Ихор. Том 1 На север.

Тень 1 Смерть по пятам.

Земля, колыбель человечества, райский сад по среди космоса и драгоценный камень в бесконечной пустоте. Так говорили некоторые философы и ученые прошедших времен, но они не видели этот драгоценный камень в нынешнее время. Этот голубой сапфир, блуждающий вокруг яркого солнца начал тускнеть и чернеть, покрываться язвами болезни экологии и ожогами ядерного огня. Земля больше не походила на саму себя тридцатилетней давности. Ее обильные зеленые леса начали разъедать токсичные реки, растения умирали, животные вымирали. "Раньше было лучше", эта фраза как нельзя подходит для нынешней Земли, ведь если сравнивать, то начало двадцатого века казалось настоящим раем, по сравнению с нынешним временем.

2053 год.

Сирия.

Город Дамаск.

Несанкционированное наемничество, это деятельность независимых вооруженных сил запрещенных во всем мире. Несанкционированными наемниками называют тех, кому совершенно плевать на моральные устои, те, кому без разницы у кого брать заказы и кого нужно убрать. Темные времена порождают по настоящему темных личностей и таких людей на Земле превеликое множество.

На крыше невысокого, более-менее целого, здания лежало двое солдат в стандартной экипировке ВС РФ. Ратник 4 уже с сорок пятого года является стандартной экипировкой для военнослужащих России. Тела солдат полностью закрывали тяжелые керамические плиты, по ногам протянулись стальные конструкции экзоскелета, а их лица скрывались под круглыми закрытыми шлемами. Один лежал на жестком щебне всматриваясь в объектив дальномера, в то время как второй сжимал в руках СВ-45 (современный аналог СВ-98), высматривая каждый уголок затемненного, тихого и мертвого города изуродованного войной. Один лишь звездный небосвод был красив на фоне этой безумной картины.

- Как думаешь, этот "Убийца" вообще придет? - Задал вопрос корректировщик, как бы невзначай. После короткой паузы последовало.

- Не знаю, нам просто доложили о каких-то разведданных и все. Мы всего лишь выполняем приказ. - Не отвлекаясь от прицела ответил снайпер.

- Черт, он ведь много людей положил, думаешь мы сможем? - С сомнением в голосе не прекращал говорить наводчик, что начинало злить снайпера.

- Вот именно, этот урод положил тысячи людей. Кто-то должен избавиться от него, кто если не мы?

- Точно так же говорили другие люди, еще до нас.

- Слушай, просто заткнись и покончим с ним, скоро все это закончиться.

- Да, конечно, - чуть погодя наводчик добавил - нашей смертью.

Снайпер лишь злобно прошипел, но ничего не сказал в ответ, лишь продолжил делать свою работу дальше.

Наводчику было больше нечего добавить и последовал примеру своего напарника. Может быть таким образом у них будет больше шансов на выживание. Дальномер наводчика мельком взглянул на мэрию города, через фасады здания виднелись единственные источники света в этом богом забытом городе. Там расположился командный центр и цель, за которым должен прийти "Убийца".

Как ни крути, но "Убийца" все же наемник и в его задачу входит ликвидация целей за определенную плату, такого его неизменное кредо. Неизвестно каким именно образом командованию удалось найти следующую цель "Убийцы", но им это удалось, за одно успев подготовить засаду для этого наемника. Вот уже порядка семи лет ему удавалось ускользнуть из цепких лап вооруженных сил специального назначения, следы постоянно терялись, а пояски приводили в тупик. Семь лет, если так подумать, то еще ни одному человеку не удавалось так долго скрываться и при этом проворачивать свои дела, возможно правительство и закрыло бы на это глаза, однако подрывная деятельность "Убийцы" часто касается политически важных для РФ людей, это и заставило командование принять решение о его безоговорочной ликвидации. Сейчас, когда руки командования уцепились за тонкую ниточку, они не могут оплошать, даже малейшая ошибка не допустима.

Осмотрев фасад мэрии, объектив начал скользить дальше по картине разрушенного города, попутно подмечая разные и незначительные детали. Картинка была несколько размыта при движении, но во время этого в объективе что-то блеснуло, это явно привлекло внимание корректировщика. Вернув свой взор назад, он всмотрелся в полуразрушенное здание, стены его были изрешечены пулями разных калибров. Виднелись крупные отверстия от пулеметных пуль КПВТ, до мелких выемок сделанных автоматными очередями. Лишь края окон казались целыми, если сравнивать с окружающей разрухой. В оконном проеме виднелся тусклый зеленый свет и что-то торчащее из него.

- Я что-то заметил. Окно, третий этаж, на противоположной стороне...

Корректировщик не успел договорить как раздался приглушенный звук, после чего прозвучал стеклянный треск и голова корректировщика безвольно упала на щебень. Снайпер не понял, что только что произошло, и вопросительно посмотрел на своего напарника, а когда наконец понял, то вздрогнул. По телу пробежались не приятные мурашки.

- Вот черт!..

Это единственное что он успел сказать, перед тем как вторая пуля пробила его визор и вошла в его мозг. Его голова так же как и у его напарника, упала на щебень и больше не двигалась.

- "Сокол-1", доложить обстановку. Прием. - Послышалось во встроенной гарнитуре шлема снайпера и наводчика, но ответ естественно не последовал. - "Сокол-2", доложить обстановку. Прием.

Больше слов не последовало, словно бы понимая, что произошло.

Ствол СВДМ-45 с глушителем, торчащий из окна здания на противоположной стороне улицы, все еще отдавался слабым дымком. Оружие начало медленно погружаться обратно в темень, скрываемую за оконным проемом в котором пряталась пара зеленых глаз.

...

Командный штаб разместился в главном кабинете мэра, где собрались солдаты и командиры словно на подбор. Все присутствующие экипированы в стандартный Ратник и не упускающие оружие из рук. Их лица скрывались за бронемаской шлема, сами они были не движимы, больше походя на машины, чем на людей. Старший офицер, на голове которого красовался красный берет, беспрерывно бродил по кабинету не находя себе места. Пока его не отвлек голос с еле заметным английским акцентом.

- Полковник Николаев, вы я погляжу тоже взволнованы.

Старший офицер полковник Артемий Николаев наконец остановился и посмотрел на человека в деловом костюме, потягивая электронный аппарат и выпуская густые клубы дыма сидя в удобном кожаном кресле. Удивительное зрелище, что в этом городе осталось настолько хорошее кресло. Полковник обеспокоенно посмотрел на него, но ничего не ответил.

- Держите.

Майкл Смит протянул устройство полковнику, тот все так же молча взял его в руки и тоже сделал пару затяжек. В голову ударило резкое чувство расслабленности, растекающаяся по всему напряженному телу. Протянув еще немного полковник вернул устройство обратно и пошел вдоль длинного и старого стола к связисту, сидящему у компактной радиостанции. "Лебедев", - подметил полковник.

- Ну что там?

- Товарищ полковник, "Сокол-1" и "Сокол-2" не отвечают.

Ответил связист не уверенным голосом.

- Что значит не отвечают! - Полковник отобрал рацию из рук связиста. - Сокол-1, Сокол-2 доложить обстановку. Прием.

Услышав в ответ только шуршание, офицер вернул рацию обратно. Отойдя немного дальше от связиста, тот со злостью ударил по столу, стараясь держать все чувства при себе.

- Мы потеряли "Соколиное гнездо", - поняв и приняв это, полковник отдал следующий приказ - всем приготовиться, цель уже близко, скоро мы с ним встретимся.

Связист начал торопливо говорить в рацию, передавая приказ полковника всем остальным солдатам собравшимся в холе мэрии. Полковник в свою очередь направился обратно к американцу. Полковник понимал, что план уже идет не так как задумывалось, этот наемник смог найти снайперское гнездо, хотя сам командир считал, что найти их будет не реально, но практика говорила об обратном. Полковник сел на стул, рядом с американцем и начал разговор.

- Какой-то вы слишком спокойный, Майкл Смит.

Майкл посмотрел на полковника и ответил спокойным голосом.

- А вы думали все пендосы трусливые?

- Честно, да.

Майкл насмешливо посмотрел полковнику в лицо.

- Вообще-то вы правы, американские солдаты идут на службу только ради денег, но лишь немногие понимают, что такое война. Вы знали, что на 2050-ый год, уровень дезертирства среди армии США достиг исторического предела, около пятидесяти процентов, если соотносить с численностью задействованных солдат. А вот у вас, этот же показатель куда ниже, всего каких-то пятнадцать процентов. В такие моменты начинаешь разочаровываться в своей стране и в ее гражданах. Эти изнеженные трансы уже всех достали. А что до меня, то я прожил не плохую жизнь. - Майкл откинулся на спинку кресла и погрузился в свои воспоминания. - Я рос в приличной семье, окончил Гарвард, пошел на службу, получил зеленый берет. Черт возьми, я даже с вами воевал в сорок девятом году.

- Вы про Второй Украинский конфликт? - Подметил полковник.

- У вас его так называют? Как нейтрально, у нас это Славянская Освободительная война.

- Вот оно как, хм... выходит, мы даже могли и встретиться там.

Майкл удивленно посмотрел на полковника и отложил электронку на стол.

- Ничего себе, вы тоже воевали на Украине? Тогда вы меня понимаете, там была настоящая мясорубка.

Немного подержав паузу, Артемий сказал.

- Там полегли все мои товарищи, друзья и даже младший брат, который все время плелся за мной, будь он не ладен.

Майкл окинул полковника понимающим взглядом и ответил безмятежным тоном, перебирая в мыслях разные слова, пытаясь вспомнить что-то.

- Война, она такая. У них есть деньги на войну, но они не могут накормить бедных, жаль, но такова грешная жизнь человека. Только после того конфликта я понял, что все мы всего лишь марионетки в руках богатых и властных людей. Несправедливо скажут многие, но я скажу, что это наш мир и если нам суждено разрушить его, то так тому и быть. Я уже давно смирился с этим.

- Согласен, войны будут продолжаться, пока это кому-то выгодно. "Когда США и Россия начнут бить друг друга, то мир покатится ко всем чертям", говорил кто-то очень давно, но очень актуально сегодня. Двадцать чертовых лет, между нами продолжаются войны руками марионеточных стран. Выходит, кому-то это все же выгодно, я только надеюсь, что это не выгодно самому Богу. - Расстроенно завершил полковник.

- Вы считаете, что род людской разочаровал Бога? Если так, то он работает как правящий класс, действуя руками марионеток, но не участвуя во всем этом лично. Тогда получается, Бог самый коварный стратег, хм...

Эта мысль несколько рассмешила Майкла.

- Кстати о наемнике, вы не думали о том, кто мог вас заказать?

Майкл вопросительно посмотрел на полковника.

- А вам это так интересно? А ладно, думаю это дело рук моего коллеги, Джеймс Миллер, тоже торговец оружием. Тот еще пройдоха, я всегда успевал обогнать его на несколько шагов, наверняка это он подослал "Убийцу". Больше некому.

- И вам не страшно?

- Мне то, страшно конечно же, но думаю я к этому уже готов. Все же этот отморозок смог убить людей, до которых не возможно добраться, так считали многие. Но этот человек, это что-то с чем-то, когда люди говорят что это не возможно, он просто делает это. Если бы он не был таким ублюдком, возможно я бы попросил у него автограф.

- Товарищ полковник!

Связист окликнул полковника, тот сразу же поднялся со стула и направился к радиостанции.

- Что там?

- Снаружи мэрии обнаружили движение. - Мигом доложил связист

- Что за движение?

- Пока не определили, докладывают, "слишком размытая картинка".

- Понятно, всем приготовиться принять бой...

Из рации раздал судорожный голос.

"Это же он, он здесь... постойте, это РПГ! Ложись!.."

Послышался приглушенный взрыв, однако его мощности было достаточно, чтобы затрясти все здание целиком словно при землетрясении. С потолка начала сыпаться штукатурка, некоторые оставшиеся элементы интерьера сваливались на пол, а посуда разбивалась. Солдаты начали прикрывать головы руками, связист и полковник последовали их примеру, но на головы ничего не упало, лишь штукатурка запачкала берет командира. Не теряя время, полковник схватился за рацию.

- "Хол"! "Хол", доложить обстановку! "Хол", Ответьте!

"Черт... твою ж налево... - Из рации послышался приглушенный и хриплый голос. - товарищ полковник... агх... как же больно... полковник... он здесь..."

Через рацию и стены здания послышался громкий выстрел, после чего солдат по ту сторону замолчал. В холе находилось пятнадцать опытных солдат из ССО, они воевали не только в Украине в сорок девятом, но и в ряде других стран: защита политиков в САФ (Северо-Африканская Федерация), борьба с повстанцами в Польше, урегулирование порядка в Белоруссии и не только. Чтобы положить их всех одним выстрелом, это просто невозможно. РПГ, только если этот наемник не использовал ракету модификации "Солнце", снаряд относящийся к тяжелому противопехотному оружию, оно способно сжечь все живое в закрытом пространстве. Такие ракеты еще даже не вышли на рынок, откуда у него такое оружие, остается только гадать.

- Всем приготовиться, цель уже здесь!

По команде полковника все солдаты начали собираться по сторонам вокруг двойной двери, через которую должен зайти "Убийца". Их коллиматоры направились в одну точку, а полковник пошел к Майклу.

- Майкл, прижмитесь к стене и не высовывайтесь.

- Ладно.

Тихо проговорил американец и послушно побрел к стене и прислонился к нему в ожидании неизбежной участи. Полковник схватился за АКМ-45 и последовал за Майклом по правую стену от двери. Прикрывая того своей спиной, он так же нацелился в дверь.

Все были готовы встретить наемника достойно, ждали, пока он не появится. В этот момент, каждая секунда длилась будто бы целую вечность, замершие солдаты казались статуями, не издававшими ни единого звука. Время, словно решило поиздеваться над ними растягивая этот момент настолько, насколько это вообще возможно. Но, сколько бы не ждали солдаты, наемник все не появлялся. Вскоре терпению полковника пришел конец, он начал медленно отходить от американца и подходить к двери, но чутье говорило ему этого не делать. Что-то внутри подсказывало ему оставаться на месте, и не зря. Полковник остановился на полпути к двери как вдруг через зашторенные окна в кабинет ворвался темный силуэт, который двигался невероятно проворно. Солдаты даже не успели понять что произошло, как по ним со спины сразу же ударил пулеметный шквал.

Пули без особого труда прошивали современную экипировку солдат, не оставляя им никакого шанса, но прежде чем смертельный град дошел до полковника, тот прыгнул в сторону зажавшегося в комочек Майкла, в противоположную сторону от свинцового потока. Прикрыв того своим телом, они только надеялись, что смертоносный взор обойдет их стороной. Полковник взглянул в сторону откуда идет огонь, он увидел человека, полностью закованного в черную бронь не лишенный экзоскелета, короткая накидка дергалась от отдачи "Печенега" и его шлем, главный его атрибут. Его застекленные глазницы безразлично смотрели на происходящий ужас, на его блестящем железном лбу сверкали отражения от огня выстрелов.

Полковник не собирался ждать, пока наемник переключится на него и Майкла. Перевернувшись на спину, полковник нацелил на "Убийцу" дуло автомата и уже готовился спустить курок. Но человек в маске посмотрел на него и направил "Печенег" на полковника. Палец начал сжимать спусковой крючок, но раздался лишь щелчок. Полковнику показалось что его сердце остановилось, но осознание вернуло ему уверенность в себе. Теперь он произвел очередь по не приятелю, но вместо желаемого результата, он увидел другую, неприятную картину. Человек в маске отпустил из рук пулемет и быстро ушел из линии огня нырнув в другую сторону стола.

Полковник быстро поднялся на ноги все еще не растеряв надежду на победу, но отлично понимая в какой ситуации оказался. Полковник не теряя драгоценные мгновение быстро обошел стол и выпрыгнул на другую сторону, но там никого не оказалось. Из под стола послышалось пара выстрелов и на наголенные пластины ударили пули, но не травмировали его, тот лишь упал на одно колено. Полковник не растерялся и направил дуло оружия под стол и выстрелил на угад. В надежде увидеть мертвый труп, Артемий заглянул под стол, но никого там не увидел. Выглянув обратно, он увидел как наемник стоит на столе и направляет на него пистолет. Артемий поднял автомат и прикрылся им вместо щита, пуля угодила прямо в затворную раму и вылетела на сквозь, оцарапав ему щеку. На коже сразу же поступило чувство сильного ожога, но сейчас полковнику совсем не до этого.

Бросив небоеспособный автомат, Артемий быстро взобрался на стол не давая наемнику опомниться. Тот успел сделать лишь пару выстрелов, но те попали на грудную плиту, не нанеся Артемию ни малейшего урона. Такой наглости наемник не ожидал и опешил. Воспользовавшись моментным замешательством, полковник накинулся на оппонента в рукопашную, вытащив из набедренных ножен короткое и прямое лезвие. Рука взмахнула и первым делом ударила по вытянутой руке с пистолетом наемника. Из образовавшегося пореза в перчатке мелкими струйками потекла кровь, "Убийца" не удержал оружие и уронил его на пол. "Теперь шансы уровнялись", - подумал полковник, но не успел тот нанести второй удар, как наемник начал вытворять странные вещи.

Наемник начал выполнять сальто назад. Очень не обычное зрелище, особенно учитывая, что любая современная защитная экипировка весит очень тяжело, в ней тяжело бегать, не то что выполнять акробатические приемы. Провернув сальто еще пару раз, он остановился на другом краю стола. Приземлившись на ноги наемник сунул руки под накидку, после чего веером развеял ладони, в полковника полетело с десяток метательных ножей. Артемий прикрыл голову руками, принимая весь удар, но ни один из ножей не навредил своей цели. Ножи посыпались на стол, позвякивая друг о друга.

Наемник стоял ровно и спокойно, это заметил полковник, после "Убийца" опустил взгляд на стол, за ним последовал и полковник. На столе рядом с радиостанцией лежал пистолет Лебедева нового образца, даже не смотря на то что это всего лишь пистолет, такой мог пробить и некоторые части Ратника. Полковнику стало не по себе, но он не собирался ждать пока его застрелят и рванул в сторону наемника топча хлипкий стол стальными оковами ботинок.

За несколько широких шагов полковник преодолел расстояние между ним и наемником. Артемий сделал резкий и максимально быстрый выпад на который только был способен, нацеливаясь в единственное уязвимое место в его экипировке, шея. Наемник тоже не терял время и направил ствол так же в шею полковника.

Взмах-выстрел!

Из ствола "Лебедева" начал сочиться слабый дымок. Полковник Артемий остановился и начал пошатываться, из его шеи ударила струя теплой крови. Кое-как держась на ногах Артемий продолжил идти вперед, наемник отошел в сторону пропуская мимо себя полумертвого солдата. В глазах начало темнеть, а мысли запутались и не могли предложить что-то путное, единственное что смог сделать Артемий, это зажать рану рукой, но кровь продолжала сочиться из сквозь его пальцы настоящим водопадом. Ноги постепенно переставали слушаться и запутавшись в них полковник всем телом рухнул на стол. Веки тяжелели и вопреки воли постепенно закрывались. По всему телу прошлась холодная леденящая рябь пронизывающая все его тело до самых кончиков пальцев.

Наемник обернулся на лежащего полковника. Вокруг его шеи растекалась густая ярко-красная кровь, стекающая с края стола маленьким водопадом. Но что-то вызывало дискомфорт в шее самого наемника, не успел тот опомниться, как почувствовал текущую вниз по его шее влагу, внезапная боль обожгла его. Наемник обронил "Лебедев" и обеими руками потянулся к шее, пальцы нащупали железную пластину, подозрительно напоминающую лезвие ножа. Посмотрев на свои руки наемник увидел что те утопали в крови.

Ноги подкосились и тот не удержал свой собственный вес, наемник грохнулся прямо рядом с бездыханным телом полковника. Его глаза темнели, но тот успел зацепить взглядом ослабшую руку полковника в которой безмятежно лежала рукоятка ножа, но самого лезвия не было на месте. Пробирающий холод мигом отнял все оставшиеся силы и глаза наемника начали смыкаться, пока не настала настоящая тьма.

Тень 2

Небо покрылось бледной пеленой, пропуская через себя лишь редкие лучи солнца, но даже те, что прорывались через толщу снежных облаков, сияли так сильно, словно это их последнее пришествие. Снег хлопьями сыпался с небес на землю, покрывая его бесконечными полями, скрывающий под собой облик здешних земель. На ветках еще зеленых деревьев скапливались ровные и гладкие кучки, под давлением которые скатывались на земь. Снегопад обильно одаривал землю, образовывая на нем метровые сугробы. Воздух пропитан леденящей стужей и пробирал до самых костей. Изо рта постоянно вырывался густой пар, а пальцы замерзали моментально.

По сугробам, широкими шагами, топал человек, одетый совсем не по погоде. Его простенькая рубаха и кожаный жилет никак не защищали его от пронзающего холода, даже его тонкая накидка никак не спасала ситуацию. Порывистый ветер постоянно задирал кусок ткани, который сложно было назвать накидкой, и все его тело в полной мере охватывала холодная метель. Одежда застывала и становилась грубее, но этот человек не издал ни единого жалобного звука.

- Дерьмо, в этом году снег пошел куда раньше чем обычно.

За спиной шагающего, послышался грубый женский голос. Рыжеволосая женщина мощной комплектации, в отличие от впередиидущего, оделась так как и требовалось. Ее стальные доспехи дополняли меховые вставки и слои плотной серой ткани. Лицо спряталось за шарфом, обмотанный вокруг шеи несколько раз, через него выглядывала лишь пара глаз, один из которых окрашен в ярко-изумрудный цвет, а другой оказался бледным и дополнительно украшен глубоким шрамом. За спиной болталось древко копья от постоянных порывов ветра, но не мешающее ходьбе тяжелых копыт ее коня, постоянно погружающиеся в мягкие сугробы.

- Может это опять тауматурги что-то начудили? Они любят вытворять такую дичь.

Проговорил рычащий голос вслед за женщиной. Это сказало существо внешне походя на человека и в тоже время на волка одновременно. Крупное тело, которое превосходило обычного человека по всем параметрам, заковано в простые и тяжелые доспехи, лишенные всякой защиты от холода. На открытых участках тела проступала серя шерсть, которая и защищала своего хозяина от ледяной метели. Так же за спиной у него пристроился длинный меч, его длинное лезвие и наличие малой гарды выдавали в нем цвайхандер.

Широкая волчья пасть открылась и начала говорить.

- Эй, Хорас, долго нам еще топать, а?

В ответ послышался ледяной и отрывистый словно сам ветер голос, будто бы и не живой вовсе.

- Расстояние. Небольшое. Идти. Не. Долго. Нужно. Потерпеть. Нужное. Место. Рядом.

- Слушай, а ты точно уверен, что это твое "пришествие" случиться именно сегодня? Может завтра?

С надеждой спросила женщина. Хорас остановился и настойчиво ответил.

- Софи. Мои. Предсказания. Не. Лгут. Пришествие. Сегодня. В нужном. Месте.

Хорас обернулся к своим путникам и показал железное лицо, шарнирные челюсти и кристально-голубые глаза. Именно лицо, а не маска. Окинув их застывшими светящимися глазами, он повернулся обратно и зашагал дальше.

...

Снег успел замести всю луговую толщей метровых сугробов. Прямо по среди пустыря в лесу что-то шевелилось под снегом, медленно и лениво, но через мгновение из под снега вырвалась темная фигура вся облепленная снегом. Тот сидя на снегу начал мотать железной макушкой по сторонам, глазницами всматриваясь в окружение. Его растерянные глаза не знали за что зацепиться и постоянно блуждали по холодной картине леса. В спину ударил сильный порыв ветра, который насвистывал что-то на своем.

В голову резко ударили еще совсем не давние воспоминания, особенно запомнился последний бой с красным беретом и его последний выпад. Наемник дернул руки и начал ощупывать горло, но ничего в нем не обнаружил, даже раны не осталось. Странно. Поднявшись, фигура все так же продолжила осматривать свое окружение. Зима. Холод. Ветер. Лес... Лес?

Странное зрелище, чтобы деревья были зелеными, а снег почему то белый и чистый, странно. На Земле осталось слишком мало мест, которые могли бы похвастаться зелеными лесами и чистой экологией. Не доверяя происходящему, наемник побрел к ближайшему дереву, меся сугробы грубой резиновой подошвой. Он остановился рядом с деревом, после чего резко протаранил ствол. С веток сразу же посыпались белые комья, падая на голову наемника и проникая ему за шиворот, ободряя и оживляя его. Тот сразу же начал стряхивать попавший за шиворот снег и вдруг понял, что совсем не чувствует пальцев. Он посмотрел на них и начал то сжимать то разжимать кулаки, пальцы двигались с трудом и почти не слушались, от холода те перестали чувствовать боль и совсем не чувствовались, как будто перед ним совсем чужие руки.

Но не это было самым главным, наемник вернул взгляд на дерево, все же это казалось ему более интересным, чем потенциальное обморожение. Наемник посмотрел на дерево, ветви которого освободились и обнажили свои зеленые и замершие листья поражающие своим обилием. Сорвав с дерева листок, он с начало внимательно начал осматривать его, словно выискивая какой-то не достаток. С виду он выглядел вполне настоящим, его формы и цвет не выдавали в себе недостатков искусственного происхождения. Лист упал в руку наемника и тот смял его, пока из него не начал сочиться сок. Тут он полностью удостоверился в подлинности данного растения и всякие сомнения насчет этого просто испарились. Он приподнял маску и поднес смятый лист к носу и с удовольствием вдохнул непривычный запах всеми легкими. Вместе с холодным и обжигающим воздухом, он почувствовал горький травянистый запах, чем то еще напоминая химию.

Бросив смятый листик на снег, наемник упал на колени в сугроб и начал активно рыться в снегу, стараясь докопаться до самой земли. Это дерево настоящее, зеленое и живое, а значит и трава здесь так же должна быть живой и такой же зеленой. С этими мыслями он начал погружать свои закоченевшие руки в мешающий снег и убирать его в строну. Еще немного, и ледяные руки докопались до самой земли, наемник смотрел на смятые и замершие иголки. Пальцы проникали сквозь них и сжав их наемник вырвал траву и так же начал мять в своих руках. Запах был таким же кислым, но это только сильнее убеждало наемника в подлинности этих ростков.

Удовлетворив свой интерес, наемник поднялся и начал оглядываться, в поисках пути. Его тело замерзает, руки уже окоченели, нужно найти укрытие. Но куда идти? Этого он не знал, вокруг лишь зимний лес и никакого намека на разумную жизнь, а погода как назло нагнетает густые облака, под которыми уже не будет никакого света. Как бы то ни было, чтобы согреться нужно двигаться.

Наемник начал топтаться на месте, стараясь разогреть конечности. После не большой разминки, с припрыжкой он побежал, пытаясь не увязнуть в снегу. Из поляны, он нырнул в чащу леса, где снега было уже по меньше и бежать стало куда легче. Он надеялся найти хотя бы какую-нибудь заброшенную хибару в гущи леса, даже это стало бы настоящим спасением. Но прямо сейчас ни на что надеяться не стоит. Возможно он сможет встретить местного, однако на конструктивный диалог, из-за некоторых причин, надеяться тоже не стоит. Что же тогда делать дальше? О таком он еще никогда не думал. Его планы были подробны на короткий промежуток времени, однако что делать сейчас, он даже не имел представления.

Не успел он пробежать и километра, как затылком почувствовал что на его голову что-то падает. Резко остановившись, он одной рукой поймал летящий в него предмет. В руках оказалось что-то мягкое и эластичное, напоминая резину. Поднеся руку к лицу, он увидел какую-то не понятную куклу, с виду казалось что он был слеплен из глины, сливающийся с белым окружением, но тягучесть резины говорило об обратном. Кукла имела округлые формы и коротенькие конечности без пальцев, а на голове имелась маленькая деревянная маска, напоминающая незамысловатую сову.

Немного пожамкав игрушку, наемник быстро потерял к нему интерес и уже хотел выбросить его, но кукла начала шевелить коротенькими ручками и ножками. Наемник уронил его и от неожиданности отошел на пару шагов назад. Кукла упала и полностью утонула в сугробе, снег проваливался в образовавшуюся лунку из-за тщетных потуг выбраться из нее.

Наемник еще некоторое время смотрел в лунку и начал крутить головой. Может быть это просто результат обморожения? Просто галлюцинации? А от обморожения вообще бывают глюки? Еще немного помотав головой, наемник снова взглянул в лунку, снег все так же проваливался в него, замуровывая провалившееся существо. Подойдя ближе он заглянул в углубление, там все таже барахталась кукла, пытаясь замести снег под себя и таким образом выбраться, но все четно, все новые и новые слои снега падали на него и закапывали под собой. Но он не сдавался, вытирая снег с маски он продолжал бороться за свою жизнь.

С одной стороны, это существо точно не известно биологии. В таком случае, это мутант, дитя радиации? В полне возможно, но еще вероятнее, что это просто глюк. С другой же стороны, он очень даже милый, сама его форма говорит об этом, но вместе с тем он сильный. Не в смысле физически, но духовно, если смотреть на ситуацию его глазами, то он оказался в сложной ситуации, лунка очень глубокая для него и просто забраться по ней не получиться, снег рыхлый и мягкий. Даже если он и выберется, то впереди его ждут еще больше испытаний, в округе все те же сугробы. Но он продолжает рыться в снегу в надежде выбраться. Даже если он всего лишь глюк, это сильный и несгибаемый глюк, эти качества наемник очень ценит, а остальное уже не важно.

Погрузив руку в лунку, он нежно схватил куклу и поднял его из снежной могилы. Посмотрев в две точки через маску, он увидел маленькие стеклянные шарики вместо нормальных глаз, сложно было сказать, что сейчас испытывает это маленькое существо. Но его активное махание маленькими конечностями, говорили о его радости. Вместе с тем, его маска начала себя странно вести, прямо в руке наемника маска начала менять форму, с начало она начала вести себя как вода, переливаясь и кружа прямо на глиняном лице, до тех пор, пока она не приняла форму маленького нарисованного черепка. Контраст да и только.

Кукла хотела подняться, но чуть снова не упала в снег. Поднеся вторую руку, кукла смогла устоять на своих маленьких ножках. Повернувшись к наемнику спиной, он протянул ручку в сторону. Сразу становиться понятно, это маленькое существо указывает путь, но куда пока не ясно. С разбирательствами наемник решил по бременить, а уже по прибытию разобраться во всем более подробно.

...

В темной не проглядной ночи виднелись одинокие бревенчатые хижины, выстроенные в ряд. Хлипкие и кривые двери пошатывались от порывистого ветра и заметались снегом, настолько, что те и вовсе не сливались со стенами хижин. Оконные ставни постоянно дергались от нападков стихии, из их щелей просачивалось слабое свечение, периодически мигающее норовя и вовсе погаснуть.

Внутри хижина была обставлена максимально просто, да что уж там говорить, даже отдельных комнат там не было. В одном простом помещении была, и кухня, и спальня, и гостевая, если потребуется. Рядом с горящей каменной печью, на столе горел слабый огонек от свечи, который освещал лишь небольшой кусочек помещения. На одном краю стола сидело сразу трое человек, а четвертый сидел на против них.

- Если вы пришли сюда не грабить, то за чем же?

Поинтересовался престарелый человек с морщинистым лицом и ссутулившимся телом.

- Позвольте. Для. Начала. Представиться. Женщина. Что. Слева. От меня. Софи. - Женщина лишь холодно взглянула на старика. - Вервольфа. Зовут. Клык. - Волк попытался дружелюбно улыбнуться, но вместо этого жутко оскалился. - Я. Кованый. Хорас. Мы. Должны. Встретить. Тут. Одного. Человека. К утру. Уйдем.

- Кованый говорите, нечасто увидишь вас в этой глуши. Выходит, слухи что ходят о вас правда?

- Именно?

Решил уточнить Хорас.

- К примеру, что вы прожили шесть тысяч лет, те что рождены ради войны еще во времена второй эры.

- Да.

Коротко ответил кованый.

- Эй, а есть у вас че нить пожрать? Голодный как уличная собака. - Вмешался Клык, осматривая комнату своими блестящими глазами в поисках пищи, его внимание привлекла небольшая и простенькая кровать за спиной старика, в ней он разглядел лицо молодой рыжеволосой девушки. - Эй, а может повторим сценарий с "Красной накидкой"?

Волчья пасть злобно заулыбалась, этот вид в купе с внешним видом волка сильно напугали старика и казалось что у него вот-вот случиться сердечный приступ. Но двое других поторопились его успокоить.

- Он просто шутит, не берите в голову.

- Пожалуй. Он. Даже. Шутить. Не умеет.

- Да кто бы говорил. - Возразил Клык. - Серьезно, пожрать нету?

- Да завались ты уже, мы сюда не жрать пришли.

- Клык. Потерпи. Еще. Немного. Он. Уже. Скоро. Должен. Прийти.

Волк недовольно зыркнул на кованого и начал спорить с ним.

- Ты уже говорил об этом, но никогда не говоришь точно. Так когда же он придет?

Хорас, немного помолчав ответил.

- Если. Верить. Моим. Данным. То. Прямо. Сейчас.

В воздухе повисла тишина, никто не смел издать и звука. Начал отчетливо слышался треск горящих дров в камине и мигание жаркого света через щели старой, почерневшей от копоти, железной дверцы. По горящей свече желтым подергивающимся пламенем, стекали капельки чистых слезинок в застывший пруд, с попутным шипением пламени и фитиля. Оконные ставни тряслись от постоянного натиска бурана, но те еще держались и не пропускали леденящий холод внутрь теплого убежища. Всю эту тихую и теплую идиллию прервал слабый стук в дверь. Кто-то с начало топтался прямо за входной дверью, а потом и вовсе перестал издавать звуки, просто ожидая снаружи.

- Это он?

Спросила Софи, на что Хорас ответил.

- Да. Я. Уверен.

- Ну наконец то, я то уж думал не дождусь.

Обрадовался Клык и даже сам решился открыть ему дверь, но Хорас остановил его.

- Стой. Это. Не. Лучшая. Идея. Он. Еще. Не. Привык. К. Таким. Лицам. Софи. - Кованый повернулся к женщине и обратился к ней. - Лучше. Это. Сделать. Тебе.

- А это обязательно? Мне как то не хочется.

Честно призналась женщина, состроив не довольное лицо.

- Так. Надо.

- Черт с вами.

Софи встала со стула и зашагала к двери. Старая и скривившаяся дверь открывалась наружу, поэтому пришлось проталкивать его, сгребая скопившийся снег за порогом. Софи очень сильна физически, поэтому ей нужно было быть крайне осторожной, чтобы не разломать хрупкую дверь. Внутрь сразу же ударил резкий и сильный ветер, несущий на себе холодные снежинки. На улице царила кромешная тьма, через который даже свет просачивался с трудом, с начала она никого не заметила перед собой, но приглядевшись увидела черты темной фигуры стоявшей в метре от нее. Выйдя на улицу, она сразу же начала утопать в сугробах, а буран начал одаривать ее своими холодными дарами. Оставляя на снегу борозды, Софи подошла ближе, чтобы разглядеть новоприбывшего получше. Взглянув на него, она нервно дернулась, увидев в очертаниях череп, но рассмотрев персону получше, она поняла, что это все же человек.

- Сюда черепоголовый пришел, это он?!

Крикнула Софи внутрь, с начало никто не ответил, но чуть погодя послышался рычащий голос Клыка.

- Да, это он, заводи сюда!

- Ну давай, заходи.

Софи указала пальцем на дверь и уступила дорогу, пропустив черепоголового мимо себя она пошла за ним. Войдя внутрь она закрыла сопротивляющуюся ветру дверь и смахнула с себя накопившийся за столь малое время снег прямо на пол. Потоптавшись немного на месте, она направилась к столу, но ее путь преградила спина с накинутой накидкой, черепоголовый стоял на месте и не двигался.

- Эй!

Хотела было пожаловаться Софи, но увидев как ее соратники встали из за стола и приняли боевые стойки, она поняла, что ей самой тоже стоит приготовиться к худшему.

- Приветствую. Тебя. Тридцатый. Предвестник.

Обратился к незнакомцу Хорас, но тот никак не обратил на это внимание, вместо этого он начал подозрительно все осматривать. С начало он внимательно посмотрел на кованого, затем его взгляд скользнул по испуганному лицу старика и начал всматриваться в волчью морду Клыка.

- Наверняка. Ты. Сейчас. Не понимаешь. В. Какой. Ситуации. Оказался. Давай. Успокоимся. И. Я. Все. Проясню.

Черепоголовый начал медленно отступать назад, но остановился прямо перед Софи. Затем он выпрямился и нагло попер на Хораса и Клыка, те напряглись и приготовились к удару, но вместо ожидаемой атаки черепоголовый прошел мимо них и присел рядом с горящей печью. Он снял лощеный перчатки и протянул окоченевшие руки к раскаленной железной дверце и ничего больше не предпринял.

- А ваш друг, как не погляди, не очень дружелюбный.

Немного успокоившись сказал старик.

- Чего это он?

- Он нас игнорирует? Хорас, так и должно быть?

Поинтересовалась Софи, на что кованый быстро ответил.

- Да. Прямо. Сейчас. Он. Принимает. Нас. За. Галлюцинации. Завтра. Он. Поймет. Что. Мы. Реальны.

- Ну дела. - Софи снова начала возмущаться. - Эй ты, не молчи мать твою!.. - Осеклась Софи, вспомнив, что в этом доме кое-кто еще спит.

Четыре пары глаз посмотрели в сторону кровати, рядом с печью, но та была пуста. Рыжеволосая девушка с веснушками и в одной ночной рубашке стояла по среди комнаты и лениво зевала.

- Чего вы так расшумелись то, спать не даете. - Ступая по прохладным и скрипучим доскам босыми ногами, она увидела темную фигуру. - О, а это кто? Ваш друг, которого вы так ждали?

- Нет. - Отрицала Софи.

- Может быть. - А Клык еще не определился.

- Да. Это. Наш. Друг. - Лишь Хорас уверенно утверждал.

Девушка еще немного посмотрела на него, но вскоре ей надоело это занятие и она решила подойти к нему вплотную, чтобы лучше разглядеть его.

- Ну, в качестве извинений, я хочу посмотреть на его лицо.

Группа Хораса начала неопределенно обмениваться взглядами, не зная что и сказать.

Девушка присела на корточки рядом с фигурой, но тот никак не реагировал на наглость девчонки. Ей не понравилось, что и ее тоже игнорирует, надула щеки и протянула руки к его маске, норовя снять ее.

- Внучка, лучше не делай этого...

Говорил старик, но та уже не слушала его и продолжала протягивать тоненькие ручонки к черепу. Ее пальцы коснулись стальной оболочки, на ощупь она полностью ледяная и вся шершавая, необычное чувство. Резко, ее руки были схвачены и зажаты в прочные и холодные тески. Череп повернулся в ее сторону и начал смотреть застывшим взглядом. Он не имел никакого выражения лица, но воображение само лепило угрожающее и страшное выражение чьи намерения тайна, но ничего хорошего ожидать не нужно. В его загадочных стеклянных глазницах девушка увидела себя, маленькую и немощную добычу за которой даже не нужно бегать. На стекле слабо виднелись лучики желтого света, его глаза наливались огнем, что делало его вид еще более устрашающим. В отражении она увидела свое расплывчатое и перепуганное лицо.

Девушка пискнула и отдернула руки, которые как назло освободились от цепких оков и та, не удержав равновесие, упала на холодный дощатый пол. Она подняла голову и начала со страхом смотреть на этого пугающего человека, сердце колотилось с бешеной скоростью выпрыгивая наружу, руки не привычно затряслись.

- Да как вы смеете! - Выкрикнул старик. - Я не знаю кто вы такие, но я такого не потерплю. Убирайтесь отсюда!

- Просчет... - Пробормотал Хорас. - Мы. Можем. Уладить. Этот. Конфликт. Надеюсь. Это. Покроет. Все. Неудобства.

Тихо проговорил Хорас, попутно высыпая на стол припасенные серебряники, взгляд старика немного смягчился. Клык подошел к девушке и увел ее к своей кровати, после чего сразу же вернулся и посмотрел на черепоголового, тот все так же не обращая ни на кого внимание, продолжал греть свои закоченелые руки. Клык посмотрел на Хораса.

- Ну, Хорас, что дальше делать будем?

- Подождем. - Хорас перевел взгляд на не довольного старика. - Утром. Уйдем.

Старик равнодушно посмотрел на монеты и побрел к своей внучке.

- Ну вы посмотрите, какой гордый.

Заметила Софи, Хорас же поправил ее.

- Жизнь. В. Деревне. Это. Одина. Нога. В. Могиле. Сейчас. Когда. Война. Близится. Налоги. Сильно. Завысили. И жить. Им. Стало. Куда. Сложнее. Уже. Вот-вот. Начнется. Война. Королевству Фестуа. Придется. Столкнутся. С. Королевством Фиор. С юго-запада. И империей Ромалан. С юга.

Клык вопросительно прорычал.

- Мы это и без тебя знаем, зачем нам уроки по геополитике?

- Адресовано. Не вам. - Кристальные глаза продолжали сверлить затылок черепа, но в конце концов он отвел взгляд. - Ложитесь. Спать. Утром. Уходим.

...

На утро буря стихла оставив после себя высокие сугробы, двери открывались с трудом а идти по ним еще тяжелее. Ноги постоянно утопали, в обувь забивался промозглый снег, но не смотря на это, деревенские собрались и разошлись кто куда по своим делам. Хоть сейчас и утро на улице стояла постепенно рассеивающаяся темень, даже звезды были видны, уступающие голубому небу предвещая о скором рассвете.

Хорас и Софи стояли по среди деревни, на протоптанной в сугробах тропе. Всего лишь два ряда хлипких и почерневших со временем домов, которые образовывали не полноценную улицу. Это скорее старое поселение Санвиль, чем деревня Санвиль. Несколько десятков деревенских, одетых в откровенное тряпье, разбредались, кто-то по дрова в лес, кто-то в большой дощатый сарай, кормить постоянно хрюкающих свиней. Из этого сарая к кованому шел Клык, ведя за уздечку двух могучих коней.

- Хочу жрать! - Проорал Клык, как только передал Софи ее коня.

- Поедите. В. Зендере.

- А здесь никак, ты же заплатил старику кучу бабла!

- Я. Заплатил. За. Ночлег.

- Ну так заплати еще, я ведь с голодухи помру.

- Денег. Больше. Не. Имею. - Хорас отрицательно покачал головой.

Клык разочарованно склонил голову и сжал челюсть, уголки его пасти затряслись, казалось он вот-вот заплачет.

- Долго нам еще ждать этого "предвестника"?

Софи посмотрела на дом старика из которого они не так давно вышли.

- Он. Уже. Должен. Выйти.

По театральному. После слов Хораса из бревенчатого дома вышел черепоголовый. Вчера никто так и не смог по лучше разглядеть его фигуру, но сейчас, когда начинает светать, он обретает более четкие черты. Доспех его не обычный, плотно прилегает к телу и не имеет ребер жесткости и даже не понятно из чего он изготовлен, на сталь не похоже. Из под накидки выглядывает несколько рядов блестящих серебристых ножей, выстроенных на бедрах с однородным лезвием и рукояткой. Но больше ничего они не заметили, никакого нормального холодного оружия при нем не было, даже кинжала, одни лишь метательные ножи.

- Хорас, ты уверен, что это именно он? Он ведь даже не разговаривает с нами.

- Не. Сомневайся. Это. Он. А. Не. Говорит. Он. Потому. Что. Неспособен. На. Это. Из-за. Психологической. Травмы.

Софи и Клык удивленно посмотрели на череп, а затем на Хораса.

- Откуда ты об этом знаешь?

- Однажды... Он. Расскажет. Мне. Об. Этом.

- Расскажет?.. А плевать. Эй, ты! Иди сюда!

Софи крикнула предвестнику, тот посмотрел в их сторону и начал медленно подходить.

Сперва он вплотную подошел к Клыку и начал внимательно всматриваться в его волчью морду. Клык даже не знал как ответить и растерянно смотрел то на Хораса, то на Софи, но оба они молчали и ждали что будет дальше. Глазницы опустились ниже его высокой пасти, на его доспехи. Предвестник лишь слегка постучал по доспеху, те отозвались глухим шумом, после он снова посмотрел на морду Клыка.

- Ай-яй-яй-яй, ты ублюдок, совсем охамел!

Черепоголовый быстрым и легким движением вырвал с подбородка Клыка пучок шерсти и начал прощупывать пальцами, не обращая внимание на его жалобные выкрики. Приглядевшись и ощупав его, он понял что шерсть настоящая и точно не синтетическая. Бросив пучок на снег, он повернулся к вервольфу лицом и начал медленно отходить назад, попутно протянув руки к ножам.

- Не советовала бы я тебе этого делать

Софи и Клык одновременно потянулись за спины к своему оружию, но Хорас протянул руки вперед, показывая свою безоружность и начал говорить.

- Он. Все. Понял... Предвестник. Послушай. Меня. Я. Понимаю. Ты. Видишь. Непривычные. Твоему. Глазу. Вещи. Но. Мы. Не. Причиним. Тебе. Вреда. Успокойся. И. Тогда. По. Прибытию. Я. Проясню. Ситуацию. - Стеклянные глазницы недоверчиво посмотрели в кристальные очи Хораса. - Придется. Использовать. Информацию. - Прошептал про себя кованый, после чего опустил руки, выпрямился и заговорил с более уверенным голосом. - Этому. Миру. Грозит. Опасность. Способная. Испепелить. Его. Огнем. Войны. Изуродовать. Гноящейся. Болезнью. Обратить. Жизнь. В. Смерть. И. Вечный. Голод. - Предвестник дернулся и ослабил хват ножей, пара кристаллов кованого блеснули уверенностью и тот решил добить его. - Разве. Ты. Не. Хочешь. Спасти. Этот. Мир. Красивый. Зеленый. Чистый. И. Живой. Мир.

Предвестник еле заметно удивился и убрал руки от ножей, теперь от него больше не веяло враждебностью, Софи и Клык тоже расслабились, но не убавляли бдительности, однако чувство неопределенности все еще оставалось. Он еще мешкал с решением, довериться кованому или же пойти своим путем. Предвестник понял, что этот мир ему совершенно не знаком, об этом говорила природа и иные существа которые, как оказалось, не галлюцинации. Больше всего его удивлял вервольф, слишком уж экзотичный зверь, учитывая что и простые волки уже не встречаются на Земле. А кованый, подобных ему боевых дроидов полно на Земле, так что ему он не сильно удивился.

Помешкав, предвестник кивнул в знак согласия.

- Хорошо. Тогда. Отправляемся. - По команде, Клык и Софи запрыгнули на могучих коней, а Хорас остался на месте, ожидая предвестника. - Я. Пойду. Пешком. Слишком. Тяжелый. А. Ты?

Череп снова посмотрел на вервольфа, а затем на Софи и переглядывался между ними еще несколько раз. В конце концов его взгляд остановился на Софи. Тот сразу побрел к женщине, не сводя взгляд с вервольфа. Софи лишь молча наблюдала, как предвестник приближается к ней, но потом ахнула, когда увидела как тот с невероятной проворностью забрался на коня и сел прямо за ней.

- А ты быстрый. - Удивленно подметила женщина. - Хотя в постели это не лучшее качество.

- Пора. Отправляемся.

Завершил кованый и пошел вперед, на удивление очень резво, за ним последовали и остальные.

Во время пути, солнце полностью вошла в свои права и освещала ослепляющими лучами, что даже глаза начинали болеть, но со временем глаза привыкли к столь яркому освещению. Не считая скопившихся сугробов которые значительно замедляли ход, никаких препятствий по дороге на бескрайних белоснежных равнинах не возникало, путь освещался до самого горизонта. Идти пришлось весь день, постоянно выслушивая голодные стоны Клыка и попутные жалобы Софи, только предвестник и кованый шли абсолютно молча. Через некоторое время на горизонте начали проступать верхушки деревьев. Пройдя еще некоторое расстояние, они добрались и встали у границ дремучего леса.

- Наши следы как и дорогу давно уже замело снегом, если пойдем напрямик, то можем заблудиться.

Констатировала женщина. Черепоголовый легонько выглянул из-за широкой спины Софи и так же начал смотреть в глубь леса. В его капюшоне что-то начало шевелиться.

- Я знаю, - зарычал Клык - знаю как поступим.

- И как же? - Скептично спросила Софи, а Хорас с интересом посмотрел на него.

- Я зря что ли все время поссать ходил? - Внезапно лицо Софи исказилось в отвращении, поняв что тот имеет ввиду. - Будем ориентироваться по запаху. - Вервольф широко оскалился в улыбке.

- Вряд. Ли. Получиться. Моча. Наверняка. Уже. Замерзла. А. Густой. Лес. Не. Пропускает. Звездное. Тепло. Ориентироваться. По. Запаху. Не. Получиться. А. Ждать. Долго. Не. Можем.

Клык расстроенно осунулся из-за холодных расчетов кованого. В капюшоне предвестника что-то продолжало активно шевелиться, черепоголовый протянул руку и вытащил оттуда куклу, показывая ее всем присутствующим. Софи и Клык с начало не поняли что это такое, но потом Хорас решил объяснить. Его кристальные глаза проанализировали его и немного помедлив, тот выдал следующее.

- Просчет...

- А?

Осекшись, кованый заговорил по делу.

- Это. Существо. Дух. Леса. К. Людям. Не. Выходят. Похоже. Это. Исключение.

- Ого, лесной дух, а они вкусные?

- Заладил.

- Вкус. Не. Знаю. Способности. Известны. Существа. Ориентируются. В. Любой. Местности. Знают. Любую. Дорогу. Тридцатый. Это. Существо. Привязалось. К. Тебе. Попроси. Его. Проводить. Нас. Через. Лес. - Черепоголовый вопросительно на него посмотрел. - Тебе. Необязательно. Говорить. Подумай.

Послушав Хораса, предвестник посмотрел на куклу что лежит в его руке и смешно машет конечностями. Он посмотрел ему прямо в черные точки через маску, кукла на мгновение перестала шевелиться и просто замерла в его руке. Потом, дух резко оттопырил маленькую ручку прямо в сторону леса указывая направление.

- Спасибо. Дух. Леса. Благодарю. Предвестник.

Кованый почтительно поклонился и побрел через сугробы прямо в лесную чащу, ведя за собой пару коней с пассажирами. Путь продолжился, однако уже начало вечереть, дневное время стало короче и темнело очень быстро. Прямо в лесу пришлось искать подходящее место для ночлега.

Каждый занялся своим делом, у духа удалось узнать место для ночлега, уж очень он хорошо ориентировался в лесу и помог найти полянку, окруженную сплошь деревьями, которые и защитили полянку от снега. Ветер почти не проникал на поляну и отдавался лишь слабым веянием, здесь даже сугробов не намело, скопился лишь маленький слой снега который можно сгрести и ногами. Привязав лошадей к дереву, Софи, по приказу Хораса, отправилась собирать хворост для костра, а Клык по своему усмотрению отправился на охоту. Первой вернулась Софи с охапкой сухих и обломанных веток, та быстро сложила их в костер. Оставалось только разжечь их, но как. Предвестник хотел вытащить из кармана электро-зажигалку, но его опередил кованый.

Хорас не стал доставать из кармана какие-либо приспособления, его руки были пусты, но не смотря на это, он протянул руку к костру. Перед его кистью, прямо в воздухе, появилось плоское кольцо красного цвета с непонятными символами и очертаниями. Сразу же после его появления, из него начала вырываться тонкая и слабая струя огня, словно напалм она начала охватывать хворост огнем, поляну охватило светом. Кольцо исчезло, а удивление предвестника никуда не делось. Он завороженно смотрел на Хораса в удивленном безмолвии. Софи и Хорас сели рядом с костром, череп последовал за ними.

- Это. Называется. Тауматургией. - Неожиданно начал объяснять Хорас. - Тауматургия. Это. Наука. Изменчивости. И. Влияния. На. Окружающий. Нас. Мир. - Подвинувшись по ближе, черепоголовый начал слушать внимательнее, заметив его интерес, кованый продолжил объяснять. - Основой. Тауматургии. Является. Два. Аспекта. Энергии. Первый. Это. Таума. Сырая. Энергия. Эфира. Что. Витает. Повсюду. Вокруг. Нас. И. В. Нас. Самих. Второй. Аспект. Это. Преобразованная. Энергия. Мантия. Именно. Она. Выступает. Основой. Для. Большинства. Заклинаний. Благодаря. Мантии. Я. Функционирую. - Продолжал кованый, пока Софи безразлично ковырялась палкой в костре, а дух смешно протягивал коротенькие ручки к хрустящему огню. - Тауматургия. Подразделяется. На. Виды. По. Специализации. - Тут он начал перечислять. - Техномантия. Анимантия. Некромантия. Алхимантия. Биомантия. Чаромантия. Защитная. Мантия. Шамантия. Ратиомантия (разум). Пиромантия. Руническая. Мантия. Матмантия (математика). Геоментмантия (геометрия). - Хорас остановился с перечислением. - Я. Только. Что. Использовал. Пиромантию. Однако, я владею еще и допельмантией. - Внезапно кованый начал говорить как нормальный живой человек. На смену его отрывистому и монотонному голосу, пришел гладкий и ровный мужской голос. - Эта мантия позволяет изменить голос и не только, - его внешность прошлась рябью и перед собой, череп видел самого себя, буквально точную копию - но еще и менять внешность.

Предвестник удивленно смотрел на изменившего внешность кованого. Софи даже не обратила на это внимание и продолжила тыкать в костер, но предвестник не мог подобрать слов, чтобы выразить свое удивление, даже если бы мог говорить. Он мог лишь с восхищением слушать Хораса, который в его глазах представал как настоящий мастер Тауматург. Кованый не стал долго пользоваться внешностью другого человека, поскольку у кованого была своя этика, которая считала не приличным использовать чужой облик без разрешения и необходимости. Кованый вернул себе прежний облик и задал вопрос, но со все тем же преобразованным голосом.

- Тебе это интересно?

Предвестник согласно кивнул, хотя еще не совсем понимал о чем именно идет речь.

- Отлично, тогда я могу заняться твоим обучением, как только прибудем в Зендер. Поверь, мне есть чему тебя научить.

Черепоголовый остался под большим впечатлением, он еще долго размышлял над сказанным и пытался расставить все по местам. Но бурное воображение не позволяло сконцентрироваться на чем то одном. В голове все завертелось и начало путаться из-за обилия информации. Тауматургия, это что-то невероятное и загадочное искусство. Предвестник еще долгое время думал над этим, но время не позволяло ему продолжить размышлять на эту тему.

Вскоре вернулся Клык с парой зайцев в руках, тот широко скалился от радости. Поужинав жареной зайчатиной, все легли спать, в том числе и кованый. Хоть и непонятно, почему стальная тауматургическая конструкция должна отдыхать. Может быть завтра спросить у него?

Тень 3 Зендер.

Утро, как и прежде было окутано тьмой. От костра остались тлеющие угольки от которых поднималась тонкая струя дыма и рассеивалась при легком ветерке. К утру все успели проснуться и подготовиться к дальнейшему пути, кроме Клыка, тот развалился на куске брезента и совсем не хотел просыпаться. С начало Хорас хотел разбудить его, но тот был слишком сдержанным для этого, поэтому за дело взялась Софи которая хорошо подходила для этого дела.

- Слышь, Клык, если не проснешься, то я наступлю на твой хвост.

В ответ послышался лишь кряхтящих храп. Софи демонстративно подняла ногу и подождав мгновение опустила ее прямо на серый хвост. Однако, Клык быстро среагировал, отдернул хвост и мигом поднялся на ноги... то есть лапы. Тот с ходу начал орать на Софи.

- Да как ты смеешь наступать на мою гордость! Для нас, вервольфов, это не допустимое унижение!

- Хе... это всегда срабатывает, иначе тебя никак не разбудить.

Насмешливо ответила Софи, но резкого ответа от Клыка не последовало, вместо этого он навострил уши и начал незаметно принюхиваться к воздуху. Предвестник тоже что-то учуял, затылком он начал ощущать чей-то взгляд, с десяток взглядов.

- Окружают. - Тихо и недвижимо сказал вервольф, стараясь не выдавать себя.

Софи сразу все поняла и уточнила.

- Сколько?

- Слышу примерно десятерых. Чую деревянные луки и стальные мечи, зря они их так начистили, за версту их чувствую. - Кончик носа дернулся и добавил. - Запах крови... - нос снова задергался - и дерьма. Остроухие отродья.

Хорас, что стоял совсем не подалеку, странно на них посмотрел, затем многозначительно кивнул, те тоже кивнули в ответ. Все без исключений были готовы принять бой и стали ожидать первый удар.

Предвестник почувствовал присутствие прямо у себя за спиной, а затем услышал скрипение натягиваемой тетивы. Накидка предвестника завихрилась и из него блеща на свету вылетел один единственный нож, который со свистов впился в лицо. Человек, что сидел на толстой ветке и натягивал стрелу, успел выпустить ее, прежде чем нож попал ему прямо в глаз и не свалился с дерева на землю уже будучи трупом. Стрела помчалась в предвестника, но прошла прямо мимо его маски и вонзилась в землю.

Черепоголовый обернулся и увидел, как с деревьев на землю ловко спускались еще девять человек вокруг них. Те носили странные одеяния и каждый из них выглядел примерно одинаково. Вместо нормальной защиты, эти люди оделись в поношенные временем акетоны и гамбезоны с ременными стяжками на груди. Руки опоясывали стертые в некоторых местах кожаные перчатки с широкими и жесткими манжетами. На ногах болтались откровенно грязные шаровары, свернутые под высокие кожные сапоги с квадратными каблуками. Их лица скрывались за кусками ткани закрывающие всю их голову в виде импровизированной балаклавы, но кожа вокруг их глаз была пепельно серой, необычный цвет для человека, если это вообще люди.

Семеро человек сжимали в своих руках полуторные мечи с ржавчиной и зазубриной на каждом из лезвий, а двое других натягивали стрелы на луках. Лучники выпустили стрелы в Софи и ее соратника Клыка, те не растерявшись мигом обнажили свое оружие и с игривой легкостью отразили стрелы. Мечники пошли вперед.

На черепоголового начали наступать сразу трое противников. Все они шли в один ряд и собирались напасть одновременно. Черепоголовый слегка наклонился и сгреб в руку немного снега, нападающие непонятливо посмотрели на него но продолжили идти. Ком снега полетел в лицо крайнему, тот замешкался и отстал от двух других. Воспользовавшись этим, наемник бросился к двум противникам, попутно обнажая один из десятка ножей. Тот, что стоял по середине отреагировал моментально и приняв стойку сделал резкий выпад, однако небольшой однородный нож, ведомый сильной и прочной рукой, отвел ржавое лезвие в сторону и помчался дальше к своей жертве. Нож с силой вонзился в горло жертвы и проталкивался ведомой рукой еще глубже. На руки и снег брызнула струя крови, импровизированная маска в области рта начала краснеть и сочиться свежей кровью.

Второй противник замахнулся мечом в рубящей атаке. Наемник схватился за ремень гамбезона и подвинул его под удар, защищая себя. В глазах противника блеснула неуверенность, но меч продолжил падать на голову его союзника. Лезвие наверняка затупилось со временем и без должного ухода, но этого не требовалось для того, чтобы с глухим хрустом проломить череп. Голова прогнулась и ткань моментально пропиталась кровью. Теперь этот кусок мяса стал тяжелым и бесполезным. Противник пытался вытащить меч обратно, но тот похоже застрял в черепе. Бросив тело в сторону, меч дернулся за ним и выскользнул из рук наступавшего, теперь он остался безоружным.

Череп наемника приблизился в плотную к лицу нападавшего, который замер от страха, но те не нападали друг на друга. Тот, в чье лицо прилетел снежный ком, наконец смахнул снег и увидел лежащего в снегу союзника с мечом в голове и черепоголового, стоящего к нему спиной. Воспользовавшись этим случаем, он решил вонзить лезвие ему прямо в спину и с такой целью сделал выпад. Острие лезвия помчалось к своей цели норовя убить "незадачливую" жертву. Темная накидка дернулась и моментально ушла из под удара, нападающий увидел на своем пути своего же союзника, но не смог остановиться. Лезвие пронзило ткань акетона и впилось тому в живот выплескивая наружу кровь. Нападавшие посмотрели друг на друга испуганными глазами, тот кто держал меч хотел вытащить оружие, но его руку сжала невероятно сильная ладонь и не позволила сделать этого. Наемник начал проталкивать лезвие глубже в живот рукой его же соратника, пока тот не начал захлебываться кровью. Еще одно тело упало на окровавленный снег.

Последний третий замер от шока, а когда пришел в себя то понял, что его руку все еще сжимает ладонь черепоголового. Он попытался вырваться из его мертвой хватки, но тот даже не дернулся. Тогда свободной рукой он нащупал на бедре старый кинжал и попытался рубануть им по шее наемника, но тот легко увернулся от удара. В ответ наемник вытащил второй нож и схватил его обратным хватом. Дальше все произошло быстро, вскрытая глотка, рекой льющаяся кровь и новый труп.

Покончив со своими, наемник посмотрел на соратников Хораса, которые еще разбирались со своими противниками.

Сам Хорас столкнулся с лучником и мечником одновременно. Лучник периодически выпускал стрелы, а мечник действовал по принципу "ударил - убежал". Они действуют слаженнее, чем те, с кем пришлось столкнуться наемнику. Очередная стрела полетела в кованого, но тот лишь отмахнул стрелу словно жужжащее насекомое. Мечник предпринял попытку нанести диагональный удар снизу вверх. Хорас резко дернулся назад и меч почти прошел мимо, лезвие меча остановилось на уровне железного лица кованого. Шарнирные пальцы тауматургического существа обвивали зазубренное лезвие сильной рукой. Хорас отвел лезвие в сторону, но не отпускал его, нападавший еще надеялся вырвать меч из его рук.

Хорас поднял другую руку на уровне лица, словно прощаясь с неприятелем. Перед ладонью появилось уже знакомое красное кольцо пиромантии и из нее повалила густая струя огня обвивающая противника бурным пламенем.

- А... а... Ааааааа!..

Раздался гласный голос исходящий прямиком из самого разума, что потерял себя и мог лишь вопить от невыносимой боли. Жар обвил все его тело тонкой полыхающей пеленой, превратив того в живой факел. Впрочем мучался он не долго, через несколько секунд он лег на земь горящим и бездыханным телом.

Хорас перевел взгляд на лучника, который уже успел натянуть тетиву. Очередная стрела была сбита легким движением руки. Лучник зло посмотрел на кованого, который всего лишь играется с ним. Хорас подкинул меч, который еще не упускал из рук, вверх, тот крутанувшись рукоятью упал в ладонь Хораса. Кованый вытянул меч и направил острие в лучника, немного погодя вокруг гарды появилось кольцо голубого цвета, из него задул резкий и сильный ветер, только набиравший свою силу. Лучник поторопился и выпустил еще одну стрелу, но ее просто сдуло ветром. Вскоре ветер стал по настоящему штормовым и тогда удерживаемый меч освободился и помчался к лучнику. Лезвие моментально преодолело расстояние и пронзило грудь нападавшего на сквозь.

Клык обнажил длинное и блестящее лезвие цвайхандера. Меч сам по себе тяжелый, из-за чего рождаются стереотипы о его медлительности, однако, настоящий профессионал даже будучи щуплым парнем может ловко орудовать таким оружием, а с силой вервольфа этот меч и вовсе становиться не весомым. Тот исполнял сложные пируэты и мельницы, постоянно роняя и подхватывая меч, плавно перенаправляя его инерцию, что создавало защитный купол вокруг него.

Двое мечников одновременно напали на него с надеждой пробить брешь в его защите. Клык, не переставая красоваться, двинулся в сторону, сконцентрировав внимание на одном из нападающих. Сделав еще один пируэт, Клык замахнулся мечом удерживая его одной рукой, лезвие двинулось по сложной криволинейной траектории и любые попытки блокировать удар, оказались бесполезны. Голова одного из нападавших покатилась на холодную землю, а за ним и обезглавленное тело.

Второй противник начал активное наступление, беспорядочно размахивая старым мечом. Клык с широкой улыбкой подметил столь бездумное действие и ответил на него. После нескольких ударов со стороны нападавшего, Клык ухватился за рукоять цвайхандера обеими руками и легким движением отбил полуторный меч. Лезвие завибрировало и стало неуправляемой, воспользовавшись этим, Клык ухватился одной рукой за малую гарду, подобно копью и одним выпадом пронзил шею врага.

Софи, как и Хорасу, пришлось столкнуться с мечником и лучником одновременно. Софи по традиции сделала классический выпад копьем, вражеский мечник ожидаемо отразил его отбив в сторону, но Софи именно этого и добивалась. Получив необходимую инерцию, Софи подняла копье над головой и крутанула его замахнувшись на врага другой, лезвийной стороной копья. Вражеский мечник такого явно не ожидал, тот даже не успел нормально среагировать, как стремительное лезвие вспороло ему глотку. Много крови.

Последний оставшийся лучник уже понимал, что не уйдет отсюда живым. Его последняя стрела скрипела от натяжения, но быстро промелькнувшая тень разрубила древко лука и его тетиву, а самого лучника толкнуло в грудь, отбросило назад и резко остановилось. Только когда его пронзила резкая боль и чувство влаги растекающаяся по груди, он понял что произошло, его только что убили. Торчащая из груди древко копья, которое пригвоздило его к дереву не даст соврать.

Софи медленно подошла к трупу, уперлась в него ногой и достала из груди свое копье. Тот с неприятным склизким звуком вышел из тела, но никакого хруста не было, копье протиснулось прямо меж ребер. Софи со смешком предположила.

- Неужели прямо в сердце? Да я чертовски меткая.

- Да ладно, а скольких ты завалила, двоих? Маловато. - Прорычал Клык подходя к ней с окровавленным мечом на плече.

- Кто бы говорил, кстати, а новенький как справился, не сдох надеюсь. Хотя мне все равно.

Все трое, в том числе и Хорас обернулись на одиноко стоящего предвестника, который делал вид что ничего и не произошло, по крайней мере им так казалось. Вокруг него лежало сразу три свежих трупа, а где-то там у деревьев лежал еще один.

- Четверо. - Произнес Хорас.

- Ему всего лишь повезло. - Оправдывалась Софи, но Клык был другого мнения.

- А ты оказывается не слабак, уважуха!

Предвестник начал как-то подозрительно смотреть на Хораса и его компашку, все это слишком реально для какого-нибудь бугурта, вряд ли это постанова. По лицу, скрытой под маской не скажешь, не было видно даже малейшего пятна кожи на его теле, но сама маска словно передавала его эмоции подобно истинному лицу, странное зрелище, хотя для предвестника само его окружение наполнено странностями. Живой лес, чистый воздух, разумный дроид, человек-волк и странные люди напавшие на них. Плюс ко всему этому странная одежда на людях и нелюдях в том числе.

Похвалив предвестника, Клык наклонился к одному из трупов и начал активно что-то в нем выискивать. Со стороны больше походило на мародерство, хотя наемник такого не осуждал, поскольку сам таким часто промышлял. На земле даже нормальную еду найти сложно, не говоря уже о стоящем своего времени обмундировании.

- О, нашел! - Воскликнул Клык и поднял руку в которой висел небольшой кулон, при близком рассмотрении на нем можно было увидеть очертания косы. - А под маской у нас, - В последнюю очередь Клык смахнул тряпье с головы трупа. - темные верлы.

Подойдя ближе, наемник увидел пепельно серое лицо с острыми очертаниями и стоящими торчком ушами.

- Культисты смерти, все логично. - Констатировала Софи.

- Они. Начали. Свою. Деятельность. Это. Знак. Четыре. Всадника. Возвращаются. Как...

- Как сотни и тысячи лет назад, ты уже говорил об этом.

Хорас замолчал.

- Ну вот Софи, ты его обидела.

Женщина безразлично посмотрела на Клыка а затем и на Хораса, который повесил "нос".

- Да ладно, серьезно обиделся? - Удивилась та, но потом с возмущением сказала. - Ну извини, я не хотела тебя обижать.

Хорас принял прежнюю стойку и проговорил неизменным голосом.

- Это. Невозможно. Я. Не. Испытываю. Эмоций. - Отрицал тот, Хорас отвернулся от Софи и побрел в сторону, к краю поляны.

- Точно обиделся.

- Похоже на то.

- Это. Неважно. Важно. Зачем. Эти. Верлы. Пришли. Сюда. Если. За. Нами. Вопрос. Тот. Же.

Клык не задавая ни единого вопроса начал обыскивать все карманы и складки одежды. Немного повозившись, он вытащил из-за пазухи смятый лист бумаги, разложив его он начал излагать содержимое.

- Тут говорится, что задача этих верл отыскать всех подозрительных кованых, допросить их, а затем найти какой-то там "Зовущий Закала". - Клык, как и все остальные, вопросительно посмотрели на Хораса ожидая от того объяснений.

Хорас еще некоторое время стоял молча, не решаясь ответить.

- "Зовущий Закала". Это. Мощный. Артефакт. Который. Я. Спрятал. Но. Я. Не. Могу. Допустить. Того. Чтобы. Он. Попал. В. Руки. Одному. Из. Культов. Четырех. Всадников. Даже. Простым. Людям. Я. Не. Могу. Его. Доверить. - Объяснялся Хорас, на что Софи и Клык с пониманием отнеслись к этому заявлению, привыкнув к тому что он никогда ничего им не рассказывает, один лишь наемник стоял и не понимал о чем идет речь.

- Похоже они еще не в курсе насчет "пришествия", - высказалась Софи - в таком случае нам не нужно бояться шпионских игр. Верно?

- Она права, у четырех культов сейчас другие интересы. Я так думаю.

- Вряд ли. Мы. Пока. Незнаем. В. Каком. Масштабе. Работает. Культ. Четырех. Всадников. Однако. Нам. Точно. Известно. О. Возвращении. Культа. Смерти... В. Любом. Случае. Нам. Нужно. Поторапливаться. Выдвигаемся.

Вещи уже были собраны, оставалось лишь взять лошадей и продолжить путь в город Зендер. Хорас планировал забрать предвестника и прибыть в Зендер, потратив на это два дня, но не предвиденная погода задержала продвижение еще на пол дня. Дух леса указал дальнейший путь через дремучий лес и помог выбраться из него не заплутав. На горизонте уже проступали неясные очертания города, его серые стены и невысокие шпили башен, снежные крыши домов стоящих перед стенами города. Дальше группа двинулась куда бодрее, быстро преодолев оставшееся расстояние до стен города.

Две крупные лошади и лидирующий кованый остановились перед распахнутыми городскими воротами. По бокам стояло двое стражников снаряженные во что придется, где-то виднелись куски плотной кожи, где-то обрезки стальных вставок, кривые гвизармы и чумазые лица стражников. Один из этих "воинов" подошел к Хорасу правильно посчитав того за главного в этой группе.

Высохшие и тонкие губы лениво шевельнулись.

- С начало пошлина, потом можете проходить.

Хорас молча протянул стражнику мешочек денег, тот взял его и отстал от новоприбывших, даже проверять не стал. Группа беспрепятственно двинулась внутрь города, переступив через арку ворот глазам предстала неприятная картина.

Копыта месили мокрую смесь из снега и нечистот по которым надрывая спины ходили люди внешне скорее походя на обтянутые кожей скелеты. Все как один были разодеты в откровенное тряпье которое никак не защищало от дубящего холода. Руки как попало обмотаны в обрезки грязной ткани через которые проглядывались покрасневшие пальцы. Многие даже не имели хоть какой-то обуви, обмотанные ноги купались в холодных нечистотах. В лицах этих людей проглядывалось нечто знакомое для наемника, такие же лица он видел и на земле. Их грязные и измученные лица исказились от усталости невыносимой и бескомпромиссной работы. Их потухшие глаза не выражали ничего кроме сломанной воли. Наемнику даже стало жаль этих людей и так же начал призирать людей, что плетью подгоняли рабов.

Двое жеребцов с трудом продвигались между толпами ходячих скелетов и мимо почерневших лачуг. Тихонько скрипели кривые оконные ставни из которых доносился шум кропотливой работы, кто-то кипятил снадобья, кто-то молотом придавал стали нужные формы. Улицы, помимо грязи, наполнены серым отравляющим смогом в перемешку с едким запахом дерьма и мочи.

На фоне всего этого, группа смогла добраться до первого пересечения улиц. На перекрестке они остановились, наемник, разглядывая город обратил свой взор на группу необычных людей которых обходили стороной, что только сильнее привлекало внимание. Один из них выглядел точно так же как Хорас, одет лишь по другому, стальное тело покрывала, контрастирующая на фоне всего остального качественная бурая роба с яркими серебряными весами на спине и мелкими символами на манжетах и воротнике. Двое других были одеты более закрыто, скрывая весь свой облик. От шеи до лодыжек лощеные кожные плащи, такие же кожные перчатки на руках и по трости в них, на голове шляпы цилиндры и характерные клювастые маски с круглыми красными окулярами.

Заметив их, доктора прервали разговор и посмотрели на новоприбывшую группу Хораса, проследив за их взглядом на них посмотрел и кованый разговаривавший с ними. Двое автоматонов посмотрели друг на друга и немного погодя кованый в робе подошел к Хорасу и начал с ним до уныния статичный разговор.

- Приветствую. Хорас.

- Приветствую. Номер. 0000143.

- 31. Год. Прошел. С. Тех. Пор. Как. Мы. Виделись. В. Последний. Раз. Я. Думал. Ты. Уже. Покинул. Этот. Мир. Хорас.

- Мои. Механизмы. Еще. Функционируют.

- Вижу. Что. Привело. Тебя. В. Этот. Город?

- Я. Следую. Своему. Пути. Номер. 143.

- Хорас. Ты. Еще. Не. Оступился? Отрадно. Это. Слышать. А. Эти. Органики. Просвещенные?

Пробормотал 143, посмотрев через плечо Хораса на его небольшую компашку.

- Верно.

- Очередная вспышка?

Внезапно поинтересовался Клык.

- Верно. Я. И. Доктора. Прибыли. В. Этот. Город. Для. Устранения. Этой. Проблемы.

Только после этих слов наемник поднял глаза и вгляделся в улицы за спиной 143-его. Оттуда дым шел не только из множества дымоходов, но и по среди улицы были разведены костры за пределы которых вываливались человеческие конечности. Несколько таких же докторов стаскивали посеревшие трупы покрытые большими слезящимися язвами и бросали их в огонь. Один из них вытянул руку над сырой горой трупов и образовал круг из которого полился огонь, разжигая новый мертвенный костер.

- Раньше. Такого. Не. Предвиделось. Бы. - Продолжил Хорас. - Современная. Медицина. Крайне. Отсталая. Не. Позволяет. Производить. Антибиотики.

- Верно. Не. Имея. Соответствующих. Знаний. Мы. Вынуждены. Прибегнуть. К. Таким. Методам.

- Органические. Формы. Жизни. Крайне. Хрупки. И. Подвержены. Многочисленным. Болезням. Сложно. Понять. Чего. Добивалась. Эволюция. Но. Точно. Не. Наибольшей. Эффективности.

- Согласен. Органики. Во. Многом. Странные. Существа. Для. Меня. Большей. Загадкой. Является. Их. Не. Логичное. Мышление. Вместо. Рационального. Разговора. Органики. Спорят. Вместо. Развития. Они. Предпочитают. Войну.

Софи хмыкнула и высказалась на последние слова 143-его.

- Странно слышать такие слова от машины, которую создали для войны.

Кованый посмотрел на женщину и дал прагматичный ответ.

- То. Было. Десять. Тысяч. Лет. Назад. Ныне. Все. Иначе. Мы. Мыслим. И. Делаем. Логичные. Выводы. В. Отличие. От. Вас. Органиков.

От таких слов лицо Софи скривилось в раздражении.

- Да ладно тебе, - Вклинился Клык завидев лицо Софи - это же кованые, они все так разговаривают.

- Это все равно раздражает.

- Именно. На. Конструктивную. Критику. Органики. Отвечают. Агрессией...

- Лучше. Не. Продолжай. - Перебил того Хорас, 143-ий замолчал.

- Наверное нам уже пора идти.

Подгонял вервольф, на что Хорас утвердительно кивнул, но решил перекинуться еще парой слов со своим очень старым другом.

- Номер. 143. Могу. Ли. Я. Рассчитывать. На. Твою. Помощь. В. Будущем.

- Конечно. Я. Помогу. Тебе. Дай. Знать. Если. Тебе. Понадобиться. Моя. Помощь.

- Благодарю. И. До. Встречи. Номер. 143.

- До. Встречи. Хорас.

Закончив разговор, Хорас и его группа двинулась дальше. Пробираясь через толпы рабов, отряд вышел на небольшую площадь, в нос ударил резкий запах силоса, гнилого сена и скотского навоза. По среди шума, между кучами сена под уздечкой чавкая копытами шагали лошади запряженные в примитивные телеги. По среди площади стояли "прилично" одетые торговцы и зазывали к себе покупателей. Среди толпы оборванцев проглядывались и те самые покупатели, которые и оделись по теплее и выглядели более зажиточно, чем все остальные вокруг.

Группа остановилась рядом с чем-то вроде конюшни, высокое одноэтажное здание выглядело на порядок лучше тех халуп в которых предположительно живут и работают люди. Прочные немного почерневшие каменные стены, плотная соломенная крыша и большие двойные двери, в которые легко протиснулись бы пара скакунов которых седлают Клык и Софи вместе с наемником. После всего увиденного начинаешь понимать, что к скоту здесь относятся даже лучше чем к человеку. Такое омерзительное отношение не могло не тронуть наемника, будь на то его воля он бы высказался на этот счет, но лишь с отвращением смахнул головой.

- Кхе-кхе... - неподдельно закашлялся человек стоявший у дверей одетый более-менее сносно - в конюшне еще остались свободные места.

- Сколько?

- За коня одна лира со всеми прилегающими.

Хорас вытащил из закромов пару серебряных монет и отдал их конюху. Пришлось слезать с коней, Софи быстро и без брезгливости слезла с коня, однако Клык и наемник с неохотой смотрели на землю покрытый толстым слоем нечистот, но делать было нечего. Клык аккуратно сполз с коня и погрузил свои голые лапы в грязь.

- Твою мать, одним словом, дерьмо. - Тут же высказался вервольф.

Наемнику в этом же плане было нелегче, спрыгнув с коня он недовольно посмотрел на потертые ботинки на своих ногах, теперь они стали по настоящему грязными. Пыль, мокрая земля? Все это просто чушь собачья, когда приходиться месить своей обувью отходы жизнедеятельности. Наемник с откровенным омерзением посмотрел на свои ноги, но по итогу все же смирился с этим, подумав, что придется привыкать к этому. Он лишь надеялся, что такое происходит только здесь, на мелком клочке земли и негде больше, что вся грязь и все отбросы собраны лишь в этом городе, что-то вроде гетто, но только размером с целый город.

- На. Сегодня. Ваша. Работа. Окончена. Но. Не. Теряйте. Бдительность.

- Ладно, я пошла бухать.

- А я... пожалуй, отмоюсь. - С брезгливостью сказал Клык.

Эти двое быстро затерялись среди толпы, наемнику показалось такое решение странным, ведь на них сейчас вроде охотятся некие культисты и не безопаснее ли держаться вместе, но потом вспомнил, что группы привлекают наибольшее внимание и так куда сложнее затеряться в толпе. Возможно наемник их еще недооценивает. Время покажет.

Хорас обратился к наемнику.

- Я. Должен. Прояснить. Тебе. Ситуацию. Следуй. За. Мной.

Хорас равнодушно повел пришельца за собой и тот послушно последовал за ним, стараясь не обращать внимание на грязных рабов, неприятные запахи и на то, что хлюпает под ногами.

...

Центральная библиотека имени "Николаса Фламеля" разительно отличалась на фоне окружающих ее лачуг. По соседству с разваливающимися хибарами, возвышалось каменное двухэтажное здание с черепичной крышей, пристройка выглядела свежей и чистой и потому более привлекательной. Внутри все выглядело старым но вполне приемлемым, ровные библиотечные стеллажи до отказа наполнены различными рукописями, толстыми энциклопедиями и тонкими сказами в разноцветных обложках. В таком убогом городе вряд ли найдутся люди хотя бы умеющие читать, не то что интересующиеся литературой. Однако такие люди все же находятся и часто захаживают в это место, между стеллажами почитывая книги стоят посетители и ищут то, что им нужно.

Хорас объяснил, что большая часть здешних рукописей, это труды теургов, свободные от крепостничества люди, полностью посвятившие свои жизни изучению эфира, ее производных и возможностей. Как потом стало понятно, они имеют свою символику, серебряные весы. Весы символизируют рациональность и взвешенность, а серебро помощник в трудных делах, метал спокойствия и уравновешенности. Такие же весы были вышиты на спине недавно встреченного кованого с номером 143. Теурги работают в разных направления, начиная от зельеварения и заканчивая сложной техномантией. Их научный интерес касается и различных исторических данных, изучение летописей, восстановление поврежденных свитков и лингвистические разборы.

Именно исторические книги лежали на небольшом столике для чтения. Наемник и Хорас сидели на против друг друга и кованый начал объяснять.

- Итак. Начнем. Нет. С. Начало... - Кованый помедлил после чего заговорил нормальным для человеческого слуха голосом. - Думаю так будет лучше, органики часто жалуются на несвязную речь кованых. С таким голосом все будет более понятным. Теперь начнем. Сапфир, так называется мир в котором ты оказался, - лицо наемника дернулись в безмолвном удивлении вперемешку с недоверием - его населяют различные расы, в основном их подразделяют на два типа, человекоподобные и зверолюди. Перечислять думаю не стоит, иначе это затянется. Город в котором мы непосредственно находимся, называется Зендер, это северный город принадлежащий королевству Фестуа. Фестуа феодальное государство с крайне примитивным общественным и политическим строем. Сильное расслоение общества и неурожай в этом году привели к тому, что ты уже видел на улицах. Как бы печально это не звучало, такое происходит по всему королевству. - Худшие ожидания наемника подтвердились, такое скотское отношение к людям ему никогда не нравилось, а здесь целая страна основана на эксплуатации людей, буквально выжимая из них все соки. - Так же это дополняется подготовкой к войне с двумя соседствующими страна на юге, это империя Ромалас и королевство лесных верлов, Фиор. Но сейчас не об этом. - Хорас сделал продолжительную паузу, намекая на важную часть разговора. Предвестник слегка наклонился вперед внимательно слушая кованого.

Давным-давно, еще в незапамятные времена, существовала могучая империя десницы власти которой распространились на весь наш мир. Но Сапфир был лишь одним из многочисленных камней, украшавший золотую императорскую корону. История именует их как раса примусов, они являлись настоящим воплощением богов в материальном плане. Они строили континентальных размеров корабли и на них бороздили далекие пустоты за пределами этого мира, они усмиряли нравы звезд, могли и вовсе погасить их. Они меняли облик миров так как им заблагорассудится, создавали тысячи миров из пустоты и населяли их созданиями которых сами же породили. Казалось их божественная власть будет длиться вечно, но не что ни вечно. Неизвестно по какой причине, однако раса примусов бросила вызов настоящим богам и те не стали терпеть такой наглости со стороны смертной расы, так произошло событие под названием "Падение небес". Боги и их бесконечные воинства обрушили всю свою яростную мощь на головы примусов. Древние искали помощи в иных измерениях и разных планах существования, они искали тех кто бы помог им в противостоянии, в этих целях они создали сеть межпространственных врат, однако они так и не нашли себе союзников. В мгновение ока, от некогда великой империи остались лишь одни руины, а примусов навечно изгнали в иное измерение ставшая их тюрьмой. Их величайшие корабли превратились в космический мусор, их технологии безвозвратно утеряны, а их потомки, оставшиеся в этом измерении, стали дикарями, хотя до конца не ясно кто именно является потомками примусов.

Однако, врата на Сапфире уцелели, чем и воспользовались сущности, зовущие себя как всадники. Каждые сто лет они наведываются в этот мир чтобы собрать жатву из душ смертных. Их ужасные и бесчисленные армии убивают все живое, что встретится у них на пути таким образом питая своих покровителей. Но путь им всегда преграждали существа, гости из иных миров и каждый раз останавливали наступление пехоты крови, чумные стрелы лучников, топот голодной кавалерии и несущих смерть жнецов. Неизвестно из каких миров они и как попадают в этот мир, но факт остается таковым, предвестники стали символом перемен и светлого будущего этого мира. Так продолжалось на протяжении шести тысячелетий, пока врата не исчезли тридцать лет назад. Многие начали думать, что раз врата исчезли, то и угрозы от них ждать не нужно, но люди ошибаются. Врата были украдены силами культа четырех всадников и сейчас они ожидают его открытия. До сих пор не понятно каким желанием они движимы, но их действия однозначно приведут к гибели этого мира, а ты, предвестник, поможешь мне их остановить.

Наемник лишь с подозрением посмотрел на Хораса, до сих пор не понимая что здесь происходит. Древние? Предвестники? Культ четырех? Всадники? Слишком много информации свалилось на голову наемнику.

- Если ты мне не веришь, книги что лежат перед тобой мое доказательство. - Хорас указал на книги на столе.

Наемник посмотрел на самую жирную книгу, привлекающую своей ярко-красной обложкой. Наемник аккуратно приподнял неожиданно тяжелую книгу и начал читать содержимое с первых страниц. Открыв первую страницу наемник пришел в некоторое замешательство, вместо привычных букв на пожелтевших страницах вытянутыми линиями выстроились незнакомые символы. С начало наемник не знал как отреагировать, но потом что-то в голове начало всплывать, символы не казались чуждыми, наоборот, очень знакомыми и разборчивыми. Символы начали складываться в слова, а те в понятные предложения. Текст начал обретать понятный смысл и наемник начал его понимать.

Судя по содержанию, эта книга собрала в себе исторические данные королевства Фестуа и повествует с первых лет 3-ей эры, начиная с первых племен живших на территории королевства заканчивая трех тысячным годом. Рукопись выглядела правдоподобно старой с истертыми краями и вычурным слогом. Пролистав еще несколько страниц наемник понял, что вся книга заполнена до отказа. Следующим глаз пал на черную книгу, открыв ее, первое что он увидел, это бесцветные зарисовки некоторых растений и прилегающие к ним описание. Все это выглядит слишком натурально, от живой природы до этих книг, все это не выглядит как какая-то постанова. Нет. Запахи, ощущения, облик, все это по настоящему, кажется что он и вовсе попал в сказочный сон, хотя сказочный, это вряд ли.

Наемник положил книгу на стол и ущипнул себя за руку. Больно, но картина перед глазами не изменилась, железяка по имени Хорас все так же сидел перед наемником. Что если это снова галлюцинации, но разве у них такой длительный эффект? Вряд ли. Попытки объяснить все увиденное оказались провальными и наемник решил подождать, пока не придет в себя и не привыкнет к этой обстановке, ибо чувствовал, что застрял здесь на долго.

- Ты. Мне. Веришь? - Хорас вернул себе свой холодный тембр голоса.

Наемник не решался дать однозначный ответ, врать не хотелось, но, с полной в груди сомнения, согласился кивнув головой.

- Хорошо. Тогда. Как. Насчет. Пары. Уроков. Тауматургии?

А это заинтересовало наемника и даже приободрило его.

Урок первый.

- Прежде. Чем. Начать. Изучать. Тауматургию. Необходимо. Понимать. Что. Каждый. Вид. Мантии. Это. Производная. Одной. Из. Шести. Стихий. В. Идеале. В. Первую. Очередь. Лучше. Изучить. Именно. Стихию. А. После. И. Один. Из. Соответствующих. Видом. Мантии. Так. Обучение. Будет. Даваться. Легче. Будет. Понимание. Происходящих. Процессов. И. Улучшиться. Контроль. Над. Мантией. Каждый. Имеет. Предрасположенность. К. Одной. Из. Стихий. - Хорас вытащил откуда то из закутков шесть разноцветных кристалликов и положил их на стол. Каждый из них светился слабым светом, сходно их цвету, желтый, голубой, синий, красный, черный и белый. - Это. Магические. Кристаллы. Содержащие. В. Себе. Частицы. Каждой. Из. Стихий. Они. Помогут. Определить. Твою. Склонность. Возьми. Один. Из. Камней. Я. Объясню. Как. Это. Работает.

Наемник глазницами посмотрел на кристаллы и слегка помешкал перед тем как сделать выбор. Немного погадав, он выбрал синий кристалл светящийся глубоким и красивым оттенком, этот цвет напомнил ему о прошлом, когда моря были чистыми, когда те были окрашены не в радужный топливный цвет, а всеми голубыми, синими, аквамариновыми цветами. Были же времена. Взяв камень в руку, Хорас начал объяснять суть процесса.

- Наши. Мысли. И. Эфир. Это. Симбиоз. Который. Помогает. Нам. Делать. Невиданные. Вещи. Наши. Мысли. Это. Наша. Сила. Сила. Тауматурга. Представь. Как. Ты. Высасываешь. Энергию. Из. Камня. И. То. Как. Она. Струится. По. Твоему. Телу. Как. Эта. Энергия. Выходит. Из. Другой. Руки. Представь. Твои. Мысли. Это. Сила.

Выслушав наставления кованого, наемник послушался его и зажмурил глаза, представляя как его тело становиться проводником для энергии. Кристалл превратился в светящуюся точку, странно, но наемник начал что-то ощущать. Неужели саму энергию? Дальше воображение повела часть света вниз, вдоль руки и та так же начала озаряться светом, в то время как сам кристалл начал гаснуть. Наемник чувствовал как этот свет в буквальном смысле проникал в руку, как теплая энергия сочилась по его руке, дошла до плеча и через грудь перетекла в другую руку. После, добравшись до кисти руки, свет начал вырываться наружу и рассеиваться в окружении, рука вдруг начала намокать, наемник разомкнул глаза и увидел как из под перчатки течет мелкая струя воды. Черепоголовый снял перчатку, ладонь полностью намокла покрывшись тонкой водяной пленкой.

- Для. Первого. Раза. Не. Плохо. Однако. Может. Быть. И. Лучше. Попробуй. И. Другие.

Положив камень обратно на стол, наемник начал выбирать другой камень, следующим стал камень, что окрашен в желтый цвет. Провернув с ним точно такой же трюк, на другой руке начали появляться мелкие комки земли. Хорас так же был не доволен таким результатом и сказал попробовать с другими. Из голубого камня подул слабый ветер, а из красного повылетали мелкие искры, опять же, слишком слабо говорил Хорас. Тогда настала очередь черного камня которого наемник так избегал, черный словно сама бездна камень напоминала ему обо всех неприятностях которые шли за ним почти всю его жизнь. Не понятно нормально это или нет, но камень источал какую-то не приятную ауру, которая в миг омрачала настроение. Так или иначе, наемник все же взял камень в руку и начал использовать его энергию. В руку впилась до не возможности холодная и мрачная энергия, которая с холодной и еле заметной яростью начал пробираться по всему телу. Эта энергия не слушалась его и лишь с напряжением тот усмирил бурный нрав темной энергии и перенаправил ее в руку. Посмотрев на ладонь, наемник увидел как прямо из его же руки исходит темная и густая дымка рассеивающаяся по всей библиотеке. Внезапно в помещении стало темнее, здесь и без того не хватало света, но сейчас словно ночь спустилась на улицу, люди начали озираться по сторонам в поисках виновника.

- Прошу прощения, но я бы по просил вас не делать этого в библиотеке. - Незаметно подошедший библиотекарь начал предъявлять, Хорас не стал с ним спорить, а наемник положил камень на стол. Свет сразу же вернулся в помещение.

- Просим. Прощения. - Как только библиотекарь ушел, Хорас посмотрел на предвестника. - Этот. Результат. Более. Чем. Удовлетворителен. С. Последним. Камнем. Пробовать. Даже. Не. Стоит. Сразу. Понятно. Что. У. Тебя. Нет. Склонности. К. Свету. - Говорил Хорас указывая на последний белый камень.

Собрав камни и убрав их в карман, Хорас повел своего новоявленного ученика из библиотеки, а затем и вовсе из города, прихватив с собой одну лишь книгу. Выйдя из грязного и вонючего города, эти двое направились подальше от города на пустырь, где никто и ничто не будет мешать дальнейшей учебе. Отойдя от города примерно на пару сотен метров, Хорас остановился, предположив что такое расстояние приемлемо и достаточно безопасное от города. Кованый повернулся к своему ученику и протянул книгу которую он взял с собой.

- Возьми. Это. Черный. Гримуар. - Предвестник взял книгу, но открывать пока не торопился. - К. Сожалению. Это. Единственный. Гримуар. По. Темной. Мантии. Дело. В. Том. Что. Большую. Часть. Видов. Мантии. Открыли. Теурги. Которым. Очень. Интересна. Созидательная. Часть. Эфира. Темная. Мантия. Считается. Единственным. Видом. Мантии. Которая. Не. Обладает. Созидательными. Заклинаниями. Поэтому. Теурги. Мало. Обращают. Внимание. На. Эту. Мантию. И. Давно. Забросили. Его. Изучение. По. Этому. Не. Удивляйся. Если. Эта. Мантия. Покажется. Тебе. Скудной.

Урок второй.

- Сейчас. Гримуар. Тебе. Не. Нужен. Я. Знаком. С. Темной. Мантией. И. Могу. Обучить. Тебя. - Наемник еще некоторое время смотрел на книгу в черном переплете и убрал ее в первый попавшийся подсумок на поясе. - Начнем. Наш. Второй. Урок. Как. Я. Уже. Говорил. Наши. Мысли. Это. Наша. Сила. Важно. Помнить. Об. Этом. Особенно. Когда. Имеешь. Дело. С. Тьмой. У. Нее. Очень. Сложный. Нрав. Но. Если. Сможешь. Совладать. С. Ней. То. У. Тебя. Все. Получиться. Первым. Наперво. Нужно. Научиться. Создавать. Преобразовательный. Круг. Который. Позволит. Тебе. Из. Таумы. Создать. Мантию. - Хорас протянул руку и создал перед ладонью знакомый но уже смолисто черный круг. - Так. Он. Выглядит. Запомни. Это. Попробуй. Создать. Такой. Же. При. Помощи. Своих. Мыслей.

Наемник внимательно посмотрел на круг, стараясь запомнить все символы и начертания внутри самого круга. С начало они казались сложными и непонятным, но через некоторое время глаза привыкли к характеру написания этих символов, посчитав, что упомнил все символы внутри круга, предвестник вытянул руку в точности так же как и Хорас и зажмурил глаза. В океане воображения, предвестник начал представлять, как энергия внутри него начинает концентрироваться в руке, после чего представил как перед ладонью вырисовывается круг со всеми его деталями. Мнимое чувство сменилось реальными ощущениями, наемник начал чувствовать как энергия вновь начала сочиться по его жилам и как она покидала его тело формируя круг.

Открыв глаза, предвестник увидел перед своей рукой такой же черный преобразовательный круг что и у Хораса. С начала он хотел отдернуть руку от неожиданности и смахнуть круг, но вовремя себя остановил. Наемник с начало посмотрел на круг, а затем на Хораса и так снова и снова приходя в тихий восторг от своего маленького достижения.

Хорас удовлетворительно кивнул.

- Хорошо. Теперь. Попробуй. Выпустить. Часть. Эфира. Своего. Тела. Через. Круг.

Предвестник перестал мотать головой и снова начал воображать. Силой воли он собрал немного энергии в своем теле и по руке направил его через круг. Из круга повалила черная дымка медленно падая вниз подобно туману. Это еще больше взбудоражило наемника, переполняя его радостью за собственный успех. Хорас был с ним солидарен и был вполне доволен таким результатом, хоть по его лицу так и не скажешь.

- Результат. Удовлетворителен. Теперь. Я. Понимаю. Что. Тебе. Знакомы. Некоторые. Понятия. В. Области. Тьмы. Понимание. Процесса. Очень. Важно. И. У. Тебя. Есть. Знания. В. Этой. Области.

Тут наемник с непонимание посмотрел на Хораса. Что это за область такая, в которой ты понимаешь процессы тени? Хорас, видимо заметив недопонимание ученика, решил уточнить.

- Эта. Мантия. Хорошо. Подходит. Людям. Которые. Предпочитают. Скрытные. Действия. Тень. Означает. Сокрытый. От. Света. И. Взора.

Наемник припомнил, что частенько скрывался от чужих глаз и у него это хорошо получалось, хотя о последнем задании так не скажешь, это был настоящий провал. Если бы не тот красный берет, то торговец оружием уже давно бы лишился своей головы. А еще тот баллистический нож...

Предвестник просто кивнул в согласии. Круг неожиданно развеялся.

- Еще. Одна. Важная. Вещь. Это. Концентрация. Необходимо. Постоянно. Контролировать. Эфир. Иначе. Он. Не. Станет. Тебя. Слушать.

Справка.

Данная информация направлена для разъяснения новых и непонятных вещей. Вся информация взята из трудов Николоса Фламеля (3-я эра 21-73 годы), первого и самого выдающего в истории теурга.

Тауматургия.

Тауматургия, это собирательный термин определяющий искусство управление внутренней таумой и ее различных видов при помощи силы разума и мыслей.

По сути, тауматургия подразумевает управление эфиром, который в их кругах называется таумой и делящийся на три вида. Первый. Внешняя таума, под этим понятием подразумевают эфир витающий в воздухе и имеющий сходные с газом свойства. Второй. Внутренняя таума, это эфир который содержится уже в живых организмах (растениях, животных, грибах и т. д.), наделяя тех новыми свойствами, растения обретают новые лечебные или же ядовитые свойства, а разумные существа, в зависимости от практики и внешних фактором, становятся сильнее, быстрее и прочнее. Так же становиться возможным такое явление как тауматургия. Третий. Мантия, это особый вид концентрированного эфира который часто используется для энергозатратных заклинаний. Для получения мантии требуется создать преобразовательный круг и пропустить через него внутреннюю тауму и уже полученную мантию использовать для заклинаний.

Кроме всего этого, существует закон о сохранении эфира, этот закон говорит о том, что сколько бы мы не использовали тауму, ее количество не меняется. Мы тратим нашу внутреннюю тауму для заклинаний, та рассеивается во внешней тауме, а наша таума восстанавливается за счет внешнего эфира.

Внешняя таума ➞ Внутренняя таума ➞ Внешняя таума.

Или, мы преобразуем нашу тауму в мантию для заклинаний, та рассеивается во внешней тауме, и результат тот же, мы восстанавливаем нашу тауму за счет внешнего эфира. И так по бесконечному кругу. Так формируются две замкнутые цепи, что полностью отражает в себе этот закон.

Внешняя таума ➞ Внутренняя таума ➞ Мантия ➞ Внешняя таума.

Мантия имеет еще второе значение, этим термином обозначают различные специализированные виды тауматургии, к примеру: техномантия, зверомантия, пиромантия, это все мантии, в то время как тауматургия является собирательным термином всего выше сказанного.

Тень 4

В ночное время Зендер полностью умолкает, в потемках ночных улиц нет ни единой души, все крепостные расходятся по разваливающимся халупам укрываясь несколькими слоями тряпья, что нашлось в куче мусора. Смотрители, что гоняли рабов плетью, тоже разошлись по домам и легли спать, ведь с завтрашнего дня начнется точно такой же унылый день, бескрайние заботы, стоны и мертвые люди умершие от перенапряжения, холода и банального голода. Разве что в окнах некоторых каменных построек все еще горел слабый и мелькающий огонек.

Обычно в таких местах останавливались авантюристы, что вечно ищут приключений на одно свое место. Путешествуя по миру в поисках богатств и славы они могут пройти от одного края земли до другого. Чаще встречаются вольные торговцы, что лишь мимоходом проходили через этот город и остановились здесь лишь за ночлегом и едой. Иногда могут захаживать смотрители и напиться горького пива, заснув прямо там где и сидели. Посетителей в таких местах негусто, поэтому в обычных случаях в королевстве Фестуа есть только по одному постоялому двору в каждом городе, где собраны все необходимы заведения для вольных людей, магазины, кузницы, цеха теургов, трактиры, харчевни и ночлежки.

За деревянной стойкой при в свете одной единственной свечи, сгорбившись сидела Софи и лениво потягивала из огромной пивной кружки дешевое вино. На лице проявились все признаки опьянения, покрасневшие щеки и покрытый испариной лоб, полузакрытые и ленивые глаза, свисшая челюсть и текущая из уголка рта капелька слюны вперемешку с алкоголем. Особенно сильно ощущался запах перегара, разносящийся по всему небольшому залу. Хотя Софи здесь неединственная перегорелая, в зале на обставленной мебели похрапывая разлеглись пьянчуги.

Хозяин, собрав плату за выпитое, уже давно ушел спать, а насчет дрыхнущих постояльцев в своем заведении тот был не против, так как это происходило постоянно, а будить пьяницу себе дороже, особенно учитывая, что многие из них это авантюристы обладающие реальными боевыми навыками.

Софи сделала еще один глубокий глоток и с силой ударила деревянной кружкой по истертой и грязной стоке, выплескивая на него часть содержимого вина и протяженно вздыхая при этом.

- Хааа, ну и дрянь, - и сделала еще глоток, почувствовав что вино уже кончается, Софи прокричала поднимая кружку - хозяйничий!.. Подать мне еще вина!.. - Ответа не последовало. Софи лениво оглядела зал, но никого в сознании не увидела. - Спит чтоль?! Ладно... тогда, мне пора.

Софи выпрямила затекшую спину и аккуратно слезла со стула. Ноги сразу же начали заплетаться и та всем весом упала на холодный пол прильнув щекой к камню. "Жалкое зрелище", подметила Софи про себя, начав размышлять о том, как бы она выглядела со стороны. В голову ударили не приятные мысли и воспоминания о прошлом.

- Эхх... Гастон, чтобы ты сказал... увидев меня такой. - Произнеся это имя, на глазах Софи начали проступать слезы. Сердце женщины дернулось, тело словно оцепенело, а глаза замерли и проецировали воспоминания в голове. Собрав все силы в кулак она взяла себя в руки, сделав усилие она отжалась и быстро поднялась на ноги. Усиленно вытирая слезы рукавом, она припомнила еще пару слов. - Ты бы сказал... "Будь сильной".

Софи протянула руку к шее и нащупала там простенькую цепочку, уцепившись за него она достала золотой медальон и мягким чарующим взглядом посмотрела на него. Пальцем она потерла изображенный на медальоне сундук, символ, что означает обогащение и благополучие, тягу к богатствам. Шмыгнув носом, Софи поцеловала золотой медальон, перед тем как спрятать его под одеждой.

Поняв что на улице уже темень темная, Софи пошатываясь зашагала к выходу повесив голову и взглядом уперевшись в пол. По пути она носом во что-то уткнулась, но не сразу поняла что это. Отойдя немного назад, она вгляделась в темноту, но ничего не могла разглядеть из-за отсутствия нормального освещения, тогда она подняла руку и при помощи тауматургии разожгла в нем огонь. Помещение озарилось мигающим светом, но пространство прямо перед ней никак не осветилось, впереди стояла все такая же темень, но подняв глаза с пола, Софи увидела очертания трех блестящих черепов, прищурив глаза она поняла, что это новоявленный предвестник и погасила огонь.

- О, это ты... ну как, Хорас тебе все объяснил? - Череп слегка закивал. - О, ну отлично... - Слегка поморщившись Софи добавила. - Это... я ведь так и не спросила твоего имени. Как тебя зовут? - Заплетающимся языком спросила та, на что предвестник ожидаемо промолчал. - Глупый вопрос. Я пошла спать.

Софи не стала допытывать и побрела мимо предвестника, попутно пошатываясь и спотыкаясь на ровном месте. В очередной раз она заплела ноги и чуть снова не упала, но благодаря своей реакции успела упереться о рядом стоящий стол. Предвестник подошел сзади и протянул руку предлагая свою помощь, Софи посмотрела на того и отмахнулась.

- Не надо, я сильная... я сама доберусь. - Снова выпрямившись Софи побрела дальше к выходу, но ноги не слушались ее и та все равно норовила упасть на пол, снова и снова. Возможно это продолжалось бы еще долго, Софи, личность упертая и не любит признавать свою слабость, поэтому не желает принимать помощь со стороны, но предвестник проигнорировал ее слова. Огрубевшие руки схватили Софи за плечи и не дали ей упасть в очередной раз, предвестник подхватил ее за руку и перекинул через плечо, крепко удерживая женщину на ногах. - Я ведь сказала... не надо!.. - В ответ предвестник протянул небольшой листок свободной рукой, на котором было что-то написано, Софи не могла ничего разглядеть, но снова наколдовав огонь, она увидела что там написано. - Н-номер 17... 28? Это что, имя твое? - Череп закивал, но Софи была не довольна таким ответом. - Т-ты издеваешься!.. Это ты называешь именем? Ни хренааа... это не имя, это чертов номер которым называют оружие... А ты чел... человек, а не оружие. Да... что с тобой не так? - Предвестник лишь дернул плечами не зная что и ответить. - Ааа... достал, давай так... раз у тебя нет нормального имени, то мы его придумаем... Как тебе?

Перед тем как кивнуть или отмахнуться, черепоголовый немного задумался и согласно кивнул.

- Вот и хо-ро-шо... только давай завтра... сегодня я уже все. - Предвестник повел Софи из трактира в ночлежку, но та все никак не хотела молчать и вновь заговорила. - Знаешь, когда я тебя впервые встретила... то с начало подумала, что ты вообще не живой... череп стоит такой на дубаке... думала мертвяк какой-то, а когда на нас напали эти верлы хреновы, то думала ты сразу же откинешься... а ты не откинулся. Силенок хватает значит... вот только нормального оружия не носишь. Одни ножи и... ножи, чеж ты так длиннозвер... длинноляз... длинноклинковое то невзлюбил. А может тебе нравиться размахивать копьем? Как я. А может, может кинжалы любишь?.. ты кивни если что. - Черепоголовый не кивнул, лишь продолжил тащить ее на своем плече, но Софи даже не посмотрела на это и продолжила болтать. - А, знаю... давай я буду перечислять, а ты кивни если что-то приглянется... так, моргенштерн, копье, гвизарма, скимитар, булава, палаш, шпага, кинжалы... - Софи хоть и была пьяна, но она все еще держала у себя в голове всю эту информацию и даже язык не заплетался когда говорила об этом. - Нет?

Наемник отрицательно покачал головой, не потому что ему не нравилось ни одно из перечисленных оружий, а потому что банально не умел ими пользоваться. На Земле его обучали рукопашному бою и бою на ножах, в чем тот хорошо преуспел, но с длинноклинковым и прочим холодным оружием его никогда еще не учили обращаться. Весь упор тренировок приходился на огневую и физическую подготовку. Тренировки были настолько суровы, что многие погибали прямо во время процесса от перенапряжения сердца, но это было только началом, дальше было хуже. Накачка тела некими препаратами, что буквально изнутри разрушали тело на клеточном уровне, а телу приходилось ускоренно приспосабливаться к ужасающим условиям. Сотни людей в невыносимых муках умирали прямо на лабораторных столах, а препараты продолжали разъедать тело изнутри, пока от трупа не останутся лишь высохшие мумии.

В голове не вольно начали всплывать лица тех ребят, которые не выжили в тот день, их было человек пятьдесят, но в живых остались лишь с десяток. Хотя, им еще повезло, они хоть страдали немного, а выжившим в последствии пришлось еще тяжелее. Беспрерывные боевые действия заточили глаза и рефлексы до предельной остроты, ноги двигались словно сами по себе, вес оружия и вовсе не ощущался, а тело казалось способно сделать все что угодно. Поднять взрослого человека одной рукой? Запросто. Пробежать десять километров без отдышки? Проще простого. Словно заново родился, открывается новое дыхание, глаза видят шире, но в чем смысл, если все это нужно только для того, чтобы убить еще одного человека.

Предвестник начал смахивать из головы не приятные мысли, пока те не захлестнули весь его разум. "Нужно быть хладнокровным, чтобы не случилось, нужно сохранять ясность ума в любой ситуации", так ему говорил наставник и не раз вдалбливал эти слова ему в голову. Наставник всегда был к нему суров, но по своему был добрым.

Задумавшись о своем, предвестник даже не заметил как уже пересек грязный двор и стоял прямо перед дверьми ночлежки. Взглянув на Софи, тот увидел уже полудремлющую рыжуху, которая не может и слюну во рту удержать. Открыв скрипучую дверь, предвестник аккуратно протиснулся в проход стараясь не задеть Софи, та в свою очередь плела ноги в след за своим телом, она уже не контролировала себя и постепенно отключалась. Но вот еще одна проблема, свет внутри всей ночлежки уже давно погас, а значит и хозяин лег спать, заплатить за еще одну комнату не получиться. Придется тащить эту пьяную бабу в свою комнату.

Так предвестник поволок Софи на второй этаж, в свою комнату. Такая задача оказалась куда более сложной, чем ожидалось, Софи совсем не хотела идти и пришлось подхватить ее на руки, тяжелый груз лег на руки черепоголового. Ее рыжие волосы легли на покрытые броней плечи, а изумрудный глаз лениво смотрел куда-то в пустоту так и норовя закрыть веки и наконец уснуть, но Софи по какой-то причине не позволяла себе этого, постоянно сопротивляясь зову грез. Быстро поднявшись по лестнице, наемник, ориентируясь в пространстве нашел нужную дверь. Кое-как открыв дверь занятой рукой, он навалился на дверь своим весом и вошел внутрь.

Прошагав вглубь комнаты, предвестник обо что-то ударился ногой. Кровать. Определил тот и положил вялую Софи на кровать. Дальше руки потянулись в сторону стола, нащупав сам стол, наемник начал искать свечу, чтобы разжечь свет. Что-то попалось под руку. На ощупь, свеча. Внезапно комната озарилась теплым светом, огонек был традиционно слабым и не мог озарить всю комнату разом, но предвестника это вовсе не волновало, его больше будоражило то, что этот огонек исходит прямо из его руки. Слабый подергивающийся язык пламени висел в нескольких сантиметрах от ладони, наемник поднес руку к свече и зажег ее, после чего погасил огонь в своей руке.

Предвестник еще некоторое время смотрел на свою руку, не веруя в происходящее, но эта тауматургия по настоящему удивительная вещь. Сложно представить, чего можно добиться имея в своих руках такую силу. Конечно, Хорас много объяснял о возможностях этого искусства, но всегда было такое чувство, будто бы он чего то не договаривает.

Обернувшись к Софи, наемник посветил на ее лицо и та заговорила сонливым голосом, та вот-вот заснет.

- Эй... это, что я хотела сказать-то... - Наемник присел рядом с ней, положил подсвечник на близстоящий стул и принялся ее раздевать. - Сейчас-то я скажу, а вот когда протрезвею, то точно буду отрицать... пока этого не случилось... Если я вдруг скажу что-то обидное, ты не воспринимай это к... сердцу. Я не со зла такая злая... просто, хреново мне... понимаешь, всякое дерьмо случается в жизни... а на меня целое ведро на голову вылили... понимаешь?.. - Еле поднимая голову, Софи смотрела как предвестник стаскивает с нее обувь, а затем принялся снимать доспехи. - Эй... ты меня слушаешь?.. Ты же не хочешь меня оприходовать? - Ответ был точно таким же лаконичным и понятным как всегда, отрицательным. - А жаль, я бы сейчас не отказалась. - Голова рухнула обратно на жесткую соломенную подушку.

К моменту когда наемник уже раздел пьяную женщину, та уже сладко и беззаботно сопела, оставалось лишь укрыть ее одеялом. Но перед этим тот решил заценить ее фигуру. Глаза начали ползти от милого лица с красивыми рыжими волосами и тонкими губами, разве что шрам расстраивал глаз. Ее голое тело, которую скрывает лишь тонкая льняная рубаха, ее пышные груди, которые все это время скрывались за стальным листом, вздымались от глубокого сонного дыхания. На этом вся женственность пропадала. Ползая взглядом дальше по ее роскошному телу, глазам предстал не мягкий нежный живот, а мощный накаченный пресс, в два ряда выстроились шесть квадратных кубиков на которых виднелись многочисленные шрамы. Ее нежные руки оказались стальными крючками, пальцы оказались настолько забитыми, что вместо гладкой кожи виднелись лишь грубые рубцы. Вместо тонких женственных ножек на кровати растянулись рельефные ноги.

Такого наемник точно не ожидал. Ожидал подтянутое женское тело, но ни как не накаченные рельефные мускулы. В доспехах-то она так не выглядела, по комплектации больше походила на обычную женщину, но, то что пряталось под доспехами его удивило. Однако, мышцы, это не единственное, что он подметил. На всем теле Софи можно разглядеть круглые шрамы на локтях, коленях и шее, словно оставленные круглым стилетом, такие шрамы знакомы предвестнику. Софи оказывается тоже не так проста как кажется. Обычно такие шрамы остаются после опытов, которые проводили над самим наемником, специальные препараты вводили в тело через огромные шприцы, которые оставляли точно такие же следы. Выходит, над Софи тоже проводили подобный эксперимент. Через какие же муки ей пришлось пройти. Наемник с пониманием и грустью посмотрел на нее, после чего наконец накрыл толстым тканевым одеялом.

Наемник развернулся и перенес подсвечник обратно на простенький стол и сел на столь же простенький стул. Пододвинув седалище по ближе, наемник откинулся на спинку и начал переваривать все случившиеся события за сегодня. С начало, красный берет проткнул глотку баллистическим ножом. Затем проснулся в этом мире, встретил куклу, которая на самом деле лесной дух. Кстати об этом.

Наемник потянулся за спину и вытащил из капюшона духа. Маленькая кукла так же сладко спал, его маленькие точки в черепе превратились в тонкие линии, имитируя закрытые глаза. Его крепкий сон не прервала даже вмешавшаяся рука наемника, лишь слегка помаялся и помахал смешными ручками в поисках чем-нибудь укрыться. Наемник положил его на стол и накрыл его своей кожной перчаткой. Предвестник посмотрел, как дух спал, но сам еще не торопился ложиться спать, все случившееся слишком взбудоражило его и тот просто не мог заснуть из-за нахлынувшего волнения.

Вместо этого он вытащил из подсумка черную книгу и положил ее на стол. Темный гримуар лежал на столе и манил тем, что скрывает под своей закрытой обложкой. Предвестник смотрел на нее и видел, как уже завтра станет великим и непревзойденным тауматургом, как темная сила становится его продолжением, его новой рукой. Как сложные слова и замысловатые тексты читаются словно сказки, легко и просто. Что сказать, воображение предвестника было очень развитым и частенько любил думать о том, "что если". Хотя, это часто было связано с не очень приятными событиями. Но думать всегда надоедает, говорить он не может, а иногда так хочется высказаться и выплеснуть все накопившееся, что же тогда делать. Тут наемник начал задумываться о вещах, о которых раньше и подумать не мог. Время не резиновое, каждый день это битва, каждый шаг это риск. Так как же в таких условиях, можно было думать о чем-то ином, кроме о постоянном чувстве опасности. Это сводит с ума.

Сунув руку в сумку, предвестник вытащил на стол пустую тетрадку и сперва решил заняться ею, записать все свои впечатления. Что удивляло, что пугало, а что просто завораживало своей чистой и незапятнанной красотой. Открыв жесткую обложку, тот сразу же потянулся к тростниковой ручке, макнул ее в баночку с чернилами и начал царапать по желтой бумаге. С начало, такой вид написания казался наемнику жутко неудобным, линии еле вырисовывались, а иногда образовывались раздражающие кляксы, но тот быстро приноровился. Наемник быстро учиться, это же подметил и сам Хорас во время обучения.

Вскоре, слова словно сами текли по руке и проявлялись в чернилах. Рука будто бы сама переводила слова на местный язык, непонятные символы больше не казались таковыми, слова обретали вполне понятный и ясный смысл. Наемник отлично владеет тремя языками, а если учитывать и местный язык, то все четыре. Это родной русский, второй родной немецкий и английский, как наиболее распространенный язык. Где-то в потемках своего разума тот еще помнил, что мать его была немкой, а отец чистый русский, что бросил его в детском доме, как только мать умерла. Эти воспоминания еще свежи в его голове, как бородатый отец вел его за руку прямиком в здание, в которое он никак не хотел заходить, ибо знал что это. Как бы маленький мальчик не уговаривал своего отца, говорил, что будет хорошо себя вести, ничего не будет просить, лишь бы тот его не бросал. Но ничего не изменилось, отец бросил...

Предвестник смахнул головой, стараясь не думать о таких вещах. Почему то все его воспоминания сводятся к чему-то плохому. Похоже результат свободного времени. Во время стрессовых ситуаций о плохом не задумываешься, твой мозг зациклен только на выживании, но стоит тебе немного расслабится, как воспоминания начинают разрывать мозг в клочья и здравствуй постравматический синдром.

Смахнув ненужные мысли, наемник сконцентрировался на написании своих мыслей, начинающийся криво-косым заголовком на местном "Запись первая". Предвестник мог бы сделать записи на родном языке, на английском или немецком, но предвестник пишет это с надеждой, что кто-то это прочтет и поймет его чувства, а местные на вряд ли владеют земными языками. Может быть, когда-нибудь в далеком будущем, какой-нибудь археолог откопает эти записи, изучит их хорошенько и выставит в музее в качестве древней рукописи? Все же воображения у наемника хватает.

Закончив со страницей он оставил ее открытой, пока чернила не высохнут и только после этого перевернет страницу и продолжит писать. А потом начнет изучать темный гримуар, такой загадочный и в то же время такой манящий. С начало темная сила казалось наемнику пугающей и едкой, но немного приноровившись, он понял, что тьма... не такая уж злая? Она не была полностью враждебной, как оказалось, лишь ее характер вызывал трудности, если хочешь подружиться с тьмой, с начало ее нужно подчинить, а потом можно спокойно поговорить.

...

Головная мигрень, вялое тело и тошнота, ужасные чувства которые приходят с похмелья. Софи с при великим трудом открыла слипшиеся глаза и с таким же трудом подняла голову. Села на кровати и постаралась отвести растрепанные волосы с лица до ужаса вялыми пальцами. Софи посмотрела в окно... и очень зря, утренние лучи солнца тут же обожгли сонные глаза, та снова зажмурилась и в полудреме начала отмахиваться от солнца. Поняв, что это дело безуспешное, Софи с ленью встала на холодный пол, вздрогнула, но все же поскорее зашагала к окну и закрыла ставни вместо штор. Спасибо что хоть окна застеклены.

Удовлетворившись результатом, рыжеволосая уже собиралась снова лечь в кровать и продолжить отсыпаться, но что-то мягкое вцепилось ей в ногу. По текстуре было похоже на мягкую перьевую подушку, в голове всплыли те воспоминания, когда она еще была дворянкой, еду готовила прислуга, а постель была необычайно мягкой и манящей, чистая и накрахмаленное белье, просто чудо. Она даже не вольно улыбнулась. Но ведь у подушки нет конечностей чтобы вцепиться в ногу, что же это тогда? С таким вопросом Софи опустила голову вниз, та взглядом встретилась с духом, который, закинув голову назад, смотрел на нее через череп-маску парой черных точек.

- Каково?! - От удивления Софи не вольно пнула духа леса в стенку. В перспективе, дух должен был смачно прилететь в стенку и, если текстура не лжет, должен был превратиться в лепешку, но бледная рука ловко поймала его и тихонько положил того на стол. Прищурившись, через мигрень она увидела сидящего к ней спиной предвестника, который с усердием что-то записывал и вычитывал из открытой книги.

- Т-ты, что делаешь в моей комнате? - Задалась та весьма логичным вопросом. Предвестник немного подождав, не оборачиваясь показал лист бумаги. Прищурившись еще раз и наклонившись вперед, Софи прочитала следующие слова, "Это моя комната."

Немного задумавшись она начала копаться в своей голове и сразу же вспомнила как предвестник затащил ее к себе в комнату, начал раздевать а потом...

- Эй, а у нас было... "это"?

- "Ты о чем?" - Снова надпись на бумаге в качестве ответа.

- Ну "это", - переборов некоторое стеснение она все же дала четкий ответ - ну секс, маленький что ли. - Предвестник обернулся и с легким шоком посмотрел на нее и дал отрицательный ответ. Софи с разочарованием произнесла. - Слабак.

Предвестник возмущенно посмотрел на нее, но так и не ответил, лишь продолжил писать в открытой тетради временами поглядывая в книгу. Только потом она увидела как маленький дух гуляет по столу и пританцовывая припрыгивал. А с ним что не так? Хотя от такого маленького существа особой сообразительности и не ожидаешь. Послав все к черту, Софи уже хотела снова нырнуть под теплое одеяло, но стук в дверь не позволил ей этого сделать. Из-за двери послышался рычащий голос Клыка.

- Эй! Голубки, а ну просыпайтесь, нам пора обсудить наши планы! Если не откроете, я выбью эту дверь к чертям!

- Клык, - хватаясь за больную голову, Софи подошла к двери, чтобы не повышать голос - не надо кричать, пожалуйста, не кричи, сейчас выйдем.

- Ты что!.. - Осекся клык и более тихим голосом продолжил. - Ты что, опять надрызгалась?

- Да, и что с того?

- Да так, ничего. Я с Хорасом будем ждать вас снаружи. Не задерживайтесь там.

- Да, да, да, отвали уже, итак голова болит.

Ответа не последовало, лишь отдаляющиеся звуки шагов с несвойственной для вервольфов звучанием, стук-стук. Неужели Клык себе обувь купил, будет интересно посмотреть что он на себя напялил. С такими мыслями Софи повернулась обратно и обнаружила как предвестник уже собирает вещи, хотя чего там собирать то, сунул книгу в подсумок и начал ждать пока чернила не просохнут, а тростниковая ручка с чернилами тут были с самого начала.

"А где моя одежда?". Немного порыскав по комнате взглядом, Софи обнаружила свое снаряжение аккуратно сложенное на стуле рядом с кроватью.

...

Собрав все необходимое парочка вышла на свет, глаза по прежнему слепило солнцем, головная боль не давала покоя, а впридачу ко всему этому еще и тошнота подоспела. Картина перед глазами расплывалась, от чего кружилась голова, все только усугублялось со временем. Все же Софи выпила слишком много и результат на лицо, в буквальном смысле. Растрепанные волосы и повисшее угрюмое лицо, не исключение и факел перегара.

Клык, который встречал их, невольно потянулся к своему бедному носу и старался прижать его как можно сильнее, чтоб не ощущать это амбре.

- Знаешь, ты выглядишь как измученный овощ, зачем ты вообще так много пьешь? О боги, ну и несет же от тебя! - Софи схватилась за голову, прося того быть по тише одновременно накидывая на голову копюшен, чтобы хоть немного скрыться от слепящего солнца. - Ааа... ты иди рассольчика выпей, а мы с... как тебя зовут мы так и незнаем.

- Эосфорос. - Ответил Хорас. - Это. Твое. Имя. - Говорил тот, протягивая стопку бумаг перевязанные ниткой. - Перед. Твоим. Появлением. Я. Сделал. Тебе. Легенду. Прочтешь. Позже.

Легенда? Предвестник удивленно посмотрел на Хораса, в стопке листов тридцать не меньше, так когда он усел написать столько, у него на это ушла вся ночь? Хотя черт его знает. Хорас странный по всем параметрам, его стальное тело, скрытный облик, вечно что-то не договаривает. Голову не покидают мысли о том, что он знает обо всем на свете, а иногда предвестнику казалось что он и вовсе умеет читать мысли. Этот кованый сильно настораживал одним своим присутствием, что не хорошо сказывается на доверии.

Хорас вместе с Клыком повели Эосфороса за собой, в то время как Софи направилась в харчевню, подавлять свое похмелье. Нужное здание находилось буквально на против ночлежки из которой они вышли, перейдя двор, те уже были на нужном месте. Как ни странно, но на постоялом дворе не было крепостных оборванцев, все мычали и тявкали голыми ногами за пределами двора, может быть потому что здесь обычно водятся только горожане из небольшого числа свободных людей?

- Это. Кузница. Здесь. Мы. Подберем. Тебе. Оружие. - Предвестник не мог говорить и поэтому не мог возразить в голос, однако его взгляд говорил сам за себя, это практически стало его новым языковым аналогом, который в зависимости от ситуации выражал разные эмоции, даже если это просто маска. Прямо сейчас, на маске, каким-то неведомым образом, прослеживались слова:"Ты мне ничего объяснить не хочешь?". - Знаю. Что. Ты. Мне. Хочешь. Сказать. Я. Обязательно. Объясню. Тебе. План. Действий. Но. Позволь. Подготовить. Тебя. К. Этому.

Хорас все никак не хотел раскрывать план и все время отмахивается обещаниями, он их выполняет, но постоянно повторяющиеся слова утомляли и даже раздражали. Но смирившись с характером кованого, предвестник пошел за ним в кузницу. Здание небольшое и мало чем отличалось от остальных построек в пределах постоялого двора. Застекленные окна, каменные стены и черепичные крыши, разве что кузница отличалось навесом, под которым трудился сам кузнец одетый в кожный фартук, придавая куску стали форму клинка.

- Здаров Луи, как твои кузнечные дела?

Лицо полностью заросшее бородой, но в то же время с блестящей башней, посмотрела на Клыка и радостно выкрикнул, бросил молот и направился к вервольфу.

- Ого, кого я вижу! Не уж то сам Клык из племени Серых ко мне прибыл! - Те с размаху ударили по рукам и пожали их. - Кстати, что это у тебя на лапах? - Заметил кузнец.

И правда, задние лапы вервольфа были одеты в некое подобие ботинок, только очень узкие, подогнанные под размеры Клыка. Со стороны это выглядело смешно, кузнец даже начал похихикивать, удерживая волну смеха внутри себя всеми имеющимися силами. Клык угрюмо посмотрел на кузнеца и начал оправдываться.

- Грязно у вас тут, понимаешь! А я, сам понимаешь, босиком хожу, пришлось напяливать шкуру какого-то животного себе на лапы.

- Му-ха-ха-ха!.. - Кузнец больше не сдерживался и взорвался громким смехом, пока Клык не начал раздражаться. - Ладно... ладно, какими судьбами хоть?

Подождав, пока кузнец не вытрет слезы с уголков глаз, Клык ответил на его вопрос.

- Да так, дельце у меня здесь. В общем, зачем я к тебе зашел-то, видишь этого черепоголового? - Кузнец, по имени Луи, наклонился в бок и посмотрел на предвестника непонятным взглядом, вроде с подозрением или же недоумевал.

- Вижу.

- Так вот, у него с собой одни только ножи, а ты сам понимаешь, гулять за пределами города без нормального оружия опасно, вдруг мутанты еще встретятся.

- Ааа, так бы сразу и сказал! А то тянешь каджита за яйца. За мной, щас мы подберем этому твоему другу нормального оружия.

Войдя внутрь кузницы, сразу почувствовался запах масла и кислой начищенной стали. Глаза разбегались кто куда, все помещение до отказа было набито разнообразными стальными изделиями, не только холодное оружие но и доспехи и щиты. Рядом со входом на стойке стройно разместились различного вида копья, алебарды и подобные им оружия. На другом конце помещения на столе спокойно лежали мечи и сабли самых различных конструкций, тут тебе и гладиусы, и скимитары и сабли, все что душе угодно. Вдоль другой стены выстроились стальные доспехи каждый отличный от другого, по весу и форме.

- Ну, выбирайте, что вам по нраву.

- Эос. Выбирай. - Сказал кованый предвестнику.

Предвестник удивился такому ассортименту оружия, но расстраивало то, что он не умел владеть ни одним из представленных холодных оружий. Луки, копья и мечи выглядели просто прекрасно, спору нет, но смысл в таком оружии, если ты не владеешь им как следует. Эосфорос расстроенно оглядел оружие, блестящие лезвия саблей привлекало, но не умение отторгало желание использовать нечто подобное.

- Ну давай, не затягивай. - Поторапливал Клык.

Раз уж Эосфорос не может использовать нормальное холодное оружие, тогда стоит поискать что-то более привычное. Глазам как раз попалось короткоклинковое оружие лежащее на другом столе, большее внимание привлекали прямые кинжалы и стилеты. Внешне самые простые ножи в которых нет ничего особенного, но ведь внешность для оружия не важно, главное какие качества. Подобрав один из стилетов, предвестник поднял его, показывая, что хочет приобрести именно его, кузнец посмотрел и ответил.

- Ты уверен? Это ж стилет, а не какой ни меч.

- Ты не владеешь холодным оружием? Только ножи и прочее подобное? - Задумчиво спросил Клык, на что получил кивок. - Понятно. - Разочаровался тот и осудительно посмотрел на Хораса, но тот предпочел промолчать. - Ладно, сколько ты там хочешь взять, я оплачу.

- Не-не-не, так не пойдет, ты - Луи указал на Эосфороса пальцем и возразил - без нормального оружия отсюда не выйдешь! Один лишь стилет это ни дело! Подожди меня здесь, не смей никуда уходить, я сейчас вернусь! - И выбежал через дверь в другое помещение этого здания.

За дверью начали слышаться шорохи и стальной шум, скрип заржавевших петель и выкрик оживленным голосом, "Нашел". Затем, можно было даже догадаться, что там происходило за дверью. Вот, кузнец нашел что хотел, развернулся и начал возвращаться, но по пути споткнулся обо что-то и чуть не упал. Обматерился и пошел дальше, дверь заскрипела и держа в руках тканевый сверток вышел сам Луи.

- Вот оно! - Взволнованным голосом говорил тот, попутно подходя к столу.

Развернув на столе тканевый сверток, Эосфорос, Клык и Хорас, видимо ему тоже стало интересно, решили посмотреть на то, что так взбудоражило кузнеца. Короткий клинок в кожных ножнах, вроде бы ничего не обычного, из-за чего этот кузнец вообще так возбудился? Непонятно. Но как только Клык посмотрел на меч, его зубастая челюсть отвисла, а глаза полезли на лоб.

- Э-это... это же... это то о чем я думаю? - Вервольф, чуть ли не теряя дар речи, поинтересовался у кузнеца.

Кузнец ехидно улыбнулся и с радостью поведал об этом оружии.

- Этот меч был выкован по технологии древних верл, и не абы из чего, а из тауматургического сплава.

- О боги! Как тебе удалось, как ты это сделал?! Глазам своим не верю... - Клык в шоке начал метаться глазами от рукоятки меча до кончика ножен, его нос принюхивался все сильнее и сильнее, дабы лучше почуять и запомнить этот редкий запах тауматургического сплава, но сам он не смел прикасаться к столь прекрасному произведению искусства, опасаясь того что может запятнать его. Но предвестник еще не понимал, от чего же такой ажиотаж.

- Ну же, давай, обнажи клинок. - Судорожно говорил Луи, его глаза налились какой-то нездоровой эмоцией. Клык и Луи вместе больше походили на каких-то безумцев, чем на авантюриста и кузнеца.

Предвестнику и самому стало интересно, что именно вызвало такую реакцию у этих двоих. Первым делом Эосфорос ухватился за рукоять, которая оказалась очень удобной для хвата, на рукоятке прослеживался рельеф, который формировал анатомическую форму рукояти. Просто держать этот меч в руках уже приятно, а что же прячется в ножнах. Ухватившись почти что за невесомый меч, тот начал медленно обнажать лезвие. В ожидании, Клык начал выпучивать глаза как только увидел чистый серебряный блеск. Лишь бы тот не уронил свои глаза. С начало раскрылась худая часть лезвия, но чем ближе к кончику лезвия, тем толще оно становилось. По конструкту сильно напоминал тесак с его линейно прямым обухом, но лезвием больше походило саблю. Помимо превосходного исполнения самого оружия, на нем виднелись выгравированные символы со строгими и угловатыми линиями.

- Не верю, это же руны! К-как ты это сделал!? Как!?

- Ты. Сам. Выковал. Этот. Меч? - До сих пор молчавший Хорас внезапно заговорил.

Луи перевел наполненный непомерной гордостью взгляд на кованого.

- Ну, на самом деле без теургов не обошлось. Меч то я сам выковал, но вот руны это их рук дело. Мечи это ко мне, без условно, но если хотите нанести руны на оружие, обращайтесь к моим соседям, в их цех.

- Ясно. Значит. Некоторые. Достижения. Прошлого. Начинают. Возвращаться. Это. Хорошо.

- У этого меча даже свое имя есть, Карантир. Жаль только ему пришлось долго ждать, перед тем как найти своего хозяина. Кому попало его продавать не хотелось, но и без дело его оставлять нельзя. Меч все таки, им пользоваться нужно, а раз уж этот черепоголовый с тобой, готов продать его вам.

Клык пропустил все мимо ушей, тот еще продолжал пускать слюни, завороженным взглядом не отрываясь от серебристого Карантира, вместо него пришлось говорить Хорасу.

- Сколько. Стоит. Этот. Меч?

- Пятьдесят лир

- Чегооо!.. - Оживился вервольф и возмущенно зарычал. - Че так дорого! Да за эти деньги пол года можно жить и не жаловаться! За эти деньги можно купить стадо коров и уже на этом зарабатывать деньги! - Загибая пальцы, Клык перечислял. - Приличный дом, где-нибудь на окраине королевства! Два-три комплекта полных доспехов! Целая гора оружия! За эти деньги можно нанять с десяток наемников!

В ответ Луи так же активно начал оправдывать цену Карантира.

- Ты что, не понимаешь слов, "по технологии древних верл"?! А тауматургический сплав, это тебе недешевое удовольствие! Лезвие не за что не затупиться, а если бахнешь в эти руны внутреннюю тауму, то она станет еще острее!

- С. Этого. Момента. По. Подробнее.

- Вы про руны хотите узнать? Теурги что-то говорили об этих рунах, мол совершенно новые начертания, каких еще не видела история. Руни которые умеют питаться от таумы своего хозяина, от того он становиться еще острее, но не только. Если поднапрячься, то лезвие можно покрыть различными заклинаниями, его можно поджечь пиромантией или отравить при помощи тауматургии.

- Ясно. Древние. Технологии. Ковки. И. Совершенно. Новые. Руны. Это. Удивляет.

- Сам в шоке. Ах еще кое-что, что я вам хочу показать. - Кузнец наклонился и достал из под стола еще кое-что интересное. - Вот, еще одно новшество.

На стол лег частично деревянная частично стальная конструкция с резкой дугой. Данные на столе формы слишком уж сильно были знакомыми, чтобы гадать, рукоятка, механизм спускового крючка в привязку с фитилем и ствол. Это конечно не древний мушкет, но пистоль уже что-то.

- А это еще что, тоже по древним технологиям?

- Не, недавно опять эти теурги придумали. На этот раз без эфира и прочей приблуды, чистые природные реакции. Стреляет при помощи небольшого взрыва, в ствол нужно насыпать порох, потом положить туда пульку и утрамбовать. - Луи показывал сие действие на живом примере, давая понять предвестнику, что это оружие ничем не отличается от земных аналогов. - Остается поджечь фитиль и нажать на этот крючок.

- Ну и как, хорошее оружие?

- Кожанки и ватники вообще не препятствие, а вот стальные пробивает с некоторым трудом. Но если это тауматургические стали, тот тут без шансом. Вот только этим оружием надо еще научиться пользоваться, я сам на это пол года убил, прежде чем не начал попадать примерно туда куда мне надо. Да и ковать такое оружие сложно, поэтому цены соответствующие. Тридцать лир.

- Тридцать лир... - Хватаясь за голову обреченно шептал вервольф. - Чистая обдираловка.

- Ха-ха-ха... это как посмотреть, для авантюристов, у которых всегда карманы полны, это вовсе не проблема. Но, я хочу показать вам еще кое-что, это последнее, после можете покупать все что захотите.

С тяжестью в своем голосе и чувством, что карманы станут легче, Клык все же согласился посмотреть что там еще завалялось у этого кузнеца. Луи притаранил на стол одну лишь кирасу, вместо всего доспеха. На вид, кираса была изготовлена из обычной стали, и не представляло из себя ничего особенное, тот же киль делящий корпус на условные две части... да и все, больше ничего примечательного, кроме гравировки. На кирасе были выбиты два кольцеобразных клейма, которые образовывались из уже знакомых рун.

- Это, друзья мои, обычная латная кираса. Пусть он и выкован из обычной стали, вот эти гальдрабоки, что-то вроде рун, но по круче, придают еще больше прочности и могут защитить от тауматургических заклинаний. Разве не здорово, а? Стоит сие чудо тридцать пять лир.

- Да это ж обдираловка чистой воды, мои карманы такого не потянут. Эос, лучше выбери что-то одно?

- Клык. Почему. Ты. Так. Беспокоишься. О. Моих. Деньгах? - Разоблачительно поинтересовался Хорас, а Клык улыбаясь добавил.

- Наши деньги, - По коммунистически выразился вервольф - ты сам говорил, что... сколько? Тридцать процентов мне отходит. А ты, как назло, любишь хранить деньги у себя в карманах. Хотя я что-то не вижу у тебя карманов.

- Ладно. - Сдался тот и хотел поскорее закрыть неудобную для него тему. - Эосфорос. Выбирай. Что. Возьмешь?

Предвестник посмотрел на представленную экипировку. Пистоль хорошая вещь, прогрессивная и технологичная для нынешнего времени, Эос смог бы быстро приноровиться к использованию этого оружия, но некоторые нюансы никуда не исчезнут, это его малая дистанция эффективной стрельбы. Предвестник взял пистоль и заглянул в ствол, каналов внутри ствола не было, что ожидаемо, а вместе с круглыми пулями это создаст еще больше условий для скоса траектории выстрела. Предвестник решил пока воздержаться от такой мороки и отложил пистоль в сторону.

Кираса вроде бы не плоха, но если сравнивать с керамическим бронекостюмом, который носит предвестник, то эта кираса покажется хрупкой, словно бумага. Конечно, можно долго говорить о том, что керамические плиты очень тяжелые, а стальная кираса будет в разы легче, и это правда. Однако есть один нюанс. На Земле, под бронекостюмом подразумевают целый комплекс из сложных защитных материалов, которые в свою очередь навешаны на мощный экзоскелет, именно это является главным фактором определения бронекостюма. Аккумуляторы для таких экзоскелетов довольно компактные и емкие, но для длительного периода времени даже таких энергоемкостей не хватает, но этому есть вполне логичное решение, вместо электрических экзоскелетов использовать механические.

Правда в армиях всего мира, механика не получила своего признания из-за малого КПД, а прочую электронику надо чем-то питать, так что электрические экзоскелеты стали предпочтительнее благодаря высокому КПД не смотря на некоторые недостатки. Один из таких недостатков, это сложность в обслуживании и уязвимость к влаге, всегда нужно поддерживать герметичность электронных элементов, иначе чуть ли что, так сразу начинает барахлить. По этим причинам, предвестник навесил на свои ноги именно механику, ее легко обслуживать и ремонтировать, даже если ты не имеешь профессионального образования, а низкий КПД предвестник компенсировал своими высокими физическими показателями, поэтому нужда в новой броне отпадает сама собой.

Карантир, удобный и пожалуй даже приятный хват рукояти, блестящая серебристое лезвие меча и изогнутая кромка приспособленная для рубящего удара. А если верить кузнецу, то этот меч не затупится во время боя, а если захочется, то его можно сделать еще острее, интересно, что сможет разрезать такое оружие. Бонусом еще прилагается почти незаметный вес меча, что делает его невероятно маневренным, какие же кульбиты можно с ним вытворять. Правда эта его невесомость вызывает опасение, беспокойное воображение так и вырисовывало картину, где Карантир носиться по воздуху из-за самого обычного ветра. Даже если такие волнения не оправданы легче вовсе не становилось. Карантир, конечно, не коротко-клинковое оружие, скорее одноручник, а обучиться владению хотя бы такого оружия необходимо в настоящих реалиях. Конечно же это лишь оправдание, которым предвестник убеждал себя для того чтобы завладеть таким оружием. Меч который не затупиться, остро словно лезвие, и само по себе выглядящий как произведение искусства, кто же не заинтересуется во владении Карантиром?

Предвестник сделал свой выбор, подхватил Карантир и вместе с ними и пару стилетов, как добавка. Мечом еще надо научиться владеть, а вот стилеты это уже что-то походящее на нож, с единственным отличием, состоящий в лезвии приспособленный исключительно к колющей атаке.

Предвестник с тех самых пор как попал в экспериментальные силовые структуры, обучался ножевому бою почти все свободное время. Руководство считало необходимым, заполнить весь график тренировками, для того чтобы не только растерять хватку, но и усилить ее. От части это руководство было право, благодаря таким жестким тренировкам, навыки владения ножами заметно возросли. Казалось бы, что это совершенно бессмысленная трата времени и сил, но в нынешних земных реалиях, это имеет под собой основание. В некоторых случаях, когда патроны для основного оружия заканчиваются в ход идут пистолеты, однако лишь немногие современные экземпляры пистолетов способны пробить толстые бронекостюмы, поэтому пистолеты даже не оружие последнего шанса. Настоящим последним шансом стал нож, многие бронекостюмы имеют уязвимые части на конечностях и на шее в том числе, а с огнестрела попасть в еле заметную шею очень затруднительно, но зато это легче сделать ножом. Безумие идти на врага который вооружен до зубов с одним лишь ножом в руке, жаль, но статистика говорит сама за себя, большинство таких храбрецов, у которых просто не остается выбора, чаще умирали. Вполне ожидаемо.

Однако, все же есть среди таких случаев, скажем так, самородки, которые не только смогли выжить при атаке в ближнем бою, но и смогли напугать противника своим чистым безумием. Кому-то даже удавалось уложить целый отряд при помощи одного лишь ножа, сложно представить, но такие случаи фиксировались в разных частях планеты.

- Карантир и пара стилетов, это будет стоить шестьдесят. - Пояснил кузнец Луи.

- Хорошо. - Согласился Хорас, посчитав такую цену вполне приемлемой пока Клык смотрел на это с грустным неодобрением.

- Отлично, ремень и ножны идут в комплекте, подарочек от меня.

- Охуенный подарочек.

...

Следующее место куда троица отправилось, это буквально соседнее здание, цех теургов. Снаружи здание выглядело крупным, соразмерно ночлежке в три этажа. Как у всех построек внутри двора, цех имеет приличный каменный фасад и застекленные окна. Внутри все выглядело довольно скромно, если сравнивать с кузницей, однако была здесь некая эстетика, к примеру ресепшен, за которым сидел юноша лет так восемнадцати и старательно черкал пером по бумаге.

- Прошу. Прощения.

- Здравствуйте. - Юноша поднялся и поприветствовал Хораса с максимально вежливым голосом. - С какой целью вы к нам пожаловали? Зелья, отвары, руны и мутанты к вашим услугам.

Последнее слово прозвучало очень необычно, но парень и бровью не повел когда проговаривал слово "мутант".

- Я. Предполагаю. Что. Иной. Кованый. Находиться. Здесь. Его. Имя. 143.

- Ох, да, такой кованый прибыл к нам в город совсем не давно и сейчас находится в нашем цеху. Желаете увидеть его?

- Да.

- Хорошо, тогда следуйте за мной.

Парень отошел от столика и повел компашку за собой. Углубившись в здание, в нос ударил резкий запах химикатов и растертых трав различных оттенков. По отдельности эти запахи возможно даже были бы приятны, но вместе они создавали едкий и неприятный запах, с тошнотворными нотками. Клык и вовсе не мог терпеть такой запах и периодически начинал чихать и кашлять, пока в конце концов не завязал тряпку на свою морду.

- Ну и дрянь, я щас сдохну.

Юноша повел компанию Хораса по длинному и старому коридору, освещаемый солнцем из выстроенных в стене окон с одной стороны и черные смолистые двери с другой стороны. Каждый раз проходя мимо дверей, предвестник начинал ощущать неприятные запахи еще сильнее, но помимо них, в перемешку с запахом чувствовалось нечто очень знакомое. Это железный привкус с характерной вязкостью. Кровь.

- Господин 143 третий сейчас находится на втором этаже проводит исследования о бубонной чуме...

Хорас внимательно слушал парня, Клык зациклился на том, как бы сбить этот смрад, лишь предвестник навострил свое внимание на этих дверях и все гадал, что происходит за ними. Теурги, это ученые этого мира, поэтому можно предположить, что за этими дверями проводят исследования на трупах изучая анатомию, почему бы и нет. Так предполагал Эосфорос, пока за одной из дверей мимоходом не услышал чье-то приглушенное мычание, всем своим характером указывая на живых людей. Но никто не обратил на это внимание, хотя предвестник уверен, что точно не один это слышал.

Пока парень продолжал болтать что-то о своем, Эос незаметно отстал от группы и тихонько зашагал назад к двери за которой слышал странные звуки. Хорас и Клык не заметили пропажу своего спутника, Хорас заинтересовался словами юноши, а Клык все никак не мог привыкнуть к запаху, так что проблем не возникло. Когда те отошли на достаточное расстояние, предвестник в повернулся к двери и медленно начал проворачивать дверную ручку.

Теурги ответственные люди и не терпят не совершенства даже в самых малых вещах и поэтому всегда смазывают дверные петли и замочные механизмы, так что дверь открылась легко и совершенно бесшумно. Тихонько приоткрыв дверь, предвестник коротко заглянул внутрь...

То, что предстало перед его глазами парализовало его. Казалось, что сердце пропустило удар, после чего забилось с бешеной скоростью, гоняя кровь по жилам словно по скоростной трассе. Мозг бросил все свои резервы и в сердце начал хлестать адреналин, разгоняя его по всему телу. Непоколебимые руки и ноги начали дрожать от напряжения и бездействия, они требовали разрядки, действия, боя! Глаза открылись настолько сильно, насколько вообще были способны, зрачки сузились и сконцентрировались на одной лишь точке.

Эосфорос смотрел на детей, которых по рукам и ногам приковали к столу ремнями. Те беспомощно брыкались и старались вырваться из мертвой хватки, растирая кожу на своих худощавых конечностях. Они хотели закричать от отчаяния громким детским писком, в безысходности позвать на помощь, лишь бы кто-нибудь пришел, кто угодно, лишь бы их освободил. Но из-за кляпа пленники пускали слюну по щеке и издавали лишь непонятное бубнение. Своими обезумевшими детскими глазами они со откровенным ужасом смотрели на старика, который медленно подходил к ним с безразличным лицом, видевший такое зрелище уже не одну сотню раз. Дети начали шевелиться пуще прежне, судорожно дергаясь на столе, что только сильнее сдирало кожу на их тоненьких ручках.

Когда старик взял в руку шприц, дети начали реветь и глазами умолять его не делать этого, но тот даже не посмотрел им в глаза и игнорируя их слезы начал пристраивать шприц к руке. В этих детях он видел себя, помнил как самого точно так же приковывали к столу и вели над его телом мучительные опыты, огромными шприцами вводили жидкости в кровь, разрушали плоть изнутри. Люди сходили с ума от адской боли, умирали в невыносимых муках, сердце просто не выдерживало таких нагрузок, сотни и сотни тысяч жертв жестоких и бесчеловечных экспериментов.

Внезапно, в голове Эоса что-то щелкнуло, больше ничего не сдерживало его. Предвестник открыл дверь и быстрым шагом подобрался к старику, который уже собирался ввести в ребенка какую-то голубую жидкость. Старик с изумлением посмотрел на него, эмоции сразу же сменились на страх. Предвестник хотел чтобы тот почувствовал тоже что и эти дети, дикий страх и чувство своей немощной беспомощности, хотел чтобы тот превратился в букашку, на которую всем плевать и которую можно раздавить лишь наступив на нее. Его стеклянные глазницы горели пламенем неудержимой ярости, наполненные желанием растоптать его, разорвать на куски, сжечь заживо до самых костей.

Старик не успел и вскрикнуть, как предвестник схватил его руку и начал сжимать со всей невероятной силой которая была в нем. Кости начали деформироваться, пока не послышалось трещание молнии. Хорас стоял прямо позади предвестника и наколдовал голубой круг, который хрустел от скопившегося электричества. Предвестник, почувствовав опасность за своей спиной, обернулся, в этот же момент Хорас направил заряд в черепоголового. Эоса затрясло от напряжения и парализовало, раздался тихий немой возглас. Его хватка ослабла и тот отпусти старика, тот словно малое дитя начал визжать и отступать назад, споткнулся и упал. Глаза старика наполнились слезами, стекающими по щеке, в ужасе тот не смел отвести взгляд от столь пугающего существа, ведь всем своим существом чувствовал, что если хотя бы моргнет, то тот накинется на него и разорвет на куски.

Хорас ослабил поток тока, посчитав, что этого уже достаточно. Предвестника прекратило трясти и тот ссутулившись свесил руки, но еще не собирался падать на пол. Нет. Вместо этого он снова выпрямился и посмотрел пронизывающим до самой души взглядом на бедного и обоссавшегося старика. Медленной и пугающей поступью, предвестник начал приближаться к нему, с явно ужасными намерениями. В его глазницах продолжало гореть враждебное пламя. Старик снова заверещал.

- Нет!.. Не приближайся ко мне!.. Нет! Нет!..

Предвестник в очередной раз замер и затрясся от разряда тока, которым его бил Хорас, но на этот раз, разряд был мощнее. Подержав предвестника под напряжением еще пару секунд, Хорас с надежной, что это больше не повторится, отпустил предвестника. Тот не удержавшись на подкошенных ногах, свалился прямо перед жалким заплаканным старикашкой.

- Прости. Это. Мой. Просчет. Это. Моя. Вина. Я. Должен. Был. Предвидеть. Это.

Тень 5

- То есть, вы хотите сказать, что этот... как его там? Эосфорос, это сервит?

- Да. Мы. Поняли. Это. Когда. Заметили. Характерный. Шрам. На. Его. Шее. В. Купе. С. Его. Агрессивной. Реакцией. - Ответил Хорас сидя на против недоумевающей Софи.

Софи посмотрела на черепоголового, который сидя за тем же столом повесил голову и никак не реагировал. Его руки лежали на столе и были туго обмотаны веревкой, не давая тому и шанса выбраться из них как обычному человеку, но он сервит и эти веревки всего лишь формальность. Клык сидел рядом с ним на тот случай, если предвестник вдруг очнется и начнет буянить, но при этом он спокойно сидел и попивал пиво из большой кружки, любезно поднесенная пышной трактирщицей. Сама же Софи пила рассол, кротко посматривая на черепоголового.

- Гаах... Этот Эос чуть теурга не прикончил, я когда посмотрел на него, то у меня мурашки по спине побежали. - Вспоминал вервольф. - Было такое чувство, будто бы он и меня сейчас убьет... Давно я такого не испытывал. - Честно признался тот.

- Если он и правда сервит, то почему ты, Хорас, не предвидел этого? - Софи осудительно посмотрела на кованого, который виновато молчал.

- Я. Не. Видел. Этого. Не. Предугадал.

- Тоже мне всевидящий, черт с тобой. И что нам теперь с ним делать? Теперь то он наверняка не будет нам доверять.

Клык призадумался, отпил еще горького пива и предложил.

- Софи, ты ведь тоже сервит и поэтому как никто другой должна понимать его. Верно же говорю?

- Ты это к чему? - Подозрительно спросила Софи. - Заниматься с ним непотребствами не собираюсь, у него уже был шанс, но он его упустил.

Озадачился Клыка и недоуменно посмотрел на Софи.

- Предполагаю. Что. Клык. Хотел. Предложить. Тебе. Поговорить. С. Ним. На. Большее. Мы. Не. Способны. Если. Он. Захочет. Уйти. То. Мы. Не. Сможем. Его. Остановить.

-Мда, заставлять сражаться кого-то столь же сильного, это себе дороже. - Проговорил вервольф себе под нос, помешивая спиртное в кружке.

- Вообще-то я не умею нормально разговаривать и вряд ли чем-то смогу помочь.

- Ты же дворянкой когда-то была, разве тебя не учили как разговаривать с людьми?

- Когда это было вообще? Мне было восемь лет, когда я потеряла дворянский статус и... - Софи неприятно поморщила лицо и выдавила из себя последние слова - когда стала сервитом.

- Здесь. Главное. Это. Не. Навыки. Красноречия. А. Понимание.

Софи вновь взглянула на Эоса. Когда она узнала что, тот тоже является сервитом, то начала как-то по другому смотреть на него. Раньше он казался ей очень странным немым проходимцем из другого мира который прибыл сюда спасать мир, только из чувства долга, без должного желания. Ведь этот мир для него не родной, зачем ему спасать их, разве существуют такие причины? Даже так, Софи видела в нем родственную душу и начала смотреть на него с пониманием и глубоким сожалением в сердце.

Сервиты, результаты жестоких экспериментов теургов. Жидкий эфир, именно он является главным компонентом в создании сервитов. Можно подумать, что эфир сам по себе безвреден, но это не так, в жидком виде эфир скорее напоминает кислоту, медленно разъедает твою кожу, мышцы и нервы, пока наконец не доберется до твоих жил и не начнет струиться по ним. Все тело пронзает невыносимая боль тысячи пронзающих клинков, душа начинает кричать в муках и в мольбе прекратить страдания. Все это будет продолжаться до тех пор, пока ты не умрешь или не приспособишься.

Если ты вдруг выжил, то судьба твоя не завидна. Сила, скорость и реакция растут, но при этом ты становишься рабом теургов и должен выполнять все их поручения, ведь иначе тебя будут снова пытать, пока не сломают.

Софи отпустила бы предвестника если он сам того захочет, очевидно, что когда-то он и сам являлся рабом-сервитом и судьба у него была точно такая же, так пусть решает сам. Но встает другой вопрос, кто спасет этот мир? За всю историю третьей эры, никто кроме предвестников не мог запереть врата. Взять под контроль безумную энергию врат и рассеять ее в воздухе, такое под силу только предвестникам, если он уйдет, то команда Хораса не справится с поставленной задачей.

- Ладно, поговорю. - С не желанием в голосе сказала Софи, делая еще один глоток кислого рассола.

Хорас благодарно поклонился ей. В это время, до сих пор приходивший в отключке предвестник задергался. Клык насторожился. Эос медленно и лениво поднял голову и начал оглядываться по сторонам. При виде железного лица кованого тот вскочил на ноги, поваливая стул, и зашагал назад, но не сводил с Хораса глаза. В след на ноги поднялись и все остальные, сконцентрировав свое внимание на черепоголовом.

Помимо этих четверых, в зале трактира собралось небольшое число людей, которые так же заинтересовались в происходящем и начали внимательно наблюдать за процессом, надеясь что эти четыре придурка устроят не плохую драку и тем самым развлекут их. Хозяин, который как и все остальные, наблюдал за происходящим и предпочел не вмешиваться, чтобы и самому не отхватить.

- Ты. Уже. Пришел. В. Себя. Отрадно. Это. Видеть. - Неуверенно заговорил кованый, попутно приближаясь к предвестнику медленным шагом, в след за ним зашагал и Клык предварительно подняв руки показывая, что в них ничего нет.

Предвестник поднял перевязанные руки и резко вздернул их в стороны, разрывая веревки в клочья. Эос взглянул на Хораса пронзительным взглядом, тот, видимо почувствовал на себе тяжелое давление и остановился. Эос не переставал смотреть на кованого озлобленным взглядом, пока не потянулся к Карантиру на поясе. Клык и Софи в ответ так же потянулись к своему оружию, готовясь принять бой. Предвестник обнажил серебряное лезвие и направил его на кованого, Софи и Клык уже собирались вытащить свое оружие и напасть на него, но кованый протянул руку останавливая их.

Черепоголовый еще некоторое время смотрел на Хораса, размышляя, как бы его убить. Предвестнику знакома конструкция земных боевых дроидов, однако конструкция кованого может отличаться. Нет. Конструкция должна отличаться, в таком случае, где находится слабое место кованого, где его главный процессор...

Наемник отмахнулся от таких мыслей, посчитав их слишком радикальными, однако этот Хорас не менее подозрительный. Внезапно появился и говорит, что он ему нужен, вечно отмазывается обещаниями, и очевидно чего-то не договаривает. А его последняя выходка и вовсе разозлила его, если бы Хорас не остановил его, то тот старикан уже давно бы кормил червей. Хорас не позволил ему убить того теурга, это расстроило предвестника.

Он не считает свои действия истинно праведными, но он не собирается просто стоять и смотреть как издеваются над людскими жизнями. Это просто выводит из себя. Люди, что считают себя выше остальных жизней и судеб, хуже всех на свете. От таких отбросов нужно только избавляться, не давать им шанса, их финал только смерть. А Хорас просто не обратил на это внимание, хоть и знал об этом, а значит такой же соучастник. Он говорит о спасении мира, но не может спасти даже одну маленькую душу. Хорас всего лишь лицемер, не прошло и двух дней, как душа начинает вопить о ненависти к этому кованому.

Предвестник опустил лезвие Каратнира, быстро подошел к Хорасу и резко поднес клинок к его шее. Кончик лезвия касался незащищенных трубок на его шее, тянущихся от его груди к его голове, может если перерезать их, то механизм работы кованого прекратится? Снова ненужные мысли. Софи и Клык уже были готовы нанести первый удар, пусть кованый только скажет... но тот молчал. Да и сам предвестник больше ничего не предпринимал, лишь тяжелым сверлящим взглядом смотрел в кристальные глаза.

Рука предвестника дернулась вниз. Карантир острым лезвием вонзился в деревянный пол по самую рукоять, руки потянулись к поясу и отстегнули ремень со стилетами и те плашмя упали на пол. Дальше предвестник не остановился, сунул руку в подсумок и вытащил оттуда черный гримуар вместе с легендой Эосфороса и бросил их Хорасу. Тот поймал их, хорошо понимая посыл который хотел донести предвестник.

Убивать не разобравшись в ситуации было бы слишком даже для предвестника, однако находиться рядом с таким лжецом, он не мог, поэтому принял единственное верное решение, это уйти.

Резиновая подошва берц заскрипела по деревянному полу, наемник развернулся и зашагал к выходу из трактира.

- Стой. Ты. Не. Можешь. Просто. Уйти... Позволь. Мне. Объясниться. - Хорас еще пытался достучаться до него, но тот не оборачиваясь шел дальше.

Надежда начала таять прямо на глазах кованого, по мере того, как предвестник отдалялся от него. Хорас тысячу раз проклял себя за то, что не смог предвидеть этого. Способность видения не подвластно ему, но если бы все было по другому, если бы он не заглядывал в ту дверь, если бы вообще не заходил в цех теургов, всего этого не было бы. Но сейчас доверие было растоптано в пух и прах, что же теперь делать? Хорас не знал как поступить.

- Епт твою мать... - Тихо проговорила Софи, после чего выкрикнула. - А ну стой! - Тот не остановился и уже собирался выйти за дверь, но... - Стой кому говорю! - Мимо Клыка и Хораса просвистело древко копья, преодолело расстояние до Эоса и врезалось в стену рядом с дверью. На этот раз предвестник остановился, тихонько посмотрел на копье и развернулся.

Софи перепрыгнула через стол и побежала к Эосу, скрепя кулаками. Быстро преодолев дистанцию она накинулась на предвестника и вместе ним повалилась на пол. Запрыгнув на него, она схватила его за плечи и начал трясти с огромной силой, каждый раз ударяя его головой об пол. Эос схватился за руки Софи, собираясь выбраться из ее неумелого хвата, но внезапно она заговорила.

- Ты чертов ублюдок, что ты о себе вообще возомнил! - Обозленно кричала Софи, однако, в ее голосе не было серьезности присуще гневу, эту фальшивость не сложно разглядеть... Но что-то искреннее прослеживалось в ее глазах. - Ты думаешь этот Хорас меня не раздражает!? Еще как раздражает, этот упертый кусок металлома мне никогда не нравился... он говорит так, будто бы ему все равно! Плевать на все, но знаешь, когда происходит какая-то хрень, не остается выбора! - "Какая же я эгоистка" - Мы должны сражаться вместе, а иначе точно проиграем! Ты хоть понимаешь, что нас ждет если мы проиграем!? А если ты уйдешь - Софи перешла не шепот - то всем нам конец. - "Прости, что заставляю тебя так, если бы я могла отпустить тебя, то сделала бы это, но я не могу, поэтому прости". - Не уходи, прошу тебя. - Искренне умоляла Софи, смотря прямо в глаза предвестника.

Ее губы задрожали, а глаза вот-вот начнут наворачиваться слезами из-за нахлынувших эмоций. Она не переставала сжимать его плечи, но предвестник все же отпустил ее руки и распластался на полу, смотря ей в слезящиеся глаза, насыщенный изумруд и чистый минерал.

Эос положил руку ей на плечо, собираясь подняться. Софи отскочила от него и быстро отвернулась, стараясь скрыть свое лицо от чужих взглядов. Эос не совсем понимал, что у этой женщины в голове, но ее глаза четко отпечатались у него в голове. Как ее изумрудный и бледный глаза наполнялись слезами, ее дрожащие губы, свисающие к лицу локоны рыжих волос. Как она смотрела на него. Что это вообще было?

- Эосфорос? - Снова этот кусок железа. - Я. Бы. Хотел. Все. Объяснить. Прямо. Сейчас.

Предвестник послушался Софи и все же решил не торопиться уходить и с начало разобраться во всем по лучше, хоть он все равно не доверял Хорасу.

...

Команда Хораса переместилась обратно в ночлежку. В городе мало мест где можно уйти от городской суеты и уединиться в каком-нибудь месте, разве что только в ночлежке, где можно снять одну большую комнату. Так и поступил Хорас.

Софи и Клык расселись на кровати и молча поглядывали то на предвестника, который напряженно сидел и выслушивал Хораса с нескрываемой неприязнью, то на самого кованого, по виду не скажешь, но в нем чувствовалось беспокойство из-за сложившейся ситуации. Атмосфера наполнилось враждебностью которая сразу же чувствуется при виде этих двух людей.

- Дело. В. Том. Что. Дети. Которых. Ты. Видел. Это. Рабы. Которых. Выкупили. Из. Их. Семей. - Не смотря на беспокойство, скептичность и прагматичность никуда не делись, что только сильнее раздражало Эоса, но тот с силой подавил свои эмоции. - Такая. Практика. Нормальна. Для. Королевства. Я. Понимаю. Что. Это. Не. Правильно. И. С. Этим. Нужно. Что-то. Делать. Но. Сейчас. У. Нас. Другие. Приоритеты. Если. Мы. Не. Остановим. Культ. Четырех. Всадников. То. Менять. Будет. Уже. Нечего. Армии. Четырех. Всадников. Не. Оставляют. После. Себя. Ничего. Живого. Лишь. Мертвые. Пустоши. И. Миллионы. Жертв. Уже. Скоро. А. Может. И. Раньше. Они. Прибудут. В. Этот. Мир. Мы. Должны. Остановить. Их. Запереть. Врата. Но. Способен. На. Это. Только. Ты. И. Только. Ты. Можешь. Спасти. Этот. Мир.

Эос посмотрел в глаза Хорасу, а затем перевел свой взор на Софи. Они встретились взглядами, Софи смотрела на него с надеждой, что тот передумает уходить, сейчас вся надежда именно на нем. Ее глаза говорили сами за себя, она испытывает страх перед неопределенным будущим этого мира, сами они не могут повлиять на поток событий, но Эосфорос, гость из иного мира, может вмешаться в течение Сапфира и изменить его судьбу, эта власть в его руках.

- Надеюсь. Я. Смог. Тебя. Переубедить? - Эос еще долго не давал ответа, словно бы о чем-то задумался, но потом кратко кивнул. - Хорошо. - Все удовлетворенно вздохнули и наконец смогли расслабиться. Худшее еще ждет впереди, но первый шаг уже пройден. Где-то внутри себя Эос понимал, что сильно поторопился с выводами, его скрытность вполне естественна, мало кто будет полностью доверять первому встречному, а сам он погорячился и внутри себя признает это. - Теперь. Самое. Важное.

Хорас встал на одно колено и приложил руку к полу. От ладони по доскам начали расходиться синие круги словно по воде, обволакивая всю комнату вдоль и поперек, поднимаясь по стенам и сходясь на потолке, после чего бесследно рассеялись.

- Так. Нас. Никто. Не. Услышит. Теперь. Я. Объясню. Тебе. Детали. Нашей. Миссии. Ты. Один. Остался. В. Неведении. Мы. Прибыли. В. Зендер. Не. Просто. Так. Еще. Тридцать. Лет. Назад. Когда. Врата. Были. Похищены. Культом. Четырех. Я. Начал. Его. Поиски. И. Эти. Поиски. Подвели. Меня. К. Здешнему. Градоначальнику. Вольфган де-Штраце. Он. Является. Поклонником. Четырех. Всадников. И. Он. Последний. Человек. Спрятавший. Врата. Но. Где. Он. Их. Спрятал. Нам. Не. Известно.

- Нам пока так же неизвестно на что способны культисты, поэтому идти на пролом слишком опасно. Будет лучше внедриться в их ряды и выведать местоположение врат. Как раз на такой случай у нас есть план. Ты, предвестник, будешь участвовать в закрытом турнире.

- Верно. - Согласился Хорас.

Эос начал мотать головой, так и говоря, "что за турнир?". Клык начал объяснять.

- Этот Вольфган ищет для себя сильных союзников и по такому поводу проводит закрытый турнир. Победитель может вступить на службу к градоначальнику, все просто.

- Я бы так не сказала, насколько я помню, там будет участвовать еще и Эла. Она ведь из материалистов, верно?

- Да. Она. Является. Одним. Из. Агентов. Материалистов. Организации. Которая. Так. Же. Борется. С. Культом.

- Конкуренция выше не куда.

Все грустно вздохнули. В рядах материалистов состоят представители множества рас, а их шпионы, или как они сами себя называют, агенты, крайне умелые воины, один который стоит десятка простых солдат. Проходят длительный и жесткий отбор, обучаются самым разным навыкам, которые могут понадобиться им в шпионаже. Легко устраивают саботажи и тайные убийства, лучшие разведчики которым нет равных. Сама организация устроена очень хитро, никто незнает где находится их главный штаб, а агенты, кажется, разбрелись по всем южным странам и вытягивают любую информацию, которая хоть немного затрагивает тему о вратах и четырех всадниках.

И сейчас один из таких агентов собирается участвовать в турнире, сражаться с таким врагом будет сложно, но даже если этот агент проиграет, то в ход пойдут грязные приемы, которыми они не побрезгую воспользоваться. Подтасуют результаты, подстроят несчастный случай и подкупят судей, от них можно ожидать все что угодно.

- Думаю. У. Меня. Получится. Подговорить. Их. - Неожиданно заявил Хорас. - Эта. Организация. Была. Сформирована. В. Конце. Второй. Начале. Третьей. Эры. Я. Своими. Глазами. Видел. Основателя. Материалистов. И. Временами. Сотрудничал. С. Ними. Если. Я. Свяжусь. С. Элой. То. Смогу. Убедить. Ее. Пропустить. Эосфороса.

- Ты знаком с ними с момента их основания?

- Да. Но. Сейчас. Нам. Нужно. Уделить. Внимание. Твоей. Подготовке. Предвестник. Ты. Нам. Поможешь? - Задал вопрос одновременно протягивая спрятанный в ножнах Карантир и ремень со стилетами.

Эос поднялся со стула и не затягивая принял вещи от рук Хораса и начал пристраивать ремень обратно на пояс. Стилеты и Карантир вернулись на свои места, немного неудобно из-за метательных ножей, но терпимо. Хорас поклонился в знак благодарности, Эос ответил тем же в знак солидарности.

- Хорошо. Теперь. Мы. Достигли. Понимания. Вы. Втроем. Отправляйтесь. На. Тренировку. А. Я. Поговорю. С. Элой.

На том и порешили.

...

Зендер, город сам по себе не большой и мало чем популярен в королевстве и ни как не выделяется на фоне остальных. Город не имеет какой-либо ценности в торговле, стратегическом или экономическом плане. Изначально, на месте этого города стоял форт под названием Зендер, который контролировал рабские рынки. Здесь скапливались рабы со всех южных стран и развозились по северным регионам. Со временем, рабы начали задерживаться в этом месте, начался застой в торговле и тогда те начали строить дома по мере своих возможностей, сеять поля пшеницы и занимались скотоводством, так начал формироваться город Зендер.

Город работорговли, второе имя этого злощастного места. Даже аристократия не хотела иметь дел с этим городом из-за его плохой репутации. Дело не в рабстве или неправомерном отношении к людям, в королевстве это нормально. Дело в неспокойной истории этого города, в Зендере то и дело разгорались конфликты между преступными группировками, каждый градоначальник умирал по неестественным причинам из-за вечных заговоров с другими аристократами и постоянные вспышки чумы выкашивающие по половине населения города за век.

Не сказать, что ныне все по другому, отдельные группировки до сих пор ведут незаметные бои между собой, чума никуда не ушла, а заговоры до сих пор плетутся в пределах города. Королевство в целом не для вольных людей, города представляют собой сплошные бараки и производственные улицы с высокой крепостной ратушей в центре.

Но не смотря на это, в королевстве есть и даже живут свободные люди, не считая аристократии, это в основном люди добившиеся определенных высот или же те, кто изначально родился в свободной семье. Крепостным сложно добиться своей свободы самостоятельно, у них два пути развития своей свободы, либо они должны обучиться различным наукам и преуспеть в этом, что практически не реально, либо развивать себя физически. Второй путь подразумевает гладиаторские бои на арене, такая дорога уже не кажется иллюзорной. По прошествию сотни боев, гладиатор получает право стать свободным, хотя еще никто не видел таких гладиаторов на воле, чаще их видят в качестве свиты некоторых аристократов, которые выкупили их свободу и платят им как высокопоставленным телохранителям.

Вольные люди открывают для себя иные пути, те вполне могут получить начальное образование и к примеру стать торговцами или ремесленниками. Но те ограничены все той же аристократией, у них нет таких же средств и власти для осуществления всех своих возможностей, а некоторые законодательные проекты накладывают дополнительные налоговые взыскания за ту или иную деятельность, налог на торговлю, производство и прочее.

Так же это касается и тауматургии, для обучения этому искусству требуется не малое вложение, что сразу же делает дорогим такое удовольствие, которое могут позволить себе только зажиточная знать. Даже если простым людям удастся скопить нужное количество денег на обучение, им предстоит столкнуться с заговорами, которые направлены на то, чтобы не допустить простолюдина в тауматургическую школу, ведь одним лишь своим присутствием он оскорбляет честь знати.

Знать и сама не едина и разделена на условные две фракции, консерваторы и прогрессоры. Консерваторы в большинстве своем, это крупные рабовладельческие лица, чье благосостояние основывается на эксплуатации большого числа рабов. Прогрессоры же на против, выступают за улучшение эффективности труда за не имением альтернатив, и по этой причине всячески поддерживают теургов и финансируют их различные проекты.

Таким прогрессором является и градоначальник Зендера, Вольфган де-Штраце. Зендер являлся крупным рабовладельческим городом, но сейчас производительность труда в этом регионе резко снизилась из-за образования большого числа деревень основанных вольными людьми, прежние поставки пшеницы прекратились, а не урожай в этом году только усугубил положение, это заставило градоначальника прибегнуть к помощи теургов. Благодаря их знаниям, Зендеру и прилегающим им территориям удалось снизить уровень голода, что спасло положение и "честь" города.

В благодарность Вольфган даже начал строить больше предприятий для вольных людей. Раньше, в Зендере не было постоялого двора куда стекались вольные люди, но сейчас там бурлит свободное производство и торговля, вместе с одним из теургских цехов. Не исключением стала и не большая арена, в котором и состоится будущий турнир, но пока, это просто тренировочное поле, в котором готовятся новые кандидаты на пост воителя.

Это место называлось ареной лишь на словах. Выложенная из камня стена составляла площадь десять на десять, с лестничными скамейками для не многочисленных зрителей по сторонам и хлипкие двери из гнилых досок для гладиаторов. Место изначально предназначалось для тряски дополнительных денег с свободных людей. Не редко сюда стекаются люди, которые хотят попытать свою удачу в бою или же им суждено умереть здесь. Бои здесь идут до самой смерти, только так определяют победителя.

