Иллюзия счастья

Пролог

Открыв огромные, отделанные золотом, исписанные наитончайшей филигранью, высотой в несколько среднеангельских ростов двери, Уриэль вошла в кабинет Лорда-правителя Августграда.

Помещение, по ангельским меркам, было украшено довольно скромно. На рабочем столе ютились, хоть и чисто для вида, набор письменных принадлежностей; терминал с широким экраном, окантованный рамкой тончайшей работы, что не каждый ювелир осилит; и куча, огромная куча, бумажных документов, которые, со слов самой Уриэль: «давно пора перевести в более современный вид, нежели глупые пергаменты».

От стола было отодвинуто такое-же, как и стол, белоснежное кресло с красной велюровой обивкой, которое Лорд-правитель страшно любил, хоть и не чувствовал всего его комфорта из-за доспехов, которые, казалось, не снимал даже чтоб поспать. Сам-же Абаддон стоял у панорамного окна, занимавшего всю дальнюю стену кабинета и созерцал Августград с самой высокой точки в городе, держа руки за спиной.

У ангелов должно быть все идеально: начиная с чистоты помыслов заканчивая… смазкой дверных петель. Именно по последней причине Абаддон так и не услышал, что в кабинет кто-то зашел. В который раз осматривая все такую-же идеальную золотую лепнину на белых стенах кабинета, Уриэль выдохнула и закрыла дверь как можно громче. Абаддон заметно дёрнулся от этого, но в тот-же момент взял себя в руки и повернулся к ней через левое плечо.

«Никогда не понимала, почему бы не восстановить глаз… Может эта пластина имеет какие-то свойства или это какое-то хитрое устройство?», — подумала Уриэль

— Вы хотели меня видеть, Лорд-правитель? — поинтересовалась Приближенная, не забыв ударить себя кулаком по нагруднику в районе сердца. Прям по нашивке ордена.

— Здравствуй, Уриэль. Хотел. Проходи, — чеканил каждое слово Абаддон пока двигался к своему любимому креслу. Несмотря на тяжесть доспехов и собственную комплекцию, Абаддон всегда умудрялся садиться за стол с изяществом и манерностью, пододвигая кресло так, чтоб то и скрипа не издало. Тот же трюк он проделал и в этот раз.

Уриэль, не убирая руки с нагрудника, подошла к рабочему месту Лорда и терпеливо ждала следующего его распоряжения. Абаддон же, взяв в руки инкрустированное перо, принялся ставить подписи на завалившие стол бумаги. Нажав на терминале кнопку, он сказал:

— Вот скажите, почему из моего кабинета были убраны все стулья? Немедленно внесите стул! — отпустил он кнопку терминала, — Вольно, Уриэль, прости пожалуйста за такую оплошность.

Ангелица убрала руку с нагрудника. Взгляд её сменился, стал более дружелюбным, нежели «подчиненный-начальник»:

— Ничего, Лорд-правитель, лишь бы это было самой досадной оплошностью в наших жизнях, — Уриэль выдала самую яркую улыбку из своего набора.

— Твоя правда, — Абаддон ответил на это своей, намного более сдержанной.

В этот момент двери кабинета вновь распахнулись и ангел-рабочий, с поклоном, внес стул, поставил перед столом Лорда и вышел, не проронив ни слова.

— Вот теперь — присаживайся, — указал Абаддон пером на элемент мебели.

— Благодарю, — Уриэль села, не уступая в манерности Лорду.

— Уверен, что тебе очень интересно, зачем же я тебя сюда вызвал.

— Учитывая, насколько часто вы с кем-то общаетесь наедине, то вы правы. Очень интересно.

— Это хорошо, — сказал Абаддон задумчиво, не отрываясь от изучения документов. — Скажи, Уриэль, как ты относишься к подработкам на стороне?

— Боюсь, что я не совсем вас понимаю, Лорд-правитель.

— Ну, вот ты, как одна из Приближенных, нуждаешься в чем-то? Зарплаты тебе на все хватает? Может ты на что-то копишь?

— Ну-у, — протянула Уриэль, — я, конечно, не в праве жаловаться… Но может и есть пара штучек, на которые мне сейчас не хватает… Да и…

— Ни слова больше. Значит, я с чистой совестью могу предложить тебе подработку.

— Но Лорд, — замешкалась Уриэль, — вам достаточно мне просто приказать и…

— Я в курсе, Уриэль, я в курсе, — не дал закончить фразу Абаддон. — Приказ, это конечно хорошо, но сложившаяся ситуация не попадает под стандартный, как бы это сказать, протокол…

— Мне можно поинтересоваться что-же это за ситуация такая?

— Отчего нет? Можно. — Сказал Лорд и замолчал.

«Как же с ним порой тяжело…», — мысленно выдохнула Уриэль, перед тем как продолжить.

— И… что-же это такое?

— Начнем издалека, — говорил Абаддон спокойно, вчитываясь в очередной лист. - Ты в курсе что такое Эллизиумы?

— В курсе. Это пространства, где связь между материальным и нематериальным миром истончена. Но, несмотря на логику, там, как-бы, все действует наоборот… Потусторонние существа не могут открыть там лимб, а материальные могут получить что-то потустороннее.

— В принципе — верно. Что нужно сделать, чтоб Эллизиум прекратил свое существование?

— Нужно уничтожить патриарха — существо, которое и причиняет странные волнения сил в Эллизиуме.

— Тоже верно. Вот и твоя подработка. Тебе нужно убрать недавно обнаруженный Эллизиум.

— Но Лорд, это же задачи для новичков, — Захотелось Уриэль возмутиться, но она сдержала свой порыв. - Обычно, информаторы обнаруживают патриарха сразу-же и высылают новонабранных для его истребления. — Всё-таки проскользнула в её речи нотка недовольства.

— И это верно. Но, не в нашем случае. Обнаруженный нами эллизиум огромен, а его патриарх… — Задумался Лорд на мгновение. — Неизведан. Либо он очень стар и опытен, что умудрился расширить свой эллизиум до такого размера, либо он какая-то аномалия. Это не задача для новичка.

— Вы думаете, что эта задача аж для Приближенного?

— Не знаю, Уриэль. Но лучше перестраховаться. Знаю только то, что распространение таких зон в материальном мире чревато последствиями. Лишние суеверия среди людишек — лишние проблемы нам. Везде должен быть баланс, а в данный момент, он очень сильно пошатнулся. Мне нужен надежный и опытный ангел, с материальной оболочкой. В такой запущенной ситуации, как с этим Эллизиумом, нужны еще и хитрость с внимательностью. Оплата, естественно, будет подобающей, но учти и уясни сразу - это не обыкновенная миссия или вылазка за чудищем.

— Я вас поняла! — подскочила Уриэль со стула. — Я вас не подведу!

— Рад слышать такой энтузиазм, — продолжал Абаддон спокойно. — Следующее распоряжение тебе не понравится. — Отрезал он.

— Почему? — Широко раскрыла Уриэль ярко-голубые глаза.

— Я посоветовался с Лордом-навигатором… В общем, у тебя будет напарник. Необычный напарник.

— «Необычный» говорите? А что в нем такого?

— Как бы тебе сказать помягче-то… — постучал Абаддон себя по лбу пару раз. — Лимб тебе открыть будет невозможно, а потусторонняя помощь тебе будет нужна. Лорд-навигатор выдвинул предложение, от которого выигрываю все, ну, кроме, естественно, того, кто направится непосредственно в эллизиум.

— Лорд-правитель, вам говорили что вы умеете нагнать жути? Кто же там такой неприятный со мной пойдет?

— Твоим напарником будет Смотрящий в темноту.

Уриэль смотрела на Абаддона крайне удивлённо. Она определенно не понимала, что хуже: отчаяние Лорда в тот момент, когда он озвучил, кто будет её напарником или полное непонимание того, кто такой «Смотрящий в темноту».

«Даже звучит как-то бредово», — подумала Уриэль.

— Лорд-правитель?

— Да?

— А что это такое?

Не ожидавший этого вопроса, Абаддон перестал подписывать бумаги и теперь излучал своим единственным глазом массу несвойственного для его спокойного характера удивления.

— Ты… не знаешь кто это такие?

— Теперь мне еще более неловко, Лорд-Правитель.

— Ну, тогда твой брифинг начнется не с собрания в моем кабинете, а с похода в Либрарию. Пойдем! — Абаддон поднялся и указал на дверь. — Тебя ждет очень интересное знакомство.

Глава 1

«И почему они не построят портал прям в кабинете Лорда? Намного же проще будет добираться. Да и перемещаться по Августграду в целом…», — думала Уриэль, пока ехала в лифте вместе с Абаддоном до портала, который, по иронии, находился на самом первом этаже башни Обскуры, Ангельском аналоге Мониторума. С самой верхней точки, кабинета Лорда-правителя, до самого низа, ждать приходилось около семи Земных минут, что по ощущениям было ну очень долго. Радовало то, что хоть лифт был секретным и доступ к нему имели только Лорд и его приближенные.

«Хоть подсесть к нам никто не сможет» — думала Уриэль.

— Твой день плотно сегодня расписан? — поинтересовался Абаддон.

— Как и любой другой, хоть и дела довольно рутинные. Мне приписали новичка на воспитание, так что я обязана, по распоряжению ордена, уделять ему в цикл немного времени на небольшую муштру.

— Ну, тогда сегодня его немного поколотишь, но с завтрашнего цикла вступит в силу твоя подготовка к отбытию в Эллизиум. Тебе предстоит добираться до его зоны самостоятельно.

— Меня нельзя туда просто телепортировать?

— Нет, Уриэль. Эллизиум находиться не в чистом поле… Чтоб попасть официально на его территорию… В общем, проверни там свои смертные ритуалы.

«„Смертные ритуалы“? Старик совсем забыл, что значит находиться в материальном мире» — подумала Уриэль.

— Смертные ритуалы… Я обязательно что-то придумаю.

— Это хорошо. Мы приехали, — сказал Абаддон, за секунду до того как раскрылась дверь лифта, явившая толпы ангелов-рабочих Обскуры. Все что-то таскали, заполняли, перекрикивались… Видать так и не научились пользоваться коммуникаторными гарнитурами, которые недавно были закуплены у демонов огромной партией.

«Мда-а, а Соня недавно говорила, что они для такой работы фамильяров приспособили…»

Только Лорд ступил шаг с лифта, как к его ногам, споткнувшись, упал работник. Бедняга выронил огромную кипу бумаг и настолько растерялся, что метался взглядом пытаясь высмотреть каждый отлетевший бланк и документ. Поднявшись, он потоптался на месте, кинулся сначала в одну сторону, потом в другую, а как понял, что не в состоянии спасти бумаги, хоть и от идеально вымытого, но все-же истоптанного пола, безнадежно выдохнул.

— Ты недавно перевелся сюда? — поинтересовался Абаддон у растяпы-работника.

Парнишка в растерянности обернулся, чтоб посмотреть на того, кто с ним разговаривает и тут же стал кланяться в пол, с которого меньше минуты назад поднялся:

— Лорд-правитель, простите меня, я не специально, просто я первый цикл тут, ну никак не думал, что сразу такой объем работы и… — тараторил он без умолку.

— Не торопись и отдышись. Я тебе немного помогу, — сказал Абаддон работничку. — Вернее, Уриэль тебе поможет. Уриэль, — обратился Абаддон уже к Приближенной, — сделай так, чтоб документы нашего друга не сгинули под парой сотен ступней здешних работников.

Уриэль глянула на Абаддона, лицо которого украшала хитрая улыбка. Приближенная выдохнула и выпрямила правую руку перед собой. В момент, в пустой правой руке, материализовался молот на длиннющей рукояти. Весь молот достигал роста Уриэль, а массивный обоюдный боёк достигал размера почти двух голов державшей его ангелицы. Плоские бока байка́ украшала надпись на Мистиче «Sanctus». Эфес молота украшал резной набалдашник с инкрустированным синим самоцветом. Весь молот был похож на произведение ювелирного искусства, но несмотря на свой вид — являл собой грозное оружие, которое переходило от одного приближенного на службе, к другому, по истечении срока. Мало кто из соперников Уриэль, увидев «Праведник» уходил целым, но сегодня был иной случай. Уриэль приподняла молот так, чтоб эфес удалился от пола сантиметров на пятнадцать, а потом резко опустила, ударив по блестящей белой плитке так, что весь первый этаж замер и не двигался.

— Твой шанс все собрать, клерк, — посмотрела Уриэль на работника, который находился ровно в том-же шоке, что и остальные. — Не медли, у меня тоже есть дела, — попыталась сказать Уриэль максимально дружелюбно. Жаль только, что эта черта характера была ей малознакома.

— Д-да, сейчас, — побежал, мотивированный испугом, работничек собирать все то, что так «старательно» уронил. Никто даже двинуться не посмел, пока он собирал свои бумажки.

Когда же он их собрал, Уриэль окинула взглядом помещение и заставила молот исчезнуть. Свободные руки она уперла в бока и улыбнулась.

— Спасибо вам огромное Лорд-правитель! — глянул работник на Абаддона и побежал дальше. Весь этаж снова начал двигаться, и привычная рабочая атмосфера вернулась.

— Мог бы и мне «спасибо» сказать… — тихо возмутилась Уриэль.

— Не обижайся. Признаться, я тоже не ожидал такого финта от тебя.

— Я это вслух сказала? Я не это имела в виду.

— Не суть, продолжим наш путь.

— Вы правы.

Добраться до портальной не составило большого труда, разве что лавировать между потоками ангелов было довольно проблематично. Абаддон в своей массивной броне расталкивал всех как ледокол, а Уриэль просто шла следом. В кой-то веки, она находилась под защитой Лорда, а не наоборот. Достигнув портальной, оператор терминала встала и поклонилась Лорду, не забыв положить руку на нашивку с глазом:

— Куда вас направить, Лорд-Правитель?

— В Либрарию, пожалуйста, это срочно.

— Вас поняла, — сказала оператор, что-то щелкая на терминале, так и не сев обратно за свое рабочее место. Только она нажала последнюю кнопку, как в стене портальной образовалась ярко-желтая пульсирующая рамка в ангельский рост, которая окантовывала черную непроглядную тьму. — Сделано! — отрапортовала оператор.

— Спасибо, — поблагодарил Лорд оператора. — После вас, Уриэль, — указал Абаддон рукой на портал.

«У демонов уже давно все дистанционно…»

***

Выйдя на другой стороне портала, оставив последний по правую руку, Уриэль уставилась на огромный витраж, в который упиралась лестница, позволяющая подняться на второй этаж Либрарии. Заканчиваясь площадочкой, с которой на этот витраж можно было осмотреть впритык, лестница раздваивалась, позволяя идущему выбрать направление: пойти налево или направо. Воистину, богатый выбор.

— Я, конечно, симпатизирую вам всеми силами, Уриэль, но я тут ждал Лорда-правителя. Вы, прошу простить, пока не дотягиваете до этого звания, — голос заставил Уриэль повернуться на сто восемьдесят градусов. Сказал же ей эту фразу не кто иной, как сам Лорд-Навигатор Сидоний. Еще один старец, навсегда запертый в оболочке двадцати пяти — тридцатилетнего бледнокожего, как и большинство ангелов, юноши, который улыбался, довольный своей шуткой. Хотя с таким чувством юмора, «навсегда» казалось очень спорным заявлением.

— Ну знаете, я тоже ожидала, что меня просканирует фамильяр, а не выйдет досматривать аж Лорд-навигатор, — сказала Уриэль, твердо зная, что Сидоний терпеть не может сравнения своей Либрарии с Либрарией демоника.

— Бездушные машины никогда не заменят бдительности одушевленных. Рад вас видеть, — подал Сидоний руку в перчатке, украшенной разноцветными камнями на костяшках и одним большим камнем посередине тыльной стороны ладони, в знак приветствия. Никто не знал, зачем Сидоний эту перчатку носит, а на вопросы о ней, он отшучивался или просто молчал. Данный жест, с точки зрения воинской доктрины, был немножко грубым, ибо руки жмут без перчаток на них.

— Я тоже рада, Лорд-навигатор, — не растерялась Уриэль и пожала руку Лорда, ухватившись аж за предплечье.

— Где же объект вашей ревностной защиты?

— Похоже, что заболтался с оператором портальной в Обскуре.

— Оу, не похоже на него.

— Ваша правда.

— Он даже не поставил меня в известность, что он хотел. Просто пришло сообщеньеце с пометкой «срочно» и все…

— А это я хотел рассказать вам лично, Сидоний, — вышел с портала Абаддон, успевший отлично услышать последнюю сказанную фразу. — У нас миссия первостепенной важности, на которую решено было отрядить Уриэль. Но вот беда, она не представляет, кто её напарник.

— Ну как это? Я ж подавал, что с ней пойдет Грегор — смотрящий в темноту.

— В этом то и проблема. Уриэль и не знает кто такие «Смотрящие в темноту».

«Надоели говорить будто меня тут нету», — подумала ангелица.

— Вот как? Вы никогда раньше не работали с ними? — поинтересовался Сидоний у Приближенной.

— Ни-ко-гда, — ответила Уриэль.

— Ваше счастье. Ну ничего, оно продлилось достаточно долго. Жаль, что теперь ему суждено оборваться, — сказал Сидоний, со своей фирменной улыбкой.

— Да что же меня ждет-то такое? Уже второй раз слышу об этой хронической неудаче.

— Сейчас сами все увидите, пройдемте, — показал Сидоний жестом, что пора двигаться. — У них особые кельи, так что нам предстоит пройтись.

Уриэль постоянно при нахождении в Либрарии, сравнивала её с университетскими или еще подобными зданиями. Куча каких-то лестниц, коридоров, кабинетов… Скукотища, да и только. Вот и сейчас им предстояло пройти этих лестниц, коридоров и так далее — добрую сотню.

— Скажите, Уриэль, вы же хорошо знакомы с тем, как обучаются медиумы? — говорил Сидоний, пока они шли и держал руки за спиной.

— Не то, чтобы хорошо, знаю про предрасположенности и тому подобное.

— Это прекрасно. Знаете ли вы, что у каждого ордена есть, как бы вам сказать, «особые экземпляры»?

— Не знаю… У ордена Харна такого нету.

— Ошибаетесь, у всех есть. Просто, может, у вас это держится в секрете?

— Допустим.

— Вот. У ордена Кейна есть такие «особые» медиумы. И называются они — смотрящие в темноту. Это крайне редкие личности, а их возможности весьма специфичны.

«Интересно, говорить загадками у Кейнитов это врожденное или их учат?» — подумала Уриэль.

— И… в чем же их специфичность?

Так-же она отметила, что Абаддон все это время шел и не проронил ни звука.

— В том, что они все в своей материальной жизни были, как это у людей принято говорить — душевнобольные. Я же знаю, что это в корне неверное утверждение, ибо…

— Мой напарник будет психом?! — перебила Уриэль рассказ.

— Как же вы узко мыслите. Психами они были там, в материальном мире, тут же они — ценнейшие кадры.

— И в чем же их ценность?

— В том, что они видят истину. Везде и всегда.

— Любопытно.

— Не спешите с выводами. То, как они эту истину преподносят, может свести с ума не одного философа. Откровенно говоря, все что они изрекают — полнейший бред, но только на первый взгляд. Умение читать их предсказания — великое искусство.

«Супер! Мне будет помогать то, что я даже не в состоянии буду расшифровать» — подумала Уриэль.

— И как же он мне поможет если я его не буду понимать?

— Мы уже думали об этом с Лордом-правителем и пришли к некоему заключению. Но для начала — мы дошли.

Уриэль стояла перед дверью в келью. Вот только ангелица никогда бы в жизни и не подумала, что это келья, ибо очень странно, когда дверь в жилое помещение напоминает большую бронированную банковскую ячейку.

— А это необходимая мера? — поинтересовалась она.

— Конкретно для Грегора — нет, но экземпляры разные бывают.

— Понятно.

«Здо-орово, псих, еще и буйный!», — мысленно сделала ангелица вывод.

Сидоний постучал в дверь кельи. Еще раз. Потом еще раз. На четвертый раз дверь всё-таки решила приоткрыться. Сидоний взялся за ручку и довершил начатое. Келья была ужасно мала, а каждый миллиметр стен был исписан странными символами, настолько искусно, что не было видно, где у этого узора было начало. В конце комнатушки стояла койка, стоит отметить, что идеально заправленная и чистая, а у входа располагалась кафедра с парой бумажек на ней и ручкой. Сам Грегор больше был похож на бродягу, чем на уникального последователя Кейна. Одет он был в обычную робу послушника, ничего удивительного. Воло́с на его голове было чуть более чем мало, а те, что остались были неаккуратно зачесаны в одном направлении. Пока он задумчиво рассматривал стену, у него не было видно косоглазия, а «зрячий» глаз во лбу был как будто покрыт бельмом. Как он начал говорить, обратив на вошедших внимание, оказалось, что зубов у него был далеко не полный комплект. А учитывая, что весь этот набор умещался в стандартную двадцатипятилетнюю ангельскую оболочку… То сказать было как минимум нечего.

— О, владыка спустился проведать гнусных червей в темноте обитающих, — сказал Грегор.

— Что? — спросила Уриэль

— И тебе здравствуй, Грегор, я привел твою напарницу.

Обитатель кельи решил подойти поближе и сказал:

— А, та чье имя громкое. Праведность несущая, четверку замыкающая.

— Что? — вновь спросила Уриэль у Сидония.

— Он сказал, что наслышан о тебе, — Улыбнулся Лорд.

— Здравствуй… Грегор, — подавила Уриэль мимолетное отвращение. — Мне тоже тебя успели представить, — ответила она Грегору и повернулась к Сидонию. — Фух, вы так напугали, что он говорит полностью непонятно, а сейчас все вполне огично.

— Это пока что. Порой он такие перлы выдает, что даже я не понимаю. Так что, готовься, тебе много придется учить и понимать.

— Понятно. А что он умеет? В бою пригодиться?

— Нет, не пригодиться. У него иная задача.

— Да? И какая же?

— Сейчас узнаешь, тебе все равно нужно время чтобы свыкнуться.

— Свыкнуться с чем?

— Сейчас и увидишь. Грегор, начинай! — Отдал приказ Сидоний.

Послушник потер свои руки, что-то пробормотал и подошел к Уриэль еще ближе. Его «зрячий» глаз засветился нездоровым фиолетовым светом. Никогда раньше Уриэль не видела заклинаний с таким свечением.

— Что он задумал?

— Дай ему прикоснуться к своему лбу.

Уриэль повиновалась команде старшего и беспрекословно её выполнила. В момент, глаз во лбу Грегора потух, а он сам рухнул, как мешок, на пол кельи.

— Что он сделал? — поинтересовалась Уриэль.

— А теперь, запасись терпением и самообладанием, Приближенная, — сказал Сидоний сквозь улыбку.

«- Как же он надоел говорить загадками!

— Загадка суть правды передает, прямо ни один путь не идет вечно.» — Прозвучало в мыслях ангелицы

— Какого? Кто это сказал?!

— О, откликнулся! — сказал Сидоний.

— Не поняла?

— До окончания задания у тебя появился сосед.

— Вы мне его в голову запихали?!

«- Для действа сего один актер нужен»

— Замолкни!

— Ну-ну, не злись, Уриэль, вам еще работать вместе. А сейчас, прошу меня простить, Абаддон, у меня дела остались.

— Не смею вас больше задерживать, — сказал Лорд-правитель на прощание Сидонию. — Весь остальной день у тебя свободен, Уриэль, привыкай. Брифинг будет по истечении цикла, перед твоей отправкой в материальный мир.

— Подождите-ка, А мне что.! — говорила Уриэль в спину уходящему Абаддону.

«- Ну и дела…

— Волнения откинь — спектакль наш будет прекрасен!»

***

Весь путь до выхода из Либрарии Уриэль тёрла виски́. Она добралась до выхода, столкнувшись с парой последователей Кейна, два раза споткнувшись и врезавшись в дверь, которая и должна была её выпустить. Сейчас-же, выйдя на широкое крыльцо Либрарии, оказавшись под крышей, подпираемой могучими колоннами, ангелица решила сесть у основания одной такой.

“— Как же болит голова…

— Боль есть ключ к замку́ неизведанного.”

— Да что же ты несешь-то постоянно?

“— В антракты нету смысла привлекать внимание к пьесе.”

— Да за-мо-лчи! — крикнула она уже не в силах терпеть.

Обративший внимание на сидящую Уриэль навигатор подошел к ней и поинтересовался все ли с ней хорошо. Уриэль подумала, что ему можно рассказать, ведь он точно должен знать какая пакость живет в Либрарии вместе с ним. Рассказав ему и повторив фразу про антракт, навигатор задумался и предположил, что, вероятно, имелось в виду, что не стоит общаться со Смотрящим так громко, что он вполне может слышать мысли того, в ком сидит.

Именно это замечание служащего Либрарии и заставило Уриэль осознать ситуацию в которой она находилась. Поблагодарив его и поняв, что озвучивать свой внутренний диалог как минимум — привлекает внимание, она взяла себя в руки, а навигатор вернулся к своим делам, оставив Уриэль со своими, и не только своими, мыслями.

«- Значит, ты слышишь не только мою речь, но и мысли?

— Чую запах, не зная откуда дует.

— Буду считать, что ты подтвердил сказанное. Может есть способ мне понимать тебя отчетливее?

— Клавиатура моего терминала кнопками вперемешку.

— Ты-то меня понимаешь четко?

— Карандаш оставляет ровный след на бумаге.

— Хорошо, тут можно подумать, что ты подтвердил.

— Отчего же ты бирку мою потеряла?

— Так, давай думать… Бирка… Бирку вешают на что-то с одинаковым содержимым, еще чтоб просто дать название. Ты хочешь, чтоб я называла тебя по-имени?

— Шах и мат.

— Поняла, Грегор, прости меня.

— Не все преступления несут наказания.

— Буду считать, что это «Ничего страшного».

— Учебник перевернулся на страницу дальше.

— Хочешь сказать, что я тебя понимаю чуть лучше? Что ж, спасибо, мне приятно. Ладно, Грегор, слушай, у меня от тебя пока что болит голова, я уверена, что это пройдет, но дай мне время на привыкание, хорошо?

В ответ было лишь мысленное молчание.

— Так странно осознавать, как живут люди с биполярным расстройством…» — закончила мысли Уриэль.

Ангелица спрыгнула с основания колонны вспомнив что у нее еще есть дела.

«- Новичок на избиение уже, наверное, меня ждет. Интересно, портальная не перегружена? Было бы здорово переместиться прям в Обскуру, вероятно, новенький меня ждет там.

— Ваза фарфоровая, хрупкая. Основа сломается и не заметишь, как произошло.

— Похоже, Грегор, ты знаком с моей кошкой. Той только дай что-то сломать. Ну да ладно, моя голова не такая и слабая, говори, как что-то заметишь.»

Решение вернуться в Либрарию чтоб воспользоваться локальной портальной пришло моментально. Очереди, слава богам, не оказалось. Навигаторы не особо любили самый быстрый способ добраться из одной точки в другую, хотя это казалось ужасно странным. Сказав оператору пункт назначения и оплатив услугу, проведя наручем с коммуникатором по терминалу, Уриэль услышала, что в Обскуру стоит небольшая очередь.

«- Жидкая бодрость плохо смотрится на облачениях.

— Эмм, возможно…»

Портал открылся и оператор пригласил Уриэль пройти.

Оказавшись на другой стороне, ангелица обнаружила, что чайник жизни в Обскуре все еще кипит так, что аж крышку сорвать может. Нужно было подстроиться под потоки клерков, чтобы спокойно приблизиться к выходу. Уриэль не выделялась особым ростом среди остального населения Августграда, так что она выгодно сливалась со всей белой ангельской массой. Буквально доплыв в потоках работников до двери, ангелица уже тянулась к ручке, как на нее кто-то пролил какой-то горячий напиток. Больно не было, но наручу точно была дорога в чистку.

— Простите меня пожалуйста! Меня кто-то толкнул, — говорила ангелица в деловой робе, державшая подмышкой омнипад, а в свободной руке тот самый стакан, из которого и была совершена подлая атака с запахом кофе. Выкинув теперь уже пустой стакан в мусорку рядом, она полезла в карман робы, дабы достать оттуда непонятную вещицу и сунула её Уриэль, перед тем как убежать в толпу.

Уриэль все-таки смогла выйти из Обскуры и стояла перед входом в башню, немного отойдя в сторону, чтобы не мешать желающим войти. Оглянув руку и наруч облитые напитком, Уриэль осмотрела и врученный ангелицой предмет коим оказалась пачка влажных салфеток. Тут же в мыслях пронеслись слова Грегора:

«- Жидкая бодрость… облачения… Ты предупредил что меня обольют кофе?

— Отражение в разбитом зеркале.

— Вот тебе и на! Мне не сказали, что ты еще и предсказатель.»

Залит оказался не только наруч, но и плечевая пластина тоже была далека от идеальной чистоты

— Лишь бы отмылось, — сказала она тихо сама себе доставая одну из влажных салфеток.

«- Где же этот растяпа? Такое чувство, что мне нечем заняться больше, кроме как его тут ждать.

— Сквозь преграды, глянь ниже линии горизонта.

— Эх, Грегор, все-таки я не компьютер, не адаптируюсь под любую программу.»

Закончив очистку доспеха, Уриэль решила спуститься по лестнице от Обскуры ближе к дороге и, как ни странно, там её ждал тот самый новичок, которого она узнала по стандартному орденскому комплекту доспехов и мечу.

«- Так вот что значило про горизонт… Он просто стоял ниже.»

Как только он заметил Уриэль, так сразу решил подойти к ней ближе. Ангелица успела его смерить взглядом и оценить. Персонаж мужского пола, средней длинны темные волосы, забранные в хвост, и снова, потусторонние неестественно яркие глаза. На этот раз розовые. Стандартный Харнаткский ангельский мужской доспех с золотой окантовкой бронепластин, тяжелый и непрактичный, сидел на нем как влитой. Не менее стандартный поддоспешник, штаны и ботинки тоже общей картины не портили. Полуторный меч с белыми ножнами висел на поясе под углом. Самый что ни на есть стандартный новичок.

— Здравствуйте наставник, меня зовут Торин, — хлопнул он себя по нагруднику в районе сердца голым кулаком.

— Здравствуй-здравствуй, Торин, — пыталась сказать Уриэль максимально по-женски мягко. Уж очень она любила вводить всех своим красивым лицом в непонимание, чтоб потом ко всеобщему удивлению показать, что «жалость» для нее незнакомое слово. — Почему нашивка не висит в том месте куда ты себя ударил?

— Простите? — озадачено спросил парень.

— Вот скажи, кому ты предложил свое сердце сейчас? А? Мне?

— Ну… — замешкался Торин

— Во-от. Я польщена, конечно, но должен был — Харну. У тебя с собой нашивка?

— Да, она тут, — достал он вещицу из кармана форменных штанов.

— Давай её мне, — Торин послушно выполнил сказанное. Уриэль поднесла нашивку к доспеху новичка, отчего та, казалось, намертво прилипла. — Вот так. Отстегивается она также легко, но этого делать не стоит.

— Благодарю вас.

— Чего такой угрюмый? — улыбалась Уриэль

— Ну, не знаю… Вам честно?

— Конечно честно!

— Просто не знаю, чего ждать от тренировки.

— Не волнуйся, но настраивайся сразу на худшее, — Все-еще с неизменной улыбкой говорила Уриэль. Торин от той фразы совсем поник. — Ну пойдем, время не резиновое.

— Слушаюсь.

Весь путь был проделан молча. Торин тихо себе шагал за Уриэль пока та полностью погрузилась в свои мысли. Удивительно, что Грегор не отзывался.

Сколько Уриэль времени уже находилась в Августграде? Счет был утерян давным-давно. Сотни лет. Казалось, что знакомо уже абсолютно все: каждый переулок, дорожка, аллея… Мешало ли это Августграду удивлять? Ни капли. Столько золота, мрамора, дивных запахов… Такой чистоты не было нигде и никогда. Погода всегда стояла одинаковая и температура тоже. Лужайки и деревья всегда были зелены, небо всегда голубое, а облака если и были, то всегда самых чудаковатых форм, от которых было невозможно отвести взгляд. Неизменно и в небе Августграда светила Сфера. Та, что давала городу жизнь. Та, что всему потустороннему давала жизнь.

«И как обитатели Дита могут выносить постоянное красное свечение сферы? Не понимаю…»

Впрочем, Августград от Дита отличался не так уж и сильно. Внешность хоть и радикально меняла восприятие местности, нутро было одинаковое. Все районы Августграда напоминали бесконечные пригороды с тонной частных домиков, таунхаусов и застроек не более чем на три этажа вверх. Заводы, мастерские, станции обслуживания и так далее тоже выгодно маскировались под привычные, для Земных жителей, загородные домики с лужайками, золотыми воротами, вычурными заборами и так далее. Сильно выделялась лишь башня Обскуры.

Мегаполисом тут и не пахло, в отличие от Дита, который придавал слову «мегаполис» абсолютное значение. Печальная правда была в том, что Августград сильно отстал от Дита в технической части. Ангелам подавай внешний вид, а если работает — значит вмешательства не требуется. Но демоны проигрывали в иной, духовной части. Ангелы верили. Верили во все что им не чуждо. А когда ангел верит в свою вещь, товарища, идею… то она не подведет никогда.

— Мы пришли, Торин.

— А, угу, — проснулся все время смотрящий под ноги новобранец.

Дошли же они до тренировочной. Самого главного, после орденской цитадели, здания в жизни воина. У каждого воина был пожизненный пропуск в это заведение, без нужды переодеваться или отвлекаться еще на какие-то подобные мелочи. Зашли они без проблем и так же без проблем прошли к рингу в дальнем углу тренировочной.

— Ты, я посмотрю, как и все, практикуешь фехтование?

— Ну, я пока ничего не практикую… Выдали меч. Ну я и принял.

— Понятно. Ну меч — это, совсем неплохо. Большинство тварей, знаешь ли, вполне себе режутся. Редко у кого есть панцирь там… Или еще какая гадость.

— Я понял как-то. Давайте начинать?

— Ну, залезай в ринг, я сейчас найду учебную болванку и тоже приду, — сказала Уриэль и пошла искать ученические мечи. Взяла она только один. Знала, что новобранец ей ничего не сделает. Стоит отметить, что даже ученический ангельский меч был похож на те, что лежали под витринами музеев в материальном мире.

— Я вернулась, — сказала Уриэль забираясь в ринг.

— А мне такой?

— У тебя есть оружие, а у меня как видишь…

— А как-же «Праведник»?

— Меч на молот — как-то неспортивно.

— Вам виднее, наставник.

— Ну, тогда, становись, я нападаю.

— Поня… — не успел Торин закончить фразу, как ему пришлось блокировать вертикальный рубящий удар Уриэль. Самый простой и предсказуемый удар. Ухватив меч за рукоять двумя руками, он, пока-что, спокойно держал натиск Уриэль. Даже пару раз оглянулся, оценив ситуацию.

— Долго еще терпеть собрался?

— Тренировка уже началась? Тогда… — Торин сделал так чтоб «лезвие» меча Уриэль соскользнуло к гарде. Теперь центр тяжести ангелицы был против нее, и она начала падать. Торин же готовил подножку. Жаль только, что Уриэль этот прием знала как пять пальцев и отпрыгнула назад.

— А ты с сюрпризом.

— Я в смертной жизни был фехтовальщиком. Спортсменом правда, но, все-равно, меч держал. А как оболочку принял то рефлексы обострились и все стало в разы легче.

— Что-ж, тогда я приму это к сведению. Не сдерживайся, Торин.

— Вас понял, наставник.

— И хватит этого «наставник», Зови меня Уриэ… — не дал Торин закончить Уриэль фразу. Теперь он влетел на нее с точно таким-же ударом.

«Хочешь посмотреть, как я вывернусь? Ну смотри»

Уриэль не меняла угол наклона меча. Она просто давила на Торина зная, что у нее превосходство в силе из-за многолетних тренировок. По крайней мере ей так казалось. Сомнения подкрались на том моменте, когда они выровнялись и давили с одинаковой силой на точку прикосновения лезвий. Торину это надоело первому. Провернувши меч, он отвел лезвие Уриэль в сторону. В грудную пластину пошатнувшейся ангелице полетела ладонь новичка, толкнувшая Уриэль с весьма значительной силой. Новобранец, стоя на месте взмахнул пару раз мечом в воздухе, а Уриэль, оступившись, сумела удержать равновесие. Злости Уриэль не было предела. Она? И попасться на такой элементарный прём?! У этого новичка была вполне реальная действенная техника, но бой с чудищем, это не математический расчет. Это битва на выживание. Уриэль решилась атаковать по-серьезному.

«Этот червь показал, что способен блокировать только двумя руками, что-ж…»

Теперь и она взяла болванку двумя руками. Удар пришелся по мечу Торина с очень большой силой. У бедняги на лице аж прикрылся глаз и появился оскал от дискомфорта в руке. Уриэль все наносила и наносила удары, заставляющие меч вибрировать в руках Торина, а когда всё его внимание было сфокусировано на том, чтоб унять дрожь, внезапный удар пришелся по ноге новобранца. Ученик рухнул, выронив оружие.

— Уриэль?

— Да, Торин, — повторила Уриэль его-же финт с мечом.

— Я не могу встать.

Вмиг вся злость ангелицы улетучилась и Уриэль глянула на место куда пришелся её удар. Даже не удар, пинок. Берцовая кость бедняги находилась явно не под здоровым углом.

«Ваза, фарфор, основа… Снова сбылось»

— Боги… — выронила ангелица меч и села рядом. - Прости Торин, я… оплачу лечение.

— Не думал, что тренировка закончится вот так.

— А я не думала, что новичок так неплох в фехтовании. Похвально, но твоя оболочка слаба. Тренируйся и мы сойдемся в поединке еще множество раз. Мало-ли что в следующий раз и у кого сломается, — выдавила Уриэль из себя улыбку. Осознание сделанного её серьезно пошатнуло.

Уриэль пощелкала на наруче пару кнопок.

— Я вызвала сюда госпитальеров. Скажи им, чтоб они выписали счет на мое имя. А сейчас прости, мне пора.

— Что ж, как-нибудь увидимся на орденских собраниях, — сказал беспомощный Торин

— Увидимся. — Они пожали друг другу руки.

С этими словами Уриэль решила покинуть тренировочную.

***

Только Уриэль вышла из тренировочной её наруч громко щелкнул.

«Ну кого там еще принесло?»

Грегор молчал. Сообщение гласило: «Уриэль, не знаю специально ли ты это делаешь, но ты своего добилась. Ты отстранена от работы с новичками. Выбирай: штраф или понижение оклада. Не откликнешься — решение будет принято за тебя.» Отправитель — Джестер, первый из братьев. Уриэль на это лишь тяжело выдохнула.

«- Мирские блага ценны, когда доступ отсутствует.

— Грегор… Я уж думала ты уснул. Да, оплата штрафа, лечения… Еще чуть-чуть, и я на полном нуле, — Уриэль подтвердила транзакцию на коммуникаторе. — Хоть за новое дело обещали хорошую плату.

— Воистину хорошо то, что руками не осязаемо.

— Не согласна. Черт, теперь и до Обскуры придется добираться на своих двоих…

— Не дано ползающим на крыльях воспарить.

— Даже попутку поймать не дано…»

Смирившись с положением дел и не придумавши ничего лучше, чем пройтись до Обскуры пешком, Уриэль начала свой путь. Обратная дорога казалась короче, хотя таковой и не являлась.

«Насколько ж быстро информация дошла до командования… Тоже мне медики… нет чтоб кинуться спасать пострадавшего, так им сначала нужно отчётики отправить. А если там не перелом был бы а, не знаю… расчлененка! Такая чтоб счет жизни зависел от секунд? Даже тут хочется все сравнить с Демонами, с тем насколько у них все оперативно. Глядишь и в падшие запишут…» — подумала Уриэль с унынием. Нет ничего хуже, чем ангелу попасть в Падшие.

«- Пасть — не значит скатить валун надежды.

— Не знаю, понимаешь ли ты, Грегор, насколько позорно ангелу стать Падшим? Это точка невозврата, там уже как не старайся, все-равно не вернешься обратно.

— Точка невозврата — есть начало луча перемен.

— Это конец, Грегор. Считай, что каждый ангел стремиться сделать так чтоб не скатиться к этой точке.»

***

Углубившись во внутренний диалог, Уриэль и не заметила, как стояла у подножья Обскуры.

«Что-то всё совсем плохо со мной… Не заметить башню, которая тянется боги знают до куда…»

Уриэль хотелось быстрее закончить брифинг, чтоб наконец взяться за задание. Все больше она осознавала, что обыденность скучна. Одни и те-же поручения, одни и те-же задания, одни и те-же чудища… Абаддон все реже выходил куда-то и защиты ему требовалось все меньше. Меньше защиты — меньше оклад. Меньше оклад — больше уныния. Не такого, конечно, чтоб в петлю залазить, но все-таки… Доспехи требовали полировки, окантовка — чистки, да и коммуникатор устарел. Хочется модель поновее… Материальная жизнь тоже не особо радовала разнообразием. Ангельская непорочность была и благом, и проклятием. Хотя привлекательная внешность и была огромным бонусом, со временем и она приедалась очень сильно. Зная, что в следующей инкарнации тебя снова ждет красивое личико и точёная фигура, становилось скучно. Из жизни в жизнь переносились опыт и знания. Каждый раз, впервые смотря на своих смертных родителей и на их реакцию на ребенка с синдромом Клузо, волей — неволей, начинаешь задумываться, а не испортила ли ты им жизнь? Потом обнаруживаешь себя в детдоме среди еще пары ангелов и просто детей которым не повезло. Осознаешь, что твои догадки касательно сломанной жизни родителей подтвердились. И так снова, и снова, и снова…

Настроение Уриэль совсем упало, а впереди еще предстояло слушать подробности работы.

«- Пусть хоть это станет небольшой отдушиной в рутине.

— Сквозь лес, с горящим сердцем несется бегун.

— Да-да, Грегор, бегу и спотыкаюсь.»

Зайдя в Обскуру, Уриэль показалось, что толпы́ на первом этаже стало меньше. Не настолько меньше, чтоб свободно дойти до лифта и добраться на самую высокую точку башни, но все же. Ей совсем не хотелось вилять и толкаться. Гордая и прямая осанка стала немного кривее, начала кружиться голова.

«Я же воин… Почему я должна обходить всех? Пусть меня обходят!»

Сосредоточившись, Уриэль немного подняла концентрацию люца в своей оболочке. Не на столько чтоб пространство вокруг начало искажаться и пол под ней треснул, но на столько чтоб ее не смог сбить с ног первый врезавшийся в нее клерк. Хоть врагов по близости и не было, но концентрация придала приятной уверенности и твердости в шаге. Да и в намерениях.

Путь до лифта оказался намного быстрее по такому маршруту наивысшего сопротивления. Пару клерков таки врезались в нее, и без концентрации бы свалили с ног, но сейчас на полу лежали только работники, трущие места удара, и жаловались будто ударились об огромный твердый булыжник. Вызвавши лифт, из него тоже хлынула волна рабочих, которая утопила бы Уриэль, если б не ее маленьких трюк. Зайдя в лифт и нажав нужный этаж, тот снова успел забиться работниками и заставить Уриэль чувствовать себя как шпроту в банке.

«Как-же мне это надоело… Может сделать так, чтоб втрамбовать всех в стенки лифта? Силу поднять стоит всего чуть-чуть, чтоб это случилось…»

Но этого не произошло. Выдержав около пяти минут такого подъема, где-то в середине башни, ангелов в лифте практически не осталось, а на самую вершину поднималась только она.

Перед кабинетом Абаддона располагался стол его секретаря. Он управлял встречами и распорядком дня Лорда. Увидев Уриэль и проверив распорядок, он кивнул, что та может заходить. На сей раз Уриэль зашла крайне бесцеремонно, попытавшись сделать так, чтоб идеально смазанная дверь издала хоть какой-то скрип. Вышло у нее крайне хорошо, стоит отметить. От минимального наклона ручки в позицию, не задуманную мастером, дверь издала оглушительный писк.

— Уриэль, что это с тобой, где же манеры? — Сказал Абаддон. Уриэль еще со входа заметила, что роспись на документе, который он держал в руках вышла немного кривее и длиннее чем обычно.

— Прошу простить, Лорд-правитель, я что-то не в духе сегодня. Голова болит, я новичку ногу сломала, меня оштрафовали… Да и вообще… Можно мне провести брифинг сейчас, и я пойду готовиться к заданию?

— Можно, — с ноткой непонимания глянул Абаддон на Уриэль. — Присаживайся, стул еще не успели отнести.

— Благодарю, — Уриэль прошла и села на стул ни на секунду не стараясь держать ровную осанку.

Абаддон что-то пощелкал на клавиатуре терминала и повернул экран к Уриэль. На экране была отображена карта зоны Эллизиума. По расчетам, выведенным на экран, зона была в радиусе более десяти километров. Новичков отправляют на уничтожение зон, не превышающих три… метра.

— Как так вышло-то? — Вернулась к Уриэль эмоциональность.

— Если б мы знали, то нам не нужно было бы посылать столь весомого сотрудника еще и со смотрящим. Кстати, как он?

— Прижился, говорит там всякое…

— Похоже, что ты Грегору понравилась. Обычно перед тем, как с кем-то сдружиться он мучает носителя мигренями по несколько циклов.

«Боги, Грегор, спасибо тебе что так не сделал.»

— И патриарх тоже где-то там?

— Естественно. Эллизиум — это его проклятье, он не может выбраться за его пределы. Знай, весь Эллизиум — это бомба. Он копит потустороннюю энергию и никуда её не отдает. Этот экземпляр разросся так, что не мудрено что и он скоро сдетонирует. Тебя, кстати, Эллизиум не выпустит, как только ты ступишь на его территорию. Но это так, к слову.

— Блеск. — Тихо сказала Уриэль. — Вопрос.

— Да?

— А демоны знают про него?

— Не сомневайся. Я уверен, что ты там встретишь оперативников из Дита.

— Еще лучше… Даже догадок нету кто может быть патриархом?

— Ни единой.

«Крыса прячется в тенях, одна не опасна, много — лучше не соваться.

— Стихами заговорил, а Грегор?»

— Поняла. Разрешите выполнять?

— Разрешаю, но, — Абаддон встал из-за стола и ударил себя по нашивке в районе сердца, — это очень ответственное дело. Сила взрыва этого Эллизиума может запросто стереть материальный мир. По факту — ты идешь спасать мир от Апокалипсиса, Уриэль.

— Я… Буду стараться, — ответила Уриэль невесело.

— Ступай. И благослови тебя Харн, — сказал Абаддон после небольшой паузы.

— Благодарю, — Уриэль встала со стула и повторила жест Абаддона. После этого Лорд вернулся к подписям документов, а Уриэль еще раз поинтересовалась, — Мне же пришлют пересчет местоположения в материальных координатах?

- Не сомневайся. Конечно, пришлют.

— Тогда…

- Что-то еще?

— Закажите мне портал пожалуйста, кроссмировой.

— Будет сделано, ступай, - легонько махнул Лорд пером пару раз.

После этих слов Уриэль неслась на всех порах в портальную, чтоб на сегодня покинуть Августград, но притормозила вспомнив, что она меняет шило на мыло. В материальном мире её ждал скучный день доктора медицины, в университете, который она закончила в свои двадцать два земных года, а потом резко пошла зарабатывать все ученые степени в этой области. В свои же тридцать один она известный на весь мир нейрохирург, проводящий сложнейшие операции, за которые никто бы и не взялся. Условие только одно, она никогда не выезжает за пределы своего города, а все приезжают к ней. Много кто считал, что это бесчеловечно и глупо, но только единицы знали, что Диана человеком и не являлась.

Глава 2

Выбравшись в материальный мир, Диана очутилась на месте, где она его и покинула. В кабинке общего туалета Медицинского университета. Она, сложив руки в жест, который представлял собой сомкнутые ладони двух рук с оттопыренными мизинцами, изрядно напряглась. Аж вена на голове выступила. Все эти усилия были необходимы ради того, чтобы закрыть Лимб, в котором она сейчас находилась. Последователи Харна это скверно умели, но обстоятельства требовали знание этого приема. Вся серость исчезла, явив на свет белый вымытый кафель уборной.

Диана вышла из кабинки подошла к умывальнику, над которым висело старое и треснутое в одном из уголков зеркало.

Правила требовали, чтоб в лабораторных помещениях волосы были убраны и не мешали. Поэтому длинные волосы Дианы, цвета спелой пшеницы, были завязаны в хвост, который, в свою очередь, не на секунду не давал усомниться в объеме и казалось вот-вот, да и порвет резинку стягивающую эту гриву. Все ангельские особенности с лихвой заменяли Диане косметику. Ни грамма неестественной красоты на её модельном лице — которое, в свои тридцать с небольшим лет не покрылось ни единой морщинкой - не было. Длинные ресницы на ярко-голубых, будто с линзами, глазах, пышные волосы, забранные в хвост, идеально ровный, будто фарфоровый нос и тонкие губы… Диана смотрела на себя в зеркало даже без намека на улыбку. Вся эта натуральность ей казалось в высшей степени фальшивой из-за магии… Ведь ангел всегда должен быть идеален. Поправив лабораторный белый халат, по иронии судьбы тоже сидевший на её фигуре просто как на нее сшитый, Диана захотела закатать рукава. Тату с мечом на предплечье все еще поблескивала, но она знала, что это еще максимум на секунду. Надо было возвращаться к работе.

Правда это «надо» упиралось в возможности оборудования и желание лаборантов. Да и в Дианино желание работать, с недавнего времени, тоже. Она знала, что она была приписана к этому университету больше, как бренд, мол «посмотрите кто у нас работает и ведет исследования!». Когда известная во всем мире Диана читала лекции, её никто не слушал. Вовсе не потому, что лекции неинтересные… Она просто знала, что обсуждают студенты за ее спиной. И не только студенты. Мало кого интересовал научный прогресс когда занятия ведет горячая всемирно известная докторша. Казалось, что все настроение её потусторонней оболочки передалось ей с излишком, поэтому сейчас Диана, опершись на один из лабораторных столов, стояла и не знала за что же ей взяться.

«Что я тут делаю? Материалов — нет, сотрудников — нет, даже пациентов нет. Я же даже за операции денег не беру, просто приезжайте сами…»

— Не ожидал что вы уже тут, Диана. — вывел её из раздумий коллега, старший научный сотрудник — кардиолог.

— Здравствуй, Олег, — сказала Диана, не подняв головы.

— С утра пораньше и уже с плохим настроением? — Поинтересовался коллега.

— Да нет, тебе показалось. Просто не знаю за что браться. А если честно — то и вовсе не за что.

«- Речь чиста, но помысел запятнан.

— Я давно уже догадалась, но, спасибо.»

— Тогда по-быстрому переучивайся на кардиолога и иди мне помогать, а то у меня работы — непочатый край. Мне кажется, что я на пороге открытия программируемого холестеринового регулятора, который…

«Как бы намекнуть, что мне ну совсем не интересно?»

— Здорово, правда?!

— Очень, ты большой молодец! — натянула Диана самую дружелюбную улыбку. — Додави этот проект, глядишь и на премию какую-нибудь выйдешь.

— Ну, за вами все-равно не угонюсь… Вы-то у нас просто коллекционируете награды.

— Так говоришь, как будто все потеряно.

— Нет, просто осознаю свои шансы.

— Олег…

— Да?

— Куда можно съездить в отпуск? Я уже не могу тут находиться. Просто плавлюсь.

— Ну, это вы к неправильному человеку обратились… Я сам дальше городского пляжа лет с восемнадцати не был.

— А сейчас тебе сколько?

— Двадцать восемь, а что?

— Нет, ничего, просто любопытно стало. Поняла, что ни разу не интересовалась.

— Понял. Что у вас за планы на сегодня?

— Отучить тебя обращаться ко мне на «вы». Я старше на три года, такое себе отличие.

— Вы меня старше?! — На лице Олега проглядывался легкий шок.

— Мне тридцать один.

— Это вы в бассейне с бальзамирующими жидкостями искупались?

— Ага, и еще много чего проворачиваю.

«Сейчас будут сыпаться комплименты…»

— В жизни бы не сказал, что вам… Эм… Тебе столько.

«Ужасно неловкие комплименты»

— Спасибо. Ладно, я узнаю есть ли мне смысл вообще тут находиться сегодня. До встречи.

— До встречи. — Сказал Олег голосом полным разочарования.

Диана вышла из своей лаборатории и застыла в пустом коридоре.

« Где там был кабинет профессора? Пойду вымаливать себе путевку из этого места.»

Диана отметила, насколько же сегодня было пусто. Ни одной живой души, кроме трудоголика Олега, она не встретила. Пробежавшись по лестнице вверх, попутно расстегнув лабораторный халат и размотав хвост, Диана осознала, что кабинет её начальства абсолютно в противоположной части коридора.

«Тьфу-ты! Сколько тут работаю, а к расположению кабинетов никак не могу привыкнуть.»

Пройдя по коридору в обратную сторону, Диана достигла пункта назначения. Только собиралась постучать в дверь, как её остановили крики из того самого кабинета. Кто-то топал, стучал по столу и кричал во всю глотку. Дверь резко распахнулась и чудом не ударила Диану по лбу. Вышел оттуда неизвестный сотрудник, явно в худшем настроении, даже, чем Диана сейчас. Скрылся за поворотом он так же стремительно, как и дошел до него, пройдя почти весь коридор.

«- Проблема, как два крыла на тебе скажется.

— Прости Грегор, я не смогу проследовать твоему предостережению. Уж слишком туманно.»

Диана зашла и увидела своего начальника, поправляющего галстук.

— Здравствуйте, Борис Валерьевич, — зашла Диана в кабинет начальника и закрыла дверь.

— Здравствуйте, Диана. Прошу простить за данную сценку, просто скоро семинары и консилиумы, а наш сотрудник захотел в отпуск.

— А, вот оно что…

«Я поняла твое предостережение»

— Да. А ты что хотела? — Сел старый бородатый профессор в кресло.

— Да так. Пожаловаться, что у меня сейчас нету никаких дел. В принципе, я пришла просить, похоже, то же что и тот человек. - Показала она большим пальцем на дверь.

— И вы туда-же? Я понимаю, конец лета, жара, но нашу работу же никто не отменял!

— Не отменял, но и новую не подбрасывал. Я у вас две недели попросить хотела. Вроде бы и не так много.

— Две недели, — тихо повторил Борис Валерьевич.

— Я уже не могу тут находиться. Если вы думаете, что я прям сгораю от удовольствия заниматься тем, что я сейчас делаю, я вас спешу разочаровать.

— Уж очень странный жизненный путь вы выбрали тогда.

«Ну не могу же я ему сказать, что через каждую инкарнацию я посвящаю себя медицине…»

— Когда что-то получается и дается, не значит, что оно нравится, — улыбнулась Диана.

— Две недели значит? — Проговорил начальник, не поднимая головы.

— Да. Думаю, что мне с головой хватит.

— Такого четкого приказа я не смогу выполнить. — повертел бородач головой. — Я вам накину еще пару дней сверху, только тогда я смогу подписать ваше письменное прошение, на которое у вас есть ровно двадцать минут, чтоб его написать.

— Спасибо вам большое! — сказала радостная Диана и обняла старого профессора, перевесившись через его стол.

— Не за что, дорогуша, но поторопитесь!

Окрыленная маленькой победой, Диана быстро спустилась к себе в лабораторию, нашла листок бумаги, позаимствовала чью-то первую попавшуюся, немного изгрызенную, ручку и написала заявление на отпуск. Еще быстрее она его отнесла на подпись. Через час всех процедур Диана, напевая какой-то заразный мотив, в лаборатории снимала свой белый халат и переобувалась в обувь более пригодную для улицы, нежели лабораторные тапочки.

— Уже уходишь? — подкрался сзади Олег.

— Представляешь, мне одобрили отпуск! Похоже, что я таки заслужила его, — казалось от плохого настроения Дианы не осталось и следа.

— Ну, или твое начальство падко на красивых женщин.

— Может и так. На войне, как говорится… — Не прекращала Диана улыбаться и сворачивала свой лабораторный халат.

— Диан…

— Да, Олег, — не уделила Диана ему особого внимания.

— Ты свободна вечером?

Данный вопрос вернул Диану в реальность.

— Что?

— Ну… Ты свободна? Вечером.

— Нет, у меня свидание.

— Значит… кто-то успел вперед меня?

— Успел. Уже лет пять как.

— Эх, обидно.

— Да, уже как пять лет у моего дивана свидания с моим задом по вечерам.

Олег стоял ошарашенный.

— Так ты об этом! Боже, ну и шутки.

— А если серьезно, то, прости, Олег, такие черствые карьеристки как я, свидания на дух не переносят.

— Понял, — без энтузиазма ответил коллега.

— Мне пора, не скучай тут, — выдала Диана самую лучезарную улыбку и поспешила покинуть этот ужасный университет как можно скорее. Олег лишь молча ей помахал еле поднятой рукой.

***

Стоя на пороге у входа, вдохнув свежий раскаленный августовский воздух, Диана глянула на часы.

«Только одиннадцать. Сколько всего можно еще успеть! Чем бы заняться? Сходить домой, взять спорт форму и сгонять к Артему в зал? Или забить на все, заказать какой-нибудь еды и уставиться в какой-нибудь фильм? Нужно ж еще и координат дождаться… В зал все-таки нужно сходить. Вот Артем удивится, когда увидит меня на тренировке в такую рань.»

Дианин путь домой начался с остановки, по стечению обстоятельств, которая всегда была набита людьми, едущими с работы, с центра города. Но, учитывая время, Диана обнаружила остановку пустой.

«Мой день, определенно!»

Даже автобус не заставил себя долго ждать. Заняв одно из мест у окна, Диана мчалась на встречу родной квартире. Остановка, практически у дома, в кои-то веки не казалась Диане воротами в страну кошмаров, и Диана буквально выпорхнула из маршрутки. Открыв свою сумочку, Диана приготовилась к долгому поиску ключей, но, вот незадача, ключи оказались на самом видном месте. С улыбкой отметив этот факт, довольная Диана их быстро достала. Подойдя к подъезду, отточенным движением попав в лунку, где ключ домофона открывал входную дверь, Диана распахнула последнюю и влетела на лифтовую площадку. Поднявшись на нужный этаж и открыв квартирную дверь, в шкаф точным движением прямо с ног полетела летняя обувь, а женская сумка приземлилась на диван в главной комнате.

— Здравствуй дом, милый дом!

Посмотреть, что за представление устроила хозяйка, вышла Дианина кошка, которую прилетевшая сумка заставила проснуться. Она лениво потянулась, зевнула и сощурила большие голубые глаза на хозяйку.

— Прости, Беатрис, что я тебя разбудила. Я обязательно тебе положу что-то вкусное, после чего пойдешь досматривать свои сны.

Беатрис, ответила на это своим кошачьим «мурмяу» и потерлась Диане о ногу.

— Ничего не разбила пока меня тут не было? — спросила Диана у кошки, направляясь на кухню.

В ответ Беатрис лишь мешалась Диане в ногах, обнимая их свои хвостом.

— Ах, пустая миска! Моя ж ты страдалица изголодавшаяся, — сказала заботливо Диана, как увидела кошачье трапезное место. Диана быстро залезла в холодильник, достала новую пачку кошачьего корма и высыпала пол пакетика в миску. Увидевшая сие чудо Беатрис перестала «обнимать» хвостом ноги Дианы и пошла наслаждаться обедом, громко мурча.

— Вот и хорошо. Где же моя спортивная сумка? Да и «рабочую» одежду хорошо бы снять.

Диана зашла в ванную и скинула свою блузку, которую удобно было надевать под лабораторный халат и классическую черную юбку. Оставшись в комплекте нижнего белья, как всегда идеально подобранного и сидящего, Диана ушла в спальню к шкафу с одеждой, чтобы найти по-настоящему что-то летнее. Выбор пал на джинсовые шорты и на ярко-оранжевую майку. Взяв с собой спортивную сумку с одеждой для зала, обувшись в босоножки Диана сказала:

— Беатрис, буду скоро, не скучай, — на что с кухни только слышались звуки, ходившей ходуном, миски с кормом.

Диана закрыла входную дверь, а через пару минут стояла на крыльце дома и просматривала уведомления на смартфоне… которых там не оказалось.

«Мне же легче.»

Пройдясь за угол дома, Диана вышла на длинную аллею, которую нужно было пройти почти всю, чтоб потом упереться в нужное ей здание.

«- Жалко, что наушники не взяла… Грегор? Ты чего притих? Неужто ничего не вызывает твоих подозрений?

— О разрушитель, смилуйся ж ты на сей раз от несчастий.

— Это ты меня сейчас только что подколол за сломанную ногу Торина? Ну, не сдержалась. Увы, моя смертная оболочка довольно слаба. Я точно смогу держать себя в руках.

— Вселение надежды есть страха оборот.

— Гарантирую, все будет хорошо. Да сих пор не знаю ни единой подробности моего задания…»

На встречу шагали разные люди: кто собаку выгуливал, кто по телефону болтал, кто просто спешил из точки А в точку Б»

«Странно, чего все счастливые такие? Или это я раньше не замечала…?»

Диана подошла к киоску, коих вдоль аллеи было множество, чтоб купить бутылку минералки.

— Держите, красавица. Сделал бы скидку, да не могу, цены фиксированные, — говорил, улыбаясь, усатый продавец.

— Тогда и заикаться не стоило, — съязвила в ответ Диана.

Путь был практически завершен. Дойдя до нужного здания, Диана поднялась на второй этаж, поздоровалась с администратором, предьявила абонемент и получила ключик от шкафчика в раздевалке.

«Странно: что в этом мире, что в Августграде меня так и тянет в подобные заведения… То тренировочная, то залы с рингом…»

Надев все спортивное, а именно: дешевые черные спортивные штаны на убой, с тремя полосками вдоль штанин, черно-белые кроссовки, подошва коих годилась только для зала и ужасно неудобную тугую женскую майку-борцовку, которая никогда с первого раза не садилась как надо, Диана вышла на разминку.

«Насколько же ангельский нагрудник удобен по сравнению с этой штукой, еще и жмет в последнее время. Не могла же я поправиться? Эх, похоже придется еще и спортивный топ под эту майку надевать, а то что-то совсем не комфортно.»

Разминка состояла из пяти минут бега на беговой дорожке, двадцати приседаний и небольшой растяжки. Выполнив весь этот ритуал, Диана надела клубные беспалые перчатки для кикбоксинга и принялась избивать грушу, отрабатывая прямые удары руками. Вскоре, она краем уха услышала, как администратор пикнула еще чьим-то пропуском. Через десять минут, её пока-что вялой тренировки, в зал вошел парень лет двадцати пяти, в черной безрукавке, с маленьким бейджиком «инструктор» и эмблемой клуба на всю грудь. Парень был красив, высок и мускулист. На его симпатичном инструкторском лице красовались два небольших шрама: на губе и на брови, а краешек правого уха был немного надломлен. Диана считала, что все эти «особенности» его только красят. Увидев его, Диана оперлась правой рукой на грушу и сказала:

— Артем, здравствуй! Сегодня тоже раньше?

— Здрасьте, приплыли…! Ты чего это не на работе в такое время? — удивленно спросил инструктор.

— Отпуск выпросила.

— А как же наука и пациенты?

— Ну, одно подождет, а вторых нету. Наверное, это к лучшему даже.

— Конечно это хорошо, когда никто не болеет, кроме как для вас, врачей. Жить тогда не на что. — Подошел Артем к Диане.

— Если ты думаешь, что нам платят за каждого пациента, то ты ошибаешься. У меня тоже есть оклад, — убрала Диана руку с груши и попыталась обнять Артема. Тот не возражал и охотно ответил на такой жест.

— Еще я уверен, что ты намного больше любишь людей калечить, а не лечить. Посмотри на несчастную грушу, её только недавно повесили, а на ней уже вмятина.

«- Перемена в жизни, разочарует своим появлением.

— Не сейчас, Грегор»

— Ну, уворачиваться же она не умеет. Вот и получает.

— Тогда потренируйся на том, кто умеет, — улыбнулся Артем, — сейчас, разомнусь и в ринг.

Тренер выполнил в точности тот же «ритуал» что и Диана: пробежался, поприседал и растянулся. Найдя перчатки и надев их, он жестом пригласил Диану в ринг и спросил:

— Есть пожелания?

— Есть. Что-то мои ноги совсем размякли, хочу потренировать удары ногами.

— Лады. Тогда как обычно, по-очереди? Или хочешь сегодня меня поколошматить без отдачи?

— Не-не, как обычно, с наращиванием темпа. Выигрывает тот, кто попадет по противнику десять раз.

— Договорились. Дамы вперед.

Артем еле успел закончить эту фразу, как у его носа просвистела вытянутая, как струна, стопа Дианы. Она не попала, значит, теперь уже, черёд бить был уже не за ней. Тренер замахнулся в подсечке, но тоже промазал по ноге Дианы, которая, свою очередь, решила не опускать отставленную ногу, а развернуть так, чтоб атаковать незамедлительно. Удар пришелся точно в живот инструктора.

— Хорошо. Вот что значит «человек в отпуске»! Сразу реакция на высоте.

— Меньше болта-ай, — протянула Диана последнее слово.

Артем быстро догнал пропущенный балл, а потом оторвался еще на два. Очередь Дианы была догонять. Она хорошо знала, что подсечки на Артеме не сработают, а вот с рубящими ударами он не дружил. Заработав одно касание рубящим, Диана не остановилась на этом и отбила еще два, крутнув мельницу в прыжке. Не так хорошо, как бы это могло произойти в нематериальном мире, но все равно довольно эффективно.

— Ты где этому научилась?! — спросил Артем. — Удар из области фантастики.

— Я полна сюрпризов. Хочешь сдаться?

— Пока нет.

Счет был четыре — три. Артем всегда в начале таких «дуэлей» делал поблажку на то, что перед ним девушка, но, когда Диана начинала проявлять свои навыки, включался режим спарринг-партнера. Говорить о том, что Диане больше ни одного очка не перепало — ничего не говорить. Нанеся последний, десятый удар Артем обессиленно рухнул на полотно ринга. Диана была в точно таком-же состоянии.

— Блин, не может любитель так держаться. Ты что-то от меня скрываешь, — сквозь отдышку сказал Артем.

— Что я могу скрывать? Ты меня разделал десять — три, — тяжело ответила Диана.

— Я всю жизнь этому посвятил, а тут приходит женщина, которая ходит в зал по вечерам через день и вытворяет такое! Я и…

В диалог вклинилась из неоткуда появившаяся девушка. Диана лежала на полотне ринга и смотрела в потолок, пытаясь отдышаться, но представила, что та стоит, скрестив руки на груди и сощурив глаза.

— Так вот значит, как ты тут работаешь?! Ничего не хочешь мне рассказать, Артем? — раздался неприятный и довольно писклявый голосок.

Артем резко подпрыгнул, встал на ноги, шатнулся и выскочил с ринга. Диана поднялась и увидела инструктора, упершегося руками в колени перед той самой девушкой, которая его отчитывала. Бедняга пытался отдышаться и что-то сказать, но не мог. «Виновница», в достаточной степени отдышавшись, тоже вышла с ринга и стояла молча, слушая, что происходит. Когда Артем выпрямился незнакомка оказалась ему по грудь.

«От силы метр шестьдесят значит…»

Диана решила прервать их разговор в своем стиле и игриво сказала:

— Спасибо за спарринг, Артем, было весело! — собралась она уходить.

— Значит вот как! Я тут беспокоюсь, что он еду не взял, а он тут с незнакомками развлекается! Да еще и с такими! Нет, ну ты посмотри на нее! — Диана это услышала и решила задержаться. Она тихо подошла к истеричке сзади и принялась ждать, пока та развернется или в нее уткнется. Преимущество в физиологических данных были на стороне Дианы. В мозгах, она была уверена, тоже.

— Я не развлекался. Это работа моя — тренировать. Кто ж знал, что к нам сегодня придет проф спортсменка, — сказал Артем уже отдышавшись.

— Не знал он! Да какая она спортсменка?! Захотевшая мужского внимания древняя тетк… — сделала крикунья тот самый жест, на который Диана так надеялась. На эмоциях она решила ткнуть Дане в след, но не подозревала, что та стоит за спиной. Рука незнакомки наткнулась на плечо Дианы, скрестившей руки в бойцовских перчатках на груди. — Ой…

— Вот тебе и «ой», девочка. Продолжай, я слушаю.

— Я… — быстро убавила девица в эмоциях.

— Алин, ты не в первый раз приходишь ко мне на работу. Оскорбить меня — ерунда, помиримся, но клубных посетителей — это такое себе занятие. Вот сейчас Диана обидится, нажалуется администратору, а меня оштрафуют.

«В Августграде и жаловаться не нужно…»

— Хуже будет, если она подпасёт тебя на выходе из зала. Я убедился как она дерется и я не успею подбежать, чтоб тебя спасти, — продолжил Артем, смотря с улыбкой на Диану. Алина этого не видела, ибо тоже смотрела на неё снизу вверх.

— Не успеет, гарантирую, — Диана начала снимать бойцовские перчатки, попутно, демонстративно, осматривая свой маникюр.

— Да знаешь что? Мне все равно! — вернулась к Алине её настроение. — Негоже старым тетенькам на молодых мальчиков засматриваться и покупать себе время с ними, — довольная собой Алина скрестила руки на груди.

— Алин, да что ты заладила?! — Сказал инструктор.

— Как же мне жалко тебя, девочка, если тридцать для тебя — уже старость. Не завидую я твоему здоровью, если делаешь такие выводы. Чао-какао. — махнула Диана рукой, улыбаясь. Не осталось у неё желания больше этого терпеть. Она развернулась и ушла.

Диана наблюдала, как у тренера отваливается челюсть. Медленно так. Алину это тоже немного задело, ибо она, ну совсем не ожидала услышать именно такие цифры.

— Смотрю что дальнейших моих действий не требуется, девочка, — наклонилась Диана к уровню глаз Алины. — Приятно оставаться, — легко щелкнула она по носу возмутительницу спокойствия. — Пока, Артем, — помахала на прощание инструктору.

Скинув свою мокрую спортивную одежду, обмывшись в душе и переодевшись в более повседневное, Диана сдала ключ от шкафчика, забрала обратно свой абонемент и отправилась домой.

«- Мышь кинется на кошку.

— Думаешь она меня реально под дверью ждет?»

И действительно ждала, облокотившись спиной на стену рядом с выходом на улицу. Диана прошла, не обратив на нее никакого внимания.

— Вы действительно хотите его увести? — начала Алина.

— Что?

— Ну, я знаю, что вы сюда ходите через день. Правда хотите?

— Девочка… Я хожу сюда, потому что, от дома в пешей доступности. Твой Артемка меня интересует, ровным счетом, как подвижная груша. Если ты думаешь, что я буду бегать за каким-то пацаном со спортзала — ты сильно ошибаешься, — повернулась Диана и собралась уходить.

— Ну, тогда, извините, — жалобно послышалось сзади.

— Не волнуйся, жалобу писать не собираюсь.

Путь домой у Дианы занял не так много времени. Ну или ей так показалось. Она поздоровалась с парой бабушек, отдыхающих под подъездом на скамейке, чтоб потом слухов не поползло, поднялась в квартиру, закрылась и швырнула сумку с вещами на диван, снова разбудив Беатрис. От отпускного настроения не осталось и следа.

«Ты посмотри, умеют же настроение испортить! Мелкая нахальная… Чего это я? Как будто мне не все-равно.»

Все еще сонная, Беатрис вышла в коридор, чтоб обнять хозяйку хвостом.

«Эх, чем бы себя занять? Только пол второго.»

Диана проверила смартфон. Никаких уведомлений все-еще не наблюдалось. Смертному телу было сложно отказать в потребностях, поэтому было решено пойти поспать.

***

Прекрасный отпускной дневной сон был прерван звонком в дверь.

«Надо ж было поставить самый громкий из всех что продавались…»

Нацепив растянутую футболку и такие-же домашние шорты, Диана открыла дверь и вышла в тамбур. Встав перед второй дверью и только вдохнув, чтоб крикнуть «Кто там?» Диана остановилась на мгновение. В нос ударил запах гари. И не той, которая характерна при поджоге или пожаре. Другой гари, потусторонней.

— Кто там? — осторожно спросила Диана.

— Твоё тёмное прошлое в двери стучит. У-у! — услышала она знакомый голос.

— О, Боги, ты? — щелкнула Диана дверным замком.

Открыв дверь, Диана увидела старую подругу. Её каштановые волосы спадали на плечи, улыбка украшала лицо, а очки, за все время ношения, ни изменились в дизайне. Все в ней было хорошо, если б не запах.

— Ну привет! Сколько лет-то? — Бросилась гостья на Диану с объятиями.

— Привет, Соня! Одиннадцать, если быть точной, — приняла она объятия подруги.

— Пустишь наконец? А то такое-себе болтать в тамбуре.

— Конечно, проходи, — говорила Диана улыбаясь.

Повторялась картина, которая происходила много лет назад. Ангел и демон сидели на кухне и пили чай.

— Ты какими судьбами? — спросила Диана.

— Родителей проведать приехала. Подумала, что и ты увидеться захочешь.

— Правильно подумала. Судьба на твоей стороне, именно с сегодняшнего дня - я в отпуске. Рассказывай, как дела.

— В принципе, никак. Я — скучный офисный рабочий. Одинока и разочарована. А ты?

— Я? — Задумчиво спросила Диана. — Я известный в мире хирург, на которую вешаются мужики пачками. Спортивна, красива и сильно несчастна, — улыбалась Диана, сама не понимая шутит она или нет.

— Ох, какой кошмар! — говорила Соня, не скрывая сарказма. — Чего же несчастная-то?

— Ибо в моем мире существует лишь наука и карьера, — положила драматично Диана руку себе на лоб.

— Понятно, подруга.

— А ты-то чего одинока? У вас, демонов с этим все в порядке должно быть. Это мы, ангелы получаем… разрядку более экзотическими способами.

— Да не знаю… После всего, что случилось, пока не тянет. Произошло даже больше с того последнего момента, как мы общались. Я снова повстречалась с Джезалем. Правда только с осколком его былого величия.

— А-а?

— Если вкратце, то один осколок его души завалялся у одного французского клана.

— У Круа? — спросила Диана.

— У них. Откуда ты знаешь?

— Длинная история. Они любят с душами поиграться. Так что дальше?

— Вот. Он оказался достаточно большой, чтоб притянуть сознание… Ну и всё, — смотрела Соня в кружку с чаем.

— Я уж думала, что у Лорда-навигатора проблемы посолиднее будут.

— Да ну тебя. Хотя, учитывая от чего меня предостерегли, проблемы действительно были бы намного хуже. Я, оказывается, медленно сходила с ума. Хотя, мне казалось все таким натуральным и само-собой разумеющимся, что аж не знаю…

— Ну, все обошлось же?

— Да, слава богам, обошлось. Почти. Джезаль был потерян дважды. Теперь безвозвратно.

— А с Дитом что?

— Восстанавливается. Я сильно насолила Круа в той стычке. Но благодаря им мы получили доступ к одной интересной технологии.

— Секрет?

— Увы, секрет. Расскажу — меня… — провела Соня пальцем по горлу. — Даже несмотря на то, что я её и выудила. А ты как тут?

— Ничего не изменилось с момента, как ты переехала. Кроме того, что я дома появлялась только, чтоб поспать, — Беатрис запрыгнула на колени Соне, — Вот даже эту мадам приходится кормить соседу. Даже лишнюю пару ключей сделала, чтоб у него были, — показала Диана кружкой на кошку, а Соня начала её гладить.

— Понятно. А ты чего, решила научный прорыв устроить?

— Просто обещала себе через инкарнацию заниматься медициной. Сама не знаю почему.

— А личный фронт?

— Ты ж знаешь, как у ангелов с этим тяжело.

— Но не невозможно же?

— Возможно. Если у вас, демонов и людей все традиционно, то мы, ангелы, воздействуем на нервную систему партнера более прямо. При поцелуе там или еще как-то… Ангел получает лишь частичку наслаждения партнера, в то время как тот бьется в конвульсиях от наслаждения. Это приятно, но ангел по своей природе довольно асексуален так что… Нет потребности — нет проблем.

— Сложно. Но на то воля богов.

— И не говори. Как раз сегодня меня малявка одна упрекала, что я её мужчину увожу. Уж больно надо!

— А ты не?

— А я и не знаю…

— Опа!

— Он кажется крепким малым, но не каждый справляется с такой порцией нервной стимуляции. Переусердствую — сожгу его, овощем останется… Оно мне надо?

— Так, не переусердствуй.

— А так не интересно, — сказала Диана с хитрой улыбкой. — Сонь?

— Да.

— Скажи, и в службу, и в дружбу, навигаторы у вас недавно аномально огромный эллизиум не замечали?

— Издеваешься? Такого скандала и возмущения я никогда в жизни не видела. Все просто на иголках. Я уже послала агента, должен быть на месте послезавтра. А что?

— Меня тоже туда направили. Правда, не скинули абсолютно никаких сведений. Я даже не знаю точное местоположение.

— Беда… Интересно. Я сильно нарушу правила, если с тобой поделюсь?

— Ну, по нашим законам — сильно.

— Ну, я ж Лорд как-никак. Если считаю нужным — значит надо.

— А кого ты послала, если не секрет?

— Встретишь там. Она сама представиться.

— Она?

— Она. Я сама отправиться не могу, а вот она — идеальный кандидат.

— Почему?

— Узнаешь. Тебя ждет большое потрясение.

«Похоже, таки все Кейниты говорят загадками»

— Ты вообще не знаешь куда направляться? — Продолжила Соня

— Говорю ж, нет.

— У тебя компьютер есть?

— Есть.

— Давай переместимся туда.

Сказано — сделано. Подруги переместились за компьютер в спальне.

— Вот уж не думала что доп брифинг мне будет проводить Лорд демонов.

— Всё в наших жизнях бывает. Пусти за компьютер.

Диана позволила Соне сесть за компьютер, и та открыла карты.

— Смотри и запоминай, записать не дам, — Соня ввела координаты и карты явили место Эллизиума.

— Это что?

— Эллизиум.

— Да нет, это я поняла, но тут территория чего-то.

— Это лагерь, детский.

— Лагерь значит… — Задумчиво сказала Диана. — Стоп! Лагерь?!

— Ну да, а что тебя так удивляет?

— Клише какое-то…

— Что?

— Ничего, не обращай внимания.

— Я набивала справки, это не просто лагерь. Во-первых — он интернациональный, во-вторых — там до сих пор не хватает вожатого, как раз на отечественный отряд.

— Почему?

— Критерии отбора очень жесткие. Объясняю — этот лагерь для детей больших шишек. Туда тяжело пробиться. А учитывая, что лагерь еще и интернациональный… Короче, мамочки и папочки хотят, чтоб их детки вернулись не просто отдохнувшими, а еще и вдохновленными на какие-нибудь свершения. Вдохновляют их как раз вожатые. Они нанимаются отовсюду, имеют разные специальности, но все работавшие ранее — люди довольно известные. Это показывает, что даже знаменитые люди тоже умеют отдыхать.

— Бред какой-то.

— Честно — полный. Но что-то в этом есть.

— Думаешь?

— Уверена.

— А как название лагеря?

— «Джинджертейл».

— Почему так?

— Там были охотничью угодья. На лис охотились когда-то давно.

— Ужас какой.

— Да. Сейчас там здоровенная территория, отличные условия… И много слухов.

— Слухов? Каких?

— Тут я тебе не помогу. Все они полнейший бред в своей основе. То там лаборатории были, то места оккультные. В общем — реальная бредятина.

— Проверим.

— Не забывай, что там и мой агент будет. Ты сильно удивишься тому, что она умеет.

— Интригуешь.

У Сони запищал телефон. Она взяла трубку и с кем-то быстро переговорила.

— Какой мерзкий рингтон.

— Зато слышно хорошо. Прости, подруга, мне пора. Последняя подсказка моя тебе в этом деле: на сайте лагеря есть пункт с вакансиями. Зарегистрируйся и жди ответа. Смены скоро должны поменяться, а у них вожатого не хватает. Такую как ты, должны с руками оторвать.

— Поняла.

— Выпроваживай меня, Приближенная.

Соня стояла в коридоре и обувалась, в то время как Диана думала про всю эту ситуацию.

«- Услуга столь весома, что только друг платы не запросит»

— О, ты проснулся, чего молчал?

— Ты с кем это? — удивленно спросила Соня.

— А, да я… — поняла Диана что сказала это вслух.

Соня насупила брови и скрестила на груди руки.

— Сонь, у меня в голове Смотрящий сидит.

— Да ты что? Хочешь вытащу? А то я видела, что он с неокрепшими умами вытворять умеет.

— Нет, не нужно, мне как-раз его и посадили для того, чтоб он мне с Эллизиумом помог там.

— Вот блин, чего я не додумалась о том же? — Пробубнила Соня себе под нос, но Диана все равно расслышала.

— У меня ужасно голова болела, но сейчас отпустило. Его зовут Грегор.

— Передавай ему привет тогда, а мне действительно пора. Как справитесь с заданием там, с мои агентом, можешь в Дит наведаться, я тебе приглашение оформлю, только предупреди. Думаю, Торус будет раз тебя видеть.

— Я запомню, хорошо, можешь передать ему привет.

— О-о, он обрадуется! — Улыбнулась Соня. — Ладно, до встречи, Диан.

Диана открыла сначала входную дверь в квартиру, а потом вторую, в тамбуре. Подруги обнялись и помахали друг-дружке перед тем, как Соня села в лифт. Дождавшись этого, Диана снова позакрывала все двери и вернулась за компьютер.

«Значит, лагерь Джинджертейл? Надо найти сайт. Ага, вот он. Точка ком… Хмм… Обзор карты, территория… О, вакансии! Такс, вожатый. Ого, столько критериев заполнить нужно: количество образований, награды, увлечения, рост, возраст… Ладно, погнали»

Диана сделала так, чтоб каждое поле было заполнено. Указала все увлечения, навыки и награды. Было крайне удивительно видеть поля «параметры фигуры», «рост» и подобное, но маленький знак вопроса рядом с полями пояснил, что это для пошива лагерной формы.

«Думаю, их должно впечатлить. Посмотрю-ка пока на карту. Ого, так это Юг? Это море?! Территория огромная, здорово!»

Смартфон звякнул от пришедшего уведомления.

«Неужто прислали координаты? Что-то поздно немножко»

Именно это и случилось. С неопределенного номера пришло сообщение. Но это было не все, еще одно уведомление было от отправителя Джинджертейл точка ком.

«Ничего-себе, так быстро заявку обработали?.»

Электронное письмо содержало благодарность за оставленную заявку, одобрительное предложение типа: «Как здорово, что вы увлекаетесь столь многими вещами»…

«Еще бы, за все инкарнации столько всего перепробовать…»

Также написано было, что это письмо — есть номерок в очереди на собеседование.

Незамедлительно пришло третье уведомление от того же отправителя с вопросом: «Можете ли ответить на звонок незамедлительно?» Диана отправила свой номер телефона, в надежде, что получатель примет это за положительный ответ. Так и случилось. Буквально, через минуту её вызывали через один известный мессенджер.

— Здравствуйте, — ответила Диана на звонок.

— Здра-авствуйте! — протянул говоривший «а», — Скажите, это ж не шутка, я действительно говорю с тем самым человеком?! Вы оперировали мою жену! У нее были проблемы со спинным мозгом, и вы буквально…!

— Если б я могла упомнить всех своих пациентов, то точно бы вам ответила, а так, увы…

— Да, извините. Я что-то… Не верю, что вы хотите устроиться вожатой к нам.

— Не хотела бы — не оставляла бы тогда заявление. С кем имею честь говорить?

— С Лурье Вадимом Михаэлевичем, владельцем данного лагеря.

— С самим владельцем? У вас все плохо с кадровиками?

— Сами понимаете, какой отбор должен быть в такой лагерь, как наш. Те дети, которые у нас отдыхают, должны быть под присмотром только самых проверенных и надежных людей.

— Понятно… Так что, я гожусь на то, чтоб побыть вожатой?

— А вы можете озвучить причину вашего желания? Понимаете, мы обычно сами за такими гоняемся, а тут вы подали и…

— Я просто хочу отдохнуть и попробовать себя в чем-то новом. У меня отпуск. Хочу провести его вот так.

— То есть, это личное желание? Так и запишем, — пробубнил владелец. — Отлично! Смотрите, по условиям, вожатый должен приехать за два дня до своей смены, но учитывая обстоятельства и нашу острую нужду в вас, вы можете приехать послезавтра, как раз в день, когда приедет и ваша смена. Лагерь вы осмотрите сразу вместе с ребятами. Естественно, плата за дорогу на нас.

— Знаете, чтоб добраться до вас послезавтра это поезд должен быть… Завтра вечером, так?

— Сейчас узнаю, подождите минутку.

«Минутку? Ну ладно…»

— Скажите место отбытия пожалуйста.

Диана назвала свой город.

— Да, вы абсолютно правы, завтра вечером, но не поздно, в восемь часов по вашему времени.

— Великолепно. Тогда я согласна.

— Отлично! Превосходно! Сейчас вам придет ваш билет, его нужно будет распечатать.

— В курсе. Тогда до встречи, Вадим Михаэлевич.

— Просто Вадим. До встречи, жду с нетерпением, когда увидимся лично, — Вадим положил трубку.

«Начальник, который лично договаривается с персоналом, странно немного. Но есть проблемы понасущнее. Мне… нужен купальник!»

С такими мыслями Диана ушла спать.

***

День перед отъездом у Дианы прошел в метаниях по городским бутикам в выборе нового купальника, спортивной одежды поприличней, чего-то повседневного, выбора съестного в поезд и упаковку всего этого в дорожную сумку. На всякий случай, туда еще поместились несколько комплектов белья, мастерка, легкий свитер, и еще куча всяких полезностей. Так же был сделан новый маникюр и педикюр, на пляже ж надо нормально выглядеть.

«- Цель ускользает от стрелка.

— Не правда, Грегор, я отлично помню, зачем я туда еду, но мне же надо хоть как-то маскироваться среди смертных.» — думала Диана, пока сидела на скамейке на вокзале и слушала, когда же подадут её поезд.

«Зачем нужно было приезжать за час?»

В ожидании поезда был съеден пирожок с сомнительным мясом и выпит большой стакан кофе. Довольно забавно было Диане наблюдать за вокзальной статуей, которую облюбовали голуби. Люди, же, как будто никогда не видев подобного, охотно их подкармливали, а потом пугали, чтоб снять как они улетают, на смартфоны. Даже разок она почувствовала слащавый эфирный потусторонний запах, поняв, что на время в городе стало на одного ангела больше. Хоть ожидание и было долгим, но дикторша наконец-то объявила нужный поезд, и Диана последовала на перрон чтоб побыстрее занять свое место. Поднявшись в вагон, ею было обнаружено, что место было плацкартным.

«Вот ведь… могли бы и на купе раскошелиться.»

Не теряя времени, пока не прибежали соседи, Диана расстелила выданный матрац, постелила казённое постельное белье на нижней полке и уселась жевать один из бутербродов, ланчбокс с которыми предусмотрительно положила в сумке на самый верх. Поев, Диана полезла в сумку, чтоб переодеться в одежду более пригодную для сна в душном вагоне. Она выбрала обыкновенную белую майку и какие-то голубые спортивные шорты, которые случайно нашла в шкафу дома. Все, в чем она добиралась до вокзала, было сложено в сеточку на стенке, сбоку от её места.

«Не выпадет, и так сойдет»

Пока Диана лазила в смартфоне, пришла её первая соседка. Женщина бальзаковского возраста со здоровенной сумкой. Она еле запихала свой чемодан в сиденье, а потом начала проводить те-же самые операции что и Диана, пытаясь расстелиться.

«Интересно, у меня со стороны это так-же нелепо выглядело?»

Время еще было детское, но женщина, завершив свою расстилку, сразу залезла на вторую полку над Дианой и попыталась уснуть. Многим позже ей это удалось, а указал на это хорошо отлаженный храп.

Вторым соседом оказался мужчина, как это говориться: «горячих кровей». Не знала Диана, кем он конкретно был, да и узнавать ей не особо хотелось. Он был немолод, бородат, а надменная улыбка украшалась золотым зубом. Это хорошо было заметно после его фразы: «Зыдравствуй, красавица». В ответ на это Диана лишь отмахнулась, показав, что не желает заводить новое знакомство. «И не такых ламали» — отвесил он следующую фразу, на что у Дианы появилось конкретное желание сделать так, чтоб его немаленький нос торчал у него с затылка. Мужчина, решив, что застилать матрац вообще не стоит, просто его расстелил на верхней полке, но остался сидеть на нижней. Багажа с собой у него не было.

Последним соседом, вернее соседкой, была девочка, лет шестнадцати. Её привел в вагон, казалось, что отец, хоть и парень был слишком молод для отцовства. Девочка попросила мужчину сидевшего на нижней полке встать, а «отец» помог поставить довольно увесистую сумку в спальное место. Мужик, сказав что-то на непонятном даже Диане языке, с недовольным видом, сел обратно.

«Чувствую, что будет что-то недоброе»

Парень глянул на часы и с сожалением посмотрел на девочку.

— Я поняла все, можешь идти, — поцеловала девочка парня в щеку. Тот подержал её за руку еще какое-то время и вышел с вагона. Встав перед окном, которое открывало вид на их плацкарт, парень и девочка обменивались теплыми улыбками, вплоть до того, как состав тронулся. Парень прошел еще какое-то расстояние за движущимся поездом и молча махал. Поезд двигался все быстрее.

— Простите, — сказала девочка Диане, — а вы не поможете мне расстелиться? — посмотрела она щенячьими глазами. Не то чтоб это её сильно растрогало, но…

— Конечно.

Диана встала со своего места. Попросила мужика встать, пока она расстилает постель.

— Вай, а можеть и мне расстелышь?

— Чего, рук нету? Сам справишься. — Ответила Диана.

— Шо так груба-то?

— Не донимай, и так настроение не в дугу.

Мужик на первое время замолчал. Диана по-быстрому приготовила спальное место для девочки и вернулась на свое.

— Спасибо вам.

— Не за что, красота, — ответила Диана, пытаясь сделать девочке комплимент. Мужик, в свою очередь, снова вернулся на место и глядел в сменяющийся пейзаж за окном. Девочка от услышанного робко улыбнулась.

На взгляд Дианы, она действительно была симпатичной. Длинные русые волосы были завязаны в два хвостика, а курносый нос придавал лицу своеобразное очарование. Зеленоватые глаза успели поразить Диану своей всё-еще детской искренностью. Одета вот только она была довольно дешево. Её некогда ярко-розовой мастерке было, по ощущениям, лет десять. Летние легкие джинсы смотрелись чуть по-приличнее.

— Можно ваше имя узнать? — поинтересовалась соседка.

— Диана меня зовут.

— А я Маргарита.

— Ну привет, Маргарита, — протянула Диана свою руку в знак приветствия и широко улыбнулась. Девочка её пожала, хоть и как-то испуганно. — Куда путь держишь?

— В лагерь один. В школе выиграла путёвку, на городской олимпиаде по биологии.

— Ого, молодчина! А как лагерь называется?

— Какое-то английское название. Что-то с рыжим связанно.

— Джинджертейл?

— О, точно! А вы откуда знаете?

— А нам по пути, — улыбнулась Диана. — Я туда еду вожатой.

— Ой… А как вас по отчеству тогда, а то как-то…

— Назовешь по отчеству — побью, — подмигнула она Маргарите и улыбнулась. — Я — просто Диана.

— Поняла, — впервые открыто улыбнулась попутчица.

— Можно и я тебя буду называть как-то сокращенно? Марго, ну или Рита.

— Можно, мне и так, и так нравится.

— Отлично, Рита. Ответишь на вопросик? А то уж сильно интересно.

— Какой?

— Кто тебя провожал? Это отец у тебя такой молодой?

— Не, что вы. Это брат мой старший.

— Молчаливый такой.

— Он… Немой, — сказала Рита неуверенно.

— А, извини, я не знала.

— Ничего страшного. Тяжело не обратить на это внимание, понимаю. Дорожу им очень сильно.

— Это хорошо.

Много о чем еще болтали Диана и Рита. Про увлечение девочки биологией, про хобби, про моду и музыку. Рита, не смотря на свой возраст, оказалась очень интересной собеседницей, живой и любопытной. Давно из Дианы никто не вытягивал столько информации. Все плохое настроение уходило на второй план.

«- Иллюзия сложна. Мой взгляд не в состоянии увидеть картину полной.

— Грегор, ты о чем сейчас?

— Узел, где перемешалось время и судьбы. Вихрь несбывшихся надежд.

— Прости Грегор, опять не понимаю.

— Мое состояние идентично.

— Не обижайся, но это первая твоя понятная фраза за все время.

— Анализ начинаю свой я. Мышеловка для пумы — вещь не эффективная.»

На этом моменте Грегор снова замолчал.

— …ана. Диа-ан!

— Да, что?

— Вы зависли, и не слышите меня.

— Прости, резко задумалась.

«Куда же мы едем-то, даже если Грегор не уверен в происходящем?»

— Дорогуша, ты спать еще не хочешь? А то я уже выключаюсь просто, — поинтересовалась Диана и потянулась. — Время-то уже за одиннадцать зашкаливает.

— Хочу, но… — посмотрела Рита на мужика, который никак не хотел лезть на свою полку. Почему-то, глядя на него, у Дианы плохое настроение активировалось как по щелчку.

«Так, сначала без наездов»

— Мужчина, девочка спать уже хочет, будьте добры, освободите её место, — Диана уперлась локтями в столик, а пальцы рук сжала в замок. В довесок, она еще и подбородок на этот «замо́к» положила, без единой эмоции, уставившись на мужика. Стоит отметить, что спортзал держал смертную оболочку ангелицы в очень подтянутом состоянии. На её сухих руках очерчивались все мышцы, которые, стоило их напрячь, проявлялись еще сильнее, придавая Диане вид кошки, которая собирается напасть. Изящно торчавшие ключицы тоже оставляли двоякое впечатление. Её руки все еще выглядели молодо и упруго, но сбитые костяшки, явно портили общий вид, — Так что?

Как раз в этот момент в вагонах потух свет, указывая — что пора на боковую.

— Хачю сдесь остаться, пусть сама на вэрх лезет.

— Да мало-ли что ты хочешь? У тебя что в билете написано? Верхний ряд.

— Нэт у меня билэта. Проводнику заплатыл, место хорошее выбрал.

— А у нее есть, так что ищи другое.

Мужик на это лишь отмахнулся.

— Диан, не нужно, я наверх полезу, — сказала Рита закипающей Диане.

— Сиди на месте! А ему я сейчас фокус покажу! — взяла Диана со стола свою вилку и с размаху всадила её в стол в миллиметре от руки мужика. Тот убрал ладонь лишь после того, как вилка воткнулась в стол.

— Ты шо тваришь?! — Спросил мужик, явно ошарашенный таким «фокусом»

— Выдерни, — приказала ему Диана.

— Щито?

— Выдерни, я тебе говорю!

Мужик взялся за вилку и попытался её вытащить. На его удивление и на удивление соседей, он этого сделать не смог.

— Слабак!

— Слыш, а ты нэ оборзэла?

— Еще раз что-то вякнешь, — достала Диана еще одну вилку, — вторая воткнется уже в твою руку, а раз ты не в состоянии её выдернуть, то останешься приколотый насовсем! Быстро полез на свое место!

Мужик сидел молча и только моргал. Правда совсем недолго. Также молча он уполз на второй ярус и отвернулся к стенке, что-то бормоча себе под нос.

— Вот это да, Диан. Это как вы…? — взялась Рита за вилку и тоже попыталась выдернуть.

— Вот так. Не старайся, не выдернешь. Я тоже не смогу, — улыбнулась Диана. — Ладони упереться некуда. Вот когда втыкаешь — стопор есть.

— Вот проводникам будет сюрприз, — посмеялась Рита.

Ночь в поезде прошла спокойно, если не учитывать храп Дианиной соседки сверху. Ритмичный шум наезда на стыки рельс здорово баюкал.

***

Будильник оповестил, когда пора вставать и заставил Диану убедиться, как же она крепко спала. Место на подушке, где была её голова промокло от слюны, а состояние прически говорило как же она во сне здорово крутилась. Диана растолкала свою новую знакомую, а та, увидев растрепанную соседку, сонно улыбнулась:

— Боже, вам, похоже, все к лицу. Даже этот шухер на голове.

— Ты еще себя не видела, чудовище, — отшутилась Диана, включая на смартфоне фронтальную камеру и показала Рите её состояние.

— Ой, и правда, — улыбнулась девочка еще шире.

— Я умываться пойду, подожди немного.

— А я забыла принадлежности.

— Ничего, я тебе одолжу свои. Ну, кроме зубной щетки, пальцем размажешь, — накинула Диана на шею полотенце и взяла целлофановый пакет с умывальными принадлежностями из сумки.

— Буду сильно благодарна, — не прекращала девочка дружественно улыбаться.

Вагонный умывальник сильно качался и не давал сонной Диане сосредоточиться.

«Хорошо, что я не крашусь, а то бы вообще кошмар был бы»

Почистив зубы, умывшись ледяной водой и вытершись, Диана пошла обратно.

«- Спеши на пожар.

— Пожар?»

Диана шла по коридору, до своего места, как вдруг услышала ранее слышаный говор на повышенных тонах. Тот самый мужик, спустившись с верхней полки, стоял и кричал на Риту, пока та вжималась в свое место.

— Что за шум? — сказала Диана, чтоб перевести внимание. — Где драка?

— Ща тэбе будет драка, — замахнулся мужик немного-немало с ноги, на стоявшую на входе, в их блок мест, Диану. Та поймала его удар вообще без проблем и немножечко дернула на себя. Мужик, потеряв землю под второй ногой, начал падать головой назад, но перед тем, как встретиться с полом, его затылок поздоровался со столиком.

— Ай, мля-я, — просипел он.

— Я б зевнуть еще успела от твоего удара, — нависла над ним Диана, пока мужик трогал ушибленный, немного окровавленный затылок, — Иди дыру залепи, альфа! Я помогу тебе выйти, — Развернулась Диана в проходе и поменяв руку которой держала ногу мужика, выволокла его в коридор. Обалдевшие от такого утреннего зрелища, пассажиры начали шушукаться. Диана же, отпустив его, вернулась на свое место, ища влажные салфетки.

— Вы удивительная, — тихо проговорила Рита.

— Да брось, — вытирала Диана руки.

— Я очень хочу именно к вам в отряд!

— Посмотрю, что можно с этим сделать. А сейчас, сделай милость.

— Что угодно.

— Закажи у проводников чай перед тем, как пойдешь умываться, — улыбнулась Диана.

Рита выполнила сказанное Дианой, и пока та наводила утренний марафет, проводница принесла два парующих стакана чая в подстаканниках. Диана достала упаковку печенья и заранее дома нарезанные куски колбасы.

«Жаль, что хлеба не осталось»

Рита вернулась и удивилась, увидев накрытый стол.

— Присаживайся и угощайся.

— Ой, да что вы, у меня…

— Никаких «ой», давай ешь. Жаль только, что хлеба нету.

— У меня оставалось, я брала…

— Так отлично!

Рита достала половину буханки хлеба… искусанную до половины буханку.

— Оу… — сказала Диана.

— Это, все что я с собой взяла.

— Ну, значит, все что ты тут видишь — твое. И только попробуй сказать «нет». Будешь, как тот мужик, — без злобы и с улыбкой сказала Диана.

Риту это явно тронуло и ее глаза стали немного влажными. Сказать — с какой охотой она ела — не говорить ничего. Когда колбаса кончилась, вместе с печеньем и половиной буханки хлеба, Рита снова виновато уставилась на Диану.

— Что еще? Скажешь «простите» — побью.

Рита улыбнулась и сказала:

— Ну блин, придется молчать.

Диана тоже улыбнулась. Проходивший мимо проводник сказал, что ехать оставалось минут двадцать.

Глава 3

Поездка подошла к концу. Девушки свернули постельные принадлежности, сдали их проводникам, отнесли стаканы, убрали мусор… Диана переоделась в более удобную для улицы одежду. Вилку было решено оставить, все равно вытащить её было проблематично. Тот мужик больше им на глаза не попадался. «Колесница подана» — сказал Грегор и снова умолк. Сказав «до свидания» приветливой проводнице, девушки, вышли из вагона и прошли до ближайшей лавочки, поставили туда сумки и думали, как поступить дальше.

— Вам разве не говорили, как добраться? — поинтересовалась Рита.

— Не-а. Да и я хороша. Услышала, что мне купили билет и начала радоваться, — Диана достала смартфон и начала там что-то щелкать, — Не хочешь брату позвонить там или написать, что ты приехала?

— Мне не с чего, у меня нету телефона.

— Эх ты… Номер знаешь?

— Номер — нет, но знаю его ник в соцсетях, он всегда одинаковый.

— Держи, — протянула Диана свой смартфон Рите. — Как захочешь ему написать в будущем — сразу ищи меня. Устанавливай нужное приложение, пока есть интернет и отпишись что ты вышла с поезда. Но скажи, чтоб он сам не писал.

— Поняла, спасибо огромное. У вас спина не чешется, Диана?

— Нет. А с чего бы?

— В моих глазах в вас выросло два белых крыла.

Это заставило Диану улыбнуться.

— Пиши давай, болтушка.

Пока девочка увлеченно щелкала на смартфоне, Диана окинула взглядом перрон в поисках чего-то необычного. Из необычного было только пару мужчин, в форменной одежде с фотографиями в руках, явно кого-то искавших.

— Все, я закончила! Спасибо, забирайте.

— Да, — задумчиво сказала Диана и забрала смартфон. Один из мужчин повернулся и на его белой форменной поло мелькнуло что-то оранжевое. Логотип или эмблема.

— Рита, по-моему, это наши парни.

— Что?

— Они в форме и кого-то ищут. Может нас?

— Может. Подойдем?

— Я подойду, посторожи сумки, — сказала Диана и пошла на встречу мужчинам.

«Интересно, почему двое?»

— Здравствуйте! Кого ищете? — спросила Диана у одного из них.

Он глянул, подняв кепку и ответил:

— Так вас и ищу. Вы Диана?

— Именно она.

— Вова, дуй сюда, — обратился Дианин собеседник к своему коллеге.

Тот быстренько прискакал и представился:

— Я Владимир, ну, для всех в лагере — просто Вова. Буду счастлив забрать ваш багаж.

— Не представляете как я счастлива что больше не нужно его таскать, пойдемте, — сказала Диана улыбнувшись и повела мужчин к скамейке, на которой находились две сумки и сидела Рита.

— Ой, а это кто? — поинтересовался тот мужчина, который не успел представиться.

— Это одна из… — Диана запнулась, ей захотелось сказать «пионерок». — Отдыхающих.

— Ага… Как зовут отдыхающую?

— Маргарита Белова, — ответила Рита.

— Подождите, пожалуйста, — сказал неизвестный и отошел позвонить.

— Не переживайте, он сейчас все уточнит, и мы поедем, — сказал Вова.

Стоит отметить, что «Вова» был мужчиной в годах, на взгляд ему было больше пятидесяти.

— Мы не торопимся, — ответила Диана.

— А стоит. Если верить часам, то, если мы отправимся через пять минут — мы приедем за двадцать минут до прибытия новой смены. Как раз вам хватит времени переодеться и познакомиться с ближайшей территорией лагеря.

Второй мужчина вернулся и сказал:

— Прошу простить, ложная тревога. Маргарита Белова есть в списках. Тех, кто добывает путевки в наш лагерь своей головой — видеть особенно приятно, — улыбнулся он.

— Фух, спасибо большое! — выдохнула Рита.

— Тогда, нас ничего больше не держит на вокзале! Забыл представиться, меня зовут Александр. В лагере — просто Саша. Я сегодня — ваш водитель.

Вова забрал сумки, и компания двинулась на ближайшую парковку.

Городишка был совсем маленьким и выехать из него можно было всего-то за десять минут. Местность же за городом была просто поражающая. Она сочетала в себе горы, море и просто необъятные просторы хвойного леса.

С каждым последующим часом становилось все жарче. Салон машины тихо себе накалялся, превращая транспортное средство в настоящую сауну. Сотрудники лагеря включили кондиционер только после пяти просьб. Рита не могла оторваться от окон машины ни на секунду, постоянно приговаривая, что подобных мест никогда в жизни не видела. Сотрудники на это каждый раз отвечали, что сам лагерь еще интереснее и жалели, что у нас будет только двадцать минут, чтоб его осмотреть без спешки. Спустя три часа поездки по этим красивейшим местам, сотрудники обратили внимание пассажирок на одну из скал на горизонте.

— Это пляж нашего лагеря, — сказал Саша.

— Так, а где сам лагерь-то? Тупо пляж и скала.

— С пляжа в лагерь ведет лестница. Эскалатор. Если присмотритесь, то отсюда видна наша белая ограда, — подхватил Вова.

— Что-то вижу, — сильно прищурив глаза, сказала Диана. — Домик что ли?

— Все может быть. Нам осталось минут двадцать ехать. Скоро повернем и упремся в ворота, — сказал Саша.

Остаток пути был проведен молча.

Машина наконец-то припарковалась на место, где с ней соседствовали еще три такие-же. Диана и Рита вышли, а пока их сумки любезно доставлялись Вовой по местам назначения, девушки стояли и смотрели на широкие ворота лагеря, над которыми величественно располагалась рыжая надпись на английском языке: «Джинджертейл»

— Ну что, выходит добрались? — спросила Диана.

«- Странно, я не почувствовала, что нахожусь в эллизиуме.

— Узел заплетен сильно. Куда не потянешь лишь туже будет.

— Охотно верю, Грегор. Как только что-то почувствуешь — говори сразу.

— Сломаны станут судьбы, не вижу начала пути.»

— Да, одни ворота уже внушают…! — сказала Рита.

На встречу девушкам снова шел Саша, держа в руках какие-то бумаги.

— Девушки, держите. Это ваши местные документы. Вожатым — ни в коем случае не терять и каждый день отмечать успешность проведенных мероприятий. Отдыхающим — заполнить эту бумажку, подписать обходной листок и сдать вожатой, все понятно?

— Понятно, — в унисон сказали Рита и Диана, взяв бумаги в руки.

— Тогда, имею честь приветствовать вас в Джинджертейле, месте, где отдых — это не просто слово, — Саша пикнул что-то на пульте, который достал с кармана и ворота Лагеря распахнулись, явив перед девушками довольно необычный вид.

Широченный, густой хвойный лес, где каждое дерево было как на подбор: высокое, стройное и очень пышное на самом верху. Разглядеть палящее летнее солнце тут, у подножий стройных сосен, было проблематично. Весь видимый лагерь был покрыт этой комфортной тенью. Все здания были выполнены в едином стиле и были похожи больше на избы: все были выстроены из срубов, застеленные керамоочерепицей и выкрашенные в бело-рыжие цвета. Первое, на что ворота сразу открывали вид, так это на площадь лагеря, в центре которой стоял неизвестно кто на пьедестале и вытирал мраморные очки мраморным платочком.

— Прошу за мной, — сказал Саша и девушки начали свое движение, все никак не отрываясь от красот местной природы. Саша это заметил, — Это вы еще на «обрыве» не стояли, там — вообще сказка.

