Игра в перерождение

Глава 1 "Конец пути Реймура"

- Время, - грустно произнёс надзиратель.

- Да, друг мой, время настало, - спокойно произнёс я.

Моё имя - Реймур Мэлион. Ещё несколько недель назад я был одним из важнейших людей империи, а сейчас - преступник, которому суждено умереть. Не буду пытаться себя оправдывать - я убил императрицу. Я не сожалею и не собираюсь раскаиваться. Это было мой осознанный выбор... Возможно, слегка импульсивный, но даже теперь, когда настал час задуматься о прожитой жизни и о совершённых поступках, я понимаю, что, для себя, я поступил правильно.

Надзиратель, которого я когда-то лично порекомендовал на эту должность, вывел меня из темницы. Раньше мне и моей сестре часто приходилось приходить сюда, чтобы лично выведывать информацию. Столько воспоминаний... Наверное, с преступниками я провёл больше времени, чем со своими родными... Это и есть суть моей семьи - отчуждение и мрачность. Не потому ли я так спокоен перед лицом неминуемой гибели?

Тьма родной тюрьмы закончилась, и я вместе с надзирателем оказался в просторном зале, который так и светился от роскоши. Достаточно неприятное и бессмысленное зрелище. Прошлый император никогда не стал бы делать из казни своего ближайшего подчинённого показ богатств. Так и чувствуется всё высокомерие принца... Нет, он уже не принц. Он - император Миэль, хотя для меня он не больше, чем глупый мальчишка. Несмотря на открытость, зал не блистал обилием людей. Здесь были только я, надзиратель, Миэль и несколько его приближённых. "Император" восседал на импровизированном троне. Похоже, чувство неполноценности, связанное с великолепным правлением прошлого императора, проявляется даже в таких мелочах, как казнь последнего из рода Мэлион.

- Можешь идти, - произнёс Миэль, обращаясь к надзирателю.

Он неохотно повернулся и покинул зал. Теперь я остался наедине с этим.... Мерзким человеком.

- Надеюсь, ты подумал над своим поведением, Реймур, ведь это твой последний шанс откинуть гордость и начать умолять меня сохранить твою никчёмную жизнь, - ехидно оскаливаясь, произнёс Миэль.

- Давай быстрее. Твои бессмысленные речи убьют меня быстрее, чем сама смерть.

Мои слова затронули самомнение Миэля, но он постарался скрыть это, причём крайне паршиво. Я удивлён тем, как его приближённые до сих пор не лишились голов. Я бы не смог... Да, точно. Я и не смог оставаться верным короне после смерти прошлого императора.

- Начнём же казнь. Не желаю больше видеть твоё лицо, Реймур.

- Впервые наши чувства взаимны. Миэль.

Лицо "императора" стало багровым от злости. Он бросил недовольный взгляд на своих слуг. Один из приближённых Миэля, самый смелый или самый глупый, принёс золотой кубок, который рельефным узором украшала змея. Он мне знаком. Раньше я множество раз видел, как предатели Родины выпивали яд из него. Это наказание почти мгновенно убивает жертву. Довольно гуманно - позволить преступникам умереть быстро. Миэль выжидающе смотрел на меня. Золотой кубок был немного великоват для моей руки, а потому пришлось откинуть манеры и взять его двумя руками. Я поднял кубок и произнёс:

- За смерть императрицы... И за будущую кончину императора!

Яд уже внутри. А Миэль тревожно смотрит. Ты действительно думал, что я оставлю тебя в живых? Как был идиотом, так и остался...

Может, я и не верю в существование богов, но, если вторая жизнь всё-таки существует - я хочу жить подальше от дрянной политики.

...

Что-то не так... Я умер, но такое чувство, будто бы и не умирал. Я не ощущаю своего тела, но ощущаю, что я существую... Весь мир одновременно безмолвно тёмный и оглушающе светлый... Где я?

- Наконец мы встретились, смертный Реймур.

Голос прозвучал у меня в голове, но я чувствую, что его владелец стоит передо мной.

- Как ты уже понял, ты мёртв. Но за свою краткую жизнь ты твёрдо вошёл в манускрипт истории, да так что твоя семья стала знаменита на долгие столетия.

- Кто.. Говорит со мной? - слова словно резали мою глотку, оттого говорить было тяжело.

- Серус, один из богов, что заведуют перерождениями. Так как ты был и будешь знаменит в родном мире, твоя душа слишком интересна, чтобы очищать её от бремени жизни "Реймура".

- Вскоре ты переродишься... Точнее, займёшь место одного умершего человека, - продолжал он.

- Мир, куда ты попадёшь, называется Клондайк. Там судьба людей полностью зависит от того, каким "цветом они родились". Я не собираюсь тебе сейчас объяснять что-нибудь ещё. Суть правил мира ты узнаешь сам. А вот суть правил игры придёт тогда, когда ты поселишься в новом теле.

- И.. Игра? - это единственный вопрос, который я смог задать.

- Ох, я совсем забыл сказать об этом. Ты участвуешь в моей с остальными богами игре - игре во имя веселья! И ты не имеешь право отказаться!

Хохот "бога" громко раздался в моих ушах. Если бы у меня тело, то я бы оглох. Силуэт существа передо мной исчез. На его месте появился небольшой список, на котором золотыми чернилами были написаны... Правила?

"Правила участника игры и вступление к игре

Реймур Мэлион после своей смерти в мире Пятого займёт место погибшего Гиллена Эйдала. Изначальная душа не имеет право на перерождение, пока не будут объявлены результаты игры. Причины смерти не будут проявляться первые два дня, дабы дать новому владельцу привыкнуть к телу. Поправка № 1. *Все поправки приведены в конце текста*

Правила:

1. Новый владелец тела должен выжить после того, как с него снимется защита от причин смерти.

2.Игра начнётся в то время, когда десять игроков смогут прожить неделю после снятия защиты.

3.После начала игры выжившие должны разделиться на две группы.

4. Если в течение двух месяцев команды не собираются, их состав определится при помощи голосования среди богов.

5. Если соберётся одна команда, то состав второй определится автоматически.

6. Игроки обязаны сообщить друг другу свою личность из прошлой жизни. Поправка № 2.

7. Остальные правила будут оглашены после сбора команд.

8. Игрок не имеет возможности отказаться от участия в игре.

9. Причина смерти прошлого владельца сообщится после прохождения срока в неделю.

Поправка № 1 - новый владелец Реймур Мэлион продолжит страдать от причин смерти, но в более смягчённом варианте. Подобная поправка вступает в действие из-за особенности смерти прошлого хозяина тела.

Поправка №2 - разрешается не сообщать имя лишь в том случае, если игрок не имеет возможности вживую встретиться с членами своей команды. Но при первой же встрече игрок обязан всё рассказать.

Все игроки принадлежат к миру Пятого. Если в команду попадут игроки из иных миров, игрок Клондайка обязан об этом сообщить.

Приветствуем Вас в игре и удачи в выживании!

Боги перерождения".

Не успел я прочитать правила, как они исчезли. Меня окутала безграничная тьма... Так началось моё путешествие в новом мире.

Глава 2 "Жизнь начинается с проблем"

Тьма... Безграничная пустота приняла меня в свои объятия. Раньше я думал, что после смерти есть только она и никого более. Она не пугала меня. Но сейчас я понимаю, что даже мгновение здесь начинает сводить с ума.

Может, перерождение не такой уж и плохой вариант для меня? Не нужно будет больше заботиться о благополучии империи, послушно выполнять приказы Миэля. Да, я ещё не знаю всех правил игры, но разве новая жизнь будет дана даром? Боюсь, представить, какие будут требования... Встречу ли я кого-то, кого я хорошо знал?... Вдруг... Может, это надежда и крайне мала, но... Могу ли я встретить их? Не стоит надеяться, но... Я просто заполняю мысли... Не стоит больше о них вспоминать.. Они остались в прошлом... С их смертью я не мог ничего поделать.

Резко тьма и мои мрачные мысли сменились тусклым светом. Я смутно понимал, где нахожусь. Единственным, что я видел были белый потолок и нечёткие лица двух людей.

- Неужели Вы совершенно не можете ничего сделать?! - кричал мужчина, но его голос звучал не злым. Это был голос отчаявшегося человека... Я звучал также, когда пытался отговорить Миэля от убийства моей сестры.

- К сожалению, нет. Сейчас всё зависит от юного графа. Больше я ничем помочь не могу, - прозвучал другой голос. Это голос врача? Он говорит обо мне?

Неужели я переродился в ребёнка знатной семьи? Похоже, что желания для богов ничего не значат, а мне вновь придётся быть связанным с политикой. Глаза тяжело было держать даже полуоткрытым, а потому против своей воли мои веки опустились. Перед тем, как вновь провалиться в пустоту, я расслышал лишь тихий плач женщины.

Я никогда не отличался преданностью своей конфессии, скорее, то, что я посещал молитвы, было чистой формальностью. Но произошедшее не только не соответствует той религии, оно полностью противоречит и моим убеждениям. Случившееся необычно, но придётся привыкнуть. Другого выбора у меня просто нет.

Некоторые мои знания могут пригодиться здесь, но для начала нужно узнать побольше об этом мире: степень его развития, количество королевств и их взаимоотношения, состояние моей новой семьи и многое другое. Но всё это только после того, как проснусь.

...

Не знаю сколько часов или дней я пролежал во тьме, но мне наконец удалось проснуться. Я всё ещё видел довольно не чётко, но мне удалось разглядеть силуэт мальчика, который крепко держался за мою руку. Я даже не уверен, что это был мальчика - это скорее походило на яркое синее пятно. Он... Оно громко хныкало. Возможно, а скорее всего так и есть, этот мальчик или кто бы это ни был - родственник умершего.

Я не знаю, как работает система перерождения, но... Знала ли семья мальчика, чьё тело я занял, что он умер? Было бы к лучшему, если они бы ничего не знали. Иначе будет сложно объяснить - почему мёртвый неожиданно воскрес и немного или полностью изменился в характере. Слишком многое нужно учесть, чтобы не выдать себя. Я ничего не знаю о человеке, который умер, о мире, в который переместился, о новой семье, о правилах игры и многом другом. Хотелось бы, чтобы у меня был справочник, но о таком богатстве можно лишь мечтать.

- Гиллен! Отец, отец, Гиллен очнулся! - неожиданно воскликнул мальчик. Его крик был настолько пронзительным, что мне казалось, что из моих ушей вскоре потечёт кровь.

Откуда-то раздался громкий стук шагов. В комнату, где я спал, кажется, вошло два человека. Один из них был чуть выше второго и с таким же синим пятном в районе головы, как и у мальчика рядом со мной, второй человек не отличался высоким ростом, а, похоже, волосы, были чёрного цвета. Черноволосый человек подбежал ближе и сел рядом с мальчиком.

- Сэрри, Гиллен действительно очнулся. Хвала Богам цвета! - воскликнула черноволосая персона. Кажется, это голос женщины.

-Г-где я? - говорить было намного проще, чем при моей встречи с божеством. Я, конечно, задал не лучший вопрос, но это единственное, что мне удалось придумать. Надеюсь, он не прозвучал слишком уж странно.

- Ты дома, брат! - сказал мальчик. Его ответ, мягко говоря, мне вообще ничего не говорит. Откуда я могу знать, где находится мой дом?

- После того, как ты потерял сознание в гостях у семьи Нэльф, тебя привезли домой. Ты целый месяц не приходил в сознание, - ответил мужчина спокойным голосом.

- Я... Я н-ничего не.., - я хотел было сказать, что совершенно ничего не помню - притвориться, что у меня амнезия. Это бы сразу же решило проблему с адаптацией, потому эти люди, по их разговорам, не понимают, что случилось с настоящим Гилленом. Впрочем, как и я сам. Но я не успел договорить, как мужчина перебил меня.

- Ты только пошёл на поправку. Не стоит тратить свои силы на разговоры. Как только ты полностью восстановишься, мы сможем наверстать упущенное время.

Мне жаль эту семью. Я переживал смерть близких множество раз, но у меня не было времени оплакивать их. Если бы кто-то из тех, кого я считал мёртвыми, вернулся бы, то я бы тоже обрадовался... Но всё же это жестоко подменять родного брата или сына на чужого.

Пока я размышлял семья Гиллена покинула комнату, а я вновь уснул. Обычно мне ничего не снится, а даже если и снится, то я никогда не запоминаю такие мелочи - у меня и без того хватало проблем и дел. Но сейчас я вижу сон. Сон неприятный и согревающий одновременно. Сон из детства, когда нам троим жилось проще. Когда правил ещё старик-император. То, что кажется более невозможным, чем перерождение... Но почему я вижу сестру и Вильяма, когда стало ясным, что мы не встретимся?

- Как тебе сон? - произнёс кто-то. Голос звучал знакомым, но в то же время и нет.

- Неприятный. Хотелось бы, чтобы он прекратился, - ответил я.

- Правда? Я надеялся, что тебе понравится видеть самых близких тебе людей в самый счастливый период твоей прошлой жизни, - голос, кажется, принадлежал Серусу.

- Не думаю, что управление снами входит в полномочия богов перерождения, бог Серус.

- О! Так ты запомнил, как звучит мой голос! - произнесло божество прежде, чем появиться предо мной.

Серус выглядел как самодовольный ребёнок, из-за своего низкого роста, но коварная ухмылка, которая не выглядела особо приветливой, быстро меняла это впечатление. У него короткие и кудрявые чёрные волосы, в которых неестественным образом были вплетены ветки и голубые цветы. Кажется, они назывались васильками. Глаза были такого же цвета, как и цветы, но от них отдавало жестокостью и холодом. Единственным, что покрывало его голое тело была белая ткань, которая чем-то походила на робу монахов. За спиной у него парило четыре больших белых крыла, которые никак не соединялись с телом. Я представлял его немного иным. Он больше походил на ангелов, которых часто изображали на стенах храмов.

- Мне, конечно, очень приятно, что меня запомнил какой-то смертный, но я пришёл сюда совсем не за этим.

- А зачем же?

- Принести тебе некоторые правила и ответить на четыре твоих вопроса.

Серус щёлкнул пальцами и в моих руках появился золотистый свиток.

- Прочитаешь его позже.

- Как я могу я прочитать, если эти свитки не появляются рядом со мной?

- Зачту это за первый вопрос. Тебе достаточно произнести "Правила", и они сами появятся у тебя на руках.

Грустно, что мне пришлось потратить один вопрос, но на одну проблему стало меньше.

- Какие симптомы после выздоровления наблюдались у тех людей, что страдали по той же причине, что и Гиллен?

- Странный вопрос, но у них были амнезия, продолжительная вялость, временная потеря слуха и голоса, бессонница, иногда они теряли сознание. Вроде, всё.

- Есть ли здесь люди, которых я хорошо знал?

- Есть. Ты даже представить себе не можешь, кто именно!

- И последнее. Что будет, если я проиграю в игре?

Серус громко рассмеялся. Кончики его крыльев почернели, а он сам изменившимся голосом произнёс:

- Ты слишком рано задел конец игры, которая ещё не началась. Я не имею права отвечать на вопрос, который объясняется в правилах. Но раз ты задал вопрос - я должен ответить, но я лучше отвечу на то, что бы ты никогда не задал, при этом желая знать.

- Я не понимаю о чём...

- Они оба здесь. Думаю, ты понимаешь, о ком я говорю.

Они... Здесь? Оставив меня с горьким недоумением, Серус исчез. С ним исчез и мой сон.

Глава 3 "Новое начало"

Лучше бы это был просто сон, иначе будет трудно сосредоточиться на насущных проблемах. Я одновременно рад тому, что они здесь, но в то же время меня что-то беспокоит. Раз я в игре значит в ней будут как победившие, так и проигравшие. Что будет если я или кто-нибудь из нас проиграет? Возможно, сейчас эта проблема не так уж и страшна, но в будущем она может испортить многие планы...

Отец часто ругал меня из-за задумчивости, ведь я мог думать о будущем, забывая о нынешнем. Раз уж я проснулся, то стоит последовать его совету - просто немного отдохнуть. Конечно, "просто" отдыхать я не буду, мне нужно внимательно изучить ещё многое. Я встал с кровати. Комната, где умер мальчик, была достаточно скромной: маленькое помещение, былые стены и потолок, из мебели лишь одна кровать и зеркало, которое закрыто старой холщовой тканью. Любопытство никогда не было моей характерной чертой, но всё же мне интересно, как я теперь выгляжу. Мои знакомые, а, в частности, моя жена, сестра и друг Вильям, да и не только они, отмечали, что я выглядел довольно просто - отличить меня от любого другого человека было сложнее, чем научиться чему-нибудь. Я не мог их винить в подобном, но не мог не говорить, что меня это не раздражает. С некоторым трепетом я снял с зеркала ткань и ужаснулся. Может, меня никогда и не устраивала моя внешность, но я никогда не хотел походить на клоуна! Разве синий может быть естественным цветом волос? Хотя чему я удивляюсь? Этот мир может абсолютно не походить на мой, а значит и волосы могут быть другие. Розовыми глазами меня не удивить. Когда-то давно я видел целую семью людей с красными глазами, но, как они сами говорили, это было связано с неким заболеванием. Кожа у мальчика смуглая, что немного странно. Я привык к тому, что все дворяне бледны как мертвецы, ведь загорелая или тёмная кожа - признак крестьян. Лишь немногие, да и то связанные с тёплыми странами, люди обладали смуглой кожей.

