Игры Богов

Глава 1

Пролог

Самое трудное в жизни - это принимать решения. В своей жизни я все время принимаю решения, от которых зависит не только моя жизнь, но и жизнь дорогих мне людей. Не скажу, что эти решения давались легко, но это решение самое трудное из всех. Особенно, когда ты стоишь перед выбором между любимым человеком и семьей, своей обычной жизнью. Хуже некуда, когда решение принято, но ты стоишь и молчишь. Страшно сделать шаг вперед и невозможно сделать шаг назад. Обязанности, долг в перевес свободе. Я не могу смотреть в глаза тому, кого люблю, словно сейчас собираюсь солгать. А разве это не так? Вот теперь действительно больно.

- Прости... - единственное, что я могу ему сказать. Внутри рушиться все, земля не чувствуется под ногами, только одна сплошная боль. И все же… Я жива. Вопреки боли, я жива. Рядом стоит мой брат, который знает, что сейчас мы отправимся домой и больше никого из присутствующих никогда не увидим. Портал уже был открыт. Один шаг. Один миг. Один удар сердца. Сухие глаза без слез.

Говорят, что бывают такие минуты, когда внутри ты кричишь, но никто не услышит этого крика. Сейчас такой момент. Однако приходиться понимать и другое, чтобы я не делала - мне с этим жить. Вот только глупое сердце не слышит доводов разума. Никогда не слышит. Другой мир. Другая жизнь. Но все та же я, та что боится всего, но идет вперед. Без него.

- Знаешь, я не умею прощаться?! - улыбнулся горькой улыбкой он. - Да, и не понимаю зачем?

- Смешно, - улыбаюсь в ответ. Нелепая улыбка. – Но по-другому никак. Не моя реальность.

- Сказки оставь в сказках! Это такой же мир, как и миллион других миров. И он твой, - проговорил сквозь зубы он, улыбаясь своей самодовольной улыбкой. А в глазах отражение боли. Нашей боли. Мы стали совсем другими людьми. Каждый, кто связан с этой историей, стал другим. Повзрослели того не желая.

- Ложь! - прошипела я. Он задел меня за живое. Нужно было хоть кого-то обвинить, лишь бы не себя. Ничего не помогало.

- Нет, - спокойно отвечает мне тот, кто мне нужен больше всего на свете.

- Судьба, против неё не пойдешь... - я хотела сказать, что-то ещё, но это уже бесполезно. Слова, в которых нет смысла. Все звучало жалкой отговоркой собственной слабости. Все, что я могу для него сделать - это исчезнуть. Его голос, привычки, тепло губ. Я буду дорожить всем этим. Я буду всё помнить, потому что не хочу это забывать. Брат стоял тихо. Даже странно, обычно его нельзя заставить замолчать. Он чувствовал себя тоже виноватым. Подождав ещё немного, малыш подошел и взял меня за руку, показывая, что уже пора. - Прости...

- Слишком дешево все сбрасывать на судьбу, когда она ничего не решает, - услышала его шепот. Понимаю.

Я взглянула на него перед тем, как вступить в портал. «Найди меня. Верни меня. Будь со мной. Реши за меня». Как молитва звучали слова в голове. Один шаг на пути к дому. У меня теперь оставалось только одно желание: я хочу его увидеть. Надеялась, что оно осуществиться. Сейчас я жалела о своем решении, но поздно... слишком поздно.

Глава 1

Чего хочет женщина, того хочет Бог. (с)

Лето - прекрасная пора года, когда можно дни и ночи напролет гулять с любимым человеком, если такой есть. Везде поют птицы, в воздухе пахнет недавно скошенной травой, под ручку ходят влюбленные парочки. Даже, когда сейчас идет дождь. Все довольны жизнью, кроме меня, а так хочется верить в сказку. Да, и в моем возрасте пора перестать в них верить! Но что-то внутри меня подсказывало, что мое приключение ещё не закончилась, а только начинается. Мне почему-то хочется рассказать мою историю, и думаю надо начать с самого начала.

Старшей сестрой быть сложно всегда. Тебе в любом возрасте добавят больше ответственности, чем ты можешь нести в тот момент. Но быть старшей сестрой с большой разницей в возрасте, иногда вообще отвратительно. Когда дело доходит до парней или до прогулок с друзьями, или до дискотек, то тут можно в принципе забыть о свободе действий. Родители постоянно заняты на работе. В такие моменты они редко вспоминают, что старшая дочь тоже хочет развлечений. Наш дом – наши правила, не устраивает – общежитие для тебя открыто. Таким образом, младший брат – это вечный твой спутник на лекциях, экзаменах и зачетах. Его даже декан, шутя, называет «самым младшим студентом». Подруги хоть и привыкли к тому, то рядом с нами мой брат, но все же стоит отвернуться, как радикулит в старости не будет мучить меня. Кости все чистые, даже полированы. И что мне делать? Биться в истерике и кричать? Злиться на свою судьбу? Нет, такого от меня никто не дождется. Бывает немного обидно, но не более того. Все же отношусь к людям, у которых мало друзей. Так что громкие тусовки не для меня.

Подобные вещи вполне заменяются книгами и мечтами, где я прекрасная принцесса и все вокруг меня идеально. Люблю исторические книги. У каждого своя слабость, моя именно такая. Нынешнее время для меня будто чужое и примитивное. Здесь нет места подвигам и приключениям. Даже парни скучны до невозможности, либо во всем слушают своих мам, не имея своего собственного мнения. Либо кроме «понтов» ничего не могут предоставить. И где здесь можно найти искренние чувства? Вот и я их не вижу. Как по мне лучших из представителей мужского пола унесла в загробную жизнь еще Первая Мировая Война.

Люблю своего брата, даже больше книг. Говорят, что мы идеализируем любимых людей. Однако вопреки всему в этом маленьком комочке я вижу стержень мужчины. Пусть порой вредный, капризный, но все же ответственный, умеющий защищать тех. Кто ему дорог. Пока по-детски, но многие не имеют подобных желаний, даже после сорока лет своей жизни. Большинство предпочитает плыть по течению, надеясь на лучшее. Мой брат не такой, наверное, нас не так воспитали. Нравится просыпаться утром и видеть его довольное личико, которое сразу же бросается меня обнимать. Люблю, когда он ревнует меня к другому малышу, которому что-то объясняю. Люблю смотреть в его преданные и карие бездонные глаза и слышать, как он говорит своим детским нежным голосочком: "Натась, я тебя люблю!" Вот так легко и просто, можно перекрыть кучу неудобств оттого, что ты старшая сестра. Просто любить.

Да, кстати, забыла представиться, меня зовут Натали. Моего брата Стас. Поскольку этому непоседливому ребенку только три года, то он не может правильно сказать мое имя. И вот с тех пор как малыш научился говорить, то мое имя для домашних превратилось в "Натась". Разница в возрасте у нас с малышом большая целых пятнадцать лет. Мы привыкли уже к этому. Главное, что нам хорошо, остальное мелочи жизни. А как же без этого? Жизнь крайне интересная вещь, которую нереально воспринимать серьезно, если хочешь улыбаться каждый день.

Но есть одно жизненно необходимое правило: надо быть осторожней со своими желаниями. Когда они сбываются, неизвестно к каким боком это обернется вам. Мне всегда казалось, что я живу скучной жизнью. Хорошая девочка, послушная дочка, заботливая сестра, даже мелкие неурядицы, которые происходили со мной в школьные годы – были незначительными. Всегда хотелось чего-то большего. Приключения, которое полностью перевернет всю мою жизнь. Вывернет наизнанку, заставляя взглянуть на мир под другим углом. Это было давно, с возрастом желания притупляются, становятся примитивным, иногда мы их забываем. Однако они имеют свойство сбываться, когда их уже не ждут. Вселенная все помнит, ведь она вечна. Я совсем не жалею об этом, наоборот вспоминаю с улыбкой. Впрочем, как говорила – это только начало.

Тихое летнее утро. В то время я ещё жила с родителями, хотя училась на первом курсе. Моя жизнь казалась предопределена. Быть послушной дочерью, хорошей сестрой и делать все, чтобы радовать окружающих. Жизнь расписана до мелочей. Учеба, брак, карьера, дети. Банально и понятно. Одним словом - скучно. Однако по мнению многих правильно, ведь не каждый может позволить себе жизнь достаточно «тепличного ребенка». Мое мнение здесь не учитывалось, поэтому проще было согласиться.

Проснувшись утром, почувствовала, что кто-то сидит на моей кровати. Медленно открыла глаза. Сначала один, потом второй, и тут же с радостным криком на меня бросился Стасик:

- Натась, ты плоснулась! Доблое утло! – не разделяя энтузиазма брата, попыталась еще немного поспать. Попытка оказалась неудачной. Малыш не собирался отпускать назад в объятья Морфея свою старшую сестру. В этот момент в комнату зашла мама. Она, как всегда была одета по последней моде, будто сошла с обложки журнала. Нашу с братом комнату наполнил аромат духов «VERSАCE». Классическое коричнево платье, которое было практичным и красиво подчеркивало мамину фигуру. Туфли на среднем каблуке. Ровная спина, медленные, грациозные движения. Мама выглядела младше своего возраста, но как любая женщина – об этом маленьком недостатке, предпочитала молчать.

Стас был сильно похож на нее, порой даже сильнее, чем я. Малыш хоть и был худым, но руки от этого были у него далеко не слабыми. Жилистый, невысокий, но достаточно сильный. Пытливые глазеныши смотрели на мир цепко и с любопытством. Иногда мне казалось, что передо мной будущий делец. Поэтому для того, чтобы выбраться из объятий мне пришлось потратить пятнадцать минут.

- Натась, а мы пойдем гулять? - спросил брат, дождавшись, когда я утвердительно махну головой, он решил ещё попытать счастье - А ты мне купишь летаюший шалик? Ведь сегодня плаздник! А?

Я засмеялась, чмокнула ещё раз в щечку и сказала:

- Хорошо, но сначала ты покушаешь свой завтрак. Ведь ты ещё не кушал? - малыш отрицательно махнул головой и тут же скрылся за кухонной дверью. Мама, которая все время находилась в комнате, с улыбкой смотрела на нас. Она любила, когда в доме порядок, даже в отношениях. Мне было сложно представить родительницу в моих годах. Даже тогда воображение показывало степенную и рассудительную девушку, которая все делает правильно. В такие моменты мне казалось, что, может, я больше похожа на папу? Или деда? Как-то все женщины нашей семьи были спокойными, кроме меня. Мама положила на стол деньги, и сказала:

- Наташ, я на работу буду поздно. Папа ушел давно, так что следи за малышом и будь умницей, отвечай на звонки! - поцеловала меня в лоб, погладила по длинным темным волосам и направилась к выходу. - Пока! До вечера!

- Пока! - сонно сказала я. Мама была крайне занятой личностью. День был расписан по минутах. Все должно быть четко и без отклонений плана. Не скажу, что у нас были доверительные отношения, однако мы старались этого достичь.

Лениво встав из кровати, потянулась. Утро было такое же жаркое и солнечное, как и любое другое летнее утро. В такие моменты совершенно одинаковых дней хотелось чего-то непредсказуемого. Хочется улететь куда-то далеко, чтобы убедить себя в том, что жизнь бурлит, а не стоит на месте в каком-то провинциальном городке. Но, взглянув ещё раз на улицу, тут, же отбросила все эти мысли и пошла на кухню, где усердно жевал свой омлет мой Стасик.

- Натась, сегодня День Велховеся! Плаздник! - немного помолчав, он продолжил - Посли гулять на улицу, я уже поел!

- Хорошо, хорошо! Сейчас идем, только дай мне поесть, солнышко. А сам иди, собирайся! – зевнув, проговорила я, а от Стаса остался только радостный визг. Я уже знала, что он пошел набивать свою коляску игрушками. Малыш всегда так делал, когда шли гулять. Заварила кофе, которого оказалось мало. Печально вздохнув, попыталась поискать счастья в холодильнике, но и там меня не ждало ничего кроме сырых продуктов. Стас съел последнее. Готовить откровенно не хотелось. Деньги есть, поем на празднике. Пришла к выводу.

- Я готов! - серьезно сказал малыш, ввозя свою коляску на веранду. Улыбнувшись маленькому озорнику, пошла, приводить себя в порядок. Терпением Стас особо не отличался. В одежде у меня не было особых предпочтений, главное, чтобы было удобно. В студенчестве девушки уже во всю старались выглядеть, как можно ярче, показывая свою сексуальность. В такие моменты, я критично относилась к своей внешности. К тому же не было ни одного парня, ради, которого стоило по-другому на себя взглянуть. Был случай, когда мне понравился один молодой человек. Адвокат. На первый взгляд вполне приличный. Мне даже нравился не совсем он, а хобби – танго. Все же танцующий мужчина – это красиво. Однако к моему острому сожалению в дополнение к адвокату шла его мама и «вечная бывшая». Так что влюбленность прошла быстро, словно и не появлялась.

Через пять минут мы уже были на улице. Погода была прекрасной: солнышко светило, люди шли на пляж, а некоторые, такие как мы, шли, чтобы посмотреть на празднования дня города. Главная дорога напоминала муравейник. В центре города уже стояла сцена на предстоящий вечерний концерт. Но к нашему разочарованию или наоборот радости, мы со Стасом концерта так и не увидели.

- Натась, шалики! Шалики! - впервые за нашу прогулку Стасик что-то сказал, при этом яростно размахивая всем, чем можно. Его личико светилось от счастья, и я направилась к ларьку, где продавались шарики. Выбрав красный шарик, малыш тут же захотел с ним поиграть. Подъехали в центр. Освободив брата из коляски, который сразу начал играть с новой игрушкой, я мирно присела на лавочку, достав с сумочки книжку очередного исторического романа. Начала читать. Поесть как всегда забыла. Будем считать, что с сегодняшнего дня я на диете. И все было б прекрасно, если бы не услышала крик Стаса:

- Шалик! Мой шалик! - оглянулась и увидела, что мой малыш бежит по направлению к дороге за своим шариком, который влетел в какую-то открывшуюся дверь. Навстречу моему брату неслась машина, кажется, водитель совсем не замечал ни странной двери, ни бегущего ребенка. Машина неслась на большой скорости.

- Нет! Стас, остановись! Вернись назад! – кричала я. Это была секунда до…

Все происходило, как в замедленной съемке. Срываюсь с места. Удар сердца, как каждый шаг. Секунда. Хватаю малыша. Нас затягивает вовнутрь двери. Звук машины проходит, будто сквозь меня. Дверь закрывается. Мир остается позади. Мои глаза закрываются...

Глава 2

Глава 2

Я спала. И сон казался странным. Слишком тихо для города и в тоже время полное отсутствие запаха лекарств. Однако насторожил меня тот факт, что не почувствовала рядом брата. Открыв глаза, не могла произнести ни звука оттого, что увидела сейчас. Забыла, зачем вообще я проснулась. Вокруг царила красота леса, что казалось, что нахожусь в каком-то диком времени, а не в реальном мире. Ветер едва колыхал ветви деревьев. Запах душистой травы наполнял легкие. Пение птиц. Легкое касание ветра моих волос. Не было жары, лишь легкая весенняя прохлада. Вечная весна. Где я? Лес внезапно закончился, впереди показался луг. Впервые видела луг, да ещё такой красоты. Цветы на лугу были разноцветными, а над ними пролетали птицы из кончиков хвоста, которых появлялась радуга. По радуге бежали молодые парни и девушки босиком, одетые в длинные рубахи. Они чем-то блестящим посыпали землю. Их смех звучал мелодично и заразительно, что можно было забыть обо всем на свете. Хотелось радоваться вместе с ними, а лучше танцевать.

- Это Духи Земли! - громко и радостно сказал Стас, который решил напомнить мне о себе. Очнулась, будто от глубокого сна, посмотрела на брата. Жив. Слезы покатились по щекам. Вспомнила то, что происходило, будто секунду до пробуждения. Впрочем, это так и было. Выглядел мой брат вполне здоровым и счастливым, но был одет в другую одежду, подобную той, что была у Духов Земли. На нем была длинная льняная рубаха, штаны, и это все было подвязано красным поясом. Стас был похож на малыша, который успел побывать в прошлом и снова вернуться ко мне. На голове у него красовалась соломенная шляпа. Малыш сидел на куче сена. Мы оба были в этом сене. Отрезвило. Постаралась взять себя в руки. Было страшно предположить, где мы, но слезы высохли сразу.

- Хорошо, солнышко. Может, ты знаешь, где мы? – решила попытать удачу, вдруг он знал больше, чем я. Скорее всего именно так все и было.

- Натась, не смейся! - серьезно сказал малыш, надув обижено губы - Одежду мне дали, а пло Земных духов мне сказала она! - он показал пальцем на человека в плаще с капюшоном. Когда тот скинул капюшон, я увидела прекрасную девушку. На голове у неё венок из синих васильков, а в волосах пшеничного цвета запутались розовые цветы куколя, ромашка и повилика. Длинные, отливающие золотом косы распущены до самых пят, а на груди сквозь легкий плащ виднелся, как алеет пламенеющий жаром мак. Глаза девушки были ярко нефритового цвета, будто горели. Кем бы не была незнакомка, но человеком не являлась.

Я открыла рот и не могла ничего сказать, хотя в голове крутилось много вопросов, но главными из них были: "Где мы?", "Как мы сюда попали?", и "Как нам вернуться?" Однако только сейчас начала думать, что все-таки это все реально, а не мой сон. Стало немного стыдно. Стас держался лучше, чем я, а ведь он ребенок. Кричать было бы глупо, к тому же напугала б брата. Лучший выход – подождать, пока незнакомка сама все нам объяснит. Будем надеяться, что нас не съедят, ведь пока мы были целыми.

- Я Полевая Русалка, - обратилась ко мне девушка. Не выдержала, притянула к себе брата, чем заработала от него непонимающий взгляд. Все же существо, сидящее перед нами, было крайне опасно. Благодаря любви к книгам, я читала разнее мифы о таких существах. Полевые Русалки заманивали маленьких детей и щекотали их до смерти. Заметив мой страх, девушка засмеялась - Не бойся это всего лишь человеческие легенды. Меня зовут Лейла. Вы находитесь в другом мире, который называется Вирий. В нашем мире.

- Меня зовут Наташа, а моего брата Стас, хотя вы уже знакомы, - едва выговорила я, поскольку не могла остановить поток мыслей в моей голове и от этого появилась боль. Лейла, наверное, это поняла, поэтому подошла ко мне и провела рукой надголовой. Боль сразу исчезла.

- Натали звучит лучше, чем Ната, так что я буду тебя называть так. Ты не против? - улыбнулась Русалка. – Головная боль нормальное состояние для человека, после перехода. Стас тоже ней мучился, но я тоже помогла ему.

- Нет, я не против. Все равно выбора нет, - пожала плечами, продолжая наблюдать за девушкой. – Спасибо.

- Вы со Стасом будете жить в отведенном для вас доме. Тебе нужно будет переодеться, у нас не прилично появляться в таком виде. Скоро будем на месте. На закате за вами зайдет ГанильÁ и проведет вас к Перуну! - улыбнувшись, сказала она. На самом деле Русалка говорила, будто заученные фразы. На любую вежливость с моей стороны не реагировала вовсе. Информация была сжатая, улыбка натянута, будто бы вести нас для нее было наказанием. Девушка старалась ускорить лошадей, которые и так бежали крайне быстро. Это мне не понравилось. Стас сидел тихо, разглядывая все вокруг. Живой. Наклонилась, вдохнула родной запах. Стало легче. Неважно, выберемся, лишь бы только понять, как это сделать и выжить здесь. В то же время дорога продолжалась. Пейзажи менялись, а мы ехали молча. Снова появился лес. Звери выбегали на дорогу посмотреть на нас. Еще никогда настолько близко я не видела стольких разных лесных обитателей. Они ждали нас, жадно впитывая наш образ своими глазами. - Вот и ваш дом. В нем вы найдете все необходимое: одежду, еду и многое другое.

- А телик есть? - спросил Стас.

- Нет, а что это? - потом, подумав, Русалка добавила - Впрочем, неважно, в этом мире есть много чудес и волшебства. Надеюсь, это заменит этот "телик".

-Ты плохая тётя! - расстроено сказал Стасик и был готов расплакаться оттого, что у него забрали любимую игрушку. Мы слезли с тележки. Малыш передумал плакать и попросился ко мне на руки. Звери все это время смотрели на нас. Потом, как по щелчку пальцев, вытянув немного лапы вперед, они преклонили свои головы перед нами. Стас смотрел во все глаза на это действие, не зная как реагировать. Лейла тоже не двигалась с места, будто завороженная, после чего поджала губы и исчезла вместе с тележкой, словно её и не было. Звери тоже исчезли. Мы остались одни. Избушка встретила нас тишиной. Старинная, пропахшая травами и чем-то необъяснимо родным, будто только это место могло спасти нас от всех бед в этом мире. На дверях жилища не было никакого замка, входная дверь открывалась свободно. Мы вошли во внутрь. Комната была одна, наверное, точнее было назвать ее светлицей. Не смотря на время, которое здесь никто не жил место было теплое и чистое, пропитанное запахом сушеных трав, которыми были увешаны стены и потолочный брус. Избушка принадлежала колдуньи или знахарки. Отпустила малыша, который сразу решил забраться на огромную печку. Не удивительно, подобную вещь ребенок видел впервые. Я прошла в центр светлицы, обводя взглядом свои новые владение. Но не успела опомниться, как ко мне летела какая-то старинная книга и приземлилась точно в руки. Будто ждала именно этого момента.

- Натась, отклой ее, пожалуйста! - обрадовался брат, который вдруг перестал думать об утраченном телике и вальяжно лежал на печке. Мне стало страшно и интересно, ведь книге, которую держала в руках, было больше четырехсот лет. Однако на ней не было ни пылинки. Время в этой избушке замирало и шло по своему собственному усмотрению. Руки дрожали, а книга звала меня. Сердце пустилось в ускоренный удар, будто у меня в руках была самая моя жизнь. Едва, открыв непослушными руками первую страницу, как из книги выпало письмо. Сама книга внезапно замолчала. Время замерло, а я не могла осознать происходящего. Отмечаю где-то свои автоматические действия. Поднимаю письмо, взламываю старинную восковую печать и начинаю читать.

" Дорогие Наталя и Стас!

Я ваша прапрапрабабушка, в этом мире меня зовут Арфея, а вашем просто Марфа. В этот мир я попал внезапно для самой себя. Позже узнала, что портал открыла моя кровь. В то время шла Первая Мировая война в нашем родном мире. Евреев убивали. Это было страшные время, когда кровь человеческая текла по улицам, как река. Это была моя секунда до смерти. Наверное, вы уже поняли, что я колдунья. С силой колдуньи считаются многие здешние жители, но не все. Все же человек всегда остается человеком. Но впрочем, сейчас не обо мне. Не бойтесь этого мира, он ничем не отличается от того, где вы жили. Здесь нашли убежище древние, забытые Славянские Боги. Звучит, невероятно, однако раз вы читаете это письмо, просто примите действительность. Вы мои кровные родственники магия течет по вашим венам, также свободно, как кислород. Будьте осторожными. После моей смерти,здешние Боги начнут искать моих единокровных потомков. Им нужна сила и способности, которые отличают от их собственных. Необычный взгляд на повседневную жизнь. Надеюсь, что с моей смерти пройдет очень много времени, прежде, чем вас настигнет эта «секунда до» и портал снова откроется. Грядет беда. Ваша задача здесь уравновесить силы зла и добра. В свое время, когда я сюда попала, то согласилась на сделку с Всевидящим Оком. Однажды, когда придет время, моим потомкам будет представлено испытание. Испытание силы и жажды жизни. Справитесь – награда будет больше, чем я сама могу вообразить. Проиграете – вернетесь домой, забыв о том, что здесь были. Поверьте уже пожилой женщине, домой хочется всегда и при любых обстоятельствах. У меня не было иного выбора, как остаться здесь навсегда, поэтому подобной участи никому не желаю. Мой вам напутственный совет: слушайте свое сердце, оно никогда не солжет, и прислушайтесь друг к другу. Здесь не все, как кажется. И живите. Живите, так как хотите сами.

Ваша любящая бабушка Марфа!"

- Что скажешь? - обратилась я к Стасу, который уже слез с печи и пытался найти хоть что-то, поесть. Пока поиски брата не приносили никаких плодов. Моя диета порядком подзатянулась, так что уже была готова помочь малышу в этом нелегком деле.

- Я голодный! Ты умеешь делать пиложки или ещё что-то! Даже, если это нам сниться, то голод тут настоящий!

- Ты прав, но у меня такое предположение, что это далеко не сон. Голод точно реальный, - попыталась перевести все в шутку. Самой уже было не до смеха. Стас засмеялся и обнял меня. Стало немного легче, но тревога не отпускала свои тиски. Мы вместе отправились обследовать территорию. Все же в самых непонятных ситуациях всегда стоит быть рациональным. Если ничего не можешь сразу изменить, значит остается лишь ждать нужного времени. Глубоко в душе поселился страх за наше с братом дальнейшее будущее. Однако ребенку это знать ни к чему. Письмо многое объясняло и в тоже время не говорило ни о чем конкретно. Вдох-выдох и жизнь продолжается, потому что в ней есть обычные проблемы и дела.

Возможно, стоило поискать какой-то погреб или подвал, где должна была быть еда. Однако мне стало тяжело дышать внутри избы. Мы вышли на улицу, и пошли прямо по дороге. Природа просто цвела. В воздухе пахло свежими зелеными травами. Когда вошли в лес, то увидели, насколько богат он. Там было много грибов, но ещё больше спелых ягод и диких яблок, которые запахом напоминали антоновские. Решила, что хуже от этого выглядеть не стану, и немного растянув свою футболку, стала класть туда яства. Самые лучшие ягоды, яблоки, груши – передавала голодному ребенку и ела сама. Голод отступал.

Пройдя немного дальше, увидели прекрасный цветочный луг. Вокруг цветов летали разноцветные бабочки, на которых Стас сразу устроил охоту. Я решила не мешать малышу. Легла на траву, поглядывая на него иногда. Все, что смогли насобирать, положила рядом, чтобы потом не забыть забрать. Все же нам надо было сделать перерыв от стремительных событий, которые произошли с нами. Цветы укутывали меня своей яркостью и нежностью. Их аромат можно было сравнить только с запахом любви.

- Тоже нравиться луг? Цветы напоминают аромат любви! - услышала женский голос сзади себя. Оглянувшись, я увидела верхом на белом коне очаровательную всадницу с большим букетом цветов в руке. Её каштановые волосы были заплетены в две тугие косы, а карие глаза светились безграничной любовью и добротой. На лице играла детская улыбка, а на щеках горел румянец. Традиционная славянская одежда выглядела девушке, будто та представляла модный показ. Набор украшений на голове, шее и руках, говорили о том, что передо мной влиятельная Богиня. Однако сегодня мои эмоции вышли из-под контроля и сами для себя решили, уйти отдыхать. - Ты, наверное, Натали!? А это твой брат, Стас, - сказала всадница, указывая на малыша. Женщине не понравилось мое равнодушие к ее появлению. Ничего не поделаешь, этот длинный день никак не хотел завершаться. Стас пока не обращал внимания на Богиню, поэтому я пока решила не трогать ребенка. Каждое движение здесь оценивается, поэтому показывать свою слабость – не хотелось. Вставать не хотелось, но все же пришлось проявить немного вежливости, немного поклонившись перед Богиней. Она ответила мне довольной, покровительской улыбкой. – Мое имя Ладаv. Не стоит меня бояться. Или моей осведомленности. Здесь все о вас знают.

- Да, очень приятно, - ответила я, сомневаясь в собственных словах. Посмотрела на Стаса, который беспечно бегает по лугу. Он словно стал свободнее, чем был раньше. Грустно улыбнулась, осознав, что малышу пока неважно, где мы находимся. Нет страха и тоски по дому, пока все вокруг казалось мирным и прекрасным. Стало грустно. Не скажу, что дома я была своей. Нет, это не так, но здесь все казалось абсолютно чужим.

- Тебе разве не говорили, что не стоит ходить в таких странных штанах? - обратилась ко мне Лада, решив прервать неловкое молчание, при этом показывая на мои любимые джинсы. Богине было неудобно общение со мной, но уезжать пока не собиралась. Меня рассматривали будто неведанную зверушку. Неприятное ощущение.

- Говорили, но я пока не иду к Перуну. Впрочем, мой внешний вид – это мое дело. На данный момент в моем мире другая культура, которая сильно отличается от вашей, - гордо вздернув подбородок, ответила Богине. Красивые они, что Лада, что Лейла. Необычной хрупкой красотой и в тоже время, все их тела дышали жизнью. Будто их не забыли. Легкие украшения в волосах раскачивались следом за ветром, звеня в такт. Тихий аромат цветов расслаблял и дарил покой, который мне не хотелось испытывать. Подобное отношение к себе вызывало раздражение. С одной стороны ласково, с другой лучше бы прошли мимо. Забытый мир, забытые боги, потерявшие власть над людьми. Нашедшие свое пристанище здесь и никому не могут показать всю красоту, которую сами создали. – Мне хорошо в такой одежде. Не сковывает движения. Это часть моего дома.