— Что за «обрыв»? — спросила Диана.

— Это то место, которое вы видели когда мы еще не повернули. Наш пляж. Мы его ласково называем «обрыв».

Саша провел девушек через площадь. Показал рукой, где находятся домики: женские и мужские. Показал общие умывальники и рассказал, что вода поступает из скважины во многих километрах отсюда и насколько дорого было её провести. Риту он отправил в домик, выдав ключ и сказав, что в лагере принято ходить в форме.

«Форма, серьезно?»

Все необходимое Рита могла найти там, а потом выйти на площадь и ждать приезда смены. Диану же Саша повел в третью ветку жилых домиков. Каждому вожатому был уготовлен свой, со всеми удобствами. Что он подразумевал под «удобствами» Диана узнала позже. Вручив ей ключи от домика с почетным номером «один» Саша сказал, что в этой смене отряда всего будет три, следовательно, и вожатых тоже. Семь домиков пустовали.

— В домике вы найдете все необходимое: карту лагеря, рацию, форму и еще много чего.

— Чего? Рацию? Много чего?

— Госсвязь в нашем лагере не ловит, предупреждаю, мы очень далеко. Персонал пользуются внутренней телефонной линией, а вожатые — рациями. Карта вам понадобится буквально один день, потом вы запомните все необходимое. Смена длится две недели.

— Поня-ятно, — смиренно протянула Диана букву «я». Ну что ж, переоденусь и приду на площадь.

— Жду вас.

Диана открыла свой домик и принялась исследовать новую территорию.

«Хмм, нужно кое-что попробовать» — подумала Диана и собрала руки в знакомый жест. Напрягшись, она попыталась открыть лимб, но из этого ничего не вышло.

«Теперь точно верю, что я в Элизиуме. Выйти я не смогу пока не найду патриарха.»

Осмотр домика принес одни разочарования. Кровать была одна, но новая и с мягким матрасом. Никакими удобствами тут и не пахло. Санузел отсутствовал, плиты не было, была только маленькая раковина с надписью над краном, что вода пригодна для питья.

«Просто блеск!»

Диана увидела свою сумку, которую Вова занес и принялась её разбирать. Сложила одежду в шкафчик, предварительно достав оттуда лагерную форму, запакованную в полиэтиленовый пакет с надписью на нем: «вожатый ж».

«Женский, наверное?»

Открыв пакет, Диана обнаружила: женскую рубашку с коротким рукавом, юбку, форменный ремень с эмблемой лагеря на пряжке, панаму, какой-то платок, две пары белых носок и выпавшую коробочку. На рубашке эмблема в виде головы лисы, которая, как-бы, лежала на своем хвосте, была вынесена на рукав шевроном. На поясе эта же эмблема была выдавлена на золотистой пряжке

«Делать нечего, одеваемся»

Сбросив все, что было на себе, Диана надела рубашку. В шкафчике оказалось зеркало.

«Как всегда, сидит идеально…»

Светло-серая рубашка подчеркивала все прелести фигуры и даже скрывала излишний неженственный рельеф рук. Шеврон с эмблемой разместился на плече, а рукав доходил до середины бицепса. Материал рубашки был очень легкий и натуральный.

«Шелковая что-ли?»

Следующей наделась юбка. Тут сказать было нечего, юбка была самой обыкновенной, такого-же серого цвета как и рубашка. Удобно было, что на ней располагалось два кармана, а вертикальные выглаженные складки добавляли некой необычности. Рубашка здорово смотрелась вобранной в эту юбку. В шлёвки юбки вошел пояс с эмблемой лисы на бляхе. Он был рыжим и кожаным, очень тонкой выделки. На удивление Дианы, она нашла дырочку в ремне под объем своей талии. Хоть пробивать не пришлось. Далее она взяла в руки странный платок. Он тоже был рыжим и почти невесомым.

«- Зачем он? Возьму с собой.

— Шею стянут, лишая индивидуальности.

— Шею стянут… Думаешь это галстук?»

Диана завязала платок на шее, узелком вперед.

«Глупо как-то.»

Оставалось несколько пар носков и маленькая картонная коробочка. Она и привлекла Дианино внимание, а когда она её открыла, то была приятно удивлена. На мягкой подушечке, в коробочке, лежал значок с надписью «вожатый». Это была карикатурная лисья голова с закрытыми глазами, от которой вертикально отходил хвост, с той самой надписью. Значок сильно блестел.

«Он что, серебряный?!»

Диана достала его из коробочки и перевернула. Под застежкой была выбита проба.

«Обалдеть!»

Диана нацепила его на уровне сердца, чисто из привычки.

«Теперь и тут будет своя орденская эмблема.»

Панамку и носки Диана решила пока не трогать. Посмотрев в шкафчик еще раз, она обнаружила еще пару запаянных пакетов с одеждой. Надписи гласили: «спорткостюм ж» и «купальники ж». В этом же отделе обнаружился набор полотенец и плед.

«Ничего себе! Приятно удивлена!»

Это удивление прервал стук в дверь.

— Войдите!

Дверь распахнулась и в ней стояла Рита, почти в точно-такой же форме, как и у вожатых. Отличалась она цветом. Форма детей была светло-рыжая. Рита сильно преобразилась, надев новые вещи и теперь была совсем по-летнему легкой и привлекательной.

— Вы скоро, Диана? А то автобус с каким-то отрядом уже скоро прибудет, надо встречать. Какая форма у вас интересная, такая светлая.

— Могу сказать то же и про тебя, такая рыжая.

— Ух ты, и у вас тоже значок есть?

— Да, тут в коробочке был. Покажи-ка, что на твоем написано, — Диана подошла к своей попутчице.

— Ничего, просто название лагеря.

— Тоже серебряный?

— Какой?!

— Мой серебряный, на нем клеймо есть.

— Ух ты-ы, а мой?

— Не расстраивайся, твой тоже.

— Ва-ау, в жизни ничего драгоценного не было!

— Ну видишь, теперь есть.

— Брату напишу — он в обморок от зависти упадет, можно я ему напишу?

— Рита, у меня плохие новости, тут связи нету. Мне выдали рацию, только внутренняя связь.

«Надо ее на пояс повесить, а то забуду.»

— Понятно, плохо.

— Думаю, что тут где-то будет вай-фай, так что не унывай раньше времени.

— Хорошо, не буду.

Диана забрала рацию, ключи, обула свои кроссовки и вышла из домика, закрыла его и вместе с Ритой направилась на площадь.

— А ты чего галстук не повязала?

— А я не поняла, что это за платок был.

«Спасибо Грегор, я тоже не сразу поняла»

— Он с собой у тебя? Я повяжу.

— Да, в кармане.

Диана аккуратно повязала рыжий галстук вокруг шеи Риты и они двинулись на площадь. На месте их уже ждал Саша и открыл ворота пультом, едва Диана и Рита показались. Только когда в ворота въехал автобус Диана поняла зачем они сделаны настолько широкими.

— Новая иностранная смена. Пойдемте знакомиться, — сказал Саша девушкам.

Они подошли к туристическому автобусу, дверь которого только что открылась. Оттуда вышел мужчина и ответил на рукопожатие Саши со словами «Бонжур»

— Французы? — поинтересовалась Рита у Дианы.

— Они, — подтвердила вожатая, — понимаешь, или чисто слово «бонжур» где-то слышала?

— В школе учу. Понимать — понимаю, а говорить — не могу.

— Это уже плюс. Пойду поздороваюсь.

— Знаете французский?

— В прошлой жизни я была француженкой, — демонстративно смахнула Диана рукой волосы с плеча, с надеждой, что этот жест придаст фразе драматичности.

Она подошла к мужчине и «переключив» мысли на французский, начала говорить:

— Значит, вот как выглядит мой иностранный коллега? Здравствуйте, меня зовут Диана.

— Здравствуйте. Не ожидал, что тут будет кто-то столь хорошо знающий языки. Меня зовут Луи.

Луи был среднего роста, худощавый и голубоглазый. Форма его головы была очень квадратной, а нижняя челюсть массивной. Каштановые волосы были слегка тронуты лысиной.

«- Месть за непонимание.

— Ты не понимаешь? Я думала, что мои мысли для тебя переводятся в Мистиче автоматически.

— В табакерке затесался чертик и норовит выпрыгнуть.

— Я уже поняла, Грегор»

Подойдя ближе к автобусу, Диана смогла почувствовать гарь. И не от колес, которые ездили по раскаленной дороге, а самую настоящую потустороннюю гарь. И она только усилилась, когда из автобуса вышла девочка, лет шестнадцати, за спиной которой висел рюкзак на одной лямке. Она была высокой, даже очень, но изящной. Брюнетка с длинными прямыми волосами, которые в данный момент закрывали пол её лица. Осанку, даже под давлением рюкзака, можно было описать словом «струна». Одета она была в черную мешковатую толстовку, которая спадала на юбку, достаточно короткую, чтоб оценить ровные длинные ноги. Она остановилась и посмотрела на Диану серым глазом, пока её ноздри гуляли, принюхиваясь. Небольшой рыбацкий кофр, в руках девушки, Диана решила проигнорировать.

«Вот так экземпляр.»

— Подойди, поздоровайся, Мари. Это одна из вожатых — Диана, — сказал Луи, жестом её подозвавший.

— Здравствуйте, Диана. Я Мари, рада знакомству, — девочка подошла и улыбнулась, казалось, вполне искренней улыбкой.

— Очень приятно, у нас еще будет много времени поболтать.

— Не сомневайтесь, — ответила Мари и обернулась посмотреть, как с автобуса выходят остальные дети.

Всего в их автобусе находилось двадцать человек, возрастом от двенадцати до семнадцати лет.

— В жизни не думал, что вы французский знаете, — сказал Диане Саша.

— Я полна сюрпризов, — без тени улыбки ответила она, все еще смотря на Мари. Француженка к ней питала точно такой-же интерес.

— Тогда всё будет в разы легче, чем я себе представлял. Простите, мне нужно проводить наших гостей в их домики, а потом — в столовую. Уверен, они устали и хотят есть.

— Ваше дело.

Саша постарался обратить на себя внимание отряда и на ломаном французском объяснил их план действий. Весь «французский легион» ушел за ним, а к Диане подошла Рита.

— Диан, о чем задумались?

— Да так, о своем. Ждем дальше.

Саша вернулся обратно довольно быстро.

— Вы так быстро их всех разместили и накормили?

— Что вы, нет. Я раздал ключи и документы их вожатому. Пусть сам разбирается, мне еще два отряда встречать.

— Простите, конечно, а что у вас за должность в лагере?

— У меня? Я — начальник смены.

— Во-от как? Сам начальник смены нас встретил на вокзале?

— Да, мне тоже бывает скучно, а раз лагерь пустовал, не в том смысле что был полностью пуст, то почему бы и не съездить в город?

— А Вова тут кто?

— Вова — разнорабочий. Удивительно рукастый и умелый сотрудник.

— Понятно.

«Мутно как-то.»

— А я могу увидится с тем, кто одобрял мою вакансию?

— С Вадимом Михаэлевичем? Боюсь, что нет. Он недавно… Уехал. По делам.

— Обидно.

— И не говорите. Знаете, как он любит в общей работе принимать участие? Золотой человек.

Рация на поясе Саши шепнула, что второй автобус на подъезде.

— Я и после первого не успел ворота закрыть.

— Знаете, кто теперь у нас в гостях?

— Тут все просто — англичане.

— Очень просто…

Саша повернулся к Диане и положил ей руку на плечо:

— Диан, я обязан вам сказать это сейчас.

— Что-то стряслось?

— В общем. Вы знаете, что лагерь у нас необычный?

— Знаю.

— Знаете, что простые дети сюда не попадают?

— Догадываюсь.

— Не правда, я вполне себе простая, — сказала Рита.

— Тебе же лучше, золотце, — сказал Саша Рите, дружески улыбаясь. — Так вот, — вернулся он к Диане. — Несмотря на состояния, богатства, признания их семей, эти дети нередко бывают несчастны.

— Я не ожидала этого услышать.

— Этот лагерь — своего рода — санаторий для избалованных детишек богачей. Тут нет связи, нет интернета…

«Вот и последняя надежда на вай-фай иссякла»

— … А родители или опекуны подписывают контракт, что не заберут детей до конца смены. Разве что случится какое-то ЧП. А все ради того, чтоб помочь им социализироваться и стать более раскрытыми. Это будет тяжело, но вы, вожатые, должны стать ключами к дверям этих детей. А еще показать, что ничто не дается даром. Поэтому — требования к вожатым высоки.

— Я вас поняла.

— Ручаюсь за Диану, друзей она заводит феноменально! — сказала все еще стоявшая рядом Рита.

— Вот и хорошо, — добавил Саша, ровно в тот момент, когда в рамку ворот заехал еще один автобус. Точно такой-же, как и предыдущий.

С открытой двери выскочили аж двое вожатых, женщина и мужчина. Обоим на вид было где-то под сорок.

— Английский вы тоже знаете? — спросил Саша у Дианы, пока они подходили к автобусу.

— Вполне. И еще языков… — осеклась Диана, — два. Еще два знаю.

«Не стоит ему знать точное количество.»

— Прям человек-швейцарский нож.

— Вот такая я.

— С прибытием в лагерь! — сказал Саша вышедшим вожатым на достойном английском.

— Добрый день, — ответили в унисон вожатые.

— Саша, начальник смены, — Представился он, неправильно воспользовавшийся словом «Master». Выходило, что он хозяин смены, а не начальник. Но парочка все поняла, и Саша, с ними взаимно, пожали руки.

— Оливия, — представилась рыжая и невысокая женщина. Её круглое лицо было обильно усыпано веснушками, а курносый нос был задран чуть выше обычного. Тем не менее, привлекательности она от этого не теряла.

— Гарри, её брат. — представился рыжий, на пол головы выше Оливии, мужчина. Форма лица у них мало чем отличалась, разве что у Гарри она была более, по-мужски, угловатой. Цвет волос тоже был рыжим, но стрижка была короткой. Курносым, как сестра, он не был, да и веснушек у него было на порядок меньше.

Диане тоже захотелось подойти поздороваться. А так же, понюхать, нет ли в автобусе новых сюрпризов. Она подошла и протянула руку англичанам.

— Я Диана, ваша коллега в этом месте.

— Приятно, я Оливия, — пожала та руку Диане, смотря в глаза снизу вверх и широко улыбаясь.

— Приятно, я Гарри, — ответил он на жест, со взглядом, в котором читался чуть ли не восторг.

— Еще успеем наобщаться, времени — более чем достаточно, — Сказала Диана и отдала новоиспеченных вожатых на «растерзание» Саше.

С автобуса стали выходить дети: ровно тот-же контингент, что и во французском отряде. Были вперемешку мальчики-девочки примерно от двенадцати до семнадцати лет. Их отряд делился ровно пополам, на женскую и мужскую группы. Саша увел вожатых вместе с детьми, селиться по домикам, хотя и вернулся минут через пять, после того как их увел.

— Опять «пусть сами разбираются»? — спросила Диана.

— В точку. — улыбнулся Саша.

— Скажите, а как отряды, да и вожатые, будут между собой контактировать?

— В этом одна из особенностей нашей методики. Мы надеемся, что все найдут общий язык опираясь не на речь, а на взаимные увлечения. Тут есть множество разнообразных занятий, и раньше эта методика всегда приносила результаты. Увидите, примерно день на третий в лагере уже будет какая-нибудь музыкальная группа или заполниться здание какого-нибудь кружка.

Диана смотрела на Сашу с удивлением.

«Звучит действительно здорово и очень педагогично.»

Снова зашипела рация, оповестившая, что последний автобус вот-вот должен прибыть.

— Ваша очередь знакомиться с отрядом. Это — ваши дети, — сказал Саша Диане, а через минуту в рамку въехал третий автобус. Из него неспешно стали, почти в буквальном смысле, вываливаться дети. Очень лениво и неторопливо.

«Снова от восьми до семнадцати и снова десять девочек и десять мальчиков»

Дети повыносили свои дорожные сумки и, сбившись в плотную кучу, осматривали территорию лагеря, делясь первыми впечатлениями. Саша подошел знакомиться первым.

— Здравствуйте отдыхающие! Рад приветствовать вас в Джинджертейле! Зовут меня Александр.

— Здра-авствуйте, — лениво раздалось ему в ответ.

— А теперь познакомьтесь со своим вожатым. На эти две недели — она ваш лучший друг и товарищ, — сказал Саша и обернулся на стоявшую позади Диану. Та, изучая детей, не сразу и сообразила, что надо подойти.

— Здравствуйте, ребята! Я Диана — ваша вожатая на эту смену. Сразу говорю — отчество не скажу. Называть по имени и на «вы». Особо смелым даже разрешу на «ты», — улыбнулась вожатая приветливо. В толпе даже промелькнули пара ответных улыбок и несколько перешептываний. Явно было услышано мальчишечье «ниче такая».

— А кто заберет наши сумки? — Раздался из толпы девчачий голос.

— Никто, — ответила Диана. — Всё сами.

Послышались возмущенные возгласы.

«Вот ведь избалованные мелкие…»

— Понимаю, но на эти две недели вы сами себе няньки и гувернёры. А сейчас — взяли свой багаж в руки и пошли за мной. Будем селиться, переодеваться и бежать на обед. Сегодняшний день уйдет на восстановление сил после дороги. Я ведь права? — последняя фраза была адресована Саше.

— Абсолютно, Диана, абсолютно.

— Во что переодеваться? Вот в это? — показала одна из самых старших девочек пальцем на Диану.

— До этого тебе дорасти еще нужно. У вас будет форма как у… Рита, подойди сюда! — девочка быстро подошла к Диане. — Как у нее. Рита тут на двадцать минут дольше чем вы, поэтому, назначаю её своей помощницей. Все вопросы либо ко мне, либо к ней. Понятно?!

Рита стояла и скромно жалась рядом с уверенно себя ведущей Дианой.

— Поня-ятно, — ответил отряд.

— Держите ключи и документы. Там указано, кто к какому домику приписан. Просто раздайте, — сказал Саша, перед тем как уйти.

— Далеко ходить не будем и распределим всё тут. Такс! — посмотрела Диана на список, в котором было двадцать позиций. Отряд смотрел на нее молча. — Значит, каждый сейчас получает ключ и вот такой бланк. Заполните, а после обеда и сна — принесёте мне. Не удивляйтесь, если сосед у вас будет англо- или франкоговорящим. Вы — третий отряд в этом лагере, — «ого!», «ничего себе!», «бывает!» — слышалось из толпы, — Так же, вы вправе выбирать себе занятость на территории. Тут представлено достаточно секций и клубов…

«Наверное», — додумала Диана.

— … Так что, каждый обязан числиться хоть в одном. Этот бланк, что вы мне сдадите, так же и обходной лист. На нем нужно поставить подписи, что вы посетили все клубы на территории. Если есть желание — вы можете возглавить один из клубов на время вашей смены. Вопросы?

— Как мы поставим подписи, если клубы пусты?

«Отличный вопрос»

— Проявите смекалку. Я ж не сказала сдать мне все бланки сразу-же? Еще вопросы? Нет? Отлично. Пройдемся по списку. Первый у нас ключи получает… — Прошло минут пять, пока Диана раздала все ключи. Сейчас она даже не пыталась запомнить хоть кого-то по-имени. — Не обижайтесь что я не запомнила всех. Вас двадцать, а я одна. Форма — обязательна, так же, как и зачисление в клуб. Всё, разойтись!

Все дети ушли, волоча свои набитые сумки. Одна только Рита осталась. Диана села на одну из скамеек, расставленных вдоль площади, а Рита села рядом с ней.

— А ты чего не идешь знакомиться?

— Да я…

— Так, быстро иди знакомиться, а то исключу из помощниц. Усекла? — беззлобно спросила Диана. — Задачу «показать, где домики» оставляю на тебя.

— Усекла.

— Увидимся на обеде. И не забудь поспать пару часов.

— Хорошо.

«Чувствую, что у нее будут проблемы. Интересно, с кем её поселили?» — смотрела Диана на Риту, тихо бредущую в сторону домиков.

«Так, а что у нас еще на территории есть-то?» — Достала Диана карту лагеря, снова оставшись в одиночестве.

«Та-ак, значит площадь с памятником. За ней сразу находиться административный корпус. За административом — спуск на пляж. Пляж тянется почти на полкилометра? Не хило. Справа от административного корпуса — баня вместе с котельной. Под баней — домики вожатых в две линии, которые упираются в общественный умывальник. Под домиками — медпункт, а под медпунктом — столовая. Чуть правее идет склад, а правее от склада… Ничего себе. Стадион! Почти полноразмерное футбольное поле, окольцованное беговой дорожкой. Есть баскетбольное поле, волейбольное и крытый маленький спортзал. Еще один открытый умывальник и санузел есть в спортзале. Чуть выше над стадионом — сцена. Ага, с правой частью все понятно, а слева? Слева от админкорпуса располагается жилой городок. Пятьдесят жилых домиков, по два человека в каждом. По двадцать пять домиков на мальчиков и девочек. К мужской и женской зоне приставлено по открытому умывальнику. Слева от площади располагались душевые, видать с теплой водой. А, и котельная там тоже сеть. Снизу от душевых — музыкальный клуб. Слева от музклуба еще разные клубы. Думаю, что запомнить будет нетяжело. Жалко, что вся эта красота находиться в эллизиуме».

Диана оторвалась от карты, закончив её исследование. Вокруг не было никого, кроме одинокого мужичка, подметавшего площадь перед памятником, что застыл в натирании очков. Диане даже интересно стало — кто это увековечен, но на пьедестале была лишь фамилия «Карпов». Она встала со скамейки и подошла к уборщику.

— Извините.

— Да? — повернулся к ней седовласый старичок.

— А кто такой этот Карпов? Основатель лагеря, вроде, не он.

— Вы правы. Основателем был дед нашего сегодняшнего Лурье. А вот товарищ Карпов, это человек отдавший место под застройку и вообще человек, благодаря кому идея этого лагеря появилась на свет.

— Понятно.

Прогудел странный звук из динамиков, расставленных по всей территории лагеря. Он напоминал сигнал к пробуждению из американских мультиков про бойскаутов.

— Что это было?

— Это, дорогуша, сигнал к обеду, — посмотрел дедок на наручные часы и снял кепку, — веди своих детишек есть.

— Поняла, спасибо вам.

— Не за что, обращайся.

Диана побежала к жилой зоне и встала на входе, как до нее добежала.

«Нужно выпросить еще одну рацию, чтоб дать её Рите. Так намного легче будет всех собирать»

Увидев знакомое лицо девочки из своего отряда, выходившей из жилой зоны и переодетой в лагерную форму, Диана помахала ей рукой. Девочка это заметила и подошла.

— Еще раз здравствуйте, Диана.

— Приветик. Ты Лиза, да? У тебя еще фамилия с птичкой.

— Да я Лиза Во…

— Погоди, я сама, — прервала Диана девочку, в попытках вспомнить фамилию.

— Диана, все просто. Самая распространённая городская птица, — улыбнулась Девочка.

— Лиза Воробьева. Поняла, — улыбнулась Диана в ответ. — так, тебе сколько лет?

— Мне? Четырнадцать.

Диана оглянулась и увидела остальных вожатых тоже карауливших своих детей. Луи приветливо помахал, а Гарри и не заметил.

— Ну что, Лиза, расскажешь о себе? Пока остальные не пришли.

— А что вы хотите услышать?

— Ну, чем живешь, чем увлекаешься? Как сюда попала?

— Ну, живу тем же что и все — едой, водой и фотосинтезом, — попыталась пошутить Лиза, — Увлекаюсь музыкой и книгами. А попала… папа купил путевку. Он занят был этим августом, а мамы нет у меня, вот он и спросил хочу ли я и… — остановилась девочка.

— Поняла. Не волнуйся, потом уезжать отсюда не захочешь! — Пыталась приободрить Диана.

— Искренне надеюсь. — Улибнулась Лиза.

Следующей подошла Рита… С той самой француженкой, от которой несло демоном. Диана услышала, как Рита очень плохо пытается что-то сказать на французском, а девочка её дополняет, по-дружески смеясь.

«Кажется, кто-то нашел себе подругу. Еще и так быстро.»

Рита указала на Диану и улыбаясь попрощалась с девочкой. Молодая француженка лишь коротко удостоила Диану взглядом, пока шла к Луи. Рита подбежала к Вожатой спустя миг .

— Рада видеть, что ты уже с кем-то подружилась, Рита, — улыбаясь сказала вожатая.

— Да, Мари — моя соседка, и она просто нечто! Она по-русски понимает, а я по-французски. Мы договорились друг друга поднатаскать в языках за эти две недели, — улыбалась Рита, рассказывая всё чуть ли не с восторгом, о новом знакомстве.

— Здорово!

— И не говорите! У нее еще фамилия такая красивая! Очень короткая и простая. На «к» как-то. Крои… Крау…

— Круа? — спросила Диана.

— Да, точно, Мари Круа! А вы откуда знаете?

«Час от часу не легче… Клановая девица тут… Но почему от нее демоном тогда несет?»

— Да так, слышала где-то. Ты с Лизой не знакома еще? — Решила представить вожатая девочек друг другу.

— Нет, не знакома. Я — Маргарита.

— Лиза, — кивнула девочка Рите в приветствие.

— Она у нас немножко младше, так что регулировка ситуаций на тебе, — показала Диана пальцем на Риту.

— Поняла.

— Я тебе сегодня дам рацию. Если что случиться, то всегда мне докладывай.

— Хорошо, — сказала Рита в тот момент, когда подошли два парня.

Один был кудрявый блондин, ростом около метра шестидесяти, а второй — высоченный худой шатен ростом, точно выше двух метров. Он был сутул и очень худ. Еще и постоянно отводил взгляд, стараясь не нарваться ни на кого, кроме своего собеседника. Парни уже свободно общались меду собой.

— Та-ак, а вот и мальчики. Давайте знакомиться! Друг с другом вы уже общий язык нашли, теперь моя очередь.

— Я Антон, — сказал кучерявый, — Мне пятнадцать лет.

— Я Василий. Просто Вася, — сказал сутулый, все еще стесняясь смотреть в глаза. — Мне шестнадцать.

— Ты чего такой согнутый, Вась? С таким ростом надо ходить как струна, а не стесняться, что ты кого-то выше. Чтоб к концу смены — ходил как флагшток.

— Эмм… Хорошо, — сказал Вася немного обижено.

Девочки перезнакомились с парнями. Дальше подошли парень с девушкой и девочкой лет десяти.

— Ваша очередь представляться! — сказала Диана.

— Меня Никита зовут, мне семнадцать. Похоже, что я самый старший тут, — говорил рослый и широкоплечий парень крайне неуверенно. — Это сестра моя, Оля, — показал он на девочку. — Тут крайность, она самая младшая в отряде, — Никита улыбнулся, — ей восемь, — девочка пряталась за спиной брата и сказала тихое «здравствуйте», — А это — Юля, моя… — парень запнулся.

— До сих пор стесняется слова «девушка». Я — Юля, приятно познакомиться, мне тоже семнадцать, — улыбнулась теплой улыбкой стройная девушка, стоявшая рядом с Никитой. Она чувствовала себя раскрепощенно и легко.

— Ага, значит у нас есть готовая парочка, — сказала Диана. — Ребят, я все понимаю, но в лагере есть некие правила приличия, и я обязана вам это сообщить. Отношения на показ выставлять на самый минимум.

— Не волнуйтесь, мы скромные, — Сказала Юля, держа руки за спиной, продолжая улыбаться. Никита же вовсе раскраснелся и опустил глаза в пол.

Диана отметила, что форма мальчиков отличалась шортами. Форма же вожатых мужчин — летними брюками. Вожатые всё быстрее обрастали своими подопечными. Следующими подошли девушка с мальчиком, о чем-то говорившие по пути к Диане.

— Новые лица. Представляйтесь! — сказала она.

Девушка посмотрела на вожатую неодобрительно, сквозь выкрашенные фиолетовой краской волосы.

«- Что за безвкусица?

— Сквозь стекло на мир смотрят молодые

— Что?»

Она продолжала смотреть так еще какое-то время, а потом достала стекляшку с кармана и посмотрела на Диану сквозь нее. Это заставило её улыбнуться. Она отдала стекляшку мальчику и тот тоже глянул. Девочка наконец-то представила себя и как оказалось, брата.

— Ангелина Кру́хо, здравствуйте, мне пятнадцать. А это мой родной братец, Валерий. Ему восемь.

«Еще и Крухо тут. Надо будет как-то забрать у них обсерветы».

— Приятно познакомиться.

Далее подходил мальчик, наглухо выкрашенный черной краской для волос. Челка висела на уровне глаз, а с далека Диана высмотрела еще и пробитую пирсингом губу. Пока-что единственный кто был не в форме, а в черной толстовке с названием какой-то рок группы и в не менее черных штанах в обтяжку, с которых свисали разные шнурки и пояс. Он подошел и молчал.

— Такс, это кто у нас тут? — поинтересовалась Диана.

— Денис.

— Денис… Сколько лет, Денис?

— Четырнадцать.

«В четырнадцать лет пробитая губа?»

— Денис, ты сильно голодный?

— Очень.

— Тогда ты будешь очень опечален, если останешься без ужина?

— Почему?

— В лагере нужно носить форму. Иди переодевайся.

— Никакой индивидуальности, — ушел Денис в сторону домиков.

— Интересный малый, — сказала молодая Крухо.

— И не говори, — подчеркнула Лиза.

— Ладно, пол отряда собрано. Думаю, что остальные нас догонят, — заявила Диана.

— Подождите! — сказала Рита.

— Что такое?

— У нас еще как минимум двое младших осталось. Они и потеряться могут.

— Знаешь кто?

— Два мальчика, близнецы.

— Ладно, ждем.

Ждать долго не пришлось и вскоре к вожатой и компании подошли двое близнецов.

— Такс, ребятки. Имена и возраст, — сказала Диана, отметив, что их легко можно будет различать по родинке под глазом.

— Эдмунд, — сказал тот, что с родинкой, — десять лет.

— Эдгард, — представился второй, — десять лет.

— Вот как. А ваша фамилия?

— Подручные, — сказали мальчики. Кто-то в отряде негромко посмеялся.

— Ух, ты, а чего не на льве приехали, ребята? — спросила Диана.

— Папа не разрешил.

— Сказал, что устанет, — говорили мальчики, дополняя речь друг друга.

— Вы их знаете, Диана?

— Их, по факту, много кто знает, сыновей Венцеслава Подручного. Укротителя львов. А вы ребята, я угадаю, гимнасты?

— И немного фокусники, — сказали мальчики в унисон.

— Здорово! Того нас одиннадцать. Можно идти и занимать места. Я уверена, что столы уже давно накрыты.

Все, кто собрались, пошли вслед за Дианой в столовую. Дверь в нее уже давно была открыта, а как группа зашла, то увидела, что англичане уже во всю пируют.

— Занимайте места, где хотите, но сначала на раздачу за своим обедом.

Дети молча послушались вожатую и встали в очередь за своим подносом с едой. Все расселись, стараясь не разделяться от людей, с которыми уже успели перезнакомится. Рита ушла за столик к французам, потому что Мари её позвала, махнув рукой. Диану тоже позвали за столик вожатые. Она кивнула, что скоро придет, а пока пошла на раздачу за своей порцией. Тарелки с едой на поднос ставила молодая блондинка, с большими голубыми глазами. Её волосы были убраны в поварской колпак, а бирюзовую футболку скрывал белый фартук.

— Лопни мои глаза! Да вы же Наталья Иванова из шоу «ножи против вилок». Кажется, вы еще в финале участвовали, — сказала Диана.

— Так и есть. Здравствуйте. Вы меня знаете уже, а вас как зовут?

— Диана меня зовут.

— И все? — улыбнулась повариха, — За какие заслуги вас взяли в вожатые-то?

— Я хирург. Нейрохирург.

— Я похоже поняла. Не думала, что увижу вас когда-то. Ваше имя гремит на пол планеты, минимум.

— Хорошо, что увидели так, а не на операционном столе, — пошутила Диана.

— Мне было бы не страшно, если б я оказалась на операционном столе у вас. Приятного аппетита.

— Спасибо, — сказала Диана и ушла за стол к вожатым.

Там сидели только Гарри и Оливия. Луи пока все еще не было видно. Диана мысленно перестроилась на английский.

— Приятного аппетита, — пожелали ей вожатые-родственники.

— Спасибо, — ответила Диана и принялась смотреть, что же там им сегодня подают съедобного.

На обед были тарелка лагмана, два кусочка хлеба, пюре с гуляшом и ягодный компот.

«Недурно, однако»

— А вы чего не едите? — поинтересовалась Диана.

— Мы уже. Вот сидим и ждем всех, чтоб хоть как-то координировать действия на смену.

— Вы так серьезно к этому относитесь?

— На нас моральный отдых детей. Тут нельзя быть безответственным.

— Может, вы и правы.

Наконец-то и Луи привел свой отряд на обед. Точнее — пол отряда. Ребята заняли очередь на раздачу.

«Странно, что французы и до него тут уже были»

Диана заметила, что дети пропустили Луи без очереди. Наполнив свой поднос, он пришел за «вожатский» столик, сказав всем «бон апети». Диана ответила «Сенкс», так и не успев перестроиться на французский. Даже интересно, как же вожатые контактировали между собой? Не похоже, чтоб они знали языки друг друга.

«Похоже, придется быть их „тоннелем под Ла-маншем“»

— За какие заслуги вы тут? — поинтересовалась Диана у англичан.

— Я — доктор геологических наук, — сказала Оливия. — Это длинная и скучна история, но вот такая я есть.

— Я — полковник ВВС Британии. Действующий. Просто, в отпуске, — сказал Гарри. — А вы, Диана?

— Я — доктор медицинских наук и нейрохирург. Тоже в отпуске.

— А я-то думала, почему мне ваше имя и внешность знакомы. Вы — на каждой странице с заголовком «медицина», — Сказала Оливия.

— Как-то так, — Диана переключилась на французский. — Мы тут разузнали, кто есть кто, Луи, ваша очередь, — поинтересовалась Диана.

— Я теннисист, — сказал Луи, явно обиженно, — первая ракетка Франции.

— Простите Луи, я теннис смотрю крайне редко. Не обижайтесь, что я вас не узнала.

— Знаете? Чувствуешь определенную легкость, когда с тобой общаются, как с обычным человеком, — улыбнулся Луи, как прожевал лапшу с лагмана.

Обед продолжился в молчании. Как Диана закончила есть, она отнесла поднос на помывку, извинилась перед коллегами и подошла к Рите, сказав, чтоб та передала ребятам, что у них свободное время и пусть делают, что хотят. Надежда была на то, что все просто попадают спать. Сама же Диана, покинув столовую, направилась в самое интересующее её место в лагере — на «обрыв».

Вид открывался действительно поразительный. Море отказывалось заканчиваться, как ни всматривайся в горизонт. Официально, на краю «обрыва» стоять было запрещено, но Диана нарушила это правило ради пейзажа. Смотря вниз — взгляд упирался в песчаный пляж. Если провести воображаемую линию, которая делит пляж пополам, то метров через двести направо от нее находился плавучий домик, у которого были пришвартованы не лодки, как обычно, а четыре гидроцикла и полноценная яхта. Уже хотелось спуститься на этот пляж и начать бессовестно загорать, забив на то, что находишься в элизиуме, который может взорваться, унеся с собой планету. Вот только эскалатор, доставляющий на пляж, сейчас не работал. На отвесе скалы еще и располагалось тросы для альпинистов. Еще один вид спорта на выбор.

«Мокрая, как не знаю, что. Нужно будет сходить в душ»

Но в лагере оставались еще места, которые надо было посетить.

«А надо ли? Библиотека — там ничего интересного. Кружки и секции пока-что без глав. Стадион от меня не убежит. Музыкальный кружок пока тоже закрыт. Скукотень! Медпункт что-ль проведать? Что-то давно я не прикасалась ко всякой фармацевтической химии.»

Медпункт находился за столовой. Это было небольшое одноэтажное здание c пристройкой, вход в которую можно было осуществить только изнутри самого медпункта.

«Какой-то персонал тут все-таки есть. Лишь бы медбратом не оказался Вова».

Однако и медпункт посещать желание у Дианы отпало.

«Я знакома только с двенадцатью людьми из моего отряда. Когда же дознакомлюсь с остальными? Караулить их у домиков — как-то некрасиво.»

Из раздумий Диану вывело шипение рации. Аж на трёх языках вожатой дали понять, что через десять минут в админ корпусе будет проведено собрание.

«Так, дело само себя нашло. Хорошо.»

Где прождать десять минут, Диана не знала. Пришлось идти сидеть на скамейке у админкорпуса в ожидании того, что время пойдет быстрее и как только она подошла к корпусу, то убедилась, что у всех вожатых мысли были примерно в одном русле. Все трое иностранцев уже сидели и ожидали окончания уже семи отведенных им минут, чтоб войти в здание. Уж не понятно, удача ли улыбнулась вожатым, когда Саша выглянул из окна второго этажа корпуса и пригласил сотрудников пройти?

Админкорпус был прям как зал заседаний в каком-то офисном здании. Посреди комнаты находился стол с заставленными десятью стульями по бокам, плюс одним во главе. Вожатые быстро заняли четыре боковых стула, а Саша сел во главу стола и раздал очередные бланки. Документ содержал оглавление: «План смены», и было вынесено пятнадцать пунктов запланированных мероприятий — по одному на каждый день. Первый пункт был «приезд» и был помечен сегодняшней датой.

«Ну хоть что-то уже выполнено.»

Заседание проходило довольно тихо, во многом благодаря языковому барьеру.

«Не буду вываливать весь план Рите. Пусть для нее тоже будет некий фактор неожиданности. Кстати!»

— Саша, — прервала Диана тишину.

— Да? Что такое?

— Можете выдать еще одну рацию, пожалуйста?

— А вам зачем?

— Чтоб отдать её моей помощнице из отряда. Я решила, что так будет легче доносить до отряда новости и узнавать, что у них происходит.

— Очень находчиво. Поскольку у нас всего четверо вожатых, я каждому выдам по дополнительной рации и зарядному, — оглянул он сидящих. — Пусть каждый себе найдет помощника среди отдыхающих и вручит им по устройству.

Диана быстро изложила суть сказанного сначала на английском, а потом на французском. Вожатые одобрительно кивнули.

— Вот и хорошо, — продолжил Саша. — Тогда можете идти и насладиться единственным «свободным» вашим днем.

Все четверо вожатых вышли из корпуса, все еще смотря в свои листочки. Диана сложила свой вчетверо и убрала в карман юбки.

«Довольно банальные и неинтересные задания. Ну да ладно. Помнить о своей миссии.»

Диана побрела к своему домику. Оставалось еще около девяти часов светового дня. Приняв твердое решение принять душ, она, зайдя в домик, раскрыла выданный пакет с полотенцами, забрала самое большое, достала из своей сумки запасной комплект белья.

«Вот ведь… Я что, забыла шампунь? И Гель?! Да не-е, не может быть!» — интенсивно рылась Диана в своей сумке, отказываясь верить в такой просчет.

Убедившись, что она таки забыла средства личной гигиены, Диана бросила полотенце и белье на кровать.

«- Вот тебе и первый прокол.

— Раскрой глаза шире, лежбище таит секрет.

— Здравствуй, Грегор, что ты имеешь в виду? — спросила Диана, не ожидая услышать понятный ответ.

— Скрижаль с секретом рядом, — ответ таки последовал на редкость вменяемый.»

Диана посмотрела на кровать, на прикроватную тумбочку…

«Я и внимания на нее не обратила»

… И увидела, что на ней есть створка с ручкой. Створка тумбочки легко открылась, явив разделенное горизонтальной полкой пространство. На полке и находились, так нужные, шампунь с гелем для душа, а также: мочалка, жидкое мыло и крем от загара.

«Грегор, ну что б я без тебя делала?» — Довольно, мысленно заключила Диана.

Вожатая вновь подобрала полотенце, белье, а теперь, захватив с собой шампунь, гель и мочалку, на всех порах двинулась в душевую, не забыв закрыть домик.

«Баню позже заценить успею.»

Очереди в душевую не было. Заняв одну из пяти кабинок, Диана довольно неспешно принялась нежиться в теплой воде. Совершив все помывочные ритуалы, вытершись и одевшись, вожатая вышла обратно на жаркую улицу. Теперь нужно было отнести все обратно в домик и придумать что делать дальше.

По пути Диана встретила молодого мужчину, лет двадцати пяти. В целом, самого обычного парня, если б не распахнутый белый халат, под которым скрывались майка с шортами.

— Я так полагаю — вы медбрат?

— Так точно! — сказал он крайне живо и улыбнулся. — Если у вас что-то заболит, то сразу ко мне. Осмотрю и подлатаю.

— Интересный сленг, «подлатаю».

— Не обращайте внимания, просто в фильме услышал.

— Я — Диана — одна из вожатых.

— Да я по форме уже догадался, — потер затылок медбрат. — А я Максим, фельдшер-практикант.

— А так можно?

— Сам удивился. Ну раз направили — значит можно.

— Что ж вы такой распахнутый, а, Максим? — указала Диана на халат.

— Так жарища ж смертная! В медпункте хоть кондиционер есть, там и застегиваюсь.

— Поняла, ну, удачи, Максим.

— И вам, Диана.

Продолжив свой путь до домика, вожатая больше не встречала преград на своем пути. Открыв двери и положив все то, что она несла в руках на табуретку, она глянула на часы.

«Пол четвертого — а делать уже нечего. Надо дознакомится с детьми, но вваливаться к ним в домики как-то не охота. Интересно, а во сколько тут отбой? Нужно придумать себе режим. По утрам точно буду бегать. Благо, тут есть где и куда. Прогуляться по лесу что ли? Местность тут сказочная, да и особых ограничений нету. Или провести ревизию на спортплощадке? Хочу кофе.»

Последнее желание оказалось самым весомым, и Диана решила направиться в столовую. С поварихой она уже знакома, может и кофе перепадет.

Выйдя из домика и закрыв его на ключ, вожатая двинулась на встречу потенциальному горячему напитку.

Столовая была открыта и пуста внутри. Только и слышно было, как на кухне кто-то копошится.

— Наталья, вы тут?! — крикнула Диана в пустоту. Повариха не заставила себя долго ждать и выглянула с раздачи.

— А, это вы. Как видите — тут, — улыбнулась она. — Можете звать меня просто Наташа. Вы что-то хотели?

— В принципе — да. Умираю, хочу кофе. У вас есть?

— О, этого добра у нас навалом, на любой вкус. Для персонала как раз. Проходите сюда и выбирайте.

Диана зашла на кухню, которую она себе ну никак не представляла такой, какую она увидела. Она была очень просторной и современной. А еще, тут до невозможности вкусно пахло выпечкой. Тут тебе и штуки три печи, и миксеры и еще куча всякой техники, непонятно для чего. Поваров было трое, включая Наташу, но больше никого известного. Среди утвари Диана взглядом нашла и кофемашину. Размер её позволял идти на осаду какого-нибудь замка. Наташа рукой показала куда пройти, чтоб выбрать себе кофе по вкусу. Выбор был богат до безобразия: тут тебе и растворимые на любой вкус, и зерна с разными отдушками и картриджи для кофеварки.

— Боги, ну и дела.

— Что, глаза разбежались? — Спросила Наташа.

— И не говорите. Я надеялась на самый дешевый растворимый кофе, а тут вон оно как. А это что такое? — Взяла Диана с полочки штуку похожую на миниатюрный миксер. Нажав на кнопочку, он начал сильно жужжать, а проволочная насадка быстро крутиться.

— Это капучинатор, — ответила Наташа. — С его помощью взбивают нежную пенку.

— Боги ж вы мои, — поспешила Диана избавиться от чудо-устройства.

— Так что, определились? — спросила Наташа.

— Капучино теперь хочу, насмотрелась на эту штуку, — улыбнулась вожатая.

— Вот и хорошо, сейчас сделаю. Присядьте где-то в зале. Я вынесу и присоединюсь к вам, вы ж не против?

— Буду только за. — Кивнула Диана поварихе.

Диана вышла в зал и заняла чуть ли не самый ближний столик у раздачи. Наташа вышла минут через пять с подносом, на котором ютились две чашечки кофе и два блюдца с выпечкой. Как только поднос приземлился на стол, у Дианы резко заурчал живот. Все это пахло не хуже, чем в какой-нибудь помпезной дорогой кофейне.

— Спасибо большое.

— Да не за что. Диан, можно на «ты»?

— Конечно. Даже не обсуждается, — Диана забрала себе чашечку с кофе и блюдце с горячей булочкой, на первый взгляд с сахаром и корицей.

— Вот и отлично. А то тут все какие-то сильно правильные… Не понимают, что делать с первого раза, и на «вы» постоянно.

Диана откусила кусочек. На данный момент ей казалось, что блюда вкуснее не существует.

— Боги, Наташа, это феноменально вкусно! — И, как оказалось, довольно горячо.

— Да брось ты. Ты выпечку моей бабушки не пробовала. Вот там по-настоящему вкусно.

— Да я никогда в жизни домашней выпечки не пробовала. Сказка! — «В этой жизни…»

— Ой, ну спасибо. Расскажешь, как сюда-то занесло? — помешивала Наташа кофе.

«Нет конечно, сейчас врать буду»

— Да ничего такого. Устала от своей жизни, и подруга показала интересный способ отдохнуть. Пока-что я отдыха тут не вижу, но интерес, что будет дальше, просто огромный. А ты как?

— Примерно тоже самое, только мне позвонил этот странный Вадим и начал предлагать вакансию. Я, как услышала оклад, чуть в обморок не упала там. Интересно, сколько же они берут с родителей детей, которые тут отдыхают?

— Мне тоже интересно, но спрашивать — это как-то неправильно.

— Ты права.

Диана, забыв про правила приличия сёрбала кофе и ела эту несчастную булочку, как будто это последняя еда на планете.

— Как же мне приятно видеть, что моя готовка пришлась настолько по вкусу, — улыбнулась Наташа.

— Прости, действительно никогда в жизни подобного не пробовала. Знаешь, когда вся жизнь проводиться в формалине, запах такой выпечки — просто как божественное просветление.

— Приму за комплимент! — посмеялась Наташа.

— Я не сильна в комплиментах, но в искренность моих слов можешь верить.

— Ты, как заскучаешь, приходи сюда в перерывах. Мне тоже скучно, так что, буду рада компании.

— Хорошо, я учту, но у меня ничего нету, чтоб принести как гостинец.

— А у меня что ли есть? Потихоньку грабим лагерь.

В первый раз за много лет Диана искренне посмеялась. Она распрощалась с Наташей, и заправленная хорошим настроением, ушла из столовой.

Проходя площадь, Диана заметила одинокую фигуру, сидевшую на скамейке и уставившуюся в смартфон и твёрдо была уверена, что видела этого паренька среди своих подопечных.

«О, еще один, нужно познакомиться!»

— Здравствуй!

— Ой, — Дернулся паренёк, застанный врасплох. — Здравствуйте! — испуганно произнёс он, весьма тонким голосом.

— С тобой я еще не знакома, Я — Диана, — протянула она руку.

— Я Женя, — сказал парнишка и ответил на жест вожатой, протянув свою весьма худую ладонь.

— Сколько тебе лет, Женя?

— Мне пятнадцать. — попытался сделать он свой голос грубее. Довольно плохо попытался.

— Погодите-ка… — Диана подняла Женю за руку со скамейки. Он особо и не сопротивлялся.

— А вы сильная.

— Это не я сильная. Это ты слишком легкий, Женя, как для парня.

Парень перестал смотреть Диане в глаза.

Вожатая отпустила руку, и Женя сел обратно на лавочку. Вожатая расположилась рядом.

— И что это за маскарад? Как тебя зовут по-правде?

— Так и зовут. Ерёменко Евгения. Пятнадцать лет.

— А зачем… вот это все? — Растерянно спросила Диана, обводя указательным пальцем всё неудавшееся перевоплощение.

— Все просто. Я хотела сюда попасть, а мест для девочек не осталось, вот и пришлось выкручиваться, — сказала Женя, уже не пытаясь загрубить свой голосок. — Вы меня выгоните?

— Что ты, нет, конечно. Но рассказать про тебя должна. Я настою на том, чтоб твое место перенесли в женскую группу. Тебя переселят и будешь себе отдыхать спокойно. Только перестань парнем притворяться. Выходит, паршиво.

— Спасибо, — кивнула она отводя взгляд. - Я не ожидала такого. Думала — сразу попрут.

— Ты поехала, заведомо зная, что тебя выгонят?

— Ну…

— Знаешь, у меня будут на тебя планы, раз ты такая отважная. Но вот над маскировкой впредь работай лучше. А то дырки в ушах… да и личико у тебя совсем не мальчишечье. Косточки еще пустые совсем, раз ты легкая такая. Эту ночь еще проведешь в образе парня, но завтра будь готова к смене образа.

— Поняла.

— Что делала хоть?

— Да книжку читала. Ничего такого. Связи-то нет…

— Ладно. Если что, знаешь где я живу?

— Не знаю, — помахала Женя говолой.

— Значит, у Риты спроси. Она знает.

— Хорошо.

Диана поднялась со скамейки и ушла.

«Да что-ж так везет… теперь еще и трансвеститы»

Время до ужина тянулось предательски медленно. Одолевала мысль: «Не найти ли себе что-то почитать». Но, кое-как вытерпев испытание скукой, Диана услышала звук горна, означавший, что начался ужин.

«Вот и шанс дознакомиться с остальными. Поймаю всех на выходе с жилой зоны.»

Быстро пробежав площадь, Диана встала на выходе их жилой зоны, как раз вовремя, чтоб застать свой отряд.

— Здравствуйте, ребята, кого видела и кого еще не знаю!

— Здравствуйте.

— Такс, новые лица вижу. Я решила не отвлекать вас после обеда, так что украду пять минут сейчас, чтоб наконец-то всех запомнить. Тебя я еще не знаю, — посмотрела Диана на здорового короткостриженого блондина в очках. Форма лагеря ему была впритык, а короткие рукава обтягивали объемные бицепсы. Парень делил титул «второй по росту» вместе с Никитой, но был шире в плечах и руках. Он зевал и тер глаз рукой.

«Вот это экземпляр.»

— Меня зовут Шишкин Сергей. Мне семнадцать лет, — сказал он, сквозь зевоту. — Простите, но я живу отсюда очень далеко, поэтому и заспался до такого времени. Дорога утомила.

— Не помню тебя на обеде.

— Я и его проспал, — сказал он с сожалением.

— Смотри, чтоб больше не повторялось.

— Постараюсь, — Улыбнулся здоровяк.

— Женю я уже знаю, с ним конфуз случился.

— Какой? — спросил Никита озадачено.

— С тобой живет?

— Да.

— Узнаешь с утра.

«И обалдеешь», — додумала Диана остаток фразы

— Понял.

— О! Ты кто такой? — спросила Диана мальчика среднего роста с зачесанными назад волосами, блестящими от какого-то крема.

— Я Егор, мне шестнадцать, — ответил он максимально пренебрежительным тоном, рассматривая ногти на руке. Правда, стоило ему увидеть на горизонте подходящую девушку, как сразу спрятал все безразличие куда-то подальше, втянул голову в плечи и отошел.

Девушка подошла, собрав все мужские взгляды на себе и уперла кулак в пояс. Её форменная рубашка была завязана узлом так, что выставляя на показ плоский живот, узкую талию и подчеркивала до неприличия объемную грудь. Галстук был завязан на руке, как будто это платок, чтоб смахивать пот. Её лицо особой миловидность не выделялось, но и уродиной её было не назвать. Длинные русые волосы были заплетены в тугую объемную косу.

— Так. Ну, давай сначала, — сказала Диана. — Твое имя и возраст.

— Девочка подняла зеленые глаза на Диану и сказала, — Вика. Семнадцать лет.

— Значит так, Вика. Каждый раз, как я увижу тебя в таком виде, ты автоматически попадаешь на первое место в моем списке провинившихся. Наказание будет варьироваться от лишения обеда-ужина, до сдачи тебя в рабство лагерной адиминистрации. Пока я не вижу — ходи как хочешь, но помни, что глаза у меня везде. Понятно?

— Понятно, — Вика стала развязывать узел рубашки. — Зависть съедает? — сказала она тихо, но недостаточно, чтоб Диана этого не услышала.

— Посмотрим, кто кому будет завидовать, когда мы встретимся на пляже, — в отряде тут же раздался смех, разбавленный возгласами типа: «ого!». — На сегодня прощена, но не расслабляйся.

«Обычно, с такими как она, узы дружбы зарабатываются дерзостью.»

Дальше, чуть ли не спринтом, добежала еще одна девочка. Не успела Диана и слово сказать, как та представилась:

— Марта, четырнадцать лет!

— Привет-привет, энерджайзер, приятно видеть, что тут хоть кто-то двигается быстрее сонной улитки.

Марта по-детски заулыбалась и о чем-то начала говорить с Викой.

«Вместе живут, зуб даю»

Следующими подошли сразу две девочки. Обе были абсолютно невзрачные внешне, с похожими фигурами и даже в чем-то лицами. Та, что была справа — была чуть выше, а в её короткой стрижке была заплетена маленькая косичка, закинутая за ухо. Вторая же — располагала крашенными волосами под блонд, с уже изрядно почерневшими корнями волос. Подходя, они обе улыбнулись и почти одновременно представились:

— Лена, шестнадцать лет.

— Алина, пятнадцать лет.

Девочки переглянулись с мыслями типа «придется ли повторять?», Но Диана смогла расслышать как кого зовут.

— Очень приятно, девочки. Что-ж, нам не хватает буквально еще одного человека. Значит, что девяносто девять процентов отряда я уже знаю. Пора двигать на ужин! — Сказала она и развернулась, как сразу откуда-то сзади послышался крик «Подождите меня!». Вожатая развернулась снова и отряд догнала последняя девочка. Она уперла руки в колени и пыталась отдышаться — хоть и пробежать ей нужно было метров пять, от силы, а дышала так, будто только что с марафона. — скрыв лицо в черных как смоль, волнистых волосах. Как только она распрямилась, так сразу представилась.

— Алита! Музыкант! Мне семнадцать лет.

«Вот так сразу? Спасибо за подробность.»

— Доклад принят, Алит. Узнаем подробности завтра, когда откроют клубы. А сейчас, на ужин все! — скомандовала Диана.

Теперь дети уже знали, что делать. Они пропустили Диану на раздачу первой, она вежливо спросила у Наташи, можно ли дать двойную порцию — проспавшему обед — Сереже. Услышав, что для своих можно все, Диана взяла поднос с ужином и показала, что Сережа — это вон тот в очках.

Увидев, что Диана отошла, дети потихоньку стали набирать еду и себе. На ужин были: та самая булочка, большой стакан сладющего компота и гречневая каша с гуляшом. Не смотря на всю простоту еды, было сказочно вкусно.

«Ох, как же бегать-то придется много, чтоб все это сбросить.»

Диана села за столик к остальным вожатым, пожелала всем приятного аппетита и все молча стали есть. Чуть позже — тоже коснулось всех — стала бороться с желанием пойти взять добавки. Распоряжений после ужина не оказалось, поэтому Диана тихо пошла в свой домик, после того как справилась с ужином.

Диана про себя отметила, что на крылечке домика можно сделать очень удобную сидушку, чтоб просто отдыхать, когда все дела потихоньку закончатся. Ну или книжку почитать, если приспичит. Часы в домике показывали, что времени — полседьмого.

«Интересно, а во сколько отбой? Надеюсь, мне не придется своих караулить, пока не уснут? Нужно им пригрозить, что за нарушение режима наказание будет каким-то особенным»

Из раздумий Диану вырвал стук в дверь. Подойдя и открыв её, вожатая увидела Вову, державшего в руках целый набор раций.

— Держите, вы просили дополнительную.

— Благодарю. Очень пригодится.

Вова улыбнулся и ушел раздать остальные переговорные средства.

Диана закрыла дверь.

«Что делать? Забрать бы обсерветы у молодых Крухо. К ним нужно особо быстро втереться в доверие, чтоб они не подумали рассказать, кто, на самом деле, в их отряде вожатая. Интересно, а у Круа эта штука тоже с собой? Что у нее с запахом?»

В дверь снова постучали. Диана открыла, как в нос резко ударило демонической гарью. На пороге стояли Рита и Мари, приветливо улыбаясь.

«Впомнишь… вот и оно»

— Привет девочки, что-то хотели?

— Мари захотела почему-то с вами познакомится.

— Вот как?

— Ви, хотела́ сделать сувенир, — ответила Мари на достойном русском, но неправильно расставляя ударения и картавя.

— И какой-же?

Мари протянула руку со сжатым кулаком, а Диана под него подставила ладонь, куда, спустя миг, упали те самые три обсервета, о которых она вспоминала пару минут назад.

«Вот это подарочек!», — мысленно удивилась вожатая.

— Ух ты, а это что такое? Так переливаются красиво! — поинтересовалась Рита.

— Это моя маман делае́т, побрякушка́, — прокартавила Мари букву «р» в слове «побрякушка».

— Спасибо большое, Мари, я очень ценю, — в шоке ответила Диана. — Ты мне как раз нужна, Рита.

— Да, что такое?

— Держи, — Передала Диана рацию Рите вместе с зарядным. — Заряжать и всегда носить с собой!

— Поняла.

— Вы что-то еще хотели, девочки?

— Нет, это все.

— Тогда, удачи вам. У меня еще дела, — соврала Диана и закрыла дверь, подождав, когда девочки отойдут.

«Вот тебе и „на“! Хороший жест доброй воли, ничего не скажешь. Интересно, как она их свистнула-то?» — Разглядывала Диана обсерветы.

В дверь снова постучали, и Диана открыла. Перед ней стоял Сережа.

— Зашел сказать «спасибо» за двойной ужин. Очень приятно.

— С чего ты взял, что это была я? — улыбаясь, спросила вожатая.

— Подумал. Просто так бы не положили, - поправил Сережа очки и улыбнулся в ответ.

— Ишь какой внимательный. Ну, рассказывай, откуда приехал, если не секрет?

— Да не секрет, просто название моего города вам не скажет абсолютно ничего. Это на севере. Маленький город с пафосным названием Магнитоград.

— Действительно, не сказало.

— Я ж говорил, — снова улыбнулся здоровяк.

— Ты что-то еще хотел?

— Честно — да… Тут скучно пока-что, а я слышал, что тут есть клуб радиоэлектроники. Хотелось бы посмотреть, что там.

— Радиоэлектроники? Почему-то я думала, что ты спортсмен.

— Все так думают, но увы… Ловкости у меня ноль, а реакция, наверное, и того хуже.

— Самокритично.

— Просто знаю себе цену.

— Это хорошо. Ладно, убедил. Что-ж, давай посмотрим, что можно сделать сегодня.

— Буду должен.

— Брось, тут скука смертная, — сказала Диана, закрывая дверь домика. Они с Сережей двинулись в путь.

— Куда мы идем хоть? — поинтересовался Сергей.

— Наверное, нам нужен завхоз, ну или начальник смены. Админкорпус тут недалеко, так что, начнем сразу с начальства.

— Быка за рога?

— В точку.

Дойдя до админкорпуса Диана попросила Сережу подождать, пока она узнает про ключи. Саша не сразу одобрил такое рвение, но все-же уступил и отдал связку от зданий в лагере, что содержала ключи от почти всех мест, включая баню и душ.

«О, можно будет искупаться после отбоя.»

Диана вышла на улицу и покрутила «добычу» на пальце перед Сережей.

— Ни капли в вас не сомневался.

— Правильно сделал.

Они спустились вниз по площади, повернули направо и прошли по дорожке до упора, пока не увидели надпись «Общие кружки»

— Какое-то… обидное название.

— А что ты хотел? — Улыбнулась вожатая. — Надпись «Замок девятисот девяносто девяти удовольствий?».

— Так еще хуже, — посмеялся Сережа с Дианиной шутки, больше для того чтоб её не расстроить. - Как думаете, какой из корпусов нам нужен? Тут и слева «общие кружки» и справа.

— Ну, давай сначала левое проверим. — Глянула вожатая на более длинное и прямоугольное зданьице, нежели то, что располагалось справа, и двинулась к нему.

— Воля ваша. — Поправил Сережа очки и прошел седлом.

Вставив ключ с надписью «Общ.круж.» в дверь здания, замок щелкнул и дверь открылась от небольшого усилия на ручку. В помещении было темно и пока Сережа нащупал выключатель, прошло полминуты. Свет озарил помещение и явил четыре стола, на которых стояло по компьютеру.

— Это — то что ты искал?

— Совсем не оно. В клубе радиоэлектроники, обычно, для рядового человека свалка и хаос. А тут всего-то четыре компьютера и довольно опрятно. — Провел Сережа пальцем по одному из столов. Пыли оказался самый минимум. — Там вон еще одна дверь. — Коротко кивнул здоровяк головой.

— Сейчас и её откроем.

Сказано — сделано. Подобранный ключ щелкнул в двери и посетителям открылось много чего неизвестного, скрытого длинными пыльными тканями.

— Кладовка что ли? — Сказала Диана.

— Ну что вы? Это клуб рисования. Руку даю на отсечение, что это мольберты, — смахнул Сережа полотно с вертикально стоявшей штуковины. Там действительно показалась квадратная рамка мольберта с подставкой. — Похоже, рука остается при мне, — довольно улыбнулся он. — Значит, нам в корпус через дорогу.

«Он не так-то прост.» — подумала Вожатая. Они вновь оказались снаружи, взяв короткую паузу на «Закрыть замки»

— Там точно понравится Вике. Она говорила, что рисует.

— Уже познакомится успел? — спросила Диана, пока они шли до другого корпуса.

— Можно и так сказать. Она смотрела в мое окно, пока я переодевался.

— Вот как?

— Угу. Я её заметил и пригласил зайти в домик, чтоб познакомиться более… по-человечески.

— Интересно звучит.

— Я имею в виду «словесно». Имя узнать, откуда приехала и так далее. Тут, оказывается, все из довольно, даже очень, благополучных семей.

— В большинстве своем — да, но не все. Рита, к примеру, путевку сюда выиграла.

— Как и я. Я спаял для конкурса автодиагностический аппарат. Коснешься щупом автомобиля, вставишь провод в бортовой компьютер, он тебе и расскажет, что с авто не так. Даже запатентовал эту штуку. Заставили.

— Какой ты у нас молодчина, оказывается. Во всем хорош: и в общении и рукастый.

— Мне приятно, — улыбнулся Сережа от услышанного. — Просто… надо ж хоть чем-то интересоваться. Иначе и жить не хочется.

«Эх, с твоим-то сроком существования»

Они дошли до второго корпуса.

— Сейчас открою, — сказала Диана, подбирая ключ. Подошел тот же, что и от первой двери.

В помещении их встретила привычная темнота. — Кажись, нашла выключатель, — сказала Диана и щелкнула им.

— Эх вы, женщины…

— Это ты сейчас к чему? — Слегка возмутилась вожатая.

— Такие помещения обычно запитываются рубильником на отдельном щитке. Вот таким вот, — Сережа приложил немалое усилие, чтоб дернуть рычаг вниз. Свет резко зажегся и явил ужасно захламленное место, с множеством столов, парой верстаков, компьютером, и еще множеством, неизвестной Диане, аппаратуры, — Вот это совсем другое дело! — Обрадовался парень тому, что обнаружил.

— Ты был прав… Действительно, свалка.

— А по-моему — сокровищница, — довольно улыбнулся парень. — Я смотрю, что тут мастерская на все случаи жизни: и токарный верстак, и плотницкий, и осциллограф… — Сережа походил, заглядывая в ящички, посмотрел в целую кучу всяких баночек, покрутил в руках паяльник и так далее.

— Что скажешь?

— На самом деле — все очень неплохо. Смотрю, что даже какие-то проекты от старых смен остались. Мне точно будет чем заняться!

— Рада за тебя, — улыбнулась Диана. Она действительно была за него рада. — Тебя записывать как главу клуба?

— Да, я с удовольствием.

— Тогда, завтра зайдешь за своим ключом к Александру.

— Вас понял.

Сережа и вожатая погасили свет, вышли и закрыли дверь в клуб. На выходе их ждал еще один сюрприз.

— Ой, — сказал женский голос за спиной Дианы.

— Алита? Какими судьбами? — Поинтересовался Сережа.

— Да я просто увидела, как свет то зажигается, то тухнет в клубах… вот и интересно стало.

— Так-так-та-ак. Алита-музыкант-семнадцатьлет? — Улыбнулась Диана, стараясь произнести самопровозглашенный Алитин титул одним словом.

— Да, я так представлялась, — наматывала девочка волнистую прядку на свой палец, густо покраснев.

— Сережа, ты уже вообще всех знаешь? — Поинтересовалась Диана.

— Почти. Буквально с парой человек так и не пересекся.

— Когда успел? Спал же как сурок… Ладно, — переключилась Диана на Алиту. — Дай угадаю, ты хотела попросить посмотреть музклуб?

— Вы мысли читать умеете?

— Нет, пока только учусь. Идем смотреть?

— Ну, если можно…

— Можно! Все равно недалеко.

Пока пополнившаяся группа приближалась к зданию музкружка, Диана подбирала нужный ключ. Он влетел в замок быстро и точно, как только они подошли. Открылась дверь в здание с панорамными окнами почти на всех стенах. Установлены они были странно, начинались не от пола, а от потолка. Чтоб в это окно глянуть, нужно было быть довольно высоким.

— Странно тут. Ну что, Сережа, тут тоже рубильник должен быть? — в шутку спросила Диана и уткнула руки в бока.

— В точку. Обязан, тут напряжение тоже должно быть высоким, если захотят все инструменты разом подключить.

— Ла-адно, — протянула вожатая. — Не думала что всё настолько запущено.

— Ошибочка, тут не рубильник, а распределительный щиток. Сейчас все будет, — пощелкал Сережа выключатели. Лампы осветили все, что тут находилось, но весь инвентарь тоже был скрыт чехлами и всякими полотнами.

— Ого! — сказала Диана. — Есть где развернуться.

— И не говорите. Алита, помоги мне снять! — Сказал Сережа, держа полотно, укрывающее что-то большое. Девочка молча подошла с другого края. Ткань слетела и открыла взгляду черный рояль. — Вот тебе и первый сюрприз, — сказал парень и открыл крышку, скрывающую клавиши. — Настроен, как будто вчера, — сказал он проиграв на инструменте пару нот.

— Скажи, есть то, в чем ты не разбираешься? — спросила Диана.

— В музыке. Знать ноту — всего-то прочувствовать с какой интенсивностью дребезжит струна. А вот сыграть что-то… — Сережа натыкал клавишами мелодию, похожую на «В траве сидел кузнечик» и сфальшивил там раз пять, — … это уже дар.

— Может я, наконец-то, тебя хоть чем-то удивлю, — сказала Диана и села за рояль. Размяв пальцы, она положила их на клавиши и заставила инструмент выдать мелодию на уровне «Лунной сонаты». Она была медленной, мелодичной, но, и не сложной. — Как тебе?

— Красиво, Диана, но я не удивлен.

— Не удивлен?

— Не-а. Алита, можешь удивить нас всех?

— Ну я не…

— Не переживай. Покажи, как это делается по-настоящему.

Алита села на освобожденное место за роялем. Сережа ткнул Диану в локоть и показал жестом «тихо».

Девушка молча смотрела на клавиши. Положив на них руку, она сделала быстрый перебор одной рукой. А когда заиграла обеими руками, инструмент уже не просто выдавал мелодию, он говорил со слушателями на самом понятном в материальном мире языке — на языке музыки. Никогда Диана в живую не слышала мелодию такой сложности и красоты. Как всё закончилось, Сергей захлопал в ладоши, а Диана, в шоке, не знала, что и сказать.

— Как вам? — спросила Алита, повернувшись на сидении перед роялем.

Диана положила руки ей на плечи и сказала:

— Ой накликала ты на себя беду, зайка ты моя.

— Н… Не поняла?

— В последний день смены, по расписанию, будет концерт. Ты просто обязана на нем выступить. А еще лучше — собрать группу и выступить с ней.

— Но я… Не думаю что смогу… — сказала она тихо и неуверенно.

— Ничего. Рита и Сережа тебе помогут. Ведь так, Сережа?

— Еще спрашиваете?

— Вот. Ты сможешь. Оставляю руководство музкружком на тебе.

— Поняла, — неожиданно улыбнулась Алита. — Мы будем лучше всех.

— Вот это правильный настрой! Завтра вместе с Сережей заберете ключи от своих клубов у Александра. На сегодня мы всё. Зачехлять рояль, думаю, не нужно, все равно он теперь будет востребован.

Ребята вышли со здания кружков, а Диана закрыла за ними двери. Связку ключей она решила оставить у себя.

— Какие дальше планы? — спросил Сергей.

— Думаю, не ошиблась ли я, отдав пост своей помощницы Рите, а не тебе.

— Бросьте. Она справится. Просто ей надо быть немного наглее.

— А сам-то сильно наглый?

— Сильно. Вы ж пошли со мной клубы смотреть? — Лукаво улыбнулся он.

— Подловил. Ладно, разойтись! — Командным тоном произнесла вожатая. — Думаю, что увидимся уже завтра.

— Планируете в домике сидеть все оставшееся время до отбоя?

— Планирую. А во сколько отбой, кстати?

— По-моему в одиннадцать, — сказал Сережа.

— Понятно. А сейчас сколько? Девять?

— Пол десятого, — сказала Алита.

— А, так и времени осталось уже и не много. То-то смотрю, что меня уже в сон клонить начинает.

— Везет вам. Я вот — ни в одном глазу… — Сказал Сережа перед тем, как уйти и забрать с собой Алиту.

«Вот ведь… И бывают же в мире смертных — такие уникумы.»

Подходя к своему домику, Диана увидела уже знакомую фиолетовую шевелюру.

«Да не может быть, неужели, кто-то обнаружил пропажу?», — Вожатая подошла и без эмоций уставилась на Ангелину.

— Здравствуйте, — сказала она тихо.

— Привет. Ты что-то хотела?

— Хотела. Я потеряла кое-что.

— Да ты что… и что же?

— То, что может сильно испортить вам жизнь.

«Ишь как запела.»

— Ну что-ж, заходи, давай поговорим.

Ангелина послушно поднялась в домик, пройдя через открытую Дианой дверь.

— Нашла я твою пропажу. Точнее не я, а еще одна клановая. — Говорила Диана на тон ниже обычного.

— Я с Валерой тут не одни такие?

— Не одни, — Диана подошла к тумбочке и открыла ящичек, в котором лежали три Обсервета. Клановая это увидела. — Ангелина, Я могу надеяться, что мой секрет останется секретом, если я отдам тебе Обсервет?

— Можете. Меня и так принимают за чудаковатую, когда я хожу с этой штукой и всех рассматриваю. Я обещаю, что не расскажу.

— Тебя за язык никто не тянул. Сама знаешь, что слово у нас, потусторонних, вещь тяжелая.

— Знаю. А кто здесь еще клановый?

— Француженка. Она — Круа.

— Значит Круа?

— Да… — почти бубнила Диана. — Очень странная пахнущая гарью Круа.

— Гарью?

- Не обращай внимания, — отмахнулась вожатая.

— Хорошо.

— Кстати, а почему исследовать такой Эллизиум отправили столь молодых членов клана?

— Что исследовать?

— Вы не агенты? - С явной долей удивления спросила Диана.

— Я не понимаю, о чем вы. Мы с братом отдыхать приехали.

— И ты абсолютно без понятия, что ты на территории Эллизиума?!

— Не кричите. Я без понятия — что такое «Эллизиум».

— Ангелина, теперь слушай меня внимательно, — спокойно говорила Диана. — Ты на территории, с которой теперь не можешь выбраться. Твоя потусторонняя сущность не даст. Элизиум медленно качает с нас энергию и сейчас его территория радиусом больше пяти километров. Еще немного и он… — запнулась Диана. — покроет собой всю планету. — Не нужно ей было знать всех подробностей, раз она сама ничего не знает.

На лице Ангелины непонимание ситуации перемешалось с накатывающим ужасом.

— Хотите сказать… что мы только подбрасываем дровишек в эту топку?

«Ты посмотри, как загнула»

— Хорошо, что ты поняла.

— Мы можем что-то сделать?

— Вы — нет. А я с еще одним агентом — могу. Я для этого тут и нужна.

— А вы успеете?

— Я обязана. Или нам всем… Будет плохо.

— Поняла.

— Твоя задача, Ангелина, отдыхать и защищать брата. Остальное оставь нам. И не переживай. Все обойдется. Веришь?

— А, скажите ваше имя, ну… Вы поняли.

— Уриэль.

— Тогда, точно верю.

Диана отпустила Ангелину вместе с двумя Обсерветами и не стала говорить, как они на самом деле оказались у нее.

Пока они с юной Крухо мило болтали, незаметно подкралось время отбоя. Раздался горн, а весь свет в лагере резко потух. Сквозь высоченные сосны просматривалось просто волшебное ночное небо, усеянное звездами. За весь насыщенный день у Дианы скопилась нереальная усталость. Кровать в домике резко приобрела невозможное притяжение, и Диана поддалась. Скинув с себя форму, вожатая легла на кровать и провалилась в сон.

«Охота началась. Поезд пройдет и через твою станцию» — разбудил Диану Грегор.

Она резко подскочила с кровати и явно не поняла, что только что произошло. Не внес ясности и леденящий душу вой, который, казалось, прозвучал в непосредственной близости:

-У-у-а!

«Тут что, волки водятся? Нет, волчий вой не заканчивается звуком „а“».

Диана встала с кровати и быстро надела свои повседневные шорты, которые не успела далеко запрятать и накинула вожатскую рубашку не застегнув. Только она приблизилась к двери, как за ней начали доносится какие-то странные шорохи. Они становились все громче, но, также и все выше. Кто-то как будто прыгал по деревьям. Положа руку на ручку, чтоб открыть дверь, Диана была вынуждена быстро от нее отпрыгнуть. Дверь что-то пробило, оставив на ней узкую, чуть сплющенную дырочку. Вновь подскочив к двери и распахнув её, Диана вышла из домика.

Не успев сообразить, что же тут происходило, перед вожатой, что-то загорелось. Только пламя было синее и погасло тут-же, как и полыхнуло. Что-то оббежало её дом и скрылось в гуще леса за ним. Диана выбежала посмотреть этой штуке вслед, как в тот-же момент её внимание переключилось на деревья. Точнее на то, что по ним прыгало. Гуманоидная фигура перепрыгивала с дерева на дерево, хватаясь за стволы звенящей металлом рукой, при этом, успевая свободной конечностью что-то метать. За один из прыжков она даже обернулась и зыркнула на Диану светящимися фиолетовыми глазами.

«- Это еще что за…?!

— Следуй пути разрушения, — сказал Грегор.»

Диана послушалась его и побежала вглубь леса за прыгающей по деревьям фигурой, преследующей какую-то тварь. Около двух минут погони и Диана вышла на поляну, окруженную кустами. Фигура не стала прыгать по деревьям дальше. Похоже, что цель она потеряла. Она еще секунд десять повисела, держась за ствол рукой и уперши в него ноги, всматриваясь в даль, не шелохнется ли чего-нибудь.

Поняв, что это абсолютно бесполезное дело, фигура наконец-то обратила внимание на вожатую. Она что-то метнула в сторону Дианы, чтоб отогнать её от кустов. Диана на это купилась и отпрыгнула; когда поняла, что целились не в нее, то уже было поздно. Вожатая находилась почти в самом центре поляны. Фигура, совершив длинный прыжок с высокого дерева, приземлилась рядом и выпрямилась во весь свой почти двухметровый рост. Она смотрела на Диану сквозь маску, в которой без устали фокусировались линзы. Во лбу её носившей, в пустоту смотрел «зрячий глаз»

«Меня сканируют сейчас?»

Неизвестная подняла руку и нажала на маску в районе виска — отчего та сложилась в обруч на лбу — и откинула прямые длинные волосы, показав лицо. Диана готова была поклясться, что еще никогда не видела фиолетового цвета глаз у потусторонних существ.

«Мне же не мерещится, демон…?»

Лоб демоницы украшали аккуратные рожки, а правая рука была закована в металл от плеча и до кончиков пальцев, которые эта латная рукавица превращала в когти. На предплечье этой же руки был уже знакомый коммуникатор. Ровные длинные ноги были в каких-то обтягивающих штанах, которые были заправлены в латные ботфорты такого-же стиля гравировки бронепластин, как и правая рука. Штаны были подпоясаны ремнем с парой подсумков. Самой верхней вещью была жилетка, настолько короткая, что не доходила даже до конца ребер. Левая, голая, рука имела странный элемент оборудования — широкий кожаный напульсник, с закрепленными на нём длинными иглами с небольшими режущими кромками по бокам, как отметил подкованный Дианин воинский взгляд. Под жилеткой — обтягивающая майка, с портупеей.

«Лицо, ноги, черные прямые волосы… Это Мари! Она действительно демон!»

— Бонсуа, Диана́, вы мне помешали́.

— Говори на французском, я тебя отлично понимаю, — ответила она.

— О, это сильно упрощает дело, — продолжила Мари на родном языке.

— Что это за шоу только-что было? И вообще, как…? Что…?

— Давайте по порядку. Что для вас самое важное узнать сейчас?

— Самое важное — ты демон, но не в лимбе. Тут Элизиум. Лимб открыть нельзя.

— Вы абсолютно правы. Нельзя.

— Но ты демон!

— И это тоже правда.

— Почему?

— Никто не знает. Даже тетя Соня.

— Тетя Соня? Ты тот самый агент?

— Точняк, — улыбнулась Мари, показав удлиненные клыки.

— Хорошо… За чем ты только что гналась?

— Вы мне поверите, если я скажу, что не знаю?

— Да я сама не знаю, чему мне сейчас верить.

— Эта штука была похожа на беса. Только неправильного беса. Оно было мускулистое, с кожей, лицо совсем как человеческое. Бегает на четырех ногах и очень быстро. Я в него два раза ножами попала и прошила насквозь, а оно хоть бы замедлилось. Только я прицелилась в него Люмикс Максимой метнуть, так вы открыли дверь домика, и он свернул раньше положенного. Кровь с него тоже высыхает за секунду. Я, прыгая по деревьям, его не поймала.

— Я видела. И то, как ты меня чуть не прижарила я тоже почувствовала. А почему Соня именно тебя послала разбираться?

— Ну, только у меня на весь известный нематериальны мир есть врожденная способность вызывать оболочку не используя лимб. А раз в Элизиуме его вообще использовать нельзя то…

— То ты идеальный кандидат тут все быстро разрулить. Вот Соня, вот сокровище отхватила, — Перебила Диана Мари.

— Ой, вы меня сокровищем назвали? Так приятно, — улыбнулась Мари еще шире.

— … — Смотрела Диана на Мри какое-то время молча и не отрываясь. - Ты мне более закрытой показалась в начале.

— Так мы и знакомы не были, считайте.

Диана выдохнула успокоившись и немного подумав.

— Мне… пришлось отдать Обсерветы их владельцам. Они ничего никому не расскажут, — сказала Диана чтоб оценить реакцию Мари.

— Ваше дело. Я чисто в знак дружбы их принесла, — пожала она плечами.

— И… как тебя в демона-то превратили? Ты ж клановый медиум.

— Это очень тяжело объяснить. Я как бы клановый медиум, и я должна кроме демонической оболочки ничего не уметь. Но я умею и очень много. Тетя Соня говорила, что я уникальна.

— Не просто уникальна…

Настала пора неловкого молчания. Недолгого.

— Диана, три часа ночи. Я спать хочу. Может завтра поговорим? Ну, то есть, сегодня… позже.

— Да, — закивала Диана коротко и часто. — Ты права. Но, у меня к тебе еще много вопросов.

— Обязательно отвечу. Только у меня для вас еще один подарок, — Мари полезла в один из подсумков и достала непонятный кубик с одной кнопкой. Она протянула его Диане.

— Что это? — забрала она вещицу.

— Видите кнопочку?

— Да.

— Нажмите. Не волнуйтесь и нажмите.

Диана выполнила сказанное. В момент её руки покрыли уже знакомые ей белоснежные наручи с золотой окантовкой. Она глянула вниз и обнаружила свои латные сапоги и одеяние до щиколоток.

— Тетя Соня не врала, вы действительно прекрасны, Уриэль.

Ангелица смотрела на Мари глазами полными удивления, но не произносила ни слова.

— Это генератор лимба, но, хвала богам, он работает и тут, в Элизиуме, — выдохнула Мари. - Это, как-бы, вещь принадлежащая мне. Так что, когда я вернусь в материальную форму — то она у вас исчезнет. Но стоит мне вернуться, так эта штука опять у вас появится. Повесьте на пояс и всегда держите при себе.

— Поняла, — сказала Уриэль растерянно.

— Вот и хорошо. Жмите на кнопочку и вешайте на пояс, наконец-то.

Ангел вернула материальное обличие. Устройство заняло своё новое место на вожатском поясе.

— А теперь, — демоница хлопнула в ладоши. Перед Дианой на секунду пыхнул огонь, а как потух, появилась уже знакомая Мари, закинувшая прядь волос за ухо культяпкой пальца левой руки, — пойдемте спать.

— Пойдем, — Подтвердила Диана и они ушли в сторону лагеря.

«Черт, забыла написать отчеты.»

Глава 4

Ни единого глаза за ночь так и не было сомкнуто. Диана оторвала голову от своих скрещенных на столе рук. Рядом лежали несколько заполненных отчетов начальнику смены. Вожатская рубашка так и не была застегнута, а кубик, зацепленный за шорты, куда-то пропал. Прядь волос прилипла к щеке и отказывалась отлипать, а ноги от такого сна затекли.

«Не так я себе это планировала: то демоны без правил, то какие-то технологии еретические, то мутанты по лагерю бегают, а за ними те самые „демоны без правил“ гоняются… Надо умыться чем-то похолоднее. Желательно — жидким азотом.»

Диана вяло встала из-за столика и подошла к шкафчику.

«Хватит ли мне сил пробежаться пару кругов?»

Скинув рубашку и шорты, Диана решила раскрыть последний запаянный пакет с выданной одеждой. Из пакета «спроткостюм ж» выпали на кровать: черная футболка женская, черная майка-борцовка, черные штаны с белыми полосками по бокам, черные шорты с белыми полосками по бокам, мастерка с белыми полосками на правом рукаве, еще один набор носков, правда на этот раз черных и черный ворсовый напульсник с огромной брендовой надписью. Столько черной одежды, казалось, вожатая еще никогда не видела.

«И как это все сюда поместилось?» — посмотрела Диана на разорванный пакет так грустно лежащий на полу.

Часы в домике показывали ровно восемь, а значит, что до подъема оставался еще час.

«Ну, не начнешь — не продолжишь.», — решила Диана выбраться бегать в футболке и шортах. — «К девяти часам снова станет жарко, как не знаю где»

Одевшись по последней спортивной моде, забравшись в свои старые привезенные «заловые» кроссовки, Диана вышла с домика и пошла в ранее неизведанную часть лагеря — на стадион. Дойдя до места назначения вожатая как минимум удивилась размеру занимаемой им территории. Футбольное поле внутри бегового кольца казалось почти полноразмерным. В этом-же кольце, на одной из сторон, размещались волейбольная и баскетбольная площадки. На противоположной стороне была обыкновенная «дворовая» спортплощадка с турниками, брусьями, лестницами и канатами. Чуть дальше от бегового кольца наблюдались летние открытые умывальники, коих в лагере было много, а рядом с входом на территорию спортзоны, что была окружена заборчиком, располагался небольшой крытый спортзал. В самом конце спортзоны была еще одна постройка, но различить, чем она являлась, со входа, было невозможно. Только позже, пробегая мимо, Диана отметила, что это была сцена.

Наступив на прорезиненное покрытие беговой дорожки, Диана прошлась примерно до спортплощадки и только там приняла решение начать бег. На втором кругу вожатая заметила, что у нее появилась компания. В спортзону зашел парень в черной безрукавке и штанах. «Коллега» сразу направился к «уличным» снарядам, глянув на беговую дорожку с явным презрением. Пробежав четыре полных круга, Диана решила, что ей хватит. Сердце было запущено и кровь стучала в висках. Особой выносливостью она никогда не обладала, так что бегать дальше — насиловать организм. Сойдя с дорожки и подойдя на площадку, Диана узнала пришедшего мальчика. Это был Никита, первый по старшинству в её отряде. Отсутствие лагерной формы неплохо преобразило его внешний вид, а черная безрукавка подчеркивала сухие мускулистые руки.

— Здравствуй Никита, тоже любитель утренних зарядок?

— Ой, — обернулся Никита, услышав Дианин голос. — Н-нет, совсем не любитель, — сказал парень, запинаясь и отводя глаза. — Это больше, как обязанность.

— Обязанность значит?

— Д-да.

— А чего ты без своей невесты?

— Если её разбудить раньше положенного — то ядерная война покажется пустяком.

Диана посмеялась, не ожидав услышать такой ответ. Никита лишь скромно улыбнулся.

— Неплохо. Так, а в чем обязанность-то?

— Обязанность — держать одну весовую категорию. Считать калории там… с завистью смотреть на тех кто ест что хочет, — все свободнее начинал говорить улыбнувшийся парень.

— Вот как? Ты боксер что-ли?

— Нет, но вы близко. Я кик-боксер. Смежные боевые искусства.

— Здорово! Знаешь, я тоже увлекаюсь боевыми искусствами, но больше, как хобби. Через день в зал хожу.

— Ну, у вас отличная… — замялся парень, — форма.

«У-у, совсем потерянный малый»

— Спасибо. Я калории, конечно, не считаю, но тоже за собой слежу. У тебя есть какая-то особая программа, или ты по ситуации упражнения подбираешь?

— По ситуации в основном. Хотите со мной?

— С удовольствием!

Никита по-быстрому, рассказал, что хотел проработать сегодня и принялся выполнять упражнения. Первым были подъемы ног, вися на турнике. Никита говорил, что самое важное в этом упражнении — вовсе не поднять ноги, а медленно их опускать после. Выполнив так десять повторов, вместе с Дианой, они перешли к следующему упражнению, коим оказалась растяжка. Никита спокойно забросил ногу на гимнастическую лестницу на пару перекладин выше, чем вожатая и принялся потихоньку отставлять ногу на земле, чтоб увеличить угол растяжки. Диана такое повторить была не в силах. Следующим упражнением было скоростное лазание по канату. Никита говорил, что лучшего упражнения на силу хвата и на сгибательные мышцы рук еще не придумали. Вожатая оказалась в силах составить конкуренцию парню и выполнила это упражнение. Ну и последним оказалось упражнение на равновесие. В принципе — это была обыкновенная школьная «ласточка», но для ноющих и уставших мышц, она оказалась тем еще испытанием. Никита выполнил упражнение простояв так примерно минуту, но Диана не смогла и чуть не упала. Хорошо, что Никита успел её подхватить.

— Простите пожалуйста, — сказал парень, краснея как помидор.

— Да это я «спасибо» тебе должна сказать. Вот это у тебя ритм! Мне такой держать тяжеловато.

— Это только первый круг, таких надо минимум три.

— Уволь! С меня одного хватит, — улыбнулась она. — Я же надеюсь — ты продолжишь ходить сюда по утрам? А то скучно одной.

— Д-да.

— Вот и отлично. Спасибо за тренировку. Мне пора, увидимся на завтраке.

— Увидимся… — тихо сказал парень вслед уходящей вожатой.

Диана вернулась в домик и глянула на часы. До подъема оставалась минута.

«Как раз успею переодеться.»

Униформа снова украшала вожатую и только она повязала галстук — прогудел горн. Взяв полотенце, щетку и зубную пасту, она двинулась к летнему открытому умывальнику.

Вода с краника была ледяной и сводила зубы в попытках прополоскать рот. Как такой было умываться — Диана представления не имела, но пришлось себя пересилить. Все симптомы недостатка сна в момент испарились, когда вода коснулась её лица.

Сзади тихо подошли остальные сонные коллеги и каждый пожелал доброго утра на своем языке.

«Вот им сейчас „сюрприз“ водичка подкинет», — усмехнулась вожатая, предвкушая реакцию коллег на утренние «пытки».

Вернувшись к домику, она обнаружила сидевшую на ступеньках Мари. Она была в форме, умытая, а главное — выспавшаяся.

— Бонжур, мадам Диана́.

— И тебе «привет», — перестроилась Диана на французский, — Я мадмуазель, по-вашему.

— О, Екскьзе муа.

— Ты что-то хотела, чудо?

— Вы пересмотрели ко мне отношение? Я, как вспоминаю ваш взгляд, тогда, на остановке, до сих пор жутко становится, — Продолжила Мари на французском и по-детски улыбнулась.

— Ну, я не знала, что от тебя ждать. Сойдемся на том, что пересмотрела.

— Хорошо. Я хотела убедится, что вы не потеряли мой подарочек. Это важно.

— Заходи тогда. Я зашторю окна.

Мари встала, отряхнула сзади юбку и сложила руки за спиной. Диана открыла домик и запустила вперед юную Круа. Уже внутри, вожатая закрыла дверь и прошлась по домику закрывая окна.

— Готово. Давай, только быстро.

Мари хлопнула в ладоши. Опять на момент вспыхнуло пламя, из которого появилась уже знакомая демоническая фигура.

— Этого я и боялась. Где устройство?

— Я же вчера в шортах выбежала, — Диана подошла к куче с одеждой. Нужная пара лежала под спортивной формой и на них действительно висел заветный кубик, — вот он, — перевесила она устройство на пояс юбки.

— Всегда носите с собой, — Мари снова хлопнула в ладоши, вернув человеческий облик.

— У меня появилась нянька?

— Никому не повредит лишний пинок.

— Ты посмотри какая! У кого научилась?

— У мамы Авелин. Она часто в последнее время так говорит.

— Разрешишь еще вопрос?

— Да, какой?

— Твой палец. Что с ним?

Мари, похоже сама не обратив внимания, потерла палец левой руки.

— Отрезало порталом, когда я была совсем мелкой, — грустно сказала она. — Пока это все, что я вам расскажу.

— Ладно, тогда — на выход. Через десять минут будет завтрак.

— О, это хорошо. Тогда я пойду, пожалуй, — Вернулось к Мари её настроение.

Диана открыла дверь и выпустила гостью.

«Нужно сдать отчеты и прошения за Сережу и Алиту. Интересно, иностранцы хоть какой-то клуб займут под свое руководство? Отрезало порталом…» — думала вожатая.

— Здравствуйте, Диана, — сказал из неоткуда взявшийся Сережа.

— Только о тебе думала. Какими судьбами ты тут в такую рань?

— Думали значит? — улыбнулся здоровяк и поправил очки.

— Не обольщайся, я просто вспомнила, что нужно отнести заявление.

— А, ну тоже неплохо. Диан?

— Да?

— А кто это вышла с вашего домика? Вы не подумайте… Я не в свои дела лезть не хочу, но…

— Понравилась?

— Что вы, нет!

Диана смотрела на него подняв одну бровь и улыбаясь.

— Да… Немного.

— Тогда «немного» выучи французский. Это Мари.

— Да я понял уже, что иностранка. Я-то со всеми нашими уже знаком.

— Так, что ты хотел?

— Узнать, что по распорядку дня. Вчера ж вроде был ознакомительный день, а сегодня нужно что-то начать делать?

— Точно, — Диана достала распорядок смены из кармана юбки. — Сегодня у нас… Не поверишь. Сегодня нужно всех распределить по тем самым кружкам…

— Предсказуемо.

— Все-то ты знаешь, о мудрец.

— Вы мне льстите.

— Ладно, я побежала отнесу заявления, а ты сиди на попе ровно и жди завтрака, — Диана отстегнула рацию с пояса и поднесла ко рту, — Рита, доброе утро!

— До-оброе, — сипло протянула рация в ответ.

— Ведешь сегодня отряд на завтрак без меня. Я приду позже.

— Поняла, — повесила Диана рацию на пояс.

— Хотите плохую новость? — спросил Сережа.

— Какую?

— У вас рация одноканальная.

— А теперь по-человечески, пожалуйста.

— Все что вы говорите, слышат и остальные вожатые, — ткнул Сережа пальцем на, казалось, стоящего недалеко Гарри, в чьей рации отчетливо прозвучало сообщение Дианы.

— А это плохо?

— Это неудобно. Если найдете время, то принесите вашу и Ритину рацию мне, я перенастрою. А то странно, когда ваше сообщение слышат все.

— Поняла. Все, я побежала.

— Удачи вам, — махнул Сережа на прощание.

Диана быстро дошла до админкорпуса. Дверь не была закрыта и не стала препятствием, но отсутствие начальника смены заставило притормозить. Пришлось молча оставить бумаги у него на столе и выйти наружу. Как раз прогудел горн.

«Пора и поесть.» — С такими мыслями, Диана поспешила в столовую.

Раздача была пуста, а все дети, на удивление, уплетали свои завтраки молча. Наташа стояла и любовалась этим зрелищем, пока Диана брала поднос и занимала очередь. Повариха это увидела и поспешила за раздачу, чтоб положить вожатой её завтрак.

— Приветик, — поздоровалась она.

— Привет. Чем радуешь, Наташ?

— Ничего особенного. Блинчики с творогом и чай, — поставила повариха на поднос тарелку с тремя ароматными блинчиками, чашку чая и маленькую соусницу, с содержимым, по запаху напоминающим варенье.

— Ого, одним этим блинчиком можно роту солдат накормить.

— Обернись, вон твоя рота сидит. Даже самые младшие уже доедают.

— Надо их догнать.

— Давай, приятного аппетита, — улыбнулась Наташа.

— Спасибо, — улыбнулась Диана в ответ.

Из вожатых никто так и не заметил опоздания коллеги — настолько все были увлечены столь простым и вкусным блюдом. От Гарри постоянно слышалось что «Джем» и что-то про «пёрфект». Луи же не поддался искушению и ел манерно, хоть его лицо говорило что-то типа «Вот не видел бы никто — я б их жрал как свинья». Диана пожелала «приятного аппетита» на двух языках, села за стол, и сама принялась есть нехитрый завтрак.

— Диана. — сказала Оливия.

— Да? — ответила та, переключившись на английский.

— Вы уже успели подать заявки на то, чтоб ваши подчиненные заняли два клуба.

«А она откуда знает?»

— Вы так говорите, будто они никого туда пускать не будут. Вы поразитесь насколько Сергей и Алита талантливы в своих областях.

— Ну смотрите, осталось еще шесть клубов. Предлагаю поделить между вожатыми.

— Мне кажется, не вожатые управляют клубами, а дети.

— Это так, но должно же быть некое равенство между отрядами?

Переключившись, на французский Диана изложила Луи суть разговора.

— Не знаю, я отдаю эту дилемму вам.

«Вечно вы, французы все отдаете.», — думала вожатая.

Диана вернулась к разговору с англичанами.

— Луи пасует. Предлагаю соревнование, — сказала она, подумав с десяток секунд.

— Соревнование?

— Да. Хотите, чтоб ваши дети управляли клубом? Пусть покажут, что они могут. Я даже напишу заявление о передаче главенства над уже занятыми клубами, только если ваши отряды докажут, что они лучше. Как вам?

— Ну, это… Не знаю даже.

— А по-моему — здорово! — Сказал доевший Гарри. — Пусть так и будет.

— Значит, по-рукам! — Диана резко встала со стула и протянула руку Гарри.

— По-рукам! — повторил Гарри Дианин энергичный подъем и пожал ей руку в ответ. Дети из отрядов обернулись на шум.

Когда с завтраком было покончено, Диана вызвала по рации Риту. Та не успела отойти далеко от столовой и прибежала как ошпаренная. Вожатая с подопечной начали разговаривать, не отходя от крыльца столовой:

— Здравствуйте!

— Приветик, торпеда. У меня к тебе ответственное дело.

— Какое?

— Ты уже хорошо знакома с отрядом?

— Ну, перезнакомится успела, а что?

— Знаешь, кто в чем хорош?

— Не понимаю вопроса.

— Увлечения знаешь детей?

— Ну-у, не всех, но знаю.

— Отлично. Через двадцать минут мне нужен список «кто что умеет». У нас наметилось соревнование.

— Какое?

— Между отрядами. Оливии не понравилось, что мы заняли заранее два клуба. Она попросила, чтоб мы разделили оставшиеся. Ну я сказала, что это неправильно, заикнулась что пусть докажут, что они достойны, а это поддержал Гарри.

— Ого. Первое серьезное событие прям.

— Вот. Соревнования будут вестись за семь клубов и библиотеку.

— Ясно! Сделаю как можно быстрее.

— Принесешь список мне в домик, я там буду. И еще. Держи, — отдала Диана свою рацию Рите.

— Зачем?

— Занесёшь их Сереже в клуб радиоэлектроники. Он подшаманит их немного.

— Поняла!

— Выполняй.

Рита буквально убежала выполнять поручение.

«Вот ведь…», — с улыбкой подумала вожатая.

Диана пошла к своему домику. Отсутствие сна играло злую шутку, а от утренней пробежки и умывания, бодрость уже успела сойти. Диана глянула на часы.

«Десять-десять. Можно и вздремнуть немного.» — С такими мыслями она и плюхнулась на кровать. В мягкой подушке хотелось буквально утонуть. — «Пять…минуточек»

В дверь домика кто-то усилено стучал. Вожатая поднялась с кровати и открыла дверь. На пороге стояла и пыталась отдышаться Рита, держа в руках тетрадный листок с какими-то записями.

— Простите, опоздала на десять минут.

Диана глянула на часы. Без двадцати одиннадцать.

«Я еще и поспала.»

— Молодчина! — Зевнула вожатая. — Так, давай посмотрим, что там у нас, — Диана вышла на крыльцо и села на ступеньки домика. Рита поступила также. — Сережа — радиоэлектроника и механика.

— Да, он просил его так записать.

— Этот парень намного талантливее и смышленее, чем кажется. Но раз сам так сказал, пусть так и будет. Дальше идет Лиза. Написано, что музыка и книги.

— Угу. Она при каждом удобном случае начинает что-то цитировать.

— В четырнадцать-то лет? Хорошо. Дальше — Юля. Почему тут прочерк?

— Она сказала, что ей ничего не интересно.

— Запомнили… Дальше — Ангелина.

«Ну тут я сама могу ответить, чем она увлекается… Оккультные вещи»

— Сказала, что фотография. Любая. Не знаю, что бы это значило.

— Это тоже неплохо, но маловато. Дальше — Женя.

— Ой, а Женю переселили в женские домики, это нормально вообще?

— Вполне. Ибо Евгения кое-что перепутала в бланке.

Глаза Риты медленно расширялись.

— В жизни бы не сказала, что она девочка.

— Ну, не всем везет с природными данными. Написано, что… Что? Кикбоксинг?

— Представляете, у нас два кикбоксера!

— Ла-адно, запомнили. Дальше — Вика.

— Вика мне сказала не приставать. Она опять форму носит… Не так, как надо.

— Вика рисует. Если она нарисует что-то, что заставит её взять под опеку клуб — пусть хоть голая ходит.

— Ой, ну что вы…

— Я все сказала. Дальше — Лена. Написано, что она… Альпинистка? Серьезно?

— Серьезно. У нее отец довольно известный в этом же деле. По стопам пошла.

— Это очень хорошо. Кружок альпинизма у нас тоже есть. Дальше — Алина. Написано, что она. Кто?

— Пловчиха. Просто у меня почерк некрасивый. Сказала, что она сейчас прекратила тренировки.

- Скажи ей, чтоб, когда пойдем записываться в кружки и смотреть соревнование кандидатур — под форму надела купальник.

— Поняла.

— Алита. У меня челюсть отпала, когда я услышала её игру. Тут я вообще не переживаю. С девочками закончили. Так… Вася и Антон. Написано, что программисты.

— Ага. Ни слова не понимаю, что они говорят. Какие-то компуляторы и эскьюэли обсуждают…

— Годится. Пусть применят обсуждаемое там, в кружке. Никита.

— Второй кикбоксер. Он довольно страшный… Не внешне, конечно, но он такой тихий всегда. Сережа при его габаритах совсем не такой.

— Никита — скромняга. Отличный парень, но спортивных секций у нас нету. Хотя это странно. Дальше — Валера?

— Он уж очень мило просил себя записать, — улыбнулась Рита. — Он сказал, что увлекается мультиками.

— Да, он довольно мил.

«Пока не повзрослеет и не познает настоящую клановую жизнь»

— Денис. Это тот которого я заставила переодеваться?

— Да. Он не такой и плохой, как кажется, на первый взгляд, правда уж очень немногословен. Сказал, что любит тяжелую музыку и любит барабанить, вот только не умеет.

— Это как вообще? Любить то, что не умеешь?

Рита лишь пожала плечами.

— Остался… Егор. Это тот, с прической?

— Да. Сказал, что уго увлечение — делать таких как я счастливыми и подмигнул. Его постоянно Вика с Мартой задирают.

— Мда… Ладно. А что за Мар… А, мелкая бойкая девчонка?

— Да, она, кстати, бегун на короткие дистанции. Как разгонится — то не догонишь никак.

— Ну, этого больше, чем достаточно. Молодчина, помощничек! Сегодня могу тебя угостить чаем с чем-то сладким. Думаю, что Наташа против не будет.

— Кто?

— Повар. Я с ней уже успела наладить неплохой контакт, — сказала Диана, вставая со ступенек.

Зайдя в домик, она глянула на часы.

«Три минуты двенадцатого. Можно и сбор объявлять.»

— Так, Рита.

— Да, — ответила та, поднявшись со ступенек и войдя в домик.

— Собирай отряд на площади. Всем, кому надо подготовится к соревнованиям — пусть быстро приготовятся. Алине там купальник надеть, программистам там код повторить и так далее. Сбор через двадцать минут. Все, кто хочет прийти посмотреть — милости прошу.

— Поняла! — пулей вылетела Рита.

— Вот ведь… — сказала Диана в пустоту.

Прождав десять минут в домике, Диане стало скучно, и она направилась на площадь. Видать, Рита настолько бойко передала сообщение, что пол отряда уже было на месте, хоть и до официального времени встречи оставалось еще десять минут. Диана подошла ко всем и заговорила.

— Все сытые и довольные?

— Ну, как-то так, - ответила так часть детей, кто посчитал нужным.

— Всем известно, что сейчас будет?

— Да, — снова она ответили.

— Тогда поддерживаем наш отряд, как только можете!

— А какой смысл брать шефство над этими клубами?

— Кто это сказал?

— Егор.

— Егор. Вот скажи, тебе что больше нравится делать, сидеть в уютном помещении под кондиционером и заниматься любимым делом или подметать дорожки и помогать по хозяйству в лагере?

— Мне нравиться делать, что хочется, — осекся Егор, поняв, что смысл его фразы двояк.

— Так если ты что-то умеешь, постарайся проявить себя как можно лучше.

— А если не нравиться ничего из того, что тут предложено?

— Не волнуйся, работу я тебе найду.

Егор остановился, чтоб не загонять себя еще дальше.

Все основные «звезды» уже собрались. Даже Вика выглядела по-человечески в своей форме.

— А это правда, что мне Рита только что сказала? — сказала Вика Диане.

— Да, Вика. Правда. Но только если ты выиграешь.

— Заметано, — хищно улыбнулась художница.

— Вы на меня не обижайтесь сильно, если-что. Я давно не тренировалась, — сказала крашенная блондинка.

— Алина, верно?

— Да, — подтвердила она.

— Хорошо, не буду. Но тогда останешься без приза.

— Какого? — спросила другая девочка, с короткой стрижкой и косичкой.

— Сладкого. Тут с этим напряженно, так что, думаю, что презент будет что-надо.

«Боги, и кто меня за язык тянет? Теперь нужно придумать, где сладкого достать. Может спросить у Наташи не завалялся ли где-то случайный тортик?»

— В принципе — достойно, — сказала Юля.

— А ты тоже участвуешь?

— Да нет, я так. Пять копеек вставить.

— Тогда ждем, когда подойдут остальные отряды. Всем включить боевое настроение и взять курс на победу!

— Да! — неожиданно громко и дружественно крикнул отряд. Из неоткуда появилась Ангелина с камерой на ремешке, перекинутым через правое плечо.

— Чего шумим? — поинтересовалась она.

— Да так, небольшая настройка перед соревнованиями. А ты что, будешь у нас за репортера?

— Ну, я вообще для личного архива, но если вы хотите — то побуду. Я вдумчиво ловлю кадры, так что сильно подробного репортажа не ждите.

— Я тебя поняла, — Сказала вожатая улыбаясь.

— Диана, ваша рация готова. Нужно прийти и забрать, но пусть зарядится немного, — сказал пришедший Сережа. Он, не считая ушедшей Риты, был последним, кого из отряда все ждали.

— Отлично, её и продемонстрируешь на нашем маленьком соревновании. С тебя его и начнем.

— Я не думаю, что на мое место вообще конкуренция будет. Даже вон, у программистов соперников будет больше. Не обижайтесь, парни, — повернулся к ним Сережа, улыбнулся и потер затылок.

— Все в порядке, Серый, — улыбались программисты ему в ответ.

— Ничего, тогда просто покажешь, что умеешь, — сказала Диана.

— Ну ладно, — просто согласился Сергей.

— Сереж, — снова его позвала вожатая, но уже тише, увидев, что отряд занят разговорами друг с другом.

— Да?

— Отойдем на минутку, — подозвала она и показала большим пальцем куда-то в сторону. Это услышал Никита и теперь с подозрением смотрел в сторону перешептывающихся.

— Серега, мне нужна твоя помощь. Да наклонись ты, еле до уха достаю.

— Если я скажу, что я ожидал, вы сильно обидитесь?

— Нет, не обижусь. Так вот. Как покажешь свои навыки в мастерской, побежишь в столовую и найдешь там Наталью.

— Это кто?

— Повариха главная. Голубоглазая блондинка молодая.

— А. И что?

— И скажешь, что я в слезах молю, чтоб случайным образом испекся какой-нибудь небольшой тортик для победителей. Понял? Мне нужна вся твоя проницательность и харизма.

— Будет сделано, но вы уверены, что победим именно мы?

— Может хватит тут темнить своей холодной статистикой? Я уверенна, и от тебя жду такой-же уверенности, понял? — Вожатая улыбнулась и подмигнула. Это Никита тоже заметил.

— Понял.

— Вот и молодец.

Диана и Сережа вернулись к своим. Остальные два отряда тоже потихоньку начали собираться, а через десять минут уже были полностью готовы к «битве». Вожатые собрались в отдельную группку и сошлись во мнении, что пора начинать.

Первым на очереди был, как раз, клуб радиоэлектроники. Диана так предложила, а аргументов против не последвоало.

Помещение было довольно большим, чтоб вместить все три полных отряда. Местом куда должны были выйти претенденты на главенство — был выбран какой-то верстак. От Дианиного отряда неспешно вышел Сережа, держа руки в карманах. От отряда Луи тоже вышел довольно взрослый парень, но стоя рядом с Сергеем он выглядел, как школьник рядом с отцом. От отряда Оливии и Гарри — никто. Нужно было придумать задание для юных мастеров, но оно придумалось само-собой, когда какой-то младший из английского отряда принес обломанный громкоговоритель, из которого обычно звучал горн, и делались объявления. Само собой, таких «громыхалок» (устройств) в лагере было много, но для задания, починка этой вещи — подходила как нельзя кстати. Француз сразу выхватил динамик из руки младшего, положил его на стол, вскрыл корпус и добрался до схемы. Проблема была очень явной, поскольку неисправный элемент был в копоти чуть менее, чем полностью. Отковыряв черный «бочонок» со схемы, француз показал его Сереже и начертил в воздухе знак вопроса. Сережа молча встал и достал из одного из коробков за спиной точно такой-же элемент, только не черный, а чистый и блестящий.