Ещё немного оглянув себя, я стал осматривать зеркало. Несмотря на то, что на нём висела ткань, зеркало было пыльным. Похоже, что кто-то написал на зеркале странную надпись: "Это зеркало проклято. Тот, кто смотрит в него и видит своё отражение, уже умер однажды. Боги любят играть с такими людьми". Она не была написана кровью, чернила или ещё чем-нибудь, надпись просто была выведена пальцем. Но странность была не в этом. Я одновременно понимал, что написано, но в то же время - нет. Местная письменность изрядно отличалась от той, которой я привык. Пока пытался разобрать каракули, в моей голове прозвучал детский голос, который и прочитал текст на зеркале. Я был удивлён, но, возможно, это помощь от богов? Язык местный похож на мой, поэтому с ним не возникнет проблем, но благодаря голосу в голове с письменностью будет также. Надпись немного настораживает. Похоже, человек, что написал её знал о перерождениях. Но зеркало находится в комнате без окон и завешано тканью, значит ли это, что его пытались скрыть или просто не знали, что оно здесь? Если семья знает о перерождении, то они с лёгкостью увидят отличия...

Я ещё раз взглянул зеркало. На мгновение мне показалось, что я увидел там старого себя, но эта была лишь игра воображения. Я повесил ткань обратно и вышел из комнаты. За дверью меня ожидал коридор, заставленный мебелью. Вся она была покрыта толстым слоем пыли и густой сетью паутины. Неужели в этой семье совершенно нет слуг? Как вообще можно держать дом в таком беспорядке? Нужно будет сделать с этим кошмаром что-нибудь. Коридор вёл к лестнице, которая опускалась на первый этаж. Снизу я едва расслышал разговор, а, так как я не знал планировку дома, пришлось идти вниз. Лестница была деревянной, а от того неопрятно скрипела от каждого моего шага. Не помню, когда в последний раз ходил по подобной лестнице. Все места, которые мне приходилось посещать, отличались чрезмерной роскошью. Пока я предавался воспоминаниям, не заметил, что лестница уже кончилась. Спуск со второго этажа занял больше сил, чем я ожидал, хотя это не удивительно. Мальчишка долго пролежал без действия. По идее, я бы не смог вообще встать с кровати из-за отсутствия сил. Может, прилив сил - помощь от богов? Если так, то как-то слишком сильно они пытаются помочь. За подобное точно будет плата...

- Гиллен? - неожиданно произнёс голос мужчины, которого я видел перед тем, как уснуть.

Я повернулся на звук. Передо мной стоял синеволосый мужчина с ярко-зелёными глазами. Одет он был довольно неплохо - одежда не отличалась особой роскошью, но и не раздражала глаз. Мужчина подошёл ближе и без какой-либо сложности поднял меня в воздух. Я удивился. За всю мою сознательную жизнь меня не поднимали на руки - отец считал подобный жест проявлением излишней эмоциональности, а у матери... С ней я был почти незнаком. Похоже, моё недоумение выразилось и на моём лице, потому что мужчина спросил:

- Почему ты кривишься, Гиллен?

Что ж, настало время проявить мои актёрские способности.

- Кто Вы? - хладно спросил я.

- Не шути так, сын мой, - с явным страхом в голосе произнёс мужчина.

Страх в его глаза лишь увеличивался с каждой секундой моего молчания.

- Ты совсем ничего не помнишь? - спросил он.

- Я даже не помню, кто я такой.

- Врач говорил, что ты можешь потерять память, но я надеялся, что подобного не произойдёт.

Мужчина тяжело вздохнул, но также не отпускал меня. Он, наоборот, усадил меня на плечи и пошёл в другую комнату. От страха упасть я со всей силы схватился за голову мужчину. Потолок был довольно высоким, оттого мне не приходилось наклоняться. Спустя мгновение мы оказались в просторной комнате. По виду она напомнила мне обеденный зал: длинный деревянный стол, на котором аккуратно расстелена белая скатерть, в центре стояли свежие фрукты в плетеной корзине и медный подсвечник без одной свечи. За столом сидели двое: мальчик и женщина, которых я видел.. вчера? Сколько я проспал?

- Сэрри? - неуверенно спросила женщина.

Прежде, чем я успел понять, что происходит, женщина и мальчик уже обнимали меня. Похоже, люди здесь довольно эмоциональные. Мне трудно понять их, ведь меня учили быть чёрствым. Конечно, отцу так и не удалось сделать из меня идеальное подобие себя, но воспитание всё же дало свои плоды - люди считали меня бесчувственным.

- Я не могу описать словами, как я рада, что ты очнулся, Гиллен, - произнесла женщина, смахнув слёзы с глаз.

- Арна... - начал мужчина, которого, похоже, звали Сэрри.

- Почему ты так грустен? - спросила Арна.

- Гиллен ничего не помнит.

Арна на мгновение помрачнела, но затем с улыбкой произнесла:

- Главное, что он жив. Память со временем вернётся, а если нет, то мы просто создадим новые воспоминания.

Сэрри опустил меня на пол, который из-за моих босых ног казался сделанным изо льда. Чтобы не мёрзнуть, я присел за стол. Стул был довольно мягким.

- Не стоит ли нам начать знакомство? - спросил я.

- Меня зовут Градис Эйдал, и я твой младший брат! - воодушевлённо произнёс мальчик с улыбкой на улице.

- Приятно вновь с тобой познакомиться, - ответил я.

Градис так и светился от счастья. Обрадовавшись похвале, он также собрался представить мне и других членов семьи.

- Это наш отец - Сэрри Эйдал, - сказал Градис, указав на мужчину.

- А это наша мама, её зовут Арна.

Я было хотело поклониться, но быстро передумал. Я не знаю местных правил поведения - возможно, поклон здесь не приветствуется.

- Я рад, что могу быть вновь с Вами. Надеюсь, моя память вскоре вернётся.

Арна хотела что-то сказать, но в соседней комнате раздался громкий шум.

- Градис, покажи брата в его комнату, - произнесла Арна, а затем вместе с Сэрри ушла в ту комнату, откуда раздался шум.

Градис схватил меня за руку и побежал на второй этаж. Как оказалось, моя, точнее, комната Гиллена находилась недалеко от того коридора, где я спал. Градис что-то увлечённо говорил мне, но я его не слышала. Перед глазами на мгновение вместо брата умершего я увидел чем-то недовольного Серуса, державшего в руках перо и свиток. Он говорил на непонятном мне языке. Сначала мне показалось, что это просто галлюцинация, но Серус обернулся, увидев меня, щёлкнул пальцами и исчез.

- Брат, с тобой всё хорошо? - взволнованно спросил Градис.

- Я всё ещё не очень хорошо себя чувствую.

- Думаю, тебе лучше ещё немного отдохнуть. А потом... потом я тебе расскажу что-нибудь!

- Хорошо.

Я зашёл в комнату и без сил упал на кровать.

Глава 4 "Знакомство со старыми друзьями"

Прошло уже три дня с тех пор, как я проснулся. За это время я достаточно узнал о Клондайке, по крайней мере пока. Многое мне рассказал Градис, но всё же он всего лишь ребёнок, так что я не мог воспринимать сказанное им как что-то достоверное, а потому приходилось проверять всё с помощью книг, которые я нашёл в домашней библиотеке. Я узнал, что Гиллен родился и жил до своей смерти в королевстве, которое носит название Зелень. Довольно странное название, но оно в полной мере отражает её суть. Насколько мне теперь известно Зелень - королевство слабое, единственным его достоинством является древняя династия, что им правит. Про другие королевства мне не удалось ничего найти, также и Градис ничего об этом не знает. Но, как оказалось, это было не самым интересным, что мне удалось узнать. Кроме иерархии титулов, получаемых по рождению, в этом мире существует "цветная" иерархия. Она определяется не по цвету кожи, как показалось на первый взгляд, а "цветом" души. Как мне объяснил мне Градис, человек рождается с определённой судьбой, которую и определяет "цвет" души. Основных "цветов" одиннадцать - красный, оранжевый, жёлтый, зелёный, голубой, синий, фиолетовый, розовый, чёрный, белый и серый. Каждый из цветов символизирует определённую судьбу того или иного человека. Красный обычно символизирует людей высших сословий или же тех, кого ожидает великая судьба, оранжевый - людей с хорошими врождёнными способностями, коим не уготовано чего-то значительного, жёлтый - людей без рода, тех, кого ждёт в своей жизни лишь лишения и печаль, зелёный - людей ничем не примечательных, голубой - тех, кого ждёт печальная судьба или тех, кто предпочитает тишину, синий - людей, что умрут от тяжёлой болезни, фиолетовый - "низших" людей, чья судьба всегда изменчива, белый - людей, которые рождаются редко и в любых семьях, их обязательно ждёт удача и счастливая судьба, чёрный - также людей из любых семей, но их же ожидает лишь мрак и несчастье, серый - люди, что принимают судьбу любого из "цветов", кроме розового, и последние - розовые - люди, которые не подвластны судьбе и живут как им угодно.

К сожалению, на данный момент времени я могу только догадываться о "цвете" судьбы умершего мальчика, ведь он не дожил до момента, когда "цвет" становится явным. Как объяснил мне Градис, у каждого человека "цвет" проявляется в разное время - у кого-то с рождения, у кого-то в старости. Единственное, что остаётся неизменным - способ проявление судьбы. У человека на две недели изменяется цвет кожи на тот, который и означает его судьбу.

В моём мире не существовало подобного мифического разделения, тем более у людей никогда резко не менялся цвет кожи. Из-за этого я боюсь того, как моя душа, если она вообще так называется, будет реагировать на правила этого мира. Если вообще будут реагировать... Правила, что мне выдал Серус, оказались пустыми. Возможно, они проявятся потом? Конечно, важно узнать правила, но раз они мне не доступны, значит нужно решать насущные проблемы.

Родители Гиллена, которых я видел всего один раз за эти три дня, а точнее, Сэрри Эйдал, вчера сказали мне, что состоится встреча с невестой Гиллена. Эта встреча должна была произойти, когда мальчик ещё был жив, но после того, как он потерял сознание, её пришлось отложить.

Не знаю, сколько лет Гиллену, но его обручили довольно рано, хотя удивляться здесь нечему. Я сам был обручён ещё с младенчества. Только вот моя первая невеста умерла за несколько дней до нашей свадьбы. Смерть первого жениха или первой невесты в нашей семье было обычным делом. Многие говорили, что наша семья проклята, но это были лишь недалёкие слухи. Далеко не все члены нашей семьи перед свадьбой имели мёртвого жениха или невесту. К примеру, такими людьми были мой отец, прапрабабушка и многие другие предки. К сожалению, это "проклятье" настигло не только меня, но и мою старшую сестру Анию. С детства её готовили к тому, что она станет следующей императрицей. Только вот императором должен был стать не Миэль, а его старший брат Парадис. Если бы он не погиб на войне, скорее всего, сейчас бы я был Реймуром, а не Гилленом.

Опять, опять я зацикливаюсь на прошлом.. Мне не удастся уже ничего вернуть...

- Гиллен! Гиллен! Ты меня вообще слышишь? - сказал Градис, махнув рукой перед моим лицом.

- Прости, я задумался. Ты хотел что-то рассказать мне?

- Ты сам попросил меня о твоей невесте.

- Что ж, я весь во внимании, - произнёс я, положив руки на стол.

- Её зовут Ламина Нэльф, она старшая дочь маркиза Нэльфа, но многие говорят, что она не является его родной дочерью.

- Почему же?

- В детстве Ламина много болела, поэтому она никогда не покидал стен поместья. Но в какой-то момент Ламина резко перестала болеть и стала посещать все светские мероприятия... Кроме того, она, как и её младшая сестра, совсем не похожа на маркиза или маркизу.

- Есть ещё что-нибудь, что мне необходимо знать прежде, чем встретиться с Ламиной Нэльф? - спросил я, уже намереваясь уходить.

Градис некоторое время помолчал. Конечно, он не тот человек, которого бы стоило спрашивать о подобном, но сейчас у меня нет альтернативы.

- Есть ещё кое-что, но оно не совсем о младшей Нэльф, скорее о маркиза Нэльфа, но и это только моё наблюдение.

Градис немного посмотрел по сторонам, а затем закрыл дверь. Он глубоко вздохнул и наконец сказал:

- Мне кажется, что маркиз Нэльф сошёл с ума.

- Это довольно смелое высказывание, но почему ты так думаешь?

Не хотелось бы, чтобы мой будущий тесть был сумасшедшим, но Градис может ошибаться, ведь он просто ребёнок.

- Как я не увижу маркиза, он всегда ведёт себя странно. То он начинает разговаривать сам с собой, то неожиданно кричит. Однажды я даже видел как он ругался с колонной.

- Похоже, что не колонной солдат, верно?

- С архитектурной колонной. Сначала он просто говорил с ней и я подумал, что он просто разговаривает с кем-то за ней, но спустя мгновение он начал ругаться на колонну, из-за того, что она никак ему не отвечает.

- Хорошо, я понял. Только постарайся никому рассказывать о том, что ты только что рассказал мне.

- Даже маме и папе? - с испуганным выражением спросил Градис.

- Если только им, - ответил я и покинул комнату.

Я всё ещё не привык к новому дому, поэтому, несмотря на его не очень большой размер, я всё же ещё теряюсь здесь. К счастью, гостевая комната, где я только что был, находится рядом с лестницей на первый этаж. Внизу меня уже ждали родители Гиллена, которые выглядели немного нервно. Не успел я поприветствовать их, как во входную дверь постучали. Похоже, маркиз Нэльф и его дочь уже прибыли. Отец Гиллена поспешно открыл дверь.

- Рад видеть тебя живым и здоровым, сват. Так же как и тебя, юный Гиллен.

- Мне отрадно, что мне наконец удалось встретиться с Вами, - ответил я, поклонившись.

Маркиз выглядел довольно эксцентрично. У него было изрядное количество лишних килограмм, что не очень подходило ему. Я знал многих людей, которым пошли лишние килограммы, но маркиз не входит в их число. Маленькие серые глаза маркиза хитро осматривали меня, словно пытаясь найти изъян в моём поведении. А зелёные волосы неряшливо ложились на лоб. Маркиз не выглядел как человек, что не заботится о своём внешнем виде, ведь его одежда была чистой и казалось сделанной из дорогих материалов. Похоже, у него есть собственный дизайнер. Сам маркиз не показался мне безумным, но это лишь первое впечатление.

- Ламина, почему ты ещё не поприветствовала своего будущего мужа? - произнёс маркиз, даже не пытаясь скрыть недовольство и злость.

Из-за массивной фигуры маркиза вынырнула худенькая девочка лет двенадцати. Глядя на неё, я не мог не чувствовать жалость. Всё: руки, шея, лицо было забинтовано. Под правым глазом девочки отчётливо виднелся свежий синяк. Сама она была бледна словно смерть из сказок. Голубые глаза были тусклы и пусты, смотря на меня совершенно безжизненно. Если бы она сама не пошевелилась, я бы подумал, что передо мной красивая кукла. У Ламины были кудрявые фиолетовые волосы, заплетённые в тоненькую косу, из которой непослушно выбивались некоторые пряди. На ней было простое зелёное платье, которое сильно выделялось своей старостью на фоне одежды маркиза.

- Приветствую граф и графиню Эйдал и юного графа Эйдала. Прошу простить мою бестактность, - произнесла Ламина, поклонившись.

- Не следует ли нам дать детям пообщаться, пока мы будем обсуждать дела? - сразу же спросил маркиза, как только Ламина закончила говорить.

- Замечательная идея, - с натянутой улыбкой согласилась мать Гиллена.

- Почему бы Вам не посидеть саду? Луас как раз заваривает чай, - сказал Сэрри.

- Конечно, отец.

Может, я и согласился с Сэрри, но я понятия не имею, где выход в сад и кто такой Луас. Я протянул руку Ламине, дабы не потерять её, пока я буду пробовать найти сад. Ламина сначала немного удивилась, но всё же взялась за мою руку.