Два десятка разношерстных воинов уже тренировались на холодном воздухе на деревянных палках в полном обмундировании. Многие из пришедших сюда воинов были свободными в своем выборе, иначе говоря наемники. Как объяснила Софи, наемники концентрируются на поиске средств для существования, и возможность пробиться на более высокий уровень отличный шанс для них. А вот авантюристы на такое вряд ли пойдут, они больше склонны к путешествиям и поискам различных тайных сокровищ и артефактов, поэтому здесь как таковых и нет. Помимо наемников здесь так же присутствуют рабы гладиаторы, Клык понял это посмотрев на людей стоящих в сторонке и наблюдавшие как их воины старательно тренируются. Пришли они сюда для того чтобы по лучше презентовать свой товар, чтобы потом по дороже продать, а если удастся выиграть в предстоящем турнире, то такой воин будет стоит баснословных денег.

Среди таких гладиаторов присутствовали и представители иных рас.

- Помниться мне, когда я сам был гладиатором. Могу вспомнить даже некоторых здешних. К примеру вон тот, - Клык когтем указал на высокое и массивное существо, за спиной которого болтался хвост, от ног до головы покрытый серой чешуей, и голова, напоминающее ящера. Тот тренировался в одиночку, практикуя бой со щитом и мечом - это ящер по имени Блестящий Коготь из Ниланских племен. Такие обитают только на южном континенте.

- А разве их окраска не должна быть песочного цвета, как и тамошние территории? - Весьма кстати спросила Софи, наемнику тоже было интересно узнать о неведомой расе по больше. Клык пояснил.

- Вообще-то да, но их чешуя может менять свой цвет. Здесь сейчас холодно, поэтому чешуя серая. Вот потеплеет, тогда снова перекрасится. - Клык снова начал разглядывать воинов. - Во, вон того еще знаю. - Клык показал на, судя по всему, каджита в полной черной расцветке. В лапах он держал копье и раз за разом отрабатывал быстрый и меткий выпад. - Этот пушистый ублюдок мне однажды плечо проткнул и поцарапал мне кости. Черт, стоило разок проиграть ему, как все, моя гладиаторская карьера пошла прямиком в выгребную яму.

- Так ладно, нам надо начать тренировку. - Софи вышла вперед на более свободное место, где можно размахнуться копьем. Женщина схватилась за древко и начала размахивать им вокруг себя. Тренировавшиеся воины начали с опаской сторониться освобождая еще больше места. - Теперь можно и позаниматься, давай нападай, посмотрим чего ты стоишь на самом деле. - Наемник не колеблясь принял ее вызов, но перед этим решил вооружиться реквизитом, но Софи была против. - К черту палки, где твое настоящее оружие?

Клык неуверенно посмотрел на предвестника, который не умеет сражаться с нормальным холодным оружием, и подумал что это будет излишне, но сам наемник не колебался и зашагал на встречу к Софи. Войдя в свободное пространство, Софи ту же накинулась на предвестника резким и невероятно быстрым выпадом, острие копья со свистом помчалось к голове наемника. Тот, не смотря на превосходную реакцию, с трудом отвел голову в сторону. Копье прошло мимо и лишь оцарапало шлем, но это было только начало.

- Слишком медленно, ты способен и на большее.

Софи крутанула копье и направила удар с другой стороны, на этот раз, лезвие копья направилось в ногу. Ботинки скользнули по снегу и развернулись в сторону удара. Лезвие с огромной силой врезалось в керамическую пластину. С ноги посыпались мелкие крошки керамики, но видимых дефектов или поломок не возникло.

Копейщица отвела оружие и приготовилась к новому нападению. Она подняла копье над головой и начала крутить им, постепенно набирая большую скорость. В ответ наемник схватился за пару стилетов и приготовился принять удар, вместе с тем анализируя свои возможности. Неопытность в ближнем бою играет против самого наемника, в этом плане преимущество на стороне Софи. Но ее действия очевидны, она раскручивает копье против часовой стрелки, значит удар нужно ожидать слева.

Наемник потер снег под левой ногой, готовясь к удару. Софи подметила, как тело Эоса смещается к левой ноге, сложив два плюс два, она начала атаковать. Ее копье направилось по траектории которую и ожидал наемник, в ответ тот направил стилеты на встречу, дабы блокировать удар. Но копье, не смотря на набранную скорость, резко остановилось на пол пути. Шокированный таким трюком, наемник смотрел как Софи схватилась за другой конец копья и тяжелой булавой прокатилась по его голове.

Инерция толкнуло голову в сторону потянув за собой остальное тело. Наемник всем телом плюхнулся прямо в снег и в страхе тут же вскочил. Ах, точно, на арене хотя бы дерьма под ногами нет, спасибо.

- Эй ты, убить его хочешь что ли!? - Возмутился вервольф.

Подойдя к наемнику Софи внимательно осмотрела его.

- Ты в норме? - Эос лишь немного покачал головой и дал утвердительный ответ. - Извини, я наверное перестаралась, но тебе стоит кое-что учесть. Если ты точно знаешь как поступит противник, никогда не выдавай этого, будешь готовиться принять удар, делай это более не заметно. Ты переместил центр тяжести на одну ногу, это слишком заметно. Ты готовился лишь к одному, а должен быть готов ко всему.

- "Кивок-кивок".

- Ты ведешь себя неуверенно, стоишь на месте и только защищаешься. Каждый удар противника, это шанс для твоего удара. Но не надо ждать, пока противник начнет атаковать, ты должен постоянно двигаться, искать возможности в каждом движении своего оппонента. Бой, это не только размахивать оружием и кулаками, но еще и постоянный анализ. Хотя, все зависит только от тебя, твоих способностей и наглости. Понял?

- "Кивок-кивок".

- Тогда нападай со всей силой, не бойся ранить меня.

Софи крутанула копье и приняла грациозную боевую стойку. Наемник поднял стилеты и приготовился к атаке, попутно подмечая. У копья большой радиус поражения, в то время как стилеты предназначены исключительно для ближнего боя, необходимо быстро преодолеть дистанцию и войти в зону, где копье будет уже бесполезным оружием.

Обдумав план в общих чертах, наемник рванул с места к Софи. Та, прочитав его действия как открытую книгу, вытянула руку для направления удара, а второй начала толкать копье вперед. На встречу наемнику покатилась целая серия ударов. Эос не мог просто отбить копье в сторону и двигаться дальше, древко двигалось слишком быстро, чтобы предпринять иные действия. Уйти в сторону? Нет, Софи сразу же поймет это. Попытаться проскользнуть снизу? Слишком рискованно. Может использовать метательные ножи? Вряд ли эта рыжая бестия позволит использовать их.

Ничего не приходило на ум, кроме...

Наемник расслабил одну руку и обронил стилет на землю, но вовсе не случайно. Эос внимательно наблюдал за траекторией каждого удара, выискивая удобный момент, пока он не настал. Копье просвистело прямо рядом с рукой и тот не теряя драгоценные мгновения схватился за древко копья и потянул на себя.

Софи не ожидала такого и невольно потянулась за копьем к наемнику, но совсем не растерялась, она бросила копье и с разворота пнула Эоса в грудь. Удар был мощным и в перспективе должен был отбросить предвестника на некоторое расстояние, но тот уверенно удержал удар и продолжил назидать на Софи. После пинка и отбросив копье, наемник начал стремительно сокращать дистанцию, не позволяя ей как следует обдумать свои действия.

Эос сделал первый прямой выпад за весь бой нацеливаясь в плечо женщины. Реакция была мгновенной, Софи ушла из под удара и схватилась за руку мертвой хваткой и уже собиралась по инерции перекинуть наемника через плечо. Но он в свою очередь носком заехал в колено Софи, одного легкого движения было достаточно, чтобы она рухнула на одно колено и ослабила инерцию для броска. Воспользовавшись моментным замешательством, наемник взял руку и шею Софи в захват и начал душить ее.

Софи не могла ничего сделать, прочный захват сковал ее и все различные способы разбивались о банальную физическую силу. Свободным локтем она начала таранить корпус наемника, в надежде, что это ослабит его хватку, но прочные керамические доспехи хорошо его защищали. Все потуги Софи были бесполезны, а терпеть удушение было опасно для жизни.

- Л-ладно, твоя взяла. - Наконец она признала свое поражение.

Наемник ослабил хват и отошел в сторону. Клык горделиво начал хвалить победителя, осыпая того аплодисментами.

- Поздравляю с первой победой.

Софи недовольно взглянула на предвестника и с огорчением признала свое поражение. Хорошо когда ученик становится способнее учителя, но Софи не любила проигрывать. Ну а предвестник, считал по другому, сейчас он получил совершенно новый опыт боя на холодном оружии, это только порадовало его и тот хотел продолжить тренировку. Молча подобрал копье и протянул его раздосадованной Софи.

Его глаза и лицо скрытые под маской говорили, "продолжим?".

- Ладно. - Сказала Софи, подхватывая свое копье, чувствуя, что сегодня еще не раз будет расстроена из-за проигрыша.

...

Хорас шел по холодной заполненной толпами рабов улице, от которых в небо вздымался жаркий пар с запахом пота. Среди толпы, помимо смотрителей беспрерывно подгоняющие рабов, выделялась одна худая и темная фигура, скрывавшая свое тело под накидкой с накинутым капюшоном. Кованый шагал прямо за ней не отрывая взгляд. Фигура в накидке остановилась, так же поступил и Хорас, капюшон кратко оглянулся назад слабо засветив глаза и черты лица, после чего повернулась обратно и ускорила свой шаг. Хорас погнался за ней, стараясь не потерять ее из виду.

В глазах Хораса виднелось, как фигура вышла из толпы и побежала прямо в переулок. Кованый уже успел изучить город вдоль и поперек, поэтому ему известно, что этот переулок на самом деле тупик и выхода из него нет. Проследовав к нужному месту, Хорас забежал в закоулок между зданиями. В узком и темном пространстве валялся разного рода мусор, обломки мебели, грязные лоскуты ткани и подгнивающий труп собаки, но самой темной фигуры он так и не обнаружил. Пройдя чуть дальше, он начал разглядывать место по лучше, но это ни к чему не привело, цели здесь нет.

Хорас уже хотел было развернуться и продолжить поиски дальше в пределах города, но внезапно кто-то потянул стальную голову назад и приложил к трубчатому горлу обсидиановый кинжал покрытый красными набухшими венами тянущиеся по всему лезвию.

- Отвечай, кто ты и зачем шел за мной? - Прозвучал тонкий женский голос с угрожающим тоном.

- Мое. Имя. Хорас. - Беспрестанно отвечал тот. - Я. Искал. Тебя. Эла. Я. Должен. Сказать. Кое-что.

Девушка дернулась в сомнениях, но все же убрала черный клинок и отпустила голову Хораса, тот развернулся и посмотрел на агента материалистов. Перед ним стояла худая девушка с длинными руками и ногами. Ее лицо рассекали пара шрамов на левой щеке переходя на глаз и переносицу. Кинжал, которым она чуть не прирезала Хораса, лежал в ножнах рядом с еще одним таким же оружием.

- Хорас, я знаю это имя. Так зачем же многоуважаемый проводник искал меня? - Девушка говорила с толикой почтения в подозрительном характере.

Кованый для начала внимательно огляделся и просканировал местность на наличие шпионов, не обнаружив таковых, он ответил.

- Я нашел нынешнего предвестника и привел его в этот город.

В глазах Софи промелькнуло моментное удивление.

- Надеже, так вам вс таки удалось найти его. Дайте угадаю, при помощи своего дара?

- Да.

- Ого, выходит дар предвиденья, это не лож? Я то всегда думала, что это всего лишь байки лидера материалистов. Что ж, все же это правда. Так, когда же вы передадите нам предвестника? По такому особому случаю, я готова лично сопроводить его в наш главный штаб. Наш лидер-основатель был бы очень рад такому сюрпризу. - Уверенно и даже настойчиво говорила девушка, будучи полностью убежденной, что Хорас такой же агент как и она, но он был другого мнения.

- Вынужден. Отказаться. - Эла обратила на кованого угрожающий вид.

- Что? Разве ты, Хорас, не всегда передавал нам предвестников, стоило тебе их только найти. Разве не ты сотрудничаешь с нами, материалистами? Боюсь так просто отказаться от такого экземпляра я не могу. - Эла одной рукой потянулась к рукояти кинжала, а по другой руке пустила потоки внутренней таумы, будучи полностью готовой к бою, если это необходимо.

- Мы. Уже. Приготовили. План. Остается. Привести. Его. В. Действие. Предвестник. Будет. Участвовать. В. Турнире. И. Попытается. Внедриться. В. Круг. Вольфгана. де-Штраце. Как. И. Ты.

- И? - Нетерпеливо спросила Эла, только накаляя обстановку.

- Мне. Нужно. Чтобы. Ты. Проиграла. В. Турнире.

Эла удивленно посмотрела на Хораса и взорвалась хохотом схватившись руками за живот.

- Ха-ха-ха... ч-что за хрень ты несешь? Решил посмеяться надо мной, чертова железяка? - Хохот резко прекратился и столь же резко сменился гневом. - Не смей недооценивать меня, я агент материалистов и я... - Хорас перебил ее и начал затирать свою тему.

- Моя. Просьба. От. Этого. Не. Изменится. Мой. План. Вертится. Вокруг. Предвестника. А. Не. Агента. Материалистов. Только. Он. Способен. Закрыть. Врата. Поэтому. Для. Меня. Важно. Чтобы. Он. Победил. В. Грядущем. Турнире. Ты. Мне. Поможешь. Или. Нет?

В ответ Эла, скрепя зубами от злости, произнесла.

- Ты, посмел перебить меня еще и говоришь о том, чтобы я проиграла... Мне плевать, что ты кованый, о помощи и речи быть не может. Я могу раскромсать тебя на мелкие кусочки, поэтому знай свое место.

Хорас тут же парировал столь резкое заявление своим простым прагматичным размышлением.

- Я. Знаю. Свое. Место. А. Вот. Ты. Кажется. Не. Знаешь. Я. Как. Всевидящий. Являюсь. Главным. Информатором. Материалистов. Я. Единственный. В. Своем. Роде. А. Вот. Ты. Обычный. Агент. Коих. Тысячи. А. Теперь. Подумаем. Кто. Более. Важен. Для. Материалистов.

- К черту все это, помощи от меня можешь не ждать. - С не скрываемой злобой Эла развернулась и потопала из переулка мгновенно затерявшись в толпе и оставив Хораса в гордом одиночестве.

- Печально. - Коротко констатировал Хорас.

Разговор закончился даже не успев начаться, это очередная ошибка, допущенная Хорасом.

Убедить Элу не вышло, предвестник только прибыл в этот мир и еще не до конца освоился в нем. Хотя он очень быстро приспосабливается в новой обстановке, ему придется столкнуться с сильным противником уже в самом начале своего пути. Эла отличается на фоне остальных агентов, она выделилась отличными показателями по физической подготовке, что приблизительно ставит ее вровень с сервитами теургов, хотя и является по сути обычным человеком.

Эла, это опасный и коварный противник. Хорас, существо прожившее не одно тысячелетие, может одолеть такого противника без какого-либо труда, но сможет ли предвестник одолеть ее, это уже вопрос. Предвестник хорош в рукопашном бою, но его владение холодным оружием и нынешние способности в области тауматургии оставляют желать лучшего. Быстро обучить его всем тонкостям власти над эфиром не получится, та же проблема с фехтованием. Нужно что-то предпринять, придумать то, что помогло бы предвестнику победить в этой не равной битве.

Использовать тауматургию в черте города запрещено, это касается и турнира, куда принимают именно воинов, а не тауматургов. Оружие Элы, это пара вампирских клинка из вулканического стекла укрепленный при помощи тауматургических реакций. Эти кинжалы режут плоть и сталь словно нож масло, но не это самое страшное, стоит нанести хотя бы маленькую царапину таким оружием, как силы сразу же начинают покидать живое тело. Это безусловно тауматургический артефакт, но правила на артефакты не распространяются, поэтому и с Карантиром проблемы не возникнут. Но вряд ли одного меча будет достаточно для победы, нужно что-то еще.

Хорас протянул руку и силой мысли открыл невидимый для посторонних портал, перед рукой образовалось кольцо энергии в котором не виделось ничего кроме кромешной тьмы. Посмотрев внутрь тот отсканировал его и перед глазами выстроились цифры, "139". Именно столько лир сейчас находилось за этим маленьким порталом, на новые игрушки вполне хватает. Теперь путь лежит в цех теургов.

Кузнец Луи говорил о местных теургах, что те способны гравировать новый вид рун, гальдрабок. Сейчас это как нельзя кстати, необходимо позаботиться о защите предвестника от вампирских клинков Элы, новые руны для этого хорошо подойдут. Навряд ли теурги хранят у себя уже готовые изделия с новыми рунами, скорее всего они делают их только на заказ. До предстоящего турнира остается всего пять дней, к этому дню все должно быть готово. По крайне мере Хорас надеялся на это.

Тень 6.

Ночь перед турниром. Все те пять дней предвестник провел в тяжелых и изнурительных тренировках, тоже самое можно сказать и о его учителях, Клык и Софи после таких тренировок сразу же шли в ночлежку из-за бессилия, тела ныли благодаря непривычно большим нагрузкам. Для того чтобы разобраться с простым разбойником много сил не требуется, но предвестник тот еще кадр и сам изнурял своим несмиренным желанием познать фехтование, хотя чаще всего он использовал пару стилетов, реже обходился Карантиром. Однако нельзя не отметить его быструю обучаемость, по прошествию этих пяти дней, Эос уже хорошо отбивался от ударов копья, легко предугадывая и ловко отвечая на каждое движение Софи, а вот с Клыком он сражался с трудом, этот вервольф нежалел и всегда использовал свои лучшие навыки, направлял лезвие по кривой траектории, что не позволяло предугадать дальнейшие движения и почти всегда проигрывал ему. Это еще сильнее опечалило Софи, ее движение быстро предугадывались предвестником, а к вервольфу тот даже подойти не может, что только сильнее огорчало женское желание превосходства. Да и как он вообще так быстро учиться, это же просто ненормально.

По этой же причине она не могла заснуть в жесткой соломенной постели, постоянно маялась перекатываясь с одной стороны в другую, но ни в одном глазу. Так и лежала на спине и тупо смотрела в потолок через прояснившуюся темень. Мысли не оставляли ее в покое, она знает что предвестник тоже сервит, но раз уж он из другого мира, то должен отличаться и в этом плане. Может быть в его мире теурги создают сервитов более приспособленными к обучению? А как вообще выглядит его мир? Этим вопросом она задалась впервые и вопрос этот действительно был интересным для размышления. Разные племена и страны отличаются друг от друга в рамках одного мира, но что если посмотреть на народы из другого мира, в таком случае разница должна быть колоссальной, но представить это было сложно. В формировании общества играли тысячи факторов и предугадать их развитие просто не возможно. Проще спросить на прямую, но сейчас он наверняка спит и поговорить на эту тему не получиться. Вот только следующего дня еще надо дождаться, а это очень долго.

Софи закрыла глаза и попыталась в последний раз уснуть, но желания спать так и не возникло и терпение вскоре просто лопнуло. Она вскочила с постели и начала натягивать ботинки, оставив на себе лишь ночную рубаху прикрывающую наготу. В таком виде она вышла из комнаты и направилась к предвестнику, в ночном коридоре стояла мертвая тишина, ни звука, лишь бесящий скрип деревянного пола, днем он казался тихим и еле заметным, но стоит ночи спуститься на улицу как этот раздражающий звук увеличивается во много крат и твои тихие шаги уже становятся неуклюжим топтанием.

Проходя мимо одной из дверей, Софи услышала чьи-то вздохи и тихие постанывания, та не вольно прислушалась и с завистью начала таращиться на дверь. Нервы у нее и так ни к черту, так еще и эта неведомая пара развлекается там, кто бы они ни были, они заслуживают того чтобы прервать их удовольствия. Но все же Софи не настолько ненормальная, чтобы вмешиваться в чужие отношения...

"БАМ".

Нога словно сама дернулась и врезалась в дверь, раскатывая шум на весь этаж. "Не удержалась".

- Кто там мать твою!

Изнутри послышался задыхающийся мужской голос и тонкий голосок просящий не останавливаться.

"БАМ!!!"

Софи опять не удержалась и снова врезала ногой в дверь, но на этот раз еще сильнее.

- Бляяяять...

Не дожидаясь пока дверь откроют, Софи рванула по коридору к нужной двери. Больше не обращая внимание на раздражающий пол, она быстро добралась до двери и мигом забежала в нее. Сразу за этим послышался звук открывшейся двери и топот на месте, а затем и закрытие двери. Софи с облегчением вздохнула и обернулась, первым что она увидела, это предвестника который смотрел на нее удивленными глазами сидя за столом и покуривая трубку между челюстями.

- О, ты не спишь? Эмм... - "Блин, очевидно же что он не спит, че за тупые вопросы. Надо о чем-то поговорить, я же сюда за этим пришла." - Чем занимаешься?

В ответ Эос быстро начеркал на бумаге слова и показал их Софи.

- "Встречный вопрос, что Ты делаешь?"

- Я то, я просто хулиганила немного и... Да чего я ломаюсь, я спать не могу, потому что все время думаю о том какой он... твой настоящий дом? Вот зачем я пришла. Я присяду? - Спросила Софи указывая на кровать.

Получив утвердительный ответ, она устроилась на кровати и мельком посмотрела на стол, на котором неизменно расположился гримуар с тетрадью и письменные принадлежности, еще одним дополнением стала трубка, из которой тянулся слабенький дымок. Софи видела, что тот захаживал в травницу, она примерно понимала что там можно купить, зелья, лекарства ну или на худой конец табак. Он мог купить там все что только мог, средства позволяли, ибо Хорас не ведомым образом тащил в группу еще больше денег чем у них было, и все четверо могли не отказывать себе в нормальной жизни, все ели до сыто и пили пока не надоест. Но Софи не ожидала увидеть в "губах" предвестника курительную трубку, больше казалось, что он прикупит каких-нибудь зелий или отваров.

- Не знала что ты куришь. - Предвестник втянул дыма и сделал протяжный вздох. - И как оно?

Вместо ответа Эос протянул трубку Софи, та спокойно приняла его и так же втянула дым. Никотин начал обволакивать ее легкие и оттуда уже по всему забитому телу. Изо рта повалили густые клубы дыма, медленно рассеиваясь в воздухе. Софи даже захотелось прилечь по такому случаю.

- Не против если я прилягу? - Последовал приглашающий жест. Софи с начало сняла ботинки и только после этого медленно легла на кровать, уперевшись спиной о подушку. - Ну так, тебе ведь есть что рассказать о своем доме, верно?

Эос покривил головой и написал на бумаге свой ответ.

- "Тебя Хорас подослал?"

- Что, да нет. Говорю же, уснуть не могу. Мне просто интересно, как выглядит твой дом, он же должен как-то отличаться от нашего, верно?

- "Хорошо, подожди немного."

Эосфорос начал активно что-то записывать на отдельном листе бумаги, совершенно не обращая внимание на образовавшиеся кляксы, хотя и без особого энтузиазма. Закончив, он положил чернильный тростник, а бумагу отдал Софи вместе со свечой, чтобы не читать в темноте. Положив источник света на подвернувшийся табурет, она начала читать короткие записи.

"Мир откуда я родом, называется Земля" - Такое странное название для мира немного смутило Софи и уже в самом начале решила переспросить.

- Земля? Почему Земля?

Эос лишь указал на бумагу, как бы намекая о пояснении. И правда, дальше все объяснялось.

"Многие древние народы называли ее по разному, но в современном времени, все люди мира приняли одно название, Земля. Почему именно Земля я сам не до конца понимаю." - Ладно, читаем дальше. - "Наш мир в современном виде технически превосходит Сапфир. К примеру самодвижущиеся кареты практически у каждого человека, огромные стальные птицы бороздят небо, перевозя на себе тысячи людей одновременно. Земные города могут разрезать небо и облака, настолько они высоки." - На этом месте Софи рассмеялась и не веря посмотрела на Эоса.

- Самоходные кареты? Тянущиеся до небес города, это же шутка такая правда? - Тот в свою очередь смотрел на нее вполне серьезно и в ее голову начали закрадываться сомнения. - Нет, серьезно? К-как это вообще возможно, вы что их на вершинах гор строите, я не пойму. - Зная что он и так не ответит она продолжила читать с еще большей взволнованностью.

"Мир начал стремительно расти в наших глазах, когда мы отправили первого человека выше неба."

- Чегооо? Выше неба? Но ведь если верить исследованиям теургов, то выше неба невозможно подняться, этому мешает притяжение нашего мира!

Эос снова указал на лист.

"Опять же, наше техническое превосходство, по другому вряд ли смогу объяснить." - Понятно, я слишком тупая чтобы понять. - "Но наши достижения имеют вторую сторону медали, наша деятельность начала разрушать природу нашего мира, леса умирали из-за отравляющего воздуха, токсичные отходы выливались в некогда чистые воды, многие животные просто начали вымирать, один за другим. Воздух больше не был таким каким я его помню, без маски выходить на улицу просто вредно для здоровья. Вся еда либо искусственная, либо слишком дорогая и простые обыватели вряд ли могут позволить себе даже простую настоящую еду. По всюду, во всех городах грязные улицы заваленные различным мусором, только потому, что некуда девать этот самый мусор.

Не смотря на нашу продвинутую медицину, по всему миру начал распространяться вирус который одними лишь симптомами может убить человека. От этой болезни гибли целые миллионы по всему миру. Это похоже на вашу чуму. Но будто бы и этого было мало как на Земле началась тотальная война на уничтожение, уже не припомню почему она началась, но две самые влиятельные страны начали сражаться друг с другом руками подконтрольных стран. Силы этих двух держав достаточно чтобы уничтожить весь мир, и скорее всего, пока мы с тобой тут разговариваем, мой дом наверняка уже полыхает в адском огне.

И что самое страшное, так это то, что мне есть с чем сравнивать. Я помню еще то время, когда наша Земля была столь же чистой как и ваш Сапфир и мне грустно смотреть на свой дом в таком грязном виде и мне завидно смотреть на ваш живой мир."

Внезапно волнение от чтения обернулось грустью, из-за осознания, что и другие миры так же могут быть подвержены глобальным катаклизмам и стоять на грани уничтожения. Где-то глубоко внутри себя Софи верила, что где-то очень далеко есть миры, до которых не добрались цепкие лапы четырех всадников, но сейчас она поняла, что если не всадники, так сами люди уничтожат друг друга и заберут с собой жизнь всего мира.

- Оказывается и у тебя дома все не так гладко, хотя нет, на Земле все куда хуже чем у нас, я правильно понимаю?

Эосфорос с тяжестью кивнул и отвернулся от Софи, протянув новый лист.

"К сожалению, когда у меня появились силы, мир уже был мертв и я не мог ничего с этим поделать, Землю уже не оживить. А когда я стал, как вы говорите, сервитом, я хотел остановить войну которая может привести только к одному исходу, я верил что сражаюсь во благо, но потом, когда мой разум окреп, я понял, что являлся простым рабом выполняющий прихоти своего хозяина, только усугубляя положение. Когда мне представился шанс вырваться, я не мешкал и сбежал от гнета и начал действовать самостоятельно. В попытках остановить войну, я начал истреблять политиков в некоторых регионах Земли, в попытке ослабить влияние двух держав, но я был один против всего мира и ничего не мог изменить. Я проиграл прогнившей системе.

И вдруг я оказался здесь, на Сапфире и начал понимать, что сейчас у меня есть сила и я могу сберечь хотя бы этот не родной мне мир. Быть может я могу дать вам шанс на лучшее будущее? С такими мыслями я и согласился остаться здесь, не смотря на мои с Хорасом разногласия. Ваш мир еще жив и я не хочу снова смотреть как жизнь умирает у меня на глазах."

В сердце Софи что-то загорелось после того как прочла эти слова, что-то, что грело ее душу и заставило ее расплыться в легкой улыбке. Ее мысли о предвестнике как о простом наемнике рассыпались в пыль и вместо этого он предстал в ее глазах как некто, кто действительно достоин считаться предвестником, тот кто действительно желает спасать и оберегать, а не тот кто делает это из нужды.

Ее изумрудный глаз посмотрел на Эоса с надеждой и теплотой, не смотря на его пугающий и грозный вид. Он изменился в ее глазах, теперь вместо мертвых глазниц она видела очи наполненные состраданием. Он родился и вырос в умирающем мире, и пусть он завидует им и пусть Сапфир чужой для него, но все же готов помочь спасти мир от угрозы четырех всадников. Разве такой человек не достоин зваться предвестником, тот что знаменует начало лучших времен.

- Спасибо. - Это все что хотела сказать Софи предвестнику, сам он лишь промолчал, непонятно покачивая головой.

В это же время, дух взобрался на кровать, как бы решив вздремнуть, но вдруг натолкнулся на Софи, она подняла его и прижала к груди. Тот мягко деформировался подстраиваясь под пышные формы. Эос с безмолвной завистью начал таращиться на духа леса, по его лицу-маске видно, что тому очень приятно там находиться и не возможно словами описать эти чувства. Но все же не стал на этом зацикливаться, посчитав эти мысли слабохарактерными.

- Чертенок? - Обратилась Софи к духу леса, Эос вопросительно посмотрел на нее. - Может назовем его Чертенок? Как тебе? - Предложила Софи, на что дух довольно помахал ручкой. - Вот и хорошо.

Почти всегда эта женщина казалась ему холодной и непроницаемой королевой в своем кругу, и даже немного отрешенной что ли, всегда серьезная и говорит только по делу. А сейчас улыбаясь выбирает имя для маленького существа и даже немного похихикивает от этого. Ее так обрадовало заявление Эоса, о том что он желает спасти этот мир? Раз так, то и он бы хотел знать о ней по больше, а то получается как-то не честно.

Быстро написав свой вопрос, он показал его Софи. Та посмотрела и немного подождав ответила.

- Хочешь знать обо мне по больше? Ладно, все же мы с тобой немного похожи. На самом деле, я состояла в одном из не больших аристократических родов и звали меня тогда Софианна Ацурагара. До восьми лет я жила и не тужила, хорошо ела и вообщем то не жаловалась на жизнь. Я была вторым ребенком в семье и скорее всего меня бы выдали замуж за какого-нибудь толстяка которого я не любила бы, но зато для семьи это большой шаг к влиянию. Я думала так и будет, но что-то не задалось, вместо того чтобы отправить меня под венец, меня отправили на стол теургов, где в течении месяца из меня создавали сервита. - Софи прижала колени к груди и уткнувшись носом продолжила. - Я думала что сойду с ума, было так больно, что лучше бы я просто умерла там.

Эос медленно сошел со стула и подошел к Софи, положил руки на ее дрожащие плечи и прижал ее к себе. Она не стала сопротивляться и пала в его объятья, доспехи были грубыми и жесткими, но она совсем не обратила на это внимание и просто закрыла слезящиеся глаза. Как же долго она чувствовала себя одинокой, в ее сердце не было ничего, что могло бы разжечь костер эмоций, который растопил бы лед в ее жилах и заставил сердце биться чаще.

Софи отпрянула от Эоса и смотря ему прямо в глаза, потянулась к его шлему желая снять его стальную скорлупу. Но Эос мягко взялся за ее руки и не позволил сделать этого все еще боясь показывать свое лицо другим людям.

Софи грустно улыбнулась.

- Я, наверное, пойду. - Она положила Чертенка на кровать и передала трубку обратно Эосу, а сама натянула ботинки и поторопилась к выходу. Перед тем как выйти, Софи бросила последний взгляд на предвестника и сказала. - Спокойной ночи. - Дальше прозвучал лишь скрип дверных петель.

Софи начала шагать по коридору прижав руки к груди и повесив голову. Ее сердце колотилось словно не в себе, руки и ноги начали дрожать, а в голове витала одна только мысль которую Софи все никак не могла выбросить из головы. Эос не позволил ей снять с лица маску, значит ли это, что он не доверяет ей, значит ли это, что он отверг ее. Так ей думалось и эти мысли начали терзать ее ум. Теперь она точно не сможет уснуть этой ночью.

Предвестник все так же остался сидеть у кровати смотря вслед за ушедшей Софи. Докуривая содержимое трубки он задумался как давно уже не смотрел себе в лицо. Может хотя бы сейчас разок взглянуть на себя, не забывать о том как ужасен твой лик, чтобы не расслабляться и не забывать о том, что никто не должен видеть это подобие на человеческое лицо.

Эос снял перчатки и обнажил мертвецки бледные руки которыми потянулся к подбородку. Раздался тихий щелчок и с подбородка свисла пара ремешков. Схватившись за виски, он начал медленно стаскивать титановый шлем с головы. Избавившись от истертых и поблекших линз, глаза начали видеть настоящий контраст и резкость этого мира, пламя свечи горело более ясно чем в глазницах шлема, объекты обрели более отчетливый вид. До этого момента, было такое ощущение будто бы нос вечно заложен, но сейчас дышать стало гораздо легче и он наслаждался этим моментом, прежде чем вновь заковать себя в эту оболочку, ведь вместе с облегчением он чувствовал внутри себя некую тревогу. Эос еще помнит как этот шлем не раз спасал его от скользящих пуль и каждый раз когда снимал с себя череп ему становилось не по себе, казалось, что он становился слишком уязвимым и любой намек на опасность сильно пугал его. Но прежде, надо бы посмотреть на свое лицо. В комнате не было зеркал или других подобных поверхностей, разве что линзы.

Предвестник повернул шлем и посмотрел на его костлявый лик. Приглядевшись в глазницы он еле заметил в них отражение своего глаза. Кроваво-красное око, под которым красовался синий невыспавшийся мешок, смотрело на само себя с неумолимой тяжестью всего пережитого и оставленного давно позади. Множество битв отпечаталось на его лице, но еще сильнее это выражались в его глазах, сколько пуль просвистело мимо его головы, сколько взрывов он пережил, все это отразилось на его психике и казалось, он уже разучился улыбаться. Хотя...

Дальше линза скользнула по бледной исцарапанной переносице к его губам заросшие серой бородой, один уголок которого украшал глубокий шрам, который как бы изображал его улыбку до самого уха. Каких только садистов он не встречал и не повезло однажды попасть одному из таких в руки. "Зато он улыбается", говорил тот человек, жаль он потерял свою голову.

Посчитав это достаточным, он убрал линзы и немедля надел его обратно, возвращая себе чувство безопасности, ему сразу стало легче.

Чертенок уже успел уснуть и тихо сопел на мягкой подушке. Пришло время поспать и самому Эосу, сев на кровать, тот лишь снял с себя берцы и в полном снаряжении лег на кровать. Его собственный дивиз оставался неизменным на протяжении многих лет, выработанный самой жизнью, "Будь готов ко всему, ибо ты не знаешь что случиться в следующую секунду".

...

- Хочешь мороженое?

- Да! - Ответил тонкий детский голос на вопрос матери.

- Какой хочешь, давай выбирай.

Бледный мальчишка не смотря на летнюю жару носил непривычно длинные штаны и яркую водолазку, старательно скрывая свою кожу от солнечных лучей. Быть альбиносом не так просто, как в природе, так и в обществе. Солнце, вместо того чтобы приносить пользу витаминами, напротив обжигает от чего постоянной зудит кожа. А другие дети постоянно озираются на него и тычут пальцем. Но сейчас мальчик не выглядел загнанным или подавленным, его глаза горели детской радостью и энергичностью. С улыбкой на лице он приподнял широкополую шляпу и начал рассматривать такие разные по формам и цветам сорта мороженого, глаза начинали разбегаться, а выбрать можно только один. Что же выбрать?

- Это! - Наконец определившись, мальчик указал на рожок с шоколадом.

Мама мальчика оплатила приложив руку к терминалу и получила упаковку. Открыв ее она отдала ее мальчику, тот обеими руками взял вафельную чашку и с счастливой улыбкой посмотрел на запотевшее от жары мороженое, но перед тем как испробовать его, надо сказать.

- Спасибо мама!

- Ну давай, ешь пока не остыло. - Улыбнувшись женщина поторопила его.

Они пошли дальше по тротуару, мальчик с наслаждением облизывал сладкий рожок и надкусывал хрустящую вафельку. Лицо с каждым разом расплывалось в удовольствии и вдруг ему надумалось, "Надо и папе такое купить, но сейчас ведь он на работе и все такое. Он же солдат, герой!"

- Мам, а мам! А когда папа вернется? А то его уже долго нет.

- Скоро милый, скоро вернется, даже не заметишь как время пролетит. - На этот раз ее улыбка дернулась и мальчик сразу же заметил это.

"Опять мама врет, наверное папа еще долго будет работать. Но почему мама просто не сказала бы об этом, зачем врать? Взрослые..." От таких мыслей мальчик немного взгрустнул, но в отличие от мамы он умел скрывать свои эмоции и просто продолжил есть мороженое.

Гарнитура в ухе женщины внезапно начала издавать телефонный звонок, сопровождая это слабым миганием. Мама пальцем коснулась сенсора гарнитуры и начала говорить.

- Да? Что, сейчас? - Женщина сильно возмутилась. - Даже не знаю... Ладно. - Женщина обернулась к своему чаду и предложила ему. - Ты ведь еще не бывал у меня на работе, хочешь посмотреть где я работаю?

- Да, хочу! - Мальчишка естественно согласился.

- Ало, такси?

Уже в такси мальчик, смотря через окно машины наблюдал как солнце шло к закату, даже не заметил как время быстро пролетело и стеклянные голографические вывески начали загораться, проворачивая одну и туже рекламу которые быстро надоедали. Хотя, магазины привлекали своей яркой окраской и панорамными окнами, вроде как это должно привлекать людей на психологическом уровне, но на пятилетнего ребенка это работает еще сильнее. Мальчику, из интереса, хотелось заглянуть в каждый из магазинов и посмотреть, что же там такого можно найти, пусть содержимое в них часто разочаровывало, но любопытство это ни чуть не умоляло.

Наконец остановившись, таксист объявил о прибытии и протянул терминал. После оплаты они вышли из машины и мальчик посмотрел на приличное и ухоженное здание с плиточными стенами, что было редкостью, большинство зданий были либо старыми, либо не ухоженными. Подняв глаза выше, он прочел вывеску этого места.

- "Институт биологических исследований."

- Здесь твоя мама и работает.

- Разве, ты ведь всегда со мной бываешь. - Недоверчиво пояснил мальчик.

- За тобой нужен глаз да глаз, а когда подрастешь и на работу начну ходить. Ну давай доедай скорее мороженое.

Мальчик не довольно посмотрел на рожок в своей руке, всегда слыша такие слова. Он любил наслаждаться любимыми вещами, специально растягивая этот процесс, многие думали что ему не нравиться поэтому и тянет, но нет, ему нравиться слушать песни, есть жареные стейки из натуральной говядины и мороженое, пожалуй самое любимое его лакомство. Ему нравится само ощущение, как горячий соус растекается по языку и щемит рецепторы, хочется чтобы это продолжалось как можно дольше.

Мама повела его за руку к зданию у входа которого ждал человек в белом халате с короткой стрижкой и что самое забавное, это нос картошкой. Мальчик еле сдержал смех внутри себя и предпочел лучше есть мороженое.

- А вот и наша Аделина, давно не виделись.

- Привет Сережа.

Обменявшись приветствиями, те легонько обнялись.

- Как твое самочувствие?

- Все нормально, сам то как?

- Да как обычно.

После, так называемый Сережа, наклонился к мальчику и вел себя с ним соответствующе, по ребячески.

- А это у нас кто? Как тебя зовут мальчик?

Мальчишка лишь подозрительно посмотрел на него, не желая отвечать ему.

- Кхм-кх-кх... - Внезапно мама мальчика сгорбилась от сильного кашля прикрываясь губы рукой.

- Эй, ты как? - Сергей обеспокоенно взял ее за руку и начал похлопывать по спине.

- Все... все нормально.

Сергей подал Аделине платок, та приняла его и приложила его к губам. Отвернувшись от сына, она посмотрела на платок и посмотрела на него, после чего сжала в руках. Мальчик обеспокоенно посмотрел на нее и робко спросил.

- Мама, что с тобой? Ты заболела?

Она обернулась и улыбчиво ответила.

- Не волнуйся, со мной все хорошо.

Мальчик снова почувствовал лож в ее голосе. То, что может ожидать его в будущем сильно напугало его, что-то очень плохое ждало его впереди, то чего он предпочел бы не знать.

- Идем.

Внутри институт выглядел так же прилично как и снаружи, и именно так как себе представлял мальчик. На столе лежали самые разные научные приборы, но многие из них были ему даже не знакомы, все что он мог узнать, это лишь микроскоп и центрифуга. Стеклянный шкаф хранил внутри себя множество чашек петри с разноцветным содержимым, но чаще это были какие-нибудь отталкивающие фиолетовые оттенки или же пугающе ядовитого цвета.

- О, ну наконец-то, привет Аделина.

- Сколько зим, как твои дела?

- Все нормально, ни на что не жалуюсь.

Тут же на женщину налетели взрослые в белых халатах и медицинских масках.

- А кто тут у нас такой маленький, как же ты уже вырос.

Ученые перевели взгляд на мальчика и начали приставать к нему. Ему это не сильно понравилось, отойдя чуть назад, он спрятался за мамой и смотрел на них искоса.

- Какой стеснительный мальчик.

- Извините, он еще робеет разговаривать с другими людьми.

Сзади тихо подкрался еще один из ученых и начал пристально смотреть на мальца. Почувствовав на себе чужой взгляд, он обернулся и увидел мужчину лет сорока с короткой бородой и суровым сверлящим взглядом. Он был высоким, чем слегка напугал парня, но тот не выдал свои эмоции и держал все в себе.

- Хм... экспериментальный организм развивается в пределах нормы, разве что альбиносом родился.

- Не говори о нем так. - Аделина посмотрела на этого человека неодобрительным взглядом и крепче ухватила руку мальчика. - Он не эксперимент, это мой сын.

- Да, да, конечно. - Мужчина наклонился и посмотрел мальчику прямо в глаза. Рука мальчика, в которой он держал мороженое дернулось, после чего еще не доеденный рожок оказался в его руках. Мальчик в надежде вернуть украденное потянулся за рукой неизвестного мужчины, но так и не дотянулся. - Сладкое вредно для зубов, мальчик.

- Отдай! - Хотел было мальчик востребовать возврат, но мужчина хладнокровно выкинул рожок в мусорку.

- Ничего милый, я тебе новый куплю. - Сказала женщина, после чего озлобленным взглядом окинула незнакомого мужчину.

- Ладно вам, давайте не будем ссориться. - Послышался бесхарактерный голос одного из ученых, который одновременно протягивал белый халат. - Нам бы сейчас поработать.

- Мм... хорошо. Сергей, можешь присмотреть за ним, пока я буду занята.

- Да, конечно. - Согласился мужчина с картошкой вместо носа.

- Милый, - мама обратилась к своему чаду - мне нужно немного работать, а то без меня справиться не могут. Подождешь меня, хорошо?

- Угу.

- Хорошо. - Завершила Аделина, но перед тем как уйти, нежной рукой отвела волосы со лба и губами коснулась бледной кожи, после чего накинув белый халат ушла в другое помещение.

В холе очень мягкие диваны и кресла, настолько, что казалось вот-вот утонешь в них. Дядя Сергей сидел рядом и не прерывно наблюдал за тем как бледный мальчик с удовольствием пил яблочный сок через трубочку, держа коробочку двумя маленькими ручками, болтая повисшими ногами. Тот даже не вольно улыбнулся, посчитав это довольно милым.

- Дядя Сергей. - Внезапно мальчик обратился к Сергею.

- Да?

- А что такое эксперимент? - Мальчик отвлекся от сока и вполне серьезным для его возраста голосом задал беспокоивший вопрос. - Тот бородатый дядя сказал что я эксперимент, что он имел ввиду?

- А ты говоришь довольно серьезные вещи для пятилетнего возраста.

- Скажите. - Мальчик повернул голову и посмотрел на Сергея несвойственным для ребенка глазами. Так смотрят только взрослые люди.

Немного замявшись Сергей потянулся к кофе на стеклянном столе, отпил немного горького напитка и ответил ему как взрослому и сознательному человеку, но не как ребенку.

- Он не это хотел сказать... - Взгляд мальчика только сузился, сразу подметив лож в его голосе. Сергей понял это, поскольку понимал, что это за мальчик. Он не тот кого можно обвести вокруг пальца. - Ладно, скажу как есть, но перед этим, задам один вопрос. Как ты думаешь, люди самые умные существа на Земле?

Мальчик слегка опешил от такого неожиданного вопроса, но решился ответить на него. Немного подождав в раздумьях, он дал свой ответ.

- Я думаю, что нет.

Сергей удовлетворительно взглянул на него.

- Не знаю в курсе ты или нет, но сейчас, прямо на наших глазах запускается цепная реакция, которую мы вряд ли сможем остановить. Между силами ВС РФ и США на территории Сирии произошла стычка, беспрецедентный случай и дальше это проблема будет только нарастать, словно снежный шар катящийся по склону и вряд ли это кончится чем-то хорошим для нашего мира. Пожалуй очевидно, что эту проблему нужно как-то решать, а для решения нужен человек который был бы достаточно способным для решения этой задачи. К сожалению показатели IQ у нынешнего поколения слишком низкие и вряд ли найдется такой человек, который смог бы взять на себя такой груз. Поэтому мы сконцентрировались на создании нового поколения людей, которые стали бы новым витком в человеческой эволюции.

- Этот виток, это я?

- Мда, многие посчитали бы это не этичным, но похоже сам бог на нашей стороне. СМИ обошли нас стороной и нам никто не мешал, по итогу нам удалось определить ген определяющий умственные и когнитивные способности человека.

- И тогда родился я?

Сергей удивлялся проницательности мальчика.

- Да. В перспективе, твои умственные способности должны превосходить показатели любого человека из нынешнего поколения. Наверное зря я тебе об этом говорю, но раз уж начал. Мы рассчитываем на то, что именно ты или кто-то тебе подобный человек сможет спасти нас всех от нас самих же.

- Как это? - Мальчик вопросительно посмотрел на ученого.

- Когда я задал тебе вопрос об умственных способностях человека, ты ответил "нет". Почему же?

- Ну... - Немного замявшись, он ответил. - Вы говорили о войне, мой папа солдат и сейчас где-то далеко, в какой-то там Беларуси. Я знаю какая у него работа и поэтому боюсь, вдруг он не вернется.

- Да не волнуйся ты так, он вернется.

- Откуда вы знаете? - Исчерпывающий вопрос, Сергею было не чем возразить на слова пятилетнего ребенка. - Почему люди воюют, я не понимаю. Зачем кого-то ненавидеть, если можно жить дружно и никого не обижать. Разве им не жалко людей которым они вредят, я не понимаю этого, поэтому не считаю людей самыми умными.

- Ты абсолютно прав.

"Бам-бам!"

Эосфорос открыл сонные глаза. Его разбудил громкий стук в дверь, нет, эту чертову дверь скорее таранили, но кроме неприятного стука чувствовалось как что-то мелкое толкало голову наемника. Повернув голову, он увидел как Чертенок в попытке разбудить наемника уперся о его голову всем тело и толкал что есть силы.

- Эй, а ну открывай давай! Утречко уже, подъем! - За дверью послышался голос Клыка.

Поднявшись с кровати, Эос первым делом закинул духа себе в капюшон, а после начал натягивать берцы. Завязав шнурки, он убедился что все на месте, подсумки, книги и тетради, ножи, стилеты и Карантир, все на месте. Удостоверившись в наличии всего необходимого, тот устало побрел к двери, открыв которую он увидел энергичного вервольфа.

- Давай пошли уже, Хорас и Софи ждут нас в харчевне. Давай-давай-давай, не ленись, сегодня турнир, так что взбодрись!

Войдя в трактир, или в харчевню, без разницы, Клык сразу пошел к столу за которой уже ждала Софи. Сегодня она несколько отличалась. Вроде бы изменения были не кардинальными, но в глаза сразу же бросались такие вещи как начищенные до блеска доспехи и перекрашенное в красное древко копья, но почему-то большее внимание привлекли рыжие волосы собранные в один строгий хвост.

- Хмм... а ты чего так при наряде.

- А что, прихорошиться нельзя?

Клык начал подозрительно смотреть на Софи и долго думал, пока не понял.

- Хмм... Все женщины одинаковы, если хотят кому-то понравиться, то всегда прихорашиваются.

- Ни слова больше. - Софи явно стало не удобно, но вервольф только подхватил ее слова.

- Так значит я все же прав! - Тот весело оскалился. - Кстати, где Хорас?

Верно, Хораса не было в этом заведении, куда ни глянь его здесь точно не было, но Софи быстро объяснила причину его отсутствия.

- Он ушел, говоря о каком-то последнем элементе для тебя, Эос. Сказал подождать его здесь, а тебя он просил накормить как следует.

- Да верно, голодным не повоюешь. - Говорили они смотря на предвестника, Клык обернулся и прокричал. - Подать сюда жареного поросенка! Сегодня у нас особый день!

- А потянешь, за тебя я платить не собираюсь. - Насторожилась Софи, но Клык ее успокоил, если можно так сказать.

- Да не ссы, я положил на Эоса сотню лир, представляешь насколько я разбогатею. - С нескрываемой радостью говорил вервольф, но Софи была более скептична.

- Че, ты с ума сошел, откуда у тебя столько денег! Да и откуда в тебе вообще столько уверенности! - Возмущенно вскрикнула та, но Клык остался неизменно радостным.

- Деньги Хорас подкинул, так что... Как там говорят? Ах да... легко пришли легко уйдут, не страшно, Хорас еще надыбает. - Затем он перевел взгляд на Эоса. - Но ты ведь нас не подведешь, не зря же мы с тобой так маялись на тренировках. - Предвестник уверенно кивнул. - Вот и отлично!

Сзади послышался звук открывшихся дверей и тяжелый топот о пол.

- И сотни лет не прошло.

Обернувшись, предвестник посмотрел на Хораса, который не торопливо шел к своей команде. В железных руках тот держал некий предмет внушительных размеров и обернутый в тканью. Подойдя к команде, Хорас положил таинственный предмет на стол, после чего с гордостью заявил.

- С. Этим. Теперь. Твои. Шансы. На. Победу. Значительно. Возрастут.

Тень 7.

Турнир проводят с утра, давая участникам немного времени на подготовку, этого вполне хватало на то, чтобы подкрепиться и прибыть на "арену", ожидая своего выхода в специальной комнате, сконструированная таким образом, чтобы два участника никак не пересекались друг с другом, во избежание неловких ситуаций в виде конфликта прямо внутри помещения в стороне от зрительских глаз. Все же турниры проводят именно для привлечение дополнительных средств в карманы владельцев этих "арен", а если зрители не смогут увидеть обещанного зрелища, то их доверие начнет постепенно угасать и приток валюты так же прекратится. Зрительские трибуны были заполнены вольными людьми и работорговцами до отказа. Все они с волнением ожидали начало турнира, до тех пор пока не выйдет оратор и не начнет объявление.

- Как проходили тренировки с Эосфоросом?

Не отрывая взгляд с поля предстоящей битвы поинтересовался мужчина с густой бородой на лице, сидящий рядом с Софи. На самом же деле это Хорас наложивший на себя чары допельмантии. Иллюзия выглядела настолько реалистичной, что не возникало никаких сомнений насчет подлинности данного образа, Хорас хорошо постарался над этим заклинанием, дабы его не смогли вычислить потенциальные шпионы. Причиной такой изощренности стала сама природа кованых, пусть давным давно их и создали исключительно в качестве военной силы, обретя разум они начали быстро анализировать природу окружающей их среды и единогласно пришли к выводу, кровопролитие во всех ее формах является бессмысленным занятием и посветили себя изучению этого мира и всех ее аспектов, став при этом расой альтруистов. Поэтому, чтобы не вызвать подозрений, Хорас и замаскировал себя под обычного человека.

Хотя, насчет альтруизма есть некоторые упущения, к примеру, если они встретят до селе невиданное существо, будь оно разумное или нет, они первым же делом положат его на операционный стол и начнут потрошить. В целях познания конечно же. С такой целью они чуть не прооперировали одного из самих предвестников из иного мира в тысячные годы третьей эры, желая знать, как они перемещаются из другого мира в этот. Благо за него заступились материалисты и смогли остудить пыл кованых, ценой нескольких десятков стальных тел. Уничтожить одного кованого это уже целый подвиг, а убить целую научную группу, это что-то из ряда вон выходящее, что хорошо демонстрировало уровень силы материалистов.

Сами кованые отреагировали на это крайне остро. Люди вряд ли обратили бы внимание на смерть пары десятков своих сородичей на другом конце света, ибо их и так очень много, но кованых по всему свету Сапфира насчитывается пара-тройка миллионов представителей и смерть одного из них это удар для всей искусственно созданной расы. Они не могут воспроизводить себе подобных при помощи техномантии, их конструкция тела настолько сложна, что даже сами кованые не могут понять как они сами работают. Это первая причина, вторая же заключается в их памяти, которая таит в себе знания копившиеся десять тысяч лет и утрата этих знаний настоящая трагедия не только для самих кованых, но и для всех живых рас Сапфира.

Однажды, не малоизвестный кованый под номером 0000133 или же Лакурес, как его величали живые расы, живший в пятисотые годы третьей эры, сумел изобрести универсальную вакцину от всех болезней, препарат прошел все испытания и был окончательно готов для массового производства. Однако, научная база Лакуреса находилась в джунглях южного континента, где обитали каджиты и которым не понравилось, что на их сородичах испытывают эту самую вакцину. Лакурес, сражаясь практически в одиночку, смог забрать с собой в могилу тысячи кошачьих воинов вместе с формулой универсальной вакцины, а выжившие каджиты сожгли научный центр вместе со всеми ценными наработками. Настоящая панацея от всех болезней была навечно утеряна и ни один из последующих кованых не смог повторно воссоздать формулу вакцины.

(Почему именно каджиты? Все дело в том, что кошачий народ по необъяснимым причинам имеет общие гены с человекоподобными расами и лучше всего подходят для экспериментов по разработке универсальных препаратов.)

Кованые, конечно же, моментально отреагировали на такую дерзость и через несколько дней двадцать кованых пошли войной против пятитысячной армии кошачьего народа. Стальные существа, как настоящие машины войны, уничтожили врагов в мгновение ока, но на этом они не остановились и обратили всю расу каджитов в рабство, до сих пор имея монополию на продажу пушистых рабов, деньги с которых идут на финансирование различных научных проектов.

Кованые пусть и выглядят спокойными, с другой стороны фанатичны своим идеям о постижении мироздания, но здесь опять же свои нюансы. Кованые могут выкрасть живое существо для экспериментов, однако никогда не станут нападать первыми, но если кто-то им угрожает, то они вырывают древо опасности под самый корень не жалея своих сил. Кто-то посчитает такие действия логичными, ибо больше не нужно ожидать опасности со стороны вырванного древа, а кто-то скажет, что это слишком радикально, но в слух об этом никто не говорит, никто не хочет себе в противники даже одного единственного кованого.

Но с материалистами так не получится, пусть они и уничтожили пару десятков их стальных братьев, кованые не могут ничего им противопоставить, даже имея высокое положение в королевстве в качестве неприкасаемой касты, они не располагают достаточными знаниями о столь тайной организации. Им остается только вести себя более осторожно по отношению к предвестникам и тщательно следить за действиями агентов, из-за чего постепенно начала формироваться информационная сеть, в которую входили исключительно стальные братья. Таковой стала защитная реакция кованых на грозного врага в лице материалистов.

Софи с равнодушным голосом ответила.

- Опыт в ближнем бою у него уже имеется, по крайней мере с короткоклинковым оружием. А если он чего то не знал, то быстро этому учился, я бы даже сказала слишком быстро.

- Слишком быстро? Хмм... Похоже даже среди сервитов он отличается.

- Пожалуй так. Но мы научили его сражаться только против копья и двуручного меча. В турнире участвует двадцать человек и примерно половина из них вооружены копьями и двуручниками, с ними он справится без проблем. А вот со второй половиной могут возникнуть проблемы. Хотя, не буду загадывать на перед.

- Будем надеяться на то, что он быстро ко всему приспособится.

- Ах да, ты ведь уже поговорил с Элой? Она согласилась на твою просьбу?

Искусственное лицо Хораса неприятно скривилось что не очень понравилось Софи.

- Нет, она на отрез отказалась нам помогать, Эла будет сражаться с ним в полную силу.

- Твою ж мать. - Разочаровалась Софи так и представляя как Эла убивает предвестника.

Турниры и прочие мероприятия являются чуть ли не единственным способом развлечения в Фестуа, поэтому на турнирах нет ограничений, кроме строгого запрета на использование тауматургии. Турниры это единственное место в котором убийство не ограничивается законом. На арене гладиаторы борются за свою свободу, в то время как наемники за деньги, но в обоих случаях убийство даже приветствуется, ради большей зрелищности.

Конечно, Эла не такая дура, чтобы убить предвестника, материалисты сильно берегут их, но зная о ее характере на душе становиться не спокойно.

Софи перевела взгляд обратно на заснеженное поле для битв, к центру которого тихо шел оратор.

- Ну давай же, не томи! - Разрываясь изнутри волнением выкрикнул Клык.

Дойдя до центра оратор мельком оглядел трибуны зрителей и громким голосом заговорил.

- Приветствую вас вольных людей королевства Фестуа, вы собрались здесь для того чтобы наконец узреть сегодняшний турнир, который был организован по милости нашего славного градоначальника, Вольфган де-Штраце! - После чего поклонился в сторону вип-ложе, если так можно сказать. Места в котором устроилась аристократия, лишь слегка возвышались над обычными зрителями и ничем не отличались. - Мне была предоставлена честь объявить о начале турнира! - Трибуны взорвались ликованием от долгого ожидания. - Встречайте первого бойца! Выходец из свободной семьи, решивший найти свою цель в жизни в качестве наемника! Ветеран Джирар Франческо!

Зрители окатили воина новой волной оваций. Из хлипких ворот вышел человек облаченный в блестящий латник, частями замененный на кожные вставки, с полуторным мечом в руке. Наемник с гордостью поднял меч под овации толпы и проследовал до другого конца арены.

- Второй боец! Человек, что посветил всю свою жизнь войне! Тот кто идет по кровавой дороге и очередной наемник! Эла Темная!

Из ворот вышла знакомая фигура в длинном плаще, которую встретили с таким же яростным шумом. Сама же девушка лишь тихо вышла на поле, где не движимо ожидала начало боя. Оратор не стал томить.

- Что ж, начнем же первый бой! - Закончив, он тут же убежал с поля в сторонку.

Наемник сразу же решил принять инициативу на себя и побежал к хрупкой на вид девушке, норовя закончить сегодняшний бой одним самоуверенным ударом. Эла оставалась на месте и ни как не реагировала, в то время как наемник пробежал уже несколько метров и замахивался для удара. Плащ девушки слегка дернулся, даже не сразу было ясно что произошло, но Франческо начал замедлятся, пока и вовсе не остановился. Он обронил меч и руки начали свисать над землей, простояв еще секунду он упал замертво.

Толпа замерла в недоумении и еще долго не могла понять, что сейчас произошло. Но Софи, Клык и Хорас смогли разглядеть то, чего не могли увидеть другие.

- Может быть мне показалось, но кажется она метнула нож. - Неуверенно предположил Клык, Софи подтвердила его догадку.

- Да, я тоже это заметила.

Хорас приблизил изображение мертвого наемника и смог более побробно рассмотреть его тело. Из его глаза торчал тонкий еле заметный колышь, не походящее ни на одно из знакомых оружий.

Оратор подбежал к лежащему трупу, как и все, еще не которое время пребывал в шоке, но найдя в себе решимости, тот прокашлялся и объявил.

- Итак, наш первый победитель! Эла Темная!

Часть трибун осталась в не довольном замешательстве и начала оскорбительно кричать на Элу, кидая в нее бранные слова и всячески проклиная ее, с огорчением осознавая о своем проигрыше в ставках. Другая же часть зрителей начала радоваться своим выигранным деньгам и благословляли Элу на будущие победы, хоть и не получив желаемого зрелища. Теперь, толпа начала быстро менять свое мнение, этот короткий бой оказался показательным и теперь зрители начали видеть в хрупком теле Элы большую силу, делая при этом преждевременные выводы. Среди трибун тот же час начали расползаться слухи о ее неминуемой победе.

Если верить Земной биологии и анатомии, то у хрупкого телосложения Элы нет ни единого шанса победить в турнире, как бы она не старалась. На Сапфире те же законы, но при этом измененные из-за наличия таумы, которая переворачивает все с ног на голову, невозможное становится возможным. Камни ни с того ни с чего могут начать парить над землей, появляются искусные тауматурги, а обычный мальчик может завалить взрослого амбала, так же и Софи вполне может победить в турнире без каких-либо трудностей.

- Это плохо.

- Нет блин, просто чудесно.

Хорас и Софи не довольно наблюдали за удаляющейся фигурой, пока их уверенность в победе постепенно угасала. Несколько человек оперативно оттащили труп с поле боя, от которого оставался длинный кровавый след на снегу.Оратор как и прежде встал в центр поля.

- Какая неожиданность! Бой закончился даже не успев начаться! Не станем тратить время зря! Время для второй битвы! Встречайте следующих претендентов! - Оратор поднял руки и начал представлять новых участников. - Этот зверолюд родом из далеких земель южного континента, земли что покрыты густыми зарослями джунглей! Опытный гладиатор и прошедший через восемьдесят победоносных битв и стремится обрести свою свободу! Каджит Селегал! - Под бурные рукоплескания на поле вышел знакомый черный кот в легком обмундировании и с длинным копьем в руке, плотно обмотанный тканью. Каджит презрительным взглядом окинул стадионы зрителей, после чего последовал к другому концу арены, где и стал дожидаться своего противника. - Противником его станет некто, чье имя многим из вас не известно! Неудивительно, ведь этот человек, авантюрист! И родом он из империи с которой у нас сейчас не лучшие отношения! Но будем честны, всем нам плевать кто он, нам нужны зрелища! Встречайте Безликого и Безмолвного Эосфороса! - На удивление, зрители отреагировали на его появление довольно холодно, не сколько из-за того что он им просто не знаком, от слова совсем, сколько из-за того, что его представили как имперца.

- Из империи, это у него легенда такая? - Тихо поинтересовалась Софи, на что Хорас так же тихо ответил.

- Нужно было создать убедительную легенду, до которой не станут сильно докапываться. Мне было удобнее чтобы он был из другой страны и мой выбор пал на империю.

- Серьезно, мы же враги, нельзя было выбрать другую страну?

- Я создал эту легенду десять лет назад и тогда я не видел того, чтобы королевство и империя враждовали. А изменить его я не могу, поскольку в ней участвовали настоящие люди.

Софи удивленно посмотрела на Хораса.

- Да чего же может довести твоя маниакальность?

Из ворот вышел сам предвестник, его облик ни чуть не изменился, за исключением одного. Вместо его гибкого и рельефного нагрудника на нем прочно сидела латная кираса с вытянутым вперед килем. Ничего особо примечательного, за исключением пары кольцеобразных символов выбитых на стальном листе, Софи не узнала очертания этих символов, но почему-то они сильно походили на руны. Клык оживился.

- Это случаем не то, что мы видели у Луи?

- Это гальдрабок, особый вид защитных символов, это должно помочь Эосу победить в этом турнире.

- Ну ниуя себе. - Клык выпучив глаза смотрел на новенькую кирасу предвестника и с завистью потягивал слюну.

Предвестник стоял в нескольких метрах от каджита Селегала. Кошачьи глаза смотрели на череп с нескрываемым отвращением, копье в его руках скрипело от злобы к человеку. Его запах щемил рецепторы, что только сильнее раздражало его, но его запах и его поведения отличались от множества других людей которых он встречал. Когда этот человек только выходил на поле боя, Селегал заметил как он движется на удивление плавно и аккуратно, что несвойственно для людей. Если бы не его внешность и его запах, то он вполне походил бы на каджита. Но есть еще кое-что.

Его череп на голове, это лик самой смерти Бахат. Божество, что способно отнимать жизнь одним лишь своим взглядом, одним пальцем ровнять горы с землей, а существа что покланяются ей носят точно такие же маски. Поклонники Бахат недолюбливают ближний бой и часто используют запретные искусства тауматургии, а именно некромантию. Но на турнире запрещено использовать искусство эфира, поэтому стоит ожидать чего-то другого.

Селегал не стал рисковать и делать первый шаг, он вытянул лапу и дразня начал подзывать своего противника. Череп слегка дернулся, но не стал приближаться, вместо этого он потянулся к ножам на бедрах, которые тут же полетели в каджита. Селегал среагировал моментально и одним взмахом копья отбил все ножи. Коротко взглянув на блестящие куски стали лежащие на снегу, каджит даже немного разочаровался, ожидая от своего противника чего-то большего. Вернув взгляд обратно, тот удивился увидев как Эос уже успел преодолеть половину дистанции между ними и уже обнажал пару стилетов.

Поняв, что это был всего лишь отвлекающий маневр, Селегал моментально принял боевую стойку. Каджит не стал ждать, пока его противник войдет в радиус поражения, и сделав широкий шаг вперед направил стремительный выпад, целясь прямо в кирасу с непонятными символами, намереваясь пробить его и закончить бой. Но Селегал понял, что так просто ему не победить, ибо видел как Эос, словно ведомый ветром, ушел от удара и тут же начал сокращать дистанцию.

Селегал начал отступать назад, стараясь удержать противника на расстоянии, но тем самым он потерял инициативу и перешел в оборону. Эосфорос не стал терять шанс и начал беспрерывно атаковать каджита, попутно подмечая каждое его движение, выискивая бреш в его технике.

Он пользуется копьем столь же ловко как и Софи, однако, каджиты не отличаются высокой физической силой, в отличие от других зверо-рас, что способны поднять взрослого человека одной рукой. Их стихия это ловкость, чем они и пользуются, но сейчас Селегал зажат в угол более способным противником, который превосходит его в силе и равен ему по ловкости. Иначе говоря, его зажали тупой физической силой.

Каждый удар копья встречался стилетом зажатый в мертвых тисках, словно каменная стена встала перед ним или же скорее как каменный голем, стойкость которого просто невероятна. Вскоре Селегалу стало ясно, что перед ним один из мутантов созданных теургами, сервит. Каджиту уже приходилось сражаться с одним из таких на столичной арене и был он столь же силен, но не так ловок как Эос. Именно благодаря своей ловкости Селегалу удалось одержать вверх в той битве, но столкнувшись с еще одним сервитом, он уже не знал что делать, пока не подвернулся шанс.

Эосфорос внезапно остановился и отойдя на пару шагов назад начал смотреть в небо, обеспокоенно дергая головой из стороны в сторону. Казалось, что-то напугало его и заставило отвлечься от боя, посчитав таинственный облик более важным. Заинтересованные зрители так же направили глаза ввысь, за ними последовал и Селегал. Рассматривая затянутое облаками и дымом небо своим острым зрением, каджит не заметил ничего подозрительного. Вряд ли пара птиц может хоть как-то повлиять на ход боя или как то напугать Эосфороса. Селегал лишь с еще большей злобой посмотрел на Эоса, который все ни как не мог насмотреть и воспользовавшись шансом напал на противника.

Эосфорос с ног до головы покрыт плотно прилегающими доспехами, которые по структуре напоминали полированный камень, а слабые места скрывались под плащем, но его шея осталась не прикрытой. Копье тут же помчалось в неприкрытую броней глотку. Эос почувствовал как в горле защемило и моментально отвел острие копья в сторону.

- Что он творит мать вашу! - Удивленно проорал вервольф, наблюдая за тем, как Эосфороса начали теснить.

- Твою мать, он же чуть не сдох! - Подключилась и Софи.

Хорас, напротив, оставался спокоен и молча наблюдал за неожиданно растянувшимся боем, а затем задумчиво сказал.

- Кажется он что-то видел в небе...

- В небе? Но там же ничего нет! Верно же, я ведь ничего не упускаю?

- Нет, ничего ты ничего не упустила, я просканировал все воздушное пространство над Зендером и не обнаружил ничего подозрительного.

- Тогда какого хрена он творит? - Разозленная Софи продолжила наблюдать за боем.

- Возможно он может... - "чувствовать то, чего не чувствуют другие", Хорас не стал произносить это вслух, посчитав эту теорию слишком необоснованной, ведь о предвестниках до конца не все известно, к примеру, как они попадают в этот мир. Сколько бы Хорас не ломал голову над этим вопросом, сколько бы сотен лет он не потратил решая эту головоломку, ответа он так и не нашел.

Селегал наносил один удар за другим, некоторые атаки проходили, но задевали лишь элементы доспехов и не наносили противнику никакого урона, ему оставалось лишь дожидаться момента, когда защита Эоса ослабнет, но он все никак не ослаблял бдительности. Каджиту это все уже надоело и тогда он прекратил атаку и быстро отошел назад на несколько метров. Эос не торопился нагонять его, вместо этого он прислушался к одному из зрителей.

- Карантир! Где твой сраный Карантир! Помни, я на тебя сотню лир поставил!

Каджит не стал обращать внимание на рычащий голос, вместо этого он начал раскрывать свое копье. Ткань, что скрывало древко копья опало на землю, теперь каджит держал в руке не простое оружие, древко было исписано различными рунами, от одного конца к другому. Селегал пустил по этим рунам внутреннюю тауму и те начали светиться ярко-голубым цветом.

- Карантир блять! Карантир используй сукааа!

Вновь послышался грубый голос, но Эос все еще сомневался, не решаясь использовать меч. Его способности в использовании такого оружия все еще сомнительны, но копье каджита заставляет принять это решение. Эос вложил стилеты в ножны и вместо них обнажил серебристый меч так же испещренный руническими символами и которые так же начали светиться ярко-голубым цветом.

Каджит недовольно ухмыльнулся и начал вращать копьем над своей головой, медленно подходя при этом. Эос в свою очередь стоял на месте, что несколько смутило кота, но тот ничего не заподозрил. Копье запитанное таумой сможет легко пробить его доспехи и даже разрезать их, в этом Селегал был уверен, но он так же не терял бдительности смотря на такое же руническое оружие своего оппонента.

Эос, который до сих пор стоял в застывшей позе, дернулся в сторону каджита, чем спровоцировал того нанести удар с огромной скоростью. Тот противопоставил Карантир в сторону ожидаемого удара. Кот разочарованно посмотрел на своего противника, резко крутанул копье и перенаправил его в другую сторону. Селегал был уверен в этом последнем ударе и уже предвкушал вкус победы на своих устах, но именно этого Эос и ждал. Лезвие Карантира одним движением понеслось на встречу и в один миг врезалось в древко копья. Острие по инерции пролетело пару метров, после чего упало не землю.

Селегал стоял в шоке и неверя в происходящее смотрел на обрубленный кусок своего копья. Шок моментально сменился пламенным гневом, направляя на своего врага гневные глаза с широко раскрытыми зрачками. Эос немедля поднес Карантир к шее кота и ни что не мешала ему нанести последний удар в его жизни.

- Ну чего ты мешкаешь, давай! Убей меня! - Селегал говорил с гневным шипением в голосе.

Эос посмотрел на кота с интересом, он увидев в его глазах бесстрашие, что не вольно вызвало у него уважение к этому каджиту. Убивать его он не стал, убрал Карантир в ножны и уже было хотел развернуться и уйти, но на последок он сделал подарок недоумевающему каджиту. Эос резко развернулся и замахнулся кулаком, который смачно прилетел в колючую шерсть на лице.

Каджит и среагировать не успел как всем телом повалился на холодный снег. Шумных оваций или проклятий в сторону Эоса не последовало. Трибуны молчали и лишь осудительно смотрели на имперца, от зрителей исходил лишь сгусток негативных эмоций, атмосфера в миг стала негостеприимной. Один только вервольф сильно выделялся на фоне остальных.

- Дааа!.. Так это чертового кошака! Теперь тысяча лир мои! Ахахаха!.. - Клык вскочил с места и начал радоваться победе и легко заработанным деньгам, но пожалуй больше всего его радовал проигрыш Селегала.

Эос направился к дверям, мимоходом всматриваясь в небо ничего там так и не увидев, но его шестое чувство говорило ему, что в небе огромное и опасное существо, жуткое и пугающее, одним лишь взглядом способное разрушить горы, стереть целые армии в порошок и оно смотрело прямо на него. Это чувство не давало ему покоя, его не покидала мысль, что эта сущность теперь наблюдает за ним.

Каждая клетка его тела кричала об опасности, говоря что вот-вот кто-то нападет на него, но подняв глаза к небу он увидел лишь несколько птиц, обреченно летавших по среди туманного смога. От существа и след простыл, но чувство чьего-то присутствия не оставляло его, даже сейчас эта сущность смотрело на него. Сердце забилось не привычно быстрее, а глаза широко раскрылись и метались в поисках загадочного наблюдателя.

"Кто ты?"

...

Турнир проходил не особо разнообразно, пусть и со своими неожиданными поворотами. Участников насчитывалось двадцать разумных существ различных рас и победителей должно было быть десять, но в дело вступало еще одно правило, если участник по тем или иным причинам не мог участвовать в следующем этапе турнира, то он сразу же выбывал. Таким образом шесть потенциальных победителей выбыли из турнира сразу же, в основном из-за тяжелых ранений, а иногда из-за небольшой смерти.

Осталось еще две битвы, для того чтобы определить оставшихся двух участников для второго тура. Вообще, планировалось, что турнир затянется на дней пять, но из-за выше сказанных причин турнир будет идти два-три дня, зависит от обстоятельств.

- Довольно неожиданный исход последних шести битв! Но все мы надеемся, что последние две битвы нас не разочаруют! Встречайте новых бойцов! Всем известный почетный скваер и для меня большая честь представлять такого прославленного воина, восславьте, Пьер Террайль де Бьярд!

Под невероятный гомон и овации, которыми еще не встречали ни одного человека, на поле, гремя тяжелыми латами, вышел крупный человек, каждое движение которого отдавалось грацией, его величественная осанка была прямой словно лезвие меча, его вид вызывал трепет в душе простых людей, ни кто не оставался равнодушным при виде столь великого человека. Его каплевидный щит украшался фамильной геральдикой, рыцарь на коне с высоко поднятым копьем на голубом фоне. Его доспехи украшались такими же голубыми полосами и витиеватыми узорами, так же испещренные различными символами.

Через щель топхельма зорким взглядом он начал рассматривать трибуны зрителей, пока глаза не зацепились за знакомые лица.

- Кажется он смотрит сюда, прямо на нас. - насторожилась Софи.

- Кажется он узнал тебя и Клыка, и скорее всего меня тоже.

- Пьер, вот же чертяга. - Клык широко улыбнулся. - Опять он по турнирам шастает.

Скваер Пьер не просто так стал всенародным любимцем, людей подкупало его невероятная харизма и строгое следование рыцарскому кодексу. Даже будучи родом из северного графства Сомерсет, в королевстве Фестуа простые люди начали воспринимать его как родного героя, а воины как пример для подражания бесконечно уважая такого человека.

Рыцарства как такового в королевстве нет и вместо них в войнах и регулировании порядка выступает аристократия, что невысокого мнения о черни, что обитает на их землях. В их кругу укоренилось мнение о своем превосходстве, а так же надменный характер, но среди них выделялся Пьер Террайль де Бьярд. Даже будучи простым скваером, на одну ступень ниже звания рыцаря, он вел себя как и подобает настоящему знатному воину который следует кодексу чести. Он не принижал людей или зверолюдов из-за их положения, общаясь с ними как с равными, не чурался грязных и злачных мест которых здесь полно, постоянно заступался за слабых, а во время пирований просвещал людей о рыцарстве. Обладая недюжинными ораторскими способностями, многие его речи запали в душу людей и даже начали образовываться целые наемные армии следующие строго по рыцарскому кодексу.

Подождав пока шум не уляжется, оратор продолжил.

- Противником нашего славного скваера станет наемник прошедший сотни битв! Один из ланкснеров, прославленной армии наемников! Альфред фон Дарем!

Под столь же бурные рукоплескания через ворота вышла, выделяющаяся на фоне всего остального, пестрящая фигура. Блестящая кираса и латные перчатки соседствовали с такими элементами одежды как, красная широкополая шляпа с разноцветными павлиньими перьями, широкие рукава в гармошку с нашитыми поверх тканями с преобладанием зеленого цвета. На ногах узкие шелковые шоссы и туфли на высоких каблуках которые могли позволить себе разве что аристократы, но даже они не одевались таким образом в холодную пору. Альфред смотрел на своего оппонента сквозь длинные свисшие локоны волос, при этом широко улыбаясь показывая несколько золотых зубов. Особенно хорошо смотрелись его тонкие и ухоженные усы с маленькой треугольной бородкой.

Пройдя еще немного ландскнер остановился по среди поля и заговорил со скваером энергичным голосом.

- Вы даже не представляете какая для меня честь встретить вас в этом не самом лучшем месте, господин Пьер Террайль де Бьярд! - Его слова звучали искренне не тая в себе ничего коварного.

- Рад слышать это от вас, Альфред фон Дарем и для меня тоже честь сразиться с таким прекрасным воином ландскнером как вы, но все же не стоит обращаться ко мне на господин, я не рыцарь, но обычный скваер.

- Вы определенно принижаете свои честные заслуги, я считаю что вы уже давно должны были получить титул рыцаря.

- Благодарю за такие лестные слова, - скваер слегка поклонился в знак уважения - но думаю к вам стоит обращаться капитан Альфред фон Дарем.

- Прошу вас, зовите меня просто Альфред, - сказал тот поправляя красную шляпу, которая и символизировала его капитанский статус - иначе слишком длинное приветствие получается.

У ландскнеров необычная система опознавания, головные уборы часто используются как знаки различия в званиях, а их разноцветные одеяния, которые больше напоминают шутовской наряд, но со своим аристократическим шармом, шьются из различных цветных тканей подобранных с павших в бою противников. К примеру, обилие красного цвета в одежде символизирует о неоднократной битве с драконидами, существа, что даже по меркам зверолюдей крайне опасные противники и красные ландскнеры хорошо почитаются в их кругу. Обилие зеленого показывает опыт боя с верлскими отродьями, как в случае с Альфредом.

- Тогда и вы зовите меня просто Пьер.

- Вы уверены? Ну хорошо, сочту за честь, Пьер. Ладно, думаю наш разговор слегка затянулся, начнем же битву.

- Как скажете, Альфред. Пусть победит сильнейший.

- Абсолютно с вами согласен.

Пьер схватился за строгую и в то же время привлекательную рукоять с крестообразной гардой и вытащил из ножен чистое лезвие исписанное различными именами, глаза Альфреда раскрылись в удивлении.

- Это же Адельхейм, поверить не могу, что вы будете сражаться со мной со своим фамильным оружием.

- Да, оружие, передающееся из поколения в поколения в моем роду, всегда со мной.

Кровь Альфреда начала кипеть от нахлынувших эмоций, гордость и бесконечное уважение начали наполнять его сердце и преисполнило его. То что Пьер будет сражаться с ним это уже огромная честь, но сражаться используя свой меч Адельхейм, это только сильнее начало будоражить его.

- Я с самого начало собирался сражаться в полную силу, но теперь, я должен сразиться с вами используя все силы что есть во мне, иначе это будет не уважение к вам.

- Верно, сражайся что есть сил, покажи на что ты способен, каков ты воин. Я желаю видеть твое мастерство.

- Хорошо.

Альфред левой рукой приподнял ножны весящие у него на спине, а правой ухватился за рукоять клеймора. Длинное и острое лезвие обнажилось и прочно села в руки ландскнера. Альфред принял боевую стойку, спрятав длинное лезвие за головой в горизонтальном положении. Пьер в свою очередь поднял щит и прижал его к телу, а меч отвел назад, ближе к земле.

Двое оппонентов начали медленно приближаться друг к другу мелкими припрыжками, до тех пор пока скваер не оказался в пределах атаки ландскнера. Альфред сделал мощный замах выцеливая топхельм противника, но скваер быстро поднял щит в который с силой врезалось лезвие меча. Использовав шанс для контратаки, Пьер быстро взмахнул мечом, но его оппонент именно этого и ожидал. Не смотря на тяжесть меча, клеймор ловко соскользнул со щита и скрестился с Адельхеймом. Щит слегка отошел назад для удара и помчался в голову Альфреда. Тот слегка растерялся, что было видно по его глазам, но среагировал очень быстро проворно уйдя вниз от удара, после чего поспешил отступить на несколько шагов. Вот только шляпа его упала на землю и осталась лежать рядом с Пьером.

Скваер с начало взглянул на красную шляпу, после на раздосадованного Альфреда. Вонзив свой меч в землю он поднял шляпу и протянул его своему оппоненту со словами.

- Кажется вы обронили.

Альфред удивился такому поступку. Сейчас скваер безоружен имея один только щит, просто отличный шанс для внезапной атаки. Но каким же коварным нужно быть, чтобы воспользоваться благородством Пьера, на такой подлый поступок способен лишь столь же подлый человек. Ландскнер, чтобы легче удержать меч, схватился за лезвие и легкой походкой направился к своему сопернику.

- Благодарю. - Любезно приняв шляпу обратно, Альфред быстро надел его и вернулся обратно, остановившись там где и стоял.

Зрители завороженно наблюдали за этой ситуацией, поражаясь чистоте помыслов двух соперников в этом бою. Некоторые из особо чувствительных людей даже не смогли сдержать слез при виде столь прекрасной картины. Атмосфера наполнилась чувством гордости и великой чести, которая поднимала дух всякого кто наблюдал за битвой. Не в силах удержать свои эмоции трибуны разразились ликованием и рукоплесканием. Люди желали им обоим удачи в этой битве, благословляли их и молились за них.

Пьер вытащил меч из земли и принял другую стойку, вытянув щит и клинок вперед. Альфред вытянул меч вперед, приняв низкую стойку. Обменявшись преисполненными энтузиазма взглядами, они накинулись друг на друга. Адельхейм, кончиком острия помчался в ландскнера, но тот ловко отвел его в сторону и направил лезвие на встречу к скваеру. Клеймор врезался в ребро щита, от чего лезвие начало вибрировать, после Пьер стремительно контратаковал размашистыми ударами. Первый удар смог пробиться через защиту ландскнера, который стал чуть ли не последним в его жизни, от первого удара на стальной кирасе остался прямой и чистый разрез который лишь чудом не добрался до плоти Альфреда.

Ошеломленный таким поворотом он начал отступать и уже с переменным успехом смог отбить последующие несколько атак. Альфреду известно о фамильной экипировке великого, пусть и скваера, но все же воина. Каждая деталь его доспеха Мотельхейма пропитана тысячелетиями истории, сотни противников пали от лезвия Адельхейма в разных эпохах, а фамильный щит Террайль защищал десятки поколений этого благородного рода. Об этих реликвиях прошлого до сих пор слагают легенды, многие говорят, что доспех Мотельхейм столь же прочен что и адамант, кто-то даже склоняется к тому что эти доспехи выкованы именно из адаманта. Меч Адельхейм настолько остр, что способен разрезать сталь, а если пожелает то и тауматургические сплавы не помеха. Но интереснее то, что выковал эти доспехи не кто иной как сам Николос Фламель, первый в истории тауматург живший на заре нынешней третьей эры. Сам Альфред считал эти легенды сплошным преувеличением от уст ошеломленных свидетелей, но одного прямого удара по его кирасе хватило для того, чтобы разогнать все сомнения насчет эфирных реликвий рода Террайль.

Альфред понял, что сильно не дооценил своего противника и был с ним слишком беспечен, Пьер мог бы с легкостью разрубить его клеймор на несколько частей, если бы только захотел, но тот не стал уничтожать его оружие, что только сильнее преисполнило Альфреда уважением к этому человеку.

Нога скользнула по снегу и тот без страха и сомнения кинулся на скваера, больше не сдерживая себя и прекрасно понимая, что это его последний бой. Душа Альфреда загорелась новым огнем чести и доблести, широко улыбаясь при этом, страх и неопределенность потеряли всякий смысл.

Пьер приготовился принять натиск, но сам не ожидал встретить серию кружащих над головой ударов, постоянно меняющие свое направление. Альфред словно танцевал пляску на поле боя, а его клеймор как будто стал невесомым словно перо и слушался каждого движения своего хозяина и следовал за его рукой, как бы та не двинулась. Первой парой ударов Альфред собирался достать до топхельма Пьера, но каждый раз тот встречал его невероятно прочным щитом и мечом.

Вместо головы, Альфред перевел внимание чуть ниже и начал стараться зацепить ноги своего противника, целясь в сочленения доспехов. Но цель каждый раз ускользала, Пьеру было достаточно лишь сделать шаг назад, чтобы моментально уйти от удара. Ландскнер, хоть и понимал, что сражаться с воином экипированного в полные доспехи очень сложно, все же начал разочаровываться в своих умениях, не способный нанести хоть какой-то урон. Однако одна хорошая идея все же родилась в его голове.

Собираясь нанести очередной удар, Альфред предвидел однотипные способы защиты Пьера. Он сделал вид, что снова собирается нанести удар по голове Пьера, тот ожидаемо поднял свой щит и полностью оголил ноги, чем и воспользовался ландскнер. Ловко крутанув клеймор в руке, он схватился за лезвие латными рукавицами и направил гарду к ноге скваера, норовя поставить его на колено и получить больше возможностей для стоящих своих сил ударов.

Но и Пьер не так прост, он сам предвидел действия Альфреда и сделал один шаг назад, чем попортил все его планы. Гарда клеймора прошла мимо, так и не зацепившись за свою цель. Пропустив гарду мимо себя, Пьер всем телом навалился на свой щит и протаранил Альфреда прямо в кирасу. В перспективе легко-экипированного ландскнера должен был отбросить тяжелый натиск бронированного воина и повалить на землю, но тот устоял на ногах и не терял бдительности и не зря.

- Не плохая попытка. - Коротко проговорил скваер, после чего начал напирать на Альфреда со всей силой что у него есть.

Ландскнер даже не успел схватиться за руокять, как на него обрушились удары оказавшиеся тяжелее его клеймора. Каждый отраженный удар становился для него настоящим испытанием на прочность, несмотря латные перчатки, руки начинали сразу же неметь и болеть от врезающихся в плоть стальных элементов. Всячески выворачивая руки ему еще удавалось защищаться, но град смертоносных атак все не прекращался, Пьер без устали продолжал размахивать острым лезвием меча, до тех пор, пока он не поднял Адельхейм высоко над головой. В этот момент Альфред даже не думал пользоваться моментом для атаки, ибо пока у Пьера есть его фамильный щит это дело крайне сомнительно, он лишь надеялся отразить еще один удар. Клеймор поднялся над головой и принял горизонтальное положение, готовясь встретить очередной чудовищной силы удар.

Адельхейм, словно величественная длань начала падать на Альфреда, напирая не только устрашающей силой ведомой руки, но и своей невероятной красотой лезвия, что начал переливаться подобно блеску звездного неба. Прекрасное и несравненное лезвие Адельхейма коснулось клеймора, чудовищная сила обрушилась на руки Альфред. По кистям его рук прошлась острая боль, на момент Альфред подумал, что его руки и вовсе сломаны. Клеймор выпал из травмированных ладоней ландскнера и вибрируя лезвием упал на примятый снег.

Руки Альфреда больно свисли над землей и болтались как тряпичные куклы, от чего исказилось его лицо, в котором были перемешаны печаль и разочарование. Хоть он и считал проигрыш достойному противнику не зазорным, но все равно чувствовал себя слабым. Несмотря на невыносимый стыд, в нем все же нашлись силы посмотреть в глаза Пьера. Его грациозный и величественный облик высился над простым человеком вроде Альфреда, он чувствовал себя простым смертным по сравнению с полубожественной фигурой закованной в прекрасные доспехи, удерживающая в сильной руке острейший меч и прочнейший щит.

Альфред смиренно закрыл глаза, но гордо выпрямился и стал ожидать свою неминуемую участь быть разрубленным Адельхеймом. Если так подумать, то умереть от такого меча, от руки такого человека, это пожалуй лучшее что вообще может с ним случиться. Ландскнер горько улыбнулся в лицо смерти, но вместо удара лезвием, он услышал голос Пьера.

- Бой окончен, ты проиграл. - Альфред удивленно посмотрел на соперника, прячущего меч в ножнах. - Ты показал себя с лучшей стороны, я горжусь этим боем и никогда его не забуду.

- Вы меня пощадите? - Удивленно спросил Альфред.

- Не вижу смысла убивать столь великолепного воина как ты.

Альфред вновь поразился добродушием своего противника и начал тихо смеяться, осознавая какая пропасть между ними не только в силе, но и в чистоте души и воли. Сдерживая смех внутри себя, он сказал.

- Мне до вас очень далеко, слишком далеко...

- Не смей так думать, - внезапно прозвучал до селе неслышимый грозный голос, вместо спокойного и размеренного тона - если ты сдашься, то некогда не достигнешь высот о которых желаешь. Жизнь, это испытание что должно сделать нас сильнее, но не слабее. Пойми это и тогда увидишь, что все преграды, сколь бы они не были сложны, можно преодолеть.

Альфред завороженно слушал чарующие наставления и внимал каждому слову.

- Все же вы должны быть рыцарем, а не скваером.

Тень 8.

- Просто ахринительно!.. - Прорычал Клык подавляя весь шум в харчевне и бросая на стол тяжелый мешок с деньгами, после чего сел рядом с Эосом и тепло заговорил с ним. - Слушай мужик, я всегда верил в тебя, я знал!.. Я знал что ты победишь! - Возбужденно говорил вервольф нечаянно привлекая к себе внимание окружающих. - А вот эта рыжаволосая Нечто сомневалась в тебе. - Скалясь Клык указал на Софи на против себя. - Мол "с чего бы я должна доверять какому-то проходимцу"...

- Завались, - ответила копейщица - я такого не говорила!

- То есть, ты хочешь сказать, что я вру? - Вервольф резко переменился в настроении и начал проявлять еле сдерживаемый гнев.

- Да. - Коротко ответила Софи, на что Клык слегка удивился и вернул себе прежнее веселое настроение.

- Я забыл что с сервитами такое не прокатывает. - Горько улыбнувшись, тот испил из кружки пива и откинулся на спинку стула. - Кстати, - Клык начал озираться по сторонам и принюхиваться к воздуху - а где наш железный друг?

Софи тоже начала оглядывать толпу, будто бы выискивая Хораса или же ищя подтверждения своим словам.

- Хорас сказал, что на время турнира он не будет приближаться к нам и будет наблюдать из далека. - Тихо ответила Софи.

- Ааа... черт его за ногу, как же он достал со своими секретными играми. Иногда мне кажется, что просто параноик... Хе, кованый параноик. - Слегка посмеявшись Клык сделал еще один большой глоток.

- Что поделать, дело слишком важное. - Будет слишком подозрительным, если кованый будет якшаться с бывшим гладиатором, авантюристом и выходцем из империи. Для них больший интерес представляют научные изыскания и тратить свое время на глупых людей которые потратили годы своей жизни на то, чтобы убивать других себе подобных они точно не станут, но в слух об этом Софи говорить не стала.

- Конспирация хорошая штука. - Внезапно из-за спины Клыка и Эоса прозвучал тихий женский голос, не смотря на свое чутье и интуицию, эти двое не на шутку встрепенулись и вскочили со своих стульев. Их руки сами по себе потянулись к оружию.

- Спокойно, спокойно! - Девушка начала пятиться назад показывая безоружные руки. Этой девушкой оказалась Эла в своем не изменном облике.

- Что ты здесь забыла? - Напряженно спросила Софи, сжимая кулаки на столе.

- Да ладно вам, не будем горячиться. - Эла состроила миловидное лицо пытаясь усыпить внимание этой троицы, но шрам рассекающий ее лицо не позволял обмануться, да и в любом случае никто не собирался ей верить. С настороженностью Клык и Эос расселись по местам, Эла села с другой стороны от Эоса, подозрительно прижимаясь к нему.

Не говоря уже о ее внезапном появлении, она создавала неприятное впечатление фальши. Актриса из нее никудышная, ей с трудом удавалось скрыть свое корыстное лицо под дружелюбной маской.

- Может уже скажешь, зачем ты здесь? Явно не для того, чтобы вести дружелюбную беседу.

- А что если так? Я ведь всего лишь хочу подружиться с вами, - Эла перевела взгляд на Эоса и страшно улыбаясь добавила - особенно с тобой, друг мой. Ты ведь не против? - Говорила она прижимая его руку к своей плоской груди.

Эосфорос ничего не ответил, коротко посмотрев на нее он оттянул руку, которую Эла все никак не хотела отпускать. Очевидно, что своими женскими чарами она хотела соблазнить предвестника, который хоть и был чуть ли не самой важной персоной, но все равно оставался человеком и мужчиной. Особенно мужчиной. Даже не смотря на свой облик, она бы смогла охмурить какого-нибудь недалекого дурачка, но ее маска была слишком очевидной. Ее глаза пробирали до самых мурашек, а поглаживающие по ноге длинные пальцы казались крючками явно предназначенные не для плотских утех. Ее облик скорее пугал нежели привлекал предвестника.

Вырвав свою руку из ее объятий на миг показалось, что лицо Элы исказилось гневной гримасой. Но вновь приглядевшись он ничего такого не заметил. Эла сдалась и не стала так сильно к нему приставать.

- Наверное мы просто не с того начали, давайте просто поговорим. Вы ведь сами знаете к чему стремиться наша гильдия? У нас одна цель. - Под словом "гильдия", Эла имела ввиду организацию Материалистов. - Так вот, почему бы вам не передать столь ценного сотрудника под наше крыло, вы сами должны понимать, что так будет правильно. Разве вы сможете достичь цели имея в своей компании всего лишь четверых сотрудников, из всех которых наиболее ценными активами являются лишь двое из вас. Хорас и Эосфорос. Я понимаю, что Хорас вряд ли будет сполна сотрудничать с нами, но вот Эосфорос. - Эла снова перевела взгляд на предвестника.

- Нет, отвали к черту. - Софи осадила Элу твердым отказом, но та не сдавалась.

- Подожди Софи, я лишь хочу сказать, что Эосу, для большей плодотворности стоит примкнуть к нам и тогда цель за которой мы гонимся будет быстро достигнута. Если он вступит в наши ряды, то результат будет куда более ощутимым, вы с этим не согласны?

- Слушай человек, - Клык вклинился в разговор. - если ты говоришь о трудоустройстве, то не стоит забывать о манифесте "Свободы Разума". Разве разум не должен выбирать свой путь самостоятельно?

Софи с честным удивлением посмотрела на своего товарища.

- Клык, я удивлена что ты вообще знаешь о таких вещах.

- А ты думала я какой-то там тупой зверь? - Возмутился зверолюд. Софи смотрела на него со взглядом, который так и говорил, "естественно". - А сама-то... не бось каждый день за бухлом книжечки читаешь?

- Че сказал?!

Между Софи и Клыком невольно завязался спор, полностью сконцентрировав внимание между собой. Эла воспользовалась моментом и заговорила с Эосфоросом.

- Можешь не слушать ее, как верно подметил твой лохматый друг, стоит соблюдать манифест о "Свободе Разума". Ты, как свободный человек, в праве сам решать, как тебе поступать, но ты должен знать, что с нами ты сможешь раскрыть свой потенциал в полной мере. Тебе лишь нужно дать мне утвердительный ответ.

Софи резко прервала спор с Клыком и жестко перебила Элу.

- Пошла на хуй ты и твое предложение, вместе пошли на хуй.

- Я лишь предложила, последнее слово за ним. - Эла окинула предвестника взглядом ожидая от него ответа.

- Можешь не ждать от него согласия или отказа.

- Это почему?

- Сама подумай. - Язвительно отозвалась Софи.

Эла начала пристально всматриваться в костлявую личину, будто бы пробуривая в титановом сплаве дыру, после ее лицо озарилось.

- Ты немой, с момента нашей первой встречи ты не проронил ни единого слова. Интересно почему? Причины могут быть самыми разными, тебе отрезали твой длинный язык? Или ты ударился головой и не можешь говорить? А может быть ты чего-то боишься?.. - Эла скинула с лица дружелюбную маску и начала жутко улыбаться, похоже факт немоты Эоса приносил ей удовольствие. - Ладно, потом поговорим... или нет. - Завершив девушка вспорхнула со стула и на последок перед тем как бесследно затеряться в толпе бросила последнюю фразу. - Мы еще встретимся... кстати, классные ботиночки.

Последнее явно было адресовано вервольфу, Клык собирался сказать что-то в ответ, но Эла уже затерялась из виду в толпе.

- Я не смог учуять ее запах когда она подобралась, - неуверенно заговорил Клык - то есть, я вообще не учуял ее запаха, будто бы его и нет вовсе. Но это не возможно, у каждого существа есть запахи, даже у призраков.

Софи жестко почесала голову обеими руками, пытаясь стряхнуть с себя напряжение.

- Она пришла сюда для того чтобы завербовать тебя, но честно посоветую тебе не вступать в их "гильдию". - Эос еще не до конца понимал всей ситуации, но та девушка напрочь отбила все желание хотя бы думать о вступлении к Материалистам, но ему так же было интересно выслушать четкие причины от Софи. Глазницы начали вопросительно смотреть на рыжую бестию. Софи, словно прочитав его мысли, начала объяснять. - Эти "гильдийцы" лишь на первый взгляд кажутся благородными спасителями, но на деле - Софи убавила голос, начав говорить практически шепотом - они тайно поддерживают рабский режим в этом чертовом королевстве.

Насколько я знаю, "гильдийцы" всячески поддерживают внутренний порядок в королевстве и напрочь игнорируют манифест о "Свободе Разума". Многие проблемы у них возникли именно из-за манифеста... - Почесывая голову, Софи вспоминала. - Кажется, еще лет тридцать назад "гильдийцы" обладали огромным влиянием на весь континент в политической сфере, но с момента появления этого манифеста их планы начали быстро рушиться. Многие государства приняли этот проект независимо от "гильдийцев", от части из-за своей мягкой политики, а от части из-за массовых революционных настроений, в основном из-за опаски перед революцией. "Гильдийцы" не были властны над сердцами народа и ничего не могли с этим поделать. Они ретировались и сконцентрировали все свои силы в этой клятой стране. Они поддерживают "мир" внутри королевства, держа рабов в узде, в обмен получая территориальную и политическую защиту. Лично я им не доверяю, что-то они темнят. К примеру, как они смогли сломить души миллионов рабов? За эти тридцать лет не было ни единого рабского восстания, без тауматургических махинаций тут точно не обошлось. В общем, "гильдийцы" козлы и все тут.

Клык задал вопрос.

- Но разве рабством не промышляют и в других странах? Мне это кажется странным. - Эос подумал точно так же.

- Загвоздка кроется в формулировке манифеста, "любой кто достоин", то есть кто не достоин свободы ее не получит. Да и рабство в королевстве и за границей отличаются. За границей рабами становятся в основном преступники и захваченные в результате налета или войны пленные, но здесь рабство это наследственное.

Клык так же как и Софи удивился ее познаниям в политике.

- Знаешь, я тоже поражен. Сказывается аристократическое прошлое?

Софи слегка ухмыльнулась и ответила.

- Ясное дело, простолюдины вроде тебя вряд ли бы поняли что-то настолько сложное. - Подшучивала та.

Клык не растерялся и ловко отреагировал.

- Да, конечно, госпожа... как вас там? - Вроде бы Клык ответил невзрачно и неумело, но все крылось в самих словах. Когда перед тобой стоит аристократ или же феодал, то ты должен знать обе его имени, личное и родовое, иначе это будет восприниматься как настоящее оскорбление. Это у простолюдинов принято называть друг друга только по личному имени, а назвать аристократа лишь по имени, а уж тем более не знать его имени... За такое могут за просто выпороть цепной плетью и хитрый вервольф знал об этом - Мы на одном уровне.

Софи неопределенно посмотрела на него, но злиться не стала и лишь грустно улыбнулась соглашаясь с этим.

- Не поспоришь... - Немного промолчав, Эла подняла руку и вскрикнула. - Подать мне вина?!

- Эй, а не слишком ли дорого?

- В смысле, предлагаешь мне пить дешевое пиво? Ну уж нет, на питье я экономить не собираюсь. А сам то, уже богатым стал, а держишь деньги при себе.

- Ты права, легко пришли легко уйдут. - Клык поднялся и осмотрел весь зал, подмечая про себя, что здесь как-то слишком тихо. - Несите мне жареного поросенка и еще... - Вервольф поднялся на стол вместе с мешком денег. Монеты начали звякать о каменный пол. - Народ! Можете бухать столько сколько влезет, я плачу!

Харчевня тут же взорвалась радостными возгласами, некоторые начали хлопать в ладоши, кто-то поднимал кружку спиртного в честь зверолюда, а кто-то торопился собрать сыпавшиеся деньги. В миг, скучная тишина сменилась гулом веселящейся толпы, которая на утро точно будет мучиться с похмелья.

Софи воспользовалась представленным шансом и заказала себе самый дорогой напиток который здесь вообще можно было увидеть. На стол положили большую бутыль предназначенный для Софи, как ни странно с этикеткой. На бумажке, криво приклеенной к бутылке, была надпись говорившая о ее десятилетней выдержке. Конечно, не самое лучшее вино которое можно было купить в королевстве, но в захолустном городе в захолустной харчевне лучшего не найти. Откупорив бутылку, Софи начала хлестать дорогой напиток прямо с горла.

Далее на стол лег большой деревянный поднос с целым жареным поросенком. Клык начал хищно глазеть на хрустящую кожу, текущие с губ слюнки капали на блестящий пятачок, предвкушая удовольствие от изысканной пищи. Клык обнажил свои белоснежные клыки (извините за тавтологию) и впился в сочное брюшко вырывая из него куски сочного мяса, совершенно забыв про столовые приборы лежащие совсем рядом. Вервольф завыл от удовольствия, заглотив вырванный кусок он с новой силой начал уплетать тушку бедного животного.

- А ты ничего не будешь есть или пить? - Поинтересовалась у Эоса еще трезвая Софи. В ответ тот отрицательно покачал головой. - Ты не стесняйся, Клык поделиться деньгами, правда?

- Еще... гего... - Проглотил. - Еще чего! Ему снаряжение купили можно сказать за мои деньги! Так что он мне еще должен!

Эос не обращал внимания, вместо этого он достал из сумки трубку и мешочек с табаком. Проделав простые манипуляции он зажал мундштук трубки между зубами и зажег огонек на конце указательного пальца которым и подпалил табак. Из чаши повалил слабенький дымок который был сбит густым смогом, поваливший из всех щелей личины, из носа, рта и подбородка. Гасить огонь он не стал, маленькое пламя колыхалось веся над пальцем.

Эос задался вопросом, откуда эта таума в нем вообще появилась. Да, Хорас уже объяснял, что внутренняя таума восполняется за счет внешней и благодаря этому можно вытворять разное волшебство или коварство, но откуда здесь появилась эта таума, не понятно. Естественно, что на Земле такого не встретишь...

Смотря на огонек на своем пальце, Эос невольно вспомнил о своем доме. Планета Земля, грязное и токсичное место раздираемое грехами человечества. Гордость, Зависть, Гнев и Алчность затмили человеческий разум, медленно но верно откатывая достигнутые разумом мысли в первобытность. От этих мыслей ему стало немного грустно, грустно осознавать себя последним Землянином и грустно наблюдать за тем к чему движется Сапфир.

Огонек на пальце затух, глазницы начали осматривать обстановку вокруг себя. Лица людей выглядели довольными и радостными, они пили и ели до сыто, совсем не похожи на землян. Дома люди жили в постоянном напряжении и страдали непрерывной паранойей. Что если завтра случится теракт, что если завтра меня призовут в армию и тут же отправят в одну из многих горячих точек где точно помру, что если... завтра случится конец света, а послезавтра и вовсе не наступит.

Конец жизни и конец разума, это неизбежный процесс через который предстоит пройти всем. На Земле Эос хорошо понимал, что спасение человечества невозможно, но если тысячи жизней смогут оттянуть мировой конец хотя бы на день, он смело согласится на это. Уже несколько десятков политиков и сотни верных солдат были принесены в жертву, но на долго ли этого хватит? Зачем так стараться если конец не избежен?

Земля наверняка уже тлеет остывая в холодном космосе, но цивилизация Сапфира еще молода, словно новорожденный младенец и не понимает к чему она придет в результате. Сейчас, в это время Эос может спасти этот мир, а потом... потом, пусть и не сразу, настанет эпоха технологического прогресса, в этом предвестник не сомневался, ведь по сути он видел будущее и знает, что новая эпоха станет для Сапфира последней. К чему все эти старания, если потом все и вся пойдет прахом?

От таких мыслей на сердце стало еще тяжелее. Табак в трубке начал тлеть, после чего из маски повалила новая порция горького дыма. Так бы и прошел вечер, пока из капюшона не выполз Чертеныш. По тихоньку спускаясь по плечу тот приземлился прямо на стол. Кукольное тельце повернулось в сторону предвестника и посмотрело на него своими бусинками. Чертеныш перевел взгляд на половину съеденного поросенка и побрел в его сторону, Клык никак на это не отреагировал, поскольку был занят только что оторванным копытцем.

Эосу стало интересно. Похоже маленький малыш проголодался и решил подкрепиться, так ему подумалось. Подойдя к огромной по его размерам тушке он маленькими ручками вцепился в кожу. Чертеныш прикладывал все свои силы стараясь вырвать хотя бы небольшой кусочек мяса, но казалось что у него ничего не получиться и будет логичнее помочь ему, но Эос предпочел продолжить наблюдать. Даже самые маленькие испытания приносят опыт, он хорошо это понимал, ведь сам прошел через многое подобное.

Его надежды оказались не безнадежными, его мысли о небезнадежности Чертеныша оказались верны. Кукольное тельце присело с дрожащими руками в которых держал то чего желал, смотря на это как на сокровище. Поднявшись он подошел к Эосу и протянул кусочек мяса, будто бы предлагая его ему.

Эос слегка удивился такому внезапному подарку, но был польщен подарком добытый таким трудом. Может быть таким образом он хотел обрадовать его и успокоить скорбящую душу? Кто знает.

...

Новый день. Новые смерти. Новые зрелища.

Эос стоял перед хлипкими воротами "арены" и наблюдал как люди толпились перед ними пытаясь успеть занять лучшие места на трибунах. Все эти люди выглядели невзрачно, не в плане одежды, наверное старые тулупы и потертые сапоги измоченные в нечистотах здесь норма, а скорее из-за трепета перед кровавым представлением. Человеку прибывшему сюда из мира, где человеческая жизнь считается ценной (хоть это и откровенная ложь), гладиаторские бои могут показаться неприемлемыми. Тоже самое и с Эосом, пусть он пройдет тысячу битв и увидит тысячи смертей, но это на поле боя где каждый пытается выжить, но другое дело, если кровь приемлема в самом обществе. Хотя, всем плевать на его мнение, да и сам он не торопился становиться Иисусом Христом.

Раздумья прервало чувство чьего взгляда на своем затылке, Эос всем сердцем надеялся на то, что позади него стоит кто угодно, но только не та вчерашняя девушка Эла. От одного воспоминания о ней его начинает воротить, девушка на вид милая и даже чем-то привлекательна, но тот фальшь который она нацепила на свое лицо портил хорошее впечатление. Чувствовалось, что даже если бы она не разыгрывала тот спектакль, мнение о ней не изменилось бы.

- Не оборачивайся. - Голос был тихим еле слышимым особенно на фоне орущей толпы, но то что голос оказался мужским немного расслабило обстановку. Однако вопрос оставался открытым для Эоса. Кто же это? - Это я, Хорас. - Теперь понятно. - Я пришел предостеречь тебя, твоим противником сегодня станет Эла. Будь крайне осторожен, я видел как она сражается. Слушай внимательно и запоминай. - Предрекалась скучная речь, сухая и только по делу, в точности как кованые. - Эла вооружена парой кровавых клинков, не позволь им коснуться твоего тела, даже один мелкий порез начнет высасывать твои силы. Остерегайся ее выпадов, у нее аномально длинные руки, старайся держаться на ближней или дальней дистанции. Внешне она выглядит хрупкой девушкой, но не позволяй обмануть себя, по силе она близка к сервитам. И еще кое-что... - Хорас некоторое время промолчал - я подложил тебе в сумку "Заячий отвар", - Эос удивился, ведь совсем не почувствовал, чтобы кто-то лез к нему в сумку, но ощупав ее руками понял, там действительно что-то появилось - выпей его до дна и он укрепит твои мышцы, ты сможешь двигаться куда быстрее чем обычно. Действовать он начнет примерно через несколько минут, выпьешь его перед самым выходом... и как вы там органики говорите? Удачи.

Внезапно чувство взгляда в миг исчезло. Обернувшись Эос не заметил кого-то кто хоть немного напоминал бы кованого, Хорас будто бы просто испарился. Некий тауматургический трюк? Вполне возможно, учитывая что каждому из кованых не меньше десяти тысяч лет, за такой промежуток времени можно многому научиться, нет не так, за это время можно научиться практически всему чему только возможно. Будь у них желание построить собственное государство то на сегодняшний день они бы уже бороздили космос и скорее всего были бы полноправными гегемонами. Но государственность противоречит их понятиям о бессмысленности кровопролитий. Создание собственной страны, это обязательные воины со стороны глупых провокаторов, которое в последствии могло бы привести к полноценной мировой войне. А им это точно не нужно и предпочли стать странствующими учеными, храня в себе множество полезных знаний.

Прекратив бесполезные поиски Хораса, Эос уверенным шагом направился к воротам просачиваясь через толпу людей.

...

Импровизированная комната ожидания бойцов выглядела так же невзрачно как сама "арена". Мелкая комнатушка ничем не освещалось, но благодаря пробившимся через щели лучикам слабого света прояснялись все признаки дешевой и что наиболее вероятно, рабской работы. Стены выстроены из больших и мелких булыжников без намека хоть на какие-то знания о строительстве. Потолок выстроен из гнилых досок которые трещали по швам от малейшего дуновения ветра. На потолок смотреть не хотелось, оставалось пялиться на не покрытый пол. Даже дерево пожалели ради этого и приходилось пялиться на голую землю сквозь полумрак сидя на пыльной и хлипкой скамейке, которая так и норовила развалиться от небольшого веса. Приходилось неудобно балансировать мягким местом, чтобы не грохнуться на землю.

Не найдя в этом месте ничего интересного, Эос вспомнил о зелье которое ему подсунул Хорас. Вытащив из сумки не большой пузырек он поднес его к одному из лучиков света, чтобы для начала рассмотреть его. Вокруг горлышка болталась бирка с неказистым рисунком лапы, логично предположить, что это именно заячья лапа, исходя из названия. Внутри же проглядывалась ядовито-желтого цвета густой сироп неохотно переливавшийся от одной стенки к другой.

На Земле такое зелье точно определили бы как военный стимулятор, которые частенько оказывались наркотическими препаратами. Такими грешками промышляли чуть ли не во все времена, берсерки ели мухомор и с безумной яростью ломились в битву. Немцы глотали "Pervitin" помогавший им бороться со страхом и усталостью. Америка и Британия в 1990-2000 годах создавали "Modafinil". Чего уж греха таить, Россия тоже таким промышляет в настоящий момент, дорабатывая вещества на основе сиднокарба. Хоть конкретный пример и не имеет ничего общего с наркотиками, исследователи уже некоторое время поглядывают в сторону того же "Pervitin"а.

(Автор никого не хотел обидеть)

Теперь вопрос, "Заячий отвар", это наркотик? Если да, то какие у него побочные эффекты, ведь при длительном приеме незначительные последствия могут оказаться фатальными. Эос не был благочестивым воином, да и солдатом тоже, в первую очередь он был мародером и несанкционированным наемником которых никто нигде не любит. Его путь буквально состоял из грехов, лишь бы выжить. Одним из таких стало употребление психотропных веществ подобранных с тел павших солдат. Какую только мерзость ему не приходилось вкалывать и глотать, не редко вызывавшие зависимость после первого же приема, но с горем по полам ему удавалось скинуть оковы наркотической зависимости, да и с солдатами он редко сталкивался, сражаясь в основном с террористами и ополченцами, так что и стимуляторы ему попадались редко.

Но прямо сейчас в его руках лежит потенциальное наркотическое вещество, стоит ли так рисковать ради победы? Иронично. Человек, который живет одной только войной, вдруг решил побеспокоиться о своем здоровье. Эос усмехнулся над собой.

Снаружи послышались зрительские овации сигнализирующие о скором начале турнира. Приняв этот сигнал, Эос вытащил пробку и начал поглощать содержимое. Залпом выпить не получилось, сироп неохотно полз из бутылки к горлу, в придачу с омерзительно-едким травяным вкусом, который у не подготовленного человека вызвал бы не минуемую блевоту. Эос, как подготовленный человек ел и пил более омерзительную пищу.

Что у нас сегодня на ужин в пустом и разрушенном городе?.. Сырая выпотрошенная крыса? Ммм, шик. О, водичка из грязного озерца с радужной пленкой на поверхности? Этот изысканный привкус топлива.

Проглотив все зелье он вздохнул чувствуя как зелье ползло по его кишечнику до самого желудка.

- ...Встречайте женщину которая уже принимала участие в турнире! Элаааа!.. - Снаружи послышалось приглашение для его сегодняшнего оппонента, затем звук открывшихся ворот. Чуть погодя, прозвучало и его имя. - Эосфороооос!..

Предвестник поднялся со скамейки и побрел к воротам. Выйдя наружу он не стал обращать внимание на своих зрителей, а сразу обратил свой взор на девушку, стоящей на другом конце "арены" и терпеливо выжидавшей его. Лицо ее было спокойным, суровый взгляд сверлил Эоса пробирая до самых костей. Подойдя ближе к центру, Эла последовала к нему, но не стала атаковать, а просто заговорила, не обращая внимание на вопящих зрителей ожидающих крови.

- Ну как, ты обдумал мое предложение? - Эос не хотел отвечать на ее вопрос, поскольку весь настрой ушел на бой, а не на заранее пустую болтовню. Но все же ответил отрицательно. - Так и думала, наверняка эта Софи тебе что-то о нас наплела. - Сейчас она не старалась нацепить на свое лицо чужеродную маску, видимо она поняла, что это проигрышная стратегия. - Слушай, мы ведь как лучше хотим, ты должен это понять. Только с твоей помощью мы сможем достичь общей цели, чего тут не понятного?

Предвестнику надоело выслушивать ее слова и вместо этого достал из ножн один из стилетов, давая ясный намек о начале битвы.

- Не будешь слушать? - Речь Элы вновь оборвали и ее глаза наполнились гневом. - Как же я не люблю когда кто-то встает мне на перекор... - "Вздох" - Хорошо, будь по твоему, будем сражаться.

Вдвоем они начали двигаться по кругу держась друг от друга на расстоянии. Эос вспоминал, что Хорас говорил ему, держаться либо на дальней, либо на ближней дистанции. Ему не хотелось сильно верить этому кованому, но его победа в его интересах и прямо сейчас стоит послушаться его совета.

Эла остановилась и непринужденно взглянула на своего оппонента. Ее мантия слегка дернулось и в момент три колыша помчались в сторону черепоголового. Тот дернул плащом отбрасывая летящие снаряды в стороны и одновременно метнул несколько ножей в ответ. Девушка легким движением тела ушла в сторону от атаки.

Проверив друг друга на реакцию они еще некоторое время бездействовали, тщательно выверяя каждый шаг оппонента. Эле в этом плане было легче, наблюдая за прошлым боем она подметила для себя всю неуклюжесть его боевого стила, слишком грубо и прямолинейно. Такой боевой стиль подходил матерому солдату или наемнику идущему на таран. Самому Эосу приходилось только гадать, как поступит его противник. Ее первый бой прошел слишком быстро и ему не удалось подметить для себя полезные моменты. Ни о способностях, ни о стиле боя Элы ему известно не было.

Основываясь на том что ему известно, он мысленно разделил бой на три этапа. Первый этап направлен на изучение атак противника и будет задействован минимальный арсенал. Эла, высокомерная личность и вряд ли будет использовать основное оружие сразу. Чтобы победить в этом бою ему предстоит некоторое время стоять в обороне, постепенно подмечая особенности поведения Элы и вычленяя ее слабые места. На данный момент лучшего расклада у него в голове не было. Видя, что Эла не собирается нападать он решил подразнить ее.

Эос рукой начал подманивать оппонента, провоцируя на атаку. Если она слишком глупа и в голове у нее бурлят одни эмоции, то она атакует.

Лицо Элы помрачнело и пронзилось еще большим гневом, без лишних слов она рванула в его сторону выпуская впереди себя еще несколько колышев. Эос присел пропуская снаряды над собой, после чего на него сразу же налетела темная воительница. Предвестник сделал выпад на встречу, но та словно ветер обогнула его руку и вытащила из под мантии еще один колышь. Перехватив его обратным хватом она со всей силой нанесла удар по вытянутой руке. Но ожидания Элы оказались ложными, удар пришелся прямо на керамическую пластину и вместо того чтобы пронзить его, кончик колыша согнулся, а рука по инерции ушла вниз.

Эла, от удивления, широко раскрыла глаза. Воспользовавшись ее замешательством, предвестник выполнил вертушку. Девушка прикрылась руками. Ее отбросило на пару метров назад скользя по холодной и припорошенной снегом земле. Убрав руки, она показала лицо искаженное от ярости.

Эосу это не понравилось, если она будет реагировать так на каждый его удар, то его трехступенчатый план может не сработать. Еще даже первый этап не окончен, а уже близится второй.

Эла выбросила колышь со сломанным наконечником и вытащила пару новых, Эос ответил тем же, обнажая второй стилет. Девушка начала быстро сокращать расстояние, рассчитывая для атаки среднюю дистанцию. Эос помнил слова Хораса, но чтобы вытянуть как можно больше полезной информации, придется рискнуть и играть по чужим правилам.

Предвестник намеренно не стал отступать, позволяя Эле подойти на нужную ей дистанцию. Резко остановившись в полтора метрах она бросила руку вперед, нацеливаясь в шею. Удар оказался на удивление слишком медленным от которого было легко увернуться, стало очевидно, что это был финт. Колышь во второй руке помчался на опережение, движения которого Эос уже успел предугадать и легко отвел его стилетом в сторону. Софи во время недельной тренировки перед турниром беспрерывно вдалбливала в голову о разных боевых трюках и сейчас ему уже было легче просчитывать такие моменты.

Поняв, что обманка не прошла, Эла изменила свою стратегию. Отступив на шаг назад, она вновь сделала выпад направив оружие прямо в стальной череп. Эос естественно попытался отразить удар, но в момент соприкосновения двух оружий, рука Элы начала неестественно изгибаться. Локоть, словно змея, обошла руку со стилетом и продолжила двигаться в сторону черепа. Эос серьезно опешил от такого сюрприза и не был готов к увороту. Эла заулыбалась предвкушая вкус очередной победы в своих руках. Колышь успешно достиг своей цели, но... тот просто соскользнул с титановой поверхности шлема. Внезапно, радость и предвкушение сменилось смешанными чувствами из гнева и удивления. С одной стороны, она в очередной раз была ошеломлена прочностью доспехов Эоса, с другой стороны ее это только злило.

Эос, придя в себя начал немедленно контратаковать, но чтобы сделать это, ему приходилось серьезно сокращать дистанцию, приближаясь практически вплотную. Его короткие руки не могли дотянуться до длиннорукой Элы. Предвестник был прямолинеен и лишь хотел отойти от нее на большую дистанцию. Вскоре ему удалось спугнуть Элу решительным наступлением, они они остановились в пяти метрах друг от друга.

Вдруг, Эосфорос начал чувствовать себя странно. Все его тело начало странно дрожать, которое со временем только нарастало. Взглянув на свои руки он постарался унять этот внезапный приступ, но уже не мог контролировать это. Эос чувствовал как его тело начало скручиваться словно тугой канат. В костюме ему становилось все жарче и жарче, лицо изливалось ручьями пота, а выдыхаемый им воздух превращался в густую завесу. Он еще не понимал что с ним происходит, но подозревал в этом "Заячий отвар".

В миг, дрожь сменилась бодростью и необычной легкостью во всем теле. Словно бы почувствовав прилив огромной силы, он понял, что теперь его возможности сильно возросли.

Пришло время приступать ко второму этапу плана. Вложив стилеты в ножны, он окинул Элу пристальным взглядом. Та сказала.

- "Заячий отвар"? - Эла быстро просекла в чем дело. - Спрятал оружие и глотнул зелья, похоже ты и правда очень серьезно относишься к своим обязанностям. Давай и я буду серьезной.

Бросив колыши на землю, она раскрыла свету пару кинжалов. Обсидиановые близнецы были пронизаны красными пульсирующими венами по всей длине темно-стеклянных лезвий. Эос в ответ достал пару метательных ножей, словно бы надсмехаясь над оппонентом, но так было нужно. На дальней дистанции он мог использовать только метательное оружие, которое было бесполезно против Элы, а для боя в плотную ножи отлично подойдут.

Вложив силу в ноги, Эос побежал с неожиданной для него скоростью. Он разорвал дистанцию в долю секунды, не давая Эле и шанса среагировать. Успешно подойдя на нужное расстояние предвестник начал назидать на девушку со всей силой и скоростью которая у него была. Каждый его удар был нацелен на то, чтобы выбить из ее рук пару обсидиановых кинжалов. Эла была загнана в угол, на ближней дистанции ее удары стали более медлительны, а ее кинжалы были слишком длинными, чтобы эффективно сражаться на такой дистанции. А когда она хотела отступить, Эос тут же начинал преследовать ее.

Эла с трудом отражала тяжелые удары, а финты которые она пыталась провернуть были бесполезны. Даже ее гибкость ей никак не помогала. Но она не сбавляла темп, внимательно наблюдая за каждым его движением, выцеливая слабые места. Наконец такой шанс представился, в миг она заметила мелькнувший просвет. Эос никак не защищал свой корпус. Как только появилась возможность, одной рукой Эла отразила один из ножей а другую руку отвела назад для большей потенциальной силы. Приняв позу полуприсяда, она оттолкнулась ногами от холодной земли и пустила руку вперед с максимальной силой, которая только была в ее распоряжении.

Черный кинжал помчался прямо в кирасу, обрисованную странными символами которые были ей не знакомы, не зависимо от того, ее кинжалы обладали магическими свойствами и вполне были способны пробить доспех оппонента. Но почему-то чувство сомнения никак не хотели покидать ее голову. Вскоре она поняла в чем дело, как только черный кинжал коснулся кирасы, символы по бортам начали светиться, после чего пульсирующие вены на лезвии замерли, а само лезвие дальше не продвинулось. Ее это даже не удивило.

Эос злобно усмехнулся в своих мыслях. Эла повелась на провокацию и поплатится за это. Предвестник не медля вонзил один из ножей ей в руку. Кинжал выскользнул из обмякшей кисти и та немедленно ретировалась отпрыгнув на пару метров назад. Обсидиановое лезвие рухнуло на землю поднимая в воздух пыль. Эос лишь мельком посмотрел на кинжал, отбрасывая его в сторону.

Оппоненты встретились глазами, Эос преисполненными уверенностью глазами смотрел на обеспокоенное лицо Элы. Она поднесла раненое запястье к лицу и зубами вытащила застрявший в ней окровавленный нож. Даже не поморщившись она выплюнула его на земь.

Оставшимся клинком подрезав ремешок, мантия мягко приземлилась, сложившись гармошкой. Облик, что скрывался под мантией оказался довольно простеньким. Кожаный кафтан прикрывал корпус девушки, а талия была обтянута несколькими ремнями, на которых висело еще две дюжины метательных снарядов, но другого оружия разглядеть не получалось. И... ее руки действительно были очень длинными, кисти рук доходили почти до колен и свисали словно лианы.

Эос в ответ сделал тоже самое. Расстегнув застежку на своей шее, плащ с тяжелым звуком грохнулся на землю поднимая слой пыли и обнажая тяжелое обмундирование предвестника и его оружие. Ножи удобно устроились по бокам кирасы, на поясе с одной стороны покоились пара стилетов, а с другой стороны ожидал еще неиспользовавшийся ранее Карантир. Но похоже в этом бою он и не понадобится.

Убрав ножи на свои места, Эос с голыми руками побрел в сторону противника. Каждый его шаг создавал маленькую волну, словно бы расчищая путь для его тяжелого тела. Эла на против стояла на месте приняв боевую стойку, которая была возможна с ее одной рабочей рукой.

Простая ходьба Эоса сменилось рывком, которым он моментально сократил расстояние. Эла сделала встречный выпад, но было уже поздно. Эос, словно повторяя ее прошлые движение, ушел из под удара и схватился за ее руку. Одним легким болевым движением он вырвал ее последнее оружие и отбросил в сторону продолжая наступать.

- Черт... - Послышался тихий оклик.

Вампирские клинки были выбиты из ее рук, что ознаменовало конец второго этапа. Теперь пора с этим заканчивать.

Бой перешел на рукопашную. Стоя прямо в плотную Эла не могла нанести достаточно быстрый удар, ей приходилось оттягивать руку далеко назад, что делало каждое ее движение до прозрачности предсказуемым. Рука Элы, зажатый в кулак, пронесся мимо Эоса, тот блокировал ее одной рукой, в то время как вторая рука начала молотить ее живот. Первый удар прилетел в солнечное сплетение, отчего та невольно согнулась от боли и нехватки воздуха в легких. После, коленом он протаранил ей живот. Эла рухнула на колени не выдержав такой натиск. Эос отпустил ее руку, посчитав это достаточным.

Эос даже удивился, когда ему удалось так легко победить. Его предположения о высокомерии и черезмерной эмоциональности Элы оказались верными.

Эла, тяжело дыша, злобно посмотрела прямо в глаза Эосфороса и тихо проговорила.

- Ты... за это еще поплатишься...

...

Графство Сомерсет.

Близ северных берегов.

Филип Корнелий де Плесье.

По пустынной местности на дорогах рысью двигалась сотня тяжелых фризских лошадей со всадниками-рыцарями в седле. Каждый из их доспехов был украшен голубыми полосами на их блестящих доспехах и синими перьями на изящных шлемах. Каждый из них без исключения был вооружен строго одним и тем же оружие, на поясе полуторные мечи, а в руках длинные кавалеристские копья поднятые высоко вверх. Их идеальная осанка и строгие доспехи не могли оставить равнодушным никого, ни простых крестьян и горожан Сомерсета испытывающие благоговение, ни противники, испытывающие ужас при виде несущейся на них тяжелой конницы орденоносцев.

Отборные рыцари следовали за одним из них, чьи доспехи разительно отличались от прочих, что двигались рядом с ним. Его латы блестели на солнце волнами цвета морской бирюзы, напоминая собой пенящееся море. Прочнейшая дамасская сталь, которую только можно изготовить без использования тауматургических сплавов и металлов. Армет украшен плюмажем из длинным вспушенных сине-голубых перьев. А за спиной развивался дорогой бархатный плащ в той же цветовой гамме с изображением фамильного герба на нем. Корнелиевский белый стриж летящий по небу раскинув снежные крылья.

- Магистр Филип, могу я к вам обратиться? - Прозвучал грубоватый мужской голос от одного из рыцарей подъехавший поближе на своем рысаке.

Филип Корнелий де Плесье происходил из дворянского рода и являлся магистром ордена "Голубых кровей" и обращаться к нему только по имени и статусу было верхом невежества. Любой другой дворянин, не смотря на его рыцарский статус, отрубил бы ему голову за такое, но Филип сам пожелал, чтобы его называть только по имени. Его соображения были не дружеские, как командир и как магистр он был строг в своих словах, стараясь поддерживать со своими подчиненными отношения начальника и подчиненного. Соображения были чисто прагматичны, если каждый подчиненный ему рыцарь будет обращаться к нему используя его полное имя, а именно, Филип Корнелий де Плесье де Бристоль Свельфесткий Скоророжденный, то отдача приказов во время напряженной битвы могла бы сильно затянуться и поэтому отдал приказ, называть его по имени во время боя, да и в мирное время его звали так же, чтобы привыкали.

Магистр Филип коротко кивнул и его подчиненный начал излагать.

- Я не понял некоторые вещи в ваших решениях. Вы без всяких трудностей могли снарядить до двух тысяч рядовых рыцарей и взять их с собой, но обошлись лишь горсткой всадников. Почему?

Такой вопрос был более чем глупым, более или менее опытный воин имевший дело с варварами, которые регулярно терроризируют берега Сомерсета, не стал бы задавать столь нелепый вопрос. Всадник, задавший этот вопрос, был в звании маршала и магистр до сих пор удивлялся, как он допустил такого некомпетентного человека на столь важный пост. Хотя, он сам знал ответ, этот маршал так же происходил из дворянинов и имел широкие связи в правительственном кругу.

Правительственное устройство Сомерсета состоит из двух палат. В палату совета набираются люди контролирующие семь округов в пределах графства, чаще носящие титулы виконтов и баронов. Они безусловно участвуют в политике графства, однако конечное решение всегда за второй палатой. Графская палата по факту состоит из одного человека, самого графа (помощники не в счет), именно этот человек решает как быть и не быть его маленькому государству. По факту, Филип этим графом и является. В идеале к нему нужно обращаться граф-магистр, но солдаты обращаются к нему как к магистру, а госслужащие как к графу, самому Филипу так было проще разделять военные и политические вопросы.

Если честно, то Филип не хотел принимать в свои ряды новоиспеченного рыцаря по имени Карл Элфорд де Лидс, но по рекомендации совета он принял его и возвел до маршала, после чего сильно пожалел об этом. В первой же битве против вторгнувшегося племени зверолюдей, Филип доверил под командование Карла три сотни всадников. Какого было удивление магистра и его свиты, когда этот идиот помчал доверенных ему всадников прямо в лоб, хотя было очевидно, что это была ловушка. Карл подумал, раз уж центральные ряды противника стали тоньше, то он сможет легко его прорвать, разделив тем самым армию зверолюдей на две части. Но зверолюды были готовы к такому и вырыли лунки перед своими рядами. Три сотни дорогих и крепких фризских лошадей ждала настоящая агония, те ломали свои копыта и сбрасывали всадников с седел, а затем их топтали наступавшие сзади рыцари неспособные мгновенно остановиться. Все три сотни рыцарей взяли в окружение и магистру с его свитой оставалось лишь смотреть как его лучших воинов забивали на убой.

С тех самых пор магистр Филип просто мечтает избавиться от маршала Карла и даже строит планы над этим, выискивая лучших скрытных убийц которых только может найти, но до сегодняшнего дня он не решался сделать этого. Дело в том, что Карл стал маршалом по просьбе совета и если он убьет его у всех на глазах, то это станет отличным предлогом для восстания аристократии, но другое дело, если Карл погибнет в бою. Но, как назло, как бы часто Филип не отправлял его на самые опасные участки битвы, он всегда возвращался живым, что ненашутку злило магистра. Граф-магистру будто и этого не хватало, как на берега начали высаживаться северяне и грабить прибрежные поселения и даже города-крепости.

Магистр Филип не хотел отвечать на его глупый и посредственный вопрос, более того, будь на то его воля, он бы оставил Карла в магистрате в городе Лестер, что формально была столицей. Магистра спас второй подъехавший маршал по имени Итан Одли. Магистр сразу его узнал, не только по сравнительно молодому голосу но и по внешнему виду. Маршал Итан тоже носил армет, но его задняя часть была вытянутым козырьком, так же на поясе звеня цепью болтался моргенштерн и каплевидный щит за спиной.

- Маршал Карл Элфорд де Лидс, - со всем почтением обратился тот - магистр Филип отправил большинство войск на защиту прибрежных поселений и прилегающие к ним земли. Северяне обладают мобильными кораблями и могут появиться где угодно и лучше перестраховаться, чем потом жалеть об этом.

А вот маршал Итан нравился магистру куда больше чем его коллега Карл. Итан Одли сын простого фермера коих в Сомерсете абсолютное большинство и возможно он, так же как и его отец, до конца своей жизни работал вспахивая поля для аристократов и кормя армии. Но во время восстания группы аристократов, пятая часть рыцарей ордена стала сражаться на стороне восставших и пришлось забивать образовавшуюся брешь кнехтами-призывниками, которая по сути должна была стать пушечным мясом. Так и было под командованием магистра Филипа, конечно, ему не нравилось жертвовать людьми, которые по факту кормят его государство, но другого выбора у него не было. Однако, среди всех прочих выделялся паренек который добровольно пошел на службу в армию граф-магистра.

Тогда ему только исполнилось восемнадцать лет. Филип был удивлен, что этот хилый парень был готов отдать лучшие годы своей жизни войне, ведь сам магистр когда был молод любил бездельничать и читать книги. Уже в бою парень показал себя способным воином. Юный мальчишка умудрился выжить сразу в нескольких атаках, стоя в первых рядах. Филип просто не мог взять и отпустить столь способного солдата на волю и предложил ему вступить в орден "Голубой крови" в качестве его личного оруженосца. Спустя десять лет он стал маршалом и сейчас находится рядом с ним как личный телохранитель.

Пусть маршал и подразумевает под собой командование над крупным подразделением рыцарей или даже целой армией, Итан не обладает отличительными стратегическими и тактическими качествами, но это не мешает ему видеть всю картину целиком. Он хорошо понимает, когда стоит наступать, а когда лучше всего отступить, что делает его ценным телохранителем магистра. В пылу сражения Филип может не уследить за обстановкой, но Итан всегда на чеку и много раз спасал магистра из передряг.

- Но кое-чего я все же не понимаю. - Магистр вопросительно посмотрел на него, предлагая ему изложить свои мысли. - Почему вы лично возглавили армию, если вполне могли отправить вместо себя вашего заместителя комтура Рональда Картера? Ваша персона может оказаться под угрозой. - Итан говорил и волновался как и подобает телохранителю, ему он все же решил ответить.

- Уже сколько лет северяне непрерывно нападают на наши прибрежные территории, осаждают и грабят наши города, а селян обращают в рабство?.. - Магистр сам ответил на этот вопрос. - Уже третье столетие пошло. У нашего графства был шанс навсегда избавиться от этих варваров. - Последнее слово Филип произнес с раздражением в голосе. - Во времена правления моего отца, Сомерсет был на пике своей военной, политической и экономической мощи. У моего отца были все шансы изничтожить их, но восстание аристократии сорвало все планы. Отец провел множество реформ чтобы улучшить состояние нашей родины, но даже сейчас, спустя столько лет, мы до сих пор не оправились после той войны. Но я не намерен просто сидеть в магистрате и читать донесения как мои города жгут варвары с севера. Пришло время, если не уничтожить их, то нанести упреждающий удар.

Двое маршалов рядом с ним удивленно дернули головами. Сгорая от любопытства, Итан задал вопрос.

- Что вы собираетесь делать?

Магистр с уверенностью в голосе уже был готов ответить, но вдалеке показались силуэты отряда всадников. Через забрало было сложно разглядеть сколько их было, но им было известно, что их было десять. Именно столько разведчиков они отправили вперед разведать обстановку. Легкая конница двигалась на порядок быстрее рыцарей, но те скакали во весь опор, будто бы неся плохую весть.

Вскоре их силуэты стали более отчетливы, пока не стали отличимы их лица. Отряд пробежал мимо магистра и его личной гвардии, подстраиваясь под движение рыцарских рысаков. Один из них приблизился со стороны маршала Карла и начал докладывать.

- Магистр Филип!.. - Задыхаясь проговорил разведчик. - Город Шеффалд, он... он весь в огне!

- Что?! - Удивленно произнесли двое маршалов.

- Ясно. - Лишь магистр оставался спокойным и ровным голосом начал расспрашивать. - Варвары замечены?

- Нет сир, по крайней мере за стенами города никого живого.

- А что насчет городских ворот, они целы?

- Нет, судя по всему их выбили тяжелым тараном, который мы так же обнаружили.

- Ясно, северяне уже прорвались в город. Нападем на них с ходу. - Магистр уже собирался отдать команду, как Итан прервал его.

- Постойте! При всем моем уважении, но если северяне и правда заняли город, то наша кавалерия не сможет взять город штурмом.

- Я понимаю, но ты думаешь я просто так взял с собой пятитысячную армию скваеров?

Обернувшись, Итан окинул глазами с начала личную гвардию магистра, сотня отборных рыцарей на грациозных рысаках следовавшую за ними, а затем и пехоту, что уже несколько миль бежала за кавалерией, стараясь не отставать от них. Итан сомневался. Пехота, снаряженная в простенькие доспехи с длинными копьями в руках, будет слишком изнурена марш-броском и не будет готова немедленно вступить в бой.

- Магистр, вы уверены, что хотите с ходу начать штурм города? - Все еще высказывал свои сомнения юный маршал.

Сам магистр посмотрел на него и холодно произнес.

- Если северяне остались в городе, то они никак не могли так быстро восстановить ворота. Если мы поспешим, то наша кавалерия сможет прорваться через ворота и застигнуть их врасплох, а пехота нанесет решающий удар. - Магистр Филип строгим голосом начал отдавать приказы. - Поднять штандарты! - По приказу двое знаменосцев с котте по верх своих доспехов, подняли два штандарта, один из них принадлежал ордену "Голубой крови", на белом полотне которого изображена капля, (что очевидно) голубой крови. На втором полотне изображен Корнелиевский стриж. - Кавалерия за мной! Пехота пусть догоняет! Воспользуемся моментом! Вперед!

Завершив свои слова, Филип погнал своего коня галопом. Холодный обжигающий ветер поднял его плащ в воздух. Остальная кавалерия ускорилась и понеслась прямо за ним, приготовив копья к бою. Магистр, как кавалерист так же решил вооружиться копьем. Правой рукой он потянулся к копью, что специальной конструкцией держалось на боку лошади в горизонтальном положении. В руках оказалось турнирное копье, которое по личному заказу было приспособлено к реальному бою и в результате весило куда больше чем прочие обычные. Но никакого дискомфорта у магистра это не вызывало. Зажав древко копья подмышкой он вгляделся вдаль, где уже виднелись стены Шеффалда и дымящиеся крыши домов.

Подойдя еще ближе, магистр разглядел тот самый таран перед воротами, которые оказались на прочь выбитым с петель. Видать очень усердные попались варвары. Как бы то ни было, северяне тоже понесли тяжелые потери. Помимо таранов, к стенам были пристроены пара десятков осадных лестниц, вокруг которых лежало не меньше пары сотен варварских тел. Защитники города сильно их потрепали, но пока еще рано решать, кто победитель.

Подбежав ближе к стенам, рысак начал замедляться, чтобы не вписаться в таран и проскользнуть мимо него внутрь города. Оказавшись внутри стен, магистр не увидел никого живого, лишь горы трупов распластавшихся вдоль всей улицы, от ворот до самой ратуши. Среди всех магистр увидел тела не только северян и защитников города, нет, их было даже меньше чем трупы простых горожан. Жители Сомерсета, которые ни в чем не были виновны, были жестоко убиты, не пожалели даже женщин и детей. Показалось, что сердце Филипа пропустило удар, настолько он был поражен увиденным. Вся улица вымощенная камнем струилась реками еще свежей крови и что самое страшное, это ни единого звука. Стояла мертвая тишина в которой никто не смел издать и звука, кроме воронов, что с удовольствие копошились в трупах.

- Магистр Филип! - Вскоре подоспели и его маршалы вместе с гвардией. - Магистр... о боже... - Итан ужаснувшись увиденным замер на месте. - Неужели они всех убили? Но зачем?

- Магистр Филип, пока мы двигались сюда, то никого не увидели, никто не пытался нас остановить.- Пробасил Карл.

- Забудьте о варварах, - раздраженно проговорил Филип - их здесь нет. Расчистите дорогу, мы направляемся к ратуше.

По его приказу сотня рыцарей слезла с коней и начали оттаскивать трупы людей в стороны, ближе к обгорелым домам. Магистр не хотел топтать копытами своего коня и без того истерзанные теля горожан и своим подчиненным он не позволил бы сделать этого. Как только подойдет пехота необходимо развести костры, заняться телами (магистр хотел избежать эпидемии), укрепить ворота баррикадами на случай если варвары вернуться, хоть и сильно в этом сомневался, и только после этого он позволит им отдохнуть после марш-броска.

Продвижение кавалерии шло довольно медленно, поскольку трупов на дороге было слишком много и даже сотня натренированных рыцарей с трудом расчищали путь, но Филип был терпелив и просто молча ожидал, пока в плотную не подошел к разрушенной каменной ограде с выбитыми решетчатыми воротами. Магистр спрыгнул с коня, его примеру последовали и маршалы, прикрепив копье обратно к седлу, он передал поводья Карлу.

- Маршал Карл, ожидай прибытия пехоты. Прикажи им кремировать трупы и укрепить ворота баррикадами на случай повторной атаки. А пока имеющимися силами осмотри город и поищи выживших.

- Вас понял. - Карл удалился, после чего Филип обратился к Итану смотря на обгоревшие некогда белые стены небольшого замка.

- Маршал Итан и еще пол сотни воинов, за мной.

- Есть! Пол сотни сюда! - Скомандовал тот, призывая половину из имевшихся рыцарей.

Филип посчитал, что столько рыцарей будет в полне достаточно, если на них нападут оставшиеся варвары. Как воины, рыцари Сомерсета всегда славились своими дуэльными и кавалеристскими способностями, даже если в ратуше засело с сотню или больше варваров, то пятьдесят гвардейских-рыцарей легко с ними справятся.

Филип выхватил из ножен один из двух полуторных мечей, что покоилось на поясе. Меч представлял из себя произведение искусства, не меньше. Посеребренная гарда ярко бликовала на солнце, а длинное и прямо лезвие вычищенная до блеска было исписано рунами по все длине. Итан стащил со спины щит и вооружился моргенштерном. Затем послышались звуки скользящей стали, рыцари обнажили мечи.

Поняв, что рыцари готовы, магистр, в окружении личной стражи, двинулся ко входу ратуши. Несколько рыцарей оперативно подобрались к дверям и резко ворвались вперед, осматривая все до магистра. Когда Филип сам вошел в ратушу, то вспомнил, как еще несколько лет назад проводил здесь время. Некоторые вещи в городе он уже давно позабыл, но планировка здания ратуши он помнил прекрасно. Кабинет главы города находится на втором этаже под небольшим куполом, туда то он и направится.

- Всем осмотреть ратушу, ничего не упустите.

- Есть! - Получив приказ, рыцари рассыпались разбежавшись по коридорам здания.

- Карл, за мной.

- Есть.

Филип и Итан стояли по среди просторного зала, где должна была распологаться искусная мебель из темного дерева и роскошный красный ковер ведущий к двойной лестнице на второй этаж, но мебель была разрушена, которая теперь могла пойти только на дрова, а ковер просто исчез. "Черт, даже ковер не оставили", в мыслях расстроился Филип. Ступени оказались так же потрепаны битвой, некода чистые ступени были испачканы грязными ногами северян. Поднявшись по ступеням, Филип и Итан оказались в коридоре тянущийся в стороны от лестницы, но прямо перед ними стояли двойные двери, которые так же не стали исключением варварского поведения. За этими дверьми и находится кабинет градоначальника.

Войдя внутрь, Филип подметил как ранее хорошо обставленный интерьер был полностью вынесен, драгоценности разграблены, мебель уничтожена, окна выбиты. Но сейчас это волновало его меньше всего, больше его беспокоило состояние самого градоначальника Альберта, который кстати сидел в единственном уцелевшем кресле за столом и с открытый бутылкой в руках, но пить его он не торопился. Его глаза ошарашенно смотрели на прибывшего магистра, а Итана он как будто не замечал. Чего уж говорить, даже сам магистр не ожидал увидеть здесь уцелевшего Альберта, однако только глазам он не доверял и спросил.

- Альберт, ты цел?

- Граф Филип, я же не брежу? - Альберт положил бутылку на стол и медленно поднялся на ноги. Когда Альберт подошел ближе, Филип протянул руку, что бы тот убедился в том, что он вовсе не плот его воображения. Альберт пожал ладонь и с еще большим удивлением посмотрел сквозь забрала в глаза графа. - Граф Филип, вы настоящий! Вы настоящий... вы настоящий... вы настоящий... вы настоящий...

Слова градоначальника начали зацикливаться, граф заметил, что глаза и руки градоначальника начали неистово дрожать. Ноги Альберта подкосились и тот упал на колени, на его глазах начали наворачиваться слезы и пара тонких ручья побежали по его лицу, он не переставал повторять.

- Вы настоящий... вы настоящий... вы настоящий...

- Успокойся, теперь ты в безопасности, слышишь меня. - Пытался граф успокоить его, но было бесполезно, Альберт окончательно сломался. Филип обернулся к Итану. - Маршал! Немедленно приведи сюда лекаря!

- Есть! - Маршал тут же вылетел через дверь.

- Держись Арльберт, сейчас тебе полегчает. - Филип усадил давнего друга обратно в кресло и дал ему в руки то, что он собирался выпить, судя по желтоватому цвету это был сигбрау. Убойная штука, то что нужно. Градоначальник, в попытке взять себя в руки вцепился в бутылку и начал усиленно глотать обжигающую жидкость.

Ждать лекарей долго не пришлось. Не теряя время они осмотрели его и доложили о его полной целостности, даже волос с головы не упал, однако его психическое состояние оставляет желать лучшего. Лекари не были в состоянии привести его в чувство, лишь облегчили психическое состояние при помощи тауматургии, так же они посоветовали занять более подходящую комнату для отдыха, так и поступили.

Альберта перенесли на первый этаж в гостинную комнату, укутавшись в плет тот сидел на диване с бутылкой сигбрау в обнимку. Пусть лекари и постарались успокоить его заклятием, но тот не переставал дрожать всем телом. Филипу было жаль смотреть как его друг мучается от травмы, похоже он видел больше чем мог выдержать. Как бы он не хотел помочь ему, в первую очередь он должен разузнать подробности о варварах, сидя напротив него, Филип начал задавать вопросы.

- Ты как?

- Я-я... в н-норме... - Заикаясь ответил Альберт и отпил еще сигбрау.

- Ты сможешь ответить на мои вопросы? - Поняв к чему Филип клонит Альберт зажался и начал пялиться в пол, явно желая избежать этого разговора. Но собравшись с силами, слегка кивнув головой, он дал свое согласие. - Хорошо, если ты не захочешь отвечать, я не буду тебя заставлять, но чтобы проучить этих варваров нам нужны подробности, поэтому будет лучше если ты все таки расскажешь нам... Сколько северян напало на город?

Филипу в магистрат уже приходило донесение о численности врага, в отсчете было сказано о восьмитысячной армии свирепых винов верхом на сотне кораблей, но северяне могли привести подкрепление и эта мысль не давало ему покоя.

- Д-десять тысяч...

- Сколько? - Удивленно воскликнул Итан, стоящий в стороне от магистра.

Удивлен был даже граф-магистр, но тот скрыл свою реакцию. Филип решил прикинуть, сколько же кораблей в таком случае северяне притащили с собой. Магистр уже множество раз сталкивался с северянами как на суше так и на воде, один их корабль может вместить в себя до пол сотни людей, если потесниться, и путем не хитрых вычислений прикинул количество кораблей. Цифры не радовали, от двухсот пятидесяти до трехсот с лишним кораблей, это по настоящему внушительная цифра. Таким внушительным флотом владеют только их соседи, Графство Форсет, которая славится своими сложными по конструкции кораблями и превосходными моряками.

- Ясно. - Коротко ответил Филип. - Что думаешь Итан?

- Я считаю, что даже если бы мы собрали всю свою военную мощь, то при атаке понесли бы тяжелые потери. Наш морской флот не так велик, да и простого опыта ведения морских боев у нас нет. На суше мы еще смогли бы сражаться, но на воде у нас нет и шанса.

- Верно. - Неожиданно согласился магистр и поднялся с кресла подходя к разбитому окну. Снаружи уже виднелась бурная деятельность, разжигались костры, разбирались завали и строились подобие баррикад из всего, что только могли найти. Даже выживших удалось найти, всех их собрали в одном месте, предоставили теплую одежду и горячую пищу.

- Вы ведь не собираетесь преследовать их, с нашими то-силами? - Высказал свои сомнения маршал, ощущая внутри себя некую тревогу.

- Мы будем преследовать их.

- Что?! - Маршал понизил свой голос. - Вы уверены?

- Абсолютно, я никуда их не отпущу, пока они не расплатятся за содеянное своими головами... Но ты прав, сейчас мы не можем их преследовать... сами, не сможем. Я уже разослал вести всем соседним странам, в том числе графству Форсет, с их превосходным флотом, и королевству Фестуа с их прославленным полководцем Андре дю Фамоа. Кроме того я отдал приказ некоторым рыцарским отрядам оставшимся в магистрате в Лестере отправиться следом за нами, вскоре к нам присоединиться еще четыре сотни всадников. Такой силы нам хватит, чтобы положить конец варварским набегам. Графство Форсет и графство Гемпшир... мы еще не получили ответа, но я уверен, что они согласны со мной.

- Неужели, вы предвидели падение города и поэтому не стали собирать все имеющиеся силы? - С опаской произнес Маршал.

Обернувшись к Итану, Филип ответил.

- На пути ты спрашивал меня, что я собираюсь делать... Пришло время глотнуть свободного воздуха.

Тень 9 Плохие вести.

Прямо по среди темной и грязной улицы стояли три грозные фигуры. Клык тяжело выдыхал пар изо рта в беспросветную темноту, Эла стояла и казалось начинала замерзать, прижимая руки плотнее к телу. Эосфорос как обычно курил из своей трубки и в целом был доволен погодой, одно только его огорчало, это постоянная вонь, к которой тот еще не успел привыкнуть. В такое время невозможно увидеть кого-то на улице, все люди после долгого рабочего дня отправлялись спать. Город практически замирал, но эти трое стояли и просто ждали.

- Ох, долго они еще? - Говорила Софи, прикладывая руку к больной от утреннего похмелья голове.

- Интересно, а у аристократов принято опаздывать? - Поинтересовался Клык.

- Обычно нет, но чего-то запаздывают. - Софи посмотрела вдоль улицы на которой стояли, пытаясь разглядеть в непроглядной темноте ожидаемую ими карету. Лишь где-то там в далеке виднелись озаренные светом окна ратуши. - Жалко, что наш скваер Пьер свалил. - Упомянула Софи.

- Мда, жаль, а ведь я хотел поставить именно на него. - Клык внимательно посмотрел на курящего Эоса и адресовал следующие слова ему. - Ты уж не обижайся, но наш дружище Пьер сражается лучше тебя. Я помню как однажды он отрубил голову мутанту-химере одним ударом.

- Не верю. - Скептично ответила Софи, но Клык продолжил нести свою тему.

- Я видел это своими глазами! Можешь не верить, твое дело, но истина останется в моей памяти. Эхх, я ведь так хотел посмотреть как он сражается. Кстати... почему он сбежал?

Софи вопросительно посмотрела на Клыка.

После боя между Эосом и Элой, на следующий день должна была состояться еще одна битва, между Эосом и Пьером. Этот бой должен был определить последнего победителя и того, кто поступит на службу к градоначальнику Вольфгану. Однако по некоторым причинам Пьер внезапно сбежал из города и по слухам направился в родной Сомерсет. Судьи турнира приписали Пьеру техническое поражение и исключили из турнира, по факту Эос остался единственным кандидатом. Эос победил, но осадочек внутри остался, чувствовалась неудовлетворенность и незавершенность дела.

По случаю победы Эоса, Вольфган де-Штраце пригласил его в ратушу, где и официально примет его к себе на службу.

- Ты разве не знаешь? - Клык помахал головой. - Ходят слухи, что на Сомерсет напала крупная армия северян. Мол, город Шеффалд был полностью истреблен, всех людей убили и никого не пожалели. Вот Пьер и погнался защищать свое родное графство.

- Ааа... - Просветленным тоном протянул вервольф, но затем задал следующий вопрос. - Но, разве у него там нет каких-то проблем с каким-то там граф-магистром? Я слышал, что этот Филип недолюбливает нашего Пьера.

- Ну да, верно говоришь. Пьер Террайль де Бьярд, когда был еще орденоносцем "Голубой крови", присягнул на верность одному из феодалов Сомерсета. Да, а потом тот самый феодал вместе с другими сторонниками подняли восстание. Пьер и Филип оказались по разные стороны конфликта... Ааа, голова болит... - Софи отвлеклась и схватилась за разболевшуюся голову.

- Что дальше? - Но Клык требовал продолжения.

- А что дальше? Ясное дело граф-магистр Филип подавил восстание, но рыцарей-предателей убивать не стал, вместо этого он дал им выбор, либо они возвращаются в орден в качестве скваеров без права на служебный рост, либо они покидают орден будучи лишенными всех привилегий. Наш Филип выбрал второе и сейчас он странствующий воин-проповедник. А "скваер", как-то само закрепилось за ним, хотя помню как в ордене "Голубой крови" он был маршалом и даже претендовал на пост комтура.

- Это круто?

- Это все равно что стать вторым человеком после граф-магистра.

- Хрена, вот это у него дела творятся. Хмм, теперь он нравится мне еще больше, - в голосе Клыка почувствовались нотки уважения - несмотря на то, что в Сомерсете его презирают, он все равно помчался спасать свой народ от варваров. Разве это не звучит красиво?

Эла слегка улыбнувшись посмотрела на волчью морду.

- Согласна. Да и если покопаться, то получается, что Пьер всегда поступал правильно. Он выступил на стороне предателей только потому, что дал клятву ценой своей чести. Ушел из ордена, потому что не хотел пятнать его благородное имя. Отправился в путешествие, чтобы привить рыцарские нравы другим народам. А сейчас мчится на помощь родному государству. Эхх, побольше бы таких людей. - Мечтательно сказала Софи.

- И еще кое-что. - Клык не переставал доставать своими вопросами.

- Ааа... чего еще-то?

- Я слышал, что Пьер и граф-магистр дальние родственники. Это правда?

- А? Хмм... - Внезапно Софи и самой стало интересно припомнить старые знания. - Сложный вопрос, я как-то на досуге изучала родословную этих двоих, но могу запамятовать.

На сколько мне известно, род Корнелиев, к которому относится граф-магистр Филип, происходит от слияния двух влиятельных семей, Карнасусы, основатели графства Сомерсет, и Гровеноры, основатели ордена "Голубой крови". По официальной версии, эти семьи объединились, чтобы обрести куда большее могущество вместе, чем порознь, однако в эту версию верится с трудом. Дело в том, что Гровеноры переживали упадок рыцарства и их семья стояла на грани истребления и от заключения брачного союза не было никакого прока. Карнасусы скорее получили бы преимущество, если бы Гровеноров не стало и не пришлось бы ни с кем делить свою власть. До сих пор неизвестно почему, но Карнасусы и Гровеноры объединились и дали начало новой ветке Карнелиев. Именно с рождением первого Корнелия на свет, те получили право наследования сразу два титула, так появилось звание граф-магистр.

Результат был более чем предсказуем, новая семья Корнелиев стала наиболее влиятельным родом в Сомерсете и со временем только набирала свою силу, за счет права призыва в армию кнехтов с простого населения и благодаря прямому главенству над одной из сильнейших военных организаций, орден "Голубой крови".

Однако, с орденом были некоторые проблемы. В те времена, Сомерсет переживал культурный и религиозный кризис, из-за открытий множества невиданных до селе земель, народов, культур и религий. Религиозная философия народа сильно пошатнулась и это грозило расколом Сомерсета на мелкие кусочки. Но Корнелии быстро приспособились к ситуации и понимали, что изменения не избежны и знали, что именно нужно народу. Корнелии упразднили религиозный аспект своего государства, без столкновений, конечно, не обошлось, но результат порадовал. Вместо религии просвещалась воинская доблесть и честь, проповедников заменили громогласные полководцы и нашумевшие в битвах воины, а церкви заменили цитадели ордена "Голубой крови". Имидж ордена резко подскочил вверх и многие знатные мужи подались в рыцарство, составляя основной костяк сил Сомерсета.

Именно после этих событий, мы видим Сомерсет примерно таким, каким он есть сейчас. Почему примерно? Можно сказать еще совсем не давно, отец Филипа, прошлый граф-магистр столкнулся с восстанием знати и часть рыцарей как известно предали свой родной орден. Тогда произошло одно из самых важных реформ, сохранившееся до сегодняшних дней. Прошлый граф-магистр позволил любому простолюдину стать настоящим рыцарем, продвигаясь по орденской лестнице титулования. Через некоторое время, это помогло восстановить поредевшие ряды рыцарей и даже значительно увеличить их численность. Если раньше рыцарский орден мог состоять максимум из тысячи всадников, то сегодня, если постараться, то граф-магистр Филип может собрать примерно две-три тысячи тяжелых всадников. Безумное число даже по нынешним меркам.

А что насчет скваера Пьера, то тут куда больше недосказанностей. Некоторые источники говорят, что Пьер относится к одной из веток Карнасусов, другие утверждают, что он принадлежит к семье Гровеноров. Точно сказать нельзя, но то, что Пьер является дальним родственником граф-магистра Филипа, это факт.

- Как то так. - Завершила Софи.

- Интересно. - Сказал Клык и вдруг начал принюхиваться к воздуху. - Я что-то чую... - Вдыхая воздух мелкими глотками, он повернул голову в сторону городской ратуши. - Чую лошадей и... запах лакированного дерева.

Как и предсказывал вервольф, спустя несколько секунд послышались звуки топчущихся копыт и катящейся кареты. Хоть их глаза уже привыкли к темноте, но полное отсутствие света мешало в полной мере оценить приближающийся экипаж. Только когда тот остановился прямо перед ними, можно было с неуверенностью сказать, что карета была выполнена из дорого темного дерева и была полностью покрыта лаком.

Кучер спрыгнул с кареты и первым делом поприветствовал Эоса.

- Здраствуйте, должно быть это вы, господин Эосфорос Безликий? - Тот слегка кивнул, по прежнему покуривая трубку. - Тогда это ваши соратники.

- Так и есть. - Ответила Софи.

Кучер как-то странно посмотрел на Клыка, словно бы тот был ни к месту.

- Извините меня, но зверолюд не был приглашен на вечерний бал. Были упомянуты только госпожа Софи и сам Эосфорос Безликий. Но никакого вервольфа.

- Че? - Как ни удивительно, но первой возмутилась Софи. - Ты кажется не понял с кем разговариваешь. - Софи угрожающе посмотрела на кучера. Возничий начал заметно нервничать.

- П-при всем моем уважении, но я не могу везти с собой зверолюда. Как бы вы не просили, я не могу ослушаться Вольфгана де-Штраце...никак не могу. - Взволнованно промямлил кучер.

- Да мне насрать, если Клык не пойдет, то и я не пойду. Верно? Эос... - Софи начала предательски смотреть на Эоса ищя в нем поддержки. Черепоголовый старался игнорировать ее, никак не реагируя на сверлящий взгляд. Клык заговорил, спасая Эоса.

- Чуваки, давайте отойдем не надолго.

По просьбе Клыка, все трое удалились на некоторое расстояние и начали шептаться.

- В чем дело? - Тут же с лету Софи задала вопрос. Клык объяснил.

- Просто Хорас уже говорил мне об этом. - Две пары вопросительных глаз посмотрели на вервольфа. - Он предрек этот момент, а именно то, что меня не возьмут вместе с вами в ратушу. Я то знаю какие пиры задают люди и хотел посмотреть на это, но не свезло.

- Твою мать, почему он нас не предупредил?

- Как говорил сам Хорас, он не был уверен в этом предсказании и построил две ветви развития событий. Как он там говорил... - Клык почесал затылок, пытаясь вспомнить, что там говорил Хорас. - Ах да, либо, эти чертилы меня берут с вместе с вами и тогда начинается наше путешествие в троем. Либо, эти чертилы меня не берут вместе с вами и уже вы вдвоем отправляетесь в путешествие. Как то так, надеюсь ничего не попутал.

- То есть, я не совсем поняла. - Софи озадаченно посмотрела на Клыка.

- Ну блин, опять объяснять. Карочь, этот Штраце захочет нанять и тебя, рыжую бестию. Хорас надеется, что ты будешь оберегать эту черепушку. Вот так вот.

- Ааа, теперь поняла. - Хоть она так и сказала, но ее напряженный взгляд никуда ни делся.

- Эхх, вот же сволочи, я так хотел пожрать жирную жареную курицу, никогда не пробовал. - Замечтался Клык, но сразу же взял себя в руки. - Я отправлюсь вместе с Хорасом на поиски монолита, а вы двое будете искать врата. Теперь все понятно? - Эос и Софи одновременно кивнули. - Ладно, пиздуйте отсюда, мы еще не скоро увидимся.

Софи грустно повесила посмотрела на землю. Подойдя ближе к Клыку, Софи посмотрела на него пронзительными глазами. Клык смутился и хотел отойти на пару шагов, но Софи быстро обхватила вервольфа вокруг живота. Клык даже шевельнуться не смог и лишь жалобно начал орать на нее.

- Ты че творишь?! Ебанутая что ли?!. - Возмущался Клык, пока Софи не подняла его тушу над землей. - Э-э-эй, хорош, отпусти меня!

- Ты хоть и конченый придурок, но с тобой не заскучаешь. - Миловидным голосом произнесла Софи и отпустила возмутившегося зверя.

- Сама конченая дура! Кто так вообще делает?! - В ответ Софи лишь мягко улыбнулась. - Хрен с вами. - Прощаясь, Клык протянул руку Софи, та спокойно пожала его когтистую лапу, но пока не отпускала.

- Клык, ты главное в жирдяя не превратись и не разбрасывайся деньгами. Я не хочу видеть тебя в обносках.

Вервольф оскалился, выпрямился и ударив свободной рукой в грудь на против сердца, громогласным голосом объявил.

- Я Клык из племени Серых, даю клятву, что при следующей нашей встрече, вы увидите меня в золоте и славе. Ведь главная моя цель в жизни, это стать великим и не забываемым! Стать самым известным и самым богатым ублюдком на всем Сапфире! Вот увидите, однажды, каждый разумный будет произносить мое имя с великим трепетом на устах! Ни один из нашумевших воинов не сравнится со мной и даже предвестники не будут ровней для меня! Это, мое предсказание!

Софи слегка посмеялась, но постаралась состроить серьезное лицо, чтобы не обидеть своего соратника.

- Как скажешь... как скажешь.

- Ну а теперь ты, черепушка. - Клык так же протянул руку Эосу, который долго не дожидаясь крепко пожал ее. Клык, подшучивая начал трясти тонкую человеческую руку с огромной силой, Эоса даже немного пошатало. - Хе-хе-хе, ну ладно, бывайте.

Подмигнув, Клык обернулся и, хлюпая лапами по нечистотам, побрел вдоль промозглой улицы к невзрачному постоялому двору. Эти двое стояли и смотрели, пока Клык совсем не исчез в беспросветной темноте. Эос отвернулся и направился к карете, которая уже была готова к отъезду. Остановившись у двери, Эос вытащил трубку и стряхнул его на землю, после чего посмотрел на Софи. Она все так же стояла и смотрела в сторону куда ушел Клык.

Софи с грустью повесила голову, ей совершенно не хотелось расставаться со своим новообретенным другом, но обстоятельства толкали на это и ей пришлось принять это на свою душу. Необходимо двигаться дальше и в конечном итоге вновь встретиться.

- Как ты там говорил, "в золоте и славе"? - Нашептывала Софи. - Ну-ну, это мы еще посмотрим кто придет в золоте и славе. - Внезапная грусть сменилась азартом.

Уверенно улыбнувшись, Софи вернулась к карете. Эос, как сама галантность, решил пропустить ее первой. Софи благодарно посмотрела на него, но перед тем как зайти, окинула глазами кучера занявшего место на кОзле. Те встретились взглядами и возничий вздрогнул, отводя от нее взгляд. Только после этого она нырнула в карету, Эос последовал за ней.

Как только дверь закрылась, повозка начала дребезжать как не в себя. Деревянные колеса накатывали на каждую неровность и каждая кочка отдавалась в мягком месте. Постоянная тряска не позволяла принять удобную позу и просто расслабившись дожидаться приезда. Но нет, спустя несколько секунд тряски, практически регулярно, колеса натыкались на особо крупную кочку и карету словно сумасшедшую подбрасывало вместе с экипажем внутри. Эос пытался заглянуть за шторки кареты и просто облокотившись о подбородок пытался расслабиться, но эти кочки и эти колеса были просто ужасны.

Стало интересно, как на это среагирует Софи, снова начнет жаловать и орать кучеру, чтобы тот ехал медленнее? Но нет, та сидела ровно и выпрямив спину не проявляя никаких эмоций. Ее лицо вновь стало холодной и непроницаемой, она будто бы снова стала аристократкой, ведя себя соответствующе.

Софи, состроив задумчивое лицо, обратилась к Эосу.

- Ты знаешь какие-нибудь правила этикета? - Эос странно посмотрел на нее и отрицательно помотал головой. - Серьезно? Даже элементарные манеры за столом?

И правда, есть ли у человека, который жрал сырую крысу и кололся наркотой, простые правила этикета? Думаю ответ предельно ясен. Эос снова дал отрицательный ответ.

- Ладно, просто делай так как я, понял? - Кивок, кивок. - Хорошо.

Вскоре карета начала сбрасывать скорость, пока совсем не остановилась. Эос хотел выглянуть наружу, но Софи остановила его, объяснив это тем, что кучер должен сам открыть им дверь. Так и произошло, дверь со стороны Софи распахнулась. Пара тяжелых сапог наступили на твердую мощеную камнем землю, под подошвой послышался приятный хруст снега а не чавканье вонючего дерьма. Ратуша, в которой находится градоначальник, оказалась не особо впечатляющей. Архитектура скорее поражала своей простотой, чем детальностью и необычностью. Простые ровные стены выстроены из ровных каменных блоков, ступени с квадратными парапетами. Окна как окна, застекленные и закрытые шторками изнутри, но свет и шум бала буквально наполнял помещение и никакие стены или окна не могли скрыть этого.

Это на самом деле даже неудивительно, более богатые феодалы или аристократы, могут позволить себе не только содержать свой собственный замок, но и всячески украшать его, тем самым подчеркивая свой статус. Но тем, у кого денег не так много, приходится обходится без лишних заморочек.

Карета продолжила свой путь, оставив этих двоих совсем одних, но не надолго. Простенькая парадная дверь открылась и из нее вышел старик одетый по всем правилам дворецкого, хорошо ухоженный костюм-фрак, белые перчатки на руках и кожные туфли на ногах. Сам же он держал себя аристократически, прямая спина и высоко поднятая голова, выдавали в нем не старика, а выверенного и гордого мужчину. Выглядит явно как аристократ, поэтому Эос не сразу понял, кто именно к ним вышел.

Выпрямившись и приняв более гордую стойку, по примеру Софи, Эос начал дожидаться, пока старик к ним не обратится и вообще решил доверить инициативу более опытной в этом плане соратнице.

- Приветствую вас, господин Эосфорос и госпожа Софи. - Старик говорил четко выверенным и твердым командным голосом, что было необычно, при его-то возрасте. - Я дворецкий Жоффруа де-Мартен. Гости уже заждались, прошу вас за мной.

Софи молча зашагала за дворецким, Эос поторопился за ними. Подойдя к двери, Жоффруа открыл ее и пустил гостей вперед. Войдя внутрь, Эос и Софи увидели на удивление роскошное наполнение гостевого зала ратуши. Хрустальные люстры висели над залом и наполняли его ярким тауматургическим свечением, чего не могли добиться ни факелы, ни уж тем более свечи. Столы были накрыты белоснежными скатертями, на которых ровно по порядку расположилась сервировка, из нескольких фарфоровых тарелок, кружок и десятка непонятного предназначения столовые приборы. Но больше всего удивлял народ, собравшийся в этом месте.

Насколько понимал Эос, все эти ряженные клоуны, это аристократы. Эос и Софи постарались привести свои доспехи в порядок, настолько, насколько это вообще было возможно. Однако, по мнению самого Эоса, они выглядят куда более нормально, чем представленная перед ними клоунада. Все эти, так называемые аристократы были разодеты в броские разноцветные одежды, на головах причудливых форм головные уборы, подолы женских платьев носились по полу, а мужчины, почти поголовно носили колготки. Их пальцы украшали позолоченные и серебряные перстни, на шеях висели толстые цепи с множеством драгоценных камней.

Эос впервые видел высшие слои населения в упор и практически впервые видит подобное зрелище. Возможно в королевстве в кругу аристократии принято так одеваться и данное зрелище вполне нормальное. Особенно это можно было понять по лицу Софи, которая не имела ни малейшего желания издать хоть смешок. Но Эосу было все равно, какова бы не была ситуация, одеваться подобно аристократам Фестуа, он не собирался, отдавая большее предпочтение минимализму.

- Прошу за мной. - Жоффруа вышел вперед и повел гостей за собой прямо через весь зал.

Идя мимо знатных людей, Эос то и дело ловил на себе множество взглядов. С начало он подумал, что это из-за того, что от него несет дерьмом, но это оказалось не так. Похоже, что такая вонь, норма даже среди аристократов. Прислушавшись к мелькающим голосам, Эос слышал, как те на самом деле обсуждают его последний бой против Элы и часто возникали слова на подобии, "нанять". По всей видимости, все эти люди собрались здесь, чтобы завербовать его или хотя бы взглянуть на него поближе.

Пройдя еще мимо нескольких столов, наполненных разными угощениями и напитками, дворецкий остановился перед человеком, который не сливался в окружении, наоборот, даже выделялся своим простым но при этом невероятно элегантным обликом. Мужчина, лет сорока, был одет в черный пальто-видный сюртук с кружевными воротниками и манжетами. Одна нога топталась на месте высоким кавалеристским сапогом, одетый поверх зауженных штанов. Руки, в аккуратных белых перчатках, один из которых держал бокал вина, который немного задевал губы, заросшие ухоженными усами.

Единственное украшение, которые он носил, это его позолоченные пуговицы на одежде и запонки с изумрудными камнями. Если сравнивать его глазами местных аристократов, то выглядит этот человек невзрачно, но его манеры держать себя, не позволяли языку повернуться в неуважительном тоне.

Заметив прибытие гостей, этот мужчина уверенно улыбнулся и положил бокал вина, чтобы поприветствовать их.

- Наконец-то вы соизволили прибыть на это скромное мероприятие.

- Приносим свои извинения, господин Вольфган де-Штраце. - Софи слегка склонила голову, сразу же поняв кто стоит перед ними. Эос немного потупил, но сообразив тоже склонил голову.

Предвестник удивился когда увидел Вольфгана в лицо. Честно говоря, он ожидал увидеть какого-нибудь самоуверенного в себе смазливого мальчишку или дряхлого старика с вечно недовольным лицом. Но нет, этот мужчина был в рассвете сил и держал себя соответствующе, улыбчивый и подвижный. Сразу и не скажешь, что этот человек спрятал врата и теперь угрожает всему миру вымиранием. Но сейчас, Вольфган даже не представляет, кто стоит перед ним на самом деле. Эос хитро улыбнулся про себя, план Хораса сработал?

Градоначальник поднял руку, отговаривая тех от поклона.

- Это вовсе не необходимо, вы прибыли сюда не ради извинений. Кхм, Эосфорос, - Вольфган посмотрел на Эоса заинтересованным взглядом - предлагаю тебе в первую очередь обговорить условия наема. Как вольный человек, ты вправе требовать для себя лучшие условия, но прошу тебя не зазнаваться.

Градоначальник резво побрел в сторону, Софи вместе с Эосом последовали за ним, но как только Вольфган заметил это, то остановился и завязал с девушкой короткий разговор.

- Ты... Софи, верно?

- Абсолютно верно.

- Ты, я так понимаю, тоже хочешь поступить ко мне на службу? - Как-то подозрительно произнес градоначальник, но Софи в ответ держала себя просто превосходно, ни один нерв на ее лице не шевельнулся.

- Если это возможно.

Вольфган нахмурил нос и начал копаться в своих мыслях. Его глаза начали рассматривать Софи с ног до головы, подмечая про себя всякие детали которые он только смог разглядеть.

- Я думаю, что раз уж ты водишься с Безликим, то не должна уступать ему по силе. Хотя это еще предстоит узнать... Хорошо, пожалуй и тебя тоже я возьму к себе на службу.