— Ты что делаешь? — спросила Диана.

— Просто смотрите, — спокойно ответил Сережа.

Француз включил паяльник, подождал пока нагреется, ткнул им в припой. Резко завоняло чем-то горелым. Парень быстро припаял элемент к плате и подключив к ней вольтметр, а динамик к чему-то непонятному, парой проводов, француз включил это «что-то непонятное» нажав на маленький тумблерок. Вольтметр не отклонился ни на одно деление. Настроение француза резко сошло на нет. Он подергал провода, потряс вольтметр, попытался крутнуть ручку на «непонятном устройстве», но Сережа поймал его руку, не дав этого сделать. Француз еще пару секунд смотрел удивленно, но потом выдернул руку и отошел.

Настала очередь Сережи попробовать. Прежде всего, было выключено «устройство». Он аккуратно оторвал впаянный элемент, взял кусачки, укоротил «усики» на дне «бочонка» и взял паяльник поменьше. «Бочонок» на плате теперь не лежал, а стоял, пока Сережа впаивал «усики» в плату. Через пару секунд бочонок был в плате как будто родной, и Сережа снова включил «устройство». Вольтметр ожил, а как Сережа поворачивал ручку на «устройстве», которое оказалось обыкновенным трансформатором, вольтаж повышался, а динамик начинал скрипеть. Француз развел руками и потряс головой. Это было признание проигрыша. Но Сережа не остановился и достал те самые рации, которые были отправлены ему на доработку. Сережа их обе включил и сказал «прием» в одну рацию. Слово «прием» прозвучало у всех вожатых. Далее парень отвел круглый переключатель в самое крайнее положение на обеих рациях и сказал «приём». Слово «прием» было слышно только во второй рации, которая была у здоровяка в руках. Сережа ничего не щелкая на рациях, показал антенной устройства в правой руке, на рацию английской вожатой и сказал «Сэй». Оливия поняла и сказала «Атеншн» в свою рацию. Слово «Атеншн» прозвучало во всех рациях включая те, что были в руках у Сережи. Парень подошел к Диане и отдал одну рацию ей, а вторую стоявшей позади Рите.

— Теперь у вас есть свой изолированный канал, но ничто не помешает вам слышать остальных.

Мастерская раздалась аплодисментами за такое преставление.

— Спасибо, Сереж. Потом расскажешь, как ей пользоваться.

— Договорились.

Ни у кого больше не возникало сомнений в навыках Сергея и отряды вышли на улицу, спеша к зданию следующих клубов. Сережа незаметно ушел, по просьбе Дианы.

Первым, во втором здании общих клубов, была та комната с четырьмя столами и компьютерами. Похоже, что это и оказался тот самый клуб программирования.

«Заставлять кого-то смотреть в экран — преступление, а еще и в лагере. Что-то я совсем как бабка говорю…»

Одновременно все отряды тут поместится не могли, поэтому было решено оставить только тех, кому действительно интересно. Вася и Антон быстро подошли к одному из компьютеров и попытались его включить, но из этого ничего не вышло. Француженка и англичанин тоже тыкнули в кнопки включения других компьютеров, но ничего не случилось.

— И в чем проблема? — поинтересовалась Диана.

— Не знаем, мы программисты работаем уже с готовой аппаратной средой, железо — не наша обязанность.

— Какое еще «железо»? — спросила Диана

— Ну, это мы так компьютер называем, — пояснил Вася.

Вика тихо куда-то отошла, пока кандидаты возмущенно тыкали на кнопки питания компьютеров и разговаривали с вожатыми. Через минуту она громко свистнула, обратив на себя внимание. Она стояла рядом с открытым распределительным щитком.

— Ну вы и артисты… Электричества то нету! — Вика щелкнула выключателями на щитке и все компьютеры мигом включились. — Не благодарите. — поклонилась девушка, открыв глазам парней захватывающий пейзаж в разрезе форменной рубашки.

— Скромнее будь, Вика, — сказала Диана. — Ты еще свой клуб не отвоевала, так что, если схватишь наказание сейчас — не отвертишься.

Девушка выпрямилась и скрестила руки на груди. Диане даже показалось что её лицо выразило вину.

— Ну простите.

— Ладно. — Вожатая снова стала обращаться к участникам. — Вам нужно придумать задание. Кто-то знает, что им можно задать? — обратилась Диана ко всем стоящим.

— Пусть сделают так чтоб на экран была выведена надпись: «Наш вожатый лучше всех» и кто наложит больше эффектов, чтоб выглядело хорошо, тот и победил! Ограничения — фантазия, — предложила Марта.

— Есть еще варианты? — скептически спросила Диана, получив в ответ лишь тишину. — Ладно, допустим…

Она быстро перевела условие задания на два языка, вызвав у своего отряда удивленные взгляды и пару отпавших челюстей.

— А что вы еще умеете? — спросила Женя.

— Не важно. Главное, что задание дано и можно приступать к выполнению.

Вася с Антоном демонстративно пожали друг-другу руки и сказав «Пусть победит сильнейший» уселись за компьютеры. Помещение заполнил звук усердного щелканья по клавиатуре. Англичанин и француженка тоже времени зря не теряли. Не́когда белые окна на экране компьютеров стали заполняться тоннами символов. Тексты в строках меняли цвета при добавлении новых знаков, при взятии их в скобки или дужки. После минут пятнадцати усиленной долбежки по клавишам, первым закончил Антон. Нажав на зеленый треугольник в окошке программы, куда вводился текст, полезла зеленая линия статуса. Когда она добежала до конца, то окно ввода закрылось и вылезло новое — белое окно с разноцветными буквами, которые составляли слова «Наш вожатый лучше всех». Эти буквы еще и переливались. На взгляд Дианы — выглядело довольно эффектно.

— Мне нравится, Антон, молодец, — сказала Диана и положила руку ему на плечо.

Следующим закончил англичанин. Окно ввода повторило те-же действия что и у Антона, но вылетевшее окно с надписью на английском «Наш вожатый лучше всех» имело цветную рамку. Текст не был цветным, но двигался на экране как флаг на ветру. К сожалению, Диана отметила, на ее взгляд, что это было более впечатляюще. Следующим закончил Вася. Он сутулился сидя на кресле, но как пришла его очередь презентовать напрограммированное он выпрямился и нажал на зеленый треугольник. Всплывшее окно было обрамлено трехцветной рамкой. Цвет букв во многом совпадал с таковыми у Антона, как и эффект переливания. Фон окна теперь не был белым, а отдавал пастелью. С точки зрения Дианы, программа Антона просто приобрела некий апгрейд.

«Они похоже даже мыслят на одной волне»

Антон подошел к Васе и показал большой палец.

Осталась одна француженка. Она что-то очень долго набирала, но не отрывалась от кнопок ни на секунду. Но и она вскоре закончила, нажав на кнопку с треугольником. Вылетевшее окно программы было обрамлено не простой или трехцветной рамкой, а самым настоящим, чуть ли не картинным золотистым окладом, хоть и выполненным из пикселей. На пару тонов светлее был выполнен фон программы с буквами, нанесенными ну очень уж аккуратным шрифтом. Вдобавок ко всему эстетическому виду, из правого и левого нижних углов рамки вылетали фейерверки, взрываясь ровно на середине окна программы разными цветными пикселями. Антон и Вася молча стояли и удивленно смотрели в экран компьютера француженки, а англичашка быстренько где-то потерялся. Девочка-француженка сидела и улыбалась, осознав свою победу.

— Ты это видишь? — тихо обратился Антон к Васе.

— Еще бы. Как она это сделала за десять минут? У меня бы ушло минимум полчаса.

— Нас только что сделала девушка, братан. Все плохо. Давай, на счет три.

— Давай.

На счет «три», мальчики резко выпрямили правые руки с оттопыренными большими пальцами. Девочка встала со стула, смотря на них и продолжая улыбаться, протянула руку сначала Васе, а потом Антону еще и назвав свое имя «Эдит». Мальчики ответили на её приветствие.

— Эх вы! Позволили себя обскакать. — Заявила Диана.

— Мы не её уровень, — заявили мальчики единогласно.

Следующим на очереди был кружок рисования, просто потому что располагался за дверью от клуба программирования. Мольберт, раскрытый Сережей вчера, так никто и не застелил обратно, так что всем вошедшим резко стало ясно, что тут будет происходить.

— Вика, давай. Твоя очередь, — сказала Диана.

Девушка вышла к мольберту и осмотрела его деревянную рамку так, будто не все подставки были одинаковые. В это время вышли претенденты от отряда англичан и от отряда французов. Вика оказалась самой старшей среди участников, хоть и ненамного.

Парень-француз откинул полотно с тумбочек у одной из стен, а еще через секунду, вообще все, что было накрыто, явило свои облики публике не без помощи зашедших. Открылся ряд тумбочек у стены и целый шкаф со стеклянными дверцами, в котором была сложена бумага и холсты, а тумбочки таили в себе, казалось, абсолютно всё, чем можно рисовать: краски, кисточки, карандаши, маркеры…

— Ну и какие условия? Что рисуем? — поинтересовалась Вика.

— Это… хороший вопрос. — ответила Диана задумавшись.

Тишину прервал детский голос, говоривший по-французски. Мальчик, лет двенадцати, предложил нарисовать простым карандашом своих друзей отсюда, с отрядов, только чтоб время: на первый рисунок было отведено десять секунд, на второй — тридцать, а на третий — минуту. У кого получится более точно передать образ и внешность — победит.

— И что этот гаврик предложил? — спросила Вика.

В отряде Дианы проскочил смешок, а вожатая ответила:

— Держи себя в руках. Это второй твой прокол, за третий — уже накажу. А предложил он… — изложила Диана суть сказанного и перевела это по-быстрому, на английский.

Вика одобрительно кивнула и сказала, что подобным уже занималась.

— Я уже и образы придумала, — улыбнулась художница, глядя на Диану.

— С огнем играешь, — Вполне дружелюбно ответила та. — Ну давай — раз придумала, то воплоти в жизнь.

Участники встали за мольберты и натянули в их рамки холсты. Выбрав с тумбочки по орудию труда, все уже готовы были начать, но Вика начала возмущаться:

— Это что такое, карандаш, по-вашему?

— В чем проблема? — спросила вожатая.

— Да он тупой, как Егор. Где тут канцелярский ножик? — сказал Вика, отойдя к тумбочкам.

— Поздравляю, третий прокол. Наказание заработано. Нечего обижать людей со своего-же отряда.

Художница на это внимания не особо обратила, а продолжила искать нужную ей вещь.

— Есть! — крикнула она, достав с одного из ящичков заветный ножичек.

— А точилка тебя не устроит?

— Точилки — для профанов. Это — то, что нужно.

Вика ловко четырьмя движениями срезала с карандаша лишнее настолько, что грифель стал напоминать иголку от шприца.

— Вот это — по нашему! Я готова!

Задание уже всем было известно. Как только кто-то из детей достал смартфон, положил его так чтоб всем было видно и завел таймер на десять секунд, художники принялись за дело. Француз рисовал сосредоточенно, находясь очень близко к бумаге, так же как и англичанка, что тщательно выводила линии, не отрывая руки от холста, а Вика, на приличном расстоянии от полотна, расслабленно черкала, держа руку на весу. Таймер прозвенел, показав, что время вышло. Француз продемонстрировал лишь идеально вычерченный глаз и кусок переносицы. Англичанка штрихами нанесла на бумагу две трети лица какой-то девочки из отряда. Несмотря на незаконченность рисунка, эту девочку сразу узнали. Вика же успела схематически нарисовать своего кандидата аж по пояс. Рисунок деталями не обладал от слова «совсем», но глянув на позу и лицо, с подмигивающим правым глазом и широченной улыбкой нарисованной девочки, без лишних слов можно было узнать Марту. Сама «натурщица» обалдела от того, что увидела. Первый раунд, безоговорочно, был за Викой.

Теперь предстояло рисовать уже тридцать секунд. Таймер на смартфоне был переведен и художники начали усердно чиркать по бумаге. Англичанка даже успевала подтирать что-то ластиком. Поз рисования никто не менял: все та же усердность у француза, все та же рука на бумаге у англичанки и все та же расслабленность у Вики. Таймер оповестил об окончании срока. Француз снова не успел дорисовать то, что хотел, но коса и разрез глаз ясно показали, кого он изображал. Это был портрет Вики, но она, увидев это и пожав плечами, ничего не сказала. Англичанка нарисовала портрет, неожиданно, Лизы. Как оказалось позже — они были соседками. Вика же нарисовала Сережу. Это угадывалось сразу, даже несмотря на то, что поза у парня была такая, что он закрывал рукой пол лица: он указательным пальцем поправлял очки. Особый акцент был сделан на глаза. Взгляд у портрета получился ну очень глубоким и… добрым, что ли? Еще очень четко были вырисованы руки, особенно от кистей и выше.

Мнения на этом этапе разошлись. Кому больше нравился рисунок англичанки, а кому — Вики. Балл было решено разделить напополам. Пришел черед финального раунда. Таймер снова завелся. Ничего необычного, кроме догадок что все нарисуют, не происходило. По истечении времени, абсолютно никто дальше холста Вики не пошел. Нарисованная там картина у Дианы, почему-то, заняла особую полочку в её сердце, хоть и придумывалась больше, наверное, чтоб вожатую позлить. На холсте была изображена, по пояс, вожатая, уткнувшая руки в бока и отчитывавшая расстроенную, видать в чем-то проколовшуюся, Вику. Рисунок был очень детализированным и в каждом сантиметре узнавались те или иные очень точно перенесенные черты. Нарисованная Вика смотрела с сожалением куда-то в землю, а её коса должна была безвольна болтаться, но пойманная моментом рисунка просто застыла. Смотря в нарисованные глаза, верилось, что Вика действительно сожалеет. Диана еще секунд тридцать смотрела на картину, но все-же взяла себя в руки и сказала:

— Вот это номер! И что, мне действительно есть за что на тебя так кричать?

— Ну, все может быть, — улыбнулась Вика.

— Если принесешь мне копию этого рисунка, то о наказании, за сегодняшний день, можешь забыть, по рукам?

— По рукам! — показала Вика «класс». — И еще.

— Да, Вика?

— Ну, я ж победила в этом соревновании?

— Не сомневайся.

— Ну тогда, — Вика сняла с плеч галстук и повязала его на запястье, выдернула рубашку, ранее вобранную в юбку, расстегнула ее примерно по грудь и завязала на узел, вновь всем демонстрируя плоский живот. — Вы сами сказали.

— Вот ведь, зараза мелкая. Ну ладно, я слово держу.

Девушка, довольная своей победой, скрестила руки на груди и снова начала ловить на себе множество взглядов.

Следующей остановкой был музыкальный клуб. Однако, до него не дал дойти горн, который просигнализировал о начале обеда.

«Как же кстати!» — подумала Диана.

— Отряд! Всем на обед. После обеда — десять минут отдыха, а потом сбор у музкружка.

— Поняли! — задорно сказали дети и побежали до столовой наперегонки. Вожатая спокойно двинулась в том же направлении.

Пока Диана дошла до столовой, дети из всех отрядов уже уминали свои обеды как коршуны, дорвавшиеся до добычи. Про спокойный прием пищи речи не шло вообще. Краем уха Диана услышала восторженные разговоры: хвалу всем успевшим поучаствовать в соревнованиях, размышления о вступлении и у кого какие планы на дальнейшее развитие событий.

«Похоже, что хоть где-то я все-таки поступила правильно» — Думала вожатая, пока стояла у раздачи с подносом.

— Дианка-а, твой паренек это просто золото! — вырвал её из раздумий голос Наташи.

— Что?

— Паренек из твоего отряда, Сережа. Говорю, что он просто умница. Пришел такой, сказал, что от твоего имени, торт просил.

— Так и есть.

— Ну я ему и говорю, мол, что у меня и так минус одна печь. Так что пусть не ждет.

— Ах вот как, — улыбнулась Диана.

— Слушай дальше! Он глянул так спокойно и сказал: «Дайте мне пятнадцать минут и заставьте кого-то отодвинуть печь». Я сказала, что двигать ничего не нужно и что печь сломалась маленькая. Как микроволновка, только мощнее. Он сказал: «Тогда и десяти минут хватит». Ушел значит, а через две минуты вернулся с ящиком для инструментов. Ему действительно десять минут потребовалось, чтоб она снова заработала! В общем, будет тебе торт, но не ожидай ничего сверх крутого. Медовик я вам испеку.

— Спасибо большое, Наташ. Мне действительно надо будет поблагодарить детей, которые стараются на соревновании.

— А, так вот для чего. Ну, я-то думала, что тебе сладенького захотелось.

— Не, я вообще сладкое не люблю.

— Понятно. Ну, в общем, после отбоя устроим небольшое чаепитие с тортом, — Наташа подмигнула. — А теперь иди ешь, приятного аппетита. И еще раз поблагодари Сережу своего. Благодаря ему я успела обед сварганить. Вова бы возился час с этой печечкой.

— Обязательно. Спасибо.

Диана отошла от раздачи и поспешила за стол к вожатым. Увидев краем глаза жующего Сережу, она подмигнула ему и улыбнулась, а здоровяк помахал ей вилкой.

Усевшись за стол, Диана оценила, что же ей положили. На подносе красовались: тарелка горохового супа, порция тушеной картошки с мясом, пару кусков хлеба и большой стакан морса. Вожатые сидели и ели молча, как шпионы. Будто каждое слово, что они скажут, может быть использовано, как оружие.

«Ну и ладно, быстрее доем.» — подумала Диана.

Обед оказался вкусным и тарелки быстро опустели. Вожатая отнесла поднос с посудой на помывку и снова подошла к Наташе.

— Ты что-то еще хотела?

— Да, приходи через десять минут в музкружок. Там услышишь такое, что проберет до глубины души.

— Ух, какая презентация. Как-же такое можно пропустить? — Улыбнулась повариха. - Только пусть не сильно придираются к моему «выходному наряду», — обвела она пальцем фартук и колпак.

Диана вышла на крыльцо столовой и села на лавочку под бетонным навесом. Спустя минуты три вышел Сережа. Не успел он среагировать, как в момент, чуть не был повален крепко обнявшей его за шею вожатой.

— Спаситель ты мой! Большое человеческое тебе «спасибо»! — сказала чуть ли не висевшая на парне Диана, поджав ногу. Оказавшись снова на земле, она почти поравнялась с Сережей ростом и убрала руки с его шеи.

— Я бы тоже вас обнял, Диана, но люди подумают… — сказал сильно покрасневший парень. — За что спасибо-то? — Ровно в этот момент со столовой вышла Юля вместе с Никитой. Он одарил обнимающихся коротким гневным взглядом, но не сказав ничего, продолжил свой путь к муз. кружку.

— Много за что. Ты сегодня просто герой дня! И торт организовал, и клуб отстоял, и печь починил!

— Да ерунда. Там всего-то пару конденсаторов перегорело. Я просто новые вставил.

— Еще Наталья тебе огромное «спасибо» передает. Благодаря тебе она обед успела приготовить. В общем, за это — проси, что хочешь.

— Я учту, — улыбнулся Сережа.

— Ладно, нам пора к музкружку. Ты ж Алиту вчера приободрил? Может, если она тебя увидит, легче перенесёт предстоящее соревнование.

— Пойдемте. Только я после кружка музыки отойду. Мне нужно приделать обратно громкогово… — не успел парень закончить фразу, как из двери столовой вышла Мари. Она скромно улыбнулась в сторону Дианы с Сережей и ушла в сторону муз. кружка. — …ритель, — продолжил Сережа.

— О, дружище, да ты запал! — Хитро сказала Диана.

— Ну вы посмотрите на нее, улыбку видели? Она ж нечеловек просто!

— Тут ты прав, — сказала тихо Диана.

— Не могут быть девушки настолько изящными.

— Так, не заговаривайся. Успеешь еще познакомится. Пойдем. Хоть кто-то, но уже ждет нас у клуба.

Сережа с Дианой молча дошли до пункта назначения. Каждый раз, как они были вместе, Никита бросал на них взгляд, а Юля постоянно у него спрашивала — куда же тот смотрит.

Минут через пятнадцать все отряды снова были в сборе.

Как оказалось, помещение муз. клуба тоже вмещало в себе все отряды разом. Диана положила руки на плечи Алиты и спросила:

— Волнуешься?

— Немного, — ответила робко девушка.

— Не переживай. Просто сыграй так, как вчера дня меня, и все будет в ажуре.

— Постараюсь.

— Ты уж хорошо постарайся, — сказал Алите смотревший куда-угодно, но не на неё, Сергей. — А то всё, поставлю тебя в своем личном рейтинге ниже вокалиста «Серой Жижи».

Алита глянула на него удивленно, а потом резко ущипнула Сережу за руку, от чего тот тихо, но «ойкнул».

— Только попробуй! Запру тебя в одной комнате с Мартой, будешь знать! — уверенно сказала Алита.

— Не, на такое я пойти не готов, — улыбнулся ей здоровяк.

«Чудо, а не человек» — подумала Диана.

Расчехлен был только с один инструмент — рояль. Остальное всё еще находилось в кофрах, кейсах и под простынями. Эту оплошность быстро поправили, и муз. клуб явил народу всё, что хранилось в его стенах, а именно: рояль, барабанная установка, саксофон, тромбон, две бас-гитары, две акустические гитары, две электрогитары. А также: усилители, всякие музыкальные примочки, педали, микрофоны, какой-то здоровенный пульт с эквалайзером и метроном.

— Вот это арсенал! — сказала Диана.

— И не говорите, — добавила Алита.

— На чем играть будешь?

— На чем скажете.

— Ты что, на всем умеешь?

— Не совсем… На духовых не могу, а на всем что жать, дергать и тянуть — вполне, — Улыбнулась Алита собственной шутке.

— Странное описание, если честно.

— Но оно так и есть, — пожала она плечами. - Посмотрим, что выберут остальные — на том и сыграю.

— Ну смотри, дело твое. Главное — порви их всех!

Из отряда французов показалась участница. Она прошлась, осмотрела инструменты и остановилась на гитарах. Но, так ничего и не взяв в руки, она подошла к вожатому и что-то сказала Луи на ухо. Тот, тут же, начал объяснять суть конкурса с надеждой смотря на Диану:

— Николь предложила так: от каждого отряда выбирается один человек. Втроем они начинают музыкальную сессию, которая длится десять минут. Двое играют ритм партию, пока третий старается, как можно искуснее показать на что он способен, не выбиваясь из общего ритма. Через, примерно, полминуты, такой игры, исполнитель меняет партию, и тот, кто играл ритм — играет соло. Как-то так, если я верно понял. И так на протяжении пяти минут.

— Что он сказал? — поинтересовалась Алита.

Диана рассказал всё, как поняла сама, сначала своему отряду, а потом перевела на английский.

— Понятно. Это обычное упражнение в музыкальных школах.

— Справишься?

— Все время как-то справлялась.

Луи показал три спички утопленных в руку на половину.

— Жребий. Но зачем? — поинтересовалась Диана.

— Все просто. Акустических гитары две. Третьему придется играть на электро.

— А это плохо?

— Это неудобно. Но если не включать никаких эффектов, то она вполне звучит, как обыкновенная.

— Ну давай. Удачи, — Сказала Диана.

— Помни о рейтинге, — сказал улыбающийся Сережа.

Алита подошла к Луи и дернула первую спичку. Обломанную пополам спичку. Она молча подошла к электрогитаре, осмотрела её, затем включила усилитель с фигурными буквами бренда на решетке динамика. Подключив гитару шнуром к усилителю, Алита прошлась по струнам, которые немного были не в строю. Подкрутив колки́ и пройдясь по струнам еще раз, девушка одобрительно кивнула. Луи показал, что остальные спички действительно одного размера. Обмана не предусматривалось. Француженка подошла и взяв гитару за ремень, повесила себе её на плечо. Её гитара тоже присоединилась к тому-же усилителю что у Алиты. От отряда англичан вышел рослый парень и тоже вооружился инструментом. Они постояли примерно минуту переглядываясь. Позже, все трое положили руки на грифы своих гитар. Англичанин начал настукивать ритм ногой. Девочки вступили в ритм-секцию, а англичанин, прислушавшись еще секунду, начал наигрывать в этот ритм соло партию. Ничего особенного на слух Дианы он так и не наиграл. Парень закончил партию так, чтоб француженка без усилий вступила в соло, а сам англичанин, без проблем, перестроился на ритм. Тут уже было немного интереснее. Все тридцать секунд француженка аккуратно гуляла пальцами по грифу, выдавая какой-то блюзовый мотив. Да еще и постаралась закончить свою партию так, чтоб Алите было максимально тяжело вступить.

«Вот ведь зараза мелкая!» — подумала Диана, не отрываясь от музыкальной дуэли.

Но Алита оказалась не из проста́чек и вступила в партию скопировав стиль исполнения француженки. Поиграв так еще пару секунд, Алита решилась на «модернизацию» этой манеры исполнения, добавив крайне экзотический бой. Виновато посмотрев на англичанина, она закончила свою партию так, что англичанин не смог вступить в свою. Не сумев выдержать ритма, он сбился, снял гитару и вернулся к отряду. Обе девушки сейчас держали ритм партию, но очередь начинать соло была француженки. На сей раз соло уже было приближенно к рок-н-роллу. Француженка применяла хитрый и ритмически несбалансированный бой. Она старалась соблюдать собственную технику очень тщательно и казалось, вот-вот собьется, но этого не произошло. Сыграв очень сложное окончание партии, создавалось впечатление, что продолжить её соло боем просто невозможно. Но Алита и не собиралась это делать. На смену бою пришел очень быстрый перебор, сменив рок-н-ролл какими-то латинскими ритмами. Все следили за этой «дуэлью» затаив дыхание. Даже Сережа, стоявший рядом, прикусил костяшку пальца. Алита и не думала успокаиваться, все наращивая темп. Диана так и не понимала: она просто играет с француженкой или действительно находится на пике возможностей? Закончив свой перебор, Алита смиловалась над соперницей и закончила партию немного проще, чем играла её основную часть. Француженка вступила со своим соло, пытаясь добраться хоть до половины скорости перебора Алиты. У нее это вышло. Казалось, что струны на её гитаре вот-вот и порвутся, но и этого не произошло. Закончив свою партию, француженка, на этот раз не попыталась усложнить её конец, так что Алита без проблем вступила в свое, как оказалось, последнее соло. Опустив взгляд на гриф своей гитары, Алита разгонялась со своим перебором. Диана заметила хитрую улыбку на её лице. В момент размеренный перебор сменился самой настоящей музыкальной пулеметной очередью. Алита сыграла что-то похожее на рок-н-рольный полет шмеля. Ошарашенная француженка попросту перестала держать ритм. Лишь сидела и удивлённо моргала, пока скорость перебора нот не остановилась. Еще один клуб был за отрядом Дианы. Закончив игру, Алита поставила гитару на место и выключила усилитель.

— Ущипните меня, — просипел кто-то из Дианиного отряда.

— Да тут об стену ударится нужно, — кто-то подхватил.

Алита молча вернулась к остальному отряду, сопровождаемая неотрывными взглядами. Только спустя минуту, кажется, Антон, крикнул «как же это было круто!». Именно эта фраза и заставила весь отряд накинуться на победительницу и обнять, что есть сил, крича и радуясь. Диана с Сережей молча на это смотрели и будто наслаждались собственной маленькой победой: приятно было смотреть, как замкнутая Алита теперь отбивается от новоиспеченных фанатов. Диана обернулась и увидела в дверях стоявшую Наташу, что молча показала ей «класс», как только та повернулась. Так же молча они друг другу улыбнулись.

Следующим пунктом назначения была библиотека.

Особо интересного ничего не произошло. Пост библиотекаря был занят Лизой.

— Четырнадцатилетний библиотекарь — это что-то новое, — сказала Юля.

— Ну, если нравится — почему бы и не занять?

— Под это правило много чего попадает.

— Ты о чем?

— Да так. О своем, — сказала Юля и отошла обратно к Никите, пока отряды шли к следующему месту их небольшого соревнования. Времени было уже около половины третьего.

— Диана, а что это у вас на поясе такое? — спросил Сережа, указывая на полученный от Мари кубик.

— Да так. Это… Сахарометр. Я диабетик. Вот достала и прицепила к поясу, смерить надо, — соврала Диана.

— А, вот как? Извините, я не знал.

«Мари начала действовать? Или что она удумала? Как вернется — поспрашиваю.»

— А куда мы сейчас? — спросила у Дианы, догнавшая её Марта.

— Мы на пляж. С надеждой, что работает эскалатор.

— Рабо-отает. Уверяю. Я уже успела достать дядю Вову, чтоб он его включил со своей «командирской рубки».

— Откуда? — удостоила Диана девочку взглядом.

— Ну, оттуда, откуда тут все включается и запускается.

— Я поняла. Ну, молодчина, если так, — улыбнулась ей Диана.

— Вот, но никто так и не успел заценить пляж непосредственно оттуда, снизу.

— Значит, будем готовы удивляться.

Отряды подходили к эскалатору, который помогал преодолеть тот самый «обрыв», чтоб оказаться, наверное, в самой желанной части лагеря — на длинном пляже. Лестница действительно была включена и довольно быстро сменяла ступеньки в двух направлениях. Вид на, казалось, бесконечное море, открывался просто волшебный. Все три отряда охали и перешептывались, пока эскалатор любезно доставлял их к светлому песку пляжа.

— Странно, что сверху не было видно буйков, — сказала Диане Рита.

— Я и не задумывалась, пока ты не сказала.

«Мысли сейчас мои заняты другим… Где же Мари?»

— А сколько обычно от берега до буйков? Метров тридцать?

— Ну откуда мне знать это? Спроси у Алины. Она у нас сейчас будет отстаивать наше право владеть морем. Алина, подойди сюда! — крикнула Диана в толпу.

Крашенная блондинка быстро подошла к вожатой.

— Да?

— Такс… Рита говорила, что ты пловчиха, но прекратила тренировки. Что-то серьезное?

— Да как вам сказать… У меня было пару растяжений, и тренер рекомендовал воздержаться от нагрузок. Но я собиралась возобновить сразу после отпуска.

— Как себя сейчас чувствуешь? Плыть сможешь?

— Ну. Вы ж сказали, чтоб я надела купальник. А когда я в нем я на семьдесят процентов готова. — подмигнула и улыбнулась Алина.

— А остальные тридцать?

— Остальные тридцать — фортуна. Я постараюсь вас не подвести.

— Мне, конечно, приятно, Алин. Но смотри. Мне эксцессы на рабочем месте ни к чему. Случится что с тобой — виновата буду я.

— Не волнуйтесь. Все будет хорошо.

— Надеюсь, — проговорила Диана, когда она и её отряд уже успели налюбоваться красотой окружения.

Вроде-бы, за все жизни, Диана успела насмотреться на виды и по экзотичнее, но простота и изящность этого пляжа прям заставляли желать спуститься на его белый песок поскорее. Ну а теперь, когда она вместе со своим отрядом уже были всего-то в паре шагов от заветного места, это желание лишь усиливалось. Спустившись вниз, все из отряда начали делиться восторгом. Кто-то конечно пытался показать, что его или её ничуть не впечатлило, что пляжи Карибского моря или какого-то нибудь океана, на которых некоторые бывают на каждых каникулах, будут повнушительнее, но вожатая отлично видела всю искренность удивления в детских глазах. Сняв свою обувь и теперь стоя на песке голыми стопами, Диана прочувствовала весь его жар. Вожатая сжала пальцы на погруженной в песок ноге, а потом расставила, заставляя песок просыпаться.

— У вас красивый педикюр, — вывела Диану из раздумий Алина.

— Спасибо, — улыбнулась ей вожатая.

— Куда нам дальше? — Спросила пловчиха. В этот момент, с тем же немым вопросом, на Диану уже смотрели глаза всех отдыхающих.

— Пойдем вон на тот плавучий домик, — показала пальцем Диана.

— На дебаркадер.

— Куда?

— Плавучий домик называется дебаркадер, — улыбнулась Алина.

Этот приказ был повторен отряду и его выполнение не заставило долго ждать. Отряд Дианы зашел на платформу и уже с него начал осматривать пляж, море и технику, что была пришвартована.

— Ну ничего-себе тут игрушки! — Восхитился вечно-тихий Никита. Он окинул взглядом каждый из четырех гидроциклов, а один из них даже потрогал. Когда повернули его акселератор, гидроцикл, как ни странно, не издал ни звука.

— Сомневаюсь, что поможет. Ключа зажигания-то нету. — Сказал Сережа.

— Сам знаю, умник, — ответил ему Никита.

«Тихоня-Никита разозлился лишь из-за такого замечания?»

— Вы на это гляньте, какая прелесть! — показала Вика на яхту. — Так и вижу себя на её палубе загорающей.

— Я б на это посмотрел, — кто-то тихо сказал из отряда.

— Узнаю, кто это сказал — хорошо ему не будет, — ответила Вика в толпу.

— В жизни такого не видела, — сказала Рита, смотря на эту же яхту.

— И не увидишь больше. — Снова возник Сережа. — Этой яхте лет сорок, не меньше.

— С чего ты взял? — поинтересовалась Диана. Никита снова недобро смотрел на Сергея, а Вика, наоборот, подозрительно затихала, когда он говорил. Еще и своей косой играть начинала.

— Ну, во-первых — дизайн. Он такой угловатый и грубый. Краска слетела, да и ржавчины тут более, чем нужно… Если вы выпросите разрешение на осмотр яхты, то буду должен до конца жизни, — улыбнулся Сережа Диане и поправил очки. Весь отряд ждал реакции вожатой.

— Ну… Я и так у тебя в долгу. Я попробую, но ничего не обещаю. — Ответила Диана.

— По рукам, — согласился Сережа.

Пока отряд Дианы мило болтал и восхищался плавсредствами, отряд французов, задержавшийся у эскалатора, наконец-то завели на плавучий дом. Потерявшаяся Мари, так же, была там. Диана инстинктивно ощупала место, где висел кубик и там его не обнаружила. Мари поймала её взгляд и улыбнулась. За спиной Дианы раздался щелчок затвора камеры, на который вожатая обернулась.

— Что? Эта яхта, ну очень уж, здорово смотрится в кадре, — сказала Ангелина.

— А? Да ничего, — Сказала Диана.

Теперь очередь французов была удивляться технике на пристани. Повторив ровным счетом те-же действия что и отряд Дианы, французы разочаровались, что техника просто так завестись не в состоянии.

— А где англичане? — спросила Диана у Луи.

— Все не могут определится, кто у них буде участвовать в заплыве.

— Прям в заплыве?

— Ну, а как еще решить, кто будет хозяйничать на пляже? Хотя знаете, Диана, проигравших в этом конкурсе не будет.

— Это как?

— У выигравшего в подчинении должны быть еще трое, а то и больше, спасателей. Глава клуба пловцов только устанавливает правила поведения и заполняет дневной отчет.

— А вы откуда это знаете, Луи?

— Жак сказал, — показал Луи на невысокого широкоплечего и худого парня из своего отряда. — Он тут не в первый раз и уже занимал клуб в прошлый свой заезд.

— А когда же был прошлый заезд? — спросила Диана уже у Жака.

— Год назад. Мне пятнадцать было.

— Ого. Твоя фамилия не Кусто, случаем? — Улыбнулась Диана.

— Много кто так шутит, — улыбнулся паренёк в ответ. — Увы, нет.

— Алин, — Диана перестроилась на русский.

— Да. Что такое?

— Этот паренек уже занимал клуб в прошлом году.

— Оу. Ну. Все равно я уже настроилась на поплавать. Думаю, что попытаться все равно стоит.

— Вам не кажется, что это немного нечестно? — сказала Вика, сидевшая на оградных перилах, на платформе плавучего дома. Она закинула ногу на ногу, а подбородок уперла на руку.

— Во-первых — слезь, пожалуйста. Во-вторых — даже не знаю. Сто процентов он спортсмен в этой сфере, но и Алина тоже. Вот правда он немного выше и старше.

— Мне другое не нравится. — сказала Алина.

— Что? — спросили одновременно Диана и спрыгнувшая с перил Вика.

— Может это и будет звучать грубо, но вы посмотрите на его телосложение. Руки какие-то длинные, ладони широкие. Его как будто в пробирке вывели, специально для плавания.

Вика на это громко рассмеялась, а Диана бессовестно стала осматривать отвернувшегося Жака.

— Думаешь? — спросила Диана.

— Давай ему укоротим что-то, — похрустела костяшками Вика, злобно улыбнувшись.

— Нет-нет, не надо, — сказала Алина. — просто мысли в слух.

— Вон, идут ваши англичашки, — сказала Вика, показав пальцем в сторону эскалатора.

Ведомый вожатыми отряд вскоре тоже оказался у дебаркадера и зашел на платформу, на которой располагался домик.

— Вы что-то успели решить? — спросил Гарри.

— Нет еще. Только выбрали представителей. А что, есть предложения? — Ответила Диана, успев «переключиться» на английский.

— Да нет. Кроме как стандартный заплыв до буйков и обратно на скорость — идей нет. Вы ж все об этом подумали? — глянул Гарри на Луи и Диану.

— Да мы вообще не думали о соревновании. Тут оказалось, что выигравший все-равно наберет себе помощников. А раз во французском отряде уже есть паренек, который здесь уже был за главного, годом ранее, то можно просто на него спихнуть административную работу, — сказала Диана Гарри, не переводя это для Луи.

— Это не по-спортивному. Я за состязание, — возмутился Гарри.

— Будь по-вашему. Луи, мы готовы, — Сказала Диана последнюю фразу на французском.

Француз кивнул Жаку и тот, никуда не отходя, начал развязывать галстук и снимать форму. Лишний раз подтвердились слова Алины. Фигура Жака была немного «инопланетной», хоть и в прекрасной спортивной форме. Алина тоже, не стесняясь, начала раздеваться, не сходя с места. Через пару секунд она стояла в одном лишь темно-синем закрытом спортивном купальнике, с маленькой фирменной надписью в районе ключицы. От англичан тоже показался участник. После того как он разделся, Алина тихо хихикнула.

— Что такое? — поинтересовалась Диана.

— Вы видите его шорты? Только не говорите, что он в них собрался плавать. Они ему очень мешать будут в заплыве. Сопротивление воды, все дела, — почти шепотом Алина говорила Диане.

— Так тебе же лучше.

— И то верно.

— Смотри. Тебе нужно доплыть до буйка и поплыть обратно как можно быстрее.

— Ага… Вопрос.

— Какой?

— А оплывать его нужно?

— Гарри! — Крикнула Диана

— Вот?! — послышалось издалека.

— Нужно оплывать буйки или нет?! — Перестроилась Диана на английский.

— Пусть будет — нужно! — крикнул Гарри.

— Окей! Нужно, — сказала Диана уже Алине.

— Понятно, — ответила пловчиха.

— Смотрю, что с платформы есть шанс отлично прыгнуть в воду. Пусть и будет нашей стартовой позицией, — показала Диана на место, где отсутствовали перила.

— Да. Пойду туда, буду ждать старта.

— Давай.

— Не подведи, — Громко поддержала Лена, подойдя и закинув свою маленькую косичку за ухо.

— Постараюсь! — ответила ей Алина.

— Дружеская вера — это очень хорошо, — положила Диана руки на плечи обеим девочкам.

«- Камнем на дно, в пучину небытия, скорый поезд остановит случайный пассажир.

— Грегор! Я уже и не надеялась тебя услышать, — Диана убрала руки. — Не скажу, что поняла, но случится что-то плохое?

— Истина.

— Но это кто-то исправит?

— В яблочко.» — Отвлеклась Диана на внутренний разговор.

Алина заняла место у стартового края. К ней тут же присоединился Жак, дружелюбно улыбнувшись. Англичанин, в свободных спортивных шортах, тоже подошел и занял место.

— Знаешь правила? — спросила у него Диана

— Знаю.

— Алина? Правила помнишь?

— Помню.

— Жак? Что делать знаешь? — начала Диана на французском.

— Почти, как раз не знаю, нужно ли оплывать буёк?

— Вод ведь Луи… Надо.

— Понял.

— Тогда…!

— Стойте! — прервала Алина.

— Что случилось? — спросила Диана

— Волосы. Они мне будут мешать. Шапочек тут нету, так что пусть мне косу заплетут.

— Супер. Лена, сможешь? — Спросила Диана.

— Простите, только себе могу, — показала Лена на свою косичку, закинутую за правое ухо.

«Какая тупая отговорка»

— Что б вы без меня делали? — Ехидно спросила выходящая из толпы Вика, срывающая резинку со своей туго заплетенной косы, отчего та быстро, даже моментально, распустилась. Увидев объем её волос, Диане стало любопытно, сколько времени уходит у самой «спасительницы» на причёски, но мысль так и осталась у неё в голове. Никто не видел выражение лица вышедшей, что сейчас стояла перед Алиной и говорила. — Только ты не думай, что мы теперь друзья. Потеряешь мою резинку — лучше не вылезай из воды. Поворачивайся.

Алина покорно повернулась к Вике спиной и наклонила голову. Разница в росте позволяла художнице спокойно творить с волосами пловчихи все что ей вздумается, без необходимости ту куда-то сажать.

— Краску смени, — сказала Вика, пока плела той максимально тугую косу.

— Что?

— Краску смени, говорю. А еще и шампунь, желательно. У тебя волосы отвратительно слабые. Дерну чуть сильнее — с залысиной будешь.

— Хорошо… — Растерянно сказала Алина.

— Готово! Помни про резинку, — сказала Вика, перед тем как вернуться к остальным зрителям.

— Теперь тебе ничего не мешает? — спросила Диана.

— Нет, теперь все хорошо, — сказала поникшая Алина, пока шла к старту.

— Тогда! Ахтунг! — Сказала Диана, чтоб на нее точно все обратили внимание.

Так и случилось. Участники заплыва, да и остальные смотрели на Диану крайне удивленными глазами. — Старт! — Крикнула она и махнула рукой.

Жак и Алина прыгнули в воду просто как иглы. Ни единого лишнего всплеска или звука. Англичанин же наоборот, плюхнулся животом так, что у всех, кому не посчастливилось увидеть это, заболело ровно в том-же месте. Как и говорила Алина — аутсайдер сразу был виден. И дело было вовсе не в шортах. К моменту как Алина и Жак проплыли пол пути, у англичанина не набралось и одной пятой. Буйки стояли довольно далеко друг от друга, но не настолько, чтоб всем пришлось оплывать один. Диана увидела, что участники наконец-то обогнули буйки и начали на всех порах возвращаться к старту. Еще полпути соперники проплыли рука в руку, но под конец дистанции Алина начала сильно сдавать. Размах рук француза был несколько шире, да и греб он, как настоящий пароход.

Гонка была завершена. Жак доплыл до платформы. Луи помог ему выбраться из воды и похлопал по спине, за отлично проделанную работу. Вскоре к ним подключился и остальной французский отряд.

— А где Алина?! — крикнула Лена из толпы.

Отвлекшись на победителя, никто и не заметил, что Алина не доплыла. Она осталась примерно на четверти дистанции и тянула руку вверх, медленно погружаясь.

— Да она же сейчас утонет! Помогите ей! — Кричала уже Диана. В этот момент вспомнились слова Грегора, но еще более непонятное переживание за чужого человека беспокоили Диану куда больше.

Не успевший толком отдышаться Жак, сразу бросился обратно в воду. Быстро доплыв до места, где у Алины уже погрузился последний палец, кое-как справившись с одышкой, пловец вдохнул и нырнул. Он вытащил девочку и старался держать её голову как можно выше, пока, прикладывая уже последние усилия, плыл к платформе. Только они доплыли, как сразу подбежал Луи и попытался затащить их, но никак не мог этого сделать.

В панике оглядываясь по сторонам, Диана случайно выцепила Сережин взгляд. Тот все понял по-своему и на секунду скрылся в толпе.

«Что же ты творишь?! Ты куда пош…?!» — Не успела Диана додумать, как спустя секунду Сережа выбежал вместе с Никитой, которого здоровяк держал под руку, таща явно против его воли.

Но Никита сопротивлялся ровно до того момента, пока не понял сути происходящего. Парень высвободил руку от Сережи, а потом в момент подбежал к месту, где Луи пытался вытащить Алину. Сереже пришлось оттолкнуть вожатого, видя, что тот не в силах самостоятельно вытащить пловцов. Удивленный француз еще долго не понимал, что произошло и лишь молча смотрел на двух парней, которые, успев переглянуться, быстро втащили Алину на плавучую платформу одним движением. Диана отлично понимала, что времени ждать медбрата нету и пришло время взять себя в руки. Вожатая растолкала парней и упала на колени рядом с пострадавшей. Слава богам, что ей хватило сил сделать так, чтоб девочка легла ей на согнутое колено головой вниз. Диана начала давить на спину Алины в районе легких выдерживая ритм, но это не помогало.

«Ну, давай же!», — резко со свей силы надавила в последний раз ей на спину, отчего та закашляла и выплюнула всю воду, что успела засесть в её лёгких.

Алина сделала несколько глубоких вдохов и в панике осмотрелась по сторонам. Никита и Сережа пока помогли забраться на платформу Жаку. Взгляд Алины остановился на глазах вожатой. К своему же собственному удивлению, Диана обняла Алину со словами «Слава Богам».

Вскоре и до медбрата дошла весть о случившемся. Макс на всех порах прибежал и забрал Алину в медпункт. Все вздохнули с облегчением, узнав, что её жизни ничего не угрожает. Алина, узнав о поступке Жака, примерно минуту висела у него на шее, без остановки говоря: «прости» и «спасибо». Сережа с Никитой пожали друг-другу руки, натянув дружеские улыбки. Может если у Сережи она и была искренней, то у Никиты просматривалась явная фальшь. Диана же все стояла у перил и думала, смотря на свою трясущуюся руку.

«Что со мной? Это точно я? Я так испугалась? Даже Грегор предупредил, что все будет хорошо. Я стою и трясусь за смертного. Абсолютно чужого мне смертного. Что с тобой, Уриэль?»

Мысли вожатой развеял подошедший Сережа.

— Как вы, Диан?

— Я? — просипела она. — Да я испугалась, как ребёнок! Я была просто в панике! Со мной такого не случалось… Никогда. — Продолжала Диана смотреть на трясущуюся руку и говорить тихо-тихо.

— Стресс — вещь такая. Но зато, вы, считайте, жизнь человеку спасли.

— Но ведь… Я… А ты? А Никита? Жак?

— И мы спасли, — улыбнулся Здоровяк. - Из нас просто прекрасная команда вышла, не находите?

— Как…?

— Что «как»?

— Как ты умудрился среагировать лишь по одному моему испуганному взгляду? Вскользь! Ты не секунды не сомневался. Просто начал действовать.

— Ну. Диан, разрешите откровенно?

— Угу… — ответила Диана в пустоту.

— У всех бывают моменты слабости. Я увидел, что вам нужна помощь — я постарался помочь, — сказал Сережа и поправил очки.

«Меня обставил смертный! Меня, Приближенную! Но ведь, он прав… Я дала слабину.»

Все что Диана смогла из себя выдавить, было лишь тихое «Спасибо» и Сережа решил оставить её наедине с мыслями и удалился к остальному отряду.

О чем-то с ними болтая здоровяк, как всегда, тер затылок. Было заметно, что он получил весомую долю признания, как и Никита, которого в такой-же степени все хвалили и ему искреннне улыбались. Но, спустя момент абсолютно все двинулись к французскому отряду. Настоящий герой дня, Жак, за те несколько отчаяных минут которые длилось всё спасение успел показать что он не только первокласный пловец, но еще и просто юноша с огромным сердцем. Настоящий герой, не носит белоснежные латы, не вооружен реликтовым оружием, напротив, сидит на пирсе, изнеможенный, с тяжелой одышкой. Казалось что он сейчас заслужил все благодарности мира, но с усталой улыбкой отнекивался и отговаривался от тех что получал от отрядов сейчас. «На моём месте так поступил бы каждый», говоил он, но Алине повезло что такой «каждый» воплотился именно в этом французском пареньке.

Оставалось последнее состязание за клуб. На очереди были альпинисты. Вот только весь азарт и желание бороться — пропало. Остались только сомнения.

— Вы идете? — Спросила у Дианы подошедшая Лена. Она снова поправила свою косичку.

— Да. Иду…

«Пора взять себя в руки. Все уже кончилось.»

— Значит, теперь твоя очередь блистать? — спросила Диана.

— Ну, посмотрим, блистать или нет, но я постараюсь, — ткнула Лена «класс»

— Так. Мне не нужно, чтоб такие эксцессы повторялись. Ты точно уверена, что сможешь?

— Значит, вам нужна максимальная выкладка?

— Да, только со сменой приоритетов. Теперь постарайся целой вернуться. От падения с высоты никто правил первой помощи еще не придумал.

— Эх… — Выпрямила Лена руку и посмотрела на свои пальцы, — прощай, мой маникюр. Думала, что хоть до конца отдыха продержится. Не волнуйтесь, я с пеленок на альпинистских стенках лажу. Все будет «лучше всех».

— Искренне надеюсь.

— Пойдемте, Диана. Я пока схожу переоденусь, а то в юбке лазить знаете ли… — сказала Лена, перед тем как уйти готовиться.

— Да, я поняла. Надо отвести отряд к стенке… — подумала Диана вслух, все еще не желая «отклеиваться» от перил.

Вновь пересилив себя, вожатая вернулась к отряду, который уже успел сойти с платформы на песок и как только воспитанники её увидели, то молча уставились на нее.

«Что-ж вы все так смотрите…»

— Так, ребятки. У нас осталось последнее состязание. Давайте поддержим Лену и поставим точку в соревнованиях. — Сказала Диана со всей оставшейся уверенностью.

Отряд выслушал это молча. Помолчал еще пару секунд, а потом с криками бросились обнять свою вожатую. «С такой вожатой точно ничего не страшно» — сказал чей-то голос из обнимавшей толпы. Где-то внутри Дианы стало немножечко светлее, но нужно было держать марку.

— Так! — Громко сказала она. — Мне, конечно, очень приятно, но поддержки сейчас будет требовать Лена. Перенастроились и марш к альпинистской стенке, — показала Диана свободной от объятий рукой в сторону «обрыва». Прям на скале, куда вреза́лся пляж, была организована та самая стенка, со свисающими страховочными канатами.

— Есть! — крикнул отряд и рассредоточено, кто пошел — кто побежал до последнего места соревнования.

«Может все не так и плохо? Да с чего я взяла, что все плохо? Все обошлось. Лишь бы Французы не выставили на соревнование Мари… Той и страховка не нужна будет. Видела я, как она по деревьям прыгает».

Теперь и Диана дошла до места соревнования.

«М-да, когда стоишь у подножия скалы и смотришь вверх, кажется, что эта скала подпирает небо. Сколько ж она в высоту?»

— Примерно шестьдесят метров. Вы ж об этом думаете? — Прервала мысли Дианы подошедшая Лена. Она поправляла беспалые перчатки и проверяла на них липучки. Лагерная форма сменилась практически самым обычным спортивным костюмом, разве что, обувь была немножко странной. Да и страховочный жилет тоже выбивался из общей картины.

— Мысли читаешь. Интересные кроссовки.

— На самом деле — они довольно такие себе, но других на складе не было. Я готова. Кто мои соперники?

— Хороший вопрос. Французы вообще куда-то ушли, а англичане не выдвинули никого еще.

— Мне что сама с собой состязаться?

— Да подожди ты, — сказала Диана перед тем, как отойти к Оливии и Гарри. — Ну что, кто у вас соревнуется? — просила Диана сразу у обоих вожатых, переключившись на английский.

— У нас никто не хочет. Похоже, что все потрясены ранее произошедшем, — Сказала Оливия.

— Да. Ситуация не из приятных, — подтвердила Диана.

— Да и смысла соревноваться вот с этим, — показал Гарри на скалу, — нету.

— Что? — сказала Диана, после чего обернулась.

Увидела же она Лену, которая, не иначе как паук, забиралась на отвесную скалу. Каждое движение руки было отточенное и уверенное. Страховки на ней, естественно, не наблюдалось.

— Во дает! — сказал Гарри прикрываясь ладонью от солнца, — Интересно, первое что она научилась это ходить или лазать?

Добравшись до середины скалы, Лена повиснув на одной руке и опершись на ногу нарушила первое правило альпиниста — посмотрела вниз, затем она улыбнулась всем и помахала, после чего незамедлительно продолжила карабкаться по скале. Весь путь у нее занял не более двух минут и закончив свое триумфальное шествие, Лена уселась на самый край, свесив ноги. Диана снова вернулась в свой отряд, который стоял ближе всех к страховочным тросам и подняв голову крикнула:

— Лена!

— Что?! — донеслось сверху.

— Угадай, что ты сегодня подметаешь после ужина?!

— За что?!

— За своенравство! Клуб твой, заполняй бумаги!

Ответа сверху не раздалось. Отряд дружно посмеялся. Пришла пора возвращаться с красивейшего пляжа обратно наверх.

Только отряды поднялись по эскалатору, как прогремел горн на ужин.

«Уже семь часов, надо же.» — подумала Диана.

Скомандовав отряду бежать к столовой, Диана вспомнила про Алину в медпункте.

«Думаю, что моя порция от меня не убежит. Наташа припрячет» — подумала вожатая.

По дороге до медпункта встретился Саша. По лицу невозможно было угадать его настроение, но что-то подсказывало Диане, что оно явно нехорошее.

— Здравствуйте, Диана.

— Здравствуйте. Полагаю вы уже знаете всю ситуацию?

— Знаю, Макс рассказал. Нам всем сильно повезло что там были вы и ваши парни, — выдохнул начальник.

— Это мне́ повезло что там были они и Жак, — сделала Диана усилие чтоб такое сказать. — Без них всё было бы намного печальнее.

— Вот вам и цена за инициативность. Даже сама идея соревнования за клубы — это что-то новое. По началу мне даже понравилось, но услышав к чему это все привело… Слава всевышнему, что все обошлось.

— И не говорите. Я вот как раз бежала проведать Алину в медпункт.

— Это хорошо. Я жду отчета за день в подробностях. Хоть ситуация и крайне неприятная, но она не должна пройти мимо её родителей.

— Да. Я поняла, — только Диана собралась уходить, как вспомнила про просьбу Сережи. — Саша, подождите, у вас есть еще минутка?

— Да хоть две. Что у вас еще случилось?

— Слава богам — нет, я из интереса. А что не так с техникой на пляже?

— А с чего вы решили, что с ней что-то не так?

— Ну, у нас есть один крайне подкованный отдыхающий. Он глянул и сказал, что все неисправно, — соврала Диана.

«Что же ты несешь, дура? Он просто сказал, что ключей зажигания нету»

— Вот как? Интересно, как же это он на взгляд определил, что техника не работает еще и прав оказался?

— Что? — переспросила Диана.

— Да, она далеко не новая и служила нам очень долго. Мы неоднократно вызывали механиков, но они отказывались к нам добираться, а отвезти самим у нас не было возможности. Сейчас, всё на пристани — просто украшение. А жаль. Я сам очень любил поплавать на нашей яхте.

— Так… Может.

— Вы хотите попросить доступ к технике?

— У меня все сегодня мысли читают…

— Знаете? По всем правилам, я даже задумываться не должен об этой просьбе, особенно после случившегося. Но ведь, лагерь у нас необычный, — подмигнула Саша. — Зайдете за всем необходимым ко мне сегодня, после ужина. Желательно, с отчетами. Там и заберете ключи от яхты и скутеров. Предупреждаю — ключ для скутеров — один на всех. Потеряете — накажут.

— Поняла! — Разулыбалась Диана.

— Отлично! Тогда работайте, товарищ вожатый, — сказал Саша и ушел в сторону админ. корпуса.

Диана же, продолжила свой путь до медпункта. Дойдя до него, вожатая постучала в дверь и услышала одобрительное «Входите». Повернув ручку двери, она увидела рабочее место Макса, что представляло из себя стол с компьютером и стоящим слева шкафом, со всем необходимым для лечения пострадавших отдыхающих. Белые стены медпункта напомнили Диане кабинет Лорда-командующего, но она резко откинула эту ассоциацию, покрутив головой.

Справа от стола медбрата стояла койка, на которой и находилась Алина и чего-то ждала от медбрата, что усердно что-то записывал, не отвлекаясь даже на то, чтоб посмотреть, кто зашел. Диана подошла к нему, не желая отвлекать, но все-же это было необходимо.

— Макс, здравствуйте. Как тут наши дела?

Только сейчас Максим отвлекся от писанины и повернулся к Диане. На его шее болтался стетоскоп, а лицо медбрата украшала мина непонимания.

— Здравствуйте, Диана. Да у нас тут заминочка интересная вышла. В карточке данной пациентки, не упоминается один крайне существенный диагноз.

— И какой-же?

— У Алины аритмия. В принципе — одна из тех, что не мешают жить, но именно сегодня произошел тот самый случай, когда она смогла помешать. Нагрузка на сердце была получена такая, что привела к приступу, перехватило дыхание… Благо, что рядом кто-то оказался. Обычно такой диагноз обязательно вносится в карточку пациента, но в Алининой почему-то пусто.

— И почему-же? — спросила Диана уже Алину. — Почему ты мне не сказала?

— Потому что это именно та причина, по которой мне пришлось бросить плавание! Я ненавижу мое состояние. Поэтому и соврала вам про растяжение, чтоб вы допустили меня к заплыву.

— У меня коллега в институте — кардиолог. Он постоянно говорит, насколько даже малые сердечные болезни опасны. Ты понимаешь, сколько ты подставила народу под удар, не сказав никому про свои проблемы?

— Теперь понимаю. У меня никогда не доходило до приступов и я даже не представляла, насколько страшно оказаться в такой ситуации.

— Что мы делать будем? — Спросил Макс.

— В принципе, со слов кардиолога, сердце всегда должно быть хоть в каком-то тонусе. Максим, пишите диагноз в карточку, но Алина теперь будет на оздоровительной физкультуре.

— А? — спросила Алина, — вы не собираетесь меня ограничивать?

— Ну. По-хорошему — нужно бы. Но плавать не запрещаю. Пойдешь под крыло Жака одной из спасательниц, но, если ты опять хоть попытаешься переутомится — поверь, твой сердечный приступ тебя добить не успеет. Я приду раньше. — Максимально строго сказала Диана. — Макс, под мою ответственность, — попросила вожатая медбрата.

— Смотрите. Мне не сложно, — вернулся Макс к писанине за своим рабочим местом.

— Спасибо… — Сказала Алина удивленно.

— Поблагодаришь, целая и невридимая, в конце смены, — собралась Диана уходить.

— Подождите, — сказал Макс, снова оторвавшись от письма. — На сегодня я оставлю её в медпункте. Чисто из необходимости. Как говорил кардиолог из моей интернатуры: «Инфаркты подчиняются правилу первых двух рюмок, между первой и второй…»

— Мы поняли, Макс. Не продолжай, — прервала его Диана. — Хоть на ужин отпустишь?

— Под вашу ответственность.

— А вообще… Кто твоя соседка, Алин?

— Лена, — ответила та.

— Скажу ей, чтоб она принесла тебе форму, а то в спортивном купальнике ходить по лагерю — так себе удовольствие. Как только переоденешься — заходи в столовую.

— Есть! — Ответила Алина.

Теперь путь Дианы лежал в столовую. В животе заметно опустело, хоть есть особо и не хотелось. На крыльце уже собралась компания отужинавших, что обсуждали прошедший день. Диана опять услышала разговоры: кто куда хочет записаться и просто восторженные предложения. Среди разговаривающих была Рита и Лена.

«Как раз! Можно каждой что-то поручить»

Диана зашла на крыльцо и негромко позвала Риту с Леной к себе.

— Да, вы что-то хотели? — Спросила Рита.

— Хотела. Такс, Лена, сниму с тебя наказание, если ты сейчас отнесешь Алине её форму и проводишь в столовую с медпункта. Поняла?

— Поняла! — улыбнулась альпинистка.

— Не торопись, самое скучное еще впереди. Рита сейчас побежит в админкорпус за бланками, которые надо заполнить, чтоб взять главенство над клубом. Тебе нужно отдать их Сереже, Вике, Лене, Лизе и Алите. Они должны их заполнить и принести в админкорпус Александру. Все ясно? — Обращалась Диана уже к Рите.

— Да!

— Тогда — выполнять.

Девочки быстро разбежались выполнять поручения.

Диана зашла в столовую. Народу там почти не осталось. Даже вожатые уже успели отужинать и куда-то подевались.

«Жалко, а то я хотела позлорадствовать на ними. Англичане в итоге ничего и не получили.», — С такими мыслями Диана подошла к раздаче.

— Привет, героиня! — громко поприветствовала еще раз Диану Наташа, улыбаясь.

— Брось. Тут и без меня героев хватает. Я ничего по факту и не сделала.

— Скромность — тоже хорошо.

— Да я серьезно. Почти все сделал Жак с Сережей и Никитой на подхвате.

— Ну а помощь кто оказал?

— Это уже вроде и я, но если б не они, то стояла бы там и паниковала дальше.

— Вот значит как? Снова наш Сережа?

— Наташ, ты будешь куда большим героем дня, если сделаешь торт, — Улыбнулась Диана.

— Тогда я уже герой, — улыбнулась Наташа в ответ. — Он готов и стынет уже. Так что скоро можно будет есть.

— Ты сильно занята? Не хочешь со мной поесть?

— Уже не сильно. Я вроде всех накормила, только ты осталась, — на Дианином подносе появились тарелка спагетти с морепродуктами, стакан какао с молоком и шоколадный кекс.

— Ничего-себе. Это что за ресторанное меню?

— Ты не видела, что у меня в расписании готовки на смену. Ты еще не раз удивишься. Например, завтра с утра будут тосты с красной икрой. — Оттопырила повариха мизинец и прищурила глаза, не перествая улыбаться. — Я пошла сниму фартук. Иди за столик, пока-что, — сказала Наташа и скрылась где-то в кухне.

Диана прошла за привычный «вожатский» столик и еще долго гипнотизировала поднос со стоявшей на нем едой. Ровно до того момента, пока за стол не села Наташа точно с таким-же набором блюд. Они принялись есть, изредка переговариваясь на какие-нибудь темы:

— Как тебе Алита в музклубе? Скажи, талантище?! — спросила Диана

— Да у тебя весь отряд каких-то самородков. Одна играет, одна рисует, третий — на все руки мастер…

«Четвертая с клана… Пятая — сердечник… Шестая — трансвестит…» — додумала Диана.

— Чем тут вообще развлекаться можно? — Спросила вожатая

— Да особо нечем. С моим графиком работы — так только вечерами куда-то ходить, на пляж, к примеру. Там здорово по-ночам. Все засматриваюсь на яхту, только та сломана, вроде.

— О, кстати! Я выпросила от нее ключи. И от скутеров тоже.

— Да ты что?! А тебе зачем? Нерабочие же.

— Ну, чтоб самый рукастый отдыхающий их осмотрел.

— Думаешь, у него что-то выйдет?

— Не знаю. Вот и посмотрим.

— Здорово! Очень хотелось бы на ней поплавать. Если он скажет, что есть хоть какой-то шанс её починить — буду до конца смены ему вкусности таскать.

— Так! Не балуй мне отряд! А то дисциплина вся насмарку пойдет.

— Знаешь, мне кажется, что они тебя и так будут слушаться, после такого-то проишествия.. Так что — расслабься, как минимум дети теперь знают что на тебя можно рассчитывать, если что, — серьезно сказала Наташа, перед тем как втянула длинную макаронину.

— Всё-равно сильно баловать нельзя. А теперь прости, я хочу доесть эту вкуснотищу.

— Приятного!

Молча доев свои порции, Диана и Наташа встали из-за стола и только вожатая собралась прощаться и уходить — подумала.

«Может пусть с нами посидит?», — посмотрела Диана на отвернувшуюся повариху. — «Чем ей еще заниматься? Если у меня вышло с детьми найти общий язык — у неё и подавно выйдет.»

— Наташ?

— Да?

— Ты ж с нами сегодня?

— Не поняла.

— Ну, как это? Мы будем есть твой торт без тебя? У тебя ж нет неотложных дел?

— Да какие тут дела могут быть? Ну, если не помешаю твоему строгому коллективу, то я с удовольствием.

— Вот и замяли. До встречи после отбоя, — Довольная собой, Диана пошла к выходу.

Остаток вечера у лагеря оставался свободным. Ну, почти… Разве что те, кто отвоевал главенство над кружком, должны были заполнить прошения. Да и сама Диана должна была написать здоровенный отчет. Именно этим она и занялась, как вернулась в домик. Мыслей у нее было только две: «Как быстрее написать», и «Как бы поспать немного». Поставив последнюю точку в отчете, Диана глянула на часы.

«Пол девятого значит? Почти два часа писала чертову бумагу».

Она вышла из домика и побрела к админ. корпусу. Дорога не подкинула сюрпризов или случайных встреч. Собравшись постучать в дверь, вожатая так и не смогла выполнить это действие. Оттуда вышла девочка, которая обставила Дианиных парней в конкурсе программистов. Она улыбнулась и ушла по своим делам. Зайдя в административное сердце лагеря, Диана сразу обратила внимание на Сашу, сидевшего за своим рабочим местом в дальнем углу здания. Вожатая положила отчеты и собралась уходить, как её окликнули обратно:

— Ничего не забыли?

— Да вроде…

— Значит, я оставлю ключи в сейфе?

— Ой, точно!

— Вот, — положил начальник связку перед вожатой. — Но смотрите, чтоб ваш подчиненный ничего не доломал.

— Не волнуйтесь, — забрала Диана выданное. — Он смышленый. Даже с перебором. Он не будет лезть туда, где все безнадежно.

— Надеюсь. Вы что-то еще хотели?

— Нет.

— Тогда работайте, — сказал Саша и принялся читать отчет.

Диана на этой ноте покинула админкорпус и стала возвращаться в домик, чтоб хоть чуть-чуть вздремнуть. Вышло у нее это даже лучше, чем ожидалось. Разбудил же её горн, по иронии судьбы трубивший «отбой».

«Блин, голова… Я поспала два часа. Нужно еще немного посидеть перед тем, как позвать моих победителей к столовой.»

Диана взяла рацию.

— Рита.

— Да, — довольно громко раздалось из устройства.

— Ночное задание тебе. Найди: Вику, Сережу, Лену, Лизу, Алину и Алиту, и скажи им, чтоб пришли к столовой через полчаса. Сама тоже приходи, так уж и быть, заслужила за побегушки по моим просьбам.

— Спасибо, наверное… Но Алина ж в медпункте.

— Точно… Ладно, не беда, сама за ней схожу.

— А что там будет?

— Узнаешь. Давай, иди.

— Поняла, — прозвучало последнее сообщение.

Диана чуть-чуть причесалась после короткого сна и вышла из домика. Фонари в лагере погасли и опустилась непроглядная тьма. Очень неуютная тьма… Диана поставила себе цель добраться до медпункта, чтоб достать оттуда Алину.

«Не следит ли что за мной?» — подумала Диана и ощупала пояс. Кроме рации на нем ничего не висело.

По пути до медпункта еще и шорохов каких-то прибавилось. Осмотреться возможности не представлялось, а на слух ориентироваться Диана не умела.

«Мари сейчас бы пригодилась. Дрыхнет небось.»

Наконец-то, дойдя до медпункта, вожатая прислушалась: нет ли никого за его дверью. Простояв так секунд двадцать и убедившись, что там тихо, она вставила ключи в замок двери, благо, что связку она не отдавала. А то, что на ней оказался ключ от медпункта — так вообще чудо. Диана открыла дверь и не включая свет прошла до койки, где лежала Алина.

— Просыпайся, — растолкала Диана девочку. Та нехотя, но проснулась.

— А?

— Просыпайся, говорю.

— Что случилось?

— Беда случилась. Без тебя не разберемся, срочно, к столовой иди.

— Да… бегу, — в полудреме отвечала Алина. Она встала с кровати и потирая глаза, направилась к выходу.

— А тобой довольно легко манипулировать.

— А? — Обернулась девочка уже в двери. Её растрепанная прическа закрывала один глаз.

— Я поняла. Давай-давай, выходи, проснешься по дороге, — Диана легонько подтолкнула Алину чтоб та вышла с прохода. Вожатая закрыла дверь в медпункт.

— Так что стряслось-то? — вернулось к Алине немножко понимания.

— Сейчас сама все узнаешь, пойдем, — махнула Диана рукой в жесте «Следуй за мной».

Сонная девочка молча последовала за вожатой. У столовой, в то время, уже собрались все, кого Рита должна была позвать. Кто полусонный переговаривался, опиравшись на ограждение крыльца столовой, а кто просто стоял и тёр глаза. Сразу было видно, что всех подняли по «тревоге» прямо из кроватей. Лагерная форма сменилась мятыми футболками, майками, шортами и прочими «пижамными» вещами. Подошедшая к группе детей, Диана сказала:

— Ну что, интересно зачем вы все тут?

— Очень, — сказал хитро улыбнувшийся Сережа.

— Так, ты не выступай! Хоть никому не проболтался?

— Да вы что. Я — могила. — Ответил Сергей.

— В принципе, не тяжело догадаться, — съехидничала Вика, утягивая свои волосы в хвост на затылке. Она еще неоднократно его поправляла в течении чаепития из-за недостаточной тугости резинки.

— Да? Ну и что же вас ждет? — Саркастически спросила Диана

— Что-то съестное. Возможно, (БЛЯТЬ, Диана им на линейке говорила что победившим — торт) сладкое. Будет неплохо если так, а то тут с этим напряженно, — говорила Вика, держа скрещенные на груди руки.

— Тогда, тебе должно понравится, — ответила вожатая.

— Да ей совсем невтерпеж! — Сказала Рита смеясь. — До вашего прихода, уже начала в замке ковыряться, в попытке дверь открыть. Что-то у нее совсем плохо выходило.

— Похоже, ты не знаешь, что с доносчиками делают, — сказала Вика Рите максимально злобно. Последняя аж отошла на пару шагов.

— Тогда думаю, что кое-кто чуть со смеху внутри не упал, пока ты пыталась взломать замок, — Сказала Диана. — Дверь вполне себе открыта. Если ты не додумалась сначала ручку покрутить, то у меня к твоим способностям медвежатника плохие новости.

Все на крыльце дружно посмеялись. Даже вечно тихая Лиза хихикнула. Лена с Алиной уже во всю отстраненно болтали, но вдруг Алина достав с кармана форменной юбки что-то, подошла к Вике.

— Спасибо. Мне сильно помогло тогда, — протянула Алина ту самую резинку, которой Вика стянула заплетенную ей косу.

-… — помолчала Вика какое-то мгновение. — Ну и пусть дальше помогает. Я ж надеюсь, что ты продолжишь трудится на пляже? В конце смены вернешь, — отмахнулась Вика, держа на лице самодовольную улыбку.

— Спасибо. Хорошо, — робко ответила Алина.

— Так, ладно, хватит, — прервала разговоры Диана. — Я уже не могу тут стоять, — она потянулась к дверной ручке. Вожатая открыла дверь столовой и их встретила непроглядная тьма внутри. — Наташ! Выходи уже, а то сидишь тут, как сыч в темноте!

Свет в столовой внезапно зажегся и с кухни вышла повариха, поставив на раздачу поднос с медовиком. Она широко улыбнулась вошедшим со словами «Тадам!»

— Блин, сто лет тортов не ела, — сказала Лена, подходя к ближайшему столику у раздачи. Остальные последовали её примеру и тоже намеревались сеть за столики.

— Ну, вот сейчас и съешь. Чего уселись?! — Командно рявкнула Диана на воспитанников. - У нас самообслуживание, бегом за чашками, тарелками, кружками и так далее! — Отдала она приказы.

Каждый, выбрав себе чай по вкусу из столовского склада и отхватив по куску торта, сидели и наслаждались незамысловатым десертом. Не стихали удивления, вроде: «Насколько простой торт, а настолько вкусный».

Со своими кусками победители разделались намного быстрее, чем с чаем и поэтому, теперь, неспеша сидели и пили свои «изысканные» сорта и общаясь на разные темы. Диана с Наташей активно принимали участие:

— Невероятно вкусно, спасибо… — начала Алина, не зная кому сказать, то самое «спасибо», Диане или Наташе.

— Да не за что, — Сказали обе в унисон и переглянулись.

— Я и сама должна сказать «спасибо» Сереже, без него вообще — бы все сегодня были голодные, — сказала повариха и хлебнула чай с кружки.

— Да ладно вам, дел на десять минут было.

— Кстати, Серега, — сказала Диана, отвлекшись от напитка, — я ж, смотри, что выпросила, — полезла она в карман и достала кольцо с пятью ключами от водного транспорта. Она подкинула связку Сереже и тот без проблем её поймал. — Это от техники на пристани. На все скутеры только один ключ, остальные, наверное, от яхты.

— Ого! Не ожидал, спасибо. Завтра же посмотрю, что можно сделать там, — Сережа перебрал ключи в руках. — М-да, похоже, что плавсредства действительно очень древние. Ни намёка на электронику.

Остальные сидящие с удивлением охнули, пока слушали разговор Сережи и Дианы. Вика всё смотрела на парня не отрываясь, но сумела перевести внимание на новую цель.

— Значит, вас Наталья зовут? — спросила Вика у поварихи.

— Угу, — ответила та, не успев оторвать чашку от губ.

— Смотрю на вас и удивляюсь. Нет ли на кухне другой, страшной такой, обычной поварихи, которая на всех готовит под вашим прикрытием?

Наташа немного поперхнулась чаем, а Диана так и вовсе хотела осадить Вику, но та продолжила говорить:

— Просто удивительно. С вас портреты писать можно, а вы на кухне там корячитесь, — говорила Вика, медленно помешивая чай в кружке и хитро смотря на повариху.

— Ну, спасибо. Такого мне еще никто не говорил, — ответила Наташа, осознав услышанное.

— Я, если что, серьезно. Не представляете, сколько народу попросилось ко мне в кружок. Если вам будет не тяжело, то приходите попозировать. Нужно ж на чем-то тренировать молодежь. Только колпак с поварёшкой не забудьте, просто сногсшибательная картина выйдет, — снова поправила Вика хвост на затылке.

— Хорошо, я учту, — улыбнулась Наташа в ответ.

«Вот ведь Вика. Полна сюрпризов.»

— Алита, а ты чего молчишь? — спросила Диана у главного музыканта лагеря.

— Да… Думаю сижу. Ко мне тоже много народа уже подходило. А в конце смены еще и концерт: это ж номера нужны… и сценарий придумать, — ответила Алита.

— Так не одной же тебе это все делать и думать? Попроси кого-то тебе помочь. Скооперируйся с ребятами.

— Да я понимаю… Думаю, что все будет хорошо.

— Искренне на тебя надеюсь, — подмигнула ей Диана.

Вся компания переговаривалась и веселилась, обсуждая прошедший день. Конечно, не обошлось и без неприятностей, но на данный момент все были уверенны, что черная полоса прошла.

Из окон столовой лился яркий свет, а на соседнем дереве два ярко-фиолетовых глаза следили за всем этим действом, отвлекаясь то на окрестности, то на маску в когтистой руке. Мари сидела на ветке высоченной сосны, свесив одну ногу и прислонившись спиной к стволу.

«Что-ж не так с этой штукой? Раньше никогда не подводила.», — Думала она и с недоумением смотрела на активированную маску, которая все пыталась на чем-то сфокусироваться бегающими туда-сюда линзами в глазницах.

«Вся техника, по приезду сюда, сбоит и не работает. Связи нет, маски нет… Годится теперь только чтоб глаза прятать. Да и видно в ней теперь в разы хуже. Ладно, переживем.» — Подумала Мари, свернула устройство в налобный обруч и засунула его в один из подсумков.

Демоница снова начала наблюдать за столовой.

«Да когда же они уже выйдут?»

Время тянулось предательски медленно и Мари надоело сидеть. Ветка не была достаточно длинной, но демоница прошлась по ней вперед-назад, повисла на ней, сначала на одной руке, потом на другой, залезла обратно и села на корточки. Когтистой рукой немного поцарапала ствол дерева, пока на вторую руку просто оперлась подбородком.

«Даже в кустах ничего не шевельнется… Неужто та тварь померла? Пойти попугать Крухо немножко? Хотя, чем я их напугаю? Еще охоту на призрака устроят… Или на демона.»

Наконец-то внизу раздались какие-то звуки. Из столовой начали выходить люди…

«Ну неужели!»

… скрытые от любопытства Мари бетонным козырьком.

«Ну-у… Не видно же!»

Похоже, что там они распрощались и пошли в разные стороны: Дети налево, а вожатая с поварихой — направо.

«И с кем это наша Уриэль так общается? Интересно-интересно.»

Мари проследила за их путем. Около вожатских домиков Диана и Наташа попрощались, помахав друг-другу руками и повариха побрела к своему жилищу. Диана же выждала пока, Наташа зайдет к себе в дом, а потом резко подняла суровый взгляд на Мари.

«Все-таки заметила.»

Диана кивнула головой в сторону леса и Мари начала свою распрыжку по деревьям к месту, где они встретились в первый раз. Добравшись до полянки, демоница спрыгнула с дерева и приземлилась прямо в её центре. Диана выбралась из кустов только через минуту, оттряхивая форменную юбку и убирая с рубашки хвою, перед тем как подойти к своей «коллеге».

— Здравствуйте, Диана.

— Привет-привет, — тихо ответила та, все еще убирая всякие веточки с одежды.

— Вы сегодня просто в ударе. Смотрю, что доверие отряда целиком получено.

— Да. Даже немножко больше. Ну что, Мари? Есть какие-то успехи?

— Увы и ах, напротив, Диан. Ни единого шороха в кустах, ни единой потусторонней души…

— Вот значит как? — задумалась вожатая.

— Да. Даже больше скажу: у меня не работает техника. Никакая. Моя маска ведет себя как не знаю что, а коммуникатор не ловит сеть. Смартфон, кстати, тоже, но сомневаюсь, что тут виной потусторонние силы. А у вас что?

— У меня, к сожалению, тоже пусто. Я пока не исследовала территорию, да и вообще голова была забита другим целый день.

— Вот как?

— Да. Не знаю, как тебе это объяснить, и не знаю стоит ли вообще.

— Не стоит. Я была на пристани. Я все сама видела. Разрешите сказать?

— Ну говори.

— Я несказанно рада, что вам не чуждо что-то человеческое. Мы — люди, слабые создания, и восхищаемся теми, кто сильнее и просто лучше нас. Вы поступили очень человечно, присоединились к спасению того, кто намного слабее вас. Пожалели, а не остались в стороне.

— Я поняла. — Глубоко вздохнула съедаемая мыслями Диана. — Удивлена, что ты себя еще ассоциируешь с людьми.

— А как же? Я ж не демон, как таковой. Когда придет мой срок — реинкарнации не будет. Весь мой груз уйдет со мной.

— Ты в этом так уверена?

— Так говорят тетя Соня и мой Папа. Я им верю, как никому другому.

— Интересная ты, Мари.

— Спасибо, — улыбнулась демоница. — Еще, кстати, на западе от лагеря, совсем недалеко, есть какое-то большое заброшенное сооружение. Не знаю, что это, но одна я туда не полезу. Просканировать я его не смогла и все что я скажу — это личная догадка, но аура у этого места плохая.

— Думаешь, стоит проверить вместе?

— Думаю — да. Но не сегодня.

— Почему?

— Я устала, пока осматривала лес. Да и паранойя у меня взыграла очень сильная. Будто кто-то следит за каждым движением.

— У меня тоже такое было, но потом пропало. Совпадением это быть уже не может.

— Вы меня простите, Диана, но я пошла спать, а то Марго подумает о чем-то неладном, — Мари медленно пошла в сторону лагеря.

— Да, иди. Спокойной ночи, — задумчиво сказала Диана. — И кстати…

— М? — обернулась демоница.

— Ты понравилась одному моему воспитаннику.

— Надеюсь, он не сильно наглый, а то придется ему что-то прижечь, — улыбнулась Мари, показав клыки.

— Насчет этого — не переживай. Переживай, чтоб с тобой кое-кто другой разбираться не пришёл, точнее — пришла.

Мари на это лишь фыркнула и дальше пошла к лагерю, по дороге сменив форму на человеческую. Через момент она уже скрылась в кустах.

Диана же лишний раз задумалась про свою сегодняшнюю эмоциональность.

«- Ну не могла это быть я. Не могла я испугаться за нее. Это все плохо… Лишний раз напоминает, насколько у меня все плохо. Ангел должен контролировать эмоции, держать в узде, а не это все. Только холодный расчет.

— Мир в твоих глазах — гранит. Осыплется в крошки вскоре.

— Грегор? О чем ты?

— Волны разбиваются о скалу, но время покажет, что скала рухнет.

— Нет! Я останусь тверда в своих убеждениях. Ведь сомнения — это путь к падению.»

Диана постаралась отогнать эти мысли, да и Грегор перестал говорить. Зверская усталость укутала вожатую, будто одеяло и решение пойти в домик пришло незамедлительно.

«Мало-ли, что завтра произойдет?», — с такими мыслями Диана и ушла в объятия ко сну.

Глава 5

Сигнал к подъему ознаменовал начало нового дня. Несколько раз повторившись, горн непрозрачно намекал, что на сон времени больше не осталось.

Мари долго противилась своему желанию доспать до завтрака, но Рита, её соседка, внесла свою лепту в пробуждение француженки, швырнув в нее подушку.

— Сама просила кинуть в тебя чем-то, если не захочешь вставать, — сказала потягивающаяся Рита.

— Ви, спасибо́ Марго. В следующий раз буду́ при тебе говорить аккуратне́е, — ответила Мари картавя букву «р» и неправильно расставляя ударения.

— Два дня всего прошло, а ты уже так уверенно говоришь по-русски, — Рита встала с кровати и села на корточки у тумбочки, в попытках найти там умывальные принадлежности. Окончательно проснувшаяся Мари тоже стала искать все то, чем наводился утренний марафет.

— Мерси, я стараю́сь, — сказала Мари, найдя пакет со всем необходимым.

Рита уже стояла рядом с дверью домика. Её футболка, выполнявшая здесь роль пижамы, висела аж до колен, а ворот был растянут настолько, что демонстрировал голое правое плечо. Левое же, было закрыто и дополнительно защищено перекинутым через него полотенцем. В левой руке Рита держала пакет с умывальными принадлежностями, а правую руку держала на ручке двери готовая её открыть в любой момент.

— Ну ты идешь, Мари?

— Ви, пойдем, — сказала та, как раз вытащив свой пакет из тумбочки. На ходу она закинула и свое полотенце на плечо.

Рита открыла дверь домика и взгляду открылась жилая территория лагеря. На небольшом удалении друг от друга находились пятьдесят домиков, каждый из которых вмещал в себе по два человека. Домики делились на мужские и женские, но четкого разграничения не было, и соседство домика мальчиков с домиком девочек — было вполне нормальным делом. Также, единой схемы расположения они тоже не придерживались: жилище Риты и Мари смотрело в бок домику, что располагался впереди, а домик за их обиталищем смотрел соседнему четко в зад.

Пощурившись на утреннее солнце, спустившись с крылечка и обув пляжные шлепки, девочки пошли на встречу одному из открытых умывальников, топча под ногами хвою и шишки. Из остальных домиков только сейчас стали выходить заспанные отдыхающие.

— Где же ты была ночью-то, Мари? Пришла где-то через час после отбоя, — поинтересовалась Рита.

— Да… гулять была. Не далеко, — ответила Мари.

— Ночью? Уже не в первый раз. Нашла какое-то место особое?

— Но. Просто была на пляже́. Там Луна сильно белль была.

— Сильно «белль»? Это красивая, типа? Понятно.

— Да, люблю, когда она от воды… — запнулась Мари

— Отражается?

— Ви, отражается, — улыбнулась она.

— Поняла.

За разговором девочки и не заметили, как дошли до умывальников. Не смотря на довольно резвое просыпание и сбор, они не были первыми, кто решил умыться. Мари узнала девочку, которая плела косу пловчихе на пристани. Она стояла и чистила зубы, отвернувшись от умывальника и осматривала всё, что попадало в поле зрения. Вот и сейчас её взгляд упал на приближающихся Мари и Риту, и последняя решила поздороваться:

— Доброе утро, Вика. — Внятно ответить та, с щеткой в зубах, не могла, так что просто лениво махнула рукой.

Прибывшие заняли по умывальнику и принялись выполнять свои утренние ритуалы. Вода, как всегда, была просто ужасно холодной. Забыв про этот фактор, при попытке прополоскать рот Мари немедленно выплюнула все то, что так уверенно отхлебнула из краника. Вика, увидев это, злобно хихикнула; она как раз закончила умываться и перекинув полотенце через плечо, ушла куда-то.

«Посмотрим, как ты будешь смеяться, когда твои волосы пыхнут синим пламенем» — подумала Мари.

— Да не обращай на неё внимания, — Сказала, заметившая всё, Рита. — От нее пока-что плохо только Егору.

— А ки… Тое́сть кому?

— Да одному мальчику с нашего отряда. Что-то Вика его прям невзлюбила.

— Э клер… Не буду́ им мешать. Пойдем обратно́? Скоро завтра́к.

— Погоди ты, шустрая… Я еще не умылась.

Путь до домика не занял много времени и прошел молча. Как ни странно, все время девочки провели у умывальников одни, никто к ним так и не присоединился. Зато, жилой сектор действительно ожил. Теперь отдыхающие ходили туда-сюда по своим делам, а те, что помладше так и вовсе бегали, забыв где-то тормоза. Один такой чуть не сбил зазевавшуюся француженку.

— Аккуратнее на дороге, — решила пошутить Рита.

— Ви, моя фу па.

— Что твоя?

— О.щибка́. — еле произнесла Мари.

— А, извини. Мне всегда казалось, что я понимаю французский, а тут вон как вышло.

— Не пере́жива́й. Я повторю если́ что.

Девочки дошли до своего домика. В привычных шортах и футболках было, конечно, ходить не в пример удобнее, но форма — есть форма. Зайдя внутрь, девочки подошли к своим кроватям, поскладывали все умывальные принадлежности в свои тумбочки и вместе подошли к одному стулу, на котором небрежно лежали два комплекта женской лагерной формы.

— Думаешь стоить быть опрятнее? — Спросила Рита.

— Но, гении́ властвую́т над ле десорде́р.

— Чем?

— Если б знала́ на руссэ́ то сказала бы.

— Логично… Где твоя, а где моя? — Взяла Рита первую попавшуюся форменную рубашку.

— Это мон. Она на тебя будет длинная́, — закончив фразу, Мари скинула с себя свою «пижамную» футболку и шорты, которые, смятые в комок, полетели на кровать. Она забрала свою рубашку и накинула её на себя, стоя перед зеркалом, что висело на внутренней стороне дверцы шкафа. Мари не спешила застегивать пуговицы на ней и просто крутилась перед зеркалом, рассматривая себя с самым безразличным лицом. Рита, в тот же момент, была уже почти полностью одета, оставалось лишь завязать галстук, с которым она не была способна справится самостоятельно.

— Ты долго еще собираешься крутиться перед зеркалом в таком виде? — Ехидно спросила Рита.

— Не знаю́, Ваша Вика́ додумала́сь превратить форму в нечто́ уникальное. Может и у меня вийде́т?

— Подумай. Но сомневаюсь, что тебе просто так разрешат изменить внешний вид. Да и тебе стараться особо не нужно, Мари. Посмотри на себя, всё бы отдала за твои ноги… И так слишком много всего выделяется, даже за скучной лагерной формой.

— Думае́шь? — осмотрела Мари свою ногу, подняв её под прямым углом, — До сих пор не думаю́ что это стоило шесть лет бега́.

— Уверена. Так что давай, скоро завтрак.

Мари глянула на Риту и кивнула. Забрав со стула остальные элементы формы, она быстро их надела. Рита же подошла и завязала ей рыжий галстук, а как закончила — то ожидала соответствующего действия от соседки. Как все было готово — девочки вышли из домика закрыв его на ключ.

— Не знае́шь, что сегодня за программа́? — Поинтересовалась Мари.

— Почему ты думаешь, что я знаю?

— Ну ты ж помощница конселье.

— Ну она ж не отчитывается мне по каждому поводу. Прости, я не знаю.

— Десоли́…

Стоя на крыльце домика, девочки не знали куда идти: горн на завтрак еще не прогремел, а других занятий пока придумать не было возможности. Сев на ступеньки домика, соседки принялись ждать.

— Онуи-и, скорей бы чем-то заняться, — сказала Мари.

— Мне тоже скучно. И что ты собралась делать?

«Не могу же я ей сказать… Ща что-то совру»

— Ну, може́т в клуб записаться?

— А в какой ты хочешь? Программирования?

— Издевае́шься? Да я клавиер сломаю́, но ничего не напишу.

— А куда тогда?

— Да я просто́ подумала́ вслух.

— Понятно.

— А сама куда-то́ хоче́шь?

— Думала про музыкальный или рисования. Уж сильно Вика и Алита хороши.

— Ви, я помню́.

«Скорей бы заняться своими делами. Еще чего не хватало — в жизни лагеря участвовать.»

Прогремел горн.

— Ура! Есть хочется. Наконец-то! — подскочила Рита со ступенек. Мари же, в свою очередь, просто поднялась и оттряхнула юбку сзади.

— Алю. Я тоже́ есть хочу. — Сказала Мари.

Девочки двинулись в столовую. Они вышли из жилого сектора, миновали площадь, прошли мимо медпункта и наконец пришли в точку назначения. Никого на крыльце столовой уже не было, зато было отлично слышно, как стучат вилки-ложки по посуде.

— Надею́сь, что наше́ место не занято, — говорила Мари пока подходила к крыльцу

— Оно заколдованное… Туда никогда никто не садится.

Зайдя в столовую, было обнаружено, что раздача была забита. Три повара раздавали завтраки, но очередь двигалась крайне медленно. Спустя минут десять и Мари с Ритой получили свои порции. Они направились за «свой» вечно пустой столик, находившийся чуть ли не по середине столовой у колонны, подпиравшей стеклянный потолок. Поставив свои подносы с завтраком на стол и сев за него, девочки оценили, что же они будут есть.

— И это они раздавали пятнадцать минут? Три бутерброда и чай? — Возмутилась Рита. — Да и что это вообще такое? — подняла она одну из хлебин с маслом и красными шариками на нем.

— Ты чем-то не довольна́? Нам на завтрак дали кевиа́р, а она возмущается…

— Что дали? — Переспросила Рита.

— Ну… Как на руссэ́ будет то, чем рыбы размножаю́тся?

— Икра… Ты хочешь сказать, что это красная икра?

— Ви, сразу́ же видно́.

— Обалдеть! Впервые в жизни вижу её вживую…

— Серьезно́? — спросила Мари откусывая кусочек от своего бутерброда, с аппетитным хрустом.

— Да. Всегда хотелось попробовать что-то такое.

— Ну так пробу́й, только не жди ничего сверх меры́. — Сказала Мари доев первый бутерброд.

Рита отошла от легкого шока и наконец-то попробовала утреннее угощение. Она долго смаковала икру и не знала, насколько сильную долю разочарования продемонстрировать.

— Она… довольно соленая. Немного не это я ожидала.

— Что, не понравила́сь? Давай мне тогда, — хитро улыбнулась Мари и медленно потянулась к тарелке своей соседки.

— Не дождешься. Я не сказала, что не понравилась.

— В первый раз всегда так.

Рита и Мари молча доели остаток завтрака. После сдачи подносов обратно, соседки вышли из столовой.

— Какое-то ужасно вялое утро, — сказала Рита.

— А чего ты хотела́, Марго? Радуйся́. Сейчас може́м спокойно пойти… На пляж.

— Твоя правда. Но ты забыла про линейки. Сейчас нас созовут и нагрузят чем-то.

Только Рита закончила говорить, как у нее зашипела рация.

— Ой. Да! — ответила Рита в устройство. Мари не смогла разобрать ничего из раздавшегося шипения, а все что было услышано, было разбито, хоть и о низкий, но присутствующий языковой барьер. — Поняла! — снова сказала Рита в рацию и быстро убрала её на пояс. — Я ж говорила, Мари, — обращалась Рита уже к своей соседке. — Вот, только что Диана велела всех собрать на линейку на площади. Мне нужно бежать. Встретимся на пляже тогда, позже? — говорила Рита, быстро отходя от Мари спиной.

— Ви, беги, — улыбнулась та, уже в спину убегающей соседке.

«Вот и хорошо. Чем больше времени я буду находится одна — тем лучше для моего расследования. Нужно будет пойти в домик, забрать подарочек тети Сони и продолжить искать…» — подумала Мари.

Пройдя почти всю площадь, она резко остановилась и повернулась переполненная уверенности, что Луи тоже захочет всех собрать.

«Логично же? Зачем мне уходить, чтоб потом возвращаться?»

Вот только вся уверенность разбилась о скалу, в виде незнакомого человека, с которым Мари столкнулась: что-то с грохотом упало на брусчатку главной площади лагеря, а на неё, сквозь очки, смотрели два удивлённых глаза. Зрительный контакт не прерывался секунды так три, но Мари решила развеять это глупое молчание:

— Екскьюзе муа.

— Эм-м… — замешкался парень. — Я не понимаю.

— Прости́.

— А… Да, ничего, — блондин в очках присел и принялся собирать все то, что уронил.

— Разреши помочь, — сказала Мари и присела рядом.

По брусчатке всего-то разлетелись несколько ключей: связочка из трех на большом кольце и один ключ с маленьким. Мари подобрала ближайший ключ и протянула его парню. Они поднялись и продолжили свой случайный разговор:

— Еще раз екскьюзе, буду внимательнее, — сказала Мари и попыталась уйти с места «ДТП».

— Подожди, — окликнул её парень. Она обернулась. — Тебя как-то зовут? То есть, тебя как-то зовут. В смысле… — он выдохнул, — Как тебя зовут? — Тер парень затылок.

— Мари. Я с франсэ отряда́.

— Да я уже догадался, — улыбнулся парень. — Меня зовут Сергей. Если это важно, то я с русского отряда.

— Приятно́ познакомится́. — Улыбнулась Мари и откинула локон за ухо.

— Ты… Поразительно хорошо говоришь на русском, — не знал, что еще сказать Сережа.

— Мерси. Я долго учила́сь.

Повисло неловкое молчание. Оба виновника столкновения смотрели друг на друга, подыскивая нужные слова.

— Слушай, а у тебя есть друзья в других отрядах? — поинтересовался Сережа.

— Ви, моя соседка с твоего отряда́. Марго.

— Кт… — запнулся Сережа, — А, Рита. Я понял. Ну, если тебе захочется пообщаться еще, то… можешь найти меня на пляже сегодня, на пристани. Если, конечно, ну очень захочешь… Я теперь, кажется, всю смену там проведу.

— Бьён. Я приму к сведению́. — Сказала Мари. — Прости, там собрание́ должно быть.

— Какое?

— Ну… Как там сказа́ла Марго…? О! Линейка́.

— А, ты об этом. Ну, у меня есть маленький иммунитет. Диана не обидится, если я один разок не приду.

— Хорошо тебе. Десоли, но мне пора идти.

— Да… До встречи, тогда?

— Ви.

Мари окончательно развернулась и пошла обратно вглубь площади, но еще долго чувствовала взгляд Сережи на своей спине.

«Супер, только женихов мне тут не хватало…» — подумала Мари.

Дойдя до центра площади, она лишний раз убедилась, что спешила напрасно. Остальной отряд подтянулся спустя минут пять, а сам Луи, в довольно подавленном состоянии, явился еще через столько же. Наверное, его гордость была подорвана тогда, на причале. Вяло прочитав распорядок дня, Луи пожелал всем удачи и сказал, где он будет находится в случае чего. Сам он присоединится к отряду ближе к вечеру, ибо остались какие-то проблемы с заполненными бумагами.

Вздохнув с облегчением, узнав, что распорядок дня был довольно «жиденьким», Мари поспешила к своему домику забрать кое-что, по её мнению, абсолютно необходимое.

Замок на двери домика несколько раз щелкнул. Мари позакрывала все окна, позаботилась о том, чтоб через них ничего не было видно.

«Надеюсь, что еще и слышно не будет» — подумала Мари и хлопнула в ладоши.

На мгновение вспыхнул огонь, а еще через миг Мари предстала в своем потустороннем облике. Демоница размялась и потянулась.

«Жалко, что я так все время находится не могу. Была бы я на месте Дианы, то превратилась бы в Уриэль, сняла все это ангельское мерзко-белое снаряжение, состригла б нафиг эти длиннющие волосы и наслаждалась бы состоянием и возможностью преодолеть весь лагерь одним прыжком. Надо будет ей предложить эту затею» — подумала Мари.

Времени у демоницы было хоть отбавляй, но от внезапного прихода в домик своей соседки она была не застрахована. Мари присела рядом со своей кроватью и вытащила из-под нее свой рыбацкий кофр, с которым приехала.

«Как это еще у меня никто не поинтересовался зачем он мне нужен?»

Расстегнув змейку на самом большом из отсеков, стало ясно, что Мари в нем хранила вовсе не удочки. В кофре материализовалось дополнительное оборудование, которое было любезно предоставлено ей на эту миссию. В сумке лежали: меч в ножнах; непонятный, на первый взгляд механизм и запас всякого добра в виде шприцов-инъекторов и прочих редко используемых расходников, расфасованных в сумочки, которые можно было прицепить на пояс.

«Та-ак, что мне из этого надо? Вот это точно пригодится!» — взяла Мари тот самый непонятный механизм. Он представлял из себя довольно длинную прямоугольную коробочку, из одной стороны которой торчал острый наконечник, а на другой стороне — располагалась катушка с намотанной на неё цепью.

«Значит, серийный образец? Выглядит как-то совсем не впечатляюще. Что-то не верится, что эта штука меня запросто поднимет на высоту в несколько десятков этажей» — подумала Мари и прицепила чудо демонических инженеров себе на внутреннюю сторону предплечья, чуть ниже коммуникатора, закованной в металл когтистой руки. С новым элементом правая рука Мари стала выделяться из общего вида еще сильнее, став еще массивней. Находившийся ровно по середине предплечья, ныне бесполезный, коммуникатор всем своим видом показывал, что не уступит этому хитрому механизму свое место. Не то чтоб он имел свой разум, просто вмонтирован был так, что пришлось бы снимать весь наруч целиком, чтоб от него избавиться. Мари все сидела и рассматривала новое устройство.

«Как там тетя Соня говорила на брифинге? Что-то про „прицепишь“, что-то про то, что рука — только проект, что-то про… О! Про проводок в воротнике моей куртки! Его нужно пристыковать к дырке в моем затылке, которую мне любезно оформил тот здоровяк-кузнец. И зачем вообще это было нужно?»

Мари полезла левой рукой в воротник куртки и начала там искать заветный проводок. Как оказалось, он был вполне себе надежно спрятан. Мари его несильно дернула, вытащив на, казалось ей, нужную длину, нащупала пальцем острый край проводка, который заканчивался каким-то контактом и ткнула этим контактом в то место, где по её ощущениям находилась тот самый проделанный прокол. Мари не ошиблась ни на микрон и точно попала в окантованный металлом порт в ее шее. На секунду в ее глазах помутнело.

«Какого сейчас произошло?» — подумала Мари. Теперь этот проводок заметно мешался, когда она крутила головой, но, по ощущениям, ничего сверх дискомфортного.

Нахлынули какие-то странные чувства. У Мари как будто отросло несколько новых пальцев, но глянув на свою правую руку, ничего лишнего демоница не увидела. Интуитивно ей захотелось пощупать металл доспеха своей руки и тут её настигло первое удивление. Она чувствовала прикосновение к металлу, будто это её кожа; поглаживания, тяжесть нажима, попытку поцарапать металл ногтем…

«Ну и дела»

Мари пошевелила пальцами — все до единого её слушались беспрекословно, но не покидало чувство, что есть еще места на руке, которыми она может управлять; и только она сумела «пошевелить» тем самым «местом», как её настигло второе удивление. Прицепленный ею ранее механизм начал работать и выкинул с корпуса острый кончик, который, в падении, раскрылся, но не долетев до пола, повис на цепочке, которая ранее была намотана на катушку.

«Так это гарпун? Вот как эта штука меня поднимать собралась?!»

Повторив «движение», катушка отмотала еще участок цепи. Теперь раскрытый острый конец уже лежал на полу.

«Хмм… А если так?» — подумала Мари и предприняла попытку сделать действие понятное только ей в данный момент. Лежащий на полу конец гарпуна закрылся и теперь был просто похож на кончик стрелы, прикрепленный к цепочке.

«Ага, значит это я убрала бородки, которые мешают его вытащить. А если так?» — совершила Мари действие противоположное предыдущему. Наконечник снова раскрылся.

Внимание Мари резко переключилось на дверь, в которую постучали.

«Нет-нет-нет, не сейчас!» — Подумала Мари и не успев хлопнуть в ладоши, смотрела уже на распахнутый вход.

На пороге дома стояла Диана. Взгляд её был переполнен интересом, но слегка приправлен злостью. Она зашла и закрыла за собой дверь.

— И что ты себе думаешь? — спросила вожатая на французском, уставившись на стоящую посреди домика Мари, со свисающей с руки цепью.

— Да… Вот решила с оборудованием поиграться.

Диана, тяжело выдохнув и демонстративно закатив глаза, сказала:

— Мари. Будь же ты серьезней! Если б тебя кто-то другой увидел?

— Я закрывала замок! Как вы его открыли-то?

— Легко и просто… Нужно сказать, чтоб починили. С чем хоть играешься-то? Что-то выглядит не особо внушительно. — посмотрела Диана на лежащий на полу отмоток цепи.

— Да вот… Это гарпун-лебедка. Не совсем понимаю, как он работает еще. Управляется так, будто он часть тела.

— Часть тела значит? Что-то он у тебя висит крайне безвольно.

— Вот я и не понимаю, как его смотать. Да и вылетел он как-то вяло.

— Что еще у тебя есть?

— А, посмотрите в сумке, — указала Мари на рыбацкий кофр.

Диана подошла к сумке ближе и удивилась, не успев даже наклонится.

— Откуда это у тебя? — Диана взяла в руки меч в ножнах.

— Тетя Соня выдала.

— Выдала значит? И ты не знаешь, что это за меч?

— Не-а, — Все смотрела Мари на свою руку и шевелила пальцами без устали.

— Он принадлежал Джезалю. Черн…

— Черному колоколу, да-да, я знаю, кто это такой. Мы виделись.

— Виделись… Как виделись?!

— Ну, вот так. Он в моего отца вселился и не дал тете Соне наше семейное имение разрушить.

— … — Помолчала Диана какое-то время осознавая. - Так вот. Это один из его мечей. Второй сама Соня носит, — Диана вынула серый меч из серых ножен. Надпись вдоль клинка на мистиче гласила «феррум».

— А! В мече тети Сони был осколок души Джезаля. Может и в этом есть? Знаете, только сейчас заметила, что они действительно похожи. Только цвет разный.

— Что-что в нем было?! Ты не ошибаешься?

— Нет. Мне папа рассказывал. Но он сказал, что всё. Больше осколков не осталось.

— Интересно… Тем не менее, это очень грозное оружие. Береги его, раз доверили.

— Ага, хорошо-хорошо, — сказала Мари, казалось, пропустив всё мимо ушей и, неожиданно, даже для себя, заставила цепь немножко смотаться. — О! Вышло! — Добавила она и смотала цепь с гарпуном окончательно.

— Любопытная вещица.

— Возможно и так, но уж очень тяжела в освоении, — махнула Мари рукой.

Да махнула так, что гарпун вылетел с механизма с такой силой, что проделал в её домике дырку и улетел в непонятном направлении.

— Смотай! Смотай немедленно! — крикнула Диана.

— Я не могу! Не слушается! — Мари бросила попытки смотать гарпун по правилам и просто начала тянуть его за цепь, перебирая руками.

— Быстрее. Нельзя чтоб кто-то заметил!

Мари тянула как можно сильнее и размашистей, ровно до того момента, пока раскрытый наконечник гарпуна не встретил препятствие в виде стены. Бородки не позволяли его затащить обратно, а Мари тянула все сильнее.

— Что ты делаешь? Ты сейчас стену выломаешь! — Крикнула Диана.

— Так… Фух, спокойно.

— Что спокойно?!

— Сейчас все будет, — отпустила Мари цепь, отчего та рухнула на пол, звякнув. Она закрыла глаза.

— Что ты делаешь?

— Тише, не мешайте.

Демоница стояла молча примерно секунд пятнадцать. Первым же движением после «пробуждения» она снова взялась за цепь и дернула её, вырвав гарпун из стенки домика. Наконечник тяжело рухнул на пол.

— Фух, — сказал Диана. — А смотать?

— Не все так быстро. — Мари подняла левую руку и прикрыла ею лицо. Правую руку она максимально вытянула от себя. Через пару секунд цепь начала медленно сматываться в корпус механизма, а еще через секунду с утроенной скорость смоталась полностью. Демоница тряхнула правой рукой, звякнув металлом.

— Вроде все.

— Надеюсь… — сказала Диана. — Впечатляющая штука.

— Да, я почувствовала с какой силой она мотает. Она с лихвой меня сможет поднять в воздух.

Вожатая, все это время державшая в руках меч, протянула его.

— Не знаю, пригодится ли он мне. — пожала Мари плечами.

— Будем надеяться, что нет, но на всякий случай…

Забрав оружие с рук потусторонней коллеги, Мари уставилась на него молча.

— Чего застыла? — спросила вожатая.

— Ну. А куда его?

— Понятно. Дай, я за спину его тебе кину. На поясе он будет мешать.

Диана забрала меч и, обойдя Мари, перекинула лямки на ножнах.

— Затяни их как обычный ремень и будет тебе счастье.

Мари покорно выполнила сказанное Дианой и меч теперь висел у нее за спиной, без посторонней помощи.

— Вот. Я так понимаю, ты немедля хочешь пойти на поиски?

— Да. Вернусь в обед, а потом снова продолжу.

— И что же ты найти хочешь?

— Хотя бы ту тварь. Все думаю еще, осмотреть ли заброшку в лесу, но как я говорила, идти туда одной…

— Поняла. Ну я ж могу рассчитывать на твои сведения?

— Мы в одной лодке, Диан. Можете.

— Спасибо. Может… превратишься обратно?

— Ой. Да, — хлопнула Мари в ладоши.

— Вот. Так ты выглядишь привычнее.

— Не могу не согласиться.

Мари пооткрывала все окна, застегнула кофр и убрала его под кровать. Замок открывать смысла не было, похоже он и так со своей прямой задачей не справлялся. Диана молча вышла из домика и направилась по своим делам, еще раз одарив Мари взглядом перед выходом.

«Найти бы Марго. Предупредить что у нас замок сломан» — подумала Мари, аккурат перед тем, как в поле зрения появилась Рита. Она подбежала к домику и начала говорить.

— Ой, Мари. Ты тоже что-то забыла?

— Ви, забыла́. Марго?

