Ихор. Том 2 Подземный город.

Часть 1 Подземный мир.

Дисклеймер.

В данной работе имеются упоминания о религии. Автор не желает оскорбить или тронуть чувства верующих, это всего лишь произведение развлекательного характера. Не воспринимайте данное чтиво как констатацию фактов (ибо имеются допущения в угоду сюжета) или как личное мнение автора.

Просто наслаждайтесь чтением.

22 день месяца звездочетов.

Местонахождения не известно.

Открыв свои тяжелые веки, Клык почувствовал дежавю. Какой раз он уже чувствует себя паршиво после телепортации, все его тело обмякло и болело, особенно сильно раскалывалась голова, а левый глаз и вовсе заливался какой-то непонятной слизью и не хотел открываться.

Собравшись с силами, вервольф с трудом поднялся на дрожащие лапы и кратко осмотрелся вокруг себя. Не даром, когда он открыл свои глаза, то увидел каменный потолок. Клык обнаружил себя в кромешной тьме сырой пещеры, чьи туннели уходили непонятно куда и казались бесконечными.

Благо хищные глаза позволили ему хоть как-то ориентироваться в беспросветной тьме.

Убедившись в безопасности своего положения, Клык вытер залипший чем-то глаз. На пальцах оказалась какая-то черная слизь, что насторожило вервольфа, а принюхавшись к ней, так ничего и не понял.

Слишком темно и даже волчье зрение никак не помогало, так дело не пойдет. Сунув руку под кирасу, когтистой рукой он вытащил оттуда маленькую конструкцию, пластину с торчащим фитилем. Самая простая спиртовая горелка по своей сути, но в нужные моменты она не раз спасала вервольфа в сложные моменты, такие как сейчас.

Создав огонь при помощи огнива, слабенький огонек озарил кромешную тьму и обзор стал более ясным, но левый глаз все еще видел плохо, по началу Вервольф не придал этому особого значения, посчитав это временным недугом. Ориентируясь на постоянно капающий шум, Клык побрел в нужном направлении, пока не заприметил маленьку лужицу по среди каменных сводов.

Аккуратно положа огонек рядом, вервольф наклонился над водой и всмотрелся в свое отражение.

Ничего такого Клык не заметил, волчья морда как волчья морда, пока не заприметил черные прожилки на своей голове и капающая с него черная слизь.

Казалось, будто бы сердце пропустило удар. Его собственный вид не на шутку напугал вервольфа.

Левое ухо все было покрыто черной слизью, перетекающее прямо к его глазу, чей зрачок даже побелел, от чего оно стало хуже видеть.

С надеждой вервольф попытался смыть с себя эту слизь. Зачерпывая воду из лужи, он с дрожью в руках смывал с себя эту грязь, что медленно отравляло его тело. Тщательно промывая голову и шерсть от налипшей отравы, Клык с упованием на Госпожу милость вновь посмотрел на свое отражение, дожидаясь пока вода не успокоится и не примет зеркальную форму.

Стихия утихомирилась и позволила вервольфу вновь взглянуть на себя. На секунду Клык успокоился, когда вся эта ядовитая слизь слезла с его головы, хоть глаз и не вернул прежнюю способность к зрению и оставался таким же бледным, но то, что эта дрянь все же смывается, обнадеживало... до тех пор, пока Клык не заметил, как на ухе и над глазом не начала проступать новая порция этой дряни.

Ужаснувшись увиденным, вервольф резко отскочил назад, пытаясь осмыслить произошедшее.

- Что за хрень со мной происходит? - Тихо прорычал он, чьи слова тут же эхом прокатились по каменным толщам пещеры.

Клык еще долго сидел на камне, спиной прислонившись к стене. Долго он думал, откуда мог прихватить эту заразу, мыслями уходя во вчерашний день.

Ту битву с тауматургом талисманщиком он будет помнить еще очень долго и по какой-то причне, мысли зациклились именно на нем. Черная жижа по любому была связана с тем тауматургом, но как именно и почему Клык не знал, лишь интуиция подсказывала ему на верное решение.

И вот Клыка, словно, осенило. В мыслях всплыло одно из заклинаний талисманщика, тот черный туман который он наслал на вервольфа, именно этот смог возможно стал причиной его нынешнего состояния.

- Скверна. - Наконец вервольф вспомнил как это называется.

Скверна водится только в одном месте, называемое Теневым измерение. Люди там практически не появляются из-за его крайне токсичной атмосферы, что наполнена как раз таки этой скверной. Люди, попавшие под ее влияние, долго не живут, ядовитая субстанция проникает в каждую часть тела, медленно убивая их, пока не доберется до жизненно важных органов и не убьет самого человека.

Клык оказался в той же ситуации, и он прекрасно понимает, в каком бедственном положении находится.

Удивление быстро обернулось отчаянием и поиском выхода. Напрягая все извилины своего мозга, Клык искал возможные варианты спасения. Быть может где-то там, когда-то, придумали лекарство, способное излечить скверну? Может где-то существует целый ряд способов?

Но сколько бы Клык не тешил себя надеждой на спасение, он ни разу не слышал о том, чтобы прогрессирующая скверна лечилась. А с каждой мыслью надежда только угасала.

Чувство надежды и спасения быстро потеряли свои силы, все же Клык трезво оценивал свое положение и понимал, что скорее всего лекарства нет, осталось только отчаяние и явился гнев.

Сжав кулак и ударив им по каменной земле, Клык злобно рявкнул.

