Игры живого действия

1. Провал

- Итак, миссис Дрейк, что Вы будете делать?

- Так, Жень, подожди… Черт! Что происходит?

- Тем временем грохот усиливается, вы стоите на ногах только благодаря вот этой обломанной стене… Которая тоже уже не может выдерживать напора ветра. Боргес, ты, так как стоишь прижавшись к ней спиной, чувствуешь…

- Знаешь, я прям вжимаюсь в нее!

- Ты, вжимаясь, ощущаешь проходящую вибрацию, которая становится сильнее и заставляет тебя как будто дрожать… Хорошо, миссис Дрейк, Вы приняли решение? Время не ждет.

- Время… Точно, время! Я знаю, что хочу сделать! Я хочу… Блин, это будет стоить мне тысячу очков Парадокса… Ладно. Я хочу достать из кармана жилетки часы, поднести их к самым губам и прошептать так, чтобы кто-то там, кто движет стрелки этих часов… Я знаю, что это делает не механизм… Что тот, кто это делает, услышал меня. Я говорю: “Я готова исправить свою ошибку.” Затем открываю их и не глядя проворачиваю стрелки против их хода…

В темную комнату едва пробивается луч света сквозь плотные шторы. Там, снаружи, день. А здесь будто всегда царит полумрак, тяжелый запах пыли и пота. И что-то еще…

Алена тяжело проснулась от боли в затекшей спине, медленно открыла глаза и через несколько мгновений, осознав, что окружающий пейзаж ей не знаком, подскочила со своего места. По дороге она уронила стул, на котором, собственно, и сидела, опрокинула стоявший у ног таз с водой и разбудила мужчину на кровати, лежащего ровно там, где только что была ее голова.

- Ты кто? - севшим голосом спросила Алена, вытаращив глаза на него.

- Лора, ты чего? - чуть хрипя низким голосом проговорил мужчина. - Это я, Сэм, твой муж. Тебе, наверное, кошмар приснился…

Он тяжело выдохнул, закашлялся, и подтянулся повыше к подушкам чтобы сесть.

- Иди ко мне, - улыбнулся Сэм и протянул руку все еще стоящей в ступоре девушке.

- Приснился, - отозвалась Алена, наконец, отмерев, и медленно обвела взглядом комнату, затем оглядела себя с ног до головы, уверенно нащупала слева от себя дверцу платяного шкафа и открыла ее.

На створке изнутри висело зеркало. Девушка подошла поближе, покрутила головой, разглядывая свое отражение. Чуть более узкое лицо, светлая кожа с родинкой под правым глазом, под следами усталости и тревоги. Русые волосы, заплетенные в косу. Белая простая рубашка и серое платье поверх нее.

На нее смотрел человек, который никогда не существовал в реальности. Разве что в голове, в ее голове. Как и ее муж. Как и винчестер, спрятанный в глубине шкафа. Как и…

Девушка шагнула к прикроватной тумбочке и тут же заметила нужный ей предмет - карманные часы на цепочке. Она потянулась рукой к ним, но в какой-то момент замерла.

Сэм, все это время тревожно следивший за женой, вновь тихо позвал ее по имени.

- Сэмюель, прости, я сейчас вернусь, - бросила ему Алена, выбежала из комнаты, спустилась по лестнице и вскоре оказалась на улице. А точнее, на опушке леса, в шестиста футах от проселочной дороги.

В ста двадцати годах от своего дома. В выдуманном мире.

В своей игре со временем.

2. Разве ты не помнишь?

Некоторое время понадобилось Алене осознать что она действительно стала тем персонажем, за которого играла в настольной ролевой. И действительно оказалась в том мире, который они создавали в своих головах вместе с другими игроками и мастером сидя за столом.

Вот дом, который она описывала. Вот тропа, лес вокруг. И то самое озерцо, которое стало болотом, ведь Сэм теперь не может за ним ухаживать.

Сэм…

Алена поднялась с берега и, развернувшись к дому, посмотрела наверх. Там, на втором этаже, лежал уже не персонаж, а живой человек. Муж Лоры, то есть, ее муж. Как давно? Что она может сделать для него, не зная толком на самом деле, чем ему помочь?

Или не нужно ему помогать? Черт возьми, это не может быть правдой! Это ведь сон! Не может такого происходить на самом деле. Так не бывает. В мире нет таких возможностей, ничего такого потустороннего. Именно поэтому они и играли, потому что хотели прикоснуться к чему-то неизвестному, к чему-то, что было доступно только в искусстве и во снах. Это совсем не похоже на фильм, а значит это сон. Но как проснуться?

Алена вспомнила одну из любимых кинокартин, где говорилось, что ты просыпаешься когда умираешь. “Револьвер!” - осенило ее. На кухне, в одном из ящиков должно было быть спрятано оружие. В этом доме вообще почти во всех комнатах имелось что-нибудь огнестрельное.