— Да?

— У нас не работае́т замок. Сможе́шь что-то сдела́ть?

— Вот как? Думаю, да. Я скажу Сереже, чтоб посмотрел. Он у нас на все руки мастер.

— Мерси, а то у меня дела. Я побежала́.

— Дела? — сказала Рита уже уходящей соседке.

«Куда б податься? Обычно за сценой никого не бывает. Там и к забору близко.» — думала Мари приближаясь к центру лагеря.

На каждой скамейке на площади сидело, как минимум, по человеку, читающему какую-то книгу, а товарищ Карпов все также смотрел на ворота лагеря, натирая свои очки. Следующее место на пути Мари, стадион, тоже не пустовало: кто-то наматывал круги на беговой дорожке, кто-то играл в футбол, кто-то в волейбол, а кто-то занимался на площадке. Наконец-то Мари вышла к сцене, где её ждал неприятный сюрприз: там тоже находились люди. Черноволосая девочка, известная ей по музыкальному клубу, стояла и записывала что-то в блокнот, пока по сцене ходили уже знакомые отдыхающие в лице очкарика Сережи и той самой девушки, с которой поздоровалась Рита у умывальников. Через пару минут показались еще четверо детей помладше. Они бегали, кричали и наслаждались какой-то собственной игрой. Вика с Сережей постоянно перемещались по сцене что-то трогая и высматривая, а как находили, то кричали это черноволосой, на что та все записывала.

«Хоть бы не заметили» — подумала Мари, немного ускорив шаг.

Спустя время, сцена была уже далеко за спиной, а ограда лагеря возникла в поле видимости.

«Ну, сюда уж точно никто не додумается прийти» — подумала Мари и замахнулась для хлопка, но…

— Стоять на месте, нарушитель! — Услышала она русскую речь тоненьким детским голоском, которая прервала её хлопок. Она быстро обернулась и увидела ту самую группу детей, которая весело бегала у сцены.

— Все-таки заметили, — сказала Мари на французском.

— Что она говорит? — спросила, с виду, самая младшая девочка у двух близнецов.

— Не знаю, — ответил один из них.

— Был бы Папа — перевел бы, — сказал второй.

— Ты что тут делаешь? — спросил четвертый мальчик, который произносил фразу про «нарушителя» и стоял впереди всех.

— Я… потеряла́ здесь одну вещь.

— Ого, она по-русски говорит! — удивились близнецы.

«Надо быстро что-то потерять» — подумала Мари и сняла заколку с длинных волос.

— Давай мы тебе поможем! — громко сказала девочка.

— Ви, было́ бы непло́хо. — улыбнулась Мари. Выждав момент, пока дети отвернуться, она, неглядя, вещицу откинула.

«Боги, мама Авелин меня убьет, если не найду обратно. Её серебряная заколка…»

— Она так мило разговаривает! — сказал самый первый мальчик.

— Да-да, — подтвердила девочка. — А что ты хоть потеряла?

— Пенсэ́ я потеряла́. Заколку́ то е́сть. Где-то́ тут.

— Не проблема! За работу! — крикнули Близнецы по очереди.

Мари «искала» в абсолютно противоположном месте от того, куда она заколку действительно кинула. Ей помогала девочка, пока мальчики искали там, где нужно.

— Тебя как зовут? — поинтересовалась самая младшая.

— Же суи Мари. А тебя как?

— Оля. Приятно познакомится, Жесуимари.

— Но. Просто́ Мари, — сказала девушка с улыбкой.

— Ой, прости. Как выглядит твоя заколка, Мари?

— Она бела́я и блестит.

— Поняла. Тогда точно найдем.

— Не могу найти, но не сдамся! — подошел и почти прокричал парнишка, который заявлял про «нарушителя».

— Ви, верю́. Тебя как зовут?

— Меня? Валера. Валера Крухо! — гордо заявил малец.

— А я Мари. Спасибо что помогаешь, — улыбнулась девушка, хоть и немного дёрнулась от услышанного. Смущенный, казалось обычным ответом, младший, принялся за поиски с новой силой.

— Ну все, теперь он от тебя не отстанет, — сказала Оля.

— Почему?

— Понравилась ты ему. Поэтому, он и потянул нас сюда, как только тебя увидел.

«Ну класс! Только этого не хватало.»

— Бедны́й, не знае́т на что подписался́.

— А ты правда красивая, не то, что девушка моего брата. И злой не кажешься, — говорила Оля не отвлекаясь от поисков.

— Пардон, куа? Что ты сейчас сказала́?

— Нашли! — держал один из близнецов «потерянную» заколку.

«Слава богам! Обнять готова этого ма́лого»

— Мерси тебе большое! — осуществила Мари задуманное и забрала «потерю». Бедняга аж дар речи от такого жеста потерял. Теперь его брат смотрел на него немножко завистливо, а Валера — так и вовсе — злобно.

— Вообще-то мы вместе её нашли, — сказал второй близнец.

— Ви, Мерси и тебе. Иди сюда, — расставила Мари руки. Второй близнец быстро приблизился и с довольной миной получил свою долю объятий. Теперь же у Валеры ненависть к этим двум лилась через край. Мари и это заметила.

«Боги… Ладно, продолжу играть благодарную дурочку.»

— Валера́?

— Да? — ответил юный Крухо обиженно. Мари подошла к нему ближе и наклонилась, с руками за спиной, к уровню его лица. Бедняга аж взгляд отвел от такого.

— Тебе отдельное мерси за то, что всех привел, — сказала Мари перед тем, как чмокнуть парнишку в лоб. Отойдя от такого, Валера раскраснелся и быстро убежал с места поисков. Удивленные близнецы поспешили его догонять, а Оля осталась на месте.

— Нельзя так, Мари. Теперь их внимание будет полностью твоим.

— Думае́шь?

— Уверена, — сказала Оля, закрыв глаза.

Со стороны сцены показалась еще одна фигура. Она была мужской, высокой, статной и стремительно приближалась к Мари и Оле. Младшая, открыв глаза, сразу побежала к нему навстречу, обняла за талию и смотрела снизу вверх прямо парню в глаза. Потом она взяла его за руку и быстро потащила в сторону Мари. Пока она прибирала волосы заколкой, Оля успела подвести парня вплотную.

— Мари, это мой брат! — протянула Оля его руку за него самого.

— Салю, — сказала наигранно ошарашенная Мари.

— Привет, — робко сказал парень. — Оль?

— Да?

— Ты что тут делаешь? — продолжал он.

— Помогала Мари заколку искать. Она добрая и красивая. Не то что Юля! — Говорила Оля, ни секунды не стесняясь.

— Мы ж говорили уже об этом, — говорил парень сестре. — Прости за это, — обратился он уже к француженке. — Мари значит?

— Ви.

— А я Никита. Как ты поняла — это чудовище…

— Эй! — крикнула Оля.

— …моя сестра. Спасибо, что присмотрела за ней, — робко улыбнулся Никита.

— Но мерси, она мне сильно́ помогла.

— Ты здорово говоришь по-русски.

— Мерси, я стараюсь.

Повисло молчание.

«Когда же вы уже смоетесь?»

— Ты не возвращаешься? — спросил Никита и показал большим пальцем в сторону лагеря.

— Но, я тут хотела́ побыть.

— Твое право. Пойдем, Оля.

— Увидимся на обеде! — крикнула уходящая с братом девочка.

«Наконец-то!» — подумала Мари и хлопнула в ладоши, как только в поле видимости никого не оказалось. Явив свою демоническую натуру, Мари пару раз присела, а потом одним махом перепрыгнула через лагерный забор. Появилось чувство безнаказанности и вседозволенности. Решив, что по деревьям она еще успеет напрыгаться, Мари быстрым шагом отдалялась от лагеря с желанием найти такое место, где вдоволь можно «наиграться» с новым оборудованием. Меч непривычно покачивался за спиной, а получивший чувствительность металл правой руки, как будто начал чесаться.

«Надеюсь, я к этому быстро привыкну, а то пока раздражает сильно…»

С высоты деревьев было не понятно, но вот пешая прогулка показала Мари, что вся территория лагеря находилась в какой-то низине, по сравнению с прилегающим лесом. Каждый шаг вперед как будто поднимал демоницу на сантиметр выше. Обернувшись и все еще выхватывая в поле зрения лагерное ограждение, Мари подумала.

«Странно, может кажется?»

По ощущениям и допущениям демоница решила, что она прошла достаточно.

«Как же тяжело-то без шагомера и компаса в маске. Вот уж не думала, насколько это будет большая потеря…» — подумала Мари и остановилась. Оглянувшись вокруг, демоница оценила место.

«Хм-м… Дерево, дерево, камень и… Снова дерево. Ну тут точно будет куда пометать всякое. Блин, какие же деревья ровные и высокие. Как будто специально отбирали.»

Мари достала из-за спины меч. К ее удивлению, он был поразительно легок и очень удобен. Рукоять оставляла достаточно места для хвата обеими руками. Она демонстративно им махнула пару раз и приметила на одном из деревьев довольно толстую ветку.

«А ну, сможет ли?» — подумала Мари и налетела на неё с занесенным мечом. Подскочив на расстояние удара, демоница рубанула мечом по ветке, отчего та отделилась от ствола дерева, повиснув в воздухе, казалось, еще на какое-то мгновение.

«Ничего себе. Будто и не резала ничего. Прошел как горячий нож сквозь масло. А ну-ка» — подумала Мари и уставилась на валун, лежавший неподалеку. Она глянула на меч, потом снова на валун. Подойдя к камню вплотную, демоница высмотрела самую тонкую его часть и взяла меч двумя руками. Удар пришелся по камню в горизонтальной плоскости, правда, с виду казалось, что Мари орудует топором. Валун стал бы сантиметров на десять короче, если б «Феррум» не застрял в нем на середине пути. Порез на камне был идеально ровный, как от скальпеля хирурга. Вот только «скальпель» ну никак не хотел выниматься. Мари пыталась его вытащить силой, хитростью, ловкостью и еще целой кучей способов. Пока она тащила его двумя руками упершись обеими ногами в камень, в ход даже пошли уговоры и мольбы, но меч не поддавался ни в какую. Поняв тщетность своих попыток, Мари отпустила рукоять меча и рухнула спиной на траву расставив руки.

«Может Диана права? Нужно стать серьезнее. Только что я, считай, испортила дорогой, может даже, реликтовый меч» — думала Мари и смотрела на противоположно стоящее от камня дерево. Примерно на середине его ствола находилась толстенная ветка.

«Интересно, если я примотаю лебедку к рукояти и спрыгну оттуда, я вырву меч или мне оторвет руку? Может мне Диану попросить его вырвать? У Харнатов ведь силушки побольше будет… Не люмиксом же мне жечь этот камень?»

Мари поднялась, отряхнула одежду и теперь уже смотрела на дерево в нормальном ракурсе, а не вверх ногами. Демоница окинула взглядом недавно прицепленное устройство на своем предплечье. Выпрямив руку и направив её на ветку, Мари сосредоточенно на нее смотрела.

«Как там надо было? Кажется, вот-так» — подумала Мари и из устройства с шумом вылетел гарпун. Так и не долетев до ветки буквально метр, наконечник с цепью рухнули на землю под силой гравитации.

«Мало усилия значит. Ладно, как там это дело сматывается?»

Усилие Мари ничего не дало. Наконечник снова пару раз открылся и раскрылся.

«Не, ну я так не играю. Давай, слушайся» — подумала Мари и приложила еще одно усилие. На этот раз цепь с грохотом смоталась, а через миг механизм был готов к новому использованию. Она снова выпрямила руку целясь в ветку.

На сей раз гарпун вылетел с такой силой, что пробил ветвь насквозь, оставив в ней аккуратное отверстие. Радостная своей маленькой победе, Мари подпрыгнула, но гарпун улетел настолько далеко, что было видно, как цепь, после пробитой ветки, теряется где-то за полем видимости.

«Теперь перебор. Так, сматываем, не убирая бородки» — подумала Мари и принялась выполнять задуманное. Катушка снова принялась мотать цепь и никак не думала останавливаться. Смотав избыток, механизм решил, что ему мало и твердо стоявшая на земле Мари, в момент оказалась в воздухе, а еще через момент её лоб настигла стремительно приближающаяся пробитая ветка. Удар не был сильно тяжелым, но Мари казалось, что её духовная оболочка без шишки точно не останется.

«Вот ведь зараза! Не столько больно — сколько обидно» — думала весящая на цепи Мари, пока терла лоб. Одним усилием демоница подтянулась и забралась на дерево, выдернув с него гарпун, который на этот раз уже послушно смотался с первого раза.

«Тот, кто придумал эту штуку — грёбанный извращенец!»

С ветки пейзаж открывался ровным счетом никакой, зато камень с мечом было видно просто сногсшибательно. Вновь прицелившись и приложив усилие Мари положила цепь от гарпуна точно на рукоять меча, заставив наконечник безвольно свисать с нее. Это продлилось не долго и Мари подтянула цепь так, чтоб раскрытый наконечник зацепился за рукоять. Когда это случилось она еще раз дернула, убедившись, что все в норме, а потом еще три раза махнула рукой в попытке намотать на рукоять меча еще и участок цепи. Хоть тут у нее вышло с первого раза.

«Ну, была не была!» — подумала Мари перед тем, как спрыгнуть с ветки.

Ветка послужила Мари своеобразным блоком, когда сама демоница выступала в роли груза. Как только цепь натянулась, девушку дернуло на ней, как куклу-марионетку на единственной веревочке. Пару раз качнувшись из стороны в сторону, Мари подумала:

«Неужто не вышло? Что ж теперь де…» — не закончила Мари мысль, как резко опустилась ниже. Потом еще раз, а потом снова полетела на встречу земле. Лоб демоницы встретил вторую преграду, но теперь в виде лесной подстилки из шишек и хвои. Очнувшись через мгновение Мари увидела в паре сантиметров от себя… Свои же фиолетовый глаза, отраженные в отполированном клинке, на котором было написано «Феррум». Не поднимаясь, Мари глянула выше: на рукояти все еще была намотана цепь. Поднявшись и снова отряхнувшись Мари вручную размотала её с рукояти меча, а смотала уже механизмом. Демоница выдернула торчащий с земли меч и подумала.

«Поразительно — все такой-же начищенный и блестящий. Ни единой зазубрины на кромке. Что ты такое, „Феррум“?» — С такими мыслями Мари спрятала меч за спину.

«Нужно будет потренироваться его использовать в связке с гарпуном. По-моему, удачное решение».

Пока демоница терла ушибленный лоб и рожки, из единственных на всей поляне кустов раздался шорох, на который Мари резко обернулась. Звук был громкий и было понятно, что в кустах находилось что-то тяжелее обычной белки.

«Может кошка? Лесные коты — те еще хищники» — подумала Мари пока подходила к кустам. Но, не успела она подойти, из них кто-то или что-то, выбежало, явно большее, нежели обычный кот.

«Снова эта тварь!» — подумала Мари и бросилась её догонять. Существо было намного быстрее, чем демоница и шансов его догнать бего́м было мало.

«Ну, была не была!» — подумала Мари и на бегу выстрелила гарпуном в одно из деревьев, по пути бега той твари. Гарпун сработал как часы и рывком подтащил Мари к дереву. В полете она развернулась к дереву ногами, не желая больше встречаться с твердыми поверхностями своим лбом. В момент подлета гарпун был рывком вынут из дерева и тут же прицелен в другое. Мари со всей силы оттолкнулась и притянулась к следующему стволу на пути, уже готовая продолжать эту цепочку действий, вплоть до того, пока не догонит эту тварь. Вот только уже на втором дереве догонять было некого. Мари остановилась, удерживаемая лишь натяжением цепи и силой ног и осматривая окрестности, пыталась понять, что же произошло.

«Ну и куда оно делось? Нору что ли вырыло?» — подумала она.

Спустя еще одну тщетную попытку к чему-то приглядеться или что-то выслушать, демоница перебралась на ближайшую ветку, чтоб занять более вертикальное, привычное положение.

«Зараза. Что же это такое? И как оно исчезает? Не может же оно просто испариться? И как мне выслеживать дым?» — Села Мари на ветку, свесив ноги.

«Вот бы сейчас Джес сюда, с её-то навыками… Хотя, стоп, а чем я хуже? Хотя, кого я обманываю… Я намного хуже…, но попытаться-то стоит.»

В многострадальном лбу Мари открылся «зрячий» глаз, такой-же фиолетовый, как и два остальных. Оставив открытым только его, демоница прислонилась спиной к стволу дерева и старалась не двигаться настолько, насколько это вообще возможно.

Её взору открылись духовные отражения всего, что её окружало: вон там, километром дальше дятел долбил ветку, метров двести от него спал кабан, а где-то сзади Мари пасся олень. Даже еще не проросшие грибы Мари тоже хорошо чувствовала.

«Интересно, тетя Соня тоже умеет видеть объекты из реального мира своим „зрячим“? Или только потустороннее?»

Всё во взгляде Мари казалось очень, даже крайне, обыкновенным. В какой-то степени, даже наигранно-идеальным. Смотря в окно автобуса, деревья не казались такими ровными, а небо настолько голубым по её воспоминаниям.

«Интересно, это Эллизиум так влияет?»

Но спокойствие Мари нарушил шорох. Опять.

«Вон ты где, скотина! И не убежала вовсе, а тут пряталась. Прям под деревом, где я сижу.»

Мари не спешила действовать, но меч одной рукой все-таки достала. Не раскрывая незрячих глаз Мари рассматривала то, за чем гналась. Эта тварь не была похожа ни на что из демонических бестиариев и энциклопедий. Вероятно, и низшим она тоже не была. Мари увеличила концентрацию вокруг тела твари настолько, что смогла буквально заглянуть внутрь: осмотреть кости и внутренности.

«Тяжело… Стой смирно и дай мне досмотреть» — думала Мари, пока исследовала куда-же можно ударить так, чтоб свалить эту штуку с одного удара.

Она пристально изучала скелет твари: позвоночник, ребра, тазовая кость… Все один в один как у человека. Даже передние лапы имели что-то общее с руками. Они имели ладони и набор пальцев, включая большие. Немного ослабив концентрацию, Мари разглядела мышцы, которых было сверх меры, даже те, что отвечают за выпуск когтей присутствовали и глядя на тонус — были крайне функциональными.

«Если попадусь в захват этой твари, то будет плохо. Интересно, такое строение руки… Локтевой сустав крайне неподвижен, зато предельно силен. Я такой анатомии еще не встречала ни в одой книге.»

Далее взгляд пал на задние конечности существа: они были максимально кошачьи. Стоит отметить, что все тело существа было абсолютно голым. Волосяной покров присутствовал только на голове.

«Вот это шевелюра! Мне б такую, а не эту солому, что у меня… Типичное кошачье колено, выгнутое в противоположную сторону от человеческого, такой-же набор мышц… Что у нас дальше… Хвост — прямое продолжение позвоночника. Опа, да ты у нас самочка.» — сказала Мари пройдя взглядом от кончика хвоста и выше.

Чуть ослабив концентрацию, Мари принялась осматривать органы. Она остановилась на кровеносной системе, которая включала дублированное сердце. Каждое сердце было меньше человеческого, но насчитывало так же по четыре камеры. Легких же было аж три.

«М-да, наверное тяжело все это снабжать кислородом, или чем ты там дышишь? Живучая должна быть химера.»

Продолжив осмотр, Мари отметила еще пару вещей: развитые мышцы брюшной полости, под кожей располагался тонкий слой мышцы, как у кошачьих, чтоб вздыбливать шерсть, но, когда шерсти нет… В лицо же было лучше вовсе не заглядывать: жевательные мышцы устроены так, будто могли перекусить стальной прут, да и форма лица оставляла желать лучшего. Красавицей эту даму назвать было невозможно. Прям от носа расходились, самые что ни на есть кошачьи щеки, которые с трудом прикрывали острые клыки. Нос тоже напоминал кошачий «треугольник», обычного телесного цвета с ноздрями готовыми нюхать все, что располагается прямо впереди. От щек и аж по самые уши, тоже человеческие, отходили щупы. Мари не заметила мышц в них или под ними, зато нервное окончание присутствовало.

«Усы значит…»

Сердцебиения твари замедлялись все более. Мари пришла к выводу, что её организм приходит в спокойствие, после короткой пробежки.

«Так. Значит, спрыгивать не вариант. Реакция у нее отменная, да и убежит она от меня запросто. От моей ветки до земли примерно метров десять. Придется резко улучшать свои результаты в отработке заклинания сдвига, если я хочу незаметно оказаться у нее за спиной. Мне нужно одним ударом пробить оба её сердца. Знать бы какой у нее слух… Мне по-любому нужно сказать заклинание, хоть и максимально тихо. Ну, поехали.»

— Субджинктус, — максимально тихо произнесла Мари, и в момент на ветке уже никого не было.

Все еще не раскрывая глаз, демоница материализовалась у твари за спиной, застыв с мечом в руке. Раскрыв «незрячие» глаза, Мари увидела перед собой… Ничего.

«Это как понимать?» — снова закрыла она глаза. Своим «зрячим» глазом она спокойно видела перед собой тварь, а как раскрывала обычные, то она исчезала.

«Маскировка? Она как хамелеон? Да нет, она прозрачна… Почти идеально прозрачна» — думала Мари. — «Всего один прыжок и укол чуть ниже подмышки» — думала демоница, но у твари были свои планы. Мари услышала четкое и внятное:

— В безопасности… Можно идти дальше, — сказала тварь на чистом русском и медленно вышла из состояния прозрачности, явив свою мерзкую внешнюю форму. Она довольно смешно произносила звук «м» немного его смягчая. Да и вообще, разговаривала, как мультяшный кот.

— Ты разговарива́ть умее́шь?! — Потрясенно и громко произнесла Мари, уже со своим акцентом.

— Что? Ох ты… — не успела тварь закончить фразу, как пустилась наутек, снова пытаясь стать прозрачной.

— Подожди! Я не знала́, что ты говоришь! — Крикнула Мари ей в след.

Отбежав на приличное расстояние, тварь обернулась.

— А это что-то меняет?

— Ну… Теперь у меня появился интерес к тебе, не только как к монстру́!

— Брось то, что ты держишь в руках и не приближайся!

Мари глянула на меч в руке и собралась убрать его в ножны за спиной.

— Нет! — остановила её тварь, — я сказала, брось!

Демоница выполнила требование существа.

— А теперь ты покажись полно́стью! — Крикнула Мари.

Тварь тоже выполнила свою часть «сделки» и поднялась в полный рост.

— Разрешишь подойти? — спросила Мари.

— Нет!

— А так? — хлопнула она в ладоши и помолодела лет на десять. В момент пропало все её оборудование, а броня сменилась лагерной формой. Да и цвет кожи стал поприятнее. — Мне нужно́ время́, что превратится́ обратно́. Ты успеешь убежа́ть.

«Пусть она и дальше думает, что способностей у меня нет в таком виде»

— Но теперь я могу тебе навредить. Не боишься?

— Но.

— Значит, ты что-то замышляешь.

«Вот хитрая скотина»

— Мне просто́ интересно́ кто ты. Я здесь на задании́, а ты… Явно може́шь что-то знать.

— Могу знать, а могу и не знать.

— Так что? Може́шь мне помочь?

— Если обещаешь не вредить мне.

«Вот это уже интересно… Знает про обеты и печати или просто так сказала? Зараза! Слова — таким как я — дорого стоят…»

— Жю промэ. Не буду́.

— Подходи, — сказала тварь.

Мари начала медленно подбираться к этому существу. Она не спускала взгляда и не двигала ни единой из четырех конечностей, пока та шла.

— Кто же ты? — Спросила Мари, как подошла на нужное ей расстояние.

— Это глупый вопрос. Я — это я.

«Вот значит, как…»

— Хорошо. А зовут тебя как?

— Что такое «зовут»? Меня никто не зовет.

Мари глянула на нее подняв бровь.

— Что? — спросило существо совершенно спокойно. Как будто несколько минут назад Мари и не хотела её убивать.

— С тобой все хорошо?

— Не жаловалась, до недавнего времени.

— Ладно́. Ты вообще в курсе́, где ты находишься́?

— В лесу, разве нет?

— Да, в лесу, но как ты сюда попала́?

— Не знаю. Я тут уже давно.

— Сильно́ давно?

— Не знаю.

— А что ты знае́шь?

— Как охотиться знаю. Как греться зимой знаю. Что есть, а что не есть — знаю.

— Ничего не понимаю́…

Существо почесало передней лапой себе морду и снова уставилось на Мари.

— Хорошо. Как бы у тебя спросить… Ты в курсе́ в чем ты?

— Я в чем-то? — Существо встало и попыталось осмотреть себя с ног до головы. Усмотрев на боку пятнышко, она как самая обычная кошка его слизала и ответила, — Все, теперь ни в чем.

— Меня сейчас стошнит, — сказала Мари.

— Съела что-то не то?

— Послуша́й. У тебя есть какой-то дом? Где тебя можно́ найти?

— Здесь — всё мой дом. Но спать я люблю в бетонной коробке, вон там — показало существо лапой куда-то вдаль.

«Так, там заброшенное здание, которое я уже находила…»

— Давай так. Я к тебе приведу еще кое-кого, и мы тебя поспраши́вае́м вместе. А взамен… Може́т, тебе что-то нужно? Съедобного́ или еще чего?

Существо немножко попятилось назад и сказало:

— Ничего мне не нужно. — Оно оглянулось, вновь посмотрело на Мари и бросилось на утек.

— Стой! — Сказала Мари уже убежавшей твари. — Мэрдэ! — Хлопнула она в ладоши и в спешке вернулась за лежащим мечом. Она раскрыла «зрячий» глаз, в надежде не потерять существо из виду. Через момент в дерево полетел гарпун, который подтянул Мари к нему.

«Вот зараза! Если бы я умела так моментально использовать сдвиг, как тетя Соня, то я б не упустила её» — Оценила Мари свои шансы угнаться за тварью.

Наблюдая за тем, как духовный образ твари убегает, демоница и вовсе не стала её преследовать. Было бесполезно. Да и она все-равно знает теперь, где существо обитает.

«Надо все рассказать Диане!»

Мари вернулась под ограждение лагеря. Осмотрев местность «зрячим» глазом, она удостоверилась, что вплоть до сцены никого нет, а затем, перепрыгнув стену просто глянула вокруг.

«Интересно, сколько времени до обе…» — не успела додумать Мари, как прогремел горн. — «Самое время» — девушка хлопнула в ладоши.

На своих двоих Мари быстро зашагала к столовой.

С самой крайней точки лагеря до неё еще нужно было дойти, так что вечно голодные отдыхающие, обычно толпящиеся на крыльце, уже давно были внутри, и только Мари зашла под козырёк здания, её окликнул знакомый голос:

— Подожди меня!

Француженка обернулась и увидела бегущую к ней Риту.

— О, Марго! Тоже опаздывае́шь?

— Типа того. Утро было немножечко насыщенным. Меня Диана запрягла по полной, да и сама она тоже в делах была.

— Замечала за ней. Что-то я смотрю, что остальные́ консэлье не такие активные, как она.

— Сама в шоке. Я не ожидала такого рвения от человека её уровня. Думала, что она более… Не знаю, гордая будет, а она сегодня за день ни разу не присела: все по клубам ходит, что-то узнает, приглядывает.

— Повезло вашему́ отряду́.

— И не говори. Пойдем уже, я есть хочу.

— Ви, я тоже, — ответила Мари.

Соседки зашли в забитую столовую и подошли к уже успевшей опустеть раздаче. Один из поваров набил их подносы едой, и девочки направились к своему никем и никогда не занимаемому месту. На стол приземлились подносы с сухим рыжим рисом, с мясом и таким-же рисовым густым супом, с плавающей в нем перчиной. Стандартно большой обеденный стакан был наполнен вишневым соком, а рядом с тарелкой супа лежали три куска белого хлеба.

Ложки сегодня стучали о посуду особенно усердно. Девочки наконец-то сели.

— Какое-то восточное меню сегодня, — сказала Рита, — харчо, плов…

— Ни разу́ не слышала о такой еде.

— Ты аккуратней, оно все может быть острое.

— Мерси за предупреждение́.

Девочки попробовали налитый харчо; Мари была приятно удивлена таким интересным супом, хоть он и действительно был слегка переперчен. Рита, кажется, этого не заметила, и её тарелка опустела раза в три быстрее, чем тарелка соседки.

— Марго, ты торопишься́?

— Нет, с чего ты взяла?

— Не знаю́. Забудь.

— Кстати, Мари, нам починили замок. Сережа, как узнал, так бросил все дела и кинулся нам его ковырять. Всего-то, пружинка соскочила. Он её быстро поставил.

— Передай ему мое «мерси». Интересный у вас, этот Сережа́. По моему́ он везде.

— Да, он хороший помощник. Сейчас он на пляже смотрит плавсредства, утром осматривал сцену, сделал нам с Дианой рации…

— Ви-ви, большой молодец…

— Слушай, Мари, а пойдем на пляж после обеда. Не вижу, чтоб ты была чем-то занята.

— Не знаю́.

— Давай!

Мари сидела и лениво ковыряла рис вилкой, опустив голову на левую руку.

«Что-ж делать-то? Эта тварь нашлась, если она не соврала, я знаю где она обитает… Диана где-то не знаю где…»

— Ну ладно́. Пойдем.

— Ура! — чуть ли не подпрыгнула Рита из-за стола. — Доедай, тогда, быстрее!

— Ви, хорошо, — Мари соизволила попробовать плов, — Интересная каша́, правда тоже перца́ многовато́.

— Так и нужно. Ешь, а я пока в домик схожу, не помню куда купальник дела. — Сказала Рита, в спешке относя свой поднос на раздачу. Кричать через полстоловой у Мари желания не было, поэтому, она просто приняла это как факт и неспеша принялась доедать свой плов, который к третьей вилке уже был полностью рассмакован.

Доев свой обед и допив стакан с соком, Мари тоже поднялась, чтоб отнести поднос на раздачу. Грязную посуду сегодня принимала та же женщина, что и раздавала: блондинка с голубыми глазами протянула Мари руки и ждала, пока та отдаст ей поднос, и всё бы «ничего», если бы в один момент глаза блондинки не сместились на секунду и вернулись бы обратно, как в плохой видеосклейке или дешевой проекции. Мари аж дернулась, когда это увидела.

«Может мне показалось?»

— С вами всё ва бьен? — Поинтересовалась Мари, когда протянула поднос.

— Что́-что́ со мной? — не поняла блондинка и улыбнулась.

— С вами́ все в порядке́? — адаптировала свой вопрос Мари.

— Да. А что? Я плохо выгляжу?

— Но-но, просто́ немного бледная, — соврала Мари, чтоб увидеть реакцию.

— Наверное, просто устала. Со мной все хорошо.

— Мерси за обед.

— Ты так мило разговариваешь, не то что англичане…

«Кажется с этой теткой Диана вчера до домиков добиралась. Она была одета по-другому…»

— Мерси боку. Само собой выходи́т, я не специально́.

Повариха еще раз улыбнулась и забрав поднос, ушла куда-то на кухню. Мари вышла из столовой и направилась к своему домику.

«У меня со зрением проблемы или она действительно тогда дернулась? Наверное, я слишком много этому уделяю внимания. Ну легкий тик у человека… Хотя… Во время тика контуры зрачка не должны размываться…» — Думала Мари и не заметила, как уже добралась до жилой зоны. Предстояло пройти её до половины, чтоб наконец-то добраться до своего жилища.

Миновав добрую половину пути до своего домика, Мари увидела до боли знакомые низкорослые бегающие и громкие фигуры.

«О, помощнички веселятся… Хоть бы не заме…» — прервал мысли девушки громкий девчачий выкрик её имени.

— Диаблэ. — тихо проговорила Мари. К ней быстро подбежали все утренние знакомые, нацепив самые широкие детские улыбки. Они были действительно рады её видеть.

— Снова́ бонжур, помощники. — Обратилась она к ним.

— Все так же мило, — шепнул раскрасневшийся Валера. Видать он надеялся, что его не услышат.

— Мерси, Валера́. — Ответила на шепот Мари. — Чем заняты́? — Поинтересовалась она у всех, присев на одно колено.

— Мы призраков ищем! — ответила Оля.

— Кю? Призраков́?

— Да! Они тут водятся. Нам один из дядей-работников рассказал! — добавила девочка.

— Но призраков не бывае́т, — слукавила Мари.

— Еще как бывают! — Сказал на полном серьезе, и небезосновательно, Валера.

«М-да, не знаю, что ты еще успел повидать, юный Крухо, но кому как не тебе знать.»

— Да что ты говори́шь? Богатая фантазия́.

— Я правду говорю! Вот увидишь, Мари, лично тебе приведу призрака вожатой-самоубийцы! — гордо сказал Валера и поднял руку.

— Охотно́ верю́. Буду́ жда́ть.

Близнецы все это время стояли молча и наблюдали. Из глубины жилого сектора послышались топчущие хвою шаги. Спустя миг Валеру окликнул девичий голос, и он на него обернулся. Подошла его сестра…

— Валер, я устала тебя искать, — сказала девочка с выкрашенными в фиолетовый волосами.

— Прости, сестрица, я тебе нужен зачем-то? — младший на миг, как будто повзрослел, произнося это.

— Я ж просила тебя далеко не отходить пока-что, а ты… Ой, а кто это у вас? — Обратила крашенная внимание на Мари.

— Это та, о которой я тебе рассказал! С утра ей помог!

— Эй! — сказали близнецы и Оля в унисон, максимально громко.

— Ну, вы тоже помогали.

— Вообще-то, это мы нашли…! — сказали близнецы.

Крашенная тихо смеялась, да и Мари невольно улыбнулась.

— Ангелина, Ангелина Крухо. — подошла она с вытянутой рукой.

Мари легонько пожала руку Ангелине.

«Вот зараза! Извиниться перед ней, что я обсерветы сперла или промолчать? И знает ли она вообще — кто я? Стоит ли прояснять? Не думаю, что они мне тут что-то сделают…»

— Мари. Мари Круа, — назвалась она в ответ.

Лицо Ангелины медленно становилось менее дружелюбным, а брови потихоньку насупились.

— Приятно… Познакомится… — Презрительно сказала Ангелина.

— Ви, мне тоже́, — широко улыбнулась Мари.

— Отойдем?

— Ви, почему бы и но? — отошли девушки на пару метров от группы детей.

— Круа значит? — начала Ангелина.

— Ви, мадмуазель Крухо. Сразу́ хочу́ сказать, екскюзи муа за пропажу́ ваших обрервето́в.

— Я в курсе, и не злюсь. Я говорила с Дианой по этому поводу.

— Да? И что она?

— Рассказала много интересного. Ты в курсе, где мы находимся?

— Ви, знаю́

— А вот я не знала…

— Ну… Возможно́ это буде́т против прави́л, но если что захочется́ узнать — то найди меня́. Поделюсь чем знаю.

— Спасибо, конечно, но я воздержусь. Мы тут отдыхаем в конце концов. Если это мой с братом последний отдых, то я хочу провести его максимально так, как мне хочется.

— Ви, понимаю… Скаже́шь ему кто я?

— Скажу. Но не спеши разочаровываться или расстраиваться раньше времени. В свои восемь он очень смышлён и умеет сам делать выводы. Пойдем к малышне, они заждались.

Мари и Ангелина вернулись к детям. Даже Мари стало немного не по себе от того, что отношение мальца Валеры может рухнуть только из-за того, что клановые между собой мало дружат. Не правильно это…

— Вы долго! — сказал Валера.

— Прости, братик. Пойдем в мой домик на секунду, нужно тебе кое-что отдать.

— Ну пойдем, — расстроенно сказал Валера, но не успев далеко уйти услышал, что спросила Оля.

— Мари, чем ты занята сейчас?

— Собираю́сь на пляж.

— А мо-ожно с тобой?

— Да, можно? — спросил Валера, оглядываясь то на сестру, то на Мари.

Француженка тяжело выдохнула и сказала.

— Я ж не одна собираю́сь. Пусть Марго́ решит, — сказала Мари и поплелась к своему домику. Её действия повторили все находившиеся рядом младшие, а Ангелина тихо ушла куда-то с ехидной улыбкой.

Наконец-то дойдя до своего домика, Мари, сказав мелким «Сбор тут через деся́ть минут», открыла дверь и закрыла её, не оборачиваясь на толпу своих маленьких преследователей. Рита же, уже давно находившаяся внутри, рылась в своем рюкзаке, яро разбрасывая оставшиеся в нем вещи и приговаривала:

— Ну нет, не могла же я его забыть?!

— Что ты делае́шь? — спросила Мари. Рита резко обернулась только сейчас. — Даже́ дверь не услыша́ла.

— Все я услыша́ла! — перекривляла Рита. — Не могу найти свой купальник. Похоже, оставила дома.

— Понятно́, значи́т ты у нас Марго-растеряша́, — улыбнулась довольная своей шуткой Мари. — Не зря я поговорки учила́.

Рита же на это никак не отреагировала, а лишь продолжала рыться. Мари молча подошла к шкафу и открыла его, чтоб лишний раз посмотреться в зеркало. Оно ничего нового не явило, так что взгляд девушки продолжил гулять, упав на полки с довольно аккуратно сложенной одеждой. На самой нижней полке красовались два запаянных пакета. Мари присела и вытянула их. Оба пакета были подписаны русскими буквами и надпись гласила «купальники ж».

«Так вот зачем в анкете было обязательно упоминание пропорций фигуры… А я-то уже подумала…».

«Подойти и тихо на голову ей положить, или как-то мягче преподнести находку?» — Думала Мари, смотря на занятую соседку.

Она встала как можно тише и выполнила задуманное. Рита еще какое-то время рылась в рюкзаке не замечая подвоха, но как только голова подала сигнал всему остальному телу, что на ее территории посторонний объект, Рита схватила его в руки и сказала:

— Мари! У меня тут горе, а ты надо мной издеваешься!

Та стояла и смотрела на соседку скрестив руки на груди и хитро улыбаясь. Она демонстративно глянула на пакет в руках Риты, чтоб та точно обратила на него внимание. Рита уловила послание и глянула на предмет в руках. Надпись на пакете её резко успокоила.

— Моя ж ты хорошая! — сказала Рита и кинулась обнимать соседку.

— Аррети́, ты меня задуши́шь.

— Что б я без тебя делала? Это уж точно лучше тех обносков, которые я с собой хотела привезти.

— Так ты из-за обноско́в расстроила́сь?

— Ну, другого у меня не было, а сейчас…! — Сказала Рита и принялась разрывать пакет. Из него вывалился вполне обычный женский раздельный купальник рыже-белого, как и почти все форменное в лагере, цвета. Купальник был довольно строг, но не лишен некого изящества. На обеих выпавших вещицах красовались маленькие эмблемки с лисой. Мари, увидев это подумала, что свой пакет она ни за что в жизни открывать не будет, а Рита, наоборот, восхитилась так, будто это была самая желанная вещь.

— Какой он классный!

— Пардон, куа?! — спросила Мари, никак не ожидав услышать подобное в адрес такой посредственной вещи.

— Как же хорошо, что я свой забыла, этот в сотню раз лучше! — Взяла Рита свою новую вещь и начала переодеваться перед зеркалом.

— Бьён-бьён, Марго. Что ж ты тогда там такое́ забыть могла, что это́… — осмотрела Мари наполовину одевшуюся в купальник Риту, — …лучше?

Соседка на это снова ничего не ответила, а лишь с улыбкой уставилась на себя в зеркало. Она чуть-чуть покрутилась для смены ракурса и повернулась к Мари с вопросом:

— Ну как тебе?

«А ей действительно идет» — подумала Мари.

Купальник по размеру был подобран очень хорошо, но о Рите открылась новая правда. Мари отметила, что она была худа. Даже очень. Излишне худые ноги казались кривоватыми, а упругий живот контрастировал с торчащими ребрами.

— Тебе правда́ очень идет, — Мари подошла и расправила резинку купального топа, — Для полного́ счастья́ набери пару килограмм.

— Постараюсь, спасибо, — сказала Рита, немножко обиженно.

— Ексъюзе муа, если я сказала́ что-то не то.

— Да не, все хорошо. Переодевайся давай.

— Ви, я быстро!

Мари точно знала, где лежит её купальник. Она убирала его в шкаф еще в первый день. Отодвинув Риту от шкафа и достав со своей полки дорогущее брендовое полиэстеровое нечто, которое она ходила выбирать со своей любимой мачехой, Мари улыбнулась. «Не нужен тебе обыкновенный, обыкновенных и так хватает, а вот стильных…!» — говорила в тот день Авелин.

Черный, как смоль, раздельный купальник, был украшен позолоченными кольцами и сшит желтой переливающейся нитью. Когда он сел на Мари, Риту не покидало чувство, что её соседка несколько дней не выбиралась из ателье — если в ателье шьют купальники — пока с нее снимали мерки с точностью до сотой миллиметра. Черные плавки соединялись на бедре Мари одним из тех самых позолоченных колец. Этот же нехитрый аксессуар соединял и части бюстгалтера прямо на груди. Присмотревшись, Рита увидела на каждом кольце выгравированный узор с логотипом бренда.

— Може́т, хватит меня рассматривать? — спросила Мари.

— Сногсшибательная вещь, — с тихим восторгом сказала Рита.

— Думае́шь? — Мари демонстративно покрутилась и подвигалась, заставляя Риту еще немного почувствовать зависть. Родовые особенности и генетический подарок клана Круа, оставили Мари целый набор качеств. Никогда она не видела в своей семье низкорослых или внешне непривлекательных людей. Её тетку Жанетт в свои пятьдесят, всегда воспринимали лет на тридцать моложе, а её отец, в том же возрасте, второй раз женился и Мари очень сомневалась, что это было чисто из-за того, что он добрый и чуткий. Хотя и этого у него было не отнять. Свою родную мать Мари видела только на фотографии, так что сказать, какой она была, Мари затруднялась. Зато настоящим гидом в мир женского изящества для Мари, стала её мачеха — Авелин. Чаще всего её цитатки типа «Не бывает некрасивых, бывает плохой макияж» Мари пропускала мимо ушей, но некоторые вещи заимствовала с большой охотой. Если поход по магазинам проходил без Авелин, то уверенность Мари в том, что она будет выглядеть, как чучело, становилась абсолютной. Даже такое сочетание вещей, как толстовка и юбка — Авелин умудрялась преподнести так, что это могло вызвать восторженный отзыв. Как результат — купленный Авелин для Мари купальник сейчас сидел на ней, будто для нее сшитый, а клановые генетические подарки только дополняли её образ и никак не наоборот.

— Смеешься? — Рита быстро осмотрела себя в зеркало, — что-то мне расхотелось идти.

— Не говори ерунды. Одевай форму́ и идем.

— Да серьезн…

— Тогда, я пошла одна, — сказала Мари и начала надевать лагерную форму поверх.

— Нет, ладно, я иду.

— Вот и молодец. У тебя есть на чем сидеть? А то на песке не очень буде́т…

— Не-а, но у нас есть выданные полотенца.

— Пойдет.

Нацепив обратно лагерную форму, распаковав по большому банному полотенцу и перекинув их через руку, соседки вышли из домика, не забыв его закрыть. Мари совсем забыла про то, что её ждет маленькая толпа и к удивлению обеих, все младшие уже были в сборе. Близнецы стояли позади всех, одетые в одинаковые плавки и метались взглядом от одной девушки к другой. Оля, в ярко-розовом детском купальнике, держала в руках надувной круг, а Валера в черно-красных плавках с последней встречи, сильно поубавил в настроении.

— Мари, ты долго! — громко сказала Оля.

— Что это такое? — улыбаясь спросила Рита — У тебя что, армия поклонников?

— Похоже́ на то. Мы сегодня няньки́.

— Не делай вид, что меня тут нету! — продолжила Оля, притопнув.

— Пардон, Оля́. Марго́ у нас забывае́т. Вот и задержали́сь

— Эй! — сказала Рита.

— Ну может пойдем уже? — тихо спросил расстроенный Валера.

— Пора, — подтвердила Мари, и вся группа двинулась к эскалатору.

Всю дорогу все о чем-то болтали, кроме идущего тихо сзади Валеры. Мари постоянно на него отвлекалась и думала что-то вроде «Ну и зачем Ангелина ему рассказала? Зачем нужно было портить отдых? Может, это у Крухо такая закалка с раннего возраста?»

Снова с эскалатора открылся великолепный вид на пляж, но теперь он не выглядел первозданно-нетронутым. На песке располагались подстилки, зонтики, даже пара шезлонгов с отдыхающими и загорающими. В воде можно было увидеть плескающихся, да и на пристани тоже кто-то ошивался. Когда группа спустилась на белый песок, близнецы показали пальцем в сторону стены. Оказывается, альпинистский клуб уже во всю работал и Лена самоотверженно показывала, как нужно лазать.

Добравшись до места, которое устраивало всех, группа начала стелиться. На песок приземлились два банных полотенца, упал надувной круг и детская водолазная маска, которую принесли с собой близнецы. Дети, увидев воду в непосредственной близости, побежали к ней навстречу, но Мари на сей порыв успела среагировать и поймала за руки близнецов, сказав им, чтоб те передали остальным, чтоб далеко не заплывали.

— Если заплывут — сама доплыву и притоплю, — добавила она мальчишкам перед тем, как их отпустить.

Те кивнули, улыбнулись и побежали к воде, теперь уже не встречая преград на своем пути. Они с разбегу, что называется, влетели в воду и начали активно плескаться с Олей брызгаясь друг в друга.

— Жестоко ты с ними, — сказала Рита. — Действительно притопишь?

— Ви, еще как, — улыбнулась ей подруга.

Девушки начали раздеваться и аккуратно сложили лагерную форму на полотенца. Рита повернулась к солнцу и потянулась. Видимо, ей хотелось вобрать всю его энергию без остатка, но взгляд её упал на Валеру, сидевшего на песке, обняв колени.

— Что это с ним? — спросила Рита.

— Хотела б я знать, — соврала Мари. — Марго, я скоро́ приду, пойди попробу́й воду́.

— Хорошо, жду там, — показала улыбающаяся Рита пальцем куда-то в море.

Мари же, тем временем, подошла к Валере, наступив на его длиннющую тёмную-тёмную тень. Она аккуратно села на песок рядом с ним и спросила:

— Чего грусти́шь? — Юный Крухо лишь на мгновение удостоил девушку взглядом, перед тем как снова уставился на воду. — Ну же́, так и солнечны́й удар получить можно́. Что тебя тревожи́т?

— Мне сестра сказала всё про тебя.

— Ви? И что же?

— Сказала кто ты, Мари Круа… Приятно познакомится.

— И мне приятно, Валера́ Крухо́. — На сей раз взгляд паренька остановился на ней чуть дольше. — Куа? Что случило́сь? — спросила девушка.

— Так… Ты меня не ненавидишь?

— Куа?! — Девушка легко посмеялась. — С чего ты взял, что я тебя ненавижу́?

— Ну… Ты Круа, я Крухо. Соперники, чуть ли не враги.

— А, вот ты о чем, — отвела Мари взгляд и прикоснулась пальцем к подбородку. Валера начал смотреть еще удивлённее. — Знаешь… Може́т ты и прав. Возможно́ ты — мерзки́й Крухо́, но сегодня́ ты помог мне, еще более́ мерзко́й Круа, найти мою пенснэ. — Мари снова глянула Валере прямо в глаза. — Вся моя ненави́сть сменилась к тебе благодарностью́ и вся моя неприязнь, — Мари щелкнула пальцами, — испарила́сь. Теперь, я вижу, очень милого́ Валеру́ Крухо, которому я могу сказать только́ «мерси». — Мари встала в полный рост, а Валера все продолжал смотреть. Она подала руку и помогла мальчику подняться. Валера еще какое-то время просто молча стоял, но в один момент шмыгнул носом и обнял Мари, уткнувшись ей в живот, в силу роста, а его руки сомкнулись вовсе не на девичьей спине, из-за того же роста, как было задумано. Не придав значения, Мари просто положила ему ладонь на голову сказав:

— Валера́, ты с друзьями, кажется́ искали привидение?

— Да, — Сказал Валера, все еще во власти эмоций.

— Продолжай искать. Я знаю́, что ты найдешь обязательно́. Я тебе немного́ помогу, но только завтра́ и вечеро́м, пойдет?

— Угу, — сказал Валера и отпустил Мари, вытирая слезу рукой.

— Вот и молодец. Иди, тебя уже ждут друзья, — сказала Мари глянув в глаза мальцу и улыбнулась.

— Хорошо… Спасибо, — ответил Валера, со всей искренностью улыбнулся, и наконец-то побежал к остальным.

«Эх, Мари-Мари, что-же ты делаешь? Хотя… Может это — первый шаг к ликвидации клановой неприязни?»

Наконец и очередь Мари настала попробовать море. Рита уже вовсю плескалась, сражаясь с небольшими волнами и подруге очень хотелось к ней присоединится. Зайдя по колени, Мари поднялась на носочках, когда нахлынула следующая волна. В этот промежуток она была уже по пояс, а со следующей волной резко нырнула в нее с головой. Проплыв, по ощущениям, метров пять, Мари вынырнула и отряхнула длинные волосы.

«Ну блин, а резинку взять не додумалась…»

Ощущения оказались ошибочными и проплыла Мари чуть ли не вдвое больше, так как смотрела она в затылки Рите и младшим. Нужно было возвращаться и подплыв к соседке сзади, и положив руку ей на плечо, Мари заставила последнюю немного подпрыгнуть. Как оказалось, дно в этом месте уже было и Мари просто стояла в воде по шею.

— Мари, боже, не надо так делать.

— Да ладно́, было смешно.

— Очень… Вон, смотри, к тебе акула плывет, — показала Рита вбок.

— Плохая шутка.

Как оказалось, шутка в себе таила часть правды. Вокруг шеи Мари обвились чьи-то руки и девчачий голос сказал:

— Я не акула, я осьминог.

— Оля́. Тут для тебя глубоковато́

— Ну я ж держусь, вон какой у меня опорный столб.

— Обидно́, как-то́.

— Прости, смотри, у меня для тебя подарок, — в плечо Мари под водой уткнулось что-то мягкое. Оля все еще висела у Мари на шее, а остальные хитро смотрели в их сторону.

«Какая-то шалость?»

Мари подняла в руке то, что было положено ей на плечо и обнаружила там белую прозрачную медузу. Она безвольно растеклась по ладони, как только Мари вытащила её с воды.

— Тебе не противно? — Удивленно спросила Оля.

«Не противнее беременного импа»

— Но, наоборот, оче́нь даже мило́.

— Ну-у, так не честно.

— Зато, смотрю, что им противно́, — глянула Мари на мальчиков.

— Как ты узнала?

— Да я и не знала́. Ты только́ что подтвердила́ мою догадку.

— Ой, так тоже не честно!

— Зато забавно, — улыбнулась Мари и снова глянула на мальчишек. Она вытащила руку с медузой из воды и замахнулась в сторону близнецов и Валеры. Мальчики явно не оценили этот жест и начали расплываться кто куда, но Мари уже успела прицелится. Медуза полетела по ровной красивой дуге и попала точно в голову одному из близнецов. Бедняга только и успел что сказать: «Фу» и нырнул, чтоб смыть с себя остатки бедной медузы. Оля громко смеялась, хоть и её подкол пошел прахом.

— Так им и надо, я их отговаривала от шутки.

— Но сама пошла её выполнять?

— Ну…

— Ладно, я оставляю́ вас на Марго́, — сказала Мари глянув на пристань. Уж больно много там народу было, да и знакомые длинные светлые волосы тоже там были замечены.

— А можно с тобой? Пожа-алуйста.

— Оля́, а если́ тебя твой брат искать буде́т? Он ведь первым делом пойдет к Марго, она ж помощни́ца.

— Я с ним как-то справлюсь. А не найдет — так только лучше, — хитро улыбнулась девочка.

— Почему?

— Уж сильно он заботлив. Так что, можно?

— Ну можно́, пойдем предупредим Марго.

— Ура! Пойдем.

Оля держалась за свой «спасительный буй», пока не смогла почувствовать ногами дно. Забавно было отметить, что в полный рост для Оли — это было примерно по пояс Мари. Рита уже будучи на суше просто лежала на полотенце и загорала.

Мари и Оля предупредили Риту, сказав куда они направились и еле отговорили мальчиков идти с ними. Француженка весь путь до дебаркадера слушала Олины рассказы про то, какой на самом деле хороший её брат, про гимназию в которой она учится и какая Юля на самом деле вредина. Что она ни на секунду Никиту не ценит и так далее.

«Боги, ну и хрен на него… Да и на Юлю эту…»

За этими рассказами и путь успел подойти к концу. Мари и болтушка Оля зашли на плавающую платформу и рассмотрели всех, кто там находился. В одном из гидроциклов копался Сережа, одетый только в мокрые серые плавки-боксеры, видимо, только недавно вылез из воды и снова принялся за дело. В тени крыши домика сидела, удивительно, повариха у которой Мари спрашивала все ли с той в порядке. Она единственная выделалась не «купальным» стилем одежды и мило болтала с Дианой, облаченной в белоснежный раздельный купальник, с голубой каймой. Её пшеничная блондинистая шевелюра была утянута в хвост, а сама она находилась на солнечной стороне, стоя от тени, в которой была повариха, менее чем в метре. Дальше всех, на яхте, лежала на спине Вика, на постеленном полотенце и издалека казалось, что она спала. Последними по значению Мари отметила Никиту и неизвестную ей девушку рядом. Она что-то постоянно ему наговаривала, а тот ей отвечал, вечно кидая короткие взгляды то на спину вожатой, то на Сережу. Мари отметила отменную физическую форму Никиты: он был сух и очень рельефен. «Прям загляденье» подумала она. Его подругу рядом тяжело было оценить, ибо всю её фигуру закрывала белая футболка размера с несколькими иксами в нем и открывала только самые обычные ноги. Обозначиться первой решила Оля, побежав к своем брату. Как полагается, заметили их не только Никита, а вообще все, кто находился на плавучей платформе.

— Всем… Бонжур, — сказала Мари и махнула рукой.

— Привет-привет, — ответила Диана, отвлекшись от разговора с поварихой. Мари решила подойти к ней первым делом. Сережа сопроводил новоприбывшую взглядом, но как она поворачивалась, то быстро делала вид, что весь в делах.

— Бонжур, Диана́. Решили́ отдохнуть?

— Да. Немного забегалась сегодня. Всех проверить надо, узнать все ли хорошо… Какой у тебя купальник, однако… На тебе сидит как влитой, взгляд не отвести, — смерила Диана француженку, которая не уступала ей ростом.

— Мерси. Моей Маман было бы приятно такое услыша́ть, она настояла́.

— Она большая молодец. Если б ты видела, как на тебя смотрят те двое… — сказала последнюю фразу Диана в полголоса и легко кивнула назад.

— Кхм, — откашлялась Мари. — Один из них не на меня смотри́т.

— Не поняла.

— Я просто балдею с её произношения, — сказала повариха, — резко захотелось стать француженкой и начать учить русский, чтоб так разговаривать. Как ты там спросила: «Все в порядке», ви… бин?

— Ва бьён.

— Уи-и, здорово!

— А что, Наташ, ты себя плохо чувствуешь? — поинтересовалась Диана.

— Да нет, просто она спросила после обеда. Я уставшая тогда была. А как тебя зовут, деточка? — Обратилась Наташа к новой собеседнице.

— Мари, Мари Круа.

— А я — Наталья. Но зови просто Наташей.

— Ви, клэр, Наталья́.

— Так что ты хотела, Мари? — Сказала Диана.

— Да ничего, просто посмотреть, что здесь происходи́т.

— Ну, спроси остальных, я сама здесь чисто, чтоб на солнце понежится. И что это ты с Олей пришла?

— Да… Она мне с утра помогла мою потерянную пенснэ найти вместе́ с друзьями́. Вот и вышло́ так, что они ко мне привязали́сь. Я вам позже́ расскажу, — глянула Мари на Диану по-особенному.

— Поняла, — серьезно ответила та и кивнула.

— Ладно, пошла я. Ужин сам собой не приготовится, — сказала Наташа.

— Если что — зови, — предложила Диана.

Внезапно подбежал Сережа.

— Простите, подслушал, что вы уходите. Спасибо за напиток, было вкусно.

— Не за что, но, если ты не починишь яхту… Обижусь, — улыбнулась Наташа Сереже. Здоровяк лишь почесал затылок и ответил, что постарается не разочаровать, после чего вернулся к плавсредствам, снова робко глянув на Мари.

— Ой, Мари, каждый его взгляд острее твоих кинжалов, — сказала Диана, когда они остались наедине.

— Я заметила́. Но у нас тут другое дело́.

— Знаю я.

— Уж слишком сильно́ вы маскируете́сь. Порой мне кажется, что вы забыли́.

— У меня свои методы, у тебя свои, — злобно посмотрела Диана на Мари. — Либо помогаешь, либо не мешай.

— Ви, конечно помогаю́. Есть что показать и рассказа́ть.

Диана снова смягчилась и уперлась лбом в ладонь.

— Прости, Мари, что-то мне в последнее время не по себе. Мне пора, до вечера, — сказала Диана и принялась обходить домик. Как оказалось позже — там находилась её форма. Мари молча сопроводила взглядом уходящую вожатую, ровно до того момента, пока её не прервал робкий мужской голос.

— Мари, — она обернулась, — Прости пожалуйста за Олю, тебе вовсе не нужно с ней нянчится, — говорил обративший на себя внимание Никита. Находившаяся рядом с ним девушка недовольно смотрела, а Оля держала его за руку и улыбалась.

— А, ничего. Она мне не мешае́т. У тебя очень милая́ сестра, Никита́, — дружески улыбнулась Мари.

— Ты запомнила, как меня зовут? Даже приятно немного.

«Да тут забудешь, когда твоя сестрица напоминает каждые пару минут»

— Ви, само вышло́.

— Так, хватит тут сцены устраивать! — вклинилась в разговор девушка, постоянно находившаяся рядом. Похоже пришло время проявлять неприязнь в открытую.

— Юль, ты чего? — Спросил у нее Никита. «Так вот она какая, Юля…».

— Да ничего! Ты так мило с ней воркуешь! Что, клюнул на французский акцент?!

— Да о чем ты? Я просто поблагодарил, что она за моей сестрой присмотрела, — Никита продолжал все так же тихо и даже немного запуганно ей отвечать.

«О-хре-неть. Этот мускулистый, подтянутый парень стелится перед этой стервой, как скатерть. Вот так номер!»

— Хватит ей и одной благодарности за день! Привела Олю? Молодец! Можешь отсюда валить! — Последние три фразы были адресованы уже немного ошарашенной таким поведением Мари. Но самообладание быстро вернулось, а демоница внутри начала тихонько напоминать о себе.

— Не кричи на нее! — Внезапно вступилась Оля.

— А ты вообще заткнись! Не лезь, когда старшие разговаривают! — Получила свою порцию крика Оля. Мари не знала, привыкла она такое слышать или нет, но сразу после адресованной ей фразы, Оля немного помолчала, а потом её лицо скривила мина сильной обиды и через момент девочка расплакалась. Никита же все еще не вмешивался в происходящее. Лишь присел и обнял сестру, в попытке её утешить. Злость Мари в этот момент достигла пика.

— Слыши́шь, ля пута! Найди противника́ себе по размеру́. Надею́сь, ты хорошо на ногах держи́шься!

— Ты все еще тут? Хочешь по лицу получить?

«По лицу? От тебя? Много чести… А вообще, опасно стоять на краю обрыва» — подумала Мари и поняла, что сзади Юли-то периллы заканчивались, стоило ей отойти чуть вправо.

— Возможно́! На сколько ле аттак тебя хвати́т?

— А ты проверь! Выдерну тебе все волосы!

«Ну за волосы тебе будет отдельное наказание. Сделай только шаг, и я тебя сдую отсюда в миг. Как там заклинание было? О! Вентуро.»

Юля подошла на нужное расстояние. Осталось только легонько дунуть заклинанием ей на ногу, как она камнем полетит в воду. Юля решила действовать первой и уже потянула свои руки к Мари.

— Вентуро, — тихо шепнула француженка, но не успела выпрямить руку для заклинания.

«Атака» Юли закончилась крайне неожиданно. Её за выпрямленные руки поймал из ниоткуда подскочивший Сережа. Мари глазами по «пять копеек» смотрела на него, пока тот держал руки Юли. Сережа же, в свою очередь, довольно злобно смотрел на выскочку сквозь очки.

— Эй! Руки прочь! — Крикнул, увидевший это Никита. Он мигом подскочил и толкнул Сережу в грудь, заставив того отпустить руки нападавшей. Настала немая сцена. Юля спряталась за спину Никиты, который теперь не моргая смотрел на Сережу, сжав жилистые кулаки.

«Ну только этого не хватало! И эту дуру сдуть теперь не выйдет, Оля рядом…»

Мари оказалась за широкой спиной Сережи. Он не собирался отступать.

— Копайся в своих игрушках, а сюда не лезь, — сказал Никита.

— Ты не за моими игрушками приглядывай, а за своей, — кивнул Сережа в сторону Юли, — а то глядишь и поломают где-нибудь. Чего ж сам не влез? Мари перед тобой-то ни в чем не виновата, а даже наоборот. Ты ей должен.

— Слышь, отличник чертов! Еще и в адвокаты записался?! Я сам как-то разберусь, кому что должен! Если хочешь, чтоб очки остались целыми, не лезь не в свое дело!

Сережа на это ничего не ответил. Ситуация накалялась с каждой минутой, и Никита никак не хотел прощать Сереже его поступок. В момент, когда казалось, что драки не миновать, самое неожиданное решение нашлось само собой. Из-за спины Никиты, под крик Юли «стой» перед готовым защищать обиженную девушку парнем встала Оля. Она смотрела брату прямо в глаза, а как только Никита попытался сказать: «Отойди» Оля подпрыгнула и отвесила ему звонкую пощечину, заставив всех смотревших на это выпасть в осадок. Ошарашенный Никита приложил ладонь к ударенной щеке.

— Какой же ты тупой и слепой, брат! — Крикнула во весь, еще не восстановившийся после плача, голос, Оля. — Что ты делаешь?! Ты же только что благодарил Мари за то, что она за мной присмотрела, а после того, как Юля просто так на нее начала кричать, то принял её сторону?! Ты никогда таким не был! Ты всегда был хорошим и внимательным, а теперь ты просто хулиган! — все кричала Оля, высвобождая всю свою обиду. — Я не хочу тебя таким видеть. — Сказала последнюю фразу девочка тихо и очень спокойно.

Она снова обошла брата, зашла к нему за спину и злобно посмотрела на стоявшую тихо-тихо Юлю. Можно было сказать, что она испугалась Олю и как оказалось не зря. Во весь голос крикнув «Это все из-за тебя!» младшая одним точным сильным движением толкнула Юлю на встречу морской глубине. Время в этот момент как будто замедлилось. Там Юля падает спиной вперед, хватаясь руками за воздух. Тут у Сережи с Никитой медленно открываются рты, а в самом конце Оля быстро убегает с пристани куда-то в неизвестном направлении. Раздался громкий «плюх». Никита несколько раз обернулся, то на воду, то на сестру, но выбрав последнее побежал за ней. Сознание Мари вернул на место громкий крик Сережи «Жа-ак!», после которого через пару секунд появился глава спасателей.

— Бегом, прыгай в воду! — сказала Мари Жаку на родном языке и тот ни секунды не колеблясь прыгнул, перелетев ограждение.

Сережа же просто подскочил к краю платформы дебаркадера и смотрел, как Жак вытаскивает Юлю на пляж. Мари тоже подбежала к периллам.

— Нужно вызвать медбрата и вожатую, срочно! — громко крикнул Сережа.

— Ви… Марго! — Резко сказала Мари, — Она тоже́ на пляже и у нее с собой рация́!

— Это очень хорошо! Побежали! — Сказал Сережа и принялся выполнять сказанное. Вот правда куда бежать, он не знал.

— Не туда. Обратно́! — Крикнула ему Мари.

Теперь они вдвоем бежали в сторону лежаков Риты с компанией. Добежали Сережа и Мари туда примерно секунд за тридцать на полной выкладке, и отдышка ну никак не позволяла им нормально сформулировать предложение.

— Ребята? Что с вами? Что за марафон? — Спросила непонимающая Рита.

— Рита! - прерываясь от тяжелой одышки пытался Сережа сказать что хотел, — срочно зови Ди… — … — ану.

— Зачем?

— Просто́ вызыва… — Пыталась и Мари, — …й, еще и анфирмье зови!

— Чего? Кого?

— Медбрата с вожатой, срочно! — Рявкнул Сережа.

Рита аж подпрыгнула после такого и в спешке подобрала свою рацию с полотенца. Она нажала на кнопку и передала сообщение на другой конец «провода». К счастью, Диана лишних вопросов не задавала. Услышав короткое «скоро буду», Рита бросила рацию обратно на полотенце.

— Так что случилось-то?

Кое-как отдышавшиеся Мари и Сережа начали отвечать:

— Юля упала с платформы в воду. Спиной вниз. Похоже, что она без сознания.

— Ужас. А что? Поскользнулась?

— Но, Марго. Я потом тебе расскажу.

— Поняла. Вам там помощь не нужна?

— Нет. Только медбрат. — ответил Сережа.

— Пойдем обратно́. — сказала Мари.

Отдышавшись окончательно и выпрямившись, они быстрым шагом пошли обратно. Посмотрев на эскалатор, Мари заметила знакомую фигуру с густыми желтыми волосами и вторую, в белом халате. Они в спешке спускались по, и так идущему вниз, эскалатору, а как только спустились на песок, то побежали к Мари и Сереже.

— Что стряслось?! — спросила Диана.

— Бегом к пристани, там Юля! — Сказал Сережа и теперь компания, уже из четырех человек, снова принялась бежать на злополучный плавучий дом.

Сил Жака хватило, чтоб вытащить не самую низкую семнадцатилетнюю девушку на берег, но её ноги до половины икры все еще омывали волны.

— Она в сознании? — спросила Диана у спасателя.

— Нет. Ударилась головой, когда шлепнулась в воду. Здесь, сбоку, до дна то…

— Спасибо Жак. Из тебя действительно великолепный спасатель.

— Я бы и не заметил, если б меня не позвали, — показал Жак пальцем на Сережу с Мари. — Я могу идти?

— Да, Жак, еще раз спасибо.

Он кивнул Диане и ушел к своему рабочему месту. Главная смотровая вышка находилась тоже на платформе, чуть дальше самого дебаркадера.

— Такс, кто расскажет, что тут стряслось? — Обратилась Диана к парочке. Медбрат начал свой чисто символический осмотр. В принципе, и так все было ясно.

— Ну… Чуть не случилась драка.

— Вот как? И кого с кем? Ушла же совсем недавно!

— Диана, — Обратился к ней медбрат, — это все можно выяснить и чуть позже, а сейчас давайте доставим её в медпункт. У нее может быть сотрясение.

— Твоя правда, Макс. Но с вами я еще не закончила, — сказала Диана и помогла медбрату взять Юлю под руку, сама взяв её под вторую. С помощью старших, безвольное тело Юли побрело навстречу эскалатору, а Сережа с Мари с облегчением выдохнули. Здоровяк молча пошел обратно к технике, заниматься своими делами, а Мари без цели, поплелась туда-же. Парень вернулся к ранее разобранному гидроциклу, а француженка села на кресло, на котором сидела повариха до ухода. Просидела она там не долго. Мари тихо встала и подошла к Сереже сзади.

— Сережа́?

— М? — Обернулся здоровяк.

— Мерси за то, что ты сдела́л.

— Да брось. Каждый бы так поступил.

«Ну да, поприбедняйся еще тут.»

— Може́т и так, но оказался ты.

— Не за что, Мари. Теперь следи, чтоб тебя за углом никто не подкараулил.

«Дежа вю»

— Ви, тебе это более актуально сейчас, — Мари улыбнулась Сереже. В ответ она тоже получила улыбку, которая резко оборвалась, внезапно что-то вспомнившим взглядом.

— Я забы-ыл! — Сказал Сережа и встал во весь рост. Он быстро пошел в сторону яхты и Мари, кажется, поняла, что именно он забыл. Как оказалось Вика действительно спала на яхте, а Сережа должен был её, по её же просьбе, разбудить.

— Подъём! Кому-то пора на свой первый урок! — негромко крикнул Сережа Вике.

Та раскрыла свои сонные глаза и отмахнулась рукой. Она перевернулась на другой бок и снова предприняла попытку уснуть.

— Так не пойдет. Просыпайся или скину за борт.

— Если тебе жить не надоело — попробуй, — произнесла Вика в полудреме. Пересилив себя, она все-таки приняла вертикальное положение. Все уже и так успели оценить фигуру Вики из-за её специфической манеры одеваться, так что добавить к её внешнему виду в купальнике было нечего. Купальник был самый обыкновенный: раздельный и полностью серый.

— Не надоело, поэтому и не скинул сразу. Обгореть ты, вроде, не успела.

— У меня уже был предварительный загар, — Вика зевнула, не удосужившись прикрыть рот рукой, — Так что, не особо и страшно, — Потерла она глаза. — У тебя посетители, Серега? — перестроила своё внимание девушка.

— Типа того. Знакомься, это Мари.

— Косвенно мы уже знакомы. С утра у умывальников её видела с Ритой.

— Ви, знакомы́, — Мари подошла к яхте.

— И чем вы тут ребятки, занимаетесь?

— Уже ничем. До этого было довольно… весело, в плохом смысле этого слова, — Сказал Сережа.

— Расскажешь позже?

— Да не́чего особо… Напомнишь — расскажу.

— Не сомневайся — напомню, — говорила Вика все время улыбаясь, пока смотрела на Сережу, но только её взгляд упал на Мари, она прекратила лыбиться и собралась уходить. Отойдя от яхты шагов десять, Вика обернулась. — Ты ж помнишь, кто первый катается на гидроцикле?

— Помню-помню. Я позову тебя.

Довольная Вика улыбнулась и продолжила свой путь куда-то за домик.

— А что? Все-таки́ есть возможно́сть их починить? — Поинтересовалась Мари.

— Вообще-то… Они все рабочие, — почесал Сережа затылок. — И вся проблема валяется у меня на футболке. — Указал пальцем парень на лежавшую старую футболку, на краю плавучей платформы. Некогда ярко желтая футболка сохранила свой оригинальный цвет только в одном месте, а на её боку красовалось большое, старое масляное пятно. На футболке лежали, Мари быстро посчитала, шестнадцать абсолютно непонятных ей белых штуковин.

— Немного́ фи. Куа это такое́?

Сережа махнул рукой в жесте «давай подойдем» и как только они осуществили задуманное, здоровяк поднял одну из «штуковин» и показал Мари поближе.

— Это — свечи зажигания.

— Не знаю́ что это́.

— Если просто — без этих штучек не работает двигатель.

— Так зачем ты их вытащи́л? — непонимающе спросила Мари

— Затем, что они все испорчены. Часть, которая должна искрить — засорилась. Получить новые возможности нету, так что, буду чистить эти.

— Клэр… Понятно́. А с этим что? — показала Мари на яхту.

— Вообще… Еще не знаю. Даже не открывал.

— Вообще не интересно́?

— Интересно. Но я занялся сперва гидроциклами. Теперь я знаю, что с ними. Хочешь посмотреть, что с яхтой?

— А можно́?

— Ну… Мне можно. А раз ты со мной сейчас, то и тебе, — хитро улыбнулся Сережа.

— Что-то́ она немного ретро́.

— Еще и удивляешься? — Говорил Сережа, пока отходил к лавочке под навесом домика. На ней лежала его форма. — Тут все ретро. Хотя и в очень хорошем состоянии.

— В смысле́?

— Ну, — начал Сережа копаться в своих-же сложенных шортах. — Гидроциклы, на пример, это «Кавасаки» такой модели, что их уже не выпускают, по моей памяти, лет десять. До этого они выпускались еще столько же. Вот и выходит, что этим гидроциклам, должно быть, лет по двадцать каждому, — вытащил Сережа связку ключей с кармана шорт и повернулся к Мари, — А им, с виду, года по три ну или пять.

— Ага… А про яхту что скаже́шь?

— Ничего… Тут я вообще ничего не понимаю. Надеюсь, что найду документацию, либо внутри, либо выпрошу у начальника смены. Сильно сомневаюсь, что яхта импортная. Дизайн, да и размеры не сильно… гражданские.

— Куа? Гражданские́?

— Да. Ставлю на то, что она была приписана к какому-нибудь яхт-клубу или турбазе. А может и вообще рейсовая… — Сережа вернулся к яхте, крутя ключи на указательном пальце.

— Она… Оче́нь большая́. Яхта моего ункле раза в два меньше́.

— Твоего кого?

— Брата́ моего папы́.

— А, дяди. Все время забываю, что для большинства обитателей этого лагеря, такие вещи — как частные яхты — в норме.

— Знае́шь? Обычно́ всяким вэсу дают названия́. Как называется эта яхта́?

— А это толковое замечание. Я не знаю.

— Все яхты́, что я видела, названия́ носили на носу.

— Я не видел там надписей. Посмотрим?

— Ви, — отошли они к носу яхты.

— Мда… Ржавчина и одна буква… Как думаешь, что за слово могло начинаться на букву «Б»?

— Не знаю…

— Значит, придумаю свое. Если удастся её завести.

— Есть идеи́?

— Не-а. С моей-то фантазией… Буду ходить по лагерю и спрашивать названия у остальных. Вот у тебя идею могу спросить, прям сейчас.

— Хм… Она больша́я, но в ней есть скрытое элеганс. За ней нуже́н большой уход, но как только она сменит свою шкуру, то засияет с ново́й силой. Прям как ля ренард с наступлением Зимы.

Сережа слушал очень внимательно каждое слово.

— Ренар… Это?

— Такой зверь. Не знаю как на руссэ.

— Значит, запишу именно «Ренар». Мне уже нравится такое название. Может, наконец, откроем её?

— Ви. Давай.

Мари и Сережа начали возвращаться к корме плавсредства. Они дошли до того места, где спала Вика и там же перепрыгнули на борт. Хоть яхту маленькой, ну никак, назвать язык не поворачивался, когда Сережа и Мари допрыгнули, судно самую малость качнулось. Сейчас они находились на большой прямоугольной площадке с трех сторон обставленной старыми лакированными скамейками. Длинной она была метров десять, ровно пополам разделенная металлическим навесом. Заканчивалась палуба — упираясь в металлическую покрытую облущенной краской дверь, ведущую внутрь. Палуба в этом месте тоже была деревянной, но не смотря на возраст, ни единая дощечка не была тронута гнилью.

— Поразительно… Все как новое.

— Ви, кроме металла. Весь ржавы́й.

— Да не скажи, — провел Сережа рукой по покрытию яхты. Металл чистый, а вот краска… Или что это за покрытие? В общем — оно негодное.

— Интересно́, а что на второй понт?

— Мари, не обижайся, но я не понимаю твои францизмы…

— Ви, не обижаю́сь. Я имела в виду второй урове́нь, — показала Мари указательным пальцем на крышу яхты.

— Думаешь, там что-то есть?

— Уверена́.

— Ну, сейчас и проверим, — сказал Сережа, подходя к двери ведущей внутрь яхты. На первый, взгляд дверь не должна была открываться чисто физически: петли проржавели насквозь, а замочная скважина покрылась каким-то налетом. Ключ с трудом зашел в замок, но поддаваться на попытки Сережи его отпереть — отказывался.

— Наверное, не тот ключ.

Парень попробовал следующий и пошевелил им в замочной скважине. В этот раз все получилось более удачно и замок с трудом щелкнул так, как будто это ему стоило его замочной жизни. Позже, все так и оказалось, и закрыть яхту не представлялось возможным. Сережа, прилагая усилия, попытался открыть дверь. На его толстой шее вздулись вены, а и без того немаленькие руки напряглись. Дверь начала поддаваться, но открыть её полностью Сереже так и не удалось, она застыла в одном положении не желая двигаться ни в расширение, ни в сужение получившейся щели. Парень попытался протиснуться внутрь, но ничего из этого не вышло.

— Все, доигрались. Она больше не откроется, только с петель снимать.

— Все так плохо́? — подошла к нему Мари.

— Ну, — оценил он Мари взглядом, — я точно не смогу туда пройти, а вот ты… у тебя выйдет.

— Только́, надею́сь, без шуток с твоей стороны? Не хочу остаться там.

— Даже если б хотел — не смог бы, — попытался подвигать Сережа заклинившую дверь, улыбаясь.

— Хорошо. Отойди.

Сережа отошел и демонстративно показал руками, что путь свободен. Мари подошла к двери, повернулась боком и не без усилий, но протиснулась внутрь кабины.

— Что видишь?

— Ну… Лестница́ на вторую понт, вулон, разные приборы́.

— Так… Ничего не понял… Мари, осмотри окна, может какое-то открывается?

— Ви, сейчас, — ответила она и принялась осматривать окна. Ни у единого окна не было даже намека на щеколду, застежку или еще какой-то запирающий механизм. Сквозь окно Мари кивнула Сереже, что открыть их не представляется возможным. Парень же на это почесал затылок, а потом показал пальцем «вверх». Мари поняла, что он хочет; чтоб та поднялась на верхнюю палубу. Но путь на неё преграждал металлический люк. Не сказать, что сильно большой, но легкой эта штука точно не была. Мари поднялась к люку и положила руки на засов, сделав попытку открыть перегородку. Механизм поддался легко, но люк еще оставалось поднять и то, что шестнадцатилетняя девушка сможет это сделать — вызывало большие сомнения. Мари уперлась в него спиной и попыталась оттолкнуться ногами от ступеньки, на которой стояла. Ноль эффекта.

«А если наоборот?» — Подумала Мари и легла спиной на ступеньку. Теперь уже ноги были уперты в люк и приложено немалое усилие. Он чуть приподнялся, но не открылся. Мари встала со ступеньки, оттряхнула, как смогла, спину и теперь смотрела на люк с высоты основной палубы. Она молча осмотрелась по сторонам, убедилась, что Сережа с такого ракурса никак её увидеть не сможет и выставила раскрытую ладонь, закрыв глаза.

«Глупый люк, не знаешь, на что нарвался. Лучше б сразу открылся» — подумала Мари и тихо произнесла, открыв мелькнувшие, потусторонним, фиолетовым светом, глаза:

— Вентуро.

Бедный люк никак не ожидал такого и от надавившего на него потока воздуха, чуть не слетел с петель, открывшись с таким грохотом, что пол лагеря могло слышать. А может, это просто изнутри так громко было. Мари наконец выбралась на верхнюю палубу и снова получила дозу летнего солнца.

Француженка повернулась лицом в направлении носа яхты, где находился еще один штурвал и куча неизвестной аппаратуры. По бокам от нее находились два столика с приставленными к ним диванами. Вся эта красота: штурвал, два полукруглых старых дивана и два столика находились в неком стеклянном ограждении, которое, в свою очередь, служило еще и спинкой диванам. Его было бы совсем неплохо отмыть. Мари обернулась и увидела шлюпку. И не старую пробитую деревянную лодку, а спущенную резиновую, с виду — вполне современную. На такой же как и нижняя, дощатой, палубе лежал, от этой лодки, мотор.

— Мари! — позвали снизу. — Все хорошо? Я слышал грохот!

Она подошла к краешку палубы и глянула вниз.

— Все хорошо́, мерси, — негромко ответила та.

— Так что это было?

— Просто́ люк открылся́ слишком легко.

— Понятно. Есть возможность мне туда забраться как-то? Может схватиться за край?

— Но. Он остры́й. Разве что, схватишься сразу за ограждение́.

— Не допрыгну. А подсесть неоткуда. Опиши хоть, что ты видишь.

Ну, — Мари быстро огляделась, — Тут есть два столика, две софа, еще один вулон и ограждения прямо по краю́. А еще спасательная бату́.

— Снова не понял половины… Ладно. Сам осмотрю завтра, спускайся.

— Ви, — сказала Мари и собралась возвращаться на палубу ниже. Конечно, можно было бы и спрыгнуть, но это показалось Мари как-то не соответствующе её смертному образу. Быстро спустившись по лестнице и протиснувшись в двери, Мари стояла перед смотревшим в пол Сережей, явно погруженным в собственные мысли.

— О чем думаешь?

— Да о своем… О том как открыть дверь, чем отскоблить ржавчину и покрытие… А еще, где взять топливо для всего этого. Яхта сто процентов дизельная, а гидроциклы бензиновые. Надеюсь, в клубе есть хоть половина из всего нужного. Новые петли я точно там найду, какой-нибудь растворитель тоже, покрытие я никогда не воссоздам, так что придется красить чем-попало… — Казалось Сережа совсем забыл, что он тут не один. Мари не захотела отвлекать его от своих мыслей и собралась уйти, но Сережа резко проснулся.

— Мари.

— Ви?

— Спасибо тебе за компанию и твою помощь. Если тебе что-то может понадобиться от такого как я — я с удовольствием помогу, — улыбнулся Сережа.

— Оу… Ви, хорошо, пожалуйста́. Да и тебе мерси.

— Слушай… Я, конечно, Вике, вроде как, обещал, но думаю, что она не будет против, что я тебя позову вместе с ней… Хочешь одной из первых покататься? — Показал Сережа большим пальцем за спину, на привязанные гидроциклы.

— Ну… Почему бы и нет. Я согласна́.

— Вот и хорошо, — улыбнулся Сережа еще шире. — Тогда завтра после завтрака тут, договорились?

— Ви.

— До завтра?

— Не спеши говорить «аревуар». День не кончился, — говорила Мари, пока спускалась с яхты на платформу. Сережа проводил её неотрывным взглядом и продолжал смотреть на нее пока та не скрылась с его поля зрения.

«Даже не знаю иллюзия ты или нет… Как к тебе относится?» — Думала Мари пока возвращалась к своему пляжному лежбищу. Рита все еще лежала и загорала, пока близнецы и Валера плескались в воде. Соседка приподнялась на локтях и глянула в сторону подошедшей Мари.

— Вернулась? Как время провела на своей пристани? — Ехидно спросила Рита.

— Ви, вернула́сь. Нормально́… — не отреагировала пришедшая на подкол.

— Да? А по виду не скажешь. Грустная какая-то.

— Тебе кажется, Марго, я всегда такая́.

— Ну может-может, — подозрительно сказала Рита. — Ну и ладно. Оля не вернулась. Куда она делась?

— Она с брато́м ушла. С ней все хорошо. Кажется…

— Не поняла.

— Мне показалось, что они поссорили́сь.

— А… Ну это ничего, помирятся. Я уж думала, что она ушиблась.

— Но, — Мари плюхнулась на лежащее полотенце. — Сколько там до ужина́?

— Примерно часа три, может чуть меньше.

— Дезоли… Уже есть хочется́. Марго, ты еще тут будешь?

— Наверное, да. Уж больно тут хорошо. Да и как-то не хочется младших расстраивать скорым уходом. Смотри, как веселятся.

— Ви. Екскьюзе тогда. Я пошла.

— Давай, увидимся на ужине.

Мари подобрала с полотенца лежавшую форму. С последнего купания прошло уже много времени, а солнце жарило так, что оставаться мокрым долгое время просто не представлялось возможным. Мари небрежно оделась с мыслью, что в домике все-равно переодеваться и пошла к эскалатору. Она решила оставить полотенца на Риту.

«Не обломится же» — думала Мари, пока поднималась на последнюю ступеньку эскалатора. Еще немного пройдясь, француженка уже стояла рядом со своим домиком. Благо, ключи не выпали из кармана юбки и Мари без препятствий открыла дверь. Только сейчас она почувствовала сухость осевшей на коже морской соли.

«Кошмар. Ну и мерзость, нужно срочно в душ».

Вот только оба банных полотенца сейчас были на пляжном песке.

— Диаблэ, — тихо выругалась Мари и присела рядом со своей кроватью. Последняя надежда на скорую помывку была в том, что Авелин могла положить полотенце в дорогу. И у Мари появился новый повод усилить и без того большую любовь к своей дорогой мачехе. В сумке она обнаружила свое старое любимое розовое полотенце. Хоть оно и не дотягивало размером до банного, но было уж точно больше того, с которым она обычно ходит умываться.

«Благослови тебя боги, Авелин» — Подумала Мари и взяла полотенце, уже раскрытый выданный лагерем пакет со средствами гигиены, мочалку и сменное белье.

Ни теряя ни минуты она вышла с домика, закрыла двери, спустилась по ступенькам, но не успев пройти и пары шагов за воротник её рубашки схватились две руки. Нападавший резко толкнул Мари назад и заставил встретится её спину со стенкой домика. Перекинутое через руку полотенце упало на устеленную хвоей землю, а пакет растерял все свое содержимое. Спине особо больно не было, но все-таки неприятно биться чем-то о твердые поверхности. Мари глянула на того, кто же устроил ей такую засаду. Это оказалась Вика, все еще державшая её за воротник, сильно сжав кулаки. Её лицо выражало неимоверную злость, а стиснутые зубы мешали внятно говорить.

«В бровь или в глаз?» — Подумала Мари.

— Слушай сюда, кукла французская! Еще раз увижу рядом с Сережей — у тебя нос с затылка торчать будет!

«Так вот в чем дело. Вот блин, в такой ситуации даже силами не воспользуешься…»

— Куа? Не понимаю́, о чем т…

— Что ты квакаешь?! Что не ясно?! — Перебила Вика. — Это тебе авансом, — Она оторвала правую руку от воротника, как оказалось через миг — для замаха. Не самый слабый удар только что влетел в бок Мари, заставив согнуться.

«Терпимо… Погоди, вот не будет никого рядом…» — Подумала француженка и выцепила взглядом две знакомые фигуры, сильно отличающиеся ростом, пока разгибалась после полученного удара. Высокая фигура наклонилась что-то сказать низкой, после чего в спешке удалилась. Низкая же фигура со всей прытью побежала в сторону Мари и Вики.

— Куда ты смотришь там?! — Громко спросила Вика и обернулась.

— Не трогай её, гадина! — Послышался голос теперь уже ясно различимой Оли. Девочка подбежала и схватила Вику за ногу, пытаясь её оттолкнуть или оттащить в тщетных попытках.

— Маленькая дрянь, не лезь! — Замахнулась Вика в сторону Оли, намереваясь дать ей пощечину или просто шлёпнуть, но фигура номер два уже была тут как тут. В самый последний момент Никита подошел из-за спины Вики и поймал её руку. На его лице не было ни секунды сомнения, как и на Олином — ни намека на страх.

«Как по нотам сработали. Ни единой заминки» — Отметила Мари.

Далее — более: Никита решил не останавливаться, Мари на секунду подумала, что он сейчас Вику нокаутирует, так как поднял ногу, которая стремительно стала приближаться к её лицу. Бедняга и понять ничего не успела в тот момент, когда уже лежала на земле. Поднятую ногу Никита положил Вике на плечо, противоположное пойманной руке. Внутренняя сторона колена лежавшая на Викином плече резко согнулась, а свободная Никитина рука замкнула импровизированный замок. Чуть дернув назад, Никита повалил Вику на землю не разжимая захвата. Теперь Мари наблюдала любопытную картину: почти верхом на Вике сидел Никита, сжимая её всю в захвате ногой от правого плеча до левого бедра. Одна из её рук была зажата, а вторая хватала воздух в попытках добраться до Никитиного лица, которое ехидно улыбалось, смотря на Викины потуги. Так продлилось недолго, и Вика наконец-то сдалась. Мари осознала, что все это время стояла, вжимаясь в стенку домика, а Оля начала говорить:

— Как же круто, братик, смотрится этот прием, когда ты делаешь его не на мне! — Оля выпрямила руку в жесте «дай пять». Никита на это немедленно ответил.

— Ты как тут? — Спросил Никита у Мари.

— Ви, нормально́. Мерси.

— Подожди минутку, пожалуйста. Я тут сейчас разберусь, и тоже хочу тебе кое-что сказать, — произнёс Никита виноватым голосом, а потом повернулся к Вике.

— Такс, а что с тобой делать?

— Отпусти, урод. — Сказала Вика с недостатком воздуха в груди.

— Фу, как грубо, — Никита чуть сильнее сжал захват, отчего Вика выдохнула. — Слушай сюда. Еще раз увижу, что ты лезешь к ней, — кивнул Никита на Мари, — а особенно если замахиваешься на нее, — акцентировал Никита внимание на сестре, — то твое красивое лицо будет по осколкам собирать какой-нибудь известный хирург, или кого еще там может нанять твой богатый папочка. Мы друг друга поняли?

Вика молчала, но согласно кивнула.

— Ты на меня не обижайся, но перед одной я виноват, а другая моя сестра. Сама понимаешь.

Вика снова кивнула.

— А теперь скажи, что ты будешь хорошей девочкой и я тебя отпущу.

— Ишь чего захотел, урод!

Никита еще сильнее сжал захват, и Вика просипела что-то типа «ладно». Парень перестал сжимать слишком сильно, чтоб Вика смогла говорить.

— Я буду… хорошей девочкой.

— Вот и умница, — Никита поднялся на одну ногу подняв с собой и Вику. Она была просто как тряпичная кукла в его… ноге.

«Потрясная растяжка.» — отметила Мари.

Когда Вика уже стояла в полный рост, Никита убрал ногу с плеча «жертвы» подняв её, что казалось невозможным, еще выше и резко опустил, когда понял, что уже никого не ударит. Вика вздохнула полной грудью и сказала:

— Что ты, черт побери, такое?

Никита показал большим пальцем на Олю, и та за него ответила.

— Он мастер спорта в смеженных единоборствах! — с гордостью сказала Оля.

— В смежных, — поправил её Никита.

Вика все это время держалась за бока и пыталась отдышаться.

— Не волнуйся, ничего я тебе не сломал. Да и попробуй это сделать с такими подушками безопасности, — Насмешливо улыбнулся Никита.

Вика ошарашенно на него глянула, потом налилась красным и громко выпалив «Урод!», ушла как можно быстрее. Мари, не выдержав начала смеяться. К ней подключилась Оля. Никита же просто стоял и улыбался, наслаждаясь тем, что не ударил в грязь лицом перед девушками. От его типичного стеснения не осталось и следа.

— Прости за это шоу, — обратился он к Мари.

— Ничего. Это было даже́ здорово́.

— Да? Я до последнего думал, что споткнусь при замахе! — казалось, впервые засмеялся Никита, но так-же резко затих и продолжил говорить. — Мари… — Отвел Никита взгляд в землю. — Прости меня пожалуйста за то представление на пристани. Я не знаю, что на меня нашло и… В общем, моя «отбитая» голова в последнее время соображает крайне туго. Да и за Юлю прости. Она, как ты заметила, в своей ревности не знает границ.

— Ну, надею́сь, что если́ я тебя не прощу — то не буду́ на месте Вики́, — попыталась Мари пошутить. Никита не сразу понял сказанное, но как дошло, то он улыбаясь ответил.

— Ну я ж не изверг. Не простишь — будет мне уроком как поступать не нужно… Да и правильнее будет, если честно… Но хотелось бы чтоб извинила. И ей приятнее будет, — показал он на Олю.

— Меня не приплетай!

Мари снова хихикнула и сказала.

— Ви, хорошо, прощаю. Но с Юле́й нужно что-то сделать…

— Спасибо. Я пытался. Не выходит.

— Да, спасибо! — Подпрыгнула от счастья Оля.

— Как там она́?

— Неважно… Голова у нее болит, но в сознание пришла.

— Все буде́т в норме́?

— Да… Я уверен… — Сказал он невесело.

— Бьён. Вы меня простите́. Я шла в душ.

— Ой, да-да.

Мари быстро собрала все то, что уронила и продолжила свой путь до душевой. Странно, что идти нужно было аж до общих клубов.

«Не могли что ли поближе сделать?»

Миновав по краешку площадь и поздоровавшись со знакомыми, Мари пришла к месту назначения. Очереди в душ не было, и поэтому она быстро заняла самую удобную, на её взгляд кабинку, смыла всю морскую соль и посвежевшая довольная, пошла обратно. Закинув в домик вещи, приведя себя и форму в порядок перед зеркалом, Мари вышла на крылечко домика и села на ступеньки.

«Что делать дальше? Найти Диану и прям сейчас ей все рассказать? Поспать что ли? Пробежаться до заброшки в лесу? Не, туда без Дианы я не пойду. Вроде потусторонним тут больше не пахнет… Может, Наташа согласиться сделать мне чай?»

С такими мыслями француженка поднялась, оттряхнула юбку и пошла по направлению к столовой. Столовую закрывали только на ночь и Мари спокойно вошла внутрь. На кухне гремела посуда, переговаривались повара и вообще — бурлила жизнь. Из прохода на кухню, как раз показалась уже знакомая повариха — Наташа, которая выходила, обернувшись головой назад и что-то говорила в проход. Её взгляд упал на Мари, как только она повернула голову.

— Ой. Привет. Ты хотела что-то? — улыбнулась Наташа своей безупречной улыбкой.

— Ви. Спросить, можно ли чай сдела́ть?

— Ну… Вообще нельзя, но я думаю, что мы сделаем маленькое исключение, Мари, — Наташа подмигнула.

— Мерси боку, — улыбнулась ей девушка.

Спустя вскипячённый чайник и выбор заварки, Мари сидела за ближайшим к раздаче столиком и пила горячий чай. Наташа не смогла устоять перед соблазном поговорить о чем-то с гостьей и взяла небольшой перерыв на кухне.

— Не против поболтать?

— Но, давайте́ поговорим.

— Откуда ты приехала?

— С Лиона. Это в…

— Я догадываюсь, можно не объяснять.

— Ви. Вот оттуда.

— А кто твои родители?

— Мой папа́ — частный детектив, а маман — нотариус.

— Интересно.

— Они работали в одних офисных помещениях… Вот так и познакомились, — отхлебнула Мари чай. — А вы? Как вы тут оказались?

— Ну, это неинтересная история: мне позвонило начальство лагеря и предложило тут поработать. Назвали более, чем достойную зарплату. Да и вообще, я хотела освежить детские воспоминания. Когда-то давно, даже будучи младше тебя, я попала в детский лагерь. Он был намного проще этого и был просто в лесу… Там было просто волшебно: высокие стройные деревья, голубое небо, а воздух какой! Все там были добрые и хорошие: вожатые, начальник смены…

Мари поперхнулась чаем от услышанного. Наташа резко встала, чтоб постучать её по спине.

— Что с тобой?

— Пардон. Заслушалась…

— Ой, ну тогда не буду тебе мешать, допивай спокойно, — Улыбнулась Наташа и ушла на кухню.

«Неужели? Да ну, быть не может. Ведь она тоже приезжая…»

Мари допила свой чай, отнесла кружку, еще раз поблагодарила Наташу и собралась выйти из Столовой, как на пороге очутился уже хорошо знакомый ей блондин-очкарик.

— О, Мари, и ты тут?

— Ви, Сережа́. А ты что хотел?

— В данный момент — Наташу увидеть. У меня к ней просьба.

— Она там, — показала Мари на кухню пальцем.

— Сильно занята?

— Ну, минуту назад еще не была. А зачем тебе стакан? — Заметила Мари, что Сережа держал что-то в руке.

— А. Да я за содой зашел, или за лимонной кислотой. На всякий случай.

— И что же это за «случай» такой може́т быть? — Удивленно спросила Мари.

Сережа начал тереть затылок и сказал:

— Пока еще не знаю, но может со свечами понадобится.

— Что за шум? — Вышла проверить ситуацию Наташа. — О, Сережа, привет!

— Здравствуйте. У меня к вам просьба необычная.

— Сильно необычная?

— У вас сода есть? Или кислота лимонная? Буквально ложку.

— А тебе зачем?

— Ну как зачем? Чтоб вас на яхте прокатить, — хитро улыбнулся очкарик.

— Ох и хитре-ец. Есть и то, и то, заходи.

— Спасибо.

Мари и Сережа вышли из столовой. Одна с полным незнанием того, что делать, а второй с половиной стакана лимонной кислоты.

— Мари, тебе есть чем заняться?

— Но, а что? Что-то предлагаешь?

— Да в принципе, ничего… Разве что, просто захочешь составить мне компанию.

— Рьён э фер, составлю.

— Вот и хорошо. Тогда пойдем в клубы.

До клубов Сережа и Мари дошли молча, что-то ни одна общая тема так и не сыскалась. Сережа вставил ключ в замок, повернул ручку и пустил Мари внутрь. Дверь в клуб парень так и не закрыл, аргументировав это тем, что так прохладней. Хоть ключ вытащил. Мари стояла посередине помещения и оглядывала полный беспорядок на столах… и вне столов.

— Как ты тут обитае́шь?

— Вполне себе комфортно. Вот только излишне пыльно.

— Ви, слабо сказано. Куа это? — Мари взяла со столика камушек похожий на кусок янтаря, правда он был темнее и немного прикопчен.

— Это канифоль. Туда паяльник тыкаешь, а потом… паяешь.

— А-а, — протянула Мари.

— Что интересного произошло за это время?

— Много чего. На меня напала Вика́ и её почти придушил Никита́.

— Чего-чего?! — Сережа аж отвлекся от поисков чего-то.

— Ви. Было странно.

— Ладно… Не мое дело.

«Ага, не твое… Как раз из-за тебя.»

— Можешь присесть вон там, — показал Сережа на столик между двумя окнами. — Он самый чистый, мыл его буквально сегодня. Стул тоже.

— Мерси. — Мари прошла до указанного места. — Так… Что делае́шь?

— Ищу материалы для двери на яхте. Её по любому нужно будет снимать с петель. Значит — надо найти чем. А когда сниму — нужно будет ставить обратно. Нужно найти на что. Также нужно найти плитку, чтоб закипятить раствор лимонной кислоты. Плитка, кстати, где-то в том верстаке, рядом с которым ты сидишь, если не сложно — помоги найти. Потом нужно найти щетки, чтоб почистить свечи зажигания, которые я после промою либо кислотой, либо растворителем, который я тут нашел.

— Ви, понятно́. А что такое плитка́?

— Ну… Плита кухонная знаешь, как выглядит?

— Ви.

— Вот, а плитка — то же самое только нагревающая поверхность одна. От нее еще провод тянется длинный. Понятнее?

— Не особо…

— Тогда просто найди штуки приблизительно похожие на то, что я описал, а я заберу нужную.

— Хорошо.

Сережа отошел в подсобку и начал что-то искать там. Мари же начала копаться в ящичках верстака и под ним. Внутри хлама оказалось еще больше: наборы сверл, какое-то странное шершавое полотно, еще один паяльник, какие-то измерительные приборы… Находилось все, кроме того, что надо. Сережа вернулся с подсобки, найдя там две массивные дверные петли и положил их на чистый стол, за котором ранее сидела Мари. Туда же упали восемь штук достаточно толстых болтов, с навинченными на них гайками. Мари все продолжала искать, кладя на верстак все, что, по её мнению, могло пригодится, а Сережа еще несколько раз обошел мастерскую. Стол пополнился ломиком с одним плоским концом, емкостью с длинным носиком с надписью фломастером «веретёнка». Из-под стола Сережа достал небольшой пластмассовый ящичек для инструментов.

— Ну что, нашла? — Спросил Сережа и уставился на скопление разного на верстаке.

— Не знаю́.

— Ну… В принципе — нашла, — порылся Сережа в куче и вытащил из глубины электроплитку на одну спираль. — Спасибо.

— А, так плитка это куизинэр. Теперь буду́ знать.

— Все остальное я потом свалю обратно.

— Что дальше́ нужно́?

— Ну… С чем бы сравнить…? Картошку любишь чистить?

— Куа? Но. Не люблю.

— Тогда это будет для тебя еще хуже, — улыбнулся Сережа. — Можешь мне помочь чистить свечи.

— А при чем тут пом де терр?

— При том, что процесс примерно одинаковый. Подожди, — Сережа быстро отошел и вернулся со своей, лежавшей тогда на пристани, футболкой, ныне завязанной в узелок и какой-то щеткой, издали напоминающей зубную, но массивнее. Сережа положил футболку на один из столиков, развязал, взял одну из свеч зажигания и показал Мари в чем же заключается похожесть процессов чистки. На конце свечи была пружинка, покрытая какой-то грязью и налетом. Пару раз махнув по ней щеткой и сняв весомый слой гари, Сережа отрыл в свече какой-то блестящий элемент.

— Видишь эту штуку?

— Ви.

— Вот нужно почистить так, чтоб она появилась на всех свечах.

— Понятно́.

— Будешь помогать?

— Ну. Посмотрим на сколько меня хвати́т

— Отлично. Тогда держи щетку, бери новую свечу и принимайся за работу. Я сейчас вернусь, — отдал Сережа указания, воткнул вилку плитки в розетку, взял стакан с лимонной кислотой и вышел с помещения.

Мари взяла новую свечу в левую руку, щетку в правую, и села на стул еще несколько секунд гипнотизируя «пациента» думая, как же лучше первый раз её почесать.

«Чем я занимаюсь?» — иронично, про себя спросила Мари.

Проведя щеткой пару раз по свече, уже на третье движение, показался медный блеск.

«Проще чем я думала.»

Мари стала тереть увереннее и через десяток секунд у неё в руках была уже почти полностью очищенная свеча. Мари сравнила свой результат с Сережиным и судя по количеству блеска — она явно была впереди.

«Вот так-то!» — возликовала Мари, но её радость прервал стук в дверь. Она уже настроилась на худшее, что сейчас зайдет Вика и придется её как-то проучить по-особенному, но это оказалась не она. В открытую дверь вошла черноволосая девушка, которую Мари видела с утра у сцены.

— Ой, — сказал она, увидев Мари. — А где Сережа?

— Куда-то́ отошел. Думаю, что скоро́ вернется́.

— Какой у тебя акцент интересный. Ты француженка? — Прошла девушка вовнутрь помещения.

— Ви. Я Мари.

— А я — Алита. — Помахала она рукой и легко улыбнулась, — Чем ты тут занята?

— Чищу́ эти штуки́. Забыла, как они называ́ются́.

— Это? Свечи зажигания. Обычно их не чистят, а сразу покупают новые.

— Твоя правда, — Вернулся Сережа. — Но единственный выход тут разжиться свечами — снять их с машин на стоянке. Такой себе вариант. Привет, Алит.

— Привет, — улыбнулась она Сереже.

— Ты хотела что-то?

— Да. Там с гитарным усилителем проблемы, он работает минуту и выключается. Нужно посмотреть.

— Хорошо, но давай не сегодня. Тебе срочно нужно?

— Нет. До завтра терпит.

— Как там группа и программа к концерту?

— Все идет по плану, пока-что. У нас есть пианистка, гитаристка, это я, второй гитарист, басист и барабанщик. Все иностранцы, у нас прям дружба народов.

— Здорово. Со всеми ладишь?

— Вполне, папа, — ехидно сказала Алита.

— Рад за тебя. Хочешь помочь в оживлении плавучей техники? — Сережа, пока говорил, поставил на плитку какую-то миску и залил в нее воду с кислотой.

— А я могу? Как?

— Можешь. Видишь щетку? — показал Сережа на еще одну, как у Мари, лежавшую на одном из верстаков.

— Вижу.

— Видишь, чем Мари занята?

— Вижу.

— Садись и делай то же самое.

— У тебя стульев нету.

— Значит, с Мари поделитесь. Вы вдвоем занимаете места меньше, чем я один.

— Подвинешься? — Спросила Алита.

— Ви, конечно. — Мари сдвинулась на половину стула.

Сережа выдал орудие труда и вручил свечу зажигания, которых оставалось еще четырнадцать.

Мари со своей новой свечой провозилась дольше, чем с предыдущей, но вскоре и она поддалась. Алита чистила свою свечу прикусив нижнюю губу, от излишней сосредоточенности. Её свечка, по примеру и одобрению Мари, тоже была готова. Раздав все щетки, Сережа чистил свечи куском наждачной бумаги, и такое чувство, что он специально оставлял немного лишней накипи на них. Все его свечи были грязнее тех, что отчистили девушки. Когда он закончил со своей свечой, грязных оставалось еще десять штук.

— Как раз, на каждого еще по три штуки, — сказала Алита.

— Что-то вроде того. Разве что, еще кто-то не придет…

— А кто может сюда прий… — Не успела договорить Алита, как в дверь постучали. Ни капли не удивленный Сережа с улыбкой посмотрел на девочек, а в двери показалась светлая вожатская форма.

— Ничего себе. Чем это вы тут заняты? — Спросила Диана у «толпы».

— Мы? Проводим тончайшую операцию по спасению невосполнимого ресурса, — Взял Сережа со стола грязную свечу и кинул её Диане. Та без проблем её поймала и осмотрела.

— И это невосполнимый ресурс? Старая свечка?

— Ну, если разрешите скрутить со служебных машин…

— Исключено! Потом нам всем что-то скрутят.

— Вы как раз вовремя, Диана. Пора внести вклад в теперь уже, общее дело починки плавсредств.

— Не поняла.

— Сейчас поймете. Мари?

— А?

— Одолжишь Диане свое орудие труда? Ты и так больше всех начистила.

— Ви, с большим плэзи́. — Широко улыбнулась Мари. Она поднялась со стула и отдала Диане щетку, подойдя к ней.

— Эээ…

— Все просто́. Вот эту штучку́ надо́ счисти́ть. Чтоб блестело́.

— А. Поняла.

— Только аккуратно. — Вставил Сережа. — Пусть лучше останется чуть больше гари, чем счистится контакт.

Диана приняла попытку почистить элемент, но гарь не поддалась. Только спустя движений шесть, блеск на кончике свечки начал хоть чуть-чуть появляться.

— Кошмар какой-то. Я-то думала, что скальпелем орудовать тяжело, но это — просто ужас, — попыталась пошутить Диана.

— Скальпелем? — Переспросила Алита

— Да, скальпелем. Я думала, тут все знают, что я хирург?

— Ну, не все, — сказал Сережа. — Главное самим спросить и мозгов не хватило.

— Ну, меньше знаешь — крепче спишь. Заберите от меня эту штуку, — Поторопилась Диана отдать наполовину отчищенную свечу.

— Поздравляю, теперь и вы внесли свою лепту в восстановление плавсредств.

— Ой, вот это я молодец!

— И не говорите, — сказал Сережа. — За такое жду вас, завтра утром после завтрака на пристани — заводить тех пришвартованных трупов.

— Вообще-то, тут я диктую вам распорядок дня, — сказала Диана. — Так что посмотрим, с утра ты этим займешься или еще когда. А вообще — что-то я никак не ожидала, что скутеры будут готовы на третий день…

— Открою секрет — там чинить было нечего. Вот только свечи почистить и нужно было, — Сережа резко хлопнул себя по лбу ладонью. Звук заставил девушек дрогнуть, а Диану вопросительно поднять бровь.

— Ну и что случилось?

— А заправлять-то их чем?

— Ну, бензином, наверное…

— Это-то так… А теперь вопрос ко всем присутствующим: кто-то привез с собой из дому лишнюю баклажку с бензином? Диана… Нужно ломать начальство. Успех проекта на ваших плечах.

— Ну супер… А если выдадут, не знаю, стакан…?

— Ну… Значит можно будет проверить только работоспособность… Покататься не выйдет.

— Как же ты мне дорог, Сережа… — со всей безысходностью сказала Диана. — Может кому-то еще что-то надо? Давайте, ярмарка услуг открыта, — осмотрела Диана Мари и Алиту. Те в ответ лишь промолчали. — Ладно. Я попробую, но ничего не обещаю.