- А чем они удобнее?

- Материал крепкий и эластичный. В юбках и платьях такого удобства не добиться. - улыбнувшись, объяснила я.

- Тебе нравиться в нашем мире? Какой ваш мир?

- У вас довольно необычно, как в сказке. Однако никакая сказка не длится вечно и это печально. В детстве мне нравилось читать о вас, о тех былых сказаниях. Мир неделящийся на добро и зло, где одно без другого не может существовать. Красиво, но современный мир теперь другой. В моем мире тоже есть свои плюсы, например, магазины. Это примитивно, но нам не нужно больше добывать себе пищу. Все можно купить, включая одежду. Теперь многие культуры живут в мире и не пересекаются между собой. Есть технологии, и нет магии. Нет Богов, но есть церкви и люди, которые верят в чудеса. Есть доброта и семьи, дом, в котором кто-то ждет всегда.

- Мы одежду создаем сами, а еды полно везде в наших краях! - она посмотрела мне в глаза, словно что-то искала во мне. – Магией пропитано все вокруг. Везде есть начало и конец. Но каждый конец – это новое начало, - сказала всадница. Одним легким движением руки и вокруг нее, роем кружились розовые лепестки цветов. Магия. Они танцевали лишь от одного движения руки богини. Легко и задорно.

- Я это уже поняла, - зачаровано произнесла я, наблюдая за этой сценой. Покой, как хотелось ощущения покоя и безопасности. Снова посмотрела на Стаса, напоминая себе, что расслабляться нельзя. Мы здесь чужие. Надо быть настороже. Никто просто так нас сюда бы не призвал. Ничего не бывает просто так в этой жизни.

- Твое сердце пусто, – печально произнесла Лада, оказавшись совсем близко рядом со мной. Неотрывно вглядываясь мне в глаза, Богиня положила свою руку мне на груди в стороне сердца. Закрыла глаза, прислушиваясь ко мне. Не понимаю эту женщину. Молчание и взгляд куда-то вглубь меня. Карие глаза пленили. - Ни уже ли ты никогда не любила по-настоящему? Ты везде чужая и сама это знаешь. Печальное явление под названием существование. Это больно.

- Нет. Это не больно, - отрицательно отвечая, снимая аккуратно руку Богини. – Наверное, еще не время. Пустое сердце тоже неплохо, это означает, что его всегда можно наполнить чем угодно. Все хотят любви, но самое страшное – это когда она появляется без предупреждения. Спутывает все планы, разрушает здравый смысл. По венам струится огонь вместо крови. С ним тяжело жить. Огонь жжет, - ухмыльнулась я. – Однако даже вопреки этому, все хотят испытать истинную любовь. Обрести свою предназначенную судьбой любовь. Истинную пару, где доверие абсолютное, когда одно дыхание на двоих. Все хотят такую любовь, но не каждому это дано. К тому же никто не отменял неразделенную любовь, которая, как кость в горле. И проглотить ее нельзя, и жить с ней сложно.

- Но любить значит жить. Разве твои родители не любят друг друга? - спросила она меня пристально, смотря мне в глаза.

- Любят, но до того они прошли через много боли, недопонимай и обид. Нам со Стасиком уже пора идти обратно, а то опоздаем. До свидания! Стас! - стала я звать своего малыша, что бы уходить. Этот разговор вызывал у меня чувство сожаления, неловкости. Неприятно осознавать то, что ты чего-то не имеешь. Неприятно ощущение быть где-то хуже другого. Так просыпается зависть. Бессмысленная эмоция, разрушающая человека изнутри. Стас быстро прибежал, стоило лишь его позвать. Малыш обнял меня за ногу и внимательно посмотрел навечно молодую богиню, изучая ее каким-то серьезным взглядом.

- Мы что уходим? Не хочу уходить. Мне тут нравится.

- Солнышко, нам пора, - ласково начала уговаривать брата, гладя того по головке.

- Я домой хочу к маме. Я касеток хочу! – малыш разрыдался. Эмоции выплеснулись наружу. Стоило этого ожидать. Мне сейчас тоже хотелось заплакать, но слез не было.

- Не плач, мой хороший, не плач. Все пройдет. Страх тоже исчезнет. Мы сейчас пойдем домой, а я подумаю, как вернуться к маме. Хорошо? – все же я ошиблась, когда думала, что его игра безмятежна. Брат тоже чувствовал страх, который старался не показывать мне. Мужественно со стороны ребенка.

- А касетки? Мы сюда ещё плидем?

- Да, конечно придем. У нас на это пока еще есть время, - обняла брата. Он зарылся мне в волосы, непроизвольно вытирая свои слезы. Никто не говорил, что будет легко от расставания с родным миром. Лгут книги о попаданцах, когда те достаточно легко привыкают к новому миру. Чужое никогда не станет твоим. Можно смириться на какое-то время, но потом все равно будет тянуть назад домой. Крепче обняла брата, но внезапно вспомнила о Богине. - До свидания! - я повернулась, чтобы попрощаться, но всадницы и след простыл. Через силу улыбнулась в пустоту и помахала рукой. Потом подобрала яства, взяла растерянного малыша за руку. Мы пошли обратно в нашу избушку.

Мне не давал покоя наш странный разговор с Ладой. Ее заинтересованность мной. Все же я внимательно прочла письмо от прабабки Марфы, и приняла к сведению совет: никому не доверять. Теплая маленькая рука сжимала мою ладонь, даря тепло и уверенность в том, что мы справимся. Из любой ситуации есть выход, даже самой страшной и непонятной. Ветер нежно ласкал мои волосы, пока мы шли обратно и где-то позади нас с луга до меня долетали тихий шепот Лады: "В любви ответы на все твои вопросы. Найди её в себе, и ты поймешь! Время пришло…"

Дом встретил нас тишиной. Мы еще раз быстро перекусили. Цветы, что успела насобирать на лугу, разложила на окне. Решив, что даже запах сушеных трав сможет принести расслабляющий эффект. Этот домик воспринимался мной, как безопасное место. Ведь тут жила наша прабабка. Родная кровь. Стали собираться к Перуну. Стас решил не переодеваться, а вместо этого полез на чердак, чтобы поискать там хоть какие-то игрушки. Я направилась к шкафу, который стоял напротив нашей кровати-печи. Открыв его, увидела: длинные сорочки, которые, наверное, были платьями, длинные коричневые юбки, шелковые пояса разной расцветки и одни красные ботиночки на каблуках. Посмотрев на это все добро, решила остаться в своих джинсах. Наверх надела сорочку, которая по длине напоминала тунику, подвязала ее красным поясом и надела красные ботиночки. Наверное, хиппи меня бы приняли за свою. Этно стиль во всей красе.

С зеркала на меня смотрела, веселая, невысокого роста девушка. Её длинные темные кучерявые волосы легко ложились на круглые плечики. Волосы, немного подумав, украсила красной лентой, чем выделила лоб. Вплела немного цветов в две маленькие косички. Девушка с зеркала выглядела похожей и не похожей на меня одновременно. Будто все, так как надо и она жила здесь с рождения. Карие глаза светились каким-то странным огоньком. Щеки были розовыми, от волнения. Белая кожа выгодно оттеняла темные глаза, брови и волосы. Покрутившись ещё немного возле зеркала, я подумывала изменить прическу, но тут послышался стук в дверь.

Стас побежал первым, чтобы открыть дверь, но остановился и стал ждать меня. С братом мы открыли дверь мы вместе, а на пороге стоял красивый молодой парень. Он был бос, но облачен в белую полотняную мантию. На его золотых волосах был венок из полевых цветов. В голубых глазах отражалось ясное небо. Аккуратные черты лица. Широкая спина, статная фигура, красивые крепкие руки. Мускулы, что виднелись через его мантию. Высокий рост. Задорная улыбка и необъятная мудрость в глубине глаз. Своей мужественной красотой, парень напоминал модель с обложки или какую-то знаменитость. Я снова посмотрела в его глаза и вдруг осознала, что пропала. Это была именно та ситуация, когда чувства постучались ко мне в дверь, а, потом, не дождавшись ответа, выбили ту с ноги. Это был именно тот типаж парней, которые сняться во снах, а потом, проснувшись, мечтаешь наяву.

- О, Боже! - я хотела добавить "нет, нет, только не это", но не смогла проронить ни звука. Через секунду все, же успела пожалеть о сказанном.

- Зачем же так официально, можно просто Ганиль! Вы уже готовы? - сказал наглый парень, который сильно удился моему внешнему виду. Не такая уж он и моя мечта. Герой не моего романа. Смерив Ганиля с ног до головы высокомерным взглядом, разозлилась на себя. Глупая, верить в судьбу здесь, особенно после предостережений прабабки. В ответ на фразу парня, я только фыркнула и пошла, взять что-нибудь перекусить в дорогу. Брат остался рассматривать нового знакомого.

- Привет, малыш!

- Пливет, - тихо сказал Стас.

- Это твоя мама? - смеясь, сказал Ганиль, пытаясь наладить контакт хотя бы с моим братом. - Строгая она уж больно!

- Нет, это моя сестла! - сказал твердо Стас. Ему всегда не нравилось, когда меня назвал его мамой. Сходство с родительницей у меня было. Мы были похожи, как две капли воды. Но малышу нравилось, когда мама оставалась мамой, а сестра была сестрой. Остальные варианты он не рассматривал вообще. - И она очень холошая, а ты плохой! – вот это вообще коронная фраза, когда ему в принципе не нравился человек. Плохие все, которые не понравились по каким-то причинам брату.

Я вышла из комнаты посмотрела на эту сцену со стороны. Впервые за эти три года, которые меня называли Стасиковой мамой, стало смешно. Не сдержалась. Вы сами представьте такую ситуацию, что вас с младшим братом заносит в параллельный мир Богов, у которых, по-видимому, проблемы и вы должны их решить, чтобы вернуться домой (они же нас просто так не отпустят). На пороге твоего нового дома стоит еще один забытый Бог, который воплощение твоей романтичной мечты, и с удивленным взглядом смотрит на твоего младшего брата. Сердце больно сжалось от этого, но смех не смогла сдержать. Наверное, это стресс от подобной ситуации, но я смеялась громко и от души. Хотелось плакать. Остаться одной, забиться в угол и порыдать, потому что ценные мы здесь до поры до времени. Нельзя назвать ценными тех, кем, скорее всего, хотят пожертвовать. Однако сейчас в этот момент, я была рада тому, что моей мечте утер нос мой брат. Гордость за этого ребенка разливалась теплом внутри.

- Позвольте узнать, что же тебя так рассмешило? - подошел ко мне почти в плотную, сделавший сердитое лицо Ганиль. Сердце пустилось в бешеный удар, что казалось, выпрыгнет из груди. Парень тоже резко поменялся в лице, едва наши глаза оказались напротив друг друга. Злость ушла, оставив удивление и что-то еще, не понятное мне. Дыхание участилось у нас двоих, сердце отбивало свой ритм так, что кроме него больше ничего не было слышно. Парень пришел в себя первым, постарался собрать оставшиеся осколки терпения и самообладания, и должна признаться у него это получилось, громко на всю светлицу сказал. - Так вы идете или вас дурман-травой£ накормить? - зло прошипел он. Видно сильно мы с братом задели его.

- Нет, спасибо. Мы и сами умеем ходить. Ты только дорогу покажи! - дружески улыбнулась я, прижав к себе малыша. Но это не помогло разрядить обстановку, Ганиль продолжал злиться. Все же для него мы были не более, чем случайные смертные, посмевшие оскорбить божество. Или все же общение не мой талант?

Глава 3

Глава 3

Идти пришлось пешком. Ганиль всю дорогу молчал – обиделся Идти рядом в таком настроении было неловко. Еще эти странные чувства, но с другой стороны, они на этом празднике жизни казались лишними. Любовь приходит тогда, когда меньше всего ждешь?Нет, не может это быть любовь, всего лишь навеянные потрясение чувства. Выдохнула. Погода была прекрасной. Недолго мучаясь, выбросила из головы заносчивого парня, свои чувства и просто наслаждаться прогулкой. Стресс надо убирать. Себя надо всегда любить больше, чем обстоятельства. В воздухе пахло летом, птички пели, даже не смотря на то, что скоро закат.

Стас увидел нечто интересное между деревьями в лесу. Подбежал ко мне и дернул за подол туники, чтобы тоже обратила внимание. Я подала знак малышу: "Иди за мной!" - и он, молча, сделал то, что от него требовалось. Ганиль, который был погружен в свои мысли, даже не заметил, как нас и след простыл. Надеялась вернуться, пока парень не схватился искать нас.

- Стас, только молчи, а то спугнем! - шепотом сказала, и малыш согласно кивнул. Я его обняла по привычке. Это всегда успокаивало и придавало уверенности. Иногда младшие братья самый главный антистресс для сестер. Вот так обнимешь, и на душе становится легче. Проблемы не уходят, но вдруг осознаешь, что сейчас ты не одна. Это важно.

Мой взгляд устремился на девушку, которая сидела и расчесывала свои волосы, а потом украсила свою голову венком из трав и светлячков. У неё были красивые длинные черные волосы, которые хорошо сочетались с её бледной, даже белой кожей. На фоне кожи сильно выделялись глаза девушки, они были черными. От них веяло холодом, словно она никогда не испытывала никаких чувств. Девушка поднялась с пня, на котором сидела и стала петь. У неё был чудный чарующий голос, который я бы могла слушать не переставая.

- Это Мавкаζ! - услышала я рядом с собой, когда обернулась, то увидела Бога, которого оставили позади. Парень был очень зол. От неожиданности выпустила из объятий Стаса и тот, как зачарованный пошел прямо к Мавке. Ганиль успел схватить ребенка за руку, и быстро положил его себе на плечо.- Ты что не знаешь, что они опасны? - прошипел парень, поправляя моего брата, который внезапно уснул. Я почувствовала себя глупой эгоисткой, подвергнувшей опасности единственного родного человека. Без причины злила Ганиля. Подумаешь, что ему вряд ли понравилась обычная девушка? Неважно, страх сидевший внутри, все это время вырвался наружу слезами и истерикой. Главное, что Стас дышал.

- Знаю, но не знаю, как они выглядят! - постаралась огрызнуться, но, посмотрев на мирно спящего малыша на его плече, мягко добавила - Спасибо, за Стаса. Обычно я себя, так не веду. Он хороший мальчик. Просто это все не для нас…Вообще нас здесь не должно быть. Это нереально. Я хочу домой.

- Всегда рад помочь, - впервые за наше знакомство он искрение улыбнулся. Парень подошел ко мне и легкими движениями руки стал вытирать мои слезы. Небольшая забота и тепло от незнакомца в тот момент была необходимой. Голубые глаза с напряжением изучали каждое движение моих ресниц. Внезапно осознала, что забыла, как дышать под его взглядом. Ожидала касаний теплых пальцев к моей щеке. Я все забыла. Будто ничего и никого не существовало, кроме нас двоих. Первым очнулся от происходящего Ганиль. - Я его, наверное, лучше отправлю в избушку. Ему надо выспаться и прийти в себя.

- Да, наверное, ты прав, - в ту же секунду вокруг моего братика появились светлячки. Они подняли его с плеча Ганиля и полетели в обратную сторону. Обхватив себя руками, села на землю. Я никогда не оказывалась вдали от дома. Никогда не приходилось полностью брать ответственность за себя и брата. Моя жизнь была легкой и понятной до этого момента. Страх вырвался наружу, но слез больше не было. Наверное, так начинаешь взрослее по-настоящему, а не только по годам в паспорте. Когда ты – это единственная опора для себя и окружающих. Никто не говорил, что брать на себя ответственность будто просто. Страшно, всю трясет, тем не менее, других вариантов пока нет, как смотреть твердо вперед.

- Не переживай с ним все будет хорошо он просто спит. Ты ни в чем не виновата, - мягко сказал Ганиль, ложа руку мне на плечо. Он был в растерянности, не зная, что произошло. Кажется, для него такие чувства были в новинку. Парень опустился рядом со мной на колени и быстро обнял меня. От него пахло лесом и дождем. Почему-то в тот момент, я почувствовала себя счастливой. Ганиль прижимал меня к себе, целовал мои волосы и шептал, успокаивающие слова. Мне это было необходимо, как воздух. Знала, что сейчас буду не права, но вопреки здравому смыслу и собственному желанию оттолкнула его от себя.

- Не надо меня жалеть! Я виновата! Понимаешь! Я! Во всем: в том, что купила ему этот шарик, из-за, которого мы теперь так далеко от дома. Мы едва не умерли там. Это действительно была всего лишь секунда до смерти. Моя вина. Теперь не подумала, что тут может быть опасно! Хотя знала это сначала, но не подумала. Веду себя глупо, будто сама потерянный ребенок! Понимаешь, я виновата! – говорила и говорила, а облегчения слова не приносили. Они наказывали меня. Было больно и стыдно за все. Но тут меня Ганиль сильным рывком поднял с земли и снова прижал к себе. Я подняла голову, и он поцеловал меня. Горько-сладкий поцелуй, в котором таился признание моей трусости и глупости, отчаяния. Мы хватали воздух губами друг друга, где чувства еще незнакомые и непонятные были нужны, как опора. Так правильно.

- Ты не виновата, просто так получилось. Поверь мне, - сказал он, вдыхая мне эти слова в губы. Будто клеймя, заставляя поверить. Околдовывая меня. Отстранившись немного, бог посмотрел мне в глаза, будто видел в них что-то очень ценное и важное для себя. Не отрывая взгляда от моих глаз, Ганиль вытер мне слёзы. А потом отвернулся и сказал - Тебе тоже пойти домой отоспаться.

- Но как, же встреча с Перуном?

- Ничего, у них там каждый день праздник, поэтому Перун никуда не денется. Тебе надо отдохнуть. Теперь закрой глаза, - я послушала Ганиля, который сделал что-то такое, что земля стала уходить из-под ног. - Как тебя зовут? - прозвучал где-то далеко какой-то голос.

- Натали...

- Натали... - тихо прошептал Ганиль и пошел дальше по дороге.

Ганиль

Я решил пройтись, после того, как отправил фениксаწ с письмом к Перуну. День выдался не из легких. Слишком давно не видел людей. Девчонка выбила почву из-под ног. Эмоции бились через край. Сам не ожидал от себя подобных действий. Чувствовать и видеть ее боль стало невыносимым. Ещё и Мавка встретилась по дороге. Злость и растерянность мои сегодняшние спутники. Странные чувства, эмоции, закрываю глаза, а вижу лицо девушки. Можно закрыться и бежать от этих чувств. С другой стороны года уже не те, то что изменить нельзя – стоит принять. Менять мне ничего не хотелось, не думать об этом не получалось. Поэтому оставалось только принять, разбираться со всем постепенно. Мне хотелось защитить девушку. Даже сейчас хотелось находиться рядом с ней. Непривычно. Поэтому сегодня я не смог бы просто продолжить путь. Нужно было побыть одному.

Поднял глаза в небо и только сейчас понял, что наступила ночь. Вспомнил, как дрожали ее ресницы. Вкус губ. Темные глаза, которые с удивлением, то злостью и отчаянием смотрели на меня. Образ девушки оставался со мной, будто преследовал, как преступника. Наваждение. Позади я услышал стук копыт, и увидел скачущего на коне Хорсаშ.

- Здравствуй, друг! - сказал, улыбаясь Хорс - Что тебя заставляет бродить ночью? Не уже ли какое-то стадо сбилось с дороги?

- Нет, все стада уже спят, - сказал я мрачно. Не хотелось сейчас не видеть ни Хорса, ни кого-нибудь другого. Только ее, быть рядом с ней, зная, что смогу защитить это хрупкое наивное существо от всего мира. Сам поражаюсь таким своим мыслям, но они все сильнее оседали в голове.

- Не уже ли это ты из-за девушки, за которой тебя попросили присмотреть? - он посмотрел на меня внимательно - Ты что влюбился?

- Нет, - отмахнулся от друга. Не люблю, когда пытаются заглянуть в душу, когда этого не прошу. В советах не нуждаюсь, осуждения не потерплю.

- Что девушка не из "хрупкого фарфора"? - улыбаясь, спросил Хорс. Ситуация веселила парня. Он на своем месте, с которого удобно на всех смотреть свысока.

- Ее хочется защитить.

- Значит, хороша девица? - продолжал расспрашивать Хорс. Его любопытство раздражало. Есть вопросы, которые рано задавать. Есть ответы, которые не стоит слышать. Всему свое время. - Я тебя в таком состоянии давно не видел!

- Ты хотел сказать никогда не видел. Красива, точнее симпатична, но не богиня, - сказал я, но что-то внутри меня сжалось. Это ложь. Нет, у богинь таких чистых, светлых глаз, наполненных надеждой. Рядом с богинями нет чувств – это всего лишь их способности. Натали вся была соткана из чувств и противоречий. Сильная и слабая, наивная и смелая. Дрожала в моих руках она, а в ее власти оказался я. Такие мысли вызвали улыбку. Чувства, ворвавшиеся в меня, как только девушка открыла дверь. Внезапные, нежданные и сильные. Это дар. От них не отказаться. Мне не хотелось отказываться.

- Она смертная. Никогда девушке не стать богиней. Не жить вечно, - горько сказал Хорс, будто сам был в подобной ситуации. Друг посмотрел на небо, а потом закрыл свои глаза. Будто тоже чувствовал отдаленное чувство боли. – Любить сложно и больно. Любить кого-то совершенно не похожего на тебя, сложнее всего. Однако отказаться с каждым разом будет все сложнее. Рано или поздно придется делать выбор. Ей или тебе, но принятия выбора будет неизбежно. Любовь – это выбор. Быть вместе или раздельно. Дар и проклятие одновременно, но остаться без нее никто не захочет. Пустота страшнее и холоднее, - с этими словами он сел на коня и отправился обратно на небо, завершать свой ночной заезд. - До свидания! Удачи тебе, друг! И помни, она все равно вернется домой!

- Значит, я последую за ней, - тихо сказал самому себе, после несколько минут молчания. Одна встреча может изменить все. Один взгляд может наполнить вечную жизнь смыслом.

Подняв глаза в небо, я понял, что уже светает. Что ж придется снова идти к Натали. Да, как быстро пошла ночь...

Глава 4

Глава 4

У вас нет другого списка? Потому что это не список, а какая-то перепись населения! (с)

Спать хотело невыносимо, даже когда проснулась. Будто не спала вовсе. Дрожь прошла, страх спрятался внутри меня, иногда выпуская свои когти. Глаза открыла резко, едва поняла, что в доме находится кто-то посторонний. Ощущение было неприятное, но рядом заворочался Стас. Живой и здоровый, на всякий случай проверила температуру ребенка, но все было хорошо. Я улыбнулась и поцеловала малыша в его розовую щечку. Лежать на печи было тепло и высоко, что позволило мне сразу увидеть вчерашнюю знакомую Полевую Русалку Лейлу. В голове пронеслась мысль, что в следующий раз надо под подушку спрятать нож. Здесь нет друзей, доверять некому, а о безопасности думать надо. Не изба колдуньи, а проходной двор.

- С ним все хорошо. Он поспит ещё четыре-пять часов и проснется очень голодным, - попыталась меня успокоить девушка. Безрезультатно. Не люблю посторонних ни в доме, ни в жизни. К сожалению, пока этого мне не избежать. Подобный вывод тоже не принес радости.

- Спасибо, - попыталась быть вежливой я, но получалось как-то из рук вон плохо. Однако девушка только кивнула в ответ на мою благодарность. - Наверное, сегодня никуда не пойду без него.

- Не надо так! - строго сказала Русалка, но потом решила смягчить свою эмоциональность. Девушка подошла поближе ко мне, будто разглядывая светлицу. Лейла посмотрела мне прямо в глаза, будто стараясь прочесть. - Я могла бы с ним посидеть, а тебе пора собираться. Никто не отменял дел, которые ты должна понять и сделать.

- Нет, я остаюсь. Я никогда Стаса не оставляла на чужих! – гневно ответила. Однако Русалке не было дела до моих желаний. Девушка подтолкнула меня к зеркалу. С одной стороны я понимала ее правоту, с другой что-то внутри кричало об опасности. Вот только не знала, откуда ждать опасность.

- Нечего со мной спорить, давай приводи себя в порядок! - улыбнувшись, сказала она и направилась к котлу. – Я пока чай от нервов заварю. Тебе надо немного успокоитьсяи взбодриться.

Не похоже, что хоть когда-то в том котле заваривался чай, но у каждого свои причуды.

- Я никуда не пойду, да и чая у нас нет, - решила повторить снова свою позицию девушке.

- Сейчас будет, я же сказала. Если хочешь вернуться домой, нужно выполнить то, для чего вы здесь. Сидя на одном месте – проблем не решишь. Поэтому возьми себя в руки и не веди себя, как ребенок! - с этими словами она вынула из своей сумки пучок листочков мяты и в один момент они высохли. Слова Русалки больно ударили по моему самолюбию. Веду себя, как ребенок, но бросать брата казалось безответственным. Лейла с гордостью повернула голову ко мне - Будем пить чай с мяты. И распусти лучше волосы! - недожидаясь того, когда я её послушаюсь, Лейла сверкнула своими голубыми глазами и мои волосы были распущенные, а на голове красовался венок из пламенных маков.

- Лейла! – гневно посмотрела на девушку. Не люблю, когда командуют и решают что-то вместо меня. Подобная ситуация раздражала. - Я никуда не пойду!

- Чай готов, и ты пойдешь. Я же сказала, что побуду со Стасом. Не вижу в этом проблем. Или не доверяешь? - зло сощурилась Русалка. Отвечать не хотелось. Поведение девушки мне не нравилось, но ситуация давила. Собственная беспомощность перед обстоятельствами. Мне категорически ничего не нравилось здесь. Но особенно мне не нравилась Русалка, которая с улыбкой подталкивала к столу. К чаю с мятой. Снова посмотрела на брата, выдохнула. Сжала кулаки, признавая то, что малыш не в силах сейчас пойти к Перуну.

Русалка молчала, но наблюдала за мной цепким взглядом. Не могу отвергнуть предложение Лейлы. Это даже не предложение, а приказ, что раздражало еще больше. Сделала глоток чая, успокаивая себя. По телу внезапно потекла легкость и спокойствие. Хороший чай. Тревоги отошли на задний фон, подозрительность тоже исчезла. Думать почти не хотелось, все казалось нормальным и понятным, словно так и должно быть. Надо пойти к Перуну? Прекрасно, пойду. Лейла хочет остаться и присмотреть за моим братом? Вполне неплохое решение ситуации. Посмотрела на себя в зеркало. Глаза пылали каким-то странным цветом. Красиво. Лейла улыбалась рядом, мне захотелось улыбнуться ей в ответ. Все же после этого чая, стало легче.

В дверь кто-то постучал. Мои глаза внезапно погасли и стали совершенно обычными. Легкость в теле поубавилась, Русалка что-то пробормотала себе под нос. Мне хотелось увидеть Ганиля больше всего, который, скорее всего и стучал в дверь. Больше некому. Не ошиблась. Передо мной стоял, прислонившись к стене, уставший, вялый парень. Быстро кинув взгляд на меня, он нахмурился. В уставших глазах проскользнула тревога. Будто что-то пошло не так.

- Как брат? - недожидаясь даже моего приглашения он вошел в дом, даже не обратив внимания на Лейлу, подошел к Стасу. Проверив температуру малыша, Ганиль улыбнулся. После чего подошел впритык ко мне. Холодная рука парня коснулась моего лба. Дышать стало сложнее. Сердце пустилось в удар, словно удивляясь, как до сих пор молчало в присутствии Ганиля. Стараясь удержаться на ногах, схватилась за мантию парня. Под моими пальцами также быстро билось его сердце. Удивленно посмотрела на ганиля, но тот лишь загадочно улыбнулся. - Крепкий малыш, он ещё немного поспит, и будет снова бушевать. Ты готова? Пошли!

- Да, она готова, - опередила меня Лейла, которая бесшумно подкралась сзади. Мы не отрывали взгляда друг от друга, поэтому даже не взглянули на Русалку. Сопротивление отошло на задний фон. Голова казалась вялой, хотя во всем остальном я пришла в норму.- Я посижу с малышом, не переживай!

- Вот и хорошо, пошли нам пора, - сказал Ганиль, схватив меня за руку, повел на выход. В его глазах мелькнула тревога и подозрение, но также быстро эти эмоции и пропали. Парню что-то сильно не нравилось, но в тот момент мне было все равно.

- Хорошо, но не своди глаз со Стаса. Он очень шустрый, - сказала я, махая рукой Лейлы, которая через минуту скрылась за дверью. У меня появилось предчувствие, словно что-то сделала не правильно. Может, зря беспокоюсь? Все же есть вероятность того, что мы вернемся к тому моменту, как малыш проснется. Слишком напряженными были эти дни, вот и чудится разное.

Однако ощущение опасности не отпускало. Было не по себе, поэтому целую дорогу молчала. Расслабленность и опасность внутри боролись друг с другом, а мне хотелось вернуться назад к брату. Слишком привязана к нему. Ганиль тоже ничего не говорил. Был погружен в свои собственные мысли. Время от времени парень с тревогой посматривал на меня, будто пытался что-то найти в моем взгляде или во мне. Однако каждый раз ничего не находил и только сильнее стискивал свои зубы. Казалось, боролся с тем, чтобы не схватить меня за плечи и не встряхнуть.