Девушка тут же рванула к дому, полминуты ушло у нее на то, чтобы найти Ремингтон, и вот тяжелый начищенный пистолет с барабаном и деревянной ручкой лежал у нее в руке. Алена, или Лора, живущая в ее голове, знала, что патроны на месте. Нужно лишь сделать правильный выстрел.

- Лора! - прозвучал мужской голос сверху, который тут же превратился в кашель.

Решиться пустить себе пулю в висок оказалось не так просто. А что если она бредит? А что если не проснется? Что если ее не дождутся дома? А может она выдумала себе и компанию игроков?

Мысли лихорадочно сменяли одна другую. Не понимая ничего, девушка начала плакать, сначала тихо, а затем навзрыд. В ушах поднялся шум, перекрывающий шорох листьев за окном, лай пса где-то вдалеке, хриплый голос Сэма, зовущего свою жену. Паника вдруг волной накрыла ее. Не выдержав, Алена упала на колени и выронила револьвер.

- Лора, что происходит? - снова и снова вопрошал Сэм.

Внезапно послышался приближающийся глухой частый стук со стороны тропы. Топот копыт нескольких лошадей. Лора бы их заметила и даже, скорее всего, вычислила бы примерное количество. Но, все же, вряд ли сейчас это была Лора.

Вскоре топот копыт сменился на топот ног. Кто-то бесцеремонно пинком открыл дверь и - бах! - Алена резко открыла глаза и подняла голову.

- Что? - пробурчал сонный мужской голос.

- К… - выдохнула девушка, уже найдя ответ на свой вопрос. - Сэм… Что произошло?

- Ты уснула, я гладил тебя по голове и, кажется, тоже задремал, - ответил тот, потирая глаза.

- Нет, кто-то… Господи, что происходит, твою мать! - простонала Алена, закрыв лицо руками.

- Эй, тебе что-то приснилось? - мягко проговорил Сэм и взял жену за руку.

- Не знаю, - выдохнула она и отстранилась. Пару секунд она молчала, собираясь с мыслями, а затем прямо посмотрела на парня. - Кто-то приезжал. Ты разве не помнишь?

- У нас давно никого не было, Лора. О чем ты?

Но ответов больше не было. Только лишь одни вопросы. Однако, на четвертое или пятое пробуждение некоторые из них стали не так важны. К десятому Алена свыклась с именем Лора. А на одиннадцатое она, наконец, поступила как описывала сама она действия Лоры в этот момент: услышав топот копыт, выглянула из окна, убедившись, что это те же самые всадники, взяла в руки винчестер и спряталась в соседней комнате.

Она не знала ни одного из них в лицо. Но знала откуда они. Эти люди пришли за Сэмом. Им что-то нужно от него. Однако Сэм, хоть и был хорошим грабителем, но вряд ли имел дело с какой-нибудь чертовщиной.

Потому они его убьют. Точнее, захотят убить. Но Лора им не даст этого сделать, не в этот раз. Сейчас она знает об их намерениях, так что она во всеоружии, а они попадут в ловушку.

Топот копыт сменяется шагами нескольких пар сапог. Кто-то вновь врывается в дом, люди расходятся в разных направлениях, двое поднимаются по скрипучим ступеням. Наверху они тоже разделяются, а затем - бах! - Алена резко открыла глаза и подняла голову.

- Что? - пробурчал сонный мужской голос.

3. Мексиканская дуэль

Алена (или Лора?) в очередной раз резко проснулась и, уже в ожидании фразы Сэма, повернулась к нему, готовая улыбнуться и успокоить его. Однако этого не произошло.

Она подняла голову, огляделась, медленно выпрямилась на стуле. Рука мужчины, лежавшая на ее плече, соскользнула на одеяло, а сам он продолжал спать.

“Все кончилось?” - подумала Алена, снова обвела взглядом комнату, посмотрела на свое платье. Тот же самый серый домашний сарафан без рюшей и оборок, которые так не любила Лора.

- Ого, кого я вижу! - раздался за спиной мужской голос.

Девушка подскочила от неожиданности и резко развернулась. И теперь была готова поклясться, что сошла с ума.

Она глянула на Сэма, потом на гостя, снова на Сэма, снова на гостя.

- Что такое? Ты ведь сама меня создала… таким. Чему ты удивляешься? - ухмыльнулся стоящий перед ней мужчина, который говорил голосом Сэмюеля, выглядел как Сэмюель, но точно не был им.

- Это… Это не я, - пролепетала Алена и осела на стул, провалившись в беспамятство. Организм девушки больше не выдерживал таких бешеных перегрузок, поэтому отправил эту систему в режим гибернации.

- Эй, стоять! - воскликнул лже-Сэмюель и, в одно мгновение оказавшись рядом, отвесил Алене крепкую оплеуху. Та встрепенулась, но тут же замерла, уставившись огромными глазами на мужчину. - Сэм?

- Да, родная, - внезапно смягчился он. - Как ты себя чувствуешь?

