ИИрархия

222 год от открытия Искусственного интеллекта.

В отражении жёлтых глаз, смотрящих на него исподлобья, Лионель увидел себя таким, каким видит его этот мир. Нелепый, лохматый и бородатый гном весь дрожал, вжимаясь спиной в обросшее мхом дерево. Из его широкого носа медленной струйкой сползала кровь, растворяясь в усах.

«Это всего лишь генерация, просто генерация искусственного интеллекта... это не реальная жизнь...» — думал Лионель, не под стать ситуации усмехнувшись огромному носу тигра.

«Пол морды занимает...»

Вокруг щебетали птицы, стрекотали цикады да квакали лягушки. Где-то Лионель услышал как протекает ручеёк. Мир был донельзя наполнен. Разумеется, он слышал и злобное рычание тигра, который всё ещё не знал, что делать с гномом. Это всё выглядело намного реальнее, чем вся его жизнь до Рейда.А что было до Рейда? Работа, работа, работа, да мечты о своём домике. В семье Лионеля постоянно твердили, что мир не тот, что раньше.

«Не для людей этот мир...» — поговаривал его отец после трёх смен на трёх разных работах. — «Может быть для роботов, для фаворитов, для систем... но точно не для людей. Вот раньше...».

И эту сказку отцу Лионеля говорил его отец, а тому его отец. Лионель часто задумывался, а было ли то время, когда мир был для людей? Все домыслы приводили к тому, что это было явно до создания искусственного интеллекта.За этим он и пришёл в этот Рейд. Великий Рейд, как называют его с пафосом. Нужно победить Цифрового Дракона Новой Реальности. Ещё длиннее названия у разработчиков системы видно не нашлось. Всё ради саспенса и величия. Только вот дракона-то этого никто и не видел.

А вот тигр... тигр смотрел прямо ему в глаза и никуда не собирался уходить.Посмотрев в угол, Лионель увидел надпись.

#######

Живые участники 45/100.

#######

Выше половины. Он уже выполнил поставленную себе цель на это испытание. Он уже мог позволить себе просто умереть и закончить это всё. Но было безумно страшно умирать, пусть и в игровой симуляции. И так интересно жить.

Позади тигра раздался крик. Из леса выбежал человекоподобный ящер, в чью шею тут же вцепился чёрный ягуар. Прошла секунда, как ящер совсем ослаб и упал замертво. Тигр, услышав посторонние звуки, отбежал в сторону и повернул голову назад. Лучшего шанса на жизнь у гнома уже не будет.

Он рванулся с места, перебирая своими короткими ножками по слизкой траве, вылезшим корням и выползающим змеям. Тигр тотчас помчался за ним, и всё, что оставалось Лионелю, лишь бегать виражами между деревьев, пользуясь своим преимуществом в виде размера. Не оглядываясь назад, гном просто бежал, куда смотрят глаза. Мирные звуки природы сменились истошными криками людей и сотрясающим воздух рычанием больших кошек. Видя перед собой лишь зелёное расплывчатое месиво, Лионель некстати нарвался на болото, полное крокодилов. В мирное время, спроси у Лионеля, что лучше — быть съеденным тигром или крокодилом, он точно ответил бы, что лучше быть съеденным кошкой. Сейчас же, чувствуя затылком приближение этой самой "кошки", Лионель незамедлительно прыгнул на голову одному из крокодилов, и, уже делая второй прыжок, его ослепило яркой синевой.

#######

Смена локации: дикие джунгли —> тронный зал

#######

Нога, которая в эту секунду намеревалась угодить в болото, ступила с хлопком на узорчатый, красный ковёр. Лионель, не веря своему счастью, стоял среди таких же непутёвых игроков, как и он сам. Вокруг больше не было деревьев, только портреты королей на стенах, картины с пейзажами, пустые рыцарские латы, держащие в руках по двуручному мечу, да вездесущие мраморные колонны.

Опять глянув в угол, Лионель увидел надпись.

#######

Живые участники 10/100.

#######

Лионель приятно удивился. Никак он не мог надеяться на то, что попадёт в десятку выживших в «Гладиаторских боях». И всё же, оказавшись среди них, он уже обеспечил себя одним из лучших артефактов Рейда.

Но когда пройден такой путь, всегда хочется большего.

Правда, в отличие от других игроков у него до сих пор не было оружия. Своё он оставил в спине безумного орка, который гнался за ним с момента старта испытания. А раз нет оружия, то нужно хитрить...

— Эй, дружище, — прикрикнул Лионель гному с молотом, которого уже встречал ранее. — Не хочешь объединиться?

Рыжебородый гном, посмотрев на него, лишь засмеялся.

— На кой ты мне сдался? У тебя же даже маленького молотка-то нет.

— У меня нет даже молотка, а я уже в первой десятке! Разве это не говорит о том, как я хорош?Рыжебородый засмеялся, почесал свою бороду и, хорошенько поразмыслив, кивнул:

— Ну смотри... в какой-то момент нам и друг с другом придётся подраться.

— Это само собой... — заверил Лионель. — Думаю, после того, как нас останется хотя бы трое, мы разойдёмся как в море корабли, и начнём уже биться друг с другом.

— Парни, а можно с вами? — неуверенно спросил большой желтокожий орк с двуручным мечом.

— Конечно, можно, мой друг, — позвал Лионель орка, чувствуя на себе косые взгляды остальных игроков.

— Так и ко мне, может кто-то в команду хочет? — спросил седовласый эльф с шипастой булавой.

— Я не против, — сказал лесной эльф со щитом и мечом.

— И я, — объявил полурослик с двумя кинжалами.

Только он подошёл к новой группе, как седой эльф тут же саданул ему булавой по голове. Кровь хлестнула на ковёр, добавляя в его красные цвета гораздо более мрачные оттенки.

— Вот ты… падла! — выругался Лионель. — Так нечестно!

— И куда честность его привела? — злобно усмехнулся эльф, плюнув на труп полурослика.Остальным игрокам пришлось стихийно разбиться на пары. Зазвенел металл, и Лионель тут же рванулся к рыцарским латам, чтобы достать себе меч. Седой эльф встал перед ним и начал размахивать перед его гномьим носом своей булавой.

— Куда-то спешишь, гномик? — насмехался эльф.

К тому времени Лионель уже порядком устал бежать. Сделав пару шагов назад, к одной из мраморных колонн, он уворачивался от ударов до тех пор, пока удар булавы не угодил по колонне. От удара по твёрдому камню булава отдала импульс в руках эльфа, и тут же Лионель толкнул седовласого эльфа в живот. Подобрав булаву, Лионель наставил навершие булавы прямо к носу эльфа.

— Прошу... не надо... — взмолил он слёзно.

Один хлёсткий удар, и с ним было покончено.

#######

Живые участники 6/100.

#######

Орк и рыжий гном в то время боролись против лесного эльфа со щитом. Последний умело парировал удары по себе молотом, и успевал при этом атаковать орка. Два человека, вооружённые длинными пиками, зашли союзникам Лионеля за спину. Пока орк был отвлечён на эльфа, один из людей смог проткнуть орку ногу, в то время как гном успел отбить удар по себе.

Лионель остался незаметным в суматохе и смог подкрасться к одному из людей. Подойдя вплотную, он замахнулся со всей силы и проломил булавой колено так, что будто внутри ноги человека что-то лопнуло. Он рухнул и взвыл от боли. Другой человек имел оплошность оглянуться, когда рыжий гном тут же обрушил свой топор второму на грудь.

— Ты очень вовремя, — съязвил рыжий. На его теле были видны подтекающие кровью пятна, говорившие о том, что пару ударов копьём он всё же пропустил.

— Скажи спасибо, что вообще пришёл, — наскоро ответил Лионель. — Я мог бы отсидеться за той колонной и подождать, пока вы друг друга не перебьёте.

Орк в этот момент пал, пронзённый клинком эльфа со щитом. Лионель поморщился, пожалев, что не смог помочь, пусть и временному союзнику.

#######

Живые участники 3/100.

#######

— Видимо, осталось разобраться только с ним? — сказал рыжебородый. — Вдвоём-то мы должны справиться...

— Ты сможешь хоть как-то драться? — спросил Лионель, поглядывая на его жалкий вид.

— Ну только если ты первый на него нападёшь...

Лионель сжал свою булаву покрепче, раздумывая, как прорваться сквозь рыцарский щит тёмного эльфа. Уже придумав свою стратегию, он сделал шаг вперёд, как что-то в его голове громко треснуло, а в ушах остался лишь оглушающий звон. В глазах потемнело, но он ещё смог различить лицо рыжебородого гнома, стоящего над ним.

— Сам же сказал, когда нас будет трое — каждый сам за себя...

Лионель не успел никого проклясть, выругаться, как свет в глазах погас, и он просто умер.

#######

Конец вашего первого испытания!

Ваше призовое место: 3

С любовью, GoodGod.

#######

Глава 1 - Фаворит

######

Исполнитель закреплён. Контракт № 404–23–7А активирован. Уровень погружения: базовый. Заданная работа — разгрузить 1250 боксов. Начисление заработной платы за работу — 14 кредитов за 100 боксов. Хорошего дня, Повелитель Галактики)))

#######

— Снова грузчиком работать? – жалобно протянул Чати.

— Ничего. Это твоя последняя смена. Мне даже приятно иногда спину подзагрузить, — сказал Лионель, отец Чати, потягиваясь на стуле. — Я прошлую неделю провёл, убирая мусор на улице, так что боксы потаскать не против.

— А тебе, что выпало?

Отец зажмурился вглядываясь в интерефейс. Для других людей это выглядело так, будто он вглядывается в пустоту.

— Тот же контракт! Мы с тобой вместе работаем! — усмехнулся Лионель. — Вот так свезло.

Чати обрадовался. GoodJob не часто давала сыну и отцу возможность работать вместе.

— Может у системы всё-таки есть чувства? — усмехнулся отец. — Ну не может так совпасть...

— К сожалению, может... — ответил Чати, изучавший систему изнутри.

Отец махнул на сына рукой.

— С тобой, даже не помечтаешь... — сказал отец и спросил: — Ты на весь день идёшь работать или тебе нужно будет уйти в академию?

Чати задумался.

— У меня сегодня выходной в академии… но я всё равно хотел застать профессора. Завтра мы приступаем к важной работе...

Лионель раскрытой ладонью прервал сына.

— Важничать будешь в академии, фаворит, — сказал отец и достал связку ключей из кармана. — Значит идешь только на половину. Ничего. Хоть спина уже и отжила свои лучшие дни, сегодня ей предстоит поработать. Выходим, а то мне ещё на вторую работу, а может ещё и на третью...

— Машину уже вызвал? — спросил Чати.— А то.

На выходе из подъезда, их ждала серая развалюха. Отец смотря на недовольное выражение лица Чати, похлопал того по плечу.

— Думал будет что-то особенное?

Чати понимающе вздохнул:

— Да не особо... какая разница, на чём ехать на работу?

Отец свистнул и с передних фар до заднего крюка, серая развалюха заменяла свои неказистые серые пиксели на красные, блестящие, богатые. Новые пиксели заменяли собой пространство перед машиной, тем самым, удлиняя её. Когда превращение закончилось, перед Чати была уже новенькая и блестящая Ferrari SF90, распахнувшая новым арендаторам свои двери.

Отец похлопал сына по плечу:

— Последний день работы... неужели ты подумал, что я оставлю своего сына без праздника?

Чати был в шоке и не нашёл ничего лучше, чем спросить:

— Это серая развалюха превратилась в Ferrari, или Ferrari притворялась серой развалюхой?

Отец фыркнул.

— Какая разница? Но вряд ли, развалюха сможет ездить как Ferrari. А как она ездит мы сейчас проверим!

Только сев в машину, Чати почувствовал себя уже другим. Вот он, сын обычных воркеров (от англ. Work – работа), сидит в машине, аренда которой никогда не была им по карману. Скорее всего, он скоро сможет позволить себе такую жизнь, и тогда он не забудет и о родителях. Но всю дорогу, его не покидало чувство самозванца.

«Нет, я ничего не сделал для того, чтобы заслужить такую машину» - подумал Чати.

В машине не было ни руля, ни педалей, ни коробки передач. Одни экраны заполоняли панель лобового стекла. А машина ехала сама. Водителя, как профессию, уже давно заменил искусственный интеллект. Покататься самому, можно было только на закрытых площадках, но это стоило денег, а все деньги семьи Чати шли на его учёбу.

— Ну как тебе? — самодовольно улыбнулся отец.

— Так… — Чати неуклюже поёрзал на месте, — плавно…

Отец усмехнулся и приоткрыл боковое окно, пустив по лицу струйку ветра.

— Я даже сам погрузился в прошлое… Мой первый рейд. Первый и последний. Я был гномом – выбрал что было ближе действительности, — отец постарался представить себя перед сыном маленьким, с помощью рук, но сидя в машине получилось неуклюже. — Гномом-разбойником, если быть точнее. Я был молод, горяч и думал, что изменю всё. В таверне новичков мы напились с ребятами и организовали первую команду. Как сейчас вижу — слева направо: гном-разбойник, человек-воин, орк-бард и человечка-маг.

— Команда сбалансированная, — отметил Чати.

— Да толку собирать состав до испытаний…

Без хороших вещей выбитых из первого испытания и смысла идти дальше не было. Кроме меня в первом испытании, никто ничего хорошего не взял. Там после 50-го места один хлам остаётся.

— Что за испытание? — спросил Чати, посматривая на то, как их Ferrari выехал на встречку, обгоняя грузовой транспорт. Расстояние до встречной машины казалось слишком близким, для того, чтобы совершать манёвр, однако система была отлажена и Ferrari, на каких-то сантиметрах, не столкнулся с другими машинами и продолжил ехать, как ни в чём не бывало.

— В первом испытании нам попались гладиаторские бои, в которых я занял третье место. Два человека впереди меня взяли, всякую фигню, типа второго 20-гранника (d20), и добавочного кубика с шестью гранями (d6), который был бонусом к проверке силы. Я же взял клинок, от удара которого нельзя было увернуться. Он всегда летел по направлению ровно туда, куда ты прицелился, — отец посмотрел на Чати и добавил: каким ты рукожопым бы не был.

— Как по мне второй 20-гранник лучше, — сказал Чати. — Два шанса на успех, слишком сильно решают.

— Это смотря как использовать, — побурчал отец. — С клинком просто смекалка нужна.

— И как же ты со своей хилой командой, почти дошли до финала?

— Ребята сами понимали, что шансов на успех у них никаких, и попытались меня обокрасть. По крайней мере двое из них — магичка так и не призналась. А это противоречит правилам самого Рейда. «Красть можно у всех, кроме своей команды.» Так что, ребят дисквалифицировали, а команду распустили.

— Должно быть больно? Дисквалифицироваться?

— И больно и позорно, но мы до этого ещё дойдём. Ко второму испытанию я пришёл без команды, пусть меня и звали в любую. Я же всё-таки третье место занял, — горделиво сказал отец. — Второе испытание было связано с какой-то стратегией, но я уже всё и забыл. Да и провалил я её в пух и прах, до сих пор стыдно. Из вещей мне достался кожаный мешок пленного пирата, с помощью которого можно было быть инкогнито. Не такая бесполезная вещь, как можно подумать. Да — дышать невозможно, но если задержать дыхание…

— Папа, мы уже скоро приедем, — заметил Чати.

— В общем, после второй игры я и встретил твою маму. Я гном с изумрудной бородой до пупка, и такой же высоты фиолетовым чурбаном на голове и она… высоченная эльфийка на каблуках, с тонким носиком и обоятельной улыбкой. Тогда ещё, в рейде короткие юбки были популярны, и они давали женщинам больше брони, чем всё остальное…

— Это и сейчас так работает.—

…и я мог просто зайти к ней под юбку и всё равно стоять в полный рост, смотря только наверх, прямо в…

— Отец! — прервал Чати с красным, от смущения, лицом.

Отец рассмеялся.

— Если бы я не смотрел туда, то тебя бы там так и не было, так что слушай. Твоя мать была праведным жрецом. Ещё был рыцарь, который случайно не сдержал клятву, и ещё девушка, которую как-то убили. Но историю видимо я расскажу уже попозже, так как мы приехали.

Доехав до работы, машина сама открыла двери, и они вышли на объект.

GoodJob была не просто поисковиком работы — она была её украшением. Люди до ИИ-шного времени разгружали тяжёлые коробки, видя перед собой лишь пыль, металлопрофиль и капли пота, стекающие на глаза. GoodJob же превращала трудовые будни в симулятор дешёвой игры. Вот она — специально высчитанная коробка тебе подсветилась и разукрасилась в один из скинов (обёртки на реальные вещи) и тебе подсвечивают места, за что ее лучше взять. Когда ты взял коробку, тебе в области периферийного зрения показывают рассчитанную визуальную массу коробки, иногда могут в правый верхний угол всунуть 5-секундную рекламу, чтобы не заскучал, пока несёшь и подсвечивают место, куда эту коробку нужно поставить. Идеальный прямоугольник. И вот — ты пытаешься поставить коробку идеально в прямоугольник и тебе начисляют очки, которые ты копишь в процессе трудового дня. После ста коробок (или боксов, как говорит сама система) счёт обнуляется, но система всё запоминает. И тебе показывают твой рейтинг в обществе, в качестве грузчика.

Лионель был в своём городе на 4-ом месте, в области 64-ым, в стране 347-ым, а в мире расположился на 4444-ом месте, что для него было весьма почётно. Сам же Чати расположился на 3541-ом месте только в городе, и это учитывая, что в городе находится около 45 тысяч человек.

После данной работы Чати поднялся в городе на три строчки выше в рейтинге, но это не вызвало у него радости.

— Папа, я наверное пойду, — сказал Чати, смахивая пот со лба.

Отец кивнул, поднимая очередной бокс, в виде мультяшной розовой свинки, хрюкающей, как только взять её на руки.

— Иди, коль тебе меня не жалко, — сказал он на прощание.

— Я могу ещё…

— Дай побухтеть старому и уходи! — раздражённо рявкнул Лионель.

***

К профессору, Чати приехал уже как обычно, на старенькой, дешёвенькой развалюхе не скрашенной скинами.

Академия выглядела и, что самое главное, была великолепным каменным замком, окружённым живым садом и подсвеченная электронными прожекторами. Ворота академии были выше Чати в пять раз, в то время как сам Чати, считался низким среди высоких.

Пройдя через ворота, вооружённые автоматами охранники кивнули Чати в приветствии:

— Как жизнь, молодой? — спросил Пётр, коренастый похабник.

— Так… пойдёт.

— Отпахал уже последнюю смену? — спросил Аристарх, длинный и тощий ворчун. — Скоро и ты перестанешь с нами здороваться. Станешь птицей высокого полёта…

Чати усмехнулся, как умел, и пошёл подниматься по лестнице, к кабинету профессора.

Когда-то эти охранники были одноклассниками Чати. Тихий, маленький, тощий, мало смотрел в глаза — в детстве Чати неизбежно сделали жертвой издевательств. Нередко, после школы, он приходил в оборванной одежде и сплошных синяках. Отец спрашивал «кто» и обещал разобраться законными и незаконными методами, но Чати ничего ему не говорил. Не потому что Чати боялся, скорее наоборот. Чати не видел в этом проблемы. Он был самым умным человеком в классе, первым на уроках программирования и регулирования ИИ. Ясно дело, что первые никому не нравятся.

В очередной раз, когда малышня собиралась его избить, Чати встал в позу и сказал:

— Хватит. Я не хочу, чтобы вы меня трогали.

— Мы тебя не собираемся трогать, — сказал тогда Петя. — Мы собираемся опустить придурка пониже.

— Опустить? Я же стою с вами на одной поверхности.

— Поверхности… — усмехнулся один из детей, и другие подхватили его смех.

— Почему вы смеётесь? — удивлённо спросил Чати.

— Ты реально не понимаешь? — спросил тогда Аристарх, удивившись искренности вопроса Чати. — Ты говоришь странно. Не смотришь в глаза, не отвечаешь на удары. Ты инопланетянин.

— Нет.

— Что это значит? Тебе говорят — ты инопланетянин. Или программа. ИИшный.

Раздался смех малышни.

— ИИшный — подхватила толпа.

Петя подошёл и толкнул Чати. Чати едва не упал, но смог удержаться на ногах. Проанализировав сказанное, он спросил у детей:

— Если я буду смотреть в глаза и отвечать на удары… я стану нормальным?

— Попробуй, — сказал Петя и напал с кулаками на Чати.

Петя бил в живот, в плечо, хотел ударить в «солнышко», но на этот раз Чати не собирался ждать, когда это закончиться. На удар по себе, он отвечал другим ударом, но никогда не бил больше, чем били его. Победить Чати было не суждено, но ответ сработал. К Чати с этого момента лезли неохотно, а вскоре и вовсе перестали.

Дверь к профессору была открыта. Как обычно, в воздухе летали голограммы заметок с визуальными адаптациями космоса, списка ядерных электростанций, и взаимосвязей слов и объектов между друг другом. Системы GoodGod в этой комнате визуально соединялись между собой подобно венам в человеческом организме и красными точками были отмечены проблемные места, требующие вмешательства человека. И таких комнат по миру была не одна. Предложения людей так же обрабатывались Искусственным Интеллектом, словно через печень проходят компоненты таблеток и только тогда наступал тестовый период лечения искусственного интеллекта.

— Тихон Мартинович, вы здесь? — спросил Чати.

Профессор с толстенными очками, и взбаламученными волосами выбежал, в чём родила мать, прикрыв только плечи халатом.

— Кто здесь?! — шёпотом сказал профессор, щурясь от света голограмм. — Чати?

— Я вам помешал, профессор? — сказал Чати, выглядев за его спиной молодую практикантку, прикрывавшую свою наготу покрывалом.

— Не, — протянул профессор. — Всё равно не мог никак закончить. От этой долбёжки уже голова разболелась, — он обернулся к девушке и жестом прогнал её из комнаты. Девушка прикрывая ладошкой свои глаза, покинула комнату. Чати украдкой посмотрел ей вслед, а профессор лишь ухмыльнулся:

— Завтра тебя тоже начнут обхаживать. Она тупенькая — сама знает, что ей фавориткой никогда не стать, а ты сможешь дать ей шанс на жизнь, или хотя бы подарки.

— Я не за этим прихожу в академию профессор, — возмутился Чати.

— За этим, — сказал профессор. — Просто ты молодой, и пока этого не понял. Не бойся, наша работа умеет выбить из тебя всю романтику, которую ты понастроил у себя в голове. И всё же…

Профессор наконец-таки завязал халат, прикрыв свою увядшую боеготовность и покопошился в бардаке, достав исписанную ручкой тетрадь.

— Всё же, завтра нас ждёт интересная работёнка. Это хорошо, что ты заскочил сегодня ко мне. Умные люди сейчас на вес золота. У нас сроки и так горят.

— Какие сроки, профессор?

— Ты же в курсе, что завтра выходит очередной рейд?

— Ну знаю, что на днях.

— На днях… — облизнув губы, профессор ехидно поправил свои очки. — Вот оно, поколение, которое уже и не мечтает выбраться в реальность, а полностью приняло правила игры. В мои года, мы жили рейдами, смотрели их по телевизору, узнавали результаты…

— Завтра рейд, Тихон Мартинович… — прервал воспоминания Чати.

— Завтра не просто рейд, Чати. В академии говорят, что это последний рейд.

Слова профессора удивили Чати. Рейд был незыблемым правилом этого мира, отдушиной общества, и то, что никто не мог закрыть. Неужели всё-таки нашли лазейку?

— Странно, что не было объявлений. Неужели обо всём скажут завтра?

Профессор, нырнул рукой под стол и достал бутылочку хорошего коньячка, разлив его по бокалам.

— Никто ничего говорить не будет. Максимум, слухи поползут. Пусть я тебе и не рассказывал, но по Рейдам всегда велась работа. В представленном организме человека он был показан как аппендикс. Не понятно, когда он воспалится. Загвоздка заключается в том, что этот аппендикс, для нашего организма жизненно необходим. Разработчики GoodGod, а если быть точнее — его основатели, хорошо постарались, связав жизнедеятельность всего организма с ним.

— Профессор, вы уходите в сторону…

Старик взял свой бокал, чокнулся с бокалом Чати, стоящим на столе и выпил его залпом.

— Хорошо пошла… так вот, Чати. Если аппендикс нельзя удалить, значит нужно сделать так, чтобы он никогда не воспалился. Сотни рейдов в которых участвовала большая часть населения помогали находить слабые точки системы, и мы почти все их устранили. Можешь глянуть сам.

Синяя голограмма человека имела много красных воспалений, но маленький узелок, выглядевший как отросток кишки, выглядел почти полностью синим.

— Профессор, а где тут воспаления? — спросил Чати.

— Их почти нет. Наша работа, почти закончена, но организм, который ты видишь, на данный момент не соответствует действительности. К огромному сожалению, все изменения мы не успели исправить к этому рейду. Однако, нам дали отсрочку до следующего. Завтра будет твоё официальное зачисление и, по-хорошему, тебе нужно было бы подготовиться к большой работе, к которой мы приступаем завтра.

Профессор протянул Чати тетрадь.

— Что это? — спросил Чати, не решаясь открыть рукописную тетрадь.

— Записи. Мои записи. С самыми проблемными багами в рейде. Я хочу, чтобы ты прочитал это и пришёл ко мне уже подготовленным. На сегодня всё. Если увидишь ту молоденькую, что выбежала от меня, то скажи, чтобы зашла обратно. Я… ну ты и сам понял.

Чати замялся перед тем как уйти. Тетрадь выглядела слишком старой.

— У меня не во что её положить, — сказал Чати.

— Неси в руках.

— А охрана?

— Ты думаешь я дал тебе что-то запрещённое? — улыбнулся профессор. — На бумаге нынче никто не пишет, так что штраф тебе никто не даст.

Чати неуверенно кивнул и направился к выходу.

— И ещё, — сказал вдогонку профессор, изменив свой тон на серьёзный. — Я знаю, что твои родители участвовали в рейде. Также знаю, что они положили все свои средства, на то, чтобы ты смог оказаться здесь. Не дай погубить мальчику внутри тебя своё будущее.

— Профессор? — спросил Чати с интонацией того самого маленького мальчика.

Профессор был серьёзен и сказал:

— Без глупостей.

Глава 2 – Джейме Ланнистер

... на данный момент, самым не изученным классом, имеющий большую часть багов является рыцарь, держащий клятву чести и добродетели. Игроки не могут не нарушить какую-нибудь из клятв, что в парадигме нашей академии назвали «Дилемма Джейме Ланнистера». Игра буквально вынуждает игрока нарушить какую-нибудь из клятв. И всё же, в целях безопасности мы вынуждены найти обходные решения устранения данных багов. Если раньше, министерство ресурсов ограничивало академию в создании Искусственного Интеллекта для прочистки ошибок в рейдах, то в настоящее время министерство намерено раз и навсегда закрыть «проблему аппендицита», закрыв проблемы данного органа навсегда.»

— Чати, ты кушать будешь? — заглянула мама в подобие комнаты Чати. — Я приготовила сегодня кое-что особенное.

Можно было бы подумать, что в мире бесконечных генераций отпадут потребности в стенах: их, если что, можно сгенерировать, звук от других людей отключить или самому, при желании, отключить слух на время. Но это всё требует вычислений, а система, за счёт бесконечного генерирования реальности и так была на износе. Подобие комнаты Чати назывался подобием лишь из-за того, что это был утеплённый балкон в небольшой однушке.

— А... — Чати не мог оторваться от прочтения. — я позже подойду.

— Никаких позже. Жду тебя через 5 минут, — сказала мать закрывая дверь.

Чати посмотрел на время. 22:22. Он был так взволнован, что не заметил времени.

"Это и правда будет последний Рейд?" — подумал он с огорчением.

В детстве, Чати только и жил рассказами родителей о их приключениях, и как они хотели изменить мир и вернуть старое доброе время. Чати не имел представления, о старом добром мире, впрочем, как и не имели представления старого мира и его родители, но всё же эта картинка стояла у него перед лицом. Большой дом с тремя комнатами, личная машина, на которой ты мог поездить сам за рулём, множество животных вокруг и птицы... много птиц. Чати посмотрел на свою тетрадь ещё раз.

«Но ведь это у меня и вправду будет — в конце-то концов я стану фаворитом.» - думал Чати, но понимал, что фаворит, это нечто неправильное.

В те дни, когда Чати недолюбливали в школе, он понял, что каждый человек талантлив по своему. Да, он хорошо учился в самом важном деле для этой системы, но ведь в других делах он был абсолютным нулём. Он плохо понимал искусство, не умел общаться с людьми, совсем не умел петь. И дети его ненавидели не потому что он старался больше чем они, а как раз таки наоборот — за то, что он не старался, но его выделяли среди других и в конечном итоге он станет жить лучше, чем они. Чати самому не нравилась эта несправедливость, но как говорил отец — «Ищущий справедливость - найдёт лишь смерть».

— Чати! — крикнула ещё раз мать.

Чати отложил тетрадь и спрятал под подушку, вышел из балкона прямо на кухню. На столе стояли картошка, хлеб, кола, синтетический бифштекс, салат из огурцов, зелени и в центре стола стояла, румяная, хрустящая, блестящая от лёгкого жирка целая курица

— Где вы её достали? — спросил удивлённый Чати, ранее видевший курицу, только на картинках в Академии. — Это голограмма?

— Она самая, — сквозь блестящий от жира рот, Лионель обгладывал куриную ножку, высасывая из неё всё что можно. — А ты, давай, иди к себе на балкон. Мы с этой голограммой как-нибудь сами…

— Линни, — хлопнула мама полотенцем по голове отца.

— Роза, мать твою, ты запах не чувствуешь, — сказал отец принюхиваясь к воздуху. — Я бы своей слюной захлебнулся, если бы протянул ещё хотя бы секунду.

— Но где вы её достали? — спросил Чати, и родители замолчали, тихо улыбаясь друг другу.

— Секрет, — улыбнулась мама.

— Думаешь, твой предки не смогут достать курицу? — спросил улыбаясь отец.

Родители прожили вместе достаточно долго, чтобы из улыбка, стала неотличимой друг от друга.

— Ладно, — сказал Чати и отрезал от курицы себе кусок грудки. Попробовав её на вкус, и пожевав, он сказал: — я представлял настоящее мясо более сладким.

— Ты не то попробовал, — ответила мать, уже отрывая для сына крылышко. — Вот это будет самым вкусным.

— Я не говорил, что не вкусно — сказал жующий Чати.

Повозившись ещё немного на кухне, мать тоже присела за стол и все приступили к трапезе. Мать с отцом переглядывались между собой, поглядывая на Чати, в тот момент когда Чати смотрел пустым взглядом в тарелку и жевал мясо.

— На тебе совсем лица нет, — сказала мать. — Тебе настолько не понравилась курица?

— Н-н-нет. Курица меня понравилась. Даже очень. Просто… меня грызут сомнения.

— Какие сомнения тебя могут грызть? — усмехнулась мама, закинув ложку салата себе в рот. — Ты умный мальчик, и завтра пойдёшь в академию, навстречу своей лучшей жизни. Насколько я знаю, ты самый одарённый из всех практикантов у вашего Мартиновича. Ты боишься, что у тебя не получиться?

— Нет.

— Тогда чего? — спросил отец без улыбки.

— Просто… профессор дал мне свою тетрадь… — начал Чати. — И там…

— Боюсь представить, что нарисовал тот старый извращенец, — прервала мать. — О нём ходят те ещё слухи.

— Там не про это, — сказал Чати, не зная, как подобрать слова: — там про Рейд.

Мама скорчила недовольную гримасу, будто Чати разбил дорогой сервиз.

— Никаких разговоров про Рейд в этом доме. Или ты забыл?

— Но если мы не поговорим сейчас, то этого никогда больше не произойдёт.

— Ну и славно! — бросила мать, и стала звонко стучать приборами по тарелке.

Отец заулыбался.

— Да ладно… мне на самом деле интересно, что пишет этот старый о Рейде.

— Лионель… — прошипела мать. — Давай не сейчас.

Чати не любил конфликты в семье, также, как и не любил рассказывать тайны, но информация, которую он узнал сегодня, не давала ему спокойно жить. Может, если он расскажет её то его отпустит?

— Профессор сказал, что этот рейд будет последним, — сказал Чати вполголоса, не надеясь, что его услышат.

— Как, последний? — звонко удивилась мать.

— Систему рейдов закрутят полностью, — продолжил Чати. — Сделают так, чтобы её нельзя было пройти.

— Её и раньше то не проходили, — вбросил отец смотря куда-то в сторону.

— Сейчас не будет и шанса. Боссов докрутят, любые бонусы уберут и все баги вылечат. Именно этим я и буду заниматься следующий год с профессором. Отладкой системы, чтобы никто не прошёл Рейд.

Отец выглядел так, будто ему дали пощёчину. Мама же выглядела опустошённой.

— Ну, значит и хорошо, — сказала мать, смотря в никуда. — Значит и не нужно было это всё. Рано или поздно, всё равно станет лучше.

— Не станет, — сказал Чати.

— С чего ты взял? — спросила мать.

— Потому что система давно уже сломалась. Я в первый раз в жизни попробовал курицу, а ты хоть знаешь почему?

— Потому что, большую часть куриц покосил грипп? — вбросил отец.

— Потому что система ошиблась в расчётах! Люди поедали их больше, чем производила система. Банальная ошибка, которую заметили все, но ничего не делали, потому что система работает. Мы едим синтезированное мясо, производимое из опарышей, живём до 50-60 лет, платим за всё, что можно каждый месяц и не имеем ничего своего только потому, что эта система работает. Все говорят о том, что она развивается, что она становиться лучше, но на самом деле, она лишь усугубляет наше положение ещё глубже, не давая ничего взамен. Система уже давно дала сбой и…

— Что ты предлагаешь? Хочешь пойти в Рейд? — спросил отец, на удивление Чати, спокойно.

— Я…

Глаза мамы загорелись яростью.

— Мы работали как проклятые, чтобы ты учился и стал фаворитом. И вот… за день до того, как тебя примут в высшие слои общества, ты хочешь обо всех нас вытереть ноги? Так?

— Я лишь говорю…

— Так? — крикнула мать.

— что тетрадь, которую…

— Не смей наплевать на наши труды, Чати — истерично кричала мать, срываясь на слёзы.

— …дал мне профессор – единственный шанс прекратить это безобразие, — договорил Чати и почувствовал странную лёгкость.

Мать заплакала и ушла в ванную комнату. Отец смотрел в стену и молчал. Долго молчал. Затем встал, достал два бокала и разлил себе и Чати.

— Я тебе сегодня не договорил, чем закончились наши приключения, — сказал отец, не улыбавшись. — Встретив твою маму, мы прошли ещё семь испытаний. Всего их десять, кажется, но я уже слабо помню. Где-то места занимали, где-то не занимали, не суть важно. Главное, что мы почти дошли до самого конца. Мы прошли девять испытаний и думали, что это уже конец. Думали, что после девятого испытания, следует лишь бой с драконом. Но это было лишь началом пути. Путь к пещере с драконом лежал через множество опасных троп, и одна из них, Адово Ущелье. Само название предрасполагает, к тому, чтобы обойти это место стороной. Но другие дороги были так же опасны. Реки Стикса с ожившими мертвецами, Млечный путь, полный хаотичных астероидов и инопланетян или же горные хребты, в которых нас ждали скандинавские боги. Нет, Адово Ущелье тогда было самым безопасным. В живых из игроков осталось семеро. Из нашей команды трое: я, твоя мать и падший рыцарь, которого ты знаешь, как дядю Теониса. Кроме нас была целая команда самых крепких ребят в Рейде, чьи имена давно уже стёрлись из нашей памяти. Только помню их в общем: бешенный варвар-орк, высший эльф колдун, лучник тёмный эльф и вампир-колдун. Разумеется в испытаниях мы боролись, но вне их, на пути лучше держаться было вместе. А так, как все остальные погибли, мы объединились, на пути к дракону.

Адово ущелье было узкой тропой в раскаленной горе, поднимающейся и расширяющейся на верх .Каждый наш шаг, сопровождался разведкой, пусть мы и двигались как черепахи. За разведку отвечал я, так как лучше всех лазил по скалам. Остальные шли друг за другом по центру ущелья, включая твою маму.

Наконец я заметил врагов. Это были лучники верхом на лошадях, стремительно набравшие скорость, прямо на нашу группу. Наше положение было не выгодным: мы передвигались на низине, а впереди нас два холма, с которого мы были как живая мишень. Я отправил сигнал предупреждения союзникам, но снизу от нас появилась лава, которая медленно поднималась. Таким образом, мои союзники вместе с твоей мамой оказались между двух огней.

Наш падший рыцарь выставил щиты для защиты от обстрела, маг с помощью заклинаний взорвал холмы с лучниками. Но на смену этим всадникам пришёл ещё десяток во главе с боссом - Безумным Лучником. Будучи всё ещё на горе, я ждал момента для контратаки, чтобы застигнуть их врасплох. Но та скорость, с которой стрелял Безумный Лучник, была больше похоже на стрельбу из автомата. Союзники не успевали прятаться и защищаться, так как помимо точечных попаданий, он попутно выпускал стрелы вверх, тем самым стреляя через укрытия.

И тут пригодился мой клинок без промахов. Пусть урон у него был не самый внушительный, он мог попасть, туда, куда я захочу. Я бросил его в шаткий грунт, на котором стоял чей-то дом, и с гор посыпались камни прямо на всадников. В это же время твоя мама, успела поймать в себя пару стрел, защитив своих союзников. В ней торчал десяток стрел Безумного Лучника, и она уже готовилась покидать свой сервер. Но у меня ещё оставалось кольцо воскрешения. Я не помню, чтобы спускался так быстро. Растолкнув всех я помчал прямо к ней. Снимая со своего пальца, кольцо я решил пошутить и сделал ей там же предложение. Подумал, секунда у нас ещё есть. Однако спину пронзила боль, и опустив голову, я увидел стрелу торчащую из груди. Затем ещё одну. Несмотря на то, что это симуляция, Чати, я тебе могу поклясться, что сильнее боли я в своей жизни не чувствовал.

— Ты не рассказывал, мне про то, как погиб, — сказал Чати.

— Тогда погиб не только я, но и твоя мама. Нам стоило огромных усилий, чтобы пережить наше поражение, и вырастить нашу маленькую победу. Я не хочу на тебя взваливать слишком многое, Чати, и не хочу, чтобы ты совершил ошибку. Поэтому, подумай хорошенько. Подумай, действительно ли ты готов, к Рейду?

Чати услышал как что-то изменилось. Стало тише. Только сейчас он услышал, как кран с водой в ванной закрылся.

«Мама подслушивает» — понял Чати.

Несмотря на всё вышесказанное у Чати в голове крутилось только одно:

— Ты знаешь, кто такой Джейме Ланнистер?

— Не знаю, — сказал отец достав огурец из салата и закинув в рот. — Может работник со склада?

— Тетрадь, которую дал мне профессор, является списком багов, которые можно использовать для победы. Для этого нужно только пройти Рейд за рыцаря держащего клятвы.

Отец рассмеялся со слов Чати.

— После третего испытания я не встретил ни одного рыцаря, который бы не нарушил свои клятвы. Видимо сын гнома-разбойника станет первым.

Глава 3 - Зубы мудрости

— Может ты хоть часик дреманёшь? — спросил отец, у читающего тетрадь профессора в запой Чати.

— Я должен запомнить, всё что здесь написано. Зачисление в рейд будет проходить в 10 утра, час на дорогу... того у меня времени до 9, для того чтобы запомнить хотя бы самое главное.

— Разве нет способа, перенести тетрадь в твою базу данных? — спросил отец.

— Эта информация является запрещённой, и система её заблокирует, — сказал Чати, отчаянно пытаясь запомнить строчку из тетради. — Это невозможно. Я читаю её уже в двадцатый раз, но в мозгу ничего не откладывается.

Отец забрал тетрадь из рук Чати.

— Папа! — опешил Чати.

— Тебе нужно выдохнуть. Ты пытаешься сейчас взвалить на себя слишком многое и скоро сломаешься, — сказал отец, пролистывая тетрадь и пробегаясь глазами.

— Но у меня совсем нет времени... — отчаянно протянул Чати. Мысли лезли друг за другом смешиваясь и противореча друг другу.

— До Рейда ещё 7 часов, — сказал отец. — Попробуй просто уснуть. Или хотя бы отвлечься. Мысли сами станут на место. Может ты сейчас часик посидишь, и подумаешь: «Да нафиг это всё».

— Эта тетрадь - ключ к победе, — продолжил Чати.

— И без неё люди как-то справлялись. Поспи, — сказал на прощание отец. — А я что-нибудь придумаю.

Только спустя 10 минут Чати понял, как ловко всё провернул отец. Стоит ему уснуть — и вот, он не успеет на Рейд. Разве что на работу опоздают, но в академии на этой глаза закроют. И всё будет как прежде. Даже лучше. Чати даже почувствовал облегчение, которое сменилось горечью на языке. Закрыв глаза он наконец отвлёкся от иллюзорного мира вокруг и увидел цветные сны, где он сидит на краю горы, свисая ноги в ущелье и видит, как Безумный Лучник пускает одну стрелу за одной. Одна стрела для эльфа-разбойника, другая для его верна пса, третяя для волшебницы, не успевшей поставить заграждение. Целей у лучника в ущелье ещё хватало, но вот, он повернулся к Чати и натянул стрелу.

— Почему я? — спросил Чати у лучника.

— А кто? — спросил лучник и убил Чати.

Открыв глаза, Чати почувствовал, что что-то не так. Его трясло, словно он куда-то ехал. Лежал он какой-то скрюченный, спина замлела, глаза упёрлись в старую обшивку автомобиля. Подняв голову он увидел лицо мамы, смотрящей на него из переднего сидения:

— Мы нашли способ добавить твою книгу так, чтобы система её не заблокировала и не заподозрила. Правда пришлось каждую страницу зашифровать отдельно, поэтому тебе придётся повозиться с этим по вечерам в рейде. Номера страниц у тебя есть и мы разделили по оглавлениям.

— Где я? — не понимал Чати.

— Если быть откровенным, то всю работу провернула твоя мама этой ночью, — будто не услышав слов Чати, сказал отец, ехавший за рулём. — Но какие-то методы шифрования я ей подсказал.

— Куда мы едем? — спросил Чати.

— Ты уже передумал идти в Рейд? — спросила мать и схватила за руку отца. — Лионель, тормози и поехали домой, пока он не передумал.

— Не глупи, парень только проснулся. Или ты сдрейфил, Чати? — спросил отец.

— Зачем ты его подначиваешь? Он сможет стать фаворитом...

— Я не сдрейфил, — сказал Чати так уверенно, как мог.

На улице уже светлело, но все ещё было темно. На экране машины виднелось время —6:28.

— Куда мы едем?

— К стоматологу. Мы едем вырывать твои зубы мудрости, чтобы снабдить тебя всем необходимым в Рейде.

Чати испугался.

— Зачем?

— А ты думаешь как мы добрались с мамой до финала? Без моих хитростей не обошлось. Не волнуйся — эту хитрость ваш профессор заметил, но исправить ещё не успел.

Бетонные высотки сменились старыми пятиэтажками. Чати никогда ещё не ехал по этому району. Люди в принципе меньше уезжали из своего города, не то что страны. Если тебе хотелось чего-то необычного — платишь кредиты и реальность сама поменяется. Да, Искусственный интеллект пока не заменил свежий бриз моря, лёгкое головокружение в горах или жар тёплых стран. Но путешествия стоят много, а система не любила непостоянство.

Отец остановился возле какой-то пятиэтажки и сказал:

— Ну всё, выходим.

Чати не стал спрашивать будет ему больно или нет. Во первых всё равно будет. А во вторых — Чати не хотел давать лишний повод матери сдать назад.

Зайдя в подъезд, Чати удивился, увидев обувь у порога. Отец, следовавший следом, подтолкнул сына вперёд и стал сам разуваться.

— Не удивляйся. У этого мужика скуплен весь этаж. А в моё время говорили, что скоро роботы заменят всех врачей. Хе-хе. Если бы я знал, как будет, то мы бы сейчас жили также.

— А это нормально, что мы к нему сразу домой пришли? — спросил Чати.

— А нечего говорить мне «заходи, когда хочешь». Вдобавок, он мне сам шифр от подъезда дал.

Чати оглянулся:

— А мама?

— Отъехала по делам.

Поднявшись на первый этаж, Лионель с сыном зашли в центральную дверь, через которую они зашли в комнату, сопоставимой размером трёх квартир семьи Чати, не считая 6-метрового потолка, но он-то как раз-таки мог оказаться генерацией. В углу комнаты стоял сверхкомпьютер, который по своему объёму занимал пространство целый комнаты, за счёт объёмной генерации реальности. В этой же «комнате» стояли красная кровать, свечи, и латексный чемоданчик.

Сам стоматолог лежал в одежде, с бутылкой вина в руках на полу, так и не доползя до дивана возле окна. Несмотря на антураж квартиры и своё нынешнее состояние, это был приличного вида человек пятидесяти лет, с чёрными волосами и проседью в висках. Одет он был в бежевый халат, и больше совсем ничего на нём не было.

— Пора вставать, дорогой Лир, — потряс врача Лионель.

Врач не подал признаков жизни. Лионель с присущей ему силой, поднял доктора на диван, и потряс его по щекам. Открыв свои заплывшие глаза, доктор не удивлённо сказал:

— Лион... — и его стошнило на самого себя.

Отец одёрнул руку, но не успел. Часть тошноты попала на пальцы отца и тот посмотрел на доктора с лёгким укором. Тот виновато посмотрел на Лионеля.