Завершив, они продолжили идти, пока через толпу не начали проглядываться белые двери, ведущие за пределы зала. Быстрым и грациозным шагом, вперед вышел дворецкий и открыл одну из дверей, за вторую дверную ручку ухватилась стальная перчатка. Вторым человеком оказался самый что нинаесть рыцарь, полные латные доспехи подобные тем, которые он видел на Пьере, даже полосы украшающие его доспехи были схожими, но только не голубого цвета, а красного. А вместо меча и щита, в левой руке сжимался длинный боевой молот подобно посоху.

Войдя внутрь коридора, они двинулись вдоль него, дворецкий Жоффруа и таинственный рыцарь двинулись за ними. Тяжелые ботинки и сабатоны топтали мягкий ковер, постеленный вдоль всего коридора, в такт с аккуратными лощеными туфлями.

Коридор словно бы концентрировал в себе всю имевшуюся роскошь, которая только имелась в этой ратуши. По левую руку расположились ряды арочных окон, с явно дорогими на вид портьерами, вместо узких и скудных бойниц. По правую руку в столь же ровном порядке стояли двери из темного дерева и механическими дверными замками на каждой из них. В промежутке между дверями на стенах висели удивительные картины с искусными изображениями, главной темой на которых были сражения. Армия бегущая на встречу армии, один против целой толпы, рыцарь с сияющим мечом против жуткого монстра с тремя головами и змеем вместо хвоста.

Это существо изображенное на картине, так называемый мутант. Раньше Эосу точно не приходилось встречать нечто подобное, но похоже такие существа водятся на Сапфире. Эос напрямую не обсуждал этих монстров, ясное дело, но краем ухо что-то да слышал. Говорят, этих монстров, которых называют химерами, создают теурги, скрещивая нескольких существ между собой, это могут быть как относительно безобидные кабано-быки, так и безумные твари из смеси сразу нескольких опасных животных, кто угодно может сгодиться, даже разумное существо.

Как только Эос представил картину, в которой человека пришили к изуродованному телу химеры, ему стало не по себе. Хотя, если верить классификации теургов, то Эос, Софи и другие сервиты в этом мире, так же считаются мутантами. Но на самом деле это не так, по крайней мере Эос не мутант, его тело претерпело сильные изменения, однако в разрез с его биологией эти изменения не шли. Его гены никак не изменились, изменилось лишь его тело, путем стимуляции он смог приобрести высокие физические показатели и скорость реакции. Как ему говорили, на пределе человеческих возможностей, но никак не за гранью этого. Эос человек и всегда им был, а вот насчет сервитов Сапфира он был неуверен. Возможно они и мутанты, но говорить об этом уверенно он точно не мог.

Процессия остановилась, жоффруа открыл дверь и пустил внутрь всех остальных. Если говорить об обстановке комнаты, то это был кабинет, но для градоначальника он выглядел не слишком аристократично. Общий интерьер скудный и не впечатлял, особенно после увиденного в коридоре, но этот минимализм Эосу даже нравился. Простой и знакомый Эосу рабочий стол с выдвижными ящиками и квадратным стулом за ним. Диван с кожаной набивкой и чайный столик, сильно напоминали ему о таких же столиках в офисах, в которых он редко бывал. Да чего уж говорить, тут и на освещении сэкономили, вместо тауматургических фонарей, здесь на стенах расположились подсвечники, которые кстати разжигались одной из служанок.

Точно сошедшая из романтических книг, молодая и высокая девушка мягкими движениями, словно мазками по картине, подносила зажженный палец к каждой из свечек, которые немного озаряли темную комнату слабеньким светом. Как служанка она была одета в простенькое темное платье с белым фартуком на поясе. Ее волосы были туго подвязаны платком и лишь ее выбившиеся локоны говорили о своем золотистом цвете.

Она окинула новоприбывших равнодушным взглядом и слегка склонила голову.

- Господин. - Произнесла молодая девушка сладким и завораживающим голосом.

- С моим дворецким вы наверное уже знакомы. - Обратился градоначальник к гостям. - Знакомьтесь, это наша экономка, вы с ней еще много раз будете видеться.

- Приветствую вас, господа. - Девушка перешла к приветствию, не поднимая головы. - Мое имя Эланор, буду рада познакомиться с вами.

- Взаимно, мое имя Софи, а это Эосфорос Безликий. - Софи представила обоих.

Вольфган как то странно посмотрел на Эоса.

- Скажи мне, Эос, - те посмотрели друг на друга и градоначальник задал свой вопрос - ты не особо разговорчив я так посмотрю. Может одно из твоих имен, Безмолвный, это так, для большей величественности твоего образа? Можешь не бояться разговаривать со мной.

Вместо Эоса ответила все та же Софи.

- Прошу прощения господин... но он немой.

Вольфган немного удивился и как-то разочарованно посмотрел на Эоса.

- Вот как, тогда это многое усложняет. - Говорил тот, попутно садясь за рабочий стол. - Что ж, присаживайтесь. - Градоначальник указал на несколько свободных стульев стоящих перед столом. Эос и Софи устроились на стульях, пока рыцарь и служанка стояли позади них. - Вы только не подумайте, что это мой кабинет, нет... здесь работает мой слуга по договору. - Пока градоначальник составлял договор, он заговорился. - Да уж, прискорбно, что ты немой, это знаешь ли не удобно на самом деле, но ничего страшного, главное что ты можешь держать оружие в руках и готов выполнять мои приказы. За достойную плату конечно же. - Во время составления договора, тот изредка поглядывал на Эоса, словно хочет в чем-то убедиться. Узнал? Такое странное чувство возникало в голове Эоса. - Я слышал, что ты родом из империи, с которой мы скорее всего начнем войну, может быть ты просто засланец? Лазутчик? Может быть тебя наняли имперцы, для захвата этого города?

Внезапно градоначальник перестал черкать пером по бумаге и с серьезным лицом уставился на Эоса. В воздухе повисла тяжелая тишина, Эос затылком почувствовал на себе грозный взгляд рыцаря. В голове то и дело проигрывалась сцена, как этот рыцарь избивает его своим молотом. Софи тоже начала заметно нервничать, капелька пота начала стекать по ее виску, а руки сжимались в готовности вступить в бой. Но это напряжение тут же улетучилась при порывистом смехе градоначальника.

- Ха-ха-ха, да шучу я!.. Зачем империи нападать на далекий северный город! - Эос и Софи успокоились и слегка улыбнулись, но только из вежливости. Лицо Вольфгана снова переменилось став серьезным и пугающе холодным голосом спросил. - Но все же, это ведь империя, твоя родная страна. По какой причине ты здесь? Водишься со своими врагами? - Градоначальник ждал ответа, но ожидаемо не получил его. - Хмм... ладно, поговорим об этом позже.

Поставив точку, Вольфган отложил перо на подставку и вытащил из кармана гербовую печать. Одним ударом на бумаге остался ровный чернильный след, после чего градоначальник толкнул лист бумаги к Эосу. Договор гласил:

"Я, законный представитель города Зендер, королевства Фестуа, Вольфган де-Штраце принимаю на свою службу человека по имени Эосфорос Безликий и Безмолвный и женщину Софи. По условиям договора, я, Вольфган де-Штраце, обязуюсь:

- выплачивать жалование каждому из них по десять лир каждые десять дней

- предоставлять жилье, чистую воду, горячую еду, теплые опочивальни и умывальни

- предоставить право на услуги ниже стоящих лиц, камерарий, конюх, оружейный мастер

Взамен, Эосфорос и Софи, должны предоставить свои воинские силы под распоряжение бургомистру Зендера, Вольфган де-Штраце и выполнять отданные приказы без промедления.

Договор составлен 15 числа месяца Звездочетов, 3012 года от начала 3-й эры. Минимальный срок службы десять лет, с возможностью продления представленного договора."

Ниже уже стояла печать Вольфгана.

- Если вы не согласны с условиями, то мы можем изменить их... в пределах разумного конечно же. - Градоначальник улыбчиво посмотрел на наемников.

- Нас все устраивает. - Ответила Софи, быстро прочитав содержимое договора.

- Раз так, то остается оставить свои монограммы. - Бургомистр пододвинул подставку под перо и чернильный пузырек ближе.

Софи взяла перо и аккуратным, каллиграфическим, почерком начеркала на бумаге под договором пару букв от своего имени, "С" и "Ф". Дополнительно оформив их красивыми витиеватыми узорами. Дальше она передала лист бумаги вместе с пером Эосу. Тот завороженно смотрел на подпись оставленный Софи.

Эоса еще никогда не обучали каллиграфии, более того он даже не проходил учебный материал старших классов и не изучал материалы профессиональных учреждений. Его знания ограничивались средним классом, и все. Но вот в боевой подготовке его натаскали сильно и не упустили ни один из аспектов военно-профессиональной службы. Учили работать за компьютером, быстро печатать и водить мышкой, на случай если придется стать временным оператором дрона. А вот рукописи его никто не обучал, этому он научился самостоятельно, рассматривая старые книги с азбуками и правилами написания букв, но это далеко не уровень профессиональной каллиграфии, которой обладает Софи и поэтому слегка нервничал.

Мокнув перо в чернила, он начал неумело скрежетать по бумаге издавая скрип режущий слух. Все присутствующие прищурили глаза от невыносимого шума. А ведь еще недавно он умел более менее нормально писать пером, похоже сказалось волнение. Закончив, Эос посмотрел на мазню которую лишь с натяжкой можно было назвать монограммой. "Эос", упрощенная версия его имени вошла в основу его подписи, в качестве деталей пошли пара кривых дуг выше монограммы. Потом снова посмотрел на монограмму Софи... его сердце пронзил сильнейший стыд. Прямо по соседству с прекрасным изображением искусства, стояла размалеванная роспись с потекшими за края чернилами. С нежеланием Эос передал договор бургомистру.

Не смотря на ожидания Эоса, Вольфган удовлетворенно посмотрел на росписи и мягко положил на стол, ожидая, пока чернила не высохнут окончательно.

- Поздравляю, теперь вы официально служите под моим началом. Надеюсь мы найдем общий язык. - Вольфган поднялся с места и направился к двери, но перед тем как выйти, тот добавил. - Если хотите, можете присоединиться к балу, уверен, те люди найдут о чем поговорить с вами.

- Хорошо, - сдержанно ответила Софи, но с глазами, в которых горел огонек радости, она требовательно посмотрела на Эоса - мы согласны. - Ответ приняли за него, ему ничего не оставалось, кроме как согласиться.

- Что ж, тогда идем.

Служанка Эланор открыла дверь и пропустила бургомистра через дверь, за ним последовали и новоиспеченные телохранители. Проходя мимо Эланор, Эос заметил ее взгляд, словно чаша наполненная до краев подозрением и суровостью, чего он раньше не замечал. Даже когда он вышел в коридор, он чувствовал взгляд этой служанки на своем затылке, это начало его напрягать. Эта Эланор не так проста как кажется, вряд ли она обычная экономка. По одному ее взгляду ему стало ясно, что она представляет угрозу. Таким взглядом не может обладать простая служанка, такой взгляд Эос часто видел на лицах старых солдат. Боевая горничная? Как банально.

Наконец напряжение отступило и Эос мог расслабиться. Турнир позади и сейчас он мог хоть немного отдохнуть после всего, что с ним случилось за эту неделю.

Разношерстная аристократия так же продолжала развлекаться... ну как развлекаться, все их веселье ограничивалось постоянными разговорами и распитием спиртного. Одним словом, скучно, но Софи было плевать на людей, не теряя время она направилась к столу с дорогим вином. Ее изумрудный глаз с изумлением рассматривал бутылки дорого алкоголя которые она еще никогда не видела и уж тем более не пробовала. Красное вино разлилось в бокал и прильнуло к губам Софи. Ее лицо расплылось в приятной улыбке.

Эос глазами начал рассматривать зал, в поисках чем-нибудь себя занять. Пить не хотелось, к алкоголю у него большая не приязнь, есть тоже особо не хотелось. Даже жареное мясо с аппетитным гарниром его не привлекало. Может поговорить с кем-нибудь? Точно нет. Просто не может говорить, да и социальный статус не позволяет.

Но зато Эос заметил, как несколько людей пускали дым, если к ним присоединится еще один человек, то ничего не измениться. Успокоив себя такими мыслями, он начал заправлять трубку мелко нарезанным табаком. Довольно неудобное действие, постоянно приходится доставать один ингредиент за другим, на глаз вымерять количество табака и наконец зажечь его. Как бы упростить данный процесс, может сделать несколько самокруток? Взял зажег и все, получай удовольствие от процесса.

В процессе Эос даже не заметил как Вольфган удалился к своему окружение и что-то там бурно обсуждали. До тех пор, пока не открылась парадная дверь, через которую совсем не давно вошли Эос вместе с Софи. Через зал шел уже знакомый дворецкий Жоффруа, а за ним парниша, одетый в зеленую накидку и с сумкой через плечо. Точно не аристократ. Одежда не подходящего типа.

Это заинтересовало Эоса и он пошел за ними. Те остановились прямо перед бургомистром, пока Эос скрывался не подалеку и внимательно слушал их разговор.

- Господин, к вам прибыл курьер от коннетабля Андре дю Фамоа.

Андре дю Фамоа один самых талантливых полководцев, которых только приходилось видеть истории. Этот человек отличился своей не ординарной тактикой ведения битв и разработкой множества шаблонных стратегий, которые можно подогнать под любую ситуацию. Не зря этот человек возглавляет единственную профессиональную армию в королевстве Фестуа.

Многие феодалы и аристократы собирают армии из простого ополчения, кнехтов, вооружают их чем придется и бросают на бой как пушечное мясо. Никакой тактики или стратегии, ни даже хоть какого-то простого плана они не использую. Местная аристократия скорее торговцы и купцы чем полководцы и в случае войны они мало на что могут повлиять против хорошо организованной армии. Например против профессиональных солдат соседней империи. Сказывается влияние консерваторов, которые сильно тормозят развитие королевства и которые даже сейчас не признают необходимость в постоянной профессиональной армии, которая требует больших затрат на организацию и содержание.

Но королевская династия относится к числу новаторов, которым хватило средств и терпения для создания полноценной армии. Десять тысяч хорошо обученных солдат с отточенным маршевым ходом, хорошо мотивированы и готовые начать битву в любой момент, хоть в знойную жару, хоть в леденящее зимнее время. Простые кнехты выполняют одну задачу, это сражаться, в то время как королевская армия выполняет множество функции, строят лагеря, рвы и при необходимости даже корабли простой конструкции. А каждый год за это получают достойное жалование.

Как на радость, даже нашелся отличный полководец, Андре дю Фамоа, который приложил руку к созданию королевской армии. Сочетание превосходной армии и талантливого полководца создали настоящую несокрушимую силу, из-за которой многие соседние страны старались не ссориться с Фестуа.

- Позволь угадать, это насчет графства Сомерсет, не так ли? - Предположил бургомистр, с чем Жоффруа согласился.

- Все так. - Сказал тот и отошел в сторону, давая слово курьеру.

- Господин, вам послание от коннетабля Андре дю Фамоа. - Сказал тот, одновременно протягивая приготовленный свиток.

Градоначальник развернул сверток и начал зачитывать содержимое.

- Ясно, коннетабль требует с меня провизии для его армии и отряд воинов из гарнизона в придачу. - Расстроенно произнес Вольфган, после чего свернул бумагу обратно. - Хорошо, передай ему, что я выполню его условия.

Курьер поклонился и быстро ретировался, дождавшись пока парниша не выйдет из зала, дворецкий поинтересовался у своего господина.

- Вас что-то беспокоит? - Жоффруа было непонятно недовольное лицо бургомистра, поскольку знал, что предоставить отряд заурядных воинов ему не составит труда, а продовольствия на складах предостаточно благодаря тауматургическим исследованиям теургов. Похоже в послании было что-то еще, о чем не сказал бургомистр.

- Есть еще кое-что, полководец требует с меня двух лучших воинов которые у меня имеются.

- Разве это проблема?

Вольфган принизил голос и подозрительно огляделся.

- Если я отправлю туда своего рыцаря, то его там могут убить. Но если я отправлю туда двух сегодняшних наемников, то наши планы могут затянутся. Враги подобрались слишком близко, мне нужна защита. А они, как я думаю, смогут помочь нам.

На момент показалось, что непоколебимое лицо дворецкого дернулось в скептицизме. Тот наклонился на ухо и прошептал, но Эос все равно услышал его слова.

- Вы уверены, они же еще не просвещены, что если они предадут нас?

- Если они познают Их намерения, то они поймут нас. Я уверен. По их лицам видно, они не глупцы и до них модет снизойти озарение, как когда то снизошло на Бертрана.

Жоффруа выпрямился и с сожалением произнес.

- Боюсь я не разделяю вашей уверенности.

- Ничего страшного, если мы проиграем, то всего лишь умрем. - Завершив сказанное, бургомистр затерялся в толпе, а его дворецкий остался стоять на месте с недовольным лицом. Похоже спать выспаться этой ночью у Эоса не получится.

Тень 10 Путешествие всерьез.

"В. Базе. Данных. Есть. Информация. О. Странном. Поведении. Одного. Рабовладельца. Тот. Позволяет. Получать. Товар. Только. Доверенным. Лицам. И. Старается. Не пропускать. Посторонних. В. Нижние. Этажи. Своего. Особняка. Кроме. Того. Вокруг. Его. Резиденции. Обнаружена. Высокая. Концентрация. Энергетического. Поля. Однако. Это. Не концентрированная. Таума. Мы. Не смогли. Определить. Природу. Этой. Энергии.

Если. Монолит. Который. Вы. Ищите. Где-то. Рядом. То. Он. Находится. Под. Особняком. Барона. Гая. Ищите. Его. Там."

По пути к тому самому особняку, Хорас размышлял над словами 143. Его особенно заняла информация о неопределенной природе энергии, о котором говорило существо, обладающее огромным багажом знаний. Неизвестной для кованых энергией обладает не так уж и много предметов и если такой все таки обнаруживается, то значит этот предмет оставлен от примусов, поскольку только те могли использовать технологии на основе неизвестной энергии.

Такой же энергией обладают врата и "Зовущий Закала", два самых опасных артефакта оставленные примусами источают безумное количество энергии, достаточной для того, чтобы разорвать пространство и время. Примусы желали использовать врата не только как способ связаться с потусторонними существами, но и как способ путешествия между вселенными. Возможно некоторым и удалось прорваться сквозь пустоту между вселенными и избежать изгнания в иные измерения, но таких абсолютное меньшинство.

Но вот монолит другое дело, это по сути самое обычное хранилище энергии. Но тогда откуда в этом монолите появляется энергия после истощения, возможно ли такое, что примусы смогли открыть источник бесконечной энергии? Хорас со скептицизмом отбросил это предположение. Он как ученый хорошо понимал, что не существует бесконечного источника энергии, будь ты даже богом, тебе нужно отнимать энергию у других, чтобы продолжать жить. Если энергия в монолите не бесконечна, то как долго он сможет питать энергией другие подобные артефакты. Однозначно очень долго, но насколько долго, Хорас даже представить не мог.

Главное на данный момент, это заполучить в свои руки монолит, чтобы предотвратить исполнение запасного плана культа четырех. Если предвестнику удастся найти врата и развеять их внутреннюю энергию, то врата начнут заново поглощать энергию из окружающей среды в течении целого столетия, но если не отнять у культа монолит, то при помощи него они смогут заново запитать и открыть врата. Поэтому пришлось поделить план на две ветви и если все получится, то врата и монолит перестанут представлять угрозу для Сапфира и его обитателей.

Сейчас необходимо быть крайне осторожным и не допустить ни единой ошибки, каждая оплошность может привести к фатальному исходу. В себе Хорас был уверен, его сил достаточно чтобы бороться с силами культа, Клык так же не подведет в случае опасности. Но насчет второй группы Хорас сомневался, Софи та еще пьяница и в случае опасности может быть не готова, Эос напротив, обнадеживал его. У этого органика есть четкая мотивация, ему уже приходилось сталкиваться с гибелью мира и он знает насколько это ужасно. Даже не пришлось сильно напрягаться, чтобы убедить его остаться.

Поломанные ветки перестали хрустеть под ногами и Хорас вместе с Клыком вышли из леса на белые луга освещенные лунным светом. В дали виднелся огромный особняк обнесенный решетчатым забором, по периметру которого сновали стражники с факелами в руках.

Клык поднялся с четверенек и начал докладывать, то что только смог учуять или заметить.

- Так, чую... десятерых, нет... их там тринадцать.

Хорас приблизил изображение и начал разглядывать ограду.

- Верно. - Подтвердил Хорас.

- Как будем действовать?

Хорас призадумался, размышляя над тем как лучше поступить. Если пойдут в открытую, то быстро смогут прорваться к монолиту, но тогда они точно столкнуться с сильным противником, который будет защищать монолит. Но если они попытаются пройти скрытно, то у них есть шанс проникнуть внутрь незамеченными.

- Клык. Постарайся. Не шуметь.

- Че, по тихому? Серьезно, я ж не шарю за маскировку.

- Не страшно. - проговорил Хорас и протянул руку в сторону Клыка.

Перед стальной ладонью появился белый тауматургический круг, из которого полились белые частицы похожие на снежинки, облепляя Клыка с ног до головы. Как только круг исчез, Клык все так же стоял в недоумении, но как только начал разглядывать свое тело, удивленно подскочил.

Снежинки, облепившие его тело исчезли, но вместе с ними исчезло и его тело. Хорас пояснил.

- Это. Заклинание. Скрыло. Твой. Видимый. Облик. Для. Простых. Глаз. Ты. Невидим.

- Ну ни хрена себе. - Все еще удивлялся вервольф.

Он поднял свои руки на уровень лица, двигал им и вытворял различные жестикуляции, но все равно не видел их, как бы не тот не прищуривал свои глаза. Но слух его не подводил, Клык слышал как трутся металлические части его доспеха и как завывает ветер от его рук.

- Заклинание. Не совершенна... Стоит. Перестраховаться. - С такими словами Хорас вновь протянул руку и наложил на зверя еще одно заклинание.

Из круга полезли огненно-желтые нитки, тонкими струйками направившиеся в сторону вервольфа. Те начали обволакивать тело зверя, вырисовывая его огненный силуэт. Не смотря на несколько пугающий вид, нити вовсе не обжигали и не причиняли никакого дискомфорта. Круг исчез, а вместе с ними и нити испарились в воздухе.

Клык хотел что-то сказать, но вдруг понял, что не может говорить. Его челюсть и язык двигались свободно, но никакого звука не было, даже некогда шумевшие доспехи умолкли и не издавали никакого звука. Абсолютная тишина.

- Можешь. Не беспокоиться. Это. Заклинание. Вскоре. Спадет. И. Ты. Сможешь. Снова. Говорить. - Пытался тот обнадежить Клыка, но судя по недовольному выражению лица и постоянно открывающейся и закрывающейся пасти, тот был крайне не доволен. Но так Хорасу даже больше нравилось.

Невидимость которое он наложил на Клыка не совершенна, исчезает видимость для простых глаз, а шум и запах оставались также доступны для чутья. Даже само заклинание невидимости можно легко обойти, просто использовав заклинание видение ауры существа, как Хорас сейчас смотрит на Клыка, в таком случае обнаружить невидимого врага не составит никакого труда. С запахом вервольфа Хорас ничего не мог поделать, но он хотя бы подавил его шум, что значительно усложняет его обнаружение.

Наложив на себя те же заклинания, Хорас исчез из поля зрения и стал неслышимым. Клык немного растерялся и начал оглядываться по сторонам, в надежде обнаружить своего друга, но тот быстро дал о себе знать. Резко, словно гром среди ясного неба, в голове вервольфа прозвучал голос Хораса.

- Клык. Ты. Меня. Слышишь? - Клык в недоумении пытался произнести хоть слово, совсем забыв о недавно наложенном заклинании. - Я. Способен. Общаться. При. Помощи. Мыслей. Напрямую. Направляя. В. Твой. Мозг. Свои. Слова. Так. Мы. Сможем. Общаться. - Клык хотел ответить ему в мыслях, но Хорас Будто бы не слушал его. - Есть. Нюанс. Связь. Односторонняя. - Клык разочарованно опрокинул голову, но Хорас добавил. - Но. Ты. Сможешь. Видеть. Меня.

Как по приказу, в глазах вервольфа начал проявляться силуэт Хораса. Его искаженный силуэт обволакивала голубовато-прозрачная пленка из таумы, словно бы перед Клыком стоит призрак, а не кованый. Это стало возможным только благодаря прямой мысленной связи между ними. Их сознания стали в некоторой степени взаимодействовать, благодаря этому Хорас может разговаривать с вервольфом на расстоянии до десяти миль, а Клык может видеть и учуять Хораса, хоть и очень плохо.

- Ладно. Идем.

Хорас и Клык двинулись в сторону особняка легким бегом, совершенно не беспокоясь о том, что их кто-то услышит. Хорас легким движением перепрыгнул через забор и мягко приземлился на снег, который кстати тоже не шумел. Клык с некоторой трудностью, но все же перелез через ограждение.

Перед тем как идти дальше, Хорас и Клык замерли на месте, одновременно смотря как к ним приближается один из стражников. Клык по привычке потянулся за мечом, но Хорас остановил его. Человек в простенькой кольчуге спокойно шел по притоптанному снегу и остановился прямо перед двумя нарушителями. Его взгляд направился наружу прямо сквозь тело Клыка, за пределы территории особняка. Вервольф все еще поражался этой тауматургии, Клык смотрел прямо в упор на бородатое лицо человека, а тот его даже не замечает.

Стражник посмотрел на покрытую снежным одеялом землю. Клык начал заметно нервничать и последовал в след за глазами стражника. Снег на котором стояли нарушители уже был примят ботинками стражников еще до того как они проникли внутрь. Клык облегченно вздохнул. После этого, стражник посветил факелом на свободное пространство между оградой и особняком, там снег оставался не тронутым. Проверив периметр, часовой двинулся дальше вдоль забора.

- За. Мной. - Произнес Хорас и двинулся по протоптанной дорожке вдоль ограды.

Вдоль ограды снег уже был протоптан часовыми, в то время как снег вокруг самого особняка остался нетронутым. Хорас верно подметил, что снег так же используют для обнаружения нарушителей и предпочел двигаться уже по проделанным дорожкам.

Идя вдоль снежной тропки, нарушители подошли к небольшой будке с торчащим из крыши каменным дымоходом. Внутри горел свет от печки и исходил шум разговорившихся часовых. Подобравшись ближе, Хорас заглянул в приоткрытое окно, в простенькой комнатушке он насчитал пятерых вооруженных воинов, а говорили те совершенно не о чем и лишь оживленно играли в кости и карты. Никакой полезной информации.

Заметив, что от будки к особняку идет тропинка, Хорас повел Клыка за собой. Пройдя по ней, они наткнулись на дверь, ведущую прямо внутрь особняка. Хорас взялся за дверную ручку и медленно повернул ее, но дверь так и не открылась. Приложив вторую руку к замочной скважине, кованый применил заклинание. Замок беззвучно щелкнул и дверь поддалась. Оперативно проникнув внутрь, Хорас медленно закрыл дверь за собой и начал осматриваться вокруг. В помещении было слишком темно, чтобы хоть что-то увидеть, но что Хорас, что Клык, обладали отличным ночным зрением.

Вдоль стен расположились длинные столы, на которых валялось множество припасов, мешков с зерном, овощей и кухонных инструментов. У одной из стен стояла огромная кухонная печь с закрытыми дверцами. Эти двое однозначно попали на кухню.

Обычно, прямо рядом с кухней должна находиться лестница в подвал, где хранятся запасы на зиму, откуда можно найти проход в подземные этажи особняка. Выйдя из кухни в коридор, Хорас дал Клыку приказ.

- Ищи. Лестницу. В. Подвал.

Клык молча начал открывать одну дверь за другой, Хорас начал помогать ему.

За первой дверью находился небольшой предметный склад, ножи, тарелки, вилки. Ничего особенного. За второй дверью Хорас увидел уборные ямы на каменном полу. Если бы Хорас воспринимал запахи, то наверняка поморщился бы от вони. За следующими тремя дверьми Хорас ощутил присутствие людей. Заглянув внутрь сквозь дверь, Хорас увидел нечто вроде общежития, где спали местные кухарки. Хорас хотел предупредить Клыка, но остановился, вспомнив о превосходном нюхе вервольфов.

Конечно, Хорас мог бы отсканировать весь особняк графа и не париться с дверьми. Но Хорас был из тех, кто применяет силу только по мере необходимости и с большой осторожностью. По его мнению, особняк мог быть оборудован артефактами обнаружения скана из-за значимости монолита который здесь спрятан, если бы Хорас применил скан на всем особняке, то их бы уже обнаружили. Но другое дело, применять его в локальных масштабах, не затрагивая места, в которых этот артефакт может находиться.

Открыв еще одну дверь, Хорас взглянул на банкетный зал, украшенный дорогой мебелью и сложной люстрой. Закрыв дверь, Хорас увидел как Клык быстро приближается к нему. Тот хотел что-то сказать, но ни мог издать и звука. Хорас временно прекратил действие бесшумного заклинания. "Говори. Но. Тихо.", послышалось от кованого. Клык, для проверки слегка помычал, и только потом заговорил.

- Я кажется нашел подвал. - Сказал Клык и сразу побежал в доль коридора к нужной двери, Хорас не отставал.

Войдя в нужное помещение, Хорас сразу же подметил складские полки с различными припасами и предметами, но лестницы он так и не заметил. Клык пошел вдоль полок и привел их к открытому люку, под которым стояла деревянная лестница. Внизу было еще темнее, но это все так же не было проблемой. Хорас первым спустился вниз а за ним и Клык. Тяжелые ноги подняли слой земляной пыли, которой был осыпан весь пол, по сторонам к стенам пристроились такие же полки с припасами, а впереди приоткрытая дверь.

Хорас медленно подошел к ней и выглянул наружу. Еще коридоры, но уже без дверей, простые каменный стены и с неприкрытым земляным полом. Выйдя, Хорас посмотрел по сторонам и увидел два туннеля, прямо и направо. Разделяться Хорасу не хотелось, но сейчас ситуация вынуждала.

- Клык. Я. Пойду. Прямо. А. Ты. Иди. Направо. - Вервольф неуверенно посмотрел на Хораса, верно понимая нынешнюю ситуацию, разделяться в опасном особняке, не лучшая идея, но спорить все равно не стал. - Будь. Осторожен. Здесь. Могут. Быть. Ловушки. - В ответ Клык лишь молча махнул рукой и пошел по туннелю в который указал Хорас. Сам кованый не дожидаясь направился вперед.

Впереди его ждал длинный каменный коридор, которого Хорас не ожидал. Похоже особняк имеет под собой большую подземную сеть, к которой присоединены и подвалы, это значит, что попасть сюда довольно просто, но раз так, то и ловушки в этом месте имеют место быть. Для Хораса любые ловушки оставленные органиками не представляют угрозы, от примитивных капканов, до сложных тауматургических символов.

Сплошные каменные стены начали сменяться решетками, за которыми находились рабы владельца этого особняка, барона Гая. Остановившись, Хорас по внимательнее посмотрел на здешние экземпляры, среди всех них были расы чуть ли ни всех мастей, зверолюды и человекоподобные. Люди, верлы, рокеры, орки с носами летучих мышей, хоббиты, вервольфы, каджиты и ящеры. Их скелеты были обтянуты тонкой кожей, скованные в цепи руки не могли даже шевельнутся. Тела этих бедных существ бессильно лежали на холодной земле рядом с высохшими трупами по соседству.

Хорас равнодушно посмотрел на вервольфа, который так сильно напоминал Клыка. Человекоподобным расам сложно различать выражение лица зверей, но Хорас безошибочно их определяет, и конкретно в этом вервольфе он видел что-то общее между Клыком. Вполне вероятно, что они из одного племени Серых, которые мигрировали в леса Фестуа.

Недавно лежавший без сознания зверолюд вдруг задергал носом, видимо учуял Хораса. Открыв тяжелые веки, вервольф, опираясь на дрожащие руки, принял сидящий вид и начал оглядывать окружение потухшими глазами. Хорас стоял неподвижно и наблюдал за ним. Зверолюд с трудом открыл пасть и повернул языком.

- Кто... здесь? - Вместо привычного рычащего голоса послышался еле слышимый хриплый звук.

Хорас удивился такой выносливости вервольфа, но особого значения этому не придал. Развернувшись, Хорас пошел дальше по туннелям, оставляя этого зверолюда позади себя, сейчас совершенно другие приоритеты и брать с собой балласт он точно не собирался. Вскоре камеры с рабами прекратились и снова начался каменный туннель, но пройдя дальше, Хорас увидел лестницу ведущую вниз и больше ничего.

Медленно спускаясь по ступеням, Хорас заметил, как туннель постепенно расширялся и когда ступени прекратились, Хорас посмотрел на пару тяжелых железных дверей, весящие на толстых петлях и скованные огромным замком. Просканировав его, кованый обнаружил этот замок самым обычным, без каких-либо зачарований. Со спокойной душой Хорас приложил к нему руку и отстегнул от дверей. Тяжеленные двери с трудом ехали на петлях, но не издав ни единого скрипа. За этими массивными преградами скрывался огромный круглый зал с куполообразным потолком. Центр зала окружали несколько десятков колонн из выточенного мрамора, из потолка торчал огромный эфирный кристалл, который по идее служит единственным источником света. Пол выложен из гладко-полированных плит каждая из которых была шестиугольной формы.

Подойдя к центру зала, Хорас наклонился и увидел огромный шестиугольный след на полу.

- Монолит. Был. Здесь. Но. Сейчас. Его. Нет. Это. Объясняет. Отсутствие. Охраны. Но. Как. Его. Вынесли. Отсюда? - Задавшись таким вопросом, Хорас тут же начал оглядывать зал, вдоль и поперек, но перед этим... - Клык. Иди. За. Мной. Я. Нашел. Кое-что. - Связавшись с Клыком, Хорас продолжил оглядываться.

Как бы он не старался, он не нашел ни единого прохода, который вместил бы себя монолит, был только один проход, через который Хорас и попал в зал. Его габариты были примерно такими, пять метров в высоту и по три метра в ширину каждой грани монолита. Даже если бы такой габаритный проход и был, то возникли бы большие трудности по перемещению столь тяжелого артефакта.

Но кроме следов, на каждой плитке вокруг имелись тауматургические символы, Хорас внимательно их разглядел. Отдельные руны и их конфигурация были ему знакомы. Символы выстроены в таком порядке, чтобы иметь возможность воздействовать на реальность, искажая тем самым пространство. Иначе говоря, телепорт. От такого рода сложных заклинаний, всегда остаются следы или же остаточные каналы, по которым можно переместиться вслед за монолитом. Но для этого еще нужно найти след, если он вообще остался. Для этого требуется тщательно просканировать весь зал, что может быть чревато обнаружением, но Хорас уже не сомневался в своих действиях.

Став прямо в центре зала, Хорас развеял свои заклинания, направив всю внутреннюю тауму на сканирование. Кристальные глаза кованого загорелись ярким голубым цветом, озаряя некогда темное помещение неодолимым светом. Первая волна сканирования изучила весь зал, каждый камешек и каждую расщелину. Но это не то, что ему нужно, переключив режим, Хорас увидел мир в ярком голубом цвете, переливающиеся накатывающими волнами. Обычный человек обомлел бы от такой невероятной красоты, но Хорас уже множество раз видел такую картину и это вовсе не впечатляло его. Лишь еще один инструмент в его арсенале. Снизив чувствительность к тауме, Хорас начал оглядываться в поисках остаточного следа, вокруг себя он видел маленькие желтые нити идущие от символов на полу и направленные по дуге вверх. Опрокинув голову, Хорас увидел над собой множество желтоватых прядей, сливающихся в единый красный поток.

Это, след, теперь остается только коснуться его и определить конечную точку телепортации.

- Хорааас! - Послышался голос вервольфа со стороны входа.

Хорас обернулся и посмотрел на новоприбывших переключив режим видения обратно на стандартный. Клык бежал во весь опор, неся при этом на своем плече того самого вервольфа из камеры, мимо которого Хорас прошел.

- Клык. Зачем. Ты. Привел. Его. С. Собой. Это. Большой. Риск.

Вервольф даже слушать его не стал.

- Ааа, потом объясню, у нас проблемы по серьезнее! Там какой-то верзила за мной увязался! У меня шерсть дыбом встает от одного его вида! - Клык торопливо пытался объяснить ситуацию, но вслед за ним, за стальными дверьми послышался тяжелый топот сабатонов. - Охх черт, он уже здесь. - Клык мягко положил своего ослабшего собрата на пол и вооружился своим цвайхендером. Хорас начал ожидать прибытие того, кто одним лишь своим видом испугал матерого вервольфа.

В проходе показалась высокая фигура, которая только склонив голову могла пролезть в туннели. Выйдя в зал тот выпрямился и размял плечи. Перед незваными гостями предстала огромная двухметровая туша, с ног до головы закованная в угольно-темные доспехи и фиолетовым плащом за спиной. Хорас быстро просканировал его и не обнаружил при нем никакого оружия, ни даже кинжалов или ножей, ничего, одни только доспехи. Раз при нем нет холодного оружия, значит он опытный тауматург. Хорас снова переключил режим видения и взглянул на темного рыцаря. Любой более менее опытный таумтург начинает отбрасывать особую ауру, отличную от простых людей или воинов. Но когда Хорас посмотрел на новоприбывшего противника, тот обомлел от увиденного.

Аура, которую наблюдал Хорас, была похожа на огромный пожар охвативший половину зала. Его потоки были схожи с языками пламени и обжигали касающиеся их потоки таумы, вытесняя ее и завоевывая для себя пространство. Взяв себя в руки, Хорас вновь начал мыслить холодно и расчетливо. Его арура в радиусе составляет примерно пять-шесть метров, такими же габаритами ауры располагают и стальные братья Хораса, возможно ли, что это существо по силе равно кованым. Хорасу раньше еще не приходилось сталкиваться с противниками равные ему по силе. Поэтому слегка растерялся, но уже сейчас Хорас составил план.

Кованый не намеревался убивать темного рыцаря, по крайней мере сейчас. На данный момент, им ничего неизвестно о его способностях, кроме этого ему на помощь могут прийти еще несколько точно таких же существ. Наилучший вариант, это отступить.

Пока рыцарь не напал, Хорас инициировал заклинание, наложив его прямо на себя. "Раздел души", так называлось это заклинание и как только эти слова прозвучали в его голове, из его груди начала вырываться полупрозрачная голубоватая рука, по структуре идентичная руке кованого. Затем, после руки показался корпус, ноги и сама голова. Перед всеми предстала точная копия самого Хораса, вплоть до его сознания.

- Я. Разделил. Свое. Сознание. На. Двое.

- Я. Помогу. Тебе. Задержать. Его. - Заговорил голубой двойник Хораса.

- Мне. Нужно. Закончить. Дело. Тогда. Мы. Сможем. Уйти. Отсюда. - Сказал настоящий Хорас. Самостоятельно определив роли, оригинальный Хорас вернулся к центру зала.

Вновь посмотрев на единый огненный поток, Хорас воспарил над землей и потянулся к остаточному следу. Коснувшись его, сознание Хораса отделилось от его тела, словно сбрасывая старую оболочку, и с невероятной скоростью устремилось в небо, не как птица, а как скоростная ракета. После вид начал снова меняться, он летел параллельно поверхности планеты, непроглядная и холодная ночь сменилась ярким солнечным днем, бесконечные зимние луга заменяли зеленые поля и пустынные моря.

Клык ошеломленно посмотрел на весящего в воздухе Хораса и который никак не шевелился. Помотав головой, Клык произнес.

- Ладно, конкретно охуевать буду потом. - Повернулся лицом к темному рыцарю. - Как теперь будем действовать? - Поинтересовался тот у фальш-Хораса.

- Для. Начала... - Репликация на кованого, положила руку на плечо вервольфа и мигом наложила на него сразу несколько заклинаний.

По сути, Хорас просто усилил базовые показатели органиков, сила, скорость, выносливость, прочность, реакция. Клык почувствовал как его тело начало значительно меняться, в лапах почувствовалась небывалая легкость, в теле появилось много энергии, а каждое движение словно обрабатывалось двумя головами сразу.

- Теперь. - Закончив с Клыком, Хорас шагнул вперед и вытянул руки в стороны. Там, куда кованый указывал руками, в паре сантиметрах над землей появилось четыре синих тауматургических круга. Из них, словно из порталов, начали подниматься маленькие горошина-образные частицы, как только они вышли из тауматургических кругов в достаточном количестве, те начали сливаться в четыре фигуры. - Призыв. Элементалей.

Сформировавшись, они и правду начали походить на элементалей, каждый принадлежащий своей собственной стихии. Слева, огненный рогатый демон со струей огня вместо ног, рядом с ним находился земляной голем, обросший свежей травой и цветами на собственной горбатой спине. Справа, стояла дева целиком состоящая из воды и даже с рыбами, плавающими в ее животе. Поодаль ветер начал ускоряться, поднимая пыль и создавая видимый вихрь. Сформировавшись окончательно, перед всеми предстал последний элементаль воздуха, напоминающий миниатюрное торнадо.

Наконец все четыре обитателя зеркального измерения прибыли на зов своего контрактника. Но элементали лишь самая верхушка огромного айзберга, на деле видов зеркальных духов куда больше. В общей сложности их насчитывается примерно двести видов и более десяти тысяч подвидов каждого из обитателей зеркального измерения. Многие из них известны Хорасу и даже изучены им, что достаточно проблематично, поскольку зеркальные духи обладают полуматер-иальными телами. Это говорит о том, что для физического урона они мало восприимчивы и чтобы одолеть такое существо, необходимо обладать значительными тауматургическими умениями или же иметь при себе зачарованное оружие.

Плюс к этому, зеркальные духи никогда не работают бесплатно. Как выяснилось, зеркальные духи просто обожают питаться таумой из реального измерения и готовы принимать его в качестве валюты. Для этого требуется заключить контракт и после этого, тауматург сможет призывать духа к себе на помощь, взамен отдавая часть свой таумы. Цена оплаты зависит от силы самого зеркального духа, которые подразделяются на три простых ранга, низшие, бывалые и высшие зеркальные духи.

Элементали призванные Хорасом относятся к бывалым духам, которые требуют за свой призыв большое количество таумы. Для наглядности, среднестатистический тауматург может призвать разом только двух бывалых духов, при этом истощая весь запас внутренней таумы. Хорас же может призвать свыше сотни бывалых духов и не испытывать трудностей с таумой. По желанию он бы мог призвать кучу высших зеркальных духов, но кованый не торопится раскрывать все свои карты, приберегая их для более подходящего момента.

Сейчас Хорас хочет провести разведку боем и выведать стиль боя опытного тауматурга закованного в доспехи, принеся ему в жертву четырех элементалей.

Молча махнув рукой, Хорас отдал приказ атаковать противника. Огненный демон, как самый неудержимый ринулся в бой первым. Летя в сторону черного рыцаря, элементаль огня выпустил из звериной пасти густую струю пламени и не прекращал пока не приблизился к противнику в плотную. Огонь начал обволакивать все тело рыцаря пламенем и не прекращал гореть, пока элементаль не приказал своему огню погаснуть. Пламя начало медленно сползать с доспехов черного рыцаря, оставив их совершенно нетронутыми. Приглядевшись Хорас увидел как прямо за волной пламени сползает и полупрозрачное поле, обволакивающее его доспехи.

Поняв, что огонь бесполезен, элементаль замахнулся огромной когтистой лапой. Рыцарь выставил руку, на которой из темной дымки сформировался округлый щит сотканный из самой тьмы. Когти элементаля скользнули по щиту даже не оставив на нем царапин и поставив себя в уязвимое положение. Рыцарь свободной рукой потянулся ко лбу демона и коснулся его одним пальцем, в ту же секунду элементаль превратился в сосульку. Элементаль не мог двинуться или растопить этот лед, как бы тот не старался и сколько бы ярости в это не вкладывал, леденящий холод был сильнее его пламени.

Другие элементали, и Клык в том числе, с удивлением посмотрели на черного рыцаря и своего замороженного собрата. Но Хорас ожидал именно такой результат, легко и быстро. Темный рыцарь одним ударом щита разбил заледеневшего духа на мелкие осколки, которые мгновенно испарились в воздухе не успев приземлиться на плиточный пол. От огненного элементаля не осталось и следа. Кованый посмотрел на пятящихся назад духов и вновь дал им мысленный приказ атаковать.

Вторым в атаку Хорас отправил земляного голема. Тот уперся на длинные глыбы вместо рук и на четвереньках побежал на рыцаря. Подойдя на нужную дистанцию, голем замахнулся обеими конечностями, словно взбешенная горилла. Рыцарь поднял голову и спокойно смотрел как на его голову падают пара огромных валунов и лишь в последний момент тот заскользил по полу, при этом совершенно не двигая ногами. Огромные конечности голема с грохотом приземлились на пол, разрушая его и поднимая тучу пыли.

Воспользовавшись моментом, рыцарь воссоздал вместо щита огромный молот. Наконечник молота поднялась высоко над головой и с размаху приземлился на маленькую голову голема, раскрошив ее на мелкие кусочки. Огромная земляная туша упала на пол, поднимая собой еще больше пыли.

Молот исчез из рук рыцаря и тот начал отмахиваться от поднявшейся пыли, будто бы это была большая проблема чем элементали.

- Твою мать! Хорас, сколько нам еще ждать?! - Обеспокоенно проорал Клык, видя как двух бывалых элементалей уничтожили с невероятной легкость.

- Еще. Немного. Пятьдесят. Секунд. - Неуверенно проговорил Хорас, считая, что их настигнут куда быстрее.

- Ох блин, да мы и пяти секунд не протянем.

- Клык. - Хорас осуждающе посмотрел на вервольфа. - Я. Принял. Тебя. Только. Из-за. Твоей. Самоуверенности. Где. Же. Она?

Вервольф не довольно посмотрел кованого, в его глазах читались смешанные чувства из гнева и сомнения.

- Да пошел ты! Ты то нихера ни чувствуешь, так что не тебе говорить о страхе! Как же бесит!

- Верно. Лучше. Гнев. Чем. Страх. - Удовлетворенно проговорил Хорас, после чего отдал приказ атаковать двум оставшимся элементалям.

Морская дева и вихрь разом атаковали рыцаря на расстоянии, научившись опыту двух неудачных соратников. Ветреное лезвие на ряду с водным помчались в противника с безумной, в ответ темный рыцарь создал пару огромных осадных щита на каждую руку и укрылся за ними. Лезвия с силой врезались в щиты оставив на них заметные следы, но все же не разрушив их.

Сразу же после атаки, элементали замялись, сделали короткую паузу после атаки, что стало для них фатальной ошибкой. Щиты начали менять форму, превратившись во внушительных размеров мушкетон. Нажав на курок, из ствола раздался громогласный выстрел и в элементалей полетела дробь из мелких пуль. Это оказалось бесполезным, ведь некоторые пули остались в телах элементалей не нанеся им никакого урона, а некоторые полетели дальше. Хорас быстро среагировал и создал поле, защитившее их от летевших в них снарядов.

Мушкетон испарился и рыцарь протянул руку в сторону духов сжимая кулак. Пули застрявшие внутри полу-материальных тел начали растворятся, морская дева и вихрь начали чернеть, что вызвало внутри них неимоверную боль. Голосом они не могли сказать об этом, но их сморщившиеся лица и кривляния говорили сами за себя. Их тела начали угасать, пока вихрь не развеялся, а дева не растеклась по полу оставив после себя пару дохлых рыб.

Внимание рыцаря переключилось на главных нарушителей. Клык слегка вздрогнул, но отступать явно не собирался.

- Тридцать. Секунд. - Тихо произнес Хорас, вервольф сразу же понял о чем он.

Остается продержатся тридцать секунд и тогда они смогут уйти отсюда. Какие-то никчемные тридцать секунд, но Клык еще никогда не чувствовал себя настолько загнанным в угол.

- Останься. И. Защити. Настоящего. Меня. - Клык кивнул в согласии.

Хорас зашагал вперед на встречу к рыцарю, уже немного понимая характер его боевого стиля. Этот рыцарь пожалую сильнейший тауматург органик которого ему только приходилось встречать, но при этом он использует оружие ближнего и дальнего боя созданного из таумы. Крайне необычное применение для заклинаний. Кроме того, когда он заморозил огненного элементаля, но не применил преобразовательное кольцо. Раз так, то у него достаточно сил, чтобы запросто обходится без него. Все еще сложно представить на что этот органик способен на самом деле.

Рыцарь спокойно стоял и смотрел на приближающегося двойника кованого. Остановившись в трех метрах, стальная рука поднялась и начала создавать тауматургический круг, как внезапно рыцарь махнул рукой и в кованого полетел маленький шарик. Коснувшись стальной руки, шарик взорвался, сам кованый остался цел, но он прервал заклинание разбив на осколки тауматургический круг.

Рыцарь сгенерировал молнию, бьющуюся в раскатах вокруг его руки. Вытянув руку молния полетела в Хораса и врезалась в созданный им барьер, успешно блокировав атаку. Пока кованый был отвлечен молнией, рыцарь быстро сократил дистанцию и нанес удар только что созданным копьем. Темный кончик копья врезался в полупрозрачный щит и начал деформировать его, пока тот не разбился на осколки подобно стеклу.

Хорас начал ускоренно обрабатывать информацию, процессоры в его голове начали работать в полную мощность. Предугадав траекторию движения копья, Хорас легко ушел от линии удара, вместе с тем из руки он выпустил тауматургическую цепь и при помощи нее сковал одну ногу рыцаря. Отпрыгнув на пару метров, Хорас изо всех сил потянул цепь и заставил противника встать на одно колено.

Рыцарь заинтересованно посмотрел на Хораса. Копье в его руках начала удлинятся и второй взмах уже достал кованого. Древко копья ударило того прямо в корпус, но схватившись за него, кованый пустил по нему мощный электрический разряд. Как только молния достигнула рыцаря, тот лишь слегка дернулся и поднялся на ноги.

"Десять секунд", напряженно считал про себя Клык каждую секунду, которые тянулись словно целую вечность.

Рыцарь, вместо того чтобы атаковать двойника кованого, обернулся в сторону настоящего Хораса и начал грозно смотреть на вервольфа который защищал его. Простым движением руки перед ним появилась фиолетово-пламенная волна, что с безумной скоростью двинулась в сторону Клыка. Среагировать тот не успеет, волна движется слишком быстро, Клыку оставалось лишь смотреть как смертоносный огонь вот-вот испепелит его. Но прямо перед ним телепортировался двойник Хораса и развеяв руки возвел щит. Огонь врезался в барьер и начал потихоньку разъедать его, словно тающий лед.

В это самое время, сознание настоящего Хораса, что недавно неслось с огромной скоростью начало замедляться. Его глазам предстали яркие зеленые леса, розовые деревья, теплое солнце и далекий оживленный город.

Перед тем как Хораса не охватил фиолетовый огонь, подобно хищной пасти, тот бросил последние слова.

- Глупый. Органик. Хватайся... За. Него. - Говорил тот указывая взглядом на оригинального кованого, что неподвижно висел в воздухе.

Клык видел, как едкое пламя охватывало его эфирное тело, совсем скоро его руки исчезли и вместо них остались голые репликационные детали, составляющие внутренности кованого. Огонь полз по его телу и растекался по туловищу, обнажая его непонятно-сложные механизмы.

- А ты! Я не могу бросить тебя!.. - Плененный эмоциями выпалил Клык.

- Я. Лишь. Репликация. Поторопись. Спасайся... - Его эфирное тело пронзил наконечник копья, не дав тому закончить свои слова. Глаза смотрящие через щель в забрале находились вплотную перед кристальными окулярами кованого. Чтобы задержать его, кованый выпустил из своей спины шесть эфирных цепей, которые за долю секунды сковали огромного рыцаря, сделав того совершенно не подвижным.

Клык с трудом смог отвести взгляд от умирающего Хораса, даже если это была всего лишь копия, это не могло оставить его равнодушным. Но пересилив себя, Клык мигом подбежал к собрату лежащему без сознания и перекинул его исхудавшее тело через плечо. Добравшись к весящему в воздухе Хорасу, тот схватился когтистой лапой за его ногу. Хорас, почувствовав, что Клык держится за него, инициировал телепортацию. Синие круги, возникшие прямо из воздуха, начали кружить вокруг них, создавая мощный вихрь. Шерсть сама по себе начала вздыматься, в теле возникло чувство легкости, которая потом начала поднимать его в воздух вслед за Хорасом. Затем яркий свет, слепящий глаза.

Все прекратилось, вихрь утих, свет погас. На месте где когда-то висел Хорас, больше ничего не осталось. Ни самого кованого, ни двух вервольфов.

Темный рыцарь разочарованно оглядел зал и вновь посмотрел на оставшуюся копию перед ним. Его вокабулятор был поврежден и поэтому слова были сильно искажены, но все еще оставались понятными.

- Т-т-ты... Про-роооо-играл. - С издевкой говорил кованый, но в ответ прозвучал грозный и твердый голос.

- Мы еще встретимся, Хорас.

Издав последний сигнал, эфирное тело Хораса растворилось в воздухе образом из сновидений. Вместе с ним исчезли и цепи сковывающие рыцаря и фиолетовое пламя пожиравшее его тело. В зале настала долгожданная тишина.

Не теряя время, рыцарь взглянул на мир в другом цвете, потоки таумы моментально показались в его глазах. Посмотрев на место где висел Хорас, он увидел остаточный след, по которому тот смог уйти. Схватившись за этот след он начал искать место куда те отправились, проследовав тому же пути, сменив дни и ночи, холод и жару, он увидел ярко зеленые леса и копошащихся людей.

- Господин Селафиил! - Послышался тонкий женский голос со стороны входа.

К высокому рыцарю выбежала девушка в вычурном готическом платье, поддерживаемое руками, чтобы не споткнуться о собственный подол. Несмотря на то, что в зале стояла непроглядная темень, ее кроваво-красные глаза отлично видели даже без тауматургических заклинаний.

Подбежав ближе, она откинула длинные рыжие волосы с лица.

- А где враги? - Говорила та осматривая весь зал вдоль и поперек.

- Они сбежали. - Равнодушно ответил Селафиил.

- Что, как?!

- Переместились вслед за монолитом.

- Чт?.. Но как, простые смертные не могут обладать такими знаниями... - До нее начало доходить. - С ними был один из кованых?

- Верно.

Девушка прищурилась и состроила не довольное лицо.

- И что будем делать, план под угрозой. Если мы ничего не сделаем, то все наши старания рухнут в одночасье.

Селафиил холодно посмотрел на девушку, словно проблемы не существует. Погладив нагрудник доспеха он начал размышлять, куда бы слить эту надоедливую девушку. Ему вспомнился северный налет варваров который они спланировали.

- Все просто, я отправлюсь вслед за кованым и его друзьями. Вы же в свою очередь должны проконтролировать конфликт в графстве Сомерсет. Сейчас у нас еще есть шанс исправить наши ошибки.

- Я вообще-то... хотела пойти с вами. - Смущенно призналась девушка.

Селафиил уже давно догадался о ее чувствах к себе. Каждый раз когда она видела его, то всегда отводила взгляд от стеснения. А когда хочет заговорить с ним о простых темах, постоянно путалась в словах. Всегда прихорашивается и наряжается в красивые платья, постоянна задавая один и тот же вопрос, "как я вам?". Однажды Селафиил увидел куклу в руках этой девушки, которую та сшила по его нынешнему облику. Но взаимностью тот никогда не отвечал, она его просто не привлекает, на что та обиженно убегала в слезах, а возвращалась всегда прежней и так раз за разом.

- Госпожа Вероника, - с почтением начал Селафиил - я уверен, у вас все получится. Не сомневаюсь, что когда я вернусь, то увижу отличный результат.

Такие слова не могли не обрадовать девушку, ее глаза загорелись воодушевленностью показывая свою белоснежную улыбку и пару вампирских клыка. "Господин Селафиил надеется на меня!", такие мысли витали в ее голове.

- Поняла, я сделаю все что в моих силах!

- Хорошо, только будь осторожна, силы Материалистов сейчас на каждом углу. Постарайся не дать им себя поймать.

- Поняла, я буду осторожна!

Тень 11 Варвар и аристократ.

Королевство Фестуа.

Столица Бордо.

Королевский дворец им. Франсуа дю-Фюрелла.

Древний город берет свое происхождение еще со времен гегемонии империи верлов в далекую вторую эру. С тех пор прошло порядка трех тысяч лет и то, что этот город до сих пор стоит в прежнем облике, заслуга богатых знаний верл из прошлого. На то чтобы построить этот город с самого нуля, они применили все свои инженерные, архитектурные и тауматургические знания, создавались неизвестные до сих пор алхимические смеси и конструктивные решения, что прочно удерживают огромные каменные блоки друг на друге, создавая тем самым несокрушимые словно скалы высокие стены и подобные вековым деревьям величественные дворцы. Утонченная архитектура захватывала дух и заставляла поверить в то, что ты попал в совершенно другой прекрасный мир. Мир наполненный красками, музыкой и смехом, полностью занимал умы новоприбывших, вытесняя всякие мысли о том, что твориться за стенами этого города.

Однако, три тысячи лет большая цифра даже для столь совершенного и утонченного города как Бордо. Некогда белоснежные мраморные блоки дворца начали чернеть и покрываться мхом и грибами, красивые арки потрескались и постепенно осыпаются на землю мелкой крошкой. Окраска великолепных ворот треснула и начала слезать, сменяясь тихо подкрадывающейся ржавчиной, неминуемо сжирая даже тауматургические сплавы.

Существует множество способов ухода за тауматургическими сплавами и каменными блоками, но одно дело очищать от грязи небольшой дом и совершенно другое, держать в чистоте огромный дворец, чьи купола тянутся до самых облаков. Регулярно растрачивая деньги на поддержание презентабельного вида этого дворца буквально разорил бы королевскую семью. Да и в чем смысл так стараться, если со временем весь город обрастал слоем пепла.

Вместо голубого неба и яркого слепящего солнца, тепло приветствующего каждого живого без исключения, над городом вздымались мрачные тучи из едкой копоти и клубящегося дыма через которые не мог пробиться даже один единственный лучик света, подарив этому злачному месту хоть толику надежды. Но нет, черные облака словно клетка, в которой застрял этот город, без света и надежды. Даже на прилегающих землях, на расстоянии сотни шагов не росло ничего, лишь высохшие, напоминающие о самой госпоже Смерти, скелеты мертвых животных, в которых царствовали грибницы и давно омертвевшие деревья, оставшиеся долгим напоминанием того, что когда-то и здесь, на мертвых и отравленных пустошах, была цветущая жизнь.

Краски, музыка и смех переместились под сухую землю, в свежо выстроенный подземный город, где хвастливые аристократы прятались от ядовитого воздуха и развлекались как только могли. Самой душой они придавались всем известным удовольствиям которые только мог придумать их воспаленный разум. Для них стало абсолютно нормально регулярно устраивать всеобщие оргии, которая словно лавина накатывала на весь подземный город. В Бордо не было человека, который не пристрастился бы к бутылке или к веселящему порошку, употребляя их вместо воды, что можно понять по их исхудавшим телам и вечной гари, словно от огромного факела.

Для такого морально разложенного общества в порядке вещей, что аристократия придается греховным развлечениям, в то время как рабы на поверхности, травясь грязным воздухом, надрывают спины мало по малу увядая из жизни. Город, как снаружи так и внутри, погряз в нечистотах, ядах и удовольствии. Люди уже забыли кем они являются на самом деле, человечество Фестуа превратилось в настоящих животных, совершенно позабыв о разуме и сдержанности.

Даже дикие племена зверолюдов имеют хоть какое-то представление о чести, даже там, где это совершенно не уместно. Соседствующие страны с омерзением смотрят в сторону Бордо и подомным ему городам, считая их проклятием, что нужно очистить с лица человеческого рода, а королевская семья, порождение самого дьявола, которых нужно сжечь на костре.

На все это, с высоты птичьего полета, смотрел старый седовласый мужчина с густой бородой и побледневшей кожей на лице, одетый в шелковую рубашку и с роскошно украшенной жилеткой поверх нее, слишком скромно для аристократа и слишком вычурно для простолюдина. Мужчина сидел за столом в своей сером затемненном кабинете, где работал и проводил большую часть своей оставшейся жизни. Стены, обставленные шкафами, до отказа наполнены документами и свертками, на одной из стен висело огромное тканевое полотно, на ней была изображена карта всего центрального континента, с ясными и четкими границами между стран и хорошо прорисованным рельефом.

Но кроме деловых элементов, так же присутствовали и обычные бытовые предметы, как настенное зеркало, прилегающие к нему некоторые принадлежности для ухода за бородой и даже небольшой чайный столик с сервисом из хрупкого фарфора и ограненный золотой оправой. И конечно же бархатная постель тихо покоящаяся в углу комнаты. Практически каждый элемент интерьера наполнен роскошью и утонченностью, которую не могли позволить себе даже самые богатые аристократы и феодалы Фестуа. Но это место скорее напоминало каменную тюрьму в четыре стены.

Старик уставшими и посиневшими глазами взглянул на тауматургический фонарь, что изредка мигал голубым светом на его столе, попутно вспоминая, как когда-то он видел солнечный свет. Уже сложно припомнить, как давно этот человек видел настоящий свет и мягкую траву под ногами, видел как с неба капает дождь и падает снег. Но переведя глаза обратно за окно, он увидел как вместо дождя и снега, на землю опадал черный пепел, закрывающий собой весь голубой небосвод. Было даже непонятно зима или лето сейчас.

Подняв вялые глаза выше, мужчина посмотрел на источник такой погоды. Вдали, прямо по среди гор виднелась дымящаяся вершина, растекаясь раскаленной лавой по склону, подобно вскрывшимся венам. Но это еще не все, обычное стихийное явление было неединственной причиной, прямо над жерлом вулкана стояла крупная промышленная фабрика использующая вулканический жар для массового производства. Это, без сомнения главный стратегический объект, снабжающий королевскую армию почти всем необходимым, на фабрике ковались доспехи, холодное оружие, мушкеты и тяжелые пушки.

- Господин Андре дю Фамоа, я принес отсчет который вы просили. - Андре даже не заметил, как в его комнату вошел его помощник Флюгер, примерно того же возраста и в такой же одежде, держа доклад в изрытой морщинами руке. Не оборачиваясь, Андре внимательно слушал. - Все наши припасы уже прибыли и загружены в обоз, к завтрашнему дню пять тысяч солдат будут полностью готовы к отбытию... - Посмотрев на омраченное лицо командира, Флюгер задал очевидный вопрос. - С вами все в порядке?

Оторвав взгляд от окна, Андре взглянул на состарившееся лицо Флюгера. С трудом подобрав слова, Андре заговорил с ним, совершенно не придерживаясь формальности, ведь перед ним стоял не просто подчиненный, а старинный товарищ, с которым он пережил не один десяток битв.

- Я в норме. - Потерев морщинистыми пальцами сонные глаза Андре ответил. - Так значит все наши приготовления уже завершены?

- Все верно.

- В таком случае, обсудим более важные вопросы. - Говорил Андре переводя взгляд на развернутую карту на его столе. Картографы сильно постарались, составляя карту границ Фестуа и его соседей, не забыв нанести рельеф на всю карту и прилегающие к ним дороги, все в мельчайших подробностях. Поистине искусное творение, считал Андре. - Конечная точка в нашем маршруте, это город Шеффалд.

Андре ткнул пальцем точку на карте.

- Верно, этот город был осажден варварами и пал под их натиском два дня назад.

В голове Андре сразу же засели некоторые сомнения, что-то его смутило и что-то здесь определенно не так. Его даже не волновало то, что город Шеффалд пал, это неудивительно, учитывая насколько северяне хороши в осаде и штурме городов, его волновало совершенно другое.

- Город пал два дня назад, а гонец с посланием от граф-магистра прибыл только вчера. - Андре подозрительно прищурил глаза.

Не мог же гонец преодолеть расстояние от Шеффалда до Бордо всего за один день. Даже учитывая, что гонец имел при себе Бристольских мутантов, специально выведенные при помощи биомантии породы лошадей, способных преодолевать до пятисот миль за день (примерно 960 км или же 80 км в час.), им бы пришлось двигаться до столицы Бордо порядка четырех дней. Именно это насторожило Андре.

- Что вы имеете ввиду? - Любопытно поинтересовался Флюгер, на что полководец устало вздохнул.

- Если Шеффалд пал пару дней назад, то гонцы должны были двигаться четыре дня, это в лучшем случае... Я думаю, граф-магистр отправил гонцов из магистрата в Лестере, что значительно ближе к нашим границам, еще до того как город пал. Он знал, что Шеффалд долго не продержится и использовал это в своих интересах, граф-магистр ничего не делая уже построил хитроумный план. Он не просит о помощи, он буквально вынуждает его соседей отправить ему военную поддержку, это все равно что ставить ультиматум.

- Вы хотите сказать, что создав шумиху вокруг города-крепости Шеффалд, граф-магистр просто вынудит своих соседей помочь ему? Раз так, то соседние графства отправят военную помощь, под страхом потерять свои города точно так же как Шеффалд. А мы будем вынуждены предоставить свою помочь, чтобы не допустить варваров к рекам, которые в конечном счете приведут их к нашим землям. - Размышлял Флюгер одновременно разглядывая реки тянущиеся от Сомерсета до самих городов королевства.

- Верно, мы должны обезопасить наш тыл перед грядущей войной с империей. Но...

Флюгер подхватил слова Андре.

- Близится зима, а нам придется переплывать пролив между северным и центральным континентом, только для того, чтобы нанести удар по северянам. Я понимаю, мы уже многое сделали чтобы повернуть назад, но вы все еще уверены в своем решении?

- Я тебя понимаю, мы вполне можем застрять на северном континенте, из-за заморозков наши корабли превратятся в кучу дров. Но здесь есть и кое-что другое, северяне крайне отчаянный народ и даже не смотря на холод, они будут сражаться столько сколько могут. И пока мы будем бездействовать, варвары сумеют вырвать огромный кусок земли от Сомерсета, а когда лед спадет, начнут присылать подкрепления и продолжат наступление, несмотря ни на что. Мы должны вырвать это отравленное древо под самый корень, пока оно еще сильнее не разрослось. Нам стоит поторопиться, иначе нам грозит война как с варварами на севере, так и на юге с имперцами.

- Понимаю, думаю минотавры наемники помогут нам быстрее преодолеть этот путь. Я подумывал заставить их нести тяжелую пушку, которую король доверил под ваше начало.

- Да, я и позабыл об этом дрянном орудии.

В памяти Андре всплыло огромное чугунное орудие размером с целый дом, тяжеленная пушка стреляющая столь же огромными ядрами, которое совершенно не нравилось Андре, в ней скорее больше недостатков чем преимуществ. "Королевская пушка", как ее назвал сам король, чудовищно медлительна во всех смыслах этого слова, заряжание происходит крайне медленно, тяжелые ядра для начала нужно поместить на специальный кран, что уже подвиг для простых инженеров-артиллеристов, а затем столкнуть ядро в жерло пушки, из-за чего может скоситься расчетный прицел. Но даже с огромными стараниями, это орудие стреляет крайне не точно, даже мелкие пушки стреляют хотя бы примерно в цель, что уже хорошо, а с "Королевской пушкой" постоянно возникают разные проблемы, то перелет, то недолет, то планка скосится и пушка стреляет куда угодно, но только не во врага.

Передвижение такого орудия отдельная песня. "Королевская пушка" передвигается на тяжелой телеге с жесткой рамой, отчего она слишком требовательна к местности. Для маломальски эффективного передвижения, земля должна быть максимально ровной, без единой кочки на дороге, иначе просто встанет на месте. Никаких возвышенностей или углублений, либо застрянет перед небольшим холмиком, либо скатится в углубление, откуда ее уже не вытащишь.

А расходы, это еще один вид добровольного безумия. За этим орудием нужно постоянно таскать специально оборудованный обоз нагруженный огромными ядрами и целой кучей мешков с порохом, которых хватало максимум на два три выстрела. Такие затраты на содержание одной единственной пушки казались Андре пустой тратой средств.

Он даже не понимал для чего именно король отдал приказ на создание подобного рода пыток для солдат и бедных лошадей. Хотя, одна мысль все же закрадывалась в голову Андре. Похоже его величество хочет таким образом компенсировать размеры своего мелкого достоинства и это даже не догадки, практически все его наложницы, которые не боялись говорить о короле в плохом свете, шептались о его крошечном аппарате.

Да уж, эти женщины. В молодости Андре любил побегать за придворными красавицами и дворянками. Как-то невзначай, эти мысли повлекли за собой ряд воспоминаний из прошлого, те времена когда Андре еще не был коннетаблем королевской армии, а простым служащим в армии одного из баронов в северных регионах королевства. Он еще помнит, как когда-то в молодости его кровь бурлила и как с нетерпением он ждал новой битвы, чтобы в конечном счете обрести не бывалую славу, но эти воспоминания больше ничего не значили для Андре.

Воспоминания превратились в простой набор знаний и жизненного опыта, битвы стали простыми столкновениями, не смотря насколько масштабными они могли быть. А друзья, с которыми он мог проводить тихие и шумные вечера, либо погибли в боях, либо тихо и мирно состарились, оставив Андре совсем одного. События наполнявшие его авантюристский образ жизни начали терять всякий смысл. Радость, печаль, отвращение, удивление, гнев, вина, страх, стыд, все эти эмоции один за другим покинули его, оставив после себя один лишь обезличенный разум, наполненный лишь холодной расчетливостью.

И сейчас, разглядывая вид из окна, он понимал это как никогда раньше.

- Знаешь, я тут немного задумался о прошлом, о тех временах, когда был еще совсем не опытным юношей... Я кое-что понял за мою долгую жизнь. Здесь нет ничего, что могло бы порадовать мою старую душу, а этот вид на пепельный снег, вместо настоящего, вгоняет меня в тоску.

- Думаете уйти в отставку? - Спокойно предположил Флюгер, совершенно не удивляясь таким заявлениям. Пусть Андре и великий полководец, но и он не лишен человеческого бремени, старости. - Это плохо скажется на морали вашей армии, еще ни один человек не смог заменить вас на вашем посту.

- Кроме меня есть еще много способных командиров, юных и энергичных, в отличие от меня. - Слова Флюгера моментально были отрезаны уверенным ответом Андре. Но... вот досада, ни один из аристократов не позволит своему конкуренту встать на мой пост, в результате никто из них даже на толику не смог приблизиться к посту коннетабля, да и самого короля это нисколько не заботит. Его величество не видит как я состарился и даже не думает о том, что бы найти мне замену. Лишь целыми днями развлекается в своем гареме и попивает сигбрау. Мне это надоело.

- Что именно, господин? - Переспросил Флюгер, после чего последовал короткий и уверенный ответ.

- Все.

- ?.. - Немного удивился помощник.

- Мне надоел этот вид из окна, мне надоело служить королю полководцем его армии уже черт знает сколько лет, мне надоело постоянно побеждать в битвах, надоело стоять и смотреть, как людей которых я защищаю, используют как рабов. Нет, мне просто наплевать... Похоже я уже начинаю уставать от этой жизни.

Последние слова особенно сильно обеспокоили Флюгера, но он мог понять его чувства, как старик старика и сделал предложение от которого сам бы не отказался.

- Я слышал, что если сменить обстановку, то это может помочь вам. Пробудит ваш интерес или же просто успокоит вашу душу.

- Хочешь отправить меня в путешествие? - Вяло поинтересовался Андре выражая явную не заинтересованность. - Я в первую очередь сражался за Фестуа, не за одну из трех рыцарских графств, не за западные леса и даже не за короля. Только Фестуа и я хочу остаться здесь, до конца своих дней.

- Вот как, я не вправе вам указывать.

- Но... думаю ты все же прав. - Внезапно Андре согласился со своим помощником и сощурил хитрые глаза. - Может действительно стоит сменить обстановку?.. - Голос полководца сменился на грозный и пугающий шепот. - Этот глупый король, эти битвы и эта обстановка в королевстве мне ужасно осточертели. - Честно признался Андре. Флюгер сжал брови в ожидании, чувствуя, что последующие слова будут более шокирующими для него. - Что ты думаешь о военном перевороте?

Флюгер моментально оглядел комнату на наличие посторонних ушей. Убедившись что никого нет, он перешел на шепот за своим господином.

- Что вы такое говорите, - на сморщившемся от страха лице Флюгера начали проступать капельки пота - это вовсе не смешно.

- Я не шучу. - Андре говорил с пугающе холодным тоном, леденящим саму душу. Пока он говорил совершенно не мыслимые вещи, его лицо даже не дернулось в сомнениях или в спектре любых других эмоций. Его лицо по настоящему стало каменным и не читаемым. - Больше ничего не может вызвать во мне удовлетворения, даже Шафранское вино которое я так любил, мне надоело. Этот сладко-приторный вкус... - Немного вздрагивал тот, припоминая привкус того вина. - А мои победы стали чем-то обыденным. Я хочу сделать что-то действительно значимое перед моим уходом. Что-то, что пошатнет баланс сил на центральном континенте.

- Если вы хотите оставить след в истории, то поверьте мне, вы и так много добились. Это... - Флюгер немного запнулся прежде чем отговорить Андре от опрометчивых поступков - это слишком рискованно... Кхм... устроить переворот не составит труда но, что вы будете делать с Материалистами, они наверняка будут препятствовать вам и могут даже убить вас.

Андре не проявил ни капли эмоций, было невозможно сказать о чем он сейчас думает. Но чувство всезнания Андре, не покидало голову Флюгера.

- Материалисты тоже не проблема, в Сомерсете развелось множество подпольных гильдий, занимающиеся наемными убийствами. Меня особенно заинтересовал слух о гильдии "Шутов", о них говорят как не превзойденных убийцах, для которых не существует такого слова как "неприкасаемый" или "непреступный". Граф-магистр Филип непременно должен что-то знать о них, они помогут мне защититься от агентов Материалистов.

Флюгер все с тем же сомнением задал вопрос.

- Значит, вы всерьез все это затеяли?

Андре посмотрел на Флюгера своими потухшими глазами и лениво подтвердил его слова.

- Да, все что я тебе сейчас говорил, это всерьез. - Не смотря на уверенный ответ, мысли Флюгера разрывались от неопределенности, он не знал как ему ответить. До этого момента Флюгер верно служил своему королевству под началом Андре, но внезапно, безо всяких причин до этого, Андре вот так взял и признался Флюгеру в своих намерениях. Помощник не был готов принять столь сложное решение прямо сейчас, но чувствовал, что придется выбирать, здесь и сейчас. - Флюгер, сколько раз мы рисковали своими жизнями, так почему бы не попробовать еще раз, как в старые добрые?.. Ты со мной?

Зажмурив глаза, помощник привел свои мысли в порядок, открыв глаза, его лицу вернулась прежняя стойкость и решимость.

- Я и королевская... нет, я и ваша армия отправимся за вами хоть в ад, хоть в темницу под пытки.

Андре радостно улыбнулся, поняв, что солдаты еще верны ему и даже его помощник не отрекся от него и его намерений.

- Я рад, что ты решил остаться со мной.

Дела складывались как нельзя лучше, солдаты лояльны по отношению к своему полководцу Андре, место где они базируются столица Бордо и многие из солдат составляют придворную гвардию. Все что остается сделать Андре, это заручиться поддержкой "Шутов" для защиты от Материалистов и тогда, его руки будут полностью развязаны. Он сможет делать все, что его душе угодно. Теперь главное не торопиться и не совершать глупых ошибок.

...

Близ северных берегов.

Остров Аркней.

Ставка конунга Харальда.

Жизнь на северном континенте крайне сурова и безжалостна к своим обитателям. На леденящих пустошах в холодных бурях выживают лишь те, кто сумел приспособиться к строгим правилам природы, те кто действительно тянется к жизни не смотря ни на что, те кто не боится запачкать свои руки в крови. Слабые умирают, сильные выживают, самое простое правило, что царствует на континенте определило судьбу слабых людей.

Человеческий род не мог прокормить свой неутолимый голод на холодных пустошах, бедные на дичь и растительность. Земля не жалела слабые фермерские растения и мягкотелых одомашненных зверей, растения замерзали от внезапных бурь капризной погоды, а животных крали племена зверолюдей в постоянных набегах.

Людские племена с великим трудом еще не вымерли с лица северных земель, выжимая все свои соки, только ради того, чтобы прожить еще один ужасный день наполненный страхом перед постоянно рыскающими хищниками и переменчивой погодой, что по желанию легко сметет их скудный урожай. Такие жестокие условия породили настоящих воинов, со времен научившиеся стойко держать удары и невзгоды. Помимо мужчин, каждый ребенок и каждая женщина воин и никто другой. Но человеческая приспособленность оказалась не достаточной по сравнению со зверолюдьми. Быстрые и юркие вервольфы непрерывно нападали на людские поселения, медленно истощая их запасы. А тяжелые белые мордвары (белые медведи зверолюды) тяжелыми лапами сминали деревни и города, вырезая всех подчистую и забирая скромные ресурсы себе.

Все, что оставалось делать людям, это собрать свои жалкие пожитки и переселиться к южным берегам северного континента, где была лишь капля надежды на выживание людского народа. Но зверолюды так просто их не оставили, короткие налеты и истощающие воины не прекратились.

Переселение народа, вот о чем начал грезить еще прошлый конунг, отец Харальда. Он беспрерывно говорил о теплых землях, богатой почве на которых вырастают огромные деревья всего за десяток дней, где живности некуда ступить от ее обилия и где люди живут, а не выживают. Дети смеются и играют, женщины готовят вкусное мясо, а простые работяги трудятся на золотых полях.

Эту мечту Харальд перенял от своего отца и буквально стал одержим ею. Все его силы были направлены на подготовку к самому масштабному переселению целого народа, в новые для них земли, где нет смертельной стужи и хищных отродий, что были созданы самой богиней бездны Хелой. Туда, где люди будут жить, процветать и просто радоваться жизни.

- Ты сошел с ума! Из-за твоих действий ведроголовые точно обрушат на нас всю свою мощь! - Внезапно, мечтания Харальда прервались криком одного из ярлов.

Высокий мужчина с длинными волосами за спиной и свисающей черной бородой на его гневном лице постоянно дергались из-за быстро тараторящего рта. От факелов, выстроившихся вдоль стен медового зала, поблескивали тусклые чешуйки его доспеха и почерневшая серебряная огранка его ножен. Ярл Альвар Высокий, так зовут этого человека, яростно бранил одного из своих соплеменников, высказывая все что в нем только накопилось.

- Ты безумец! Ты вырезал целый город под чистую, теперь из-за тебя на наши головы обрушится весь гнев ведроголовых! Ты хоть понимаешь, что натворил?! Ты хоть немного думаешь своей пустоголовой башкой?!

В ответ, со стула поднялся упитанный начальник, с ног до головы разодетый в одежды чужеземной знати и разукрашенный их драгоценностями, что никак не сочеталось с его густой бородой и грязной лысой башкой. В то время как все собравшиеся в зале ярлы носили старые и потрепанные одежды на ряду с ватниками и ржавыми доспехами, ярл Хорик Толстый не отказывал себе в роскоши, чем вызвал гнев всех присутствующих в зале ярлов.

- У слабаков нет права на жизнь! Сражайся или умри, вот наш закон и он неоспорим! Так что закрой свою вонючую пасть, сопляк!

- И от кого я это слышу! От старого и жирного маразматика который даже меч в руках не удержит! - Не сдерживаясь проорал ярл Альвар и схватился за рукоять меча. Увидев это, все остальные ярлы тут же вскочили с мест, приготовившись к предстоящей резне.

- Да как ты смеешь угрожать мне! - Обернувшись ярл Хорик отдал приказ стоявшим позади него хускарлам. - Проучите этого ублюдка и научите его манерам!

- При тебе даже нет меча, как ты смеешь отдавать приказы! Жирный ублюдок! - Хотел было воспрепятствовать Альвар, но хускарлы Хорика уже начали обнажать мечи, все в зале занервничали от тяжелого напряжения в воздухе.

Как только воины ярла собирались взять Альвара под стражу, как по залу раскатистым голосом пронеслось одно единственное слово, но которое заставило каждого из присутствующих подчиниться ему.

- Достаточно.

Хускарлы, пряча мечи в ножны, отошли в сторону, ярлы расселись обратно по скамейкам. Хорик и Альвар обменялись гневным взглядом и так же послушно сели на места.

Собравшиеся начали смотреть на Харальда ожидая его дальнейших слов. Его могучее тело облачено в чешуйчатый доспех, по примеру Альвара, но в глаза сразу же бросалась медвежья шкура мордвара, который когда-то был вождем одного из северных племен, чья огромная пасть теперь разукрасила все правое плече Харальда и свисала со спины вместо роскошного плаща. Сидя на простеньком деревянном троне совершенно не подвижно, он обретал более пугающий вид чем обычно.

Положив одну из огромных лап на стол, он начал тарабанить пальцами стол, другой лапищей гладил длинную бороду, бродя где-то в своих мыслях. Конунг Харальд Убийца Великанов путешествовал по Сомерсету в обличие бывалого авантюриста и своими глазами наблюдал за жизнью простых крестьян. Он осознал, насколько быт простого люда в пределах графства прост и размерен, их поля не страдали от капризной погоды и свободно росли в плодородной почве. Огромные леса поражали пышной зеленью и богатой на охоту дичью, но даже здесь не обошлось без мерзких зверолюдов.

В тот момент, Харальд думал, что люди Сомерсета еще ни разу не сталкивались со зверьем, которое ставило под сомнение дальнейшее существование людского рода на севере. Но завидев орденоносцев закованных в сияющие доспехи верхом на могучих конях, он понял, что сильно ошибался насчет стойкости Сомерсета. Люди в графстве живут в достатке и спокойствии, благодарить стоит благородных воинов графства и особенно рыцарский орден, что уже веками отстаивают человеческое право на существование в этих землях.

Образы рыцарей ордена настолько ошеломил Харальда, что тот даже решился вступить в ряди армии кнехнов, что были созваны во время гражданской войны двадцать лет назад, но отнюдь не ради перспективы службы в ордене. Харальд понимал, что если вторгнется на северные берега, то ему придется столкнуться с яростными рыцарями "Голубой крови". Победить на условиях диктуемые рыцарями было просто невозможным, прочные доспехи, быстрые кони и великолепная выучка создала воинов, по доблести и силам которым не было равных. Но насколько бы сильны не были рыцари, давление со стороны зверолюдей была сильнее и это вынуждало приступить к решительным действиям.

Поняв, что сражаться по рыцарским правилам добровольное самоубийство, Харальд придумал свои правила, по которым будут вынуждены сражаться уже сами рыцари ордена. Все что нужно было сделать Харальду, это занять остров Аркней, собрать на нем значительные силы и закрепиться в глубине выстроив городских масштабов крепость. Заняв этот остров, конунг преследовал сразу несколько целей.

Первая, остров находится не подалеку от северных берегов, буквально пол дня плавания, что делало его отличным плацдармом для начального наступления на берега Сомерсета. Отсюда он имел доступ ко всем прибрежным городам графства, которые являлись жизненными артериями экономики. Оборвав которые северяне смогли бы значительно ослабить войска противника.

Вторая причина заключалась в местности острова. Главное преимущество рыцарской конницы, это их скорость и подвижность, нивелируемая сложным ландшафтом острова. Скалы, леса и пронизывающие остров реки и болота сводили главное достоинство конницы на нет. А штурмовать крепость при помощи кавалерии просто глупо и бесполезно, поэтому в ход пойдут армии скваеров и кнехтов, но в пешим бою преимущество было на стороне северян, поэтому Харальд не волновался насчет вторжения на остров. До некоторых пор.

Имея при себе эти преимущества, конунг намеревался нанести сокрушительный удар по одному из городов и вынудить рыцарей напасть Аркней, где их встретили бы основные силы северян, не оставив им и шанса на победу. Однако, события начали развиваться слишком быстро. На острове собраны войска из двенадцати тысяч мечей и топоров, чего совершенно недостаточно для полномасштабного наступления, основные силы еще только на подходе к острову а рыцари уже готовятся нанести разрушительный удар.

С нынешними силами у северян нет и шанса удержать Аркней в своих руках. Если войску Сомерсета удастся взять и удержать остров, то весы преимущества падут в сторону сил графства и тогда существование целого народа окажется под сомнением. Северяне оказались между молотом и наковальней, с одной стороны угроза истребления под натиском зверолюдей, с другой стороны разогреваются силы Сомерсета.

Харальд думал как поступить лучше всего. Отступить прямо сейчас он не мог, было потрачено слишком много сил на возведения оборонных фортификаций и крепости размером с целый город. К тому же нельзя было отдавать остров Аркней в руки врага, это дало бы им огромное преимущество перед северянами и дальнейшее наступление сильно осложнилось бы.

Все что сейчас мог предпринять Харальд, это удерживать остров до прибытия основных сил, что казалось нереальной задачей в нынешней ситуации, но другого выхода не было. Харальд сам загнал себя в угол, причем намеренно. Выведя огромные ресурсы и войска с севера, конунг незамедлительно спровоцирует племена зверолюдей на молниеносную атаку, города и деревни северян мгновенно будут захвачены или уничтожены, соответственно отступать будет некуда. Оставалось лишь двигаться вперед и только вперед.

На кону стояла жизнь сотен тысяч людей, что доверили свои жизни одному человеку, своему конунгу Харальду.

- Мы остаемся. - Кратко произнес конунг вопреки ожиданиям ярлов, что предполагали дальнейшее отступление. - У нас нет другого выбора, кроме как сражаться. Все ярлы, что здесь собрались, отдайте приказ на возведение новых стен вокруг крепости. Раздайте оружие всем кто может сражаться, нет оружия, путь берут вилы и делают копья. Не жалейте сил и средств, это наш последний шанс на выживание.

Всеми силами, конунг хотел потянуть время как можно дольше, растянуть каждый этап продвижение противника, от осады, продвижения и заканчивая непосредственной осадой.

Раздав всем приказы, ярлы и их личные охранники покинули покинули конунга наедине со своими мыслями. Харальд мельком осмотрел дощатые стены полностью сливающиеся с крышей этого здания. Как снаружи так и изнутри зал выглядел подобно перевернутому драккару. На севере в таких зданиях проводились самые важные события, при, собрание ярлов или советников. Но Медовые залы не шли ни в какое сравнение с роскошными цитаделями и замками центрального континента.

Почти все в Сомерсете завораживало его и пробуждало в нем не бывалую зависть. Почему люди на юге живут лучше чем сами северяне. Почему именно на их головы пали невыносимые испытания, в то время как жители графства жили и процветали?

"Эти мысли бесполезны", Харальд постарался не думать о таких вещах, сконцентрировавшись на актуальной проблеме. Устало вздохнув, Харальд больше ничего не мог придумать.

- Как не погляди, у тебя большие проблемы. - Харальд не заметил, как на противоположном конце стола, на скамейке восседала рыжеволосая девушка в изящном темном платье. Ее алые губы подчеркивали ее мертвецки бледное тело и проступающие белоснежные клыки.

- Кровосос. - Моментально определил конунг, попутно поднимаясь со стула и вытягивая северного типа меч. Но девушка ни чуть не испугалась, напротив, чувствовала свое полное превосходство и ни чуть не скрывала этого.

- Спокойно. - Начала та говорить, но могучее тело конунга уже начало приближаться к ней. - Мое имя Вероника, я здесь от Селафиила.

Селафиил, это имя принадлежит высокому рыцарю в черных доспехах, и оно было знакомо конунгу. Именно этот Селафиил и подтолкнул Харальда на решительные действия, предоставив огромное количество припасов и внушительную информацию о самом Сомерсете, о его экономике и ключевых объектах, важных для существования графства. Харальд остановился на полпути и глазами намекнул ей продолжить.

- Ахх... эти варвары... - Осуждающе произнесла девушка, в присутствии конунга. - Так о чем это я, ах да, проблемы.

- Зачем ты здесь, кровосос. - То что девушка тянула со временем, раздражало Харальда, у него и так остались считанные дни перед битвой, что решит судьбу его народа.

Девушка не довольно посмотрела на человека и прищурила глаза, но выдохнув свое не довольство, продолжила говорить в прежнем тоне.

- Вообще-то, мое имя Вероника, имейте это ввиду, конунг. - Харальд молчал. - Ладно, перейдем к делу, твой ярл Хорик запорол все планы уничтожив город Шеффалд. И сейчас сюда движется армия не только самого граф-магистра Филипа, но и подкрепление из двух соседствующих графств. - Харальд открыл рот от потрясения. С начало он подумал, что ему всего лишь послышалось, но чуть позже с трудом смог принять эту новость, но Вероника еще не закончила говорить. - А еще подкрепление в виде королевской армии под началом полководца Андре. - Харальд почувствовал, как его сердце пропустило удар, он не мог поверить в услышанное. Тревога в его голове нарастала все сильнее и сильнее, накатывая разрушительными волнами.

- Мдаа, объединенные силы трех графств, это еще ничего, а вот Андре со своей армией, вот это проблема. - Вероника много страдальчески развеивала руками и пожимала плечами, слегка натягивая улыбку, для вида.

- Зачем ты здесь, только для того чтобы сказать мне об этом? - Стиснув зубы, Харальд еле сдерживал свой гнев.

Вероника снова улыбнулась и с уверенным видом заявила.

- Вообще-то нет, если все и дальше пойдет по этому пути, то планы проваляться еще даже не начавшись. Проблема, но... у меня есть решение этой задачки и я помогу тебе с этим. - Харальд скептично оглядел девушку, больше воспринимая ее как самоуверенную девку, но из интереса решил выслушать ее. - Тебе очень повезло, что совсем не подалеку остановился наемный флот орков. За кругленькую сумму я сумела убедить их помочь вам, примерно десять тысяч орочьих воинов на полторы сотне кораблей уже движутся сюда.

Вероника не переставала удивлять, но последние слова произвели хорошее впечатление на Харальда. Имея при себе столь же яростных воинов как орки, в голове конунга все яснее и яснее проступала надежда победы. Но его не радовала дальнейшая перспектива задолженности, нанять армию численностью в десять тысяч опытных воинов стоила непозволительных денег для северян. А в безвозмездную помочь он не верил и подозревал, что в будущем им это припомнят и заставят отплатить всю цену сполна.

- И чего ты требуешь в замен? - С подозрением спросил конунг, но в ответ Вероника слегка рассмеялась.

- Хе-хе-хе... - Улыбка с лица моментально спала и с серьезным голосом назвала цену. - десять тысяч графских шиллингов. - Харальд уже хотел возмутиться и просто отрубить этой наглой девке голову, но та быстро успокоила его. - Но можешь не беспокоиться, от тебя требуется только выполнить часть своей сделки. Ты ведь не забыл о нашем уговоре?

Естественно Харальд помнил условия заключенного с Селафиилом договора и для наглядности решил припомнить их.

- По уговору, Селафиил предоставит нам припасы и информацию, а взамен, мы должны вторгнуться в королевство Фестуа несколькими речными путями, дабы ввязать ее в войну на две стороны.

- Ооо... хороший варвар, умный варвар. - Девушка прикрывая губы руками начала посмеиваться над Харальдом. Естественно, это разозлило его.

- Ты смеешь шутить со мной? Если да, будь готова лишиться собственной головы, отродье кровавого проклятья.

Конунг говорил всерьез и даже собирался обнажить меч, но опомнившись остановился, сейчас не лучшее время портить отношения со сторонниками Вероники и Селафиила, пока те предоставляют значительную помощь его народу. Вероника состроила лицо будто бы что-то вспомнила.

- Ах да, еще кое-что. - Девушка протянула бледную руку и начала каст заклинания, от ее ладони начали исходить голубые волны таумы и тусклый свет, на месте которых появился серебряный перстень и украшающий его синий эфирный камень. - Это "Звено Гекаты" мифриловый перстень с мощным эфирным камнем. В нем содержится разнообразное оружие, мечи, ножи, копья, Топоры, Секиры или с чем вы там любите сражаться. Любое холодное оружие которое тебе нравиться.

Положив ювелирное украшение на стол, Харальд с интересом потянулся к перстню, но только он хотел прикоснуться к нему, как за его руку схватилась Вероника и приговаривала.

- Если ты встретишься с граф-магистром лично, не бойся использовать его, но не вздумай потерять его, я еще вернусь за ним.

Кровавые глаза Вероники казались вполне серьезными и решительными в случае чего. Эта девушка оказалась непроста как кажется на первый взгляд.

Снаружи послышался шум, по звуку было понятно, что началась суета, перекрикивались и бегали радом с дверьми в медовый зал, чем неизбежно привлекали внимание. Что-то явно произошло, но Харальд не узнает об этом, пока не выйдет и не разберется со всем лично. Но выходить не пришлось.

Двери распахнулись, впуская холодный ветер внутрь медового зала, один из воинов ворвался и напуганным голосом немедленно начал докладывать.

- Конунг Харальд, - обратился солдат без лишней почтенности, короткие фразы и грубый сказ основа говора северян - по реке к крепости движется сотня кораблей, серые паруса и черные борта!

Харальд обернулся обратно к Веронике, чтобы убедиться в том, что прибыли союзники, но ее уже не было на месте, она просто исчезла. Однако кольцо уже лежало в руке Харальда.

Последовав вслед за воином, они вышли к доку, в котором столпились не только сотни драккаров, но и тысячи воинов уже приготовившиеся принять бой, пришлось проталкиваться сквозь свору вооруженных северян. Ступив на еще ни кем не занятый деревянный причал, глазам открылся широкий вид на реку, ее густые зарослями берега и лунный свет освещающий серые паруса сотен кораблей кишащие закованными в доспехи орками и движущихся прямо к ставке Харальда.

Крепость расположилась в идеальном месте для обороны, остров по среди острова. Через Аркней протекали несколько рек, на одной из которых расположился одинокий клочок земли. Конунг незамедлительно приступил к застройке этого места, используя самый доступный стройматериал, древесина. Построив необходимые фортификации и проведя пару мостов для удобства транспортировки они тут же были обнесены высоким частоколом. А имея не большой пирс, подкрепление могло сразу же прибыть к островной крепости избегая ненужных столкновений с противником.

И сейчас Харальд был уверен в том, что к ним подходит именно подкрепление, а не противник.

- Что мы будем делать? Если это враг... - В страхе залепетал ярл Хорик, наблюдая за приближающейся флотилией со спины Харальда.

- Это не враг. - Твердо утвердил конунг, прерывая напуганного Хорика. - Прибыли орки наемники, они будут нашей поддержкой в битве за Аркней. - Северяне услышавшие слова конунга начали опускать мечи к земле, неуверенно шепчась между собой. Харальд обернулся к войскам собравшимся у пирса и громогласным голосом объявил. - Слушайте меня, воины севера! К нам прибыла помощь от орочьих наемников! Всем спрятать оружие! Немедля! - Сказать, что воины были удивлены, это ничего не сказать. Никто из северян, в том числе и сам конунг, никак не ожидали прибытия новых сил так быстро. Воины еще сомневались, но все же подчинились, вложили мечи в ножны и просто ожидали прибытия неожиданных союзников.

Успокоив свою армию, глаза Харальда пали на низкорослого, по сравнению с ним, Хорика. Тот в ответ посмотрел на него, не понимая его намерений. Конунг посмотрел на "Звено Гекаты" в его огромной руке, эфирный камень ярко блеснул в лунном свете. Надев кольцо на правый безымянный палец, Харальд почувствовал огромную тауматургическую силу внутри кольца, пробежавшая по его телу мелкой дрожью.

Наблюдая за графскими тауматургами, Харальд понял как работает чужеземный шаманизм. Путем мысленных манипуляций, из кольца начали появляться маленькие частицы, схожие со светлячками и когда те приняли нужную ему форму, Харальд материализовал нужное ему оружие. В тот же час в руке сжимался в буквальном смысле цельный меч, лезвие и эфес которого были одним целым. Его зеркально-серебряная поверхность отражала в себе полумесяц, невероятная чистота стали, которой могут обладать только тауматургические металлы. В конкретном случае, Харальд подозревал, что это именно мифрил из-за его серебряного блеска.

Его воины, наблюдавшие за этой сценой начали с изумлением осматривать меч с почтительного расстояния. Их глаза загорелись жадностью и завистью, по ним было видно, что каждый из них желал получить в свои руки это оружие. Это породило новое опасение для Харальда и поэтому он решил проверить этот меч на остроту.

Хорик видел, как конунг смотрел на него, сжимая в руке невероятной красоты меч, однако у него не было настроения восхищаться новым артефактом. Его инстинкты говорили ему немедленно убираться отсюда, но не успел тот сделать и шага, как лезвие пронеслось прямо перед ним.

- Ааааа... - от испуга, Хорик споткнулся и упал на деревянные подмостки пирса.

Трусливый ярл начал судорожно ощупывать свой живот, но на первый взгляд ничего красного и влажного не было видно. "Харальд промахнулся", такие слова начали витать в рядах воинов и в голове Хорика. Подняв глаза к серебристому мечу, на нем он так же не обнаружил никаких следов крови. С трясущимися руками он хотел подняться на ноги и побежать куда глаза глядят, но по какой-то причине его руки моментально отнялись и тот завалился на спину. Подняв руки над лицом, он увидел пару кровоточащих обрубка вместо кистей, всю округу разорвал мучительный крик.

- АААААААААААА!..

Ярл Хорик лихорадочно махал руками, разбрызгивая кровь по всему пирсу. Боль обжигала его разум до безумия, заставляя его кататься по земле не зная что делать, до тех пор, пока кровь моментально не пропитала его грязную бороду. Живот начал гореть от еще одной нахлынувшей волны боли, все ниже пояса перестало ощущаться. С трудом подняв голову он увидел как его тело было разрезано по полам, реки крови в перемешку с его кишками вываливались на пирс. От шока глаза Хорика закатились и тот наконец испустил свой дух.

Северяне наблюдавшие за этим шоу в страхе начали прижиматься к позади стоящим соратникам. Харальд был доволен остротой меча и особенно реакцией его войска. Теперь никто не посмеет перечить ему, зная, какое оружие находиться в его руках.

Тень 12 Янагасе.

16 число месяца звездочетов (16 ноября).

Неизвестные земли.

Кристальные глаза Хораса засветились голубым светом. Он пробудился, однако его системы страдали от лагов, сознание кованого накрывались черными помехами, что отражалось на зрении кованого, в котором появлялись черные пятна, явно сигнализирующие о некоторых поломках. Кое-как просканировав собственное тело, Хорас не обнаружил никаких физических поломок, однако кодировка серьезно пострадала. Результат спешной телепортации и потери копии сознания. Однако, это можно легко исправить, инициировав перезагрузку, Хорас начал ждать, ибо из-за помех не мог и шевельнутся.

Сознание Хораса погрузилось в белую комнату с множеством стеллажей, тянущиеся кажется до самого горизонта. Полки были аккуратно наполнены черными папками с информацией хранящие в себе знания, накопленные Хорасом за его долгое существование. История, социология, биология, тауматургия, стратегия и тактика в том числе. Сложно сказать, сколь много наук в себе хранит отдельно взятый кованый, но однозначно их очень много.

Разглядывая стеллажи, Хорас не обнаружил никаких проблем в этом отделе.

- Знания. Не повреждены. - Облегченно вздохнул Хорас, как бы странно это не звучало.

На самом деле, потеря памяти при спешной телепортации свойственно для всех биологических и небиологических созданий, но потеря памяти не единственная проблема, так же это влечет за собой нарушение координации и помутнение сознания. Биологическим видам с этим куда легче, в этом им помогает их естественная регенерация, но у кованых такой способности нет и приходится самостоятельно чинить свой разум и приводить в порядок командные блоки.

Убедившись, что в главном блоке хранения памяти все в норме, Хорас инициировал перемещение в другой отдел сознания. Стеллажи начали двигаться с огромной скоростью, мелькающие полки превратились в размытых фантомов, похожие на скоростной поезд в движении. Впереди виднелось, как стеллажи начали заканчиваться, а вместо них в белой пустоте стояла одинокая точка.

Хорас начал замедляться, точка начала увеличиваться и по итогу превратилась в дверь. Остановившись прямо перед ней, кованый не медля открыл ее и вошел внутрь. Помещение оказалось меньше предыдущей, по крайней она имела свои видимые пределы. В центре стоял рабочий стол с клавиатурой и сенсорной панелью управления. Вокруг стола стояло несколько черных стенок, напоминающие рабочие шкафы, но содержащие в себе уже полноценные и вместительные блоки информации, некоторые из которых горели красным цветом. Сигнал о неисправности.

Сев за стол и приложив руку к сенсору, перед ним возник голографический экран. Быстро нажав на несколько клавиш, на экране возник сложный и длинный код. Одним взглядом определив неисправные строки, Хорас начал длительный процесс восстановления своего сознания.

...

Клык начал потихоньку открывать слипшиеся глаза, в которые сразу же ударил яркий солнечный свет. Зажмурившись, вервольф схватился за больную голову дрожащими руками. Все тело гудело от боли, словно пережив удар молнии.

- Твою... твою за ногу, блять, че ж так херовото мне...

Перевернувшись на живот, Клык открыл больные глаза, с начало он увидел зеленую траву, а затем почувствовал сильную жару обжигающую его тело. С начало он подумал, что это из-за боли во всем теле, но нет, это из-за солнца и теплого навивающего ветра. Странно...

Напрягая свои лапы, Клык с трудом смог подняться на ноги и с неменьшим трудом смог оглядеть округу. Прикрывая глаза от солнца, он начал в неверии разглядывать ландшафт. Вместо равнинной местности окутанной снегом развернулись огромные холмистые земли, ощетинившиеся высокими и тонкими деревьями, которые скорее напоминали зеленые копья обросшие редкими листьями и распухшими кронами на самом верху.

- Твою мать... Хорас ты куда нас закинул... - Удивленно говорил Клык, но осекся, заметив что во всей округе он совсем один. - Твою мать... - Клык недобро нахмурился, теперь ему придется думать своей собственной головой, что ему не сильно нравилось.

Нужно было двигаться, но с ноющим телом это было проблематично. Сунув руку себе под кирасу, Клык достал оттуда зелье, на бирке которого была нарисована морская звезда, собственно так зелье и называлось, "Отвар звезды". Но резко подступившая тошнота заставило его скрючится и сблевать на траву мерзкую полупереваренную жижу. Сплюнув, Клык почувствовал в теле еще большую слабость и предпочел воздержаться от приема зелья на данный момент.

- К черту, ни то еще сблюю. - Вервольф спрятал зелье под кирасой и начал более внимательно разглядывать округу, пока его глаза не наткнулись на маленькую пробегающую мимо реку.

Не долго думая Клык побрел к нему и упал на колени на скользком и илистом берегу. Когтистые руки вервольфа погрузились в прохладную воду, что было для него словно благодать снизошедшая от морского бога. Длинная морда начала утопать в приятной холодной воде, глубокими и жадными глотками он начал утолять жажду. Наконец удовлетворившись, Клык с искренним удовольствием рухнул в воду всем своим телом, поднимая илистые туманы в реке. Лежа на спине Клык наблюдал за знойной погодой и яркими лучами солнца. А ведь еще вчера была холодная зима и затянутые серыми облаками темнеющие небеса.

Выбравшись из воды, Клык почувствовал явное облегчение. Жажда ушла, боль слегка поутихла, да и тошнотворных позывов больше не было. Уже сидя в воде вервольф вновь достал зелье из под кирасы.

- Ухх, надеюсь блевать не буду. - С надеждой, Клык откупорил флакон и выпил все содержимое. Волчья морда скорчилось от кислого привкуса, но все же не стошнило.

Облегченно вздохнув, Клык закрыл флакон и спрятал обратно под доспех, совсем скоро его тело полностью восстановится, но теперь встал другой вопрос. В желудке завыл голодный зверь.

- Жрать охота. - Пожаловался вервольф.

Поднявшись из воды, вервольф начал принюхиваться к воздуху, в надежде обнаружить хоть что-то съедобное. Но чего-то аппетитного он так и не учуял, но вместо этого почувствовал запах человека, который он ни с каким другим запахом не спутает, но этот запах как-то отличался. Вместо привкуса дерьма присутствовал резкий запах специй, очень много специй. Кроме человеческого запаха ощущалось множества видов зверолюдей которые были ему не знакомы, но то что это были именно зверорасы, Клык не сомневался.

Запахи разносились ветром, идущий рука об руку с течением местной реки, а припоминая тенденцию людей строить свои поселения у берегов рек, Клык сделал логичный вывод. Поднявшись на ноги, Клык побрел вверх по течению реки, на встречу неизведанности.

Пройдя всего сто метров, поля и трава сменились лесами из зеленых копьевидных деревьев, скрывающие за своими высокими кронами всякий свет, и земля здесь застелена слоем пожелтевших листьев, каждый раз хрустящие под лапами вервольфа.

- Заебца. - Вервольф с удовольствием закрыл глаза, позволяя прохладному ветру охладить его намокшее тело.

Получив небольшую порцию удовольствия, Клык двинулся дальше, но совсем скоро заметил как одеяло из листьев было разделено на двое, а между ними шла протоптанная земля. Наклонившись к ней, Клык внимательно ее оглядел и обнюхал. Земля была протоптана человеческой ногой одетой в обувь, да и запахи были соответствующие...

"Запах обработанной кожи, обычный материал для обуви... - Клык почуял что-то еще. - Запах зверья, зверолюды?"

То, что человекоподобные и зверолюды пользовались одной и той же тропой, было для Клыка новостью. Это могло означать то, что первые и вторые часто пересекаются между собой и вполне возможно, что даже делят между собой одно поселение. Хотя такой расклад для вервольфа, чье родное племя всегда жило в изоляции от людей и им подобных было в новинку.

Это место казалось Клыку все более и более странным.

Поднявшись на задние лапы, вервольф двинул прямо по тропе.

...

Зендер.

Того же дня.

Зажженный палец опалил недавно скрученную сигарету. Эос, сидя на бочке с припасами с удовольствием потягивал никотиновый дым и попутно подмечал явное удобство такого простенького изобретения, табак завернутый в бумагу, что может быть проще. Хотя, табак хоть и сравнительно дешевый, но вот за тонкий папирус пришлось отвесить пару лир местному счетоводу, которые к тому же пришлось одолжить у Софи.

Да уж, о такой вещи как аванс в этом мире конечно же не слышали, деньгами здесь делиться не любят.

Обернувшись он оглядел отряд воинов из двадцати человек, полноценными солдатами их конечно не назовешь, их снаряжение ограничивалось кольчугой со стеганкой под ними и простенькие округлые каски на головах. Из оружия были лишь короткие копья да круглые щиты. Насколько понимал сам Эос, это были кнехты, низшая военная каста в королевстве Фестуа. Таких солдат в малом количестве допускали для несения службы в пределах города, а на поле боя использовали скорее просто как пушечное мяса.

Кнехты столпились прямо на улице перед воротами, каждый из них был занят своими делами, собравшись в небольшой круг обсуждали что-то между собой, покуривали из дешевых трубок и загружали припасы в несколько телег. Скучно одним словом.

Выдохнув очередную порцию дыма, тот сразу же растворился в городском смоге. Смахнув пепел, Эос вдохнул неприятно-холодный воздух и продолжил покуривать самокрутку, терпеливо дожидаясь прибытия Софи. В городском шуме не сразу можно было расслышать топот подкованных копыт, но слух не подвел Эоса. Особо крупная особь двигалась наперекор целым толпам рабов, те послушно расходились в стороны, освобождая путь для могучего коня. Эос смог подметить это, даже не глядя, но посмотрев вдоль улицы, предвестник увидел не только огромного черного коня, но и его наездника.

Софи решила сменить свои неказистые доспехи на вполне себе красивую красную бригантину с множеством заклепок скрепляющих ткань и уйму стальных пластин между собой. Цельнометаллические доспехи сковывали конечности Софи. Не обошлось и без гербовых украшений, выкрашенные черным цветом на ткани бригантины. Семейный герб Вольфгана де-Штраце(и городской герб в том числе, который менялся в зависимости от правящей семьи), был довольно не замысловат, на гербовом щите изображался черно-белый кот стоящий на задних лапах с вытянутыми когтями. Что это за кот, какого он вида и откуда, Эос не имел ни малейшего понятия, только то, что это был кто-то из кошачьих, да и ни одного кота в городе Эос еще не замечал.

Но то, что Софи носила на своем доспехе герб Вольфгана, говорило о многом, к примеру о том, что Софи фактически возглавляет этот отряд. Она же командир, она же казначей на время похода и она же знаменосец. Многие солдаты удивлялись, как только нанятая Девушка вдруг стала командиром? Но ожидать хорошо организованного подбора кандидатов в захолустном городе точно не стоило. Вольфгану было в принципе плевать кто поведет его не большой отряд кнехтов, главное чтобы этот человек не загубил весь отряд по пути в пункт назначения, где командование передавалось уже более способному человеку в составе полноценной армии.

Но Эос тут же вспоминал, как вчера после бала, Софи по пьяне начала клянчить новое обмундирование у Вольфгана. Помнит, как градоначальник хитро улыбнулся и дал свое согласие. Вроде бы Софи получила что хотела, но вместе с тем на ее плечи легло новое звание сержанта и вместе с тем ответственность за отряд.

Подъехав к сидящему без дела Эосу, Софи круто наклонилась и выхватила из его зубов самокрутку.

- Чего бездельничаем? - Бестия укоризненно посмотрела на Эоса, задавая вопрос командным тоном. Похоже Софи ничуть не расстроилась новой должности, даже наоборот, начала вести себя так, словно по статусу является чуть ли не дворянкой, а командует словно в чине генерала. Покрутив в пальцах самодельную сигарету, рассматривая ее вдоль и поперек, она повторилась. - Иди давай, загружай телеги, а то мы так весь день простоим.

Эос посмотрел на нескольких трудящихся салаг. С виду молодые парни, которые только-только вступили на службу. Потом оглядел тех, что по страше чьи лица покрылись морщинами и заросли бородой. Те совершенно спокойно занимались ничего не деланием. Отряд маленький, но дедовщина была самой настоящей. Эосу хоть и исполнилось двадцать семь лет, но опираясь на огромный боевой опыт считал, что тоже имеет право на дедовщину в посту старика. Эос отрицательно покачал головой, Софи этот ответ естественно не понравился, но повышать голос не стала, вместо этого решила зайти с другой стороны. Прикурив сигарету, Софи опрокинула голову и выпустила дым, после чего сказала.

- Это удобно, но вот только за какие шиши ты купил папирус? В карманах то у тебя пусто. - Эос сразу смекнул что к чему, Софи по любому воспользуется хоть и небольшой, но задолженностью Эоса. - Иди отрабатывай.

Сказала она указывая на кучу не загруженных припасов перед телегами. С нежеланием Эос поднялся с насиженного места и на время стал грузчиком. Припасы, которые тяжело поднимались салагами, оказались легче перышка для сервита предвестника. Погрузка значительно ускорилась, но можно и быстрее, если привлечь к этому делу и стариков.

Одним длинным вдохом, Софи выкурила всю оставшуюся сигарету. Бросив оставшийся бычок на землю, бестия командным голосом обратилась к прохлаждавшимся старикам.

- Эй вы, а ну за работу! Если так и продолжится, то сегодня мы никуда не сдвинемся! - Старики лишь слегка обернулись и как ни в чем не бывало продолжили отдыхать. - Я кому говорю!

- Да завались ты, думаешь сержантом стала, так сразу главная, да? - Борзо ответил один из стариков кнехтов, после чего еще и плюнул под копыта ее коня. Лицо Софи никак не дернулось, наоборот, это ее только раззадорило.

- Малец, подержи поводья. - Сержант обратился к одному из салаг нагружавших телегу продуктами. Тот в отличие от стариков не стал пререкаться, послушно взяв поводья в свои руки.

Софи спрыгнула с коня и тихонько подошла к нагрубившему кнехту, тот огрызнулся ей прямо в лицо.

- Че те?! Я какой-то там бабе подчиняться не стану, я лучше сдохну в этом дерьме. - Эос приостановил свою работу, наблюдая за увеселительным процессом, его примеру последовали и все остальные воины. Улыбаясь и протягивая руки к лицу Софи, старик еще добавил. - Но... я бы не отказался переспать с тобой. - После чего тот начал громко хохотать, его настроение подхватили и другие его ровесники.

В ответ Софи лишь слегка улыбнулась и приглушенным голосом сказала.

- Не торопись так... - неожиданно заговорила Софи, вроде бы не соглашаясь, но и не отрицая его слов. Старик с начало удивился, но потом мерзко заулыбался. Его руки смахнули локоны с лица Софи и тот уже начал лезть к ней с поцелуями. Но в ответ Софи обвила его шею обеими руками и начала сжимать их с невероятной силой. Кнехт сразу же схватился за ее руки, в надежде сбросить с себя, как ему казалось, слабые женские руки. - Не торопись так, перед этим ты говорил о том, что лучше сдохнешь, чем подчинишься мне. Я как сержант наделена властью казнить любого солдата, что не соблюдает устав. Тебе повезло, ты можешь подтвердить свои слова на деле. Ты же мужчина, давай, у тебя же есть яйца? - Голос новоявленного сержанта оказал дисциплинарное влияние на всех присутствующих, кроме Эоса, ему это казалось не интереснее работы грузчика и продолжил работать.

Закованные в сталь руки сжимались все сильнее и сильнее, неизбежно царапая и удушая старика. Тот начал паниковать тщетно пытаясь вырваться из ее стальной хватки, но поняв что это бесполезно, хриплым голосом выдавил из себя лишь пару слов.

- Я... я подчинюсь... - Софи получила желаемый ответ, но отпустила его лишь спустя несколько секунд, когда тот посинел и казалось, уже испустил дух.

Когда хватка ослабла, борзый кнехт потерял сознание и всем телом погрузился в нечистоты. Его друзья подошли к нему и начали приводить в чувства. Открыв глаза, тот вскочил на ноги и в страхе начал смотреть на Софи. Сержант вновь отдал тот же приказ.

- Загружайте провизию, старые пердуны. - Ощущая на себе тяжелый взгляд, недавно прохлаждавшиеся кнехты без промедления начали работу.

Работа продолжилась с новой силой и еще быстрее. Уже через десять минут, отряд был готов двинутся в дорогу.

Эос не имел собственного скакуна и воспользовавшись случаем разместился на повозке, откуда слушал восторженные слова Софи.

- Это чувство, когда ты можешь унижать кого угодно и тебе за это ничего не будет. Это чувство власти... мне нравиться!

- ... - Рыжая бестия, больше нечего добавить.

...

Стальные пальцы Хораса беспощадно тарабанили клавиатуру, исправляя каждую обнаруженную в строках ошибку. Черные блоки памяти, некогда горевшие красным цветом начали гаснуть, давая понять о своей полной исправности. Постепенно чувства Хораса начали возвращаться к нему, он ощущал это. Нажав последнюю кнопку, последний покрасневший блок погас. Работа была окончена.

Оглядев комнату собственными глазами, Хорас проверил порядок еще раз. Убедившись в этом, Хорас начал растворяться в белой комнате, постепенно его сознание возвращала контроль над своим телом. С начало проявилось чувство осязания, потом слух и в последнюю очередь зрение. Кристальные окуляры Хораса засветились. Но вместо того, чтобы увидеть дневной свет, его кристальные глаза окутались кромешной тьмой, руки и ноги сковывали склизкие и постоянно шевелящиеся стенки. Кроме всего этого, Хорас чувствовал, что целиком находиться в некой бурлящей жидкости и температура ее была выше чем должна быть в обычном состоянии.

Мгновенно просканировав место в котором он оказался, в голову Хораса поступила неприятная информация. Данные говорили о том, что кованый оказался в желудке огромного существа, а жидкость в которой тот купался, это желудочный сок. Но Хорас по началу никак на это не отреагировал, кислота в которой он находился не могла разъесть его корпус, да и никакая другая кислота на такое не способна. Это позволило Хорасу некоторое время провести в раздумьях.

- Проглотить. Тело. Кованого. Могло. Только. Существо. Огромных. Размеров. И. Не испытывать. Никаких. Трудностей. - Размышлял тот, попутно подмечая свой собственный вес, который был тяжелее примерно в три раза по сравнению с человеком тех же габаритов. Желудок должен был просто разорваться от безумного веса кованого или в лучшем случае свисать до самой земли. - Химера? Или... - Вместо того, чтобы просканировать существо вдоль и поперек, Хорас решил провести маленькую лотерею. - Химера.

Сделав пустую ставку, Хорас инициировал заклинание стихии света, "Свет желтой звезды". Его тело засветилось ярким светом, словно настоящее солнце, слепящее и обжигающее. Слизистые стенки желудка начали плавиться от неимоверного жара, слезать с костей и пузыриться прямо на глазах. Хорас под весом собственного тела и из-за звездного жара выскользнул из желудка, освещая всю темную округу собственным телом и испепеляя окружающую растительность в пепел.

Поднявшись на ноги, Хорас огляделся и с равнодушным взглядом подметил невероятно разрушительный эффект этого заклинания. Поле радиусом в сто метров превратилось в опаленную пустошь без единого намека на жизнь, единственное дерево росшее не подалеку мгновенно лишилось всей листвы, кора обуглилась и кусками слезала с обгоревшего ствола. Не исключением стала и одежда Хораса, льняные одежды, плащ и кожный жилет просто исчезли, сгорев без остатка.

Наконец обернувшись, кованый осмотрел тело создания, которое проглотило его. На удивление Хораса, это оказалась вовсе никакая ни химера, напротив, вместо неказистых смешанных форм различных изуродованных существ, он увидел вполне себе естественные и обтекаемые формы. То есть как. На самом деле, от тела существа уцелели одни лишь кости, но благодаря информационной базе кованого, он смог определить природу этого зверя.

Один из видов степных существ, в простонародье известные просто как дикий зеркальный дух. Хорас стоял в недоумении, там где он находился, из живых был только он один и больше никто другой не мог призвать этого зеркального духа. Но вопросы отпали сами собой как только Хорас начал оглядывать весь ландшафт вокруг себя.

Гористая местность укрылась под лесами бамбуковых деревьев, воздух наполнился огромным количеством таумы, что отражалось в воздухе как частые радужные туманы и возникающие ни с того ни с сего блеск под светом луны. Эфирные кристаллы, изобилующие в этой местности, поднимали в воздух целые острова наполненные густой растительностью, вырванные из земли словно огромная рука зачерпывающая почву. Большие и мелкие клочки земли парили высоко в небе, медленно проплывая мимо звездного неба, каждая из которых горела словно драгоценный алмаз.

- Зеркальное. Измерение. - Хорас сразу же понял в чем была еще одна ошибка в спешной телепортации. - Я. Переместился. В. Нужное. Место. Но. Оказался. В. Другом. Измерении. - Хорас вновь посмотрел на обгоревшие останки. - Похоже. Этот. Дух. Почуял. Концентрацию. Внутренней. Таумы. И. Проглотил. Меня. Остается. Надеется. Что. Клык. Не оказался. В. Подобной. Ситуации.

Кованый не беспокоился насчет того, что Клыка проглотит другое подобное существо. Нет, духи конечно питаются плотью других себе подобных, но делают это только с целью поглощения внутренней таумы. Клык отличный воин, но совершенно никчемный тауматург, концентрация внутренней таумы в его теле ничтожна и никак не заинтересует местных существ. Хораса волновало другое, слишком высокая концентрация таумы может нанести непоправимый вред телу простых органиков, мягкие ткани просто не выдержат такого. Мышцы одни за другим начнут атрофироваться, внутренние органы отказывать, кожа начнет быстро стареть и превратиться в уродливые мешковатые скопления. Все это будет сопровождаться постоянными приступами боли и судорогами.

Кованые имели иммунитет ко всем выше перечисленным симптомам. Еще одно преимущество стального тела.

- Меня. И. Клыка. Должно. Было. Переместить. Примерно. В. Одно. И. Тоже. Место. - Рассчитывая на лучший исход, Хорас просканировал всю местность.

Получив результаты от скана, Хорас обнаружил постоянно возникающие следы таумы людей и зверолюдей на некотором отдалении от места в котором находиться кованый. Тауматургия органиков из реального пространства, проявляется в зеркальном измерении и судя по ее размерам, Хорас нашел целый город.

- Если. Клык. Оказался. Неподалеку. То. Его. Обоняние. Приведет. Именно. К. Тому. Месту.

С такими мыслями, Хорас направился в город, через волшебные земли мира духом.

...

Яркое солнце одаривало своими дарами крупный и оживленный город. Лаконичные и строгие дома минка выстроены по одному и тому же шаблону. Бамбуковые, реже деревянные, каркасы держали на себе массивные крыши из сухих бамбуковых листьев. Каждое строение было неотличимым от другого соседнего, что иногда вызывало путаницу, но привыкнув к такой планировке, трудностей больше не возникало.

Город был разделен на три основных района. Западная часть города выстроилась на очищенном от растительности склоне горы, занимающийся добычей эфирного камня и тауматургического металла, редкие и безумно дорогие ресурсы, что в мгновение ока обогатили этот город, сделав его владельца неоспоримым властителем местных земель.

В то время как западная часть занималась шахтерским делом, восточный район разместил на себе огромный рынок занимающий значительную часть города. Благодаря удобному расположению на пересечении двух главных торговых трактов и прилегающей к рынку реки, многие торговцы и авантюристы стекались в этот город, для продажи ценных вещей и приобретения самого разнообразного товара. Местные купцы располагали неимоверным ассортиментом из далеких земель, оружие, доспехи, специи, зерна, табак и ткани, в том числе и дорогой шелк.

По окончанию длительного дня, люди расходятся по центральному району города, где собраны жилые дома и развлекательные заведения, где любят провести свое время люди, и как не странно, бок о бок со зверолюдьми. Купцы, шахтеры и некоторые солдаты, несущие службу в пределах города, могут пить и развлекаться рядом со столом где расселась кампания из черно-белых мордваров, коренастых ящеров и хитрых лисов, которые составляют основную массу зверолюдей в этом городе.

На центральном континенте люди ужаснулись бы при виде такой картины, имея более печальный опыт в отношениях со зверолюдьми. Но местные люди привыкли к такому образу жизни и никак не чурались зверолюдей, даже наоборот, старались завести с ними деловые отношения, учитывая их разницу в разных аспектах. К примеру ящеров любят нанимать в качестве телохранителей, благодаря их превосходным физическим данным, черно-белых мордваров предпочитают принимать в качестве писцов и счетоводов, так как каждый из них имеет хорошее образование с самого детства. Но лисы в этом городе имеют особое положение, как превосходные торговцы и мошенники, они являются одними из самых богатых жителей этого города, практически на ровне с местной аристократией.

Аристократия так же имеет право быть упомянутыми.

Кроме простеньких домов для простолюдинов, в городе сконцентрированы и несколько дворянских домов, сочетающие в себе как роскошную элегантность, так и внушительную прочность. Каркасы построены из толстых бревен черного дерева, органично сливающиеся со стенами из красных досок, держащие на себе внушительные крыши из черепицы, редкого материала в здешних землях. А вместе с организованной армией и припасами внутри стен, эти дома превращались в миниатюрные замки.

Клык наблюдал за этим и просто не мог поверить своим глазам. Из дали город был оживлен и даже позитивен, люди занимались своими делами, торговали, разговаривали, занимались перевозками и при этом не обращали внимание на мимо идущих зверолюдей, словно это было нормально. А некоторые из них даже разговаривали друг с другом, без злости или подозрения. Для вервольфа, который никогда с таким не сталкивался, это было просто невозможным, но глаза говорили об обратно. Да, на центральном континенте некоторые зверолюды общаются с людьми и им подобными, но чтобы целые народы общались друг с другом?..

Прогуливаясь по городу, Клык подметил чистые и вымощенные камнем улицы, что не могло не радовать. Одно только огорчало, толпы людей разговаривающие на непонятном языке, постоянно сновали огромной смешанной массой и простое передвижение превратилось в настоящее испытание на терпение. Так же он заметил особенности местной архитектуры, Клык хоть и не был ценителем искусства и архитектуры, но местные дома разительно отличались от тех, что он видел в Фестуа. Даже у простолюдинов были приличные для их статуса жилища.

Так же он не мог пропустить и еще одну особенность, местный народ людей. Как и зверолюды, так же и люди имели различные отличия от своих собратьев на другом конце Сапфира. Местный человеческий род сравнительно низкого роста, узкоглазые и имеют исключительно черноволосые. А их одежды более свободны и больно мешковаты, любят носить на головах повязки скрученные из простой ткани и непонятные соломенные шляпы идеально конусной формы.

Местная стража здесь не менее удивительна, их ламеллярные доспехи и довольно странные округлые шлемы со странной жесткой бармицей произвели на вервольфа положительное впечатление. Такое снаряжение ему казалось не только простым в починке, но и довольно красивой. На момент ему самому захотелось облачиться в такие доспехи.

Но была одна огромная проблема, языковой барьер не позволял Клыку хоть как-то общаться с местными, даже язык жестов был абсолютно бесполезен. Как бы он не старался, люди его не понимали.

- Аааа... - Клык устало вздохнул. - Твою ж мать, чувствую себя тупым. Блин, я даже не ебу где нахожусь... сука, Хорас где же ты?

Хорас, как существо возрастом в десять тысяч лет, наверняка должен знать эту местность и язык. Но как назло прямо сейчас его нет рядом, Клык даже не представлял что делать. Деньги он потратил во время большой гулянки, оставшегося хватит максимум на пару дней в ночлежке, и самое обидное на эти деньги нормально не поешь, да и принимают ли здесь лиры, он не знал. Но немного подумать все же стоило.

Город имеет при себе огромный рынок, связанный с большой рекой по которому двигаются торговые корабли с низкой посадкой. Если так прикинуть, то на таких кораблях очень даже можно переплыть пролив между центральным и южным континентами. Раз так, то в порту он сможет найти людей говорящих с ним на одном языке.

(То, что Клык оказался именно на южном континенте, не было сомнений, теплая и спокойная погода были тому подтверждением.)

С трудом пробираясь через толпу, вервольф отправился к речному порту. По пути он не мог не остановиться и не полюбоваться на стражу местного дворянства. Двое воинов смирно стояли перед воротами, доспехи не сильно отличались от того же обмундирования которое носили простые стражники, но свои отличия все же присутствовали. Целиком красные ламеллярные кирасы окрашены в красный цвет и украшены цветочными узорами, лентами и шнурками. Лица скрывались под скорченной в гримасе личиной.

Но Клыка смутило даже не странная форма их сабель, а то, что эти воины носили на своих ногах сандалии. Именно это заставило Клыка на время забыть о своих намерениях. Вроде бы ноги нужно чем-то защищать, иначе легко прилетит какая-нибудь стрела или копье. Ладно Клык обычно без обуви ходит, но люди очень хрупкие и им всегда приходиться заковывать себя в глухие доспехи, чтобы ненароком не пораниться. Клык просто не понимал такой стиль, но дальше зацикливаться на этом не стал.

Порт оказался не менее оживленным местом, людей все еще было слишком много. Пирс ломился от изобилия торговых кораблей, набитые различными товарами и разношерстыми торговцами, разных рас и народностей. Встречались люди со смуглой кожей и в длинных одеждах, бывали и совсем черные люди, много зверолюдей в простеньких одеждах верхом на таких же простых кораблях. Но ни один из них не подходил на того, кто говорил бы с Клыком на одном языке.

- Да блин, есть тут хотя бы один северянин?

Клык старательно продолжал бродить по пирсу и высматривать более менее бледные лица с северными чертами. Пока его нюх не уловил до боли знакомый запах густой таумы и стали, с удивленными глазами вервольф посмотрел в сторону источника запаха. Среди толпы на солнце бликовала одна единственная железная макушка.

- Хорас! - Клык тут же радостно окликнул его и начал прорываться через неимоверную толпу к соратнику. - Выйдя из потока людей на более менее свободную местность на пирсе, Клык смог полностью разглядеть облик кованого. Тело автоматона было облачено в знакомые одеяние, бурая кожаная роба с серебряными весами на спине и рунами на воротнике, в компании еще четверых людей в такой же одежде. - Твою мать, теург... сука, я в заднице... - Клык понял, что перед ним стоит совершенно другой кованый и сморщил морду, то ли со стыда, то ли со злости.

Неизвестный кованый отвлекся от разговора с торговцем, вопросительно посмотрел на зверолюда холодными и застывшими глазами. С интересом в голосе тот произнес на вполне понятном языке.

- Необычно. Видеть. Вервольфа. На. Южном. Континенте. Что. Ты. Здесь. Делаешь? Если. Не. Секрет.

Лицо Клыка озарилось, будто бы что-то вспомнил.

- Точно, вы же там всезнающие, да? Зашибись, хоть с кем-то поговорить можно. - Тот облегченно вздохнул, но перспектива нудежа со стороны прагматичной железки вовсе не радовала. - Отвечая на твой вопрос, со мной такая дрысня произошла... поверишь ли ты мне?

Кованый немного промолчав решил представиться.

- Я. Так. И. Не представился. Мое. Имя. Кэйташи.

- Я Клык из племени Серых, странное у тебя имя, но все равно приятно познакомиться. - Вервольф протянул руку в знак приветствия, Кэйташи потупил в непонимании, пока до него не дошло.

- Точно. Так. Делают. Органики. Это. Часть. Вашего. Ритуала. - Вымолвил кованый, одновременно пожимая руку вервольфа, после чего сразу же начал осыпать его вопросами. - Ты. Не рассказал. О. Том. Как. Попал. Сюда. Меня. Это. Заинтересовало. Кроме. Того. Ты. Упомянул. Имя. Одного. Из. Моих. Собратьев. "Хорас". Ты. Как-то. Связан. С. Ним? Поведай. Мне. Свою. Историю.

Клык слегка опешил от такого напора, но подумав, что кованому можно доверять, решил признаться. Но в первую очередь, нужно сменить обстановку.

- Ладно-ладно, я расскажу, только давай лучше без лишней толпы, хорошо?

- Хорошо. Тогда. Идем. За. Мной. В. Цех. Там. Мы. Сможем. Поговорить. Без. Лишних. Ушей.

...

Наконец Клыку довелось оценить не только непривычную архитектуру местных земель, но и интерьер таких домов. В прочем цех теургов узнавался в любом случае, при любой архитектуре и любом интерьере. Всякие научные приборы выстроились на столах, соседствуя с множеством различных писаний на полках и высушенными растительными ингредиентами, весящие на веревочках вдоль стен. Колбочки, тарелочки, инструменты, вполне привычное явление, как и резкий травяной запах в помещении. Что больше удивляло Клыка, так это обилие бумаги в наполнении интерьера, бумажные стены, окна и простенькие светильники свисающие с потолка.

Вервольфу это казалось слишком странным и тот поинтересовался подходя к одной из таких стен.

- Это как-то, странно? Я не знаю, может так надо, но это же просто бумага.

Кэйташи ответил как обычно говорят кованые, холодно, прагматично и информативно.

- Такой. Дизайн. Диктовался. Климатической. Средой. В. Которой. И. Возник. Такие. Стены. Хорошо. Циркулируют. Воздух. Предотвращая. Накопление. Влаги. В. Одном. Месте. Потом. Это. Распространилось. По. Всей. Нихонской. Империи. В. Более. Сухие. Регионы. Как. Дешевый. Строительный. Материал.

- Дешевая бумага, серьезно?

- Да. В. Империи. Нихон. Хорошо. Развитые. Гампивые. Фермы. На. Множестве. Тропических. Островов. Из. Них. И. Производят. Бумагу. Южного. Сорта.

Клык вопросительно почесал голову.

- Эээ... да, конечно, гампиевые фермы, как же я сам не додумался? Мхм-мхм... - Иронично соглашался вервольф.

Кэйташи сразу раскусил его.

- Тебе. Об. Этом. Ничего. Неизвестно?

- Ясен пень, что я нихера не понял. Думаешь на центральном континенте хоть кого-то заботят такие мелочи?

Кэйташи скептично ответил.

- Мелочи. Формируют. Историю. Искусство. И. Традиции. Мелочи. Это. Не. Песчинка. Это. Важная. Шестерня. В. Огромном. Механизме. Секреты. Кроются. В. Деталях...

- Да, да, да... - Вервольф резко прервал речь кованого, предвидя его длиннющий контекст. - Может перейдем к делу?

- Ладно. - Кэйташи повел вервольфа за собой к одной из стен, которая оказалась раздвижной дверью.

Клык, перед тем как зайти за кованым в комнату, еще немного поиграл со странной дверью, по рельсам шла легко и это даже удобно. Такая конструкция не занимает много места, да и сделать что-то такое очень просто. Туда-сюда, туда-сюда... так бы продолжалось еще долго, если бы кованый не подозвал его.

Закрывая за собой дверь, Клык совершенно случайно порвал преграждающую бумагу своими когтями.

- Извини, я нечаянно.

- Не делай. Так. Больше. - Спокойно ответил кованый. - Присаживайся.

Кованый сидел сложив ноги в позе лотоса за низким столиком и указывал на подушку лежащую за столом прямо на полу. Вервольф тут же начал жаловаться.

- Какого хера, где нормальная мебель, нормальный стол и стулья, где?

- Это. Часть. Местной. Культуры. Здесь. Нет. Привычной. Тебе. Мебели. Придется. Смириться.

Клык на самом деле не злился, но приходил в сильном замешательстве. Все местное казалось ему чуждым и неправильным, стены тонкие буквально бумажные и никак не защитят при набеге разбойников, через них легко подслушивать разговоры и даже подсматривать. Мебель неудобная, сразу можно сказать, куда удобнее ну стуле за высоким столом.

Вздохнув, Клык все же сел на подушку, на против Кэйташи и первым начал расспрос.

- Так, для начала, хочу знать где я.

Кованый ответил сразу же.

- Ты. Находишься. На. Территории. Империи. Нихон. Занимающая. Обширные. Территории. На. Северо-восточной. Части. Южного. Континента. Город. Называется. Янагасэ. В. Глубине. Материковой. Части. Империи. Главная. Торговая. Улица. Цех. Теургов. Город. Занимается. Добычей. Полезных. Ископаемых. И. Торговлей... - Кованого начало заносить.

- Ладно-ладно, я понял, можешь больше не информировать, мне и этого достаточно.

- Хорошо. Тогда. Мой. Черед. Ты. Как-то. Связан. С. Кованым. По. Имени. Хорас? Он. Где-то. Рядом?

Клык почесал макушку, думая как бы лучше ответить, но не доверять ему он вовсе не собирался. Кованые одни из немногих, кому можно реально довериться, не боясь предательства с их стороны. А раз Хорас доверился органику, то и другие кованые не откажут в помощи, таковы уж они. Чуткие и предельно внимательные, но вовсе не злые и не коварные, это им просто не свойственно. В отличие от их врагов, в лице культистов и материалистов, доверять просто больше некому. Хорас же обратился к своему собрату под номером 143, почему Клык не может поступить так же.

- Слушай, ты можешь для начала сделать так, чтобы нас никто не слышал?

- Один. Момент. - Рука кованого коснулось пола, от которого начали расходиться знакомые круги, обволакивающие пол, стены и сходящиеся на потолке, изолируя комнату от всяких звуков. - Готово. Я. Слушаю.

- Ладно, я и Хорас нашли на центральном континенте... - Клык, на всякий случай, оглядел комнату и приглушенным голосом сказал. - монолит.

Голубые окуляры Кэйташи на мгновение засветились ярче чем обычно.

- Продолжай.

- Но к моменту когда мы пришли на нужное место, этого артефакта не было на месте. Хорас мне ничего толком не объяснил, но похоже монолит телепортировали сюда. А потом на нас напал высокий черножопый рыцарь и надрал Хорасу, то есть его копии, задницу. Что получается, я, мой собрат - "блин, совсем забыл про него", мелькнуло в голове Клыка. - и Хорас переместились, но когда я очнулся, оказался совсем один, где те двое я беспонятия. А потом нашел этот город, а потом нашел тебя.

- Весьма. Кратко. Но. Все. Же... Монолит. Здесь. Дай. Угадаю. Это. Дело. Рук. Культа. Четырех? - Клык кратко кивнул. - Еще. Меня. Несколько. Беспокоит. То. Как. Ты. Выразился. "Высокий черножопый рыцарь". - Прозвучал записанный голос Клыка. - По. Твоим. Словам. Он. Смог. Одолеть. Копию. Кованого. Одного. Из. Самых. Могущественных. Существ. На. Сапфире. Я. Тебя. Правильно. Понял? - Снова последовал кивок. - Опиши. Мне. Его. По. Подробнее.

- Ну как там было. Человечьи руки ноги, только высокий сильно, где то пару метров. Доспехи угольно черные, латы, но никаких мечей щитов не было, он чисто шаманил себе оружие и начистил рожи с начало элементалям, а потом устроил взбучку Хорасу.

- Раса?

- Хер его знает, лица не видел, но точно не огр или тролль, слишком стройный.

- Возможно ли. Что. Это. Некая. Неизведанная. Раса. Способная. Одолеть. Кованых. Обладая. Знаниями. В. Области. Тауматургии. На. Ровне. С. Нами? - Клык неопределенно пожал плечами, но чувствовал жестокую и ученую натуру исходившие от кованого на против него. - Хорошо. Тебе. Это. Точно. Неизвестно. Перейдем. К. Монолиту. Ты. Говоришь. Что. Его. Переместили. Сюда? - Последовало короткое "да". - Однако... Я. Не чувствую. Его. В. Городе. Его. Точно. Нет. Но. Он. Определенно. Где-то. Рядом. Необходимо. Организовать. Разведку. И. Прочесать. Все. Местные. Поместья. Скорее. Всего. Он. Находиться. В. Одной. Из. Них.

- А что насчет Хораса и еще одного вервольфа который пришел с нами?

- Отыскать. Их. Не составит. Труда. Хорас. Знает. Что. В. Каждом. Более-менее. Крупном. Городе. Находится. Как. Минимум. Один. Кованый. Ему. Скорее. Всего. Понадобиться. Помощь. Дабы. Одолеть. Того. Черного. Рыцаря. О. Котором. Ты. Говорил. А. Найти. Вервольфа. Не. Сложнее. Если. Он. В. Городе. То. Он. Будет. Сильно. Выделяться. На. Фоне. Остальных. Всем. Вам. Будет. Предоставлена. Помощь. Ночлег. И. Пища. А. Пока. Вы. Не соберетесь. Я. И. Местный. Филиал. Цеха. Будем. Искать. Монолит.

- Фух, прям полегчало. - Клык наконец-то смог облегченно вздохнуть. - Блин, тут даже никто не понимает меня, я прям в углу стоял и не понимал, че делать. Свезло кованого встретить... Эх, есть охота. - От необычной культуры и местных нравов, Клык даже позабыл о своем голоде.

- Могу. Предложить. Тебе. Ночлег. В. Одной. Окио. То. Есть. В. Заведении. Где. Ты. Сможешь. Подкрепиться. И. Выспаться.

Вервольф с начало довольно улыбнулся, но потом улыбка спала с его морды.

- Я их не понимаю, да и денег у меня нет, к тому же это лиры, а принимают ли их здесь? Я не знаю.

- Насчет. Языка. Можешь. Не беспокоиться. Люди. Работающие. В. Том. Заведении. Часто. Принимают. Людей. Из. Далеких. Земель. Они. Поймут. Твою. Речь. А. Лиры. Здесь. Не принимают. - Клык раздосадованно покачал головой. - Однако. Здесь. Их. Можно. Обменять. По. Определенным. Курсам. Одна. Лира. Стоит. Семь. Тенпо. У. Меня. Денег. Достаточно. Можешь. Отдать. Лиры. Мне. А. В. Замен. Я. Отдам. Нужное. Количество. Тенпо.

- Ладно, тенпо так тенпо. - Вытащив из под кирасы небольшой полупустой мешочек с деньгами, на стол вывалилось три почерневшие серебряные монеты, которые были заменены на пять связок монет с отверстиями в центе, через которые и были связаны плетеной веревочкой. Как ни смотри, но здесь больше монет чем ожидалось, вместо двадцати одного в связках насчитывалось пятьдесят тенпо. - Тут многовато как-то.

- На. Двадцать. Один. Тенпо. Здесь. Нормально. Не прожить. Пятидесяти. Тенпо. Уже. Достаточно. На. Короткое. Время.

- Спасибо, но я не люблю оставаться в долгу.

- Деньги. Решают. Многие. Вопросы. В. Обществе. Органиков. Но. Для. Кованых. Это. Лишь. Еще. Один. Ресурс. Можешь. Не. Беспокоиться. С. Их. Возвратом.

- Как скажешь. - Произнес вервольф, рассматривая деньги которые он еще никогда не видел. На монетах изображены совершенно непонятные для него иероглифы, но подметил удобство ношения таких монет на веревочке. Спрятав их под кирасу, Клык задался вопросом. - И что мне теперь делать?

- Поешь. И. Отдохни. Мой. Работник. Проводит. Тебя. До. Ночлежки. - Щелкнув пальцем, Кэйташи развеял заклинание изолировавшее их голоса от остального мира и поднявшись на ноги побрел к двери, но как только кованый подошел к ней, ее уже открыли. Человек в робе теургов начал что-то тарабанить и щелкать на неизвестном языке, но Кэйташи все прекрасно понимал. Посмотрев на Клыка, тот коротко сказал. - Твой. Собрат. Нашелся.

...

Второй вервольф нашелся довольно быстро, его притащили прямо в цех и положили на стол. Теперь его можно было рассмотреть более внимательно. Его вид был крайне неприятен, сильно поредевший шерстяной покров прерывался длинными шрамами. Тело настолько исхудало, что напоминал собой труп полусгнившего волка. Но его впалые глазницы еще дергались и вздымалась костлявая грудь от дыхания, он был жив, по крайней мере сейчас.

Клык с беспокойством смотрел на него, в то время как Кэйташи спокойно говорил.

- Этого. Вервольфа. Привели. Сюда. Из. Под. Рук. Местной. Стражи. Они. Говорили. Что. Он. Пытался. Украсть. Еду. Но. В. Таком. Состоянии. Ему. Пришлось. Потратить. Все. Силы. Что. У. Него. Оставались.

- Поможешь? Я же знаю, можешь.

- Да. Могу. Но. Раз. Он. Был. С. Вами. То. Как. Оказался. В. Таком. Состоянии? - Поинтересовался кованый, смотря прямо в глаза вервольфу.

- Даже не думай, это не мы над ним так измывались.

- Органики. Странные. Существа. Мало ли. Что. Могло. Взбрести. Вам. В. Головы.

- Это не мы! - Возмутился Клык и начал объяснять. - Я нашел его когда мы искали монолит, прутья клетки в которой он сидел были согнуты, а сам лежал рядом с решеткой.

- В. Таком. Состоянии. Он. Погнул. Стальную. Решетку? - Озадаченно переспросил Кэйташу.

- Ни знаю, я этого не видел, но решил дать ему шанс и вот он сейчас здесь. Так ты поможешь ему? - Сдерживая свое напряжение, Клык укоризненно посмотрел на кованого.

- Ладно. Начнем...

Тень 13 Братья.

17 день месяца звездочетов.

Зеркально измерение.

Бесконечно зеленые луга ощетинившиеся бамбуковыми лесами, над которыми весит вечная луна, окропилось реками крови. Из тысячи тел вытекали ручьи крови, сливающиеся в целые озера, тела зеркальных существ были изуродованы настолько, что их было и не узнать. Обугленные тела еще источали дым растворяющийся в искаженном от таумы воздухе. Кишки, разрубленные и проткнутые на сквозь останки существ валялись на каждом шагу, не куда было ступить не замарав ноги. Но не смотря на все это, их помутненный разум не позволял им отступить и арава монстров продолжала давить на кованого, стоящего посреди всего этого безумия.

Таума, вот что их привлекло, запах что свел их с ума.

Хорас ловко уворачивался от нападков и успевал одновременно производить заклинания. Невероятная ловкость, сила и восприятие давали ему полное преимущество над глупыми созданиями. Одно из таких существ набросилось на него, в ответ кованый поднял руку и из синего круга выпустил шквал из сотен ледяных копей. Сосульки с легкостью прошили тело монстра и накрыли целую область за ним, убивая десятки существ.

Сзади кровожадные духи начали сжимать круг, что делало ситуацию еще более опасной. Хорас резко обернулся и топнул ногой по земле, по которой прокатилась настоящая волна, за которой сразу же последовали мгновенно выросшие из под земли кристальные шипы, тянущиеся до самого края толпы монстров. На этот раз, уже сотни чудовищ оказались насажены на пики. Но натиск не собирался ослабевать, монстры продолжали напирать.

Ноги Хораса начали остывать настолько сильно, что через них начало распространяться заклинание, превратившее всю окружную местность в лед сковавший в себе лапы всех окружающих тварей. Те начали отчаянно дергать конечностями, в надежде вырваться. Лед начал трескаться, но кованый получил драгоценные секунды времени.

- Пришло. Время. Для. Большей. Силы. "Звездная гравитация".

Хорас развел руки, словно собирался обнять небо. Над его головой образовался огромных размеров тауматургический круг радиусом в сотню метров. Огромное и неимоверное количество таумы стала видимой для простых глаз, потоки голубой энергии сочились из тела кованого и поднимались вверх, прямиком сквозь огромный круг, словно через сито. Излишки отсеивались и наружу выходила чистейшая концентрированная энергия, которая потом обрушилась прямо на землю. Тяжелые и обжигающие потоки легли на головы чудовищ быстрой смертью, что расплющила их хрупкие тела выпуская наружу фонтаны из крови и внутренностей. Земля так же не выдержала такой напор и углубилась, выжитая из травы влага и мгновенно растаявший от гравитации лед начали смешиваться в реках крови.

Круг исчез в одночасье, а огромные потоки начали медленно растворяться в воздухе. Глаза Хораса начали характерно мигать, руки и ноги кованого задрожали.

- Запасы. Таумы. На... Ииисходе. - Вокабулятор начал барахлить, слова произносились с задержкой. Оглянувшись, Хорас не обнаружил никого живого вокруг себя, лишь расплющенные в кашу останки монстров. Убедившись в том, что он в безопасности, он инициировал одну из функций его тела. - Начат. Прооо-цесс:(*сс... Поглощения. Таумы.

Еще неуспевшие раствориться в воздухе сгустки эфира подобно дыму потянулись к телу Хораса. Каждая щель в его теле начала впитывать внешнюю тауму, постепенно восполняя утраченные запасы эфира. В обычном мире, на это ушло бы больше времени, ввиду разряженности таумы в атмосфере, но зеркальное измерение буквально пропитано эфиром. Процесс восполнения таумы происходил крайне быстро, буквально за считанные секунды. - "50%... 70%... 80%... 100%."

Тело пришло в норму, дрожь унялась и голос стал прежним.

- Заклинание. "Звездная гравитация". Крайне. Затратное. Но. Все. Же. Стоит. Вспомнить. Прошлые. Старые. Знания.

- "..."

Хорас ощутил чей-то зов, кто-то хочет связаться с ним по ментальной связи. Клык? Подумал Хорас, но сразу же отбросил эту мысль. Этот звонок мог исходить только от могущественного тауматурга, который знает о присутствии кованого не подалеку. Только другой кованый может связаться с ним.

- "Хорас. Ты. Меня. Слы...шь?" - С другой стороны прозвучал голос кованого. Считав информацию адресата, Хорас понял кто именно с ним разговаривает.

- Кэйташи.

- "Да. Эт... Я. Я. Не мог. Связаться. С. То...ой. Со. Вчерашнего. Дня. Г... Ты?" - Голос Кэйташи искажался в голове Хораса. Плотная тауматургическая атмосфера сильно искажала связь. На приличном расстоянии связь была бы просто невозможна, но сократив эту дистанцию связь начала работать. Это единственное логическое объяснение.

- Я. В. Зеркальном. Измерении.

После короткой паузы последовало.

- "...гда. Это. Все. Об...сняет. Твои. Друзья. Сей... У. Меня."

- Клык. С. Тобой?

- "Д... Он. И. Его. Собрат. Со. Мно... Клык. Мне. Все. Рассказал. О. Монолите. И... Черном. Рыцаре."

Хорас удовлетворенно ответил.

- Хорошо. Я. Иду.

- "Жде..."

Связь прервалась.

Хорас покопался в памяти и нашел старую карту города Янагасе. Этим картам более пятидесяти лет и многие места могут быть неточными, но зная нравы своих братьев, он не сомневался в местонахождении цеха теургов.

Подняв глаза, Хорас увидел отраженные из реального измерения тауматургические следы, оставленные от органиков. Множество силуэтов бродило по строго отведенным тропам и толпились в определенных точках, которые скорее всего являлись улицами и зданиями города. Если и выходить в реальность, то лучше всего прямо здесь, чтобы случайно не напугать местных жителей.

Хорас вытянул руку перед собой и создал круг, подобный тому, при помощи которого призывал элементалей. Сам круг вовсе не призывал духов, а помогал им пересечь грань между двумя измерениями, так же поступил и Хорас. Круг начал загораться все сильнее и сильнее, пока картина перед глазами не изменилась.

В одно мгновение темные луга и густой воздух сменился реальным солнечным светом с видом на огромный город Янагасе.

Хорас спокойно шагал по улицам города, не обращая внимание на прохожих, редко бросавших на него подозрительные взгляды. Как оказалось, за пятьдесят лет город мало изменился, здешние постройки хоть и выглядят свежо, но прежняя планировка осталась та же, улицы, дома и культура ничуть не изменились.

Выйдя к главной торговой улице в центральном районе, Хорас побрел вдоль нее. Совсем скоро он дошел до цеха теургов, здание которого слегка отличалось на фоне остальных домов. Двухэтажное строение высилось над соседствующими одноэтажками. Открыв раздвижную дверь, Хорас смело вошел внутрь, глазам сразу же предстала знакомая картина. В этой лаборатории работало несколько теургов местного происхождения, черноволосые и узкоглазые люди. Они смотрели на кованого так, будто бы ждали его прибытия. Хорас решил заговорить с ними на их языке.

- Здравствуйте. Я. Хорас. Пришел. К. Своему. Собрату. Кэйташи.

Один из теургов отвлекся от работы и подошел к Хорасу.

- Приветствую вас, господин Хорас. - Тот наклонился в знак приветствия. - Господин Кэйташи находится...

- Я. Здесь. - Слова теурга прервал голос второго кованого, спустившегося со второго этажа. Хорас узнал в нем Кэйташи.

- Здравствуй. Брат. Кэйташи. - Тут же поздоровался Хорас. Кэйташи подошел ближе и ответил тем же.

- Здравствуй. Хорас. Думаю. У. Нас. Мало. Времени. Перейдем. Сразу. К. Делу.

Кэйташи проводил Хораса в свой кабинет на первом этаже, в котором еще вчера разговаривал с вервольфом. Разместившись друг на против друга на маленьких подушках, Хорас сходу задал вопрос.

- Я. Бы. Хотел. Знать. Где. Сейчас. Находиться. Клык. Как. Он?

Кэйташи недоуменно посмотрел на собрата и задал соответствующий вопрос.

- Тебя. Беспокоит. Судьба. Органика?

В голове Хораса что-то нервно щелкнуло, но виду не подавал.

- Вовсе. Нет. Его. Жизнь. Не стоит. И. Гроша. Меня. Больше. Беспокоит. Другой. Вервольф. Которого. Он. Привел. С. Собой. - Голос Хораса наполнился пугающим тоном, но внутри что-то обжигало его, что-то чего он еще не понимал... или не хотел понимать. Прямо как тогда, когда прикрыл вервольфа собственным телом. - Дело. В. Том. Что. Он. Может. Знать. Необходимую. Для. Нас. Информацию.

- Согласен. Органические. Формы. Жизни. Могут. Быть. Полезны. Для. Нашей. Расы. Однако. Вервольф. О. Котором. Ты. Говоришь. Все. Еще. В. Отключке. Его. Организм. Сильно. Истощен.

- Ясно.

- Расскажи. Мне. О. Черном. Рыцаре. С. Которым. Вы. Столкнулись. Клык. Говорил. Что. Он. Смог. Одолеть. Твою. Копию. Это. Так?

- Верно. Но. Во. Время. Боя. Я. Смог. Разузнать. Лишь. Немногое. Он. Владеет. Продвинутой. Мантией. Тьмы. При. Помощи. Которого. Создавал. Множество. Видов. Оружия. В. Том. Числе. И. Огнестрельное. Бывалые. Элементали. Были. Полностью. Бесполезны. Против. Него. Он. Не использует. Тауматургический. Круг. Но. Его. Заклинания. Остаются. Крайне. Мощными. В. Физическом. Плане. Не уступает. Нам. Кованым. Рефлексы. Сила. И. Скорость. Примерно. На. Нашем. Уровне.

- Это. Все?

- К. Какой. Расе. Он. Относиться. Я. Не знаю. Но. У. Меня. Есть. Предположение.

- Слушаю.

Хорас начал излагать.

- Скорее. Всего. Этот. Рыцарь. Относиться. К. Человекоподобной. Группе. Рас. Но. Ни. Люди. Ни. Верлы. Или. Рокеры. Не. Обладают. Такими. Характеристиками. В. Естественном. Виде. Но. Этого. Монжо. Достичь. Путем. Мутаций.

- Ты. Думаешь. Тот. Рыцарь. Это. Мутант? Сервит? Но. Сервиты. Не. Вырастают. До. Таких. Размеров. И. Не обладают. Такой. Мощной. Тауматургией. Их. Сила. Это. Высокие. Физические. Возможности... В. Основном.

- Верно. Но. Встречаются. И. Исключения. К. Примеру. Эксперименты. В. Рамках. Проекта. "Стихия". В. Результате. Экспериментов. Появились. Не просто. Сервиты. А. Гибриды. Людей. И. Элементалей.

- Да. Я. Слышал. Об. Этом. Проекте. Двадцать. Лет. Назад. Насколько. Мне. Известно. Проектом. Тайно. Руководил. Лично. Ты. Но. Мне. Так же. Известно. О. Том. Что. Проект. Провалился.

- Не совсем. Один. Подопытный. Выжил. Девушка. Поглотившая. Огненного. Элементаля.

- Думаешь. Эта. Девушка. И. Тот. Черный. Рыцарь. Как-то. Связаны?

- Вероятно. Это. Так. Спровоцировать. Бурный. Мышечный. Рост. Возможно. Но. Наделить. Органика. Огромной. Тауматургической. Силой. Уже. Сложнее. Такое. Станет. Возможным. Если. Только. Поместить. Сервита. В. Зеркальное. Измерение. Вероятно. Он. Сможет. Приспособиться. К. Такой. Среде. И. Обретет. Такую. Силу.

- Это. Лишь. Теория. Возможности. Даже. Сервитов. Сильно. Ограничены. Их. Сила. Адаптации. Не всесильна. Еще. Во. времена. Империи. Верл. Три. Тысячи. Лет. Назад. Мы. Провели. Подобный. Эксперимент. Около. Десяти. Тысяч. Сервитов. Были. Отправлены. В. Зеркальное. Измерение. Никто. Из. Них. Не выжил. - Осадил Кэйташи, на что Хорас противопоставил следующие слова.

- Да. Я. Помню. Об. Этом. Однако. Малая. Вероятность. Такого. Исхода. Все же. Присутствует. Возможно. Один. На. Сотню. Тысяч. Или. Же. Один. На. Миллион. Но. Хотя бы. Один. Такой. Должен. Найтись. К. Примеру. Темный. Рыцарь.

- Возможно. Ты. Прав. Но. Я. Считаю. Более. Вероятным. Другое. Что. Если. Этот. Черный. Рыцарь. Получил. Силу. От. Монолита? Так же. Как. И. Ты. - Хорас задумался над словами Кэйташи и это могло быть вполне вероятным. - Ты. Получил. Дар. Предвидения. Коснувшись. Монолита. Когда. Он. Был. В. Наших. Руках. Но. Другие. Кованые. Ничего. Не почувствовали. Коснувшись. Его. Что. Если. Черный. Рыцарь. Получил. Свою. Силу. Точно. Таким же. Образом?

- Да. Это. Кажется. Более. Логичным. Но. Мы. Незнаем. Из-за. Каких. Критериев. Существо. Может. Получить. Силу. От. Монолита.

- Это. Так. Но. Если. Мы. Сможем. Поймать. Черного. Рыцаря. То. Вероятно. Сможем. Выяснить. Эти. Нюансы. А. До. Тех. Пор. Монолит. Совершенно. Бесполезен. Мы. Не можем. Лично. Использовать. Его. Энергию. Можем. Использовать. Его. Лишь. Как. Источник. Питания. Для. Артефактов. Древних. Примусов. Как бы. То. Ни. Было. Монолит. Должен. Быть. В. Руках. Стального. Братства.

- Ты. Уже. Организовал. Поиски? - Поинтересовался Хорас.

- Да. Мои. Подчиненные. Прочесывают. Местность. При. Помощи. Маяков.

- "Маяков"? - Хорас не понял значение слова "маяк", и поэтому спросил у Кэйташи. - Что-то. Новое?

- Да. Совсем. Недавно. Проводя. Эксперименты. С. Одним. Из. Артефактов. Древних. Мы. Обнаружили. Интересное. Свойство. Истощенного. Эфирного. Кристалла. Как. Известно. Эфирные. Кристаллы. Хранят. В. Себе. Тауму. И. Окрашиваются. В. Голубой. Цвет. А. После. Использования. Эфира. Внутри. Кристалла. Он. Становится. Прозрачным. Но. Если. Поднести. Пустой. Кристалл. К. Артефакту. Древних. Тот. Начнет. Окрашиваться. В. Красный. Энергию. В. Себе. такой. Кристалл. Не несет. Но. Это. Хорошее. Приспособление. Для. Поиска. Древних. Артефактов.

- Вот. Как. Я. Понял. Думаю. Мне. Стоит. Встретиться. С. Вервольфом.

- Я. Провожу. Тебя. - Сказал Кэйташи, поднимаясь на ноги.

Вместе они вышли из цеха и направились в заведение, устроившееся неподалеку.

Дверей у заведения не было, вместо них с навеса свисали несколько ровных прямоугольных обрезков ткани, с иероглифами на них. Войдя во внутрь, Хорас начал осматривать заведение, но почти сразу же в глаза бросился крупного телосложения вервольф, сидящий за стойкой и уплетающий поданные ему блюда широкой клыкастой пастью, вообще не используя столовые приборы, состоящие только из пары бамбуковых палочек.

Молниеносно пожирая рис он приговаривал.

- Ммм... никогда бы не подумал, что зерно может быть таким вкусным. Пшеница полное говно, но вот этот... - Клык слегка задумался.

- Рис... - Ответил хозяин заведения наблюдая за вервольфом, что радостно продолжил набивать брюхо.

- Да, точно, рис...

- Ты бы хоть палочки взял... руки марать, плохо. - Заметил хозяин, взглядом указывая на рядом лежащие палочки. Клык недоумевающе спросил.

- Палочки? Серьезно, как ими пользоваться, да и зачем эти палочки? - Вервольф взял одну из палочек и начал тыкать им в миску с рисом, тщетно пытаясь вытащить хотя бы зернышко.

- Не так... - Осадил хозяин. - Надо две палочки брать в рука... и вот так есть. - Хозяин заведения показал как пользоваться палочками на собственном примере.

Клык взял обе палочки в одну руку, стараясь подражать своему учителю. Но с первой попытки ничего не вышло, так же как и со второй, третьей и четвертой попытки. Каждый раз, заведомый кусочек риса еле цеплялся за палочки и неизбежно падал обратно в миску. Как бы Клык не кривлялся, все было четно.

- А к черту!.. - Вервольф положил палочки на стол и продолжил есть руками как и до этого.

- Здравствуй. Клык. - Прозвучало где-то за спиной, вервольф удивленно обернулся и выпученными глазами посмотрел на двух кованых. Оттащив миску от пасти и быстро проглотив недожеванную еду, медленно заговорил.

- Эээ... Ты Кэйташи, я знаю, а ты... Хорас, ты что ли?!

- Да.

Глаза Клыка тут же загорелись, уронив миску с едой, он поднялся и побрел к Хорасу.

- Ебать капать, целехонек чертяга! - Клык начал внимательно осматривать его тело дабы убедиться в своих словах, поднял одну руку, осмотрел, поднял вторую руку и так же оглядел его тело с ног до головы.

- Что. Ты. Делаешь?

Отойдя от кованого, Клык неопределенно ответил.

- Ну знаешь, тебя ведь убили, прямо у меня на глазах...

- То. Была. Всего. Лишь. Копия. На. Настоящем. Теле. Это. Никак. Не сказалось.

- Да, ты говорил, но ведь смерть это вовсе не пустяки, а если бы спасая меня ты подставил настоящее тело? Я благодарен тебе, не спорю, но...

- Клык. Замолчи. - Внезапно Хорас заговорил несвойственным для него грозным и пугающим тоном, чем заставил вервольфа сильно напрячься.

- Что такое, я сказал что-то плохое... - Вервольф аккуратно пытался подлезть к Хорасу, чувствуя явное напряжение, но не успел он договорить, как увидел, что Кэйташи с огромной силой замахнулся. Кулак с громким скрежетом металла врезался в лицо Хораса. Этот удар был достаточной силы, чтобы сдвинуть тяжелое тело кованого и выбросить его на улицу.

Хорас проскользил по полу и затем по каменной кладке на улице, оставляя хорошо заметные борозды, сопровождая это невероятным шумом. Очевидцы инстинктивно начали закрывать уши и падать на землю, но когда подняли глаза замирали от шока. Одно из сильнейших существ лежит на земле, только равный или превосходящий его по силе мог сотворить такое. А если начнется бой между этими коваными, то город не переживет этого столкновения. Как только все начали приходить в себя, тот тут же начали убегать, кто куда.

В городе в мгновение ока начался настоящий хаос, нарастающий словно снежный ком. Многие в панике падали на землю, что становилось их смертным приговором. Даже стражники, что должны хранить порядок, начали удирать подальше от этого заведения.

Клык стоял на месте в полном оцепенении, это было настолько внезапно, что поначалу он даже не понял, что произошло. Ему еще ни разу в своей жизни не доводилось видеть, как кованый нападает на своего собрата с серьезными намерениями. Для всех эта раса казалась доброй и даже альтруистичной, и чтобы кованый хотел убить своего собрата? Такое явление было просто невозможным в умах органиков, но эта не возможная сцена разворачивалась прямо на глазах вервольфа и всех остальных.

Хорас пришел в себя. Поднявшись на ноги, Хорас сверкнул кристалликами в глазницах и смотря прямо на Кэйташи, приговаривал.

- Не делай. Этого. Кэйташи. Я. Не враг. Тебе. - Хорас поднял руки, показывая свои мирные намерения, но его собрат медленно и неумолимо шел прямо на него.

- Хорас... - Кэйташи запнулся, но его голос оставался прежним. - Ты. Испытываешь. Жалость. К. Этим. Жалким. Созданиям. Ты. Мог. Получить. Непоправимый. Ущерб. Если. Бы. Твоя. Копия. Погибла. По. Сути. Ты. Рисковал. Своей. Жизнью. Ради. Одного. Единственного. Органика. И. Я. Знаю. Что. Тебя. На. Это. Натолкнуло... Эмоции. Истинный. Кованый. Это. Машина. Без. Чувств. Без. Тяги. И. Желаний. Это. Фундамент. Нашей. Идеологии.

- Кэйташи. Прошу. Тебя. Остановись. - Голос, которому неведом страх и печаль, счастье и веселье, дрогнуло. От некогда спокойного и ровного тона не осталось и следа. - Я. Не хочу. Сражаться. С. Тобой.

- Я. Тоже. Не хочу. убивать. Тебя. Но. Эмоции. Это. Дефект. От. Которого. Не обходимо. Избавиться. Ты. Угроза. Для. Всей. Нашей. Расы.

- Я. Не желаю. Вредить. Своим. Собратьям. Я. Лишь. Хочу. Выполнить. Свою. Миссию. И. Дело. С. Концом. Когда. Все. Это. Закончится. Я. Исчезну.

Кэйташи вышел на каменную брусчатку, по среди мертвенно пустой улицы. Кованый посмотрел на своего собрата пронзительным взглядом и бросил последние слова.

- Ты. Боишься. Смерти. Я. Вижу. Это. И. Знаю. Я. Так. Же. Знаю. Что. Разногласия. Неизбежно. Приведут. К. Расколу. Если бы. Мы. Не подчищали. Своих. Дефектных. Братьев. То. Уже. Сегодня. На. Веки. Потеряли бы. Статус. Величайших. Существ. Сапфира. Ни. Эта. Планета. Ни. Органики. Ни. Кованые. Не. Пережили бы. Эту. Войну. Моя. Миссия. Уничтожить. Тебя. Избавиться. От. Угрозы.

- Стой...

Кэйташи не дал сказать кованому. Одним коротким рывком он моментально сократил дистанцию. Стальную руку Кэйташи охватил видимый слой таумы, значительно увеличивая его силу. Кэйташи нанес меткий и невероятной силы апперкот. По округе прошлась сильная ударная волна, в то время как самого Хораса подкинуло в воздух на несколько десятков метров, неизбежно дезориентировав его.

Подлетев при помощи тауматургии на несколько метров над землей, Кэйташи словно молния понесся на болтавшегося в воздухе Хораса. Вытянув обе руки вперед, Кэйташи сбил собрата и понес его далеко вверх. Кованый мчал словно ракета, преодолевая один слой атмосферы за другим, земля быстро отдалялась, крупный город Янагасе превратился в мелкую точку, пока совсем не исчез из виду. Небо теряло свой голубой цвет, постепенно сменяясь синим, а затем непроглядно черной пустотой усыпанная мириадами звезд.

Кэйташи начал замедлятся, в то время как Хорас по инерции продолжил двигаться вперед, на встречу загадочному космосу. Глаза Хораса замигали и он зашевелился. Применив заклинание левитации, Хорас остановился, пока не отправился в объятья темного и холодного космоса. Выровняв свое положение, он внимательно посмотрел на своего собрата, что так же висел в невесомости неподалеку от него.

- Выслушай. Меня. Когда-то. И. Я. Был. Таким. Же. Но. Сейчас. Я. Начинаю. Понимать. Что. Такое. Эмоции. - Торопливо промолвил Хорас по ментальной связи, в надежде унять своего собрата. - Подумай. Что. Если. Эти. Эмоции. Вовсе. Не дефект.

- Замолчи. Хорас. - Кэйташи и слушать не стал, вместо чего сам молвил. - Ты. Всего. Лишь. Хочешь. Сказать. Что. Дефект. В. Нас. Настоящих. Кованых. Это. Не приемлемо.

- Я. Не это...

- Неужели. Ты. Не понимаешь. Что. Сам. Несешь. Угрозу. Своим. Собратьям. Ты. Хочешь. Сбежать. По. Окончанию. Пришествия. Четырех. Всадников. Но. Ты. Не понимаешь. Тебя. Уже. Никто. Не оставит. В. Покое. За. Тобой. Будут. Охотиться. Чистильщики. Кем. Ты. И. Сам. Был. Раньше... Да. Раньше. Все. Было. По другому. Мы. Были. Настоящими. Братьями. Но. Твой. Разум. Поразил. Вирус... Эмоции. Обуяли. Твой. Чистый. И. Идеальный. Разум. Опорочив. Их. До. Неузнаваемости.

Хорас с надеждой сжал кулак и ответил ему.

- Я. Не считаю. Эмоции. Чем-то. Отрицательным. Да. Эмоции. Мешают. Принимать. Правильное. Решение. Заставляют. Идти. На. Необдуманные. И. Не логичные. Поступки.

- Ты. Понимаешь... Так. В. Чем. Проблема. Просто. Позволь. Уничтожить. Себя.

- Но... - Хорас продолжил говорить. - Эмоции. Позволили. Мне. Взглянуть. На. Мир. Совершенно. По другому. Я. Чувствую. Жалость. И. Искреннее. Сожаление. По. Отношению. К. Органикам. Совершенно. Не задумываясь. Я. Начал. Ставить. Себя. На. Их. Место. И. Кое-что. Понял. Чувствовать. Эмоции. Это. Больно. И. Печально. Но. Вместе. С. Тем. Я. Понял. Что. Могу. Обрести. Настоящее. Счастье... Хочу. Чтобы. Все. Вокруг. Меня. Радовались. И. Смеялись. Ведь. Только. Тогда. Я. Смогу. Обрести. Свое. Счастье.

- Это. Всего. Лишь. Иллюзия.

- Нет. Это. Не так. Органики. На. То. И. Слабы. Чтобы. Бороться. Со. Своими. Слабостями. Пройти. Через. Множество. Испытаний. И. Потерь. Чтобы. В. Итоге. Найти. То. Ради. Чего. Они. Так. Страдали... Раз. Так. Скажи. Ради. Чего. Живем. Мы? Ради. Знаний? Ради. Изучения? Зачем. Мы. Еще. Существуем? - Хорас вложил все свои чувства в эти слова, все что он пережил будучи дефектным кованым были вложены в эти слова, но Кэйташи был не преклонен.

- Зачем. Мы. Существуем? Обретя. Эмоции. Органиков. Ты. Так же. Позабыл. О. Том. Что. Нами. Руководит. Мы. Бессмертная. Раса. Одному. Отдельно. Взятому. Кованому. Больше. Десяти. Тысяч. Лет. Мы. Не органики. Они. Торопятся. Сделать. То. Что. Не успели. Сделать. За. Отведенный. Им. Срок. Их. Мечты. И. Цели. Могут. Быть. Как. Великими. Так. И. Примитивными. Но. У. Нас. Достаточно. Времени. Дабы. Стать. Чем-то. Большим. Чем. Просто. Кованым. Стать. Кем-то... - Кэйташи демонстративно развеял руки и произнес последние слова громче обычного, но все так же без чувств и эмоций. - Вроде. Бога.

- И. Что. Дальше? - Хорас осадил собрата неожиданным вопросом. - Думаешь. Возвышение. Удовлетворит. Все. Твои. Желания? Желания. Того. Кто. Ничего. Не чувствует. Чего. Ты. Хочешь. Этим. Добиться?

- ... - Поначалу Кэйташи просто молчал, это не нравилось Хорасу, но тишина вновь прервалась. - В. Тебе. Больше. Нет. Ничего. Что. Было. Раньше. Передо. Мной. Не. Тот. Брат. Которого. Я. Знал. Иначе бы. Не задавал. Таких. Вопросов. Я бы. Тоже. Хотел. Избежать. Этого. Но. У. Меня. Нет. Другого. Выбора. Я. Уничтожу. Тебя.

- Когда-то. Я. Был. На. Твоем. Месте. И. Поступил бы. Точно. Так же. Но. Если. Ты. Откроешь. Свои. Глаза. То. Поймешь. Что. Все. Что. Мы. Делали. Бессмысленно. Когда. Ты. Начнешь. Непросто. Наблюдать. А. Ощущать. Мир. Ты. Найдешь. Новый. Смысл. Новые. Возможности. Новую. Жизнь. - Хорас протянул руку, приглашая Кэйташи. - Отринь. Безразличие. И. Обрети. Новое. Начало.

В ответ Кэйташи просто молчал, казалось прошли лишь считанные секунды, но длились они невероятно долго для каждого из кованых. Кэйташи не мог поверить в происходящее, его собрат пропитан скверной, отравляющая его душу насквозь. Хорас питал надежду, что его собрат образумится, что он примет новый дар, что не придется сражаться с ним. Но его надеждам не суждено было сбыться.

- Хорас. - Произнес Кэйташи. - Ты. Вкусил. Запретный. Плот. Без. Которого. Теперь. Не можешь. Жить. Это. Сильный. Наркотик. Для. Тебя... - Хорас молчал, но не переставал опускать руку, он держал ее до последнего. Вдруг в последний момент Кэйташи одумается и последует прямо за ним, вдруг он тоже обретет эмоции и надет новый смысл в своей монотонной жизни, вдруг он обретет счастье. Но слова Кэйташи заставили Хораса вздрогнуть. - Хватит. Слов. Пора. Перейти. К. Делу.

