Иллюзия смысла

Глава 1

Меня здесь нет. Ева пыталась зажмуриться еще сильнее, а потом плавно выдохнуть - такой способ работал раньше, чтобы справиться с наплывом животного страха, когда весь мир вокруг нее превращался в рассыпающийся паззл. Девушка сидела на обитом тканью сидении в забитом доверху автобусе. По запотевшему окну стекали силуэты капель. Ева оглянулась и попыталась мысленно вернуть себя в реальность, прикоснувшись ладонью к своей шее. Но мир становился слишком ярким и одновременно исчезал в темноте черных пятен, появлявшихся перед глазами девушки. Звук из наушников мальчика, играющего в гонки на своем телефоне, вызывал какое-то странное отвращение, люди вокруг плыли, а тихие разговоры на задних рядах автобуса двух женщин, едущих с рынка, отдалялись все дальше и дальше. Еве казалось, что все это - запотевшее окно, холодный поручень и люди, огромное количество людей, было настолько неважным в эту секунду. Ей казалось, что все люди - какие-то ненастоящие и неправдоподбные, играющие роль, чтобы создать видимость и иллюзию продолжающейся жизни. Легкий звон в ушах отдавался во всем теле какой-то странной скованностью, казалось, что любое движение может заставить этот искуственный мир разрушится.

- Вы выходите?

Вопрос, заданный даже не Еве, вернул девушку в реальность, если ее можно было считать таковой. Она осмотрелась вокруг - люди были все те же, но уже какие-то более знакомые и “настоящие”. Быстрая, пронзительная мысль промелькнула в голове Евы - ей показалось, что она что-то забыла, что-то очень важное. Что-то, от чего, может быть, могла бы зависеть судьба человечества. А может это просто был список продуктов на ужин.

Мы вам перезвоним, пока можете познакомиться с нашей компанией и посмотреть наш сайт, - ласковый голос улыбчивой девушки-эйчара с только что прошедшего собеседования повторял эти слова снова и снова в голове Евы, пока за окном проносились люди, дома и деревья.

Иногда девушке казалось, что этот поиск никогда ни к чему не приведет. Она чувствовала себя уже вполне уверенно, чтобы оставаться ночью одной, жить ту самую “обычную” жизнь, вероятность которой для нее, по мнению всех ее знакомых, сводилась к нулю. Как будто бы в темноте комнаты после заката солнца больше не было монстров, а события из предыдущей жизни имели смысл. Ева помнила, что главное вовремя щелкнуть крышечкой от таблетницы и тогда ее собственная крыша будет на месте.

Но пока эта жизнь отдельно отдалялась все дальше с каждым новым “мы вам перезвоним”. Ева смотрела на людей, едущих с работу или на нее: каждый носил свою серьезную маску на лице. Девушка задумалась, что несмотря на их угрюмость, они не осознают своего счастья - у них есть работа и нет четырех стен, больше похожих на темницу, чем на квартиру. Возможно, именно поэтому люди казались Еве ненастоящими - как им удалось устроить свою жизнь так, что они едут в автобусе с тем самым рабочим видом занятого человека, каким все так стремятся быть. И все-таки что-то висело камнем на душе у Евы - что-то такое важное. Или не очень.

Слегка пошатнувшись, она встала со своего места и направилась к двери под спокойный мужской голос, объявляющий ее остановку.

Открыв дверь в квартиру, Ева буквально по запаху смогла определить, что дома никого нет - сестра и мать используют один и тот же парфюм перед выходом, и его едкий запах врезался в нос девушки - значит, они совсем недавно ушли. Отец всегда в это время уходил на прогулку с их любимой собакой Перси. Ева выдохнула и направилась в свою комнату. Ева думала о приближающемся вечере с семьей, на который ей совсем не хотелось идти. Марта, ее мать, снова заставит надеть то темно-зеленое платье, которое ей кажется милым. Ее сестра Карен будет делать вид, что она счастлива, хотя Ева чувствовала, что никто из них двоих счастлив не был никогда. Родители будут делать вид, что они примерные люди перед избранником Карен. И она сама будет стараться скрыть то, что Ева провела полжизни в психиатрических клиниках, а родители были бы рады, если бы обе девочки куда-нибудь пропали одним вечером. К сожалению, они сами не могли себе признаться в том, что это действительно правда - и продолжали рассказывать, как они хотели детей в молодости

Ева не могла понять, как на ее старых детских фотографиях может стоять счастливый ребенок, если ей столько всего пришлось пережить за время своего взросления. Эти фотографии для чего-то выставляла мать в ее комнате, будто напоминая, что девушка должна больше улыбаться и не показывать то, что у нее могут быть проблемы. Проблемы, которых Марта боялась как огня. Даже больше, чем огня.

Ева бросила на кровать свои вещи, достала темно-зеленое платье и примерила его перед зеркалом. “Такой вкус на странные платья привел и мою сестру к тому, что она почти замужем, — подумала Ева, — может, это меня тоже приведет к какой-нибудь нормальной работе”.