— Прости. День рождения у сына... сам понимаешь.

— Понимаю, — сказал отец, вытирая руку об штаны доктора. — А я к тебе привёл своего.

Доктор подавил очередной позыв рвоты и осмотрел Чати.

— Он повыше тебя будет. Точно твой?

Лионель усмехнулся.

— Времени на шутки нет, Лир. Мне нужно чтобы ты удалил ему срочно четыре зуба.

— Такой молодой, а уже проблемы с зубами? Небось, много сладкого ешь?

— У тебя есть два часа, Лир. Нужно удалить ему зубы мудрости и вставить импланты.

— Два часа? — по-детски удивился доктор. — Я обычно за час удаляю только один зуб...

— Лишний повод поторопиться, — сказал Чати.

Доктор сквозь сон посмотрел на Чати.

— А голос твой Лионель. Чем-то вы похожи... мне только нужно в туалет...

И доктора стошнило на себя ещё раз.

***

Приняв какую-то таблетку от следов похмельного доктора не осталось и следа. Оперировал Чати уже уверенный в себе человек в белом халате. Рабочий кабинет у доктора находился на третьем этаже. При желании в нём можно было включить симуляцию чего-угодно, но в этот раз решили обойтись без этого. Отец тоже надел халат, и был у доктора на подмоге, подавая ему инструменты.

— Жалко ИИ никак не усовершенствовал способ удаления восьмёрок, — говорил доктор, вставляя расширитель в рот Чати. Жалко для людей, не для меня. Специалистов вроде меня, с каждым днём становиться всё меньше, а наши услуги всё дороже.

— Но нас постоянно пытаются убедить, что всё нормально, — добавил отец.

— Если бы не моя мама, то я бы, наверное, тоже был грузчиком, как и твой отец Чати. Странно... я думал твой сын учится на фаворита, Лионель. Или это твой второй?

— Первый, — со вздохом ответил Лионель и стал рассказывать историю.

Рассказывал долго, да настолько, что доктор успел удалить Чати два зуба, и уже вырывал третий.

— Тебе повезло с корнями молодой человек. По крайней мере на двух зубах. Третий тоже ничего, а четвёртый придётся раскалывать по частям. Придётся потерпеть ещё.

Чати, чей рот был полностью наполнен кровью, а в голове трещала адская боль чуть не заплакал. Он уже не был готов свергнуть мир, и хотел уже просто отдохнуть.

— Честно говоря, я бы на вашем месте, трижды подумал, чем отправляться в Рейд, пусть даже он будет и последним, — продолжил Лир. — Учитывая ваше текущее положение, мотивации у вас немного.

— Чати, всегда был немножко другим, — сказал отец. — Он всегда думал масштабами мира.

— Мир это то, что окружает нас. Даже я, будучи всего лишь стоматологом, могу позволить себе жить достаточно неплохо. Вы же, Чати, сможете жить... ох, как хорошо, что вы ко мне заглянули, — сказал доктор залезаю к Чати в рот, ещё поглубже. — Кариес вас точно не мучил? Зуб полностью разъело уже изнутри. Друг, подай мне скальпель.

Обезболивание уже проходило, но скальпель не доставил Чати той боли, которую доставила зубная дрель. Терпеть это уже было невозможно, а ведь ещё был и четвёртый зуб.

— Так вот о чем я? — продолжил врач в красных от крови перчатках. — Если вы станете фаворитом, то в скором времени вы окажетесь в лучшем обществе, где вас перестанут заботить всевозможные проблемы. Даже если вы закончите свой Рейд с успехом, в чём я сильно сомневаюсь. Даже с учётом своей тетрадки. Кстати, Чати... а вы подумали, о своём профессоре?

— С профессором ничего не станет, Лир. Он тот ещё жук. Делай своё дело, — сказал Лионель, необычайно холодно.

— Жук на английском баг, — заметил врач с усмешкой. — Получается жук дал вам тетрадку с другими жуками.

Дальше разговоры прекратились. Чати каждую секунду думал, как бы ему дотерпеть и сквозь каждый треск в своей челюсти думал уйти. Красные ваты сменялись, рот зудел, уголки рта порвались ещё на втором зубе. Наконец, когда сил терпеть не осталось, Чати развёл руками и попытался сказать:

— фффсссёё. я босе так не могу, — сказал он словно бурундук, едва не плача.

— Мой дорогой, так мы и закончили, — сказал врач, бросая на пол кровавые перчатки. — И всё же, попомни мои слова насчёт риска. Оставь ты это гнилое дело... а с тобой, — он повернулся к отцу — я надеюсь рассчитался, Лионель.

Отец молча кивнул. В дверь постучались, и в кабинет забежал 6-летний парнишка.

— Ренат... ты чего выбежал? — спросил доктор.

— Папа, мне приснился кошмар, — пожаловался тоненьким голосом парнишка.

— Это всего лишь сон... иди к себе, папа скоро вернётся — сказал доктор сыну необычайно ласково.

Чати посмотрел на отца, который в это время выглядел несколько смятённым. Доктор тоже заметил выражение лица отца и они многозадачно посмотрели друг на друга.

— Спасибо, Лир. Нам пора, — кратко сказал отец, без шуток и прочего.

— Прощайте, — сухо ответил доктор.

Отец подхватил ослабленного Чати и они вышли из дома доктора. По пути отец сказал:

— По поводу того, что он сказал насчёт Рейда... он во многом прав и если ты хочешь свернуть с этого пути, я могу подбросить тебя до академии прямо сейчас. Но чтобы ты знал... мальчик, которого мы видели... его сын... умер 20 лет назад, вместе со своей мамой в автокатастрофе. Ты понимаешь, зачем я тебе это говорю? Он не стал бы тебе помогать, если бы не долг передо мной.

Чати сморщил лоб то ли от боли, то ли от слов отца.

— Ефффли я фыиграю... то лазлуфу ефо фыснь?

— Не только его, — сказал отец и презрительно посмотрел в сторону дома доктора. — Но разве это жизнь? Он из дома не выходил те же лет пятнадцать, пытаясь забыться с виртуальной семьёй.

— А какая фазница? — спросил Чати.

Лионель поморщился, посмотрев на подъехавшую серую машину и сказал:

— Остался последний шаг. Поехали.

Глава 4 – End of Beginning

Машина остановилась возле старенького серенького здания, стоявшего особняком от окружающего красочного мира. Возле него, столпились машины: большинство серых, но были среди них и спорткары. Люди, тусовавшие возле машин смеялись, громко кричали лозунги, пили, а одного худого паренька в очках подбрасывали на руках.

— Эх, молодость… — сказал отец. — Я в свой первый рейд добрался с синяком под глазом, и в усмерть пьяный.

— Разве нам не нужно торопиться? — спросил Чати, не раскрывая губы. Анестезия прошла, но уголки губ были слишком порваны, чтобы разговаривать без боли.

— Я боялся, что мы не успеем, но у нас ещё осталось время. Мать должна быть...

Дверь машины открылась и на переднее сидение села Роза, держа четыре маленькие чёрные пластинки в руках.

— Легка на помине... — договорил отец.

— Все зубки вырвали? — спросила мать, оборачиваясь на Чати, и сразу же скорчила жалобную гримасу типичной мамы. Погладив Чати по щеке, она заладила: — мой бедненький... Вырвали зубки, да?

— Больно, — жалобно процедил Чати

— Ой, прости-прости, — трепыхнулась мать и показала пластинки. — А я тебе принесла твои новые «зубы мудрости». В отличие от прежних, они хотя бы не бесполезны.

— Что это? — спросил Чати.

— Micro-sd. Физические носители памяти. Маленькая флешка, — разъяснила мать. — Я оцифровала у знакомого тетрадь профессора в одну флешку, расшифровку спрятала в другую, чтобы система не нашла разгадку. В третьей спрятала клинок отца, который никогда не промахивается, а в этой, — она показала точно такую же чёрную пластинку, которая ничем не отличалась от других. — Секретик от меня. Он повиснет в твоём инвентаре знаком вопроса. Я как-то заняла 10-е в испытании «Тетрис». Когда я выбрала этот приз, мне сказали, что по назначению его можно использовать только один раз и только в самой сложной ситуации. Но я опробовать его так и не смогла, так как Безумный Лучник... ну ты знаешь.

— А как вы забрали это всё с Рейда? — спросил Чати.

— Ну, не мы первые, — сказала мать, переглянувшись с отцом. — И это же всё-таки код. Как пронесли, так и вынесли. Там только в инвентаре нужно было отметить, что в какой слот выносить.

— Это ещё одно расширение от флешек, — сказал Лионель. — Они добавляют функцию «перезаписать информацию на флешке» и... та-дам! Наши труды, теперь достаются тебе.

— А разве меня не засекут с этими флешками?

— Надеюсь нет. А разве у тебя есть выбор? — спросил отец.

Чати пожал плечами. Недолго думая, он вставил флешку в свежие пазы на местах зубов мудрости. Входя в чип-сет, флешка погружалась во что-то слизкое и мягкое, врезаясь в нерв тонкой, но тянущейся стрункой боли.

— Неприятное ощущение, да? — спросил отец.

— Уже всё? — спросила мать приоткрывая из ладоней глаза.

— Кроме боли, я ничего и не почувствовал.

— Почувствуешь потом. Может у тебя остались ещё вопросы? — спросил отец.

У Чати было много вопросов этой ночью, но сейчас, «стоя на пороге», они куда-то улетучились. Остался только один, и самый глупый:

— А как... ходить в туалет?

Мама улыбнулась:

— Тебе не нужно беспокоиться об этом. Скажем так — «уточки-прибауточки» обо всём позаботятся.

Чати вопросительно посмотрел на отца.

— Вы все будете гадить под себя, — сказал отец, стараясь не улыбаться. — В памперсы или в утку. За счёт чипов можно отследить когда будет нужда. В случае удачи, сходишь в утку, в случае неудачи — нужно будет менять подгузник. Считай, что вы погружаетесь в кому. Несколько раз в день будем переворачивать, чтобы пролежней не образовалось, кормить из трубки. Не переживай, для тебя мало, что изменится. У тебя там будет своя жизнь и нюансов извне ты не почувствуешь.

Чати постарался бурно не реагировать на новую информацию, но что-то его смутило.

— Ты сказал будем?

Отец усмехнулся.

— Ну да, работку ты нам подкинул. Кредитов на медсестёр у нас нет, так что будем выкручиваться, — заметив сметённое лицо сына, Лионель добавил: — ой, да чё я там не видел.

У Чати невольно навернулись слёзы, которые он постарался не показывать.

— Спасибо вам. За всё, — сказал он прикрывая глаза руками.

Отец положил Чати руку на плечо и улыбнулся:

— Хотел бы я сказать, что путь правильный... Но то, что он будет сложным, это уж точно. Может ты и не победишь, но хотя бы у нас будет надежда...

Чати посмотрел на маму, но та сама сдерживала слёзы и не могла смотреть. Сын поцеловал маму в щеку на прощание и уже открыл дверь.

— Солнышко, — мама повернулись с потёкшей тушью. — Я знаю, что ты у нас… больше дружишь с компьютерами, чем с людьми, но постарайся в первую очередь найти себе друзей. Хороших людей. В Рейде полным-полно мерзавцев — не дай им тебя обмануть.

Чати выслушал молча и кивнул.

— И не давай себя в обиду! — продолжил отец вдогонку. — Дашь один раз на тебе поездить — с тебя не слезут! Удачи!

Чати кивнул им на прощание и закрыл дверь. Новые рекруты в Рейд, прощающиеся с друзьями и родными на улице встретили Чати настороженными взглядами.

— Ты чё вылупился? — послышалось сзади.

«Может это мне?» — подумал Чати. Повернулся. Нет. Друзья шутили между собой.

— Смотри какой надутый, — пошутили две девушки, показывая на Чати пальцем.

Мир вокруг него был суетливым и недружественным. Некрасивые, потные, громкие, наглые... Чати было среди них слишком тесно. Слишком рано он вышел из машины. Может стоит повернуть обратно и стать фаворитом? Докрутить систему, чтобы люди были послушными и воспитанными? Чати тряхнул головой, чтобы убрать из головы дурные мысли и парочка человек оглянулись на него с удивлением.

— Что, дружище, сомневаешься стоит ли? — спросил мужской голос позади.

Чати обернулся и увидел конопатое лицо, которое он где-то видел, но не мог вспомнить где. Парень, который его позвал не растерялся и представился:

— Я Борис. Мы с тобой виделись в академии. Не помнишь?

— Что-то припоминаю... — сказал Чати, неохотно открывая рот.

Из деревянной дверки серого здания вышла полненькая женщина и крикнула скрипучим голосом:

— Рейд начнётся через 10 минут! Новобранцам — зайти внутрь! Провожающим — покинуть территорию!

Чати в последний раз оглянулся на машину с родными. Отец помахал ему рукой, в лёгкой улыбке, а мама смотрела куда-то в сторону и в глазах у неё было лишь сожаление.

«Без победы, мне возвращаться нельзя.» — подумал Чати. — «Это последний шанс уничтожить систему».

Толпа заходила внутрь здания, чтобы скорее попасть в Рейд.

— Не переживай. Можно не спешить — мест хватит на всех. Ты тоже чипы установил рот? — спросил Борис и на удивлённое выражение Чати ответил: — я поспрашивал — тут каждый четвертый с чипами идёт. Говорят в следующем году эту лавочку прикроют.

— Возможно…

— На самом деле, я подумал, что обознался. Чатлинг, которого я видел в академии был лучшим из нас. Я думал, что ты сегодня-завтра уже станешь фаворитом — а ты здесь. Профессор выгнал?

— Нет.

Борис не удивился.

— Тогда ему это не понравится. Значит ты решил рискнуть? Благое дело — разрушить искусственный мир, но вот только здесь никто и не верит, что дракона можно победить. До него, вроде как и не доходил никто, многие сомневаются, что он вообще есть. Я же здесь только за призом. Профессор прямо мне сказал, что фаворитом не стать, вот я и решил хоть подзаработать на Рейде, пока чипы ещё можно проносить. Но ты...

— Что я? — спросил Чати.

— Тебе нет смысла идти за призом. Фавориты получают намного больше. Неужели ты и вправду хочешь победить?

— Вроде того, — неуверенно соврал Чати.

— Не очень-то уверенно ты ответил, — сказал Борис.

«Все кто только можно, пытаются отговорить меня. Вероятнее всего, я и правда ошибаюсь. Что же я делаю? Ещё не поздно повернуть назад?».

— Вроде как толпа рассосалась, можем идти, — Борис подтолкнул Чати.

— Ты-то сам не боишься? — спросил Чати.

— Боюсь. Но отбивать кредиты за обучение как-то нужно.

Они шли неспеша, словно готовились вот-вот повернуть назад.

— Скажи-ка, а кем ты хочешь стать? — спросил Борис. — Наверняка у тебя есть какая-то стратегия, с помощью который ты собираешься выиграть? Может это самый сломанный класс? Я угадал?

Чати кивнул Борису.

— Скажи, что это волшебник? Или колдун? Или бард?

— Рыцарь.

— Падший? — спросил настороженно Борис.

— Нет, — сухо ответил Чати.

Борис прыснул смешком.

— Тогда шансов нет. Рыцари либо умирают, либо становятся падшими. Скажу тебе честно, лучше бы повернуть тебе обратно, Чати. Жизнь только одна. А став рыцарем в этой игре многого не добьёшься.

— Я всё же попробую.

— Смело, — признал Борис. — Я теперь понимаю, почему профессор выбрал тебя в качестве протеже.

Они уже почти подошли к двери. Перед ними было только десять человек в очереди.

— Ты не хочешь войти в мою команду? — неловко спросил Чати.

— Спасибо за предложение, но… я не верю в твой успех Чати. Я здесь, только за деньгами. Только и всего, — заметив расстройство Чати, Борис взял его за плечо. — Но я буду за тебя болеть.

Пропустив Бориса вперёд, Чати оглянулся в последний раз. Машина ещё стояла и мама смотрела ему вслед. Что-то произошло. Она смотрела гордо и холодно. Может она пытается придать ему уверенности? Чати кивнул ей на прощание и навсегда закрыл себе дверь в фавориты.

Глава 5 — Оруженосец

На входе каждому вошедшему выдали пластмассовый номерок. Спёртый запах пота и парфюма. Люди толпились в коридоре, пока полненькая женщина стоявшая на стуле посреди коридора объявляла своим скрипучим голосом:

— A375 — кабинет 7, B187 — кабинет 1, С542 — кабинет 8...

Беда в том, что эта информация даже не отображалась в интерфейсе, поэтому кто услышал и расслышал, тот заходил в кабинет, остальные же ждали когда она повторит.

— Неужели для того, чтобы интегрировать весь Рейд поставили объявлять только одну тётку? — спросил Чати.

— Я слышал — она на самом деле старая программа, — ответил Борис. — Старая учительница, которую разрабы ненавидели.

— Видимо, они добавили её, чтобы теперь её ненавидели мы, — сказал Чати и Борис усмехнулся.

После того, как она объявила первую волну, информация повторялась. По кабинетам разошлись только пару человек, уверенных в своём номере и кабинете. Большинство осталось убедиться правильно ли они расслышали или же просто не хотели быть первыми.

Рассмотрев женщину повнимательней, Чати смог допустить что это loop-голограмма, так как повторяла она ровно с той же интонаций, как и объявляла.

На четвёртом повторе осталась половина рекрутов, и Чати был среди них.

— G914 — кабинет 2, E762 — кабинет 1, C254 — кабинет 25, второй этаж, F001 — кабинет 24 второй этаж...

— Мой номер, — сказал Чати Борису.

— Я свой услышал ещё во второй раз... — ответил Борис.

— И чего ты не идёшь?

— Не знаю.

— Ты что-то знаешь? — спросил Чати, удивляясь.

— Нет. Просто плохое предчувствие. Можешь идти без меня, у нас всё равно разные кабинеты.

Чати протянул руку Борису:

— Удачи.

— И тебе, — Борис её пожал.

Проходя мимо женщины, орущей стоя на стуле, Чати в толкучке задел её рукой. Инстинктивно оглянувшись, он встретился с ней глазами. Она замолчала и проводила его самым презрительным взглядом в его жизни.

«Как будто голограммы так не реагируют...»

Поднявшись на второй этаж, Чати будто зашёл в другое здание. На коридоре не было никого. Неторопливо пройдясь по пустому этаже, он дошёл до своего кабинета. Зайдя в него, он увидел сотни больничных коек — и сплошной белый цвет. После ИИ мира, изобилующего рекламой и разноцветными красками, эта комната была необычной — если не назвать странной. Его встретила симпатичная медсестра в белом халате с усталостью в голосе:

— Номер?

— F001, — ответил Чати

— F-ок у нас давно не было, — сказала она записывая в свой планшет. — Крисси — койка номер 75!

Вышла другая медсестра, пополнее, и позвала Чати к себе. Вроде бы, Чати с ней учился в одном классе школы, но он не смог точно вспомнить — она это или не она. Из-за того, что умственным трудом занимался компьютер, дети учились до 6 класса. Она его тоже не вспомнила, поэтому Чати решил, что обознался.

— Ложись, мой хороший, — сказала она, подбивая подушку под его голову. — Голова не болит? Тошнота, рвота, диарея?

— Нет, — ответил Чати, ложась на кровать.

— Хорошо.

Нежной рукой она дотронулась до его щеки и погладила.

— Вы бы хоть постеснялись их вставлять перед Рейдом, — сказала она вполголоса.

Сердце Чати замерло от страха.

— Вам же полоскать рот нужно, после операции, чтобы ничего не загноилось, — она улыбнулась, заметив его испуганный взгляд. — Добавили вы работы…

Она обмотала его голову повязкой с датчиками и проводами. Затем, такой же повязкой обмотала его руки и ноги, а затем сказала лечь на живот. Чати почувствовал как его спину прокалывают, и будто бы вставляют в неё провод. Он понимал, что подсоединяются к чипу, но состояние всё равно было не из лучших. Пока Чати поворачивался обратно на спину, боясь прислоняться спиной к кровати, чтобы не сломать разъём провода с чипом спины, подошла первая медсестра к планшету возле его кровати.

— Какие расы и классы можно выбрать в Рейде знаешь? — спросила она, наплевательски жуя жвачку.

— Почти.

— Значит знаешь, — было непонятно, сказала она или спросила.

Чати кивнул.

— Ну и? — вытаращила она свои глаза на Чати, будто бы он входил в Рейд уже в десятый раз. — Кем хочешь быть?

— Я могу сам нажать? — спросил Чати.

— Вы понажимаете, а нам потом разбираться. В тавернах, можно будет поменять внешность, но только один раз. Там и разберётесь.

— Я знаю, как там правильно нажимать…

— Если бы я получала по кредиту, за фразу "я знаю, как там нажимать"... — она закатила глаза и снова спросила: — Раса?

— Человек.

— Класс?

— Рыцарь.

Она усмехнулась.

— Скучноватый вы. Никнейм?

— Ланселот, — сказал Чати, вспоминая детские сказки.

— Занято.

— Галахад.

— Занято.

— Александр Невский.

— Сейчас посмотрю… Занято. Также занято «Александр Невский 228», «Александр Нивский», «Невский 322» и много ещё.

— Давайте Чатлинг, — сказал Чати.

— Чатлинг... да, Чатлинг свободно, — девушка быстро понажимала в своём планшете, и шаблонно сказала: удачи в рейде и… хороших приключений.

Она ушла, не дождавшись, пока пациент отключится. Чати почувствовал неприятное шевеление в голове.

«Это чип шевелится из-за электромагнитного поля» — понял Чати, но даже зная это, его сердце съёжилось. Вдруг он сейчас умрёт? Вдруг это последние дни на земле? Вокруг всё темнело, и напоследок, он взглянул на полненькую медсестру, нагнувшуюся нацепить датчики другому рейдеру.

#######

Баги рейда #1

Первые минуты Рейда - неконтролируемый правилами бред. Система генерирует историю для персонажа, а мир вокруг него постоянно меняется, за счёт чего из введения можно забрать артефакты, не боясь последствий...

#######

Шум толпы никуда не исчез, но он изменился. К нему добавился топот по мокрой земле, свисты и крики. В нос ударил запах пота, хмеля и лошадиного навоза. На кончике языке повис вкус железа. Совсем рядом послышались лязги доспехов.

— Оруженосец! — крикнул мужской голос.

Чатлинг открыл глаза. Он стоял среди войска. Перед ним — рыцарь на коне в стальных доспехах с протянутой к нему рукой.

— Меч!

В руках был полуторный меч в ножнах. Чати подкинул его в руках, пытаясь осознать, что это не реальность.

— Меч! — нетерпеливо крикнул рыцарь.

Чати обернулся. Огромная толпа, смотрела вперёд, скандируя что-то. Ему напомнило это школу — стенка на стенку

«Это прелюдия — подумал Чати. — Введение в новый мир.»

Чати присмотрелся. Пехота в ржавых доспехах, готовая к драке, била булавами в деревянные щиты. Этот рыцарь был здесь кем-то вроде предводителя.

— Меч, я сказал! Враги наступают!

Чати посмотрел вперёд — и правда наступают! Красная конница с длинными саблями, мчала на них, но они были ещё далеко.

"Главное не бояться. Это всего лишь иллюзия."

Чати поднял меч и обнажил его. Начищенная сталь отразила луч солнца прямо ему в глаза. Рыцарь уже слезал с коня, видимо, чтобы проучить непослушного оруженосца.

Звеня доспехами, рыцарь двинулся к своему оруженосцу.

— Иди сюда, полудурок!

"Это всего лишь введение. Нужно взять с него как можно больше"

— Сам иди сюда! — подозвал его Чати.

Чати был одет в доспехи из варёной кожи и убежать от рыцаря, пусть и с мечом оказалось задачей простой.

— Стой, трус!

Пробежав небольшой полукруг, Чати оказался ближе к коню рыцаря, чем сам рыцарь. Враги уже почти подступили. Чати неумело запрыгнул на коня и недолго думая, ударил пятками в его бока. Он помчался прямо вперёд, на врагов, совершенно один. Красная конница, мчавшая на него улюлюкала тонким хором, подняв высоко сабли.

"Сейчас будет больно" — готовился Чати.

Время перед битвой, словно замедлилось. Он прижался к мечу покрепче.

"Главное его не выронить. Главное, удержать."

Он мчал впереди, опережая своё войско на десятки шагов. Вот красные, плохо сгенерированные всадники с неправильными руками, подняли на Чати свои мечи. Словно сквозь сотни ветвей деревьев, хлещущих по лицу своими кончиками, Чати прорвался через сабли, гордо и глупо встретив свою смерть. Боль, Чати почувствовать не успел. Видимо она не успела сгенерироваться. Только внезапно нахлынула на него бесконечная усталость. Меч, Чати, так и не выпустил.

Глава 6 — Меч в камне

#######

GoodGod приветствует вас.

Для спорных действий в Рейде, система подбрасывает двадцатигранную кость (d20) и при учёте характеристик игрока, проводит проверку. Результат проверки со всеми вычислениями отображается в правом нижнем углу поля зрения игрока.

Большая часть механик Рейда завязана на системном подбрасывании костей с различным количеством граней. Например при ударе рукой человека-мага без снаряжения будет выбрасываться трёхгранный кубик (d3) для нанесения от 1 до 3 единиц урона. Результат рассчитывает система.

#######

"Добро пожаловать в Рейд", — послышался всеобъемлющий звук в пространстве.

Чати оказался на зелёном поле в льняной рубахе. Вокруг не было ничего, кроме травы и мокрой земли, на которой он стоял босыми ногами. Меч, который он сжал в руке перед смертью, остался в руке.

"Тебе предстоит приключение, полное сложностей, опасностей и предательств".

Звук снова раздался в пространстве. Реальность распадалась и собиралась заново, перенося Чати из одного воспоминания в другое.

"Чатлинг Вейн — младший сын лорда Ноа Вейна, также известного как лорда предавшего всех своих сюзеренов." — раздался голос.

Чати оказался в теле маленького мальчика, который забежал на совет к лорду-отцу. Отец, пряча бумаги от сына приказал своим телохранителям вывести его. Чати, давно не бывавший на ручках, удивился и ненароком вспомнил детство.

"Ты учился сражаться у своего старшего брата, читать тебя учила мать, а старшая сестра научила тебя верить в Автора".

Словно сквозь туннель, Чати погружался в тело неуклюжего подростка выронившего меч прямо в грязь, затем его же, но читающего книги при свечах, а затем стоящего на коленях перед чёрным кубом, внутри которого будто что-то шевелилось.

"Для того, чтобы искупить грехи семьи, тебя отправили на службу церкви. Ты исправно служил ей на протяжении 10 лет, каждый раз избиваемый плетью за непослушание. Ты ненавидел матушку церкви за это, но с годами научился смирению."

В этот раз Чати стоял среди таких же прыщавых парней как и он, ехидно посмеивающихся при взгляде на него. Свист воздуха, и будто кусок кожи сорвали с его спины.

— Будешь знать, как воровать! — крикнула женщина.

— Но... я ничего не делал... — пытался оправдаться Чатлинг, но только получил ещё один хлыст по спине.

— Будешь знать, как врать!

"Именно смирение помогло тебе пережить горе, когда пришла весть с родных земель. В ней было написано, что твоя семья погибла под натиском демонов. Цифровой Дракон Новой Реальности насылает свою армию, чтобы населить мир своими организмами. Весь мир под угрозой!"

Пройдя сквозь череду разных мест, Чати стоял с преклоненным коленом и головой перед огромным чёрном кубом, именуемого в Рейде как Автор. Солнце светило с его стороны, а в его тени стояла матушка вознеся руки вверх.

— Дети мои. Сыны и дочери нашей родины. Готовы ли вы отдать свою жизнь, за нашу страну и оторвать голову змею-искусителю. Староземелью нужны новые герои!

Чати переглянулся, и увидел других послушников, которые ровно, как и он смотрели вокруг растерянно, будто видели всё в первый раз.

«Вот они — другие игроки» — понял Чати.

Один из парней словился с ним взглядом и улыбнулся. Он подтолкнул орка, сидевшего рядом и указал тому кивком на сворованный меч, который Чати положил возле себя.

— Чёрные времена настали, дети мои, — продолжала матушка. — Демоны сжигают наши дома, уничтожают наши посевы, убивают женщин и детей. Только самые отважные, самые стойкие и самые самоотверженные души вроде вас смогут защитить этот мир. Повторюсь ещё раз — вы готовы отдать свои души на защиту мирных граждан.

Прямо перед глазами Чати возникла надпись "Громко и чётко, по команде, крикните — ГОТОВЫ!". Она была в центре видимого, и куда бы Чати не повернулся, эта надпись не исчезала. Другие слова исчезли и осталось только одно слово "готовы!" с карикатурным гномом махающим рукой для подачи сигнала. Все рыцари в один голос крикнули:

— Готовы!

— Клянусь защищать слабых и невинных! — возглашала матушка, напрягая свои старые связки из всех сил. — Клянусь защите и верности короне! Клянусь защищать церковь и имя её Автора! И буду я проклят, нарушив клятвы свои!

Рыцари, вместе с Чати повторили слова вслед за матушкой, и перед глазами возникла надпись «Клятва принесена. Постарайтесь не нарушать».

— Встаньте же, истинные рыцари Объединённых миров! Встаньте же на защиту Староземелья. Навострите свои мечи на врагов и возвращайтесь домой героями со щитами и на щитах! Вознесите руки богу нашему — всемогущему Автору.

Перед глазами появилась надпись «Протяни любую руку к небесам». Чати поднял руку и из небес возникла огромная золотая рука, надевая на его безымянный палец кольцо.

Перед глазами появилась справка.

#######

Это кольцо воскрешения. Возвращает умершего Рейдера к жизни, после чего пропадает навсегда. Держите его надетым на свою руку, если хотите выжить, когда умрёте. Также вы можете надеть кольцо на другого любого Рейдера, чтобы воскресить последнего.

Однократное использование.

#######

Чати не привыкший носить кольца, долго рассматривал свою руку. Какой странной она теперь казалась. Вроде бы та же самая рука. Не самое странное, что с ним приключилось за последнее время. И всё же именно это золотое, яркое кольцо удивляло его сильнее прочего. Для него это не было символом второй жизни. Скорее, символом богатства, от которого он отказался.

Церковь вместе с матушкой распалась на фрагменты и растворилась в воздухе. Как вращающиеся зеркала, они сменили собой перепутье дорог посреди просторного поля. Чати стоял вместе с другими рыцарями оглядывающихся по сторонам, возле указателя «Таверна новичков», указывающей на путь через дремучий лес.

— Это всё? Теперь рейд начинается? — спросил хриплым голосом гном.

— Похоже на то, — нежным голоском ответил высокий эльф.

Новоиспечённые рыцари, одетые в монашеские рясы, оглядели друг друга, после чего, все как один, переметнули свой взор на Чати.

— Ну ты даёшь, парень! — сразу же засмеялся один из людей-рыцарей , обращаясь к Чати. — Как же ты умудрился выжить в самом начале? Я своими глазами видел, как ты утонул в красных клинках. Неужели ты победил в том сражении? Или ты пробежал сквозь них, и они тебя не убили?

Чати пробежался по присутствующим глазами, прежде чем ответить. Гном, Тёмный эльф, Высший Эльф, Два орка, Ящер, полурослик, голем и все остальные — люди. Человек, который к нему обращался был высок и черноволос.

— Я и не выжил, — ответил Чати.

Рыцари переглянулись и нависло молчание.

— Но каким образом ты здесь, — спросил снова черноволосый рыцарь. — Разве ты не должен был умереть?

"Говорить первым встречным про тетрадь — не лучшая идея. Значит, нужно что-то придумывать..." — подумал Чати.

— Я не знаю как это получилось, — неловко почесал затылок Чати. — Я просто решил попробовать, и... — он показал на меч. — Вот.

Некоторые с завистью, некоторые с восхищением посмотрели на его меч.

— Какие характеристики? — спросил рыцарь-ящер и заметив вопросительный взгляд Чати сказал: — посмотри на лезвие клинка возле рукояти. Там должны отобразиться характеристики меча.

Чати поднёс клинок к своему лицу.

— SwordID6457. Думаю это название внутреннего объекта кода, который генерирует Рейд. Урон от 9 до 25 единиц, в зависимости от выпадения трёх костей d6 . Написано, урон удваивается если владелец клинка находится на верховом животном, — прочитал Чати вслух.

Один из рыцарей положил на плечо Чати свою ладонь. Это был высший эльф: красивый, с длинными руками и ногами, с тонкими чертами лица и звонким голосом.

— Имя меча, говорит о том, что его не должны были достать, верно я понимаю?

Чати кивнул.

— Не представишься нам? Мы с друзьями все здесь друзья, и не рассчитывали увидеть ещё одного рыцаря из нашего городка?

— Нашего городка? — переспросил Чати, не понимая.

— В этом храме заспавнились( от англ. spawn. — появляться) все игроки, желающие стать рыцарями из нашего маленького города, — объяснил черноволосый рыцарь. — Мы не рассчитывали, что кто-то ещё захочет стать рыцарем здесь. Как тебя зовут?

— Чати, — представился Чати, и вдруг поправил: — вернее Чатлинг.

Высший Эльф улыбнулся и представился с поклоном:

— Меня зовут Ланселот.

Темноволосый рыцарь представился:

— Агравейн.

Другие рыцари также поспешили представиться:

— Гавейн, Гарет, Мордред, Галахад, Персиваль, Тристан, Кей, Гохерис, Ламорак, Бедивер.

Чати из всех запомнил только Ланселота и Агравейна.

— Возможно, ты знаешь историю, про рыцарей Круглого стола? — спросил Ланселот.

— Только приблизительно, — неуверенно промямлил Чати.

— Как и мы, — ответил Ланселот положив Чати руку на плечо. — Но мы знаем, что у рыцарей Круглого стола был свой король Артур. Мы с ребятами до Рейда так и не смогли определиться, кто из нас будет Артуром, и поэтому решили, что его среди нас не будет. Но кто же знал, что мы встретим человека, по сути доставшего меч, который нельзя достать.

Чати посмотрел на рыцарей вокруг.

— Экскалибур! — крикнула смеющаяся толпа.

— Чатлинг, — звонко прозвучал голос Ланселота, — не желаешь ли отправиться в путешествие вместе с нами и быть одним из нас?

Примечание от автора: товарищи, дальше в книге пойдут 12 персонажей, чьи имена названы в честь Артура и его рыцарей Круглого стола. И есть нюанс в том, что эти имена достаточно плохо различимы. Если бы это была не электронная книга, я бы добавил приложение, а так, в моей группе вк, тг-канале и в прочих моих каналах есть арты с персонажами этой книги, чтобы можно было в случае чего различить их.

Да, отчасти это байт на подписку), но это также и рекомендации людей, уже прочитавших книгу.

В общем это всё, спасибо, что читаете!

Глава 7.1 — Поднятие первого уровня не в одиночку

Порыв ветра раскачал кроны деревьев и смахнул маленьких жучков, сидевших на ветвях, прямо на землю. Певчие дрозды тут же вспорхнули, для того чтобы словить свой завтрак прямо на лету. Наевшись, птицы уселись на ветви деревьев возле дороги и стали петь прохожим. Прохожими же была толпа безуровневых рыцарей, которая двигалась вперёд по тропе в "Таверну новичков".

— Как это ты не знаешь, что делать дальше? — спрашивал орк Гавейн у Чати. — Нам же возле пункта сбора все объясняли.

— Я приехал за 10 минут до начала, — объяснился Чатлинг.

Орк гладя свою длинную и иссиня чёрною бороду, посмотрел в небо. Его длинные угольные волосы замыкали чёрный волосатый контур вокруг его зелёного лица, образуя подобие львиной гривы. Его голубые глаза смотрелись необычно для такой расы, и у Чати закрались подозрения, что внешность в Рейде выбирать всё-таки можно. Этого рыцаря звали Гавейн.

— Говоришь за 10 минут приехал? Хммм... Я кажется тебя помню. Ты такой... с длинными волосами, белобрысый с хвостиком сзади? — говорил орк, а потом взглянул на Чати и рассмеялся: — так ты внешность же вообще не менял. А-ха-ха-ха. Как я тебя сразу не узнал...

Его смех громыхал так, что колонна рыцарей обернулась, а птички с испугу взлетели ввысь, оставив после себя «счастливых», громко матерившихся рыцарей.

— Гавейн, твою же ш мать! Будь тише! — крикнул ему гном Кей.

Простодушие Гавейна напоминало Чати отца. На данный момент, из всех двенадцати рыцарей, Чати лично разговаривал только с эльфом Ланселотом, человеком Агравейном и перекинулся парой слов с каменным големом по имени Гохерис.

— Ну я могу напомнить тебе, что ты пропустил. Правда, из меня плохой рассказчик, в этом деле тебе лучше обратится к Мордреду. Он умеет это лучше, чем я.

— Что умеет? — спросил Чати.

— Да рассказывать всякое.

— А кто это?

— Вон тот полурослик. В жизни он здоровый парень, но полурослика выбрал потому что им, как он говорит, безумно везёт.

Чати замялся, не желая знакомиться и заговаривать с людьми больше, чем нужно. Гавейн, оказался на редкость чутким орком и шепнул:

— Ну если хочешь, могу и я.

— Буду очень благодарен.

Орк снова поднял глаза к небу, видимо вспоминая, что ему рассказывали.

— Главная цель Рейда — убить дракона. Для того, чтобы убить дракона, нужно добраться до его пещеры. Его пещера, закрыта десятью дверьми, для которых нужно получить десять замков. И значит, всё наше путешествие мы организовываем только лишь для того, чтобы получить ключи от этих замков. Как получить ключи знаешь?

— Родители говорили мне про испытания.— вспоминал Чати. — Тетрис, Прятки, Гладиаторские бои...

— И мне родители про них говорили, но про другие. Несмотря на то, что мы сейчас в шкуре древних рыцарей и вообще находимся в древнем непонятном мире, сами испытания представляют собой разные компьютерные игры. На испытаниях совершенно неважно, кем ты был до этого: рыцарем, магом, бардом... какого уровня твой персонаж и есть ли у тебя кольца. А ещё на испытаниях нельзя умереть. Там решает только твоё мастерство в конкретной игре. Умер в игре — занял какое-то своё место, получаешь ключ и двигаешься дальше. Давно в игры играл?

— Из-за работы и учёбы времени совсем не было, — сказал Чати. — Но иногда поигрывал.

Орк с удивлением взглянул на собеседника, и Чати понял, что сказал лишнее.

— Готовился в фавориты? — спросил Гавейн и брезгливо усмехнулся, — и что же пошло не так?

Шея Чати зачесалась и он почувствовал себя слишком открытым. Ему хотелось спрятаться, сжаться, но вместо этого он судорожно тёр шею от неловкости, и понимая, как глупо выглядит, запускал пальцы в свои волосы, едва не вырывая их от злости на самого себя. Ощущения от прикосновений к своим волосам совсем не отличались от реальности.

— Профессор сказал, что фаворитом мне не быть... — промямлил Чати, понимая, как он звучит фальшиво.

Орк будто и не заметил неловкость Чати.

«Может я себе сам придумал, что не умею врать» —проскочила в голове одна из мыслей.

— Поклянись, — сказал орк.

Чати замолк. Он совершенно растерялся и смотрел на орка беспомощно. Орк слегка улыбнулся и похлопал того по плечу.

— Вот он — настоящий рыцарь. Даже врать не умеет.

Чати позволил себе немного расслабиться и уже хотел объясниться, но внезапно шумная колонна рыцарей замолкла и остановилась.

— Парни, — крикнули спереди. — Кажется впереди кто-то есть.

— И сзади тоже! — крикнул голем Гохерис, замыкавший колонну рыцарей.

Волчий вой посеял суету в стане рыцарей.

— Встать в круг! — скомандовал Ланселот.

Но было уже поздно. Из леса выскочили зелёные гоблины, верхом на волках, размахивая клинками и булавами. Их было не больше 10, но у рыцарей, одетых в монашеские лохмотья не было даже ржавого клинка. Разумеется, кроме Чати.

— Первые враги, друг, — толкнул Гавейн Чати. — Доставай свой клинок.

#######

На вас напали враги. Не забудьте достать своё оружие из инвентаря. Для этого прикоснитесь кончиками пальцев к своей груди и протяните к правому плечу, будто натягиваете тетиву лука. Перед вами откроется инвентарь, в котором лежит ваше снаряжение. Протяните руку к интересующему вас объекту и вытяните его из инвентаря. Поздравляем, вы научились доставать своё оружие.

GoodGod желает вам удачи и веселья.

#######

Чатлинг провёл пальцами от центра груди к своему правому плечу, держа открытую ладонь в воздухе, а другой рукой достал из ячейки свой клинок. Свернув инвентарь и переложив клинок в правую руку, он всматривался в бой и смотрел, где он нужнее всего.

Гоблины на волках уже дрались с флангом рыцарей. Ланселот смог отобрать у гоблинов один из их ржавых клинков и выжидал момент, для того, чтобы вонзить клинок в тело серого волка, с которого уже упал другой гоблин. Голем Гохерис выступал живым щитом для своих собратьев принимая удары клинков гоблинов. Удары кривых лезвий о камень высекали искры, и оставляли на Гохерисе небольшие вмятины.

— У меня осталось совсем немного здоровья, парни! Я больше не выдержу! — кричал он, отбивая очередной клинок.

Гавейн, вместе со своим собратом орком разделывался с гоблинами и волками голыми руками. Вышвырнув гоблина с волка куда подальше, Гавейна укусили, но он не дал волку убежать. Вместо этого, подозвав своего брата, они взяли двумя руками волка по разные стороны челюсти и разорвали его пасть пополам. Разорванный волк растворился на фрагменты прямо во время разрыва.

Чати нашёл глазами тех рыцарей, которые нуждались в помощи сильнее всего. Человек Тристан пытался выхватить булаву у гоблина, но один волк вцепился в его ногу зубами и крутил челюстью, пока другой гоблин лупасил рыцаря булавой по спине. Полурослик Мордред спрятался за камень, и лишь отбрасывался от волков камнями.

— Чатлинг! — звал его Мордред, у которого закончился арсенал. — Где ты, твою мать!

Подбежав к Тристану, Чати махнул мечом по волку и разрубил его с лёгкостью пополам. Из волка на землю высыпались пиксельные красно-фиолетовые внутренности, которые в одночасье с его гибелью растворились. Перехватив следующий удар булавы по Тристану, Чати вонзил свой клинок в мягкое зелёное пузо гоблина. Он упал навзничь, держась за рану, оставив после себя только опыт.

Чати за это недолгое сражение убил половину всего войска гоблинов и волков. С остальными рыцари справились сами. Гавейн убил с братом двух волков и одного гоблина. Тристан, после того, как Чати отбил от него гоблинов с волками, подобрал булаву и раскромсал голову ещё одному гоблину. Самым ловким, не считая Чати, оказался Ланселот. На его счету убийств было 5 волков и 2 гоблина. Чати невольно задумался, что было бы если Ланселот завладел его клинком? Возможно, он бы смог расправиться с этой группой в одиночку?

У рыцарей осталось слишком мало сил, и нужно было найти, хоть какой-то привал. Однако в поле зрения появилась жирная надпись.

«Активирован квест: Защита деревни.

Проверьте нет ли в лесу пострадавших.

Найдено пострадавших 0/10

Зачистите пещеру гоблинов.

Убито гоблинов 10/50

Убейте вожака стаи.

Внимание! Пропуск квеста является нарушением клятвы – защищать слабых и невинных.»

— Я один это вижу? — крикнул Гохерис рыцарям, смотря куда-то перед собой.

— Что там? — крикнул Ланселот.

— Квест! — крикнул Гавейн.

— Да пофиг на квест. Мне дали уровень! — радостно завопил Гохерис. Написано проведите кончиками пальцев от сердца к левому плечу!

Все рыцари, включая Чати не замедлили повторить это действие. Перед ним появился интерфейс с его отображением, словно в зеркале. Он с удивлением обнаружил, что гоблины оставили на его лице порез на щеке. Видимо, в пылу битвы, он не почувствовал боль. Рядом с отображением Чати была написана следующая колонка:

#######

Характеристики персонажа «Чатлинг Вейн».

Сила: 7/10 (+2 к проверке силы)

Ловкость 4/10 (-1 к проверкам ловкости)

Интеллект 2/10 (-3 к проверке интеллекта)

Харизма 3/10 (-2 к проверке харизмы)

Мудрость 7/10 (+2 к проверкам мудрости)

Удача 3/10 (-2 к проверке удачи)

#######

Чати увидел, что слева от характеристик мигает стрелка вправо. Чати нажал на неё и высветилось следующее окно:

#######

Новый уровень!

Ваш текущий уровень: 2/100

Ваше здоровье, выносливость и мана повышены на 5 процентов.

Выберите куда распределите 1 очко развития

#######

Перед Чати раскрылось огромное дерево талантов.

#######

Поздравляем с получением первого уровня рыцаря! Выберите один талант.

Мастер контратак: при атаке противника по вам выполните Проверку ловкости 16. При успехе для всех кроме вас замедлиться время на 0.5 сек, за которое можно уклониться от удара и нанести противнику урон. Перезарядка при успехе: 30 сек.

Мастер первого удара: при первой атаке по противнику, не нанёсшему по вам удар, выбросьте проверку 12, на критический (×2) урон.

Перезарядка при успехе: 10 сек.

Мастер защиты: при попадании по вам или вашим союзникам атаки противника, выбросьте проверку 14, для того чтобы полностью заблокировать урон.

Перезарядка при успехе: 5 сек.