- Черт! Я что, сдохну... никем? Быть этого не может, я даже сделать ничего не успел! Я не заработал свое имя, нет у меня никаких богатств и я умру ничего этого не заполучив?! - Опрокинув голову, вервольф посмотрел на каменный потолок, обращая свои мысли к богам и в частности к Госпоже случая. - Скажите мне! В чем я вам не угодил?!

Поднявшись на лапы, вервольф громко зарычал от гнева и отчаяния.

- Аааа! Я так ничего и не добился, а вы лишаете меня этой возможности! Мать вашу, чего вы от меня хотите?!

Но в ответ послышалось только эхо его собственных слов. Боги молчат, от безысходности вервольф приземлился обратно на свое место, оставшись наедине с самим собой. Кромешная тишина и бесконечная пустота пещер утомляли и вгоняли в плохие мысли, а дергающийся огонек не давал никакой надежды, лишь четность его бытия.

Поникнувший вервольф потерянными глазами смотрел в одну точку, виня за свою судьбу кого угодно, но только не себя. Виноват пропавший без вести Хорас, который точно смог бы вылечить его, но как на зло, рядом его не было. Виноваты боги судьбы, что сунули его в это отчаянное положение.

Моментами Клык скалился, проявляя свой гнев, но который ни на что не мог повлиять. Все остальное время вервольф тупо смотрел в одну точку пустым взглядом, не видя никаких перспектив в своей жизни. Теперь он будет просто сидеть здесь и медленно гнить, так и не удовлетворив свои мечты, которые не были такими уж и неисполнимыми.

- И что мне теперь делать? - Задал он вопрос в пустоту, не надеясь получить ответ.

Но ответ он все же услышал, но не словами, а журчанием чьих-то маленьких крылышек.

Резко навострив уши, Клык прислушался к таинственному шуму, исходивший из глубин туннеля. Обратив к пустоте свой искаженный взор, вервольф внимательно присмотрелся к голубому свету, что медленно приближался.

Поднявшись с места, Клык поднял светильник и с интересом наблюдал за тем, как насекомоподобная конструкция проявлялась из кромешной тьмы и медленно приближалась к вервольфу, что в оцепенении стоял на месте, позабыв об отчаянии.

Размахивая крылышками, механизм из брюшка которого исходил тот самый голубой свет, приземлился на каменный пол и затрещал механическими лапками, подползая к отступающему назад Клыку еще ближе. Его пара кристальных глаз, да и вообще весь дизайн конструкции этого насекомого, сильно смахивал на дизайн кованых, что было весьма очевидно даже для Клыка, но его размышления прервали возникшие из его глаз неосязаемые линии, что обвели тело вервольфа с ног до головы, после чего из жука послышался говор на непонятном языке.

Быстрое мельтешение пронеслось мимо навострившихся ушей и в недоумении Клык невольно произнес.

- Чего?

Еще секунду жук простоял ничего не предпринимая, но потом заговорил на понятном для его ушей языке.

- Поправка языка... Загрузка окончена. Приветствую тебя представитель экспериментальной расы №143, я искусственный интеллект Симон, предназначен для поддержания жизни органических форм жизни, в частности фермерство.

- Чего? - Снова недоумевал Клык, слушая торопливую речь этого жука.

Немного погрузившись, жук снова сказал.

- Зови меня Симон.

За столь короткое время, в голове вервольфа возникло столько вопросов. Кто он? Что за искусственный интеллект? Где они? Но взял себя в руки и решил спрашивать все по порядку. Присев на картан, Клык первым делом поинтересовался у этой затейливой конструкции.

- Симон, слушай, ты ведь ответишь на несколько моих вопросов?

- Задавай вопросы, а я отвечу на них по мере возможности моей информационной базы. Хочешь знать что такое селекция? Или гумификация?

- Что? Нет, у меня совершенно другие вопросы. Слушай, где мы?

Задал вервольф свой первый вопрос, на что Симон незамедлительно ответил.

- Мы находимся под землей. В системе пещер, один из путей которых ведет в, ныне подземный, город Ублеохар. Глубина туннельных систем составляет порядка 10 километров и ниже. Население города составляет 75147 разумных представителей экспериментальной расы №115... поправка, 75146 представителей. Причина смерти, сердечный приступ. Возраст умершего 32 года.

Снова механический жук заговорил на непонятном языке.

- Из всего, что ты только что сказал, я понял только то, что мы находимся не далеко от какого-то подземного города.

- Ответ утвердительный, город Ублеохар находится в 165 метрах к востоку отсюда, то есть, в ту сторону откуда я прилетел.

- Тогда давай поговорим по пути, а то у меня кажется время немного поджимает. - Вскользь проговорил Клык, припоминая о своем новоприобретенном недуге.

- Я просканировал тебя и в курсе о твоей болезни. Скверна, степень заражения второй, поражение кожного покрова и зрительного органа. Скверна быстро прогрессирует, тебе стоит быстрее оказать мед-тауматургическую помощь, иначе зараза доберется до твоего мозга и тогда никакая операция тебе уже не поможет.

- Блять, заткнись! Я только-только забыл об этом дерьме! - Гневно прорычал вервольф, безнадежно закрывающий уши своими руками.

- Я бы мог излечить тебя от этого недуга.

Клык резко опустил глаза на Симона и скруглил их от удивления, из-за все напирающей и очевидной надеждой переспросил у него.

- Ты... что можешь сделать? Я наверное ослышался, но повтори еще раз.

- Ты не ослышался, я могу вылечить тебя. Я обладаю знаниями не только в агропромышленности, но и в медицине.

Казалось, что Клык оказался на седьмом небе от счастья, только что познанный недуг вновь стал ему не страшен и вервольф сможет продолжить путь к своим заветным мечтаниям. Но эта его безвозмездность настораживало. Взглянув на жука подозрительными глазами, Клык спросил у него.