- Что ты такая бледная? – решил прервать молчание Ганиль.

- Просто мне не привычно оставлять на кого-то своего брата.

- Он не твой сын, а брат. В конце концов, все же ты оставляешь его на родителей, - пожал плечами парень, но глаза цепко продолжали изучать меня. – Или что-то произошло между тобой и Лейлой?

- Нет, а что могло произойти? – решила уточнить, но мне ничего не ответили. Молчание стало напрягать. – Да, Стас мой брат, родная кровь и единственный родной человек, который никогда не предаст. Здесь мы с ним чужие, - говорила я, а легкость и вялость отступала, будто их никогда и не было. Словесный поток продолжался. – Разменные монеты. Это беспокоит. В обычной жизни глупо оставлять одного трехлетнего ребенка, но сейчас нет нашей обычной жизни. Никто не спросил, хотим ли оказаться здесь? Никто особо не побеспокоился о нашей безопасности, раз мы так важны. Или хотя бы не дал инструкции по выживанию.

- Он уже большой и сильный. Ты хорошая сестра, просто дай ему немного больше свободы. Все равно не можешь его от всего оградить, - парень внезапно остановился и притянул меня к себе. Тихо обняла его в ответ, вдыхая запах. – У тебя есть я. Не предам тебя. Мне не безразлично все, что касается тебя. Не могу объяснить почему, просто поверь. Всегда защищу, даже если не попросишь.

- Глупая шутка, - улыбаюсь я. Не верю. Чувства, что мы сейчас испытываем – не более, чем под влиянием момента. Если бы встретились в моем мире, тогда бы вопрос доверия не стоял так остро. Это были бы свидания, постепенное узнавание друг друга. Даже волна чувств не казалась бы настолько странной и запредельной, потому что там на это было бы время. Здесь и сейчас ты живешь мигом, который не хочется портить лишними обещаниями. В них сложно поверить. Даже сейчас, когда слышу под своей рукой его биение сердца. Даже сейчас сложно поверить в то, что у меня перехватывает дыхание от этого парня. Было бы проще? Нет, никогда не было бы проще в таком понятии, как отношения. Я жила не так много, но испытывала разочарование в людях, чувствах и обещаниях. Закрываю глаза, тяжело дышать, сильнее цепляюсь пальцами в мантию. Больно от собственного недоверия, когда нужна поддержка со стороны.

- Знаю, - отвечает Ганиль, сильнее обнимает меня, целуя в макушку. Высокий, сильный, такой нужный сейчас. – Сложно доверять? Не доверяй. Я просто буду рядом.

- Зачем ты это говоришь?

- Предпочитаешь, чтобы я молчал? – чувствую, как парень улыбается. – Глупо молчать, когда все, так как говорю. В конце концов, молчание не всегда полезно. Наверное, я слишком стар для таких эмоций и чувств, но лучше скажу сразу.

- Мы разные.

- Кто знает? Возможно, наоборот слишком похожи. Я принял решение, и отступать от него не буду. Ты важна для меня, - говорит этот невыносимый парень. Будто нет между нами разницы. Будто возможно все. И мне хочется верить. Его словам, объятиям, поцелуям.

- Отпусти, - зло прошипела я. – Твоя обязанность привести меня к Перуну, так веди. Решил поиграть? Скучно вам всем здесь, раз смертные о вас забыли? Так вот я не играю в твои игры. Держись от меня подальше! Домой хочу.

- Мы уже пришли, - сказал Ганиль, отпуская. Делаю несколько шагов назад от него. Обнимаю себя руками, так проще, легче, понятнее. Поднимаю глаза на парня. Улыбается, будто встретил ребенка, который ничего не понимает, но за него уже все решили. Поднимает руки, и делает вид, что тоже отходит назад. Разные, слишком разные мы с ним. Никогда не любила красавчиков, стараясь не обращать на них внимания. Они непостоянные в своих предпочтениях, а я не люблю ложь. Сейчас смотрю на того, на кого бы в другой ситуации и не посмотрела. Больно. Осознаю, что вот это те чувства, которые ворвались в меня пожаром. Все горит внутри. Я горю. Огонь жжет.

Отворачиваюсь от Ганиля, чтобы взять себя в руки. Передо мной стоял огромный деревянный дом на небольшом холме, а вокруг него был прекрасным маленький сад. Умеют древние боги удивлять своими умениями и фантазией по отношению к природе. Наверное, это их воспоминания, какой земля была в те времена. Красиво. Без машин, самолетов, телефонов и суеты. Время идет по-другому. Медленно. Никуда не надо спешить.

В небе пролетала, какая-то странная птица, когда я подняла глаза, то поняла, что это не птица. По небу летит золотая колесница, запряженная девяткой златогривых коней. Сидит в ней среброволосый, златоусый красавец Перун с огненными стрелами и тяжелой палицей в руках, из которой шла радуга. Он подлетел к крыше и исчез, словно его и не было. Все Боги здесь были вечно молодые, красивые, неземные. С такой красотой, было, сложно сравнится любому человеку. Такая красота ослепляла. Одна из причин почему им раньше поклонялись, а также магическая сила – ставила богов на недосягаемый уровень для людей. Однако все заканчивается рано или поздно, даже те кому поклонялись, становятся ненужными. Люди найдут нового Бога, которому будут поклоняться. Эволюция не стоит на месте, а верить во что-то надо.

- Ты идешь? – спросил Ганиль, отвлекая меня от мыслей. Идеален, слишком идеален внешне. Сложно представить, как мы выглядим вместе. Парень протянул мне руку, предлагая следовать за ним.

- Да, конечно, - но руку проигнорировала. Все же мне тоже стоит держаться от него подальше. Парень на мою выходку только ухмыльнулся, видно решил, что просто не будет.

Когда мы вошли в дом, то он оказался огромным, по сравнению с тем, что я видела снаружи. Но больше всего меня удивил интерьер этого дома, это была простая поляна. Безоблачное голубое небо, по которому вольно гуляла радуга. Ароматные цветы и трава. Жар-птицы сидят на ветвях деревьев. Огромный стол, который ломился от еды. Он стоял под величественным и старинным дубом, который укрывал его своей тенью. Вокруг были боги. Они праздновали и веселились. Беззаботная жизнь каждый день. Здесь были все, о ком когда-то говорили мифы и сказки. Недалеко от стола бежала речка с красным вином. Так же нашлось место и небольшому озеру, где на троне сидел Водяной, а вокруг него танцевали Русалки.

- Натали, я отойду ненадолго. Осмотрись здесь и перекуси, ты ведь ничего не ела с утра, кроме чая, - прошептал мне на ухо Ганиль. Вздрогнула от неожиданности. Как легко забыть о том, что пришла сюда не одна, и что в этом прекрасном месте нет развлечений. Лишь приговор, который придется исполнять. Ганиль действительно быстро растворился среди толпы богов и духов.

Решила не отвлекаться на парня, но воспользоваться его советом. С едой в этом мире, в самом деле, как-то не заладилось у меня. Посидеть на диете хоть раз в своей жизни, обязана каждая девушка. Вот только моя диета подзатянулась.Стоит после встречи с Перуном, приготовить что-то нормальное и брату. Наверное, где-то должен быть погреб или подвал с едой. На самый худой конец попробовать магию, ведь у колдуний она должна быть. С такими мыслями ходила вдоль стола, аккуратно поедая лакомства и посматривая на окружающих меня богов. Казалось, я попала на пир во время чумы, вот только никто не смотрел в мою сторону. Здесь правило веселье, танцы и вино. Закрываю глаза, пытаясь успокоить себя. Никто, не спросил, нужно ли мне это веселие? Почему должна ждать, пока пригласивший Перун решит меня увидеть? Не получается успокоиться. Шелест ветвей шепчет мне: «Гори, девочка, гори!» А вокруг только лишь танцы, крики, веселие и шум. Все живут, так как хотят, ничего не замечая. Будто мир никогда не измениться. Будто наше появление уже не является нарушением их привычного уклада. Танцы, чужой смех, как водоворот тянет меня за собой. С четырех сторон от стола полыхнули костры. Огонь звал меня к себе.

Это было странно чувствовать, как жар растекается по телу. Моя кровь превратилась в огонь. Хотелось танцевать вслед за языками пламени. Пламя каждый раз меняло цвет с красного на синий и уже смыкается в круг. В центре этого круга стою я. Замерев на миг, из круга огня тянутся лучи ко мне. Все боги с ужасом и восторгом смотрят за этим представлением. Огонь горит и зовет. Ветер поет свою мелодию, такую красивую и жаркую. Огонь касается меня, но не жжет, а бережно обнимает. Тянет за собой. Под ногами чувствую раскаленный уголь. Босая, исчезли туфли. Отыскиваю взглядом Ганиля и начинаю танцевать. Горю вместе с огнем, но не сгораю. Он смотрит прямо на меня, не отрывая взгляда. Сердце бьется с каждой секундой все сильнее и сильнее, но не замедляю движений. Выгибаюсь. В глазах Ганиля вижу такой же огонь, в котором танцую сама. Парень его сдерживает, а я свой выпустила наружу. Пламя рисует на траве солнце, становясь синего цвета. Уголь раскаляется все сильнее, заставляя ускорить движения, руки повторяют движения языков пламени. Венок уже сгорел, сделав мои волосы свободными. Они от жара стали влажными и липли к лицу. Дыхание сбилось, но остановиться не могу и не хочу. Наши взгляды все также не отрываются друг от друга.

- Ты сгоришь вместе со мной, - шепчу тихо-тихо, едва пошевелив губами. Парень улыбается и кивает головой.

- Согласен, - отвечает мне также. Злюсь на себя. В одно мгновение все вокруг поглощает вода. Она появляется внезапно, оставляя за собой влагу и пар. Пытаюсь отдышаться, а воздуха не хватает. Визиг богинь и брань богов вызывает шкодливую улыбку, что не обращаю внимание на свою мокрую одежду. В какую-то минуту несмело сбегаю куда-то вглубь этого необычного дома. Надо успокоиться. Значит вот какая моя магия. Не разбирая дороги, прислоняюсь к какому-то дереву, пытаясь отдышаться. Что со мной происходит? Почему так реагирую на Ганиля? Почему он так реагирует на меня?

- Это тебе, - слышу я рядом с собой чужой голос. Понимаю, что все время стояла с закрытыми глазами. Перед собой вижу упитанного темноволосого парня высокого роста. Интересно, есть ли здесь хоть кто-то моего роста? Наверное, нет. Все же люди в отличие от богов не идеальны. Дорогая рубаха расшитая разными сложными узорами, была подвязана темным поясом. Простые льняные штаны были слегка помяты, выдавая неаккуратность их обладателя. Большие босые ноги. Парень протягивает мне розу. Одну. Почему-то захотелось смеяться. Глупая ситуация. От одного бегу, второй появляется сам. Мне для полной коллекции не хватало только третьего.

- Кто ты? – подумав немного, нарушаю тишину, но розу пока не беру с его рук. Темноволосый хмурит свои густые темные брови, что едва замечаю слабый голубой цвет его глаз. Через секунду возвращается обоняние, отчего понимаю насколько поглотил мои ощущения огонь. Всю меня. Грудь вздымается тяжело и резко. Парень краснея, смотрит на прилипшую к моему телу одежду. Кажется, лишился дара речи. Роза в его руках дрожит и, кажется, вот-вот сломается. От такого откровенного взгляда становится противно и не по себе.

- Меня зовут Услад, - берет себя в руки этот бог. Слишком хорошо одет для духа.

- Бог вина, - бормочу я. Что ж так везет? Сердито смотрю на него, отчего Услад краснее еще сильнее. – Ты можешь высушить мою одежду?

- Да, конечно, - делая быстрое движение рукой, и вот я снова стою абсолютно сухой. – Ты была прекрасна. Давно умеешь танцевать с огнем?

- Сегодня впервые за всю свою жизнь танцевала, - спокойно говорю, стараясь немного отодвинуться от Услада. Запах алкоголя меня не привлекает, но является вечным спутником этого бога. Все же у каждого свои обязанности. У кого работать, у кого быть причиной вечного веселия других.

- Все же возьми цветок. Это для тебя, - снова протянул многострадальный цветок, красный как мак бог. Удивительная реакция на девушек. Впрочем, если брать, в общем, то его нельзя было назвать красавцем. Обычный. Именно этим он и выделялся среди своих друзей. Не было той пленительной, загадочной красоты, как у многих присутствующих здесь богов. Тот, кто веселит всех. Мне стало жаль парня, поэтому взяла цветок.

- Спасибо. Ай! – случайно поранила руку. Капля крови упала на траву, которую тут же сорвал Услад. Парень вдохнул запах крови, а потом облизнулся.

- Необычный аромат колдуньи. Ты сильная и красивая, - как завороженный посмотрел он на меня. Хотелось уточнить, не вампир ли парень, но это была бы совсем другая история. Все же древние боги всегда были крайне жестокими. Некоторые ритуалы и обряды, обращенные к ним, проводились на крови. Это была жертва, которая показывала силу просившего. Взгляд Услада пугал меня. Напоминал одержимого, который увидел желаемое и хотел поглотить его полностью. – Твой запах прекрасен, как и ты. Огонь, что может сжечь и бога. Остаться здесь со мной, пожалуйста. Я так давно ждал такую, как ты, - говорил он, пытаясь коснуться моего лица.

- А меня ты ничего не хочешь попросить? - услышала я позади Услада злое шипение. Тот внезапно побледнел и резко отдернул свою руку от меня, будто получил ожог. Ганиль стоял позади бога вина, скрестив руки на груди. Я снова увидела синий огонь, который полыхнул в его глазах. Казалось, парень едва сдерживался, а я смогла спокойно выдохнуть. Только сейчас понимая, что стояла будто парализованная. Не могла пошевелиться. Ганиль, обходя Услада, будто перед ним стоял кто-то недостойный его внимания, обнял меня. Захотелось спрятаться от всех.

- Нет, а что я тебе могу сказать?! - удивился бог вина, а потом взгляд у него стал злым. Парню не понравилось то, что Ганиль обнимал меня, а я не собиралась отталкивать того. - Лучше отправь её обратно, откуда она пришла. Не место здесь колдунье. Тем более человеку. Они же слабые.

- Не тебе решать, что мне делать и где! – разозлилась я на Услада, что мои руки полыхнули красным огнем. Тот в свою очередь снова побледнеем, будто увидел призрака. С каким-то непониманием рассматривая меня, а потом исчез. Называется, был, и нет. Вот только с Ганилем этого, к сожалению этого не произошло.

- Ты только, что лишила меня возможности побыть твоим защитником, - улыбнулся этот несносный парень. Казалось, что вся его злость испарилась, оставив лишь тревогу. – Как ты себя чувствуешь?

- Как всегда в этом мире. Непонятно, - спокойно ответила я, отодвигаясь от него. Ганиль сел на колени и бережно взял в свои руки мою правую ногу, осматривая ступню.

- Инициации колдуний зависит от эмоций. Чем сильнее эмоции, тем сильнее магия, - объяснил он, по ноге от касаний разливалась прохлада. Даже не заметила, что до этого момента было больно. – У каждой своя инициация. Ты огненное солнце. Однако и водный шторм тоже твоих рук дело. Пытаешься загасить свои эмоции. Но это две стихии коварны, сами решают, как лучше жить. Не перенапрягайся.

- Откуда ты это знаешь? – удивилась я, а Ганиль в этом время исцелял своей прохладой мою вторую ступню.

- Иногда мне кажется, что я знаю все, что касается тебя, - улыбаясь, ответил парень, поглаживая мою ногу. От этого прикосновение я закусила губу. Столько нежности было в этих глазах, которые смотрели в мои. – Надеюсь, когда-то ты поймешь, что бежать бессмысленно. Сейчас пошли, нас ждут! – сказал парень, отпуская меня. Нельзя влюбляться? Сколько мне это нужно повторить самой себе, чтобы поверить? Когда вот так находятся просто рядом, не лезут в душу. Не просят ничего взамен, но всегда и везде рядом. В заботу, нежность и понимание сложно не влюбиться, но, тем не менее – это то, что не могу позволить себе. Глупое сердце молчи. Слишком разные мы.

- Хорошо.

Мы вошли в другой зал через внезапно возникнувший портал. Просто шикарным его назвать было нельзя, но все же интерьер был интересный. Передо мной во всей своей красе на троне сидел златоусый Перун. Молод, хорош собой вот каким предстал передо мной этот мужчина. От него веяло властью, хитростью и коварством. В голубых глазах сверкали молнии. Надменная улыбка красовалась на его идеальном лице, царственный взгляд, прямая властная осанка, что поневоле вызывало преклонение, к сидящему передо мной Богу. Я поклонилась.

- Не стоит, - довольно сказал Перун. Теперь понимала людей, которые когда-то ему поклонялись. В нем не было простоты, лишь суровость и власть. Мужчина знал об этом и давно свыкся с подобным действиям по отношению к себе. - Как тебе мой дом?

- Необычный, - решила ответить правду. Перуну это понравилось. В глазах прочиталось одобрение.

- Как ты думаешь, зачем я призвал тебя сюда? Страшно? – по его взгляду поняла, что пытается понять, какие эмоции вызвали мою инициацию.

- Неизвестная беда всегда внушает больше страха, - пожала плечами я. – Глупо было бы сказать, что страха нет. Однако это не отменяет ничего, что мы с братом должны сделать.

- Да, я с тобой согласен. Перейду к делу. В Вире идет борьба за власть. Раньше всем нравилось, как я управляю нашим миром. Но что-то затаилось в сердцах моих подданных, нечто темное, где нет места солнцу и свету. Теперь Чорнобог и его жена Мара снова рвутся к власти. Этого нельзя допустить, ведь тогда мир исчезнет. Есть определенный уклад, который нельзя нарушать. Только тогда вы снова вернетесь домой. В вашем деле вам будет помогать Ганиль. Может, вы сможете найти еще союзников среди моих людей.

- Хорошо, - спокойно ответил парень, приобняв меня за плечи. Это внушило уверенность. Подобное действие не скрылось от Перуна, но тот лишь хмыкнул сам себе.

- Я не просила помощи.

- Я не спрашивал. Это мое решение защищать тебя, - ровным голосом сказал мне Ганиль. Лишь голубые глаза гневно блеснули, отвергая любое мое несогласие и упрямство.

- Так ты согласна? - устремил свой взгляд прямо мне в глаза Перун. Другого выбора у меня и не было. Все было решено давно и без меня. Встреча лишь формальность, не более того. Надо подумать, что делать со Стасом. С одной стороны решать все нынешние вместе с ним опасно, с другой нельзя оставлять малыша одного. Я не пропаду. Все же кто-то пообещал меня защитить. Ему я верю. Иногда нужно верить тому, кто рядом с тобой.

- Да, – спокойно говорю я. Другого ответа никто и не ждал.

- Вот и славно! Можете идти, думаю, твой брат уже вас заждался! - Перун улыбнулся нам и исчез, не прощаясь. Что у здешних богов за плохая привычка так быстро исчезать? Может, я подробностей хотела узнать? Или хотя бы направление, что делать? Ничего толком не объяснив, не оставив указаний, исчезнуть – означало одно. Никто не ждал, что мы выживем здесь. Будто посылали на верную смерть. Сердце снова предательски застучало. Выводы мне совершенно не понравились. Игры Богов, где нет ничего человеческого. Где приносят в жертву. Где между добром и злом не осталось границ – это Игры Богов, в которых нам следует выжить.

- Ты идешь или мне тебя на руках понести? - подняв бровь, спросил Ганиль. Взгляд парня был совершенно серьезным. Будто он принял для себя какое-то решение и не собирался отступать. От такого напора растерлась. Наверное, пришел к таким же выводам, как и я. Хотя серьезность положения Ганиль осознавал больше, чем я.

- Что думаешь?

- Вопросом на вопрос отвечаешь? – парень еще сильнее нахмурился и посмотрел на меня. Он остановился посреди тронного солнечного зала. Закинул свою светлую голову, закрыв глаза, будто что-то обдумывал. Молчание затянулось, а Ганиль так и не продолжил говорить, но лицо становилось все мрачнее и мрачнее. Движимая непонятным порывом, прижимаюсь к нему со спины и тихо вдыхаю запах. В какой-то момент понимаю, что он тоже замер, боясь спугнуть момент, или наслаждается этим мгновением. – Дела наши очень плохи, можно сказать отвратительные. Скорее всего, таким образом, хотят убрать всех, кто неугоден Перуну, включая и меня. Это прямой вывод, что напрашивается, но есть и «подводные камни», которые сразу не заметишь.

- Наверное, тебе не стоит быть рядом с нами, если хочешь жить. По словам Перуна было видно, что как минимум ждет, что ты позовешь своих друзей.

- Это мой выбор. Моя обязанность защищать тех, кто мне дорог. Что касается моих друзей, поверь, он вполне могут решать сами, что и как делать. Мужчины не любят, когда им мешают быть рядом с теми, кто им дорог, - спокойно объяснил мне парень. – Ты можешь идти? Или все же понести на руках?

- Я тут без твоей помощи обойдусь! – взвесив за и против, решила, что, наверное, таким образом, Ганиль шутит надо мной. Вот кого он из себя возомнил? Думает, что я без него ничего сделать не могу? Однако он просто улыбнулся, словно видел меня насквозь и мои «колючки» не пугали парня. Словно неважно, что я скажу или сделаю, принятое им решение не изменить. Опасное решение. – Что будем делать?

- Жить, - ответил парень, открывая портал в зал, где по-прежнему шумели боги и духи. Они не заметили ни того, когда мы исчезли, ни того когда вернулись. Все наслаждались праздником, иногда с интересном рассматривали выжженную мной траву. Ганиль обнял меня со спины и прошептал на ухо. – Жить, Натали, мы будем жить. Вместе разберемся со всеми проблемами. Я всегда защищу тебя. Буду говорить это каждый момент, проведенный рядом с тобой, пока ты не поверишь в это. Я не предам тебя.

- Слишком громкие слова.

- Мало обещаний? Значит, просто буду рядом, делая все для тебя, - сильнее сжал меня в объятьях парень. Почему же так больно верить? Почему так больно протянуть руку к нему? Проще прикрываться страхом и тысячей причин под названием «почему нельзя».

- Глядя на твое лицо, легко забыть о твоем истинном возрасте, - ухмыльнулась я, заглядывая ему в глаза. Боги вокруг нас снова начали танцевать. – Задание у нас, как в сказке «иди туда, не знаю куда, принеси то, не знаю, что». Вы все так молодо выглядите, что порой забываешь, что перед тобой самые древние интриганы.

С этими словами я вышла на улицу. Ганиль молча и с каким-то гневом, смотрел на собратьев. Будто в тот момент сам был не рад тому, что был с ними одной крови. Погода на улице стала мерзкой. Моросил мелкий дождик, но через секунду я позабыла о нем. Все вокруг озарилось зеленым светом. Боги и духи с криком выбегали с дома Перуна, а в центре стоял Ганиль, охваченный пламенем. Это было его пламя зеленого цвета. Весь дом пылал, а на крыше стоял его владелец, с каким-то странным выражением лица смотрел то на Ганиля, то на меня. Этот взгляд ничего хорошего не предвещал нам. Через момент парень внимательно посмотрел на меня, наверное, шок, отразившийся в моих глазах, привел его в чувство. Огонь послушно вернулся к своему владельцу, а дом стоял целым, будто ничего не угрожало ему до этого.

- Пойдем домой, - без вспышки гнева, сказал бог и взяв меня за руку, повел назад. – И все же огонь жжет.

- Как ты смог? – решилась спросить я.

- Ответ в тебе. Хочешь знать правду?

- Нет.

- Я так и подумал. Нам стоит поторопиться домой. Это был тяжелый день.

Глава 5

Глава 5

Дорога назад прошла в полном молчании. Ганиль был прав, я не хотела, откуда у бога колдовская сила, но зеленый цвет его огня завораживал. Эта картина все еще стояла перед моими глазами. Страшно и красиво. Пламя, которое хотело уничтожить все вокруг, завораживало. Мой огонь тянулся к тому нему, как наваждение. Вода молчала и даже не собиралась мешать огню. Она устала и хотела отдохнуть, не те проблемы, по которым стоит беспокоить воду. Однако правду я знать не хотела. Истина пробуждала те желания, о которых не могла позволить себе думать. Ганиль по-прежнему держал меня за руку, а я погруженная в мысли, забыла об этом. Парень чему-то улыбнулся, но ничего не сказал. «Я не предам тебя», - слова, которые время от времени проносились у меня в голове. Улыбнулась в ответ Ганилю.

Через какое-то время показалась моя избушка. Так же пришло ощущение, что кто-то наблюдает за мной. Нервно оглянулась, но, не увидев никого, продолжила путь домой. На крыльце с заплаканным лицом сидела Лейла. Дверь в дом была открыта настежь. Осознание того, что произошло непоправимое, пронзило меня. Вырвав свою руку у парня, вбежала в дом. Предварительный осмотр показал, что дом пуст. Это разозлило. Что ж за мир такой? Каждый день опасности и проблемы!

- Стас! – закричала я, осознавая, что уже переворачиваю содержимое сундуков и шкафа, в бессмысленной надежде найти брата. Чердак также оказался пуст. От бессилия ударила кулаком об стену.

- Его нет, - констатировал факт Ганиль, который также исследовал наш с братом маленький дом. Будто я что-то могла упустить. Бессилие душило. Потерять единственного родного человека казалось невозможным. Вина душила, однако тут взгляд на заплаканную Лейлу, которую до этого момента я игнорировала.

- Вижу. Где мой брат? - вцепилась в плечи девушки, хотя хотелось в волосы. Слезы градом катились по ее красивому лицу. Нельзя так красиво плакать, когда искренне сожалеешь о чем-то. Станиславский был бы ней недоволен, однако ничего не могла предъявить Русалке. Я сама оставила на нее своего брата. Сама ушла к Перуну. Беспокойство, злость, отчаяние терзали мою душу.

- Он убежал, тебя искать... Он не послушал меня... – несвязно лепетала девушка, опустив свой взгляд.

- Конечно, не послушал он же ребенок. Куда он убежал? В какую сторону? – крикнула на нее я.

- Не знаю... - продолжала она рыдать. Мне хотелось ударить Лейлу, а лучше сжечь. Мои руки охватило синее пламя. Русалка вздрогнула и закричала, с ужасом посмотрела на меня. В кого я превращаюсь здесь? Не могу контролировать себя. На мои плечи легли тяжелые мужские руки. Обернулась и поняла, что рыдаю сама. Отпустила девушку.

- Успокойся. Это не поможет ему. Убери эмоции. Сейчас они все портят, - спокойно проговорил парень, немного надавливая на плечи. – Это огонь тобой руководит, а должно быть наоборот. Мы найдем Стаса.

- Стас сбежал, - повторяла, как заведенная Лейла, обхватив себя руками. Ожегов не было, кожа Русалки была чистой. Пострадала лишь часть рукавов. Попыталась себя успокоить. Малыш сбежал из дома, не захотел слушать эту девушку. Наверное, сейчас он очень расстроенный и ему страшно. Понятия не имею, куда ребенок мог побежать. Один сплошной лес и луга, однако, до них еще добраться надо.

- Я иду на его поиски! - твердо сказала я. – Так только теряю время на бессмысленные беседы.

- Я с тобой! - схватил меня за руку Ганиль.

- Ты, что меня преследуешь? Это мой брат. Моя ошибка, что я оставила его на чужого человека! Сейчас не время выяснять отношение! - говорила я, забирая свою руку. Лейла вскинула на меня свой сердитый взгляд, но потом снова опустила глаза. Однако губу что-то шептали, но ничего не смогла расслышать.

- После инициации колдунья плохо контролирует себя эмоционально. К тому же вдвоем у нас больше шансов найти малыша. Тебе сейчас нужна моя помощь. Я иду искать с тобой! – как маленькому ребенку объяснил мне Ганиль. Признавая правоту парня, перестала спорить. Поэтому просто двинулась в сторону леса, позади себя услышала ровные шаги Ганиля.

- Я с вами! - услышала я голос Русалки, что осталась позади. Пламя снова полыхнуло по моим рукам, будто ожидая команды к действию.

- Для твоего блага лучше исчезнуть из этого дома сейчас же, - сквозь зубы сказал Ганиль, не оборачиваясь к девушке. Парень продолжил идти вперед. Обогнал меня. В его глазах плясал зеленый огонь, что от удивления мой собственный погас. Такое ощущение, будто он отзеркаливал любые мои эмоции. Лейла сникла и резко побледнела, а через секунду исчезла. Я ускорила шаг, пытаясь догнать парня, который достаточно далеко ушел от меня. Поравнявшись, услышала вопрос. - Ты что что-то заметила странное?

- Да. Стас мог покричать, но не больше. Сбегать бы не стал. Что-то тут не так. И еще ее злой взгляд, - последнее я произнесла едва слышно, но Ганиль меня услышал и кивнул. – Хотя, наверное, мне показалось.

- Действительно странно. Не думаю, что ты ошиблась. Есть моменты, которые настораживают, вопрос только зачем ей это все? - сказал он, заглядывая в рощу - Стас! Стас!