- Не очень.

- Не хочешь прилечь?

- Да, пожалуй, - согласилась девушка.

Но как только лже-Сэмюель помог ей подняться, она увидела самого Сэма в постели.

- Черт, - тяжело выдохнула Алена и отдернула руку.

- О да, моя дорогая. И если тебе уже полегчало, то пора вырываться из этого замкнутого круга.

- Хочешь сказать, что ты знаешь, как это сделать?

- И ты тоже, - оскалился в хищной улыбке лже-Сэмюель. Он кивком указал на мужа Лоры и сложил руки на груди.

- Думаешь, от того, что я - не Лора, мне будет легче это сделать? - злобно сверкнула глазами Алена.

- Думаю, - мужчина наиграно состроил задумчивую мину, а затем вновь улыбнулся, чуть подавшись вперед, - нет. Но задачи это с тебя не снимает. Ты ведь хочешь вернуться, так? А я хочу освободиться.

Пару секунд девушка не двигалась, пытаясь понять, лжет ли ей этот человек. Но, похоже, что для нее выход был такой же, как и для Лоры. Так что она решила довериться в этот раз и медленно побрела к платяному шкафу. Левая створка со скрипом отворилась и вскоре из-за однообразных простых платьев на свет была извлечена винтовка Винчестер М1892.

Алена не представляла как перезаряжать ружье, как проверить наличие патронов, да даже как выстрелить. Но это прекрасно знала Лора. И она помогла проделать все это довольно ловко, так что через минуту дуло смотрело прямо в лоб мирно спящего Сэма.

- Давай, моя дорогая, - елейным голосом произнес лже-Сэмюель. - Давай, освободи же, наконец, нас. Освободи себя. Освободи Лору. Меня. И мы сможем быть вместе, только она, я и целый мир в нашем распоряжении. Как мы всегда и мечтали…

Тихо щелкнул взводной механизм и через доли секунды прозвучал оглушительный выстрел.

<--!Проходим проверку на стойкость-->

<3d10>

<Очко воли не использовано>

<1 успех>

Улыбка на лице лже-Сэмюеля стала еще шире, в то время как девушка застыла на месте, зажмурившись. Отдача дернула плечо, в воздухе повис запах пороха. Сэм остался лежать на том же месте с отверстием во лбу, из которого на его лицо вытекала густая кровь.

- Ну вот мы и остались с тобой одни, - прошептал в тишине лже-Сэмюель и повернулся к девушке. Чтобы словить пулю в то же самое место, что и его прототип.

- Нет, дорогой, мы все еще не одни, - сплюнула Лора и бросила винтовку на кровать. - Ну, что же ты не бежишь, как обычно, после такого?

Мужчина коснулся пальцами появившегося отверстия в черепе, а затем ошарашенно посмотрел на них.

- Что, первый раз видишь свою кровь? Давай, вали, зализывай ранку, или я изрешечу тебя прямо на этом месте! - воскликнула девушка и бросилась с кулаками на лже-Сэмюеля.

- Эй, эй, погоди, кто ты там, Лора или еще кто, - выставил руки тот.

- Не неси чушь, ублюдок! - Лора с размаху врезала мужчине кулаком в челюсть. - Ты прекрасно знаешь, кто я! И ты только что обманул меня, заставив убить собственного мужа! Которого я любила! Поэтому вали, и чтобы я больше…

- Да я бы с радостью свалил! - попытался перебить ее лже-Сэмюель. - Но я не могу!

- В каком смысле ты не можешь?! - возмутилась девушка, но остановилась.

- Не могу и все, - нахмурился мужчина, пытаясь сосредоточиться. - Даже рану заживить не могу…

- То есть ты все-таки сдохнешь? - неожиданно с надеждой спросила Лора.

- Черт, да отвали ты от меня! - вдруг взвизгнул лже-Сэмюель и отскочил в сторону. - Не сдохну я пока не сдохнешь ты! Но я… не могу… не могу…

- Хочешь сказать, ты зависишь от меня?

- Да, черт бы тебя побрал. А ты от меня. Но есть что-то еще. Будто… будто что-то держит…

“Будто что-то держит, - мысленно повторила Алена, глядя на мужчину будто не своими глазами и попыталась вглядеться в его зрачки.

4. Дьявол

У невысокой кучи земли на заднем дворе стояли две фигуры. Девушка в сером платье, закрыв глаза и прижав сложенные руки к груди, тихо шептала молитву. Позади нее мужчина в легкой рубашке, коричневых брюках и кожаных сапогах выглядел будто статуя - невидящим взглядом он смотрел на свежую могилу.

Тело усопшего было оплакано уже овдовевшей Лорой. Наспех, не по правилам, но совершенно искренне. И теперь она провожала мужа в последний путь. А может пыталась снискать прощения за свой поступок. Даже лже-Сэмюель не слышал, что за молитву читала девушка. Да и это было не столь важно. Сейчас имело значение только будущее, которое потерялось в хитросплетениях судьбы.

