Игра: Становление Истинным Шиноби

Глава 1 Пролог

Аниме «Наруто» — культовое произведение, в период выхода которого успело вырасти целых два поколения.

С момента выпуска последней его серии прошло чуть больше 12 лет, и за это время множество компаний пытались воспользоваться успехом истории, создавая различные товары, тематические парки и даже продолжения.

Однако, как бы они ни старались превзойти легендарное аниме, никому не удалось достичь уровня оригинала.

Конечно, до этого самого момента.

Хроники Шиноби — виртуальная игра с полным погружением, которая потрясла весь мир в 2026 году.

На данный момент это единственная игра, способная взаимодействовать с мозгом игрока, позволяя ему ощутить все прелести технологического чуда на себе. Она многократно превосходит любые другие игры, что породило невероятный спрос.

Как только разработчики открыли регистрацию на закрытое бета-тестирование, в первый же час на их сайт поступило более 20 миллионов заявок. А к концу приёма заявок их число перевалило за миллиард.

Разработчики же в свою очередь пообещали выбрать ровно десять тысяч счастливчиков, что получат шанс бесплатно испытать технологии будущего на себе.

— Меня же зовут Александр Реносукэ, и, как вы могли догадаться, я один из тех десяти тысяч счастливчиков, которые вот-вот окунутся в это технологическое чудо. Поэтому не будем задерживаться и начнём! — закончив подготовку своей речи, начинающий стример голышом улёгся в высокотехнологичную капсулу и на его голову наделся шлем.

— Вход, — с улыбкой произнёс он, капсула закрылась и загорелась синим цветом.

А когда свет массивной капсулы погас, парень ощутил, как его сознание словно отделяется от тела, проваливаясь в бездну.

В следующий же момент началась загрузка в «Хроники Шиноби» и выбор имени персонажа «Акио», после чего перед ним появилось небольшое видео, кратко вводящее в историю мира шиноби:

В далёкой древности, во времена когда ещё не было ниндзя, женщина вкусила запретный плод, завладела силой чакры и попыталась положить конец всем войнам…

Но постепенно, эти чистые помыслы были погребены возникшей жаждой власти, и она начала задаваться вопросами: Что должно править миром? Что способно поддерживать в нём порядок? Сила или Любовь?

Так, Кагуя Ооцоцуки, некогда мечтавшая о мире, стала первой, кто познал истинную природу чакры, но использовала её во зло.

И тогда её сыновья, Хагоромо и Хаммура, годами наблюдавшие, как мать превращается в тирана, восстали против неё, объединили свои силы и бросили вызов её безумию.

В битве, потрясшей саму ткань мира, они одержали победу и запечатали Кагую в лунной темнице.

Но даже после того как Хаммура отправился оберегать печать матери, незримо для всех живых существ её тень продолжала влиять на судьбы людей, подталкивая их к возрождению матери всего сущего...

Хагоромо же вошёл в историю как Мудрец Шести Путей, создавший 9 великих хвостатых зверей, и разделивший свою силу между сыновьями: Индрой, унаследовавшим его глаза — дар проницательности и могучее додзюцу, и Ашурой, получившим его тело — стойкость духа и мудрость сердца.

Однако братья не смогли понять друг друга.

Индра верил, что лишь сила способна поддерживать порядок, и его сердце ожесточилось.

А Ашура же настаивал, что истинная гармония рождается из доверия и любви.

И вот так их противостояние переросло в войну, длившуюся даже после смерти.

Связанные кармой, их души продолжали перерождаться вновь и вновь…

И каждый раз их реинкарнации сталкивались с первородным для мира ниндзя вопросом: Что правит миром — сила или любовь?

Открыв глаза, он втянул воздух со свистом, словно впервые почувствовал вкус кислорода.

Горло сжала судорога, голос, прорвавшийся наружу, был чужим, тонким, словно звон разбитого стекла.

— Что за... — занимая сидячие положение начал он, но оборвался на полуслове, сжимая ладонями щёки.

Отражение в пыльном окне заставило его сердце забиться быстрее: черноволосый мальчишка лет семи смотрел на него широко раскрытыми карими глазами.

— Это… я, в детстве… — выдавил из себя Акио, пытаясь совладать с дрожью в руках, попутно пнув ногой на край узкой кровати, одеяло, что было скомканно в ногах.

Вдохнув запах старого дерева он удивлённо раскрыл глаза пошире, наконец понимая заявление разработчиков об перевороте во всей игровой индустрии.

Комната в которой он находился, буквально дышала жизнью, которая никак не должна была быть в симуляции, ведь даже обычные пылинки так реалистично танцевали в лучах света, пробивающегося сквозь рваные занавески, а чьё-то сопение за соседней койкой и вовсе отдавалось эхом в висках.

Подняв голову он посмотрел на низкий, деревянный потолок с трещинами, которые образовывали причудливые узоры.

Помещение в котором он находился было небольшое, с несколькими кроватями, на которых спали дети.

— Система, интерфейс! — прошептал Акио, водя пальцами по воздуху.

Ответом же на его действия стала вспышка синего света:

[Игрок, добро пожаловать в игру, сейчас вы находитесь на одной из множества закрытых карт, что были специально созданы для каждого из 10 000 бета-тестеров, чтобы они могли адаптироваться к правилам мира.]

[В качестве награды за вашу удачу вам всем предоставляется 95 внутриигровых дней на нахождение и освоение новых механик/техник.]

[Мы хотели бы вас предупредить: покидание зоны обучения (детского дома) без нахождения специального квеста влечёт возрастание агрессии и подозрением со стороны обычных NPC.]

[С этого момента начинается обучение.]

[Игрок, мы искренне желаем вам удачи.]

Текст распался на пиксели, оставив в углу зрения полупрозрачный счетчик: *94д 23ч 59м.*

— Интригующе... — Акио сглотнул, разминая ладони.

Его кожа была шершавой, с мозолями на сгибах пальцев.

«Физиология реализована до мелочей, а это значит, что боль тоже будет настоящая?»

Подумал он и в это же время дверь скрипнула, а в комнату ворвался вихрь в виде веснушчатого мальчишки с коричневыми кудрями.

— Акио-чан! Ты опять ворчишь на своё отражение? — мальчик по имени Таро, прыгнул на соседнюю кровать, заставив пружины взвыть. — Идём, старуха Мидзуки велела всем прибыть на утреннюю прогулку!

Рука коричневолосого сорванца потянула пока ничего не понимающего игрока за запястье, с теплом, не ожидая которого сердце Акио содрогнулось.

В воздухе же вспыхнула новая панель.

[Обнаружен NPC: «Таро Кагами».]

[Уровень угрозы: 0.]

— Ты... — Акио остановился в коридорном проёме, где юные ниндзя дети одевали свою обувь, всматриваясь в панель.

— Эй, ты в порядке? — Таро нахмурился, тыча пальцем в его лоб. — Не притворяйся больным, а то опять останешься без обеда!

Энергичный паренёк помог ему одеться, после чего вытянул Акио во двор детского дома, что был наполнен невинным смехом и криками.

Находившиеся там дети разбились на группы, играя кто во что, в то время как за всем этим, с крыльца наблюдала пожилая женщина с лицом, изрезанным морщинами.

Над её же головой висел тёмно-красный значок:

[NPC: «Мидзуки Умэно».]

[Уровень угрозы: 23.]

Акио едва не споткнулся от появившихся мыслей.

«23 уровень? Но она же старуха... Или здесь уровни отражают не физическую силу?»

— Новенький, ты сегодня дежуришь, — внезапно сказала Мидзуки, указывая на него костяным пальцем. — После занятий помоешь полы в учебном классе.

[Получен квест: «Первый труд».]

[Цель: Вымыть полы в классе до заката.]

[Награда: повышение репутации в детском доме.]

[Провал: Гнев Мидзуки.]

— Слушаюсь, — кивнул Игрок, чувствуя, как по спине бегут мурашки от незримого давления.

— Эй, ну ты чего сегодня такой вялый? — вновь хватая за руку выпалил Таро. — Давай играть!

Акио же пытался отнекиваться от такого предложения, ведь где это видано, чтобы двадцатилетний парень играл с детьми, правда, его защиты быстро была пробита под энергичным натиском ребёнка.

— Ладно, — смерился уже он. — Во что будем играть?

Таро засмеялся и потянул его к остальным детям. — В догонялки!

Глава 2 Пролог

Лучи восходящего солнца золотили деревянные ступени детского дома, когда Акио, запыхавшись, уселся на них.

Его детские щёки пылали после игровой беготни, в груди приятно щемило, а в голове, словно отголосок далёкого воспоминания, проскользнула мысль:

«Вернуться в детство… Как же это странно. Никаких тревог, никаких бесконечных "надо" — только этот миг, этот смех, этот ветер в лицо…»

И эту ценность, даруемую детством лишь раз, ему вновь показал Таро — коричневолосый мальчишка с веснушчатым лицом, который, казалось, никогда не уставал, ибо его нескончаемая авантюрная энергия била через край, заставляя забыть обо всём на свете.

— Эй, Акио, что это с тобой? — раздался тот самый звонкий голос, с лёгкой хрипотцой от недавнего бега.

Приподняв голову, Акио перевёл взгляд на склонившегося над ним ребёнка, чьи руки упирались в колени, а губы расплылись в ехидной, слегка издевательской улыбке.

«Ничего, просто… это так непривычно…» — хотел было сказать он, но вместо этого с такой же ухмылкой выдал: — Со мной всё хорошо, просто я вам такую фору даю.

— Вот и правильно! — радостно фыркнул Таро плюхаясь радом на скамейку и стукнулся с другом плечами, после чего закинул свою руку ему на плечо. — Мы, как будущие Шиноби, должны быть выносливее и сильнее, чем наши ровесники…

— Не забывай ещё и про ум, — добавил Акио.

— Ну, это уже ваша с Ханой задача. Я же, как будущий член шестнадцатой команды, стану непробиваемым щитом, который всегда будет защищать своих «мозговиков»!

[Производиться обновление информации.]

[Вы тринадцатый человек, который выяснил в какой команде будет находиться во время 1 сезона "Хроник Шиноби".]

[На данный момент вы выполнили два из N требований]

[Ваши шансы оказаться среди профессиональных игроков повышены.]

Акио рассмеялся.

Отбросив в сторону системные сообщения он продолжил просто радоваться, пока в один момент из-за двери не донесся приятный аромат, с нотками сладости, пряности, соевого соуса и морской соли.

- Мисо-суп! - радостно воскликнул сидящий рядом Таро и его живот заворчал. - О-о-о, как же вкусно пахнет, пошли быстрее пробовать стряпню наших девчонок!

Молниеносно Таро подскочил на завтрак, хватая Акио за руку и потянул его за собой.

Не успев опомниться, Акио уже бежал за ним по коридору, в столовую, откуда доносились голоса обогнавших их других детей и стук деревянной посуды.

Столовая встретила их шумом и теплом.

Длинные деревянные столы, за которыми сидели ребята и стояли только что разложенные комплекты еды, большие окна, через которые лился солнечный свет, и… Хана.

Маленькая семилетняя девочка с короткими чёрными волосами и прекрасными зелёными глазами.

Усевшись к неё за стол Акио провел ладонью по гладкой поверхности длинного деревянного стола, чувствуя его прохладу.

Рядом же, с шумом передвигая табурет, уселся Таро, прямо напротив тихо завтракающей Ханы.

Девочка же редко поднимала глаза, но когда это случалось, Акио ловил на себе ее внимательный, чуть печальный взгляд.

— Ты сегодня какой-то... странный, — с набитым ртом заявил Таро, размахивая палочками. — То молчишь задумавшись как рыба, то носишься быстрее ветра. Тебе что голову припекло?

Акио отложил палочки, проводя пальцем по шероховатому краю глиняной чашки. Узоры на ней напоминали следы на песке — такие же мимолётные, как и мысли, которые он не мог поймать.

— Просто голова занята, — осторожно ответил он. — А ты… давно здесь живёшь?

Солнечный зайчик заплясал на веснушках Таро, когда тот залился смехом:

— Да-а-а… — протянул он, вытирая ладонью подбородок. — Видимо, вчерашняя тренировка тебя добила. Я тут уже два года. С тех пор как мои старики… — его голос на миг дрогнул, но тут же окреп, — героически погибли.

Тишина повисла гуще бульона мисо-супа.

Акио потянулся за чашкой, но взгляд его скользнул к Хане.

Девочка сидела, сгорбившись, будто её чёрные волосы давили тяжестью невысказанного.

— А т… — начал он, но Таро резко пнул его под столом.

Боль в голени была красноречивее любых слов.

Акио сглотнул и перевёл стрелки:

— А ты отлично готовишь, Хана! С тобой мы и на краю света не пропадём!

Спасла же его громкая благодарность мальчишек с соседнего стола, которые кланялись своей поварихе, словно она накормила их не рисом, а амброзией.

После завтрака мисс Мидори, воспитательница с карими глазами, тёплыми, как только что заваренный чай, повела их в класс.

В кабинете стоял стойкий запах старых книг и мела.

Усевшись за столы, на которых ничего не было Акио стал ждать, пока Мидори не начала первый для них урок, а именно историю.

Открывающим же занятие стал вопрос: Кто является основателем Конохи?

Таро выпалил первым, как всегда:

— Сильнейший из всех Хокагэ мира, Первый Хокагэ! Хаширама Сенджу!

— Верно… — кивнула Мидори, одобрительно глядя на Таро.

— Но знали ли вы что Хаширама Сенджу был не просто сильнейшим шиноби своего времени? — изучающий взгляд женщины прошёлся по детям.

— Знали ли вы, что он был человеком с огромным сердцем, искренне верившим, что война — это не единственный путь.

Престарелая женщина медленно прошлась перед классом, её голос стал теплее, словно она рассказывала не сухие факты, а живую историю.

— С самого детства Хаширама мечтал о мире. И даже когда его клан воевал с кланом Учих, он искал способы остановить кровопролитие, тренируясь не только для того, чтобы стать сильнее, но и чтобы однажды защитить тех, кто не мог защитить себя.

В классе воцарилась тишина, и даже вечно энергичный Таро перестал ёрзать, принимая образцовую позу, уставившись на воспитательницу.

— Когда Коноха была основана, Хаширама не просто построил деревню, он создал систему, которая должна была уберечь будущие поколения от войн. Разделяя 9 хвостатых чудищ между пятью великими деревнями, чтобы ни у одной стороны не было подавляющего преимущества... И хоть многие могли подумать, будто это был акт слабости, он поступил мудро, понимая, что такая большая сила должна быть сбалансирована, а иначе мир никогда не наступит.

Акио вслушивался в каждое её слово, слегка наклонив голову и подперев её рукой, упёршейся в стол.

В словах Мидори не было лжи, но он знал что, кое-что всё-таки было скрыто от юных Шиноби.

— Он был настолько добр, — продолжала Мидори, — что даже после всех сражений, после всех потерь, он никогда не ожесточался. Говорят, он мог исцелять раны одним прикосновением, и речь сейчас не только о физических, но и душевных. И именно таким и должен быть Хокагэ: не просто правителем, а тем, кто несёт свет даже в самые тёмные времена...

Глядя на поднятую руку Акио, Мидори сделала небольшую паузу, спрашивая. — Ты что-то хочешь добавить?

Кивнув в ответ, и встретив одобрительный взгляд воспитательницы, он произнёс. — Хаширама и вправду был великим лидером, но он не единственный, кто основал Коноху. Ведь так или иначе с ним всегда рядом был Учиха Мадара, его друг.

От одного лишь упоминания запрещённого человека, атмосфера в классе сразу же стала давящей.

И пока те, кто знали об Учихе, гадали зачем мальчик упомянул великого предателя, другие с непониманием смотрели на него удивлёнными глазами.

Мидори же слегка приподняла вопросительно бровь, но не стала его прерывать.

— Они вместе мечтали о деревне, где кланы перестали бы враждовать, — продолжил Акио. — Мадара был так же силён, как и Хаширама, и без него Коноха могла бы никогда не появиться.

— Но ведь Мадара предал и напал на своего друга, — осторожно заметила Хана, впервые за день подняв глаза.

— Да, — согласился Акио. — Но это не отменяет того, что он стоял у её истоков. История сложна, и люди в ней редко бывают только хорошими или только плохими.

Мидори улыбнулась, и в её глазах промелькнуло согласие.

— Ты прав, Акио. Основание Конохи, это история не одного человека, а многих. Хаширама, Мадара, и другие лидеры кланов… Все они внесли свой вклад. И важно помнить, что даже те, кто впоследствии выбрал другой путь, когда-то искренне верили в общую мечту.

Таро фыркнул:

— Ну, если бы Мадара не стал потом таким… ну, знаете, — он крутанул пальцем у виска, — Может, и Учихи сейчас были бы не изгоями, а кем-то вроде Сенджу.

— Возможно, — тихо сказала Хана.

Акио посмотрел на неё, но девочка снова уткнулась в стол, словно боялась, что её слова зашли слишком далеко.

Мидори мягко вернула разговор в русло урока, но Акио уже не слушал её так же внимательно, как до этого.

А его мысли были далеко — в тех страницах истории, которые редко перелистывали вслух.

«Почему мы помним только светлые моменты? — размышлял он. — Разве произошедшая в прошлом тьма не делает картину нашего мировоззрения более цельной?»

Когда же их первый урок закончился, и остальные дети выбежали во двор, Таро остановил медленно выходящего из кабинета Акио хватая его за плечо.

— Эй, а откуда ты всё это знаешь?

В ответ же на его вопрос, Игрок усмехнулся.

— Книги, Таро. Иногда стоит заглянуть дальше первой страницы.

— Фу, скукота, — закатил глаза тот, но в его взгляде промелькнуло отражение мыслей, а именно — любопытство.

Глава 3 Пролог

Следующими же учебными предметами, что проходили на улице, показали Акио истинные расклады сил.

И началось всё с простого, разминочного бега.

Акио пытался бежать изо всех сил чтобы хоть как-то сравнятся с другими детьми, но вместо этого вскоре начал выдыхаться, жадно хватая ртом как можно больше воздуха для горящих лёгких.

Результатом же стало буквально полное поражение, сравнимое по вкусу как увесистая оплеуха, задевшая его гордость как взрослого, когда он упал лицом вниз на землю, стоило его ногам лишь слегка преодолеть финиш.

«Эй, разрабы, вы вообще офигели? Я как на самом старте игры должен соревноваться с этими демонами в детских обличиях? Да из нас всех присутствующих в данный момент я больше всего похож на живого человека… Ладно, я могу ещё хоть как-то принять тот факт, что Таро может пробежать двадцать кругов, опережая весь класс на одну четвёртую от всего забега и не запыхаться, но как?»

«Как, щуплая девчонка семи или же восьми лет на подобии Ханы могла пробежать то же самое расстояние и отделаться лишь румянцем на щеках???»

«Разрабы ну как же вы меня за это бесите…»

«Ладно, плевать, и не из такого выберались. Просто теперь буду больше внимания уделять физическим тренировкам…»

«Как никак это только начало, да и во время учёбы я мечи неплохо так-то метал, так что и с сюрикенами должен нормально справиться.»

Восстановив немного сил и отдышавшимь он попытался подняться, но предательская боль в ногах заставила вновь встретиться землю и его лицо.

«Ха-а-а. — устало от стыда в мыслях выдохнул он. — Как тут удалить персонажа?..»

— Эй, ты в порядке? — поинтересовалась присевшая рядом на корточки Хана, бесстыдно тыкая своим маленьким пальцем в голову Акио, будто желая проверить жив ли он.

— Да, и эй, хватит в меня тыкать пальцем! — перевернувшись на спину, он увидел над собой девчонку, одетую явно в старые и потрёпанный вещи, состоящие из зелёных шорт и белой футболке, поверх который была лёгонькая чёрная кофточка.

«Похожа на котёнка…» — подумал Акио, впервые увидев её лицо так близко.

Маленькая Куноичи, наперекор своей стеснительности протянула руку будущему сокоманднику, попутно краснея от смущения, из-за их встретившихся взглядов.

Улыбнувшись дружелюбно в ответ, Акио с трудом поднялся, отряхнулся и, игнорируя насмешливые взгляды одноклассников, медленно побрёл к следующему этапу тренировки в сопровождении девушки.

«В этом мире сила значит всё.»

«И если одарённые дети могут позволить себе расслабиться, то по идее, всем игрокам прийдётся выжить из себя всё до последней капли, и даже больше.»

«Конечно, если мы хотим…»

В это мгновение до Акио снизошло озарение.

«Чёрт, а для чего нам нужно становится сильнее?»

«Какой вообще жанр у „Хроник Шиноби?“»

Размышляя над появившимся вопросом он приступил к выполнению комплексных упражнений.

И хотя во время отжиманий он чувствовал себя намного увереннее, чем в беге, его результаты едва ли опережали самых отстающих детей в этой группе.

За ними же последовали приседания, в которых он опять занял последнее место.

В упражнениях на гибкость, тоже стал самым худшим.

А в прыжках на дальние расстояния занял предпоследнее место, обгоняя то лишь на один несчастный сантиметр.

К концу же физических занятий Акио был выжат как лимон, делая в мыслях пометку.

«Похоже тело мне досталось с более развитыми верхними мышцами, в таком случае, если я продолжу играть то надо будет составить план тренировок, ориентированный на достижение баланса между верхней и нижней частями тела.»

И вот, наконец-то для заждавшегося игрока началась самая интересная тема, а именно практика «Сюрикендзюцу», в которую входило метание исключительно сюрикенов и кунаев, из-за того что все выдаваемые образцы оружий были деревянные.

И именно по этой же причине тяжелее всего было получить максимальный бал.

Метнув один, из полученных кунаев Акио попал в край мишени, после чего тот отскочил, едва оставлял в месте попадания царапину.

И это пожалуй, была его самая худшая попытка, ибо на удивление всем, включая себя, все следующие попытки Акио были приближены к центру.

— Восемь очков из десяти. Оценка — хорошо, — одобрительно покачала головой Мидори, делая пометку в свитке.

«Вот даже теперь не знаю, считать это маленькой победой, или же нет, ведь на миссиях мы уж точно не будем с детским вооружением, а другое я уж точно вряд ли докину на половину длины от этого расстояния.»

Следующей же была Хана, и если честно, то это был полный провал.

— Хана, ноль из десяти… — в сухом голосе Мидори не было сочувствия или жалости.

Она так спокойно огласила результат, будто ей было совершенно плевать на чувства детей.

«Эй! Ладно вы меня, взрослого ни во что не ставите, но ведь они же дети… — с возрастающим раздражением огласил внутри себя Акио сжимая кулаки, но окинув взглядом вновь всех присутствующих, вспомнил, что такой менталитет этого мира.»

Выступившая же девочка наклонила голову вперёд, пряча за волосами расстроенное лицо. Пока её не докинутые кунаи и сюрикены, собирали ближайшие к тому месту дети.

В итоге она отошла от места тренировки, срываясь за кронами деревьев небольшого леса, находящегося на территории приюта

— Таро, пять из десяти. Средне, в целом броски стали более точными, но скорость стала медленнее…

— Да это я просто разминался! — засмеялся мальчишка, размахивая руками. — Дайте мне только ещё один шанс, и я тут вам всем покажу на что именно способен!

Так, тренировка продолжалась до того самого момента, пока каждый из присутствующих не сдал по мини экзамену, который закончился громкими словами.

— Дети, то через что вы сегодня прошли, едва ли можно назвать трудностями жизни Шиноби, а с завтрашнего дня мы и вовсе введём эти тренировки в виде новых, отдельных уроков. Если же вы с ними не будете справляться, или же сможете набрать проходные баллы, то с окончанием этого лета вы не только не сможете поступить в Академию Шиноби, но и будете распределены по деревне как помощники гражданских лиц, работая на них за минимальное количество денег.

«Понятно, понятно. Стоп, девяносто дней?» — выцепил Акио ключевые слова, и быстро бросил взгляд на таймер.

«Получается, этот таймер предзнаменующий конец обучения, буквально показывает когда именно будут экзамены… А если ещё учитывать приветственное сообщение, то, скорее всего, остальных игроков закинет через пару дней, а именно во время поступления в разные Академии Ниндзя…»

«Хм… Интересно…»

— Ну, а на сегодня мы на этом закончим, дети, не забудьте собрать весь спорт инвентарь и отнести его ко мне. — огласила женщина удаляясь от детей в сторону здания приюта, оставляя тех заниматься своими делами.

Акио же тоже направился в приют, ведь у него было задание, которое надо было выполнить.

***

В комнате Реносукэ.

Массивная, двухметровая в длину капсула вновь засветилась, одетый на голову шлем поднялся вверх, а за ним и капсула, медленно принимая вертикальное положение.

Чёрные ресницы находящиеся в ней парня дрогнули словно после затяжного сна.