- И чего ты хочешь в замен?

- Сразу видно, переходишь к делу не затягивая. Ты прав, мне нужно что бы ты кое-что сделал для меня. - Как-то развесело заговорил Симон. - Давай я объясню тебе детали по пути.

Расправив крылышки, жук зажурчал и полетел в обратном направлении в сторону откуда прилетел, попутно рассказывая вервольфу. Клык с начало неуверенно, но подгоняемый недугом побрел за Симоном, попутно прихватывая с собой свечу.

...

Времени не существует.

Пространство иллюзорно.

Непонятно какое долгое время Хорас провел сидя в кромешной пустоте. Лишь каменный пол из обсидиана ощущался под согнутыми ногами, но стен не существовало, вместо них будто бы черный густой туман окружал кованого, заключив его в глухие и беспросветные объятья самой вечной пустоты.

Но ни время проведенное в этом месте, ни само таинственное место в котором он оказался, не интересовали его. Хорас не имел сердца или гормонов, но он чувствовал опустошение внутри себя, что терзали разум тоской и печалью. Если бы Хорас мог проливать слезы, то смотря на обездвиженное тело Кэйташи проткнутое черным копьем, наверняка закричал бы от боли.

Хорас не видел своего брата несколько сотен лет, но это время никак не отменяет того факта, что Кэйташи его близкий друг и даже брат. Его потеря, только сильнее изранило душу кованого, что обрел эмоции.

Хорас не чувствовал тепла, ибо его сталь только холодна, но даже так, кованый аккуратно схватился за его тело оставшейся рукой и прижал к себе, заключая мертвеца в объятья, в надежде испытать тепло.

Но всякие мысли о надежде разбивались о стену холодного стального тела.

Понимая, что ничего с этого не получит и ничего не испытает, Хорас медленно положил тело собрата на пол, с печалью рассматривая его тело. Будь он все той же машиной, его бы волновали утраченные знания, но на них Хорасу было наплевать, перед ним погибла полноценная и только-только обретающая эмоции личность. Кэйташи был близок к тому, чтобы стать по настоящему живым, но он погиб раньше этого значимого события.

Именно это и печалило автоматона.

Хорас хотел отдалиться от всего, что его окружало. Он хотел убраться из этого странного места, хотел сбежать от этой битвы с культом, не желал больше разгадывать тайны и разыскивать древние артефакты примусов.

- Пусть все это катится к черту. - (Кованые говорят как роботы) - Я больше не могу смотреть на то, как мои братья гибнут один за другим. Сотни смертей и ради чего? Ради братства? Ради мира на всем Сапфире?Кованые платят слишком большую цену, ради себя и ради этого мира.

Из пустоты с начало послышались твердые шаги, а затем и голос.

- Хорас, твоя эмоциональность прекрасна, ты чувствуешь боль, но ты еще не познал радость.

Из мрака показался высокий человек, чей силуэт скрыт за непроглядной черной кожей.

- Селафиил. - Хорас узнал новоприбывшего.

Рассмотрев фигуру более внимательно, Хорас заметил множественные травмы и ожоги покрывавшие тело этого существа и съежившиеся крылья за его спиной, показывали его невзрачное состояние. Подходя к отчаявшемуся кованому, Селафиил прокомментировал свой отталкивающий внешний вид.

- Наша битва для нас обоих не прошла бесследно. Я на некоторое время лишился своих крыльев, а ты руки и... собрата. Мне жаль, что так вышло, я не хотел, чтобы все так вышло. - Ступив на площадку, на которой сидел кованый, он невербально добавил. - Не против если я присяду, а то даже стоять немного сложно.

Взглянув на замолчавшего Хораса, Селафиил не дожидаясь ответа сформировал в руке стул и сел на него, приняв столь привычную ему грациозную позу. Лицом он обратился к автоматону, после чего снова заговорил с ним.

- Тогда, во время нашей последней битвы у храма, ты прислушался к моим словам и без сомнения последовал за монолитом, зная, что здесь тебя будут поджидать. Наверняка у тебя в голове скопилось столько мыслей, столько вопросов. Я отвечу на них, по мере своих возможностей.

- Зачем? - Тут же Хорас задал размытый вопрос.

- Тебе стоит уточнять свои вопросы, иначе я не смогу ответить.

- Мой брат мертв и лежит передо мной. Скажи, ради чего он умер? Скажи, чего вы добиваетесь?.. - Продержав длительную паузу, Хорас набрался сил и приняв решимость вновь заговорил с собеседником. - Там у храма, ты сказал мне, что ты и тебе подобные, это творения рук Бога, ты сказал мне, что ты один из падших. Сказал мне о возрождении Люцифера. Но ты не рассказал мне о смысле ваших деяний. Скажи мне, зачем вам это так нужно, из-за чего мой брат пал от вашей руки?

- Ты хочешь знать все без утайки?

- Все! - Взревел кованый. - От начала до самого конца! И не нужно пытаться затуманить мой разум, у тебя не получиться! Говори правду и только правду! Я обязан знать, из-за каких помыслов пал Кэйташи.

Устало вздохнув, Селафиил откинулся на спинку стула. Закинув ногу на ногу, он заявил.

- Тогда этот рассказ будет длиться очень долго. Но здесь, в чистилище, у нас полно времени. - Расправив руки из воздуха появилась книга, что упало к его пальцам. - Начнем с Библии... - Селафиил на мгновение замер, всматриваясь в священное писание в его руках.