- Итак, - вкрадчиво произнес лже-Сэм, - что будем делать?

- Сначала отпустим то, что мертво, - отозвалась миссис Дрейк и, не оглядываясь, направилась к дому, лишь бросив просьбу оставить ее на пару минут.

Когда она вновь оказалась на улице, вместо платья на ней были мужские темно-серые брюки, заправленные в сапоги с высоким голенищем, светлая рубашка, жилетка в цвет брюк, а поверх всего - дорожный плащ. Правой рукой Лора придерживала лямку от винтовки на плече, а в левой держала небольшую сумку.

- Ого, - присвистнул мужчина, оглядывая миссис Дрейк с головы до ног. - Тебе идет.

- Я смотрю, ты тоже приоделся, - ухмыльнулась девушка. Неспешной походкой к ней подошел уже не ее муж, и даже не его проекция. Теперь это был чернявый смуглый мужчина с аккуратными усиками в черном костюме и алой шелковой рубашке, так же готовый к дороге.

- Да, мне нравится, как легко ты поменяла свои взгляды, - улыбнулся он и поправил воротник своей жилетки, расшитой красной и золотой нитями.

- Ты совсем не был похож на него, - проговорила Лора, приблизившись к мужчине почти вплотную, а затем несильно пихнула его в грудь сумкой. - Подержи, пока я седлаю коней.

Вскоре двое всадников направлялись в сторону ближайшего города - Ист-Карбон. А дальше путь их лежал на северо-восток, туда, где в последнее время очень не любили белых людей.

Когда небо стало темно-синим, они въехали в городок. Городом здесь назывались деревянные дома, сгрудившиеся по две стороны от главной и единственной улицы. Лошади, похрапывая, медленно прошагали мимо полицейского участка, ломбарда, провожаемые пристальными взглядами двух стариков, и остановились у местного салуна.

Скрипнули двери, по деревянному полу прошагали две пары сапог и остановились у бара.

- Накормишь, отец? - спросила миссис Дрейк, сняв шляпу и отложив ее в сторону.

- Деньги есть? - хриплым прокуренным голосом спросил бармен - неприятного вида коренастый мужик в рубахе, явно не стираной недели две, фартуке, с полотенцем на шее.

Лора молча выложила несколько монет, но не убрала с них ладонь, глянув на бармена. Тот в ответ ухмыльнулся:

- Присаживайтесь, господа.

Девушка оставила деньги и огляделась в поисках свободного места. Однако маленький салун был переполнен местными жителями. И лишь в углу за столиком одиноко сидел священник, неспешно хлебая суп, время от времени аккуратно вытирая платком усы.

- Ты хочешь сидеть за одним столом со святошей? - спутник Лоры склонился к ней, с сомнением поглядывая на падре.

- По-моему, лучше компании не сыщешь, - отрезала девушка и уверенно с учтивой улыбкой подошла к нему. - Добрый вечер, святой отец. Не позволите ли разделить с вами ужин?

Священник удивленно поднял взгляд, снова промокнул лицо и отложил ложку. Издалека он выглядел лет на шестьдесят, но вблизи миссис Дрейк разглядела, что дала ему на десяток больше, чем есть. Черные с проседью волосы были аккуратно стянуты в хвост на затылке, аккуратные усы переходили в довольно густую ухоженную бородку. Но истинный возраст выдавали в нем карие глаза - живой любознательный взгляд, словно у юнца.

- Здравствуйте, мэм, - падре поднялся со своего места, придерживая полы удлиненного пиджака. - Конечно, почту за честь. Присаживайтесь, пожалуйста.

- Спасибо, - кивнула Лора и села за стол, положив шляпу рядом.

- Добрый вечер, падре, - поздоровался спутник девушки, тоже чуть улыбнувшись, и протянул руку священнику.

- И вам, - тот в ответ радушно пожал протянутую руку и опустился на свое место. - Меня зовут Фестер, Фестер Холл.

- Очень приятно. Я - Лора Дрейк.

- Миссис Дрейк, взаимно. А это, полагаю… - начало было Фестер, переведя взгляд на мужчину.

- Уолт Кэмпбелл, брат Лоры и друг покойного мистера Дрейка, - многозначительно кивнул он в ответ.

- Ох, - падре вновь посмотрел на девушку. - Соболезную, мэм. Утрата тяжела для нас, детей божьих, но, поверьте, ваш почтенный супруг вернулся в отчий дом. Там ему ни войны, ни болезни, ничего не угрожает. Отче наш теперь защищает его.

- Спасибо, святой отец…

Миссис Дрейк прервал бармен с ужином для нее и мистера Кэмпбелла. В тарелках, что он принес, была густая масса, пахнущая бобами и томатом, в целом, съедобная, если не придираться.

- Вы, господа, похоже, тоже не местные? - заметил Фестер. - Куда путь держите?