— Оу, я пробыл в ней пару часов, а тело почему-то даже и не болит… — произнёс он делая первый шаг по деревянному полу, попутно подбирая так удобно повешенную одежду на спинку стула.

Одев, которую Александр продолжил идти вперёд, пока не дошёл до своего компьютера.

Запустив же его, он сразу начал искать новые новости, когда от увиденного у него расширились глаза и он с неверием произнёс. — Да этого же быть не может… Они что, совсем сумасшедшие?

Глава 4 Пролог

«Это просто безумие!» — воскликнул про себя игрок, проводя уже третий день подряд в норму физическое состояние своего игрового тела, спортивными упражнениями, после того как узнал, что сделали разработчики во время выпуска игры в бета-тест.

«Кому вообще пришло в голову создать виртуальную монету, чей капитал увеличивается с каждой покупкой игры и специальным предварительным заказом капсул… А их кстати анонсировали сразу в трёх ценовых категориях, и насколько я могу судить по комментариям, многие предпочитают брать средние и дорогие образцы, причём последние стоят как некоторые хорошие квартиры, подбираясь к ценовому сегменту люксовых машин…»

«Полнейший Бред…» — подумал Акио переходя к отрабатыванию метания лёгкого оружия шиноби, из сделанных приблизительных, деревянных копий кунаев и сюрикенов, пока глазами проходился по открытой новой для себя функции системы, предназначенной для будущих стримеров.

«Люди, очнитесь, какие нафиг кредиты и рассрочки ради покупок даже обычных капсул?» — пытался он привести людей в чувства, вводя комментарии лишь подумав об этом.

[Анонимный пользователь#11 404: Йоу, я только что оформил предзаказ на Серебрянную капсулу, взяв кредит на следующие 10 лет, задавайте вопросы)]

[Анонимный пользователь#96 368: Ема, я думал, это я тут псих, взявший кредит на следующие 15 лет, ради бронзовой капсулу, но похоже у нас тут объявился истинный богач… Ну что, рассказывай, какого это слить столько денег? А, и вопрос к остальным, кто какие капсулы брал? И каким именно образом?]

[Анонимный пользователь#11 404 отвечает пользователю#96 368: Ну, так как я давно хотел себе хоть какое-то развлечение для дома, чтобы не выезжать из него, покупка ударила не очень сильно по деньгам) Правда, я должен спросить, никто не хочет построить себе домик?) Опыта с командой у нас уже более 10 лет.]

[Анонимный пользователь#21 534 отвечает пользователю#96 368: Серебрянную, сразу оплатив)]

[Анонимный пользователь#37 628 отвечает пользователю#96 368: Бронзовую, и теперь мой ребёнок после 9 класса отправляется в обычную шарашку)]

[Анонимный пользователь#46 235 отвечает пользователю#96 368: Брат, так же как и ты (]

[Анонимный пользователь#132 406: Ха, неудачники, только посмотрите на себя, устроили тут нытьё из-за каких-то пары миллионов… ЛОЛ, мой отец мне оплатил мою золотую машинку даже не посмотрев на цену ХА-ХА-ХА, а вы и дальше находитесь в рабстве, чтобы ощутить недосягаемую роскошь богатства.]

[Анонимный пользователь#96 368 отвечает пользователю#132 406: Сын чебольской шлю**. Иди к своему папику и сделай смачный ми***.]

[Анонимный пользователь#96 368: Был заблокирован на 10 минут]

[Анонимный пользователь#11 404 отвечает пользователю#96 368: Туда его, полностью солидарен.]

[Анонимный пользователь#46 235 отвечает пользователю#96 368: Брат, весь чат с тобой согласен, мы не забудем твою жертву.]

[…]

[Акио: Эй, ребят, одумайтесь брать кредиты и лучше подумайте о своём финансовом положении и семьях…]

Попытавшись привести обычных людей в чувства из благих побуждений, Акио совершил фатальную ошибку.

[Анонимный пользователь#21 534: Эу, а с каких пор на этом форуме есть ники?]

[Анонимный пользователь#11 404: … Хз, только что проверил, и не обнаружил функции ввода имени… Может быть он из тех везунчиков, получивших свои капсулы бесплатно?

[Анонимный пользователь#46 235: Чёртов везунчик, гори в аду!]

Опьянённые предвкушающим вкусом будущего, люди не желали нравоучений, нет, им, как и всегда нужны были те, на кого можно было бы скинуть своё негодование.

И так, на парня обрушился неоправданный хейт, от которого у него разболелась голова.

Закрыв окно чата, он подумал. — «Та плевать, я пытаюсь сохранить ваши деньги, а вы же начали меня за это проклинать…»

Вновь метнув деревянный кунай в стоящее перед собой дерево, Акио с размышляющим выражением лица наблюдал за неприятным для себя результатом.

А именно за тем, как деревянная подделка куная развалилась на множество кусочков при попадании в цель. — «Хм, ещё один образец сломался… Интересно, чем именно мои выточенные игрушки, отличаются от тренировочных образцов?»

— Эй, Акио, снова тренируешься с утра пораньше? — окликнул его со спины, самый жизнерадостный ребёнок в приюте.

На разворот же Акио, Таро одарил его широкой улыбкой и дружественным приветствием, помахав на бегу.

Подбежав к тренирующему на восходе солнца мальчику, коричневолосый похлопал того по плечу.

— Ты бы пожалел своё тело, а то как на тебя не гляну, всё время тренируешься…

— Не всё, — резко отрезал Акио. — Я даю телу передохнуть пока изучаю предоставленные нам исторические и литературные свитки.

— Мда… — протянул разминающий мышцы для тренировки, Таро. — Повезло же мне с мозговитыми сокомандниками, ты с Ханой буквально каждую свободную минуту своего времени тратите на своё само развитие… Честно, я бы так не смог.

— Никогда не поздно научится, да и команда мы пока не официальная, ибо всё решит пройдём ли мы экзамен, или нет. — парировал его последние слова Акио, после чего перевёл русло разговора на упомянутую девочку. — Кстати о Хане, ты не заметил то, что в последнее время она становиться с каждым днём всё более тихой и отстранённой?

На эти слова коричневолосый мальчик, выполняющий базовые физические упражнения на растяжку, вопросительно наклонил голову в бок. — Разве? Хм…

Сузив глаза на игроке, тот вспомнил недавний случай, произошедший во время приёма пищи. — Друг, слушай, она только недавно потеряла своих единственных родственников и оказалась в приюте, заполненным незнакомыми для неё людьми, поэтому я думаю, что такую реакцию можно вполне назвать нормальной…

От услышанных слов и приведённых аргументах, Акио впал в ступор. — Ты кто вообще такой, и что ты сделал с настоящим Таро?

— Знаешь, а вот это немного обидно… — произнёс он с наигранной эмоцией разочарования. — Если я не люблю учиться, это не значит, что я глупый и не могу связать больше двух слов. Да и тем более, я вообще-то тут дольше вас всех живу и опыта у меня в таких делах намного больше…

«Вот только никакой опыт не подскажет тебе, что на самом деле чувствует женское сердце…»

«Особенно когда она оказалась в беде,»

— Поэтому, дай ей просто побольше времени, чтобы прийти в себя, и я уверен, она вернётся в нормальное состояние. — убеждал Таро, переходя к отжиманием. — Как никак, сильнее нас делают пережитые трудности.

«Или же полностью ломают, и именно о таких случаях все умалчивают, в надежде наилучшего исхода…»

Наблюдая за тренировкой своего сокомандника, Акио повернул голову в сторону приюта, из которого медленно начинали выходить другие дети на утренею прогулку.

Взгляд его карих глаз был задумчив, а в голове всплывали множество мыслей.

Проходил же следующий внутриигровой день спокойно, без каких-либо эксцессов.

Наигравшись на улице, все дети отправились на завтрак, а после него на уроки.

Во время элементарных предметов, пара детей почёсывали свои головы от непонимания новых, усложнённых задач и примеров, после чего наблюдая за тем, как их средние балы потихоньку уменьшались, и было это лишь началом борьбы за удачный выпуск из приюта.

И вот, наступил момент, которого Акио и боялся.

По сравнению с прошлым, трёх дневным результатом, Хана прибежала намного позже, запыхаясь и удерживая свои дрожащие коленки.

И то же самое было на других тестах, её результаты ухудшились, ненамного, но достаточно, чтобы сказать, что это не была погрешность в её навыках.

Стоило всем тестам закончиться, как большинство детей, как и Таро отправились в приют, но девочка же не последовала за ними.

А вместо этого отправилась вглубь небольшого леса, чью территорию разделили границы приюта, и Акио это видел, прячась за деревьями.

Наблюдая за тем как именно она поступит дальше.

Глава 5 Пролог

— Промахнулась… — озвучила недовольным голосом Хана, стоящая в окружении множества деревьев с нарисованными метками, видя как вырезанный ею сюрикен, застрял в земле после прямого полёта и промаха в назначенную мишень.

— Снова! — крикнула она кидая оружие и вновь промахиваясь.

— И снова! — пролетев мимо цели, один из кунаев улетел в кусты.

— И снова! — её маленькие, детские руки, наполненные мозолями разжались, отпуская удерживаемые тренировочные образцы, а ноги подкосились, заставляя упасть коленями вперёд на траву.

Из ярко изумрудных глаз пошли обжигающие слёзы, стекающие по румяным после тренировок щекам.

— Почему?! Ну почему я такая глупая неумёха?! — в её скачущем от переполняемых чувств и ломающемся из-за ненависти к себе голосе, читалось отчаяние.

— Ну почему это происходит со мной? — спина девочки согнулась ближе к траве, а пальцы обхватили траву.

— Мам, пап… Я скачаю… — тихо процедило она сквозь зубы, рыдая.

Наблюдающий же за всем этим из-за дерева Акио поджал губы со сложным выражением лица, понимая, что юной куноичи сейчас нужна помощь, но не зная как именно ей помочь.

«И что мне нужно делать?»

«Сделать вид, что я ничего не видел и продолжить играть дальше?»

«Или же подойти и помочь?»

«А что в таком случае сказать?»

«Чёрт… Почему тут так тяжело?»

Вырвавшись из мыслей от возрастающего по громкости рыдания, он сделал шаг вперёд.

«Ладно, плевать, будь что будет…»

Подумал Акио, приближаясь к Хане, что дрогнула от раздавшегося хрустящего сбоку звука ломающихся веток.

— Ты… — промямлила она выпрямив спину, и посмотрев на парня красными от стекающих слез глазами.

— … — подошедший со слегка грустным лицом Акио промолчал на её слова, падая также на колени, прямо напротив неё и обнимая так, как хотел бы чтобы обняли его в самый сложный момент в жизни.

Ощутив родное тепло, Хана заревела ещё сильнее, сжимая в объятьях парня, и впиваясь ногтями в его спину, вызывая тем самым у него неприятную боль, но, вместо того чтобы оттолкнуть девушку, он лишь гладил её нежно по голове, подобно тому как это делают родители.

Потребовалось несколько десятков минут, наполненных криками наполненными болью и таской, прежде чем Хана смогла прийти в более спокойное состояние.

— Всё… Всё нормально… — тихо прошептал Акио, всё так же нежно поглаживая её чёрные волосы. — Ты справишься. Просто… нужно время.

Хана всхлипнула, отстраняясь от него, но её пальцы всё ещё вцепились в его футболку, будто боясь, что он исчезнет.

— Время? — её голос дрожал. — Я тренируюсь уже неделю! А всё равно… всё равно ничего не получается! И всё в принципе становится хуже!

Она резко вытерла слёзы ладонью, но новые тут же набежали.

Акио вздохнул, оглядев разбросанные вокруг сюрикены и мишени, в которые она так и не попала.

— Может, ты просто устала, и тебе нужен отдых? — осторожно предложил он.

— Нет! — Хана резко встряхнула отрицательно головой. — Если я остановлюсь сейчас, то никогда не стану сильнее! Никогда не смогу…

Её голос оборвался, но Акио понял.

Они оба знали, зачем она так рвётся вперёд.

Зачем терпит боль, стирает пальцы в кровь, заставляет себя вставать, даже когда тело отказывается слушаться.

Ведь такова было судьба шиноби.

— Ладно, — Акио вдруг встал, протягивая ей руку. — Тогда давай по-другому.

Хана удивлённо посмотрела на него.

— Как… по-другому?

— Ты всё делаешь в одиночку. А давай попробуем вместе. — он подобрал один из её сюрикенов, и повертел в пальцах, привыкая к разнице в весе. — Я в этом конечно не мастер, и множество метательных орудий метать не могу, но… Если речь идёт про один, или в край два сюрикена, или куная, но с задержкой, то могу обучить тому, как их метаю я.

Хана замерла, словно обдумывая его слова. Потом медленно кивнула.

— Хорошо… — её голос был тихим, но в нём уже не было той безысходности.

Акио же улыбнулся, наблюдая за более решительными глазами, смотрящими прямо в ответ.

— Тогда начнём. Смотри… — он встал в стойку и прицелился. — Честно, я немного дольше наблюдал за тобой, — от этих слов она чуть покраснела от смущения. — И заметил, что ты слишком резко их бросаешь. Поэтому, попробуй делать это более плавнее.

Выпущенный игроком сюрикен полетел и воткнулся в практически центр мишени.

Хана задумалась над услышанными словами, а затем взяла оружие в руку, повторяя движения парня.

— Так?.. — спросила она, вставая в слегка неуклюжую стойку, пытаясь полностью повторить за ним.

— Да, только локоть чуть выше. Вот так. — произнёс Акио и поправил её руку.

Хана кивнула, скорректировала положение и резко метнула сюрикен.

Оружие пролетело мимо цели, вонзившись в совершенно дерево.

— Опять! — она сжала кулаки, и её брови дёрнулись от досады. — Почему у тебя получается, а у меня нет?!

С детской обидой произнесла она, попутно открываясь с новой стороны.

Акио вздохнул и скрестил руки.

— Потому что ты слишком торопишься.

— Я не тороплюсь! — Хана тут же огрызнулась, сверкнув на него взглядом.

— Видишь? — он покачал головой. — Ты даже сейчас даёшь очень много воли своим эмоциям. Я также понимаю, что ты до этого много раз пыталась, и терпела неудачи, но то, что ты пробуешь сейчас, не гарантирует тебе попадание в цель с первой попытки. Так попросту не бывает.

— А тогда как я должна делать?! — поинтересовалась она комично размахивая напряжёнными руками. — Если я не научусь сейчас, то когда?!

Акио прищурился, но после, неожиданно расслабился и сделал глубокий вдох.

— Хочешь, чтобы получилось? Тогда перестань злиться.

— Легко сказать!

— Я не просто говорю. Смотри. — он встал прямо, закрыл глаза и медленно вдохнул, затем так же плавно выдохнул, и не открывая глаза метнул один из кунаев, попадая в центр уже другой мишени.

Открыв же глаза и увидев результат он с удивлением подумал. — «Нифига, реально сработало…»

Но не став концентрировать на этом внимание продолжи. — Теперь, попробуй повторить моё дыхание.

Хана нахмурилась.

— При чём тут дыхание?!

— При том, оно поможет тебе в концентрации. Ведь ты слишком зажата и при этом эмоциональна. Поэтому, попробуй дышать так же, как я.

Она закатила глаза, но всё же сквозь зубы выдохнула и попыталась повторить.

В воздухе раздался резкий вдох, за которым сразу же последовал сдавленный выдох.

— Нет, — Акио покачал головой. — Точь-в-точь, как я. Медленно и спокойно.

— Ты меня бесишь! — искренне выпалила Хана, скривив лицо, но всё же снова пытаясь.

На этот раз дыхание было чуть ровнее.

— Лучше. Ещё раз.

— А-а-а! — она зажмурилась, и сжала кулаки, но всё же сделала ещё один вдох. И ещё.

Постепенно её плечи опустились, а напряжение начало уходить.

Видя это Акио ей сказал. — Вот так, хорошо.

Подобрав с земли ранее уроненные ею орудия, он всунул ей в руку кунай. — Теперь, не открывая глаз, ты попытаешься метнуть кунай, в туже самую мишень, в какую и пыталась до этого… Ты ведь помнишь где она располагается? — немного поздно уточнил Акио.

— Да это же бред! — воскликнула куноичи, открывая глаза, но рука мальчика ей помешала это сделать.

Оказавшись у неё за спиной, но продолжая закрывать глаза, подобно обившему свою добычу, змею.

— Просто попробуй, — прошептал он её на ухо вызывая своими действиями лёгкий румянец у неё на щеках

Под напором мальчика, ей ничего не оставалось кроме как кивнуть в согласии и сконцентрироваться на действии.

Встав в стойку, она вновь сделала вдох и выдох, после чего, одновременно с Акио, метнула кунай вперёд, и хоть её полетел правильно, всё же, Хана допустила маленькую оплошность, а именно дёрнула рукой в конце, от чего он полетел в сторону.

Брошенное же оружие Акио, едва попало в цель, и сделано это было специально.

— Эх, ну ты и дурёха… — с добротой и снисходительностью произнёс он, убирая руку. — Вот если бы в конце рукой не дёрнула, глядишь может быть и в центр попала бы…

От наблюдаемого результата глаза Ханы засветились. — Это я?! — с положенной ей детской радостью спросила она, указывая на себя.

— Конечно, а ты что, видишь кого-то другого неумёху, способного едва лишь попасть в мишень?

От колких слов мальчика Хана ударила его в грудь, тыльной стороной кулака, проводя удар сверху вниз, по вертикали.

— Эй!.. — недовольно воскликнул он, но был сразу же перебит, мягкими и нежными объятиями.

— Спасибо, спасибо большое… — благодарила она от всего сердца, со слезами на глазах под лучами вечернего солнца, в то время как он гладил её по голове, и нахваливал её упорство.

Глава 6 Пролог

Вечернее небо окрасилось в багровые и золотые тона, когда Акио и Хана вернулись в приют. Их тренировка затянулась, и они ощутимо опаздывали на ужин.

— Нас точно отругают, — пробормотал Акио, глядя на пустующую площадку перед зданием.

— Пусть ругают, — неожиданно буркнула Хана, сжимая маленькие кулачки. — Сегодня я впервые за долгое время почувствовала, что у меня действительно что-то получается.

Акио удивлённо поднял бровь и присмотрелся к девочке. Её плечи больше не были сгорблены, а в глазах, несмотря на усталость после десятков бросков, горел живой, решительный огонёк.

Дверь приюта со скрипом отворилась, и на порог вышла Мидзуки. Тёмно-красный значок над её головой тихо мерцал в сумерках:[NPC: «Мидзуки Умэно». Уровень угрозы: 23]

— Где вас носит?! — прошипела она, скрестив руки на груди.

— Мы тренировались, — твёрдо ответила Хана, шагнув вперёд и подняв взгляд.

Мидзуки прищурилась, оглядывая их с головы до ног, но затем неожиданно фыркнула:

— Ладно. Раз уж вы так усердствуете, может, хоть не опозорите приют на экзаменах. Живо в столовую, пока всё не остыло.

Акио едва сдержал удивление. «И это всё? Никаких наказаний и мытья полов во всём здании?» Но, судя по едва заметной ухмылке Ханы, она уже неплохо изучила характер старухи: Мидзуки не была столь беспощадной, какой хотела казаться.

Ужин прошёл в непривычно тёплой атмосфере. Даже Таро, обычно болтавший без умолку, ел молча, лишь изредка бросая на них любопытные взгляды.

— Ты что, проглотил язык? — поинтересовался Акио, откладывая палочки.

— Да просто… — Таро почесал затылок. — Вы оба сегодня какие-то другие. Особенно Хана.

Девочка покраснела, но не стала отводить глаза:

— Я просто поняла кое-что важное, — тихо сказала она.

— О-о-о, как загадочно! — воодушевлённо засмеялся Таро, заметив разгорающийся в юной куноичи внутренний огонь. — Ладно, раз уж вы так стараетесь, я тоже не буду отставать!

Акио улыбнулся своим мыслям. «Похоже, мы действительно становимся настоящей командой».

Следующие дни пролетели в бешеном ритме. Тренировки, уроки, повторение пройденного материала — Акио, Хана и Таро теперь почти не расставались. Это заметили и другие дети: некоторые с завистью поглядывали на сплочённую троицу, а в остальных группах всё чаще вспыхивали ссоры.

Но главное — результаты Ханы начали стремительно расти. Её броски становились точнее, а движения — увереннее. И хотя она всё ещё уступала бывалым воспитанникам, прогресс был очевиден. Акио, в свою очередь, медленно, но верно догонял сверстников в физической подготовке.

Однажды вечером, когда солнце уже скрылось за горизонтом, Акио сидел на крыше приюта, наблюдая за звёздами и всё ещё поражаясь тому, как разработчикам удалось добиться такой невероятной детализации виртуального мира.

— Ты тут.

Услышав знакомый голос, он обернулся и увидел Хану, карабкающуюся к нему по водосточной трубе.

— Тебе нельзя так рисковать, — пробормотал он, протягивая ей руку и помогая взобраться на скат.

— Риск, это теперь моя новая философия, — усмехнулась Хана, усаживаясь рядом.

Акио продолжил молча смотреть на ночное небо, выжидая продолжения разговорa.

— Акио… — вдруг тихо начала девочка. — Ты веришь, что мы сможем стать настоящими шиноби?

Он демонстративно задумался на пару секунд.

— Верю… «Особенно в то, что смогу сразу после этого озолотиться на стримах и обеспечить себе безбедную жизнь…» Почувствовав некоторую фальшь в собственных мыслях, он добавил вслух: — Но только если мы будем держаться вместе. Как-никак, именно так люди выживают с давних времён.

Хана кивнула, и её короткие чёрные волосы смешно подпрыгнули.

— Тогда обещай мне одну вещь.

— Какую?

— Что не бросишь нас. Даже если станет совсем трудно.

Акио посмотрел на неё и с улыбкой положил руку ей на голову:

— С чего такие мысли? «Странно, я ведь и сам недавно об этом размышлял, а тут такие вопросы…»

Девочка ничего не ответила, лишь молча ждала ответа, буквально прожигая его взглядом.

— Обещаю, — кивнул Акио. — Куда же я без вечно задорного Таро и самой рассудительной куноичи по имени Хана…

— Дурак… — с покрасневшим лицом Хана зарядила ему кулачком под рёбра.

Острая боль пронзила бок, но Акио лишь рассмеялся, обнимая её в ответ. Под безмолвным взором звёзд он ощутил приятное тепло в груди и впервые задумался о том, не скорректировать ли ему свои первоначальные прагматичные планы на эту игру.

Дни, оставшиеся до экзаменов, таяли с неумолимой скоростью. Тренировки становились жёстче, уроки — сложнее, а напряжение в приюте росло, словно туго натянутая тетива.

Именно в один из таких вечеров, когда троица сидела в пустом учебном классе и разбирала исторические карты, Акио охватило странное чувство. Он оглядел знакомые до мелочей стены, исчерченные парты, потёртый деревянный пол… Всё было слишком правильно. Слишком просто для стартовой локации игры, обещавшей совершить революцию.

«Девяносто пять дней на адаптацию и поиск механик, — пронеслось у него в голове системное сообщение первого дня. — Мы подтянули физику, выучили теорию… но где скрытые механики? Неужели всё сводится к банальному качу?»

Его взгляд скользнул к старой дверной раме в углу класса. Мидзуки говорила, что за ней находится кладовка со старым хламом. Но Акио с его геймерским чутьём всегда ощущал оттуда едва заметный сквозняк и тонкий запах сырости.

— Эй, вы когда-нибудь задумывались, что на самом деле за этой дверью? — спросил он, прерывая Таро, который с азартом чертил на карте маршруты воображаемой атаки на Деревню Скрытого Тумана.

— Мидзуки-сан говорила, что там просто старьё, — пожала плечами Хана, не отрываясь от свитка по тактике.

— Ага, горы пыльных тряпок да сломанные стулья, — поддержал её Таро. — Чего там интересного?

— А мне кажется, там кое-что ещё, — Акио встал и подошёл к двери, приложив ухо к замковой скважине. — Оттуда тянет холодом. И пахнет… землёй.

Таро тут же вскочил, его глаза загорелись любопытством:

— Да ну? А ну-ка дай проверю! — Он слегка оттолкнул Акио и прильнул к щели. — И правда! Как будто из глубокого погреба…

Хана с сомнением посмотрела на мальчишек.

— Может, там просто дыра в полу? Не стоит лезть куда не просят. Мидзуки-сан разозлится, если узнает.

— А она и не узнает, — подмигнул Таро, дёргая за ручку. Дверь, естественно, оказалась заперта. — Нужен ключ.