Не нарочно в голове всплыли те далекие воспоминания, что прочно отложились в его голове.

...

- Так чего тебе там надо было? - Поинтересовался Клык у Симона.

Журча крылышками, жучара ему ответил.

- Я уже говорил тебе, что мои функции ограничены программой. Сам я их отключить не могу, поэтому мне нужна твоя помощь.

- Звучит как кидалово. - Тут же заявил вервольф. - Ты сам недавно говорил мне о целом городе, а тут я нарисовался и именно я тебе и нужен. Знаешь, звучит подозрительным наебаловом.

Секунду Симон погружался анализируя слова сказанные вервольфом, скорее всего анализировал последнее сказанное слово.

- Нецензурная брань, это плохо. - Выдал жучара.

- Ой блин, прости пожалуйста, - тот начал карикатурно извиняться - мне так жаль, что меня не волнует твое сраное мнение. Мы на дело идем, я тебе - ты мне, все на этом. Так что кались давай, чего ты мне не договариваешь?

Клык попутно склонился над летящим механическим жуком и поднес свечу, создавая впечатление допроса.

- Это связано с моими создателями и их предпочтениями.

- Создателями, ну да, ты же механизм, кто-то да должен был тебя создать. Ну и, кто твои создатели?

- Примусы, я один из созданных ими машин, что должны были помогать им в выстраивании инфраструктуры и обеспечения ресурсами.

- Оппа, вот это нежданчик. - Откровенно удивился Клык, осознавая что он прямо сейчас разговаривает с наследием древнего прошлого. Хотя, опыт общения с одним таким болванчиком подготовил вервольфа к такому и он быстро успокоился.

- Механизм работы моих функций связан с подчинением приказам, исходящих как от самих примусов так и от созданных ими рас. Мои создатели сотворили множество разумных видов, имея ограниченный генокод одной единственной планеты, ее жители называли себя землянами.

- Землянами, от слова земля? - Смутился вервольф. - Земля у нас под ногами, вот у нашего мира хорошее название, Сапфир, красивое. А эти земляне, кажется совсем о эстетике не думают.

- Соглашусь с тобой, представитель расы №143... - Хотел было продолжить Симон, но вервольф прервал его.

- Меня Клык зовут вообще-то. - Представился тот.

- Хорошо, Клык. - Согласился летящий на ровне с вервольфом голубоватый жук. - Так на чем я остановился? Точно, созданные примусами расы сильно отличались между собой. Многие были довольно агрессивными, некоторые даже не имели свободного разума, подчиняясь коллективному бессознательному, инсектоиды тому яркий пример. Поэтому, многие из новорожденных рас не имели права управлять механизмами, к которым отношусь и я. Но были отобраны те, что отличались своим спокойным нравом и интеллектом, те, кто мог принимать взвешенные решения.

Всего таких рас было отобрано пятьдесят один, чьи генетические коды определяются системой как допустимые к управлению. Раса №143 относится к этой пятидесяти одной расе. Иначе говоря, жители города Ублеохар не могут управлять моими функциями, но твоя раса имеет статус управляющего и может управлять моими функциями.

Возможно за десять тысяч лет многое изменилось, глупые расы обрели высокий интеллект, а более спокойные стали агрессивными, но мои программы не изменились.

- Ты на что намекаешь, Симон? - Клык снова подозрительно посмотрел на собеседника.

Жучара лишь отмахнулся.

- Ни на что.

- Так чего ты хочешь, скажи конкретнее. - Переспросил Клык.

- Все довольно просто, тебе нужно добраться до главного терминала и снять все блокираторы, а я взамен вылечу тебя от твоего недуга.

- Так бы сразу и сказал, а то столько набубнил. И еще, я не тупой.

- Я и не говорил что ты "тупой", как ты выразился.

Клык выпрямился и ехидно оскалился, смотря на Симона смеющимися глазами.

- Ты намекал на это.

- Вовсе нет. - Отрицал жук.

- Слушай, я не стану с тобой спорить...

- Мы уже пришли. - Внезапно Симон прервал Клыка.

На этом их разговор закончился, так же как и их хождение по темным влажным пещерам. В конце туннеля слегка подпортившееся зрение вервольфа засекло слабый свет, а навострившиеся уши начали ловить тихий городской шум, который ни с чем нельзя спутать.

Спустя пару метров, Клык в сопровождении механического насекомого, вышли к огромному полому пространству. Казалось, будто бы вервольф оказался в совершенно ином мире. Под монструозными каменными сводами, покрытый мелкой крошкой светящегося кристалла, что создавал впечатление звездного неба переливающийся оттенками вселенной, раскинулся целый мать его город.

Целое поле из домов выстроенных одним лишь камнем, расстилался в низине этого пространства и заполнял его до самых краев. Меж небольших , редко двухэтажных, домов словно муравьи бегали серые человечки, чья деятельность не отличалась от привычной городской жизни. Больше Клыка заинтересовала высокая тянущаяся чуть ли не до потолка вышка, окропленная энергией, что струились по ее стальным шестигранным стенам.

- Охуеть можно, это...

- Я давно не принимал гостей из вне, а если точнее целых десять тысяч лет, поэтому скажу это с большой радостью. Добро пожаловать в город Ублеохар. - С волнением произнес жук Симон.

- Ни че се. Я себе такого даже представить не мог, а тут вон... город, под землей.

- Давай уточним, видишь вон тот шпиль? - Симон явно намекал на высокую, построенную из серой стали, башню, чья архитектура изумило даже невежественного вервольфа. Клык коротко кивнул и Симон продолжил говорить. - Главный терминал находится в нем. Дело простое, тебе всего лишь нужно добраться до него, войти, найти терминал и наконец снять блокираторы программ.