- На север, - ответила Лора. - А вы?

- Тоже на север. Я еду в Вайоминг к старому другу. Жена его прислала письмо, что он болен. Вот, хочу в последний раз увидеться.

- В последний раз? - усмехнулся Уолт. - А разве ваша вера, падре, не говорит вам о том, что все равно после смерти все встретимся там, на небесах?

- Я понимаю ваше недоверие, мистер Кэмпбелл, - тепло и искренне улыбнулся Фестер. - Детям свойственно сомневаться в родителях. В конце концов, это тоже процесс воспитания и взросления… Простите, господа, мне нужно проверить мою лошадь.

После этих слов падре надел свою широкополую черную шляпу и вышел из салуна.

- Какого черта ты придираешься? - тихо, но очень грозно, чеканя каждое слово, спросила Лора, продолжая неспешно поглощать свой ужин. - Простой священник, человек веры, меньше всего причастный к играм вроде твоих.

- О, дорогая, - на губах Уолта снова заиграла легкая хитрая улыбка, - это не священник. Это “священный”.

- Что? - нахмурилась девушка.

- Ты не обратила внимание на его жилет? У него на груди “пурпурное сердце”.

5. Чужие вопросы

На следующее утро Лора и Уолт отбыли из Ист-Карбона в компании преподобного Фестера по направлению к северу.

Дорога была неблизкая и нередко ее приходилось скрашивать разговорами на самые разные темы. Так, одним вечером, когда троица остановилась на ночлег у одного старого фермера, Лора сидела на невысоком ограждении и смотрела вверх. Она разглядывала темный небосвод, усеянный звездами - маленькими светящимися точками. За спиной тихо шелестели листвой деревья. Со стороны амбара слышалась тихая возня. Видимо, хозяин кормил свою животину.

- Порой мне кажется, что правильнее такой жизни нет ничего…

Девушка обернулась и увидела Фестера, медленно шагающего к ней. Луна на небе почти округлилась и сияла достаточно ярко, чтобы разглядеть чуть загадочную сдержанную улыбку на лице преподобного. Он часто так улыбался, когда разговоры заходили о прошлом или о его вере.

- Мне тоже так кажется иногда. Но, видимо, со мной что-то не так, раз я не нашла в этой жизни себе места, - отозвалась Лора, вновь подняв взгляд к звездам.

- Знаете, мэм, я за свою жизнь разного повидал и пришел к выводу, что правильно то, что нам самим ближе всего, - Фестер подошел ближе и встал рядом, уперевшись локтями в ограждение.

- Значит, вам ближе верить в Иисуса?

- А вам - искать чего-то неизведанного?

Лора тихо усмехнулась, покачав головой.

- Вряд ли я могу сказать точно, преподобный, что мне ближе всего. У меня была правильная жизнь. Я отказалась ради нее от поисков. У меня был муж, хозяйство, простое семейное счастье. И все сначала было мне в радость. Но шло время, а для меня оно будто остановилось. Завязалось в узел в одном дне.

- Почему же тогда вы не бросились вскачь подальше от этой жизни раньше?

- Из-за покойного мистера Дрейка, - кивнула девушка. - Он искал неизведанного для того, чтобы однажды построить этот дом, обрести супругу и жить в этом узле. В петле. И он был счастлив. Мне казалось, что в этом мое предназначение - блюсти его счастье. Ведь это тоже правильно, когда ты любишь человека всем сердцем. Мне хотелось заботиться о нем. И мне казалось, что и его любовь благодаря этому не угасает. Хочется верить, что так и было до его последнего дня…

В ночи тихо чиркнула спичка, зашипел, тлея, табак. Фестер затянулся сигаретой и шумно выдохнул дым.

- А что же теперь, миссис Дрейк? В чем теперь ваше предназначение, когда не стало вашего супруга?

- Хотела бы я тоже это знать, преподобный, - немного подумав ответила Лора. - Пока я просто еду за ответами на свои вопросы.

- На свои ли? - Фестер с той же улыбкой посмотрел на девушку. - Доброй ночи, миссис Дрейк.

Сделав короткий реверанс, он неспешно направился к дому, оставив Лору один на один с тем, что снова и снова точило ее изнутри своим страхом и вопросами.

6. Ценность ошибки

Через несколько дней троица прибыла в Рок-Спрингс, городок на юге штата Вайоминг. Довольно опрятный и развитый. По улицам то и дело проезжали дилижансы, большинство прохожих - в хорошей и достаточно дорогой одежде. Мимо путешественников проехали двое полицейских на лошадях.

- Итак, преподобный, где нам искать вашего друга? - спросил Уолт, разглядывая главную улицу.

- Думаю, проще всего будет поинтересоваться у местных. Рок-Спрингс лишь кажется большим городом. Но одежду заказывают все у одного портного, салунов здесь не больше трех…

- Почему бы не обратиться в полицию, преподобный? - улыбнулся Уолт в своей привычной манере - хитро и самодовольно.