#######

Выбирая один путь, он разделялся на два, а те два, разделялись ещё дальше. Где-то они пересекались, но Чати уже понимал, что без тетрадки профессора здесь не обойтись и хотел бы дождаться привала, чтобы распределить таланты с умом.

— Не могу выбрать! — крикнул Гарет.

— Тоже! — крикнул Гавейн.

— Пишет, невозможно повысить в бою! — крикнул Агравейн. — Но никого вокруг не осталось! Не осталось же?

Рыцари подобрали оружие с трупов гоблинов и осмотрели лес вокруг себя, поднимая голову на ветки.

— Врагов не видать!

— Скорее всего, нам нужно завершить квест, для того чтобы повысить уровень, — сказал Ланселот. — По-другому, видимо, никак.

— Или преступить нашу клятву в самом начале, — усмехнулся Агравейн.

Чати покоробило от этого предложения.

— Это не выход, — сказал он почти шёпотом.

— Ребята, предлагаю разделиться! — крикнул Мордред, встав на камень, чтобы его было сильнее видно. — Уже темнеет, многие ранены.

— Если бы ты помог мне, а не сидел бы за камнем... — крикнул Тристан.

— Ты мои ручонки видел? — показал тонкую руку полурослик. — Я удачлив, но чуда сделать не могу. Скажи спасибо, что хоть камнями откидывался!

— Я тебе это припомню!

Мордред махнул на Тристана рукой.

— Нам нужно разделиться на две группы: одна пойдёт зачищать лагерь гоблинов и убивать вожака. Вторая искать пострадавших. Логично, что искать пострадавших нужно будет самим пострадавшим, так как бойцы из них уже так себе.

— Сам ищи пострадавших! — заорал Тристан. — Я пойду биться!

— Он прав Тристан, — сказал Агравейн.

— И ты туда же... — Тристан посмотрел в сторону Чати, потом Ланселота. — А что скажете вы?

Ланселот с помощью жеста и лёгкой улыбки дал слово Чати. Чати не был этому рад, но всё же сказал:

— То, что сказал Мордред логично. Я считаю он прав.

Тристан перевёл взгляд на Ланселота.

— Ты всё слышал, — сказал Ланселот. — Тристан, Галахад, Гохерис, Гарет и Гавейн, Персиваль.... вроде бы всех покалеченных назвал, остаются искать пострадавших. Я и остальные идём в пещеру.

— Не многовато ли людей для того, чтобы искать пострадавших, — спросил Гавейн. — Меня едва за ногу укусили — я ещё могу сражаться.

Ланселот с Гавейном схлестнулись взглядом. В конце концов Ланселот согласился.

— Тогда я тоже пойду, — сказал тёмный эльф, ударив себя в грудь. — Мне едва поцарапали руки, но я могу держать меч.

— Галахад... — устало проговорил Ланселот, поднимая глаза к небу.

Чати понимал, что наконец ему нужно тоже что-то сказать:

— На самом деле, никто не говорил, что спасать пострадавших будет безопасно. Вполне возможно, в то время пока мы будем зачищать пещеру на вас нападут и лучше бы оставить здесь кого-нибудь ещё.

— Я останусь, — прохрипел гном Кей. — Парни совсем вымотаны, если что подсоблю им.

— Я бы оставил ещё одного, — сказал Гавейн. — Лес большой, можно и заблудиться. И когда они закончат с пострадавшими то смогут прийти на подмогу нам, если у нас возникнут проблемы.

Рыцари замолкли и переглянулись.

— Кто останется? — спросил Гавейн.

— Может всё-таки ты? — спросил Мордред у Гавейна.

— Из нашей группы должны пойти двое. Кроме Агравейна, я самый здоровый, — Гавейн повернулся к Чати. — Ты здесь единственный без команды. Значит и единственный, кто будет беспристрастен. Выбери из нас, того кто останется.

Чати не хотел вмешиваться в рыцарские разборки, но так как он стал одним из них, то ничего поделать не мог. Он должен выбрать.

Он осмотрел рыцарей с кем они должны были идти. Ланселот самый умелый, Гавейн Чати просто нравился, от Мортреда никакого толка с пострадавшими не будет, но в качестве нападающего, он мог выступить неплохим разведчиком в пещере. Остаются Агравейн, Бедивер и Ламорак. Три человека. Бедивер и Ламорак, выглядят хлипкими на фоне Агравейна, и несмотря на все опасения Чати, пещера явно будет опасней поиска пострадавших. Но взгляд Агравейна не нравился Чати. Он чувствовал опасность исходящую от него прямо под кожей.

— Агравейн, — спросил настороженно Чати. — Возможно лучше вам остаться с раненными?

Гавейн недовольно фыркнул, но ничего не сказал. Его человек. Брюнет с длинным ровным носом улыбнулся, и играючи поклонился:

— Как вам будет угодно... — и издевательски добавил: — милорд.

Глава 7.2 — Поднятие первого уровня не в одиночку

Открыв внутренний путеводитель рейда, перед рыцарями появилась голубая туманная дорожка, ведущая прямо в пещеру к гоблинам. Рыцари двинулись как и раньше, колонной, впереди которой шёл Чати. Замыкал колонну Ланселот. Расположились они так, потому что были самыми сильными на данный момент, и в случае нападения могли принять удар на себя. А нападения случались.

Кучки волков, по дороге в пещеру, раз в пять минут атаковали их с разных сторон. Вообще, нападение волков выглядело как отдельная игра в Рейде. Вот, ты слышишь злобное рычание. Смотришь на напарника и понимаешь, что рычит не он. Тогда уже оглядываешься на звук и видишь, как на тебя нападает озлобленный волк. В отличие от кошек, волки не нападают из ниоткуда. Они сначала рычат, и только потом бросаются вперёд. Тебе нужно не проморгать этот момент, успеть сделать шаг назад, для того чтобы дать расстояние для своего меча и взмахнуть им так, чтобы зацепить волка. Первый удар любого волка бил по одному паттерну, поэтому лучше всего их убивать именно в этот понятный миг, так как второе действие волков абсолютно непредсказуемое.

Так или иначе, рыцари уже инстинктивно выучили этот паттерн и убивали волков с одного удара.

— Эх, вот убиваем мы их и убиваем, а толку? — бухтел Гавейн.

— Уровень качается, — сказал Мордред. — Может ещё один уровень получим.

— Но нам-то нужно закончить квест до того, как придём в таверну новичков. А судя по солнцу, то оно скоро сядет, — сказал Гавейн смотря вверх. — Да и с раскачкой я пока не определился. Тут столько талантов, что я не знаю что выбирать. Чатлинг, что ты выбрал?

Гавейн, Мордред и Ламорак идущие прямо за Чати, заглянули ему за плечи, а тот подглядывал в тетрадь профессора прямо на ходу из своего инвентаря.

— На свой меч любуешься? — усмехнулся Ламорак. — Или удивляешься уровню своего интеллекта?

Чати нервно закрыл инвентарь и испуганно обернулся.

— Откуда ты узнал?

— Что уровень интеллекта 2? У нас же с тобой один класс. Рыцарь априори считается самым тупым персонажем в Рейде.

— А как его повысить-то? — спросил Чати.

— Качай уровень. За каждые 10 уровней ты можешь прокачать один пункт характеристик. Ну и шмотки тоже могут дать + к характеристикам...

— Откуда ты такой вылез? — поднял голову полурослик Мордред. — Мы в детстве мечтали пойти в Рейд и заучивали все нюансы. А ты сваливаешься будто с неба, достаёшь меч откуда не пойми и спрашиваешь вопросы, будто не разу про Рейд не слышал. Я слышал, про богатеев, что ходят в Рейд ради забавы. У тебя небось богатства в реальном мире? Ну как реальном...

Мордред сам себе усмехнулся.

— Нет у меня богатств, — тихо возразил Чати. — Просто не интересовался.

— Если не интересовался, так чего ты припёрся сюда? — спросил полурослик своим писклявым голосом.

Чати не успел ответить, как из другого конца колонны вмешался Ланселот:

— Мордред, ты чего докопался до парня? Так или иначе он здесь и его меч помог нам выжить в битве с гоблинами. Остальное — не столь важно.

Мордред фыркнул, а через минуту ткнул Чати в спину.

— Парень, ты не думай, что я просто докопался. Мне просто интересно, что ты за персонаж.

— А ты что за персонаж? — раздражённо ответил Чати.

Мордред прыснул смешком.

— Решил поиграть в зеркалку? Хорошо — поиграем. Меня зовут Мордред, по крайней мере в этой игре.

— Рейде, — поправил Чати.

— Как скажешь... В жизни меня зовут Мартин, мне 24 года, в основном работаю поваром — пиццы, суши, пироги, паста, фрикадельки из соевого мяса и многое, многое другое. Поваром работаю потому что по рейтингу занимаю 5-е место в городе, а GoodJob частенько подсовывает тебе работу, в которой ты хорош. А я и не против. Ради интереса пробовался в фавориты и даже сдал экзамен, но так как денег на учёбу не было, то забил.

Чатлинг и Мордред, за время своего диалога, немного посбавили темп и Гавейн их опередил.

Если быть честным я никогда и не хотел быть фаворитом, — продолжил Мордред, смотря пиная камешек на дороге вперёд. — Выбирая между недолгим путешествием в Рейде и скучной жизнью в фаворитах, я бы выбрал первое. Готовился к Рейду я всю свою жизнь, копил деньги на артефакты: накопил только на два, и то... чуть с голода не умер. Собрался с друзьями и организовали вымышленный Круглый стол. Разделились на 3 команды:

Первая — это я, Кей, Персиваль и Бедивер.

Вторая — Ланселот, его младший брат — Галахад, Тристан и Ламорак

Третяя это четыре брата: Гавейн, Гарет, Агравейн и Гохерис. Родители штамповали их каждый год, поэтому разница между ними небольшая. Гавейн старший — дальше по порядку мною названных.

Пусть в команды и можно собираться только после таверны новичков, но мы с детства вместе.

Теперь твоя очередь, Чатлинг. Я рассказал тебе и так много всего.

— Впереди гоблины на волках, парни! — крикнул Гавейн. — Эти будут поздоровее тех, что мы видели до этого! Достать мечи!

— Не забывай на чём мы остановились, — сказал Мордред вытаскивая свой небольшой гоблинский меч.

Чати достал меч и осмотрел всадников на волках. Их было снова около 10, но они были больше прежних в 2 раза и могли сравниться размером с самими рыцарями. Чати вышел вперёд Гавейна и навострил на противников свой меч.

— Мы и в прошлый раз еле с ними сладили, а что сейчас? — прошептал Ламорак.

— Сейчас, у нас есть оружие! — крикнул Ланселот.

— Мы же даже не смогли вкачать таланты… Одного увеличенного здоровья нам будет недостаточно, — продолжил снова Ламорак.

Долго его нытьё слушать рыцарям не пришлось. Волки в этот раз подпрыгнули высоко над ними, а гоблины опустили свои булавы вниз, целясь в головы рыцарям. Чати едва успел пригнуться, как услышал мягкий противный хруст с той стороны где стоял Персиваль. Приземлившись волки завыли от тяжести приземления и скинули с себя гоблинов.

— Ты живой? — крикнул Гавейн, держа топор наготове.

Чати кратко обернулся ожидая увидеть худшее, но Персиваль сидел на земле, пусть и с большой, но всего лишь раной на голове. Звук предполагал картину пострашнее.

— Перси, ты как? — повторил Гавейн.

— Голова раскалывается, — жалобно отшутился Перси. Рыцари улыбнулись, а Перси добавил: — и хп постоянно пропадают.

— Кровотечение, — сказал Мордред, оторвал полоску ткани от своей рясы и наспех обмотал вокруг головы Перси повязку. Не туго, чтобы кровь по прежнему приливала в голову.

— Вроде бы остановилось.

— Парни вы нужны нам, прямо здесь! — крикнул Ланселот.

Первыми бросились волки. Они были слегка больше прежних, но сняв с себя гоблинов, они вернули прежний паттерн атак и рыцари без труда убили их.

С гоблинами получилась ситуация противоположная. Ланселот ловко уклонялся от их широких атак, и сам не забывал их атаковать своим гоблинским клинком, однако новая броня гоблинов сводила все атаки рыцаря на урон, близкий к нулю. Гавейн, в то же время орудовавший топором, более успешно побеждал гоблинов, за счёт рубящих атак и даже смог положить одного гоблина, пусть и ценой пары ран.

Основную разницу в силе приносил Чати со своим клинком. Новая броня гоблинов, хоть и срезала половину урона от клинка Чати, его всё равно оказывалось достаточно, чтобы уничтожать гоблинов с 3-го удара. Однако Чати не был так ловок, как Ланселот, и наносил удары между уклонениями редко.

— Твою мать, ребята. Нам нужно отступать! — крикнул Гавейн.

— Позади нас кажется пещера! — крикнул Ламорак.

— Туда! — скомандовал Гавейн.

К врагам пришло небольшое подкрепление из 5 широких гоблинов, и они сплотились в полукруг и стали бить своими булавами в щиты, медленно наступая на рыцарей. Гавейн, Ланселот и Ламорак периодически отбрасывались ударами в сторону гоблинов, но ни один удар не попал даже в щит. Персиваль с разбитой головой лишь отползал в сторону пещеры.

— Они загоняют нас туда, — сказал почти шёпотом Чати.

— Что? — спросил удивлённый Мордред.

— Это ловушка!

Чати с Мордредом оказались чуть дальше от группы, но впереди на них тоже наступали, так что сбежать было невозможно.

— Я кажется вижу нору, — сказал Мордред показывая Чати на маленькое ущелье в стороне от пещеры. — Смотри! Быстрее бегом туда!

— А как же остальные? — спросил Чати и хотел крикнуть ребятам, но Мордред стукнул его по ноге.

— Оставь их. Они сами разберутся.

— Нет.

— Ты сейчас ничем им не поможешь. Хочешь умереть — милости прошу, но только оставь мне меч, чтобы я смог спасти своих друзей потом, потому что твой меч в руках гоблинов гарантирует нашу смерть.

Слова Мордреда убедили Чати последовать в нору за ним. Он напоследок взглянул на загнанных рыцарей. Они так и не взяли таланты, чтобы подойти к ним обдуманно. Успеют ли они сделать это ещё в Рейде?

Глава 7.3 — Поднятие первого уровня не в одиночку

#######

Всего в Рейде 16 классов:

Воины Рейда:

Рыцарь

Варвар

Самурай

Разбойники Рейда:

Вор

Следопыт

Убийца

Маги Рейда:

Жрец

Волшебник

Шаман

Призыватели Рейда:

Некромант

Элементаль

Друид

Инженеры Рейда:

Алхимик

Диверсант-сапёр

Конструктор

И единственный и неповторимый: Бард

#######

Чати мутило от всеобъемлющего запаха тухлого мяса. Не найдя и крупицы света в этой тесной пещере, он и Мордред наощупь вперёд, казалось бы уже вечность. Под ногами что-то стучало и Мордред предположил, что это кости гоблинских пленников.

— Без света даже интерфейс не увидеть, — ныл Мордред всю дорогу. — Зачем мы только залезли в эту нору?

— Ты же сам меня потащил сюда! — шепча крикнул Чати.

— Так ты же умнее. У тебя вон какой меч, мог бы и убедить меня, что мы делаем глупость. Это наверняка какая-то смертельная вьетнамская ловушка. Сейчас наступим куда-нибудь, и пики нас пронзят. И кольцо воскрешения не поможет. Эх, нужно было отказываться от квеста. Преступили бы клятву, так хоть до первого испытания бы дошли.

— Тише, — сказал Чати, подняв палец к губам, совершенно забыв, что Мордред его не видит. — Впереди кто-то есть.

— Умереть ещё до начала... — продолжил бухтеть себе под нос Мордред. — Тебе не привыкать к этому, да?

Чати и Мордред увидели маленький отблеск света впереди.

— Это там шумят, — сказал Чати наощупь пытаясь достать свой меч из инвентаря.

— Не уверен, что нам стоит торопиться.

— Томить нельзя — наши братья в опасности.

— Ну наши трупы-то им точно помогут, — съязвил Мордред. — И с каких пор мы братья?

Чати ничего не ответил и выскочил из пещеры в комнату где три гоблина пытались заживо зажарить зелёнокожего рыцаря. Приземлившись, Чати привлёк на себя их внимание.

— Чати? — спросил Гавейн дымясь над костром.

Один из гоблинов схватился за своё оружие. Чати, недолго думая, ринулся на него, пока другие гоблины не спохватились. Клинок Чати непривычно лежал у него в руке, но тем не менее он идеально вошёл в шею гоблина, плеснув на руки Чати зелёную кровь. Два других гоблина уже достали свои клинки, но Чати не смог вытащить свой меч из шеи гоблина. Ему пришлось выпустить клинок из рук и отскочить, чтобы не попасть под удар. Скользнув взглядом по рукояти своего клинка, он наконец понял в чём дело — он достал клинок своего отца, имеющий на острие форму гарпуна. Гавейн в это время стонал от боли, а Мордред... выскочил из пещеры неловко держа свой гоблинский меч и подрубил ногу одному из гоблинов. Тот гоблин согнулся, но другой саданул Мордреда прямо по предплечью руки, в которой он держал меч. Меч упал громко и звонко, а следующий удар по полурослику, не сулил ничего хорошего. Чати достал из инвентаря «Экскалибур», и разделался с гоблинами ещё до того, как они разделались с Мордредом. Гавейн, связанный рулькой на костре, уже орал от боли:

— Аааа... разведчик... РАЗВЕДЧИК!!!!

Чати обернулся и увидел маленького гоблина, убегающего в то ущелье, из которого они только что выползли.

— Брось, — сказал Мордред, с хлыщущей кровью из плеча, поднимая свой меч с пола левой рукой. — Нам его не догнать.

Чати решил не спорить и отрубил самому первому гоблину голову, освободив клинок отца, подобрал его и бросил в маленького гоблина заходящего за стену. Тот уже скрылся в пещере, но клинок завернул вслед за врагом и только визг последнего, дал понять Чати и остальным, что разведчика больше нет.

Мордред разрезал веревки, которыми был обвязан Гавейн, и тот едва не упал в костёр, но успел увернуться.

— Сволочь, ты меня сжечь пытался? — спросил Гавейн.

— Твою здоровую тушу не поднимешь, — сказал Мордред. — Скажи мне спасибо, что хотя бы освободил тебя.

— Ага... спасибо, тоже мне, освободил. Даже со спины гоблина убить не можешь.

— Потому что я выбрал полурослика, болван. Я король удачи, а не грубой силы. Был бы у меня лук или арбалет...

Гавейн и Мордред посмотрели на Чати.

— Что это за клинок, которым ты убил разведчика? — спросили они, едва не хором.

Чати потупился.

— Я случайно его достал, — нехотя признался Чати. — Это один из моих зубов мудрости.

Мордред и Гавейн молча переглянулись.

— Возможно настал момент и нам достать зубы мудрости, — сказал Гавейн. — Правда, у меня он только один. И сейчас он максимально бесполезен.

— Что за он? — спросил Чати.

— Предвестник испытаний. Он срабатывает за сутки перед испытаниями и рассказывает, что нас будет ждать. Но сейчас... сейчас нам нужно просто выжить. Ламорака и Персиваля убили. Благо они успели отдать мне свои кольца, чтобы мы их воскресили потом. Ланселот же смог отбиться от многих, но его оттеснили. Нам нужно прийти к нему на помощь, но у меня осталось 10% здоровья. Возможно даже прокачка уровня не поможет нам.

Гавейн посмотрел на Мордреда.

— Мои дела не сильно лучше. 20% здоровья.

— А зубы мудрости?

— Также как и у тебя. Сейчас они бесполезны.

Нависло молчание.

— А что там с квестом? Может что-то изменилось?

Чати открыл квест:

«Квест: защита деревни.

Проверьте нет ли в лесу пострадавших.

Найдено пострадавших 4/10

Зачистите пещеру гоблинов.

Убито гоблинов 18/40

Убейте вожака стаи волков.

Убит вожак 0/1.

Внимание! Пропуск квеста является нарушением клятвы – защищать слабых и невинных.»

— Смотрите-ка кроме 10 гоблинов в начале, Чатлинг убил троих здесь. Значит на наших раненных тоже напали, а те дали им под сраку, — засмеялся Гавейн.

— Только пятерых они убили. Может четверых, если Ланселоту удалось убить одного. Нам нужно убить слишком много. Может имеет смысл отказаться от квеста? — сказал Мордред. — Всё равно, в Рейде рыцари рано или поздно нарушают свою клятву. Зачем нам тратить наши кольца воскрешения, ещё до начала испытаний, без надежды на успех?

— Может тратить и не придётся, — сказал Чати.

— О чём ты говоришь? — спросил Гавейн.

Чати открыл инвентарь и достал тетрадь профессора. Перелистнув на нужную страницу, он раскрыл перед рыцарями зашифрованную запись:

«ирП иинешывоп янвору ярацыр, ирп моглод иитажаз ан юувел укпонк яинавытсилорп аксипс вотналат онжом ьтичоксереп ос аксипс вотналат ярацыр, ан иксипс хигурд воссалк (еморк ароткетихра) и ьтачакорп ытналат огогурб ассалк. ирП мотэ икчо яитивзар ан момас ессалк ярацыр адукин ен ястунед. оН ьтавозьлопси хи онжом тедуб ьколот ирп мещюуделс иинешывоп янвору.»

— Это код или что-то типа того? — спросил Гавейн. — Я не очень в этих программных штучках.

— Это шифр, тупица, — сказал Мордред. — Посмотри на слово «ирП». Почему заглавная буква последняя? Потому что здесь слова написаны задом наоборот.

Чати стал расшифровать запись вслух:

— При повышении уровня рыцаря, при долгом зажатии на левую кнопку пролистывания списка талантов, можно перескочить со списка талантов рыцаря на список других классов (кроме архитектора) и прокачать таланты другого класса. При этом очки развития класса рыцаря, никуда не денутся. Но использовать их можно будет только при следующем повышении уровня.

— Не совсем понятно, — нахмурил лоб Гавейн.

— Мы можем прокачать сейчас навыки других классов, — произнёс Мордред попутно открывая окно развития своего персонажа. — Для этого нужно лишь зажать на левую кнопку пролистывания... работает. Я могу взять таланты волшебника, шамана, жреца...

— И если верить тетради, то очки развития за класс рыцаря останутся, но прокачать таланты можно будет только на другом уровне, — добавил Чати.

Гавейн снова нахмурил лоб.

— Хотел бы я спросить у тебя, откуда ты взял эту тетрадь, но времени у нас совсем нет. Я возьму жреца, чтобы подлечить нас и Ланселота, если мы успеем его спасти.

— Я возьму убийцу. С дозволения Чати, могу я использовать твой меч? — спросил Мордред, с чрезмерной сладостью на устах, — у убийцы есть навык, возвращать потерянное оружие. В случае с твоим клинком, этот навык будет как нельзя кстати, — Мордред улыбнулся.

— Хорошо, — ответил Чати.

— А ты сам кого выберешь? — спросил Гавейн. — может Воина? С твоим мечом, навыки воина пригодились бы.

— Я не хочу ориентироваться только на свой меч, — ответил Чати. — Снаряжение приходит и уходит, а магия остаётся неизменной. Я выберу волшебника.

Глава 7.4 — Поднятие первого уровня не в одиночку

#######

Первые таланты волшебника:

Стихийный беспризорник: бросьте на выбор шар огня или ледяную сосульку. Бросьте Проверку Интеллекта. Урон будет составлять Проверка Интеллекта/2 с округлением в большую сторону.

Перезарядка: 10 секунд.

Маг-телепат: выполните проверку интеллекта 14 и сдвиньте человека или предмет на расстоянии 10 метров в любую сторону на 0.5 метра.

Перезарядка: 10 секунд.

Приказ-маг: выполните проверку интеллекта 14. При успехе вы сможете приказать существу остановить любое своё действие на 0,5 секунд.

Перезарядка: 30 секунд.

#######

При повышении уровня Гавейн и Мордред восстановили себе 20% здоровья. Гавейн, выбрав себе путь шамана-целителя подлечил себя и Мордреда до 70% здоровья, оставив себе около 30% маны, на всякий случай. У самого Чати оставалось 95% здоровья и ему помощь не требовалась.

Дверь из пыточной, где они спасли Гавейна вела в длинный коридор с множеством решёток. За решётками, освещаемыми факелами в руках рыцарей, в основном, прятались кости тех несчастных пленников, которым довелось оказаться в этом богом проклятом месте.

Чати не мог определиться, какого волшебника ему стоило выбрать. Стихийный беспризорник казался ему самым простым вариантом, но при этом и самым предсказуемым. Огонь или ледышка в любом случае нанесёт урон какому-нибудь существу. Маг-телепат выглядел интереснее, но проверка 14 обозначала что на данный момент Чати нужно выбросить кубик на 17, 18, 19 или 20, с учётом его интеллекта для того, чтобы применить заклинание. Но здесь хотя бы перезарядка была 10 секунд, а вот приказ-маг вообще имел перезарядку в половину минуты. Но приказ-маг казался Чати самым привлекательным. Его развитие позволяло снизить проверку, выучить новые приказы, и в перспективе, он мог стать очень сильным.

Чати уже пожадничал, выбрав волшебника, что мешало ему пожадничать ещё немного? В конце концов, кто не рискует, тот не побеждает в Рейде. Сторговавшись с самим собой он уже почти нажал на приказ-мага, но рука сама потянулась на середину, и он выбрал мага-телепата. Необходимый компромисс, на который он был вынужден пойти, чтобы выжить.

Ветка талантов мага-телепата загорелась тёмно-синим огоньком, пока остальные таланты пропадали во тьме. С грустью Чати рассматривал те таланты, которые ему будут больше недоступны.

— Ты только сейчас определился? — удивлённо спросил Гавейн.

Чати посмотрев на полностью заполненную полоску своего здоровья кивнул.

— Долго же ты. Любитель подольше подумать я смотрю… — Гавейн поднял палец вверх. — Слышишь? Впереди кто-то есть.

Впереди Чати и Гавейна вылезла гоблинская морда. Гоблину не хватило и секунды, на испуг, как со спины Чати и Гавейна просвистел меч-гарпун, вошедший гоблину аккурат между глаз. Секунда, и меч пропал из головы гоблина и телепортировался в руку Мордреда.

— Это пятый по счёту? — спросил самодовольно Мордред. — Смотрите, таким образом я и весь Рейд один пройду.

— Попустил бы ты свою улыбку... — бухтел Гавейн.

Мордред на это лишь нахально улыбнулся. Как вдруг, зазвенели цепи в одной из клеток позади. Мордред испугался, да так, что убежал вперёд и спрятался за спиной Гавейна.

— Прошу вас... — раздался сиплый голос из-за решётки. — Спасите.

Худощавая рука сжала прут решётки, проскользнула вниз, оперевшись на поперечную перекладину и бородатое лицо с блеклыми глазами показалось между прутьев. Чати сжал крепче меч и неуверенно подошёл к решётке, осветив лицо пленника своим факелом. За темнотой скрывалось израненное худощавое тело человека, в мокрых лохмотьях. В нос Чати ударил компот из запахов, которые можно было почувствовать стоя возле трёх бездомных в супермаркете.

— Как ты здесь оказался? — спросил Чати.

— Сама тьма забрала нас всех, — то, что осталось от человека повисло на этих прутьях. — Я слышал крики своих близких и слышу их до сих пор. Тьма забрала мои глаза, забрала мою радость, оставив мне только голод.

— Тьма? — переспросил Чати.

— Черный волк промчался по небу и забрал людей. От них остались лишь яркие белоснежные скелеты, которые светят нам в ночи.

— Я могу освободить тебя.

— Не спасения жду, а единения с близкими. Прошу тебя рыцарь. Отведи меня к той тьме, чтобы я сам вознёсся в небеса.

— Мужик сбрендил под пытками, — сказал Мордред.

— Может его подлечить? — спросил Гавейн.

— Нет! — завопил пленник, отскочив от решётки, — не смейте давать мне надежду. Я не хочу снова видеть тот ужас, который пришёл вслед за тьмой. Прошу вас, дайте мне присоединиться к своим.

Чати переглянулся с Гавейном и Мордредом.

— Что думаете?

— Не думаю, что нам зачтётся его спасение, — сказал Гавейн. — Помни Чати, что это NPC, а не человек. Думаю стоит просто оставить его здесь. Кто знает, что скрывается за его словами?

Чати посмотрел на Мордреда.

— Мне кажется рыцарские законы здесь не действуют. Давайте отпустим его. Если он говорит правду, то он приведёт нас прямо к боссу.

— А если он на нас нападёт? — спросил Гавейн.

— Я думаю три рыцаря, хакнувших систему справятся с тощим хилым стариком, — усмехнулся Мордред.

— Я думаю Мордред прав, — сказал Чати. — Может он нас приведёт к Ланселоту.

— Как скажете, — сказал Гавейн. — Осталось только придумать, как сломать замок.

— Минутку, — сказал Чати направив руку на замок. — Вниз!

#######

Результат Проверки Интеллекта: 13 - 3 (интеллект) = 10

Необходимое значение для выполнения 14.

Провал.

#######

— Не сработало? — позлорадствовал Мордред. — Нужно тебе было брать воина. Там все проверки на силу.

Подождав 10 секунд Чати снова скомандовал: «Вниз».

#######

Результат Проверки Интеллекта: 6 - 3 (интеллект) = 3

Необходимое значение для выполнения 14.

Провал.

#######

— Может я кувалдой шибану? — спросил Гавейн. — Главное ее только найти.

Пока Гавейн искал кувалду, Чати попробовал ещё раз.

— Вниз!

#######

Результат Проверки Интеллекта: 1.

Необходимое значение для выполнения 14.

Критический провал.

#######

Замок на решётке, затрясся и мощным ударом лязгнул по пальцам пленника. Тот схватился за свои пальцы и закрутился на полу от боли.

— За что вы меня возненавидели, милорд? — взвыл он, смотря на Чати самыми невинными глазами. Чати не нашёл что ответить.

— А ты хорош. Я тоже не люблю попрошаек, — Мордред посмотрел на опешенного Чати и усмехнулся. — Только не говори, что тебе правда жаль его. Он программа, рассчитанная вызвать у тебя жалость. Пусть и добротно сделанная.

— Д-да... ты прав, наверное...

Гавейн всё-таки нашёл свою железную палку и ударил, что было мочи, по замку. Тот раскололся напополам и дверь к пленнику открылась.

— А чего этот лежит на полу? — спросил Гавейн, указывая головой на пленника.

— Кто знает? — сказал Мордред и постучал своим мечом-гарпуном по решётке. — Рота подъём! Время идти кормить вашу тьму.

Пленник косо посмотрел на своих спасителей и нерешительно вышел.

— Иди впереди, — сказал Чати пленнику. — Мы пойдём вслед за тобой.

Чати не понравился взгляд пленника на них. Он шёл медленно. Это можно было бы объяснить его состоянием, но его движения словно не были скованны болью или усталостью. Он шёл медленно потому что хотел идти медленно.

Чати толкнул Мордреда в плечо и шепнул:

— Приготовься стрелять ему в голову

— Меня просить два раза не надо! — сказал Мордред нарочно вслух.

Гоблинов на пути больше не было. Пленник вывел рыцарей из узкого коридора в просторную пещеру, с понаставленными вокруг баррикадами, и укрытиями из гнилых досок. Баррикады стояли по центру и разделяли путь на две половины: вперёд и влево. Где-то вдали, можно было услышать лязг металла друг о друга.

— Слышите? — Чати поднял палец вверх. — Это может Ланселот сейчас сражается?

Гавейн сжал свой топор покрепче.

— Звук доносится впереди. Нам нужно спешить, пока он ещё жив.

— Нееет, — завопил пленник. — Забудьте про своего друга. Вам нужно идти за мной.

— Я могу застрелить его прямо сейчас, — Мордред поднял меч к голове мужчины.

Чати остановил Мордреда раскрытой ладонью:

— Зачем нам идти за тобой?

— Тьма едина для всех, — он упал на колени и поднял руки вверх. — Ооо, всемогущий Волколак, я привёл тебе новые жертвы. Отпусти же ты ме...

Свою речь пленник так и не закончил, так как Мордред пронзил его голову своим клинком. Подняв голову вверх рыцари увидели чёрную тень с зелёными, хищными глазами и широченной пастью. Слюна с его пасти неторопливо стекала вниз и упала прямо между рыцарями. Раздался оглушительный вой, отразившись эхом в пещере.

— И это он здесь за босса? — спросил Мордред. — Здоровый чёрт.

Из тьмы повылезали десятки волков.

— Вот чёрт, — сказал Гавейн. — Их слишком много здесь.

Клинок-гарпун Мордреда пронзил двух волков за раз и снова вернулся к хозяину:

— 20 секунд. Мне потребуется много времени, для того, чтобы убить их всех. Может поможете?

— Нужно помочь Ланселоту, — сказал Гавейн.

Чёрный волколак спрыгнул с потолка прямо на рыцарей. Чати выставил ладонь со словами "назад", но снова потерпел неудачу. Рыцарям едва удалось увернуться от Волколака. Он разделил группу на Гавейна и Мортреда с одной стороны, и Чати с другой. Волки напали на Гавейна и Мортреда, пока Волколак наступал на Чати.

— Чатлинг, беги к Ланселоту! — крикнул Гавейн. — Мы тут сами справимся!

— Говорил бы ты за себя, — процедил Мордред, неумело размахивая гарпуном в ближнем бою.

Человекоподобный зверь был выше Чати на три головы, а его длинные руки с длиннющими когтями на лапах, могли бы изрешетить Чати прямо сейчас.

— Не уверен, что я смогу убежать, пока он на меня смотрит, — сказал Чати.

Волколак, не стал ждать приглашения и кинулся на Чати. Рыцарь пытался парировать удары его когтей своим мечом, но дыхание сильно сбивалось. Скорости Чати не хватало, как и не хватало интеллекта что-то сделать магией. При этом, по Волколаку было видно, что атакует он вполовину от своей силы, загоняя свою жертву глубже. Погружаясь в темноту всё глубже, лязг мечей внутри этой пещеры заполонил всё пространство.

— Кто здесь? — крикнул изрядно запыханный голос.

— Ланселот? — прикрикнул Чати. — Ты живой?

Вместо ответа звон мечей с его стороны участился. Волколак же прекратил атаковать, и отошёл на шаг назад, может даже на половину шага, но Чати позволил себе непозволительную глупость обернуться. Изрезанный Ланселот, в почти полностью ободранной монашеской рясе сражался двумя гоблинскими скимитарами, против четырех противников одновременно. Чати не успел восхититься мастерством напарника, как когти Волколака впились ему в плечо, сжали цепкой хваткой. Разодрав схваченное плечо острыми когтями Волколак поднял ими Чати и бросил вглубь пещеры. Так бы и пришёл его конец, если бы крутясь в полёте он не приложил руку к своему сердцу и не сказал «Ввысь».

#######

Результат Проверки Интеллекта: 20

Критический успех.

#######

Чати в мгновенье остановился в воздухе и подлетел вверх, поднимаемый будто бы за каждую частицу своего тела. Он поднялся так высоко, что скрылся из вида Волколака, бегущим вслед за ним, а когда наступило время падать, то он сжал крепче двумя руками свой меч и упал прямо на спину босса, вонзив меч глубоко в его плечо. Хриплый, захлёбывающий вой раздался из пасти зверя, бросаемого из стороны в сторону, пытающегося сбросить с себя цепкого Чати. Несмотря на глубину раны, меч стал разрывать её и выскальзывать из раны, пусть и причиняя урон Волколаку. При очередном резком повороте Волколака, Чати, вместе с мечом упал на каменный пол. В полоске здоровья, у него высветилось "8/64 HP". Совсем мало. Чати ещё до падения получил от Волколака слишком много ран. Зверь яростно зарычал и настороженно наступал на Чати. Рыцарь пытался подняться, но ноги слишком ослабли, а возможно были сломаны. Тогда он выставил ладонь на зверя и крикнул "Назад". Успех. Зверя отбросило на полметра, но это ему никак не помешало. Он шёл медленно и осторожно, остерегаясь Чати, но последний, лёжа на полу не мог уже сделать ничего.

— Чатлинг, кинь сюда свой меч! — раздался звонкий голос со спины Волколака.

Ланселот проскользнул прямо между ног у зверя, а за ним бежало три гоблина. Чати из последних сил толкнул свой Экскалибур, проскользив им по камням, прямо к руке Ланселота. Тот откинул гоблинский скимитар и взял меч в свой руку, подбросив его в руке пару раз, для того, чтобы привыкнуть к его весу.

— Он же почти совсем ничего не весит, — с детским восторгом поразился Ланселот.

Гоблины выскочившие из-за спины зверя, в пару грациозных движений сродни танцующим, были порезаны вдоль и поперёк. Обмякшие тела упали почти одновременно, рассыпаясь на цифровые артефакты, оставив после себя только вещи.

Не успел Ланселот насладится долгожданной победой, как вслед гоблинами на Ланселота напал разъярённый Волколак, яростно атакуя размашистыми ударами. Глубокая рана, которую оставил Чати кровоточила по рукам зверя, и с каждой атакой крови становилось всё больше. Красные брызги заполоняли пещеру с каждым взмахом руки. Ланселот успевал уворачиваться от атак зверя, но силы его уже были на исходе. Он так и не успевал нанести по зверю удар, который его прикончит.

«Я все еще могу помочь» — думал Чати.

— Вперёд, — протянув ладонь к зверю, Чати намеревался дезориентировать зверя, подтолкнув его прямо на меч в руках Ланселота.

Но реальность оказалось другой. Чати прошёл проверку и зверя толкнуло вперёд, но Ланселот не был к этому готов. Когтистая то ли лапа, то ли рука Волколака прижала Ланселота к каменной стене и зверь нанёс удар снизу, вонзив свои длинные когти прямо Ланселоту в живот. От боли, рыцарь выронил меч, и растерянными глазами посмотрел прямо в лицо зверя. Чати попытался применить магию снова, но безуспешно.

Тело Ланселота обмякло прямо в лапах зверя, как в воздухе просвистел гарпун вонзившийся Волколаку, глубоко в глаз. Зверь пришёл в неистовую истерику отбросив тело Ланселота прямо в сторону Чати, как второй гарпун вонзился во второй глаз зверя. Волколак, зашатался стоя на ногах, свалился на колени, а затем и вовсе обмяк.

Гавейн подскочил к Ланселоту, взял его обмякшую голову и произнёс:

— Духи земли...

Крошки камней завибрировали на каменной поверхности, вокруг Ланселота, а он сам тускло засветился.

— Гавейн? — приоткрыл глаза эльф. — Как ты это делаешь?

— Чатлинг показал нам... обходной путь, для повышения уровня, — Гавейн рассказал Ланселоту всё, продолжая держать ладони на его груди. — А ты как выжил здесь?

— Я убил одного гоблина, затем другого. Затем мне дали возможность повысить уровень и я выбрал навык «Мастер первого удара». С его помощью гоблины стали умирать куда чаще...

Рана на животе Ланселота затянулась, оставив только дырявую рясу.

— Если бы не уникальные способности Чатлинга, то ты бы и не получил эту рану, — заметил Мордред. — Рано или поздно, ты должен был добить этого зверя, ну или дождался бы нас.

— О чём ты? — удивился Ланселот.

— Когда зверь на тебя напал... это наш «король» подтолкнул его на тебя, — усмехнулся Мордред.

Ланселот посмотрел на Чати с укором:

— Зачем?

— Я хотел тебе помочь...

— Без Чатлинга мы бы все были мертвы, Ланселот, — сказал Гавейн. — Только благодаря ему, мы до сих пор живы.

— Ну или благодаря его тетради... — заметил Мордред.

— Всё равно, — отмахнулся Гавейн.

— Он мог нам и не помогать, Мордред, — сказал Ланселот. — Благодарю тебя от всех моих друзей.

— Кстати, а как там у нас дела с друзьями, — Мордред открыл профиль персонажа, где горело уведомление о повышении нескольких уровней, пропустил их и раскрыл квест.

«Квест: защита деревни.

Проверьте нет ли в лесу пострадавших.

Найдено пострадавших 10/10

Зачистите пещеру гоблинов.

Убито гоблинов 50/50

Убейте вожака стаи волков.

Убит вожак 0/1.

Внимание! Пропуск квеста является нарушением клятвы – защищать слабых и невинных.»

— Наши ребята справились, — с облегчением сказал Гавейн. — Осталось воскресить Перси и Ламорака...

— Очнись, мой друг, — взялся за меч Мордред. — Посмотри на последний пункт.

— Что это значит?

Чати посмотрел на волколака, чья грудь поднялась:

— Это значит, что у волка наступила вторая стадия...

Рыцари обернулись, схватившись за оружие и увидели перед собой ослепшего чёрного монстра, истошно бившего лапами по земле. Из крови у него вытекала чёрная жидкость, из которой исходил пар.

— Чати, лучше будет если ты посидишь, — сказал Гавейн. — Моя мана закончилась, и подлечить тебя я не могу. Я думаю с новыми способностями мы с ним справимся.

Меч отца снова свистнул в воздухе, неглубоко вонзившись в грудь зверя. Ланселот и Гавейн напали с разных сторон. Сражение было недолгим. Гавейн отрубил одну из ног волколака, но завершил мучения зверя Ланселот ударив Экскалибуром прямо в сердце зверя.

Если понравилась книжка и хочется видеть по ней больше информации и получать свежие новости, то переходите в паблик в ВК "Ягур Грудов" или в канал ТГК "Ягур Грудов". Также буду благодарен за звёздочки на самой книге)

Глава 8 — Остаться в живых

#######

Поздравляем! Квест завершён.

Выберите награду:

1. Повышение характеристики +1

2. Лук-трупоед (наносит +4 урона нежити)

3. Навык «Ночное зрение» — раз в сутки позволяет видеть ночью также, как и днём на протяжении 5 минут.

4. «Амулет гоблинской маны» — раз в сутки позволяет восполнить 30% маны

#######

#######

Новый уровень!

Ваш текущий уровень: 3/100

Ваше здоровье, выносливость и мана повышены на 5 процентов.

Выберите куда распределите 1 очко развития

#######

Тело Ламорака лежало в тёмной камере, где Чати и компания, нашли узника. Они не заметили тело, так как оно находилось в «разобранном» состоянии спрятанным под деревянной кроватью.

— Ух ты ж ё-моё, — почесал голову Мордред. — Вот так раскидало. И на что тут надевать кольцо?

Мало того, что тело находилось в ужасном состоянии, так пальцы рук были будто кем-то объедены.

— Может получиться на пальцы ног ему надеть? — спросил Гавейн. — Только вот я трогать это всё не хочу.

Мордред обернулся на Чати и улыбнулся:

— Теперь-то тебя совесть не грызёт, за то, что долбанул этому бомжу по пальцам?

Чати не мог воспринимать слова, держа руку возле рта, чтобы не вырвать.

— Нам нужно что-то делать с этим, — сказал Ланселот.

Рыцари посмотрели друг на друга без особого энтузиазма.

— Камень-ножницы-бумага? — спросил Мордред.

Поморщившись на тело все кивнули.

— Первые ножницы? — спросил Гавейн.

— Вот мы с тобой всё детство провели вместе, — поднял Мордред глаза ко лбу. — От каких ты этого понабрался?

Ланселот кивнул:

— Первые ножницы. Чатлинг?

Чати кивнул. Мордред глубоко вздохнул и махнул рукой.

— Пошли вы все, — он протянул руку Гавейну. — Дай сюда мне кольцо.

Гавейн, стараясь не улыбаться протянул полурослику золотое кольцо. Мордред глубоко вздохнув задержал дыхание, после чего насунул на мизинчик ноги золотое кольцо, пусть оно на нём и бултыхалось. Все части тела, вместе с кольцом, загорелись ярким свечением солнца, после чего из кольца, словно маленькое дерево, вырастал светящийся силуэт человека. Ламорак предстал перед ними совершенно голый. Стоя на ногах, он широко раскрыл свои глаза от удивления.

—Я… жив?

— Нет времени, — сказал Мордред. — Доставай одежду из инвентаря и одевайся. Нам ещё Перси искать.

Персиваля нашли повешенным возле самого начала пещеры. Его тело как подушка для иголок, было вовсю уткнуто стрелами гоблинов.

— Давай, Ламорак, — кивнул Мордред, — теперь твоя очередь.

— Почему я? — удивился паренёк. — Я же только воскрес…

— И уже не сделал ничего полезного. Пока ты отлёживался мы в четыре лица тут всех положили.

Ламорак хотел было что-то ответить, но ничего придумать не смог. Забравшись по камням, он зажмурился надевая на безымянный палец кольцо. Персиваль вместе с кольцом засиял солнечным светом, после чего стрелы из него упали, а он сам воскрес с петлёй на шее повиснув на висельнице. Сразу же он стал задыхаться, протягивая своим друзьям руки, молящих о помощи. Мордред метнул гарпун, разрубив верёвку, после чего Персиваль упал на землю. Лёжа на земле, с посиневшей головой, он судорожно цеплял пальцами верёвку. У него так и не получалось снять, пока Ланселот не подрезал её своим клинком. Освободившись от верёвки, Персиваль глубоко вздохнул всей грудью, после чего смотрел куда-то в пустоту.

— Я видел смерть, ребята, — прошептал хриплым голосом Персиваль.

— И как тебе? — спросил Гавейн.

— Так… пусто.