- Ты мне веришь?

- А почему должен не верить? Не волнуйся. Я совсем разберусь, только Стаса найдем, – сказал мне парень и снова взял за руку.

-Ты хотел сказать, мы разберемся? И что у тебя за глупая привычка постоянно меня касаться?

- Нет, я сказал то, что хотел. Глупая привычка сбегать и всего бояться у тебя, но меня это устраивает. Всегда смогу защитить тебя, - говорил он, пока мы обходили рожу и зашли в сосновый лес. Сердце сжималось от страха за малыша. Его нигде не было видно. Одни филины и тишина, от которой становится жутко. Ганиль тихо поглаживал мою руку, напоминая, что рядом со мной. Лицо парня было мрачным, впрочем, как и мое собственное. – Знаешь, у нас было много времени научиться сражаться в бою. Древние боги не просто так считались жестокими. Мы не просто посылали людей на смерть, а сами и обучали этому искусству. Даже самый светлый бог не менее опасный в бою, чем Чорнобог.

- Значит, не отступишься просто так? Неужели не понимаешь проблемы? Или для тебя это тоже игра? Вот только мы со Стасом не игрушки. Стас! – закричала я в тишину, теряя терпение.

- Нет, играешь здесь только ты, - как неразумному ребенку ответил Ганиль, но руку сжал сильнее. Будто боялся, что сбегу. – Я всегда буду рядом, вопреки всем твоим страхам. Однажды ты просто поймешь это и примешь.

- Привет, вам чем-то помочь? – услышала знакомый голос позади нас. Это был Услад. В любое другое время мне бы захотелось избавиться общества этого бога. Однако теперь мы могли бы увеличить радиус поиска брата, разделившись. Ганиль не был рад внезапному появлению нового участника наших поисков. Это было написано у него на лице. Если со мной парень казался сдержанным, то сейчас голубые глаза были наполнены гневом.

- Да. Брат сбежал.

- Я тебе помогу его найти! – попытался ко мне прикоснуться Услад. Однако я тут же оказалась за спиной Ганиля.

- Думаю, мы сможем справиться и без твоей помощи. Тебе лучше не мешать нам.

- Кто ты такой, чтобы указывать мне?

- Так, мы уже осмелели! Не ожидал!

- Хватит вам! Сейчас не до ваших разборок! Устроили детский сад. Попросила, как людей помочь, вот только забыла, что передо мной не люди, - разозлилась я. - Если вы хотите спорить, то это без меня

Ушла, не оборачиваясь, оставив позади Ганила и Услада. Расширила радиус поиска, называется, глупая. Говорила же прабабка Марфа «не верь никому». Но мне захотелось верить: «Я защищу тебя», «Я не предам тебя». Слова Ганиля все еще звучали у меня в голове. Верить, мне тоже хотелось верить, особенно в такой плачевной ситуации. Нет, ему хотелось верить в любой ситуации. Вот так просто это понимаешь, когда идешь и не смотришь на дорогу. Осознала, что заблудилась сама. Осмотревшись вокруг, случайно на кого-то наткнулась. Это была девушка. Присмотревшись, поняла, что это Мавка, которая напала на моего брата в прошлый раз. Сейчас поняла свою беспечность, но меня тут же кто-то заслонил собой. Подняв глаза, увидела светлую голову Ганиля, в руках, которого горел зеленый огонь.

- Не нужно бояться меня. Не враг я вам, - удивленно, глядя на руки парня, проговорила Мавка. – Не думала, что когда-то увижу колдовской огонь в руках бога.

- Где Стас? Что ты с ним сделала? – спросила я.

- Ничего!

- А в прошлый раз тоже ничего? - съязвила я.

- Вчера специально выбралась на опушку, чтоб никого не тревожить. Кто ж знал, что вы решите послушать мое пение? – упрекнула меня Мавка, но Ганиль стоял и не шевелился. Огонь все также пылал, будто показывая, что защитит меня в любой момент. Девушка глубоко вздохнула и продолжила диалог. – Мне нет дела до местных интриг.

- Не обижайся, но ведь ты же единственная кто уже сделала малышу плохо.

- Не единственная, просто самая очевидная по твоему мнению - девушка смотрела прямо мне в глаза.

- С таким взглядом не лгут, - впервые за это время заговорил Ганиль и огонь исчез с его рук.

- Как же мне найти Стаса? – выдала единственно важный сейчас вопрос я.

- Думаю, для тебя это не составит труда. Тебе надо подумать о нем. Почувствовать брата. Вы же родная кровь. В этом мире нет ничего ценнее крови. В ней сила и ответы на любые вопросы. Сконцентрируйся! Призови брата!

Посмотрела на Ганиля, тот едва заметно кивнул, и я тут же ухватилась за эту «соломинку». Кровь не водица. Она все знает. Закрываю глаза, пропускаю через себя свой страх, отрекаясь от него. Отпускаю свою боль, беспомощность, все лишние эмоции. Все, что мешает, отпускаю. Чувствую, как кровь струится по жилам. Чувствую биение своего сердца: «Вернись ко мне, Стас. Вернись. Я жду тебя. Не оставляй меня одну, мой маленький храбный воин! Приди ко мне!» - тихо шепчу я. Открываю глаза, но ничего не произошло. Мы стоим какое-то мгновение втроем. Тишина. Все молчат. Никто не ожидал, что ничего не произойдет. На глаза наворачиваются слезы, падаю на колени. За шаг до истерики.

- Натась, Натась! Я так боялся! – обнимают меня за шею маленькие ручки брата. Хватаю его в охапку, не веря своему счастью. Мой хороший, мой маленький. Живой. По щекам текут слезы, смотрю на Ганиля. Он улыбается искренней , счастливой улыбкой. Мы его нашли. Шепчу «спасибо». Парень кивает своей светлой головой. Только теперь пришло осознание того, что все внезапно закончилось. Однако повисший на мне Стас, все не унимался и продолжал говорить. - Это Лейла плохая. Она отдала меня какому-то глязному гномику, а я сбежал от него.

- Стас, давай это обсудим завтра, - предложил Ганиль, потрепав ребенка по волосам. – Видишь, твоя сестра и так держится из последних сил, чтобы не зарыдать. Мужчина должен уметь понимать, когда надо что-то говорить, а когда следует промолчать. Хуже ведь будет.

Малыш серьезно кивнул парню, будто принял во внимание его слова, и зарылся в мои волосы. Стало тепло и уютно на душе, что я даже забыла о том, что сижу на земле. Главное, что целый и живой. Со всем разберемся. Все решим, а потом вернемся домой.

- Так вставайте с земли, - заворчала Мавка, хотя ее губы тоже подрагивали в улыбке. – Меня зовут Ярыной, можно просто Яра. Надеюсь, больше никаких проблем у вас ко мне нет?

- Первое мнение обманчиво, но поживем – увидим,- улыбнулась я девушке. Ее взгляд подобрел. Ганиль взял на руки малыша, тот был слишком уставшим, чтобы спорить. Они пошли немного вперед, пока я немного замешкалась. – Меня зовут Натали. Спасибо за брата и за подсказку, - сказала и уже собиралась уходить вслед за своими мужчинами, как меня остановил голос Мавки.

- Да, не за что. Ты только внимательно выслушай брата. Лейла не так проста, как кажется! -хотела перебить девушку, но, посмотрев на Стаса и Ганила, которые отдалялись от меня медленно. Решила послушать - Она безумно любила власть. Лейла была фавориткой Перуна, но потом влюбилась в Ганиля, - указала Мавка, на удаляющегося парня. – Он не ответил ей взаимностью. Упрямый. Хотя теперь понимаю почему. У каждого своя судьба и свое предназначение. Однако Русалка угрожала отобрать у него самое ценное, что будет. Но Ганиль ей не поверил. Да, и ценного у него тогда ничего не было. До этого момента.

- Что сейчас изменилось? - спросила я.

- Спроси у него сама, однако богам не доступны силы смертных без причины. Тем более колдовской огонь. Это часть души, - тихо сказала Яра, глядя мне в глаза. От этого по спине прошелся табун «мурашек». – За такое можно все отдать и не пожалеть.

- Невозможно, чтобы бог влюбился в смертную, - повторила свою мантру я.

- Невозможно попасть в другой мир, но ты же здесь? – ответила мне девушка, поправляя свои черные длинные волосы. – Вот только, что с этим делать решать вам самим. Любовь – это больший дар, чем бессмертие. Сильнее, чем магия. Светлее, чем самый ясный день. Слушай свое сердце. Оно не лжет. Теперь иди, а то потеряешься в наших лесах без своих мужчин.

- Возможно, ты права. До встречи, - пожелала я Мавке и убежала вслед за Стасом и Ганилем, пока они не скрылись с моего поля зрения.

- До встречи. – ответила она мне. – Запомни, нет ничего, что было бы сильнее любви. Иногда нужно просто верить, вопреки всему.

- Хорошо запомню, - оглянулась я, но Ярыны уже не было. Своих мужчин я догнала быстро. Ганиль показал мне, что малыш мирно уснул на его руках. Стас удобно устроился на руках у парня. Главное, что нашелся.

- Как ты?

- Легче, - ответила на вопрос Ганиля. Он легко ориентировался в пространстве в отличие от меня, что вскоре показалась знакомая тропинка. Говорить было неловко. Не ожидала, что он пойдет за мной. – Спасибо, что рядом.

- Всегда, пожалуйста.

- Лейла влюблена в тебя, - снова заговорила я. Подобные темы для разговора не были моей сильной стороной. Впрочем, говорить о чувствах другой девушки, парню, который нравится тебе – сложнее вдвойне. Нравится – это факт. Таких эмоций не испытывала ни с кем до него. Не было желания спрятаться хоть у кого-то за спиной и позволить защищать. Даже желания верить не возникало. Иду рядом с ним, чувствую запах Ганиля и в какой-то момент, понимаю, что стараюсь вдыхать именно его.

- Скорее всего, да. Разве это важно? – удивился он.

- Такой умный и сильный, а женскую логику понять не можешь, - вздыхаю я, улыбаюсь. В душе покой, когда он вот так идет рядом. Даже брат доверчиво спит на нем. – Отказ для девушки – это затаившаяся обида. Поэтому обиженная женщина хуже киллера. Месть становится не пустым звуком для нее, а жизненным смыслом.

- Ты хочешь, чтобы я обратил на нее внимание? – улыбаясь, спросил Ганиль, поправляя Стаса на своих руках. В этот момент я перестала дышать. К такому вопросу была не готова. Парень с улыбкой посмотрел на меня, будто читал все мои чувства, как открытую книгу. – Меня не интересует никто кроме тебя, так что против себя не пойду. Со всем остальным разберусь сам. Не стоит волноваться о чувствах. За которые ты не несешь ответственности. Будь рядом со мной.

- Мы разберемся вместе, раз ты решил помогать нам, - решила поправить парня, но тот лишь тихо рассмеялся и утвердительно кивнул. Избушка ожидала нас. Внутри горел свет. Усталость накатила полным ходом. Ноги стали ватными. Запах трав чувствовался все сильнее с каждым шагом, пока мы не достигли дверей.

- Где вы были? – набросился на нашу троицу Услад, стоило лишь переступить порог избушке. Ганиль смерил его пренебрежительным взглядом, будто таракана увидел. И пошел укладывать Стаса на печь. Укрыл малыша одеялом. После чего вернулся ко мне, также подхватил на руки, полностью игнорируя Услада. Тот стоял и трясся весь от негодования, гневно взирая на Ганиля, будто тот был врагом номер один. Я молчала, положив голову на грудь парня. Он посадил меня на лавку, а сам стал заваривать чай. Другой. Тот, который принесла Лейла парень выбросил сразу, перед этим поморщил нос.

- Мы нашли Стаса, - прервала молчание я. Жаль Услада. Взгляд опущенный, лицо все покраснело, будто его отчитывали, как ребенка. Его злость не понимала, но больно делать не хотела. – Вернулись домой. Кажется это все, что я сама знаю.

- Вот держи. Это поможет успокоить нервы, - сказал Ганиль, протягивая мне чашку с чаем. На мои плечи лег теплый плед, согревая.

- Это все, что вы можете мне сказать? – закипал Услад.

- Иди, проспись. Сейчас точно никто и ничто обсуждать не будет. Натали нужно отдохнуть, надеюсь, ты это понимаешь.

- Ты мне угрожаешь?

- Предупреждаю, - ответил Ганиль.

- Ты сам останешься здесь? – криво улыбнулся Услад, глядя на меня, но в тот момент дверь резко открылась на улицу. В следующее мгновение парень оказался на пороге. – Спокойной ночи вам.

Дверь захлопнулась. Я закрыла глаза, вдыхая аромат чая. Ганиль поцеловал меня в макушку.

- Ты слишком резок с ним, - едва проговорила. Стресс и потрясения делали свое дело. Голос сел. Парень молча забрал пустую чашку с моих рук. Потом подхватил на руки и уложил рядом с братом. Глаза закрывались.

- У каждого есть свой шанс на счастье. Я не собираюсь делиться своим ни с кем. Спи, я буду охранять ваш сон, - сказал он, целуя мои щеки, но сон уже накрыл с головой. Обняв сопящего под боком Стаса, мирно заснула.

Ганиль

Утро встретило меня ломотой в спине. Спать на лавке оказалось совершенно неудобно. Открыл глаза, сам не понимаю, как смог уснуть в эту ночь. Вдыхаю запах чужого дома. Пахнет травами и ней. Здесь все пропахло Натали. Улыбаюсь, не смотря на то, что ломит спину. Она рядом, от одной этой мысли становится легко. Рядом услышал шорох, резко встав, увидел Стаса. Тот тихо играл посреди светлице, боясь разбудить меня и сестру. Девушка все также спала на печи, забавно время от времени морщив носик. Увидев, что я проснулся, мальчишка, приложив свой указательный палец к губам, как будто говорил: "Тихо!" Кивнув Стасу, поманил рукой его за собой на улицу. Тот минуту о чем-то размышляя, стоял, не двигаясь, но после кивнул на мое приглашение. Вышел следом.

- Натася спит. Устала. Ты что-то хотел?

- Расскажи, что было вчера в наше отсутствие – попросил ребенка. Мальчик снова застыл в нерешительности, будто обдумывая, стоит ли мне вообще доверять. Стас что-то искал на моем лице, внимательно вглядываясь в глаза. – Не причиню вам вреда. Я люблю твою сестру, поэтому хочу знать все, чтобы впоследствии мог защитить ее.

- Сложно тебе будет с ней. Сочувствую, - вздохнул малыш. Все же он был умнее своего возраста. Кивнул ему в ответ, будто говоря, что понимаю. Стас снова вздохнул, но принял решение рассказать мне все. В глазах ребенка горели упрямство и злость. - Пообещай, что защитишь ее? Обещай!

- Обещаю.

- Холошо, ласскажу. Когда я плоснулся, то вас уже не было, а лядом стояла та лусалка Лейла. Она сказала, что вы ушли и поплосили её за мной посмотлеть, а потом вышла. Пошел за ней. Мне ненлавятся люди с холодными глазами. Они живут со злом внутли. Это больно и плохо. Потом услышал, как она плосила кого-то спрятать меня. В комнату девушка зашла уже не одна, а с с гномом. Я успел забежать до того, как Лейла вошла. Гном был очень глязный и глаза тоже злые. Он что-то сказал, и я снова заснул. Плоснулся какой-то в пещеле, там было темно. Гном спал, поэтому убежал от него, а дальше внезапно увидел вас. Натася плакала.

- Молодец, что не испугался, - улыбнулся ребенку, но тот снова закрыл глаза, будто что-то вспоминая.

- Мужчина должен быть сильным или женщина будет плакать, - гордо вздернул подбородок Стас. Я подумал, что они сильно похожи с Натали. Оба упрямые, и стараются защитить друг друга насколько умеют. Малыш снова исследовал меня, кажется, подпускать в свой мир проблема для них двоих. Вот только мужская логика даже в юном возрасте подсказывает, когда один в поле не воин. Поэтому, чтобы защитить сестру Стас рассказывает то, что считает важным. - Лейла говолила с гномом о каком-то "квадинце". Что это?

- Кладинец - это волшебный меч. Он служит только добру, и тот, кто имеет его становиться самым сильным человеком. Вот только человек с чистой душой и сердцем может его получить, а таких нет. Во всяком случае, я не знаю никого, кто жил бы без грязных мыслей и без зла в сердце. В каждом есть что-то плохое. Зачем он Лейле?

- Не знаю, - пожал плечами ребенок.

- Сегодня сообщим твоей сестре, что нам нужно найти этот меч. Раз его ищет Лейла, значит, знает, как его можно получить. Мы тоже сможем, - малыш вопросительно посмотрел на меня. - Он нам действительно нужен. Меч подчиниться либо тебе, либо Натали. Человек с чистым сердцем может его использовать, но точно не древний бог. У нас давно руки в крови людей, пропитанные жестокими ритуалами и боями.

-Это больно, жить, чувствуя вину, - серьезно сказал Стас и обнял меня. Стало грустно. Он прав – это больно и жизнью подобное существование сложно назвать. Смотря на этих двоих, вдруг осознаешь свою испорченность. Такое ощущение, что их сюда призвали, чтобы измазать в грязи и крови, которой пропитана наша жизнь. Натали самое ценное и светлое, что есть в моей жизни. Я эгоист. Не отпущу свое сокровище, свой свет. Не дам обидеть. Откажусь от всего, что мешает нам быть вместе. Переверну все вокруг, чтобы она смеялась. Не хочу больше видеть страх и потерянность в ее глазах. Как можно жить без своего воздуха и света? Без нее я вижу лишь беспросветную тьму, внутри собственной тюрьмы из прошлого.

- Больно, Стас, очень больно чувствовать вину.

- Мы тебя плинимаем, таким какой ты есть. Важно, что ты сейчас с нами и на нашей столоне. Остальное неважно. Натася думает также, я ее знаю, - сказал малыш, погладив меня по голове. Внезапно стало легче. Груз прошлых лет, будто спал с моих плеч.

- Лейла захочет пойти с нами, - продолжил я прошлый разговор. Стас удивленно посмотрел на меня, будто не ожидал, что такое предложу. – Держи друзей близко, врагов и того ближе. Она все равно придет к нам сегодня. И последует за нами. Лучше пусть мы сами каждый день сможем видеть Лейлу, чтобы понимать ее действия.

- Да, согласен,- кивнул Стас.

- Вот и хорошо! - потрепал я мальчишку по голове. Прежде я даже не задумывался, что к кому-то смогу ощущать теплые чувства, которые испытывал к этому ребенку и его сестре. Наше прошлое состояло из битв. Славяне постоянно воевали. Земля была пропитана кровью и людей, и животных. Не было ни одного бога, которому не приносили жертвы кровью своей или чужой. Это было неважно. Тяжелые временазакаляют, но лишают чувств и эмоций, оставляя после себя пустоту. Иногда мы сами спускались на землю, помогая тем, кто поклонялся нам в битвах. Иногда единственно выжившим на поле боя оставался именно бессмертный бог, глядя на горы трупов из приспешников и их врагов. Мы больше никому не верили, не чувствовали, не жили. Даже то, что нас забыли, те, кто поклонялся, было воспринято спокойно. Мы прижились в этом мире насколько смогли. Все казалось бессмысленно до того момента, как темноволосое чудо открыло передо мной дверь. Чувства пронзили резко, лишая способности здраво мыслить. Теперь хотелось лишь быть рядом, любить и оберегать ее.

- Стас, что ты здесь делаешь? - пришла к нам сонная Натали. Девушка морщила носик и терла глаза. Одежда была смята, а волосы спутаны и немного влажные от пота. Такая маленькая, хрупкая и беззащитная, что хотелось встать обнять, поцеловать и спрятать от целого мира. В душе становилось тепло от одного взгляда на нее. Огонь в крови, разбушевался, увидев ту, без кого нельзя жить. Колдовской огонь, которым владеют только истинные пары. Души связанные навек. Натали приоткрыла свои глаза, глядя на брата и меня. Улыбнулась, потом потрепала нас по волосам. – Ганиль, доброе утро! Я только проснулась, а вы тут уже секретничаете без меня. Не стыдно? Голодные?

- Да, но приготовлю я лучше сам. Иди пока окунись в речке, а мы со Стасом сейчас накроем на стол. Да? - спросил я, обращаясь к малышу. Тот в ответ гордо кивнул, будто кухонная утварь для него была полем боя.

- Нет, брат идет со мной. Нам нужно помыться, только, вторую рубашку захвачу, - улыбнулась Натали, поманив за собой брата. Внезапно оглянулась, осмотрев с ног до головы меня, рассмеялась и озорно показала язык. – Иногда ты такой идеальный, что хочется расцеловать.

- Хорошо, можешь исполнить свое желание! Я только за! - все, что успел сказать я. Девушка быстро подбежала ко мне и поцеловала в щеку, а через секунду снова убежала, подхватив на руки брата. Шалость удалась. Я стоял, улыбаясь, глядя в след ей. Захотелось тоже окунуться в речке. Жизнь набирала краски и обороты. Никогда не думал, что ради чьей-то улыбки захочется изменить все вокруг. Убрать предрассудки. Исполнить желания. Защитить и оберегать от всего и всегда. Это новое чувство с каждым часом все крепло во мне, даря счастье. Хотелось ли взаимности? Да, но это не стояло на первом месте. Все, что касалось ее, было в десятки раз важнее самого себя.

Многие века не раз задумывался о том, кого хотел бы видеть рядом с собой. Ответа не было. Внутри образовалась пустота, которую сначала заполняли люди, которые поклонялись мне. После забытья легче не стало. Пустота все росла и росла, поглощая эмоции и жажду жизни. День сменялся за днем, но ничего не происходило. С этими мыслями я принялся за готовку еды. Пользоваться своей силой не хотелось. Вспомнил те времена, когда во время осады или боя жили в полевых условиях. Дикое время. Боги спускались к обычным людям, чтобы с ними чувствовать себя живыми. Все же место, где пересекается жизнь и смерть прекрасно, будто сама суть бытия. Нам бессмертным всегда не хватало подобного, когда есть ради чего жить и бороться. Таким диким способом мы боролись с бесчувственностью и апатией внутри нас. Не помогало. Сейчас пустота исчезла, стоило Натали ворваться в мою жизнь. Эмоции переполняли меня.

Впервые хотелось спалить все, что может навредить ей или причинить боль. Так и получилось на встрече с Перуном. Стало противно оттого, на что обрекли людей ради собственного эгоизма, те, кого считал семьей. Меня тоже обрекли и всех, кто пойдет следом за нами. Разве это семья? Нет, все мы трясемся за собственные шкуры и жизни, будто они что-то стоят. Взгляд Перуна был наполнен ненавистью тогда, когда в моем огне пылал его дом и устои. Что ж, это взаимно. Огонь разгорелся в моих жилах. Спалить все и всех, кто хочет принести несчастья Натали. Попытался успокоиться, но огонь противится и жжет. Колдовской огонь. Легенда об истинной паре нашего мира. Где любовь сильнее смерти. Где души смогут найти друг друга в любом из миров.Души связанные красной нитью судьбы, закаленные в боли, предательствах и несчастьях. Нашедшие свой путь к друг другу. Легенда, что горела и текла по моим жилам. Дар, который нельзя потерять. Улыбнулся. Посмотрел на незамысловатый завтрак, который почти приготовил. Оказывается, не растерял навыки за столько времени.

Мыслями вернулся к нынешним проблемам. Лейла и Перун, что же вы задумали? Хороший вопрос, но кроме как сказать, что ничего хорошего больше не могу. Мало информации. Держи друзей близко, а врагов и того ближе. Стоит понаблюдать за ними. Скорее всего, Лейла пойдет с нами в любое путешествие, а точнее искать меч Кладинец. Его стоит поискать. Или создать, если такого меча нет. Проблем, возможно, меч не решит всех, но добавит нужной недостающей информации. Еще одна легенда, которая может стать реальностью.

На встрече Перун не сказал ни слова правды, но делиться с Натали об этом не хотел. Рано. Всего лишь мое предположение. Но думаю, девушка уже сама сделала приблизительно такие же выводы. Сама ведь сказала, что напоминает указание «пойди туда, не знаю куда, принеси то, не знаю что». Чорнобог и Мара – идеальная пара, дополняющая друг друга. Их также связали когда-то нити судьбы. Поэтому власть безразлична этим богам. Своих владений хватает. Однако кем-то стоит прикрывать злодеяния, которые собираешься совершить, правда, Перун? И лучше для этой роли подойдут два темных бога. И все же какая цель всего происходящего? Отличный вопрос без ответа, как и многие другие. Нужно поиграть в эту игру, затеянную теми, кто поспособствовал появлению здесь Натали и Стаса. По их правилам, пока это единственный способ узнать правду. Надеюсь, поздно не будет.

- Ты, оказывается, скрываешь много талантов, Ганиль, - услышал я из-за плеча голос девушки, которая быстро села на лавочку и рассматривала меня. Стас последовал примеру сестры и ожидал, когда я накрою на стол. С волос девушки стекала вода. Она плохо их выжала или просто оставила влажными, но от этого одежда пропиталась водой, показывая очертания молодого тела. Дышать стало тяжелее.

- Твоей маме зять нужен? – решил пошутить, ставя яства на стол, которые тут же стал накладывать себе на тарелку мальчишка. Проголодался, значит наплавались.

- Может и нужен, но она пока не жаловалась на это, - улыбнулась Натали, надкусывая яблоко. Сейчас ей было спокойно и хорошо, что даже забыла о тех недавних событиях. Нет, не забыла, наверное, пока не хотела прерывать момент покоя и счастья. – Готовишь замечательно, - зажмурившись от удовольствия прокомментировала девушка, потом посмотрела на мою пустую тарелку и тоже насыпала каши. – За столом едят все, иначе какое это удовольствие сидеть одиноко с пустой тарелкой? Радость надо разделять всем вместе. Даже если это просто завтрак.

- Мы сейчас выглядим, как семья, - рассмеялся Стас, наполняя свою тарелку новой порцией каши. Быстро закончив с ней, ребенок потянулся к блинам, которые стояли недалеко от него. Растущий организм

- Согласен.

- Мне не хочется пока ничего решать или что-то делать, - сказала Натали, глядя мне в глаза. Должно быть, мои мысли в каком-то смысле видны не вооруженным взглядом. – Сегодня первое хорошее утро в этом мире, не хочу его портить и думать о плохом. Давайте дня два побудем одни, чтобы никто нас не тревожил. Вот так просто вместе. Ганиль, готовить будешь ты, - проинформировала меня девушка, отбирая с рук мой блин. – У тебя это получается волшебно. Мыть посуду так и быть я, а с игрушками справится Стас. Погуляем по лесу рядом с домом. Походим на речку. Пожарим мясо. Всего лишь два дня, а потом сделаем то, что от нас ждут. Разве плохо желать пожить хоть немного счастливо и без проблем?

- Хорошее желание, - улыбнулся я ей, но повторил маневр с блином. Теперь в руках Натали стало пусто, но не долго думаю, девушка взяла новый. – Нельзя постоянно чего-то боятся и всех подозревать. Думаю, отдых пойдет вам со Стасом на пользу.

- Я тоже согласен, - кивнул мальчик, закинув последний блин себе в рот, убежал играть в игрушки. Мы остались одни, погрузив комнату в молчание. Ели тихо, будто боялись спугнуть тихое счастье. Потом посуду собрала Натали, призвав в себе воду, перемыла всю. Разложили тарелки на место, после чего вышли на крыльцо, посмотреть, как Стас играет с игрушками. Приобняв девушку за плечи, наслаждался биением сердца и тишиной вокруг. Лишь птицы пели свои песни на деревьях, и слышался смех ребенка. Это единственное, что нарушало тишину, но мы стояли, не шелохнувшись, проживая это мгновение.

- Останься с нами на эти два дня, - попросила Натали, спустя какое-то время, сжав свою руку в кулак на моей груди. – Не уходи. Не оставляй нас одних.

- Не уйду, - накрыл ее руку своей рукой. – Я всегда буду рядом. Сейчас поставлю барьер, который заставит любого, кто захочет потревожить нас, плутать в окрестностях. Так легче?

- Да, спасибо, - сказала девушка и потянулась за поцелуем. Губы нерешительно дотронулись до моих, а я закрыл нас от внешнего мира. Стало мало ее, будто губы Натали стали моим воздухом. Огонь укутал нас двоих, наслаждаясь этой мирной минутой близости. Запустил пальцы в мягкие влажные волосы девушки. Она откинула голову назад, глядя мне в глаза, погладила по щеке. Наклонился к шее, вдохнул ее запах пряных трав.

- Как же долго я тебя ждал, - тихо прошептал вслух.

- А долго ли? – удивилась Натали.

- Дольше, чем ты можешь представить себе, - ответил девушке, барьер полностью работал. Теперь у нас было пару дней для сказки, в которой жили только трое.