Мы отошли от родителей, так что я уже не мог расслышать о чём они говорят. Сад нашёлся довольно быстро, мне даже не пришлось искать Градиса, чтобы он показал его мне. Сам сад выглядел довольно хорошо. Конечно, он не мог идти в никакое сравнение с садом из моего дома. Многие хвалили его, но его красота была не моей заслугой. Сад был единственным, что любила моя мать. Она давала всю себя этому саду, оттого ему и не было равных....

В тени сада стоял маленький столик, к которому были приставлены два плетёных стула. Рядом стоял мужчина пожилых лет, похожий на дворецкого. Возможно, это и есть Луас?

Заметив нас, старик довольно улыбнулся и произнёс:

- Приветствую, юную Ламина Нэльф и господина Гиллена. Сегодня довольно жарко, оттого я переставил столик в тень, дабы Вы могли спокойно насладиться чаем.

Я сел первым, жестом предложи Ламине также сесть за стол. Она спокойно села рядом, на смотря мне в глаза. Повисла неловкая тишина, разбавляемая лишь пением птиц. Луас, если я угадал, что это именно он, наполнил две чашки, которые уже стояли на момент нашего прихода, ароматным чаем. Я пробовал множество разных сортов чая, но тот, что сейчас был в моей чашке был мне незнаком. Может, местный чай?

- Неужели это знаменитый Эрдарзарский чай? - с некоторым интересом в голосе спросила Ламина.

- Вы, как всегда, правы, леди. Это действительно чай из Эрдзара.

Эрдзар? Не имею представления, что это за место и где оно находится. Нужно будет внимательней изучить книги по географии.

- Вы сегодня необычайно молчаливы, Эйдал, - неожиданно начала Ламина. - Обычно Вы постоянно что-нибудь рассказываете, когда видите меня.

- Я и сам заметил, что в последнее время стал больше ценить тишину, чем слова.

Мои слова зацепили внимание Ламины, и она наконец посмотрела на меня. В её безжизненных глазах будто бы зажглась маленькая искорка, но она тут погасла.

- Вы не только странно ведёте себя, но и странно говорите. Похоже, болезнь оказала на Вас сильное воздействие.

Ламина была единственной, кто сказал, что я веду себя странно. Она не знает и не должна знать о том, что я потерял память, ведь это понесло за собой бессмысленные слухи. Но, от чего-то, мне кажется, что она не поверила бы мне, если бы я рассказал ей. Несмотря на свой несчастный вид, она куда внимательнее, чем могло мне показаться. Стоит быть с ней осторожней. Врагами могут быть не только перерождённые, но и те, кто всегда жил здесь.

- Вы выглядите не очень здоровой, - произнёс я.

- Просто несчастный случай. Вы же знаете, я довольно неуклюжа, потому не стоит беспокоиться.

Она лжёт. По ней видно, что её избили, но отчего же она не хочет сказать правду? Неужели..?

- Ваше здоровье сейчас гораздо важнее, ведь Вы перебороли такую страшную болезнь. Вам следует больше отдыхать, - добавила Ламина.

- Я полностью здоров.

Ламина сделал глоток чая и произнесла:

- Вы не может знать этого наверняка. Один мой знакомый постоянно говорил, что здоров, но после подобных слов всегда заболевал.

- Тогда Ваш знакомый плохой лжец.

Ламина рассмеялась, а на её лице появилась радостная улыбка.

- Мой знакомый был бы крайне расстроен, если бы узнал, как Вы о нём говорите.

- Отчего же Вы тогда так радостно улыбаетесь?

- Потому что я ответила ровно так же, как и Вы.

Я бы продолжил наш бессмысленный диалог, но родители Гиллена и маркиз уже уладили все дела. Ламина должна было уйти, но прежде чем покинуть сад она сказала:

- Пожалуйста, оставайтесь таким же странным, как и сегодня.

Как только бледная девочка, я уже не мог заставлять себя скрыть улыбку. Давно я не чувствовал себя так хорошо. Словно бы поговорил со старым другом.

Глава 5 "Поездка в город"

Вскоре после того, как маркиз и Ламина удалились, мне вновь сделалось дурно и я вернулся в комнату. Довольно быстро я заснул, но, мне уже стоит привыкнуть к подобному, в своём сне я вновь встретился с Серусом. Он был в приподнятом настроении и что-то увлечённо перебирал пальцами.

- Прибыл наконец, - насмешливо произнёс Серус.

- Наконец? Ты не просил меня ни о встречи, ни о том, чтобы я прибыль раньше, - устало ответил ему я.

Он прервал своё занятие, а по лицу его стало видно, что настроение его испортилось. Серус смотрел меня недовольно, словно хотел высказать что-то, но не решался.

- Если тот человек доживёт до конца этой недели, игра наконец начнётся, - ответил он спустя минуту молчания.

- Этот человек?

- На данный момент личность этого человека не так уж и важна. Важнее то, чтобы он не помер как все другие.

- Неужели на место участника идёт столь великая конкуренция? - спросил я, сев среди поля васильков.

- Ежедневно в каждом из миров умирают тысячи людей. Богу перерождения, как одному из участников игры, необходимо выбрать одного из этих людей, следуя правилами игры, в которую играет бог. Кроме сложности выбора игрока, нужно ещё подобрать для него подходящее тело подходящего возраста. Но это ещё не все проблемы. Избранный игрок может просто не пережить срок в неделю из-за последствий смерти или каких-либо других факторов. Так что это не так уж и просто и быстро.

- Но я пришёл к тебе не для того, чтобы ты запытывал меня своими вопросами, - продолжил Серус.

- Для чего же тогда?

- Ты не прочитал правила, точнее личную информацию, которую я тебе дал. Из-за этого старшие боги начали смеяться надо мной, ведь я не выполнил простейшую задачу! - недовольно воскликнул Серус.

- Я пытался их прочесть, но они были пустыми.

- Как это пустыми? Такого быть не может!

Серус бросил на землю предмет, который держал в руках, и с непонимающим видом подлетел ко мне. Неожиданно он протянул свою ручонку к моей груди и просунул её внутрь меня, в место, где располагалось сердце. Через мгновение он вытащил свиток правил и, немного отлетев от меня, открыл его. Сначала он выглядел вполне обычно, но спустя пару мгновений он покраснел и попытался разорвать свиток на части.

После безуспешных попыток избавиться от свитка Серус закричал:

- Да как это лось недоделанный поспел нарисовать такое! Да ещё и с ним! Ааа!

- Что там такое, что ты так бурно реагируешь? - незаинтересованно спросил я.

- Это не касается твоего ничтожного мозга! - воскликнул Серус, подкинув свиток в воздух.

"Правила" мгновенно растворились, а вместо них появился другой свиток, который упал богу на голову. Если слышно проклиная кого-то, похоже, что того "лося", Серус открыл свиток и, подтвердив его правильность, отдал его мне.

- Прочитай его, пока ты здесь. Вдруг Лос опять обманул меня.

Я открыл свиток и стал читать его.

"Информация о предыдущем хозяине тела

Имя: Гиллен Фамилия: Эйдал Возраст: 12 лет Родители: Сэрри и Арна Эйдал Братья и сёстры: Градис Эйдал Цвет судьбы: синий Причина смерти: болезнь Араванса - редкая болезнь, поражающая весь организм. Пережить её почти невозможно, болеют ей лишь люди с синей судьбой. Характер: Гиллен не отличался особой вежливостью, часто грубил окружающим, хорошие отношения у него были лишь с братом и родителями. Гиллен презирал свою невесту, ведь считал, что она живёт в роскоши, которую не могла позволить его семья. Мечтал стать рыцарем, но не обладал достаточными навыками для этого. При его буйном характере, никогда не пытался сбежать из дома или отправиться в приключение. Не особо любил читать. Причина, по который было выбрано его тело: почти не заметные последствия смерти, отсутствие каких-либо дефектов, легко принять его облик. Время возвращения: два месяца. Навыки, доставшиеся о тела: ходьба, речь, понимание письменности."

Время возвращения? Что это значит? Я хотел спросит Сервиса об этом, но не успел.

- Всё вопросы в следующий раз. У меня уже нет времени возиться с тобой, - произнёс он и щёлкнул пальцами.

В это же мгновение я проснулся. За окном едва проглядывалось восходящее солнце. Похоже, что я встал слишком рано. В прошлой жизни я всегда просыпался рано, но лишь из-за того, что у меня было много дел. Сейчас я - ребёнок, и мне вовсе не обязательно вставать так рано. Но после разговора с Серусом мне точно не уснуть. Раз уж у меня и дел нет, то почему бы не осмотреть комнату Гиллена? За всё время, что я здесь провёл, я так и не удосужился осмотреть место, где я проведу новую жизнь.

Комната Гиллена не маленькая, но из-за её захламлённости кажется, что она вдвое меньше. Здесь очень много лишних вещей: старые игрушки, множество гербариев, одежда не по размеру, старые тарелки(как они вообще здесь оказались?). Также я нашёл несколько книг по ботанике - они могут пригодиться, поэтому я отложил их на кровать. Кроме книг, я не нашёл ничего полезного. Похоже, Гиллен очень любил собирать всевозможный хлам к себе в комнату. Его можно понять, но терпеть беспорядок в комнате, где я живу, - я не намерен. Заниматься уборкой - это работы прислуги, но они ещё не вернулись. Придётся убираться самому.

В детстве мне нравилось следить слугами во время уборки, ведь мне было запрещено общаться с ними и заниматься уборкой, ведь это не соответствовало моему статусу. Мой отец, герцог Мэлион, крайне щепетильно относился к воспитанию меня и моей сестры. Он хотел сделать из нас "идеальных представителей дворянства", но ему это не удалось. В его виденье, идеальным было дворянином был тот, кто умеет и знает все: прекрасно осведомлён об отношениях между странами, знал наизусть представителей всех семей, имеющих высокое положение, из каждой страны, мог пользоваться любым видом оружия, разбился в военной тактике, наизусть знал правила этикета из всех стран, имел идеальный почерк, мог оседлать любую лошадь, мог решить любую экономическую и политическую проблему и так далее. Моя сестра была гораздо ближе к этому "титулу", чем я, но её характер изрядно ей мешал. Хотя она и знала, когда нужно молчать, а когда поддержать разговор, но в детстве её было просто вывести из себя. Отец в такие моменты часто бил её или кричал, из-за этого Ания стало больше молчать и, в итоге, стала запираться у себя в комнате. Отец постоянно отправлял меня за ней, но вместо того, чтобы отправить её к нему, я оставался с ней. Мне тоже часто доставалось, но затем произошло... неприятное событие. Меня никогда не любили животные, а потому я считал, что обучение езде будет ошибкой, но отцу было всё равно. Я несколько раз падал с лошади и несколько раз ломал себе руку. После одного из переломов рука практически перестала двигаться(с годами она медленно восстанавливалась, но на момент смерти мне было всё ещё тяжело). Отец счёл меня "непригодным" и больше не требовал от меня быть "идеальным". Из-за этого высокие ожидания перешли на Анию. Но я всё ещё оставался наследником дома Мэлион. Жаль, что...

- Гиллен! - громко мне на ухо сказал Градис.

Я удивлённо выронил из рук книгу. Кажется, я не заметил, как закончил уборку и задумался о прошлом.

- Доброе утро, Градис, - произнёс я и поднял книгу.

Эта была очередная книга по ботанике. Точная копия той, которую я только что убрал.

- Доброе утро! - радостно ответил Градис.

- Ты же знаешь, что не вежливо подкрадываться к человеку, когда он занят, дорогой брат? - недовольно спросил я, положив книгу на кровать.

- Знаю...

- А что ещё ты должен знать?

- Что перед тем, как войти в чужую комнату, нужно постучать в дверь. Но у меня есть оправдание!

- И какое же?

- Я был так взволнован тем, то сегодня все вместе поедем в город, что совсем забыл о приличиях...

Я тяжело вздохнул.

- В этот раз я тебя прощу, но если в следующий раз вновь забудешь правила, то.

- Я понял, понял! - испуганно воскликнул Градис.

Градис уже собирался выходить, но остановился у двери.

- И ещё кое-что. Мы поедем через тридцать минут, поэтому пора собираться. Завтракаем сегодня в городе.

Как только договорил, Градис с улыбкой выбежал из комнаты, оставив меня одного. Мне же ничего не оставалось, кроме как одеться самому. В шкафу Гиллена было не так уж и много вещей, а вещей, подходящих для поездки в город, - ещё меньше. Из того, что было, я выбрал белую рубашку с чудаковатым голубым узором по краю рукавов и по низ, коричневый пиджак с коротким рукавом, простой ремень, брюки и, по непонятной даже мне причине, ещё две вещи: небольшой медальон с узором лилии и синие перчатки без пальцев с узором, похожий на тот, что на рубашке. Я не могу объяснить даже себе, почему взял их - меня просто потянуло к ним. В прошлой жизни я редко одевался сам, но сейчас приходиться привыкать к самостоятельности.

Вскоре я оделся и перед тем, как выйти из комнаты посмотрел в окно. На мгновение мне показалось, что я увидел вид, который всегда был за окном в моей детской комнате. Но это лишь иллюзия. Возможно, из-за того, что я недавно поселился в теле Гиллена, я иногда вижу Серуса и вещи или места из моей прошлой жизни. Нужно будет спросить об этом Серуса.

- Гиллен, спускайся вниз! Мама и папа уже ждут! - кричал мне Градис с первого этажа.

Отвернувшись, я быстро побежал вниз. Спустя несколько минут я уже сидел вместе с семьёй Эйдал в карете. Она не отличалась особой роскошью, но убогой её назвать нельзя. Кажется, что подобное описание идеально подходит под эту семью.

Вскоре карета тронулась, прервав мои размышления. Дорога, как мне объяснил Сэрри будет недолгой. Оттого всё, что оставалось делать - ждать. В карете ничего особенного не поделаешь, потому я просто смотрел в окно, пока остальные члены семьи что-то обсуждали.

Зелень в полной мере отображает своё название. Сколько бы мы не ехали - вид практически не менялся. Кругом были лишь высокие деревья, закрывающие солнце, низкорослые кусты и редко встречающиеся цветы. Изредка я замечал животных, но мне не удавалось их рассмотреть, ведь карета ехала дальше.

Не знаю, сколько времени прошло, но зелень становилась всё реже, отступая пред красочными цветами. Неподалёку от города расположились гигантские поля всевозможных цветов, как полевых, так и садовых. Среди них маленькими тёмными пятнами ходили люди, ухаживающие за цветами. В своей прошлой жизни я никогда не видел таких больших цветочных полей, оттого я был поражён. Я прислонил руку к стеклу и увлечённо разглядывал яркие поля. Наверное, сейчас я выгляжу как ребёнок, но пока мне это дозволено.

- Что ты там так усердно рассматриваешь, Гиллен? - неожиданно спросил у меня Сэрри.

- Цветы, отец.

- Разве в них есть что-то необычное? - вмешался в разговор Градис.

- После потери памяти это моя первая поездка в город и первый раз, когда я вижу такое количество цветов.

- Местные цветы действительно красивые, - добавила Арна.

Некоторые время мы вместе тихо смотрели на сменяющиеся друг другом цветы, пока кучер не крикнул:

- Мы прибыли, господин! Вы можете выходить.

Странно, разве мы не должны были въехать в город?

- Папа, а почему мы останавливаемся у ворот, а не въезжаем? - за меня спросил Градис.

- Два месяца назад карета сбила высокопоставленного человека, из-за чего в городе запретили любой транспорт, - ответила Арна.

Градис недовольно цокнул и первым выпрыгнул из кареты, за ним вышли родители, а потом и я. Мы наконец прибыли в город.

Повсюду были вывешены цветные флаги и всяческие украшения, повсюду ходили люди со счастливыми улыбками. В волосах у каждого человека было по цветку. Это выглядело странно, ведь я видел лишь девушек, что заплетали цветы себе в косы, но даже так я видел их всего пару раз за всю жизнь.

- Отец, почему все люди с цветами в волосах? - холодно спросил я, рассматривая очередного прохожего.

- Сегодня в городе праздник, потому нам тоже следует найти цветы.

Сэрри и увязавшийся за ним Градис отправились к ближайшему прилавку, а я остался с Анной, которая завела разговор с одной из дам, приехавших на праздник. Я старался держаться поближе к матери Гиллен, ведь людей меньше не становилось, а потеряться в такой толпе мне совсем не хотелось.

Неожиданно кто-то с огромной силой потянул меня в сторону. Я попытался отдёрнуть руку, но это было бесполезно. Человек настойчиво тянут меня всё дальше от Арны. Также неожиданно человек, что схватил меня, остановился посреди толпы и обернулся в мою сторону. Мне наконец удалось рассмотреть "похитителя". Это был мальчик приблизительного того же роста, что я. С безумными глазами цвета охры, седыми волосами и бледной изрезанной во многих местах кожей. На нём были потрёпанные серые штаны и майка. На левой ноге у него осталось железной кольцо от кандалов, а сам он был совершенно босой.