Воскресив Перси и Ламорака, отряд Чати вышел из пещеры, к которой только-только подошла вторая группа рыцарей, вместе с пострадавшими NPC (Non-Player Character — неигровой персонаж, которым управляет система ИИ). По разговорам рыцарей выяснилось, что на вторую группу никто так и не напал. Они мирно выстроились в одну линию, и нашли всех пострадавших NPC, по стонам и крикам. Эта работа заняла у второй группы, во главе с Тристаном смешные 2 часа. Найдя их всех, пострадавшие пригласили всех рыцарей в свою деревню. Рыцари же объяснили NPC, что им сначала нужно помочь своим друзьям. Несмотря на, казалось бы, долгое нападение гоблинов, вызволение Гавейна и убийство босса Волколака, прошло-то не так много времени. Выйдя еле живыми, группа Чати, встретила рыцарей только подходящими к пещере. Солнце уже зашло за деревья, а на небе оставался лишь закат, цвета красного апельсина.

Группа выдвинулась с пострадавшими. Чати чувствовал свою вину перед остальными, так как это он оставил большую часть сил, на поиски пострадавших. Ему казалось каждый смотрит на него, как на врага. Ему хотелось поскорее покинуть рыцарский стан и продолжать путешествие в одиночестве. Без презрений, непрошенной ответственности и человеческой нестабильности. Чем дальше рыцари шли, тем глубже уходил в себя Чати. Пока на его плечи не упали две огромные зелёные руки.

— Король Чатлинг, я так и не понял. Ты король и волшебник? — спросил брат Гавейна Гарет.

— Может быть тебе стоило назваться Мерлином? Ты так не думаешь? — усмехнулся Гавейн.

— Жаль, ты не рассказал нам раньше о секретной прокачке — я уже успел прокачать Мастера первого удара на первом уровне, — Гарет рассёк гоблинским топором воздух впереди себя. — Рыцарские навыки тоже классные, но душа моя всегда желала стать варваром.

Гавейн провёл рукой по чёрным волоскам своей длинной бороды:

— Я не сразу понял, как будет работать прокачка другого класса. Думал, что баллы развития которые я потратил на шамана пропадут и рыцаря я смогу прокачать только на следующем уровне. Но когда я открыл окно развития, то увидел, что я могу прокачать 2 очка талантов в рыцаре и у меня осталось одно очко в классе жреца. Я могу прокачать получается и то, и то сейчас? Или если я прокачаю рыцаря, то доступ к развитию талантов шамана я потеряю?

— Я... пока не знаю, — растерянно ответил Чати. — Честно говоря, я ещё не прокачался дальше.

— Настолько не знаешь, что имеешь тетрадь, взламывающую систему Рейда, — послышался догоняющий писк Мордреда. Из-за своего роста, ему приходилось бежать вместе с гарпуном. Он насильно всучил его прямо в руки Чати. — Держи, рыцарь.

— Разве он тебе больше не нужен?

— Нужен - не нужен, а теперь у меня есть гоблинский лук. Как бы сильно мне твой клинок не нравился, я не люблю подачки.

— Мне кажется, в твоих руках он будет более эффективен.

— И не только он. Кстати, раз уж ты поделился своей информацией про прокачку, то я тоже не хочу оставаться в долгу. Ламорак на радостях того, что выжил сразу вкачал таланты рыцаря. Никто ему и не успел ничего сказать. Я честно говоря, даже не удивился. Он никогда не славился дальновидностью. А вот Персиваль, решил поэкспериментировать и выяснил, что главное оставить одно очко развития у рыцаря, и тогда можно качать другие навыки, — Мордред посмотрел на Гавейна и Гарета. — А теперь для отрицательно одарённых — если хотите и дальше прокачивать своего жреца, то оставь хотя бы одно очко на ветке талантов рыцаря.

Гавейн нахмурился, как будто бы ему плюнули прямо в лицо:

— Когда-нибудь я возьму топор и разрублю тебя пополам.

— Надеюсь к тому времени скопить побольше колец воскрешения, чтобы было тебе чем ответить.

И Гавейн, и Мордред усмехнулись смотря друг другу в глаза, будто конфликта совсем не было, но у Чати волосы стали дыбом от их смешков. Мордред ушёл, а Гавейн плюнул ему вслед.

— Значит, пока мне придержать развитие варвара? — спросил Гарет. — Пока не будет двух очков на рыцаре, или я не совсем понял.

— Главное, чтобы у тебя оставалось одно очко на ветке талантов рыцаря, — ответил Гавейн. — Можешь прокачать варвара, просто рыцаря не трогай.

Гавейн после встречи с Мордредом ещё некоторое время молчал, а потом снова подошёл к Чати, тихо и начал:

— Я не тупой, Чатлинг. Мои друзья всегда меня подкалывают за тугодумие. Я тугой, но далеко не глупый. Поверь мне.

— Я верю, — ответил Чати, даже не задумавшись реально Гавейн глупый или нет.

— Я сразу принял для себя правила жизни. На уроках программирования я вначале подавал какие-то надежды, но... мой отец пил, а деньги на моё обучение уходили на еду. Я начал работать в 13, для того, чтобы моим братьям было что поесть. И пока они не выросли, я обеспечивал свою семью. Я в какой-то мере заменил им отца, и когда они пожелали пойти в Рейд, я пошёл с ними. Поэтому мы с ними в одной команде. Поэтому я на тебя немного рассердился, Чати, когда ты оставил моего брата Агравейна с пострадавшими — ведь он моя семья.

Пусть наш рыцарский круг и состоит сплошь из друзей, семья всегда на порядок выше. Я могу понять, почему ты не сразу поделился нам своей тетрадью с секретами и благодарен тебе, за то, что в конце концов ты поделился с нами этой информацией. Но у Ламорака уже закралась обида, так как он отстаёт по очкам талантов от других.

— Ну я же не виноват, что он сам поспешил, — оправдывался Чати. — Мы только недавно покинули пещеру, едва не умерев. И не умерли мы, только благодаря моим артефактам...

— ...но эти артефакты не твои, — мягкая рука орка похлопала Чати по плечу. — Их тебе дали другие. Кем бы ты не был в жизни, а люди всегда будут требовать справедливости от людей, с которых эту справедливость можно будет спросить. Поэтому тебе нужно стать либо самым сильным и страшным, чтобы люди тебя боялись, либо сидеть тихо и не отсвечивать.

С этими словами Гавейн оставил его идти одного.

«Почему я вообще должен отвечать перед этими людьми?» — подумал Чати. — «Они мне совершенно никто. Гавейн мне конечно нравиться, да и Ланселот тоже ничего, но мне просто нужно победить. В стане рыцарей конечно легче сохранить рыцарскую честь, но даже среди них есть люди, подобные Мордреду. Он был готов отказаться от рыцарской чести уже на первом квесте. И таких как он здесь не один. И тем не менее... рыцарская честь важна только для меня. Если Мордред и ему подобные хотят нарушить свои клятвы, то флаг им в руки. Стоит ли говорить им, что преимуществ без клятв они не получат, или же всё-таки...»

— Вот и наша деревня! — радостно воскликнули пострадавшие горожане, выбежав вперёд и встали в ряд перед рыцарями. Те опешили и растерялись, словно ожидая подвоха.

— Спасибо вам, славные рыцари, что вернули нас в наши родные земли, — вышел из строя бородатый старец с лысой головой и заросшими висками. — Без вас мы бы никогда больше не увидели наших родных, а они, в свою очередь, не находили бы места и спасения от страха перед великой тьмой. Волколак — великий ужас повержен лучшими из вас, и мы никогда об этом не забудем. Добро пожаловать в наши родные края!

Старец поклонился и остальные пострадавшие поклонились вместе с ним, распадаясь перед рыцарями в синие артефакты, растворяясь в пространстве.

— Лучшими из вас... — обсмеял их Кей и двинулся вперёд в деревню.

Вход в деревню, представлял из себя деревянную арку, на которой было написано «деревня Сосновка», а чуть ниже небрежно прибита деревянная табличка с нарисованным рогатым чертёнком показывающим двумя руками на надпись «Таверна новичков через 100 шагов.»

Конец первого акта.

Глава 9 — Первая кружка эля

#######

Добро пожаловать в «Таверну новичков».

Это место является внутриигровой передышкой после первого квеста и перед первым испытанием. Здесь вы сможете снова увидеть своих знакомых из родного сервера, выбравших другой класс. С этого момента вы можете формироваться в группы по 4 игрока (действие необязательно).

И да, выпивка за наш счёт))))

С любовью, GoodGod.

#######

Войдя в небольшой хлипкий домик, в котором максимум могло бы уместиться человек тридцать, рыцари попали в помещение, которое никак не могло соответствовать реальным размерам дома. Высота таверны изнутри поднималась в десять этажей, а в глубину и вширь достигала величин концертного зала на тысячу человек. Ароматы корицы, кислого вина, хмеля и ванили вскружили Чати голову. По потолку из стороны в сторону мчал золотой дракон, которого безуспешно пытался догнать теневой кот. Гномы за стойкой играли в «Кто больше выпьет», а в центре дуэтом пели белокурая тонкая эльфийка с белыми волосами и конопатый рыжий полурослик.

— Что это? — от головокружения, Чати опёрся на руку близстоящего рыцаря.

— Это первая таверна из многих, — прозвучал сладкий голос Ланселота. — Здесь собрались все игроки из нашего города, и здесь же откроются врата в наше первое испытание.

Гном Кей, растолкал всех рыцарей и пусть и неуклюже, но решительно забрался на барную стойку. Стукнув кулаком по дереву, он разлил чужие напитки, но никто этого не заметил:

— Пива мне и моим собратьям! Мы только что спасли вашу чёртову деревню!

Чернокожий мускулистый бармен, докуривавший свою трубку, лишь ухмыльнулся, после чего разлил эль из громадной деревянной бочки на 13 кружек.

Все рыцари поочерёдно взяли себе по элю, после чего первый тост себе взял Ланселот:

— Братья! Мы знаем, что лишь избранные проходят первый квест до первого испытания. У многих не хватает сил, у других нет сплочения, а третье и вовсе предпочитают бежать от опасностей. Но мы — рыцари! — он стукнул кулаком себя в грудь, — и мы не можем избегать опасностей! Верить и защищать — вот наше кредо! Мы получили своё первое оружие, подняли несколько уровней, сломали эту грёбанную систему... и благодаря Чатлингу и его тетради у нас есть все шансы вырваться из той тюрьмы, что окружала нас все эти годы! Долой искусственный интеллект!

— Долой искусственный интеллект! — подхватил Тристан, Гавейн и прочие.

Чати поднял свою кружку со всеми, но лозунги своих новых собратьев не подхватил. Рыцари опустошили свои кубки в минуту и с грохотом поставили их снова на стойку, а чернокожий бармен, тут же плеснул всем по новой. Чати, не имевший той страсти к пиву, прислонился к кружке и сделал один маленький глоток. Цитрусовый букет, с лёгкой горчинкой хмеля и оттенок шоколада. За первым глотком неожиданно последовал второй, а за ним и вся кружка исчезла. Никогда ещё Чати пиво не казалось таким вкусным. Он поставил кружку на стойку, требуя ещё, поняв что никогда не был ещё таким голодным.

— Пьянеть и не вставать с тяжёлой головой, — приговаривал гном с пивной пеной на губах, — Что может быть лучше?

Опрокинув по паре кружек, хмельные рыцари шли навеселе сквозь толпу разномастных игроков. Бородатые татуированные варвары-орки соседствовали с милыми эльфийками, краснокожими ящерками, зелёными и желтокожими орками, и самыми обычными и нормальными людьми.

— Чати? — прозвучал мурчащий голос позади.

Обернувшись, Чати увидел перед собой громадного белого кота с человекоподобным телом. Он был одет в белый балахон, мордочка была раскрашена в бело-чёрный цвет, но бегающий взгляд напомнил Чати того самого парня, с которым они входили в Рейд.

— Борис?

Кот лизнув свою лапу разгладил шерсть на своей голове:

— Не думал, что ты меня так быстро узнаешь? — он, пропустив все приличия, взял Чати за лицо и присмотрелся к нему повнимательнее. — Я так понимаю, что ты даже шоколадку медсёстрам не додумался занести, чтобы тебе дали настроить свою внешность. Ничего, сможешь сделать это здесь, — он достал маленький монокль и посмотрел над головой Чати. — Ты смог повысить уровень до 3-го? Вы всё-таки прошли первый квест не имея оружия? Поздравляю.

— Как ты...

— У тебя свои артефакты, у меня свои, Чати. Но похоже я ошибался, когда сказал, что у рыцаря нет шансов. Не думал, что ты и вправду сможешь создать свою команду. Ты же не один выполнил квест?

— Нет, не один. Мои... друзья прошли дальше...

Кот был достаточно высоким, чтобы сквозь толкучку людей увидеть рыцарей.

— А тебя уже приняли в команду? — спросил Борис. — В смысле, по 4 человека в команду. Официальную?

— Я... Мордред говорил мне, что они все в командах...

— Это было на словах. В команду можно вступить только с того момента, как вы пересекли границу входа Таверны новичков. А значит не факт, что твои рыцари останутся в прежних командах, — Кот снова поднёс монокль к глазу присмотревшись вдаль. — Ого, у некоторых из вас вкачено по 2 класса. Я честно говоря удивлён. Слышал, что такое возможно, но не ожидал увидеть это так рано. Значит, профессор тебя чему-то обучил?

Чати не нашёл, что ответить. Кот снова через монокль посмотрел на Чати и сочувствующе кивнул головой:

— Только сейчас заметил, что ты совсем истощён. Рыцарь-волшебник…Наверное, ты хочешь спать? Не буду тебя отвлекать, но... может мы с тобой чуть позже увидимся?

— Зачем? — спросил Чати.

— Хотел обсудить с тобой возможность объединения в одну команду.

— Кажется, я тебе уже предлагал объединиться? — нахмурился Чати.

— Я тогда не понимал, что ты из себя представляешь. А сейчас... кто знает, может у жреца и рыцаря может что-то получиться?

Чати посмотрел вслед своему рыцарскому стану. Может он образует команду с Гавейном? Может кто-то из рыцарей найдёт себе другую команду и Чати возьмут ему на замену? Ведь может случиться что угодно?

— Я вижу тебе нужно подумать, — промурчал кот. — Сейчас только шесть часов вечера. Ночью будет большое шоу, конкурсы и если что, я буду ждать тебя на третьем этаже, недалеко от барной стойки.

— Хорошо, если что там и свидимся, — сказал Чати.

«Это хорошо. Я смогу хорошенько подумать, прежде чем дать ответ.» - подумал Чати, вспоминая ошибки отца.

— Чати, поди сюда! — кликнул рыцаря Гавейн, высунув голову поверх столпившейся тусовки игроков.

Чати еле протиснулся сквозь людей, ощутив на себе парочку нежелательных прикосновений и вырвался к стойке трактирщика, за котором сидела вполне приятная толстушка с большой выпуклой родинкой на носу.

— Ох, вот и подошёл ещё один рыцарёнок. Да и какой сладкий...

— Она со всеми заигрывает, — шепнул на ухо Чати Ланселот.

— Ваши друзья уже всё о вас рассказали.

— Что они рассказали? — опешил Чати.

— Всё-при-всё. Вот ваша комнатушка, в которой вы можете устроиться, — нежно положила она ключи на стол. Заметив нерешительность Чати, она потрепала его за щёчку как маленького ребёнка, — =ты сегодня славно поработал и тебе необходим отдых. Если что понадобиться, то я всегда здесь. Главное не пропусти наше ночное шоу! Оно для вас всех станет не забываемым.

Чати взял ключи со стойки и в интерфейсе появилась надпись:

#######

Получены ключи от комнаты 714.

7 этаж. Комната 14.

Располагайтесь и отдохните. Во время отдыха все ваши ресурсы восстанавливаются до определённого максимума.

#######

Рядом с этой надписью горела ещё и другая, с выбором награды за квест, но у Чати не было не сил, не желания с этим сейчас разбираться.

Гавейн подтолкнул Чати плечом:

— Мы все сейчас идём ко мне в комнату, — шепнул он так громко, что окружающие обернулись. — Мой артефакт уже давно пробудился, а значит скоро мы узнаем, что нас будет ждать.

Глава 10 — Моргауза

— Ну и чё с этой пластины должно вылезти? — спросил Гарет, постучав кулаком по диску. — Ау, там кто-то есть?

В центре комнаты на полу лежал металлический диск размером с три тарелки. Рыцари расселись по комнате, кто куда, разбираясь, как им пользоваться. Чати сидел в дальнем углу, и его глаза уже сами собой слипались.

— Может есть ритуал, который активирует его? — спросил Мордред.

— Или нам нужно его сломать? — вяло предложил Тристан.

— А как остальные испытания смотреть, ты не подумал? — размышляя Мордред, натужно чесал свою голову.

— Может в инвентаре должно было появиться? — спросил каменный Гохерис. — Или в уведомлениях?

Некоторые рыцари потянули рукой от груди к своему правому плечу и открыли инвентарь.

— Ничего, — сказал ящер Бедивер.

— Ничего, — повторил Персиваль.

— Как ничего? Парни, кажется я что-то нашёл! — закричал Ламорак.

Рыцари, все как один столпились возле инвентаря Ламорака, пока тот не открыл полноразмерную картинку зрелой полненькой женщины. Половина рыцарей почти сразу же засмеялась до истерики, но братья Гавейна, включая его самого покраснели от злости. Чати удивился, что зелёный орк может тоже краснеть.

— Ах ты мразь, — закричал Гарет, взяв Ламорака за шкирки.

— Спокойнее, парни, — пытался утихомирить братьев сквозь свой смех Ланселот.

— Парни, парни. Вашей маме тоже нужно капелька любви, — заливаясь смехом закричал Ламорак.

Мордред и Кей от смеха катались по полу. Ничего не понимающему Чати оставалось лишь наблюдать за всем со стороны.

Насупив брови Агравейн подбежал к Ламораку и мощно ударил его пару раз в бровь своим кулаком в костяной гоблинской перчатке. Рыцари от удара всполошились и стали разнимать дерущихся. Кроме Мордреда и Кея, которые продолжили ухохатываться на полу.

— Какой... придурок! — пытался процедить Мордред, сквозь слёзы, смех и нехватку воздуха. — Просто невозможный!

— Это же... зуб мудрости? —задержал дыхание, между припадами смеха Кей. — Сколько ты бабок отдал?!

Мордред разразился новым позывом смеха, от которого уже рисковал реально задохнуться.

— Все вон! — заорал Гавейн. — Вон, я сказал!

— Гавейн, брат, успокойся! — пытался успокоить Гавейна, уже успокоившийся, но всё ещё краснолицый Ланселот.

Гавейн выставил плечи и посмотрел Ланселоту глубоко в глаза:

— Я повторять не стану!

Чати никогда не видел Гавейна настолько серьёзным. Гавейн и Ланселот схлестнулись взглядами. Последний задержался на глазах Гавейна, после чего коротко кивнул, и даже помог вынести из комнаты Мордреда и Кея, которые так и не смогли прийти в себя.

— Чати можешь остаться! — крикнул Гавейн. — Ты не смеялся. Персиваль и Бедивер, вас это тоже касается!

Когда все ушли, за дверью в последний раз прозвучал звонкий смешок Мордреда. Гавейн посмотрел на Агравейна:

— Твой друг!

— Они смеются не с нас, а с этого придурка, — объяснил брюнет, но под взглядом орка всё же опустил взгляд и потупил голову. — Я с ним поговорю.

— Может вы мне объясните в чём дело? — будто бы стараясь быть неуслышанным спросил Чати.

— Нет! — злобно крикнул Гарет.

Гавейн повернулся к брату:

— Успокойся!

Орк отвернулся и перевернул деревянный хлипкий стул, попавшийся под руку.

— И ты это стерпишь? — спросил Гохерис.

— Мы с этим разберёмся потом! — Гавейн заорал так, что в комнате повисла мёртвая тишина. Только Агравейн одобрительно кивнул своему брату. Гавейн уселся на кровать, выдохнул и попросил рассказать обо всём Бедивера:

— Сделай одолжение, можешь ему рассказать?

Бедивер кивнул в знак согласия.

— Эта давняя глупая шутка, — начал рыцарь-ящер Бедивер, своим странным, до привлекательного хриплым голосом. — Я уже думал мы все про неё забыли, но Ламорак... — он посмотрел настороженно на Гавейна. — Он потратил зуб мудрости, чтобы пронести в Рейд фотографию матери... ребят. Я не буду углубляться, но думаю контекст тебе и так ясен, Чатлинг.

Чати кивнул.

— Я думаю парни просто перепили, — нервно сказал Персиваль. — Я не думаю, что они хотели...

— Настолько не хотели, что потратились на зуб мудрости кучу кредитов? — Гавейн говорил спокойно, но руки он сжимал так сильно, что было слышно, как двигаются суставы.

— Ты думаешь, они все скинулись? — спросил Агравейн. — У этого придурка просто богатые родители. Думаю они без труда оплатили ему все прихоти. Вот только зачем?

— Чтобы плюнуть мне в лицо, — сказал Гавейн и отвернулся.

— Зачем плевать тебе в лицо? — спросил непонимающий Чати.

— Девушка Ламорака как-то ушла к Гавейну. Гавейн вроде как пытался сгладить ситуацию, но… — пояснил деликатно Бедивер. — А тот обиделся, как малое дитё и начал шутить про... родственников братьев. Про маму.

— Нехорошо это, — кивнул Персиваль.

— Сама неприкаянность, — подколол Персиваля Агравейн. Персиваль лишь обидчиво посмотрел на него.

— Довольно, — оборвал Гавейн. — Мы собрались здесь за делом. К тому же нам нужно восстановить силы. Чати, есть мысли как активировать эту штуку?

— Чати? — удивился Гохерис.

— Его так позвал его друг, — пояснил Агравейн, — большой белый кот, если не ошибаюсь.

Все глаза в комнате уставились на Чати.

— Нормально, если мы будем к тебе так обращаться? — спросил Гавейн.

— Как вам будет удобнее... — неуверенно сказал Чати.

Чати взял в руки металлический диск и повращал его.

— А как так вышло, что ты не знаешь как его применять? — спросил Чати.

— Да, помог одному старичку, а тот мне его по дешёвке продал. Говорит «соберёшься в Рейд — расскажу как пользоваться». И помер через три недели.

Чати заметил на диске мелкие металлические потёртости, образующую некую спираль. Проведя указательным пальцем круговым движениями от середины, до края тарелки ничего не произошло. Тогда Чати провёл от края диска к центру и его кончик пальца отражался в диске синевой. Оттянув палец из диска, за ним последовала синяя рука с гремучими золотыми браслетами, а из диска подался голос:

— Вытащи! Вытащи меня!

Рыцари округлил свои глаза.

— Как? — спросил Чати.

— Идиот! Ты же видишь — я прицепился к твоему пальцу! Отойди назад!

Чати сделал пару шагов назад и рука из диска высунулась ещё дальше, пока не показалась плечо, но что-то внутри диска упёрлось.

— Тяни! Тяни! — кричали из диска.

— У тебя рука сломается.

— Не сломается! Тяни!

Синий палец прицепился к Чати, как сильный магнит. Потянув сильно на себя, из диска застонали от боли, но все равно кричал голос «Продолжай». Потянув на себя ещё сильнее, связь оборвалась и руку всосало обратно.

Агравейн подошёл к диску и пнул его ногой.

— Пропал. Как он собирался покинуть его пределы? Диаметр тарелки слишком маленький.

— Я думал, что он какой-то джинн. И как дух последуют за мной, — ответил Чати. — Ну или как облачко…

— Ну он не джин и не облачко, если это тебя успокоит.

Гавейн резко встал с кровати и поднял диск:

— У меня есть идея.

— Только не говори, что ты собираешься растянуть диск? — настороженно спросил ящер Бедивер.

Гавейн махнул на ящера рукой и приложился лбом к центру диска, сделав спиральные движения от центра к краю и обратно. Отражение зелёного лба орка, сменилось на синий безволосый лоб.

— Эй-эй-эй! — донеслось из диска.

Орк вытянул свою голову и из диска показалась лысая голова джина с золотыми пирсингами на лице. Будучи примагниченным к зелёному лбу Гавейна, он повращал головой и осмотрел комнату, сказав с сожалеющей интонацией:

— Ой нет, снова этот долбанный диск. Когда уже найдут моё зеркало?

— Зеркало? — спросил Чати.

— Да я смотрю вы ещё совсем зелёные, чтобы про такое слушать, — джинн выдохнул с неприкрытым огорчением. — Давайте задавайте свой вопрос — и идите в жопу.

— Что? — недоразумевал Чати.

— Вопрос.

— Гавейн, что за вопрос? — спросил Гохерис.

Уткнувшийся в лоб джина орк растеряно посмотрел на своих друзей:

— Я не знаю! Ребята быстрее, у него лоб начинает печь.

— Думаешь мне так приятно стоять? — возмутился джинн и поднял глаза к своему лбу. — Господи просто произнесите кто-нибудь "О великий джин, расскажи нам про следующее испытание".

Рыцари неуверенно переглянулись.

— О великий джин, расскажи про испытание, — рассказывая Гарет поднял глаза ко лбу.

— Ты идиот? Точь-в-точь нужно! — психовал Джин.

— О великий джин, — протараторил Чати, — расскажи нам про следующее испытание.

— Скинул тебе в уведомление, — ответил джин.

— Все давай отлипай уже от меня.

— Не забывайте про меня парни. Меня тут прокляли после седьмого испытания. Я тут застрял на годы, а умереть не могу так как меня прокляли...

Гавейн схватился за голову джина и затолкал его обратно в диск, после чего морщась потёр свой лоб от ожога.

— Старик говорил, что с ним сложно, а он говорит всякий бред.

— А как его достать он тебе не рассказал? — усмехнулся Агравейн.

— Если бы ты видел того старика, то не задавал бы мне вопросов...

Рыцари замолкли и постепенно все в комнате уставились на Чати.

— Ну, что там? — спросил Гавейн.

Чати приложил два пальца к груди и протянул к своему левому плечу.

#######

Уведомление от "НЕИЗВЕСТНЫЙ ОБЪЕКТ".

Первое испытание — «КОРОЛЕВСКАЯ БИТВА».

Количество игроков - 100.

ВНИМАНИЕ! ПРИ НЕДОБОРЕ ИГРОКОВ НА СЕРВЕРЕ В ТЕЧЕНИЕ 5 МИНУТ ОТСЧЁТА ОТ ПЕРВОГО, ЗАШЕДШЕГО НА ПЛАТФОРМУ ИГРОКА, ИГРА БУДЕТ ОТКЛОНЕНА. ПОВТОРИТЬ ПОПЫТКУ ВХОДА НА СЕРВЕР МОЖНО БУДЕТ ТОЛЬКО ЧЕРЕЗ 10 МИНУТ.

ПРАВИЛА ИГРЫ: самолёт делает один круг вокруг города «X», по траектории которого игроки десантируются с парашютом, ищут снаряжение и убивают друг друга. Каждые 5 минут территория будет сужаться к определённой точке. Все, кто выйдет за её границы будут ликвидированы. Место игрока равняется по количеству выживших на момент смерти.

Примечание: действие игры происходит в настоящем времени. Все достижения основного приключения Рейда влиять на прохождение не будут. Смерть в испытании может произойти только один раз и возвращает игрока в основное приключение Рейда с соответствующей наградой.

#######

— И никакого пожелания приятной игры... — усмехнулся Агравейн.

— Это послание от джина, а не от GoodGod, — вставил Чати.

— Ох, ну и ну, — присел Гавейн. — Нужно будет много убивать, только на этот раз уже реальных игроков, — он глубоко вздохнул и лёг на кровать. — Для этого дня уже достаточно.

— Честно говоря, я уже с ног валюсь, — пожаловался Гохерис.

— Ты же буквально, каменная статуя, — усмехнулся Бедивер. — Как ты можешь уставать?

Гохерис усмехнулся сам.

— Я не знаю, как это здесь работает, парни. Я просто устал.

— А что мы будем делать с этим испытаниями? — спросил Агравейн, многозначительно посмотрев на Чати. Другие рыцари тоже посмотрели на Чати, не то с надеждой, не то с усталостью.

Чати не знал, что ответить.

— Сегодня мы уже ничего делать не будем, — говорил Гавейн уже с закрытыми глазами. — А завтра? — он приоткрыл глаз и подмигнул Чати: — мы что-нибудь решим.

Глава 11 — Предложение, от которого нельзя отказаться

Войдя в комнату Чати увидел только скудную деревянную кровать, с тюфяком набитым сеном, кривую тумбочку с масляной лампой на ней, и шаткий стул без гвоздей, с кувшином пива на нём. Впрочем, он видел всё это в комнате Гавейна, но без людей комната выглядела по-настоящему пустой. Подняв кружку пива, Чати задумался.

«Точно. В средневековье вода была плохая, и люди пили либо вино, либо пиво.» — внезапно осознал Чати.

Он сел на кровать, и еле поднял кувшин к своему рту. Отпив только маленький глоток, он почувствовал лёгкое приятное головокружение. Не в голове, не в животе он не чувствовал тяжести. Только веки смыкались всё сильнее.

Тёмное бесшумное ничто, сменялось едва заметными бликами света и писком аппаратуры. Глухие тонкие голоса отражались где-то совсем рядом, но их было почти не разобрать. Они говорили друг с другом монотонными голосами. Чати чувствовал едва уловимые касания на своих руках.

Стук в дверь разбудил Чати. Он лежал в том же, в чём и был одет. Первая мысль его было о том, что неплохо было бы принять душ, умыться и почистить зубы. Осознание того, что он не был грязным, а чистить зубы ему не придётся, пришло к нему не сразу.

Чати встал с кровати и неспешно подошёл к двери. Потянув за ручку его встретил темноволосый рыцарь с зализанными назад волосами и горбатым носом.

— Ты знал, что когда ты решишь помочиться в Рейде, то обмочишься и в реальной жизни, — улыбнулся Агравейн.

— Я что-то проспал? — Чати потёр свои глаза.

— Нет. Просто хотел с тобой поговорить. Как тебе спалось?

— Нормально.

Чати впустил Агравейна, а тот скрестил руки за спиной и зашёл в комнату осматривая её так, будто ночевал не в точно такой же.

— Ничего странного не заметил? Шумы, голоса? — продолжал спрашивать он.

— Заметил, — настороженно ответил Чати. Агравейн напрягал его.

— Я смог расслышать сплетни медсестёр, — усмехнулся Агравейн. — Обрывки слов, но всё же.

Агравейн уставил свои чёрные глаза на Чати.

— Ты что-то хочешь? — спросил Чати.

— Я сначала думал, мне показалось, — говорил Агравейн, словно говоря с самим собой. — Откуда какой-то парень узнал, что меч из пролога можно вытащить. Он либо гений, знавший об изъяне заранее, либо безумец. Но на безумца ты не очень-то похож.

— Я... просто не разобрался, что нужно делать.

— Потом я вспомнил, что когда мы только заходили в Рейд, то позади меня двое парнишек разговаривали о том, как учились в академии, и что один из них — любимчик, так называемого, профессора. Я толком не расслышал его зовут, только то, что его имя начинается на «Ч» и что он собирается стать рыцарем. Когда я увидел тебя, то сразу всё понял. Увидев твой меч, я сразу намекнул Ланселоту, что с тобой лучше дружить. Далеко не факт, что ты пошёл бы с нами, если бы не я.

Чати не знал, что ответить.

— Сп... спасибо?

Агравейн лишь фыркнул.

— Только вот почему-то ты ещё скрываешь от нас тот факт, что ты фаворит? — он прищурился, выглядывая у Чати эмоцию, которая всё о нём расскажет. — Боишься, что такие бестолочи, как мы станем хуже к тебе относиться? Могу тебя понять, Чати. В этом мире врагов и так предостаточно — зачем провоцировать появление новых?

— Что ты хочешь, Агравейн?

Агравейн отвернулся и ходил по комнате медленными, размеренными шажками.

— Агравейн, Гавейн, Гохерис, Галахад… Имён столько, что я сам в них путаюсь. Особенно на букву Г. Неужели мы не могли выбрать себе клички из "Властелина колец"? — усмехнулся брюнет.

— Не уходи от ответа, — сказал Чати с излишней грубостью.

Агравейн повернулся к нему:

— Какая твоя истинная цель в Рейде, Чати? Деньги тебя не интересуют, раз ты отказался от возможности стать фаворитом за один день до начала Рейда. А значит что? Что ты здесь для того, чтобы положить этому конец. Твоя тетрадь может помочь нам всем пройти этот долбанный Рейд до конца. Но не всем из нас хватит духа...

Чати напрягся:

— Что ты имеешь ввиду?

— Я предлагаю тебе объединиться, Чати, — Агравейн перестал паясничать. — Я, Ты, Мордред и Кей. Только таким составом мы сможем дойти до конца.

Нависла пауза. Чати был настолько ошарашен, что ему показалось, что он до сих пор спит — настолько сказанное Агравейном не сходилось с его ожиданиями.

— Почему именно такой состав? — осмысливая сказанное спросил Чати.

— Самые сильные рыцари в нашем отряде, это без сомнения Тристан, Гавейн и Ланселот. Я могу с ними посоперничать, но с большой вероятностью никого из этой троицы я не выиграю. Ты можешь спросить «Так зачем тебе именно мы?»

— Допустим, — согласился Чати.

— Мой брат, Гавейн, очень добрый. Он вырастил всех нас, заботился, и я бы даже мог назвать его среди нас самым... ответственным.

— Я бы сказал, что он хорошо подходит на роль лидера, — заметил Чати.

Агравейн лишь поморщился.

— Он хорошо подходит на эту роль, пока не сталкивается с ней в жизни. Только получив власть, он начинает теряться, нервничает и слишком много умает. Ему не хватает гибкости. Рано или поздно он пожертвует собой ради какого-нибудь NPC, пока мы отвернёмся прочитать задания квеста.

Тристан — пороховая бочка. Пусть он и весьма силён, но также он и принципиально туп и при любом удобном случае пойдёт с тобой на конфликт. А размолвки в нашей игре недопустимы.

— А что же Ланселот, — Чати доводы Агравейна не впечатляли. — Что с ним не так?

— Ланселот — самый самовлюблённый человек из тех, что мне доводилось встречать. Рано или поздно, он заберёт у тебя всё, что ему будет нужно, просто потому что так надо.

— Я думал Ланселот ваш выбранный лидер?

— А Ланселот говорит, что лидер ты, — усмехнулся Агравейн. — Но из тебя слова палкой не вытащишь, так что вопросы о твоих лидерских качествах отпадает сам собой, — заметив смятение Чати, Агравейн добавил: — чтобы не говорил там Ланселот.

— И всё же он чаще всех говорит за вас, — заметил Чати.

— Ему позволяют говорить за нас. У нас, как у друзей никогда не было настоящего лидера. Ланселот сильнее всех хочет им быть, но его обычно не надолго хватает. Вот увидишь — скоро он будет отмахиваться от обязанностей и пыжиться своей важностью, — Агравейн устало поднял глаза ко лбу. — Но ты по-своему прав. Пусть у нас и нет лидера, но стихийные лидеры есть всегда. В нашей компании их даже трое. Ланселот, Гавейн и Мордред.

— Мордред? — усмехнулся Чати.

— Мордред, — сухо ответил Агравейн. — Несмотря на кажущуюся трусость, именно он принимает самые рациональные решения. При этом, он достаточно внимателен к окружающим, так что не будет перетягивать одеяло на себя. Его не все больно любят, за длинный язык, но к «своим» он всегда относится нормально.

— И вы предлагаете мне стать своим? — с усмешкой договорил Чати.

Агравейн тактично не заметил её:

— Я предлагаю тебе помощь в том деле, которое ты начал. И только что объяснил, почему на эту роль подходим именно мы.

— А как же остальные? — спросил Чати.

— Гарет и Гохерис только и могут, что полагаться на Гавейна. Галахад слишком высоко задирает голову, не замечая своих ботинок в навозе. Персиваль и Ламорак уже потеряли свои кольца. Остаётся ещё Бедивер, но Кей просто смешнее шутит. Но при твоём желании, можем вместо Кея взять и Бедивера. Просто его будет сложнее уговорить.

«Я мечтал быть с Гавейном в команде.» — думал Чати. — «А сейчас мне предлагают команду, для того чтобы завершить то, зачем я сюда вообще пришёл. Но для этого, нам будет нужно...»

— То есть, ты предлагаешь предать ребят? — спросил Чати.

«Может это проверка?»

— Воу, — Агравейн вжал подбородок в грудь и поднял ладошки. — Никакое это не предательство. Просто мы организовываем свою команду. Так получилось, что команды могут быть только по четыре человека, а мы хотим победить. Я думал, что ты тоже хочешь победить? Разве это не так?

Чати не мог ответить. Умом ему нужно было соглашаться, но что-то его останавливало. Агравейн заметил сомнения рыцаря:

— В любом случае, этом может подождать, — Агравейн положил Чати руку на плечо. — Такие решения принимаются не просто. Но просто знай: с твоими знаниями и нашей хитростью, нас будет не остановить.

И он ушёл, оставив Чати в своих раздумьях.

Глава 12 — Любимый напиток

#######

Добро пожаловать на Ночное шоу Рейда!

Здесь вас будут ждать дружеские поединки, конкурсы, лотереи и много другое. Не забывайте заводить друзей, прежде чем пойдёте в своё первое испытание. И да — за всё мы платим реальными призами!

Good Luck, Have Fun. С любовью, GoodGod.

#######

Бум барабана звучал наедине с гулом сердца. Арфа и скрипка подхватывали ритм, то заводя, то расслабляя огромную и пьяную толпу. Чати заметил, что таверна, в которой он был до этого, сильно выросла. Теперь смотря наверх, где раньше было от силы десять этажей, уже не было видно потолка. Лишь плавающие огоньки, сливающиеся при виде снизу служили естественным ограничением зрения. Чати никогда в своей жизни не видел столько народа в одном месте.

Поднимаясь на третий этаж, Чати встретил гудящую толпу стоявшую вокруг чего-то и скандировавшую имена:

— Кей!

— Гюнтер!

— Кей!

— Гюнтер!

Встав на носочки и вытянув шею за головами игроков, Чати рассмотрел гнома-рыцаря, стоящего за длинным столом, опрокидывающего одну кружку эля и уже держа руку на соседней. По другую сторону стола, с ним соревновался телесного цвета ящер. Гном стоял уже возле шестой кружки, опустошив все остальные, а ящер только допивал четвёртую.

Чати инстинктивно провёл руку от сердца к левому плечу, открывая меню развития и новостей, где было высвечено сообщение.

#######

Битва выпивох!

2 участника.

Побеждает игрок, выпивший десятую кружку пива на столе и при этом удержав всё содержимое в себе.

Награда: 1 золотой, 10 серебреников и 100 бронзовиков (1 серебряник)

#######

«Как я и думал, некоторую информацию я могу узнать от самой системы» — подумал Чати.

Свернув окно обратным движением, Чати услышал как толпа загудела «оууууу». Затем он увидел Кея изрыгающего всё им выпитое и съеденное обратно на стол. Это был седьмой бокал. Тем временем, телесный ящер только-только заканчивал свой четвёртый. Чати решил не тратить время зря и прошёл чуть дальше, обходя соревнующихся в единоборстве толстых орков, и на пару минут задержавшись возле шахматной доски за которой сидели два полурослика.

#######

Монгольские шахматы!

Побеждает игрок, убивший двух коней соперника.

Награда: перчатки термической неуязвимости.

#######

Рядом была ещё череда подобных игр, с обычными и абсурдными правилами. Наконец, пройдя прямо до стойки бара, Чати увидел знакомую шерстяную голову, из которой торчали кошачьи ушки с кисточками на концах. Подсев рядышком, Чати уловил от Бориса приятный, кофейно-молочный аромат с лёгкими нотками корицы и мускатного ореха.

— Чати, — воскликнул он, чересчур для своего характера радостно, подняв маленькую разноцветную рюмочку. — Подходи и присаживайся. Здесь ты можешь приготовить свой фирменный напиток. Вернее даже не так. Ты обязан сделать свой напиток. Только алкогольный. Без алкоголя — никуда.

За этой стойкой орудовала пышная желтокожая женщина-орк, с руками исписанными зелёными рунами.

— Тебе что сварганить, малыш?

— Мне ничего не нужно, спасибо.

— Здесь так не работает, — положил Борис руку на плечо Чати. — Ты должен играть, раз вступил в Рейд.

Чати, не любивший высовываться больше, чем нужно, задумался над словами кота.

— Я должен играть? Но мы здесь только ради того, чтобы пройти игру, — взглянув на кота он добавил: — ну и кто-то здесь ради денег.

Борис рассмеялся.

— Здесь только ты, ради того, чтобы пройти Рейд. Остальные здесь ради денег, повеселиться, набраться историй, которые они будут рассказывать своим детям. Кто-то половину жизни копил деньги, чтобы провести как можно дольше в этой симуляции. Ты здесь один, ради того, чтобы просто пройти Рейд. За 47 лет это так никому и не удавалось, с чего ты решил, что у тебя получиться? Из-за того, что прошёл первый квест?

Барменша ехидно улыбалась смотря на Чати, попутно протирая бокал белой тряпочкой.

— У меня есть необычная тетрадь, — сказал неожиданно Чати.

«А что он сделает?» — подумал он и продолжил:

— Мне её дал профессор.

Глаза кота расширились, пусть это и произошло почти незаметно.

— И что же там внутри? – спросил кот, плохо скрывая свой интерес.

— Баги Рейда. Много-много багов, благодаря которым можно пройти этот Рейд.

Кот облизал свою морду длинным языком с волосками, после чего выпил рюмочку кофейного ликёра покрутив её в лапах. После чего она наполнилась сама собой.

— Ты поэтому выбрал рыцаря? — спросил кот, рассматривая своё напиток.

Чати кивнул. Барменша поставила перед Чати стакан воды:

— Ты скажешь наконец свой напиток или нет?

— Вода? — попытался предложить Чати.

— В жопу засунь свою воду, — прыснула она Чати, затем усмехнулась и уже более ласково добавила: — только если ты не имел ввиду водка…

Чати нахмурился и покачал головой. Подняв глаза к верху он вспомнил единственный алкоголь, который ему когда-то понравился. Им его угостила когда-то мама.

— Ликёр на пятидесяти травах вместе с апельсиновым соком.

— Пффф. Тоже мне мистер оригинальность, — она подняла глаза ко лбу и закрутила пальцем вверх.

В стакане вода вслед за пальцем закрутилась вихрем, сменяя свою прозрачность оранжевым и зелёным цветом.

— Тебе слоями или смешать? — спросила бармен.

— Как будто бы... слоями? — почесал голову Чати.

— Вертикально или горизонтально?

— А вертикально разве получиться?

Оркша фыркнула и щелкнула пальцами, после чего жидкость, смешивающаяся вихрем словно застыла во времени, образуя зелёную спираль в оранжевом соке. Кот, увидев стакан Чати округлил глаза и хлопнул ладошкой по стойке:

— Ха. Интересно, как это будет питься?!

Нос Чати учуял необычный до этого запах дыни и арбуза.

— Питься что? — спросил тонкий голосок, из-за спины кота. Тонкие длинные пальчики разгладили шерсть на его голове, — я думала такие котики, как ты годятся лишь молоко смокать.

Чати увидел тонкую рыжеволосую девушку, гладящую своей белоснежной рукой за ушком Бориса. Борис довольный вытянул голову вверх и замурчал:

— За другим ушком. Там, там чешется.

Девушка усмехнулась звуком колокольчика. Она была одета в белоснежное платье, а на лбу у неё была надета серебряная диадема. Чати заметил, что он смотрел на неё слишком долго, и только когда она сама поймала его взгляд, он на миг отвернулся, чтобы посмотреть на неё опять. Она встретила его взгляд с тёплой улыбкой.

— С тебя пожалуй хватит, прохвост, — небрежно взъерошив шерсть на голове кота, она закрыла глаза и сделала пару резких вдохов в сторону Чати: —а где так вкусно пахнет травами?

— У меня, — вполголоса ответил Чати, но девушка его не услышала.

— У моего друга, Веснушка, — сказал громко кот и представил: —ну как, друга… Скорее товарища по академии. Знакомься, это самый перспективный ученик Академии города Рюренберг и главный фаворит профессора Фаворитов. Парень, отказавшийся от богатой жизни в реальности, для того, чтобы, — кот театрально усмехнулся, — попытаться пройти до конца эту чёртову игру. Рыцарь, держащий клятву… а как ты себя в этой игре назвал?

— Чатлинг, — неуверенно представился Чати.

— Чатлинг! — крикнул громогласный голос, со спины Чати и огромная зелёная рука тяжело легла ему на плечи.

Орк приобняв Чати, протянул руку девушке, немного склонив свою черноволосую голову:

— Меня зовут Гавейн, миледи, — пожав её маленькую руку своими двумя большими пальцами, он отбил кулачок лапке кота: — ваше мурлычество…

— Как ты меня нашёл? — удивился Чати.

— Так я и не тебя искал, — усмехнулся Гавейн. — Мне Мордред крикнул, что Кей вовсю бедокурит на третьем этаже, а я смотрю, знакомый хвостик. — Гавейн поддел свои указательным пальцем светло-русый хвостик на голове Чати, растрепав его: — Дай думаю, скажу тебе, что мы будем располагаться на четвёртом этаже. Арендовали там большой круглый стол, как у настоящих рыцарей.

— Как у рыцарей? — усмехнулся девушка. — А к вам можно будет зайти?

— Милости просим.

— А сколько вас рыцарей, там будет, если не секрет? — спросил Борис.

— Тринадцать вместе с Чатлингом, — поднял голову Гавейн.

— Я в детстве зачитывалась сказками про короля Артура, — воодушевлённо сказала Веснушка, сжав свои ладони возле груди. — Скажите, а Мерлин у вас есть?

— Нет, таких нам пока не завезли, — усмехнулся Гавейн. — Если не считать нашего Чатлинга…

— А кто же ваш король? — спросила Веснушка.