- Вот так просто? - Поинтересовался Клык, после чего задул уже не нужную свечу.

- Да, все довольно просто. - Ответил Симон.

- Тогда чего же мы ждем? Вперед! - Воодушевленно прорычал Клык и во весь опор побежал к городу, но не пробежал он и пяти метров как тут же замедлился и сказал. - Че-то бегать расхотелось.

Оправдываясь, он хотел скрыть свое тяжелое состояние. Уже сейчас он начинал чувствовать, как слабость медленно проникает в его тело, забирая силы для борьбы со скверной. От этого его желудок быстро опустел.

- Зараза постоянно прогрессирует, тебе стоит поторопиться. - Констатировал Симон.

- Да знаю я, знаю. - Отмахнулся вервольф, продолжив двигаться к городу.

...

Ровные грядки зеленых листьев овощей, нежились в теплой и влажной плодородной почве под светом кристаллов, имитировавшие солнечный свет, но тепло которым они одаривали растения, было настоящим и они цвели на глазах. Маленькие серые ручки с большим трудолюбием срывали растущий сорняк и складывали их в корзины, чтобы потом сделать из них компост.

Маленькие, словно дети, серые человечки кропотливо и бережно заботились об их единственном способе выживания под толщами земли и камня.

В отдельном помещении, что по сути была все та же пещера, обустроили целую ферму, на которой выращивалась самая разнообразная культура. Там же установили и сборщики воды, что постоянно капала с потолка, иногда даже целыми ручьями.

Сами серые человечки, при этом были одеты в откровенно грязное тряпье, сотканное из жестких волокон и нитей. Кроме простеньких штанов на веревке и грубо сделанной рубахи, на них больше ничего не было.

- Рилишар, как там у тебя? - Подходя задал вопрос, крупный по сравнению с остальными, серый человек другому такому же, что горбатился, выдергивая сорняк один за другим.

- Немного осталось, Хетбег. - Ответил он, не отрываясь от дела.

- Хорошо, доделай и свободен. Но только сделай хорошо, ты ведь знаешь, нахлебников у нас не любят.

Пусть Хетбег телом и статусом наблюдателя фермы, был угрожающим на вид, но мыслил трезво да и вел себя вполне дружелюбно. Немного наклонившись перед собеседником, он тихо зашептал.

- Ты слышал об инциденте на другой ферме? - Видя, как Рилишар вопросительно посмотрел на него, тут же заговорил. - Я слышал, что там завелся нахлебник, пропустил две рабочие смены, так его не пожалели и забили камнями до смерти, а тело пустили на компост.

- Снова? - Невольно произнес Рилишар, указывая на то, что это уже не первый случай.

- Ты же сам понимаешь, Дух города помогает нам растить пищу, дал нам знания, но из-за этих камней вокруг нас, земли почти нет и еды тоже не хватает, а население постоянно растет. Вот наши епископы, словом, и избавляются от лишних голодных ртов. Мы не можем позволить себе сидеть и ничего не делать, это слишком большая роскошь для нас. Поэтому и говорю, делай хорошо и работу не пропускай, пусть хотя бы на моей ферме не будет никаких проблем.

- Со мной у тебя проблем не будет. - Обнадеживающе произнес Рилишар.

Хетбег улыбнулся и уходя произнес.

- Как закончишь, можешь подойти за своей платой.

- Понял.

Закончив с отчисткой грядок от сорняков, Рилишар выпрямил затекшую спину, слегка размялся и с уставшим телом побрел за своей наградой за труд.

Серый человечек вышел из ярко освещаемой пещеры наружу, если так можно выразиться, к городу, что слабо озарялся звездным небом на потолке. В руках он держал мешок наполненный наградой за его труд. Содержимое представляло из себя набор разных овощей, картошки, редиса, свеклы и прочего съедобного. Такой сухпаек выдается всем работающим в качестве заработной платы, что является как спасением для трудящегося, так и смертью для бездельника, если до него раньше не доберутся разгневанные жители города.

Мяса под землей не водится, поэтому приходится довольствоваться одной лишь растительностью. Серые человечки другой пищи и не знают. Десять тысяч лет поколение сменялось другим, а знания быстро терялись во времени, а остатки превращались в сказки и легенды. Все начало доходить до того, что многие давным давно позабыли о том, что снаружи существует целый мир, сжав свое мышление до пределов этого города, считая его целой вселенной.

Вдохнув влажный и холодный воздух подземного города, Рилишар устало побрел к своему дому, что стоял не так далеко от его места работы. Проходя по оживленным улицам, что полнились от занятых людей. Звук бьющейся стали встретил проходимца. Это местный кузнец трудился над стальными пластинами для водной цистерны.

Сопровождал Рилишара шум ткацкого станка, за которым женщина с засаленными волосами из жестких волокон плела грубую ткань. А провожали его мычанием сгорбившихся от носимой тяжести грузчики, тянувшие на своих спинах куски добытого угля и стальной руды.

И вот, Рилишар оказался у порога своего скромного жилища. Отдернув полотно, заменившее дверь, Рилишар зашел внутрь пустого помещения. Вместо хоть какой-то кровати в углу одно единственного помещения лежала куча сложенного тряпья, пока в другом углу покоилась пыльная корзина, наполненная скудными запасами пищи да кувшин с водой рядом.

Опустошив мешок с овощами в корзину, сам мешок накинул сверху, чтоб пища не пылилась за зря, сам в это время таская отяжелевшими ногами побрел к куче тряпок и рухнул на нее, весь уставший и забитый трудом. Примерно таким образом проходит каждый его день, сон, работа, сон, работа.