Ни муж, ни работа не были изначальными стремлениями Евы - она считала, что вполне могла бы стать космонавтом или пилотировать подводную лодку. Но ей казалось, что она пропустила лучшие годы своей жизни думая о тех вещах, о которых, видимо, думать была не должна. Девушка была уверена, что каждый человек находит для себя какой-то закрывающий его страхи смысл. Одиночество решается примерным мужем, а страх смерти - тремя детьми. Но однажды Ева уже прочувствовала, что значит высказать это прямо и без зазрения совести. Почему-то людям это было больно слышать настолько, что ее несколько раз пытались довести до полной невменяемости какими-то таблетками в клинике. Сейчас она знала: мир такой, потому что так решило нечто, кто-то, кого она никогда не сможет спросить, почему именно так, а не иначе.

Глава 2

Вглядываясь в каждую трещинку пластикового подоконника, Ева пыталась ухватиться взглядом за что-то, что еще не плыло перед ее глазами. Стены окунались в размытое пятно, сливались с висящими фотографиями, персонажи которых плавились и капали на пол, как воск от свечи. В ушах трещала по швам реальность еле заметным писком, едва слышным, тонким и оглушающим. Он сводил с ума своей продолжительностью, вечностью своего звучания, а вовсе не громкостью. В глубине души Еве хотелось, чтобы это состояние закончилось любым способом - даже если бы она умерла прямо здесь. Темно-коричневый паркет выскальзывал из под ног, но моментально возвращался назад, не давая девушке до конца потерять равновесие.

Ева не могла вспомнить, где она находится. Этот подоконник, стены и фотографии, превратившиеся в массу разных цветов кричали о чем-то, пытаясь напомнить девушке о своей сути, но будто эта тайна никак не доходила до ее ушей. Мир казался ненастоящим, слишком четким, пластиковым. Ева судорожно ущипнула себя, резко подняв голову вверх. Потолок тоже плыл и казалось, что вот-вот из крыши на нее посыпется идущий за окном снег. Оперевшись на край дивана, Ева взглянула прямо перед собой.

Ее взгляд врезался в луч закатного солнца, освещающий размытое окно. Только этот луч был достаточно ярким, чтобы поверить в его существовании. Он будто нес в себе столько боли, что не вызывало никаких сомнений, что он настоящий. Солнечные зайчики, отпрыгивающие от зеркала в углу, слегка танцевали на стенах, выделяясь на фоне размытой массы обоев.

Несколько слез капнуло на воротник ее блузки. Этот луч вызывал в Еве неимоверную боль, которую словами она никогда не смогла бы объяснить. Боль, от которой сжималось сердце и казалось, что дыхание вот-вот замрет, чтобы через секунду водопад слез вылился из глаз с тяжелым выдохом. Как будто этот луч напоминал о том, что Ева может потерять. Или потеряла уже.

- Ева, ты там чего?

Мягкий женский голос донесся издалека. Откуда-то со стороны лестницы.

- Мы все только тебя ждем на кухне

Ева повернула голову. Перед ней стояла девушка в светло-зеленом платье, почти подходящим под ее темно-зеленую версию, лицо девушки, как и персонажи с фотографий, было размыто, сливалось со светлыми занавесками на фоне. Все происходящее казалось ей совершенно ненастоящим, грубым и одновременно слишком реальным, чтобы быть правдой.

- У меня просто закружилась голова, - соврала Ева, вглядываясь в лицо собеседницы.

Постепенно черты лица стали проявляться, и Еву будто поразила молния. Все, что только что произошло с ней показалось минутным помутнением и успело улетучится. Перед ней стояла ее сестра и держала в руках белые кухонные полотенца. Ее обеспокоенные глаза вглядывались, пытаясь уловить причину замешательства Евы.

- Тут душно, спускайся к нам

Ева медленно побрела за удаляющейся к лестнице сестрой. Казалось, будто пол превратился в сладкую вату - тянущуюся и провалившуюся под тяжестью тела. Все портреты были на месте и глядели на девушку слегка с удивлением. Бросив взгляд на закатный луч в последний раз, Ева спустилась вниз.

Суматоха охватила кухню, Марта доставала из духовки пирожки, Карен уже болтала со своим мужем в уголке, а в прихожей, которой жители этого дома считали гостиной разговаривал телевизор.

- Помой руки, Лео, мы есть сейчас уже будем, - Марта выкрикнула, выложив очередной пирожок на блюдо

- Мам, да он не слышит тебя, - бросила Карен.

- Слышу я ее слышу, как тут не услышишь, - мужчина поднялся со своего уютного места возле невысокой пальмы и направился в сторону ванной комнаты.

На сковороде что-то трещало, ее почти заглушал голос Карен. Пахло штруделем и кофе.

