детей…

- Пришлёшь нам козу с возом сена, - улыбнулась Виолика.

Коронация будет совсем скоро. Как только прибудут Тайлис с Онзиром.

Тайлис приняла решение ехать сразу, как только весть из Илонии достигла Кордии. Её присутствие будет означать безоговорочное принятие нового королевства на карте мира. И она с Наирлом уже тронулась в путь, оставив на троне Кордии вступившего в свои права короля Лионса. Онзир будет представлять северного соседа – Тогот. Вековые стычки на границе давнего королевства и территорий разбойников так просто не остановить, но начало будет положено именно сейчас. А Стенли уже сейчас является самым почетным посланником Илонии. И хотя приглашения посланы и в Борию с Горлитом, и в Вароссу с Оргунией, представителей трех родственных королевств достаточно для того, чтобы никто не посмел проигнорировать новое королевство.

Виолика куталась в свой теплый плащ, но, видимо замерзала. Элант снял свой плащ и накинул на жену.

- Замёрзнешь, – забеспокоилась Виолика.

- Схожу погреюсь к Цербану, - улыбнулся Элант и ещё крепче обнял девушку.

Церемония, которую провёл Джерис разительно изменила их отношения. Тяга друг к другу, обусловленная хотя и разным, но недугом, обрела вид ласковой нежности. Еще не любовь, но уже близость и глубокое уважение и почтение. Их походка и движения обрели спокойствие и неторопливость. На лица легли черты ответственности и большого терпения.

Они пока держались рядом друг с другом, но Крист видел, как постепенно их роли в жизни Хасинвала разнятся. Вот вроде они оба слушают Молдрика, часто не соглашаясь, внося своё видение, но Виолика всё чаще отвлекается на какие-то другие мелкие проблемы обитателей цитадели. Не со всем же подряд идти к суровому правителю, тем более по хозяйственным или женским делам. И вот уже Виолика где-то в стороне. К ней тянутся женщины, а за ними и остальные.

Позволив себе немного отдыха после обеда, они поднялись сюда. В том числе, и чтобы попрощаться с Кристом.

- Что вы будете делать с заложниками, уже решили?

- Я пока не встреваю в то, что начал Молдрик. Но он знает, что как только Онзир будет тут, всё должно быть закончено.

- Хемфи не справится с поставкой продовольствия в Хасинвал.

- Ты уговариваешь меня продолжить? – рассмеялся Элант.

- Не представляю, как вы управитесь.

- Стенли пока тоже. Поэтому он попросил забрать Бриза. А не потому, что тот соскучился по Талине. На наших запасах овса он явно убавит в весе.

- Отец с дедом поможет вам.

- Без них я бы, наверное, и не начинал. Кстати, дед прислал целый сундук с описанием гор Скобии. То, что собирали в Илонии не одно десятилетие. Это сильно поможет нам в изучении наших территорий.

- Ты будешь наведываться в Илонию?

- Нет, Крист. Я не оставлю этот свой новый дом. Я нужен тут.

- И не увидишь нашего нового брата?

- Пусть Элрин встанет на ноги, вы тогда приедете с ним вместе.

- Тебе просто необходимо найти в своих горах золото.

- Я не отказался бы и от хорошей руды.

- Где ты найдёшь новых людей?

- Гораздо больше меня интересует, во что я их буду одевать и чем кормить.

- Замкнутый круг, согласен.

- Мы справимся, не можем не справиться.

- Ты заставляешь меня поверить.

- Иначе никак.

Они все трое опять устремили взгляд на горы, белые от выпавшего снега, скрывшего безжизненную серость камней. Но… ведь делал же Хемфи из чего-то свои настойки и вина. Значит эта земля, или вернее камни не безнадёжны. И не может быть на севере золото и алмазы, на юге – железная руда, а между ними – лишь камень. Чем-то должна быть богата и эта земля.

Надо только найти.