- Незачем отвлекать блюстителей порядка от их столь важной работы, - отозвался Фестер, парируя выпад спутника.

- Что ж, тогда я предлагаю разделиться, поспрашивать местных. А встретимся в полдень у… - Лора осмотрелась в поисках самого заметного здания на улице и обнаружила его в пятидесяти футах от них на противоположной стороне. - Театра.

- Отличная идея, - одобрил падре и коснулся полов шляпы. - Тогда до встречи.

В назначенное время, когда солнце вышло в зенит, все трое вновь встретились и обменялись полученной информацией. После чего отправились к дому старого друга Фестера Майкла Стоуна. Находился он чуть поодаль от главной улицы. Там здания не липли друг к другу, вокруг каждого была территория разной степени ухоженности. Вокруг дома Стоуна там и тут пучками виднелась растущая трава, но в остальном участок был идеально вылизан.

- Господа, я не уверен с адекватности состояния моего доброго друга Майкла, поэтому вынужден попросить вас подождать снаружи пока я смогу убедиться, что он готов к новым знакомствам, - сказал Фестер и спешился.

- Конечно, преподобный, - согласилась Лора.

Уолт молча искрящимся взглядом сверлил падре.

- Спасибо, миссис Дрейк, - кивнул Фестер, привязал коня к одному из столбиков в ограде и пошел к дому.

Дверь оказалась незапертой, так что падре беспрепятственно оказался внутри.

- Кто там? - послышался женский голос со второго этажа. Вскоре по ступеням спустилась невысокая полная женщина в простом домашнем платье. Она улыбнулась и чуть приподняла брови. - Добрый день, падре…

- Здравствуйте, мэм, - преподобный снял шляпу и тоже учтиво улыбнулся в ответ. - Меня зовут Фестер Холл, мы служили вместе с Майклом. Вот, проезжал мимо и подумал, почему бы не заглянуть к старому командиру.

- О, падре, вы служили с моим мужем? Да, знаете, многие заезжают в гости к нему. Это так приятно, - женщина подошла чуть ближе и наклонилась к Фестеру, продолжив чуть тише. - По правде сказать, Майкл болен и все реже встает. Но эти встречи с боевыми товарищами поддерживают в нем бодрость духа. Так что вы очень вовремя, падре.

- Спасибо, мэм. Можно ли мне подняться к нему?

- Конечно, - кивнула женщина и стала подниматься обратно чтобы проводить гостя.

- Майкл, дорогой, к тебе падре…

- Фестер, - подсказал ей преподобный, входя в комнату, где на кровати лежал пожилой почти лысый мужчина с абсолютно седыми усами и такой же не очень ухоженной бородой. - Фестер Холл.

- Что? - нахмурился старик и повернулся чтобы разглядеть своего гостя. - Холл? Что ты здесь делаешь?

- Майкл, падре Фестер проезжал мимо и решил заглянуть к своему командиру. Так что будь добр, не в…

- Сандра, выйди, пожалуйста, - сурово проговорил Стоун, сдержавшись чтобы не прогнать жену более крепким словцом.

Женщина напоследок с тревогой посмотрела на мужа, кивнула и покинула комнату, прикрыв за собой дверь.

- Только не надо говорить, что ты соскучился и решил навестить меня, паршивец. Что, пришел снова читать свои проповеди?

- О, командир, никаких больше проповедей, - вздохнул Фестер, заведя руку за спину и тихонько щелкнув замком. - Отче наш достучится до нас отнюдь не через проповеди и молитвы, нет. Как и не заставить нам никого уверовать в него. Есть только одна цена за веру - жизнь. И я свою отдал.

- Что…

- В том поселении, помните? Уверен, командир, вы все помните, - падре прошелся по комнате и неспешно осмотрелся. - Те индейцы, что встретили нас с непониманием, но с верой. Они смирились с тем, что их мужчины полегли в бою. Они готовы были смириться с властью белых людей, говорящих на чужом наречии. Да… Старики, они так и сказали. Они приказали всем взрослым, кто остался в живых, подчиниться чтобы сохранить свою веру, сохранить свои жизни. Дать возможность вырасти их детям в новой стране, объединенной, мирной, процветающей. Они были готовы поделиться с нами своей мудростью, которую бережно копили и сохраняли до того самого дня. И продолжали бы это делать. Их дети когда-нибудь стали бы дедами наших с вами и с ними потомков.

Фестер сделал шаг к Стоуну и наклонился так близко к его лицу, что чуть не коснулся его кончиком носа.

- Но не станут. Потому что ты, сраный командир, почувствовал власть в своих руках и решил, что самое время махать ею направо и налево, - прошипел преподобный. - Это ты отправил наше с тобой будущее к праотцам. Все заплатили за это. Я тоже уже отдал свою цену за ошибки моего командира. Теперь твой черед.