- Зачем Вы схватили меня? - спросил я, осматриваясь по сторонам в поисках Арны.

Ребёнок странно засмеялся, привлекая внимание окружающих, с затем произнёс:

- Ты будешь первым, кто услышит! Мне всё равно, что я тебя не знаю или что я увёл тебя. Мне просто нужна приманка получше, чем мёртвый кот!

- Что? - были единственным, что я мог произнести в этой ситуации.

Мальчик глубоко вздохнул и со всех сил крикнул:

- Я помню свою предыдущую жизнь! Я переродился в теле этого безобразного и изуродованного сироты!

Переродился? Это правда или он просто спятил? Он не выглядит как здоровый человек, кроме того на нём остались следы от кандалов. Из-за того он походит на сбежавшего преступника, не выдержавшего пыток. Но что если он в своём уме и действительно переродился? Что если он специально выбрал меня из всей толпы? Что если он знает, что я тоже переродился? Пока я встревоженно пытался разобраться со своими мыслями, что не выглядеть испуганными. Ребёнок закончил кричать и залился неудержимым смехом. Люди со страхом в глазах отходили от всё дальше, я такое попытался от него отойти, но он не позволил, схватив меня за руку.

- О, нет, нет! Ты станешь первым, кто удивит моё возвышение! Я не могу позволить тебе уйти! - истерично произнёс он.

- Отпусти меня! Я тебя даже не знаю! - испуганно произнёс я.

Но он лишь крепче сжимал мою руку. Толпа начал расставаться, открывая путь людям в странных доспехах. До того момента, как они успели меня заметить из толпы выбежал мальчик. Он ударил ребёнка по руке, отчего тот от неожиданности выпустил меня. Пока седовласый непонимающе стоял, мальчик крепко схватил меня за руку и побежал в толпу, попутно расталкивая людей.

Через некоторое время мы оказались в безлюдном месте, где я наконец смог развидеть лицо своего спасителя.

Глава 6 "Друзья на две жизни"

Мальчик, что спас меня от того безумца, тяжело дышал из-за быстрого бега. Его внешность больше напоминала мне внешность людей из моей прошлой жизни, чем местных. У мальчика были взъерошенные русые волосы по плечи, слегка слипшееся меж собой из-за грязи, усталые серые глаза и светлая кожа. Сам он был нормального роста, но чуть выше меня. Из одежды на нём были лишь старые обмотки, которые сильно намекали на его социальный статус. Как только он отдышался, мальчик выпрямился и постарался выглядеть как можно более деловым, что не очень получалось из-за его неопрятного внешнего вида. Прежде чем заговорить со мной, незнакомец проделал одно о боли знакомое мне движение - он несколько раз согнул пальцы на левой руке, будто что-то высчитывая.

В прошлой жизни у меня почти не было близких друзей, кроме Ании. Единственным, кто мог похвастаться подобным мнением был Вильям Морс. Хотя мы и были дружны, знал я о нём не так уж и много, ведь Вильям отказывался что-либо рассказывать. Как мне удалось узнать, он родился в одной бедной семье, которая с трудом сводила счёты. К сожалению, из-за неурожая в один год скончались оба его родителя, оставив его одного. Возможно, именно смерть родителей послужила причиной постоянного оптимизма Вильяма. Какой бы ужасной ни была ситуация, он никогда не унывал и постоянно искал выход. Скорее всего, его решимость и хитрость помогли ему выживать, продавая другим вещи, которое он либо крал, либо создавал сам.

По меркам бедняков, в детстве Вильям считался настоящим богачом. Его талант был замечен одним из дворян, занимающихся торговлей. Разглядев в нём потенциал, маркиз Морс усыновила Вильяма. Благодаря поддержке маркиза и таланту Вильяма семья Морс стала одной из важнейших в империи. Я и Ания познакомились с Вильямом в возрасте семнадцати лет, на одном из множества балов. Даже тогда, когда мы не были особо близки, я заметил его странную привычку постоянно сгибать пальцы на левой руке без особой причины. Возможно, это происходило из-за отсутствия мизинца или потому что Вильяма просто постоянно что-то считал.

Я бы и не стал вспоминать о своём друге сейчас, но на это есть причина. Вильям сдружился с Анией больше, чем со мной. И когда он узнал о её казни, Вильям поклялся уничтожить экономику империи изнутри, если Ания умрёт. Не думаю, что идиот Миэль осознавал силу слов Морса, ведь сестра лишилась головы... Расстроенный и взбешённый Вильям оборвал все торговые связи с дворцом и другими странами. Я пытался уговорить его действовать более спокойно, но он не слушал. Говорил, что если и так император продолжит его не замечать, тогда уже ничего не поможет. Действия Вильяма, возможно, дали бы свои плоды, но это не суждено было сбыться. Через четыре месяца казни Ании один из слуг нашёл Вильяма мёртвым. В его спину был воткнут семейный кинжал семьи Морс... Убийцу Вильям не нашли, точнее, его даже не искали. Миэлю смерть моего друга была крайне выгодной. Жаль, что он не знал, что это приведёт к ещё большей катастрофе...

Я опять думаю не о том... Но что если этот ребёнок передо мной - переродившийся Вильям? Конечно, я не могу быть уверенным в этом, ведь из схожего с ним только странная привычка и ничего более, но.. Всё же может быть, верно?

- Премного уважаемый господин, - начал ребёнок .

- Раз я Вас спас от рыцарей "Веры", то достоин вознаграждения.

- Вы действительно спасли меня, но у меня с собой ничего нет. Я прибыл в город со своей семьёй, но из-за инцидента потерялся. Я обещаю Вам, что отблагодарю Вам вдвойне, если Вы поможете мне отыскать их, - ответил я с улыбкой.

Ребёнок недовольно цокнул, но сказал:

- Тогда придётся подождать, - сказал он, указав на толпу, - толпа слишком густая. Нам не то что твою семью не найти, даже пройти не сможем.

- Что ж, надеюсь, нам не придётся долго ждать, - сказал я, облокотившись на стену.

Мальчик же некоторое время стоял, просто смотря на меня. Затем он тяжело вздохнул и припал на плитку.

- Эм, могу я узнать Ваше имя? - спросил мальчик.

- Меня зовут ... Гиллен Эйдал, - ответил я. Мне всё ещё не привычно называть себя Гилленом , ведь я пробыл Реймуром двадцать девять лет.

- Эйдал? Я слышал, что на день рождении Ламины Нэльф старший сын графа Эйдал потерял сознание. После этого по городу пошли слухи, что он находится на грани смерти.

- Как видите, я жив и здоров, поэтому это всего лишь недалёкие слухи.

- Вам не стоит обращаться со мной так вежливо, юный граф. Я всего лишь низкородный сирота.

- Как мне тогда к тебе обращаться?

- Картер.

- Что ж, Картер, пока мы ждём, я бы хотел у тебя кое-что спросить.

- Какой, юный граф?

- Ты слышал о Вильяме Морсе?

Я всё решился задать ему этот провокационный вопрос. Если он действительно мой друг, то он ответит, что либо знает, либо сомневается. Если же он обычный сирота, то точно о Морсе ничего не знает. Как я и ожидал, Картер был шокирован, хотя и пытался это скрыть.

- Кажется, я слышал это имя ранее. Не могли бы Вы немного о нём рассказать? - опасливо спросил Картер.

- По рождению он был сиротой, как и ты. Но благодаря своему таланту он смог попасть в знаменитую своей торговлей семью Морс. Вильям был тем, кто смог во много раз увеличить влияние этой семьи. Но, к сожалению, он уже мёртв.

На мой ответ Картер взволнованно прикусил губу, а затем с таким же волнением спросил:

- А Вы слышали о Реймуре Мэлионе?

- Слышал, - с тоской в голосе ответил я.

- И что же с ним произошло?

- Этот глупец, опьянённый своей ненавистью к правящей семье, убил императрицу, за что был приговорён к смерти.

- Как он умер? - тревожным голосом спросил Картер.

- Он добровольно выпил яд при императоре и его свите.

Он закрыл руками глаза, громко вздохнул и чётко спросил:

- Ты - Реймур?

- Да, Вильям, это я.

Не успел я понять, что произошло, как Вильям со всей силы ударил мне в лицо. Он злобно оскалился, схватив меня за рубашку, а из глаз его текли слёзы.

- Какого чёрта ты умер, идиот?! - кричал он и тряс меня.

- У тебя была жена, деньги, власть, скотина ты эдакая!

- Этот вопрос я хотел задать тебе! Ты хотя бы своей пустой головой мог представить, как я себя чувствовал, когда после смерти сестры, вскоре умер мой лучший друг?! - крикнул я и оттолкнул Вильяма-Картера.

Хотя гнев его всё ещё виднелся на лице, Вильям немного успокоился после моих слов. Он что-то сердито говорил себе под нос, но я ничего не мог расслышать. Затем он в очередной раз тяжело вздохнул и сказал:

- Горе ты на мою несчастную грязную голову.

- Точно так же, как и ты на мою.

- И давно ты здесь? - спросил он меня, оглядываясь на толпу.

- Около недели.

- Так ты совсем недавно здесь, - облегчённо произнёс Вильям.

- А ты думал, я умер сразу после твоей смерти?

- Ты-то на такое способен, - с издёвкой сказал он.

Между нами воцарилось тяжёлое молчание. Довольно говорить с человеком, которого считал мёртвым. Но всё же я рад, рад, что вновь встретился с Вильямом. За то время, что мы не виделись, он ни капли не изменился. Даже стал ещё наглее, чем прежде. На самом деле поведение и манера речи у Вильяма изрядно поменялась после того, как он перестал претворяться Картером. Пропала вся его напускная вежливость, а речь, как и в прошлой жизни, стала полно колкостей и ругани. На самом деле, когда мы оба ещё были прежними собой, от Вильяма нельзя было услышать слов оскорблений и ненависти в сторону других. Он всегда старался держаться гордо. Но однажды, когда я и Ания пришли по приглашению к семье Морс, мы застали Вильям в крайне плохом настроении. Он не сдерживал своих эмоций и агрессивно высказывал каждому своё мнение, сам не очень понимая, что говорит. Лишь когда он высказал о всех абсолютно всё, Вильям понял, что я и Ания также попали под его "горячую руку". После этого пред нами он больше не сдерживался, чего перед чужими никогда не делал.

- И как тебе в новом теле, Реймур? - уже спокойно произнёс Вильям.

- Немного непривычно, но вполне приемлемо. А ты.., - я не успел договорить.

- Чем-то напоминает меня в детстве, - грустно ответил Вильям.

- Ты нашёл ещё кого-нибудь перерождённого? - спросил я.

- Как ни странно, но нет. Даже малейшего намёка на подобное не нашёл. Похоже, что они переродились в богатых семьях, как ты.

- Знаю, что мой вопрос ничего не даст, - продолжил Вильям, - но ты тоже никого не нашёл?

На мгновение я оторопел. Я действительно никого, кроме Вильяма, не нашёл, но я знаю, что где-то здесь есть Ания, да и тот ребёнок в толпе вполне мог быть перерождённым.

- Я не нашёл. Но у меня есть немного другая информация.

- И какая же?

- Ания тоже здесь.

До этого весёлое лицо Вильяма мгновенно помрачнело. Он даже перестал пересчитывать пальцы, что он делал почти постоянно и без остановки.

- Значит мы втроём снова будет вместе, - тихо сказал он, отвернувшись.

Вильям вновь разглядывал все увеличивающуюся разноцветную толпу. Она всё двигался и двигалась вперёд.

- Как тебе идея создать команду? - неожиданно спросил Вильям.

- Что ж, она неплоха.

- Тогда - команда? - Вильям повернулся ко мне и протянул руку.

Я без всякого сомнения пожал его руку. На мгновение я увидел, что как только наши руки соприкоснулись, между ними загорелся синеватый огонёк. Спустя мгновение он распространился полностью. Я почувствовал резкую головную боль, словно кто-то ударил меня по голове. Я потерял сознание, но сразу же очнулся в месте, где во снах встречался с Серусом. Только это место претерпело некоторые изменения с момента моего последнего визита. Кроме васильков, кроме которых здесь раньше ничего не росло, в траве стали виднеться небольшими жёлтыми пятнышками - низкорослые одуванчики. Также здесь появились небольшие, но всё же деревья сирени. А вдалеке красовался еле заметный лес. Недовольного Серуса я заметил не сразу. Он сидел на странном корне, которого тоже здесь не было, с крайне раздражённый выражением лица. В руках он так же, как и в прошлый раз что-то держал. Только сейчас мне удалось рассмотреть этот предмет - это был маленький деревянный бочонок. Я не совсем понимаю, зачем он ему, но спрашивать его об этом желания не было.

- Я, конечно, рад, что именно ты начал собирать вторую команды, но почему из всех богов попался он?! - кричал Серус, то ли обращаясь ко мне, то ли крича в небо.

- Чего ты так бесишься, четырёхкрылый? - произнёс кто-то у меня за спиной.

- А ты на удивление спокоен, лось, хотя также меня ненавидишь, как и я тебя, - грубо ответил Серус.

- Начнём с того, что меня зовут Лас, а не лось, лес, лосось и всё остальное, что никак не связано со мной. Кроме того, я не удивлён тем, что так произошло, - ответил голос.

Я обернулся и увидел говорящего. Он значительно отличался от Серуса. Лас лишь отдалённо напоминал человека. Он был многим ваше Серуса, да и меня в прошлой жизни. Из одежды на нём была лишь набедренная повязка в пол, на которой был странный узор. Всё его тело, кроме головы, ступней и кистей рук, было покрыто тонкими ветками с листьями и ещё не раскрывшимися бутонами. Почти всю его голову закрывал череп лося, был виден лишь его ухмыляющийся рот. Так же как и Серус, Лас сидел на корне, правда, он больше напоминал сплетённый из дерева трон. Рядом с Домом стоял недоумевающий Вильям, который тоже заметил меня.

- Вместо того, чтобы трепаться, мог бы и рассказать ограниченным людишкам о произошедшем, - сказал Лас, глядя на Вильяма.

- Ты тоже мог это сделать, - ответил Серус.

- Как объяснения низшего бога, вроде меня, могут сравниться со словами среднего бога? - с явной издёвкой произнёс Лас.

Серус злобно оскалился, но всё же ничего не ответил. Вместо этого он прикоснулся к корню, на котором сидел, отчего тот обратился в пепел. Бросив самодовольный взгляд на Ласа, Серус начал свою речь:

- Вы наверняка удивлены тому, что произошло, но волноваться об этом не стоит. Это просто часть игры. Так как вы участники одной команды, у вас есть некоторые обязательства друг перед другом. И для того, чтобы закрепить эти обязательства официально, мы направили вас сюда.

Лас щёлкнул пальцами и перед моим лицом появился документ, от которого исходило слепящее золотистое свечение. Я не мог даже взглянуть на его содержимое, не то что бы прочесть его. Из-за света мне даже пришлось закрыть руками лицо, чтобы глаза так сильно не болели.

- Ты перестарался, - сказал Серус, уничтожив светящиеся документы.

- Я, по-твоему, виноват в том, что в правилах указано создавать документы, которые невозможно прочитать? - недовольно ответил Лас.

- Есть варианты получше, чем твой.

- И какие же?

Серус улыбнулся, и вместо обратившихся в пепел появился другой документ. Он не светился так ярко, но а нём была иная проблема. Текст был написан на непонятном мне языке.

- И что здесь сказано, Лас? - спросил Вильям.

- Ничего особенного. Просто о том, что ваши души теперь связаны и в случае победы, ничьи или проигрыша все участники понесут одно и то же наказание или вознаграждение.

- Мне хотелось бы узнать больше о документе, который вы заставляете нас подписать, и, в особенности, о наказании за проигрыш - сказал я.

- Мы не обязаны вам ничего объяснять, - ответил мне Серус. - Могу лишь сказать, что там нет ничего такого. Так что подписывай уже.

- А если я не хочу? - спросил я.

- Тогда я заставлю тебя сделать это.

У меня не было выбора, поэтому я повиновался Серусу и подписал документа с помощью появившегося пера также, как и Вильям.

После подписания документ исчез.

- А теперь представитель друг другу и не забудьте сказать от чего вы умерли в прошлой и нынешней жизни, - сказал Лас.

- Вильям Морс в прошлой жизни, меня зарезал приёмный отец. В нынешней жизни я - Картер Борн, судьба жёлтая, умер от голода, - начал Вильям.