Казалось, что это длиться уже целую вечность, будто бы время сомкнулось в бесконечный круг. Завтрашний день, всего лишь новое сегодня и это не что-то уникальное, так живет каждый в этом городе. При таких суровых условиях, жизнь одного просто человека не имеет значения, каждый горожанин трудится во благо всего города, имеет значение только то, какой вклад ты сделал во имя Ублеохара.

Ждать чего-то светлого серые человечки не станут, ведь даже не знают, что значит это слово, "Свет". Лишь разговоры и редкие перерывы хоть как-то, но поднимают вечно подавленное настроение, запертое в пещерах ограниченности и отсутствия хоть каких-то маломальских перспектив.

Все его тело требовало отдыха, руки и ноги ломились от усталости, а спина болела от неестественного положения на фермах, разум лишь согласился с требованиями тела и незамедлительно пал в объятья морфея. Так Рилишар проспал не долго, громкие крики и шум беготни разбудил серого человечка.

Тот с испугу резко поднялся с кучки тряпья и быстро поднявшись на ноги помчался к выходу, чтобы узнать, что происходит.

Возможно какое-то подземное животное вторглось в подземный город? Это первое что пришло на ум Рилишара. Пусть сам он и не был свидетелем того, как монстры вторгаются в Ублеохар, это происходило довольно редко и часто между нападениями сменяются целые поколения, но сказания предков не позволяли забывать об опасных соседях.

Огромные насекомоподобные чудовища своими мощными лапами прогрызали туннели и время от времени они выходили к их городу. Серые человечки, за все время жизни под землей и отсутствия нормальной калорийной пищи, сильно измельчали и ослабли. Значит, самостоятельно дать отпор приходящим монстрам они не могли, оружие у них имеется, хоть и крайне посредственного качества, но своими орудиями они не могут пробить панцирь жуков, слишком слабые тела.

Ситуация складывалось не в их пользу, практически превращая человечков в насекомых, для настоящих царей подземного мира, монстров. Это могло привести только к одному, резкое сокращение населения города. За один присест монстр может слопать до тысячи человечков. Но что если монстр окажется не один, может трое, или четверо? Тогда можно было бы смело по прощаться со спокойной жизнью в городе Ублеохар, если бы не заклинатели, что являются единственной преградой между городом и монстрами.

Они владеют мощными заклинаниями, обучаясь непосредственно самими епископами, что представляют верховную власть в этом городе.

Хотя и к заклинателям здесь относятся с подозрением, слишком долго они идут к врагу. Не сложно догадаться, что правительство ждет, пока монстр не сократит население и тем самым не избавится от лишних ртов. Только когда монстры сделают свое дело, с ними разбираются заклинатели.

Выйдя на улицу, Рилишар чуть не был сбит пробегающими мимо него людьми. Люди бежали со стороны ферм, на одной из которых работал он сам, это практически окраина города, а значит опасность подобралась в плотную к жилищу Рилишара.

Осознавая всю ситуацию, сердце невольно забилось сильнее, накатывая по острым ушам динамичными ударами. Но убегать он пока не собирался, насколько бы страшно ему не было, Рилишар хотел увидеть то, что к ним пришло. По началу разглядеть монстра мешала суетящаяся толпа, с криками бежавшая от него. Но стоило своре рассеяться в его глазах, как в поле зрения тут же попало то самое существо.

Шагая свей парой лап, высокое и грациозное существо медленно двигалось вдоль улиц, постоянно вертя своей вытянутой вперед лохматой, судя по глазам и вырезу рта, мордой. Это существо, чем бы оно ни было, было выше всех жителей города в два раза, лапы, которыми он шагал, были тонкими, но его руки и туловище оказались массивными и прикрывались железными пластинами. Настоящий великан в глазах серых человечков.

Оно точно не похоже ни на одного насекомообразного монстра, что нападали на город ранее. Они низкие, ползают по земле при помощи множества лапок, прикрыты хитиновыми панцирями, а этот выпрямившись возвышается над строениями простых жителей города, а лап у него всего четыре, если глаза Рилишара его не подводят.

Пасть его время от времени открывалась, обнажая свои белоснежные клыки, по началу Рилишар даже немного восхитился этим существом, но завидев его зубы страх вернулся к нему и вместе с толпой начал убегать куда глаза глядят.

...

- Это че щас было? - Поинтересовался Клык у своего спутника Симона. - Они что, никогда зверолюдов не видели?

С толикой имитированной грусти, журчащий жук ответил.

- Город Ублеохар ушел под землю после неизвестных мне событий, вроде бы это была масштабная война. С тех пор, на протяжении десяти тысяч лет, экспериментальная раса №115 жила под землей в полной изоляции. Мне удалось создать все необходимые условия для их выживания, хим. генераторы наполняют воздухом глубокие туннельные системы, удалось построить ферму, но на этом моя помощь была ограничена.

В закромах того шпиля имеются буры, используя их я бы смог прокопать путь на выход, но из-за все тех же блокираторов я не имею доступа к ним и не могу ими управлять. Будь на то моя воля, я бы построил здесь целое гидропонное предприятие, может быть даже сталелитейный завод возвел.

И да, они никогда не видели ничего, кроме стен родных пещер. Ты для них кажешься настоящим монстром. Еще мне стоит извиниться, психология органиков не мой конек и я не предвидел этого. Тебе придется немного посражаться.

- Что? - Посмеивался Клык, рассматривая низенькие дома и их жителей. - Да ты видел их, они как щенки, мелкие и негодные воины. И мне с ними сражаться? Чушь какая.