В следующую секунду падре выхватил из-за пояса револьвер, приставил дуло ко лбу Стоуна и, прежде чем он успел схватить воздуха чтобы позвать на помощь, выстрелил в упор.

Внезапный резкий звук заставил лошадей на улице заволноваться, а всадников броситься в дом.

У входа Уолт и Лора наткнулись на жену Стоуна, которая как могла спешила наверх. И когда на нее вдруг наткнулись двое незнакомцев, женщина вскрикнула, машинально подняв руки.

- Тише, мэм, тише. Где ваш муж? Где падре? - попыталась заговорить с ней миссис Дрейк.

- Наверху, в спальне, - испуганно пролепетала та в ответ.

- Хорошо, - кивнула девушка. - Оставайтесь пока здесь.

Она догнала Уолта, уже спешившего к нужной им комнате, и по дороге вынула из кобуры ремингтон. С оружием в руке всегда было спокойнее.

Уолт толкнул дверь и замер, так что Лора налетела на его плечо и ввалилась в спальню. В голове тут же зазвенели сотни голосов, будто пытаясь разорвать черепную коробку изнутри. Девушка выронила револьвер и съежилась на полу, закрывая уши и крича.

Преподобный стоял на коленях перед мертвым телом запрокинув голову и раскинув руки, будто на распятии. На тыльной стороне его ладоней появились неизвестные символы, которые будто излучали голубой свет, глубокие колотые раны, сочащиеся кровью.

- Священный, - прошептал Уолт будто завороженный, но заставил себя очнуться и, держась за косяк, протянул руку девушке. - Лора, нужно выходить отсюда!

Но та за гулом и воем ничего не слышала. Вдруг поднялся ветер, и с каждой секундой начал усиливаться и превращаться в вихрь, эпицентром которого был Фестер. По комнате стали летать разные предметы: сперва листы бумаги, тряпки, затем в воздух стали подниматься более тяжелые предметы и, в конце концов, взлетевший стул с треском разбился о стену. Голубой свет на его руках стал светить ярче, теперь было видно, что все открытые участки кожи излучают его.

Кто-то то рвался изнутри Лоры наружу, то резко забивался в угол в диком страхе. Девушка уже не кричала, она выла от боли и этих звуков в ее голове. Уолт с трудом держался за стену, пытаясь помочь девушке и одновременно не зайти в комнату чтобы его не снес этот разбушевавшийся вихрь. Что-то полоснуло его по запястью, пальцам, один раз, другой и вот кровь уже смешивалась с той серой массой, что кружилась в бешенном танце.

Нечеловеческими усилиями миссис Дрейк держалась за здравый рассудок. После того, как Уолт обрел физическое тело, больше ничего не могло быть другого в ее голове. Но оно там было. И именно оно пыталось вырваться сейчас, поймать мгновение чтобы вдруг начавшийся шторм смог дать ем волю.

Вокруг Фестера вдруг вспыхнуло голубое пламя и сквозь вихрь потянулось своими языками, словно щупальцами, к Лоре.

- Падре, остановитесь! - прокричал Уолт. - Не стоит этого делать!

Пространство вдруг содрогнулось, рябь прокатилась по помещению, создавая нереалистичные разрывы, будто на испорченной фотопленке. А затем, будто из самой глубины, из сущности каждого, кто находился в этой комнате, в том числе и мертвого командира Стоуна, вырвался гулкий раскатистый низкий смех, слившийся в унисон. Но только не из груди Уолта. И он решил воспользоваться этим.

Рванув окровавленную руку назад, мужчина оттолкнулся от дверного косяка и влетел спиной в стену позади себя. Выудив из кармана брюк часы на цепочке с гравировкой “Счастливому сукиному сыну Дрейку”, он открыл их и замер так над ними на пару секунд, закрыв глаза.

- Мне нужна лишь та самая секунда, - прошептал Уолт, сунул часы обратно, выхватил револьвер и бросился в комнату, нажав на курок в тот момент, когда вихрь схватил его.

7. Последний шанс

Время замедлилось, растягивая физические тела в неестественные состояния. Словно это искажение во времени меняло молекулярный состав всего, что находилось в этой комнате. Даже воздух изменился. Казалось, что это поверхность воды, на которой расплываются бензиновые радужные пятна и пытаются соединиться.

Пуля в этом сгустившемся пространстве стала длиннее и вовсе не спешила достичь своей цели. Ствол револьвера тоже выглядел изогнутым, так что сложно было даже предположить, как из него вообще можно стрелять.

Уолт медленно летел к комоду с бельем. Лора безмолвно лежала ничком на полу. Фестер бездвижно стоял на коленях с раскинутыми руками. Время все больше замедлялось, радужные пятна в воздухе становились все больше, пока, в конце концов, все в комнате не оказалось в этой пленке. В этот момент все стрелки на часах остановились, намертво прилипнув к циферблатам.