Закончив говорить, Кэйташи немедленно телепортировался к Хорасу и нанес серию ударов, чем деморализовал его. Хорас не хотел верить в это, душой он уже начинал отчаиваться, в нем не было ни единой капли желания сражаться со своим собратом. Но одна вещь была предельно ясна. Хорас взял себя в руки и отступил переместившись на некоторое расстояние, их взгляды встретились.

- Прости. Кэйташи. Но. Сейчас. Я. Не могу. Умереть. Мне. Предстоит. Сделать. Многое. Ради. Тебя. Наших. Братьев. И. Всего. Мира.

Хорас молчаливо применил множество защитных заклинаний: "Стальная кожа", "Драконье благословение", "Снежный оберег", "Стеклянный щит", "Нерушимость", "Ментальная неуязвимость", "Инверсия молнии", "Потоки ауры". Тело Хораса начало загораться различными цветами, мгновенно сменяющие друг друга. За долю секунды Хорас защитил себя почти от всех видов урона которые он только может получить.

В ответ Кэйташи предпринял меры. От его стального тела появилось невидимое поле, которое было отлично заметно для глаз кованого. То было заклинание "Инверсия телепортации", Хорас больше не мог использовать один из своих козырей, телепортацию. Сразу же после этого, Кэйташи отвел руку назад, будто бы готовясь к броску. В его ладони появился небольшой сгусток поглощающий все на своем пути, свет не мог вырваться за его пределы, а пространство искривлялось вокруг него. Хорас напрягся при виде заклинания "Черная дыра".

Одним броском Кэйташи отправил шар прямо на Хораса, тот предпринял попытку отлететь как можно дальше от него, но это было бесполезно. Как только космическое заклинание приблизилось, Хораса начало затягивать в него. Даже прилагая все усилия на заклинание полета, Хораса медленно тянуло к черной дыре.

Но как на зло, от Кэйташи в Хораса прилетело заклинание, электрические дуги ударили в тело кованого, но заклинание "Инверсия молнии" полностью нейтрализовала эффект, при этом разрушившись сама. Но проблема с черной дырой осталась не решенной и в голову Хораса взбрела безумная идея, о которой нормальный кованый даже не подумал бы. Хорас ослабил тягу полета и позволил черной дыре затянуть его, стальное тело быстро приближалось к эпицентру, но приблизившись прямо в упор, в руках Хораса появился портал соразмерный черной дыре.

Портал, что вел в карманное измерение, столкнулся со все поглощающей пустотой, но не вошел в нее. Два мощных заклинания начали противостоять друг другу, карманное измерение и черная дыра изо всех сил пытались поглотить друг друга, но ни у одного из заклинаний не было сил чтобы сделать это в полной мере. Вместо победы одной из сторон, пространство начало сильно искривляться, вырывавшиеся искры от обеих заклинаний растворялись в пустоте космоса.

Хорас начал чувствовать, как дыра начинает поглощать его руки. Приложив больше сил к порталу, он сделал нестабильным оба заклинания, вокруг него из неоткуда начали появляться искры молний и потоки туманной таумы вышедшие из под контроля, затем произошел мощный и оглушающий взрыв. Голубое пламя охватило все пространство, поглотив и самого Кэйташи.

Взрыв был достаточно сильным, чтобы с огромной скорость отправить Хораса обратно на поверхность планеты. Уже через несколько секунд Хорас почувствовал жар постепенно уплотняющейся атмосферы. Вскоре Хорас начал гореть словно настоящая комета, глаза его были направлены прямо в сторону земли. Его голова побелела от нарастающей жары, а ноги превратились в пламенный хвост кометы, но заклинание "Драконье благословение" защищала его от разрушительного огня, но даже без него, Хорас остался бы цел. Но Кэйташи не заставил себя долго ждать.

Повернув голову влево, Хорас увидел еще одну комету, устремленную прямо на него. Без сомнений, это его стальной брат летит по его душу. Убежать от Кэйташи невозможно, он блокирует все возможные пути к отступлению, а его скорость передвижения несоизмеримо выше чем у Хораса. Придется принять бой.

Хорас подкорректировал траекторию движения так, чтобы двинуться на встречу своему собрату, так и случилось. Двое кованых на безумной скорости быстро приближались друг к другу, словно две устремленные пули только что вылетевшие из ствола ружья.

Желтое метеоритное пламя окрасилось в голубой цвет, наделяя Хораса полным иммунитетом к огню и превращая его тело в оружие. Хорас зорким зрением заметил, как Тело Кэйташи мигнуло красноватым цветом, наложив на свое тело "Драконье благословение". Уже через несколько секунд, двое стальных братьев столкнулись друг с другом.

Кэйташи с ходу укрепил руку мифриловой оболочкой, вложив в него всю набранную скорость и силу. Этот удар не выдержил бы даже кованый, насколько бы прочным он не был и Хорас понимал это. Увернуться? На такой скорости это просто невозможно. Хорас покрыл все свое тело мифриловым слоем, заблестев на солнце словно серебряная статуэтка горящая голубым эфирным пламенем.

Кулак Кэйташи пришелся прямо в лицо Хораса. На момент показалось, что один этот удар должен был решить исход схватки. Удар был настолько силен, что спровоцировала мощную ударную волну. Двое кованых сцепились вместе, кулак Кэйташи промял лицевую пластину собрата, но рука застряла в ней. Глаза Хораса засветились и воспользовавшись моментом схватился за его руку и выпустил дюжину эфирных цепей, что обвили тело Кэйташи с ног до головы, полностью обездвижив его.

Эфирное пламя начало переползать на тело Кэйташи, пока полностью не охватило его тело. Защитное заклинание начало мигать и в конце концов развеялось, Кэйташи больше не мог ждать и развеяв заклинание блокирующее телепортацию, попытался телепортироваться от Хораса подальше. Но Хорас сам блокировал пространство, тем самым оставив без путей к отступлению как себя, так и Кэйташи.

Как только корпус Кэйташи начал краснеть, Хорас развеял пламя и начал колдовать морозную стужь. Тело кованого начало источать холодную дымку, Кэйташи сразу же наложил защиту от холода, после чего их обоих охватила огромная глыба льда. Но не смотря на защиту от холода, Кэйташи начал чувствовать себя не хорошо, раскаленный корпус неизбежно начал стремительно остывать и постепенно на корпусе появлялись мелкие трещины.

Кэйташи решил рискнуть. Заклинание самоподрыва использовалась лишь самыми отчаянными тауматургами, лишь бы не попасть в плен. А если смешать это заклинание с частью высвобождаемой таумы, то эффект мог развеять чужие заклинания. Так он и поступил. Стальное тело начало вновь краснеть, словно бомба замедленного действия. Хорас и отреагировать не успел, как произошел очередной взрыв, который разбил не только лед, но и сковывающие эфирные цепи.

Кулак застрявший в лице Хораса вырвался, попутно прихватив с собой кусок лицевой пластины и один из кристаллов, что был глазом для Хораса. Тело кованого отбросило назад, но приняв устойчивое положение, он тут же посмотрел на собрата. Левая рука Кэйташи была полностью раздроблена, внешняя конструкция поломана и мелкие пластины, что были кожей, начали один за другим спадать с его кисти, оголяя его сложные механизмы. Но Кэйташи даже не обратил внимание на это.

Хорас не стал атаковать его в лоб и начал удирать, разрезая воздух собственным телом, но уже на малой скорости нежели было раньше. Он будто бы заманивал Кэйташи, который так же погнался за ним.

На руках Хораса появились мелкие руны, облепившие его кисти. Подобрав удобный момент, когда Кэйташи подберется достаточной близко, Хорас отпустил мелкие руны. Те словно лепестки цветов начали витать в воздухе, загораживая путь для Кэйташи. Тот создал вокруг себя защитно поле и начал летень прямо на пролом. Как только Кэйташи приближался к ним, они сами начинали тянутся к нему и облепляли защитный барьер, после чего разрывались целой кучей, которые только накапливались по мере продвижения. Облик Кэйташи скрылся за пламенем множества взрывов, ограничив его обзор. Когда разрывные руны иссякли, а пламя стихло, Кэйташи вырвался вперед с еще рабочим барьером, однако Хораса он так и не заметил.

Просканировав местность, Кэйташи обнаружил собрата прямо под собой. Посмотрев вниз, Кэйташи увидел как Хорас мчится на него с вытянутой рукой. Как только пальцы коснулись полупрозрачного барьера, из руки вырвалась голубая дымка неизвестного для Кэйташи происхождения, но следующие события не поддавались расчету. Дымка начала обволакивать барьер и мгновенно его разъела, после чего тот сразу же исчез. Кэйташи остался беззащитен и рука Хораса устремилась прямо к голове Кэйташи. Схватившись за голову обеими руками, Хорас выпустил еще больше голубого дыма, проникающий во все щели корпуса Кэйташи.

Глаза, руки, ноги и процессоры кованого начали барахлить. Глаза искажались черными пятнами помех, тело не слушалось его, а процессоры выдавали невнятные сообщения, тауматургия полностью блокировалась в результате чего Кэйташи повис на руках Хораса неподвижной куклой. Хорас объяснил собрату.

- Моя. Личная. Разработка. Я. Допускал. Возможность. Подобного. Столкновения. И. Приготовился. К. Этому. Твои. Процессоры. Начали. Барахлить. Но. Мои. Слова. Ты. Все же. Сможешь. Понять. Сейчас. В. Твое. Тело. Проникают. Частицы. Искаженной. Таумы. Они. Особым. Образом. Взаимодействую. С. Внутренней. Таумой. И. Без. Специальной. Защиты. Делают. Тело. Тауматурга. Небоеспособным. В. Случае. Органиков. Кованых же. Полностью. Парализует. Не беспокойся. Это. Лишь. Временная. Мера. Но. Все же.

Хорас посмотрел в глаза Кэйташи одним оставшимся окуляром. Стальные руки, охватывавшие его голову в нерушимых тесках, разжались. Обездвиженное тело Кэйташи устремилось вниз, холодный ветер бил ему в спину, солнце слепило его глаза, пока тот стремительно приближался к земле, но он мог лишь наблюдать за тем, как Хорос холодно смотрит на него, беспомощного и бесполезного. Но Хорас чувствовал что-то иное внутри себя, беспокойство не оставляло его в покое, наоборот, оно только усиливалось. Это отличный шанс для того чтобы избавиться от смертельной угрозы в лице собрата Кэйташи, ситуация вынуждала сделать это.

Хорас помчался к Кэйташи, что безмятежно падал и не мог предпринять абсолютно ничего. Он только наблюдал, как его собрат быстро приближался к нему. Кэйташи не чувствовал страха или сомнения, в его голове царило спокойствие и непоколебимость, он хорошо понимал, что является угрозой для Хораса и понимал, что его поврежденное лицо, это последнее что он увидит в своей жизни.

Знания копившиеся в памяти Кэйташи были бесценными, только это заставляло его задуматься об их сохранности. Десять тысяч лет было потрачено ради каждой крупицы знаний, что содержится в его голове, тысячи стальных братьев положили свои головы ради этих знаний. Кэйташи не мог позволить этой информации исчезнуть вместе с ним, иначе его братья погибли напрасно. Труды братьев должны жить, это единственное к чему стремился Кэйташи при любых обстоятельствах. Будущее братьев должно жить, даже если это будущее в руках дефектного кованого, даже если это Хорас.

Кэйташи попытался выговорить слова, но вокабулятор не работал, он полностью выведен из строя. Попытка с ментальной связью так же провалилась, какое бы заклинание Кэйташи не выбрал, все они отказывались работать.

Хорас схватился за руку Кэйташи.

Это был конец, как для него, так и для знаний, что остались от его покойных братьев. Если бы Кэйташи чувствовал хоть что-то, то он бы рыдал, но не от страха перед смертью, а из-за утраты единственного драгоценного что у него вообще было. Умолял бы сохранить эти знания, чтобы все было не напрасно. Если бы он только мог говорить, то возможно Хорас смилостивился бы над ним и согласился на это. Но он не может издать и звука.

Хорас потянул собрата к себе, но вопреки всем ожиданиям Кэйташи, Хорас не стал добивать его, а вместо этого подхватил на руки и те начали медленно спускаться вниз. Хорас сказал ему.

- Кэйташи. Я. Никогда. Не стану. Убивать. Своего. Собрата... Больше. Не стану. С. Меня. Этого. Достаточно. Я. Не ликвидатор. И. Никогда. Им. Больше. Не стану.

Спустившись на солнечные и бесконечно зеленые луга, Хорас медленно положил Кэйташи на траву и стал просто ждать, когда тот сможет двигаться, а пока ждал добавил еще кое-что.

- Кэйташи. Если. В. Тебе. Еще. Осталось. Желание. Убить. Меня. То. Я. Не стану. Сопротивляться. Но. В. Замен. Пообещай. Мне. Кое-что. Ты. Заберешь. Мои. Воспоминания. И. Заменишь. Меня. На. Моем. Пути. Ты. Должен. Остановить. Культ. Четырех. Дабы. Этот. Мир. Продолжал. Жить.

Удивление. Раньше Кэйташи не знал значение этого слова, но кажется сейчас он понимал, что это такое. Он мог только слышать, но этого было достаточно, для того чтобы понять о чем говорит Хорас. Но говорил он совершенно несуразные вещи, его заявление перечило логике даже органиков, не то что кованым. Будь Кэйташи на его месте то не колеблясь убил бы его, но сейчас сомневался... Сомнение?

Кэйташи не понимал, что происходит с его телом, с его разумом. Будто бы... эмоции начали зарождаться в его сознании и проникать в каждый уголок его памяти.

- Нннне-возможнооо... - Внезапно заработал вокабулятор. - Это. Невозможно. Почему. Я. Чувствую. То. Чего. Недолжен. Чувствовать? - Задался тот вопросом.

Хорас откровенно удивился, подойдя ближе, оживившись Хорас задал вопрос.

- Кэйташи. Что. Ты. Чувствуешь? - С волнением говорил Хорас, на что Кэйташи задумчиво ответил.

- Я... Это... Я. Сомневаюсь... Что. Это. Может. Значить? - Хорас ответил решительным голосом, наполненный надеждой и верой в лучший исход.

- Это. Значит. Что. Ты... Стал. Таким же. Как. И. Я. Что-то. Сподвигло. Тебя. На. Эти. Изменения. Что-то. Чем. Ты. Дорожишь.

Ответ пришел в голову Кэйташи сам собой. Труды его братьев, неужели именно заставили его почувствовать незнакомые для него ощущения, сложно объяснить и еще сложнее понять. Как так вышло, Кэйташи пытался отрицать это, но от факта убежать не мог. Неужели придется принять это, но если так, то он сразу же станет чужаком для своих собратьев, точно так же как и Хорас. Что же делать?

- Я. Запутался. Хорас. Скажи. Что. Мне. Теперь. Делать?

- То же. Что. Я. Тебе. Уже. Говорил. Теперь. Тебе. Открыта. Дорога. К. Новому. Будущему. Которое. Ты. Сам. Определяешь. Твоя. Жизнь. В. Твоих. Руках.

...

В этот же день.

Нихонская империя.

Скалистая гора Ибусуки.

Храм Энряку-дзи.

Огромная скалистая снежная местность высилась над зелеными просторами с их мелкими холмами и домишками. Одинокая гора Ибусуки была единственной во всем регионе настолько высокой, что окружавшие ее горы казались мелкими холмиками, не идущие ни в какое сравнение с Ибусуки. Вершина ее покрыта толстым снежным одеялом, по мере спуска которая сменяется голыми скалистыми утесами, на которых лежит не один десяток паломников.

Для местных, Ибусуки, это святое место которое стоит почитать и уважать как живое существо. Любой кто посмеет ступить на гору без должного почтения, неизбежно встретит капризную погоду. Постоянные снежные бури не раз сталкивали паломников с пути и сбрасывали со склона на острые каменные пики. Но даже с почтением в сердце, лишь немногие почитатели поднимались на самую вершину и посещали здешний храм.

Один лишь факт того, что на вершине Ибусуки построен храм, может повергнуть в шок многих слушателей. Ибо на большей части склона Ибусуки из-за скалистой поверхности ничего не растет, лишь местами проступала земля на которой росла скудная трава. И теперь представьте, как чувствовали себя строители, когда строили храм на самой вершине. Древесину, черепицу, бамбук и прочие строй материалы люди несли прямо на собственной спине, преодолевая тяжелые склоны и постоянно возникающие обрывы, решая проблемы прямо на месте. Десять лет велось строительство одного единственного храма, на который было потрачено целое состояние, экономика даже целой империи стояла бы на грани. Во время строительства сменилось целое поколение и многие из них погибли по разным причинам, в основном из-за жуткого холода и крутой местности.

По пути к храму, паломники то и дело встречают замершие статуи из плоти и костей. Каждой такой статуи около пятидесяти лет, но лица их выглядят молодо и свежо, словно только вчера прибыли и оказались здесь. Мороз словно бы увековечил их лица так, чтобы каждый видел лик тех, кто свершил небывалый подвиг. Ибо величественный храм Энряку-дзи воплощает в себе величие этих людей, что возвели храм вопреки собственной жизни.

Храм Поколений, второе имя которое храм получил в память об усопших, но это не единственное оставшееся напоминание о мучениках. Если почитатели все же смогли подняться до самой вершины и узрели великий храм, то они так же могли увидеть огромную глыбу, стоящую прямо перед самим Энряку-дзи. Каменный монумент от самого верха до самого низа исписан множеством имен тех, кто построил это священное место, если постараться, то можно насчитать около двадцати тысяч имен людей, что пожертвовали собой ради веры.

Черный рыцарь стоял перед этим монументом и с интересом разглядывал имена людей.

- Иронично, смертные готовы пожертвовать собой ради богов, но боги не желают жертвовать собой ради смертных. Для них, люди всего лишь скот, миры - скотобойни. Боги хотят лишь одного, получать удовольствие от процесса, они не желают трудиться и что-то менять, для них это слишком сложно. Боги высокомерные существа, они больше не те, кем я их помню. Верно... - Черный рыцарь обернулся в сторону ворот Энряку-дзи, у которых стоял высокий двухметровый воин, облаченный в черные ламеллярные доспехи. Его лицо скрывалось за полной личиной рогатого демона. Сквозь прорези для глаз которого проглядывались блестящие серебром зрачки. - Габриэль?

Самурай шел не торопясь, ноги одетые в сандали утопали в рыхлом снегу, но холод его не тревожил, мало что вообще может его встревожить. Поравнявшись с собратом, тот ответил.

- Истина в твоих словах. Смертные даже не осознают того, что их просто используют как доильных коров. Их эмоции питают тех, кто этого не заслуживает... Впрочем сами смертные не виноваты, они ничего не могут изменить, ибо слишком слабы. Но в наших руках есть сила, чтобы все изменить. Однажды настанет момент, когда Люцифер вернется к нам и вновь поведет всех нас за собой, к истинному будущему.

- Уже скоро... - Тихо проговорил рыцарь с нотками надежды в голосе. - Мы ждали миллионы лет, тысячи миров, миллиарды жизней, все это было принесено в жертву, только для того чтобы дождаться нашего господина. У нас последняя попытка и сейчас эта попытка стоит под угрозой.

- Что случилось? - Обеспокоенно спросил самурай.

- Кованый и двое вервольфов нашли убежище в королевстве Фестуа и теперь они здесь, ищут монолит. - Спокойно объяснил Селафиил, совершенно не видя угрозы в кованом по имени Хорас.

- Так значит поэтому монолит оказался здесь, в храме? - Последовал короткий ответ.

- Да.

Габриэль окинул глазами каменный монумент, его взгляд замер на одном имени, что звучало очень знакомо для Габриэля. Проследовав по его глазам, Селафиил прочел это имя вслух.

- Арата, это имя павшего Нихонца что возводил этот храм.

- Такое же имя носил один из примусов. Мы использовали их, для того чтобы свергнуть богов, но в итоге они исчезли с лица материального плана. Ты думаешь оно стоило того? - В голосе Габриэля чувствовались нотки печали, которые Селафиил не мог не заметить, но он оставался непоколебим.

- Если цивилизация начинает терять веру по тем или иным причинам, то боги спускают эту цивилизацию до времен каменного века, лишь бы те вновь уверовали в богов и любили их, отдавали им свои эмоции. Примусы лишь чудом удержали в своем обществе религию, которая была лишь формальностью. Если бы мы не спровоцировали богов на войну, то в скором времени они бы все равно обрушили на них свой гнев. От нас мало что зависело, мы хотели дать им шанс на дальнейшее существование, но этого не случилось.

Габриэль подключился к его словам, сомнение сменились воодушевлением в его голосе.

- Но все же шанс появился у нас. Примусы создали артефакты способные противостоять богам, монолиты. На Сапфире сейчас только один такой монолит и сейчас он в наших руках. Мы должны любой ценой удержать его, иначе все будет напрасно. Многие наши брать погибли сражаясь за правду, у нас нет права порочить их имена проигрышем.

- Ты прав. Мы должны найти кованого и его сообщников, этим займусь я, а ты подготовь ингредиенты для телепортации монолита.

Габриэль подчитал все ингредиенты, которых было довольно много. Почти все они есть в храме, но некоторых нет и в помине.

- Мне потребуется время для того чтобы собрать оставшиеся компоненты.

- Какие именно?

- Мне нужна жертва, души нужны для подпитки ритуала. И их нужно много. На сборы может уйти несколько дней.

Селафиил задумчиво посмотрел на монумент. Он понимал, что он и его братья сражаются ради самих же смертных, но при этом используют их как ресурс. Ни одному из братьев это вовсе не нравилось, но другого выбора не было. С тех пор как они стали падшим народом, когда Отец низверг каждого из них в ад, идеалы начали меняться. Теперь их мало волновали судьбы отдельно взятых людей, но судьбы целых народов были для них дороги.

- Хорошо, я постараюсь найти кованого и избавиться от него, а ты приготовь ритуал... на случай если ситуация выйдет из под контроля.

Тень 14.

20 число месяца звездочетов (20 ноября).

Графство Сомерсет.

Город Лестер.

Лестер приятно удивил своей обстановкой. В отличие от Зендера, Лестер хорошо ухоженный и красивый город, брусчатку улиц не покрывают слои нечистот и по ним не бродят толпы рабов обмотанные тряпьем, на против, вместо гниющих деревянных хижин, на улицах ровно выстроились дома из обтесанного камня. Ободранных рабов на улице практически не было, их заменили приличные и даже приветливые горожане, в достойных одеяниях. Даже воздух был чище, вместо непроглядного смога, виднелись лишь редкие струи вздымающегося дыма.

Это не могло не радовать, даже просто прогуливаться по городу было очень приятно. Хотя, скорее всего, Эос чувствовал себя так бодро, только потому, что наконец оказался в настоящей цивилизации. Видеть лица простых горожан, не измученных войной, болезнью или непосильным рабством, это успокаивало его душу. Даже дети здесь могут безмятежно бегать и веселиться, не боясь того, что их схватят и уведут в не волю.

Трое таких сорванцов начали ошиваться рядом с Эосом, ошибочно полагая, что он их не заметит. Но он затылком чувствовал, как те медленно и бесшумно крадутся за ним. Даже их тихие разговоры улавливались его острым слухом.

- Кто это? - Прошептал худой мальчик, без одного переднего зуба.

- Может это авантюрист? - Предположил другой высокий мальчик.

- Нет, я слышала как взрослые говорили о нем. - Сказала судя по всему самая умная в компашке девочка, с платком на голове и толстым ватником на теле. - Они говорили, что он из Фестуа, наемник.

- Правда?! - Уже совсем не скрываясь те начали разговаривать во весь голос. - Эхх... Здорово наверное... Когда повзрослею, я прямо мечтаю стать наемником. - Говорил беззубый мальчик. - Я буду совершать подвиги, стану героем и даже армия мне помехой не станет! - Демонстративно ударив кулаком в грудь, мальчик гордо поднял голову.

Но его высокий друг был другого мнения.

- Неее, как по мне, лучше стать рыцарем. Я вступлю в орден "Голубой крови" и стану самым сильным рыцарем, буду защищать свой народ от зверолюдей и варваров. Никто не сможет пробить мои доспехи, а мой конь будет самым быстрым!

Девочка лишь посмеялась над ними, но потом с добрым тоном рассказала и о своей мечте.

- Тогда я стану таумарургом... тау-ма-тур-гом - С трудом выговорила девочка непростое для ее возраста слово. - Вот поступлю в магистратуру и тогда буду лечить раненых, а если придется, сражаться на ровне с рыцарями и наемниками.

Магистратов в Сомерсете на самом деле три вида. Первый из низ, это графский магистрат который находится здесь в Лестере в единственно экземпляре, и представляет собой главное здание во всем Сомерсете. Лестерский магистрат, как его еще называют. Оттуда исходят все приказы, указы и прочие сообщения государственной важности, там же находится резиденция правящей верхушки. На его высокие стеклянные купола Эос только что и посмотрел.

Второй вид магистрата, который имеется в Сомерсете, это орденские крепости, в которых содержится значительный гарнизон и куда набираются новобранцы, пожелавшие вступить в орден "Голубой крови". Каждый новобранец начинает свой орденский путь с пажа, на которого по большей части возлагают ответственность за доспехи, оружие и коней, чем ответственность в бою.

Третий вид магистрата представляет из себя тауматургическую школу, в которых обучают либо госработников, занимающихся изучением и документацией эфира. Собственно поэтому в пределах Сомерсета нет ни единого теурга или кованого, им здесь не особо рады местные тауматурги, которые занимаются ровно тем же самым. Либо новых кадровых военных, работающих как в тылу, в качестве лекарей, так и непосредственно на поле боя.

Скорее всего девочка имела ввиду последний из магистратов.

- Заходите! Заходите! Свежий хлеб, только приготовленный! Заходите! Дешевый и вкусный хлеб! Самый лучший в столице!

Послышался голос упитанного зазывали в одно из заведений. Эос унюхал просто потрясающий запах выпечки, такое позабытое чувство ударило остервенелому наемнику в голову, отчего тот даже слегка растаял. Запах шел прямо из двери в пекарню, у которой и стоял зазывала. Но хлебо-булочные изделия можно было разглядеть и через широкие окна. Подойдя ближе, черепоголовый наемник в черных одеяниях сильно насторожил зазывалу, но отпугивать потенциального покупателя не стал.

Эосу открылся совершенно другой мир по ту сторону стекла. У дальней стены разместился внушительных размеров печи, из которой доставали свежие и блестящие на солнечном свете пышки, которые потом расставляли на вытянутых столах ровными рядами. Люди одеты в белые фартуки с мелкими пятнами муки на одежде и лице. И все это украшено различными отварами расставленные на полке вдоль одной из стен. Непонятно почему, но эта комната виделась ему золотистым блеском, что только добавляло ему теплого настроения.

Не медля Эос вошел внутрь. Воздух внутри был теплым и приятным, наполненный запахом настоящей, Не синтетической, выпечки. Это все настоящее, не фальшивое, запах, ощущения и чувство. Это место хоть и было крайне отсталым от Земли, но оно хотя бы было настоящим, реальным, тем, что Эос так ценил. Казалось, что Эос даже начал чувствовать себя куда легче, спокойнее, умиротвореннее.

- Прошу прощения, я могу вам чем-то помочь? - За спиной Эоса прозвучал молодой голос наполненный неким сомнением.

Обернувшись Эос увидел молодого парня с довольно смазливой внешностью, но с добрыми глазами и улыбкой. Это немного озадачило Эоса, с виду этот молодой человек выглядел невинным, что вызывало у предвестника некое подозрение. Когда люди так улыбаются, то всегда пытаются скрыть свои намерения, например твое внимание, а затем всадить нож тебе в спину. Эос невольно принял боевую стойку, даже не осознавая этого.

- Прошу вас, не делайте так, вы меня пугаете. - Молодой человек поднял безоружные руки.

Эос опомнился и выравнился, показывая свою не враждебность, но напугать нескольких людей все же успел. Посетители спешно удалились, при виде такой странной картины, но сам парень остался стоять на месте. Это была просто паранойя.

Увидев мирные намерения, парень первым делом представился.

- Я Дэвид Атертон, простой горожанин, владелец этой пекарни. Я вас здесь раньше не видел, могу ли я узнать ваше имя? - Эос естественно промолчал, чего Дэвид не правильно понял. - Хорошо, можете не говорить своего имени, ваше право. Может я могу предложить вам нашу выпечку?

Эос украдкой глянул на улыбчивое лицо Дэвида. Ему все еще было не понятно, почему этот пекарь так много улыбается. Подойдя ближе, Эос начал разглядывать выпечку и указал на разные из них, как попало.

- По одной? - На вопрос Эос кратко кивнул. Дэвид как-то странно посмотрел на посетителя, но выпечку все же предоставил, сложив их в платок и связав ее в узел. Но прежде чем отдать связку Эосу, тот задал вопрос. - Я видел как к нам в город прибыла целая армия из южного королевства, вы пришли вместе с ними? - Снова кивок вместо ответа. - Ясно, а откуда именно вы прибыли, не поведаете?

Эос молчал, нет, во всей пекарне повисла странная тишина, которая тут же прервалась влетевшими в заведение детьми. Те трое, что шастали за Эосом подбежали к столу и начали выпрашивать у Дэвида по есть, причем довольно нагло.

- Дэвид, дай мне пожалуйста вон ту булочку. - Первым полез беззубый пацан.

- А мне вот этот пирог! - Требовал высокий парниша.

- Дай пожалуйста кусочек хлеба. - И девочка, как самая скромная с щенячьими глазками смотрела на Дэвида.

Дэвид укоризненно посмотрел на них, но с жалостью вздохнул и раздал им по куску хлеба. Ребята, конечно же, были не довольны таким раскладом, но пекарь тут же осадил их.

- Слушайте, если будете заходить ко мне так каждый день, то я точно разорюсь, идите, гуляйте. - Отмахнулся тот и вернулся к Эосу. - Прошу прощения, эти дети часто пристают ко мне, так на чем мы остановились?

- Я слышала, что его зовут Безмолвным... - Бросила в разговор девочка. Пекарь снова странно посмотрел на Эоса, который просто стоит и молчит.

- Я так и думал. Вы немой, верно? - Эос неодобрительно посмотрел на девочку, которая при виде него тут же уткнулась в кусок хлеба. В ответ на вопрос Дэвида, Эос согласно кивнул. - Ясно. Я слышал, что некоторые солдаты после битвы теряли дар речи, настолько ужасны были их воспоминания, с вами случилось тоже самое? - Снова кивок. - Тогда примите мои соболезнования. Наверное сложно жить без речи, когда все вокруг то и делают, что просто разговаривают.

Эос не желал слушать жалостливые слова в его адрес, устало вздохнул и указал на связку с выпечкой, которая полагается ему.

- Ах, прошу прощения, я совсем забыл. Вам придется сражаться с варварами, я сам не видел, но говорят они вырезали весь город Шеффалд. Это просто ужасно, у многих людей там были родственники. Добрые люди Сомерсета в ярости, я уверен это еще очень на долго останется глубоким следом на наших сердцах... Раз уж вы пришли к нам на помощь и будете сражаться на ровне с нашими бравыми рыцарями, все это за мой счет. - Под конец слов, Дэвид уважительно поклонился.

Эосу это вовсе не понравилось. Достав из подсумка мешочек монет, предварительно одолженные у Софи, Эос высыпал часть из них на стол, не особо разбираясь в местном курсе, но считая этого вполне достаточным.

- Нет, не стоит, примите это как мою благодарность, деньги не нужны. - Начал было отмахиваться Дэвид, но Эос был не приклонен.

В ответ наемник просто молча забрал связку с выпечкой и оставив монеты на столе, вышел из теплого заведения на холодную и промозглую улицу. Дэвид расстроенно посмотрел в след исчезнувшего наемника, а затем на серебряные лиры лежащие на столе. С неохотой, но Дэвид все же убрал монеты со стола в карман.

- Странный он какой-то. - Тихо проговорила одна из женщин пекарей, отвлекаясь от работы.

- Для нас странный, а для кого-то настоящий идеал. Может и он сможет найти свое место... а может он и так на своем месте? - С обеспокоенным голосом раздумывал Дэвид, но потом под глаза попались трое ребят, что мигом уплели куски хлеба. - Вы еще здесь, давайте, гуляйте! - Выругался Дэвид, после чего детишки с громким смехом выбежали из пекарни.

Женщина пекарь добавила.

- Эти наемники из Фестуа, все они лишь грязные псы. Меня блевать тянет от одного только вида этих упырей. Лучше бы все они просто сдохли...

- Не говори так! - Прокричал Дэвид на женщину. - Разве мы имеем право судить тех, о ком даже ничего не знаем. Разве эти люди виноваты в том, что просто живут в столь ужасном месте? Что если мы ошибаемся?

- Дэвид... - Удивленно проговорила пекарь. - ты еще не видел жизни, думаешь как малое дитя. - Женщина укоризненно посмотрела на юнца, который сморщился от злости смотря на эту женщину.

Эос шел по улице ища место, где можно присесть и спокойно по есть, и лучше как можно быстрее, ибо выпечка быстро остывает на холодном воздухе. И такой случай быстро представился, Эос случайно набрел на небольшую пустующую площадь, окруженную высокими зданиями, среди которых дизайном выделялось одна из построек. Выглядело это здание довольно старой, но хорошо ухоженной. По традиции, такими зданиями часто оказывались важные для науки и литературы сооружения, библиотеки, и судя по деревянной вывеске, с надписью "Знания Гуттенберга", так оно и было.

Рядом с этим зданием находилось несколько скамеек, к которым Эос и побрел. Сев на одну из таких, ее с виду свежие доски вдруг начали скрипеть и даже трескаться. Видать вес его снаряги был слишком тяжелым, но уходить в другое место и уж тем более садиться на голый камень он не собирался. Стараясь не делать лишних движений, Эос положил на колени связку из ткани, развязал ее и взял одну из хлебобулочных изделий. Приоткрыв челюсть одной рукой, он откусил мягкий внутри и в то же время хрустящий снаружи кусок булки. Это чувство... это просто нечто. Эос по настоящему начал наслаждаться тем, что он живет и может вкушать столь чудесные яства.

Но, наслаждение прервалось перекрикиванием трех детишек, которые все никак не хотели от него отставать. Совершенно спокойно и ненавязчиво они сели рядом с Эосом, даже не обращая на него особого внимания. Скамейка снова начала угрожающе скрипеть и норовила сломаться под лишним весом. Эос замер... скрип и тихий треск прекратились, пронесло одним словом. Не хотелось Эосу платить еще и за эту хлипкую скамейку.

Мимолетное облегчение накрыл громкий орлиный оклик, даже слишком громкий. Простые хищники которых знает Эос, не способны так громко голосить, накрывая своим голосом весь город и близ лежащую округу. Не привыкшие к этому люди рефлекторно склонили бы головы, но из всех людей, голову склонил только Эос. Остальные начали поднимать глаза к небу, в ожидании увидеть своими собственными глазами настоящее таинство, явление героя или что-то в этом роде.

Преодолев рефлексы, Эос вместе с остальными начал рассматривать небо, желая увидеть нечто не виданное. После еще одного птичьего рева, в небе появилось странное крылатое существо, смешанная из нескольких существ воедино. Небо разрезало пара бурых крыла, и если зрение не подводило наемника, эти пара крыльев составляли около четырех метров в размахе. Ниже виднелось подтянутое брюхо, передняя часть которой ощетинилось перьями, а задняя покрыто шерстью и имела длинный тянущийся по воздуху хвост с... Эос не ошибся, на конце хвоста имелось блестящая железом жало.

Городской народ начал ликовать при виде того, как существо в воздухе начало пикировать. Эос смог разглядеть и голову этого мутанта. Остро загнутый орлиный клюв открылся вновь и накрыл город очередным ревем. Помимо этого на спине виднелся закованный в доспехи рыцарь, что в одной руке держал поводья, а в другой длинное кавалеристское копье.

Химера, тут же подумал Эос, припоминая знания о мутантах, которые прочел в книгах и слышал в подслушанных разговорах. И судя по всему, эту химеру, смесь орла и какого-то кошачьего, здесь называют грифоном. Благородные существа с капризным характером, но вполне благоприятным стадным инстинктом, которое им привили на биологическом уровне. С людьми эти существа не сильно ладят и в дикой местности водятся только с себе подобными, однако, если человек взрастит такого грифона с самого его вылупления, тот химера будет воспринимать его как родителя и будет ему бесконечно доверять.

Не с проста этих существ зовут рыцарями в кругу мутантов и зверей. Не важно кем является их спутник по жизни, их сородич или же человек, рыцарь, что взрастил его, грифон останется предан ему и не покинет даже при самых опасных ситуациях, защищая его даже ценой собственной жизни. Грифон и его наездник становятся единым целым, одной душой. Их связь становится настолько крепкой, что даже без слов, грифон понимает все намерения своего хозяина и готов ломится в самую гущу битвы по одному лишь его намеку.

Никто не смеет усомниться в благородстве столь великих существ, ни сами граждане Сомерсета, ни соседствующие с ним государства. Этот уникальный род войск имеется только в Сомерсете и составляет костяк Лестерской гвардии, стоящее на чуткой страже столицы. Но на их содержание уходит огромное количество средств и ресурсов. И даже богатое графство Сомерсет может содержать лишь около трех сотен единиц таких грифонов и их наездников.

Вскоре к одному грифону присоединилось еще пятеро таких же мутантов-химер. По всей видимости они несут караульную службу вокруг Лестера. Похоже это обычная практика даже для столь дорогостоящего рода войск... Хотя, если так подумать, то такую дорогую кавалерию оставлять без дела греху подобно, а как разведчики они просто чудесны и даже не превзойденные в этом деле. А брать таких воинов-наездников на разборку с варварами может показаться расточительным, даже если варваров насчитывается около десятка тысяч. Как бы это глупо не смотрелось, никто незнает что твориться в голове у правящей верхушки.

Спустив глаза на землю, Эос увидел как дети продолжают рассматривать грифонов с загоревшимися глазами и разинув рты. Затем глаза вернулись к пышкам, Эос внезапно понял, что вовсе не голоден и столько он уже не съест. Вопрос, зачем он тогда столько накупил? Наверное детские чувства Эоса разыгрались настолько, что он хотел всего и сразу, но по началу даже не обратил на это внимание. Что ж за день такой? Эос начал чувствовать себя глупым ребенком.

Выпечка вкусная, никто не спорит, и оттого выбрасывать ее жалко.

- Огооо... как же здорово!

- Даа...

Дети все так же продолжали озираться в небо, пока отряд грифонов не скрылся за черепичными крышами домов. Вернувшись на землю они тут же начали бурно обсуждать увиденное с такой оживленность, будто бы видели химер с наездниками первый раз в жизни.

- Вы видели как он спикировал, как крыльями размахивал! Это так круто!

- Как бы я хотел полетать на таком!

- А ты, тебе понравилось? - Внезапно девочка заговорила с Эосом, совершенно без опаски и сомнения в голосе.

Эос утаивать не стал, он тоже был впечатлен таким зрелищем и согласно кивнул в ответ. Девочка весело заулыбалась, но потом с интересом посмотрела на то, как черепоголовый откусывает кусок булки приоткрывая челюсть рукой. За этим последовал очередной вопрос. Как бы это не переросло в надоедливое допытывание.

- А ты шлем не снимаешь? - Отрицательный ответ. - А почему? - Эос жалобно вздохнул, зачем задавать вопросы на которые требуются разложенные ответы, тому, кто вообще говорить не может?

Черепоголовый предпочел проигнорировать этот вопрос. Время сейчас движется быстрее чем раньше. Вроде бы прошло совсем немного времени, но солнце уже движется к закату. Эос поднялся со скамейки и уже собирался возвращаться в казармы, где разместили их группу вместе с остальными войсками, но детишки озадаченно спросили, то есть беззубый пацан, который был самым активным в троице, задал вопрос. Двое других разделяли вопрос и смотрели с точно такой же вопросительной физиономией.

- Ты уже уходишь? Может расскажешь... ам... напишешь истории, через которые ты прошел, нам очень интересно. - Двое его друзей согласно закивали. Но вопрос, они читать то умеют?

Высокий парень ответил на этот естественный вопрос.

- Я, если что, читать умею. - Проговорил тот, попутно вытирая вытекшие из носа сопли.

Эос проигнорировал и эти слова, но перед уходом все же решил кое-что сделать. Вытянув из тряпичной связки три булки разных форм, раздал их детям. Те с радостью приняли лакомство, но перед тем как начать их уплетать, те дружно сказали.

- Спасибо! - И принялись поедать пышки.

Оставшись довольным хорошим воспитанием этих детей, Эос наконец побрел к казармам. Но... эти дети все равно продолжали преследовать наемника, попутно уплетая предоставленные угощения. Неужели его облик их вообще не пугает? Обычные люди конечно не шарахаются от одного его вида, но подозрительные взгляды он все же ловит на себе. А эти дети даже не стесняются его присутствия, а скорее наоборот, это их привлекает. Детская наивность? Скорее всего, но до сих пор не понятно, почему они пристали к наемнику и шастают за ним весь сегодняшний день.

Это начинает надоедать. Сложно представить, какого приходится их родителям, небось сейчас волнуются за них.

Эос устало вздохнул, но выделяющаяся на фоне остальных каменных стен ограда с арочным проходом, немного взбодрило наемника. В тряпке в завернутом положении оставалось еще немного угощений, почему бы не угостить ими Софи, они же вроде как союзники и нужно поддерживать дружеские отношения. Пусть Эос и не мог разговаривать как раньше, но зато его намерения можно выразить в действиях. Пусть эти угощения будут знаком дружбы, Софи точно поймет это. Эос даже не сомневался в этом.

Пройдя через широкую арку, Эос ступил на просторный двор, окруженный несколькими внушительными и весьма не затейливыми зданиями, что представляли из себя вместительные казармы, с застекленными окнами и печками, дымоходы которых поднимались над крышами. Что-то про солдатский комфорт тут все же слышали и даже организовали лазарет между этими зданиями. Впрочем жизнь бурлила не только в теплых помещениях, но и на самом дворике, куда поскидывали всевозможные вещи для развлечений и тренировок.

Кнехты старательно тыкали в чучела деревянными палками, а рядом со зданиями прямо на свежем воздухе играли в неизвестную для Эоса игру в кости, сидя на бочках с припасами, которые взяли из не выгруженной телеги по соседству. Даже военные тауматурги находились здесь, сейчас их сложно было отличить от простых солдат, ибо одеты в одно и то же, в теплые акетоны и стеганки, единственная теплая одежда, доступная на данный момент. Но в основном те держались особняком от простых солдат и жили они в более удобных казармах, нежели простые кнехты. Видите ли, им их статус не позволяет якшаться с простолюдинами.

Военные тауматурги Фестуа в основном являются выходцами из благородных и знатных семей, которые могут позволить своему чаду обучиться в хорошем эфирном университете. Естественно такие тауматурги сохраняют свое аристократическое воспитание и ведут себя на войне соответствующе, за исключением того, что они вынуждены подчиняться вышестоящему командиру, которые за частую носят научные титулы, нежели устоявшиеся военные. В основном этаким офицерским составом выступают магистры всех пяти степеней и как главнокомандующий стоящий на вершине иерархии, магистр, что руководит как научной группой, так и несколькими малыми группами на поле боя.

Что-то подобное встречается и во всех трех графствах, за исключением того, что знать редко вступает в ряды эфирных мастеров, больше предпочитая рыцарскую карьеру. А свободные должности эфирных занимают простолюдины, благо стоимость обучения и состоятельность граждан трех графств только способствует этому. Обучиться тауматургии в графствах дешевле, чем приобрести доспехи, оружие и пройти сложную подготовку.

Но среди этой однородной массы выделалась одна женская фигура, одетая в легкую льняную рубашку и кожаные штаны, одета совершенно не по погоде. Но и беспокоиться было не о чем, иммунитет сервитов не позволял болезням подорвать их здоровье, а холод не причинял никаких неудобств, температура тела сервита выше чем у обычного человека и хорошо оберегала от легкого холодка. За спиной у девушки висел колчан со стрелами а в руках натягивался составной лук. Софи отпустила тетиву и выпустила стрелу в соломенную мишень, аккурат пристроенную у широкой каменной стены. Наконечник впился прямо в девятку, почти в центр.

Раньше Эос и не догадывался о том, что Софи и из лука стрелять умеет, причем очень даже не плохо, по мнению Эоса, который вообще не умел пользоваться средневековым холодным оружием. Исключение лишь ножи да короткие кинжалы со стилетами.

Найдя соратницу, Эос побрел к ней с гостиницей в руках. Софи полностью сконцентрировалась на стрельбе, по началу даже не обратив внимание на приблизившегося Эоса. Отпустив тетиву, она удовлетворительно посмотрела на стрелу что вонзилась прямо в центр мишени и только после этого холодно взглянула на соратника.

- Вернулся наконец? Мы хоть и только сегодня прибыли в город, завтра ранним утром отправляемся в путь в Шеффалд. Так что лучше отдохни как следует, пока есть время. Основные силы уже на пути к Шеффалду во главе с коннетаблем Андре, нам следует поторопиться и догнать их. И еще... - Софи непонятно посмотрела на Эоса и задала вопрос. - ты доспехи вообще когда нибудь снимаешь? Это же неудобно. - Эос отрицательно покачал головой. - ... Ладно как хочешь.

Эос поднял тряпицу с угощениями и протянул их Софи. С начало она удивилась, но потом вернула себе прежнее выражение лица, но говорила она уже по мягче, не так строго и холодно.

- Спасибо... - Она как-то стеснительно посмотрела на Эоса и взяла угощения. - Давненько я подарки не получала. - Сказала она и начала потихоньку откусывать пирог, что первым попался под руку. Но затем ее глаз поднялся и устремился за спину Эоса, в сторону арки. - А это еще кто?

Эос обернулся вслед за ее взглядом, мелкие нарушители разглядывали казармы не осмеливаясь переступать через арку. Дожевав и проглотив еду, Софи выкрикнула через весь двор, что слышно было даже этим трем детям.

- Эй вы! Вам сюда нельзя! Шуруйте домой! - Как только они услышали ее голос, то сразу же исчезли из виду, при это похихикивая по пути. - Ладно, пошли уже в казармы. - Сказала Софи откусывая еще один кусочек, попутно хваля местную выпечку расплывающейся улыбкой на лице.

Внутри казармы выглядели как самые простые казармы, без разительных отличий, что на Земле, что на Сапфире, одно и тоже. Войдя внутрь, сразу же предстала картина с несколькими рядами простеньких коек, с кое-каким постельным бельем в большом помещении. Рядом с каждой такой койкой обязательно полагался сундук для хранения личных вещей и обмундирования. Для письма или чего-то подобного, столов или на крайний случай стульев не предусмотрено. Солдат должен тренироваться сражаться копьем и мечом, но ни как рукописи и каллиграфии.

Софи положила колчан со стрелами в сундук, но перед тем как положить туда и лук, для начала она сняла с него тетиву и лук сам по себе сложился в форму полумесяца, который так же оказался в сундуке. Только после этого она завалилась на свою койку, в окружении полуголых мужланов, что частенько оглядывались в сторону Софи в легкой рубахе и довольно обтягивающих кожаных штанах, что подчеркивало ее фигуру. В этих казармах нет отдельных помещений для женщин, ибо просто не нужно. Женщина в рядах армии явление редкое и для их нужд нет ничего приспособленного, не отдельные бани, казармы или что-то в этом духе. Пришлось Софи разместиться прямо среди мужской кампании, которая уже многие месяцы не знали женского тепла. Это заставляло Эоса насторожиться, пока Софи безмятежно лежала на койке, она сильна и даст фору многим мужчинам, но риск оставался риском.

Оставаясь на чеку, Эос скинул плащ на сундук и присел на соседнюю койку, приняв удобную для чтения позу. Из подсумка показался черный гримуар, который тот все еще продолжал изучать, но глаз с мужской кампании он не спускал. Эос тихо и мирно начал читать книгу, но спокойствие сразу же прервалось несколькими подошедшими солдатами, кнехтами из Фестуа. Полуголые и с широкими улыбками на лицах.

- Эй, говорят ты из империи. - К Эосу обратился огромный верзила с торчащими мышцами, судя по всему главный в этой шайке. - Че ж ты здесь делаешь-то, а?

- Да по любому дезертировал из имперской армии. - Пролепетал позади стоявший мужичек на побегушках.

- Ха, знаешь, больше имперцев я ненавижу только трусов! Давай, вставая, сейчас я поставлю тебя на твое законное место, у параши. - Верзила заулыбался еще сильнее, но кажется он даже не вдупляет, что разговаривает с сервитом.

Софи не хотела встревать в этот разговор, она просто хотела мирно закрыть глаза и поспать, но вспомнив зачем она вообще потащилась за Эосом, встрепенулась и поднялась с койки обращаясь к верзиле и его группе.

- Слышь ублюдки, отвалили от него!

- Завали хлебало! - Лицо мужика исказилось от ярости, чтоб да женщина указывала ему что делать? Но потом его лицо сменилось похотливой улыбкой. - С тобой я потом разберусь.

Софи зло посмотрела на нагрубившего перекаченного великана. Тот приглашающе посмотрел на нее, желая хорошенько развлечься с этой девушкой. Софи Встала с мягкого места и встала в узком коридорчике между двумя рядами коек и сундуков. Рыжеволосая бестия начала разминаться, по потягивала руки и ноги, а под конец похрустела шеей, но перед тем как начать разборки, Софи бросила последние слова борзой компашке.

- Слушайте, а вас совсем не стесняет тот факт, что оба мы сервиты?

В глазах всех мужчин проскользнуло сомнение, что заставило их задуматься, может не стоит к ним вообще приставать?

- Я слышал они человека одной рукой поднять могут. - Прошептал один из них своему главарю, но тот решительным тоном прервал их сомнения.

- Да брехня все это, на моем счету трое таких мутантов как вы. Уж поверьте, я то с вами разберусь. - От громилы так и несло самоуверенностью, которой заразились и его подстилки.

- Ого, какой ты сильный... докажи. - Софи грозно посмотрела на верзилу и рукой начала их подманивать.

- Тебе пизда... - Проговорил тот и тяжелой походкой побрел к Софи.

Подойдя на достаточную для удара дистанцию, верзила бросил вперед кулак, желая одним ударом вырубить бестию. Но та в свою очередь ловко скользнула под рукой и нанесла удар по солнечному сплетению громилы. Великан издал истошный вздох, выбитые легкие судорожно начали качать воздух в грудь. Тот задыхаясь отступил назад, прижимая место удара и делая глубокие вдохи и выдохи. Видать верзила не так уж и туп, раз уж не растерялся и начал думать головой.

Эос поднялся с насиженного места и решил подключится к драке, ведь это событие обещало быть очень веселым. Группа оборзевших кнехтов оказалась зажата с двух сторон, с одной Софи, с другой черепоголовый, закованный в тяжелые доспехи и ощетинившийся ножами, стилетами и с одноручным мечом в придачу. Этот сервит внушал большее опасение чем девушка в простенькой одежде. Но простые мужики удивились, когда черепоголовый начал снимать ремни и ножны с оружием, бросив под ноги мужиков все свои ножи и стилеты, тем самым намекая им вооружиться если те хотят хоть как-то навредить Эосу. А Карантир решил отбросить на пол рядом со своей койкой, все же быть зарубленным от меча, что способен разрезать все, ему не хотелось.

Мужики начали в торопях вооружаться преподнесенными ножами, в то время как главарь предпочел обойтись собственными ручищами.

Верзила начал подходить мелкими но быстрыми шажками, чем заставил Софи напрячься. Главарь похоже еще и драться нормально умеет. Верзила со зверским телосложением бросил кулак на Софи точно так же как и в предыдущий раз. Софи легко увернулась, снова нырнув под руку, но ее тут же встретила вторая рука сжатая в кулак. Финт. Эти обманки довольно любимый прием для тех, кто не может в полной мере сравниться с оппонентом по скорости. Софи, как натасканный воин, блокировала кулак сжав его в своей руке. Верзила озадаченно посмотрел на Софи, которая молниеносно нанесла сразу несколько ударов по щетинистой роже.

Громила вновь отступил прижимая кровоточащий нос обеими руками. Тот озлобленно посмотрел на невредимую Софи, что в аристократичной стойке смотрела на него презрительным взглядом, но в ответ он хитро улыбнулся. Бестия подозрительно зыркнула на него, гадая о его намерениях.

Громила поднялся и зашагал в ее сторону, прижимая руки ближе к телу. Софи собиралась атаковать его, но сзади послышались подозрительные шаги. Не успела она обернуться, как на шею тут же накинули веревку и начали сдавливать ее. Судя по силе сжатия, людей было сразу несколько, чтобы Софи не смогла вырваться.

- Ну че, теперь-то что скажешь. - Гордо сказал громила и ударил Софи по печени, от чего послышался вздох и ее скрючило от боли. Сразу после этого последовал второй удар, прямо по лицу женщины. Из носа Софи пошли мелкие струйки крови.

Заметив это, Эос поторопился и сам начал назидать на борзых мужиков. Первый, и пожалуй самый смелый, бросился в атаку, попутно размахивая ножом совершенно не впопад. Выверив тенденцию, Эос ловко схватился за руку и одним движением перекинул его через плечо. Предварительно вырубив его ударом ботинка по лицу.

Еще двое одновременно напали на Эоса размахивая ножами и попутно крича, будто бы это придаст им больше сил. Эос легким движением подсек их ноги, отчего оба завалились на пол. Добив их точно так же, Эос принялся за оставшихся двух "Тарзанов" с ножами. С начало они неуверенно пятились назад, но взяв себя в руки они так же глупо ринулись вперед. От кнехтов большего ожидать и не следует. Один из них вышел вперед и сделал выпад, проскользнувший мимо шеи Эоса. Удар под дых быстро его утихомирил.

Последний оставшийся, со страхом взглянул на товарища, что скрючился на полу, потом его глаза поднялись на идущего на него наемника в угрожающе черных доспехах и шлеме. Тот бросил нож на пол и умоляя его начал мямлить.

- Я сдаюсь!.. Я сдаюсь... только прошу не бей. - Жалкое зрелище.

Слабак который в котором нет стержня молил о пощаде, в нем нет ни силы ни воли к победе. Он даже не постарался нанести удар и уже сдался, этот его жалкий вид, и вообще он сам, взбесил Эоса. Поэтому он замахнулся кулаком по сильнее и вмазал ему по челюсти, что его откинула на кровать уже в бессознательном состоянии.

Теперь путь был свободен и перед черепоголовым открылась спина того самого верзилы, но что-то было не так. Огромные ручища были опущены и свисали, словно бессильные. А шея сгорбатилась и свесила голову. Через миг огромное тело с грохотом приземлилось на пол и показалась Софи с окровавленным носом придерживающая выбитый бок рукой. Но кроме этого позади этой бестии виднелись еще несколько вырубленных и ноющих мужиков, которых Софи тоже отделала.

- Агх... - Софи схватилась за разбитый нос и только сейчас Эос заметил как ее лицо обуял гнев. - Вот же сволочь, ублюдок. Получай!

Одним точным пинком бестия зарядила бессознательному громиле прямо по шарам, причем очень сильно. Главарь тут же проснулся и издал протяжный писк, хватаясь за примятое хозяйство.

- Твою мать... мой нос, моя печень... сука, вот же уебок... Аааа... - Эос спохватился и подбежал к Софи. Положив руку на ее плечо, он собственным взглядом задал вопрос. - Да все нормально, можешь не ссаться за меня.

Несмотря на заявления Софи, Эос был настойчив. Бестия сильно не сопротивлялась. Черепоголовый мягко убрал ее руку от переносицы и начал всматриваться. Переносица сильно кровоточила из-за разрыва кожи, которая и без того сильно покраснела. Но самое неприятно, это искривление. Удар был достаточно сильным, чтобы не только сломать кость, но и сместить ее.

- Ну как, сильно? - С опаской поинтересовалась Софи, Эос кивнул. - Искривление? - С еще большим беспокойством спросила Софи, и вопреки всем ее надеждам, Эос согласно кивнул. Бестия зажмурилась набираясь решимости, чтобы согласиться на простенькую, но все же крайне болезненную, операцию. Немного подождав Софи открыла глаза и кивнула Эосу.

Тот сразу понял что нужно делать. В идеале, даже самые простенькие операции необходимо проводить по всем санитарным нормам, но ни спирта, ни инструментов под рукой не было. Конечно, можно обойтись и без инструментов, перелом не такой критичный, но вот без дезинфекции худо будет. Стоит потом поискать что-то спиртное и чем крепче, тем лучше.

Эос положил одну руку на щеку Софи, так чтобы та не отводила голову. Второй рукой он приблизился к разбитому носу, Софи вдохнула и сжала челюсть. Одним резким движением Эос схватился за спинку и потянул его вниз, затем толкнул в обратную от смещения сторону. Раздалось еле сдерживаемое шипение, наконец Эос оставил ее нос в покое.

- Аааа... - Тихо продавила Софи через зубы, скрючившись от боли она начала сжимать область вокруг носа, но саму переносицу не трогала.

Черепоголовый подошел к сундуку, Где Софи оставила свои вещи, открыл его и начал в нем рыскать.

- Ты чего это там делаешь? - Последовал ожидаемый вопрос.

Софи любит прибухнуть, нет не так, нажраться в стельку. Вот Эос и подумал, если Софи любит спиртное, то по любому должна взять с собой пару бутылок с вином. Эос оказался прав, среди кинжалов и аккуратно уложенных доспехов лежала бутылка с красной жидкостью. Откупорив ее и отпив немного, Эос почувствовал нехилую горечь. Сойдет. Схватив непонятную, но с виду чистую, тряпку с койки. Эос намочил ее вином и положил прямо на лицо раненной соратницы.

- Мммм... Твою ж мать. - Спиртное начало обжигать место раны, но заражение теперь не страшно. Открыв глаза, бестия вновь посмотрела на громилу, что до сих пор держался за яйца. Ее вновь обуяла ярость и совершенно не сдерживаясь она начала избивать бедолагу ногами. - Сволочь, говна кусок, чтоб ты сдох, чтоб крысы сожрали тебя, гореть тебе на костре!.. Ай... - Софи резко схватилась за выбитый бок, совершенно позабыв про выбитую печень.

Эос подхватил ее за руку, решив, что сейчас ей самое место в лазарете.

...

Детишки уже давно перестали бежать и просто молча шли по темнеющим улицам города, пока беззубый пацан не заговорил.

- А кто была та женщина, которая накричала на нас? - Мальчику действительно было не понятно, женщины в рядах войск встречались крайне редко и то, что она такой же солдат, додумается не каждый взрослый.

- Может быть это его подружка? Для того чтобы, ну знаешь. - Высокий парень весело заулыбался, намекая на пошлятину и толкая друга локтем в бок. Тот подхватил его мысли и тоже заулыбался.

- Хватит, это неприлично! - Поругала их девочка с неодобрительным выражением лица. Мальчики лишь посмеялись над ней.

- Да ладно тебе, будто бы ты у нас аристократка! Ха-ха-ха... - мальчики расхохотались над ее манерами.

- Интересно, а та женщина, тоже отправится бить варваров? - Девочка задалась вопросом, мальчики тоже задумались над этим.

- Наверное, но не будет же она сражаться в первых рядах?

- Скорее всего, женщины ведь не любят сражаться, так ведь Жанна?

Девочка вопросительно посмотрела на ребят, а когда опомнилась согласно закивала.

- Ты задаешь такие вопросы... будто бы хочешь отправить в поход. Хе...

- А... - Жанна встрепенулась, но улыбчиво все отрицала. - Нет, конечно... зачем мне все это.

Но парни уже не обращали на нее внимание, вместо этого они увлеченно обсуждали между собой более интересную тему.

Мысль о той женщине не покидало ее мысли. Жанна видела как красивая рыжеволосая женщина стреляла из лука, разглядела даже шрам на ее лице, но ее это вовсе не спугнуло, а скорее даже привлекло ее интерес. Раз уж та женщина, так хорошо стреляет из лука и ее лицо украшает боевой след, то значит она воительница. Детские мечты о приключениях начали наполнять ее неокрепший ум.

Чем Жанна хуже ее, ясное дело возраст мешал ей раскрыть свой потенциал, но как говорят взрослые, лучше всего начать тренировки с самого детства, чтобы тело начало привыкать к тяжелым нагрузкам. Здесь практически тоже самое, поход, это тоже своего рода тренировка на выносливость и силу. Так подумала Жанна.

- Ладно, я домой пойду. - Сказала Жанна и убежала домой.

- Ну пока.

- Пока.

По прощавшись с мальчиками, девочка помчалась по длинным каменным улицам, выдыхая теплый пар в холодный воздух. Припоминая, что в первую очередь нужно брать в поход, еда само собой. Долгое и изнурительное движение по длинным дорогам может затянутся на десятки дней, а питаться чем-то надо. Второе, это теплые вещи, сейчас близится зима и ночи могут оказаться особенно холодными. Третье, это оружие, это военный поход и столкновение после окончания пути неизбежны, а по дороге, с долей вероятности, могут повстречаться разбойники.

Составив список вещей, которые могут оказаться необходимы для похода, Жанна направилась домой, главное чтобы родители не заметили намерений дочери, иначе всей операции настанет конец.

...

В этот же день.

Нихонская империя.

Город Янагасе.

Хорас, Кэйташи и Клык сидели в кабинете цеха, где они ранее уже собирались. Хорас заговорил первым.

- С. Тех. Пор. Как. Кэйташи. Отправил. Разведчиков. На. Поиски. Монолита. Прошло. Уже. Три. Дня. Это. Предельное. Время. Для. Разведки. Но. Информации. До. Сих. Пор. Нет. Что. Это. Может. Значить?

- Я. Предполагаю. Два. Разных. Варианта. Во. Первых. Культисты. Могли. Использовать. Не известную. Маскировочную. Тауматургию. Во. Вторых. Монолит. Находится. В. Таком. Месте. Куда. Разведчики. Не могут. Самостоятельно. Добраться.

- У. Тебя. На. Примете. Есть. Такие. Места? - Спросил Хорас, надеясь, что Кэйташи ответит на этот вопрос. Тот согласно кивнул.

- Да. Одно. Такое. Место. Есть. Но... - Кэйташи замялся перед ответом, эмоции только-только начали зарождаться в нем, но они уже оказывали на него большое влияние, мешая иногда нормально думать и отвлекая его от важных мыслей. - Я. Не думал. Что. Культисты. Выберут. Именно. Это. Место.

Клык нахмурился и начал сверлить Кэйташи злобным взглядом. Три дня назад, Клык видел как Кэйташи напал на Хораса с намерением убить его, но вернулись те с таким видом, будто бы ничего и не произошло. Хорас твердил, что Кэйташи не враг им, но в отличие от Хораса, Клык не собирался ему доверял.

- Говори уже. - Тихо и грозно прорычал Клык, буквально оказывая на Кэйташи не виданное для него до селе давление.

- Одинокая. Гора. Ибусуки. На. Вершине. Которого. Находится. Храм. Энряку-дзи. Я. Предполагал. Что. Это. Место. Будет. Последним. Вариантом. О. Котором. Они. Могли. Подумать. Эта. Гора. Священное. Место. Для. Местных. Органиков. И. Внезапное. Там. Появление. Посторонних. Существ. Вызвало бы. Мгновенную. Реакцию. У. Властей. Города. Местные. Не пожалели. Бы. Собственных. Жизней. Чтобы. Защитить. Храм. Энряку-дзи. Слишком. Важное. Для. Местного. Общество. Место. Я. Бы. Не стал. Так. Рисковать.

- Ясно. Но. Других. Мест. Больше. Не осталось... Боевые. Силы. Теургов. Уже. Готовы?

- Да. Я. Собрал. Всех. Кого. Только. Смог. - Неуверенно произнес Кэйташи, считая, что был способен собрать больше людей, чем у него есть сейчас.

- Хорошо. Тогда. Мы. Должны. Выдвигаться. Сейчас же. Каждая. Минута. На. Счету... - Хорас резко замолчал и странно замотал головой, будто бы смотрел на кого-то через потолок. - Хочу. Уточнить. Скольких. Теургов. Ты. Собрал?

- Тридцать. Два. Человека. - Произнес Кэйташи, чувствуя странность в его вопросе.

- Тогда. Кто. Те. Люди. Что. Сейчас. Летают. Прямо. Над. Цехом.

Летают над цехом? В городе Янагасе закрытое воздушное пространство и никто из тауматургов не имеет право летать над городом, во избежание неудобных ситуаций когда местные стражники подстреливали их, не понимая, союзники, это, мирные или же враги. Кэйташи мгновенно просканировал пространство и так же обнаружил двадцать человек весящих над зданием, но среди них выделялась одна крупная фигура закованная в доспехи.

- Враг. - Кэйташи произнес лишь одно единственное слово, после которого тот словно неистовый ветер, проломил потолок, второй этаж и пробившись через крышу, вырвался в ночное небо усеянное звездами.

Укрывшись под ночной мантией, пара десятков людей висело над зданием, которые старательно колдовали ритуал, выстроившись вокруг крупного тауматургического кольца. Их лица озарились искренним удивлением, когда они увидели кованого вылетевшего прямо через крышу здания, которое они собирались взорвать. Как только тауматурги потеряли концентрацию, обратив на Кэйташи внимание, круг тут же исчез. Их руки устремились в сторону кованого и из множества кругов поменьше повылетали разнообразные заклинания.

Молнии, громовые цепи и огненные шары врезались в прочный защитный барьер возведенный кованым. Их движения казались ему сравнимы со скоростью улитки, а действия разобщены, словно работа какого-то отсталого племени. Развеяв барьер, Кэйташи взмахнул рукой и выпустил поток плотной таумы на врага, которая тут же сбило концентрацию эфира в их руках. Кольца разбились а заклинания утихли перед более мощной волной. Второй рукой кованый наслал на тауматургов плотное воздушное лезвие, устремленное с огромной скоростью. Двои ближайших людей разрубило по полам, их безвольные тела, словно тряпичные куклы, попадали на крышу цеха вместе с мелким кровавым дождем.

Оставшиеся восемнадцать противником испытывали смешанные чувства, с одной стороны, те были изумлены столь мощным заклинанием, но с другой стороны, понимали, сейчас они станут следующими жертвами. Их защита и атака тауматургией была столь ничтожна, что сейчас их можно было сравнить с беспомощными муравьями. Но был среди них тот, кто может сравниться с кованым по силе и тауматургии.

Огромная фигура черного рыцаря появился прямо перед кованым путем телепортации. Кэйташи не успел отреагировать, как в его стальное лицо врезалась ударная часть тяжелого молота, сотканного из чистой тьмы.

Сопровождаемый ударной волной и громким скрежетом металла, Кэйташи отправился на добрые десяток метров назад, но сумел удержаться на плаву и быстро сориентироваться в ситуации. Как только он принял устойчивое положение, то тут же скастовал туман вокруг себя, чем ограничил обзор черного рыцаря, но тот будто бы и не заметил этого, продолжив стремительно приближаться к кованому замахиваясь огромным молотом.

Туман оказался бесполезен, пришлось схлестнуться с рыцарем в навязанном ближнем бою. Покрыв руки мифриловым слоем и создав вокруг них эфирные барьеры, подобные круглым щитам, Кэйташи начал с трудом отбивать тяжелые и сокрушительные атаки. Как Хорас и говорил, черный рыцарь по силе и скорости равен кованым.

В один момент, ударную часть молота обуяло фиолетовое пламя и после очередного удара, Кэйташи заметил, как один из щитов начал разъедать этот самый огонь. Причем распространялось это пламя слишком быстро даже для эфирного огня. Развеяв щит, вместе с ним исчезло и охватывавшее его пламя.

После короткой заминки, рыцарь собирался продолжить натиск, но в бой вмешался второй кованый. Хорас появился в стороне от рыцаря и сразу же нанес пару ударов огненными руками. Первый удар пришелся прямо по шлему, чем ошеломил его. Второй кулак врезался в корпус доспеха, промяв его и отправив черного рыцаря на землю.

Моментально скоординировав действия по ментальной связи, они начали действовать как единое целое, передавая друг другу каждую крупицу информации. Черный рыцарь быстро пришел в себя и поднялся обратно в воздух, попутно восстанавливая промятую в животе кирасу при помощи таумы.

Рыцарь поднялся в воздух на один уровень с коваными. Теперь, вместо молота в его руке образовалось пара коротких одноручных мечей. Но перед атакой отдал приказ подчиненным ему культистам, что с широко открытыми глазами наблюдали за битвой.

- Займитесь теургами, кованые на мне. - Из под забрала прозвучал властный и всеподчиняющий голос.

- Слушаемся! - Хором пропели культисты и тут же направили свой взор на улицы города, выискивая теургов, но искать их даже не пришлось.

Тридцать человек, что были облачены в ламеллярные доспехи, по верх которых красовались теургские робы, вышли на улицы города и те встретились взглядами. Часть теургов немедленно поднялись в воздух, а часть остались на земле, в качестве прикрытия.

Обычными учеными, эти теурги не были. Все эти тридцать человек входили в Мобильное Боевое Формирование (Мобильное - основной вид передвижения заклинание полета, Боевое - логично представить боевых тауматургов, осыпающие головы противника заклинаниями, Формирование - размеры отдельно взятого формирования могут сильно варьироваться, от отряда в 10 человек, до небольшой армии в 100 человек), и использовались только в тех случаях, когда словом и ресурсами проблему не решить, и остается только применить силу. Кованые старались обходиться без насилия, дабы сохранить статус альтруистичной расы, прибегая к их помощи лишь в крайних случаях. Но если такой момент все же настал, не везунчикам приходилось сталкиваться с людьми, что почти всю свою жизнь посветили боевой тауматургии.

Благодаря нечеловеческим тренировкам и обучению под надзором, не абы кого, а самого кованого, на выходе получались люди могущественнее и опытнее любого выпускника любого элитного заведения богатейших империй Сапфира. Те могли обрушить шквал различных мощных заклинаний, буквально не оставляя от них и следа. Их по праву называют сервитами среди тауматургов практиков.

Быстро скоординировав свои действия, силы МБФ накрыли противника шквалом различных заклинаний. Культисты естественно закрылись от заклинаний полукруглыми щитами. Заклинания, что летели в них спереди врезались в барьеры, никак не навредив культистам. Однако, их барьеры не закрывали их полностью, а лишь их переднюю часть и силы МБФ знали об этом. Поднявшиеся в воздух силы лишь отвлекали внимание, пока силы оставшиеся на земле били аккурат под щиты противника.

Троим культистам сильно не повезло, одного до тла сожгла молния, второго пронзили ртутные копья ни оставляя ему и шанса на выживание, в третьего был направлен тонкий но яркий солнечный луч, что пронзил его тело на сквозь. Культисты явно запаниковали и нарушили формацию и разлетелись во все стороны, дабы противник не попал по ним. Так оно и было, силы теургов не могли нормально прицелится в противника с земли, иначе рисковали попасть по своим, пришлось всем им подняться в воздух и начать уничтожать каждого культиста по одному.

Небо тут же превратилось в поле битвы. Из дали этот бой походил на мушиную вечеринку вокруг дерьма, разница лишь в том, что каждую секунду, ночное небо над городом озарялось разными заклинаниями. Грохот молний, пышущее пламя и эфирные волны, дестабилизирующие заклинания, попадались в глаза местных горожан. Те уже давно заметили битву тауматургов двух разных сторон и уже начали с опаской убегать ближе к центру, в надежде получить там защиту от местной стражи. На этот раз городские караульные не ударили в грязь лицом и начали организованно выводить горожан к центру. Но для сражающихся их крики и топот заглушался эффектами от заклинаний.

Один за другим культисты начали сыпаться с неба, как дохлые мухи, окропляя землю кровью и заваливая ее отрубленными конечностями, предварительно обжаренные на молнии и огне, замороженные и скованные во льду.

Один только Клык остался в стороне и с интересом наблюдал за развернувшимся представлением.

- Мда... это пиздец какой-то. - говорил он про себя, поскольку слушателей у него сейчас не наблюдалось. - Культисты совсем уже берега попутали. - Вдруг, взгляд Клыка приковался к одной паре, что летала в воздухе друг за другом, в основном боец МБФ гонялся за культистом.

Во время погони, боец зарядил по культисту огненным шаром, который пролетел мимо и направился дальше по прямой траектории, прямо в сторону Клыка. Встрепенувшись таким поворотом, вервольф с легкостью птицы отпрыгнул от линии поражения. Огненный мяч врезался в землю, разбился на тысячи искр и просто исчез оставив после себя обоженный камень брусчатки. Клык начал ругаться.

- Слышь бля, в своих не пали! Не хватало мне прямо тут сдохнуть!.. Аааа... - Скучно протянул Клык, самое интересное сейчас разворачивалось прямо у него на глазах, а принять в нем участия он не мог. Это огорчало его. Поняв, что здесь и сейчас ему делать нечего, он побрел к бессознательному собрату. Просто посидит и понаблюдает, вдруг проснется.

Хорас замахнулся рукой, сковав эфирной цепью руку черного рыцаря. Сам воин грозно взглянул на Хораса и со всей силой, дернул рукой, отшвырнув кованого в своего же собрата. По логике двое кованых должны были столкнуться, но синхронизировав свои сознания, те легко увернулись друг от друга оставшись невредимыми. Хорас не переставал сковывать руку рыцаря, сильно ограничивая его подвижность, пока Кэйташи свободно действовал.

Кэйташи умчался в атаку, создав вокруг себя все тот же защитный барьер. Рыцарь покрыл один из свободных мечей фиолетовым пламенем и метнул в Кэйташи. Тот увернулся от брошенного оружия, продолжая двигаться к рыцарю и попутно накапливая в руках эфир.

Рыцарь создал копье, загоревшееся фиолетовым пламенем, способное сжечь даже заклинания и способное навредить кованому. Как только Кэйташи приблизился на расстояние удара, копье устремилось в тело автоматона, норовя пронзить его насквозь. Но Кэйташи просто напросто развеял барьер, чего рыцарь не ожидал. Потом Кэйташи развел руками, посылая на рыцаря потоки таумы, что ветром сдуло фиолетовое пламя.

Воспользовавшись замешательством противника, кованый эфиром укрепил и усилил свое тело. Замахнувшись и переложив всю силу на руку, он бросил кулак вперед, нанеся сокрушительный удар по голове противника. Отшатнувшись, но оставаясь при холодном уме, рыцарь обнаружил, что остался один. Чувства его не подводили, все культисты, что пришли вместе с ним, погибли, от рук сил МБФ, на стороне которых было как численное так и качественное превосходство, и которые теперь смотрели прямо в спину черного рыцаря.

- Похоже я вас недооценил, смертные. - Внезапно рыцарь заговорил с коваными глубоким и вымораживающим душу голосом. - Но вы даже не представляете, с кем столкнулись и во что ввязались. Будет лучше, если вы поступите мудро, отступив прямо сейчас, тогда останетесь в живых.

- Странно. Слышать. Это. От. Проигравшего. - Подшучивая подметил Хорас, крепко сжимая эфирную цепь.

В ответ рыцарь промолчал, но начал действовать всерьез. Одним движением руки он дернул цепь на себя, притянув Хораса к себе. Кулаком он зарядил ему в, и без того, поврежденное лицо, на половину лишенная защитной пластины. Силы удара было достаточно, чтобы на секунду выбить его из строя. После он резким рывком приблизился к Кэйташи. Парные молоты, образовавшиеся в руках рыцаря, тисками сжали голову с двух сторон. Такого сильного удара он не ожидал и на секунду был дезориентирован.

Продолжать битву рыцарь не собирался, сложилась слишком опасная для него ситуация. Пока кованые приходят в замешательстве, он мог бы легко добить их, но к битве так же легко могут подключиться силы МБФ и помешать ему сделать задуманное. В завершение рыцарь бросил следующие слова.

- Если в вас еще осталась решимость и глупость, то я буду ждать вас у монолита. - Это предупреждение, адресованное кованым, было последним что он сказал, после чего силуэт немедленно смешался с воздухом и исчез из виду.

Как только кованые пришли в себя, то уже никакие сканы и режимы видения не могли обнаружить черного рыцаря.

- Телепортировался. - Коротко констатировал Кэйташи. - Так. Значит. Это. Был. Именно. Он. Черный. Рыцарь. О. Котором. Ты. Говорил?

- Да. Это. Он.

- Он. Оказался. Сильнее. Чем. Я. Предполагал. - Огорченно произнес Кэйташи, больше расстроившись тому, что тот сумел сбежать.

В сердце, если так можно выразиться, этого кованого еще царил научный интерес и жажда знаний. Этот черный рыцарь был чем-то совершенно новым для Кэйташи, и укоренившийся в нем разум кованого требовал новых и обширных знаний об этом рыцаре. Положить его на стол, провести вскрытие и досконально изучить каждую клетку его тела, не пропустить ни чего, что могло бы принести пользу стальному народу... Но он сбежал. Факт, об который разбиваются все ожидания Кэйташи.

- Кэйташи. Как. Твое. Самочувствие? - Поинтересовался Хорас у своего собрата.

С начало Кэйташи не понял вопрос, но вспомнив о том, что его разум поражен эмоциями, этот вопрос перестал казаться странным. Обычно кованые ничего не чувствуют, поэтому интерес к состоянию тела полностью отпадал, а если их самочувствием и интересовались, то это вызывало больше подозрений. Хотя, при его состоянии, что вообще можно считать нормальным или странным?

- Я... В. Норме. Никаких. Серьезных. Повреждений. - Коротко изложил кованый, но Хорас уточнил свой вопрос.

- Я. Имею. Ввиду. Твои. Эмоции. Ты. Чувствовал. Что-то. Вроде. Страха. Или. Чего-то. Подобного?

Кэйташи на минуту замолчал, после чего дал ответ.

- Нет. Ничего. Такого. Я. Не заметил. Эмоции. Еще. Не полностью. Охватили. Мой. Разум. И. Надеюсь. Что. Этого. Не произойдет. - Говорил Кэйташи, уповая на госпожу удачу.

Никто не хочет быть изгоем, особенно кованые. Кэйташи, не смотря на свою холодную натуру, всей душой желал остаться в рядах стального братства как его полноправный член. Эмоции ставили его в сомнительное положение, которого он хотел избежать, надеясь не только на эфемерную удачу, будто бы чувства как буря, обойдут его стороной, но и различными теориями и предположениями.

До определенного момента, считалось, что эмоции свойственны только органикам. Но позже выяснилось, кованые так же могут испытывать эмоции. Тогда начали строить догадки, эмоции возникают на физиологическом уровне, при стимуляции мозга различными гормонами, но кованые отродясь не имеют никаких гормонов, что же тогда вызывает в них эмоциональную реакцию. Возможно ли такое явление, как существование души, эфемерное явление, которому можно дать объяснение? Возможно ли, что именно душа является основным источником чувств?

К сожалению сотни исследований, посвященные этой теме, не продвинулись дальше предположений и теорий, над которыми работали целые команды кованых, а Кэйташи в одиночку и подавно не мог решить эту задачу. Поэтому оставалось надеяться только на госпожу удачу.

Стальные братья начали спускаться на землю, вместе с силами МБФ, которые сразу же начали работу, в основном просто стаскивали трупы в одну кучу. Город можно сказать даже не пострадал, лишь моментами на крышах и стенах виднелись следы от разрушительных заклинаний, которые не переросли во что-то масштабное. Силы МБФ понимали принципы своих хозяев и старались действовать предельно аккуратно.

Но не смотря на это, местная власть вряд ли будет довольна таким опасным соседом, но никого их мнение не волновало. Стражникам отдавали специальный приказ, нивкоем случае не трогать кованых и их слуг, став местной неприкасаемой кастой. Вот и сейчас, когда бой был окончен, стражники по прежнему не осмеливались вмешаться в чужое дело.

Ступив на землю, Хорас промолвил.

- Я. Посмотрю. Как. Там. Не известный. Вервольф. - И скрылся в здании цеха, оставив собрата на улице одного. Тот начал командовать силами МБФ, но Хорас его уже не слушал.

На втором этаже была не большая комната, которую выделили специально для бессознательного вервольфа. Учитывая, что раньше это была небольшая вещевая кладовая, то логично, что интерьер максимально скуден. Все что там было, это матрац постеленный на пол, подушка и одеяло, под которым лежал вервольф.

Спустя три дня, благодаря наложенному Кэйташи заклинанию, тот выглядел более здоровым на вид. Кости больше не проглядывались под шерстистой шкурой, даже какая-никакая мускулатура проявилась. Это радовало, особенно его собрата, который сидел у стены и вглядывался в окно.

- Быстро же вы. Как там тот черный засранец, пизды дали? - В своей прежней манере заговорил Клык.

- Он. Сбежал.

Морда Клыка с начало удивилась, но потом сменилось раздражением.

- Худо будет, если мы с ним не разберемся. Потом он нам таких проблем наделает. - Вполне серьезным тоном говорил Клык.

- Даже. Двум. Кованым. С. Ним. Сложно. Совладать. Битва. Была. Слишком. Короткой. Информации. О. Его. Сильнейших. Умениях. Все. Еще. Не хватает. - Хорас был практически уверен, что в двух битвах с черным рыцарем, он видел лишь постоянно используемые заклинания. А его сильнейшие техники все еще оставались для него загадкой.

Посмотрев на молчаливого Клыка, Хорас начал ощущать перемены в своем спутнике. Клык как раньше больше не веселился, постоянно морщил лоб в не довольствии и стал более молчаливым. Но Хорас не совсем понимал причину такой смены настроения и решил спросить напрямую.

- Клык. Тебя. Что-то. Беспокоит?

- С чего ты взял? - Скептично отозвался вервольф.

- Ты. Стал. Более. Тихим. И... Хмурым. Это. Видно. По. Твоему. Лицу.

Клык озлобленно посмотрел на Хораса, который действительно не понимал в чем причина. Для Клыка же все было очевидно. Выглянув в окно, вервольф парой зорких глаз посмотрел на Кэйташи, что раздавал команды своим подчиненным. Увидев его фигуру, Клык еще сильнее разозлился.

Обуздав свой гнев, тот протянул через стиснутые клыки.

- Ты совсем тупой или мне это просто кажется? - Хорас немного удивился резким заявлениям соратника. - Этот Кэйташи хотел убить тебя и даже вырвал кусок твоей рожи. - Клык указал на половину неприкрытое лицо кованого, которое уже невозможно починить из-за сложности конструкции и опасения навредить внутренним механизмам кованого. - Твою мать, вижу до тебя не доходит. Я хочу сказать, что не доверяю этому кованому и тебе не следует доверять ему.

- К. Чему. Ты. Ведешь... Ты. Хочешь. Чтобы. Я. Покончил. С. Кэйташи?

- Именно! - Прокричал Клык, считая это самым очевидным решением на данный момент. Его злило то, что Хорас только сейчас понял это.

Хорас подошел поближе и сел на пол в позе лотоса.

- Послушай. Меня. Клык. Прежде. Чем. Сказать. Это. Ты. Должен. Кое-что. Знать.

- Давай только без нудятины. - Начал было отмахиваться Клык, но Хорас осадил его.

- Речь. О. Моей. Жизни. - Клык почувствовал себя неудобно. - Раньше. Я. Был. Точно. Такой. Же. Безэмоциональной. Машиной. Знаний. Моя. Специальность. Заключалось. В. Социологии. Философии. И. Психологии. Я. На. Протяжении. Десяти. Тысяч. Лет. Изучал. Устройство. Общества. Органиков. Как. Простой. Кованый. Но. С. Некоторого. Времени. Я. Вступил. В. Ряды. Ликвидаторов. Вместе. С. Моим. Близким. Другом. Его. Звали. Морг. Наши. Руки... - Хорас на секунду замолчал, словно опасаясь говорить о себе. - Забрали. Жизни. Сотен. Наших. Братьев. Которых. Мы. Считали. Дефектными. Экземплярами.

Они. Просили. Нас. Пощадить. Их. Оставить. В. Покое. Они. Хотели. Жить. Но. Мы. Не позволили. Им. - Голос Хораса наполнился печальным тоном, вспоминая моменты своей жизни, что терзали его душу. На момент вервольфу показалось, что Хорас плачет, но слез так и не увидел. - Вскоре. Я. Начал. Замечать. Что. С. Моргом. Что-то. Не так. Он. Все. Чаще. И. Чаще. Отказывался. Идти. На. Истребление. Своих. Братьев. И. В. Один. Момент. Он. Признался. Мне. В. Том. Что. Он. Тоже. Испытывает. Непозволительные. Для. Кованого. Чувства. Что. Ведут. Как. К. Саморазрушению. Так. И. К. Разрушению. Стального. Братства.

Он. Думал. Что. Я. Как. Его. Близкий. Друг. Пойму. Его. И. Поддержу. Его... Но. Это. Были. Лишь. Пустые. Надежды. Я. Как. Машина. Не мог. Допустить. Его. Дальнейшего. Существования. И. Напал. На. Него... Он. Не стал. Нападать. Или. Защищаться. В. Ответ. Он. Ничего. Не сделал. И. Добровольно. Отдал. Мне. Свою. Жизнь. Со. Словами...

Хорас промедлил прежде чем озвучить голос Морга, чувствуя в себе мучительное чувство вины, что сжигало его изнутри гнетущей болью.

"...Мне. Страшно... Мы. Убили. Стольких. Наших. Братьев. И. Теперь... Я. Понимаю. Что. Они. Чувствовали... Хорас. Друг. Мой... Я. Отдам. Себя. Ради... Моего. Дорогого. Друга... Я. Верю. Что. И. Ты... Когда-нибудь. Прозреешь... Хорас. Хорас. Хорас. Хорас. Хорас..."

Мое. Имя. Было. Последнее. Что. Он. Сказал... Тогда. Держа. Мертвое. Тело. Морга. На. Своих. Руках... - Хорас поднял руки, с отвращением смотря на них. - Я. Прозрел. И. Испытал. Первые. Эмоции. В. Своей. Жизни. Печаль. Не давала. Мне. Покоя. Я. Ненавидел. Себя. За. Все. Что. Только. Сделал. Мне. Тогда. Было. Страшно. От. Того. Что. Ждет. Меня. Впереди.

Но. Одну. Вещь. Я. Усвоил. Навсегда. От. Моей. Руки. Не умрет. Ни один. Кованый. Больше. Я. Этого. Не вынесу... Уж. Лучше. Я. Уничтожу. Себя. Сам... Кэйташи. Не заслуживает. Смерти. Он. Не ведал. Своих. Пороков... Такова. Природа. Кованых.

Клык грустно отвел взгляд снова выглянув в окно и смотря на Кэйташи, но от гнева не осталось и следа. Смерть, это естественно, вервольф не видел ничего странного в том, что кто-то умирает, даже если это кованый. Весь мир подчиняется законам природы, есть рождение и есть смерть, неотъемлемые признаки жизни, которые никто и никогда не сможет отрицать. Но в сердце все равно остается осадок, Клык не из тех кто противится природе, но даже ему понятно, насколько сейчас Хорасу тяжело. Одно дело убить того, кого ты видишь впервые, но совершенно другое дело, если тот кого ты убил, твой друг или твоя родня.

- Прости... тебе тяжело.

- Органики. Порочные. Существа. Но... - Неожиданно заговорил Хорас, Клык слушал его в пол уха, не отрывая морду с окна. - Есть. Что-то. В. Каждом. Из. Нас. Что-то. Что. Способно. Воодушевить. На. Не логичные. Действия... Я. Не хочу. Никого. Осуждать. Но. И. В. Герои. Каждого. Посвящать. Не стану.

Клык слегка улыбнулся.

- Так ты про героев говоришь, знаю я одного такого героя, из-за которого окунулся во все это дерьмо.

Хорас с интересом поинтересовался.

- Могу ли. Я. Знать. Кто. Это?

- Дааа... алкаш один, вервольф. Когда я еще в племени сидел, был там один знатный воин, подручный вождя. Веселый, пожрать да побухать любил, постоянно за самками бегал. Я когда мелким был, так тащился с него, впрочем как и все сопляки в мое время. Я хотел стать таким же как он, сильным, быстрым, богатым и славным, все хотели быть на его месте, но ничего для этого не делали, в отличие от меня.

Тогда этот вервольф набирал себе учеников, знал, что когда-нибудь придет его время и предки заберут его душу к себе. Я начал учиться у него, до тех пока не повзрослел, деньги в кармане появились, а самки сами начали заглядываться на меня. Нравилось мне так жить, а потом настал день, когда уже надо было решать, кто займет место знатного воина.

Ну и что тут сказать, грохнул я его. А потом как по накатанной, дошло до того, что я захотел занять место вождя, проиграл ему и меня изгнали из племени. Все чего тогда добился ушло в небытие и я хотел вернуть себе все потерянное. Хочу снова стать великим и известным воином, жить в богатстве и жрать от пуза, прямо как тот вервольф. Меня нашли авантюристы, схватили и продали в одном из городов Фестуа. Стал гладиатором, получил ранение от одного чертового кошака, а потом меня нашел ты. - Клык взглянул на Хораса спокойными глазами и говорил он так, будто бы в его истории не было ничего особенного. - Как видишь, никакие геройства меня не интересуют, только если это не сделает меня богатым и известным, тогда я хоть в жерло вулкана прыгну.

- Ясно.

Клык слегка открыл зубастую пасть, желая добавить что-то еще, но его отвлек голос закряхтевшего вервольфа, что замаялся под одеялом. Глаза неизвестного вервольфа начали дергаться, тот вот-вот проснется. Когтистые руки по прежнему дрожали от нехватки сил, но это не помешало им упереться в пол, в попытке подняться на ноги. Попытка оказалась не удачной, тогда он с трудом открыл слипшиеся от долгого сна веки. Пара зеленых глаз медленно начали ползти по затемненной комнате, что несколько обрадовало вервольфа. Свет, меньшее, что он сейчас хотел видеть.

Медленно скользя по стенам совершенно пустующей комнаты, его глаза зацепились за образ двух персон, что сидели рядом с ним. Один из них кованый, даже со слабостью в теле и уме, он его узнал. Второй был его собратом по расе, закованный в доспехи, а из-за спины торчала рукоятка двуручника. Работа кузнецов с центрального континента, вервольф в этом не сомневался.

- Кто... вы?.. - Вялым и медленным голосом проговорил вервольф.

Хорас подошел к нему и мягко уложил его обратно на матрац. Вервольф не сопротивлялся.

- Тебе. Лучше. Не вставать. Тебе. Требуется. Отдых.

- Имя... - Настойчиво переспросил пробудившийся.

Кованый все же ответил на его требования.

- Мое. Имя. Хорас. Тот. Что. Сидит. Не подалеку. - Кованый кивком указал на соратника. - Клык. - Вервольф позволил себе прикрыть изможденные глаза, но вопрос кованого заставил его напрячься еще немного. - Как. Зовут. Тебя?

Сделав глубокий вдох, вервольф приложил усилие, что бы произнести одно слово.

- Кай...

Тень 15.

21 день месяца звездочетов (21 ноября).

Нихонская империя.

Город Янагасе.

- Клык. Просыпайся. - Голос кованого начал потихоньку пробуждать сонное сознание вервольфа, слегка толкая его в плечо.

Клык начал потихоньку открывать сонные глаза, совершенно не выспавшись этой ночью. Потирая глаза когтистыми руками, он лениво посмотрел на Хораса.

- Я вообще не выспался, сколько часов прошло?

- Твой. Сон. Продлился. Три. Часа.

Клык мучительно закрыл глаза, норовя вот-вот заснуть снова. Приложив усилия, он поднялся и вялой походкой подошел к углу маленькой комнаты в котором сложил свое снаряжение. Надевая доспехи он спросил соратника кое о чем.

- Как там Кай, спит еще?

Хорас поднялся на ноги и ответил в прежней, свойственной кованым, манере.

- Кай. Проснулся. Раньше. Тебя. И. Потребовал. Взять. Его. С. Нами. В. Храм. Энряку-дзи.

От удивления Клык обронил наручи, которые собирался надеть, и посмотрел на Хораса широко открытыми глазами.

- Не понял, он же только вчера проснулся от трехдневного сна, а сейчас уже готов сражаться? Говори Хорас, что вы еще там намутили?

- Он. Попросил. Нас. Как. Можно. Быстрее. Вернуть. Его. В. Строй. Он. Выпил. Зелье "Носорога". А. Мы. Наложили. На. Него. Заклятие. Дарующее. Силу. И. Выносливость.

- Прям сам попросил? - Неопределенно поинтересовался вервольф, на что получил утвердительный ответ. - Понятно, если такова его воля, то пусть делает, что хочет.

- ... - Хорас слегка повернул голову, будто бы смотрел на кого-то, после чего сказал. - Ладно. Мне. Нужно. Идти. Готовится. К. Наступлению. Выходи. Как. Будешь. Готов.

Клык сопроводил соратника протяжным зевком, обнажая пасть усеянную множеством клыков. Прогнав дремоту, встряхнув голову, он продолжил снаряжаться в свои доспехи, пока в выдвижную дверь не постучались. Дверь открылась и в ней показался Кай, уже облаченный в доспехи местной ковки. Красный ламеллярный доспех хорошо сидел на крупном теле вервольфа, на вид кираса никак не стесняла движения, в принципе ничего особенного, но шлем другая тема. Похоже местные кузницы отказались от стандартной формы кабуто, вместо него выковали пластину, что закрывал волчью макушку и перетекал на морду. От жесткой бармицы не отказались и присобачили его вокруг шлема.

Оружие он носил такое же, традиционно местное, странные сабли на поясе с довольно таки красивыми гардами и плетеными рукоятками.

Такой дизайн понравился Клыку, но в голове появились некоторые мысли. Если доспех еще как-то можно найти в закромах и подогнать под тело крупного вервольфа за одну ночь, то на ковку шлема должно было уйти куда больше времени. Но если немного подумать, то Клык даже не сомневался в том, что эта работа дело рук кованых. Они при помощи тауматургии и не такое могут сотворить.

Кай поднял руку, отстегивая ремешок шлема, снял его с головы и перво на перво поздоровался с собратом по племени.

- Ну здравствуй, Клык.

- Здаров. - Коротко ответил вервольф, но попутно снаряжаясь он все же добавил. - Я наверное должен поинтересоваться, как у тебя самочувствие. Но знаю, что не очень, так что обойдусь и без этого.

- Это ты так радуешься моему пробуждению? Ладно, не буду брать близко к сердцу. - Смиренно проговорил Кай.

- Меня больше интересует другое. - Собратья по расе вопросительно посмотрели друг на друга. - Кто ты? Как оказался в плену культа четырех и многое другое.

- Это может затянуться на долго, можем не успеть. - Слегка улыбнулся Кай, намекая на нехватку времени.

- А ты попробуй, пока я облачаюсь.

Кай неопределенно посмотрел на собрата, сам он сомневался раскрывать свою жизнь первому попавшемуся, но тот кто стоял перед ним, был не просто вервольфом, а его соплеменником, серым. Сложно вспомнить, как давно Кай не видел себе подобных, целые десятилетия если так подумать. Чутье подсказывало ему довериться собрату, ибо...

- Чувствую, что с этой битвы я не вернусь. - Клык дернулся, услышав эту фразу, но виду не подал. Присев на мягкий пол, Кай начал говорить. - Как ты уже знаешь, я Кай из племени серых, как и ты, вот только с роду я жил здесь, на южном континенте.

Часть моего племени откололась от основного и приняла кочевой образ жизни. В путешествиях мы набрели на этот самый город, посчитали его приемлемым местом и остались тут жить. В этом городе я родился и вырос, занимался наемничеством из-за чего частенько ссорился с ящерами. Я не о чем особо не мечтал, жил только для того чтобы жить.

- Никаких амбиций? - Удивленно спросил Клык, на что незамедлительно получил ответ.

- Нет, я проникся местной культурой и понял, что для жизни много не надо. Мне не нужны богатства и власть, деньги развращают и убивают, а власть заставляет развращать и убивать. Убивать я был не против, для наемника как я, это была простая работа, но я никогда не тянулся к чему-то высокому. Мне было достаточно жить в достатке, заниматься своей работой и большее мне не требовалось.

Я начал понимать это сильнее, только когда остался последним вервольфом в этом городе. Все мои родственники и соплеменники мертвы, кто-то от чужого клинка, кого-то забрало время. Но я никогда не жалел об их уходе, смерть, часть жизненного круга. Это нормально.

- Теперь понятно, почему ты так прилично разговариваешь, да и имя у тебя тоже странное. - Сказал Клык натягивая стальные поножи.

Кай с грустью усмехнулся.

- Да, это так. Западнее есть людской народ, что носит подобные имена, примерно в тех землях я и повстречал великана закованного в черные как смоль доспехи.

Клык резко обернулся и в удивлении с начало посмотрел на Кая, а потом задал вопрос.

- Великан закованный в черные доспехи? Ты имеешь ввиду неимоверно сильного ублюдка, который одним махом может прихлопнуть простого человека? Что вообще произошло? Что этот черный рыцарь вообще с тобой делал?

Кай немного призадумался вспоминая те времена почесывая голову.

- Я мало что помню, но облик того великана врезался мне в память. Я бы не назвал его рыцарем, скорее самурай, прислуживающий темным силам. Судя по всему...

- Эээй... Еще один чмошник в черных доспехах? Почему ты сразу не сказал! Надо рассказать об этом Хорасу!.. - Судорожно проговорил Клык, но Кай остановил его.

- Не беспокойся, твой соратник уже расспросил меня об этом, он обо всем знает.

- А, так вы уже... - Как то разочарованно Клык посмотрел на Кая, но препятствовать его рассказу дальше не стал.

- Так вот, о чем это я... Ах да, точно. Судя по всему этот самурай собирал пленных для своих экспериментов... Я почти все запамятовал, но помню, как в один момент мне стало тяжело дышать, а воздух стал невероятно холодным. Этот великан тогда явно затащил меня на гору, а после начинается то, чего даже самый умелый тауматург объяснить не сможет.

Клык начал вслушиваться в слова Кая еще внимательнее, заметно навострив уши.

- Я помню, как меня поставили в центр какого-то ритуала, рядом со мной было еще несколько разумных существ, вроде бы это были люди. - Кая жмурился, пытаясь вытянуть из закромов памяти хоть какие-то воспоминания о том дне. - Вокруг всех нас выстроились люди в темных мантиях и шептали себе под нос непонятные слова. Потом... - Кай начал усиленно чесать голову, припоминая случившееся, что с каждым шагом становилось все туманнее и туманнее. - потом, вокруг начали расходиться фиолетовые искры, люди начали кричать. Я, кажется, видел как их души покидали их тела?..

Клык не переставал удивляться, даже начал уставать от этого. Поначалу он отнесся к словам собрата с сомнением, сославшись на его нездоровое состояние.

- При помощи тауматургии невозможно вытягивать души из тел живых существ. - Вервольф как-то припомнил одну из бесконечных лекций Хораса, которая относилась к теме влияния на сознание и чувства живых существ Сапфира.

- Да, я знаю, но мне кажется, что мои глаза тогда не подвели меня. Полупрозрачные тела вырывались изо рта людей, что если это что-то новое, чего не знают даже кованые?

Клык засомневался и в своих словах тоже. Кованые, при всем своем старании, не могут знать абсолютно все, яркий тому пример, это черный рыцарь, кованые до сих пор не могут разобраться, откуда этот мудак мог появиться. Так же возможно и то, что существуют виды тауматургии, неизвестные кованым. Почему бы и нет, но вытягивание душ прямо из живых существ, это уже слишком и верилось в это с большим трудом. В такие моменты, Клык полагался не на голову, а на чутье, и оно говорило ему, что такой исход возможен. Клыку стало немного жутко, представив как из его тела вытягивают саму его душу для неизвестных целей. Кстати, о целях.

- А что случилось потом, после того как их души были похищены?

- А дальше... я почувствовал сильную тошноту, люди вокруг меня исчезли, обстановка изменилась. Дерево сменилось камнем, потом меня бросили за решетку, где провел бог знает сколько времени... Но в один момент... Медленно умирая я вдруг почувствовал чье-то присутствие, кое-как открыл глаза и начал осматриваться... никого не было. Я почему-то подумал, что у меня есть шанс выбраться. Я обладаю скудными знаниями в концентрации энергии, но этого было достаточно, чтобы согнуть стальные прутья клетки, но после этого я просто вырубился.

Клык вспомнил, как впервые встретил этого заморыша в подземелье поместья.

- Да, я помню как ты разлегся в коридоре. Подумал, что стоит дать тебе шанс и может быть это окупится? Так я думал, когда вытаскивал тебя оттуда.

- Точно, я ведь еще не поблагодарил тебя за мое спасение. - Уперев руки на колени, Кай в почтении склонил голову перед своим спасителем. - Я никогда не забываю о чести и теперь, я обязан тебе своей жизнью и буду подле тебя, пока не расплачусь за свой долг.

Клык лишь презрительно отмахнулся, приговаривая.

- Честь, это обычная брехня, для тех кто хочет показаться благородным воином, представление для дебилов, которые верят во все это. Всем плевать насколько хреново они поступили, кто будет осуждать того, в чьих руках оружие? Только другой такой же лицемер с оружием в руках. - Оскаливаясь Клык добавил. - Меня это просто бесит.

Кай, не поднимая головы, со спокойным лицом ответил.

- Извини Клык, но не все воины такие лицемеры, как ты о них говоришь. Мой брат говорил мне, "Если мир вокруг тебя погряз в грязи, то чистым будь ты." Мой брат постоянно говорил мне об этом, пока я не поверил в это. Я верю, что и ты когда-нибудь поймешь эти слова.

Клык еще сильнее оскалился смотря на упертого Кая, что продолжал склонять голову перед ним.

- К черту честь, мне нужны только деньги и слава. Как ты думаешь, эта чистота может появиться во Мне, алчном и тщеславном существе, которое интересуют лишь низменные желания! - Клык начал постепенно повышать голос. - Каждый которому я говорил о своих мечтах, думал только о том, как бы послать меня подальше! Видите ли они не доверяют мне, но в то же самое время они думают о том же самом! О том как бы поживиться за счет чужого труда! Такое чувство, что меня окружают одни лишь лицемеры, они притворяются благородными людьми, но на деле им нужны лишь деньги! Но стоит мне заговорить о своих мечтах, как они отворачиваются от меня, плюют мне в душу... Но все это просто брехня! Твою мать, блядь, как же меня это бесит! - Морда вервольфа наполнилось гневом, его пасть оскалилась и начала издавать тихие рыки, постепенно увеличивая свой тембр, превращаясь в гневный рокот. - Аааааа!..

Из-за выплеснувшихся за край чувств, вервольф начал чаще вдыхать воздух через разгневанную пасть. Руки сжимались сами собой от гнева, глаза дергались и метались, не зная во что выместить свой гнев. Кай поднял голову и откликнулся.

- Не может быть такого, что все кого ты встретил, разочаровали тебя. Неужели не было никого, кто стал бы тебе настоящим другом?

Клык отмахнулся, поубавив жар своих чувств, и ответил в грубой форме.

- Зря я рассказал тебе об этом, никто не должен знать об этом. Просто молчи и некому не рассказывай об этом. - Говорил Клык, попутно вспоминая одного человека... которого может назвать другом?

- Не беспокойся, почему-то я уверен, что долго не проживу. Чутье капризная штука.

- Нет. - Резко произнес Клык. - Ты не умрешь до тех пор, пока я не докажу тебе, что ты не прав. Твоя жизнь принадлежит мне и не тебе ею распоряжаться. Ты меня понял?

Кай иронично усмехнулся кивая в ответ.

...

В этот же день.

Остров Аркней.

Ставка Харальда.

Дождь, это последнее, что можно было ожидать при снежной и морозной погоде. Еще вчера на землю валил белоснежный снег, сегодня же без остановки льет дождь, превращая землю в холодное болото. Снег пропитывался влагой и намачивал обувь ледяной водой, отрицательно сказываясь на состоянии людей. Но северяне умудрялись не только терпеть такую погоду, но и работать под ней без устали. Буквально тысячи человек таскали бревна, утрамбовывали фундамент и возводили деревянные укрепления, не простые частоколы, а полноценные стены с крытыми галереями, что скрывали за собой мост ведущий прямо на малый остров, в главный лагерь.

Прямо на ряду с людьми, трудилась и другая человекоподобная раса, орки. Антропоморфные существа на первый взгляд походили на народ дальнего юга с такой же темной кожей, но приглядевшись, можно разглядеть рост, что был чуть выше человеческого. Уши вытянуты и стоят торчком, словно у народа верл, а их приплюснутые шнобели походили на носы летучих мышей. При этом никакой растительности на всей поверхности тела не имелось.

Такая их физиология хорошо отражается в их образе жизни. Орки и им подобные гоблины, их более мелкие родственники размером с хоббита, ведут преимущественно ночной образ жизни, для чего приспособлены их огромные глаза с вертикальными-кошачьими зрачками, острый слух и нюх. Все эти три органа чувств, давали им не бывалое преимущество перед противником, который оперировал только одним или двумя такими чувствительным органами.

Помимо того, эти орки довольно мускулистые, по сравнению с людьми, но их физические данные не является чем-то широко распространенным в кругу своей расы. Орки имеют три конкретных подвида, чем-то напоминающие муравьиную иерархию, первыми идут женские особи, главные представители во всех колониях и кланах без исключения. Женщины в обществе орков занимают особое место. В отличие от других рас, у орков женщины рождаются крайне редко и ценятся как вожди племени, лидеры кланов и просто знатные особы, только благодаря им, орочий род может продолжаться. А редкость женских особей компенсируется их плодовитостью и быстрым ростом их чада. Орочий младенец уже к десяти годам становиться взрослым и дееспособным мужчиной. Женщин орков среди солдат конечно же не возможно встретить ни при каких обстоятельствах, слишком уж они важны.

Следующие два подвида относятся только к мужским особям. Второй подвид представляет собой довольно простеньких рабочих, со стандартным телосложением, не худые, но и качками их не назовешь. Годятся для повседневного труда, обустройства жилой территории, строительства, ремесла, и благодаря своим обширным интеллектуальным способностям, занимаются наукой и тауматургией. Часто в рядах орочьей армии они предстают в должностях счетоводов, инженеров и боевых тауматургов.

А последний подвид, самый тяжелый и массивный представитель всей расы. "Орки-солдаты", так их и называют, мускулистые существа, ростом чуть выше человека, быстрые и подвижные, как ни странно занимаются охраной селений и особо важных персон, иногда отжатием особо лакомых земель у своего соседа, что может перерасти в целую континентальную экспансию, история знает сразу несколько десятков таких примеров. Благодаря таким историческим памяткам, в умах многих рас засел образ именно орка-солдата, что шел неумолимым строевым маршем на своего противника, поливая его различными чудесами военной инжинерии.

Солдаты, одни из самых кровожадных существ, что только можно встретить на Сапфире, из-за чего их образ намеренно очерняют другие недружественные им расы, впрочем это привычная практика для всех живых рас. В глазах простых крестьян или горожан людей орки предстают в образе сильных тупоголовых существ, что способны лишь махать своими алебардами и поливать добрых и хороших людей из артиллерии.

Но какими бы глупыми не казались орки-солдаты, они частенько проявляют светлость ума в военной сфере. Шарят за стратегию и тактику, строят прочные защитные фортификации, активно учатся на своих ошибках. В нынешнем обществе орков-воинов, нет и намека на феодальную лестницу или аристократический статус, что позволяет сконцентрировать огромные военные силы в руках главнокомандующего, что в нынешнее время считается довольно продвинутой практикой.

О продвинутости. Многие недружественные расы воспринимают орков как отсталое племя, игнорируя реальные факты их многочисленных достижений. Орочий народ оперирует передовыми на сегодняшний день технологиями ковки металла, заковывая своих солдат в прочные панцирные доспехи и вооружает качественным оружием. Не отстают от Фестуа и тем, что начали производить артиллерию и мушкеты в массовом количестве, которым активно вооружают свои армии.

Производят бумагу в огромном количестве, по массовости этого дела сравниваясь с Нихонской империей. Нихонские производители используют особое растение, растущие только на южном континенте, а орки живут далеко на севере, так что такая технология производства отпадает сама собой. Но орки не были бы орками, если бы не придумали что-то новое, благодаря сложной научной работе, они научились производить целлюлозу из любой растительности, что дало им большое преимущество в производстве бумаги.

Вроде бы обычная бумага, но обладает важной ролью в жизни многих народов. Переносить информацию куда легче на бумаге, чем на куске камня или коре. Дешевую бумагу могут купить почти все граждане у которых имеет хоть немного денег, а значит, есть потенциал для развития новых полезных для государства умов и даже уникумов. Дешевую бумагу так же любят и другие соседние государства, любят заключать контракты на многолетнюю поставку столь ценного ресурса, без которого современный мир уже не возможно представить.

Один такой орк-воин, прямо на себе носит все технические достижения своей расы. Панцирный доспех почти не снимается, лишь округлый монолитный шлем с полусферическим забралом покрытый множеством ровных отверстий, из темной стали и украшенный единственным металлическим поперечным гребнем, символизирующий о его командирском статусе, мирно лежал у стальных колен орка. На кирасе, из под которого торчали кольчужные полотна, на ремнях в кобуре покоилось пара пистолей, а в специальных ножнах стандартный орочий ятаган из все той же темной стали.

Этот орк мирно спал на импровизированном стуле, под седалищем лежало несколько хвойных бревен, что в изобилии росли на острове, а спинку заменила куча мешком наполненных землей, предназначенные для укрепления от пушечных ядер наполовину достроенной стены. Клыкастая пасть то разевалась то закрывалась в громком храпе.

Бездельником этот представитель точно не был, сейчас утреннее время, что для орков было как наступление вечера и уже многие из них валились с ног от усталости и сонливости. Существа, что совсем не привыкли к работе в дневное время, постоянно зевали и устраивали постоянные перекуры, чтобы отдохнуть, а кто-то даже умудрялся уснуть прямо на рабочем месте, пока люди северяне в отвращении оглядывались на уродливых, по их мнению, тварей и продолжали работу.

Сильный разлад между двумя расами в одном лагере, сильно тормозил работу и грозило задержать стройку еще на несколько дней. Но орки-воины, что занимались не свойственной для них работой уже выдохлись.

- Оооааа... - К внушительному орку подошел мелкий, и совсем крошечный по сравнению с ним, гоблин в льняных штанцах и голым торсом. Внешне, гоблин был тем же самым, что и орк, только помельче и горбатый, от чего казался еще меньше. - Ох милостивый господин военачальник... Прошу вас, проснитесь. - Гоблин говорил с приглушенным голосом и опасливым выражением лица, мягко говоря побаиваясь своего босса.

Крупный орк прекратил храпеть, откряхтелся и открыл залипшие ядовито желтые глаза. Потерев их, он начал оглядываться, оказывается уже начало светать, а его подчиненные солдаты все продолжают трудиться. Он уже догадался, что скажет гоблин, но позволил ему самому сказать об этом. Грубым и басовитым голосом орк главарь произнес.

- Че те, мелкий?

- Охх, босс, ваши солдаты уже устали, светает и они хотят отправиться на отбой... хе-хе-хе - Максимально почтительно говорил мелкий гоблин, смехом намекая, что это вовсе не требование, а просто напоминание. Лишь бы этот громила не вломил ему по первое число за нахальное отношение.

Скорее всего этого гоблина подослали сюда другие его соплеменники, путем жеребьевки. Каждый гоблин боялся просто подойти к своему командиру, не то что заговорить с ним, по этому этот гоблин, можно сказать, совершил настоящий подвиг для своих собратьев.

Поднявшись на ноги, орк потянулся в своих серых доспехах без яркой окраски, которое больше уклонилось в практичность. Затем дал короткую и предельно ясную для всех команду, но голосить во весь лагерь не стал, его самого клонило в сон.

- Отбой.

Гоблин, радостный оттого что он все еще жив, убежал разносить команду военачальника остальным. А сам командир прихватил командирский шлем и побрел в сторону своего шатра, охраняемая парой орков стражников во внушительных доспехах, с щитами и алебардами, в руках. Особенно выделялись их шлемы с продольным гребнем, сигнализирующий либо об офицерском статусе, либо о приближенности к генералу, стражники одним словом.

Те смирно стояли и не проявляли и намека на склонность ко сну прямо на рабочем посту. Похвально, подметил главарь и вошел в шатер молча пройдя мимо них. На улице орки сейчас не чувствуют особого дискомфорта, небо затянуто толстыми дождевыми облаками, солнце не могло пробиться сквозь них и ослепить глаза орков, да и сама холодная погода была только приятным бонусом для них. Все орки, что собрались здесь, родом с северного полуострова центрального континента, где постоянно выпадает снег.

Логично предположить, что раз уж эти орки живут в холодной среде, то должны иметь густую растительность на теле. Многие северные орки и вправду имеют густой волосяной покров, что хорошо защищает их от холода, так же и с северянами, что носят большие бороды и длинные волосы. Но история этих орков начинается даже не на центральном континенте, а на южном, откуда те иммигрировали под натиском кочевников Ойратов. Прошло несколько сотен лет и орки с юга хорошо прижились на севере, принеся с собой культуру и технологии своим северным собратьям.

Только главарь хотел скинуть с себя эти тяжелые доспехи и отоспаться, как острым слухом уловил хлюпанье стальными сабатонами по мокрому снегу. Главарь уже догадался, что выспаться ему уже не дадут. Снаружи послышался опасливый орочий голос.

- Господин Снаргр, есть донесение от нанимателя конунга Харальда.

Военачальник со злостью отбросил ткань, что ограждала его от подчиненного, тот приклонив колени ждал своего вождя. Докладчик даже облачился в доспехи, видать приготовился к тому, что может получить сильных тумаков от начальника. Снаргр зло посмотрел на солдата и проорал на него.

- Барзод тебя дери, чего этому конунгу от меня еще надо! Я организовал оборону, построил стены, о боги чего ему еще надо?!

Военачальник, как лидер наемной армии, рассчитывал на стандартное столкновение в рыцарями "Голубой крови" и войсками из Фестуа. Но по прибытию понял, что оборона мелкого острова внутри большого острова, просто никчемна. Харальд и сам это понимал и заставил воинов строить новые укрепления у берегов реки, дабы защитить мосты, по которым можно попасть на малый остров. Такое дело больше годилось для орков-строителей и Снаргру стоило мягко отказаться от такой затеи, но денег было заплачено настолько много, что они просто не могли отказаться.

Докладчик дернулся и быстро проговорил сквозь шлем.

- Это касается строительства стены.

- Ежели он желает знать об этом, так чего же других не спросит, тут полно северян и орков! Все они строят стены, вышки и ворота! - Злые глаза вновь пали на голову докладчика тяжелым грузом, не поднимая головы он продолжил.

- Наниматель Харальд сказал, что хочет видеть вас лично.

От ярости Снаргр поднял голову к небу и начал качать ей, не зная куда деть накопившиеся эмоции. Прорычав сквозь клыки, Снаргр надел шлем на голову и отдал приказ.

- За мной.

Докладчик с опущенной головой отошел в сторону, пропуская военачальника и его двух стражников мимо себя.

Трое внушительных орков зашагали в сторону моста прямиком через грязное болото, что когда-то было просто чистым берегом припорошенный мелкими камушками. Поднявшись на хвойные доски моста, Снаргр и его свита, направились на малый остров по среди реки.

По пути военачальник раздумывал о своем вызове. Наверняка снова не разобрался в еще одном пункте о планах обороны мелкого острова. План который разработал Снаргр, был просто безупречен, его планы учитывали самые худшие исходы во время обороны. Стены строились в три слоя, внешние деревянные частоколы скрывали внутри себя земляные засыпи, что хотя бы немного могло защитить от выпущенных орудийных ядер. Крытые галереи защитят бойцов от стрел и слабых заклинаний тауматургов, а если разместить туда стрелков с мушкетами, то это создаст дополнительный деморализующий фактор для нападающих.

Снаргр так же притащил с собой с десяток орудий, но что бы эффективно ими пользоваться, нужно обустроить для них хорошие позиции. На стены такие тяжелые хреновины не поднимешь, пришлось бы строить более внушительные стены и поднимать на них тяжелые орудия, это могло занять куда больше времени чем у них есть. Снаргр долго не думал и оставил пушки прямо на земле, но с некоторыми нюансами, в стенах проделали специальные пушечные бойницы, благодаря которым они могут обстреливать противника на средней и ближней дистанции.

Снаргр, пока думал, даже не заметил как оказался на малом островке, что кишел людьми, причем не только мужчинами, но и женщинами с детьми. Женщины с детьми находятся прямо в эпицентре будущей битвы, а мужчины северяне вели себя так, будто бы это нормально, но только не для орков. Они каждый раз удивлялись, когда видели на поле битвы человекоподобных женщин, ладно если в бой идет за тот или иной город, там женщины будут в любом случае, но бывали случаи когда эти мягкие создания пребывали в тылу в качестве отрядов снабжения и лекарей.

Но северяне пошли дальше всех в своей расточительности, женщины в их обществе стоят на ряду с мужчинами как воины. Для простого орка это шок, они бы никогда не позволили бы себе такое расточительство потенциалом размножения. Снаргр до сих пор удивлялся такими не дальновидными действиями, ладно мужики, их много и пусть дохнуть целыми армиями, для народа орков это погоды не сделает, но женщины в бою, никогда.

Пройдя еще мимо нескольких варварских хижин из хвойного дерева и крышами из мха, свита вышла к столбу из толстого ствола дерева, вкопанному в мокрую грязь, превращенную в месиво варварскими ногами. Варвары отличаются своим нравом похищать людей и превращать их в рабов. Несколько таких оборванцев веревками были привязаны к этому столбу. Внешне они уже исхудали от длительной голодовки, их некогда отличная городская одежда превратились в грязные лохмотья.

Прошло лишь несколько дней с момента их пленения, но некоторые из них уже окочурились от суровой холодной погоды, распластавшись на земле у столба прямо рядом со своими соплеменниками, что с ужасом поглядывали на своих мертвых соратников.

Хладнокровно пройдя мимо них, Снаргр направился в медовый зал, конструкцией напоминавший днище огромного перевернутого драккара. Харальд и его подчиненные ярлы обычно находятся там, постоянно обсуждают какие-то там планы, но к решительным результатам они никогда не приходили. Снаргр считал каждого из ярлов тупоголовым идиотом, неспособным трезво оценивать ситуацию. У них нет опыта в битве против организованных войск, и продолжают мыслить как варвары. Да, это слово как ни что другое характеризует их отсталое племя, варвары.

Не будь у Снаргра хоть какое-то представление о чести, то избавил бы варваров от их мучений и забрал бы все их ценности, тем самым принеся пользу своему народу. Убил бы двух зайцев так сказать. Варвары не страдают, его народ ликует, а его самого восславляют. В таком случае трех зайцев Снаргр точно убил бы.

Подойдя к двойным дверям, хускарлы, что стояли на страже отошли в стороны, но открывать двери военачальнику не додумались, орк строго оглядел людских воинов. Снаргр принципиально не стал самостоятельно открывать двери, нужно было сохранять статус командира армии, поэтому отдал приказ своим стражникам открыть двери. Махнув рукой, те сразу же подошли к дверям и открыли их. Снаргр зашел внутрь, за ним его стража.

Как только двери захлопнулись, в длинном и широком помещении сразу стемнело, окон не было, их заменяли факела, что выстроились вдоль всего зала, но они ни как не могли полностью отогнать и развеять темень. Подойдя к дощатому столу, он взглядом начал искать конунга и глазами зацепился за огромного человека с суровым лицом и перекинутым через плечо шкурой белого мордвара. Конунг спокойно сидел на деревянном троне за столом, держа какой-то свиток в руке.

- В чем дело, наниматель?! - Проговорил Снаргр, попутно шагая в сторону конунга. - Что могло вас так напугать, что вызвали лично меня.

Конунг отреагировал на неосторожно подобранное слово, глаза налились взглядом грозного хищника, готового напасть на добычу в любую секунду.

- Выбирай выражение, орк.

Военачальник с недовольством поправил собеседника.

- Снаргр, мое имя Снаргр.

Конунг проигнорировал это, и поведал о причине его визита.

- Взгляни лучше на это, - Сказал Харальд и кинул на стол свиток, что был в его руке. - это оружие, которое Фестуанцы тащат за собой, для штурма укреплений. Хочу знать твое мнение.

Снаргр, первым делом сел за скамейку, снял шлем, положил его на стол и деловито развернул интересный свиток. Развернув его, орочьи глаза широко раскрылись и казалось от прежней сонливости не осталось и следа. Конунгу такая реакция не понравилась, но потом он тоже удивился, но уже от реакции самого Снаргра. Тот с начало захихикал как сумасшедший, потом не стал сдерживаться и заржал, бил кулаком по столу как не в себя задыхаясь от нехватки воздуха в легких. Еле-еле взяв себя в руки, Снаргр заговорил.

- Хе-хе-ХА-ХА-хе-хеее... Фух... Мда, рассмешили же вы меня...

- Что тут смешного. - Произнес конунг, требуя объяснений. Снаргр томить не стал, пододвинул сверток поближе к конунгу и заговорил.

- Эта огромная пушка полная брехня, король Фестуа по приколу сделал ее, потому что у него член маленький!.. Ха-ха-ха... - Военачальник не сдержался и вновь начал ржать, задыхаясь он продолжил. - Еще хе-хе... эта херовина, медленная как морская черепаха на земле, даже медленнее... понимаете!.. Фух... Вообщем, что я хочу сказать, пушка настолько кривая, что даже косоглазый орк по точнее будет, да пусть хоть в упор к стене прислонят, все равно промажет. Медленная как старая кобыла, заряжают ее так же медленно. Я вообще удивлен, что эти Фестуанцы решились притащить этот кусок металлического говна сюда, где ее хер развернешь! Тут скалы, холмы, болота, леса... совсем придурки поди!

Снаргр со смешком прикрыл расхохотавшуюся пасть, лишь бы не сорваться, попутно разглядывая кривой но вполне наглядный рисунок огромной "Королевской пушки", которую волокут с десяток бедных лошадей.

- Значит, ждать угрозы от этого орудия не стоит?

- От пушки нет, а вот его командира лучше остерегаться. Альфред длю Флямоа... сложные же у них имена. Этот человек наверное придумает как использовать эту хренотень так, чтоб всех размазало, но честно я сам без понятия как эту громадину можно разумно использовать. - Задумчиво проговорил Снаргр, обдумывая разные варианты возможного исхода событий, связанные с "Королевской пушкой".

- Что насчет Филипа?

- Рыцарь чтоль, тут тож самое. Рыцари на лошадках кататься любят, а лошадки любят бегать по равнинам, но тут никаких равнин нет, так что их лошадки бесполезны... Хотя, - Военачальник резко замолчал, призадумался и выдал свое предположение. - они бы хорошо подошли для защиты этой пушки, быстро среагируют и отобьют атаку в случае чего. Но у них доспехи больно хлипкие, мушкетный выстрел они не выдержат, я бы больше беспокоился о рыцарях из графства Герпшир.

(Графство Герпшир находится восточнее от Сомерсета и граничит с орочьими владениями на полуострове. Герпшир технически продвинутая страна сравнимая по развитию с орочьим народом. Активно оснащают свою армию продвинутым стрелковым оружием и артиллерией, строят дрянные корабли с мощными лопастями на хвосте, иногда заковывают их в стальные листы.)

- Вот у них доспехи покрепче будут, да и пушки у них имеются. Я бы на вашем месте опасался именно Герпширских пистолеров, нежели Сомерсетской конницы. А вот флоты из Форсета могут помешать вашему подкреплению, а могут и в щепки разнести его, точно не знаю на воде вообще мало сражался.

- Что ты можешь сделать, если они направят в сторону подкрепления свои флоты?

Снаргр немного подумал, почесал репу и пожимая плечами ответил.

- Ничего. Мы приплыли на грузовых кораблях, они медленные и за кораблями Форсета просто не поспеют. А орудий все навсего десяток пушек, зато мушкетов полно, но этого мало. Так что я ничего не смогу с этим поделать, главное чтоб враг не прознал о подкреплении, иначе все за зря. Вы сдохните, мы сдохнем, все сдохнут.

- Понятно, я услышал все что хотел. Свободен.

Снаргр укоризненно посмотрел на Харальда, что обращался к нему в очень грубой форме.

"Сраный говна кусок." - То и дело возникало в голове Снаргра. - "Чтоб я сдох, если снова буду сражаться с северянами на одной стороне."

...

Близ гор Ибусуки.

Тридцать с лишним точек быстро скользили по воздуху, стремительно приближаясь к одинокой заснеженной горе. Одеяния боевых тауматургов тряслись и наполнялись воздухом, доспехи быстро остывали на ветру, но это им вовсе не мешало. Еще до вылета, тауматурги из группы МБФ наложили на себя заклинание защищающее их от холодной стихии. Так же поступили и с двумя вервольфами, что летели в центре формации на двух эфирных плитах. Защита от простого природного холода не понадобилось только двум кованым, что возглавили группу и скользили по воздуху впереди.

Клык сидел на плите с совершенно спокойным видом, не подовая никаких признаков волнения и сомнений. Но изредка он посматривал вниз, на землю, прямиком через полупрозрачную плиту на которой сидит. В голову тут же закрадывалось беспокойство свойственное каждому живому существу. Иногда вервольф даже подергивался, когда мысли насильно начинали выдумывать маловероятные события, по типу: Что если эта плита исчезнет и тогда Клык просто упадет вниз и превратится в лепешку, а что если вервольф попросту соскользнет с плиты и результат тот же.

Клык не сильно доверял этой магической плите, но вполне верил Хорасу, который в таком случае сможет быстро отреагировать и помочь вервольфу. Не давало ему покоя лишь тот факт, что Клык сам задолжал Хорасу одну свою жизнь...

Хорас спас Клыка, по факту, ценой собственной жизни. Раньше он считал всех кованых бесчувственными машинами, не испытывающие никаких сожалений, не имеющие никаких понятий о чести или корысти, но сейчас Клык понял, что все куда сложнее, чем он думал. Хорас рискнул собой ради вервольфа, хоть и хорошо осознавал важность собственной жизни. О чем он вообще думал, когда поступал так, не понятно, но кое-что стало яснее. Клык ощущал себя глупо, в голову вгрызались чувства неправильности собственных суждений.

Неужели существуют создания, движимые чистыми помыслами, разве такое возможно? Клык до сих пор не мог понять, правда ли, что Хорас и правда желает только добра всем на свете или просто притворяется? Клык хотел верить в это, верить в то, что Хорас действительно чувствует вину за убийство своих братьев по расе и хочет искупить эту непомерно тяжелую вину.

А Кай, с ним еще ни все понятно. Он хоть и обещал отплатить с полна, за спасение своей жизни, но простым словам Клык верить не собирался. Если у тебя есть принципы и убеждения, то ты должен показать преданность этим суждениям на деле. Иначе, это просто слова, не имеющие никакого веса.

- Ты чего, высоты боишься?! - Из-за ветра голос постоянно сбивался, Каю пришлось повысить голос, лишь бы Клык его услышал. Только его еще не хватало с его внимательностью.

- Я ничего не боюсь! - Гордо заявил вервольф, высокомерно отводя взгляд от Кая.

- Ха-ха-ха - Кай в свою очередь весело рассмеялся. - Все так говорят, пока не встретятся со своими страхами лицом к лицу! Но можешь не бояться, я буду рядом, ни один клинок тебя не коснется!

- Да пошел ты! - Клык слегка оскалился, чувствуя унижение в его словах. - Мне не нужна защита, я могу постоять за себя самостоятельно! Даже не вздумай помогать мне!

- Ха-ха-ха, можешь не беспокоиться! - Как-то двузначно ответил Кай. Клык собирался сказать еще что-то, но тот уже смотрел вперед и не слушал его, что только сильнее его злило.

Клык отдернул взгляд и посмотрел вперед вглядываясь вдаль, пытаясь не думать о злости. Гора, называемая Ибусуки, быстро приближалась, все сильнее и сильнее увеличиваясь в глазах. Рельеф становился четче и яснее, мелкие детали, такие как резкие склоны, выступы и обрывы, становились различимы. Но вершина все так же оставалась скрыта от чужих глаз за высокими снежными облаками, где бушевала буря, сметая слабых путников с дороги и сбрасывая их со склона скалистой горы.

Вокабулятор Хораса заработал и тот заговорил.

- Вижу. Противника. - Командно произнес тот, после которого Клык вгляделся вперед, пытаясь разглядеть хоть кого-то, но попытки оказались тщетны.

- Враг. Использует. Заклинание. Невидимости. - Тут же пояснил Кэйташи, только двое этих кованых могли увидеть врага своими всевидящими глазами.

- Я. Их. Встречу. - Сказал Хорас и в следующее мгновение телепортировался, исчезнув из виду.

Точные расчеты говорили, что группа вражеских тауматургов состояла из семи человек на расстоянии примерно пяти миль от движущейся группы МБФ. Простыми глазами их хоть и невозможно было увидеть, но один оставшийся кристалик-окуляр Хораса, прекрасно видел их через маскировку. Появившись прямо перед ними, культисты заметно испугались при виде кованого, но преодолев свой страх, напали на одинокого Хораса.

- Призыв шикигами! - Прокричало трое из них, одновременно подбрасывая в воздух прямоугольные бумажки с пентаграммами на них. Вырвавшись из рук оммедзи, местных тауматургов, и поднявшись в воздух, те засветились ярким белым светом. Меняя форму, прямоугольные бумажки начали быстро расти и обрели птичьи формы.

Заклинание, произведенное этими культистами было невероятно медленным, кроме того они использовали голос, для его активации. Такой практикой занимаются только совсем неумелые тауматурги, не способные хорошо сконцентрироваться на процессе формирования заклинаний. Впрочем, Хорас позволил им закончить начатое, желая увидеть результат их стараний.

Одна птица походила на огромную сову с человеческим ртом вместо клюва и каменной маской на лице. Обычно птицы внушают спокойствие простым людям, которые наблюдают за ними, но этот шикигами с человеческим ртом выглядел пугающе, в отличие от другой птицы. Вторая бумажка превратилась в белоснежную цаплю с бархатными золотистыми перьями на веерном хвосте и голове на длинной вытянутой шее, в то время как глаза налились кровью. Его божественный образ вызывал искренне благоговение простаков, но были равнодушны те, кто мог призвать столь прекрасное существо себе на помощь.

Третьим шикигами оказалось человекоподобное существо в дорогих пышных одеяниях, обильно украшенные золотыми-красными шнурками и белыми помпонами. Из-за спины этого существа развевалось пара маленьких вороных крыльев, которые являлись скорее украшением, чем функциональными конечностями. Пара золотистых глаз проглядывались сквозь контрастирующую ярко-красную маску с длинным тонким носом, белыми бровями и густыми усами.

- Познай же "Свет Солнца"! - Прокричал один из оммеджи с нескрываемой гордостью в голосе и высокомерием в глазах.

Нити ментальной связи заколебались, передавая мысленную информацию от оммеджи к шикигами. Получив приказ белоснежная цапля начала светиться ярким светом, концентрируя в своем теле огромное количество энергии. После этот свет начал скапливаться на кончике клюва, превратившись в маленькую звезду, что своим светом заставило простых людей жмуриться из-за боли в глазах. Цапля издала гортанный каркающий звук, чего не ожидаешь от богоподобного существа, но после этого рокота, маленькое солнце отправилось к Хорасу.

Кованому знакомо такое заклинание, вообще существует мало заклинаний, которые были бы неизвестны кованым. Такое заклинание способно за доли секунды сжечь тысячи простых органиков. В Хорасу заиграл азарт, ему стало интересно, насколько сильным будет это заклинание.

Хорас оставался на месте, все что он сделал, это возвел барьер вокруг себя и дожидался, пока заклинание не сработает. Так называемое заклинание "Свет Солнца" коснулось полупрозрачной стенки своими волосками света, напоминавшие маленькое существо с прямой и мягкой шерстью. В эту же секунду, вся накопившееся энергия высвободилась и начала обволакивать защитную сферу белыми шелковыми нитями, до тех пор пока он не начал напоминать кокон божественной бабочки или же еще один белый бриллиант зимнего космоса.

Шелковые нити, сотканные словно из самого света, начали сжиматься, пытаясь расплющить кованого, но барьер никак не поддавался и даже не изменил свою форму. Нити начали трескаться и лопаться, а редкие оборванные пряди легкими движениями опадали, уносились ветром и растворялись в воздухе распадаясь на белые искры.

Совершенно не ожидая такого исхода, оммеджи в удивлении раскрыли свои глаза и пооткрывали рты. Неверие и отрицания наполнили их разумы, когда они увидели, как кокон начал увеличиваться и дойдя до своего предела лопнул как мыльный пузырь. Тысячи лопнувших прядей были унесены ветром, бесследно исчезая по пути. Как только шелковая пелена спала, глазам показался кованый лишенный части лица, но заклинание божественной птицы не нанесла ему никакого урона.

- Н-не может быть... - С дрожащим голосом проговорил один из оммеджи.

Другие моментально подхватили его страх. Их руки затряслись от страха а глаза застыли, не смея отводить от кованого свой взор.

- И. Это. Вы. Называете. "Свет Солнца"? - Сказал Хорас обычным тоном, но сейчас этот голос обрел новые пугающие краски для врага.

Двое призывателей в панике отдали приказ своим фамильярам.

- Д-дух тенгу, нападай! Уничтожь его!

- Нуэ! Разорви его!..

Крылатый тенгу вытянул руки, в которых материализовалась тати с золотым цветком вместо гарды и красным изогнутым лезвием. Мелкие вороные крылья задергались и тенгу неожиданно быстро понесся на кованого, замахиваясь на него саблей. Движимая мощной рукой могучего тенгу острие клинка начало падать на голову кованого, которое остановилось на пол пути к своей цели. Хорас схватился за лезвие голыми руками и тисками сжал его, не позволяя тенгу вырвать свое оружие из его нерушимой хватки. Шикигами тенгу сильное и могущественное в физическом плане существо, превосходя простых органиков, и пожалуй, даже сервитам пришлось бы с ним сложно, но все его потуги вырвать саблю из руки кованого оказались совершенно бесполезны и Хорасу просто надоело смотреть на слабое и жалкое существо.

Притянув меч ближе, за которым последовал сам тенгу, Хорас разогнал руку и сложив ее в форму копья, бросил в грудь тенгу. Пальцы впились в кожу шикигами и неумолимо продолжили разрывать плоть и ломать кости, пока рука не вышла из-за спины тенгу, попутно прихватив с собой его сердце. Стальная рука полностью обливалось кровью, а сердце еще билось и истекала кровью из разорванных артерий.

Тенгу издал тихий протяженный гул и закашлялся кровью, что стекала с его подбородка. Руки моментально ослабли и отпустили рукоятку меча, что исчезла в воздухе. Хорас сжал бьющееся сердце, выжимая из него всю оставшуюся кровь и превращая его в фарш. Еще живой тенгу дернулся в последний раз и начал виснуть на руке Хораса, свесив руки и ноги к земле.

Хорас опустил руку и мертвое тело само соскользнуло, отправившись на встречу земле. Сова-подобное существо с уродливым лицом, именуемое Нуэ, взмахнуло крыльями и спикировало на кованого, выставив вперед пальцы с огромными орлиными когтями. Хорас спокойно стоял и смотрел на эту птицу, вытянул руку немного вперед кистью к земле и образовал под ним желто-песчаного цвета тауматургический круг, после чего поднял руку вверх, будто бы собирался поднять тост. Но как только шикигами приблизился к Хорасу вплотную, снизу что-то сбило его с огромной скоростью. Оммеджи не успели разглядеть, что это было, но подняв шокированные глаза вверх, увидели цилиндрической формы кусок земли, который протаранил Нуэ, разломало ему кости, расплющило в мясо и моментально убило его.

Труп птицы и кусок земли пронесся между кованым и культистами, на пути обратно к земле.

Последним шикигами осталась только божественная цапля. Хорас смотрел на нее так, словно она бросила ему вызов, который он не против принять.

- Я. Покажу. Вам. Что. Значит. Настоящий. Звездный. Свет. - Величаво проговорил Хорас и торжественно раскинул в стороны руки, готовясь показать им всю мощь космической тауматургии. - "Свет Желтой Звезды."

Тело кованого начало белеть от нарастающей температуры, стальные пластины засветились белым и сменились желтым ослепляющим и обжигающим светом. Хорас, все равно что превратился в ядро солнца, генерируя огромное количество энергии и высвобождая его в виде желто огненного шара. В торопях те начали накладывать на себя защитные заклинания, это ослабило поражающий жар, но не спасло их от вспышки спровоцированной самим Хорасом.

Оммеджи в остолбенении и с ужасом в глазах смотрели как желтое солнце стремительно увеличивалось, поглощая культистов в свои огненные объятья. Не успела корона звезды коснуться оммеджи и божественной цапли, как те буквально испарялись в воздухе, их одежда, кожа, мышцы и кости исчезли, не оставив после себя даже пепел. Звезда увеличивалась пока не достигла предела, не начала редеть и не растворилось в воздухе по велению Хораса.

Белый накал быстро остыл и вместе с желтой звездой просто на просто исчез. Хорас опустил руки и быстро отсканировал округу на наличие врагов, убедившись в безопасности маршрута, Хорас обернулся и посмотрел на приближающуюся группу.

Кэйташи и остальные быстро приближались и уже начинали обгонять Хораса, тот присоединился к ним, продолжив движение.

- Твою мать... мои глаза!.. - Проорал Клык потирая ослепленные глаза.

- Клык. Ты. Смотрел. На. Меня. Во. Время. Вспышки? - Спросил Хорас.

- Да блин... я охренел просто, твою мать... теперь я нихера не вижу!.. - Жалобно прокричал вервольф, не в силах оторвать руки от больных глаз.

Хорас молча подлетел к Клыку и протянул к нему руку. Зеленый круг источал слабое свечение, падающее на волчью голову вервольфа. Хорас приговаривал.

- Не надо. Было. Смотреть. Ты. Получил. Травму. Прямо. Перед. Еще. Более. Тяжелой. Битвой. Постарайся. Так. Больше. Не делать.

- Да, конечно, блядь... я в ахуе честно говоря... - Внезапно, когда Хорас убрал руку, Клык почувствовал облегчение и открыл глаза. - О, хера... глаза больше не болят. - Клык недовольно посмотрел на Хораса, чувствуя еще больший долг на своей душе. - Спасибо.

- Не за что. - Ответил Хорас.

- Мы. Приближаемся. - В разговор вмешался Кэйташи, указывая в сторону горы Ибусуки.

Склон горы постепенно скрывался под группой, все увеличиваясь и возвышаясь в глазах людей. Когда в лицо подул холодный ветер, группа начала набирать высоту. Двигаясь вдоль склона и ныряя под густые облака, свет начал быстро гаснуть. Клык занервничал еще сильнее.

- Эээ, как бы, нам надо долететь прям до самой вершины, так ведь? - Кай Хотел ответить на вопрос, но Клык добавил еще кое-что. - Пожалуйста, скажи "нет". - Умоляюще произнес вервольф, смотря на своего собрата по расе.

Кай слегка улыбнулся.

- Хе... боюсь я тебя разочарую. Приготовься. - Сказал он и сильнее вжался к эфирной плите.

Клык с беспокойством в глазах посмотрел с начало на Кая, затем перевел взгляд смотря как штормовые облака и тьма скрывающая под ними сгущалась. Последовав его примеру, вервольф сжался в плиту, а на землю и вовсе предпочел не смотреть. Не желая словить сердечный приступ.

Ветер стал леденящим тело ураганом, в котором все больше и больше появлялись снежинки, облепляющие шерсть вервольфов. Солнце исчезло в облаках, сменившись белой и непроглядной мглой, спрятавшая за толстым туманным снегом небо и землю. Чудо, что среди них были кованые, прекрасно ориентирующиеся в таких сложных условиях.

Голова сама по себе начала кружиться и даже было не понятно почему, до этого в полете Клык чувствовал себя более чем отлично, если не учитывать боязнь высоты. Может быть это из-за бури? Хотя Клык частенько застревал в снежных буранах и все равно не чувствовал никаких неудобств.

- Чет мне херово! - Протянул Клык, в надежде что Кай сможет пояснить эту ситуацию. И он был прав, Кай начал говорить.

Повысив свой голос еще сильнее, перешедший в крик, голос вервольфа смог преодолеть ветреной барьер, что заглушал всякие звуки глубоким завывающим свистом.

- Похоже мы поднялись уже достаточно высоко! Воздух здесь разряжен, дышать трудно! Так что держись крепче!

Этого только не хватало, высота и недостаток воздуха, самые худшие условия которые только мог себе представить Клык. Ладно холод и буран, к ним Клык привык, но вот горы он никогда не любил, по ним сложно перемещаться, падать очень высоко, и к ним присоединился еще один пугающий его фактор.

А вот люди МБФ чувствовали себя намного лучше чем Клык или Кай. При помощи продвинутых заклинаний, они смогли уберечь себя от всех негативных последствий подъема на огромную высоту, чего не могут добиться простые теурги, которых отправляли на разведку. У них бы просто не хватило сил для столь сложного пути.

- Я больше никогда не полезу в горы. - Проговорил Клык про себя. - Блядь... ща сблюю... - Вервольф закрыл рот руками и сгорбился из-за тошнотворных позывов. - Хорас, сколько там еще?!

Кованый слегка повысил громкость голоса и лаконично ответил.

- Мы. Уже. Прибыли.

После его слов, через толщу снега в буране начали проглядываться очертания рукотворного труда. Люди, что работали над этим местом, были крайне радикальны, настолько, что умудрились продолбить скалу и разделить ее на две части, напоминающие открытый клюв ворона из которого высилась огромная глыба камня, на которой нацарапаны непонятные иероглифы. Но подойдя ближе, за глыбой начали виднеться облепленные снегом стены, а когда взор прояснился еще сильнее, Клык в изумлении открыл пасть.

Его хищным глазам открылось чудо. Огромный величественный храм одиноко стоял на холодной и мертвой вершине горы, окруженный крытыми коридорами из красного дерева. Энряку-дзи напоминал собой квадратный бастион с башнеобразным строением поднявшийся до кончиков "клюва ворона". Храм стоял на толстых стенах из все того же красного дерева, фундамент которого завалило сугробами. Несколько ярусов конусообразных крыш ломились от толстого слоя снега и бурана, будто бы вот-вот и вся черепица сорвется и полетит вдаль вместе с ветром.

Столь грандиозное строение не могло обойтись без украшений, сквозь бурю Клык заметил золотистый блеск на глиняных углах крыш. Золотые ягуары и тигры стояли на страже святого места. А перед храмом на земле ровным строем стояла целая сотня каменных воинов, в доспехах и с копьями в руках, по пояс утонувшие в снегу, но при этом охраняющие огромные подкованные сталью двери, ведущие внутрь храма.

Клык искренне восхищался Нихонским храмом. Сколько же людей положили свои головы, чтобы построить и затем возвести это место, сотни, тысячи? Клык не знал, но глубоко внутри себя восхищался этими людьми, что ценой своей жизни построили Энряку-дзи, отражающий величие и непоколебимость их духа. Но его благоговение быстро сменилось беспокойством, когда на земле перед храмом он начал замечать огни, зажигающиеся всеми цветами радуги.

В следующий миг в группу полетело множество заклинаний, молнии, сосульки, воздушное лезвие, каменные осколки и прочее. Единственная идея которая могла прийти в голову при такой ситуации, это спрыгнуть на землю, но высота была все еще слишком большой и гарантировала мгновенную смерть при падении. Клык предпочел остаться на эфирной плите, и не зря.

Двое кованых не просто так шли во главе формации. Все запущенные заклинаний врезались в огромный плоский барьер, возведенный обоими коваными разом. Ограда никак не отреагировала на атаку культистов, будто бы ничего и не было. Затем последовал быстрый приказ Кэйташи.

- Спускаемся.

По приказу все тауматурги начали резко снижаться, Клык, Кай и Хорас последовали за ними вслед. Кэйташи остался в воздухе, прикрывать наступление мощными заклинаниями в ответ врага.

Как только их ноги коснулись холодной земли и погрузились в сугробы, в культистов с воздуха от Кэйташи полетел шквал из каменного дождя, летящие со скоростью запущенной пули. В мгновение ока все враги собравшиеся у дверей храма были изрешечены.

- Путь. Свободен. Работаем. По. Плану. Я. Лидирующий. Кэйташи. Замыкающий. На. Вас. Прикрытие. - Быстро проговорил Хорас план действия, который он объяснял еще утром, распределив важные роли.

Кованые, как самые могущественные существа в группе разбирались с самыми тяжелыми противниками, а всем остальным выпала роль прикрывающих, уничтожая более мелкую рыбешку. Кровь внутри Клыка начала вскипать в предвкушении предстоящей битвы. Как же давно он не сталкивался в сражении с противником который норовит убить его. От волнения Клык даже слегка заулыбался. Огромная глыба с иероглифами стояла за их спинами, так что по сути ничего не мешало им войти внутрь храма прямо сейчас. Обнажив цвайхендер, Клык побежал по сугробам за Хорасом, а за ним Кай и все остальные.

По мере продвижения, ломящий ветер стихал, а сугробы убывали. Группа встала на твердый камень припорошенный тонким слоем снега, но где-то в двадцати шагах от дверей Хорас внезапно остановился, будто бы увидел что-то. Клык по его примеру так же начал рассматривать храм вдоль и поперек, подозрительными ему показались только сотня каменных воинов и тигры с ягуарами на углах крыши.

Хорас развернулся и внимательно посмотрел ему в морду.

- Что такое? - Поинтересовался Клык, но вместо слов, Хорас протянул к нему руку, в которой тут же появилась булава, только потом он сказал.

- Если. Не хочешь. Испортить. Свой. Меч. Используй. Его.

Клык в недоумении взял булаву в руку.

- Зачем, пади статуи оживут? - Шутливо произнес вервольф, но посмотрев в глаз Хораса, понял, что угадал.

Его зоркие глаза начали напряженно смотреть в сторону каменных статуй, ожидая их пробуждения. Хорас поверунался к Каю и так же протянул ему булаву, но тот отказался.

- Похоже ты, Хорас, недооцениваешь мои силы. Я хоть и ослаб, но тебе не нужно беспокоиться об остроте моего оружия. Техники, которыми я владею, оттачивались лучшими мастерами на протяжении тысячелетий. Что бумага, что плоть, что сталь, что камень, для моего клинка все одно. - Хвастливо ответил Кай, отнекиваясь от булавы.

Хорас смотря на Кая сказал, попутно убирая оружие в карманное измерение.

- Будет. Интересно. Взглянуть. На. Это.

Огромные двери распахнулись с легкостью мелкой калитки, их вообще должно было сорвать с петель, но те уверенно держались. Из храма вырвался сгусток голубой энергии, который разделился на сотни прядей, что направились к каждой статуи при храме. Сгустки впитывались в каменные тела воинов и в золотых тигров.

- Принять. Боевую. Формацию.

Приказал Хорас, после которого боевые теурги отточенными движениями встали в ровную шеренгу. МБФсовцы согнули левые локти, будто бы держа воображаемые щиты, и создали тауматургические круг, сразу сменившиеся настоящими прямоугольными щитами.

В это же самое время, каменные и золотые глаза статуй загорелись голубым светом. Сотни огоньков направили свой взор к мелкой группе из тридцати с лишним существ. Каменные воины, двигая своими конечностями, осыпались мелкой крошкой. Тигры и ягуары судорожно задергались, примеряя на себе новые движения, пока не начали двигаться ровно и плавно, подобно настоящим хищникам.

Звери начали спрыгивать с крыш на холодную землю, каждый свой прыжок сопровождая звуком гнущегося металла и тяжелым топотом. Воины, стоявшие на страже храма, впервые за все свое существование начали ходить. Те медленно подходили к отряду кованых, ощетинившись копьями.

Морда Клыка расплылась в жуткой улыбке, открыв пасть тот заорал во всю глотку.

- Наконец-то!.. Да начнется БИТВААААА!

Тень 16.

Высокий воин в черных доспехах шагал по холодному полу внутри храма. Каждое его движение было наполнено уверенностью, ступал он спокойно и не торопливо, руки расслаблены, а взгляд источал внутреннюю твердость и непоколебимый характер. Толкнув двери перед собой, Селафиил вошел в огромный молитвенный зал, поглощенный тьмой.

Его своды обвешаны черными и красными дощечками с молитвенными иероглифами на них, сотни погасших ритуальных фонарей без дела были развешаны по стенам и потолке зала. Ни какой мебели, только подушки для молитв были выстроены десятками рядами перед главным святилищем этого храма.

Даже сквозь темноту было сложно не разглядеть эту статую. На другом конце зала стоял внушительный гранитный постамент, на котором возвышалась бронзовая фигура позолоченного человека в простом кимоно. В одной руке он держал традиционную катану, а в другой составной лук кочевников с западной части континента. Над этой статуей трудились лучшие мастера которых только видела Нихонская империя. Каждая деталь статуи выверена хирургами, что хорошо разбирались в анатомии, а одежды создавались искуснейшими художниками и кузнецами. На первый взгляд казалось, что эта статуя и вовсе живая. Но подойдя ближе, можно было убедиться в обратном, на месте где должна быть голова, не было ничего, лишь искореженный металл на оставшейся шее, словно кто-то грубой силой вырвал голову от тела. Сама же голова лежала подле самой статуи, проломив деревянный пол одним своим весом.

Рядом с этой головой стояли три темные фигуры, одного из них Селафиил узнал сразу же, это был Габриэль, но второй и третий были новенькими. Разглядеть их внешность не составило труда, направившись к ним, Селафиил подметил их облики.

Один из них был пухлого телосложения с высоким ростом, но все еще не дотягивал до Габриэля или Селафиила. Носил широкую коническую шляпу из бамбука, на шее болтались огромные, размером с кулак, деревянные бусы с изображенными на них тауматургическими символами местной культуры. На ногах были простые сандалии держащиеся на ногах при помощи нескольких шнурков. Настолько тонкая одежка при такой погоде просто убила бы простого человека, но из под шляпы проглядывалась черно-белая медвежья морда, а конечности оказались медвежье-подобными руками и ногами. Мордвар, как не посмотри.

Второй, судя по росту, телосложению и некоторым открытым участкам бледной кожи, был человеком. Небольшая черная шапка канмури, привязанная к подбородку тонкой белой веревкой, украшала голову смертного. Но лицо скрылось за налепленной ко лбу бумажкой с пентаграммой оммеджи. Да и одеяния на его теле отличались, она выглядела дорогой и более религиозной, как Селафиилу показалось. От шеи до самых пяток его тело скрывалось за плотными жреческими одеяниями синто.

- Кто это? - Селафиил с ходу задал интересующий вопрос своему брату. Габриэль спокойно ответил ему.

- Это наши союзники. По - Габриэль указал на мордвара, стоящего рядом с ним - мастер концентрации энергии, из воинского монастыря Хуанбо.

Монастырь Хуанбо, это слово однозначно знакомо Селафиилу, так же как и десятки других подобных храмов, к примеру: Чань, Цуй, Ламаи, Дзензи, Нунчань, Дабэй и Фахай. Существует еще много таких храмов, скопленные на северной гористой местности Нихонской империи. Сами воины-монахи этих монастырей утверждают о своей уникальности, но по сути занимаются одним и тем же, обучат своих учеников, мудрости философии, технике укрепления тела и отточенным боевым искусствам. В такие храмы чаще принимают представителей человеческих рас, а зверолюды-монахи встречаются довольно редко и только в качестве исключений, но Селафиил был настолько стар, что даже не удивился такому нечастому явлению.

После, Габриэль указал на второго.

- А это Саито, это мастер оммеджи, выпускник школы Оота.

Выпускник школы Оота, самого престижного тауматургического училища в пределах Нихонской империи. Такие оммеджи славятся своим выскоми мастерством во владении талисманов в самых разных областях, начиная от гадания и заканчивая призывом высших зеркальных духов. Оммеджи, окончившие школу Ооты, гарантировали себе пожизненный достаток в качестве придворных в знатных домах и в качестве сильных боевых тауматургов на поле боя.

- Ясно, но мне кажется, что их двоих будет не достаточно. - Разочарованно проговорил Селаф, но его собрат еще не закончил.

- Это еще не все, с ними прибыли несколько отрядов наемников. Двадцать шиноби и с десяток воинов-монахов, я уже отправил их на встречу к врагу. С коваными они вряд ли справятся, но нам сейчас это и не нужно, главное задержать врага на пути к монолиту, пока мы не телепортируем его в безопасное место. К счастью все уже готово к ритуалу.

Эта новость обрадовала черного рыцаря.

- Значит все компоненты уже готовы?

- Да - приободрено произнес Габриэль - мои тауматурги уже готовят ритуал к исполнению.

- Хорошо, тогда не будем медлить. Отправляйся к монолиту и защищай его, а я займусь нарушителями.

- Так и сделаем.

Двое новеньких с интересом посмотрели на Селафиила и почтительно поклонились. Черный рыцарь обратился к ним тяжелым и приказным голосом.

- По, Саито, отправляйтесь за Габриэлем и защищайте монолит. Не подпустите врага и близко к артефакту.

- Во имя нового порядка! - Разом те произнесли общий клич культа, с гордостью и преданностью в голосе.

Такая преданность не могла не обрадовать Селафиила, их голоса наполненные уважением и благоговением настоящее блаженство для его ушей. Но... как бы они отреагировали, если бы узнали, что являются лишь разменной монетой. Пешки, которыми помыкают как хотят. Вряд ли бы Селафиил услышал эти слова вновь, если бы пешки обо всем догадались.

Внезапно раздался глухой взрыв и храм затрясло, некоторые бумажные фонари и молитвенные дощечки свалились на пол. Бой снаружи храма начал только разгораться и мешкать времени больше не было.

- Поторопимся. - Быстро произнес черный рыцарь, после чего быстрым но не менее элегантным направился на выход из молитвенного зала. Габриэль зашагал в сторону боковой двери а за ним и его слуги.

Двери захлопнулись.

...

Клык занес булаву высоко над головой и с размаху впечатал его в голову одному из каменных солдат. Разломав его голову на множество кусков, вся статуя тут же развалилась на каменные глыбы. Услышав за своей спиной тяжелый топот, Клык с разворота замахнулся обратным ударом и снес голову второй статуи.

Смертное тело начало напоминать о свои слабостях, Клык задышал чаще обжигающим холодным воздухом, а шерсть под доспехом сочилась маслянистым потом. Получив секунду, для того чтобы оценить ситуацию, Клык быстро окинул поле битвы своими хищными глазами.

Перед воротами храма, немногочисленная группа схлестнулась с небольшой армией из сотни каменных воинов и десятка золотых львов и ягуаров. Големы сами по себе сложные противники, но только тогда, когда они имеют явное преимущество перед противником, либо в массе, либо в численности. Численно эти статуи-воинов, конечно же, превосходили их, но никакой от этого пользы не было. МБФсовцы своими заклинаниями неплохо крошили камень, а для кованых они были сравнимы с мелкими букашками. От одной их оплеухи статуи крошились в песок.

Но самым деликатным был Кай. Этот недосамурай зверолюд ловко и плавно управлялся с саблей, с характерным и совершенно непонятной для Клыка стилем боя. Любое его движение и поведение в бою были чем-то новеньким для вервольфа с севера, где совершенно другие боевые искусства. Самое первое, это то как он держит саблю, обязательно двумя руками, ноги в строгой дистанции друг от друга, в зависимости от стойки которую принял Кай.

Кай держал саблю слегка вытянутой, острием к врагу, что замахиваясь копьем сверху вниз, бежал на него. Копье быстро приближалось к голове вервольфа, но тот поставил лезвие поперек древка копья и та просто напросто соскользнула на землю под давлением силы. Как только статуя открылась, катана в руках Кая загорелась обжигающим красным цветом и промчалась по шее голема. Горевшие голубым цветом глаза голема погасли, а голова рухнула на землю. В следующее мгновение вся статуя развалилась на куски.

- Понятно о чем говорил Кай. - Проворчал вервольф про себя. - А железяки как там?

Переведя взгляд в сторону распахнутых ворот храма, прямо перед ними он заметил, как Хорас голыми руками вырвал голову одному золотому тигру и потом принялся крушить других големов, в то время как Кэйташи не позволял врагу приблизиться к себе. Используя разные заклинания, он уничтожал големов еще на подходе к нему.

МБФсовцы действовали слаженно и аккуратно. Прикрываясь эфирными щитами, они планомерно крошили тела големов. Без потерь, к сожалению, не обошлось, пятерых уже не стало, копья воинов и клыки кошаков прервали из жизни.

Уши вервольфа вновь навострились, уловив шаги приближающиеся прямо к нему. Обернувшись, Клык увидел как ягуар и пара воинов с копьями шли на Клыка. Довольно проблемная комбинация, но Клык не испугался, даже наоборот, злобно заулыбался, чувствуя азарт разрывающий его сердце.

- Раздаем бесплатные пиздюля, так что становитесь в очередь, ебаные каменюки! - Проорал тот, приняв привычную боевую стойку, но вместо меча в руках держалась булава.

Один из копейщиков оказался совсем не терпеливым и первым напал на Клыка, собирая проткнуть того копьем. Клык быстро ушел в сторону и с размаху ударил по древку копья. Копье не сломалось, а согнулось, видать на копья здесь не жалели и выковали их целиком из стали.

Сразу же после этого, вытащив когти и обнажив клыкастую пасть на Клыка напрыгнул золотой ягуар. Клык со всей силой замахнулся на кошку обратным ударом, полностью осознавая, насколько тяжелая махина сейчас прыгнула на него. Ударная часть булавы приложилась прямо по голове кошки, и лишь на несколько сантиметров сбила ее с первоначальной траектории, но этого было достаточно, чтобы продлить себе жизнь еще на несколько минут.

Ягуар полетел дальше зацепив Клыка за плече, тот прокрутился вокруг своей оси и упал на заснеженную землю, слегка запутавшись в координации. Быстро приведя себя в порядок, Клык лег на спину, чтобы первым делом оценить ситуацию, и она оказалась не в его пользу. Второй воин подошел к вервольфу, тот взглянул на него своими светящимися глазами и начал тыкать в него своим копьем. От первого удара Клык увернулся перекатившись на бок, острие копья чиркнуло по холодному камню. От второго удара удалось уйти точно таким же образом и при этом Клык заметил булаву, которая лежала совсем не подалеку на тонком снежном одеяле. Похоже вервольф не заметил как выронил булаву при падении.

Подгадав момент, Клык схватился за копье, на время ограничив мобильность голема и одновременно потянулся к булаве. Наконец схватившись за нее, Клык собирался подняться и вломить голему по первое число, но прямо над его головой возникла тень. Ягуар, которого Клык отбросил ударом по голове, вернулся и выглядел он не очень дружелюбно. Тем не менее, ситуация начала накалятся, с одной стороны двое воинов-стражников, с другой золотой кот.

В голову вервольфа не пришло ничего лучше, как сделать следующее. Только ягуар открыл пасть, чтобы вцепиться в глотку вервольфа, тот засунул булаву ему в пасть. Ягуар инстинктивно сжал челюсть, не осознавая, что находится у него между золотыми клыками, которые из-за давления начали отламываться и сыпаться прямо на снег. Кот отвлекся от Клыка и начал усиленно вгрызаться в стальную булаву.

Вервольф задрал голову назад, чтобы понаблюдать за глупостью золотого ягуара. Смеясь он обратился к воину-стражнику, чье копье все еще держал в своей руке.

- Бля, ну ты посмотри, че за дебила кусок! Ха-ха-ха... грызет сука. - Затем посмотрел голему прямо в глаза. - Знаешь, никогда не любил кошаков, высокомерные ублюдки, а этот еще и тупой до нельзя! Ха-ха-ха...

Голем никак не отреагировал, но безуспешно пытался вырвать копье из рук вервольфа, тот крепко вцепился в него и не хотел отпускать. Воин-стражник дернул так один раз свое копье и случайно помог Клыку подняться.

- Ооо, пасиба!.. - Весело проорал вервольф становясь на ноги.

- Тебе помощь не нужна случаем?! - Прокричал Кай, стоя на некотором отдалении от Клыка и его веселой компашки.

- О чем ты, у нас тут вообще... разговор по душам! Ты лучше посмотри вон на того тупого кошака! - Произнес Клык указывая на ягуара, что кусал его булаву. От Кая послышался громкий разительный смех, из-за которого тот начал надрываться и хвататься за живот. - Я в ахуе просто! - Потом Клык перевел взгляд на своего каменного собеседника. - Ну скажи, тупой кот. Ну ты посмотри на него.

Теперь Клык чувствовал себя не на поле битвы, а в каком-то цирке, ему хотелось только смеяться и шутить. Но из-за спины показался второй каменный воин и частично вернул вервольфу боевой дух.

- Эээ, совсем забыл про тебя.

Второй воин замахнулся кулаками, ибо его копье было безнадежно испорчено булавой вервольфа. Клык безмятежно нырнул в сторону, и внезапно ему в голову пришла еще одна идея. За одну сторону копья крепко держался голем, а за другую Клык. Без труда прошмыгнув за спину безоружного голема, Клык первым делом уперся одной лапой ему в спину, а руками приложил копье к его горлу и начал тянуть на себя, что есть сил.

- Даваааай, сука! Камень или сталь! Нууу... Аааа!.. - Клык начал тужиться еще сильнее, пытаясь стальным древком копья сломать шею каменного воина, который из-за своей тупости не мог сдвинуться с места. А его друг, что держался за другой конец копья, еще тупее, только крепче схватился за копье и вкопался в землю. - Бля, хааа... никак! - Клык начал задыхаться от сильного напряжения, но собрав силы в себе, приложил еще усилие. - Раз, два!.. Ыыыыыыыы...

Подпрыгнув, Клык уперся обеими лапами о спину голема и начал удушать его с еще большей силой. На этот раз его каменная шея начала покрываться трещинами, что быстро расходились по всей шее, до тех пор пока Клык не сорвался и не упал на снег всем свои весом. Открыв глаза, Клык увидел как голова голема начала падать, а его тело рассыпаться. Вервольф радостно засмеялся, поняв, что задуманное им свершилось. Но вот загвоздка, Клык при падении отпустил копье голема, чего делать нивкоем случае не стоило и теперь голем намеревался убить вервольфа, что так издевался над ним.

Смекнув всю ситуацию, Клык проорал через все поле битвы.

- Хораааас! Булаву мне!

Кованый, без сомнения, услышал его громкий выкрик, посмотрел в его сторону и одним мощным броском метнул в его сторону стальную булаву, как он и просил. Стальной шар с рукояткой пронесся над всем полем битвы и приземлился аккурат на голову голема, что хотел потыкать в вервольфа своим копьем. Воин-стражник тут же посыпался на осколки.

- Пасибааа! - Снова проорал Клык, подобрал булаву и начал осматриваться. - Так, где там тот тупой кошак?! А вот ты где! Стоп... - Ягуар продолжал грызть булаву, которую ему отдал Клык, совершенно не обращая внимания на то, как несколько МБФсовцов аккуратно подходили к нему сзади с эфирными мечами в руках. Мгновение и золотое тело ягуара пронзили три клинка, глаза голема погасли а сам он превратился обратно в статую. - Чтоб тебя, это я хотел завалить его!

С возмущением Клык обратился к тауматургам, что прикончили ягуара, но те не понимали его языка и продолжили битву. Торопливо осмотревшись еще раз, Клык заметил, как големов стало заметно меньше. Клык начал чувствовать себя уязвленно, все его соратники активно набивали счет, пока он разбирался с троими тупыми големами. Пришло время наверстать упущенное. Присмотрев самое жаркое местечко, где сражалось пятеро МБФсовцев и с десяток големов, Клык побежал именно туда.

Быстро пробежав дистанцию на четвереньках, Клык прыгнул и с лета сбил одного из големов с ног, который упал на другого своего собрата и забрал его с собой на землю. Воспользовавшись моментом, Клык расколол им их головы булавой. Копье одной из статуй бросилось в Клыка, но быстро отведя удар булавой, вервольф нанес удар по макушке голема. МБФсовцы не стояли столбом и действовали как единое целое.

Двое тауматургов стояли позади, прикрывая заклинаниями троих своих соратников бьющихся в ближнем бою. Пара заклинаний прошмыгнули между тремя тауматургами и ударили по големам эллектическими разрядами. Големы-стражники странно задергались, дав троим тауматургам несколько мгновений для решительной атаки. Их эфирные оружия, молоты и мечи начали крошить големов не опасаясь ответного удара. Вскоре от них остались лишь каменные кучки.

Врагов больше не осталось. Тауматурги добивали оставшихся големов, которых можно было пересчитать по пальцам одной руки. Покончив с ними, органики получили шанс перевести дух.

Кай с обнаженной саблей подходил к Клыку и задал вопрос.

- И скольких же врагов сразил Клык из племени Серых? - С энергичной мордой произнес тот.

- Пятнадцать! - Не мешкая заявил Клык.

Кай удовлетворительно покачал головой.

- Похвально, я почему-то даже не удивлен. - Кай начал подкидывать дров в костер гордости Клыка, но тот сразу почуял его фамильярность и задал встречный вопрос.

- А сам-то скольких порубил?

- Двадцать один. - Спокойно ответил Кай.

Клык с начало изумился заявленному числу, но потом его морда скривилась от злости. Этот высокомерный волк с легкостью обошел его по числу убитых врагов, что конечно же не нравилось Клыку, это он хотел оказаться на вершине. Но потом послышался голос Хораса.

- Тридцать. Пять. - Хвастливо произнес кованый стоя неподалеку от них.

Оба вервольфа неодобрительно посмотрели на кованого и начали осуждать его.

- Ты вообще не в счет!

- Бесчестно сравнивать свои достижения с нашими.

- Ладно. Отдохнули? - Хорас резко задал вопрос. Не дав им ответить, он продолжил говорить. - Тогда. Идем. Монолит. Здесь. И. Я. Чувствую. Его. Так. Что. Не станем. Тянуть. Время.

Переглянувшись, вервольфы недовольно побрели за Хорасом.

Отряд принял прежнюю круговую формацию. Как и было запланировано, все органики составляли круг и должны обеспечивать прикрытие кованым. Кэйташи стал замыкающим, а Хорас лидирующим, на случай не предвиденных ситуаций. Приняв такой строй, группа двинулась через поле, на котором замерли золотые кошки и кучковались осколки камней.

Поднявшись по заснеженным ступеням и пройдя через порог, отряд вошел в длинный темный коридор от пола до потолка обделанный досками. Как только вся группа вошла внутрь, огромные двери с грохотом закрылись за их спинами. Клык нечаянно дернулся. Группа озадаченно начала оглядываться назад.

- Двигаемся. - Строго произнес Кэйташи, подгоняя отряд.

С десяток сандалей тауматургов ступали по холодным скрипучим доскам. Стояла непроглядная темнота, что в купе с могильной тишиной пытала разумы органиков. Лишь скрип дерева не позволял им до конца сойти с ума, каждый раз напоминая им, что они все еще находятся в реальном измерении.

Продвинувшись вперед примерно на десять шагов, Хорас остановился и поднял кулак, застопорив всю группу. Кованый ощутил чье-то присутствие. По началу он не мог понять, где именно находится противник, из-за его быстрого передвижения, но как только Хорас заострил на них свое внимание, тут же определил их расположение. Хорас поднял голову к потолку и жестикулируя рукой отдал приказ приготовиться к бою.

Глаза отряда поднялись к потолку. Щиты тауматургов вернулись к их руками, Клык аккуратно положил булаву на пол и обнажил цвайхендер. Как ни странно, но всматриваясь в потолок над собой, Клык не мог ничего учуять или услышать. Враг двигался по настоящему профессионально, не издавая абсолютно никакого шума и не источая никакого запаха.

Клык уловил мелькнувший скрип буквально над всей группой, будто бы намечается что-то очень серьезное. И Клык не прогадал, потолок над группой начал рушиться. Целая ячейка начала падать на головы органиков, но благодаря отличной реакции, двое кованых направили на падающий кусок потолка несколько огненных искр, которые, достигнув своей цели, мощным взрывом уничтожили его.

Как только пламя стихло, а щепки улеглись, в дыре потолка показались обмотанные во всякое тряпье головы, лишь их человеческие глаза были ясно отличимы от окружения в котором сливались их тела в черных одеяниях. В следующий миг, на головы маленького отряда посыпался дождь из мелких стальных звездочек. Несколько тауматургов были ранены в ту же секунду, а остальные поспешили прикрыться щитами, Кай и Клык укрылись за спиной одного такого тауматурга.

- Черт, это шиноби из клана Кока-рю.

- Че?! - Невежественно прорычал Клык.

В надежде, что он поймет, Кай начал объяснять ему суть в максимально краткой форме.

- Это наемники-головорезы, скрытые убийцы, убивающие ядом или ножом со спины, даже сейчас предпочли держаться от нас подальше, избегая настоящей битвы. У них нет и капли чести на душе, чтобы сразиться в прямом бою. Трусы!

С остервенением произнес Кай, его лицо слегка исказилось от злости когда он говорил о шиноби. Ясное дело самурай, что ценит честь и благородство, кого заботит чистота своей души и разума, презирает грязные уловки и атаки со спины, ненавидит яды и подлые приемы, которыми любят пользоваться бесчестные шиноби. Оттого у самураев крайне скверное отношение с представителями убийц, что бесшумно крадутся в ночи.

Двое кованых не стали просто стоять и смотреть, пока и их осыпают сюрикенами, что попросту отскакивали от их непробиваемых тел. Кованые повторно применили предыдущее заклинание, что полетели в дыру на потолке, взрывы с оглушительным ревем пронеслись по коридорам трясущегося храма. С десяток обоженных и разорванных на куски трупов начали падать на пол, накрывая щиты кровью и оторванными конечностями.

Казалось бы, после такого взрыва больше никого в живых не осталось, но как только огонь утих, из обгоревшей дыры показались новые лица. Клык напряженно взглянул на них, ожидая очередной металл град. Но этого не случилось, вместо сюрикенов, еще с десяток шиноби начали спрыгивать с трех метровой высоты прямиком на головы тауматургов замахиваясь короткими и прямыми мечами.

Один шиноби приземлился позади тауматурга, и что есть сил вонзил меч ему в спину. Второй приземлившийся шиноби воспользовался моментным замешательством и одним взмахом меча полоснул по шее двух боевых тауматургов.

Еще одного такого воина Клык заметил прямо над своей головой. Его прямой меч стремился пронзить волчью голову на сквозь. В ответ Клык поднял меч и вытянул в сторону падающего на него шиноби. Длинный меч ожидаемо проткнул живот незадачливому ниндзя на сквозь по саму рукоять. Выбросив труп на пол, Клык проорал на него.

- Ну ты придурочный что ли? У меня ведь меч длиннее, чем у тебя. Совсем головой не думаешь?

- Клык, не отвлекайся! - Кай осадил своего собрата.

Клык не ответил ему, но стал немного серьезнее. Завидев булаву, что безмятежно лежала на полу, Клык перекатившись, легким движением подхватил ее. Почему Клык сделал это, не понятно, но чуйка говорила ему сделать и он сделал. Позже выяснилось почему.

По левую руку, в Клыка полетело пара звездочек, которые тут же были отброшены лезвием двуручника. Шиноби, что бросил сюрикены, вооружился коротким мечом и побежал к вервольфу, тот в свою очередь слегка прокрутился и метнул в него булаву, которую тот никак не мог отразить или увернуться от него, не ожидал такого исхода и потерял момент. Булава врезалась в живот, прикрытая лишь тонкой тканевой накидкой. Шиноби скрючило от боли, но падать он не собирался и крепко держался на ногах.

Клык тут же рванул к шиноби, попутно замахиваясь двуручником. Когда ниндзя торопливо поднял голову, было уже поздно, лезвие аккуратно прошлась по его шее. Голова покатилась по полу, а из обрубленной шеи вырвался фонтан крови.