- Все, садиться давайте, - Марта буквально плюхнула бокал возле тарелки и уселась на некрепкий деревянный стул.

Вся семья потянулась к длинному столу, переговариваясь и смеясь. Ева села с краю, нервно поглаживая рукой свою шею. Она всегда чувствовала себя странно во время таких собраний.

- Ева, начнешь? Скажи что-нибудь приятное сестре, а то от тебя не дождешься, если нет случая

Ева закашляла

- Пару месяцев назад, когда ты лежала в больнице, - начала Ева тихим голосом, оглядывая меняющиеся лица всех за столом, - я думала, что не смогу это пережить, то, что тебя не станет

- В какой больнице, Ев? - посмеиваясь спросила Марта и посмотрела на Карен пристальным взглядом

Ева с небольшой злостью взглянула на мать

- Ты чего, мам? Мы действительно будем делать вид идеально здоровой и примерной семьи перед ним, - Ева указала на будущего мужа Карен, - просто потому рак, да вообще любая болезнь - это некрасиво или непрезентабельно?

- Карен, ты не говорила, что у тебя был рак, - произнес будущий муж Карен, наклоняясь к ней. Мужчина пытался сказать это тихо, но вышло так, что весь стол напрягся от его вопроса, как будто этот вопрос был адресован не только девушке.

Карен пристально смотрела на Еву, немного надув губы. Девушка продолжала рассказывать подробности, которые все больше и больше давили на всех сидящих за столом своей прямотой.

- Ева, стоп!

Крик Карен подчеркнул последовавшее за ним молчание. Лео прокашлялся и взволновано посмотрел на Марту. Ева смотрела в одну точку.

- А теперь объясни о чем ты говоришь, - Карен положила свою руку на плечо сестре.

- В каком смысле?

- Ева, ничего такого никогда не было, я не лежала ни в какой больнице, - Карен мило улыбнулась, окинула взглядом всех присутствующих, слегка сжимая плечо Евы, - давайте я достану штрудель, мы уже почти в середине ужина, он скоро нам понадобится

Ева возмущенно фыркнула и посмотрела на непонимающие лица семейства.

- Вы серьезно? Вы правда хотите, это скрывать, потому что боитесь, что человек о вас подумает что-то? В таком случае, простите, что я помню, что было с моей сестрой, и вообще вы сами попросили тост!

Белое полотенце выпало из рук ошарашенной Марты. Ее слегка трясло, а губы складывались в тонкую трубочку.

- Неужели…неужели, она снова, - прошептала, задыхаясь, Марта

- Тише, тише, - Лео приобнял жену за плечи

- Мам, она просто шутит, да ведь, Ева? - Карен, уже резала штрудель слегка дрожащими руками, и нервно улыбалась, вполоборота наблюдая за сценой за ее спиной.

- Почему ты их защищаешь? Они ничего, совсем ничего не сделали для тебя, - Ева расстроенно посмотрела на Карен, которая мотала головой из одной стороны в другую и боковым зрением оценивая состояние Марты.

- Лео, что же это… - Марта беспокойно мотала головой.

- Пойдем, - Карен за секунду оказалась возле Евы, схватила ее за руку и повела к лестнице, оставляя за собой удивленного мужа и Лео, который вытирал слезы Марте белой кухонной салфеткой.

Удалявшееся молчание Ева заглушила громкими шагами по деревянной лестнице.

Глава 3

- Я пью таблетки, в десятый раз тебе говорю, - Ева сидела на кровати и обнимала колени.

- Тогда что это было такое на кухне? Неожиданно они перестали работать?

- Скажи, вот как ты помнишь свои последние несколько лет?

- На работе, Ева, на работе, - Карен то и дело раздраженно повышала голос, - и это все, что я делала, а сейчас ты создаешь неловкие ситуации в присутствии моей, возможно, единственной возможности выйти замуж

- Как то, что ты чем-то болела может помешать твоей свадьбе?

- Ева, ты точно пьешь таблетки?

Ева нервно села на свою кровать и утопила лицо в ладонях. Карен застыла практически на входе в комнату держа в руках таблетницу Евы. На несколько минут повисло молчание

- Ты хоть понимаешь, что мать сейчас начнет снова звонить по всем больницам?

- Карен, я уверена, что это было, понимаешь. Я не понимаю, почему ты не видишь, что абсолютно все, что с нами происходит выглядит как симуляция - эти дома, окна, портреты на стенах, которые мама зачем-то повесила и считает это стильным - все это. И единственное, что тебя волнует - это пила ли я таблетки. За мной не нужно следить, я не знаю, зачем я вообще остаюсь в этом доме.

Карен подошла к Еве и села рядом с ней.