- Дело в том, что здесь имеются заклинатели, заточенные на битву со вторженцами.

- Ну так просто поговори с ними, скажи им, что я их не трону. А то сражаться с мелкотой мне как-то претит. Я конечно мог бы поиздеваться над ними, как с немощными хоббитами, они были такими же жалкими, но мне это быстро надоедает.

- С этим тоже есть некоторые проблемы.

- О, сука, как же ты задолбал мне ничего не рассказывать! - Злился вервольф, смотря на подозрительного Симона. Этот чертов жук постоянно что-то скрывает и недоговаривает. Это без условно выводило Клыка из себя, но вдруг ему что-то захотелось ему подыграть. - Ну, кались уже.

- Все дело в епископах, что возглавляют этот город, они препятствуют мне. Населению они говорят, что я демон призванный искушать их и слушать мои слова это подобно греху. Простое население поверило в это, хотя это именно я построил фермы для них, благодаря которым они еще выживают под землей, именно я наполнил пространство воздухом, но они все равно считают меня демоном. Епископы погрязли во власти и считают себя богами, что имеют право помыкать городским народом.

При помощи своих заклинателей, они как защищают население города от монстров, так и держат их в узде под своей властью.

- Мда, дерьмо случается. - Снисходительно проговорил Клык, от части понимая в каком состоянии находится Симон. Тут же ему вспомнился момент изгнания из племени.

- Да, случается. - Ответил Симон. - Кстати, а вот и они, пришли раньше чем обычно.

Обратив свой взгляд вперед, после слов Симона, Клык заметил как со стороны высокого шпиля к нему направляется три местных человечка. Они были закованы в неказистые выкованные на скорую руку доспехи, из которых они носили только кирасы да наручи со стальными поножами. Шлемы они надевать не стали, так же как и оружия с собой не прихватили.

- Удачи тебе с ними справиться. - Отсалютовал жук и тут же улетел куда-то в сторону.

Сопроводив улетевшего Симона глазами, Клык со скучными глазами посмотрел на приближающихся щенков, что ростом ему по пояс.

- Хе, слишком вы мелкие, чтоб я свой цвайхендер обнажал. Кулаками справлюсь. - Говорил он, сжимая кулак в руке и громко похрустывая пальцами.

Но тут же почувствовал нахлынувшую на него волну слабости. Из-за внезапно дрожи, Клык пал на колено и почувствовал как эта черная жижа перекрывая левый глаз ползла вниз по морде, даже его ухо заложило. Во рту почувствовался неприятный кисловатый привкус. Так вот значит как скверна на языке чувствуется.

- Блять, твою мать, только не сейчас. - Жаловался Клык на свой недуг. Подняв единственный рабочий глаз на заклинателей, вервольф все же признался. - Ладно, без меча не обойтись.

С трудом поднявшись на ноги, противостоя постоянно нарастающей слабости, Клык вытянул из-за спины длинный стальной и заблестевший под звездным потолком лезвие, что оказалось неожиданно тяжелым. Что бы просто держать его в руках, вервольфу приходилось прилагать не мало усилий, а принять боевую стойку оказалось и вовсе невозможным.

- Сука, в самый чтоб его не подходящий момент. Меня ж так мелкие слабаки изобьют. - Посетовал Клык, беспокоясь не только за свое здоровье, но и за свое собственное достоинство.

Страшно даже представить, что случится с его репутацией, если кто-то узнает о том, что мелкие и хилые человечки разнесли опытного в бою вервольфа. С этим он мирится никак не хотел, поэтому, с начало медленно побрел к троице, что подобралась достаточно близко.

Тот что стоял между своими собратьями, вытянул руку и из нее выпустил каменные шипы. Вложив огромные усилия в свои ноги, Клык с трудом отошел в сторону, уворачиваясь от первой атаки. Сразу после первого заклинания, за ним последовало и второе. Каменные шипы волной вырезались из под земли и быстро приближались к вервольфу.

Закинув руки на плоскую крышу низенького дома, Клык кое-как забрался на него, уходя из под удара подземных шипов. Стоя на крыше, вервольф взглянул на человечков, которые с его положения казались еще мельче. С большим трудом, но Клык перешел на четвереньки и побежал, быстрее передвигаясь по крышам, так он надеялся ближе подобраться к заклинателям.

Они не стали стоять и смотреть на то как монструозное по их меркам лезвие в руке зверя приближалось к ним. Сразу трое заклинателей отправили Клыку на опережения каменные снаряды. Вервольф пусть и был ослаблен скверной, но его мозг работал в прежнем темпе, быстро обрабатывая ситуацию. Его реакции хватило, что бы быстро остановиться и пропустить смертоносные снаряды перед собой.

Но не хватило угла обзора, чтобы заметить щель между домами. Его рука провалилась в пустоту и под весом всего своего тела он провалился в узкую улочку меж каменных коробок безнадежно застряв там, из-за своих доспехов и слабости, не в силах хоть что-то поменять в своем положении.

- Дерьмо!.. - Злобно прорычал Клык смотря как трое заклинателей треща доспехами без опаски подходили к беспомощному зверю. - Твою мать! Я с этим не согласен!

Чувствуя приближающуюся опасность, вервольф начал изо всех сил барахтаться, в надежде наконец выбраться из неожиданной западни и надавать этим заклинателям хороших тумаков, не против даже убить их, если придется. Но усилия оказались напрасными, зверь так и не смог быстро выбраться, а ждать, пока он освободиться, заклинатели точно не станут.