— А мой друг вам так и не рассказал? — похлопал Чати по плечу Гавейн. — Тот ещё скромник. Королём его конечно пока не назвать, но роль подрастающего Артура ему явно подходит.

— Вот уж сомневаюсь, — вырвался смешок из Бориса.

Лицо Гавейна похмурнело от слов кота:

— В каком смысле?

Кот опрокинул рюмочку и сказал:

— Чати никогда не отличался лидерскими качествами, — Борис аккуратно взглянул на лицо Чати.

Чати чувствовал, что происходящее вокруг него, и разговоры о Чатлинге, это разговоры о ком-то другом. Он будто бы являлся слушателем беседы, в котором обсуждали старого знакомого, которого сейчас здесь нет. Он удивился смене тона Гавейна, и похлопал его ладошкой по предплечью:

— Тише. Не кипятись.

— Я почему-то и подумать не мог, — продолжил свой рассказ Борис, — что Чати сможет найти себе хоть когда-нибудь команду. Я думал, что ты будешь проходить весь Рейд в одиночку.

— С чего ты так решил? — спросил Чати, хотя и знал ответ.

— Потому что ты всегда держался в стороне. Мы не раз в Академии пытались пригласить тебя куда-нибудь, но ты ни разу так с нами и не пошёл. Многие считали тебя за высокомерного засранца, но я просто знал что ты… такой.

— Какой такой? — спросил грубым голосом Гавейн.

— Необщительный. Нерешительный. Посторонний.

Гавейн громко усмехнулся:

— Ты говоришь это про человека, который смог достать редкий меч из пролога. Говоришь про человека, который обучил своих собратьев навыкам других классов, используя лишь свою голову. Он почти что в одиночку завалил Волколака и если бы не он, мы бы уже давно преступили свои клятвы. Как по мне, ты говоришь про кого-то другого.

Закончив эмоциональную речь Гавейн тяжело выдохнул, а барменша натиравшая тряпкой очередной стакан, поставила его громким стуком о деревянную стойку:

— Что будешь пить, здоровяк.

— Мне нужен бокал побольше. Я буду пить пиво.

Пока барменша меняла стакан, четверо игроков за стойкой долго молчали. Все глухо смотрели на женщину, орудовавшую кранами. Пиво полилось из бочки прямо в литровый бокал, и засмотревшись Чати невольно усмехнулся. Взгляды перевелись на него и он с улыбкой объяснился:

— Забавно… чтобы сделать какой-то сложный коктейль применяется нереалистичная магия, — он покрутил своим спиральным напитком перед приятелями. — А для того, чтобы просто налить пиво используется обычный древний кран.

Борис усмехнулся, Астрид улыбнулась, а Гавейн потупил взгляд:

— И что же в этом забавного?

— А то, что система считает, что лучший способ выпить пива — это самый обычный способ выпить пива.

Гавейн тоже усмехнулся, и барменша поставила пивной бокал на стойку.

— А можно я попробую твой напиток, Чати? — спросила Астрид.

— Я кстати, хотел выпить пива, — сказал Чати. — Гавейн, ты не против?

— Я учуял запах кофе и сливок, — сказал Гавейн. — Мой шерстяной друг, ты не…

— Без вопросов, — протянул свою рюмку орку Борис. — Я всё равно хотел попробовать напиток у Веснушки. Запах дыни и арбуза переносит меня в лето. Я надеюсь это не какой-то там тоник.

— Это пунш, — улыбнулась Веснушка и подняла бокал вверх: — за новые знакомства!

— Салют!

Бокалы зазвенели в воздухе и пока ребята принялись выпивать чужие напитки, Чати в который раз посмотрел на Веснушку.

Глава 13 — Круглый стол

— Какая самая отвратительная работа на которую вас кидал GoodJob? — спросил уже в стельку пьяный Борис.

— Сто процентов это ночная уборка в фастфуде, — Гавейн прикрыл рот. — Оттирать жир с пола, убирать жир после жарки котлет, замена масла в фритюре, вентиляция… эта гребанная вентиляция, какого-то хрена тоже постоянно в жиру и фиг ты её вычистишь. Просто 8 часов наедине с жиром и бессонницей, а в награду тебе всё равно потом приходят штрафы, за то, что ты что-то там не сделал. Жаль нет возможности отказа от работы.

— Ну ты можешь час поработать и завершить работу, — сказал Чати. — Только штраф прилетит 30 кредитов.

— И рейтинг просядет, — кивнул Гавейн. — Нет, спасибо, мне такого не нужно.

— Моя самая нелюбимая работа, это мясокомбинат, — сказала Веснушка.

— Проще простого, — усмехнулся Гавейн. — Я бы даже сказал, что это самая легкотня. Ставишь скин человека, который тебе не нравиться и режешь всех вдоволь. Только предлагают нечасто, даже если рейтинг хороший

— Но там же живые существа… — Астрид поджала брови.

— Чтобы я мог хоть раз увидеть это живое существо, так забрал бы домой и съел, — сказал Гавейн. — Кто-нибудь пробовал настоящую курицу?

— Я пробовал, — сказал Чати.

— И как тебе?

— Сложно описать. Вкус между соевой котлетой, юшкой от быстрого завтрака и немного похоже на ножку лягушки.

— Звучит аппетитно, — усмехнулась Астрид. — Ты так и не сказал, какая работа тебе больше всего не нравится.

— Меня редко бросало на кухню, так что я не могу её назвать. Наверное, что-то монотонное типа накруток резьбы для шпилек.

— Тебя на такую фигню бросало? Я думал этим занимаются только автоматы, — удивился Гавейн.

— Автомат как раз и сломался, — усмехнулся Чати. — Нужно было поработать пока система отвезла на починку.

—А моя нелюбимая — это детский сад, — сказал Борис, смотря в свой кофейную рюмку, заново заполняющуюся из пустоты. — Так, если кому-то интересно.

Гавейн долго покивал головой, отпил немного пива из своей кружки и встал с барной стойки:

— Нам уже давненько пора было бы вернуться к своим, Чати. Приятно было со всеми познакомиться.

Чати тоже слез со стула, но земля под ногами закачалась и он едва не упал, вовремя подхватив рукой за стойку. Веснушка заулыбалась.

— Этому столику больше не наливать, — пошутила она.

Чати подумал, что неплохо получилось бы, если бы они вчетвером организовали свою бы команду, но оставил эти мысли у себя внутри.

— Ребята, — захрипел голос рядом. — Я думал куда вы подевались.

Чати обернулся и увидел довольного и икающего Кея, изрядно пахнущим хмелем за три версты.

— Я… ипть… состязался там с одним ящером. Ипть… Там десять кружек и не стошнить… ипть… нужно было. А я стошнил… ипть…

— Я видел, — сказал Чати.

— Ты… ипть… ничего не видел… ипть… Я начал заново и победил тупорылого ящера.

Закончив говорить Кей засмеялся заливным смехом и рухнул на спину, потеряв сознание. Веснушка встала с барной стойки и наклонилась к гному. Она прикоснулась ладонью к его лбу, выпустив лёгкое свечение из неё.

— Думаю, через 5 минут, ему уже будет лучше, — сказала она и тронула Чати за руку. Они посмотрели друг другу в глаза и она добавила: — мне уже пора уходить, но может быть мы ещё пересечёмся на конкурсах. Как ты думаешь?

— Хорошо, — растеряно ответил Чати.

— Вот и славно, — она поднялась и помахала рукой кому-то вдали. Чати смотрел вслед её белому платью, а Кей лишь засмеялся смотря на потолок стеклянными глазами:

— Молодец парень! Как говорил папка «если крыша ржавая, то в подвале всегда мокро!».

Закончив фразу он снова закрыл глаза, растворив лицо в глупой ухмылке. Чати поднял глаза на Гавейна, а тот лишь глупо усмехнулся:

— Что это значит? — спросил Чати.

— Я думаю он имел ввиду, что ты ей понравился. Давай — ты за правую, я за левую.

Они подняли Кея по обе стороны и потащили наверх.

За огромным деревянным столом, стоял уже полный стол еды, набитый самыми различными вкусностями от зажаренного в пиве окорочка до нарезанного слайсами хамона. От селедочки с маринованным луком в масле до ведёрка чёрной икры. Только подойдя за стол, у Чати чуть не вылилась слюна, смотря на то, как орк Гарет макает свой пышный, чесночный хлеб то в мясную подливку, то в подсолнечное масло из-под рыбы. Рыцари даже не обратили внимания на то, что Чати, Кея и Гавейна не было. В данный момент, Чати не увидел Мордреда и Агравейна, но спустя минуту и они уселись за стол, многозначно переглядываясь с Чати.

— Тост! — поднял кубок Тристан. — За то, чтобы еда и выпивка никогда не заканчивались!

— Я не уверен что после этого стола пойду на какие-то там испытания, — засмеялся Гарет с набитым ртом.

Все рыцари подняли свои наполненные кубки и залпом опустошили их. Выбирая, какое блюдо себе положить, Чати, как назло, попалась на глаза зажаренная в масле курица. Он взял её целиком в свою тарелку, и взамен взятой, в общей тарелке из ниоткуда появилась другая. Чати никогда не чувствовал себя таким голодным, как сейчас, и впился в ножку зубами как только её оторвал. Никогда он ещё не чувствовал такого вкуса. Словно дикий зверь, он накладывал себе в тарелку всё, до чего мог дотянуться. Пышная чесночная булка, глоток пряного мёда, зажаренная рыбка без костей, но с корочкой, свиная шейка и майонезный салатик, снова пышная булочка. Он ел так много, что готов был лопнуть, но тяжести в животе он пока не ощущал. Наконец, когда чувство сытости пришло к нему, принесли сладкое. При виде его Чати уже помутило, но он всё равно взял себе пирожное с воздушным творожным кремом и песчаным тестом, крошащимся при взятии.

— Ну что братцы! — крикнул Гавейн. — Айда, учувствовать в конкурсах!

— Погоди, брат, — сказал тихо Агравейн. — Сначала, давайте узнаем, что мы будем делать на испытаниях. Какие хитрости мы сможем там применить?

Рыцари, как один посмотрели на Чати, а он оказался не готов к такому пристальному вниманию.

— Мне… нужно время, — сказал Чати.

— Зачем? — смеясь спросил Ланселот.

— Потому что… информация засекречена.

— Как понять засекречена? — спросил Тристан.

Чати почувствовал напряжение вокруг своей персоны. Чати замечал детали в людях, которых раньше не видел: Тристан чрезмерно нахмурил брови, Кей шептался с Мордредом, поглядывая на Чати, Галахад поднял подбородок, смотря на него свысока. Даже симпатичный для него Гарет поглядывал с подозрением. Или это только так ему казалось? Ему захотелось уйти.

— Там тарабарщина написана, — вставил Гавейн, попутно обгладывая куриную косточку. — Для того, чтобы пойти дальше, Чатлингу нужно разгадать ерунду, которая написана в страницах.

— А что он делал до этого? — спросил Агравейн.

Чати пробежался глазами по лицам рыцарей. В них читалось осуждение.

— Мы вызволяли нашего пьяницу, — непринуждённо ответил Гавейн.

— Что-то вы подозрительно сильно сблизились, — ядовито-тонким голосом сделал замечание Мордред.

Гавейн откинул ножку на пол и шумно встал со стала:

— Говори прямо, если есть что сказать.

Голос Гавейна звучал угрожающе, но Мордред лишь покрутил столовый ножик зажав его между подушечкой пальца и столом..

— Я хочу сказать, не утаили ли вы секретик сами? Победитель так-то получает больше всех, — осмотрел Мордред окружающих, находя для себя поддержку среди некоторых рыцарей. — А значит вам просто нет смысла делиться со всеми…

— Ты хочешь сказать, что мы крысы? — спросил необычайно для себя громко Чати.

— Я просто спрашиваю, — расставил руки Мордред.

— Не нужно много спрашивать, — сказал Ланселот, смотревший на происходящее со стороны. — Нам уже помогали, и помогли не раз. Я думаю когда настанет время Чатлинг нам всё расскажет. Правда же, Чати?

Чати ничего не оставалось как кивнуть. Решив вопрос рыцари выдохнули и поднялись со стола, участвовать в конкурсах.

— Главное, чтобы он рассказал нам не после испытания, — сказал вполголоса Мордред и некоторые рыцари ядовито усмехнулись.

Глава 14 — Just Dance

Чати нашёл укромный столик, за которым спал человекоподобный медведь с кружкой сладкой медовухи. Оглядевшись, что рядом нет никого, кто мог бы ему помешать, он открыл инвентарь и достал две тетради из него: одну зашифрованную и вторую расшифровывающую. Быстренько сопоставив расшифровку и шифр, он заносил в записи в своём интерфейсе следующую запись:

#######

Запись №561 - Королевская битва.

....

Пусть в Королевской битве (как и во многих других испытаниях) класс игрока и не имеет значения, рыцарь сдержавший клятву может достать дальнобойную снайперскую винтовку «Слон» из любого упавшего оранжевого кейса в данной игре. Для этого нужно согнуться на колени перед кейсом и попросить прощения у некой Изабель. Рабочая фраза:

«Именем Автора, прости меня, Изабель, ибо не смог я спасти твоих детей от тьмы»

Данный баг, происходит по причине того, что система GoodGod, привязывает данную фразу к названию предмета из путешествия Рейда, но так как предмета из путешествия он не находит, то подтягивает в кейс снайперскую винтовку из Королевской Битвы. Почему это происходит именно с оранжевым кейсом — пока, что загадка. Возможно, мой лучший ученик разберётся с этим, когда наконец-то займётся Рейдом...

#######

Последняя фраза профессора легла в сердце Чати тяжким грузом. Он не раз слышал от других людей, про лучшего ученика профессора и у него не было сомнений, про кого он говорил.

«Он рассчитывал на меня, а я его предал. Пусть и ради блага, но я его предал.» — думал он с горечью.

Чати даже не задумался над сложностью шифра. Ему нужно было участвовать в конкурсах, а не разгадывать мамины ребусы. Не ради вещей и прочего. Он хотел снова увидеть её. Как бы до смешного банально это не звучало, но ему казалось, что они были знакомы всю жизнь.

«Вдруг её позовут в команду раньше меня?» — подумал с тревогой Чати и вспомнил слова своего отца: «До первого испытания нет смысла звать кого-то в команду».

Но Чати чувствовал, что в любой момент он может просто опоздать. Что он и так прождал всю свою молодость и если он подождёт ещё чуть-чуть, то он останется один, совсем один. Одиночество, которое для него чаще всего было отдушиной и привычным состоянием жизни, сейчас стягивало его шею удушающей нитью, которую он никак не мог сбросить. И при этом в его сердце запело новое чувство: надежды, что всё будет хорошо. Надежды, что скоро он найдёт своё счастье в ком-нибудь ещё. Надежды, что он наконец-то нашёл свою правильную дорогу.

Чати почти готов был закрыть тетрадь и положить её в инвентарь, как заметил маленькую приписку профессора на этой же странице. Запись почему-то была не зашифрована:

«Общий баг КБ. Если спуститься в шахту лифта и коснуться десятой шпалы, возле левого болта можно провалиться в текстуры и оказаться буквально на небесах.

За всю историю Рейдов, данное событие происходило один раз и то, случайно. Игрок ничего не понял, и запаниковав, спрыгнул с небес, разбившись о землю насмерть. Что примечательно, он всё равно занял место выше 30-го.

Исправление можно отметить как негорячее».

Чати полистал ещё оглавление тетради, в надежде найти что-нибудь, что поможет ему в конкурсах в таверне новичков. И нашёл он только один несчастный баг, который вряд ли как-то мог ему пригодиться:

«Если какой-либо рыцарь в таверне новичков произнесёт фразу «Великий Автор укажи мне путь» при этом неважно с какой громкостью, то у самого рыцаря, как и у близстоящего может высветиться окно развития с рекомендациями прокачки от GoodGod»

«У GoodGod есть какие-то рекомендации?» — удивился Чати. Однако полистав тетрадь, он заметил маленькую приписку на одной из записей профессора.

«Рекомендации GoodGod то ещё говно».

В толпучке зашумели и медведь тяжело моргая, уставился на Чати тупым взглядом:

— Где это я?

Чати пожал плечами и ответил:

— На работе.

Медведь округлил глаза:

— На работе? Твою-то мать, так наклюкаться и на работе. Ай, — махнул он лапой и зарылся головой снова в свои руки. — Всё равно рейтинг просядет. Лучше я сейчас, хорошенько отосплюсь и пфпфпф.

И он сладко засопел. Чати аккуратно встал со стола пытаясь не разбудить медведя и пошёл на шум толпы. Игроки стояли и хлопали в ладоши вокруг чего-то, где происходило нечто, что привлекало всех. Чати аккуратно протиснулся между высокими эльфами, гномами стоящих на стульях и пошло посматривающих на него девушек-людей с барби-личиком:

—Малыш не хочешь, остаться между нами? — сказала одна, проведя ему ноготком по плечу.

Другая хлопнула ему по заднице:

— Совсем недорого. Для такого красавчика скидка, всего 50 серебряников.

— Нет, спасибо, — ответил смущённый Чати, пряча свой зад от нежелательных касаний.

Девушки даже не расстроились, и принялись искать себе другую «жертву». Наконец, Чати увидел, что в центре привлекало так игроков. Около двадцати человек стояли в кружке и под инструменты задорной скрипки, балалайки и барабанов, пытались подстроиться под танец полупрозрачных силуэтов, направляющих движения игроков. У многих игроков не получалось повторять движения силуэтов, но это лишь служило поводом для веселья. Те же игроки, движения которых практически сливались с силуэтом шли явно на победу.

«И мне в этом нужно будет участвовать? Но я же совсем не люблю и не умею танцевать…» — подумал Чати, с невиданным доселе страхом.

Чати привык быть отчуждённым, но посмешищем — никогда. И всё же, он вспомнил слова Бориса, так пришедшие к нему в голову совсем ни к стати: «если пришёл в Рейд — играй».

«Но я пришёл сюда сражаться, заниматься серьёзным делом и…» — пытался он оправдаться перед собой.

А затем он увидел Веснушку, танцующую вместе с остальными. Она смеялась, крутилась, догоняла убегающий силуэт — одним словом делала всё то, чего так боялся Чати — играла. Откинув всё свои мысли, Чати вошёл в танцующий круг, под возгласы толпы позади себя. Он стоял, будто был сделан из камня и не мог пошевелиться, как его за талию подхватила уже каменная рука и закружила в танце:

— Танцуй, танцуй, танцуй, мой Чати-Чатлинг, — голем Гохерис так закрутил его вокруг себя, что Чати невольно испытал детский восторг, сравнимый тому, что испытывает ребёнок, которого закрутили в игре родители.

Отпустив Чати на ноги, Гохерис пошёл кружить с другими игроками, и из тела Чати вытянулась его же прозрачная рука. Он следовал за ней, чувствуя как ноги пляшут в другом ритме. Музыка отбивала ясный такт, толпа размывалась в движении, а Чати пытался добежать за своим полупрозрачным силуэтом, никак за ним не поспевая. Раздался дикий смех, и Чати подумал: «не надо мной ли смеются?». Глазами он искал поддержки, но вокруг не было ни одного знакомого лица. Чати на миг остановился, смотря на то, как неказисто орк стоявший слева от него танцевал, но тем не менее смеялся, и был молодцом.

«Не думай» — приказал он самому себе и впервые дал волю своему телу над собой. Он не старался следить за силуэтом и крутился так, словно на него никто не смотрит. Кто-то подал ему руку и он закрутился с незнакомцем, после чего они разошлись, а Чати вообще потерял свой ведущий силуэт из виду. Пусть он проиграет, ведь ему уже не важно. Был важен только миг, только танец, ведь он никогда до этого не танцевал.

Музыка сменила ритм перейдя на более медленное исполнение и кто-то тронул его за плечо:

— Красавчик, ты мне не откажешь? — спросил его мягкий голос.

Чати повернулся и увидел привлекательную низенькую девушку с чёрными, как уголь, волосами и большими карими глазами.

— Я…

Глазами он нашёл Веснушку, танцующей медленный танец с Ланселотом. В его сердце что-то укололо и руки опустились.

— Я всё ещё жду, — напомнила о себе брюнетка.

— Х-х-хорошо.

Чати подал руку девушке и тут же ритм сменился на задорный, закрутив танцующих в огромный круг. Чати не поспевал за своей напарницей, то и дело наступая ей на ноги. Он аккуратно посматривал на неё, но она лишь улыбчиво направляла:

— Не так быстро. Тише. Вот так. Молодец. А теперь подними и сделай круг, — Чати поднял её за талию и закрутил вокруг себя. — И мягкая посадка.

Она убежала и на смену её пришла другая, надутая блондинка. Тут уже самому Чати пришлось быть направляющим и раздающим советы. Девушка раз шесть наступила ему на ноги, бурно смеясь, после чего убежала к другому.

Арбузно-дынный аромат опередил партнёршу. Веснушка взяла Чати за руки и потянула за собой:

— А вот и ты мне встретился опять! — засмеялась она. — И тебя я теперь никуда не отпущу.

Чати плохо запомнил их танец. Он слишком сильно устал и волновался. И он был увлечён. Увлечён её зелёными глазами. Был увлечён её улыбкой. Он кажется даже музыки не слышал. Танцующие пары обменивались партнёрами, но они так и продолжили танцевать вместе и их полупрозрачные силуэты следовали за ними. Музыка сбавляла темп и вот-вот готовилась замолчать. Тогда же Чати и спросил:

— Ты не хочешь вступить со мной в команду?

Веснушка лишь поджала губки:

— Я не могу. У меня уже есть команда…

Не успел Чати ничего почувствовать, как она договорила:

—Я в команде с братьями. Они славные ребята, я вас обязательно познакомлю.

Музыка заглохла, сменив собою шум толпы и уставшие запотелые пары наконец остановились. Веснушка и Чати долго не отпускали друг друга. Чати то держал, то ослаблял хватку, боясь показаться для неё слишком настойчивым. Но она будто тоже что-то чувствовала, и не спешила уходить. А может Чати это только додумывал уже позже. Наконец, когда рамки приличия уже не позволили продолжить, они наконец отстали друг от друга. Она неспешно уходила куда-то по своим делам, а Чати оставалось лишь провожать её взглядом.

— Может быть, мы сможем путешествовать вместе и без команды, — крикнул он ей напоследок.

Она лишь обернулась и улыбнулась ему на прощание. Чати успокаивало, что ночь только начиналась и они могли встретиться вновь.

#######

Вы приняли участие в конкурсе Just Просто Танцульки.

Ваше место 7/20.

Ваша награда — 7 серебряников и 50 бронзовиков.

#######

Чати смахнул окно даже не обратив внимания на выигрыш.

— Классно потанцевал, — донёсся хриплый голос со спины.

Чати повернулся и увидел Кея, стоящего с Агравейном и Мордредом.

— Да, — ответил Чати, так и не убрав ухмылку со своего лица. — Действительно здорово получилось.

— Ты знал, что половина всех присутствующих это боты? — вновь похвастался своей эрудицией Агравейн. — Это было сделано, чтобы смоделировать поведение игроков, и настроить нужн…

— Что ты решил? — резко спросил Мордред.

Чати понимал про что он спрашивает. Чёрные глаза Агравейна хищно блестели в окружении огней.

— Я… честно говоря даже не думал, — ответил Чати.

— Я так понимаю, — промолвил Мордред. — Это можно понимать, как отказ?

Чати не хотел отказываться напрямую, но раз уж он спросил:

— Наверное… можно и так.

Кей громко засмеялся и похлопал себя по надутому пивному животу:

— Я же говорил, что нам с этим парнем явно не по пути. Щупленький он, да говорит слишком заумно.

— Пойдём, — кивнул в сторону Мордред.

Рыцари прошли мимо Чати, будто его не знают.

— Тебе бы тоже не помешало чутка поучиться говорить заумно, — съязвил Агравейн.

— Я… — гном громко рыгнул, — умею словами… это самое… когда надо. Да и вместо слов я бы молотком по башкам постучал. Например этому бы.

Гном сплюнул в сторону Чати и ушёл. Чати посмотрел им вслед, и что-то ему подсказывало, что они этого так не оставят. А сердце его всё ещё пело музыку их танца.

Глава 15 — Зов свободы

Чати вернулся за рыцарский стол тогда, когда за ним сидели те несколько рыцарей с которыми он разговаривал меньше всего: Ламорак, Персиваль, Тристан и Галахад. Когда он подсел они разговаривали на бытейские темы, в размышлениях о своей жизни. Чати погрузившись в свои мысли взял со стола куриную ножку и положил себе в тарелку. Тристан, черноволосый кучерявый человек с недлинной бородой только сейчас заметил Чати и неуклюже повернулся к нему, звеня косточкой от свиных рёбер по своей тарелке.

—Эх, вот если бы так всегда, — улыбнулся Тристан, кидая косого на тарелки возле него, доверху дополненные свиными рёбрами.

— Много мяса, — поддержал диалог Чати и добавил: — не то, что в жизни.

— Это ты правду подметил, мужик. Я здесь съел столько мяса, сколько в жизни своей не ел.

— Так ты в своей жизни мяса и не ел, — усмехнулся Ламорак. — Разве что, шкурку свиную где-то украл и по ночам посасывал.

— Я бы сказал, кто что посасывал, — повернулся с кулаками Тристан и с наигранной медленностью ударил Ламорака в щёку. Тот подыграл ему и принял медленный удар, после чего они прекратили играть и дружно посмеялись.

— Мне кажется я вкуснее этой курицы в жизни не видел, — попытался втиснуться в разговор Персиваль. — Я наверное даже когда мы вернёмся, накоплю денег чтобы попробовать эту курицу в жизни. Интересно, какой у неё будет вкус там?

Галахад, красивый тёмный эльф с белыми волосами, показательно фыркнул:

— Послушать тебя, так ты вообще здесь на экскурсию пришёл. Мы сюда пришли только за победой. На какую курицу ты собрался здесь работать?

— Галахад, — попытался успокоить медленными движениями рук Ламорак.

— Не смей, мне указывать, — будто указывая место, Галахад наставил указательный палец на Ламорака. — Вы вдвоём уже одну жизнь бездарно просрали. И своё развитие загубили с самого начала!

— Я развился-то правильно, — попытался оправдаться Персиваль.

Тристан лишь сжал лицо в молчаливом смехе, подмигивая Чати. Галахад смотрел высокомерно на своих собратьев, если не сказать презрительно.

— Успокойся, друг, — наконец сказал Тристан. —Если бы не наш приятель, — указал он на Чати. — Сидели бы мы у разбитого корытца и говном бы не смогли обмыться.

Ламорак засмеялся, Персиваль тоже улыбнулся. Галахад пронзительно посмотрел на Чати и выпил снова бокальчик:

— Чатлинг нам помог, спору нет. Без его… фишек, нам бы тяжело пришлось. Возможно, нам бы даже пришлось нарушить клятву и уйти от квеста. Однако, — Галахад привстал со стула и вытянулся вперёд на стол, тыча указательным пальцем в стол, — я не думаю, что это бы случилось. Ланселот и без его помощи почти справился со всем один. Не разделили бы мы группу, и не остались бы лучшие воины с пострадавшими…

— Это кто лучший воин? — усмехнулся Тристан. — Ты что ли?

Галахад усмехнулся сам.

— До тебя и брата я не дотягиваю, признаюсь. Но уж точно получше буду этих двух, — кивнул он в сторону Персиваля и Ламорака.

— У этих двух есть уши, — сказал Ламорак. — И этих двух ты, вроде как, считал не так давно друзьями.

— Я и считаю вас друзьями, — гневно бросил Галахад и выдохнув свою злобу, добавил уже более дружественным тоном: — просто я думал, как можно было бы поступить лучше.

— Задним числом кулаками не машут, — сказал Чати и обратил на себя внимание всех. Тристан усмехнулся.

— Во-во, — добавил он.

— Мы не могли предугадать, как поведут себя гоблины и волки, — продолжил Чати предельно холодно и жёстко. — Если бы мы знали, то пошли бы все вместе в пещеру, после чего нашли бы всех пострадавших. Кто знает, может система тогда отправила своих гоблинов убить пострадавших и мы бы всё равно не выполнили квест?

Галахад слушал Чати, водя челюстью из стороны в сторону, после чего лишь усмехнулся и одобрительно показал на него пальцем:

— Ты мне нравишься. У тебя… есть мозги. Это слышно, — сказал Галахад и поднял кубок. —За тебя, друг мой!

Рыцари громко подняли свои кубки и опустошили их в мгновенье. Скромный Чати исключением не стал.

— И всё же курица здесь и правда вкусная, — добавил довольный Тристан. — И правда интересно, какая она в жизни?

— Более волокнистая, — ответил Чати. — Её в отличии от здешней нужно больше жевать.

Рыцари глухо усмехнулись, а потом замолчали.

— Ты ел курицу в жизни? — спросил удивлённо Персиваль.

— Родители приготовили в честь проводов.

Позади послышался голос Агравейна, за которым шёл Кей. Мордреда они где-то потеряли.

— Да ладно Чати, не скромничай. Как будто ты не учился на фаворита, — с наигранной любезностью подметил Агравейн. — Небось, вас там откармливали курицей каждый день?

Рыцари переглянулись.

— Нет, — ответил с излишней строгостью Чати. — Я попробовал курицу буквально позавчера.

— И поза-позавчера, — пошутил Кей, но никто не посмеялся.

— Ты… — Тристан собирался с мыслями. — учился на фаворита?

— Он не то, что учился на фаворита, Тристан, — добавил Агравейн, будто бы подбрасывая полено в разгорающийся огонь. — Он должен был им стать, за день до Рейда!

Тристан глубоко вздохнул, нахмурившись смотря в свой стакан.

— И чего же не стал? — спросил он.

— Он получил тетрадку, с помощью которой мог заработать намного больше денег, чем в Академии, — опередив Чати, сказал Агравейн. — Не правда ли?

— А может я сам за себя буду говорить?! — Чати встал и ударил по столу кулаком.

— Ты свои кулаки придержи, парень, — крикнул Галахад.

— Я пришёл сюда только затем, чтобы пройти Рейд! Ты… ты сам это знаешь! — крикнул Чати.

— Я слышал, — усмехнулся спокойно Агравейн и обратился к остальным. — Парень так хотел вклиниться в нашу компанию, что предлагал Мордреду объединиться, кинув наших друзей.

— Это правда? — спросил голос со спины.

Чати растеряно обернулся и увидел Гавейна. Чати не успевал осмыслить, что хочет сделать Агравейн, но ему уже нужно было что-то сказать.

— Н-нет.

Гавейн улыбнулся, а Агравейн засмеялся, и похлопал Чати по плечу приговаривая:

— Да я просто пошутил! Расслабься!

— С такими приколами, ты недолго проживёшь, брат, — сказал Гавейн.

— Зато весело, — ответил Агравейн.

Рыцари посмеялись, но Чати смешно не было.

— Так… ты учился на фаворита? — спросил ещё раз Тристан, единственный кто не смеялся.

Чати кивнул головой.

— И ты пришёл сюда… чтобы уничтожить искусственный интеллект?

Чати снова кивнул головой.

— А зачем ты тогда изучал его? — спросил он растирая пальцами лоб.

— А зачем учатся на фаворитов-то? — усмехнулся Ламорак. — Чтобы жить красиво.

— Рейд-то никто и никогда не проходил, — дополнил Персиваль. — Я бы тоже хотел бы иметь хорошую работу.

— Хорошую работу, которая будет делать нашу жизнь всё хуже и хуже, — вставил Тристан.

— Тут кроме прохождения Рейда, ничего не изменишь, — сказал Гавейн. — Мы все работаем, чтобы выжить.

— Тут спорить я не буду. Просто… мне интересно, что привело нашего друга в эту игру, — спросил снова нахмуренный Тристан. —Мне интересно, раз он отказался от денег, то чего он хочет добиться?

— Я хочу свободы, — ответил Чати.

— Свободы от Искусственного Интеллекта, — дополнил Тристан и стукнул чашкой по столу. — Свободу от нищеты, от бедности и от несправедливости. Иногда мне кажется, что Искусственный Интеллект придумал дьявол. Что вообще хорошего он нам дал?

— Нам — ничего, — пришёл Ланселот и уселся за стол, закинув на него ноги. — А вот богатеям и фаворитам он дал всё. Медицину, внешность, рай на земле.

— А мы горбатимся на этой земле, ради того, чтобы было что поесть, — сказал Тристан. — Чтобы было где поспать, и чтобы была возможность сдохнуть чуть попозже.

Рыцари горько усмехнулись и подняли свои бокалы. Чати тоже поднял свой и они чокнулись.

— Ну на самом-то деле, — вставил Чати. — Проблемы-то не в искусственном интеллекте. Проблема в том, кто его использует.

Тристан, не допив свой бокал резко поставил его на стол и начал тыкать пальцем в стол прямо рядом с Чати.

— Кто бы его не использовал, он не приносил никогда ничего хорошего, — пытаясь скрыть свой гнев, он процеживал слова сквозь зубы.

—С помощью его излечили множество болезней, — ответил Чати. — В мире с тех пор не было войн, а все конфликты теперь можно решить, выбрав виртуальную драку без реального ущерба.

— Сказал бы ты мне это в школе, — усмехнулся Ламорак. — Может у меня зубов было бы побольше.

Засмеялись все за столом, кроме Чати, Галахада и Тристана.

— Войны… болезни… — повторил с ненавистью Тристан. — Моя мамка повесилась из-за того, что просрочила кредит. Нас выгнали из дома, так как папа сам ничего не тянул. Я в школе недоучился, потому что в 12 лет пошёл работать! Это по-твоему лучше чем войны и болезни?! Ради такой жизни мы сейчас живём?

Рыцари замолкли с опаской смотря на Тристана. Чати на своё же удивление не испугался, но понимал, что его нужно было успокоить:

— Н-нет. Это намного хуже.

Тристан не успокоился и продолжил обводя пальцем вокруг себя:

— Это всё — лишь временная чепуха, нужная нам только для того, чтобы мы попробовали разик всё изменить, у нас не получилось, и мы пошли дальше вкалывать за четверых, пока кошельки жиреют, а грёбанный ИИ продолжит контролировать и следить за нами со всех сторон!

— Я понимаю, — ответил Чати.

Тристан наконец успокоился и допил свой напиток. Так бы всё и закончилось, если бы Ланселот не спросил у Чати:

— Друг мой. А если опустить, без сомнения ужасную историю Тристана. Что ты имел ввиду, когда говорил, что проблема не в искусственном интеллекте?

— Ты и правда хочешь продолжить? — спросил устало Гавейн.

— Я краем уха услышал, что Чати фаворит, так что мне было бы интересно, как на это смотрят там… с другой стороны.

Тристан шумно встал со стола и молча ушёл. Чати проводил рыцаря глазами.

— Мне… кажется, что проблема не в искусственном интеллекте, — продолжил Чати. — А в его безответственном использовании. Ведь если убрать людские интересы с этой машины, то она приносила нам только мир и решение проблем.

— То есть, в академии считают, что искусственный интеллект могут применить и на пользу людей? — с показной усмешкой спросил Ланселот.

Его насмешку подхватили и другие, но не все.

— Это… только моё мнение, — сказал Чати.

— Ну раз это твоё мнение, — усмехнулся Ламорак. — То и можно засунуть его куда подальше. Нас всё равно никто и никогда не спросит.

Рыцари снова засмеялись.

— Парни, хватит. И так много взвалили на пацана, — успокоил всех Гавейн. — Лучше пойдём конкурсы проходить. Там много всего интересного.

— Чати? — спросил Ланселот. — А что там с подсказкой, ты посмотрел?

— Я сбросил вас всем сообщением в системе, — ответил Чати.

Ламорак открыл своё окно уведомлений и спросил:

— А обязательно читать фразу полностью? Да и что это за оранжевый кейс?

Ланселот похлопал его по плечу со словами:

— Через пару часов сами всё узнаем!

Рыцари пошли в одном направлении в место скопления очередного шума. Гавейн притормозил возле Чати и приобнял его:

— Видел как ты танцуешь. Сначала я чуть не умер со смеха, а потом вроде и ничего. Я познакомился с братьями Веснушки, а они вполне себе нормальные гномы. После конкурса вдвоём подойдём к ним вместе.

— Знаешь, Гавейн… — Чати пытался собраться с мыслями. — После этого рыцарского допроса, я уже и не знаю, хочу ли я оставаться вместе с вами.

Гавейн махнул рукой.

— Тристан просто сильно обижен, оно и понятно. Им нужно время обвыкнуться.

—Гавейн, — Чати выдержал паузу, размышляя, стоит ли вообще говорить про это. Решив, что всё-таки стоит он продолжил:

— Твой брат, Агравейн, зашёл ко мне в комнату и предложил объединиться в команду. Я, он, Мордред и Кей. Я отказался, но… просто решил, что тебе об этом стоит знать.

Гавейн выслушал Чати молча, а затем спросил:

— А если бы ты сам выбирал себе команду? Кого бы ты выбрал?

Чати посмотрел вслед рыцарям.

— Наверное тебя. Может быть ещё Гохериса, Гарета?

— Почему не Веснушку? — спросил Гавейн.

— Она уже в команде со своими братьями.

— Потому что семья превыше всего, — подметил Гавейн. — Я думаю Агравейн зло пошутил над тобой. Я с ним ещё поговорю насчёт этого момента.

— Я не думаю, что он шутил, — сказал Чати.

— Я с ним поговорю, — повторил Гавейн.

Глава 16 — Казино-дуэль

Вокруг небольшой арены, из перевёрнутых деревянных столов, примерно двадцать на двадцать метров, столпилась большая кучка игроков.

#######

Казино-дуэль.

Количество участников: 2

У каждого игрока три очка здоровья.

Игроки крутят рулетку, находящуюся в виде интерфейса на своей руке и достают случайное оружие. Игроки пытаются задеть своего соперника предоставленным оружием раньше, чем это сделает соперник. После чего задетый оружием соперника игрок теряет одно очко своего здоровья. Игрок потерявший все свои очки здоровья выбывает.

Приз победителю: 1 золотой.

#######

В центре арены боролись маленький гном, с бородой-косичками свисающей до коленей против зелёнокожего эльфа, с торчащими оленьими рожками из под золотых волос. Здоровье отображалось над их головами в виде сердечек красных и синих цветов. Гном только что держал в руках длинное копьё, в то время как эльф достались лишь кастеты.

— Эй, так не честно! — крикнул Тристан.

— Так в этом-то вся и суть, — усмехнулся, откуда не возьмись, Мордред.

Гном размахивал длинным копьём так широко, что несколько раз просвистел мимо носа эльфа. Последнему только и оставалось, что уклоняться. Когда наконец острие копья коснулось лица эльфа, копьё рассыпалось на красные фрагменты и синее сердечко над головой эльфа пропало. У обоих оставалось только по одному сердечку.

Гавейн толкнул Чати плечом:

— Этот гном и есть брат Веснушки. Колотун вроде, или Ворчун. Они все похожи, что твои носки, — Гавейн посмотрел вдаль. — А вон и тебе машут уже рукой.

Чати усмотрел на другом краю Веснушку, которая даже и не заметила Чати. Она смотрела с волнением на своего брата, прикусывая от нервов палец. Чати посмотрел на Гавейна, а тот лишь рассмеялся:

— Подловил я тебя. Не беспокойся. После того, как Ламораку рожу в этой игре начищу, свожу тебя и познакомлю.

Гном вытянул следующее оружие из своего колеса на руке, и им оказалась гнилая морковка:

— Вы что издеваетесь? — закричал он.

Веснушка вместе с рядом стоящими гномами заскандировали:

— Ворчун! Ворчун!

Эльф достал из колеса длинный меч и ехидно улыбнулся смотря на своего оппонента.

— Да ты издеваешься, — снова заворчал Ворчун.

— Наконец-то удача начала улыбаться мне! — самодовольно сказал эльф и ринулся атаковать гнома.

Эльф сделал рубящий удар, затем пытался уколоть и просто хлестнул по воздуху, но гном, пусть и неуклюже, увернулся от всех атак, а в конце и вовсе убежал в другую сторону арены.

— Сражайся, — крикнул через истеричный смех Кей.

— Да как? — растеряно покрутил гнилой морковкой Ворчун. — В рот мне ему запихать её?

Зал разразился хохотом, а эльф неспешным шагом занёс меч для гарантированного удара. Гному ничего не оставалось, как просто швырнуть гнилую морковку в соперника, и та еле попала тому на ботинки, после чего рассыпалась на красные фрагменты. Эльф не обратил внимания на неё и обрушил меч на гнома. В тот же момент меч рассыпался на синие фрагменты и эльф вознёс руки вверх:

— Я победил!

— Посмотрел бы ты на своё здоровье ещё раз, парень! — крикнул тому Мордред.

Эльф испуганно взглянул вверх и обнаружил что сверху у него ничего нет, а у гнома висит ещё одно красное сердечко:

— Да как?

— Я тебя гнилой морковкой победил! — засмеялся вовсю Ворчун. — Вот ты бестолочь!

Арена взорвалась от смеха. Мордред, смотря на происходящие между прутьев выскочил на арену.

— Я следующий! Кто против меня? — заорал он, расставив широко свои маленькие руки.

Зал встретил вызов полурослика с хохотом.

— Ну я не прочь, — крикнул огромный чёрный ящер, перелезая через перевёрнутые столы на арену.

Рыцари заулюлюкали в поддержку Мордреда, а тот в свою очередь закричал:

— Сегодня вы увидите как Бильбо Бэггинс в одиночку справляется с братом Смауга!

Зал взорвался от хохота.

— Твоё счастье малыш, что при касании оружие рассыпается на безобидные осколки, — зашипел ящер. — Иначе твоим рыцарям друзьям пришлось бы собирать тебя по частям.

Мордред лишь нахально улыбнулся после чего встал в свой угол ринга. Чати с интересом хотел посмотреть на этот бой, однако Гавейн толкнул его в плечо:

— Пойдём, познакомлю тебя с их братьями.

На удивление для себя, Чати не сразу сделал выбор в пользу Веснушки.

— Тебе разве не интересно, чем закончиться этот бой? — спросил Чати.

— Ого, с ними похоже и Бедивер сидит, — сказал Гавейн, думая о своём. — А я думаю, куда этот ящер пропал?

— Гавейн!

— Оттуда тоже будет виден бой. Пойдём быстрее пока Ланселот нас не опередит.

— А причём здесь Ланселот? — удивился Чати.

— Потому что за такими девушками как твоя красавица идёт настоящая охота. А Ланселот настоящий Дон-Жуан, чтобы это не значило.

— А я? — спросил Чати.

— А ты просто очаровательный тормоз, — усмехнулся Гавейн и повёл его через толпу.

— Гавейн, я хотел спросить тебя. Почему ты мне постоянно помогаешь?

— Потому что ты маленький и бестолковый. Кто же ещё тебе поможет?

— Я не бестолковый, — с наигранной обидой сказал Чати.

— Да это я так… к слову.

Они обошли всю толпу, встав у противоположного края, где расположились Веснушка, три гнома и бурно жестикулирующий Бедивер. За его спиной Чати увидел, как Мордред размахивал клинком на длинной цепи, пока красный ящер в ужасе убегал от него с гниющим бананом.

— А я думал, где тебя носит? — спросил Гавейн у Бедивера.

Бедивер прервал свой разговор с гномами и радостно воскликнул:

— Гавейн. Ты и представить себе не можешь, что со мной приключилось. Меня спутали с каким-то другим ящером парочка прекрасных дев. Они куролесили со мной пока у меня силы совсем не закончились. Я еле от них уполз, как другие менее прекрасные девы стали требовать от меня оплату. Дальше, помню всё смутно. Только что участвовал в какой-то карточной игре и представь кого я увидел? — ящер широко расставил свои глаза, будто Гавейн уже всё понял и показал свой лапой на гнома, походящего своим видом на бомжа. — Это же Плюшкин!

Гном в самодельных круглых очках с линзами будто от пивных бутылок театрально расставил руки и сказал:

— Таа-даам!

— Плюшкин? — сморщил лоб орк.

— Ну я тебе про него рассказывал. Парень, который из мусора делает всякие прикольные хрени. Помнишь, я тебе рассказывал про чувака, у которого есть своя машина. За которой можно рулить. Это он!

Гавейн скругли глаза.

— Лисичкин? — удивился Гавейн, и повернулся к Веснушке: — а ты значит Астрид?

— Да, — кивнул гном. — А ты же…

— Да к чёрту настоящие имена, — развёл лапами Бедивер и обратился к гному. — Это тип, который четвёртый грузчик в нашем городе.

— Точно. Как твои братья? — спросил гном расставив руки по бокам.

— Нормально, как сам…

Гавейн и Плюшкин начали разговаривать о чём-то в то время как Чати пытался одновременно смотреть и бой и участвовать в разговоре. Мордред теперь выступал против того с длинным копьём, когда у соперника был крошечный нож. Бедивер заметил куда смотрит Чати, и сказал:

— Тут можно не смотреть на бой. Победит Мордред со счётом три-ноль. У ящера вообще нет шансов.

—С чего ты взял? — спросил Чати.

Ответила Чати уже Астрид.

— Мордред — полурослик. Удача у него в крови. Может ящер и сможет ему снять одну или даже две жизни…

— Не сможет, — твёрдо сказал Бедивер. — Мордред в играх очень хорош. Азарт ему не позволит.

—Посмотрим, — подняла брови Астрид.

В третьем раунде Мордред получил маленький нож, в то время как противнику досталось длинное копьё.

— Ну вот тут-то ты у меня попляшешь! — заорал красный ящер, ринувшись в безрассудную атаку.