- Я скоро съеду, я обещаю, - Ева повернула голову к сестре, - и мы не будем так ссориться. Я просто устала

- Да дело ведь не в ссорах, Ев. Японимаю, что все это выглядит страшно и пугающе, я понимаю - но сейчас тебе нужно собраться и не довести все это до повторения предыдущего раза. Мама за тебя переживает, она может не может этого правильно выразить

- Тебе больше не нужно меня защищать. Я правда не ожидала, что вы так отреагируете. Мне иногда кажется, что вы все надо мной очень жестко смеетесь

По щекам Евы полились слезы. Она смотрела на сестру, которую очень хотелось обнять и почему-то радоваться ее присутствию, но вся эта ситуация заставляла Еву думать, что ее семья действительно хочет только одного - чтобы ее странности не доходили до глубины их души, заставляя их тоже сомневаться в этой реальности.

- Я попробую ее убедить, что с тобой все хорошо и никому звонить и рассказывать об этом не нужно, но ты, пожалуйста, выпей вечерние таблетки, договор?

Ева молча кивнула. Ей было до ужаса больно и обидно, что она ничего не может сделать с тем, что ощущает внутри. Это чувство пустоты разливалось по всему телу и давило изнутри. Ее семья давно поставила на ней крест, потому что когда она была ребенком врачи посчитали, что у нее какие-то там отклонения в психическом развитии. Возможно, они у нее действительно есть - ведь ни одного воспоминания из детства у нее не сохранилось. А все, что было в подростковом возрасте казалось дурацким сериалом. Ей было страшно уезжать из этого дома - ее убедили, что она точно не справиться со взрослой жизнью. И вообще казалось, что ничего кроме этого дома и ее бесконечных поездок по собеседованиям не существует.

Карен, оказавшись на пороге комнаты, обернулась.

- Ты знаешь, когда все это у тебя случилось в первый раз, и ты начала рассказывать все эти небылицы, точнее, - Карен смутилась, - истории…я думала, что ты просто видишь будушее, а не прошлое. Ну, как там гадалки всякие, и я даже однажды сказала маме, что у тебя дар

Ева усмехнулась и, слабо улыбнувшись, подняла голову на Карен.

- Но потом это стало меня пугать, потому что ты говорила все больше и больше о том, что меня кусала собака или что я куда-то терялась и тебе приходилось за мной следить, как будто ты всегда была старше. И тогда мне стало не смешно, Ев

- Карен, мне очень жаль. Правда, я надеюсь, что он, - Ева выделила последнее слово, - не испугается нашей сумасшедшей семейки

- Семейка у нас с тобой как раз обычная, а вот к тебе есть вопросы, - с неожиданнной отстраненной серьезностью сказала Карен

С одной стороны Ева понимала, почему ее семья иногда всерьез верит, что она сошла с ума. Но с другой, чувствовала невероятную обиду на то, что они даже не пытаются подвергнуть сомнению какие-то очевидные факты

- Таблетки. Хорошо? Я пойду поговорю с мамой - с этими словами Карен вышла из комнаты.

Ева выдохнула и взяла в руку баночку с таблетками. Открыв ее, на секунду девушка задумалась. Она вспомнила разговоры со своими терапевтами о том, что так думает любой человек с ее диагнозом, когда у него все хорошо. Ева была слишком правильной, чтобы нарушить такое важное правило - два раза в день, утром и вечером.

Запив таблетку, Ева прислушалась к происходящему внизу - казалось, что про нее уже все забыли. Из кухни доносился смех, звяканье ножей и вилок, чайные ложки ударялись о стенки кружек, а телевизор все также что-то рассказывал на фоне в такт громким разговорам. Ева посчитала, что ей не стоит спускаться туда - потому что этот праздник жизни сразу закончится и сменится гробовым молчанием и интересом к тому, насколько Ева все еще в своей “сумасшедшей” стадии. Девушка решила, что, наверное, стоит довериться сестре - Карен была единственной, кто хотя бы как-то пытался проникнуться и услышать ее. И даже несмотря на то, что у нее это не получалось, Ева верила, что она сможет убедить Марту. Ведь мама любила Карен гораздо сильнее. Наверное, потому что она была “нормальной” и доставляла меньше всего проблем.

Глава 4

Девушка открыла дверь и направилась на кухню, чтобы налить себе стакан воды. Уже практически на пороге она увидела силуэт матери, которая говорила с кем-то по телефону

- Да снова-снова, представляете. Вы приедете? Нет, она тут с нами, может, просто с ней поговорить, я не знаю

Ева замерла на входе в кухню. В голове проносились тысячи мыслей: ей хотелось исчезнуть, потеряться - никогда больше не испытывать того, что пронзило ее сердце сейчас. Она стояла и смотрела на силуэт своей матери, слушала ее голос, растворяющийся в тишине остального дома и понимала, что ее жизнь вот-вот снова станет чередой сменяющихся терапевтов, разных оттенков ненависти Марты, беспомощности отца и попыток сестры защитить ее.