- Реймур Мэлион, умер от яда. В нынешней жизни я - Гиллен Эйдал, судьба синяя, умер от болезни.

После сказанных мною слов мир снова растворяться в моих глазах и последним, что я увидел была довольная улыбка Серуса. Очнулся я на том же месте, где и потерял сознание. Казалось, что пока мы были без сознания, мир будто бы замер.

- Что это вообще было? - спросил Вильям, недовольно потирая ушибленную голову.

- Я и сам не уверен, - ответил я.

Вильям поднялся с земли и отряхнулся, после чего протянул мне руку и помог мне подняться. Стряхнув с себя пыль, я взглянул на толпу, которая каким-то чудом уменьшилась. Но прежде, чем идти, я спросил:

- Вильям, кто были те люди в доспехах?

- Точно, ты же ещё не знаешь о рыцарях "Веры".

- Я внимательно слушаю.

- Как бы тебе объяснить попроще... Нам не очень повезло с миром.

- Почему же?

- В Клондайк, вроде так называется этот мир, есть всего одна религия, и она очень строга к тем, кто говорит о перерождении, ведь в ней не существует самого понятия "вторая жизнь". И вот людей, которые имеют прилюдно говорить о подобном, забирают рыцари "Веры". Что потом с ними происходит - никому не известно.

- Значит нужно просто держать язык за зубами, - сказал я, показывая, что мы можем идти.

Сейчас самое время найти семью Гиллена. Хватит с меня приключений на сегодня.

- А как ты понял, что Картер - это я? - неожиданно спросил Вильям.

- По пальцам.

Вильям немного удивился, но ничего не ответил. Мы вместе пошли искать семью Эйдал. Перед этим я объяснил ему, как выглядит каждый из членов семьи. Искать пришлось недолго, ведь, как оказалось, люди с синими волосами - редкость в Зелени. Родители и Градис были очень рады меня видеть, что довольно долго не выпускали меня из своих обязанностей. Я рассказал им о том, как Картер спас меня и попросил взять его слугой в наш дом. Сначала родители не очень понимали моего желания, но, увидев манеры Картера, они всё же согласились, но без особого рвения. Мы недолго пробыли в городе и вскоре отправились домой. Картер ехал рядом с кучером, чему тот был крайне не рад.

Глава 7 "Игра начинается"

- Реймур? - громко произнёс кто-то. - Реймур! - резко крикнул тот же человек и сильно ударил меня по голове.

Я с трудом открыл глаза. Я совсем не помню, как оказался в библиотеке или как уснул. Последние несколько дней я хожу, как прокажённый: ночью меня мучают странные кошмары с участием Серуса и ещё одного человека, которого я не знаю. Каждый раз я стою возле старинного зеркала, покрытого пылью. Мои руки трясутся. Мне страшно, но я всё равно дотрагиваюсь до гладкой поверхности зеркала. В смутном отражении я вижу старика с испуганными глазами, позади него стоит "Серус". Это человек, бог или что-то человекоподобное крайне походит на Серуса: глазами, волосами, кожей. Но всё его лицо обмазано кровью, а уголки губ складывались в злобной улыбке. Перьев на его крыльях не было, из-за чего из спины у него торчали оголённые кости. "Серус" говорил что-то старику, но я никак не мог его расслышать. Как только бескрылый заканчивал говорить - заканчивался и сон. Я мгновенно просыпался. Может, сон и не казался таким уж страшным, но почему-то меня охватывает ужас, будто бы я умираю. Из-за этого я часто засыпаю днём. Как ни странно, днём мне не снится тот кошмар и я могу спокойно видеть нормальные сновидения. Единственная проблема - это то, что я постоянно забываю всё, что было до того, как я уснул.

- Вильям? - спросил я, с трудом понимая, кто стоит передо мной.

- А есть ещё кто-то, кто называет тебя Реймуром? - недовольно спросил друг.

- Нет, конечно, нет, - ответил я и вновь попытался заснуть.

- Не испытывай моё терпение. Я искал и будил тебя не для того, чтобы ты вновь заснул!

- А для чего же тогда? - устало спросил я.

Друг лишь недовольно посмотрел на меня. С того времени как Вильям, то есть Картер, стал слугой в доме Эйдал, прошла почти неделя. К моему удивлению, Вильям с лёгкостью принял жизнь слуги, он быстро и без лишних усилий выполняет все задания, но всё же большую часть времени он просто бездельничает. Вернувшиеся слуги сразу же невзлюбили Вильяма. Возможно, они завидуют тому, как хорошо он справляется с поручениями или просто терпеть не могут его скверный нрав. Если причиной их ненависти служит второй вариант, то я могу их понять. С Вильямом в начале знакомства тяжело, хотя, нет, с ним тяжело всегда, сколько бы лет я с ним не был знаком. Его показное самомнение вместе с плохим умением держать свои эмоции под контролем показывают его далеко не с лучшей стороны, но всё же если хотя бы попытаться найти в нём хорошие черты, то, оказывается, он не такой уж и плохой.

- Ты опять витаешь в облаках? - спросил Вильям, щёлкнув меня по носу.

- Да, витаю. А тебе не стоит распускать руки, Вильям, - ответил я, полностью проснувшись.

- Будто бы мне что-то от этого будет.

- Я могу попросить родителей выгнать тебя, так что будь осторожнее.

- Только ты не будешь делать этого - я тебе нужен, иначе ты с ума сойдёшь в одиночестве.

Он был прав. Зная, что у меня была предыдущая жизнь, будет тяжело не вспоминать об этом.

- Так зачем же ты искал меня? - сказал я, проигнорировав сказанное им до этого.

- Наверное, потому что у нас проблема, причём крайне серьёзная.

- И что же это за проблема?

Вильям опасливо посмотрел на закрытую дверь библиотеки, бегло обежал взглядом книжные полки и, сделав глубокий вздох, сказал:

- Семье Эйдал пришло приглашение на день рождения младшей дочери семьи Нэльф!

Я непонимающе посмотрел на Вильяма. Может, у него жар или он заболел?

- И это проблема?

- Конечно, проблема!

Из уст Вильяма это звучало особенно странно. Он любил шумные праздники и всевозможные мероприятия, кроме того, он никогда не делал из мухи слона. Так что его страх перед днём рождения маленькой девочки был очень необычным.

- Не думай, что я боюсь, что ты сделаешь что-нибудь странное.

- Почему ты просто не можешь сказать, в чём именно состоит проблема? - спросил я.

Вильям отвёл взгляда меня и быстро произнёс:

- Я должен отправиться вместе с тобой, в качестве личного слуги.

- Странно.

- А всё из-за того, что владелец твоего тела умер от болезни!

- Меня обвинять в этом не стоит, - ответил я.

- Да я и не виню, просто нервничаю.

Я легонько похлопал Вильяма по плечу и слабо улыбнулся. Его переживания вполне можно понять, но это не настолько критично, как он думает. Может, Вильям и излишне эмоциональный, но всё же он прекрасно знает этикет. Но даже меня немного пугает это мероприятие. Я не знаю как вести себя с маркизом Нэльф и Ламиной, тем более с младшей дочерью и самой маркизой.

- А как зовут младшую Нэльф? - резко спросил я.

- Иллада.

Иллада. Что ж, пора готовиться к её празднику. Кажется, отец Гиллена упомянул что-то про подарок, нужно будет спросить его об этом.

- А когда собственно праздник?

- Сегодня, так что хватит спать и вперёд собираться!

В своей обыденной энергичной манере он вывел меня из библиотеки и отвёл в комнату, где меня уже ждали несколько горничных. Сам Вильям, улыбаясь, ушёл. Парадный костюм уже был готов, поэтому переодевание не заняло много времени, всего около получаса. Солнце было ещё в зените, когда карета тронулась. Как бы странно это не звучало, в карете был только я и Вильям. По непонятной мне причине остальные члены семьи Эйдал должны были выехать немного позже нас. Как и я, Вильям ничего не знал. Он был немного раздражён тем, что, по его мнению, его костюм выглядел не особенно хорошо. Но довольно быстро он перестал жаловаться и стал просто смотреть в окно, за которым редко появлялось что-либо новое. Сам я заснул где-то в начале пути, а когда Вильям разбудил меня, был уже вечер. Наша карета подъезжала к владениям маркиза Нэльфа. В отличие от места, где жили мы, всё здесь казалось немного причудливым. Залитые вечерними лучами сады все выглядели как один: всё деревья были выстрижены в одну форму - сердца, также все они были одинакового роста и высажены в ровные линии, словно солдаты собрались на парад. Где-то на горизонте едва виднелись бледные огоньки деревни. Она была слишком далеко, чтобы я мог рассмотреть что-то ещё.

- Отсюда крестьяне маркиза выглядят как муравьи, - неожиданно сказал Вильям.

- Даже как не муравьи, а едва заметные рабы. Да вообще всё в этих владениях выглядит странновато, - продолжил он.

- Ты прав, - коротко ответил я.

- Мы прибыли, юный господин, - прервал нашу беседу кучер.

Вильям выпрыгнул первый и уже ждал меня возле лестницы в особняк маркиза. Я на мгновение замер, заглядевшись на роскошность дома маркиза, но быстро опомнился и уже шёл впереди Вильяма. Перед входом нас ожидал один из слуг маркиза: высокий, черноволосый юноша с мёртвыми голубыми глазами.

- Рад приветствовать Вас во владениях маркиза Нэльфа, юный граф Эйдал, - вежливо, но совершенно бесчувственно произнёс он.

- Надеюсь, мы не опоздали? Мой господин очень переживал, что мы не успеем на празднество, - сказал Вильям до того, как я успел что-либо ответит.

- Вы прибыли как раз вовремя. Ваши родители и брат только что зашли, - произнёс слуга. - Прошу.

Он не лгал. Семья Гиллена была буквально перед нами. Градис заметил нас с Вильямом первым, а потому улыбался и жизнерадостно помахал нам рукой, чем привлёк внимание родителей.

- Наконец-то вы прибыли, - сказал Сэрри.

- А почему мы вообще ехали отдельно? - недовольно спросил я.

- Это была просьба старшей дочери маркиза Нэльф. Прости, что не сказали раньше, - ласково произнесла Арна.

Это довольно странно. Зачем Ламине понадобилось, чтобы я ехал без семьи?

- Кажется, я немного не успела, - немного грустно произнёс женский голос.

- Приветствую Вас, прекрасная леди, - наигранно сказал Вильям, приветствуя Ламину.

- Какой у Вас воспитанный слуга, дорогой Гиллен, - произнесла она.

- Приветствуем, юную маркизу Нэльф, - поздоровались мы.

- Я рада приветствовать вас на праздновании дня рождения моей младшей сестры, - добро проговорила Ламина, спрятав своё лицо за веером.

Сегодня она, хотя и была одета красиво, но всё же пудра, перчатки и длинное, закрывающее плечи платье не смогли скрыть ещё большее количество синяков и следов побоев. Даже, наоборот, все украшения и пудра делали всё только хуже. Она выглядела умирающей, хотя и старалась держаться гордо. Пока я с сожалением смотрел на синяк, который с трудом она пыталась скрыть, Вильям с превеликим интересом смотрел на Ламину. Когда она взглянула на него, Вильям спешно отвёл взгляд, а его уши покраснели. Мой друг явно сошёл с ума.

- Ох, кажется, я задержала вас, - с грустью в голосе произнесла то Ламина. - Позвольте мне загладить вину и отвести в банкетный зал.

- Мы будем крайне благодарны Вам, - ответил Сэрри.

Ламина попыталась улыбнуться, но почти мгновенно её лицо скривила гримаса боли. Она поспешно отвернулась и пошла вперёд. Она шла довольно медленно, а потому я быстро её догнал.

- С тобой всё хорошо? - шёпотом спросил я.

- Могло быть и лучше, но спасибо, что спросил.

В её голосе я услышал заметную усталость, но она действительно была благодарна.

- Кажется, сегодня с тобой друг.

- Друг? - посмотрел я на Вильяма. - Скорее, просто слуга.

В моей прошлой жизни близкие личные отношения со слугами порицались. Лучше не говорить, что Вильям - мой друг.

- У тебя плохо получается врать, - сказала она, уйдя вперёд.

Такое чувство, что Ламина очень хорошо меня знает. Лучше, чем кто-либо другой.

- Кто бы мог подумать, что ты так близок со старшей дочерью Нэльф. Кстати, как её зовут? - неожиданно прошептал Вильям.

Я удивлённо посмотрел на Вильяма.

- С каких пор ты интересуешься подобным?

- С начала новой жизни, - прошептал он. - Иметь хорошие отношения с окружающими очень важно, но, знаешь ли, отвечать вопросом на вопрос неподобающе.

- Ламина, - спешно ответил я, - хотя ты сам должен был это знать.

Вильям лишь спокойно пожал плечами и перестал что-либо говорить. Мы вошли в просторный зал, где уже собрались гости. Глашатай громко огласил наши имена, но я не обратил на него особого внимания. Ламина с трудом спустилась с лестницы, внизу которой её ожидала маленькая девочка. Похоже, это и была Иллада Нэльф. Она, как и говорил Градис, совершенно не была похожа ни на маркиза, ни, тем более, на Ламину. Обеспокоенные зелёные глаза нервно осматривали Ламину, которая стала подле своей сестры и что-то ей говорила. Серебряные волосы были слишком коротки, чтобы из них можно было сделать причёску, а бледно-голубое платье не очень хорошо ей подходило.

Моя семья, в том числе я и Вильям, поприветствовали юную Илладу, из-за чего та сильно смутилась. Подарок, который приготовил Сэрри, сестра Ламины радостно приняла, но почти сразу отдала слуге. Прежде чем мы присоединились к другим гостям, я услышал небольшой разговор между сестрами Нэльф:

- Ты плохо выглядишь, Ламина, - обеспокоенно произнесла Иллада, - лучше бы ты пошла отдыхать, а не бегала туда-сюда.

- Сама знаешь - не могу. Психованный вновь изобьёт меня, - грустно ответила Ламина.

- Тогда давай я возьму всю вину за себя!

- В таком случае побои будут у нас обеих.

Ламина тяжело вздохнула, а потом сказала:

- Сегодня твой праздник - отдыхай и веселись.

Иллада немного расстроилась, но за тем на её лице появилась слабая улыбка и она отправилась приветствовать других гостей. К Ламине же подошёл худощавый юноша и что-то ей сообщил, из-за чего она помрачнела и быстро ушла.

- Вы вновь задумались, господин Гиллен, - лукаво произнёс Вильям.

- Тебе не стоит удивляться подобному, Картер.

Вильям или же теперь Картер при других людях вёл себя более почтительно и не язвил. Он стоял подле меня и внимательно следил за моим самочувствием. Его пристальный взгляд и постоянные расспросы о здоровье заставляли меня недовольно кривиться, но это продлилось недолго. Вскоре моё внимание привлекла маркиза Нэльф - высокая и статная черноволосая женщина с усталыми, но в то же время полными гордыни, жёлтыми глазами, одетая в строгое, словно похоронное, чёрное платье. Маркиза, стараясь выглядеть, как можно более дружелюбно, улыбалась и поприветствовала всех присутствующих. Я с трудом мог расслышать её слова, мир перед глазами словно начал плыть, а образ смеющегося Серуса постоянно и нечётко мелькал среди толпы, словно издеваясь надо мной.

- Ты тоже это видишь? - шёпотом спросил Вильям с болезненным лицом.

- Что это твоё "тоже"? - попытался отшутиться я.

- Божество-покровитель, - серьёзно произнёс Вильям.

Как только он озвучил то, что видел, мою голову поразила очередная волна боли, после которой всё исчезло.

- Вы слишком бледный. Вам лучше присесть, - сказал Вильям, помогая мне подойти к стулу.

- Благодарю, - ответил я, хватаясь за голову.

Вильям тоже выглядел плохо, но в отличие от меня выглядел спокойнее. Он поправил галстук-бабочку, тяжело вздохнул и неожиданно вздрогнул. К нам подошёл слуга, который что-то сообщал Ламине, и произнёс:

- Юная госпожа Ламина попросила Вас о встречи. Она желала поговорить с юным графом Гилленом и его слугой раньше, но неприятно происшествие не позволило ей поговорить с Вами вдоволь.

- Мне было велено провести Вас к госпоже как можно скорее, - продолжил он.

- Тогда не будем задерживаться ещё сильнее, - ответил я.

Слуга кинул недобрый взгляд на Вильяма, а затем попросил идти за ним. Прямо перед тем, как мы вышли из зала я услышал, словно кто-то говорил у меня в голове:

- Как жаль, что мы не на одной стороне, Реймур Мэлион.

Голос казался до жути знакомым, но я никак не мог понять, кому он принадлежал. Я оглянулся. В зале не было никого, кого я мог бы знать. Тогда... Кто же это сказал?