Мордред просто метнул в своего противника нож, после чего игра закончилась.

— В общем, что и требовалось доказать, — сказал Бедивер и откланялся.

Глава 17 — Нелогичная логика

— То есть в первом испытании мы будем выступать друг против друга? — спросил Ворчун у Гавейна.

— Ну можно конечно и объединиться, а потом распределить первые места. Тут уж кто как пожелает, — ответил Гавейн.

Плюшкин поднял глаза к потолку, будто читая информацию на потолке:

— Игроки становятся на платформу на разных серверах, пока их общее количество, не станет равным ста. После чего игроки перемещаются на отдельный сервер и сражаются друг с другом. По завершению испытания, игроки возвращаются на исходный сервер с призами.

— То есть, — стал додумывать Чати. — Не обязательно заходить всем в одну игру. Будет достаточно, если мы зайдём только по одному человеку, или максимум по двое, чтобы было легче.

— Там до десятого места призы нормальные, — отметил Плюшкин. — В теории можно и большой компанией залететь. По одиночке можно подохнуть.

Чати поднял указательный палец вверх.

— Можно, если не знать парочки вещей.

— О чём это ты? — спросила с интересом Астрид.

И Чати на пару с Гавейном рассказали им всё, что знали. Про рыцарей, про тетрадь, про баги. По завершению рассказа у гномов были круглые глаза:

— Я впервые вижу человека, — сказал Колотун, рыжебородый лысый гном-воин. — Который отказался от места в фаворитах.

— Но… — поправил очки Плюшкин, — у него была веская причина. С его знаниями, он и правда может пройти этот Рейд.

— Я один вряд ли справлюсь, — сказал Чати, из-за всех сил стараясь не смотреть на Веснушку. — Мне нужна верная и сильная команда.

Гномы переглянулись между собой.

— Мы... мы тоже хотим, чтобы всё это закончилось, — сказал Плюшкин.

Улыбка Колотуна засияла своими железными зубами:

— Я готов выбить дерьмо из этой игры, лишь бы заиметь свою квартиру! Свою квартиру, машину, дом, бассейн!

— И мы станем свободными, — забухтел Ворчун. — Снова будем бороться уже с настоящими волками голыми руками, сеять поля, да заново учиться жить эту жизнь. Не говоря уже о болезнях, принятии сложных решений и т.д. и т.п.

— Ты утрируешь, — потрепала своего брата за щёку Астрид.

— А вот и нет.

Гномы и Астрид пытались осмыслить сказанное Чати. Гавейн предложил:

— Давайте объединимся. Чем нас больше, тем проще будет проходить дальше.

Гномы переглянулись снова.

— Такая большая компания мужчин с одной только девчонкой? — усмехнулась Астрид.

— Я думаю в процессе прохождения Рейда, наш коллектив может пополниться ещё женщинами, — с безопасным флиртом подметил орк.

— Не так-то всё просто, Гавейн, — прозвучал сладкий голос из-за спины.

Высокий и прекрасный Ланселот появился необычайно для себя внезапно и ниоткуда.

— Почему не просто? — спросил удивлённый Чати.

—Система рассчитывает количество людей в группах, и даёт им соответствующей сложности задание, — сказал Ланселот. — Чем больше людей с нами идёт в путешествие, тем сильнее опасность.

Гавейн фыркнул:

— Так зачем мы сбиваемся в группки?

— Потому что опасность для одного человека и для четверых всё ещё одинаковая. А вот когда людей становиться от пяти и больше, то система кратно увеличивает генерацию опасности. Если и стоит увеличивать нашу численность, то только за счёт сильных игроков, которые смогут увеличить нашу эффективность, — Ланселот, с присущей своему брату, пренебрежительностью осмотрел присутствующих. — В противном случае, мы просто не справимся.

— Неужели я слышу нотки сомнения в твоём голосе? — спросил Гавейн.

Ланселот лишь усмехнулся.

— Я решил задуматься о том, как нам пройти эту игру. С нашим другом, — он похлопал Чати по плечу. — У нас наконец-то поприбавилось шансов на успешное прохождение этого Рейда. Мне не хотелось бы его упустить, лишь… из-за доброжелательности.

Чати насупился, как насупились и гномы.

— Что этот эльф себе позволяет? — спросил недовольный Колотун.

— Настоящий хам, — сказал Ворчун.

— Я думаю наш рыцарский коллектив, — Чати подошёл к Ланселоту поближе, — сможет принять в себя жреца, воина, алхимика и архитектора. Это же просто диверсификация рисков.

Ланселот мило улыбнулся и похлопал Чати по плечу.

— Дружище, я даже таких слов не знаю. Как ты там сказал?

— Диверсификация. Это сниж...

— Неважно, Чатлинг, — сказал натужно милым голосом Ланселот. — Наш коллектив и так до предела полон, и нет смысла принимать кого-то нового. Хотя... — Ланселот, улыбчиво осмотрел Веснушку с ног до головы. — Если ты всё же решишь остаться с ними — я тебя пойму.

Астрид поморщилась от такого неприкрытого взгляда эльфа.

— Решение о том, с кем путешествовать а с кем нет принимаешь не только ты, — твёрдо сказал Гавейн.

— И не ты. И не Чати и не кто бы-то ещё, — сказал Ланселот. — Мы ещё до Рейда договорились путешествовать только свои. Договаривались несколько раз, Гавейн! Прошу тебя — не позорь нас перед людьми.

— Но мы же приняли Чати? — возмутился Гавейн.

Ланселот чуть ли не заорал.

— Только для него одного мы сделали исключение! Или ты хочешь превратить нашу команду в проходной двор? Давай пригласим целый табор женщин или тебе одного обиженного Ламорака мало, да? Мы договорились, что закончим этот Рейд, чего бы нам это не стоило! Все эти игры, только лишь для того, чтобы мы расслабились и проиграли, — Ланселот охрип от своей эмоциональной речи, после чего вытер рот от слюны и уже спокойным голосом договорил: — я проигрывать не намерен. Этот шанс один раз на всю жизнь и я его не упущу. И не дам тебе всё просрать! — эльф смотрел на орка стараясь подавить, и Гавейн всё-таки опустил свою голову. После чего эльф успокоился и попытался вернуть своему лицу дружелюбный вид. — Прошу меня простить господа гномы и прекрасная мадам, но наша компания не сможет вас принять. Мы как-нибудь сами.

Ланселот, пусть и с красным лицом, но всё же со всей галантностью откланялся перед опешенными гномами и красной от гнева Астрид. Только сейчас Чати заметил на себе взгляды окружающих.

— Прошу меня простить, — понурив голову сказал Гавейн и вышел вслед за Ланселотом.

— Псих какой-то, — махнул рукой Колотун. — Нужно было ему зубы выбить, за такие слова. Мы и слабые… это же надо такое придумать.

— Рыцари они только в начале такие напыщенные, — забурчал Ворчун. — Как только их клятвы рушатся — от хвалённых речей не остаётся и следа. Только пэк и мэк.

— Во-во, — поправил очки Плюшкин. — Лишь материалы для моих изобретений. Без обид, Чатлинг.

— Вы не правы! — с дрожью в голосе ответила Астрид. Её глаза слезились и она посмотрела на своих братьев с укором — Вы думаете только о себе! Что мы можем дать рыцарям, изучающим по два навыка за уровень?! Мы только-только набрали свой второй, а они уже нас опередили на три шага. Мы будем им лишь обузой и нам просто нужно это принять…

Договорив Астрид спрятала свои глаза в руки, чтобы не показывать слёз.

— Астрид, ты не права, — вполголоса сказал Чати, боясь оказаться не выслушанным. — У вас просто не было тетради…

Она оторвала руки от своих глаз, размазанных от слёз тушью:

— Но у тебя-то она есть, —она взяла руки Чати в свои и прошептала: — если вы победите дракона, то вы освободите нас всех. Это важнее какого-то… совместного путешествия.

Чати мог просто согласиться с ней и завершить конфликт. Мог, но не стал:

— Нет, — чуть было не закричал Чати от злости. — Ни капельки не важнее. Если мы будем рассчитывать только на логику, то никогда не победим. Я это понял уже давно — время понять и всем остальным!

— Ты… ты не прав, — отрезая все надежды прошептала Астрид и ушла прочь.

Ворчун и Колотун пошли за ней следом, а Плюшкин только извинился:

— Нам очень жаль, Чати. Приятно было познакомиться.

И он тоже ушёл, оставив Чати одного. Он на миг вернулся в детство, когда он был мальчиком для насмешек в школе.

Чати вечно ходил в стороне ото всех, стараясь не попадаться никому на глаза. Когда он начал отвечать злобой на злобу, то дети от него отстали, но общаться с ним так никто и не стал. Пока к ним в класс не пришла новенькая и не подсела за парту к Чати:

— Привет, меня зовут Нора, — представилась девочка с очаровательной улыбкой.

— Чати, — сухо ответил мальчуган.

— Приятно познакомиться.

Чати уже слышал смешки за задними партами.

— Если не хочешь проблем — то лучше со мной не общаться.

— Почему же? — спросила удивлённо девочка.

— Я не пользуюсь в нашем классе популярностью.

— Тебя бьют? — с невинной улыбкой спросила девочка.

Чати озирнулся на задние парты, и увидел ехидную улыбку своего толстого одноклассника Пети, которая не значила ничего хорошего.

— Нет, но у тебя будут проблемы, если ты будешь со мной общаться.

— Я не боюсь проблем! — храбро ответила Нора.

Петя что-то прошептал, и одноклассники зло засмеялись.

— Эй, красавчик? — обернулась мигом Нора, обращаясь к Пете.

— Я? — удивился Петя, впервые слыша такое обращение в свою сторону.

— Нет, блин я столу твоему говорю! Конечно же тебе. Если хочешь пригласить меня на свидание, то тебе надо говорить это мне, а не своим "подружкам".

— Дура, что ли? — покрутил пальцем у виска Петя, с лицом краснее бурака. — Я не хотел тебя звать на свидание.

— А вот и хотел, — ответила Нора.

Они спорили так ещё долго. Прошло время, и сквозь споры и время, Нора вопреки всему изменила весь класс к лучшему. Она и Чати сблизились за время учёбы, пусть Чати и отпирался от общения с ней до последнего. На вопрос "зачем она помогала ему" она ответила:

— Кому-то нужно это было сделать.

— Но это же совсем не логично, — возмутился Чати.

Нора залилась смехом и поцеловала Чати в щёчку. Тот залился краской, а она лишь улыбнувшись ответила:

— Мама говорит, что самые нелогичные действия порой бывают самыми логичными. Просто время осознать это ещё не пришло.

Глава 18 — Последняя кружка эля

Чати нашёл Ланселота на первом этаже, когда он разговаривал с Галахадом и Персивалем, возле барной стойке. Он выглядел расслабленным и дружелюбным, но Чати был настроен на серьёзный разговор.

— Ланселот, нам нужно поговорить, — сказал Чати.

Ланселот даже не обратил на Чати внимание продолжая увлечённо о чём-то рассказывать своим собеседникам.

— Ланселот! — повторил громче Чати.

Ланселот, бывший выше Чати на полголовы вальяжно повернулся вытянув своё туловище на стойке:

— Чатлинг? А мы только-только обсуждали план, как будем заходить на королевскую битву. Я говорю, что нам стоит заходить по три человека, в то время как Галахад советует каждому заходить по одному. А вот Персиваль со своим выбором так и не определился. Видимо придётся нам устроить голосование.

— Я пришёл поговорить насчёт объединения с гномами и жрицей.

— С Астрид, Чати, — поправил рыцаря Ланселот. — Мы с Гавейном всё уже обсудили.

— Но вы не обсудили это со мной.

— А что измениться? Ты считаешь, что я не прав.

— Да я считаю, что ты не прав, — ответил Чати.

Ланселот продолжил улыбаться, хотя весёлая искорка в его глазах поугасла.

— И в чём же я не прав? — с прикрытым недовольством спросил Ланселот.

— Игроки другого класса нам могут сильно пригодиться.

— Зачем? — усмехнулся Ланселот. — Мы же и так уже объединили в себе несколько классов. Я самурай, ты у нас маг, Гавейн – шаман, Галахад – жрец, Персиваль… прости я забыл кто ты там?

— Я диверсант-сапёр, — незамедлительно ответил Персиваль.

— Видишь, Чатлинг. У нас и так бой комплект. Этого разнообразия нам хватит за глаза.

— Я говорю не только про умения, Ланселот, — ответил Чати. — Рыцари это в первую очередь про ограничения. И нам кровь из носу как надо будут…

— Чати… — с уже неприкрытым раздражением отвечал Ланселот. Видимо он тоже успел напиться, и плохо держал себя в руках. — Я понимаю, что ты влюбился. Ты парень молодой, это понятно. Мы все здесь парни молодые и все любим девочек.

Чати покраснел.

— Это здесь не причём! — чуть было не крикнул Чати.

— Как же не причём! — сказал Галахад. — Ты же не предложил какую-нибудь оркшу в команду. Может она была бы и лучше той красотки. И вообще в чём проблема? Если не нравиться, то можешь…

Ланселот дал Галахаду звучную пощёчину. Галахад опешил, а его глаза невольно заслезились. Тем не менее Ланселот был холоден.

— Не смей! Чатлинг уже один из нас, и мы его не бросим, — Ланселот дал наставления брату и переключился на Чати. — Ты… не передумаешь, насчёт Астрид?

Чати замялся перед тем, как ответить. Он хотел ответить, но уверенность и грубость Ланселота, заставила его усомниться в своём решении. Ланселот читал Чати как открытую книгу, но в конце концов Чати выдавил:

— Нет.

— Нет, не передумаешь? — уточнил Ланселот.

— Нет, не передумаю, — кивнул Чати головой.

Высший эльф устало поднял глаза к потолку и тяжело вздохнул.

—Что же с вами делать? Вы все как дети, какие-то… — опустил он голову и протянул Чати руку. — Ладно. Предлагаю тебе пари. Интересно?

Глаза Чати блеснули надеждой.

— Давай с тобой проведём дружеский спарринг на мечах, — сказал Ланселот. — Чтобы тебя не смущать сделаем это на улице. Без толпы, без свидетелей. Возьмём только Перси и Галахада. Если хочешь, можем позвать Гавейна, но пока его сыщешь, уже испытание начнётся. Правила до трёх касаний. Коснёшься мечом ты меня три раза — Астрид и братья путешествуют с нами, коснусь я тебя — мы путешествуем отдельно.

Чати почесал голову.

— Я видел как ты сражаешься Ланселот. Ты мне не по зубам, — с большой неохотой признался Чати.

— Согласен, что-что, а махать мечом я умею, — сказал Ланселот. — Однако, у меня будет обычный гоблинский скимитар, а у тебя — твой Экскалибур. По-моему сильное преимущество.

— Шансов-то у Чати всё равно немного, — вставил Персиваль. — Может разрешить ему магию?

Ланселот помахал головой.

— Ещё чего? В прошлый раз, он меня чуть не прикончил своей магией. Нет-нет-нет-нет-нет.

— Брат, — предложил Галахад. — С твоим мастерством никто не сравниться. Мне кажется будет честным, если Чати будет с тобой биться до одного касания, а ты до трёх, — тёмный эльф перевёл на Чати свои алые глаза и спросил: — ты как, не против? Вроде бы это справедливо.

Чати глубоко вздохнул, осознавая всю сложность задачи. И тем не менее лучшего шанса у него не будет.

— Я согласен, — кивнул Чати.

Ланселот поморщился.

— Ох брат, ну и подставил ты меня, — горько улыбнулся Ланселот. — Это ты мне мстишь за пощёчину? Прости, рука уже не держит.

— Так ты согласен, или нет? — спросил Чати дрожащим голосом.

После недолгих раздумий, Ланселот молча кивнул.

Рыцари вышли на улицу, где стояла глухая ночь. Фоновый шум сверчков, отгласы уже подуставшей толпы, и глухой свет от масляных фонарей резонировал с буйной жизнью внутри таверны. Ночной холод пробрал Чати до мурашек, но он даже не думал ежиться. Он посмотрел вверх, где горели две луны, и много-много звёзд. Нет, это не его родное небо. Это симуляция. Но всё же до чего она была настоящей.

Ланселот достал свой неказистый, ржавый скимитар и покрутил в руках.

«Только одно касание» — думал Чати.

Проведя пальцами от центра груди к правому плечу он пробежался пальцами своим тетрадкам, остановив взгляд на знаке вопросика. «Мамин сюрприз». Интересно, что же было внутри него? Чати не достиг даже первого испытания, как уже открыл три зуба мудрости. Нет, этот сюрприз он сохранит до конца.

Достав свой белоснежный меч, Чати подбросил его в руке, подобно Ланселоту.

«И правда ничего не весит» — подумал Чати, —«Как я этого раньше не замечал?»

— Готовы? — спросил Галахад подняв правую руку.

Ланселот разрубив перед собой воздух кивнул головой. Он был серьёзен. Чати не стал повторять за ним, чтобы совсем не лишать себя уверенности. Галахад посмотрел на него и Чати ответил ему кивком.

— В бой! — крикнул Галахад, и его эхо разлетелось по этой ночи.

Ланселот тут же сделал пару выпадов в сторону Чати, задев Экскалибур только краешком своего меча. Чати вжимался в меч слишком крепко, и манёвры Ланселота заставили его пошатнуться. Они кружили друг вокруг друга, но Чати замечал, как маломерными шагами Ланселот подступается всё ближе. Чати боялся отходить, боялся наступать, но ждать тоже было нельзя. Ланселот сделал ложный выпад и рубанул Чати в область груди, и только в последний момент Чати смог парировать удар. Но это был лишь первый удар, после чего Ланселот сделал шаг назад и тут же нанёс колющий удар в область ног. Чати решил рискнуть и пожертвовать ногами, чтобы просто коснуться своим мечом хотя бы плеча Ланселота. Острая боль пронзила икру Чати, в то время как Ланселот избежал удара Чати буквально на миллиметрах.

— Ух, еле увернулся, — усмехнулся Ланселот. — Хорошая попытка.

— Одно попадание в пользу Ланселота, — объявил Галахад.

Стук сердца Чати бил прямо в голову. Нужно было взять волнение под свой контроль.

«Всё в порядке. Он такой же человек, как и я. Он тоже ошибается. А у меня намного лучше меч» — пытался себя успокоить Чати.

В этот раз Чати сам сделал пару коротких выпадов, задевая меч Ланселота кончиком своего меча. Он старался не распределять вес на раненную ногу, но получалось это делать через раз.

«Мне один удар, ему два. Один удар. Два»

Ланселот почти не двигался с места отбивая удары Чати, в то время как Чати приходилось тратить больше сил. Чати занёс руку для рубящего удара по Ланселоту, ожидая, что тот отойдёт в бок, после чего Чати, за счёт лёгкости своего меча нанесёт удар по горизонтали. Когда Ланселот и правда отошёл вбок, Чати изменили траекторию удара, но неожиданно, Ланселот ударил своей ногой по раненной ноге Чати. Последний не успел ничего понять, как увидел Ланселота с Экскалибуром в своей руке.

— Два ноль в пользу Ланселота, — крикнул Галахад.

Ланселот держа расслаблено меч в руке Чати, присел перед ним на корточки.

— Я всю жизнь готовился к этому Рейду. Мои родители и я… мы положили все силы, чтобы пройти его. Я… благодарен тебе, Чатлинг, за всё, что ты для нас сделал.

Он поднял голову на звёзды.

— Только попав сюда, я понял, что мы попали в нечестную игру. Если бы не твой меч, то вряд ли мы прошли бы первого босса, — Ланселот протянул Чати правую руку. — Я не хочу наносить тебе последний удар.

Чати с обидой посмотрел на горящие стёкла одноэтажной старой таверны. Где-то там возможно смеялась судьба его жизни. Но он пришёл сюда за тем, чтобы избавить мир от страданий. Он понимал, что Ланселот прав.

Чати протянул руку Ланселоту, и тот мило улыбнувшись снял с него кольцо воскрешения.

—Но я должен, — сказал с печалью в глазах Ланселот и сделал резкое движение левой рукой.

Сначала Чати ничего не понял. Потом он почувствовал, что не видит больше света. Пронзающая боль, мешала его бурно пульсирующему, отчаянно требующему жизни сердцу биться. Мир стал сужаться, а в ушах он слышал лишь тихий звон.

Конец второго акта.

Глава 19 — Маленькая большая ложь

Половина посетителей таверны уже до смерти устала: всевозможные конкурсы, танцы и бесконечный алкоголь выбили из игроков все силы. И всё же некоторые ещё держались.

Славный рыцарь Тристан держал на своих ногах четырёх эльфиек: высшую, две тёмных и лесную. Они примостились на его теле кто как смог. Две девушки повисли на его сильных руках, одна держалась за его плечи со спины, словно рюкзак. Последняя закрепилась с другой стороны, прижавшись своей пышной грудью прямо к его лицу. Правда, вместо какой бы то ни было радости, в данный момент Тристану это только мешало дышать. Его ноги уже забились до предела, а он сам балансировал на грани. Соревновался Тристан с большим человеко-котом, орком и широким гномом, для которого эта игра всё ещё казалась забавой. За счёт низкого роста и широкого телосложения, он стоял неподвижно, держа на себе взобравшихся девушек, словно статуя голубей, а зрители с трибун подначивали и поили его пивом прямо с рук.

— 5 минута пошла. Девочки, залезаем, — крикнули в толпе.

Тонкие эльфийки вырвались из толпы и стали забираться на игроков. Тристан надеялся кое-как устоять на ногах, но когда его потянули со спины, он звучно рухнул вместе с девчонками. Толпа взорвалась хохотом, пусть уже и не самым свежим.

— Никто не ушибся? — спрашивал Тристан своих напарниц оглядываясь, но они куда-то все пропали. Вместо них он увидел на земле человеко-кота, который лежал с ним на полу.— А куда девочки делись?

— Это были NPC... — процедил усталый кот.

Кот как упал, так и продолжил лежать, распластавшись на полу. Тристан не стал дожидаться конца конкурса — ему было достаточно того факта, что он проиграл, а остальное ему было не интересно. Перепрыгнув через ограждения из столов, он встретил Ламорака. Тот лишь ехидно улыбался, встречая своего друга:

— Почти, Тристан. Если бы не эта табуретка вместо человека, то может бы ты и победил, — кивнул он в сторону гнома, непоколебимо держащего на себе уже пять эльфиек. — Хотя тут ещё орк затесался... в общем безнадёжная затея, но ты старался. Пойдём, нас зовёт Ланселот.

Тристан чуть не сплюнул при упоминании эльфа на пол, но снизу кто-то был.

— Ну и пусть себе зовёт, — сказал Тристан, проглатывая слюну. — Он мне что, начальник, чтобы мы бежали по его капризам?

— Там что-то срочное, — в полуулыбке ответил Ламорак.

Друзья посмотрели друг на друга прищурившись.

— Не дай бог пошутишь про это, — ухмыльнулся Тристан, ожидая некоего подвоха.

— Про что? — невинно спросил Ламорак.

— Про это.

Ламорак с игривой опаской посмотрел на лицо Тристана, так и не решившись что-то сказать. Тристан ещё сильнее прищурил взгляд, уловив настроение своего друга:

— Хотел же пошутить, да? Только что?

Ламорак лишь нахмурился и отвернулся:

— Да не-е-е… Когда ты ожидаешь — неинтересно. Пойдём уже.

Тристан самодовольно улыбнувшись тому, что не подставился под прикол, пошёл вслед за другом. Подойдя к круглому столу, за столом уже сидели все двенадцать рыцарей. Двенадцать друзей.

— Ламорак, а ты Чати не нашёл? — оглянулся Гавейн, приподнявшись со стула.

— Чати мы не звали, Гавейн, — положив руки на стол, вставал с места Ланселот.

— Это ещё почему? — удивился орк.

— Я хотел бы поговорить своими и только, — сказал Ланселот.

Гавейн лишь добродушно засмеялся:

— Вот ты зацепился за наше предложение объединиться с другой группой...

— Мы пришли сюда не для того, чтобы дружить, Гавейн, — начал поучать Галахад. — С самого начала, мы договорились путешествовать своей дюжиной и только. Каждый лишний человек несёт нам смертельную опасность.

Тристан на это усмехнулся:

— А ты несёшь чушь. На кой тогда мы с собой взяли этого паренька-фаворита? Если бы не он с тетрадкой, то ты бы уже разгружал очередной фургон с боксами, который тебе назначила GoodJopa.

— Мы бы справились и без него, — неслышно высказался Персиваль, но чуткий слух Тристана всё уловил.

— Ты бы хоть жопу справился сам подтирать… — усмехнулся Тристан.

За столом раздались смешки рыцарей. Персиваль не остался в стороне и посмеялся над собой со всеми. Но смеялись не все.

— К чему вы ведёте? — спросил нахмуренный Гавейн, обращаясь к братьям эльфам и поглядывая на Персиваля, — вы двое... трое...

Тристан заметил, как Ланселот не может усидеться на месте. Эльф нервно постукивал пальцами по стулу, непривычно смотрел исподлобья, а его грудь, то и дело нервно повздрагивала. Не часто он видел своего друга таким обеспокоенным.

— Я хочу провести голосование, — начал почти неслышно эльф, но потом собравшись поднял свою голову и договорил, твёрдо и чётко: — по поводу исключения Чатлинга из нашего рыцарского круга.

Гарет, Гохерис, Гавейн и Мордред одновременно встали со своих стульев.

— Это немыслимо! — крикнул Гохерис.

— Что ты себе позволяешь! Если бы не он, мы бы все умерли! — прорычал Гарет.

— Мы не можем позволить себе потерять его тетрадь! — крикнул Мордред, и своими словами обратил на себя злобный взгляд Гавейна.

Гавейн, дышал громко и тяжело, осматривая глазами своих лица друзей, так ничего и не сказав. Он остановил свой взгляд на Ланселоте, смотря на эльфа сверху вниз, пока последний смотрел глухо в какую-то точку на стене. Взгляды всех рыцарей за столом устремились к нему, и когда смех поутих, за столом рыцарей нависла ожидающая тишина.

— Мальчик встретил девочку и решил, что отношения для него стали намного важнее, чем победа в Рейде, — говорил Ланселот. — У нас случилась размолвка, в которой я... пытался образумить его и донести до него мысль, что мы в этой игре только ради победы. Что только своим рыцарским кругом, мы сможем победить в этой игре... Но, видимо, алкоголь вскружил Чати голову и он послал меня. Грубо послал. Сказал мол, что у него есть тетрадь и он прекрасно справится без нас. Сказал, что ему будет достаточно алхимика, жреца и там ещё кого-то.

— Парня нельзя отпускать, — вставил Агравейн, сжав руки возле своего рта. — У него в руках мощнейшее оружие и я говорю не про меч.

— Если ты об этом...

Ланселот выложил две тетради на стол.

— В одной зашифрованная информация, в другой ключ к шифрам, — пояснил Ланселот.

— Откуда ты их достал? — глухим голосом спросил Гавейн. Орк выглядел совсем поникшим.

Эльф взглянул орку прямо в глаза.

— Парень проиграл их мне в казино, — ответил Ланселот. — Если говорить откровенно, то он проиграл мне и меч, но я решил пожалеть его и оставил ему хотя бы его.

— С какой стати парню играть с тобой в казино? — спросил Тристан. — Что у тебя было такого...

— Он хотел выпендриться перед своей девчонкой. Астрид, или как там её? — нахмурил брови Галахад. — Я там же сидел, и советовал парню остановиться и подумать. Но брат... брат сказал, что это шанс забрать то, что поможет нам победить в Рейде. И я замолчал, и дал парню проиграть.

— Ох уж этот алкоголь... — произнёс Персиваль.

Мордред хитро прищурившись посмотрел в глаза Ланселоту.

— Неожиданно умный для тебя шаг, — отметил Мордред и откинулся на спинку стула, поставив ноги на стол. — Наличие у нас тетради, меняет многое.

— Это меняет всё, — взял слово Галахад. — Парень пусть и отличается умом, но ему совершенно было наплевать на нас. Он променял нашу дружбу на юбку.

— Это неправда, — Гавейн говорил будто с самим собой.

— Как это неправда? — возмутился Ламорак. — Ты пропадал с ним весь вечер совершенно забыв о своих друзьях и братьях. Может вы решили объединиться отдельно от нас?

— Закрыл бы ты свой рот, — бросил Агравейн.

— А то что? — ухмыльнулся Ламорак.

— Ну хватит... — пробурчал пьяный Кей Агравейну, взяв его за плечо.

Агравейн раздражённо вырвал плечо из руки, но так и ничего и не сказал.

— Агравейн, — сказал Галахад. — ты как-то говорил, что Чатлинг за нашими спинами пытался объединиться с тобой и Мордредом. Это правда?

Агравейн нахмурил брови.

— Я решил не подставлять пацана, перед всеми. Так, чисто припугнуть для виду, что у нас так не делается... — он посмотрел на своего опустошённого брата Гавейна и продолжил холодно рассказывать: — Чати подошёл ко мне лично. Сказал, что хочет влиться в какую-нибудь команду. Я ему ответил, что мы уже давно поделились между собой и дружим с самого детства. Он начал предлагать мне подарки, сказал, что он имеет деньги и в реальной жизни, и объединись я с ним, мы бы разбогатели.

— А казался вполне нормальным, — тихо проговорил ящер Бедивер и сделал своё предположение. — Может он и правда просто перепил?

Агравейн лишь приподнял брови.

— А ты ответил ему отказом? — с усмешкой спросил Тристан Агравейна: — потому что зная тебя, ты мог и согласиться.

Агравейн лишь косо посмотрел на Тристана и горько усмехнулся.

— Ты зря смеёшься, — ответил Тристану, вместо Агравейна, гном Кей. — Ты же видел какой он нелюдимый. Если бы не Гавейн, то он и не заговорил бы с нами. Ясно дело парню захотелось влиться в коллектив. Вот только вместо того, чтобы дружить, он начал строить шашни. А шашни с нами тут и не прокатили.

Тристану нечего было ответить и он лишь безразлично кивнул.

— Вот интересно, Гавейн, а тебе он не предлагал объединиться? — спросил с насмешкой Мордред.

Гавейн сжав зубы промолчал, говоря своим одутловатым видом за себя.

— Голосование, — крикнул Ланселот. — Кто за то, чтобы оставить Чати вне нашей компании?

— Хотелось бы услышать самого Чати, — прошипел Бедивер. — Интересно, что он скажет?

— Вот именно! — поддакнул Гарет.

— Дела нашего круглого стола, мы можем решить и без него, — сказал Мордред. — В конце концов, у нас его тетради, а без них он не так-то нам и нужен.

— А у кого они будут эти тетради? — спросил Тристан.

— У нас, — ответил Ланселот.

— У кого у нас...

Рыцари переглянулись с недоверием друг к другу.

— Может у меня? — спросил Мордред. — Я здесь самый умный, и лучше всего решу, как с ней распорядиться.

— Ты скорее самый скользкий, — объявил Тристан. — Я скорее бы доверился гоблину, чем тебе.

— Не так-то важно у кого будет эта тетрадь, — спросил Персиваль. — Так же?

Рыцари нерешительно посматривали друг на друга.

— Неужели мы будем ссориться из-за долбанной тетради? — поднял брови Тристан, спрашивая у друзей за столом. — Неужели мы не можем как-то с этим разобраться по-другому?

Галахад резко встал и схватил тетрадь в свои руки.

— 48 страниц... а нас 12...

Мордред вытянулся к эльфу:

— Что ты соби...

Полурослик не успел договорить, как тёмный эльф звучно с хрустом разорвал тетрадь пополам, роняя металлические скобы на пол, после чего отсчитал по 4 страницы и положил перед каждым на стол. Рыцари, невольно присмотрелись к листикам, всматриваясь в зашифрованные послания. Тристан мельком глянул в листики. Поняв, что всё равно ничего не поймёт, спрятал в свой инвентарь. Гавейн был единственным, кто даже не тронул листики.

— А что мы будем делать с тетрадью-расшифровкой? — спросил Ламорак рассматривая свои листы.

Ланселот осмотрел рыцарей и остановил свой взгляд на ящере.

— Бедивер. Пусть она будет у тебя.

— В команде у Мордреда? — возмутился Гохерис.

— Мы доверяем друг другу, разве нет? — спросил Ланселот.

— Бедиверу я доверяю, — одобрительно кивнул Тристан.

Гавейн смотрел на своих друзей с неприкрытым разочарованием.

— А как же голосование? — спросил Гавейн. — Вы поделили тетрадь, даже не вынеся приговор...

— Парень проиграл свою тетрадь, брат, — со странной доброй улыбкой, сказал Агравейн. — Тетрадь теперь наша.

— Но он же пока среди нас! — крикнул в гневе Гавейн.

— Боже, неужели это действительно необходимо? — устало спросил Ламорак. — Я думаю мы и так уже всё решили.

Тристан хлопнул по столу:

— Так давайте вместе и решим!

— Но мы же так его и не выслушали? — пытался сказать Гохерис.

— Всем уже всё равно, что он пытался сказать, — ответил Агравейн, вжав пальцы в свои листки. — И так всё понятно.

Тристан красноречиво покачал головой, давая понять всем, что голосование всё-таки провести стоит.

— Поднимите руки, кто считает, что Чатлинг должен покинуть наш рыцарский стан? — с излишним официозом спросил Ланселот.

Он сам, Галахад, Персиваль, Ламорак, Агравейн, Мордред и Кей подняли руки. Тристан метался поднимая свою:

— Я... я пока не уверен, — ответил он, наконец опустив её. — Мы даже не услышали, что скажет парень...

— Это всё равно уже ничего не решит, — усмехнулся Персиваль, поправляя свои красивые кудрявые волосы.

За глаз Тристана зацепилась одна маленькая блестящая деталь на руке Персиваля.

— А ты разве не терял своё кольцо? — спросил Тристан, не сильно задумываясь о том, откуда Персиваль его достал.

Персиваль резко дёрнул руку вниз и спрятал.

— Я-я... выиграл...

Таверна вдруг зашумела и раздались крики. Люди в панике повставали со своих мест, в то время как какая-то девчушка пробегала мимо рыцарского стола. Тристан схватил её за руку и увидел стеклянные от страха глаза:

— Что случилось? — спросил он.

— Т-т-там труп на улице, — ответила девушка.

Глава 20.1 — Артуриана

Дождь никак не помешал зевакам высунуться на улицу. Музыка на первых этажах таверны сменилась на шёпот с разных сторон. То и дело люди из толпы выглядывали чтобы увидеть, ради чего все собрались. Тело вытащили из густых кустов шиповника возле конюшни. Нашла его парочка, которая хотела уединиться этой ночью, перед испытанием. Они бы никого и не заметили, если бы парень не споткнулся в процессе и не свалился в кусты. Крик был такой, что люди собрались моментально.

Гавейн шёл впереди всех, грубо расталкивая перед собой толпу. Вслед за ним шли Гарет, Гохерис, Агравейн, а за ними уже шёл и Тристан, который не очень-то и хотел оглядываться.

Труп лежал аккуратно на мягкой земле, посреди вытоптанной тропы, со скрещёнными руками на груди, подобно тому, как человек лежит в гробу. Скорее всего его так положили те игроки, которые нашли его уже мёртвым. Игроки, которые только-только столкнулись с первой смертью в Рейде и не знали, как с ней поступать.

Рыцари протиснулись через толпу, и оттеснили собой лишних игроков, образовав небольшой круг возле тела. Гавейн спустился на колено и поправил мертвецу волосы на голове. Проведя рукой по земле, он взял в кулак песок и сжал его так сильно, что пальцы захрустели, а песчинки впивались ему в ладонь.

— Ланселот… — с неприкрытой злобой, сквозь зубы диким зверем прорычал Гавейн.

Высшего эльфа видно не было.

— Паскудная ситуация, — тихо прохрипел Кей.

— Ситуация? — возмутился Гохерис. — Парень мёртв!

— Может он решил покончить с собой? — предположил Мордред. — Обиделся на всех, что он стал таким же, что и остальные? Без тетрадей и своих фокусов…

— Непохоже… меч-то у него оставался, — заметил Тристан.

— Может он и его проиграл? — усмехнулся Мордред.

Тристан, отбросив все приличия, опустился на колено перед трупом. Потянув указательным пальцем за руки мертвеца, он положил их на пояс, обнажив под ними бурое засохшее пятно на белой рубашке. Молча посмотрев на своих собратьев, Тристан уловил горький смешок Мордреда, дающий понять, что даже для него версия с проигрышем стала чересчур глупой. Рыцари обернулись, устремив свой взгляд к только что пришедшему высшему эльфу, стоящему от трупа дальше всех. По обе стороны от него расположились пустолицые Галахад и Персиваль.

— Вот откуда у тебя это кольцо, Персиваль, — издевательски усмехнулся Тристан и посмотрел на Галахада. — Два эльфа с кучерявым жополизом объединились, чтобы грабануть пацана и раздербанить его приколы между друзьями. Я всё правильно понял?

— Ты тоже кучерявый, — потупился Персиваль.

Тристан лишь поднял брови и усмехнулся:

— Но я не жополиз, Перси.

Гарет молча достал из своего арсенала топор и ринулся в атаку на Ланселота. Ланселот не замедлил достать из своего инвентаря гоблинский меч, раздался лязг металла и эльф отразил атаку орка, отпихнув его от себя на расстояние пяти шагов. Толпа игроков вокруг тут же отступила назад, образовав вокруг рыцарей расширенную арену из наблюдателей. Орк, едва не упав наземь, уже собирался с силами, что повторно напасть, но Ланселот тут же вонзил свой клинок в землю и поднял руки вверх:

— Я не хочу драться! Мы приняли решение, друзья! Решение, которое мы приняли большинством!

— Решение, которое ты всунул нам как обман! — рявкнул Гарет.

— Я сделал это только ради вас — моих друзей! — кричал Ланселот, поглядывая на толпу игроков позади себя. — Я всего лишь хочу пройти этот Рейд и освободить всех нас от цифрового рабства! Хочу исполнить нашу мечту, а для этого нам нужно быть сильными и сплочёнными. И если это значит, что мы должны принести в жертву одного лишь пацана... — он повернулся к толпе, и ударил себя звучно в грудь, — то я готов сделать это снова!

— Это не твоя жертва, — сказал глухо Гавейн, но не услышав ничего в ответ закричал. — Ты пожертвовал другим человеком!

— Я пожертвовал чужаком! — Ланселот пытался перекричать орка, но тщетно.

— Ты убил парня, которого сам же принял в нашу команду! — голубые глаза Гавейна заслезились от крика.

Ланселот лишь раздражённо закатил глаза на истерику орка:

— Этот парень просто разваливал нас изнутри. Неужели ты такой тупой, что не замечал этого?

— Как!? — рявкнул Гавейн, хватаясь за голову от недоумения. — Просто как он нас разваливал!?

— Да он тебя как придурка последнего держал. Вы ходили вместе, а он за твоей спиной пытался взять в команду твоего же брата! Скрысить, проще говоря!

— А ты откуда это знаешь?! — цокнул языком Тристан. — Из слов Агравейна?

— Тристан... не сейчас, — попытался усмирить буйного рыцаря Ланселот, указав ему пальцем замолчать. Но для Тристана это послужило лишь топкой для костра. Тристан встал на ноги и вальяжно расставил руки в стороны, корча лицо в натужной усмешке:

— Агравейн и мне предлагал союз. Он вообще мне говорил, что хочет уйти от опеки своего брата. И что, мы теперь на его слова мы будем полагаться? Как бы вы зря на парня ни наговаривали! Хотя, что он теперь услышит… — после слов Тристана, взгляды рыцарей постепенно переметнулись на Агравейна.

Брюнет с зализанными волосами сделал шаг назад, подходя ближе к низкорослым Мордреду и Кею.

— Ты нам врал? — спросил потрясённый Гохерис.

Агравейн виновато улыбнулся.

— Я люблю вас, братья, правда… однако Рейд проходит только один раз в жизни. И я хотел бы в нём победить, — Агравейн закончил бы свой разговор на этом моменте, но молчание рыцарей и их нахмуренные взгляды слишком давили на него. — Мне кажется... нам стоит отпустить данную ситуацию и постараться забыть о данном инциденте, как о глупой ошибке.

— Хорошая идея, — вставил Тристан и щёлкнул пальцами два раза. — Перси, доставай кольцо — пора воскрешать парня и извиняться.

— Воскрешать парня? — чуть не задохнулся Галахад от возмущения. — Он сам виноват в своей смерти! Он вызвал Ланселота на дуэль, надеясь взять к нам в команду какую-то девчонку с гномами. И проиграл! Он честно сражался и честно проиграл. Зачем нам его воскрешать?

— Насчёт честно, я могу поспорить, — усмехнулся Мордред.

— Я хочу, наконец, спросить самого парня. А то вокруг него столько разговоров... а ему и ответить нечего, — сказал Тристан с горькой усмешкой.

— Ой да ладно... что сделано, того не вернёшь, — сказал Мордред. — Оставь труп в покое, Тристан. Если парень воскреснет, то он потребует своё обратно. А когда он своё не получит, то ему всё равно придётся снова умереть.

— А кто сказал, что своё он не получит? — спросил не то с удивлением, не то с угрозой Тристан.

Рыцари молча переглянулись друг с другом. Гавейн и Тристан стояли возле Чати, Гохерис и Бедивер стояли неподалёку. Ланселот, Галахад и Персиваль стояли в другой стороне, а среди них незаметно затесался и Ламорак, молча поддакивающий при каждом слове с их стороны. Гарет гневно крутил свой топор в руках, явно настраиваясь на битву. А Агравейн стоял в окружении Мордреда и Кея. Все рыцари держали руку возле своего сердца, готовые в любой момент открыть свой инвентарь. Тристан был единственным, кто держался не напряжённо.

— Значит ли это, что годы нашей дружбы подошли к концу? — риторически спросил Тристан, оглядываясь по кругу на своих друзей. Не услышав ответа, он открыл свой инвентарь и достал меч, со словами: — А жаль. Мы ведь так дружили…

В ту же секунду, как Тристан достал меч, рыцари тут же подоставали своё оружие из инвентаря. Но никто не направил клинки друг на друга — все только готовились к ответу на нападение. Ланселот увидев это пнул свой воткнутый в землю меч ногой, уронив его плашмя и вышел вперёд:

— Я не хочу драться. Я разделил тетрадь между нами всеми, потому что я люблю вас и верю, что вы примете правильное решение.

— Правильное решение!? — рявкнул Гавейн и достав из инвентаря листы тетради, метнул в сторону Ланселота. — Вот правильное решение. Я доверял вам… думал мы друзья… думал у нас тайн нет друг от друга…

Рыцари замолчали, и только лишь Агравейн истерически засмеялся, обратив на себя внимание толпы.

— Просто иногда, Гавейн… — сцепил зубы в злости Агравейн. Его голос нервно дрожал — …людям приходится принимать трудные решения. Этот мир никогда не был к нам добр, и нам приходиться выгрызать себе путь самим. А что ты? Только появился незнакомец на горизонте и ты начал носиться с ним повсюду. А как же мы — твои братья? Ты говоришь, что семья самое главное…

— Я до сих пор ставлю семью на первое место… — Гавейн оставался невозмутимым.

—… а сам делаешь всё, чтобы не пересекаться с нами. — цедил Агравейн. — Ты делаешь так всегда, всю свою жизнь и вечно находишь самые удобные оправдания, просто для того, чтобы мы не мешали тебе жить. Ты не желаешь признавать, что на самом деле, ты просто уже устал от своей семьи. Мы лежим на твоей шее, как бремя, которое висит на тебе с детства. Ты должен поблагодарить меня за то, что я…

— Агравейн, хватит — попытался успокоить Гохерис.

— Нихрена не хватит! — крикнул черноволосый брюнет. — Может там, в жизни, мы и вправду братья… друзья… но здесь… здесь всё изменилось…

В кругу рыцарей снова повисла мёртвая тишина. Даже люди вокруг боялись пискнуть в этой гнетущей обстановке.

— Персиваль, — сказал вполголоса Тристан, протягивая в его сторону руку. — Последний шанс прекратить этот спор. Дай сюда кольцо пацана.

Персиваль медленно вышел вперёд и молча, посмотрев поочерёдно в глаза Гавейну и Тристану, поднял листы, брошенные орком. После чего он повернулся спиной и ушёл в сторону Ланселота. Тристан лишь горько засмеялся, вытерев наступающую слезу. Бедивер, стоявший до сих пор молчаливым слушателем ,подвёл под этой картиной горький итог.

— Вот она… рыцарская честь…

Клинки, булавы, молоты и другое оружие в руках рыцарей поднялись своими атакующими частями вверх. Рыцари уже приняли тот факт, что драка будет неизбежной и только ждали той спички, что подожжёт фитиль их дружбы. Гарет ловко подбросил свой топор в руке и, скорчив яростную гримасу постарался злобно улыбнуться.

— Значит… война.

Глава 20.2 — Артуриана

Гарет схватился покрепче за свой топор и ринулся в атаку на Ланселота. Эльф не стал поднимать свой гоблинский скимитар, и свайпнув рукой от груди к правому плечу, мгновенно достал из инвентаря Экскалибур. Сделал он это так быстро, что без труда смог отбить удар Гарета, выведя его из равновесия.

— Не дайте им оживить Чатлинга! — скомандовал Ланселот своим сторонникам.

Галахад кивнул и поднял свою булаву двумя руками, приложил свой лоб к её рукояти и громко вознёс молитву:

— Именем Автора, дай мне свет, который расчистит тьму в сердцах моих врагов!