- Она знаете что сказала - говорит, Карен у нас болела, умирала, мы не помогли - да! Ну вот, ложные какие-то воспоминания- да, не было-не было такого, я вам говорю

Обида и боль буквально оглушали Еву. Почему Марта не послушала Карен? И сказала ли сестра что-нибудь ей или на самом деле пыталась обмануть Еву, чтобы та не пыталась сбежать? Девушка почувствовала, что дыхания не хватает - оглядевшись вокруг, она попыталась зацепиться за что-нибудь - стены, потолок и пол кружили вокруг. Ева пожалела, что впервые за несколько месяцев решила поговорить о чем-то в прошедшем времени - это всегда приводило ее в подобные ситуации.

Она понимала, что нужно дать матери выдохнуть - ненадолго, пусть даже на пару дней. Не побежит же мать ее искать, если девушка уедет, например…к Дине. Ева вспомнила про свою подругу, у которой часто оставалась ночевать, когда понимала, что устала от этого выматывающего дома. Через несколько минут Ева оказалась на улице с небольшой сумкой, в которую успела скинуть несколько теплых свитеров, зарядки и баночку таблеток

Придерживая одной рукой разлетающееся пальто, Ева пробиралась сквозь летящий прямо ей в лицо мокрый снег. Ее сумка была набита быстро скиданными вещами, а баночка с таблетками звонко ударялась о ключи. Этот звук разносился по молчащей улицей и перекликался с жужжащим фонарем. Девушка пыталась набрать номер, но все иконки на экране плыли от тающего на нем снега. Через какое-то время телефон выключился. Ева остановилась посередине дороги, которую окружали низкие домики. Посмотрев наверх, девушка увидела бескрайнее небо, которое уже казалось скорее белым из-за падающего снега. Глубина этого неба, не воспринимаемая человеческим умом, очаровывала Еву, но это очарование было больше похоже на гипноз. Жужжащий фонарь, лай собак, хруст снега где-то вдалеке - все это заставило девушку опустить глаза, но от прежней деревушки не осталось и следа. Все домики превратились в строения пастельного цвета квадратной формы. Снег был каким-то слишком искусственным, фонарь жужжал уже совсем иначе.

Щемящий страх внутри заставил Еву сорваться с места и побежать. Ей казалось, что эти линии домов по краю дороги не закончатся никогда, и она будет бежать, бежать и бежать. Больше всего девушку пугало, что телефон не включался даже после того, как она согрела его в рукаве своего свитера. Дома, деревья, заборы летели мимо, снег хрустел и напоминал нереалистичный странный хруст чипсов, которые отец Евы открывал под футбольный матч. А воздух напоминал, как они с сестрой играли в снегу. Все эти воспоминания зачем-то пробегали перед глазами Евы, и она уже решила, что умирает, что напугало ее еще больше.

Ощущая, что сердце выпрыгивает из груди, Ева остановилась и огляделась. Она добралась до своего места назначения - небольшой автобусной остановки, обклеенной рекламными объявлениями. Чуть поодаль Ева заметила мужчину в огромной шляпе с сигаретой в зубах на скамейке, невольно девушка вздрогнула и осмотрелась.

- Девушка, у вас все хорошо?

Ева не сразу поняла, что мужчина обращается к ней.

- Да, да. Я просто испугалась собак в том дворе

Мужчина безучастно посмотрел в ту сторону, куда показывала Ева.

- Извините, а последний автобус когда ушел?

- Да вот уже минут 40 здесь сижу, думаю, что не приедет он

- Но по расписанию же должен

- Девушка, вы время видели? Будет чудо, если он здесь окажется. Эх, к этой, - мужчина сделал жест в сторону домов возле дороги,- придется возвращаться. Вы знаете, иногда вот так хочется одному побыть, все обдумать

В эту секунду к Еве пришло осознание, что, возможно, в доме ее потеряли и уже вот-вот догонят ее, зная, куда она могла поехать. Они точно решат, что, на этот раз, она сошла с ума и ей нужна помощь, а девушка, как и мужчина в странной шляпе просто хотела остаться одна.

- Эх, ладно, пойду я. Замерз уже. Вы тут не боитесь стоять в такое время?

- Автобус скоро придет, я часто езжу на нем в это время

В глубине души Ева хотела, чтобы этот мужчина остался, хотя он не сильно увеличивал ощущение безопасности.

- Ну, бывайте

Смотря на то, как мужчина, слегка пошатываясь, скрывается за заборами и домами, Ева почувствовала, как кончики пальцев на руках начинают замерзать, даже будучи спрятанными в кармане куртки. Ночь сгущалась.