— Или не ключ, — Акио внимательно осмотрел деревянный косяк. Дерево рассохлось от времени и местами отошло от кладки. Просунув пальцы в щель, он нащупал твёрдый деталь. Это был скрытый засов-рычаг. С усилием потянув его на себя, он услышал тихий щелчок.

Дверь со скрипом подалась вперёд, выпуская облачко пыли и затхлый воздух. За ней оказалась не тесная кладовка, а узкая каменная лестница, уходящая вниз, в непроглядную тьму.

— Подвал… — выдохнул Таро, и его голос отозвался эхом.

— Я же говорила, не надо… — испуганно отступила Хана.

— Надо, — твёрдо сказал Акио. В его глазах горел азарт исследователя, наткнувшегося на секретную локацию. — «Именно это я и искал. Это и есть наш специальный квест.»

— Пойдёмте. — уверенно скомандовал он, и первым шагнул на холодные каменные ступени.

Таро, сглотнув, последовал за ним.

Хана мгновение колебалась, бросив тревожный взгляд на дверь класса, но затем решительно шагнула во тьму вслед за друзьями. Обещание не бросать их оказало сильнее страха.

Глава 7 пролог

Спуск по узкой каменной лестнице походил на погружение в заброшенный склеп. Воздух с каждым шагом становился всё более плотным, холодным и сырым. В нём явственно ощущались нотки прелой земли, старого сухого дерева, глубокой въевшейся плесени и ещё чего-то едва уловимого, сладковатого запаха многолетнего застоя и забвения.

Каждый шаг троих детей по щербатым, полуразрушенным временем ступеням отдавался гулким, дробным эхом, которое моментально вязло во мраке. Единственным источником света оставался тусклый прямоугольник дверного проёма далеко наверху, сквозь который пробивались пыльные лучи уходящего солнца.

— Может… может, всё-таки вернёмся? — прошептала Хана.

Её тонкий голос дрожал от пронизывающего холода и накатывающего страха. Девочка сжала пальцами рукав кофты Акио так сильно, что её суставы побелели. Она инстинктивно прижималась к нему, ища защиты от окружающего мрака.

— Поздно включать заднюю, — тихо ответил Акио, не сбавляя шага. — Раз уж мы отыскали этот ход, нужно хотя бы осмотреться.

Его глаза, постепенно привыкавшие к темноте, уже начали различать смутные, гиперреалистичные силуэты окружающего пространства.

Помещение подвала оказалось намного обширнее, чем они могли предположить, судя по размерам учебного класса сверху. Это был настоящий подземный зал с низкими сводчатыми потолками, поддерживаемыми массивными каменными подпорками.

Пространство заполнили ряды старых деревянных стеллажей, прогнувшихся под тяжестью накопившегося за десятилетия хлама и покрытых толстым, словно войлок, слоем пыли и паутины.

— Ого… — сдавленно выдохнул Таро, ткнув пальцем в сторону ближайшего стеллажа. — Смотрите, это же старые тренировочные манекены! Совсем как те, что описывались в учебниках по истории эпохи основания Конохи!

Акио подошёл ближе к указанному месту. У шершавой каменной стены действительно стояли несколько деревянных фигур в человеческий рост. Они были сплошь покрыты глубокими порезами, сколами и испещрены следами от тренировочных кунаев. Это были безмолвные свидетели упорных тренировок сотен сирот прошлых поколений детей, многие из которых так и не вернулись с полей сражений прошлых Великих Войн Шиноби. На мгновение Акио показалось, что он слышит тихие отголоски их давно утихших голосов, решительные крики и сбитое тяжёлое дыхание.

«Невероятная проработка атмосферы, — размышлял игрок, проведя пальцами по изрезанной поверхности сухого дерева. — Разработчики воссоздали не просто виртуальное пространство, они буквально спрессовали здесь историю этого мира. Каждая царапина ощущается пальцами. Каждая пылинка на ощупь как настоящая…»

Они двинулись дальше вглубь подвала, осторожно ступая по потрескавшимся каменным плитам и стараясь не производить лишнего шума. Хана то и дело вздрагивала от малейшего скрипа сосновых половиц сверху или от шороха мышей, шнырявших по тёмным углам среди трухлявых ящиков.

— Это просто мыши, не бойся, — шептал ей Таро, хотя сам при этом напряжённо всматривался в глубокие тени меж стеллажей, сжимая кулаки.

Акио же полностью ушёл в геймерский азарт.

Внутренний инстинкт опытного игрока подсказывал ему, что действительно ценная награда за секретный квест не будет лежать на самом видном месте. Он методично осматривал стеллажи, заглядывал в полусгнившие коробки, простукивал каменную кладку стен.

В самом дальнем, наиболее тёмном углу помещения он наткнулся на нечто странное.

В отличие от остальной части пола, где каменные плиты лепестками расходились с трещинами и выбоинами, здесь один участок был выложен абсолютно гладким, идеальным прямоугольником.

При ближайшем рассмотрении Акио понял, что это был монолитный кусок темного полированного камня, филигранно подогнанный к остальной кладке. В самом его центре проглядывал едва заметный, выгравированный узор, четкая спираль.

— Ребята, идите сюда, — вполголоса позвал он друзей.

Таро и Хана мгновенно подоспели, с любопытством склонившись над находкой.

— Выглядит точь-в-точь как символ клана Узумаки, — заметила Хана, осторожно проведя кончиком пальца по канавкам высеченной спирали. — Но откуда он в подвале обычного приюта?

— Это не просто узор, это замок или тайник, — Акио надавил на центр спирали. Ничего не произошло. Он попытался сместить плиту в сторону или провернуть её по часовой стрелке, но камень сидел намертво. — Силой его не взять. Должен быть ключ или скрытый механизм.

Они втроём принялись внимательно прочёсывать каменные стены вокруг.

Таро же даже попытался поддеть край плиты найденным на полу ржавым обломком куная, но железо с тихим звоном переломилось, так и не сдвинув монолит.

— Может, здесь нужно применить какую-то особую технику чакры? — предположила Хана.

— У нас пока нет доступа к чакре, — вздохнул Акио, оборачиваясь к ближайшим стеллажам. — «Если есть замок, значит, где-то в этой локации разработчики спрятали ключ. Или подсказку.»

Он вернулся к методичному досмотру старых вещей.

Большинство ящиков содержало лишь бесполезную рухлядь: дырявые железные котлы, слежавшуюся от сырости детскую одежду, кипы пожелтевших от времени газет периода Второй Войны. Но в одном из угловых сундуков, под грудой истлевших деревянных игрушек, его пальцы нащупали что-то твёрдое, с ровными гранями.

Это оказалась небольшая лакированная шкатулка из тёмного дерева, крышку которой украшал всё тот же рельефный знак спирали. Замка же на самой шкатулке не было.

С замиранием сердца Акио поднял крышку. Внутри, на выцветшей от времени подушечке из красного бархата, лежал не металлический ключ, а небольшой свиток из плотной потемневшей бумаги, перевязанный шёлковым шнуром.

— Нашёл! — выдохнул Акио.

Таро и Хана тут же сгрудились за его плечами. Акио осторожно развязал загрубевший шнур и развернул свиток. Его поверхность была сплошь исписана мелкими, вычурными иероглифами в древнем стиле.

— Э-э-э… я такое точно не прочту, — озадаченно почесал затылок Таро. — Сложные знаки, да и стиль какой-то архаичный.

— Дай я взгляну, — Хана склонилась над свитком, её зеленые глаза напряженно пробегали строчку за строчкой. — Я… я видела похожие иероглифы в старых архивах, когда помогала Мидори-сенсей разбирать документы… Здесь написано… «Трактат о Внутреннем Истоке. Размышления о природе чакры и методах её естественного пробуждения».

Сердце Акио пропустило удар, а затем забилось с удвоенной силой.

Это было именно то, что нужно! Не просто базовая инструкция, а фундаментальное теоретическое руководство. Уникальная скрытая механика раннего доступа, способная дать ему и его команде колоссальное преимущество ещё до поступления в Академию.

— Естественное пробуждение чакры? — переспросил Таро, наморщив лоб. — Но ведь Мидори-сенсей говорила, что очаг чакры формируется сам ближе к восьми-девяти годам, или пробуждается от сильного стресса во время боя!

— Автор этого свитка утверждает другое, — воодушевленно шептала Хана, разбирая древние строки. — Он пишет, что чакра, это не просто биологический ресурс, а осознанное слияние духовной энергии разума и физической энергии тела. И что её можно принудительно активировать гораздо раньше, достигнув абсолютного баланса через особые дыхательные практики и глубокую медитацию!

— Теперь всё сходится, — прошептал Акио.

Стало понятно, почему руководство приюта и Мидзуки держали этот подвал запертым. Подобные методики считались слишком продвинутыми, а возможно, и опасными для обычных детей, у которых ещё не сформировался самоконтроль. Но для него, для сформированного взрослого разума, это был прямой путь к настоящей силе.

Внезапно со стороны лестницы раздался оглушительный в тишине скрип дверей. А затем, тяжёлые, шаркающие шаги.

— Кто-то идёт! — сдавленно пискнула Хана, вжимая голову в плечи.

— Быстро в тень! — скомандовал Акио, хватая её за руку.

Они мгновенно метнулись за самый массивный стеллаж, забившись в узкую щель между деревянными стойками и каменной стеной.

Затаив дыхание, дети замерли.

Свет из дверного проёма сверху на мгновение перекрыла тучная фигура.

По лестнице, тяжело кряхтя и охая на каждой ступени, спустилась Мидзуки. Над её головой тихо мерцал тёмно-красный значок уровня угрозы.

— Угх, клятые суставы… Совсем старая стала, по лестницам лазить, — проворчала старуха себе под нос.

Она прошаркала мимо их укрытия буквально в двух метрах, даже не повернув головы в сторону тёмных стеллажей. Подойдя к одному из дальних контейнеров, Мидзуки со скрипом открыла крышку, достала оттуда большую стеклянную банку с соленьями, тяжело вздохнула и направилась обратно к лестнице.

Спустя полминуты наверху с оглушительным стуком хлопнула дверь, и снова щелкнул внутренний засов. Подвал вновь погрузился в тишину и мрак.

— Фу-у-ух… пронесло-о-о… — выдохнул Таро, сползая по стене на пол и вытирая со лба воображаемый пот. — Я думал, нам конец!

— Она даже не заметила, что замок на дверном косяке был отодвинут, — с удивлением прошептала Хана, переводя дыхание.

— Похоже, она ходит сюда на автомате за своими припасами и вообще не ждёт подвоха, — усмехнулся Акио, крепко сжимая драгоценный свиток. — Главное, что мы не попались, а трофей у нас в руках. Возвращаемся в класс, пока нас не потеряли.

Они осторожно поднялись по каменным ступеням, выбрались в учебный кабинет и аккуратно вернули скрытый рычаг в исходное положение.

Расстелив свиток на одной из парт в лучах лунного света, они ещё раз перебрали полученную информацию.

— Итак, каков наш план? — нетерпеливо спросил Таро, потирая руки. — Начнём прямо сейчас?

— Нет, — покачал головой Акио. — В свитке прямо указано: для пробуждения чакры требуется абсолютная тишина, покой и полное отсутствие внешних раздражителей. Здесь наспех ничего не выйдет. Мы будем приходить сюда по ночам, когда весь приют спит.

— Логично, — кивнула Хана. — Если Мидори-сенсей увидит у нас этот свиток, его отберут, а нас заставят мыть полы до самого выпуска.

— Решено, — подвёл итог Акио. — Хана помогает мне с точностью перевода сложных фрагментов, я разрабатываю пошаговую инструкцию по дыханию, а Таро отвечает за безопасность и дежурство. Мы пробудим чакру до начала финальных экзаменов. Все согласны?

— Согласны! — в один голос ответили друзья.

Акио осторожно свернул трактат и спрятал его во внутренний карман кофты. Первые шаги к обретению истинной силы шиноби были сделаны.

Глава 8 Пролог

С того дня жизнь троицы сирот окончательно превратилась в слаженный, до мелочей выверенный механизм.

Днём они вели себя как ни в чём не бывало: усердно занимались на общих уроках, терпели придирки Мидзуки, до седьмого пота наматывали круги по пыльному двору и оттачивали броски деревянного тренировочного оружия. Но стоило приюту погрузиться в глубокий сон, как они бесшумно выбирались из спальни и собирались в пустом учебном кабинете.

Акио, вооружившись аналитическим складом ума взрослого человека и неоценимой помощью внимательной Ханы, шаг за шагом разбирал древний свиток клана Узумаки.

Методика, описанная в «Трактате о Внутреннем Истоке», оказалась строгой, почти математической системой управления собственной физиологией. Она требовала идеального контроля над дыханием: глубокий, растянутый ровно на восемь секунд вдох через нос, четырёхсекундная задержка воздуха, во время которой следовало мысленно фокусировать внимание на точке на два пальца ниже пупка, и плавный, едва слышный выдох через рот.

Для гиперактивного Таро эти ночные бдения стали настоящей пыткой. Мальчишка с трудом высиживал неподвижно хотя бы пару минут: у него постоянно затекали ноги, чесался нос, а любые шорохи ночных птиц за окном заставляли его вздрагивать и открывать глаза. Хана же, напротив, демонстрировала феноменальную способность к концентрации. Стоило ей закрыть глаза, как её дыхание выравнивалось, плечи расслаблялись, а лицо принимало отрешённое, спокойное выражение.

Спустя почти неделю упорных ночных попыток Акио почувствовал, что готов к решающему шагу, медитации полного «Погружения в Исток».

Этой ночью класс был залит холодным серебром лунного света. Таро и Хана привычно заняли свои места: один дежурил у приоткрытой двери, вслушиваясь в тишину коридора, вторая следила за окном, выходящим на задний двор.

Акио сел прямо в центр деревянного пола, скрестил ноги по-турецки и расправил плечи.

«Тело, это сосуд, хранящий физическую силу каждой клетки. Разум, рулевой, направляющий духовную волю. А дух, река, что течёт внутри и жаждет соединиться с плотью…» — строчки из трактата звучали в его сознании отчётливо, словно высеченные на камне.

Он прикрыл веки и начал дыхательный цикл.

Вдох… Задержка… Выдох…

С каждым новым вдохом шум внешнего мира становился всё тише. Перестал ощущаться сквозняк, тянувший от щелястых рам, растаяло ощущение жёстких сосновых досок под ногами, затихло тихое посапывание Таро у двери. Сознание Акио полностью отделилось от внешних раздражителей, погружаясь в вязкую, глухую, но удивительно тёплую внутреннюю тьму.

Он больше не пытался силой продавить барьер, а просто позволил своему разуму раствориться в этом абсолютном штиле.

И тогда это произошло.

В самом центре его существа, в глубине живота, зародился крошечный, едва заметный импульс. Он напоминал высеченную искорку, вспыхнувшую от кремня в ночи. С каждой секундой искра наливалась теплом, пульсируя в такт ударам сердца. Пульсация росла, превращаясь в плотный, вибрирующий шар чистой энергии.

А в следующий миг шар раскрылся, словно бутон лотоса, и по телу Акио хлынули два мощных, неразрывных потока.

Первый, обжигающе-горячий, подобно жидкому огню, рождённый физической выносливостью мышц и костей. Второй, кристально-прохладный, словно ледниковый ручей, сотканный из ментальной концентрации и воли. Они сплелись в идеальную спираль, омывая энергетические каналы кейракукей и наполняя каждую клетку его маленького тела невиданной доселе силой.

Перед его закрытыми глазами мгновенно вспыхнул ослепительный синий интерфейс:

[Обнаружена неизвестная энергия. Производится глубокий анализ структуры…]

[Анализ завершён. Идентифицирована энергия: Чакра.]

[Поздравляем! Игрок Акио первым из всех участников тестового мира самостоятельно пробудил Очаг Чакры!]

[Система переходит в режим регистрации накопленного опыта и навыков.]

[Ваш непрерывный опыт тренировок был систематизирован:]

[Получен Навык: «Силовая Тренировка» (Ур. 5). Увеличивает прирост силы и выносливости от физических нагрузок.]

[Получен Навык: «Гибкое Тело» (Ур. 3). Увеличивает ловкость и подвижность суставов. Снижает риск растяжений.]

[Получен Навык: «Быстрые Ноги» (Ур. 4). Увеличивает скорость перемещения на коротких дистанциях и реакцию.]

[Ваш прогресс в метании оружия систематизирован:]

[Получен Навык: «Сюрикендзюцу» (Ур. 7). Значительно увеличивает меткость, кучность и стабильность броска.]

[Регистрация Очага Чакры завершена:]

[Получен Навык: «Очаг Чакры» (Ур. 1). Открывает доступ к формированию и управлению чакрой. Текущий объём резерва: 50/50 ед. Скорость естественного восстановления: 1 ед./мин.]

[В качестве эксклюзивной награды за первенство разблокирован Пассивный Талант: «Чистый Исток». Эффективность и контроль любых техник, использующих чакру, увеличена на 10%.]

Акио резко распахнул глаза и шумно втянул ночной воздух. Всё его тело мелко дрожало от заполнившей жилы первозданной мощи. Мир вокруг словно обрёл сверхвысокую чёткость, он отчётливо видел каждую трещинку на парте в противоположном углу, слышал стрекотание цикад за сотню метров от здания и чувствовал малейшее движение воздуха.

Таро и Хана стояли в паре шагов от него, застыв с раскрытыми ртами и широко распахнутыми глазами.

— Акио… — благоговейно и одновременно испуганно прошептала Хана, прижимая ладонь к груди. — Ты… ты весь светился! Вокруг тебя буквально струился голубоватый туман!

— Я видел! Клянусь, это было похоже на свечение призрака! — взволнованно зашептал Таро, подбегая ближе и трогая его за плечо. — Ты что, реально пробудил эту… чакру?!

— Да, — мальчик с трудом подавил торжествующую ухмылку, переводя дыхание, в углу его зрения теперь мягко пульсировала синяя полоса: [Чакра: 50/50]. — Метод из трактата работает на сто процентов. Теперь ваша очередь. Я помогу вам настроить поток.

Усадив взволнованных друзей рядом, он подробно объяснил им те микроощущения, которые сам испытал в момент слияния двух энергий. С его подсказками процесс пошёл куда быстрее, уже через полчаса Хана смогла уловить первый слабый отклик в животе, а Таро, хоть и пыхтел от напряжения, наконец перестал дёргаться, поймав ровный ритм дыхания.

Когда уставшие, но воодушевлённые друзья отправились спать, Акио остался сидеть у окна, открыв системные вкладки и погрузившись в анализ глобальной информации.

С получением первого уровня чакры система наконец сняла часть информационных ограничений.

«Так… Всего в этом игровом мире одновременно находится ровно 50 игроков, — вчитывался Акио в полупрозрачные системные сноски. — Тридцать человек распределены по пяти Великим Скрытым Деревням: Коноха, Суна, Кири, Кумо, Ива. Остальные двадцать разбросаны по малым странам и случайным нейтральным поселениям. И у каждого, индивидуальная закрытая стартовая локация: клановые поместья, приюты, закрытые гарнизоны… Барьер спадёт только после официального выпуска».

Он нахмурился, сопоставляя игровые данные с историческими свитками, которые штудировал последние недели в приютской библиотеке.

Сводки новостей из газет, имена действующих командиров, возраст Третьего Хокаге Сарутоби Хирузена, растущее напряжение на границах со Страной Ветра и Страной Земли… Всё сходилось к одной леденящей душу истине.

«Сейчас… эпоха затишья перед бурей. Буквально год или два до начала Третьей Мировой Войны Шиноби», — его пальцы непроизвольно сжались в кулаки.

Это было самое жестокое и кровавое время в истории Конохи. Время, когда на фронт бросали едва выпустившихся генинов, когда деревни перемалывали целые поколения в бессмысленной мясорубке. Если остальные игроки думают, что это обычная ММО с безопасным фармом мобов, их ждёт чудовищное разочарование. Здесь ошибка будет стоить не просто очков опыта, а жизни, пересоздать аккаунт в сезоне будет нельзя, а боль как настоящая.

«Нужно стать сильнее. Намного сильнее. И использовать любую возможность, которую даёт игра».

Не в силах уснуть от бурлящей в жилах новой энергии, Акио тихо выскользнул из здания приюта через чёрный ход и направился к границе прилегающего леса. Прохладный предрассветный воздух приятно холодил разгорячённое лицо.

Он шёл вдоль невидимого купола стартовой зоны, пока не вышел к громадному древнему камфорному дереву, чьи могучие корни узловатыми щупальцами вздымали землю у самого забора приюта.

И вдруг он замер.

Благодаря пробуждённому Очагу Чакры и обострившемуся восприятию он уловил нечто странное. Буквально в нескольких метрах от него, у подножия расколотого корня, ощущалось слабое, но отчётливое излучение чужой чакры.

Оно было крошечной, размером с песчинку, но обладала специфической плотностью и хищной структурой.

«Что это? Дикий зверь? Нет, чакра слишком концентрированная для обычного животного…»

Заинтригованный мальчик бесшумно опустился на корточки и осторожно раздвинул влажные от росы заросли папоротника.

В глубокой расщелине древней коры, скрытый от утреннего света, сидел жук.

Он был размером чуть больше фаланги пальца, с матовым иссиня-чёрным панцирем, отливающим металлическим фиолетовым блеском. На его панцире виднелись еле заметные микроскопические узоры, пульсирующие в тон движению чакры. Одно из его тонких усиков было повреждено, а лапки судорожно цеплялись за древесину: существо было истощено и явно умирало от недостатка питательных веществ.

В углу зрения игрока немедленно вспыхнула золотистая панель.

[Обнаружен редкий симбиотический организм: «Кикайчу — Королевский Мутант».]

[Классификация: Секретный вид боевых насекомых клана Абураме (Утраченная ветвь).]

[Статус: Критическое истощение чакры (1/100). Без подпитки погибнет через 03:42.]

[Внимание! Привлечён пассивным талантом игрока: «Чистый Исток».]

[Доступно скрытое событие: «Контракт Симбиоза».]

Сердце Акио пропустило удар.

«Жук Абураме?! Здесь, в обычном приюте на окраине Конохи?!»

Память взрослого фаната мгновенно подсказала, клан Абураме строго охранял секреты своих насекомых, передавая их только прямым потомкам через слияние с телом при рождении. Найти такого жука на воле было практически невозможно. Вероятно, этот экземпляр был утерян во время одной из секретных вылазок шиноби или сбежал из лабораторий Корня АНБУ, окаймлявших окрестности деревни.

Жук слабо шевельнул уцелевшим усиком, безошибочно повернувшись в сторону Акио. Он чувствовал чистую, незамутнённую энергию, исходящую от мальчика.

«Если я пройду мимо, он просто исчезнет, сгинет... И квест будет провален. Но если я заключу с ним контракт… это откроет доступ к тайным техникам одного из самых опасных кланов Листа».

Не колеблясь ни секунды, Акио протянул вперёд руку.

Он сосредоточился, вспоминая наставления свитка Узумаки, и осторожно выделил из Очага тончайшую каплю чакры, направив её прямо на кончик указательного пальца. На коже замерцала крошечная лазурная капля чистой энергии.

Почуяв спасительный источник, жук с неожиданной прытью перебрался на его палец. Он не стал кусать или атаковать, прильнув к коже, насекомое начало жадно впитывать предложенную чакру.

[Передача чакры: -5 ед.]

[Передача чакры: -10 ед.]

[Резерв жука стабилизирован: 25/100.]

Матовый панцирь существа на глазах налился глубоким глянцевым блеском, а фиолетовые узоры засветились ровным мистическим светом. Жук замер, расправил крошечные надкрылья, издал едва слышный вибрирующий звук и мягко потёрся головой о ноготь мальчика, выражая абсолютную преданность.

Перед глазами Акио развернулся целый каскад системных сообщений:

[Условие выполнено! Заключён Первичный Контракт Симбиоза с Кикайчу (Королевский Мутант).]

[Получен скрытый навык: «Владение Насекомыми: Путь Абураме» (Ур. 1).]

[Уникальная способность симбиота: «Мимикрия Чакры» (Ур. 1).

Описание: Насекомое способно подстраивать собственную энергетическую частоту под окружающую среду, чакру хозяина или поглощённый след чужой чакры.

Эффект: Обеспечивает 100% маскировку симбиота от сенсоров базового уровня и барьеров обнаружения; позволяет временно скрывать или искажать чакра-сигнатуру хозяина, а также оставлять ложные следы.]

[Особенность симбиота: Насекомое не требует постоянного гнездования под кожей на начальном этапе. Способно скрываться в одежде, поглощать вражескую чакру при контакте и передавать её хозяину, а также вести скрытную разведку в радиусе 15 метров.]

[Связь установлена: Организм признал вас единственным источником питания и готов к эволюции.]

Жук плавно скользнул по запястью Акио и юркнул под широкий манжет его кофты, надёжно закрепившись на внутренней стороне ткани.