Все замерло. Не было слышно ни единого звука, будто бы этот радужный налет поглощал все. Голубые символы на коже преподобного перестали мерцать и теперь сияли ровным теплым белым светом. Пуля остановилась в дюйме от спины преподобного. А затем упала, тихо звякнув о пол.

---

Две темные фигуры пробирались сквозь зимнюю метель. Город уже погрузился в ранние вечерние сумерки, позади слышался шорох машин по свежему снегу. Туда-сюда мимо сновали люди, также кутающиеся в высокие воротники и шарфы, пытаясь спрятать лицо от колючих снежинок.

- Нафига, блин, я согласилась с тобой идти! - возмущалась Алена. - Тем более в такую погоду! Сидела бы дома, смотрела сериальчик…

- Сейчас я покажу тебе сериальчик намного круче, обещаю! - громко ответил Лешка и попытался загадочно улыбнуться, но новый порыв ветра заставил его вновь спрятаться в капюшон куртки.

- Знаешь, Леш, мы с тобой, конечно, друзья, но этот нездровый блеск в глазах начинает меня сильно пугать!

Парень не стал ничего отвечать, лишь взял подругу под руку и бодрее зашагал во двор вместе с ней. Через четверть часа они оказались в незнакомой Алене прихожей и с незнакомыми ей людьми.

- Аа, вот она - свежая кровишка, - хищно улыбнулся первый вышедший им навстречу молодой человек, а затем протянул руку. - Привет. Дима.

- Привет, - устало выдохнула девушка и размотала шарф. - Алена. Очень приятно.

- А мне-то как приятно, - просиял Дима. - Свежая кровь - она, знаешь, такая… Ммм!

- Ладно, тебе, Димон, хватит девочку пугать, - раздался мужской голос из комнаты. - Давайте, ребят, присоединяйтесь. Только вас ждем.

За столом уже сидели двое. Друг девушки, Леша, указал ей на места напротив них. Дима устроился во главе, поставил перед собой какую-то заслонку, которую называли ширмой, и стал рассказывать историю о далеком королевстве то ли Средневековья, то ли еще более раннем, в котором когда-то мирно сосуществовали люди, эльфы, гномы и другие разумные расы. Но однажды в том королевстве произошел раскол и население поделилось на два лагеря: тех, кто был согласен с новой политикой, и тех, кто тайно или явно мечтал свергнуть режим и вернуть былые дни. Те двое, что сидели напротив Алены с Лешей, оказались вовсе не Сережей и Денисом, а гномом Мартом и лазутчиком Фароком. Леша “перевоплотился” в шамана Арбреха, а Алена, по рекомендациям старого и новых друзей, стала эльфийкой Валией. Именно такой компанией они и отправились в путешествие, которое начинал сплетать для них мастер Дима.

- Ну, как, круто же? - подпрыгивал Леша, провожая подругу после нескольких часов игры. - Мне кажется, ты офигенно легко влилась!

- Не знаю, - пожала плечами Алена. - Пока сложно сказать. Дай мне “переспать” с этой мыслью…

- А что, тебе что-то не понравилось?

- Нет, это здорово, и интересно… Просто мне пока как-то не по себе. Хоть и это очень весело.

- Это уж точно! - согласился парень. - Ну, когда мы снова будем собираться, я тебе позвоню, хорошо? Я надеюсь, дорогая Валия, что ты продолжишь поход с нами в Дарок, ведь там нас точно ждет местный барон и какая-нибудь неплохая нажива.

Алена на это только посмеялась, а затем попрощалась с другом и отправилась в сторону своего дома. Всю дорогу ее снедали сомнения, найти которым объяснения она не могла. Ей очень понравилась игра, это словно окунуться в столь любимый ею мир Средиземья, только еще круче. Можно писать свою историю, можно делать что угодно, и даже быть кем угодно.

Одно было но в этом - девушка была слишком впечатлительной и порой, когда она погружалась в новый выдуманный мир, будь то книги или компьютерные книги, она уходила в него с головой и от этого могла страдать учеба, отношения с близкими, дела. Алена не видела ничего больше кроме этого увлечения, которое обычно не отпускало ее очень долго.

Через неделю раздался звонок от Леши. Он был готов услышать, что доблестная и прекрасная Валия готова идти дальше в их разношерстной компании, но, к его огромному сожалению, Алена была не готова. Еще несколько раз Леша предпринимал попытки затащить подругу на игры разного характера, посчитав, что ей просто не понравился сюжет. Но вопреки зову своего творческого сердца, девушка оставалась непреклонной. Она отложила на самую дальнюю полку любимые книги Толкина, Сапковского, Мартина, Сальваторе, почистила компьютер от пройденных на несколько десятков раз игр и отдалась в крепкие руки реальности. Теперь маги существовали только на ее редких рисунках, время больше не имело ни единого шанса скрутиться в петлю, а место аватара Лоры заменил вполне себе обычный рыжий кот по имени Уолт.