Автобусная остановка стояла на противоположной стороне от деревни, за остановкой виднелся лес. Еве показалось, что среди веток и стволов что-то сверкнуло. Вглядываясь в темноту, девушка заметила два очень ярких глаза. Зрачки казались нереалистичными, слишком яркими и чересчур выделяющимися на фоне черных деревьев. Ева машинально сделала шаг назад и в ее поле зрения попала небольшая покосившаяся скамейка возле остановки. “Не говори никому, что волки в лесу ненастоящие” - желтой краской было написано на ней, и по телу Евы пробежали мурашки. Время остановилось для Евы, но если бы нее ее страх, то время для нее начало бы неумолимо течь, ведь на фоне был слышен голос Карен, которая выкрикивала имя Евы и звук мотора. Девушка сделала шаг вперед навстречу ярким глазам. Она чувствовала себя детективом, который вот-вот приблизится к разгадки тайны, за которой охотился годами. Вот он - тот промежуток между реальностью и этим дурацким и несуразным миром, и его нужно поймать.

Неожиданно рядом с ней остановилась машина, в ней сидела приветливая девушка с темными растрепанными волосами, она открыла окно и Ева смогла ближе рассмотреть ее лицо

- Тебя подвести?

Ева подняла глаза и поняла, что те горящие глаза, за которые ей почему-то хотелось ухватиться взглядом, проследить за ними - исчезли, будто вся магия разрушилась.

- А вам куда? Я могу подождать автобус, - Ева нерешительно оглянулась

- А тебе самой куда нужно? Я могу подбросить до города

Ева задумчиво посмотрела на пустую дорогу

- Хорошо, давайте - я сейчас скажу адрес

- Можно на ты, садись

Ева села на заднее сидение машины, на нем стояли сумки, пакеты, наполненные продуктами и какими-то яркими карнавальными костюмами. Девушка уже ненавидела себя за то, что доверилась незнакомому человеку, но домой ей возвращаться совсем не хотелось.

- Я Труди, - девушка повернулась назад и дружелюбно протянула руку, хотя машина уже неслась по заснеженным улицам

- Ева, - сказала девушка и быстро протянула руку в ответ, чтобы Труди вернулась глазами на дорогу

Снегопад усиливался. Легкий джаз разбавленный битом играл на всю машину, а за окном дома уже сменились деревьями. Ева смотрела на то, как проносятся знакомые ей ветки, сугробы и лесные дорожки. До этого она никогда не сбегала из дома, хотя уже была совершеннолетней. В голове раздавались слова матери: “Наша Ева же сумасшедшая, из-за нее я потеряла пол-жизни. Вот точно говорят, эта подростковая депрессия - придумка, насмотрятся своих сериалов. Она же без нас не сможет”

- О чем думаешь? - вопрос Труди слегка выбил Еву из ее мыслей своей неожиданностью

- О том, что я даже не уверена, что моя подруга дома и ждет меня, возможно, придется возвращаться

- Если хочешь, ты можешь поехать со мной, у меня дома все равно куча народу - день рождения

Ева помолчала буквально секунду, а потом спохватилась:

- Ого, поздравляю! Странный способ отпраздновать - ездить по трассам

- Да, я просто…Отвозила друга, у него тут загородный дом недалеко

- Понятно

- Так что, заедешь на огонек?

Труди стрельнула хитрым взглядом через зеркало над своей головой. Ева почувствовала, как будто внутри по телу разлилось тепло, низ живота стал слегка тяжелее. Девушка выдохнула и посмотрела в окно, сделав вид, что не заметила взгляда Труди.

- Меня ждет подруга

- Ты же только что сказала, что даже не знаешь, дома ли она, - на несколько секунд воцарилось молчание. - Но я не настаиваю.

Еще какое-то время девушки ехали в тишине, которую прерывал звук проелтающих мимо машин. Начался снег, пушистым одеялом он падал на лобовое стекло машины.

- Ты ведь не убила кого-то в лесу, да?

- Нет, конечно, нет. Я, - Ева остановилась на несколько секунд, обдумывая, что имеет смысл рассказывать незнакомому человеку, - просто бежала от парня, который меня избивал

- А, абьюз - мы с этим знакомы, - Труди засмеялась. - Ты не выглядишь, как человек, который мог кого-то убить все равно, я так посмеяться, обстановку разбавить

Ева слабо улыбнулась. Внутри она уже начинала жалеть, что сбежала, но пути назад не было - оставалось только довериться происходящему.

- Если хочешь, можешь зарядить телефон - вот провод

- Ого, спасибо

Ева была действительно рада, что не останется без связи, когда выйдет из машины. Ей хотелось, чтобы этот момент уже случился скорее, и она увидела бы знакомое лицо Дины, своей подруги и, наконец, оказаться в безопасности, а не посередине трассы в незнакомой машине. Телефон зарядился практически наполовину, когда Труди затормозила возле дома Дины.

- Спасибо вам, то есть, тебе большое, - Ева улыбнулась, убирая свой телефон в рюкзак.

Труди слегка усмехнулась и потянулась за бумажкой и ручками в бардачке машины.

- Если вдруг захочешь меня найти, то вот, - Труди корявым подчерком вывела цифры, - это мой номер, а вот это адрес - я всегда рада гостям

Еве показалось невероятно странным, что совершенно незнакомая ей девушка оставляет ей свой адрес, но что-то внутри подсказывало ей, что он может ей понадобится.