В тот же миг Акио ощутил лёгкое покалывание: панцирь насекомого едва заметно завибрировал, подстраивая свою энергию под биологический ритм мальчика. Чакра жука буквально растворилась, слившись с его собственной аурой и фоновым излучением утреннего леса. Теперь даже опытный сенсор вроде воспитателей или патрульных шиноби Конохи не смог бы обнаружить присутствие паразитического насекомого без прямого физического досмотра.

Акио выдохнул, чувствуя, как по телу разливается приятная усталость после затраты трети резерва чакры.

Первые лучи утреннего солнца пробились сквозь кроны деревьев, озаряя двор приюта золотым светом. До начала предварительных экзаменов оставалось совсем немного времени.

Акио поднялся на ноги, поправил манжет и посмотрел на здание приюта, где уже начинали просыпаться остальные воспитанники.

Впереди их ждали суровые испытания, жестокий экзамен на выживание в лесу и неизбежный выпуск в мир, стремительно катящийся к Третьей Мировой Войне. Но теперь он был готов. У него был пробуждённый очаг чакры, верные соратники за спиной и тайное оружие, о котором не догадывалась ни единая живая душа в этой деревне.

«Ну что ж… Мне уже нетерпиться проверить свои силы на финальном экзамене».

Глава 9 Пролог

Первые лучи восходящего солнца медленно скользнули по верхушкам сосен, озаряя пыльный двор приюта бледным золотом.

Акио бесшумно вернулся в спальню через окно за несколько минут до общего подъёма. Под широким рукавом его левой руки едва ощутимо пульсировало крошечное тепло, мутировавший жук Кикайчу надёжно устроился на плотной ткани, впав в состояние сытого полудрёма.

Благодаря пассивному навыку «Мимикрия Чакры» энергетическое присутствие насекомого полностью растворилось, словно его и не существовало вовсе. Из-за чего даже сам Акио, сосредоточившись на собственном Очаге, с трудом различал эту тончайшую нить связи.

«Пока что никому ни слова. — твёрдо решил про себя мальчик, натягивая привычные хлопковые штаны и завязывая шнурки на сандалиях. — Лишние знания порождают лишние вопросы. Если кто-то из воспитателей или патрульных АНБУ заметит у обычного приютского пацана боевого жука Абураме, до Академии я просто не доживу, и меня либо отправят на допрос в Корень к Данзо, либо тихо ликвидируют как шпиона. Жук же останется моим абсолютным козырем на крайний случай».

В углу обзора полупрозрачный системный таймер неумолимо отсчитывал последние часы: [Оставшееся время: 0д 09ч 42м].

Скрипнула соседняя кровать.

Таро сладко зевнул, с хрустом потянулся во все стороны и взлохматил свои коричневые кудри. Его веснушчатое лицо сияло непривычной собранностью. Следом за ним в коридоре послышались шаги просыпающихся сирот, но никто сегодня не ныл и не жаловался на ранний подъём, ибо все осознавали значимость приближающихся темтов.

В воздухе висело густое, почти осязаемое напряжение. Каждый понимал,этот день решит их дальнейшую судьбу. Либо ты доказываешь право носить протектор шиноби, либо остаток жизни проводишь на задворках деревни, выполняя чёрную работу за жалкие гроши.

— Ну что, мозговики, готовы показать старухе Мидзуки, на что мы способны? — шепнул Таро, хлопнув Акио по плечу.

— Главное, не суетись и держи дыхание ровным, как мы тренировались ночью, — отозвался Акио, ободряюще улыбнувшись. — Сила у тебя есть, теперь нужна холодная голова.

В столовой завтрак прошёл в гробовой тишине. Дети торопливо проглатывали рис и мисо-суп, избегая даже мысли смотреть друг другу в глаза.

И даже вечно улыбчивая Мидори-сенсей сегодня была непривычно строга: её карие глаза внимательно сканировали воспитанников, делая какие-то мысленные пометки.

Едва пробил колокол, возвещающий о начале экзаменов, всех тридцать пять кандидатов повели на второй этаж, в самый большой учебный класс.

Парты были расставлены на максимальном удалении друг от друга, чтобы списать было физически невозможно.

На помост перед классом вышли Мидзуки и Мидори. В руках пожилой надзирательницы покоилась толстая стопка запечатанных свитков.

— Первый этап, комплексное теоретическое тестирование, — сухо, чеканя каждое слово, объявила Мидзуки. Над её головой по-прежнему недобро мерцал тёмно-красный значок [NPC: «Мидзуки Умэно». Уровень угрозы: 23]. — Вам предстоит ответить на сорок вопросов. О географии Пяти Великих Стран, прикладных предметах, распознавании элементарных ловушек, тактике малых групп и расшифровке шифров Конохи. Время на выполнение, шестьдесят минут. Тот, кто наберёт меньше семидесяти процентов верных ответов, выбывает немедленно. Приступить!

Мидори взмахнула рукой, и свитки с заданиями легли на столы учеников.

Акио сорвал бумажную печать и пробежался глазами по строчкам.

Вопросы были отнюдь не детскими, ибо разработчики игры подошли к созданию экзамена с маниакальной дотошностью.

«Вопрос № 12: Ваша группа из трёх генинов столкнулась с отрядом шиноби Скрытого Песка в пустынной местности. Противник использует техники Стихии Ветра средней дальности. Ваши действия по минимизации потерь до прибытия подкрепления?»

«Вопрос № 27: Каковы первичные признаки наложения иллюзии типа „Кольцо Забвения“ на сенсорную систему чакры?»

«Вопрос № 34: Рассчитайте оптимальный угол метания куная с прикреплённой взрывной печатью при боковом порывистом ветре силой 4 балла на дистанцию 35 метров».

«Ого… — присвистнул про себя Акио, обмакивая деревянную кисть в чернила. — Это вам не простенькие тесты из начальной школы, здесь они буквально все заточены под военную тематику и чувствуется дыхание надвигающейся войны. Деревне срочно нужны не просто солдаты, а бойцы с аналитическим мышлением, способные выживать в реальных боевых столкновениях со Скрытым Песком и Скрытым Камнем».

Благодаря интеллекту взрослого человека и неделям кропотливого изучения архивов, Акио методично заполнял графу за графой. Его рука двигалась уверенно и быстро. Сложные тактические дилеммы он решал с точки зрения холодной логики и эффективности: где нужно жертвовать ложными позициями, и где нужно использовать особенности рельефа и скрытность.

Он бросил короткий взгляд в сторону друзей.

Хана писала плавно и сосредоточенно. Её тонкие пальцы ни на секунду не дрожали, а изумрудные глаза светились абсолютным пониманием материала: архивная практика с Мидори не прошла даром.

А вот Таро обливался потом. Мальчишка то и дело закусывал кончик кисти, яростно чесал затылок и шевелил губами, судорожно вспоминая формулы и правила, которые Акио вбивал ему в голову во время ночных посиделок. Но, судя по тому, как он всё-таки ставил один иероглиф за другим, парень уверенно шёл на проходной балл.

Спустя пятьдесят минут Акио свернул свой свиток и положил его на край стола.

Перед глазами вспыхнула короткая системная строчка:

[Теоретический тест «Основы науки шиноби» завершён. Точность ответов: 96%. Результат зафиксирован. Ожидайте конца тестирования.]

После тестирования детям дали отдохнуть, но не долго, всего десять минут, после которых сразу же прозвучало.

— Перерыв окончен! Всем построиться на полигоне заднего двора! — прогремел командный голос Мидзуки.

Солнце поднялось в зенит, безжалостно раскаляя утрамбованную песчаную площадку.

Начинался второй, куда более изнурительный этап, физическая выносливость и преодоление препятствий.

Первым шёл кросс по пересечённой местности, состоящий из двадцати кругов вокруг приютского комплекса с преодолением двухметровых деревянных заборов, рвов с грязью и натянутых верёвочных сеток.

— Марш! — раздался резкий свисток.

Толпа детей сорвалась с места.

В первые дни Акио буквально захлебнулся бы собственной одышкой уже на третьем круге, но сейчас всё было иначе, и об этом ему говорила сама Система, что зафиксировала его старания в определённые уровни навыков.

[Навык «Силовая Тренировка» (Ур. 5) и «Быстрые Ноги» (Ур. 4).]

Мышцы ног работали словно упругие пружины. Дыхание, поставленное по методике Узумаки, оставалось глубоким и ритмичным, из-за чего он легко перемахнул через первый забор, приземлился на полусогнутые ноги и, почти не сбавляя темпа, проскочил бревенчатый мостик.

Таро, словно дикий зверь, вырвался в тройку лидеров, мощно работая локтями и взрывая песок подошвами сандалий. Хана же держалась чуть позади Акио, экономно расходуя силы и безошибочно рассчитывая каждый шаг.

К пятнадцатому кругу половина кандидатов уже волочила ноги, жадно хватая ртом горячий воздух, а двое и вовсе упали на траву без сил.

Акио же, хоть и взмок до нитки, уверенно пересёк финишную черту четвёртым, отстав от занявшего первое место Таро всего на десяток секунд.

— Неплохо, новенький, — сухо бросила Мидзуки, чиркнув отметку в табеле, пока в её взгляде отчётливо читалось лёгкое недоумение.

Следом без передышки началось испытание по Сюрикендзюцу.

На противоположном конце полигона на разной высоте были установлены десять круглых деревянных мишеней. Расстояние до них состовляло двадцать пять метров, как и практически в обычных их тренировках, вот только привычные словия усложнили и три центральные мишени раскачивались на толстых верёвках, имитируя движущуюся цель.

Каждому из детей выдавалось по пять кунаев и пять сюрикенов.

Первыми вышли старшие сироты, чьи результаты были посредственными в виду того, что они не были готовы к тяжести настоящего ружия, способного в любую секунду с лёгкостью забрать жизнь.

На огласку всем оглашались их результаты: пять, шесть, и совсем редко, семь попаданий из десяти.

Металлические наконечники глухо стучали по дереву, а многие летели мимо.

Затем к барьеру подошла Хана.

Девочка глубоко вдохнула, прикрыла глаза на долю секунды, полностью отсекая шум толпы, и встала в идеальную правостороннюю стойку.

Вжух! Вжух! Вжух!

Её руки двигались с грацией танцовщицы, металл со свистом рассекал воздух, пока она чувствовала траекторию.

Два сюрикена, пущенные по дуге, столкнулись в воздухе, изменили угол и одновременно вонзились в яблочко качающейся мишени!

Тук-тук-тук-тук!

Тишина на полигоне стала звенящей. Все десять снарядов торчали строго в красных центрах мишеней.

— Десять из десяти. Абсолютный результат, — в голосе Мидори прозвучало искреннее восхищение.

Хана слегка покраснела, коротко поклонилась и вернулась в строй, поймав ободряющий взгляд Акио.

Следом вышел и сам он.

[Навык «Сюрикендзюцу» (Ур. 7) активирован.]

Он привычно взвесил в ладони тренировочный кунай. Баланс, вес, сопротивление воздуха, мозг мгновенно просчитал поправку на лёгкий боковой ветерок. Началась серия быстрых и выверенных бросков. Девять из десяти снарядов легли в центр, и лишь последний кунай задел край девятки из-за резкого порыва ветра.

[Получено 90 очков из 100. Оценка: Отлично.]

— Хм, прогресс налицо, — процедила Мидзуки, сверля его подозрительным взглядом.

Глава 10 Пролог

— Финальная часть предварительного этапа — Тайдзюцу и спарринги, — объявила Мидзуки, когда солнце начало клониться к закату.

На земле очертили круг диаметром пять метров.

Правила были предельно простыми: бой до первого падения за пределы круга, сдачи или нокаута. Оружие запрещено, только рукопашный бой.

Таро вышел в круг первым против крепкого парня на год старше себя.

Бой длился меньше тридцати секунд, веснушчатый крепыш с рёвом принял прямой удар в плечо, намертво перехватил руку противника и мощнейшим броском через бедро впечатал соперника в землю за пределами круга.

— Победитель, Таро Кагами! Следующая пара: Акио против Горо!

Из толпы вышел Горо, высокий, коренастый сирота с тяжёлым взглядом и сбитыми костяшками пальцев. Он считался негласным лидером среди старших ребят и славился своей жестокостью во время "специальных тренировок".

— Ну что, книжный червь, готов к перелому рёбер? — осклалился он, разминая шею.

— Меньше слов, — спокойно ответил Акио, занимая низкую защитную стойку.

— Начали! — скомандовала Мидзуки.

Горо сорвался с места, словно разъярённый кабан.

Он рассчитывал подавить противника массой и опытом, мощный боковой удар кулаком был нацелен прямо в висок Акио.

В прошлые дни Акио не успел бы даже среагировать, но сейчас, с развитой реакцией и навыком «Гибкое Тело», движение противника показалось ему вязким и предсказуемым, из-за чего плавно нырнул под бьющую руку, уйдя с линии атаки.

Горо взревел от досады и обрушил град ударов состоящий из: прямого в корпус, лоу-кик, размашистый хук.

Правда, от всего этого Акио ловко уклонялся, кружа по самому краю площадки.

«Он открывается при каждом замахе. Слишком много злости, слишком мало контроля», — хладнокровно анализировал игрок.

Поняв, что не может достать вертлявого соперника серией прямых ударов, Горо оскалился и пошёл напролом.

Он непрерывно наступал, оттесняя Акио тяжёлыми замахами всё ближе и ближе к краю песчаного круга.

Пятка Акио нащупала белую меловую черту границы.

Отступать было некуда: ещё один шаг назад означал бы мгновенное техническое поражение.

— Попался, заучка! — взревел Горо, видя, что зажал противника в угол.

Собрав всю свою массу и ярость, старший сирота сорвался в яростный таранный рывок, наклонив голову и выставив вперёд плечо, он понёсся на Акио на полной скорости, намереваясь смести того с площадки, словно живой таран.

Дистанция сократилась до десятка сантиметров, а в воздухе запахло пылью.

И в этот критический миг Акио обратился к пробуждённому источнику силы.

Мысленный импульс, практически на уровне инстинкта, и из Очага в животе по энергетическим каналам мгновенно хлынула порция чистой чакры, взорвавшись концентрированным импульсом в мышцах бедер и икр.

[Навык «Очаг Чакры»: Наполняет ноги пользователя энергией. Расход: 3 ед. чакры.]

[Зарегестроровано изменение состояние пользователя: Сила прыжка и скорость пользователя +40%.]

Вместо того чтобы пятиться или пытаться принять сокрушительный таран в блок, Акио резко спружинил и взмыл в воздух прямо навстречу несущемуся противнику.

Легко, словно на уроке гимнастики, он положил обе ладони на склонённые плечи мчащегося Горо и, использовав того в качестве самого обыкновенного «козла» для чехарды, совершил плавный, грациозный кувырок прямо через его голову.

— Ч-что?! — только и успел булькнуть мальчик, проносясь под взлетевшим Акио.

Воздух в месте, где секунду назад стоял игрок, оказался абсолютно пуст. Потеряв опору и не встретив никакого сопротивления, он со всей дури вылетел за пределы мелового круга. Когда его глаза округлились, ноги комично заплелись в воздухе, а руки принялись отчаянно и нелепо вращаться, пытаясь поймать баланс.

Словно мешок с мокрым песком, неуклюже перебирая подошвами, он по инерции вылетел далеко и с глухим шутовским «хрясь!» вспахал носом приютскую пыль, задрав ноги кверху.

Акио же мягко, пружинисто приземлился на обе стопы строго в центре площадки и невозмутимо отряхнул ладони, словно только что касался грязи.

На полигоне повисла немая тишина, сменившаяся сдавленным смешком Таро и изумлёнными вздохами остальных детей.

— Победа, Акио! Горо, выход за пределы круга! — после короткой заминки объявила Мидзуки.

Старуха с прищуром оглядела сначала поверженного Горо, который, отплёвываясь от песка, со стоном пытался подняться, а затем перевела взгляд на Акио. В её глазах промелькнуло отчётливое подозрение, обычный семилетний ребёнок без специальной подготовки вряд ли смог бы совершить столь идеальный, акробатический прыжок с опорой.

Она подозрительно вглядывалась в фигуру мальчика, пытаясь уловить след чакры, но скрытый под рукавом Кикайчу уже активировал Мимикрию, мгновенно поглотив и рассеяв остаточные всплески энергии вокруг хозяина.

Делая для внешнего наблюдателя всё так, словно тот идеально использовал чужую инерцию.

Сумерки опустились на Коноху, окрасив небосвод в траурные фиолетово-пепельные тона.

Все тридцать пять воспитанников выстроились на главной площади приюта. Воздух застыл и никто не смел шелохнуться.

На высокое крыльцо вышла Мидзуки. В её руках лежал длинный официальный свиток, скреплённый сургучной печатью администрации деревни.

— Предварительные испытания завершены, — её голос звучал сухо, без малейшей тени жалости или сочувствия. — Сейчас я назову тех, чьи результаты оказались ниже минимального стандарта шиноби. Названные делают шаг вперёд.

Она начала монотонно зачитывать имена.

С каждым произнесённым словом по строю прокатывалась волна подавленных всхлипов и глухих стонов. Двенадцать детей, больше трети всей группы вышли вперёд, опустив головы. Среди них был и поверженный Горо, чья рука всё ещё висела плетью после спарринга.

— Вы не справились, — безжалостно отрезала Мидзуки, сворачивая свиток. — Завтра утром прибудут представители гражданской комендатуры. Вы будете распределены в хозяйственные службы, на склады снабжения и на фермы за пределами деревни. Ваш путь шиноби окончен, даже не начавшись.

Один из мальчишек упал на колени, закрыв лицо руками и разрыдавшись навзрыд. Но никто из воспитателей даже не шелохнулся. Таков был суровый и жестокий закон мира шиноби: слабым здесь не было места.

Акио сжал зубы.

Реалистичность происходящего давила на виски с чудовищной силой. Это была не просто строчка «Game Over» на экране монитора. В какой-то степене он воспринял это как сломанные детские судьбы, разбитые в пыль мечты о героизме.

Когда плачущих неудачников увели, Мидзуки вновь повернулась к оставшимся двадцати трём воспитанникам. Её взгляд стал тяжёлым, словно у готовящегося убийцы.

— Оставшиеся. Вы доказали, что умеете читать свитки, бегать и махать кулаками. Но всё это лишь пыль. Ничто. Настоящий шиноби познаётся не на полигоне, а в условиях реальной смертельной угрозы, когда за спиной нет учителей, а вокруг только враги. Ваш Финальный Экзамен состоится завтра на рассвете.

Она сделала паузу, наслаждаясь воцарившимся ужасом.

— Вы будете разбиты на тройки. Вас выбросят в дикий сектор леса, окружающий приют. В этом лесу спрятаны разные оружия и три особых реликвии: Свиток Неба, Свиток Земли и Свиток Человека.

Шёпот прокатился по строю.

— Задача предельно ясна, лишь одна команда должна собрать все три свитка и доставить их мне на эту площадь ровно до захода солнца. Способ добычи не имеет значения. Вы можете пытаться найти их самостоятельно. Или же выслеживать охраняющих их экзаменаторов-чуунинов. А можете отбирать их у других команд, проливая кровь своих товарищей.

Дети замерли, побелев как полотна.

— В лесу нет правил, — прошипела старуха, и на её губах промелькнула жестокая усмешка. — Разрешено всё: засады, яды, ловушки, обман. Запрещены лишь прямые убийства и нанесение увечий, несовместимых с жизнью. И самое главное…

Она выдержала театральную паузу, пригвоздив детей ледяным взглядом.

— В Академию Шиноби будет зачислена только одна-единственная команда. Та, что принесёт мне все три свитка. Все остальные команды провалятся и отправятся вслед за сегодняшними неудачниками на фермы. Только трое станут ниндзя. И выживет сильнейший.

Слова Мидзуки разорвали тишину, словно взрыв петарды.

Оглушительный шок сменился липким, удушающим страхом. Вчерашние друзья, с которыми они ещё утром делили хлеб за одним столом, внезапно начали оглядываться по сторонам.

Взгляды детей налились диким, звериным недоверием, а воздух между ними заискрил неприязнью.

Ради своей мечты каждый из них теперь был готов перегрызть глотку соседу.

Мидзуки развернулась и скрылась в дверях здания, оставив их переваривать этот чудовищный приговор.

Таро тяжело дышал, сжимая кулаки так, что ногти впивались в ладони до крови.

— Только одна команда?.. Она… она хочет, чтобы мы разорвали друг друга на куски?!

— Это психологическая ломка, — тихо, но абсолютно твёрдо произнёс Акио, подходя вплотную к друзьям и увлекая их в тёмный угол под навесом. — Экзаменаторы намеренно создают панику. Они хотят посмотреть, кто превратится в безумное стадо, а кто сохранит разум.

Хана подняла на него глаза, полные тревоги.

— Акио… но против нас будут все. Команда Даи, старшие ребята… Они не остановятся ни перед чем.

Акио положил руки на плечи Таро и Ханы, заставив их посмотреть прямо ему в глаза. В его карих зрачках не было ни капли сомнения, только холодная, несгибаемая уверенность опытного стратега.

— Послушайте меня оба. Мы готовились к этому каждую ночь. У нас есть наш дополнительный опыт от тренировок друг с другом, есть пробуждённая чакра и командная связь, которой нет ни у кого в этом приюте. Завтра на рассвете начнётся не просто экзамен. Начнётся наша первая настоящая война.

Он на миг коснулся своего левого рукава, чувствуя под пальцами тихое биение жизни контрактного жука.

— Мы не станем добычей. Мы будем охотниками. Завтра мы войдём в этот лес единой командой, отыщем в первую очередь оружие, и уже после заберём все три свитка. Чего бы нам это ни стоило.

Глава 11 Пролог

Предрассветный туман висел над землёй плотным сырым саваном, цепляясь за верхушки вековых сосен и оседая холодной росой на траве. Воздух был настолько студёным, что каждый выдох вырывался изо рта белёсым паром.

На восточной меже приютского полигона, у массивных деревянных ворот, отделявших обжитую территорию от глухого лесного массива, выстроились двадцать три воспитанника. Семь полных троек и одна пара.

Вчерашней детской беззаботности не осталось и следа. Никто не переминался с ноги на ногу, не толкал соседа в бок и не отпускал глупых шуток. Дети стояли молча, разбившись на обособленные группы, и волками поглядывали друг на друга. Даже воздух между шеренгами казался натянутым, словно готовая лопнуть струна.

Взгляд Акио скользнул по фигурам соперников.

В паре шагов впереди стояла команда Даи, рослого, широкого в кости тринадцатилетнего парня с тяжёлым подбородком и грубыми, мозолистыми ладонями. Даи собрал вокруг себя двух самых сильных и не менее рослых воспитанников старшей группы. Они не скрывали своей самоуверенности, переглядывались с хищными ухмылками и демонстративно разминали шеи, словно исход экзамена был уже предрешён.

— Не смотрите на них так открыто, — едва шевеля губами, прошептал Акио, не поворачивая головы к друзьям. — Они только и ждут, чтобы мы занервничали.

— Я не нервничаю, — так же тихо отозвался Таро, его веснушчатое лицо было непривычно бледным. — Просто… непривычно. Вчера мы с ними мисо-суп хлебали, а сегодня они смотрят так, будто готовы нам глотки перерезать.

— Это инстинкт толпы, — холодно проанализировал Акио. — Им объявили, что "выживет" только трое. В условиях искусственного дефицита ресурсов и смертельной угрозы социум мгновенно деградирует до первобытной стаи. Забудь про то, что было вчера. Сейчас они не твои товарищи по приюту, а враги, только и видящие твоё поражение.

Стоявшая справа от него Хана молчала. Её пальцы мелко подрагивали, спрятанные в карманах старой чёрной кофты, но дыхание оставалось идеально ровным. Методика концентрации Узумаки работала, девочка заглушала накатывающую панику холодным ритмом размеренных вдохов.

Скрипнули тяжелые ступени сторожевой вышки.

На помост перед воротами поднялась Мидзуки. Рядом с ней, опустив глаза, стояла Мидори-сенсей, державшая в руках свитки с печатями. Лицо старухи в предрассветных сумерках казалось высеченным из серого песчаника, а тёмно-красный маркер над её головой горел зловещим светом.

[NPC: «Мидзуки Умэно». Уровень угрозы: 23].

— Время пришло, — её голос, скрипучий и резкий, рассёк тишину, заставив детей вздрогнуть. — Лесной сектор номер четыре открыт. Территория ограничена защитным периметром, если попытаетесь перелезть через внешнюю стену или обойти барьер, экзаменаторы ликвидируют вас на месте как дезертиров.

Она обвела строй тяжелым, налитым свинцом взглядом.