— Заранее спасибо, — сказал Сережа, поправив очки и улыбнувшись. — Кстати.

— Ну что еще?

— Так… Вы что-то хотели? Не просто же так вы зашли?

— Точно. Что случилось на пристани? А то Юля не рассказывает. Никита куда-то делся… Только ты и Мари из очевидцев остались.

— Ты или я расскажу? — Спросил Сережа у Мари.

— Я расскажу́.

Француженка принялась рассказывать про то недопонимание, которое произошло. Она переключилась на родной язык, чтоб охватить больше деталей и сделать так, чтоб Сережа не понимал, что про него речь тоже пойдет. Мари рассказала, как Оля столкнула Юлю с пристани, про то из-за чего это всё случилось, как они с Сережей разбудили Вику и как та в последствии подкараулила Мари у её домика. Про внезапное спасение Олей и Никитой она тоже сказала.

— Вот как-то́ так, — Снова переключилась Мари на русский.

— Ой, Боги… Только треугольников мне тут не хватало.

— Треугольнико́в? — Переспросила француженка.

— Именно их. Хорошо, что всего лишь треугольники, — Сказала Диана, как в тот же момент дверь в клуб с грохотом открылась и в мастерскую влетела Марта.

— Сережа! Я слышала от Вики! Уже работают, да? Уже можно кататься?! Ой…

— Действительно «ой». — Сказала Диана.

— Ну я, наверное… — начала тихо говорить Марта, медленно отходя спиной вперед к выходу.

— Стоять! Дернешься еще — побегу следом, не сомневайся, догоню.

Девочка, поддавшись на речь вожатой, остановилась.

— Марта, — обратился Сережа. — Вика, конечно, провела весь день со мной на пристани, но ничего еще не работает… Даже я не знаю, когда заработает. А если заработает — обязательно тебя позову.

— А Вика сказала, что она первая будет!

— Ну, я ей обещал…

— Так не честно!

— Ну, прости, тут уже сама с ней договаривайся.

— Ох я ей…! — С такими словами Марта вылетела из мастерской.

— Не треугольник… Квадрат…

«Что за геометрия?» — подумала Мари.

Прозвенел лагерный горн.

— Наконец-то́! Уже не могу́.

— Ладно, — сказала Диана. — Бегом ужинать.

Вся компания с вожатой вышла из кружков и не торопясь пошла в сторону столовой. Сережа немного задержался, закрывая двери, но через секунду догнал девушек.

— Спасибо за помощь, — сказал парень, пока все шли.

— За что? Всего-то шесть штук почистили.

— Даже́ не половину́.

— Ну, все равно. Мне теперь гораздо меньше чистить, чем изначально.

— Ты захотел от нас так быстро избавиться? — спросила с насмешкой Алита.

— Это точно ты сейчас сказала?

— Ну а что? Или мы с Мари тебя достали?

— Да нет! Нет же! Просто я думал…

— Вот значит вместе и дочистим. Так ведь, Мари?

— Ви, раз начали́…

— Спасибо, девчонки, — сказал Сережа широко улыбаясь.

Юные «механики» дошли до столовой. Толпа уже собралась и давилась в двери здания.

— Такое чувство, что на них порции не хватит… — Сказал Сережа.

В само́й столовой слова здоровяка будто нашли подтверждение. Все посетители прям ломились на раздачу, желая быстрее забрать свою еду. В кои-то веки повара не справлялись с наплывом детей и за стойкой раздачи им помогали еще две девочки. Они старательно и быстро накладывали еду на тарелки и отдавали её в первые дотянувшиеся руки.

— Что же там такое подают сегодня? — Спросила Алита.

— Ни единой идеи́, — сказала Мари.

Троица все еще стояла у входа и рассматривала голодную нетерпеливую орду. Им захотелось немного подождать, пока хоть какое-то место освободится. Не заметили они и как сзади подошла Рита.

— Что это за хаос? — спросила удивленная помощница вожатой

— Самим интересно́, Марго.

Спустя минут десять созерцания, место у раздачи наконец-то появилось. Мари хлопнула по плечам Алиту и Сережу и показала им, что можно подходить. Компашка взяла свои подносы, терпеливо выстояла свою очередь и с наполненными тарелками разошлась за свои столики, договорившись после ужина вновь встретиться. Усевшись за свой привычный столик, Рита и Мари оценили набранное. На подносе находились: тарелка с большим куском запеченного мяса, с которого стекал ещё горячий сыр, под которым находились несколько колец помидора и сладкого перца; несколько запеченных картофелин, порезанных веером; стандартно большой стакан какого-то сладкого напитка; два куска белого хлеба и глубокое блюдце с нарезкой из свежих овощей.

— Что за день сегодня? Сначала завтрак с икрой, потом восточный обед, а теперь эта вкуснотища, — Смотрела на еду Рита.

— Ви, что-то прям не чисто́.

— Ну что, приятного аппетита! — Громко сказала Рита и накинулась на свою порцию, игнорируя правила этикета и забыв про лежавший на подносе столовый нож. Мари не могла позволить себе вести себя также, так что, в убыток скорости поедания, орудовала ножом с вилкой, как её учил отец. Француженка изредка посматривала за «манерной» Ритой и когда та закончила со своей порцией, у Мари еще оставалась две трети своей.

— Это было здорово!

— Ви, вкусно́.

— Ты чего так медленно?

— Просто ты слишком быстро́.

— Я голодная была… Ты прости меня, но снова тебя покину. У меня… Дела, — сказала Рита, встав из-за стола и подняв поднос.

— Ви-ви, давай, до ночи́.

— До ночи, — тихо сказала Рита, поняв, что у нее не получилось никого заинтересовать.

Только она встала из-за столика и повернулась к Мари спиной, последняя, улыбаясь, глянула на соседку сощурив глаза.

«Только потемнеет, посмотрю, что там у тебя за дела»

Наконец, доев и свою порцию, Мари отнесла поднос на раздачу. Забрала его у Мари из рук незнакомая девочка, но француженка готова была поклясться, что видела в первый день парня точно с такой-же внешностью.

Алита уже вовсю ждала, стоя на крыльце столовой, когда Мари только вышла. Сережа присоединился спустя пару минут. Поевшая троица неспеша возвращалась в клубы, где их ждало скучное, но сплотившее воедино дело. Оставшиеся десять свеч зажигания очистились за разговорами и смехом предательски быстро. Проходившая мимо Вика, так и не попавшаяся троице на глаза, долго слушала их разговоры, облокотившись на стенку рядом с входом. С её лица не сходил злобный оскал, а кулаки не хотели разжиматься.

Наконец-то девушки поняли зачем Сереже был нужен раствор лимонной кислоты: все свечи, которые он посчитал достаточно чистыми он поместил в кипящий раствор, продержав их там минут десять. Для остальных, которые посчитались грязными, была подготовлена более грубая обработка растворителем. На вопрос «Почему не обработать их растворителем все?» был дан ответ «Так надо». Ну, раз надо… Вскоре весь набор снятых и восстановленных свечей лежал на самом чистом в клубе столике вместе с дверными петлями, болтами и так далее.

Дело было сделано, и когда Мари с «коллегами» вышла из клубов, за дверью уже стояла ночь. Лагерь был освещен лишь довольно тусклыми фонарями и москитными ловушками. Стоило признаться, что без них тут находиться было бы очень некомфортно. Первой решила уйти Алита. Довольно громко зевнув, она попрощалась с остальными, одарив каждого крепкими объятиями, после которых поспешила к своему домику. Сережа же, почесав затылок, поинтересовался у Мари идет ли та спать, но у неё были другие планы, за последние три дня уже ставшие обязанностью. Сережа, услышав отрицательный ответ, робко помахал рукой и поспешил удалится.

«Эх ты, уверенней надо быть. Ну да ладно. У меня дела» — Подумала Мари и быстро осмотрелась, пытаясь найти самое темное и неприглядное место.

Вскоре, такое было найдено в виде небольшой металлической ширмы за душевыми. Как только Мари зашла туда, поняла, что это была импровизированная бойлерная, но не это было важно. Хлопнув в ладоши и явив Мари потустороннюю, девушка поспешила воспользоваться своим уже привычным методом перемещения. Она запрыгнула на ближайшее дерево как можно выше. Сосна предательски качнулась, но это не должно было никого привлечь.

«Хмм… Может я смогу найти Марго? Что-ж там за дела-то такие? И где она может быть? Не, мне понадобится помощь» — Подумала Мари и открыла того самого «помощника» во лбу. Теперь, когда все были видны, демоница начала свой осмотр, усевшись на ветку дерева в позе «лотос».

«Та-ак. Пусть мой Лимб не такой как у тети Сони, но всю территорию лагеря я с лихвой покрываю» — Подумала Мари.

Первое место, где Круа нашла отголоски чьих-то душ — оказался медпункт. Мари четко различила там двух человек. Девушка лежала на кровати на боку, повернувшись к парню, который сидел рядом, за столом. Он водил рукой перед собой, явно в ней что-то держа.

«Похоже, что-то пишет. Это Юля и медбрат. А это что?!»

Внезапно девушка стала подниматься с кровати откинув невидимое для Мари одеяло. Парень стал на нее смотреть, отвлекшись от письма. Девушка шатнулась, но медбрат успел её поймать. По ощущениям Мари, у них началась немая сцена. Медбрат и Юля стояли неподвижно, ровно до того момента, пока та не приблизилась своей головой к его. И это был не выпад, в попытках боднуть или отбиться, а самый настоящий поцелуй. Парочка быстро вошла в раж и через несколько секунд уже находилась на койке в горизонтальном положении.

«Вот дела! Бедный Никита… А вообще, если он узнает, то жалеть нужно будет уже медбрата. Вот ведь… Никак я такого не ожидала» — Подумала Мари и отвела взгляд от медпункта.

«Не буду обманывать, интересно, но у меня другие дела, хах.» — Продолжила Мари осмотр территории.

Взгляд демоницы осмотрел стадион и сцену. Никого там не оказалось кроме пары человек из обслуживающего персонала. Потом Мари прошлась взглядом вдоль «обрыва» и джекпот! Нашла еще несколько отголосков. Очень высокий парень и какая-то девушка сидели и смотрели на воду, без устали шевеля губами. Мари сосредоточилась и присмотрелась к ним.

«Вот она ты где, соседушка! Дела у нее…»

Мари уже видела этого парня в клубе программистов, но его имени не знала. На лице Риты была улыбка. Искренняя. Хоть они и сидели друг от друга довольно далеко, но взгляд с горизонта переводился в глаза друг друга с завидной постоянностью.

«Рада за тебя.»

Мари ослабила концентрацию и посмотрела дальше на пляж.

«А вдруг и тут кто-то будет»

И она не ошиблась. На пляже, а точнее уже в воде плескались еще две фигуры. Женские.

«Вот так сюрприз»

Мари снова сконцентрировалась и чуть не упала с ветки. Она рассмотрела Диану с поварихой. Вроде бы они ничем таким и не занимались, но странно было видеть этакий тандем здесь. Диана подплыла к пристани и поднявшись по лесенке, села прям на краю, опустив ноги и принялась выжимать свои волосы. Наташа подплыла, но не спешила выходить с воды. Они смеялись, жестикулировали и о чем-то разговаривали. Мари решила их оставить.

«Не мои дела, не мои…»

Дальше взор Мари пал на жилую зону. От обилия отголосков становилось дурно, но все-таки можно было что-то разобрать. В одном из домиков Мари заметила Вику. Она сидела за тумбой или столиком и что-то… мастерила.

«Странно. Что-то задумала?»

Но Мари быстро переключила свое внимание. Она обнаружила детей почти у границы жилой зоны. Но, самое неприятное, один из них смотрел прямо на нее. Отголосок этого ребенка отличался от всех остальных особенно ярко.

«Привет Валера. Как гуляется? Нашел, таки, свое привидение. Прости, я тебе завтра представлюсь.»

Мари открыла свои глаза.

«По-хорошему бы смыться…»

Но сделала она в точности наоборот. Демоница уставилась на Валеру своими потусторонними ярко-фиолетовыми светящимися глазами. Смотрела очень внимательно. Мальчик позвал всех своих друзей чтоб они глянули и наконец-то ему поверили, что погоня — это не просто игра. Мари поступила крайне беспечно и не стала уходить. Она лишь помахала теперь уже четырем парам детских глаз перед тем, как прошептать «субджинктус» и скрыться с ветки в мгновении ока. Она знала, что дети побегут смотреть что-же там такое на ветке сидело и поспешила скрыться с места своего преступления как можно быстрее. Мари переместилась на другое дерево, а оттуда совершила распрыжку до их с Дианой поляны.

Она сидела посередине и снова принялась осматривать территорию с целью выявить один единственный отголосок. К счастью, он уже подходил к месту назначения. Через пару минут Диана вынырнула из кустов все также, отряхивая с формы хвою и веточки, как и в прошлые разы и Мари широко ей улыбнулась.

— Бонжур Диана́.

— Привет-привет, — ответила вожатая, перестроившись на французский.

— Хорошо проводите время?

— Неплохо. Ты видела, да?

— Пляж? Видела.

— Ты, я посмотрю, ничуть не хуже развлекаешься. В один день столько друзей и врага найти — тоже уметь надо.

— Ну, что поделаешь… Главное и самое плохое — я не знаю, как к этому относится. Эллизиум — то еще место. Вдруг все, с кем мы тут общаемся — вообще не реальны.

— Все может быть, — огорченно ответила та.

— Диана, простите, но с вами что-то не то.

Вожатая глянула на демоницу без единой эмоции.

— Мари, я ж говорила, я сама разберусь. Я знаю, что что-то не то.

— Вот как?

— Да. Лучше расскажи, что ты нашла.

— О-о. Тут быстро не расскажешь. В идеале — показать, но в общем, в окрестностях лагеря обитает… Что-то.

— Очень понятно, конечно.

— Я не знаю, как это описать, Диана. Это какой-то гибрид человека с кошачьим. Наверное, с каким-нибудь леопардом или тигром.

— Очень интересно, — Помассировала Диана пальцами виски, словно сражаясь с головной болью.

— Я знаю где эта штука живет, но она крайне пуглива. Это не отменяет того факта что нам теперь нужно, прям надо, сходить на ту заброшку.

— Там живет?

— Там.

— Завтра сходим.

— До «завтра» осталась пара часов. Может, чем быстрее…

— Нет. Я не могу сейчас…

— Знаете, я думала, что я буду тормозом в этой операции, — грозно посмотрела Мари на Диану.

— Я тоже не думала, что все именно так выйдет, — неожиданно беззлобно ответила та. — Завтра после ужина — обязательно пойдем.

— Приняла. Я спать. Сегодня был тяжелый день. Да и на завтра у меня появились планы, — демоница резко пошла в сторону лагеря.

— Мари, — окликнула Диана почти зашедшую в кусты коллегу, — Спасибо. Правда.

Круа неожиданно остановилась и обернулась на вожатую. Не в её интересах и возможностях было играть хладнокровного командира.

— Диан, я знаю, что значительно моложе вас, слабее и явно глупее, но не молчите, если с вами что-то приключилось. Нас, потусторонних, здесь только двое. Да и тетя Соня вами сильно дорожит. А я дорожу ею и не хочу, чтоб она расстраивалась.

Диана молча посмотрела на Мари.

— Спасибо. Я не могу тебе все рассказать, но ценю твою попытку помочь. Отдыхай. Я с собой справлюсь.

Мари молча ушла, оставив Диану наедине со своими мыслями, которых, впрочем, было не больше, чем обычно. Дианино сознание молило об отдыхе и на короткий, но все-таки срок, она его получила. Вожатая решила пойти спать, глянув на усеянное звездами небо.

Глава 6

Будильник настойчиво звенел, знаменуя начало нового дня. Дотянувшись до него рукой, Диана пару раз ударила по верхней его части, но это не остановило неумолимую машину утренних мучений. Невольно было решено применить куда более радикальный метод успокоения разбушевавшейся техники и будильник полетел навстречу полу. Как оказалось позже — это заставило его замолчать… насовсем. Диана поднялась, не слезая с кровати, потянулась и потерла заспанные глаза; она точно убедилась, что будильник, к сожалению, пропел свои «пол седьмого утра» в последний раз.

«Мда… Теперь придется выставлять на телефоне. Утро доброе, Грегор! Есть какие-то прогнозы на день?

— Словно тень она ходит средь темноты.

— А по-точнее? — Ответа не последовало. — И на том спасибо. Пора на пробежку… Третье утро подряд.»

Хороший способ настроится на продуктивный день, убеждала себя вожатая. Диана вылезла из-под летнего одеяла и снова потянулась, выпрямив ноги.

«Сегодня что-то прохладнее, чем обычно. Да и солнца не видно. Шорты не прокатят, где штаны и футболка?».

Порывшись в шкафу и быстро найдя все необходимое, уже через момент вожатая стояла в спортивной форме, все еще по-утреннему, туго соображая. Она думала, что же ей еще нужно сделать перед выходом, даже несмотря на то, что именно это действие она проворачивала почти сразу, после каждого пробуждения. Додумалась же она посмотреть в распорядок дня.

«И что же за неведомые действа нас могут ждать сегодня? Так-с посмотрим. Прибытие, адаптация, третий день… О, чертвертый! Да у нас сегодня соревнования! Нормально, хоть чему-то спортивному уделили время. Содержание смотрите в приложении „А“, — быстро Диана нашла вторую бумагу, проведя взглядом по столу. — Приложение „А“ — распорядок проведения соревнований. Как же скучно: бег, волейбол, мини-футбол, баскетбол, нормативы… Жалко, что нету бокса или еще чего-то. Там у моих было бы весомое преимущество. Ладно, справимся.» — Положила она листок обратно на столик.

Отметив, что теперь её ничего не сдерживает от бега, Диана вышла с домика, закрыла его на ключ и направилась на стадион, встречать свои утренние нагрузки. Проходя мимо площади, она заметила идущую в ту же сторону знакомую высокую мужскую фигуру в черной безрукавке.

«Ну, хоть кто-то тут усердный нашелся.» — Диана решила догнать парня со своего отряда и поздороваться.

— Верен своим традициям, а? Привет, Никита.

— Здравствуйте, — дернулся Никита от неожиданности, но как только увидел кто его окликнул, так сразу расплылся в улыбке. — А как же? Тяжелый труд — залог успеха. Хотя для меня — больше, как необходимость. Я уже говорил как я от этого устал?

— Нет, не говорил. Да и слушать не желаю. Может твой вид спорта и жесток, но на тебя ж приятно посмотреть.

— Спасибо, наверное…

Остальной путь прошел молча.

К общему удивлению Дианы и Никиты — они были не первые, кто этим утром добрался до стадиона, ведь на спортплощадке уже разминалась незнакомая фигура. Обоим тяжело было сказать: парень это или девушка.

— Тоже это видишь? — Спросила Диана.

— Угу.

— Не хочу сегодня бегать, пойдем сразу на площадку? Заодно и узнаем — кто это. Приятно, когда в нашем полку пополнение, — начали они неспешно подходить к площадке, где первый посетитель уже выполнял какие-то свои упражнения.

— Диана, у нас еще спортсмены в отряде есть?

— Ну вообще… Циркачей можно принимать за спортсменов? У нас есть близнецы — гимнасты.

— Ага… Ну я тут только одного человека я вижу, и он выполняет упражнения чертовски технично и правильно. — Говорил Никита.

Вожатая и воспитанник наконец-то подошли к площадке, заставив незнакомца отвлечься на шум и повернуться посмотреть, кто-же к нему подходит. Как оказалось подходили к «ней». Диана и Никита признали в незнакомке Женю.

— Привет, бывший соседушка, — Начал Никита.

— Привет, — улыбнулась ему Женя, слегка покраснев.

— Ты чего это решила позаниматься ни свет ни заря?

— Хотела бы я сказать, что от скуки, но… Чтоб форму держать, а то если поправлюсь, то мне не простит ни клуб, ни лично тренер.

— Та-ак, а что я еще о тебе не знаю, товарищ, Ерёменко Евгения? — Сказала Диана.

— Наверное, еще много чего, — улыбнулась Женя теперь ей.

«Я помню, что мне говорила Рита, но удивления же надо нагнать.»

Женя стояла, опершись на стойку турника в крайне странной спортивной одежде. Странность заключалась в том, что одежда была мужской. Очень свободные штаны и не менее свободная майка-борцовка, висели на ней как шкура на маленьком шарпее. Борцовка скрывала под собой спортивный женский топ.

— Клуб говоришь? Ты боец? — Спросил Никита.

— Еще нет, но тренируюсь очень усердно и скоро у меня должен быть первый серьезный бой. Наверное, сразу после того, как приеду домой.

— Вот тебе и на. Диана, нам, такими темпами пополнения смежниками, свой клуб организовывать нужно будет, — сделал парень акцент на слове «свой»

— Это очень хорошо. Спортивные люди нам сегодня ой как понадобятся.

— Зачем? — поинтересовалась Женя.

— Узнаете на линейке.

— Что за клуб хоть? Известный? — Поинтересовался Никита.

— Не то чтобы… «Атака» тебе говорит что-то?

— Еще как говорит, землячка… Что мы с одного города, ибо я начинал с этого клуба свой, скажем так, карьерный рост.

— Да ты что? А почему перешел? И куда перешел?

— Перешел в «Фалангу». А перетащила меня туда Юля по связям отца.

— Кру-уто! Счастливчик, самый крутой клуб в стране.

— Как-то так.

— Так! Это очень хорошо, что вы нашли общий язык, но время тикает. Мы тренируемся или нет?

— Конечно. Помните, как я вчера показывал? Теперь не один подход, а два.

Никита встал перед девушками, как учитель на уроке физкультуры. Он показывал разминочные упражнения и сам их выполнял, приводя своих подопечных в тонус. Закончив базовые упражнения, группа перешла к более серьезным нагрузкам. Никита заставлял выполнять вполне себе стандартные «дворовые» упражнения, применяя к ним особую технику. Он быстро объяснил, зачем нужно контролировать фазы и что стоит прикладывать усилия не только когда поднимаешься, но и опускаешься. Это касалось брусьев и турника. Потом было велено поднимать ноги для пресса, полазать на канате на скорость и девушки быстро взмолили о том, чтоб Никита остановился. В принципе, он согласился, что им может и хватит, но сам продолжил получать столь необходимую нагрузку.

— Так, не знаю как вы, но я сдаюсь, — сказал Диана, сквозь одышку.

— Что-то я тоже не готова к такому, — дополнила Женя.

— Слабенько… Особенно ты, коллега, тебе нужно в привычку вогнать — выполнять столько.

— Ну, думаю, что с такими утренними разминками — у меня это быстро выйдет.

— Собираешься ходить постоянно?

— Ну да. Надеюсь, что ты меня еще чему-то научишь, — Улыбнулась Женя, почесав коротко стриженный висок.

— Эм… Хорошо.

«Ну и дела… Да что-ж такое?» — мысленно Диана улыбнулась.

— Ладно, я пошла. У меня еще дела есть. Еще в душ бы забежать.

— Это дело хорошее. — Подтвердила Женя.

Девушки попрощались с Никитой, который незамедлительно вернулся к тренировке. Отойдя на такое расстояние, которое Женя посчитала достаточным, чтоб парень не услышал их разговора, она сказала:

— Блин, он такой классный.

— Никита? Согласна. А вот его девушка — просто ходячий ужас. Вчера узнала, что она вытворяет.

— Вот как? — поникла Женя.

— Увы-увы, тут все тяжело, Жень. А еще у него есть сестричка, которая с этой девушкой совсем не дружит, а бедный Никита вечно меж двух огней в попытках угодить и той и той.

— Жалко его, — поникла Женя вконец.

— Так. Я это сказала, чтоб твой бойцовский дух поднять, а не убить вконец. Я, конечно, против ссор старых пар, но не имею права тебе запрещать что-то делать. Только, чтоб я об этом не знала, — подмигнула Диана.

— Вот как? — Улыбнулась Женя. — Я учту.

— Хорошо, — дошли девушки до площади, — Бегом до домика за банными принадлежностями, — скомандовала Диана.

— Есть! — побежала Женя выполнять сказанное.

Сама же Диана пошла к своему домику с легкой улыбкой на лице. Она довольно быстро дошла до места назначения, взяла всё необходимое для «ванны», форму и направилась обратно в сторону площади. У душевых уже ждала Женя ровно с таким-же набором принесенного.

— Чего не лезешь купаться?

— Не знаю. Захотелось вас подождать.

— Вот она я. Бегом мыться!

Девушки заняли по кабинке и быстро обмылись, стряхнув с себя весь утренний пот. Вожатская форма вновь заняла своё законное место и настроение на весь предстоящий день действительно появилось. Вот только спортивную одежду всё равно нужно было где-то оставить.

— Я ушла, не опаздывай на завтрак. И да, помоги Рите после собрать всех на линейку. Это важно.

— Поняла, — послышалось из кабинки.

С чувством выполненного долга, Диана снова подалась на встречу своему домику. До завтрака оставалось всего ничего, но вожатой захотелось узнать сколько именно. Солнце наконец-то начало показываться из-за утренних туч.

«Хоть дождя не будет, и на том спасибо.»

Но именно этот случайный лучик заставил Диану краем глаза заметить, кое-что неладное. За памятником на площади пряталось ранее невиданное вожатой незнакомое лицо. Присмотревшись, она увидела женскую лагерную форму, скрытую темно-зеленой спортивной кофтой с капюшоном, что был натянут на голову почти по нос и несмотря на такой странный дресс-код, вожатая готова была поклясться, что эта девочка пристально смотрит именно на неё.

«И как она что-то видит вообще? Да и кто это?» — присмотрелась она внимательнее.

Девочка в тот же момент спряталась за памятником и… так из-за него и не вышла. Не поняв ровным счетом ничего, Диана подошла к памятнику, чтоб его осмотреть, но осмотр не дал никаких зацепок — куда бы могла деться незнакомка.

«Вот тебе и на. Нужно рассказать об этом Мари. Вдруг она выяснит что-то.»

Вожатая продолжила свой путь до домика. Зайдя внутрь, она внезапно вспомнила, что забыла банально почистить зубы.

«Зараза.»

Глянув на часы и поняв, что до завтрака осталось чуть более десяти минут, Диана взяла маленькое полотенце, зубную щетку, пасту и вышла навстречу умывальникам с их невыносимо ледяной водой. Но и этому так просто не дано было случится. Диану окликнул со спины звонкий мальчишеский голос:

— Диана! — Она обернулась.

«Так… Меня нашел Крухо… Забавно.»

— Привет Валера, ты что-то хотел? — сказала она, только паренёк добежал.

— Да. Хотел сказать, что в лагере водится привидение! — говорил он сквозь лёгкую одышку.

— Вот как, — насторожилась Диана. — Валера. Пока нас никто не слышит, мы поговорим. Но ты ж знаешь, что упоминать о таком нужно как можно меньше?

— Угу, — кивнул малец.

— Хорошо. Рассказывай.

— Ну. Я рассмотрел очень мало, но привидение сидело на дереве. У него были очень яркие фиолетовые глаза, аж три штуки! Только я хотел друзьям показать, а оно уже испарилось.

«Мари! Я тебя…!»

— Валера, спасибо, что рассказал. Я обязательно займусь тем, чтоб это привидение больше в лагере не появлялось.

— А вы можете меня позвать, когда будете с ним разбираться? Уж очень интересно.

— Я посмотрю, но вдруг оно опасно? — говорила Диана с наигранной серьезностью.

— Тогда — задайте ему! — сказал поверивший малец.

— Обязательно. Всё, беги, мне умыться надо.

Валера кивнул и только собрался убежать, как Диана резко его окликнула.

— Да? — ответил Крухо.

— Скажи, ты тут девочку в темно-зеленой кофте спортивной не видел?

— Видел. Но не знаю с какого она отряда. И исчезла, как только я отвернулся.

— Поняла. Спасибо.

Малец убежал по своим делам, а Диана всё-таки дошла до умывальников. Справившись с утренним ритуалом и пересилив сводящую зубы воду, Диана услышала горн, трубивший завтрак.

«Странно, что я не слышала горна на пробуждение. Ну и ладно. Есть охота.» — Подумала вожатая.

В сотый раз за это утро зайдя в домик, дабы скинуть лишний «умывальный» груз, вожатая точно стала себя чувствовать сильно свободнее и теперь держала курс на столовую, где её ждали завтрак и Наташа.

«Успело ли у нее что-то за утро случится?»

Вход в столовую был просто забит сонными отдыхающими, которые вяло пробирались внутрь, но только увидев вожатскую форму — все прям как по щелчку пальца… так-же вяло разошлись и дали пройти Диане внутрь без препятствий. Миновав очередь оголодавших, попутно взяв поднос, Диана подошла к раздаче, где уже вовсю работала, накладывая завтраки Наташа.

— Доброе утро, — послышалось от нее, как только она заметила подругу.

— Приветик! Уже во всю на ногах?

— Не то слово. Но всё лучше, чем было вчера. Даже пришлось пару девочек попросить, чтоб помогли. Одна из твоего отряда была.

— Помню. Женя.

— Скажи ей от меня «большое спасибо».

— Обязательно. Приходи сегодня за моих болеть на стадион. Соревнования спортивные.

— Вот как? Обязательно приду!

Диана получила свой поднос с завтраком и помахав рукой, ушла за свой «вожатский» столик, где уже сидели все кроме, собственно, неё. Приветственно всем кивнув, кто на неё глянул, Диана села за стол. Гарри и Оливия о чем-то переговаривались, а Луи сидел поникший, уставившись на свою порцию блинчиков, как оказалось позже — с мясом.

— Что стряслось, Луи? — Спросила у него Диана, перейдя на французский.

— Вроде как пока и ничего, но… В общем… — протянул Луи Диане свернутый вчетверо листок. — Мне влетит, если хоть кто-то узнает о том, что эту штуку читает кто-то кроме меня, но все-таки…

— Может не стоит?

— Может и так, но сам я не справлюсь с такой нагрузкой. Мне нужна твоя помощь. Я получил сегодня это от начальника смены.

«Какие-же вы французы нежные…» — Подумала Диана, пока разворачивала листок.

«- Невиновно осужденные — не несут кары свыше. Но путь тернистый им пройти представится.

— Предупреждение? Спасибо, Грегор.»

Первое на что Диана обратила внимание — в правом нижнем углу листка красовалась печать министерства юстиции Франции. Диана хорошо знала, как она выглядит, хоть и сама не помнила откуда. Сам же листок содержал сообщение в виде короткого письма:

«Доставим вам его сегодня. От вашего вмешательства и его дальнейшей социализации зависит приговор. Если изменений в характере, поведении и личности в лучшую сторону допущено не будет, то к субъекту будет применено наказание в виде лишения свободы на срок, определяемый в дальнейшем.»

— И что это значит?

— У меня в отряде пополнение… Парень, шестнадцать лет, уголовник и бродяга… Задержан за избиение, сопротивление членам полиции и кражу. В погоне — подстрелен.

— И как вообще додумались его сюда привезти?! Чья это идея была?! — громко шептала Диана возмущаясь.

— Не знаю. Звучит, действительно абсурдно. Даже немного по-идиотски. Я узнал о нем из второго письма. Зовут — Адриан Морэ, сбежал из дома в тот момент, когда полиция явилась к нему после его последнего официального правонарушения. Прямо во время этого убежал, выхватив только паспорт из руки матери, пока та его передавала полицейскому. Поймали его только спустя несколько лет, когда он что-то украл. Попалась какая-то очень мягкотелая судья, чья дочь отдыхала в Джинджертейле когда-то. Кто заплатил за его путевку — непонятно.

— Что планируешь делать?

— Не знаю. Никогда еще не распоряжался чужой судьбой.

— Луи, у вас без трех дней, две недели. Посмотри, что он будет делать. Вызвать органы — всегда успеется.

— Тут связи никакой нету.

«И то правда. Но письмо ж доставили.»

— Значит, начальнику пожалуешься. Он-то знает?

— Знает.

— Ну вот и все. Пути отступления продуманы. Когда его привозят?

— В одиннадцать.

— То есть у нас чуть меньше двух часов? Ладно. Ешь и успокойся.

Диана и сама последовала своему совету. Быстро расправившись со своей порцией, она отнесла поднос на раздачу и вышла на крыльцо столовой. Взяв в руки рацию, она вызвала Риту и сказала ей собрать отряд на линейку, как только все доедят. Сбор, неизменно, она объявила на площади.

«Думаю, лучше никому не говорить про уголовника в стенах лагеря… И вообще — это дело Луи.»

Диана и сама направилась на площадь. Сев на скамейку и уставившись на памятник, вожатая нехотя вспомнила про свое видение.

«А видение-ли? Нужно будет обязательно выяснить. Да и с Мари сегодня нужно будет сходить, куда она там хочет»

К площади начали сходится люди и Диана начала потихоньку «обрастать» детьми из своего отряда. Так и прошло пять минут, пока не подошел последний отдыхающий.

— Так! Слушать меня сюда!

Девятнадцать пар глаз уставились на Диану. Двадцатая пара все еще находилась в медпункте.

— У нас особая ситуация! Нам нужно срочно собрать команду для вечерних спортивных межотрядных соревнований.

Отряд начал переговариваться.

— Всеобщее обсуждение — это хорошо! К обеду определится с капитаном и предоставить список участников! Листок с дисциплинами я оставлю Рите! Рита, после обеда — жду.

— Поняла!

— До вечера, все свободны, но! Рекомендую участникам хоть немного размяться. Соревнование будет с четырех часов и до ужина. Еще нужен будет судья. По одному с отряда. Разойтись!

Разошлись все кроме Сережи и Алиты.

— Так, а вы что хотели?

— Во-первых — доброе утро, — Сказал Сережа.

— Доброе, да не очень.

— Что-то случилось?

— Потом обязательно расскажу. Пока что — это не ваше дело.

— Так, вы меня отвлекли… Вы узнали за бензин? Да и вообще, хотел позвать вас на пристань.

— Ой… У меня не было времени заниматься этим. Вам придется подождать. Я спрошу у Саши про топливо, но позже. Если ты уверен — можешь пойти установить свечи.

— Понял. И на том — спасибо.

— А ты, Алита?

— Пока ничего, просто подошла поздороваться, — улыбнулась девушка.

— И тебе привет тогда, — улыбнулась Диана в ответ. — Как успехи с выступлением?

— Продумывается сценарий… Пока похвастаться больше нечем.

— Понятно. Ладно ребята. Связь держим через Риту, если понадоблюсь.

— Я на пристани тогда, буду дверь на яхте снимать.

— Это еще зачем?

— Она заклинила. Вчера с Мари мы её немного…

— С Мари значит, — хитро улыбнулась Диана, заставив Сережу покраснеть. Алита это тоже хорошо заметила.

— Да ла-адно, — сказала Алита. — Да не может быть!

— В общем… Я там, — Сережа ушел в сторону клуба.

— А я в музыкальном буду, как обычно, — Сказала Алита и тоже ушла.

«Вот ведь… Как же все тяжело… Теперь еще и в админкорпус бежать…» — подумала Диана и принялась выполнять задуманное.

До админкорпуса было рукой подать, так что вожатая оказалась там буквально за пару секунд. Она постучалась в дверь, из-за которой, почти сразу раздался голос, сказавший «войдите». Диана зашла и закрыла за собой. Саша сидел за своим столом и что-то заполнял по-начальнически сосредоточенно. Вожатая подошла и только тогда была удостоена его внимания.

— Здравствуйте, Диана. Вы поболтать, или у вас дело?

— Ну, болтать я тоже не против, но увы. Я по делу. А если честно — то с просьбой.

— Вот как? Ну что-ж, я вас внимательно слушаю.

— Это касательно плавсредств.

— А, и что же? Что-то не так?

— В том то и казус, что все как-то слишком хорошо…

— Не понимаю вас.

— Сережа мне сегодня отчитался по поводу гидроциклов. Сказал, что устранил поломку. Теперь он просит… Бензин.

— А. Ну… У меня даже в мыслях не было, что он их починит, но раз так… Я ж выдавал вам связку ключей?

— Да, выдавали.

— И у вас не хватило интереса прошвырнуться по местам, которые они отпирают?

— Даже в мыслях не было.

— Вот, а если б хватило, то вы б открыли наш замечательный домик на пристани и обнаружили бы там склад. На том складе мы держим горючее и еще очень много чего «полезного». Но, то самое «полезное», думаю ни у одного здорового человека трогать не возникнет надобности, а горючее мы закупаем в таких количествах, что пропади хоть десяток литров — мы этого не заметим. Вы меня поняли?

— Вы слишком добры ко мне. Да и к моему отряду.

— Я ж вам говорил, Диана. Этот лагерь существует для того, чтоб дети могли реализоваться. Это небольшая помощь с моей стороны. Может я и сам схожу на пристань поболтать с вашим Сережей.

— Он, сто процентов, захочет вам «спасибо» сказать.

— Но, Диана, только топливо.

— Поняла. Еще раз, спасибо!

— Работайте, тогда, — сказал Саша и снова принялся что-то заполнять.

Диана вышла из админкорпуса в отличном настроении.

«Когда такие люди существуют — вера в человечество кажется не такой и абсурдной вещью.»

Диана решила придержать информацию про топливо на попозже.

«Успею его еще обрадовать. Найти Мари что ли? Рассказать про ту странную девочку. А вдруг, то просто девочка, которую я раньше не замечала?» — ноги сами понесли Диану с сторону жилой зоны.

Со вчерашнего дня она отлично знала, где живет Мари ведь… попробуй забыть ту демонстрацию возможностей демонических изобретений.

«Думаю, она не обидится если я к ней загляну.»

Спустя пять минут прогулки, Диана стояла у домика Мари уже занеся руку для стука.

— Биёнвеню́ — послышалось из-за двери.

Диана зашла.

— Ты чего это тут…? — застала она обитательницу перед зеркалом в плавках и с полотенцем, которое она прижимала к себе, прикрывая грудь.

— О, Диана! Вам не кажется, что я немного подгорела вчера?

— Да не немного. Ты довольно сильно красная. Если собираешься на пляж, то надень лучше футболку.

— Я тоже так думала. Вы что-то хотели?

— Хотела. Убить тебя на ровном месте! Это что за срыв тайн перед Валерой? Он сегодня подбежал ко мне с утра, просил, чтоб я взяла его привидение выслеживать.

Мари по-девичьи хихикнула.

— Во дает. Ну ничего. Я ему сегодня представлюсь. Права была его сестра. Он очень умен на свой возраст.

— Не думаешь, что это неправильно?

— А что в этом неправильного? Он клановый. Все это, рано или поздно, он увидит. И в нем я чувствую нечто особенное. Вдруг он вырастет кем-то кроме, как видящим все проблемы мира в потустороннем.

— Делай как знаешь, Мари. Но я — против.

— Хорошо, Диана. Я учту и подумаю. Вы что-то еще хотели?

— Да. Я сегодня наткнулась на одну странную девочку в зеленой кофте. Она на меня смотрела, а как только я её заметила, то как будто просто испарилась. Видела я её у памятника.

— Вот как… В кофте говорите?

— Да. С капюшоном. Он был у нее почти на носу.

— Так-с, — сказала Мари и закрыла свои глаза.

— Что ты делаешь?

— Тихо, — Ответила девушка. Через секунду у нее во лбу открылся её зрячий фиолетовый глаз.

— Ты и так умеешь?! Тебе не нужно перевоплощаться?

— Не нужно, но мне исключительно нравится пребывание в потусторонней оболочке, так что я делаю это при первой удобной возможности. Проецировать заклинания я, кстати, умею и в человеческом обличии тоже, но у меня глаза тогда фиолетовым светятся. Это так, к слову. Нужно придумать ситуацию, чтоб я в человеческой форме с потусторонними глазами ходила. Зрение острее раз в сто. Сказать, что я линзы ношу?

— Мари… Прошу, аккуратнее со всем этим.

— О!

— Что?! Нашла?

— Не знаю… нет, показалось. Это просто кто-то из младших. Нет, Диан… Все вполне себе обыкновенные. Никто даже дресс-кода не нарушает, кроме одного парня у сцены. Подчеркиваю — парня.

— И кто это?

— Я не знаю его имени. Из особенностей могу сказать, что у него пробита нижняя губа.

— Это Денис. Он с моего отряда. Понятно… Ладно, не буду тебя отвлекать. Поговорим после соревнований.

— Мы ж… всё-еще идем до того здания?

— Идем. Я тоже размяться хочу. И да, кстати, у вас в отряде пополнение.

— Вот как? И кто же?

— Парень.

— У-у, симпатичный?

— Только для полиции. Он уголовник.

— Чего?! — крайне удивилась Мари от услышанного.

— Сама еще не знаю подробностей.

— Француз-уголовник? Здесь?

— Не знаю. В одиннадцать иду твоему вожатому помогать. Встречать вместе его будем. Но смотри — никому. То, что он уголовник — тайна. Серьезная тайна.

— Поняла.

— Всё. До вечера.

— До вечера, Диан.

Вожатая вышла из Домика Мари и закрыла дверь. Глянув перед выходом на часы, она запомнила, что было без двадцати одиннадцать.

«Как же так время-то бежит?» — Подумала Диана и направилась на площадь.

«Вот бы и эти двадцать минут пробежали так-же быстро.»

Дойдя до площади, вожатая села на одну из скамеек. По её внутреннему хронометру оставалось еще минут пятнадцать.

«Черт, я специально шла так медленно, как могла и все равно времени еще осталось прилично.» — Думала Диана пока рассматривала окрестности. Кое-что все-таки смогло зацепить её взгляд. А именно — два человека в лагерной форме, что-то таскающих в музыкальный клуб.

«Интересно… Сама с собой спорю, что сегодня ко мне придет Алита жаловаться.»

Наконец-то на площадь явился Луи. Он остановился рядом со скамейкой Дианы, но так и не присел.

— Не хотите сразу выйти за ворота?

— Пойдемте, Луи.

Диана поднялась и последовала за своим коллегой. Они миновали открытые ворота, отошли метров на десять и Луи достал сигарету из пачки, которую он вытащил из кармана форменных брюк.

— Вы не против, что я закурю?

— Вы? Первая ракетка Франции и курите?

— Только когда нервничаю, но пачку про запас всегда имею.

— Не против, курите.

— А вы не курите?

— Боги упасите. Нет.

Луи вставил сигарету в зубы и прикурил от бензиновой зажигалки, что вытащил из той-же пачки. По внутренним часам Дианы, оставалось еще минут пять. Как раз на этой отметке в воротах показался Саша. Он осмотрелся и заметив вожатых, решил подойти к ним.

— Луи, — обращался Саша на максимально ломанном французском, — Было ж велено никому не рассказывать про это.

— Знаю. Но я один не смогу.

— Понимаю… — тяжело выдохнул он, — все мы люди. Диана, — начал обращаться Саша к ней, — вы всё знаете?

— Всё. Я прочитала приказ.

— Понятно. Я могу рассчитывать на вас?

— Можете. После всего, что я напросила…

— Вот и хорошо. Теперь мне немного спокойнее. — вгляделся начальник в горизонт. — Похоже я прямо-таки вовремя, что-то едет, — показал он пальцем.

Очень трудно было разобрать что это был за автомобиль, вплоть до того момента пока он не подъехал почти вплотную. Это оказалась довольно старая машина ДПС, с водительского места которой вышел сотрудник в полицейской форме, едва та припарковалась у ворот. Он поспешил к задней двери, которую он вскоре открыл и махнул рукой. С заднего сидения поднялся тот самый парень-уголовник и признаться честно, принимающая сторона совсем не это ожидала увидеть. Вышедший и вставший в полный рост парень был почти метр восемьдесят в высоту, статный и черноволосый. Он был коротко острижен, видать в месте своего недолгого заточения и идеально выбрит, хоть и брить в силу возраста было не очень-то и много. На его лице красовался, видимо, один из результатов его побега или бродяжнической жизни: правую бровь делил надвое маленький рубец, что переходил в длинный, тонкий шрам, что тянулся аж до подбородка через всю щеку. Это бросилось Диане в глаза, как только он неодобрительно глянул на вожатых, повернувшись в их сторону. Полицейский отстегивал ему наручники и как только справился, то парень сразу потер свои кисти, чувствуя удовольствие от косвенной, но все-таки свободы. Одет привезенный был в черную выцветшую рубашку, закатанную по локоть и порванные в нескольких местах явно не летние джинсы. Полицейский грубо взял его под руку и подвел его к вожатым.

— Вот, передаю с рук в руки, — сказал служащий, пока парень смотрел куда-то в землю.

— Премного благодарны. Вы проделали долгий путь. Не желаете немного отдохнуть, что-то съесть? — Поинтересовался Саша.

— Увы, у меня нету времени. Поставьте вашу роспись здесь и еще нужна будет роспись иностранного попечителя.

— Без проблем. Луи, — роказал Саша на планшет, который полицейский держал в руках.

Вожатый быстро поставил свой росчерк, а потом тоже самое сделал и Саша.

— Благодарю вас. Теперь — это ваша проблема. До свидания, — сказал полицейский, перед тем как сесть в машину и уехать туда, откуда он и прибыл.

Вожатые и Саша молча смотрели как тот уезжает, похоже просто не зная, что сказать, но Диана решила всё взять в свои руки, хоть и к этому парню она вообще никакого отношения не имела. Наверное, ей стало просто интересно.

— Ты же Адриан, верно? Добро пожаловать в Джинджертейл, — сказала она на французском и улыбнулась.

Адриан на это лишь кивнул и снова уставился в землю.

— Луи, не будешь против если я у тебя его украду и все покажу? Я тебе потом все расскажу.

— Нет. Буду только признателен, — сказал тот и подошел к Адриану с вытянутой рукой. — Я Луи. Твой попечитель тут и вожатый. Добро пожаловать.

— Здравствуйте, — пожал Адриан руку в ответ.

«Приятный голос. Не так я себе зеков представляла…»

— Сейчас с тобой побудет Диана, любезно всё покажет и расскажет. После… — замялся он, — жду тебя в активной жизни отряда.

— Понял.

Луи с Сашей ушли о чем-то переговариваясь, пока Диана и Адриан провожали их взглядом.

— Ты голоден? — Поинтересовалась Диана.

Парень промолчал, но его желудок в этот момент предательски заурчал.

— Поняла. Пойдем. — Махнула вожатая рукой и направилась в сторону площади, а парень молча последовал за ней. — Ты всегда такой молчаливый?

— Нет, — сказал Адриан.

— О! Прогресс. Кстати, меня зовут Диана. Я — вожатая русского отряда.

— Откуда же вы тогда так французский знаете?

— Всю жизнь его учила. Вот откуда.

— Поражаюсь.

— А я тебе поражаюсь.

— Вы всё знаете?

— Знаю, хоть и не должна.

— Остановлюсь на том, что у вас свои причины.

— Остановись на том, что их нету. Луи попросил меня помочь. Вот и помогаю.

Диана и Адриан вышли на площадь, прошлись еще немного и вскоре оказались у столовой.

— Будем надеяться, что тетя Наташа еще тут. Только так ты сейчас сможешь поесть.

— Мне не привыкать голодать.

— Отвыкай. Хотя бы на время смены.

Адриан снова поник.

— Не отчаивайся. Пойдем.

Они зашли в столовую. Как всегда, на кухне раздавались звуки усердной работы.

— Наташ, ты тут?! — крикнула Диана.

— Тут! Подходи! — раздалось в ответ.

Вожатая подошла к раздаче. Повариха показалась с другой стороны.

— Еще раз привет. Что, кофе хочешь?

— Нет. У нас тут… Интересная ситуация, — показала Диана на Адриана, который остался стоять у входа.

— А это кто? — удивленно спросила повариха.

— Потом расскажу. У тебя не осталось порции блинов?

— Две еще… Все думала, что с ними делать.

— Могу тебя от них избавить.

— Буду признательна. Сейчас вынесу.

Спустя момент, Наташа вынесла тарелку, на которой ютились шесть блинчиков с мясом. Диана подозвала Адриана; тот подошел и забрал порцию, а вожатая показала ему куда можно сесть. Выбрав самый дальний столик в углу, Диана и Адриан «приземлились» именно туда. Парень стал аккуратно ломать блинчики и по кусочку их есть.

— Не стесняйся и ешь. Я догадываюсь что ты давно не ел ничего.

Адриан поднял глаза на Диану и сказал:

— Благодарю, конечно, но меня не так-то давно кормили. Я все еще голодный, как свинья, но в вашей компании никак не хочу ей уподобляться.

— Мне лестно. Тогда, приятного аппетита.

— Спасибо.

Несмотря на свою культурность, Адриан все-равно заглатывал ломтики блинчиков так, будто и не жевал их вовсе. В тот момент, когда он расправился с последним, подошла Наташа с подносом, на котором ютились две чашки горячего чая. Она поставила его на стол и сама села рядом с Дианой.

— Мерси боку, си тет тре бон, — сказал Адриан Наташе сильно махнув головой в благодарственном жесте.

— Что он сказал?

— Сказал, что было очень вкусно и он тебя благодарит, — перевела Диана.

— Ой. Да не за что, — лучезарно улыбнулась ему Наташа. — Симпатичный… Если б не щека.

— Ага… С отличным послужным списком… Говорю ж, потом расскажу.

— Ладно. Буду ждать. Как хоть зовут?

— Представься, — сказала Диана.

Парень поднялся, немного наклонился и подал руку:

— Адриан Морэ, рави де ву реконтье.

Наташа пожала ему руку и вновь спросила у Дианы:

— Что он сказал?

— Сказал, что его зовут Адриан Морэ и что ему приятно познакомиться.

— Ой. Я Наталья.

— Бонжур Наталья́. — Впервые искренне улыбнулся парень.

— Он тоже здорово расставляет ударения. Простите Диан, Адриан, мне пора идти работать.

— Конечно, иди.

Адриан лишь сопроводил уходящую Наташу взглядом.

— Ну что, наелся? — поинтересовалась вожатая.

— Да…

— Что-то еще хочешь?

Адриан поднял взгляд со стола на Диану.

— В душ.

— Ну, успеешь после того, как тебя поселят.

— Понял… — снова уставился Адриан на стол и начал чесать плечо. С каждым движением выражение его лица приобретало гримасу боли и отвращения.

— Что-то не так?

— Нет-нет, все в порядке. Плечо болит.

— Может в медпункт?

— Нет! — Резко возразил Адриан, но поняв, что это привлекло слишком много внимания стал говорить тише, — Все нормально, не нужно.

Диана знала, что, скорее всего, он хочет скрыть. Вспомнились слова Луи.

— Я настаиваю. Хуже будет если ты запустишь рану.

Адриан снова глянул на Диану. Через мгновение он кивнул в знак согласия. Вожатая и парень поднялись из-за столика и Диана махнула рукой Наташе на прощание; они вышли из столовой.

— Медпункт у нас в той стороне, — показала Диана пальцем. — Уверена, что за смену ты туда ходить будешь часто со своей… проблемой.

— Ваша правда.

— Пойдем, — они двинулись, — Готов на более откровенный разговор?

— Пока-что — нет. Если вам интересна моя версия событий — я расскажу, но не сейчас.

— Поняла. Что-то любишь? Чем-то увлекаешься?

— Ну… В моей прошлой жизни я ходил в музыкальную школу… И читал. Много.

— Делишь жизнь на «до» и «после»?

— Что-то в этом роде.

— У нас есть музыкальный клуб с просто отличным главой. И библиотека.

— Обязательно загляну.

Диана и Адриан дошли до медпункта. Вожатая поднялась на небольшое крыльцо и постучалась в дверь, после чего попыталась её открыть; дверь оказалась закрыта.

— Интересно… Медпункт и закрыт днем?

— Куа? — Не понял Адриан русскую речь.

— Говорю, что медпункт должен быть всегда открыт, — перевела Диана.

Парень молча осмотрел здание.

Спустя мгновение, дверь открылась и в проеме показался Макс. Он был слегка красноват и выглядел непривычно взволнованно.

«Интересненько» — отметила вожатая.

— Диана? Вы что-то хотели?

— Хотела. Нужно срочно осмотреть плечо одного молодого человека.

— Ну заводите его, — сказал медбрат и отошел с дороги.

Диана пустила Адриана вперёд, и сама зашла за ним, закрывая дверь. Единственная койка в помещении была занята Юлей, с того момента, как её сюда привели почти без сознания.

— Привет, Юль, как самочувствие?

— Неплохо, голова все еще продолжает болеть, но все реже и слабее.

— Рада за тебя.

— Скоро можно будет выписывать, — сказал Макс. — Так, что у вас там за проблема?

— У него. — Показала Диана большим пальцем на Адриана.

— Тогда пусть присаживается. Юль, подвинься пожалуйста.

Диана быстро изложила суть Адриану и тот выдохнув, сел на краешек койки, откуда Юля любезно убрала ноги.

— Скажите, чтоб снял рубашку. Посмотрим, что там у него.

— Снимай рубашку, — приказала Диана Адриану на французском.

Он глянул на Диану, потом на заинтересованную Юлю, снова выдохнул и начал расстегивать пуговицы. Картина открылась крайне интересная и стало понятно, чего он так стеснялся или опасался. Адриан аккуратно сложил свою старую рубашку и повернулся лицом к Диане и медбрату. Юля же созерцала Адриана в профиль с правого плеча. На левом плече парня крепилась окровавленная марля, затянутая длинным пластырем. Адриан явно не добирал килограммов для своего роста, но, тем не менее, не выглядел полным доходягой. Плечи были достаточно широки, а пресс и грудь — очерчены мышцами. Диана насчитала еще три больших шрама, один из которых вызывал уйму вопросов. Первая старая рваная рана располагалась на правой стороне груди. Ни единого следа шва на ней не было и зажила она крайне скверно, на взгляд медика. Второй шрам Диана заметила на боку чуть выше поясницы. Ему очень повезло если ни единого внутреннего органа не было задето. Этот шрам уже был зашит и затянулся намного лучше. Последний же шрам находился под первым, ниже сантиметров на десять. Диану настигло такое чувство, что его выреза́ли, причем очень скрупулёзно. Вся рана являла собой некий круглый узор, который так и не был закончен.

— Ну и ну-у, — протянул Макс осматривая все это. — Ладно. Давай снимем марлю, — Подъехал медбрат к парню на кресле. Он, по возможности, аккуратно сорвал марлевый дренаж и стал осматривать зашитую, недавно кровившую рану.

— Диан, — обратился Макс. — Где вы его нашли, подстреленного? У нас проблем не будет?

— Быстро ты определил. Не будет. Обработай рану и мы уйдем.

— Смотрите… Сейчас всё будет.

Макс снова подъехал к столику, чтоб достать оттуда марлю, потом встал, подошел к шкафчику, вытащил оттуда необходимое, а еще через момент уже обрабатывал плечо Адриана. Весь «ритуал» занял, не более минуты и новая чистая повязка вскоре закрывала рану парня.

— Мерси, — сказал Адриан Максу. Тот лишь с улыбкой ему кивнул.

— Спасибо, Макс. Ты ж про все это никому?

— Никому.

— И ты, Юля?

— Никому, — ответила Юля, как будто в трансе, и покачала головой.

— Вот и хорошо.

Адриан встал, надел свою рубашку и стоял в ожидании дальнейших распоряжений.

— Думаю, что ему регулярно нужно будет это делать, так что будет ходить без меня в следующие разы.

— Понятно, ну… путь стучится и заходит.

Диана быстро перевела и изложила суть разговора французу. Тот, кивнув, показал, что все понял, снова сказал: «Мерси».

Вожатая и её подчиненный вышли из медпункта, где за ними сразу закрылась дверь.

— Что мы делаем дальше? — поинтересовался Адриан.

— Ни единой мысли… Вызовем твоего вожатого и спросим могут ли тебя куда-то поселить. — Сказала Диана и сняла с пояса рацию.

«Как там Сережа показывал? Куда крутить рычажок?» — подумала Диана и крутнула кругляшок ручки на положение ниже.

— Луи, подойдите на площадь, пожалуйста, — сказала Диана, в надежде, что переключилась на общую волну.

— Сейчас подойду, — раздалась французская речь и Диана выдохнула с облегчением, что все вышло с первого раза.

— Пойдем на площадь. Там я тебя и передам.

— Ведите, — сказал Адриан.

— Центр площади был достигнут меньше, чем за минуту. Диана и Адриан сели на лавочку и принялись ждать Луи. Вожатую прям распирало от интереса узнать откуда у Адриана такой необычный шрам, но она решила подождать с этим вопросом.

«Может просто вместо татуировки?»

Луи подошел спустя пару минут.

— Диан, у вас возникли какие-то проблемы?

— Нет, что вы, Луи. Мы с Адрианом отлично пообщались, и он попросился принять душ. Мы же в состоянии удовлетворить его такую потребность?

— Видите ли… Адриан, тебя отказываются подселять в домик к кому-то… Сам понимаешь.

— Понимаю. Что я могу поделать…

— Не унывай, — спокойно говорил Луи. — Жить ты будешь все в той же жилой зоне и тебе предоставят отдельный. Благо их пустующих предостаточно. Сейчас идет небольшое обустройство, но как оно закончится — загляни в шкаф. Там ты найдешь все необходимое для комфортного пребывания. В конце каждого дня ты приходишь ко мне и отчитываешься, как прошел твой день. Ты меня понял?

— П… Понял, — запнулся удивленный Адриан.

— Вот и хорошо. У тебя есть чуть больше часа, чтоб вздремнуть. Как услышишь горн — значит нужно будет прийти к столовой, это будет сигнал на обед. И еще, сегодня вечером будут спортивные соревнования. Настоятельно рекомендую принять участие для успешной социализации.

— Д-да! Есть! — радостно сказал Адриан. Теперь улыбка не сходила с его лица.

— Держи, — Протянул Луи ключ, который достал с кармана своих брюк. Адриан забрал и смотрел на него не отрываясь, — Это от твоего домика. Подожди где-то еще минут десять, пока его немного облагородят. Сходи в душ и пройдись по лагерю. У нас много чего интересного: клубы там, пляж… Уверен, тебе точно что-то понравится. А теперь, — удачно тебе отдохнуть и… ну ты сам знаешь что. Каждый день в девять — жду тебя на отчет. Где я живу — узнаешь у остальных. Диана… Вам отдельное и огромное «спасибо».

— Не за что, Луи.

Довольный вожатый помахал рукой и удалился по своим делам. Адриан все еще смотрел на ключ и не мог поверить в свое счастье: почти две недели провести, как нормальный человек.

— Спасибо вам, Диана.

— А мне-то за что? Не упусти свой шанс, Адриан.

— Ни в коем случае!

— Прости, мне пора. Можешь рассчитывать на мою помощь, как и на помощь Луи, только отыщи. Тебе, кстати очень идет открытая улыбка.

Адриан смутился от такого, но не перестал улыбаться:

— Спасибо.

— Ладно, мне пора. Думаю, что ты уже можешь идти знакомится со своим жилищем, — Диана поднялась со скамейки. Адриан ей кивнул и поблагодарив удалился искать свой домик.

«До обеда больше часа… Вздремнуть что ли…? Не думаю, что тут все сломается если я выпаду из мира на часок…» — Подумала Диана и сама решила направится в своё жилище.

Дойдя до туда, Диана открыла дверь, зашла и рухнула на кровать прямо в форме. Глаза закрылись сами собой, и приятная расслабляющая темнота приняла Диану в свое царство, но очень уж ненадолго. Вожатую разбудил крик, доносящийся из рации:

— Диана! Бегом в музклуб! На территории лагеря посторонний вор!

Заспанная Диана только и успела, что глянуть на часы пред тем, как выбежать из домика на всех порах. Она бежала так быстро как могла, и секунд за тридцать добежала в музклуб. С криком «Что случилось?!» Диана ворвалась в помещение и застыла на месте от увиденной картины: Алита сидела верхом на каком-то парне и неугомонно била его толстой нотной тетрадью. Тот беспомощно закрывал голову и почти не двигался под шквалом таких ударов. Рядом с парнем лежала кучка одежды, среди которой нашлась уже знакомая черная рубашка, полотенце и шампунь. Ближе к Алите лежала акустическая гитара, повернутая грифом в сторону музыкантши. Диана невольно задумалась — была ли она пущена в ход?

— Алита, прекрати! — Крикнула вожатая.

Девушка прекратила избиение и уставилась на Диану с полным непониманием. Её руки застыли с нотной тетрадью уже готовой для нового удара.

— Диаблэ, ком сэ дулуру! — Еле прокряхтел Адриан.

Рита все это время находилась за роялем и выглянула оттуда, как только всё успокоилось.

— Что он сказал? — Перепугано спросила Алита, все еще не слезая с Адриана.

— Он сказал, что ему чертовски больно!

— А почему вор говорит на французском?

— Потому что он не вор!

— Но я его ни разу не видела тут! Боже… Прости-прости-прости! — Наконец-то встала Алита с парня и принялась помогать ему подниматься.

Адриан, видимо сразу после душа, одетый в лагерную, теперь немного порванную, форму лежал на полу и смотрел на Алиту сквозь пальцы, прижатой к лицу ладони. К попытке его поднять присоединилась и Диана, но Адриан махнул рукой и самостоятельно встал в свой немалый полный рост. Он осмотрел свою, до недавнего времени, новую лагерную рубашку, пуговицы с которой сейчас украшали пол, взялся, левой рукой за правую кисть и резко дернул. Его рука издала мерзкий хруст заставивший и Диану, и Алиту дернутся. Все это он делал с таким выражением лица, как будто вот-вот и накинется на всех, но этого не случилось; парень в момент сменил гнев на милость. У Дианы аж камень с души свалился, но Алита все равно стояла насторожившись.

— Вот это девушки боевые у вас в отряде, Диана. Не самые приятные воспоминания нахлынули, когда я лежал там, — показал Адриан на пол не прекращая улыбаться.

— Боги, ты не злишься?

— Что вы, нет, конечно. Это было конечно неприятно, но я сам виноват… Услышал мелодию и зашел посмотреть кто играет.

— Поняла.

— Что он говорит?

— Говорит, что был очарован мелодией, которую отсюда услышал.

— Ой… — поникла Алита вконец. — Ну я доиграла… Потом отошла… А он такой зашел… И стал гитару трогать… Потом Рита крикнула, ну и я и подумать не успела как… Ой. Я его не видела никогда, да и внешность у него…

Диана вкратце перевела оправдание Алиты.

Адриан лишь лишний раз посмеялся и потрогал свой шрам на лице:

— Я с ней полностью согласен. Я б и сам на такого как я без раздумий набросился.

Диана и это перевела.

— Как же хорошо, что он от удара гитарой увернулся… — у Алиты глаза стояли на мокром месте. — Тогда б…

— Что это с ней? — поинтересовался Адриан.

— Сожалеет.

Девушка молча собрала уроненные Адрианом вещи, в меру аккуратно их сложила и вручила их владельцу. Из кармана старых джинсов выпал странный металлический брусок. Девушка подняла его и застыла, смотря на вещицу. В её руках оказалась губная гармошка.

— Ничего себе, — удивленно сказала она, — Это Хохнер. Таких моделей штук двести на весь мир.

— Диан, — окликнул Адриан, — можете перевести, что она говорит?

— Сказала, что таких гармошек штук двести на весь мир.

— Да? Я не знал. Скажите, что, если нравится — пусть забирает.

— С дуба рухнул? Ты представляешь сколько она стоит?

— Это не важно. Я забрал её с дома в ту ночь, как убежал. Абсолютно другое дело — она, наверное, грязная…

— Точно не жалко? Понимаешь, что ты обожателя на всю жизнь получишь? — Улыбнулась Диана. Адриан же наоборот, помрачнел.

— Вы правы, может и не стоит…

«Вот блин, взболтнула лишнего…»

— Алит, может отдашь уже?

— А, да, держи, — отдала Алита вещи Адриану. Особенно неохотно она отдала гармошку. — Диан… Скажите ему, чтоб он оставил мне свою рубашку… Я пришью пуговицы обратно.

— Ну и зачем? — Вставила свои пять копеек Рита, — Уверена, что рубашек более чем… — Остановилась та, когда на нее упал Дианин тяжелый взгляд.

— Сейчас скажу, — ответила Диана Алите, а потом повторила и для парня.

«Вор» глянул на девушку не зная, что сказать…

— Отдай, — кивнула Диана, — Иначе будет чувствовать себя виноватой до конца смены.

Адриан выдохнул и снял форменную рубашку протянув её Алите, предварительно повернувшись спиной.

— Пусть далеко не уходит, я быстро! — скрылась «главмузыкант» в подсобке клуба.

— Все веселее и веселее, — надел Адриан свою черную рубашку. Рита подошла к Диане.

— Диан, а что с ним? Как будто на нем хирург практиковался, — заметила всё помощница вожатой.

— Рита! У тебя дел больше нет?

— Нет… Все мои дела сейчас тут. Я хотела Алите помочь в составлении списка на восстановление сцены. Она, оказывается, довольно в паршивом состоянии.

— Вот как? Ну ладно. Тогда не лезь с такими вопросами больше. Это как минимум неприлично.

— Поняла.

Парень все время смотрел в их сторону.

— Адриан, не хочешь помочь девчонкам в их деле? Они сейчас пойдут к сцене составлять список.

— А… Они не против?

— Не против, одна из них даже будет «за», — улыбнулась вожатая.

— Ну… Тогда с удовольствием помогу.

В зал вернулась Алита с металлической коробочкой, внутри которой что-то звенело. Открыв её, девушка достала набор простейших швейных принадлежностей.

— И откуда это тут?

— Сама нашла чисто случайно, когда осматривала кладовку, — ответила Алита. — Но теперь пригодятся. Рыжих ниток нету, так что пришью на белые.

— Ты не против, если Адриан поможет вам с твоим планом? Он признавался, что он небезразличен к музыке.

— Ой… Ну… Его Адриан зовут? Ну… Наверное не против. Да если еще и музыкант.

— Вот и отлично. Тогда оставляю вас на самоорганизацию.

— Но как нам его понимать?

— Знаешь, как говорят? Музыка — универсальный язык. Воспользуйтесь этим. — С такими словами Диана вышла из музкружка.

«Не глянула, сколько до обеда осталось… Что делать?» — Подумала Диана.

Было решено просто отсидеться на площади. Спустя пару минут и Адриан последовал её примеру. Парень вышел с музклуба.

«Тьфу ты… Зря старалась что ли?»

Он заметил сидящую Диану и помахал ей рукой дружески улыбаясь.

«Что-ж на самом деле с тобой стряслось? Не верю я, что ты настолько плох…»

Парень пошел в сторону жилой зоны с перекинутыми через руку вещами.

«Отнести наверное захотел…»

Диана удобнее уселась на скамейку, положила ладони на живот и прикрыла глаза.

«Боги, прерванный сон меня потихоньку догоняет…» — Подумала Диана перед тем, как её глаза закрылись.

«Хорошо ж-то как.

— Не время общаться с Морфеем! Очнись.» — Подпрыгнула Диана, когда услышала Грегора.

«- Грегор? Что? Что случилось?

— Дитя, воспоминанием живущее, тебя поймать решило.

— Не понимаю… Ты про ту девочку?

— Всякое может случится. Аккуратней будь.»

Прогремел горн, означающий, что пора обедать.

— Вовремя…

Диана неспеша пошла в сторону столовой. Учитывая местоположение, идти ей было явно ближе всех остальных. Вожатая зашла, задумчиво взяла поднос и стояла на раздаче ожидая свою порцию. С кухни вышла Наташа, повязывая один из своих фартуков. Новый был белоснежно чистый, еще не тронутый всеми следами кухонной жизни.

— И снова здоро́во! — Вывела повариха Диану из раздумий.

— Привет…

— Чего такая хмурая? Французик доставил проблем?

— Адриан? Не… О своем задумалась.

— И о чем же?

— Ну, первое в списке — «Чего же так спать рубит?»

— А, ну это стандартно… Тьфу ты, я уж подумала, что что-то интересное.

— Увы и ах.

Потихоньку начали сходится дети.

— Так. Ты меня отвлекаешь, — в шутку сказала Наташа. — Давай сюда, — протянула повариха руку.

Диана молча отдала пустой поднос, а обратно получила доверху набитый едой.

— Приятного аппетита!

— Спасибо, Наташ, — сказала Диана и направилась к своему привычному месту.

Севши за столик, Диана немедленно начала есть, даже не рассматривая, что ей там положили. Было как всегда вкусно, но не это заботило Диану сейчас.

«Скорей бы вечер. Теперь уже и мне хочется сходить с Мари и узнать что-то новое об этом месте. Еще не хватало, чтоб какая-то заблудшая нечисть тут хозяйничала.»

Стол пополнился близнецами-англичанами, которые пожелали Диане приятного аппетита. Диана им ответила тем-же. Явно посвежевший с завтрака Луи прибыл за столик последним.

— Как настроение? — начала Диана на французском.

— Неплохо. Если честно, я думал что нам привезут какое-то стихийное бедствие, а оно вон как вышло.

— Ну… Вышло интересно. Его уже успела избить Алита.

— Прошу прощения?! — эмоционально спросил Луи.

— Ну… Я не так выразилась. Он зашел в музклуб, послушать кто там играл, а в итоге произошло недопонимание. Повезло, что у Адриана вполне здоровое чувство юмора.

— Думаете, что все хорошо? Я вам верю Диана.

— Как там ваша команда на соревнования?

— Трещит по швам. У нас всего один спортсмен и он явно не вытащит всех.

— Поняла. Вам не приходило в голову приставить к Адриану наблюдателя? Он, конечно, вам и сам отчитываться будет, но и взгляд со стороны тоже не повредит.

— Может вы и правы, но это будет как-то… В принципе правильно, но бесчеловечно.

— Подумайте. Я б так и сделала.

Диана и Луи закончили свой разговор и принялись есть. Тарелки быстро опустели, а Диана, пришедшая первой, первой свой поднос и отнесла. В очередной раз сказав Наташе «спасибо» и «Все было очень вкусно» вожатая вышла на крыльцо столовой. Не успев ступить и шагу дальше, она обернулась на негромкий выкрик её имени за спиной; это оказалась Рита.

— Диана!

— О, помощничек, ты что-то хотела?

— Захотела еще в музклубе, но в связи с обстоятельствами… Отдаю сейчас. Это список нашей команды.

— Так, давай посмотрим, — оперлась вожатая на перилла ограждающие крыльцо. Рита проделала точно такое-же действие.

— Капитан у нас… Кто бы сомневался… Никита.

— Да. Его долго упрашивать не пришлось. Спасибо его сестре.

— Дальше — Женя.

— Да. Она согласилась, как узнала кто капитан.

— Вот Женя… Годиться, дальше у нас — Лена. Не удивлена. О! Эдгард и Эдмунд?

— Да. Пришлось внести и их, уж очень сильно они хотели. Еще очень сильно хотела Алина, но, сами понимаете.

— Понимаю. Хотя в какой-нибудь волейбол еще и можно было бы взять.

— На волейбол и баскетбол у нас есть Вася. С его-то ростом, — Упомянула его Рита немного покраснев.

— О, а вот это интересно, Марта. Надеюсь, эта ракета покажет себя во всей красе.

— Пока-что от нее только неприятности.

— А где Сережа? Ты где? Вика?

— Вика с Сережей нам сделали флаг.

— О! Молодцы! Это все?

— Да. Все ждут ваших распоряжений.

— А что я могу распорядить? Кстати, судью нашли?

— Нашли, это Лиза.

— Предсказуемо. Скажи Никите, чтоб творил побольше своих капитанских штук: приободрял там, дух команды поддерживал…

— Хорошо. Я ему передам. Могу идти?

— Беги.

Диана сопроводила уходящую Риту взглядом. Следующим же, её внимание привлекло, что Луи собрал весь французский отряд и немного отвел его от столовой. Мари была среди всех и пересеклась с Дианой взглядами. Вожатая сменила позу и теперь следила за французским отрядом положив локти на перила, на согнутые в кистях руки она положила подбородок.

«И что же ты там такое говоришь, а Луи?»

Рядом с вожатым, в кругу из отдыхающих стоял и Адриан, все еще опускавший взгляд в пол, только изредка поднимавший голову, чтоб хоть на что-то посмотреть. Не похоже было, чтоб он стеснялся или еще что-то: спину он держал ровно, а вот голову… До Дианы доносились лишь обрывки речи Луи, но вот сейчас вожатый представил Адриана всем в отряде. Парень поднял взгляд и легонько махнул рукой в приветствие. Диана заметила, как отдыхающие перешептываются, постоянно поглядывая на него. Если большинство девушек хихикали и улыбались, то парни выглядели явно очень настороженно.

«Что, соперника нашли, а?»

Теперь Диана услышала и то, как Луи сказал про соревнования. После этой фразы к нему подошла горсть детей. Видать те, кто согласился на участие. Было три парня и три девушки, среди которых оказалась Мари.

«Что-то совсем не густо с участниками… Что у меня, что у него.»

На этом моменте Луи отпустил всех отдыхающих отдав необходимые распоряжения, а сам ушел по своим делам. Адриан робко настраивал общение со своей группой, а Мари смотрела в сторону Дианы.

«Может сказать что-то хочет?»

Но их ментальный контакт прервала вышедшая со столовой Алита, которая обратилась к Диане незамедлительно.

— Диана, я ж совсем забыла вам сказать!

— Что случилось?

— А вы не заметили?!

— Нет… Что я должна была заметить?

— Пойдемте в клуб, покажу.

— Интересно… Ну пойдем… — Чуть ли не за руку Алита потащила Диану в кружок.

Отперев дверь клуба, Алита снова сказала:

— Вот.

— Что вот?

— У дальней стены!

И действительно, у дальней стены клуба было навалено просто куча всего: высокая башня из матрасов у своего подножия была укреплена кучей подушек и неменьшим количеством одеял.

— Ничего себе…

— И я о том-же! У нас что, склад тут? Сморите сколько оно места занимает! Оно ж всё банально мешает.

— Твоя правда… Я только сейчас вспомнила, что видела, как сюда затаскивали матрасы.

— И ничего не сделали?

— Да я как-то и значения не придала. Я спрошу у Саши, что они тут делают… Наверное до основного склада было тащить далеко…

«Блин… Делать мне нечего…? Может схитрить?» — смотрела Диана на кучу. — «Штук двадцать, не меньше… Придумала!» — Держала Диана палец на подбородке, в тот момент, когда на ее лице засияла хитрая улыбка.

— Что такое? — Спросила Алита.

— Да так… На твоем месте, мне было бы очень уж жалко отдавать такое количество удобнейших матрасов. Посмотри на помещение клуба. Тут всего два стула. Даже репетировать негде, по факту. — Смотрела Диана на Алиту, все также улыбаясь. Алита стояла с глазами по пять копеек.

«Клюнула» — подумала Диана.

— Думаете, что лучше оставить?

— Уверена! Сама подумай, тебе такой шанс на комфортное пребывание тут подарили, а ты просто хочешь отправить его пылиться на склад. Осмотрись, разложи матрасы… — Задумалась Диана, — Да под окнами хотя б…

— Знаете, а ведь правда.

«Дзынь, продано! Эх Диана-Диана, как же ты сладко болтаешь.»

— Положу по два, друг на друга тут, и еще там, — Сложила она пальцы в жесте «кадр». — нужно попросить Адриана помочь.

— Уже сдружиться успели?

— Ну… Можно и так сказать. Он как увидел, как я шью ему рубашку, начал смеяться.

— Почему?

— Не знаю. Он показал жестом ему отдать и зашил сам… Да и так зашил, что я б никогда в жизни так не смогла… Вот так странно у нас выстроилось первое «Общение».

— Ну… Думаю, что он и не такое умеет…

— Не поняла.

— Алит, теперь серьезно. И, надеюсь, то, что я тебе рассскажу — останется в секрете. Обещаешь?

— Ну…

— Пойдем, присядем.

Как оказалось стульев в помещении было не два… Вторым сиденьем служил табурет за барабанной установкой. Алита села на него, а Диана расположилась на стуле, который она подтащила за собой. Только собеседницы хотели возобновить разговор, как Алита посмотрела на выход и крикнула «Салем, кис-кис, иди сюда!». Диана обернулась на выход тоже. На пороге стоял черный кот, смотревший на сидящих сощуренным взглядом и приобнявший пушистым черным хвостом дверь. Как только он услышал, что сказала Алита, кот начал свое неспешное движение к источнику звука, издав протяжное «Мурмяу». Салем подошел к Алите и запрыгнул к ней на колени. Усевшись поудобнее у нее на ногах, довольный кот закинул голову, показав седеющую шею, которую Алита начала чесать.

— У тебя посетители?

— Да. С первого дня он тут. Его Сережа Салемом назвал, а мне понравилось.

Кот получал удовольствие от Алитиных движений, а вскоре еще и получил котлету, заботливо «позаимствованную» Алитой из столовой. Немного безвольно повисев в девичьих руках, абсолютно не сопротивляясь, через момент, Салем уплетал свое лакомство с лежавшего на полу подноса. Тоже столовского.

— По-моему, кого-то стоит наказать за хищение столовских ресурсов…

— Я не крала, если вы об этом. Я честно подошла к тете Наташе и рассказала про кота. Думала, что она меня осудит, но все вышло наоборот. Она тайком мне выдала поднос и каждый день отдает лишнюю котлету там, сосиску… Сказала: «Пусть ваш маленький талисман ни в чем себе не отказывает.»

— Вот ведь Наташа… Распустит мне дисциплину в отряде.

Кот, доев свою еду, вернулся обратно к Алите на колени и начал громко и глубоко мурчать.

— Моя Беатрис ведет себя точно также. Похоже, все кошки одинаковые.

— У вас есть кошка? Породистая?

— Породистая. Сибирская белая. Я её взяла, когда мне было восемнадцать. Она до сих пор очень активная и ласковая. И очень не любит вазы…

— Ух ты! Всегда хотела кошку, но папа аллергик… Вот когда съеду, то обязательно заведу.

— Так. Мы ушли с темы. Так что, обещаешь?

— Ну хорошо… Обещаю.

— Тебе понравился Адриан?

Алита покраснела и отвернулась.

— Сама вижу. Адриан… Он в этом лагере не случайно. Он тут проходит… Реабилитацию.

— Что?

— Он уголовник. Был осужден за избиение, воровство и побег от приговора.

— Правда? Но он ведь…

— Не перебивай. Я не знаю всех подробностей, и как он попал именно сюда, но Луи, французский вожатый, теперь должен за ним следить. Как я заметила, Луи довольно рассеянный и неуверенный в себе. Я опасаюсь, что он напишет о нем такой отчет, что только ухудшит ситуацию.

— И что дальше? — Чуть ли не испуганно спросила Алита.

— А дальше… В общем я уже успела поболтать с Адрианом. Он замкнут и не чувствует себя тут в безопасности, как мне кажется. Возможно, не знает чего ожидать от людей тут, может ожидает какого-то подвоха. Луи попросил меня помочь, и я думаю, что я смогу ему оказать услугу. Сможешь последить за Адрианом? Отчет держать не нужно. Записывать или шпионить тоже. Мне просто нужно будет твое мнение — какой он человек. Лично я считаю, что он просто в один момент запутался.

— Вот значит как?

— Что скажешь?

— Даже не знаю… После всего, что я услышала, мне хочется держаться от него подальше.

— А пока не рассказала? Не хотелось?

— Н…нет.

— Вот и продолжай общаться так, будто я тебе ничего не говорила, но имей в виду.

— Постараюсь…

Кот на коленях продолжал мурчать, хоть как-то заполняя повисшую тишину.

— На соревнования хоть придешь? Наших надо поддержать.

— Приду, конечно. Мне теперь точно надо немного отвлечься.

Предмет обсуждений прям чувствовал, что речь идет про него и тихо зашел в помещение. Парень, подкравшись подошел к Диане и закрыл её глаза руками сказав на французском:

— Угадайте, кто?

— Тот, кому жизнь не мила, если он так делает, — ответила Диана строго. Адриан тут же убрал руки.

— Я до последнего сомневалась сказать вам или нет, — сказала Алита на полном серьезе, осознавая, что Адриан её речь не понимает.

— Что она сказала? — Поинтересовался парень.

— Сказала, что сомневалась предупреждать меня или нет, — призналась Диана.

— Понял, — потупил взгляд Адриан.

— Ну что, как тебе отряд твой?

— Отличные ребята, — сказал парень невесело, — даже слишком.

— Что-то случилось?

— Нет-нет. Все просто отлично. Я даже на соревнованиях буду с ними.

— Так это же прекрасно! Кем? В каком виде спорта?

— Во всех… Я капитан.

— Капитан?

— Ну… Все начали спрашивать мол, чем из видов спорта занимался и стали перечислять. Ну я и ответил, что во всех названных участвовал. Вот и нарвался…

— Тогда удачи тебе привести свою команду к победе. Однако, моя команда тоже очень хороша. Расслабится не дадут.

— Значит, должно быть весело, — парень глянув на Диану улыбнулся, но отвел взгляд на смотрящую в пол Алиту. Она сидела с котом на коленях и не понимала сути разговора.

— Что с ней? — Поинтересовался Адриан.

«Идея!»

— Во ты и выясни. Мне она ничего говорить не хочет.

— Я ж языка не знаю.

— А без него слабо? Уверена, что на твоем пути были задачи и посложнее.

— Но…

— Не желаю ничего слышать. Мне пора.

Диана вышла с музкружка закрыв за собой дверь.

«Докажи, что ты нормальный.»

Снова путь Дианы лежал в никуда.

«Мари как-то на меня странно смотрела. Может сказать что-то хотела? Ладно, сама найдет если надо.» — Думала вожатая.

Как оказалось, спустя буквально минуту, действительно было «надо». Мари чуть ли не бегом настигла Диану отошедшую от музклуба всего на десяток шагов.

— Диана!

— Мари? Что за спешка?

— Катастрофа!

— Что стряслось?

— Новенький!

— Что с ним?

— Он знающий.

Вожатая насупила брови и сложила руки на груди.

— Откуда ты знаешь? И с чего такие предположения?

— В общем… Я его видела в клановом имении. А конкретнее — в подземельях, в одном из святилищ. Он мне сразу показался знакомым, но как только он сказал мне: «Где-то я тебя видел» меня аж прострелило. Нельзя, чтоб он меня узнал. Ни в коем случае.

— То-есть твой клан оставил среди смертных свидетеля своих ритуалов? Знаешь, насколько это серьезное преступление?

— Не знаю! И знать не хочу. Потому, мне и нужна ваша помощь. Ему надо подкорректировать память.

— Только подкорректировать? Не стереть полностью?

— Посудите сами, осужденный в первую ночь пребывания в лагере забыл абсолютно всё что делал…

— Твоя правда. И как он к вам попал-то?

— Да, как и остальные. Подобрали на улице наверное…, но не это важно, Диана!

— Ладно. Не кричи. Придумаем что-то.

— Действовать надо. Если он услышит мою фамилию откуда-нибудь…

— Ладно. Я так понимаю, что чем быстрее это произойдет — тем лучше?

— Абсолютно верно. Где он сейчас?

— Почти за моей спиной. В музкружке.

— Там кто-то еще есть?

— Есть. Алита там.

— Выведите её. Мне нужно поколдовать над ним. Отведите далеко. Он может успеть крикнуть.

— Что ты с ним делать собралась?

— Память ему изменить. Мне нужно схватиться ему за лоб. Только тогда заклинание сработает, и я получу доступ к его воспоминаниям.

— Хорошо, — потерла Диана глаза. — Я помогу. Но только из-за моего отношения к тебе, как к Сониному протеже.

— У-у, а я думала, что мы уже подружились, — сказала Мари, хитро улыбнувшись.

— Может и так, Мари. Вот только выходки твоего клана никак к нашей миссии не относятся.

— Клан — единое целое. Выходки моей семьи — мои выходки, а их нужно исправлять.

— Пойдём, времени в обрез.

— Я в обход. Там открытое окно. Зайду со спины.

Девушки принялись за исполнение своего плана. Не договорившись о начале операции Диана понадеялась на интуицию Мари и открыла дверь в музклуб. Адриан сидел перед Алитой с гитарой в руках и наигрывал какую-то приятную мелодию. Девушка сидела и улыбалась.

«Наверное приятно, когда тебе посвящают песни.»

— Диана? Вы что-то хотели? — спросила глава музклуба.

— Д-да. Алита, Ты мне нужна. Там… Проблемы, — выпалила Диана, даже не успев подумать и придумать ситуацию.

— Какие?

— Рита…

— Что Рита?

— Э-э… — Изобразила Диана будто вспоминает что-то, — ключ от домика потеряла. Я её заставила делом заниматься там одним, а она хотела к тебе зайти за чем-то. Вот.

— Так мы не вместе живем.

— Но ты ей нужна, она просила, чтоб ты к ней подошла к… сцене.

— Вот блин… Хорошо. Я иду, — Алита поднялась с барабанного сидения. Адриан смотрел удивленно на эту ситуацию.

— Подожди пожалуйста, — обратилась Алита к нему.

— Ви… Бьён.

— Она больше ничего не говорила? — Поинтересовалась Алита

— Нет. Что сказала — то я и передала.

Диана и Алита вышли с клуба и пошли к сцене, навстречу выдуманной ситуации. Мари же, не теряя времени пробиралась в открытое окно, не торопясь принимать свою демоническую форму.

«Вдруг простой разговор поможет?» — подумала она.

Неприятно поцарапавшись об острый край в раме окна, Мари довольно громко приземлилась на пол музкружка, оказавшись прямо за спиной парня, который не спешил выпускать гитару из рук. Наверное, надеялся на скорое возвращение той, кому он играл. Однако шума изданного Мари было более, чем достаточно, чтоб парень обернулся.

— Ух-ты, ты чего подкрадываешься? Ты же с моего отряда, Мари, так? Почему через дверь не зашла? — Дружелюбно улыбался он, сидя.

— Ты запомнил, это я. Адриан, нам очень срочно нужно кое-что обсудить.

Улыбка исчезла с его лица, а гитара приземлилась на подставку, стоявшую рядом.

— И о чем же?

— Помнишь, ты сказал, что мог меня где-то видеть?

— Да. Там, на площади. Меня до сих пор это чувство не покидает.

— Я тоже тебя видела, и в отличие от тебя — узнала.

— Вот как? И где же мы виделись?

— У меня дома. В имении Круа, в Лионе.

— А, вот значит… — внезапно осознал Адриан сказанное Мари. В тот же момент глаза парня наполнились удивлением и ужасом, он встал со стула, а рука сама потянулась к грифу стоящей рядом гитары. Мари стояла и наблюдала за ним молча. — Не смей даже двинуться! Мигом тебе голову размажу! — Крикнул парень, держа гитару в двух руках за гриф перед собой.

Мари на это лишь иронично, закатив глаза, выдохнула. Адриан успев увидеть лишь легкое движение пальцем и услышать едва различимый шепот, рухнул на пол помещения выронив гитару. Что-то довольно тяжелое пролетело в его ногах и заставило потерять равновесие. Поднявшись, парень снова уставился на Мари. Девушка сидела на стуле, который мгновение назад находился за его спиной. Она откинулась на спинку, скрестила руки на груди и закинула ногу на ногу. Её глаза светились фиолетовым.

— Бежать не рекомендую. Притяну также, как этот стул и расправлюсь в высшей степени изобретательно, даже пикнуть не успеешь, — улыбнулась Мари.

— Что ты хочешь?! Вернуть меня к вам? — Спросил парень едва различимо.

— Знаешь. Было бы неплохо. Но нет.

— А что тогда?

— Хочу тебе помочь.

— Ты? С чего это?! Вам же все человеческое чуждо! Это твои родственники пустили мне пулю вслед, когда я убегал с вашего имения! И всё равно, это было лучше чем-то, что я пережил в ваших проклятых подземельях. Мне по живому выреза́ли какой-то шрам на протяжении сраной недели! До вашего гостеприимства я считал, что хуже, чем попадание в полицию для меня вещи не будет, но, когда они меня после вас нашли в подворотне подстрелянного, я искренне поверил, что я спасён!

— Успокоился? Может тогда мне начать соответствовать своему образу, А? — Мари поднялась со стула и снова шепнув непонятное Адриану слово, зажгла в руке синее пламя, которое теперь игралось и переливалось. Парень невольно тяжело сглотнул. — Гореть ты будешь медленно, а никто так и не поймет почему ты умер. Сгорит твоя душа, — Старалась Мари говорить как можно более зловеще.

— Моя душа… Что толку от этой души?

— Как сказать-как сказать. — Смотрела Мари в глаза парню очень внимательно.

— Мадмуазель, ваш взгляд меня пугает.

— Я отлично понимаю почему, Адриан, ты оказался у нас в подземельях. Твоя душа светла и очень чиста. В тебе нету злых умыслов и желания вредить. Даже если оно и было, то очень давно. Ты бы стал очень хорошим источником энергии для наших дел.

— Говорю же… Только и видишь в человеке, что ресурс.

— Если б все так и было, то не говорила бы про помощь! Я могу помочь тебе все забыть. Всё, что с тобой происходило.

— Вот это помощь, Мари! — помолчал он мгновение, после того как вспылил. — Можешь сразу меня тогда тут пустить в расход, — продолжил парень неожиданно спокойно.

— Интересно, и почему-же?

— Потому что мои воспоминания мне нужны. Я натворил много глупостей и понёс за них наказание и поверь, твои родственники извращались как могли.

-… — слушала Мари с безразличным лицом.

— Я вынес много уроков перед тем как осознал, что мне выпал шанс все исправить. Нужно только не напортачить. Да и шрамов ты моих не вылечишь. Самый болезненный был получен как раз в ваших подземельях.

— Значит… Ты не хочешь от меня принимать помощь?

— Нет, Мари. Не хочу. Я благодарен что ты меня выслушала, а не сделала всё под шумок.

— Пожалуйста, но проблема не исчезла. Секреты клана должны оставаться секретами и пока ты всё знаешь… Моя семья в опасности.

— Я не думаю что я в состоянии тебе как-то помешать, — вздохнул он тяжело.

-… — Мари тяжело вздохнула. - Выходит, что мне нужна твоя помощь, Адриан.

— И как же такой как я, может помочь тебе?

— Ты можешь подарить мне уверенность. Всё, что происходит в клановом имении — не должно покидать его стен, как я уже говорила.

— Хотел бы я сказать, что понимаю…

— Я хотела стереть тебе память, но выйдет, что я лишу тебя твоей «мотивации». Не то чтоб это меня заботило, но… Ты можешь дать мне клятву.

— И все? И тебе этого хватит?

— В мире смертных клятва — пустой звук, но у нас — инструмент неописуемой силы. Если нарушаешь клятву данную потустороннему существу — будет плохо.

— Сильно?

— Ну… Для тебя — с летальным исходом.

— Понятно. Я согласен.

— Тогда, — улыбнулась Мари и встала со стула, — Не кричи и сильно не удивляйся, — хлопнула она в ладоши.

Стоило Адриану моргнуть — привычная Мари куда-то делась. Глаза парня отказывались верить, а тело двигаться. Взгляд никак не мог оторваться от того, что стояло перед ним.

— Как тебе? — Спросила Мари широко улыбнувшись. В довесок она положила правую руку себе на талию и показалась Адриану в профиль.

— Несгладимое впечатление… С кем имею честь говорить?

— С той же, что и минуту назад. Вот только немножко… потустороннее.

— Тебе идет… Наверное.

— Ой… Ну спасибо. Ну что, готов?

— Не думаю, что тут можно быть готовым, но… Что делать?

Мари подняла правую руку и выставила раскрытую ладонь.

— Я так понимаю… — Адриан выставил свою правую руку точно также и прислонил свою ладонь к ладони Мари.

— Говори свою клятву.

— Ага… Давай так. Клянусь не разглашать тайн семьи Круа никому и никогда. Пойдет?

— Отлично. Моя очередь.

— Что?

— Клянусь оказать посильную помощь в одной твоей просьбе.

— Но… Зачем?

— Ты делаешь мне услугу, а это будет моей маленькой платой, Адриан, — улыбнулась Мари показав клыки.

— С…Спасибо.

— Пока-что не за что. Так и будем стоять? — Легко махнула Мари головой на их руки.

— А… Ой. Да, — Убрал Адриан свою.

Демоница хлопнула в ладоши. Адриан специально старался не моргать в этот момент, но пыхнув огнем, Мари уже стояла в своем привычном виде.

— А теперь. Готов к соревнованиям?

— Ну… А который час?

— Без понятия, но около двух.

— Ты участвуешь?

— Конечно. Я бегаю хорошо, товарищ капитан, — хитро подмигнула Мари.

— Отлично! Хоть кто-то спортивный есть, — улыбнулся Адриан.

Обмен любезностями прервала резко открытая дверь. На выходе стояла Алита и молча смотрела на Адриана и Мари, стоявших друг напротив друга.

— Ну ладно, Адриан. До встречи на стадионе. Тебе сейчас огребать, предстоит, — махнула Мари головой в сторону Алиты. — Постарайся прийти целым.

— Постараюсь, — улыбнулся Адриан на прощание.

Мари вышла с музклуба, одарив Алиту улыбкой.

«Нужно отчитаться Диане.»

Вожатая, в свою очередь пронюхав, что Мари захочет доложить, спокойно ждала её на площади, рядом с памятником. Увидев нужное лицо, Диана махнула рукой. Мари быстро подошла.

— Ну что, как все прошло?

— Не совсем по плану.

— Не поняла.

— Я не стала стирать ему память

— Ты в своем уме?! — Крикнула Диана на своем французском.

— Да не кричите вы. Все вышло даже лучше, чем планировалось. Адриан… ему можно верить, чувствую. Я взяла с него клятву и поклялась в ответ.

— Мари… Ты для меня загадка… Хорошо. Если ты уверена — то так тому и быть. Только не перегибай с добротой. Аукнется.

— Доброта тут не при чем. Я просто это знаю. Простите, Диана. Мне нужно бежать. А то бегать не разогретой — плохая идея.

— Участвуешь в соревнованиях?

— Да. И боюсь, что один из ваших болельщиков сегодня болеет за меня, — улыбнулась Мари.

— Рада, что ты веселишься.

Мари ушла по своим делам. Диана осталась на месте в компании лишь своих мыслей. Время тянулось предательски медленно и последующий час был наполнен лишь тягучей скукой. Не выдержав гнетущего одиночества, Диана решила пойти на стадион с мыслями, что хоть кто-то, но там должен тренироваться или разминаться. К её удивлению, этими «кем-то» оказалась добрая половина лагеря. Все площадки были заняты, беговые дистанции задействованы, а снаряды используемы. Да и трибуна вдоль стадиона тоже изрядно пополнилась. Диана даже разглядела Сережу и Вику с их свернутым атрибутом поддержки. Туда вожатая и решила направиться.

— Привет, поддержка.

— Здравствуйте, — ответили ребята в унисон.

— Чего не участвуем?

— От меня мало пользы будет… — Сказал Сережа.

— Да и от меня. Я лучше тут по топлю за наших.

— Ну… Тоже хорошо. Дайте хоть посмотреть, что вы за флаг сделали.

Ребята протянули свернутый флаг на сложенном древке.

— Интересно… Из чего ручка?

— В кружке удочка валялась. Доисторическая просто. Вот сижу и думаю — когда будем флагом махать сразу она сломается или какое-то время погнется?

— Будем надеяться, что не сразу, — Диана разворачивала полотно.

— А почему основа зеленая? Я думала, что вы на старой простыне его нарисовали.

— А мы хотели. Но нашли эту штуку в клубе рисования. — Говорила Вика. — Вообще без понятия, что это такое, но краска на нее легла уж очень просто.

Полотно было не такое уж и маленькое. Диане показалось, что оно было больше, чем метр на два.

«Развиваться должно здорово. Это что еще…»

Диане наконец-то открылась картина, которая была нарисована на полотне флага. Рисунок был прост и по-своему, трогателен: на флаге были изображены схематически двадцать человек в форме лагеря. С правой стороны — все в юбках, а с левой — в шортах, но главное не это. Между этими группами стояла фигура в вожатской форме с двумя белыми крыльями, которыми она их накрывала. Диана аж потеряла дар речи.

— Говорила ж, что ей понравится, — сказала Вика Сереже.

— Блин. Ну ладно, проспорил.

— Трогательно, ребята, подлизались так подлизались.

— Рады стараться, — gриветливо улыбнулись оба.

«- Очень жаль…

— Грегор? Что жаль?

Кровавый спорт — утеха для толпы и траур спортсмена. Река в иное русло завернет

— Как всегда, спасибо за предостережение, Грегор. Как всегда — туман.»

Тут и начало соревнований не заставило себя ждать. Из огромных динамиков, подвешенных на массивных стойках по краям стадиона, раздался протяжный горн.

«Как будто нападает кто-то, а не соревнования».

После этого раздался звук, как будто кто-то врезал по микрофону. Как оказалось позже, почти так и было — микрофон просто уронили. Из динамиков последовала просьба очистить стадион и остаться только спортсменам. Болельщики заняли свои места. На поле остались лишь по семь человек с каждого отряда. Кто-то из них осматривал большую полупустую трибуну, ловя взгляды знакомых, а кто-то просто общался, обсуждая предстоящее противостояние.

Диана рассмотрела свой отряд. Все были довольные и в меру одухотворенные. Они переговаривались между собой явно отпуская какие-то шутки судя по их улыбкам. Никита сменил привычную спортивную форму на выданный лагерем спорткостюм и смотрелся в нем не менее внушительно, чем обычно. Как оказалось, абсолютно все участники были одеты именно в выданную форму.

Французов крайне активно поддерживал их капитан и Диана еще не видела его в таком расположении духа. Адриан собрал свою команду в кольцо и что-то довольно громко им надиктовывал. Как план был разъяснен, парень вскинул в верх кулак и вся команда повторила его жест крикнув, что есть мо́чи. Англичане же вели себя наиболее… никак. Просто ждали начала.

Спустя минуту, в центр стадиона начал свой путь сам начальник смены с еще двумя сотрудниками лагеря. Диана раньше их не видела, а если и видела, то значения им точно не придавала. Вся тройка была вооружена беспроводными микрофонами. Роль сопровождающих была выяснена только когда Саша добрался до команд, пообщался с ними немного и начал говорить в микрофон. Это оказались переводчики, и они дублировали все сказанное Сашей на свои языки:

— Приветствую Джинджертейл, надеюсь вам хорошо отдыхается?! — Начал Саша. После прослушанного перевода трибуна взревела максимально восторженно, — Очень рад. Как вы уже знаете, сегодня по плану у нас небольшое спортивное соревнование. Безусловно, у нас много талантливых отдыхающих, но именно сегодня посмотрим, какой отряд у нас самый спортивный, — Трибуна еще немного пошумела, как дослушала переводы, — Не сомневаюсь, что важная часть выигрыша команд лежит на плечах именно спортсменов, но не забывайте, что не менее важная — лежит на тех, кто свою команду поддерживает! Покажите, как вы поддерживаете своих друзей! — Трибуна снова начала что есть мочи кричать, — Вот и отлично. Перейдем к представлению капитанов наших отличных команд, — Саша со своей свитой подошел к первой команде, к Англичанам. Диана заметила, как сидевший рядом Сережа смотрит куда-то в сторону французов.

— Что, Сережа, охота посмотреть, как Мари выглядит в спортивной форме? — Решила подколоть его Диана.

— Что вы. Нет… Просто.

— Не оправдывайся. Просто не забывай, кого ты поддерживаешь в групповых соревнованиях, а то накажу, — подмигнула ему Диана и улыбнулась. — А то уже двое из наших поддерживают французов.

— Двое?

— Угу. Скоро думаю сам узнаешь, — Диана махнула головой в сторону поднимающейся к ним Алиты. Она поднялась по ступенькам и села рядом с Дианой, не отрываясь смотря на поле.

— Ты не злишься на меня, что я напутала? — Обратилась к Алите Диана.

— Нет, что вы. Меня просто настораживает, что Мари и Адриан в одной…

— Все, Алита. Поймана с потрохами. Не волнуйся. Твой Адриан останется твоим.

— Но я не… — покраснела Алита, — Не это имела в виду.

— Конечно-конечно.

— Ну вы видели же их в кружке. Сами ж видели.

— Видела. И говорю, не переживай. Смотри, наших сейчас будут представлять, — Показала Диана пальцем сначала обратив Алитино внимание, а потом и Сережино с Викой. Сережа начал раскладывать флаг.

— А сейчас, следующие наши претенденты на победу — русский отряд под покровительством Дианы. С первого дня показавший просто нечеловеческую заинтересованность жизнью лагеря, этот отряд взял главенство почти над всеми кружками, а теперь еще и в спорте себя показать хочет, так ведь? — Команда кивнула, — Вот и хорошо. — Продолжал говорить Саша. — Капитаном команды сегодня выступает, — Саша подставил микрофон Никите. Тот не стал брать его в руки, а просто произнес в своей довольно робкой манере: «Фролов Никита, всем привет».

— Братишка, ты лучший! — во весь свой детский голос прокричала Оля откуда-то спереди трибуны.

— Что-ж, Никита, получай свой капитанский напульсник, — Саша протянул Никите рыжую вещицу. Тот сразу её надел на запястье и поднял руку продемонстрировав.

— Что молчите? — Спросила Диана перед тем, как чуть ли не выпрыгнуть со своего места на трибуне. Она сложила руки у рта и крикнула что есть сил — Ребята, вы лучшие! Порвите всех!

Через мгновение присоединились к крику, и Вика с Сережей со своим флагом, который теперь развевался настолько красиво, что буквально заставил всех, даже тех, кто его просто заметил, тоже крикнуть. Диана с довольным лицом села обратно на свое место. Спортсмены крикнули что-то в ответ, а Саша начал идти к последней команде участников.

— Нужно было еще и нимб нарисовать, — сказала Вика.

— Вот это вы заводила, однако! — Восторженно сказал Сережа.

— Ну так! Теперь нас уже никто не перекричит.

Ох, как она ошиблась. У волны уверенности Дианы не было преград, пока она не встретилась со скалой поддержки французского отряда. Саша подошел к последним участникам и начал говорить:

— Вот мы и подошли к замыкающим наших отрядов. Возглавляет команду моей любимой, на самом деле, страны — наш самый недавний гость. Представься пожалуйста, капитан, — Саша подал микрофон Адриану, но тот, как и Никита его не взял.

Парень взял руку Саши с микрофоном, поднял ее немного повыше, как раз на уровень своего рта, было заметно, как Адриан ему подмигнул и расставил ноги примерно на ширину плеч. Саша стоял и ничего не понимал, в то время как команда французов что-то оживленно обсуждала и очень уж активно улыбалась. Даже Мари светила своей улыбкой так, как Диана еще точно не видела. Адриан достал из кармана спортивных штанов форменный галстук и поднес его ко лбу завязав концы на затылке. Только после этого он начал говорить.

— Же суи Адриан Морэ! — Крикнул он в микрофон. Через секунду он поднял руки и снова крикнул — Э се мон есприт де Самура-ай!

Сказать, что трибуна отреагировала на такой перфоманс — ничего не сказать. Поддержка шла отовсюду и ото всех сразу. Но это еще был не конец представления.

— Что он сказал? — Поинтересовались рядом сидящие с Дианой.

— Он сказал: «Я — Адриан Морэ и вот мой самурайский дух».

— Оригинально, — чуть ли не смеялся Сережа.

— А он хорош, — сказала Вика.

Далее Адриан повернулся к трибуне спиной, а к команде лицом и опустил голову. Трибуна снова затихла. Только Саша хотел сказать заключительное слово, каждый из команды французов достал по своему галстуку и проделал точно такое-же движение, что и Адриан, завязавший свой галстук чуть ранее. Капитан поднял голову и снова резко обернулся к трибуне, заняв самую нелепую позу, которую только мог придумать, но! Его поддержала вся его группа. Адриан стоял в главе клина из французов, застывших в нелепых позах, с галстуками на лбу, которые выждав момент в унисон крикнули так громко, как смогли фразу «Эсприт де Самурай!». Именно в этот момент Диана поняла, что её попытка расшевелить трибуны была настолько ничтожна, что она вжалась в свое место. Каждый на трибунах кричал «Самурай!» так громко, как мог и Диану удивляло, что это было даже громче, чем в прошлый раз. Сидевшая слева Алита кричала, что есть мочи подбадривая запавшего в душу Адриана, а Сережа махал флагом русского отряда, но кричал в поддержку французов.

«Предатели…» — подумала Диана.

Трибуна кричала долго. Но как только замолчала, Саша все-таки решился на заключительные слова.

— Сногсшибательное представление. Никогда в жизни не видел, чтоб вся трибуна поддерживала одну команду, — Французы обменялись рукопожатиями, объятиями, хлопками и так далее, — Пора начинать наконец соревноваться! Со дня основания лагеря первым видом спорта всегда были нормативы. Без основ двигаться дальше смысла нету. Прошу команды пройти к снарядам, а вас дорогие зрители, прошу поддерживать и поддерживать громко!

Переводчики закончили озвучивать последнюю фразу, и начальник со своей свитой решительно двинулись в сторону трибун. Спортсмены же пошли к площадке, утыканной всем необходимым оборудованием для первого соревнования. Как оказалось позже, соревнование состояло из самых обычных школьных нормативов: кто больше подтянется, отожмется на брусьях, выходы, подъемы-перевороты… Скукота, одним словом. Диане не было интересно за этим наблюдать. Думалось только о том, как бы смыться с трибуны не вызывая вопросов, но этого делать было категорически нельзя. Слава богам, что они послали Наташу на утешение скучающей Диане. Повариха попросила Алиту пустить её к Диане, а та и не возражала ни на секунду.

— Скучаем? Что я пропустила?

— Скучаем. Пропустила ты мою попытку приободрить команду. И еще урок от французов, как ну́жно это делать.

— И что же там такое произошло?

— Адриан постарался. Представляешь, капитаном пошел.

— Что? Гадкий утенок решил себя проявить?

— Решил. И получилось, в высшей степени, хорошо, — говорила Диана с ноткой зависти.

— Так порадуйся за него. Забыла зачем он тут?

— Нет. Я все отлично помню. Я забыла только зачем я тут…

Явный фаворит был выделен моментально. Никита выполнял нормативы с такой легкостью, что остальным, чтоб повторить его результат, приходилось прилагать втрое усилий. Женя и близнецы тоже справились на отлично, но с турником лучше всего справилась Лена — главная альпинистка всея лагеря. Англичане справились чуть хуже, но Диана сразу отметила, что все парни у них довольно здоровые. Хуже всех справились Французы. На косвенное «отлично» справились Мари и еще какой-то французский парень, пока Адриан — его можно было понять, травмированное плечо не позволяло ему эффективно выполнять упражнения — из кожи вон лез, чтоб вдохновлять всех своих, чтоб те не падали духом. Все результаты фиксировали три судьи, по одному с каждого отряда. Забавно было наблюдать Лизу с секундомером и планшетом. Без сомнений, победу в таком «разогревочном» соревновании одержал русский отряд.

Следующим видом спорта был бег. Пробежать нужно было три круга, два из которых — не срываясь на спринт. Выложиться на максимум было необходимо на последнем кругу. Как оказалось позже, у соревнования была немалая тактическая подложка. Оказывается, команда выбирала себе фаворита, которого буквально должна была привести максимально свежим и первым к последнему кругу.

— Ну, тут французы должны выиграть, — сказал Сережа.

— С чего ты вял?

— Мари сегодня проговорилась, что она профессионально бегает. Да и этот… Самурай, что-то выкинет.

— У нас есть Женя. Да и Никита.