- Господин, Вас что-то тревожит? - спросил меня Вильям.

- Нет, всё хорошо.

Слуга шёл довольно медленно, давая нам возможность рассмотреть убранство дома. В отличие от дома Гиллена всё здесь казалось больше и чем-то важнее. Хотя, на мой взгляд, многие вазы, да и почти всё в доме, выглядело дешёвым. Лишь рамки для картин выглядели под стать дому маркиза. На большинстве картин был изображён один маркиз, лишь на трёх - маркиза, а их дочери и вовсе на одной - семейном портрете. Но казалось, что картину с полным составом семьи повесили совсем недавно - виднелся след от того, что раньше висела картина побольше.

Я вновь задумался, а потому не заметил, как мы подошли к нужному месту. Слуга постучал в дверь:

- Госпожа, я привёл гостей.

- Гости могут идти, а ты свободен, - послышался голос из-за двери.

Слуга отворил нам дверь, а затем удалился. В довольно просторной комнате на белом диване сидела Ламина с чашкой чая. Я хотел вновь поприветствовать её, но ко мне вернулась головная боль, которая лишь усилилась. Я не мог устоять на ногах, а сознание уже ускользало из этого мира. Сначала я слышал едва различимый голос Вильям, но и он вскоре прекратился.

...

Не знаю, сколько я был в беспамятстве, но я очнулся в совершенно незнакомом мне месте: вокруг был непроглядный туман, слышался чей-то невнятный шёпот, кто-то негромко посмеивался. Попытки разглядеть хоть что-то не увенчались успехом, но я заметил более удивительное изменение - я больше не был Гилленом - моя кожа была бледной, как в те времена, когда я ещё был Реймуром. Но моё удивление на это не закончилось - под своими ногами я удивил недвижимое тело Гиллена, скованное цепями. Вокруг него горел бледный синий огонь, а цепь уходила куда-то в глубь, словно в водную бездну. Неожиданно туман стал менее густым и я смог разглядеть фигуры пяти человек, которые, похоже, были в таком же положении, как я. Вместе мы образовали круг, в центре которого появился необычно одетый Серус.

- Наконец-то, мы все собрались, - радостно произнёс Серус, - и можем начинать нашу игру!

Глава 8 "Воссоединение"

- Наконец-то, игра начинается! - вновь воскликнул Серус.

- Хватит играть главного, четырёхкрылый, - недовольно произнёс Лас, появившийся рядом с Серусом.

- Твои возмущения здесь не к месту, Лас. Всё же Особенный — единственный средний бог среди нас всех, - спокойно произнёс ещё один бог.

Третий бог стоял за Серусом, из-за чего я не мог разглядеть его лица. Но, отчего-то, его голос казался очень знакомым, словно я слышал его множество раз до этого момента.

- Твоего мнения никто не спрашивал, младший, - проворчал Лас.

- Ты, как всегда, груб, оленёночек, - ехидно произнес очередной бог, точнее богиня.

- Кия, сколько можно называть меня "оленем", если я Лас?! Называй хотя бы лосем, - обратился недовольный Лас к богине.

Кия, как её назвал Лас, была немного похожа на Серуса - у неё были такие же холодные голубые глаза, но больше между ними общего не было. У Кии были огненно-рыжие волосы, заплетённые в толстую косу до пяток, в которую были вплетены живые голубые розы, а кожа её была смуглой. Одета она была гораздо скромнее Серуса и Ласа - в бледно-голубое платье, полностью закрывающие всё тело. А её кроваво-красные губы расплывались в довольной насмешливой улыбке.

- Хватит издеваться над Ласом, - прошептал хриплый голос. - Вы же знаете, какой он обидчивый, а его обидчивость и ваши издёвки мешают ходу собрания.

- Моль вновь прав, - спокойно ответил "младший".

Моль, как бы странно это не звучало, вполне соответствовал своему имени. Его кожа была белой, но в некоторых местах его пятнами заменял серый цвет, сам Моль сильно сутулился, из-за чего казался намного ниже других богов, даже самого низкого — Серуса. За спиной у него были красивые серые крылья с узором в виде черепа, как у настоящей моли. Одет он был в грязно-коричневую шубу, из-под которого с трудом виднелись его оголённые ступни и кисти рук. На поясе, связывающем шубу, висело нечто странное — словно огонь от свечи поместили в стеклянный шар, обрамлённый железом. Даже без воска и фитиля это странное приспособление ярко светило, а вокруг него летали маленькие насекомые.

- Соглашусь с младшим, - неожиданно холодно сказала Кия, - мы собрали здесь не для болтовни, а по делу.

- Время — мех, мех — деньги. Чем скорее мы закончим, тем быстрее вернёмся к делам, - еле слышно пробурчал Моль.

- Что ж, тогда я зачитаю правил для всех присутствующих богов, тех, кто уже участвовал и кто ещё не участвовал, а также для их игроков, - произнёс Серус и создал из воздуха золотой свиток, от которого исходил слепящий свет.

- Правила игры, - начал Серус.

- Для каждого из игроков и покровительствующих им богов правила одинаковы. Во время проведения игры запрещено как-либо видоизменять или добавлять новые правила.

- Общее количество игроков составляет десять человек из одного мира, по пять в каждой команде. Дополнительные игроки способны присоединится к идущей игре лишь при определённом стечении обстоятельств: если игра длится больше ожидаемого срока и если общее количество игроков составляет четыре или меньше. В таком случае к игре могут примкнуть два дополнительных игрока, по одному на каждую команду.

- Тела всех игроков должны быть приблизительно одного возраста. Разрешается разница в два года.

- Цель игры состоит в том, что убить всех игроков из вражеской команды. Есть только три варианта: победа, ничья и проигрыш. Залогом для игры являются души, которые избрали боги.

- Переход из одной команды в другую невозможен.

- В случае победы души участников останутся в первозданном виде и продолжат находиться под покровительством бога.

- В случае ничьи души всех участники останутся в сохранности.

- В случае проигрыша души участников подвергаются немедленному уничтожению без возможности какого-либо восстановления.

- Игрокам разрешено заводить межличностные отношения с не перерождёнными людьми.

- Убийство члена своей команды карается смертью.

- Лишь трое человек могут знать о том, что участник переродился. Игроки и боги не считаются.

- Игрок, убивший участника из чужой команды, получает возможность получить вознаграждения от бога-покровителя в виде исполнения одного желания. Желания не должны нарушать правила игры. Игрок не имеет права пожелать покинуть игру или добавить нового участника.

- Игрок должен выполнить поручение от бога-покровителя. В случае невыполнения или отказа от его выполнения следует наказание. За выполнение поручения полагается определённая награда.

- Запрещено убивать богов или как-либо вредить им.

- Задавать вопросы можно только богам-покровителям, но они не обязаны на них отвечать.

- Игрокам запрещено уничтожать тела и души изначальных владельцев тел.

- Игра будет длиться до двадцати лет. После этого срока наступит моментальная смерть для всех выживших участников. Игра будет проиграна для обеих сторон.

- Игрок обязан выполнить желание умершего владельца тела.

Серус недовольно вздохнул и свернул свиток.

- Всё. Правил больше нет.

- В последней игре, в которой я участвовала, не было правил на убийство богов и изначальных, - неожиданно сказала Кия.

- Отец приказал мне добавить их после недавней игры. Точнее, из-за кое-каких событий в ней, - произнёс Серус и бросил недовольный взгляд на "младшего".

- Не нужно так на меня смотреть, Особенный, всё, что не указано в правилах — дозволено, - радостно произнёс таинственный "младший".

- Из-за таких людей как ты, мы и вынуждены постоянно менять правила, - злобно сказал Серус.

- Из таких как я и появляются новые боги, поэтому дыры в правилах лишь делают игру лишь интереснее, Особенный.

- Младший, я понимаю, что тебе не нравится факт того, что Серус родился, а не стал богом, но это не повод, чтобы начинать скандал, тем более в своей первой игре в качестве бога-покровителя, - вмешалась Кия.

- Если ненавидишь нас, то пожалей хотя бы Моля, - добавил Лас.

Из темноты послышался тяжёлый вздох, после чего "младший" больше ничего не говорил.

- Что ж, раз мы все вопросы решили, - горделиво произнёс Серус, - значит можно и заканчивать собран...

- Ты забыл объявить участников нашей команды, - остановил его Моль.

- Точно, - ошарашенно прошептал Серус.

Бог провёл рукой перед собой, словно протирая стекло. В то же мгновение воздух перед ним будто бы искривился, и из появившейся "раны" появилась мужская рука и отдала Серусу пять маленьких странных табличек. Неожиданно Серус глубоко поклонился и что-то прошептал, после чего рука исчезла вместе с "раной" в воздухе. Я был немного ошарашен произошедшим, но мне кажется, что рано или поздно я увижу что-то более удивительное.

- Из-за некоторых обстоятельств наша игра начинается немного иначе, чем остальные. Команда противника успела собраться ещё до того, как игра началась, поэтому состав нашей команды уже определён.

Серус стал читать надписи с табличек:

- Главой команды становится Гиллен Эйдал под покровительством Серуса, среднего бога перерождения и мести, так как этот игрок стал собирать команду.

- Вторым игроком становится Картер Борн под покровительством Ласа, младшего бога перерождения и животных.

- Третьим игроком становится Ламина Нэльф под покровительством младшего бога перерождения и интриг, который ещё не выбрал — оставить своё человеческое имя или избрать новое.

- Четвёртым игроком становится Эмилия Грейденберг под покровительством Кии, младшей богини перерождения и эмоций.

- Пятым игроком Жерро Стольф становится под покровительством Моля, младшего бога перерождения и жадности.

- Теперь точно всё.

Серус щёлкнул пальцами, и я проснулся, будто бы ничего и не было. Я оказался вновь в доме Нэльф. Рядом со мной сидели ошарашенные Ламина и Вильям. Я думал, что Ламина может быть перерождённой, но всё же вариант с маркизом казался мне более вероятным.

- Что ж, раз уж мы все теперь знаем правду, было бы неплохо наконец представиться по-настоящему, - спокойно сказала Ламина.

- Я понимаю, что тебя совсем не удивляет то, что я был перерождён, - начал Вильям, - но неужели ты уже знала о нём? - указал он на меня.

- Это было вполне очевидно, - ответила Ламина.

- Почему же? - спросил я.

- Всё же мне довелось встретить настоящего Гиллена. Твоё поведение было абсолютно противоположно его.

Я невольно улыбнулся. Хорошо, что в нашей команде есть ещё один внимательный человек. Было бы неплохо, если бы остальные участники были такими же.

- В прошлой жизни меня звали Вильям Морс, умер от руки приёмного отца. Сейчас я - Картер, сирота, судьба жёлтая, умер от голода, - сказал Вильям.

- Я - Реймур Мэлион, умер от яда. Сейчас — Гиллен Эйдал, умер из-за болезни, судьба синяя.

Неожиданно Ламина выронила из рук веер и вся задрожала. Хотя и до этого она не больно походила на живого человека, но сейчас она выглядела как настоящий мертвец.

- Этого не может быть... Не может быть, - постоянно повторяла она.

- Что случилось? - взволнованно спросил Вильям, подойдя к Ламине.

- Почему? Почему вы здесь? - всхлипывая, спрашивала Ламина.

- Вы были живы и здоровы, когда я умерла, так почему же я слышу, что вы оба мертвы?! - спросила она.

Вильям сначала непонимающе посмотрела на Ламину, потом на меня. Но он, словно что-то понял, побледнел.

- Ты, - начал он, но его остановила Ламина.

- Ания Мэлион... Мне отрубили голову... Переродилась в теле Ламины Нэльф, её судьба серая... Умерла из-за побоев.

Она закрыла лицо руками и спросила ещё раз:

- Почему вы умерли?

- Из-за Миэля, - ответил Вильям.

Это лишь половина правды. Мы действительно частично умерли из-за Миэля, но по большей части причиной и его, и моей смерти стала Ания, а точнее её казнь. Но если сказать ей это сейчас... Страшно представит, что может произойти. Так что лучше ничего не говорить.

- Я слишком хорошо вас знаю — не пытайтесь меня обмануть.

- Но это не ложь, - попытался оправдаться Вильям.

- Миэлю не было дела до вас, а вам — до него. Если вы говорите, что это произошло из-за Миэля, значит вы решили ему отомстить...

- Ничего от тебя не скроешь, - устало сказал я.

Ания убрала руки и злобно посмотрела на меня, но ничего не сказала. Думаю, она сделала бы то же самое, что сделал Вильям при нашей первой встречи... Если бы была в состоянии это сделать. Но как только я попытался спросить её об этом, в дверь постучали:

- Госпожа, маркиз приказал Вам вернуться к гостям.

- Что ж, боюсь сегодня нам не удастся насладиться нашим воссоединением, - грустно произнесла Ания.

Она с трудом поднялась с дивана, а Вильям вернул ей упавший веер. Вместе мы покинули комнату и вернулись в зал, где, кажется, только начинался праздник. Из-за того, что я не знаю, сколько мы проверили в том месте — мне неизвестно и то, волнуются ли родители и брат Гиллена. Найти их в толпе гостей было не особо сложно — Градис радостно общался с именинницей, а Сэрри и Арна о чём-то говорили с маркизом. Всё же людей с синими волосами не очень-то и много. Маркизу же нигде не было видно. Ания, пытаясь скрыть свой усталый вид, направилась к болтающему маркизу, а мы с Вильямом попытались найти тихое место, где бы не было гостей.

- Как ты? - спросил Вильям, когда я присел на мягкий стул.

- Могло быть и лучше, а ты?

- Я... Я не знаю, что и думать. Нам нужно убивать людей, Ания жива, но...

- Она таковой не выглядит, - добавил я.

- Кроме того, меня давно беспокоит кое-что ещё, - прошептал Вильям.

- Что же?

- Мальчика, в чьём теле я нахожусь, звали Картер, но ни у кого и нигде я не слышал, чтобы у него была фамилия. Я вообще не слышал, чтобы у бедняков здесь были фамилии.

- Погоди. Разве ты не знаешь родителей мальчика? - спросил я.

- А должен?

- Твой бог-покровитель не давал тебе информацию об изначальном владельце тела?

- Нет. Ничего подобного у меня не было.

Довольно странно, но, возможно, это было сделано намеренно?

- Значит, ты думаешь, он — бастард?

- Я думал об этом, но до того, как я попал в дом графа - у меня не было достаточно информации, чтобы подтвердить или опровергнуть моё предложение.

- Но сейчас у тебя есть такая возможность, так почему же говоришь мне об этом?

- Я уже изучил все дворянские семьи, кроме герцогских и королевской.

- Ты хочешь сказать...

Вильям мгновенно помрачнел.

- Всё же надеюсь, что я ошибся.

Если Картер — отпрыск герцогской или королевской семьи, мне понятны переживания Вильям. Он всегда относился к бездарным или ленивым детям дворянских семье с особенным отвращением. Для него, бедняка, дорвавшегося до власти своим талантом, факт того, что власть передаётся по наследству к не всегда понимающим своё дело людям, был неприемлем. Также плохо, как и бездарным, а иногда и хуже, Вильям относился к бастардам. Он считал, точнее, до сих пор считает, что ребёнок, рождённый от дворянина или дворянки вне брака, вовсе не должен существовать. Так что, боюсь представить, что может произойти, если Картер действительно окажется бастардом. Надеюсь, в таком случае Вильям не попытается нарушить правило про убийство тел изначальных владельцев.

- Не нужно так переживать, даже если это окажется правдой, ты — всё равно ты, а не какой-то бастард.

- В чём-то ты прав, - тяжело вздохнув, произнёс Вильям.

Некоторое время мы сидели в тишине, наблюдая как дворяне в пёстрых нарядах кружатся в очередном танце. Как вдруг я вспомнил, что давно хотел спросить:

- В... Картер.

- Да, господин? - уже не по-дружески сказал Вильям.

- Время возвращения, которое упоминалось в информации о тебе. Как думаешь, что это значит?

- Лас сказал, что это время, отведённое на осознание умершего своей смерти. После этого он возвращается к телу, но будет больше похож на назойливого призрака.

- Похоже, твой бог более отзывчив, чем мой, - усмехнулся я.

- Мне кажется, что любой бог будет отзывчивее твоего, - посмеялся Вильям..

Думаю, в этом он действительно прав. С Серусом трудно не только найти общий язык, даже поговорить с ним почти невозможно — как его вызвать к себе - я не знаю. Было бы гораздо проще, если бы моим покровителем был кто-то другой. Хотя я ничего и не знаю о других богах, но всё же Серус остаётся самым неприятным из них, а так называемый "младший" вызывает одни вопросы. Я не могу избавиться от ощущения, что я знаком с ним, но как познакомится с божеством, кроме как умереть? Или же существует иной способ?