— Вы заходите с пустыми руками. Никакого оружия, никакой провизии. Всё, что вам понадобится для выживания и боя, спрятано внутри леса. В деревянных схронах, в дуплах старых деревьев, под корнями и в расщелинах скал. Кто первый нашёл сталь, тот и диктует правила. Свитки Неба, Земли и Человека находятся в трёх совершенно разных локациях, которые будут по разному проверять ваши умения и знания. Ваша задача, добыть все три реликвии и принести их на эту площадь до того, как последний луч солнца скроется за горизонтом.

Мидзуки взмахнула костлявой рукой.

— Ворота открыть! Экзамен начался!

С оглушительным скрежетом массивные сосновые створки разошлись в стороны, открывая зев чернеющего в утреннем тумане леса.

— Вперёд! — рявкнул Даи, и его тройка первой сорвалась с места, взметая комья сырой земли.

Следом за ними с дикими криками бросились остальные команды.

Дети неслись вперед единой неуправляемой толпой, расталкивая друг друга локтями и устремляясь прямо по широкой центральной просеке в глубь чащи, словно стая вспугнутых птиц.

— Акио, побежали! Быстрее, а то всё разберут! — Таро уже дернулся вперёд, готовый включить максимальную скорость.

— Стоять! — Акио железной хваткой вцепился в воротник его куртки, осаживая друга назад. — Ни шагу по центру!

— Но они же сейчас заберут все тайники! — взмолился Таро, растерянно глядя на удаляющиеся спины бегущих сирот.

— Пусть забирают, — отрезал Акио, увлекая товарищей в густые заросли орешника у самой левой кромки ворот. — В играх такого типа центральный маршрут, это мясорубка для дураков. Те, кто бегут толпой по прямой, через пятьсот метров наткнутся на первый же ящик и передерутся за ржавый кунай, растратив все силы и покалечив друг друга ещё до встречи с предстоящими испытаниями. Мы уходим во фланг.

Хана мгновенно оценила логику.

— Вдоль ручья? Там густой подлесок, следы будет тяжелее заметить.

— Именно, — кивнул Акио, раздвигая ветви. — Наша первая цель не свитки и не драка. А поиск необходимых предметов. Нам нужно оружие, расходники и защита. Двигаемся цепью, интервал два метра. Смотрите под ноги и на развилки нижних ветвей.

[Системное оповещение: Экзамен на выживание активирован.]

[Зона действия: Сектор «Серый Бор».]

[Оставшееся время до заката: 11ч 58м.]

[Текущий статус отряда: Безоружны. Уязвимость: 100%.]

Они бесшумно соскользнули с пригорка, скрывшись под пологом вековых деревьев.

Влажный лесной полумрак поглотил звуки.

Лишь далеко впереди, на центральной просеке, уже раздавались первые испуганные крики, треск ломающихся веток и звуки потасовки, старшие ребята начали выбивать обнаруженные тайники у младших.

Акио бежал мягко, пружиня на носках. Ведь, после стольких тренировок тело семилетнего пацана двигалось с ловкостью дикого зверька. Но главное преимущество заключалось не в мышцах.

Под левым манжетом едва заметно шевельнулся Кикайчу. Мутант проснулся, выпустив тончайшие усики сквозь ткань рукава.

«Ну давай, приятель, покажи, на что способна твоя сенсорика», — мысленно обратился к нему Акио.

Жук не имел глаз, но его чувствительность к колебаниям воздуха и чужеродным микроследам чакры во много раз превосходила зрение. Спустя пару сотен метров быстрого бега вдоль каменистого русла ручья Акио ощутил легкий укол в запястье. Двойная пульсация: левее, на десять часов.

— Стоп, — скомандовал он шёпотом, опускаясь на колено за замшелым валуном.

Таро и Хана замерли позади, словно тени.

Акио прищурился, вглядываясь в указанную сторону. На первый взгляд там не было ничего, кроме трухлявого, поваленного грозой дуба, чьи корни вывороченной лапой нависали над промоиной. Но если присмотреться… Земля у комля была слегка раскопана, а на замшелой коре виднелась еле заметная свежая царапина от металлического крюка.

— В корнях дуба, — указал Акио. — Таро, прикрой периметр с правого фланга. Хана, контролируй кроны сзади. Я проверю.

Подойдя к дереву, он опустился на корточки и запустил руку в глубокую расщелину под корневищем. Пальцы нащупали грубое полотно брезента.

С усилием потянув на себя, Акио извлек на свет продолговатый деревянный ящик, скреплённый железными полосами и помеченный сургучным оттиском герба Конохи.

— Есть, наши первые веши! — выдохнул подошедший Таро, и в его глазах вспыхнул голодный огонёк. — Ломай замок!

— Никакого взлома, тут нет замка, только восковая пломба, — Акио поддел крышку найденным под ногами плоским камнем. Дерево с глухим треском подалось, обнажая содержимое, пересыпанное сухой соломой для амортизации.

Перед глазами игрока развернулся системный интерфейс, вспыхнувший приятным зеленоватым свечением.

[Обнаружен армейский схрон снабжения Конохи (Тип: «Полевой резерв генина»).]

[Качество содержимого: Стандартное армейское.]

[Список предметов:]

— Боевые метательные кунаи (сталь марки «Тамахаганэ»): 6 шт. [Прочность: 100/100, Базовый урон: 15–20 ед.]

— Четырёхконечные сюрикены: 12 шт. [Прочность: 80/80, Сбалансированы для точного броска.]

— Катушка бронебойной лески шиноби: 50 метров. [Материал: закалённая сталь с добавлением волокон чакра-шёлка. Нагрузка на разрыв: до 180 кг.]

— Дымовые шашки со слезоточивым экстрактом: 2 шт. [Радиус завесы: 6 метров, Время действия: 15 секунд.]

— Рулон медицинских эластичных бинтов (антисептическая пропитка): 1 шт.

Увидев настоящий, матово отблескивающий металл, дети застыли.

Это были не деревянные обрубки и не сточенные учебные железки со спиленными гранями, которыми они кидались во дворе приюта. Это было настоящее, профессиональное оружие убийства. Острые, как бритва, а лезвия кунаев пахли оружейным маслом.

Хана осторожно протянула руку и коснулась кончиком пальца чернёной грани сюрикена. По тонкой коже моментально потекла алая капелька крови, лезвие рассекло эпидермис от легчайшего прикосновения.

— Настоящие… — потрясённо прошептала она, глядя на свою окровавленную подушечку пальца, в это же время в её изумрудных глазах на миг промелькнул первобытный ужас, который тут же сменился стальной решимостью. — Они действительно хотят, чтобы мы дрались этим…

— Этим не дерутся, Хана. Этим убивают, — Акио быстро оторвал кусок бинта и аккуратно перевязал её пальчик, перекрывая ток крови. — Привыкайте к мысли: игры кончилась. Если кто-то из старших попытается проломить тебе череп, ты не должна сомневаться ни секунды. Метай на поражение.

Он деловито принялся распределять снаряжение, действуя по классической схеме оптимизации лута.

Глава 12 Пролог

— Хана, сюрикены твои. Все двенадцать штук. С твоим навыком метания ты наша надёжная поддержка. Плюс забираешь катушку лески. Я видел, как ты вяжешь узлы на уроках Мидори, твоя задача прикрывать нас с дистанции и ставить растяжки.

Девочка молча кивнула, ловко рассовывая тяжёлые звёздочки по внутренним карманам жилетки и закрепляя шпулю с леской на поясном ремне.

— Таро, держи два куная, — Акио вложил тяжелые рукояти в широкие ладони друга. — Метать их не смей, ты всё равно промажешь. Твоя задача, ближний бой. Держи обратным хватом, используй кольца на рукоятях для фиксации. Ты наш таран и щит. Если кто-то прорвётся сквозь огонь Ханы, ты ломаешь ему дистанцию и вяжешь руки.

— Понял! — осклалился Таро, сжав стальные рукояти так, что его руки побелели, присутствие реального оружия вернуло мальчишке уверенность. — Пусть только сунутся. Я им эти кунаи по самые кольца в землю вколочу!

— Себе я беру четыре куная, дымовые шашки и бинты, — Акио спрятал снаряжение в поясную сумку и за голенища сандалий. — Набор неплохой для первой находки, но нам катастрофически не хватает двух вещей: защиты для Таро и взрывных печатей. С одним железом против остальных мы долго не протянем. Ищем второй схрон.

Они двинулись дальше вдоль русла ручья, забирая всё глубже в холмистую часть леса.

Теперь отряд двигался куда быстрее и увереннее. Наличие оружия сняло парализующий страх незащищенности, позволяя каждому из них почувствовать вес стали, и возможность ответить ударом на удар.

Акио постоянно мониторил системную карту и поведение Кикайчу. Жук под рукавом периодически вздрагивал, улавливая отдалённые всплески чакры.

Где-то в двух километрах к северу, в глубине леса, шёл бой, доносился глухой грохот разрушаемых деревьев и яркие вспышки огня. Судя по масштабу, одна из групп уже нашла свиток Неба или Земли.

— Смотрите! — внезапно прошептала Хана, указывая рукой на противоположный берег ручья.

На замшелом каменистом уступе, на высоте около четырёх метров, в расщелине скалы торчал угол массивного кованого сундука. Он был заметно больше первого тайника, а на его крышке красовалась синяя полоса, что служила знаком повышенного ранга снабжения.

— Схрон второго тира, — мгновенно оценил Акио. — Таро, подсади меня на уступ. Быстро!

Они форсировали мелкий ручей по скользким валунам. Таро упёрся мощной спиной в скалу и сцепил пальцы замком. Акио с разбега наступил на его ладони, и крепыш мощным рывком всех мышц подбросил сокомандника вверх.

Ухватившись за край каменного карниза, Акио подтянулся на руках.

Сундук сидел в расщелине намертво. Чтобы открыть его, пришлось применить кунай в качестве рычага. Железные петли взвизгнули, поддаваясь под напором стали, и тяжелая крышка откинулась назад.

Глаза Акио вспыхнули азартом настоящего лутера.

[Обнаружен штурмовой схрон снаряжения (Тип: «Авангард тяжелой пехоты»).]

[Список предметов:]

— Пластинчатые стальные наручи с налокотниками (размер: малый/подростковый): 1 пара. [Снижение физического урона по предплечьям на 55%, возможность блокировать холодное оружие.]

— Взрывные печати Конохи (стандартные, фуин-формула малого круга): 4 шт. [Радиус сплошного поражения: 1 метр, Время детонации: по таймеру от поджигания или импульсу чакры.]

— Светошумовая граната ниндзя (вспышка магния): 1 шт.

— Короткий боевой клинок танто в простых деревянных ножнах (длина лезвия 25 см): 1 шт.

— Вот это джекпот… — выдохнул Акио, сбрасывая добычу вниз, на расстеленную куртку Таро.

Спустившись на землю, он сразу же передал пластинчатые наручи коричневолосому гиганту:

— Натягивай. Теперь твои руки не перерубит даже заточенный меч. Будешь ставить глухой блок на дистанции удара.

Таро с благоговением застегнул сыромятные ремни на своих мускулистых предплечьях. Стальные пластины сели идеально, глухо звякнув при сжатии кулаков.

— Я теперь как ходячая крепость! — восторженно зашептал он, ударив запястьем о запястье с металлическим лязгом.

— Не шуми, идиот, — шикнул на него Акио, забирая танто и взрывные печати. Сразу за этим он передал две печати Хане. — Скомбинируешь с леской. Сделаешь управляемые растяжки. Танто я забираю себе, в связке с моим импульсом это идеальный инструмент для внезапной нейтрализации.

Экипировка отряда преобразилась за считанные минуты.

Теперь они не напоминали испуганных сирот в лохмотьях, это была полноценная диверсионная группа: вооруженная, прикрытая базовой броней и снабженная взрывчаткой и спецсредствами.

— Базовый лут собран, — подвел итог Акио, оглядывая друзей. — Теперь переходим ко второй фазе. Нам нужно передохнуть, восстановить силы и всё обдумать.

Они углубились в скалистую гряду, возвышавшуюся над ручьём.

Спустя десять минут внимательного осмотра склона Хана отыскала идеальное место: узкую, скрытую за густым колючим кустарником расселину между двумя гигантскими базальтовыми плитами. Внутри образовалась естественная сухая пещерка метра три в поперечнике. Вход был настолько узким, что взрослый шиноби протиснулся бы туда с трудом, а со стороны леса позиция не просматривалась вовсе.

— Идеально, — Акио первым протиснулся внутрь, скидывая сумку на сухой песок. — Хана, замаскируй вход ветками, но так, чтобы оставалась щель для обзора.

Расположившись в центре пещеры, Акио достал из внутреннего кармана сложенный вчетверо пергамент, а именно карту лесного сектора, которую он тайком скопировал в архиве приюта за две недели до экзамена, и расстелил её на плоском камне.

Хана и Таро немедленно сгрудились вокруг, затаив дыхание.

— Итак, анализируем расклад, — Акио очертил кончиком куная центральную часть пергамента. — Всего на полигоне двадцать три кандидата. Семь команд и одна двойка. Большинство уже разбились на пары и тройки по принципу физической силы. Но главная угроза для нас сейчас, это не испытания. Главная угроза на данный момент это команда Даи.

— Почему именно они? — нахмурился Таро. — Даи, конечно, здоровый лось, но мозгов у него как у белки.

— Именно поэтому он и опасен, — хладнокровно возразил Акио. — Даи прямолинеен, жесток и привык давить авторитетом. У него в подчинении двое самых крепких старшаков. Он не станет бегать по кустам и искать тайники, он прекрасно понимает, что проще отобрать свиток силой у того, кто слабее. И судя по тому, куда они рванули со старта…

Акио ткнул острием куная в глубокую извилистую расщелину на карте, зажатую между двумя отвесными гранитными утесами:

— Ущелье Змеиного Клыка.

— Это же единственный проход к северному полигону! — воскликнула Хана, вглядываясь в топографические линии. — Там скалы сходятся так близко, что ширина тропы не превышает трех метров, а высота каменных стен — больше пятнадцати!

— Именно, — хищно прищурился Акио. — Любая команда, которая попытается пронести свиток с северных алтарей к финишной площади у приюта, неизбежно пойдет через это бутылочное горлышко. Даи это понимает. Он не ищет свитки сам. Он планирует занять господствующую высоту в ущелье, устроить засаду и перехватывать измотанные группы, которые будут возвращаться с добычей.

— То есть… он собирается остаться на точке выхода? Вот же ж крыса... — выругнулся Таро.

— В яблочко, — усмехнулся Акио. — Он сядет на узком проходе и будет ждать, пока чужие команды прольют кровь в боях со стражами, а потом просто добьет выживших и заберет всё готовенькое. Классическая тактика мародёров.

Хана внимательно всмотрелась в рельеф ущелья, прикусив нижнюю губу.

— Но если он уже там… почему ты хочешь идти именно к нему? Мы же можем обойти ущелье по восточной гряде! Да, это крюк в четыре километра, но зато безопасно!

Акио поднял на неё тяжелый, проницательный взгляд.

— Обойти? Хана, включи логику. Если мы пойдем в обход и попытаемся первыми штурмовать испытания, мы потратим чакру, получим ранения и израсходуем наш драгоценный боезапас. А когда мы с боем добудем свиток и поползем обратно кто будет ждать нас у финиша? Свежая, сытая, вооруженная до зубов команда Даи, которая к тому времени перебьет остальных слабаков и отберет их лут. Мы окажемся в капкане.

Таро медленно кивнул, осознавая чудовищную правоту друга.

— Значит… мы должны ударить первыми?

— Мы должны перевернуть их игру, — чеканя каждое слово, произнес Акио. — Охотники должны сами стать добычей. Мы не будем ждать, пока Даи обустроит там неприступную крепость. Мы придем в Ущелье Змеиного Клыка прямо сейчас, пока они только занимают позиции, и навяжем им наш бой. На наших условиях.

Он достал кунай и начал чертить на пыльном камне детальную схему засады.

— Слушайте боевой план операции «Охота в ущелье». Всё будет рассчитано вплоть до секунды.

Глава 13 Пролог

Друзья подобрались ближе, ловя каждое слово командира.

— Ущелье представляет собой V-образный каньон. Вход, узкая расщелина, затем небольшое расширение и отвесная стена с каменным уступом на высоте пяти метров. Даи обязательно посадит своих двоих бойцов внизу за валунами у входа, а сам займет верхнюю точку на уступе, чтобы контролировать сектор и координировать атаку сверху.

— Логично, — кивнула Хана. — Сверху отлично просматривается вся тропа.

— Наше распределение ролей, — палец Акио уперся в точку на схеме над уступом. — Хана. Твоя позиция, Орлиный Пик. Это скальный карниз ровно над позицией Даи, на высоте десяти метров. Ты зайдешь по внешней стороне скалы, используя скрытность и выступы. Твоя задача абсолютная невидимость до сигнала. Ты берешь катушку лески и обе взрывные печати.

— Что мне нужно сделать? — голос девочки звенел от предельного напряжения.

— Ты оплетаешь верхний карниз паутиной из лески. Создаешь мертвую зону над головой Даи. Когда начнется бой твой первый удар должен быть сокрушительным. Не целься в Даи, у него слишком хорошая реакция. Твоя цель обрушить каменный козырек над его позицией с помощью взрывной печати, отрезав его от спуска вниз. Затем ты открываешь снайперский огонь сюрикенами по его флангам, загоняя его подручных под молот.

— Поняла, — коротко ответила Хана, сжав маленькие кулачки. — Я не промахнусь.

— Теперь ты, Таро, — Акио перевел взгляд на крепыша. — Твоя роль самая тяжелая и самая опасная. Ты, несокрушимый таран. Ты выходишь по центральной тропе прямо в лоб. Открыто, шумно, с наглым видом. Ты должен изобразить паникующего дурака, который якобы случайно забрел в ущелье, спасаясь от других команд.

Таро широко улыбнулся, показав зубы, хлопнув себя кулаком в стальном наруче по открытой ладони.

— Прикинуться добычей? Это я могу! Они клюнут моментально!

— Клюнут, — подтвердил Акио. — Двое бойцов Даи мгновенно бросятся на тебя из засады, чтобы смять и отобрать экипировку. И вот тут ты врубаешь свою глухую оборону. Никаких красивых атак! Встаешь в низкую стойку, принимаешь удары на стальные наручи, блокируешь их массу своим телом и намертво вяжешь их боем. Твоя задача удержать обоих на пятачке шириной в два метра ровно тридцать секунд. Не дать им рассыпаться и зайти с флангов!

— Да хоть минуту! — рыкнул Таро. — С этими наручами я их кулаки и дубины переломаю в щепки! Они через меня не пройдут!

— Тридцать секунд, Таро. Больше не потребуется, — взгляд Акио стал холодным, словно лед. — Потому что третьим элементом буду я.

Он указал на точку прямо за спиной предполагаемой засады.

— Пока внимание Даи и его шакалов будет приковано к наглому Таро, прущему по центру, я обойду их по руслу сухого стока, прямо за спину Даи, на уступ.

— Ты пойдешь на самого Даи в одиночку?! — испуганно выдохнула Хана. — Он же старше тебя почти вдвое! Он физически тяжелее тебя килограммов на двадцать!

— Физическая масса ничего не решает, если перерезать правильные сухожилия, — Акио обнажил короткое лезвие танто, любуясь холодным отблеском стали. — Даи привык драться как деревенский задира, размашистые удары, расчет на испуг и грубую силу. Он не ожидает, что семилетний сопляк владеет контролем чакры. В критический момент я использую взрывной импульс в ноги, сокращу дистанцию и выбью его из равновесия. А если он попытается достать оружие, пущу в ход световую гранату. Мы ослепим его, сбросим с уступа прямо под ноги Таро и заберем всё, что они успели найти.

В пещере повисла тишина.

План был дерзким, наглым и смертельно опасным. Малейшая ошибка в тайминге, если Хана замешкается на скале, если Таро не удержит двоих бойцов, или если Акио не успеет заглушить Даи с первого выпада, и их маленькую команду просто размажут по гранитным стенам ущелья.

Но в то же время в этом плане не было слепой ярости. Это был холодный, математически выверенный расчет, где слабости каждого компенсировались силой товарища.

Таро медленно поднял руку, сжатую в кулак, закованный в стальную пластину.

— Звучит безумно… Но черт меня дери, если это не лучший план, который я слышал в жизни! Мы сотрем ухмылку с этой свиной морды!

Хана положила свою тонкую ладошку поверх его кулака. Её зеленые глаза сияли яростным, недетским огнем.

— Мы справимся. Мы тренировались ради этого.

Акио накрыл их руки своей ладонью.

Под рукавом его куртки тихо, ободряюще завибрировал Кикайчу. Системный таймер в углу обзора отсчитывал секунды до неизбежного столкновения: [До заката: 11ч 15м].

— Ну что же, команда, — негромко, но с железной уверенностью произнес Акио. — Выдвигаемся на охоту.

Ущелье Змеиного Клыка полностью оправдывало своё мрачное название.

Это был глубокий, словно разрубленный гигантским топором тектонический разлом, стиснутый между двумя отвесными гранитными массивами.

Серые скалы, источенные вековыми ветрами, уходили круто вверх, смыкаясь над головой почти в сплошной свод и оставляя внизу лишь полоску тусклого пепельного света.

Дно ущелья было усыпано острым щебнем, замшелыми валунами и колючим кустарником, цеплявшимся за ткань штанов.

Воздух здесь стоял неподвижный, сырой и холодный, пахнущий застоявшейся водой и влажным известняком.

Команда Акио подобралась к южному входу в разлом спустя сорок минут форсированного марша.

Под левым манжетом Акио Кикайчу едва заметно пульсировал, передавая едва уловимые вибрационные волны. Жук работал в пассивном сенсорном режиме, говоря физическими контактами что в радиусе двадцати метров чужая чакра пока не ощущалась, но в глубине ущелья воздух вибрировал от приглушённых звуков человеческого присутствия.

— Они там, — шепнул Акио, прижавшись спиной к шершавому базальтовому выступу у самого входа. — Трое. Расположились именно так, как мы и рассчитывали. Двое сидят внизу за завалом из валунов, контролируя проход. Даи, наверху, на широком плоском карнизе в пяти метрах над землёй.

Хана скользнула взглядом по отвесной скальной стене. Её изумрудные глаза быстро и безошибочно сосканировали каждую трещину, каждый выступ гранита.

— Внешний гребень проходим, — прошептала девочка, поправляя за спиной катушку со стальной леской. — С подветренной стороны есть узкая расщелина. Я смогу подняться на Орлиный Пик без шума за пять минут.

— Действуй, — Акио коротко сжал её плечо. — Но помни, никакой самодеятельности. На карниз не вылезай, пока не услышишь рёв Таро. Сначала, закрепление лески и взрывная печать под козырёк над головой Даи. Твой сигнал к атаке, двойной лязг наручей Таро.

Хана молча кивнула, на миг встретившись с ним взглядом. В её глазах не было детского страха, только холодная, отрешённая сосредоточенность. Словно гибкая тень, она скользнула в боковую расщелину скалы и мгновенно растворилась среди серых камней. Ни единый камешек не сорвался из-под её мягких подошв.

Акио повернулся к Таро.

— Твой выход через три минуты. Дай Хане занять позицию. И помни, ты не геройствуешь, а вяжешь их на себе. Не пытайся победить их в одиночку. Твоя задача, как у живой стены.

Таро улыбнулся, сплюнув в пыль сквозь зубы. Его кулаки в стальных наручах сжались с глухим металлическим скрипом.

— Обижаешь, командир. Я сегодня ваш самый надёжный щит. Пусть только попробуют сдвинуть.

— Пошёл, — шепнул Акио и сам бесшумно скользнул в противоположную сторону, в пересохшее русло весеннего стока, забитое прелыми листьями и обломками сухих ветвей.

[Навык «Мимикрия Чакры» активирован.]

[Энергетический след пользователя скрыт на 100%.]

[Сенсорное обнаружение со стороны противников ранга «Академия/Генин»: Невозможно.]

Акио полз по-пластунски, прижимаясь животом к влажной гальке. Каждое движение было выверено до миллиметра, локти мягко переставлялись вперед, колени бесшумно подтягивали тело, дыхание было сведено к поверхностному, почти неслышному ритму. Жук под манжетом вибрировал ровной, усыпляющей частотой, маскируя тепло и микроколебания его детского тела.

Спустя три минуты тишину ущелья разорвал нарочито громкий топот и сбитое, хриплое дыхание.

Таро начал спектакль.

— Чёрт! Да где этот чертов выход?! — заорал крепыш, вламываясь в узкую горловину каньона.

Он спотыкался на каждом шагу, размахивал руками и испуганно озирался по сторонам, создавая шум целого стада диких кабанов.