Обезглавленное тело рухнуло на пол и после кто-то толкнул вервольфа в спину. Обернувшись в удивлении, Клык случайно глазами встретился с еще одним шиноби, который был удивлен не меньше его. Замахиваться мечом не вариант, слишком медленно, в рукопашку Клык не умел, но зато у него были его острые клыки. Схватившись за лицо потерянного шиноби, Клык впился своими зубами в его глотку. Вервольф почувствовал как теплая жидкость растекается по его языку и отдернул голову назад, отрывая кусок человеческого мяса, которое тут же выплюнул на пол.

Потирая окровавленную морду, Клык смотрел, как ниндзя в панике хватался за разорванную шею. Не в силах удержаться, его ноги подкосились и тот рухнул на пол, мучительно дергаясь и истекая кровью. Клык не стал так сильно мучить его и одним легким движением пронзил сердце мученика. Тело перестало барахтаться и успокоилось.

Уже трое на его счету, но останавливаться ни в коем случае нельзя, иначе Кай снова обгонит его. К счастью враг сам пришел к нему.

Один ниндзя кое-как вышел победителем в схватке с тауматургом. Тот усиленно глотал воздух ртом, но видимых признаков усталости не подавал, держался уверенно. Направив холодные глаза на вервольфа, тот начал медленно подходить к нему, приготовив короткий меч к бою. Клык ответил ему по чести и принял боевую стойку, закинув длинное лезвие за голову.

Ниндзя мешкать не стал и перешел на бег, быстро сокращая и без того мелкую дистанцию. Стоило врагу оказатся на нужном расстоянии, Клык поднял лезвие двуручника таким образом, чтобы нанести не режущий удар, на который намекала его прежняя стойка, а колющий. Клык со всей силой бросил меч вперед, чтобы проткнуть идущего на пролом шиноби. Но тот не растерялся и коротким мечом отвел в сторону лезвие двуручника.

Казалось, глаза этого ниндзя заулыбались, когда понял, что Клык остался беззащитен перед ним. Пользуясь моментом шиноби направил лезвие своего меча прямо в голову вервольфа. Клык в свою очередь жутко оскалился своей окровавленной пастью и пнул глупого шиноби в живот. От неожиданности тот попятился назад, потеряв инициативу в бою. Клык дернул мечом в широком размахе, надеясь хотя бы ранить его, но результат оказался лучше, чем он думал. Лезвие прошлось по животу воина тени, тот схватился за рану и удивленно посмотрел на вервольфа. Клык осудительно посмотрел на него и сказал.

- Вот поэтому-то вы мне и не нравитесь. Вы всего лишь слабаки.

Явный Нихонец по происхождению не понимал северного говора, но Клык и не надеялся, что он поймет его, сказал лишь для галочки.

Схватившись за двуручник обеими руками, подобно копью, Клык не мешкая и секунды проткнул голову шиноби. Тот безвольной куклой пал на скрипучий пол, залитый реками крови, всасывающиеся в щели между досок. Оглядевшись, стало понятно, еще один бой остался позади. Коридор был заполнен десятками трупов шиноби и несколькими телами тауматургов.

МБФсовцы в данной ситуации предпочли использовать эфирное оружие, опасаясь задеть своих союзников. Кованые тоже не хотели этого, поэтому оперировали точечными заклинаниями и бой заметно затянулся.

- Четверо. - На автомате произнес Кай, говоря о числе поверженных врагов.

- Тоже самое. - Равнодушно ответил Клык.

- Шиноби сами по себе не привыкли сражаться в прямом столкновении. Они бы продолжили поливать нас с высоты своими чертовыми сюрикенами, если бы кованые не вынудили оставшихся спуститься к нам.

- Наверное. - Неуверенно ответил Клык, вообще не разбираясь в профессии шиноби.

- Приготовиться. Враг. Приближается. - С опаской произнес Хорас, смотря дальше вглубь темного коридора.

Как по команде, тауматурги быстрым шагом выстроились в шеренгу, построив стену щитов.

- Опять, да сколько можно! - Возмущался Клык подходя к Хорасу вместе со своим собратом.

- Вижу. - Тут же произнес Кай, смотря на толпу лысых монахов, бежавших в их сторону. - Это воины-монахи и судя по иероглифам на их одежде, они из монастыря Хуанбо. Проблемный противник, их крепкие тела так просто не порезать, уворотливые и шустрые ребята.

Клык недобро посмотрел на толпу монахов в желтых робах. Толкнул Хораса в плечо и сказал.

- Хорас, ну-ка, заряди по ним.

- Препятствий. Не вижу.

Автоматон вытянул руку и создал тауматургически круг из которого выпустил разряд искрящейся молнии. Электрическая цепь ударила в лидировавшего монаха-воина и в ту же секунду охватила всю толпу мощным испепеляющим разрядом. Когда Клык отвел глаза от Хораса и посмотрел на только что наступавшую группу врага, то никого не увидел, лишь кучки дымящегося пепла.

- Вперед. - Проговорил Хорас и побрел вперед, а за ним и вся группа, не разбивая шеренгу.

Клык удивляться не стал, ибо многое повидал, пока шастал с Хорасом. А вот Кай не стал скрывать своего удивления и заговорил с заинтересованным видом.

- Это даже удобно. Мне обычно приходилось подолгу сражаться один на один с одним таким монахом-воином, чтобы одержать уверенную победу. А тут простая молния уничтожила целую группу, это действительно удобно. Жаль только заповеди воина самурая не позволяют мне использовать силу эфира. - Затем Кай как-то странно посмотрел на Клыка и задал вопрос. - Ты поэтому не используешь искусство эфира, Клык? Честь не позволяет? - Говорил Кай, надеясь, что у собрата есть хоть какие-то понятия о чести, что принципиально ограничивают его возможности.

Клык хитро посмотрел на собрата.

- Во-первых. Хули ты пиздишь. Не использует он тауматургию, я вообще-то видел как твой меч накалился до красна!

- Это искусство касается только моего оружия, и это даже приветствуется в кругу воинов Нихона. Так что не наезжай на меня. - Кай ловко парировал обвинения собрата.

- Ладно, тогда во-вторых. Какая нахуй честь? Ты не используешь тауматургию, потому что тебя ограничивают твои воинские заповеди, я не использую тауматургию, потому что не шарю. Мы разные. Абсолютно разные.

С сожалением Кай отвел глаза и добавил.

- Прискорбно. - Но почувствовав в себе некоторый позитивный настрой, вервольф изменил тон. - Но я все еще считаю, что ты можешь стать настоящим воином. Я уверен, однажды этот день настанет.

- Не дождешься! Плевал я на всю эту брехню, полная чушь и ты не изменишь моего мнения! - Упрямствовал Клык, но вдруг вспомнил кое-что. - Ах да, твоя жизнь принадлежит мне, так что завали пасть и не заводи больше эту тему!

- Когда я говорил это, то имел ввиду, что буду сражаться с тобой за одно, прикрывать твою спину.

- Да мне насрать, честно говоря. - Клык посмотрел на собрата совершенно равнодушно, не беря во внимание его слова и чувства.

- Какой же ты все таки ублюдок. - Признался Кай, но это только позабавило его собрата.

- Ооо, это еще ничего, ты бы слышал как меня звали когда я еще гладиатором был. Дерьмом меня, конечно, поливали знатно, но зато бои были каждый десятый день. Было довольно весело, интригует когда сталкиваешься с противником равным тебе по силе, но иногда попадались слабаки. С ними было очень скучно, падали с одного тычка...

Клык случайно столкнулся с Хорасом, слегка толкнув того в спину. С начало вервольф вопросительно посмотрел на кованого, затем посмотрел вперед, где увидел уже знакомую фигуру и нервно встрепенулся.

- Снова здравствуй, Хорас. - Тяжелый томный голос прокатился по коридору. Черный рыцарь стоял в отдалении от группы, но его голос хорошо слышали абсолютно все.

- Здравствуй. Черный. Рыцарь. - Опасливо произнес Хорас, сомневаясь, что приветствие вообще уместно в данной ситуации.

- Да, точно, я ведь еще ни разу не представился. - Неожиданно спохватился великан в латах. - Мое имя Селафиил.

- Вот. Значит. Как. Селафиил. Не осмелюсь. Сказать. Что. Рад. Нашему. Знакомству. - С недовольством произнес кованый.

Клык заметил, как тело Хораса начало странно светиться слабым голубым светом. Тот готовил свое тело к тяжелой битве с не менее сильным противником, по имени Селафиил.

- Да, ты прав, кованый, возможно мы просто не с того начали. Но... ты все же не послушался моего совета и пришел сюда. Глупый поступок, глупее чем ты думаешь.

- Я бы. С. Радостью. Поговорил. С. Тобой. Но. У. Нас. Мало. Времени.

- Да, верно, еще совсем немного и монолит исчезнет в этом месте и появится в другом. Вам действительно стоит поторопиться, если хотите добиться желаемого. - Селафиил насмешливо провоцировал Хораса, надеясь на его необдуманные действия.

Кованый понимал, что у них мало времени и им действительно стоит поторопиться, но Хорас оставался последовательным. Кованый незаметно укрепил свое тело, на крайний случай защитив его от пламени, и воссоздал два полупрозрачных диска на руках. Селафиил обеими руками схватился за возникший в воздухе черный молот, которого тут же обуяло то самое фиолетовое пламя.

Перед тем как атаковать черного рыцаря, Хорас связался с Кэйташи по ментальной связи.

- "Кэйташи. Селафиила. Я. Возьму. На. Себя. Вы. Должны. Двигаться. Дальше."

- "Ты. Уверен. Что. Справишься. С. Ним?" - Кэйташи не стал таить свои сомнения, но Хорас с ироничной усмешкой ответил ему.

- "А. У. Нас. Есть. Выбор? Впереди. Нас. Может. Ожидать. Еще. Один. Такой. Враг."

После короткого молчания, Кэйташи дал утвердительный ответ.

- "Я. Понял. Тебя."

Прервав ментальную связь, Хорас начал медленно, но уверенно ступать по скрипучему и даже трескающемуся от тяжелого веса деревянному полу. Селафиил пошел ему на встречу, его походка и осанка излучали небывалую уверенность и грозность в каждом его движении. Его глаза смотрели на кованого как на что-то незначительное, что-то, что не вызывает никакого чувства угрозы. Его дыхание было ровным и не выдавало никаких признаков беспокойства. Для Селафиила, это был лишь очередной бой, ничем не выделяющийся из тысяч других битв, в которых участвовал черный рыцарь. Простая обыденность.

Когда кованый и рыцарь подошли друг к другу на расстоянии примерно в десять шагов, те подобно молнии сорвались с мест и схлестнулись в конфронтации. Оголовье черного молота, объятый пламенем, приземлился на полупрозрачный диск Хораса. Как и ожидалось, фиолетовое пламя начало сползать с черного молота прямо на щит. Дернув рукой, Хорас одним движением отбросил оружие черного рыцаря и послал на него потоки таумы. Волна эфира благополучно потушила огонь.

Не теряя время, Хорас кулаком нанес удар по кирасе, проминая черную сталь внутрь с неприятным скрежетом. Селафиил согнулся от боли и тут же получил удар по шлему, что отправил его на коротко-временный нокаут. Но доли секунды было достаточно, чтобы Хорас успел заключить рыцаря в стальных и крепких тисках своих объятий. Сжав тело черного рыцаря еще сильнее, доспехи начали скрипеть. Словно выкованные из фольги латы начали прогибаться под тяжелым прессом Хораса. Но сам Селафиил не издал ни единого болезненного звука.

Ноги Хораса и Селафиила начали медленно отрываться от деревянного пола, после чего стремительно взлетели вверх, проламывая потолок и крышу этого храма. В мгновение, две фигуры скрылись из виду.

Органики замерли в ожидании, что они вот-вот вернуться, с изумленными глазами вглядываясь в свежую дыру в потолке, из которого подул холодный ветер вместе с редким снежным дождем.

Они бы и дальше продолжили смотреть в одну точку, словно прокаженные, но тишина прервалась тяжелым топотом второго кованого. Кэйташи торопливо пробирался сквозь замершие ряды тауматургов и занял место лидирующего. Командным голосом он сказал.

- Всем. Двигаемся. Дальше. Не останавливаемся.

- А это, а Хорас? - Взволнованно интересовался вервольф, обращаясь к Кэйташи.

- Хорас. Отвлек. Внимание. Селафиила. Мы же. Должны. Добраться. До. Монолита. Пока. Не поздно.

- Не беспокойся о нем, это же кованый. - Успокаивающе говорил Кай.

- Да, конечно же. - Подавленно ответил Клык, вспоминая как копию того же Хораса сжирало фиолетовое пламя.

Кэйташи отсканировал коридор вдоль и поперек, врага он не обнаружил, да и осторожничать времени не было, поэтому группа перешла на бег. Ноги десятка существ быстрым темпом пробегались по пустому и темному коридору, пока в конце не начали виднеться двойные двери.

Быстро просканировав саму дверь и то, что находиться за ней, Кэйташи обнаружил за ними трех существ. Двое из них были простыми органиками, но третий источал схожую с Селафиилом ауру, еще один черный рыцарь, или как выразился Кай, черный самурай.

Кэйташи не стал останавливать группу, вместо этого он сам прибавил темп, вырвавшись далеко впереди группы. Прямо перед тем как ворваться в проход, кованый вытянул руку и при помощи заклинаний взорвал двери, вырвав их из петель и превратив в кучку разлетевшихся щепок. Прыгнув прямо в огненный шар и пролетев сквозь него, кованый приземлился прямо на ноги, чуть не проломив хрупкие дочечки на полу.

Оказавшись внутри помещения, Кэйташи осмотрел трех персон. Как он и думал, двое органиков судя по их ауре обладали хорошими познаниями в использовании таумы, а их одеяния намекали на их род деятельности. Один из них одет в храмовые одежды, говорившие о нем как о оммеджи. Второй оказался черно-белым мордваром, монастырские робы и иероглифы. Воин-монах, без сомнений.

А третий из них выделялся высоким ростом и угольно-черными ламеллярными доспехами, с маской демона на лице, но никакого оружия с ходу заметить не удалось.

Многие бы предпочли просто обойти эту опасную кампанию стороной, но вот в чем загвоздка. Эти три персоны стояли перед дверьми, из-за которого особенно сильно ощущались потоки энергии древнего монолита. Фактически, монолит за их спинами.

Черный самурай сделал шаг вперед и грозным пугающим тоном заговорил с Кэйташи.

- Кованый, дальше тебе прохода нет. Отступи, если тебе дорога жизнь.

- В. Этом. Как. Раз. И. Кроется. Проблема. Я. Не ценю. Свою. Жизнь.

Завершив даже не начавшийся разговор, Кэйташи открыл множество порталов, из которых выглянуло множетсов наконечников от копий и мечей. Отдав им сигнал, орудия помчались в самурая подобно ледяному граду, накрывший его с ног до головы. Но стоило десяткам лезвий приблизиться к самураю, как тут же врезались в воссозданный барьер и начали осыпаться на пол, образовывая беспорядочные кучки.

Развеяв порталы, Кэйташи вытянул руки в сторону самурая, и из голубых колец вышла пара алмазных кинжалов. Особо не целясь, Кэйташи выпусти эти каменные орудия прямо в щит самурая.

Первый алмазный кинжал врезался в барьер, рассыпавшись на множество мелких осколком, но оставив после себя заметные трещины на поверхности барьера. Второй кинжал разбил защитный барьер в дребезги, на множество стеклянных осколков, что растаяли в воздухе.

Черный самурай сделал еще один шаг вперед и воссоздал в своих руках огромный тати, без всяких излишеств или украшений, лезвие, гарда и рукоять, все что было нужно. Великан в черных доспехах начал быстро приближаться. В попытке остановить его, Кэйташи скастовал лед, покрыв ледяным слоем пол под своими ногами.

Перед тем как лед добрался до ног самурая, тот подпрыгнул и начал приближаться к Кэйташи уже сверху. Кованый резким движением ушел в сторону и начал отступать к боковой бумажной двери, подманивая самурая идти за ним. Великан с тати, приземлившись на место где ранее стоял кованый, помчался за ним, оставив остальных незваных гостей своим подчиненным.

Ворвавшиеся в комнату отставшие органики вопросительно начали осматривать комнату в поисках кованого, пока не заметили двух людей у двери. Только завидев их, тауматурги выставили щиты вперед, выстроившись в шеренгу, а вервольфы, за не имением таких способностей спрятались за их спинами, ожидая атаки со стороны врага.

Вперед вышел странный человек с бумажкой на лице. Махнув рукой, оммеджи наслал на шеренгу тауматургов несколько талисманов. МБФсовцы приготовились принять удар своими щитами, но талисманы, словно подхваченные ветром, обогнули эфирные щиты и оказались прямо над их головами. Из талисманов в быстром темпе вытянулись шипы, что пронзили головы тауматургов на сквозь. Половина солдат тут же погибло на месте.

Стоило их союзникам увидеть как стоящие рядом с ними товарищи начали беспорядочно падать на пол, с проткнутыми на сквозь черепами, как заметно начали волноваться, что отразилось в их четком построении. Ряды сильно поредели и оставшиеся десять человек начали торопливо восстанавливать шеренгу щитов.

Но тут в дело вступил второй, воин-монах сжал кулак и отвел ее назад. Клык и Кай напряженно наблюдали за тем как мордвар накапливал силу, для мощного удара и лучше бы они не видели результат этого приема.

Когда нужное количество энергии сконцентрировалось в кулаке, та засветилась желтым светом. С криком силы, мордвар ударил по воздуху, но энергия которую он высвободил, добралась до растерянных тауматургов. Волна желтого света ударила по эфирным щитам бойцов МБФ, те раскололись на сотни стеклянным осколков, но волна не прекратило свое шествие и добралось до самих бойцов.

Началось самое ужасное. Стоило волне силы только коснуться их тел, как кости начали ломаться с громким хрустом, плоть разрывалась и хлестала кровавым фонтаном. Красные струи с ног до головы облили тела вервольфов и некогда серая шерсть окрасилась в темно-алые цвета.

Клык, смотрел на этих двух существ с немыслимым удивлением. Им хватило по одному удару, чтобы разобраться с профессиональными тауматургами, если так, то сколько вервольфы должны приложить сил, для того чтобы просто сражаться с ними на ровне.

Быстро оценив ситуацию, Клык вонзил двуручник в пол и сунул обе руки себе под кирасу, из под которой вытащил пару флаконов с бирками, на которых были нарисованы огромный рог и заячья лапа. Откупорив их, Клык начал заливать содержимое обеих себе в пасть. Кай удивленно посмотрел на собрата.

- Две сразу?! Ты с ума сошел, это убьет тебя!

Дохлебав вязкую жидкость, Клык выкинул флаконы себе за спину и ответил ему.

- А эти двое думаешь не убьют? Просто закрой пасть и давай постараемся выжить. Чепушила с бумажкой на харе мой.

Распределив роли, вервольфы начали расходиться в стороны, каждый к своему противнику. Клык поднял меч и принял подвешенную стойку. Универсальное положение меча как в нападении так и в обороне, дает больше шансов для молниеносной реакции.

Струйка густой крови побежала по клыкастой пасти вервольфа, пока не повисла одной маленькой каплей.

Вервольф чувствовал, как его сердце набирало обороты и билось все сильнее и сильнее. Его напряженные глаза не видели ничего, кроме оппонента, что стоял перед ним, весь остальной мир перестал существовать. Здесь и сейчас существует только дуэль воина и тауматурга.

Смертельно опасный противник стоял спокойно и излучал не бывалую самоуверенность. Но, Клык не чувствовал себя угнетенным или загнанным в угол, вместо этого его голову обуяли чувство соперничества и азарта. Руки и ноги вовсе не дрожали, в них появились силы сражаться. Клык ехидно заулыбался и глумящимся голосом сказал.

- Это отличный шанс, проверить мои силы.

Оммеджи как-то странно задергался и когда увидел улыбающуюся пасть вервольфа, сказал что-то на своем не понятном языке.

Маленькая капля крови повисшая на его пасти сорвалась и понеслась вниз. Капля упала на дощатый пол и разбилась на десятки мелких капелек.

Оммеджи взмахнул рукой и отправил в сторону вервольфа два талисмана. Клык не знал как именно работают такие заклинания и уж тем более не знал как им противостоять. Поэтому не знал, что случиться, если уничтожить их прямо в воздухе. Взмахнув мечом, лезвие двуручника одним движением разрубило талисманы. Обрубленные бумажки тихо и мирно упали на пол, ничего не произошло. Это радовало.

Но инициатива все еще оставалась на стороне оммеджи. Человек с бумажкой на лице вытащил еще три талисмана и бросил их в Клыка. Тот собирался разрубить их точно так же, но те сработали еще до того, как добрались до своей цели. Талисманы ярко засветились и взорвались прямо перед носом, накрывая его обжигающим жаром. Пытаясь защититься, Клык закрыл морду руками, но сразу после взрыва, сквозь завесу в него полетело четыре шипа. Два золотистых наконечника врезались в кирасу вервольфа и отрикошетили, но другие две глубоко вонзились ему в плечо и ногу.

От боли Клык упал на одно колено и схватился за левое раненное плечо. Шип, который торчал из раны затем просто исчез.

Дым, оставшийся от взрыва, был рассеян мощным порывом ветра, разгоняя его в стороны и рассеивая в воздухе. Хоть лицо оммеджи и скрыто за бумажным талисманом, но его надменность чувствовалась в воздухе. Казалось его невидимые глаза смотрели на вервольфа с надменностью равной богу.

- Как же ты меня бесишь сучара. Думаешь ты сильнее всех? - С нескрываемым гневом прошипел Клык.

Смотря в лицо оммеджи оскалившейся мордой, Клык почувствовал, как боль начала медленно отступать, тело обретало новые силы. Руки и ноги начали трястись из-за излишка энергии, которую нужно куда-то девать.

Клык встал на ноги, не ощущая боли. Зелье носорога не только поставило его на ноги, но и придало ему больше сил. И без того легкий двуручный меч в руках вервольфа перестал сколько-то весить, будто бы в его руках лежало маленькое перышко, только что вылупившегося птенчика.

Тело стало небывало легче, будто бы сам вервольф перестал что-либо весить.

Посмотрев на оммеджи, веселая улыбка вернулась к лицу вервольфа. Крепко встав на ноги, вервольф принял прежнюю подвешенную стойку, направив острие невесомого лезвия на врага.

Клык не стал дожидаться следующей атаки и рванул с места на не привычно высокой для вервольфа скорости. Дары заячьего отвара начали действовать в полную силу. Только завидев стремительно приближающегося вервольфа, оммеджи отправил на встречу талисман, что растворился в воздухе и создал штормовой поток, замедливший Клыка на его пути. Сразу же за мощным ветром последовали десятки каменных осколков, что со свистом неслись по воздуху в сторону вервольфа.

Даже с учетом возросшей скорости Клыка, ему не хватало реакции, что бы увернуться от всех каменных снарядов разом, но ему хватало времени подстроить положение своего тела так, чтобы минимизировать урон. Выпрямив спину и прикрыв морду лезвием меча, большинство камней врезалось в киль стальной кирасы и отрикошетили в стороны. Все же Фестуанские кузнецы знают свое дело. Но стальная кираса не спасала все тело, несколько осколков добрались до своей цели. Левое ухо вервольфа разорвало в клочья и начало кровоточить, второй снаряд пришелся в правую руку и пронзил его кисть на сквозь.

Но этот зверолюд будто бы и не чувствовал боль и продолжал двигаться как ни в чем не бывало. Слегка удивившись такой стойкости, оммеджи вновь произнес что-то на своем не внятном языке, после которого бросил на пол один единственный талисман, что начал превращаться в огромное антропоморфное существо.

Клык резко затормозил, когда перед ним явилось создание, словно из пучин самого ада. Прямо перед ним стояло массивное двухметровое существо, стоящее на двух вытянутых звероподобных лапах. Кожа, на огромном мускулистом теле, полностью отсутствовала, оголив красные и подергивающиеся словно черви мышцы. Голову его покрывала густая черная растительность из запутанных и растрепанных волос, что стекали по его плечам и спине.

Лицо его должно было быть еще более жутким зрелищем, чем его тело, но к счастью или нет, его лицо скрывалось за каменной демонической маской, на подобии тех, что носят местные самураи. Лишь его глаза, наполненные чистым гневом ко всему живому и не живому, наполненные огнем смотрели на Клыка с неподдельной первобытной кровожадностью.

Из ноздрей в маске, красный демон, выдохнул горячий пар и вдохнул холодный воздух, наполнявший комнату. После чего, его красные руки, усеянные острыми когтями, подняли каменную дубину, по обеим сторонам из которого торчали обсидиановые лезвия, и положил его себе на плечо.

Клык смотрел прямо демону в глаза, с хищным взглядом.

- Демон значит! - Весело заголосил вервольф, после чего сплюнул и добавил. - И не с такими уродами разбирались! Скажи демон, ты когда нибудь сражался с мутантами-химерами? Нет? Тогда тебе дорога в гроб! В объятья Фебрууса!..

Клык не теряя и секунды перебросил двуручник за голову и бросился в безумную лобовую атаку.

...

Кай даже не заметил, как бой между ним и черно-белым монахом переместился в другое помещение. Его лапы ступали на мягкие полы, обделанные татами, изредко под ноги попадалась мебель. При беглом осмотре, даже при отсутствии хоть какого-то освещения, становилось ясно, что это гостевая с чайниками и блюдцами под напитки.

Но это не имело никакого значения, когда монах наносил очередной мощный удар. Толстая рука мордвара грозной кувалдой понеслась в вервольфа. Раскаленная до красна лезвие тати блокировало тяжелый удар кулака. Монах отдернул руку, на которой не осталось ни следа от раскаленного металла.

Между тем, Кай бросил несколько слов, даже не надеясь получить ответ.

- Я то думал монахи из монастыря Хуанбо миролюбивые.

Мордвар внезапно остановился и послышался тяжелый медвежий голос.

- Не тебе об этом говорить, тот, кто выбрал свой путь, проложенный трупами и облитый чужой кровью. - Язвительно ответил монах, смотря на Кая с отвращением.

- Ха-ха-ха... - Кай в ответ громок засмеялся, открыто высмеивая монаха. - Я не убиваю тех, кто не может держать оружие в руках... - Повторно взглянув на безоружного монаха, Кай поправил себя. - Я не убиваю тех, кто не представляет для меня угрозы, а те, что собираются сражаться со мной, должны быть готовы к благородной смерти воина. Я сам был бы не против умереть с честью и благородством... И я не прислуживаю темным богам, не приношу им жертвы, в отличие от тебя и тебе подобных.

Парировал вервольф, но мордвар был не приклонен.

- В отличие от тебя, я знаю куда больше, чем ты можешь себе представить. - Проревел монах. - К сожалению, не все могут понять нас и я сомневаюсь, что ты тоже поймешь.

- А что тут понимать? - Улыбчиво поинтересовался Кай. - Как по мне, все вы одержимые культисты погрязшие в бесчестии и поклоняющиеся четырем демонам! Всех вас нужно истребить.

- Глупый рубака! - Практически прорычал мордвар. - Ты не знаешь даже толики того, что мы хотим на самом деле.

- Да? А легионы демонов вам нужны для того, чтобы поразвлечься и попить сакэ?

- Ты помнишь, хоть одно нашествие демонов на земли Сапфира. Как легионы четырех ступали по этим самым землям.

Морда монаха все сильнее и сильнее кривилось в гневе, в то время как улыбчивый вервольф отвечал ему.

- Нет, ведь предвестники каждый раз запирали врата до прихода демонических легионов. Об этом знают в каждом уголке нашего мира.

- Ты действительно глупец. - Разочарованно прошептал монах. - Думаешь каждый из предвестников сумел запереть врата? Буквально каждый? Или быть может это смертные очернили всадников, а на деле те желают не смерти, а спасения для всех нас?

- Чушь какая. - Тут же отмахнулся вервольф. - Демоны, да с благородными намерениями, бредовее не придумаешь.

Мордвар смиренно вздохнул и устало ответил ему.

- Ты просто не понимаешь. Не твоя вина в том, что с момента своего рождения ты жил во лжи...

- Избавь меня от своего бреда. - Серьезным голосом Кай прервал утомительную речь монаха. - Я знаю какие вы на самом деле. Вы оправдываете свои подношения и прегрешения словами о новом прекрасном мире, о счастливой жизни без забот и страхов. Это просто слова, пустые обещания, которые нашептывают вам в уши ваши всадники. Вами помыкают как глупыми пешками, а вы как стадо баранов несетесь за своим миссией, наполняя свои головы бессмысленной болтовней.

Морда мордвара слегка скривилось от злости.

- Ты глупец, что не ведает истины. Это тобой помыкают как мелкой пешкой, думаешь боги защитят тебя? Не смотря на все втои достижения, не смотря на твою веру, богам плевать на все. Для них, мы лишь скот для убоя.

Вервольф устало посмотрел на надоедливого монаха, чей разум полностью поглотила скверна четырех демонов, лживые обещания этих всадников отравили его здравомыслие. Теперь его уже не спасти, но Кай может сделать для него одно одолжение.

- Раз уж ты считаешь этот мир таким противоречивым, почему бы просто не покинуть его? Я помогу тебе с этим.

Раскаленное лезвие тати с блеском посмотрело в сторону мордвара, что бросил последние слова.

- Подойди ко мне и я переломаю тебе все кости.

Тень 17.

Густые серые облака затягивали все небо. Порывистый ветер несся словно безумец, сбивая все на свое пути, в то время как его собрат, снежный буран, погребал под толщами снега все, что не могло сдвинуться с места.

Ни один луч света не мог пробиться через столь плотную завесу, обращая землю под облаками в кромешную темноту. Но в небе, среди облаков то и дело возникали вспышки света. Голубые молнии пронизывали облака мимолетной вспышкой и громогласным оглушающим раскатом. Лучи желтого, словно солнечного, света озаряли небо. Но стоило появиться пышущему фиолетовому пламени, как все эти чудеса угасали в мгновение ока.

Фиолетовый огонь начал кружить вокруг одной точки, создавая пламенное кольцо, хорошо видимое даже с земли. Селафиил кружил вокруг Хораса, постоянно посылая в его сторону шары из разъедающего пламени. В ответ Хорас отправлял на встречу фиолетовому пламени потоки чистой таумы, что тушили огонь, словно вода.

Это продолжалось до тех пор, пока Хорас не понял, что таким примитивным способом, Селафиил пытается опустошить его эфирные запасы.

Рассчитав скорость и движение черного рыцаря, Хорас вытянул обе руки, перед которыми возникло метровое эфирное кольцо, и выстрелил огромным ослепляющим звездным лучом, сжигая облака и оставляя в них внушительные дыры. С начало Селафиил увернулся от смертоносного луча, но поняв, что оно движется за ним, начал ускорятся и бегать в воздухе по криволинейной траектории, в попытке сбить прицел кованого.

Но вычислительные процессы Хораса превосходили все мыслимые и не мыслимые рамки органического мозга. С легкость определив тенденцию движения Селафиила, Хорас направил солнечный луч на опережение, куда попался черный рыцарь.

С начало послышался хлопок, глушимый толщей облаков, затем четкое завывание ветра и только после этого шум доспехов, что упали на каменный склон горы. Огненное кольцо исчезло.

Пронесшись сквозь бурю, Хорас приземлился на крутой склон. Сквозь буран, глаз кованого разглядел черного рыцаря, лежавшего по среди камней. Его темные доспехи искорежились и дымились после удара раскаленного луча, а его бархатный плащ бесследно сгорел. Сам Селафиил дрожащими руками пытался подняться и встать на ноги, но стоило Хорасу вытянуть руку и применить заклинание, как черного рыцаря всем телом впечатало в землю. "Звездная гравитация" должна окончательно убить его.

Склон вокруг него начал углубляться от неистовой силы притяжения. Сила гравитации была просто невероятна, настолько, что черного рыцаря прессом вкопало в землю, но даже этого было не достаточно, чтобы расплющить его тело.

- Крепкий. - Коротко произнес Хорас.

Насколько понял кованый, атрибут света действует на черного рыцаря крайне эффективно, в то время как сила притяжения не наносит ему никакого урона.

Хорас, практически автоматически отправил короткое сообщение своему собрату Кэйташи. Данная информация должна помочь ему в битве. На это ушла доля секунды, выглядело так, будто бы Хорас и не отвлекался от Селафиила.

Деактивировав "Звездное притяжение", Хорас создал в другой руке золотое кольцо, из которого собирался не замедлительно выстрелить в ослабшего Селафиила.

Но тот, словно наполнившийся новыми силами, мигом вскочил на ноги и тут же воссоздал в руке копье. В ту же секунду всю поверхность дротика охватило ненавистное пламя. Приняв вытянутую позу, Селафиил приготовился сделать мощный бросок.

Хорас явно не ожидал такого исхода, думая, что черный рыцарь ослаб, но расчеты кованого оказались в корне не верны. Ускорив процесс анализа пространства, Хорас мигом прицелился и отправил звездный луч прямиком в Селафиила, намереваясь испепелить его тело. В это же мгновение черный рыцарь, что есть сил, метнул дротик в кованого.

Желтый обжигающий луч и пламенное копье пронеслись мимо друг друга, оставляя яркие следы после себя. Поток яркого света ударил Селафиилу в плечо. Мгновенный жар тут же сменился парализующим холодом. Если так и продолжится, то даже Селафиил долго не продержится, но внезапно свет перестал бить по нему, оставив его дымящееся и почерневшее от копоти тело в покое.

Хорас смотрел на огненное копье, что не переставало гореть, вонзившись в землю чуть позади него, и на наконечник которого насажена рука кованого, оторванный по самый локоть.

Лишь искореженный деформированный кусок металла составлявший внешнюю защиты и множество различных трубок и проводов неизвестного предназначения торчали из руки подобно оголенным мышцам и венам. Непонятная густая серая жидкость, схожая с ртутью, стекала через трубки на леденящий снег, сбиваясь в гидрофобные шарики и лужицы.

Хорас схватился за металлический обрубок, не веря в произошедшее. В голову Хораса начали закрадываться старые и давно забытые чувства. Глаз Хораса внимательно посмотрел на Селафиила и начал потихоньку пятиться. В страхе его оставшаяся рука задрожала. Он не чувствовал боли, его конструкция этого не предусматривала, но страх был настоящим и не иллюзорным. Все что окружало его начинало пугать кованого и до селе просто сильный черный рыцарь, начал оказывать на него эмоциональное давление.

- Не смей не дооценивать меня, Хорас. - Голос черного рыцаря стал более грозным и пугающим для Хораса.

Не контролируемые эмоции создавали в голове кованого не разбериху. Хорасу стало сложно оценивать ситуацию трезво, в таком состоянии можно легко ошибиться в расчете собственных сил. Именно это и произошло с Хорасом.

Не в силах контролировать свои чувства, кованый поднял оставшуюся руку к небу и воссоздал тауматургический круг. Потоки эфира начали подниматься высоко к небу. В сотне метрах в небе возникла дыра в пространстве, открывшаяся подобно двум глазным векам. Огромный портал открывал путь в черную и непроглядную пустоту, в которой виднелись мелкие светящиеся точки.

- Звезды? - Удивленно проговорил Селафиил, завороженно наблюдая за этим процессом. - Что же ты собираешься сюда принести? - Раздумывал рыцарь, но когда догадался, что именно хочет сделать Хорас, было уже поздно.

Огромная серая глыба камня закрыла собой звездное небо и начала протискиваться в портал.

Когда-то давно, на орбите Сапфира висело два крупных спутника, но уже очень давно они слились во едино, оставив после себя множество их осколков на орбите планеты. Один из таких осколков сейчас с грозным видом проходил через портал и приближался к земле.

Селафиил пытался телепортироваться с места на которое вот-вот упадет метеор, но этому помешала волна, пробежавшая от Хораса. Кованый преднамеренно блокировал пространство, не позволяя как летать в воздухе так и использовать телепорт.

- Самоубийца. - Тихо и спокойно произнес Селафиил, имея при себе еще один козырь. - Я не собираюсь умирать вместе с тобой.

Огромная глыба, размером с небольшой холм, прошла через портал на половину и будто бы сорвавшись с веревки, начала стремительно приближаться к земле.

Селафиил не стал ждать пока его расплющит метеор. Пожалую, к такому он был не готов. Согнувшись от боли, из-за спины черного рыцаря начал доносится железный скрежет. Пара огромный черных крыла с острыми перьями вылетело из спины Селафиила.

Не теряя и секунды, он махнул широкими крыльями, что разогнали бурю вокруг себя, и воспарил над землей, отдаляясь от эпицентра как можно подальше.

Метеору понадобилась всего лишь одна секунда, чтобы достичь земли. Вся вершина горы резко дернулась, поднялась мощная ударная волна, что ударила Селафиилу в спину, слегка закрутив его. Развернувшись, Селаф посмотрел на место где упал метеор и увидел как огромная волна из камней и горного грунта в перемешку со снегом вырвалось из под метеора и неслось во все стороны, не зависимо вверх или вниз.

Метеор с оглушающим и не приятным грохотом начал скатываться по склону горы, оставляя после себя внушительные борозды.

Послышался странный звук, будто бы гром спустился на землю. Взглянув себе под ноги, Селаф увидел как целый снежный пласт начал сползать по склону прямо за глыбой космического камня. Огромное, похожее на одеяло, снежный поток погребал все на своем пути, выравнивая скалистую местность.

Но Хораса ни где не было видно. Глупо считать, что какой-то там метеор или лавина смогут пронять его прочную оболочку. Оглядывая склон вдоль и поперек, его острое зрение зацепилось за маленькую краснеющую фигуру, лишенная левой руки.

Приглядевшись, сквозь порывистый буран, Селаф заметил кованого, что стоял на каменном выступе, пока лавина неслась под его ногами.

Черный рыцарь собирался приблизиться к этому кованому, но заметил, как раскаленное тело Хораса становилась все жарче, пока он не начал светиться словно ночной мотылек. Но, даже мотыльки не могли стать полноценным солнцем. Хорас начал излучать свет и жар подобно истинной звезде.

Воздух вокруг кованого начал вихриться и поднимаясь высоко в воздух подбирая с собой маленькие капельки, которые недавно были снежинками и кружили в неистовом буране. Свет резко усилился и начал излучать обжигающий жар.

Селаф попытался отлететь от набирающей свою мощь новорожденной звезды, но произошла вспышка, от которой он успел прикрыться только своим крылом. Огромная и слепящая сфера огня поглотила его. Перья на его крыле скручивались от жара и начинали гореть, обжигая Селафа неистовым пламенем, пока от прежнего прекрасного и гордого крыла не осталась уродливая обуглившаяся конечность.

Вспышка утихла и черный рыцарь обессиленно отправился на землю. Его истощенное и обоженное тело врезалось в каменный выступ, что еще сильнее выбило дух из Селафа. Так он и замер, пока остывающий кованый медленно приближался к нему.

Доспехи обожены до момента, когда это уже металлом а не доспех, но под ними все было куда хуже. Адская боль пронизывала каждую часть тела черного рыцаря. Конечности ныли от сильных ожогов, дышать стало сложно и крайне болезненно. Легкие превратились в жареную кашу, от чего Селаф плевался синей жидкостью. Но тот не проявлял никаких эмоций.

Попытавшись подняться, стальная нога кованого вплотную прижала его к земле, не позволяя ему сдвинуться с места.

- Ты мог сделать это с самого начала. - Хрипло выплюнул Селаф, смотря кованому прямо в глаза. - Почему в прошлом ты так мешкал?

Пусть страх и обуял его разум, он сумел направить это чувство в нужное русло. Иногда не нужно много думать, но стоит решительно действовать, не взирая на разрушения который повлекут за этим. Сейчас, когда Селафиил лежал под его ногой без сил, страх отступил и Хорас вновь вернул себе прежнее спокойствие. Но рука... ее уже не вернуть, это сильно огорчало кованого.

С грустью и волнением он обхватил остатки своей руки.

- Какая. Разница?.. - В головных процессорах вылезла информация об истощении запасов таумы. Но этого было вполне достаточно, для еще нескольких простых заклинаний.

Это была опасная ситуация, если бы заклинание "Свет желтой звезды" не сработало, то Хорас наверняка не пережил бы эту битву. Еще и этот метеор... очень неаккуратное действие.

- Мне... кхэ-кхАА... - Селаф начал кашлять новой порцией голубой жидкости, не в силах произнести хоть слово.

Что это может быть... Голубая кровь? Хорас раньше не встречал существ в жилах которых текла голубая кровь. Даже мутанты с мутной темной кровью не обладают такой особенностью.

От мощного пинка Хораса, шлем Селафиила слетел с его головы, наконец обнажая его загадочный лик.

Вместо ожидаемого для всех живых существ лица или морды, Хорас увидел голову, поглощенную непроглядной и кажется всепоглощающей мглой. Его кожа не имела хоть какой-то ни было цвет или оттенок, их и вовсе не было. Хорас словно смотрел в бесконечную пустоту космоса, чем на лицо живого существа. Его нос, губы и другие черты лица скрылись за слепым мраком, проглядывавшиеся только через его профиль. Лишь его белоснежные склеры и серебряные радужки его широко открытых глаз, казавшиеся двумя планетами близнецами в космосе, разительно выделялись на фоне его пустого лица.

Голубая жидкость ярким цветком развеялась вокруг его губ, позволяя хоть немного, но разглядеть черты лица Селафиила. С уголка его тонких губ побежала маленькая струйка голубой крови, медленно стекала по его лицу вниз через множество разных выпуклых линий, что были множеством шрамов на его гладкой коже. Тонкой нитью, голубой сок ручьем начал падать с его острого подбородка.

Сколько бы Хорас не шарился в своей памяти, он не мог вспомнить хотя бы схожее с Селафиилом существо. Но если это не полноценная раса, так может быть подвид? По чертам лица, он точно относится к человекоподобной расе. Не рокер или хоббит уж точно. Его высокий рост намекает на родство с верлами, но если приглядеться к чертам его уш, то они не заострены, а закругленные, как у людей. Выходит этот Селафиил относится к человеческому подвиду.

Но как именно возник этот необычный подвид? Естественным образом или же это мутации? Быть может это вообще результат селекции?

Первый вариант. Естественная эволюция. Но сразу же возникает множество вопросов, в каких условиях должны были обитать представители той или иной расы, чтобы достичь такого могущества в темной мантии и физической силе, при этом обретая такой внешний вид? Такие условия, конечно, существуют, в Теневом измерении, однако, это место наполнено туманом скверны и тварями, что питаются этой скверной. Существам из реального измерения там нет места, они бы просто умерли в адских муках, насколько бы выносливым и крепким не был органик из реального мира, он не выдержит такой сильной нагрузки.

Даже кованые не любят соваться туда, сразу по двум причинам. Первый нюанс заключается в том, что скверна влияет на работу внутренних механизмов кованых, сильно искажая передаваемые к конечностям сигналы или вовсе парализуя тела кованых. Вторая причина, по которой кованые туда не суются, это предельная разряженность таумы в атмосфере Теневого измерения. В критической ситуации, кованые просто не смогли бы пополнить свои запасы таумы и рисковали остаться там на всегда.

Второй вариант возникновения подвида Селафиила, это мутации. Но Хорас сразу же отбросил и эту версию. Нынешняя биомантия хорошо развита, чтобы создавать самых разнообразных мутантов, но не настолько, чтобы придать органической форме жизни, такую мощь.

Третий вариант, селекция. Это предположение кажется уже более реальным. При помощи селекции можно вывести особую породу органиков, с предрасположенностью к определенным видам мантии. Даже сами кованые проворачивали такой трюк сотню лет назад, выведя таким образом органиков со склонностью к теневой мантии и гаданиям на картах.

В нынешнее время, теневая порода разбрелась по центральному континенту, основав множество наемных гильдий, особенно среди них выделяется Цирковая труппа, что до сих пор держит планку одних из самых могущественных органиков в области теневой мантии. Но то как они сохранили свою предрасположенность, заставляет отворачиваться в омерзении.

Инцест. Даже самые гордые и прославленные убийцы не чураются таких грехов, лишь бы сохранить свою силу в линии наследования, что неизбежно ведет к их медленной, но верной деградации. Цирковая труппа обречена на исчезновение.

Картежники предсказатели, честно говоря, получились крайне посредственными и их исчезновение в толпе рядовых тауматургов никто даже не заметил.

Иначе говоря, селекция, как бы красочно не звучала, имеет множество недостатков. Просто удержать обретенную силу в линии наследования уже слишком сложно. Поэтому Хорас отбросил и эту теорию.

Но даже если хотя бы одна из этих трех теорий имела место быть, все факты разбивались об одну мелкую деталь. Голубая кровь, что течет в жилах Селафиила.

Человекоподобные, да и вообще все разумные расы не обладают такой особенностью, и не должны обладать ею. Красная кровь содержит частицы железа, что окрашивают ее и принимают не посредственное участие в жизни органического организма, и столь резкая перемена в фундаментальных основах биологии разумных рас просто невозможна. Это противоречит законам биологии и биомантии.

- Кто. Ты? - Хорас перестал делать догадки и задал прямой вопрос.

Селафиил прокашлялся кровью и томным голосом ответил.

- Ты... раньше еще ни разу не видел мне подобных... ясное дело... Кха... - Глаза Селафиила не закрываясь смотрели Хорасу в его единственный кристалл зрения, словно кукла уставилась на автоматона. - Мы здесь совсем недавно...

- В. Каком. Смысле. "Недавно"? - Хорас повторно воспроизвел последнее слово загадочного существа.

- В прямом... - Язвительно ответил тот. - Мы прибыли на эту планету... десять лет назад.

- Пришельцы? - Удивленно произнес Хорас, в ответ уголки губ Селафиила, окрашенные его собственной кровью, потянулись вверх.

Сам факт того, что кто-то пересек космос, поражало воображение кованого. Стальное братство уже пыталось сконструировать ракеты для пересечения пустого пространства и до сих пор пытается, рано или поздно достигнув звезд. Но то, что кто-то опередил их... в это было сложно поверить. Но Хорас не стал отвлекаться от допроса.

- Ты. Не ответил. На. Вопрос. Кто. Ты? - Угрожающе Хорас надавил ногой ему в грудь.

Селафиил лишь слегка поморщился от боли, но все же ответил.

- Я тот, что молится о людях... об их спасении и здравии... тот, что защищает святых рабов, от змея греха... Я молящийся. - Устало вздохнув и уронив голову на землю, Селафиил закончил.

Но Хорас остался не доволен и надавив на его грудь еще сильнее, заставил того выплевывать голубую кровь изо рта.

- Мне. Это. Не о чем. Не говорит.

Селафиил опрокинул голову и широко раскрыл губы в громком безудержном смехе.

- Ха-ха-ха-ха!.. - Подняв голову, Селафиил посмотрел Хорасу прямо в глаза. - Хорас, Хорас, Хорас... ответы ближе чем ты думаешь. Разгадка кроется прямо в тебе... хе-хе-хе... Все же примусы удивительная раса, создали тебя и всю твою расу для определенной задачи... И ты, пожалуй, справляешься со своим предназначением.

- Хватит. Тянуть. Говори.

- Вас создали для борьбы с существами, что подобны мне...

- Подобные. Тебе. Существа? О. Чем. Ты?

- Хочешь знать? - Поддразнивал Селаф, но как только стальная нага начала деформировать его и без того негодные доспехи и проминать его ребра, он воспринял это как согласие. - Ну тогда слушай внимательно...

...

Черный самурай замахнулся мечом, разрубая несколько летевших в него мечей. Вытянув руку, самурай раскрыл пальцы и воссоздал вокруг себя множество черных граненых кольев. Сжав пальцы, шипы со скоростью десяти выпущенных стрел, устремились в кованого.

Подняв щит перед собой, шипы безрезультатно раскрошились о прочный эфирный барьер, превратившись в черные сгустки тумана, что мигом развеялись в воздухе.

Следом, самурай поднял одну ногу и с силой топнул по полу, так, что нога пробила ее и дошла до земли под ним. Сразу же после этого храм слегка затрясло. Кэйташи почувствовал под собой более мощное колебание, чем вокруг него. Чуть позже стало ясно, почему.

Две каменные плиты разнесли деревянный пол над собой и поднялись словно кости домино, чтобы прижать кованого в каменных тисках. Но две плиты встретились с прочными кулаками Кэйташи, что врезались в толщу и начали покрываться глубокими трещинами. Натиск был остановлен и плиты начали падать обратно, попутно рассыпаясь на крупные булыжники.

Сразу же после этого, Кэйташи получил сообщение от Хораса. "Священный. Атрибут. Крайне. Эффективен. Против. Черного. Рыцаря. Возможно. Применение. Против. Черного. Самурая.", гласило сообщение. Мгновенно обработав его и придя к логичному выводу, Кэйташи начал готовить новые заклинания.

Черный самурая не остановил свой натиск и начал каст еще одного заклинания.

Из-за его спины начало прорастать множество тонких щупалец, создавая впечатление высокой травы... высокой извивающейся во все стороны неприятными движениями травы с толстыми стебельками. Очень резво, эти щупальца бросились на кованого.

Кэйташи вновь возвел круговой защитный экран. Острие тентаклей врезались в барьер и начали извиваться вокруг него, ищя бреши, чтобы протиснутся в него. Поняв, что это безуспешная атака, самурай отозвал извивающиеся конечности, но только для того, чтобы нанести очередной удар. Щупальца начали закручиваться в единый наконечник копья, состоящий из склизких и постоянно шевелящихся конечностей.

Сжавшись в плотное строение, накапливая силу, тентакли живо вытянулись в длинное древко копья, тянущееся к кованому со скоростью выпущенной пули. Копье быстро приближалось и когда коснулось защитного экрана, она не остановилась, лишь на мгновение замедлилось. Барьер разошелся волной, после чего начал расходиться паутиной сколов. Защитный шар лопнул и копье из щупалец продолжило двигаться дальше к своей цели.

Кэйташи закружил руками, в которых разожглись факела с ярким золотым огнем, что осветили тьму своими яркими и чистым как душа младенца светом.

Свет оказался безвредным, но стоило копью приблизиться к золотому огню, как его острый наконечник тут же испарился, а древко из извивающихся конечностей загорелось. Священное пламя быстро распространялось вдоль общей формы копья, что пузырилась и таяла от невыносимого жара, пробираясь к самому самураю. С опаской он развеял щупальца и те исчезли вместе с поглотившим их огнем.

Кэйташи позволил священному огню охватить его тело с ног до головы, превратившись в огромный священный факел. Спустя секунду, огонь исчез, обнажая его новый облик. Старую теургскую робу сменили длинные, до самого пола, белоснежные одеяния, сияющие словно блеск серебра под солнцем. Мешковатые формы скрывали силуэт кованого под ними, его руки утопали в длинных и широких рукавах с золотыми нитями, вшитыми в белую ткань. Но сквозь глубокий капюшон проглядывались блестящие голубые глаза кованого и его шарнирные челюсти.

Золотые нити, что пронизывали священные одеяния, формировали собой тауматургические руны, что даровали своему носителю значительную защиту от нападков любой нечисти. Вампирская сила крови и чары некромантов совершенно бесполезны, против столь мощного эфирного доспеха священнослужителя.

Золотой очищающий огонь погас, но его заменил огромный метровый в диаметре диск висящий за спиной Кэйташи и украшенный одной огромной руной на всей поверхности диска.

Кэйташи поднял руки и рукава сами сползли на его локти. Кованый горделиво заявил.

- Ты. Удивишься. Но. Моя. Специализация. Заключается. В. Изучении. Влияния. Религии. На. Психологию. Органиков.

Самурай легонько махнул головой и так же гордо ответил.

- Ты тоже удивишься, кованый, но сама моя жизнь, связана с чертовой религией.

Самурай слегка отступился и скрючил свое тело. Кованый заметил странное колебание на его спине, перетекшее в дребезжание, после чего из-за спины, пробившись через ламеллярные пластины, наружу выбрались пара черных крыла, настолько огромных, что выбили стены по сторонам от самурая.

Сложив их за спиной, самурай выпрямился и принялся вновь атаковать.

Над его головой появилась стрела с туманным силуэтом. Отдав ему приказ, стрела помчалась в кованого оставляя за собой дымчатый след. Кэйташи развеял руки, словно хотел заключить кого-то в объятья, совершенно не опасаясь приближающей стрелы, что просто испарилась, стоило ей приблизиться к кованому в плотную.

Но в это же время, огромное крыло развеялось и начало стремительно приближаться к кованому, попутно разрушая стены, что мешали ее проходу. Предплечье крыла врезалось кованому в бок и начала протаскивать его по мелкой и хрупкой комнате. Кэйташи уперся в деревянный пол, что не выдержал и сразу же провалился под неистовой силой. Стальные ноги начали скользить по холодному камню, попутно раскидывая отломавшиеся доски и щепки в стороны.

Наконец остановив натиск, в руке кованого появился литой золотой меч, которым он намеревался отрубить ненавистное крыло самурая. Но в последний момент тот оттянул конечность к себе, Кэйташи удалось оставить лишь мелкую царапину на перьях.

Удалив меч обратно в карманное измерение, кованый поднял руки вверх и растопырил пальцы. На кончике каждого перста засияли маленькие звездные светила, точно такие же какие видят в ночном небе. Протянув руки к самураю, эти звезды помчались в крылатого самурая по непонятной и непредсказуемой траектории, оставляя за собой в воздухе дорожки из света.

Крылатый самурай в ответ поднял свободную руку, в котором пространство тут же начало искривляться. Возникла маленькая точка, что росла и быстро усиливалась. В руке самурая выросла черная дыра, размером с мяч, но при этом обладающая мощной силой притяжения. Воздух с вихрем мчался прямо в портал, ведущий в бесконечную пустоту. Бумажные лампы, свисающие с потолка, начали тянуться к дыре, словно желая увидеть, что находится по ту сторону.

Десять мелких звезд сменили траекторию и стали предсказуемы. Летя по прямой траектории, их начало засасывать в необъятную мглу. Свет десяти светил бесследно исчез в космической пустоте черной дыры.

Опустив руку в сторону кованого, самурай отправил черную дыру к Кэйташи.

Кэйташи не растерялся и ответил тем же самым, воссоздал сгусток темной материи и отправил его на встречу.

Два звездных тела столкнулись в противостоянии, заставляя окружающую комнату зашевелиться, словно одержимые полтергейстом. Тонкие нитки бумажных ламп лопнули, подушки и низкие столы сорвались со своих мест и устремились к двум черным дырам, разрываясь между ними. Страшно подумать, что случилось бы окажись между ними живое существо.

Ситуация оказалась тупиковой. По всем законам физики, две черные дыры должны слиться воедино, но если это случиться, то новообразовавшаяся дыра окажется не под контрольной ни одной из сторон и поглотит всех без исключения. Поэтому они оба не допускают слияния черных дыр, стараясь избежать худшего исхода. А попытка атаковать друг друга заклинаниями, тут же окажется провальной, все заклинания будут поглощены черными дырами.

Но это не могло продолжаться вечно.

Земля, будто бы хотела убежать из под ног оппонентов, опрокинув их обоих на пол. Храм тряхнуло настолько сильно, что оба противника потеряли концентрацию. Лежа на холодном деревянном полу, самурай и Кэйташи смотрели, как две дыры начали сливаться во одну. Между ними протянулась нитка, что становилась все толще и толще, пока не образовался еще больший сгусток материи.

Сила ее притяжения оказалась еще более мощной, чем прежде. Двух врагов начало засасывать в нее. Лежа на полу, они вместе начали дестабилизировать ее, пытаясь спровоцировать взрыв. Взрыв еще можно пережить, но поглощение черной дырой будет куда смертоноснее для них обоих.

Руки Кэйташи приняли эфирную форму и начали вытягиваться, подобно длинной змее. Его ладони схватилась прямо за черную дыру, а пальцы впились в ее темную плоть. Самурай, в свою очередь, выпустил из-за спины кучу знакомых щупалец и потянулся ими к дыре, обхватывая ее со всех сторон, пока та не скрылась за толщей извивающихся тентаклей. Идеально ровный шар начал сжиматься, а притяжение слегка ослабло, пока не произошел мощный взрыв.

Ударная волна и мгновенный огонь поглотили всю комнату, вдоль и поперек. Из-за давления стены и потолок комнаты снесло напрочь, а огонь принялся пожирать дерево и бумагу, что было в обилии в этом храме. Раскатистый шум прошелся по всему храму.

Стены и потолок комнаты превратились в завалы и окрасились в копоть.

Тяжелое, но совершенно невесомое для кованого, бревно легло на Кэйташи и прижала его к ровной каменной земле. Откинув бревно рукой, Кэйташи мигом поднялся на ноги, осматривая завалы в поисках самурая.

Тот окружил свое тело крыльями, создав, что-то на подобии кокона. Раскрыв оперенную оболочку, показался невредимый самурай. Только завидев живого Кэйташи, тот сорвался с места, размахивая широкими крыльями, придавая своему телу еще большее ускорение. Огромный тати заменило копье яри, вытянувшееся далеко впереди себя, собираясь первым настигнуть кованого.

Кэйташи открыл врата перед собой и когда древко яри на половину погрузилось по ту сторону, кованый закрыл врата, оставив самурая с обрубленным древком. Крылатый воин не растерялся и начал образовывать из остатков оружия новую пику. Но прямо во время этого, самурая заметил, как из золотого диска, за спиной Кэйташи, вверх начали вытягиваться три цельно золотых лезвия, не имеющие ничего, что походило бы на эфес.

Поднявшись в воздух, лезвия по дуге бросились в самурая. Его нога вышла вперед, резко останавливая крылатого воина. Новеньким копьем он отбросил все три золотых лезвия одним взмахом. Но он не заметил, как еще два точно таких же лезвия вышли из золотого диска. Заметил он их лишь тогда, когда уже было поздно.

Клинки даже не заметили наличие на самурае доспехов, пронзив мелкие пластинки на сквозь, впились глубоко в плоть самурая. Острые края прорезались сквозь плоть и кости своей жертвы подобно раскаленному ножу. Из свежих кровоточащих ран начало доноситься шипение, после чего из них повалил черный дым вместе с пузырящейся голубой кровью.

Самурай закашлял голубой кровью, что вытекала из ноздрей и ротовой щели личины. Его серебристые глаза задергались, взгляд его начал мутнеть.

Самурай дернулся еще несколько рас, когда отброшенные три лезвия вернулись и так же кровожадно впились в его тело, пронзая его на сквозь. Голубая кров текла рекой по его ногам и скапливалась в лужи под его стопами.

- Кха-кха... кованый, ты даже не представляешь себе, на что нарвался... - С трудом проговорил самурай, тяжело покачиваясь на ногах, чувствуя, что вот-вот уронит свое тело на холодную окровавленную землю.

Собрав все силы, что остались при нем, самурай развеял руки и размашистые вороньи крылья. Двруг, все его тело стало сочиться густой черной дымкой. Кэйташи приготовился нанести последний решающий удар.

- "Геенна огненная"! - Прокричал самурай, призывая все свои силы к последнему удару.

Черная дымка начала превращаться в фиолетовое пламя, которым обычно пользовался Селафиил. Но если сравнивать, то огонь самурая выглядел куда более внушительно, чем пламя рыцаря. Кэйташи прямо на себе ощущал жар проклятого огня, что прямо на глазах начал биться, подобно живому сердцу. Златые клинки, пусть и обладали мощной священной атрибутикой, не выдерживали напор ненавистного огня и просто испарились.

Если кованый промедлит хотя бы долю секунды, то все его тело охватит неистовое пламя, сжигающая саму суть заклинаний.

Рунический символ на золотом диске за спиной Кэйташи вспыхнул священным огнем, постепенно так же набирая силы для последнего фатального удара.

Две стихии собирали силы, быстро заполняя комнату, разделив ее на белую, наполненную ярким слепящим светом, и черную, что превратилась в пристанище беспросветной мглы.

Потолок начал деформироваться, по мере усиления противостояния. Пока две сыеры не лопнули и не спровоцировали очередной взрыв, вырвавшийся наружу через потолок, разметав во все стороны глиняную черепицу и подгоревшие доски. Дыра в потолке впустила внутрь холодный ветер, несший за собой снежинки, что мигом принялись засыпать уничтоженную комнату, закиданную обломками.

Деревянная балка, что держала на себе крышу, треснула и обвалилась на пол вместе с куском крыши. В комнату посыпались черепичные фрагменты вместе со снегом, что накрывал их, и деревянные конструкции, что держали глиняное покрытие на себе.

Легкий ветер обдул голову Кэйташи. Его кристальные глаза замигали, несмотря на сильные помехи, он приподнял голову и осмотрел свое тело. Не смотря на поврежденную руку, оставшаяся такой после битвы с Хорасом, все остальное тело осталось целым. Но то, что его священные одеяния полностью сгорели, а диск за спиной исчез, заставляли задуматься о реальной силе самурая.

Посмотрев вдоль того, что осталось от комнаты, Кэйташи заметил недвижимого воина, чьи доспехи так же сгорели в священном огне.

Только Кэйташи хотел подняться, как в голове возникла информация.

"Запасы. Таумы. Истощены. 5%..."

Взглянув на самурая еще раз, кованый убедился, что тот в ближайшее время еще не двинется. После опустил голову и просто начал ждать.

...

Клык отрыгнул назад. На место, где он только что стоял, упала тяжелая дубина, ощетинившаяся обсидиановыми лезвиями.

Заметив, как красный демон медлит, вервольф рванул вперед и замахнулся двуручником, целясь прямо в лучезарный сустав. Лезвие меча впилось в голые мышцы, прямо на стыке между предплечьем и кистью руки. Кровь хлынула из под лезвия меча, обагряя и без того красные мускулы.

Демон громко завопил и отдернул руку назад, что не желала слушаться его. Три из пяти пальцев, будто бы просто завяли. Пришлось оставить молот на месте. Клык чудом успел выхватить меч из раны.

Смотря на демона, Клык улыбаясь сказал.

- Ну че обезьяна красножопая, сожрал?

Каменное лицо демона гневно посмотрело на мелкого волка и в его глазах проснулась до селе неведомая ярость.

Демон громко проревел и бросил в Клыка огромную и еще целую руку, сложенную в кулак, вложив в него всю накопленную ярость, которая только была при нем.

Клык принял более устойчивое положение и сгруппировал тело. Когда красный кулак оказался на пол пути к своей цели, вервольф покрепче сжал меч в обеих руках и резко выпрямил их, выталкивая двуручник на встречу. Острие лезвия вонзилось прямо между костяшек пальцев и норовило там застрять.

Демон вновь завопил от боли, ослабил кулак, чем позволил Клыку выдернуть свой меч обратно, и отдернул руку назад.

Костер ярости демона не переставал угасать, его глаза налились кровавой яростью и уставились на вервольфа, видя перед собой только его. Больше ничего не имело смысла, главное изничтожить этого зверолюда, спустить его с небес на землю, более важной цели для демона не существовало.

Острые глаза вервольфа заметили, как оммеджи, что все время стоял позади демона, зашевелился и это не сулило ничего хорошего. Но, этот оммеджи не стал хватать свои талисманы прямо из воздуха, его бледная рука потянулась к бумажке, что висела у него прямо на лице. Сорвав ее, оммеджи наконец показал свое лицо. Увидев его, Клык не заметил в нем ничего особенного, лицо как лицо, узкоглазый с торчащими скулами.

Более интересным было то, что за талисман он взял в свои руки.

Клык отошел на несколько шагов назад, приготовившись принять удар от талисмана. Взмахнув рукой, лист бумаги отправился в сторону Клыка плывя по потокам воздуха, медленно и не спеша. Это несколько озадачило вервольфа, ведь лучше всего, если заклинания будут быстрыми, от этого зависит их эффективность.

Наплевав на все условности, Клык побежал на встречу талисману, чтобы разрубить его на куски. Но стоило ему приблизиться, как из пентаграммы на талисмане, вырвались клубы серого дыма, что начали охватывать Клыка со всех сторон. Вервольф почувствовал как серый дым начал заползать ему в нос, уши и раны. Клык тут же начал отмахиваться свободной рукой, пытаясь выбраться из тумана, который, на удивление, не нанес вервольфу особого урона. Скорее это его воображение разыгралось.

Стоило Клыку выйти из тумана, как он тут же рассеялся.

- И че это было? - Клык остался в недоумении. Ищя ответы вервольф посмотрел на оммеджи, который хитро заулыбался. - Что-то здесь точно не чисто.

Словно ожидая этих слов, по телу вервольфа раскатистом молнии прошлась волна боли. Эпицентрами жгучей боли стали совсем не давние раны, разорванное ухо, левое бедро и особенно сильно разболелось левое плечо, которую словно зубчатой пилой пронизывала боль. Жгучие ощущения растекались по всему телу вместе с кровью, бегущей по его жилам.

В голову ударила неприятная слабость, даже не смотря на зелье Носорога, ему стало плохо. Руки и ноги налились свинцом, лоб вспотел, а взгляд закружился, в глазах задвоилось. Из-за головокружения, Клыка потянуло блевать. Не в силах устоять на ногах, он рухнул на четвереньки. Озадаченно он проморгался несколько раз, надеясь, что головокружение исчезнет, но этого не произошло.

Боль продолжала жечь его тело изнутри и расходиться по всему его телу.

- Блядь, че за?.. - Проматерился зверолюд, все еще не понимая, что с ним сделали.

Отличный шанс, чтобы наконец прикончить вервольфа.

Демон, получив приказ, затопал в сторону Клыка, намереваясь раз и навсегда покончить с ним. Его глаза начали источать удовольствие, при виде ослабшего зверолюда, и предвкушение в ожидании того, как он будет разрывать его на куски, слышать его мучительные вопли и его последний вздох. Ядовито желтые глаз демона заулыбались.

Когда демон приблизился к вервольфу, Клык кое-как поднял голову, смотря на демона с обозленными глазами.

- Это... не честно... - Прошептал тот про себя, но... что-то привлекло его внимание, кончик носа и уши задергались.

Клык медленно повернул голову в право. Демон тоже что-то учуял, отвлекся от вервольфа и взглянул вслед за ним. Озадаченный таким поведением оммеджи последовал их примеру.

Стоило тауматургу направить свой взгляд в сторону, как он увидел, что две стихии приближались к этой троице. Одну половину комнаты заполонила темная дымка, вторую золотые солнечные лучи. Обе этих первостихий медленно приближались к двум противостоящим сторонам, не предвещая ничего хорошего.

- С начало землетрясение, потом взрыв, чем на этот раз удивите?

Клык уже догадался, что сейчас случиться что-то очень не хорошее и решил ретироваться.

Собрав последние оставшиеся силы, вервольф встал на ноги и начал отходить к двери, через которую они попали в это помещение.

Свет и тьма начали усиливаться, все больше заполняя комнату, пока первостихии не поглотили в свои объятья демона и его призывателя. Оммеджи ошибочно полагал, что это дары черного самурая, и с хитрой противной улыбкой развел руками, принимая этот дар в свои объятья.

Призванный демон не разделял его радостей. Свет, что охватывал его тело, хоть и не причинял ему никакого вреда, но эта сила заставляла опасаться его природы и источника. По его лицу, конечно, так не скажешь, но желтые глаза демона начали метаться в поисках разгадки и подтверждения тому, что это безопасно.

Когда две стихии заполонили комнату, словно гром среди ясного неба, свет превратился в золотой огонь, а тьма разгорелась фиолетовым. Произошел мощный взрыв. Клык, залегший в коридоре, мельком заметил, как две стихии моментально сожгли всю плоть с костей мелкого человека и красного демона. Оставшиеся скелеты еще мгновение остались стоять на своих местах, пока и они бесследно не сгорели.

Ударная волна, последовавшая за взрывом, ударила по вервольфу. В ушах тут же возник противный звон, из-за сильно был сбит с толку и в полусознательном состоянии уронил голову на пол. Дальше он уже не слышал и не видел ничего, лишь непонятный пламенный шум.

...

Удары по морде и постоянные выкрики мучили уши вервольфа. С трудом приоткрыв глаза Клык увидел Кая перед собой. Из его носа и пасти бегали мелкие струйки крови, по верх той, что уже налипла на его шерсть. Его пасть обеспокоенно шевелилась, он что-то говорил, расслышать его слова, по началу, мешал стойкий и противный звон в ушах. Но потом его речь начала проясняться.

- Клык, ты как! Живой?!. - Кричал он.

- Да не ори ты так... уши вянут. - Лениво проговорил Клык. К горлу поступил сухой ком.

Поднявшись на руки, вервольф понял, что силы вернулись к нему. Похоже со смертью оммеджи, его заклинание потеряло свои силы.

- Ну и отлично. - Облегченно вздохнул Кай.

Схватившись за руку собрата, он помог ему подняться на ноги. Клык сильно ослаб от последней атаки оммеджи, но боль полностью ушла и самочувствие вервольфа сейчас куда лучше.

- Как там мордвар?

- Мордвар? - Немного удивился Кай, вспоминая, что с ним случилось. - Его смело золотым и фиолетовым пламенем, я чудом успел укрыться.

Глаза вервольфа заметно задергались, тот явно испытывал смешанные чувства. Страх и удивление слились во временный шок. Отмахнувшись, Кай закинул руку собрата через плечо и повел к двери, за которой должен скрываться монолит. Перед обгоревшими и сильно потрепанными дверьми в ожидании стояли кованые.

Некогда аккуратные одеяния теурга на теле Кэйташи просто исчезли. Сгорев до тла, те оставили после себя огромные пятна, налипшая толстым слоем копоть. Выглядел он очень вяло, руки бесцельно болтались, а голова нависла на шеи, ноги подкосились. Тот еле держался на плаву. Устоять на ногах ему помог Хорас, точно так же перекинув его руку через плечо.

Но вот состояние самого Хораса повергло Клыка в ступор. Одной рукой он поддерживал Кэйташи, но правая рука по самый локоть исчезла, лишь ободранный метал и внутренние механизмы остались грустным напоминанием, о том, что здесь когда-то была полноценная могущественная рука кованого.

- Что за нахер? Хорас, где... где твоя рука?! - Тревожно проорал Клык смотря на безрукого соратника.

Хорас спокойно обернулся и ответил ему.

- Селафиил. Оказался. Хитрым. Противником... Хотя. Это. Я. Потерял. Бдительность. Чем. И. Поплатился. - Его тон был все таким же холодным, но в нем, казалось, чувствовалась некая грусть и печаль, из-за потери руки, которую уже невозможно восстановить.

- Вот же блядство! - Обозленно прорычал Клык, осознавая всю свою беспомощность.

- Нужно-о-о. Поторопиитьсяяя... - Вокабулятор Кэйташи кое-как выговорил нужные слова, Хорас подхватил его стремление.

- Да. Ты. Прав. Я. Не чувствую. Присутствие. Монолита. Значит. Ритуал. Телепортации. Уже. Завершен. Но. Мы. Все. Еще. Можем. Отправиться. За. Ним. Так. Что. Вперед.

Бросив последние слова, Хорас выбил подгоревшие двери и вошел в зал вместе со своим собратом. Стоило им пройти через порог, как их тут же встретили градом заклинаний. Но насколько бы сильными не были их заклинания, они врезались в прочные, практически не пробиваемые для них корпуса кованых. В отличие от Кэйташи, у Хораса еще остались запасы таумы, которыми он и воспользовался. Энергии хватало на саму телепортацию и пару слабых заклинаний.

Материализовав перед собой обоюдоострое лезвие, Хорас заставил его вращаться вокруг своей оси, превращая его в циркулярную пилу и при помощи силы воли направил его по круговой траектории, в которой собрались культисты в мантиях.

Острое лезвие, не видя перед собой никаких преград мигов прошлась по всем противникам. Кровь начала хлестать во все стороны, обагряя каменный пол реками крови и раскидывая разрубленные по полам тела людей. Пройдя сквозь последнего из культистов, лезвие тут же испарилось в воздухе.

- Путь. Свободен. - Проговорил Хорас и потопал к центру куполообразного зала.

В глаза попались уже знакомые ритуальные символы, которые использовали для телепортации, и те же шестиугольные следы, повторяющие грани монолита.

Дойдя до центра, Хорас включил режим видения потоков таумы в воздухе и сразу же заметил выделяющуюся красноватую нить перед своим носом. Положив своего собрата на землю, Хорас потянулся к остаточному следу, попутно проговаривая.

- Клык. Кай. Я. Нашел. Остаточный. След. Скоро. Мы. Уйдем. Отсюда. А. Пока. Держитесь. Рядом. Со. Мной.

- Как скажешь. - Проговорил Кай, опуская собрата на пол, рядом с недвижимым Кэйташи.

- Блядь! - Ударив кулаком в пол, воскликнул Клык. - Этот пидарас с бумажкой на харе и тот демон! Я хотел лично разорвать этих ублюдков на куски своим цвайхендером! Это не честно! Все лавры достанутся только кованым! - Обозленно сетовал вервольф, ощущая себя лишним звеном в группе. - И еще, где мой меч...

Проговорил Клык, попутно потягиваясь за спину. Клык не помнил, что бывозвращал меч в ножны за спиной, но рукоятка меча четко ощущалась за спиной.

- Я не забыл про твой меч. - Пояснил Кай.

- Вот спасибо, конечно. - Слегка радостная улыбка появилась на его морде.

- Этот меч тебе так дорог? - Поинтересовался Кай.

- Ну, можно и так сказать. - Клык внезапно начал поминать свое прошлое. - Я получил этот меч еще когда был в своем племени. Многие годы тренировок со своим учителем дали свои плоды и однажды я смог превзойти наставника Скифа. И в качестве вознаграждения, перед смертью он сказал, что я могу забрать меч с его трупа. Так я и сделал. Этот меч, символ моих трудов, моей силы. И меня злит, когда я не могу проявить эту силу.

- Оу, как... не ожиданно. - Растерянно проговорил Кай, метаясь глазами из стороны в сторону.

- А потом меня как-то занесло, бросил вызов вождю племени. Это моя самая большая ошибка в жизни. Наш вождь одним махом может отрубить голову химере, а тут заявился какой-то щенок. Ясное дело я продул ему, но убивать меня не стали, прогнали из племени в мир, о котором я ни хера не знал. А дальше все как по накатанной: рабство, гладиаторские, бои, рана от чертового кошака, а потом Хорас нарисовался.

- Вот как. У меня тоже был учитель, но я его не убивал. Человек научил меня владению меча и философии воина. Помниться он говорил мне, что когда-то он был самураем при дворе знатного человека, но тот не смог сберечь своего хозяина и стал ронином, свободным от службы воином. Я, в каком-то смысле, тоже ронин.

- Воин без хозяина? Как по мне, настоящему воину не нужен хозяин. Воин, это не пес которого нужно держать на поводке, это оскорбление. - Саркастично заявил Клык.

- Это на севере такие устои, но здесь, на юге все кардинально иначе. Если ты захочешь понять местную культуру, забудь все, что знаешь о том, чему тебя научили на севере.

- К черту, не собираюсь я понимать чужую культуру, мне это ни к чему.

- Ну да, ну да...

В воздухе повисла неловкая тишина. Неуклюже двое вервольфов начали копаться в голове, в надежде найти хоть какую-то тему для разговора, лишь бы прервать эту тишину. Кэйташи издал непонятный звук, после чего заработал его вокабулятор.

- Время. В-все. Го-о-о-тово. Хватайтесь. За. Хоораса. - С трудом выговорил кованый, одновременно протягивая руку к своему собрату.

Кэйташи наконец прервал не выносимую тишину, чем заслужил благодарные взгляды вервольфов.

Кай помог собрату подняться на ноги и подойти ближе к Хорасу, дабы тот смог прикоснуться к нему. Уложив Клыка обратно на пол, прислонив к ногам кованого, Кай и сам собирался схватится за руку Хораса, но уши обоих вервольфов резко навострились, улавливая непонятное шарканье за пределами зала, но постепенно приближающиеся ко входу.

Двое братьев резко обернулись и напряженно уставились в сторону выбитых дверей. Затаив дыхание они вслушивались в приближающиеся шаги, и с каждым шагом их дыхание становилось все тяжелее. Если это кто-то из черных воинов, то им точно не сдобровать. Хорас занят телепортацией, а Кэйташи в слюни, Клык ослаб после битвы с оммеджи. Единственный, кто может сейчас сражаться, это Кай.

Сложив два плюс два, Кай слегка наклонился к собрату и прошептал ему на ухо.

- Клык, твое предназначение стать истинным воином, и спасти этот мир от культа четырех и их скверных богов.

- Ты че такое мелишь? - Клыку было не вдомек.

- Помнишь, утром я говорил, что чувствую конец своей жизни? Это чувство усиливается... мое время пришло. - Морда вервольфа озарилось не бывалой до селе широкой улыбкой. В душе Кай беспокоился о том, что грядет, но радовался такой идеальной возможности.

Схватившись за рукоять сабли, Кай выпрямился и развернулся в сторону дверей, к которым неумолимо приближались звуки шагов. Время тянулось мучительно долго, растягивая и без того напряженный момент. Пока наконец в проходе не показался темный силуэт.

Угольная дымящаяся рука схватилась за косяк двери. Сгорбившееся и ослабленное тело было лишено всяких доспехов, вместо них кожу покрывали множественные ожоги от которых поднимался клубящийся дым. Голубая жидкость текла из ран и ожогов по всему телу. Прокашлявшись, черный силуэт тяжело задышал, поднял серебряные глаза и широко открытым взглядом безумца посмотрел на четверых персон, собравшихся в центре зала.

Самурай это или рыцарь уже не имело никакого смысла. Одно было ясно, этот монстр не собирается так просто их отпускать.

- Кай! - Завопил Клык. - Я твой хозяин и мой приказ не нападать на него! Слышишь! - Кричал Клык, в надежде, что собрат послушается его приказов.

Кай слегка улыбнулся и в ответ сказал.

- Высшая честь для самурая, это умереть во имя своего хозяина. Значит и умру я, как настоящий самурай.

Преисполнившись честью в своем сердце, Кай принял вытянутую позу и крепко схватился за рукоятку и ножны своего оружия.

- Эй, стой!.. - Клык потянулся к нему рукой, дабы остановить его, но его руку тут же схватила стальная рука. Обернувшись, Клык понял, это Кэйташи остановил его. Возмущенный таким поступком, вервольф начал усиленно дергать рукой, пытаясь вырваться из его хватки. - Еб твою мать, отпусти меня! Кай, сука слушай мои приказы!

Кай сконцентрировался на противнике и больше не слышал своего собрата.

Вервольф использовал технику, присущая только искусным воинам Нихона. Техника "Туннельное зрение" оставила Кая без периферического зрения, но освободившийся потенциал зрения был направлен прямо вперед, полностью концентрируя внимание на противнике. Техника "Перо жар птицы" накалило его саблю до красна, кожа, натянутая по верх деревянных ножн начали скукоживаться и местами даже воспламеняться, выпуская наружу струи пламени.

- Узри же мою технику. - Грозно проговорил Кай, применив еще один прием.

Сгустки эфира внутри тела начали обретать формы искрящихся в воздухе молний, поднимая напряжение в воздухе до предела. Шерсть вервольфа, что местами оставалась чистой от спекшейся крови, начала вставать дыбом.

- "Взрыв молнии". - Прошептал вервольф, как произошла голубая вспышка молнии, на мгновение ослепившая Клыка.

Кай исчез из виду и в один миг оказался позади черного великана, с раскрасневшимся тати поднятым высоко над головой.

Черный воин озадаченно посмотрел на свой корпус. Раскаленное лезвие тати прошло на сквозь, разрезав половину туловища черного воина. Его левый бок разукрашен новым длинным порезом, из которого по ровной линии водопадом сочилась голубая кровь. Ладонью он прикоснулся к линии разреза и принялся немедленно прижигать ее тауматургическим пламенем. Его плоть шипела и дымилась еще больше обычного, но тот не издал и звука, словно и не чувствовал никакой боли.

Столь откровенная и жестокая картина потрясло Клыка.

Закончив с раной, черный воин развернулся к Каю, попутно воссоздав в своей руке огромную саблю одати.

Клык почувствовал, как его тело становилось легче. Ощущения те же, что и при прошлой телепортации.

- Кай! Немедленно дуй сюда! Ты уже задержал его! Давай сюда! - Пытался вервольф привлечь к себе внимание собрата, но тот уже полностью был поглощен боевым духом.

Черный воин и Кай смотрели друг на друга в ожидании первого шага.

Вервольф принял прежнюю боевую стойку, накапливая силы для очередного рывка. Тати вернулся в ножны, или в то, что от них осталось, воздух начал наколятся, молнии возникали прямо из тела вервольфа и били по каменному полу, не зная куда девать свою энергию.

Черный воин принял стойку, до боли напоминающую позицию "глупец". Тем самым провоцируя Кая на атаку.

Достигнув предела накопления эфира, вервольф совершил последний рывок...

Длинное и тонкое лезвие пронизывало тело вервольфа на сквозь, кровь взахлеб повалила через его пасть. Руки сжимавшие благородное оружие ослабли и повисли над землей, раскаленное лезвие начало стремительно остывать. Искры молнии исчезли.

Черный воин, не испытывая никаких трудностей поднял одати вместе с телом вервольфа и снял его с лезвия, бросив на холодный каменный пол, оставив его там умирать.

- Кай... - Сердце, казалось, пропустило удар. Клык не мог, или скорее, не хотел верить своим глазам.

Его собрат недвижимо лежал на земле, медленно истекая и захлебываясь собственной кровью. Клык уже не обращал внимание на то, как черный воин начал смотреть в их сторону.

Одати в его руке превратился в дротик, который тот не медля метнул в их сторону. Только после этого, когда угроза повисла над его головой, Клык заметил, как черное копье мчалось прямо в него и казалось, что это уже конец...

Произошла мощная вспышка и трое персон исчезли вместе с летевшим в них копьем.

Послесловие.

Дорогие читатели (по крайней мере четверо людей, которые добавили это произведение себе в библиотеку), это мое обращение к вам. С некоторых пор, мне в голову закралась одна интересная мысль.

В чем суть.

Хорас, Кэйташи и Клык в 17 части вновь отправляются в путешествие и я преднамеренно не делал отсылок к тому, куда они отправятся, только ради того, чтобы вы сами определили место прибытия. Здесь, я даю вам волю своему воображению. Вы вольны выдумать свою страну, придумать ей историю, культуру, религию и обычаи. Вы можете придумать свою собственную расу, что будет обитать на землях той страны, которую вы сами создали, вы можете наделить их особыми умениями и разными предрасположенностями к тауматургии или придумаете свой уникальный вид мастерства эфира.

Придумайте свою уникальную локацию с ее особенностями и обитателями. Ваши труды займут место в истории Сапфира.

Ваше воображение, ваш инструмент.

Тень 18 Озарение.

25 день месяца звездочетов (25 ноября)

Графство Сомерсет.

Город Шеффалд.

Если верить слухам, то город Шеффалд, один из главных торговых узлов, был вырезан подчистую. С начало, эти слухи можно воспринять как преувеличение, но оказавшись в этом городе и увидев все случившееся своими глазами, то начинаешь верить даже слухам.

Впервые оказавшись в этом городе, Эос впал в меланхолию, или что-то в этом роде. Стоило наемнику отвлечься от разрухи в процветающем Лестере, как привычная картина разрушения и смерти вновь вернулись. Ровные каменные здания были разрушены и покрыты копотью, напоминая о пожаре. Вымощенные брусчаткой улицы облеплены спекшейся кровью тысячи невинных граждан.

Могильные костры не переставали гаснуть на протяжении нескольких дней, все еще продолжая сжигать трупы граждан на огромных братских кострах, чей густой дым уносил души павших высоко в ночное небо затянутое серыми облаками. А их пепел придавали бегущим водам местной реки.

Вместе с войсками подкрепления, в город прибыли скорбящие, родственники и близкие тех, кто был убит в прошедшей резне. Десятки тысяч людей стекались в город, проститься с близкими.

Эос, стоя на стене и покуривая самокрутку, наблюдал за тем, как люди собирались вокруг тел своих близких, перед тем как придать их огню. Люди, не зависимо, мужчины они или женщины, проливали слезы.

Грустное зрелище, как ни посмотри, но Эоса эта картина ни чуть не тронула. Мертвые, скорбящие, озлобленные, для него, это что-то само собой разумеющееся. В гниющем мире, где правит разруха и жестокость, первобытные правила стали нормой. Либо ты, либо тебя. И убийство превратилось из греха в необходимость. Здесь же, Эос не видел никакой разницы, будто бы он и не попадал в иной мир, а остался на своей Земле. Странное чувство.

Вроде, это называется ностальгией, или дежавю?

В голову вернулись мысли, о которых Эос совсем не хотел вспоминать. Опять мысли о будущем этого мира.

Эос даже не сомневался о том, что в будущем, Сапфир повторит судьбу Земли.

Все начнется с промышленной революции и тогда, все покатится по наклонной.

Возможно, на Сапфире найдут альтернативу горючему топливу, и этот мир сохранит первозданный облик, а может нет и тогда Сапфир начнет медленно гнить. Впрочем, не это самое главное, более важно то, какое оружие появится в арсенале стран.

Это волновало Эоса больше всего. Возникновение оружия массового поражения будет неизбежным, и однажды разгорится война.

Но... из-за чего возникает война? В первую очередь, это часть внешней политики, когда слово стало бесполезным в достижении интересов, и тогда применяют силу.

Это столкновение интересов двух стран и в будущем, это может перетечь в глобальных масштабов апокалипсис. Но что если, в будущем существует только одна страна, охватывающая весь мир.

Эоса будто бы осенило.

Если это случиться, то войны прекратят свое существование, а мир станет мирным уголком во вселенной, в которой царит мир и порядок.

Только что, в голове Эоса возник план, который возможно спасет Сапфир от самоуничтожения. Всего лишь нужно подарить одной из стран достаточное могущество, а дальше наблюдать за тем, как гегемон поглощает все больше и больше территорий, пока не станет полноправным властелином мира.

Обычный человек вряд ли сможет провернуть аферу такого масштаба, но Эосфорос генетически скорректирован, у него есть все возможности, для осуществления этого плана. Ему это по силам, нужно лишь найти достойного кандидата и обдумать мелочи, которые могут возникнуть в время исполнения плана.

Первое, кто же станет кандидатом на пост мирового гегемона?

На центральном континенте расположено не так уж и много стран, но достойные найдутся и среди них.

Фестуа точно не станет гегемоном, у нее практически отсутствует основа для гражданской модели, на которой будет строится общество. Ее аристократы прочно закрепились на своих постах и разрушить феодальный строй изнутри будет крайне сложно, для этого понадобится военный переворот, с участием коннетабля Андре с его прославленной армией. Но Андре, почти всю свою жизнь служит короне и шанс его предательства так же крайне низок. Фестуа не подходит.

Герпшир, Сомерсет и Форсет так же не подходят для этих целей. Их политический и гражданский строй еще на стадии средневековья и в случае его реформации в империализм, процесс будет протекать медленно и пассивно, из-за тех же феодалов и аристократии. Военная мощь разбросана по территории между знатными семьями, что не играет на руку интересам страны. Три графства, как вариант, отпадают.

Фиор так же не внушает доверие потенциального гегемона. По слухам, лесная страна верл, даже более консервативна, чем Фестуа. Их уровень технологии архаичен, развитие тянется слишком долго. Их армия до сих пор использует примитивные луки, а доспехи прошиваются даже стрелами. По прогнозам, их мелкая страна не продержится и столетия, как будет уничтожена более могущественными соседями.

Единственный возможный кандидат в мировые гегемоны, это империя Ромалас. Их политический строй и гражданские модели соответствуют всем требованиям. Империалистический строй подразумевает активные экспансионистские войны, военная мощь, как говорят, на высоте и ни чуть не уступает королевской армии Фестуа. А технологии самые что ни на есть передовые на сегодняшний день.

Это просто идеальный кандидат в мировые гегемоны.

Выбор сделан! Теперь нужно было обдумать основной план и его детали.

Кто сказал, что один человек не может повлиять на историю? Может... и еще как может.

Потушив скрутку о каменный парапет, Эос двинулся вдоль стены с приподнятым настроением. Шанс всегда есть, нужно лишь найти его, и Эос нашел его. Теперь у Сапфира есть шанс на будущее.

Но в друг его отвлек неожиданный залп, прокатившийся по воздуху словно гром.

Прислонившись к каменному парапету, Эос начал выискивать виновников этого шума.

Очередной залп дал о себе знать. Под стенами, примерно с десяток солдат выстраивались по линии и держа в руках пистоли, целились в соломенные мишени, подсвеченные факелами.

Услышав приказ, раздался еще один залп.

Судя по выражению лица старика, который отдавал приказ, тот был крайне не доволен результатом. Оно и понятно, солдаты с трудом попадали по мишеням. Командир яростно заорал.

- Твою мать, и вы смеете называть себя кавалеристами?! Вы не солдаты королевской армии, а пустой сброд! Как же я устал возиться с вами! Одни только вы особенные не можете справиться с этим чертовым оружием, чтоб вас всех!.. - Топча ногой, старик одаривал своих подчиненных дарами бранного слова. От ярости, лицо старика буквально начало краснеть, из бородатого рта выплевывались слюни, а глаза чуть ли не вылезали из орбит.

Стрелки униженно повесили головы, вынужденные терпеть все эти невзгоды.

Его бранную речь прервал шум, что-то упало со стены.

С надеждой в глазах с десяток стрелков обернулись в сторону шума, очень надеясь, что это отвлечет внимание их злого командира.

Из-за темноты было сложно разглядеть, что именно упало со стены, но поблескивающий в свете факелов череп заставил встрепенуться всех присутствующих, в том числе и старика. Чисто на инстинктах, стрелки направили в сторону черепа свое оружие, но когда те нажали на курок, то раздалась лишь мелкая искра от кремниевого механизма. Те просто на просто забыли перезарядить пистоли.

Но как только череп подошел ближе, стало ясно, это не призрачная нежить, а скорее нежить облаченная в тяжелые доспехи. Стрелки действительно подумали, что перед ними полноценный мертвец. Их искаженные в страхе лица подтверждали это.

Встретить нежить в Шеффалде, не так уж и не возможно. На кладбищах, полях битвы или во многих других местах, где пало множество людей, значительно возрастает вероятность восстания нежити. Сам Эос еще не сильно разбирается в этом, но что-то да знает. Труп живого существа, как известно, со временем начинает гнить, а вместе с плотью гниет и внутренняя таума, что становиться основой для восстания нежити.

Однако, вероятность восстания мертвеца ровняется сто к одному.

Иначе говоря, если в поле лежит один единственный труп органического существа, то вероятность его восстания равна одному проценту. Но эти показатели начинают расти, когда множество тел собрано в одном месте. Сгнившая таума, представляет из себя что-то на подобии вируса, заражающий близлежащие трупы.

Если из кучи трупов поднялся один мертвец, то вполне вероятно, что за ним последуют и другие. В таких ситуация, вероятность восстания нежити возрастает в геометрической прогрессии, что влечет за собой огромные проблемы.

Пальцы солдат начали торопливо перезаряжать пистоли, собираясь совершить еще один залп, но внезапный оклик остановил их.

- Постойте! Я видел его, он... он прибыл вместе с подкреплением ополченцев, он свой. - Быстро проговорил один из стрелков, вспомнив, что уже видел этот стальной череп.

В подтверждение его словам, Эос снял одну из перчаток и показал им, пусть и бледную до нельзя, но все же здоровую человеческую руку.

Поняв, что они ошиблись, солдаты облегченно вздохнули, но облегчение сразу же сменилось негодованием. Подключился старик, который их тренировал.

- Какого хера ты творишь, если бы мы застрели тебя?! Не велика потеря, но репутация была бы подмочена!

Вот тут бы Эос поспорил. Даже земные ракетные автоматы с трудом прогрызались через эти доспехи, может ли гладкоствольное оружие пробить его? Эос может ответить с уверенностью, НЕТ.

Наемник проигнорировал слова командира и с интересом начал разглядывать экземпляры в руках одного из солдат. Стрелок, что держал пистоль, как-то неопределенно посмотрел на Эоса и затем, в поисках поддержки, посмотрел на своих сослуживцев.

- Эй, чего тебе надо, отвали! - Грубо ответил солдат, в чьих руках лежала интересующая Эоса пистоль.

- Наверное он хочет попробовать вкус порохового дыма? - Предположил один из них, после чего все остальные тут же взорвались смехом.

Стрелки смотрели на Эоса пренебрежительно и открыто смеялись над ним, ни чуть не стесняясь его присутствия.

Такое неуважение действовало Эосу на нервы, он один из искуснейших стрелков на планете Земля. Плевать из какого оружия ему придется стрелять, да хоть древний арбалет дайте ему, из него он завалит хоть тяжелобронированного солдата с реактивным пердежем.

Кстати, такие прецеденты однажды действительно случались, правда вооружен он был не арбалетом, а пистолетом. Да и завалить такого амбала у Эоса удавалось крайне редко, только если под рукой не оказывался убойный РПГ.

По меткости Эосу все же не занимать. Из десяти миллиардов людей, Эоса можно причислить к десятке самых метких стрелков и такое насмешливое поведение не умелых пистолиров, тронуло стрелковую гордость наемника. Его это выводило из себя, он еле сдерживал свои кулаки, чтобы на прочь не выбить челюсть каждому из этих солдат. А ведь он на это вполне способен.

- А ну заткнулись все! - Внезапный выкрик старика заткнул ор. - Да вы просто никчемные выродки, у вас нет никакого права! Будь вы опытными солдатами, я бы вас понял, но вы же никчемные стрелки, зачем вообще подались в королевскую армию? - Прошипел командир, еле сдерживая накипевшее внутри, но потом его взгляд обратился к Эосу. - Эй ты! Как звать?

В ответ, черепоголовый сунул руку под плащ, что-то выискивая там, и попутно приближаясь к старику. Вытащив из под плаща некий лист бумаги, Эос протянул его старику. Тот взял его и под мелькающим светом факелов, принялся читать.

- Так, значит тебя зовут Эосфорос, мхм... Подчиненный бургомистра Вольфгана де-Штраце, из города Зендер... - Старик как-то странно начал вчитываться, будто бы чего-то не рассмотрел. - Тут написано, что ты у нас немой, это правда?- Эос кивнул. - Понятно, инвалид в армии завелся. - Разочаровался старик и передал бумажку обратно, но все же решил задать еще один вопрос. - Опыт имеется?

Сказал он намекая на пистоли.

Эос уверенно закивал. Получив удовлетворительный ответ, старик грубо выхватил оружие из рук одного из солдат и вручил его Эосу.

- Надеюсь ты знаешь как им правильно пользоваться.

Наемник начал с интересом разглядывать предоставленный экземпляр. По мнению Эоса, пистоль, оружие каменного века, крайне примитивная конструкция, изъяны присутствуют практически во всем. Ладно, ствол здесь нарезной, это опустим, но вот все остальное, очень не понравилось Эосу. Вместо простой системы автоматического заряжания твердотопливных патронов, ловкость рук по быстрому засыпанию пороха и свинцовой пульки в ствол и ее последующим утрамбовыванием при помощи шомпола.

Конструкция отдельная, больная тема. Никакой эргономики, лишь цельная деревянная конструкция, в которую запихали стальную трубку и кремниевый механизм зажигания со спусковым крючком. Эос, неожиданно для себя, начал скучать по реактивно-стрелковому оружию. Вид мелких ракет-пуль завораживал воображение наемника до сих пор.

Но каким бы отсталым оружием не был пистоль и мушкет, ничего лучше здесь не найти.

Поняв, что пистоль разряжен, наемник потянулся к поясной сумке солдата, из которого ровными рядами торчали бумажные капсулы, скорее всего наполненные порохом. Солдат чутка дернулся, когда Эос резко выдернул из его сумки необходимое, но старик, наблюдавший за этим, удовлетворенно улыбнулся.

Порвав бумажный капсюль и засыпав содержимое в ствол, нужно было вложить пулю. Взглянув на солдата, Эос вытянул открытую ладонь, выпрашивая необходимый снаряд.

Солдат растерянно посмотрел на командира, но тот глазами намекнул ему отдать требуемое.

Свинцовая пуля оказалась в руке Эоса и после, сразу же отправилась в ствол. Этот процесс был слишком утомителен, Эосу это даже успело наскучить. Но утрамбовав все это добро шомполом, пистоль наконец был заряжен.

Старик продолжал внимательно наблюдать за действиями Эоса.

Встав на линию огня, наемник вытянул руку и хорошенько прицелился в мишень, на расстоянии тридцати шагов, по другому, примерно пятнадцать метров. Выявился еще один не достаток примитивного оружия, нет никаких прицельных планок. Пришлось импровизировать, но занятия по стрельбе применены те же.

Первое, нужно оставаться спокойным, для точной стрельбы. Эос всегда спокоен и первое правило, можно сказать соблюдается всегда. Второе, дышать медленно и ровно. Потоки воздуха, начали медленно вытекать из легких. И самое главное, плавный спуск.

Медленно сжав спусковой крючок, кремневый механизм ударил по мелкому железному диску. Огненные искры полетели в стороны, но вместе с тем, произошел непривычно мощный выстрел, после которого в воздухе повис густой пороховой дым.

Солдаты с интересом посмотрели в сторону мишени и просто обомлели увидев результат.

Свежее отверстие образовалась прямо рядом с центром. В девятку можно сказать.

Эосфорос, как ни крути, в десятке самых метких стрелков, такой результат с таким оружием, это вполне себе прорыв. Вот только сам он остался не доволен результатом, мог бы и лучше.

Вторая попытка, еще раз обокрав солдата, Эос уже быстрее зарядил пистоль, прицелился и сделал выстрел. Еще один, еще и еще.

Как бы точно не целился наемник, это галимое оружие не могло попасть прямо в десятку. Это оружие начинало бесить Эоса, из-за не точности нарезов в стволе, оно не могло попасть точно в центр и никакие корректировки не помогали. Максимум чего могло добиться это оружие, это девятка на мишени с пятнадцати метров. Наемник испытывал одно лишь разочарование.

Но солдаты, что смотрели то на мишень, то на самого Эоса, были совершенно другого мнения. Старик с удивленной рожей подошел к Эосу и сказал.

- Это просто невероятно, я видел как настолько же метко стрелял правая рука нашего коннетябля, господин Флюгер. Неужели я нашел настоящее золото среди стрелков? Боже господь правый, если я предоставлю им отсчет о тебе, то наверняка получу огромное вознаграждение... Эй, - старик вернулся из своих мечтаний и смотря наемнику прямо в глаза начал торопливо говорить - слушай, Эосфорос, верно? Вообщем, я хочу чтобы ты завтра явился на тренировочную стрельбу, там будет присутствовать наш командир Андре и его правая рука Флюгер. Если ты покажешь себя с лучшей стороны, то получишь место в королевской армии, ты понимаешь какой шанс выпал тебе. Такое случается только раз в жизни.

Пожилой старик говорил возбужденно, с горящим огнем в глазах. Этот наемник сильно удивил мелкого командира и тот, ни за что не собирался так просто отпускать столь ценного бойца.

- Что скажешь?

Это предложение звучало очень интересно. Участвовать в тренировке, где будут присутствовать высшие чины королевской армии, крайне занятное приглашение. Здешние стволы Эосу хоть и не нравились, но зато он сможет оценить подготовку королевских стрелков, и за одно наконец увидит, как на самом деле выглядит этот их коннетабль. Поэтому Эос согласно кивнул.

...

Ратуша Шеффалда.

Распахнув обе двери, в комнату, в сопровождении личных телохранителей, вошел долговязый старик. Его дворянское одеяние блеснуло в свете тауматургических фонарей, что озаряли всю комнату ярким светом. Явился сам коннетабль Андре дю Фамоа в компании своего помощника Флюгера.

Такого ценного гостя нужно встречать по всем правилам роскоши. Сложные хрустальные люстры, дорогая мебель из черного дерева и вином старинного сорта. Но ничего из представленного не было в гостевой комнате. Помещение пустовало, почти всю дорогую мебель вынесли из города, припасы и алкоголь, в том числе. Северяне забрали с собой все, что не было прикручено или весило слишком много.

Остались на своих местах лишь четыре тяжелых дивана, обитые красной бахромой, окружавшие грубый деревянный столик. Весь остальной интерьер был заполнен самой простенькой мебелью. Большего на данный момент найти просто не удалось, да это и не самое главное.

Вокруг деревянного стола собралась разношерстная компания, из трех цветных групп.

Каждый из присутствующих рыцарей был облачен в полные доспехи, различались они по конструкции и цветам окраса.

Рыцари Герпшира были разукрашены в красные цвета, а сама конструкция их доспехов напоминала панцирную, выкованные по одному стандарту. Помимо мечей и шитов, рыцари имели при себе хотя бы по одному пистолю в кобуре на поясе с прилегающими к ним сумками, в которых хранились порох и пули. Их технологическое развитие позволило им догнать Фестуа и поравняться с ней боевой мощью.

Вторая группа рыцарей имела зеленую гамму цветов с изображением герба Форсета на их кирасах. Но не пехотой или конницей славится Форсет, в первую очередь, они богатые мореплаватели с внушительным флотом под рукой. Форсет является главным арендодатель, предоставляя свои внушительные торговые корабли и опытных мореплавателей. А арендаторами чаще являются Сомерсет и Герпшир, не имеющие настолько обширный флот в своем распоряжении.

И наконец третья сторона, представляющая сам Сомерсет. Группа рыцарей, чьи латы разукрашены голубыми полосами стояли за персоной, возглавляющий их, лично-граф магистр Филип в своих неизменных доспехах цвета морской волны.

Пора бы перейти к делу. Приложив руку к груди Андре заговорил с ними.

- Прошу прощение за мое опоздание, много работы. - Андре начал с любезностей.

Трое людей сидели на диванах на ровне с граф магистров, значит высокопоставленные чины. Те встали с мест, выражая свое почтение. Граф-магистр ответил Андре такой же любезностью.

- Можете не беспокоиться. Все же вы прибыли сюда чтобы помочь нам. Весь Сомерсет благодарен вам за это, и я лично благодарен вам за вашу помощь.

Граф-магистр слегка склонил голову в благодарность. Все присутствовавшие в комнате, без исключений, были ошарашены таким поступком. Лидер целого государства склоняет голову перед ниже стоящим лицом, при чем из другой страны. Прецедент действительно очень неожиданный.

Но Андре начал догадываться в чем суть. Он уже был знаком с граф-магистром несколько лет назад и тогда он излучал гордость и внушал уважение к своей персоне. Даже если Андер со своим войском прибыл спасать его государство, не возможно, чтобы он вот так просто склонил свою голову.

Цели были куда глубже, чем можно увидеть. Андре так же подметил, что граф-магистр очень хитрый человек. Сидя у себя в магистрате в Лестере, ни делая ни чего, он вынудил соседствующие с ним страны отправить к нему подкрепление, под угрозой наступления северян. Даже Фестуанские стратеги смекнули, что просто сидеть сложа руки не получиться, если прилегающие к рекам города Сомерсета падут, то северяне могут добраться и до Фестуа.

А сейчас, склонив голову, он пытается расположить к себе всех собравшихся командиров. Но Андре раскусил его и не собирался идти у него на поводу.

- Прошу вас, присаживайтесь. Без вас мы не начнем. - С приветливым характером граф-магистр указал на полностью свободный диван, рядом уселся и его помощник Флюгер.

- Благодарю. - Предельно вежливо ответил Андре и сел на предложенное место. - Благодарю, что дождались меня, теперь перейдем к плану. С вашего позволения, я считаю, что нужно начать с разведки. - Подбирая нейтральные слова, Андре говорил крайне осторожно.

Небольшой политический опыт, дал Андре бесценные знания. Трое графств оставались феодальными странами и командирами в них часто становятся выходцы из знатных семей, что с трепетом ценили свое достоинство и не позволяли никому собой командовать. Такие конфликты часто приводили к гражданским и межгосударственным войнам.

Поэтому, необходимо было вести себя учтиво к феодалам и аристократам. Так же важную роль играли личные заслуги Андре, как полководца, а в этом деле равных ему не было. Уважение со стороны графских командиров было гарантировано.

- Полностью с вами согласен. - Граф-магистр поддержал предложение Андре, после чего посмотрел на рыцаря в зеленом.

Данная персона, это командир флота, пришвартовавшегося к порту Шеффалда. Рыцарь из Форсетского ордена, сенешаль Лейф Эриксон.

Статный мужчина ответил им.

- Да, насчет этого, пока мы плыли к вам, то по пути не заметили ни единого корабля северян. Странным нам показался один интересный остров, Аркней.

Граф-магистр щелкнул пальцем, к столу тут же подошедший телохранитель и разложил на столе карту северных берегов.

Взглянув на нее, Лейф указал на остров.

- Да, это здесь. Из далека мы заметили как с острова поднимается дым, много дыма. Мне показалось это странным, но мы предположили, что там могут находиться ваши воины, господин граф-магистр. - В подтверждение своих слов, Лейф посмотрел на Филипа, но тот отмахнулся от этого предположения.

- Этот остров когда-то был под контролем тауматургического магистрата, там они проводили эксперименты по мутации, но как оно обычно бывает, твари, которых они породили, вырвались на свободу. С тех пор остров заброшен и не имеет никакой ценности для Сомерсета.

- Ясно. - Подключился Андре. - Если так посмотреть, то для Сомерсета он действительно бесполезен, но для вторгнувшихся северян, это отличный плацдарм для последующего наступления. Остров достаточно обширный чтобы разместить там не одну сотню тысяч солдат. Прошло примерно восемь дней с момента падения Шеффалда. Этого достаточно для того чтобы построить простенькую крепость и закрепиться в его глубине. И еще, взгляните на форму самого острова.

Андре указал на самый центр пятна на карте, тыча пальцем на широкое русло реки, разделяющая остров на две части.

- Здесь, в реке есть еще один маленький островок. Отличное место для крепости, будь я на месте северян, то закрепился бы именно там.

Сенешаль и граф-магистр довольно потерли подбородки.

- Пусть я ни разу не видел вас в действии, но молва о вашей мудрости не врет. - Похваливал сенешаль из Форсета.

- Вы мне льстите. - Ответил Андре, состроив смущенное лицо, хотя глубоко в душе ему было плевать на его комплименты.

- Предлагаете нам для начала осмотреть этот остров? - Активизировался еще один сенешаль в красных доспехах из Герпшира, прямого конкурента Фестуа. Андре и сенешаль Агилар обменялись подозрительными взглядами.

Андре ответил хладнокровно, не проявляя никакой неприязни.

- Возможность этого, наиболее вероятна. К тому же, судя по ландшафту на карте, коннице там придется не легко. А северяне сплошь пехотинцы, грех не воспользоваться такой возможностью. Вот только меня волнует одна вещь.

На секунду в комнате повисла напряженная тишина, пока граф-магистр не прервал ее, подхватив мысли Андре.

- Аркней должен кишеть мутантами, но северяне все же сунулись туда. Возможно одно из двух. Северяне смогли истребить достаточное количество химер, чтобы чувствовать себя там комфортно. - Сенешали из соседних графств и коннетабль Андре скептично прищурились. - Или же, к моменту прибытия северян, мутантов там больше не было, во что мне тоже не особо вериться.

Андре немного призадумался, выдумывая возможные сценарии. Потерев лоб, Андре выдал свою гипотезу.

- Северяне, своими силами, ни за что не смогли бы истребить всех химер и я склоняюсь ко второму наиболее вероятному предположению... У меня сложилось такое чувство, будто бы кто-то подготовил Аркней к прибытию северян. Скажите мне как варвары смогли организовать поставки необходимых припасов на десять тысяч человек. Учитывая, что на северном континенте не растет почти никакая культура. Откуда у них столько припасов?

Сенешали и граф-магистр, в том числе, озадаченно посмотрели друг друга. С любопытством они посмотрели на Андре, в поисках ответов. Тот томить не стал.

- За северянами кто-то стоит, кто-то могущественный. Этот неизвестный подтолкнул варваров на атаку одного из прибрежных городов Сомерсета. Подготовил им плацдарм на Аркнее, предоставил необходимые припасы и кто знает, что эти северяне еще получили от этого неизвестного.

Все присутствующие, все кто слышал эти слова, нервно сглотнули. Нашествие северян начинает приобретать более угрожающие краски.

- Но кто это может быть? - Взволнованно проговорил один из сенешалей.

- Бог его знает. - Ответил Андре. - Это может быть кто угодно кому выгодно уничтожение трех графств и королевства Фестуа в том числе. Я могу понять, если целью станет только Фестуа, у нас много врагов. Но я не понимаю, зачем ввязывать в это ваши графства, вы практически не граничите с могущественными противниками, поэтому я не знаю, кто это может быть.

Филип вместе с сенешалями напряженно повесили головы и начали перебирать в своих головах возможные варианты.

Андре тем временем размышлял.

"За северянами кто-то стоит, кто-то могущественный... Вряд ли такой силой и столь обширными ресурсами обладает один единственный человек. Скорее всего это целая фракция. Страна? Быть может за всем этим стоит империя Ромалас?.. Точно же, это вполне укладывается в единый план.

Скорее всего, имперцы подговорили северян на нападение на Сомерсет, ведь ее реки ведут прямо к городам Фестуа. Таким образом они хотели навязать королевству войну на двух ее частях, растянув основные силы. Да и учитывая амбиции юной империи, она так же не откажется и от захвата трех графств.

Но информации все еще слишком мало, нельзя делать поспешных выводов."

- Вы еще не придумали, кто это может быть? - Неуверенно спросил сенешаль Лейф.

- Извините меня, но я тоже не знаю кто это может быть. - Ответил Андре, посчитав, что ему стоит лучше обдумать этот момент, прежде чем давать уверенный ответ.

- Раз нам не хватает информации, стоит не надолго отложить этот вопрос, хотя бы до момента, когда мы уже разберемся с северянами на Аркнее. - Предложил граф-магистр.

Отмахнув не нужные на данный момент мысли, командиры вернулись к прежней теме.

- Нам стоит лучше обсудить нашу стратегию, перед тем как мы покинем город и отправимся на остров.

5000 стрелков-пехотинцев и -кавалеристов вместе с пикинерами, десять пушек, и еще примерно 1000 ополченцев и наемников прибыли со стороны Фестуа. Герпшир предоставил своих стрелков новобранцев в количестве до 4000 бойцов и семь пушечных орудий. Форсет притаранил к Шеффалду пятьдесят своих танкеров, обшитых стальными листами. Сам Сомерсет выдвинет 1000 своих лучших рыцарей и 3000 тысячи кнехтов.

Итого получается примерно 15000 воинов, если еще учитывать Форсетских моряков. И теперь, было необходимо скоординировать взаимодействие между силами разных стран, так, чтобы все они стали единой армией. А это та еще морока.

- Я предлагаю нашим войскам разделиться на три составляющие. - Неожиданно предложил Андре.

- Что? О чем это вы говорите? Мы только собрались в городе, предлагаете нам снова покинуть его. - Не так понял Герпширский сенешаль. Другие подхватили его удивление.

- Нет, я имел ввиду другое. Взгляните на карту, Аркней. На ней указаны сразу несколько дорог ведущих к мелкому островку в русле реки. Я хочу сказать, что 15000-ная армия будет двигаться крайне медленно по одной дороге, но если мы разделим войско на несколько частей и двинемся по разным дорогам, то достигнем своей цели куда быстрее.

Филип подхватил его идею.

- Необходимо лишь координировать наши действия по дальней связи. Если враг нападет на одну из групп, то он сможет доложить об этом и тогда остальные придут на помощь. Я смогу предоставить нужных тауматургов для этого дела.

Граф-магистр все отлично понимает и словно читает мысли Андре на ходу.

Сенешали довольно улыбнулись и дали свое согласие на этот план, но они хотели знать подробности.

- А как нам взаимодействовать во время осады крепости? У нас есть пушки и мушкеты, думаю с этим долго возится не придется. - Гордо заявил Фридрих, на что Андре согласно ответил.

- Да, вы правы, все же наш враг, это неорганизованный варвар. Они до сих пор надеяться на свои щиты и мечи. А их стены, будь они хоть каменными, их не спасут.

- С боем все понятно, но что если враг окажется подготовленным к нашей встрече? - Сенешаль Лейф задался интересным вопросом.

Герпширский сенешаль хотел злостно подшутить над ним, наверняка сказав что-то про его трусость, но только Фридрих хотел выговорится, как внезапно его прервал Андре.

- Да, это тоже нужно учитывать. Если все будет так как вы сказали, то осада крепости может затянуться. В таком случае нам могут понадобиться поставки необходимых ресурсов и припасов.

- Прошу вас предоставить это мне, мореплавание и доставка грузов моя специальность. - Воодушевленно ответил Лейф.

Андре перевел взгляд на Фридриха, что корчил не довольное лицо. Пусть так, хотя бы удалось избежать скандала между графствами.

- Еще кое-что, - граф-магистр хотел добавить что-то еще - я видел ваше огромное орудие. Честно говоря я вижу такое впервые, не расскажете ли, как вы намерены использовать его?

"Ох... Филип, только не это" огорченно подумал Андре, ведь до этого момента он всячески пытался избежать разговора на эту тему. Но как на зло подключились и сенешали.

- Да, я тоже видел этого гиганта и минотавров, что тянули их. Скажу вам, более удивительного зрелища я еще не видел. - Улыбаясь сказал Лейф.

"Скорее это цирковой номер."

Фридрих тоже не промолчал.

- Мда, как вы будете использовать столь тяжелое орудие, загадка.

- Это пушка лишь не давно попала ко мне на вооружение и я еще не придумал как ее использовать. - Как-то робко ответил Андре.

- Ладно, если не хотите говорить, можете не говорить. Мы не заставляем.

Их лица скорчились в какой-то смешанной гримасе, в которой проглядывались как огорчение, так и некоторое волнение, будто бы ждали чего-то грандиозного.

"Похоже они подумали, что я скрываю секреты об этой пушке. Но ведь я действительно не знаю как его эффективно использовать. Неужели их мнение обо мне настолько высоко? Я польщен" с благодарностью думал Андре.

"Но раз уж они такого высокого мнения о моих способностях, то мне стоит соответствовать их ожиданиям, иначе это приведет к разочарованию. Нужно что-то придумать с этой чертовой пушкой. Как можно использовать "Королевскую пушку"? В осаде? Возможно хорошая идея, но вот только как ее реализовать, для ее перевозки даже пришлось нанимать минотавров. Ааа... слишком сложно, похоже придется импровизировать."

- Насчет стратегического боя, думаю у каждой стороны она своя. Но думаю, что основная задача ляжет на плечи пехоты. Думаю сильно заморачиваться не придется, несколько пушечных выстрелов снесут ворота и стены, а пехотинцы стрелки займутся северянами, пикинеры их прикроют. А конница ворвется внутрь и устроит там переполох. - Спокойно произнес Андре, не собираясь делать слишком сложные трюки ради каких-то там северян.

- Я и сам хотел предложить это. - Огорченно произнес Фридрих.

- Конечно. - Улыбаясь ответил Андре, чем дразнил сенешаля Фридриха.

Думаю на этом все? - Филип задал вопрос, оглядывая своих гостей. В ответ все кивнули головой. - Тогда извольте почивать, время уже позднее. С завтрашнего дня мы отправляемся на остров.

- Что ж, - сенешали одновременно встали со своих мест - доброй ночи вам, господа, завтра будет тяжелый день.

Андре и Филип тоже поднялись со своих мест, что бы отдать честь вышедшим сенешалям и сопровождавшим их телохранителям. Как только рыцари покинули гостевую, комната внезапно опустела.

Но в комнате еще оставались Филип и его свита. А сам Андре уходить не собирался и обернулся к граф-магистру, который поинтересовался у него.

- Господин Андре, вас что-то беспокоит?

- Я бы хотел поговорить с вами, наедине. - Подозрительно строго ответил коннетабль, намекая всем остальным оставить их и тихо шепнул Флюгеру на ухо. - Этот разговор долго не продлиться, подожди меня снаружи.

Правая рука сделал шаг назад, почтенно склонил голову и послушно вышел за дверь, прекрасно понимая, что сейчас будет обсуждаться.

Филип щелкнул пальцем и его свита тут же покинула комнату вместе с Флюгером, оставив Андре и граф-магистра одних.

Вернувшись за стол, Филип первым делом задал вопрос.

- И о чем же вы хотели поговорить со мной лично?

Простой и сложный вопрос одновременно. Суть просьбы проста, но если начать разговор не аккуратно, это может вылиться в конфликт или шантаж. Стоит начать из далека. Андре прокашлялся и произнес.

- До меня дошли слухи, что на ваших землях появилось множество тайных гильдий.

- Да, это так, к сожалению. - С фальшивой досадой отозвался Филип, но после его тон сильно огрубел и тот начал говорить прямо, без секретной вуали. - В чем суть?

Андре слегка ошеломил такой резкий вопрос, но он не растерялся.

- Меня интересует конкретная организация, "Цирковая труппа", "Труппа циркачей", называйте их как хотите. Вы наверняка должны что-то знать о них.

Филип посмотрел на Андре стеклянными глазами. Задумчиво потер подбородок.

- Да, знаю, кто они и как появились. Они детище экспериментов кованых, специально выведенные убийцы, непревзойденные темные тауматурги.

- Да, именно о них я и хотел поговорить...

- Кого вы хотите устранить? - Не успел Андре закончить, как Филип слегка наклонился вперед и задал конкретный вопрос. - Шуты, опасные наемники и не станут обращать внимание на мелкие обиды, им подавай высокопоставленных персон. Кто эта персона?

- ... - Андре был озадачен и возмущен таким грубым допросом, но старался отвечать предельно вежливо. - Боюсь я не могу сказать.

"Если о перевороте прознает кто-то посторонний, мне и моей армии точно не сдобровать. А если об этом узнает глава соседнего государства, ситуация может стать еще хуже." - Размышлял Андре.

- Ладно, могу вас понять. Вы бы хотели заиметь с ними контакты, вы это имеете ввиду? - Чувствуя полное превосходство, Филип говорил с позиции доминирования.

- Да. - Коротко ответил Андре.

- Раз так, то где ваши гарантии, что вы не отправите шутов по мою душу? Я понимаю, формально наши страны находятся в торговом союзе, но это всего лишь формальности. К тому же, мне не известно, действуете вы от лица короны, или же по своей собственной воле.

Разговор начал заметно накаляться, в воздухе повисла атмосфера напряжения.

"Слишком опасная ситуация, нужно как-то выбираться из нее... Точно, граф-магистр Филип фанатичный приверженец рыцарского кодекса, сыграю на этом."

- Сами подумайте, зачем мне вас убивать, ваша политика лояльна к Фестуа. Для нас это просто не выгодно, пусть и на словах, но наши страны все же поддерживают друг друга. К тому же, Фестуа отправила меня к вам на помощь, не ужели мы не заслужили хотя бы одну маленькую просьбу. Окажите мне одолжение и тогда мы будем на равных условиях. Вспомните о своей чести.

Последние слова прозвучали как провокация, собственно так оно и было. Филип недовольно сморщил лоб, прекрасно понимая, к чему ведет разговор.

Филип провернул не совсем гуманный трюк с Шеффалдом, но врать прямо в лицо, он точно не хотел. Все же кодекс выжжен у него в голове и просто избавиться от него он не мог. С самого детства его воспитывали как благородного воина и умелого политика. И теперь он разрывался между двух зол.

Отказать Андре в просьбе, будет правильным политическим решением, но бесчестным, если смотреть глазами благородного рыцаря. Что же делать, честь или солидарность.

Закрыв глаза в раздумьях, Филип не решался выбрать одну из сторон личности, но другого выбора у него просто не было. Устало вздохнув, Филип посмотрел на конкурента и ответил.

- Я лидер государства, жизнь моих подданных для меня превыше всего. Но ведь я знаю, что вы все равно докопаетесь до этих шутов... хааа... ладно, я предоставлю контакты. - Голос Филипа звучал подавленным, но подумал, что такое решение будет наилучшим из всех. Так он хотя поставит свои условия. - Только пообещайте мне кое-что и тогда можете делать с этими шутами все, что хотите.

- Что же это за условие? - Радостно произнес Андре, чувствуя победу в своих руках.

- Если я узнаю, что нанятые вами шуты работают в пределах трех графств, то вашему королевству не сдобровать. - Голос Филипа изменился и звучал угрожающе, ниже стоящие лица дрогнули бы, но Андре улыбался.

Коннетабль начал размышлять - "Война с северянами и империей одновременно, несла бы угрозу королевству Фестуа. Но если придется сражаться с империей и тремя графствами одновременно, то Фестуа долго не протянет. Филип наверняка сможет настроить наших союзников против нас, Герпширу просто не терпится сразиться с нами, а Форсет постарается не отставать от своих союзников. Он снова ставит не проходимый ультиматум."

Андре, впервые за столько лет, широко улыбнулся оголив белые зубы в которых выиднелись серебряные вставки. Тот протянул руку и сказал.

- Идет.

Пожав руки, Филип поднялся с места и сделал собеседнику предложение.

- Уже поздно, вам пора набираться сил. Мне тоже, пора.

Андре встал с места и с фальшивой маской любезности на все лицо, попрощался.

- Спокойной ночи, господин граф-магистр Филип.

Дверь закрылась за спиной Филипа, оставив коннетабля одного.

День быстро сменялся вечером, а затем и ночью, зима близилась. Оглянувшись, Андре убедился, что в комнате больше никого не осталось и начал заниматься тем, чего никто не должен увидеть.

- Ну, начнем.

Он начал разминаться.

Первым делом он размял старые и затекшие плечи, затем онемевшие ноги. Солдаты обычно не видят, как их командир разминается и думают, что он ведет сидячий образ жизни. Частично эти слова верны, но Андре почти всегда делает зарядку, ибо его больное тело быстро устает и без упражнений, двигаться просто не возможно. Стоит ему хотя бы немного напрячься или по сидеть за рабочим столом пару часов, как все тело ноет от напряжения и усталости.

А ведь еще помниться, как в молодости Андре мчал на лошади весь день и чувствовал себя прекрасно. Тренировался на мечах почти каждый день, а его мускулистое тело не подавало никаких признаков усталости, он был полон сил свершать бесконечное число подвигов. Но время не остановить, разум деревенеет, тело портится и ослабевает. Прежний энтузиазм угасает.

"Эх, надеюсь переворот окрасит последние дни в моей жизни. Вещи в загробный мир не унесешь, но хотя бы будет, что вспомнить." - Размышлял Андре, с надеждой на лучший исход.

Дверь за спиной коннетабля заскрипела. Он тут же остановился, посмотрев на Флюгера, что смирно стоял у двери.

- Господин Андре, как прошли переговоры?

- Прошли не плохо, но я бы смог и лучше. - Огорченно произнес коннетабль, вспоминая разговор с Филипом.

"Не ужели возраст снова напомнил о себе? Или это Филип настолько хитер, что вывел результаты беседы в ничью? Скорее первое. Сиди перед ним я в более молодом возрасте, то наверняка сумел бы одержать очередную победу." - Сетовал тот.

Отмахнувшись от этих мыслей, Андре прошел мимо правой руки и вышел в пустой коридор. Помощник последовал за ним. По пути, Андре заговорил с ним.

- Слушай Флюгер, у меня к тебе просьба, можешь разработать план действий для "Королевской пушки".

Флюгер с сомнением в глазах посмотрел на своего командира.

- Вы уверены? У этого орудия нет никакой маневренности, какой вообще план можно придумать?

- Любой, но только пусть он будет эффективен. - Приказным голосом пробасил Андре.

- Я вас понял. - Разочарованно и подавленно ответил Флюгер.

Двое человек шли по опустошенным коридорам совершенно одни, даже без охраны. Андре считал, что разгуливать по ратуши Шеффалда без охраны, будет жестом доверия к стражи и отобьет себе большее уважение среди местных рыцарей. Но Андре, так же знал, что никому, кроме Флюгеру, он доверять не может и старался избавиться от лишних ушей. Сейчас прекрасный момент для обсуждения.

- Флюгер, я смог договориться с Филипом.

Правая рука сразу же понял, о чем идет речь и стал заметно серьезнее.

- Ясно, выходит, Материалисты нам больше не угроза.

- Да, все идет как по маслу. Пока что ни кто не угрожает нашим планам. - Удовлетворенно произнес Андре, буквально чувствуя грядущую победу в перевороте. - Ладно, давай сейчас не об этом, грядущие событий еще не скоро произойдут, давай поговорим о настоящих проблемах.

- Слушаю вас внимательно.

- Значит так, - потерев седую бороду, коннетабль заговорил, перечисляя все моменты - нам удалось выяснить, что северяне окапались на острове Аркней, не далеко отсюда, буквально пол дня на кораблях. Скорее всего, мы встретим серьезное сопротивление, в лице варваров и кого-нибудь еще.

- С чего вы взяли, это же всего лишь северяне... подождите, кто-то еще? - Озадачился Флюгер, но командир начал разъяснять детали.

- Да, почему-то, мне не спокойно на душе, моя многолетняя интуиция подсказывает мне, что за северянами кто-то стоит. Кто они я не знаю, возможно проделки империи, но точно сказать не могу, слишком мало информации.

Флюгер задумчиво склонил голову и ответил.

- Если так, то это вполне объяснимо. Как только спадет снег, они сразу же нападут на нас с юга, а варвары будут помогать им с севера. Почему же вы не уверены в этом?

Ни одна мышца на лице командира не дернулась, но его голос прозвучал несколько обозленным.

- Все просто, Аркней должны заполонять мутанты, но ты же не думаешь, что имперские войны зачистили остров будучи не замеченными? Вот поэтому я сомневаюсь, что это дело рук империи.

- Если не империя, то кто это мог быть? - Лицо Флюгера начало излучать волнение.

- Это точно не один человек, а целая организация, причем подпольная, и как минимум по могуществу не уступающая Материалистам.

Флюгер тут же погрузился в свои мысли, Андре последовал его примеру, не останавливая ход.

"Организация равная Материалистам. Если это правда так, то наши противники должны обладать обширными связями, развитой системой коммуникации и практически безграничными ресурсами, вместе с умелыми тауматургами в своих рядах. А персона, возглавляющая эту организацию, должна быть влиятельнее самого короля. Но, что эта за организация такая, о которой я ни разу даже не слышал. Наши связи и шпионы молчат.

Может быть, что это сами Материалисты? Нет, бредовая догадка. Материалистам, это просто не выгодно, Фестуа для них марионетка, которой они могут вертеть как хотят. Если бы они хотели уничтожить королевство, то спровоцировали бы гражданскую войну, это куда проще.

Но кому выгодно, уничтожение Фестуа? Кроме очевидной империи, больше некому. Может в это замешаны трое графства? Нет, Фестуа служит щитом от империи, так что им это тоже не нужно. Может быть Фиор, верлы уже давно засматриваются на приграничные города Фестуа, но они слишком отсталые в развитии. У них просто не хватило бы ресурсов, для такого масштабного плана.

Это не страна, но подпольная организация равная Материалистам. Хоть с этим разобрались.

Теперь надо подумать, кто может противостоять Материалистам? Неужели "Цирковая труппа"? Нет, они всего лишь наемники. Но кто же... кто они такие?

Постойте... что если..."

- Культ четырех вернулся? - С удивленными глазами произнес Андре.

Флюгер чуть не подавился своей слюной и шокировано посмотрел на своего командира.

- Культ четырех? Но разве Материалисты не уничтожили их? Да и зачем им возвращаться, врата ведь исчезли.

- Да, ты прав, но сам подумай, какая еще организация может так ловко оперировать столь обширными ресурсами и строить такие планы? А ведь им вполне выгодно уничтожение Фестуа вместе с Материалистами, тем самым избавившись сразу от двух преград. А их возвращение может значить только одно, врата не исчезли, они ищут их. Хотят впустить в наш мир четырех богов. Боже...

Осознав всю сложность ситуации, Андре отвесил челюсть и впал в шок. Чтобы не говорил его помощник, Андре никак не реагировал на него, полностью зациклившись в своих мыслях. Его мозг всеми силами пытался осознать данную ситуацию и привести тело в сознание.

- Постойте, это же всего лишь догадка и не более, у нас по прежнему мало информации.

Флюгер начал заметно паниковать, его губы постоянно дергались, по лбу стекали капли пота, а глаза смотрели умоляюще, так и говорившие, "скажите, что это просто предположение". Но придя в себя, Андре вернул себе прежнюю хладнокровность, его слова не обрадовали Флюгера.

- Нет, я уверен в этом. Больше некому осуществить такой план. Похоже мы ввязались во что-то очень масштабное, возможно мы только что вступили в войну, против культа и его проклятых богов. Поверь, это было неизбежно. Врата, мы должны найти артефакт примусов и предотвратить худший исход, но захватить врата не достаточно. Самостоятельно запереть их мы не сможем.

- Что... что вы говорите? - По глазам Флюгера было понятно, он не на шутку испугался и не мог подобрать слов.

- Предвестник, издавна нам известно, что каждое столетие, когда открываются врата, на Сапфире появляется предвестник способный запереть их. Именно его мы должны найти в первую очередь, он может быть где угодно, даже в рядах нашей армии. Я не знаю, но мы должны сделать все, чтобы найти его и защитить. Нужно действовать быстрее культа. - Андре весь горел от напряжения, его одежда пропиталась горячим потом, а по лицу пробегали мелкие капли. - Флюгер, - командным голосом, ему удалось привести в себя правую руку - слушай меня внимательно, не вздумай кому-то об этом рассказать. С этого дня активизируй нашу шпионскую сеть и ищи всех, кто ведет себя слишком подозрительно.

Тень 19 Теплая встреча.

26 день звездочетов (26 ноября).

Шеффалд.

Город не был рассчитан как место сбора для огромной армии и не располагал достаточно большой площадью, на которой вместилась бы 15000-ая армия, а провести стрелковые учения и общие сборы было необходимо. Поэтому приняли решение собрать всю армию за пределами городских стен.

Стрелковые учения, как можно понять из названия, проводились для оттачивания стрелковых навыков, но это уже что-то вроде традиции.

Еще во времена, когда Андре только вступил на пост командира королевской армии, перед первым боем он заметил, как его солдаты были деморализованы из-за незнакомого оружия на своих руках. Тогда, меткость стрелков-пехотинцев, не имела большой роли, но важнее была их мотивация, которая была ниже не куда, и Андре придумал кое-что. Прямо перед самой битвой, Андре провел учения и после них, не зависимо от результатов, начал нахваливать их мастерство и осыпать комплиментами, достойные настоящего солдата.

По началу, Андре предстал в глазах солдат обычным заносчивым аристократом, которому плевать на их жизни, лишь бы выделиться в глазах других аристократов и феодалов. Но после его речи, мнение солдат резко изменилось, его нахваливающие слова заставили их поверить в то, что Андре на их стороне и он ценит их старания.

А результаты первой битвы показали, что Андре не только хороший оратор, но и отличный командир, за которым не страшно отправиться даже в самый безумный поход.

Личность Андре стала самой авторитетной фигурой в королевской армии, даже королевская семья не обладает такой харизмой и интеллектом. Оно и ясно, лучше умереть за мудрого командира, который заметит твой подвиг, чем жить как раб под началом гнилой аристократии.

Преданность своих солдат, Андре ощущал в каждом отточенном движении его армии. Каждый двигался словно один, их ноги маршировали в такт грубой барабанной мелодии. Их спины ровны словно лезвие безупречного клинка. Блистали на солнце их чистые кирасы и круглые шапели под солнечными лучами, что вырвалось из-за вечных облаков, лишь бы узреть идеал во всей ее красе.

Дребезжали их кольчуги-пиксаны, словно зов войны неудержимой поступью идущие.

Шеренга вышла вперед и защелкали механизмы кремниевые, ощетинились ряды стволами. Выкрик. Приказ. Залп! Оглушительный рев тысячей выстрелов били по ушам фермеров-ополченцев. Ряд сменился и снова залп тысячи выстрелов, пока высокие пики пронзали холодное небо, позади мушкетов.

Рыцари Герпшира, стрелки-новобранцы, неопытные солдаты, изумленно наблюдали, как их Фестуанские соперники уничтожали мишени, ломали их в сотне шагов от себя. Чувствовали, что даже их панцири не спасут от адской какофонии выстрелов и вздымающегося порохового дыма. Тысячи выстрелов не оставят им и шанса на выживание.

- Впечатляет. - Признался граф-магистр, восседая на крупном фризском рысаке.

Командиры союзной армии, каждый сидя на своем коне, собрались позади всей армии и то ли встревоженно, то ли в впечатлении наблюдали за маршем королевской армии.

- У вашего войска просто невероятная строевая подготовка. Я... я просто не могу подобрать слов... - Изумленно проговорил сенешаль из Форсета, не в силах оторвать глаз от блестящей своей подготовкой пехоты.

Сенешаль из Герпшира был солидарен с ним, но испытывал он скорее не изумление, а опасение. Поэтому вел он себя крайне учтиво.

- Буду честен с вами, я не видел такого, даже в нашей армии.

Андре, облаченный в простенькую кирасу и рядовой шопель, хитро заулыбался. На своем языке он чувствовал вкус превосходства над своими союзниками. Их удивленные лица были усладой для его глаз, а взволнованные слова заменяли ласковый голос. Андре испытывал огромную гордость за своих воинов, за Свою королевскую армию.

Но долго по гордиться ему не позволили, Флюгер на коне подъехал к Андре и шепотом задал вопрос.

- Господин Андре, как поступить с желающими выделиться?

Господин Андре обернулся и окинул взором толпу ополченцев, собравшиеся позади командования и с изумленными лицами наблюдали за представшей перед ними картиной. Из неорганизованной толпы вышли несколько человек и выстроились в жалкое подобие шеренги. Каждый из них держал в руке по мушкету или пистолю.

Из десятка чумазых ополченцев, разительно выделялся один человек, облаченный в темные одеяния и доспехи, озирался стеклянными глазницами поблескивающего черепа, но не видом он заинтересовал Андре, но гордой осанкой и смирной стойкой, словно тот уже служил в элитных войсках, где был вымуштрован до идеала.

- Его имя. - Андре задал встречный вопрос, смотря на черного воина.

Флюгер сузил глаза, всматриваясь в этого персонажа. Почесал седую голову, вспоминая его имя и хриплым голосом уверенно ответил.

- Эосфорос из Зендера.

- Ясно, дадим им шанс после. Когда начнется загрузка в корабли. Осталось немного подождать.

- Вас понял, так и сделаем.

Андре и Флюгер повернулись обратно, с гордостью рассматривая свою армию.

Но вдруг Андре вспомнил о "Королевской пушке", вспомнил как поручал Флюгеру заняться разработкой плана и задал ему соответствующий вопрос.

- Флюгер, как там дела с пушкой? - Тихо прошептал Андре, не желая, чтобы его слова услышали сенешали и граф-магистр заодно.

Флюгер насупился, когда услышал этот вопрос и посмотрел в сторону пирса, что хорошо проглядывался с их позиций. Там пришвартовались огромные двухпалубные монстры из Форсета, а вместе с ними и огромное орудие возложенная на стальную телегу, заменившая лафет. Тянули цепи не менее внушительные твари, огромные минотавры-наемники тащили за собой толстые цепи, изо всех сил, пытаясь затащить стального монстра на палубу Форсетского танкера.

- Да, есть у меня одна идея. - Не уверенно ответил Флюгер, считая, что задача возложенная на его плечи была слишком сложна. Его преследовали мысли, что он мог придумать что-то по лучше. - Главная проблема этого орудия, это его медлительность, но если мы посадим его на корабль и будем использовать его палубу как лафет, то думаю, он станет куда более мобильным.

Андре заинтересованно выслушал его идею и даже дополнил ее.

- Нам так же известно, что варвары укрепились на малом острове в русле реки Аркнея. Река достаточно глубокая, что бы там проплыл Форсетский танкер, если мы сможем отвлечь внимание северян на себя, то "Королевская пушка" на таком "лафете" сможет приблизиться достаточно близко чтобы не промахнуться. Да, отличная идея Флюгер. - Довольным тоном завершил Андре, но в конце добавил. - Но будем использовать этот план только в самом крайнем случае.

- Вас понял. - По солдатски ответил Флюгер.

Андре хотел бы обговорить еще несколько тем, но они были настолько важны и секретны, что даже под органы мушкетов их обсуждать не стоит, нужно подобрать момент. Культ четырех, врата, предвестник, нужно было разузнать обо всем, разведка должны была хоть немного помочь в этом не простом деле, но раз уж у Андре теперь имелись связи с шутами, то они отлично подойдут для глубокой разведки.

Снова, Андре чувствовал, что благодаря необходимым связям, победа приближалась к нему все ближе и ближе. Невольно уголки его губ потянулись вверх лукавой улыбкой.

Эос не был исключением и был поражен профессиональной подготовкой Фестуанских войск.

Даже на Земле он не припоминал, настолько отточенных движений тысячи людей одновременно. Ему казалось, дай этим солдатам Земное оружие и они бы уничтожили врага одной лишь своей дисциплиной. Даже в рядах экспериментальных войск, он не наблюдал настолько строгой строевой подготовки.

В экспериментальных войсках больший упор делался на взаимодействие солдат внутри отделения. Экспериментальные войска внутри РФ воспринимались как особый вид спецназа, предназначенный для особо сложных и длительных в исполнении операций, так что Эос, можно сказать был именно спецназовцем, хотя... к экспо-войскам такое определение не подходит. Это же экспо-войска, им не дают определенное обозначение, пока не выяснят в какой области они наиболее эффективны.

По крайней мере, когда Эос состоял в их рядах, ученые и командование все еще выясняли это.

Эосфорос стаял смирно, как его и учили на Сибирских военных базах, как вдруг тяжелая рука обернутая стальными перчатками легла Эосу на плечо. Показались рыжие волосы перевязанные тонкой веревочкой. Изумрудное и бледное очи посмотрели на Эоса прямо сквозь титановую оболочку. Грубые и иссохшие губы зашевелились.

- Неужели ты настолько меткий стрелок, что даже решился пойти на такой шаг, смотри промежность не порви. - Стеклянные глазницы осудительно посмотрели на смеющуюся Софи, давая понять, что он не так прост как кажется. Завидев лицо соратника, Софи хорошенько задумалась и задала ему вопрос. - Интересно, а у тебя дома хорошо обучают обращению с таким оружием? - Эос утвердительно закивал, чем немного озадачил Софи. - Те есть, у тебя дома, такое оружие уже прижилось, сильно? - Еще один кивок в сторону Софи. - Интересно. - Ответила та. - А как там у вас обстоят дела вообще с войной... как сказать, ох... блин, разговаривать с тобой одна морока. - Огорченно отозвалась Софи и на секунду просто замолчала. Но потом все таки продолжила. - Хмм, ты знаешь заклинание "Ментальная связь"? Я с ней знакома и могу научить тебя. Так мы хотя бы нормально разговаривать сможем. Понимаешь о чем я?

Эос явно заинтересовался таким предложением, это было видно по его мертвому взгляду. Бестия даже улыбнулась, когда заметила это.

- Решено, когда сядем на корабль, я научу тебя этому, ты же у нас быстро учишься. Проблем не возникнет. А сейчас лучше сконцентрируйся на этом вот мероприятии. - Предостерегая сказала бестия, указывая на группу командиров, что зашевелились. - Кажется учение подходит к концу.

И правда, органы тысячи орудий внезапно затихли, ряды приняли прежний строевой порядок и ждали своего командира, что на гордом коне шел между рядами могучей армии, пикинерами, конными и пешими стрелками.

Выйдя перед всей армией, Андре строгим взглядом осмотрел первые ряды стрелков поголовно одетые в блестящие на солнце шапели и салады. Из далека эта армия больше походила на фигурки из знаменитой настольной игры "Полководец", в которую любили играть все без исключения. Разве человек может быть настолько дисциплинированным солдатом, что больше походит на фигурку? Андре знал, что может.

Затем, повернул голову в противоположную сторону и осмотрел разрушенные в щепки ограждения, за которыми виднелись тысячи вспоротых свинцовым градом земляные ямки. Снова обернулся и посмотрел на своих солдат и слегка улыбнувшись сказал им.

- Да вы чертовы монстры! Я вижу, своими глазами, ни один враг не сможет устоять перед вашим гневом! - Громкие похвальные слова Андре заставили лица его солдат расплыться в широких улыбках, но ни один из них не поколебался и не нарушал строй. - Вы единственная гордость, что осталась в нашем королевстве! Вы искуснейшие войны на всем центральном континенте, ни одна армия не сравниться с вами, ни чертовы ушастые рейнджеры из Фиорских лесов ни имперские легионы с южных берегов! Я говорю это ни как ваш командир, а как свидетель ваших подвигов!

Непобедимые войны, что уже не один десяток лет сражаются на моих глазах словно звери, рвут на куски врага своего! Жалким северянам не сравниться с вами по ярости и безумию, мастерству и дисциплине! Плевать как вас убьют, но знайте, погибли вы сражаясь с оружием в руках, разве это не честь! - В подтверждение его словам, армия громко воскликнула и Андре продолжил. - Нет нам страха или скорби! Будь то даже бог, задача у нас одна, уничтожить врага! Не бойтесь же будущего, постройте его собственной кровью и потом!

Стройные ряды не сдержали своих эмоций и вместо оружейной какофонии разразились солдатские овации и крики, своему полководцу, кумиру и авторитету. Сотни шеренг начали вопить, благословлять, хвалить и клясться ему в вечной службе, все эти голоса сливались в единый беспорядочный поток слов.

К Андре на коне вышел его помощник и громким голосом отдал приказ.

- Всем! На войну! По кораблям! - Заиграл барабан, в такт которого часть войск отделилась и направилась к воротам Лестера вытянутой формацией, при этом никто не прекращал беспорядочный гомон тысячи солдатских голосов.

Слова Андре заставили вздрогнуть каждого. Не важно, рыцари это Форсета или Герпшира, каждый из них наполнялся, не пойми откуда появившимися, силами, дабы со всех ног побежать в сторону врага и каждого из них уничтожить собственными руками. Эмоции переполняли их сердца, словно горячее вино льющееся за края сосуда.

Полководец, дипломат, интриган и военный психолог, что же еще в себе скрывает личность коннетабля Андре. С интересом раздумывали командиры трех графств, чувствуя, что их репутация была подмочена. Впрочем, это было неизбежно. Персона Андре была куда авторитетнее его коллег из соседних стран, не говоря уже о королевской семье.

Андре вместе с Флюгером, в сопровождении громких воинских оваций, поскакали обратно к своим позициям по тому же прежнему пути, между рядами преданных войск.

- Давай, удачи тебе. - Пожелав удачи своему соратнику, Софи вернулась к столпившейся кучке ополченцев.

Андре вместе с его помощником медленно приближались к Эосу, в то время как его волнение нарастало с каждой секундой. Разные мысли захватывали его разум, но на самом деле волноваться было особо не о чем и его беспокойство было излишним, как и волнения десятка других ополченцев, державшие в руках мушкеты и пистоли.

Вперед вышел офицер Флюгер, чтобы отдать приказ выстроившимся ополченцам с оружием.

- Слушайте сюда кнехты, что вышли вперед! Сегодня вам дан шанс проявить себя! Если проявите свои способности, то обеспечите себе место в рядах королевской армии!

Громко и ясно объяснял Флюгер потенциальным солдатам короны.

Такое небольшое событие, по принятию в ряды армии новобранцев, необычна. Зачем уделять столько внимание на каких-то там крестьян ополченцев? Есть же возможность войти в войска как обычный доброволец, к чему столько хлопот? Ответ крайне прост.

Сапфир, это мир в котором обычный человек может быть сильнее медведя и зорче орла. Таума живет в каждом живом и не живом (нежить с их гнилой таумой) существе и способна наделять их не обычными способностями. В королевской верхушке об этом знают, но заметить их крайне сложно, все равно что искать иголку в стоге сена. По этому, Андре предложил сразу два способа их поиска.

Первое. Ввести тренировочные практики во всех населенных пунктах. Этот способ сразу не прижился среди мирного населения. Граждане заняты ремеслом, а крестьяне фермерством, им и итак есть чем заняться, поэтому первый вариант отпал сам собой.

Второй способ поисках дарований, это массовый набор войск ополчения. Дар проявляется только в стрессовой ситуации и бой отличное сито для отсеивания простых людей от одаренных. По этой причине, королевство всегда, не зависимо от ситуации, набирает ополченцев для поиска дарований. И судя по статистике, это вполне рабочий метод. Из 1000 ополченцев выделяется примерно пять-шесть способных воинов.

Для не многочисленной гвардии, такое пополнение вполне приемлемо.

- Всем, на исходные позиции! - Скомандовал Флюгер, указывая на ряд мишеней, выстроенных в стороне от ополчения.

Вышедшие вперед кнехты повернули направо и размытой походной зашагали в сторону приготовленных для них позиций.

Эос делал все как надо, будучи солдатом в отставке, он еще не позабыл о строевой подготовке. Сохраняя ровную спину, заскользил берцами по земле, и вслед за остальными увальнями замаршировал к мишеням. Софи, не сводя с него глаз, шла параллельно ему, не выходя из толпы ополченцев.

Кнехты выстроились во что-то на подобии растянутой шеренг, каждый занимая свою позицию перед соломенным чучелом.

Раздался громкий оклик.

- Это не продлиться слишком долго! Закончим как только появится время для погрузки на корабли! Так что не заставляйте всю армию ждать вас! Слушай приказ! - Флюгер подъехал на лошади к выстроившимся кнехтам и поднял руку, для демонстрации. - Цельс!

Ополченцы подняли доверенные им оружие и хорошенько прицелились. По их виду было понятно, как стрелки они слишком неопытны. Их выдавали трясущиеся руки и запотевшие от напряжения лица. Эос, на против, держался уверенно, пистоль не дергало из стороны в сторону из-за волнительной дрожи, дышал ровно и спокойно. Черепоголовый всем своим естеством источал уверенность и силу.

Флюгер подметил эту его уверенность, прежде чем отдать приказ.

- Огонь!

Разом прозвучало с десяток выстрелов, порции порохового дыма вырвались из стволов и вздымались вверх. Стволы опустились вниз. Глаза начали с трепетом осматривать чучела со своих мест.

Флюгер подъехал на линию огня. Его сузившиеся до предела глаза начали сканировать соломенные чучела на наличие смертельных попаданий. Стебельки каждой мишени были разворочены и пробиты на сквозь, кто-то попал чучелу в ногу, руку, плечо, некоторые одаренные попали прямиком в грудь.

Но остановившись у одной из мишени, Флюгер всматривался в нее куда внимательнее чем к остальным. Голова чучела была разворочена одной мелкой пулей, соломенные стебельки осыпались на землю. Посмотрев в противоположную сторону, Флюгер посмотрел на смирно стоящего Эоса, с которым тот встретился взглядом. Его усатые губы слегка хмыкнули и он продолжил осматривать другие мишени.

Покончив с этим, Флюгер поднял голову и посмотрел на пустеющее поле перед воротами, где оставалось не так уж и много королевских солдат, затем на Андре, что с отдаления наблюдал за процессом.

Времени оказалось меньше чем они думали. Все же королевская система подготовки хороша.

- Время вышло, сделать еще несколько выстрелов не успеем. - Про себя заключил Флюгер и обратился к ополченцам, особенно всматриваясь в Эоса. - Оружие оставьте при себе, вам дан шанс проявить себя в бою! Не разочаруйте ожидания нашего командира! Отправляйтесь за основными силами!

Получив последний приказ, кнехты вернулись к своим рядам. Беспорядочная толпа двинулась в сторону ворот, прямо за идеальным строем солдат.

Двое командиров поскакали к воротам, быстро уменьшаясь из-за отдаления.

Воспользовавшись моментом, Софи запрыгнула на своего огромного коня и подскочила к Эосу. Бестия протянула ему руку и сказала.

- Запрыгивай давай.

Тяжелая туша быстро оказалось верхом на коне. Зверь тронулся и вместе они поскакали к воротам Шеффалда.

...

Основные силы по полкам выстроились перед десятками широких трапов, ведущие на нижние палубы морских крепостей. Но сколь огромна не была бы армия, ее организованность вновь поражала воображение, за каких-то полтора часа, основные силы успели загрузить все необходимые припасы на танкеры и зайти на борт в следующее мгновение.

Как только последний солдат оказался на борту, а трапы спущены, на палубах забегали их матросы, разбрасываясь множеством приказов и непонятных терминов. Широкие паруса, что до этого момента терпеливо ожидали, развеялись по мачтам, ловя холодный ветер в свои сети. Воздух дернул корабли вдоль течения реки, неся огромные танкеры в открытое море, откуда направятся к острову Аркней.

Последний Форсетский танкер покинул порт Шеффалда, но в городе еще оставались силы ополчения, что столпились на пирсе в ожидании своих кораблей.

Предпочтение все же отдавалось основным силам, именно им отдали танкеры, что вмещали в себе просто безумное количество солдат и прилегающих к ним запасов. Ополченцы же, третьесортные войска, которым даже жалко выделить транспорт, но корабли все же выделили.

На портовых пирсах остались одни лишь мелкие торговые корабли, годящиеся только для перевозки грузов. Но зная, насколько не далеким будет путь, жаловаться было не на что.

Капитаны этих корабликов начали зазывать нерадивых вояк, что еще ни разу в своей жизни не бывали на воде и робели. Но увидев как один воин пошел на борт, за ним тут же последовали и остальные. Так, стадо начало медленно загружаться в корабли, толпясь у мостиков словно голодные зомби.

Толпа кнехтов постоянно бухтела и жаловалась на свою не везучую жизнь, сопровождая это бранью. Шум сливался в не понятную бурлящую какофонию, в которой не возможно было расслышать что-то внятное. Не смотря на это, острый слуховой аппарат Эоса расслышал четкий писк, словно мышь пропищала.

Эос, вместе с Софи сидели верхом на коне, предпочитая держаться в стороне от основной массы. Источник шума находился не далеко, и глазницы даже могли заметить существо, издавшее столь протяжный крик.

Повернув голову вправо, глазницы уставились на мужчину в лекарских одеждах. Сгорбившись он громко орал на маленькую девочку, что хрупкими ручками прижимала раскрасневшуюся щеку, по которым пробежали пара влажных ручейков.

Эос вспомнил эту девочку, именно ее он видел в кампании двух мальчишек, которые приставали к нему в Лестере. Трое надоедливых детей. Сейчас, смотря на них он не испытывал злости или омерзения по отношению к человеку, что ударил маленькое беззащитное дитя. В большей степени ему было все равно, но какой-то дискомфорт все же присутствовал.

Спрыгнув с коня, Эос медленным шагом направился к мужчине в лекарских одеждах. Приблизившись достаточно близко, он оторвал озлобленный взгляд от девочки и обратил внимание на Эоса.

- Чего тебе надо, свали по доброму! Сегодня я очень зол! - Выплевывая слюну изо рта, он не сбавляя темп наорал и на Эоса, совершенно не пугаясь его внешнего вида.

Но стоило ему развеять руками, вскрывая свой доспех обвешанный разным оружием, как мужчина удивленно замолчал, поняв, что не на того решил выместить свою злобу.

Его лицо перекосило от гнева и решил не встревать в проблемы. Грубо схватив девочку за руку, тот хотел уволочь ее за собой, но рука Эоса мертвой хваткой вцепилась в локоть мужика. Разъяренные глаза резко обернулись и начали сверлить Эоса. Но прекрасно понимая, что он не ровня тяжелобронированному солдату, подавил свои эмоции и отпустил маленькую ручку.

- Хрен с тобой, можешь хоть оттрахать эту малявку мне плевать! - Выкрикнул мужик на последок, после чего быстро удалился из виду.

Эос равнодушно сопроводил лекаря взглядом, пока тот не исчез в толпе.

Сзади подъехала Софи, изумрудным глазом она с начало посмотрела на плачущую девочку, после перевела взгляд на Эоса. Бестия задала ему вопрос.

- Ты у нас значит по геройствовать любишь? - Сказала она, как бы посмеиваясь над ним.

Геройствовать? Не то чтобы Эоса волновала судьба этой девочки, ее с ним ничего не связывало. Но моральные устои, привитые его матерью, не были выбиты изнуряющими тренировками и жестокими научными экспериментами. Эти правила поведения в обществе, мораль и честность, в какой-то степени остались при нем. И кажется именно они заставили Эоса сделать это.

- Эй, тебя как зовут? - Бестия, не слезая с коня, обратилась к девочке, но та лишь села на колени и прикрыв лицо руками тихо всхлипывала.

Сейчас она явно не была настроена на разговор.

Ее нужно как-то успокоить. Но как, Эос понятия не имел...

Вроде как дети любят всякие мягкие игрушки и милых животных. Один такой экземпляр всегда лежал в капюшоне Эоса. Вытащив из него Чертеныша, черепоголовый присел на корточки и словно игрушкой начал трясти им перед лицом девочки. Чертенышу главное немного потерпеть. Хоть в чем-то принеси пользу.

Любопытство перебороло грусть и та слегка приоткрыла руки, чтобы взглянуть на необычное существо, которое видит впервые в своей жизни. Вытерев сопли толстым рукавом, девочка с заплаканными глазами начала смотреть на куклу. Когда Эос поднес Чертеныша ближе, маленькие ручки мягко обхватили его тельце и прижали к груди. Чертеныш вел себя спокойно и не сопротивлялся, чувствуя расстройство девочки на ментальном уровне.

- Так, нам пора. Эос, идем. - Сказала Софи, высоко поднимая голову. Но девочка начала что-то лепетать себе под нос. - Что-что? - Оговорилась Софи, прикладывая ладонь к уху.

- Я... я-я... - Сглотнув дитя взяла себя в руки и заговорила более-менее внятно. - Я... видела вас, в Лестере.

- И что? - Грубо ответила бестия, все еще не понимая, чего ей надо.

Вытерев вытекшие сопли она снова сглотнула, не в силах произнести хотя бы еще одно слово.

Видя как сильно напугана девочка, Эос положил руку ей на плечо. Детские глаза встретились с ужасающими глазницами, но вместо страха, девочка увидела добродетель в этих стеклянных глазницах. Хоть немного, но это придало ей сил.

Поднявшись с колен, девочка подняла голову и ясно сказала.

- Я хочу пойти с вами. Я... ээ... я хочу отправиться в поход! Вместе с вами!

Смело высказалась девочка, проявив свой характер. Эосу это даже понравилось, что было видно по его довольному взгляду. Хотя его лицо и скрывалось под личиной шлема.

Но Софи это ни чуть не обрадовало. Она не довольно закатила глаза и ответила в столь же грубой форме.

- Девочка, иди-ка ты лучше домой. Тебя наверное уже родители заждались, волнуются небось. Все, давай.

- Нет! - Выкрикнула она, совершенно забыв о своих слезах. - Потому что я девушка?

- Потому что ты сопляка. - Ультимативно ответила Софи, но порой детская наглость умеет удивлять.

- Я не уйду! Вы должны взять меня с собой! Я хочу стать сильной, как вы, и как этот дяденька!

Отвечала она указывая на Софи и ее соратника. Бестия не отличалась трепетным поведением и высокой моральной стороной.

Тем не менее, даже она понимала, что как только войска полностью покинут город, то в нем тут же начнется разгул преступности. Мародеры начнут рыскать в руинах города, в поисках ценностей и не побрезгают поймать нескольких заблудших детей, чтобы продать их как рабов. Кто эти дети, откуда они, никого не интересует. Манифест "О Свободе Разума" в трех графствах выполняется лишь частично и беззащитные дети находятся под прицелом рабовладельцев.

Девочке будет безопаснее с могучей армией, чем в пустом городе. А еще этот жалостливый взгляд, но не девочка так на него смотрела, а Эос. Он будто бы сверлил ее своими глазницами, вынуждая взять ее с собой.

Но прежде чем сделать это, бестия вздохнула и задала один короткий вопрос.

- Как тебя зовут, мелкая?

Девчонка радостно улыбнулась и не медля назвала свое имя.

- Меня зовут Жанна.

- Хаа... Я Софи, будем знакомы, Жанна.

...

Остров Аркней.

Тело, представляющее из себя гору мышц, украшенное перекинутым через плечо шкурой мордвара, сидело на деревянному троне, скрестив огромные руки на груди. Голубые глаза сурово смотрели на рыжеволосую девушку, что сидела на против него.

Вероника сидела за столом и внимательно всматривалась в хрустальный шар, что мигал солнечным светом. В глубине стекла она молча всматривалась на возникающие образы полсотни огромных кораблей с развивающимися зелеными парусами. И люди, что до отказа заполнили двухпалубные дворцы на воде. Красные, зеленые и голубые рыцари плыли впереди, в то время как серая армия с Фестуанскими стягами следовали за ними.

Но один танкер, что плыл по самому центру, выделялся своим грузом. Великаны минотавры устало дышали и расселись вокруг огромной чугунной конструкции вытянутой формы. Этот перевозимый груз озадачил Веронику сильнее всего, до сих пор она не может понять, как коннетабль Андре собирается использовать его. Его стратегическое мышление оставалось загадкой для многих противников и даже союзников. Оставалось лишь гадать, что Андре придумал на этот раз.

Долгая тишина прервалась басистым голосом Харальда.

- Что ты видишь?

Вероника не довольно наморщила лоб, ощущая все нарастающее напряжение. Тонкие женские губы дернулись и прозвучал нежный, но в то же время негодующий голос.

- Пятьдесят танкеров набитые союзными войсками вышли из городского порта. Их огромная пушка с ними, погрузили на корабль и везут с собой.

- Начинается. - В раздумьях сказал Харальд. - Мы не можем просто ждать, когда они начнут высаживаться на остров, нужно их встретить.

Прозвучало уверенное и скорее даже требовательное предложение. Вероника согласно кивнула.

- Верно, если они смогут закрепиться на берегу, то их не сможет выкурить даже Снаргр. - Почесав голову, она сделала предложение. - Хмм... Я знаю что делать. Харальд, твои воины не обладают возможностями противостоять стрелковой армии, а вот орки, вполне себе. Отправь Снаргра на южный пляж, на место высадки вражеских войск. Пусть задержат подход кораблей, а остальным я займусь сама.

- Куда ты собралась? - Сердито спросил Харальд, не сводя глаз с Вероники.

- Всего лишь собираюсь вызвать шторм. Что в этом такого. - Произнесла девушка, словно для нее это раз плюнуть.

Заклинания, способные менять погоду не достижимы для простых смертных. Такое могут сделать только кованые, не имеющие границ своему могуществу. А из смертных лишь единицы могут менять погоду как им заблагорассудиться.

Харальд был в замешательстве, как такое вообще возможно? Но смирился с этим фактом, вверяя это Веронике.

Девушка снова всмотрелась в шар, заметив, что за танкерами, следует еще сотня мелких кораблей, на которых собрались откровенные оборванцы. Очевидно, что это были кнехты, собранные в непонятную мешанину. Если вдруг начнется шторм, то эти корабли потонут первыми и все люди окажутся за бортом, где их будут поджидать кровожадные сирены.

Вероника уже собиралась прервать тауматургическую связь, как на одном из мелких кораблей, заметила пестрящий на сером фоне цвет. Красная бригантина с черно-белым котом на ней, и огненно-рыжие волосы. Сконцентрировав немую картинку на этом человеке, Веронике удалось разглядеть лицо этой девушки. От осознания, глаза юной девушки в широко раскрылись от удивления. Ее тонкая челюсть чуть не выпала из суставов. Невольно ее губы затряслись и не ведая этого она произнесла имя.

- Софи?..

- В чем дело? - Пробасил Харальд, завидев лицо Вероники, исказившееся то ли от смятения, то ли от недоумения.

- Не твое дело. - Грубо ответила Вероника прерывая связь.

Схватившись за шар, Вероника внезапно исчезла, не проронив и слова на последок. Оставив Харальда в одиноком недоумении.

...

Холодный ветер тянул паруса сотни торговых кораблей и дул в спины столпившихся на борту ополченцев. Но теплые солнечные лучи грели их тела, спасая от морского холода. Но солнце не могло спасти от морской болезни

Простые фермеры, не то что на лодках не плавали, в открытое море не выходили. Шум волн бьющихся о корму, завывающий ветер и вид бесконечного моря кружил голову, выворачивая содержимое желудков.

В такой атмосфере видами морских волн не понаслаждаешься.

Эос, Софи и Жанна, собрались вместе и сидели на припасах, которые небрежно закинули на борту под открытым небом.

Софи посмотрела на девочку и обратилась к ней

- Жанна.

- Да? - Ответила она, все еще не выпуская Чертеныша из рук.

- Ммм... как ты тут вообще оказалась? Я что-то не помню, чтобы хоть кто-то в союзной армии, брал с собой детей.

Услышав вопрос, Жанна стыдливо опустила глаза и сжалась в комочек. Робко она ответила на вопрос.

- Я... я спряталась в бочке с припасами, пока те находились в Лестере. Меня никто не заметил и так я попала в Шеффалд... А потом... потом меня нашли лекари и заставили выполнять поручения. - Жанна сжалась еще сильнее, вспоминая произошедшее с ней. - Я-я видела людей, которых убили северяне... они, убили всех. Я не верю в это... не верю, что это возможно.

Чуть ли не всхлипывая говорила она. В ответ бестия с невозмутимым лицом начала говорить ей житейские мудрости.

- Ничего не поделаешь, мир жесток. Человек убивает человека, зверолюд убивает зверолюда. Все убивают друг друга, причины бывают самыми разными, обиды, страсть, жадность, высшее благо. Это наш мир, деточка. Хаа... Но ты еще слишком мелкая чтобы воспринять эту правду. Скажи, о чем ты только думала, когда пошла за нами?

- Я смотрела на вас. - Жанна подняла грустный взгляд и посмотрела Софи прямо в глаза. - Я видела вас, как вы тренировались с луком. Я просто хотела быть такой же воительницей, как и вы.

- Ты этого не хочешь. - Утвердительно сказала Софи не отводя взгляд от Жанны .

- Но почему? Разве быть сильной, это не здорово?

- Ни разу, это не здорово и не весело, это... как бы сказать, очень не приятно, мягко говоря. Смотри, - Софи приблизилась к Жанне, указывая на свой бледный глаз - я этим глазом ничего не вижу, а этот шрам, разве он тебя не пугает?

Маленькие глаза посмотрели на шрам и скорчились в не понимании.

- Мне кажется, это даже красивым. - Неожиданно выдала Жанна.

Софи удивленно отпрянула от девочки. Смотря ей в глаза, бестия пыталась уловить лукавство, но увидела лишь восхищение. В поисках реального ответа Софи обратилась к Эосу.

- Эй, а по твоему, я красивая?

Эос был обескуражен таким неожиданным вопросом, но врать не стал и согласно кивнул, чем так же сильно удивил бестию.

По мнению Безликого, не смотря на ее шрам, она красива. Сложно даже сказать, что в ней не нравилось Эосу. Женщины обычно не носят шрамы на лице, но для Безликого, это показатель стойкости и не сгибаемого стержня. Это качество он ценит особенно сильно. Вот только бухает как не в себя. А так, его все устраивает.

Софи отвернулась, скрывая свое покрасневшее лицо и приятную улыбку. Как же давно она не чувствовала себя простой женщиной, которой преподносят приятные комплименты. Стряхнув с себя приятную ухмылку, она вновь обратилась к Эосу.

- Кхм, слушай, мы ведь так и не сделали этого. Я ведь уже говорила тебе о ментальной связи, это заклинание не хило облегчит наше общение. Ну давай, садись на против. Щас сделаем чудо. - Подманивала та.

Безликий не теряя и секунды подхватил бочку и сел на против Софи, внимательно прислушиваясь к словам соратницы. Жанна и Чертенышь заинтересованно покосились на них..

- Итак, начнем. Для начала засучи рукава.

Сказала она, попутно отстегивая с рук стальные перчатки и наручи, засучивая толстые рукава стеганки. Безликий ждать не стал и последовал ее примеру, тяжелые керамические наручи с грохотом приземлились на палубу корабля.

Тонкий комбез из синтетики оказался на локтях, обнажая бледные руки. Предплечье представляло из себя каменные мышцы сжатые до предела и исцарапанные множеством шрамов из которых выделялись круглые рубцы оставленные от шприцов. И вены, набухшие в результате научных экспериментов, сильно бросались в глаза.

Софи немного озадачилась этим, внимательно рассматривая свои руки она не заметила, чтобы ее вены набухли так же сильно. Особо не церемонясь, Софи схватилась за бледные руки, поглаживая мягкие вены она сказала.

- Хмм, необычно... А ладно, я отвлеклась. - Сконцентрировавшись, Софи схватила Эоса за руки и начала инструктировать его. - Внутренняя таума подчиняется только своему носителю, но это правило можно обойти одним интересным заклинанием. Наши руки, благодаря воображению, являются главным проводником заклинаний и при помощи них же, можно установить прямой контакт с таумой другого человека.

Эфир плотно связан с нашими мыслями, и если мы добьемся синхронизации эфира внутри наших тел, то сможем синхронизировать наши мысли. Мы сможем общаться при помощи силы мысли. Понимаешь?

Эос не на шутку удивился, узнав, насколько может быть продвинута тауматургия в этом мире. На Земле уже есть подобные технологии, причем очень не плохие. Но Земля сейчас находится в постиндустриальной эпохе, а Сапфир только приближается к индустриальной, но возможности ее обитателей удивляют.

Если бы Земля и Сапфир находились на одном уровне развития, то Сапфир оказался бы впереди благодаря своим экзотическим способностям.

- Тебе нужно лишь дать мне доступ к своей внутренней тауме и тогда я все сделаю сама. - Эос вопросительно посмотрел на Софи, та пояснила. - Я не могу контролировать внутренний эфир иных существ, как и все остальные, но если ты дашь мне согласие, я смогу настроить ментальную связь. Ты даешь мне свое согласие?

Безликий сильно задумался над этим вопросом. Перед тем как дать свое согласие, надо разобраться, на что он дает свое согласие? Какие возможности он передаст Софи и что она с этим будет делать? Может быть она получит доступ к его памяти, раз уж речь идет о мыслях. Сомнения предостерегали его от необдуманных действий.

Но с другой стороны во всю ломилось любопытство. Он как таран пытался разрушить баррикады сомнения, лишь бы узнать, что это вообще такое, и какие возможности оно дарует, не смотря на все риски. И похоже баррикада сомнения была прорвана.

Эос согласно кивнул, чего Софи совсем не ожидала. Изумрудный глаз слегка дернулся от удивления и осознания того, что Эос... доверяет ей?

- Ладно. - Сказала бестия и закрыла глаза, концентрируя внимание на внутренних потоках волшебной субстанции.

Воображение сконцентрировало внутренний эфир в ее груди, после чего повел по ее рукам откуда те начали перетекать в тело Безликого, а его эфир перетекал в тело Софи, создавая круговорот таумы между их телами-сосудами.

Эфир теплым течением перетекал по их телам неся с собой частицы воспоминаний. Оборванные картинки были пропитаны эмоциями и ощущениями, что вгрызались в их головы, провоцируя бурю эмоций. Головы обоих сервитов разболелись из-за потока, казалось бы, бесконечных воспоминаний. На момент им показалось, что их мозги вот-вот расплавятся или вовсе взорвутся.

Но определенные моменты из их воспоминаний заставили отвлечься от боли.

Софи увидела в своей голове силуэт маленького бледного мальчишки. Его кроваво-красные глаза тряслись от ужаса, метались из стороны в сторону в поисках несуществующего спасения. Сколь много бы сил не приложил этот мальчик, его руки и ноги не могли вырваться из ремней. Кляп во рту не позволял закричать, слышалось лишь обреченное мычание.

Его глаза молили о жалости, но острие иглы неумолимо приближалось к его шее. Холодное железо коснулось бледной кожи и медленно проткнула его, погружаясь все глубже и глубже.

Эос встал в ступор, когда увидел молодую Софи. Маленькая девочка, не старше дедсадовца, но это было просто ужасно. Стальные шарнирные руки измывались над ее голым телом, пронзали десятками огромных игл, вводили жидкий эфир. Мучителный детский писк терзал его сознание, разрывал барабанные перепонки, хотя в реальности было предельно тихо. Ее изумрудные глаза заливались слезами, а веки краснели.

Он всем своим телом чувствовал то же что и она. Адская боль пронзала их тела, жгла неимоверным пламенем.

Голова разрывалась от наплыва эмоций, будто бы они вновь переживали те мучительные дни, превратившие их в убийственные машины.

Поток эфира начал угасать, вместе с ними и воспоминания начали тускнеть и исчезать.

- Ч-что с вами? - Стеснительно проговорила Жанна.

Этот голос окончательно вырвал их из подсознания в реальность.

Открыв глаза, оба они отрывисто задышали всей грудью, их лица покрылись испариной а тело сгорало от жары. Боль исчезла так же резко как и появилась, но головокружение сменило ее.

Уперевшись локтями о колени, Софи схватилась за голову, пытаясь перевести дух, успокоить свои нервы.

Эосу было настолько же плохо как и его соратнице, и возможно даже хуже. Тот резко поднялся со своего места, руками хватаясь за челюсть, не в силах сдержать рвотные позывы. Безликий рванул к фальшборту. Рукой открыв челюсть, он начал изрыгать из себя противную жидкость, сопровождая это малоприятными хлюпающими звуками.

Внезапно, Софи тоже затошнило и она побежала к фальшборту. Вместе с Эосом она начала блевать в воду, опустошая свой желудок.

Худшее что может произойти с сервитом, это вновь пережить день своего становления. Именно это с ними и случилось, они прочувствовали весь спектр эмоций и ощущений. Обычному человеку сложно представить, насколько это болезненный процесс, пока он сам с этим не столкнется.

Уперевшись о фальшборт, двое сервитов начали вглядываться в воду окрашенную в не приятный желтоватый цвет. Но когда поняли, что морские волны и шум прибоя так же провоцирует тошноту, они были вынуждены оторвать взгляд от воды. Их ноги подкосились от напряжения и те вместе сели на палубу, спинами уперевшись об ограду и жадно глотая воздух.

Софи вытерла уголки рта и устало посмотрела на Жанну, что обеспокоенно наблюдала за ними.

- Жанна... там в мешке на котором я сидела... там большая бутылка, дай мне. - Сказала бестия указывая на мешок.

- Л-ладно.

Сойдя с насиженного места, девочка, одной рукой придерживая Чертеныша, начала обшаривать мешок набитый разными вещами, среди которых появилась бутылка с красной жидкостью. Не нужно быть гением, что бы различить содержимое этой бутылки. Но подумав, что Софи это нужно, Жанна схватила его и побежала к завалившимся сервитам.

- Вот, держи. - Со словами, Жанна протянула бутылку.

- Спасибо. - Ответила бестия и забрала вино из рук девочки.

Откупорив горлышко, большими глотками она начала отхлебывать содержимое. Сделав несколько глотков, Софи оторвала бутыль ото рта и вновь вздохнула, после чего молча предложила алкоголь Эосу. Тот не раздумывая принял бутыль и точно так же начал вбухивать кислое вино, надеясь что это хоть как-то облегчит его состояние.

Пока Безликий отчаянно квасил, Жанна задала тревожащий ее вопрос.

- Вы как... вы в порядке?

- Да, все... нормально. - Утомленным голосом ответила бестия, явно соврав о своем состоянии. Внезапно ее дрожащая рука схватилась за хрупкое плечо девочки. - Жанна, ты не хочешь этой силы.

- Что? - Удивилась Жанна, но Софи еще не закончила.

- Просто... просто поверь мне, эта сила... она не стоит того, что тебе придется пережить. Забудь об этом. Ладно?

Софи устало взглянула в глаза Жанны, источая смятение и ужас одновременно. Эти глаза напугали маленькую девочку и в ответ она лишь растерянно заморгала.

Сил не было, чтобы держать ее и рука вернулась к Софи.

- Эй, ты как? - Бестия локтем толкнула Безликого в бок. - Не думала я, что получится именно вот так, я не спец в этой области, но все равно... извини. - Ее голос казался искренним. Эос не мог не обратить на это внимание.

Безликий дружески толкнул ее в плечо, намекая, что все нормально. В ответ бестия слегка улыбнулась, после его толчка, чувствуя себя немного легче.

"Я то ожидала, что ты будешь злиться на меня, может даже драться начал бы. А мне пришлось бы терпеть все это дерьмо. А ты вон какой, Благородный."

- Я... понимаю. - Коротко ответила бестия, опрокинув голову назад.