- Господин, Вы же тоже его видите? - неожиданно спросил его.

- Кого?

Вильям указал, на первый взгляд, на обычного гостя, но как только я рассмотрел его лицо...

- Это же тот ребёнок. Из города.

Его седые волосы и глаза цвета охры трудно перепутать. Но почему он, тот, кто нарушил местные правила, сейчас находится на празднике и спокойно разговаривает с другими людьми? К моему удивлению мальчик повернулся в нашу сторону. Было очевидно, что он прекрасно меня знает. Он хитро улыбнулся, помахал мне рукой и скрылся в толпе. Искать его сейчас было бы бессмысленно — слишком много людей, но всё же... Почему он здесь? Вильям также был ошарашен случившимся, но старался не подавать виду.

Вдруг... Вдруг его слова о перерождении были правдой? Вдруг он знает и о моём перерождении? Но как это возможно? Неужели я просто ищу связь там, где её нет? Мне точно не найти ответы на эти вопросы. Единственный способ — встретиться с ним... Нет, не стоит сейчас об этом думать.

Остальная часть празднества прошла без каких-либо важных событий. Ко мне подходили несколько гостей, спрашивали о здоровье, но долго эти разговоры не длились. Ещё до того, как праздник закончился, у меня до ужаса разболелась голова, поэтому семья Гиллена уехала раньше, чем ожидалось.

Глава 9 "Давай поболтаем"

Во время возращения домой, а точнее где-то в середине поездки, я неожиданно стал кашлять кровью и у меня появилась сильная лихорадка. В моих глазах потемнело. Вильям точно безумно испугался. К сожалению, после этого случая мне так и не довелось поговорить с Вильямом, да и вообще с кем-нибудь, ведь я так толком и не проснулся. Несколько раз я ненадолго просыпался, но никого возле себя не видел. Возможно, это возвращаются симптомы болезни, от которой погиб Гиллен, поэтому я никак не проснусь.

Сейчас, неожиданно для самого, я нахожусь в том месте, где несколько раз встречался с Серусом. Это место избавилось от корней, которые, видимо, исчезли вместе с Ласом. Но всё же оно немного изменилось: вокруг появились ивы, которые словно плакали, своими корнями они обвивали гладкие каменные статуи, отдалённо напоминающие Серуса, но всё же они изображали кого-то другого. Сам Серус сидел на плоском, едва выглядывающие из-под воды камне посреди также появившегося прозрачного озера. Он выглядел хмурым, будто бы недавно с кем-то поссорился.

- Давно ты сюда не заглядывал, — не особо весело сказал Серус.

- А у меня была возможность? - решительно спросил я.

- Конечно. Ты во время сна должен сюда приходить, но, почему-то, этого не происходит. Или это ты так недоволен мной?, — произнёс Серус и поднялся с камня.

Он без особых проблем встал на тонкую и блестящую гладь воды и лёгкой походкой стал ходить по воде, разглядывая круги, появлявшиеся из-под его ног.

- Во сне? Мне снятся сплошные кошмары. И я не попадаю сюда.

Серус резко остановился, а вода под его ногами заметно почернела.

- Тебе что-то снится? Это невозможно! - злобно проворчал Серус. - Умершие не могут видеть сны, вместо них они проваливаются в пустоту, где, без помощи бога-покровителя, просто исчезают. Значит есть только один вариант — ты лжёшь, а ложь богам непростительна!

- Каждый день я вижу один и тот же кошмар - я стою возле старинного пыльного зеркала. Трясущимися руками дотрагиваюсь до гладкой поверхности зеркала. В смутном отражении я вижу старика с испуганными глазами, позади него стоишь ты, но не совсем ты. Скорее, нечто человекоподобное крайне похожее на тебя всем: глазами, волосами, кожей. Но всё его лицо обмазано кровью, а уголки губ складываются в злобной улыбке. Перьев на его крыльях нет, из-за чего из спины виднеются только оголённые кости. Он говорил что-то старику, но я никогда не могу его расслышать. Как только он заканчивал говорить — заканчивался и сон.

Серус внимательно слушал каждое сказанное мной слово, и с каждым он становился всё мрачнее и злее. С его настроением менялся и окружающий мир: вода из немного чёрной стала тёмно-красный, плакучие ивы скручивались по спирали, а их листья пожелтели и стали быстро падать с деревьев, засыпая зелёную траву и цветы. Только васильки остались неизменными, такими же синими. Сам же Серус начал походить на то существо из моего сна. Несколько его перьев почернели, несколько, как листья, упали на землю.

- Такого просто не может быть... Только если он... Нет, это какой-то абсурд, — бормотал Серус.

Он ещё несколько секунд простоял в исступлении, а затем всё вернулось в прежний вид, до того, как я рассказал об этом Серусу.

- Конечно, этот вариант маловероятен, но всё же вероятен. Нужно будет поговорить об этом с отцом, а пока — не думай об этом.

- У богов есть родители? - удивлённо спросил я, подойдя к озеру.

На самом деле этот вопрос мучает меня ещё с начала объявления игры. Я всегда думал, что бог — это нечто нечёткое, появившейся из ничего, и точно без родителей или каких-либо других членов семьи.

- Мне не запрещено говорить о появлении богов, но неужели тебе так интересно? Всё же немногие задаются таким вопросом.

- Очень.

Серус тяжело вздохнул. Он не выглядел довольным моей просьбой, но и не отказывался, значит я точно узнаю то, что хочу.

- Для начала мне придётся рассказать тебе о самой сути богов. Без знания о ней отвечать на вопрос бессмысленно.

- У каждого явления есть свои боги, обычно их не больше десяти, но в особенных случаях, например, в случае богов войны, их может быть намного больше, — начал Серус.

- Боги делятся на два вида: изначальные и избранные. Изначальными считаются боги, появившейся сразу после возникновения их явления. Такие боги появляются из ничего и, обычно, намного сильнее избранных. Избранные же боги появляются из обычных людей, вырвавшихся из бесконечного потока перерождений, но из-за того, что это происходит крайне редко, боги перерождения самостоятельно вырывают души из потока. Чтобы избрать достойных, проводятся игры, в которых ты сейчас участвуешь. Если игрок будет посчитан достойным, то он станет богом перерождения. Особенностей богов перерождения в том, что они — единственные боги, которые имеют две специализации — перерождение и ещё одно, так как после определенного периода времени они перестают быть богами перерождения.

- Погоди, — остановил его я, — ты хочешь сказать мне, что все игроки были избраны в качестве новых богов?

- В вашем случае это не совсем так. Нам просто стала до невыносимости скучно, поэтому мы и забрали вас.

- А теперь дай мне продолжить, — злобно фыркнув, произнёс Серус.

- У избранных богов есть классификация по возрасту, но в то же время по силе, на младших, средних и старших. Младшие боги — боги-новички, которые, обычно, довольно слабые, но, как и везде, есть исключения, например, Лас или Моль. Средние боги — уже посильнее, они приобретают первые особенности, связанные со специальностью. Старшие боги — самые старые и сильные и боги, их довольно мало и каждый уникален по-своему.

- Но я не отношусь ни к одному из этих видов. Я был создан искусственно изначальным богом жизни, Даминой, поэтому я называю его "отцом".

- Если кратко отвечать на твой вопрос, то родитель есть только у меня, — сказал Серус. - У тебя ещё есть вопросы?

- Целый список, — ехидно улыбаясь, ответил я.

Серус недовольно цокнул, быстрым шагом перескочил на землю и устало потянулся. На шее у него был отчётливо заметен красный след от руки, словно кто-то пытался его задушить. Он не выглядел особо здоровым, а, наоборот, изнеможённым. Но когда он несколько раз провёл рукой по шее, все следы и усталость мгновенно исчезли. Серус же, будто бы и не заметил этого, ещё раз потянулся и стал ходить вокруг меня. Он размеренно делал вздохи и выдохи, устало моргая глазами.

- Давай уже задавай свои вопросы, иначе я засну.

В голове кружили десятки вопросов, на которые я действительно хотел знать ответ, но можно ли мне задать их всех? Серус не особо доволен моей любознательностью, поэтому, скорее всего, на некоторые на них не ответит.

- Я... Я периодически вижу твой расплывчатый силуэт...

- Что? - остановился Серус. - Надеюсь, в этот раз ты точно шутишь.

- Почему я должен шутить? - ответил я совершенно серьёзно.

- Это опять же совершенно невозможно. У меня нет физического тела, как у других богов, из-за чего я не могу появляться перед моим протеже. Но...

- Но?

- Я могу появиться ещё в одном случае. Если рядом с протеже появится тот, кто связан с моей второй специализацией.

- А по точнее? - спросил я.

- Тот, кто вскоре приведёт в действие свою месть. Всё же я не только бог перерождения, но и мести, — с холодной ухмылкой произнёс Серус.

- Бог мести — едва слышно прошептал он. - Как же сильно ты не верил в то, что я выживу, Создатель.

- Так вот, — вернулся Серус к теме нашего разговора, — тебе стоит быть осмотрительней. Возможно, будет мстить тебе, но я не могу быть в этом уверен.

Он говорит действительно важные вещи, но...

- Ты говоришь, что это невозможно, но я точно помню, что ты появлялся в реальном мире и видел меня.

- Когда такое было? У меня нет проблем с памятью.

- В первые дни моего прибывания в этом мире. Ты тогда заметил меня, щёлкнул пальцами и исчез.

- Скорее всего, это было просто совпадение, — спокойно ответил Серус. - Вполне возможно, что человек, охваченный местью был неподалёку, поэтому мой силуэт появился рядом. В тот момент я разговаривал с Кией, а затем ко мне подошёл Лас, но так как я не хотел с ним разговаривать, то просто ушёл куда подальше.

Если Серус не лжёт, значит у меня есть лишь три варианта, кем может быть этот человек. Первый — это Градис. В тот момент он был ближе всего ко мне, но, как по мне, это наименее вероятно. Всё же Градис ещё ребёнок, потому, скорее всего, у него нет заклятого врага, которому можно отомстить. Но Градис также может быть перерождённым. Если это действительно так, тогда он может быть только в иной команде. Следует внимательней к нему относится. Второй вариант — Сэрри, он наиболее вероятный. Сэрри не особо общительный, вижу я его редко, так что его стоит подозревать. Третий вариант — Арна, но о ней ей я и вовсе не знаю ничего. Есть ещё один вариант - в доме был кто-то ещё, но я просто не знал об этом.

- У тебя давно привычка погружаться в собственное сознание во время разговора? - раздражённо спросил Серуса.

- Наверное, ещё с детства, — ответил я.

- Давай, задавай вопросы! Я уже с ума сойду от одиночества, пока ты не проснёшься! - крикнул Серус, глядя в небо.

- Почему? Разве ты не можешь уйти отсюда?

- Пока ты спишь, я вообще ничего не могу сделать! И всё из-за того, что мой духовный мир, то есть всё, что сейчас видишь вокруг себя, слился с твоей душой!

Я непонимающе посмотрел на Серуса. Всё, что он говорил до этого было вполне понятным, но сейчас я могу лишь догадываться.

- Не смотри на меня так! Сейчас объясню.

Серус упал на траву, положил руки за голову, закрыл глаза и начал говорить:

- У каждого бога есть свой внутренний мир или же духовный мир. Это, в принципе, одно и то же, так что как я буду это называть не имеет особого значения. Духовный мир является сосредоточением мыслей и чувств бога. В этом месте он может быть честным с самим собой, думать и чувствовать то, что действительно хочет. Это место очень важно, ведь является неким аналогом сердца, только духовного, для бога. Без него он не может существовать.

- Для того, чтобы вырвать человека из цепи перерождения, нужно сделать его подобным нам. Поэтому боги помещают души людей в свой мир, где своим уникальным способом. Даже не пытался спрашивать про мой способ, — резко ответил Серус.

- Тогда почему здесь так много васильков? - спросил я.

- Васильков? - удивлённо спросил Серус. - Эти цветы так называются?

- Насколько я знаю, да.

- Когда я только был создан, одна из старших богинь подарила мне этот цветок. Она сказала, что я очень похож на него, — на лице Серуса расползлась довольная улыбка.

- Похоже, ты любишь, когда тебя хвалят.

- А есть кто-то, кто не любит? - спросил он, глядя мне в глаза.

- Я знавал достаточно людей, которые терпеть не могли похвал и комплиментов.

- Люди не меняются, — тяжело вздохнул Серус. - Они либо восхваляют себя, либо принижают. Пятьсот лет прошло, а вы остались такими же.

Пятьсот лет? Неужели Серус настолько старый?

- А сколько тебе вообще лет? - заинтересовано спросил.

Серус нахмурился. Я даже стал думать о том, что он не захочет отвечать на мой вопрос, но Серус не очень уверенно произнёс:

- Если я правильно посчитал, то, кажется, пятьсот девяносто два. Я точно не уверен.

- Я думал, ты намного младше, - сказал я, сильно удивившись.

- И насколько же я выгляжу?

- Мне говорить честно?

- Хотелось бы.

- Приблизительно, лет девять. Не больше, если не меньше.

- Что?! - крикнул Серус, подпрыгнув от возмущения.

- Ты похож на маленького и капризного ребёнка, — усмехнулся я.

Серус сначала озлобленно смотрел на меня, словно изливая весь скопившийся гнев на меня, но довольно быстро его лицо перестало быть хмурым и он сказал:

- Тогда понятно, почему все относятся ко мне, как к ребёнку, хотя я и самый старший среди всех участников игры.

- И сколько же им лет?

- Я, конечно, могу ошибаться, но Ласу — четырнадцать или пятнадцать, Молю — точно двадцать шесть, Кие — три, а младшему и года нет. Других богов ты всё равно не знаешь, так что не вижу смысла тебе говорить.

- Никогда не подумал бы, что ты старше их всех, — удивлённо сказал я. - Вот на четырнадцать и два Лас и Кия точно не выглядят.

- Возраст богов нельзя сравнивать с человеческим. У нас всё намного сложнее, — ответил Серус.

Он вновь лёг на зеленеющую траву, но в этот раз он похлопал рядом, предлагая мне лечь рядом.

- С чего это такая доброта? - спросил я.

- Просто одиноко, да и небо красивое.

Я не особо сопротивлялся и лёг рядом с ним. Мягкая трава приятно щекотала кожу, я едва улавливал, как небольшой ветерок гулял меж травы. Всё вокруг пахло весной. А насчёт неба он не солгал. Оно действительно выглядело чарующе. Белые, пушистые, словно овцы, облака медленно плыли по безграничной глади лазурного неба. Небо больше походило на спокойную поверхность озера. Оно напомнило мне о детстве. Я никогда особо не любил воду. Озеро неподалёку от дома, оно было расположено где-то на окраине леса, было ужасно мутным. Такое чувство, что это была просто огромная лужа. Когда однажды отец взял меня на охоту, ещё до того, как я сломал руку, я случайно упал в это озеро. Было крайне мерзко. Но это немного не то, о чём я хотел рассказать. Приблизительно через год после того инцидента отец отвёз меня и Анию на другое озеро. Оно было по-настоящему красиво, точно такое же, как небо здесь. Наверно, это единственное приятное воспоминание о моём отце.

- Как-то ты затих, — спокойно ответил Серус.

- Просто задумался о том, как здесь красиво. Такое редко, где можно увидеть.

Некоторое время мы лежали в тишине, но затем я, скорее, просто от скуки или от того, что мне не хотелось больше задавать серьёзные вопросы, спросил:

- Что ты думаешь о других богах?

- О тех, кто в нашей команде? - совершенно не удивлённо спросил Серус.

- Других я всё равно, — посмеялся я.

- В основном, я отношусь к ним довольно хорошо, некоторых даже уважаю.

- А точнее?

- Кия недавно стала богиней, потому ещё не совсем понимает, что нужно делать, но она хорошо справляется. Мы с ней похожи: как немного внешне, так и внутренне. Надеюсь, она скоро достигнет среднего звена.

- О младшем я вообще говорить не хочу. Ничего, кроме раздражения, он у меня не вызывает. Слишком он уж высокомерный. А всё от того, что очень быстро закончил становление богом.

- Моля я уважаю. Несмотря на то, что он довольно молод, Моль мудр и никогда не откажет в помощи. Чем-то он напоминает дедушку, но в душе он довольно молод. Единственный минус — его бескрайняя жадность. Он не знает меры в своей жажде обогащения. Знаю, то, что я только что сказал, звучит противоречиво, но это чистая правда. Такой уж он бог.