— Это да. Но они не бегуны, а бойцы. У них задача прямо противоположная — не убегать, — улыбнулся Сережа довольный своим умозаключением.

— Может и так… Давай смотреть.

Забег как раз начался. Все двадцать один человек начали бежать трусцой, понемногу ускоряясь и маневрируя. Кто-то преграждал дорогу остальным, а кто-то руководил, чтоб кому-то перекрыли дорогу нарочно. Никита занимался именно последним.

«Даже интересно, кого же определили, как самого быстрого у нас?» — Подумала Диана.

Первый круг закончился и позиции фаворитов были выявлены и закреплены. Мари бежала с краю, защищенная людьми из команды. Фаворитом команды Никиты оказалась Марта. Она прилагала явно больше усилий и прям верилось, что она доберется до начала третьего круга первой. В отличие от Мари она не шла в защите, а довольно активно перегоняла других спортсменов, маневрируя между ними. Небольшой рост и комплекция ей в этом только содействовали. Фаворит же англичан, здоровенный капитан, просто пер сквозь толпу, как корабль. Приближалась стартовая линия, пересекая которую фавориты должны были резко рвануть как болиды «формулы один». Мари отстыковалась от своей «защиты», однако Адриан так и держался рядом с ней. Марта добралась до линии, и Англичанин тоже приблизился. Волей судьбы и всех богов начался финальный круг.

Как и было предсказано — первой в спринт вступила Марта. Даже несмотря на то, что она явно больше всех сил потратила на маневрирование, рванула как ужаленная. Следом за ней практически одновременно вступили Англичанин, Мари и Адриан. На удивление толпы, большой англичанин начал вырываться вперед, но и Мари ему ни в чем не уступала. Явным аутсайдером был французский капитан. Спустя пять секунд он уже проигрывал почти метр дистанции, и это расстояние все нарастало и нарастало с каждой секундой. Сказать, что трибуна ждала от него какой-то выходки — ничего не сказать и их ожидание окупилось сполна. Набрав на бегу полные легкие воздуха, сбив полностью свой дыхательный ритм, Адриан выкрикнул, «Банза-ай!» тянув звук «а» так долго, как мог, при этом еще стараясь бежать. Трибуна моментально подхватила этот выкрик и крикнула его в ответ. Но это оказалось вовсе не обращение к толпе, а грубый отвлекающий маневр. Англичанин обернулся на резкий выкрик и потерял в драгоценной скорости, а Марта так вообще споткнулась, купленная на свою детскую любознательность, но хоть не упала. Одна лишь Мари бежала, как ни в чем не бывало и спокойно урвала себе первое место, благодаря выходке капитана. Сам Адриан сошел с дистанции и присел на газон рядом с беговой дорожкой. К нему уже бежала вся его команда. До трибуны наконец-то дошло ради чего было выкрикнуто слово и крики поддержки начали сменятся возмущениями. Англичанин вовсе отстал, но Марта сумела восстановить свой ритм. Жаль только что природные беговые данные так ей и не помогли догнать Мари, которая финишировала с запасом аж в целую секунду. Англичанин, не добежав до финиша остановился и начал идти в противоположную сторону сфокусировавшись на Адриане целиком и полностью. Сам же Адриан никак не мог прийти в себя после столь активной пробежки. Команда пыталась привести его в чувство, но он лишь отмахивался лежа на газоне. К капитану английской команды начали присоединятся его соратники. Диана только сейчас поняла, что вся английская команда — парни. Мари же уже пробежала больше половины поля в обратном направлении.

— Плохо дело, — сказал Сережа.

— О нет! — Крикнула Алита.

Англичане времени зря не теряли и сблизившись с командой французов начали, размахивая руками что-то кричать. Как Диана услышала по обрывкам фраз — оскорбительное. Тут и русская команда подошла. Мари добежала и успела встать спиной к Адриану, став частью его защитного заграждения. С довольно злым лицом подошла и Марта. Судя по лицу Никиты, он не знал какую сторону выбрать, вроде и было обидно, но не настолько же. Англичанин так не считал. Ему активно загораживали дорогу к возмутителю спокойствия, который уже и отдышаться успел. Ситуация все накалялась и казалось, что драки не избежать. Англичанин таки прорвался и вцепился своими ручищами в футболку Адриана и поднял его, приложив достаточно усилий. Адриан и не пытался вырваться, а лишь спокойно смотрел в лицо буквально оравшего на него Англичанина.

— К порядку! Ордэр! — Прогремело из динамиков, но должного эффекта не произвело.

В героя решила поиграть и Мари. И если б она знала к чему это приведет… Пока остальные члены команд выясняли отношения толкаясь и ругаясь, Мари подскочила к английскому капитану и вцепилась в его руку. Немедленно получив пощечину наотмашь и отлетев на добрый шаг, не понявшая что сейчас произошло, она лежала на траве и смотрела на Адриана и Англичанина широко раскрытыми глазами, держась за свою щеку. Англичанин и сам не понял, что он только что сделал, зато все отлично понял Адриан. Из висевшей в руках Англичанина еле отдышавшейся куклы Адриан резко превратился во что-то иное. Его взгляд в момент стал суровым, а шрам этот взгляд сделал еще более угрожающим. Бедный англичанин и не понял отчего только что потерял сознание. Один сильный точный удар в челюсть поменял расстановку сил. Увидевшие своего капитана лежавшим, англичане резко перестали ругаться и французы поотталкивали их куда подальше. Адриан присел рядом с Мари и убрал её руку своей, чтоб посмотреть щеку.

— Не волнуйся. Даже синяка не останется, Круа, — сказал Адриан, легко улыбнувшись.

— Спасибо… — еле произнесла Мари.

— Тебе спасибо.

Толпа, состоящая из обеих команд, тихо расступилась, когда к ним начали подходить вожатые. Гарри и Луи подошли к месту происшествия и замерли, оглядывая пострадавших. Диана внимательно наблюдала за их разговором, но ей резко захотелось стать его частью. Она поднялась со своего места и направилась туда.

— Возьмите и меня! — крикнула Алита, чуть ли не плача.

— И меня, если можно, — сказал Сережа, чьи немалые руки сжимали удочку, на которой крепился флаг, чуть ли не до треска.

— Сидеть на месте! Нечего вам там делать.

Диана продолжила свой спуск с трибун. Наконец-то и она оказалась в центре действа. Она только краем уха услышала конец разговора кое-как друг с другом общавшихся вожатых.

— Мы не может эт доказывать, — говорил на ужасно ломанном французском Гарри.

— Что стряслось? — Поинтересовалась Диана.

— Стряслось то, что мы в довольно паршивом положении, — сказал Луи.

— Почему?

— Ну… Давайте отложим этот разговор чуть на попозже. Все-равно соревнования окончены.

— Гарри, а вы как думаете? — Поинтересовалась Диана, переключившись на английский, — Что будете делать?

— Ждать. Уверен, что начальник нас соберет на совет сегодня. Но не думаю, что выйдет что-то хорошее… Отец этого парня — министр. Без доказательств его виновности мы в жопе. Точнее он, — Гарри махнул головой на Адриана, — в жопе.

Как раз подошел Саша, со своей свитой из переводчиков.

«Фух, теперь общаться станет чуть легче.»

— Господа вожатые, приглашаю вас сегодня ко мне в кабинет после ужина, нам есть о чем поговорить. — Сказал начальник перед тем, как произнести в микрофон, — Уважаемые друзья! К сожалению, соревнования окончены. Объявляю остаток дня свободным.

Трибуна под активное обсуждение случившегося стала пустеть, постоянно оглядываясь на вожатский коллектив и виновников случившегося. Англичанин начал приходить в себя и пытаться подняться на ноги, постоянно держась за челюсть. Сережа с Алитой ненадолго задержались, пока стояли и смотрели на Диану, Адриана и Мари, но Сергей, увидев Дианин взгляд и как всегда безошибочно его прочитав, приобнял Алиту за плечо и увел её куда-то в сторону площади. Когда же стадион опустел, Саша снова начал говорить, щелкнув перед этим выключателем микрофона.

— Луи, будьте добры, позаботьтесь о том, чтоб ваши подчиненные никуда не сбежали.

— Понял, — ответил тот после того, как ему перевели сказанное. Он подошел к Адриану, что-то ему сказал, потом провернул тоже самое с Мари, и они ушли куда-то в сторону площади.

— Вы тоже, Гарри. Но для начала сопроводите его в медпункт.

— Понял.

Англичане тоже ушли. По дороге к Гарри присоединилась Оливия.

— Да, Диана… Такого еще не бывало.

— Хотите мое мнение?

— Я знаю, что вы скажете. Не виноват и так далее… Жалко, что никто не поверит.

— Да нет, виноват. И англичанин виноват. Но вот кто из виноватых прав — тут уже вопрос.

— Вот если б снимали… Было б в разы проще.

— И не говори… Точно! — Крикнула Диана.

— Что? Что такое?

— Снимал! Точнее снимала! У меня есть отдыхающая, которая не расстаётся с камерой. Может она успела сфотографировать начало драки?

— А вы уверены в том, кто начал драку?

— Я уверена в том, кто спровоцировал. Я видела с трибун.

— Смотрите, чтоб ваши кадры, если таковые имеются, не испортили кому-то жизнь еще сильнее, чем есть сейчас. Встретимся после ужина.

— До встречи, Саша.

Диана теперь и сама побрела куда-то в сторону площади.

«Нужно срочно найти Ангелину»

— Погоди, я с тобой! — крикнула догнавшая Диану Наташа.

В то же время Луи не придумал ничего лучше, чем запереть своих виновников конфликта в одном домике. Тюрьмой для них стало обиталище Адриана, выданное ему с утра.

— Адриан, сдай, пожалуйста, свой ключ. Сам понимаешь, — Луи протянул руку.

— Понимаю, месье, — Адриан молча достал свой ключ из кармана спортивных штанов и отдал вожатому. Снятый со лба еще на поле и засунутый в карман галстук, упал на дощатый пол домика. Луи закрыл двери и оставил Мари с Адрианом наедине.

Парень молча сел на кровать и начал тереть глаза. Мари оперлась на стену рядом. Сердце буквально выскакивало из груди, но она чувствовала, что нужно что-то сказать.

— Адриан… Спасибо тебе, — ее голос дрожал, но она изо всех сил старалась казаться уверенной.

Парень поднял уставший взгляд на Мари.

— За что, мадмуазель Круа? Это я должен вас благодарить. Ради такого как я вступиться… А теперь у вас из-за меня могут быть неприятности.

— Адриан, прекрати пожалуйста. Да и с чего ты взял, что ты какой-то «не такой»?

— Ну… Я не из богатого уважаемого клана, с тёмными секретами. Я обычный бомж! Бродяга, который решил в один момент восстановить справедливость, потому что подумал, с какого-то перепуга, что она существует. И даже сейчас, десяток минут назад, я сделал примерно тоже самое, за что меня и выкинули на улицу.

— Расскажешь?

— Мари… Вот скажи, тебе хочется рассказать мне как ты превратилась в… Что ты вообще?

— В демона? — Грустно улыбнулась девушка

— Я не ослышался сейчас?

— Нет. И да, я могу тебе рассказать. Ты ж поклялся.

— Вот. Если б я не клялся — ты бы мне не рассказала. Я вроде и делаю хорошее дело, правильное дело, но не получаю ничего. И я не говорю про выгоду или что-то такое. Я не получаю доверия. Вот поэтому я «не такой»!

— Знаешь что?! Ты и понятия не имеешь, что значит быть «не таким».

— Да что ты?! — Начал повышать парень голос, — И кто меня просветит? Ты? Прости, я и сам прекрасно знаю, что вы, Круа, не такие. Шрам, который твои родственники на мне старательно вырезали — тому подтверждение. А потом еще и в догонку пулю пустили! — закатал Адриан рукав футболки, чтоб показать простреленное плечо, — Он поднялся с кровати и подошел к Мари почти в упор, заглянув в её глаза так глубоко как смог. — Чёртовы изверги…

— Скажи, что ты ждёшь, чтоб я тебе ответила? — Смотрела Мари на него сверху вниз стараясь сохранить как можно больше спокойствия, которое уже трещало по швам. Её голос заметно надорвался, — Извинений? Ждешь что я попрошу прощения за всю семью? Мне жаль, что с тобой такое приключилось, правда, но я даже не знала, чем мой клан занимается! Меня похитили в детстве и превратили в то, что ты увидел! Я не сама захотела! Да, это здорово, столько всего уметь, но… Не за ту цену, которую я заплатила… Я не знала детства, родителей… Все время проводила за освоением способностей, изучением каких-то потусторонних вещей, которые в этой жизни и не нужны вовсе! Меня отец нашел, когда мне было десять!

Адриан стыдливо отвел взгляд. Он отвернулся, тяжело вздохнул и вернулся на кровать:

— Так… он тебя все-таки нашел?

— Что?

— Ну… Нашел?

— Ну… Да.

— А я потерял. И не в том смысле, что родители умерли или еще что-то. Отец ушел от моей матери, когда мне было два, они даже женаты не были, все что я от него получил — фамилию. Да и мама, когда меня забирали, так на меня смотрела… Как будто я и не её вообще. Это был взгляд отречения. Думаешь, я бы сбежал если б она на меня посмотрела иначе? Да ни в жизни. Мне нечего терять, Мари. А тебе, я на сто процентов уверен, есть что. Со мной такие вещи вытворяли… Не дай боже тебе это пережить, так потом еще и к вам попал…

Мари не находила что сказать… Адриан попал действительно в самую суть. Все её несчастья ведь давно кончились.

— Мари.

— Да?

— Скажи мне, какого иметь семью, которая тобой дорожит? Какого иметь друзей? Какого быть хорошим человеком? — спросил Адриан жалобно.

— Ты мне поверишь, если я скажу, что не знаю? Я за пару дней пребывания тут нашла себе врага. В меня влюбился парень, которому я не могу ответить взаимностью, я уже чуть не влипла в драку, до этого раза, на стадионе. Там, на родине у меня тоже ни единого друга или подруги. Да, у меня есть отец, мачеха, да, я их люблю. У меня есть очень сильный покровитель там, за гранью реальности… Но это… не то. Хочется чего-то земного. Обычного. Знаешь, что я имею из обычного?

— Нет.

— Вот это! — показала Мари укороченный палец на левой руке. — Это все.

Адриан начал улыбаться.

— Супер… Дом разбитых надежд… Сидят две моральных калеки и делятся, как их жизнь изнасиловала… Тебе лет-то сколько?

— Шестнадцать полных.

— Мне почти семнадцать.

— А когда станет не почти?

— Смеяться будешь.

— Не буду.

— Завтра. Завтра мне будет семнадцать, — повисла неловкая тишина. Что правда, очень не на долго. Её прервал тихий всхлип. — А с этим уже почти два года собачьей жизни, — утер парень слезу.

Мари молча на него посмотрела, на момент отвернулась и отошла на середину домика. Она подняла Адрианов галстук. Так же молча вернулась, но села на кровать рядом с парнем.

— Адриан.

На Мари упал жалобный взгляд.

— Где же твой самурайский дух? — улыбнулась Мари и повязала парню его галстук на лоб, затянув его на затылке.

— Задремал, — улыбнулся Адриан.

— Скажи честно, ты считаешь мой клан плохими людьми?

Адриан кивнул, смотря Мари в глаза.

— А меня?

— Ты… — произнёс Адриан задумчиво. Его лицо смягчилось. — Для меня сейчас большая загадка. Как минимум я тебе должен сказать спасибо. Ты за меня заступилась.

Мари улыбнулась, но в ее глазах блеснула неуверенность.

— Я… не смогла остаться равнодушной. Я же правильно поступила?

Адриан кивнул. Искренность в глазах девушки читалась безошибочно.

— Спасибо тебе, Мари. Это многое для меня значит.

Они молча смотрели друг на друга несколько мгновений, затем… Глаза Мари наполнились слезами. Парень испуганно приблизился.

— Ты чего?

— Щека.

— Сильно болит? — попытался Адриан притронутся своей ладонью к щеке Мари. Он не только не встретил препятствий, но еще и рука Мари легла поверх его.

Девушка подняла свои заплаканные глаза:

— Ужасно.

Тем временем Диана с Наташей обыскали, казалось, все, что только можно, но ни следа части семейства Крухо они так и не нашли.

— Как она умудрилась убежать настолько быстро? Неуж-то мы возились на стадионе настолько долго?

— Забавно, что абсолютно никто не видел куда делась девочка с выкрашенными в фиолетовый волосами…

— И не говори. Не день, а дурдом. Прости меня за такой вопрос, а тебе ужин не нужно готовить?

— Мне — нет. Я отдала все распоряжения, так что там без меня справятся.

— Ладно, где мы еще не искали?

— Остался только пляж… Будет странно, если она найдется там.

— Я уже ничему не удивлюсь. Пойдем?

— Пойдем, — смиренно ответила Наташа.

Эскалатор медленно спустил Диану с Наташей на пляж. Погода стояла отличная, но видимо еще никто из отдыхающих не успел сюда добраться.

— Эх, охота косточки погреть. Так странно видеть пляж пустующим. Похоже, что остальные еще не успели перестроить и придумать новые планы после отмены соревнований.

— Похоже на то. Смотри, на пристани кто-то есть. Пойдем?

— Пойдем… — Ответила Наташа задумчиво.

Они начали свой путь, но Диана заметила Наташины эмоции.

— О чем думаешь?

— О новеньком. Да и о Мари тоже. Что с ними теперь будет? И с тем забиякой.

— С Мари и тем англичанином точно ничего. Они оба жертвы. А вот Адриан… Тут все тяжелее. Сто процентов захотят притянуть его прошлое.

— А ты как думаешь? Виноват?

— Не знаю, что тебе сказать… Он виноват, но вот намерение, зачем он это сделал… Действительно ли его расстроил замах на Мари?

— Между ними что-то наблюдается? — Хитро спросила Наташа

— Не думаю… Если тебе интересно, по моим наблюдениям, ситуация складывается интересная… Адриан сильно понравился Алите.

— Это… тихоне-музыканту?

— Именно ей. Вот прям в душу запал. И… Я попросила её за ним проследить.

— А это еще зачем?

— Помнишь я говорила, что «позже расскажу»? Так вот, Адриан — осужденный. Он прибыл сюда на реабилитацию. По окончанию смены будет видно, что с ним происходит и будет вынесен окончательный вердикт куда он отправится.

— Да ты что?!

— Именно так. Подробностей мне не известно. Луи должен составить на него характеристику.

— Во дает…

— Давай позже об этом поговорим, — махнула Диана головой в сторону пристани, до которой они уже успели дойти. Маленькие волны разбивались о плавучий поддон дебаркадера. Волнение даже заставило яхту, все время стоявшую как вкопанная, немного покачиваться.

— Все-таки не приварена, — сказала Наташа.

Зрение и чутье Диану не подвело. На пристани действительно находились люди, среди которых и нашелся прям самый нужный в данный момент человек. Ангелина, в сопровождении своего фотоаппарата, одетая лишь в джинсовые шорты и верх от раздельного купальника, делала снимки парня, в котором вожатая узнала Антона. Женская сторона Дианы сыграла свое и ей сильно понравился дизайн купальника юной фотолюбительницы. Он был такого-же ядовито-фиолетового цвета, как и краска её волос, а застежка сзади была стилизована под перевернутый крест. Она неустанно крутила фокусировочное кольцо фотоаппарата и меняла положение тела ради того, чтоб выцепить нужный ракурс. Антон перестал лениво менять похожие друг на друга позы, когда увидел приближающихся Вожатую с поварихой.

— Что, развлекаемся? — Спросила Диана.

— Спасите меня от этого фотоманьяка, — в шутку сказал Антон.

— Было бы за чем маньячить… Превращаешь мою идею в черти-что.

— Ну прости. Стоять перед объективом — женское дело.

— А что тогда мужское?

— Их много, одно так быстро и не выберешь.

Ангелина тяжело вздохнула и выключив камеру, повесила её себе на плечо. Ремешок от камеры был обильно украшен всем, чем только можно: включая значки, вышивку, наклейки и так далее.

— Ангелин, у меня к тебе огромная просьба. Даже не просьба… Не знаю, от тебя сейчас судьба человека зависит.

— Вот как? И что же стряслось?

— Скажи, ты ж была на стадионе?

— Конечно. Нас же всех туда согнали.

— Ты была с…? — ткнула Диана в камеру.

— Всегда с ней.

— Ты снимала то, что происходило на стадионе?

— А то! Как раз свой новый телеобъектив пробовала. Он стоил как половина подержанной машины.

— Моя ж ты хорошая! — Крикнула Диана и кинулась обнимать Ангелину. Она оторвала её от земли и прокрутилась с ней пару раз. Ангелина, приземлившись обратно поправила камеру и спросила:

— И зачем же вам кадры такого рода?

— Я… хочу помочь парню, который вырубил англичанина.

— Вот как? И за что же ему такие привилегии?

— Скажем так. Я за справедливость.

— Размыто уж вы ответили… Ну, тогда услуга за услугу?

— Конечно! Что ты хочешь?

— Я еще не придумала, — улыбнулась Ангелина беззлобно в ответ, — но не волнуйтесь, ничего противозаконного, — сказала юная Крухо и на секунду глянула на Антона.

— По-моему, я поняла. Обращайся, но сейчас — ты мне должна показать фотографии и главное, чтоб они дело не усугубили.

— Карточка в камере у меня почти полная. Мы должны пойти в домик, там, на ноутбуке я все вам покажу, пока буду скидывать.

— А это надолго?

— Нет, буквально пару щелчков. Подождите, сейчас футболку надену и пойдемте. Нас тут ничего не держит, — сказала Ангелина так, чтоб Антон точно услышал.

— Больно надо! — в тон ей ответил паренёк.

Ангелина оделась, сложила камеру в чехол, который все это время был под её футболкой, на скамейке, и теперь ничего не мешало ни Диане, ни Ангелине пойти и посмотреть тот небольшой «репортажик», который она успела отснять сидя на трибуне. Наташа решила немного еще посидеть на пристани и полюбоваться морем, раз кухонные заботы были спихнуты на остальных. Перед уходом повариха сказала Диане, что яхта выглядит как-то не так и это заставило вожатую подзадержаться еще не на долго. И действительно, старая ржавая дверь теперь была распахнута и позволяла пройти внутрь небольшого корабля абсолютно без препятствий. Новые латунные петли переливались в летнем солнце и привлекали внимание на фоне общей убогости старой краски на корпусе. Диана ответила на это, что Сережу ждет выговор, что он оставил доверенную ему яхту открытой. Еще Наташа обратила внимание на нос посудины — везде, где раньше налипала ржавчина и налет, теперь красовался наполированный до блеска металл. «Я всегда пыталась прочитать название этой яхты. Видимо не судьба» — Сказала повариха. Ответив на это, что название точно должно было где-то сохраниться и договорившись сегодня встретиться вечером, Диана таки ушла с пирса на встречу искомым кадрам.

Эскалатор медленно поднимал спасительниц угнетенных французов на верх «обрыва». Пройдя еще, кто знает сколько шагов по лагерю, девушки наконец-то ступили на хвойную подложку жилой зоны. Ангелина, не останавливаясь, показала куда нужно идти и за пару минут, Диана уже стояла у домика отдыхающей. Клановая попросила остаться Диану на крылечке домика и сказала, что вынесет ноутбук сюда, после чего хлопнула дверью и пропала внутри, на пару минут. Спустя немного времени Ангелина вернулась и села на ступеньки своего крылечка, открыв небольшой блестящий металлом компьютер, пригласив Диану жестом сесть рядом.

— Сейчас я вам покажу, что я тут настреляла.

— Давай.

Ангелина открыла какую-то программу и фотографии посыпались на мониторе ноутбука ровной мозаикой. Фотографий на компьютере было очень много, по наблюдению Дианы, а нужные оказались в самом конце.

— И что это? Они ж не читаемы.

— Обижаете! Просто немного темнее чем нужно. Сейчас все поправлю, — Ангелина выделила пару десятков фото одной цветовой гаммы и выкрутила один из ползунков настройки. Картинки вмиг стали светлее.

— О! Так же лучше? — улыбнулась клановая.

— Слава богам. И что мы тут имеем?

— Всякое: момент начала пробежки; момент представления французов, кстати это было обалденно, обязательно всем родственникам покажу; тут нормативы; а вот тут капитан начал орать перед тем, как свалился обессиленный.

— А дальше?

— Подождите. Вот вам и дальше. Вот англичанин идет к французу. Вот… толпа… Это плохо, да?

— Да, не очень хорошо. Есть конкретно кадр, где англичанин схватил Адриана за грудки?

— Кого?

— Капитана французов.

— Смотрю вот, — Ангелина быстро листала фотографии в попытке найти что-то нужное.

— Неужто облом?

— Ну… Вот это пойдет? — Повернула Ангелина ноутбук к Диане.

Вожатая глянула в экран и подпрыгнула от удовлетворения увиденным. Она крепко обняла Ангелину и сказала:

— Моя ж ты умница! Это то, что нужно! — Снова глянула Диана на цифровое фото. У Ангелины была целая серия кадров, где англичанин пытается поднять лежачего Андриана за грудки. Их образы конечно были немножко размыты, но это не должно было стать весомой проблемой.

— Тише. Хорошо, что у меня получилось вам помочь. Теперь буду ждать ответочку, — улыбнулась Ангелина.

— Все что попросишь. Сходишь со мной когда вызовут? Лучше будет, если ты сама со своим ноутбуком справляться будешь.

— Ладно. Так уж и быть.

— Тогда я пришлю за тобой Риту.

Диана снова обняла Агелину. Крухо не особо то и сопротивлялась, но все равно вела себя осторожно. Вожатая уходила с жилой зоны в хорошем настроении, согнув руки в локтях и сжав кулаки.

Прогудел горн, означающий начало ужина.

«Как раз есть хочется.», — Подумала Диана и ноги сами понесли её к столовой. — «Нужно быстрее рассказать всё Луи!»

Диана зашла в столовую одна из первых и, получив свой поднос с едой, на всех порах неслась за свой вожатский столик. Луи тоже не заставил себя долго ждать. Плюхнув свой поднос на стол, он стал осматривать содержимое и лениво ковыряться вилкой в макаронах.

— Луи! У меня хорошие новости! Ваш подчиненный поневоле — будет оправдан!

Луи без особого энтузиазма поднял на нее глаза.

— С чего вы взяли?

— Я нашла доказательства. Фотографии. Здорово ведь, правда?

— Диана, я вам благодарен, но почему вы так за него переживаете?

Диана резко потеряла в настроении. Улыбка пропала с её лица, а недоумение заняло её место.

— Что?

— Ну… Почему вы так за него переживаете? Кто он вам?

— Я не знаю, что вам ответить, Луи. Мне он действительно — никто. В отличие от вас.

Луи вопросительно поднял бровь.

— Мне?

— Вам. Объясните, вы зачем устроились на эту работу?

— Ну…

— Я могу сказать, зачем я это сделала.

«Блин, придется придумывать…»

— На мне сейчас двадцать судеб, которые приехали сюда, чтоб стать лучше. Но помогая им стать лучше, я и сама становлюсь лучше. Похоже, Луи, что на мне теперь судеб — аж двадцать одна. Приятного аппетита, — сказала Диана перед тем, как уйти из столовой.

— Ой. Уже уходишь? — поймала в дверях Диану Наташа.

— Да. Что-то аппетит пропал, прости, — продолжила она свой маршрут вникуда. Завершился он на скамейке на главной площади.

«Блин… Может Луи и прав? Почему я переживаю? Что мне до этой несправедливости? Смертным больше, смертным меньше. Какая разница?» — Грызла Диана костяшку большого пальца.

«Вон она!» — послышалось откуда-то со стороны столовой. К Диане подошли Алита с Сережей.

— Мы присядем?

— Конечно.

— Можно поинтересоваться?

— Можно. Что вы хотели?

— Что теперь с ними будет?

— С Мари, думаю, что ничего. А вот Адриан… Тут будет тяжелее.

Сережа с облегчением выдохнул, а Алита, наоборот, напряглась.

— Что, совсем ничего нельзя сделать? — Спросила Алита встревоженно.

— Надеюсь, что можно. Если мой план сработает, то вы будете должны одной крайне эксцентричной отдыхающей, здесь.

— Это кому?

— Узнаешь, Сереж. Кстати…

— Что?

— Я хотела тебе отдать немного позже, но на, — пошарилась Диана в кармане юбки, после чего протянула Сереже отцепленный ключ. — Это от склада на пристани. Там ты найдешь топливо. Саша сказал, что и дизель, и бензин там есть в достаточных количествах. Мне немного подпортили настроение, так что бери сейчас, иначе просто забуду.

— Спасибо вам, Диана. Вы для меня за эти дни сделали больше, чем кто-либо за несколько лет моей жизни, — Улыбнулся Сережа.

— Всегда пожалуйста, — сказала Диана безрадостно.

— На вас совсем больно смотреть. Тоже переживаете? — Поинтересовалась Алита.

— Ну… Может и так. Только сейчас задумалась, насколько хрупка может быть судьба человека. От столького зависеть…

— И не говорите. Почему-то её всегда кто-то творит за нас…

«Творит… За нас…»

— Я… Не буду сегодня тестировать то, что я натворил со скутерами. Давайте завтра соберемся все вместе, после того как все хорошо закончится? — Попытался приободрить Сережа.

— Как знаешь. Яхту в следующий раз закрывай.

— Так я закрыл… Я внутри был, когда дверь была открыта, — догадался здоровяк.

Повисла неловкая пауза. Перевести тему так и не удалось.

— А где они сейчас? Ну… Они.

— Не знаю. Луи их где-то запер.

— Вдвоем?! — спросили Сережа и Алита в унисон.

— Ну… Не знаю. Наверное. А что такое?

— Да так… Ничего.

«Знали бы вы, что между ними произошло, не парились бы…

— Было бы у тебя знание…

— Грегор? О чем ты?

— Ждет тебя сюрприз, как опуститься тьма.»

Хрип рации вернул Диану в эту реальность.

— Да?

— Диана. Жду вас в админкорпусе.

— Поняла.

Сережа и Алита, естественно, тоже все услышали. Диана глянула на них.

— Понимаете, что вам нельзя? — Они кивнули. — Будете ждать под администрацией.

Диана встала со скамейки и двинулась в сторону здания. Рация, так и не повешенная на пояс, снова включилась, и Рита получила новое распоряжение. Виновники показались в поле зрения, ведомые своими вожатыми. Англичанин шел, как ни в чем не бывало, в сопровождении Гарри. Мари шла с опущенной головой, а Адриан не сводил с неё глаз. Будто пытался что-то сказать, но не мог.

— Если он с ней что-то сделал… — сказал Сережа.

— Утихомирься, герой. — Прервала его Диана. — Всё. Ваша задача — это ждать тут. Как только придет Ангелина, скажите, что я передала, чтоб она постучала в дверь. Я пошла. — Сказала вожатая подопечным.

— Наведите там порядок, — тихо сказала Алита.

Диана открыла дверь админкорпуса и осторожно зашла, закрыв за собой. На нее уставились все, кто находился внутри. За столом сидел Саша, а сзади него стояли те его сопровождающие, которые всё переводили на соревнованиях. Слева стоял Гарри и тот англичанин-забияка, а справа находился Луи, рядом с которым стояли Мари и Адриан. Адриан скромно улыбнулся, увидев Диану и вожатая ему ответила тем-же.

— Все в сборе? Тогда можно начинать. — Сказал Саша. Его сотрудники все оперативно переводили на свой язык. — Мы здесь не суд, но разобраться в ситуации нужно. Задаю свой вопрос. Что случилось на стадионе?

— Случилось неоправданное насилие, — уверенно выпалил «потерпевший».

— Господин Грегори Финч? Так ведь? — Поинтересовался Саша.

— Именно так.

— Грегори, вы имеете претензию к товарищу Адриану?

— Конечно имею. Он мне чуть челюсть не сломал.

— Что скажете, товарищ Адриан.

— Виноват. Признаю.

— Ты в своем уме? — сказала ему Диана. Даже Мари подняла на него взгляд. Синяк на ее щеке был хорошо заметен.

— А что? Когда отрицаешь очевидное, то приговор становится только хуже, — улыбнулся француз.

Диана закрыла глаза ладонью и покачала головой. Мари ему что-то шепнула.

— А вы, мадмуазель Мари? Я так понимаю, что у вас претензия к Грегори.

— Не то слово! Размахивать руками он хорошо умеет.

— Кто бы говорил! — громко сказал Грегори.

— Тише-тише, — угомонил Саша. — Я скажу прямо. Мы здесь собрались, чтоб прийти к согласию, если оно возможно. Не забывайте, в лагере мы отдыхаем. Господин Адриан, что вы можете сказать?

Адриан на это пожал плечами.

— Считаю, что поступил неспортивно, когда крикнул во время пробежки.

— И… Все?

— Ну… Как капитан, не вижу в своем поступке ничего неправильного. Плохое — возможно, но неправильное…

«Ничего себе, язык-то подвешен.»

— Наш английский друг напал на меня и на члена моей команды, когда за меня-же и вступились, что мне оставалось?

— Но не так же радикально?

— Насилие порождает насилие, — сказал Адриан опустив голову в пол, — Если это исправит ситуацию, то прошу меня простить. Но хочу услышать извинение и от Грегори. Перед Мари. При мне.

— И не подумаю! Перед жуликами извинятся… — Ответил Грегори, когда дослушал перевод.

В дверь корпуса постучали.

— А это еще что? — спросил Саша. Переводчики машинально и это перевели.

— Это моя небольшая подстраховка, — ответила Диана и подошла к двери, чтоб её открыть. Диана кивнула и улыбнулась Ангелине, стоявшей в двери в обнимку с ноутбуком. Было отлично заметно сколько народу собралось перед корпусом. Диана пригласила её войти и закрыла дверь.

— Здравствуйте, — поздоровалась Крухо.

— Привет-привет. — Ответил ей Саша. — Зачем тебе компьютер?

Ангелина молча глянула на Диану.

— Там… снимки. — Ответила вожатая за нее.

— Те о которых мы говорили?

— Именно те.

— Ясно. Прибережем. Я так понимаю, что никто мириться просто так не собирается? — Обратился Саша снова ко всем.

Ответом была лишь тишина.

— Понятно. Показывайте снимки.

Ангелина подошла к столу начальника смены и распахнула ноутбук, на экране которого уже была открыта та самая программа, вывалившая целую мозаику из фотографий. Крухо все это листала, перещелкивала и осветляла или затемняла те снимки, которые больше всего могли подойти. Саша внимательно все это изучал, закрыв кулаком рот и половину носа. Как только Ангелина показала все что у нее было, начальник снова заговорил.

— Товарищ Грегори. Понимаете…? После увиденного я настоятельно рекомендую вам помирится с товарищем Адрианом. Материала на снимках более чем достаточно, чтоб выгнать вас с этой смены. Я дорожу репутацией лагеря и если, не дай боже, эти снимки обнародуются, то будет плохо и Джинджертейлу и вам. Давайте вы продолжите отдых и забудете про то, что случилось на стадионе, но и все претензии к товарищу Адриану тоже забудутся.

Грегори злобно смотрел на начальника смены.

— Я хочу посмотреть, что у вас там на снимках.

— Прошу, подойдите.

Виновник зашел за стол Саши, и Ангелина снова начала прокручивать фотографии. На лице парня читалась уверенность, и Диана подумала, что ноутбук сейчас полетит в ближайшую стену или еще что-то в этом роде. Однако Грегори лишь горестно выдохнул и сказал.

— Ладно.

— Что, простите?

— Я понял, что вы имели в виду. Я не имею, как вы говорите, претензий к Адриану. Я могу идти?

Переводчики все это время не замолкали.

— Кхм-кхм, — Адриан демонстративно кашлянул в кулак, чтобы привлечь внимание Грегори. У него это получилось, и он показал на Мари так, чтобы она этого не заметила. Грегори опустил голову, сжал кулаки, но подошел к Мари, чтобы сказать такое тяжелое «фогив ми». Мари на него глянула так, что, казалось, от парня и мокрого места не останется, но не произнеся ничего, кивнула ему головой.

— Полагаю, что всё закончилось удовлетворительно. Можете продолжать отдых и надеюсь, что это все было в последний раз.

Гарри и Грегори первыми вышли из админкорпуса и быстро скрылись за небольшой толпой ожидавших за дверью. Луи, Диана, Адриан и Мари не спешили выходить.

— Диана. Я должен сказать вам… Что вы молодец. Я вам по-человечески завидую и от всей души благодарю, — выпалил Луи. — Искренне хочу научится у вас такой душевной целеустремленности. — Сказал французский вожатый пред тем, как покинуть админкорпус следом за англичанами.

— Я должен сказать тоже самое, — Сказал Диане теперь Адриан. — Я точно не заслуживаю вашего внимания. Спасибо вам за такой твист.

— Все должны иметь право на исправление своих ошибок и надежду на справедливость. Искренне надеюсь, Адриан, что это начало твоего такого пути.

Адриан смотрел на Диану как, наверное, только ребенок смотрит на мать. Ему было и приятно, и трогательно… Все чувства в нем смешались только из-за этой фразы. Быть может, Адриан просто поверил, что его путь действительно начат. Парень наконец-то широко улыбнулся.

— Я тут больше не нужна? А то у меня дела еще остались, — хитро сказала Ангелина перед тем как захлопнуть ноутбук.

— Спасибо тебе большое, — сказала ей Диана уже в спину.

В самом странном положении осталась только Мари.

«Не разу её в таком состоянии не видела.»

— Разрешите еще минутку тут побыть? — Поинтересовался у Саши Адриан.

— Ви, бьен сюр, — ломано ответил Саша.

— Мари. Всё кончилось. Ты как? — Поинтересовался Адриан, но девушка так и не спешила отвечать. — Мари?

— Зачем?

— Что?

— Зачем ты это сделал, Адриан Морэ? Ради чего ты сделал это…? Думаешь я не заметила, как ты на меня показывал? Этот червь бы и не подумал извиняться.

— Я сделал что-то не то? Мы теперь квиты.

Мари покачала головой, пытаясь справиться с нахлынувшими чувствами.

— Тогда почему я чувствую себя обязанной? — непонимающе говорила Мари как заведённая. - Почему твое «не то» оказалось до такого правильным и необходимым…? — на глазах Мари проступили слёзы. — Я не понимаю…! Я обязана хотя бы сказать тебе «спасибо», — утерла она слезу. — Ты смог столько пережить и натерпеться от моей родни и оставаться «таким»?!

Адриан глубоко вздохнул и, поймав её взгляд, сказал:

— Мари. Мне очень приятно, что я стою твоего «спасибо». Не так. Что я стою твоего́ «спасибо». Искренне надеюсь, что ты и Диана станете моими первыми за много лет «Район де солейл».

— Я не понял, что он последнее сказал, — спросил шепотом Саша у Дианы которая стояла, оперевшись на его стол.

— Район де солейл — это лучик солнца, — как можно тише и с улыбкой ответила Диана.

Мари на мгновение посмотрела на парня, затем отвернулась.

— Значит, мы теперь квиты, да? — спросила она, стараясь говорить спокойно.

Адриан кивнул.

— Да, кажется, что так.

Мари снова кивнула, пытаясь скрыть разочарование, которое внезапно нахлынуло на неё.

— Хорошо тогда.

Она начала отходить к двери, стараясь не показать эмоций. На половине помещения она остановилась и, не оборачиваясь, добавила:

— Спасибо тебе, Адриан. За всё.

С этими словами она вышла с корпуса, распахнув дверь и не потрудилась её закрыть. Адриан остался стоять на месте, глядя ей вслед, чувствуя, что ситуация, хоть и разрешилась, но вопросов оставила уж слишком много.

— Пойдем, не будем мешать начальнику работать, — сказала ему подошедшая сзади Диана.

— Она всегда себя так ведет?

— Мари? Никогда. Интересно ты на людей влияешь, Адриан.

— Надеюсь, что с ней все хорошо.

— И я тоже…

Вожатая и Адриан вышли из корпуса и их встретило множество удивленных глаз. Диана точно смогла разобрать всю французскую спортивную команду, Алиту и еще множество ранее виданных, но неизвестных так хорошо детей. Адриан осмотрел свою почти полную команду и спросил: «Как м… дела?». В ответ на это вся команда кинулась его обнимать, радостно крича.

«Вот дает. Меньше, чем за день в душу так запасть. Талант!»

Алита же стояла скромно в сторонке и стеснялась даже двинутся.

— Ну, пойди-же, — подтолкнула её Диана.

— Ой. Ну я не…

— Хотя-бы попробуй! — сказала вожатая шепотом, но как можно громче.

Глянув на Диану робко, Алита поддалась на Дианин уговор и подошла к Адриану обратив на себя внимание. Она что-то тихо ему сказала, тем самым вызвав у парня улыбку.

Путь Дианы лежал снова в никуда. Она точно была уверенна, что все было сделано правильно, но у неё осталось как минимум еще одно незавершенное дельце:

«Интересно, куда ускакала Мари? Да и Сережа? Нужно и Рите „Спасибо“ сказать…" — полезла Диана за рацией, но, к своему-же удивлению, наткнулась на выданное демоницей устройство.

«Вот значит как? Ставлю всё, что Сережа тебя так и не догнал… У меня по лагерю гуляет расстроенная демоница. Теперь область моих поисков стремится к нескольким километрам.» — Подумала Диана.

«Хм-м… Грегор? Можешь мне помочь?

— Смотря в чем твое стенание будет.

— Ты же отлично слышишь все мои мысли. Знаешь где Мари?

— Отчего же нет? Юная на месте обмена тоскует. На сердце ей тяжело.

— На месте обмена? Может это на поляне? Спасибо, я проверю» — Уцепилась Диана за единственный вариант найти неуловимую «коллегу».

«Да и свои кости размять пора. Надеюсь, что без меня тут ничего не сломается.»

Путь Дианы теперь лежал в абсолютно противоположную сторону. Дойдя до своего домика, Диана задумалась нужно-ли ей что-то, но ничего придумать так и не смогла. Оглянувшись что никого, кто б мог заметить её уход, нету, вожатая быстро начала добираться до той самой поляны. Даже учитывая то, что она находилась на территории лагеря, Диане это не помешало клацнуть кнопочкой на том самом кубике-механизме. Было еще достаточно светло, поэтому Дианина потусторонняя вспышка, за которой она и явила свой ангельский облик не привлекла внимания. Почувствовав невозможный прилив сил, Уриэь, в два шага, оказалась на той самой поляне и молча огляделась.

— Я здесь, — раздалось с одной из высоченных сосен. Ангелица подняла голову.

— Я подумала, что сейчас самое время совершить наш небольшой рейд, как ты на это смотришь?

Мари сидела на одной из веток, опиравшись спиной на ствол сосны, обняв руками ноги и положив голову на колени. Даже ради ответа голова отказывалась подниматься.

— Еще минуточку.

— Ветка выдержит двоих?

Мари шевельнула головой в знак одобрения.

«Ляпнула… Теперь хоть бы не поскользнуться и не свалиться, как приземлюсь…»

Сконцентрировав немного силы и глубоко присев, Уриэль рывком попыталась допрыгнуть до цели. Благо, все вышло с первого раза, и старая опытная ангелица не ударила в грязь лицом. Лязг её тяжелых доспехов и вес, рухнувший на ветку, заставили Мари схватиться за дерево для равновесия.

— Что с тобой? Ты сама на себя не похожа. — Спросила Уриэль присев. Её поддоспешное одеяние и длинные волосы колыхались легким ветром. Мари наконец-то подняла на нее свои заплаканные фиолетовые глаза.

— Вы тоже, Уриэль.

— В каком смысле?

— Вы не та, что три дня назад. Мне прямо начинает верится, что вам на всех тут не все-равно.

— А мне должно быть?

Мари пожала плечами.

— Простите. Я… Я запуталась. Все… Все не так.

— Не так, значит? Что тебя заставило так решить?

— Это место. Этот лагерь. Этот… парень.

— Какой? Сережа?

— Нет. Адриан.

— Вот как? И что же стряслось?

— Стряслось то, что при всех обстоятельствах, он обязан меня ненавидеть! Но… он этого не делает. Он за меня заступился.

— Ну, значит он такой человек.

— Вот именно, Уриэль. Человек! А какие еще бывают люди? Я должна быть одной из них, но у меня не выходит! Я тоже человек. Я должна быть там, — показала Мари в сторону лагеря, — а сижу здесь, — показала она на ветку. — Занимаюсь непонятно-чем и жалуюсь на абсолютно пустяковые для людей вещи. А все потому, что просто не понимаю…

— Значит, такова твоя судьба.

— Знаете? Эта судьба — та еще стерва… Пойдемте, у нас дела.

— Верно.

Мари встала на ветке в полный рост, потянулась, утерла остатки слез и еще раз осмотрела сидящую Уриэль.

— Нам идти довольно далеко. Как вы собираетесь добираться? Не думаю, что по деревьям у вас получится, — обвела Мари пальцем доспехи Уриэль и её длинное одеяние.

— Не волнуйся. Ты еще от меня отстанешь, — ангелица тоже встала в полный рост. Спрыгнув на землю, Уриэль произнесла: «Экзист Дуо». Удивлению Мари от увиденного не было конца. На ее глазах прекрасная ангелица опустилась на все четыре конечности, на её ногах появился лишний сустав, заставивший выгнуться ноги в другую сторону, а и без того длинные волосы отросли еще, и легли Уриэль на спину. Когти на руках удлинились… Закончив свое превращение, Уриэль села как кошка на задние лапы и пристально осмотрела одну из своих буквально лап. Мари спрыгнула к ней на поляну и смотрела уже не двумя, а тремя удивленными глазами.

— Какой… кошмар.

В лице Уриэль все человеческое может и не полностью пропало, но было спрятано очень надежно. Зубы Дианы переливались золотом, зрачок сменился на вертикальный, а на секунду показанный раздвоенный язык тихо протрепетал в воздухе.

— Повторюсь — кошмар.

Уриэль на это ответила лишь тяжелым утробным рыком.

— А разговаривать вы не…

Уриэль махнула головой в отрицание.

— Понятненько. Тогда нам туда, — показала Мари пальцем в предполагаемую сторону заброшки.

Уриэль на это лишь насупила брови, приняла импровизированный низкий старт, рыкнула на Мари и что есть мочи рванула на встречу цели. Демоница чуть не упала от нахлынувшей от Уриэль волны силы и лишь с открытым ртом сопровождала несущуюся ангелицу, которая скрылась с её поля зрения в момент.

Диана очень не любила эту трансформацию. Долгое пребывание в ней сказывалось на равновесии, когда стоишь прямо и на общей ориентации в пространстве; но как же ей сейчас было хорошо. Уриэль неслась как поезд сконцентрировав достаточно Люца, чтоб игнорировать такие препятствия как кусты или мелкие деревья. Также ловко она перепрыгнула лагерный забор. Не было страха споткнуться или налететь на камень. Она просто неслась. Ни единой мысли в голове. Ровно до одного момента.

«Шкипер, лево руля.» — проговорил Грегор.

Уриэль не успела сообразить, что он имел в виду, но шорох из кустов слева заставил ангелицу резко остановиться. Вцепившись когтями в землю Уриэль развернулась на все свои сто восемьдесят градусов и уставилась как раз на то место, где кусты и шуршали. Даже на порядок поостревшее зрение не позволяло разглядеть, что же в кустах там такого шевелилось, но нюх и слух так же получившие большие бонусы четко указывали на чье-то присутствие. Ветер, дувший в сторону Уриэль доносил вонь многонедельной немытости, а листья кустарника, более чем в ста метрах, подозрительно шуршали обо что-то ударяясь. Сзади Уриэль начала слышать звуки сматывающейся цепи, но ждать времени не было. Даже если это и был обыкновенный дикий зверь, то бродя в окрестностях лагеря он мог наделать множество бед, столкнувшись с кем-то из отдыхающих. Уриэль набрала воздуха в грудь и максимально громко устрашающе прорычала. Ответа так и не последовало.

«Ладненько. Проверю сама.»

Неспеша переставляя свои конечности, Уриэль зашагала в сторону вони. С каждым метром она только усиливалась. Ветер продолжал дуть Уриэль в морду. По ощущениям, до источника оставалось метров пятьдесят. Теперь уже сорок, двадцать пять…

«Воняет не зверем. Запах вполне человеческий. Как будто действительно кто-то просто долго не мылся.»

Лязг сматывающейся цепи раздался в непосредственной близости и Мари громко сказала:

— Уриэль, не торопитесь, там…! — Что-то рвануло из кустов.

Мари не успела закончить фразу, как Уриэль моментально начала преследование беглеца. Зрение все также не было ангелице помощником. Она банально не понимала, что перед ней загибает кусты и оставляет вмятины в лесном грунте. Зато она знала другое — Уриэль точно была быстрее этого существа. Сконцентрировав достаточное количество Люца, в теле чтоб снести какое-нибудь дерево, Уриэль пёрла как ледокол несясь за этим зверем. Нюх был единственным датчиком, по которому ангелица понимала, что приближается. Тварь маневрировала между деревьями, огибала их, заделывала такие виражи, от которых должны были сломаться кости, но Уриэль это не заботило. Её оболочка была достаточно крепка, чтоб об нее разбивалось все то, что тварь старательно огибала. Пять метров…

«Еще пару и можно прыгать»

Два. Прыжок. Все произошло быстро. Очень быстро. На ощупь Уриэль схватила эту тварь, казалось, за шею, хотя с виду это выглядело так, что Уриэль схватила воздух. Послышался сдавленный рык. Не такой, когда стараешься кого-то запугать, а такой, когда стараешься показать остатки своей храбрости. Уриэль плотно схватила свою жертву лапами. Ни единого шанса на побег. Осталось только перебороть силу инерции, ибо скорость, на которой Уриэль прыгнула для захвата была сравнимой со скоростью автомобиля, а в воздухе, увы, тормозить тяжеловато. Спина ангелицы встретилась с толстой старой сосной, которая не смогла противостоять крепкой потусторонней оболочке и от удара сломалась в трех местах оглушительно треснув. В силу своих возможностей и скорости, Мари тоже добралась до места назначения и только и успела что увидеть, как здоровенное бревно откидывается в сторону и Уриэль встает в полный рост держа в одной руке что-то. Трансформация с нее спала и ангелица выбралась на более открытое пространство, переступая то, во что превратилось некогда могучее дерево.

— Что это было? Почему вы меня не послушали?! — Сказала спустившаяся на землю Мари.

— А было время? Смотри, что я нашла.

— Я об этом и хотела предупредить! Она разумна.

— Она разумна… Она? То, что я держу?

— Да. Я с ней уже разговаривала.

— Тогда пусть снимает камуфляж. Хочу лично посмотреть на это.

Дерганья в руке Уриэль прекратились. Тушка обмякла и теперь ангелица без труда держала то, что только что скинуло маскировку.

— Вы ее убили?

— Нет, придушила ненадолго. Так, что это такое? Выглядит довольно мерзко.

— Кто бы говорил. Вы себя давно в зеркало видели, когда в эту штуку превратились?

— Узнаю привычную Мари. Я сама не особо люблю эту трансформацию, но быстро пробежаться иногда очень приятно, — Диана положила жертву на землю. — Повторюсь — что это?

— Сама без понятия. Нашла её вчера и сразу хотела убить, но она заговорила.

— Вот как?

— Именно так. Я еще сказала, что приведу вас. Привела… По полной.

— Не беда. Теперь уже не убежит. Можно привести её в чувство и порасспрашивать поусерднее, — хлопнула Уриэль кулаком по ладони.

— Не думаю, что из этого что-то выйдет. Она… Крайне неразговорчива. На все вопросы отвечает либо «не знаю» либо какую-то полную очевидность.

Уриэль начала рыться в подсумках.

— Что вы делаете?

— Хочу ввести ей транквилизатор. Она проснется, но ей настолько ничего не захочется делать… Вот и поговорим.

— Как-то… грубо.

— Зато эффективно.

Уриэль достала шприц-инъектор и какую-то белую баночку, разукрашенную орнаментом. Шприц быстро пробил её крышечку и набрал мутновато-зеленую жидкость.

— Погнали, — приставила Уриэль шприц к боку твари и нажала на курок. — Теперь ждем.

— А что у вас там еще припасено?

Ангелица снова полезла в подсумки и достала множество разного. Все это аккуратно расположилось у нее на ладонях.

— Это метательные шприцы, три штуки. Они пустые пока что, но их можно наполнить разным… Вот транквилизатор я один потратила. Еще у меня несколько ядов разной степени эффективности, зелье первой помощи, его как раз и надо вводить инъектором, еще один транквилизатор, универсальное противоядие, сменные иглы, в основном внутривенные…

— А это что? — показала Мари на крохотный белый тубус.

— А это…? — Уриэль сложила все, что было у нее в руках обратно в подсумки, кроме того, самого тубусика, — то, за что ваши модницы-демоницы готовы продать все, что у них есть, — Уриэль аккуратно обхватила верх тубусика двумя пальцами, низ тоже двумя пальцами и провернула в сторону друг друга. Из верхнего края загадочного механизма вылезла… Помада. Тускло-красного цвета. Уриэль воспользовалась предметом косметики и лучезарно улыбнулась Мари.

— Поня-ятно. Немного неожиданно.

— Хочешь подарю?

— Да я как-то с косметикой не дружу.

— А с ней и не надо дружить. А вот иногда пользоваться — можно, — подмигнула Уриэль и вложила свернутую помаду Мари в руку.

В тот момент демонице совсем не казалось, что перед ней стоит грозный и старый ангельский воин. Будто добрая тетушка давала ей маленький женский совет, попутно улыбаясь во все тридцать два зуба. Ей хотелось открыться, рассказать все-все что лежит на душе… Но вспоминая что «добрая тетушка» собой сносит деревья и превращается в свирепого зверя…

— Спасибо, — сказала Мари.

— Не за что.

— Скажите…

— А?

— Как у вас получается быть такой?

— Какой?

— Вот такой. Такой… естественной. Вы только что снесли огромное дерево, а теперь подарили мне помаду. Как это вообще сочитается в одном че… Существе?

— Снова твои вопросы, Мари… Почему тебе просто не принять истину такой, какая она есть?

Мари пожала плечами уставившись в землю.

— Мари, — Уриэль положила ей руку на плечо, — Ты все-равно не найдешь ответов на все вопросы. Хоть за одну жизнь, хоть за тысячу. Уверяю тебя. Я ведь тоже пыталась. Это позволяет выйти на новые уровни и пробить очередные рамки, но…чем ближе ты подбираешься к чему-то, тем больше изъянов ты в этом находишь. Получай удовольствие от того, что ты сейчас знаешь и умеешь и пусть это будет касаться обеих твоих жизней. Пойдет?

— Наверное пойдет…

— Молодец. Можно продолжить допрос?

Мари кивнула.

— Что с тобой сегодня происходит? Это ты такая из-за синяка? Болит?

— Нет… Не из-за него. Я из-за поступков в этой ситуации.

— Поступков?

— Ну… За меня заступился парень, который всем сердцем ненавидит мой клан за то, что он с ним сделал… И я его хорошо понимаю. Попаданцам у нас плохо… Да и я представилась ему в высшей степени… не так, как нужно. Напугала его, демонстрировала силу… Он меня должен боятся и ненавидеть… А он — нет. У него хватает сил называть меня, да и вас, своими лучиками солнца. Заставил извинится лично того Грегори… Видеть ложку меда в бочке с дегтем.

— У-у… Мари, у меня для тебя очень плохие новости…

— Да?! Какие? — подняла голову Мари и уставилась на Уриэль тремя глазами. На очень хитро улыбающуюся Уриэль.

— Ты влюбилась! Вот и корень всех твоих проблем и философских размышлений.

Демоница вновь потупила взгляд. — Эх, Мари-Мари… Бедное твое маленькое сердечко.

— Если всё так, как вы сказали… Тогда я в полном тупике.

— Просто дай ему время. Да и себе… Вы знакомы всего-ничего.

— У нас нет времени… — сжала Мари кулаки. — А я продолжаю тратить его на пустяки!

— Прости Мари. Тут никаким зельем, инъекцией или заклинанием не поможешь… Тут придётся подождать…! Или пережить.

— Легко сказать, когда живешь сотни лет.

— Главное, не думай, что твоя жизнь оборвалась на этом моменте, — подмигнула Уриэль.

Тварь издала протяжный стон и пошевелилась, на что девушки сразу отреагировали. Тварь поднялась, потянулась, почесала лапой морду и уставилась на потусторонних обитателей лагеря.

— Ревилле́? — спросила Мари у твари.

— Что-м? — спросила сонное существо немного примяукивая.

Девушки так и не отдали себе отчета, что всё время болтали на французском.

«Парадокс… Видать все друг друга понимают только в лимбе. Я и не замечала» — подумала Диана и глянула на Мари. Похоже их мысли были примерно в одном русле.

— Что ты такое? — спросила у твари Уриэль.

— Я? Я — это я-м.

— Я ж вам говорила́, — Мари тоже решила перейти на русский.

— О. Я тебя помню, — сказала тварь глядя на Мари. — Ты за мной гналась. Ты смешно разговариваешь.

— Кто бы́ говори́л. Уриэль, тут есть небольшая заминка́. Я обещала ей не вредить. Вот так.

— Поняла. Но я-то — нет.

Под веществами эта тварь выглядела довольно забавно. Будто кошка, что нанюхалась валерьянки или мяты. Усидеть на месте она не могла и постоянно ворочалась, терлась и так далее.

— Смотрю, что тебе хорошо.

— Вполне неплохо-м.

— Так ты мне не ответишь кто ты?

— Я ответила-м — я это я.

— Ладно. А откуда ты появилась?

— Не знаю. Всегда была-м.

— Никто не может быть «всегда»!

— Не помню.

— А что ты помнишь?

— Как охотится помню, что есть можно помню.

— Во-во, мне она говорила́ тоже самое́, — сказала Мари.

— Еще помню, что та-м, — показала тварь когтем в сторону лагеря, — люди изредка бывают. У них много чего можно позаимствовать.

— И что же ты заимствуешь?

— Всякое… Что выглядит красиво. Все что на вкус приятно…

Уриэль хлопнула себя по лицу.

— На тебя муха села-м? — поинтересовалась тварь.

— М-да. Точно ничего не добьешься.

— Что-то надоело мне на карачках ползать, подождите минутку-м. — Сказала тварь перед тем, как свалится на землю в конвульсиях.

— Какого́ дияблэ?! — сказала Мари. Уриэль же просто с интересом наблюдала за этим.

Тварь начала дергаться в припадке и видоизменятся. Буквально за минуту от той «твари» не осталось ничего, что так отталкивало и раздражало. Лапы превратились в руки втянув когти и превратив суставы в человеческий аналог. Тоже самое произошло и с ногами — колени выгнулись теперь в правильном положении и от человеческих не отличались вовсе. Мерзкое тигрино-кошачье лицо превратилось в женское смазливое личико. Разве что, клыки полностью не вросли так и оставшись чуть удлиненными. Выровнялась осанка. Пышные волосы сохранили непонятный камышовый окрас. Спустя все метаморфозы перед скрестившей руки на груди Уриэль стояла девушка лет двадцати, лицом подозрительно на кого-то похожая, но на кого, ангелица понять не могла. Волосы доходили ей до пояса и были неаккуратно закинуты назад. Необычайной глубины голубые глаза были наполнены не иначе, как глупостью и полным непониманием всего. Девушка обладала выдающейся фигурой, да и вообще пропорциями, больше подходившими какой-нибудь топ-модели, а не непонятному лесному жителю. Не каждый ангел такими похвастаться мог.

— Так-то лучше-м, — все еще продолжала тварь вставлять мягкий звук «м» в свою речь, даже если в нем не было необходимости.

— Мари, как тебе это? — обернулась Уриэль в надежде найти свою коллегу. Получилось у нее это не сразу. Докрутив головой еще немного, Мари-таки была найдена у ближайшего дерева уперевшись в него рукой и сдерживающая рвотные позывы.

— Что с тобой?

— Не, ну вы видели́ это? Какой кошма́р. Мэрде, ну и мерзо́сть!

— Видела и хуже.

Мари, немного оправившись, подошла к ангелице и осмотрела ту, что стояла перед ними. Теперь называть ее тварью язык не поворачивался у обоих.

— Уриэль, вот согласитесь со мной, если она — иллюзия́, то патриарх этого эллизиума́ — извращене́ц. Как это называется́? — обвела Мари рукой, стоявшую перед ней. — Нельзя было́ ее поуродливее́ сдела́ть?

— Придаешь этому слишком много значения, Мари. Завидовать плохо.

— Было́ бы чему, — надула Мари губы.

Но и бывшая тварь оказалась далеко не идеальна. Когда она повернулась боком, желание называть ту девушку не иначе, как «тварь», возродилось с новой силой. Единственная вещь, которая не исчезла после метаморфозы — был хвост, который все так же торчал из копчика девушки. Абсолютно лысый и со смешной кисточкой на кончике. Девушка им немного подвигала, а потом поймала в руку чтоб почистить ту самую кисточку окраса, как и волосы на голове.

— Не, ну это перебор… — сказала Мари.

— Успокойся. Главное, что мы узнали, что чтобы ей превратиться — нужно какое-то время. Транквилизатор закончит действие с минуты на минуту.

Теперь Мари заглянула ей в глаза.

— Кажется́ теперь я поняла, что имел в виду папа́, когда рассказывал, что он почувствова́л когда нашел меня в Дите́. Ребенок во взрослом теле́.

— Даже мне от её взгляда холодно становится, — сказала Уриэль.

— Может дадим ей ле ном?

— Почему вы тихо так разговариваете-м? Я-то тоже тут.

— У тебя есть имя? — Поинтересовалась Уриэль.

— Нет.

— Хочешь мы дадим тебе имя?

— А оно красивое?

— Ну… Не знаю. Мари, скажи первое придуманное женское имя.

— Тришь.

— Ничего себе! Я б, если задумалась, такое бы не придумала.

— Т-ришь… Что такое Триш-м? — повторила девушка.

— Хочешь мы тебя будем так звать? Не тварь, а Тришь.

— Хочу. Хотя «тварь» мне-м тоже нравится.

Уриэль и Мари еле сдержались от смеха.

— Прости, Тришь. Теперь будем звать тебя так.

— Мне нравится.

— Вот и хорошо. Я Уриэль, а это Мари.

Тришь с интересом осмотрела девушек. Особый интерес вызвали глаза, и хвостатая подошла ближе, казалось, заглянув куда-то внутрь каждой из них.

— У вас глаза светятся. Так красиво-м! Я тоже хочу!

— Прости, это просто так не сделать.

Теперь уже хвостатая надула обиженно губы.

— Ладно. Поигрались и хватит. Тришь, нам нужно узнать, где ты живешь. Это очень важно. — Твёрдо сказала Уриэль.

— Я? Я живу в той большой серой твердой коробке. Вон там-м — Показала «пленница» направление.

— Мне она ответила́ также еще вчера.

— Покажешь нам? Отведешь?

— Конечно. Хоть я и не люблю-м гостей.

— Отлично. Уже темнеет. Чем быстрее доберемся, тем будет лучше.

***

«Когда летом темнеет — значит уже за восемь», — шла и думала Диана, пока троица добиралась до заброшки. Тришь шла подпрыгивая, веселая и довольная.

«Может еще не отпустило?

— Перед портом подняли цепь. Корабль не зайдет.

— Спасибо за предупреждение Грегор. Как всегда»

Спустя минуту ходьбы компания оказалась на холмике, спуск с которого как раз и упирался в ту самую заброшку. Тришь сразу туда пошла, в то время как Мари и Уриэль задержались, осматривая полуразрушенное строение. Оно действительно являлось бетонной коробкой с огроменной ржавой полуразвалившейся антенной-тарелкой.

— Радар?

— Возможно́.

— Ты ближе была?

— Но. Я сейчас ближе́, чем была в первый раз.

— Пойдем?

— Ви.

Тришь уже была на полпути до своего импровизированного дома, но Мари и Уриэль догнали ее. Расстояние между ними сократилось, но дистанция была метра три. Хвостатая уверенно шла, ничего не опасаясь. От нее до здания оставалось метров двадцать. Как раз на этом моменте Уриэль и остановила Мари заградив ей путь рукой.

— Что с вами́?

— Видела?

— Куа?

— Когда она приблизилась, в небе что-то двинулось.

— Но. Я не заметила.

— Кинь туда нож.

Мари послушно выполнило сказанное и со всей силы метнула кинжал по направлению к зданию. К полной неожиданности Мари, её нож встретил невидимую преграду. На момент эта преграда перелилась, как мыльный пузырь на солнце и вновь стала прозрачной.

— Теперь видела?

— Ви. Барьер?

— Похоже. Подойдем ближе.

Триш вовсе потеряла интерес к своим «гостям» и просто зашла в здание, так из него и не выйдя. Даже не повернулась.

— Фи, ну и вредина́.

— Пусть, она нас пока-что не заботит. Что-то нам не дает пройти внутрь.

— Думаете эта штука́ нас задержи́т?

— Уверена. — Отвела Уриэль правую руку от себя. В ней моментально материализовался «Праведник».

— Воу. Секретики, Уриэль? — ехидно спросила Мари.

— Да-да. Небольшой такой.

Ангелица взяла свой молот примерно за середину рукояти и выставила его перед собой, бойком вперед. Так она и шла, пока не столкнулась с барьером. Молот он пропускать не захотел. Уриэль стояла перед невидимой преградой менее, чем в пяти сантиметрах. Мари же стояла за ангелицей, просто наблюдая.

— Что будем делать?

— Не повторяй за мной, — Уриэль медленно стала подносить указательный палец левой руки к барьеру. Барьер щелкнул, как будто закоротивший электроприбор и Уриэль отнесла руку обратно. — Ау.

— Куа?! Что случило́сь?

— Ничего… Как будто током ударило. Здесь очень сильная магия… Даже мое Харнатское благословение не дает полной гарантии не получить увечий.

— А что, у вас иммунитет к магии́?

— Сопротивление. Ану-ка, Мари. Тебе нужно отойти подальше. Я кое-что попробую.

— Насколько подальше́?

— Метров на двадцать. Будь готова удивляться.

— Ви, — Мари послушалась и буквально отбежала на нужное расстояние.

Диана опустила голову, глубоко вдохнула, сконцентрировала тот максимум силы, что смогла.

«Десять лет я этого не делала» — подумала Диана, перед тем, как произнести: «Экзист Максима».

Всплеск Люца колыхнул высоченные деревья и заставил Мари пожалеть, что она не отошла дальше. Она еле устояла на ногах. Открыв наконец лицо, закрытое руками, она посмотрела в сторону ангелицы, которая находилась почти в метровой идеально круглой, яме, созданной ореолом энергии, теперь так и струившейся вокруг нее. Мари решила подойти ближе, когда Уриэль положила руку на барьер.

— Не подходи, — сказала Уриэль, чей голос отозвался многократным потусторонним эхом.

— Что вы сделали́?

— Это финальная трансформация доступная мне. Поворачиваться лицом я не буду, — Повис тяжелый молот Уриэль в её правой руке, пока вторая просто лежала на барьере сверху. Невидимая стена теперь ничего не могла противопоставить ангелице, кроме как просто не пропустить дальше.

— Не вышло́?

— Сейчас и проверим, — Уриэль вышла из ямы и встала напротив барьера на более ровной территории. Взяв рукоять «Праведника» в обе руки, Уриэль замахнулась.

— Вы собрались…?

Ангелица не дождавшись конца фразы со всей силы опустила молот на барьер. Мари ожидала всего, чего только можно, даже то, что могучая магия сейчас просто рассеется, но никак не того, что не произойдет ничего… Со всей своей силой, энергией и целеустремленностью молот Уриэль ударился о барьер со звуком кулака, который ударил груженый вагон. Снова убрав руки от лица, Мари сказала:

— И всё?

— Увы, — раздался потусторонний голос Уриэль, перед тем, как она сбросила трансформацию. — Его просто так не сломать.

— И что же́ нам дела́ть?

— Я не знаю…

— Тогда… Я продолжу́ искать… нам нужно́ найти туда досту́п.

— Значит… Мы сейчас зависим от тебя.

— Возвращаемся́?

— Да. Пойдем.

Пока Уриэль и Мари дошли до лагеря, успело порядком стемнеть. Вся территория была освещена фонарями, и отдыхающие неспешно прогуливались, общаясь и делясь чем-то своим. Уриэль и Мари зашли в лагерь со стороны сцены и приняли свои человеческие формы, только перепрыгнув забор. Пройдясь и немного обсудив произошедшее, спутницы отметили, что за забором лагеря идет совсем другая жизнь, так мало от них зависящая.

Мари заметила и показала пальцем на два знакомых силуэта. Адриан и Алита сидели на самой первой скамейке перед сценой и рассматривали то, что Адриан держал в своей руке. Диана и Мари подошли к ним с любопытством узнать, что происходит. Всё то настроение, от которого Мари, казалось, смогла сбежать, вырвав Диану на вылазку, в момент вернулось.

— Чего грустим? — подошла вожатая к ним натянув улыбку.

Алита и Адриан подняли невеселые лица на нее и Мари.

— Здравствуйте, — поздоровались они кажыдй на своём языке.

Диана и Мари наконец-то рассмотрели, что же Адриан такое держал в руке, но не поняли с первого раза. Это были какие-то два смятых металлических предмета. На вопрос Дианы, Адриан отмахнулся и кинул эти штуки на землю. Обнявшись на прощание с Алитой и кивнув Мари с Дианой, парень ушел.

— Расскажешь, что случилось? — поинтересовалась Диана теперь у Алиты.

— Ну… Ладно.

Мари и Диана присели. Две выкинутые штучки блестели в свете фонаря и Мари не сводила с них глаз.

— В общем. После того как вы вышли с админкорпуса, я нашла способ, как общаться с Адрианом.

— Ух ты, и как?

— Да так. По-современному. Вспомнила, что у меня в домике смартфон валяется. Думала, что он будет бесполезным, но вот нашла ему применение. Там переводчик есть, и он работает оффлайн. Диктуешь ему фразу, и он ее переводит.

— Ну, так отлично.

— Да. Мы долго разговаривали так о разном, — заметила Диана как Мари отвернулась от услышанного. — Но потом он сказал, что хочет сделать одну вещицу. Точнее, две вещицы. Он тогда вытащил с кармана две монеты по два евро. — Посмотрела Алита на два смятых комочка. — Это были последние его деньги и он хотел сделать из них кому-то подарки. — Диана глянула на Мари, которая сжимала руки в два кулаки, на костяшках, которые уже начали белеть, — Мы пошли в кружок к Сереже. Адриан хотел эти монеты раздавить, сделать как можно более плоскими и стереть с них номинал, чтоб осталась только ровная поверхность. Хотел сделать из них медальоны и набить вот эту надпись на обоих, — Алита полезла в карман юбки и достала оборванный кусок блокнотного листа. Она протянула его Диане.

Та развернула листок. Каллиграфическим, идеально выведенным почерком было написано:

— Мон район де солейл…- Тихо прочитала Диана. Костяшки Мари были белы, как мел.

— Да. Я перевела эту надпись позже. Не стала спрашивать, кому это… думаю, что это не мое дело… когда мы дошли до кружка и нашли там Сережу, я объяснила ему, что нужно сделать. Адриан дал ему монеты и написал на бумажке эту фразу. Сережа взял монеты и засунул их в тиски… Только не плоскостью, а ребром. Когда первая монета согнулась пополам, я не поняла в чем дело. Но когда он согнул вторую также… Потом он взял первую и согнул в четыре… Натворив вот это, — Алита показала на две блестяшки в свете фонаря, — он отдал ему эти монеты, так странно посмотрев… и ни слова не сказал. Я перепугалась что сейчас что-то начнётся, с ужасом представляла себе начало драки, но Адриан просто ушел. Я догнала его уже тут. Пока мы сидели он даже пошутил, что хорошо, что не дал Сереже свою гармонику.

В резервуар злобы Мари капнула последняя капля. Она резко поднялась, стукнула кулаком по скамейке и подняла скомканные монеты сжав их в кулаке. Она быстро направилась в сторону площади.

— Что это с ней? — Спросила Алита.

— За ней. Быстро!

Мари шла, игнорируя все, что было вокруг: с ней здоровались, её позвала Рита, которая тоже была на площади, но внимания не было уделено от слова «совсем». Вот здание музкружка промелькнуло, а вот и мастерская показалась. Мари не интересовало есть там кто-то или нет, закрыто ли… Несколько раз постучав кулаком в дверь, Мари так и не дала шанса открыть её изнутри. Удар с ноги расставил все точки над «ё». Дверь распахнулась так громко и яростно, что казалось, закрыть её обратно не представлялось возможным. Сережа находился внутри и как раз выключал напряжение в мастерской.

— Мари! Что ты тво…?! — Не успел закончить Сережа фразу.

— Как ты смел?!

— Что?

— Куа ты надела́л?!

— Я не понима… — Снова не сумел закончить здоровяк.

— Ты лишил человека последни́х дене́г, так и не дав ему использова́ть их, как он хочет! Кто ты такой, чтоб это дела́ть?! — В Сережу со всего размаха полетели две смятые монеты. У Мари чуть ли не пар из ноздрей валил, пока Сережа поднимал испорченное им.

— Но он тебя обидел. Ты ж из-за этого плакала?

Мари со всей злобой зыркнула на парня, подошла к нему и со всей злостью ему заявила:

— Ты мне никто! — была последняя фраза Мари, перед тем, как она развернулась и ушла.

Диана с Алитой только и успели, что застать её уходящей в неизвестном направлении. Диана не пыталась ничего ей сказать. Она молча вошла в кружок и застала Сережу, в состоянии которое трудно было описать иначе как «полное опустошение».

«Так и разбиваются хрупкие человеческие сердца…» — подумала Диана.

Сережа глянул на вожатую глазами, полными уныния. Казалось, что этот парень сейчас возьмет и расплачется и неизвестно произошло ли это позже… Алита подошла к Сереже и отдала ему бумажку с написанной фразой, ничего ему так и не сказав и всё еще смотря на Сережу, вышла с кружка.

— Что я наделал? — Спросил Серёжа у Дианы.

— Нельзя быть лучшим во всем…

Хоть человеческие сердца и были хрупки, демонические были едва крепче. Мари, выбрав самое высокое дерево в лагере, сидела на самой высокой ветке и плакала, уткнувшись носом в колени. Сомнения о правильности поступка, как всегда, приходят после его совершения, вот и сейчас Мари думала, зачем она это сделала.

— Я нашел тебя, призрак, сдавайся! — послышалось снизу. Мари глянула сквозь темноту своими светящимися глазами и разглядела своего охотника. Это был Валера, который последние несколько дней охотился за своим призраком и похоже все-таки поймал.

«Нельзя чтоб он кричал.» — Подумала Мари.

— Субждинктус, — тихо было произнесено.

Юный Крухо так и не понял, куда растворилась его поимка, пока не обернулся назад. Крик хотел вырваться сам собой, но закрытый, закованной в металл рукой рот, не позволил этого сделать. Снова произнеся заклинание, Мари оказалась с Валерой на крыше админкорпуса, посчитав его самый высоким из зданий. Демоница отпустила мальчика и села в позу «лотос», ожидая реакции своего охотника.

— Как ты смеешь меня ловить?! Это я тебя поймать…! Ты что, плачешь? — произнес малец последнюю фразу максимально тихо.

Мари утерла слезу открытой ладонью.

— Да. Мы, призраки́ — тоже так умее́м.

— Значит… Ты призрак?

— Увы, но.

— У тебя знакомая речь… Мне кажется, я тебя знаю.

— Возможно́, Валера́.

— Мари? Это ты?!

— Ви. Я знала, что ты умны́й. Теперь ты знае́шь мой секрет.

— Что же ты такое тогда?

— Ну… Ты знаешь кто Диана́?

— Да. Знаю. Ангел.

— Вот. А я — демон.

— Ух ты… Я демона поймал! — Сказала восторженно Валера.

— Ви, молоде́ц, — сквозь слезы улыбнулась Мари.

— А что с тобой случилось? Демон и плачет?

— Ви. Даже у демоно́в иногда происходит такое́.

— А. Мне сестра рассказывала. Живот болит и двигаться тяжело? — со всей детской наивностью сказал Валера.

— Но! Это тут не причем. Просто я сделала такое́, про что теперь жалею́.

— А. А я думал тебя обидели. Я уже был готов… — Валера нелепо махнул в воздухе кулаком. Это заставило Мари немного улыбнуться.

— Кто же меня обиди́т с таким защитнико́м?

— Твоя правда, — улыбнулся Валера. — Так что с тобой произошло?

— Да так. Кое-кто решил, что я нуждаюсь в защите́…

— Кто? Я тебя уже защищаю!

— Вот. А мне больше не нужно́.

— С другой стороны, — Валера подошел и уселся Мари на колено, — Что в этом плохого?

— Куа?

— Что плохого в защите от другого? Знаешь ли, одному тяжело быть. Вот у меня есть сестренка. Мы иногда ссоримся, но я её люблю. Точно знаю, что она меня тоже. У тебя, Мари, есть твои демонические братья или сестры?

— Но… — подавленно ответила Мари.

— А тут? Не демонические.

— Тоже́, но.

— Это плохо. Найти родственную душу — важно. Когда ты её в ком-то увидел, нужно держаться за этого человека. А если её увидели в тебе, то пересиль себя и просто подыграй.

Мари сидела и смотрела в, не по годам, умные и глубокие глаза мальца.

— В кого ты тако́й, а?

— Не знаю.

— Спасибо тебе за совет, Валера́. Я тебя услышала́.

— Что такое «совет»?

— Неважно́, иди сюда. — широко расставила Мари руки. Валера может и нехотя, но согласился на объятия. На второй раз, правда, он так носа уже не воротил.

— У тебя столько всего интересного. Покажешь?

— Ви.

Мари хвасталась и показывала все, что у нее потусторонней было. Открыла третий глаз, вызвав у мальца неподдельный восторг. Дала ему помахать мечом и пометать кинжалы. Поиграли в перетягивание цепи и прыгнули с помощью нее на соседнее дерево. Мальчишка здорово провел время, но изъявил желание пойти спать. Мари была не в силах отказать потребностям столь юного организма и благополучно доставила его в уже полностью уснувшую жилую зону. Валера пообещал новоиспеченной потусторонней подруге держать её личность в тайне и зайдя в свой домик, направился навстречу царству снов. Мари перевоплотилась и сама решила пойти спать.

Зайдя в домик, она услышала спокойное сопение её соседки. Быстро скинула лагерную форму и улеглась в кровать, повернувшись лицом к стене домика. В её голове крутились тысячи мыслей. День был очень тяжелый морально, но благодаря Валере, Мари точно знала с чего нужно начать завтрашний.

«Обязательно перед ним извинюсь».

Глава 7

Сон выдался таким-же тяжелым, как и предыдущий день. Уснуть долго не получалось, а как нужно было вставать, то не получалось и это. Но горн был неумолим и со всей своей завидной постоянностью трубил «подъем». Мари села в кровати, постаралась пригладить растрепанные волосы и потерла рукой глаз. Вскоре, крайне нехотя, кряхтя, скрепя и издавая целый набор звуков поднялась и Рита, точно так же усевшись в кровати, и с точно таким-же хаосом в волосах. Девушки посмотрели, друг на друга и дружески улыбнувшись наконец-то поздоровались.

— По-моему, пора мыть голову.

— Абсолют согласна́.

— Тогда давай собираться. Уверена, что не у нас одних такая идея блестящая зародилась.

— Ви, — Мари потянулась и слезла с кровати. В этот раз найти все душевые принадлежности не составило труда и француженка быстро направилась к выходу из домика, попутно зачем-то отряхнув свою короткую футболку, в которой она обычно спала.

— Ну я пошла. Займу очере́дь, если она буде́т.

— Хорошо, скоро приду.

Жилая зона потихоньку подавала признаки жизни: все в домиках оживали и выбирались умываться. Мари быстренько вышла за ограду, миновала площадь и столкнулась с большой неприятностью в виде очереди человек из десяти стоявших перед душевыми.

«Ну и ну. Надеюсь, никто из здесь ждущих не занимал друзьям очередь.»

Надежда Мари так и не оправдалась — спустя пару минут в очередь встроилось еще человек пять; девушка тяжело выдохнула и встала в самый её конец. Позже еще и обнаружилось, что и форму свою она оставила в домике.

«Дерьмо… Надеюсь, что Марго сообразит взять форму, свою и мою».

Очередь тянулась предательски медленно.

«Что они там моют? Автомобили? Чего там стоит ополоснуться человеку?»

Еще и Рита никак не спешила с доставкой: как себя, так и формы.

Казалось бы: «Куда хуже?», но у судьбы и на это было чем ответить. Следующим, кто занял место в очереди — оказался Сережа; еще на подходе к душевым он поник и шел, опустив голову, таща в правой руке пакет с банными принадлежностями. Сережа был одет в голубые шорты и серую майку, а его форма была перекинута через плечо.

«Похоже, что тут только я такая простофиля. Ну Мари… Пора извиняться»

Здоровяк как раз встал в очередь и еле заметно махнул головой в приветствии. Его привычное почесывание затылка никуда не делось.

— Сережа́, я должна тебе кое́-что сказать.

— Да я и вчера все понял.

— Но. Не это́. Я должна сказать Екскьюзе муа. Просто… Понимаешь… — «Думай голова, Думай». — Адриан за меня заступился́, застави́л извинится́ того англичанина́… Я не могла поступить иначе́ как заступится́ за него… Еще и в День рождения́…

— У него вчера был День рождения?! — Удивленно спросил Сережа.

— Но. Сегодня́.

— Мда… Натворил я делов… Мари?

— М?

— То, что ты вчера сделала — заставило меня подумать. Так что… Зайди в мастерскую после завтрака. Я тебе кое-что отдам. А если найдешь этого француза — то будет еще лучше. Зайдете вместе.

— Ви. Хорошо.

В очередь встроились Вика и Рита, которые пришли вместе со стороны жилой зоны. Вика сразу натянула самое злое лицо, какое только смогла, а Рита, протянув Мари её забытую в домике форму и сказав что-то вроде «Эх, что-же ты…» заметила эмоции художницы.

— Что-то случилось? — Спросила она.

— Нет, все отлично! — Ответила Вика.

— Ви. Все бьён…

Дальнейшее время в очереди тянулось медленно. Вика о чем-то болтала с Сережей, а Мари с Ритой. Тема снова затронула плавсредства и «Когда-же они уже будут готовы?», на что Сережа хитро улыбался. «Тот самый француз» — как его назвал Сережа, тоже встроился в ряд желающих помыться, встав в самом его конце. Когда до очереди Мари и компании оставалось три человека, они его заметили.

— Позовем? — неожиданно поинтересовался Сережа.

— Можно́. Адриан, виён иси, — Громко сказала Мари и помахала рукой. Приличный отрезок очереди возмущенно перешептывался, пока Адриан шел прямо в её начало. Парень, улыбаясь кивнул всем, кто находился в компании и также кивнул Сереже, только уже без улыбки.

— Мари, сможешь перевести, что я скажу? — Попросил здоровяк.

— Ви.

— Скажи пожалуйста, «Извини меня за вчерашнее. Зайди после завтрака в клуб, ко мне.»

Мари перевела Адриану все что хотел сказать Сережа, на что тот тяжело выдохнул и протянул руку в знак примирения; тот с энтузиазмом её пожал.

Наконец-то очередь дошла и до компании. Мари нырнула в первую освободившуюся кабинку и быстро, на её взгляд, обмылась, одев на выходе лагерную форму. Не став дожидаться остальных, она поспешила обратно в домик. Чуть ли не с ноги открыв дверь домика, зашвырнув на кровать пакет с банными принадлежностями, Мари залезла под кровать, чтоб вытащить оттуда сумки, с которыми приехала.

«Это точно должно быть где-то здесь!»

Достав свою «обыкновенную» дорожную сумку, Мари стала копаться по всем маленьким боковым кармашкам, в надежде найти искомое. Наконец-то нащупав то, что нужно, Мари вытащила сжатый кулак из кармашка и раскрыла его, когда поднесла руку на уровень лица. На пальце Мари, на ювелирном черном шнурке, повисла золотая подвеска в виде странного цветка, напоминающего ромашку с шипованым стеблем. Мари невольно почесала нижнюю губу, когда на него посмотрела. Этот кулон ей вручила мачеха со словами «никогда не забывай, кто ты на самом деле и не стыдись этого».

«Как этого можно не стыдится?»

Мари никогда не нравилось это украшение, но она носила его, чтоб не обижать Авелин. Как только она села в автобус, то сразу его сняла.

«Придется выслушивать нагоняи от папы за то, что „потеряла“ эту вещицу. Прости пап, я знаю кому она сейчас нужнее» — подумала Мари и спрятала её в карман юбки. Она снова застегнула все раскрытые кармашки на сумке и затолкала её под кровать как раз в тот момент, когда в домик зашла Рита. Её влажные русые волосы выглядели довольно забавно, ибо объема в них прибавилось с излишком.

— Что ты смеешься? — Сказала Рита.

— Пардон, ты такая́ воздушная́.

— Это все шампунь. Он слишком мягкий.

— Ясно́, — не прекращала Мари улыбаться. — Что сегодня будешь делать?

— То же что и всегда, бегать по приказам Дианы.

— Она не особо́ тебя и грузи́т.

— Что правда — то правда… Надеюсь и не подумает, — улыбнулась Рита.

— Пойдем на ля зон? А то скоро будет сигнал. Не хочу стоять еще и в очереди́ на завтрак.

— Пойдем. Хорошая идея.

Девочки закрыли домик и неспеша пошли в сторону столовой.

— Так-так-так, ну и что у тебя с этим новеньким? — Внезапно поинтересовалась Рита.

— Ничего́… Только благодарно́сть. У него сегодня аниверса́ре. Отдам ему небольшой подарок и надеюсь, что больше нас ничего связывать не буде́т…

— Серьезно? Ты даже знаешь когда у него День рождения и вот так говоришь? А что ты ему собралась подарить?

— Никому не скажешь? Ну… Что это я ему подарила́?

— Что ты, нет, конечно.

Мари достала из кармана подвеску.

— Обалдеть! Золотая? И не жалко? Какая красивая. Такие подарки просто-так не делают.

— Ви Марго, но это уже мое дело́. Я ж не лезу́ с расспросами́, как там у тебя с твоим программисто́м.

— Откуда ты…? — резко покраснела Рита.

— Я все знаю, Марго. — подмигнула Мари.

Прям на середине их пути прогудел горн, означающий начало завтрака. Девочки прибавили ходу и добрались до столовой так быстро, как смогли. Первыми они, конечно, не были, но глянув какая толпа собралась за ними, им становилось немного легче, что они именно тут. Быстренько взяв подносы и заполнив их тарелками с едой девочки сели за только ими занимаемый столик.

— Сегодня как-то по-простенькому, — сказала Рита, смотря на приличных размеров омлет, пару копченых колбасок и стакан чая.

— Ви. Но это́ не значит, что не будет вкусно́. Бон аппети.

— И тебе приятного.

Девочки принялись есть свой нехитрый завтрак. То ли Диана еще находилась в очереди, то ли слишком быстро позавтракала, но у Риты зазвенела рация. Получив распоряжение от вожатой собрать всех на линейку поле завтрака, Рита снова принялась есть.

— Только с утра вспоминали…

— Давай-давай, пчелка́-труженица́ — лети оповещай своих, — улыбнулась Мари.

— Нет бы помочь, а она… — Попыталась пристыдить Рита, но непробиваемая Мари и бровью не повела, — ай, ну тебя, я пошла.

— Бон вояж.

Мари сопроводила взглядом Риту, которая принялась бегать по столикам своих однокашников предупреждая о явке. Француженка продолжила доедать свой завтрак и почти закончив трапезу, она уже собралась уходить, как самым неожиданным для нее образом за этот заговорённый столик подсели. Как можно было догадаться, подсел тот самый именинник.

— Свободно?

— Свободнее некуда, — ответила Мари безрадостно. - Чего не к Алите подсел?

— У нее столик забит. Мы только взглядом пересеклись. Спасибо за тот финт у душа.

— Не за что. Адриан?

— Что? — ответил парень, уже успев засунуть кусок омлета себе в рот.

— С днем рождения тебя, — сказала Мари тихо.

— Спасибо, — сказала Адриан улыбнувшись.

— Закрой глаза пожалуйста. И не подглядывай. Только честно.

— Х… Хорошо.

Парень закрыл глаза и сидел так, пока Мари обходила его со спины.

— У меня для тебя небольшой подарок. Знаешь? Не хочу опять затрагивать эту тему, но плохие воспоминания оставляют шрамы, сам отлично знаешь. Но пусть на что-то хорошее, о моем клане и обо мне, у тебя останется эта маленькая вещица, — говорила Мари, пока одевала на парня подвеску, стоя за ним. Только застегнув миниатюрный замочек, Мари сказала — Открывай глаза.

Адриан сидя обернулся и посмотрел на стоящую перед ним Мари, он ощупал шею и опустил глаза насколько смог, чтоб посмотреть на то, что же теперь у него там висело.

— Я видел эту эмблему в имении.

— Это клановый герб.

— Спасибо тебе огромное, Мари Круа. Я обещаю, что сохраню эту вещицу до конца своих дней. Она будет мне напоминать, что во всем плохом всегда будет частичка хорошего. — Адриан встал и обнял Мари, чему та особо и не сопротивлялась.

— Приятного тебе аппетита, а мне пора.

— Спасибо. За всё.

Мари пошла к выходу из столовой.

«Луи тоже должен провести линейку… Не только ж Диане они нужны…» — подумала Мари и облокотилась на перила, на крыльце столовой.

Все из Дианиного отряда, выходящие из столовой, медленно стягивались к одной из скамеек на площади. Французы же… разбредались кто куда…

«Похоже, что Луи совсем позабыл про свои обязанности. Надеюсь, что Диана не выгонит меня, если я послушаю план на пару дней вперед от нее» — подумала Мари и тоже подалась к той самой скамейке.

«Да и я там знаю почти всех»

Однако из «почти всех» знакомых Мари там находилась только Алита. После вчерашнего француженка не знала с чего начать разговор, но начать было необходимо. Глава музкружка сидела на скамейке, задумавшись о чем-то своем.

— Бонжур, Алита́.

— Ой, — обратила свое внимание Алита, — привет, Мари, — девушка немного покраснела.

Разговор кончился быстрее, чем Мари могла подумать… Повисло молчание, а их взгляды бегали, друг от друга, не желая встречаться.

Эту паузу прервала Оля, быстро подбежавшая и обнявшая француженку за то, куда только смогла дотянуться, громко крикнув «Мари!». Там и ее брат подошел спустя мгновение. Девушка обняла Олю в ответ, присев на одно колено.

— Приветик. — Сказал подошедший.

— Бонжур, Никита́. Как ваши дела? — глянула Мари на парня и на его сестру.

— Все путем, — не особо радостно ответил Никита. — Относил Юле завтрак, поели сами, — глянул Никита на сестру, — и сюда пришли.

— Как там Юля́? Её собираются́ выписыва́ть?

— Завтра. Так сказала медбрат. Еще и этот крикливый французский капитан заходил… Меня вежливо попросили выйти, но я как-то был и не против.

— Адриан в медпункте?! — спросила Алита.

— Наверное, еще да. — Ответил парень, на что та поднялась и быстро ушла. Мари и Никита лишь сопроводили её взглядом.

— Что это с ней?

— Ничего необычно́го. Лямур, все дела.

— Серьезно? Она и этот говорун? Чем черт не шутит…

— Куа? Шути́т?

— Поговорка такая. Не обращай внимания.

«Вот так сюрпризец её ждет. Адриан сто процентов на перевязку пошел. Да и Никиту будет ждать неприятный сюрприз… Надеюсь медбрат останется цел, если Никита узнает.»

Остатки отряда потихоньку стягивались. Вскоре и Сережа присоединился к разговору, отчего Никита резко начал вести себя по-другому, постоянно отворачиваясь и пропуская целые фразы мимо ушей. Мари до сих пор не понимала причину такого Никитиного поведения.

«Не из-за того же, что случилось на пристани?»

Алита, уже с Адрианом, довольно быстро вернулась в строй. Как оказалось позже, она просто поймала его уже на обратном пути.

«Похоже секреты пока останутся секретами.»

А вскоре и Диана не заставила себя долго ждать. Она искренне удивилась пополнению своего отряда двумя французскими слушателями и начала оглашать планы на день.

— Всем доброе утро!

— Доброе, — раздалось в ответ с разной степенью энтузиазма.

— Такс. Сегодня у нас такое распоряжение: в конце смены у нас будет концерт.

— Вау; ого; ничего-себе; — раздалось в отряде.

— Да-да. Так что всем участникам начинать придумывать номера и вносить их в общий список представлений. За список будет ответственна Лиза. Концерт будет идти ровно столько, сколько потребуется и закончится тогда, когда все номера будут отыграны.

— Здо́рово!

— Так что, начинайте крепко задумываться об этом. Желающие могут пойти к сцене, осмотреть, изучить коммуникации под ней, ибо, это такое условие — все декорации и спецэффекты вы должны сделать и выполнить сами. Если сцена окажется в неудовлетворительном состоянии — починить, подлатать и так далее. Думаю, что в мастерской общих кружков найдется всё необходимое.

— Не сомневайтесь, — сказала Сережа.

— Вот и отлично. Зарегистрировать свой номер просили как можно быстрее, хоть и список будет лежать в библиотеке вплоть до конца смены. Также, настоятельно рекомендую сегодня принять участие в уборке лагеря. Кто останется в стороне — не навлечет на себя ничего хорошего. Всё. Разойтись.

Все послушно стали расходится кто-куда. Одна лишь компания из Мари, Сережи, Алиты, Адриана и Вики остались на месте. Усадив всех девушек на скамейку, парни стояли перед ними о чем-то задумавшись.

— Как-же хорошо, что мы осмотрели сцену раньше, — сказала Алита.

— Тут да. Вам будет немного легче, — сказал Сережа.

— Да и группа, в принципе, уже собрана. Остается только репетировать.

— И что делать дальше? — спросила Вика.

— Ну… У меня еще яхта… Наверное, снова там целый день проведу.

— У тебя уже загар такой…

— Что есть то есть. Адриан, — переключил Сережа свое внимание. Француз на него посмотрел.

Сережа, не знающий ни слова по-французски, показал жестом парню следовать за ним. Но вспомнив кое-что, подошел к Мари и шепнул ей:

— Как по-французски «С днем рождения?»

— Жуаю аниверсэр, а тва.

— Постараюсь запомнить, спасибо. — Сказал Сережа и снова жестом приказал следовать за ним. Адриан лишь пожал плечами и молча начал выполнять Сережину просьбу. Когда они скрылись с поля зрения, максимально тихо и неуверенно начала говорить Алита.

— Мари?

— Ви.

— Скажи. Ответь мне честно. Тебе нравится Адриан?

Мари слегка потупила взор. Ответ нашелся не сразу.

— Я… не знаю́. Не могу ответи́ть «Ви».

— Просто я подумала, что… — Воодушевилась Алита.

— Много дума́ть — вредно.

Повисла неловкая пауза.

— Но что-то же чувствуешь?

Напряжение со стороны Мари нарастало.

— Чувствую… Но насколько всё правильно́…? — Потерла Мари лицо рукой.

Алита сидела и смотрела на Мари не отрывая взгляда.

— Ты мне не вери́шь?

— Просто то, что я вчера увидела… В мастерской…

— Сама не знаю́, что на меня нашло. — Вдохнула-выдохнула Мари успокаяваясь и собираясь с мыслями. - У меня есть для тебя небольшой сюрприз, чтоб ты мне точно поверила́.

— Какой?

— Информативный. Я могла об этом промолчать, но смотря на тебя, думаю́, что должна сказать.

Алита смотрела на Мари очень внимательно.

— У Адриана сегодня́ Аниверсер. Обязательно поздравь.

— Да ты что?! Откуда ты знаешь?

— Больше́ не могу тебе ничего рассказать. Свой сувенир я ему уже подарила́. Твоя очередь.

Алита бросилась Мари на шею обняв со всей силы.

— Спасибо-спасибо тебе большое! Это очень ценный… ой… — Поняла Алита, что ведет себя крайне странно.

— Па дью ту. Действуй.

— А кто еще знает?

— Ты, я, случайно́ Сережа. Ну и, — подняла Мари взгляд на Вику ничего не говоря.

— Мне как-то по барабану, что у него там сегодня.

— Что же ему подарить? — подпрыгнула Алита со скамейки. — Божечки, я обязана что-то придумать, — сказала Алита и быстро у шла в сторону музклуба.

— Что, заделалась местным купидоном? — Спросила Вика.

— Не понимаю́, о чем ты.

— Вот и делай так дальше, но чтоб Сережу рядом с тобой я больше не видела.

— Это конечно хорошо, но скажи это ему, а не мне. Я как-то и не охочу́сь. — Сказала Мари хитро улыбнувшись.

— Я все сказала! — выпалила Вика, изрядно покраснев от злости. Не выдерживая компании Мари — и она ушла.

«И вот я снова одна. Хорошо ж то как.» — подумала Мари прям перед тем, как вернулся Адриан.

«Издевательство.»

Парень удивился полному отсутствию остальных и сел на скамейку рядом.

— Куда все разошлись?

— Кто куда. Что он от тебя хотел?

— Мадмуазель Круа, вы теперь мой надзиратель? — спросил он в шутку.

— Не хочешь — не говори.

— Прости Мари, не хотел обидеть. В общем, — Адриан полез в карман шорт, — это тебе, — достал он оттуда довольно кривой формы медальон на импровизированном шнурке. Мари отлично знала, что сделан он из раздавленной монеты и даже осознавая этот факт, вещица не была отвратительной. На медальоне была серебристая кайма, а в центральной части кулона была гравировка, с той самой надписью, которую Диана зачитывала с бумажки вчера. Мари молча забрала вещицу и смотрела на нее уже держа в руках. — Я понимаю, не уровень престижа Круа, конечно, но это все, что у меня было.

— Он прекрасен, Адриан. Спасибо тебе большое.

— Тебе спасибо.

— Поможешь… Мне его надеть?

— Хорошо, — Адриан встал и обошел скамейку. Мари подняла волосы и оголила шею. Парень перебросил шнурок и завязал его концы в крепкий узел. Теперь медальон висел на шее Мари без посторонней помощи.

— Мне идет?

— Тебе всё идет.

Адриан вернулся на место.

— Как твое плечо?

— Хорошо. Мне сегодня сняли с него повязку. Теперь чувствую себя немного комфортнее. Тянет, конечно, но терпимо, а по сравнению с тем, что было-то…

— Понятно… — Постаралась произнести Мари максимально эмпатично.

— Представляешь, этот паренек, ну с которым я ходил, показал, что сможет отчистить мою гармонику. Всегда хотел увидеть её блестящей.

— Гармонику?

— А, ты не знала, что она у меня есть? Блин.

— Ну. Это ж хорошо?

- Это очень хорошо, — Довольно заключил Адриан.

— Паренька, кстати, зовут Сергей.

— Буду знать… А… Ты не знаешь почему он вчера так поступил?

— Честно сказать?

— Ну, если можешь.

— Он подумал, что ты меня обидел. Вот и отомстил… Типа.

— А. Понял. Ты ему нравишься.

— Я ж тебе в домике говорила.

— Ты не говорила кому именно.

— Ты прав… Ну вот, ему.

— Понял… Ну в делах амурных я не силен.

— У тебя есть шанс поучиться. Сосредоточься на Алите.

— Не понял?

— Что, скажешь не заметил?

— Я не знаю, что тебе ответить… Она… Слишком правильная для меня. Что я ей могу дать?

— А ты найди. Вот она прям сейчас ищет, что дать тебе.

— Что? Ты что, сказала ей что у меня День рождения?

— Да.

— Ну и зачем?

— Почувствовала, что надо.

— Я снова должен сказать тебе «спасибо»? — Улыбнулся Адриан.

— Посмотрим, — улыбнулась Мари ему в ответ.

Серёжа довольно быстро пробежал через площадь, но как добежал до скамейки, то не смог сказать ни слова из-за одышки.

— Действительно́, спорт — не твоё, — сказала Мари. Сережа лишь поднял указательный палец, глубоко вдохнул и выпрямившись сказал:

— Это… Точно. Адриан, — обратил внимание парня на себя Сережа. Он полез к себе в карман и вытащил губную гармошку. Она переливалась на солнце, переливаясь хромом и медью. Адриан, как увидел это, подпрыгнул с просто детским энтузиазмом. В дрожащих руках он держал свою вещь не прекращая улыбаться.

— Мерси боку! Фейр ан келан! — Крикнул Адриан и обнял Сережу со всей силы. Ему даже хватило мощи оторвать здоровяка от земли и крутнутся с ним.

— Воу, тише. Что он сказал?

— Примерно то же, что и сделал. «Большое спасибо, иди обниму!»

— Ну, это было явно лишним. Гармошка была просто в грязи. Старой и затвердевшей. Я положил её в растворитель она и слезла за пару минут.

— Он то этого не понимае́т.

— Точно…

Адриан сжал свою гармонику в кулак, постоял так мгновение и сунул её себе в карман.

— Ребенок доволен? — спросила у него Мари.

— Очень!

— Я все еще тут, — сказала Сережа, не понимая их разговор.

— Ви. Я…

— Сереж! — послышалось издалека. Обернулись все. Это возвращалась Алита с каким-то пареньком. Они подошли ближе. — Сереж, ты так и не посмотрел усилитель. Я тебя просила еще позавчера, он мне действительно нужен.

— Точно! Прости. Я сегодня посмотрю. — Начал парень чесать затылок.

— Ребята, это Джим, — представила Алита паренька лет пятнадцати. — Он барабанщик в нашей музыкальной группе. — Паренек помахал всем в знак приветствия.

— Очень полезная информация, — сказал Адриан на родном языке.

— И не говори… — ответила Мари.

— Не красиво, знаете ли, чтоб вас не понимали, — сказала Алита осуждающе, так что аж услышала два «пардон». - Давайте еще разок сходим к сцене и осмотрим. Если мы собрались осуществить всё задуманное, то нам будет важна каждая мелочь.

— Пойдем, — сказал Сережа.

— Ви, все равно делать нечего́.

Вся группа решительно двинулась в сторону сцены.

— Эй! Подождите нас, — раздался голос с площади.

— Кто еще? — Поинтересовалась Алита.

— Я эти голоса ни с чем не спутаю… — добавил Сережа.

К группе прибились Вика и Марта. Вика держала подмышкой широкий скетчбук и набор карандашей. Марта же, похоже, просто пришла со скуки. Группа выдвинулась во второй раз.

Алита что-то обсуждала с барабанщиком. Оказывается, она вполне неплохо болтала на английском. По крайней мере, Джим её понимал. Ну или делал вид, что понимает, поскольку мотал головой он так, будто для него всё в мире понятно. Сережа Вика и Марта болтали о чем-то своем сзади. Мари не было особо интересно о чем, вот она и не прислушивалась. Они с Адрианом шли посередине, между двух групп, и молчали.

— А, ты тоже готовишь какое-то выступление? — поинтересовался заскучавший француз.

— Нет. Я ничего такого не умею.

— Можешь свои фокусы показывать демонические. Думаю, что фурор обеспечен.

— А что? Вариант…

— Ты сейчас серьезно?!

— Нет конечно, не тупи.

— Я уже поверил.

Группа вышла к стадиону.

— А ты? Зачем идешь?

— Ну. Я не против что-нибудь сыграть. Все-таки я пол старой жизни ходил в музыкальную школу.

— Ты еще и музыкант?

— Да. Все по классике, я гитарист.

— Полон сюрпризов.

— Не самых приятных, но есть такое, — улыбался парень.

— Это точно… — Постаралась Мари отогнать вновь подкрадывающееся плохое настроение. — Я-то думала, что Алита тогда тебя в клубе просто учила.

— Ну… Всегда есть чему научится новому.

Вот и сцена показалась, хвойные деревья, перед которой, как будто расступалиись специально.

— Что мы конкретно хотим осмотреть? — спросил Сережа.

— Мы так и не разобрались с электричеством. — Ответила Алита.

— Ну, это не совсем верно. — Потер парень затылок, вспоминая. - Мы просто не нашли щиток и сошлись на том что два висящих тут софита -очень мало.

— Всё верно. Ну ничего, сейчас дойдем и осмотрим все по новой.

— Что они говорят? — спросил Адриан у Мари и задумчиво помолчал какое-то мгновение. — Да и откуда ты вообще русский знаешь?

— Говорят, что с электричеством какие-то неполадки. А на этот вопрос — я не знаю стоит ли тебе знать ответ… — Быстро взвесила Мари все «За» и «Против». — Раз ты в клятве, то думаю, что ничего страшного не будет. Моя покровительница там, — показала она пальцем в пустоту, — с русскими корнями. Вот она и передала мне ту часть памяти, что отвечала за язык. Как видишь получилось… не совсем идеально.

— Почему? — удивился Адриан.

— А ты не слышишь, как остальные на русском болтают? У меня акцент есть.

— Тьфу ты… Прости, я должен знать язык хоть как-то, чтоб обратить на это внимание.

— Может и твоя правда…

Наконец-то группа дошла до сцены. Мари, не зная вообще зачем она тут, просто села на скамейку из самого первого ряда. Вика поступила, точно также, но отсела от Мари на приличное расстояние. Она раскрыла скетчбук, вытащила карандаш и принялась ждать момента, чтоб начать рисовать. Марта первая влетела на сцену и просто начала там носится всё осматривая. Алита и Джим стояли перед сценой и девушка, жестикулируя, показывала и объясняла, что и где будет находится. Адриан просто осматривал сцену в дневном свете. Сережа наматывал круги вокруг, ища тот самый злополучный распределительный щиток.

Мари осмотрелась. Кроме их большой компании на самом заднем ряду сидели: еще какая-то девочка, читавшая книгу, паренек возраста Джима, застрявший в телефоне, и скромная парочка — парень и девушка, возможно, чуть младше, чем сама Мари сидели рядом и стеснительно держались за руки, о чем-то болтая. Даже когда их взгляд пересекался, они не могли его долго так держать. Адриан весело плюхнулся на скамейку рядом с Мари и сказал:

— Видела тех двоих сзади?

— Угу.

— Спорим заставлю их обняться или даже поцеловаться?

— И как ты это сделаешь?

— Узнаешь. Если поспоришь.

— Окей. Давай поспорим. На что?

— На… А я и не подумал… У меня ведь и нет ничего.

— А на интерес?

— Интерес? Такое себе…

— Тогда давай как в детстве? На сладкое.

— По рукам! Ты не представляешь сколько лет я сладкого не ел.

— Вот и замётано, — пожали они руки в знак спора.

— Наблюдай, — сказала Адриан, идя к сцене и доставая из шорт гармонику.