Глава 6

Глава 6

Два свободных дня прошли незаметно. Наполненные солнцем и счастьем. Тихие вечера втроем, слушая потрескивание дров в печке. Утренние и вечерние купания в реке. Милые семейные завтраки, обеды и ужины. Совместная охота на дичь. Все было наполнено счастьем вдали от всех. Я не спрашивала, а Ганиль не говорил, пытались ли пробиться к нам или же на время оставили в покое. Было все равно. Время остановилось для нас троих. Иногда грусть по дому посещала меня, напоминая, что это место чужое и моим не будет никогда. Однако смотря, как Ганиль обучает Стаса азами рукопашного боя – сердце невольно сжималось в груди. В такие минуты хотелось попросить время остановиться и оставить нас навсегда в покое. Но время неустанно шло вперед, напоминая о том, что наш отдых не вечен. Закрывая глаза, чтобы уснуть в последний наш свободный день, я грустно улыбнулась. В тот же момент почувствовала, как Ганиль целует меня в уголок моей улыбки. Стас обнимал крепко под боком и что-то шептал во все. Стало тепло на душе. Если бы так можно было бы остаться навсегда, но нельзя. Сказка всегда имеет конец.

Новое утро началось со стука в дверь. Открыв глаза, поняла, что нахожусь в избушке одна. Наверное, Стас и Ганиль ушли на свои утренние занятия рукопашного боя. Решили меня не будить, но стук в дверь продолжился. Кто-то решил не жалеть мое право выспаться с утра. Настроение стремилось к нулю и грозило вообще уйти в минус. Что ж, добро пожаловать в обычную жизнь. Никто не забыл о нашем существовании. Первым в списке смертников от моего плохого настроения оказался Услад. Интересно, где склад, в котором выдают мозги богам? Покажите мне дорогу. Парень стоял с букетом ромашек в руках и улыбался. В голове пронеслось, как видение с маминым выражением лица: «Дешево. Лучше бы вообще без цветов пришел, чем такое дарить девушке». Сейчас была согласна с мамой. Если тебе нравится девушка – придумай что-то более оригинальное. Однако Услад был точно не знаком с понятием оригинальность. Натянула улыбку вежливости, от чего мой нежданный гость повеселел.

- Доброе утро! Ты прекрасно выглядишь. Можно зайти? – воодушевленно проговорил парень, забыв вручить мне многострадальные цветы. Ромашки стало жаль, глядя на то, как он сжимал их. Услад резко зашел в светлицу. Его движения были резкими. Парень был высокого роста, но постоянно сутулился и казался ниже. Походка у него была странной. Будто рваная, но, тем не менее, стремительная. По сравнению с другими обитателями этого мира он не казался красавцем. До идеала ему было далеко. На бойца Услад также не был похож. Если все остальные боги были накаченные, подтянутые, что их можно было принять за воинов. То парень, казалось, кроме праздной жизни ничего и не видел. Легко краснел до кончиков ушей. Будто великовозрастный ребенок.

- Это мне? – указала на цветы, пока те не издали свой последний вздох. Зашел без моего предложения, нервничал, забыл отдать цветы, снова сильно покраснел – в этом весь Услад.

- Да, конечно, - протянул мне ромашки, осознал свою глупость, покраснел еще больше. Удивительно. – Ты прекрасно выглядишь. Пытался пробиться к тебе эти два дня, но лишь заблудился в лесу. Еще и звери постоянно шипели, пытались напасть на меня.

- То есть обычно я выгляжу плохо? – понимаю ребячество, но прийти в гости и с порога начать жаловаться, как минимум не вежливо. Тем более я с утра никого не звала.

- Нет, я хотел сказать другое. Ты всегда хорошо выглядишь и пахнешь, - при этих словах Услад, странно втянул в себя воздух. Захотелось пойти на речку. Помыться. Однако что-то в запахах моего дома не понравилось и парню. Он нахмурился резко и повернулся ко мне лицом. – С тобой все это время был Ганиль? Здесь чувствуется присутствие его крови.

- Я обязана отчитываться? – резко спросила, глядя на замешкавшегося парня. Он отрицательно помотал головой, но на мой вопрос обиделся. Прошел к лавке, сел и стал смотреть в окно, будто меня нет. Пожала плечами, я не нанималась всем нравиться. Закрыла дверь за своим внезапным гостем, как прямо в доме появилась Лейла. Она быстрым движением осмотрела помещение и казалась довольной, пока также как Услад не втянула в себя воздух. Скривилась. Если появление Услада для меня было неожиданностью, то девушку я ожидала. Исчезновение брата никогда не забуду, как и липкий страх беспомощности. Однако выяснять отношений с той, кто ни в чем не признается глупо. Остается только наблюдать и ждать ошибок с ее стороны.

- Привет, я не сильно рано? – повернулась ко мне Полевая Русалка, будто мы были лучшими подругами. Вот только проблема, у меня никогда не было подруг. Всю сознательную жизнь дружу с парнями. Но решила улыбнуться ей в ответ.

- Нет, как раз вовремя. Я только встала, - как можно радостней заверила девушку. Все же не одной ей играть такую милую роль. – Думаю, Ганиль и Стас скоро подойдут. Раннее утро – это их время на двоих. Ранние птички в отличие от меня.

- Ничего я сейчас заварю свой чай, и сонливость, как рукой снимет! - весело хлопнула в ладоши она, а Услад молча сел за стол и сделал себе один бокал вина. Все также недовольно, посматривая на меня.

- Не стоит, - услышала я сзади себя до боли знакомый голос. Стас налетел на меня, вцепившись руками в мою ночную рубашку. Лейла на секунду сникла, но вскоре вернулась к прежнему образу. Парень подошел и поцеловал меня в щеку, а малыш, забравшись на мои руки, повторил за ним. – Я сам приготовлю чай. Всем, - нажал парень, глядя на Услада. Щелчок и вино у того исчезло с рук. – Здесь ребенок, стоит воздержаться от пагубных привычек. Даже если это твоя повседневная обязанность.

- Хорошо, а я вчера к вам хотела зайти, но не запуталась в лесу. Как-то странно, - все еще улыбаясь, проговорила Лейла. Девушка медленно подходила, к готовящему чай Ганилю. Мы с братом сели напротив Услада, ожидая своего завтрака. – С каких пор ты готовишь без магии? И почему ты здесь?

- Я обязан перед тобой отчитываться? – вскинул свою светлую бровь парень, заставив девушку, пристыжено потупить взгляд. Однако Русалка быстро на меня гневно посмотрела. – Мы отдыхали и не желали никого видеть.

- Мы? – хором спросили Услад и Лейла.

- Да, именно так, - сказал парень, расставляя на стол чашки с ароматным чаем и блинами. Понял, что они мне нравятся. Улыбнулась. Настроение немного улучшилось. Стас вообще не обращал внимания на гостей, поэтому быстро принялся к поглощению лакомства. – Если есть еще какие-то вопросы, которые вас не касаются – советую их оставить при себе. Сейчас лучше приступить к еде и обсудить дела.

- Ты прав, - кивнула я. Эти двое все равно от нас не отстанут. Последуют везде чисто из своих соображений. Лейла тоже кивнула и приступила к еде. Услад демонстративно отодвинул от себя тарелку с блинами, но чай пил и зло смотрел на Ганиля. Русалка предпочитала улыбаться, но что-то недоброе повисло в воздухе рядом с ней.

Мы с Ганилем не обсуждали наши отношения эти дни отдыха, наслаждаясь, присутствием друг друга. Мне не хотелось поднимать эту тему, а он просто следовал моим желаниям. Легче было ничего не знать и не задавать вопросов. Его присутствие я чувствовала всегда. Иногда сидя рядом с ним, прислушивалась к дыханию и биению сердца парня. Это были только наши моменты, которые других не касались. Каким-то образом я привыкла к его тихой заботе. Понимала, что этот парень знал, что нужно делать. Поверила. Доверилась. Стало легче на душе. Стас всячески поддерживал меня в этом моем спокойствии. Был рад этому. Мы за нашу жизнь никогда не видели нашу маму в состоянии покоя. Она всегда боролась за право жить так, как хочет, и чтобы мы имели право выбора. Даже в браке мама не могла почувствовать покой до конца. Возможно, просто не тот мужчина был рядом с ней? Сильная женщина – это хорошо, но когда о тебе заботятся, отпадает нужда быть сильной. Ты не покоряешься, нет, а идешь рядом с тем, для кого ты ценнее всего.

- Лейла, сделай, чтобы эта посуда была чистой и вся стояла по местам, пожалуйста - сказал Ганиль, как только мы закончили с едой. И девушка щелкнула пальцами, после чегосразу же стало чисто. Завтрак оказался очень сытным. Один Услад недовольно посматривал на всех вокруг, однако молчал. Тяжело вздохнув, он посмотрел на меня и улыбнулся, будто пытаясь что-то сказать. Стас не понимаем, посмотрел на парня.

- Это кто? – спросил брат.

- Услад, - пожала плечами я, понимая, что это ничего не объясняет. – Я так понимаю, что он будет помогать нам в путешествиях.

- Мы куда-то идем? – этот вопрос Стас адресовал Ганилю.

Парень посмотрел на всю компанию, потом спокойно кивнул малышу, и начал рассказывать. Брат насупился, но настроился слушать все то, что будут говорить.

- Стоит начать с самого начала. У нас проблемы, - коротко охарактеризовал наши дела Ганиль. Лаконичность не его «конек». Стас непонимающе посмотрел на меня.

- Точнее из-за этого мира у нас проблемы, брат. И надо с чего-то начать, чтобы все же вернуться домой, - попыталась объяснить я, но получилось еще менее понятно, чем у парня.

- С чего начать? – задал вопрос Стас, глядя на Ганиля.

- С оружия. В ближайшее время нас ждет путешествие, за мечом-Кладенцом, - шокировал новостью Ганиль. Посмотрела на Стаса, тот совсем не выглядел удивленным. Значит, обсуждали это без меня во время рукопашного боя. Стало немного не по себе, но отложила в дальний ящик своего сознания эту деталь. Было не до обид или недопонимания. Потом в любом случае смогу расспросить.

- В "ближайшее время" это когда? И зачем нужен нам этот меч? – решила уточнить.

- Завтра или послезавтра. У нас больше нет времени задерживаться, иначе скоро Перун может послать тех, кто заставит нас выдвигаться в путь. Это сильнейший меч, который может решить проблемы с Темной стороной и проблемой, о которой говорил Перун. Есть вероятность того, что придется вязаться в бой, - ответил Ганиль, глядя мне прямо в глаза. Должно быть, парень давно об этом думал, поскольку сейчас говорил твердо. - По легенде меч хранит Хозяйка озера, где царит вечная зима и правит Зюзя. Меч сам себе выбирает хозяина и его судьбу. От хозяина зависит, какими силами будет обладать меч. Если это всего лишь легенда, нам придется его создать. Великий меч, давно покинувший людей и отвернувшийся от богов, вернется тогда, когда придет Великий человек. Чистый душой и благородный в своих помыслах.

- Но почему ты думаешь на нас? - серьезно спросила я, показывая на себя и на Стаса. - Ты же сам сказал, что это легенда. Значит, есть вариант того, что его не найти и не создать?

- Нет, это правда. В нашем мире все легенды, правда. Однако проблема заключается в том, что если его нет. Создать подобный меч будет очень сложно. Я пока не догадываюсь как, но об этом стоит подумать в том случае, если не найдем его, - после слов парня наступила гнетущая тишина. Каждый думал о чем-то своем. Повороты событий совсем не радовали. Меч, который должен существовать, но не факт, что он есть. Так же проблема в том, что ни Стас, ни я, возможно, не являемся его хозяевами. В довесок к этому, компания, сидящая с нами, не внушала доверия. С такими друзьями и врагов не надо. И все же Ганиль задал вопрос, которого все ждали.– Я так понимаю, вы идете с нами, раз пришли сегодня?

- Я иду, - как-то странно сказала Русалка, с тихим зловещим придыханием. Будто давно ждала этого вопроса. Глаза девушки полыхнули алым цветом, но кроме меня этого никто не заметил. Все посмотрели на растерянного Услада.

- Не знаю.

- Ты испугался, - констатировал факт Ганиль. По взгляду на парня, поняла, что от этого ему стало легче. Как гора с плеч. С одной стороны я его понимала. Услад, как старый чемодан без ручки. И выбросить жалко и с собой таскать тяжело. Плохо, так с моей стороны о нем думать. Однако ничего другого в голову не приходило. Вспомнился нелепый случай с моего мира, когда на каком-то балу обсуждали жену Пушкина, Наталию Гончарову. О ней говорили: «Красива!» и разводили руками. Больше добавить было нечего. Никаких других достоинств. Также и с Усладом, можно сказать хороший, но больше добавить нечего. Возможно, я его плохо знаю или все же это интуиция? Не знаю, но мои размышления прервал повеселевший Ганиль. - Что же от него ещё можно было ожидать?

- Когда выходим? – вскочил резко Услад, его будто подменили.

- Завтра, не вижу смысла задерживаться, - ответила я, а потом обратилась к Усладу. Все если выбирать между ним и Лейлой, лучше уж он. - Посмотришь за Стасом, а то мне надо собираться и набрать трав?

- Да, конечно! – радостно закивал парень и подскочил к брату, который тут же скорчил рожицу. Малыш был не в восторге от подобного моего решения и посмотрел на Ганиля. Тот в свою очередь подошел к ребенку, обнял и что-то прошептал на непонятном мне языке. Стас засветился весь ярким светом, который внезапно погас.

- Теперь ты защищен.

- Спасибо, - сказали в унисон я и брат.

- Лейла, ты тоже можешь идти собираться, - иногда вежливость – это тоже не про Ганиля. Я, конечно, была рада, чтобы русалки испарилась из моего дома, но так прямо не рисковала высказываться. В отличие от меня девушка воодушевилась. Будто ждала того момента, когда на нее обратят внимание.

- До встречи! Ганиль, ты идешь со мной? - обратилась русалка к парню. Он никак не отреагировал на её пристальный взгляд.

- Нет, я ещё тут помогу, - от его слов пробрала дрожь. Лейла внезапно исчезла. Только показалось, что перед этим глаза русалки снова светились алым цветом. Парень повернулся ко мне и твердо сказал. - Я иду с тобой!

- Хорошо, - согласилась я, и обратилась к Усладу. - Не забудь покормить моего брата.

- Не переживай, мы хорошо проведем время! - сказал он, с восторгом смотря на меня. Жаль парня, но жалость не лучший советник в любых делах.

- Спасибо, - внезапно обняла Услада. Потом также резко развернулась и вышла с дома. Ганиль последовал за мной. Шли, молча по уже хорошо знакомой лесной дороге. Молчание вошло в привычку на прогулках. Вот так и сейчас он взял меня за руку без слов. Сжал руку. Будто боялся, что сбегу от него. Молчание угнетало. Там где раньше чувствовалась легкость. Отдых прошел. Вернулись обычные будни, где я хочу домой и не смогу быть с ним. Было бы лучше, если бы все в этой жизни проживалось легко и просто. Без последствий. Но, увы, это не так. Жизнь всегда дает выбор, как поступить. Чаще всего тот, что нам не нравится.

- Стоило обойтись без объятий, - наконец проговорил парень, когда мы подходили к поляне.

- Ревнуешь?

- Нет, - подобный ответ меня задел. Тщеславие живет во мне. Попробовала выдернуть руку, но попытка не увенчалась успехом. Разозлилась. – Нет, смысла ревновать. Все же я уже давно не мальчик.

- Ты можешь мучить кого-то другого? Что за привычка меня присваивать?

- Нет, я уже выбрал тебя, - ответил Ганиль, будто на мне было большими буквами написано «Моя». Грустно. Не могу я быть его, даже если сильно захочу. Сколько живут люди, а сколько боги? И это самое минимальное различие между нами. Могу злиться на Лейлу, не любить и подозревать во всех интригах этого мира, но осознаю то, что она будет вечно молода. Сказки мне хотелось, романтики. Глупая, в следующий раз просто купи фильм на диске и смотри! Чем старше становлюсь, тем больше понимаю, что взрослые нуждаются в сказке больше, чем дети. Наверное, поэтому мне так и хочется видеть осуществления своих желаний, какими бы нереальными они не были. Мне тоже так хотелось, как Ганиль спокойно и трезво рассуждать обо всем. Быть уверенной в том, что делаю. Однако не получалось.

Мы пришли на поляну. Вольный, невесомый, как волшебный здешний воздух, дарил ощущение свободы. Словно у тебя внезапно вырастали крылья, и казалось, ты вот-вот взлетишь. Ветер приносил ароматом пропитанной солнцем листвы. Какое облегчение - отказаться от борьбы, к которой ты сам себя вечно принуждаешь, как спокойно стало на душе. В жизни мы всегда играем выдуманные роли, но не становимся от этого настоящими. Я принялась собирать травы, которых боялась там не встретить: мяту, дурман-траву, сон-траву и другие. Все это время Ганиль стоял, и что-то искал в небе.

- Давай я тебя помогу! - как-то спокойнее сказал он и недожидаясь ответа подошел ко мне. Сорвав траву, я обернулась к нему, а он притянул меня к себе и поцеловал. Страстно, доводя поцелуй до боли. Эта боль была желанна, будто только так и не иначе могло быть. Наказание за мои сомнения в нем и в себе. Наказание за то объятие Услада, за то, что не доверяла, за то, что хотела уйти и оттолкнуть. Поцелуй-наказание, поцелуй-привязка – все, о чем молчим, все чего боимся. Поцелуй наполненный холодом страха и пламенем надежды, той, которая горит до последнего. Стоит признаться самой себе, что сюда мы шли не за травами, а ради этого момента. Просто быть вместе. – Моя, только моя. Не отдам.

- Знаешь, не становись одержимым мной. Это больно, - прошептала я, гладя его по щеке. Голубые глаза с серебряным оттенком с нежностью смотрели на меня, будто уже опоздала со своей речью. – Не держи меня в тисках. Отпусти. У меня есть дом, семья, обязанности, люди, которых люблю. В конце концов, я человек. Однажды постарею, а ты нет. За мной придет смерть, а за тобой нет. Останешься один. Поэтому отпусти сейчас, пока есть возможность. Отпусти меня.

- Не могу, глупая. Уже поздно, - сказал Ганиль, зарываясь в мои волосы и вдыхая аромат кожи. По спине пробежались мурашки. – Так было изначально нужно. Все равно бы произошла наша встреча. Никогда не смог отпустить тебя. Никакие проблемы или препятствия этого не изменят. Ты пока этого не понимаешь и боишься, но я уже принял это. Не отпущу и всегда защищу. День за днем. Всегда. Теперь нам пора, - он щелкнул пальцами и нам в руки сгрузились все нужные лечебные травы. Будто все это время, именно их и собирали. – Теперь нужно вернуться домой, раз все выяснили.

- Ты просто не слушал меня, - обиженно ответила на высказывание парня.

- Нет, это не так, но сейчас это бесполезный спор. Все равно будет, так как надо, - улыбнулся загадочно Ганиль, снова взяв меня за руку.

На обратном пути молчать не удалось. Рассказывали свои воспоминания из жизни. Грустные и веселые – все, что казались яркими и запоминающимися. Будто вкладывали себе в головы такую нужную информацию друг о друге. Информацию, о которой обычно молчат, но вспоминают в определенные вечера наедине с собой. Вот так просто передо мной уже стоял не бог-пастух, который не знал трудностей в жизни. Передо мной стоял мужчина, способный защитить меня и все, что мне дорого. Подарить надежду, там, где я ее не видела. Не знаю, кого он видел перед собой, но часто ловила на себе задумчивый взгляд.

Вернулись мы поздно. Вошли в дом радостные. Услад огорчился. Он быстро распрощался со всеми и сказал, что в поход обязательно пойдет. Стас смотрел на нас как-то по-взрослому, думая о чем-то своем, но делиться мыслями не собирался. Брат кивнул Ганилю и быстро обнял меня. Хорошо, что рядом со мной был именно он. Одной быть сложно и одиноко. Это в книгах фэнтези героини такие сильные, все знают, все умеют, ничего не боятся и всегда начинают жить с нуля спокойно. На деле это не так. Когда выбивают почву из-под ног, лишают того, чем дорожил – то храбрости или покою тут нет места. Никто не заступиться, никто не прольет о тебе слезы, когда ты один. Все осознание того, что произошло, обрушается на тебя одну и храбриться нет смысла. Поэтому я рада, что не одна.

- Я покушал и вел себя холошо! – сказал Стас, преданно глядя в мои глаза. Да, и все же иногда бываю чисто по-человечески глупой. Вот сейчас младший брат спокойнее меня, а я с самого утра так и пробыла в ночной рубашке. Забыла переодеться, и никто ничего не сказал. - А ты с нами останешься? – прерывая мои размышления, обратился брат к Ганилю.

- Как скажет твоя сестра, - лукаво посмотрел на меня парень.

- Да, но если ты сейчас пойдешь спать, - щелкнула по носу младшего брата.

- Все я пошел, а ты остаешься! - сказал Стас и поцеловал меня в щеку. - Спокойной ночи!

- Спокойной ночи! - сказали вместе мы.

- Что будем делать? – спросил Ганиль, глядя на ловкие маневры Стаса, который забрался на печь.

- Для начала постелем тебе на полу, а потом ляжем спать. Я устала, - ответила, зевая. Сон уже так крепко закрался в моё сознание, что едва стояла на ногах.

- Это наказание за поцелуй? Раньше спал на лавке, - улыбнулся парень, будто понял мою маленькую месть. – Или спи, сам все сделаю! - он поцеловал меня снова, озорно улыбнулся. Я внезапно поняла, что не хочу с ним спорить. Позволила поднять и уложить себя на печь рядом с братом, который тихо посмеивался над глупыми взрослыми. Последнее, что через сон помню, как кто-то взял меня за руку. Никогда не думала, что все может быть так хорошо, во всяком случае, это только начало.

Утро всегда начинается внезапно. Кажется, что только несколько минут назад закрывала глаза, а вот уже и солнце светит в окно. Рядом посапывал Стас, который проспал тренировку. Малыш прижался ко мне сильнее, поцеловала в макушку. Его волосы пахли солнцем и молоком, а я поняла, что счастье есть. Особенно, когда кто-то просыпается рядом с тобой утром и засыпает ночью, делит завтраки, обеды и ужины. С кем можно поговорить и помолчать. Хорошо, когда есть брат. Все же одиночество не самая приятная вещь. Попыталась поискать взглядом Ганиля, но поняла, что в светлице не одна. За столом собралась вся компания вчерашних гостей и что-то обсуждала без нас с братом. В голове пронеслось: «Ничего тебя жизнь не учит. Нельзя верить никому здесь, иначе смерть». Сердце кольнуло глухой болью. Не хотелось верить в предательство того, кто нравился вопреки здравому смыслу. Больно. Кажется, всегда ждала какого-то подвоха с его стороны, и, тем не менее, совершенно не хотелось увидеть подобное. Привстала, ожидая момента, когда стоит вмешаться в разговор.

- Услад, насколько я помню у тебя по всему Вирею трактиры с комнатами для отдыха? – тихо спросил Ганиль, не замечая того, что я проснулась. Лейла не отводила от него глаз, а он в свою очередь это словно не замечал. Ревность - зеленоглазый монстр засел во мне. Хотелось что-то швырнуть в русалку, но если взглянуть на ситуацию трезво – я не имею на этого права. Все слова и действия этого парня по отношению ко мне и Стаса, можно было принять за обычную заботу. Или все же это нечто большее?

- Да, но это... – начал оправдываться Услад.

- Неважно для кого ты их придумал, они нам пригодятся для привала, - отрезал Ганиль, отмахнувшись от парня. Сложив руки на груди, он о чем-то задумался, а потом снова продолжил говорить. - Трактиры проходят, ни по всему пути так, что нам придется спать под открытым небом. Это неудобно для Стаса и Натали, вряд ли они к такому привыкли. Есть какие-то предложения для общего удобства?

- Шатры, - вмешалась в разговор я, подсаживаясь к ним за стол. Со вздохом отметила, что второй день хожу в ночной рубашке. Здесь быстро забывается понятие приличия по ненужности. – Думаю, понятие о походных шатрах сохранилось в вашей памяти. Учитывая магию, то их будет легко создать, как и удобства внутри. Поэтому не вижу какой-либо глубокой проблемы.

- Я могу спать и под открытым небом! - продолжала строить глазки Ганилю Лейла.

- Мы идем в поход,- сказал Стас, усаживаясь, ко мне на руки. Малыш сонно тер глазки своими кулачками и зевал. Сон еще не оставил ребенка, что казалось он снова уляжется спать прямо на мне.

- Согласен, - кивнул Ганиль, соглашаясь на мое предложение.

- Преимущество этого мира, что почти все вы можете получить с помощью магии, - сказала с какой-то обидой я. Иногда моему миру не хватало магии и чудес. Наверное, если взять общую картину моего мира, то можно вспомнить старую пословицу: с ножницами и дурак справиться может, но дурак с ножницами – к беде. Поэтому так и получается, что полностью без магии люди умудряются нанести друг другу много вреда, если бы развитие эволюции шло быстрее или же у нас появилась магия – скорее всего никто не выжил.

- Припасы тоже можно получить при помощи магии или же охоты, так что в этом случае переживать не о чем, - согласилась Лейла, и в ее руках появилось яблоко. Подтверждая мою теорию.

- Но мои трактиры, - снова попытался вмешаться в разговор Услад.

- Да, кстати, зачем вашему миру трактиры? Праздников у Перуна мало? – спросила я у Ганиля. Стас постарался получше умоститься на мне, но все же был больше, чем раньше и я зашипела на брата. Тот обезоруживающе мило улыбнулся, будто так и надо. Поняла, что стоит потерпеть, спорить бесполезно.

- Видишь ли, боги тоже путешествуют по собственному миру, а не постоянно находится в гостях у Перуна. Таким образом, за ночлег, еду и выпивку они расплачиваются какой-то маленькой частицей своей силой. Это увеличивает силу самого Услада, - спокойно объяснил парень. – Поэтому если брать, в общем, то он самый сильный из всех нас здесь собравшихся. Хотя, возможно, вы со Стасом будете посильнее, но истинной вашей силы мы не знаем.

- Услад так ты нечто вроде тайного Властелина этого мира? – подтрунила я над парнем, который с негодованием смотрел на Ганиля.

- По сути можно сказать, что из-за склонности сородичей к алкоголю и праздности жизни – они сами виноваты. Однако Перун все равно сильнее, все же боги чаще оставляют частицы силы именно у него, - не обращая на злой взгляд Услада, решил продолжить свое объяснение парень.

- Таким образом, я не вижу смысла, чем могут помешать Перуну и миру Чорнобог и Мара, если дела обстоят, так как ты говоришь, - задумалась я, обвела глазами всю компанию. Стас насторожившись, тоже осмотрел каждого. – Не спорю, любой мир делиться на добро и зло, но грань между ними мала, едва заметна. В тоже время Перун ведет праздную жизнь, а к Чоробогу и Маре не так часто кто-то и заглядывает. Если с этой стороны посмотреть на политику вашего мира, то темная сторона более слабая, чем светлая. Им не хватает частиц магии. Вопрос: в чем смысл нашего задания?

- В любом случае нам не понять задумки всесильных, поэтому следует делать то, что должны делать, - вмешалась в мои рассуждения Лейла и вышла из стола. Недолго думая девушка потянула за собой Услада. – Нам пора заканчивать этот бессмысленный разговор и выходить в дорогу.

Не скажу, что мы с братом радовались перспективе командного тона Лейлы, но темы для обсуждения, по сути, иссякли. Те темы, которые можно бы обсуждать при всех. Собрав какую-то сменную одежду, вышли налегке в дорогу. Было тяжело расставаться с домом. За это время я привыкла к нему. Здесь были радостные моменты нашей жизни, так и грустные. Здесь мы были в безопасности, пока не пересекали порог дома на улицу. Здесь жила наша родная кровь, которая вопреки законам метафизики могла защитить нас. Теперь мы вышли на неизвестный путь, опасный и непредсказуемый, который в несколько секунд показался мне совершенно бессмысленным. Вопрос оставался открытым, только с возвращением домой и лишь ради этого, я и пошла в путь. После утреннего разговора, шли в полной тишине. Никто не проронил ни слова. Так идут враги или люди, которые знают о том, что идут на смерть. Молча. Даже лес зловеще молчал. Стас время от времени перебирался на руки то ко мне, то к Ганилю, но парню приходилось его нести чаще, чем мне. Привыкли к друг другу они. Парень хорошо влиял на брата, тот становился взрослее и рассудительней. Дорога казалась однообразной и утомительной. Время от времени делали небольшой привал и Ганиль лечил наши со Стасом ноги, которые были покрыты царапинами и ссадинами из-за ходьбы босиком. Тогда у Перуна я спалила свою единственную обувь, а брат потерял обувь в пещере.

- Надо что-то сделать с вашими ногами, найти обувь здесь, - очередной раз повторил Ганиль, когда отпустил мою ногу. Кивнула. Это справедливое замечание, как всегда упускаю какую-то мелочь. Важную мелочь, а потом страдаем вместе с братом.