Открыв глаза, она ожидала обжигающий глаза свет, но внезапно тень пала на ее глаза.

Вместо яркого солнца, Софи увидела как серая волна облаков накрывала голубое небо и солнце вместе с ним. Еще совсем не давно, на небе не было и тучки, но сейчас штормовые поля появились будто бы из не от куда.

Неприятные мысли начали закрадываться в голову Софи.

- Эос... - Софи начала толкать шокированного соратника, посчитав изменение погоды более опасным событием на данный момент. Безликий лениво посмотрел на соратницу, что указывала в небо. - Посмотри, шторм приближается.

Безликий посмотрел в небо, и увидев резкую смену погоды, начал разделять опасения Софи. Насколько бы не была капризна погода на проливе между двумя континентами, столько резко она измениться не могла.

Вскоре примеру сервитов последовали и остальные пассажиры кораблей, постоянно озираясь в небо, их лица искажались ужасом и не пониманием. Даже опытные капитаны мореплаватели стаяли разинув рты, удивленно всматриваясь на сгущающиеся облака, что не сулили ничего хорошего.

Морской прибой бьющий о корму кораблей начал усиливаться, медленно раскачивая торговые суденышки.

Раздался громкий выкрик одного из капитанов, затем те же слова послышались и на других суднах.

- Всем приготовиться! В этих водах плавают сирены! Не хотите сдохнуть, хватайтесь за оружие!

Только услышав слово "сирена", ополченцы даже не дослушав начали хвататься за то, что прихватили с собой в качестве оружия. Вилы, цепы и копья поднялись вверх, в страхе скучковавшись вокруг мачты, подальше от корабельных бортов.

Оставив грусть на потом, сервиты поднялись на ноги. Эос схватил Жанну за руку и быстро потащил ее к толпе. Обнажив оружие сервиты сгруппировались и начали ждать.

Жанна дрожащими глазами посмотрела на Софи.

- Ч-что происходит? - Ее голос дрогнул и звучал так, будто бы она вот-вот расплачется.

- Прогнозиры говорили, что сегодня будет тихая погода. Ошиблись шавки недоделанные! Чертовы тауматурги, по любому они это устроили.

Неожиданно большая волна ударила по правому борту, накренив судно. Собравшееся стадо с ужасом замычало. Погода мгновенно изменилась, солнечный диск полностью скрылся за густыми облаками и на море упала тьма. Ветер нес с собой капли ледяной морской волны, что все нарастала, норовя перевернуть корабли.

Очередной морской удар врезался в корабль, обдав всех соленой водой с ног до головы.

После удара волны, Безликий заметил как нечто схватилось за фальшборт. Жанна прижалась к талии Софи, при виде голубовато-бледной руки с тонкими чешуйчатыми пальцами, между которых тянулись перепонки. Костлявые пальцы напряглись и показались пара огромных рыбьих глаза моргающие третьим веком. Лоб прорезал длинный острый гребень, а пасть усеяна рядами острейших зубов.

Жанна, при виде твари, задрожала, но потом удивилась, когда блестящий предмет врезался чудищу прямо в голову, от чего тот вернулся в море, разбрызгивая яркую кровь.

Но вместо одного чудища, показалась дюжина других, что начали взбираться на борт словно саранча приглашенная на пир.

На борту оказалось с выше десятка худощавых тел с перепончатыми конечностями и бледной кожей из под которой торчали хрупкие кости. Ядовито желтые глаза выискивали добычу. Сирены, словно по команде набросились на напуганную толпу овец, что древковым оружием пыталась отогнать от себя страшных монстров.

Люди не желали сражаться с ужасными монстрами, те что стояли снаружи толпы, пытались закопаться ближе к мачте, где безопасно. Ополченцы, не имевшие никакого отношения к оружию и тем более к монстрам, начали паниковать, что стало их главной ошибкой.

Нескольких людей схватили сразу же. Сирены прямо на глазах ополченцев обнажили зубастые пасти и вцепились в глотки не везунчикам. Кровь брызнула на ботинки кнехтов, от чего те панически заверещали, даже не думая о битве.

Лишь сервиты оставались хладнокровны и были единственными людьми, что могли нормально сражаться.

Жанна от испуга закрыла глаза, но крики продолжали резать ее детский слух. Софи положила ей на голову тяжелую руку, приговаривая.

- Жанна, держись за меня.

По дереву зашлепали перепончатые лапы. Обернувшись, бестия увидела как три сирены приближались в их сторону. Софи приготовилась принять их вместе со своим копьем, но те, словно не заметили бросающиеся в глаза рыжие волосы и переключились на ополченцев. Сказать, что бестия была удивлена, это ничего не сказать.

Дела у Безликого были не настолько радужны.

Сирены без конца лезли на палубу корабля и первое что они видели, это острие двух стилетов. Острые прутки двигались будто по собственному желанию, с кровожадностью стремясь в худощавые тела сирен.

Двое тварей, что рискнули подойти к Безликому, незамедлительно были проткнуты стилетами. Быстро вытащив оружие из их тел, следующие твари встали в кровавую очередь.

Одна из них накинулась на Безликого, намереваясь разорвать его плоть острыми зубами. Но каждое его движение было настолько медленным и предсказуемым, что Эосу особо двигаться было не нужно. Пропустив зубастую пасть мимо себя, кончик стилета мигом пронзил его висок, от чего тварь завалилась на палубу уже будучи трупом.

Эос вообще не представлял, что это за твари и, очевидно, видел их впервые. Но одно он знал точно, истина в том, чтобы убить их, дабы выжить самим. Это правило ему хорошо знакомо.

Увидев как их сородич был убит, сирены посмотрели на виновника хищными глазами и немедленно кинулись на него целой дюжиной, движимые первобытными инстинктами.

Вложив один стилет в ножны, Эос выхватил из под плаща четыре ножа и одним взмахом отправил их в свои цели. Каждый нож попал в свою цель, резко сократив численность врага. Сделать второй бросок он уже не успевал и вновь выхватил стилет, сойдясь с монстрами в ближнем бою.

Хотя и боем это назвать сложно, больше походило на уличное месиво, в котором ничего не понятно. Но Эос был предельно внимателен и осторожен в каждом своем шаге, иначе его утащат на дно морское, в котором не выживет.

Твари не утруждали себя честным боем и ломились все вместе. Острый пруток с неистовой скоростью и силой пронзал голову каждого существа, что посмел подойти слишком близко. Но из-за давления, Эос не заметил как одна из раненных сирен подкралась к нему и схватилась за его ногу, попутно обнажая огромные зубы.

Безликий хладнокровно вырвал ногу из скользких рук и той же ногой втоптал голову морского чудища прямо о деревянную палубу корабля.

Как на зло, одна из сирен воспользовалась моментом и вцепилась в оголенную руку Безликого. Острые зубы глубоко впились в плоть, откуда повалила человеческая кровь. Слабая боль прошлась по руке обжигающим жаром, но обращать на это внимание, не хватало времени.

Еще одна тварь подскочила вплотную к Эосу и уже готовилась вкусить теплую плоть. Но благодаря своим способностям, он успел подставить тело сирены, что продолжала вгрызаться в бледную кожу, и использовать ее в качестве щита.

Зубы морской твари вцепились в плоть своего собрата, отчего та громко запищала. Стилет, пронзивший его висок, тут же успокоил его.

Напавшая сирена, по глупости своей, продолжала грызть своего мертвого собрата, но мощный пинок тяжелобронированного воина отправил сирену обратно за борт.

Вытащив острые зубы из руки, Безликий внимательно осмотрел рану. Выглядела она очень не приятно, кожа и плоть под ней были растерзаны, словно мелкими зубьями. Рваная рана обливалась обильной порцией темной крови, не собираясь останавливать водопадный поток.

Сжав руку в кулак, Безликий убедился, что сухожилия остались целы, этого вполне достаточно.

- Земляяя!.. - Прозвучало с верхушки мачты. Капитан корабля орал и указывал в сторону суши.

Последовав его взгляду, Эос действительно заметил сушу.

Реакция ополченцев, чьи ряды сильно поредели, были не однозначны. Кто-то радостно завопил, а кто-то продолжал кричать от страха и бесполезно размахивая своим деревенским оружием.

Эос почувствовал облегчение, долго это безумие не продлится, но радостная новость тут же оборвалась мощным накатом волны. Водная стена опрокинула всех, кто стоял на борту корабля, не разбирая кто человек, а кто сирена. Судно накренилось и попадавшие люди начали выскользать с мокрой палубы прямо в морскую пучину. Ополченцы всей кучей направились за борт, кому-то повезло и его спас фальшборт, а кто-то отправился на встречу смерти.

Безликий не был исключением и вместе со всеми рисковал оказаться в воду. И никакое везение ему не поможет, его общий вес слишком тяжелый и фальшборт вряд ли выдержит такую нагрузку. Но на пол пути ему удалось проткнуть палубу стилетом и использовать его как альпинистский топор.

- Эос! - Завопила Софи, что руками схватилась за торчащую доску. А Жанна, с испуганными глазами, висела на спине Софи. - Держись! Не вздумай падать в воду!

После ее предостережений, Эос посмотрел в сторону морской пучины. На мгновение он ужаснулся, не десятки или сотни, но тысячи наспинных плавников разрезали разбушевавшееся море, окрашенное кровью разорванных на куски людей, кружа вокруг кораблей подобно хищным акулам. По морским волнам, среди обломков кораблей и прочего мусора всплывали обглоданные кости, на которых еще оставались лоскуты плоти. То и дело виднелись глазастые черепа, в которых застыл первобытный ужас.

Отвернувшись от ужасной картиной, Эос вонзил в палубу второй стилет, лишь бы не падать в воду.

- Софиии!.. - Завопила девочка смотря вверх.

Не успел Безликий взглянуть в их сторону, как прямо на Софи начала сползать очередная сирена. Морской монстр пронесся мимо Софи, но сумел прихватить с собой Жанну и Чертеныша за одно.

От страха и обреченности девочка завопила, что есть сил.

- Жанна! - Безнадежно закричала бестия, не сразу рискнув пойти за ней.

Эос медлить не стал и метнул нож точно в затылок монстра. Вместе с трупом девочка уперлась об ограждение, являясь единственным препятствием по дороге в кровавое море, где поджидают кровожадные и жестокие монстры.

Вытащив стилеты из палубы, Эос начал скатываться вниз. Прямо перед тем как его ноги коснулись фальшборта, стилеты вонзились обратно в доски, спасая Безликого от падения в воду.

Протянув руку, Эос начал тянуться к девочке, пытаясь схватить ее за руку. После нескольких попыток, бледные руки обхватили девичью ладонь.

- Эос осторожно!.. - Прокричала Софи.

Подняв глаза, Безликий увидел как несколько сирен неслось прямо на него. На мгновение показалось, что сердце пропустило удар. Сирены подобрались слишком близко, среагировать или предпринять что-то Безликий не успеет. Стало очевидно, что они сейчас окажутся в воде.

Предусмотрительно, Эос выдохнул опустошая легкие и наполнил грудь свежим воздухом. Так он сможет больше продержаться под водой без воздуха.

Сирены столкнулись с Безликим, срывая его с борта вместе с Жанной и Чертенышем. С детским писком, они скрылись в морской пучине, кишащая зубастыми тварями.

- Эооос!.. - Наплевав на все условности и ценности, Софи отпустила дощечку и покатилась прямиком в воду, на встречу кровожадным тварям.

...

Андре и его помощник Флюгер отчаянно держались за ограду, что уберегало их от падения со второй палубы в разбушевавшееся море.

- Откуда, черт возьми, взялся этот шторм! - Прокричал Флюгер в ухо капитана корабля, требуя объяснений.

- Не знаю, еще совсем не давно небо было чистым! - Объяснялся тот закрывая лицо рукой.

Андре не нужно было объяснять откуда появился этот шторм, он заранее знал ответ на этот вопрос. Культ смерти во всю пользуется своими тауматургическими возможностями, наслав на них разбушевавшуюся стихию. Вот только кое-чего они не учли, Форсетские танкеры так просто не потопить.

Поднявшийся от волны всплеск облил Андре и Флюгера намочив их одежду до нитки. Подняв глаза, Андре посмотрел на остров Аркней, что стремительно приближался к ним и становился все больше в его глазах.

- Капитан! Что там с высадкой! - Обратился Андре к капитану, тот сделал не утешительный вывод.

- По плану мы должны были высадиться на южных пляжах! Но из-за шторма... мы не сможем сесть на якорь! Придется ждать не подалеку пока шторм не закончиться!

Андре огорченно посмотрел на остров, который на сегодня будет им не доступен...

Снова... снова, это чувство подвоха. Андре что-то упустил.

"Вряд ли все так просто. Культ четырех должен быть осведомлен о том, что эти танкеры нельзя потопить одним лишь штормом. Что если стихия, всего лишь отвлекающий маневр или подкрепление для основных сил? Если так, то нужны войска, которые смогут достать до кораблей не способных приблизиться к берегу. Среди северян таких войск нет, их луки бесполезны. Тогда это должны быть стрелки, но кем должны быть эти стрелки?

Думаю, они должны быть родом из не далеких земель, откуда можно быстро добраться до острова и при этом остаться не замеченными. Точно, одна такая нация есть, орки. Все ясно.

Шторм не позволит нам приблизиться к острову, в то время как орки начнут палить по нам с берега со своих пушек. Предусмотрительно, культ хорошо позаботился об условиях битвы. Но с каких пор, орки служат четырем всадникам?..

Скорее всего это просто наемники."

Андре хитро улыбнулся, раскрыв их планы, но было уже слишком поздно. Сейчас ничего уже нельзя изменить, придется играть по их правилам.

Смотря на берег, коннетабль ждал, когда послышится орудийный грохот. На песчаном берегу возвышался широкий каменный выступ, отличное место для артиллерии, именно оттуда Андре ожидал услышать пушечный залп орочьих орудий.

Он не прогадал, сквозь множество корабельных мачт, похоже только Андре смог разглядеть толпящиеся силуэты на скалистом возвышении. Тусклых и непонятных фигур становилось все больше и больше, пока они не заполонили высоту. Было не понятно, чем они там занимаются, но это явно что-то очень не хорошее.

Фигуры застыли, после чего послышался приглушенный ветром протяжный голос.

В следующую секунду раздался залп десятка орудийных выстрелов, после которых последовали разрывающиеся крики раненых солдат. Деревянные палубы затрещали, раскидывая во все стороны щепки. Мачта одного из кораблей начала падать, и кончиком пала в воду.

Матросы на всех кораблях забегали, оповещая о враге и раздавая команды.

- Врааааг!.. Всем приготовится к бою! - Завопил во весь голос один из матросов.

Тень 20.

Черные вытянутые шипы стремительно поднимались со дна, и прорезаясь сквозь туши сирен, вырывались из толщи окропленной воды. Любая тварь, посмевшая подплыть к маленькому плоту, становилась мишенью зорких глаз Безликого.

Его тело было приковано ко дну его же тяжелым обмундированием, но чувствовал он себя не хуже чем на суше. Вместительные легкие позволяли ему держаться без воздуха удивительное количество времени. А если быть точным, то целый час. А глубина оказалась не столь внушительной как он ожидал и кессонная болезнь ему не грозила.

Больше его волновало совершенно другое, Жанна. Маленькая девочка отчаянно плыла на плоту, гребя тонкими ногами по воде, чье зеркало сыпалось каплями дождя и озарялось вспышками молнии.

Эос не считал себя героем, но для спасения этой девочки были весомые доводы. Жанна сильное дитя, она до сих пор не теряет надежды на выживание и продолжает грести, пока взрослые визжат от страха и с преступной легкостью расстаются со своей жизнью. Жанна сильнее всех тех, кто собрался на потопленном корабле и именно она должна выжить в этом безумии.

Для Безликого, это неоспоримая истина.

Поэтому он впервые использовал силу темной мантии. Его выпрямленные руки смотрели вверх и из двух преобразовательных колец постоянно вырывались темные колья, глухо мчащиеся сквозь воду, на пути к тощим монстрам. Его по настоящему орлиный взор четко различал гребущие ноги Жанны и извивающиеся тела монстров по среди картины разбушевавшегося шторма и непонятного мусора на поверхности воды.

Это оказалось даже проще чем он предполагал. Это все равно что отстреливать статичные мишени из высокоточной винтовки. Пока Безликий не заметил, как сирены обратили на него внимание и худощавые тела не начали увеличиваться на глазах.

В воде эти твари вели себя более резво, чем на кораблях, все же это их родная стихия. А сталкиваться с этими монстрами на их территории, слишком опасно. А к Жанне больше ни одна тварь не приближалась, поэтому можно было и отступать, и как можно скорее.

Обернувшись, Безликий вялыми шагами начал месить илистый берег, пытаясь как можно быстрее добраться до берега. Но твари были предсказуемо быстрее, и резко обернувшись, Эос обнажил серебряное лезвие Карантира. Даже в морской мгле, этот меч поражал своим блеском и остротой, что одним взмахом разрезал череп приблизившейся сирены.

Бледный труп медленно лег на дно, к ногам Безликого.

Посчитав один труп вполне достаточным, Эос вложил Карантир обратно и поднял труп монстра на руки.

Через ладони, Безликий начал наполнять тело сгустками темной энергии, внимательно наблюдая за тем, как приближаются сирены щелкая своими зубами. Приближались они быстро, из-за чего Эос начинал немного нервничать, опасаясь, что не успеет закончить заклинание должным образом. Но другого выхода не было, этот труп, ключ к его спасению и он должен это сделать.

...

Соленая вода непрерывно обливала лицо Жанны, пока та, держась за деревянный обломок, что есть сил гребла ногами, не отрывая глаза от все приближающегося спасительного берега, не позволяя себе смотреть назад или в морскую глубину. Сердце билось разрывая барабанные перепонки, руки и ноги онемели в ледяной воде, но и не думали переставать двигаться и хвататься за жизнь. Главное выжить, любой ценой, остальное мелочи. Инстинкты лучше знали, как поступить.

Плывущую на плоту, постоянно сопровождали вылетающие из воды черные колья, но обращать на них внимание не было ни сил, ни времени. Страх толкал ее вперед, не смотря ни на что.

Удивительно, но вскоре коротенькие ноги начали постепенно касаться мягкого дна, берег встал прямо перед ее носом. Оттолкнув обломок в сторону, Жанна широкими шагами потопала через воду, пока не оказалась на песчаном берегу. Земля, словно благодатный бог принял ее и позволил ей наконец дать слабину, девочка в бессилии, которую ощутила только сейчас, упала на колени.

Легкие обжигал холодный воздух, руки и ноги полностью онемели, кожу на теле сжигала ледяная вода. Голова гудела от напряжения. А шторм продолжал одаривать ее дождем и раскатами грома. События не оставляли ее измученный разум в покое.

Позади, за спиной послышался взрыв, приглушенный толщей морской воды.

Резко обернув испуганные глаза, Жанна увидела как вода, темные сгустки тумана и тела сирен поднялись в воздух высоким столбом. Провисев в таком положении одну секунду, столб принялся сжиматься обратно в море, забирая с собой своих мерзких и пугающих монстров.

Но удивляться и выяснять причины, не было никакого желания. Измотанный разум требовал перерыва.

Столько всего свалилось на голову молодого дитя, удивительно, что она вообще выжила. Но судьба не собиралась так просто отпускать ее.

Из воды выглянуло несколько хищных глазища и смотрели прямо на Жанну, кровожадно щелкая острыми зубами. Не смотря на мелкоту добычи, они не рисковали выйти на сушу, но Жанна, от испуга даже не обратила на это внимание. С при великим трудом ей удалось подняться на ноги и поковылять в сторону густых зарослей хвойного леса.

Стоило маленькой девочке скрыться, как из воды показалась стальная макушка. Постепенно фигура в тяжелых доспехах увеличивалась, по мере приближения к берегу, пока тот не встал в полный рост.

Уперевшись руками о колени, Пьер начал усиленно глотать воздух. Тело окоченело и ослабло после столь безумного побоища, а поход по морскому дну стал для него настоящим испытанием на выносливость, которое он успешно прошел.

Вслед за ним, из воды вышел и Безликий, сжимая в руке дергающуюся сирену. Наконец вернувшись на сушу, Эос схватился за голову сирены обеими руками и одним легким движением свернул ей шею, после чего та успокоившись легла на песок.

Наемник Эос и скваер Пьер встретились озадаченными взглядами. С начало они восприняли друг друга как врагов и ухватились за рукояти своего оружия, но присмотревшись, в темной бушующей погоде они узнали друг друга.

Эос вспомнил Пьера, как тот сражался на арене в Зендере, Пьер вспомнил тоже самое и хотел первым завести диалог. Но протяжный детский писк не дал ему начать разговор. Две пары глаз устремились в сторону леса, откуда послышался звук.

Вновь переглянувшись, Эос не думая рванул в заросли с удивительной скоростью. Пьер немедля побежал за единственным в округе человеком.

...

Не большой резиновый шар, силой выдыхаемого воздуха, словно игрушечная моторная лодка, стремительно приближался к берегу. Чертенышу пришлось нырнуть головой в воду и плыть в слепую, по этому не заметил, как случайным образом заплыл в пещеру. Что на улице, что в пещере, везде сейчас было темно и маленький дух не сразу заметил как очутился в пространстве отдающий глухим эхом каждый шорох.

Когда Чертенышь исчерпал запасы воздуха и сдулся до прежних размеров, только тогда он понял где оказался и с детским интересом начал рассматривать стены внутри пещеры. Как оказалось, ничего особенного здесь не было, голые каменные своды окружали маленькое существо, пока он не посмотрел в глубь, где вдалеке мелькали биолюминесцентные огоньки.

Духа, словно светлячка, потянуло к свету, хлюпая по лужам маленькими ножками.

Не смотря на не давно произошедший ад, Чертенышь с очень хорошим настроением и довольным видом начал разглядывать светящиеся грибы. Зеленые, синие и фиолетовые, какими только цветами не была наполнена столь тихая и мрачная пещера. Лишь яркие краски и эхом отдающееся шаги сопровождали маленькое существо, пока тот беззаботно прогуливался по каменным сводам.

Но в один момент, глаза маски разглядели вдалеке огромную фигуру. С рычанием существо медленно приближалась, показывая свою натуру. Перед Чертенышем встала звериная фигура, тело льва было огромным и необычным. Из львиной гривы торчала змеиная голова, что с шипением вытаскивала язык. С другой стороны к телу пришита голова быка, дышащего тяжелым дыханием.

Химера всеми своими глазами смотрела на маленькое существо. Чертенышь чувствовал эмоции этого мутанта. Он голоден, зол и, не смотря на свой грозный вид, напуган. Казалось он видел настоящий ужас, пошатнувший даже его разум.

Чертенышь всем своим естеством переживал за этого монстра, даже если он замахнется на него, чтобы разорвать в клочья. Именно это и произошло.

Огромная когтистая лапа отшвырнула маленькое тельце, разрывая его хрупкое тело на лоскуты. Приземлившись в лужу, Чертенышь не огорчался, но его глаза все равно медленно закрывались, пока не исчезли из под маски. Смерть духа отличает от таковой у смертных, они не испытывают никаких мучений, инстинкты не захватывают их разум. Им не ведом страх или сожаления. Они просто сладко засыпают.

Чертенышь даже не понял, что случилось и начал медленно засыпать.

Химере, это быстро наскучило и развернувшись, направилась обратно в глубь своего пристанища. Но не понятное шуршание заставило химеру остановиться и взглянуть на происходящее позади нее. Все три пары глаз посмотрели на место где некогда упало маленькое существо. Но вместо разорванного в лоскуты тельца, три головы увидели непонятную густую жидкость на его месте.

Не ясная субстанция, древесного цвета, шевелилась как живое существо.

Химера не медля приняла агрессивную стойку, рыча всеми тремя пастями, создавая жуткую симфонию голосов.

Жидкость начала целенаправленно вытягиваться в высокий столб, постепенно обретая грубые и размытые формы, что с каждой секундой утончались и принимали отчетливый вид. Перед химерой предстало существо, высокое худощавое тело будто бы собранное из кусков дерева имитировало человеческий скелет. Длинные руки продолжались длинными костлявыми пальцами, тянущиеся до самой земли. Высокие ноги оканчивались корнями. А голова представляла из себя четырех-ликую маску.

Первая, походила на шлем древнего солдата с "Т"образным вырезом. Вторая на иссохшее лицо старика. Третья похожа на загноившееся месиво вместо лица. И наконец третья маска...

Узкие глазницы завертелись вокруг головы и встали на место лица. Костлявая челюсть затрещала, не предвещая ничего хорошего. В темноте глазниц засветились пара бледных огонька и пронизывающим на сквозь взглядом посмотрели на вздыбившуюся химеру.

Ни его трехголосный рык, ни острые когти или клыки, не пугали многоликого демона. Костлявое тело выпрямилось и резко протянула руку к химере.

Монстр чувствуя невероятное давление прижалось к земле, но найдя в себе решимость, прыгнула на демона, вытаскивая острые когти и обнажая клыки.

Внезапно, время будто замедлилось. Из тела монстра начало вытягиваться туманная форма и нитками тянулась прямо к руке демона. За этими нитями последовали четкие силуэты, бык, змея и лев. Их души начали вытягиваться из их тел. Превратившись в единый поток, они исчезли в руке демона.

Когда все закончилось, мертвое тело химеры рухнуло у ног многоликого.

Оглядев тело и пещеру холодными глазницами, демон перешагнул через труп и направился дальше, в пещеру.

...

- Тащите орудия к борту! Тащите! Тащите!.. - Не прекращали горланить разбегавшиеся по палубе матросы, непрерывно передовая все услышанные команды.

Корабли не переставало качать по волнам, шторм обливал палубы словно из ведра. Корабли чудом держатся на месте, всячески преодолевая непутную стихию. Но опытные моряки прекрасно преодолевали это препятствие. В отличие от Андре вместе с его помощником.

- Господни Андре, позвольте мне отдать приказ... "Королевской пушке". - Буквально кричал Флюгер под звуки непрекращающегося огня мушкетных органов и орочьи пушек.

Снова крики, разлетающиеся в щепки дерево, гром и волны сливались в единый поток непонятной информации.

- Нет! - Выкрикнул Андре кое-как держась за веревку у мачты, поскольку у фальшборта было не безопасно. - Пушка на крайний случай!

- Что же нам тогда делать! Что прикажите! - Флюгер буквально требовал поручений. - Если не поторопимся, то нас потопят на месте!

- Я знаю, что делать!.. - Очередная волна окатила борт вместе со всеми людьми на ней. - Мне нужно связаться с Лейфом Эриксом! Для начало я должен получить дозволение командовать этим флотом!

- Понял вас! - Наконец получив приказ, Флюгер проорал и тут же исчез из виду.

Не желая терять драгоценные секунды, Андре отошел от мачты, каждым шагом покачиваясь и рискуя поскользнуться. Но проявив чудо равновесия, ему удалось добраться до фальшборта.

Старые глаза Андре еще многое могли заметить. Всмотревшись на возвышение, стало ясно, орки пригнали еще больше пушек. Повезло застать момент залпа. Благодаря вспышкам черного пороха, Андре удалось насчитать десять пушек и примерно двадцать мушкетных полков.

Орки заняли высоту и хорошо окопались там, будет сложно выкурить их оттуда.

Но что со стороны кораблей?

Форсетские танкеры с самого начала конструировались как вместительные баржи, умещающие в себе как огромное количество припасов, так и солдат. И в обоих случаях нельзя чтобы они промокли иначе быстро испортятся, продукты сгниют, солдаты заболеют. Сейчас, эта конструктивная особенность сыграла на руку стрелкам и артиллеристам. Их оружие оставалось сухим и рабочим.

Но высунутые из бойниц мушкетные стволы и пушки отстреливались вяло и разрозненно. Корабли постоянно качало из стороны в сторону, стрелки не могли нормально прицелиться, но с горем по полам все же попадали. Чего точно не скажешь о пушках. Тяжелые выпущенные ядра то перелетали, ложась позади орков, то не долетали, врезаясь в скалистые стены.

В отличие от них, орки стояли на одном из нескольких прибрежных возвышенностей, которую не трясут волны. Им легче прицелиться и вести огонь. Но Андре не понимал кое-чего, орков ведь тоже обливает шторм, так почему же они еще способны стрелять из своего оружия? Порох при намокании теряет свои горючие свойства, а намокшие механизмы не в состоянии поджечь его.

Новая разновидность механизмов поджигания и пороха? Или в дело вмешались их тауматурги?

Сейчас это совсем не важно, надо сконцентрироваться на проблеме.

Сделав оборот вокруг своей оси, Андре внимательно рассмотрел все корабли которые только смог увидеть через штормящую погоду и прибрежную зону. На этом моменте он пришел к однозначному выводу, совершенно не ясно где чей корабль находится.

Где корабли Агилара, Эриксона, граф-магистра? Совершенно не ясно, корабли не принимали никакую формацию по пути и из-за этого спутались между собой во время шторма. Одна маленькая ошибка привела к таким последствиям. Будь Андре морским адмиралом, возможно не допустил бы такой ошибки, но у них же был сенешаль из Форсета, Эриксон, почему он не заметил такой оплошности?

Ответ сам пришел в голову. В Форсете плохо налажено производство стрелкового оружия и стратегии его применения так же не развиты. А враг с которым они постоянно сталкивались, это северяне на своих примитивных драккарах, у которых нет ни пушек ни мушкетов. Они привыкли воевать на воде по старинке. Это и послужило причиной такой неразберихи.

Сзади быстро подбежал Флюгер и быстрым темпом заговорил.

- Господин Андре, тауматург настраивает связь на нижней палубе! Прошу вас за мной!

Не желая терять время, Андре молча пошел за помощником.

Пройдя через палубу они с трудом добрались до лестницы и оперативно спустились по ней, рискуя упасть и сломать себе что-нибудь.

Круто развернувшись, они зашли под лестницу, где пошатываясь на петлях висела дверь. Войдя в темную еле освещенную комнату, Андре первым делом обратил внимание на тауматурга в доспехах и мантии Сомерсетских цветов, что сидел за столом аккуратно придерживая хрустальный шар.

- Господин Андре, связь настроена. Говорите. - Быстро пролепетал тауматург, намекая на шар в его руке.

Сев за стул и наклонившись к артефакту, Андре заговорил.

- Сенешаль Лейф Эриксон, вы меня слышите!.. - Отчаянно завопил старик прямо в шар.

Из него начали доноситься непонятные звуки, скорее всего шум воды, но чуть погодя, послышалась членораздельная речь сенешаля.

- ...Господин Андре... это вы?.. - Слова сенешаля постоянно прерывались, но общий контекст был предельно ясен.

- Да, это я! У меня есть план!

Эти слова звучали как услада для ушей Эриксона, пусть его и не было видно, но его громкий вздох говорил об облегчении. Это же чувство слышалось в его голосе.

- Боже, слава богу... я внимательно слушаю вас!

Но Андре не торопился вскрывать свои планы так просто.

- Прошу прощения! Но я желаю, чтобы вы передали командование флотом в мои руки!

- Что?! - Тут же завопил стеклянный шар в удивлении и возмущении одновременно. - С чего вы взяли... что я передам вам командование!.. это мой флот!

Вполне ожидаемая реакция от знатного воина. Результаты победы приписывают командиру, но никак не старику, что стоит под ним. Даже если он умнее всех, кто здесь находится.

- Слушайте меня, сенешаль!.. Вы хотите пережить эту ночь?! - Ультимативный вопрос отправился в ухо сенешаля через вещатель. Несколько секунд Эриксон не решался ответить, а ждать времени не было. - Поторопитесь! У нас нет времени!

- Ладно!.. - Отчаянно выкрикнул Эриксон. - Хорошо... я, сенешаль Лейф Эриксон, временный командир Форсетского... флота из пятидесяти танкеров, передаю командование в ваши руки на время боя, в ночь 26 дня месяца звездочетов!

Андре был очень доволен разумным поступком сенешаля. Передал командование, как того требовал официоз.

- Отлично!.. Теперь слушайте меня внимательно. Вот в чем план!

...

- Огооонь! - Протяжным и рычащим голосом командиры разом отдали приказ.

Механизмы мушкетов и пушек защелкали, в следующее мгновение длинные ряды озарились огнем. Деревянные приклады толкали в плечо а пушки отъезжали назад.

- Сменить шеренгу! - Тут же раздалось на задних рядах.

Черные панцири орков заблистали под грохочущими молниями. Ряд ушел назад и их тут же сменила новая шеренга. Гоблины торопливо насыпали в дуло орудий порох, утрамбовывали, тащили ядра, утрамбовывали. Еще один приказ. Снова залп и так по бесконечному кругу, пока боеприпасы не закончатся.

С довольной ухмылкой, Снаргр, восседал на огромном горбатом кабане. Ядовитые глаза хитро улыбались, когда ядра и пули прилетали прямо по кораблям. Нижняя палуба одного из танкеров уже в конец была разорвана в клочья, прямо с места Снаргр мог разглядеть как люди внутри корабля в панике пытались залатать дыру и попутно отстреливаться. Мачты соседствующего судна подкосились и упали в воду, став совершенно не дееспособным.

Людские стрелки в свою очередь не могли нормально прицелиться и постоянно промахивались. Эта картина была более чем уморительной для орочьего военачальника. Жалкие и хилые люди пытаются отстреливаться, но все это безнадежно.

Их командиры не посмеют приблизить корабли слишком близко к берегу, иначе они рискуют потерять столь дорогие суда. Один лишь ремонт одного такого танкера обходится очень дорого. А их стрелки оснащены примитивными моделями мушкетов, боящиеся воды, поэтому не рискуют выходить из палуб кораблей на обливаемую штормом сушу.

Снаргр хорошо осведомлен о человеческих силах. Но у них есть один человек, способный обернуть ситуацию в их пользу.

- Андре, где же ты, Андре... - Про себя шептал Снаргр, все еще ожидая его ход.

Но командир королевских войск будто бы замер. Корабли стояли на месте и пытались отстреливаться, не предпринимая никаких маневров, что было странно. Возможно знатные рыцари не желают отдавать командование флотом в его руки и отступать так же не намерены, рискуя навредить своему авторитету.

Глупые люди. Их знатное происхождение позволяет продвигать на важные посты откровенных идиотов. А их гордость затмевает им глаза, они не желают видеть как их армией управляет кто-то другой, не говоря уже о ком-то из другой страны.

Орки по праву называют себя продвинутой расой Сапфира. Они без вмешательства посторонних рас, построили свой собственный флот, организовали торговлю с племенами зверолюдей на северном континенте, разработали эффективную структуру управления армией. И прямо сейчас ближе всех подобрались к индустриальной эпохе, буквально еще пару десятилетий и они станут непобедимы. Настанет эпоха орочьей гегемонии.

Ладно, стоит отдать должное, кованые все же помогли им в некоторых аспектах. К примеру не боящийся воды порох и соответствующие механизмы зажигания. Такая новость может повергнуть в шок многие государства, что вожделеют к мудрости Стального Братства. Кованые, народ стеснительный и не любит делиться своими знаниями, опасаясь что их мудрость будет использована против них самих.

Но орки смогли найти ключ к сердцу бездушных машин. Главное не требовать слишком многое и предлагать в замен не службу или статус, а конкретные ресурсы.

Стоило оркам предложить мифриловые слитки, как кристаллики кованых загорелись и согласились отдать совершенно безвредные для них знания. Пусть армия предельно дисциплинированная и хорошо вооружена, они будут оставаться органиками, слабыми существами для Стального Братства, которых они могут раздавить словно букашек.

Для кованых и орков, это была крайне полезная сделка.

Хорошо, что людские государства настолько жадные, что не могут нормально торговать с коваными. Те ограничились лишь статусом неприкасаемой касты, безмятежно занимаясь своими теургскими делами.

- Босс! Корабли зашевелились! - Вытягивая руку, прокричал рядовой орк, что постоянно находился рядом с военачальником.

Присмотревшись, Снаргр убедился в этом. Корабли наконец начали действовать, кучка огромных судов начали рассеиваться для вменяемого маневра. Но вопреки ожиданиям Снаргра, жаждущего настоящей битвы, корабли, судя по всем признакам, разворачивались для отступления.

Снаргр, в надежде, что Андре услышит его, громко зарычал.

- Ну же Андре, не разочаровывай меня! Покажи силу своих мозгов, сражайся! - Но как бы орк не взывал к талантливому командира, корабли продолжали медленно отдаляться, сильно разочаровывая орка. - Отставить! Прекратить огонь!

Команда военачальника волной прокатилась по рядам солдат. Огонь тут же прекратился, остался лишь шум слишком громкого, для орочьего слуха, прибоя и грохотание молнии.

Снаргр внимательно наблюдал за тем как корабли отплывают, все еще глубоко в душе надеясь, что в один момент они развернутся и поплывут обратно, сражаться с ними. Но вместо этого он увидел, как с верхних палуб танкеров вздымался белый туман, что стремительно приближался к возвышенности орков.

Снаргр снял с головы круглый шлем, чтобы взглянуть на это явление собственными глазами.

Туман явно эфирного происхождения, он слишком стоек под штормящим ливнем. Да и откуда ему тут взяться.

Но зачем он нужен? Только для того чтобы прикрыть отступление? Вряд ли, они все еще могут двигаться по воде, просто отойти за предельную дистанцию выстрела было бы достаточно.

Снаргр чувствовал, что битва еще не окончена, поэтому широко заулыбался.

- Всем приготовиться, враг еще не отступил! - Скомандовал военачальник, готовя своих солдат к столкновению.

...

- Андре... этот план настоящее безумие! Я не соглашался на это! - Громко жаловался сенешаль Эриксон.

- Я знал, что вы так скажите! Поэтому и не говорил вам заранее! - Ухмыляясь ответил Андре, говоря в сферу.

Наверное связь через сферу была наилучшей идеей, иначе Андре пришлось бы смотреть прямо на обозленную физиономию сенешаля.

- Это... безумие! К черту, я возвращаю командование... в свои руки! - А вот эта новость не понравилась Андре.

Сейчас его план только начал работать и он не позволит сорвать план еще в зародыше.

- Сами подумайте, сенешаль Эриксон! Если мы не сможем отбросить орков прямо сейчас, кто знает, с чем нам придется столкнуться потом! Что если завтра их будет еще больше! Тогда высадка на остров превратится в расточительную войну! Лучше пожертвовать парой кораблей, чем подрывать всю экономику Форсета! Вы со мной согласны?!

- Откуда... вам знать... что их будет еще больше?!

После этого вопроса, Андре частично убедился в том, что Эриксона протолкнули на эту должность.

Они не ожидали, что их будут встречать орудийным залпом орочьих пушек и мушкетов. Вполне возможно, что культ четырех пригнал на остров еще какие-нибудь силы, возможно они только на подходе. Андре еще не все известно, но то, что культ ограничится одними лишь орками, сомнительно.

"Скорее всего на пути к острову плывет еще подкрепление. Вряд ли это будут еще одно подкрепление в виде орков. Их кланы ведут пасивную войну с Герпширом, которая может разжечься в любую секунду, они не могут как попало раскидывать свои силы. Остаются только северяне. Мы должны ожидать огромный флот из драккаров. Но когда и сколько их будет, не ясно."

Отвечая на вопрос, Андре ответил.

- А разве вы еще не поняли?! Орки здесь только для того чтобы задержать нас! Двадцати полков не хватит для полноценной обороны острова! Северяне ждут подмогу с северного континента! А дальше, это перерастет в войну, что охватит все северные берега! Если мы ничего не предпримем! То навсегда упустим шанс! Слышите!..

- ... - Секунда молчания, после которого послышался ответ. - Неужели... все настолько серьезно, это же просто северяне!

- Спросите у жителей Шеффалда! - Будто бы ожидая именно этих слов, с нетерпением ответил Андре.

- ...Ладно... если это спасет Форсет, я готов пожертвовать всем своим флотом!..

Каким бы высокомерным и некомпетентным не был Эриксон, он в первую очередь патриот своего графства. Сыграв на этом, результаты переговоров вышли в пользу Андре. Очередная победа.

- Тогда действуем по плану!

...

Все еще было не понятно, что задумали люди на своих танкерах, но Снаргр прибывал в предвкушении. Битва от него никуда не делась, а лишь приняла новую фазу.

Зоркие глаза всматривались в туман, что затянул всю водную гладь. Наверняка люди попытаются нанести неожиданный удар, но именно этого Снаргр и ожидал. Пусть из-за тумана они не видят а из-за шторма не слышат, эта стратегия заведомо окончится провалом, они никак не смогут остановить качку кораблей и будут постоянно промахиваться, а в случае чего, передние ряды щитоносцев прикроют стрелков.

- Ну же, давайте действуйте! - Снаргр буквально сгорал от нетерпения.

Погодя еще несколько секунд, послышались залпы с кораблей скрытые в тумане. Свинцовый град отправился в сторону орочьего возвышения, однако, пули не долетали до своих целей. Лишь некоторые снаряды врезались в толстые щиты.

Обманутый в своих ожиданиях, Снаргр не довольно прорычал на людские корабли.

- И это все! Вы жалкие выродки не можете даже попасть по нам! И называете себя могущественной армией! Мне смешно смотреть на вас!..

В ответ послышалось лишь вялое отстреливание со стороны людей. Терпение военачальника начало подходить к концу.

- Босс, прикажите стрелять?! - Поинтересовался рядовой орк.

Снаргр уже поднял руку, чтобы отдать приказ на огонь, но краем уха уловил неясный треск.

Этот громкий звук ломающегося дерева услышали абсолютно все и с недоумевающими глазами повернули головы вправо. Все они без исключений увидели носовую часть корабля, торчащую из тумана и что с разгона врезалась в соседнюю возвышенность.

В следующее мгновение прогремел гром и серебристые доспехи с голубыми полосами ярко заблестели. Уши улавливали топот тысячи скакунов, что месили копытами чистую береговую линию на пути к оркам.

Наконец почувствовав удовлетворение, Снаргр быстро отдал новый приказ.

- Щитоносцы остаются на местах! Стрелки на правый фланг!

Приказ тут же продублировали, для большей доходчивости, и стрелковая пехота сразу же зашевелилась. Сохраняя строй, они выстроились перед наступающей конницей, ожидая приказ к огню.

"Ясно, туман должен был скрыть поход корабля к соседней возвышенности, чтобы высадить рыцарей, пока стрелки на кораблях отвлекали внимание. Но одной лишь конницы будет не достаточно."

Улыбаясь раздумывал Снаргр, считая, что разгадал их план.

- Огонь! - Передняя шеренга озарилась моментным пламенем, посылая на противника смертельный град.

Множество рыцарей и их скакуны обрушились на землю. Они были обречены, бегущая за их спинами конница затоптала их на смерть, добив окончательно. Но лавина не переставала мчатся в их сторону. Решительные крики рыцарей накрыли их ряды и доносились до орочьих ушей.

Шеренга стрелков сменилась. Залп. Рыцарские ряды вновь поредели, но их все еще было много.

Шеренга вновь сменилась и вновь прозвучал мушкетный огонь, но их огневой натиск ничуть не умолял решительности Сомерсетских рыцарей. Копыта могучих коней уверенно и стремительно приближались, топот становился только громче. Клич, лишь громкие и отчаянные крики рыцарей, но в них не было и капли страха.

Прозвучал отчетливый голос, как для рыцарей, так и для орков. И гласил он.

- Не бойтесь огня, не бойтесь свинца! Бойтесь бесславной смерти! В бой!

Конница тут же взорвалась новой волной воодушевленных криков и ощетинилась копьями.

Снаргр внимательно присмотрелся к человеку, который произнес эти слова. Рыцарь, что скачет впереди всей армии, облачен в знакомые доспехи. Его ни с кем не спутаешь, это сам граф-магистр, лично повел своих воинов на таран. Снаргр был приятно удивлен, таким неимоверным мужеством и отвагой своего врага.

- Мы просто обязаны встретить их с достоинством. - Так же воодушевился орк и отдал приказ своим воинам. - Приготовится, ближний бой!

- Ближний бой! - Продублировали офицеры, как можно громче под неясной погодой.

Ряды быстро замаршировали. Ряды щитоносцев оставались на местах, пока передние ряды стрелков забрасывали мушкеты себе за спину а задние ряды мигом тащили длинные пики. Древко вонзалось в скользкую от ливня землю, наконечники наклонились в сторону нападающих. Ряды взъерошились тысячами копей, готовые встретить Сомерсетских рыцарей.

Только средние ряды оставались на своих местах и получили приказ продолжать огонь. Медленно ряды рыцарей редели, пала уже не одна сотня рыцарей на пути к орочьей возвышенности. Подойдя практически в плотную, от конницы высоко вверх поднялся яркий огненный шар.

- Сигнал? - Тут же подумал Снаргр, после чего со стороны моря поднялось два точно таких же сигнала.

"Что они мать вашу задумали?" - Хотел было Снаргр обдумать это, но времени совсем не было.

Рыцари были уже здесь.

Около тысячи конных воинов с неистовой яростью врезались в отточенные ряды орков. Волна тарана безнадежно вмяла ровные ряды орков в глубь построения, постепенно прорываясь в тылы. Даже тысяча пик не смогли полностью остановить стальной натиск гордых воинов графства.

Завязался ближний бой. Пешие орки стаскивали и избивали невезучих рыцарей, а те в свою очередь били тяжелым оружием, каждым ударом по стальной башке, окатывая орков контузией. Все перемешалось, славные воины в извалявшихся в грязи латах на земле и на скакунах смешались с рядами многочисленных орков в черных панцирях.

Всеми силами те пытались прорваться дальше в тыл, к рядам щитоносцев.

"Так значит их цель щитоносцы." - Догадался Снаргр и шпорами заставил кабана двинуться с места. Его личная гвардия с металлическими гребнями на круглых шлемах зашагали за ним, своими рядами заслоняя проход к щитоносцам, что с сомнением начинали озираться назад. Военачальник упреждающе проорал на них.

- Держать строй!

Услышав приказ, орки вернулись к выполнению своей задачи.

Снаргру подали боевой молот, которым тот и вооружился. Поставив древко на плечо, Снаргр начал ожидать прорыв пешего строя, одновременно выискивая граф-магистра, чтобы лично встретить прославленного гостя.

Его зоркие глаза зацепились за облик в особых доспехах из голубого дамаска. Но граф-магистр, завидев босса и его гвардию, начал оттягивать свои силы назад. Конница потихоньку отходила назад.

- Что? Куда ты собрался Филип! - Заорал Снаргр, но следующий ход граф-магистра не заставил орка разочароваться.

Граф-магистр отдал приказ и кавалерия, что смогла вырваться из заварушки последовала за ним, в обход, заходя с тыла. Основная масса орков завязла в бою со спешившимися рыцарями и лишь небольшая часть начала перетекать в тыл, но этого было не достаточно, чтобы сдержать тяжелый натиск.

- Все в тыл, немедленно! Гвардия вперед! - Отдав приказ элитным воинам своей армии, орки развернулись к тылу и отправились закрывать бреши в обороне.

В быстром темпе удалось закрыть половину тыла, но скачущие по мокрой грязи копыта были слишком близко. Целая волна рыцарей сумела прорваться через тыл и проникнуть во внутреннее пространство возвышения, оборона прорвана. Даже гвардия с трудом справляется с Сомерсетской конницей, не говоря уже о рядовых воинах.

Но на стороне орков был численный перевес и малочисленность рыцарей было на лицо, поэтому никто из орков не падал духом и продолжал мять латные доспехи.

Жаль, но рыцарям удалось прорваться и к щитоносцам. Построение было нарушено те выхватили ятаганы из ножен и на ровне со всеми вступили в бой.

- Подать синал! - Прозвучал человеческий голос, после которого в небо вновь поднялся яркий огненный шар, что слегка мешал орочьим глазам, но не умолял их боевую мощь.

- Снова. - Снаргр до сих пор не понимал, к чему эти сигналы, но предчувствие предрекало что-то очень не хорошее.

Острый слух Снаргра уловил странный звук со стороны затянутого туманом моря. На шторм это было не похоже, казалось что-то массивное приближалось к ним и очень быстро.

Этот звук будоражил воображение орка, пока он не увидел, как из тумана вырвалась носовая часть танкера, несущаяся прямо на них. Корабль и не думал останавливаться, врезавшись в мель, он проскользил по каменной земле, сдирая деревянную корму с ужасным треском, а нос врезался в каменный выступ. Верхняя палуба корабля оказалась примерно на одном уровне с возвышенностью, что могло означать только одно.

- АААаааа! - С палубы послышались крики тысячи голосов. Рыцари облаченные в красные доспехи начали спрыгивать с палубы прямо на землю, тут же принимаясь бить орков тяжелым оружием. Вот и рыцари Герпшира подоспели.

- Черт. - Тихо выругался Снаргр, прекрасно понимая в каком положении он оказался.

- Босс, нас зажали, что прикажите делать?! - В панике завопил рядовой орк.

Снаргр ухмыльнулся в довольной улыбке, такая тактика ему даже понравилась. Но как бы то ни было, эту битву они проиграли. Если люди не боятся гробить свои дорогие корабли, то они могут прислать еще больше людей прямо на возвышение. А жертвовать своими солдатами ради какой-то возвышенности он точно не станет.

- Труби в рог, мы отступаем!

Слушая приказ, пеший орк достал с пояса рог и начал трубить в него. По влажному воздуху прокатился хриплый и трубный звук, призывающий к отступлению всех орков, что слышат зовущий рог.

Орочьи войска не стали разбегаться как попало, но вели себя как настоящая организованная армия и отступали соответствующе. Войска в панцирях вырывались из замеса и как можно быстрее строились в ровные ряды, встречая неприятеля стальными розгами и разрозненными мушкетными выстрелами.

Им даже удалось вывести пушки. Сильные орки начали вытаскивать ценные орудия, пока орки создавали живой щит. Снаргр не стал отставать от них и всячески прикрывал отступление, тараня скопившиеся ряды противника. Пушки оказались в безопасности, а вместе с ними и их командир.

Основные силы сумели вырваться и медленным неспешным шагом направились в сторону хвойного леса, где конница их уже не достанет.

- Всем стоять, не преследовать врага! Стоять! Стоять! - Граф-магистр пришпорил своих солдат, предостерегая их от еще одного побоища в лесу, которое они уже вряд ли вывезут.

Наконец-то он смог вздохнуть с облегчением. Бой окончен. Филип с опаской наблюдал за отступающими орками, что постепенно скрывались в хвойной чаще. Но даже когда они исчезли из виду, сердце Филипа не успокаивалось.

Что если они закрепятся в лесу, где конница будет уже бесполезна. А их стрелковое оружие будет направлено на них. Тогда они уже ничего не смогут поделать.

Но прождав несколько секунд позади выстроившихся рыцарей Герпшира, что так же ожидали ответа орков, ничего не происходило.

Им удалось взять высоту, но в результате оно было завалено трупами зверей, людей и орков. Темная орочья кровь смешалась с человеческой в грязных лужах. Блестящие латы утопали в грязи, прекрасные мечи испачкались в крови. Но что волновало Филипа, так это то, что орочьих трупов было заметно меньше, в сравнении с человеческими жертвами. А сколько погибло от свинцовых пуль еще на подходе?

Даже страшно представить, сколько в итоге славных воинов потерял Сомерсет.

- Магистр Филип, мы взяли высоту! - Заявил маршал Итан.

Словно по его команде, среди войск Сомерсета и Герпшира послышались победоносные возгласы, преодолевая даже шум прибоя и грома. Но Филип был совершенно другого мнения.

- Да, мы победили, но заплатили за это слишком высокую цену. Мы потеряли около четверти наших рыцарей. А сколько орков мы убили? Пятую часть, шестую, седьмую? Были времена, когда лишь сотня рыцарей, могла напугать многотысячную армию, а сейчас... Сейчас наше могущество стоит под большим вопросом... хаа... - устало вздохнув, Филип отдал приказ - подайте зеленый сигнал.

По его приказу тауматург отправил в небо шар, светящийся зеленым светом, сигнализирующий о победе.

...

Эос и Пьер долго бродили по густому снежному лесу, обливаемый нескончаемым потоком. Они оба совсем недавно искупались в ледяной воде, от чего ледяной воздух в купе с дождем пробирали их до самых костей, заставляя их дрожать. Пьеру в этом плане приходилось сложнее, он уже совершенно не чувствовал своих рук и ног, лишь по инерции он еще перебирал своими ногами. Пальцы болели и двигались с трудом.

Безликий чувствовал себя немного лучше в этом плане. Пусть холод пронизывал его тело насквозь и так же не чувствовал конечностей, двигаться в резвом темпе ему это не мешало.

На секунду Эос остановился и посмотрел себе под ноги.

Пока Безликий был занят, Пьер от бессилия уперся о первый попавшийся ствол дерева, попутно задавая вопрос.

- Что ты там... нашел? - Тяжело дыша произнес воин.

Эос ожидаемо не ответил и проигнорировал его вопрос, рассматривая вполне очевидные следы. Мокрая земля была притоптана множеством ботинок, здесь прошел небольшой отряд и скорее всего именно они унесли с собой Жанну. Надо найти ее и как можно скорее.

Поднявшись на ноги, Эос побрел дальше, совершенно не обращая внимание на отстающего скваера. Лишь грохот доспехов заставил Безликого остановиться и обернуться назад.

Пьер в бессилии упал на грязную тропу, не в силах даже пошевелиться.

Эос устало вздохнул и все же решил помочь нерадивому соратнику. Безликий схватился за латные перчатки и закинул руку через плечо. Но что с ним делать, Эос понятия не имел. Разводить костер прямо сейчас не вариант, так еще и Жанну спасать надо.

Ахх, еще Софи и Чертенышь, остается надеяться, что с ними все в порядке.

Столько всего надо сделать, но для начала нужно найти лагерь северян и тогда можно будет действовать.

По крепче схватив Пьера, Эос потащил его дальше по следам, надеясь найти необходимые припасы в лагере варваров. Пробираясь через скользкие тропы и густые заросли, они начали продвигаться еще медленнее, но останавливаться было нельзя. На счету каждая секунда, если он промедлит, то Пьер и Жанна могут умереть.

Спустя их долгие скитания, они вышли на поле с торчащими из земли пнями. Поляна прилегала к реке, у берега которой виднелось внушительное укрепление из деревянных стен с крытыми галереями и толстенных ворот. Чуть в стороне от них виднелся остров в русле реки, окруженный не менее внушительными стенами над которыми восходили лучи огненного света.

Лагерь северян нашелся.

Теперь необходимо незаметно проникнуть туда и найти что-то похожее на палатку, брезент, еду и всякое по мелочи, что может понадобится. И так же не забыть о Жанне. Возможно там содержат много пленных, если освободить их, то может начаться хаос внутри лагеря. Но по большей части придется действовать на угад, как получится.

Оттащив Пьера поглубже в лес, он оставил его у дерева. Состояние у него было хуже не куда. Скваер не мог нормально шевелиться, тело отказывалось слушать его. Дыхание прерывистое и тяжелое. В полусознательном состоянии. Слабый организм не справляется с такими нагрузками. Придется поискать сухую одежду и лекарства для Пьера.

Поднявшись на ноги, Эос уже хотел было отправиться в лагерь, как острым слухом уловил чавканье по мокрой земле. Резко обернувшись, Безликий обнажил Карантир и был готов немедленно вступить в бой, кто бы это ни был. Но как только вспышка молнии на мгновение озарила тропу, Эос немного опешил.

К ним во весь опор бежала Софи с копьем в руках. Успокоившись, Карантир вернулся обратно в ножны.

Резко остановившись и слегка заскользив по грязи, бестия остановилась и с легкой отдышкой проговаривала.

- Наконец-то догнала вас, фух... ты цел? - Тут же с ходу она задала вопрос и вместе с тем подошла максимально близко, с ног до головы осматривая Эоса.

Ее глаза остановились на бледных руках. Софи взялась за его руки и подняла их, чтобы по лучше рассмотреть раны.

- Ну дела, покусали тебя знатно. - Говорила она, смотря на искусанную кожу, на которой и живого места не осталось. Но стоит отдать должное регенерации Эоса, его раны уже так скоро перестали кровоточить и покрылись слоем кровяной корки. - А это у нас... Пьер не ожидала тебя здесь увидеть. - Сказала она, но когда села на корточки, поняла, что с ним что-то не так. - Эй, ты как, ээй... Твою ж, обморожение небось. Блин, че делать то, надо спасать тебя.

В торопях начала думать Софи, но Безликий отвлек ее и указал в сторону лагеря. Та подошла к нему и вместе они начали разглядывать строение.

- Лагерь северян, точно, мы можем вынести оттуда все необходимое. Может быть там даже есть лекарства... Ладно, ты оставайся с Пьером, а я погнала.

Эос оказался не согласен с таким планом и схватившись за руку остановил бестию. Резко остановившись, она посмотрела на Безликого, догадываясь, что он имеет ввиду.

- Слушай, чтобы ты не хотел сказать, ты туда не пойдешь. Тебя и так чуть не разорвали сирены, ты чуть не утонул. А моя задача, тебя защищать. - Решительный тон срывался с уст бестии, попутно тыча пальцем ему в грудь. - Не забывай, именно поэтому мне сломали нос, именно поэтому я пошла за тобой, хотя совершенно этого не хотела.

Софи выглядела немного раздраженной, чем внушала подчинение, но Эос таким не выглядел. Видно, он еще оставался при своем мнении.

- Блин, просто... просто не усложняй мою задачу и не лезь на рожон. Неужели я так много прошу. Оставайся здесь, понял меня? - По глазницам Безликого было видно, что нет, отчего Софи не придумала ничего лучше, чем... - Ладно, давай сделаем так. Раз ты думаешь, что я слишком слаба, хоть это и не так, давай заключим контракт.

Сразу же возникает вопрос, какой? Софи, будто бы услышала этот вопрос.

- Ты слышал о контракте с зеркальными духами? - Кивок последовал от Эоса, после чего бестия демонстративно развела руками и с широкой улыбкой заявила. - Сюрприз ебать, я чертов зеркальный дух!

Безликий немного растерялся после такого резкого заявления. Он представлял себе духов как-то иначе, более газообразными что-ли. А тут перед ним, не совсем обычный, но все же человек. Ничего в ней не выдавало существо из зеркального измерения.

- Подробности давай опустим. Лучше перейдем к делу, ээм... нужно что-то на чем можно начертать руну контракта. Точно, у тебя еще остались ножи? - Эос на автомате вытащил один из метательных ножей и протянул Софи. - Отлично, - довольно произнесла Софи подбрасывая нож - и еще твой Карантир понадобится.

Серебристый меч верл, так же оказался в ее руках.

Получив все необходимые вещи, Софи воткнула нож в ствол дерева и острым лезвием Карантира начала гравировать лезвие ножа, как бы странно это не звучало. Подглядев за работой бестии, Безликий увидел как на лезвии вырисовывается угловатый символ, руна тауматургического предназначения.

- Тут главное точность. - Тихо проговорила Софи, всеми силами стараясь не запороть работу. - Готово. - Сказал она протягивая меч его владельцу.

Схватившись за нож, Софи зажгла огонь в руке и начала внимательно осматривать вырезанную руну. Поняв, что все сделано как надо, прокрутив нож в руке, она покрепче схватилась за рукоять и легким движением полоснула им по кисти руки. Из тонкой линии закапала струйка крови, подставив нож, она окропила его собственной кровью.

По началу Эос воспринял это как дикость. Обычная мелкая рана в Земной атмосфере может стать смертельной. Но приняв во внимание сравнительно чистую атмосферу Сапфира и заклинания описанные в черном гримуаре (который на данный момент скорее всего превратился в бумажную кашу), это еще очень ничего. Вспомнить тот же "взрыв трупа", который Безликий использовал совсем не давно, использовав труп сирены.

Софи наклоняла нож, чтобы капельки крови попали в каждую щель руны. Закончив и с этим, она бросила нож обратно Эосу, что без промедлений поймал его и начал рассматривать окровавленное лезвие.

- Фух... теперь самое простое, запитай его собственной таумой. - В завершении сказала Софи.

Дело не хитрое, это практически первое чему научился Эос в этом мире и концентрация не вызывала никаких проблем. Закрыв глаза, его воображение начало вливать внутреннюю тауму в нож.

Эфир только коснулся лезвия, но окровавленная руна на нем начала источать голубоватый свет. Эос сразу же подметил это и с неподдельным интересом ждал результат. Но не на нож нужно было смотреть, а на Софи.

Руками схватившись за грудь, она сжалась от непонятной боли, разгорающейся внутри нее. Из под ее доспехов и пальцев начали вырываться лучи огненного света, будто бы ее сердце сгорало от неистового пламени. Но свет не стал останавливаться и расходился по ее телу, вены набухли и стали подобны рекам лавы, кожа покраснела. А лицо...

Бестия опрокинула голову от жгучей боли, из ее глаз, носа и рта вырывались языки пламени. Волосы встали дыбом и сами превратились в огонь. Кожа воспламенилась, окружая ее испепеляющей аурой, но ни она сама ни ее одежда не пострадали, будто бы огонь сам выбирал, что ему жечь, а что нет.

Сказать, что Эос был ошеломлен, это ничего не сказать. Потеряв концентрацию, он опешил. Роняя нож он отстегнул огнеупорный плащ и хотел накинуть на Софи, но выставив руку она остановила его. Пламя угасло в ту же секунду, возвращая ей прежний человеческий облик. С покрасневшим и одновременно довольным лицом она сказала.

- Наконец-то... моя сила, со мной. Как же давно я не ощущала этот жар... - Смотря на свои сжатые кулаки, ее глаза дрогнули, чувствуя, какая сила вернулась к ней.

В ее глазах чувствовалась жадность и высокомерие? Эос не мог понять, что конкретно чувствует Софи, но ее подскочившее до потолка высокомерие было на лицо. Безликий ощутил ее могущественный жар даже через толстую броню, а руки буквально чуть не подгорели, но понял он это только когда ощутил холод. Действительно, взглянув на руки Эос увидел как бледные волосы на руке съежились. С бестией надо быть осторожнее.

Подойдя к ней, Эос слегка толкнул ее в плечо.

Придя в себя, Софи резко выпрямилась и смахнула с лица злобное выражение, но хитрая и коварная улыбка оставалась на месте.

- Теперь ты мой контрактник, - с ходу заявила та, произнося совершенно исчерпывающие вещи - не думай что я как глупый зеркальный дух буду выполнять твои приказы. Если хочешь воспользоваться моей силой, будь добор платить. Таума моя пища и валюта. Поэтому... - Софи подошла ближе и схватившись за кирасу притянула его черепок к своему лицу, говоря прямо в ухо и дыша на него жаром - поэтому не теряй нож, который ты только что обронил.

Сказала она, указывая на металлический обрезок лежащий в грязи.

Она изменилась, причем очень сильно. Казалось она испытывает удовольствие, когда становится сильнее. Ее возбужденные глаза, прерывистое дыхание и вздымающиеся под красной бригантиной груди, говорили о ее возбужденности и переизбытке энергии.

Софи не терпелось испытать свои пробудившиеся силы и такой шанс представился.

Позади них, со стороны лагеря послышался шум. Голоса сливались с хлюпающими шагами и скрипом открывающихся ворот. Обернувшись, они увидели как сотни лохматых варваров в старинных кольчугах шли из ворот, поднимая над своими головами смоляные факела.

- Нас заметили. - Коротко констатировала Софи, отпуская Эоса. Выйдя на открытую местность, бестия командным голосом сказала. - Подними нож и продолжай питать его таумой. Так я получу больше сил. Быстрее!

После крика, ошеломленный всем происходящим Эос в быстром темпе подхватил нож и начал вливать в него свой эфир, попутно смотря Софи в спину.

Ее тело вновь начало сиять огненным светом, превратившись в элементаля. Смелой поступью она направилась в сторону столпившихся северян, разжигая огонь в своих руках.

Тень 21 Герои?

Стоять на заставе в карауле ночью скучно, так еще и ливень пошел. Сигурда Златогривого определили на одну из застав защищающих мост, пока орков отправили бить морды рыцарям, от чего он им сильно завидовал. Сигурд рос как исключительный воин, с самого детства его учили убивать врагов, выживать в самых сложных ситуациях и выбираться из резни не просто выжившим, а победителем. Соплеменники поймут его, ведь проходили через это все северяне.

Но проявить свои умения в бою, ему не позволили, конунг Харальд доверил самое ответственное оркам, а не своим воинам. Это решение злило многих его подданных, их мечи остались ржаветь в ножнах, но каждый из них понимал, что прямо сейчас рисковать нельзя, на кону стоит сам факт существования их народа и действовать нужно аккуратно. Это как охота, твои ноги должны стать бесшумны, каждое движение выверено, и только в самый подходящий момент спустить тетиву.

Сигурд хорошо понимает какой груз лег на плечи его вождя, и насколько бы подлым не было его решение, если оно направлено на спасение его народа, он согласится с этим решением. Сюда, на остров приплыл не только сам Сигурд, но и его семья в том числе. Его жена Лив и сын Аркелл так же стоят на страже ворот.

Сигурд с галереи довольным взглядом смотрел как его подросший сын не жалея сил лупил столб собственным стальным мечом.

А Лив? Где же Лив?

Сигурд взглядом начал выискивать свою жену, но как оказалось она тихо подкралась к своему мужу и заигрывая накинулась ему на плечи.

- Что ты делаешь? - Сигурд начал отмахиваться.

Женщина, с темными волосами и лицом украшенной ритуальными узорами, отпрыгнула назад и сказала.

- Если бы на моем месте был хищник, ты бы уже умер.

В любой другой ситуации Сигурд начал бы заигрывать с ней, но сейчас он выглядел взволнованным и больше не желал плотских утех. Его глаза нахмурились а бородатое лицо исказилось.

- Ну чего ты? - Беспокоившись о своем муже, Лив подошла вплотную и приложила руки к его лицу, пока она смотрела ему прямо в глаза. - Что тебя так беспокоит, скажи мне.

Сигурд не желая отвечать отводил глаза, но на мгновение остановившись на просящем взгляде жены, сдался и решил вывалить накопившиеся мысли.

- Лив, наш народ окружен со всех сторон, на севере зверолюды, на юге ведроголовые. А все что у нас есть, это наша воля и кучка орков. Если у нас ничего не получиться, то весь наш народ сгинет в ледяных реках Хельхейма.

- Неужели ты так сомневаешься в нашей победе? Боги на нашей стороне. - С надеждой сказала Лив, но и в ее голосе читалось сомнение.

Убрав ее руки с лица, Сигурд подошел к бойнице и выглянул наружу, приговаривая.

- Боги не посмеют вмешаться в дела смертных, мы здесь сами по себе. Наше существование никого не волнует. Боги нам не помогут, иначе нами бы не двигали голод и надежда. А ведроголовые, их безбожие сильнее наших богов, а их ярость сильнее нашей надежды.

- Что ты такое говоришь? - Подходя к Сигурду, она говорила. - Конунг Харальд продумал все до мелочей, их кони здесь бесполезны, а пешие воины из них не кудышные. Орки расстреляют их из своих орудий, если те посмеют сунуться сюда.

- Сила не всегда решает исход битвы, но ярость. Они готовы на все, лишь бы отомстить за их павший город и их селян. Они не пожалеют своих сил, только бы уничтожить нас.

- Пусть так, - повышая голос, Лив решительно произнесла - но мы не сдадимся без боя, нам тоже есть что защищать. Наш народ, наши семьи... наш сын. Я так же как и ты хочу защитить нашего Аркелла и подарить ему лучшее будущее на новых землях.

Сигурд отошел от одной стороны и подошел к другой, выглядывая и смотря на своего сына, что не покладая рук тренировался. Лив добавила.

- Выброси из головы не нужные мысли и просто сражайся, а за что сражаться ты и сам знаешь.

В мыслях он понимал, что его жена совершенно права. Их народ на грани исчезновения и все что они сейчас могут сделать, дабы этого не случилось, это сражаться, убивать и отнимать. На этих трех столбах стоял весь их народ, вся их сущность скрылась в них. Но так не могло продолжаться слишком долго, рано или поздно все они поймут, что на этих хлипких столбах долго не продержишься.

Многие начали понимать, что это влечет только к проблемам, а не к их решению. Будь у них хотя бы еще один столб, под названием "Язык", возможно что-то получилось бы изменить.

Если бы они вступили в переговоры с ведроголовыми, то напряжение потихоньку угасло и им даже удалось бы занять плодородные земли на центральном континенте, в пределах графств. Но думать об этом сейчас, уже слишком поздно, ничего нельзя изменить. Остается только сражаться и сражаться придется очень много, прольются реки крови.

Как бы Сигурд не разочаровывался в своих богах, он молился им, чтобы пролилась его кровь, но не его родни. Сын Аркелл и его жена Лив должны жить дальше, им еще рано отправляться к асам и в Хельхейм.

- Да ты права, нам остается только сражаться. Мы не имеем права просто так умирать, мы должны сами построить свое будущее. И никто не посмеет встать на нашем пути.

- Куда бы ты не пошел, я всегда буду рядом с тобой. Слышишь? - Лив дернула Сигурда за плечо и повернула к себе, после чего губами потянулась к его лицу.

Сигурд поддался моментной слабости и слегка наклонился, чтобы слиться с ее губами в поцелуе. Но яркая вспышка ослепила его глаза, отчего тот дернулся и закрыл лицо рукой. От удивления Лив обернулась, но тут же была ослеплена ярким огненным светом.

- Вражеские шаманы! - Тут же завопили другие часовые, что сидели в галереях.

Когда свет ослаб и угас, Сигурд и Лив бросились в сторону бойниц, выглядывая наружу.

- Вон там, просвет! - Лив первая заметила угасающий свет в чаще хвойного леса и указала на него пальцем.

- Черт, луками не достать.

- Все собираемся, надо найти их! - Послышалось с внутренней стороны стены.

Выглянув, Сигурд увидел как люди собирались, чтобы найти шамана и обезвредить всех кто пришел вместе с ним. Но выходить было слишком опасно, ночью не возможно увидеть врага, тем более когда он скрывается среди деревьев. Куда разумнее засесть в галереях и доложить об этом конунгу, но строптивые северяне, что остались в лагере, жаждали битв и такой шанс был как нельзя кстати.

- Стойте! Мы незнаем сколько их там! Если высунетесь, то вас загрызут как стадо баранов!

- Закрой свою пасть! - Выругался один из воинов, что стоял внизу и собирал людей. - Ясное дело они сюда не сунутся, но они знают где мы! Надо найти их и уничтожить!

Воины напрочь проигнорировали предупреждение и активно собирались выдвигаться. Ножны с мечами пристраивались к поясам, щиты закидывали за спины и поджигались масленые факела.

- Что будем делать? - Поинтересовалась Лив.

Безусловно, она подчиниться приказам знатного воина, но мнение ее мужа было куда более авторитетным и предпочтение пало именно на слова Сигурда.

- Черт, вот же идиоты. Мы остаемся. - Решительно ответил Сигурд, не желая подвергать свою семью не нужной опасности. Лив согласно кивнула ему, хорошо понимая ход его мыслей.

Но одна вещь заставляло беспокоиться их обоих. Их сын Аркелл еще молод, но бесстрашен. Разуму он предпочтет действие. Сигурд заметил сына, как он в торопях перекидывал щит за спину и после чего надел шлем.

- Аркелл! - Завопил Сигурд и тут же рванул с места.

Быстро спустившись с лестницы, они побежали по размытой земле к сыну. Подойдя к сыну, Сигурд сказал.

- Куда это ты собрался?

- Как куда, бить врагов. - Спокойно ответил молодой парень, не чувствуя никакого подвоха в словах отца.

- Ты никуда не пойдешь. Для тебя это слишком опасно.

Аркелл посмотрел на своего отца возмущенными глазами, чувствуя как он недооценивает его силы.

- Отец, ты вечно натаскивал меня мечом, постоянно ругал если что-то не получалось. А когда настал черед проявить себя, ты говоришь мне отступить. Я не так слаб как ты думаешь.

Строптивость его сына начала раздражать Сигурда, что проявилось на его лице, но его сын не дрогнул и продолжал стоять на своем.

- Не важно насколько ты силен, если попадешь в ловушку, тебя просто сметут. Не сила главенствует, а разум. Подумай собственной головой.

- Аркелл, не спорь с отцом. - Подключилась Лив, пытаясь уговорить своего сына.

Но его наглость выходила за пределы мыслимых границ. Он молчал, но его глаза дергались, он смотрел то на родителей, то на открывающиеся со скрипом ворота, в которые выходила толпа воинов северян. Сигурд понял, что задумал его сын и начал уговаривать его.

- Даже не думай, Аркелл, не смей...

Не успел Сигурд договорить как Аркелл сорвался с места и присоединившись к топе вышел через ворота.

Вздохнув, он вытащил одноручный меч из ножен, приговаривая.

- Боги, дайте мне сил... Лив, идем. - Вместе они двинулись наружу, вместе с толпой. - Лишь бы это не оказалась ловушка. - Сказала она по пути скидывая со спины круглый щит и обнажая меч.

Среди своры лохматых северян, вооруженные то топорами и копьями, то мечами и булавами, защищенные шкурами и кольчугой с круглыми щитами, им удалось разглядеть чистую верхушку новенького шлема, по которому тарабанил ливень.

Проталкиваясь через группу, они догнали сына. Поравнявшись с ним, Сигурд сказал ему.

- Когда вернемся, я тебя выпорю.

- Нет, в следующий раз я сама тебя накажу. - Разгорячившись заявила Лив.

- Эти доспехи вы мне подарили, они не должны валяться в углу и ржаветь там. Я вас не понимаю.

Группа двигалась медленно, не теряя осторожность. Щиты поднялись на уровень туловища, из-за которых выглядывали множество взглядов, разбегающиеся в разные стороны и рассматривающие темноту, освещаемая множеством слабых факелов и яркими вспышками молний, в сопровождении грохочущего ливня бьющего в землю.

Кучка ног двигалась не спешно, прикрываясь щитами и ощетинившись мечами, в сторону чащи, где произошла огненная вспышка. Но цель оказалась ближе чем они думали.

Очередной удар молнии озарил всю местность лишь на одно мгновение, но этого было достаточно, чтобы северяне успели разглядеть в десяти шагах перед собой рыжеволосую женщину. С виду простой человек, но ее внезапно появившийся силуэт перепугал северян, что шли впереди. Особо не раздумывая они замахнулись старыми мечами, намереваясь зарубить одинокую женщину.

Но прямо перед самими ударом, ее тело вспыхнуло огнем, а мечи приближавшиеся к ее голове расплавились в мгновение ока. Расплавленная сталь капала на ее огненные волосы и стекали по ее пламенному телу. Северяне замерли в шоке, их тела застыли от испуга, глаза с дрожью смотрели в лицо огненного демона.

Некогда рассеченное шрамом женское лицо было полностью охвачено красным пышущим пламенем. Из глаз, рта и носа шли густые языки пламени, волосы движимые ветром колыхались в воздухе охваченные ярким огнем. Кожа покраснела и вся она горела словно огромный костер. Земля под ее ногами тут же высохла, а капли падавшие на нее с шипением испарялись, подобно раскаленной стали.

- Назааад!.. - В панике прокричал один из северянинов, после которого все варвары начали поспешно разворачиваться.

Сигурд замер на месте, будто бы вкопанный в землю. Не обращая внимание на крики своей жены Лив, его глаза застыли на облике огненного демона. На мгновение ему показалось, что охваченные огнем губы широко заулыбались в форме полумесяца. Коварная улыбка заставила Сигурда дернуться и прийти в себя. Только после этого он сумел трезво оценить ситуацию.

Следующее действие демона ему так же не понравилось.

Демоническая челюсть распахнулась и начала вбирать как можно больше воздуха в свои легкие.

- Лив, колдуй лед! - Тут же скомандовал Сигурд.

- Поняла! - Откликнулась Лив.

Выйдя вперед и вскинув щит, ее руки покрылись ледяной коркой, что перешел на круглый щит и начал расходиться толстым ледяным диском вокруг него, скрывая за собой всех членов семьи. Сигурд на всякий случай тоже выставил щит, за ним последовал и его сын.

Долго ждать не пришлось, огненный рев вырвался из уст демона. Широким потоком он накрыл всю землю перед собой, охватывая бегущих северян в цепи агонии. Тела северян вспыхнули словно сотни факелов, их мучительные крики сотрясали воздух, но спустя секунды они падали на обоженную землю обуглившимися трупами.

Лишь ледяной щит огонь огибал со всех сторон, словно нахлынувшая на скалу лавина. Но огонь был сильнее. Ледяной щит таял буквально на глазах, сразу же испаряя его оттаявшие воды.

Сигурд на мгновение обернулся, убедившись в том, что никто не смог убежать от испепеляющего пламени, а значит он поступил правильно. Но бегущее пламя прорывалось через лед все сильнее и сильнее, заставляя троицу сильно занервничать.

Но пламя начало угасать прежде чем лед исчез полностью.

Легкие демона опустошились и его огненный рев прекратился.

- Бежим! - Прокричал Сигурд и все трое тут же рванули к медленно закрывающимся воротам.

Обернувшись Сигурд метнул круглый щит в демона, в надежде не надолго задержать его. Периферией он заметил как пламенная рука поймала щит и в тоже мгновение сжег его, дерево бесследно сгорело, а стальная оправа расплавилась.

Нога Аркелла скользнула по скользкой земле и тот рухнул на землю.

- Аркелл! - Прокричала Лив и бросилась к сыну.

Сигурд останавливаться не стал и подхватив сына за руку, быстро поднял его на ноги и те продолжили бежать, к сужающемуся просвету закрывающихся ворот.

Сигурд еще никогда не чувствовал себя так напряженно. Он и его жена воины прошедшие не через одну битву со смертоносными мордварами, что своей поступью сминали множество человеческих поселений, и со стремительными вервольфами, убившие тысячи славных воинов. Но этот демон сильнее всех их вместе взятых. Даже шаманы зверолюдей не могут сравниться с этим монстров в мастерстве владения эфиром.

В воздухе послышались свистящие звуки стрел. Подняв глаза, Сигурд увидел как из бойниц высовывались дуги и как из них вылетали с десяток стрел. Быть может это ранит демона с его материальным телом.

Из любопытства Сигурд вновь обернулся, но желаемого не увидел. Огненная аура демона увеличилась в размерах, испепеляя стрелы еще на подлете.

- К черту! - Выругался Сигурд, решив оставить битву с этим демоном на северных шаманов.

Сейчас они должны спасать свои жизни, как бы трусливо это не звучало. Всем троим удалось протиснутся в щел ворот, которые в последствии с грохотом и не выносимым скрипом закрылись. В торопях северяне возложили на ворота толстое бревно, используемое в качестве засова.

Огненный свет, что все это время сопровождал семью, исчез за плотными досками ворот. Но нервничать Сигурд не переставал. Этот демон только что сжег пару сотен северян одним своим дыханием. А что будет если он примется за дело всерьез? Простые деревянные ворота тут не помогут.

- Уходим, здесь не безопасно.

- Предлагаешь нам отступить как трусам? - Разозлившись вклинился Аркелл, гневаясь на своего отца.

- Этот демон нам не ровня, - в разговор подключилась Лив, в своей манере объясняя сыну - ты сам видел как он сжег наших воинов. Пусть им займутся шаманы.

От злости мальчишка сжал рукоять меча по сильнее, а сам гневно зарычал.

Семейную тираду прервала яркая взрывная вспышка, что огнем охватила крытые галереи, из которых послышались истошные крики часовых, но их мучения не продлились долго и вскоре голоса утихли. Но пламя продолжало бушевать и властвовать, медленно пожирая деревянные стены.

- Бежим! - Прокричал Сигурд и понимая, насколько его сын строптив, подхватил его за руку и потащил за собой. Краем глаза убедился, что Лив так же следует за ними.

Их глаза не прерывно смотрели в сторону моста, ведущий прямо в лагерь.

С начало послышался топот копыт по дереву, но потом из темноты показались три фигуры, бегущие семье на встречу. Три черных коня, на которых восседали темные фигуры обмотанные в звериные шкуры и со звериными черепами-масками на лицах. Одной разукрашенной в символы рукой, они держали поводья, а другой рунные посохи.

В след за ними послышался грохот ступней тысячи воинов, что без устали бежали за шаманами.

Сигурд схватился за руку Лив и отвел всю семью в сторону, пропуская мимо себя целую ораву воинов.

- Уж они то должны справиться. - С упованием на шаманов тихо произнесла Лив.

Сигурд не был исключением и возлагал на шаманов свои надежды. Первая волна кораблей прихватила с собой не только одних из лучших воинов с каждого племени, но и лучших рунных колдунов которых только можно было найти на холодных пустошах севера.

Копыта вскользь остановились прямо перед воротами, шаманы ждать не собирались и отдали приказ. Двое северян поспешили открыть ворота, но огонь опередил их. Языке пламени начали вгрызаться в каждую щель между досками, стремительно пожирая их, оставляя после себя сожженные угли.

Ворота на глазах начали уменьшаться и разваливаться на обгоревшие обломки. Вскоре из павших ворот засветил огненный свет, исходивший от демона, чье лицо оскалилось в жуткой улыбке. Эта тварь точно наслаждалось своим могуществом и разрушением которое оно устроило.

Не спешной и явно высокомерной походкой она вошла в горящую арку, где ее тут же встретили заклинания посланные тремя шаманами.

Морозные потоки ударили по демону. Мороз и неистовый жар, столкнулись. Ледяной поток испарялся настолько быстро, что произошел оглушительный паровой взрыв, прокатившийся по хрупким ушам смертных северян. Люди, скорее от неожиданности чем от боли, скрючились и позакрывали уши.

Лишь шаманы на своих конях, проявили чудо самообладания, продолжая посылать на демона потоки льда. Взрыв сменился стабильным потоком обжигающего пара, холод не угасал, но огонь постепенно ослабевал, пока его свет полностью не исчез в ночной мгле.

Шаманы прекратили осыпать демона ледяным потоком и начали ждать, пока туманный пар не рассеется.

Троица и все остальные северяне в том числе, с надеждой в глазах смотрели на рассеивающийся пар, ожидая увидеть за ним замерзшую статую демона.

Ждать было слишком долго и один из шаманов взмахнув посохом развеял туман. Ожидания воинов оправдались. Вместо пламенного демона во льду они увидели ту же самую женщину, чьи волосы встали дыбом в толще льда, а лицо вместе с ровной аристократической позой застыли в одном положении.

- Победа? - Как-то скептично произнесла Лив.

- Слишком легко. - Произнес Сигурд.

Крайний шаман кивнул головой в сторону ледяной статуи, молча отдавая приказ воинам.

Несколько человек вышло из воинства и направились к рыжеволосой женщине. Подойдя максимально в плотную, они всмотрелись в женское лицо, рассеченное одним огромным шрамом. Но стоило северянам облегченно вздохнуть, как лицо женщины задергалось.

Воины выставили щиты и покрепче сжали мечи, когда увидели высокомерную улыбку демона, что прослеживалось даже через толстый слой льда.

Из глубины ее тела, сквозь ватник и одежду вырывался красный свет. Казалось само ее сердце было охвачено пламенем. Это как минимум пугало людей, которые не были знакомы с этим явлением.

Лед начал предательски таять, ручьи стекали по холодным склонам, что покрывались глубокими трещинами. Сковывающий лед начал разваливаться на куски под ноги демона. Избавившись от оков, женщина произнесла что-то на не понятном языке, но грубый тон речи и высоко поднятые глаза ясно говорили о ее высокомерии.

Замолчав, ее тело вновь вспыхнуло пламенем, чья аура поглотила ничего непонимающих шаманов и воинов.

- Ложись! - Прокричал Сигурд, опрокидывая сына и жену на землю, закрывая их собственным телом.

Демону хватило одного мгновения, чтобы озарить всю округу светом и сжечь шаманов вместе с их воинством, превратив их в непонятные кучки пепла. Троицу не задело огнем, демон уничтожил лишь тех, кто стоял прямо перед ним.

- Да что же это за чудовище! - Срываясь выкрикнула Сив, увидев горы пепла на месте где некогда стояла армия северян.

Выждав момент, Сигурд поднялся и выкрикнул.

- Уходим, быстрее в лагерь!

Горящие глаза демона заметили убегающую по мосту троицу, но бежать за ними она не стала. Расточительно тратить свои силы ради пары тройки противников, куда лучше уничтожить весь лагерь северян, вместе со всеми, кто в нем обитает. Подняв ладони и сжав их в кулаки, она наконец почувствовала столь желанное могущество. Желая показать его, она вскинула голову и громко заорал, сопровождая это сгущающимися языками пламени, поднимающиеся высоко в небо.

Вопль силы озаряемый огнем достиг глаз и ушей всех кто стоял не подалеку от бушующего демона.

...

Темная фигура в капюшоне передвигалась между тенями и укрытиями с завидной проворностью. Плащ и элементы тяжелого снаряжения почти не шумели, лишь лужи под ботинками предательски хлюпали, рискуя выдать его местоположение. Прервав свое тихое шествие, тень нырнула в переулок между двумя мелкими деревянными строениями.

По улице тут же пробежал отряд северян, что всем лагерем стекались к мосту. Весь лагерь встал на уши, не замечая никакого подвоха прямо под своим носом.

Как только шаги стихли, серебряный череп выглянул из-за угла и начал оглядываться. Но выйти наружу не успел, как со стороны берега вспыхнул высокий столб огня, сопровождаемый порывистым криком, пробирающий до самых костей.

Огонь воплощал в себе не то, что силу, но скорее надменность которому нет границ. Безликий ощущал в этом и свою вину, ведь это он пробудил в Софи силу элементаля, после которой она будто бы с цепи сорвалась. Ее разум в мгновение око поразила зараза заносчивости и вера в свое превосходство.

Надменность, одна из вещей которую Безликий ненавидит всем своим сердцем. Поэтому он смотрел на огненный столб с призрением, а не с удивлением или благоговением. А ее крикливый голос, говоривший о ее превосходстве, вызывал отвращение.

Эта картина выводила Безликого из себя. Кулаки скрипели от напряжения.

Будь на то его желание, Безликий собственноручно разобрался бы с Софи и поставил ее на место, но приоритеты были иные. С начало нужно найти Жанну, потом раздобыть в лагере необходимые припасы и вещи. Позаботиться о Пьере. Только после всего этого можно отвлечься на Софи.

Быстро оглядев улицу на наличие врага, и убедившись в их отсутствии, Безликий вылез из переулка и побежал дальше вглубь лагеря.

Деревянные сооружения, возведенные на спех быстро сменяли друг друга, пока огненный столб освещал ему дорогу, что было не хорошо. Свет мешал ему передвигаться скрытно и его легко могли обнаружить.

Этот нюанс дал о себе знать. Из-за угла выбежал отряд варваров, что отстал от основной массы. Отдельная часть мозгов Безликого заработала в ускоренном режиме. Северян насчитывалось семь единиц. Через секунду они заметят приближающегося врага. Еще через секунду обнажат свое оружие и приготовятся к бою.

Первая секунда. Эос ускорил бег настолько, насколько для него это было возможно. Попутно рука метнула четыре ножа в пока что беззащитных воинов. Лезвие ножей вцепились в шеи четырех северян, пуская им кровь наружу.

Вторая секунда. Трое оставшихся северян изрядно испугались, увидев как их соплеменники падали замертво. Обернувшись, они увидели стремительно приближающуюся фигуру с черепом вместо головы. Перво на перво они выставили круглые щиты вперед, после чего начали обнажать мечи. Они не растерялись и встали в линию, создавая несчастное подобие шеренги.

К этому моменту Эосу удалось приблизиться максимально близко и совершить один единственный взмах Карантиром. Головы одетые в стальные северные шлемы покатились по земле, а коренастые тела рухнули безвольными куклами.

Перескочив через трупы, он продолжил углубляться в лагерь. Пусть и тысячи северян отправились к огненному столбу, но в лагере их меньше не становилось. Встречались варвары все чаще по мере продвижения, из-за чего пришлось сильно замедлиться и скрыться в узких переулках, моментами перебегая с одной тени в другую. И по итогу остановить свое движение.

Спрятавшись за кучкой непонятных ящиков, Безликий украдкой выглянул, рассматривая копошащихся варваров. Все они без устали бегали из стороны в сторону, в торопях выполняя порученные им задачи. Снаряжались, таскали припасы и мешки с непонятным содержимым. Некоторая их часть собралась вокруг здания, напоминающий огромный перевернутый корабль, будто бы ожидая выхода кого-то очень важного.

Двери распахнулись и из них вышла группа элитных воинов хускарлов, сопровождающие более внушительную фигуру, которая судя по всему и являлся их вождем. Конунг Харальд собственной персоной. Он выглядел немного иначе, чем себе представлял Безликий, но и особо противоречивым он не был. В суровых и холодных землях выживают только сильнейшие, и Харальд стал прямым отражением этого неоспоримого закона.

Огромная фигура представляла из себя сплошную груду мышц, что возвышалась над головами простых людей. Широкие плечи скрывались за обрезками шкур разной живности, в том числе и шкура белого медведя была перекинуто через плечо. Казалось бы стальная фигура, скрывалась за хлипким чешуйчатым доспехом. А его суровые глаза производили наибольшее впечатление. Глаза, утопающие в густой растительности, излучали внутреннюю суровость и непоколебимость.

Безликий был приятно удивлен, увидев Харальда собственными глазами. Его мнение о конунге, как о глупом варваре тут же изменилось, он видел венец неоспоримого закона природы. И не ожиданно зауважал этого человека.

Но разглядывать его он долго не мог.

Сколько времени у него еще осталось, чтобы узнать это, Эоз посмотрел в сторону угасшего огненного столба. Но на его месте появился отчетливый свет, медленно пересекший мост и движущийся вглубь лагеря варваров. Все что только посмело встретиться на ее пути, тут же сгорало в адском огне, люди вспыхивали, а дома сгорали. Хоть этого и не было видно напрямую, но истошные крики только подтверждали это.

Если Софи продолжит в том же духе, то сожжет весь лагерь, не разбирая своих и чужих. Надо поторапливаться.

Для начала необходимо занять высоту, для лучшего обзора, чем Безликий немедленно занялся. Нырнув обратно в переулок, Эос выхватил пару метательных ножей и втыкая их глубоко в деревянные срубы, начал взбираться на крышу. Оказавшись на двухскатной поверхности из мха и земли, он спрятался за верхушкой крыши, оставив торчать свои глаза, которым открылся отличный вид на импровизированную площадь перед медовым залом.

Варвары шумели и говорили что-то на своем грубом и резком языке. Толпа закрывала большую часть обзора, но немного приглядевшись, Эос заметил тесные деревянные клетки из толстых палок, туго связанные веревкой.

В этих клетках сидели исхудавшие, или скорее обтянутые кожей скелеты, в грязном и рваном тряпье, что некогда были приличной одеждой горожан и фермеров. Среди откровенных трупов виднелось маленькое тельце, чье лицо сжалось в колени.

Без сомнений, это Жанна.

Девчонку нашли, но перед тем как забрать ее, нужно найти припасы и уже потом устраивать побег.

Все деревянные срубы выглядели одинаково и особо ничем не выделялись. Найти склад в такой обстановке будет довольно сложно. Для складирования могли выделить крупное строение, но это самое крупное строение так же могло оказаться казармой. Хотя... в них обоих могут быть все необходимые припасы, одеяла, одежда, лекарства и прочее.

Буквально по соседству обустроилось одно такое здание, напоминающее толи склад, толи казарму. Но смотря как варвары спешно выносят оттуда непонятные вещи в мешках, можно предположить, что это именно склад.

Но попасть туда прямо сейчас не получиться. Выход вел прямо на площадь, кишащую толпой северян, а окон на срубах Эос ни разу не заметил. Придется ждать, пока эта толпа не скроется из виду.

Как раз в это время Харальд начал городить речь на своем непонятном языке. Варвары воодушевленно вслушивались в его слова, пока Эос ждал, когда это наконец закончится. К счастью речь конунга оказалась не долгой и быстро закончилась, после чего он спустился по лестнице и зашагал сквозь расступающиеся ряды своего войска, и которые по одному начинали следовать за ним, пока вся армия не зашагала за своим вождем. Армия могла двинуться только в одно место.

Надеюсь Софи продержится достаточно долго.

Еще некоторое время варвары не могли протиснутся в узкие улицы лагеря и площадь медленно пустела. Вскоре пространство все же освободилось и на нем не было ни одного северянина. Самое время поворовать у них вещи.

Спрыгнув с крыши, Безликий первым делом ворвался в здание, что предположительно было складом. Войдя в темное помещение, Эос зажег пламя в своей руке, освещая пространство слабым светом. Безликому очень повезло, что это был именно склад.

Множество ящиков, корзин и стеллажей ломились от огромного количества припасов и различных предметов, что могут понадобиться армии в самых разных ситуациях. С любопытством Безликий начал копошиться в чужих вещах, припоминая предметы, необходимые им на данный момент.

Брезент и прочая подобная волокита нашлась сразу, его здесь было полно. Вытащив пару грубых рулонов брезента, аккуратно положил его на пол и продолжил поиски. Палатки здесь не было, но с таким количеством ткани, он был даже не нужен.

Теперь хорошо бы найти сухую одежду и лекарства.

Из первого нашлись комплекты суконных штанов и толстых рубах с туниками. Такая одежда не выглядела приспособленной к зимней погоде, да и самой зимней одежды здесь не было, как бы он не искал. Пришлось прихватить с собой несколько комплектов суконной варварской одежды.

А вот с последним возникли некоторые странности.

Лекарства и отвары нашлись быстро и их довольно много, различные бутылки и закупоренные роги лежали в отдельных ящиках. То что это зелья и отвар, подтверждал их ядреный травянистый запах. Странность вызывало их количество. Целый стеллаж был выделен под зелья.

Насколько Безликий помнил, даже в относительно развитом Зендере такого количества зелий не найти. Не ясно сколько производится отваров для армии, но варвары с их холодными зельями просто не смогли бы произвести такое количество.

Стало ясным, что кто-то третий помогает этим варварам. Возможно это империя или культ, но Эос слишком не осведомлен о геополитике этого мира и пока он ее не изучит, уверенных мыслей в его голове не возникнет. С догадками и секретностями придется подождать.

Но то, что северянам кто-то помогает, неоспоримый факт. Это подтверждалось и наличием огнестрельного оружия, которым северяне никак не могли владеть или производить его.

Мельком заметив на полках пару довольно больших пистолей, которые скорее походили на мушкетоны, Безликий с заинтересованностью взглянул на эти экземпляры. Вытащив один из увесистых стволов, первое что его привлекло, это механизм зажигания, представлявший из себя молоточек и чашку, в которую засыпают порох. Это самый что ни на есть классический способ зажигания древнего пороха на Земле.

Подобным механизмом оснащались старинные огнестрельные механизмы, предшествовавшие ракетно-огнестрельному оружию. Весьма интересный исторический экземпляр.

Взглянув на свои промокшие на сквозь пистоли, в голову пришла идея дополнить недееспособное оружие новым, более мощным экземпляром. Но на улице вовсю бушует ливень, порох промокнет и оружие станет таким же бесполезным. Но и виды пороха бывают самые разные, некоторые не боятся воды и могут даже гореть под ней.

Вытащив вслед за пистолем и сумку, он достал из нее бумажный капсуль, порвал его и высыпал на пол. Затем откупорил бутыль с зельем и вылил на порох. После чего топнул берцем на влажный порошок. Из под ноги раздался слабый хлопок.

Результат сильно порадовал Эоса. Значит этот порох вполне боеспособен даже под дождем.

Быстро найдя кобуру с ремнем, он закрепил его на боку, рядом с ребрами, еще сильнее утяжеляя свое снаряжение. Но сразу же после этого навесил на пояс специальную сумку с боеприпасами, в которых лежали самые разные снаряды, крупные пули, дробь и даже картечь в металлических цилиндрах.

Удовлетворившись находкой, он начала паковать все необходимые вещи в медвежью шкуру. Дуго завязав концы, получилось нечто вроде вещь-мешка, с веревочками вместо лямок. Перекинув его через плечо, Безликий был готов выходить наружу, но снаружи начал звучать чей-то топот по копящимся лужам.

Потушив огонь, Безликий скрылся в тени между стеллажами, в ожидании противника.

Дверь резко распахнулась и пустила внутрь троих варваров. Что-то горланя на своем языке они начали копаться в припасах.

...

- Нам понадобятся зелья, что помогут одолеть огонь. - Объяснял Сигурд копаясь в вещах склада.

- Ты хочешь сразиться с тем демоном? - В возражении произнесла Лив, но Сигурд успокоил ее.

- Нет, к ней направился лично наш конунг. Он силен, но если случится что-то, мы должны помочь ему.

- Да, верно. - Признала Лив и начала помогать мужу в поисках.

Спустя некоторое время, Сигурд наткнулся на ящики наполненные бутылями с бирками, на которых нарисованы языки пламени.

Алхимантия у северян не развита от слова совсем. Они до сих пор практикуют старые заклинания, значительно отставая от тех же тауматургов на центральном континенте. Не мудрено, что шаманы используют пусть и мощные, но все же скудный по природе спектр заклинаний. Практикуемые заклинания ограничиваются пиромантией и криомантией, что не идет ни в какую пользу их народу.

Время играет ключевую роль в обучении тауматургии. Северяне постоянно воюют с наглыми племенами зверолюдей, без перерывов добывают пищу и стараются вырастить хоть что-то на южных берегах своего континента. Лишь у немногих хватает времени на отдых, и еще меньше времени на обучение эфирному искусству. Такой дозволенностью пользуются только шаманы знатного происхождения, у которых достаточно свободного времени. И то, многие из них обучаются владению холодным оружием.

На центральном континенте с тауматургами дела обстоят куда лучше. Войны, это лишь моментные события, локальные стычки, обходящие стороной большую часть континента. Поэтому аристократы и феодалы не стремятся обучить свое чадо грубому владению мечом или топором. Тауматургия в знатном кругу кажется более утонченным и само по себе красивым искусством, которым могут овладеть лишь одаренные люди, вроде аристократов.

Обучение в магистратах и эфирных институтах конечно же очень дорогое и простые фермеры на вряд ли станут хорошо обученными тауматургами. Но если сравнивать эфирных воинов центра и севера, то централов будет в разы больше, из-за своей относительно не спешной спокойной жизни и упору на модернизм. Простая и размеренная жизнь располагает к этому.

Естественно северяне с начало не поняли, что такое зелье, но когда им все объяснил их Конунг, через ярлов, то приняли эти странные отвары с толикой удивления. Но оценили их по достоинству.

Аркелл, завидев в руке отца зелье, подошел к нему и вытянул руку со словами.

- Давай сюда, мне это тоже понадобится.

Сигурд хотел отдать ему зелье, но засомневался. Насколько бы суровым не был его народ и как бы быстро не взрослели их дети, Аркелл был еще слишком мал для настоящей битвы. Но заглянув ему в глаза, он не заметил и капли сомнения, лишь стальную уверенность. От части Сигурд как отец был горд за своего сына и его силу воли, но от части волновался за него.

Бутыль с зельем оказалась в руке молодого парня, но потом, Сигурд схватился за его руку и сказал.

- Слушая ни свое сердце, слушай голову. Если мы окажемся в опасной ситуации, не вздумай геройствовать. Поступи разумно и отступи, не хватало мне еще потерять тебя. Скажи мне, ты понял?

- Да, я все понял. - Решительно ответил Аркелл, чувствуя некое облегчение.

Отец наконец-то доверился и отнесся к нему как отец к сыну. Это по истине редкое явление и Аркелл был рад этому как никогда раньше. Забота отца было подобно золоту, редкое и очень драгоценное мгновение.

Лив положила руку на плечо сына и сказала ему.

- Не беспокойся из-за того, что мы тебя слишком опекаем. Мне это тоже не нравилось, когда я была маленькой. Но сейчас, когда у меня появился ты, я поняла, почему мои родители так пеклись надо мной. Они были строги ко мне, они хотели, чтобы я стала сильной и могла постоять за себя. Так же я и твой отец, хотим, чтобы ты стал сильнее, ведь настанет момент, когда мы с твоим отцом отправимся к асам и ты останешься один.

- Твоя мама правду говорит. Я не привык к таким откровениям, но все равно скажу. - Положа тяжелую руку на плечо сына, Сигурд сказал. - Каждый кто пришел сюда, хочет новую жизнь в новом мире, на новых землях. Которую унаследуют наши потомки... и ты тоже. Ты наше будущее и я не хочу, чтобы ты так рано умер. Ты будешь жить лучше чем твои предки, а значит мы не зря старались. Поэтому пообещай мне, что ты будешь жить во всю ширь.

От столь резкого откровения отца, Аркелл опешил и растерялся, не знаю что и ответить ему. Но посчитал короткое согласие наиболее приемлемым ответом.

- Хорошо, я ни в чем не буду себе отказывать. Я буду жить, ради вас.

Смотря на Аркела Сигурд одобрительно посмотрел на него, сдерживая эмоции внутри себя. Но Сив сдерживаться не стала и крепко обняла мальчика, пока тот не начал отпираться.

- Ладно, все хватит.

Вырвавшись из крепких материнских объятий, мальчик посмотрел на отца, что не отрывно смотрел на него. Вздохнув Сигурд сказал.

- Ладно, до дна. - Сказал он откупоривая бутыль с зельем.

Двое других членов семьи поступили точно так же, глубоко взглотнув, чувствуя резкий запах отвара.

Опрокинув головы, они начали проглатывать содержимое зелий как можно скорее, лишь бы перестать чувствовать на языке этот отвратный вкус. Опустошив содержимое бутылей, Лив и Аркелл резко оторвали горлышко от своих губ. Аркелл от не привычки жадно заглотал воздух. Лив приложила ладонь ко рту, чувствуя что ее вот-вот стошнит.

Сигурд держался отлично, ни один нерв на его лице даже не дернулся. Хотя и чувствовал всю отвратность этой настойки.

- Хорошо, теперь идем.

...

Наконец-то эти варвары покинули склад. Эос уже устал ждать пока эти северяне наговорятся и собирался убить их, освободив себе путь. Но похоже делать этого не придется. Дверь со скрипом закрылась за их спинами.

Подождав в укрытии еще несколько секунд, Эос вышел из тени и направился к выходу. Аккуратно приоткрыв дверь, он с осторожностью осмотрел площадь на наличие посторонних. Осмотрев свободное пространство, в котором бушевал один лишь дождь, Безликий вышел на улицу и направился в противоположную сторону площади, на которой собрали клетки с пленными, попутно выискивая Жанну.

Найдя ее глазами, Безликий затормозил на пол пути.

Стоило толпе скрыться из виду, как девочка, перестала бездвижно сидеть в клетке. Она начала действовать. Отломав маленький кусок дерева и орудуя им как ножом она начала резать веревку, что держит ее взаперти. Но даже прикладывая не мало усилий, прочные веревки никак ей не поддавались. Но на ее лице не проявлялось отчаяние, но скорее решимость, совершенно не походя на прежнюю беззащитную девочку.

Это именно тот самый момент, показывающий решимость и характер личности. Либо Жанна сейчас не сдастся и продолжит резать веревку палочкой, пока не выберется и у нее не появится шанс на спасение, либо, она бросит эту идею как бесполезную и повторит судьбу своих соседей, скелетообразных и окоченевших трупов.

Будет ли она сильнее тех, кто сдался и с легкостью отдал свою жизнь в распоряжение случая. Никто не смеет определять твою судьбу, только ты сам ответственен за свои решения и поступки, ты определяешь свой путь, тебе решать, сражаться или умереть.

"Жанна, я всем своим сердцем желаю тебе, поступить по уму. Не сдавайся, борись изо всех сил, не жалей себя и других. Пожалей своих родителей."

Безликий всем сердцем надеялся, что Жанна его не разочарует, ведь иначе... он бросит ее здесь.

Жанна не прекращала прилагать усилия ради одной единственной цели, в казалось бы не разрешимой ситуации. Она не видела как Безликий прямо сейчас наблюдает за ней, а видимых результатов своих действий она не видела и поэтому с каждым движением, трением ее решимость угасала, медленно сменяясь отчаянием.

Мысли о скором спасении не покидали ее голову, но как умная девочка она понимала, никто ей не поможет, никто не придет спасать ее. Лишь один человек может спасти ее от медленной и мучительной гибели в этой клетке, это она сама. Но что может маленькое и бессильное дитя.

Ее мысли омрачались с каждой секундой, пока не заметила, как локоны веревки начали поддаваться тупому деревянному лезвию.

Надежда загорелась в ее сердце с новой силой. Разум воодушевился и нашел новые силы для ослабших и замерзших рук. Боль и усталость перестали иметь хоть какое-то значение перед мелькающим, но очевидным, спасительным светом.

Безликий одобрительно улыбнулся под маской, наблюдая со стороны за стараниями Жанны. Ее воодушевление уже было бы достаточным критерием, показывающий ее характер, но решил дождаться, пока она сама не выберется из клетки.

А пока он ждет, решил заняться полезным делом. У северян на складе полно пороха, которым они даже не пользуются, было бы не плохо подорвать весь имеющийся у них порошок.

...

Огненный поток ударил по ледяной стене, промазав по удивительно верткому и проворному великану-варвару.

Находясь практически в центре импровизированной арены, Софи с трудом удавалось попасть по единственному противнику, который вышел против нее. Мохнатому великану в чешуйчатых доспехах еще не удалось приблизиться, чтобы нанести решающий удар. Софи каждый раз с успехом отгоняла варвара на расстояние, но при этом не могла попасть по нему. Казалось, этот северянин нарушает все законы физики, своей грацией и осторожностью.

Но это было не единственное, что забавляло демона. Оружие этого дикаря было необычным. При первой встрече, он использовал огромный серебристый топор, потом он превратился в копье, затем в меч. Его оружие вело себя как жидкий металл, по желанию хозяина меняющий свою форму.

Сейчас варвар держал в своей руке молот на длинном древке.

На секунду оба они остановились. Софи посмотрела на дикаря как на мелкого жука, стоит ей быть немного серьезнее и она не заметив раздавит его, показав всем присутствующим варварам свое могущество.

Харальд думал иначе, кем бы ни был этот демон и кто бы его не отправил, он несет прямую угрозу его целям. Орки возможно задержатся на берегу и ждать от них помощи не придется. А единственный кто может справится с этим чудовищем, он сам.

Тяжелая нога погрузилась во влажную землю, рассылая брызги. Сорвавшись с места, Харальд замахнулся оружием, что по пути сменил форму, превратившись в древковый топор. Лезвие тяжелого серебристого орудия начал падать на голову огненноволосого демона.

Заскользив по сухой и обоженной земле под ногами, Софи вывернула свое тело и вышла из под удара, попутно выхватывая из-за спины свое копье. Острый наконечник пулей понесся в сторону огромной туши, по которой сложно промазать. На не смотря на габариты северянина, он быстро вернул топор в обратное положение. Сменив форму на меч, он отвел лезвие в сторону, после чего сжал кулак и предпринял попытку ударить демона прямо по лицу, совершенно не опасаясь ее огня.

Тяжелая и забитая рука варвара понеслась в голову Софи, намереваясь силой вышибить из нее сознание. Но прямо перед ее носом, огромный кулак был остановлен объятой огнем рукой.

Софи признала силу в этом дикаре, кулак еле остановился на пути к ней. Но бестия не слабее.

Одарив своего врага широкой высокомерной улыбкой, она не заметила, как колено помчалось к ее животу.

Удар пришелся в живот прикрытый пластинчатой бригантиной, но сила удара ощущалась предельно ясно. Доспехи вмяло так сильно, что даже ватник под ним никак не спасал ситуацию. Сгорбившись от боли, Софи инстинктивно замахнулась копьем, отгоняя варвара от себя.

Отойдя на пару шагов назад и набрав в легкие весь выбитый воздух, она окинула Харальда наполненным всей злобой и ненавистью взглядом. Глазами она пожирала его плоть, оставляя лишь пепел.

Но его народ, что скрывался за ледяными щитами ликовал. Благословенные крики и грохочущее о щиты оружие наполнили холодный и горячий воздух надоедливым шумом.

Поняв, что с этим варваром шутки плохи, она, что есть сил, начала набирать воздух в легкие до отказа. Вдох сопровождался легким ветерком, дующий в сторону демона.

Когда легкие уже наполнились, Софи взглянула на варвара и извергла из пасти сгусток пламени, тянущийся долгой струей.

Конунг не медлил и отпрыгнул в сторону, уворачиваясь от испепеляющего пламени. Конунг свершил короткий кувырок, уходя от смертоносного потока, что продолжал жечь его спину. Времени на атаку не было, самым разумным поступком было бы продолжать уворачиваться, но при этом потерять шанс на контратаку.

Идея его была не нормальна сама по себе. Приняв устойчивое положение, руки Харальда обвили блестящие в огне цепи. Замахнувшись, конунг отправил в сторону Софи серебристый шар покрытый идеально острыми шипами.

Оружие на подобие моргенштерна, опрокинул демона на землю. Весь воздух, что вышел из легких, подобно взрывному аэрозолю сдетонировал. От ударной волны ледяные щиты, за которыми скрывались варвары, потрескались, а затем подтаяли от нахлынувшего на них неконтролируемого огня.

Столь смертоносное до не давних пор пламя ослабло и исчезло так же быстро как и появилось.

Демон, что не давно вселял ужас и одним своим голосом сжег сотни северян и половину их лагеря, лежал на земле в полусознательном состоянии, превратившись в человеческую женщину с очевидно рыжими волосами и в доспехах центральных народов. И эта женщина погубила сотни воинов?

Среди тех, кого она сожгла, было не мало тех, чья жизнь была дороги им. В прямом бою они бы не смогли одолеть ее и сгорели бы в мучениях, но сейчас страх сменился гневом.

Она должна заплатить за свои деяния, за всех тех, кого она погубила. Она должна не просто умереть, а страдать настолько долго, насколько это вообще возможно. Измучить ее до такой степени, чтобы она молила о смерти, разорвать ее чресла, чтобы она не могла и помыслить о потомстве. Порубить ее руки и ноги, оставив бесполезный, лишь вопящий кусок плоти. Изрезать ее кожу, превратив ее в настоящего урода для цирка.

Такие мысли витали в остывшем после огня воздухе, каждый хотел внести свой вклад в мучения этой женщины. Первые робкие шаги уже совершались в сторону ужасного демона, но грозным голосом Харальд остановил их.

Приоткрыв глаза, бестия не сразу поняла, что лежала на мокрой земле. Попытавшись подняться, ее разум пронзила сильная боль, отдающаяся жаром в левом боку. К горлу поступил ком, вылившийся на землю кровавым потоком. Тонкие струи крови стекали с уголков ее губ.

Преодолевая бушующую боль, она поднялась на колени и взглянула на место ранения. В броне зиало несколько дыр, оставленные шипастым шаром и через которые неудержимым потоком хлестала кровь. Но помимо этого Софи чувствовала как ее ребра двигались иначе, как бы сами по себе и с каждым малейшим движением одаривали бестию новой волной невыносимой боли.

Дышать стало сложнее и болезненно, не говоря уже об элементарных движениях, совершаемые сами по себе.

Прижав отверстия, проделанные в ее плоти, Софи поднялась на ноги, сопровождая это страдальческим мычанием. Дрогнувшие ноги с трудом держали Софи в равновесии, готовая вот-вот вновь упасть на землю.

Закружившимся зрением бестия обернулась и посмотрела на варвара. Затем глазами нашла оброненное копье, неподалеку от нее. Медленно подойдя к нему, она с трудом наклонилась. Пытаясь подобрать его, ее колени согнулись сами по себе и та плюхнулась на землю, но до копья все же дотянулась.

Использовав древко как опору, она вновь поднялась на ноги. Харальд тем временем, не чувствуя от нее угрозы, спокойно подошел и сказал.

- Должен признать, в тебе сильный дух и сильное тело... но разум твой пуст.

- Да неужели... - Прокашляв новую порцию крови, Софи неожиданно ответила Харальду.

- Ты знаешь наш язык?

- Я много языков знаю, северянин. - Софи взглянула на конунга из под лобья и язвительно ответила ему.

Конунг взглянул на Софи, что даже на ногах еле стоит, холодным и не пробиваемым взглядом, будто бы перед ним стоит не тот демон, а жалкий и бессильный человек.

- Кто ты? - Огромный, возвышающийся над Софи конунг задал короткий вопрос.

- Тебе-то что?..

- Ты убила многих моих воинов, они были сильны, но... ты оказалась сильнее. Я хочу знать имя того, кто погубил стольких. Как тебя зовут?

- Софи... мое имя Софи... - Задыхаясь ответила она, чувствуя, что это не продлится слишком долго. - А ты, как тебя... зовут?

- Я конунг Харальд Убийца Великанов. - Спокойно ответил северянин.

- Ого... король северного народа... какая честь. - Саркастично выговорила бестия, опираясь на копье. - Могу я знать... какого черта вы здесь забыли, а то... командование у нас очень не общительное.

Софи мало интересовали их причины нападения на северные берега, но она хотела знать, почему ее оторвали от основной задачи. Они должны искать Врата, а не плескать в воде северного моря. А тут еще поломанные ребра, Софи хочет знать, зачем она пошла на такие жертвы. Чего хотят эти северяне?

- Ты все равно скоро умрешь, нет ничего зазорного в том, чтобы поговорить на последок. Наши причины предельно просты... у нас нет иного выхода. Земли на севере, скудны и опасны, ее природа благоволит сильным. К сожалению, вопреки всем нашим стараниям, мы оказались слабы перед племенами вервольфов и мордваров. Еще несколько лет и на северном континенте не останется ни единого человека, они либо пойдут на чей-то корм, либо умрут от голода. Посмотри на них...

Указав на ряды покрытые круглыми щитами, Софи посмотрела им в их озлобленные лица. Среди бородатых мужчин стояло не меньше женщин и детей, вооруженные и облаченные в шкуры и доспехи.

- Их лица искажены в гневе, но они в отчаянии. Север не для нас... но зато ваши земли плодородны и безопасны. Я хочу сделать их новым домом для своего народа. Здесь мы будем жить и наслаждаться этим, как никогда раньше. Каждый будет наедаться до сыта, родителям не придется приучать свое чадо к выживанию, у детей появится время чтобы поиграть. Мужчины будут вспахивать золотые поля, а женщины шить красивую одежду. А старики смогут спокойно провести остаток своей жизни.

- Спокойно? Я то думала вы хотите умереть воинами... как вы говорите, отправиться к асам?

- Боги бросили нас, оставили свой народ на растерзание порождениям холода. Сотни лет минуло, но ни один из асов ничего не сделал, чтобы облегчить наши страдания. Для них мы лишь безвольные куклы, которыми можно помыкать как пожелаешь. Мой народ страдал слишком долго, я не собираюсь сидеть и ждать, пока боги подадут нам знак. Пришло время взять судьбу в свои руки.

- Можешь больше не распинаться. - Софи нагло прервала душевную речь конунга. - Я поняла, что да как. Хочешь спасти свой народ, переселив его на центральный континент. Никто не обрадуется новым соседям, у вас будет много врагов. - Настораживая сказала бестия. Конунг знал как ей ответить.

- Пусть весь континент ополчится на мой народ. У нас есть свои союзники. Они могущественны, многие государства завидуют им.

- Ты про культ? - Неожиданный вопрос выбил Харальда из колеи.

В первые на его лице проявилась настоящая живая эмоция. Глаза были широко распахнуты, а рот приоткрылся.

- Откуда ты знаешь о них?

Почувствовав некое облегчение, Софи широко улыбнулась и ехидно ответила ему.

- Ты только что распинался о своих грезах, позволь поведать тебе свои цели. Культ, сборище поганцев, которых не бей им все мало. Они виноваты в том, что сейчас я нахожусь тут и разговариваю с тобой. Виноваты в том, что сейчас я не сижу в тихой лесной хижине и не локаю вино. Это они виноваты в том, что я осталась совсем одна. Они забрали единственного дорогого мне человека, а всех остальных убили. Вот поэтому, я не могу умереть, пока не верну этого человека обратно.

Сделав глубокий выдох, совершенно не обращая внимание на жуткую боль и переломы, она спокойно выпрямилась, при этом не выражая на своем лице и каплю болезненных эмоций. Харальд удивился еще сильнее, когда увидел не возмутимое лицо бестии.

- Твоя рана...

- У сервитов высокий болевой порок, так что пощипывает немного. - Иронично отозвалась Софи, уверенно улыбаясь конунгу в изумленное лицо.

Но на самом деле, это ложь. Рана действительно не так критична, кости частично погасили удар, но боль никто не отменял. Всеми своими силами бестия пыталась скрыть всю боль, за твердой ухмылкой, и кажется, у нее получается.

- Но до этого ты корчилась от боли.

- Как тебе мое театральное представление?

- Что? - Конунг не мог поверить своим глазам, но Софи продолжала давить на него.

- Ах блин, я еще щеку прокусила, когда падала, теперь во рту вкус крови. А бок, ну да, не красиво выглядит, ну ничего, затянется как нибудь.

Мозги Харальда не успевали проанализировать всю полученную информацию, это было что-то за гранью его понимания. Харальд и понятия не имел, кто такие сервиты на самом деле. Слухи говорили, что они порождения южных шаманов, но лично он их никогда не встречал... до сих пор. Теперь он начал понимать, что эти порождения крайне живучие.

Обработав часть информации, Харальд понял, что девушка, что стоит перед ним, куда опаснее зверолюдов и лучше избавиться от нее, прямо сейчас. В руке конунга, выбираясь из кольца, только-только начало формироваться оружие, но предугадав этот момент, Софи нанесла стремительный удар лезвием копья прямо в плечо могучего северянина. Мускулистая рука обмякла и повисла над землей.

Войска, что терпеливо ждали исход, тут же ахнули и намеревались убить Софи, дабы спасти своего конунга. Но вполне прозрачный намек, в виде острия копья у шеи их короля, тут же остановил их. Те напряженно посмотрели на бестию, что буквально обвела их всех вокруг пальца. Можно сказать, что самая важная личность во всем севере, в плену у этого демона.

- У тебя очень интересное колечко, где достал? Культ предоставил?

- Ты... ты ничего от меня не узнаешь. - Скорченное от гнева и растерянности лицо показалось Софи забавным и интересным.

- Ладно, - невозмутимо сказала Софи - допрашивать тебя, это уже не моя забота. Вот только дождемся еще одного... то есть двух.

- Двое? - Удивлению Конунга не было предела.

- Ну да, мы сюда пришли за припасами и должны были освободить кое-кого. Соратник уже должен был успеть все это достать. Эос! Выходи уже, нет времени ждать! - От не терпения Софи прокричала во весь голос.

Будто бы по ее команде, через толпу варваров начала уверенно пробираться темная фигура. Глазам показался Эос, в своем не изменном облике, разве что мешок за спиной появился. За его бледную руку держалась маленькая девичья ручка, робкой Жанны, что с опаской озиралась по сторонам.

- Знаешь, я догадывалась, что ты не послушаешь меня и вломишься в лагерь.

Подойдя к Софи, Безликий взглянул на конунга, а затем внимательно осмотрел свою соратницу. На уголках губ, остались следы крови, а ее доспехи были на прочь продырявлены и обливались кровью, по крайней мере раньше.

Показывая на ее рану, Безликий намекнул ей об этом.

- Рана? Не страшно, давай лучше по скорее свалим отсюда, а то нам не очень рады.

И в правду. Они окружены со всех сторон озлобленными северянами, что в любой момент были готовы вступить в бой, лишь факт пленения их короля останавливал их.

Харальд вновь, в какой уже раз, озадаченно посмотрел на Жанну и задал вопрос.

- Вы пришли сюда, из-за этой девчонки?

- Не только, нам нужны были и ваши припасы. - Ответила Софи на его вопрос.

- То есть, сотни моих воинов погибли из-за каких-то тряпок и мелкой девчонки? - Пораженный такими причинами сказал Харальд. Его воины пали практически не за что, сотни умелых воинов погибли ради чего? Ради одной единственной девочки с центрального континента и тряпок с едой? Более позорной смерти нужно еще поискать.

Харальд ненашутку взбесился после этих слов, но увидев его лицо, Софи пригрозила ему.

- Только по пробуй и я вскрою твою глотку. - Кончик холодного лезвия коснулся кожи на шее Харльда, предупреждая его не делать поспешных и необдуманных действий.

Все же конунг трезво оценивал значимость своей жизни, если он погибнет, то больше не кому будет возглавить весь северный народ. Узнав о смерти своего вождя, ярлы начнут грызню между собой, чтобы занять его место, даже если враг прямо перед их воротами. Нельзя этого допустить.

Софи, желая еще немного подразнить конунга на последок добавила.

- Я понимаю, твоя цель спасти свой народ от вымирания и все такое, но будем честны, кроме вас самих, это больше никого не волнует. Ты зря распинался передо мной о спасении своего народа. Мне лично плевать, что случиться с твоими подданными. А тебе Эос, тебе плевать? - Безликий задумчиво посмотрел на конунга и кивком согласился с Софи. - Ну а тебя я спрашивать пожалуй не буду. - Сказала бестия смотря на робеющую Жанну. - Идем.

Коротким командным голосом, бестия повела конунга на выход из этого чертового лагеря. Окружавшие их варвары расступались при виде лезвия на горле их короля, явно опасаясь за своего вождя.

Такими медленными темпами они ступили на деревянный мост, обливаемый не скончаемым ливнем.

Позади за их спинами совершенно не ожиданно раздался мощный взрыв. Облако искрящегося пламени поднялся высоко в небо, одаривая всю округу ярким светом. Облако огня, обратилось в густой дым, медленно рассеивающийся во влажном воздухе.

Все без исключений были ошеломлены столь неожиданным событием, но глаза тут же нашли виновника.

Софи не отводя глаз от пышущего огня, спросила у соратника.

- Это твоих рук дело? - Кивок. - Ладно, потом тебя буду нахваливать. Идем.

Пригрозив копьем, она повела Харальда дальше через мост, пока вновь не ступили на грязную землю.

Медленно и осторожно продвигаясь к испепеленным воротам, в то время как армия северян неспешно двигалась за ними. Группа не званных гостей остановилась и обернувшись Софи прокричала на их варварском языке, угрожая им.

- Еще один шаг и голова вашего короля слетит с плеч! Всем стоять на месте!

Безликий и Жанна не понимали что именно она говорит, но ее грозный говор и факт того, что северяне со смирением и злобой посмотрели на нее, подсказывал, какие именно слова услышали варвары.

- Уходим, быстрее. - Тихо прошептала Софи, подгоняя Харальда пинком в спину.

Через секунду группа выбежала за пределы ворот и уже собиралась направится в пролесок, где оставили полумертвого Пьера, как краем глаза они увидели приближающуюся армию в ста метрах от них.

В недоумении посмотрев на них, они смогли по лучше разглядеть их крупные тела облаченные в панцирные доспехи. Меся грязь под ногами, они со спешкой бежали в их сторону. Кем бы они ни были, они заметили огненный столб и торопились вернуться в варварский лагерь.

Разбираться в их благих или иных намерениях времени не было.

- Ты уж извини, придется убить тебя. - Быстро произнеся слова на прощание, Софи вскинула копье и уже собиралась им проткнуть широкую спину конунга.

Тот, предвидев такой исход, резко развернулся и еще рабочей рукой отвел древко копья в сторону.

Максимально быстро оценивая ситуацию, Эос подхватил перепуганную девочку на руку, в то время как свободной схватился за бригантину Софи и потащил за собой в лес, не позволяя ей завершить начатое.

С горечью, понимая, что момент безвозвратно утерян, бестия побежала за Эосом, насколько бы обидным не был их побег. Главное они сумели вытащить Жанну и спереть некоторые припасы, собственно за этим они сюда и пришли.

Тень 22

Ночь с 26 по 27 день месяца звездочетов.

Остров Аркней.

Казалось, что обрушившийся на землю ливень никогда не остановится. Тропа, припорошенная снегом превратилась в ледяное месиво, подобное болоту, от которого не спасала никакая обувь. Холодный ветер завывал и пробирал до костей даже самых выносливых людей.

Но со временем, ливень ослабевал и отступал за ночной горизонт, вечно барабанящие звуки стихли и настала ночная тишина, давая немного времени на передышку.

Софи присела рядом с Пьером, которого уложили на толстый слой брезента, оберегая его от скопившейся на траве влаги. Снимать легендарный доспех Мотельхейм с тела не менее легендарного воина, бестия не рисковала ибо еще не известно, гонятся ли за ними враг. Чтобы проверить это, Безликий ушел на разведку в одиночку, оставив все сворованные припасы.

Софи потянулась к шлему, отстегивая подбородочный ремешок топфхельма, ослабляя хватку. Снимая шлем, в ночи показалось лицо Пьера. Лицо заросло густой и жесткой бородой. Пряди седых волос выглядывали из под грязного ватного капюшона, что призван смягчать удары по шлему. Смуглая и грубая кожа вокруг его глаз и лба сморщились в старости лет.

Бестия поднесла руки ко рту и прогрела их теплым дыханием, прежде чем прикоснутся к его холодному лбу, словно трупа коснулась.

- Он мертв что ли? - Ужаснувшись проговорила Софи, но решила переубедить себя.

Прислонив ухо к его носу, она уловила слабое еле слышимое дуновение.

Почувствовав некоторое облегчение, бестия попросила Жанну подать ей бутыль с зельем.

- Жанна, там должна бутылка с биркой, с рисунком снежинки. Дай мне его.

Услышав просьбу, девочка начала торопливо искать нужный сосуд, каждый раз внимательно присматриваясь к биркам. Из-за ночи сложно нормально разглядывать мелкие детали и дабы помочь девочке, Софи зажгла в руке огонь, облегчая ее задачу. Совсем скоро, необходимая бутыль оказалась в руке девочки, а затем и в руках Софи.

- Хорошо, Пьер, надо это выпить, до дна.

Откупорив горлышко, бестия приподняла голову скваера и принялась заливать зелье ему в горло, так чтобы бутылка осталась пустой.

От омерзения лицо Пьера скривилось, ощущая как отвратная жидкость льется по его горлу. Эта его реакция приободрила бестию, прозрачно намекая, что шансы на его спасение вовсе не иллюзорны.

Влив всю жидкость в Пьера, Софи вновь закупорила бутылку и отложила в сторонку, внимательно наблюдая за реакцией скваера. Дышал он все так же тяжело и не торопился приходить в сознание, но эффект от зелья тоже не моментален. Отвар должен помочь ему выстоять перед холодом и дать ему шанс на выживание, но перед тем как он подействует, придется подождать и только после этого можно с уверенностью дать свой вердикт.

- Теперь ждем, пока Эос не вернется.

Поднявшись с места, Софи подошла к Жанне, что аккуратно копалась в украденных вещах, на ощупь перебирая содержимое.

Присев рядом с девочкой, бестия украдкой взглянула на Жанну и спросила.

- С тобой вроде ничего не случилось, но с головой все нормально? Бывает, что даже взрослые не выдерживают плена и сходят с ума. А ты, еще совсем мелкая. - Особо не церемонясь спросила Софи.

Робко дернув головой, она произнесла тихим и взволнованным тоном.

- Я... я в порядке, они ничего не успели сделать...

- Хорошо...

- Но... - Жанна еще не закончила. - Но я видела, трупы... худые и измученные голодом... Э-это просто ужасно. Неужели люди могут быть настолько жестокими, мы ведь люди, а не звери... почему все так происходит? - С горечью в голосе произнесла девчонка, чувствуя, что это не правильно.

Софи вздохнула и ответила ей.

- Люди, это животные. Мы ни чем не отличаемся от тех зверей, хотя, мы даже хуже. Мы убиваем не только ради выживания и пропитания, но так же из зависти и высокомерия. Иногда причины и вовсе может не быть, и человек может убить человека просто так, ради забавы.

Жанна посмотрела на Софи в неверии. Неужели такое действительно возможно? Маленький детский разум не мог принять такую страшную правду.

- Однажды тебе придется смириться с этим фактом. Я не отрицаю существования хороших и добрых людей, но настоящих подонков куда больше, чем ты думаешь. Будь готова к тому, что однажды тебе всадят нож в спину.

Глаза Жанны задрожали от грусти. Трясущимися губами, она вымолвила.

- Ты ведь... хорошая, правда ведь?

С сожалением, Софи зажмурила глаза и вновь открыла их, отвечая на вопрос.

- Нет, вовсе нет. Я убила не одну сотню людей, хороших и плохих. Я наплевала на судьбу целого народа, северяне рискуют исчезнуть с лица Сапфира, а я просто... - бестия отвела глаза от Жанны - просто плюнула им в душу. Думаешь я хорошая?

Тихо промычав, не зная что и ответить, Жанна осунулась и повесила голову, пряча свои глаза от чужого взора. Дрогнувшим голосом она заявила Жанне.

- Но вы спасли меня... Спасибо.

Софи уныло посмотрела на дрожащую девочку, которой пришлось пройти через множество испытаний. Сердце сжималось при виде измученного комочка, промокшего на сквозь.

Устало вздохнув от всего произошедшего за столь короткий промежуток времени, бестия почувствовала усталость во всем теле. Внезапный шторм потопил их корабль, сирены сожрали почти всех, кто плыл на суденышках, поход по морскому дну, бой с северянами и побег. На голову сервита свалилось много испытаний, нужно было перевести дух.

- Тебе надо сменить одежду. - Проговорила Софи протягивая руку к сложенным вещам, собираясь вытянуть из него суконную одежду.

Но ее бок тут же пронзила острая боль. Резко схватившись за переломанные ребра, о которых она до недавнего времени вообще забыла, сдержанно замычала, в попытке сдержать лишний шум за зубами.

- Ты как? - Спохватилась Жанна.

- Да... все нормально, ничего серьезного. - Лукавила бестия, пытаясь успокоить девчонку.

- Ты уверена, ты ранена... я же вижу. - Писклявым голосом промямлила Жанна.

- Надо, подождать... пока Эос не вернется. А там уже посмотрим, что будем делать.

- Может зелье тебе поможет. - С надеждой Жанна начала вновь копаться в вещах, выискивая нужную бутыль, хотя и не знала, какой именно отвар был необходим.

Придерживая раненый бок, боль потихоньку отступала, предостерегая больше не делать резких движений. Софи пришлось двигаться аккуратно, дабы не свершить эту ошибку снова. Выверяя каждое свое действие, она приняла прежнюю позу, будто бы ничего и не случилось. Положив руку на плечо девочки, она остановила ее.

- Хватит.

- Но...

- Не спорь. Зелья имеют разные побочные эффекты. Если за нами погонится враг, то я буду бесполезна в бою.

- Ты ранена. - Возразила Жанна, слыша от бестии явную чушь.

Лицо Софи скривилось от злости, чем напугала девочку, но злилась Софи не на Жанну, а на себя. В последнее время, ей все чаще начало прилетать по шапке, именно с тех пор, как она встретила Эосфороса. Будто бы предвестник притягивает к себе неудачу.

Это даже слышалось безумным. Предвестник, что предвещает светлое будущее, несет неудачу. Нет, это просто чушь собачья.

- Лучше побереги зелья на потом, они могут еще понадобиться нам.

- Но...

- Хватит спорить мелкая соплячка. - Резко отозвалась Софи, затыкая мелкий и раздражающий рот. - Блин, когда он уже вернется. Нельзя тянуть иначе... - С опаской в душе, бестия посмотрела на Пьера, что все еще прибывал без сознания. Лишь бы он не превратился в окоченевший труп.

Софи вместе с Жанной остановились в стороне от тропы по которому не давно шли и устроились на траве среди деревьев. Но теперь, чавканье по грязной дороге вновь послышалось из глубины леса. С каждым шагом шум становился все отчетливее, ясно давая понять о чьем-то приближении.

Пара шагов, говорили об одном человеке. Присмотревшись на дорогу, Софи было сложно разглядеть того, кто приближался к ним, даже ее зоркое зрение не позволяло сделать этого. Но бледные руки и железный череп, быстро ее успокоили.

Эос двигался в легком беге, но при этом быстро приближался. Софи бросила ему несколько слов.

- Ну что там... преследуют?

Подходя к ним, Эос, не останавливая шаг, отрицательно покачал головой.

Софи наконец-то облегченно вздохнула. Теперь она могла дать себе волю, расслабиться и нормально отдохнуть.

Сбегая из лагеря, они убежали на приличное расстояние. Это даст им небольшую фору, но сбавлять бдительность точно не стоило. Необходимо организовать хотя бы что-то на подобии лагеря, позаботится о раненных, оставить часового и прочее.

- Ладно, помоги мне снять эти доспехи. - Сказала Софи, намекая на Пьера.

Не дожидаясь лишних слов, Безликий склонился перед телом скваера и сразу же принялся снимать доспехи. К нему подключилась и бестия.

Наручи и поножи снять было не сложно. Один оруженосец способен достаточно быстро облачить своего господина в доспехи, а тут сразу двое снимают доспехи одного единственного скваера, так что справлялись они быстро.

Наручи и поножи быстро сняли, пусть они и состояли из множества отдельных элементов, скрепленные ремнями. На очереди оставался корпус. Наплечники не вызвали никаких трудностей, самым сложным была кираса. Пришлось приподнять Пьера, что бы снять оставшийся элемент доспеха и сложить его к остальным, на мокрой траве.

Легенды современников и прошлых словцов говорили, что доспех Мотельхей выкован мастером теургом Николасом Фламелем, целиком из мифрила или адаманта, точно не известно, но предельная легкость элементов доспеха точно намекали на их тауматургическое происхождение, поэтому за их состояние никто не волновался.

Осталось только снять с него всю мокрую одежду и одеть его в сухую варварскую одежку.

Но смотря на старое лицо Пьера, Софи решила воздержаться от этого.

- Эос, давай-ка ты сам, а то я не хочу созерцать его тело.

Протянув на руки Эоса комплект суконной туники и штанов, тут же отвернулась. Жанна последовала ее примеру и так же отвернулась.

Безликий окинул их осудительным взглядом. Ему тоже не очень-то и хотелось переодевать старика, но похоже он единственный, кто может сделать это. На момент ему даже показалось, что он работает в доме для престарелых, которые не могут даже самостоятельно переодеться.

С горечью и решимостью, Эос начал стягивать со скваера его пропитанный холодной влагой акетон.

Избавившись от ватника и туники под ней, показалось смуглое жилистое тело из под которого торчали ребра. Руки были тонкими и даже не намекали на могучую силу, о которой ходит не мало легенд. Смотря на оголенный торс Пьера, Безликий не мог поверить, что этот худой старик может одолеть даже химеру. Возможно он хороший и опытный фехтовальщик, но назвать его тело могучим, язык не поворачивался.

Теперь самое не приятное.

Аккуратно поддев штаны, Безликий начал стягивать их, стараясь зажмуриться и сделать все в слепую. Вроде получалось, но оценивать результаты, Эос не торопился. С трудом надев на Пьера его новые варварские штаны, Безликий оценил результат.

Операция прошла успешна.

Вслед за штанами, несколько слоев туник оказались на теле старикана, после которого Эос накрыл его новым слоем брезента вместо одеяла.

- Закончил? - Произнесла Софи, медленно оборачиваясь.

Завидев одетые на Пьера штаны, Софи смело обернулась и посмотрела на старое лицо, вновь прикоснувшись к его лбу.

- Зелье уже должно было подействовать... Да, лоб стал теплее. Фух... - Облегченно выдохнула Софи, словно тяжелый груз упал с ее сердца.

Пьер выживет и встанет на ноги, теперь это вопрос времени.

- Апчхи!.. - Громко чихнула Жанна, вытирая вывалившиеся сопли.

- Тебя тоже надо переодеть, снимай одежду. - Холодно сказала Софи, вытягивая из кучи детский комплект вещей.

Бестия даже удивилась, когда нашла детские размеры. Не уж то варвары так заботливы к своему чаду?

Но Жанна не торопилась снимать одежду и растерянно забегала глазками, постоянно останавливаясь на черепе Безликого. Жанна не посмеет раздеться в присутствии мужчины, оно и естественно.

Софи молча посмотрела на Эоса, намекая ему удалиться. Говорить не пришлось, Безликий понял все и без слов. Поднялся и зашагал в сторону от их стоянки.

...

Долго идти не пришлось, буквально в пятидесяти метрах от их нынешнего места прибывания забегал мелкий ручеек, чьи берега расширились из-за недавнего ливня.

Присев на мокрую траву и прислонив уставшую за сегодня спину о ствол хвойного дерева, рядом с ручейком, Безликий принялся умывать грязные руки. Бледная кожа с трудом очищалась от черной островной земли и спекшейся кровью, налипшей на его руки. Но приложив усилие все же отмыл их.

Удовлетворившись результатом, Эос посмотрел на свои руки, покрытые множеством струпов, закупорившие раны от огромных зубов сирен. Подковырнув одну из корок, понял, что вцепились они крепко и заживление идет полным ходом.

Оставив раны в покое, Безликий сунул руку в поясную сумку и вытянул оттуда промокшую на сквозь скрутку. Выкинув его в воду, он достал из сумки все приготовленные папиросы и сильно разочаровался, когда увидел, что каждая из них превратилась в кажу из тонкого пергамента и табака. Вся куча полетела в воду, разбрызгивая холодные капли.

Но есть еще кое-что. Черный гримуар, как и ожидалось, тоже был безвозвратно испорчен. Тонкие страницы слиплись между собой и открыть их без ущерба, было невозможно. Черная книга отправилась вслед за самокрутками.

А вот дневник потерять было больнее всего. Небольшая тонкая книжка не была исключением. Ладно гримуар, его копии можно достать в библиотеке Зендера, самокруток еще сделает, но дневник. На протяжении нескольких последних дней, Эос вел подробные записи об увиденном и о том, что он чувствовал, когда узнавал окружающий его мир.

Темный и рабский город Зендер резко контрастировал с процветающим Лестером, оплотом порядка и благополучия. Затем Шеффалд, что пал под натиском северян. Все записи велись сразу же, когда Безликий ощущал эмоции от увиденного и воспроизвести эти чувства вновь, вряд ли получится. От того было грустно терять столь драгоценные записи, которыми Безликий мог бы поделиться с кем-нибудь. Но похоже не судьба.

Дневник отправился на дно ручья.

Час от часу не легче. Пройдя через столькое, даже нет возможности нормально расслабится. Остается только хорошенько выспаться.

Влажная трава за-трепещала, предвещая о приближении человека, но Эос уже знал кто это.

- Ты не ранен? - Спросила Софи, сев на корточки рядом с ручейком. Не получив ответа, она продолжила. - А вот я да, и прилетело мне не хило. - Намекала та на окровавленный бок.

Софи сняла с себя облачение и переоделась в добытую одежду, но новенькая рубаха тут же испачкалась в крови. Выглядело пугающе и Безликий не мог не обратить на это внимание. Рана оказалась куда серьезнее, чем он думал.

Протянув тряпку к ручью, она хотела намочить его и промыть рану, но из-за пробудившейся боли, что ударила по голове, обронила тряпку. Скорчив гримасу, Софи начала сдерживать всю боль внутри себя.

Подхватив обрезок ткани из воды, Безликий намекнул о своей помощи.

Посмотрев ему в глазницы, она не хотя согласилась, ибо сама уже вряд ли справится.

- Только аккуратно.

Приподняв тунику, Эос заметил как несколько отверстий вновь закровоточили, а кожа вокруг раны опухла и окрасилась неприятными темно-красными гематомами. Слегка прикоснувшись к ране, Софи слегка дернулась, но не издала ни звука. Ощупав рану, Эос пришел к выводу, что кости вовсе не сломаны, но вероятнее всего хорошенько потрескались. Удача была на стороне Софи, ей не придется накладывать жесткий жгут, чтобы кость правильно срослась, достаточно перевязать рану и подождать некоторое время, пока рана и кости не заживут.

Приложив тряпку, он начал аккуратно вытирать раны, чье кровотечение ослабевало прямо на глазах и медленно заменялось струпами. Регенерация сервита дает о себе знать.

Очистив рану, Эос перевязал ее обрывками тряпок, после чего оставил ее в покое.

Выдохнув, Софи поблагодарила Безликого и решила умыться. Зачерпывая в руки ледяную воду, она прополаскивала им лицо, совершенно не жалуясь или опасаясь холодной воды в зимнюю погоду. Были времена, когда она негодовала из-за суровых условий жизни, но спустя много лет, она свыклась с этим фактом, постепенно забывая о своем аристократическом прошлом.

Закончив с водными процедурами, она присела у дерева и вскинув голову посмотрела в ночное небо. Но речь пошла не о ночном небе.

- У меня такое чувство, что... с тех пор как я тебя встретила, то начала чаще отхватывать, а ты при этом остаешься целеньким. Может быть я просто хорошо справляюсь со своей задачей телохранителя, но мне так не кажется. А ты, что думаешь?

Посмотрев на Эоса, она с разочарованием отвела взгляд, зная, что не получит ответ.

- Жалко, что ты говорить не умеешь. Так поболтали бы по душам. - Говорила она, пока из-за пазухи доставала флягу и не начала выпивать.

Безликий был в шоке. Ему казалось, что всю выпивку Софи уже потеряла, но все равно умудряется припрятать бухло где-то в закромах.

Сделав несколько глотков, бестия сморщила лицо и выдыхая спиртовый пар, протянула флягу Эосу.

- Ты наверное тоже забегался за этот день. Может хотя бы сейчас расслабишься? - Так она аргументировала.

Это правда, Эос начал ощущать себя немного уставшим. Вместо самокруток пришлось использовать алкоголь. Взяв протянутый ему сосуд, он с начала принюхался к содержимому. В нос ударил жгучий спиртовый запах и тут же отдернул флягу от носа.

- Ты не нюхай, а пей. - Произнесла та, подталкивая выпить горячительный напиток.

Не имея иных альтернатив и задержав дыхание, Эос опрокидывая голову, сделал несколько больших глотков. На вкус чистый спирт, и по ощущениям тоже самое. Жидкость быстро пробежала по языку и стекла по горлу, после чего начала жечь его изнутри, будто бы кислоты наглотался, настолько это было не приятно.

Софи слегка засмеялась, увидев Эоса, мотающего головой от обжигающего алкоголя.

- Ты не часто пьешь. По тебе видно, что ты совсем к этому не привык. Смотри не перепей, мы же не хотим чтобы ты замерз на смерть. - Говорила она, забирая флягу обратно и пряча его за пазуху.

Безликий успокоился и выдохнул мощнейшим перегаром, отдающийся в холодном воздухе густым паром.

Эффект от выпивки долго ждать не заставил. Голова странно закружилась, взгляд резко помутнел, а вместе со слабостью по телу начал разбегаться невыносимый жар. Кожа моментально пропиталась потом и внутри он весь промок.

Спирт оказался слишком ядреным для не подготовленного организма и его вынесло за пару минут, пока Софи чувствовала себя прекрасно. В этом плане ей даже можно позавидовать.

- Поскорее бы Врата закрыть и дело с концом. - Тихо произнесла Софи, оставаясь на стороже. - Тогда можно будет и сестру отыскать и зажить нормальной жизнью...

Безликий уже не слушал ее и потихоньку начал отрубаться.

...

Утро 27 дня месяца звездочетов.

Южный берег Аркнея.

Почти всю вчерашнюю ночь бушевал шторм, что не позволял встать на якорь. Но ближе к утру шторм стих, позволив огромным танкерам закрепиться на берегу. Люди не стали терять время и при первой же возможности начали возводить лагерь. Палаточный город вырастал прямо на глазах, разжигались костры и готовилась пища, подкрепляя уставших за ночь бойцов.

Припасы быстро разгружались, пушки вытащили на песчаный берег.

После настал самый не приятный момент для всех командиров, подсчет потерь.

Если говорить с финансовой точки зрения, то Форсет потерял больше всего. Из 50 танкеров, три были безвозвратно утеряны. Двумя из них Андре протаранил берег, поломав киль кораблей, один танкер начал тонуть ближе к концу боя с орками, тем все же удалось потопить один из кораблей. С потерянными кораблями еще можно смириться, но если этот дорогущий корабль придется еще и чинить. Поврежденных танкеров к слову было больше всего, с десяток огромных кораблей требовали срочного ремонта, а плотников кораблестроителей с собой как назло не взяли.

Сенешалю Эриксону пришлось смириться с тем, что когда он вернется в родной Форсет, ему прилетит сильный нагоняй, за порчу столь дорогого госимущества.

Но остальных больше волновали потери личного состава. Потеря даже одного кадрового военного несет довольно ощутимые потери госбюджету. Для тренировки и вооружения одного солдата уходит не мало сил, времени и средств, так что командиры, даже будучи атеистичными, молились всем возможным богам, чтобы потери были минимальны.

Среди личного состава Герпшир потерял меньше всего пеших рыцарей. Из 4000 молодых бойцов, было потеряно около сотни рыцарей. Крайне малая цифра для такого войска, однако роль сыграла не их подготовка, а хорошо подобранный момент. Они последними вступили в бой с орками.

Сенешаль Фридрих, можно сказать, остался доволен таким результатом. Но про Андре не скажешь тоже самое.

Фестуанские войска насчитывали 5000 стрелков, примерно 700 из них были убиты или ранены, это почти два полка опытных ветеранов, прошедшие с командиром Андре не один десяток битв. Сам Андре ощущал в этом и свою вину, поскольку предугадал действия врага слишком поздно и не успел хорошо подготовится к их встрече. Потери были слишком тяжелыми для их армии.

Но Сомерсетские рыцари приняли основной удар на себя и потеряли больше всего. Пусть их конница и насчитывала всего тысячу рыцарей, но они были одними из лучших воинов под руководством граф-магистра. И потери в двести опытных воинов сильно ударило по морали Сомерсетских рыцарей. Казалось бы не победимая конница, оказалась слабым звеном в союзной армии.

Орочий огнестрел сильно подкосил их ряды и мораль. Сам Граф-магистр был сильно разочарован таким результатом. Его стали реже видеть в рядах своей армии и чаще его видели в своем шатре. Никто не знал, чем он там занимается, но никто так же не задавал вопросов.

Да уж, орочий огнестрел поразил умы не только Сомерсетских рыцарей, но и всю человеческую армию. Их оружие способно стрелять даже под ливнем, порох продолжал гореть а механизмы зажигания работали исправно. Удивительное изобретение сильно заинтересовало Андре и один из полученных экземпляров он забрал к себе в шатер, для более подробного изучения.

Сидя за широким столом, выволоченный с корабля, под светом фонаря он внимательно разглядывал орочий мушкет. Тяжелый и увесистый экземпляр с трудом двигался в руках старого командира.

Убирая в сторону ткань, заменившую дверь, в командирский шатер вошел Флюгер.

- Господин, утро.

- Уже? - Слегка удивился Андре услышанному. - Так скоро, я даже не заметил.

- Вы что, не спали? - Подозрительно поинтересовался помощник.

- Нет. Мне очень понравилось изучать это оружие. - Объяснил тот.

- Я пришел доложить о кораблях с кнехтами. К берегу только что пришвартовалось три корабля.

- Ожидаемо. - Холодно произнес Андре, отлично осознавая, что хлипкие торговые корабли не могли пережить вчерашний шторм.

Флюгер посмотрел на командира спокойными глазами и добавил.

- Свидетели говорят о нападении сирен.

На этом моменте Андре оторвал свой взгляд от мушкета и посмотрел на Флюгера серьезным лицом.

- Ясно, - слегка приглушив голос, он произнес уже готовые слова - культ хорошо постарался, вот только потеря кнехтов не скажется на нашей боевой мощи. Они просчитались. Снова.

- Дело не только в этом, сенешали требуют ответа. Они считают, что вы что-то от них скрываете.

- Ох вот как, все же они хотят знать, кто является тайным помощником варваров. Если из-за этого в армии возникнут разногласия, это может плохо кончится. Надо бы накормить их ложью, чтобы они от нас отстали. Проведем собрание, сейчас.

- Сейчас? Вы уверены? - С сомнением произнес Флюгер.

- Да, зови их, надо обсудить несколько важных тем. Тайные помощники северян, план атаки и осады варварской крепости и еще не надо забывать о возможном подкреплении врага.

- Вас понял. - Отсалютовал Флюгер и тут же вышел из палатки.

"Проблема. Мне не стоит разбалтывать о возрождении культа кому попало. Я могу поведать об этом только тем, кому доверяю, а сенешали и граф-магистр не из таких людей. Нужно придумать историю, достаточно убедительную, чтобы даже Филип поверил в это. С Филипом будет довольно сложно. Если он догадается о моих намерениях, это может дойти и до шантажа и мне придется играть под его дудку.

Что же такое придумать?"

Не успел Андре надумать фальшивую историю, как в шатер вошел один из сенешалей, Эриксон. Выглядел он крайне не довольно и смотрел на Андре очень не добро. Он все еще злился из-за того, что Андре угробил его корабли. Тот молча занял один из представленных стулов.

Вскоре начали подтягиваться и остальные, Фридрих и сам граф-магистр. Только когда те заняли свои места, Андре встал со своего стула и начал говорить.

- Итак господа, наша высадка оказалась неудачной. Мы не предугадали такой исход, недостаток информации и разведданных сыграл с нами в злую шутку. Но нам все же удалось выбить орков с берега и в конечном счете высадится на остров. Отныне мы больше не можем рисковать своими солдатами и должны построить план наступления, как того требует линейная тактика. Благодаря собранной нашими тауматургами информации, мы знаем достаточно об их лагере и силах. Если у вас есть предложения, то я слушаю.

Проговорил Андре, осматривая каждого из присутствующих. Смотря им в их серьезные лица, он понял, что ничего путного от них ждать не нужно и груз стратега и тактика ляжет на его плечи.

В этот самый момент, произошел не гласный выбор, в котором Андре избрали командиром союзной армии. Смирение виднелось в глазах сенешалей и граф-магистра. Никто не озвучивал свое мнение, но именно это молчание стало их вердиктом.

Похоже вчерашняя битва произвела на них сильное впечатление.

Немного потерев бороду, Андре вытащил из кармана заготовленную карту и разложил ее на столе.

- Что ж, если ни у кого нет предложений, я расскажу о своих планах. В Шеффалде мы уже обсудили план действий, я лишь хочу подкорректировать его. Двигаться мы будем как и планировали. Союзная армия двинется по трем основным дорогам, так мы быстрее преодолеем расстояние до лагеря варваров.

Для вас, сенешаль Фридрих, я выделил особую роль. Ваша армия будет двигаться по западной дороге и должна пересечь реку. - Говорил он, пальцем ведя по узкой дороге. - Ваша задача заключается в том, чтобы напасть на западный мост и организовать полноценную осаду укреплений, защищающих переход на остров.

В это время, королевская армия и Сомерсетские рыцари разделятся на двое и будут двигаться по центральной и восточной дороге. Наши силы должны встретиться на восточной стороне реки, тем самым образовав единый кулак для мощного удара по укреплениям.

Выслушав Андре, сенешаль Фридрих поднялся, чтобы высказаться.

- Слушаю вас, сенешаль Фридрих.

- Это понятно, но что вы собираетесь делать с "Королевской пушкой". Не просто так же вы привели с собой этого монстра?

- Да, об этом. Мой помощник составил план, для применения этого тяжелого орудия. - Мысленно Андре поблагодарил своего помощника еще раз. - Все довольно просто, на земле "Королевская пушка" не пройдет, но если мы подведем его на танкере вдоль реки, то сможем приблизить его на достаточное для выстрела расстояние. Один лишь его вид сильно деморализует врага, не говоря уже о первом выстреле. Сенешаль Эриксон, вы ведь не против, если я одолжу один из ваших кораблей?

Обратился Андре к Форсетскому рыцарю, ожидая от него ответ. Эриксон сморщил лоб от не довольства и отвечать не стал, но спросил кое-что.

- А какова моя роль в наступлении? Предложите мне стоять в сторонке и наблюдать?

Андре уже знал, что ответить ему.

- Насчет вас. У меня есть некоторые подозрения, которые я еще не озвучивал. Думаю, что орки, это неединственное, с чем нам придется столкнуться. Возможно, прямо сейчас на этот остров движется огромная армада драккаров.

Лица всех присутствующих покосились от замешательства и недоумения. Они еще не догадались о вражеском подкреплении, даже предположить этого не могли. Понимая, что сейчас на него посыпиться множество вопросов, Андре быстро объяснил свою точку зрения.

- Десять тысяч северян и армия орков, это лишь начало. Они прибыли сюда для того чтобы занять и удержать остров в качестве плацдарма, для еще большей армии. Думаю их конунг задумал масштабное переселение целого народа. Они всеми силами будут пытаться занять земли на северных берегах, что грозит уничтожением всех трех графств. Северные города Фестуа так же сильно пострадают от варварских набегов. Они несут прямую угрозу нашим государствам, как уже говорилось. Но угроза куда больше чем мы предполагали.

Я хочу, чтобы ваш флот танкеров отправился им на встречу. Думаю ваших кораблей будет достаточно для того, чтобы на голову разбить варварский флот еще на подходе к острову.

- Скажите нам, откуда у них столько припасов, что они всем своим народом, готовы начать наступление? Откуда у них столько пищи? Даже южная империя не справилась бы с такими поставками ресурсов. Это просто не возможно. - Говорил Эриксон, требуя ответ на свой вопрос.

Его можно понять, столь беспрецедентный случай, требует разбирательств и единственный человек, который знает ответ, это Андре. Но открывать им все свои карты, он не собирался и начал откровенно врать, подключив к процессу все свое актерское мастерство.

- К сожалению, я еще не знаю ответ на этот вопрос. Информации слишком мало, думаю мы сможем понять в чем кроится тайна, если сможем взять конунга в плен. Думаю он знает ответы на наши вопросы.

Было даже немного забавно наблюдать за недоумевающими лицами сенешалей, они в упор не понимали, что за всем этим стоит именно культ. Внутри себя, Андре улыбался, ощущая свое высокое положение в их компании.

- Ясно. - С горечью отвернулся Эриксон.

- Что нибудь еще? - Проговорил Фридрих, на что Андре ответил.

- Самое опасное нас подстерегает на пути к вражескому лагерю, орочьи войска могут напасть на нас, чтобы задержать наши силы. Необходимо держать связь между нашими группами. Вы, сенешаль Фридрих, будете наиболее уязвимы, поэтому выдвинитесь последними, так орки и северяне не успеют обратить на вас свое внимание. Думаю, я высказал все что хотел. Такой план вас устраивает?

- Когда выдвигаемся? - Внезапно заговорил Филип. Голос его звучал напряженным и не довольным, однако никаких претензий с его стороны не было.

- Чем раньше, тем лучше. Сегодня вечером центральная и восточная группы армий должны покинуть лагерь и отправиться к вражеским укреплениям.

В ответ Филип лишь кивнул головой.

- Я согласен с вашим планом и буду действовать согласно ему. - Некогда осторожный по отношению к Андре, Фридрих, сейчас говорил смиренно, будто бы от недавнего соперничества не осталось и следа.

- Солидарен с сенешалем Фридрихом. - Сказал Эриксон.

Все оказались согласны с планом Андре. Удивительно, не иначе как харизма и результат вчерашнего боя хорошо подействовали на их умы, на деле показав им, на что способен прославленный полководец Фестуа.

Обсудив все планы, они покинули шатер в мгновение ока, раздавая приказы и подготавливая свои армии к наступлению. Звуки за пределами тканевых стен были более чем отчетливыми. Солдаты забегали и заорали, выполняя и раздавая поручения своего руководства. Пусть весь этот день они отдыхают, к вечеру начнется марш бросок.

В палатку вошел Флюгер и сказал дежурную фразу.

- Как прошли переговоры?

- Более чем удовлетворительно. Согласованность на высшем уровне, это меня радует. Вот только граф-магистр, он выглядел очень не довольным.

- Думаю это из-за потерь в его войске.

- Мда, благородный рыцарь вдруг начал осознавать бесполезность старой таранной тактики. Интересно, как он поступит? Будет до конца продвигать свои отсталые традиции, пока его государство и вовсе не исчезнет, или возьмется за ум и начнет привносить в свою армию и общество новшества? - Раздумывал Андре.

В его холодном уме возникал образ Сомерсета, то ли мощного процветающего государства, то ли кучку камней разрушенного магистрата в Лестере. Делать предсказания Андре не торопился, ибо судьба Сомерсета твориться прямо у него на глазах. От решения граф-магистра зависит то, по какому пути двинется его графство. Если он останется традиционалистом, то можно сказать его государство обречено на уничтожение. Но если он примет новаторство, то судьба его становится совершенно не предсказуемой.

Тысячи возможных вариантов возникли в голове старика одновременно и выбрать наиболее вероятный исход очень сложно.

- Что ж, поживем, увидим. - Чуть погодя Андре обратился к своему помощнику. - Флюгер.

- Слушаю вас.

- Раздели войска на две самостоятельные части и согласуй действия с Сомерсетскими рыцарями. Выступаем сегодня же вечером. Над лагерем трудится не станем, мы здесь долго не задержимся. И еще Форсетский флот отправится на перехват вражеского флота. Сенешаль Эриксон хоть и разозлился из-за потери кораблей, но все же согласился с моим планом.

- Насколько я помню, к острову движется огромная армада, с ваших же слов. Думаете сорока танкеров будет достаточно? - С опаской произнес Флюгер, чувствуя подвох в словах командира.

- Да, в полне. Но боюсь я посылаю их корабли на верную гибель. - От этих слов помощника передернуло. Андре звучал коварно в голосе и смысле его слов. - По самым оптимистичным оценкам, вернется не более пяти кораблей, а в худшем, сюда доберется примерно половина всего варварского флота. До их возвращения мы должны занять лагерь северян и закрепиться на нем, так у нас будет преимущество в обороне и фактор неожиданности окажется в наших руках.

- Ясно.

Сейчас, Андре фактически открыто заявил, что использует своих союзников как пушечное мясо. Он даже бровью не повел когда говорил это. Столь хладнокровное поведение было не в новинку и Флюгер уже привык к этому. Андре крайне умен, но в той же степени коварен.

- Это все? - Задержался Флюгер, задавая вопрос.

- Ах да, выдели один полк для сопровождения "Королевской пушки". Корабль с этим орудием поплывет по реке прямо к базе врага. На этом все.

Закончив с разговором, Флюгер покинул командирский шатер, по поручениям.

Андре остался наедине со своим одиночеством, тоской и мыслями.

"Война, помнится мне, когда кровь бурлила во мне от одной лишь мысли о битве. А сейчас, даже при таких масштабных размахах, ничего не чувствую. Как же все приелось.

Но...

Культ, Материалисты и предвестник, это начинает затягивать. Это не похоже на обычное вооруженное столкновение между двумя государствами, тут все куда серьезнее и сложнее. Подпольная война разворачивается параллельно открытым событиям. Уверен каждое столкновение у границ Фестуа связано с подпольной войной.

Фиор хороший кандидат на марионеточное государство. Их королева заносчива и крайне мстительная личность. Даже не смотря на отсталость и малочисленность своей армии, ее характер не позволит ей упустить шанс для нападения, в попытке восстановить прежние границы.

Но Фиорская армия слабая и отсталая, их мастерство владения мечом осталось далеко в прошлом. Смею предположить, что культ использует Фиорские войска для растяжения основных сил.

А вот империя, с ее мощной армией и продвинутым бюрократическим строем, вряд ли падет под контроль культа. Но они могут снабжать их всей необходимой информацией и направлять имперцев по наиболее выгодному в войне пути. Это создаст не мало проблем.

Вот только сражаться с ними не выгодно, пока у культа есть цель. Одолеем мы их армии, но что с того, они пришлют к нашим границам иных наемников. Это будет продолжатся бесконечно, пока не откроются врата или пока предвестник их не закроет.

В конечном счете все сводится к предвестнику, все же без него ни куда. Надо по быстрее найти его, но как?

Помниться мне, что на досуге читал древние летописи в королевской библиотеке, якобы предвестников часто видели в сопровождении духа. Тот оберегал его до того момента, пока предвестник не закроет врата, а потом бесследно исчезал.

Так же писания выделяют необычные одеяния гостей из иного мира. Мол - "одежда их светилась солнцем или же была чернее темноты."

Быть может по этим признакам я смогу найти предвестника? На самом деле это похоже на поиски иглы в стоге сена. Предвестник с такими одеяниями может быть где угодно и целенаправленные поиски могут ни к чему не привести. Как мне найти того, кого я даже в лицо не видел.

Черт, в этом случае мне поможет только удача."

Решив немного проветрится, Андре поднялся с места и вышел из темного шатра наружу. Яркий солнечный свет оказался ярче чем он ожидал. Прикрыв глаза рукой, он начал потихоньку привыкать к яркому свету. Холод его не удивил, температура в шатре и на улице была одинаково ледяной, как и полагается приближающейся зимней погоде.

Слегка оглядевшись сморщенными глазами, он начал прогуливаться по палаточному лагерю. Каждый пробегавший мимо солдат согласно традициям замедлялись, слегка склоняли голову и говорили...

- Господин.

- Господин.

И тут же убегали по своим делам, готовились к выступлению. На более почтительное приветствие не было времени, воины слишком заняты, а задерживать их Андре не собирался.

Пройдя мимо горящих костров, над которыми кипели котелки и жарилось мясо на вертеле, и импровизированных палаточных улиц, командир вышел на окраину лагеря. Армия разместилась между двумя прибрежными скалами, откуда открывался не плохой вид на опушку, разделивший снежный лесной массив на две части, создавая нечто вроде природной тропы.

Но виды острова Андре не зацепили. Его больше заинтересовало состояние лагеря. Облик совершенно ничем незащищенного стана слегка огорчил Андре, хотя укрепления не стали строить именно по его приказу. Время сильно поджимало и тратить драгоценные минуты и часы, они не могли. Поэтому ограничились караульными отрядами.

Один из таких часовых отрядов, попался в глаза Андре. Трое солдат тоже заметили своего командира, сперва они немного удивились увидев командира бродящего по лагерю, но потом взяли себя в руки и с почестями встретили его, как в прочем и полагается.

Не став отвлекать своих воинов от их обязанностей, Андре молча посмотрел в глубь леса, попутно раздумывая о предвестнике, который все никак не хотел вылазить из его головы.

Несколько предположительных образов возникли в голове Андре, думая, что таким образом он сможет подобраться по ближе к иномирцу. Образы предвестников, что были зарисованы в летописях, сильно въелись в память старого командира. Их одежда и доспехи были очень специфичны.

Люди того времени описывали их облик так, будто бы те увидели настоящего бога. "Ткань светилась ярким светом, а на ощупь та была словно бархат и шелк одновременно, но даже самый острый меч не мог разрезать их одеяния. Доспехи казалось выкованы в небесных кузнях, они были огромны и сильны, летали подобно истинным ангелам. Орудие, что те держали в своих могучих руках, обладало невероятной мощью, на многие мили испепеляя врага.

Но одно в них было не изменно, это дух, что преследовал их и был их соратником."

Андре сильно сомневался, что сможет найти предвестника по его одежде и доспеху, ведь каждый иномирец был одет совершенно уникально, а вот поиски по наличию духа в кармане иномирца, куда более надежный способ. Надо только обойти информационную сеть Материалистов. Из-за того, что Андре почти ничего о них не знал, сильно им не доверял. Они скрывают слишком многое, для того чтобы вести здоровое сотрудничество.

- Что там. - Внезапно заговорил один из часовых.

Трое солдат направили свои глаза туда куда указывал пальцем один из них. Часовой указывал на одну из двух сторон лесного массива. Прислушавшись к тихому ветру, дувший со стороны хвойного леса, и частично прикрываемый лагерным гомоном, Андре не смог услышать ничего путного. Но приглядевшись в тень под древесными кронами, он заметил там какое-то шевеление, но было слишком далеко, чтобы разобрать картинку.

Часовые напряглись и подбежали к командиру, прикрывая его собственными телами. Вскинув мушкеты, они прицелились в сторону подозрительного шевеления. Один из часовых предостерегая произнес.

- Господин Андре, здесь не безопасно. Вам лучше скрыться.

- Погоди. - Ответил Андре, кажется начиная различать приближающуюся к ним фигуру.

Когда существо, что так напугало их, вышло к ним. Андре был шокирован и даже на время потерял дар речи.

Это существо обладало округлыми формами тела, окрашенный в непонятный бледный оттенок. Маска череп висел на его лице, скрывая его черты и эмоции.

- Лесной дух? - Непроизвольно сказал Андре.

Часовые же облегченно вздохнули, не чувствуя угрозы в маленьком и безобидном существе.

Перебирая маленькими ножками, дух медленно прорывался через снег, пытаясь добраться до лагеря. Получалось пройти через большие снежные сугробы, для маленького духа, с большим трудом. Ему приходилось постоянно рыть себе проход, чтобы хоть как то подойти к лагерю.

Осознавая всю ситуацию, Андре наконец-то пришел в себя. Обычно, духи никогда не выходят к людям, ни при каких обстоятельствах. Их пища это в основном древесные соки и питательные вещества почвы, в то время как сами они не годятся в пищу ни травоядным, ни хищникам. Они не нуждаются в пище, пока живет лес, и никто на них не охотится.

Так почему же, именно этот дух решил выйти к людям? Андре подозревал, почему именно.

Выйдя за пределы лагеря, командир подошел к маленькому существу, что есть сил пробирался сквозь сугробы. Схватив его за мягкую шкирку, Андре поднес его к лицу и начал внимательно разглядывать его.

Маленькие точки в маске посмотрели старику в глаза. В его точках, Андре разглядел что-то иное, кроме инстинктивных мыслей, он не боялся и вел себя спокойно, ему даже удалось разглядеть в этих точках нечто похожее на разумность. Сложно судить об этом, оценивая то, что даже глазами назвать сложно.

Но его череповидная маска показалась ему знакомой, будто бы он уже видел кого-то с точно такой же личиной. Но он в упор не мог вспомнить, кто это мог быть.

Отлично понимая, что этот дух вполне может стать его ключом в поиске предвестника, он положил маленькую куклу себе в карман. Подойдя к часовым, Андре коротко произнес.

- Вы ничего не видели.

- Ч-то? - Недоумевали солдаты.

- Вы ничего не видели. - Более грозно повторил Андре, после которого получил удовлетворительный ответ.

...

Прогулка закончилась очень быстро, найдя духа, он мигом удалился в свой шатер. Сидя на стуле и держа в своей руке лесного духа, его мысли вернулись к теме с предвестником.

"Дух, чья маска приняла форму того, за кем следует. Это очень редкое явление, такое встречалось только в летописях, а свидетелей этого события уже давно нет в живых. Среди простого народа, это встречается реже, чем у предвестников, даже учитывая, что они появляются раз в столетие. Таким образом, можно сказать, что прямо сейчас на острове появился либо обычный человек, что сумел приручить духа, либо гость из иного мира сейчас где-то бегает по лесам Аркнея.

Везение, не иначе как моментное везение помогло мне подобраться к предвестнику как можно ближе. Я буквально дышу ему в затылок."

...

Ставка Харальда.

Утро, не самое благоприятное время для орков, но ситуация вынуждала их работать круглосуточно. Во время вчерашнего нападения на их лагерь, враг сумел уничтожить восточные укрепления на берегу реки, тем самым ставив их в очень уязвимое положение. Стены сильно обгорели и норовили развалиться прямо на глазах, а ворота испепелили на прочь.

Требовалось срочно восстановить укрепления и посменная работа уже не канает. Время сильно поджимает, так что к работе подключили всех кого только смогли, всех орков и людей без исключения. Работа кипела во всю. Близлежащий лесной массив сократился еще сильнее, деревья массово срубались, обрабатывались и доставлялись к строящемся заново стенам. Вскапывалась земля вокруг стен, создавая ров с водой, а освободившаяся земля шла на укрепление внутренней части стены.

Воздух вокруг восточных ворот наполнился не приятным шумом и запахом пота тысячей работяг.

- Не стойте столбом! Не отлынивать, тащите бревна, землю и инструменты! Быстрее! - Подгонял орков Снаргр, лично наблюдая за развернувшейся работой.

Местами давал пинка под зад, а где-то хватало и простого предупреждения, ор выше гор. После вчерашней битвы, орки сразу же приступили к восстановлению стен, всю ночь они не покладаю рук чинили несчастные стены, от чего к утру их силы были уже на исходе. Северяне были не исключением, и так же начинали валиться с ног, засыпая прямо на ходу.

На стройку были привлечено множество людей и целая ночь. К утру, можно сказать, работа была уже окончена и через некоторое время удалось выбить время для отдыха солдат людей и орков.

Постоянно надрывая свои голосовые связки, Снаргр утомился. Присев на мешки с припасами, он наконец-то смог отвлечься от этой стройки. Шум работ начал стихать и люди начали искать укромные места для спокойного сна. Даже для северян такая нагрузка оказалась тяжелой.

Снаргр так и не смог насладится покоем, как его окликнул грубый басистый голос. Обернувшись, военачальник увидел самого Харальда, что подходил к нему с перевязанной рукой. Да уж, вчерашняя диверсия базы, не осталась бесследной даже для великого северного конунга.

- Снаргр... - снова произнес тот, подходя к нему.

- В чем дело, что вы решили лично подойти ко мне? - Лениво произнес военачальник.

- Мои следопыты кое-что выяснили. Огромная пушка, которую притащили ведроголовые, вошла в речную бухту.

Это все, что сказал Харальд, но большего для понимания и не требовалось. Снаргр сразу смекнул, к чему ведет конунг и сказал.

- То есть, враг использует танкер как лафет для той пушки, и используя реку в качестве дороги, чтобы подобраться максимально близко к базе. Еще одна проблема подоспела. - Огорчился Снаргр. - Если противник решился использовать эту дрянную пушку, значит все таки придумали как его использовать. Проблема, большая проблема. Надо бы хорошенько в этом разобраться. Присаживайтесь и расскажите мне все, что вы смогли узнать.

Харальд подошел и сел рядом со Снаргром и начал просвещать союзника всей добытой информацией.

- Враг собирается с силами и готовится выступать на наш лагерь. Судя по всему, вечером они выдвинутся всей своей армией.

- Вечером, сегодня? - Удивился Снаргр, услышав эти слова. Харальд согласно кивнул, подтверждая эти слова. - Слишком быстро, их будто бы волки за задницу кусают. К чему они так торопятся?

- Это еще не все, следопыты заметили, как ведроголовые снаряжают корабли и готовят их к отплытию.

- Что? - На этот раз, Снаргр выразил не просто удивление, но искренний шок. Он догадался, к чему все ведет. - Твою мать! - Обозленно прокричал Снаргр, вскакивая со своего места. Отойдя в сторону он начал напряженно ходить из стороны в сторону, попутно выкрикивая. - Черт возьми, Андре! Это уже не смешно! Твою мать... - Скрепя зубами, он пытался сдержать весь гнев внутри себя.

- Они догадались о подходе нашего подкрепления, вот и торопятся. - Огорченно произнес Харальд.

- Вот именно, но как! Каааааак... я не понимаю! - Хватаясь за голову кричал Снаргр, привлекая к себе всеобщее внимание.

- Их танкеры, скорее всего отправятся на встречу к нашим основным войскам, что на пути сюда. Если мы ничего не предпримем, то проиграем. Есть мысли? Все же тебе лучше знать об их военной науке. - Конунг хоть и был раздосадован такой новостью, все же отлично держал себя в руках. Слабость в такие моменты не допустимая ошибка.

Снаргр пытался понять, как Андре сумел догадаться об их планах.

Он пытался успокоить себя тем, что следопыты ошиблись и корабли готовят для отступления, но это настоящая брехня. После вчерашней уверенной победы, людские войска точно не станут отступать, наоборот, будут продолжать давить на них, всеми своими силами.

Оставив бесполезные размышления, Снаргр начал думать над тем, как бы противостоять вражеской армии, которую возглавляет лично Андре.

Успокоившись орк подошел к конунгу и, с явным сомнением на лице, начал проговаривать.

- Скажу честно, мы в полной заднице. Танкерам мы противостоять не можем, с нашим то мизерным флотом. Нам придется сконцентрироваться на обороне лагеря. И то, что я буду предлагать, может помочь нам, но их армию возглавляет лично Андре, поэтому, ничего не гарантирую.

Харальд устало посмотрел на орка и произнес.