— Эй! Есть тут кто-нибудь?! На восточной поляне в испытании был чуунин и он озверел, двоих наших просто в щепки раскатал! Помогите кто-нибудь!

Из-за массивного нагромождения серых валунов в глубине прохода мгновенно метнулись две тени.

Это были подручные Даи, рослые четырнадцатилетние парни, вооруженные увесистыми дубинами с вбитыми в них ржавыми гвоздями и короткими охотничьими ножами.

— Гляди-ка, кто к нам приполз! — заржал первый, коренастый верзила по кличке Булл, перегораживая тропу. — Приютский недомерок из группы того попрыгунчика!

— Стоять, сопляк! — рявкнул второй, долговязый и вертлявый, заходя Таро за спину и отрезая путь к отступлению. — Сумку скинул на землю, живо! Всё железо и жратву сюда, если не хочешь, чтобы мы тебе колени вывернули в другую сторону!

На каменном карнизе над тропой неторопливо поднялся сам Даи.

Он стоял, скрестив руки на груди, самодовольно взирая на происходящее сверху вниз.

На его широком кожаном поясе тускло поблескивал массивный железный наконечник боевого серпа-камы, а из кармана куртки вызывающе выглядывал край плотного пергаментного свитка с коричневой сургучной печатью, Свиток Земли.

— Не шумите так, шакалы, — лениво бросил Даи сверху, сплевывая на камни у ног. — Обыщите его и сломайте пальцы на правой руке, чтобы кунай держать не мог. Нам конкуренты на финише не нужны.

— С удовольствием, босс! — оскалился долговязый и с размаху обрушил дубину на Таро, прямо тому на плечо.

Но вместо панического визга и хруста ломающихся костей ущелье огласил оглушительный, чистый звон столкнувшейся стали.

Бам!

Таро даже не пошатнулся.

В долю секунды мальчишка вскинул левую руку, приняв сокрушительный удар дубины прямо на пластинчатый стальной наруч. Тяжелое дерево с треском раскололось о закаленный металл, осыпав камни щепками.

Долговязый от неожиданности вытаращил глаза, а его рука онемела от чудовищной отдачи.

— Ты кого сопляком назвал, глиста подзаборная?! — взревел Таро.

Не давая врагу опомниться, крепыш шагнул вперед, сокращая дистанцию, и со всей дури впечатал свой массивный лоб прямо в переносицу опешившего верзилы.

Хрясь!

Нос долговязого брызнул кровью, парень взвыл от дикой боли и повалился на колени, роняя обломок дубины.

— Ах ты, щенок! — взорвался Булл, бросаясь на Таро сбоку и пытаясь пырнуть его охотничьим ножом в бок.

Но Таро уже поймал кураж.

Он не отступил ни на сантиметр. Врезавшись правым стальным наручем в бьющую руку врага и намертво заблокировав клинок, мальчик обхватил Булла свободной рукой за шею, впечатывая того спиной в гранитную скалу и наваливаясь всем своим немалым весом.

Двое старшаков оказались намертво скованы на пятачке шириной в два метра.

Таро держал их железной хваткой, рыча от натуги и блокируя любые попытки вырваться.

— Даи! Помоги! У этого выродка стальные щитки на руках и сила будто нечеловеческая! — истошно взвыл Булл, пытаясь достать ногой пах Таро, но натыкаясь лишь на глухой блок колена.

Наверху Даи мгновенно переменился в лице. Спесь и лень слетели с него в одно мгновение.

— Твари бесполезные! Одному сопляку слить решили?! — прорычал он, выхватывая из-за пояса серп-каму и готовясь спрыгнуть с пятиметрового уступа прямо на голову Таро, чтобы раскроить тому череп тяжелым лезвием.

И именно в эту секунду Таро, удерживая извивающихся врагов, с силой ударил металлическим наручем о гранит скалы.

Дзинь-дзинь!

Двойной стальной лязг отозвался эхом от каменных сводов.

Сигнал принят.

— Сдохни! — Даи уже согнул колени для смертоносного прыжка вниз, как вдруг прямо над его головой воздух разорвал тонкий, едва слышный свист натянутой струны.

На высоте десяти метров, на узком карнизе Орлиного Пика, стояла Хана. Её маленькие пальцы стремительно подожгли печать в необходимом месте оставляя немного времени что убраться самой.

Вспышка!

Закрепленная под каменным козырьком прямо над позицией Даи взрывная печать детонировала с оглушительным грохотом.

Ударная волна и сноп оранжевого пламени разметали каменную породу в пыль.

Тонны гранитного крошева и острых обломков лавиной рухнули прямо на уступ, сбивая Даи с ног и лишая его возможности для маневра.

— А-а-а-а! Мои глаза! — взревел Даи, когда облако едкой каменной пыли и порохового дыма накрыло его с головой.

Он инстинктивно вскинул руки, закрывая лицо, но следом за взрывом с неба обрушился безжалостный град черненой стали.

Вжух-вжух-вжух-вжух!

Четыре сюрикена, пущенные рукой Ханы с ювелирной снайперской точностью, вонзились в каменные плиты в считанных миллиметрах от его ступней и ладоней, оплетая ноги Даи предварительно натянутой паутиной стальной лески.

Стоило парню дернуться назад, как тончайшие металлические нити впились сквозь ткань штанов прямо в кожу, пуская первую кровь и намертво приковывая лидера банды к обрушенному карнизу.

— Что за чертовщина?! — в панике закричал Даи, полосуя серпом воздух вокруг себя. — Откуда здесь взрывчатка?!

— Слишком много вопросов, Даи, — раздался за его спиной абсолютно спокойный, холодный детский голос.

Даи похолодел.

Он попытался резко развернуться, взмахнув смертоносной камой вслепую сквозь завесу пыли, но было уже поздно.

Акио, выбравшийся по сухому стоку прямо на заднюю кромку карниза, не стал тратить время на пафосные речи.

В животе семилетнего игрока Очаг Чакры вспыхнул ровным, плотным потоком. Следуя инструкциям древнего свитка Узумаки, он мгновенно вогнал концентрированный импульс энергии в бедренные мышцы и икры.

[Расход чакры: 5 ед. Текущий резерв: 45/50.]

[Активация взрывного ускорения: Скорость рывка увеличена на 60%.]

Мир вокруг словно замедлил свой бег.

Летящее лезвие серпа Даи показалось Акио неповоротливым и неуклюжим.

Сместившись на полшага влево, мальчик легко пропустил свистящую сталь над своим плечом. В то же мгновение его правая рука выбросила вперед короткое лезвие танто. Но бил он не острием, а плоской стороной тяжелой рукояти, точно в локтевой нерв Даи.

Хруст!

Пальцы старшака судорогой разжались, выронив оружие на камни.

Не давая противнику опомниться, Акио выхватил из подсумка световую гранату, выдернул чеку зубами и с силой подбросил до уровня глаз врага.

— Закрой глаза, если зрение дорого.

Ослепительная магниевая вспышка силой в миллион люмен озарила узкое ущелье неестественным, мертвенно-белым сиянием.

— Мои глаза-а-а-а! — Даи забился в истерике, полностью ослепленный и дезориентированный.

Он беспорядочно махал кулаками, натыкаясь на натянутые лески Ханы, которые безжалостно резали его плоть.

Акио хладнокровно зашел ослепленному гиганту за спину.

И с хирургической точностью ударил обратной стороной оружия под коленную чашечку Даи, пережимая и повреждая сухожилие.

Нога тринадцатилетнего парня моментально подломилась, словно сухая ветка.

Даи с глухим стоном рухнул на колени, и в этот момент рука Акио молниеносно сорвала с его пояса драгоценный трофей.

Плотный пергамент с темно-коричневым символом кандзи «Земля» лег в ладонь игрока.

Перед глазами Акио победным салютом рассыпались золотые системные строки:

[Поздравляем! Захвачена ключевая реликвия экзамена: «Свиток Земли».]

[Боевая задача «Охота в Ущелье Змеиного Клыка» успешно завершена!]

[Опыт боевого взаимодействия отряда повысился.]

[Зафиксирована тактическая победа малой группы над превосходящими силами противника без получения критического урона.]

[Уровень навыка «Сюрикендзюцу» (Хана): повышен до Ур. 8.]

[Уровень навыка «Силовая Тренировка» (Таро): повышен до Ур. 6.]

[Уровень навыка «Очаг Чакры» (Акио): повышен до Ур. 2. Резерв увеличен: 65/65 ед.]

Акио стоял над поверженным лидером банды, тяжело дыша и ощущая, как по виску стекает капля холодного пота. Сердце колотилось в груди как бешеное, но в голове царил кристальный, абсолютный покой.

Внизу, у подножия уступа, всё тоже было кончено.

Услышав взрыв и крики своего ослепленного босса, двое подручных Даи окончательно сломались.

Таро, воспользовавшись их паникой, нанес долговязому сокрушительный удар коленом в живот, а Булла просто приложил головой о гранитный монолит скалы, отправив того в глубокий нокаут.

— Готовы, голубчики! — запыхавшись, крикнул снизу Таро, отирая тыльной стороной окровавленного наруча пот со лба, пока на его лице сияла широкая, дикая улыбка победителя. — Все целы?!

Сверху, с десятиметровой высоты, легко и бесшумно спрыгнула Хана, плавно погасив инерцию перекатом на уступ рядом с Акио.

На её щеке чернела полоса пороховой гари, но глаза сияли яростным триумфом.

— Первый свиток наш, — выдохнула она, глядя на реликвию в руках Акио.

Стоящий на коленях Даи судорожно хватал ртом воздух, прижимая обожженные веки ладонями. По его щекам катились слезы вперемешку с грязью.

— Кто… кто вы такие?.. — прохрипел он с неподдельным ужасом в голосе. — Вы же просто сопливые приютские выродки… Откуда у вас… это всё?!

Акио наклонился к нему вплотную. Его голос звучал тихо, почти ласково, но от этих слов по спине поверженного верзилы пробежал могильный холод.

— Ошибка всех самоуверенных идиотов в том, Даи, что вы судите о силе по возрасту и размеру кулаков. Ты думал, что засел здесь охотником. Но в этом лесу ты был больше других похож на лягушку из колодца.

Акио выпрямился, пряча Свиток Земли во внутренний карман куртки, и повернулся к сокомандникам.

— Забираем их оружие и припасы. Дочиста. Каму, ножи, фляги с водой. И уходим немедленно. Грохот взрыва наверняка привлек внимание патрульных чуунинов.

Таро и Хана слаженно, словно давние мародеры, за тридцать секунд обчистили поверженных врагов, пополнив подсумки еще шестью метательными лезвиями и двумя флягами со свежей водой.

Когда команда покидала ущелье, а системный таймер в углу обзора отсчитывал неумолимое время: [До захода солнца: 09ч 48м. Свитков собрано: 1/3], они ещё не знали что впереди, на Орлиной скала их ждёт столкновение с настоящим противником, взрослым, безжалостным чуунином Конохи, охранявшим Свиток Неба.

Глава 14 Пролог

Орлиная скала вздымалась над лесным массивом подобно исполинскому зазубренному клыку, пробивающему кроны вековых сосен.

Её северный склон представлял собой почти отвесную базальтовую стену высотой более сорока метров, испещрённую глубокими вертикальными трещинами и уступами, над которыми с пронзительными криками кружили хищные птицы. На самой вершине этого каменного столба, на крошечном плоском плато, обдуваемом ледяными порывами ветра, виднелся древний каменный алтарь, сложенный из замшелых плит.

Над ним, на деревянном постаменте, тускло белел цилиндрический свиток с лазурной печатью, которым являлся Свиток Неба.

И у подножия этого алтаря, прислонившись спиной к монолиту, стоял человек.

Команда Акио затаилась в зарослях можжевельника у подножия скалы, укрывшись за гребнем каменистой осыпи. Акио осторожно раздвинул колючие ветви, вглядываясь в фигуру на вершине.

Перед его глазами немедленно вспыхнул системный интерфейс, но на сей раз цвет рамки заставил сердце игрока пропустить удар, это был не темно-красный цвет рядового NPC, а мерцающий багрово-фиолетовый контур практически высшей опасности.

[Обнаружен элитный NPC: Чуунин Кенджи (Полевой экзаменатор Конохи).]

[Специализация: Тайдзюцу стиля Листа, скоростное фехтование (танто), Стихия Ветра.]

[Уровень угрозы: 48 (Критический для текущего уровня группы).]

[Предупреждение Системы: Прямое лобовое столкновение приведет к гибели/провалу с вероятностью 99.4%.]

— Сорок восьмой уровень… — едва слышно прошептал Акио, сглатывая вязкую слюну. — Он вдвое опаснее Мидзуки, и вообще не может идти не в какое сравнение с приютскими увальнями. Это действующий боевой шиноби.

Таро, прильнувший к соседнему камню, прищурился, разглядывая мужчину на вершине.

Кенджи не выглядел грозным великаном вроде Даи. Это был жилистый, поджарый шиноби лет двадцати пяти в стандартном темно-синем комбинезоне и расстегнутом зеленом разгрузочном жилете чуунина Конохи. Его протектор с символом листа был повязан набок, прикрывая правый глаз, а поперек щеки тянулся глубокий белесый шрам, что являлся следом от удара мечом. На поясе мужчины покоилось потертое танто в деревянных ножнах, а в зубах он лениво катал сухую травинку.

Но что пугало больше всего, это его поза.

Кенджи казался абсолютно расслабленным, почти спящим. Однако Акио, обладая опытом взрослого аналитика, видел, как распределен вес чуунина, стопы стояли строго по центрам опоры, колени были чуть расслаблены, а правая кисть находилась ровно в пяти сантиметрах от рукояти клинка, позволяя сорваться в смертоносный рывок за десятую долю секунды из любого положения.

— Как нам к нему подобраться? — тихо спросила Хана, пока ветер шевелил пряди её коротких волос. — Подъем до свитка только один, по узкой каменной тропе в расщелине скалы. Там даже вдвоем не разойтись, а если он встретит нас на спуске, он просто сбросит нас в пропасть поодиночке.

— Лобовой штурм исключен, — покачал головой Акио. — Против взрослого чуунина мы с Таро просто неподвижные мишени. Даже с нашими стальными наручами и импульсами чакры. Разрыв в чистой скорости и мышечной памяти колоссален. Вы видели его ноги? Икры сухие, жилистые. Он явно владеет минимальной техникой передвижения хотя бы на базовом уровне. Стоит ему разогнаться и мы даже взмахнуть клинком не успеем.

Таро недовольно насупился, потирая тяжелые наручи.

— И что тогда? Стоять и ждать заката? У нас времени в обрез! Нам еще третий свиток искать!

— Не стоять. Мы используем его главное слабое место, — глаза Акио блеснули холодным азартом.

— Какое слабое место может быть у чуунина участвовавшего в боевых действиях?! — опешил Таро.

— Высокомерие экзаменатора, — отрезал Акио. — Для него мы очередная кучка семилетних сопляков из приюта, которые чудом до него добрались. Он не воспринимает нас как реальную угрозу, а думает, что мы будем действовать по шаблону: паниковать, лезть напролом или пытаться умолять. Мы навяжем ему свой план, и буквально загоним в «клетку».

Акио достал из подсумка моток трофейной бронебойной лески, изъятой у Даи, и соединил её с их собственной катушкой. Выходило почти восемьдесят метров тончайшей закаленной стали.

— Хана, слушай внимательно, — Акио развернул перед ней ладонь, начертив пальцем контуры площадки на вершине. — Площадка вокруг алтаря круглая, диаметром около пятнадцати метров. По краям, каменные столбики древнего ограждения. Твоя задача заключается в том, что пока мы с Таро будем отвлекать Кенджи у входа на тропу, обойти скалу с обратной стороны, используя колья и щели в базальте, и оплести эти столбики паутиной из лески.

— Замкнуть его в периметре? — догадалась девочка.

— Не просто замкнуть. Сделать многослойную сетку на высоте щиколоток и колен. Снизу, против солнца, черненая сталь лески абсолютно невидима на фоне серого камня. Когда Кенджи попытается сделать шаг на разгон, его ноги запутаются в паутине. Тонкая сталь под весом взрослого человека на высокой скорости врежется в плоть до кости. Это украдет у него драгоценные секунды.

— А дальше? — с замиранием сердца спросил Таро. — Он же не дурак, он сразу перерубит леску танто!

— Пары секунд нам хватит, — Акио коснулся левого рукава, где под тканью замер Кикайчу. — Таро, ты идешь первым по тропе. Твоя задача вызвать его на спарринг. Ты должен выдержать ровно один его выпад. Прими удар на оба наруча, заблокируй и заставь его шагнуть назад, прямо в центр подготовленной зоны Ханы.

— А свиток?

— Свиток заберу я. На пределе своих возможностей. Всё, выступаем. У нас нет права на ошибку.

Спустя десять минут подъем начался.

Таро тяжело и нарочито шумно зашагал по узкой каменной тропе, ведущей к вершине Орлиной скалы. Стальные пластины на его руках тихо позвякивали, дыхание было частым и хриплым.

Следом за ним, на расстоянии трех шагов, с опущенной головой и видимой неуверенностью поднимался Акио.

Едва голова Таро показалась над верхним срезом каменной площадки, травинка в зубах Кенджи замерла.

Чуунин медленно выпрямился, окинув подошедших детей скучающим взглядом единственного открытого глаза.

— Надо же… — лениво протянул он, хриплым, прокуренным мужским голосом. — Команда сопляков доползла до самого верха. И даже Свиток Земли на поясе болтается. Видать, ваши старшие совсем размякли в своем ущелье, раз позволили мелюзге себя обчистить.

Таро остановился в пяти метрах от него, тяжело уперев руки в колени и жадно глотая холодный воздух.

— Мы… мы пришли за Свитком Неба! Отдай его по-хорошему, дядя, и мы не станем тебя бить!

Кенджи на миг замер, а затем сухо, беззвучно рассмеялся, обнажив неровные зубы.

— «Не станем бить»? Смелое заявление для пацана, у которого поджилки трясутся так, что камни из-под ног сыплются.

Взгляд чуунина на мгновение скользнул по фигуре Акио, который замер чуть позади, вжав голову в плечи.

— Правила простые, детишки. Свиток Неба лежит на алтаре за моей спиной. Чтобы взять его, у вас есть ровно три минуты. Но пока я стою на этой площадке ни один из вас к камню не прикоснется. Время пошло.

[Системный таймер испытания: 02:59… 02:58…]

— Таро, вперёд! — крикнул Акио.

— А-а-а-а! — взревел крепыш, срываясь с места и выставляя перед собой скрещенные стальные наручи.

Он надеялся смять противника своей массой, как делал это со сверстниками. Но для взрослого шиноби этот выпад выглядел чудовищно медленным.

Кенджи даже не шелохнулся.

Лишь когда массивный кулак Таро оказался в считанных сантиметрах от его груди, тело чуунина смазалось в воздухе.

Шууух!

Простой шаг в сторону с полуоборотом. Движение было настолько экономным и плавным, что казалось, будто мальчик протаранил пустоту.

— Слишком много шума, щенок, — раздался холодный шепот прямо над ухом Таро.

Ладонь Кенджи, твердая как кованое железо, легко легла на затылок пролетающего мимо мальчика, слегка перенаправляя его собственную инерцию. Таро с грохотом вспахал коленями каменные плиты, едва не вылетев с противоположного края скалы в бездну.

Акио в этот момент уже рванулся вперед, выхватывая танто он попытался нанести короткий колющий удар снизу вверх, целясь в бедро экзаменатора.

Кенджи даже не стал доставать свое оружие.

Его правая нога взметнулась в коротком, идеальном полукруге, ударяя носком сандали, что пришелся точно в запястье Акио.

Боль обожгла сустав, словно раскаленный прут.

Танто со звоном вылетело из онемевших пальцев мальчика, закружившись в воздухе.

Следующим движением чуунин просто толкнул Акио ладонью в грудь.

Удар казался легким, почти небрежным, но Акио отлетел на три метра назад, больно приложившись лопатками о базальтовый столб.

Дыхание перехватило, а перед глазами поплыли серые круги: [ХП: 42/50. Получен легкий ушиб грудной клетки].

— Техника нулевая. Скорость смехотворная, — монотонно комментировал Кенджи, медленно шагая к с трудом поднимающемуся Таро. — Вы тратите движения впустую. Если это всё, на что вы способны, ваш путь окончен. Возвращайтесь на фермы копать брюкву.

[Таймер: 01:45… 01:44…]

Таро с рыком поднялся на ноги, по его подбородку текла струйка крови из разбитой губы, но в глазах горело бешенство.

— Я тебе покажу брюкву, урод!

Крепыш снова бросился в атаку, но теперь он бил короткими сериями: хук справа, блок, попытка ударить коленом.

Кенджи парировал всё одной левой рукой, отбивая удары ладонью и сбивая дыхание мальчика легкими тычками в корпус.

Для опытного шиноби это была даже не тренировка, а ленивое избиение детей.

Чуунин получал удовольствие от своего абсолютного превосходства, шаг за шагом пятясь к центру площадки, прямо туда, куда требовалось плану.

Акио, прижимая ушибленную руку к груди, судорожно следил за таймером:

[Таймер: 00:35… 00:34…]

«Хана… ну же, где ты?!» — взмолился про себя он.

И в этот момент он поймал короткий солнечный зайчик.

На дальнем краю площадки, за спиной Кенджи, меж базальтовых столбов блеснула натянутая металлическая нить.

Хана закончила плетение, и сидела за выступом алтаря, прижимая к земле конец главной силовой лески.

Пора.

— Таро! Давай со всей силы! — сорванным голосом крикнул Акио.

Таро не раздумывал.

Вложив всю оставшуюся ярость в этот последний выпад, он прыгнул вперед, обрушивая оба кулака в стальных наручах сверху вниз, словно кузнечный молот.

Кенджи усмехнулся.

— Предсказуемо.

Чуунин сделал резкий, широкий шаг назад, намереваясь разорвать дистанцию и встретить открывшегося мальчишку сокрушительным ударом ноги с разворота, но его правая пятка не нащупала свободного пространства.

Хрусь!

Тончайшая закаленная стальная леска, натянутая в пяти сантиметрах над землей, захлестнула его щиколотку., следом за ней вторая нить намертво впилась в левое колено.

— Что за?! — лицо Кенджи впервые за весь бой исказилось искренним изумлением.

Инерция мощного отшага сыграла против него.

Леска натянулась струной, разрезая плотную ткань комбинезона и глубоко врезаясь в кожу.

Кенджи потерял равновесие, его корпус качнулся назад.

В ту же секунду из-за алтаря с криком выскочила Хана.

В её руках уже свистели четыре сюрикена, соединенные крест-накрест дополнительными нитями.

Последовал бросок и железные звездочки вонзились в деревянные опоры алтаря по бокам от чуунина, натягивая вокруг него полноценную стальную паутину.

— План «Клетка» активирован! — закричала девочка.

— Ах вы, мелкие крысы! — рявкнул Кенджи.

Его расслабленность испарилась без следа, глаза шиноби полыхнули опасным блеском.

Мгновенным движением он выхватил танто из ножен, сверкнула холодная сталь, рассекая путы лески одним взмахом.

Дзинь-дзинь-дзинь!

Металл лопнул, но это стоило чуунину тех самых бесценных секунд.

[Таймер: 00:12… 00:11… 00:10…]

Десять секунд до автоматического провала испытания.

Алтарь со свитком находился в семи метрах от Акио. Кенджи уже освободил ноги и разворачивался лицом к алтарю, занося клинок для удара плашмя, чтобы сбить любого, кто посмеет приблизиться.

«Не успею. Чистой скорости тела не хватит на семь метров против его реакции…» — молнией пронеслось в голове Акио.

И тогда он пошел ва-банк.

Очаг Чакры в животе мальчика взвыл от чудовищного перегруза, ведь он не стал дозировать энергию по каплям, как предписывал свиток Узумаки для безопасных медитаций.

Он собрал весь свой доступный резерв, все шестьдесят пять единиц чистой чакры, усиленной пассивным талантом «Чистый Исток», и единым, чудовищным импульсом вогнал его в суставы и мышцы обеих ног!

[Внимание! Превышение безопасного лимита циркуляции чакры!]

[Расход чакры: 45 ед. Текущий резерв: 15/65.]

[Активация сверхкритического импульса: Скорость перемещения увеличена на 180% на 2 секунды!]

[Предупреждение: Риск микроразрывов связок!]

Кости ног затрещали от дикого давления.

А в следующий миг земля под подошвами сандалий Акио буквально взорвалась каменными крошками.

Хлопок рассекаемого воздуха был похож на выстрел.

Семилетний мальчик сорвался с места с такой скоростью, что его фигура превратилась в размытое серое пятно.

Разгоняясь до не детской скорости, выходя на уровень первобытного рывка шиноби, граничащий с настоящим Шуншином!