Пришли мы к первому трактиру Услада, только ночью. Устали все, даже бессмертные. Ганиль заставлял нас всех идти очень быстро, к тому же запрещал применять магию Лейле и Усладу. Они к такому повороту событий были не готовы, что, в конце концов, выглядели сейчас хуже меня и Стаса. Вернусь, обязательно скажу спасибо учителю физкультуры, который заставлял не халтурить на уроках. Да, в школе заставляли двигаться, а в универе пришло понятие халявы. Достаточно было заплатить, и нужная оценка стояла в зачетке без проблем. Теперь расплачивалась за это. Тело болело адски, после подобного марафона. Ног не чувствовала. Едва вошли в трактир, как мы с братом свалились на лавку, сильно напугав посетителей. Впрочем сейчас кроме духов разных мастей и Мавок, здесь никого не было. Все заправляли Домовые. Они лавировали между лавками, разнося напитки и еду, но с ужасам косясь в нашу сторону. Ганиль что-то сказал одному из них, тот побледнел и быстро скрылся в подсобке. Через секунду перед нами с братом поставили простую незамысловатую обувь. Домовой снова посмотрел на парня, а после этого испарился. Я даже не успела сказать «спасибо». Стас вовсе не реагировал на окружающий мир, засыпал. Лейла и Услад успели взять по какому-то напитку и молча, пили, боясь привлечь внимание командира нашего отряда. Наверное, сейчас не рады были, что ввязались в эту авантюру.

- Покажи дамам и ребенку их комнаты. Они устали и нуждаются в отдыхе. Также сооруди бочку с горячей водой, а потом принеси еды, - скомандовал Ганиль Домовому трактира, опередив, Услада, который забыл, что является здесь хозяином. Может парень и хотел возмутиться, но решительности ему не хватало. Подобные команды заставили меня по-другому посмотреть на парня, который стал близок мне за это время. Второсортный бог? Не сказала бы. Сильный, волевой, спокойный, рассудительный, порой самоуверенный, упрямый. Тот, кто может разговаривать на равных со всеми. Даже те, кто стоит выше него, принимают как равного, чувствуя опасность. Откуда такая сила воли у того, кто по легендам второсортный бог? Слабых никто не уважает.

- Как скажите, господин! - вежливо поклонился Домовой и указал нам следовать за ним. Ганиль и Услад остались внизу. Подхватила на руки Стаса, тот заснул сразу едва мы зашли в номер. Проснется очень голодным, но разбудить не смогла. Стало жалко брата, укрыла одеялом и поцеловала в щеку. Посреди комнаты стояло две огромных бочки с водой. Лейла, молча, мылась в одной из них. Мне ничего не оставалось, как последовать примеру Русалки. Горячая вода заставила скривиться от боли в мышцах, но облегчение пришло также быстро. Казалось, что растаю в этой воде. Только сейчас осознала, насколько сильно болело все тело. Хотелось плакать, но присутствие девушки не давало это сделать. Запах внезапно появившейся еды, пробудил желудок, который тут же подал воинственный сигнал. Лейла пошла, есть первая, не проронив ни слова. Мы не были друзьями, теперь «стена», отделяющая нас друг от друга стала толще. Никто с нас не спешил ее разрушить. Так же без слов, закончив с едой, девушка вышла с комнаты. Я порадовалась тому, что взяла сменную одежду, когда выбралась с бочки. Оделась, поела, и сон сняло, как рукой в след с усталостью. Решила спуститься вниз, в надежде там увидеть кого-то из своей компании. Комнату закрыла на замок.

В зале никого не оказалось. Я стояла одна посреди шума. Здесь собрались все духи, Русалки и Мавки. Домовые громко смеялись, рассказывали истории шутки. С правого угла звучала живая музыка, казалось еще немного и все здесь пустятся в безумный танец. Недолго думая, вышла на улицу, подышать свежим воздухом. Ночь была тихая и ясная. Прохладный ветер колыхал мои влажные волосы. Звезды ярко виднелись на небе, будто какой-то чудак рассыпал бриллианты по собственной прихоти. Красиво. Решила немного пройтись, глядя на звездное небо. Из-за угла трактира был какой-то странный шум, и я пошла прямо на него. Кто-то вел разговор на повышенных тонах. Голоса показались мне знакомыми. Не ошиблась. Это были Ганиль и Лейла.

- Ганиль, пойми, мои чувства к тебе не утихли! Я всегда была рядом с тобой. Почему ты так холоден ко мне? - говорила Лейла, он видимо никак не отреагировал. После чего девушка зло зашипела. - Не заставляй меня делать ей больно! Ведь смертные такие хрупкие.

- Думаешь, сможешь противостоять мне? - с насмешкой спросил он. – Я помню, кем являюсь, а ты видно забыла. В любом виде остаюсь, тем, кем являюсь. Даже если сил стало меньше, все еще считаешь, что можешь навредить ей? – спросил парень, а в руках загорелся зеленый огонь. По лицу русалки прошла дрожь, резко побледнела, но упрямство снова взяло свое.

- Сделаю, если понадобится, и ты прекрасно знаешь кому. Однажды ты из-за своей самоуверенности пропустил тот удар. Значит, я покажу твою худшую сторону ей. Все закончится, не начавшись, - вдруг стало тихо. Решила выйти из своего убежища, но ровно через секунду пожалела об этом поступке. Боль пронзила сердце. Кажется, я слышала, как оно разбилось. Ганиль целовался с Лейлой. Мне безумно хотелось сильно покалечить их двоих, но он был не мой. Эта мысль отрезвила. «Не предам», «защищу», «я рядом», «верь мне» - не больше, чем простой набор букв. Не стоит подпускать ни к сердцу, ни к уму никого. Не верить в ложные надежды. Не стоит влюбляться в того, кто не посмотрит в твою сторону. Он был свободен и ничего мне не должен, скорее наоборот. От этих мыслей мне стало ещё больнее. Я влюбилась, поверила, подпустила близко к себе. Поверила. Теперь стою одна и трясусь, как осенний лист на ветру. В глазах нет слез, они текут в сердце, там, где еще пытается выжить вера. Глупое разбитое сердце, как и его хозяйка. Уйди, Наташа, уйди, не мучай себя. Ганиль отодвинул от себя Лейлу, которая скрылась, только увидев меня. Только улыбнулась так, будто я таракан на ее ботинке. Мы остались одни. Сейчас нас разделяло десять шагов, а на деле возникла пропасть. Не шевелюсь. Стою. Надо уйти, но не могу сдвинуться с места.

- Это не то о чем ты подумала! - стал оправдываться он. Однако я его не слышала. Мне было больно, горько и холодно. Ничего не ощущала. Все чувства и мысли пропали, все кроме одной - бежать и не осматриваться.

- Банальное оправдание своим поступкам. Придумай что-то получше, - безразлично сказала я. Сердце, разве можно болеть еще сильнее? Впусти пустоту. Не пытай меня. Замолчи. Он не мой, тогда почему так больно?

- Услышь ты меня, наконец. Все было подстроено давно. Я пока не могу всего рассказать. Верь мне, прошу, - подошел он резко ко мне. Тряхнул за плечи. Руки обжигали. Мы горели вдвоем в сине-зеленом огне. Пылали. Зачем нужно было давать надежду на то, чего нет? Зачем сейчас лгать мне в лицо?

- Совет вам да любовь, - сказала без каких-либо чувств и эмоций, они были лишними сейчас, ему в глаза. Его пальцы сдавили мои плечи сильнее. Поморщилась от боли, но вырваться сейчас бы не смогла.

- Ты все не так поняла! Что совсем меня не слушала? - взбесившись, закричал он на меня. Впервые видела такого злого и бессильного Ганиля. Будто почва уходила из-под его ног. Парень бессмысленно пытался достучаться до меня. Внутри стало пусто. Без боли, без слез, без эмоций – пустота поглотила все. Да, какое он имел право? Я снова вспыхнула от гнева, а он обхватил меня руками, что я не могла пошевелиться. Попыталась вырваться с его хватки, но он лишь прижал меня к себе, будто пытался присвоить себе. Впитать в себя. Уже не больно, уже никак.

- Дай, мне немного воздуха. Дышать трудно так, - ледяным голосом сказала, не пытаясь вырваться. Подняла голову и посмотрела парню в глаза. Там плескалась боль, будто у загнанного зверя. – Твоя вековая выдержка рушится на глазах. Отпусти. Не теряй достоинства. Я всего лишь смертный человек. Подумаешь, дал надежду на любовь? Как дал, так забрал – я не в обиде. Это было ожидаемо, - констатировала я факт. Побледнел. Смотрел так, будто не узнавал. Хватка ослабла, душать стало легче. Ганиль отпустил меня. - Мы же просто друзья. В прочем это абсолютно не то слово, которое характеризирует наши отношения. Скорее попутчики, союзники, товарищи по несчастью. Как-то так, не более.

- Дружелюбие не у нас в крови. Я убедился, что мы не друзья, друзья должны нравиться друг другу. Я тебя люблю, подобное определение уже не подпадает под понятие нравиться, - сказал Ганиль. Боль снова ворвалась в сердце, терзая его. Зачем же он так? Ведь держусь из последних сил. Однако в глазах парня видела такой же отпечаток боли, как и в своих собственных.

- Мне никогда не понравишься ты. Скажу больше: я тебя ненавижу, - отрезала я.

- Ненависть – это хорошо, - ухмыльнулся Ганиль. – Ненавидят только тез, кого любят. Все, что мне остается сделать – это заставить снова себя полюбить. Ты моя и только моя. Созданная для меня. Мой воздух. Моя жизнь. Мой мир. Единственная ради кого стоит жить, - спокойствие снова вернулось к парню. Огонь потух. Вокруг витал пепел. Передо мной снова стоял тот, кто в разы сильнее всех вокруг. Тот, кого я не знала. Тот, кто снова и снова заставлял сердце сжиматься от боли.

- Кто ты?

- Еще рано для этого вопроса, - снова спокойно ответил мне Ганиль. Он заправил мою темную прядь волос за ушко, погладил по щеке, едва касаясь кожи. От этой непроизвольной ласки захотелось закрыть глаза.

- Знаешь, я, кажется, нашла слово, которое характеризирует наши отношения. Мы друг другу никто! - он изменился в лице. Я увидела какую-то жестокость, резкость и отчаянье. Сейчас хотелось сделать также больно, как и он мне. Разрушить его почву под ногами, уверенность, забрать покой.

- Никто... - повторил он ледяным голосом. Мне, словно нож вонзили в сердце, от голоса Ганиля. Все же разбила его, о стену своего недоверия и не понимая. Этого же ведь желала? Боли для него желала. - Что ж правильная характеристика, как раз в твоем стиле. Слушать только себя! - он ушел не оглядываясь.

Я стояла и смотрела на него. Интересно, сколько сил надо потратить, чтобы стать счастливой? Горести и беды затягивают, словно в водоворот, попав в который сложно выбраться обратно. Чтобы вернуть счастливые дни надо принять единственное правильное решение - вернуться в тот момент, когда ещё было возможно всё сделать по-другому. Будет ли это счастьем? Я думаю, что да...Или же научится слышать того, кто пытается дотянуться до тебя? Какой вариант правильный? Не знаю, но очень хочу узнать. Не заметила, как дошла до своей комнаты. Стас все ещё спал. Но мои страдания прервал стук в дверь. Это был Услад.

- Что-то случилось? - спросил он с такой заботой. Разрыдалась у него на плече, рассказала все, что случилось. - Не позволяй никому говорить, что ты не сильная. Ты самая сильная женщина из тех, кого я знаю! Все будет, так как надо, ты обязательно будешь счастлива, - говорил парень, глядя на меня щенячьим взглядом. Захотелось его выгнать

- Счастье – понятие абстрактное, - через силу улыбнулась я. Жизнь не заканчивается на разбитом сердце. Услад непонимающе посмотрел на меня. Сама себя не понимала. Заверив парня, что все хорошо и его доводы достаточно убедительны, выставила за дверь. Через секунду в рыдания съехала на пол, прислоняясь спиной к той самой двери. Все же чувствую боль, но меньше нравится Ганиль не стал. Влюбленность или любовь? Все рушится, как карточный домик. Сначала Стас подвергся опасности дважды, теперь Ганиль отдалился от меня. Все рушилось вокруг, а я находилась в центре. Закрыла глаза, перед глазами все поплыло от слез. Кто-то подхватил меня на руки.

- Спи моя истинная любовь. Я всегда найду и верну тебя. Всегда заставлю биться твое сердце. Ты полюбишь меня снова и снова, как и я тебя. Мы неделимы, - шептал кто-то мне на ухо, пока Морфей уносил меня в свои сети. Потом в комнате стало тихо, все исчезло. Оставляя на губах поцелуй со вкусом слез.

Глава 7

Глава 7

Тяжелое утро. Слез нет, но душа болит. Никого не хочется видеть, а нужно собираться в дорогу. Никак не могла понять, как вести себя с Ганилем, Лейлой и Усладом. В какой-то момент, пришло понимание того, что разговаривать совершенно не хотелось, как и думать. Завтрак был подан в номер. Русалка так и не присоединилась к нам с братом. Услада видеть не хотелось, поэтому, когда тот постучал в дверь, даже не открыла. Не понимала, каким образом оказалась в кровати, но думать об этом не хотелось. Стас тоже молчал, было время, когда он уже видел меня такой. Апатия поглощала мое сознание, сердце стучало глухой болью. Странно раньше я кричала, что если надо даже сердцу прикажу. Сейчас поняла, что была глупа. Нельзя выбрать, кого любить, лишь кого ненавидеть. Ненавидеть того, кто тебе не принадлежит тоже нельзя.

- Так все плохо? – спросил брат, заглядывая мне в глаза, когда начали одеваться.

- Больно, Стас, больно. Огонь в крови жжет, когда игнорируешь его, - спустя минуту молчания, ответила ребенку. Повзрослел он здесь, как-то незаметно для меня. Взгляд стал серьезнее, взрослее. Одна я осталась прежней.

- Вода исцелит, - сказал малыш, обнимая меня. – Поплачь, станет легче. Я всегда с тобой.

Зарыдала навзрыд. Исчезли все барьеры. Кажется, даже кричала. Жаль себя, очень жаль. Попасть в другой мир за секунду до смерти. Вмешаться в борьбу между добром и злом. Подвергать брата опасности раз за разом. Влюбиться в бога, осознавая бессмысленность этого чувства. Разочароваться в собственных чувствах, но не избавиться от них. Обзавестись врагами, ничего не сделав для этого. Высший пилотаж даже для обычной меня. Огонь жжет. Бежит по венам и жжет, но слезы смягчали боль, позволяя ей покинуть мое тело. Рухнула на колени, сильнее прижала к себе брата, будто он было моим спасательным кругом.

- У вас все в порядке? – услышали мы с малышом стук в дверь и голос Ганиля. Горько улыбнулась, рыдать легче, чем жить.

- Да, сейчас идем, - ответил за меня Стас.

- Хорошо, ждем вас на улице. Отправляемся дальше, - послышались шаги. Он ушел.

- Не всегда все, так как кажется, - умным видом сказал брат, беря меня за руку. – Мы вместе всегда, в любых обстоятельствах. Нас не запугать.

- Ты уверен, что тебе три года? – улыбнулась ребенку я.

- Точно было до этого момента, - пожал плечами брат и потянул меня на выход. Внизу нас встретили гробовой тишиной. «И только мертвые с косами стоят», можно было бы добавить для иронии ситуация. Никто из нашей компании не смотрел друг другу в глаза. Услад даже молчал и не пытался заговорить. Лейла, просто молча, шла позади всех время от времени, кидая взгляды то на меня, то на Ганиля. Однако мы упрямо молчали. В обуви идти было в разы проще, но Стас забрался на руки к парню и о чем-то шептался с ним. Слышно их не было, только губы шевелились. Иногда малыш хмурился, то в другую минуту кивал головой, а потом я ловила его взгляд на себе. Потом он улыбался, будто все хорошо и мы продолжали идти. Тишина угнетала, но никто не пытался ее нарушить. Так мы продолжали идти до самой ночи, как роботы. Потом Ганиль скомандовал привал. Парни быстро возвели два шатра, а Стас, увидев это старинное чудо света, быстро занял один из них. Там стояло несколько кроватей. Повсюду были шкуры зверей. В дальнем углу стоял медный таз с водой. Ганиль принес нам еды в шатер, больше никто не рискнул зайти. Есть не хотелось, но брат, закончив со своей частью еды, заснул, едва голова коснулась подушки. Посмотрев на спящего ребенка, вышла на улицу.

Я села напротив костра, который разожгли для ночлега. Правду говорят, что можно вечно смотреть на три вещи: как течет вода, как горит огонь, и как другой человек работает. Но сейчас меня успокаивали языки пламени. Они словно танцевали танго. Возможно, даже румбу. Зажигательный танец пламени.В руках зажегся непроизвольно мой собственный синий огонь. Глядя на собственные руки, не заметила, как кто-то ко мне подсел.

- Ты счастлива? - услышала я рядом с собой чей-то голос. Рядом со мной сидел Ганиль. В его руках также горел огонь, но зеленый. Парень взял мои руки в свои, и языки пламени переплелись, будто долго этого ждали. Красиво, даже необычно. Стало тепло на душе, когда сидим вот так вот рядом, держась за руки. Будто вчерашней ночи не было между нами. Будто нет никаких тайн. Есть только мы и огонь. Голубые глаза с жадностью рассматривали мои черты лица сквозь огонь. Также и я, старалась впитать в свою память весь этот момент. Не хочу забыть.

- Не знаю. Мне всегда казалось, что все, что у меня есть – это и есть счастье. Семья, друзья, учеба, иногда работа – это счастье иметь спокойную жизнь. Стоило лижелать большего? Не знаю. Иногда большее приходит тогда, когда его совсем не ждешь. Врывается, в твою жизнь, не спрашивая разрешения. Однако хватит ли сил уйти от этого большего и вернуться в обычную свою жизнь. В тот покой, что не обжигает. А ты? – ответила правду. Все же нельзя всегда бегать от самой себя. Счастья никому не принес подобный бег, к тому же на следующем повороте судьбы тебя настигнут. Тогда лишишься всего. Худший вариант исхода.

- Эти непонятки между нами это точно не то, чего я хотел, - сказал парень, а потом положил мою руку себе на грудь. Там билось сердце. Быстро, как мое собственное. - Оно никогда не лжет. Ему можно верить больше, чем глазам, слуху или другим органам чувств. Даже если все вокруг против, протяни руку к моему сердцу и услышь ответ на любой свой вопрос.

- А чего же ты хотел? - таким же тоном спросила я, забирая свою руку.

- А ты разве не догадываешься? – улыбнулся парень, будто ожидая от меня чего-то.

- Натали! - позвал меня Услад.

- Нет, я не люблю догадываться, а – знать. Вокруг тебя слишком много тайн и недомолвок. Нельзя доверять тому, кто не хочет открыться, - сказала, поднимаясь с места. Мне вдруг стало снова невыносимо больно, словно рана стала снова изливаться кровью. Услад стоял рядом с нашим со Стасом шатром. Глянула на секунду во внутрь. Ничего не изменилось. Малыш уже тихо сопел в ней, от этого мне стало легче. - Чего ты хотел? -обратилась к Усладу.

- Просто хотел узнать как ты?

- Нормально, это все? - зло посмотрела я на него.

- Да...

- Спокойной ночи! - посмотрела на лес, который был вокруг нашего привала. Меня манило пойти пройтись туда. Отвернулась от застывшего Услада, и направилась в лес. Наверное, ночная прогулка мне не повредит. Нужно остудить голову, пока не наделала глупостей.

- Ты? - не успел парень закончить вопрос, как я прервала его. Помахала рукой. Иногда этот бог навевает на меня скуку.

- Пройтись, я пойду сама, - сказала, и не дождавшись продолжения разговора, быстро вошла в лес. Там было темно. Темнота, словно помогала мне отключиться от реальности или не реальности. Отражала мое состояние на данный момент. Хотелось потеряться во тьме. Совсем запуталась в своих чувствах эмоциях и желаниях. Я не знала даже, чего хочу. Хотелось сбежать, но не могла, слишком много держало меня здесь. Хотелось разрыдаться, но больше не осталось слез. От этого было тяжело, что впервые за это время я оказалась одна.

- Остановись, там опасно! - услышала я незнакомый мужской голос. Оглянулась, с опаской всматриваясь в темноту. Только сейчас поняла, что нахожусь на какой-то лужайке, озаренной лунным светом, а вокруг неё был лес. Осознание, что не помню, откуда пришла, озарило меня.

Из темноты ко мне выехал всадник на белом коне. Его волосы блестели серебром, интересно, а при дневном свете он, что был седым что ли? Глаза мужчины смотрели на меня с холодом, но в них не было пренебрежения. Его красивое лицо было, словно из мрамора и единственное, что оно выражало это самоуверенность. Всадник слез с коня, теперь я заметила, что он довольно таки высокий. Прям принц на белом коне. Что ж ты так поздно появился? Горько подумалось мне.

Я потеряла равновесие и едва не упала на траву, но мужчина подхватил меня за талию. Глаза в глаза. Серебристые, бездонные глаза смотрели на меня так, будто видели душу. В каждом его движении виделась грациозность. На земле он, несомненно, был знаменитой моделью, и от поклонниц отбою не было. Всадник поставил на ноги меня. Красивые тонкие черты лица, которым при этом не мешало быть мужественными. Лицо мужчины, от которого появляется дрожь в коленках и мурашки по спине. Тихий вкрадчивый голос, пронзительный взгляд, сильные руки и плечи. Прекрасное тело, которое принадлежало воину, а не существу, которое только и делает, что наслаждается жизнью.

- Не бойся меня, мое имя Хорс, - представился мужчина и улыбнулся. Снова табун мурашек прошел по моей спине. Серебристые глаза изучали, будто запоминали каждую черточку лица. Или даже смотрели глубже, видя все сомнения, страхи, попытки сбежать от самой себя. Необычный бог. Красивый, сильный, истинно древний. Бежать не хотелось. Казалось, бессмысленным и нелепым.

- Не боюсь. Меня зовут Натали.

- Я уже об этом догадался. Такой тебя и представлял, - сказал мужчина, заправляя мне за ухо выбившуюся темную прядь волос. Вздрогнула. От прикосновения повеяло холодом. Красивый, холодный, загадочный. Волосы чистое серебро, как и глаза. Спокойное, но задумчивое лицо.

- Потому что похожа на девушку в беде? – решила спросить, чтобы не затягивать паузу между нами. Одно в этом мире я поняла на все сто процентов: никто тебе и руки не протянет, если чего-то от тебя не захочет взамен. Могут быть исключения, но крайне редко.

- Потому что здесь ты одна такая, - загадочно улыбнулся Хорс. – Опасно бродить по лесу одной. Тем более в незнакомом месте. Тебе об этом не говорили?

- Могу на эту тему даже лекцию прочитать, - честно ответила, не отрывая от мужчины взгляда. Можно сказать, что по возрасту он ровесник Перуна. – Однако иногда хочется побыть наедине со своими мыслями. От них никуда не скрыться, но даже так все нуждаются в тишине.

- Это так, от мыслей никуда не деется. Так же как от сомнений и принятий решений. Сложно жить чужой жизнью?

- Почему чужой? – пожала плечами я, делая от Хорса шаг назад. Запрятала руки за спину, сомкнув в замок. Откинула голову назад и посмотрела на небо. – Своей жизнью живу. Всегда только лишь своей. Можно бежать и говорить, что невольно попала в другой мир. На плечи положили чужую тяжелую ношу, но от правды не сбежать. Она всегда здесь, - указала на сердце я. – Каждый человек раз в жизни мечтает сбежать в другой мир или в другую жизнь. Значит, это не более, чем мое собственное желание.

- Разбитое сердце тоже входило в список твоих желаний? – улыбнулся мужчина. Выдохнула. Все же легко было с ним говорить, будто с самой собой. Подняла на него взгляд, задавая немой вопрос. – Все просто, мне знаком этот взгляд.

- Всегда есть последствия после любого желания. Всегда приходиться расплачиваться чем-то, иногда даже сердцем.

- Больно? – грустно спросил Хорс, будто сам подобное испытывал. Горечь сомнений, надежда на счастье – гремучий коктейль чувств, который связывает цепью душу. Мужчина будто отражение меня самой сейчас – вот это действительно больно.

- Всем юным девушкам иногда стоит разбивать собственное сердце, чтобы потом было о чем рассказать подругам, - усмехнулась своим словам я. Хорс понимающе кивнул.

- Здесь не только твоя вина. Желание – это конечно хорошо, но дело совершенно в другом. Виновны все. Каждый из нас богов либо рвался к власти, либо просто игнорировал все это. Мы создали свой мир, чтобы выжить,, - он увидел мой удивленный взгляд. - Да, мы могли умереть, поскольку люди стали забывать нас. Вы даже не представляете, какую имеете силу. То, что вы придумываете, когда очень сильно в это верите становиться реальным, как мы... - Хорс вздохнул, на его лице была какая-то печаль. – Создали свой мир. Оставили прежние порядки и правила. Надеялись на то, что сможем жить так вечно. Ошиблись. Без людей и поклонения, мы превратились в подобие тех, кого наставляли и чьи судьбы вершили. Захотели перемен. Гармония приедается без войны и битвы. Теперь завязалась яростная борьба между нами, мало кто смог сохранить дружбу и доверие. Вот только жертвами стали мы сами.

- Ты тоже ввязан в эту борьбу за власть? - спросила у мужчины. Он снова странно посмотрел на меня, будто пытался что-то найти.

- Нет, я остался в стороне и поначалу гордился этому. Однако гордость – это один из смертных грехов в твоем мире. Поздно понял, что стоило вмешаться. Произошло то, чего никто не ожидал.

- Что произошло?

- Спроси у Ганиля. Вот только сомневаюсь, что тот захочет это обсуждать, - спокойно проговорил мужчина. – Могу сказать одно – он пострадал больше всех от этой борьбы. Все мы расплачиваемся за гордость и ошибки. Однако даже те, кто потеряли все, могут обрести ценный дар судьбы. Не так ли, Натали?

- Что ты имеешь в виду?

- Захочет – расскажет. Не моя тайна, не мне о ней говорить, - отмахнулся от вопроса Хорс. Устало закрыл глаза. Тяжесть лежала на этом богу. То, что не давало ни сна, ни покоя. Не зная этого мужчину, я просто видела груз, который тот несет. Чувство вины поглощает, превращает в слепца, но не отпускает свою жертву. Мы похожи. Подобное осознание пугает. Захотелось назад в шатер к брату, закрыть глаза и спать.

- Не подскажешь, в какой стороне лагерь, раз разговор потерял смысл? Заблудилась, - объяснила, пожав плечами. Ориентироваться в пространстве – никогда не было моим талантом, даже скорее всего бедой.

- В той стороне, если пойдешь по этой тропинке и никуда не свернешь, - спокойно показал Хорс. Мужчина внезапно подошел и обнял меня. Что за привычка меня трогать здесь? Оттолкнуть не успела, лишь растерянно смотрела на него. Вдохнул запах моих волос и улыбнулся. - В самом деле, мы с тобой похожи. Странное чувство. Поэтому дам совет, как брат по несчастью. Держись подальше от Ганиля. Эти чувства принесут много боли в конце. Выбор всегда делать больно. Это ответственность, а по нашим меркам ты ребенок. Глупо взваливать тяжелые решения на тебя. Плакать будешь от боли и того, что не вернуть.

- Не просила совета, - гордо вскинула голову я. Мужчина снова улыбнулся своей загадочной улыбкой, но что-то на подсознательном уровне подсказывало – зла не желал.Кивнув ему на прощание, направилась по указанной тропе. Все же отношения меня и Ганиля были болезненной темой. То о чем обычно молчат.

- Подожди, я пойду с тобой. Вам не помешает моя компания. Лишняя сила не бывает лишней никогда, - улыбнулся Хорс. Я посмотрела на него с подозрением. Засмеялся. Легко с ним, будто всю жизнь знаю, а не впервые вижу. Тот, кому просто хочется доверять. И доверяю ведь по-своему.

- Решил бесплатно записаться в смертники? – уточнила, в надежде на то, что мужчина откажется. Попытка не пытка. – Сам понимаешь, просто так такие задания никому не дают. И за красивые глаза не идут туда, откуда могут, не вернутся.

- Иногда стоит сделать что-то необычное. Будем считать, что это моя забава, - пожал плечами Хорс. Подозрение, что все не просто так, закралось сразу, но отказывать у меня не было веских причин.

- Глупо, но это твой выбор. Лучше иди за мной, раз знаешь ситуацию лучше, чем я. Меньше подозрений будет, чем, если прийти вместе. Не то время и не то время, - сказала, перед тем, как окончательно скрыться в лесу. Хорс ничего не ответил, но раз за мной сейчас не пошел, решил прислушаться к словам. Подумать не удалось, как и побыть наедине с собой. В себе ответов не нашла. Не могу не доверять Ганилю, но и про Лейлу забыть не могу. С другой стороны все это касалось мелочью по сравнению с главной проблемой и тем, что нам нужно найти то легендарное оружие. Основы выживания – это способность владеть оружием. Магическое многое упрощает для своего владельца.