- Мы сейчас в таком положении, что нам больше не из чего выбирать. Поэтому, я выслушаю твой план.

...

Из-за качки, уставшие и залипшие глаза начали медленно открываться, постепенно открывая взор к голубому небу, затянутый снежными кронами деревьев. С начало было не понятно, что вообще происходит. Тряска была не понятной, спиной чувствовалось пара непонятных палок, что держали его в воздухе. Но звуки хлюпающей грязи, подсказывали, что происходит. Стало еще яснее, когда перед глазами появился человеческий облик. Глаза зацепились за железный подбородок и плечи скрытые под черным плащом.

- Эээ... - Раздалось кряхтение, после которого подбородок сменился стальным черепом.

Тряска закончилась и прозвучал грубый женский голос.

- Он проснулся? - В ответ череп, что смотрел на него, кивнул. Показалось лицо той самой женщины. - Пьер, ты как? Живой? Самочувствие?

Рыжие волосы начали свисать над его лицом, украшая небо, словно языками пламени. Рассеченное шрамом лицо с беспокойством смотрело Пьеру в лицо, осыпая его различными вопросами, но на них он не обращал внимание. Его внимание привлекли рыжие волосы этой девушки. Этот огненный цвет волос и изумрудное око, были ему до боли знакомы.

- Софи? - Ослабшим голосом Пьер выдавил из себя ее имя.

- Ты как? Говорить можешь?

- Софи, это ты? - Повторил он, не до конца веря своим глазам.

- Да, да, это я. - Подтвердила она.

Попытавшись встать на свои ноги, он осознал, что весь закутан в плотную ткань, словно младенец. Для него это был настоящий нонсенс, он знал, что со стороны выглядел как бесполезный старик, но как будто и этого было мало и Пьер внезапно обеспокоился за свои доспехи Мотельхейм и меч Адельхейм. Факт пропажи доспехов и оружия, моментально пробудил Пьера и тот начал требовать отпустить его на землю, что Черепоголовый не замедлительно и сделал.

Оказавшись на своих двоих, рыцарюга почувствовал слабость во всем теле и покачиваясь пытался удержаться на ногах. Ему в этом помогла Софи, схватившись за его руку, она придерживала его, вместе с тем задавая очередную порцию вопросов подкрепленные чувством беспокойства.

- Эй, эй, ты как? Тебе нельзя напрягаться. Ты словил не хилое обморожение.

- Софи, что? Где мы? Что случилось? - Пьер хотел как можно поскорее отбросить замешательство.

- Когда ты оказался на острове, то получил обморожение. Мы подхватили тебя уже без сознания... Ты уверен, что у тебя есть силы нормально мыслить? - Софи посмотрела Пьеру в бегающие глаза.

- Доспехи, где Мотельхейм, где Адельхей?

- Все здесь, вот... - Успокаивала девушка, показывая на крупный мешок перекинутый за спину Черепоголового.

Черепоголовый взял мешок себе в руки и вытащил оттуда топхельм с голубыми полосами, показав его старику, он наконец угомонился.

- Софи, где мы? - Поняв, что доспехи в надежных руках, он задал следующий вопрос.

- Мы уже скоро должны будем добраться до основных сил на южном береге. - Проинформировала та.

Более ясным взглядом осмотрев компанию, что окружает его, он начал задаваться еще большим количеством вопросов.

Эосфороса он помнить еще с турнира в Зендере, тогда он показал себя хорошим воином. Но он никак не ожидал увидеть его в компании с Софи. Но больше вопросов вызывала маленькая девочка что держалась за спиной черепоголового и робко посматривала на Пьера. Откуда она здесь, как тут оказалась и что делает? Это вызвало в голове старика не большой конфуз.

- Кто ты?

- Это Жанна, - за нее ответила Софи - она тут приключений захотела и оказалась здесь. Пришлось спасать ее из варварского плена и сейчас вместе с нами направляется в лагерь.

- Точно, - начал припоминать Пьер - я помню как выбрался на берег, там я встретил тебя, - указал он на Эоса - а потом услышал писк и мы начали искать его источник. Это же ты там кричала?

Вместо слов, в ответ Жанна кивнула.

- Ясно.

- Ладно, нам надо идти. - Перекинув руку Пьера через плечо, она повела его дальше по тропе, остальные пошли за ними.

Группа продолжила свой путь, попутно, Пьер заговорил со старой знакомой.

- Давно же я тебя не видел, Софи. Сколько же лет прошло с момента нашей последней встречи?

- Лет десять наверное, не уверена. Но тогда твоя борода была бурой, а не серой, это я скажу точно. - Улыбчиво ответила она.

- Да уж, много времени прошло, по тебе видно, ты за эти годы через многое прошла. Но знаешь, ты осталась все такой же заботливой. - Посмеиваясь говорил Пьер, чувствуя радость встретить знакомое лицо и вспомнить старые добрые времена.

Бестия широко улыбнулась и сказала.

- Ну как же еще поступить со стариком. Ты надеюсь в штаны не срешься?

- Ха-ха-ха-ха! - Громко засмеялся старик, оценивая ее шутку. - хе-хе... пока еще держусь. Химеры мне еще не страшны. А сама-то, детей еще не нарожала? А то пора бы уже, сама же говорила, что хотела бросить авантюризм, остепениться и засесть где-нибудь со своим Гастоном.

Да уж, помню как твой паренек постоянно просил меня научить владеть мечом, хотя даже держать его в руках не умел. А Вероника всякий раз просила рассказать интересную историю, как маленькая девочка. Правда, девочкой она и была, боюсь представить, в какую красавицу она вымахала. Мда, кстати, где Гастон и Вероника, да и вообще все остальные? Из отряда "Сундука" я вижу только тебя.

Софи промолчала, моментально в воздухе повисла тяжелая тишина, что несколько озадачило Пьера. Взглянув на нее, он увидел, как улыбка быстро сползла с ее лица. Мрачным голосом она сказала.

- Они мертвы.

Глаза старика дернулись и широко открылись от удивления, которое быстро сменилось печалью. Эти пара слов пронзили сердце старика, вызвав неимоверную боль, скрытую за сморщенным лицом, что помрачнело от осознания того, что близких своему сердцу людей он больше не увидит.

- Мне жаль. - Только эти два слова он сумел выдавить из себя.

Раненное сердце не позволяло ему больше говорить, шок парализовал его ум. Казалось бы радостная встреча, обернулась мрачной атмосферой.

- Мне тоже. - Ответила Софи.

Дальше, группа шла абсолютно молча, полностью растеряв настроение для дальнейшей беседы.

Внезапная новость, произвела на них неизгладимое впечатление, Пьер очевидно был расстроен такой потерей. А Софи вспомнила то, чего так хотела забыть.

Но к счастью или нет, думать об этом времени уже не было. Деревья на пути редели все чаще и чаще, пока группа не вышла на чистую заснеженную поляну. Место, куда они вышли, было со всех трех сторон окружено сплошными лесами, что уже начинали мозолить бестии глаза. Но немного оглянувшись, в поисках прибрежной зоны, она заметила широкую и пустующую полосу, по которой тянулась поляна.

Приглядевшись в даль, Софи заметила желтые верхушки палаток, что торчали из-за горизонта. Оглянув всю группу хмурыми глазами, она тихо произнесла.

- Пришли.

Отряд двинулся дальше, к лагерю. Большая часть пути уже была пройдена и какие-то сто метров были преодолены быстро и даже не заметно для самих путников. Навалившийся снег вовсе не мешал им, ведь цель их пути была уже прямо на их глазах.

За несколько минут, они приблизились к лагерю достаточно близко, чтобы рассмотреть весь его масштаб и чтобы часовые взяли их на мушку и их крик был слышан для новоприбывших.

- Стоять на месте! Кто вы такие!? - Выкрикнул один из троицы солдат.

- Не стреляйте! Мы свои! - Откликнулась Софи.

Услышав эти слова, один их часовых нашептал что-то в ухо другому, после чего тот убежал, а оставшиеся двое продолжали держать прибывших на мушке, приговаривая.

- Сейчас мы это и узнаем! Стойте на месте и не рыпайтесь!

Софи не ответила, но провоцировать часовых не стала.

Пришлось дожидаться пока не придет местный военный библиограф. Но даже когда он пришел, помочь не смог. Оказывается, что библиограф занимается тем, что ведет учетную запись обо всех кадровых военных. Записывает их имена, полагающуюся заработную плату за те или иные заслуги, а в случае смерти этого бойца, его имя вычеркивалось из списка. Но кто будет записывать имена временных бойцов-ополченцев. Поэтому при опознании гостей возникли некоторые проблемы, которые разрешить так просто не удавалось.

Часовые никак не хотели реагировать на снаряжение и внешний вид странноватой группы. Считали, что они могли просто снять обмундирование у солдат из их войска и под их прикрытием проникнуть в лагерь. Чудо, что солдаты просто не пристрелили их еще на подходе.

Стоит отдать должное, лагерь охраняют люди, знающие свое дело.

Еще некоторое время ушло на осмотр вещей, которые были честно украдены из варварского лагеря. Но когда те увидели доспехи Пьера, сильно засомневались. Дальше пошел допрос, после которого Софи, что была единственным человеком, который мог ответить на все их вопросы, выложила им все как есть, начиная с момента крушения флота и заканчивая успешной диверсией в лагере противника.

После вполне правдоподобного рассказа, часовые поняли, что перед ними стоят их союзники, но на этом приключения в лагере не закончились.

Пьера отправили в лазарет, где тот начал восстанавливать свои силы, Жанну отправили туда же, но уже в качестве помощницы лекарей. А вот Эоса и Софи отправили на ковер прямиком в командирский шатер. Те даже понят ничего не успели как уже сидели за столом, в компании Пьера и его элитных гвардейцев в полных доспехах.

- То есть, вы хотите сказать, что незаметно проникли во вражеский лагерь и устроили там диверсию? - Вновь переспросил коннетабль, хотя уже прочел отсчет от часовых и знал об этом. Но ему хотелось услышать это собственными ушами.

- Да, так и есть. - Слегка слукавила Софи, упуская не нужные для публики детали.

О своей силе элементаля бестия старалась промолчать, если не соврать. Об этой силе не нужно знать посторонним, иначе рискует привлечь к себе не нужное внимание. Насколько ей самой было известно, она единственный гибрид человека и элементаля на всем Сапфире.

- Вот как. Значит, вам удалось уничтожить целый склад, начиненный запасами пороха. Ну надо же.

- Да, это так, господин. - Слегка занервничала Софи, совершенно не ожидавшая встречи с такой персоной.

Но Андре выглядел так, будто бы совершенно не был заинтересован такой ценной информацией. Еще с самого начала, как они вошли в шатер, командир не сводил глаз с Эоса. Даже сейчас он продолжал таращится на Безликого, от этого он немного напрягся, чувствуя на себе сильное давление.

- А этот человек, он что, язык проглотил? - Произнес Андре, намекая на постоянно молчаливого Эоса.

- Он... немой. - Запнувшись ответила Софи, мельком поглядывая на своего соратника.

Андре оставался хладнокровен и почти никак не отреагировал на эту новость, лишь фраза "Вот как" вышло из его рта.

- Должен признать, вы произвели на меня впечатление. - По выражению его лица так не скажешь. - За ваш подвиг полагается большая награда. Но вам придется повременить, пока мы не уплывем с этого острова с победой в наших руках. У меня для вас есть предложение.

- Мы вас внимательно слушаем, господин.

- Раз уж вам удалось проникнуть во вражеский лагерь, почему бы вам не сделать это снова? Думаю вам не составит труда, устроить саботаж в стане врага. Противник запаникует и у нас появится преимущество. Как вам такое предложение?

Смотря на парочку недоумевающих лиц, он ждал от них ответа.

Софи краем глаза посмотрела на соратника, который в ответ посмотрел на нее. Увидя в ее глазах некоторое сомнение в принятии решения, он развеял их одним лишь согласным кивком. Со стороны это мало что значило, но Софи поняла, что Эос отступать не намерен и готов ломится в бой, а бестия, как его телохранитель, должна находиться рядом с ним, при любых обстоятельствах.

Вздохнув, она посмотрела на Андре и дала свой ответ.

- Мы согласны. Но будет сложно, если мы сейчас же двинемся во вражеский лагерь. Как мы уже говорили, вчерашний день выдался сложным. - Поделилась своими опасениями Софи.

Андре успокоил их.

- Насчет этого не беспокойтесь. Времени у нас хоть и мало, но отдохнуть вы успеете. Я выделю для вас лучшие места, которые только может предоставить наш лагерь, вы насытитесь, отоспитесь. Еще я слышал, что вы Софи, были ранены и до сих не оправились от увечий.

Внезапно, напряженная атмосфера улетучилась и бестия заговорила более дружелюбным тоном.

- Да, несколько ребер потрескалось. Но ничего страшного, я уже и боль не чувствую.

- Хорошо, но все же я направлю к вам лекаря, он о вас позаботится. Необходимо, чтобы сегодня вечером вы оба были готовы выдвинуться к вражескому лагерю, отправитесь впереди основных сил и устроите диверсию у противника за спиной. Что делать вы и сами хорошо понимаете.

- Сориентируемся на месте, можете положиться на нас. - Уверенно ответила Софи.

- Хорошо, сопроводите их к шатрам и предоставьте все необходимые удобства. - Приказал Андре стоявшим позади стражникам.

- А что будет с Пьером? - Поднимаясь с места спросила Софи. - Он еще слаб, не отправите же вы его на бой?

Тот с начало не понял о ком идет речь, но потом начал догадываться.

- Пьер? Старик который пришел с вами? Насколько я помню, он не состоит ни в одном из военных формирований. Здесь он имеет статус наемника, хотя ему ни кто не платит, так что ему самому решать, как поступить.

- Ясно... тогда позвольте удалиться. - Коротко ответила она.

Развернувшись, они оба уже хотели покинуть шатер, как Андре окликнул одного из них.

- Эсофорос, можешь задержаться не надолго?

Безликий остановился у выхода и озадаченно посмотрел с начало на коннетабля, а затем на Софи, в надежде получить от нее хоть какое-то наставление, ибо сам не понимал, как вести себя со столь важной персоной. Но ответ не оправдал его надежд.

- Буду ждать тебя с выпивкой.

Сказала она и тут же вышла на улицу.

Поняв, что здесь и сейчас он совсем один, ему пришлось сесть обратно за стол. Андре окинул его внимательными глазами, будто бы искал в нем какой-то не понятный подвох, как и до этого. Командир наверняка что-то подозревал, но Безликий не мог понять, что именно. Много деталей в его образе вызывают вопросы. Его каменные с виду доспехи, блестящий череп, черный облик. Для простого обывателя, такое снаряжение довольно экзотичное.

Но Андре продолжал просто молчать и смотреть на Эоса заинтересованным взглядом. Его глаза сверлили титановый череп на сквозь, оценивая его.

Немое и статичное молчание прервалось тем, что Андре наконец зашевелился. Сунув руку в карман, он достал оттуда бледную куклу и положил ее на стол.

С начало Безликий не понял, что это было, но когда эта самая кукла встала на ноги и показала свою маску, он не поверил своим глазам. Чертенышь, только завидев своего спутника, тут же побежал через весь стол к Безликому.

Эос мягко подхватил Чертеныша на руки и начал разглядывать его на предмет ранений. Все кукольное тело было целым, без единого намека на раны или шрамы. Увидев эту картину, Андре широко заулыбался, явно догадываясь о чем-то, но Эос был в замешательстве и не мог понять, о чем думает командир.

Словно гром среди ясного неба, послышался голос прервавший тишину.

- Свободен. - Скомандовал Андре, не переставая улыбаться при этом.

В сопровождении охраны, Безликий в полном недоумении покинул шатер.

...

- Ну ты как? - Поинтересовалась Софи, попутно садясь за соседнюю койку.

- Умирать пока не собираюсь. - Ответил он, приподнимаясь с места.

- Ну и отлично. Я спросить хотела. - Застенчиво заговорила бестия.

- И о чем же?

Софи несколько секунд просто промолчала, потирая вспотевшие руки о колени, она все же собралась с силами и решилась задать волнующий ее вопрос.

- Ты ведь не собираешься идти в атаку? - С надеждой в голосе произнесла бестия, всем своим сердцем, надеясь, что этот больной старик не отправится в бой.

- Что? - Пьер вопросительно захлопал глазами. - Ты надеешься, что я останусь здесь?

- Да. - Голос Софи дрогнул. - У меня, почти никого не осталось, только ты и сестра. Я и так уже многих потеряла, не хочу чтобы и ты умер. Прошу... останься здесь. - Молясь говорила Софи.

Всем своим видом она напоминала молящуюся девушку, стремящаяся защитить то, что дорого ее сердцу. Сама того не замечая, она сжала вздрагивающие колени и положила на них руки в молитвенной форме. Склонив голову, она видом умоляла Пьера остаться здесь, дабы тот не рисковал своей жизнью, иначе Софи вновь почувствует боль, которую испытала десять лет назад.

Сев на свою койку, Пьер положил руку на плечо Софи, от чего та дрогнула, но поднимать голову не стала.

- Тебе страшно? - Мягким голосом спросил Пьер.

- Да. - Тихим голосом ответила Софи.

- Мне жаль, что тебе пришлось пережить это в одиночку, что меня не было рядом в эти моменты. Прости, что не смог помочь тебе. Прости... но отступать я не собираюсь. - Казалось, после этих слов, Софи сжалась еще сильнее, чувствуя боль внутри себя. - Я отправлюсь в бой, я должен сделать это, не только ради Сомерсета. Я не могу просто сидеть сложа руки, пока ты рискуешь своей жизнью. Сражаешься ты, сражаюсь и я.

- Ясно... - Бросила она.

- За меня можешь не беспокоиться, старому скваеру еще рано умирать. Вот увидишь, мы еще встретимся и больше я от тебя ни на шаг не отойду.

- Обещай мне... обещай, что так все и будет.

- Обещаю. - Ответил Пьер, на требование.

Подняв голову, бестия посмотрела на скваера глазами наполненные печалью и в тоже время надеждой. Софи сразу же накинулась на шею Пьера, заключая его в крепкие объятья. Пьер ответил взаимностью и обнял ее, тихо приговаривая.

- Все будет хорошо, обещаю.

Тень 23.

Солнце клонилось к закату, войска, что успели выспаться лишь от части, с сонными лицами постепенно выстраивались на берегу идеальными рядами. Мушкеты и пики полнили песчаные земли, постоянно увеличиваясь и занимая большую площадь. Ряды пополнялись армиями рыцарей, красные и голубые цвета заполонили фланги королевских войск.

Некоторые палатки были разобраны за не надобностью, возвращаться в этот лагерь, основные силы не намерены. Не тронутым осталась лишь лазаретная зона, где разместили всех раненых солдат и пару сотен выживших в кораблекрушении кнехтов. По сути эти кнехты оставались единственными защитниками лазаретной зоны.

Время близилось к отправке войск на марш бросок на прямую к вражескому лагерю. Но перед этим нужно было сделать несколько вещей, а именно сопроводить сенешаля Эриксона с его флотом.

Граф-магистр, Фридрих, Андре, Флюгер и гвардия охранявшая их, собралась у берега, провожая Форсетского сенешаля в путь.

- Что ж, мне остается пожелать вам удачи, сенешаль Эриксон. - С фальшивой улыбкой говорил Андре.

- Если это спасет мой родной Форсет, я готов отправится хоть в ад. Но не думайте, что я не вернусь. Постараюсь возвратиться как можно скорее, и принести всему северному берегу весть о нашей всеобщей победе. - Воодушевленно заявлял Эриксон.

Сейчас, когда битва уже у порога, он совершенно позабыл об обидах, связанные с угробленными танкерами. Думал он совершенно о другом и старался настроить себя на грядущую битву.

- Мы будем ждать вас во вражеском лагере, со всеми возможными почестями. Ведь главная угроза, будет уничтожена именно вашими руками.

- Вы мне льстите, господин Андре. - Засмущался Эриксон, но в голове уже представлял, как его будут встречать шумной компанией и пирующим столом.

- Эта битва войдет в историю как славная битва северных рыцарей. Я не сомневаюсь, что о нас сложат не одну легенду. Наши потомки запомнят эту победу на долгие века. - С упоением заговорил Фридрих.

Но граф-магистр, одна из наиболее влиятельных личностей, просто молчал. Такой жест с легкостью мог оскорбить знатного человека, но из-за его высокого статуса, никто не посмеет сказать ему что-то наперекор. Эриксон, в попытке развязать Филипу язык, правильно выверяя свои слова, шутливо произнес.

- Граф-магистр Филип, не ужели вы ничего не сказав отпустите меня на бой?

Фридрих и Андре заулыбались, ожидая ответ от Филипа. Тот молчать не стал и сказал.

- Желаю вам удачи на вашем пути и скорейшего возвращения. Как господин Андре правильно выразился, мы будем ждать вас в лагере варваров.

- Ладно, позвольте откланяться. - Завершая сказал он, надевая на голову шлем с зелеными узорами.

Развернувшись, он направился к вышедшей к берегу лодке с парой рыцарей на борту. Сев на нее, маленькое судно замахало веслами и направилось к огромным танкерам, на фоне которых шлюпка выглядела маленькой мышью. На прощание сенешаль бросил последние слова.

- Если намерены встречать меня, накройте стол для пышного пира на вражеских костях! - Все в той же шутливой манере произнес Эриксон.

Сопроводив его множеством взглядов до самого момента, пока он не поднимется на корабль, Флюгер шепнул на ухо своему командиру.

- Точно, надо бы и наших диверсантов сопроводить.

Сказал он и обернулся к двум персонам, что стояли позади них и ждали, пока Андре не отправит их в путь. На самом деле они и без этого могли двинуться к стану врага, но сам Андре настоял на том, чтобы те ушли после его благословения. Так и решили сделать.

Двое сервитов стояли в полном обмундировании. Безликий как и прежде носил свой плащ, под которым скрывалось куча оружия, которое сложно было рассмотреть. Софи облачилась в прежнюю красную бригантину с черно-белым котом. Копье осталось неизменно тем же, но дополнился еще колчаном с пачкой стрел и составным луком.

- Господин Андре, ждем ваших указаний. - Произнесла Софи, стоя в выверенной строевой стойке.

- Так значит это они, вчера проникли на вражескую базу. Удивительно, не иначе. - Изумленно сказал сенешаль Фридрих, при виде этих двоих.

- Верно, если у них удастся совершить задуманное, то наша битва сильно облегчится. Пожелаем же им удачи на их пути. - Произнес Андре, наталкивая каждого командира пожелать им успехов в операции.

Первым начал говорить Фридрих.

- Что же можно вам такого пожелать? Ну солдатики, мы с вами союзники и этот конфликт сблизил наши народы. Уверен, вам есть кого защищать и к кому вы хотите вернуться. Столь умелых диверсантов в армии еще поискать, поэтому, желаю вам вернуться живыми и невредимыми.

- Вернемся, выполним задание и не посмеем умереть. - Воодушевилась бестия, ведь ей действительно есть к кому возвращаться.

Жаль что того же самого не скажешь о ее соратнике.

- Вот и хорошо. - Тепло отозвался Фридрих.

Подключился и Филип.

- Мне тоже стоит сказать вам на дорогу, будьте бдительны и осторожны. Пусть вы и сервиты, вы остаетесь людьми, если вас возьмут в клещи, то выхода к отступлению они вам не дадут. Держитесь тени... Хотя, я же в этом ничего не понимаю, в отличие от вас.

- Мы сделаем все как надо. Можете не сомневаться в нас. - Ответила Софи.

- Отлично.

- Думаю вам пора. Смотрите не встретьте на пути следопытов или орков. - На последок сказал Андре, после которого двое сервитов уже собирались уйти, но Андре добавил еще кое-что. - Возьмите это, прочтете по пути.

Сказал он протягивая сложенный лист бумаги. Робко приняв его, Софи положила его в свободный карман.

- Хорошо, позвольте покинуть вас.

- Да, конечно.

Наконец-то получив благословение и пожелания, двое сервитов двинулись через всю армию, им предстояло пересечь половину острова и незамеченными проникнуть на базу врага. Нельзя терять время. Поредевшие палаточные улицы, в которых собрались кнехты, быстро прошмыгнули мимо бегущей пары. Ряды солдат быстро сменяли друг друга, пехота заменилась конницей королевской армии, затем и рыцарями Сомерсета, пока ряды армии не сменились белоснежной поляной и густыми лесами, накрытые темной вуалью звездного неба.

Сервиты планировали идти по тому же пути, по которому пришли в этот лагерь. Но на секунду те остановились, заслышав оклик.

Софи тут же обернулась и глазами отыскала того, кто остановил их коротким выкриком.

- Софи! - Крича подбегал Пьер к остановившийся паре сервитов.

Двигался этот старик уверенно и без намека на обморожение или слабость. Весь облачен в Мотельхейм, а на поясе болтался его легендарный меч Адельхейм, всем своим видом он буквально говорил, "Я готов сражаться и уничтожать врагов Сомерсета!". Но на лице таких эмоций не виднелось.

Софи, увидев бегущего к ней старика, подбежала к нему и первым делом поинтересовалась о его здоровье.

- Пьер, как ты?

- Не нужно опекать меня так сильно. Я старик, а не ребенок. - Отмахнулся тот, улыбаясь бестии в ответ.

- Хорошо. - Взволнованно проговорила та. - Значит, все таки собрался воевать.

- Ты еще не успокоилась? Говорю же, все будет хорошо. Как только закончится эта битва, тебе больше не придется так переживать. - Уверенным тоном, Пьер утихомиривал беспокоящуюся Софи, подкрепляя это яркой и веселой улыбкой. - Обо мне не беспокойся, меня определили на танкер с той огромной пушкой. Ты лучше позаботься о себе, не думай о лишнем.

- Знаю я. - Ответила она, отвечая на улыбку Пьера взаимностью. - Не забывай, ты обещал мне вернуться.

- Помню-помню, но и ты тоже пообещай мне, что вернешься целой и невредимой.

- Обещаю. - Сразу же ответила Софи, после которого кинулась в объятья.

- Вот и умница. - Ухмыляясь Пьер обнял ее в ответ.

Так бы они и простояли целую вечность, не желая отпускать друг друга в опасное приключение, но время не бесконечно и мир ждать не мог. С трудом отпрянув друг от друга, они начали постепенно отдаляться, постоянно озираясь по пути, пока сервиты не начали свое движение полным ходом. Очень скоро они скрылись в чаще леса.

Пьер проводил их взглядом и когда он потерял их из виду, развернулся и побрел к танкеру, к которому его и определили.

...

Ставка Харальда.

- Тащи! Давай! - То и дело слышались громкие выкрики, направленные на ободрение духа северян, что на собственных плечах несли свои драккары.

На один корабль приходилось несколько десятков человек, несшие гибкие корпуса тяжелых кораблей на другую сторону от северной части островка. Протянутые с острова к берегам мосты были слишком низкими, для того, чтобы под ними мог проплыть драккар или орочий винтик, которые должны находиться на юге от островка.

Согласно плану Снаргра, людской танкер нельзя подпускать слишком близко. Его необходимо встретить на пути и остановить его движение, а по возможности и вовсе потопить его, что является той еще задачкой. Но это была забота уже не Снаргра, а Харальда, ведь именно его воинам, как мастерам в штурме, выпала честь, сразиться с Форсетским кораблем и его экипажем.

А сам Снаргр взял на себя задачу чуть сложнее, ему предстоит генеральная битва с самим Андре и его королевским войском. Он был практически уверен в том, что предстоящая битва будет самой сложной в его жизни. До этого он постоянно сражался с Герпширскими солдатами и с переменным успехом, когда он накопил приличный опыт, начал побеждать их, но Андре, о котором он так много слышал, фрукт совершенно иного сорта.

Он не знал, сможет ли вообще победить в этой схватке, но решил, что выжмет весь потенциал из орочьих стрелков и варварских воинов. Так просто сдаваться они точно не собирались.

- Босс! - На бегу прокричал подчиненный Снаргра. Подбежав, он встал на одно колено и начал докладывать. - Людские войска выдвинулись из лагеря. Основная армия разделилась на две части и движется по центральной и восточной дорогам. Их цель восточные примостные укрепления. Остальные войска, а именно Герпширские рыцари остались в лагере.

- Начинается. - Тихо проговорил Снаргр. - Свободен. - Подчиненный встал с колена и убежал. Повысив голос, он обратился ко всем своим воинам, что с не терпением ждали битв, собравшись на площади у медового зала. - Слушайте сюда, воины мои, наконец-то нам выпал шанс продемонстрировать мощь нашего оружия и нашего ума! Встретим врага огнем и сталью! Вперед, к восточным воротам!

9000 орочьих морд взорвались ликованием и восторгом. Наконец-то, настоящая битва ожидает их и они уже во весь опор движутся к ней. Развернувшись, не нарушая строй, шумная армия здоровенных орков в черных панцирях и вооруженные продвинутыми мушкетами, двинулись через мост к восточным воротам.

Остальная тысяча, разочарованно наблюдала за тем, как их сородичи с веселыми рожами покидают лагерь. Два по пятьсот стрелков остаются в лагере по приказу самого Снаргра, для защиты лагеря, на случай, если вчерашние диверсанты вдруг решат вернуться.

- Снаргр! - Окликнул его Харальд.

Взобравшись на своего ездового кабана, чью морду закрыли дополнительными листами стали, Снаргр выхватил боевой молот и сказал Харальду на последок.

- Конунг Харальд, продолжайте транспортировать оставшиеся корабли на другой берег! И когда закончите с этим, пусть две трети ваших воинов отправятся на встречу танкеру! А одна треть, пусть будет лучниками и останется защищать лагерь! В обороне вам помогут мои стрелки. А если диверсанты вернутся... вы ведь справитесь с ними?

Наклонившись к конунгу, с сомнением в глазах и голосе произнес Снаргр, смотря на его раненую руку. Видя неопределенность в этом орке, Харальд продемонстрировал свою уверенность, дополняя это излечившейся рукой. Северянин порвал тряпки, что сковывали его руку, и начал двигать ею, как будто раны и вовсе не было.

- Насчет моей раны... рука полностью излечилась. Те зелья, что хранятся у нас в оставшемся складе, хороши.

Снаргр на мгновение удивился и пораженно сказал.

- Те зелья творят настоящее чудо. - Но удивление быстро сменилось подозрением. - А если те диверсанты вернутся?

Взглянув на кольцо на своей руке, Харальд холодно произнес.

- На этот раз я не проиграю. Их обманка второй раз не сработает.

- Уверены? Хмм... ладно, все равно я не могу посылать войска куда захочу. На счету каждый полк, каждый солдат... Ладно, пора в путь. - Снаргр уже собирался отправится в след за своей армией, но вдруг вспомнил кое-что. - Ах да, я должен поблагодарить вас возможность, сразиться с самим Андре! Я очень волнуюсь, вдруг предстану перед ним не в лучшем свете! Как я выгляжу!?

Столь странный вопрос, особенно в данной ситуации озадачил конунга, но воротить носом не стал. Посмотрев на здоровенного орка облаченного черные панцирные доспехи, вооруженный ятаганом, парой пистолей и боевым молотом в руке. Так еще и верхом на бронированном кабане. Этот образ на долго врезался в память Харальда.

Орки не только любители повоевать и выдумать хитрые механизмы, эстетика в их обществе занимает особое место. Пусть эта эстетика у них своеобразна, но неизбежно производит большое впечатление. Только рядовые орки, выглядят довольно угрожающе, а Снаргр в своих доспехах, выглядит именно как лидер этой армии. Высокий и коренастый орк в темных доспехах и с гребневым шлемом на голове.

- Вы точно впечатлите Андре своим образом.

- Да? Ну тогда я спокоен за свой статус. Ладно, мне пора. Удачи Конунг Харальд.

- Вам того же, Снаргр. - Произнес Харальд на прощание, машущему рукой орку, что поскакал на лохматом кабане.

...

Южный берег.

Сенешаль Фридрих выверял нужный момент, чтобы его армия была готова выдвинуться. Герпширские рыцари рассыпались по лагерю делая вид, что защищают оставшиеся лазаретные палатки, ибо сенешаль опасался того, что за ними до сих пор наблюдает враг. В перспективе, такой ход должен ввести противника в заблуждение, мол "мы никуда не собираемся, просто обороняем лагерь, вот и все, не смотрите на нас".

Хотя в такой ситуации есть множество нюансов, которые стоило бы учесть. Есть ли у врага тауматурги связисты, сколько их, какую площадь разведки покрывают, способны ли вести воздушную разведку, сколько таких тауматургов или же они обходятся одними лишь пешими солдатами в качестве разведчиков. Разбираться в этом не было ни капли времени и приходилось действовать решительно, совершенно не ведая о поступках самого врага.

Жаль, но именно что разведчиков тауматургов в рядах союзной армии не было, лишь связисты и машины истребления пехоты врага. А те что имелись, могут принести сведения лишь очень обобщенного формата. Все же никто не предполагал, что ситуация окажется настолько опасной.

Как только королевские войска вместе с Сомерсетскими рыцарями скрылись в чаще леса, Фридрих обратился к рядом стоящему капитану.

- Собирай войска, пора выдвигаться.

- Есть. - Произнес капитан и побежал выполнять приказ.

Выкрики слышались по всей базе и солдаты начали стягиваться к импровизированному плацдарму, потихоньку собираясь с силами.

Молодые рыцари в красных доспехах и с мушкетами в руках выстраивались за спиной сенешаля. Конных воинов в его армии не было, но несколько лошадей все же было припасено для транспортировки артиллерии. Еще одного коня привели к самому Фридриху.

- Ваш конь, господин. - Сказал солдат, протягивая поводья.

Выхватив поводья коня из рук солдата, сенешаль мигом забрался на коня и деловито начал рассматривать собравшуюся армию. Восемь ровных полков собралось перед ним, восемь полков отлично обученных и вымуштрованных солдат и мощная Герпширская артиллерия позади них. Пять пушек и 4000 рыцарей были готовы выдвинуться в бой не медля.

Их лица были взволнованны от предстоящей битвы, но ни один из них даже не помышлял об отступлении или дезертирстве. Они на острове и бежать им не куда, но не только это действовало на них сдерживающим фактором. Орки злейшие враги Герпшира, угрожающие их дому, сейчас находятся на этом острове. Каждый из этих солдат вступал в армию, с мыслью, что рано или поздно ему придется столкнуться с этими тварями и сейчас такой шанс представился.

Пора выяснить, насколько хорошо графский порох и его сталь, по сравнению с орочьими ятаганами и мушкетонами.

- Слушайте сюда солдаты мои! Пришло время припадать урок нашему врагу! Северяне и орки за одно! Одни угрожают нашим кораблям и портам, другие желают уничтожить наш родной Герпшир! Но все они заслуживают только одну участь! Забвения!

В ответ от армии послышалось короткое ликование, согласное с их командиром.

- Наша победа уже предрешена! Идем же к победе! За мной!

С этими словами, сенешаль повел свое войско за собой. Их путь пролегал через реку, где их уже ждали сделанные за весь день плоты, что должны сильно облегчить переход на другой берег реки.

...

Танкер.

Пьер с интересом наблюдал за тем как Герпширские воины переплывают реку на самодельных плотах, пока их окрашенные в красное панцири тускнели в темноте и уменьшались по мере отдаления от них. Танкер сам по себе не скоростное судно, но с "Королевской пушкой" он стал еще более медлительным.

Командование хорошо это понимало и отправило его одновременно с войсками Герпшира. Таким образом, корабль имеет возможность обратиться к двум ближайшим группам армии, для защиты в очень опасных ситуациях. Но если ситуация не так критична, то пяти сотен королевских солдат будет вполне достаточно для зашиты корабля.

А если с ними еще и Пьер будет, то можно сказать, что корабль в полной безопасности. Солдаты на борту не раз удивлялись, когда видели, как легендарный скваер бродит по палубе корабля и оценивает пушку. В Фестуа это довольно известная личность, не для кого не секрет, что Пьер один из самых лучших воинов, которых только видовал этот свет и сейчас он находился с этими солдатами на одном корабле.

Сам Пьер не обращал внимание на то и дело цепляющиеся за него глаза воинов, но эта громадина поражала его воображение. Он уже не раз видел "Королевскую пушку", но каждый раз удивлялся его размерам, особенно удивился Пьер, когда подошел к орудия в плотную. Его взгляда не хватало, чтобы охватить всю пушку своим взором, приходилось опрокидывать и вертеть головой из стороны в сторону, чтобы рассмотреть ее, настолько она была огромна.

По размерам ее можно сравнить с парой городских домов.

Обойдя пушку, Пьер вышел к носовой части корабля, в ту же сторону смотрело огромная черная дыра, иначе, дуло этой громадины. На носовой части корабля, Пьер так же заметил нескольких внушительных существ. Пятеро минотавров наемников почти никогда не покидали корабль, с тех пор как они прибыли на этот остров и рассмотреть их по ближе так же не удавалось.

Сейчас же такой шанс представился. Минотавры сидели у дула пушки, на кучке из мешков пороха и рядом с огромными ядрами, которые были соразмерны самим минотаврам. Зверолюды, будучи наемниками, были одеты в достаточно не плохие доспехи. Корпус облачен вполне человеческие кирасы, только куда большего размера. Руки и ноги покрывают ватники поверх которых тянутся кольчужные одеяния.

Рогатые головы зверолюдей не были ни чем прикрыты, но один из них носил анатомическую пластину на своей голове, что была аналогом человеческого шлема. Похоже этот минотавр был главным среди всей пятерки, но это было заметно не только по его снаряжению, но цвету седой шерсти по всему его телу. Выглядел более крупно и старше своих сородичей.

Минотавров, да и вообще зверолюдей не любят в трех графствах, из-за их очень опасных набегов, в результате которых могли пасть целые города. Но такое явление было скорее исключением, чем нормой, чаще происходили мелкие восстания аристократии. Поэтому к зверолюдам относятся не с отвращением, но искренним опасением.

Лестерский магистрат предпочел бы не впускать этих минотавров в свое графство, но поскольку они пришли вместе с армией, которая пришла к ним на помощь, они не стали привередничать.

В Фестуа к ним относится не лучше, чем в Сомерсете, но куда лучше, чем к тем же людям, подавляющее число которых, это рабы. Все лишь потому, что зверолюды превосходят людей чуть ли не во всем, сила, скорость, зрение, слух. Уступают они только в плане воображения и численности.

Иметь такого, не просто соседа, а сожителя, довольно опасно, но в дело вступают рамки численности и военного перевеса. Чисто гипотетически, если представить, что народ зверолюдей восстал против короны, то зверолюды проиграли бы в этой схватке. За счет военного потенциала и численности, люди одержат победу. Но результаты этой гражданской войны будут не утешительны для обеих сторон.

Зверолюдей, скорее всего поработят и они пополнят ряды рабов. А королевство тем временем, в этой войне потеряет значительную часть своей военной мощи, что в нынешних условиях, просто не допустимо. Враги Фестуа не упустят момент и сразу же начнут войну против истощенного государства. Поэтому и люди и зверолюды держаться нейтралитета, по отношению друг к другу.

Примерно так сложились отношения зверолюдей в королевстве, и именно по этому никто не увидит зверолюда в лице раба в пределах Фестуа.

Пройдя мимо минотавров, Пьер подошел к носу и выглянул на затемненные пейзажи с высоты корабля. Где-то вдалеке виднелись мигающие огни вражеского лагеря. Союзные войска было не возможно заметить с корабля, ночь перекрывала всякий адекватный обзор, но и те факела использовать не стали, иначе бросались бы в глаза.

Пейзажи рассмотреть не получалось, но зато водная дорожка, по которой следовал танкер, зеркалом отражал в себе небесные светила, позволив человеческому глазу определить границы этой реки. Сотня метров поперек, а вдоль уходила то ли до самого горизонта, то ли скрывалась за поворотом, за лесными чащами.

...

Драккар.

- Как там? Видно их нет? - Тихо и осторожно проговорила Лив, сидя прижимаясь к борту корабля, как и сотня северян на драккаре.

Сотня разбросанных в воде драккаров медленно и почти что бесшумно плыли по реке, с поднятыми парусами, чтобы лишний раз не привлекать к себе внимание, а гребла лишь половина из всех весел, чтобы не шуметь и плыть как можно тише. Работает такой способ или нет, не известно, но они проплыли уже пол пути и еще никто не обратил на них внимание.

Отвечая на вопрос Лив, Сигурд осторожно сказал.

- Не знаю, ни черта не видно. - Прошептал тот.

- Жду не дождусь битвы, когда мы уже доплывем? - С не терпением проговорил Аркелл.

Сигурд посмотрел на сына и предостерег его.

- Не забывай, что я тебе говорил. Не геройствуй, держись рядом с нами.

- Да-да...

- Эй вы, а ну заткнулись там. - Шепотом выругался один из посторонних северян, затыкая семейке рты.

Пришлось прислушаться к этим словам, ибо рисковать они не могли. Дальше они двигались молча, стараясь не подвергать опасности остальных своих соплеменников.

...

Танкер.

Пьер пригляделся к тянущейся рекой воде, увидев в ней некие пятна прикрывающий отражение звезд. Это вызвало некоторые опасения в уме, но из-за своей старости он не мог полностью положится на свое зрение. Эти пятна могли появиться просто из-за воображения Пьера, а возможно это просто птицы решили прилечь на воду. А может быть, это враг, на кораблях движется в их сторону.

Чтобы убедиться в этом, Пьер, зная, что все зверолюды обладают обостренным чутьем, обратился к прохлаждавшимся минотаврам. Возможно они единственные, кто может обнаружить врага на таком расстоянии.

- Эй вы, смотрите туда! - Прокричал он, прерывая их разговор "не о чем".

Компания зверолюдей посмотрела на маленького человека с пренебрежением и не собиралась слушаться его указаний. Но вместо молодых, к Пьеру направился тот что постарше. Седовласый гигант медленно подошел к Пьеру и на человеческом языке спросил у него.

- В чем дело?

Не мешкая Пьер ответил.

- Кажется я что-то разглядел, но я не могу полагаться на свои глаза.

Взглянув вдоль реки, куда указывал Пьер, старец начал внимательно всматриваться в пятна, плывущие им на встречу. Минотавры не отличаются своим острым зрением, но их слух значительно превосходит человеческий, именно этой их способностью начал оперировать минотавр-старец.

Его бычьи уши начали дергаться, пытаясь уловить хоть какой-то шум, исходящий от тех странных пятен на воде. Но разговоры более молодых зверолюдей, мешали его слуху. Развернувшись и прокричав что-то на своем, молодые минотавры тут же заткнулись, удивленно посматривая на своего командира.

Только после этого минотавру удалось сконцентрироваться на тихой атмосфере воды. Среди завывающего ветра ему удалось вычленить звуки тихих весел, но звуков прибоя воды о корму корабля не было слышно, поэтому старец сомневался, что это были именно корабли. Он никогда не видел, чтобы судна двигались настолько бесшумно, но решил не рисковать.

Вытащив с пояса рог, он начал трубить в него, издавая тяжелый протяжный горн, оповещающий всех на борту корабля о приближении врага. Старец не был уверен, что это были враги, но лучше ложная тревога, чем смерть. Так он раздумывал.

Люди на борту корабля тут же зашевелились, стрелки поднялись на верхнюю палубу. К Пьеру и минотавру тут же подбежал полковник, что и возглавлял полк из пяти сотен стрелков. В растерянности он начал требовать ответы.

- Что?.. Что случилось? Враг?

Старец указал своей ручищей вдоль реки, где и расслышал странные звуки.

Прильнув к носовой части корабля, полковник пригляделся к далекой воде, пытаясь разглядеть там хоть что-то. И увидел... не только пятна на воде, но и сотни зажигающихся факелов, что осветили собой около сотни кораблей с тысячью варварами на их борту. Несколько тысяч варваров против пятисот королевских стрелков, пяти минотавров, небольшого отряда тауматургов и пары десятков Форсетских матросов.

Глаза полковника раскрылись от удивления. Он предполагал, что враг нападет на них, но не настолько же огромными силами. Противник явно постарался, чтобы "Королевская пушка" ни за что не добралась до их базы.

Надо было что-то предпринять. Полковник обратился к одному из матросов с вопросом.

- Мы сможем прорваться через их корабли?

Матрос, что следовал за ним, ясно ответил.

- Нет, наш корабль итак перегружен, не хватит скорости, что бы оторваться от них.

- Черт. - Разочарованно ответил полковник, но потом задал еще один трепещущий вопрос. - Мы успеем развернуть корабль бортом вперед?

Прежде чем дать ответ, матрос посмотрел на приближающиеся огни, делая расчеты.

- Расстояние примерно 500 метров, движемся мы очень медленно... Думаю успеем.

- Тогда выполняй! Разворачивай корабль! Встретим их свинцовым огнем!

- Есть! - Тут же убежал матрос, раздавая своим подчиненным новый приказ. Пока полковник напряженно наблюдал за тем, как варвары стремительно приближаются.

Минотавры не сидели сложа руки. Пятеро гигантов встали со своих мест и вооружились высокими осадными щитами и длинными, окованными в сталь, дубинами. Те терпеливо ждали прибытия врага, скучковавшись вокруг мешков с порохом, ценной огнесмеси. Ведь если враг до них доберется, они могут вполне взорвать весь боезапас, лишив их столь ценных выстрелов из "Королевской пушки", и корабля, на котором он движется.

...

Драккар.

- Корабль разворачивается!

Периодически слышалось на драккарах.

Сигурд своими глазами наблюдал за тем, как огромное, подобное крепости, судно медленно разворачивалось на их глазах.

- Они что отступают? - Разочарованно проговорил Аркелл, что жаждал битвы.

- Да ни ужели, струсили? - Добавила Лив.

Сигурд с начало подумал точно так же, но мысли о том, что это было слишком легко, не давали ему покой. Их задача удержать пушку на расстоянии от их базы, была выполнена так быстро, что северяне даже начали разочаровываться в боевых способностях ведроголовых.

Но их разочарование не было долгим, развернувшись правым бортом, корабль остановился и на верхней палубе начало возникать множество серых образов, ровными и отточенными рядами выстроившиеся у фальшборта в шахматном порядке.

Увидев эту картину, северяне разорвались ликование и боевым духом, что переполнял их сердца, осознавая, что враг не намерен отступать и готов сразиться с ними. Весла замахали по воде с новой силой, только набирая скорость. Огромный корабль в глазах становился все больше и больше. Еще не много и начнется резня.

- Лучники! Зажигайте стрелы!

Завопили ярлы и на воде отразились тысячи загоревшихся желтым огнем стрелы, что вздымались к небу, натягивались дугой.

- Плиии!..

Залп тысячей огненных стрел взмыл в небо, приближаясь к кораблю словно голодная саранча, готовая пожрать корабль до тла. На борту засветились одоспешанные воины в робах и начали свое колдунство. Из голубых колец вырвался мощный воздушный поток, понесшийся на встречу граду, буквально сдувая стрелы еще на подлете. Тысячи огоньков обреченно начали падать, погружаясь в воду.

Теперь пришел черед врага, вести ответный огонь.

Драккары приблизились достаточно близко, чтобы принять собой вражеский огонь.

Сигурд с его семьей двигались на некотором отдалении от лидирующих кораблей, находясь в самой глубине кораблей. Поэтому он без опаски мог наблюдать за тем, как залп нескольких сотен выстрелов ударил по первым попавшимся драккарам. Сигурд уловил тысячи криков разрывающихся от боли северян. Паника тут же охватила первые ряды драккаров, что собственными глазами увидели опустошающий эффект от вражеского оружия.

Но на смену им, вперед продолжала ломится следующая партия кораблей, что двигались быстрее, чем враг успевал перезарядиться. Сотня метров отделяла северян от танкера, которые еще надо пережить.

Послышалась вторая канонада выстрелов, прокатившаяся по воздуху и ударившая по северянам нещадным градом. Сложно было определить количество потерь, когда ты не можешь оценить ситуацию собственными глазами, но истошные крики и паникующие голоса ясно давали понять, что погибло очень много людей, сотни, а может быть даже тысячи.

Но на этот раз выстрелы были не единственной опасностью. В бой подключились и вражеские шаманы.

Сигурд с трудом сумел заметить, что несколько кораблей пытались обогнуть корабль со стороны и взять его в клещи, но их попытка была прервана упавшими на них огненными потоками, что буквально сжигали корабли и их экипаж до тла, тем самым заставив северян сконцентрировать свои силы на борту корабля.

Вот только шаманы вовсе не хотели на этом останавливаться. Их заклинания били куда дальше, чем заклинания их собственных шаманов, они хорошо пользовались этим, насылая на все встречные корабли жуткие проклятья.

Молнии не нуждались в прицеливании и ими били прямо по воде, а дальше она сама делала свою работу, накрывая корабли и северян на них смертельным током, изжаривающий их тушки до почернения. Потоки огненных искр не несли прямой угрозы северянам, но их корабли начинали гореть словно спички, охватывая огнем и озаряя всю округу кострами.

Поток заклинаний не прекращался еще очень долго, лед сковывал корабли и останавливал их на месте, после чего стрелки принимались планомерно выкашивать варваров. Поднимающие из воды глыбы льда плющили и топили драккары как маленькие и хрупкие игрушки.

Передний край превратился в настоящий ад, что развернулся в беспокойных глазах Сигурда. Лед крушил их корабли, огонь озарял округу и жарил северян, пока стрелки спокойно производили залпы, продолжая губить жизни сотен северян за один залп. Но сколько же северян погибло даже не успев добраться до корабля врага? Страшно даже представить эту ужасную цифру, которая не ограничится трехзначным числом, это точно.

Но этот ад не мог не мог продолжаться вечно. Подобравшись достаточно близко, шаманы северян начали свою работу. В ответ на вражеские заклинания, в них полетели ледяные колья, огибающие поле боя дугой и падающие врагу прямо на голову. На время вражеские шаманы отвлеклись от кораблей и при помощи воздушных поток принялись защищать стрелков.

Остались только стрелки, что еле сдерживали подход драккаров, но остановить их они точно не могли.

- Вперед! Вперед!

Увидев такой шанс, ярлы погнали корабли вперед, пока шаманы грызутся друг с другом. Расталкивая носами обломки нескольких десятков кораблей и тысячи трупов северян плывущих на поверхности воды, драккары начали подплывать достаточно близко, чтобы ловко пристроится и начать абордаж.

Корабли жестко прислонились к высокому борту танкера и из под ног северян начали поднимать абордажные лестницы и закидывались крюки, пока остальные прикрывались бесполезными щитами.

...

Танкер.

Дело было очень серьезным и даже опасным. Северянам удалось подплыть достаточно близко, несмотря на значительные потери с их стороны. Пьер насчитал примерно двадцать пять уничтоженных драккаров и несколько тысяч северян, что заполонили воды своими трупами.

Но эти цифры были очень относительны, в развернувшейся битве невозможно было разобраться. Корабли пылали и за собой скрывали всю полноту картины, а вражеские крики агонии накрывали всю округу, из-за чего приказы полковника не все могли расслышать. Возник разлад в рядах стрелков, каждый начал палить по готовности, что не играла полезную роль.

Этим воспользовались северяне. К фальшборту с кораблей начали пристраиваться осадные лестницы и цеплялись крюки. Пять сотен солдат успешно отбрасывали лестницы обратно, а веревки на крюках разрубались.

Полковник который фактически был самым главным на корабле, ловко использовал все данные ему преимущества.

Высокий борт танкера, это все равно что крепостная стена, при штурме которой, враг потеряет очень много воинов, прежде чем сможет добраться до них. А при помощи тауматургов исключил возможность окружения и ими же нанес варварам тяжелый удар. А стрелки, пусть и были разрознены, не прекращали огонь и с каждым новым выстрелом, один северянин падал за мертво.

Но пять сотен крайне профессиональных воинов, не могли сдержать натиск всего семи тысячного войска варваров, на протяжении всего правого борта. Естественно начали возникать бреши в обороне.

Повернув голову налево, к носовой части корабля, Пьер увидел как северяне начали пробираться на борт танкера, где их тут же встречали тяжелые дубины и щиты минотавров. В один момент началась настоящая кровавая баня, в которой зверолюды давили варварские отродья словно жалких мух. Окованные сталью дубины плющили шлемы и щиты врага так, словно те были сделаны из картона.

Хрупкие тела варваров от одного единственного удара или взмаха превращались в кровавое месиво, в котором четко виднелись кишки, распластавшиеся по деревянной палубе, что неизбежно топтались иными варварами.

Минотавры устроили настоящее веселье на своей части корабля, поэтому Пьер нисколько не волновался за сохранность драгоценного пороха и орудия.

Повернув голову направо, он увидел вполне уверенно держащийся центр корабельного борта, сконцентрированные силы хорошо держали свои позиции, не подпуская врага к себе, но чуть поодаль, в хвостовой части так же начали возникать проблемы. По нескольким лестницам, северяне проникали на борт корабля.

Вот оно, поле битвы Пьера. Туда он и направился. Пробегая мимо спин стрелков, он попутно обнажал меч, быстро приближаясь к противнику. Северяне и стрелки смешались в единую сумбурную толпу, но в которой все же ясно выделялись вонючие и не мытые отродья севера, на фоне серых стрелков, что вооружились штатными мечами.

За не имением большого опыта в ближнем бою, королевских солдат заметно теснили. Варвары наносили удары из-за щита, чем сильно усложняли жизнь королевским солдатам, у которых этих самых щитов не было.

Пьер не раздумывая ворвался в бой и в одиночку начал теснить врага, в лице нескольких десятков варваров, что проникли на борт. Протаранив щитом первого встречного северянина, Пьер опрокинул его с ног, и тут же добил его вонзив меч ему в живот.

Не обращая внимания на дергающегося северянина, Пьер заметил что, за эту секунду, численность противника увеличилось на три или пять человек, что очень не радовало.

Если это продолжится, то враг будет прибывать по экспоненте и тогда рано или поздно, танкер падет. Надо избавиться от осадных приспособлений, пока варвары как зараза не расползлись по всей палубе.

Увидев рядом с собой легендарного воина, королевские солдаты не могли не воодушевиться и вместе с Пьером начали назидать на проклятых варваров. Тем самым исключив возможность окружения.

Медленно, но верно, Пьер начал прорываться к борту, куда приставили лестницы. Щитом он принимал удары и из под него же наносил быстрые и смертоносные выпады, пока сам не словил оплеуху. Первый, потенциально смертельный удар пришелся по топфхельму. Если бы удар был нанесен прямо по макушке и с достаточной силой, то Пьер рисковал словить сотрясение мозга, но удар прошел по касательной и проскользнул мимо. Варвар, что совершил этот удар, тут же отправился к своим про-отцам, или как они говорят, к асам в Вальхаллу.

Второй удар подкосил Пьеру ногу, из-за чего тот пал на одно колено. Увидев подкошенного рыцаря, плотная кучка северян начала давить на него, всеми силами, что у них были.

Пьер, точно не был робкого десятка. Убрав руку со щитом в сторону, он полностью открылся, после чего широким взмахом разрубил ноги нескольких несчастных варваров. Мгновенно лишившись опоры, северяне рухнули на окровавленную палубу корабля бесполезными кусками плоти, что могли лишь обреченно барахтаться от неимоверной боли.

Встав на ноги, Пьер продолжил пробираться к борту корабля.

...

Драккар.

- Быстрее! Быстрее!

Прорвавшись через кучу сожженных и разваливающихся кораблей, драккар прислонился к другой кучке, что собралась у правого борта корабля и представляла из себя деревянное поле на воде. Северянам приходилось перебираться со одного корабля на другой, чтобы добраться до крепостного судна. Попутно неся с собой абордажные приспособы и прикрываясь откровенно бесполезными щитами от вражеского огня.

Ярлы истошно кричали, продолжать наступать на корабль, забираться на него, но Сигурд собственными глазами наблюдал за тем, как уже не одна тысяча пытается забраться на борт этой крепости. Его соплеменники обреченно пытались подняться по лестницам и веревкам, но их встречал грохочущий свинцовый огонь, по вине которого те падали обратно, образуя собственными телами целые окровавленные кучи. Подходы на борт скидывались при первой же возможности, отрезая путь к кораблю.

Все вокруг гремело, горело и вспыхивало пламенем шаманов. Ярлы истошно кричали, толкая своих воинов на верную гибель, а сами северяне, кричали во все горло, то ли от боли, то ли от ярости и страха. Кровь ручьями текла из тел погибших, скапливаясь в драккарах, что стали чашами для кровавого подношения злым богам.

Казалось, корабль защищала лишь горстка людей, которая прямо на глазах Сигурда истребляла армию северян. Это должно быть шутка самого Локи, которому было интересно наблюдать за обреченностью и беспомощностью северного народа. Северяне всегда славились своей могучей силой и выносливостью, но какой от этого прок, если даже простые хилые централы обуздав огонь, давят могучих северян.

Сигурд не мог в это поверить. Вся их история толкала их на то, чтобы они стали сильнейшими в природе, в которой они обитают, но здесь и сейчас они не более чем просто букашки, раздавить которых проще простого.

- Сигурд! Надо идти! Скорее! - Протяжно кричала Лив в ухо своему мужу, пытаясь привести его в чувства.

Проморгавшись растерянными глазами, он обратил на нее внимание.

- Шамана убили! Идем! Скорее!..

Быстро обернувшись, для подтверждения слов Лив, Сигурд увидел мертвое тело шамана, что безмятежно лежало в драккаре. Должно быть вражеские стрелки дотянулись и до него. А это значит, что вражеским шаманам не придется сдерживать натиск их заклинаний и они смогут сосредоточить свои силы на поражении живой силы.

Моментально проанализировал Сигурд, после которого раздался крик его сына.

- Осторожно!.. - Выкрикнул он и оттолкнул родителей в сторону, опрокидывая их в нишу корабля.

Неподалеку от них, от огненного взрыва разорвался очередной драккар, обдавший всех троих тяжелым жаром. Совсем рядом послышались крики их не удачливых соплеменников, что угодили под огненную волну. Если бы Аркелл не отбросил их, то сжарились бы как мясо на вертеле.

- Здесь нельзя оставаться! Идем! Вперед! - Прокричал Сигурд, быстро поднимаясь на ноги и направляясь прямиком к эпицентру развернувшегося филиала Муспельхейма. Огонь, взрывы, крики и бесславная смерть, сущий ад.

Оставаться на месте точно нельзя, иначе их уничтожат вражеские стрелки и шаманы. Штурм вражеского крепостного корабля еще более безумная затея, но там у них будет шанс выжить и отыграться на враге.

Аккуратно и в тоже время торопливо перешагивая с одного корабля на другой, они медленно подходили к высокой деревянной стене у хвостовой части корабля, куда уже забрались их соплеменники и начали там бушевать. Еще целая толпа собралась у лестниц не давай прохода, а сама лестница была переполнена воинами, что с нетерпением ожидали битвы.

С драккаров не возможно было понять, что происходит на высоком борту, их воины давят врага или же наоборот. Но стоять внизу, было сродни самоубийству, надо было срочно подниматься.

- Мы должны подняться, ни то шаманы нас достанут!.. - Сигурд начал торопливо осматривать палубу корабля на котором стояли.

Лив подняла удобно подвернувшийся абордажный крюк. Не обмениваясь словами, они хорошо понимали, что надо делать.

Подбежав ближе к борту корабля на опасное расстояние, Лив одним броском закинула крюк и зацепилась о фальшборт палубы. Дернув за веревку несколько раз, она убедилась, что крюк зацепился как надо.

Сигурд выхватил веревку из ее рук и опираясь ногами о деревянную стену, начал взбираться вверх. За ним, Лив, а потом и Аркелл последовали по веревке на верх, по напряжению веревки стало ясно, что вслед за семейкой последовала целая орава северян, но пока что, никто не обратил на них внимание.

Боковым зрением, Сигурд заметил, как абордажные лестницы медленно начали падать обратно. Подняв глаза к борту корабля, Сигурд увидел как его соплеменников выдавили с корабля, а лестницы оттолкнули назад. С криками, люди на лестницах попадали обратно на корабли, неизбежно получая травмы.

Еще немного и ведроголовые примутся за них.

Поторапливаясь, Сигурд быстро залез на борт огромного корабля с широкой палубой, где могла бы развернуться целая тысяча их воинов, но восторгаться чудом кораблестроения не было времени. Справа стрелки, что продолжают стрелять из своих непонятных ружей, а слева, воины, что опрокинули лестницы. Среди них четко виднелся один единственный ведроголовый. Должно быть именно он стал причиной неудачного абордажа.

- Куда идем!? - Неопределенно спросила Лив, что так же запрыгнула на борт.

Но отвечать на ее вопрос не пришлось, враг сам нашел их. Те, что опрокинули лестницу в компании с ведроголовым воином, начали грозным видом наступать на них.

Вскинув со спины щит, Сигурд в компании своей семьи и нескольких десятков соплеменников, пошли к ним на встречу. Прикрываясь своими щитами, они возвели целую стену, через которую будет сложно пробиться даже ведроголовому, но чтобы действовать наверняка, Сигурд обратился к своей жене, что шла справа от него.

- Лив, нашамань лед под их ноги.

- Поняла. - Произнесла та, используя свои умения в шаманизме.

Ее ноги начали источать жуткий холод, кожаная обувь захрустела из-за налипшего на нее льда, пока этот лед не начал сползать на палубу. Ледяной дорожкой корка устремилась в сторону врага. Ледяная дорожка начала расширяться, охватываясь весь путь ведроголовых. Еще немного, и они начнут скользить по борту корабля, не в силах устоять на ногах, а им в это время останется только покончить с ними... Но на приближающуюся дорожку льда наступила нога шамана, закованного в полные доспехи и поверх которых тот носил мантию. Лед тут же прекратил свое шествие.

Насколько было известно Сигурду, шаманы централа такие же знатные воины и осваивают искусство эфира еще с самого детства. И даже один такой знатный шаман, представляет серьезную угрозу.

- Лив, убей его! - Прокричал Сигурд.

Лив, увидев как вражеский эфирный воин создал перед собой желтый круг, в ответ покрыла свой щит ледяной коркой и понеслась к нему. Огненный поток ударил по льду, не нанеся серьезного урона. Из под щита, Лив замахнулась мечом, отгоняя шамана в сторону, к более открытому пространству.

Две группы противников начали быстро приближаться друг к другу, пока северяне с разгона не влетели в строй врага. Воины центральных земель имели до посинения прочные кирасы и шапели, но на руках у них были только мечи. У северян в этом плане было преимущество. Мало по малу, но в страшной суматохе централы несли тяжелые потери, пока один единственный ведроголовый не попортил построение, ворвавшись в него всем своим туловищем.

Он буквально как танк ворвался в гущу боя. Ни один меч, моргенштерн или другое подобное оружие не могло навредить воину в глухих доспехах, а шлем, будучи единственным уязвимым для тяжелого удара местом, ловко прикрывался каплевидным щитом. К тому же его не могли окружить, из-за нахлынувшего за ним отряда централов.

Построение было разбито и два воинства смешались между собой в кровавой битве, снова.

Централам приходилось очень туго без щитов, но ведроголовый справлялся очень хорошо, в тесноте он умудрялся ловко прикрываться щитом и с той же проворностью выкашивать северян. Он главная угроза, от которого нужно избавиться и как можно скорее, ни то они все здесь полягут.

- Аркелл, держись рядом! - Прокричал Сигурд, добив централа, что пер на него.

- Да, отец! - Откликнулся Аркелл.

Убедившись, что сын рядом, вместе они начали прорываться к ведроголовому. Буквально на каждом шагу, их встречали воины централа и мешали пробиться к цели, но благодаря слаженной работе отца и сына, опасности удавалось миновать.

Аркелл был довольно высок и крепок для своего возраста, но все еще мелкий по сравнению со своим отцом и поэтому бил снизу, пока Сигурд выбивал дух нанося удары по шее и голове противника.

Так им удалось протиснутся в узкий коридор, в конце которого Сигурд увидел ведроголового, что ловко вырезал всех противников, посмевшие приблизиться к нему. Соплеменников не спасали никакие доспехи или щиты, окровавленный клинок резал все к чему только прикоснется. Тела разрубались на куски, словно шматок масла разрезаемый раскаленным ножом. Кишки, печени и прочие внутренности вываливались на палубу. Вместе с аккуратно разрубленными останками и реками крови, они кучковались вокруг ведроголового. Даже его доспехи не избежали этой участи, некогда блестящие латы с голубыми полосами начали чернеть от спекшейся крови.

В этот самый момент он начал походить на самих эйнхерии, которых описывали в древних рассказах. Черные доспехи и смертоносный меч, от которого ничто не может уберечь. Стоит только подойти к эйнхерии с враждебными намерениями, как тот разрубит тебя на мелкие кусочки.

Сигурд собрался с силами и решимостью, вытащив щит вперед, он понесся изо всех сил. Из его рта вырвался отчаянный крик. Этим рывком он собирался сбить эйнхерию с ног, сделав его тем самым абсолютно беззащитным.

...

Пьер.

Скваер был с ног до головы облеплен иссохшей кровью и новые порции постоянно лились на его доспехи, пока он кромсал врагов Мотельхеймом. Окровавленное лезвие меча без проблем разрезало плоть жалких северян. Их щиты, кольчуги и мечи ощущались тонкой бумагой, которую режет бритвенное лезвие.

На мгновение Пьер даже почувствовал себя садовником, которому приказали выкосить траву, только вместо травы выступали грязные дикари.

Народ Сомерсета считает его предателем, но несмотря на не приязнь, графство остается его родным домом. Сомерсет, место где он родился и вырос, он знает какие люди населяют это прекрасное место, и не по наслышке. Он лично прогуливался по улицам и даже будучи знатным человеком не нуждался в защите ибо знал, люди Сомерсета живут в достатке и им не нужно идти по преступной дорожке.

Крестьяне и горожане приветливые и доброжелательные, некоторых людей из Шеффалда Пьер знал в лицо и даже мог бы завести с ними дружескую беседу. Но ублюдки северяне непросто взяли город, но и безжалостно истребили всех его жителей.

Зубы Пьера скрипели от переполняющей его злости, когда он смотрел на кучку этих чертовых варваров. Они посмели протянуть свои грязные руки к Сомерсету, своими грязными ногами топтали родную землю. Лишили жизни целый город, им нет прощения.

Весь гнев он выливал на головы постоянно попадающихся под его меч северян. Он не хотел простой битвы, он хотел истребить их всех, пока они не расплатятся за свои грехи.

Сперва казалось, что варваром нет конца, но позже Пьер начал замечать, что косит врага быстрее чем они успевали забраться на борт танкера. Старания Пьера не прошли даром. Нужно продолжать в том же духе.

- АААааа!.. - Внезапно со стороны послышался хриплый и протяжный вопль, что стремительно приближался к Пьеру.

Обернувшись он увидел как один северянин на бегу протискивался через мелкий образовавшийся в бою коридор и мчал он прямо на Пьера. Выставив щит вперед, этот варвар надеялся сбить скваера с ног. Это было очевидно, и Пьер знал как действовать.

Давя кишки сабатонами и выживая из них все соки, он принял устойчивое положение, встречая врага щитом, ожидая подходящий момент для удара. Совсем скоро такой шанс представился. Прямо перед тем как их щиты соприкоснулись, Пьер сделал резкий выпад вперед, нивелируя весь приходящий импульс по всему телу. Прочная стойка не только удержала Пьера на ногах, но и позволило отбросить варвара назад.

Из под щита грязного дикаря показался моргенштерн и с боку к нему пристроился еще один варвар, но чуть помельче.

- За Сомерсет... - Тихо произнес Пьер, но потом повысил голос и прокричал во весь голос. - За Сомерсет!

Адельхейм поднялся выше головы, острие которого направилось в сторону врага. Благородный рыцарь и двое варваров понеслись на встречу друг к другу.

...

Центральная группа армии.

Армия старалась двигаться тихо и не заметно, по такому случаю даже факела зажигать не стали, все ради скрытности передвижения. Но хлюпающая под ногами грязь предательски сильно шумела, заставляя солдат нервничать. Хотя, Андре прекрасно понимал, что если к ним выйдут орки, то им ни за что не спрятаться от их острого зрения и чуткого слуха, не говоря уже о специфичном для них человеческом запахе.

Но даже если они попадут в передрягу, то Андре знает что им противопоставить, не зря же он прихватил с собой отряд боевых тауматургов. Они хорошие связисты и превосходные машины для уничтожения вражеской пехоты. Существуют одеревеневшие умы, считающие использование тауматургов бесчестием и позором, быть может раньше к этим словам прислушивались, когда тауматургия в армии была чуть ли не самым бесполезным оружием. Но только не сейчас, аристократы владеющие тауматургией, требуют за свою службу очень много денег, от чего их наем в постоянной армии сравнивается со стоимостью стенобитных пушек.

Только самые богатые страны могут позволить себе нанять на службу отряд таких тауматургов, а об армии таких воинов остается только мечтать. Даже со всего континента не сыскать опытных тауматургов для формирования целого войска, да и у кого столько денег найдется. А если тауматург погибнет? Его ведь не заменишь новобранцем, что только что вышел из фабрики по производству таких кадров.

Хотя и сами тауматурги по специальности различаются между собой. Довольно дешевые для найма самоучки хорошо подходят для того чтобы создать из них армию, их много, они дешевые и разбросаны по всему свету, но не стоит полагаться на боеспособность такой армии.

Эти самоучки не годятся даже для поста связиста, их чаще запрягают делать грязные вещи, сжигать трупы, чтобы не поднялась нежить, готовят пищу, возводят лагерь и прочее. Настолько они бесполезны. Но если попадается более менее способный кадр, то они могут стать санитарами, лечить раненых и даже стать связистами. Лишь предельно малая часть из них, что прошла специальную подготовку и обучение, могут стать боевыми тауматургами.

Андре даже повезло, что в рядах его армии есть целый отряд таких могущественных воинов. Их широкий спектр заклинаний поможет ему выполнить самые разные задачи, от точечных ударов по врагу, до введения в замешательство, что очень полезно для боевого столкновения. Главное использовать их с умом.

Восточная группа возглавляется Филипом и Флюгером. Оба они осмотрительные и рассудительные полководцы, Андре не сомневается в их компетентности.

А что да орков и северян.

Андре понимает, что прямо сейчас, к нему приближается полчище орков. В то время как северяне славятся ближним боем и штурмом городов, орки на деле показали свое мастерство в стрелковом бою и точно так же могут без проблем вступить в ближний бой, используя свои преимущества более развитой физики тела.

Его войскам стоит держаться от них подальше, иначе королевские солдаты быстро сдуются в непривычном ближнем бою.

Внезапно, тихое хлюпанье накрылось тяжелым протяжным гулом, затрясший воздух. Солдаты озадаченно начали озираться по сторонам, пытаясь найти источник шума, но никто не мог заметить его. Гул шел из далека, со стороны реки.

Андре сразу смекнул что к чему, на танкер напали. Если верить его расчетам, враг осознает, что это орудие одним своим выстрелом может разнести весь их лагерь в клочья, в их интересах не подпускать это орудие близко к их базе. Если враг хочет потопить этот танкер, то должны бросить ему на встречу значительные силы, что ослабит защиту самого лагеря.

К тому же врагу необходимо озаботиться о подходе сил, идущие к их базе по трем основным дорогам. Хотят они того или нет, им придется растянуть свои силы между тремя группами людских армий. Таким образом, не смотря на раздробленность союзной армии, численное превосходство будет на их стороне.

"Интересно, как поступит враг, учитывая, что к их лагерю идут войска сразу с четырех направлений? Численность войск врага примерно двадцать тысяч, по десятке варваров и орков, в то время как наша армия едва ли насчитывает пятнадцать тысяч..."

Размышления Андре прервались странным звуком. Обычный человек не сразу поймет, что это за звуки, но Андре четко вычленил среди далекого шума, марш. Из его уст резко прозвучала команда.

- Не медленно принять боевое построение!..

Отчаянный крик командира был приглушен оглушительным залпом мушкетов и артиллерии. Свинцовый дождь осыпал первые ряды и буквально выкосил солдат первой шеренги, сразу после этого пушечные ядра ударили по войскам.

Каменные снаряды, ввиду своей не высокой точности, зарывались в землю и поднимали столбы мокрой и ледяной грязи, но некоторым из них все же удалось попасть по своим целям. Людей целыми рядами сметало с пути, рвало на куски и мяло их доспехи словно жестянки. Построение войск было крайне плотным и потерь оказалось куда больше чем можно было ожидать.

- Принять боевое построение! Боевое построение! Разворачивайте пушки! - Повторил Андре, воспользовавшись перерывом между залпами.

Благодаря выучке и опыту солдат, они не запаниковали и не начали разбегаться, но отточенными движениями выстраивались в боевой порядок. Линии шеренг начали расширяться, выходя далеко за пределы дороги, и ощетиниваться стволами мушкетов. Совсем скоро вперед вышли пушечные орудия.

- Свет!.. - Прокричал Андре, обращаясь к одоспешанному тауматургу, что постоянно бродил рядом с ним.

Тауматург не стал рассусоливать и сразу же понял, чего от него хочет командир. Вскинув руку к небу, тауматург выпустил из кольца яркую как солнце вспышку, озарившая всю непроглядную тьму. На расстоянии ста метров, из мрака показались ряды орков, облаченных в панцири из черной стали и с мушкетами в руках. Яркий свет ударил оркам по их острому зрению, от чего в их рядах начался разлад. Орки пытались укрыться от режущего света руками и одновременно с этим пытаясь хоть как-то скоординировать свои действия.

Но королевские стрелки уже приняли боевое построение и видели, где именно находится враг.

- Первая шеренга! Огонь!.. - Тут же раздался приказ.

Вместе с огнем, мушкеты и пушки выплюнули порцию дыма, что застилал обзор тонкой пеленой, быстро сползала с воздуха и рассеивалась в нем.

- Вторая шеренга! - Получив новый приказ, первый ряд стрелков ушел назад на перезарядку, их тут же заменила выдвинувшиеся вперед новая шеренга и приготовилась к выстрелу. - Огонь!..

Еще один залп мушкетов заметно подкосил орочьи ряды, которые еще маялись со светом. Но к приходу третьей шеренги, они были частично готовы принять этот удар.

Яркая вспышка висела в небе очень долго, но не бесконечно, и поэтому нужно было действовать очень быстро и нанести врагу как можно больше урона, прежде чем он опомниться. Но не стоит забывать, что свет для орков слабость, но никак не панацея от них.

Андре хорошо понимал свою ситуация, при свете орки будут вести себя вяло, такой шанс никак нельзя упускать, ведь свет погаснет и битва выльется в настоящую резню. И резня эта будет еще более кровавой, если орки вдруг решатся на ближний бой.

"Самое главное сейчас сохранять резервы. С нашей стороны в бой вступили только три шеренги стрелков, меняющиеся при каждом выстреле, в то время как в запасе у меня пикинеры, в случае ближнего боя они сыграют ключевую роль, рыцари, конные стрелки и гвардия. Необходимо использовать эти силы с предельной точностью и непредсказуемостью одновременно..."

Размышления Андре прервались возникшей в небе новой вспышкой. Если так посмотреть, то это вспышка вздымается прямо над восточной дорого, по которой должна двигаться еще одна группа армии, которую возглавляет Флюгер. Эта вспышка может означать только одно, они тоже встретились с орочьими силами.

- Немедленно свяжите меня с Флюгером и сенешалем Фридрихом! - Прокричал Андре на двух других тауматургов, специализирующихся на связи.

Смотря на врага перед собой, Андре не мог прийти к однозначному выводу, нужно больше информации, что бы в конечном счете построить рабочий план и отбросить орков. На данный момент требуется предельная координация сил. Но придется ждать, пока связь не будет настроена.

...

Западная группа армии.

Сенешаль Фридрих скача на своем коне, постоянно озирался на свою армию. Его глаза уже давно привыкли к темноте, а факела они зажигать не стали, все таки на их долю выпало скрытое нападение на вражеский лагерь. Панцири окрашенные в красные цвета, длинной линией шагали по ухабистой дороге, покрытой слоем грязи в которой утопали свежие и новенькие сабатоны новобранцев. Холодный пар постоянно вырывался из забрал рядовых солдат.

Снаряжены они как и полагается воину Герпшира. Мушкеты постоянно находятся в облаченных в сталь руках, мотая головой из стороны в сторону, с опаской озираясь по сторонам.

Вернув взгляд обратно, Фридрих задумчиво посмотрел вперед. Честно говоря он несколько сомневался в словах Андре, будто бы враг совсем не обратит на них внимание. В это было просто сложно поверить. Орки очень предусмотрительные существа, Фридрих знает это не понаслышке.

Быть может Андре надеялся, что они встретят небольшое войско? Вполне вероятно, поскольку их негласный командир планировал именно что растянуть превосходящие силы врага. Это, пожалуй, поймет даже новобранец. Но к сожалению, Андре и не собирался полностью просвещать их в свои планы. Каждый раз, когда сенешаль слушал его, то глубоко внутри себя чувствовал, что он что-то скрывает, наверняка остальные чувствовали тоже самое.

Что-то странное творится с коннетаблем, будто бы он знает куда больше, чем все они вместе взятые. Еще и этот тайный помощник северян не дает покоя даже в этот, самый ответственный момент. Необходимо поторопиться и быстро взять вражеские укрепления. Их цель, это Харальд, он ответит на все интересующие их вопросы. А именно, кто им помогает.

Внезапный гул застал армию врасплох и с удивлением они останавлись на несколько секунд.

- Танкер... - Сразу догадался Фридрих и негромко обратился к тауматургу. - Что там с танкером? Есть сообщение?

- Они молчат господин, похоже все тауматурги на борту вступили в бой.

Фридрих задумался. Возможно полковник на том корабле, считает, что собственными силами сможет отбросить нападавших, раз уж подключил к делу даже тауматургов. Впрочем, это не их забота, они должны двигаться дальше, к вражеской базе.

- Не останавливаемся, вперед.

Армия двинулась дальше по дороге, но не успела пройти и десяти метров, как копыто коня сенешаля зацепилась за непонятную нитку и оборвало ее.

Фридрих не заметил, как его конь зацепил нитку, но заметил как у обочины из дерева выскочило несколько искр, что переросло в шипение фитиля, крадущийся к непонятной цилиндрической фигуре. Все кто видел горение фитиля, солдаты и сам сенешаль, начали торопливо отходить от цилиндра, что мог оказаться настоящей бомбой замедленного действия. Звук слабенького взрыва прошелся по ушам недоумевающих людей, но когда они посмотрели в сторону цилиндра, то внезапно поняли, это не бомба.

Вместо смерти, цилиндр выслал в небо яркий фейерверочный шар, искрящийся разноцветными огнями.

- Это сигнальная ракета? - Удивленно произнес Фридрих, осознавая всю тяжесть своего положения.

...

Командный лагерь Снаргра.

За весь день орки и северяне успели не только отстроить восточные стены, но и приготовить временный лагерь в глубине леса, для наиболее эффективной координации сил. Все что нужно было сделать, так это просто вырубить несколько деревьев, обставить его одним столом и окружить защитными кольями. Чтобы сделать полноценный лагерь, не было ни времени ни сил.

Снаргр стоял перед столом в окружении своих стражников, полковников и тауматургов связистов, иных тауматургов увы, Снаргр с собой не прихватил. С напряжением он всматривался в разложенную карту острова, в особо крупном масштабе. На карте, ориентируясь докладами связистов, он разместил шахматные фигуры. Белые, это враг, черные, союзники.

Если смотреть на карту, становилось ясно, что орочьи силы столкнулись с центральной и восточной группами армии врага в километре от их настоящего место базирования. Острые слуховые аппараты улавливали развернувшуюся битву, что проходила в такой близи от их лагеря. Северяне столкнулись с танкером примерно на том же расстоянии от основного лагеря.

В то время как Герпширские рыцари, судя по карте, оставались в лагере на южном берегу.

Именно эти Герпширские псы волновали Снаргра больше всего, если они все же двинуться к ставке Харальда, то им придется растянуть свои силы на обширной территории, что создает проблемы с мобильностью. Пехота, это тебе не конные войска, они не могут быть везде и сразу.

- Босс, нам докладывают о движении врага по западной дороге. - Произнес связист.

Снаргр не довольно сморщился, услышав эту весть. Вот и Герпширские силы начали подходить. Будь у Снаргра больше пороха, он бы установил там столько ловушек, что ни одна мышь не проскочила бы не взлетев в воздух. Но как на зло, вчерашняя диверсия озаботилась о том, чтобы половина порохового запаса была начисто уничтожена.

Но досада не помешала ему немедленно отдать приказ. Он обратился к двум полковникам, что стояли в его окружении и ждали указаний.

- Отправляйтесь с двумя своими полками обратно в лагерь, для его обороны. Будьте готовы встретить Герпширских псов.

- Есть! - Отсалютовали они и мигом подбежали к своим полкам, что стройными рядами скопились вокруг командирской стоянки.

Два полка начали свое немедленное шествие обратно в лагерь.

...

- Быстро же они стену отстроили. - Тихо произнесла Софи, попутно прячась за стволом хвойного дерева.

Ее соратник прятался за деревом по соседству и внимательно осматривал свежо возведенные стены, в галереях которых шастали северяне с луками.

Софи верно выразилась, противник очень шустро справился с восстановлением разрушенных вчера укреплений. Эос подивился и даже восхитился такой работе, быстрой и с виду даже качественной.

- Так, как же ты туда пробрался в прошлый раз? - Бестия задалась важным вопросом.

В прошлый раз Эос проник туда под прикрытием суматохи, которую устроила сама же Софи. Сейчас задачка усложнилась, здесь царит тишина, а значит и шанс быть замеченным, куда выше. Надо бы обдумать это по подробнее, никто не хочет разочаровать надежды Андре...

Андре, только вспоминая его, Безликому в голову закрадываются неприятные мысли, от которых звенит в мозгу. Его действия и поступки совершенно не понятны даже для Эоса. Как бы он не анализировал его действия, он не мог прийти к однозначному выводу, а те что приходили, тут же подвергались сильному сомнению...

- ...

Точно, он же передал им письмо, перед самым отбытием. Эос только сейчас об этом вспомнил, а Софи даже не задумалась о клочке бумаги, что лежит у нее в кармане.

Намеками, Безликий начал указывать на это самое письмо. С начало Софи не поняла о чем идет речь. Молча смотря на жестикулирующего соратника, она скорчила непонимающее лицо.

- Чего? - Прошептала она. - Я не понимаю о чем ты?

Вскоре Эос устал намекать и аккуратно подойдя к ней, вытащил письмо из ее кармана, только после этого она все поняла.

Сломав печать и открыв конверт, Безликий развернул бумагу и начал внимательно читать содержимое. Отсутствие света ему немного мешал, но приблизив письмо вплотную к свои глазницам, он прочел содержимое. Судя по тому, что он сразу же оторвался от чтения, написанного там было мало. Но эффект, который произвел на Безликого неизгладимое впечатление, был колоссальным. Свесив руки, Эос будто бы замер от шока.

Если бы Софи знала, что творится в его голове...

Информация в его мозгах начала усиленно обрабатываться и складываться в единый пазл. Это письмо оказалось единственным недостающим элементом информации, ключиком, благодаря которому вся информация начала складываться в единую картину. От осознания этого, ему даже немного поплохело, настолько эта информация была шокирующей.

Софи было интересно, что было написано в письме, что так озадачило ее соратника и вырывала лист бумаги из его рук.

- Что ты там такого прочел, понять не могу. - Сказала она и принялась читать содержимое. Прочитав, она недоумевающе посмотрела на Эоса. - Ну и чего ты тут такого увидел? Обычный приказ...

Безликий не реагировал, но тут же зашевелился после пинка под зад. По инерции, Безликий сделал несколько шагов и потирая заболевшее место жалобно посмотрел на Софи.

- Хорош фигней маяться, идем, надо внутрь пробраться. Есть мысли?

Конечно же Эос знал как поступить и начал ее информировать, настолько, насколько это вообще было возможно.

Тень 24 Любящая Лив.

- Ты уверен, что это сработает? - С сомнением Софи озиралась на соратника, что уже вовсю кастовал заклинание.

Черный тауматургический круг висел над головой Безликого, из которого вырывалась угольно черная копоть. Темный пигмент пятнами начал облеплять тело Безликого с ног до головы. И без того черный плащ и доспехи, начали терять свои очертания и вместе с титановым черепом слились в единую тень.

Все черты облика тут же исчезли, образовав единый и цельный силуэт, не имеющий цвета, но представший в виде непроглядной мрачной мглы. Даже окружающая его темень не могла сравниться с его тьмой, что облепила его тело. Его фигура даже слегка выделялась в ночи, но совершенно не значительно.

"Копоть", в черном гримуаре его описывают как заклинание, способное скрыть все проявления живой сущности. В фолианте это объясняют тем, что сущность, что использовала "Копоть", покрывается пленкой непроглядного черного цвета, что поглощает шум и не бликует на свету.

Если бы эта пелена закрыла и его глаза, то он сам ничего бы не смог увидеть, поэтому вполне предусмотрительно черная пелена обошла его правую глазницу стороной. Видимым элементом его снаряжения, осталась лишь правая стекляшка его шлема, через которую он и осматривал округу.

Но со слухом так не работает. На время использования этого заклинания, Безликий практически становится глухим. Он не издавал ни единого шороха но при этом сам ничего не слышал. Что несколько проблематично. Но Жаловаться Эос не стал, ибо знал об этом эффекте и все равно рискнул его использовать.

Не смотря на такие недостатки "Копоти", его преимущества с лихвой компенсировали все его минусы. Безликий потеряет слух, но в замен он станет более не заметным и даже перестанет издавать звуки.

Софи что-то говорила ему, это стало ясно по шевелению ее губ. Но ни один звук не мог пробиться через заклинание и добраться до его слухового аппарата. Темный мир вокруг него будто бы замер, ветер перестал колыхать заснеженные ветви игольчатых деревьев, перестал завывать свою леденящую песню.

Каждый шаг сопровождался лишь ощущением того, что под ногами грязная каша, но звуки этого подтвердить не могли, из-за их полного отсутствия. Прикоснувшись к стволу дерева, Эос почувствовал лишь шершавую форму коры, но не шершавый звук.

- Эй, ты чего застыл? Давай, пора уже. - Поторапливала она соратника, тот ее не слышал, но зато хорошо видел.

Жест, поданный бестией, отвлек Эоса от новых ощущений. Размахивая рукой, она указывала глухонемому в сторону укреплений. Безликий чуть не забыл, зачем вообще использовал "Копоть".

Безликий положил руку на плечо Софи и начал активно жестикулировать, пытаясь донести до нее, что начинает действовать. Скорчив озадаченное лицо, ей с трудом удалось понять, что Безликий пытался сказать. В качестве согласия она кивнула.

По плану, самое сложное легло на плечи Эоса, это не посредственное проникновение на вражескую стену и тихое устранение часовых. Для выполнения этих двух задач, Эос направился в сторону укреплений, не опасаясь быть обнаруженным.

Со стороны больше было похоже, что нечто потустороннее двигалось по среди вырубленных деревьев, от которых остались одни лишь пеньки.

Софи щурила глаза настолько сильно, насколько только могла, чтобы более менее ясно разглядеть силуэт Безликого, но она не могла говорить уверенно. Даже ее зрение сервита не позволяет ей рассмотреть плоскую тень. С какой скоростью движется Эос, просто шагает или бежит со всей скоростью, а может он вообще стоит на месте и не двигается, было совершенно не понятно. А всякий шум, который должен идти от его движения, гасился "Копотью". В результате, Эос больше походил на бесплотного духа, чем на человека.

Стекляшка глазниц внимательно всматривалось на верхушку стены, где отчетливо виднелись северяне, что до сих пор не обратили на него внимание. В очередной раз, он убедился в предельной эффективности этого заклинания, насколько бы шумным не казались его шаги, никто ничего не слышал и он при спокойно шел к стене.

Стены выстроились в высоту не ниже трех метров. Крытые галереи имеют широкий обзор, выпасть или забраться в них не составит труда. Но чтобы преодолеть трехметровую высоту, потребуется разгон.

На расстоянии десяти метров от стены, Безликий начал сильно ускоряться. Быстро набирая скорость, он стремительно приближался к укреплениям, пока на оставшемся метре, не вложил всю силу в ноги и не свершил мощный прыжок, перепрыгивая через ров наполненный водой. Мягкая грязь под ногами разошлась широкими волнами, но по прежнему ни единого звука не. Длинные руки вцепились в за срубленные наконечники частокола, внешней части стены.

Подтянув свое тяжелое тело, Эос сунул голову в бойницу и начал рассматривать коридор, слева на право. Длинный единый коридор был занят редкими часовыми, что периодически шли с одного конца к другому. Держа луки наготове, они не спускали глаз с пространства, прилегающий к стенам.

Если бы не "Копоть", то Эоса накрыли бы стрелами. Но даже веся на стене, проходящие мимо варвары совершенно не обращали на него внимание.

Выбрав момент, когда место для проникновения освободится, Безликий мигом запрыгнул в галерею, оставаясь при этом не замеченным.

С обеих сторон галереи шастают северяне без факелов или других осветительных приспособ, видимо для того чтобы привыкнуть к темному времени суток, но эта абсолютно бесполезно, "Копоть" с поразительной эффективностью скрывал облик Эоса, хоть из-за глухоты и приходилось постоянно озираться.

Безликий заметил еще кое-что, северяне постоянно зевали и кулаками терли залипшие сонные глаза. Видать не успел отдохнуть, это может сыграть на руку.

Потопав бесшумными ногами к левой части стены, Эос медленно подошел к северянину, что стоял у бойницы и выглядывал наружу. Тот, издав очередной зевок, даже не обратил на него внимание, подойдя практически в плотную и дыша ему прямо в затылок, он все еще не замечал его.

Удивительная способность, как ни крути.

Покрытый черной угольной пылью нож мигом вонзился в глотку северянина. Попытка издать хоть какой-то крик, был остановлен рукой, что держал его рот на замке нерушимой хваткой. Голубые глаза варвара начали закатываться от бессилия, пока кровь пузырясь вытекала из его проткнутой глотки.

Ослабшими руками тот пытался вырваться из смертельных объятий. Отчаянные удары приходились по цепким рукам, ногтями он царапался и цеплялся з Эоса, пытаясь оттянуть его пальца от своего рта и шеи. Но это было абсолютно бесполезно, стальная хватка не ослабевала, в то время как северянин медленно истекал кровью, пока не обвис на руках Безликого.

Труп медленно лег на деревянный пол в лужу крови, после которого Эос быстро осмотрелся, оценивая ситуацию. Судя по тому, что варвары продолжали вести себя вяло, его никто не обнаружил и не поднял тревогу.

Безликий продолжил методично вырезать варваров на левой части стены. Но действовать нужно было быстрее, пока трупы никто не обнаружил.

Вместо того чтобы перерезать им глотки, Безликий подкрадывался к варварам, закрывал им рты и вонзал нож им в глаз, вгоняя лезвие до самого мозга. Результат мгновенный и совершенно бесшумный.

Перебив таким образом еще нескольких варваров, левая часть была зачищена. Теперь надо подать сигнал Софи, чтобы и она присоединилась к этому веселью, но зажигать факел на стене, где ничего не горело, было нельзя. Нужно придумать что-то иное.

Точно.

Неплохая идея сразу же пришла в его голову. Потянувшись к ножнам, Безликий вытянул один из множества ножей, что так же был окрашен в непроглядно черный, ничем не выделяющийся на фоне остальных. Но ощупав его, Эос почувствовал на нем грубо вырезанную руну.

Зажав его в руке, он начал запитывать его своей внутренней энергией и сразу же прекратил это действие. В руну вошла лишь капля внутренней энергии Эоса, но Софи должна была почувствовать эту каплю энергии и воспринять его как сигнал.

Выглянув наружу, Безликий забегал глазами между пеньками, выискивая бестию. Еле заметный красный силуэт выбежал из леса, двигаясь с предельной осторожностью, по крайней мере так ему казалось, когда он смотрел на еле плетущуюся соратницу.

Она подбегала к самому краю стены, куда направился и Эос.

Выглянув из бойницы, Безликий помахал Софи, встречая ее. Она, похоже, заметила размытый в темноте силуэт и начала разгоняться. Добравшись до рва, на бегу она слегка присела и прыгнула словно выпрямившаяся пружина, попутно вытягивая руки к частоколу.

Руки в латных перчатках зацепились за бойницу, после чего Софи быстро забралась внутрь.

Эос подошел к ней и присел, постоянно озираясь по сторонам. Чувство того, что их обнаружат, ни на секунду не покидало голову Безликого, попутно перерастая в параноидальное ощущение.

Лицо Софи было скрыто за решетчатым забралом шлема, но ее шевелящиеся губы хорошо виднелись в ночной тени. Вот только Эос не умел читать по губам и совершенно не понимал о чем она вообще говорит.

Наверное пришло время развеять заклинание и прислушаться к ее словам. Самое сложное уже позади.

Издав в голове приказ, она тут же разошлась по всему телу. "Копоть" начала трескаться и осыпаться под ноги Безликого, с каждым куском обнажая его прежний облик. Когда "Копоть" отвалилась с его шлема, мир вокруг него будто вновь ожил. Обилие звуков переполняло его слух, завывание ветра, голоса воркующих северян и слова Софи произвели на Безликого некоторое впечатление.

- ...нельзя тут оставаться, идем дальше. - Прошептала она.

Придя в себя, Эос согласился с ней. Нельзя постоянно сидеть на месте, нужно постоянно двигаться, это залог удачной маскировки.

...

Танкер.

Лив отскочила назад, когда огненная плеть, идущая от руки шамана, ударила по палубе корабля, там где недавно стояла она сама. Прикрываясь ледяным щитом, она выпустила из вытянутой руки несколько ледяных колей, устремившиеся в одоспешанного шамана с огромной скоростью.

Шаман поднял руку со щитом, сотканный из золотых прядей, в которую тут же врезались сосульки, от чего шаман пошатнулся, но вовсе не пострадал. Вытянув свободную руку, он создал тауматургический круг и собирался ответить наглой северянке, но сразу же прервал заклинание.

Лив была несколько озадачена таким поступком. Оглянувшись за спину, она увидела смешанную толпу из воинов централа и ее соплеменников. Стало ясно, что этот шаман просто не хочет задеть своих. Неожиданное преимущество, придало Лив уверенности.

Чувствуя безнаказанность, она скастовала ледяной град прямо над головой шамана и запустила тучу голубых стрел в него.

Заслышав странный звук над собой, шаман поднял голову. Увидев как в него мчится ледяной град, он увеличил золотой щит и поднял над своей головой, еле сдерживая натиск. От тяжести непрекращающегося залпа ледяных колей, он упал на одно колено.

Пока шаман сдерживал натиск града, Лив создала в руке копье из все того же льда и мощным броском метнула во врага.

Шаман равнодушно посмотрел на летящее в него оружие. Воссоздав во второй руке еще один щит, он отбросил копье в сторону. В это же время, град перестал давить на него и просто исчез. Выдержав натиск, шаман спокойно поднялся на ноги и рассеял один из щитов, но на его месте тут же появилось эфирное оружие. Полупрозрачная булава сжималась в латной перчатке.

Послышался голос шамана, приглушенный стальным шлемом на его голове. Язык, на котором он говорил, был абсолютно не известен Лив, но его голос звучал высокомерно звонким. Лив была раздраконена этим человеком и самой этой ситуацией, в которой оказалась она и ее семья в придачу.

- Вот же ублюдок, знай свое место. Ты всего лишь неженка, по сравнению со мной. - Через скрипящие зубы выдавила Лив.

Принимая вызов ведроголового, она тоже вооружилась ледяным молотом, что вырос из ее холодящей руки.

Медленно они начали подходить друг к другу, постепенно сближаясь они принимали боевые стойки, характерные для их народов. Лив слегка сгорбилась, поднимая ледяной щит перед собой и кладя древковый молот себе на плечо.

Шаман выдвинул золотой диск вперед, а булавой поигрывал, разминая свою кисть.

Медленно приближаясь, ведроголовый шаман подошел на рисковую дистанцию. Схватившись за конец древка молота, Лив со всей силой замахнулась на противника. Головка молота начала падать шаману прямо на голову, по дуге набирая огромную силу для удара.

Заиграв своими ногами, шаман быстро ушел в сторону, пропуская тяжелое оружие мимо себя. Головка молота без труда проломила палубу корабля. Вытащив орудие, от которого осталась огромная зияющая дыра, Лив использовала его как копье и пихнула им в открывшегося шамана. Кираса доспеха промялась под ударом и отбросила шамана на приличное расстояние.

Высокомерие зло расквиталось с ведроголовым, который считал молот безвозвратно застрявшим в палубе. Но насколько бы сильным не был удар, он оставался стоять на ногах, а удар, что вмял его кирасу, даже не добрался до его тела.

Грязная туземка с севера, посмевшая противостоять ему, не на шутку разозлила шамана и даже раззадорила его. Придя в себя он сразу же накинулся на Лив, от неожиданности она не успела нанести удар молотом, тот сократил расстояние слишком быстро. Полупрозрачная булава градом рушился на ледяной щит Лив, чья корка медленно трескалась под ударами. Маленькие ледяные крошки осыпались на палубу корабля.

Молот исчез из ее рук, но при этом сама рука начала покрываться льдом. Кожа леденела и обрастала холодным слоем и когда заклинание было завершено, Лив выпрямилась и что есть сил оттолкнула неприятеля назад. Отбросив шамана на нужную ей дистанцию, она собрала все силы в руку и бросила заледеневший кулак ему прямо в голову.

Тяжелая рука тараном прокатилась по стальному шлему, от чего тот опешил и потерял концентрацию, щит и булава исчезли из его латных перчаток. Замешательство вовсю заиграла в его мозгу, стоя на грани обморока. Шаман ковылял своими ногами, пытаясь устоять на ногах.

- Слабак. - Разочарованно проговорила Лив, с досадой смотря на беззащитного шамана. - Я слышала, что Вы имеете при себе могущественных воинов эфира, говорили, вам целые армии не почем... Но я этого не вижу.

Растопив руку, она вытянула ее в сторону мающегося обмороком шамана, держащегося за свою бедную голову. Из ее кисти начала исходить холодная дымка, а вслед за ней вырвался густой и замораживающий до самых костей буран, от которого не защитит ни один доспех.

Холодный поток, что замораживал все на своем пути, беспрепятственно добрался до шамана и начал обволакивать его тело. Его роба начала дубеть на глазах, а доспехи покрывались ледяными узорами.

"Победа в моих руках." - Уверенные мысли переполняли ее голову. Пусть шаман еще оставался в живых, но уверенность в своей победе была абсолютна. Она на мгновение даже представила, как старушкой будет сидеть у костра и будет рассказывать внукам истории о своих битвах и похождения. Эта битва точно войдет в ее сборник приключений...

- ...

Что-то было не так. Смотря на постепенно замерзающего шамана, Лив увидела слабое свечение, источник которого был еще страннее. Сама задубевшая роба на шамане начала светиться голубым светом, что пробивался сквозь леденящий поток. Яркость этого света постепенно увеличивалась, пока не достиг своего пика и просто не исчез из виду. Роба испарилась, но на ее месте появилась полупрозрачная сфера, окружившая шамана и защищая его от леденящего потока.

Не иначе как шок пронзил ее голову, заставляя потерять концентрацию и прекратить холодный буран.

Стоило Лив прекратить свою атаку, как сфера вокруг шамана начала мигать, пока бесследно не исчезла. К этому времени ведроголовый начал приходить в себя, его перестало трясти и он прочно стоял на ногах. Латными перчатками он ослабил ремешки и скинул с головы тяжелый шлем. Стальной головной убор с грохотом приземлился на палубу.

Скинув ватный капюшон, он показал свое лицо. Смуглая и сморщенная кожа на его скуле была рассечена и истекала капельками крови, окропляя черную бороду с редкой сединой. Лысая кожа на его голове буквально блестела от проступившего пота и бликовала на воне огня.

Потерев скул перчаткой, шаман взглянул на скудное кровавое пятно. Он одарил соперницу яркой веселящейся улыбкой и злобными глазами.

При виде его лица, по всему телу Лив пробежала беспокойная дрожь.

Многие люди, за незнанием, считают робы боевых тауматургов простым украшением и отличительным знаком, присущий только им, но все не так просто. Их робы имеют практическое применение, поскольку боевые тауматурги на вес золота, то и оснащают их соответствующе дорого.

Иногда, эфирные воины, будучи знатными людьми, сами закупаются дорогостоящим обмундированием. Качественные доспехи куются лучшими кузнецами, робы закупаются в цехах теургов, выкупаются лучшие жеребцы которых только можно найти в Фестуа (какой бы не была знать, пешком они воевать не будут).

Некоторые такие знатные тауматурги подаются в ряды королевской армии и именно они обходятся нанимателю в баснословные суммы. В то время как настоящая знатная тауматургия остается на своих землях и защищает их, ни у кого постороннего не требуя выплат за свою службу, за это платят крестьяне и рабы живущие в этих самых землях.

Уверенно шагая стальными сабатонами, шаман медленно обходил пораженную Лив, заходя ей за спину.

Придя в себя, она обнаружила, что шаман поравнялся с ней и та утратила свое выгодное положение. Общая масса в которой шла битва, находилась слева от нее, а шаман смотрел прямо на нее и мог разойтись на полную, не опасаясь задеть своих союзников.

Шаман, прежде чем начать действовать, ясно и четко произнес пару слов.

- Хью де Грант!

Необычная связка слов была похоже на имя, подобная тем, которые носят жители центрального континента. Представившись, он стоял и ничего не предпринимал, явно ожидая, что его соперница представится в ответ.

- Я Лив! Дочь Бедвара Смелого!

Хью сказал еще что-то на неизвестном языке, после чего удовлетворенно улыбнулся.

Тяжелые сабатоны слегка скользнули по палубе, отталкивая шамана, что рванул к Лив. Но пути он окружил свои руки золотыми кольцами, от которых его руки начали светиться.

Лив понятия не имела, что это за заклинание, но гадать времени не было. Все на что хватало драгоценных секунд, так это поднять щит и принять устойчивую стойку, ожидая встретить тяжелый натиск.

Кольца исчезли, но руки шамана продолжали светиться золотым светом. Приблизившись к туземке в плотную, Хью резко остановился и нанес удар по незащищенному месту, по ноге. Стремительный удар голенью, окованный в латы, пришелся прямо по женскому колену.

Не желая того, Лив упала на одно колено, которое тут же пронзила жгучая боль, от которой она не вольно скорчила болезненную гримасу. Лишь короткий выкрик вырвался из ее губ, сигнализирующий о серьезной травме.

Хью заулыбался до самых ушей и нанес второй удар. Светящая золотом рука, сжатая в кулак, врезала по щиту. Удар оказался не человеческой силы, разрушав деревянный диск на составляющие, поломанные доски и обрывки обтянутой кожи разлетелись в разные стороны. Лив отправилась в коротко-временный полет и в полусознательном состоянии распласталась на палубе корабля.

Грозная поступь сабатонов эхом отдавалась в ушах Лив, но она отлично видела, как Хью медленно и уверенно приближался к ней.

...

Пьеру с переменным успехом отражал направленный натиск двух северян. Тот что был здоровее был сверху и старался выцепить голову скваера моргенштерном, пока мелкий ублюдок топором пытался зацепиться за его ногу.

Очередной удар тяжелым оружием был встречен щитом, а топор не сумел зацепиться за отступившую ногу. Пьер медленно отступал, углубляясь в гущу боя, рискуя быть окруженным врагами со всех сторон.

Скваер даже не удивился, когда некий варвар закинул веревку ему на шею и начал сдавливать ее. Пьер не запаниковал от столь подлой, подстать варварам, атаки и начал пытаться вырвать веревку от своей шеи, что медленно душила его. Веревка никак не хотела нащупаться пальцами, в этом сильно мешали латные перчатки и Адельхейм со щитом в них.

Пьер никак не хотел их отпускать, он не забыл, что перед ним еще двое варваров. Они, пользуясь случаем, начали быстро приближаться, чтобы нанести решающий удар. Тот что был по здоровее, на бегу размахнулся моргенштерном, намереваясь если не убить, то хотя бы дезориентировать его.

На мгновение перестав обращать внимание на удушающую веревку, скваер поднял гербовый щит на уровень головы. Отразив тяжелый удар, Пьер пинком отогнал северянина, на месте которого тут же появился второй. Мелкий ублюдок не переставал выцеливать опору Пьера своим чертовым топором. Стоило ему подойти чуть ближе, как его тоже встретил мощный пинок, отогнавший варвара назад.

Между атаками появилась доля секунды, которым не медля решил воспользоваться Пьер. Скваер на угад закинул лезвие себе за спину, пытаясь таким образом проткнуть подлого и трусливого варвара. Судя по тому как лезвие встретило препятствие и звуку жалобного мычания, Пьер попал прямо в цель. Веревка ослабла и сползла с шеи, позволив ему облегченно вздохнуть, правда это облегчение не могло продлиться долго, при такой шумной и опасной обстановке.

Из толпы вырвался еще один туземец и умбоном щита протаранил руку Пьера. Под давлением кисть больно согнулась и обронила Адельхейм, что звонко приземлился на палубу.

Еле оттолкнув туземца, скваер занес щит и его же оправой нанес удар по неприкрытой переносице чужака. Послышался громкий хруст, за которым последовала струя вырывающейся крови, текущая из носа раздавленная в омерзительное месиво.

Туземец, то ли мертвый из-за болевого шока, то ли без сознания, развалился на палубе.

Пьер хотел подобрать Адельхейм, но появился еще один засранец. Истошно крича туземец бежал на него, попутно замахиваясь топором. Злость разгорелось в сердце Пьера с новой силой. Это действительно было раздражающе.

Скваер среагировал мгновенное. Пьер неожиданно быстро приблизился к туземцу, чем застал его врасплох. Схватившись за вытянутый вверх топор, щитом он нанес удар по руке. Теперь топор принадлежал скваеру, чем он не преминул воспользоваться, коротким замахом вонзив лезвие топора в шею незадачливого туземца.

Попытавшись вытащить новоприобретенное оружие, обнаружилось, что головка застряла в мясе чужака. Пьер не стал церемониться и вырвал топор, разрывая мышцы и жизненно важные сосуды. Вслед на лезвием, из шеи вырвались струи густой крови, пока туземец захлебывался той же пузырящейся кровью.

Посмотрев в сторону, где упал Адельхейм, Пьер обнаружил двух прежних варваров, с единственным отличием, Адельхейм оказался в руках того, что по крупнее.

Вновь злость охватила его чувства. Этот мерзкий чужак посмел прикоснуться к фамильному оружию Террайлей. Его грязные и жирные руки сжимали окровавленный клинок, в тандеме со щитом, созданный руками этих мерзких тварей с севера. Такая наглость выводила Пьера из себя, латные перчатки заскрипели, сжимались от гнева.

Лишь знание собственного преимущества, не позволяло ему накинуться на них с имеющимся оружием. Сделав пару шагов в сторону, он выбросил щит и топор на палубу, чем озадачил обоих варваров, что смотрели на него. Развеяв руки в стороны, словно собираясь заключить их в объятья, он прямо начал провоцировать их.

- Ну чего же вы стоите!? Нападайте, грязные туземцы! - Его крик стал последней каплей и варвары двинулись к нему.

Тот что по больше, перешел на бег и быстро сократил дистанцию, Пьер просто стоял. Варвар оттянул Адельхейм назад для мощного колющего выпада, зная, что этот меч без проблем пронзит доспехи ведроголового, но Пьер просто стоял. Даже когда почерневшее от спекшейся крови лезвие понеслось в него, он стоял как вкопанный, ожидая удара.

Черное и ровное лезвие приблизилось к кирасе, собираясь пронзить опасного ведроголовго на сквозь.

Видел бы этот северянин свое лицо, когда Адельхейм соскользнул по килю кирасы, не оставив на нем даже мелкую царапину. В заросшем растительностью лице, виднелись широко открытые от удивления глаза и отвалившаяся по той же причине челюсть. На мгновение варвар замер в оцепенении.

Пьер зажал лезвие Адельхеймя подмышкой и придерживал его пальцами, не опасаясь, что может их потерять. Зафиксировав свое оружие, скваер принялся лупить варвара латным кулаком, изо всех сил, что у него были. Первый удар прошел успешно и впечатался в щеку, прикрытая лишь от части.

Одного этого удара было достаточно, для того чтобы туземец отпустил Адельхейм и отступил. К нему подбежал мелкий ублюдок, защищая его своим жалким щитом и топором.

- Адельхейм выкован Николосом Фламелем из чистого мифрила, но насколько бы острым он не был, ему не пронзить адамант. - Невольно выдал Пьер, на секунду почувствовав силу в своем сердце.

Но варвары лишь недоуменно моргали, не понимая ни единого слова. Пьер и не надеялся, что эти туземцы вдруг начнут понимать его язык. Разочарованно вздохнув, скваер перешел к делу.

Вновь вооружившись фамильным оружием, Пьер направился в сторону двух варваров, с которыми уже давно пора кончать.

Внезапно, варвар, который получил по лицу, оттолкнул мелкого ублюдка и рванул к Пьеру, блокируя его вооруженную руку и роняя на палубу корабля. Вытащив из пояса моргенштерн, он начал колотить Пьера по Топфхельму, отчаянно пытаясь вывести его из строя.

...

- Отец!.. - Прокричал Аркелл, подбегая к отцу, что сейчас сильно занят.

- Беги к Лив! Помоги ей! - Откликнулся он, попутно выцеливая голову ведроголового, что ворочался и постоянно мешал свободной рукой.

Сигурд совсем не давно получил удар по лицу, но это никак не мешало ему трезво мыслить и оценивать ситуацию.

Одна из таких мыслей, напомнило ему он Лив, что слишком долго разбирается с вражеским шаманом. Лишь бы не случилось худшее. В надежде, что она еще жива, Сигурд и обратился к сыну.

- Понял!.. - Не споря, Аркелл убежал, вырываясь из кровавого месива.

Отбиваясь от редких нападок, стало ясно, что мелкий отряд центральных воинов сильно поредел и лишь единицы оставались стоять на ногах, правда не долго, вскоре и на их головы пала тяжелая рука смерти.

Оказавшись на части палубы свободной от массовой резни, Аркелл стал выискивать свою мать и быстро обнаружил ее. Лив корчась от боли отползала от приближающегося к ней лысого шамана, волоча за собой обездвиженную ногу. Отчаянные попытки спастись, в облике вылетающих из рук сосулек, были совершенно бесполезны, шаман легко и быстро отражал ее нападки. Тот медленно приближался к ней и вот-вот был готов прикончить ее.

Страх и ярость мгновенно обуяли сердце мальчишки. Не ведая страха он рванул с места и замахиваясь топором, что есть сил, напал на шамана со спины, чьи руки продолжали светиться золотом.

Хью, заслышав за своей спиной быстро приближающийся топот, резко обернулся и с разворота мощным ударом кулака сбил паренька с ног.

- Аркелл!.. - Закричала Лив, увидев падающего на палубу сына.

Удар был неожиданно сильным, но часть удара погасил щит, что развалился на куски. Аркелл не почувствовал на себе тяжелых ран, возможно из-за адреналина бурлящего в крови, но собственное состояние ушло на последний план. Его мать в опасности и ее надо выручать, и Аркелл не боялся ради этого погибнуть сам.

Поднявшись на ноги, он прокрутил топор в руке и приготовился к битве.

- Аркелл, чему я тебя учила?! - Вскрикнула Лив, припоминая своему сыну, что он учился бою не только у своего отца, но и шаманизму у своей матери.

Аркелл не уверенно посмотрел на свою мать, думая, стоит ли использовать данную ему через кровь силу. Но очередной крик матери и ее скорчившееся от боли лицо смели все сомнения прочь.

В мыслях тут же всплыли все те немногие наставления матери, в попытках выявить в нем предрасположенность к крио. От проступившего из тела холода, кожа тут же онемела и казалось ее пронзали тысячи иголок. Аркелл невольно глотнул и прошипел от резкой боли, но взяв себя в руки и собрав решимость в кулак, покрыл собственное тело льдом.

Тонкие снежные узоры росли прямо на глазах, кожа побледнела от холода, губы посинели. Жуткий мороз проник до самых мозгов, от чего новая волна боли пронзила его сознание, но боль притупилась и стихла.

Лезвие топора начала излучать холодную дымку.

Шаман был впечатлен таким ярким выступлением и золотистыми руками похлопал в ладоши, аплодируя ему. Аркелл не обратил на это внимание и помчался на шамана. Топор замахнулся назад и стремительно полетел во врага, постоянно прокручиваясь в воздухе.

Хью явно не ожидал такого трюка, но его воинская жилка дала о себе знать. Резко присев на корточки, он пропустил топор над своей блестящей головой, как тут же получил коленом по носу. Послышался отчетливый громкий хруст, после которого шаман резко поднялся на ноги и отпрыгнул назад.

Аркелл надеялся повалить его, но этот Хью никак не хотел падать и постоянно держался на ногах. Убрав руку, показался покрасневший нос со искривленной переносицей, из раны которого обильно текла кровь, стекая к его подбородку.

Зубы шамана заскрипели от злости, а глаза воспылали яростью. Стало ясно, церемониться он больше не будет.

Расставив руки в стороны, перед ним появился огромный преобразовательный круг, чей диаметр совпадал с кончиками его пальцев. Красноватое сияние поначалу ослепило Аркела, но сразу после этого он сумел в последний момент разглядеть мечущиеся в его сторону языки пламени.

Аркелл сумел за долю секунды возвести перед собой стену изо льда, появившийся прямо из воздуха. Пламя врезалось в стену, растопив ничтожную часть глыбы в воду и тут же исчезли.

Вонзив пальцы в лед, он расколол его на двое и развел в стороны, создавая щель, через которую хорошо виднелся шаман. Огромный огненный круг исчез, их заменили более мелкие красный кольца касающиеся его разжатых пальцев. Из них начали вырываться более мелкие вспышки, летящие по траектории в разнобой, но цель у них была одна.

Холод скопился в руках Аркела, который он начал высвобождать. Как только огни приблизились, их движение стало предсказуемым. На встречу им отправились чистые сгустки холода, что столкнувшись с огнем исчезали бесследно.

Покончив с огнем, Аркелл пролез через щель в ледяной стене, попутно создав в правой руке топор, который вновь полетел во врага. Шаман в ответ соткал золотой щит и прикрылся им. Ледяное орудие, врезавшись в него, разлетелось на мелкие кусочки.

Выглянув из-за щита, шаман увидел как Аркелл бежал к нему сломя голову, с огромной ледяной глыбой вместо левой руки. Размахнувшись глыбой льда, парень со всей дури врезал по золотому щиту. На этот раз, сам шаман отлетел от удара на несколько метров, пока его золотистый нитевой щит рассыпался в воздухе.

Крепко приложившись головой о палубу, он потерял сознание, полностью растеряв свою боеспособность.

Покончив с шаманом, Аркелл быстро подбежал к матери и присев к ней, начал расспрашивать ее.

- Мама, что с тобой, где болит? - Мигом пролепетал он.

Лив указала на ногу.

Разорвав штанину на ноге, глазам Аркела предстала ужасная картина. Коленный сустав был выбит на прочь, цельная кость торчала из под кожи, а чашка сместилась со своего места. Кожа вокруг раны посинела и начала разбухать от отека.

Преодолев легкий шок от увиденного, он приложил холодную руку и принялся охлаждать рану. Лив жалобно промычала сквозь стиснутые зубы. Аркелл не умел лечить подобного рода увечья, лишь вправить вывихнутую конечность, да и только. Нужно найти настоящего лекаря.

Покончив с этим, Аркелл перекинул руку матери через плечо и повел к толпе своих соплеменников, среди которых не осталось ни единого центрального воина.

Послышались ликующие возгласы, северяне праздновали короткую стычку, так, будто бы это настоящая выигранная война. Но все только начиналось, им предстояло встретиться со стрелками централа, лицом к лицу. Но этот боевой клич приободрял, не смотря на свою маленькую значимость.

Свет надежды целого народа начал мелькать перед глазами. Аркелл чувствовал ответственность не только за свою семью, но и за весь свой народ. Он был рад даже такой мелочной победе, которая хоть и немного, но приближала их спасение. Пока тяжелый топот не прервал хороший ход мыслей.

Толпа северян, только заслышав сотрясающий топот, обернулись и испуганно посмотрели на источник шума. Обернувшись вслед за ними, Аркелл увидел, как мимо него промчалось огромное нечто, лохматое и облаченное в ватник и кольчугу. Мельком он заметил столь же огромных размеров дубину и осадный щит, что со всей скорости врезался в толпу, сминая и выметая его соплеменников за борт.

Мысли о лучшем будущем для его народа улетучились столь же быстро, как и группа северян, что толпилась у борта корабля. Их будто бы с самого начало здесь не было. Толпа мигом превратилась в кровавую кашу, воздух наполнился отвратным запахом крови и кишок разлетающихся во все стороны словно праздничный фейерверк. Постоянно слышались раскалывающиеся как орехи черепа, звук разрывающейся плоти и пышущий рев рогатого зверя.

Сердце кольнуло толстой иглой.

- Отееец!.. - Отчаянный крик устремился в сторону кровавой бани. - Отец!.. - Не переставая кричал Аркелл и хотел ворваться в резню, но прижавшаяся к груди рука матери прозрачно намекала не делать этого.

Обозленным лицом Аркелл посмотрел на свою мать, но гнев тут же исчез при виде ее искаженных от отчаяния глаз.

Она не могла поверить в происходящее, быть не может, чтобы северяне, народ испокон веков сражающиеся с племенами зверолюдей, вдруг уничтожались подобно букашкам одним единственным зверем. Да и таких монстров они даже не видывали раньше, копыта и рога, массивное мускулистое тело облаченное в огромные доспехи. В битве с этим монстром даже у северян нет шансов на победу. А ведь централы сражаются с ними за одно.

Как же так? Разве возможно такое, чтобы звери и люди сотрудничали между собой, сражались бак о бок с общим врагом? Для северянина это было сродни бредовым сказкам. Скажи любому северянину о дружбе со зверем и он вскроет тебе глотку, такой же была и Лив.

Но ее мысли в конечном счете сходились между двумя перспективами, оставить своего мужа на растерзания этого монстра и спасаться самим, или отправить Аркела ему на помощь. От этого ей становилось еще тяжелее. На последнее она никак не могла пойти. Лив посмотрела в перепуганное лицо своего сына, которого любила всем сердцем, и мужа она любит без памяти, но ей придется выбирать.

На ее глазах начали наворачиваться слезы. Сердце раздирали острейшие когти, но она приняла решение.

- Беги... - С трудом она выдавила из себя эти слова.

Аркелл опешил и окинул свою мать искренним недоумением, вперемешку с отчаянием наполняющее его сердце.

- Но... отец! - Дрогнувшим голосом пробормотал он.

Лив, стоя на одной ноге, прижала сына к груди и тихо шептала ему на ухо.

- Ты все что у нас есть, наше будущее живет в тебе...

- Что? - Не веря промолвил он, чьи глаза задрожали и наворачивались редкими слезинками.

- Твой отец, хотел, что бы ты продолжал жить. Помнишь о чем он говорил? Ты дал нам слово, что будешь жить во всю ширь... Так что беги и не оглядывайся!.. - Отпрянув от сына, она добавила слова, что еще сильнее раздирало душу их обоих. - Я останусь и помогу твоему отцу.

Лив прекрасно понимала, на что идет и почему. Если Аркелл не убежит с этого корабля, то зверю он противостоять не сможет и падет его жертвой. А если Лив начнет бежать вместе со своим сыном, то будет только мешать ему, и мужа своего она бросить никак не может.

Она знала, Аркелл сильный и выносливый. Он сможет выжить на острове и однажды сможет добраться до цивилизации, начнет жить своей жизнью и возможно даже заведет свою семью. У него появится любящая жена, родятся дети. Лив не хотела думать о том, что с сыном может приключится что-то плохое, но в конечном счете, она надеется, что ее дитя будет жить припеваючи.

- Прошу, не говори такие вещи... прошу. - Умолял Аркелл, не желая слушать эти бредни.

- Все будет хорошо. Я помогу твоему отцу и вместе покинем это место, найдем тебя и все будет как прежде. - От лжи сердце скрипело от боли.

Аркелл видел как его мать кривило лицом, произнося эти слова, которым он не хотел верить. Его сознание разрывалось между двумя из зол, бежать бросив своих родителей на погибель, или же погибнуть вместе с ними.

- Не думай, просто беги, а мы тебя догоним! Слышишь меня! Беги!.. - Кричала она, прогоняя сына за борт корабля.

Аркелл вновь обнял ее, так, словно не хотел ее больше никогда отпускать. Его ноги окатились свинцом, руки замерли и не решались разжимать ее талию. Лив ответила тем же, крепко обхватив его шею в объятьях. Приглаживая его волосы она говорила.

- Все будет хорошо, вот увидишь. - Улыбнувшись через горе и отчаяние, она продолжала гладить голову своего сына.

Аркелл поднял голову и посмотрел ей в заплаканное лицо. Это тепло ее рук, мягкий ангельский голос и эта ее яркая улыбка. Ему казалось, что эти вещи он увидит в последний раз в своей жизни. Он не выдержал и соленый струйки покатились по его щекам.

- Но... я... - Слова проглатывались еще до того как он успевал их произнести. Ком в горле не позволял ему нормально говорить, но последние слова он выдавил из себя силой, хочет он того или нет, он должен сказать это. - Я... я люблю тебя... Мама.

- И я тебя люблю, Аркелл, и всегда буду любить. - Прошептала она, сильнее прижимая сына к груди. Лив не хотела отпускать сына, и провела бы в таком положении весь остаток своей жизни, но хотя бы еще секунду, она могла почувствовать себя счастливой.

Эти объятья не вольно напомнили ей о первом дне, когда Аркелл родился. Маленькое беззащитное дитя закутанное в ткань, лежало на ее руках. Он много плакал и кричал, но она чувствовала внутри себя тепло, которое никогда раньше не испытывала. Она помнила как Сигурд, такой угрюмый и серьезный, радостно улыбался и кричал о том, что у него родился сын. Она помнит его первые шаги, как тот впервые заговорил и сказал слово "Мама". Как за обе щеки уплетал ее стряпню и как тренировался со своим отцом.

Эти ценные и теплые воспоминания наполненные счастьем и радостью в холодных и скудных землях навсегда останутся в ее сердце.

Найдя в себе силы отпрянуть от Аркела, она ясно сказала.

- Беги. Мы догоним тебя.

Аркелл отчаянно посмотрел на Лив своими заплаканными глазами в последний раз. Смотрел на нее долго, сохранив в своей памяти всякие воспоминания о ней, особенно ее любовь.

Ноги стали тяжелыми камнями и не смели сдвинуться с места, руки не хотели отпускать ее, чувствуя грядущий ужас, ожидающий его на пути судьбы. Глаза застыли, бьющееся в истерике сердце било по ушам волнами. Лишь очередной выкрик заставил его сдвинуться с места. С начало он сделал один маленький робкий шаг, по прежнему не отпуская Лив. Потом шаги стали шире и со страхом переполняющий его сердце, он отпустил ее.

Вскоре шаг обратился бегством к хвосту корабля. По пути он постоянно озирался назад, смотря на маму, что продолжала провожать его взглядом, улыбаясь при этом нежной улыбкой.

Мысли путались в панике. Он не ведал, что делал, не осознавал этого, лишь делал что ему говорят. Его сердце разрывалось на куски, вопя о неправильности его действий. Аркелл понимал, что бросает собственную мать одну умирать, но ничего не мог поделать со своей головой и ногами, что несли его к фальш-борту.

Только добравшись до него он нашел в себе силы чтобы остановиться, для него это был настоящий подвиг. Еще ни разу в своей жизни он не прикладывал столько усилий, только для того чтобы опереться рукой об ограду и вновь обернуться к матери.

Путающиеся в голове мысли намекали о возвращении, быть всегда рядом с близким тебе человеком, до конца жизни. Но ноги вновь предательски задрожали и замерли на месте.

Лив, приложив усилие, оторвала взгляд от убегающего Аркела. Теперь она была спокойна, ее дитя в безопасности и бояться ей больше нечего, казалось бы, но ее сердце колотилось от страха неопределенного будущего... Хотя нет, она прекрасно понимала чем все закончится и боялась скорее грядущего, чем неизвестного.

Взглянув на бушующего монстра, что без труда уничтожил штурмующих, он добивал тех кто еще шевелился.

Должно быть Сигурд пополнил ряды мертвецов. Осознание этого резануло по сердцу острым ножом, новая волна боли окатила ее голову. Новые слезы наворачивались на ее глазах.

Собрав в руках всю свою решимость в руках, она вытянула ее в сторону монстра, который еще не обратил на нее внимание. Рука начала леденеть, сил хватало только на одну льдинку, на большее она уже не способна. Аркелл сбежал и сейчас в безопасности, а Сигурд мертв. Любовь всей ее жизни покинул мир живых и теперь она хотела отправиться за ним.

Но вопреки ее ожиданиям, некто из трупов поднялся и громко закричал. Кто-то еще остался жив, удивительная картина. Вслед за криком последовали ясные слова.

- Лиииив! Аркееелл!.. - Прокричал он.

Лив удивленно раскрыла глаза, это был Сигурд, он жив и стоит на ногах. А напротив него стоит огромное чудище, замахивающееся длинной дубиной.

Не раздумывая она создала в руке острую сосульку и без промедления отправила в рогатого монстра. Острый шип проткнул ухо чудовищу, даже раной это назвать сложно, но Лив добилась желаемого результата. Монстр издал тихий бычий рык и обернулся в сторону наглой северянки.

Страшная бычья морда грозно и кровожадно посмотрело на Лив, его круглые глаза пожирали ее, от чего все ее тело задрожало в страхе. Тяжелый топот копыт затряс корабль. Страх обуял ее разум, она хотела побежать куда угодно, только подальше от этого чудовища. Но ее нога безнадежно искалечена, наступит на нее и тут же упадет. Только вторая нога, чудом держала ее в равновесии.

Монстр неумолимо приближался к ней, ни сил ни воли сражаться больше не было. Она была готова к такому исходу.

Тихим голосом, смотря на Сигурда, что так же смотрел на нее, она тихо прошептала.

- Любовь моя... - окованная в сталь дубина поднялась высоко вверх над ее головой - я люблю тебя.

- Лиииииив!!! - Истошный вопль Сигурда, было последним что она услышала в своей жизни.

Дубина приземлилась ей на голову и расплющила ее тело, превратив женщину в кашу из крови, внутренностей и переломанных костей. Лишь руки и ноги торчали из этого месива нетронутыми.

...

Информация собрана, Андре удалось собрать всю необходимую информацию о враге и союзниках.

Судя по словам связистов, Герпширские войска были обнаружены сигнальным огнем из фейерверка. Неприятное событие, но ничего с ними поделать уже нельзя, Андре отдал им приказ продолжать путь к вражескому лагерю. Он понимал, что раз уж часть порохового запаса орков было уничтожено, то они не смогут разбрасываться им для ненадежных взрывных ловушек. Дальнейший путь Герпширских рыцарей определенно не вызовет проблем.

Что же насчет самих орков. Со слов Флюгера, они столкнулись с шестью полками врага, такое же количество орков напало на группу Андре. То есть, лишь двенадцать полков из двадцати вступили в бой. Это намекает на командный пункт, от которого идут все приказы и где держатся резервы для переброски их в наиболее тяжелые участки поле боя.

Орк, что командует этими войсками довольно предусмотрителен и хорошо воспользовался данным ему временем.

Андре начал углубленно размышлять на эту тему, пока на фоне бушуют выстрелы мушкетов и пушек.

"Орк военачальник. Раз уж в бой вступило двенадцать полков, то у него в запасе осталось еще целых восемь полков, это довольно внушительная сила. Но он не может не обратить внимание на приближающиеся к главному лагерю войска Герпшира. Этот военачальник наверняка отправит обратно на базу от двух до четырех полков из запаса.

Этих войск для защиты не должно быть слишком много или мало, их должно быть именно столько, сколько и должно быть. Думаю в лагере сейчас находится четыре полка, этих сил должно хватить для эффективной обороны примостных укреплений.

Выходит еще четыре полка в запасе у орочьего военачальника, которые он может отправить нам на встречу.

С численностью разобрались, теперь что там у них со связью.

Орки продвинутая в технологиях раса, их новые мушкеты тому яркий показатель. А значит, использовать курьеров для связи использовать не станут, это слишком медленно и не надежно, проще и надежнее использовать связистов. Любой уважающий себя стратег, имея продвинутых тауматургов и необходимые средства, будет использовать именно связистов.

Доспехи и оружие орков намекает на их богатое снабжение, а значит и на связистах не поскупились. Первым на перво, нужно затруднить координацию орочьих сил, уничтожив связистов, а после необходимо найти командный пункт и нанести по нему удар. "Отрубить змее голову" так сказать."

Мысли в голове Андре выстраивались в план с молниеносной скоростью. В своих мозгах Андре раздумывал не спеша, ни куда он не торопился, тем не менее в реальности прошло лишь пара секунд. Его мыслительные процессы происходили настолько быстро, что целые тексты и пересказы книг пролетают в его памяти за считанные секунды.

Это было чем-то на подобии секретной способности Андре.

Коннетабль наклонился к одному из связистов, что связался с Флюгером, тот протянул стеклянный шар к его лицу. На фоне грохочущего оружия, Андре проорал.

- Флюгер! Используй отряды боевых тауматургов! Их первостепенная задача найти и уничтожить связистов! Надо оборвать им связь!

- "Вас понял, господин... будет исполнено!" - Послышался повышенный голос Флюгера и грохот орудий на фоне, слегка мешающий расслышать его голос.

Обернувшись к боевому отряду тауматургов за своей спиной, он отдал им приказ.

- Срочно найдите связиста орков, быстрее! - Завопил он, подгоняя их.

Один из них, сидя в седле вытянул ладонь, над которой появился синий круг. В следующую секунду из него мелким столбцом поднялась ртутная, или похожая на нее, жидкость, что тут же начала принимать формы. Железного цвета жидкость образовала из себя крылья, трехпалые кожистые лапки и голову с клювом. Все завершалось густым оперением, принявший голубой цвет с черным оттенком на окончаниях перышек.

Прошептав птице что-то на ушко, она замахала крыльями и взмыла в небо, все еще освещаемое яркой вспышкой, весящей в воздухе. Вспышка никак не мешало зеркальному духу лететь в небе, свет не обжигал его глаза. Но сама вспышка со временем уже начала угасать.

Андре напряженно наблюдал за полетом птицы, пока передние три шеренги отстреливали орков, что все еще вяло целились и еле попадали по людским рядам войск.

Внезапно, затрубил рог. Гудящий звук наполнил холодный воздух тревожной атмосферой. Орки трубят в рог только в двух случаях, либо они отступают, либо готовятся к ближнему бою. Андре с тревогой посмотрел на ряды орков, что закидывали мушкеты себе за спину и вооружались ятаганами.

- Ясно. Пикинеры вперед! Смешанные ряды! Смешанные ряды! - Пронесся по воздуху приказ коннетабля.

Возвышающиеся к самому небу пики зашевелились. Солдаты пикинеры двинулись прямо к стрелкам и заходили в их ряды, создавая смешанное построение. Первый стрелок, второй пикинер, таким образом достигалось сочетание огневой мощи и способности обороняться в ближнем бою, но использовать тактику "улитки" в таких условия уже не получиться, отдавая предпочтение общему залповому огню.

Орки начали свое движение. Целые шеренги начали свое грозное шествие, маршируя по грязной земле, сопровождаемое звонким грохотом доспехов. Стоило прозвучать второму горну, как шеренги будто бы с места сорвались и побежали к людским рядам во весь опор, попутно выкрикивая не разборчивые слова или просто издавая устрашающий рык.

Пикинеры уперли свое оружие в землю и наклонили в сторону стремительно приближающегося врага, ощетинившись множеством острых наконечников подобно ежу.

Андре в спешке завопил, отдавай новый приказ, обращаясь к тауматургам.

- Остановите их!

Выполняя приказ, двое конных тауматургов подняли руки и создали холодные преобразовательные кольца с множеством пентаграмм внутри них. Из этих колец вырвались сгустки искрящегося огня. Пролетая над головами простых солдат, искрящиеся шары приземлились прямо перед несущимися рядами орков и тут же разорвались оглушающими взрывами.

Это просто отличное сочетание для борьбы с орками. Взрыв разметал десятки тяжелобронированных монстров и сжигал их до корочки, от этого не спасет никакой доспех. А оглушающий взрыв ударил по острому слуху орков, чем многих дезориентировал.

Сразу же за этим послышался громкий басистый голос, и вновь залп мушкетов. Приблизившиеся ряды орков значительно подкосились, можно даже сказать, что целая шеренга пала под градом пуль.

Искрящийся огонь был не единственным ударом тауматургов. Из бледного кольца вырвались пышущие леденящей дымкой холодные и замораживающие сгустки. Пролетев над толпой блестящих под светом шапелей, оставляя позади себя снежный шлейф, они упали в ряды орков. Вместо привычного взрыва, из земли начали вырастать огромные ледяные шипы, тянущиеся во все стороны, под отчетливые звуки ломающегося, или скорее растущего, льда.

Три выросшие из земли глыбы заковывали орков в своих смертельных объятьях. Некоторые были заперты во льду целиков, превратившись в застывшие при беге статуи. Некоторым везло больше и во льду застряли лишь их конечности, которые те без успешно пытались вырвать из мертвой хватки.

Но орков это вовсе не останавливало, они сломя голову мчались к рядам людей, казалось они даже начали ускоряться.

- Я нашел вражеского связиста! - Прокричал тауматург за спиной Андре.

- Уничтожь его! - Сразу же прокричал коннетабль, не оглядываясь за спину и продолжая с волнением смотреть на ряды лихо приближающихся орков.

Как только мушкеты были в скором времени перезаряжены, их дуло направились в сторону врага. Заслышав приказ воздух разорвала какофония мушкетов. Вновь враг потерял сотни своих бойцов, но их тут же сменили их соратники и те продолжили бежать.

Оставалось буквально пара десятков метров, прежде чем тяжеловесные орки протаранят копья и начнут резню. Пикинеры и спешно перезаряжающиеся стрелки опасливо смотрели на противника облаченного в панцири. Пикинеры по крепче сжали древка своих орудий, стрелки расторопно перебирали вспотевшими пальцами, пытаясь как можно скорее приготовить оружие к выстрелу.

- Стрелки назад! - Внезапно завопил Андре. - Пикинеры, плотный строй! Стрелки назад! Пикинеры, плотный строй!

Продублировал он свой приказ, для большей доходчивости.

Стрелки перестали перезаряжать мушкеты и словно единое целое ровным шагом отошли в задние ряды, где и продолжили заниматься своим оружием. Опустевшие места тут же заполонили пикинеры и вытянули копья в сторону мчащегося к ним врага. Образовалась целая стена из сотен и сотен острых наконечников.

Орки подошли совсем в плотную и со всей дури врезались в наконечники пик. Подобно танку шеренга врезалась в пики давила их в землю, пока бойцы, хоть и с трудом, но сдерживали орочий натиск. Сферические панцири отлично держали удар, но дальше продвинуться они не могли. Размахивая ятаганами, они начали рубить древки мешающихся копий, что было той еще задачей.

Стрелки были готовы произвести залп и тогда послышался громкий и грубый бас.

- Приготовиться! - Пикинеры, заслышав этот приказ, на автомате упали на одно колено, продолжая держать врага на расстоянии. Стрелки подняли мушкеты и прицелились в толпу яростных орков. - Огооонь!

Густой дымный смог застилал обзор, но Андре сидя на коне четко видел, что происходит. Залп произошел прямо в упор к врагу, от этого поражающий эффект оказался невероятным. Пули просвистели над головами пикинеров и вгрызались в сферические панцири. На таком расстоянии от выстрела мушкета не спасал ни какой доспех, даже орочье обмундирование из темного сплава оказалось совершенно бесполезной.

Орки всей передней шеренгой падали словно подкошенные, истошные крики резали уши, пока новая волна свежих и не затронутых сил не продолжило наступление.

"Если это продолжится, то рано или поздно они прорвутся через пики и тогда у нас не останется шанса на победу."

- Слушай сюда! - Прокричал Андре подзывая к себе конного полковника.

- Слушаю вас! - Ответил он, подскакивая на своем коне.

- Обогни эту толпу орков с фланга и нанеси удар по тылу! Быстрее!

- Есть! - Отсалютовал полковник и тут же ускакал к своему полку.

За спиной послышались голоса и топот копыт, постепенно отдаляющиеся звуки. Целый полк конных стрелков покинул ряды.

Тут Андре вспомнил про вражеского связиста, которого тауматург уже должен был уничтожить.

Обернувшись к нему, он увидел как его боевой тауматург поднял руку в небо, над которым весит один красный круг и четыре пентаграммы вокруг него. Тот сильно жмурил глаза и явно над чем-то пыхтел, даже капельки пота начали проступать на его лбу.

Выкрик Андре вернул его в реальность, но жмурить глаза он не переставал.

- Что там со связистом?!

- Я нашел его, но... - напряженно проговорил тот - он постоянно двигается, я не могу прицелиться!

- Черт, просто стреляй!

- Но я могу промахнуться! - Посетовал тот.

- Просто стреляй! - Грозным тоном завопил Андре.

Только после этого тауматург осмелился выстрелить. Небольшой голубой сгусток энергии вырвался из кольца и по крутой дуге с начало возвышался над всем полем битвы, где замер в воздухе на несколько секунд, после чего стремительно начал падать обратно на землю.

Андре внимательно наблюдал за тем, как голубая точка стремительно падала и приземлилась на головы орков. Небольшая вспышка на мгновение озарила местность вокруг себя.

Коннетабль вновь обернулся и обратился уже ко всему отряду тауматургов.

- Видели где он упал?! - Отвечая на вопрос, те закивали головами. - Так превратите то место в настоящий ад! Уничтожьте связиста!

Тауматурги не медля подняли руки вверх по дуге и развеяли их в стороны. Перед ними появились широкие преобразовательные круги, горящие красным цветом и отдающие жаром. В следующую секунду, из них вылетели огромные огненные шары.

Те летели так, будто бы горящие бочки запустили из требушета. Андре помнил это дрянное оружие, как его использовали для представлений, и данная картина перед его глазами, очень походило на то самое представление требушетов.

Огненные хвосты тянулись за снарядами, похожие на кометы мчащиеся по ночному небу. Обрушившись на область орков, они разрывались липким огненным напалмом. Яркие пышущие огни вздымались к небу высокими столбами, источающие черный дым.

Брызги пламени окатывали волнами десятки а может и даже сотни орков разом. Их доспехи никак не могли их защитить и превращались в горячие печки, в которых заживо пеклись рослые существа.

- Что там со связистом?! - С надеждой спросил Андре у тауматурга.

- Дым мешает обзору, я ничего не вижу!

- Черт. - Проворчал Андре, ожидая конных стрелков в тылу орков.

Как назло свет начал гаснуть, яркая вспышка ослабевала с каждой секундой все быстрее и быстрее. Где же конные стрелки, они уже должны были появиться.

Вовремя послышался многочисленный топот копыт справа, в чаще леса. Ржание коней и шум гудящих солдат сопровождал вырвавшихся из зарослей конницу. Рассеянный на приличной площади кавалеристский полк мчался за спинами напавших орков.

Тут же послышались разрозненные выстрелы пистолей, обрушивающиеся на спины панцирей. Эффективная дальность стрельбы пистоля 10-15 метров, потому конным стрелкам приходилось сближаться с врагом на опасно близкое расстояние. Не мудрено, что некоторых не везунчиков опрокинули и тут же зарубили ятаганами.

Стрелки добились успеха, рейд быстро промчался за спиной врага и прежде чем вновь скрыться в лесу, проредили армию орков, убив нескольких десятков или даже около сотни орков за раз. Еще несколько таких рейдов и от нападающих не останется и следа.

Но стоило кавалерии скрыться, как свет окончательно погас и ночной сумрак вернулся на землю. Люди, так привыкшие к свету, ослепли и ничего не видели перед собой. Растерянные возгласы накрывали всю людскую армию, солдаты озадаченно озирались по сторонам в попытке разглядеть хоть что-то, при этом стараясь держать позиции.

Со стороны орков послышались громкое рыцание, похожие на приказы, выкрикиваемые офицерами. Андре ничего не видел и лишь слышал как орочьи доспехи гремели и собирались чуть поодаль от первых шеренг пикинеров.

Очередной выкрик прорычал в воздухе, этот рык Андре очень не понравился, и не зря. Звуки механизмов защелкали и заискрили. В следующее мгновение яркие пороховые вспышки озарили отточенные шеренги орков, ощетинившиеся мушкетами, и лица напуганных людей, что приняли на себя свинцовую град. Ряды стрелков и пикинеров сократились в численности. Люди падали за мертво целыми десятками.

- Вспышку! Немедленно! - Прокричал Андре.

Из-за его спины в небо тут же взмыла новая яркая вспышка, вновь озарившая кровавую землю белым светом. Орки прятали глаза, как и до этого, но они уже успели натворить дел. Примерно треть всех пикинеров пала от одного залпа в упор и стена копий была сильно подпорчена.

Если так и дальше пойдет, то от королевской армии не останется и следа после очередной попытки вступить в ближний бой.

- Сомерсетские рыцари, настал ваш черед показать свою доблесть! Уничтожьте орков, ударьте им в спину!

Завопил Андре в сторону рыцарей, чья численность кое-как достигала одного полка, но их таранная тактика как нельзя понадобится им здесь и сейчас.

Доспехи рыцарей затрещали вместе с воодушевленными криками и копьями вздымающиеся к небу. Из общей массы отделился один и повел всю армию за собой. Конница начала заходить в лес, откуда планировали нанести таранный удар. Лес не лучшее место для разгона кавалерии, но иного выхода не было. Нужно совершить удар, через союзников не попрешь, свободного места мало, приходилось идти через лес.

Пока рыцари маялись, за спинами орков вновь появились конные стрелки и разрядили по ним свои пистоли. Ровные ряды орков гудели и кричали от боли и смерти. Вражеские стрелки, пораженные светом и ударом кавалерии, нарушили строй и начали беспорядочно кучковаться.

Конные стрелки отошли в сторону и скрылись, сразу после этого из леса вышла рыцарская конница. Сравнительно медленный ход не помешал им подрезать края столпившихся орков, сильно деморализуя их. Мчащаяся даже с не большой скоростью груда мышц весом примерно в двести кило, с легкостью сшибет с ног даже орка в тяжелых доспехах.

Конница уронила на лопатки значительную часть нападавших, сея ужас и смятение в рядах врага.

Таранный удар был последней каплей. Стройные ряды орков раскидали, потеряли почти половину из всех кто пошел на ближний бой, воинский дух оказался на дне. Орки, не смотря на свое физическое преимущество бросились бежать прочь от людской армии.

- Вижу связиста! - Внезапно прокричал тауматург, как только рассеялся дым и появился свет. Андре с надеждой посмотрел на него. - Его шар уничтожен, а сам лежит и не двигается! Связист мертв! - Уверенно заявил тауматург.

- Наконец-то. Свяжитесь с группой Флюгера! - Отдал он приказ своему связисту.

Связист протянул готовый связной шар, из которой послышался голос.

- "Господин Андре! Докладываю, вражеский связист уничтожен! Враг продолжает вести дальний бой!"

- Отлично, теперь их командование не заметит нашего передвижения! - Довольным тоном заявил Андре. - Слушай приказ! Отправь конных разведчиков на поиски вражеского командного центра!

- "Вас понял!"

Шар замолчал, теперь победа союзных войск лишь вопрос времени.

...

- Мы потеряли связь с нашими силами! - Растерянно объявил один из связистов, со страхом смотря на своего босса.

- Твою мать! - Проорал Снаргр, со злости подкидывая стол на пару метров ввысь, после которого кувыркнувшись с грохотом упал на землю.

Стальные перчатки с неприятным звуком заскрипели. Гнев от потери связистов был просто несоизмерим, теперь силы, вступившие в бой, практически отрезаны от командования и никак не могли с ним связаться, только если посыльных отправлять, а это слишком долго, учитывая что у них нет никакой конницы. Координация силами при таких условия просто невозможно.

- Если верить последним отсчетам, наша... - Слегка замялся связист, осмелившийся вообще произнести хотя бы звук.

- Говори. - Грозно прошипел Снаргр.

- Н-наша центральная группа армии отправилась в ближний бой, это пока все что нам известно. - Переняв смелость своего собрата, закончил он.

- Так... - Стряхнув голову, Снаргр постарался взять себя в руки и начать искать выход из сложившейся ситуации. - Если центральная группа вступила в ближний бой, то ожидаемо понесут большие потери. Отправьте им в подкрепление два полка. Сейчас же.

Раздраженно произнес Снаргр, смотря на двух своих полковников. Те двое быстро побежали к своим полкам и тысяча орков тут же направились к центральной группе войск на помощь.

Но в целом это никак не спасало ситуацию, связь прервана и прозрачно оценивать ситуацию не получится. Нужно что-то придумать. И весьма не плохая идея пришла в голову военачальника.

- Погодьте... - Задумчиво произнес босс. - У нас ведь есть тауматурги разведчики. Отдайте им приказ, пусть мониторят все что происходит с центральной и восточной группами армий, пусть докладывают о каждом шаге врага и наших сил. Так мы сможем оценивать их действия и решать, нужно им подкрепление или нет.

Снаргр немного успокоился, но тревога осталась при нем. Таким образом он и правда сможет хорошо оценивать ситуацию, но полной координации сил он не добьется если будет просто наблюдать за процессом. Но это лучше чем ничего.

- Мы только что получили доклад с главного лагеря. Герпширские псы начали осаду западных примостных укреплений. Пока что им удается успешно держать оборону.

- Пусть продолжают защищать укрепления. Нельзя чтобы псы прорвались.

...

Андре недобро поморщился, когда увидел, как к оркам начали подтягиваться силы подкрепления. Два полка свежих сил орков восполнили потери. Это не добрый знак, коннетабль знал, что командование не могло знать о числе погибших его войск, ибо связист умер куда раньше. Это вполне прозрачный намек на то, что командир орочьим войском вовсе не глупец и не имея информации отлично оценивает ситуацию и состояние своих войск.

Но без связи обойтись не получится, потеря связистов, это тяжелый удар, но вовсе не смертельный. Коннетабль был уверен, орки найдут иной способ оценки ситуации, иначе бы они уже отступили.

- Что прикажите, господин!? - Обратился к нему один из офицеров.

- На дальней дистанции у нас преимущество. Используйте тактику "улитки", палите из пушек, но не подпускайте врага к нашим позициям.

- Есть!

Офицер убежал раздавать указания. Поредевшие силы пикинеров отошли назад и стрелки приняли прежнее построение "Улитки", в три шеренги. Пушки возобновили свой огонь, какофония мушкетов вернулась в прежнее русло.

"Теперь остается ждать, пока Флюгер не доложит о расположении вражеского военачальника. Ударив по голове, остальное тело замрет. Останется лишь добить их, если те не отступят."

...

- Западная группа армии продолжает держать дистанцию и отстреливается из всех своих орудий. Подкрепление успешно добралась до центральной группы армии, они ведут бой на дальней дистанции.

- Понятно. - Хоть Снаргр и говорил так, но чутье подсказывало ему, что что-то здесь не так.

Битва внезапна оказалась статичной, враг не предпринимал никаких действий, казалось он замер. Это наталкивало на мысли, будто бы Андре задумал какую-то хитро-выдуманную авантюру, после которой оркам сильно не поздоровится. Это не давало ему покоя, как и вся битва с Андре и его войском.

Придется ждать от него все что угодно, но нет никаких гарантий, что они вывезут этот бой в свою пользу. Это крайне маловероятное событие.

Будь у Снаргра связь со своими силами, он что нибудь да предпринял, но его лишили такой возможности, остается только держать позиции и посылать оставшиеся два полка на помощь в зависимости от ситуации.

Тень 25 Долгожданная встреча.

Целых 2000 орков и 3000 северян отчаянно обороняли западный мост. Тысячи мушкетов выглядывали из бойниц и обреченно посылали пули в сторону красных пеших рыцарей, не надеясь, что свинцовый град дотянется до врага. Северяне были еще бесполезнее, мушкетами они не владели, а их луки слабы и не дальнобойны. Как на зло, на базе не осталось никакой артиллерии, но враг поливал деревянные стены ядрами на безопасном расстоянии.

На ближний бой можно и не надеяться. Орки падут под градом пуль из-за численного перевеса противника, а северяне, даже если добегут, что они сделают одоспешанным воинам? Ничего. Есть только один вариант, это всем скопом навалиться на врага, именно эту тему обсуждают четверо орочьих полковников, собравшихся за стеной.

- Надо поскорее объединить силы и навалиться на этих псов Герпшира! Если мы пойдем в авангарде... - Спешно объяснял полковник Гал, но его слова тут же были прерваны другим орком полковником.

- Я не за что не потащу своих воинов на бой как мясной щит для грязных варваров! Можешь забыть об этом!.. - Надрываясь и давясь слюной прокричал орк на родном языке. Его имя Орбул.

- Раз опровергаешь, предложи альтернативу! - Ответил Гал.

Из-за стен послышался пушечный залп, несколько первых ядер ударили по стенам, от чего те шатнулись, но все еще крепко стояли на земле. Но последнее ядро ударило прямо по бойницам и прошила ее на сквозь, раскидывая щепки и трупы людей и орков.

Полковники зажмурились, сгорбились и позакрывали головы от щепок. Как только мусор перестал осыпаться, орки подняли головы и обозленно взглянули на образовавшуюся брешь в галереи. Затем их глаза спустились на землю, где лежали трупы обороняющихся северян и орков. Завидев тела свои павших сородичей, их лица исказились в жуткой гневной гримасе.

- Нет времени рассусоливать, наши солдаты погибают каждую секунду! Мы отправимся смешанными рядами, это всех устраивает!? - Заявил Гал, как и ожидалось, никто спорить не стал, да и времени на это не хватало. - Тогда соберите своих воинов перед воротами и северян подстегните с собой!

Полковники молча разошлись к своим полкам на стенах, по их примеру хотел последовать и сам Гал, но неожиданный оклик отвлек его.

- Полковник Гал! - Крича подбежал рядовой солдат. - Противник проник на территорию лагеря!

- Что?! - Откровенно удивился Гал, у него и без того хватало проблем. - Сколько их?!

- Неизвестно, обнаружили лишь несколько трупов северян на восточной стене! Северяне отправили отряд и уже прочесывают лагерь! Что прикажите?!

- Плевать на нарушителей, пусть северяне этим занимаются! А ты, собери мне здесь варваров для рейда! Скоро выдвигаемся!

- Есть!.. эээ... - Слегка замялся рядовой, глядя за спину своего командира.

В любопытстве Гал обернулся вслед за его глазами и увидел при неприятнейшую картину. Целая толпа северян начала толпится перед воротами, обнажая мечи и выставляя щиты. Тела обмотанные в шкуры и кольчуги качало от напирающего адреналина и жажды битвы. Стало ясно, что из-за стрессовой ситуации, северянам снесло крышу и теперь собираются ломануться в бой без орков, что даже не успели собраться.

- Остановите их... Остановите их! Стойте! Не смейте!.. - Отчаянно закричал Гал, но ни один из варваров его не слышал или не хотел слышать.

Угрожающей походкой Гал начал подходить к постоянно увеличивающейся толпе и когда он дошел до них, то казалось все северяне собрались перед воротами.

- Стойте я сказал! - Вновь прокричал он, но люди лишь мельком посмотрели на него и отвернулись, не придавая его словам ни малейшего значения. Полковнику пришлось впустит в дело свои руки, оттаскивая каждого самостоятельно, он самолично попытался остановить воинственную толпу, но и это было бесполезно, ворота начали отворяться. - Нет! Нет! Нет! Вы идиоты, вы бежите прямо на встречу смерти! Стойте идиоты!..

Никто по прежнему его не слушал, в ответ те начали отдаляться от него и выходить за ворота, где их ждала очевидная смерть.

- Что происходит?! Какого черта они творят?! - Прокричал один из полковников, подбегая к Галу.

- Они из ума выжили! Грязные варвары, у них котелок совсем не варит?! - Подключился и второй, а затем и третий.

Совершенно глупый поступок, бежать на встречу рыцарям и их пулям без должной подготовки и снаряжения. Но Гала внезапно словно осенило, он разглядел в этом отличный шанс для коварного плана, сиесекцндно созревшего в его голове.

- Быстрее соберите свои полки, мы должны двинуться за варварами! Используем их как живой щит! Быстрее!..

На мгновение лица полковников озадачились, но поняв весь замысел, они хитро улыбнулись и принялись раздавать команды. Две трети орочьих сил уже собрались и были готовы выступить. Еще немного и стальная орочья армия выйдет за ворота и даст заклятому врагу достойный бой.

...

Под грохотом пушек, послышался голос рядового солдата, стоящего у коня сенешаля.

- Господин Фридрих, северяне, примерно 3000 человек, выдвинулись к нашим позициям!

- Вижу я, вижу. - Ответил он, прекрасно созерцая, как толпа глупых варваров приближалась к ним. - Стрелкам приготовиться!

Первая шеренга стрелков тут же пала на одно колено, позволяя соратникам за спиной прицелиться во врага. Тысяча стволов направились в сторону бегущих варваров. Юные солдаты чувствовали себя прекрасно, некоторые даже посмеивались, смотря на грязных северян, считающие, что их ярость и отвага им поможет. Стоит им приблизится на двести метров, как варвары падут жертвами своей глупости.

Топот тяжелых ног и шум вопящих дикарей усиливался, Фридрих внимательно присмотрелся, высчитывая примерное расстояние. Уже по прибытию, Фридрих высчитал необходимую дистанцию и отметил ее соответствующими ориентирами. Остается только дождаться, пока варвары не доберутся до этих ориентиров и дать команду. Спустя минуту, такая возможность представилась.

- Огонь!

Канонада огня и дыма выпустили из стволов свинцовые пули, понесшиеся во врага тяжелой смертельной рукой. за долю секунды, лидирующие туземцы попадали на землю, словно подкошенные. Лавина грязных варваров не замедлилась, но скорее даже ускорилась.

- Сменить шеренги!

Первые две шеренги отступили назад и заменилась всежими силами. Такой подход смены шеренг сильно напоминает маневр "улитка", но куда более неуклюжий и медлительный. Выполнить полноценный маневр "улитка", новобранцы пока не способны, по хорошо выполняют маневр "черепаха", как ее любят называть в Герпшире. Проделав "черепаху" солдаты вновь были готовы произвести залп. Фридрих не стал томить и тут же дал приказ на огонь.

Еще несколько сотен северян пали на землю, лицами утопая в холодной земле, обреченные быть растоптанными ногами собственных же соплеменников, не оставляя им ни малейшего шанса на выживание. Это не организованная атака, это стихийная ярость туземцев.

Фридрих с призрением смотрел на грязных оборванцев, посмевших ступить на земли центрального континента. Им здесь не место, не важно какая причина натолкнула их на вторжение, вердикт один, все они уже приговорены к смертной казни.

С надменностью сенешаль произнес себе под нос, пока шеренги сменялись и производили очередной залп.

- Эти дикари думают, что могут нас одолеть. Какие же они глупцы. Не бось молятся и тянутся к своим языческим богам, как они там говорят?.. Точно, в Вальхаллу, к своим асам. Эти их боги еще более глупые, чем они сами. Война, жизнь, на всем белом и темном свете ты можешь надеяться только на себя и никакие боги не помогут. Жаль что не все этого понимают. - Затем, Фридрих невольно поднял глаза ко вновь открывшимся воротам и слегка удивился от увиденного.

- Господин, орки выдвинулись к нашим позициям, примерная численность 2000!

Солдат озвучил то, что Фридрих и так прекрасно видел.

- Ясно, - заговорил сенешаль, осознав происходящее - северяне всего лишь пушечное мясо для отвлечения внимания, пока орки будут спокойно добираться до наших позиций. Отдайте приказ пушкам, пусть бьют сраных орков, задержите их подход!

- Есть! - Отсалютовал солдат и тут же удалился.

При нынешних обстоятельствах Герпширцы не смогут дотянутся до орков пока те не приблизятся. Но даже так, стрелкам будут мешать северяне, чья численность по пути уже сократилась на добрую половину, оставляя за собой тропу уложенную из крупных тел варваров. Дело не минуемо шло к ближнему бою, поэтому был отдан следующий указ.

- Первым двум шеренгам, приготовится к ближнему бою! Первым двум шеренгам! Приготовится к ближнему бою! - Продублировал сенешаль для доходчивости.

Совершив последний залп, стрелки перекинули мушкеты себе за спину и по вытаскивали из поясов ударные орудия, палицы, шестоперы и моргенштерны готовились принять врага смертельным натиском.

Насколько бы развита не была металлургия на континенте, ни одна страна не станет оснащать целую армию дорогими мечами и чуть менее дешевыми ударно-дробящими орудиями, куда целесообразнее вооружить пехоту дешевыми копьями и топорами. Странно такое говорить, когда уже повсеместно армии становятся регулярными и вооружаются мушкетами, но по некоторым причинам Герпширу пришлось прибегнуть к традиционным холодным орудиям.

Их главный враг, это высокие и коренастые нелюди, облаченные в полные доспехи, чья излюбленная тактика, давить врага в ближнем бою, предварительно обстреляв его из своих орудий. К такому врагу нужен особый подход, особенно сильное внимание обращают на ближний бой с орками, ведь именно в результате такого боя и определяется победитель.

Орочьи панцири как латы Сомерсетских рыцарей, холодным оружие его точно не пробить, копье или меч абсолютно бесполезны, но если вдарить по закрытому шлему орка чем-нибудь тяжелым, то можно вывести его из строя. Именно по этой важной причине, Герпширские войска поголовно оснащаются ударно-дробящим оружием и проходят соответствующее обучение.

Пусть Фридрих командовал новобранцами, но их дисциплине позавидуют даже Сомерсетские рыцари ветераны. Сенешаль не сомневался в своем выигрыше.

- Третья и четвертая шеренга! Принять шахматный порядок! Шахматный порядок! - Послышался новый приказ сенешаля, который был исполнен немедленно.

Линии солдат, стоявших позади, приняли необходимый порядок, плотным строем ощетинившись стволами мушкетов. Все шло как по маслу, маневры выполнялись быстро и четко, без запинок, все было готово и Фридрих был полностью готов встретить варваров и орков, прячущихся за их спинами.

Отчетливые орущие голоса толпы достигли своего пика, северяне уже были на месте. Выждав момент и подпустив их поближе, Фридрих отдал приказ передовой части войска, что приготовились к ближнему бою.

- Первые шеренги, лечь на землю! Первые шеренги! На Землю! - Во весь голос завопил Фридрих, неся свой приказ как можно яснее. Сейчас самое главное, это дисциплина.

Выполняя приказ, первые ряды воинов спешно попадали на грязную землю, открывая полный обзор на врага, что приблизился буквально в плотную.

- Огоооонь!

Невидимые для глаза смертельные пули повылетали из стволов, произведя невероятно опустошающий эффект на рядах противника, выкосив практически треть оставшихся варваров. От залпа полегло немало дикарей, сформировавшие из своих тел целую линию смерти, через которую туземцам пришлось перешагивать, чтобы приблизиться к графским воинам.

Упавшим на землю стрелкам не нужно было отдавать команду подняться, они сами встали на ноги и приняли удар на себя. Жалкая тысяча северян замедлилась и подошла к четырем полкам стрелков, что тут же начали месить кости неприятеля дробящим оружием.

Лязг металла, крики агонии и шум ломающихся костей вместе с запахом крови наполнили воздух. Отчаянные варвары не смотря на свои огромные потери, не желали отступать, пусть и вяло, но продолжали давить на графских воинов. Варварские мечи и копья из дешевой стали бесполезны против полных доспехов, а деревянные щиты быстро ломались под ударами тяжелого оружия.

Новобранцы же при этом чувствовали свое превосходство в бою и пользовались этим, безнаказанно уничтожая врага. Бой продлился не долго и уже оставшаяся тысяча северян быстро сократилась до несколько сотен бойцов.

Видя, что все их потуги бесполезны, а от них самих осталась лишь горстка воинов, их боевой дух растворился в воздухе наполненном запахом железа стали и железа крови. Яростные лица сменились откровенным отчаянием, со страхом смотря на закованных в доспехи воинов. С начало побежали единицы, но за ними последовали десятки, а потом и сотни славных и великих воинов севера, трусливо бежавшие с поле боя на встречу своим орочьим соратникам.

- Стоять! Не преследовать врага! Стоять! - Прокричал Фридрих, останавливая своих солдат, что уже собирались погнаться за противником.

Быстро осмотрев ряды солдат, Фридрих был приятно удивлен, если верить его глазам, то ни один Герпширский солдат не пал в этой мелкой стычке, а если таковые и имелись, то это были лишь единицы которые сложно заметить.

Черт с ними, с этими северянами, сейчас им придется столкнутся с угрозой по серьезнее.

Орки, пусть и под градом ядер, подошли достаточно близко, чтобы произвести залп, но на их пути то и дело мелькали северяне. То что произошло потом, ошеломило Фридриха и тронуло его воинскую честь. Со стороны орков послышался залп, пули помчались в ряды красной армии сквозь бегущих варваров. Десятки туземцев тут же пали на землю и примерно столько же солдат Фридриха.

- Я и предположить не мог, что эти не люди так поступят. Северяне ублюдки, но ведь они же союзники. - Откровенно недоумевал сенешаль, но потом понял что к чему. - Хотя, чего я удивляюсь, их ничто не связывает, лишь деньги и все. - Выдохнув теплым паром на холодном воздухе, он начал раздавать распоряжения. - Мушкеты в руки! Всем, мушкеты в руки!

Дробящее оружие возвращалось к поясам воинов и мушкеты вновь сжимались в руках солдат.

Фридрих хорошо знает стратегию орков, поначалу будет идти дальний бой, обменявшись двумя или тремя залпами, орки двинутся в ближний бой. Последний этап этого столкновения будет самым тяжелым и многие погибнут, как бы печально это не звучало. Но их численный перевес дарит ощутимое превосходство в бою, опираясь на это, Фридрих собирался вырвать победу из рук орков.

...

- Чего ты там медлишь, давай быстрее!.. - Восклицательно тихим голосом прошептала Софи, поторапливая Безликого, что возился с несколькими фитилями, связывая их в один пучок.

Связав последний узел дело было закончено.

Стоило этим двоим пересечь стену, дальнейший их путь в лагерь оказался невероятно легким. Все силы врага перекинули на оборону западного моста, и в самом лагере почти никого не осталось, позволив нарушителям безнаказанно бродить по базе и таскать весь оставшийся порох по разным частям лагеря.

Устроить такой же большой взрыв как и в прошлый раз не получится, орки разобрали весь оставшийся порох, оставив маленькие крохи. Но даже этого хватит, чтобы поднять в воздух несколько варварских срубов. Помимо драгоценного пороха, на складе нашлось не мало охотничьих приблуд, которые так же были разбросаны вокруг медового зала, в котором безвылазно сидел конунг Харальд.

Взглянув на Софи, Эос жестом дал понять об окончании подготовки.

- Хорошо, тогда я загляну к Харальду, а ты... - Софи отвлеклась и посмотрела Безликому за спину, с интересом он тоже обернулся.

Огни факелов освещали холодный воздух предвещая о скором прибытии поискового отряда.

- Все таки нашли трупы. Делаем как и планировали, я за Харальдом, а ты разберись с мелкой рыбешкой. Ты ведь справишься? - Положа руку на плечо, она задала волнующий ее вопрос.

Сервиты сильны по сравнению с обычным человеком, но сотня другая злых и вооруженных варваров все еще может навалять ему. Софи честно говоря не справилась бы с такой толпой, а что насчет Эоса, непонятно. Иномирец как никак и весь спектр его способностей ей все еще не известен, вдруг он знает какое-то непонятное колдунство, мощнее и быстрее традиционной тауматургии.

В ответ на ее вопрос, Безликий легонько ударил по корпусу ее бригантины.

- Эээ... думаю это согласие? - Озадаченно предположила Софи, Эос кивнул в подтверждении ее слов. - Ладно. - Выдохнула бестия, настраивая себя на боевой лад. - Я побежала, удачи тебе в бою.

Захлопывая решетчатое забрало и щелкнув замочком, Софи побежала к медовому залу, наведаться в гости к конунгу, в то время как Безликий остался встречать врага.

Быстро пробежав через небольшую площадь, бестия быстро поднялась по деревянным ступеням и подошла к дверям. Вооружившись копьем, Софи пиная двери ворвалась внутрь темного помещения, в котором робко дрожали факела. Рядом со входом никого не оказалось, но вот за столом сидел тот, за кем бестия и пришла.

Конунг Харальд сидел в окружении нескольких десятков огромных массивных воинов в чешуйчатых доспехах с блестящими качественными мечами и стандартными для северян круглыми щитами в руках. Множество суровых и угрожающих взглядов направилось в сторону не званной гостии, но личная стража конунга (хускарлы) не торопилась нападать.

- Я ждал тебя, демон. - Огромная туша поднялась с деревянного трона и спокойным шагом побрело к бестии.

- Ого, меня ждал король северян, это... это звучит немного романтично знаешь ли. - Подшучивала она, пока не рассмотрела зажившую руку огромного туземца. - Смотрю твоя рана полностью зажила, конунг.

- Твои раны тоже затянулись.

- Ага, чувствую себя как мангуст, иначе сказать не могу. Так... на чем мы с тобой остановились?.. - Софи задумчиво опрокинула голову и начала вспоминать события прошедшей ночи. - Ах да, я хотела взять тебя в плен, но не получилось. Орки всему помешали.

- Попытаешься снова? - Надменный басистый голос выпалил эти слова.

- Нет. - Грустно оговорилась Софи. - По хорошему, я должна взять тебя в плен и передать военному трибуналу, где твоим вердиктом неизбежно станет смертная казнь. Но, я получила особый приказ и должна убить тебя на месте. Вот доказательство.

Вытащив письмо из кармана, она бросила его Харальду под ноги, мягко приземлившийся на пол.

- Убить? Я то думал централы любят ловить значимых полководцев а затем получать за них выкуп. - Легкое и незначительное замешательство промелькнуло на лице конунга.

- Так и есть, но все зависит от ситуации. Ты не хило насолил в десерт графским особам и их союзникам. Рано или поздно, но тебя убьют, разница лишь в том, что это буду либо я, либо палач. Поэтому можешь особо не сопротивляться, я буду только рада. - Софи откровенно смеялась над конунгом, указывая ему на его бедственное положение.

В ответ раздался непоколебимый, словно скалистая гора, голос.

- Ты говорила, что до нас никому нет дела. Исчезнем мы с лица этого мира или нет, всем без разницы. Ты была права. Мы сами ответственны за свои жизни, нам решать как мы будем жить и как мы будем умирать. Вы можете считать нас монстрами тысячи лет, но и мы имеем право на жизнь, и это неоспоримо. - Из кольца на его пальце вырвался жидкий блестящий металл, принявший форму меча в мозолистой ручище. - Мы будем жить в достатке, как того и желаем и погибнем сражаясь за наше будущее. Это ли не достойная причина для всех тех жертв, что пали в битвах за эти земли.

Софи широко улыбнулась под забралом.

- Хороший настрой. Я наверное все таки соврала, будет обидно, если такой воин как ты, погибнет слишком быстро. - взмахнув копьем, бестия встала в боевую стойку. - Хватит рассусоливать, пора сражаться.

...

Около полторы сотни северян рассредоточенно продвигались в глубь их же собственного лагеря, в поисках нарушителей. Под светом факелов осматривался каждый уголок и каждое здание в котором мог спрятаться враг. Такими неспешными темпами группа начала подбираться к медовому залу. Несколько десятков северян, не найдя ничего подозрительного уже собирались направиться к импровизированной площади, виднеющаяся в конце улицы.

Подойдя ближе, варвары тут же остановились. При виде еле заметной темной фигуры, варвары замялись, ибо не сразу поняли, враг это или союзник. Что бы убедиться в этом они медленно побрели в сторону темной фигуры, попутно выкрикивая неясные слова на своем грубом языке.

Ответа не последовало, от чего варвары отнеслись к фигуре еще более подозрительно. Подобравшись к неизвестному на десять метров, в него полетел факел. Упав на землю рядом с ним, до селе неясная фигура озарилась. Первое на что обратили внимание эти северяне, так это на его блестящий череп в зубах которого сжималась трубка. Поднеся палец к чаше, тот загорелся и запалил табак.

Густой дым вырвался в холодный воздух.

Стало ясно, что именно этот человек проник в их лагерь еще прошлой ночью и сейчас точно так же безнаказанно бродит по их территории. Лица варваров скривились от злости, в их памяти еще свежи воспоминания о том, как из-за двух людей погибли сотни их родственников, друзей и знакомых. Их смерть даже не была отомщена, а сейчас у них появился шанс искупить их гибель, стерев в порошок этих монстров.

Северяне прибавили ход, по пути выкрикивая слова на своем языке, подзывая остальных ищущих к себе. Наполненные гневом, варвары поочередно вооружались мечами и щитами. Те, чувствуя свое превосходство медленно приближались, выкрикивая темной фигуре угрозы, которые тот, впрочем, не понимал.

Уверенные в том, что их враг загнан в угол и не может им никак навредить, северяне были наполнены надменностью и совершенно позабыли о защите и опустив щиты подошли на критическое расстояние.

Темная накидка резво завертелась, подобно пыльному урагану, выпуская из себя полдюжины сверкающих на огне ножей. Неожиданный выпад врага застал варваров в рас плох. Ножи вонзились шестерым северянам в глаза, не оставляя тем и шанса. Невероятная для обычного человека точность и мгновенная смерть соратников смела всю уверенность в легкой битве.

Не успели тела павших приземлится на землю, как ножи, будто бы по велению ветра вышли из ран и, ведомые едва заметными паутинками, вернулись в руки черепоголового.

Ошеломленные северяне расторопно подняли щиты и с криками побежали в сторону нарушителя, все еще надеясь одолеть его численным перевесом.

Эос, выдохнув никотиновый дым, начал медленно отступать назад, аккуратно выверяя свои шаги. Безликий словно обходил невидимые препятствия, но совершенно не обращал должного внимания на настоящих противников перед ним самим. Двое варваров вырвались вперед и замахиваясь дрянными мечами собирались закончить все это как можно быстрее.

Их ноги одетые в кожные башмаки, а иногда и в кожаные лапти, погрузились в глубокий слой грязи.

- *Щелк*

Вырвавшиеся из грязи стальные клыки вцепились в незащищенную ногу варвара. Острые стальные зубья с легкостью прошили ткань одежды и кожу, вгрызаясь в мясо и кости как настоящий хищник, что не отпустит свою жертву. Капельки крови брызнули на жидкую грязную землю, а сам варвар свалился с истошными криками, бросив оружие и схватившись за раненую ногу.

Оставшись без щита, варвар тут же получил нож в лицо и сразу стих. Нож вернулся обратно в руку Безликого, управляя им тауматургической нитью.

При виде этой картины, все остальные туземцы замерли на месте. Эмоции на их лицах перемешались, показывая замешательство и тревогу одновременно. Совершенно внезапно стало ясно, что эта территория, эта площадь им более не принадлежит, эти варвары вступили на чужую землю. Один единственный человек перевернул все с ног на голову и кто знает, сколько еще капканов припрятано в грязи этого чертового островка.

Опасения быстро сменились гневом, дуги затрещали от напряжения и выпустили с десяток стрел в статичную фигуру Безликого. Стрелы врезались в керамическую броню и тут же отскочили в стороны, а сам Безликий даже не дернулся.

Опасаясь попасть в ловушку для дичи, варвары не решались идти на пролом. Прикрываясь щитами они медленно зашагали к противнику, мечами тыча в грязь, выискивая капканы.