- Спасибо, я бы оставила свой телефон, но…

- Не нужно, не волнуйся, мне врятли от тебя понадобится помошь

- До встречи

- До встречи

Открыв дверь машины, Ева почувствовала, как холодные мокрые снежинки моментально расстаяли на ее щеках. Труди уехала буквально через секунду после того, как Ева подошла к подъезду. Мокрый снег блестел на фоне уличных фонарей, улица молчала, только где-то вдалеке было слышно сработавшуюю сигнализацию чьей-то машины. Ева остановилась, пытаясь вспомнить, где она могла видеть Труди раньше, но ничего не приходило ей на ум. Девушка набрала номер квартиры на домофоне, но никто не ответил. Она достала телефон и попробовала снова связаться с Диной, но ответа все также не было. Тогда девушка набрала другой номер квартиры.

- Ало, это кто?

- Это Ева, помните меня? Я подруга Дины, она не открывает мне, впустите, пожалуйста?

- Ааа, Евочка, конечно-конечно

Дверь запищала и Ева наконец зашла в полумрачный подъезд. Девушка нажала на маленькую красную кнопку, и с другой стороны двери раздалась трель дверного звонка. После трех неудачных попыток, девушка уже собиралась уходить, как вдруг в дверном замке затрещали ключи.

- Ева, ты чего так поздно? - на пороге стояла кудрявая девушка, укутанная в огромное пуховое одеяло. На фоне были слышны диалоги сериала, который та постоянно смотрит со своим парнем

- Прости, Дин, ты не брала трубку, я решила приехать все равно

- Ев, я сейчас не совсем одна

Если рядом с Диной был ее парень, то можно было не ожидать, что Еву кто-то даже пустит в квартиру. Для него Ева казалось странной и неприятной, чего он не скрывал в присутствии самой девушки.

- Кто там, Дина? - мужской голос окончательно поставил стену между Евой и ее подругой, и они обе без слов ощутили, что им сейчас неприятно здесь находиться. Так случалось часто, и Ева уже привыкла к тому, что она была дополнительным элементом в жизни своей подруги.

- Я тогда пойду, - Ева улыбнулась, сделав вид, что никаких сложностей между ними не было. Дина молча слегка кивнула

- Ну, тебе есть куда идти? Если хочешь, мы можем… - в предложении Дины не было и нотки искренней вовлеченности, ей было страшно только за то, что если с Евой что-то случится, то на девушку свалится сквал осуждений, что она не пустила подругу поздно вечером

- Есть, конечно, не переживай

Ева решительно направилась к подъездной двери, сжимая в кармане бумажку, на которой Труди написала свой адрес и телефон. До сих пор девушке не было понятно, почему совершенно незнакомый человек пытался ей помочь.

Глава 5

Ева не очень помнила, как она оказалась в середине огромной комнаты украшенной разноцветными шарами вокруг совершенно незнакомых ей людей. Все они чем-то цепляли девушку - то ли своей непосредственностью и умением веселиться, то ли тем, что не пытались заставить ее делать что-то, чего она бы сейчас не хотела - танцевать, общааться или пить все те странно намешанные напитки.

Девушку впечатлило еще и то, что все находящиеся здесь люди были разных возрастов. Даже казалось, что ни один возраст ни разу не повторяется, хотя преимущественно люди были чуть старше Евы. Несмотря на то, что она никогда не любила шумные вечеринки, Ева чувствовала себя как дома именно здесь, именно сейчас. Ей было не с кем поговорить, но как будто впервые она чувствовала, что слова были не нужны.

- Давайте отпразднуем этот момент! - пожилой мужчина поднял пластиковый стаканчик с шипящей газировкой, которая праздновала эту жизнь уже несколько минут. - И пусть я дольше всех здесь присутсвующих застреваю в этом сумасшедшем мире, я все равно знаю, что однажды смогу познать его настоящую сторону

Почему-то все присутствующие радостно защебетали, полняли свои бокалы и переглянулись между собой с добрыми улыбками на лице. Еве показался неуместным тост мужчины - ведь это был день рождения Труди, но ей показалось, что это не так важно - потому что его слова тоже вызвали у нее тупую улыбку. Музыка была очень громкой, но никак не напрягала Еву, она решила найти в толпе Труди, которая уже несколько минут не появлялась на виду у Евы.

- Извини, ты здесь первый раз? - Ева почувствовала, как чья-то рука коснулась ее плеча, мужской голос заставил ее обернуться

- Я…да, да я первый, - Ева растерялась от вопроса стоявшего перед ней парня ее возраста с каштановыми волосами, которые слегка закрывали его глаза

- Я Итан

- Ева

- Не хочешь потанцевать?