Я бежала прямо. Ночь отпускала свои владения. Уже виднелся рассвет. Дул сильный ветер. Погода ухудшалась. Становилось холоднее. Сердце кричало об опасности, но не понимала откуда. Услышала где-то сбоку детский плач. Пошла на звук, и недалеко от себя увидела хорошенького светловолосого мальчишку. Кого-то он сильно напоминал. Подошла ближе, чтобы присмотреться к мальчишке. Однако все еще было темно, и ничего не смогла толком рассмотреть. Плач усиливался, ставал более надрывным.

- Малыш, ты почему плачешь? Ты потерялся?

- Я не потерялся, жду лишь тебя! – ответил ребенок странным голосом. Стало гадко и страшно. У меня в голове крутилась только одна мысль "делать ноги" хоть куда-нибудь, лишь бы подальше отсюда. Мальчишка вышел из темноты. Стас!? Я не верила своим глазам. Он должен был спать.

- Стас, что ты здесь делаешь? - бросилась к малышу. Обняв его, посмотрела в глаза брату, но они были закрыты.

- Я же говорю, ждал тебя! - проговорил малыш, и глаза открылись. Они были полыхающие черным огнем. Проникающим в саму душу, высасывающим жизнь, останавливающим дыхание.

- Ты не Стас! Ты не мой малыш! - стала вырываться из цепких объятий, но существо не отпускало меня. Наклонялось все ниже и ниже надо мной. Только сейчас поняла, что падала. Существо стало превращаться в ужасно высокую и костлявую девушку, которая сверлила меня своими злыми глазами. Рот девушки тоже открылся и с него тоже полился черный огонь.

Девица отпустила меня со своих объятий, но вместо этого схватила меня за горло. Почувствовала, как черный огонь обжигает все тело, охватывая полностью. Вырываюсь, но бесполезно. Она вцепилась в мою шею мертвой хваткой. Посмотрела в её глаза. Тело стало ватным. Я больше не сопротивлялась, а боль усиливалась. Слышала чей-то крик далеко. Потом поняла, что кричала сама от боли. Выгорало не только мое тело, черный огонь поглощал и мою жизнь, воспоминания, эмоции – все, что делало меня личностью. Жизнь исчезала перед глазами, ее пожирал черный огонь.

- Не переживай, когда я закончу, ты ничего не почувствуешь! - улыбнулась она хищной улыбкой - Ты вообще больше ничего не почувствуешь, никогда!

Проваливаюсь в бездну. Вокруг пустота. Темно. Черного огня я больше не чувствовала. Эмоций больше не осталось. Однако тьма исчезла в один момент, а я осталась стоять посреди цветочного луга. Вокруг никого.

- Я умерла? Попала в рай? - спросила куда-то вдаль.

- Нет, ты жива и будешь жить ещё долго! Я тебе обещаю! - повторял мне какой-то знакомый бархатистый голос, но вокруг никого не было.

Глава 8

Глава 8

Ганиль

Где она пропадает? Совершенно не думает. Будто играет в каку-то игру, не понимая насколько это опасно. Глупая. Отталкивает меня. Хотя и сам хорош. Веду себя, как мальчишка рядом с Натали. Думает, что смогу сейчас так просто отпустить? Не доверяет? По мнению девушки справедливо, но это не так. Чувства между нами, как зов крови. Истинная пара, когда невозможно друг без друга. Дышать больно, огонь бурлит внутри. Огонь жжет кровь.

- Ганиль, можно с тобой поговорить? - я поднял глаза и увидел Услада. Только его мне не хватало!

- Что-то случилось? - ледяным голосом спросил я. Надо было быть чуть добрее к нему, потому что тот заметно нервничал. Однако кроме раздражения этот парень ничего не вызывал. Хотелось вышвырнуть куда-то подальше, как назойливую муху. Ситуация и без него сложная, непонятная. Услад только ухудшал все проблемы своим назойливым присутствием.

- Нет,... то есть да. - Он вздохнул и продолжил. - Ты, наверное, догадался, что мне нравиться Натали! - от его слов непроизвольно сжались кулаки. Мой взгляд говорил ему «уходи, а лучше беги». Эта девушка моя. Огонь сильнее жжет внутри. Я сам огонь. Натали будто была моей водой. Эмоции летели через край, но только с ней было легче дышать. Рядом со своим сокровищем проще оставаться спокойным. Лишь бы она была рядом. Необходимо.Зов крови, кто бы сказал мне об это раньше, не поверил. - Но она последнее время не совсем счастлива. С ней что-то происходит, да и с тобой тоже!

- Наши с ней отношения – не твои проблемы. Держись лучше подальше от нее, мой совет, - при этих словах я улыбнулся ему презрительной улыбкой. Парень немного потупился назад. Трус, еще и вопросы задает. Желание вышвырнуть было почти маниакальным.

- Нет, это невозможно, - бормотал Услад, глядя на меня. Видно огонь отразился у меня в глазах. Парень был в ужасе. Страх бога передавался мне. Слабый, очень слабый, как вообще смеет думать о Натали. Услад продолжал бормотать. - Она потом просто исчезнет, как будто её и не было! И мы снова будем теми, кем были до неё. Все вернется в норму. И она это знает! - равнодушно говорил он. Знает, конечно, знает, и сама этого боится. Наши отношения пронизаны страхом и недопонимаем, так же обстоятельства не способствуют пониманию и доверию. Не могу пока сказать девушке всю правду. Такова моя попытка защитить ту, которая мне дорога. Дать немного свободы, иначе окончательно спугну. Где Натали? Услад прав, когда здесь все закончиться, то она ни минуты не подумав, вернется назад к себе домой. Он ошибается в одном, как прежде ничего не станет. С тех пор как она появилась, я снова стал жить. По-настоящему! Я ревновал, любил, дышал ней. Обстоятельства были не важны. Даже, если она уйдет, последую за ней. Найду способ. Так правильно и необходимо. - Это знают все! - начал выходить из себя Услад. Сейчас за весь наш разговор, я впервые по-другому на него посмотрел. Он вдруг стал другим, не тем, кого я знал. С тех пор как мы в дороге Услад не выпил, ни капли спиртного и во всем попустительствовал Натали. Этому было объяснение: она ему нравилась. Но сейчас передо мной стоял бог, который был доведен до грани и точно знал, что ему делать. Но мне почему-то стало все равно на все его чувства. Этого мало, чтобы изменить то, что уже есть между нами с Натали. - Почему ты не хочешь признать, что тебе плохо без неё?

- Мне не плохо без нее, - отрицательно ответил я. – Мне без нее никак. Ты сделал неправильные выводы, основываясь на глупых домыслах.

- Не смей так говорить о ней, Услад! - произнес знакомый голос. Я обернулся и увидел Хорса. На руках он нес Натали. Она была бессознания. Мысли спутались. Эмоции били через край, казалось огонь во мне, скоро выйдет наружу. Быть беде. Посмотрел на девушку. Бледное безжизненное лицо. Подошел к ней. Холодные руки. Закрытые глаза и только едва слышное биение сердца.

- Что ты с ней сделал? - закричал на друга, но тот ничего не ответил с первого раза. Поспешил к Натали, но меня опередил Услад. Хорс зло посмотрел на парня и тот, пошатнувшись, отошел, уступив дорогу мне. Друг спокойным движением, передал девушку мне. Она горела, не смотря на холодные руки. Жизнь едва теплилась в этом упрямом теле. Стало страшно до отчаяния. Люди хрупки. Меня не было рядом. Сильнее прижимаю к себе свою драгоценную ношу. Услад скрипит зубами. Хорс думает о чем-то своем, не намериваясь пока отвечать на мой вопрос.

- Не смей! - процедил сквозь зубы он Усладу, когда тот снова хотел забрать девушку у меня. Тот полыхал гневом, не понимая подобного отношения Хорса. Друг повернулся ко мне, решив, что моя растерянность играет злую шутку. - Отнеси её в шатер и принеси воды у неё жар!

- Хорс, что происходит? Это ты с ней такое сделал? – спросил его еще раз, когда увидел, что тот идет следом за мной. Кладу девушку на мягкие подушки. Укутываю. Одно движение пальцами и передо мной возникает вода. Бережно протираю девушку. Она часто дышит. Целую. Горько и холодно, как последний поцелуй. Не позволю вот так ей уйти. Не отпущу. Злиться на кого-либо не хватает сил. Делюсь своим теплом с ней. Живи, просто живи. Все исправим. Все сможем. Лишь живи.

- Нет, не я. Это Огнея. Похоже, она хотела убить её, но я поспел вовремя!

- Что она ещё наделала, что её готовы убить?! - мне хотелось сейчас самому кого-то убить. Но почему именно её выбрала Огнея? Похоже, у моей смертной просто Дар попадать в ненужное место, в ненужное время! - Пусть только оклемается. Я её просто на привязь посажу!

- Никуда ты её не посадишь и больше не подойдешь и близко к ней!

- И с каких это пор ты вступаешься за нее? Натали моя. Этим все сказано, - спокойно говорил я, пока девушка едва-едва начала обретать нормальный цвет лица.

- Ты уверен, что она согласна с твоим мнением о том, что твоя? – ухмыльнулся друг. – Не похоже, чтобы Натали тебе доверяла.

- Это временно.

- Нет ничего более постоянного, чем временное. Вы в любом случае не сможете быть вместе, - покачал головой Хорс, глядя, как к девушке возвращается естественный цвет лица. Жар отступает. Мужчина выходит с палатки, оставляя меня одного с ней. Девушка прерывисто дышит. Тяжело, но уже не так страшно, как до этого. Мое сокровище, не отпущу и не отдам. Пойду всегда следом за ней. Найду. У меня в голове до сих пор звучали её слова, что мы для друг друга никто. Никто. Может она права, наверное, так было б легче нам. Перегореть. Оставить все, как есть. Забыть. Проще, но не лучше. Прижимаю к себе сильнее. Вдыхая запах волос. Согреть. Надо согреть. Вернись ко мне. Вернись. Страх отступал, вместо него появилась усталость. Глаза закрывались. Вокруг тишина и лишь стук ее сердца. Жива, все остальное неважно. Мои размышления и сон прогнались вмиг, стоило ощутить, что кто-то подошел сзади. Чья-то маленькая ручка толкнула мое плечо. Жаль, что не с кем поспорить - это был Стас. Да, я не ошибался!

- Что случилось малыш?

- Почему ты не с Натаськой? Ей плохо, она зовет тебя! - я обнял малыша, уложив его рядом с нами. Он засопел, как маленький ежик рядом.

- Она молчит, - спокойно ответил я. Малыш зевнул и склонил свою головку ко мне на плечо.

- Ее голос у меня в голове. Сестла зовет тебя. Ей стлашно. Спаси ее, пожалуйста, - он заснул. Родственная связь, самая сильная. Хотел бы я сейчас услышать голос Натали. Но надо было ждать, пока жар отступит. Я укутал малыша, что бы ему было тепло. Втроем лежать было жарко и уютно. Впервые со мной были такие ощущения. Это называется семья? Когда все так просто, понятно и чувство счастья разливалось по венам, просто оттого, что кто-то в тебя верит и ждет. Малыш и Натали спокойно спали, когда я осознал, что сон не идет ко мне. Встал, решив немного пройтись на свежий воздух. Разогнать мысли, которые не давали покоя все это время. Отпустить свой страх… Отошел недалеко от палатки, вглядываясь в небо.

- Привет, меня ждешь? - пропел рядом со мной голос Лейлы. Русалку сейчас видеть я точно не хотел.

- Нет.

- Я была хорошей девочкой, и ты мой приз! – не обратив внимания на мой холодный ответ, девушка обвила своими руками мою шею.

- Где ты была? – расцепил ее руки и отодвинув от себя девушку, спросил. Лейла была удивлена. Дернулась так, будто ударил.

- Решила прогуляться на ночь. А что ты переживал из-за меня? - улыбнулась хищной улыбкой русалка.

- Да, переживал... - она снова потянулась ко мне, - но не из-за тебя!

- Из-за Натали! - прошипела Лейла, и её красивое лицо превратилось в жестокую гримасу - И как она? - она явно получала удовольствие от этого вопроса.

- А что тебе с этого?

- Я переживаю, она же моя подруга! - сказала Лейла.

- Такая подруга, что ты готова ее убить? – спросил русалку. Она в ответ отскочила и зашипела. – Никогда не забывай, кем я являюсь на самом деле. Поэтому свои трюки практикуй на ком-то проще.

- То кем ты был, уже не вернешь. Без меня не вернешь, - ласково сказала девушка, гладя меня по плечам. – Хотя таким ты нравишься мне больше. Моложе. Силы меньше, хотя заносчивость та же. Брось эту затею и сдайся мне. Будешь самым счастливым. Возможно, когда-нибудь верну то, что забрала у тебя. Твою истинную сущность.

- Обойдусь без тебя как-нибудь, - столкнул ее руку со своего плеча и в один момент сжал горло Лейлы в своих руках. – Зря ты тронула Натали. Возможно, я бы забыл о твоем существовании без этих проступков. Знаешь, колдовской огонь жжет, требуя защитить избранницу. К твоему сожалению – это не ты. Будь добра – исчезни.

- Ты ещё об этом пожалеешь! - с этими словами русалка скинула мою руку и ушла. Облегченно вздохнул, призывая внутренний огонь успокоиться. В голове стали вертеться воспоминания недавней ссоры. Натали сказала, что ненавидит меня. Думает, что мы друг другу никто. Ошибаешься, девочка, очень ошибаешься. От ненависти до любви один шаг. Я умею быть настойчивым и заботливым. Ты полюбишь меня и доверишься.

Стас сопел рядом с Натали. Присел рядом с ними. Погладил их по волосам. Малыш зашевелился во сне. Хорс вошел в палатку. Напряженно посмотрел на девушку, потом на меня. Закрыл глаза, закинув голову назад, словно пытался что-то сделать.

- Я не могу проникнуть в её разум! Когда я проник туда последний раз, она считала, что умерла и попала в рай. Хотя после всего, что произошло - это было вполне возможно! - горько усмехнулся мой друг.

- Хорс, я знаю эту легенду. Это нормально. Она моя истинная пара. Единственный смысл этой жизни.

- Нет, тебе точно нельзя! - отрезал парень. Да, по сравнению с истинным мной Хорс был моложе. Сейчас сложно начать воспринимать его по-другому. Единственный верный друг, который знает всю правду. Однако так же просто играет свою роль. Я удивленно посмотрел на друга. Да, чем могла очаровать его Натали, что он меня не хочет подпускать к ней? Странно, почему он так себя ведет!

- Но она так и останется лежать бессознания. Ты этого хочешь? - взорвался я.

- Успокойся! - спокойно сказал мой друг. - Этого я определенно не хочу. Мы что-то придумаем. Будем дежурить у неё по двенадцать часов. Первым будешь ты! Мне нужно уйти, чтобы узнать, что делать.

- Хорошо, - сказал я.

- Пойми нам понадобиться много терпения. Иногда мне кажется, что лучше бы тебя не было рядом с ней

- Что ж тогда сразу не выгнал меня?

- Зачем? Так ты понял, что происходит и значит, вопросов у тебя не будет! - ухмыльнулся он. – Огонь жжет, правда?

- Да, огонь жжет. Вопрос у меня есть, - хищно улыбнулся я. - Почему ты не хочешь, чтобы я проник в её разум и вытащил Натали обратно в жизнь?

- Потому что, если окажется, что ты действительно её судьба, то вы не сможете существовать отдельно. Заметь, я говорю не "жить", а "существовать"! - он впервые за наш разговор повернулся ко мне лицом. - Я знаю, что ты любишь её! Я знал ещё это тогда, когда ты впервые со мной заговорил о ней! Это будет, значит только то, что она ради тебя бросит все, что ей дорого. Да, вы будете любить друг друга, но с каждым днем она будет просто вянуть у тебя на глазах, а ты ничего не сможешь сделать. Ты не забывай, что Натали смертная, а её жизнь не вечна! - от этих слов мне стало больно. Она смертная, а продолжительность их жизней не так уж велика, если правильно сказать, то очень мала. - Да, ты можешь сделать её бессмертной, но девушка будет несчастней с каждой минутой. На эту ситуацию, с какой стороны не посмотри, ничего хорошего не произойдет. Так, что тебе лучше поставить точку сейчас, не сумев даже ничего начать! Выбор слишком сложный: или ты отказываешься от всего и что-то теряешь, или она. Однако исход не могу предсказать до конца. Следом за неправильным выбором идут сожаления, потом непонимая станет больше. В итоге вы будете ненавидеть друг друга, но и жить раздельно не сможете. Колдовской огонь – это дар и проклятие одновременно. Надо иметь силу и мудрость принять его. Я сожалею, друг, о том, что тогда не смог помочь тебе. Сейчас хочу спасти и тебя, и ту, которая тебе уже дороже жизни от ошибки.

- Не стоит лезть в нашу жизнь, когда мы об это не просим, - отрезал я, глядя в глаза Хорсу. - Натали не придется делать выбор. Я пойду за ней в любом случае. Зачем нужна сила, которая никому больше не нужна? Забытые Боги. Без нас люди прекрасно живут. Может и нам стоит начать жить? Самим без предписаний легенд. Если уйдет она, уйду и я. Это мое решение.

- Этого я тебе не позволю. Ты погубишь этот мир.

- У этого мира всегда остаешься ты. Нужно будет – отдам всю свою силу тебе. Справишься. Мне давно пора на покой. Даже самым древнейшим нужен покой и счастье. Это справедливо, - протянул руку своему другу, надеясь, что тот примет мою сделку. Однако тот не верящим взглядом посмотрел на меня. Оттолкнул руку.

- Не позволю тебе сделать ошибку, за которую вы будете вдвоем расплачиваться, - с этими словами он скрылся во тьме.

- Это мы ещё посмотрим.

Я пошел к Натали, точно зная, что Хорс от меня такого точно б не ожидал. Подошел к "спящей красавице". Она что-то говорила, но очень тихо. Наклонился к ней, протягивая свои руки к её вискам. Другого предположения не имел, что нужно для этого делать. Как только дотронулся до её висков, ударило током, отчего я почувствовал боль, которая постепенно стала превращаться в сладкую и теплую эйфорию. После провалился в сон и оказался на лугу. Если так выглядит рай, то это самое прекрасное место, которое когда-либо я видел. Недалеко от себя услышал тихий плач. Мое сокровище здесь. Нашел все-таки. Я пошел к ней...

- Натали! - окликнул я девушку, так громко, как только мог.

Натали

Если рай такой безлюдный, тогда мне не хочется в него попадать. Ни души. Одни цветы, небо, солнце и радуга. Больше ничего. Красиво, но смотреть на фиолетовое небо на фоне радуги, вдыхать аромат цветов одной совершенно одиноко. Где я? Почему одна? Черный огонь по-прежнему стоял перед моими глазами, что можно было почувствовать запах гари. Однако кожа была чистой. На мне надет был белый легкий сарафан. Волосы темной волной струились по спине. Посреди луга я стояла босой. Раскинув руки в стороны, упала в цветы. Запахи окружили меня. Стало внезапно легко и хорошо, едва вздохнула цветочный аромат. Хотелось забыть тревоги и заботы. Забыть все и остаться здесь, чтобы вечно смотреть на это фиолетовое небо. В самом деле, очень красиво.

- Долго еще будешь бездействовать здесь? Или так понравился мир собственного разума? – спросил меня чужой голос. Подняла взгляд выше и наткнулась на сову. Птица беззастенчиво и недолго думая, села на меня, заглядывая в глаза.

- Кто ты?

- Да, что я говорю, тебя как-то не удивляет? Что ж, испортилась молодежь, - вздохнула сова, сетуя на меня. Забавная ситуация. – Совесть твоя, точнее сказать полное отсутствие ее. Внутренний разум и являюсь в том виде, в котором ты хочешь меня видеть.

- Тогда прошу, исчезни. Мне сейчас хорошо, - отмахнулась от совы, пытаясь согнать птицу. Однако когти впились в живот, от боли я тихо охнула.

- Ты так забудешь себя, если исчезну. Себя забывать нельзя, вернуться назад будет невозможно. Тебя ищут, ждут, зовут и любят, а пока это так, не стоит впадать в забытье, - серьезно говорила сова, пронзительно глядя мне в глаза. Когти перестали впиваться в живот.

- Всем лучше без меня.

- Ошибаешься. Некоторые тратят несколько жизней, чтобы найти свою истинную пару, а ты готова потерять ее едва нашла. А твоя семья потеряла ценность?

- Я хочу покоя. Оставь меня.

- Что ж может он достучится до тебя, раз голос собственного разума не слышишь? – сказала сова. Взмахнув несколько раз крыльями, поднялась и улетела. Я почувствовала влагу на щеках. Дотронулась, поняла, что плачу. Тихо всхлипнула. Не хочу забывать, даже если больно, даже если нереально, хочу помнить все.

- Натали! – позвал меня тот, кого ждала. Всегда ждала. Вопреки всему. Оглянулась. Вот он передо мной. Мой светловолосый, голубоглазый. Лицо немного осунулось. Темные круги под глазами. Переживал. Мой. Этим все сказано. Стоит и растерянно смотрит на меня. Будто боится приблизиться. Забыть хотела его. Невозможно. Просто люблю. Со всеми его тайнами, играми и непонятками. Люблю. Значит, пришел за мной. Чувства взаимны. Кинулась к нему в объятия. Неважно все остальное, когда Ганиль стоит здесь передо мной. Обнял, прижал сильно к себе. Втянул в себя мой запах. - Девочка моя, все хорошо. Успокойся. Все хорошо, я с тобой. Пришел и верну назад. Стас переживает и ждет тебя. И я тоже жду тебя. Всегда.

- Любишь? – спросила, заглядывая в омут голубых глаз. Серебрянки в них плясали.

- Боишься? Люблю. Всегда люблю, даже пока ты не готова увидеть собственные чувства. Не страшно, время есть. Сколько пожелаешь, - улыбнулся этот несносный парень. – Ведь, если я здесь, то чувства взаимны, если понимаешь.

- Понимаю, но нам нельзя. Ты знаешь ведь. Ничего хорошего с этого не получится.

Думала разозлиться. Однако вопреки худшим ожиданиям. Меня сильнее притянули к себе и поцеловали. Как же мало девушке надо для счастья! Ганиль ослабил немного хватку. Поцеловал меня уже нежнее. Заставляя поверить в невозможное, но желанное. «Моя», - услышала я у себя в голове голос парня. Потянулась к нему, тая в сильных руках. «Мой», – сказала в ответ на его мысль. Даже если на мгновение хотелось поверить в сказку и довериться. На один миг забыть различия. Здесь есть только он и я.

- Мы все переживем, - серьезно сказал он, заправляя непослушные темные пряди моих волос за уши. Потом медленно оттягивает одну самую длинную и целует ее.

- Иногда, чем ближе поднимаешь к солнцу, тем больше вероятен исход – обжечься, - как завороженная говорю ему, не отрывая взгляда от сильных мужских рук.

- Я и есть солнце, как может обжечься та, что дарит жизнь солнцу? - таинственно улыбается Ганиль. В какой-то момент парень стал таять у меня на глазах.

- Нет, только не это. Не оставляй меня, - едва прошептала. Губы опухли от поцелуя и не слушались.

- Меня пытаются разбудить. Я вернусь за тобой, - поцеловал меня еще раз прежде, чем снова оставить одну. Не сомневаюсь в словах Ганиля. Нельзя обмануть собственную душу.

Ганиль

Проснулся от укоризненного взгляда. Кто-то стоял надо мной. Хорс. Лицо друга ничего не выражало. Каменное, будто эмоции закончились на этом месте. Он стоял, посматривая то на Натали, то на меня. Уже наступило утро, Стас все ещё спал и что-то бормотал во сне. Тяжело поднимаюсь с кровати. Создаю хоть какое-то оружие, если мужчина решит напасть на девушку. Я слаб. Подобные переходы отнимают немало сил изначально, но все же не дам причинить ей боль.

- Значит все, так как я предполагал... - это скорее звучало как факт, чем как вопрос. Я поднялся, собираясь указать другу на выход. Не стоит здесь обсуждать такие темы. Рано ему читать мне мораль. - Это ошибка для вас обоих. Я её исправлю.

- Тебя никто не просит.

- Насчет тебя может ты прав, но за её решение ты не отвечаешь, - указал Хорс на девушку. Пришлось признаться самому себе, что в этом случае он прав.

- Неужели ты, правда, ради нее готов бросить все? Забыть о бессмертии? Стать обычным? И все ради того, чтобы быть с ней? У тебя есть шанс вернуть самого себя, свою силу, избавится от предателей. Ты выберешь девчонку? - спросил серьезно друг, изучая мое лицо.

- Да.

- Это пока ты так думаешь, сделать подобное сложнее. Отказаться от своей сути. Лишиться своей привычной жизни. Твои слова – это самообман. Даже ради истинной пары невозможно поменяться и все бросить.

- Ты ошибаешься, потому что не встретил свою пару. Это часть тебя самого, вот здесь, - указал в сторону сердца. Друг скептически хмыкнул. Не верил. Оно понятно, сам также не верил, пока не почувствовал. – Невозможно отказаться, невозможно бороться, невозможно забыть. Принимаешь без боя, осознавая сразу, что жизнь не будет прежней. Однако оно того стоит.

- Столько лет живешь, а такой глупый... - он снова осмотрел мне в глаза. - Я должен тебе разрешить вытащить её и помочь. Все же управление разумом одна из моих способностей. Без Натали ты не сможешь вернуть то, что у тебя отобрали. Давать лишние надежды девушке тоже нельзя. Стоит рассказать правду, тогда она сама от тебя откажется. Нельзя менять обретенную реальность, на утраченную иллюзию... - с этими словами друг вышел из шатра. Оставив меня наедине с собственными мыслями. Все могут говорить и думать, что хотят, но я сам рад внезапному появлению в моей жизни Натали. Подарок Всевидящего Ока старому вояке. Бог громовержец, самый кровавый бог среди славянских богов. Тот, кого ненавидят и кому поклоняются. Я столько веков провел в битвах вместе с князьями. Жил среди дружины на поле боя, что потеряв все в один момент из-за интриг второсортных богов - не расстроился. Пришло облегчение. Тяжелая ноша была снята с меня. Хорс был другого мнения, даже испытывал чувство вины, что не успел помочь. Хотя кроме заговорщиков, друга и меня больше никто не узнал о подмене. Да, сейчас появился шанс исправить все, но лишь для того, чтобы вернуть Натали и Стаса назад в их мир. После самому последовать за ними, передав Хорсу все свои силы и власть. Пришел и мой покой. Счастье, от которого я не вижу смысла отказываться. Пусть друг остынет, со временем поймет, что я был прав. Иногда самые ценные дары преподносят тогда, когда уже потерял все, даже надежду.

- Хорошо, пора вернуть Натали на эту грешную землю, - вернулся в шатер Хорс. На вид друг был уже спокоен, но что-то мне подсказывало неприятности совсем рядом. И в одном мужском лице, стоят передо мной с серьезным лицом. Разберусь и с этим. Главное вернуть назад ее, ту кто находиться на грани между жизни и смерти.

Натали

Ожидание Ганиля затягивалось. Казалось, прошли дни, а не часы и минуты. Сова вернулась ко мне, но все это время молча. Пыталась осмыслить чувство, которое внезапно осознала. Никогда не понимала Михаила Булгакова, который говорил, что любовь может возникнуть перед тобой внезапно. Как злодей в темном переулке. Одним выстрелом поразив сердце, душу и разум, сметая все на своем пути. Оставляя лишь эмоции и всепоглощающую нежность, когда не хочется бороться и сопротивляться. Неизбежное чувство, которое хочется сохранить как тайну. Жить в тихом счастье, иногда в омуте страсти, в огне эмоций, но без лишнего присутствия. Только на двоих.

- Спящая красавица, пора просыпаться, - тихо заговорил Ганиль, внезапно появившись. Парень обнял меня со спины. Сова внезапно встрепенулась. С тревогой посмотрела на него, а потом в почтении поклонилась, чем вызвала удивление у меня.

- Согласна, но только с поцелуем принца, - прошептала ему в губы. Парень улыбнулся, но ответил на мой выпад. Закружив наши губы в нежном танце. Перед глазами поплыло. Пространство менялось. Дышать стало тяжелее, но Ганиль не отпускал меня. Подчиняюсь. Он точно знает, как нужно делать, чтобы вернуться назад. Вцепляюсь в него, как в последний шанс. Прижимает сильнее, но все же с нежностью, будто самое ценное сокровище на свете. Закрываю глаза. Голова начинает сильно болеть, к горлу подкатывает ком.

- Живи для меня. Живи, - шепчет он мне. Соглашаюсь. Сейчас кроме него никого для меня не существует.

- Живу, лишь для тебя живу, - отвечаю. И нас выталкивает наружу. Кислород бьет по легким. Первый вздох дается с кашлем. Больно. Резко сажусь на кровати и закашливаюсь, будто все это время не дышала. Забыла, как дышать. Кровь стучит в ушах слишком громко. Шатер плывет перед глазами. Оказывается, возвращаться к жизни весьма больно. По щекам текут слезы. Ганиль стирает их своим пальцем, едва-едва касаясь моей щеки. Касание легкое, как перышко, но, тем не менее, причиняет боль. Тело ломит. Мышцы почти не слушаются.