Его ржавая булава засияла солнечным светом. Ослепляя своим орудием как друзей, так и (уже) врагов, Галахад кинулся в атаку на Гавейна и Тристана, что были возле Чатлинга. Ламорак последовал за ним, в то время как Персиваль только доставал из инвентаря свой лук, полученный в награду за выполнение первого квеста.

У Гарета не было возможности увидеть сражение своих друзей. Ланселот в танцующей форме ринулся на него в атаку. Защищаясь от быстрых ударов Ланселота и не успевая отвечать, Гарет отступал всё глубже в толпу, шаг за шагом, отделяясь от остальных рыцарей. Толпа расступалась, а некоторые и вовсе убежали обратно в таверну. Ланселот своими стремительными атаками выбивал из Гарета всю выносливость, заставляя его отбивать удары в тех местах, где ему защищать сложнее всего. Из-за отсутствующего веса меча, Ланселоту не составляло труда делать ложные замахи, заставляя Гарета зазря перемещать свой тяжёлый топор.

Несмотря на свою злобу и ярость, Гарет понимал, что против Ланселота у него нет ни единого шанса на победу. И всё же, за чередой атак высшего эльфа он нашёл свой момент применить навык варвара. Ланселот настолько увлёкся атаками, что решил перебросить свой лёгкий меч в другую руку, прекрасно понимая, что Гарет не сможет его перехватить. Однако Гарету это не требовалось. Этой секунды ему хватило, чтобы перенести весь свой вес на левую ногу и сильно топнуть ногой.

#######

Результат Проверки Силы: 12 + 2(сила) = 14

Необходимое значение для выполнения 12.

Успех.

#######

Земля дрогнула с такой силой, что люди, не принимавшие участия в драке, попадали с ног. Поднялся крик и зеваки, толкаясь друг с другом, убежали обратно в таверну. Кроме рыцарей вне таверны никого и не осталось.

Под ногами вместо ровной и вытоптанной земли, лежали лишь зыбкие куски вырванного дёрна, на котором невозможно стоять ровно. Ланселот, не удержавшись от землетрясения на ногах, упал, выронив свой Экскалибур в землю. Гарет, едва удержавшись на ногах от своего же удара, понимал, что лучшего момента победить у него не будет. Он тут же занёс топор высоко над своей головой и уже был готов обрушить весь его вес на тело ошарашенного Ланселота, но нежданный глухой удар в спину заставил его самого упасть на Ланселота, попутно выронив свой топор таким образом, что он сам же получил обухом по голове. На миг в его глазах потемнело, а тело ослабло.

Эльф попытался ногами оттолкнуть орка от себя, шаря рукой по земле, в поисках своего меча. Но уже восстановленный от шока орк, схватил его за рубашку, и врезал голой рукой что было мочи по его лицу. Рот эльфа заполнила кровь, которую он сплюнул орку в лицо. Второй глухой удар пришёлся орку прямо в бок, сломав ему рёбра. Он же оттолкнул Гарета в сторону от Ланселота.

Невзирая на боль в сломанных рёбрах, Гарет нашёл в себе силы встать. Как он и думал, глухие удары ему своим молотом наносил гном Кей. Ланселот отползал от орка ближе к гному. Между ними было расстояние в десять шагов. Ни топора, ни Экскалибура в этой разбитой земле видно не было.

— Я думал у нас будет честная драка! — зарычал Гарет. — Ты же говорил, что ты самый сильный! Славился своим мастерством, Ланселот! А по сути сам ничего сделать не можешь!

Эльф судорожно искал в земле выпавший меч. Гном тем временем пытался успокоить орка:

— Нам вообще не обязательно биться, Гарет! Мы всё ещё можем продолжить дружить! Это же только начало приключения, ты только представь: девушки-эльфийки, море пива без похмелья, приключения и драки в кругу друзей, — смаковал каждое слово гном. — Всё это было у нас. И будет!

Гарет нахмурился.

— А мне сидеть и ждать, когда вы решите кто ещё вам будет мешать?! — крикнул Гарет. — И когда вы решите, что я вам больше не нужен... убьёте и меня? Интересно, когда в этой очереди подступит твоя, Кей.

Гном цокнул языком.

— Ты путаешь причины, Гарет! Парень пусть и был полезен нам, но не был проверен временем, — гном положил руку к сердцу. — В отличие от нас! Сколько мы уже дружим? Лет двенадцать?

Ланселот, наконец, достал свой меч и выбрался из разбитого дёрна. Всё ещё безоружный Гарет, только сейчас понял, что гном заговаривал ему зубы.

— Какой же ты урод, Кей, —Гарет сплюнул свою кровь.

Гном улыбнулся и виновато раскинул руки.

— А кто виноват, что ты туп, как собака?

— Гарет, нам не обязательно сражаться, — сказал Ланселот, наставив на орка свой меч.

— А если по-другому никак? Тот человек, с которым я дружил в детстве, никогда бы не убил бы человека, слабее себя, — крикнул Гарет. — Ты же был нашим защитником в школе!

— Я и защищаю нас, если ты не понял! —крикнул Ланселот.

— Только себя ты и защищаешь, — усмехнулся Тристан, появившийся словно ниоткуда. Он встал позади гнома и высшего эльфа, всунул меч в землю и скрестил ноги, опираясь локтем на его рукоять. В этой развальной позе, он продолжил: — тебе просто нравится быть самым главным. Самым важным, самым сильным — самым «самым»...

— Тристан? — повернулся Ланселот назад, наставив на него меч. — А тебе-то зачем это всё?

— Да как-то тошно оставаться в стороне, когда ты почём зря убиваешь людей, которые ничего плохого нам не сделали. Да ещё и мечи их незаслуженно к рукам прибираешь...

Эльф поджал нос, словно ему плюнули в лицо.

— Ты же сам слышал, что он думает про искусственный интеллект, — сказал Ланселот. — Ты и правда хочешь сражаться с ИИ рядом с ним?!

— Но это же не повод его убивать…

— А кто тебе говорит о том, что это убийство! Это игра... а я просто выкинул его из игры, чтобы мы стали сильнее! Чтобы мы победили...

Тристан поморщился, не зная, что ответить.

— Я делаю всё, ради друзей. То же касается и тебя, — повернувшись вполоборота к Гарету, Ланселот обращался одновременно к обоим. — Нам не нужно сражаться!

Тристан отпихнулся от клинка и поднялся на ноги. Выхватив клинок из земли, он направил его на высшего эльфа.

— Вот тут... ты и ошибаешься, мой друг. Нам определённо стоит сражаться!

Эльф поднял глаза к небу, покачав сам себе головой.

— Прости, Тристан. Я иногда забываю, какой ты идиот.

Кей сморщил лицо в гримасе:

— Ой парни, да ладно… Я только понадеялся на мирное решение.

— Мирного решения не будет! — усмехнулся Гарет, найдя в грязи свой топор. — И да, Ланселот — нас таких идиотов ещё много!

Глава 20.3 — Артуриана

Тем временем, пока Гарет бился с Ланселотом, Гавейн вместе с Тристаном были атакованы Галахадом, Ламораком и Персивалем....

Последний, сразу же после объявления войны, достал свой гоблинский лук и выпустил со своего расстояния в рыцарей три стрелы. Тристану и Гавейну пришлось отступить от тела Чати, чтобы не быть застреленными. Стрелы попали в землю возле головы и по бокам от тела Чати.

— Мимо, — издевательски крикнул Тристан, вовремя отбежав от тела. — Ты бы хотя бы постарался попасть в нас, Перси!

Однако Персиваль ничего не ответил и выпустил ещё две стрелы. Они приземлились у ног Гохериса и Бедивера, так и стоявших в стороне. Гавейн нахмурил брови.

— Он и не целился в нас, Тристан, — сказал Гавейн. — Он же выбрал диверсанта-сапёра... он стреляет, чтобы отогнать нас. Не удивлюсь, если наконечники стрел окажутся скрытыми минами.

Тристан лишь улыбнулся:

— Если будет нужно, мы всё равно доберёмся.

Тристан и Гавейн оказались по разные стороны трупа Чати. Галахад, с разбега замахнувшись своей ярко-светящей булавой, обрушил её ударом сверху-вниз на Гавейна. Орк успел заблокировать его своим топором, удерживая его двумя руками за рукоять и за лезвие плашмя, однако яркое свечение булавы, обжигало его пальцы. Стиснув зубы от боли, Гавейн отбросил атаку от себя, после чего сразу же залечил свои раны способностями шамана.

Ламорак же, вооружённый гоблинским мечом, и прокачавший только навыки рыцаря, нерешительно встал в боевую стойку напротив Тристана. Нерешительно озираясь, он округлил удивлённо глаза и спросил:

— Мы что и вправду будем драться?

Тристан пожал плечами:

— У тебя есть предложение получше?

— Просто отойди от трупа и присоединяйся к Ланселоту, — шепнул он Тристану так, чтобы Гавейн не услышал. — Зачем тебе всё это?

— Нееет, — протянул с усмешкой Тристан, поднимая свой меч на друга. — Так не пойдёт. Придумал бы ты что получше...

Ламорак сделал неуверенный выпад в сторону Тристана, затем другой, и с каждой атакой становился всё яростнее и увереннее. Тристану не стоило труда отбиваться от атак, и планомерно вычитывая все удары, дождался ошибки — лишнего движения в атаках Ламорака, после чего закрутил свой клинок так, что Ламорак чуть сам не отрубил себе голову, наткнувшись своей шеей на лезвие. Бурая струйка потекла по ржавому клинку. Тристан не стал его убивать, хотя мог, но меч так никуда и не убрал. Ламорак искренне удивившись, лишь усмехнулся:

— Ой, а как это получилось?

— За ногами следить надо, — ответил буйный рыцарь. — Ты и на гоблинов так напоролся?

— Ага.

Ламорак, посматривая в глаза Тристану, словно спрашивая разрешения, медленно убрал шею от его клинка и встал в изначальную стойку.

— Давай попробуем ещё раз, — предложил Ламорак.

— Хорошо. Только учти — в следующий раз я тебя убью, — сказал Тристан.

***

Позади Тристана и Гавейна развернулась другая атака, где Мордред, Кей и Агравейн направили своё оружие на Гохериса и Бедивера. Мордред, подобно Персивалю, на расстоянии прицеливался из лука, в то время как Агравейн и Кей схватились за свои молоты покрепче.

— Брат, ты и вправду пойдёшь против нас?— спросил Гохерис.

— Я не хотел бы, — сказал Агравейн, закусив губу. — Но ваше выдуманное «благородство» приведёт нас только к гибели.

Агравейн занёс булаву над собой, но неожиданно в его грудь прилетел небольшой огненный шар. Он упал на спину, судорожно туша руками свою грудь от разгоревшейся одежды. При этом он не выпустил ни одного лишнего звука. Мордред опустил лук и посмотрел на Агравейна, с удивлением.

— Ты разве выбирал мага, Гохерис? — поинтересовался Мордред.

— Я выбрал элементаля, — ответил голем. — У них смежные навыки.

— Буду знать на будущее, — сказал Мордред и спустил тетиву в голема. Стрела попала в область шеи, но оставила лишь лёгкую искру от трения камня с металлом.

— Эй! Больно же, — пожаловался голем.

— Ну прости… Сами же сказали — война!

Бедивер в отличие от многих рыцарей имел в арсенале длинное копьё, и выступал против Кея, держащего в руках большой неказистый молот. Они, то и дело оглядывались по сторонам, осматривая своих непрошенных зрителей.

— Много их тут собралось, — заметил гном. — Дождь на улице, а им хоть бы хны.

— А ты сам не хотел бы посмотреть на наши разборки со стороны? — спросил ящер, своим чарующе-спокойным голосом.

— Вот тут-то ты меня подловил, — засмеялся гном. — Я бы сейчас с радостью присел где-нибудь в сторонке и посмотрел на эту возню из окна. Жаль, что тут мои друзья конечно, но думаю представление получиться шикарное.

Они оба усмехнулись: гном заливистым смехом, ящер почти не слышным.

— Вот у меня вопрос, — Бедивер посмотрел Кею в глаза. — Как скоро вы решили отказаться от меня в команде?

— Все эти вопросы к Мордреду, — ответил пьяный гном. — Я в вашу политику не лезу.

— Но тем не менее… ты сейчас выступаешь против меня?

— Ты так на это смотришь? — удивился гном. — А я на это смотрю ровным счётом наоборот. Я думаю, что это вы решили пойти против нас из-за этого… Чати.

Они занесли оружие для удара друг по другу, но землетрясение и крики людей, со стороны драки Гарета и Ланселота, заставили рыцарей на миг остановиться. Толпа, до этого жадно наблюдавшая за происходящим, убегала обратно в таверну.

— Там происходит, что-то нехорошее! Кей, беги туда. С ящером, я и сам справлюсь, —крикнул гному Мордред.

Кей кивнул полурослику и посмотрел на Бедивера с сожалением:

— Прошу меня простить — ты сам слышал, мне нужно бежать… — и откланявшись, с молотом на перевес, он убежал в сторону землетрясения.

— Значит теперь я для тебя просто ящер? — обиженным шипением спросил Бедивер у Мордреда.

— Ну прости, Бедивер. В суматохе я иногда забываюсь, как зовут меня, — улыбнулся полурослик, натягивая стрелу на свой лук.

Ящер пригнулся с копьём и в два коротких прыжка сократил свой путь до Мордреда в два раза. Мордред натянув стрелу, выпустил её в ящера и попал ему по касательной в плечо, чем вызвал стрекочущий писк. Натягивая вторую стрелу полурослик не поспевал, и попытался убежать, но подставил под удар копья свою ягодицу.

— Ай! — схватился Мордред за свой зад. — Ты же знаешь, как я не люблю уколы…

#######

Результат Проверки Мудрости: 15 + 3(мудрость) = 18

Необходимое значение для выполнения 16.

Успех.

#######

— Скоро ты не полюбишь их ещё сильнее… — прошипел ящер, и Мордред почувствовал по своему телу жар.

— Ах ты ж… совсем забыл… про твои друидские наклонности… — полурослик, сквозь распространяющийся по телу яд, залез дрожащей рукой в свой инвентарь, и хлебнув какой-то напиток подлетел вверх на пол метра, после чего его волосы стали дыбом и он приземлился обратно на землю.

— Что это за фокусы? — поинтересовался ящер, согнувшись с копьём низко, чуть ли не до самой земли.

— Зубы мудрости, — улыбнулся Мордред и нацелил свой лук снова на ящера.

***

Землетрясение заставило пошатнуться и Галахада и Гавейна, отчего они оба упали на колено. Однако топор Гавейна весил легче булавы Галахада, и когда наступило время удара, Гавейн успел всадить острие своего топора прямо в рёбра тёмного эльфа. Эльф истошно закричал, но Гавейн знал, что это не конец. В это мгновенье, он заметил тень гнома, которая убегала в сторону его брата, Гарета. Он бы побежал за ним следом, но Галахад до этого успел ударить Гавейна булавой прямо по колену, отчего орк начал хромать, а подлечить свою рану времени не было.

Тристан, в то же время, никак не мог достать своей атакой до Ламорака. Последний не атаковал, а только лишь грамотно защищался, прекрасно понимая, что его задача не победить Тристана, а только лишь задержать. Оценив ситуацию, Гавейн крикнул своему соратнику:

— Тристан! Я думаю Гарету понадобиться помощь и очень скоро. Не мог бы ты помочь ему?

Тристан остановился и указал мечом на Ламорака:

— А как же мой друг спереди? Я боюсь оставлять его без присмотра!

— Я возьму его на себя!

— А ты вывезешь, Гавейн?— поднял бровь Ламорак с усмешкой. — Ты и против Галахада-то, еле стоишь на ногах? Неужели так соскучился по своей маме? Я тоже. Когда вернёшься из Рейда, то сможешь передать ей от меня привет!

Тристан сжал брови от испанского стыда за своего друга-врага и крикнул Гавейну:

— Надеюсь, ты не проиграешь этому клоуну. Только ты его сильно не колошмать…

— Я отправлю его домой, к своим родителям, — усмехнулся Гавейн и кивнул Тристану головой: — Иди скорее!

— Понял тебя! — сказал Тристан и взяв меч, убежал в сторону другой битвы.

Галахад тем временем, успел сам себе подлечить рану от удара Гавейна, и они с Ламораком стали обходить Гавейна с разных сторон.

— По одному, нынче атаковать уже не модно? — усмехнулся Гавейн.

— Модно. А зачем? — спросил Ламорак.

— Ты же сам решился биться с нами двумя, — круто крутил булавой Галахад. — И не стоит говорить нам, что что-то здесь нечестно.

Гавейн, державший до этого топор двумя руками, переложил его в правую руку, оставив левую свободной для манёвренности. Галахад атаковал Гавейна спереди, и тот отбив его удар, быстро развернулся, чтобы отразить удар меча Ламорака. Гавейн использовал свободную руку как балансир, чтобы быстро развернуться и не упасть.

Отходя в сторону и стараясь особо не опираться на больную ногу, он пытался свести удары противников к одной стороне, в которой он будет видеть их обоих. Ламорак прекрасно понимал намерения орка, и всеми способами, пытался зайти ему за спину. Отбив следующую серию атак с разных сторон, Гавейн совсем выбился из сил, понимая, что третью атаку он не отобьёт.

По счастью, битва Гохериса и Агравейна переместила их обоих прямо в поле его битвы. Двое против троих, для Гавейна было куда предпочтительнее битвы одного против двух.

— Гавейн, тебе бы пора уже сдаться. Такому слабаку не место в этой игре, — крикнул Ламорак.

— Так напади на меня без помощи!— ответил ему Гавейн.

— Сказать тебе как я напал твою маму, Гавейн? — усмехнулся Ламорак.

Гавейн старался быть холодным к провокациям, и выжидал время для контратаки.

— Она лежала в ванной, вся такая мокрая, когда я пришёл к ней домой…

Галахад хотел кинуться на Ламорака тот час, лишь бы он не договорил, однако Гавейн остановил его рукой.

— Он специально пытается вывести нас из себя. Не слушай…

Ламорак в то время, совсем увлёкся фантазиями:

— И когда она вышла из ванной, то сама подозвала меня. Своим пухлым пальчиком, которым пекла вам пирожки, — Ламорак сделал ложный шаг вперёд, чтобы спровоцировать атаку. Но Гавейн всё ещё оставался холоден, — и тогда я не удержался и взял её прямо на вашем кухонном столе…

Видимо Ламорак не заметил, что позади него, в рядах его союзников стоял никто иной как Агравейн, родной брат Гавейна, Гохериса и Гарета. Агравейн, незаметно подойдя к Ламораку со спины лёгенько толкнул его в сторону Гавейна, заставив его напасть на орка в худшем положении. Ламорак только попытался выставить правильно меч, но Гавейн накопив всю свою ярость обрушил топор прямо Ламораку в голову. Лишь счастливая случайность того, что Галахад едва не задел Гавейна во время своей атаки на Гохериса, заставила траекторию топора разрубить не голову Ламорака, а всего лишь плечо, отрубив тому руку, вместе с клинком.

Гохерис, тем временем, разменявшись ударами с тёмным эльфом отступил шаг назад и выпустил огненный шар в живот несчастного Ламорака, и без того вопящего от боли. Однако удар булавы Гохериса, прошёл по голему и отколол солидную часть от живота каменного силуэта. Ламорак завизжал от боли, упал на землю и в слезах, пытался потушить свой воспламенившийся живот единственной уцелевшей рукой. Безуспешно. Он рвал глотку от боли, и кричал до того страшно, что со стороны наблюдателей из таверны кто-то заплакал. Ему на подмогу пришёл Агравейн, который своей ногой начал сбивать пламя на его животе.

— Нет… прошу… руками, — внезапно замолил его Ламорак.

— В чём дело, Ламорак? Тебе не нравиться? Это же всего лишь игра… Всего лишь шутки… — издевательски язвил брюнет, после чего лишь злобно усмехнулся.

Ламорак раскрыл кровавый рот от боли и попытался ударить кулаком по ноге наступившей на его живот, но удар получился таким слабым, что остался незаметным. Агравейн поднял меч из отрубленной руки Ламорака, и напоследок, плюнув ему прямо в лицо ударил его мечом в живот. Ламорак, выдохнув в свой последний раз, наконец успокоился. Никто не сказал ни слова, когда он умер. Галахад с опаской посмотрел на Агравейна, на что последний лишь безразлично посмотрел в глаза тёмному эльфу.

— У нас с тобой всё нормально? — спросил Агравейн у Галахада.

Тёмный эльф ответил Агравейну кивком, обозначая, что не держит зла. Гавейн смотрел на безжизненное тело своего соперника, с сожалением. Они дружили когда-то в детстве. Их можно даже было назвать лучшими друзьями. Родители Ламорака были богатыми, и Гавейн видел лучшую жизнь, пусть и мельком. Ламорак никогда не был жадным.

А потом… Гавейн увёл девушку у Ламорака. Это произошло не специально, но Гавейн мог поступить иначе. Мог, но не стал. Ламорак даже и не хотел прощать Гавейна. Он месяц не появлялся в общей компании, а когда всё-таки появился, то говорил про Гавейна лишь нелицеприятные вещи.

В жизни его звали Шоном, но да какая теперь разница…

Кольцо воскрешения Ламорак потратил ещё на первом квесте.

Глава 20.4 — Артуриана

Битва на другом поле боя разделилась на две пары: Тристан против Ланселота, и Гарет против Кея. Во дворе таверны больше не было ни души, кроме рыцарей. Все зеваки, если и хотели посмотреть на бой, то сделать это могли только из дверей таверны. Битва Тристана и Ланселота происходила за одним углом таверны, возле запустелого ристалища за котором шли деревянные жилые дома; битва Кея и Гарета в порыве яростных ударов зашла прямо за таверну, возле так называемых «отхожих кустов». Битва Гавейна и компании происходила прямо возле входа в таверну, там же и лежал мертвец, из-за которого и происходил весь конфликт.

Тристан, будучи вооружённым нелепым гоблинским скимитаром, достаточно хорошо уворачивался от стремительных ударов Ланселота с его «читерским» мечом. При этом Тристан не забывал и сам контратаковать эльфа, заставляя его временами самому отступать:

— Куда же пропал наш хвалёный боец, Ланселот? — заулыбался Тристан, когда высший эльф в очередной раз отшатнулся назад. — Неужели он пропал, солгав своим друзьям?

Ланселот сухо поджал свои губы и только шепнул:

— Шаг пустоты.

Высший эльф исчез и тут же появился за спиной Тристана. Инстинкты рыцаря сработали раньше, чем он успел сам это осознать, и Тристан ловко вывернул руку так, что эльф сам попался на его меч.

— Как ты успел? — с испугом спросил Ланселот.

— А поди его пойми, — усмехнулся Тристан, дернув мечом так, что из живота Ланселота пролилась тонкая струйка крови. Царапина, но всё же удар. Ланселот отшатнулся назад, как пьяный, перекачиваясь с одной ноги на другую. Тристан самодовольно выпрямился и подытожил: — Наверное, я просто сильнее тебя, как боец.

Ланселот покачал головой:

— Это вряд ли... Скорее это просто я допустил ошибку. Или я не знаю до конца твоих способностей…

Тристан поднял правую бровь:

— Ближе к правде, мой друг. «Мастер контратак» тебе о чём-нибудь говорит?

Облизнув губы, Ланселот вывернул свою ногу в бок, снова шепнув:

— Шаг пустоты.

Тристан схватился за меч и приготовился к атаке со спины. Но на этот раз Ланселот напал на него с фронта. Атакуя чередой быстрых коротких ударов с разных сторон, Ланселот заставил Тристана потерять много сил, парируя эти удары. Сбив Тристану дыхание, Ланселот смог поддеть краешком лезвия его грудь, оставив на ней красный лёгкий порез. Они отпрянули друг от друга на пару шагов. Тристан провёл пальцами по ране и облизнул кровь.

— Один-один, — кивнул Тристан своему врагу и заметив резко уменьшившуюся полоску здоровья спросил: — ты выбрал мастера первого удара? У меня трети здоровья как не бывало, хотя сама рана пустяковая.

— Если у тебя нет трети здоровья, то рана далеко не пустяковая, мой друг, — сказал Ланселот.

Тристан сплюнул:

— А кто тебе сказал, что мы до сих пор друзья? Я не припомню, чтобы мои друзья пытались мне вонзить клинок в спину.

Ланселот снова вывернул ногу и исчез. На этот раз, Тристан почувствовал присутствие Ланселота намного раньше, чем тот появился — капли дождя обволакивали пустоту, перед его появлением. Когда эльф появился, то он встретил клинок Тристана возле своего горла. Отбив удар в последний момент, Ланселот обменялся с ним чередой ударов. Отбив один из них, Тристан сжал пустой воздух свободной рукой, крикнув при этом:

— Корни!

#######

Результат Проверки Ловкости: 12 - 1 (ловкость) = 11

Необходимое значение для выполнения 12.

Провал.

#######

Услышав команду Ланселот сделал три шага назад, но заметив, что ничего не произошло, только улыбнулся. Тристан только выругался, на своё заклятие следопыта.

— Не повезло, мой друг. Но признаюсь, почти подловил.

— Ещё будет время, — Тристан сплюнул на землю.

Ланселот поморщился и покачал головой.

— Нет, Тристан. Тебе больше так не повезёт.

Боковым зрением, Тристан заметил, как к нему летят две точки, которые стремительно увеличивались. Он прыгнул влево, сделав кувырок, и избежал попадания в него двух стрел. Третья, которую он так и не заметил, вонзилась ему в лопатку, а её наконечник, спустя секунду, взорвался в его теле, разорвав рану изнутри. Сжав зубы от боли, Тристан выругался.

— И это всё, на что способен, наш всемогущий Ланселот!? В честной дуэли звать своих подлиз?! А, Персиваль? — он кричал в сторону домов за ристалищем, с которых летели стрелы. — Покажись, если ты не трус!

— Я дрался с тобой честно, Тристан и ни о какой поддержке не просил, — сказал Ланселот, смотря на своего друга виновато.

— Как я могу тебе верить?! — бросил ему Тристан и направил на своего врага меч.

Ланселот вывернул ногу вбок, после чего исчез. Тристан бегал вокруг глазами, смотря на капли дождя, но заметил только приближающиеся стрелы. На этот раз он увернулся от них всех, после чего подбросил меч в своей руке и громко крикнул:

— Раз, два, три, четыре, пять — я иду искать. Даже если ты застрелишь меня, учти — у меня пока ещё две жизни, так что если тебе повезёт, то ты лишишь меня только одной. Но знай, когда я до тебя доберусь — а я доберусь, — кричал в сторону пустых домов Тристан, где предполагал местонахождение лучника. — Я заберу у тебя не только кольцо, Персиваль. Я заберу у тебя всё!

Глава 20.5 — Артуриана

Глупый орк и пьяный гном даже не думали уворачиваться от ударов друг друга. Иногда молот и топор сами попадали друг в друга, но это была скорее случайность, чем закономерность. Получив удар молота по бедру, Гарет за своей яростью, даже не почувствовал боль от разбитой в дребезги кости. Получив удар топором в плечо, Кей за пьяным дурманом в голове лишь сплюнул сгусток крови, после чего схватил свой молот ближе к самому бойку, и снизив силу своего удара стал бить по орку гораздо чаще. Орк в ответ на это отбросил свой топор, став бить по гному голыми кулаками.

В какой-то момент и орк выдохся, и гном потерял свой молот, и они стояли друг напротив друга, до смерти израненные. Гнома со стеклянными глазами стошнило на землю красным фонтаном, после чего он поднял уставшие глаза на орка и спросил:

— Я надеюсь, это всё не моя кровь? Хоть что-то здесь от пива есть?

Гарет, смотревший исподлобья, держался за свою сломанную руку стиснув зубы.

— Господи… мне никогда не было так больно…

Гном поднял палец вверх.

— А мне было. Мой папка как-то наварил всякой бормотухи, и мы выпили на мой день рождения. Я два дня подряд мечтал о смерти.

Гарет усмехнулся и тут же поморщился от боли, схватив себя за рёбра. Они посмотрели друг на друга с пониманием. После чего Гарет медленно согнулся, поднимая свой топор.

— Гарет, да брось. Мы же славно общались с тобой! — заладил гном. — Ну подумаешь ребята плохо обошлись с парнем. Главное то, что мы вместе.

— Парень тоже был вместе с нами, Кей, — ответил Гарет.

Гном нахмурился от его слов и опустился через боль, выплюнув очередной сгусток крови. Подняв свой молот, он снова скорчил своё лицо от боли:

— Парень был с кем угодно, но не со мной. Мне на самом деле всё равно, я бы может и хотел, чтобы он остался, — сказал гном и вылупил глаза. — Но меня разве спросили?

— Тогда за что ты бьёшься, Кей?

— За друзей, — закончил гном.

Гарет усмехнулся, услышав слова гнома. После чего услышал пронзительный вой, с другой стороны таверны. Гном поморщился от звука и спросил у орка:

— Слушай… может наши уже помирились, а мы стоим тут как два придурка и лупасим друг друга почём зря? Может пойдём и продолжим уже там? Может и продолжать-то нечего…

Гарет посмотрел в сторону шума и кивнул. Орк и гном, чуть не убившие друг друга устало волоклись вдвоём, как будто ничего не произошло. Гарет даже поддержал гнома, который чуть не упал в лужу.

— Какая это всё фигня, Гарет, — сказал гном в довесок ко всему.

Гарету ничего не оставалось, как согласиться. Завернув за угол, орк увидел, как Ланселот на пару со своим братом атаковали Гавейна и Гохериса, пока Бедивер пытался достать своим копьём вёрткого Мордреда. Агравейн тем временем, присел возле тела Ламорака и что-то шептал.

— Нихрена тут не закончилось, — сказал с печалью гном и дал Гарету время отойти от него. Гарет, через боль, побежал в сторону своих братьев, сжав свой топор покрепче. Движение его были медлительными, но что ему оставалось? Галахад заметив его приближение, сделал ленивый шаг в сторону, тем самым избежав его рубящего удара, после чего ударил своей булавой орку прямо по черепу. Гарет услышал громкий и противный хруст, после которого осталась только тьма. Будто холод стал нормой, а пустота бытом.

Затем он открыл глаза и будто бы родился заново, увидев перед своими глазами двух эльфов и изуродованное, неживое тело Ламорака стоящего на ногах.

— Что это за чёрт? — спросил Гарет.

Труп Ламорака протягивал свои руки к Гохерису, отчего тот испугался и оступился на одну из вонзённых в землю стрел Персиваля. Она взорвалась и каменная нога голема лопнула, разбросав вокруг каменные осколки. Гавейн, тем временем, уже чрезмерно устав от отбиваний атак Ланселота, наконец пропустил по себе удар в живот солнечной булавой Галахада. Гарет подхватил брата за руки, аккуратно скинув его на землю, после чего сам выпустил череду атак на тёмного эльфа. Горящая солнечным светом булава Галахада обжигала руки орку при каждом его ударено эта боль лишь подливала масло в огонь. Наконец тёмный эльф остановился и неестественно скосил ноги. Всё что было слышно от него — Лишь хриплые предсмертные вздохи.

— Ну и кто здесь слабак, Галахад»? — кипя от ярости кричал орк. — Кто теперь будет смотреть на меня сверху вниз?!

Тёмный эльф опустился на колени перед ним, после чего орк обрушил на него удар топором по голове. Выдохнув от своей ярости, Гарет заметил боль в своей спине. Опустив свой взгляд, он заметил торчащий клинок гарпуновидной формы из своего плеча. Из раны лилась струйка крови.

— А это как? — удивился Гарет.

Тело Галахада засияло солнечным светом, возрождаясь, но прежде чем оно материализовалось, Гарет услышал крик Гавейна:

— Справа!

Глава 20.6 — Артуриана

Тристан врывался в жилые дома, повсюду ища Персиваля. Забежав в очередной дом к NPC, он приставил клинок к женщине зрелых лет и пригрозил её мужу, что если он не скажет, где находится лучник, то случится что-то нехорошее. Обычно, Тристан этого делать бы не стал, но поступал он так потому что:

Это было эффективно.Это было быстро.Это была всего лишь генерация компьютера, а значит никто не пострадает.— Но… господин… мы ничего не знаем! — молил мужчина, едва стоя на ногах.

— Поклянись именем Автора! Поклянись! — кричал Тристан.

— Молю вас милорд…

Отпустив бедную женщину, Тристан хлопнул дверью и побежал дальше, поглядывая наверх, дабы не попасть под ещё одну стрелу.

«Следующая наверняка будет последней» — подумал он.

Забежав в красный дом, Тристану наконец улыбнулась удача. По уже налаженной методичке, Тристан приставил клинок к горлу молодого парня, пока его молодая жена не заплакала и не рассказала всё как есть:

— Да, мы видели его. Он заходил проверить, не завелись ли у нас демоны на чердаке. Он представлялся инквизитором, и был очень вежлив…

— Куда он пошёл!

Мужчина с клинком на своей шее завопил:

— Я видел, как он сделал круг и побежал обратно!

— Куда?!

— К таверне новичков!

Тристан выругался и сплюнул на землю:

— Чёрт вас подери! И на кой хрен я шастал по вашим домам?

— Я не знаю, господин? — заплакала женщина. — Я думала рыцари нужны, чтобы защищать нас, а не угрожать.

— Много ты знаешь о рыцарях? — поморщился Тристан.

— Немного, милорд, — спрятала глаза женщина. — Не убивайте нас, прошу вас.

Тристан выпустил мужчину из своих рук и тот побежал обнимать свою жену, пряча её за своей спиной. Тристан не сразу смог отойти от этого зрелища.

«Они всего лишь генерация компьютера…» — пытался оправдать себя Тристан, но на сердце у него было погано.

— Извините, если что, — сказал он напоследок и аккуратно закрыл за собой дверь, после чего стремглав побежал обратно к таверне новичков.

***

Мордред убежал от ящера в лес, боясь снова получить хоть малейшую рану от его клинка.

«Повезло, что это я попался с ним» — думал Мордред.

«Посмотрел бы я на рожу Кея, если бы ему в жопу угодило ядовитое жало ящера. Это же надо так совпасть…» — усмехнулся сам себе Мордред, после чего на цыпочках прокрался из одних кустов в другие.

«И зачем отдал я клинок этому пацану? Этот лук, мало того, что тяжёлый до усрачки, так ещё и пока натянешь тетиву, тебя самого натянут».

Сзади что-то зашелестело, и Мордред испуганно отбежал вперёд, выдав наверняка своё положение.

«Глупец» — поругал мысленно сам себя Мордред. — «Ящеру-то куда легче охотиться в лесах, чем глупому полурослику.»

Нечто чёрное промелькнуло, и Мордред прицеливаясь отходил назад, в сторону основного сражения.

«Нет… с этим луком мне никого не победить… пока пацан мёртв, нужно достать с его тела тот клинок…» — Мордред чуть не стукнул сам себя по лбу. — «Наверняка Ланселот или Галахад, подобрали его себе сами. Но он уже принадлежал мне…»

Не успел Мордред договорить в голове свою мысль, как сверху, с дерева на него выпрыгнул чёрный ящер и полоснул копьём по его щеке.

— Чёрт бы тебя подрал, Бедивер, — крикнул Мордред, уворачиваясь от следующих ударов. Но ввиду своего маленького роста, на каждый уворот от атаки, он получал пусть и лёгкую, но всё же царапину.

— Везучий ты, Мордред, — сказал ящер. — Я по тебе нанёс пять ударов, и ни одного отравления. Только при самом первом тебе не повезло.

— Ну это как сказать, — улыбнулся Мордред. — Так как у меня было бесконечное противоядие, то я бы так не сказал.

— Бесконечного противоядия нет, Мордред, — улыбнулся Бедивер своей чеширской улыбкой во весь рот. — Я слишком хорошо тебя знаю, чтобы читать твой блеф.

Полурослик усмехнулся и отбросил лук в сторону, выставив ладошки на показ.

— Поймал меня за руку, Бедивер. Я сдаюсь. В конце концов, в одну команду собирались, кому как ни тебе меня знать… — сказал Мордред, выдерживая паузу.

— Вернись, — шепнул он так тихо, что сам себя не услышал.

#######

Результат Проверки Ловкости: 8 - 2(ловкость) = 6

Необходимое значение для выполнения 10.

Провал.

#######

— Что ты задумал? — спросил ящер, сузив свои зелёные глаза. — Неужели Ланселот за это время стал тебе ближе, чем я? Я думал, мы с тобой хорошо ладили?

—Я тоже так думал. Но хорошенько подумав, я понял, что мёртвый пацан нам куда полезнее, чем живой. А ты этому противишься…

— Но это же неправильно, Мордред, — ответил ящер. — Я тебя знаю… за твоим прагматизмом и цинизмом, ты всё равно остаёшься честным человеком.

— Я полурослик, — поправил Мордред.

— Полуросликом, — исправился ящер. — В своей мере, но ты знаешь, что правильно, а что нет. За это я тебя и уважал… Неужели парень тебе настолько не понравился?

— Скорее наоборот, — признался Мордред. — Он настолько очаровательно умный, и в то же время глупый, что я боюсь перестать быть объективным и проявлять к кому-то больше симпатии, чем необходимо. И всё же… — Мордред протянул руку ящеру и сказал: — вернись.

#######

Результат Проверки Ловкости: 13 - 2 (ловкость) = 11

Необходимое значение для выполнения 10.

Успех.

#######

Меч-гарпун вернулся в маленькую ручку Мордреда. Ящер испуганно отшагнул в сторону, приготовившись бежать глубже в лес.

— Игра стала куда веселее, когда он умер, — договорил Мордред, ехидно улыбаясь.

Глава 20.7 — Артуриана

Гавейн мог только смотреть.

Он видел, как Ланселот пронзает голову его брата клинком Чати, но ничего поделать не мог — его колено было вдребезги разбито булавой Галахада, или ещё кем, и на попытки побежать, он только замертво свалился. Гавейн даже не заметил, как Гарет умер в первый раз — настолько сумбурно происходил этот бой. А вот он умер и повторно — уже без кольца. Разрушенное тело Гохериса уже отсветило своим солнечным сиянием, но восстановилось слишком поздно.

Гавейн, злясь на самого себя от усталости, рухнул на колени не в силах подняться, и смотрел с пустой надеждой на Агравейна.

— Брат… — прошептал он в слезах.

Агравейн и сам опешил, когда увидел, как мёртвая голова соскальзывает с клинка эльфа. Гавейн видел, как в глазах его младшего брата закрались сомнения; видел, как ему нелегко. И тем не менее, Агравейн абсолютно ничего не сделал, чтобы этому помешать. Он только воскресил мёртвого Ламорака, с помощью своих навыков некроманта, труп которого воевал против них. И тем не менее…

Эта короткая передышка дала Гавейну сил. Он поднял свой топор и посмотрел на свои показатели.

Здоровье: 10/70.

Выносливость: 65/80.

Мана: 5/65.

«Что-то ещё осталось» — подумал орк, посмотрев на своё кольцо. — «Я пока ещё могу его воскресить. Главное не умереть.»

Гохерис только-только воскрес после своей первой смерти, и увидев тело Гарета в крови, задал Гавейну лишь один вопрос:

— Кто?

Гавейн, восстановив себе 10 пунктов здоровья, залечив колено и истратив всю ману, ядовито процедил сквозь зубы:

— Эльфы.

Ланселот, вытерев свой клинок от крови, молча направил его на Гавейна. Гавейн лишь встал в боевую стойку. И тот, и другой были до смерти вымотаны. Светлые волосы Ланселота, слиплись от пота, грязи и крови. Его некогда утончённое, чистое лицо теперь походило на лицо пропитого бомжа и было либо в ссадинах, либо в синяках. Одежда на нём была чёрной от крови и грязной от налипшей земли. Гавейн, тем временем, выглядел не лучше. Длинные волосы орка также засалились и были в грязи, пусть на чёрных, как уголь, волосах это было и не так заметно. Его одежда, была также изорвана в клочья, а из его колена подтекала кровь, да и оно само выглядело кривоватым.

— Вас теперь меньшинство, — сказал Ланселот. — Ещё не поздно свернуть назад.

— Пути назад нет, — сухо ответил Гавейн.

Ланселот лишь озлобился от его слов:

— Ты всё ещё можешь воскресить своего брата… Впрочем, тебе же хуже.

Ланселот вывернул ногу в бок, после чего телепортировался за спину Гавейну. Орк словно знал, откуда нападёт Ланселот и подставил свою правую руку под пронзающий удар клинка. Из другой руки он выбросил свой топор и схватил Ланселота за шкирку. Клинок эльфа с дерущей болью и скрежетом прошёл сквозь кости и суставы внутри руки орка, но у него хватило сил не выпустить врага. Перепуганный эльф попытался выкрутиться из хватки, но получил лишь звонкий удар головой от орка. От удара, эльф выронил меч на землю, после чего Гавейн ударил его своей целой рукой два раза: в нос и в горло, после чего оставил эльфа задыхаться на земле. Неспешно повернувшись, Гавейн, с ломящей болью в теле, поднял брошенный на землю меч Чати. Ланселот с охриплым дыханием отползал от орка, нелепо волочась по земле.

Позади себя, Гавейн услышал гулкое эхо разбитого камня. Но все мысли орка в данный момент занимал Ланселот. Орк занёс удар по эльфу, но тот, на последнем мгновении увернулся от него, после чего смог встать и даже ответить ударом по ноге орка. Гавейн даже не почувствовал боль.

—Ты столько хочешь потерять из-за одного глупого пацана, Гавейн? — подначивал Ланселот. — Одного брата, другого, своей свободой. И всё это ради пацана, с которым ты познакомился вчера?

— Это не вопрос знакомства, эльф, — ответил до смерти усталый, но всё ещё яростный орк. — Это вопрос чести.

— Чести? — удивился эльф и не нашёл слов для ответа.

Гавейн взмахнул мечом и ударил по горизонтали, наконец-то полоснув эльфу по животу. Тот скрючился, падая на колени, после чего умер… но только на время. Солнечное свечение, исходящее от тела эльфа ослепило орка, но дало ему время обернуться, чтобы помочь брату. Правда, когда он обернулся, то увидел, что помогать ему уже некому. Галахад, на пару с Кеем, разбил, недавно восставшего из мёртвых Гохериса на маленькие камни.

Гавейн глянул на кольцо, надетое на свои зелёные руки в запёкшейся крови. Кого ему стоит воскресить? Гарета или Гохериса? А может Чати? Может Чати сможет спасти их всех?

К тому времени Ланселот уже восстал из мёртвых, потратив своё кольцо воскрешения. Только сделав первый вздох, он сразу же телепортировался и исчез. Спустя то ли мгновенье, то ли час, он вернулся с топором Гавейна и обрушил его хозяину на голову. Тот даже не сопротивлялся. Сил у него просто не осталось.

Гавейн принял смерть как должное, а когда он воскрес, у него была только одна цель — убить как можно больше своих друзей.

Глава 21 — Новая Надежда

Тем временем, в таверне новичков персонал таверны разогнал с центральной площадки первого этажа всех игроков. После чего, они продели веревки в незаметные пазы на деревянном полу. Две полукруглые двери на нём, были обрамлены сверкающим металлом. Перебросив веревки через верхние балки, персонал с усилием потянул их на себя, и двери с трудом приподнялись, открывая перед собой пустоту под полом. Самые любопытные то и дело пытались что-то высмотреть, но ничего видно не было. Постепенно двери собирались внутрь и когда они наконец сомкнулись, то медленно опустились внутрь пола, закончив звуком приятного щелчка. Стеклянные кружки на столах зазвенели, пол завибрировал, а из пустой ямы стремительно вырастала стеклянная колонна, крутясь вокруг своей оси, устремившись прямо к потолку.

Астрид вместе со своими братьями сидела за столом, на балконе седьмого этажа и смотрела на то, как колонна вырастает снизу. Когда колонна закончила крутиться, стало понятно, что дальше она расти не будет. Игроки вокруг зашумели, и вглядывались внутрь колонны. Теперь каждый игрок мог увидеть то, что Чати и Гавейн сказали Астрид накануне: объявление и правила для первого испытания Рейда — Королевской битвы. Они были подсвечены жёлтыми буквами, как будто специально выстроившись под каждого игрока.

Плюшкин повторно перечитывал правила, пытаясь найти различия или новые нюансы, о которых Гавейн и Чати могли либо забыть, либо умолчать. Всё перепроверив, он не нашёл ничего нового, кроме формулировок.

—Нам нужно идти по двое, — продолжил продавливать свою линию Колотун. — Если мы поступим по инструкции, то сможем попасть на небо, и заграбастать лучшие призы. Какую-никакую винтовку мы себе найдём.

— Как мы попадём на эти небеса? — обсмеял теорию Колотуна Плюшкин. — Если мы попадаем на эти рельсы, нас может убить всё, что угодно: от тока на платформе, до резко выскочившего поезда.

— Но мы же знаем как прыгать правильно. А если поедет поезд, то мы просто ляжем под него. Я видосы видел, там расстояние такое, что такой гном как я сможет там в полный рост встать.

— Дурак ты… поезда-то разные бывают, — ответил Плюшкин. — Никто никогда и не рассчитывал поезда для того, чтобы под ними люди прятались. И это будет хорошо, если мы погибнем сразу, и боль не успеет сгенерироваться…

— Так и что нам делать? — напучился Колотун.

— Да чтобы вы там не решили, победить нам вряд ли удастся, — заворчал Ворчун. —Думаю лучше идти четверым — не хочу я оставлять Веснушку одну.

Астрид поплохело от этих слов.

— Если вы хотите до конца своей жизни уберегать меня от опасностей, то не нужно было брать меня в Рейд! — сказала она слишком грубо для самой себя.

— Не обижайся, сестрёнка, — попытался успокоить Ворчун.