Парень подошел к сцене, повернулся к ней спиной и запрыгнул уперевшись руками. Сев на её краешек и свесив ноги, Адриан поднес гармошку к губам и выдал череду очень элегантно сменивших друг дружку нот, чисто чтобы проверить, как звучит его начищенный инструмент. Парень обрадовался и увидев Сережу, показал ему «класс» широко улыбнувшись. Сережа ответил на это своим «классом» и Адриан снова прильнул губами к своей гармонике. Такая простая вещица в руках Адриана умудрялась завораживать каждой извлеченной нотой. Мари всегда казалось, что губная гармошка — инструмент каких-нибудь фермеров или бродяг, но Адриан превращал её в нечто изысканное. В процессе игры парень поджал ноги под себя. Ноты менялись и менялись, то ускоряясь, то романтично замедляясь. Прекратились все обсуждения, все планировки и наставления. Все смотрели на сцену и слушали Адрианову мелодию. Сережа перестал бегать вокруг и встал как будто загипнотизированный. Алита и Джим смотрели на Адриана раскрыв рты. Вика, отойдя от ступора улыбнулась и начала что-то набрасывать в своем скетчбуке. Даже Марта стояла как вкопанная и просто слушала. Да и Мари, считавшая себя далекой от музыки, была полностью очарована такой простой, и очень романтичной мелодией. Она и не заметила, как расслабилась и задумалась. Наконец-то раздалась последняя нота, идеально завершившая этот небольшой концерт. Все, кто только мог начали аплодировать так сильно как могли, но Адриан со сцены показал пальцем в сторону парочки, обращая туда внимание Мари. Парочка сидела и отрабатывала, похоже что, свой первый поцелуй.

«Ну и дела!» — подумала Мари.

Адриан спустился со сцены и подошел к ней.

— Увидела?

— Да. Еще как.

— Удивлена?

— Удивлена… Что ты мне соврал.

— Что?

— Ты сказал, что в делах амурных не разбираешься… Я убедилась, что это такая наглая ложь была!

— Ну прости. Уж очень сладкого захотелось, как ты предложила.

— Ты где так играть научился?

— Я ж тебе говорил… А конкретно на гармонике — в переходах, на трамвайных остановках, в подземке…

— Это было красиво.

— Спасибо.

Алита поспешила сказать тоже-самое. Бросив Джима, она подошла к Адриану и Мари, не зная что сказать: то ли от незнания языка, то ли просто от эмоций.

— Жениа́л, — сказала Алита на максимально ломанном французском.

— Мерси, — улыбнулся ей Адриан.

— Мари… — тихо сказала Алита.

— Куа?

— Можешь… перевести то, что я скажу?

Мари закатила глаза от этой просьбы, которая успела её порядком достать, но согласилась.

— Спасибо тебе. Адриан, прости если я тебе вчера надоела, преследуя на каждом шагу… — Мари перевела это. Алита смотрела парню в глаза не отрываясь. — Прости за то, что избила нотной тетрадью, — Мари это перевела, но порядком заинтересовалась, — Ты мне понравился… Сильно. Прими пожалуйста от меня этот подарок и с Днем рождения! — Сказала Алита и жутко раскрасневшись, на вытянутых руках вручила Адриану свой подарок, опустив голову в пол. Мари закончила перевод этой фразы.

«Мда-а, в тихом омуте… Такая тихоня, но взяла и призналась.» — подумала Мари.

Адриан постоял в ступоре пару секунд. Парень аккуратно забрал свой подарок из рук Алиты. Подарком оказались две вещи: добротный толстый кожаный гитарный ремень и черный треугольный медиатор с фирменной надписью золотыми буквами.

— Нормально так! — Сказала Вика

— У него День рождения?! — Крикнула Марта.

— Мерси боку, — сказал Адриан так, чтоб только Алита его услышала и крепко обнял её, поцеловав в лоб, в силу роста. Алита все еще не могла отпустить Адриана после такого.

— Ну вот, надеюсь, что моя рубашка не будет в туши для ресниц, — Сказала Адриан.

Смущенная Мари посмеялась.

Алита все-таки отлипла от формы Адриана и посмотрела на него счастливыми глазами, улыбнувшись так широко как могла. Парень почувствовал, что настал его черед. Рука сама полезла в карман ради этой вещицы. Спустя мгновение Адриан держал в руках свою гармонику, которую и протянул Алите в качестве подарка.

— Но ведь… У тебя же День рождения. Не у меня.

Адриан так и не понял, что она сказала, поэтому просто раскрыл её ладони и положил в них гармошку, закрыв её в них. Удивленная Алита только и смогла, что сказать тихое:

— Спасибо.

— Как оказывается просто к тебе примазаться! — Старалась сказать Мари с сарказмом.

Адриан кивнул и улыбнувшись сказал:

— И все-таки спасибо тебе, Мари.

— Да пожалуйста… — грустно сказала она и отвернулась.

Громко хрустнула бумага, заставив обратить внимание на ту, кто стала причиной шума. Вика вырвала со своего скетчбука листок и принялась его рассматривать. Что-то подтерла ластиком, зачем-то пару раз приложила карандаш… Когда все поняли, что потратили крупицы своего внимания абсолютно зря, Вика подошла к Адриану и вручила тот самый листок.

— Я, конечно, не думала это кому-то отдавать, но раз День рождения…

— Вика́. Он руссэ не понимае́т. — Сказала ей Мари.

— Но глаза-то у него есть? — Улыбнулась Вика.

— Мерси боку, поур се бути.

— … — Глянула Вика на Мари… Очень хитро улыбающуюся Мари.

— У тебя нет уше́й? Всё же понятно́. — Упивалась девушка ядом своей иронии и готова была поклясться что у Вики скрипнули зубы.

— Ну не томи, что он сказал?

— «Большое спасибо за эту красоту».

— Можно было и сразу! — злобно процедила художница и повернулась к Адриану. — Пожалуйста. Не особо там и красота, если честно, — хитро улыбнулась она.

На рисунке всецело захватившим взгляд парня, был изображен он сам, как раз в тот момент, когда он устроил маленький концерт сидя на сцене. Особенно цепляло лицо с закрытыми глазами и пальцы, лежащие на губной гармошке. Именно эти элементы были буквально вычерчены и отлично показывали, что Вика тоже умудрилась получить свою дозу вдохновения.

— Так, давай туда залезем и делов-то! — приковал всеобщее внимание новый элемент в виде возбужденного крика Марты. Она стояла у одной из балок на сцене, на верхушке которой крепились софиты.

— Опасно. Нужно сходить за лестницей. Да и с ней все-равно будет тяжело. Тут метров десять, не меньше. — Говорил Сережа, уже давно прекративший ходить вокруг сцены. Видимо, что найти щиток ему так и не удалось. Теперь он стоял на середине сцены надеясь, что мелкая бестия не учудит ничего такого…

— Да ладно тебе! Сейчас все сделаю и моргнуть не успеешь! — Таки полезла Марта на балку.

— Стой, спускайся! Прекрати!

Марта игнорировала приказы здоровяка, просто молча и уверенно карабкалась под потолок сцены.

— Хоть бы все было хорошо, — тихо сам себе сказал Сережа.

— Куда она поперлась? — спросила подошедшая и забравшаяся на сцену к нему Вика. Алита снова вернулась к обсуждениям чего-то концертного к Джиму, а Адриан с Мари просто сидели и молча следили за развитием событий.

— К софитам… Я имел неосторожность сказать, что нужно залезть и посмотреть на их состояние.

— Не волнуйся ты так, эта мартышка ни за что не грохнется оттуда. Посмотри на нее. — Показала Вика рукой в сторону карабкающейся девочки.

— Эй! — ответила на услышанное Марта, которая уже, забравшись на балку, ползла до первого осветительного прибора на карачках.

— Сам же видишь.

— Я на месте! Что делать? — Окликнула Марта.

— Так-с… Софит повернут к тебе задней крышкой, это очень хорошо! Ты крепко там сидишь, надежно?! — пытался Сережа докричаться.

— Ну да! — разок подпрыгнула Марта на балке, уже сидя на ней.

— На задней крышке должна быть защелка, чтоб к внутренностям софита был доступ, поищи такую! Только аккуратно, крышка может просто отвалится, если она не на петлях!

— Сейчас! Вроде вышло! Тут куча каких-то черных штучек на зеленой пластмаске!

— Ты понял, о чем она? — Повернулась к здоровяку Вика, спрашивая.

— Да, элементы на текстолите… — ответил он ей и повернулся обратно. - Сильно пыльные?!

— Нет! Не особо!

— Эту зеленую пластмаску надо вытащить! Попробуй!

— Хорошо! Она крепко сидит, сейчас так вот! — Марта встала на балку и приложила усилие, чтоб вырвать плату софита. — Вот. Она у меня-я…! — Плата софита буквально на секунду оказалась в руках еще крепко стоявшей на балке Марты. Сережа не успел среагировать, а Вика лишь прикрыла рот от увиденного, чтоб не закричать. В момент Марта уже летела с балки на сцену вниз головой. Адриан и Мари поднялись от увиденного со скамеек, но не могли и двинуться. Алита стояла и что-то выкрикнула, выпрямив руку и только. Лишь Джим не растерялся в этот момент. Не отрывавший от бойкой девчонки взгляда, Англичанин рванул к сцене только заметив, как Марта чуть качнулась. Для остальных этот миг казался вечностью, но барабанщик уже стоял на месте предполагаемого приземления, наспех выпрямив руки и готовый ловить. Жаль только, что храбрость и реакция не позволили в полной мере рассчитать вес падавшей. Девочка приземлилась точно в руки Джима и повалила парня на сцену.

— Господи! — Крикнула Вика и быстро подбежала вместе с Сережей. Мари и Адриан подбежали следом. Алита так и стояла ошарашенная произошедшим. Джим лежал и стонал, а Марта просто испуганно осматривала все, что её окружает. Вика силой подняла её за руку и начала трясти, отчитывая и крича на нее, что есть мочи. Как приземлилась плата — никто и не заметил.

— Боги́! С вами́ все хорошо?! — Спросила Мари

— Да что тут может быть хорошего?! — Кричала Вика все не желая отпускать Марту. Та не особо и сопротивлялась. — Посмотри, что ты натворила!

Джим пытался подняться, опираясь на руки, но выходило у него это крайне плохо. Опираясь на правую руку, он стискивал зубы и стонал.

— Май хенд… Итс ейкин соу мач…

— Что он говорит? — Поинтересовалась Вика.

— Я только «моя рука» понял, — сказала Сережа.

— Он сказал, что его рука сильно болит! — подошла и вклинилась в разговор Алита. Она же и помогла подняться пострадавшему барабанщику. — Его нужно срочно в медпункт.! Я отведу.

— Помощь нужна? — спросил Сережа.

— Нет. — Успокоилась Алита и говорила тише. - Продолжай осмотр и следи, чтоб больше никто и никуда не лез.

— Понял.

Барабанщик твердо держался на ногах, но уходя он не отпускал свою ушибленную руку. Они с Алитой довольно быстро скрылись с поля зрения остальных.

— Кажется, что группа осталась без барабанщика… — Сказала Марта.

— Ты еще и шутить в состоянии?! Он тебе жизнь спас и из-за тебя он не сможет выступать!

— Не ори на меня! Ты мне никто, чтоб отчитывать!

— Да тебе все никто! Слушайся хоть кого-то! В следующий раз тебе может не повезти, а зная тебя следующий раз точно будет.

Марта замолчала после таких Викиных слов. Её взгляд опустился в пол, а язык завязался в узелок.

— Вот молчи и подумай. Тебе тут никто ничем не обязан. Пойди и извинись перед парнем и молись, чтоб ничего серьезного не оказалось. — Закончила Вика.

Сережа подошел и подобрал плату. Поправив очки, он начал осматривать злополучный элемент софита.

— Кусок текстолита откололся… И конденсаторы вспухли. Надо менять, — он положил плату в карман. — До второго сам уже доберусь, — говорил он непонятно с кем, глянув наверх.

Адриан и Мари стояли на сцене и не могли найти себе место. Поддерживала разговор с Сережей только Вика.

— Так и не нашел, где щиток?

— Не-а. Нашел только странную дверцу за сценой. Но, на ней замок. Кажется, дверца ведет под сцену и если там нету никаких комуникаций то… Вероятно нет уже нигде.

— Нету такого замка, который передо мной бы выстоял! — гордо заявила Вика, — показывай, где дверь.

— Может, проще попросить ключи у начальства?

— Проще. Но не так интересно.

— Смотри, чтоб потом нам за это ничего не было.

— Не бойся. Веди.

Сережа махнул рукой в приказе следовать за ним. Вика сразу пошла, а Адриан и Мари переглянулись, пожав плечами и тоже пошли за ними следом. За сценой, почти у ее основания, действительно находился вертикальный деревянный люк, запертый на довольно мощный замок. Сережа демонстративно показал на него рукой и начал чесать затылок, пока Вика присела, чтоб его осмотреть.

— Я ж говорила — пустяк. Дай мне секунд десять, — сказала Вика доставая из волос старомодную заколку-шпильку.

— Не откроет, — сказала Адриан Мари.

— Думаешь?

— Уверен. Одна — точно не откроет.

Вика вставила шпильку в замок и приложила немалое усилие, чтоб хоть что-то с ним сделать. Замок даже не щелкнул. Вика достала вторую шпильку, распустив свою буйную шевелюру, на что Адриан поднял удивленно бровь. В ход пошла и вторая заколка. Одной Вика пыталась повернуть замок по часовой стрелке, а второй водила взад-вперед. Наверное, пыталась что-то нащупать. Адриан тихо смеялся сзади.

— Чего он ржет?! — раздраженно спросила горе-медвежатница.

— Его забавляют твои потуги́.

— Ну, пусть тогда сам попробует! — Вика поднялась и вручила ему заколки, несильно толкнув в грудь.

— Поможешь? — спросил он у Мари.

— Хорошо.

Мари и Адриан присели у замка.

— Ага… Спроси у этой модели, ей сильно жалко одну заколку?

Мари быстро перевела.

— Нет. Не жалко.

— Отлично, — Адриан взял одну шпильку и разломал её ровно по середине. Одну из частей он согнул под девяносто градусов, а вторую сложил так чтоб она не проворачивалась в скважине. — Мари, держи, — протянул Адриан сложенную вдвое часть.

— И что мне с этим делать?

— Вставляешь в замок и со всей силы пытаешься прокрутить по часовой стрелке. Начинай. Вот сюда, — парень показал пальцем куда нужно вставить. Мари начала выполнять свою часть схемы. — А теперь смотри магию. Она даже покруче твоей будет, — Парень улыбнулся и резко провел своим «инструментом» по верхней части замочной скважины. Из-за усилия Мари, замок повернулся градусов на сорок.

— Работает! — удивленно сказала девушка.

— Еще раз, — снова Адриан провел по скважине и замок щелкнул, показав всем свои видом, что его прямое назначения с этой минуты не активно.

— Вуаля, — сказал Адриан повернувшись к Вике. Девушка надула губы и отвернулась.

— Не буду спрашивать, где ты этому научился, — улыбнулась ему Мари.

— Все там-же.

— Кто полезет? — Спросила Вика.

— Ну. Нужно же мне. Но я б туда пустил Марту, — Сказал Сережа

— Как видишь, она убежала…

— Я туда не пролезу.

— У меня клаустрофобия — сказала Вика, видимо чисто для того, чтоб просто не лезть. — Этого, — ткнула она пальцем во француза, — мы не поймем, даже если согласится.

Три пары глаз уставились на Мари.

— Куа?

— Мари… Тут такое дело… Никто из нас не может туда залезть и найти щиток. А ты, теоретически, можешь.

«Как бы сказал дядя Торус? „Братва, вы че, попутали?“»

— Оче́нь здорово́. Смотрите́, обязательно попрошу что-то́ взамен.

— Разумеется.

— Диаблэ, — Мари подошла к люку и встала на колени, просунув голову и упершись руками уже внутри.

Адриан подошел к Сереже и легонько ткнул его локтем в плечо. Не понявший что произошло Сережа обернулся на Адриана. Прямо в его хитрое улыбающееся лицо.

— Что? — Спросил он непонимающе.

Адриан лишь махнул головой в сторону люка, все не меняя выражения лица. Повернулся и Сережа. Увиденное ему явно понравилось. Форменная лагерная юбка и так была не особо длинной, а в той позе, в которой находилась Мари и вовсе оставляла мало места мужской фантазии. Сережа раскраснелся и отвернулся, а вот Адриан не торопился. Но увидев, что он один глазеет, таки решил превратить всю ситуацию в шутку. Выдохнув, он подошел к люку, повернулся спиной и сел оперевшись на одну из стенок основания сцены.

— Мари.

— Да? Что?

— Чего ты тут торчишь? Чего дальше не двигаешься? — держался он чтоб не засмеяться.

— Тут темно как в заду, — Адриан начал хихикать еще громче, — Не могу нащупать, куда лезть дальше.

— А нам тут очень уж интересный пейзаж открывается. Не двигайся подольше.

Послышался глухой удар внутри сцены. Мари быстро вылезла из люка и терла рукой ушибленное темечко. Адриан прикрывал рот кулаком, чтоб не рассмеяться вконец.

— Знаешь что, Морэ?

— Что?

— Ты будешь гореть.

— Несомненно. — Таки рассмеялся парень.

— Ну подумаешь… — Мари раскраснелась.

— Ладно. — Сказал Адриан, как его отпустило. — Давай я полезу.

— А чего сразу не полез?

— И пропустить такое? Ни-за-что!

— Выгоришь в ноль, — всё так-же смущенно ответила она.

— Подвинься, — Адриан подошел к люку и быстро нырнул в него ногами вперед. — Ого! — послышалось изнутри.

— Что?

— Да тут помещение в два моих роста. Немудрено, что ты не могла нащупать пол. Был бы фонарик.

— Нет его… Есть кое-что другое. Помоги спуститься.

— Похоже, что я понял. Давай. Лезь головой вперед. Я тебя поймаю.

— Смотри мне. — Мари снова полезла в подпол. В свете Люка Адриан тянул к ней руки.

— Не берись за руки. Ты почти с меня ростом. Давай я тебя просто придержу. За плечи там…

— Попробуй.

Адриан обхватил её, но понял, что у них так ничего не выйдет.

— Мари?

— А?

— Смотри, бабочка.

— Ты головой ударился, какая ба…? — Парень резко дернул. Мари лишь только и успела издать короткий крик, как уже стояла на ногах абсолютно невредимая и целая.

— Вуаля.

— Мог и предупредить!

— Так не интересно было бы. — Посмеялся Адриан.

— Отпускать будешь или еще так постоим? — хитро улыбнулась девушка.

— Ну да, прости. — Адриан отпустил Мари.

Та поправила одежду и тихо произнесла:

— «Люмикс». В её составленных рядом ладонях полыхнул синий огонек. Он был не ярче спички.

— Теперь это выглядит более захватывающе, нежели тогда, когда ты хотела меня убить.

Мари на секунду застыла смотря как светлячек отражается в широко раскрытых глазах парня. Следил он за ним очень внимательно и с легким восторгом улыбался.

— Я не хотела тебя убивать. Давай наконец-то найдем то, что нужно Сереже.

— Давай, — Адриан начал обходить подпол следуя за огоньком, который Мари пустила в свободный полет.

— Он сам или ты управляешь?

— Я.

— Понятно…

Огонек летал и освещал все, до чего только мог дотянуться. Вот только подпол состоял из пустоты целиком и полностью.

— Не густо…

— И не говори.

— Может, мы не там ищем?

— Не поняла?

— Ну. Давай искать не щиток, а то, что к нему ведет. Где-то должны быть какие-то провода там…

— Ты меня совсем за дуру держишь?

— Да я больше думал вслух… Сам себе установки давал. Не находишь что пользы от тех двух снаружи как-то маловато… — Пролетел светлячек мимо Адриана, на мгновение явив его улыбку.

— Не просто маловато… Она отсутствует. Такое чувство, что нам этот концерт нужен больше, чем им.

— Смотри, тут что-то есть! — сказал Адриан из полной темноты. Мари быстро направила туда огонек, который выдал в стене железную пластину со знаком молнии, на которой парень держал руку.

— Думаешь, оно?

— Либо оно, либо набор призывателя грозы.

— Боги… — Мари хмыкнула, услышав эту глупую шутку. — Как открывать будем? Не вижу тут ничего, за что можно потянуть, чтоб распахнуть этот волшебный сезам. Есть чем поддеть?

— Разве что ногтем… Но прям чувствую, что сорву. У Сережи нету отвертки или еще чего-то?

— Я не видела, чтоб он что-то с собой приносил.

— У меня есть… — Адриан достал с кармана второй кулон с надписью как у Мари, — но я ни за что его не испорчу.

— Опа! А второй кому?

— Не будь глупой. Со мной вчера два человека возились. И этот «второй» меня встретила прямо у порога.

— Алите целую гармошку отдал, а нам по кулону? — Сказала Мари тихо, но только спустя мгновение задумалась «насколько?».

Парень не ответил ничего, лишь продолжил:

— Поддень своей магией там. Ты ж все-таки демон.

— Ты меня, конечно, прости, но ради такого перевоплощаться…

— Очень скучный демон… — Адриан получил тычок в локоть. — Ладно. Хватит гипнотизировать эту штуку. Пойдем сообщим, что мы нашли и займемся наконец-то чем-то полезным.

— Как всегда прав.

Они подошли к выходу с подпола, что столбом света освещал хоть что-то в кромешней тьме.

— Я лезу первый.

— Это почему?

— С морально-этической точки зрения, не я же тут в юбке, — Начал Адриан вылазить из люка. Оказавшись на поверхности, он помог Мари выбраться, подав руку и буквально вытащил её.

— Что вы нашли? — Сразу Сережа подошел.

— И искали ли вообще? — хитро спросила Вика.

— Нашли то, что нужно́. Вот правда́ открыть не смогли. Нечем было́ поддеть.

— Хорошо. Теперь я хоть знаю, что щиток там. Спасибо вам, ребята.

— Пожалуйста, — Ответила Мари за двоих.

Компания вернулась на скамейки перед сценой. Адриан взял в руки все подарки, которые спокойно себе лежали на самой первой скамейке вместе с Викиным артбуком. Там и Алита вернулась из медпункта. Настроение её было явно ниже той отметки, куда минуту назад спускались Адриан и Мари.

— Что стряслось? — Спросил Сережа.

— Стряслось то, что у нас теперь нету барабанщика. У него сломана рука. И очень серьезно. Пока мы шли — она распухла, как не знаю что. Медбрат сказал, что его нужно как можно скорее везти в больницу.

— Ну и ну… — Ответила Вика в крайне несвойственной ей манере.

— А заменить? — Поинтересовался Сережа.

— Некем. У меня на примете нету никого, кто не то чтобы хорошо, а вообще хоть как-то играл на барабанах… Джим сам пришел с просьбой играть, а тут придется бегать и спрашивать каждого! Начнем с вас, вы не умеете случайно? — попыталась Алита вернуть себе хоть каплю уверенности.

Ответа не последовало. Алита утерла слезу, а Адриан не теряя не секунды к ней подошел. Он хотел положить руку ей на плечо, но она резко уткнулась ему в грудь, так что он аж руки поднял. Но парень мягко обнял девушку в ответ, спустя какое-то мгновение.

Мари само-собой захотелось отвернуться. Почему-то ей ужасно неловко и противно было наблюдать за этим, настолько что она сама и не поняла что начинала злиться.

— Моя идея рушится, и я не знаю, что делать… — сказала Алита, когда наконец-то от парня отпрянула.

Повисло неловкое молчание. Все метались взглядами, лишь бы только не пересекаться друг с другом.

— Алит. Ты меня прости, конечно, но у меня и свои дела еще остались. Если хотите, подключайтесь ко мне на пристани минут через пятнадцать. Как раз переодеться во все пляжное и так далее… У меня для вас будет маленький сюрприз.

— Неужели?! — С надеждой выкрикнула Вика, похоже догадавшаяся, что их там ждет.

— Придешь — узнаешь, — улыбнулся здоровяк.

— Уже бегу! — Умчалась Вика.

— Что это с ними? — Поинтересовался Адриан.

— Не буду раскрывать всех карт. Придешь — увидишь, — Ответила ему Мари максимально безралично.

— Куда приду? Вообще не понимаю.

— На пристань. Та, что на пляже, не тупи! — Сказала Мари громче обычного. Она быстро отвернулась, не поняв за что она сорвалась. Прекрасно знала что он ни слова не понимает.

Адриан поджал губы и уставился куда-то мимо всех, похоже его мысли в этот момент были далеко за пределами замечания Мари.

— Что случилось? — Выдохнула она успокоившись.

— Вот в моем виде только на пляж и ходить… Да и плавок у меня нету, там откуда я пришел их, знаешь ли, не выдают.

— Здесь выдают. А вообще — ну надень футболку. Подумаешь…

— О чем вы говорите? — Поинтересовалась Алита. Уж кому-кому, а ей точно было неприятно слышать их французские переговоры.

— А ты чего без переводчика́?

— Да как-то не до смартфона было.

— Понятно́. Убеди Адриана пойти на пляж. Не хорошо буде́т, если наш труд над свечами́ пропадет впустую́. — Нашла в себе силы Мари ей подмигнуть.

— Я и забыла про это, — Округлились Алитины глаза. — Еще ж вчера нужно было проверить, так?

— В принципе — так, — подтвердил Сережа, — но как ты помнишь — не срослось. Все! Через пятнадцать минут на пристани! — Скомандовал Сергей.

Все разошлись по своим домикам для скорого переодевания. Пятнадцать минут — оказалось не такой уж и большой цифрой, чтоб успеть вовремя. Пока Мари дошла, переоделась и собрала необходимое, пролетело уже двенадцать. Еще пять — спустится на пляж. Еще минута — раздеться до купальника. Но, как оказалось — она не одна пострадала от временного стиснения и на пристани с ней оказался только Сережа.

— Быстро ты.

— Старала́сь успеть.

— Я привык за эти дни, что всем нужно ставить более узкие временные рамки, иначе они вообще торопится не будут.

— В начальники́ записался́?

— Нет. Просто люблю, когда все оперативно. Пойдем исследовать склад?

— Ви. Может там что-то интересное найдется́. Где ключи́ взял?

— Вожатая любезно выпросила у начальства. Нам нужен только бензин.

Сережа достал ключ из сваленной, на скамейку на пристани, формы и засунул его в замочную скважину единственной двери на плавучем домике и та податливо щелкнула открывшись.

В помещении было очень темно, даже не смотря, на то, что снаружи было несколько окон. Вошедшая следом Мари быстро додумалась и нащупала выключатель, располагавшийся практически впритык к косяку двери. Свет в помещении показал, почему от окон было мало толку. Практически все пространство было занято двумя огромными цистернами с надписями «Бензин» и «Дизель» выведенные черным маркером.

— Надпись не заводская, — тихо сказал Сережа.

Мари захотелось закатить глаза.

«Будто я сама не догадалась.»

У цистерн стояли еще пару железных канистр, обильно покрытых ржавчиной. На них был выбит только объем — двадцать литров. Остальная «Свободная» часть склада была заставлена всякими полочками, столиками и прочими поверхностями, на которых было просто в огромных количествах нахламлено всякое. Некоторые вещи казались вообще абсурдно бесполезными и не стоящими хранения как, например, старый ржавый половник на одной из полочек или сломанная напополам удочка. Но все равно они тут были. Снизу каждой из цистерн был любезно, хоть и видно, что вручную, приделан краник.

— Хоть набрать топлива у нас проблем не вызовет. Возьму одну из канистр, — стукнул Сережа по ней. Канистра издала оглушительный, в закрытом помещении, звук, показав этим, что она пуста.

— Ви. Хорошо, — сказала Мари, поковырявшись в ухе после такого.

Сережа резко ударил себя по лбу.

— Куа? Куа стряслось?

— Я забыл про масло…

— Масло́?

— Да. Машинное масло. Надеюсь, что оно тут будет хоть какое-то.

— Зачем?

— В топливо подмешать. Скутер ведь не машина, в нем нету редуктора. Нужно мешать прям в бензобаке.

— Ви-ви, оче́нь понятно́.

Сережа подставил канистру под цистерну с надписью «Бензин» и открыл краник. Желтоватая жидкость начала медленно литься.

— М-да… Как раз будет время поискать масло…

— Как оно выгляди́т?

— Если оно в бутыле́ — то, чаще всего, это емкость какой-нибудь неправильной формы. На них еще часто прозрачная шкала в литрах есть. Ну, а если без бутыля, то… Ну, как масло выглядит, растительное, наверное, только намного темнее.

— Компри… Пошла искать…

Мари подошла к противоположным полкам от тех, где искал Сережа. Ей совсем не хотелось не то, что прикасаться ко всему этому хламу… Даже смотреть на него было противно. На полочках находились какие-то емкости со странными названиями, опять-же, в большинстве случаев написанные маркером или вообще — карандашом.

«Боги, что это все такое? „Солидол“. Мерзость… Что эти буквы значат? ВД сорок… Жидкая пена? А какая она еще бывает? Боги, улучшите мой русский. Вот какая-то здоровая бутыль. Класс, этикетка сорвана.» — Думала Мари, пока перебирала емкости. Она взяла последнюю увиденную бутыль и потащила её Сереже.

— Это оно́?

Парень молча взял её и открыл. Только потом он осторожно понюхал содержимое и улыбнулся.

— Нюхни, — сказал парень.

Мари осторожно понюхала жидкость. Запахло лимоном и мятой.

— Куа это такое́?

— Жидкость для стеклоомывателя. Мыло, только жидкое и со спиртом.

— А-а, понятно́. Ищу дальше, — вернулась Мари к стеллажу.

«Приятно пахло. Так что мы имеем еще? Хлам, хлам, еще хлам… А это еще что такое?» — погремела Мари чем-то находившимся в ржавой банке из-под консервов. Перевернув её и достав предмет Мари, уставилась на, казалось, монетку. Вот только украшена она была не номиналом или гербом какой-то страны, а лишь странными письменами и закорючками.

«Очень интересно…» — подумала Мари и обернулась назад. Убедившись в том, что Сережа занят, её глаза полыхнули фиолетовым светом. Все три.

«От нее веет чем-то потусторонним. Нужно её себе оставить. Потом покажу Диане.» — Мари закончила исследование и сжала монетку в руке.

— Нашел! Можешь не искать дальше. — Сережа держал в руке матово-серую бутыль. Мари почувствовала себя немного глупо, когда обернулась, чтоб посмотреть на точно такую-же на ее стеллаже.

— Бьён. Пойдем на свет?

— Да, пошли.

Выйдя, они захлопнули дверь, и Сережа закрыл её на ключ. На пристани все также никого не было… из их знакомых. Только один паренек стоял на платформе и пристальным взглядом изучал все, что на ней находилось. Осмотрел скутера, яхту…

— Здорово, Денис! — Паренек аж подпрыгнул, когда услышал свое имя. Он повернулся и Мари смогла его оценить.

«Длинные черные волосы, пробитая губа… Фанат тяжелого рока или эмо?» — подумала она.

— Привет, — тихо ответил Денис. Сережа подошел пожать ему руку и получил легкое пожатие в ответ.

— Сильнее руку жать надо! Что-то хотел?

— Да нет. Просто гулял… Вот интересно стало, — парень не мог оторваться от Мари, которая стояла позади.

— Ты ж на пляже. Сними рубашку, позагорай. Жарища такая.

— Да я… нормально.

— Ну смотри… — Сережа ушел к одному из скутеров, позволив Мари занять свое место.

— Как тебя зовут? — Спросила Мари вытягивая свою руку для приветствия.

— Д…Денис, — пожал её руку Денис в ответ, еще скромнее и легче чем Сереже. Парень смотрел куда угодно, но не Мари в глаза.

«Надеюсь, это скромность», — подумала она.

— А я Мари. Мари Круа. Буде́м знакомы́.

— Ты француженка?

— Ви.

— Но говоришь по-русски?

— Тоже́ ви.

— Крутя-як.

— Може́шь отпускать мою руку́. — Кивнула Мари и ухмыльнулась.

— Ой, — заставила она раскраснеться этого бледного паренька. Руку он убрал. — Ну я… Не буду вам мешать. — француженка лишь сопроводила Дениса взглядом. Он облокотился на перилла и уставился куда-то в море.

«Сто процентов — он творческая личность…», — подумала Мари.

Сережа же снова снял сиденье одного из скутеров.

— Ищешь как заправи́ть?

— Типа того. У него бак на пятьдесят литров, оказывается. И на такой объем нужно три с половиной литра масла. Слегка расточительно.

— Ви, клер.

— Мари, я все еще не понимаю французский.

— Примерно так-же́, как и я то, что сказал ты.

— Что, выходит — справедливо? — Глянул он на девушку и улыбнулся.

— Как-то́ так. — Улыбнулась и она.

Мари вспомнила про монетку в руке. На купальнике, к сожалению, карманов предусмотрено не было, так что «монетка» направилась в карман сложенной неподалеку юбки.

Со стороны эскалатора наконец-то показались знакомые лица. Адриан и Алита добирались до пристани держась за руки и хихикая. В руках парня находилась пляжная сумка, явно принадлежащая его спутнице, в цветах и радуге.

«Интересно, знает ли Алита про шрамы?»

Парочка как раз дошла до пристани и Адриан положил пляжную сумку на скамейку рядом с формой Сережи. Они снова со всеми поздоровались и принялись раздеваться. Алита оказалась в абсолютно обыкновенном закрытом лимонного цвета купальнике, даже с излишком закрытом, а Адриан, повернувшись ко всем спиной, снял форму, но тут же надел черную спортивную футболку и повернулся к остальным. Рыжие, выданные лагерем плавки, к слову, шли абсолютно всем, кого Мари в них успела увидеть за эти дни.

— Ты чего это? — спросила у него Алита, жестом показав на футболку.

«Все-таки не знает». — подумала Мари.

Парень на это лишь улыбнулся и пожал плечами, разведя руки. Так же он увидел, как Мари шлепнула себя по лицу и покачала головой.

— Ну что, ребят? Как тут ваши успехи, скоро можно будет прокатится? — кажется от плохого настроения Алиты осталась совсем крупица.

— Надеюсь, что так, — повернулся Сережа и поправил очки. — О! Еще один пляжник в одежде?

— Еще один?

— Тут Денис гуляет где-то, тоже спекается.

- Ну… — Глянула Алита на Адринана и сама не понимая почему тот не раздевается, но, так и не настроившиьс спросить, сменила объект внимания. - О! Вон и остатки подтягиваются., — показала она пальцем на Вику и Марту. Те, как только увидели, что Сережа копается в гидроцикле, рванули до пристани, что есть мочи.

— Мы ничего не пропустили?! — Спросила Вика, как только добежала, еле успев отдышаться.

— Нет. Всё еще такое-же неподвижное.

Вика и Марта тоже скинули лагерную форму. Купальник Марты был нераздельный и ярко-красный. Викин же, был тот-же самый в котором она спала тогда на яхте, серый и абсолютно неприметный. Вот только Вике, наверное, лишняя приметность была бы только во вред.

— А этот что, особенный? — глянула Марта на Адриана и ткнула в него пальцем.

— Не хочет… Не знаю почему, — Ответила Алита.

«Сейчас что-то будет» — подумала Мари, но решила не вмешиваться.

— Так надо заставить! — сказала Вика.

— Ты посмотри. С этой шпалы просто-так не стянешь. — Ответила Марта.

— Я подведу его к скамейке, а ты сзади снимешь.

— Девочки, может не нужно? — сказала Алита.

— Надо, Алита, надо.

Вика подошла к Адриану и легко подвела его к скамейке. Ошарашенный парень и не понял, что происходило, так что просто стоял с широко раскрытыми глазами. Коварная Марта забралась на лавку и быстрым движением, взяв за низ футболки, потянула к верху, но как только столкнулась с препятствием в виде Адриановых рук, быстро спрыгнула со скамейки и из-за того, что парень наклонился уже потянула вниз.

Марта несколько раз триумфально попрыгала с черной футболкой в руке счастливая и радостная ровно до того момента, пока не увидела, что же Адриан пытался скрыть. Она резко прекратила радоваться и кричать, а лишь застыла, закрыв рот руками, в одной из которых была футболка. Абсолютно у всех промелькнула мысль типа: «Марту? И так ошарашило?», но девочка все никак не отходила.

— Не надо было этого делать, Вика, — тихо сказала она.

— Да что такое?

Адриан посмотрел на остальных. Парень тяжело вздохнул и все-таки повернулся к остальным через левое плечо продемонстрировав рану, а потом и все остальное. Алита закрыла рот от удивления так же, как и Марта парой минут ранее. Вика удивленно подняла бровь и прикусила нижнюю губу. Даже Сережа отвлекся от своего занятия и был немного так удивлен. Одна лишь Мари улыбалась и ткнула Адриану «класс». Серьезный до сего момента парень улыбнулся и отвернулся.

— Какой кошмар… Кто это тебя так? — Спросила Алита, напрочь забыв, что он ее не понимает.

— …! — Присвистнула Вика. — Да тут полный комплект! Я думала, что у него только лицо исполосовано. — говорила она подходя ближе, чтоб внаглую уставится на каждый из шрамов.

«Вот блин… Её вообще чем-то поразить можно?»

Ей этого оказалось мало, и она выпрямила указательный палец с твердым намерением прикоснуться. Адриан поймал её руку на полпути и помотал головой мол «не надо».

— Мне точно нужно его вот так нарисовать!

— Так! О чем вы тут все говорите? — Спросил наконец-то Адриан, достигнув предела непонимаемых фраз.

— Ну, смотри вкратце, — сказала Мари, — Все в шоке, Вике понравилось.

— М-да, у нее «не все дома» да?

— Есть немного. Она сказала, что хочет тебя вот так нарисовать.

— Ну, пусть хочет дальше… Я пока на такое не готов.

Мари перевела все, что сказал Адриан.

— Тьфу, не готов он… Ну и ладно!

Сережа громко захлопнул сиденье гидроцикла и сел верхом на плавсредство.

— Готово?! — Спросила Вика, расплывшись в глупой улыбке.

— Скрести пальцы, чтоб было так.

Вика скрестила пальцы на обеих руках, Марта скрестила пальцы на обеих руках, даже Мари подключилась, сама не заметив этого. Сережа перед тем, как вставить ключ в замок зажигания, посмотрел на Мари и кивнул головой незаметно для остальных, продемонстрировав ключ. Мари улыбнулась, но покачала головой в отказе от такой чести первой завести гидроцикл.

«Сам сделал — сам и заводи».

Сережа вставил ключ в замочную скважину и повернул, закрыв глаза. Мотор издал оглушительный рев, метнув струю воды сзади гидроцикла.

— Уи-и! Какой класс! — прокричала Вика. — Можно мне, можно? Ну можно?!

— А ты умеешь им управлять? Он довольно старый.

— Разберусь по пути. Что там тяжелого?

— Смотри, чтоб потом у меня проблем не было. — Вынул Сережа ключ из замка зажигания и встал со скутера. — Если заглохнешь — больше не заведешь.

— Заметано! — Заняла Вика Сережино место.

— Кстати, топлива минут на пять.

— Чего так мало?!

— Чтоб кто-то не радовался больше положенного.

— Не, ну так не честно.

— Зато справедливо. Мало-ли что со скутером вообще случится может? Вот посмотрим, как они себя ведут — тогда можно и по плешку заливать. — Сережа отвязал скутер и толкнул его ногой, чтоб Вика не врезалась в пристань при первом-же прибавлении газа. Скутер отнесло метров на пять от пристани и медленно начинало прибивать к берегу. Вика повернула акселератор, но кроме оглушительного рева ничего больше не произошло.

— Э-эй!

— У него есть передачи! — Крикнул Сережа с пристани. — Поверни левую ручку вниз, чтоб не было холостых!

Вику унесло настолько далеко, что никаких щелчков и в помине не было слышно, но все поняли, что все исправно, когда гидроцикл рванул с места навстречу горизонту. Все на пристани восторженно смотрели на то, как Вика носится по воде и закладывает повороты. Один лишь Сережа чесал затылок.

— Что случило́сь? — поинтересовалась Мари.

— Две вещи: если она будет так гонять — то там не на пять минут топлива, вторая… я хотел, чтоб ты первая покаталась.

— Мерси боку за твой такой жест. Я довольна тем, что в его работе́ — показала Мари на скутер, — есть часть моего труда. Хочешь удивится?

— Чему?

— Посмотри на «обрыв».

Видать рев двигателя был достаточно громким, чтоб заинтересовать остальной лагерь. Весь «обрыв» был забит зеваками, которые переговаривались и тыкали пальцами на Вику, катающуюся на скутере.

— Здо́рово. — Улыбнулся Сережа. — Вот только есть одно «но».

— Какое́?

— Скутер сейчас заглохнет…

Сережа как в воду смотрел, и скутер Вики действительно заглох. Теперь она мотала руками где-то метрах в двухстах от пристани, видать яростно что-то крича.

— Что буде́шь дела́ть?

— Снова два варианта — поплыть и заправить её, ну или… Прилив сегодня в нашу сторону, — улыбнулся Сережа и заставил посмеяться Мари.

— Второй вариант лучше́.

Вику действительно очень медленно прибивало к берегу. Зато уверенно. Все зеваки начали смеяться при виде дрейфующей девушки, а кто-то даже начал спускаться, чтоб посмотреть внимательнее.

У Сережи всё-таки не выдержало сердце, и он заправил второй скутер, на который он сам и сел, предварительно отвязав его и оттолкнувшись. Положив под сиденье бутыль с маслом и впихнув как-то канистру, здоровяк поплыл к Вике с целью её заправить, так и не удержавшись перед отплытием громыхнуть двигателем на потеху толпе. Мари наблюдала за этим с пирса вместе с остальными. Адриан стоял рядом с Алитой, а Марта стояла на самом краюшке платформы, стараясь не упустить ни единого момента той крайне неуклюжей заправки. Компанию на пристани пополнила Диана, узнав, что во всем этом представлении замешан её отряд.

— И что тут происходит, раз целый лагерь собрался посмотреть? — Спросила она.

— Сережа! Он починил скутеры! А потом Вика…! Потом она там застряла! — пыталась Марта передать все свои впечатления.

— Таки починил? Молодец… Рада что вы тут развлекаетесь. Надеюсь, без жертв?

— Без.

— Ага, как же, без… — Встряла Алита.

— Не поняла. — Насупила вожатая брови

— Марта сегодня отмочила просто отличный номер!

— Что случилось?

Марта со всей злобой смотрела на Алиту и мысленно приказывала той заткнуться, но у нее ничего не выходило.

— Она сломала руку моему барабанщику! Из-за нее концерт может быть сорван. По сценарию все крутится вокруг группы, которая теперь неполная.

— Руку сломала?! Ты беспокоишься за группу, когда у одного из отдыхающих рука сломана?!

— Но…

— Вы обе! За мной!

— Но, — возразили уже обе.

— Без «но»! Одевайтесь и бегом за мной! — Скомандовала Диана крича.

Пока девочки одевались в форму, Адриан достал что-то из кармана форменных шорт, лежавших на скамейке.

— Диан, можно вас на секунду?

— Что такое, Адриан? Видишь, сейчас не лучшее время, — продолжила она на французском.

— Вижу, но я обязан, — протянул Адриан второй из двух кулонов, сделанных из монет.

— Что это? — смягчилась Диана, когда увидела и прочитала надпись.

— Просто… Спасибо вам.

— Диан, вам только что именинник сделал подарок, — демонстративно Мари показала и свой кулон, — Вы обязаны его принять.

— Именинник? — смотрела Диана на все это глупым взглядом от переизбытка информации.

— Ну, так вышло, — Адриан почесал нос. Диана заметила и на его шее кулон. Да и вообще! Он на пляже без футболки. Где она была весь день, раз столько всего пропустила? Вожатая обняла Адриана со всей силы.

— Я очень рада, что ты нашел своё место среди всех.

— Благодаря вам, — улыбнулся парень, — ну и еще кое-кому, — тихо дополнил он.

Мари так и не поняла кого он имел в виду, но искренне надеялась, где-то в глубине, что именно её.

— Мы готовы, — сказали переодевшиеся девочки и ждали распоряжения Дианы.

— Можно я с ними пойду? Я там был, видел что да как произошло. — спросил Адриан, смотря то на Диану, то на Алиту.

— Можно. Бегом переодевайся, и двигаем.

Мари сопровождала взглядом уходивших вожатую и остальных, пока оба скутера приближались обратно к пристани.

— Это было круто! — прыгнула Вика на платформу, — Немного подло, но все же очень круто! А куда все делись? — Удивилась девушка, когда обнаружила только Мари.

— Конселье пришла ваша́ и забрала их.

— Чё пришла?

— Диана́. Пришла и забрала́.

— Почему? — подошел Сережа, привязавший скутеры к пирсу.

— Алита́ припомнила Марте́, что та сломала́ руку́ тому парню́ на сцене́. Вот Диана всех и забрала, чтоб разобраться.

— Понятно. Ну что-ж, бывает, — Ответила Вика пожав плечами.

— Марте точно после всего будет плохо… — сказал здоровяк весьма мягким тоном. — Она, конечно, заноза, но тебе её совсем не жалко?

— Ты не живешь с ней в одном домике. Нет, не жалко. Может, наконец-то, хоть что-то на нее повлияет.

— А если выгонят?

— С чего это? Она ж не специально сломала руку этому… То́му… Или как его там?

— Джиму.

— Точно.

— Главное, чтоб Алита не начала рассказывать все в мельчайших подробностях.

— А она может?

— Ну… Скрупулёзность ей присуща, — поправил Сережа очки.

— Чего?

— Говорю, любит порядок и все чтоб по плану шло.

— Вот ты специально это говоришь, чтоб я переживать начала? — Сказала Вика после выдержанной паузы.

— Ву? Пережива́ть? — Хихикнула Мари.

— Еще получить хочешь? — злобно зыркнула Вика.

— Еще? — Удивленно спросил Сережа. Вика поняла, что взболтнула лишнего.

— В общем… Предлагаю пойти и найти их, пока дело действительно не закончилось тем, что кого-то выгонят. — Постаралась Вика перевсети тему как можно быстрее.

— И куа ты сделае́шь?

Злоба в Вике кипела буквально с каждой фразой Мари.

— Действительно. Доверяй Диане больше. Она никого в обиду не даст. Разве ты в этом не успела убедится?

— Да ну вас… Сама все сделаю! — Ушла Вика к скамейке с формой.

— Как думаешь? Сделает?

— Врят ли́… — сказала Мари, чуствуя что её настроение как-то внезано сошло на «нет». Резко закружилась голова.

— Вот и я хочу так думать…

Вика, надев лагерную форму, быстро ушла как раз навстречу толпе, которая шла, наоборот, к пристани. Вот только всё настроение и целеустремленность сбил обеденный горн.

— Как-то рано что ли… Ну да ладно. Есть хочется — прям кошмар.

— Ви. — Продолжала отвечать Мари односкладно и устало.

Даже не смотря на состояние, ей было забавно наблюдать, как толпа отдыхающих развернулась под тяжестью измененных приоритетов и пошла обратно на эскалатор. Сама Мари быстро надела форму и пошла в ту же сторону.

— Подожди!

— Ви. Что ты хотел?

Сережа начал тереть затылок.

— Тебе… есть чем заняться после обеда? Просто… тут бывает довольно скучно… И…

«Ты мне уже начинаешь надоедать… Жаль, что делать действительно нечего… Эх, ладно…»

— Но. Нече́м.

— Хорошо. То есть…! Плохо! Я хотел сказать… — обильно жестикулировал парень.

— Я поняла. Я снова сюда приду.

— Мари… С тобой всё хорошо? Бледная какая-то.

— Всё бьен, не обраща́й внимания́, — потёрла девушка глаза.

— Давай тогда встретимся у мастерской?

Мари молча кивнула и продолжила свой путь.

«Был бы способ узнать кто тут настоящий… А то трачу тут время непонятно на кого… Все ж просматриваются и воспринимаются живыми… Даже та тварь с леса…»

— Мари! — Вывели её из раздумий уже на площади. Соседка по лагерной жизни улыбалась своей широкой улыбкой в приветствии.

— Снова́ Бонжур, Марго.

— Что с настроением?

— Все нормально́.

— По тебе не скажешь. Бледная еще какая-то.

«Еще одна…»

— Расскажи лучше́ как ты. — Сказала Мари, когда девушки уже зашли в столовую.

— Я? Да бегаю туда-сюда; помогала сегодня в клубе программистов, — девушки взяли по подносу, — А так… Ничего интересного. Хотела пойти на пляж, как услышала этот шум, на который весь лагерь сбежался. Кстати, не знаешь, что это было?

— Знаю́. Гидроцикл. Точнее́ два.

— Что-что? — Отдала свой поднос Рита.

— Ну, та штука́ на которой по воде быстро плаваю́т.

— А. Те, что Сережа вызвался починить?

— Угу, — Теперь уже Мари отдала свой поднос.

— Значит, у него все вышло? Молодец. Как думаешь, разрешат покататься?

— Если́ у Сережи́ не отберут ключи, то спрашивать нужно будет у него.

Девушки забрали свои подносы с едой и направились за столик. Времени с завтрака прошло достаточно, но есть не особо хотелось. Мари лениво ковыряла вилкой в тарелке.

— Точно с тобой что-то не то. Расскажешь?

— Нечего рассказыва́ть. Мне просто скучно́.

— А я уж подумала, что это из-за того паренька, который подсел к тебе, когда я ушла, — провела Рита у себя на лице вертикальную линию на глазу, — Как его там? Андрон? Адрэн?

— Адриан.

— Во, точно! Ничего такой, если честно. Он же капитаном был на соревнованиях?

— Ви. Он.

— Мари, точно все хорошо?

— Ви, — оперлась Мари локтем о столик.

«А ведь действительно, плохо…» — Только и успела подумать Мари.

Глаза раскрылись сами собой и яркий свет, отбитый от белого потолка, никак не поспособствовал хорошему пробуждению. Мари попыталась подняться, но из этого мало что получилось. Слабость в теле была невероятной.

— О, проснулась? — послышался мужской голос и русская речь.

— Ви. Что произошло?

— Ты перегрелась. Солнечный удар. Долго на пляже была?

— Не скажу, что долго́…

— У тебя температура. Лежи, отдыхай. Похоже, что все активности для тебя на сегодня закончены.

Мари протерла глаза и наконец-то посмотрела на мир более внимательно. Медбрат сидел за столом и что-то заполнял, и даже когда говорил — никогда не поворачивал голову. Мари казалось, что он был чем-то недоволен.

«Что? Любовницу пришлось выписать?»

— А где Юля́? — Мари обнаружила себя в единственной койке, справа от письменного стола.

— Пришлось досрочно выписывать. Но ничего. С ней уже все хорошо.

«И даже лучше, чем было…»

— Понятно́.

Повисло молчание. Мари приподнялась в кровати как смогла, чтоб сесть поудобнее.

— Что, неудобно?

— Но.

— Хорошо тебя понимаю.

«Это сарказм сейчас был?»

— А вообще, — француженка, говорящая по-русски — это что-то новое.

«Ну да, давайте, кто следующим мне это скажет?»

— Стараю́сь

— Держи, — протянул медбрат какую-то таблетку и налил стакан воды с графина на столе.

— Куа это такое?

— Жаропонижающее, легче станет, — сказал он это без тени улыбки, — А еще попроси кого-то принести тебе чего-то сладкого попить. Чаю там… еще чего-то… Твоему вожатому всё рассказали.

— Понятно́.

— Вот и хорошо.

Помолчали они какое-то время.

— Кто-то… заходил?

— Да. Очкастый парень, здоровый такой. Никита заходил, забрал Юлю и про твое самочувствие спрашивал. Его сестренка, так вообще, тебя будить начала. Еле успокоили. Еще один младший был… Не знаю, как его зовут. Говорил, что будет тут сидеть тебя и защищать. Так и сказал.

— А. Ну я поняла… — Взялась Мари рукой за глову.

— Всё.

В дверь постучали.

— Не удивлюсь, что тоже к тебе пришли. Заходите! — крикнул медбрат.

В медпункт зашел Адриан. Он помахал медбрату рукой и встал, как вкопанный с широко раскрытыми глазами, когда посмотрел на койку не успев пройти и четырех шагов. Дыхание Мари вновь участилось, голова закружилась опять.

— Опа! Ты что тут делаешь? — спросил тот удивленно.

— Вижу, что даже тебя можно удивить. Перегрелась. Вот я и здесь.

— Поня-ятно.

— Ребят, хватит тут матерится, — сказал медбрат, не понимающий речь этих двоих.

— Ви, — сказали оба. Адриан сел на койку и снял рубашку. Мари убрала ноги, позволив ему сесть комфортнее.

— Тебе ж сняли повязку…

— Этот, сказал прийти еще раз за сегодня. Вот я и тут.

Медбрат подъехал на кресле и начал осматривать плечо. Чем-то его смазав, он отъехал обратно и принялся снова писать.

— Можешь сказать ему, чтоб одевался.

Мари перевела.

— Какой-то странный этот медбрат… — Говорил парень, пока надевал рубашку.

— Он спит с одной из отдыхающих. Конечно, странный.

Адриан снова застыл.

— Да ладно? А ты откуда знаешь? Или это т…

— Нет! Ты чего, головой ударился? Подсмотрела одной ночью, когда… когда, за всем лагерем подсматривала.

— Круа… Чем больше узнаю, тем больше поражаюсь… А что ты еще любишь?

— Много чего. — живот Мари предательски заурчал.

— Голодная?

— Не-а… Есть не хочу…

— Охотно верю. Когда лихорадит — вообще ничего не хочется.

— Но вот от чая не откажусь. Попрохладнее, — Улыбнулась Мари.

— А чего я? У меня дела знаешь ли… К концерту готовлюсь.

-… — Помолчала Мари какой-то миг. — А ради Алиты сорвался к Диане давать показания. — Пробурчала она еше слышно, но… Всё-таки достаточно.

— Мари… что с тобой? — И он сказал не сразу.

— Не обращай внимания. — Постаралась она перевести тему. — Выступать собрался?

— Типа того… — Помялся Адриан еще какое-то время, но решил не продолжать расспросов. - Это должно быть секретом и полной неожиданностью…

— Вот как?

— Именно так. Больше ни слова тебе не скажу.

— Ладно. Но знай, что я в любой момент могу прочитать твои мысли.

— Мне спокойнее жилось без этой информации… — Адриан поднялся с койки и заправил рубашку в шорты. — Прости, меня ждут.

— Подожди. Что теперь с Мартой будет? Ты в курсе?

— Я не знаю русского в той степени, чтоб понять, о чем они там говорили. Я был чисто как поддержка.

— Поняла. Ну ладно. Иди.

— Поправляйся, Мари. — Сказал Адриан уже на выходе, перед тем как захлопнуть дверь.

Мари снова вытянула ноги и уставилась в пустоту.

— Интересный малый, — сказал медбрат.

— В каком смысле́?

— Знаешь, как-то раз один известный бандит сказал: «Пуля очень многое меняет в голове, даже если попадает в задницу». Вот интересно, каким он был до всего этого…

— Загадка́. Он неохотно говорит.

— Неудивительно. — Взял медбрат драмматичную паузу. — Зато удивительно другое.

— Куа? — устало спросила Мари, будто на автомате поддерживая разговор.

— Ты как эмоциональная азбука, честное слово. Пока вы общались, у тебя настроение три раза сменилось. У тебя часто так?

— Но… — Ответила Мари.

— Значит только с ним… — ухмыльнулся медбрат. — Может тебя не только солнечный удар свалил, но и стресс где-то погулял?

Мари на это ничего не ответила, лишь лишний раз попытала деть куда-то и без того свой потерянынй взгляд.

В дверь снова постучались.

— У меня сегодня какой-то аншлаг… Войдите!

В дверь вошли Диана с Сережей. В руках вожатой ютился поднос с четырьмя чашками.

— Мы проведать. Можно, Макс?

— Да можно-можно. Хоть бы мне захватили, за аренду помещения, — посмотрел медбрат на чай.

— Так я и захватила. Отвлекись на чаёк.

Удивленный медбрат легко улыбнулся.

— Спасибо, Диан. Мне приятно. Ставьте на стол свой поднос, — Макс убрал небольшую стопку бумаг. Поднос приземлился и все быстро схватили по своему стакану с чаем.

— Ты как? — поинтересовался Сережа.

— Ту ва бьен. Голова кружится, да и слабо́сть небольшая правда́…

— Давно очнулась? — спросила Диана у того, кто откликнется первым. Это оказался Макс.

— Минут пятнадцать назад. Всего она провалялась… часа три…

— Воу, — отреагировала Мари. — А кто меня принес?

— Я и принес, — сказала Макс, перед тем, как отхлебнуть, — ты, кстати тяжелее чем кажешься.

— Мерси, конечно…

— Па дью ту, — ответил медбрат.

У Мари перехватило дыхание и затряслись руки.

«Он что, понял, о чем мы с Адрианом разговаривали?»

— Знаете французский? — поинтересовался Сережа.

— Довелось учить. Сначала школа, потом университет…

«Мне конец…»

— А почему Луи не пришел? — Поинтересовалась Мари, но Диана на это лишь махнула рукой.

— Не жди от него чего-то… вообще ничего не жди. Он неисправим.

— Клэр… Диана?

— М?

— Как закончилось с Мартой и Алитой?

— Не очень хорошо. Марту ждет разбирательство уже после смены. У Джима… Что там у него?

— Судя по всему — трещина, — сказал Макс, — вот только непонятно где… В любом месте от кисти и до локтя. Рентгена тут нету, так что точно я не могу сказать.

— Бедняга, пацан… Наверное, долго не сможет стучать теперь… — Сказал Сережа

— Довольно-таки. Поэтому разборок не миновать… Отец у Джима оказывается очень известный музыкант и группа там какая-то, которая стадионы собирает только так… — Говорила Диана.

— А как фамилия, может я знаю? — Сказал Сережа.

— У Джима?

— Больше интересует у отца. У него сто процентов псевдоним…

— У Джима я точно знаю, что Мур.

Сережа задумался и начал перебирать известных музыкантов с такой фамилией.

— А имя отца знаете? Не Роджер случайно?

— Не случайно. Роджер.

— Мда… С нами отдыхает сын Роджера Мура… Да, я с пяти лет мечтал на концерт «Квиксильвер» попасть. Его батя такие партии на барабанах выдает… Среди фанатов ходит слух, что каждая его рука застрахована на пять миллионов фунтов. Обожаю все, что связанно с роком. — Уставился Сережа в чашку.

— Вот так дела… Бедная Марта…

— А кто у нее отец или мать? Не знаете?

— Кажется или банкиры, или что-то с недвижимостью… Точно не могу сказать.

— Понятно. В общем — деньги тоже водятся.

— Еще бы. Тут все с день… Ой… — Запнулась Диана вспомнить про сидящего рядом Сережу. - Прости, я забыла.

— Да ничего.

— Опа, я тоже думал, что тут все богатенькие, — сказал Макс. — Расскажешь, как ты сюда попал?

— Да ничего особенного. Спаял один агрегат для автодиагностики в школе. Мне говорили — патентуй-патентуй. Ну я и запатентовал. А вышло так, что эта штука еще и на одной олимпиаде засветилась. Я её выиграл, а призом была путевка сюда.

— Молодчина! Вот это я понимаю — интересный случай, — положил медбрат руку на плечо Сереже.

— Спасибо, — улыбнулся парень. — А ты Мари? Ты ни разу не рассказывала.

— Мне папа́ предложил… Вот и все. — Посмотрела Мари на Диану.

— И кто твой папа́? — поинтересовался Макс.

— Детектив… Маман — нотариу́с.

— Как-то простенько…

— Эх Макс-Макс, ты про Круа ничего не слышад никогда?

— Про эту французскую семью-мафию? Кто ж не слышал? Они везде в Евросоюзе укоренились на хороших должностях.

— Ви, так и есть…

— Погоди. Ты хочешь сказать, что ты Круа?

Мари помахала ему и легко улыбнулась.

— Ого… Я думал, что вы выдумка, а оно вон как.

— Вполне реальна́

— Кому еще можно косточки промыть? — Хитро спросила Диана.

— Вика — вроде что-то интересное… — сказал Сережа.

— Ну, то, как она рисует…

— Она ненавидит это всем сердцем. Но продолжает рисовать…

— Почему?

— Семья — известные художники… Там от прадедов, которые еще царей-императоров рисовали, до современности. Она все детство убила на рисование, а вместо мягкой игрушки у нее был набор красок… Как-то так. Фамилия — Демьянова.

— Слышала о таких… — подтвердила Диана. А Никита?

— Ни малейшего понятия. Он со мной разговаривать не спешит.

— Я замечала, — задумчивао сказала вожатая. — Кстати, он боец в клубе «Фаланга». Он сам это говорил.

— Увы, я кровавый спорт не люблю, — Сказал Сережа. Макс тихо кивнул.

— А Юля? — Поинтересовалась Диана.

— Юля — дочка президента федерации, которая устраивает бои без правил. Она входит в тройку самых крупных в мире. — Сказал Макс. Все на него посмотрели. — Что? Она тут два дня лежала. Было время поболтать.

«И не только.»

— Кстати, только сейчас стало интересно, — снова заговорил Сережа, — А откуда Алита столькими инструментами владеет? Сто процентов кто-то из родственников — музыкант.

— Знаешь, если ты не в курсе, то сомневаюсь что кто-то знает больше, — сказала Диана.

— Я даже не додумался фамилию спросить у нее. Да и имя интересное. Вы не знаете кто она, тут, по бумагам?

— На «с» как-то. — Сказал Диана вспоминая.

— Какие музыканты есть на «с» отечественные… Сарматова?

— Точно нет.

— Серпухова?

— У-у, — покачала Диана головой.

— Сухарёва, Севастьянова?

— О! Севастьянова. Точно тебе говорю.

У Сережи, казалось, запотели очки.

— Дочка фронтмена группы «Ночь».

— Это типа круто?

— Долг каждого дворового музыканта — выучить как можно больше песен этой группы. У меня три плаката дома с разных концертов, которые мне мои везучие друзья привезли. Да я как услышал их песни впервые, то у меня одно из желаний всей жизни — получить автограф Григория Севастьянова.

— Вот у тебя великолепный шанс получить автографы всех участников сразу.

В дверь постучали.

— По-моему, это рекорд, — сказал Макс и добавил — Войдите!

В медпункт зашел Денис, держась за указательный палец.

— Что с тобой, дружище? — поинтересовался медбрат.

— Порезался немного… Болит…

— Покажи.

Денис показал подушечку указательного пальца в крови. Там был длинный узкий порез.

— М-да, неприятно, но не смертельно, — Макс отъехал к шкафчику с медикаментами, достал оттуда пластырь и мазь. Через минуту дело было сделано.

— Что-то еще хотел?

— Нет…

— Присоединяйся к нам. Расскажешь откуда ты и чем занимаешься.

— Я пас… Может в следующий раз, — тихо ушел Денис.

— Интересный малый… — сказал Макс.

— Постоянно такой, — подтвердил Сережа.

— Хочется ноги́ размять.

— Ей можно? — Спросила Диана

— Ну, она ж не больная… Просто пусть кто-то прогуляется вместе с ней. Спать я её отпущу в домик.

— Сережа, составь компанию Мари, — скомандовала Диана, вызвав на себя резкий взгляд последней.

«Интересно, она хоть задумывалась, что все здесь могут быть иллюзиями?»

— С удовольствием. Мари?

— Ви, пойдем хотя-б на площадь, — Мари поднялась с койки и чуть шатнувшись встала ровно. Сережа хотел её поддержать, но лишь наткнулся на: — Не нужно́. Я сама.

Диана сгребла пустые кружки на поднос, а Макс вернулся к заполнению боги знает чего за свои столом. Выйдя из медпункта, Диана направилась с подносом в сторону столовой, а Мари и Сережа в сторону ближайшей скамейки.

— Как ты себя чувствуешь? — Не знал он как начать разговор.

Мари уселась на скамейку и сказала:

— Нормально́. Голова немного кружится правда. Удивляюсь, как тебя не стукнуло́.

— Что стукнуло?

— Ну раз солнечный удар, значит он стучит?

— Не совсем, — потер Сережа затылок. — Да я постоянно то под крышей, то в яхте… Кстати, начальник смены просил к нему зайти. Диана передала.

— Так зайди. Я тут подожду.

— Да ладно, — махнул Сережа рукой, — подождет.

«Рыцарь нашелся…»

— Иди-иди. Может что-то важное.

— Лишь бы ключи не отобрал… Думаешь надо?

— Конечно надо́. Иди.

— Ну ладно, скоро буду. — Сказал Сережа, перед тем как уйти.

«Блаженство. Так! Что мне теперь делать с медбратом? Стереть ему память о нашем с Адрианом разговоре? Не думаю, что кто-то обратит на него внимание. После прогулки вернусь в медпункт и сотру.» — Подумала Мари. Думалось плохо из-за ритмичного стука на соседней лавочке. Мари обернулась, чтоб посмотреть, что же за «дятел» там поселился. Дятлом оказался тот самый парнишка с пристани.

«Денис, кажется»

Денис самозабвенно и очень уж громко отстукивал ритм ногами, еще умудряясь прищелкивать пальцами на одной руке и стучать другой по скамейке. Может кому-то это и понравилось бы, но раздражение Мари все нарастало и нарастало.

— Диябле, арре ду фраппи! — громко сказала Мари куда-то в пустоту, взявшись за опущенную голову руками. Стук прекратился.

— С тобой все хорошо? — Услышала Мари самый безразличный тон из всех, что слышала ранее. Мари подняла голову и увидела Дениса, колечко в губе которого, противно сверкнуло на закатном солнце.

— Ви. Нормально.

— Чего не в медпункте? Я там тебя в последний раз видел.

— Погулять захотела́.

— Ясненько. Ну ладно тогда, — собрался Денис уходить.

— Подожди.

— А? — обернулся паренек.

— Просто… подумала́, что вижу тебя всегда одним.

Паренек пожал плечами.

— Ты… Любишь стучать?

— Странно немного звучит… Но можно и так сказать. Люблю ритмику. Она завораживает. Иногда…

— Не когда у тебя болит голова, — Сказала тихо Мари.

— Тут я с тобой согласен, — подтвердил Денис, хорошо все услышав. — Но иногда прям хочется кого-то позлить. Не сейчас, правда, так что прости, что стучал. — Сложил паренек руки за спиной и глянул Мари прямо в глаза.

Мари легко улыбнулась, смутив паренька еще сильнее.

— Что?

— У меня для тебя есть просто́ шикарная́ возможно́сть позлить своим стуком весь лаге́рь.

— Да? — воодушевился Денис. — то есть… Я как бы и злить никого не хочу, но…

— Да я поняла… Дай мне руку, — Мари протянула руку пареньку.

— Зачем?

— Встать помоги.

Денис боязненно подошел, и помог встать Мари со скамейки. Она снова качнулась.

— Точно все хорошо?

— Ви. Пойдем.

— Куда?

— Увидишь.

Денис молча сопровождал Мари до пункта неизвестного ему назначения. Пунктом оказался музклуб, с которого доносился какой-то легкий гитарный перебор. Мари открыла дверь, и они с Денисом зашли. Вдоль стен клуба были постелены матрасы, на некоторых даже были подушки и одеяла. Адриан сидел на одном из таких матрасов, оперевшись спиной о стену и наигрывал тот самый перебор. Алита сидела за барабанной установкой недалеко от него. Ей явно было невесело и задумавшееся лицо девушки-оркестра было тому подтверждением. Она обратила внимание на зашедшую Мари. Адриан тоже глянул, не прекращая играть свою мелодию.

— Мари, привет? — Удивленно произнесла Алита. - Ты чего-то хотела? И кто это с тобой? Проходи, садись куда хочешь, места навалом.

— Мерси, но я, кажется, нашла вам барабанщика.

— Вот как? — Алита рассмотрела наконец-то кого же там Мари привела, — Денис? Ты умеешь? И молчал?

— Не умею, — ответил парень.

— У него отличное чувство ритма́.

Алита встала и подошла к Мари и Денису.

— Вот как? Жалко, что этого маловато… Упражнения еще нужны, да и желание.

— Так сколько́ еще времени́?

Алита быстро посчитала.

— Полных девять дней.

— Этого мало́?

— Нет. Чтоб научится играть партии для наших песен — этого вполне достаточно. Денис?

— Д-да?

— Хочешь научится играть? — Улыбнулась она пареньку. - И вообще, хочешь сыграть на концерте?

— А выйдет?

— Это я тебе скажу через пару дней. Будет тяжело, руки будут болеть, но, если все получится — узнаешь кайф игры в группе. Гарантирую, когда слышишь синхронный звук нескольких инструментов — это прям ух!

— Тогда хочу, — отрывисто раскивался Денис, явно купленый Алитиной презентацией.

— Вот и отлично. Можем начать прям сейчас.

И снова Мари улыбнулась своей очередной маленькой победе. Ровно до того момента пока приступ слабости не сковал все тело и не превратил его в тяжеленный мешок. Испуганная Алита только и успела крикнуть:

— Адриан, бузон д эд!

Парень быстро подскочил.

— Се куа си пассэ?!

Похоже, что знания французского Алиты на этом моменте иссякли и Адриан присел на корточки. Убедившись, что Мари в сознании парень с облегчением выдохнул.

— Чего ж с тобой проблем столько? — услышала Мари мужскую спокойную и успокаивающую, французскую речь и почувствовала, как её поднимают. Адриан положил её на один из матрасов и сказав «Фьюф» сел рядом. Мари открыла глаза.

— Ты чего это? — послышалось от Алиты испуганно.

— Перегрела́сь. Это не в первый раз за сегодня.

— Бедняга. Может, чаю хочешь?

— Но. Все нормально́. Мерси. Ты смотрю Франсе подтянула́?

— Чуть-чуть совсем.

— Ну, хоть что-то.

Мари приподнялась, держась за голову.

«Я ж там Сережу оставила…»

— Как же хорошо, что она на меня тогда не грохнулась, — сказала Денис.

— Я все слышала́.

Денис пожал плечами.

«Вот мелкий уродец. А я уже подумала…»

Алита увела нового ученика и посадив за барабанную установку, дала ему время привыкнуть, уйдя куда-то в подсобку.

— Ты чего шатаешься по лагерю в таком состоянии?

— Не могу там сидеть. — Глубоко отдышалась Мари стараясь унять головокружение и нормализовать сердечный ритм. - Представляешь… Медбрат, он понял, о чем мы болтали.

— И что? Вроде-бы ни о чем таком… — задумался Адриан.

— Я тебе сказала, что он спал с отдыхающей.

— А! Оу… Что делать будешь?

— Сотру ему память. Только теперь церемонится не буду.

— Рад, что стал исключением. — Хитро улыбнулся парень. - Если что — зови, разберемся более… по-человечески.

— Еще чего не хватало. — Напряглась Мари стараясь подняться. - Так все без шума и пыли произойдет. — Она села на матрац.

— Не так резко. — Потянул парень руку чтоб придержать но…

— Все нормально.

Алита вышла из коморки с палочками, которые достала из футляра и вручила Денису. Показала, как их надо держать и быстро настучала ритм, который попросила Дениса повторить. На удивление, он это сделал моментально.

— Ладно, мне пора возвращаться. А то еще подумают, что я сбежала.

— И куда ты сама пойдешь? Я понимаю, что ты не человек и все дела, но сейчас на тебя больно смотреть.

— Ты поменьше про это болтай. Твоя невеста учит французский, мало-ли, что она может разобрать, а что нет? — Сказала она с еле уловимой ноткой яда.

— М-да. Стоп, невеста?

— А как это называется?

Адриан помялся, помолчал какое-то время.

— Точно не так. Не на третий день общения.

— Значит, все впереди.

— Может все-таки провести?

— Нет. — Ответила теперь она больше растроенно, чем как-то еще. - Я пошла.

— Смотри.

Мари поднялась на ноги, чуть постояла и направилась к выходу попрощавшись со всеми. Открыв дверь, она столкнулась с Сережей, почти нос к носу. Адриан смотревший в след Мари сказал с облегчением:

— Дью мерси.

Мари вышла с клуба и закрыла дверь. Сережа держал в руке толстую папку с бумагами.

— Ну и куда ты убежала?

— Нашла в группу́ нового барабанщика́.

— Неожиданно. — Поправил он очки свободной рукой. - И кого же?

— Дениса́.

— И как? Он согласился?

— Ви.

— Волшебница…

«Ох как ты ошибаешься.»

— Пойдем обратно, или еще на улице хочешь побыть?

— Но. Пойдем.

Дойдя до медпункта, Мари для галочки спросила.

— Куа это за папка́?

— Это техническая документация по яхте. С ней должно быть легче во всем разобраться.

— Понятно.

— Теперь буду читать. Много.

— Буду тебя проведывать на пристани́.

Услышав это, Сережа аж засиял.

— Буду ждать! Отдыхай.

— Ви, мерси.

Тут они и разошлись. Мари зашла в медпункт, а Сережа пошел к мастерской. Закрыв за собой дверь, Мари направилась к своей койке игнорируя медбрата.

— Прогулялась? Как самочувствие?

— Ви. Все еще слаба и голова круго́м.

— Понятно. Поговорим? — Повернулся Макс к Мари.

— О чем?

— О том, что ты сказала тому простреленному.

— Все-таки понимаете́?

— Да. И как ты узнала вообще?

— Случайно́. Шла мимо́.

— Ночью? Еще и свет был выключен.

— Ну… Так вышло́.

— Темнишь. Ну да ладно. Собиралась рассказывать?

— И в мыслях не было́.

— Тогда почему ты рассказала тому, шрамированому, ни секунды не сомневаясь?

«Вот зараза… Что сказать? „Знала, что ты не поймешь“?»

— Что вы от меня хотите́?

— Чтоб ты об этом никому не говорила больше. Вообще. Я как мальчишка просто поддался, а теперь у меня проблем полно.

— Будет еще больше́, если узнае́т её жених.

— Этого молокососа, я боюсь меньше всего. А вот статью и срок — уже хуже.

— Думать надо было раньше́.

— Вот как? Хорошо, будет по-плохому. По поводу твоего удара — он внезапно оказался намного «тяжелее», чем обычно. — Улыбнулся Макс. - Я вижу, что ты еще раз упала в обморок. У тебя все симптомы постобморочного синдрома.

«Знает? Вот как.»

— Ты сегодня остаешься ночевать здесь. Я распорядился. Так что… жду с нетерпением.

Мари ему улыбнулась.

«Расправится со мной решил, гаденыш? Ну ничего. Ты у меня заикой останешься.»

— Ви, я тоже буду ждать, — сказала Мари игриво. Медбрата это поставило в тупик. Он зыркнув на улыбающуюся Мари еще разок, вернулся к бумагам.

До ужина оставалось еще порядком времени. Твердо зная, что при свете дня она в безопасности, Мари легла спать. Да и что там этот медбрат мог ей противопоставить: избить, изнасиловать? Она ко всему была готова — стоило лишь хлопнуть в ладоши.

Раскрыть глаза её заставил горн, который трубил ужин. Медбрата в помещении не было и только лишь рука очень странно чесалась где-то на сгибе локтя. Вот только сил у Мари почесать руку не было — от слова совсем. С каким усилием она не пыталась заставить вторую руку слушаться — все было без толку.

«Как это понимать?»

Глаза вспыхнули потусторонним фиолетом и на лбу сложились две складочки от зрячего глаза. Мари быстро осмотрела саму себя. Все было в норме, кроме маленькой точки на сгибе локтя. Точки от укола.

«Тварь. Он мне что-то вколол?! Значит играть собрался нечестно? Так тому и быть. Тогда я тоже буду жульничать! Надеюсь, что Кейниты не только между собой мысленно умеют передавать сообщения. Нужно выследить Диану и послать ей сообщение такой силы, чтоб смогло пробить её сопротивление. Вот она, спокойно себе ужинает. Простите Диана, ужин кончился, — подумала Мари и напряглась до вен на лбу. — „Ну же, давай!“

Диана сидела за вожатским столиком и лениво жевала свою еду под разговор Гарри с Оливией. Ну и еще вечного молчания Луи.

«Абонент твой недоступен, входящий звонок блокируешь.

— Чего? Грегор, это новый уровень.

— Тело неподвижное у дитя рогатого. Сказать тебе хочет.

— Рогатое дитя? Мари что ли?

— Верно.

— Это срочно?

— Моя лодка колыхнулась о цунами. Чуть не смыло.

— Поняла. Надеюсь. Пойду проверю. Все лучше, чем тут торчать»

Диана взяла свой практически пустой поднос и понесла его на раздачу.

— Что, невкусно? — спросила разочарованно Наташа.

— Нет, все отлично, просто… С желудком проблемы последнее время.

— Поняла. Сходи тогда в медпункт. Думаю, что у Макса есть чем тебе помочь.

— Загляну. Спасибо.

Диана вышла из столовой.

«А куда идти-то?

— Курс был тебе верный задан.

— Медпункт? Хорошо.»

Вожатая быстро дошла до места назначения, и постучалась в дверь.

«Никого? Странно. Мари тоже что ли вышла?

— Ушки навостри.»

Диана прислушалась. Из-за двери слышалось чье-то отчетливое мычание.

«Очень интересно.» — Диана попыталась повернуть ручку.

«Надеюсь меня никто не увидит залезающей в окно.» — Принялась Диана выполнять задуманное. Койка из окна нормально просматривалась, но все что на ней было заметно так это то, что одна из отдыхающих небрежно спала.

«Ничего необычного» — Подумала Диана.

— Мари, что ты хотела? — Сказала Диана на французском. Ноль внимания. — Мари?

«Перейди границу. Скорее» — Пролезла Диана в медпункт через окно, подпрыгнув и подтянувшись. Она стала подходить к Мари.

— Что ты хотела, Мари? Почему просто не подошла и не сказала? Да и чего ужин пропустила?

— М-м, — раздалось в ответ.

— Хоть бы повернулась, когда разговариваешь, — Диана села на койку рядом с пациенткой. Мари всё-еще лежала смирно. — Да что с тобой такое? — попыталась вожатая её перевернуть. Повернув её лицом к верху, на Диану, уставились два фиолетовых глаза, пока третий сверлил пустоту. Рот Мари был открыт и с него текла тонкая струйка слюны.

— Мари?! Что с тобой?!

Ответом было лишь молчание, лишь глаза забегали. Потом еще раз в туже сторону. Потом еще раз.

— Ты мне что-то показываешь? Это на тебе?

Она подвигала зрачками вверх-вниз. Диана начала свой осмотр.

«Что же я ищу? Так, шея в норме, плечи, ключицы… тоже. Руки… Кисти в норме. А это что?» — Увидела Диана маленькую точечку от иглы на сгибе локтя.

— Укол. Тебя укололи?! Макс?

Снова глаза забегали вверх-вниз.

— Нужно найти что он тебе вколол. Может в мусорке? — Диана резко встала и начала копаться в мусорном ведре, но ничего там не нашла, кроме множества пустых пачек от анальгина, парацетамола и так далее… — Ну, тут ничего противозаконного. Что же могло так обездвижить? Большой транквилизатор?

Диана подошла к шкафчику с медикаментами и открыла его.

— Та-ак, о, транквилизаторы! Нет, нет, снова нет… Феназепам? Максимум от менструального синдрома. Клоназепам? Ого, его еще продают? Это все мелочи…

«- Сосуд искомый на видном месте спрятан

— И куда смотреть? Или куда Макс смотрит… Что, на столе его оставил?» — подумала Диана и подскочила к рабочему месту медбрата: поперекладывала бумаги, посмотрела в ящички, пробежалась глазами по поверхности стола…

— Вот оно! — крикнула Диана и потянулась к баночке, стоявшей у подставки монитора. Она пригляделась к названию. — «Азаперон»? Никогда не слышала о таком… — Диана перевернула баночку. — Предназначение: успокоение или полное усыпление крупных сельскохозяйственных животных… Ветеринарный транквилизатор… И зачем он в медпункте? — Диана посмотрела на Мари. — Хрю?

Мари злобно сузила глаза.

— Похоже, чтоб тебя отпустило — нужно резкое сокращение мышечной ткани или какое-то стрессовое воздействие на нервную систему… Электрошокера у меня с собой нету… Но есть другая идея! — Диана ощупала рукой пояс. — Мари, материализуй мне то устройство, постарайся!

Мари закрыла глаза. Закрыла зрячий глаз и снова на её лбу повздувались вены. На поясе Дианы появился тот самый механизм, и кнопочка была нажата моментально. Уриэль начала копаться в подсумках.

«Хоть бы никто в окно не глянул… Куда ж я дела его?» — подумала Уриэль. Спустя еще десяток секунд поисков, ангелица держала в руках один из украшенных орнаментом шприцов, которые уже показывала Мари тогда, в лесу.

— Сейчас тебе станет легче, потерпи, — сказала Уриэль и аккуратно впрыснула жидкость из шприца.

Все тело резко пробил импульс. Руки и ноги стали слушаться, голова наконец-то смогла вертеться, даже дышать стало в сотню раз легче. Мари, оперевшись на руки, приподнялась и села на краешек койки, а Уриэль сбросив свою нематериальную форму, тоже села рядом.

— Я его уничтожу. На месте испепелю, — говорила Мари тихо.

— Успокойся. Скажи, как это могло произойти?

— Это не важно. Важно, что больше такого ни с кем не произойдет. — Часто и глубоко дышала Мари так и кипевшая от злости.

— И что же ты собралась сделать?

— Травмировать. Так чтоб ему про похоть даже думать не хотелось.

— Похоть? Что ты несешь?!

— Медбрат! Он спал с девушкой Никиты. Еще с того дня, когда она ударилась головой. — Откуда ты…?

— Оттуда же, откуда я знаю, что вы с поварихой плавали ночью.

— И ничего не сказала?

— Сказала. Только не вам. И не ожидала, что этот тоже поймет, — кивнула Мари на стул медбрата.

— Я не позволю тебе сделать что-то плохое.

— А ему позволите? Вы бы даже не узнали, если б он меня не уколол.

— Мне бы Смотрящий сказал.

— И почему он молчал всё время?!

Диана задумалась. Она продолжила:

— Так как все так повернулось?

— Я уснула. — Виновато сказала Мари. — Пока он был в кабинете.

— Ты в своем уме?!

— Ну а что? Еще было светло. Я и подумать не могла о таком.

— А что он хотел с тобой сделать?

— Наверное тоже что и с Юлей…

— Ты так спокойно об этом говоришь?

— Думаете, что я б позволила?

— Судя по твоему недавнему состоянию — не сопротивлялась бы точно.

Мари больно кольнула мысль осознания правдивости Дианиных слов.

— Но теперь… Я поквитаюсь.

— Нет! Поквитается государство. Никакого самосуда.

— Вам меня не переубедить. — Отвернулась Мари.

— Повторюсь, я не дам тебе этого сделать! — Диана встала с койки.

— И как же вы мне помешаете? — Мари щелкнула пальцами. У нее в руках оказался тот самый кубик-механизм, висевший на поясе у Дианы. — Просчет? — заставила она устройство исчезнуть.

— Ты сделаешь только хуже, Мари! — Смотрела вожалая злобно.

— Кому?! Я избавлю мир от одного поганца. Вот и все.

— Таких поганцев миллионы. Потом на каждого охотиться будешь?

— Нет. — Пожала Мари плечами. — Мне все-равно на остальных. Я бы и этому только лишь стерла память, если б он меня не уколол. А сейчас… Я его помучаю. Вот и все. Все точно останутся живы. Механизм отдам, как только все сделаю. Обещаю.

— Только не увлекайся сильно. — Диана обессиленно опустила руки.

— Я его трону только парой пальцев. За меня все сделают.

— Не поняла.

— Всему своё время.

Замок двери медпункта начал щелкать. Мари быстро сжала пальцы, пространство вокруг которых стало немного искажаться.

— Бегите в окно. Пока я держу дверь, он не откроет.

— Поняла… — Покорно сказала Диана. Мари сопроводила вылезающую из окна вожатую взглядом. Она расслабила пальцы и дверь сию же минуту с грохотом открылась. Макс, выбивший уже незапертую дверь плечом, упал на пол, но быстро поднялся.

— Ты умее́шь красиво зайти.

Медбрат на это ничего не ответил. Лишь ошарашенно смотрел.

— Ну-ну. Что за взгляд? Я так хорошо выспала́сь. Буду тебя развлекать всю ночь, — Мари подмигнула и встала с койки. Она потянулась и направилась к выходу.

— Мне нужно́ подготовиться. Приду как стемнеет. Тю вуар, — сказала она все еще не отошедшему Максу и вышла из медпункта.

Диана сидела на скамейке на площади и грызла ноготь большого пальца.

«Неужто у нее все время было все просчитано? Или я просто оглупела до такого состояния, что не понимала, что она просто может отобрать этот кубик? А что, если она на этом не остановится? Этот лагерь подарит Круа и демонам неуправляемое оружие. Бесит то, что я даже не знаю, что она выкинуть хочет!» — Думала Диана, пока смотрела в пустоту. Предмет её мыслей сама подсела рядом.

— Бонжур.

— Пришла меня добить? — Диана и сама перешла на французский.

— Диана, за кого вы меня принимаете?

— В данный момент? Я, пожалуй, промолчу.

Мари тяжело выдохнула.

— Ошибаетесь. И сами поймете, что ошибаетесь, когда всё увидите. Я хочу вернуть должок одному человеку, а медбрат — просто шикарный способ это провернуть. Вот и все. Я не монстр. И воспитывалась я порядочными людьми.

— Хочется верить, Мари.

— Верьте, — Мари отдала Диане механизм. — Через минуту он исчезнет. Повесьте на пояс. — девушка поднялась, отряхнула юбку и зашагала в жилую зону.

— Мари.

— Да?

— Ты ужин пропустила. Сходи в столовую и скажи, что от меня. Пусть Наташа тебя покормит.

Обернувшаяся Мари широко улыбнулась.

— Мерси.

Темнота на лагерь спускалась крайне неохотно. Прошел час, прошел еще… Фонари медленно начали загораться, а народ сбиваться в кучки по несколько человек то прогуливаясь, то просто разговаривая и наслаждаясь летней вечерней прохладой. Не зная, чем себя занять, Мари сидела на своем привычном обзорном дереве и наблюдала за жизнью.

«Какие-же все предсказуемые и скучные.» — подумала Мари.

Диана проводила вечер в компании поварихи, снова, но на этот раз они просто сидели в столовой и баловались чаем. Ну или кто знает, чем еще. Адриан и Алита до сих пор мучали Дениса в попытках научить его играть на барабанной установке. Он многократно повторял одну и ту же партию.

«Наверное, чисто тренировка.»

Рита торчала в клубе программистов. Она сидела на стуле и слушала что-то от того высоченного парня, с которым Мари её уже видела. Рита изредка хихикала, и ни разу не оторвала взгляда от него. Парень, к слову, сидел на стуле обнявши спинку руками, постоянно то отклоняясь, то наоборот сдавливая ту еще сильнее от каждой рассказанной детали. Старшая Крухо сидела в домике за ноутбуком. Может смотрела что-то, а может играла. В одном из домиков о чем-то разговаривали Юля и Никита. Оли при этом нигде не было. Под домиком тоже находилась кто-то, кого Мари еще не видела. Какая-то короткостриженая девочка. Если б не женская форма, то она б и не признала в ней девушку. Сидела и подслушивала.

«Интересненнько.»

Мари снова повернулась. Лиза в библиотеке мирно спала за столиком. В мастерской — Сережа изучал схемы и литературу, связанную с яхтой в свете настольной лампы.

«И так же зрение плохое…»

Теперь Мари рассмотрела, как к дереву подходит знакомая низкая фигура.

«Ну и ну. Как чувствует, что я тут нахожусь.»

Мари, тихо произнеся заклинание, подхватила паренька и переместилась обратно на ветку крепко держа Валеру.

— Мари, помоги найти Олю. Она убежала куда-то.

— Олю́? Почему?

— Не знаю точно. Вроде поссорилась с этой подругой её брата.

— И далеко убежала́?

— Не знаю. Никто не увидел.

— Ви… Тогда, сильвупле, не мешай мне. Я сейчас все осмотрю.

— А я что, на ветке останусь?

— Я не собирала́сь никуда уходить, — улыбнулась Мари, сверкнув клыками.

— А как тогда?

— Я тебе не объясню…

Мари снова принялась за осмотр.

— Может хоть какое́-то место есть, куда она могла пойти?

— Ну… Мы часто любим у сцены играть. Там места много и людей мало…

— Ви. Посмотрю. — Перевела демоница свой потусторонний взгляд. — На стадионе никого нету.

— Откуда ты знаешь?

— Вижу энергию́ каждого живого́.

— И мою?

— Конечно́. Так… Вижу кого-то.

— Где?

— У сцены́. Точнее в ней.

— В ней?

— Да. Под сценой есть помещение, но там высоко. Наверное, она туда залезла и не может выйти́.

— Нужно срочно её достать!

— Ви, — Мари взяла крепче паренька и не разжимая глаз сказала, — Субджинктус.

Валера и моргнуть не успел, как они с Мари стояли на сцене.

— Скоро начну привыкать. — Улыбнулся малец.

— Я тоже привыкла́ не сразу́, — Мари хлопнула в ладоши.

— И где её искать?

— За сцено́й есть люк. Идем туда.

— Хорошо!

Быстро спустившись со сцены, спасатели её обогнули. Никто из уходившись, еще с утра, так и не удосужился повесить замок обратно.

— Ясно́ как она туда попала́.

— Оля-я! — крикнул Валера в люк. — Ты тут?!

— Да! — раздалось навзрыд.

— Мы сейчас тебя вытащим. Иди к люку!

— Тут темно. Я не вижу!

И действительно, оба фонаря стояли перед сценой, напрочь избавляя от света всю её заднюю часть.

— Иди на голо́с! — отбилось эхо под сценой.

«Плохая идея.»

— Не знаю, куда идти!

Мари щелкнула двумя пальцами и вызвала тот самый синий светлячок, с помощью которого уже изучала подвал.

— Что это?

— Да так… Оля́, следуй за светлячком!

— Каким…? Ух ты!

Светлячок успел уже вылететь обратно и Мари его убрала. Вскоре в свете люка показалась и Оля.

— Иди сюда, — сказала Мари. Оля медленно подошла. Люк был на такой высоте, что девочка ну никак бы до него не достала, даже если бы на её плечи поставили еще такую-же. Мари опустила свою руку максимально низко, держась второй за стенку.

— Прыга́й!

Оля послушалась, но допрыгнуть у нее не получалось совсем.

— И что делать? — спросил Валера.

— Пойти бы за Никито́й… Или залезть туда…

— Давай я залезу!

— А потом мне доставать вас обои́х? Но.

— Тогда я побежал искать Никиту! — Решительно сказал паренёк.

Мари села оперевшись на стенку рядом с люком.

— Мари?

— Ви, Оля.

— Тут темно и страшно.

— Не волнуйся́. Валера побежал за твоим брато́м.

— Из-за него я тут! — казалось притопнула девочка ножкой.

— Вот как? Почему?

— Все опять из-за Юли. Он на меня накричал!

— Злишься́?

— Нет… Просто не понимаю за что… Сказал, что это дела старших. Хочу скорее вырасти, чтоб понимать.

— Спешу тебя разочаровать. Я тоже́ ничего не понимаю́. — Обняла Мари руками колени.

— Не правда!

— Куа?

— Ты поступаешь так, как надо! На пляже с Валерой, на пристани… даже сейчас ты меня пошла искать. Хочу быть такой-же как ты!

Внутри аж что-то согрелось.

«Неужто, кто-то про меня так думает?»

— Я сама тогда готова была Вику побить, но братик мне помог.

— Мерси. Мне очень приятно́, — Мари улыбнулась услышанному.

— Мари! Я вернулся! — прокричал Валера. Наравне с ним бежал и Никита.

— Как вы её нашли-то?! Да еще и тут? — Спросил парень без тени усталости, в то время как Валера согнулся и пытался отдышаться.

— Просто подумала́. — Поднялась Мари о тряхнула юбку, сзади.

— Мне б такую «думалку», — говорил Никита пока лез под сцену. Через минуту из люка вылезла Оля и обняла Мари, не желая отпускать. Никита вылез через мгновение легко подтянувшись. Он сел на одно колено и заговорил:

— Оля, прости меня за такое поведение. Обещаю, что больше не буду на тебя кричать.

— А Юля? — спросила Оля, не отрываясь от Мари.

— Юля на тебя кричала?

— Нет… Но она кричит на тебя.

— Ну, мы как-то помиримся… А с тобой?

— Да. — Оля сменила объект объятий.

«Мило, признаю.» — подумала Мари.

Никита снова встал в полный рост, а дети убежали куда-то друг-другу улыбаясь.

— И снова спасибо… Похоже, что я все больше и больше погружаюсь в долги перед тобой, — чесал Никита затылок.

«Эх, знал бы ты, что я собираюсь сделать, не благодарил бы.»

— Перестань. Все нормально́. Как Юля́?

— Странно себя ведет, после медпункта. Не знаю, стоит ли тебе этого говорить, но мы поссорились на ровном месте три раза. Это рекорд… А ты как? Ты ж её место в медпункте заняла.

— Я нормально́, хоть и ночую́ сегодня там. Медбрат сказал; на всякий случай.

— Не нравится он мне, если честно…

«Мне только на руку.»

— Тебя проводить? — Продолжил Никита после короткой паузы.

— Мерси, но я откажу́сь. У меня еще есть дела́.

— В такой час? Уже вот-вот фонари выключат.

— Ви. Я знаю́.

— Понятно, ну… тогда еще раз спасибо. Если что-то будет нужно — обращайся.

— Ви. Буду знать, — помахала Мари рукой уходящему парню. Улыбка медленно сползла с её лица. Она глубоко вздохнула и сказала: «Пора».

Мари медленно шла в сторону площади. Ей нужно было дождаться пока погаснут фонари, и все разойдутся спать. Не гоже, чтобы кто-то увидел её «перфоманс».

«Сделаю все, как в дешевых мелодрамах — максимально пафосно» — подумала она и немного хихикнула.

Фонари наконец-то погасли, и риск остаться замеченной упал практически до нуля. Мари глянула своим потусторонним взглядом: медбрат закрыл один из домиков и как-раз направился к медпункту. Она решила туда зайти первой; свет был включен, а дверь открыта.

«Отлично!» — подумала Мари, пока ложилась на койку и принимала самый заждавшийся вид. Внутри все горело от скорой расправы ну и немного от стыда, из-за вида в котором Мари захотела всё это преподнести. Руки дрожали, дыхание участилось и сердце билось как бешенное.

«Не начать бы заговариваться от волнения.» — подумала она прямо перед тем, как дверь открылась, и медбрат зашел в помещение.

— Долго́ я тебя ждала, — сказала Мари, игриво улыбнувшись.

— Дела были, — ответил ей медбрат, жадно смотря.

Мари приподнялась в койке. Правая её рука начала расстегивать пуговицу за пуговицей на форменной блузке, выставляя напоказ бюстгальтер и плоский живот.

«Боги, это правда я делаю? Думаю, что Авелин бы мной гордилась…»

Левая её рука уперлась в койку раскрытой ладонью между ногами. Мари наклонилась вперед, легко прикусив губу. Указательный палец её правой руки проскользил от ключицы до пупка, где и остановился.

Макс стоял, улыбаясь и тянул свою руку к выключателю.

— Чувствую, что не забуду эту ночь, — Выключатель громко щелкнул и одеяло темноты поглотило комнату.

— Ты очень ошибаешься, — прозвучало все еще игриво.

Макс только и успел, что сделать шаг, перед тем, как оцепенеть от непонимания того, что же на него смотрело светящимися фиолетовыми глазами со стороны койки. Когда на него уставился еще и третий глаз, крикнуть захотелось само собой. Вот только из открытого рта вырвался только лишь тихий сип. Макс чувствовал, как его что-то душит, но как поднял свою руку, чтоб убрать оков, понял, что у шеи ничего не находилось. Три фиолетовых глаза стали приближаться к медбрату, а когда приблизились почти вплотную, синее пламя, зажженное в руке Мари, осветило ему половину красивого, но рогатого и краснокожего повзрослевшего лица.

— Все еще хоче́шь продолжения́?

Глаза Макса в ужасе метались из стороны в сторону. Он все еще пытался кричать.

— Ну-ну. Так дела не делаются́, — Мари ослабила заклинание лишь на мгновение, чисто чтоб схватить его за горло. Сил Мари с лихвой хватало, чтоб поднять тушку Макса и оттащить его к его же столу. Мари потушила Люмикс.

— Ты точно́ зря сделал мне тот уко́л. Я бы не делала́ того, что делаю́ сейчас, если б ты так серьезно не относился к своему маленькому секретику́.

Макс смотрел на Мари с высоты, глазами навыкат.

— В лагере́ только один человек, которого эта тайна́ действительно може́т задеть. Знаешь кто?

Макс попытался кивнуть.

— Вот ты сам ему и скажешь, что ты надела́л. А потом понесешь наказание. — Мари раскрыла ладонь бронированной руки, где четко нарисовался светящийся круглый символ. Она обхватила лоб медбрата и принялась копаться в его воспоминаниях, которые, впрочем, её совершенно не интересовали.

Макс резко все забыл. Мари позаботилась чтоб он забыл: её разговор с Адрианом, чтоб забыл то, что он с ней сделал и хотел сделать. Зато резко вспомнил, что про близость с Юлей нужно сказать Никите при первом удобном случае. Зрачки медбрата были закатаны на время всего ритуала, а белки́ покраснели до изнеможения. Мари расслабила руку, и Макс свалился на пол медпункта, как мешок с сомнительным содержимым. Мари закрыла все глаза и тяжело вздохнув, направилась спать. Её маленькая месть свершилась.

Глава 8

И вновь вожатая проснулась раньше, чем пропел будильник. Она поднялась в кровати и потерла неохотно открывшиеся глаза.

«Утречко доброе.» — только и успела Диана подумать, как прозвучал тот самый горн.

«Ирония. Не иначе.

— Не ходи в лес.

— И тебе доброе утро, Грегор. И что это должно значить?

— Не. Ходи. В лес.

— Неужто ты начал говорить прямыми фразами?

— Дитя, чей лик скрыт. Не ходи за ней.

— Похоже не начал…». — Думала Диана, сидя на кровати, пока её босые ноги касались пола.

— Темно как-то. Точно утро? — сказала она сама себе, вставая, а потом сгребая все умывальные принадлежности. Решив, что умыться можно и в майке с шортами, в которых она спала, Диана открыла дверь домика, готовая встретить дозу летних солнечных лучей. Только погода сегодня была против этого. Глаза вожатой все-равно ужасно щурились, но как привыкли — Диана рассмотрела плотное полотно густых темных туч, с лихвой покрывавших весь лагерь.

— Вот тебе и на… Наши английские друзья обрадуются. — Говорила сама с собой Диана, пока спускалась с крыльца и обувала свои пляжные тапочки. — Наконец-то можно вздохнуть спокойно. В кои-то веке воздух не раскален.

— Часто разговариваете сама с собой по утрам? — Спросил, догнавший её, по пути до умывальников, медбрат.

— Макс?! — осмотрела она парня с ног до головы.

— Ну да. Вроде бы еще я. — Улыбнулся фельдшер.

«Это и странно»

— Не слышала, как вы вчера в домик возвращались.

— А я уснул в медпункте, так что вернулся позже обычного. Похоже, что эти бумаги меня таки доконали.

— Аккуратнее нужно быть, — все еще пыталась выяснить Диана, чем же ему аукнулась встреча с Мари. Видимых признаков не наблюдалось и его настроение было, как обычно — веселым.

— Возможно, — ответил Макс, когда они с вожатой достигли места назначения. Диана быстро умылась, вытерлась и взбодрилась лишний раз. Вода все-еще была ледяной.

Попрощавшись с Максом, вожатая пошла обратно к своему домику. Скинув с себя все свое «спальное», Диана принялась одеваться в, уже даже полюбившуюся, форму. Вот только отметила лишний раз, что пора бы устроить небольшую стирку, нюхнув воротник блузки. Заправившись и полюбовавшись своей, наскучившей, идеальной внешностью, вожатая тяжело выдохнула и направилась к столовой.

«Странно. Столько всего тут ем и не поправилась ни на килограмм… Не узнаю себя» — думала Диана, пока шла.

«Вот ведь…! Я ж зарядку проспала» — осенило вожатую, как только она дошла до еще закрытой столовой. Со спортплощадки как раз шли, о чем-то весело переговариваясь, Никита и Женя, но едва увидели вожатую на крыльце — дружно, укоризненно покачали ей указательными пальцами, не прекращая при этом улыбаться. Диана ответила на их жест, положив руку на грудь и виновато поклонившись. Они продолжили путь до своих домиков. Второй до столовой добралась та, из-за которой Диана долго не могла уснуть.

— Бонжур, Мари, — начала Диана, как только та дошла.

— Здравствуйте, — Диана перестроилась на французский язык. Мари избегала её глаз, как могла.

— Признаю, Макс хорошо выглядит. Если ты над ним и поработала, то очень сдержанно. Как все было?

Мари начала краснеть.

— Упущу детали. Больше так делать точно в ближайшие лет пять не буду…

«Странно, о чем это она?»

— …но я ему стерла то, что нужно, и подкинула лишней мотивации. Все еще впереди.

— Не жалеешь?

— Честно скажу — стала, как только пришла в домик.

— Смирись. Все уже сделано.

— Согласна.

— Ладно, давай не будем об этом.

Мари подняла на нее глаза.

— Спасибо.

— Чего без Риты? И как тебе погодка? — развела Диана руками, демонстрируя небо.

— Будет дождь.

— Да ладно?!

— Сарказм — это хорошо. А Рита… Крайне удивилась, когда я зашла в домик… Все что я хочу вам сказать.

— Вот как? И от чего же?

Мари снова покраснела.

— Теперь у нее обо мне ложное представление. А она ошибается.

— Да что же ты такое натворила?

— Ничего.

— Как хочешь, — выдохнула Диана. Горн прогудел начало завтрака, а на крыльце столовой было всего-то четыре человека, двоих из которых Диана вообще не знала. Дверь открылась, пустив желающих поесть, а Наташа, казалось, решила позаимствовать у лагеря всё его хорошее настроение. Она, пока-что, одна из немногих, кто в это утро была счастлива.

— Привет-привет! — Подошла к ней вожатая.

— Утречко.

— Чем сегодня радуешь?

— Всем, кроме погоды. Давай поднос.

— Да, погода действительно ужасная, зато дышится легче, — сказала Диана, ожидая.

— Ну, тут ты права. Бон апети! Или как бы сказала твоя французская подруга-дробь-подчиненная? — глянула Наташа с улыбкой на следующую в очереди Мари.

— Дю се фасон, — ответила ей Мари кивнув.

— Что она сказала?

— Она сказала «именно так» — Перевела Диана и зашагала к своему столику.

На завтрак сегодня была яичница с ветчиной на рисовой пи́те. Её было много, было вкусно и ветчины тоже не пожалели. Даже распробовав в соусе самый обыкновенный кетчуп, Диана ничуть не расстроилась и съела весь завтрак за несколько минут. Потягивая сок из стакана, она сидела задумавшись.

«Точно будет дождь… По-моему, идеальное время сходить лишний раз на разведку. Нужно сказать Мари.» — заключила Диана, допив свой напиток. Мари тоже быстро расправилась со своим завтраком, так и не дождавшись Риты за своим столиком. Столовая только-только начала набиваться людьми, а двое потусторонних обитателей её уже покидали.

— Мари?

— М?

— Как насчет разведки? Может мы что-то проглядели? Как на счет в другую сторону пройтись?

— Я была уже много где… Давайте еще раз выберемся, но чувствую, что ничего интересного мы не найдем.

— Тогда встречаемся на… Крыше админкорпуса, как только пойдет дождь.

— Поняла вас. Пойдемте на площадь? Линейка же будет? Луи никогда их не проводит, а узнать, что по расписанию — интересно.

— Пойдем. Лишь бы прям сейчас не накрыло. Рита, ты ж помнишь, что тебе нужно сделать? — Сказала Диана в рацию.

— Угу. — Ответила рация.

— Тогда пойдем ждать, — обратилась Диана к Мари.

Прождать пришлось немало. Или просто время сегодня тянулось? Позавтракавшая группа лениво стянулась к площади, потирая глаза и зевая.

— Доброе утро! — обратилась Диана ко всем.

— Доброе, — протянули те, кто посчитал, что нужно ответить.

— Что-то все совсем безрадостные. Берите пример с Никиты и Жени. Утренняя зарядка творит чудеса. — Сказала Диана и заметила краем глаза Юлин взгляд, упавший на Женю. — Ладно, слушаем распоряжение.

— Какое может быть распоряжение на сегодня? Вот-вот дождь пойдет. — Крикнул голос, который Диана слышала крайне редко, голос Егора.

— Это должен был быть сюрприз… В общем — начальник смены, в связи с починкой гидроциклов, решил объявить некий конкурс. Вы можете поучаствовать в активностях и заданиях, наградой за которые будут — купоны.

— Купоны? — кто-то переспросил удивленно.

— Именно. Каждый купон это пять минут катания сами знаете на чем. Задания и активности могут раздавать вожатые, главы клубов, сотрудники и сам начальник смены.

Повис шум от живого обсуждения.

— Рада, что вы заинтересованы.

— Так погода же! — ответила толпа.

— А кто сказал, что купоны однодневные?

Шум стал еще громче.

— Вот-вот! Так что, если не сегодня, так завтра, или еще когда там до конца смены. Вперед на заработок! Свободны.

Отдыхающие разошлись немного воодушевлённее, чем пришли.

— Начальник серьезно такое сказал? — Спросила у Дианы Мари.

— Ну да. Вчера к нему заходила по делам… — Перестроилась Диана на французский.

— Ну ладно. Тогда, до встречи? Нужно еще кое-что забрать.

— До встречи, — ответила ей Диана.

Раздался раскат грома. У вожатой было чувство, что все звуки сами собой выключились, чтоб дать этому шуму проявить себя во всей красе. Не заставляя себя ждать, следом появилась и молния, изогнувшись на темном-темном небе изящной большой, почти фиолетовой дугой.

— Мэрде. — Сказала Мари. — Я быстро́. — Убежала отдыхающая в жилую зону.

Диана только и успела тяжело вздохнуть, как сразу пошел дождь.

«Мне не нужно ничего…

— Не ходи…

— Почему, Грегор? Как я буду развеивать Эллизиум, если буду сидеть?

— В море деревьев лукавый. Речь сладка, но мотивы не праведны.

— Что? О чем ты? — Грегор ничего так и не ответил. — Прости, Грегор, надо. Куда бы спрятаться?» — Думала Диана.

Дождь все усиливался, и вожатая бежала. Нужно было найти такое место, где и от посторонних глаз можно было скрыться и не промокнуть до нитки. Хотя… Осмотревшись и убедившись, что вокруг настолько пусто, Диана выкинула из головы, что прятаться вообще есть необходимость и просто нажала на кнопочку, кубик с которой уже висел на её поясе. Осветив небольшое расстояние своим превращением, Уриэль размяла шею, осмотрела свои наручи и молча двинулась к админкорпусу. Дождь к этому моменту превратился в настоящий ливень.

Крыша админкорпуса была в сотню раз шире любой ветки в лесу и Уриэль одним махом запрыгнула на здание, думая сколько же ей еще ждать Мари, но, как оказалось, ждали её. Демоница уже стояла на крыше и в кто знает какой раз осматривала территорию лагеря.

— Ну что Мари, пойдем? Быстрее начнем — быстрее закончим, — сказала Уриэль на французском.

— Угу, сейчас.

— Что? Ты нашла что-то интересное?

— Да. Разочарованную погодой Вику, сидящую в мастерской и жалующуюся Сереже, как она хотела еще покататься, — говорила это демоница с довольной улыбкой на лице.