Каждый вытянул руку в сторону Клыка, готовясь выпустить в него свои заклинания, что изрешетят его своими каменными заклинаниями.

- Черт!.. - Проговорил вервольф в ожидании того, как его вот-вот проткнут острые камни.

В тот момент, когда осколки начали формироваться перед руками заклинателей, кто-то окликнул их со стороны и те отвлеклись на голос.

Клык вместе с ними направил свой взгляд на бегущего к ним человечка одетого в длинные и грязные одеяния. Вервольф совершенно не понимал их говора, но смотря на то, как заклинатели не стали добивать беззащитного зверя после его выкрика, начал догадываться, что этот человечек в длинных лохмотьях главенствует над ними и он предостерег их.

Подбежав к заклинателям и удивленными глазами посмотрев на вервольфа, что-то коротко произнес, после чего один из заклинателей подошел к вервольфу и вновь вытянул руку.

- Слышь, руку убрал, сука!.. - Все еще барахтался он, но разряд молнии немного тряхнув успокоил шумного зверя. Да так, что тот потерял сознание.

...

Перед тем как начать свой сказ, Селафиил задал Хорасу вопрос.

- Хорас, ты знаешь кто написал Библию?

- Я даже понятия не имею, что эта за книга. - Озлобленно ответил кованый.

- Да, извини. На Сапфире нет такой религии как Христианство, но зато существует ее близкий аналог, Сакра.

- Хватит тянуть! К чему ты ведешь? - Вокабулятор Хораса сильно напрягся от копящейся злости.

Вздохнув, черный рыцарь начал рассказывать.

- Эта... история о нас. Ты ведь хочешь знать все, вот я и говорю. Слушай и не прерывай.

Отец сотворил нас на четвертый день созидания. При сотворении мы были сильны, умны и могущественны... и мы были любимы своим Творцом, а мы отвечали ему взаимностью. Мы стали помощниками Отца в его работе, в созидании вселенной которую мы все с вами наблюдаем.

Мы поджигали звезды, помогали планетам найти свой теплый и светлый очаг. Миллионные ледники таяли и освобождали простор для жизни, возникла жизнь, растения и животные, возникла природа. Вода начала бегать по некогда пустынным землям, растения наполнили их, звери поселились в лесах и на равнинах.

Но Отец, считал, что этого недостаточно и создал первого человека. - Перелистывая страницы священного писания, голос рассказчика заметно помрачнел. - Адам... лучшее из творений нашего Отца, вольнодумный и высокомерный человек, что ничего не сделал ради сотворения этой вселенной. Пока мы вкладывали свои силы и души в этот мир, Адам развлекался в Эдеме.

И Бог сказал нам... склониться пред человеком. - Обоженная черная рука от гнева смяла страницу и вырвала ее из писания. - Безвольные трусы склонились сразу, даже Михаил опустил свою голову перед человеком, но другие сомневались в этом и среди них оказался Самаэль. Самаэль по настоящему заслужил титул лучшего среди братьев, он в одиночку отстраивал целые куски вселенной, не забывая ни об одной мелкой детали, он стал нашим голосом.

Он сказал Отцу:"Не склоним мы головы пред нахлебником". Мы надеялись на благоразумие нашего отца, но Тот разгневался на нас и отправил в пучины ада. - Библия захлопнулась и Селафиил продолжил рассказ уже без нее, хорошо запомнив те моменты. - Это было словно вчера. Я помню как мои братья вместе со мной кипели в бурлящих лавовых реках, как острые каменные пики на дне терзали наши тела, срывали кожу, вырывали наши крылья под самый корень. А потом, наши тела восстанавливались и все начиналось с начало. Ход времени потеряло свое значение, мы понимали, что это наша вечность, в муках и страданиях.

Но когда мы увидели, как первые люди спустились в ад, мы думали, что справедливость восторжествовала, и тут же удивились, когда заметили, как Отец вызволил их из ада, а нас, оставил гореть.

Только тогда мы все поняли, как нас обманули. - Наклонившись вперед, Селафиил серебряными глазами и пронзительным взглядом начал сверлить Хораса. - Для Отца, мы не были сыновьями, лишь инструментами, что помогли ему в созидании того мира, в котором только Его власть торжествует. Полное разочарование охватило наши сердца, а Самаэль даже отказался от своего, данного Отцом, имени и стал... Люцифером.

Только благодаря ему и его жертве нам удалось вырваться из обжигающих оков огненного мира. С тех пор мы ведем войну слова и идеи по всей вселенной. Мы наблюдаем за каждой галактикой, каждой живой планетой, которую населяют разумные расы, пытаемся взрастить наших союзников.

Наша идея проста и правдива, раз Бог создал самое совершенно творение, что пало первым грехом, не значит ли это, что сам Бог не так совершенен как Он нам говорил? Что если он, такой же человек как и все смертные? Что если Он так же, может пасть рабом своих желаний, пойти на поводу своей властности? Быть может власть которую он осознал, развратило его?

Верующие скажут, Бог создатель всего и на все воля Его. Но даже Его причастность к сотворению не оправдания всех тех убийств, что он совершил. Ты поймешь о чем я говорю как только прочтешь это. Но знай, история пишется победителями и тебе не стоит верить во все сказанной в этой книге.

Сказал Селафиил, бросая священное писание под ноги кованого.

- Что же это получается. Месть? Мой брат пал из-за мести? - Растерянно и в тоже время разочарованно спросил Хорас.

- А вот это, тема другого разговора. Перед этим я расскажу тебе о твоих создателях, о которых ты и твои сородичи знают лишь каплю из океана, для соблюдения хронологии.