Кенджи успел лишь вскинуть танто для перехвата.

— Куда?!

Лезвие клинка со свистом рассекло воздух в миллиметре от носа Акио. Но в этот критический микромомент под левым рукавом мальчика сверкнула крошечная иссиня-черная искра.

Кикайчу!

Королевский мутант, повинуясь безмолвной воле хозяина, выпустил из челюстей микроскопический заряд поглощенной ранее чакры прямо в деревянную стойку алтаря, на которой покоился свиток.

Древесина, подточенная кислотным токсином жука за долю секунды, с сухим щелчком надломилась.

Свиток Неба соскользнул вниз на десять сантиметров, ровно под пальцы летящего в отчаянном подкате Акио!

[Таймер: 00:01… 00:00!]

Хвать!

Его пальцы сомкнулись на шероховатом пергаменте Свитка Неба.

После чего по инерции он проскользил по каменным плитам на животе. ободрав локти до мяса мальчик врезался плечом в основание алтаря, сжимая драгоценный трофей у самой груди.

На вершине Орлиной скалы повисла неловкая тишина, нарушаемая лишь ветром, что свистел в трещинах базальта, попадая под такт вздымающейся грудь упавшего Таро.

Кенджи застыл с занесенным танто.

Его открытый глаз был распахнут так широко, что виднелись полопавшиеся капилляры.

Взрослый, закаленный в боях чуунин Конохи смотрел на лежащего у его ног окровавленного пацана и не верил собственным глазам.

Взгляд экзаменатора медленно опустился на надломленную стойку алтаря, затем на обрывки рассеченной стальной лески у своих ног, и наконец, на свиток, намертво зажатый в маленьких детских пальцах.

— Это… — хрипло выдохнул Кенджи, опуская клинок. — Это была чакра?.. В семь лет? Без обучения в Академии?!

Акио с трудом перевернулся на спину, тяжело дыша.

Мышцы ног горели адским пламенем, связки ныли от дикого перенапряжения, но губы семилетнего мальчика медленно растянулись в слабой, торжествующей ухмылке.

Перед его глазами каскадом вспыхнули системные строки:

[Поздравляем! Захвачена ключевая реликвия экзамена: «Свиток Неба».]

[Боевая задача «Орлиная скала» успешно завершена!]

[Опыт боевого взаимодействия отряда значительно повысился.]

[Уровень навыка «Сюрикендзюцу» (Хана): повышен до Ур. 11.]

[Уровень навыка «Силовая Тренировка» (Таро): повышен до Ур. 9.]

[Навык «Очаг Чакры» прокачан до Ур. 3. Открыт контроль выброса чакры через стопы. Резерв увеличен: 95/95 ед.]

[Репутация в глазах боевого состава Конохи: +15.]

[Текущий статус экзамена: Собрано свитков: 2/3 (Земля, Небо).]

[Оставшееся время до заката: 06ч 12м.]

Кенджи медленно убрал танто в ножны.

Щелчок гарды прозвучал в тишине подобно удару колокола.

Мужчина покачал головой, и на его суровом, иссеченном шрамами лице впервые промелькнуло нечто похожее на искреннее, глубокое уважение.

— Черт меня дери… Засада с леской, отвлечение на живца, расчет момента и принудительный выброс чакры на пределе возможностей… Кто вас, щенков, этому научил?

Таро, хромая и держась за ушибленный бок, подошел ближе, помогая Хане выбраться из-за камней.

Лицо крепыша сияло гордостью. — Мы же говорили, дядя! Наша команда слов на ветер не бросает!

Кенджи усмехнулся, сплюнув травинку на камни.

— Не задирай нос, толстяк. Вам просто дьявольски повезло. Если бы это был реальный бой на выживание, я бы перерезал вам глотки еще на подъеме. Но… условия экзамена выполнены. Свиток Неба по праву ваш.

Он перевел тяжелый взгляд на Акио, который с помощью Ханы медленно поднимался на ноги, пряча второй свиток в сумку.

— Береги ноги, пацан. Такой выброс чакры без поставленных каналов может сделать тебя калекой на всю жизнь. Но дух у тебя конечно… железный. Из тебя выйдет либо великий шиноби, либо первоклассный покойник.

— Я предпочитаю первое, — тихо, но абсолютно твердо ответил Акио.

— Посмотрим, — хмыкнул чуунин. — У вас осталось чуть больше шести часов. Последний свиток, Свиток Человека — находится у Древнего капища в сердце леса. И туда сейчас стягиваются все оставшиеся в живых команды. Там будет настоящая бойня. Проваливайте, пока я не передумал.

Команда Акио не стала задерживаться ни на секунду.

Спустившись со скалы под прикрытием густого подлеска, они остановились у ручья, чтобы перевести дух и промыть раны. Акио достал рулон медицинских бинтов и принялся туго перебинтовывать ноющие голени, пока Хана промывала ссадины Таро ледяной водой.

В воздухе над лесом сгущались вечерние тени, пока системный таймер вел обратный отсчет: [05ч 40м до заката].

Два свитка из трех были у них в руках, но впереди лежало последнее испытание. Древнее капище, где решится их дальнейшая судьба.

Глава 15 Пролог

Солнце клонилось к верхушкам сосен, заливая лес багровыми, тревожными лучами угасающего дня. Тени между деревьями вытягивались, превращаясь в глубокие черные провалы, а вечерний холод опускался на влажную землю, вытягивая из разгоряченных тел остатки тепла.

В самом сердце четвертого лесного сектора, в естественной котловине между тремя пологими холмами, располагалось Древнее капище.

Это было мрачное, полуразрушенное святилище эпохи Воюющих Государств, заросшее вековым плющом и серым лишайником.

Вокруг широкой круглой площадки, вымощенной растрескавшимися гранитными плитами, застыли замшелые каменные столбы с высеченными на них полустертыми клановыми символами. Посредине высился алтарный постамент из черного монолита, на котором лежал последний, третий артефакт экзамена, Свиток Человека с золотистой печатью.

Но подойти к нему было невозможно.

Площадка капища превратилась в арену ожесточенной, хаотичной бойни.

Здесь сошлись остатки четырех уцелевших команд. Двенадцать измученных, окровавленных детей, доведенных страхом отчисления до первобытного безумия, сцепились в яростной свалке. В воздухе стоял непрерывный лязг тренировочного железа, треск ломающихся деревянных шестов, крики боли и тяжелое, хриплое дыхание. Никакой тактики, никакой координации, каждый дрался сам за себя, пытаясь выбить соперника за пределы ритуального круга или сорвать чужую сумку.

Команда Акио залегла на гребне холма в тридцати метрах от капища, укрывшись в густых зарослях папоротника.

— Настоящее месиво… — сдавленно прошептал Таро, разглядывая дерущихся сквозь ветви. На его лице блестели капли пота, смывавшие грязь и копоть. — Свиток Человека прямо на алтаре, но стоит кому-то к нему дернуться, как остальные наваливаются толпой и вбивают его в камни.

— Классическая ловушка жадности, — хладнокровно заметил Акио.

Его карие глаза лихорадочно сканировали поле боя, подмечая каждую мелочь, кто выдохся, кто хромает на правую ногу и у кого закончилось метательное оружие, после чего уже сама система выдала информацию.

[Анализ обстановки Системой:]

[Обнаружено участников на локации: 12 человек (4 группы).]

[Средний уровень выносливости противников: 20–35% (Критическое истощение).]

[Свиток Человека: Доступен для захвата. Плотность зоны поражения вокруг алтаря: Максимальная.]

[Оставшееся время до заката: 00ч 48м 12с.]

— Времени меньше пятидесяти минут, — тихо сказала Хана, проверяя остаток сюрикенов в подсумке. — Если мы просто вломимся туда, они перестанут грызться между собой и набросятся на нас всей толпой. Нас просто задавят массой.

— Верно, — кивнул Акио. — Поэтому мы не станем драться со всеми. Мы заставим их плясать под нашу дудку.

— И как же? — прищурился Таро.

Акио достал из внутреннего кармана оба добытых трофея: Свиток Земли с коричневой сургучной печатью и Свиток Неба с лазурной. Он взвесил их на ладонях, и на его губах появилась недобрая, тонкая ухмылка.

— Психология толпы держится на жадности и страхе дефицита. Сейчас они дерутся за один свиток, думая, что он решит их судьбу. Но что произойдет, если прямо перед их носом появятся сразу два недостающих ключа от спасения?

Таро ошарашенно вытаращил глаза.

— Ты… ты хочешь показать им наши свитки?! Они же с ума сойдут!

— Именно этого я и добиваюсь, — отрезал Акио. — Хана, слушай внимательно. Вон тот каменный столб на семь часов от нас, с поваленной перекладиной. Видишь узкий проход между ним и монолитной стеной?

— Вижу, — мгновенно сосредоточилась девочка.

— Бери последние четыре куная и остатки стальной лески. Перекрываешь этот проход крест-накрест на высоте колен и пояса. Делаешь классический мешок. Таро, ты занимаешь позицию на выходе из этого мешка, за столбом. Когда стадо ломанется за мной, ты встретишь первых стальными наручами, создавая затор.

— А ты? — с тревогой в голосе спросила Хана.

— А я сыграю роль самого наглого и богатого дурачка в этой игре.

Не дожидаясь ответа, Акио поднялся в полный рост.

Он не стал прятаться или красться.

Напротив, сделав глубокий вдох и наполнив легкие вечерним воздухом, мальчик с размаху пнул торчащий из земли сухой пень, с треском переломив его пополам, и неторопливо вышел на освещенный закатным солнцем открытый склон холма.

В его поднятых руках высоко над головой победно сверкнули два пергаментных свитка.

— Эй, неудачники! — его звонкий, насмешливый детский голос разрезал шум драки, словно заточенный хирургический скальпель. — Вы что, всерьез собираетесь сдохнуть на этих камнях ради одного жалкого свитка?!

Драка на капище оборвалась мгновенно.

Дюжина окровавленных, растрепанных голов синхронно повернулась в сторону холма.

На поляне повисла звенящая, неестественная тишина, нарушаемая лишь тяжелым хрипом раненых.

Двадцать четыре глаза остекленело уставились на ладони семилетнего пацана.

— Свиток Земли… — прохрипел один из старших сирот, разжимая пальцы на шее поверженного противника.

— И Свиток Неба!.. У этого сопляка оба свитка! — взвыл второй, и в его голосе прорезалось дикое, звериное безумие.

— Он один! — закричал третий. — За ним никого нет! Заберите у него свитки, и мы все сдадим экзамен!

Жадность, помноженная на панику и истекающее время, снесла последние остатки их разумов.

Вся толпа, забыв про алтарь, про прежние обиды и про Свиток Человека оставляя его под конец, единой лавиной сорвалась с места и с диким ревом бросилась вверх по склону, прямо на стоящего в одиночестве Акио.

«Отлично. Стадо клюнуло», — холодно зафиксировал он.

Акио развернулся и бросился наутек, делая вид, что спотыкается и паникует от несущейся за ним оравы.

Он бежал ровно с такой скоростью, чтобы держать дистанцию в десять метров, увлекая преследователей прямо к подготовленной засаде у каменного столба.

— Стой, сука! Убью! — вопил рослый парень в авангарде погони, занося тяжелую палку.

Акио нырнул в узкий проход между камнями, в последний момент грациозно перемахнув через невидимую для чужих глаз натянутую леску.

— Попался! — взревел преследователь, влетая в проход следом за ним.

Дзинь! Хрясь!

Натянутая на высоте щиколоток стальная нить сработала идеально.

Парень с размаху зацепился ногой, кубарем полетел вперед и со всего маху впечатался лицом в гранитный монолит.

Следом за ним на натянутые лески налетели еще трое.

Металл врезался в колени, люди падали друг на друга, образуя живую, вопящую кучу-малу в узком, как горлышко прохода.

И в этот момент из-за столба шагнул Таро.

— Прохода нет, граждане! — гаркнул крепыш.

Бам! Бам!

Его кулаки в стальных наручах заработали словно поршни парового двигателя. Короткие, тяжелые хуки в челюсти, удары локтями сверху вниз, сокрушительные толчки корпусом.

Таро с лёгкостью и методичностью кузнеца вбивал пытающихся подняться старшаков обратно в каменную крошку.

Сверху, с перекладины столба, Хана безжалостно отсекала задние ряды, запуская подобранные с пола сюрикены с тупыми учебными наконечниками, в запястья и коленные чашечки, лишая нападавших подвижности.

Пока команда удерживала узкий проход, Акио даже не оглянулся.

Используя возникший хаос, мальчик активировал импульс чакры в ноги и метнулся по широкой дуге обратно к опустевшему капищу.

Вокруг черного алтарного постамента больше не было ни души.

Последний артефакт лежал на холодном камне, освещенный последним багровым лучом заходящего солнца.

Акио взлетел на постамент в три шага и сомкнул пальцы на пергаменте.

[Захвачена ключевая реликвия: «Свиток Человека».]

[Условие победы выполнено: Собраны все три свитка (Земля, Небо, Человек)!]

[До захода солнца: 00ч 28м 45с.]

[Задача: Доставить реликвии на площадь приюта до истечения таймера.]

— Все ко мне! Отходим! — сорванным голосом крикнул он, взмахивая рукой.

Таро нанес последний сокрушительный удар в лоб очередному нападавшему, отбросив того на кучу поверженных тел, и вместе с легко спрыгнувшей со столба Ханой бросился к командиру.

Оставив за спиной стонущую и ругающуюся толпу, его команда рванула сквозь сгущающиеся сумерки к выходу из лесного сектора.

Площадь перед главным корпусом приюта тонула в фиолетовых тенях наступающего вечера.

У массивных ворот, опершись на перила помоста, неподвижно стояла Мидзуки.

Рядом с ней дежурили трое патрульных чуунинов, включая иссеченного шрамами Кенджи, который скрестил руки на груди и задумчиво разглядывал чернеющую кромку леса.

На каменных ступенях горели факелы, бросая пляшущие оранжевые блики на суровые лица экзаменаторов.

В воздухе повисла тяжелая тишина.

До заката оставалось меньше трех минут, а край солнечного диска уже коснулся верхушек деревьев на горизонте.

— Похоже, в этом году как и в остальные, выпуска не будет, — сухо процедила Мидзуки, сверяясь с хронометром. — Слабаки перебили друг друга в лесу. Отправить санитарную команду на зачистку сектора.

— Погодите, Мидзуки-сан, — негромко отозвался Кенджи, слегка прищурив единственный открытый глаз. — Вслушайтесь.

Из глубины темнеющего леса донесся треск ломающихся веток и частое, сбитое дыхание.

Спустя секунду сквозь густые заросли орешника у самых ворот буквально вывалились три маленькие фигурки.

Они были покрыты грязью, сажей и засохшей кровью с головы до ног. Одежда висела лохмотьями, на предплечьях Таро тускло блестели исцарапанные стальные наручи, Хана едва волочила сбитые в кровь ноги, но их взгляды горели несгибаемым пламенем.

Акио, хромая на правую ногу, шагнул вперед на освещенную факелами площадь.

Остановившись перед помостом ровно за двадцать секунд до того, как последний луч солнца скрылся за горизонтом, семилетний мальчик молча развязал поясную сумку и выложил на деревянные ступени прямо к ногам Мидзуки три свитка:

Коричневый. Лазурный. Золотой.

Земля. Небо. Человек.

Тишина на площади стала абсолютно осязаемой.

Даже видавшие виды чуунины замерли, глядя на три печати. Такого результата на выпускных испытаниях приюта не было последние двенадцать лет.

Мидзуки медленно опустила взгляд на свитки, затем перевела его на троих тяжело дышащих детей. В её старческих глазах не было удивления, там плескалась холодная, въедливая проницательность.

— Три свитка, — глухо произнесла она. — Вы собрали полный комплект...

В этот момент из ворот, шатаясь и поддерживая друг друга, начали выходить остальные воспитанники, что пустились вдогонку за троицей. Разбитые, израненные, с перевязанными головами и сломанными пальцами. Во главе их плелся угрюмый Даи со следами ожогов на лице. Они молча остановились позади команды Акио, опустив головы и ожидая неминуемого приговора, а именно ссылки на фермы.

Таро сжал зубы, готовый встретить слова старухи, а Хана непроизвольно прижалась плечом к Акио.

— По условиям экзамена, — голос Мидзуки разнесся над затихшей площадью, — только одна команда, принесшая свитки, имела право на выпуск. Все остальные считались провалившимися.

Среди стоящих сзади детей раздались тихие всхлипы.

Даи сжал кулаки так, что из-под ногтей выступила кровь.

Старуха сделала паузу, наслаждаясь давящим напряжением, а затем внезапно усмехнулась, кривой, жесткой усмешкой старого ветерана:

— Но война не знает правил одного победителя.

Дети вздрогнули, поднимая головы.

— Экзамен в лесу был проверкой не на сбор бумаги, — жестко отчеканила Мидзуки, скрестив руки на груди. — Это был стресс-тест. Проверка на то, сломаетесь ли вы под угрозой смерти, превратитесь ли в безумных животных или сумеете сохранить хладнокровие шиноби. Команда Акио доказала свое абсолютное тактическое превосходство. Они будут зачислены в Академию Шиноби безоговорочно.

Она обвела взглядом стоящих позади израненных сирот:

— Но вы… те, кто дрался до конца, кто сумел доползти до этих ворот на переломанных ногах и не бросил своих раненых товарищей… Деревня находится на пороге большой войны. Листу нужны не только гении. Листу нужны солдаты, знающие вкус собственной крови.

Мидзуки взмахнула широким рукавом кимоно:

— Вы все будете рекомендованы как боевые ниндзя в разные структуры.

На площади повисла секунда мертвого оцепенения.

А затем пространство взорвалось.

Дети не кричали от радости, они рыдали.

Старшие парни падали на колени, закрывая лица грязными руками, девчонки обнимались, размазывая слезы по щекам, в честь окончания кошмара.

Таро с глухим стоном облегчения осел прямо на пыльную землю, уперев локти в колени.

— Мы… мы сделали это… Живы… Все живы…

Хана тихо опустилась рядом с ним, пряча лицо в ладонях, её плечи мелко подрагивали в такт всхлипываниям, но это были слезы сброшенного чудовищного напряжения, копившегося все эти долгие недели.

Акио стоял неподвижно, глядя на темнеющее небо.

В его душе не было бурной детской эйфории, взрослый разум Александра Реносукэ прекрасно понимал истинный смысл слов Мидзуки, деревня не проявила милосердие.

Деревня просто набрала свежего пушечного мяса для надвигающейся бойни Третьей Мировой.

И в этот миг реальность вокруг него словно застыла.

Шум празднующих детей стал приглушенным, звуки ветра утихли, а в самом центре обзора Акио вспыхнула ослепительная золотая вспышка.

Полупрозрачный таймер стартовой локации, висевший в углу зрения с самого первого дня, замер на отметке.

[00д 00ч 00м 00с]

Текст таймера с тихим стеклянным звоном рассыпался на мириады светящихся пикселей, и перед глазами игрока развернулось монументальное системное полотно глобального обновления:

[ПРОЛОГ ЗАВЕРШЕН.]

[Синхронизация мира «Хроники Шиноби» с биологическими матрицами носителей: 100%.]

[Защитные барьеры стартовых обучающих зон деактивированы.]

[Глобальный сервер запущен. Активных игроков в симуляции: 50/50.]

Следом за этим интерфейс перестроился, открывая ранее заблокированные вкладки глобального мониторинга.

Никакого голосового чата не было.

Разработчики не предусмотрели общего голосового эфира, который превратил бы смертельно опасный мир в балаган. Но в правой части обзора развернулась сухая, холодная бегущая строка текстовых системных логов.

[Системный лог мира (Сводка регионов):]

— [Синхронизация завершена. Регион: Страна Огня (Коноха) — 10 игроков.]

— [Синхронизация завершена. Регион: Страна Ветра (Суна) — 8 игроков.]

— [Синхронизация завершена. Регион: Страна Воды (Кири) — 6 игроков.]

— [Синхронизация завершена. Регион: Страна Молнии (Кумо) — 4 игрока.]

— [Синхронизация завершена. Регион: Страна Земли (Ива) — 2 игрока.]

— [Синхронизация завершена. Нейтральные территории и Малые Страны — 20 игроков.]

Следом за общим распределением по экрану побежали первые оперативные логи о завершении стартовых испытаний в каждом из уголков мира шиноби:

— [Регион: Страна Огня (Коноха)] Игрок «Белый Лотос» (Клан Хьюга) успешно завершила квалификационный экзамен главной ветви, подтвердив ранг «Гений Поместья».

— [Регион: Страна Ветра (Суна)] Игрок «Песчаный Призрак» завершил одиночный марш-бросок через дюны Могильника и принят на испытательный срок в Корпус Марионеточников.

— [Регион: Страна Воды (Кири)] Игрок «Кровавый Прилив» выжил в традиционном выпускном поединке Академии Тумана, совершив первое подтвержденное устранение соперника.

— [Регион: Страна Молнии (Кумо)] Игрок «Розящая на повал » выдержала испытание физической закалки у водопадов Ущелья Грома, получив модификатор скорости [Тело Молнии].

— [Регион: Страна Земли (Ива)] Игрок «Твердыня» завершил фортификационную миссию в Каменных Лабиринтах, разблокировав базовый доступ ко всем техникам Стихии Земли.

— [Малые Страны и Нейтральные Земли] Игрок «Серый Волк» (Страна Травы) успешно выполнил эскорт-контракт каравана на нейтральной границе, открыв статус вольного наемника.

Панель на мгновение мигнула, и прямо под региональными сводками всплыли два персональных глобальных достижения, выделенных крупным багрово-золотым шрифтом:

[Глобальное серверное оповещение:]

[Игрок «Акио» (Коноха) первым на сервере завершил цепочку скрытых испытаний Пролога со 100% результатом и сам пробудил Очаг Чакры до официального релиза!]

[Награда: Титул «Первопроходец Истока» (Пассивный эффект: Эффективность новых навыков увеличена на 15%).]

[Глобальное серверное оповещение:]

[Игрок «Император Пламени» (Коноха, клан Учиха) первым на сервере успешно завершил клановую сюжетную миссию C-ранга «Очищение Забытого Алтаря Нака».]

[Награда: Получен доступ к архивам кланового стиля Огня. Додзюцу: Шаринган (2 томоэ) успешно пробуждено.]

Взгляд Акио зацепился за второе имя.

«Император Пламени… — мысленно повторил он, чувствуя, как под манжетом едва заметно шевельнулся сытый Кикайчу. — Пока обычные игроки только адаптируются к интерфейсу, этот парень уже закрыл миссию C-ранга прямо в сердце квартала Учиха и пробудил глаза. Стартовые условия клановых просто колоссальны. Шаринган на первом же этапе…»

В воздухе над приютом прокатилась едва заметная дрожь, защитный купол, изолировавший приют от внешнего мира на девяносто пять дней, бесшумно лопнул и растворился без следа.

С запада запахло гарью, железом и тревожным дыханием огромной, готовящейся к войне деревни.

Глава 16 Конец пролога

Массивная двухметровая капсула тихо загудела, активируя дренажную систему.

По внутренним контурам с шипением на самоочистку ушел полупрозрачный термостатический гель, мягкие медицинские манжеты электростимуляции мышц ослабили хватку на предплечьях и голенях, а нейрошлем плавно отпустил виски, обработав точки контакта охлаждающим антисептиком.

С глухим механическим щелчком герметичная крышка поднялась вверх.

Александр открыл глаза.

В нос ударил спертый, сухой воздух городской квартиры, пахнущий застоявшейся пылью и пластиком работающей техники. В комнате стоял глухой полумрак, плотные шторы были задернуты, а единственный свет исходил от мерцающих индикаторов настенного таймера жизнеобеспечения.

Александр с трудом сфокусировал взгляд на светящихся зеленых цифрах: 08:24. 8 сентября 2026 года.

— Почти сорок восемь дней… — хриплым, давно не знавшим звуков голосом выдавил он.

Нейроинтерфейс «Хроник Шиноби» работал на пределе доступных технологий известных человечеству, разгоняя восприятие человеческого мозга практически в два раза.

Один реальный час равнялся двум внутриигровым, а долгие сутки в симуляции сжимались в двенадцать часов на Земле.

Девяносто пять дней, проведенных в приютском аду под надзором старухи Мидзуки, обернулись почти полутора месяцами непрерывного нахождения в капсуле.

Александр медленно вытащил руку из специального фиксирующего углубления. Мышцы слушались вяло, несмотря на встроенную систему электромиостимуляции и автоматические инъекции питательных растворов, взрослое двадцатилетнее тело казалось чужим, отяжелевшим и неуклюжим.