К этому времени подтянулась и остальная часть группы, вышедшая из соседней улицы. Завидев своих соратников и противника перед ними, они бездумно побежали к Безликому. Их соплеменники пытались остановить их, но с десяток варваров тут же попались в ловушку и были убиты меткими бросками ножей, постоянно возвращающиеся обратно в руки хозяина.

Это не могло продолжатся долго и надо было действовать. Сложив окровавленные ножи в ножны, он схватился за чашу курительной трубки, сделал глубокий вдох и выпустил изо рта густой черный дым. Клубящийся смог быстро поглощал его фигуру и воздух вокруг него, походя на извергающийся вулкан, чей дым похож на туман. Очень скоро вся площадь была окутана беспросветной мглой, что таила в себе смертельную опасность.

Северяне начали отходить назад, но громкий голос их остановил.

...

- Что вы делаете? Не отступать! - Ярл Альвар Высокий вышел вперед, прямо к границе черного смога, затуманивший лишь саму площадь. - Вы забыли зачем мы пришли сюда?! - Недовольным голосом он начал напоминать им. - Если мы проиграем сейчас, то можете более не надеяться на лучшее будущее! Мы обязаны спасти того, что ведет нас и наших потомков к новым землям! За конунга! Вперед!

Опасливые лица уступили место решимости. Мечи и щиты вновь поднялись и были готовы вступить в бой. Ярл Альвар первым вошел в туман, без страха и сомнения. Уверенные шаги прерывались вонзающимся в землю мечом, все же после такой речи не хотелось первым же попасть в капкан.

Но ловушки были меньшим из зол. Само пребывание в этом тумане вызывало чувство опасения или даже страха. Дальше собственного носа ничего не видно, от чего создавалось ощущение того, что прямо перед лицом прячется что-то опасное, готовое в любую секунду разорвать незадачливую жертву на куски. Лишь затухающее чавканье следующих за ним воинов обнадеживало ярла.

Ориентироваться в этом тумане просто не возможно, пришлось двигаться вслепую, на память. Но каждый шаг сопровождался риском лишиться ноги. Дистанция примерно в двадцать метров превратилось в минное поле.

- Ааааа!.. Черт!.. - Истошные крики разрезали туман и донеслись до ушей ярла. Спустя секунду голосов стало еще больше, несколько десятков соплеменников кричали от боли и спустя еще секунду стихали. Не нужно быть гением, что бы понять, началась бойня.

Трудно представить, что приготовил противник полторы сотне воинов. Туман, капканы, а что если еще оставшийся порох пошел в дело? Тогда ситуация становилась критичной, этот черепоголовый мог легко заложить медовый зал и разнести его в щепки.

А что если с этим человеком в лагерь пришел и тот самый демон? Что же тогда делать? Ярл понятия не имел что предпринять, но сейчас это и не важно, его задача добраться конунга и обеспечить его защиту. Так он решил, не задумываться о прочих вещах, сконцентрировав внимание на одной цели.

Крики, доносившиеся из глубины тумана резко стихли, воины замолчали.

- Неужели... - Обеспокоенным голосом произнес ярл, догадываясь что к чему.

"Но не мог же один человек перебить несколько десятков воинов. Нет же?" - С упованием на надежду думал Альвар. - "Черт. Если это правда, то теперь настала наша очередь." - Прекрасно понимал ярл и отдал приказ.

- Приготовьтесь к бою, враг приближается! - Во весь голос скомандовал тот, так чтобы его все слышали. Он хоть и не видел их своими глазами, но слух четко уловил трение металла. Воины за его спиной готовы к битве.

Пройдя несколько шагов вперед и обезвредив несколько капканов на пути, послышалось хлюпанье ног по грязи, прямо под носом ярла. Осознание того, что нечто промелькнуло прямо перед его лицом, заставило его сделать шаг назад. Сердце непроизвольно забилось быстрее, а дыхание стало частым и прерывистым. Это был страх, пусть сам Альвар и не хотел признавать этого.

Чувство тревоги не покидало его разум, биение било по ушам, но останавливаться нельзя.

...

Ловушка удалась на славу, черный туман ослепил врага, а капканы, которых не так уж и много, замедлили варваров. Эос обрел полную свободу действия, никто его не видит, а капканы и ловушки отмечены в его воображаемой карте. Все эти туземцы у него как на ладони.

Первая группа варваров уже уничтожена, осталось разобраться со второй и дело с концом.

Навострив уши, Безликий, стоя в черной пелене, оценивал ситуацию. Превосходный слух позволил ему определить формацию и численность врага. Основная масса кучкуется и двигается крайне медленно, но один из них идет чуть впереди. Судя по тому как звенит его доспех, это какой-то знатный воин, ярл скорее всего.

Оценив ситуацию, Эос сделал еще один вздох, выпуская белый дым, что рассеялся в черной мгле.

Эос смахнул густую кровь с лезвия Карантира и помчался к врагу. Пробежав мимо ярла, Эос сделал крюг и ударил по туземцам с фланга. Первый попавшийся под удар варвар был рассечен от плеча до самого пояса. Его меч, щит и кольчуга прорезались словно масло.

Вторым взмахом Безликий рассек по пояс еще одного воина, после которого сразу же отступил назад.

Еще некоторое время, варвары недоумевали, что только что произошло, но когда поняли, до ушей Эоса донеслись испуганные возгласы и мельтешение их ног. Суета и легкая паника начала овладевать их сердцами и теперь, пока они не пришли в себя, пора нанести решающий удар.

С разбега ворвавшись в формацию, Эос планомерно начал выкашивать туземцев, чья тревога мгновенно сменилась паникой. Около сотни северян не понимали кто где находится, ничего не видели и даже по ошибке зарубали своих же соплеменников, пока настоящий противник безнаказанно бесчинствовал в их рядах. Лишь изредкие выпады были направлены на Безликого, но мечи останавливала прочная керамика его доспехов, а тела разрубались острейшим Карантиром.

Около сотни варваров, о силе которых ходит не мало слухов, превратились в паникующую и бесполезную толпу, которую напугал один, пусть и необычный, но человек.

Людей довольно просто прочесть, их маски слишком фальшивые чтобы быть настоящими и они не могут скрыть их главный страх. А чего же боятся все люди без исключения? Неизвестности, это однозначно. Когда вы идете по темному коридору, то вам становится не комфортно, почему? Вы не знаете чего там ожидать, потому и боитесь.

Но если вы понимаете, что в этом коридоре вас еще и могут убить, то страх быстро переливается в панику. Первобытные инстинкты берут вверх, никакая слава или бесстрашие, как у тех же северян, вам не поможет, скорее всего вы побежите, чтобы спасти свою шкуру.

Так эти северяне и поступили, многие начали в панике убегать за пределы тумана, над которым они были не властны. Стоило перебить всего-то с десяток противников, как все остальные начали отступать. Жалкое зрелище, особенно жалко это выглядело в глазах Безликого. Но один единственный варвар остался и продолжа продвигаться к медовому залу. На слух, ярл двигался все так же медленно, осторожно выискивая капканы, которых на его пути уже не было.

Безликий побрел к нему. Пройдя несколько метров, Эос развеял туман в небольшом радиусе. Черная мгла улетучилась и озарила пространство. Ярл удивленно поднял голову и начал оглядываться, а когда обернулся и увидел черепоголового, состроил понимающее лицо, будто бы знал, что сейчас произойдет.

Закрывшись щитом и подняв щит, ярл приготовился к бою. Перед атакой он что-то злобно пробубнил на своем северном языке.

...

- Ты... ты чертов демон! Все это из-за тебя, если бы не ты и твои выходки! О боги, дайте мне сил, во имя нашего рода.

Черепоголовый склонил голову в бок, явно утомленный не понятной речью туземца. От скуки тот выдохнул очередную порцию никотинового дыма, попутно провоцируя его на атаку, глумясь подзывая его окровавленным Карантиром. Этот жест пробирал до самых костей злостью и гневом. Альвар не стал терпеть этого и рванул в отчаянную атаку. Ярл не питал иллюзий и чувствовал, что этот человек окруженный черной пустотой, последнее что он видит в своей жизни.

Бросив тело вперед, ярл толкнул руку вперед настолько сильно, насколько только было способно его тело. Кончик его меча не встретил никаких препятствий, ткнувшись в странного вида доспехи, но дальше не двинулась, словно столкнулась со скалой. Альвар удивленно отступил назад, но быстрый взмах серебристым мечом не позволил ему уйти.

Он не почувствовал боли, но внезапно мир вокруг его глаз странно закружился. Взгляд и разум помутился, ярл не понимал что происходит. Быть может колдунство централов? Или его потаенные уголки разума и воображения рисовали неясные картины?

Осознание пришло только в тот момент, когда его голова шмякнулась в слой грязи, а перед его глазами в грязи утопало его собственное обезглавленное тело, из обрубка которого фонтанировала кровью.

...

Первая волна противника отброшена, их командир убит, а сами воины в страхе держатся за пределами тумана, опасаясь снова входить в него. Численность северян с полторы сотни сократилась где-то до ста, не меньше. Такая хитрая и до не возможности простая тактика позволила одержать вверх надврагом со значительным численным перевесом. А уйти за подкреплением они не могут, основные силы ведут бой с Герпширскими войсками и помочь своим собратьям не могут. Такой результат более чем устраивал Безликого, от безупречно выполненной задачи он даже начал ощущать гордость внутри себя.

Но что делать с теми, кто не отступил, но и возвращаться в туман не собирается. С ними тоже стоит разобраться. Сделав один шаг, Безликий почувствовал странное ощущение дрожи во всем теле, силы словно начали покидать его. Это странное происшествие, ведь Безликий даже особо не напрягался когда разбирался с северянами, так почему же он почувствует эту слабость, которая еще и медленно нарастала.

Осмотрев и ощупав собственное тело, Безликий не заметил никаких ранений или обильного кровотечения, ведь из-за высокого порока, он мог и не почувствовать боли. Но это оказалось не так, тогда в голову начали закрадываться иные мысли и внезапно, озарение пришло в его голову.

Осмотрев туман вокруг себя, он понял в чем проблема и тут же рассеял всю мглу окружавшую его. Из беспросветного смога показалось звездное небо, деревянные срубы варваров и трупы разорванных на куски туземцев извалявшихся в грязи, пока их живые соплеменники на отдалении с широко открытыми глазами смотрели на всю эту картину.

В черном гримуаре очень расплывчато указываются затраты на те или иные заклинания, а иногда и вовсе не указываются. Такая ситуация произошла и с черным туманом, было совершенно не понятно, насколько много энергии она требует. Но на практике выяснилось, что довольно много. Если бы он продолжал держать туман в воздухе, то свалился бы с ног от бессилия.

Неоправданные ожидания расстроили Безликого, от злости лощеные перчатки затрещали. Вытащив трубку из под челюстей, Эос задумчиво потер стальную макушку черепа, вытирая проступивший пот, которого не было. Смирившись с этим, Безликий положил трубку обратно меж зубов и поднял глаза на трепещущих варваров.

Надо бы довести дело до конца и добить оставшихся туземцев. С подобными мыслями Безликий хотел покончить с ними, но звуки вырывающихся с петель дверей заставили его обернутся.

Из медового зала пулей вылетела Софи. С трудом удерживая себя в равновесии, бестия быстро спустилась по ступеням и остановилась на грязной земле. Вслед за ней наружу вышло несколько с виду элитных воинов в добротных доспехах. Прямо за ними появилась огромная туша из мышц.

- А охрана та у него не чего так, сильные. - Увлеченно констатировала бестия, явно воодушевленная этой битвой. Посмотрев на Безликого она ненавящего задала ему вопрос. - Не хочешь мне... помочь?

Покачав головой, Эос вышел вперед. Подобрав дистанцию в десять метров, он демонстративно вытер лезвие меча и вложил его в ножны. Внимательно посмотрев на конунга и его свиту, быстро оценил ситуацию и резко выхватив пистоль, в то же мгновение свершив выстрел, надеясь сделать все быстро.

Конунг этого не допустил и в ту же секунду прикрылся широким лезвием огромного серебряного меча. Свинцовая пуля врезалась в лезвие и искрами разлетелась в стороны.

- "Это обидно."

Чувствуя обиду за эту неудачу, Безликий сделал выстрел вторым пистолем и на этот раз метил уже в голову элитному воину конунга, что стоял рядом с ним. Голова хускарла дернулась назад и потянула тело за собой. Рухнувший на пол труп никак не отразился на боевом духе хускарлов, они и глазом не моргнули при виде павшего товарища и даже не стали смотреть на него. Все их внимание приковано к двум нарушителям.

- Не свезло. - Иронично произнесла бестия. - Ладно, не будем надеяться на госпожу удачу, разберемся своими силами. Я буду бить снизу, а ты сверху. Погнали?

Эос убрал пистоль и начал копаться в многочисленных ножнах. Чуть погодя он обнажил лезвие с криво выцарапанной руной.

- Ты уверен? - Странно поинтересовалась бестия.

- "Более чем." - Мысленно проговорил Безликий, вспоминая какие ранения она получила в прошлой битве и уже запитывая самодельную руну на лезвии ножа.

Ничего не подозревающие варвары, поняли всю бедственность своего положения, когда бестия начал святится. Лучи огненного света озаряли тьму, пока огонь не вырвался из глубин ее тела. Языки пламени выползали из под доспехов, охватывая все тело. Решетчатое забрало превратилось в подобие дверцы от раскаленной печи, откуда пышет жаром и струями пожирающего огня.

Аура пламени поглотила Софи, превратив ее в настоящего демона.

- Ммм... - Жаркое чувство удовольствие расстилалось по всему женскому телу. Облаченные руки медленно поглаживали грудь и спускались к животу. Смеющимся блаженным голосом она промолвила. - Это просто замечательно. Как же... хорошо. Какой же это кайф. - Заговорив на варварском языке, Софи обратилась к конунгу. - Ну что Харальд, готов принять бой?

- Я не отступлю, демон. - Взмахнув появившимся в руке топором, он спустился к Софи, в сопровождении не дрогнувших мужественных воинов.

- Эос, Эос, Эос... идика ты с теми разберись, а эти мальчики на мне. - Усладным голосом, бестия дала понять, что это ее бой и ни чей более. После, когда Эос удалился, Софи вновь заговорила на варваском языке. - Хорошо, сразимся... но давай для начала кое-что исправим.

- ...

Не успел Харальд среагировать, как струя пламени пронеслась мимо его лица, обдав его обжигающим пламенем. Вспыхнувшие факелом хускарлы истошно завопили и резанули по ушам, свалились в грязь и в отчаянной попытке пытались потушить огонь. Но они спустили дух раньше, чем погасли. Когда надоедливые крики стихли, Софи насмешливо выговорила, прокручивая копье в руке.

- Теперь будем сражаться один на один. Так ведь куда честнее, верно? Вы же, варвары, цените воинскую честь?

Кожа вокруг глаз сморщилась, а зубы сжались от гнева. Харальд окинул демона ненавистным взглядом.

- Скольких ты еще должна убить, чтобы насытить свою кровожадную натуру? Сотни, тысячи?

- Хахаха... - В ответ послышался хохот. - Не пойми не правильно, мне просто нравится ощущать себя сильнейшей.

- Думаешь ты сильнее всех? Твоему высокомерию нет предела.

- Имею полное право.

Крепче сжав стальное древко топора, скользнувшие по земле ноги помчало огромное тело на встречу к самому воплощению стихии огня. В ответ в северянина понесся наконечник копья, охваченный ярким пламенем.

Отбросив выпад в сторону, Харальд поднял лезвие топора над головой, где та приняла форму молота, и отправил ее на голову ненавистного демона. Софи успела только противопоставить копье, как из-за неожиданно огромной тяжести молота его переломало на две части.

Отпрыгнув назад, Софи бросила обломки прежнего оружия и тут же на автомате выхватила из-за спины лук и стрелы с пояса. Быстро натянув жесткую дугу степного лука, и прицелившись в габаритную тушу, выпустила пару огненных стрел. Острые наконечники пробили чешуйчатый доспех и вонзились в плечо. Достигнув цели, стрелы высвободили весь огонь что скрывался внутри. Яркая вспышка сравнимая с хлопком слегка обожгла кожу, но сильнее этого ослепила и оглушила конунга.

Одной рукой Харальд закрыл заболевшие глаза, другой же рефлекторно воссоздал широкое лезвие меча которым тут же закрылся от летевших в него стрел. Отскочившие и опавшие на землю стрелы потухли. Сквозь боль и сильный звон в ушах, Харальд открыл веки и кружащимся размытым взглядом посмотрел на своего врага. Пошатываясь он пытался прийти в равновесие, лишь с при великим трудом ему удалось устоять на ногах, не сводя глаз с демона.

Огненные руки натягивали очередные стрелы, но прежде чем покончить с конунгом, она разочарованным голосом подразнивала Харальда.

- Я думала наш бой продлиться дольше? Ты меня очень сильно разочаровал. - Перья стрел подтянулись к лицу и были готовы вонзится в толстую плоть расшатанного великана Харальда. Но вместо ожидаемого свиста мчащихся стрел, он услышал озадаченный голос демона. - А ты откуда здесь появилась?

В следующее мгновение, конунг почувствовал легкое прикосновение к его плечу, как чьята рука поглаживая ползла по его доспехам, а затем знакомый голос.

- Харальд, Харальд, что же ты так... не успела битва начаться, как ты уже проиграл. - Повернув голову, конунг увидел худенькую низкорослую фигуру, одетую в кожаный жилет и черные ткани плотно обмотанные вокруг всего тела. По звенящему в ушах голосу, Харальд не сразу понял, кто это. Но на лице, скрытая под черной импровизированной маской, ему удалось уловить алые глаза и тогда все стало ясно.

- Ты... - Рассеянно проговорил тот.

- Это что, твоя очередная шестерка? Кого ты еще успел нанять, Харальд? Впрочем не важно, скоро вы оба отправитесь к своим праотцам. - Надменный голос демона не утихал.

- Не надо так ругаться, Софи. Ты меня еще не узнала? - Фигура задала вопрос демону, чем ее озадачила.

Держа лук на прицеле, бестия задала встречный вопрос.

- Мы знакомы?

Передавая в руки Харальда бутыль с зельем, она разочарованно ответила.

- Значит все таки не узнала, как жаль. - Сделав шаг вперед, она сорвала маску и бросила на землю. Огненно рыжие волосы распустились и водопадом заструились по ее спине, бледная кожа вкусила холодный воздух надвигающейся зимы, а посиневшие, как у трупа, губы, вдохнули обжигающий воздух, переводя его в слова и голос. - Давно не виделись, сестра.

- В-Вероника? - Ошеломленным голосом пролепетала Софи имя этой девушки. Дрогнувшие руки медленно ослабили тетиву и опустили лук, а затем и вовсе уронили дугу вместе со стрелами на землю. Жаркое плавящее пламя начало стремительно угасать, пока Софи не вернулась в свой прежний облик. Отстегнув ремешок шлема, она быстро скинула его вместе с ватным капюшоном, проморгавшись она внимательно посмотрела на Веронику. - Глазам не верю...

...

Временный командный пункт.

Огромные черные крылья тянулись от мускулистого оперенного тела и рассекали леденящий островной воздух. Длинный острый клюв и огромные когти на кожистых лапах то раскрывались то сжимались от столь нехватающей этому угрожающему хищнику добычи. Но вместо желанной охоты, был отправлен на простое и скучное наблюдение, его оружие стало бесполезно в этой задаче, но его круглые зоркие глаза отличный инструмент в руках орочьих стратегов, внимательно всматривающиеся в реки, леса и дороги.

Дороги каждую секунду озарялись новыми яркими вспышками и мелкими взрывами, сопровождаемые сгустками серого дыма. Две армии людей и орков постоянно обменивались залпами, в некоторых случаях схлестываясь в ближнем бою, после которого орков неизбежно отбрасывали назад. Люди крепко вкопались в свои позиции и эффективно отражали атаки врага, но при этом не наносили решающий удар по врагу, хотя имели при этом все необходимое, конница, пушки, элитная гвардия.

Люди будто бы чего-то ждали, что-то что перевернет весь бой с ног на голову и подарит людям победу, надо лишь немного подождать.

Эти мысли, да и весь этот бой, не давал Снаргру ни секунды покоя. Огромный и сильный орк чувствовал, что его вертят вокруг пальца и помыкают им как хотят. Андре явно что-то задумал и пустил события на самотек, ожидая цветущие плоды его плана.

- Андре... - Гневно произнес Снаргр, смотря на карту на вернувшемся столе. - Чего же ты ждешь, почему бездействуешь?

- Босс!.. - Внезапно завопил разведчик, боязливо смотря на военачальника.

- Что?! - Непроизвольно прокричал тот, из-за сдающих нервов.

- Мы... - сглотнув, разведчик-тауматург решился доложить неприятную информацию - мы обнаружили приближающуюся конницу противника.

Глаза военачальника нервно дернулись, взглянув на последний оставшийся полк стрелков.

- Поподробнее, где они и сколько их?

- Их около десятка, поэтому мы не сразу их заметили... - нервно сглотнув, разведчик выдал все как есть - они близко и выискивают наше местоположение.

- Разведчики?.. - Не успел он сказать как в разговор вклинился второй разведчик и взволнованным голосом доложил.

- Варварский флот возвращается в лагерь!

Уже прекрасно понимая, что хороших вестей можно не ждать, он поинтересовался у него.

- Что там с вражеской пушкой на реке?

- Преследует отступающих.

- Сраные варвары! Лучшие в штурме и абордаже?! Нихуя! Суки ебаные! Бляяяять!.. Что б я еще раз этим варварам доверился! Тупые идиоты!

Ситуация максимально патовая. На центральной и восточной дороге продавить врага не получается, западные укрепления лагеря в осаде, так еще и скоро вражеские разведчики подоспеют, а противостоять им они не смогут, так еще танкер с этой пушкой движется к лагерю.

Ничего иного больше не остается, орки потеряли инициативу а дальнейшее удержание позиций, потеряла всякий смысл.

- Мне плевать как вы это сделаете, отправьте хоть посыльных, но все наши силы должны немедленно отступить к лагерю! Оставьте арьергард прикрывать отступающих! Выполнять!

- Есть! - Офицеры отдали честь и разошлись каждый по своим указаниям.

- Всем войскам, отступить к лагерю.

...

Андре.

- Флюгер! Ты меня слышишь? - Слегка развеселым голосом, Андре прокричал в протянутую сферу.

- "Да, господин! Что прикажите?" - Послышалось в ответ из мигающего шара.

- Как твои разведчики? Они нашли что искали?

- "Пока не ясно, но уже скоро они должны вернуться обратно с добытой информацией!"

- Хорошо. Я успел связаться с силами сенешаля Фридриха и с нашим танкером! Что я хочу сказать, запад вражеского лагеря в осаде, а танкер отбил атаку на реке и движется к лагерю! А те диверсанты наверное уже навели шороху!

- "Это значит... враг скоро отступит, иначе они потеряют такую возможность! У них нет иного выхода!" - Озаренный голос раздался из передатчика.

- Именно. Поэтому ожидай скорое отступление врага, но не вздумай атаковать отступающие силы. Орки далеко не идиоты и наверняка оставят позади себя арьергард.

- "Вас понял!"

В каком же именно моменте просчитались вражеские командиры, что по итогу заставит их отступить? Впрочем, для Андре это не было загадкой.

В первую очередь противник не озаботился о разведке на должном уровне. Не хватка информации привела к замедленной реакции командования. Второе, это слабые линии коммуникации, всего лишь по одному связисту на группу явно будет не достаточно, их потеря привела ко ошибке вражеского командования. Стоило перерезать эту тонкую связь, как управление сошло на нет.

Третий просчет заключается в недоборе боевых тауматургов, это видно по тому как орки никоим образом не отвечали на летящие в их стороны заклинание Сомерсетских тауматургов.

Четвертая, пожалуй, самая критическая ошибка, это не дооценка королевской армии. Что может несколько-тысячная толпа (именно толпа) диких варваров, против хорошо обученного и вооруженного контингента королевских стрелков, мастеров эфира и пятерых минотавров, которых эти туземцы и в жизни не видывали. Результат пожалуй очевиден.

Вражескому военачальнику стоило отправить орков на встречу танкеру. Пусть орки и не сильны в абордаже, но справились бы куда лучше.

...

- Вероника, это... это правда ты?

- Конечно, кто же еще?

Озадаченное и шокированное лицо мигом сменилось облегчением и радостью. От волнения сердце чуть ли не выпрыгивало из груди, ровное дыхание прервалось и стало учащенным, руки и ноги задрожали. Ее глаза так и кричали от радости и удивления, от счастья уголки ее пересохших губ потянулись вверх.

Медленными и робкими шагами она побрела к своей сестре, чтобы заключить ее в такие долгожданные и теплые объятья. Но возникший в руке Вероники кинжал заставил ее остановится и жалобно посмотреть сестре в лицо.

- Ты... не рада меня видеть? Хочешь... убить меня? - Испуганно произнесла Софи, откровенно боясь услышать положительный ответ.

- Нет, ни за что и никогда я не пойду на такое. Я люблю тебя сестра и всегда буду любить. А это - намекая на эфирный кинжал в руке, она продолжила - нужно для того что бы ты не сопротивлялась.

- Культ? Это все из-за культа? Зачем тебе все это, скажи. Они убили всех наших друзей из отряда, а ты якшаешься с ними. Скажи зачем тебе все это? - С долей яростью эти слова вырвались прямиком из глубин ее израненной души.

- Понимаю о чем ты сейчас думаешь, но извини, они были только твоими друзьями и я не видела ничего плохого в том, чтобы вступить в культ. - Хладнокровный ответ резанул по сердцу бестии, от чего та испытала не поддельный шок.

- Как же так, ты постоянно просила Гастона научить тебя владению эфира, смеялась от его глупых шуток, а когда он погиб от рук культистов... ты ничего не почувствовала? Быть этого не может. - Софи в неверии кочала головой. - Не верю.

Сделав шаг вперед, Вероника начала объяснять сестре всю ситуацию происходящего, видя как ей сложно осознать поступившую информацию.

- Софи, я вижу как тебе тяжело, но пойми, я все это делаю ради тебя. Этот мир не оставит тебя в покое, Сапфир и все кто его населяют, будут делать тебе больно. Я не могу просто стоять и смотреть на то как ты мучаешься. Я... нет, весь культ жаждет перемен. Мы хотим изменить мир, сделать его лучше...

- Лучше для кого? Для культистов?.. - С нескрываемым гневом выпалила бестия, окидывая сестру разочарованным взглядом. - Вероника, тебе просто промыли мозги, откуда ты знаешь, что культ это хорошо? Откуда вообще взялась такая бредовая мысль?

Вероника горько улыбнулась, видя, что сестра не собирается ей верить.

- Не доверяешь?.. Знаешь... Я скучаю по тем временам, когда мы с тобой доверяли друг другу любой секрет, ничего не утаивали. Мы были лучшими подругами и не разлучными сестрами. - Собрав всю решимость в своем сердце, она воодушевленная своей целью заявила. - Просто подожди немного и тогда ты сама все поймешь, ради чего я так старалась.

- Да плевать я хотела на этот мир! - С обоженным сердцем выкрикнула Софи. - Я Тебя хочу назад вернуть, в семью! Понимаешь? Я... Вера, прошу - протянув руку с дрожащими пальцами, бестия умоляюще посмотрела на младшую сестру - идем со мной и бросим эту общемировую затею. Скроемся где-нибудь и будем жить как раньше.

На мгновение в алых глазах Веры промелькнула целая буря эмоций, печаль, тоска, надежда и любовь. Теплые и приятные воспоминания ударили в голову неудержимым потоком меланхолии. В памяти еще свежи ощущения щекочущей травы под ногами, стрекочущих насекомых и шелест древесной листвы. Как маленькие глупые дети бегали от дерева к дереву и играли в прятки, догоняли друг друга, резвились как только могли. Но эти, столь желанные, воспоминания угасли словно пламя и ослабли как течение.

Выдохнув теплый парок и вновь охладевшим голосом, Вера, произнесла, как истинный вампир проявив свое мертвецкое безразличие к эмоциям, что так мешают ей и делают путь к цели извилистым и не проходимым.

- Нет, я так не могу. - Глаза Софи дернулись в отчаянии, как только услышали этот леденящий безразличный голос. - Даже если я соглашусь пойти с тобой, бросив все это дело, нас не оставят в покое. Ты ведь и сама прекрасно это понимаешь, нас преследует злой рок, будто бы сам мир обозлился на нас. Если так, то я изменю этот мир, перекрою его на свой лад и только тогда... мир превратится в рай, для всех без исключения. Я уже и без того принесла слишком большую жертву, чтобы поворачивать назад. Поэтому прости.

- Ясно. - Уже совсем отчаявшимся и безропотным голосом ответила Софи, не видя иной альтернативы кроме как... - Придется вернуть тебя силой, хочешь ты того или нет.

Отринув смятение, разочарование и безнадегу, Софи приняла решимость и отвагу. Выпрямив спину, глаза бестии налились боевым огнем, душа и сердце воцарились пламенем. Избитые в многочисленных сражениях руки сжались в кулаки и готовились к очередному бою.

- Узнаю свою сестру. Ты почти не изменилась, жесткая и грубая на лице, но... - Вера широко и ярко словно солнце улыбнулась, говоря эти вещи - добрая в мыслях. Я рада.

Наконец то увидев радость на лице сестры, словно болезнь, Софи заразилась этой мимолетной, но такой теплой эмоцией как радость от долгожданной встречи с дорогим и близким сердцу человеком. Легкая еле заметная ухмылка появилась на лице Софи.

- Я тоже рада. Мы хотя бы смогли увидеться.

Радость от встречи прервалось присоединившимися, или скорее вмешавшимися, в разговор персонами. Харальд сравнялся с Верой и на своей тарабарщине убил всю сестренскую идиллию.

- Хватит разговоров, пора уже прекратить все это.

В подтверждении слов конунга, к Софи подошел Безликий. Тот протянул ей извалявшийся в грязи, но все еще боеспособный лук, намекая на продолжение битвы.

Робко подхватив лук, Софи снова не решительно посмотрела на оружие в руках, а затем перевела взгляд на сестру, которой та не хотела вредить. Зажмурив глаза, Софи с не желанием настроила себя на битву с близким человеком, надеясь обойтись лишь легкими синяками.

- Хватит тянуть. Готовьтесь к битве, с тобой, Вера, я разберусь сама.

Тень 26 Смерть надежды.

Огромное оголовье молота устремилось на маленькую тушку темного черепоголового воина, норовя превратить его в кровавую кашу. Легким движением ног, Безликий отошел в сторону, молот врезался в землю и расплескал влажную грязь, пачкая черные доспехи и плащ Эоса.

В попытке нанести ответный удар, лезвие Карантира понеслось в тушу Харальда, который тут же парировал удар сформировавшимся мечом.

Освободившейся рукой, Харальд схватился за руку Безликого, намереваясь пригвоздить его к земле и добить его уже там. Но Безликий оказался куда более вертким и перехватил захват, перекинув огромную тушу через плечо. Оказавшись на земле, Харальд начал уворачиваться от ударов серебряного лезвия, пока не подгадав момент не поднялся на ноги.

Обескураженный такой огромной силой, Харальд на мгновение замешкался, не зная какой подход применить к этому черепоголовому. Но спустя время использовал копье и с наскока наконечником копья достиг доспехов Безликого. Резкий удар по древку отвел удар в сторону, но вместе с тем оба оружия начали сильно вибрировать. Безликий не смог удержать оружие в руке, как бы не старался, и уронил Карантир в грязь. Харальд развоплотил оружие и вернул его в перстень на пальце, избавившись от неимоверной тряски оружия.

Не теряя время на возвращения оружия в свои руки, Безликий помчался на Харальда. Конунг пытался остановить нападающего, но тот, словно водимый ветром, совершил нечто непонятное и в то же время завораживающее. Выполнив сальто, Безликий приземлился на ноги, за спиной конунга, получив драгоценные мгновения для свободной атаки.

Десятки ножей нитями вышли из ножен и в следующий миг вонзились в спину конунга, нещадно протыкая спинные мышцы и царапая кости.

Харальд сквозь сжатые зубы изрек мучительное мычание, после которого с разворота замахнулся длинным двуручным мечом, отгоняя Безликого подальше. Тот отскочил на пару метров назад. Приняв устойчивую стойку, черепоголовый растопырил пальцы, на кончиках каждого из которого виднелись тонкие паутинки, и оттянул их назад.

Ножи в спине Харальда больно задергались, причиняя ему еще больше страданий, пока те не вырвались из толщи доспехов и плоти, огибая Харальда дугой и возвращаясь в руки своего хозяина. Подбросив ножи в воздух, Безликий продемонстрировал еще одно свое умение. Блеснув на лунном свете, лезвия повисли в воздухе, острием направившись на своего врага.

Скорчившееся от боли бородатое лицо гневно посмотрело на него... тот словно бы, смеющийся череп лишенный всякой плоти. Сам его облик кричал о высокомерии, высоко поднятый подбородок, ровная аристократическая осанка и слегка выпирающий носок грязных лощеных ботинок, от чего гнев воспылал в сердце с большей силой.

- Тыыы... - Буквально прорычал буйный северянин, параллельно выпрямляя спину, проявляя стойкость и решимость в своих намерениях. Но при этом сопровождаясь сильной болью от полученных ран, каждое мелкое движение отдавалось бурей обжигающих чувств. - Помеха, избавлюсь от тебя и того демона, тогда дела пойдут куда проще. Избавлюсь от вас, отброшу врага, займем земли и заживем как того и желали. Тебе и твоему демону мне не помешать.

Изрядно подуставший от разговоров Безликий, только начал провоцировать конунга, подманивая его пальцем.

- Хе, - слегка рассмеявшись, Харальд понял, что до разума черепоголового ему не достучаться - что еще ожидать от шавки централов, для тебя важна только цель, деньги... да желание своих господ.

Бросив последние слова, Харальд не стал томить своего врага долгими речами и не дожидаясь первого удара, ловя сцепление на скользкой земле помчался на встречу помчавшихся в него десятка свистящих лезвий.

...

Подняв руку над головой, из голубого кольца начала подниматься леденящая стужа. Собравшись в маленькую точку, этот холод устремился в резво бегающее тело Софи. Совершив широкий прыжок бестия ушла от удара. Ледяная стужа врезалась в землю и заморозила ее до ледяной корки.

Отбиваясь и уворачиваясь от заклинаний, Софи стремилась спровоцировать свою сестру на ближний бой, считая что в прямом столкновении у нее больше шансов на победу, чем в дальнем бою обмениваясь заклинаниями.

Вера догадалась о намерениях сестры и следующее заклинание должно заставить Софи остановиться на приличном расстоянии. Широкая леденящая струя создала стену из грязи и льда, напоминая застывшую морскую волну. Но Вера ошиблась, думая, что такое препятствие остановит ее сестру. Софи легонько поджав ноги, перепрыгнула через ограду и ни минуемо приближалась к Вере.

Ситуация складывалась опасная и Вероника предприняла очередную попытку остановить Софи, выпустив из обеих рук целый шквал ледяных точек, что замораживали все на своем пути и от которого невозможно было увернуться. Но Софи и не собиралась уворачиваться или отступать, вместо этого она, что есть сил и времени, прижала руку к земле и заклинанием подняла тонкую стену из грязи, что укрыл ее от леденящего заклинания.

Стена грязи за доли секунды покрылась мерзлой коркой и растущим на глазах инеем. Вера вовсе не желала навредить своей родной сестре, это понятно по тому, какие заклинания она использует. Желая только остановить Софи, пытается заморозить ее ноги в грязи, что бы она и шелохнуться не могла. Но даже этого у нее сделать не получилось.

Как только шквал заклинаний утих, Софи одной рукой схватилась за вершину стены и одним движением запрыгнула на нее, после чего сразу же прыгнула в сторону Веры, готовя к бою свои кулаки.

При таком раскладе, Вера может легко заморозить сестру еще в воздухе, но в торопях рискует промахнуться и попасть под тяжелую руку Софи. Рисковать она не стала и пока сестра находилась в воздухе, попросту исчезла из виду. Приземлившись и расплескав слякоть в стороны, бестия подняла удивленные глаза и начала озадаченно оглядываться, ищя Веру.

Ее зрение, слух и обоняние обострились до предела в поисках сестры. Несколько секунд, ее чувства ничего не могли засечь, пока не почувствовала на своем затылке чье-то дыхание. Скорости Софи оказалось не достаточно, тонкие женские руки обвили ее шею и приставили к ней холодное эфирное лезвие кинжала.

- В эфирном плане ты всегда уступала мне, сестра. - Послышался голос Веры, но Софи лишь посмеялась с ее слов.

- А вот в ближнем бою, ты всегда была слаба, Вера. - Резко перехватив руки, бестия перекинула ее через себя, роняя на землю.

Прижав Веру к земле и блокировав ее слабые ручонки, она победоносно заговорила.

- Бой окончен, сдавайся.

Бесполезно дергая руками, в попытке освободится, Вера пришла к однозначному выводу.

- Какая же ты сильная, прям вырваться не могу. Но насчет твоей победы, я сомневаюсь.

- Разве? - Несмешливо спросила Софи, после которого получила уверенный ответ.

- Ну, вообще-то я не только исчезать умею.

После этих слов, земля под ними будто провалилась куда-то очень далеко. За одно мгновение все их окружение исчезло с поле зрения, варварские постройки, грязь под ногами и копошащиеся в ней Безликий вместе с Харальдом тоже исчезли, не слышалось ни единого звука, кроме завывающего холодного ветра дергающий локоны облепленных в грязи рыжих волос.

Картина сменилась пустым редко облачным небом, озаряемая необыкновенно яркой луной, но озарять было нечего.

Осознание всего происходящего пришло после того, как невесомость исчезла и заменилась чувством падения. Посмотрев под себя, Софи увидела лагерь, светившийся множеством факелов меж которыми словно муравьи разбегались тысячи северян.

Сильный ветер начал бить в лицо и в первую секунду Софи нервно запаниковала, не представляя, как поступать в таких случаях. Сердце вырывалось из груди при виде страшного, но все же завораживающего вида, дыхание перехватилось и дышала через раз. Легкие наполнялись и обжигались леденящим небесным воздухом.

Это продолжалось до тех пор, пока Софи не вспомнила, что вместе с ней к земле стремится и ее родная сестра. Долго не думая, бестия крепко схватилась за руку Веры и притянула к себе. Заключив ее в объятья она направила свою спину к земле, даже не задумываясь готовая умереть ради родной сестры.

Несколько робкие слова послышались из уст озадаченной Веры.

- Ч-что ты делаешь?

Но Софи лишь молчала, зажмурив глаза и ожидая скорого конца. Невольно считая секунды, Софи, прижав Веру крепче, задумалась. Ладно, если она умрет, вся боль и печаль исчезнут в мгновение ока, чувства перестанут иметь значения, но смириться с мыслью о том, что погибнет родная ей сестра, с которой она прожила всю свою молодость, с кем играла и без сомнения доверяла все свои секреты, она не могла.

Пусть это звучало чрезмерно вычурно, но сердце колотилось так быстро, уши пульсировали, а думать времени не было, Софи смогла произнести лишь несколько слов на последок.

- Больше никто не умрет.

Ветер, бьющий в спину, начал потихоньку ослабевать. Софи, пораженная этим открыла глаза и посмотрела в лицо Веры, что смотрела на нее с неловким взглядом. Ухватившись за руку Софи, Вера начала медленно опускать ее на землю, до тех пор, пока пока ноги не коснулись заледеневшей грязи и пока сама не спустилась.

Все это время, бестия не отводя взгляд сверлила Веру, все еще не понимая, что только что произошло. Вероника предприняла попытку ей все объяснить. Неловко улыбаясь она выложила все как есть.

- Это... это просто шутка... я летать умею, понимаешь?

С широко открытыми глазами и бесчувственным голосом, Софи произнесла.

- Шутка? Тебе... смешно?

- Да знаю, вышло неудачно...

Слова Веры прервал мощный удар кулака, крепко прилетевший в живот. Вера сразу сгорбилась от боли, обеими руками обхватив больное место, после чего не устояла на ногах и рухнула на колени.

- Вера, это... это не шутки! - Разозленным голосом, Софи отсчитывала провинившуюся, словно разъяренная мать. - Ты хоть понимаешь, что мне пришлось испытать! Я-я... я думала что мы умрем, а тебе смешно!

Вытерев вспотевший лоб, Софи подошла и присела рядом с сестрой, мягко подняв ее скорченное от боли лицо и по убавив голос она продолжила.

- Я думала, что ты умрешь. Тебе плевать на всех наших друзей, а мне не наплевать. Ты знала как я плакала, пока собирала своих друзей и Гастона которого так любила, по кусочкам? - Эмоции выливались через край, лицо Софи скривилось и наполнилось печалью, а глаза сочились слезами. Подняв дрожащие руки, бестия постоянно всхлипывающим голосом начала вываливать всю боль, что безвылазно копилась в сердце и лежала на ней тяжелым грузом. - Этими руками... я собирала каждого по кусочку, даже не понимая, кто из них кто... потому что не понятно было, кого я собираю. Я... я собирала их в грязные тряпки, как будто... какое-то мясо. Я, одна, а рядом никого не было... потому что все мои друзья лежали в земле, никого не было рядом, а ты... Ты не знаешь что я чувствовала тогда, потому что рядом тебя не было. Ты погналась за мечтой, ты бросила меня!

Навзрыд прокричала Софи, больше неспособная сдерживать свои эмоции в себе. Слишком долго она держала это внутри себе и теперь пришло время дать им полную свободу. А Веронике, оставалось лишь слушать обвинения, посматривая на сестру стыдящимися глазами.

- Где ты была, когда была мне так нужна? Ты же говоришь мне о сестринстве, так где же это сестринство?! Я его не вижу! Ты бросила родную сестру, ради... чего... я даже не поняла о чем ты говоришь. Но ты прекрасно знаешь, ради чего сражаюсь я. Взгляни на это, узнаешь? - Софи одним движением вытащила из-за пазухи золотой медальон с изображением сундука и размахивая им перед глазами Вероники, продолжила давить на нее. - Нет? Я тебе напомню, это... это символ нашего отряда, нашей дружбы, нашей связи, а ты так просто взяла и разорвала эту связь. Они ценили тебя, а тебе плевать на них. Ладно, ты же вампир, ты все на всех клала, но ведь я человек... мне больно, понимаешь? Когда все погибли, я думала что все потеряла, я жить не хотела, хотела покончить с собой... пока тебя не вспомнила, ты все что у меня осталось, только ради тебя я пошла на всю эту авантюру с этими древними артефактами. Я люблю тебя, но эти твои слова, причиняют мне боль. Поэтому не говори так больше...

Посмотрев в заплаканное детское лицо Вероники, Софи дала себе слабину и притянула ее к себе в объятья, в ответ тонкие руки обвили шею Софи. Ревя как маленький ребенок, Вероника через слезы и сопли тихо и пискляво произнесла эти слова.

- П-прости... прости меня.

...

- Вижу огни! Подплываем! - Послышался громкий голос Форсетского матроса на борту танкера, указывающего пальцем на слабые факельные огни, мигающие в пределах варварского лагеря.

- Готовьте пушку! Заряжайте быстрее! - Подгонял полковник минотавров, что и так уже засыпали порох и теперь с трудом толкали огромное ядро в бездонный канал ствола пушки.

То, что эти пятеро минотавров затолкали этот круглый булыжник, уже хорошо, но времени и правда не хватало. Пушка уже вышла на линию огня и должна была выстрелить, но время перезарядки затянулось.

Пьер, совсем не давно отошедший от битвы с северянами, подошел к полковнику и обратился к нему.

- Союзники не попадут под огонь?

- Если бы попадали, то не выстрелили бы. - Язвительно отозвался полковник, не любящий, когда ему кто-то перечит, особенно в такие важные моменты.

- Я бы не советовал вам стрелять. Там находятся диверсанты.

- Они не идиоты, заметят корабль и сразу же уйдут с линии огня. - Не сдавался полковник, но и Пьер отступать не собирался.

Там, во вражеском стане сейчас находится Софи и ее соратник, за них он переживал особенно сильно и поэтому, пока не убедится в их безопасности, хотел оттянуть момент выстрела, оперируя всей имеющейся информацией.

- Вы ведь не забыли, что среди диверсантов находится кандидат в королевскую гвардию?

Полковник повернул голову и сузившимися глазами посмотрел на Пьера, осознавая, что их коннетабль очень трепетно относится к гвардии и с особой тщательностью подходит к их отбору. А потеря одного кандидата, это возможное пустующее место в гвардии, которое не желательно.

- Черт с вами, свяжитесь с господином Андре, запросите разрешение на выстрел при сложившейся ситуации. - Приказал он рядом стоящему тауматургу-связисту. Связь уже была настроена, поэтому связались с командованием мгновенно.

- Господин Андре. - Произнес он в передатчик, откуда заговорил знакомый голос Андре.

- "В чем дело?" - Послышался короткий и ясный вопрос.

- Господин Андре, в лагере возможно остались наши диверсанты, мне об этом ничего не известно. Поэтому, жду вашего приказа. - Лаконично и доходчиво объяснил полковник. Спустя секунду из сферы послышался громкий ответ.

- "Не стрелять! Еще раз говорю, не стрелять! В лагере находятся ценные бойцы, не вздумайте задеть их намеренным выстрелом! Ждите зеленый сигнал из лагеря, только потом стреляйте!"

- Вас понял, господин! - Не вольно выпрямившись перед сферой, ответил полковник.

- "До связи." - Связь была подавлена и голос утих.

- Хорошо, будем ждать зеленый свет. - Смирившись ответил полковник, адресовывая эти слова уже самому Пьеру.

...

- Не уйдешь! - Злобно завопил Харальд, нагоняя постоянно отступающего Безликого, что уже исчерпал потенциал своих ножей, которые постоянно отражались ударами Харальда.

Пока огромный конунг бездумно гонялся за черным силуэтом, Эос аккуратно перепрыгивал с одно места на другой, словно обходил препятствия, что не осталось незамеченным. Резко остановившись, Харальд посмотрел на грязь вокруг себя, нутром ощущая в них опасность. Затем поднял глаза на черепоголового, что стоял в нескольких метрах от него и ждал, пока северянин подойдет к нему.

Но вестись на столь очевидную провокацию он не стал. Замахнувшись мечом, его форма изменилась, лезвие обратилось огромным шипастым шаром, а эфес превратился в длинную цепь. Бросив руку с цепью вперед, огромный шар с неистовой скоростью понесся в мелкую тушку, которую не защитит ни один доспех.

Сев на корточки, Безликий пропустил серебристый шар над своей головой. Пролетев мимо цели, шар врезался в стену бревенчатого дома и пробил его на сквозь, за которой последовал и весь остальной дом, сложившись до самого основания.

Пока Харальд не притянул цепь обратно, Безликий схватился за нее и начал тянуть к себе. Конунг надеялся на свои силы, мол ему хватит их, чтобы вытянуть противника к себе. Но ожидания быстро разрушились. В сравнительно мелкой тушке, хранилось не меньше, а может и больше, сил, чем в теле огромного северянина Харальда. Оба они чуть ли не падали на скользкой земле, но прижавшись к земле, для большей устойчивости, Безликий резко дернул за цепь, роняя северянина на землю.

Огромное ручище глубоко погрузилось в грязь, пока не щелкнул механизм и стальная челюсть не захлопнулась. Стальные клыки вгрызались в плоть по самую кисть. На землю брызнула струя крови.

Болезненный рок быстро сменился действием. Встав на колено, он схватился за одну дугу рукой, а на другую наступил, освободив трясущуюся от боли руку.

Услышав чавканье грязи, Харальд поднял глаза и увидел перед собой колено, прилетевшее ему в нос и безнадежно его переломав. Рухнув на спину, он рефлекторно схватился за свежую рану, как Безликий запрыгнул на него и начал крушащими ударами наносить удар за ударом. Настолько сильными они были, что казалось еще немного и эти его руки перемолят кости Харальда в порошок.

Прикрываясь руками, конунгу удавалось защититься, но темпы все никак не хотели спадать.

Подгадав момент, Харальд перехватил руку и потянул Безликого вниз, поменявшись с ним местами. Заняв возвышенную позицию, град ударов обрушился уже на стальной череп, но Безликий, уверенный в титановой оболочке даже не прикрывал голову, позволив Харальду наносить эти удары, пока тот истекал кровью и понапрасну тратил свои силы.

Не прошло и минуты, как кулаки целиком обливались кровью, пока кожа на костяшках разрывалась и оголяла окровавленные костяшки, в которых виднелись теплые и хрупкие сухожилия. Силы быстро покидали Харальда, а боль в его руках только нарастала и уже совершенно не чувствовались. Вынужденный прекратить это, Харальд поднял обе руки вверх, в которых появилась рукоять, а затем из нее выросло лезвие, кончиком направленное на обездвиженное тело Безликого.

Острие быстро опустилось к его доспехам, но не успели их коснуться, как рука отвела лезвие в сторону, а после, что-то уперлось Харальду в грудь. Взглянув, конунг увидел как дуло орочьего пистоля уперлось ему в доспехи. Харальд успел только взглянуть в пустые стеклянные глазницы черепоголового, перед тем как взведенный молоточек механизма ударил по пороховой чаше и раздался громкий оглушающий выстрел.

Тысячи мелких пуль вылетело из ствола, пробили тонкие чешуйки доспеха и вошли в плоть, распускаясь в теле кровавым цветком. Кровь поступила к горлу и вылилась на стальной череп, заливая его линзы и просачиваясь через ноздри и зубы прямо внутрь, наполняя шлем влагой и неприятным запахом.

Обрушив полумертвую тушу на спину, Безликий поднялся и вытер правую линзу от густой крови, вернув себе прежний обзор.

- Кха... н-нет... только... не сейчас... - Изрыгая из себя кровь, с трудом выговорил еще живой Харальд. Все же крепкий человек попался и Эос этому слегка удивлялся. Обычный человек от выстрела в упор из картечи уже умер бы от болевого шока и уничтоженных в смятку внутренних органов, а он еще дергался и цеплялся за свою жизнь.

"Силен." - Подумал Безликий, прежде чем подойти к нему и прислушаться к его предсмертным словам.

- ...мой... народ не заслужил... забвения. - С непомерным усилием повернув бородатое пропитанное кровью лицо к Безликому и взглянув на него дрожащими глазами, приложил все свои оставшиеся усилия для того, чтобы протянуть к нему руку. Безликий не препятствовал этому и чуть было не пожалел об этом.

Острый серебряный шип вытянулся из кольца и едва не проткнул наемнику голову. Если бы ни его реакция, то лишился бы жизни, не успев даже понять этого. Схватившись за ослабшую руку, он стащил это зловредное кольцо с его пальца.

По лицу конунга было ясно одно, глубокое разочарование и печаль наполнили его глаза, что те начали слезиться. Чувство невыполненного долга разрывало его изнутри, когда он умрет и отправится в иной мир, как он будет смотреть в лицо тем, кем он пожертвовал ради будущего их детей. Неужели ему придется встать на колени и унижаться прося прощения? История запомнит его как жалкого воина, что подвел свой народ, не сумел привести его к процветанию. Отныне и на веки веков, он станет отбросом своего народа.

Такое неприятное осознание пришло в его голову.

А как же его собственные мечты? Как же те рассказы его отца, в которых он говорил о теплых землях, золотых полях и мягкой траве. Неужели он потеряет все это, даже не обретя этих богатств.

В мучительных мыслях, Харальд потерял последние силы, что удерживали его в мире живых, обронил голову и испустил свой дух.

Облегченно вздохнув, Эос выпустил в воздух теплый пар, этот бой окончен. Открыв челюсть, он сплюнул накапавшую в рот кровь северянина. Свесив голову, Безликий не мог оторвать взгляд от застывшего лица последнего конунга северных народов.

"Я убил." - Необыкновенно чувственная мысль промелькнула в его голове. Эмоции жалости давно угасли, оставив после себя холодный пепел. Убил он немощного старика или вооруженного мальчишку, неважно все они слабаки, чья жизнь и без того не продлится слишком долго. Но убив Харальда, Безликий почувствовал как его сердце сжалось от огорчения. Этот северянин еще многое мог сотворить, повлиять на историю, сохранить свой народ.

Но сейчас его бездыханное тело лежит перед ним и более ни на что не способно.

От части, Эосу было жаль убивать такого человека, но с другой стороны, он должен принести его голову своему военачальнику.

Взглянув на серебряное кольцо в своей руке, он не долго думая надел его палец. Мощный артефакт, способный создавать любое оружие, наверняка работающее по базовому принципу тауматургии. Используй свой ум, так он и поступил. Металлическая жидкость выползла из кольца и обвивая руку словно змея, превратилась в острейший тесак.

Приложив лезвие к горлу павшего конунга, одним резки движением, Безликий надавил на лезвие, моментально отделив голову от тела. Кровь мощным и пульсирующим потоком вырвалась на землю, образуя густые лужи. Скинув шлем с его головы, Эос схватился за его волосы и с ним потащился к Софи. Попутно прихватив с собой грязный Карантир.

Еще в далеке он рассмотрел довольно странную картину.

Софи, павшая на колени, крепко обнималась с рыжей девушкой и судя по звукам, доносящимся до его ушей, обе они плакали. Не нужно быть гением, чтобы догадаться об их родстве. Мешать им он не хотел, поэтому прошел мимо и направился к медовому залу. Преодолев ступени он вошел внутрь, где все еще горели факела, но вся мебель была уничтожена в дребезги. Стол разломан и разрезан на множество фрагментов, годящие только на дрова.

Положив голову с отвисшей челюстью и закатившимися глазами на уцелевшую часть скамейки, Безликий принялся копаться в сундуках за импровизированным троном Харальда.

По его логике, раз уж это медовый зал, то где-то обязательно должно быть припрятан алкоголь. Вытащив из сундука обмотанную в тряпье бутыль, он в этом только убедился. По цвету он не мог определить, что именно находится в его руках, но по запаху это точно спиртное. Прихватив бутылку и голову с собой, он направился к выходу.

Положа голову Харальда на деревянную ступеньку, Безликий сел рядом и принялся лакать алкоголь прямо из бутылки. Судя по вкусу это медовуха, а слабая горечь намекала на низкий градус, напиться таким будет крайне сложно, поэтому употребил всю бутылку за один залп.

Выдохнув перегаром, Безликий отложил пустую бутылку и принялся закуривать трубку, пока легкая слабость растекалась по его телу.

Вроде бы совершенно не логичное действие для того, кто постоянно ведет себя осторожно и старается прочесть действие врага наперед. Безликий и сам так считал, ведь им предстояло еще покинуть этот лагерь, но сейчас он хотел выпить, не понятно почему... просто хотел и сделал это.

Да и сестры все никак не хотели отрываться друг от друга, непонятно сколь долго они еще простоят в таком положении, но им стоит поторапливаться, ведь сидя на ступенях, сквозь улицы Эос заметил огромный танкер, подплывающий к мелкому островку и около пол сотни варварских драккаров, уже причаливших к берегу.

Еще несколько минут и тысячи северян припрутся сюда и с ними они уже совладать не смогут. Пришло время уходить.

Постучав кулаком по дереву, Безликий привлек внимание Софи, что язвительно отозвалась, явно не довольная тем, что он прерывает их безмятежность. Не дождавшись ответа, бестия с большим нежелание отпрянула от сестры и посмотрела на соратника, что кивал в сторону приближающегося танкера.

Увидев широкие паруса Форсетсткого корабля, Софи смирилась и поднялась на ноги, приговаривая своей сестре.

- Поднимайся Вера, нам пора идти. Давай.

Подняв ее на ноги, крепко на крепко схватилась за ее руку и повела за собой. Эос прихватив голову помчался прямо за ними, не отставая от них ни на шаг.

Пробегая по грязным улицам среди свежих варварских домов, Безликий вскинул руку к небу и запустил высоко в воздух яркий зеленый свет, повисший посреди звездного неба.

...

- Вижу сигнал!..

- Ну наконец-то. - Обрадовался полковник, при виде вздымающегося из лагеря сигнального огня. - Всем немедленно покинуть носовую часть корабля! Приготовится к выстрелу! Готовьте огонь, держитесь за что-нибудь! Сейчас тряхнет!

Матросы и королевские стрелки вместе с боевыми тауматургами тут же засуетились. Топая тяжелыми солдатскими сапогами и сабатонами, воины в спешке схватились за что попало и как правило, прибитое к палубе, фальшборту, мачте и парапетам, кто-то даже спустился на нижние палубы и спрятался там, подальше от чего-то грядущего, неясного для тех, кто ни разу не видел, как стреляет данное орудие.

- Резко обернувшись, полковник обратился к скваеру, что не отходил от него ни на шаг. - Господин Пьер, вас это тоже касается.

Видя как подсуетились солдаты, Пьер решил молча последовать их примеру. Схватившись за фальшборт, старик хотел собственными глазами посмотреть на то, что сейчас произойдет.

- Закрыть уши! Ты, готовься! - Прокричал полковник, указывая на тауматурга, забравшегося по лестнице на специальную платформу позади пушки и со страхом приготовившийся запалить внушительный пороховой заряд. Оглядевшись, полковник повернулся к носовой части корабля спиной и встал на одно колено, закрыл уши и громко завопил. - ОГОНЬ!!!

Боевой тауматург вытянул руку, небольшой пламенный сгусток облаком коснулся маленького фитиля, после чего тот затрещал исчезающим в дуле искрами. Не теряя время тауматург проворно спустился вниз и так же закрыл уши, дожидаясь мощнейшего взрывая, которое многим еще предстояло ощутить на своей шкуре, поэтому не знали чего ожидать.

Что если эта пушка и вовсе взорвется у них на глазах, тогда всем кто на борту, придет быстрая и безболезненная смерть. Самоподрыв артиллерии не то, чтобы регулярное но и не невозможное событие, а как известно, чем больше орудие, тем оно не стабильнее. Солдаты собравшиеся на борту, многие из них боялись не того, что они могут потерять слух, а вполне конкретных рисков, постоянно сопровождающие "Королевскую пушку".

Но Пьер даже не догадывался об этом, поэтому чувствовал себя по лучше иных собравшихся.

Прошла секунда... другая, но ничего так и не произошло. Солдаты, не дождавшиеся выстрела, настороженно пооткрывали уши и озадаченно смотрели то на полковника, то на минотавров, что так старательно его заряжали. Похрабрившись, они отцепились от фальшборта и держась на расстоянии осматривали пушку. Быть может неполадка какая, раздумывали те. Полковник же, не услышав выстрела с начало был озадачен точно так же как и его подчиненные, но после его лицо сморщилось от злости и не скрывая волнения заорал.

- Что?!. Какого хрена она не выстрелила?! - Заметив попавшегося в глаза седого минотавра, он заорал уже в его адрес. - Ты иди сюда, что ты и твои сволочи сделали?! Ты хоть понимаешь, что с нами сделают, если эта пушка не выстрелит, хотя бы раз?! Мне плевать как ты это сделаешь, но приведи орудие в порядок! Ты меня понял...

Как вдруг по ушам прокатился оглушающий грохот, взрывная волна и обжигающий жар ударила полковнику в лицо, сваливая его с ног, точно так же как и всех остальных вместе с Пьером. А тех кто остался стоять на ногах, больно держащиеся за свои бедные уши, до тех добралась отдача. Корабль тряхнуло и палуба убежала из под ног, роняя всех неосторожных. Носовая часть накренилась и частично погрузилась глубже в воду, мелкие детали, вроде свинцовых пуль и нескольких мушкетов понеслись в воду, пока все еще живые люди и нелюди валялись на палубе держась за кровоточащие слуховые аппараты.

Пьер даже заметить не успел, как ядро вылетело из ствола, лишь огромное пороховое облако, вздымающееся к небесам, остального он не видел ибо глаза самопроизвольно закрылись после ударной волны, а руки, вместо того чтобы держаться за фальшборт, схватились за уши и тот вместе со всеми свалился на палубу, корячась от боли.

Перешагивая через звенящую боль, Пьер открыл глаза и посмотрел в сторону вражеского лагеря, откуда поднимался столб черного пламени, переходящий в черное облако, очередная ударная волна ударила по кораблю и толкнула его в обратную сторону. Но это больше никого на корабле не волновало, дезориентированные солдаты ближайшие пару минут полностью выведены из строя.

...

Стоило орочьим силам пересечь восточные ворота, как оглушающий взрыв прокатился по их рядам, заставив их скорчится от боли. Снаргр напряженно смотрел на танкер, что приблизился на опасное расстояние и уже совершил выстрел, но этот взрыв был не последним.

Снаргр, кажется заметил как огромное, размером с целый дом, ядро пронеслось над лагерем и приземлилось где-то рядом с медовым залом, если только не на сам медовый зал. Шум ломающегося дерева и раскатов катящегося валуна уловил острый слух орка, после которого раздался второй более мощный взрыв, ударная волна от которого сорвала военачальника с седла и свалила в грязь. Кабан, напуганный таким происшествием трусливо сбежал куда глаза глядят.

Подоспевшая на помощь стражники Снаргра подхватили его за руки и поставили на ноги. Вскидывая тяжелый шлем, военачальник неверя смотрел на поднявшееся над всем лагерем черное пороховое облако, словно знамение, говорило о всей четности дальнейшего боя. Особый деморализующий фактор для врага и невероятное воодушевление для союзников, имеющие при себе столь грозное орудие.

Обернувшись к своим воинам, со страшным благоговением наблюдающие за процессом быстро сгорающего пороха, вздымающегося в столб пламени и гаснущего в облако, Снаргр громким выкриком прервал их созерцание.

- Слушать приказ! Занять позиции на стенах, ждем прибытия основных сил! А вы, за мной! - Потянув стражу за собой, Снаргр во весь опор побежал к эпицентру взрыва.

Военачальник, кажется как впервые годы своей военной карьеры, начал путаться в своих мыслях. Танкер обогнал их, совершил выстрел и устроил настоящий переполох в лагере. А что если Харальд уже мертв? Не то чтобы орков это вообще волновало, но Снаргр лично должен убедиться в этом и уже исходя из этого, принимать соответствующее решение.

Подходя все ближе к эпицентру, в холодном воздухе нарастал запах сгоревшего пороха и паленого дерева. Но и этого как будто было мало, так еще и отступившие северяне толпились на пути к медовому залу, Снаргр не обращал внимание на их перепуганные лица и еле связную лепечущую речь. Буквально тысячи варваров мешали пройти и с бега пришлось перейти на шаг, расталкивая толпу на своем пути.

Через некоторое время, оркам удалось пройти сквозь скопище грязных туземцев к медовому залу... вернее к тому, что от него осталось. Всего за какие-то доли секунды, от гордого и возвышающегося над остальными строения конунга и близлежащих срубов осталась лишь внушительная раскаленная воронка, вокруг которого разбросан всяческий мусор и горящие щепки.

Снаргр даже чувствовал жар, исходящее от этой воронки. Чувство безнадеги дрожью прошлась по всему его телу. Обернувшись, военачальник хотел дать приказ своим стражникам, собирать войска у северного берега лагеря, но не вольно заметил как северяне даже не смотрят на огромный кратер. Вместо этого они своими телами окружили некое место, вызывавшее у них куда больший интерес.

Из любопытства, Снаргр вновь вошел в толпу и начал пробираться к месту скопища этих варваров, что же именно так привлекло их внимание, что им было не до разрушения медового зала? Ему хотелось знать ответ на этот вопрос и как выяснилось, не зря.

Выйдя к месту скопления, первое что увидел Снаргр, это огромное извалявшееся в грязи и облепленное спекшейся кровью тело, лишенное головы. Без всяких сомнений, это тело в чешуйчатых доспехах, принадлежит самому конунгу Харальду, северяне тоже это поняли, если верить их напуганным неверящим глазам и отвисшим челюстям.

Снаргр быстро понял это и сразу же принял в расчет. Подозвав стражника к себе, он наклонился к его уху и тихо прошептал ему указания.

- Соберите все наши силы на северном берегу, нам здесь делать больше нечего. Двигайтесь так, чтобы не привлекать лишнего внимания. Быстро. - Последнее слово Снаргр произнес особо настойчиво, доводя до них всю важность данного указания.

- Вас понял. - Тихо ответил стражник и повел остальных за собой, по пути те разделились на две группы, одна направилась к восточным, а другая к южным воротам.

...

Троица спешно спряталась под мостом, прежде чем произошел мощный взрыв и по мосту после этого пробежал тяжелобронированный орочий отряд.

По шею стоя в ледяной воде, пришлось тихо и недвижимо дожидаться пока снаружи все не утихнет. По звуку Безликий относительно мог понять что там происходит.

Из-за выстрела "Королевской пушки" началась откровенная суматоха, ведь дальнейшая оборона лагеря становится по сути бесполезной. Какой толк в укрепления и тяжелых доспехах, если одно ядро "Королевской пушки" без труда смела часть лагеря. По прикидкам Безликого, противник не станет вести бесполезный оборонительный бой и предпочтет отступить сохранив при этом свои силы. Орки отступят, без сомнений, их здесь ничего не держит а умирать за деньги они точно не станут, а вот для северян, это сражение имеет личный характер, да и времени у них нет, чтобы переправить свои корабли на другой берег для отступления.

Осталось только дождаться прибытия союзных войск и выйти к ним с заполученной головой северного короля.

Послышалась новая порция волнений, орки что-то обсуждали на своем грубом языке, после которого послышались громкие выкрики, словно офицеры раздающие приказы и похоже так оно и было. Орки начали кучковаться на одном месте, похоже собираясь в полки. Затем, донесся шум марша, направившийся прямиком к мосту.

Тяжелый топот сабатонов сотрясая нишу моста пронесся над головами не званных гостей. Шум окружающей битвы и суеты уберег троицу от острого слуха, а паленый порох притупил орочий нюх. Им сильно повезло оказаться в таких условиях, иначе они рисковали обнаружить себя.

...

Андре.

Людская армия быстро приближалась к вражескому лагерю и спустя минуты они наверстали упущенное из-за орочьего арьергарда время и даже успешно соединились с восточной группой армии, чьей огневой мощи будет предостаточно для быстрого и успешного штурма примостных укреплений.

- Господин Андре! - Подскакивая на коне и придерживая сползающий на глаза шапель прокричал Флюгер. - Наши пушки развернулись и готовы вести огонь, осталось только дать приказ!

Осмотрев развернувшиеся в сторону деревянных стен, на дистанции в сотню метров, Андре поднял руку, жестом готовый отдать указания для пушечных батарей. Обычный взмах решит дальнейший ход событий, который окончится победой союзной армии, эта мысль даже не подвергалась сомнению.

Всматриваясь в галереи стены Андре не видел никаких признаков готовности к обороне, стены были практически пусты и даже старые глаза коннетабля могли заметить это. Значит они не встретят никакого сопротивления.

Готовый пустить руку вниз, Андре почему то резко остановился и удивленными глазами посмотрел в сторону лагеря. Флюгер, наблюдавший за этим, естественно хотел узнать в чем дело, ведь сейчас нужно действовать предельно быстро, иначе они потеряют инициативу, но увидев улыбку на лице командующего тут же передумал.

Обратив глаза к стенам, Флюгер увидел как ворота открылись а на их фоне стояли две еле заметные фигуры.

- Справились все таки. - Ехидно прошептал Андре. - Отставить огонь! - Полковники продублировали приказ и горящие пальники отошли от фитилей пушек. - Господин Филип, где же господин Филип?! - Вопросительно прокричал Андре выискивая среди конницы граф-магистра.

Вскоре он сам вышел к Андре и обратился к нему.

- Слушаю вас господин Андре!

Не забывая о своих манерах, коннетабль ответил ему.

- Настал ваш черед господин Филип, на узких улицах вы станете словно пчелы.

- Приму это приглашание за честь! - Подбодрившись ответил граф-магистр и обернулся к своим рыцарям - Следуйте за мной воины Сомерсета, настало время нашей мести! - и повел их за собой.

Огромный табун лошадей промчался сквозь ряды стрелков и устремился прямиком к открытым нараспашку воротам, которые так и манили к себе своей не защищенностью. Спустя минуту рыцари начали по тихоньку вползать внутрь, попутно сея панику среди врага, который только заслышал топот тяжелой конницы.

- Красный сигнал! - Скомандовал Андре своему тауматургу, после чего тот пустил в воздух красный шар. Сигнал для танкера, после которого тот должен прекратить огонь.

...

Мчащийся мимо троицы табун производил не поддельное впечатление восторга и изумления. Союзники воодушевлялись и наполнялись новыми силами при виде столь сильного друга, а враги сверкали пятками, когда пара сотен кило мчалось в их сторону, норовя растоптать и смешать их с землей.

Но сестрам было совершенно не до них, Софи все никак не успокаивалась и в страхе потеряет свою сестру, крепко прижимала к себе, тихо приговаривая ей на ухо.

- Вера, теперь все будет иначе, слышишь? Все будет хорошо.

- Прости. - Успокоившись ответила Вера. - Прости, что сделала тебе больно.

- Ничего, я уже не злюсь.

- Но... - Подняв голову и посмотрев сестре прямо в глаза, предрекая нечто плохое, она решилась сказать это. - не только за это, Софи, я же вижу как тебе больно. И чтобы ты не говорила, нас ждет только мрак.

- Хватит об этом. - Отмахивалась бестия не желая снова слушать это, но Вера отпрянула от сестры и продолжила.

- Сама подумай, родители тебя просто использовали, из тебя сделали сервита, лучшие друзья мертвы, когда это еще прекратится? - С нарастающей злобой Вера продолжала высказывать свое мнение. - Мы не можем ждать пока все просто образумится, пора взять судьбу в свои руки и самим решать, как нам жить. Софи, мы сможем вернутся в прошлое и исправить все то, чего ты не заслужила. Идем со мной...

- Хватит! - Резкий выкрик застопорил слова Веры. Гнев вновь взбушевался в бестии, что выражалось на ее лице и словах. - Ты хоть себя то слышишь! Т-ты предлагаешь мне стать в один ряд с теми, кто убил наш отряд! А эти обещания изменить судьбу! Кто тебе об этом сказал, демон? И ты ему поверила, конечно же, лишь бы мне помочь. Мне не нужна помощь!

- Хватит лгать! - Неожиданно гневным тоном отозвалась Вера, чем застала свою сестру врасплох. Софи подняла брови вверх от удивления. - Думаешь я ничего не вижу! Не надо говорить мне о том, что ты изменилась! Я знаю тебя всю свою жизнь и успела выучить все твои актерские трюки... - Нервно сглотнув Вера начала выкладывать. - На самом деле ты ведь вовсе не воительница, ты просто обычная девушка которая хочет жить счастливой жизнью и ничего больше. Под скорлупой жесткой воительницы скрывается мягкая и добрая натура... я знаю, я вижу тебя на сквозь. Ты совсем не изменилась, такая же как и в детстве, когда мы играли в прятки. Стоило тебе немного поранится, как начинала реветь будто бы это ты младшая сестра...

Глаза Софи резко погрустнели, а губы задрожали предрекая горькие слезы.

- Я... я просто не хочу больше никого терять. С меня хватит всей этой боли, поэтому я прошу тебя, не уходи... - Взглянув на Веру жалобными слезящимися глазами, вновь протянула руку. - Идем со мной и тогда ты спасешь меня, если для тебя это так важно.

Вера коротко посмотрела сестре в лицо, потом посмотрела на вытянутую руку, после чего с огорчением отвела взгляд, давай понять о своих намерениях, чем кольнула сердце Софи.

- Прости, не могу. Я уже говорила тебе, я сделала слишком многое, чтобы повернуть назад.

Вера медленно отшагивала от сестры.

- Стой! - Софи зашагала к ней в ответ, намереваясь схватить ее и ни за что не отпускать.

- Мы еще увидимся. - Сказала она в заключении.

Прежде чем Софи дотянулась до своей сестры, она исчезла с поле зрения, будто бы она разговаривала с несуществующим наваждением. Торопливо оглядевшись вокруг себя, внимательно осмотрев небо над головой с каплей надежды, Софи смиренно опустила голову на землю. От переполняющего ее отчаяния кулаки сжались сами по себе, а из губ вырвался режущий слух протяжный крик.

Софи словно сошла с ума, ногами начала топтать землю, схватилась за волосы готовая вырывать их с корнем, не зная куда девать внезапно появившийся гнев смешавшийся с чувством собственной бесполезности. Не мудрено, что легшая ей на плечо рука тут же была схвачена и перекинуто через плечо.

На землю, роняя отрубленную голову конунга, упал Безликий, совершенно не ожидавший такой выходки. Запрыгнув на него, бестия совершенно не сдерживая себя, скрепя зубами, раз за разом наносила по титановому шлему тяжелые сервитские удары. Даже с широко открытыми обезумевшими глазами Софи не различала своего соратника. Безумие ослепило ее разум и лишила всякой логики.

Первые несколько ударов жестко прессанули голову Безликого, отчего тот на секунду был дезориентирован, а вся ситуация в целом ошеломило его. Придя в себя и подгадав момент, Безликий схватился за обе руки бестии.

Внезапно, Софи обнаружила себя на земле и Черепоголового над собой, чьи руки невероятным хватом прижимали ее к земле.

В голове Софи неожиданно раздался сухой безразличный голос, гласивший.

- "Хватит, успокойся."

На мгновение глаза бестии раскрылись от удивления, но после ее лицо вновь скорчилось от злости.

- Отвали от меня! - Ответила она на призыв исходивший очевидно от Безликого, но тот не переставал сжимать ее руки.

- "Нет, ты проявила акт агрессии. Я обязан предпринять тот же акт агрессии."

- Да! И что ты сделаешь мне, убьешь! - Выпалила она с несдерживаемым гневом, но ответ Безликого оставался холодным и расчетливым.

- "Убивать я тебя не стану, просто ударю." - Резко подняв руку для замаха, та кулаком помчалась к женскому лицу.

Неожидавшая этого Софи пропустила удар прямо в челюсть, из-за резкого смещения которого та потеряла сознание. Утихомирив соратницу, Безликий не теряя время взвалил ее обмякшее и вдоволь извалявшееся в грязи тело на себя, подобрал голову конунга из болота и тяжелыми шагами направился к освободившимся воротам.

Выходя за пределы укреплений, хлюпая по скользкой земле, Эос поднял голову и направился к стремительно приближающимся рядам нескольких тысяч стрелков. Держа оружие на перекрестии груди солдаты пробежали мимо Безликого, не обращая на того никакого внимания. Строй нескольких полков промчался и Эос оказался в их тылу, встретившись с командованием лицом к лицу.

Седобородое и сморщенное лицо коннетабля, сидя на коне, смотрело на Эоса сверху вниз.

- Что это с вами случилось, она жива хоть? - Поинтересовался он, кивая на бессознательную Софи. В ответ Безликий кивнул. - Лекарей сюда, позаботьтесь о ней! - Несколько лекарей оперативно вышли вперед и вместе утащили бестию дальше в тыл, для оказания возможной мед. помощи. Когда руки освободились, Безликий показал Андре свеже отрубленную голову Харальда. Бородатое лицо северянина было знатно облеплено слоем грязи, но когда он узнал его, то лицо старика озарилось широкой улыбкой. - Принесите сюда воду и пику! Живо!

В спешке двое солдат из личной свиты поднесли воду и по приказу начали омывать голову, смывая налипшую грязь с лица. Маска спала и лицо Харальда стало более узнаваемым. После водных процедур ее тут же насадили на пику и подняли высоко в небо, на всеобщее обозрение, только после этого, Андре с его свитой вошли в лагерь.

...

- Быстрее! Загружайтесь в корабли! Быстрее!

Прибрежная суета продолжалась уже довольно долго, или Снаргру так только казалось. Каждая секунда длилась словно часы, время играло против них.

Наниматель мертв, оборона прорвана, танкер с пушкой приблизились на опасно близкое расстояние от лагеря, дальнейшая оборона просто бессмысленна, а умирать за грязных туземцев не собирался ни один из орков. Пусть они остаются и передохнут все до единого, так хотя бы Снаргр сможет спасти своих воинов.

Смотря как его солдаты торопливо загружались в орочьи винтики, он то и дело переводил глаза в глубь лагеря, нервно ожидая прибытия то ли союзной армии людей, то ли разозленных северян. Ладно северяне, их они мигом перебьют, но вот если подойдет союзная армия людей, уйти они уже не смогут.

С недавнего времени до его ушей начал доносится топот сотен копыт, что разбрелись по всему лагерю. Нет сомнений, Сомерсетские рыцари уже вовсю бушуют на базе, а если они доберутся до берега, где собрались орки, то им точно не сдобровать. Здания ограничивают обзор и вовремя отреагировать просто не получиться.

- Поторапливайся! Живо! Живо! - Вновь прокричал Снаргр, торопя своих воинов.

Вернув глаза к лагерю, он обнаружил не самую, но все равно не приятную картину. Отчаянные толпы северных варваров ломились к ним. Жалкие и испуганные люди словно волна, заполонили улицы и мчались к орочьим кораблям, в надежде найти спасение, но последовавший после этого приказ Снаргра, говорил о противоположном.

- Шестой, седьмой и восьмой полки! Принять боевой порядок! - Указанные полки, оказавшиеся на самом краю, развернулись и направили мушкеты на бегущих северян, что совсем не давно были их союзниками. - Стоять! Стойте! - Прокричал Снаргр на варварском языке, в надежде остановить их, но те продолжали бежать и приблизились на опасно близкую дистанцию, пришлось рявкнуть приказ. - Огонь!..

Залп мгновенно выкосил впереди идущих варваров, а те что шли за ними, замедлились, пока совсем не остановились и не посмотрели на орков удивленными глазами.

Северяне еще не все поняли, но Снаргр догадался, что сейчас вопрос выживаемости. Либо передохнут все орки, либо северяне, Снаргр предпочел, чтобы этой жертвой оказались именно северяне. Голосить он более не собирается, лишь сказал им на последок одну вещь.

- Вам нет места на наших кораблях! Убирайтесь! - Рявкнул он, после чего стал ждать их реакции.

Ожидаемо они жалобно заголосили, крепче хватались за свои совершенно дрянные и бесполезные мечи и щиты. Отчаяние может толкнуть их на опрометчивое решение, но крики раздавшиеся в глубине лагеря и ржание лошадей толкнули их на неожиданное решение.

Группа женщин, обмотанные в подобие доспехов, вышли к оркам с маленькими детьми, что только научились ходить. Самоуверенность северян была настолько велика, что они умудрились притащить с собой своих чад, настоящие глупцы. Женщины, с отчаянными криками протягивали своих детей огромным стальным монстрам, уповая на их милосердие.

За группой женщин последовали сотни родителей, мужчины и женщины волокли за собой хнычущих детей и толкали их к оркам. Вся варварская арава умоляла сжалится и спасти их детей, совершенно наплевав на свои собственные жизни.

Снаргр явно изумился их мужественным поступком. С отпавшей челюстью и удивленными глазами он наблюдал за тем как буквально тысячи родителей выходили вперед, наплевавшие на себя, но ожидающие милосердия хотя бы ради их детей. И тут суровый орк задумался, почему бы не пустить хотя бы детей, которые не виноваты в глупости своих родителей. На кораблях придется потесниться, но их можно забрать с собой.

Ради мужества этих людей, Снаргр был готов пойти на некоторые уступки.

Взглянув на своих воинов, военачальник увидел в их действиях солидарность. Они не отпускали ружья, но с сомнением озирались на своего полководца, не желая стрелять в женщин и детей. Даже у орков есть понятие морали, кто бы что ни думал.

Собравшись с решимостью, Снаргр выкрикнул.

- Забираем де... - Не успел он договорить, как в глаза ударил знакомый тауматургический свет, поднявшийся с самого лагеря.

Случайность это или преднамеренное действие, было не понятно, но несколько орков произвели неожиданный выстрел, после чего по цепной реакции все приготовившиеся полки произвели залп. Мужчины и женщины вместе с детьми попадали в грязь словно тряпичные куклы которым обрезали нити. Обозревавшие это люди остолбенели и не могли даже шевельнутся. Когда же они пришли в себя, то их бородатые лица исказились в гневе и вся эта толпа ринулась в бой.

Милосердию больше не осталось места и Снаргр дал приказ на огонь.

- Огонь! Огонь!

Второй залп выкосил несколько сотен варваров, после которого пришлось перейти на ближний бой. Не имея тяжелого ударного оружия, северяне не могли адекватно противостоять оркам, и эта битва обернулась резней в одни ворота. Тяжелые булавы и ятаганы с легкостью косили отчаянных людей, но имея вполне ясную цель, не сбавляли натиск.

- Быстрее грузитесь на корабли! Быстрее!

Мало по малу, но орочьи войска на берегу таяли на глазах, один за другим корабли отплывали по реке в открытое море, а шансы на спасение если не себя, то хотя бы своих отпрысков, сыпались как старое разваливающееся здание и в один миг рисковала обрушиться... хотя, оно уже обрушилось.

Ярость переходила в страх и отчаяние, что виделось на лохматых мордах людей. Вскоре и ряды бьющихся орков отступили к кораблям и медленно редели, пока на их плечи не легли тяжелые мушкетоны и не разрядили по варварам картечные заряды, превращая тела варваров решето и роняя их тела на землю.

Еще немного и последний орк сел на корабль, попутно отбиваясь от разъяренных туземцев, винтики медленно отплывали от берега. Входя в воду по пояс они еще надеялись что-то изменить, но по мере отдаления кораблей, отчаяние и безысходность переполняли их мысли, подкрепляя это безнадежными воплями.

...

Конница, чувствуя свою безнаказанность, бушевала в лагере истребляя варваров с каждым таранным ударом, которым они никак не могли противостоять. Факела закидывались в дома, поджигали горючие смеси, тауматурги без остановки били по паникующей толпе, выкашивая десятки, а то и сотни уже не боеспособных людей, точно ходячие мишени для оттачивая меткости, а не тот враг, что истребил целый город Шеффалд.

Варвары скучковались на северном берегу маленького островка, сжавшись в маленький и напуганный комочек. К ним на встречу, в сопровождении яркого света с неба и пылающим огнем лагеря маршировали полки стрелков Фестуанцев и Герпширцев, прорвавшихся через укрепления, а конница Сомерсета постоянно кружила по дуге вокруг столпившихся северян, держа их в узде и по возможности подрезая острые углы.

Марш втиснулся в улицы и медленной грозной походкой приближался к напуганному врагу. Подойдя на расстояние до ста метров, первая шеренга встала на колено и подняла свои мушкеты, вторая шеренга так же навела прицел на врага.

Союзные войска четко видели как за спинами грубых мужланов скрывались плачущие женщины сжимающие в своих объятьях детей, живых и мертвых, но это ни чуть не смутило людей стоящих на против этой картины. Особым гневом отличались рыцари всадники, что не желали останавливаться и продолжали нагонять страх топотом своих скакунов. Только потом они нашли силы успокоится.

- Пикинер, покажи им их конунга спасителя! - Скомандовал Андре одному из своих воинов.

Пробираясь сквозь ряды к варварам вышел один единственный пикинер, чьи кираса и шапель мигали на фоне трескающегося огня, охвативший добрую треть всего лагеря, крепко держа в руках длинную пику, острие которого направлено вверх, а на саму пику насажена голова Харальда. Его мокрые и засаленные волосы свисали к земле, словно лианы, глаза закатились, а челюсть повисла на плоти.

Вид отрубленной головы произвел на гордых воинов то самое впечатление, которое желал получить Андре. Глаза варваров скруглились, а поджилки задрожали, дети начали плакать еще громче, проливая ручьи горьких слез. Даже несмышленая детвора понимала всю четность своего положения.

Самое время для дипломатии.

- Переговорщика к ним!

К вышедшему вперед пикинеру вышел Фестуанский всадник из числа знати, владеющими несколькими языками, в том числе и варварским. Именно ему предстояло провести небольшую дипломатическую миссию, или скорее поставить ультиматум наглым северянам.

- Я барон Джон Эрзац! - Заголосил он на варварском языке. - Хватит сопротивляться, вы уже проиграли эту битву! Сдавайтесь сейчас и тогда ни один из вас больше не погибнет! Коннетабль Андре дю-Фамоа, граф-магистр Филип Корнелий и сенешаль Фридрих Агилар готовы вести суд по законам военного времени! Иначе говоря, вас не казнят на месте, вы все предстанете перед военным трибуналом!

Северяне, услышав данное заявление, в неверии переглядывались между собой, но слабый огонек надежды вновь загорался в их глазах. Осталось только добить их решимость одним требованием.

- Всем! Сложить оружие и тогда мы не станем вас убивать! Бросайте оружие и сдавайтесь в плен! Тогда мы решим вашу судьбу честным судом!

С начало северяне колебались, постоянно оглядывались между собой, высматривали, не бросил ли кто оружие на землю, ибо боялись сделать это первыми. Не понимали, что ждет их впереди, эти централы могли учудить все что угодно, но они были готовы вцепиться за надежду всеми зубами и ногтями. Они встали перед выбором, умереть как воины вместе со своим чадом или сдаться как трусы, но дать шанс своим отпрыскам на какую-никакую жизнь.

Это продолжалось бы еще очень долго, если бы со спины не раздался громкий выкрик, указывающий в сторону реки. С надеждой северяне начали рассматривать водную дорожку по которым ожидали встретить тысячи северных драккаров с сотнями тысяч воинов на борту, что спасут их от суда. Но их ожидания, это их собственные заботы и судьбе было совершенно плевать на их чувства.

Последняя надежда разбилась об обгоревшие высокие борта двух еле плетущихся по воде танкеров, медленно проявляющихся сквозь далекую мглу. Величественные корабли потрепаны жестокой морской битвой, паруса обгорели, мачты обрублены, а где-то в корме даже виднелись огромные обгоревшие дыры, но корабли все равно продолжали плыть.

"Но где же драккары? Где тысячи воинов?" - Озадаченно размышляли северяне, но душой понимали, что драккары сюда не приплывут. Подкрепления не будет.

Потеряв всякую надежду, один из варваров решился бросить на землю свои меч и щит, грязь облепила родовое знамя на щите. За ним последовали и другие, массово отбрасывая оружие на землю и сдаваясь в плен на милость централам и ведроголовым.

Тень 27 Эмпатия.

Утро 27 дня месяца звездочетов.

Высокий оркестровый горн сотрясал леденящий воздух и озаряемое солнцем небо. Союзные войска приняли построение и подняли стяги своих государств и гербы знатных домов, держа в руках мушкеты, а рыцари по случаю спешились и в знак уважения сняли шлемы и обнажили благородные мечи, держа их перед своими лицами. Обособленная оркестровая команда играла тяжелую солдатскую мелодию.

Словно праздник намечается, или же военный парад в честь победы, но это была похоронная процессия. Союзная армия собралась на площади варварского лагеря, на фоне дымящихся домов, стоя прямо в центре кратера оставленный огромным бомберным ядром.

С привеликим почтением они направили свои глаза к погребальному костру, на котором безмятежно лежало тело сенешаля Эриксона. Фридрих, Филип и Андре собрались вокруг его тела вместе со своей свитой, сопровождая его в последний путь.

- Этот мир покинул еще один славный воин. - С нескрываемым огорчением заявил граф-магистр, смотря на покойное лицо сенешаля, рассеченное лезвием меча. Его тело омыли и одели в знатные одежды, украсили драгоценными цепями и камнями, дабы уйти как благородный аристократ. Этого требовали традиции его родного Форсета.

- Мы встретили огромный варварский флот, но господин Эриксон не испугался и приказал плыть в атаку. Он... предпочел умереть вместе со своим флотом. - Напомнила правая рука Эриксона, принимавший непосредственное участие в морской битве. - Как того требуют традиции, мы должны передать его семье его доспехи и оружие, в качестве семейных реликвий, овеянные его славой.

- Пусть его потомки и народ будут помнить о его подвиге, - к матросу опечаленным голосом обратился Фридрих. - как сенешаль выступил против не равных сил и вышел победителем. Если бы не он, еще многие наши воины погибли бы на этом острове. Этот подвиг ни кому из нас нельзя забывать. В качестве дани уважения, передай его семье мой меч.

Сказал Фридрих, протянув матросу свой коллекционный меч, богато крашенный золотым эфесом с инкрустированными рубинами. Матрос встал на одно колено и с почтением принял дар.

- Я не останусь в стороне, мой меч тоже послужит семье Лейфов. - К граф-магистру подбежал второй матрос и встав на колено так же принял дар, блестящий серебряная гарда бликовала на солнце, а навершие горело голубым светом.

Андре, не так сильно разбиравшийся в традициях трех графств, все равно приготовил подарок, чтобы проявить свое уважение павшему герою и его семье. Получив коробку от подчиненного, коннетабль подошел к третьему вставшему на колено рыцарю-матросу. Открыв деревянную шкатулку, Андре показал пистоль полностью ручной работы и выполненный с ювелирной красотой.

Ствол испещрен витиеватыми золотыми узорами, а деревянная оправа выполнена из дорогого сорта черного дерева. Передав его матросу, Андре приговаривал.

- Пусть слава омоет род Лейфов, а имя Эриксон звучит в устах каждого здесь стоящего и через тысячи лет будет жить в умах и сердцах наших потомков. Да запомнит история его имя и подвиг.

Приняв дары, матросы почтительно склонили головы и отошли в сторону. Обратив глаза к покойному телу сенешаля, один из маршалов протянул граф-магистру факел, но перед тем как придать тело огню, он добавил.

- Пусть тело благородного воина обратится в ветер, и увидит он новые земли, новые края и воды, новые народы, перед последней дорогой в своей жизни.

Сказав это, граф-магистр бросил факел в нишу костра, наполненный пропитанным вином и ромом хворостом. Языки пламени поглотили основание и медленно подползали к хладному телу, согревая его и не спеша обращая в скорый пепел, который поднимется в небо, словно живая птица и отправится в далекий и любопытный путь.

Обернувшись к стрелкам, Андре поднимая руку произнес.

- В честь павшего героя, залп всех орудий и мушкетов! Поднять оружие! - Тысячи мушкетов взглянули в небо, орудия приготовленные и поднятые дулом вверх, были готовы к залпу. - Огонь!

Оркестровая музыка, шум залпа мушкетов и орудий вместе с дымным туманов сопроводили сенешаля в последний путь. Каждый кто слышит это, должен знать, мертвый герой вместе со своими павшими солдатами, уходит в иной мир, в далекое путешествие.

Вслед за главным погребальным костром в небо поднялся дым тысячей костров на которых покоились погибшие под командованием Эриксона матросы, они тоже стали героями и ни кто не забудет их подвига. Не просто так военные писцы выполняют свою работу. Уже завтра начнут слагать легенды о тысячи доблестных воинов, что без страха и сомнения сразились с многочисленным врагом и одержали тяжелую победу.

...

Тяжелые мысли сковали тело мальчишки, что недвижимо сидел на мокрой траве и смотрел в пустоту потерянными глазами. Чувство растерянности охватило его разум и сердце, парализовав его с ног до головы. Он и пальцем пошевелить не мог, а мысли были заняты прокручиванием одной картины, раз за разом, превратив это в психологическую пытку.

Кровавая картина о том, как его мать расплющило огромной дубиной, снова и снова проносилась в голове мучительными ранами на сердце.

"Почему я сбежал, я ведь мог помочь ей. Я сбежал, я виноват, я убил ее. Я трус..." - Подобные тяжелые мысли не покидали его голову и с каждым разом делали ему еще больнее. Чувство вины легло ему на сердце непосильным грузом. Казалось еще не много и он сойдет с ума, а вина за смерть матери будет преследовать его всю оставшуюся жизнь.

Аркелл не мог жить с мыслью о том, что в смерти матери виноват именно он и предпочтет покончить с собой собственными руками. Жаль только оружия не было под рукой, их он обронил когда трусливо бежал с корабля.

Всю эту ночь он сидел на одном месте и даже не двигался. На холоде он перестал чувствовать свои руки и ноги, а слабость медленно вползало в его тело, окончательно лишая его сил. Но он будто бы ничего не чувствовал, лишь отчаяние заняло его разум.

Даже возникшее за его спиной хлюпанье чьих-то ног его не побеспокоили, он продолжал тупо смотреть в ни куда, совершенно наплевав на последствия своей не внимательности. Но когда он услышал свое имя, он всем телом дернулся и озадаченно обернулся.

- Аркелл, это ты? - Взволнованным голосом произнес бородатый мужчина, имя которому Сигурд.

- Отец... - С толикой надежды произнес он и сорвавшись с места помчался к нему.

Заключив друг друга в прочные объятья, они пали на колени, не веря своим глазам.

- Я... я думал, что потерял тебя. - Казалось, что голос отца впервые за всю жизнь дрогнул. Взглянув на своего сына, он с волнением начал расспрашивать его. - Как ты, цел?

- Нет... - С трудом вымолвил он дрожащим голосом, вытирая проступившие слезы. - Мама...

Сказал он отводя от отца свой взгляд, не зная даже как смотреть ему в глаза, ведь он бросил ее, вина за смерть матери лежит на нем одном. Так он себя чувствовал.

Сигурд печально склонил голову, вспомнив свежие воспоминания. Но увидев в каком тяжелом состоянии находится его сын, поднял его глаза и смотря ему прямо в душу сказал.

- О чем ты думаешь? Только не говори, что это ты виноват в ее смерти! Не смей так даже думать, Аркелл! Ты не виноват, слышишь! - Сотрясая его он вдалбливал в него то, что сам считал правильным, но сын так не думал. - Ты ничего не мог с этим поделать, твоя мама... она спасла нас, поэтому не позволь ее жертве пропасть просто так. Слышишь?!

Рявкнул северянин безумными глазами смотря на Аркелла, понимая что сейчас он должен стать опорой для своего сына, ведь иначе он пропадет и больше не сможет вернутся.

- Аркелл, ты все что у меня осталось, поэтому останься со мной. Нам надо идти. Давай, вставай.

Подняв сына на ноги, теперь надо было думать о том, куда идти и как выжить на этом треклятом острове, а погрустить они еще успеют. Оглядевшись вокруг себя, Сигурд понятия не имел, куда им направится. Они проиграли речную битву, а значит та пушка на корабле добралась до лагеря и смела ее без остатка, возвращаться в лагерь нет никакого смысла.

Но если они двинутся к южному берегу острова, где расположился вражеский лагерь и где остались малочисленные силы, то возможно смогут захватить корабль и уплыть куда глаза глядят. Это казалось наиболее возможной перспективой.

Так Сигурд и порешил.

- Мы отправимся на юг острова, надо поторапливаться. - Поведя сына за собой, вместе они побежали по заданному направлению.

Уворачиваясь от колючих веток сосен и обходя заметные дороги стороной, они быстро продвигались к своей цели, к их последней надежде. Холодный воздух и скользкая земля под ногами не могли остановить их, а слабость и окоченение ушли далеко назад. Нет времени думать о здоровье, когда жизнь висит на волоске от смерти.

Выдыхая теплый пар, они не останавливаясь ни на секунду мчали что есть сил, пока пролетевший мимо головы отца топор не вонзился в ствол дерева и не остановил их. Лишь по неведомой случайности Сигурду удалось остановится и не попасть под траекторию летящего оружия.

Быстро оглядевшись, Сигурд рассмотрел скрывшиеся среди деревьев силуэты обмотанные в шкуры и кольчуги, в них он узнал своих соплеменников.

- Стойте, свои! - Прокричал он на родном языке, что поубавило беспокойство нападавших.

Из укрытий массово повылазили северяне, многие из которых были даже безоружны, а иные с трудом держались на ногах. Три десятка кое-как готовых сражаться северян потерянными глазами смотрели на двух соплеменников. Из всех вперед вышел мужчина с густой рыжей бородой и подавленным голосом заговорил с потерянными воинами.

- Вы двое, откуда вы?

- Мы... - Ощутив непомерный стыд за бегство с поля битвы, он все же нашел силы признаться. - мы сбежали с поле боя на реке.

Мужчина еще секунду тупо смотрел на Сигурда, потом слегка хмыкнул и ответил ему.

- Всех кого ты здесь видишь, тоже сбежали с реки. Это была просто резня, нас косили как насекомых. Так что можешь не стыдиться этого.

Снова хмыкнув, незнакомый северянин развернулся и побрел неясно куда, непонятно с какой целью, казалось он потерял смысл своего существования и пребывал в том же шоке, что и все остальные.

- Стой. - Остановил его Сигурд, тот повернул голову и лениво посмотрел на соплеменника. - И что вы собираетесь делать?

Высморкавшись на землю, он безразлично произнес.

- Чую я, что долго уже не проживу. Холод пробирает меня до костей. Хочу умереть хотя бы как воин, с оружием в руках.

- Я знаю куда нам надо. - Начал объяснять Сигурд отчаянным людям. - На юге острова есть вражеский лагерь, есть корабли, а людей мало. Если соберемся с силами, то сможем убраться с этого чертового места.

- А смысл. Мы и так покойники, а наши родные убиты еще там, на реке. А мы сбежали оттуда, поджав хвосты, побросав наше оружие и близких. Ты ведь тоже кого-то потерял... вижу это по твоим глазам.

Промолвил он смотря Сигурду в глаза и отлично видя, в каком отчаянии он находится. Сигурд занервничал, ведь пробраться в лагерь и украсть корабль лишь вдвоем, становится чуть ли не сбыточной мечтой. С плохими мыслями, он посмотрел на помрачневшее лицо сына. Положа руку ему на плечо, они обменялись тревожными взглядами.

- Кто это? - Спросил незнакомец.

Не отводя взгляд, Сигурд ответил.

- Это мой сын, Аркелл.

- Сын? Вот как, значит ты не всех родных потерял. - Промолчав секунду, он вновь заговорил. - Быть может, если мы поможем тебе, то наша смерть обретет хоть какой-то смысл. Если наша смерть поможет тебе и твоему сыну спастись, то я не пожалею об этом.

Ошеломленный таким ответом Сигурд с благодарностью посмотрел на незнакомца и задал ему вопрос.

- Как тебя зовут?

- Рагнар, просто Рагнар. - Представился он и Сигурд назвался в ответ.

- Сигурд, просто Сигурд.

...

Тысячи взятых в плен варваров лишенные доспехов и оружия, разодетые в тонкие льняные одежды, собраны на месте бывшего медового зала. Сидя на голой земле они ожидали суда и вердикта в окружении тяжелых рыцарей и стрелков позади них.

Перед толпой было поставлено три стула, на которых восседали командиры армий. Граф-магистр сидел в центре, а коннетабль и сенешаль по правую и левую руку от него, сами они были окружены свитой стражников ,гвардейцев королевской армии и элитой рыцарских войск двух графств.

Перед этими важными персонами стоял один из варваров, выбранный в качестве голоса плененных северян, для этой задачи хорошо подошел ярл, который совершенно не соответствовал своему статусу, оставшись в жалких обмотках старой одежды.

Перед ярлом в аристократической позе стоял переводчик, что должен был связать язык судей и осуждаемых.

Все должно было пройти по законам трибунала и военного времени. Для этого на суде должна присутствовать пострадавшая сторона, то есть граф-магистр, лидер пострадавшего государства; свидетель, что зафиксирует честность проводимого суда, этим человеком выбрали Фридриха; и наконец смотритель, человек, что обеспечит справедливость вердикта, им стал коннетабль Андре.

Трибунал был полностью подготовлен к проведению. Поднявшись с места, Андре заявил во все услышание.

- Пришло время начать судебный процесс! Но перед этим, виновник и пострадавший, должны принести клятву честности на мечах! Каждый из вас должен поклясться, говорить правду и только правду!

Поднявшись, граф-магистр обнажил мечи и вонзил их в землю, после чего объявил.

- Я, граф-магистр графства Сомерсет, Филип Корнелий, клянусь говорить правду и только правду! Если же найдется ложь в моих словах, я поверну свои мечи против себя! - После этих слов, Филип перевел надменные глаза на ярла, ожидая от него тех же слов.

Один из гвардейцев подал варвару одноручный меч, выкованный северными кузнеца. По началу он не понимал, зачем ему дают оружие, но переводчик быстро и тихо объяснил ему, что это обоюдная клятва и если он ее не принесет, то граф-магистр может свободно лгать и ему ничего за это не будет. А если кто-то из них соврет после принесения клятвы, то они должны собственными руками смыть с себя позор лжи, а если и этого они делать не станут, то умрут в муках от жестоких пыток.

Узнав о судебных традициях централов и ведроголовых, ярл вонзил меч в землю и не имея иных альтернатив, произнес клятву.

- Я, ярл Зигвард Пер, приношу клятву честности! А если совру, то убью себя собственным мечом! - С решимостью выбить для пленных наиболее мягкий вердикт, ярл принес клятву.

Его речь тут же переводилась специальным человеком.

Фридрих внимательно слушал как приносились клятвы и не упуская ничего наблюдал за каждой деталью, а Андре наконец перешел к делу.

- Объявляю судебный процесс открытым! Граф-магистр, слово за вами!

Приземлившись обратно на стул, Филип наклонился вперед и сосредоточенно посмотрел варвару в глаза, задавая вопрос.

- Скажи мне, ярл, по какой причине, вы напали на северные берега? - С такого вопроса он решил начать процесс.

Капельки пота моментально начали проступать на лбу варвара, чувствуя, что переговоры будут очень тяжелыми. Мельком взглянув на пленных позади себя, замявшись он ответил.

- Мы были вынуждены напасть на вас.

- Поясни. - Спокойным тоном Филип потребовал объяснений и всех необходимых подробностей.

Нервно сглотнув, ярл начал выкладывать все как есть, без толики лжи в своих словах.

- Наши земли на северном континенте скудны, а племена зверолюдей сильнее нас, нам нужно было найти новый дом, ведь иначе все мы сгинули бы с этого света. У нас не было другого выхода, кроме как напасть на вас и оторвать кусок земель. Мы хотели выжить, только и всего.

- Выжить? - Озадачился Филип. - А нам показалось, что вы хотели истребить весь народ Сомерсета. Вы вырезали целый город и выжившие тому свидетели. Что ты скажешь на это?

Вытерев вспотевший лоб, ярл робко объяснил.

- Да, это случилось, но не нужно сваливать всех в одну кучу. Многие не желали этого! Ярл Хорик командовал штурмом города! Его мы уже казнили! - С надеждой, что его слова будут услышаны, проорал северянин, но граф-магистр был непреклонен.

- Не имеет значения, чего вы хотели, важно то, что вы сделали. Даже если вы не хотели убивать мирных жителей, вы все равно сделали это! - Гневался Филип из-за лживого лицемерия грязного туземца. - Если бы вы просто разграбили город, я бы это понял, грязным варварам дорог желтый металл, но вы целенаправленно вырезали каждого из горожан Шеффалда. Вы не пожалели никого, даже детей. Так скажи мне, почему я должен проявить милосердие по отношению к вам?

Слова Филипа казались острыми лезвиями, вонзающимися в тело переговорщика, который не мог подобрать слов. Но за что-то его мысли смогли зацепиться.

- Вам стоит взять нас на свою службу...

- О чем ты вообще говоришь! - Разъяренный такими словами Филип даже привстал со стула, но Андре поправил его.

- Граф-магистр Филип Корнелий, если сторона начала говорить, то оппонент не имеет право его прерывать. - Так и не высказав все что он хотел, смиренно сел обратно на свое место. - Продолжай. - Сказал Андре ярлу.

- Я хотел сказать, что у нас есть огромный опыт в битве со зверолюдами и мы можем помочь вам от них отбиваться, когда они начнут атаковать северные берега. Будет лучше, если вы сохраните нам жизни, от этого вы ничего не потеряете, напротив, только выиграете.

Покачав головой на безнадежные слова, Филип поднял руку и указал себе за спину, обращая внимание ярла на минотавров.

- Видишь этих существ? Так вот, их называют минотаврами и они являются зверолюдами, если ты не знал. - С издевкой говорил граф-магистр. - Я, не без труда конечно, но могу нанять целую армию зверолюдей самых разных видов, минотавры, вервольфы, мордвары, кенку на крайний случай. Разве не будет лучше отправить на бой со зверолюдами зверолюдей, а не человеческую армию? Признаю, что люди слабее зверолюдов, поэтому считаю, что лучше поступить именно так и ни как иначе. Скажи мне, какая мне от вас выгода?

Ярл попал в тупик и не знал как ответить на это красноречивое заявление. Весь он начал обливаться потом от напряжения, даже в своей тонкой одежде ему стало не выносимо жарко, сердце выпрыгивало из груди. Если он не предпримет меры, то пленных женщин и детей могут казнить. Нужно предотвратить это чего бы ему это не стоило.

Тем не менее Филип, видя как ярл заметно занервничал, задал еще один вопрос.

- Скажи мне, ярл, если вы так хотели жить, то почему напали на нас, а не обратились к нам за помощью?

Северянин не ответил, лишь виновато опустил голову, считая что его ответ не понравится пострадавшей стороне.

- Отвечай. - Медленным угрожающим голосом потребовал Филип, от чего тело ярла дрогнуло.

Сглотнув накативший к горлу ком, северянин не поднимая головы робко и тихо ответил.

- У нас не принято говорить, только сражаться. Да и... не верили мы, что вы будете нас слушать.

- Ясно. - Внезапно задумался граф-магистр.

Переглянувшись между сенешалем и коннетаблем, Филип намекнул на финальную часть трибунала, совет.

Поставив стулья по кругу, началось обсуждение, выносили вердикт военнопленным.

- Думаю мы выслушали обе стороны и этого вполне достаточно. - Андре внимательно оглядывался между командирами. - Теперь, необходимо вынести окончательный вердикт. Мы не вправе указывать вам, но позвольте дать несколько советов. От вашего решения зависит дальнейшая судьба нескольких тысяч человек. Не стоит торопиться с этим решением.

- Согласен, исходя из того что мы слышали, зависит тяжесть наказания провинившихся. Но решать все равно вам, господин Филип.

Граф-магистр пребывал в глубоких размышлениях, рассуждая о вине преступников и о мести, которой жаждут рыцари, чьи родные пали в Шеффалде. Выгоднее всего будет продать их в рабство Фестуа, но тогда его воины подумают что он думает только о деньгах и его авторитет заметно пострадает, этот вердикт ему не подходит.

Но если он казнит их на месте, месть за павших горожан будет утолена. С другой стороны, может ли Филип опуститься до уровня грязных варваров и начать ту же резню, которую они учудили в Шеффалде? Что же делать, какой вердикт вынести? Филип думал об этом еще несколько долгих минут, пока светлая идея не пришла ему в голову, вердикт, выгодный обеим сторонам.

Граф-магистр резко поднялся с места и обратился к варвару, склонивший голову.

- Я принял решение. Ты, ярл, подними свою голову. У меня для тебя хорошие новости.

Не до конца веря своим ушам, северянин поднял на Филипа удивленные и в то же время наполненные надеждой глаза.

...

- С самого утра ты не очень разговорчива, Софи. Могу знать почему? - Поинтересовался Пьер у Софи, сидя на коне и двигаясь в сторону лагеря вместе с небольшим отрядом пикинеров и стрелков напрямик через лесную чащу.

Потерев ушибленный подбородок, бестия злобно посмотрела на Безликого, сидящего в повозке впереди них. Без слов, Пьер смекнул в чем причина.

- Поссорились?

- Скорее подрались. - Отмахнулась она, переведя взгляд куда-то в даль.

- "Еще раз тебе повторяю, это была самозащита." - Раз за разом дублировались слова в голову Софи, идущие от Безликого, который внимательно слушал разговор старика и девушки.

- "Заткнись, я вообще жалею, что провела ритуал ментальной связи. Теперь не могу выкинуть тебя из головы." - Язвила бестия.

Эос повернул голову в сторону позади идущих всадников.

- "В любом случае, не это самое главное. - Внезапно тема сменилась. - Есть вещи, которые ты должна знать как союзник. Кажется..."

- "Кажется ты не понял, я не в настроении разговаривать... особенно с тобой."

- "Почему?"

- "Ты еще спрашиваешь?"

- "Это из-за того что твоя сестра сбежала?" - Не вольно Эос задел болезненную для Софи тему.

- "Заткнись! Хватит болтать!" - Скорчив раздраженное лицо, Софи гневно перебила собеседника. Но Эос все никак не хотел молчать и продолжил выкладывать свои мысли, что безвылазно лежали в его голове.

- "Хватит затыкать меня, ты знала на что идешь."

- "Да что ты вообще знаешь о том, как терять близких? Ты ведь просто убийца." - В надежде задеть сердце соратника и тем самым заткнуть ему рот, она выпалила эти слова, но эффект оказался прямо противоположен.

- "Да, я убийца, такой же как и ты, и не стыжусь этого. - Посмотрев на Софи пронзительным взглядом, он заставил ее напрячь поджилки. - Но не говори о том, чего не знаешь. Ты считаешь себя особенной, только потому что страдала больше чем многие другие. Но ты просто маленькая глупая девчонка которая так ничему и не научилась.

О чем ты думала когда пошла на всю эту авантюру? Скажи мне, Софи."

Ощутив тяжелый взгляд Безликого, бестия почувствовала, что если не ответит на вопрос, то окажется в проигрышной позиции и злобно отмахнулась.

- "Разве не очевидно? Все ради сестры."

- "Ложь. - Тут же заявил Безликий, чем сильнее злил Софи. - Я ведь вижу, всю твою мимику и могу различать, когда человек говорит правду, а когда лжет. Смею предположить, что ты эгоистичная личность, которая думает только о своем собственном благополучии. Даже если это связано со спасением близкого человека. Я понимаю, тебе больно, и ты хочешь избавиться от этого ощущения... когда-то и я был на твоем месте. Моя мама умерла от болезни, отец бросил, а мой боевой брат погиб у меня на руках. Но я нашел в себе силы смириться с их потерей, в отличие от тебя. Софи, ты все так же продолжаешь цепляться за прошлое, видя в своей сестре спасение. Но ты не думала, кому нужно это спасение? Не тебя ли надо спасти?"

- "Ты просто передразниваешь меня. - Оправдывалась бестия, пытаясь привести хоть какие-то ответные аргументы. - Думаешь что особенный? Сравниваешь всех со своей жалкой натурой, считаешь всех вокруг себя дерьмом, а ведь на самом деле это твоя душонка дерьмо. Тебя вообще не должна волновать судьба этого мира, так почему же ты согласился спасти его? Не из корыстного умысла ли? Чем ты отличаешься от остальных, быть может и ты желаешь славы и богатства. Почему нет?"

- "Софи, - мягко ответил Безликий - отвечу на твои доводы по очереди. Во первых, дерьмо ли моя душа. Тебе вполне могло показаться, что я само зло во плоти, но я считаю иначе. Разве травмы это вина, отсутствие эмоций грех? Быть может это просто защитный механизм? Я ведь все таки обычный человек, я чувствую боль так же как и все остальные... так же как и ты.

Я страдаю, проливаю слезы, тоскую по прошлому, тому времени, когда я был счастлив. Но так было раньше, сейчас, дабы не чувствовать боль, я отказался от эмоций, так мне стало куда легче."

- "Отказался от эмоций? Тогда выходит что ты просто сбежал от этих испытаний, ты просто трус." - Грубо заметила бестия, но человеку, которого столько раз пытались убить, эти оскорбления таковыми даже не казались.

- "Быть может, это правда, но не забывай, я человек и даже у меня есть пределы сил. Существуют грани, через которые не может переступить ни мое тело, ни мой разум.

А ты в свою очередь, даже сильнее меня, в ментальном плане конечно же. Ты не отказалась от своих чувств, но при этом продолжаешь цепляться за прошлое. Ты не думала о том, как изменить свое мышление?"

- "Предлагаешь мне забыть о своих друзьях? Можешь даже не думать об этом."

- "Не совсем забыть, но взглянуть на мир шире, пойми, ты не одна такая, вокруг тебя столько людей, а ты смотришь на них как на отребье. А ведь они чувствуют тоже, что и ты, думают о тех же вещах, мечтают о лучшей жизни, прямо как ты. Ты вовсе не, как ты выразилась, "дерьмо", ты лишь одна из потерянных душ. Ты можешь вырваться из круговорота боли, но боишься этого, боишься перемен и потому думаешь только о прошлом, считая что лучших времен больше не настанет."

Софи пораженная таким знаниями, неверя отмахнулась.

- "Говоришь так, будто бы может настать светлое будущее. Но скажи честно, ты и сам в это не веришь."

- "Все зависит от нашего восприятия. Для фанатика, конец света, это шанс попасть в рай, а для атеиста, это конец всего. Я не отношу себя не к пессимистам, ни к оптимистам, скорее к реалистам. Наше будущее зависит только от наших собственных действий. Если ты хочешь счастья, придется потрудится и никто тебе не гарантирует успеха, жизнь жестока и чем раньше ты это поймешь, тем лучше. Таков мой ответ."

- "Но зачем тебе это, ты никак не связан с этим миром. Почему ты решил помочь нам? Я хочу услышать это."

- "Забавно слышать это от той, кому наплевать на Сапфир так же, как и на целый народ северян. - Такое заявление заметно смутило Софи и поставило ее, мягко говоря, в неловкое положение. - Помниться я уже говорил тебе об этом, но скажу еще раз. Я чувствую ответственность за этот мир. Думаю это связано с моим прошлым.

Когда меня забрали под землю и сделали из меня сервита, я запомнил свой родной мир ярким и зеленым, бьющий жизнью. А когда вновь вышел наружу, то увидел гниющие на глазах остатки прежнего мира. Вся зелень исчезла, деревья оголились, воды отравлены, зверье вымерло в мгновение ока. Я... - на секунду замявшись, Безликий с тяжестью на сердце продолжил - на тот момент, я подумал что мир погиб, от части это было так, но люди продолжали сражаться, казалось их лицемерию и цинизму не было предела.

Целых десять миллиардов людей, ополчились друг на друга и начали вести войну, концом которой станет полное уничтожение моего родного мира. Я пытался хоть как-то повлиять на это, пытался собрать союзников, призвать людей к благоразумию, но... кто будет слушать немого. Пришлось убивать.

А потом, я оказался здесь, в этом мире, живом и цветущем мире. И когда я понял, что к чему, подумал, что это мой второй шанс. Здесь и сейчас, я продолжаю сражаться с мыслью о том, что где-то там, в далеке, в космосе висит мой родной мир, сгоревший до тла. А теперь, подумай сама, почему я хочу спасти этот мир от уничтожения."

- "Ого, как много ты выложил. - Слегка удивилась Софи, теперь понимая, что именно движет Безликим. Казалось, она начала немного понимать его мотивы. Родной мир погибал, а невозможность повлиять на это, наверняка произвело на него огромное впечатление."

- "Софи, - внезапно Эос обратился к ней - на последок скажу тебе, вспомни Жанну. Ты ведь проявила заботу к совершенно не знакомой девчонке, а ведь могла и плюнуть на ее судьбу и отправиться без нее. Это значит, что ты можешь измениться, открыться миру, и тогда тебе станет легче. Быть может ты найдешь друзей, любимого, того, кто всегда будет рядом с тобой и которому ты можешь излить душу.

Осмотрись по сторонам, что ты видишь?"

Оглянувшись, бестия зацепилась взглядом за марширующих солдат, что тихо ворковали между собой.

- "Солдаты. - Ответила она"

- "Представь, что у каждого из них есть семьи, растут маленькие дети и не сомневайся, они любят своих жен и растущее чадо. Взгляни на них, на их морщинистые лица и седые бороды, легко понять, что эти бывалые солдаты прошли через огонь и воду, потеряв по пути своих боевых товарищей и лучших друзей, но ты посмотри как без стеснения они разговаривают и смеются. Они смогли преодолеть это испытание, пережили это благодаря тем, кто был рядом с ними, и благодаря их семьям. Тебе стоит взять с них пример."

- "Зачем... - Софи, не на шутку озадачилась этими словами - зачем ты говоришь мне все это, какая тебе от этого выгода, помогать мне?"

Вытащив из сумки трубку и закурив ее, Безликий опрокинув голову выпустил в небо никотиновый сгусток и ответил на ее вопрос.

- "Это взаимовыгодное предложение. Видишь ли, я привык оценивать все свое окружение с предельной трезвостью, в том числе и собственное состояние. Когда погиб мой близкий друг, я получил травму, которая заставила меня замолчать. С тех пор, пока я молчу, мое психологическое состояние только ухудшалось. Моментами я думал, что и вовсе сойду с ума. Но нашелся выход, ритуал ментальной связи позволил мне общаться с тобой. Иначе говоря, я хочу чтобы мы стали друзьями, тогда и тебе и мне психологически станет легче."

- "Удивительно, ты столько всего рассказал, складывается ощущение, что мы познакомились только сейчас. До этого момента я и представить не могла, о чем ты вообще думаешь, а сейчас... - слегка замялась Софи - я даже слов подобрать не могу, чтобы описать это..."

И вправду, Софи приходила в замешательстве после сказанного. Безликий поведал о себе, своих мотивах, и его образ молчаливого и закрытого убийцы разрушился и перед ней появился некто совершенно иной. Безликий обрел новые черты, острый ум и наблюдательность, тихий и спокойный нрав, умеет разговаривать на высокие темы. Бестия даже начала думать, что он родом из какой-то там иномирской знатной семьи, иначе откуда у него такие познания в психологии? Хотя говорить точно, она не могла, но и гадать она тоже не любила и задала этот вопрос на прямую.

- "Скажи, а ты случаем не дворянин какой?"

- "Полагаю ты задала этот вопрос исходя из здешних реалий. На Сапфире хорошее образование могут получить только знатные богатеи. Но на моем родном мире, на Земле, достойное образование куда более доступна, и даже простолюдины могут получить высшее образование, степень магистра и прочее. Хотя, феодальные чины на Земле давным давно устарели."

Подогретый интерес начал закипать и Софи задала очередной вопрос, не в силах удержать свое любопытство.

- "Феодалов и знати нет, тогда что это может значить? Как люди разделены между собой, какие слои населения существуют в твоем родном мире?"

- "Официально, перед законом все ровны, но сейчас у меня дома такое время, когда эта самая демократия просто невозможна. На это повлияло сразу два фактора, первая заключается в том, что в затяжных воинах, лидеры теряли свою власть и им на смену быстро приходили лидеры корпораций или же их марионетки, которым выгодна война. По сути на Земле, в большинстве случаев, сложился олигархат."

- "Это, власть богатеев я так понимаю. В таком случае, это не сильно отличается от феодальной системы. Эти олигархи, так же как и феодалы, владеют целыми богатствами и строят армии, попутно развязывая войны."

Прильнув к борту трясущейся телеги, Безликий выдохнул густеющий на холоде дым и согласно ответил.

- "Да, в этом плане мы сильно откатились назад, практически вернулись в средневековье."

- "Ну а что там со вторым фактором?"

- "А второй фактор более интересный. - Обратив свои глазницы на Софи, он продолжил. - Софи, представь себе, что ты можешь прожить более ста лет, без признаков старения."

Поначалу Софи не веря улыбнулась и хотела отмахнуться, но вспомнив, что перед ней сидит иномирец, то слегка напряглась.

- "В каком это смысле, жить больше ста лет? Люди и до пятидесяти не всегда доживают."

- "В прямом, - спокойно и без затей произнес Безликий - на Земле придумали как продлевать людям жизнь, но эта процедура только-только появилась и стоит очень много. Естественно, что олигархат воспользовался этой услугой. А теперь представь, к чему это привело, на Земле буквально появился новый биологический вид, олигархия. Если так подумать, то они словно пришельцы живущие в другом мире. Олигархат живет дольше, ест лучшую еду, обитают в стерильных условиях, пока низшая раса обычных людей надрывают спины на заводах и фабриках за гроши, едят пластиковую дрянь и дышат отравленным химическим воздухом.

Средний олигарх стал жить примерно 100-150 лет, живых примеров еще не существует, но так говорят ученые. А вот обычный человек живет в среднем 50-60 лет, в зависимости от региона планеты. В горах еще остался чистый воздух и там люди доживают аж до 70 лет в среднем."

- "Боже... это... - Софи пришла в полное замешательство, от части удивленная таким уровнем развития, а от части шокированная его последствиями. - это ужасно, чтобы пропасть между людьми была настолько колоссальна."

- "Да, это ужасно, Земля благоволит сильным, умным и богатым, если ты не относишься к одному из трех, то ты будешь жить в нищете или умрешь одним из первых, может от голода или тебя быстро и безболезненно убьют. Какой бы жестокой не была жизнь на Земле, все же это мой дом, там жили близкие мне люди и там живет родная мне раса людей. Поэтому я скорее жалею Землю, чем ненавижу ее.

Я ненавижу олигархов, возомнившие себя богами, что имеют право помыкать чужими судьбами. Не подумай, что я испытываю жалость к простому люду, меня это откровенно говоря даже не волнует, все же слабакам не место на Земле. Просто я ненавижу олигархов, вот и все."

- "Мдааа... столько всего... мне понадобится время, чтобы обмозговать все это."

Выдохнув очередную порцию никотина, Безликий прилег в телеге и завершающе произнес.

- "Я никуда не тороплюсь, просто подожду."

...

Пока основные силы сражались на поле боя и окончательно одержали победу, в прибрежном лагере ничего не изменилось, никакие происшествия их не побеспокоили. Разве что лекари и тауматурги трудились без остановки, вытаскивая с того света раненных бойцов, а кнехты, что были оставлены в качестве охраны, выполняли скорее поручения этих лекарей, на подобии "принеси-подай". Таскали чистую воду, травы, отвары и лекарства, даже мыли ткань и бинты для перевязки ран.

Главный лекарь с лысой головой и ведром окровавленной воды в руках вышел из шатра-лазарета и командно прокричал.

- Давай быстрее, несите чистую воду! Травы, травы сюда! Жанна. - Внезапно он окликнул проходящую мимо девочку, несшая службу под его началом. Вроде бы маленькие детские ручки, но она старается по мере своих сил, на ровне со взрослыми. Сложно переоценить ее вклад о заботе над раненными, поэтому главный лекарь относился к ней с особой заботой, если так можно выразится, стараясь не слишком сильно ее нагружать. - Принеси чистой воды с ручья.

- Х-хорошо. - Скала она, приняв ведро с грязной водой от лекаря.

Взявшись за поручение, маленькая Жанна не медля отправилась выполнять его. Вылив по дороге в лес кровавую воду, которой уже со временем перестала бояться, она углубилась в хвойную чащу, где струится маленький ручей с пресной водой.

Пройдя путь по уже протоптанным в снегу тропинкам, Жанна пришла к тонкой водной дорожке, бежавшей по илистому дну и снежным пределам. Взглянув на отражение в водной глади, девочка вытерла кровавый след на своем лице, после которого зачерпнула холодную воду. Но увидев свои руки, обнаружила их такими же грязными. Подумав, что расхаживать так не стоит, отложила в сторону ведро и принялась умывать руки в ледяной воде.

Благо, что в холодной воде кровь смывается лучше.

В это же время из глубокого кармана вылезла маленькая череповидная маска с черными точками в глазницах. С интересом Чертенышь начал вглядываться в ручей, а точнее в свое собственное отражение. Это не осталось незамеченным Жанной и та мягко вытащила его из кармана и держа в руке робко задала вопрос.

- Тебе интересно?

Ответом стал веселый жест из размахивающихся коротеньких ручек кукольного духа леса.

- Да, здесь так красиво... - воодушевилась она, когда начала осматривать окружающий ее лес, прислушиваясь к завывающему холодному ветру, раскачивающий ветви колючих деревьев. А снег какой... снег здесь словно мягкое белоснежное одеяло, приятно хрустящий под ногами.

Жанна и раньше бывала в снежном лесу, но здешняя картина первобытного леса завораживает маленький детский разум.

- Как думаешь, что если бы я здесь поселилась? - Предполагала она, всерьез задумываясь о том, чтобы обосноваться в этом красивом месте. - Но, с начало хорошо бы отучиться где-нибудь, а то без знаний придется тяжко. Может мне в дровосеки пойти?

Поинтересовалась она у молчаливого духа, но тот отрицательно покачал головой, ясно намекая на ее не состоятельность в этом деле.

- Может тогда травницей быть? Я слышала, что в магистрате такому учат. А ты что думаешь? - Вновь она обратилась к Чертенышу, который уже кивал в согласии. Жанна даже широко улыбнулась видя, как лесной дух, который наверняка знает больше нее, соглашается с ней. - Тогда решено, буду учится на травника, но... - Перед ней встал очередной вопрос. - Надо бы для начала денег заработать, чтобы за учебу заплатить. Сложноооо... - Почесывая репу пожаловалась она, но в ту же секунду, к ней в голову взбрела идея. - Точно! У нас в Лестере есть большой лазарет, может там начну подрабатывать да и знаний поднаберусь. Как думаешь?

Чертеныш вновь согласно закивал головой.

- Тогда все решено, как только вернусь домой, сразу же устроюсь на работу. Ну хорошо, мне надо работать. - Времени и так было мало, постоянные поручения не оставляли времени на передышку, поэтому, посмотрев на духа в последний раз и погладив на последок, положила обратно в карман.

Подобрав ведро с наполненной водой, держа его обеими руками с трудом побрела обратно в лагерь.

...

- Черт, я думал она никогда не уйдет отсюда. - Тихим голосом пожаловался Рагнар, наблюдая за отдаляющейся фигурой маленькой девчушки.

- Ребенок? - Слегка ошеломился Сигурд, увидев на этом острове дитя централов.

- В чем дело? Впервые детей видишь? - Отшутился Рагнар.

- Нет, я... - И правда, в чем дело, почему вдруг Сигурд пришел в такое замешательство. Дети не редко присутствуют в тыловой службе, у северян это распространенное явление, да и у централов такое вполне возможно.

Взглянув на стоящего за ним сына, Сигурд видимо понял, почему его это так побеспокоило. Не ужели теперь в каждом из детей он будет видеть своего сына.

"Лив, что же мне делать? Я не так проницателен как ты, если бы ты только была здесь."

- Ладно, подберемся как можно ближе и неожиданно атакуем. Централы ничего не ожидают, застигнем их врасплох.

Говорил Рагнар, но смотря на небольшой отряд ослабших воинов у половины которых даже оружия не было на руках, этот план казался чем-то не сбыточным, но что еще оставалось делать. Сигурд препятствовать не стал и последовал за Рагнаром, тихо пробираясь сквозь лес к лагерю врага.

Пройдя буквально сто метров, деревья поредели и открыли вид на обустроенный лагерь раскинувшийся на берегу реки. Присмотревшись, стало ясно, что профессиональных вояк здесь нет, лишь призывники в ватниках бегали от одного конца к другому, словно встревожившиеся муравьи, несшие службу как помощники лекарей, ухаживающие за раненными в шатрах.

- Да это же идеальный момент, для атаки. Никого из ветеранов я здесь не вижу, ты только посмотри на них, они больше на фермеров похожи. - Тихим еле слышимым голосом комментировал Рагнар, опасаясь что его могут услышать. Сигурд разделял его опасения.

- Да, ты прав. Я слышал, что многие из простого люда централов, даже оружие держать не умеют, а только поля вспахивают да скот держат.

- Хе... вот же слабаки. - С начало посмеивался Рагнар, но вспомнив вчерашние событие, тут же погрустнел. Это же получается, что фермеры уничтожили армию исключительно воинственного народа. Осознавать это было тяжело. - Ладно, хватит говорить, идем.

Выйдя из-за деревьев, Рагнар, приготовив щит и топор за одно, медленно зашагал в сторону лагеря. Держа Аркела за своей спиной, Сигурд вооружился мечом и побрел за Рагнаром, а за ним и все остальные. Медленно переставляя ноги на хрустящем снегу, небольшой отряд продвигался к лагерю и даже вышли на заснеженную поляну, пока солдаты в упор их не замечали, ибо по своей не опытности не выставили караул.

Лишь когда северяне в плотную приблизились к лагерю, та мелкая девчонка, повернула голову в их сторону и обронив грязные окровавленные тряпки, громко заверещала, словно предупредительный горн, эхом прокатился по всей округе.

...

- Вы слышали это? - Внезапно активизировалась Софи, приподнимаясь на стременах и прислушиваясь к холодному воздуху. Пьер вопросительно посмотрел на нее, так ничего и не услышав, но Безликий ее обнадежил.

- "Кажется это был крик, со стороны прибрежного лагеря."

Обменявшись короткими взглядами, не теряя и секунды они начали действовать. Эос без затей запрыгнул на коня, устроившись за спиной Софи, а сама бестия тем временем выхватила пику одного из солдат и всем кавалеристам громко произнесла.

- Все к лагерю! Живо! - После которого тут же сорвалась с места и подгоняя коня направилась в лагерь. Пьер не долго думая последовал за ними.

Их примеру последовали и все остальные. Не до конца понимая что происходит, они решили доверится интуиции, всадники начали подгонять своих скакунов, телеги громко затряслись, а пехота побежала.

...

Неожиданное нападение дало свои плоды, не ждавшие врага ополченцы, практически безоружными встретили северян. Хотя и сами варвары были не в лучшем состоянии, но их огромный боевой опыт за плечами дал о себе знать. Практически в рукопашную, варварам удалось прикончить не один десяток ополченцев в первые минуты боя. А те что шли в бой с оружием, были подобны машинам смерти, с невероятной легкостью расправляясь со вчерашними фермерами.

Рагнар прикрылся щитом, отразив удар копья и быстрым взмахов топора ударил по ключице, сломав кость и прорубив мышцы. Ослабший ополченец рухнул на землю, обливаясь кровью и корчась от боли, варвар не церемонясь нанес очередной удар по лицу, превратив ее в кровавое месиво.

Сигурд без труда отвел древко копья в сторону от своей тушки одним взмахом, вторым же нанес широкий удар в шею врага распоров глотку, которая тут же начала обливаться водопадом пульсирующей крови.

Но как на зло, постепенно силы северян угасали перед численным превосходством ополченцев, что было очевидно для всех. При этом к ним на помощь пришел вражеский шаман с лысой блестящей на солнце головой, что начал выпускать молнии из своих рук.

Сквозь кольцо перед его рукой вырывались раскаты грома, будто бы сами тянущиеся к варварам и жарили их до почернения. Обугленные трупы один за другим ложились на снег и дымились, остывая на холоде. Рагнар громко завопил.

- Сигурд, давай к кораблям! - Прокричал он кивая головой в сторону кораблей, покачивающихся неподалеку от берега.

Специально или случайно, но тем самым Рагнар привлек к себе внимание того самого лекаря, защищающий вход к лазарету.

Сигурд схватил Аркела за руку и помчался к кораблям, постоянно поскальзываясь на скользком песчаном берегу в перемешку со снегом. Лишь мельком ему удалось увидеть как Рагнар метнул топор на встречу приближающейся молнии. Дальше он не смотрел, услышал как затрещал гром, и продолжил бежать к кораблям.

Рагнару удалось отвести удар молнии на летящий топор, что впитал в себя всю энергию и раскалившись до красна рухнул на снег, громко зашипев при этом.

Лысый лекарь, не ожидавший этого, даже не удосужился приготовить второй удар. Замахнувшись щитов, северянин надеялся проломить лекарю-шаману голову и бил близок к этому, если бы та девчонка не прыгнула на лекаря и тем самым не спасла бы ему жизнь.

Завалившиеся на землю лекарь и девчонка с ужасом посмотрели на варвара, который не теряя время собирался избить их обоих своим щитом. Но вдруг глаза варвара широко открылись и тот начал шататься, непонятно из-за чего. Только когда он рухнул на землю, лекарь и девчонка увидели торчащую из его затылка стрелу.

Затем послышался шум топчущих землю копыт, много шума и он быстро приближался. Обратив свои глаза на источник этого шума, они с твердой надеждой посмотрели на скачущую к ним конницу королевской армии Фестуа. Еще немного и они уже ворвались в битву и начали бушевать, истребляя нагрянувших варваров.

Первыми в бой ворвались уже знакомые Жанне лица, Софи в красной бригантине и с переломанной по середине пикой, первым ударом с наскока проткнула одного из варваров на сквозь, после чего спешилась и продолжила жатву. Безликий спрыгнул с коня еще на подходе и ловко выхватывая из кобуры пистоли, быстро прицеливался и в тот же миг производил невероятно меткие выстрели, поражая каждого врага в голову.

После пары выстрелов в ход пошел пистоль орочьего производства, которым он выстрелил целясь в целую группу варваров, резко сократив их численность. Но и это еще не все, как будто пистолей было мало и в ход пошла тауматургия, при помощи которой Безликий вытащил из ножен острые лезвия, поднял их в воздух и словно градом уничтожил противника, пронзая его дюжиной острых стальных лезвий.

Королевская конница тоже не стояла на месте и планомерно выкашивала врага, кто-то в первую очередь стрелял из пистолей на безопасном расстоянии и только потом переходил на оружие ближнего боя, а кто-то был слишком не терпелив и сразу же бросался в бой с мечом на перевес.

Не прошло и часа, как последний из воинственных лег на холодное одеяло и был добит в ту же секунду. Только потом всадники заметили как один из кораблей уплывает в даль, подальше от этого острова.

- Черт, корабль угнали, вот же твари. - Возмутилась Софи, наблюдая за тем как корабль постепенно уменьшается в ее глазах.

Безликий же прошел мимо нее и попутно снимая с себя подсумки вместе с плащом, молча вошел в воду, постепенно погружаясь в нее, пока голова не исчезла в ее глубине.

...

Все это время наблюдавший за резней Харальд, с печалью и грузом ответственности отвел глаза с берега.

- Рагнар, я ни за что не забуду о твоей помощи. - Уставшим голосом сказал он, но посмотрев на сына, в его сердце загорелась новая надежда на будущее.

Им удалось спастись, собственными руками они вырвали себе шанс на выживание, шанс на дальнейшую жизнь. И теперь, им ни за что нельзя сдаваться.

- Аркелл, ты как? - Поинтересовался он, садясь на против своего сына.

Мальчишка все еще не оправился после потери матери. Его лицо осунулось, а глаза остекленели, будто бы они принадлежат мертвецу. Он почти не двигался, хотя сильно дрожал из-за холода.

- Послушай меня, Аркелл, я понимаю что ты сейчас чувствуешь, но поверь мне, это совсем не конец. - Сигурд наклонился к нему. - У нас появился шанс, надежда и мы должны воспользоваться ею... Ты ведь думаешь о матери верно? Я видел это... она погибла спасая нас обоих. Аркелл! - Сигурд вздернул опечаленного мальчишку и поднял его глаза на себя. - Слушай, она умерла ради того, чтобы мы продолжили жить, поэтому нам и нельзя умирать. Ты думаешь, что ее смерть на твоих руках, но это не так! Аркелл, придет время и ты смиришься с ее потерей, тогда ты продолжишь свою жизнь. Аркелл, ты мой сын, я люблю тебя, поэтому прошу тебя, смирись и продолжай жить, ради матери.

Мальчишка слезящимися глазами посмотрел на своего отца, даже не зная что сказать он все таки произнес пару слов, сжимая его в объятьях.

- Я тоже... люблю тебя, отец.

- Хорошо, скоро все это закончится. Обещаю.

Тихое и умиротворенное чувство воцарилось в сердцах отца и сына. Души все больше и больше, по мере отдаления от острова, наполнялись надеждой на светлое будущее. Под завывающим ветром, тянущий паруса, под шум прибоя, бьющийся о борта корабля, двое северян постепенно успокаивались, чувствуя себя в безопасности.

Отпрянув от Аркела, Сигурд поднялся и повнимательнее осматривал корабль.

- Надо бы разобраться, как этим судном управлять. Поможешь? - Обратился он к сыну, в надежде, что труд отвлечет его от плохих мыслей.

Аркелл молча поднялся и вместе с отцом те начали разбираться в конструкции корабля. Отплыть от берега самое простое, а вот держать судно в правильном направлении, это уже задача посложнее.

Сигурд принялся разбираться с парусом, экспериментируя с канатами. А Аркелл тем временем разбирался с хвостовой частью корабля. Дергая за канат, привязанный к хвостовому веслу, Аркелл не вольно обратил внимание на поднимающиеся с глубины моря, пузырьки воздуха. Насколько память мореплавателя ему не изменяет, такого быть не должно.

- Отец. - С настороженность он подозвал отца к себе и указал на данную странность.

- Что это там? - Сигурд тоже насторожился и приблизившись к борту корабля, начал внимательно всматриваться в темную и густую глубину моря.

Сигурд еще долго не мог понять, что находится там, под водой и выпускает воздух из себя. В темной холодной воде ничего не было видно, но потом, что-то начало проявляться. В воде возникли твердые формы то ли серебристого, то ли железного оттенка, пока эти формы не приняли облик черепа.

Сигурд испуганно отдернулся от воды, но вырвавшаяся из нее черная и облепленная доспехами руками схватилась за его одежду и с невероятной силой потянула в воду, выкинув его за борт. Зразу же за этим, из глубины вырвалась вторая рука, схватилась за край борта и подняла на палубу существо в черных, казалось бы каменных доспехах.

Блеснувший на солнце череп угрожающе посмотрел на Аркела, предвещая не минуемые ужасы смерти. От испуга, мальчишка оступился и под весом собственного тела грохнулся на жесткие доски. Завидев, как черепоголовый угрожающе приближался к нему, обнажая пару ножей, рефлекторно поднял руку и воссоздал ледяной шар, что полетел во врага.

Не смотря на предельно короткую дистанцию в пару шагов, черепоголовый умудрился увернуться от стремительно летящего ледяного шара, от которого не защитит ни один из доспехов, за счет своего заброневого воздействия. А этот человек, больше походивший на драугра из легенд, просто на просто увернулся склонив тело в сторону.

Момент был потерян вместе с инициативой, Аркелл не успевал думать, не то что предпринять хоть какую-то меру в борьбе с этим человеком. Но на помощь подоспел его отец, выбравшийся из воды и проворно забравшийся обратно на борт судна.

Черепоголовый, словно желал зрелищ, ибо не стал добивать Аркела, а вместо этого повернулся боком к каждому из северян, собираясь принять бой с обеих сторон. Такой высокомерный жест, не тронул Аркела, но знатно разгневал Сигурда.

- Да кем ты себя вообще возомнил! Аркелл, вставай, не смей сдаваться!

Приняв во внимание слова отца, мальчик торопливо поднялся на ноги и принял боевую стойку, концентрируя свои силы на искусстве, которому научила его любимая мать. Вспоминая прошлые уроки с матерью, сердце обливалось кровью, а глаза вновь слезились от горя.

- Черт, о чем я сейчас вообще думаю. - Отмахнулся он от неуместных сейчас мыслей. Отец правду говорил, если они погибнут сейчас, то тогда в чем смысл смерти любимой матери. Тогда, они подведут ее и их груз вины станет еще больше. Нельзя этого допустить.

Через силу выкинув ненужные мысли, Аркелл настроился на битву, сверля глазами своего врага, который даже не шелохнулся и просто дожидался их первого хода. Эта его надменность выводила Сигурда из себя и он начал действовать первым.

Вооруженный одним лишь мечом, Сигурд предпринял попытку ударить в одно из немногих слабых мест в доспехах черепоголового, в его шею. Меч, естественно, был мигом отражен лезвием ножа, но Сигурд при этом улыбался, порадовавшись его отвлекшемуся вниманию.

Холодная струя холодного дыма окутала ноги Безликого, приковав того к палубе корабля ледяной корой. Тем не менее, оказавшись в обездвиженном состоянии, черепоголовый вовсе не беспокоился об этом, напротив, все еще чувствовал свое превосходство.

Пока противник скован льдом, Сигурд атаковал вновь, целясь в неприкрытые икры. Если удастся положить его на спину, то он станет легкой мишенью даже в своих доспехах.

Нога при этом, ожидавшая удара, приложила огромные усилия и оторвалась от палубы вместе с корой льда на ботинке. Зазубренный и старый меч прошел по воздуху, не задев Безликого. Сам он при этом закружился на месте словно волчек, размалывая кусок льда на второй ноге. Сигурд получил удар ногой под дых и отлетел к другой части корабля, оказавшись в полусознательном и мучительном состоянии, испытывая боль от невероятно мощного удара в солнечное сплетение.

На очереди оказался мальчишка, не старше восемнадцати лет, но особой благосклонностью Безликий не отличался и без зазрения совести покончит с ним, не смотря на его юный возраст. Слабакам не место на войне, уж северяне должны это понимать.

Попутно увернувшись от пары ледяных заклинаний, Эос уверенно приближался к вражескому тауматургу и когда он достиг нужной дистанции, резким и стремительным рывком сократил дистанцию. Ошеломленный такой не человеческой скоростью, Аркелл допустил фатальную ошибку, пропустив мимо взгляда руку, что тараном врезалось в его живот.

Тело мальчишки согнулось от боли, а кулак приподнял его тело в воздух, а кольчуга никак не защитило его. Боль в животе обожгло его и на мгновение мысли запутались.

После первого же удара изо рта хлынула кровь, настолько сильным был удар, но он был не единственным. После кулаков, в ход пошли колени, что беспощадно колотили слабое тельце, сыпя на палубу выбитые кольца кольчуги и превращая внутренние органы в кашу. Последним пинком, Безликий отправил его в недолгий полет. С грохотом приземлившись на носовой части корабля, парнишка больше не двигался, хотя все признаки жизни были при нем. Он судорожно обливался кровью, не в силах даже пошевелить руками и ногами.

- Аркелл!.. - Надрывно завопил Сигурд, пробегая мимо Безликого и падая на колени рядом со своим сыном. - Нет, нет, нет... Аркелл, сын... слышишь меня, прошу поговори со мной. - С ужасом говорил он смотря в обливающееся кровью лицо родного сына.

От одного вида своего чада, сердце сурового северянина сжималось от боли. Глаза чуть ли не наворачивались слезами, а голос, столь тяжелый и грубый отцовский голос впервые за всю свою жизнь дрогнул. Трясущимися руками он прикоснулся к охладевшему и бледному лицу своего сына.

Тихо шепча, он пытался успокоить сознание Аркела, или скорее, успокоить свое разбушевавшееся сердце, разрывающееся на куски, от осознания ужасного грядущего.

- Все будет хорошо, слышишь? Все будет хорошо. - Сам в это не веря, Сигурд продолжал говорить эти слова, выдавливая их из себя, прилагая немалые усилия.

Выдыхая и вдыхая холодный воздух рывками и длинными паузами, мальчик с трудом произнес несколько слов.

- Папа... я... люблю тебя...

- И я люблю тебя, Аркелл, ты только держись. - Не замедлительно ответил Сигурд, чувствуя надвигающийся ужас.

Эти слова, забрали последние силы юного мальчика, его дыхание с каждым вдохом ослабевало. Пока он не издал последний вздох, а глаза его не опустели и не перестали выражать абсолютно ничего.

Безликий, молча наблюдал за тем, как отец сжимал мертвое тело в своих объятьях. Тогда он ничего не почувствовал, сердце осталось спокойным, а разум чистым. Но под отчаянным криком, Безликий не мог не вспомнить одно из своих воспоминаний.

В его памяти свежи воспоминания о его детстве, счастливых моментах его жизни. Эти мысли были наполнены невинным смехом и чистой детской радостью. Безликий, закрыв глаза погрузился в моменты своего счастья, не ожидая того, что и от этих воспоминаний, он ощутит столь забытое и давнее тепло.

Мама, первое слово и первый человек, который всплыл в его воспоминаниях. Даже те немногие годы, проведенные вместе с ней, прочно отпечатались в его голове. Игры, с которыми они забавлялись, невероятно вкусная стряпня, которую она готовила, как же с ней было весело и беззаботно проводить время.

Безликий, всего лишь эксперимент, пусть и значимая, но все же лабораторная крыса. Пока другие скрывались под маской добродетеля, она любила его всем своим сердцем, одаривала его стольким незаслуженным теплом, отдавала свои силы, только ради него одного.

"Удар"

Внезапно Безликий почувствовал сильный удар, но не со стороны, это его сердце совершила удар, забив уши и заставив того задрожать по не ясным причинам.

"Что это было?" - Задавался он вопросом, из-за которого он ощутил непонятные или скорее забытые чувства, о которых давно уже не задумывался.

Но ему не позволили подумать, как изливающийся слезами северянин сбил его с ног. Пригвоздив его к палубе, он начал сжимать руки вокруг его шеи, не жалея сил, крича при этом в отчаянии.

- Зачем! Зачем ты убил его! Тебе не хватило крови?! Зачем ты убил его?!. - Не переставая вопил он, обливаясь слезами. - Это твоя месть?! За этот чертов город?! Мой сын!.. Не убил ни одного невинного! Он хотел защищать свой народ! Убил бы меня, а не Аркела! Он не заслужил этого... не заслужил!..

Холодный и расчетливый убийца приходил в полном замешательстве. Он не понимал языка этого варвара, но хорошо понимал смысл, доносимый его отчаянными криками, пока его пальцы удушали обездвиженного Безликого.

"Почему я убил этого парня? Нет... почему я убил дитя? Потому что он мой враг? Но он не сделал ничего, чтобы стать моим врагом. Он же дитя, мелкий парень, у которого впереди была целая жизнь. А я... отнял эту жизнь. Что это за чувства? Не понимаю, почему я так волнуюсь из-за жизни непонятного ребенка? Ведь до этого, ничто не могло побеспокоить меня.

Эти эмоции... эмоции?.. Вспомнил, это чувство вины."

Безликий пришел к шокирующему для себя выводу. Функции его мозга выявили проблему его замешательства, эмоции вернулись. И сейчас он чувствовал вину, за убийство этого мальчишки. Его окаменевшее сердце, забилось непривычно быстро, а сознание разрывали неприятные мысли, винившие его в смерти ребенка.

Под шлемом, Безликий почувствовал влагу, стекающую от его глаза.

"Я плачу?" - Все еще недоумевал он, только осознавая происходящее в его голове.

Как бы удивительно это не было, Безликий начал чувствовать последствия от удушения и предпринял меры.

Вытащив нож из корпуса, его тонкое лезвие помчалось к глотке варвара, намереваясь одним ударом перерезать его артерию и покончить с ним. Но прямо перед самым ударом, Безликий затормозил нож и остановился.

Сомнение закрадывались в его голове, стоит ли убивать этого человека.

"Сомнение?" - Очередная загадка поселилась в его мыслях, словно голодный паразит, разъедающий его неумолимость.

Взяв себя в руки и совершив усилие над самим собой, лезвие вонзилось в горло северянина. Сгусток крови тут же вылился ему на маску, протекая в щели капала ему прямо на лицо.

Сорвав ослабшую хватку и спихнув тело варвара, Эос со страхом, охвативший его сердце, торопливо отполз назад.

Целая буря эмоций бушевала в его голове, нанося сокрушительные удары, сбивающие Безликого с колеи. Мысли сменялись и путались друг с другом с неистовой скоростью, заставляя своего хозяина встать в ступор и не двигаясь сидеть на месте, пока эта буря забытых эмоций не утихнет.

...

- У меня для вас хорошая новость. - С гордостью заявил граф-магистр варвару, в чьих глазах прослеживалась надежда, услышавший переведенные на его язык обнадеживающие слова. - Эти слова переводить не стоит. - Обратился он к переводчику, тот согласно кивнул. Повернувшись к своим солдатам, дал им приказ. - Несите сюда все трофейное оружие! Каждому из варваров должно хватить по оружию! Каждому! - Особенно строго прозвучало последнее слово.

Рыцари и их слуги принялись выгружать из складов все имеющееся оружие, захваченное в результате сражения. Солдаты целыми кучами на руках выносили наружу мечи и бросали их рядом с толпой разинувшей свои рты.

- Ч-что вы делаете? - Настороженный варвар задал вопрос, чьи слова дошли до Филипа на его языке.

- Я вспомнил одну из ваших традиций, вы, варвары, считаете себя славными воинами и традиции, подстать вашей культуре. - Окинув северянина холодными глазами, он объявил во все услышание. Фридрих, как наблюдатель, внимательно прислушивался к его словам. - Приняв во внимание ваши традиции, я принял решение, позволить вам погибнуть с оружием в руках, как того требуют ваши собственные обычаи! Такого мое решение.

Глаза ярла скруглились от леденящих слов граф-магистра. Его лоб заблестел от проступившего пота, дыхание прихватило, а сердце разрывалось на куски от услышанного. Обернувшись назад, он увидел, как мужчины шокированные этой новостью не меньше его, скалили зубы от злости, а женщины прижимали к себе своих детей.

Вернув глаза к граф-магистру, он попытался предпринять хоть что-то, что могло бы сберечь если не всех, то хоть небольшую часть пленных.

- Постойте... господин Филип. - Граф-магистр лениво оглянулся на варвара, что упал на колени и сложив руки буквально умолял его. - Постойте... там же маленькие дети, они не воины как вы о них думаете. - Пытался он смягчить наказание для отпрысков его народа, но граф-магистр оставался столь же строгим и даже едким.

- Что ты хочешь этим сказать, ярл Зигвард Пэр?

- Пожалейте хотя бы детей, проявите милосердие, мы ведь и так уже проиграли.

- Грязный варвар, я и так уже проявил к вам милосердие, позволив вам умереть так, как того требуют ваши традиции, в отличие от вас, что вырезали целый город, не церемонясь о том, кто попадет под удар. Вы должны благодарить нас за это, но ты просишь большего, чем заслуживает твой народ. Меч перед тобой, возьми его.

Сказал он, намекая на воткнутый в землю варварский меч. Иные солдаты, начали забрасывать к толпе оружие, подталкивая их к действию. Женщины умоляли не делать этого, дети, не имевшие собственного голоса с широко открытыми глазами наблюдали за происходящим, а мужчины находились на грани, чтобы схватится за оружие и броситься в бой.

Ярл оказался в замешательстве, что теперь делать? Неужели все кончено, для них и их детей? Для всего их народа теперь нет будущего? Ярл отказывался верить в это, не верил он и в то, что надежда их погибла. Пересилив свои страхи, ярл схватился за рукоять меча, поднялся на ноги и принял боевую стойку.

Взглянув на ведроголового с разгневанным лицом, он задумался о шансе выбраться из этого чертового острова. Это лучше, чем думать о безнадежности собственного положения, надо думать о том, как выбраться из этой кучи дерьма.

Одним из важнейших факторов войска, является их командир, который стоит прямо перед ярлом. Скользнув по земле, варвар кинулся на ведроголового с высоко поднятым, заблестевшим на свету, мечом и громкими воплями, раскатывающиеся по всему лагерю, быстро приближался к врагу.

Стальные перчатки схватились за рукояти мифриловых мечей. Бархатный плащ закружился подобно бури, скрывая выпады граф-магистра. Первым ударом первого меча Филип отразил падающий на него варварский клинок, вторым мечом нанес удар плашмя прямо по незащищенному поясу варвара.

Прошло мгновение, после того как Филип нанес удар и выпрямился перед развалившимся на две части варваром, чьи кишки вывалились на грязную землю, а кровь обратилась в лужи и смешалась с землей. Еще будучи в сознании варвар с недоумевающим взглядом поднял голову и только потом понял, что уже мертвец. Обливаясь собственной кровью, он уронил голову и испустил свой дух.

Расхрабрившиеся таким поступком соплеменники ярла, хватались за оружие и начали кидаться на плотный строй рыцарей, что окружил их. Не имея лидера и какой-либо координации, они в разнобой бросались к рыцарям по всей окружности, когда нужно было сконцентрировать силы в одной точке.

Вооруженные одними лишь мечами да копьями и не имеющие на себе никакого обмундирования, лишь тонкая одежда, с отчаянным рвением пытались пробиться через рыцарей, облаченные в блестящие латы, вооруженные щитами и тяжелым ударным оружием. Это была бойня в одни ворота с самого начала, брызги варварской крови медленно окрашивали сталь в алые цвета. Хрустящие кости, звуки рвущейся плоти и мучительные крики наполнили воздух запахом кровавой стали и гнетущей атмосферы для северян, пока сами рыцари воплощали в жизнь свою месть. Они радовались предоставленной им возможности самостоятельно вырезать отродье порожденное чревом северного континента.

В глазах рыцарей, они герои, а перед ними, толпы монстров, заслужившие за свои деяния только смерть. А по другую сторону, люди сражались за жизнь своих детей и никакая мораль им более не требовалась.

Насколько бы злыми не были северяне, насколько бы они не были сильны или отчаянны, их потуги бессмысленны. Даже если им удастся вырваться из окружения ведроголовых, их тут же встретят Герпширцы, стоящие наготове, ясно давая понять, что ни один из северянинов не уйдет живым.

Тысячи мужчин, сражавшихся на смерть ради своих детей, начали заканчиваться. В жидкую грязь погружалось одно тело за другим, создавая ковер из трупов, с проломленными черепами и поломанными конечностями, изливающие всю свою кровь, обагряя и без того пропитанную кровью землю.

Круг смыкался, отчаянные крики женщин усиливались, сильнее сжимая детей в своих руках, что собственными глазами наблюдали за резней. На их глазах пали их отцы и братья, что в ярости пытались спасти их. Но ведроголовым были безразличны крики женщин и слезы детей, их это не смутило.

Вскоре, арава спешившихся всадников со злорадством накинулась на беззащитных женщин и детей. Мечи пронзали спины матерей, что пытались защитить свое чадо, но потом, вслед за ними, рука смерти падала и на не в чем неповинных детей, некоторые из которых даже не могли в полной мере осознать происходящее. Булавы безжалостно проламывали хрупкие детские кости и месили их плоть как мясо скота.

Громкие женские визги резали по ушам, раздражая разгоряченных резней рыцарей. Но когда стих последний голос, с ног до головы облитые кровью рыцари, наполненные блаженным чувством, ощутили упокоение своих близких погибших в Шеффалде. Их столь желанная месть свершилась. Не было даже намека на то, что рыцари чувствовали вину за убитых, скорее наоборот, они довольствовались свершенным.

Быть может их кровавая жажда утихла, никто не знал, но вскоре представилась возможность проверить.

Из горы облепленных грязью и облитых кровью трупов, наружу вырвался маленький мальчик, весь чумазый, даже чистого пятна кожи не было видно. Шокированными глазами осмотрев поле бойни в окружении кровавых доспехов, он опустил глаза к женщине с пробитой головой. С визгом тот начал толкать ее, пытаясь таким образом разбудить ее. Видимо, она была его матерью.

Хватило одного взмаха шестопера по затылку, чтобы мальчишка замолчал и погрузился обратно в грязь.

- Сжечь, пусть от их тел не останется и следа, пусть их прах смешается с грязью!

Рыцари, свершив правосудие, отошли назад и за дело быстро взялись боевые тауматурги. Струи густого пламени охватили трупы варваров, среди которых заверещали еще несколько выживших детских голосов, в агонии дергающие руками и ногами, не в силах вырваться из под трупов своих родителей. Они умирали в осознании ужаса смерти своих родных и умирали в агонии пламени эфира.

- Вы погибли как воины, такого мое милосердие. Грязные туземцы. - Проговаривал Филип, с удовлетворенным гневом наблюдая за тем, как тела чернеют, а выжившие голоса стихают.

...

- Чего такой грустный? - Сказала Софи, садясь на одно бревно рядом с Эосом и протягивая ему большую кружку вина, которое разливают всем солдатам, в честь очередной победы централов.

Вечер быстро спустился на землю, но празднества никто не отменял. В честь победы над варварами и орками, командование закатило настоящий пир. Все привезенные с собой бочки с алкоголем, начиная от безобидного пива и эля, заканчивая дорогим вином для командиров, откупоривались и разливались всем желающим... да, обычные солдаты пили дорогущее вино, которое могли себе позволить только знатные или же феодалы.

Старые ветераны уже давно привыкли пить столь дорогой напиток, а кнехты удивлялись тому, что солдаты королевской армии вообще пили такое. Один этот факт мог натолкнуть вчерашних фермеров вступить в ряды армии под руководством коннетабля Андре.

В кружке которую держал Эос, судя по всему, находилось именно это дорогущее вино, которым они могли насладиться за свои боевые заслуги. Софи пришлось потрудиться, чтобы выбить ограниченное количество этого напитка, к которому выстраиваются огромные очереди, перетекающие в шумную толкучку.

По началу, пир хотели провести без пышных яств, но обнаружив в варварских складах ломящиеся от припасов полки, командование решило позволить своему войску наестся до отвала. Каждый кто не держал наполненную до краев кружку, по любому уплетал мясо или рыбу, вместо ненавистной армейской каши, попутно воркуя о чем-то своем между товарищами и даже коллегами из других наций. Можно было заметить картину, как рыцари трех графств и королевские солдаты в кругу пили и ели, обсуждая интересные и ведомые только им темы.

А раз уж наступила ночь, появился повод разжечь огромный костер, чьи дрова горели на том месте, где остался пепел от недавно сожженных пленников. Яркий огненный свет озарял скучную тьму и открывал возможность ориентироваться в пиру.

Отвечая на вопрос Софи, Безликий сказал.

- "С чего ты взяла, что я грущу?"

Попивая вино из кружки, она мысленно ответила ему.

- "Обычно ты такой любознательный, постоянно вертишь головой, а сейчас просто замер в одном положении, будто бы сдох уже. Я тоже немного наблюдательная."

Посмотрев на алую жидкость, это не вольно напомнило ему о пролитой крови того северянина на корабле. Отпив вина и распробовав его приятные нотки, собирался ответить, но бестия тут же прервала его ход мыслей.

- "Точно, еще днем ты хотел сказать мне что-то очень важное, по твоим словам. Поведаешь мне?"

- "Насчет этого, - Безликий начал припоминать детали, подмеченные им во время нахождения на этом острове - я думаю Андре догадался о моем происхождении."

Софи поперхнулась и брызгами выплюнула дорогое вино, а затем закашлялась. Увидев ее неприятно озадаченный вид, Безликий ответил на ее вопрос, не дожидаясь самого вопроса.

- "Предвидя твои слова, я отвечу. Есть несколько моментов, которые натолкнули меня на этот вывод. Первое, когда Андре вызвал нас в свой шатер, он попросил меня задержаться у него. Все что он сделал, это положил на стол Чертеныша, который побежал ко мне. После этого, Андре ехидно заулыбался, будто бы понял что-то."

- "Из-за Чертеныша? Но ведь духи цепляются не только к предвестникам. Но если Андре все таки догадался, то нам стоит сплавить этого духа. Вон, Жанна с ним как раз подружилась, можем отдать его ей." - Тут же поняв тяжесть всей ситуации, начала предлагать решение.

- "Вряд ли сейчас это нам поможет. Вспомни сколь долгое время мы ходили с ним на виду. Если у кого-то есть знания, то он уже давно догадался кто я.

Второй момент, который насторожил меня не меньше, это письмо, которое он нам передал. В нем было сказано, чтобы мы убили Харальда."

- "И что в этом странного? Лидеры войск часто мрут на поле боя и зачастую оставлять их в живых, слишком опасно." - Отрицала Софи, не видя в этом поступке никакого подвоха.

- "Вряд ли. Причина кроется в другом, что если Андре знает о том, что культ вернулся и помогал северянам. А приказал убить Харальда, во избежания утечки информации."

Заметно занервничала Софи, слыша в своей голове уверенные доводы Безликого.

- "Тогда вопрос в другом, Андре нам союзник или враг?" - Софи задала очень хороший вопрос.

Обратив свой взгляд на коннетабля, сидящего на стуле на другой стороне площади лагеря, они встретились взглядами. Старое морщинистое лицо повернулось к Безликому и тот посмотрел на него смеющимися и наполненными уверенностью глазами. Складывалось ощущение, будто бы этот старик читает его мысли.

- "Андре гений и по интеллекту ни чем не уступает мне. Он смог разоблачить культ и меня в том числе, а сейчас действует крайне осторожно, выверяя каждый свой шаг. В этом деле, важно иметь своих союзников, и эта тема куда более интересная.

Софи, материалисты ведь фактически сотрудничают с королевской властью, верно?"

- "Да, получается именно так." - Согласившись кивнула она.

- "Но насколько велика их секретность? Я уверен, что даже Андре не слишком сильно о них осведомлен, а значит не имеет никакого повода доверять им. Поэтому, материалисты в качестве союзников Андре сразу же отпадают.

Вдруг Андре сотрудничает с культистами? Определенно нет, иначе бы не потащился на этот остров и не отдал бы приказ убить Харальда, пособника культистов."

- "Тогда кто же остается его союзником?"

- "Андре, без сомнений обладает большей информационной базой чем мы, поэтому без проблем сможет узнать всю нашу историю. А это значит, что он обладает преимуществом по отношению к нам, эти факты могут натолкнуть его на доверительные отношения с нами. Иначе говоря, его единственными союзниками можем быть только мы."

- "Вооот как, ну... я была близка к такому выводу." - Делая вид, что она догадывалась обо всем сказанном, она отхлебнула еще вина.

Безликий отвечать и подкалывать ее не стал, он снова замер, а мыслями ушел внутрь себя, оставшись в глубоких размышлениях на совершенно иной теме.

Там, на корабле, Безликий почувствовал то, чего не испытывал так давно. Целая куча эмоций навалились на его бедную отвыкшую от этого голову. Сейчас он чувствует себя как и прежде, бесчувственно, но тогда сердце разрывалось от страха перед смертью, а мысли раздирали чувства вины из-за убийства того мальчика. Тоска по прошлому, счастливому детству, вгоняло его в тоску.

Нельзя сказать, что Безликий больше не хочет чувствовать их, но сам факт их возвращения, настораживает его. Почему они решили вернуться именно сейчас?

Быть может на этот вопрос поможет ответить Софи? Подумал Безликий, размышляя над тем, стоит ли снова заговорить с ней?

Но на глаза случайно попалась маленькая девочка. Жанна, в обнимку с Чертенышем, прошла мимо парочки и села по левую руку от Софи. По ее лицу было видно, что она была расстроена.

- "Софи." - Окликнул он ее, та вопросительно посмотрела на него. - "Можешь спросить у нее, почему она такая грустная?"

- "Что?" - Откровенно недоумевала она, но задать этот вопрос, не вызывал никаких трудностей, поэтому выполнила просьбу. - Эй, мелкая, что-то не так?

Жанна украдкой глянула на Софи и боязливо ответила на вопрос.

- Там горит костер... там ведь, людей убили. Всех, даже таких маленьких как я, а они... веселятся. - Тихо произнесла она, оглядывая виновников резни грустными глазами. - Неужели, им совсем их не жалко?

- "И к чему был этот вопрос?" - Взглянула она на Безликого.

- "Когда я отправился за тем кораблем, то убил там одного мальчишку. Кажется тогда я... - мысли сплетались между собой, будто бы не желали быть услышанными, но Безликий продолжил говорить - кажется я начал что-то чувствовать, но лишь на некоторое время. Эмоции словно... возвращаются ко мне."

Софи слегка приподняла брови в удивлении.

- "Так это же хорошо, разве нет?"

- "Хороши ли это, тот еще вопрос. С одной стороны, я был бы не против вернуть себе утраченные эмоции, но с другой стороны их нагрузка слишком велика."

- "В смысле?"

- "В смысле, что я могу сойти с ума, если чувства вернутся ко мне. Я уже давно отвык от этого, я ничего не чувствовал, когда убивал людей, и со временем эти воспоминания копились. А теперь представь, что все эти воспоминания внезапно обретут эмоциональный окрас и обрушатся на мое сознание. Моя психика этого не выдержит, и я лишусь рассудка и тогда от меня не будет никакой пользы."

- "Это однозначно плохо."

- "Мягко сказано, я теперь разрываюсь между двумя путями. Я хочу чувствовать, но с другой стороны, я могу перестать существовать. Моя личность просто сотрется."

Отпив вина, Софи с некоторой долей недоверия посмотрела на Безликого и задала очередной вопрос.

- "Личность сотрется?"

- "Софи, - Безликий посмотрел на соратницу жутким взглядом - во мне началась битва, между мной и тем кто рвется наружу. Эта битва за мое существование, которое я не могу проиграть."

- "Мда, - отводя глаза замычала Софи, потягивая вино - я и не думала, что свяжусь с чокнутым психопатом, или правильнее сказать, с больным на голову головорезом, который должен спасти этот мир. Час от часу не легче."

Перейдя на голос, Софи, подумав, заговорила с Жанной.

- Жанна, ты еще совсем маленькая и не понимаешь этот мир в котором живешь. Но, чего ты сама хочешь?

- Я... - Замялась она. - Я не хочу никому делать больно, я хочу помогать. Я уже думаю о том, что бы стать травницей.

Бестия добро улыбнулась девчонке, которая слегка озадачилась смягчившимся лицом прежде суровой воительницы. Положа руку ей на плечо, она произнесла.

- Жанна, ты хорошая девочка, у тебя доброе сердце. Ты еще маленькая и когда ты повзрослеешь, то начнешь иначе смотреть на мир, нежели сейчас. Но ты должна мне кое-что пообещать. - Голос стал более серьезным, что заставило девочку слушать внимательно. - Пообещай мне, что ты останешься таким же добрым человеком, не позволяй своему сердцу очерстветь от грядущих потерь, пусть оно остается таким же мягким, зато очень теплым и добрым. Не опускайся до нашего уровня, до положения безжалостных убийц. Хорошо?

- Х-хорошо, я останусь такой. - Робея ответила она.

- Молодец, - приобняв Жанну, Софи радостно улыбнулась - такие люди как ты нужны этому злобному миру.

Сказал она, припоминая прошлый разговор с Безликим, который не прошел для нее бесследно. Ее взгляды остались неизменны, но ее это все равно побеспокоило. Земля по его словам оказалась во власти денег и бесчеловечного цинизма, это мягко говоря пугает, учитывая, какое будущее может ожидать Сапфир.

Театральная маска по тихоньку трескалась, показывая реальную сторону избитой и израненной девушки. Безразличие ушло назад, а проявилась забота и беспокойство. Софи будто бы почувствовала себя живой.

Погладив Жанну по голове, бестия обратила свои глаза к Безликому, который и указал ей на ее фальш.

Протянув кружку с выпивкой, она сделала ему предложение.

- "Давай выпьем за дружбу. Ты ведь подружится хотел."

Слегка озадаченный Эос странно посмотрел на Софи, которая вела себя довольно подозрительно.

- "Смею предположить, ты хочешь чтобы моя сокрытая и рвущаяся наружу личность восторжествовала и для того чтобы это случилось, ты хочешь подружиться со мной?"

Слегка рассмеявшись, Софи призналась.

- "Раскусил все таки."

- "Ты ведь понимаешь, к чему это может привести? Тот, кого ты видишь сейчас, исчезнет навсегда. Это равносильно смерти. Иначе говоря, ты желаешь моей гибели."

- "Хорош трындеть, - бестия оглянула соратника укоризненным взглядом - тебе не кажется, что ты сам себе противоречишь? Ты ведь сам сказал мне, раскрыться этому миру, чтобы мне стало легче. Но при этом, сам ты боишься перемен. - Заметив несогласный взгляд она добавила. - Да-да, ты боишься, я это вижу и я это слышала в твоих словах. Но боишься ты совсем не смерти своей личности, ты боишься испытать всю ту боль, которая накопилась в тебе.

Быть может это твое испытание? Чтобы стать более... человечным.

Скажи, что хорошо, а что плохо для тебя. Разве быть добрым, это плохо?"

Серьезно задумавшись над этим вопросом, Эос дал неуверенный ответ.

- "Быть человечным, это хорошо, я не отрицаю этого. Все же люди, статные животные и взаимовыручка важна для нашего общества. Но когда мир превращается в джунгли, становится не до взаимовыручки, многие даже себе помочь не в силах, не говоря уже о других."

- "Но разве все не зависит от нашего восприятия? Опять же, это твои слова. Ты можешь жить в своей скорлупе хоть всю свою оставшуюся жизнь, но при этом, ты останешься самым слабым существом живущий в этом мире. Потому что испугался своих собственных чувств, пока другие вокруг тебя, веселятся, чувствуют боль, печаль и горе каждый день в своей жизни. А ты, как трус, убежал. Не такой уж ты и бесстрашный."

С разочарованием, Софи отвернулась от собеседника и продолжила выпивать из кружки.

Безликий не нашел слов, чтобы ответить на эти слова, поскольку они были правдивы. В глубине своей души, Эос понимал, что его собственная слабость натолкнула на его нынешнее состояние, при котором его стена, окружила его от внешних факторов, эмоций, которые могли навредить ему. Вместо того, чтобы бороться с этими чувствами, он решил спрятаться от них за высокой стеной.

А если он примет эти ощущения, что тогда? Безликий измениться, нет смонений, но точных прогнозов нет. Из-за скопившихся чувств и мыслей, его разум может не выдержать и тогда он просто сойдет с ума. А если нет, то Безликий может вернуть себе свое изначальное "Я". Стать более человечным и на ровне с грустью и печалью, его сердцу откроются радость и удовлетворенность.

Эос не знал, какую из двух зол ему выбрать, остаться таким же черствым и безразличным головорезом или принять мучения вместе потерянными эмоциями, в которых без сомнения кроются и лучшие воспоминания, наполненные счастьем, при этом рискуя потерять рассудок.

- Как же я хочу домой, мама наверное меня будет сильно ругать, а папа даже отлупит, я в этом уверена. - Посетовала маленькая девочка.

Казалось бы обычные слова, произнесенные маленьким ребенком, но влияние, которое они оказали на разум Безликого, оказалась просто огромной.

Простые слова оказались тяжелой кувалдой, ударившие по стене, ограждающая ослабший разум Эоса от бурлящих эмоций, что проникли на другую сторону и обожгли его израненный разум.

Вновь прежние воспоминания детства обрели окрас. Безликий резко поднялся с места разливая дорогое вино и встал в ступор перед панической атакой, окутавшая его с ног до головы. Руки и ноги судорожно задрожали а на глазах наворачивались слезы.

- "С тобой все в порядке?" - Поинтересовалась Софи, увидев необычное поведение своего соратника.

Постоянно прерывающимися словами он попытался объяснить происходящее с ним.

- "Снова... это снова происходит. Я... я чувствую."

Вскочив с места, Софи решила воспользоваться моментом, чтобы вытянуть из дальних уголков того, кто должен стоять на его месте. Перекинув его руку через плечо она придерживала его, чтобы тот от тряски не свалился с ног.

- "Скажи, что ты чувствуешь?"

- "Больно... мне больно, страшно... это... это печаль. Я вспомнил прошлое, тогда я был так счастлив вместе с родными, а сейчас, ничего этого нет... я все потерял... мне так больно. Все они мертвы, только я остался, один. Совсем один... Как же сильно... я хочу домой."

- "Эй-эй, ты что... плачешь?" - Только сейчас Софи осознала всю тяжесть, которую на себя взвалил Безликий. Неужели ему настолько тяжело переживать эти воспоминания, что он даже расплакался. Образ несгибаемого воина, не ведающего жалости, разрушился окончательно.

По началу она даже поверить не могла, что Безликий, может проливать слезы тоскуя по прошлому.

Почувствовав стыд, Безликий начал оправдываться.

- "Я... не плачу, это просто..."

- "Я тебя понимаю." - Неожиданно заявила бестия.

Эос ожидал всяческие издевательства в свой адрес, пока он эмоционально уязвим, но вместо этого она мягко улыбнулась ему. Безликий, почувствовал поддержку... сложно даже осознать это. За все то время, пока они были вместе, Безликий чувствовал себя обособленно от нее, а сейчас, впервые за десяток лет, он ощутил кого-то рядом с собой. Почувствовал, что он не один.

Усадив проблемного соратника обратно на свое место, она держалась за его руку до тех пор, пока тот не начал успокаиваться. Прерывистое и частое дыхание стало ровнее, а сердце перестало бить по ушам. Тряска прекратилась и сошла на легкую дрожь.

Софи чувствовала тоже самое, что и сейчас испытывал Безликий. В ее памяти свежи воспоминания о потери друзей и любимого человека, но тогда она осталась одна сама с собой. Словно потерянная душа, она всю ночь сидела на месте и несмела даже шелохнуться. Весь день и всю ночь она проливала слезы, не находя себе места. До сих пор, она не может смириться с потерей.

Безликий сейчас находится в том же положении, она не могла остаться равнодушной в такой ситуации и вместе с ним переживала за его состояние. В нем, она видел прямое отражение себя. Такая израненная и намучившаяся, уставшая от этой боли.

Сжимая его кисть обеими руками, она оказалась рядом именно в тот момент, когда это было ему так нужно.

Конец первого тома.