— Ты серьезно? Я уже думала, что что-то важное.

— Важное? Нет. Любопытное — да. Вот, например… — В голосе Мари промелькнуло легкое отвращение. - Алита и Адриан лежат на одном из матрасов в музклубе в обнимку и смотрят на дождливое небо.

— Ты закончила?

— Нет еще, ваша помощница приютила в нашем с ней домике того сутулого программиста… Эй!

— Что? Что случилось?

— Этот паренек в одних трусах сидит укутанный в моё полотенце банное!

— Ну, он, наверное, вымок.

— Да мне все-равно! Это мое любимое было! Мачеха мне его с собой положила.

— Не переживай. Думаю, Рита его постирает.

Мари закрыла зрячий глаз.

— Ладно, хватит с меня. Давайте пойдем.

— Я надеюсь, что мы именно пойдем. Я не настроена на пробежку в трансформации и на прыжки по деревьям.

— Ходить — скучно.

— Не всегда ж веселится. Двинули?

— Ла-адно, — протянула Мари звук «а». Девушки спрыгнули с админкорпуса.

— Так что? В противоположную сторону?

— Я говорила, что там ничего нет, но раз вы так хотите — давайте.

Ангел и демон вышли за территорию лагеря, где, впереди их ждал только непроглядный лес, разросшийся на многие километры. Они перешли дорогу ведущую к лагерю и потерялись в насквозь промокшей чаще, которая становилась все мокрее и мокрее с каждой секундой этого ужасного ливня.

— Как думаете, если будет такая-же жарища как вчера, после этого ливня, грибы скоро появятся? — Поинтересовалась демоница, пока те шли.

— Я и не думала, что ты грибник, Мари. — Легонько посмеялась Уриэль.

— Отец любит. Как появляется возможность, жара и дожди то едем всей семьей больше сорока километров до ближайшего леса.

— Понятно. Думаю, что не будет. Вот если б такой дождь шел несколько суток, а потом жара как вчера, то тогда бы были.

— А что за грибы тут могут быть?

— Вот этого я уже не знаю. Знаю только, что мухоморы везде бывают.

Мари посмеялась.

— Это точно.

Дальнейший маршрут казался Диане настолько однообразным, что она готова была поклясться, будто каждый пройденный шаг был такой-же, как и десяток предыдущих. Дождь все хлестал и хлестал, а молния каждой своей вспышкой заставляла Мари немного вздрагивать.

— Боишься молнии?

— Не то, чтобы… Но немного неуютно, когда находишься в грозу на открытом пространстве.

— Мы не совсем на открытом пространстве.

— Так еще хуже. Тут куча деревьев. Мало-ли куда молния в следующий раз ударит.

— Следующий раз? Думаешь она уже куда-то ударила?

— Более, чем уверена.

— Не будь параноиком, Мари, молния ж за тобой не охотится и не сле… — Запнулась ангелица и встала на месте. Из-за ствола большой сосны, выглядывала та самая девочка, которая следила за ней тогда на площади. — Это она!

— Что?

— Мари, живо за мной! Я тебе про нее говорила!

— Да про кого вы?! — Крикнула Мари уже в спину ангелице и бросилась бежать за ней.

«Стой! Кто же ты?

— Не беги.

— Да почему? Что со мной может произойти?

— Потеря. Падение.» — Думала Уриэль, пока бежала в сопровождении лязга её бронепластин.

— Стой! Я хочу поговорить! — крикнула Уриэль вперед, но безрезультатно. Мелкая детская фигурка, как будто специально наращивала темп, как только Уриэль ускорялась. — Мари, не отставай! — Крикнула Уриэль за спину. — Ответа не последовало. Уриэль остановилась, чтоб обернуться. — Мари? — она крутилась, осматриваясь по всем сторонам, пыталась зацепить взглядом все что только могла. Дождь все еще шумно хлестал по всему, чему только можно. — Мари?! — снова крикнула Уриэль в пустоту. Ангелица напряглась. Слух обострился, а внимание готово было сосредоточится на всем подозрительном. В руках Уриэль материализовался «Праведник», с которым ангелица встала в боевую стойку, готовая отражать любое нападение все еще крутясь и присматриваясь.

Но никого вокруг не было… кроме той самой детской фигуры, чье лицо было наполовину скрыто капюшоном темно-зеленой кофты. Девочка стояла, выглядывая из-за сосны и легко улыбаясь, показывала Уриэль рукой направление.

— Кто ты, хаос тебя дери?! — крикнула ей Уриель разозлившись. Ответа не последовало. Девочка лишь скрылась за сосной.

Уриэль рявкнув в пустоту, замахнулась молотом в сторону того самого дерева. Оружие вылетело из её рук, прямо следуя к укрытию маленькой фигурки в зелёном. Даже шум ливня не смог перебить грохот от сломанного хвойного ствола, рухнувшего на землю. Ангелица только потом поняла, что запросто могла убить эту девочку, но подбежав к месту, не заметила ровным счетом ничего. Ангелица подобрала свой молот и выдохнула.

«Что же тут творится? Кто это была?

— Ошибку допустила ты отчалив.

— Да почему? — подумала Уриэль. Ответа не последовало.

— Знаешь, Грегор, иногда задумываюсь — помогаешь ли ты мне вообще…»

Уриэль продолжила свой путь в никуда. Решив, что Мари не потеряется в этом лесу, ангелица все шла и шла. Неизменно всё вокруг казалось одинаковым. Вот это дерево, вон тот камень, вот этот холмик… Вот только поляна, к которой вышла Ангелица точно была уникальной. Широкая и просторная, обливаемая как с ведра, ровная площадь, со странным строением на противоположном конце.

«Это что, хижина?» — подумала Уриэль идя вперед.

И это действительно была самая обыкновенная хижина, построенная из добротных срубов. Домик был маленький и ухоженный; в нём точно кто-то обитает: ни гнили, ни грибка… Даже стекла в окнах были, вот только рассмотреть что-то в них не представлялось возможным. Они безнадёжно запотели.

«Вот так Мари… Осмотрела она всё, а это не нашла?!» — Уриэль открыла дверь домика, не встретив сопротивления замка или щеколды.

«Вот так-так!» — подумала ангелица, когда зашла внутрь и прошла чуть глубже.

Хижина внутри так и веяла уютом и теплом. Справа от Уриэль располагалось некое подобие камина, выложенного камнем. Огонь в нем горел ярко и грел собой несколько котелков, из которых бил пар. «Очень ароматный пар» — отметила про себя Уриэль. У противоположной стены располагалось несколько добротных, резных, деревянных стульев, разделенных столиком между ними. Стулья были разные внешне и из разных сортов дерева. Свеча на столике была одним из немногих источников света, вместе с камином и еще одной свечкой в дальнем углу хижины. Несмотря на это, было очень светло. Глянув вниз, Уриэль обнаружила, что стоит на шкуре огромного медведя, которая служила тут ковром. Еще несколько шкурок неизвестных животных висели на стенах. Скверные мысли и злость отступали сами собой в этом месте, было очень комфортно. Даже когда дверь сзади Уриэль открылась, она не сразу обернулась посмотреть.

— У меня гости? Приветствую тебя, — раздался низкий, как гром, мужской голос. Только сейчас ангелица резко повернулась. Перед ней стоял снимавший с себя меховую шапку и плотный дублет здоровенный мужчина, на вид которому было лет так за пятьдесят пять. Его темная борода была украшена, именно так отметила себе ангелица, сединой, как и волосы на голове. Хозяин хижины положил на пол несколько разрубленных поленьев и опустил рядом топор, украшенный рунами и письменами. Мужчина разулся и ступил на шкуру босыми ногами, ни на секунду не отрывая от ангелицы свой тяжелый взгляд. Уриэль только сейчас поняла, что даже и не задумалась о том, чтоб клацнуть кнопочкой на своем устройстве.

— Не утруждай себя такой мелочью, я знаю кто ты, — пресек мужчина действие ангелицы, которая стояла с раскрытым ртом. — А вот сапоги могла и снять, грязно ведь за дверью. — Сказал мужчина и взяв один из стульев, приставив его к камину, сел.

— Я…

— Не стой, в ногах правды нету. Присаживайся.

— Спасибо, — только и смогла сказать Уриэль. Она села на второй стул.

— Голодная? Может чаю? Я свежий заварил с шишками и медом.

У Уриэль от услышанного заурчал желудок.

— Не откажусь.

Мужчина открыл один из котелков и деревянным половником налил Уриэль ароматного варева в старую резную кружку, которую взял из горы самодельной посуды рядом с камином.

«Беги. Ты не должна быть в месте…» — не успел договорить Грегор.

— Прости меня… — сказал мужик своим грубым голосом, держа на лбу Уриэль указательный палец, — …но в этой хижине сейчас не место посторонним.

«Когда он успел?»

— Да… — Сказала ангелица, которую внезапно осенило. Уриэль выбила из рук здоровяка кружку, и шкура медведя стала мокрой от чая. Ангелица подорвалась и встала у двери спиной к ней, приняв боевую стойку и материализовав молот. — Стой на месте!

Взгляд здоровяка стал еще суровее прежнего.

— В мой дом с оружием не приходят! — стал голос еще громче и внушительнее. Он стал приближаться.

— Стой на месте! Кто ты?! — Он не остановился. Уриэль в момент решила действовать: замахнувшись со всей силы, она ударила здоровяка «праведником» наотмашь. Вот только удар не достиг головы мужчины, встретив преграду в виде его руки, которая теперь крепко держала молот.

— Как это? — сказала Уриэль.

— Успокойся.

На это Уриэль лишь произнесла:

— Экзист максима!

На удивление, от всплеска Люца, ни потолок не проломился, ни кратера в полу не осталось. Только посуда разлетелась, котелки загремели и стулья опрокинулись. Уриэль все пульсировала силой. Эта трансформация позволяла делать Уриэль невероятные вещи, вот только сейчас она двумя руками толкая «праведника», не смогла его ни вырвать из хвата здоровяка, ни протолкнуть дальше. Лишь пыжилась и рычала потусторонним искаженным голосом.

— Хватит игр! — Сказал здоровяк, легко потянув на себя молот. Уриэль потеряла равновесие, а потом, от толчка в грудь ударилась об закрытую дверь спиной, отпустив рукоять оружия. Здоровяк осмотрел свое жилище все еще держа молот в одной руке.

— Ну посмотри, что ты наделала!

Трансформация Уриэль спала, и она тихо спросила:

— Кто ты?

— Я тот, кто тебе предоставил убежище в такой снегопад, а ты вот так меня отблагодарила?! — Рявкнул здоровяк, — за такое ты получишь! — Мужчина взял молот одной рукой почти у бойка, а второй у самого конца рукояти. Напрягши широкие ручищи и оскалив зубы, он начал давить на молот Уриэль.

— Стой! Что ты…? — Уриэль проглотила свои слова, когда увидела, что молот согнулся. Оружие, которое передавалось от одного Приближенного к другому сотни, нет, тысячи циклов сейчас просто… ломалось. — Прекрати! — Но здоровяк её не слушал. Приложив финальное усилие, рядом с Уриэль, сидевшей на полу, громко упал её «Праведник», скрученный в крендель.

— Поделом! Отучит тебя оружием махать! — Отряхнул он руки.

— Кто ты? — спросила ангелица, сама не поняв, произнесла она что-то или нет.

Здоровяк поднял свой стул и снова сел рядом с камином.

— У меня много имен. Еще больше прозвищ и кличек. Я и сам уже забыл свое имя. Чай еще будешь? — Сказал он без единой злобной нотки.

— Б…буду, — осторожно ответила Ангелица.

— Вот и хорошо, — снова налил здоровяк кружку чая и протянул её Ангелице. Та её покорно взяла, как только смогла подняться и подойти.

— Спасибо.

— Садись. Нам предстоит долгий разговор.

— О чем?

— О тебе, овечка ты заблудшая.

Уриэль взяла стул и села рядом уставившись в огонь и держа кружку двумя руками.

— Обо мне?

— Да. Я знаю, что тебе последнее время плохо.

— Но мне не плохо.

— И с какого времени тебе стало «не плохо»?

— Да мне никогда плохо не было! — повысила голос Уриэль.

— Это и требовалось доказать, юная ангелица. Ты утратила свое хладнокровие и душевное спокойствие.

— Юная? Да мне сотни лет!

— А что такое «сотни лет»? Для меня — это капля в океане. Вы все для меня — дети, — сказал мужчина устало. Уриэль не чувствовала от него ни демонической гари, ни ангельского эфира. Он был… Обыкновенен. Хотя, глянув на свой молот у двери, она перестала так думать.

— Простите меня за такое. Я не хотела. Правда.

— Говорю ж, дитя, оправдываешься как девочка перед старшим. Да и я хорош, — почесал затылок здоровяк. — Прости за эту игрушку.

— Игрушку? Ты погнул молот, которому десятки тысяч земных лет.

— Но-но! Не тыкай мне, девочка.

— Простите, — сказала Уриэль, уставившись в чашку. Здоровяк выдохнул. — Подождите. Вы сказали: «В такой снегопад»? Там же дождь был, когда я пришла.

— Ну выгляни в окно, посмотри.

Уриэль с подозрением вытерла запотевшее окно и не поверила своим глазам. Вьюга. Свирепая и непроглядная.

— Как это?

— Слишком много вопросов… Ты должна на все ответить сама.

— Но как? Зачем?

— Снова…

Ангелица села обратно.

— Прекрасно вижу твою первую причину усталости.

— И какую же?

— Ты всегда следуешь правилам? Доктринам своим?

— Всегда! — со всей уверенность ответила Уриэль.

— Но ты не особо заботилась об этом там, в том загадочном месте полном людей.

— Вы про лагерь?

— Называй это как хочешь. После того, что на этой территории случилось, здесь все ложь.

— Все ложь, — проговорила Уриэль. — Вообще всё?

— Все. Правила, устои, люди — это все иллюзия. Иллюзия счастья. Но в то же время — это испытание. Твое испытание. И твоей юной коллеги.

— Вот как? И что-же нам нужно испытать в себе?

— Мудреешь на глазах, но все еще далека от истины. Испытание начнется, как только иллюзия падет. Вы обе должны будете себя переломить, чтоб достичь новой высоты.

— Знаете, вы бы подружились с тем, в моей голове. Он тоже загадками говорит.

Неожиданно здоровяк посмеялся. Даже Уриэль стало немного светлее.

— Может-может.

— Вы следили за мной?

— Следил.

— Что вам хотелось узнать? Мне кажется, что вы знаете всё.

— Знать все — невозможно. Никому и никогда. Но, про тебя я знаю одно — тебя будет ждать испытание. Испытание болью и страданием. Ты обязана его вынести. Побороть. Тогда туча с твоей души уйдет. Ты уже делаешь успехи.

— Вот значит как? — улыбнулась Уриэль. — Хочется верить.

— Тебе открыто сострадание. Тебе не чужда дружба. Похвально.

— Спасибо.

— Не благодари. От тебя еще скрыто множество всего и твоя злость тому подтверждение. — Уриэль перестала улыбаться и вспомнила Торвина. — Ярость нужно контролировать.

— А правила? Вы говорили про правила и доктрины.

— А правила… Великая мудрость в тех, кто знает, когда правило нужно нарушить. Что ты сделала, когда я предложил тебе сесть?

— Села.

— Куда?

— На стул.

— Вот. А что тебе мешало сесть на шкуру?

— То, что вы сели на стул.

— Прикоснись.

— К чему?

— К шкуре.

Уриэль с сомнением посмотрела на здоровяка.

— Давай.

Ангелица оторвав от чашки одну, руку наклонилась к медвежьей шкуре. Шкура была необычайно мягкая и шелковистая. Как будто облако между пальцев.

— Ух ты.

— Сядь. Сними доспехи, ангел, и просто расслабься.

Уриэль слушалась. Сама не зная почему. Расстегнулись наручи, слетели бело-золотые наплечники, отпал нагрудник. Высокие сапоги с поножами встали рядом со шкурой зверя и Уриэль снова почувствовала всю неестественную мягкость медвежьего ковра. Оставшись лишь в длинном одеянии-поддоспешнике, ангелица села, скрестив ноги. Она потянулась к столику за своей кружкой чая, об которую все время грела руки.

— Как тебе?

— Необычно, скажу так. Все-таки… Кто вы?

— Тебе прям не терпится? Хорошо. У вас, ангелов, демонов, не важно, существуют те, кто ответственный за перенаправление душ умерших. Так?

— Так, — ответила ангелица.

— Но! Они ответственны лишь за души людей. Ты задумывалась когда-то что же происходит со зверьми, которые умерли?

— Не задумывалась, но понимаю куда вы ведете.

— Сама догадалась кто я?

— Похоже… Но я все время думала, что вас совсем не осталось, духов. Так странно видеть одного из вас перед собой.

— Нас действительно осталось только трое… — Грустно сказал здоровяк. — Каждый ответственный за сферу обитания своих подчиненных, если можно так выразиться.

— Значит вы — дух леса?

— Да, ангелок. Я ответственен за тех зверей, что ходят, бегают, ползают по всем поверхностям материального мира. Я тот кто предоставляет им возможность переродится.

Уриэль задумалась.

— Скажите, а что происходит со зверем если он… следовал своему жизненному пути не так как положено?

Дух посмотрел на Уриэль с огромным удивлением и каплей разочарования.

— Ты, старый и опытный ангел, не знаешь откуда берутся те, кого вы, потусторонние, называете низшими?

— И не задумывалась, если честно, — ошарашенно ответила Уриэль.

— Нету у животных осознания жизненного пути, но у них есть характер и выдержка. Вот знай. Каждый поверженный вами, как вы говорите, низший — это поддавшаяся воле своего собственного внутреннего зверя душа. Ей только и остается что жрать и ждать, когда же её муки прекратятся. Сломленное испытаниями хаоса, которые ей необходимо выдержать для перерождения, ведомое собственными низменными прихотями создание проклятое на то чтоб только и делать что пытаться накормить веутреннего зверя в достаточной мере…

Уриэль вспомнила то количество, которое ей же и выпало когда-то очистить. Тогда она их рубила и била с животной яростью, а сейчас ей внезапно их всех стало жалко.

— Вижу и чувствую, о чем ты сейчас думаешь. Все больше убеждаюсь, что для тебя еще не все потеряно.

— Думаете?

— Думаю. Я даже на секунду увидел ту, кто благословлена.

— Кем?

— Тем, кому служит. Тем, перед кем держит отчет. Великое благословение…

«Сомневаюсь, что Абаддон может меня чем-то весомым наградить. Такое чувство, что я ему чем-то обязана.»

— Но пока внутри тебя неразбериха — тебе благословения не видать.

— И… Как в себе разобраться?

— Просто. Понять, чего ты хочешь. Уметь обходить запреты, не нарушая их. Видеть и уметь принять неизбежное, если обойти не выходит.

— Все то, чему доктрины препятствуют…

— На то оно и испытание, чтоб его преодолеть.

— Понятно… Что ничего непонятно.

— Ты уже сделала множество шагов к цели. Не останавливайся.

— Понимать бы, когда эти шаги совершаются.

— Хватит! Утомила ты меня. Неужто не о чем больше поболтать?

— Хах, — Улыбнулась Ангел от внезапног оосознания.

— Тебе смешно?

— Я просто осознала, что сейчас я на месте Мари. Жалуюсь на то что не понимаю. Вот и… — Помолчала Уриэль из-за накатившей легкой грусти. — Мне нужно обязательно будет с ней поговорить, при первой возможности. — Снова задумалась она на какое-то время. — А о чем вы хотите поговорить?

Дух не ответил, лишь глянул в окно.

— Посмотри. Это точно успех.

Уриэль глянула в окно, за которым теперь шел дождь.

— И снова я ничего не понимаю.

— Зато я все отлично вижу. Твой внутренний снег сменился дождем. Глядишь так скоро и солнце выглянет.

— Мой снег?

— Именно так.

— Скажите. Что вам известно о том звере… Или о… О том, что я встретила вместе с моей коллегой в лесу. Как это назвать?

— Я не знаю, что тебе ответить. Она появилась здесь недавно.

— Она тут одна?

— Да, совсем одна. Её создали. Чья-то больная фантазия наделила это тело душой. А то, что повисло над этой территорией — питает её энергией.

— Вы про Эллизиум сейчас? Вы знаете, как он появился, кто его питает?

— Знаю и все вижу. Но я не буду тебе говорить кто и когда.

— Но почему?! Хотя… Я знаю ответ… Испытание, да?

— Как я и говорил — мудреешь на глазах. Виновница всех изменений не здесь.

— Не здесь? Патриарх вне эллизиума? Так может быть?

— Увы, может.

— Вы знаете, как пробраться в то здание за барьером?

— Тебе? Вряд ли удастся. А вот твоя знакомая, сейчас, имеет такую возможность, — закрыв глаза сказал дух.

— И как у нее это выйдет?

— Она нашла пропуск, но он одноразовый и она не понимает, что нашла.

— И как выглядит этот «пропуск»?

— К сожалению, я этого не вижу. Только знаю, что он у нее есть.

— А как-то снять или разрушить барьер? Я ударила по нему «Праведником», но он и царапины не оставил. — Уриэль глянула на свернутый молот.

— Конечно он ничего не сделает чарам такой силы. Твой молоток, как игрушка для той стены. Сама эта отравленная и искаженная территория подпитывает её.

— Если «праведник» лишь игрушка, то я вообще не представляю оружия, которое сможет разрушить этот барьер.

— Ты мыслишь лишь разрушением. Стену можно просто отключить.

— Отключить? Как?

— Как и любой механизм. Убрать то, что его питает.

— И что это?

— Опять слишком много вопросов. Я не могу тебе на всё ответить. Но могу дать тебе запасной вариант, если отключения ты так и не добьешься. Сражение — тоже ремесло, а ты довольно опытный мастер. Вот только твой инструмент был плох, а сейчас и вообще откровенно испорчен. Я дам тебе одну вещицу.

Уриэль молча смотрела, как здоровяк проводит рукой над огнем в камине. Дверь в хижину издала скрип и открылась, явив того, кто её отворил. Глаза Уриэль раскрылись шире, когда перед ней стояла та самая девочка, которая то исчезала, то появлялась, следив за ней и та, что вела её весь путь до этой хижины. Она была мокрой от дождя за дверью, но легкая улыбка не сходила с лица, наполовину закрытого темно-зеленым капюшоном. Лагерная форма под кофтой тоже промокла до нитки.

— Ты. Та, что не давала мне покоя, постоянно появляясь в лагере.

— Это я приказал ей следить за тобой, — резко сказал дух поднявшись со стула и подойдя к девочке. Даже когда она подняла голову, чтоб посмотреть на здоровяка, Уриэль так и не смогла рассмотреть черт её лица. — Ты хорошо поработала. Спасибо тебе большое. Прости, что заставил тебя, — сказал дух, положа на лоб девочки руку. Её тело начало очень легко светится, растворяясь в светлый туман. Уриэль была готова поклясться, что лицо Девочки расплылось в счастливой улыбке и по щеке пробежала слеза. Спустя мгновение дух держал в ладони сгусток плотного светящегося тумана. Лагерная форма и кофта рухнули на пол хижины.

— Что это было?

— Своего рода искупление падшей души. — Сказал дух, подойдя к куче сваленных дров. Уриэль ожидала, что он подкинет пару в камин, но вместо этого, просто взял свой топор. Он провел рукой по инструменту, втирая туман в него; руны и роспись на лезвии засветились тем тусклым светом и дух, глянув на ангелицу, кинул топор к ней под ноги.

— Вот. Это твоя подстраховка, на случай если стену не выйдет отключить. Тебе понадобится очень много усилий и времени, чтоб прорубится сквозь нее, так что лучше поищи выключатель, — Дух вернулся на свой стул.

Уриэль взяла свободной от кружки рукой кинутый ей топор. Рукоять знала и лучшие времена, а лезвие было покрыто небольшим слоем ржавчины, но от орудия веяло просто чудовищной силой. «Праведник» и впрямь казался лишь вычурной игрушкой, по сравнению с этой штукой.

— Спасибо.

— Не за то благодаришь… Ты так и не поняла, что несет бо́льшую важность. И ты не притронулась к напитку.

— Я…

— Я тебя не заставляю, но мой чай творит чудеса, — казалось, что дух впервые улыбнулся Ангелице, — тебе станет легче, гарантирую.

Уриэль отложила топор и снова взяла кружку в обе руки. Варево было приятного рыжего цвета и все еще паровало. Закрыв глаза, ангелица сделала аккуратный первый глоток… за которым последовал куда более жадный второй.

— Вкуснотища!

— Рад, что тебе понравилось. Не торопись ты так. Еще есть, если что.

Уриэль допила все то, что находилось в кружке. Ни один из чаёв, перепробованных в столовой, и рядом не стояли с тем, что она сейчас выпила. Само собой захотелось закусить его конфеткой или еще чем-то.

— Не сочтите за грубость, но…

— Хочешь узнать, как делать такой чай? — Снова улыбнулся дух.

— Очень, — Улыбнулась ему Уриэль в ответ.

Дух поведал эту великую тайну, которую Уриэль запомнила, вплоть до десятой грамма каждого ингредиента.

Ей было очень уютно. Шкура казалась чем-то неземным. Ни один диван или кровать Августграда не сравнивались с ней по комфортности и мягкости. Чай приятно грел внутренности, а дух оказался очень приятным собеседником, когда не говорил про испытания и не отчитывал ангелицу. Он улыбался, все чаще рассказывая про животных в лесу, про их негласные обычаи и даже ритуалы.

Уриэль узнала очень много и про традиции старины, когда духа леса чествовали, оставляя на трухлявых пнях еду или другие вещи, чтоб вызвать его расположение. Сам здоровяк рассказывал, что это были прекрасные времена и что он с удовольствием показывал таким путникам полянку с грибами или рыбное место. «Круг жизни должен быть всегда в движении. Я только этому способствую» — говорил Дух. Уриэль позволила себе вольность, и, на шкуре уже лежала, борясь со сном так и подходившим пока она слушала голос собеседника. Она была готова поклясться, что если тигр и умеет мурчать, то тембр у него именно такой, как у спокойного голоса этого здоровяка. В один момент ангелица уже не слушала его, целиком и полностью провалившись в царство сновидений. Увидевший это дух замолчал и лишь дождь все так же, хлестал за окном.

Когда Уриэль проснулась, она обнаружила себя укутанной в ту самую шкуру, на которой и уснула. Поправив волосы и потянувшись, ангелица осмотрела заспанным взглядом хижину. Здоровяка-духа внутри не оказалось, как и лагерной формы с кофтой, лежавшей на полу. Доспехи Уриэль лежали аккуратно сложенные на стуле, где сидел дух, а топор был опёрт на одну из ножек. С грустью вдохнув и выдохнув, Уриэль поднялась, откинув шкуру и постелила её так, как она лежала, когда она только прибыла.

Ангелица подошла к стулу. Доспехи наделись и застегнулись в несколько привычных движений, что отрабатывались не одну сотню раз. Топор занял свое новое место на поясе и выделялся из общей картины бело-золотых доспехов, как старая калитка на новом заборе. Подойдя к выходу, Уриэль заметила свой «Праведник», скрученный в калач. Ангелица подобрала его и заставила дематериализоватся в своей руке. Расставаться с ним она не намеревалась. Дверь в хижину открылась и перед Уриэль предстала поляна мокрая от недавнего ливня, ныне же греющаяся и переливающаяся в лучах вечернего золотого солнца.

«Дождь кончился… Так же?» — спросила сама у себя ангелица.

Она вышла с хижины и не отворачиваясь от поляны закрыла за собой дверь. Выйдя на середину, Уриэль вздохнула и обернулась; домика за её спиной будто и не существовало.

«Все хорошее когда-то заканчивается… Спасибо тебе, дух» — подумала Уриэль перед тем, как неспеша двинутся к лагерю.

«Даю минуту… Не больше» — подумала Уриэль, ехидно улыбнувшись и принялась считать.

Она остановилась на сорока трех, когда услышала знакомый звук сматывающейся цепи. Спустя еще одно моргание, на Уриэль быстро шла знакомая ей длинноволосая демоница. Её правая закованная в металл рука сжимала кулак, а фиолетовые глаза так и горели серьезностью.

«Сейчас будет отчет.» — подумала Уриэль.

Вот только глаза демоницы смягчились, а ходьба перешла на бег.

«Что за?..» — не успела и додумать Уриэль, как оказалась в объятиях этого грозного с виду существа.

— Ну нельзя ж так пропадать! Я уже подумала, что вас схватили, убили, спрятали и так далее! А еще вы пропали с поля зрения! Я пять часов старалась вас выследить! Ну кто же так делает?!

«Неужели я еще вчера думала, что Мари какое-то чудовище?»

— Ну, как видишь я в порядке.

— Я думала, что останусь тут одна, без понятия, что делать дальше! Не делайте так больше! — Утерла Мари слезу.

— Успокойся, — улыбнулась ей Уриэль, — Все будет хорошо. Мы снимем этот Эллизиум и никому ничего угрожать не будет.

— Вы не представляете, что в лагере творится! Вас все ищут! Все, кто хоть чуть-чуть знает как в лесу ориентироваться, и кто имеет хоть чуточку желания вас найти! Сережа забрал у всех вожатых рации и снарядил ими поисковые отряды, а сам сидит и прослушивает всё в мастерской. Младшие рвались искать вас…

— Ну так давай дадим им знать, что все в норме. Сколько меня не было?

— Девять часов. Вот только-только ужин закончился. Как же хорошо, что я вас нашла первой!

Раздался громкий свист, на который потусторонние обернулись. Облокотившись на дерево здоровым плечом, сощурив глаз со шрамом, на Уриэль и Мари стоял и смотрел Адриан.

— Вот тебе и на… — сказала Диана. Парень начал движение в их сторону.

— Да наоборот, нам повезло, — выдохнула Мари, — он же клятвой связан.

Парень подошел.

— Не, Мари, я, конечно, к тебе привык и всё такое, но то, что ты тут не одна такая — это уже перебор.

— И не говори, Адриан, сама в шоке что тут потусторонних на квадратный метр явный переизбыток. — Вставила ангелица свои пять копеек.

Адриан широко раскрыл рот и глаза, услышав знакомую французскую речь.

— Диана?! — просипел парень.

— Почти. Меня зовут Уриэль. Но мою человеческую сущность — да, Диана.

— Лопни мои глаза! Я думаю, что вас уже достали говорить как вы красивы, но знайте — это так.

— Спасибо. Почему-то от тебя это приятно слышать, — улыбнулась ему Уриэль.

— Даже Алите такого не говорил, а? — Сказала Мари.

На это Адриан лишь легонько щелкнул её по рожку.

— Ау!

— Знаешь, предыдущие разы я сомневался, но теперь твёрдо уверен что ты ревнуешь. Будет вообще прекрасно если вы превратитесь обратно в людей. Я тут не один.

— Больно надо… — пробубнила Мари, где-то на своей волне.

— Точно! — Щелкнула Уриэль на кнопочку на своем устройстве. Диана громко обозначила свое появление урчащим животом. Мари хлопнула в ладоши и тоже предстала в своей человеческой форме.

— Как ты нас нашел-то? — поинтересовалась Мари, — Пока бродяжничал, изучал искусство быть егерем?

— Нет, просто кое-кто, как мартышка прыгает по деревьям, думая, что её вообще не видно и не слышно. Тут и искусства никакого не надо.

Мари покраснела под немой укор Дианы.

— Кто-то еще видел? — поинтересовались обе.

— Надеюсь, что нет. А теперь пойдемте, пропажа. Повариха пообещала приготовить всё, что пожелаешь, тому, кто вас найдёт, — улыбнулся Адриан. — Кажется, я сегодня пирую.

— Ах, ты зара-аза, — улыбнулась ему Диана. — Ну пойдем.

Обратный путь до лагеря много времени не занял. Адриан сказал в свою рацию, что нашел то, что они всем лагерем искали, но вот понял ли его кто-то на той стороне — оставалось загадкой. Живот Дианы все еще урчал, а вдобавок, еще и голова стала до ужаса кружиться. Когда они заходили в ворота лагеря, Диана уже еле держалась на ногах от желания хоть что-то съесть.

— Боги, как же есть охота…

— Куа? — спросил Адриан

— Говорю, что отлично понимаю теперь твою мотивацию меня найти, — сказала Диана на французском.

— Не волнуйтесь, я поделюсь.

— Она здесь! — кто-то крикнул во все горло. Через мгновение собрались все неравнодушные: Сережа прибежал с мастерской и стоял, согнувшись от одышки; Алина, успевшая лишь накинуть форму на купальник, прибежала аж с пляжа, чтоб увидеть вожатую своими глазами; из рамки, сзади, вышли Никита и Женя, как часть одного поискового отряда и с облегчением выдохнули, увидев подтверждение того, что им сообщили по рации; Алита вышла встретить пропажу и её ищейку, и кто знает кого больше она рада была видеть…

— Заставили вы нас понервничать! — сказал Сережа, наконец-то отдышавшись.

— Где же вы были-то? — Спросила Алина.

— Я… Пришлось скрываться от дождя.

— А зачем вообще выходить было в такую мерзкую погоду? — спросил подошедший Никита. В его голосе чувствовалась избыточная забота.

«Да боги, какая разница?»

— Я… траву одну душистую хотела найти. Мне бабушка в детстве с нее чай варила, в деревне. В дожди она особенно пахучая… Вот.

— И как, нашли? — Удивленно спросили подбежавшие младшие.

— Нашла целую поляну. — улыбнулась им Диана. — Надо вернутся и нарвать.

«Еще раз спасибо за рецепт.» — подумала она.

— Экстремальный вы человек, однако́, — поддержала разговор Мари.

Желудок Дианы снова издал оглушительный рев.

— Что ж вы стоите тут?!

— Удачное стечение обстоятельств, — Улыбнулся Сережа, — Тёть Наташа за вас сильнее всех переживала.

— Не буду заставлять её ждать. Спасибо всем, что беспокоились.

— Вы еще начальнику смены это скажите. Он поддержал идею про поисковые отряды.

— Обязательно.

Диана пошла в столовую под сопровождающие взгляды неравнодушных. Все, выдохнув, расползлись по своим делам. Мари, тоже извинившись, решила отчалить куда-то в другую сторону. Адриан, разъяснив что-то Алите на пальцах и простыми словами пошел вместе с вожатой.

— Смотрю, что она от тебя не отлипает прям, — улыбнулась Диана, переключившись на французский.

— Она хорошая…

— Почему так грустно об этом говоришь?

— … — Пожал парень плечами. - Потому что я ходячая неприятность. Алита сама не знает на что нарывается, как бы это грубо не звучало. Она столько знаков внимания мне оказывает, с Днём рождения поздравила… Я прямо чувствую что я ей что-то должен. Даже отдал ей свою гармошку, она сильно её хотела.

— Серьезный поступок.

— Серьезный… Вот теперь и не знаю правильный ли. Рано или поздно придется рассказать ей про мое прошлое. Нужно ли ей это?

— Слишком много думаешь, не забегай так далеко.

— Простите, что надоедаю… Просто не с кем это обсудить.

— Хочешь еще подкину дровишек в твою топку сомнений?

— Что? — Удивился парень.

— Ты на пересечении двух огней. Мари, ты сильно запал ей в душу, уж не знаю как это у тебя вышло.

Парень совсем поник.

— Я замечал что она ведет себя странно, но и подумать не мог что причина её поведения — такая. Мне казалось что я для неё как лишний груз, человек который знает то, что не должен.

— Поверь мне на слово — Мари намного хуже, чем кому-либо еще. Ты теперь знаешь и её секрет и мой, но моя настоящая жизнь — у меня не первая.

— Серьезно?

— Серьезно. Я уже давно во всем разобралась… А вот у Мари эта жизнь первая и единственная. Разрываться на два мира очень тяжело и времени у нее разобраться полностью попросту нету. Ей нужен тот, кто ей поможет и поддержит.

— Снова сомнения… — потрогал Адриан свой кулон.

— Решать тебе, и ты все-равно для кого-то окажешься плохим. Так что продумай все так, чтоб жалеть по минимуму в будущем.

— Понял, — невесело сказал парень.

Они как раз зашли в столовую. Не успела Диана переступить порог, как Адриан крикнул в пустоту:

— Натали́, мон шер!

Пустота ответила:

— Что? Кто там? — выскочила Наташа с половником наперевес. Не успев сказать что-то еще, рванув с места Наташа кинулась обнимать пропажу, чтоб сразу после этого ударить её по лбу орудием труда:

— Дура!

— Ау! За что?

— За пропадание! — Смотрела повариха злобно, еще какое-то мгновение. — Есть хочешь? — резко смягчилась повариха.

— Очень, — громко подтвердил и Дианин желудок.

— Бегом садись. Сейчас все будет.

Также, повариха обняла и Адриана.

— Ты ж нашел?

— Ви, — понял суть вопроса Адриан.

— С меня презент, — подмигнула ему повариха.

Диана тяжело приземлилась за ближайший столик. Парень ушел по своим делам, пожелав приятного аппетита, а Наташа скрылась в кухне.

«Грегор? Почему ты молчишь? Что стряслось?» — ответа так и не последовало.

Повариха вернулась с полным подносом, на котором, казалось, вместился и завтрак, и обед, и ужин. С нежной улыбкой она поставила его перед Дианой. Со словами: «приятного аппетита» она села напротив. Диана, взяв ложку, принялась не торопясь есть обеденный суп.

— Так, слушай, давай тут не притворяйся… Люди, у которых так урчит брюхо, должны забывать о приличии.

Вожатая глянула на повариху. Может ей и хотелось что-то возразить, но молча с ней согласившись, Диана начала с немыслимой скоростью уплетать содержимое всего подноса. Примерно через пятнадцать минут, Диана сидела, уткнувшись в пустой стол.

— Было вкусно, спасибо. — Сказала она тихо.

— Вот это ты ешь, подруга, — выпалила повариха. — Да тебе целое ведро нужно в следующий раз.

— Ну прекрати! — покраснела вожатая.

— Так зачем ты вообще выперлась в такую погоду в лес?

— Я тебе как-то покажу зачем, а пока-что — секрет.

— Тьфу ты. Секреты у нее.

— Не обижайся. Пусть это будет сюрпризом.

— Как будто предложение мне хочешь сделать. Спешу разочаровать, я — по мальчикам.

— Дура! Так с тобой и делись.

— Да ладно тебе, — улыбнулась повариха. — Чем заниматься планируешь? Время позднее уже.

— Планировала постираться… Думаю, как раз время, чтоб заняться таким пустяком. И не жарко.

— Дело хорошее. Открою тебе секрет — в бойлерной есть стиральная машинка. Древняя, как не знаю что, зато не руками.

— Отличная новость!

— Всегда пожалуйста. — Поднялась Наташа из-за столика.

«Как же делать-то ничего не хочется, после такого ужина…» — подумала Диана.

Но отдав себе, в очередной раз, отчет, что форма действительно в ужасном состоянии, вторая подобная мысль Диану больше не посещала. Да и вообще, голова была ужасающе легкой, после того разговора с духом леса. В очередной раз отблагодарив Наташу за все, что только можно, Диана направилась в домик дабы сгрести в кучу все то, что было непрезентабельно на вид. В эту кучу упали: вожатская форма, спортивная форма и то, в чем удобно спалось. Надев свое «городское», Диана вышла на встречу со стиральной машинкой, сопровождаемая лишь вечерней летней последождевой прохладой и тусклым светом фонарей.

Машинка, хоть и была древней, свое дело выполнила на все «пять с плюсом». Поставив всё на самый нещадный режим и зарядив порошка по самую плешку, все было выстирано минут за двадцать. Благо, ключ от двери нашелся в связке, а порошок оказался рядом. Удостоверившись, что ничего не перекрасилось и не потерялось, Диана двинула назад, довольная своей очередной маленькой победой. Выйдя из бойлерной, вожатая оценила сумеречный вид главной площади, сверкающей влагой в свете фонарей. Один лишь элемент портил всю картину и любопытство взяло над Дианой верх. Она решила подойти к этому элементу. На еще не успевшей просохнуть скамейке, сидела библиотекарша всея лагеря, подстелив под себя где-то позаимствованный целлофановый пакет.

— Вечер добрый! — чуть громе обычного поздоровалась Диана. Должный эффект был оказан и Лиза дернулась.

— Здравствуйте.

— Ты на меня не обижайся, но я и не надеялась увидеть тебя за стенами библиотеки до конца этой смены. — Улыбнулась вожатая.

— Да я и не думала выходить… Надеялась, что переживу смену и все.

— Что-то случилось?

— Нет. Надоел застоявшийся воздух. Вот и вышла проветрится.

Диана обернулась на шорох деревьев.

«Вышла на свой вечерний дозор?»

— Можно составить тебе компанию? Тут больше никого нету, а поболтать охота.

— Вот с этим? — ткнула пальцем Лиза на кучу одежды в руках вожатой.

— Ну, если тебе так неприятно, то сейчас вернусь безо всего этого.

— Я подожду.

Снова, более уверенно, Диана двинула к своему домику. Зная, что за ней наблюдают, вожатая рукой показала на свой домик, в надежде, что Мари всё поймет. Открыв дверь, Диана ничуть не удивилась, что та уже лежала на её кровати мотая ногой.

— Мари, ну ты ж грязная, как не знаю что! Слезь с моей кровати. — переключилась Диана на французский.

— Я моюсь чаще вашего. Не надо тут.

— Но не в этой же форме! Теперь еще и кровать демонической гарью провоняет.

— Не провоняет, — сказала Мари все-таки поднимаясь, — её природа не телесная, а магическая. Лучше меня же знаете.

— Знаю, дай побурчать… Нашла что-то интересное?

— Увы и ах… Ничего. Все как будто умерло на этот день. Все разбились по клубам-домикам и занимаются чем-то своим. Хотите знать, что делала эта малявка, с которой вы общались?

— Только хотела спросить. Она какая-то расстроенная.

— Она слушала, как Денис играет на барабанах. Она там уже почти час сидит.

— Что-то далековато она от клуба, чтоб хоть что-то услышать.

— А она то подходит, то снова к своей скамейке возвращается.

— М-да.

— Что? Надоели человеческие взаимоотношения?

— Да нет. Просто, они уже настолько заезженная тема, что аж тошно. Но что поделать? — Сказала Диана, вспомнив наконец-то, что груду одежды нужно сложить. Под «сложить» имелось в виду кинуть все на кровать и ждать завтрашнего дня. — Нужно её немного подтолкнуть. А то сидя в библиотеке в её-то возрасте, да еще и в лагере — из хорошего точно ничего не запомнится.

— Ну… Вы тут много всего делаете… Много хорошего запомнилось?

— Мари. Отстань, а?

— Поняла-поняла. Ладно. Простите, но я хочу спать не меньше вашего. Мне еще и Марго отчитывать за мое полотенце.

— Спокойной ночи, Мари. До завтра.

Мари тихо кивнула и произнеся заклинание, растворилась в пространстве.

«Что-ж, Лиза, твоя очередь» — Подумала Диана, покидая домик.

Девочка выполнила свое обещание превосходно. Казалось, что она не сдвинулась ни на миллиметр с того момента, как Диана отходила.

— Пойдем, — резко и твердо сказала подошедшая вожатая.

— Куда? Эй, что вы…? — Только и успела сказать библиотекарша, пока её тащили за руку к музкружку. — Только не туда!

— Именно туда.

— Но откуда вы знаете?

— Ну, я ж вожатая. Это моя работа все знать об отдыхающих. — Улыбнулась Диана, повернувшись.

«А где-то сейчас сидит одна Мари и смотрит на все это… Не пошла же она спать, в самом деле?»

Вожатая и Лиза стояли перед дверью музклуба из-за которой доносились ритмичные, но все еще неумелые ударные партии, а еще один непонятный для Дианы инструмент подыгрывал в ритм барабанному стуку. Вожатая открыла дверь, кивнула Лизе, чтоб та прошла первой. Юная библиотекарша кивнула, опустила голову в пол, но зашла. Молча и уверенно.

Непонятным инструментом оказалась бас-гитара, а извлекал из нее такие непривычные звуки сидящий на матрасах Адриан, зевавший, как китовая акула на охоте. Парень постоянно тряс головой, чтоб взбодрится, да и Алита тоже сдавала позиции и стоя перед Денисом, терла глаза и закрывала рот рукой, пока парень старательно стучал.

— Вечер добрый всем! — громко сказала Диана, заставив замолчать и бас, и барабаны.

— Здравствуйте, — вяло ответила Алита. Адриан лишь встал и потянулся, а Денис оперся рукой о самую большую барабанную «кастрюлю», положив на нее голову и лениво постукивал по соседнему барабану палочкой.

— Чего не спим? Вот-вот отбой будет.

— Гражданин начальник тут устроила тотальный разнос, — неожиданно выпалил Денис, так и не отрывая головы от руки. Алита удивленно на него посмотрела.

— Ого, Денис! — Сказала Диана, — не ожидала от тебя такой фразы.

— Я тоже, — поддержала удивленная Алита.

— Тем не менее, я рада что ты так серьезно относишься к этому, — продолжила вожатая.

— Уверенность тает с каждым ударом, — опустил Денис голову на барабан, — но раз согласился… — сказал он глухо. Адриан к этому моменту, кажется, вообще уснул. Плюшевую игрушку ему заменила бас-гитара, которую он нежно приобнял, удобно улёгшись. Алита в очередной раз потерла глаза.

— Диан, вы хотели что-то? Смотрю, что атмосфера тут уже совсем не боевая.

— Не я, она, — Кивнула вожатая на Лизу, которую, казалось, никто и не заметил.

— Ой. Привет, Лиза. Тебя так странно видеть вне библиотеки.

— Да вы издеваетесь… — Тихо проговорила Лиза. — Привет.

— Ты мне что-то сказать хотела?

— Не тебе, — ответила Диана. Алита так ничего и не поняла, ровно до того момента, пока Лиза не подошла к барабанам на самом большом из которых Денис лежал лицом вниз.

— Ты… Очень здорово играешь, — никто так и не увидел, насколько Лиза покраснела.

— Спасибо. Но если это издевка, то… — Поднял Денис голову, — Ой.

— Вот…

Диана смотрела на это и думала: «Он точно сейчас что-то выпалит… Это ж Денис. Снова замкнется и начнет мычать что-то типа „М-да“ или „Круто“»

— Хочешь… Как-то сыграю для тебя? — ответил Денис.

«Что?!» — Подумала Диана.

Алита, увидев, что Адриан уснул, швырнула в него блокнот, который вытащила из кармана юбки. Бедняга аж подпрыгнул с матраца:

— Же не до па!

Диана глянула на Алиту.

— Не, ну а че он спит?

— Справедливо, — ответила вожатая.

Младшие лишь посмеялись.

— С удовольствием послушаю, — ответила наконец-то Лиза.

— Вот и отлично! — сказала Диана громко. — Всем спать. Завтра дорепетируете.

— Ура! — только и успел сказать Денис, перед тем как пулей выбежать из музкружка.

— Стоять! — Крикнула вдогонку Алита. — Мелкий маленький… Ладно. Тогда всем спокойной ночи. Мне нужно закрыть клуб, так что прошу освободить помещение.

— Все слышали главу? На выход, — скомандовала Диана.

Попрощавшись у двери клуба, музыканты с вожатой разошлись по своим домикам в разные стороны. Даже несмотря на то, что нематериальная оболочка Дианы отлично выспалась в хижине у духа, материальное тело изнывало от усталости и напряжения. Вечер казался ужасно холодным после прошедшего дождя, но желание пойти искупаться было сильнее отталкивающей прохлады.

«Я ж вожатая в конце концов, чего б разок и не воспользоваться положением?» — подумала Диана, идя в домик за купальником. — «Даже если меня увидят — ну и что?»

Как раз прогремел горн на отбой.

«Теперь путь точно должен быть чист. Жаль только, что эскалатор выключен.»

Взяв все необходимое из домика и переодевшись, Диана стремительно направилась к пристани, вдоволь намучавшись с тем, куда можно развесить постиранное белье и наискавшись куда-же можно было деть её большое пляжное полотенце. Эскалатор, будучи выключенным, показывал, насколько же он на самом деле тяжелое препятствие, а представляя, как еще и назад предстоит подниматься, на вожатую само-собой накатывало легкое уныние. Зато непривычно мокрый песок, в обычном своем виде, всегда раскаленный до бела, одарил ступню Дианы всей прохладой приятностью, как только она ступила на него. Лунная дорожка на бесконечном спокойном море, казалось, может привести прям на поверхность большого небесного тела, а теплый бриз щекотал кожу и предостерегал, что завтра ничего хорошего от пляжа ждать не стоит.

«Все так-же волшебно.» — отметила Диана пейзаж, осмотрев все еще раз уже с пристани.

Сбросив одежду на скамейку у домика, туда-же положив полотенце, Диана снова сошла с платформы и зашла в море по щиколотку.

«Удивительная вещь — море. Весь день лил дождь, сейчас ночь прохладнее обычного, а вода, как парное молоко. Видать у этого соленого организма свое мнение на все ситуации в жизни.» — Думала Диана. — «Но купаться что-то я передумала…»

Само собой всплыл разговор с духом.

— Что может значить, что патриарх не тут? Как такое вообще может быть? Он же должен быть пленником этого места. — Говорила Диана сама с собой. — Саша с Вовой точно не патриархи, они спокойно выезжают за пределы эллизиума. Это точно не дети… По крайней мере не те, кто приехали сюда на автобусах. Обслуживающий персонал? — положила Диана указательный палец на подбородок и посмотрела куда-то вверх. — Повара, охрана… Грегор, где же ты, когда ты так нужен? Хоть бы загадку услышать, которая бы приблизила меня хоть на сантиметр к цели. Что тут вообще реально: дети реальны? Люди реальны? Что-то я заболталась… Раз патриарх «не тут» — значит, что может оказаться вообще кем угодно. Даже банальная логика не работает в такой ситуации. А что, если дух просто ошибся? Он же сам сказал, что всего знать — никому не дано.

Диана снова поднялась на платформу уставшая от собственного монолога. Она села на скамейку рядом с формой и уставилась в дощатый пол. «Там гвоздь кривой, а там доска отошла» — пыталась Диана занять пустоту в своей голове. Как же было тяжело, что все мысли снова принадлежали только ей одной.

Вскоре на платформу вышел самый неожиданный гость, который только и мог тут появится. Обойдя дебаркадер, к Диане подошел черный талисман музкружка. Кот подошел к Дианиной ноге и обнял её своим черным пушистым хвостом.

— Салем, как же я рада тебя видеть.

Кот на это охотно ответил своим «Мурмяу». Диана взяла его на руки и заглянула в его глаза.

— Что, проснулся недавно? Ишь щуришься как.

Салем лишь зевнул, подтвердив Дианины слова.

— Надеюсь, что хоть не ты патриарх этого эллизиума? — грустно сказала Диана.

Кот снова оказался на полу, но никуда уходить так и не захотел.

— Прости, друг, мне нечего тебе дать поесть. Подожди уж до завтра. — встала Диана, чтоб одеться. — Пойдешь со мной, или тут останешься? — все еще говорила Диана с котом, надевая последнюю вещь.

Кот не отрываясь смотрел на вожатую. Похоже, что ответ был ясен.

— Ну, пойдем тогда, — снова подняла Диана кота на руки, — сегодня я тебя поношу́, так уж и быть, — ушла Диана с пляжа под негромкие звуки волн и теплое кошачье мурчание.

Глава 9

— В соты́й раз говорю тебе, Марго. Чтоб моё розовое полотенце́ было постиранное к вечеру́! У тебя куа, не было других полотене́ц? — Началось утро Мари.

— Да чего ты так взъелась-то?! Тебе что, жалко? Ну подумаешь, воспользовались её полотенцем…

— Подчеркну, моим любимы́м полотенце́м, которое моя маман мне положила с собой.

— Да всё. Хорошо, постираю я твое полотенце, только отстань! Довольна? — сдалась Рита, пока слушала нагоняи во время поисков зубной пасты.

— Ви, довольна́!

— Как ты вообще узнала?

— По запаху! Сделай одолжение, и своди своего кавалера́ в душ.

— Ну это уже совсем перебор, знаешь ли.

— Возможно́… — поубавила в обвинениях Мари. — Но очень неприятно́.

— Ну хорошо, прости меня, Мари, что привела к нам домой Васю и вытерла его твоим полотенцем! Гореть мне в аду за это! — Повернулась Рита в дверях, сжав два кулака и крикнув.

— Не преувеличива́й. Идем уже умываться́. Мне надоело тебя ждать.

Девушки вышли из домика, закрыв за собой дверь.

— Как думаешь, умывальник свободен?

— Уж скорее́ в нем вода согреется́.

Умывальник не был свободен от слова совсем. Человек пятнадцать находилось в очереди в надежде плеснуть в лица́ холодной воды, зевая и потирая глаза.

— Кошма-ар! — протянула Рита, — Что ж за утро-то такое? То от тебя нагоняй получаю, то умывальник, как будто, золотая жила.

— Десоли…

— Рита, золото мое, как дела?! — раздалось резко и громко.

— Что…? — только и успела издать Рита перед тем, как на ней, со спины, повис парень, ростом слегка выше нее. Он обнял руками её шею и прикоснулся щекой к волосам.

— Куа еще за номе́р? — поинтересовалась Мари.

— Егор, отвали от меня! — оттолкнула его Рита со всей своей, хоть и не очень большой, силы. — Мне уже хреново от тебя, вот честно.

На них уже смотрела вся очередь. Даже те, кто умывался.

— Ну как ты так можешь говорить? — улыбнулся парень. — Опа! А что это у тебя за подружка? Познакомишь?

— Мари, это Егор, — тихо сказала Рита.

— Ты с ума сошла? Ты зачем меня ему представила́?

— О-о, француженка? Люблю такое, — внаглую полез Егор к Мари и таки сделал то, что хотел. Теперь он висел на ней точно с таким-же хватом, как и на Рите. — Мы отлично подружимся, Мари. Еще и русский знаешь. Вообще — золото.

Мари всячески пыталась его оттолкнуть, но из этого мало что выходило. Вся толпа лишь стояла и смотрела на это смеясь и переговариваясь.

За спиной девочек пристроились Адриан и Сережа, до этого что-то пытавшихся сказать друг-другу, пользуясь лишь языком жестов.

— Мальчики, помогите! — сказала Рита.

Парни только хотели с ней поздороваться, но были опережены её просьбой.

— Что такое? — Спросил Сережа.

— Егор нашел новую жертву.

— Ну, зато от тебя отстал, — улыбнулся здоровяк. — Кто новая-то?

Рита лишь ткнула пальцем. Взгляды обоих парней резко стали злыми, как у цепных псов, только они заметили знакомые длинные волосы девушки, что пыталась высвободится.

— Хэ, мердюкс! — громко сказал Адриан, подходя к Егору сзади.

— А? — не успел обернуться парень, как его потащили за шиворот футболки. Адриан резко дернул напоследок, отправив Егора в небольшой полет. Мари, слава богам, осталась стоять.

— Нужно будет поучится у него мотивации, — сказал Сережа и тоже подошел к упавшему Егору. Адриан стоял над ним злобно скалясь и сжимая кулаки. — О чем мы с тобой уже говорили, а Егор?

— Не приставать к Рите. Я и так этого не делаю, — сказал парень улыбаясь, но все еще лёжа.

— Спокойнее, — сказал Серега, положа руку на плечо Адриана. Тот, зыкрнув, успокоился. — Тут ситуация еще хуже, дружище, — сказал Сережа, поправив очки, — Здесь можно получить по морде уже от двоих. И ладно я, я бить не умею, а за него, — показал Сережа большим пальцем на Адриана, скрестившего руки на груди, — я не ручаюсь.

Егор встал и отряхнулся.

— Посмотрим, кто еще кого. Чао, — последняя фраза была адресована Мари.

— Ил э мон экзапер. — Спокойно сказал Адраин.

— Ничего не понял, но согласен с тобой.

— Мерси, — подошла Мари, посмотрев по очереди на парней.

— Он неисправим… То от Вики получает регулярно, теперь огреб… Все чаще хочу, чтоб он полез к Юле. Может, Никита бы его вразумил раз и навсегда? — говорил Сережа.

— Как ты это позволила? — Поинтересовался Адриан.

— Ну а что я могу сделать? Не забывай, что я девушка, в первую очередь только потом уже… — посмотрела Мари на Риту и замолчала.

— Ребят, я, конечно, все понимаю, но речь вашу — нет. — Снова сказал Сережа.

— Она все понимает? — Уловил Адриан взгляд Мари.

— Ви.

Француз перебросил полотенце через плечо.

— Тут такая очередина, что я лучше пойду в другой конец зоны, не скучайте.

— Аревуар.

— Куда это он? — спросила Рита.

— Сказал, что пошел на другую́ сторону́. Может́ там людей меньше́.

— Спешит что ли? — поинтересовался Сережа.

— Но идея… — ответила Мари.

Очередь шла медленно, и только спустя минут пятнадцать подошел черед умыться нашей компании. В первый день казалось, что привыкнуть к ледяной воде будет, как минимум невозможно, но сейчас она не казалась чем-то необычным или непривычным. Все прошло намного быстрее, чем планировалось, и почему остальные так долго умывались — так и осталось маленькой загадкой. Горн прогудел как раз, когда девушки были на полпути до своего домика. Попрощавшись не на долго с Сережей, переодевшись, Рита и Мари быстрым шагом направились как можно быстрее занять свой столик.

У столовой тоже была очередь. «Самое настоящее проклятье, а не утро» — отметила про себя Мари. Снова никто никуда не торопился. Повара медленно накладывали еду, отдыхающие медленно отходили…

«Неужто так вчерашний дождь на всех подействовал?»

Была еще одна вещь, которая очень заметно портила Мари настроение. Она вспомнила про медбрата. Если вчера не было возможности как таковой, чтоб он наткнулся на Никиту, сегодня точно что-то да должно случится. По лагерю ведь ничего ходить не мешает?

Наконец-то взяв подносы, девочки поспешили занять свой столик. Мари прям не давало покоя это чувство, и она постоянно оглядывалась и высматривала Никиту.

— Ты чего крутишься? — спросила Рита, намазывая на гренку паштет. Завтрак у них состоял из двух гренок, паштета и куска шоколадного торта с чашкой чая.

— Куа? — повернулась Мари, — Но, все хорошо.

— По тебе не скажешь. Что, Егор испортил настроение?

— Ки? Но, я и забыла́.

— Зря. Видела, как Адриан за тебя вступился? У него лицо было злее, чем у медведя.

Мари все еще осматривала столовую.

— Ну как знаешь, — тихо попыталась Рита стянуть еще одну гренку с подноса Мари.

Но, чувство Мари с лихвой оправдалось. Попытку забрать гренку Риты и скольжение глазами по столовой прервал громкий крик со входа. Кричала Марта со всем энтузиазмом, и, казалось, улыбкой на лице.

— Там Драка! На улице драка!

Все в столовой, как пули с автомата, повылетали на улицу смотреть. Даже вожатые, всегда неторопливые, с утроенной скоростью побежали узнать.

— Случило́сь, — тихо сказала Мари.

Как только она вышла на крыльцо столовой, ей пришлось пробираться через толпу, чтоб посмотреть, что же там «случило́сь».

Но не творилось, ровным счетом, ничего. Как оказалось — вся драка кончилась одним ударом. Медбрат в распахнутом халате лежал на брусчатке площади, на спине, уставившись в голубое летнее небо. Его, до недавнего времени, ровное лицо теперь украшала немного отъехавшая вправо челюсть. Никита же сидел перед ним на корточках, закрывая ладонями лицо от рта до носа.

«Неужто медбрат еще и отбивался?»

Парень поднялся с корточек и растерянно прошелся туда-сюда. У Мари было двоякое чувство: вроде и месть себя полностью оправдала, вроде и Никиту от провальных отношений спасла, но хорошо внутри не было.

— Что тут происходит? — раздалась знакомая, на этот раз — строгая, русская речь. Кольцо окруживших расступилось и в круг зашла Диана. Она, скрестив руки на груди, сурово насупив взгляд, подошла к Никите.

— Да я и сам не понял… — посмотрел на нее парень виновато.

— Не понял?! Что-то у тебя слишком опасное непонимание, Никита.

«Хорошо играет… Сама ведь знает все.»

— Он сам ко мне подошел и сказал…

— Что сказал?

— Я не могу этого повторить, — уставился парень в землю.

— Сказал такое, что твоя нога сама подпрыгнула и… — посмотрела Диана на медбрата, — похоже, сломала ему челюсть?

Никита сжал кулаки, закрыл глаза и выпалил:

— Он сказал, что три дня трахался с моей девушкой. Точно так и сказал. Что мне делать оставалось?

Из толпы послышался удивленный громкий свист. Диана лишь выдохнула.

— После завтрака далеко не уходи, будем разбираться, — Диана осмотрела толпу зевак, — Представление окончено! Разойтись!

Все действительно развернулись и разошлись. Лишь Адриан поймал Мари за руку и спросил:

— Твоих рук дело?

— С чего ты взял?

— Вспомнил разговор в музкружке… Все пошло не по плану?

— Не по первостепенному.

Адриан отпустил её руку.

— Жестоко. Было за что?

— Было. Поверь.

— Верю. Сам не знаю почему.

Воспользовавшись суматохой и небольшой, но толпой — Никита зашагал куда-то в сторону сцены.

— Видела?

— Видела.

— Бедняга, пацан. Если это в первый раз — представляю, как ему сейчас тяжело.

— Что, был подобный случай? — хитро спросила Мари.

— Еще как! Но… как-нибудь в другой раз. — отмахнулся он.

— Что-ж у тебя все разы-то «другие»?

— Ой, не начинай. Пойдем лучше поговорим с ним. Уверяю, ему сейчас нужно.

— И что мы можем ему скажем?

— Попробуем узнать, что у него на уме. У нас, парней, крайне интересные решения возникают, когда речь идет про девушек, — улыбнулся Адриан, — но, когда сюда приплетается шок и апатия… — хорошего не жди.

— Алита не будет ревновать?

— Опять ты за своё? Не будет — если не узнает. Идем?

— Идем.

— Стоп!

— Что?

— Можешь сделать так, чтоб я понимал русскую речь? Очень надо.

Мари постучала себя по губам указательным пальцем…

— Я, конечно, не мой покровитель, но кое-что смогу. Разговаривать точно не сможешь, да и не факт, что будешь понимать абсолютно все. Даже не факт, что навсегда.

— Устраивает.

— Тогда пойдем, по дороге до сцены будут какие-то помещения. Там и наколдую.

«Хороший вариант залезть ему в воспоминания. Сильно ли это будет подло? Доверяет все-таки»

Они быстро дошли до стадиона. Мари пальцем показала на небольшой крытый спортзал. К счастью, он оказался открыт, и группа поддержки жертв обстоятельств зашла внутрь. Внутри был самый обыкновенный, по размеру, школьный спортзал с баскетбольными кольцами, «обрезанным» футбольным полем, несколько турников, шведская стенка и сетка на окнах.

— Миленько, — сказал Адриан.

— Главное — нет никого. Начали?

— Давай.

Мари положила руку на лоб Адриану, открыла полный набор фиолетовых глаз и принялась копаться в голове парня.

«Как же охота заглянуть в твою голову.

— Не думаешь, что это будет немного нечестно, — ответил Адриан в мыслях Мари, а сам улыбнулся.

— Ты слышишь, что я думаю?

— Примерно также, как и ты.

— Вот блин, спалилась.

— Бывает. Ты понимание будешь мне закачивать?

— Стараюсь. Утихни» — раздалось в мыслях обоих.

Мари отпустила лоб парня и погасила потусторонний свет. Адриан проморгался.

— Ну что, понимае́шь, что я говорю?

Адриан на это лишь шире открыл глаза и ткнул жест «ОК»

— Вот и хорошо, думаю, тебе этого хватит, — перестроилась Мари на французский, — говорить точно не можешь?

Адриан попытался произнести какое-то слово, но:

— Нет, не могу, — продолжил на французском.

Выйдя из спортзала, они направились уже к сцене. Первые ряды лавочек пустовали. Да и последние тоже.

— Куда он мог пойти?

— Ни малейшего понятия.

— Может он знает? — ткнул Адриан на худого паренька, выглядывающего из-за дерева и смотрящего на сцену.

«Кто это?»

— Он? — переспросила Мари.

— Что?

— Парни юбок не носят, — хихикнула девушка.

— Я и не заметил… Она от меня под таким углом, что я не разобрал, — улыбнулся парень.

— Такой себе из тебя разведчик… Пойдем.

Хвойная подстилка и веточки с шишками ну никак не способствовали тихому подкрадыванию, но у Мари и Адриана получилось подойти так, чтоб эта девочка их не заметила. Похоже, что сосредоточения ей было не занимать.

— Привет, ты тут не видел… — прервал речь Мари летящий в нее удар с ноги. Она только и успела что закрыть лицо, но Адриан успел сообразить быстрее.

Подскочив и закрыв собой подругу, парень принял удар в свой импровизированный блок.

Ударившая поняла что натворила и стояла, теперь закрыв рот руками. Адриан щелкнул запястьем и сказал:

— Мердэ, са фэ маль…

— Что он сказал? — спросила ударявшая испугано.

— Говорит, «Как же больно́». Первое слово́ переводить не буду́.

— Прости. Но подкрадываться не нужно больше.

— Рьён, — ответил Адриан.

— Ты не Никиту́ ищешь случайно́?

— Его. Ты так…

— …хорошо говоришь по руссэ? — перебила Мари девочку.

— Да.

— Мерси, часто́ говорят, — улыбнулась Мари.

— Вы не знаете, что произошло?

— Но, — соврала Мари, — вот идем узнать тоже́

— Мари-и! — громко послышалось издалека. На всех порах к группе бежала Оля.

Сама не зная почему, Мари присела на одно колено и обняла девочку, как только та приблизилась, при этом еще и улыбнувшись.

— Ты не знаешь где Никита?

— Но, Оля, сами ище́м.

— Жень, а ты? — спросила младшая у «разведчицы»

— У сцены сидит…

— Думаю, что после такого крика он сам к нам придёт, — сказал Адриан на родном языке.

— Что он сказал? — поинтересовались обе посторонние. Мари быстро все перевела.

— Логично, — ответила Женя.

Как оказалось, спустя минуту, у Никиты действительно был внутренний датчик на крик сестры, ну или очень хороший слух. Парень сам нашел группу так и не дошедшую до сцены.

— Что вы тут делаете? — спросил он безэмоционально.

— Тебя ищем! — громко сказала Оля и обняла брата.

— Все вчетвером? — Удивился Никита.

— Ви. Хочется́ спросить, как ты? — поинтересовалась Мари.

— Да, — подтвердила Женя.

— Плохо я.

— Пойдем до сцены́? Посидим.

— Я… не особо хочу сейчас разговаривать.

— Дювра́, — сказал Адриан.

— Чего? — спросил Никита.

— Он сказал «придется», — перевела Мари.

— Да? И с кем же придется? — начал злиться боец.

— Диана, — спокойно ответил Адриан.

Никита вновь поник. Француз на него вопросительно глянул.

— Может он и прав.

— Так, что, расскажешь? — спросила Женя

— Хорошо, Жень, расскажу. Только это не для детских ушей, — глянул Никита на сестру.

— Ну, не честно!

— Оля́, все будет бьён, веришь? — улыбнулась ей Мари.

— Тебе — верю.

— Вот и хорошо́. Мы скоро придем.

Оля отпустила брата и медленно пошла в сторону лагеря.

— Она в тебе просто души не чает, — Сказал Никита, — как ты это делаешь?

— У ля фемм свои секреты́.

Компания прошла до скамеек перед сценой. По пути Адриан сказал Мари свои наблюдения по поводу взгляда этой Жени. Суть предложения была в том, что «таким взглядом смотрят только влюбленные». Мари аж сама задумалась какими глазами она смотрит на окружающих, если это настолько заметно?

Ребята сели, и Женя задала вопрос Никите:

— Так что-же случилось?

— Странное случилось. Я стоял с Юлей под столовой, а потом приходит этот медбрат… И в наглую начинает мне говорить, что спал с моей девушкой.

Мари опустила глаза. Заметно это было сильно.

— Что, к тебе тоже приставал? — спросил у нее Никита.

— Ви, позавчера в медпункте́.

Мозаика в голове Адриана сложилось воедино.

«И не только приставал… транквилизатор был лишним»

— Понятно, — продолжил Никита, — Когда я посмотрел на Юлю, думал, что она оправдываться начнет. А она нет. Этот урод все лыбился, вот я и не сдержался. В принципе и… все.

— Ну, есть и хорошая новость, — его драка оправдана, по крайней мере одним человеком, — сказала Адриан на французском.

— И что он несёт? — спросил Никита устало.

— Сказал, что тебе есть оправдание́.

— И какое-же? — заинтересовался потерпевший.

— Такое, что, если Юля согласится, что медбрат её изнасиловал — то ему светит срок. В противном случае Мари может согласится рассказать, что он пытался и её изнасиловать — то срок поменьше. Ему не отвертеться никак.

Мари это перевела и задумалась.

— Эй! — поняла француженка что невольно стала частью сговора.

— Так надо. Помоги Никите, тогда твоя месть будет окончательной, — казалось Адриан подбирал и обрабатывал каждое слово. Мари это услышав, обдумав и поведясь — согласилась.

— Бьен, я скажу́, что он ко мне пристава́л.

— Знать бы, что он сказал? — снова спросил Никита.

Мари быстро изложила суть.

— Ты правда это сделаешь? Ради того чтоб я ему отомстил?

«Ну, не только ты один…»

— Спасибо огромное, Мари, — улыбнулся ей Никита.

— Можно… я побуду с тобой, пока ты не отправился на допрос? — спросила у него Женя.

— Можно, — без энтузиазма ответил Никита, — помощь мне сейчас нужна.

Женя и Никита ушли по направлению лагеря.

— Ату! — крикнул Адриан им в след. Никита и Женя обернулись. — Мари, переведи пожалуйста, — обратился Адриан уже к ней.

Та, выдохнув, согласилась.

— Скажи ему, чтоб приходил в мастерскую, после того как все закончится.

Мари, набрав воздуха в грудь, громко сказала перевод Никите. Тот, не понимая зачем, согласился.

— Спасибо, товарищ рупор, — улыбнулся девушке Адриан и сразу-же получил кулаком в живот. — Ау, — не прекращал он улыбаться.

— Бесишь.

— Прям сильно?

— Нет, — сказала Мари тихо.

— Мари, я тебя чем-то обидел?

— Все в норме.

— Ты не хочешь пойти с ними? Мало-ли когда его вызовут на допрос. Ты там должна быть.

— Так сильно хочешь от меня избавится? — глянула Мари обиженно.

— Ну что ты… — присел Адриан рядом с ней. — Не хочу, да и не могу по некоторым причинам, — потрогал Адриан подвеску.

— Я поняла. А чего ты его в мастерскую-то позвал?

— Да Сережа ваш, на пальцах мне буквально рассказал, как ему скучно на пристани. Позвал меня. Думаю, если я притащу еще одного человека — он не будет против.

— Будет.

— Почему?

— Никита Сережу недолюбливает. И никто не знает почему.

— Значит — выясним.

— Думаешь смо…? Хотя… Что я спрашиваю?

— Вот и молодец, Мари. Ты меня прости, но у меня дела еще оставались. Нужно…

— Да поняла я… Беги к своей Алите, — сказала Мари сквозь натянутую улыбку.

Адриан лишь потупил взгляд и поджал губы.

— До встречи.

— Давай, — ответила ему Мари и осталась сидеть перед сценой. Адриан изо всех сил старался не обернуться, когда шел к музыкальному клубу.

«Почему постоянно я говорю что-то не так…» — подумал парень.

Путь закончился быстро, и, без стука, Адриан зашел в музклуб. Барабаны все еще стояли на середине помещения и пока еще никто не успел их занять.

«Ну и хорошо, чуть покоя от этого стука будет» — подумал парень и плюхнулся на один из матрасов.

— Адриан! — услышал парень, успевший стать привычным за три дня девичий голос.

Алита вышла из кладовки музкружка с чашкой в правой руке и улыбнулась.

— Бонжур! — не долго просидел парень под окном. Адриан и Алита крепко обнялись.

— Где был? — как обычно что-то спрашивала Алита, уже не надеясь услышать внятный ответ.

— Сюр ла сцен, — ответил Парень.

— Понятно, у сце… — Встала Алита, как вкопанная. Потом резко обернулась, — Ты понял что я спросила?

«Удивлен, что ты поняла, что я сказал…»

Адриан утвердительно кивнул.

— Вот это поворот, — дошла Алита до рояля и поставила на него чашку. — И давно ты понимаешь?

Адриан пожал плечами.

— Это же здорово! Наконец-то! Похоже, что Боженька есть, — подошла к нему Алита и снова обняла.

«В свете последних событий… Ни капли не удивлюсь если действительно есть…»

— Это ж тебе теперь можно столько всего рассказать! И поручить… — хитро сказала Алита.

Адриан, улыбаясь кивал, но на последнем предложении вопросительно поднял бровь.

— Да-да, дорогуша, не удивляйся. Мне сильно нужна твоя помощь, — Спокойно говорила Алита. Адриан сложил руки на груди.

— Ты ж на концерте собрался выступать?

Адриан пожал плечами.

— Еще и сомневаешься? Я слышала, как ты играешь. Ничуть не хуже меня. Ты обязан выступить.

«Вот черт… Мое тайное выступление под угрозой?»

Адриан снова пожал плечами почёсывая затылок.

— Сомнение — пол пути до соглашения, а пока — отнеси усилитель на починку Сереже. Он уже несколько дней обещает его посмотреть и не делает этого, — показала Алита на гитарный усилитель у одной из стенок. Он был черный с брендовым названием на решетке динамиков. С виду он весил килограмм пятнадцать.

«Эх, мне не привыкать работать грузчиком» — подумал парень и подойдя, взял усилитель за «удобно» расположенную фирмой ручку сверху. Все провода были любезно утянуты, так что проблем не создавали.

— Жду тебя, как только все будет выполнено, тебя ждет награда, — подмигнула ему Алита. Адриан на это лишь ей улыбнулся.

Парень вышел из музкружка с этой «дурой» в руке, которая еще и постоянно билась о ногу. Благо, мастерская была не далеко.

Постучав в дверь и услышав «войдите» Адриан распахнул её свободной рукой.

— Не закрывай дверь! — сказал Сережа.

— Бьен! — ответил француз и поставил усилитель на один из верстаков.

— А, Адриан, это ты? — отвлекся на гостя Сережа, до этого что-то паявший за другим верстаком. Запах стоял жженый и неприятный.

— Ви, муа.

Только Сережа хотел опять прикоснуться паяльном к плате, как резко остановился. Здоровяк поднялся, подошел к Адриану и внимательно его осмотрел, поправляя очки.

— Ке… кет ил арри ви?

— Ты мне сейчас ответил? Мне не послышалось? Да и дверь оставил открытой, как я просил.

— В…Ви.

— И с какого момента ты понимаешь все что я говорю?

Растерянный Адриан лишь пожал плечами. Серьезный до этого момента Сережа расплылся в дружеской улыбке.

— Рад за тебя, дружище! — хлопнул парень Адриана по левому плечу. Резкая боль пробила все тело, и француз согнулся.

— Что? Что случилось?

Адриан, выпрямившись закатил короткий рукав рубашки и показал причину.

— Ох, блин… Прости меня пожалуйста, я забыл…

Адриан лишь отмахнулся, показал, что зла не держит.

— Фух. Еще раз извини, — почесал Сережа затылок, — Что ты там принес?

— Амплификатёр, — сказал Адриан.

— Буду знать, как усилитель называется на вашем, — улыбнулся Сережа французу. Улыбка была получена в ответ. — Кажется, Алита говорила, что он включается и сразу выключается?

Адриан пожал плечами.

— Ясненько, ну давай проверим.

Сережа достал из-под верстака удлинитель, подключенный в сеть и не разматывая провод усилителя воткнул его штепсель в розетку. Адриан дернул позолоченный тумблерок вверх, и зеленая лампочка загорелась на передней панели.

— Пока-что все хорошо.

Адриан утвердительно кивнул.

Сережа покрутил рукоятку с английской надписью «Gain» под ней. Усилитель все еще работал.

— Тоже все в норме…

Следующим в ход пошла ручка с надписью «Master». Помимо того, что, усилитель начал шипеть, тоже все было в норме.

— Еще ручку повернем?

Адриан кивнул.

В ход пошла ручка «Bass». Дойдя до своего предела, усилитель таки выключился.

— Ага, — сказал Сережа. — обнаружение проблемы — пол пути её решения.

Адриан улыбнулся уголком рта.

— Подай мне отвертку, — сказал Сережа так и не удосужившись показать, где она лежит. А может просто до конца не верил, что Адриан все понимает. Сам же здоровяк остался крутить ручки перезапустив усилитель.

Адриан подошел к ящику с инструментами и мягко выпал в осадок от количества хлама. Собрав все отвертки в кучу, которые только нашел, он вывалил все это богатство на верстак с усилителем.

Сережа, не удивившись ни на секунду, просто взял нужную и принялся крутить золоченые винты на задней панели усилителя. Когда все винтики были выкручены, Адриан взял один из них посмотреть, а Сережа аккуратно поддел всю панель той-же отверткой.

«Даже на винтах маркировка… Что за понты?» — подумал Адриан.

Сережа громко присвистнул.

— Куа? — спросил Адриан.

— Ты когда-то видел город в снегу с высоты птичьего полета?

Адриан, не поняв вопроса, отрицательно покачал головой.

— Ну так иди глянь, — поправил очки здоровяк и отошел с задней стенкой усилителя в руках.

Теперь смысл фразы стал ясен. Пыли внутри усилителя было настолько много, что все платы и элементы действительно напоминали город под большим слоем снега. Сказать, что зрелище было забавное — не сказать ничего.

Резко сзади сверкнула вспышка, заставив парней обернуться. Фиолетововолосая девушка улыбалась, глядя на снимок на экранчике цифровой камеры.

— Тьфу ты, засветила! — Произнесла она.

— Ангелина, так и до инфаркта не далеко. — сказал Сережа.

— Да ладно тебе, молодой еще. Дай перефотографирую лучше, эта штука просто сногсшибательно в кадре смотрится.

Адриан и Сережа посмотрели друг на друга и, пожав плечами, встали по разные стороны открытого усилителя, облокотившись на него и улыбнувшись. Затвор камеры щелкнул и теперь уже Ангелина улыбалась довольная своим кадром.

— Блеск! Спасибо вам! — сказала Девушка и отчалила из мастерской.

— Хоть бы показала.

— Ви, — подтвердил Адриан.

— Слушай, сходи пока за гитарой. Нам же нужно его будет проверить? Я пока пыль сдую.

Адриан показал жест «ОК» и вылетел из мастерской.

В муз. кружке Алита уже вовсю занималась с Денисом отработкой барабанных партий. Адриан забежал в клуб и схватился за первую попавшуюся электрогитару.

— Ты куда это понес?

Адриан подошел ближе и сказал, точнее показал, что он с ней собирается делать.

— Из него талантливый мим, — с самым безразличным лицом сказал Денис.

«Интересно, он меня всегда подкалывал?»

Адриан подошел и легонько щелкнул барабанщика по уху.

— Ау, какого…? Раньше же не делал такого!

Адриан лишь улыбнулся пареньку.

«Надеюсь, теперь будешь фильтровать слова»

— Беги давай, злыдень, - Улыбнулась Алита Адриану вслед.

Такой-же пулей он вернулся в мастерскую. Гитара приземлилась рядом с верстаком, на самое безопасное для нее место. Сережа же искал что-то в дальнем углу помещения, в кладовой коморке. Адриан громко постучал в дверь, на что с кладовки выглянула очкастая голова.

— Ты вернулся?

— Ви.

— А я не могу найти компрессор…

— А куи бон?

— Предположу, что это «зачем». Пыль сдуть надо. А компрессор дует. Сильно.

«Спасибо, кэп.»

В открытую дверь, для галочки, постучали.

— Войдите, Ентре, — сказали оба, но только потом обернулись. В двери стоял Никита.

Адриан широко ему улыбнулся, на что Никита лишь скромно кивнул.

— Кто там? — спросил Сережа, не удосужившись вылезти из своего «логова».

— Никита́. — Ответил Адриан.

В кладовке что-то обо что-то ударилось. Сережа вынырнул, потирая голову и с закрытым глазом.

— Привет, Никит, ты хотел что-то?

— Нет, — ответил парень, лишившись всей неуверенности, — меня он позвал сюда.

— Серьезно?

— Ви. — Адриан стоял и улыбался.

— Ага… А зачем — не сказал? — поинтересовался Сережа.

— Нет.

«Ребята, что за напряжение?»

— Адриан, объяснишься? — внезапно понял всю абсурдность просьбы Сережа.

Француз на это лишь поджал губы и сощурил глаз.

— А, ну да… — потер Сережа затылок.

— Теперь хоть вспомнил, как его зовут, — сказала Никита. Адриан на это только протянул руку. Никита её пожал.

— Так… Объяснить зачем он меня позвал — он не может?

— Нет. Только понимает, что другие говорят.

— Понятно. Ну, мне, как минимум, его поблагодарить стоит.

— За что?

— За то, что Мари уломал признаться в том, что к ней приставал и пытался изнасиловать медбрат. С меня сняли все обвинения. Спасибо, Адриан.

Тот ему серьезно кивнул.

— Мари что?! — громко переспросил Сережа.

— Прости… Лишнего болтнул.

— С ней… Все в порядке? Да и с тобой, кстати?

— Нормально, — невесело сказал Никита и махнул рукой. — Всё к расставанию шло уже давно. Жаль только, что повод был такой… необычный, в плохом смысле этого слова.

«Та-ак, пацаны, разговор-то, смотрю, клеется и без меня» — подумал француз.

— Слушай, Сереж… Ты прости меня за все выходки, косые взгляды и так далее. Я дураком был, короче, — говорил, опустив голову, Никита.

— Да все хорошо, я не злюсь. Просто тогда на пристани… Ну… Думаю, что каждый бы вмешался, когда человека, который нравится, собираются бить, — легко улыбнулся здоровяк.

— Тебе Мари нравится? Поня-ятно теперь все, — улыбнулся Никита, — я просто… В общем, если что — прости.

— Все путем, — протянул руку Сережа. Никита её с энтузиазмом пожал.

«Магия на глазах происходит!»

— Чем вы тут занимались? — Спросил Никита.

— Чистили усилитель, — ответил Сережа, снова направляясь к кладовке.

— Этот? — Заглянул Никита внутрь, — Ничего себе! Нью Йорк в снегу.

— Скажи? — раздалось из кладовки, — наконец-то! — раздалось во второй раз.

Сережа выполз с квадратной штуковиной, которая вскоре приземлилась на тот же верстак, на котором находился усилитель. От «квадратной штуковины» красного цвета отходили: провод с одной стороны, шланг с другой, а на корпусе находилась пара кнопочек.

— О, у моего бати в гараже такой-же компрессор!

— Значит, ты с него и дунешь! — вручил Сережа шланг Никите.

— Да без базара! — Весело ответил последний.

Никита направил шланг внутрь усилителя. Адриан встал по левое плечо от него, а Сережа — по правое.

— Врубаю! — сказал Сережа и щелкнул тумблером на корпусе компрессора. Механизм загудел и из корпуса усилителя весь «снег» превратился обратно в тучу, накрывшую парней целиком и заставившую всю троицу спешно покинуть помещение.

— Сказать, что это было не весело — язык не повернется! — Сказал Никита улыбаясь и откашливаясь что есть силы.

— Мда, три дурилы… Нужно было респираторы найти, — сказал Сережа то пытаясь откашляться.

Спустя минут пять пыль осела, и парни вернулись в мастерскую. Теперь в пыли было процентов семьдесят помещения.

— Убирать придется долго. — Сказала Сережа.

— Думаю, что мы в беде тебя не бросим, — Кивнули Адриан и Никита.

— Тогда давайте сначала дочистим усилок, а потом уже займемся остальным.

Получив окончательную дозу направленного воздуха, усилитель был окончательно очищен от пыли. Все контакты и элементы сияли, как новые и задняя крышка села обратно на свои четыре болта. Усилитель снова повернулся к парням динамиком, а Сережа включил все тумблерки и подергал ручки. Больше он не выключался.

— Ну, хоть тут все хорошо. — Сказал здоровяк.

Адриан взял принесенную гитару, тоже порадком запыленную, и присоединил её шнуром к усилителю, на что тот «закашлял» чередой помех. Сам музыкант уселся на верстак.

— Играешь? — поинтересовался Никита.

Адриан лишь прошелся быстрым перебором по струнам, подтвердив свое умение.

— Кру-уть!

— Ж ассепт де командс, — сказал Адриан.

— Что? — спросил Никита.

— Кажется, он принимает команды, — улыбнувшись, сказал Сережа.

— О! Тогда давай «Переменный ток» группы «дорога в Ад»! — Сказал Никита.

— Ничего себе, роком увлекаешься? — спросил Сережа.

— Только его и слушаю, — Улыбнулся тот ему в ответ.

Адриан вроде и знал эту песню и тихо наиграв мотив, вопросительно посмотрел на впереди стоящих.

— Да, оно! — громко подтвердили оба.

Адриан начал играть, закрыв глаза и вспоминая партию. То, что он не помнил — заменял подобным, но как ему показалось — музыка получилась сносная. Парни даже подпели немного:

В жизни у тебя дилемы?

Личный жизненный потоп?

Мигом все решит проблемы

Переменный тоооок!

Прорычали парни последнюю строчку песни и ткнули в воздух рок-н-рольную козу.

— Жесть! — сказал Сережа, а из «Пурпурного тумана» знаешь что-то?

— Ви!

Пальцы Адриана снова легли на струны. Новая песня была куда сложнее, но и она была сыграна. Усилитель рычал, стонал, пищал, а струны, казалось, гнулись и зажимались так, как в принципе не могут. По окончании песни Никита и Сережа стояли с глазами «по пять копеек».

— Тала-ант, — протянули оба.

Адриан лишь потер нос.

— Ты обязан выступить на концерте в конце смены с чем-нибудь таким! Так не хочется какие-то слащавые песенки слушать от Алиты и её банды…

Адриан сузил глаза в две презрительные щелки.

— Что? — спросил Никита.

— Алита типа… с ним, — пояснил Сережа.

— А, — взгляд Никиты куда-то потерялся. — Прости.

Адриан лишь укоризненно покачал пальцем и улыбнулся.

Предмет обсуждений сама зашла в мастерскую без стука.

— Кто это иг… Боже, откуда столько пыли?! — выбежала Алита из здания, чихая и кашляя, на что Адриан подорвался с верстака и побежал к ней.

— Не переживай, у меня просто аллергия на пыль.

— Фьюф, бьен. — Ответил он.

— Это ты играл?

— Ви, — кивнул Адриан.

— Это были очень тяжелая песня. И ты молчал, что ты умеешь «так!»?

Адриан пожал плечами.

— Теперь я точно на тебя обижусь, если ты не выступишь на концерте!

Адриан лишь закатил глаза и выдохнул.

— Ясно, ты непробиваем. Поможешь отнести усилитель?

— Ви.

— Момент, — сказал Адриан и отключив усилитель, забрал его с собой.

Когда Алита и Адриан зашли в музклуб, Денис сразу-же спросил:

— Ну что, кто это такие рифы выдавал?! В жизни не слышал, чтоб кто-то «пурпурный туман» сыграть смог. Даже сам автор часто запинается.

— Он и играл. — ответила Алита.

— Денис лишь молча ткнул Адриану «класс». Парень, положив руку на грудь, поклонился. Адриан поставил усилитель на место и направился к выходу.

— Ты куда это?

— Ретур, — сказал Адриан и показал большим пальцем

— А с нами побыть?

Парень отвел взгляд куда-то в сторону и поджал губы.

— Друзей нашел?

Адриан молча кивнул.

— Знаешь, я за тебя рада. Ладно, иди, — улыбнулась ему Алита.

Парень подошел к ней, обнял и пошел обратно в мастерскую.

Внутри клуба радиоэлектроники Никита и Сережа пытались хоть чуть-чуть что-то отмыть. Выходило скверно. Адриан снова постучался.

— Да входи уже. — сказал Сережа.

— Адриан, — обратился к нему Никита, — идешь с нами на пристань после ужина? Серега сказал, что ему помощь нужна.

— Ви, бьен сюр.

— Он согласился, — сказал Сережа.

Прогудел горн.

— О! Как раз вовремя, жрать хочу, как не знаю кто! — сказал Никита.

— Поддерживаю!

— Ви.

Покидав тряпки в тазик у входа, парни пошли есть. Пользуясь преимуществами расположения, они оказались самые первые.

Приветливая повариха встретила их лучезарной улыбкой.

— Привет, мальчики!

— Здрасте! — Ответил Сережа за всех.

— Так… Сережа, Адриан, а третьего имени я не знаю, не порядок.

— Я Никита, — Сказал он неожиданно скромно.

— Приятно-приятно. Я Наташа. Так и зови.

— Договорились, — улыбнулся ей Никита.

— Чем сегодня балуете? — поинтересовался Сережа.

— Сегодня все сдержанно. Бефстроганов с пюре, борщ и салатик.

— Здорово! Как раз, чтоб наесться.

— Рада, что тебе нравится, Сереж.

Парни отдали свои подносы на заполнение и получив их обратно — направились за один столик.

— Классная тетка, — улыбнулся Никита.

— Это точно ты говоришь? — сказал Сережа отправляя первую ложку супа в рот.

— Ну а что? Не Диана, конечно, но тоже хороша.

Адриан и Сережа немного поперхнулись.

— Опа.

— Куа? — спросил Адриан, кряхтя.

— Ну а что? Только не говорите, что она вам не нравится.

— Она, конечно, классная… Но, старовата ведь. Сколько ей? Тридцатка?

— Гонишь, — сказал Никита.

— Да нет. Сам подумай, сколько нужно учится, потом, интернатура, докторские… Ей точно под тридцатник.

— Она выглядит уж очень хорошо. Я видел, что она вытворяет на спортплощадке.

— Я в купальнике её видел, и что? — сказал Сережа.

— А трогал?

— Что ты, нет, конечно.

— А я подстраховывал при упражнениях.

Один лишь Адриан ел молча. Не хотелось ему поддерживать такой разговор. Да и суп был уж сильно вкусным. Казалось бы: картошка, мясо да капуста…

«Мне ж повариха должна блюдо на выбор! Не заказать ли ей пару пицц, чтоб заточить их на пристани?» — посмотрел Адриан на раздачу, уже успевшую забиться отдыхающими.

— Смотри, даже Адриан засмотрелся на нашу повариху.

— Куа? Но.

— Ой, не оправдывайся! — продолжал Никита.

«Как бы им сказать-то? А лучше — пусть будет сюрпризом».

Три мужских аппетита оказались уж слишком велики и тарелки опустели в несколько мгновений. Парни встали и понесли свои подносы обратно на раздачу. Наташа и тут принимала их первой.

— Теть Наташ, — обратился к ней Сережа.

— Да?

— Вы заняты чем-то после ужина?

— Оу-у, на свиданку решил меня позвать? Нет, не занята.

Сережа покраснел и отвернулся, а Адриан и Никита над ним посмеялись.

— Наверное, он просто хотел позвать вас на пристань. Мы сегодня должны были в яхте ковыряться. — дополнил Никита.

— А-а, — протянула Наташа, — тогда я согласна.

— Бьен! — радостно сказал Адриан.

Только парни захотели уйти, Адриан положил руки им на плечи и сказал:

— Е вийнда бьенто.

— Это отлично, дружище, но я ничего не понял, — ответил Никита.

— Он сказал, чтоб вы его подождали, он скоро придет, — сказала мимо проходящая Диана, идущая к выходу.

— Челюсть с пола подбери, — сказал Сережа засмотревшемуся Никите.

— Ой. — пришел тот в себя.

— Так во-от почему ты на меня злился в первые дни. — догадался Сережа, — Ты ревновал, что Диана меня поручениями засыпала, а потом обняла, повиснув?

— Ну… Есть немного. Это была та́к заметно?

— Тебе прямо? — Улыбнулся здоровяк широко-широко.

— Кхм, — кашлянул Адриан напоминая, что он все-еще держит их за шеи.

— Да, Адриан, мы тебя подождем.

Парни вышли из столовой, а француз вернулся к поварихе. Она была занята сбором подносов, но парень выждал, когда она освободится.

— Адриан, ты еще тут?

— Ви.

— Ты что-то хотел?

— Ун пью.

— И что-же? Сто-оп. Ты что, понимаешь, что я говорю?

— Ун пью, — Повторил он с улыбкой.

— Ты посмотри, что атмосфера лагерная вытворяет. Так что ты хотел?

Адриан открыл рот, чтоб что-то сказать, но поймет ли его повариха?

— Чего ты молчишь? — сказала Наташа; небольшой тик исказил её лицо, буквально на мгновение. Адриан аж подпрыгнул от неожиданности. — Что? Что с тобой?

— Ту… ва бьён?

— Что?

Адриан потряс головой, не привиделось ли ему, но повторных тиков не наблюдалось.

— Адриан, у меня работа еще, что ты хотел? — сказала она серьезнее, чем обычно.

Мимо как раз проходила «спасительная» Мари.

— Мари! — крикнул ей Адриан.

Девушка с безразличием подошла.

— Что ты хотел?

— Приветик, Мари, — поздоровалась Повариха.

— Бонжур-бонжур.

— Спроси у нее, помнит ли она про вчерашнюю награду за нахождение Дианы?

Мари, выдохнув, перевела сказанное. Повариха на это лишь кивнула.

— Спроси, сможет ли она приготовить две пиццы после ужина?

Мари и это перевела. Наташа сурово посмотрела на Адриана, но, подумав, кивнула, улыбнувшись. Адриан, обнял повариху и сказал свое «Мерси боку». Теперь он ждал её прихода на пристань чуть сильнее.

Мари и Адриан вышли из столовой.

— Ну, как дела? Как день проводишь?

— Я помирил этих двух, как и говорил, — показал Адриан пальцем на Сережу и Никиту болтающих о чем-то у крыльца столовой.

— Удивительно, Морэ. Похоже, что твой язык — отдельный вид какой-то магии.

— Они меня не понимают, язык тут не при чем.

— Значит, я сдам тебя в потусторонний мир, пусть там с тобой разбираются. Прости, у меня дела. — Сожалея сказала она, смотря парню в глаза.

— Всегда в делах. Удачи.

— Спасибо, — разошлись Адриан и Мари в разные стороны, сойдя с крыльца. Никита и Сережа стояли неподалеку и всё видели.

— Чего поздороваться не подошла? — Спросил Сережа.

— Ле траваил, — ответил Адриан.

— Не понятно…

— Что дальше делать будем? — спросил Никита.

— Спешишь куда-то?

— Наоборот… Теперь у меня вся смена свободна, если ты понимаешь, о чем я.

— Ну, занятий до ужина у нас нету.

— Блеск.

Парни пошли в мастерскую. Даже этот путь показался до невозможности длинным. Кто-то шел, считая брусчатку, кто-то смотрел по сторонам, а Адриан задумался о своем.

«Блин, теперь Алита думает, что я не хочу на концерте выступать. Надеюсь, мой маленький сюрприз её обрадует. Как же тяжело искать место, где её нету, чтоб хоть чуть-чуть набросать нужных нот. Интересно, а эти двое смогут на чем-то сыграть, если с ними чуть позаниматься? Бли-ин, яхта ведь может стать отличным местом, чтоб там прятаться для репетиции! Надеюсь, в плавучем домике есть электричество…? С мотивацией у них, конечно, будут проблемы…» — задумался Адриан и не заметил, как троица дошла до мастерской.

Сережа, повернув пару раз ключ в замке — открыл дверь. Пыли меньше не стало.

— Угораздило ж нас дунуть в эту штуку прямо тут…

— Ну, хорошая мысль, как говорится…

— А, — отмахнулся Сережа от Никиты, — без тебя знаю.

Здоровяк решил вернуться за пайку неизвестной платы, которой занимался до прихода Адриана.

— Что паяешь?

— Плата от одного из софитов на сцене. Марта ради нее, считай, старому барабанщику в группе Алиты руку сломала.

— Ли́хо. Прям «ради»?

— Ну, не совсем… Там все случайно вышло. По-дурости. Она полезла на балки и упала оттуда, а паренек, на секундочку сын Роджера Мура, поймал её, когда она летела. Поймал неудачно.

— Роджер Мур… Что-то знакомое…

— Барабанщик в «Квиксильвер». Англичанин.

— Да ладно?! У него сын тут?

— Угу. Был. Увезли недавно. Лечить.

— А что теперь с этой будет… Мартой?

— Пока не знаем. Да и врятли узнаем. Когда все разъедутся — общаться будут единицы.

— Печальная правда.

Даже Адриан приуныл, услышав эту фразу.

«Верно. Это всё не навсегда.»

Предмет недавнего упоминания вбежала в мастерскую.

— Сереж! — громко крикнула она.

— Привет, ты чего хотела? — сказала парень абсолютно спокойно. Наверное, уже привык.

— Вика…!

— Что Вика?

— Вика упала и теперь еле ходит!

— Где?! — вскочил здоровяк. У Никиты и Адриана глаза открылись шире.

— На стадионе. Еле доползла до спортплощадки, теперь сидит где-то там.

Все четверо побежали на стадион, забыв даже прикрыть мастерскую. Промелькнула площадь, тропинка до стадиона, пересеклась беговая дорожка.

— Вон она! — показала Марта на что-то лежавшее в лагерной форме, у одного из снарядов.

— Что-ж её не поднял-то никто? — спросил Никита, когда все снова перешли на бег.

— А ты видишь тут хоть кого-то?!

Парни и Марта подбежали к Вике. Грудь девушки тяжело вздымалась, пока та лежала, закрыв глаза и немного приоткрыв рот.

— Типик фьерв, — сказал Адриан.

«Регулярно такой болел за последние два года…»

— И что это? — спросил Никита.

Адриан подошел и сел рядом с Викой. Его рука прикоснулась ко лбу девушки.

«Ох ничего себе! Да на ней можно пожарить что-то.»

— Ну что? Что с ней? — спросил Сережа.

— Фьерв! — ответил Адриан.

— Что это такое?

Адриан снова положил руку ей на лоб и сделал вид что обжегся.

— Температура?

Адриан кивнул, а потом скрестил руки и начал показательно дрожать.

— Лихорадка? Простудилась.

Адриан щелкнул пальцами.

— Тащите её в медпункт! — крикнула Марта.

— Так медбрата ж нету!

— Вот блин, — сказал виновато Никита.

— Позже разберемся! — сказал Сережа, беря Вику на руки.

Группа пошла в обратную сторону в ускоренном темпе. Вика жалась на руках Сережи и дрожала.

— Открывайте двери! — сказал Сережа, когда все подходили.

— Закрыта! — сказал Никита, пытаясь её открыть. Парень поднял ногу, готовясь ударить.

— Стоп! — крикнул Адриан, увидев открытое окно. Он взял Марту за руку и подвел её к окну, присев и сложив ладонь в ладонь, показывая, что готов её подсадить. Марта поняла все безошибочно и влетела в окно сразу-же.

— Мда, не подумал, — сказал Никита, как дверь с другой стороны открылась.

Сережа зашел и положил Вику на застеленную койку.

— Что дальше делать будем? — спросил Сережа, беспокойно терев затылок.

— Конселье! — громко сказал Адриан. Никто ничего не понял. — Диана́! — адаптировал француз свою фразу.

— Я позову! — вылетела Марта с медпункта.

— Я в другую сторону! — выбежал следом Никита.

— А нам что делать? Вид у нее не очень.

Вика сжалась в комок на койке и что-то тихо бормотала себе под нос. Её лицо было ужасно бледным, а форма промокла от пота.

Адриан взялся за плечо Сережи и показал на шкафчик с медикаментами.

— Убопрофен оу Парацетамоль.

Сережа начал рыться в шкафчике, пока Адриан укрыл Вику покрывалом.

— Держи, — протянул Сережа французу по баночке и того и того.

Адриан на него посмотрел вопросительно.

— Что?

Он ткнул в баночку в левой руке Сережи и сказал:

— Парацетамоль?

— Ты ж читать не умеешь, — сказал тихо Сережа и еще раз посмотрел на баночку, поправив очки. Он утвердительно кивнул.

Адриан забрал таблетки, вытащил оттуда одну.

«А как она её выпьет-то? Еле живая ведь…»

Хорошо, что рядом стоял графин с водой и стакан. Разломав таблетку в порошок и растворив в стакане, постоянно баламутя воду в нем, Адриан постарался показать Сереже, чтоб тот приподнял Вику, чтоб та, как минимум, сидела.

Сережа попытался это сделать, но голова Вики отказывалась находится в одном положении, постоянно свисая. Проблемой это не оказалось и Адриан, взяв такую Вику одной рукой за щеки, открыл ей рот и резко влив взбаламученную жидкость, запрокинул ей голову. Одним громким глотком Вика проглотила разбитую таблетку. Адриан, вздохнув, откинулся на стуле медбрата и махнул рукой Сереже, чтоб тот больше ничего не делал. Здоровяк встал и вернул Вику обратно в лежачее положение.

— Да ты прям изобретаешь на ходу.

«Ага… Мне точно так же вливали, когда я лихорадил на улицах…».

Спустя, наверное, минуту, во взгляде Вики прорезалось первое понимание, а там и Диана с Никитой и Мартой не заставили себя долго ждать.

— Что случилось?! — Сказала Диана.

— Голова… Как же хреново-то. — Просипела Вика, пытаясь хотя бы сесть.

— Вика, что с тобой?

— Она идет-идет, потом шататься началась, потом как грохнется! Ну я и за мальчиками побежала, — попыталась все быстро пересказать Марта.

— У нее лихорадка и температура, — сказал Адриан на французском, наконец-то не опасаясь, что его не поймут, — Я ей влил парацетамола, так что у нее сейчас хоть чуть-чуть, но понимание появится ситуации. Мое мнение — либо на пляже перележала, либо наоборот, сильно переохладилась. Вчера, кстати, дождь был, напоминаю.

— Понятно, — протянула Диана.

Адриан, все также, полусидел полулежал на стуле медбрата.

— М-да… Самое плохое, что теперь некому за ней присмотреть… Я так понимаю, что придется мне. — снова сказала Диана. — Хорошая работа, вы, трое.

— Эй, а я? — спросила Марта.

— Твоя тоже хорошая, но, если брать в расчет все твои заслуги… Ладно, можете быть свободны. Я тут сама разберусь.

Парни выдохнули и направились к выходу. Вика, перестав держаться за голову, начала рассказывать вожатой свое оправдание.

— Слушайте, ну и день! — Сказал Никита. — Может хватит потрясений на сегодня?

— Не хватит… — тихо сказал Сережа, показав на площадь пальцем.

— Мэрдэ! — злобно сказал Адриан, оскалившись и побежал выяснять ситуацию.

— Держи его! — сказал Никита.

— Сомневаюсь, что выйдет… — добавил Сережа.

Две фигуры двигались на площади в странном подобии какого-то танца. Женская фигура с густыми черными волосами кричала на мужскую и пыталась что-то отнять, выпрямляя руки, пока парень ловко уворачивался и отбегал на небольшое расстояние каждый раз. Подойдя ближе, Адриан заметил, что предметом, который Алита и пыталась отобрать у того паренька, в котором он узнал того утреннего приставалу, оказался черный кот. Егор держал Салема за холку, пока тот безвольно висел и жалобно мяукал.

«Боже, да что же он за подонок-то такой?» — Думал Адриан, идя и сжимая кулаки.

Алита двигалась так, что Егор постоянно был к Адриану спиной, уж не понял парень: делала это Алита специально, или само собой так выходило. Адриан все приближался и последним рывком Алиты, Егор был оттеснен настолько, что не заметил, как врезался в француза спиной. Алита сразу выхватила кота, а Адриан силой развернул Егора и схватил за грудки форменной рубашки.

— Бонжур, мердюкс!

«Как же всечь-то ему охота…»

— Так и будем стоять? — хитро улыбнувшись, спросил Егор.

Не мог Адриан его бить и отлично это понимал. Француз толкнул Егора так, что тот упал на брусчатку. Тут и Никита с Сережей подошли. Отпускать попаданца они не хотели, вот и взяли его каждый под руку.

— Эй, что за ущемление?

— Помолчи, — злобно ответил Никита.

— Что, уработаешь меня также, как медбрата?

— Ты сломаешься от такого удара.

— Егор, я не понимаю, тебе скучно совсем? — поинтересовался Сережа. — Ты какой-то урод моральный, ей богу.

— Хорошо, что только моральный.

— Может реально его поломать? — Поинтересовался Никита.

— Хватит тебе на сегодня приключений… — Ответил Сережа.

— Может вывести его в лес и потерять? — Снова предложил Никита.

— Вот это уже идея получше.

— К буйку его привяжите! Испугал мне кота, — сказала Алита. — Спасибо вам, мальчики. — Парни на нее удивленно посмотрели. — Ну что? — Кот в это время тихо щурился у нее на руках.

— Этот урод тут?! — Побежал Денис. — Сереж, выжги ему паяльником что-то где-то, ну или пирсинг гвоздем сделай.

Теперь все удивленно посмотрели на Дениса.

— Вот что музыка с людьми делает, — почесал Сережа затылок свободной рукой.

— Ну, я жду своего приговора, — снова улыбнулся Егор.

— Диана вынесет. Она у нас сейчас высший карательный орган. — Сказал Никита, который не мог прям не упомянуть Диану последнее время.

— Хорошая идея. Потащили!

Дотащить Егора до медпункта оказалось делом минуты. Он и не сопротивлялся вовсе.

«Кажись у него правда что-то с головой. Ему в психушке, а не в лагере отдыхать»

Диана сразу обратила внимание на зашедших.

— Это еще что за кортеж? Алита, с котом в медпункт — такая себе идея.

— Боже, какой милаха, дай погладить, — сказал заметно ожившая Вика.

Алита, улыбнувшись, поднесла кота к Вике, на что та его пару раз почесала его за ухом. После этого кот таки был отпущен гулять.

— Не знал, что ты любишь блохастых, Вика. — Сказал надменно ей Егор.

— Что, замарашка, опять попался на своей очередной нелепой выходке? Смотрю что мальчишки наши подобрее чем я; тот синяк быстро прошел? — Хитро улыбнулась Вика.

— Еще не прошел и болит.

— Приходи, новыми угощу, — похрустела Вика костяшками.

— Так! Что тут происходит?

— Да Егорка наш с катушек слетел. Если первые несколько дней хоть как-то нормально себя вел, то сейчас очень уж злобно пристает ко всем отдыхающим женского пола. Только за сегодня уже к трем пристал. — Говорил Сережа, Егор стоял и слушал. — Адриан два раза его сегодня ловил уже.

— Два? — поинтересовалась Алита. Адриан глянул на Сережу с упрёком, что тому явно не все нужно выкладывать настолько честно.

— Каюсь, — вновь улыбнулся Егор.

— Он непрошибаемый. Ему лечится надо, — добавил Никита.

— Я не знаю, что вам сказать… — Сказала Диана. — То, что он всех достает, это конечно плохо, но кто от него пострадал?

— Салем, — с обидой сказала Алита.

— Алит, я, конечно, хорошо понимаю твою обиду, я и сама кошек люблю, но из отдыхающих?