— Никакая я тебе не сестрёнка, — возмутилась рыжеволосая девушка. — Я старше тебя, или ты забыл?

Краем глаза она увидела, как люди разбегаются с нижних этажей:

— Что случилось?

Игроки неуклюже толпясь, старались обогнать других, чтобы побыстрее спуститься. В толпе, Веснушка заметила голову знакомого кота и окликнула:

— Боря, ты куда спешишь?

Удивлённый кот не сразу заметил девушку, махавшую ему рукой:

— Веснушка?! — вылупил он свой вертикальные зрачки, после чего подозвал рукой: — подойди сюда.

Девушка, оставив своих братьев спорить друг с другом, встала со стола и подбежала к коту, присоединившись к нему в толкучку игроков:

— Так ты скажешь в чём дело? — спросила Астрид.

— А вы не слышали? — удивился Борис, будто бы пытаясь ещё найти своих знакомых. — Рыцари на улице дерутся.

— Да ты что? — ужаснулась девушка. — И ты бежишь помочь?

— Ну как сказать… — завилял хвостом кот. — Скорее посмотреть на зрелище.

Толпа была такой плотной, что протиснуться дальше не представлялось возможным. И кот и девушка вышли еле вышли из толпы обратно.

— Может есть другой путь? — спросила девушка. Борис осмотревшись по сторонам, подошёл к бармену за стойкой и спросил мурлычущим шёпотком:

— А вы не знаете, как можно спуститься вниз?

— Пятьдесят серебреников за человека, — достаточно громко ответил крупный ящер, протирая тряпкой барную стойку.

Ящер взглянул на Астрид и заулыбался. Хороший знак.

— А за кота и миленькую девушку? — переспросила тонким голосом Веснушка.

Ящер улыбнулся.

— По сорок серебряников, — ухмыльнулся ящер и добавил шёпотом: — Только, если никому не скажете.

Астрид открыла свой инвентарь, чтобы взять монеты, которые она за сегодня заработала. Только она потянула к ним руку, как кот взял девушку за плечо и тихонько прошептал её на ушко:

— Мне стыдно это говорить… но я всё пропил. Можешь заплатить за меня?

Глаза девушки округлились:

— Как ты умудрился? Выпивка ж бесплатная!

Кот поджал хвост, и прошептал ещё тише.

— Выпивка бесплатная, а девушки — нет, — виновато промурчал белый кот.

Закатив глаза, девушка взяла на порядок монет больше и выложила деньги за себя и за кота. Протирая тряпкой столешницу, бармен незаметно смахнул монеты себе за стойку, после чего просто щёлкнул пальцами. Мгновение, и та же самая стойка, но уже другой бармен стоял перед ними, но всё также вытирал столешницу.

— Это какой этаж? — спросила девушка у чернокожего, лысого бармена.

— Какой вы просили… — не смотря в глаза ответил мужчина.

— Первый этаж? — спросила снова Астрид.

— Какой вы просили! — уже более грубым тоном, сказал мужчина.

Девушка устало покачала головой, отходя от стойки вместе с котом:

— Какой хам...

Возле выхода из таверны толпа была уже не такой густой, но пройти всё ещё было сложно.

— Что там происходит? — спросил Борис у ближайшего гнома.

— Чтобы я со своим ростом хоть что-то видел, — возмутительно топнув ногой, раскинул руки гном.

Тогда Борис нашёл самого высокого эльфа в толпе и спросил у него. Белокурый эльф пожёвывая морковку в руке ответил:

— Рыцари убивают друг друга. Вроде нескольких убили насовсем... И всё это из-за одного парня, которого нашли в кустах.

— Нашли в кустах? — переспросила Веснушка.

— Вроде как его нашли, когда кто-то хотел помочиться. А он уже трупом был. Кто знает, может перепил и умер? Или свалился с крыши?

— Но как же он умер? — удивилась Веснушка и добавил: — у нас же кольца воскрешения...

Эльф безразлично пожал плечами и продолжил выглядывать из толпы на улицу.

«Если там бьются рыцари, то там могут быть Чати или Гавейн. Я могу им помочь» — подумала Астрид.

— Прошу вас — пропустите, — Астрид попыталась протолкнуться вперёд силой. Сначала её не пускали, затем кто-то крикнул «Пропустите девушку» и игроки, стали оглядываться и сами перед ней расходились. Белый кот шёл следом.

Выйдя из таверны, Веснушка попала под уже угасавший летний дождь. Спустившись по трём ступенькам, она повернула направо и увидела Гавейна, размахивающего блестящим мечом и прекрасного, тонкого эльфа, то появляющегося, то исчезающего, то тут, то там. Другие рыцари, стояли покалеченные и смотрели на драку со стороны. Некоторые рыцари лежали замертво, но внимание Астрид привлёк лежащий на земле парень, с сложенными руками на животе.

— Это Чати? — дрожащим голосом она спросила у Бориса.

Однако повернувшись, заметила, что большой кот уже давным-давно поджал хвост и смотрел на происходящее под козырьком таверны.

— Борис? — недоумевала Астрид.

— Нам лучше остаться здесь, Веснушка. Рейд только-только начался — я не хочу остановиться на начале, — сказал кот.

— Я за тебя заплатила…

— И я тебе как-нибудь обязательно отдам, — заверил кот, и позвал её к себе: — а пока идём под козырёк и посмотрим на всё со стороны.

Нахмурив брови, Астрид нерешительно переступила с ноги на ногу. В конце концов, она отвернулась от кота и стремглав пошла в сторону тела. На походе к цели, её окликнул тёмный эльф:

— На вашем месте, леди, делать этого я бы не стал.

— Но почему же? — искренне удивилась Астрид. — Ему же явно нужна помощь?

Гном, которого Астрид не так давно подлечивала, булькающе засмеялся:

— Мы тут уже наделали таких дел... что жрецы нам уже ничем не помогут.

Астрид посмотрела на мирно лежащее тело Чати и заметила в центре его груди большое, потемневшее пятно. Она сделала к парню ещё один маленький шаг, на что тёмный эльф подорвался с места и сильнее крикнул:

— Я серьёзно. Вокруг него всё заминировано!

Гавейн, сражавшийся с Ланселотом, наконец выдохся, и обернулся на голос Галахада. Увидев, но не сразу рассмотрев, он сощурил глаза, будто не веря в увиденное.

— А-а-астрид?!

Глава 22 — День выборов

Гавейн и Ланселот даже не подумали опустить оружие, но с появлением девушки, бой остановился, пусть напряжённый вид рыцарей и намекал, что это ненадолго.

— Дорогой, господин высший эльф! Не вы ли мне говорили, что сделаете всё возможное, чтобы выиграть эту чёртову игру!? — крикнула Астрид во всеуслышание. — Не вы ли говорили, что сделаете всё возможное, чтобы защитить своих друзей!?

Ланселот тяжело вздохнул, не сказав ни слова, пока эльфийка не указала рукой на павших рыцарей.

— И это по-вашему защита?!

Ланселот покорно опустил голову.

— Вы правы, Астрид, — сказал Ланселот с некой грустью в голосе. — У меня не вышло защитить своих друзей. Кто же знал, что мне придётся защищать их от самих себя.

— От самих себя?! Ты издеваешься?! — прорычал Гавейн. — Может ты хотел сказать от самого себя?!

— Замолчи, Гавейн! — сорвав голос приказал Ланселот. — Ничего этого не произошло бы, если бы ты не предал нас, сблизившись с этим пацаном!

Гавейн опешил:

— Так это я предатель?!

— Да, ты! Я достал нам в руки эту долбаную тетрадь! Всё, что нам оставалось — просто пойти дальше и сделать своё дело. Твой друг пришёл сюда, чтобы победить, и я хотел сделать то же самое! Продолжили бы мы сражаться вместе, то победили бы в этой игре! И твой дорогой Чати, и твоя дорогая Астрид и все твои долбаные братья! Все… были бы в конце концов тебе благодарны. Посмотри вокруг, Гавейн!

Орк нехотя оглядел разрушенное поле битвы, на котором лежали его братья, стоял оживлённый труп Ламорака. Там же стояли до смерти уставшие, некогда друзья, а ныне чужие люди, включая его родного брата. Никого близкого у него не осталось в этой игре. Да и игра ли это?

— Все эти глупые смерти... все они лежат на твоей совести, Гавейн. Не на моей… — процедил Ланселот.

Астрид сплюнула себе под ноги:

— Вот где твоя совесть. Поэтому на ней и лежать ничего и не может.

Ланселот истерично засмеялся:

— Вот... тут, моя дорогая вы остаётесь неправы. Я сильнее всех здесь присутствующих переживаю за всех остальных. Если бы я не остановил нашего дорогого Чати, он бы наполнил нашу компанию такими же слабаками, как вы, и система бы сожрала нас всех вместе взятых! Это скорее у вас нет совести, раз вам не хватает сил признать, что вы все… все вы — просто балласт на теле этой игры!

— Балласт? — усмехнулся словно вышедший из ниоткуда Мордред. — Вот тебя-то понесло, Ланселот… «балластом» игроков до тебя, кажется, ещё никто не называл.

Бедивер незаметно подошёл к Гавейну, встав возле него молчаливой поддержкой. По виду ящера можно было понять, что в бою с Мордредом он пропустил не один удар. Но держался он достойно.

— Закрой рот, Мордред, — приказал Ланселот.

— А что ты сделаешь, если не закрою? Тоже меня убьёшь?! — издевательски подначивал полурослик. Ланселот скрипел зубами от злости: — мне кажется потерь в три игрока за первый день, нам больше чем достаточно. Скольких ещё друзей мы готовы потерять? — полурослик повернулся к кучке рыцарей, стоявших вместе. — Вам не кажется, что нам пора было бы наконец выбрать себе лидера? Лидера, который остановит эту бессмысленную резню. И я говорю про истинного лидера, а не про психопата, убивающего всех подряд!

Рыцари переглянулись между собой.

— Лидера? — опешил Ланселот.

— Нам давно уже пора было прийти к какому-то единому мнению, — сказал Агравейн и поднял руку. — Я за.

— За, — поднял руку Кей.

— За, — поднял руку Галахад, смотря на брата.

— Что ты себе позволяешь, Мордред? — растерялся Ланселот.

— Тише, — приставил палец к губам полурослик. — Ты разве не слышишь, друг? Идёт совет.

— За, — поднял руку Персиваль.

— За, — поднял руку Мордред, и вопросительно поднял брови, обращаясь к Ланселоту и Гавейну. — А вы так и хотите продолжать эту резню?

Гавейн не повёл даже мускулом лица. Ланселот же, украдкой взглянув на орка, коротко кивнул полурослику.

— Для того, чтобы отдать голос — нужно поднять руку, — сказал Мордред. — Это ты придумал это правило.

Эльф молча поднял руку.

— Думаю Бедивер, тоже будет не против, ведь так? — спросил Мордред.

Ящер также поднял свою чешуйчатую руку.

Астрид даже не пыталась вникнуть в рыцарские дрязги, и пока они разбирались друг с другом, смогла сделать несколько незаметных шагов в сторону, где лежало тело Чати.

Рыцари со всех сторон подошли ближе друг к другу, но всё равно обособились по маленьким группкам. Мордред стоял в окружении Агравейна, Кея и трупа Ламорака. Возле фигуры Ланселота в этот раз, стоял только Галахад, высоко поднимая свой нос. Гавейн остался единственным, кто никак не отреагировал на происходящее. Персиваль же стоял между Мордредом и Ланселотом, нерешительно поглядывая на обоих. Бедивер стал между Мордредом и пустым местом, которое теоретически предназначалось Гавейну.

— Только учтите, рыцари, — сказал Мордред. — Проголосовать нужно будет обязательно. Как мы там договорились? Главное поднять руку когда называют имя. Ничто другое на голос не влияет. Побеждает кандидат, набравший больше половины голосов. Нас в рыцарском стане двенадцать, а значит чтобы определиться с выбором, нам нужно семь голосов.

— Так нас всего девять осталось, — тихо сказал Бедивер. — А если взять тех, кто находится здесь, то и вовсе восемь.

— М-да, Тристан вроде пока не умер... — оглянулся Мордред. — Но мы это правило приняли задолго до Рейда и не нам его нарушать.

Рыцари молча кивнули и Мордред продолжил:

— Если какой-либо кандидат не набирает семь голосов, то голосование идёт по второму кругу. Если и по второму не вышло, то идёт третий круг. Дальше — всё. Третий раз не выбрали — лидера не будет.

Рыцари снова кивнули. Астрид попыталась сделать ещё парочку незаметных шагов в сторону Чати, но Мордред, внезапно обернувшийся в её сторону крикнул:

— На вашем месте, миледи, я бы не стал испытывать судьбу. Мой клинок, принадлежащий славному мёртвому Чатлингу, не знает промаха. Будьте добры — пять шагов от трупа. Больше предупреждать не стану.

Астрид нехотя сделала пять коротких шажков в сторону, на что Мордред лишь скорчил недовольную гримасу:

— Боже, я младенцем делал длиннее шаги.

— Вы сказали, мне сделать пять шагов назад, — крикнула Астрид. — Я их сделала!

— Так и на кой хрен ты всё ещё там стоишь?

— А кто мне запрещает здесь стоять? — крикнула девушка полурослику.

Надув щёки Мордред повернулся к друзьям, кивая сам себе головой:

— Её правда. Всё равно рванётся его спасать, — подмигнул он Кею. — Но пока… пусть так.

Рыцари смотрели на Мордреда с усталостью и недоумением.

— Как это обычно у нас было, в лидеры выдвигаюсь я, Ланселот и Гавейн. Если кто-то желает присоединиться к гонке — милости прошу, — Мордред поднял голову и подождал секунд пять. — Никто не хочет? Ну и славно.

— Зачем это всё? — спросил только Персиваль так тихо, что никто ему и не ответил.

— Кто отдаст свой голос в пользу Ланселота, есть руки? — громогласно спросил Мордред, и только Галахад и сам Ланселот подняли их. Персиваль, стоявший рядом отмолчался.

— Кто отдаст свой голос в пользу Мордреда, есть руки? — спросил полурослик, и руки подняли он сам, Агравейн и мёртвая рука Ламорака.

— Эй, разве так честно?! — возмутился Галахад.

Ланселот лишь злобно поскрежетал зубами.

— Я правила уже говорил и мы сами их утверждали, — невозмутимо ответил полурослик. — Главное поднять руку когда называют имя. Ничто другое на голос не влияет. Речи о жизни и смерти не было. А наш Ламорак, так вообще в больнице отдыхает…

— Таким образом, я могу поднять руку мёртвого Гарета! — крикнул Ланселот.

— А вот тут-то правила и вступают в силу. Никаких физических воздействий на тело кандидата. Он сам должен решать! — пояснил Мордред.

— Что-то я не вижу, чтобы Ламорак решал за себя сам, — сказал Галахад.

— И чем ты докажешь, что это не он решает? — спросил невозмутимо Мордред.

— Ты издеваешься? — Галахад стоял в пограничном состоянии между полный шоком и агонией. — Он мёртв!

— Его тело живо в реальной жизни. И опять же повторюсь, правила не уточняют состояние рыцаря. Живой, мёртвый — какая разница? Главное, что он свой голос отдал.

— Таким образом, я могу с помощью магии заставить тебя же проголосовать за себя, — закатил глаза Ланселот.

— Не можешь, — бросил Мордред. — Ты рыцарь-самурай, а твой брат рыцарь-жрец. Вот Чати мог бы тебе помочь с этим. Ах, да…

Мордред лишь скромно улыбнулся и Галахад не нашёл слов, для продолжения спора.

— Итак… три голоса… Кей, всё в порядке? — оглянулся на друга Мордред.

Гном, закусив свой ноготь на большом пальце руки задумался и замолчал.

— Кей!

— Я хочу подумать, — ответил он с деловитым видом.

— Как скажешь… Итак, кто проголосует у нас за Гавейна? — спросил Мордред.

Бедивер оглянулся на опустошённого орка, с явным намерением поднять свою руку вслед за его рукой. Но орк только пустым взглядом смотрел на свой топор. Никто руки так и не поднял.

— Ноль голосов! — объявил Мордред и подметил: — Если никто сейчас руку не поднимет, то у нас будет дисквалификация.

Бедивер снова повернулся на орка, но он будто бы ничего не слышал.

— Дисквалификация! — громко объявил Мордред и крикнул: — второй тур…

— А как же моя кандидатура? — послышался нахальный тон со стороны.

Рыцари обернулись и увидели Тристана, сидевшего возле трупа Чати. Астрид, не спускающая глаз с круга рыцарей, удивилась его появлению не меньше их.

— Тристан, — обеспокоенно спросил Мордред. — Ты что это собрался делать?

— Участвовать в голосовании. Я хочу объявить нашего дорогого Чатлинга на роль всеобщего лидера.

— А как ты это сделаешь? — спросил Галахад.

Тристан блеснул зубами и постучал ноготком по своему кольцу воскрешения.

Мордред потупил взгляд и заладил:

— Нет-нет-нет. Чати был исключён и уволен из нашего стана. Его воскрешение ничего не решит.

— Так заодно мы можем провести совет, по поводу его включения в наш рыцарский стан, — нагло улыбнулся Тристан. — Ну раз мы уже собрались разговаривать.

— Я против, — крикнул Ланселот.

— И я, — ответили поочерёдно Мордред, Галахад, Агравейн, мёртвая рука Ламорака и довершил всё Персиваль.

— Перси, ты тоже против? — засмеялся Тристан. — Как ты только язык свой достал из чужих задниц?

Персиваль покраснел, но ничего не ответил.

— Молчишь? — переспросил Тристан, но так и не услышав ответа, он бодро встал, отошёл от трупа Чати и подошёл к трупу Гарета. — А его вы же ещё не исключили? Я же могу воскресить своего друга?

Мордред пожал плечами и сказал:

— А Гохериса рядом нет? Делай как знаешь, просто голем будет поспокойнее и с ним легче поговорить. Может потом мы и Гарета высвободим…

Астрид на миг показалось, что труп Гарета вздрогнул, когда Тристан от него отошёл. Задержав свой взгляд на трупе, она больше ничего подозрительного не увидела.

Тристан оглядел землю у себя под ногами.

— Кажется, я нашёл его палец, — крикнул он, подняв какой-то камень с земли.

Гавейн, то ли с тоской, то ли с надеждой посмотрел на Тристана, пытающегося надеть на камень своё золотое кольцо. Тотчас же камень в руках, как и каменные крошки на земле озарились солнечным сиянием и, медленно, из кольца свечение разрослось в человеческий силуэт. Наконец, когда свечение угасло, перед Тристаном появилась живая статуя, осматривающая свои руки.

— Кажется, я слышал звук аппаратуры! — сказал радостный Гохерис.

Гавейн заставил себя немного улыбнуться, после чего Мордред спросил у Тристана:

— Кого ты хочешь выставить в наши лидеры, Тристан?

— Ну раз Гавейн не хочет, то остаюсь ещё я, — пожал плечами Тристан.

Мордред хлопнул в ладоши и объявил:

— Единственное «но». Я тут поразмыслил… и, наверное, хотел бы тоже воспользоваться своим маленьким правом и всё-таки вернуть нашего друга в общий стан.

Увидев непонимание на лицах рыцарей, Мордред прояснил:

— Я говорю про Чатлинга.

Глава 23 — Король Артур

Астрид смотрела на всё происходящее, как на какую-то клоунаду, посматривая на тело Чати. И тем не менее, рыцари воскресили одного из своих соратников и вера в то, что они воскресят всех, пока грела её, без сомнения, чувствительную душу.

— Итак… — Мордред с ехидной улыбкой высматривал выражения лиц у голосовавших. — Кто за то, чтобы снова принять нашего дорогого Чатлинга в наш стан?

— Ты специально подождал, пока я потрачу своё кольцо воскрешения? — спросил Тристан.

— Именно, — засмеялся Мордред.

— Тогда какой смысл в том, что мы сейчас его вернём? — спросил Бедивер.

Мордред сделал лицо серьёзным:

— Ну… хотелось бы всё-таки отдать человеку справедливое место в нашей компании. Несмотря на всё, если вдруг мы окажемся спасителями этого мира, то его имя будет стоять в нашем ряду как одного из великих героев, прервавших правление злобного цифрового интеллекта.

— Кому ты трындишь? — поджав губы, усмехнулся Галахад. — Чтобы тебе и было дело до кого-то кроме себя.

— Не примеряй на меня свои грехи, маленький подсос, — бросил в тёмного эльфа полурослик.

Тёмный эльф лишь повёл челюстью.

— Гавейн? — Мордред обратился к орку, уже пришедшему в общий круг рыцарей на пару с Тристаном и Гохерисом. — Не мог бы ты взять на себя роль глашатая. У меня уже глотка разболелась кричать, а мне ещё второй раунд выборов проводить…

После воскрешения Гохериса, Гавейн смог приободриться и взял на себя эту роль без лишних вопросов.

— Мордред? Твой голос? — спросил хриплым голосом Гавейн.

— Я за восстановление Чатлинга в качестве одного из своих собратьев, — с детской улыбкой сказал Мордред.

— Кей? — спросил Гавейн.

Гном прищурился, глядя на Мордреда:

— А пофиг… за.

— Агравейн?

— За, — брюнет ответил незамедлительно.

— Бедивер?

Ящер нахмурился и ответил:

— Я уже ничему не верю. Против.

— Тристан?

— Я за, — кивнул кудрявый рыцарь.

— Гохерис.

Голем улыбнулся брату:

— Ты ещё спрашиваешь? Конечно за.

Гавейн молча посмотрел на братьев эльфов. Ланселот глубоко вздохнул и ответил:

— Против.

— Тоже, — не дождавшись вопроса ответил Галахад.

— Персиваль?

Лучник посмотрел на выражение других людей, после чего неуверенно ответил:

—Против.

Тристан лишь фыркнул.

Гавейн подвёл итоги:

— Итого, за восстановление Чати в нашем стане — пять человек. Против —четыре. Для утверждения решения нам нужно семь голосов.

Мордред тут же встрял:

— Стоп-стоп-стоп. А как же Ламорак?

— Ламорак? — закатил глаза на лоб Гавейн. — Хорошо. Ламорак?

Ламорак поднял единственную руку.

— Остался твой голос, Гавейн? — спросил Мордред.

Поводив челюстью Гавейн опустил свой взгляд, после чего посмотрел с усталостью на Мордреда и с такой же усталостью спросил:

— Скажи мне, что ты задумал?

Мордред лишь невинно пожал плечами.

Гавейн выдохнул и посмотрев на труп Чати ответил:

— За. Большинство решило, что Чатлинг снова достоин быть в рыцарском стане.

Мордред радостно похлопал в ладоши, после чего объявил:

— Справедливость восторжествовала, — воскликнул он, смотря на выглядывающих игроков из таверны. — А теперь… продолжим голосование. Я хочу отметить, что за время моих инициатив как лидера, мною были восстановлены потери, пришедшиеся на долю прежнего «формального» лидера, — сказал Мордред, посматривая на Ланселота. — Пальцем показывать не будем. Итак… второй раунд голосования. Начнём с обратного конца. Кто готов проголосовать за нашего нового кандидата? Кто хочет проголосовать за Тристана?

Гохерис, Гавейн, Тристан и Бедивер подняли свои руки.

— Четыре голоса. Неплохо, крайне неплохо! А что мы скажем на второго кандидата? Ланселот!

Эльфы и на этот раз сам Персиваль подняли свои руки.

— Три голоса! — воскликнул полурослик. — Уже наполовину больше, чем в прошлый раз, но всё ещё недотягивает. А теперь, Мордред?

На этот раз руки подняли Кей, Мордред, Агравейн и мёртвая рука Ламорака.

— Хммм… четыре голоса. У нас с Тристаном назрела ничья! Есть риск оказаться снова без лидера… — с напыщенной грустью вздохнул Мордред. — И снова посыпятся конфликты и убийства — никакой жёсткой руки… А жаль.

— Возможно, если воскресить Гарета, мы придём к какому-то решению? — предложил Гавейн.

Агравейн усмехнулся:

— Так можем сразу спросить и Чати? Как считаешь?

Гавейн посмотрел на брата мёртвым взглядом, отчего у последнего пропала язвительная улыбка.

— Третий раунд, — объявил Мордред. — Ланселот как кандидат, набравший наименьшее количество голосов, выбывает. С кого начнём, Тристан — с тебя или с меня?

— Какая разница? — отмахнулся он. — Ни тебе, ни мне голосов не хватит.

— А вот это мы и проверим, — улыбнулся Мордред, и не услышав от Тристана ничего, начал:

— Кто за то, чтобы я… стал новым главарём рыцарей круглого стола?

Снова подняли руки Мордред, Агравейн, Кей и мёртвая рука Ламорака.

— Перси, ты не хочешь поднять руку, — предложил Мордред.

— Это же всё равно ни на что не повлияет, — ответил лучник.

— Так и что тебе стоит её поднять?

— Попроси Бедивера, если тебе так надо.

— Но я хочу именно твой голос, — настоял Мордред, смотря в глаза Перси полуобезумевшими глазами.

Перси с глубоким вздохом поднял свою руку.

— И чего ты добился? — фыркнул Ланселот. — У тебя пять голосов, когда тебе нужно семь.

— Семь? — словно передразнивая, переспросил Мордред и посмотрел в сторону, где лежал мёртвый Гарет.

Мёртвый орк, словно по щелчку пальцев, поднял своё тело на ноги и обернувшись на рыцарский круг, пустыми глазами протянул вверх свою руку.

— Мордред… — опешил Гавейн, — я тебя убью.

— Это ещё не всё… — Мордред указал пальцем в сторону трупа, к которому только-только, воспользовавшись суматохой рыцарей, подошла Астрид. Тело, из-за которого, сегодня произошла мясорубка, наконец поднялось на ноги, но открыло не ярко-голубые, а опустошённые блеклые глаза. Астрид смотрела на него, с широко открытыми глазами, сочетающими в себе кромешный ужас и маленькую крупицу надежды. Правая рука всё ещё мёртвого и посеревшего от застывшей, холодной крови Чати поднялась, в поддержку Мордреда.

— Как? — раскрыл свой рот от удивления Ланселот.

Мордред лишь самодовольно ухмылялся, смотря в глаза каждому из рыцарей.

— Поздравляю, парни. Мы впервые за двенадцать лет дружбы выбрали себе лидера. Я обещаю быть добрым, но справедливым. Быть жёсткой рукой, но умеющей погладить, — заявлял с ироничной улыбкой Мордред и словившись взглядом с таким же улыбающимся Агравейном спросил: — Что там ещё говорят в таких случаях?

Агравейн лишь покачал головой:

— Понятия не имею…

— Вот и славно… — приложил Мордред руку к сердцу. — Аве, мне.

— Но как? — переспросил всё ещё поражённый Ланселот.

— Один зуб мудрости некромантии от меня, другой зуб мудрости некромантии от Кея, и навыки Агравейна нам в помощь, — самодовольно рассекретился Мордред.

— Мордред… — процедил, сжимая кулаки Гавейн.

— Гавейн… — объявил во весь голос Мордред и снял со своей руки кольцо воскрешения. — Именем славного короля Артура, чью должность теперь занимаю я, предоставляю тебе возможность вернуть своего брата обратно в Рейд.

Орк смотрел на полурослика с одутловатым выражением лица:

— С-с-спасибо?!

Он медленно протянул свою руку к ладони Мордреда, но остановился на миг, задав лишь один неудобный вопрос:

— А что же будет с Чати?

Мордред поджал губы и пожал плечами.

— Не знаю. Наверное, пойдёт работать.

Гавейн убрал руку и спросил другой вопрос:

— А если я захочу воскресить Чати, вместо Гарета?

Агравейн лишь горько усмехнулся, а полурослик спрятал своё кольцо подальше от орка.

— Так дело не пойдёт, — отрезал грубо Мордред. — Большинство уже высказалось по этому поводу, и я не вижу, чтобы что-то могло измениться. Либо брат, либо я забираю кольцо себе…

Гавейн, будучи честным человеком, понимал, что Чати, поставив свою жизнь фаворита на кон, в старом мире вряд ли сможет занять достойное место. В то же время Гарет уже неплохо устроился в реальной жизни и он сам нередко признавался Гавейну, что если что пойдёт не так, то он в жизни не потеряется. И если Гавейн возьмёт это кольцо, он будет просто обязан отдать его Чати, а не Гарету. А значит солгать, пусть и такому мерзавцу, как Мордред. Стоит только протянуть руку…

Пока Гавейн думал, он уже услышал крик Ланселота:

— Куда ты идёшь, дура?

Обернувшись он увидел, как рыжеволосая девчушка бежала к одиноко стоящему мертвецу с поднятой рукой. Пробежав аккуратно мимо заминированных стрел Персиваля, она подобралась к Чати. Тут же Гавейн увидел, как Кей, направил свои руки к трупу Чати. Мертвец, вытянул руку к девушке и поднял её за горло над собой. Астрид попыталась вырваться, но каменная хватка мертвеца сжала ей горло так сильно, что мир вокруг неё разом потемнел.

— Кей, если ты не прекратишь, то я размозжу тебе голову! — рявкнул что было мочи Гавейн, замахнувшись на него топором.

Гном отвлёкся только на секунду, на одно короткое мгновение, в которое Астрид, именуемая в Рейде Веснушкой, сняла с себя кольцо воскрешения и, содрав кожу со своей белоснежной шеи, смогла надеть его на серый палец руки, держащей её за горло.

Глава 24 — Брейнрот

Сначала Чати ничего не понял. Потом он почувствовал, что не видит больше света. Пронзающая боль мешала его бурно пульсирующему, отчаянно требующему жизни сердцу биться. Мир сужался, а в ушах он слышал лишь тихий звон.

#######

Система GoodGod с сожалением сообщает, что вы умерли. Вероятно при гибели на вашей руке не было кольца воскрешения. Причин такого ужасного происшествия целая масса:

- возможно вы его сняли, чтобы не поцарапать при драке и забыли надеть;

- возможно вы его сняли, чтобы недоброжелательные люди его не украли;

- возможно вы просто не разобрались как им пользоваться и повесили его на цепочку в виде ожерелья.

В любом случае, главная причина, по которой вы здесь оказались — на вашей руке не было кольца. Это не страшно. В течение двадцати четырёх часов после вашей смерти у ваших друзей или случайных прохожих будет шанс спасти вас. Статистика GoodGod сообщает нам, что процент такого шанса составляет — 0,65%.

Но не стоит отчаиваться. Возможно, именно вы окажетесь той самой сотой процента, которая позволит улучшить эту статистику.

С любовью, GoodGod.

#######

Открыв глаза, Чати увидел перед собой лицо посиневшей Астрид с красными, выпученными глазами. Ещё не до конца осознав, что происходит, он осмотрелся по сторонам. Ланселот, телепортируясь из стороны в сторону, атаковал Бедивера, в то время как Тристан, Гохерис и Гавейн сражались против Агравейна, Мордреда и Кея. На стороне последних сражалось ещё два силуэта и Чати с трудом смог опознать в одноруком теле личность Ламорака, а в другом Гарета. Сам Чати заметил, как тёмный эльф Галахад идёт к нему, размахивая недружелюбно булавой. Чати опустился на колени к Астрид, осматривая её красную шею и только спросил:

— Кто это тебя так?

Астрид устало посмотрела в глаза Чати, горько улыбнулась и хриплым, почти неслышным голосом ответила:

— Это неважно. Главное, что ты наконец-то жив.

Увидев совсем рядом тень эльфа, Чати поднёс к центру груди Веснушки два пальца и смахнул их к её правому плечу, тем самым открыв её инвентарь. Достав из него что было, а именно простенький крестьянский тесачок, Чати направил его в сторону Галахада.

— Ох и не представляешь, что сейчас из-за тебя развернулось, — усмехнулся эльф.

Чати, уже увидев вокруг разрушенную грунтовую дорогу, груду засохшей от крови земли и с опаской выглядывающих из таверны игроков, как-то смог сложить два плюс два и понять, что ничего хорошего за время его отсутствия не произошло.

— Почему они дерутся? — кивнул Чати, в сторону дерущихся рыцарей.

Галахад обернулся назад, кратко взглянув на неравночисленную битву.

— Я уже давно потерял нить конфликта, — сказал устало эльф. — Но в целом — ты просто должен умереть!

Галахад вознёс над собой булаву и зачитал молитву, пока его булава не засветилась солнечным светом. Чати, поняв что лучшего шанса у него не будет, направил руку на навершие булавы и прошептал тихо:

— Вниз!

#######

Результат Проверки Интеллекта: 18 - 3 (интеллект) = 15

Необходимое значение для выполнения 14.

Успех.

#######

Булава, вывернувшись из рук Галахада, сделала полоборота вниз, упав с хрустом прямо ему на голову. Галахад упал на землю, а волосы на его голове воспламенились. Когда он пришёл в себя, они уже догорели, оставив на его голове лишь многочисленные болезненные ожоги. Чати оставил эльфа наедине со своими проблемами и подбежал снова к Астрид и подал ей руку.

— Пойдём в таверну. Там ты будешь в безопасности.

— Уже совсем скоро начнётся наше первое испытание, — прохрипела она, поднимаясь на ноги. — А мы уже потратили все кольца, и чуть не умерли.

— Это не страшно. Мы достанем ещё, — успокаивал её Чати. — У меня ведь есть тетрадь с багами…

Чати подхватил Астрид за талию и поволокся с ней в сторону таверны, обходя заминированные стрелы. Чати поглядывал на бойню, желая помочь своим друзьям, однако безопасность Астрид для него была на первом месте. Пройдя до таверны большую часть пути, Чати пронзила резкая боль в его ноге. Упав на землю, он увидел, как из его колена торчит меч-гарпун его отца. Астрид хотела схватиться за него и вытащить, но Чати остановил её. С какой стороны ни возьмись, а его не достать — с одной стороны рукоять, с другой гарпун.

— А ты куда собрался, малец? — с издёвкой спросил появившийся из тыла Мордред. — Неужели ты понадеялся, что всё закончилось?

— Ты до сих пор обижен, что я не пришёл к тебе в команду? — невзирая на боль, ухмыльнулся Чати.

Мордред махнул рукой:

— И зачем ты мне сейчас нужен? — спросил Мордред. — Что у тебя такого есть, чего нет у меня? Может волшебной тетради? Или расшифровки? Клинка отца? Даже меч из пролога и тот у тебя забрали.

Взволнованный Чати открыл свой инвентарь. Пусто. Сплошь и рядом пустые ячейки. Остался только один маленький вопросик, который наверняка не смогли забрать, так как Чати им ещё ни разу не пользовался. Его голова закружилась, то ли от колена, то ли от панической атаки. Он потерял всё, что ему дали, при этом даже толком не начав играть в Рейд. Он хватился рукой за грудь, будто судорожено пытался в ней найти всё, что потерял, а из неё колотило так, что казалось сердце вот-вот выпрыгнет.

— Так почему же вы не хотите его отпускать? — просипела Астрид. — Идите своей дорогой дальше и забудьте про него. Проходите свой Рейд, побеждайте всех и дело с концом. Он-то вам нахрена?

Мордред цокнул языком.

— Вот тут-то ты не права. Рано или поздно, наш друг захочет вернуть своё, или того хуже отомстит. А обиженный человек — опасный человек. От таких лучше избавляться...

Чати не стал спорить с полуросликом. В глубине души, в нём и правда засела глубокая обида. Но не за себя, а за людей, что отдали за него слишком много. За Гавейна, за его братьев, за профессора, за Астрид… в конце концов за родителей, что отдали ему всё. Нет, он не мог погибнуть сейчас.

Мордред вернул гарпун в свою руку, тем самым открыв кровоточащую рану из колена, и уже готов был нанести смертельный удар, как из земли вылезли грязные корни и обхватили полурослика со всех сторон. Тристан, выбежав к Чати, перехватил удар только что наскочившего на них Ланселота.

— Тристан, отойди! — приказал кудрявому рыцарю эльф.

Тот лишь кратко обернулся и крикнул Чати:

— Уходите в таверну! Живо!

Чати кое-как встал и прихрамывая на одну ногу поволокся к таверне вместе с Астрид. Позади Тристан и Ланселот звенели мечами, справа Гавейн бился с мёртвыми Гаретом и Ламораком. Он хотел бы всем им помочь, но в текущем состоянии сделать ничего не смог. У него даже не было меча, так… жалкий обрубок железа, предназначенный лишь для того, чтобы отрезать веревку.

Впереди им дорогу уже преграждали Агравейн и Персиваль, пока гном Кей обменивался ударами с каменным Гохерисом. Чати сжал свой нелепый клинок покрепче, готовясь к заранее проигрышной схватке, как из темноты показался чёрный ящер со своим копьём и напал на двух рыцарей. Но силы были не равны, и он погас под их ударами, не дождавшись помощи от Чати. Бедивер отползал от наступающего Агравейна, в то время как Персиваль натягивал тетиву на своём луке.

И когда показалось, что надежды нет, в рыцарей ударили гномы. Ярый и маленький Колотун выбежал из таверны держа по топору в каждой руке и подсёк ногу Персиваля лезвием, что тот аж выпустил стрелу в воздух и звучно рухнул на землю. Агравейн и заметить не успел, как тот же Колотун подбежал к нему и ударил обухом своего топора в его колено. Агравейн чуть не упал, но вовремя опёрся на свою булаву, и последующие удары гнома, отразил с большим успехом. Бедивер, видимо, потерял много крови, и упал навзничь без чувств.

Капризный алхимик Ворчун, выбегая из таверны бросил в своего собрата Кея колбы. Разбившись о спину Кея, жидкость в колбах зашипела на спине гнома, после чего тот заорал и в панике отпрянул от голема. Тут же Ворчун стал закидывать банками с серной кислотой Мордреда, запутавшегося в корнях.

Напоследок из таверны вывалилась человекоподобная груда ржавого металлолома с сидящим внутри Плюшкиным. Этот трансформер набросился на трупы рыцарей, нападающих на истощённого Гавейна. Рубя и нанизывая их на свои ржавые клинки, Плюшкин разбросал их по разные стороны.

И когда Чати показалось, что его сторона победила… Тристан проиграл свой бой Ланселоту. Кудрявый рыцарь истекал кровью на коленях, ожидая своего конца перед эльфом. Но эльф и не думал добивать его.

Ланселот телепортировался к Мордреду, разрубив шипящие серной кислотой корни. Мордред, будучи наготове, тут же вернул себе в руку меч-гарпун и заранее наметив цель, запустил его в Колотуна. Персиваль, кое-как вставший на ноги также прицелился из своего лука в гнома. Меч-гарпун и стрела пронзили спину Колотуна.

— Твою-то мать! — выругался гном, обронив один из своих топоров.

Агравейн, до этого обменивавшийся с ним ударами, уже был слишком обессилен, чтобы что-то сделать. Они сверлили друг друга взглядами, накапливая силы для удара, который мог бы закончить их бой.

Тем временем Ланселот телепортировался к Кею, всё ещё дымящемуся от кислоты. Уклонившись от удара Гохериса, он подобрал тяжёлый молот Кея, и на следующий удар каменного голема по себе исчез. Гохерис готовился к атаке с любой из сторон, но Ланселот оказался над големом, и сделав нужный замах, разбил его каменную голову вдребезги. Каменное тело при этом осталось стоять, как статуя.

Чати плохо помнил эти моменты, так как слишком много событий было вокруг. Но помнил как перед ним появился Мордред с клинком его отца. Помнил как они схлестнулись и Мордред ранил Чати в глаз. Помнил как его благословила Астрид с помощью заклинания. Как у него, словно из ниоткуда появились силы. И как почти у самой таверны, он дезориентировал Мордреда фразой «Великий автор укажи мне путь». И у Чати и у Мордреда высветилось окно навыков с рекомендациями GoodGod. Пока Мордред в растерянности махал руками перед глазами, Чати переключился на свой инвентарь. У него остался только один зуб мудрости и он нажал на знак вопросика.

Раздалось животное гортанное рычание. Хлестая из стороны в сторону, как металлическая цепь на якоре, слизкое нечто покидало инвентарь Чати. Спустя секунды, на поле показался огромных размеров зеленокожий змей, с головой не то тигра, не то льва. Мордред, наконец смахнувший со своего интерфейса рекомендации GoodGod оказался прямо под хвостом у этого существа.

— Что это за…

Словно хлыстом, котозмей ударил полурослика своим хвостом, и тот пролетел добрых метров тридцать, прежде чем встретить на своём пути ствол дерева, об который он звучно хрустнул. Повернувшись к Чати, котозмей опустил свою морду ближе к его лицу.

— Наконец, ты приззвала меня, — прошипел котозмей, изгибая своё тело. — Чего желаешь, жрица?

— Я не жрица, — ответил опешивший Чати.

— Но я обязан жрице ссвоей ссвободе… — ответил котозмей. — Ессли ты не жрица — мне зздессь делать нечего…

— Я жрица, — просипела Астрид.

Котозмей покачал своей мордой:

— Не ты меня приззвала. Я обяззан другой жрице.

— Он должен моей матери, — сказал сам себе Чати, словно принимая правила игры. Он поднял глаза и сказал котозмею: — Я… я жрица, которая спасла тебя.

Котозмей принюхался к голове Чати:

— Да… я уззнал тебя по ззапаху. Чего ты желаешь?

Чати осмотрелся вокруг. Полудохлые рыцари если не умерли, то всевозможными путями старались это сделать. Тристан изливался кровью от ран, Мордред лежал разбитый в кустах, кто-то шипел, кто-то горел и только у Гавейна и Ланселота хватало сил полноценно драться. Чати, за которого никто и никогда не дрался, чувствовал свою ответственность перед всем этим хаосом.

— Я хочу, чтобы мы все остались живы и целы…

Голова кота змеиного окраса зашипела, выпустив из своих клыков змеиный язык: — Твоё желание сслишком просстранное… Ты должна ссказзать точнее… чего ты хочешь…

Чати задумался. Если исцелить их всех, то распри не закончатся. Рыцари получат лишь новые силы для повторной бойни, между собой. Если только испытание само не начнётся. Посмотрев на таверну, Чати задумался, а сколько игроков в этой таверне. Сотни… Тысяча… А сколько всего вмещает подобная таверна? Не может же быть, что в этой таверне собрались все игроки в мире.

— Точно, — с глазами, полными озарения, сказал Чати. — Разнеси нас всех по разным серверам. Рыцарей.

— Будет иссполнено.

Змей закрутился вокруг себя, словно вихрь, после чего его голова словно выстрелила в сторону умирающего Тристана. Раскрыв широко свою пасть, котозмей проглотил его, затем, проглотил Мордреда, Гавейна, Ланселота, а затем и сам Чати оказался проглоченным, и не мог сказать, что было дальше. Оказавшись у змея в желудке, Чати погрузился в неглубокий сон, после чего проснулся уже на совершенно чистой улице, перед той самой таверной новичков. Что-то поменялось.

Протерев глаза ото сна, Чати осмотрел улицу. Ни крови, ни трупов, ни Астрид, ни гномов. Только орк и эльфийка друг с другом зажимались возле конюшни, и доносился шум веселой толпы из таверны. Чати, почувствовал как по земле что-то зашуршало и опустив голову, увидел перед собой маленькую версию того котозмея.

— Ты довольна, жрица? — спросил уже тонким шипящим писком котозмей.

— Я не жрица — я её сын, — ответил Чати и задумался. — Скажешь, что именно ты сделал?

— Я ссделал то, что ты проссила. Раззнёсс рыцарей по раззным ссерверам.

— Просил, — уточнил Чати свой пол. — Я говорю про то, кого именно ты разнёс и живы ли они сейчас.

— Я не ззнаю, как ззовут рыцарей, — ответил котозмей. — Но могу ссказзать, кого я не вззял.

— Говори.

— Однорукого рыцаря я не вззял, мёртвого орка я не вззял и каменную статую брать тоже не сстал. Им бы я ничем не помог.

Чати коротко кивнул головой.

— Ламорак, Гарет и Гохерис, — сказал он эти имена с горечью. — Чёрт возьми, а остальные выжили после переноса.

— Я их вссех подлечил, жрица, — прошипел котозмей. — Они вссе живы, но расстеряны.

— Хоть какая-то хорошая новость, — ответил Чати. — А Астрид?

— Не ззнаю о ком ты…

— Понятно, — выдохнул Чати и ударил что было мочи по земле. В кулак отозвалось болью, но в груди было куда больнее. Он пришёл в этот Рейд полностью подготовленным, с кучей артефактов, тетрадью для того, чтобы победить в этом Рейде. Он пришёл сюда только лишь потому, что он не мог проиграть с таким арсеналом. И друзья… он только завёл друзей и подругу, как тут же остался совсем один с пустым инвентарём. Может стоит закончить это прямо сейчас? Но если он закончит, то что будет дальше? Решив об этом не задумываться, он встал и встряхнул колени от песка. Вот уже игроки стали выходить из таверны — видимо сейчас начнётся первое испытание.

— Что со мной не так, а котозмей? — спросил Чати. — У меня было всё, чтобы победить в этой игре — а теперь… что дальше?

Котозмей потянулся к Чати, и тот поднёс к нему руку. Маленький недокотёнок обвил его запястье и оглядевшись вокруг прошипел:

— У каждого героя ссвой путь. Чем ссложнее путь, тем ссильнее сстановитсся герой. Черезз легкий путь никто не добиваетьсся усспехов. А ззначит... ессли ты потерял вссё — то твой путь, только началсся.

Конец первой книги.

Буду благодарен если вы подпишитесь на мои группы в вк и в тг "Ягур Грудов". Они совсем маленькие, так как я их недавно создал и ещё не успел заполнить прекрасным (группа в тг побольше).

Спасибо за прочтение данной работы.