- О Ласе я могу говорить долго. Он одновременно мне нравится, но при этом я терпеть его не могу. У нас схожее понимание мира со стороны божества, похожее мнение на многие явления, но при этом у нас абсолютно полярные характеры. Если бы я был холодной зимой, то он бы был палящим солнцем. Мне нравится спорить с Ласом, но выводить его до ужаса приятно. К счастью, он не такой бог, который спокойного отвечает на подтрунивания и шутки. Лас постоянно отвечает мне той же монетой, что мне одновременно нравится и раздражает. Так что я не могу однозначно сказать, что я о нём думаю, — закончил Серус и закрыл глаза.

Я не стал больше ничего у него спрашивать. Просто продолжу наслаждаться безмятежностью этого места, пока не вернусь в тело Гиллена.

Глава 10 "Пока он спит"

Прошло уже три дня с тех пор, как Реймур потерял сознание. Я даже не знаю, как описать мой шок, когда мой друг неожиданно начал кашлять кровью и нести несвязный бред. Реймур всегда умел держать себя в руках в любых ситуациях, даже будучи больным, из-за чего в начале нашего знакомства казался каменным. Помню, лишь однажды я видел его таким же страдающим, как три дня назад. Кажется, это было незадолго до его восемнадцатилетия. Неизвестный отравил не только Реймура, но и его отца. В тот момент я был рядом с ними. До сих пор помню те страх и ужас, который тогда испытывал. Помню искривлённое болью лицо Реймура и побледневшее лицо его отца. Лучше не вспоминать, что были дальше. Иначе я тоже потеряю сознание.

Я зашёл в комнату Реймура с тяжёлым тазом, полным холодной воды. Мой друг оставался всё таким же - с больным лицом, закрытыми глазами и ужасным видом. Я поставил таз на тумбу, рядом с которой лежали всевозможные лекарства. Два дня назад приходил врач, так как он не смог понять что происходит с телом, он просто выписал всего чего только можно, но, в основном, всяких мазей и лекарственных трав. Я, конечно, не врач и мало что понимаю в их деле, но я всё же сомневаюсь, что корень одуванчика как-то поможет Реймуру с его-то состоянием. Возможно, такое недоверие связано с моим критичным взглядом на мир и некоторой боязнью лекарей. Хотя даже если я не верю в целительные свойства корня одуванчика, я всё равно должен делать всё по указаниям врача. Но найти в полумраке нужное лекарство довольно сложно. В комнате ребёнка было всего одно окно, задёрнутое шторой. Я подошёл к окну, отдёрнул штору и чуть не ослеп. Полуденное солнце ярко светило, освещая мрак комнаты Реймура. Я чуть прищурился, но всё же полностью открыл шторы. Мне открылся весьма милый вид на сад семьи Эйдал. Конечно, он не сравнится с теми садами, которые я видел в прошлой жизни, но он не так уж и плох.

Кажется, сейчас начало лето, оттого многие цветы сейчас показывают себя во всей красе. Яркие бегонии, жёлтые бархатцы, цветастые петунии, фиолетовые астры, красивые лилии, нежные колокольчики и розовые розы наслаждались хорошей погодой. Возле розовых кустов крутился семейный дворецкий - Луас. Иногда мне кажется, что этот старик вообще не понимает, что происходит вокруг него. Он, словно у себя на уме, постоянно что-то где-то делает, поэтому никто из слуг его не может его найти, когда он им нужен. Зато когда его ищет граф или графиня, он моментально находится. И так у него со всем. Он, вроде, ответственный работник, но в то же время ему явно нужна замена помладше. Пока я рассматривал сад, совсем не заметил, что за окном кто-то был. На подоконнике со стороны сидел белый кот с недовольными изумрудными глазами. Он осуждающе на меня смотрел и бил свой маленькой лапкой по стеклу. Я рассмеялся и быстро открыл окно. Кот мгновенно забежал внутрь дома и спрыгнул на пол.

- Долговато ты меня не замечал, — произнёс кот, что меня совсем не удивило.

- Прости, Лас. Я засмотрелся на сад, — улыбаясь, ответил я.

К своему удивлению, я уже успел привыкнуть к таким резким появлениям Ласа. Сначала я сильно пугался, когда какое-нибудь животное начинало со мной разговаривать, а всё из-за того, что Лас - бог животных.

- Чего там смотреть? Достаточно посредственный сад, не идёт ни в какое сравнение с садом Серуса и Глинии, — самодовольно произнёс Лас.

- Я, конечно, не видел тот сад, но наверняка божественный лучше человеческого.

- Конечно лучше! За ним же Серус ухаживает! - произнёс Лас так, будто бы хвалился своими достижениями.

- Я думал, у тебя плохие отношения с богом-покровителем Реймура, — произнёс я и повернулся к лекарствам.

- Они точно не плохие, но и не хорошие, — сказал Лас, быстро перебирая лапами.

- А какие тогда? - сказал я и сразу нашёл корень одуванчика. С трудом прочитав записку, я так и не понял, что с ним нужно делать.

- Серус был первым богом, когда стал человекоподобным, — начал Лас, но я сразу же его перебил.

- Человекоподобным? - удивлённо спросил я, пока растирал мазь по руке Реймура.

- Неужели тебе интересно? - весело спросил Лас.

- Просто странно звучит. Почему "человекоподобным", а не человеком?

Я снял со лба Реймура уже высохшую тряпочку и притронулся тыльной стороной руки к его голове. Сейчас она не такая горячая как вчера, но всё ещё слишком тёплая. Я отвлечённо положил тряпку в воду, а сам слушал Ласа:

- В отличие от всех остальных богов, я изначально был рождён не человеком или божеством, а животным. А точнее лосем, — как-то грустно произнёс Лас.

- Тогда понятно, почему они называют тебе лосем. Ты же он и есть, — улыбнулся я.

- Попрошу меня не перебивать, иначе вообще ничего тебе рассказывать не буду, — обиделся Лас.

- Молчу, молчу.

- Моя жизнь в качестве животного не представляла собой ничего интересного, — продолжил Лас. - Наверное, я так бы и остался обычным животным, если бы однажды на мою поляну не забрёл человек. Я плохо его помню, но точно знаю, что у него с собой было ружьё.

- В тот раз я впервые увидел живого человека. Я был слишком любопытным, за что и поплатился жизнью - человек застрелил меня.

- И как же ты стал божеством? - спросил я, закончив заниматься лечением Реймура.

- За это я должен поблагодарить Серуса и Глинию. Если бы не они, то я бы сейчас, скорее всего, был каким-либо другим животным.

- В тот день, к моему счастью, богиня Глиния, тогда ещё младшая богиня перерождения и изменений, искала для себя нового человека.

- Но она выбрала тебя, да? - спросил я.

- Не задавай вопросы раньше времени, — недовольно фыркнул Лас. - Как я уже сказал, Глиния искала для себе нового человека, но, так как не особо любит постоянство, она решила выбрать существо, иное от человека. Тогда она и нашла меня.

- Глинии понравилась идея сделать из лося божество. И, как это обычно бывает с игроками-людьми, моя душа была насильно вырвана из потока перерождения. Так я попал в игру. Многие боги были недовольны выбором Глинии и отчаянно просили её выбрать человека, а не животное.

- Скорее всего, без поддержки Серуса, Глиния бы сдалась и выбрала человека, — закончил свой рассказ Лас.

- Кто бы мог подумать, что на самом деле у тебя такая интересная история отношений с Серусом, — ехидно произнёс я.

- У нас были замечательные дружеские отношения, если бы он не забыл, что помог мне! - обиженно крикнул Лас.

- Расскажешь мне об этом попозже, хорошо? - произнёс я и вышел из комнаты Реймура, оставив Ласа одного, но не забыв взять с собой таз с водой.

Он, конечно, может рассказать что-то интересное, но прежде, чем он до этого дойдёт, я успею несколько раз уснуть и проснуться. Он, наверное, ещё больший болтун, чем Миэль, а это говорит о многом. Ненавижу, когда люди или боги говорят без умолку. Их практически невозможно остановить, а если попытаться, то проблем от этого будет только больше. Поэтому общаться с людьми, похожими на Реймуру и Анию, мне нравится гораздо больше. Жаль только, что встречаются они намного реже, чем болтуны. А ещё больше мне жаль, что в доме, в котором мне приходится жить, работают не просто болтуны, а самая плохая их разновидность - сплетников. Само моё появление здесь стало горячей темой обсуждения для большинства вернувшихся слуг. Каждый день я слышу, как кто-нибудь из них шепчется с кем-то обо мне. И это безумно раздражает и заставляет меня завидовать Реймуру, которому не приходится всё это слушать.

- Ты видела этого новенького? - услышал я слова очередной сплетницы.

- Картера? - спросила более-менее спокойная служанка.

Сплетница недовольно фыркнула и произнесла:

- Не произноси имя этого подлизы и обманщика при мне.

- Чем он заслужил такую ненависть? Вроде, спокойно и хорошо выполняет свою работу, хозяев и Луас не злит.

- В этом-то и проблема! Этот нахал слишком подозрительный! Появился из ниоткуда и сразу же стал личным слугой юного графа.

- Он вполне хорошо справляется со своей работой, поэтому мне непонятно твоё возмущение.

- А ты, значит, не хотела бы занимать его должность? - злобно произнесла сплетница.

- Хотела, но я недостаточно хороша. Так что хватит обвинять этого ребёнка в том, что он не делал, — сухо ответила спокойная девушка, подняла корзину с бельём и ушла на улицу.

Сплетница ещё несколько секунд недовольно смотрела ей вслед, а затем всё же вернулась к своей работе - мытью полов. Я же, в тот момент, когда она не смотрела на меня, прошёл в сторону прачечной. В прачечной редко можно было хоть когда-нибудь встретить. Я оставил таз с водой здесь, там же, где и взял его.

На данный момент я выполнил все основные свои поручения, поэтому мог бы просто "побездельничать", то есть изучать историю и устройство этого мира. Но, к сожалению, прямо перед тем, как пришёл к Реймуру, я случайно столкнулся с госпожой Арной. Она попросила меня зайти к ней после того, как я справлюсь с Реймуром. О ней мне сложилось крайне странное и противоречивое мнение. Сначала она показалась мне довольно спокойно, но при этом не очень умной женщиной. Арна предпочитает проводить своё время в полнейшем одиночестве где-нибудь в саду. Из-за этого даже слуги, работающие здесь уже давно, не могут толком ничего о ней рассказать. Сама Арна, когда я её встречал, вела себя довольно легкомысленно и наивно, из-за чего я думал, что она тоже игрок, но, к счастью, по возрасту Арна не подходит.

Хотя сначала она и казалась глуповатой, но со временем я начинал понимать, что моё мнение ошибочно. Может, большинство слуг о ней ничего не знают, но некоторые, особо старые слуги, имеют о ней очень хорошее мнение. Когда я спрашивал Лауса об Арне, он описал её как умную и ответственную хозяйку, у которой господину Сэрри есть чему поучиться. О сам же Сэрри мне сказать нечего. Он вечно пропадает вне дома.

Пока я размышлял, не успел даже заметить, как дошёл до комнаты отдыха, где любила находиться Арны. Глубоко вздохнув, я постучал в дверь.

- Входи, входи, — спокойно произнесла Арна.

Дверь неприятно скрипнула, и я зашёл в комнату. С последнего моего визита сюда особо ничего не изменилось. Всё те же экзотические деревья, мягкие голубые диваны и кресла, овальный кофейный столик и сидящая в халате графиня Эйдал.

- Ты не особо торопился, Вильям.

- Прошу меня простить, премного уважаемая графиня. Уход за господином Гилленом занял немного больше времени, чем я предполагал, — понурив голову, произнёс я.

- Как состояние моего сына? - отстранённо спросила она.

- Лучше, чем вчера, но всё ещё плохое.

- Хорошо, — Арна закрыла глаза, — у тебя нет больше поручений?

- Нет, графиня.

- Что ж, тогда я вынуждена попросить тебя кое о чём.

- Я всегда готов выполнять ваши приказы, графиня.

- Нет, нет, — улыбнулась она. - Это не приказ, скорее, просто важная просьба.

Я ожидающе посмотрел на графиню.

- Слуга, который помогал моему мужу, графу Эйдалу, вчера сломал руку, из-за чего не сможет сегодня отправиться с ним в город. Так как я доверяю тебе и знаю, что сегодня у тебя больше работы нет, я прошу тебе поехать с графом и помочь ему.

- Но как я могу помочь графу? - удивлённо спросил я. - Я не так силён и вынослив, как слуга вашего мужа.

- Тебе не нужно будет переносить тяжести, — рассмеялась графиня. - Я всего лишь хочу, чтобы ты поехал вместе с ним. Мой муж очень плохо ориентируется в пространстве. Боюсь, что он просто не вернётся домой, если отправиться один.

- Я понял Вас, графиня.

- Через тридцать минут мой муж будет ждать тебя у дома.

Я поклонился и вышел из комнаты отдыха. Чего, чего, а такой просьбы от графини я точно не ожидал. Но мне несложно помочь. Всё равно не особо хотелось вновь сидеть в библиотеке. Правда, для начала хотелось забрать письма, которые мне наверняка пришли.

После того как я побывал на дне рождении младшей Нэльф, мне каждый день стали приходить письма от герцога Борна. В каждом из них он слёзно умолял меня встретиться с ним, но, так как письма были неофициальными, отвечать герцогу или встречаться с ним. Пройдя на кухню, я поздоровался с поваром и отправился в подсобку, куда в коробку складывали пришедшие письма. Я открыл крышку коробки и сильно удивился. Вместо одного письма от герцога я получил четыре от разных отправителей. Одно, как я и думал, принадлежало герцогу Борну. Я прочитал всего пару слов и сразу же бросил его в горящую печь, потому что не хотел даже видеть его. Второе письмо уже принадлежало более интересному человеку - Эмилии Грейденберг. Я открыл его и стал читать:

"Дорогой Картер,

Я знаю, что пишу Вам нежданно, но, думаю, Вы знаете причину. Мне известно, что ваш хозяин, юный граф Гиллен тяжело болен, потому желаю ему скорейшего выздоровления.

Моё письмо не будет длинным, но я прошу Вас написать мне сразу после того, как Ваш хозяин поправится. Надеюсь, Вы напишите мне в скором времени.

Эмилия Грейденберг".

Не ожидал, что она напишет нам первой, но это даже хорошо. Чем скорее соберётся наша команда, тем проще нам будет найти своих врагов. По крайней мере, на это надеюсь я. Отвечать на это письмо я, пока не буду, потому также бросил его в печь. Третье письмо было также адресовано мне, но отправитель не подписался.

"Многоуважаемый Картер,

Мне известен ваш небольшой секрет. Вам не стоит сильно переживать насчёт этого - я не собираюсь делиться им с рыцарями "Веры", поскольку мне известно насколько они ужасно относятся к перерождённым. Я попрошу Вас никому не сообщать о содержимом этого письма. Также надеюсь, что Вы выполните мою небольшую просьбу - встретиться с Вами в городе. Сегодня. Там, где Вы раньше обитали. Из-за этого мне даже пришлось сотворить не самую приятную вещь с одним человеком. Я искренне надеюсь увидеть Вас сегодня. Если же Вы не придёте, боюсь, что Вам никогда больше не удастся узнать ответы на появившиеся в вашей голове вопросы.

Ваш тайный друг".

Сказать, что я испугался, значит вообще ничего не сказать. Откуда этот "таинственный друг" узнал о секрете? Может, он один из перерождённых? Тогда почему не представился? Или же... Нет, это звучит нереалистично. Я не могу отказаться от его предложения, даже если оно звучит крайне сомнительно.

Я сразу же понял, кому принадлежало последнее, четвёртое письмо. От него исходил едва уловимый, но такой родной запах свежих апельсинов. Ания - единственный человек, которого я знаю, так сильно любящий цитрусовые. Помню, как когда-то давно мы с ней, по просьбе её отца и моего приёмного родителя, отправились в сады на юге империи. Я никогда не видел, чтобы она так сильно улыбалась и радовалась как в тот день, когда мы побывали в саду апельсинов. Я невольно улыбнулся. Как бы мне хотелось просто побыть с ней рядом.... Но что-то я опять мечтаю о несбыточном. Я ещё раз взглянул на письмо, но всё также не мог сдержать улыбки.

Только от одной мысли о том, что она написала именно мне, а не Реймуру, на душе словно цветы расцветают. Я был бы рад прочитать её письмо, и не один раз, и ответить на него. Но у меня мало того, что не было настроения из-за прошлого письма, та ещё и настало время поездки. Письмо от незнакомца я сжёг. Затем вернулся в свою небольшую комнату на первом этаже, положил письмо от Ании в ящик и закрыл его на ключ. Сам же ключ я спрятал между досок в пол куда также прятал получаемые от семьи графа деньги. Мельком взглянул в зеркало, посмотрел на свой внешней вид и пошёл к карете, которая ожидала меня и графа.