- Дыши, Натали, дыши, - говорит кто-то рядом, и только теперь понимаю, что мы не одни. Стас бережно поглаживает меня по спине. Хорс стоит над кроватью, озабоченно смотрит на меня. Наверное, впервые вырывал смертную с грани между жизнью и смертью. Теперь боялся упустить назад или, что от боли сама по себе умру. Бывает, но проходит. Умирать не собиралась. С каждой минутой дышать становилось легче. Сердце выравнивало свое биение, возвращая его в норму. Живу. Все остальное неважно. Стас, увидев, что мне стало легче, кинулся на шею и зарыдал. Перепугался малыш сильно. Стало жаль и себя, и его. Обняла, зарыдала вместе с ним. Жили ведь себе хорошо, никого не трогали. В самом деле, кому нужна книжная лакомка и ребенок? Вот что мы можем изменить? Ничего. Это факт. Ищи, не ищи тот меч, только неприятностей больше находим. И почти все со смертельным исходом. Мы не бойцы, не воины, даже не искатели приключений. Не просили вырывать себя с привычной среды, не искали другой жизни. А теперь что? Один путь сыграть в ящик? Не хочется. Совершенно не хочется. Почему кто-то решил, что имеет право решать, когда нам жить, а когда умирать? Слезы остановились. Да, мы не бойцы, но за свою жизнь мы еще поборемся. Взглянула на Хорса и Ганиля твердым взглядом. Вытерла свое и Стаса лицо. Толку плакать? Надо брать себя в руки, иначе будет «поздно пить боржоми», как говорит мама.

- Что делать будем? – спрашиваю твердо, но хрипло. Горло еще салило. Отодвигаюсь подальше от стоящих рядом богов. Не верить никому. У каждого свои причины вмешаться в это дело и не факт, что мне понравятся эти причины. Все же стоит узнать их. Моя интуиция вопит об опасности, а это значит, что нам изначально предложили невыгодную сторону. Хуже того, что Ганиль мне что-то не договаривал важное. Теперь после этой боли – я осознала это. Изначально все пошло не так.

- Тебе нужно отдохнуть, - попытался меня успокоить Ганиль.

- Я не спрашивала тебя, что мне нужно делать. Сама знаю, что как минимум нужно, чтобы никто не пытался убить ни меня, ни Стаса. Вот это нужно. Тебя поставили в провожатые? – насмешливо спросила я, парень кивнул. – Ты обещал оберегать. Заметь, сам обещал. Я этого не просила, но защиты, так и не увидела. Чувства? Не смеши меня, какие чувства могут быть к той, что неравна тебе по положению. Даже в моем мире, такие не более чем разменные монеты. Так пару раз согреть ночью, потешить самолюбие влюбленными взглядами глупой девочки. Я помню ваш с Лейлой поцелуй. Оправдываться не надо. Не унижай себя и меня этим. Будем считать, что я сама себя позволила обмануть и приняла все близко к сердцу. Так что может, расскажете тайну, за которую мы с братом едва не отправились к праотцам?

- Не смей, - зло прошипел Ганиль Хорсу, но тот не собирался его слушать. Улыбнулся своему другу так, как улыбаются тому, кому собираются подложить «большую свинью».

- Он и есть Перун. Вот только с вашим появлением у него появился шанс вернуть себе власть. Я хочу помочь своему другу.

- Вот значит, как. Теперь все становится на свои места, - горько улыбнулась. Стас сильнее прижался ко мне. Хорошо, хоть не смотрел затравленно на этих двоих. Размечталась, любви захотела. Поверила. Подставила саму себя. Нас изначально хотели убить, таким образом подставить бывшего Перуна, а потом и его убить. Или сценарий был бы для него другой, но не для нас. – Можно было бы догадаться, учитывая, что ты кажешься в десятки раз сильнее и умнее, чем молодой бог. Смешно, зачем было разыгрывать чувства, чтобы больше поверила? Или хотел прикрыться нами?

- Наташа, - попытался дотронуться до меня Ганиль или Перун, как его теперь называть для себя?

- Не смей, - оттолкнула его руку. – Не прикасайся ко мне. Лучше вообще держись подальше. - Мужчина рычит, удар и стол, что стоял рядом с кроватью вылетел с шатра. Боюсь поднять на него взгляд. Сердце стучит сильно, что сейчас вырвется с груди. Больно. Это чувство не прекращается. Закрыла глаза, а когда открыла, его не было рядом с нами. Остался лишь Хорс. – Тоже уйдешь?

- Нет, у меня к тебе деловое предложение.

- Еще хуже, чем ваше признание может быть только твое предложение, - улыбнулась, но глядя на брата, подумала, что стоит лучше продолжить разговор. Мужчина подошел ко мне поближе, наклонился, что наши глаза стали на одном уровне. Улыбнулась, разглядывая того, что только разрушил мои иллюзии, но в тоже время вытащил с того света. Хотелось хоть на ком-то сорвать свою злость. Слабая, слишком слабая, чтобы защитить себя и брата. Слабая, чтобы увидеть предательство и ложь. Слабая, чтобы признать свои ошибки и просто любить. Хорс смотрел на меня, а в шатре раздается громкий хлопок. Я его ударила, дала пощечину и разрыдалась сильнее.

- Стало легче? – спросил мужчина, потирая свою щеку. Отрицательно покачала головой. – Стас, малыш выйди на пар минут. Мне нужно серьезно побеседовать с твоей сестрой.

- Не оставлю.

- Спи, упрямец и защитник в одном лице, - доверительно шепчет Хорс ребенку. Стас понемногу оседает у меня на руках. Его глаза закрываются. Слышу тихое сопение брата. Эгоисты, используют свою силу даже на маленьких. Молчу, взглядом прожигаю мужчину. – С ним все хорошо, но все же недавняя сцена произвела на него впечатление. Будь в следующий раз сдержанней.

- Предпочту советы принимать от родных и близких. Ты к ним не относишься, - поправляя одеяло, говорю мужчине. Тот понимающе улыбается. Присаживается рядом.

- Наверное, это мне в тебе и нравится, - дотрагиваясь до моей щеки серебрянноволосый. Аккуратно, будто боится спугнуть. Не шевелюсь, но дыхание сбивается. Забываю, как дышать. Мужчина сидит напротив, рассматривая меня. – Самое смешное, я понимаю его. Чистая, искренняя, светлая, глазах горит огонь жизни. Невозможно такую отпустить. Это сильнее, чем просто желание. Мания. Но именно ему нельзя поддаваться чувствам. На нем стоит этот мир, на его сущности и силе.

- Не претендую.

- Это не играет роли. Есть такое понятие истинная пара. Зов крови. Судьба. Подобное есть даже у нас богов. Как оказалось, что вы истинная пара. Однако, поверь мне на слово, между вами всегда будет много всего. Не совсем может справиться любовь, иногда нужна решимость, терпение и самопожертвование. Готова ты пожертвовать собой, чтобы всегда быть здесь с ним и не видеть родных? Нет. Перун не сможет отказаться от всего для тебя. Потерять силу и бессмертие, а что потом? Теряя что-то важное, сможет ли в таких обстоятельствах выдержать любовь? Вряд ли, но и отпустить нельзя. Колдовской огонь не позволит. Он бурлит в крови, требуя постоянного присутствия истинной пары.

- К чему ты клонишь? – спросила прямо, убирая со своей щеки его руку.

- Тебе следует стать занятой для него. Выходи за меня замуж.

- Это шутка? Совсем не смешно.

- Нет, говорю совершенно серьезно. Я не претендую на чувства. Когда придет время смогу отпустить тебя. К тому же брачная клятва лишит меня возможности лгать тебе. Не смогу предать. Буду обязан позаботиться и защитить ценой собственной жизни, - взял меня за руку Хорс. Поцеловал ладонь и запястье.

- Снова ваши игры, - выдыхаю слова едва слышно.

- Нет, всего лишь пытаюсь защитить дорогого человека.

- Разве Перун не всесилен и не мудр, чтобы справиться самому?

- Я не о нем. Мне не хочется, чтобы твои глаза потеряли блеск. Тебе, в самом деле, нужна помощь и защита. Лучше всего, когда официальная, без последствий для тебя. Судьба судьбой. Она может быть и несчастливой. Никто не знает, как устроена жизнь, и что она нам готовит. Однако, если я могу тебе помочь, тогда почему бы это не сделать? Ты мне нравишься. Мыслишь трезво, стараешься понять суть, для человека редко закатываешь истерику. Ты умеешь любить, - сказал мужчина, глядя на Стаса. – Умеешь заботиться, признавать свои ошибки. Это уже показывает тебя со стороны не глупого человека. Также красивая. Считай, я заинтересован в тебе, но удерживать не буду. Мне нравится твое свободолюбие. Много чего нравится в тебе. Успел разглядеть, пока удаленно,приглядывал за вашей компании.

- Снова какая-то выгода. Наверное, просто хочешь обезопасить друга от глупостей. Ведь колдовскому огню сложно сопротивляться, - отодвинулась от Хорса, а потом упала на подушки. Все же сидеть было еще сложно. Слабость брала свое.

- Сильно тебе досталось, - положил на мой лоб свою большую руку. От руки мужчины шла прохлада. Немного стало легче. Захотелось закрыть глаза. Поддалась этому искушению.– Маленькая, хорошая девочка, которая не доверяет никому. Возможно, я хочу счастья всем, или же только себе. Вот только именно так можно сохранить тебе и брату жизнь и свободу. Дай мне шанс помочь вам. Выходи за меня замуж.

- Я подумаю, - прошептала, кровать прогнулась. Встал. Укрыл одеялом. Поцеловал руку.

- Я смогу сберечь вас. Теперь засыпайте. Набирайтесь сил, нас ждет долгая дорога и много испытаний, - прошептал и ветром вышел из шатра, оставляя после себя прохладу. Глаза закрылись, как только прижала брата сильнее к себе. Надо набраться сил и о многом подумать. Никто не говорил, что будет просто. Никто не знает, где правильный выбор и какую сторону следует выбрать.

Сон не шел. Шумно выдохнула, открыла глаза. Усталость никуда не делась. Тело было отвратительно слабым. Брат тихо посапывал рядом. Поцеловала малыша и, накинув какую-то накидку себе на плечи, вышла из шатра. Воздух был прохладным. Поежилась. Чем дальше отходим от избушки, тем сильнее портиться погода. Посмотрела в сторону костра недалеко от себя. Там сидел Перун. Странно теперь так называть про себя этого мужчину. Вот так легко и просто он перестал быть парнем, а стал мужчиной. Его глаза искали мой взгляд. Чувства…Да, с ними сложно жить, еще труднее простить ложь. Даже когда невыносимо хочется приблизиться к нему и обнять. Гордость. Обида. Гнев. Эти эмоции мешают сделать шаг навстречу к важному для тебя мужчине. Смотрим, друг на друга и молчим. Слов нет. Оба бледные, вид потрепанный, а в глазах боль и молчание стеной. Не могу пошевелиться, словно приросла к этому месту. Страшно сделать хотя бы шаг навстречу к нему. Недоверие. Глаза в глаза. Тихо потрескивают дрова в костре, едва нарушая тишину. Все замерло в ожидании.

Могу понять действия Перуна, свои тоже понимаю, но легче не становится. Мужчина громко выдыхает, опустив взгляд. Не могу переступить через себя. Шаг на встречу делает он. Встает, и через секунду оказываюсь в крепких объятьях. Сдавливает сильно, что тяжело дышать. Не отстраняюсь, но и не обнимаю в ответ. Жду. В уме отсчитываю секунды. Зарывается в мои волосы, вдыхает мой запах. По щекам текут слезы. Мои. Все же больно и без него, и с ним тоже больно. Понимаю, что предложение Хорса уже не актуально. Совсем. Как можно променять того, без которого невозможно дышать? Он слишком долго ждал меня. А я никого не вижу кроме него. Остальное кажется мелочью. Недопонимая, ошибки случаются. Прощаю. Все прощаю. Медленно, дрожащими руками обнимаю его в ответ. Чувствую улыбку мужчины.

- Моя, только моя. Не отдам. Всегда буду рядом. Больше никогда не обижу, - шепчет, и я понимаю, что верю. Просто верю и все. – Прости меня.

- Прощаю, - тихо шепчу в ответ. Перун резко отстраняется от меня. В какой-то момент замечаю лезвие ножа. Мужчина полоснул себя по руке и протянул нож мне.

- Клянусь любить, оберегать. Никогда не предам. Буду твоей стеной от всего злого вокруг. Окружу заботой, чего бы мне это не стоило. Ты моя истинная пара. Моя душа. Во всех мирах и измерениях, - его кровь обвивалась вокруг запястья мужчины браслетом. Клятва выжигала на руке причудливые узоры зеленым огнем. Смотрю в его глаза и вижу в них только лишь уверенность. Отказаться от него? Отпустить? Не смогу. С самого начала б не смогла отказаться. Чтобы не случилось, мы что-то придумаем вместе. Дорога одна на двоих.

- Клянусь любить, быть рядом. Никогда не предам. Стану твоим счастьем, домом и покоем. Ты моя истинная пара. Мое сердце. Во всех мирах, измерениях, - полоснула себе по руке, наблюдая, как моя кровь полыхает синим огнем. Появились узоры. Совершенно не больно, будто именно так и надо было. Перун смотрел на меня с нескрываемым удивлением. Не ожидал. Я сама не поняла, как на это решилась. Устала от тайн, недомолвок. Устала от грустного его взгляда и от побитой моей души. Устала от одиночества, от мира книг, где никто не жив и не с кем поговорить. Устала от фальшивых друзей, мнимой любви, от выгоды, человеческой и нечеловеческой зависти, гнева, обид.

- Моя любимая, - шепчет и целует мои глаза, щеки, руки. Еще ничего не закончено. Все только начинается. Впереди много проблем, выход из которых мы не знаем. Впереди стоит принять много решений. Жить тяжело. Жизнь не щадит никого, создавая собственные ситуации-ловушки. Потом смотрит, чего ты стоишь. Сейчас мне хорошо и уютно стоять в его объятьях. Смотреть вместе в одну сторону будущего, знать, что оно у нас есть. Проблемы можно решить пока мы вместе. Вопрос с домом остается открытым, учитывая, что сейчас я понимаю то, что никто не знает, как нас туда вернуть. Однако понятие смерти отменяется и откладывается на неопределенный срок.

- Твоя, но нам нужно решить, что делать дальше, - тихо напоминаю своему мужчине, сама прижимаюсь к нему сильнее. Чувствую, как напрягаются мышцы под одеждой. Лицо становится суровым и серьезным. Черты лица заостряются. Как раньше не поняла, кто передо мной? Все приняла за чистую монету, а теперь вглядываясь в него, понимаю свою ошибку. Перун задумался о чем-то своем, но не отпускал меня. Сильнее завернул в плед, исцелил пораненную руку, потом подхватил на руки и усадил рядом у костра. Забота – оказывается самое приятное чувство. Снова молчим. Рассматриваю узоры на своей руке, будто выжжены черным на коже. Странное ощущение цельности

- Недалеко отсюда есть город. Это владения Жиценя, поэтому так холодает понемногу. Сможем немного отдохнуть от всех проблем и поразмыслить о дальнейших планах. Проблемы сложнее, чем казались с самого начала, - прозвучал у меня в голове голос Перуна. Удивленно посмотрела на мужчину, тот лишь озорно улыбнулся.

- Кто такой этот Жицень? – спросила я также в уме, надеясь, что такое доступно и мне. Он пошевелил дрова в костре, задумчиво, глядя на него.

- Это бог осени.

- Думаешь, что этот Жицень будет рад нас видеть?

- Во всяком случае, я считаю, что это неплохой способ передохнуть. Против нас он ничего не имеет, что уже неплохо. К тому же ты привлекла достаточно внимания, лишь отправившись в путешествие за легендарным мечом. Здесь подобные вещи не держаться долго в секрете.

- Лейла не появлялась? Не вижу ее на привале, - решила перевести тему в другую сторону, более волнительную для меня. Диалог происходил для окружающих в полной тишине, лишь в наших мыслях. Костер продолжал гореть, потому что Перун время от времени подбрасывал туда дрова и разные ветки. Уходить не хотелось. Желание спать пропало полностью.

- Нет, как в воду канула. Пробовал поискать ее, но это не принесло никаких результатов, - проговорил он, тяжело вздыхая, и замолчал в моей голове. После чего над головой прозвучал голос мужчины, что от неожиданности меня передернуло. – К тебе гости.

- Присмотри за Стасом, - произнесла мысленно, глядя на застывшего недалеко от нас Услада. Он ожидал разговора наедине. Поднялась на ноги, слабость брала свое. Едва не упала назад, где сидела, но взяла себя в руки и направилась к парню. Он не был злодеем. Не был и героем. Не был и красавцем. Слишком умным или мудрым Услада также нельзя было назвать. Мне не хотелось давать ему лишних надежд, оставлять какие-то вопросы открытыми. Видела невооруженным взглядом, как этот парень ко мне относиться. Умные мысли приходят всегда слишком поздно. Не стоило вообще брать его в путешествие. Следовало оставить в покое, чтобы поскорее забыл и не вспоминал.

- Как скажешь, Наташа, - бросила последний взгляд на Перуна, но взамен он просто улыбнулся, притом добродушно, что абсолютно обезоружило. Поддержки в такие моменты не хватало. Приятно, когда тебе дают то, что тебе нужно на самом деле. – Мы истинная пара, поэтому можем слышать мысли друг друга. Мне нечего скрывать от тебя сейчас и впредь. Защищу твоего брата, не переживай.

- Спасибо, - одними губами прошептала, едва слышно. Но мужчина понял и заметил, после чего кивнул. Я все ближе подходила к Усладу. Напряжение нарастало. Разговор будет не с приятных.

- Я хотел поговорить с тобой… - начал мямлить Услад.

- Это уже поняла.

- Давай немного пройдемся, мне так будет легче это сказать, - сказал Услад, пропуская меня вперед. Не нравятся мне с некоторых пор прогулки по лесу. Одна надежда на то, что Перун услышит меня в любой момент. Сможет защитить. «Я рядом», - услышала знакомый голос, который был пропитан нежностью и заботой.

- Только недалеко. Я все еще плохо себя чувствую, - напомнила я парню, который очень резко шагал по дороге. Услад посмотрел, будто впервые меня увидел, но через секунду кивнул и замедлил шаг. Мы шли по дороге, где не так давно напала Огнея на меня. Воспоминания внушали ужас. Взяла себя в руки, поправила на плечах плед и продолжила идти за парнем. Услад резко остановился, едва не сбил меня с ног. Потом присел на траву, выжидающе, глядя на меня. Стою, садиться рядом не хочу. От парня веяло опасностью, но все же стоило выслушать его.

- Хочешь? - обратился он, ко мне, протягивая бокал вина, который сам создал.

- Нет, спасибо, - вежливо отказалась. Напряжение нарастало. Смотрю на него, пытаясь понять причины следовать за нами. Любовь? Вряд ли. Власть? По рассказу Перуна, у него сейчас много силы, поэтому не понимаю этого парня.

- Да, видишь ли плохая привычка, а бросить не могу, - Услад быстро выпил бокал, поразмышляв немного, сделал себе бутыль вина. Потом резко встал и оказался рядом со мной. – Все же ты пахнешь лучше любого вина. Запах колдовской крови. Чистая сила. Такой хочется обладать. Вот только как не пытаюсь обратить внимание на себя – смотришь мимо. У колдовской крови есть особенность – она сама решает, кого одарить своим признанием. Мы боги, подобное называем истинной парой, хотя на самом деле, сила выбирает соответствующую силу. Увеличивает ее, дарит эмоции и жажду жизни. Ее смысл. Знаешь, забытые боги давно потеряли смысл своей жизни. Так жаль, что, не смотря ни на что твоя колдовская кровь выбрала другого.

- Сочувствую, но ничем помочь не могу. Эмоциями сложно управлять.

- Заметил, - он снова налил в бокал вино, и быстро осушил его. После чего взял мои руки в свои, рассматривая узоры на них. Лицо Услада исказилось злостью. Казалось, сейчас произойдет что-то непредвиденное и плохое. – Связанные на крови. Древнее венчание князей на Руси. Красиво, не думал, что когда-то увижу его еще раз в своей жизни. Почему не я? Чем хуже? Не такой красивый или дерзкий? Разве я также не находился всегда рядом? Ведь ты мне нравишься не меньше, чем ему, - попытался ко мне прикоснуться Услад. Отшатнулась. Парень еще сильнее разозлился. – Значит, он сильнее. Вот почему Лейла крутиться вокруг этого Ганиля.

- Знаешь, любят не за красоту или за ум, или за ещё что-то. Любят просто так. Просто потому что ты есть на этом свете. Здесь нет особых правил отбора. У каждого своя судьба. Я не твоя, вот и все, - решила что-то объяснить этому богу. Наверное, неприятно, когда объект воздыхания выбирает не тебя. Однако он и не любил меня. Ему нужно было то, чего нет у всех остальных. Злость молнией прошлась по лицу Усладу, все сильнее и сильнее закрепляя внутри парня гнев.

- Значит, ты думаешь, что и меня можно полюбить? – отстраненно и равнодушно уточнил он.

- Полюбить можно каждого.

- Но, ты не любишь меня, так? Ты любишь Ганиля? - спросил Услад тихим вкрадчивым голосом, от которого пробежали по спине мурашки страха.

- Люблю его.

- За что? Почему сразу не прогнала меня, как только поняла мои чувства?

- У тебя их нет ко мне. Это лишь так кажется тебе. Ты не любишь меня. Это жажда обладания тем, чего нет ни у кого. Не более того, - попыталась объяснить ему, но по глазам парня поняла – не хочет принимать реальность. Он жил в своем мире. На том уровне понимая жизни, на котором ему было удобно принимать. Если делить все лишь на плохое и хорошее, картина мира никогда не получится цельной.

- Иногда больно от такого совершенства силы. Жизнь в тебе бьет ключом. Хочется присвоить себе. Я чувствую сильную зависть по отношению к Ганилю. Даже ненависть. Получить такой дар, что хочется сломать тебя, лишь бы ты не досталась ему, - шепнул Услад мне на ухо. Слабость все сильнее накатывала на тело, от чего хотелось упасть на землю. – Такая бледная. Хрупкая. Беззащитная. Одна. Как же хочется сломать чужое превосходство и совершенство, но не сейчас. Как жаль, что все же ты не моя.

С этими словами он развернулся и ушел. Исчез. Ноги подкосились, и я все же упала. Надеюсь, он не вернется никогда. Все же Боги ничем не отличаются от людей. Обладают теми же спектрами эмоций, желают того же, что и люли. Разница только в возрасте, хотя и здесь мы друг от друга не особо отличаемся. Слабые и сильные, бессмертные и смертные – все равны перед чувствами. Мне жаль Услада, но в любой ситуации лучше выбирать себя, как бы это не было эгоистично. В другом случае, когда несчастье касается тебя – никто не протянет руку помощи. Сделают вид, что все нормально. После чего сама привыкнешь к этой мысли. Здесь и сейчас я выбираю правду и себя, даже если ошибусь. Это просто выбор, не более и не менее, но он влияет на качество жизни, счастья и любви.

Вдохнула и выдохнула, после чего пошла в ту сторону, куда ушел Услад. Хотелось вернуться назад поскорее к Перуну и Стасу. Почувствовала влагу на своих щеках. Плачу. Значит, все-таки больно прощаться, даже если не любишь. Уходить и расставаться всегда больно, вне зависимости оттого виновен ты в сложившейся ситуации или нет. Все мы идем по дороге жизни, иногда пути людей пересекаются друг с другом. Порой на наших дорогах и сердцах остаются ямы после подобного столкновения, иногда легкие едва заметные шаги. Это дорога жизни и чувства настоящие рано или поздно выйдут наружу. Их невозможно постоянно сдерживать внутри себя. Так и блуждаем по этой дороге в поисках себя и счастья, разбивая коленки и сердце до крови, потом ищем исцеления. В себе самом. В человеке, которого полюбим. Порой мы накладываем на него много «нужных ярлыков» какой он должен быть, забывая о главном. Нужно просто любить. Иногда страстно, иногда спокойно, дозируя эмоции, заживляя, таким образом, раны на сердце. Прислушиваться друг к другу. Не ожидать всего и сразу – так не бывает. Никто не меняется по щелчку пальцев – это труд. Никому не приходит жизненная мудрость и озарение сразу – это все метод проб и ошибок, но в конечном итоге большинство из нас взрослеет, идя по дороге жизни.

Наверное, глядя на Услада, я всегда видела саму себя, поэтому не могла сразу его отпустить. Мой эгоизм. И, тем не менее, это так, в таком детском поведении, неуверенности в себе, порой безрассудного выброса эмоций – видела ту, которую давно похоронила в себе. Ту которая причиняла боль своей матери и окружающим близким людям, как капризный ребенок. Пыталась ото всех защититься и в то же время, приближала к себе не тех людей, отталкивая родных. Поэтому сейчас возвращаясь к лагерю, понимала, что ничего не законченно. Скорее всего, придется ждать подвоха от Услада, так бы поступила б и прежняя «Я». Вот только слезы все равно текли по щекам. Таким образом, я жалела и себя, и его.

- Почему грустишь? – увидела перед собой Хорса, который стоял, прислонившись спиной к дереву. Мужчина смотрел куда-то далеко в небо, будто не обращая внимания на меня. И, тем не менее, знал о моем присутствии. Сейчас он выглядел спокойнее, серьезнее и собранней. Загадочный мужчина, властный, наверное, хороший стратег и манипулятор. Красивый, расчетливый, умный, но не мой. Прислонилась к дереву напротив него, рассматривая Хорса. Возможно, в самом деле, лучше сразу разбираться со всем непонятными ситуациями, пока они не стали проблемой?

- День такой сложный и ночь не легче, - пожала плечами.

- Услад ушел?

- Зачем спрашиваешь, если знаешь?

- Иногда хочется услышать ответы на свои вопросы, даже если сам их знаешь. Желательно правдивые ответы услышать, - выделил последнюю фразу Хорс. Посмотрел мне прямо в глаза, а потом опустил свой взгляд на мои запястья. Грустно ухмыльнулся. – Выбор не в мою пользу, как вижу.

- Бессмысленный был выбор между сердцем и разумом. Я бы все равно выбрала его. В любой ситуации.

- Не хочешь больше возвращаться домой?

- Хочу, но считаю, что до этого надо дожить. Вот это всего лишь мой выбор любить его и быть с ним, - указала на свои запястья я. Хорс спокойно кивнул, принимая мой ответ. – За его выбор никто не может отвечать кроме него самого. Я люблю Перуна. Вот так просто. Люблю его неумение открываться, его желание защищать и быть рядом, мне нравится, когда он дышит рядом. Принимаю те ошибки, которые этот мужчина совершает рядом со мной. Просто потому что этот мужчина мой, а не чужой. Это не беспочвенная влюбленность и не уносящая последний разум страсть, нет, это не они. Это вполне осознанная любовь, где каждый является отдельной личностью, вполне самостоятельной, цельной. Но таким образом мы дополняем друг друга. Проблемы будут. Не бывает идеальных отношений, однако я не буду на него давить. Иначе в любом случае потеряю того, кого люблю. Уйдет со мной и Стасом – прекрасно, останется здесь – тоже хорошо. Это выбор, который не разрушит мою жизнь. Да, будет больно, но смогу жить дальше, как с ним, так и без него. И всегда помнить то, что в моей жизни было такое всепоглощающее чувство. Я считаю это неплохой ценой за то, что даю себе и ему, таким образом, право на свободу выбора и право любить.

- В такие моменты я жалею, что ты не моя, что воспринимаешь меня, как чужого. Такой пассаж с моей стороны, - сказал Хорс, вплотную приблизившись ко мне. Заправил за ухо мне выбившуюся прядь волос, погладил по щеке и наклонился близко. Опасно близко, что я чувствовала его горячее дыхание на своей коже. – Женщина, специально рожденная для мужчины, способная дать ему право выбора, поддержать, и расти вместе с ним. Любящая женщина, пока еще девушка, но ты взрослеешь. Сокровище, такое бесценное и такое никому не нужное в вашем мире. Там сейчас ценятся совсем другие качества, впрочем, в нашем мире для таких тоже нет места.

- Ничего страшного, если понадобится и придет время – я создам свой собственный мир. Меня не пугают трудности, - спокойным и ровным голосом ответила я, отодвигаясь от мужчины.

- Хочу однажды это увидеть, - кивнул своим словам Хорс. – Все же пока мы здесь и сейчас, то остаемся союзниками, чтобы вернуть прежний уклад жизни в этот мир.

- Совершенно согласна, - выдохнула, после того, как полностью освободилась от давящей атмосферы рядом с этим мужчиной. Сильный, возможно, по силе равный Перуну. Древний. Хитрый и опасный бог, с таким сложно расслабиться. Вернее сказать невозможно, расслабиться, но еще сложнее поверить в его чувства. Хорс не робот, но тем не менее чувства и разум у него полностью синхронны. – Отвратительно видеть то, как власть забирают те, кто не способен с ней справится.

- С тебя вырастит когда-то очень опасная женщина, - улыбнулся Хорс, после чего склонил голову в шутливом поклоне, заставляя меня улыбнуться. – Теперь нам пора назад, пока тебя не стали искать.