Ева посмотрела на время на своих наручных часах - 11:11 вечера. В такое время раньше она бы побоялась находится где-то вне дома, ее бы точно доставали звонки Марты, даже если бы она была в соседнем магазине. Но сейчас телефон, который она перевела на беззвучный режим валялся где-то в ее сумке, оставленной в комнате Труди, которой она почему-то доверила свои документы и личные вещи, которые потенциально могли бы помочь ей выбраться из этого места.

- Я не умею танцевать

- Да тут что уметь - думаешь, что кому-то не все равно?

Ева протянула руку навстречу руке Итана и в следующий раз пришла в себя только когда легкий ветерок растрепал ее волосы от того, что парень резко обернул ее руку вокруг своей так, что она закружилась как кукла на витрине предновогоднего магазина. Казалось, что она была одета уже далеко не в обычную походную одежду, в которой бродила по заснеженной деревне, а в пышное платье - и прямо сейчас была где-то далеко в 19 веке на вечере у какой-то важной особы. По крайней мере, все эти мысли пронеслись в ее голове буквально за секунду. Жанр музыки было определить невозможно, она звучала так, как будто бы в ней сочетался джаз, нотки Бетховена, реп или что-то похожее на него, но ничего из этого не звучало странно - наоборот, казалоась, что это единственно верный вариант музыки - она должна быть такой, чтобы совмещать в себе все.

- Как ты сюда попала, Ева? - Итан перекрикивал музыку, параллельно делая какие-то нелепые и забавные танцевальные движения, за которыми с улыбкой на лице повторяла Ева.

- Я даже не знаю, с чего начать!

- Начни с начала

- Тогда мы никогда не закончим танцевать

Итан засмеялся. Сквозь людей, праздновавших жизнь пару сверлил задумчивый взгляд Труди, который они не могли заметить, так как слишком сильно были вовлечены в происходящее. Труди буквально зависла на середине отрезания праздничного торта и смотрела на Еву, танцевавшую среди остальных. Легкие прикосновения Итана к девушке по непонятной причине пронзали Труди изнутри, но она смотрела на летящие кудри Евы. Еве казалось, что она что-то вспомнила, что-то очень важное, но что конкретно осознать не могла

- Повернись, - Итан сквозь смех крикнул Еве, которая застыла, слегка держа его ладонь в своей, не понимая что ей делать дальше

- Я поворачиваюсь! - Ева захохотала, столкнувшись с другой парой парней в ярких комбинезонах. - Простите!

Следующий взмах руки, бит музыки, резкий вдох и какой-то странный привкус воздуха будто выбил Еву из танца, хотя она продолжала импровизировать с движениями. Она окинула взглядом присутсвюущих Они показались настолько похожими на тех людей, которые утром ехали с ней в одном автобусе, но они были менее угрюмыми. Как будто это их вторая часть, другая, которую она почему-то должна была встретить. В моменте, когда они танцуют после тяжелого рабочего дня, чтобы забыть все то, что тяжелым камнем ложиться на них ежедневно. Ева почувствовала, что земля уходит из под ног, а потолок превращается в огромную вязкую массу. Ей стало невероятно страшно, настолько, что она почувствовала, как проваливается в огромную глубокую воронку времени. Люди снова потеряли свои лица и Итан, который казался таким реальным и настоящим стал сливаться с пространством - его лицо впечаталось в яркие шарики и слилось с ритмичной музыкой. Еве показалось, что она уже была однажды здесь, на этом вечере, но он должен был быть грустным по какой-то причине. Девушка не сомневалась, что она снова что-то забыла, что-то важное, очень-очень важное. В голове проносилась странная фраза: “Не привыкай к этой реальности”

- Торт, - голос Труди как будто моментально снизил громкость музыки и все присутствующие направились к барной стойке, на которой уже стояло несколько тарелок с кусочками шоколадного бисквита

Ева осталась за спинами всей компании, которая столпилась вокруг барной стойки, болтая и обсуждая что-то. Кто-то поздравлял Труди, взгляд который был направлен на Еву, стоявшую поодаль. Кивнув кому-то из толпы с улыбкой на лице, Труди направилась к своей новоиспеченной подруге.

- Ев, ты как? Все хорошо?

- Да, я просто задумалась немного о своем

- Ты торт будешь?

- А на меня хватит?

- Конечно, ты что думаешь я бы предлагала, если бы не хватало

Ева, поджав губы, посмотрела на Труди. Ее лицо светилось от макияжа, который она быстро наносила по пути на вечеринку. Почему-то Еве захотелось обнять девушку, как будто бы это ее давняя подруга, с которой они так давно не виделись.

- Я тебе постелю в гостевой комнате. Ну как, это мой рабочий кабинет

- Ой, а я не думала оставаться, если честно, - Ева действительно даже не успела подумать, что она планирует делать дальше

- Не переживай, ты меня не стесняешь. Если захочешь, вернешься к своему…парню-абьюзеру в лесу, - Труди слегка посмеялась

Ева уже успела забыть, что придумала такую историю и сейчас она ей самой показалась совершенно неправдоподобной.