В нем не было той звериной, пружинистой легкости семилетнего пацана, которой он добивался ежедневными ночными тренировками. Не было спасительного тепла Очага Чакры внизу живота. И, что пугало сильнее всего, под левым запястьем не ощущалось привычной микроскопической вибрации Кикайчу.

— Надо размяться… — пробормотал он, осторожно спуская ноги на холодный ламинат.

Колени предательски задрожали, но он устоял, вцепившись в стальной край капсулы. Обоняние и слух, обострившиеся за месяцы симуляции, буквально взрывались от сенсорного диссонанса, за стеной монотонно капала вода из крана, на улице гудел утренний автотрафик, а мозг по инерции продолжал сканировать дверные проемы на предмет растяжек и слепых зон.

Добравшись до кухни, парень выпил стакан фильтрованной воды, медленно запуская свой желудок, умылся и сел за рабочий стол, щелкнув клавишей пробуждения ПК.

Три монитора мгновенно ожили.

Сетевой адаптер захлебнулся в потоке входящих пакетов.

Интернет не просто гудел, он буквально пылал.

За те полтора месяца, что шли закрытые испытания, «Хроники Шиноби» перевернули мировую медиа-индустрию с ног на голову. На крупнейших видеохостингах и форумах висели миллионные треды, аналитики спорили о революции в нейробиологии, а счетчики просмотров на новостных порталах зашкаливали.

Александр открыл закрытый сектор бета-тестеров, доступ к которому давался только по персональному аппаратному ключу капсулы.

Темы сыпались сотнями постов:

[Пользователь Владыка Гедо: «Парни, это дурдом! Нас в Кумо на втором месяце загнали под ледяные водопады Ущелья Грома! Физика боли выкручена на 80%, у меня зубы крошились от переохлаждения! Какая это нахрен игра, это армейский лагерь смертников!»]

[Пользователь Мясник из Кири: «В Кири на выпуске из Академии устроили бой насмерть с напарником. Реально насмерть! Мой сокомандник орал как сумасшедший, пока я ему горло пилил… Меня до сих пор в реале выворачивает. Разрабы психопаты!»]

[Пользователь Песчаный Шторм: «Кто-нибудь вообще понял, как чакру формировать без учителей?! Мы в Суне полтора месяца жрали пыль, а инструкторы только плетками били. У большинства выносливость на дне!»]

Александр внимательно вчитывался в сводки.

Большинство игроков, привыкших к комфортным ММО, где система за ручку ведет по квестам, сломались о суровый реализм мира шиноби. Они ждали интерфейса с кнопками заклинаний, а получили кровь, грязь, спазмы голодного желудка и психологическое давление эпохи Третьей Мировой.

Однако его взгляд зацепился за отдельную ветку, помеченную высшим приоритетом:

«Экономика и серый рынок».

Ее автором был игрок под ником Железная Монета, начавший путь в нейтральных землях:

«Срочная информация для тех, кто пережил адаптацию. Доната в игре нет. Повторяю: напрямую купить Шаринган, Бьякуган, техники S-ранга или характеристики за рубли или доллары невозможно, в интерфейсе отсутствует донатный магазин как явление! Но есть другая механика. Наша группа наемников в Стране Травы выполнила скрытый контракт гильдии ронинов и вышла на подпольного ростовщика. Через него работает системный шлюз: реальные деньги можно заводить на игровой счет, конвертируя в базовые рё, а заработанные в боях рё, выводить обратно на реальные банковские карты! Комиссия бешеная, курс плавающий, но это факт: мы вчера вывели сорок тысяч иен на японский счет. Мир шиноби живет по законам жесткого спроса и предложения. Клановые мажоры не могут нарисовать себе силу из воздуха, но они могут влить миллионы в экономику своих кварталов, скупая тонны провизии, лучшее железо и нанимая личных наставников.»

Александр откинулся на спинку кресла, задумчиво прищурившись.

— Значит, прямой прокачки за деньги нет, но работает экономическое давление… — пробормотал он. — Богатые игроки вроде Учих могут просто оплатить себе доступ к архивам продажных отступников и лучшему снаряжению, пока сироты в приютах дерутся за ржавый кунай.

Он открыл мобильный банк: на счету светились сиротливые пол миллиона рублей. Запасы таяли, а впереди маячили месяцы нового погружения.

Взгляд парня упал на профессиональный микрофон и стримерскую панель.

До старта проекта он безуспешно пытался вести трансляции по тактическим шутерам, собирая от силы десяток случайных зрителей, но сейчас у него на руках были козыри, которых не было как минимум у большинства людей.

Он был единственным игроком на всем сервере, кто прошел Пролог со стопроцентным результатом, пробудил Очаг Чакры в семь лет и вписал свое имя в глобальный системный лог.

— Если этот мир требует платы за силу, я возьму ее за счёт зрителей, — холодно произнес Александр.

Он запустил трансляционный шлюз, настроив прямой захват визуального потока из нейрошлема, и его канал получил лаконичное имя: Истинный Шиноби: Акио.

В описании стрима он выставил всего несколько предложений:

«Коноха. 95 дней в приюте пройдены на 100%. Выпуск в преддверии Третьей Мировой Войны. Без клана. Без доната. Только упорство, тактика и освоенная чакра.».

Едва тестовый сигнал ушел в сеть, как счетчик ожидания взорвался: десять человек, триста, тысяча… Фанаты лора и тестеры жаждали увидеть трансляцию того самого загадочного «Акио», уложившего выпускной экзамен на лопатки.

Александр глубоко вдохнул, в предверии начала.

***

В этот же самый миг.

Неизвестная локация. Пространство за пределами досягаемости человеческих возможностей.

В гигантском круглом зале, лишенном прямых углов и привычных технических приборов, царил сумрак, что был нарушенн внезапным появленим в центре помещения плавно вращающейся монументальной трехмерной проекции мультивселенной, солнечные системы в которой были идентичны и разделены на сервера для игроков.

Над территориями кадого мира, в каждой из Пяти Великих Стран мерцали ровно пятьдесят золотистых маркеров.

Вокруг голограммы застыли три фигуры в виде, который не способен осознать простейшие разумы, а потому различить можно было лишь их контуры.

— Фаза первичной адаптации завершена, — раздался первый голос, вибрирующий неестественными металлическими обертонами. — Двукратное темпоральное ускорение биологических матриц стабильно. Девяносто пять дней симуляции уложены в сорок восемь земных суток без критического разрушения нервной ткани операторов. Все десять тысяч носителей синхронизированы.

— Психологический статус группы? — поинтересовался Создатель.

— Десять процентов на грани нервного истощения. Игрок в Кири ликвидировал сокомандника на выпускном экзамене, зафиксирован глубокий посттравматический шок. В Кумо один из тестеров повредил связки при попытке форсировать чакру Молнии. Однако капсулы удерживают биохимический баланс. Критических отказов нет.

Вперед шагнул третий, от чьих тонких пальцев исходила энергия разорвавшегося пространства, и в следующий момент из разлома над его рукой, прямо в ладонь выпало небольшое семечко.

— Нас не интересуют их нервные срывы, — произнес он тихим, глухим голосом, от которого рябью пошла сама ткань воздуха. — Нас не волнует их комфорт. Этот проект никогда не был коммерческой симуляцией.

Двое других склонили свои головы в той или иной мере согласия.

— Миллиарды людей по ту сторону экрана верят, что корпорации создали для них аттракцион виртуальной реальности, — продолжал он, глядя в бездну вращающейся голограммы. — Они слепы и не знают правды. Просто пока не понимают, что тот мир… сам привёл нас сюда.

Он указал рукой на светящийся континент.

— Осталось совсем немного до того момента как первозданный Хаос соприкаснётся с первозданным миром Шиноби. Тот мир задыхается в бесконечных войнах кланов, сжирая собственные ресурсы, но он хочет жить. Он требует соединиться с «ним»… Ему необходим проводник воли и сосуд, способный выдержать давление воли целого мира.

— Но если душа окажется слаба, она сгорит при первом же резонансе с ним, — напомнил Архитектор.

— Именно поэтому мы отбираем сильнейших, — отрезал Создатель. — Нам нужен тот, кто не просто заучит техники, а взломает саму структуру их силы, оставшись человеком. Покажите мне аномальные узлы.

Архитектор взмахнул рукой. Проекция приблизилась, выделив сектор Страны Огня.

— Кластер Конохи. Игрок под ником «Император Пламени» развивает агрессивную клановую модель. Используя семейные ресурсы, завершил миссию в святилище Нака и активировал второе томоэ Шарингана. Высокий разрушительный потенциал, но шаблонное мышление, он верит в абсолютность додзюцу.

— Пустышка, — холодно бросил король пространства. — Он сгорит в первой же серьезной засаде, когда его глаза упрутся в чужой предел. Кто второй?

Голограмма сместилась на край Конохи, развернув досье черноволосого сироты:

— Идентификатор «Акио». Нулевая родословная. Никаких клановых мутаций. Но именно он показал стопроцентную аномалию, в одиночку нашел дыхательный трактат Узумаки, сформировал очаг чакры в семь лет без помощи инструкторов, подчинил мутировавшего симбиота Абураме и забрал все три свитка на экзамене с помощью чистого тактического расчета.

Создатель наклонился к проекции, и в это же время над его естеством на миг блеснул золотое искажение.

— Он не ищет легких путей… А препарирует этот мир, словно хирург со скальпелем. Именно такая структура сознания способна выдержать трансплантацию принципов и зарождение начала.

Архитектор коснулся светящейся точки Акио, и вокруг силуэта мальчика вспыхнул несмываемый багровый контур.

— В таком случае я активирую протокол абсолютного наблюдения для всех трёхсот человек, что нас заинтересовали. Мы не будем вмешиваться в ход событий и облегчать им выживание. Но если их физические оболочки окажутся под угрозой необратимой гибели… активируются резервные контуры фиксации души и мы сохраним их пока не найдём нужного.

— Хороший план, Архитектор.

***

Александр снова лег в капсулу.

Охлаждающий гель мягко заполнил контуры ложемента, шлем с тихим шипением зафиксировал череп. На сетчатке глаза всплыло системное окно стрима, в комнате трансляции уже толпилось более двух тысяч зрителей, а чат разгонялся с каждой секундой.

— Ну что ж… — парень сделал глубокий вдох. — Возвращаемся на войну.

— Синхронизация.

Сознание сорвалось в темную бездну.

Падение длилось мгновение, а затем в легкие хлынул сырой, холодный воздух раннего утра Страны Огня.

Акио открыл глаза.

Он стоял на деревянных ступенях приюта перед распахнутыми воротами, ведущими в Коноху. Рядом с ним шумно дышал забинтованный Таро, бережно поправляя исцарапанные наручи, а Хана аккуратно стирала пятно копоти со щеки.

В углу обзора мягко мерцало системное уведомление:

[Обнаружены невостребованные награды за прохождение Пролога (100% результат).]

[Статус: Готовы к распаковке.]

Над великой деревней вставало багровое, предвоенное солнце, когда за детьми пришёл сопровождающий в Академию.

Глава 17

Утренний туман над окраиной Конохи рассеивался неохотно, цепляясь влажными белёсыми клочьями за макушки вековых сосен.

Защитный купол, изолировавший приют от внешнего мира долгие девяносто пять дней растаял без звука, оставив после себя лишь едва уловимый запах свежего воздуха и ощущение распахнувшегося горизонта.

Перед приоткрытыми деревянными воротами стояла троица сирот.

Они напоминали солдат, только что выбравшихся из окопной мясорубки, все исцарапанная, пропитанная гарью и глиной одежда висела лохмотьями, на левой руке Таро тускло поблёскивали помятые стальные наручи, колени Ханы были туго затянуты серыми бинтами, а Акио, сжимая в рукоять танто, едва заметно припадал на правую ногу.

Но, что было удивительнее всего, в их взглядах взглядах больше не читались детские нотки наивности.

Месяцы ночных бдений и вчерашняя бойня в ущелье выжгли детскую мягкость, сменив её собранностью рядовых шиноби.

Со стороны гравийной дорожки, что была за забором, раздались отчётливые звуки приближающихся шагов.

Из полосы редеющего тумана неторопливо выступила высокая фигура.

— Надо же, какие хмурые мордахи, — раздался хрипловатый, знакомый голос. — А я-то думал, вы тут от счастья на ушах стоите.

Кенджи выглядел почти так же, как вчера на вершине Орлиной скалы, за одним исключением, его правое запястье и левая голень, пострадавшие от стальной лески Ханы и отчаянного рывка Акио, были аккуратно перебинтованы свежим медицинским хлопком. В зубах чуунина привычно качалась сухая травинка, зелёный разгрузочный жилет был небрежно расстёгнут, а протектор с гравировкой рассечённого листа всё так же съехал набок, прикрывая правый глаз со старым шрамом.

Над его головой ровно мерцал привычный багрово-фиолетовый значок:

[NPC: Чуунин Кенджи. Уровень угрозы: 48].

Таро мгновенно подобрался, его плечи напряглись, а пальцы рефлекторно потянулись к кольцам кунаев на поясе.

— Ты… дядя со скалы?! Ты чего здесь забыл? Мы же честно забрали свиток!

Кенджи остановился в трёх шагах, смерил крепыша насмешливым взглядом и сплюнул травинку под ноги.

— Потише, железнолобый. Если бы я хотел отобрать вашу бумагу, то сделал бы это ещё в лесу, пока вы отхаркивали пыль у алтаря.

Шиноби окинул цепким взором всю троицу, задержав единственный открытый глаз на лице Акио, на губах мужчины промелькнула кривая, чуть виноватая усмешка.

— Похоже, сама судьба у нас та ещё шутница с паршивым чувством юмора. Руководство деревни и лично старуха Мидзуки решили, что раз уж вы сумели пустить мне кровь и связать ноги на экзамене, то и возиться с вами дальше должен именно я. Так что привыкайте, сопляки. Меня официально назначили вашим наставником ввиду отсутствия свободных джонинов. А ваш отряд отныне числится в реестрах как Команда Шестнадцать.

Таро замер с открытым ртом, его кулаки бессильно опустились.

— Напарником?.. В смысле… наставником?! Вы?!

— А кто ещё? — фыркнул Кенджи, почесав затылок. — Желающих брать приютских оборванцев в Конохе, прямо скажем, не очередь. Клановые учителя возятся со своими белоручками, ветераны на фронте, а меня комендатура прижала за вчерашний провал на скале, мол, раз упустил Свиток Неба от сопливых генинов, будь добр сделать из них людей, пока они не сдохли в первой же канаве.

Хана сделала осторожный шаг вперёд, внимательно вглядываясь в лицо чуунина своими изумрудными глазами.

— Но вы ведь сказали вчера, что нас отправят на распределение… Разве мы не должны сначала пройти полный курс Академии?

— Должны были бы. В мирное время, — тон Кенджи мгновенно потерял напускную весёлость, став сухим и чеканным. — Но мирное время закончилось где-то полгода назад, когда шиноби Камня начали жечь наши патрули на границах Травы. Слушайте расклад, птенцы, в приюте вы получили приличную базу. Мидори вбила вам в головы всё необходимое по предметам, а старуха Мидзуки натаскала ваши тощие тушки так, что вы бегаете быстрее половины городских мажоров. Вы умеете метать железо, терпеть голод и не падать в обморок от запаха крови. Чего у вас нет, так это нормальных ниндзюцу, клановых секретов и опыта работы за стенами.

Он развернулся боком, махнув рукой в сторону просыпающейся деревни.

— Поэтому никакой пятилетней возни за партами с деревянными сюрикенами. Вы зачислены на экспериментальный скоростной курс при Академии. Днём у вас будет отработка базовых техник и спарринги, ночью, зубрёжка свитков. А в перерывах, если комендатура одобрит, будете ходить на самые простые миссии D-ранга внутри стен. На свой страх и риск. Заработаете первые рё, купите нормальные штаны и перестанете позорить моё честное имя своими лохмотьями. Вопросы есть?

— Вопросов нет, командир, — ровно ответил Акио, встретившись с ним взглядом.

Кенджи удовлетворённо хмыкнул.

— Хоть у мелкого мозги на месте. За мной. Покажу вашу новую берлогу.

Дорога через жилые кварталы Конохи казалась бесконечной чередой контрастов.

Для Таро и Ханы, не видевших ничего, кроме серых стен приюта и пыльного тренировочного двора, мир раскрывался с оглушительным размахом.

Высокие черепичные крыши, мощёные камнем широкие улицы, витрины оружейных лавок, где в лучах утреннего солнца хищно поблёскивали новенькие кунаи и катаны, дразнящие ароматы свежей выпечки и запечённой рыбы из открытых дверей закусочных.

Но Акио, а точнее, двадцатилетний Реносукэ, чей аналитический разум направлял детское тело смотрел на происходящее совсем под другим углом.

Сквозь внешнюю картинку мирной деревенской суеты отчётливо проступали шрамы надвигающейся катастрофы.

На каждом крупном перекрёстке дежурили тройки Военной Полиции с гербами клана Учиха на спинах, их взгляды были холодными, а руки не сходили с рукоятей клинков.

По центральной улице то и дело громыхали тяжёлые крытые повозки под охраной шиноби в масках АНБУ, судя по деформирующихся металлических листах, в ящиках везли не зерно, а центнеры взрывных печатей и бронебойного армейского железа.

На досках объявлений висели не коммерческие заказы, а сухие приказы комендатуры об ограничении ночного передвижения и принудительном сборе лекарственных трав.

«Война уже здесь, — хладнокровно зафиксировал он про себя. — Она просто ещё не подошла к этим воротам вплотную. Но зубы уже оскалила».

Кенджи свернул вглубь третьего жилого сектора — квартала невзрачных, двухэтажных бараков из серого шлакоблока и потемневшего от дождей бруса.

Здесь пахло сыростью, дешёвым углем и стираным бельём, развешанным на верёвках меж балконов.

Остановившись у скрипучей деревянной двери на первом этаже углового здания, чуунин достал из кармана связку ключей и швырнул её Акио. Мальчик поймал металл на лету.

— Квартира сорок четыре, — бросил Кенджи, облокотившись о дверной косяк. — Служебное жильё для военизированных сиротских групп. Платит комендатура, пока вы числитесь в резерве Академии. Условия спартанские, но крыша над головой не течёт. Даю вам время чтобы отмыть грязь, натянуть чистые тряпки и привести себя в порядок. Ровно в одиннадцать заберу вас на общее построение в Академию. Не опаздывать. Сам Сандайме будет толкать речь перед сопляками, а старик жутко не любит, когда перед его носом зевают.

С этими словами чуунин развернулся и зашагал прочь, оставив детей перед дверью.

Акио повернул ключ в замке, механизм щёлкнул тяжело, с ржавым протестом, и дверь распахнулась внутрь.

Жильё действительно не баловало роскошью.

Это была вытянутая однокомнатная квартира метров двадцати в поперечнике. Вдоль дальней стены лежали три свернутых спальных футона из грубой серой ткани, рядом стоял низкий прямоугольный столик на коротких ножках и пара простых полок для свитков. В углу ютилась крошечная кухня с каменным очагом, чугунной раковиной и глиняным кувшином для воды. Сбоку темнела дверь в совмещённый санузел, откуда тянуло сыростью и запахом мыльного корня.

— Ого… — выдохнул Таро, переступив порог и с благоговением проведя ладонью по деревянному настилу пола. — Никаких надзирателей за стеной… Никакого крика Мидзуки в пять утра… Это… это реально наша комната?!

— Наша, — тихо произнесла Хана, девочка сразу же подошла к окну, проверила крепость деревянной задвижки и выглянула на улицу, оценивая угол обзора и возможные пути отхода через пожарную лестницу.

Приютские рефлексы выживания въелись в неё намертво. — Окна выходят во внутренний двор. Слепых зон мало, но если что, можно спрыгнуть на навес прачечной.

— Никто на нас здесь нападать не станет, параноики, — усмехнулся Акио, закрывая дверь на внутренний засов. — Слишком много свидетелей вокруг. Но бдительность терять не будем. Так, план простой, Хана, ты первая в душ. Отмывай сажу и меняй повязки. Таро, второй, а я пока разберу наши трофеи и подготовлю форму.

Девочка коротко кивнула, подхватила выданный комендатурой комплект сменной одежды и скрылась за дверью ванной, спустя секунду оттуда донёсся шум льющейся воды.

Таро тут же плюхнулся на край несвернутого футона, с наслаждением вытянув гудящие ноги.

— Чёрт возьми, Акио… До сих пор поверить не могу. Мы выжили. Мы реально прошли этот чертов лес!

Акио лишь улыбнулся краешком губ, опустившись на колени в дальнем, самом тёмном углу комнаты возле платяного шкафа.

Пришло время заняться тем, ради чего он выворачивал свои жилы наизнанку все эти девяносто пять дней.

Отвернувшись к стене и прикрыв веки, мальчик сделал глубокий вдох, активируя нейроинтерфейс капсулы.

«Система. Активация стрим-шлюза. Режим приватности: максимальный. Скрыть персональные окна характеристик и системный инвентарь от зрительского канала».

Перед глазами мягко вспыхнула полупрозрачная панель трансляции.

Счётчик зрителей заметно просел, заставив Александра задуматься.

[Канал: «Истинный Шиноби: Акио»]

[Онлайн: 1 218 зрителей. Статус: В эфире.]

[Рейтинг трансляции: Топ-9 в категории «Хроники Шиноби: После закрытого бета-теста».]

Чат в правой части обзора летел с чудовищной скоростью, буквы смазывались в сплошной неоновый водопад:

[User_9912: «ЖИВОЙ! Мужики, он реально живой! Единственный чел из 10 000, кто закрыл Пролог на сотку!»]

[Снайпер_из_Кумо: «Где ты заспавнился, бро?! Нас тут на севере джонины в скалах прессуют, люди выходят из капсул с нервными тиками!»]

[Red_Dragon: «Покажи статы! Что за перк „Первопроходец Истока“?! Почему экран замазан?!»]

[Морской_Котик: «Смотрите на окружение, это Коноха! Центральные кварталы! Он реально поступил в регулярные части в семь лет?!»]

[Донат: 15 00 руб. от Аноним_01: «За красивый тактический развод толпы в ущелье. Расскажи, реально ли без клана выжить против Учих?»]

Александр мысленно усмехнулся.

Полтары тысячи рублей упали на банковский счёт в реальном мире за пару секунд трансляции. Это было только начало. Но раскрывать свои главные козыри перед сетевой аудиторией он не собирался.

В мире, где богатые игроки заводили миллионы через теневых ростовщиков Травы, лишняя публичность равнялась смертному приговору.

«Пусть смотрят на быт и боёвку, — хладнокровно решил он. — А изнанка моей силы останется в тени».

Он свернул вкладку чата и развернул золотистое системное окно, висевшее в режиме ожидания:

[Обнаружены невостребованные награды за прохождение Пролога (Результат: 100%).]

[Инициация распаковки наградных контейнеров…]

Перед взором Акио развернулись четыре светящиеся сферы, каждая из которых вибрировала уникальной частотой чакры.

[Награда за ключевую реликвию: «Свиток Человека»]

[Условие получения: Захват артефакта через психологическое доминирование, расчет слабостей противника и перенаправление инерции толпы.]

[Генерируется артефакт категории «Наследие»…]

[Получен предмет: Нефритовый амулет «Гуань Юй».]

В ладонь мальчика соткался материальный объект.

Это был гладкий, прохладный на ощупь камень размером не больше фаланги пальца, выточенный в форме канонического томоэ с аккуратным сквозным отверстием под шейный шнурок. Однако камень не был статичен, глубоко внутри полупрозрачной минеральной толщи лениво клубилась густая, грозовая фиолетовая дымка, периодически вспыхивающая микроскопическими искрами статического электричества.

Перед глазами всплыло развёрнутое системное описание:

[Артефакт: «Гуань Юй» (Стихия: Райтон / Молния)]

Тип: Резонансный накопитель.

Привязка: Личная (Акио). Не подлежит передаче или продаже.

Базовый эффект: Открывает пользователю возможность формирования и высвобождения чакры Стихии Молнии (Райтон), игнорируя отсутствие врождённой генетической предрасположенности на любом из этапов развития.

Пассивный модификатор: Увеличивает коэффициент полезного действия (КПД), скорость формирования и пробивную силу любых техник Райтона на 20%. Снижает базовые затраты чакры на электрические разряды на 15%.

Особое свойство («Трансмутация Истока»): При постоянном ношении на теле артефакт непрерывно пропускает микродозы концентрированной энергии сквозь систему циркуляции чакры (кейракукей) владельца. С течением времени (расчётный срок: 180 внутриигровых дней) искусственно перестраивает клеточную структуру каналов, навсегда наделяя носителя истинным, природным сродством со Стихией Молнии.

«Идеально…» — Акио с трудом подавил радостную дрожь в пальцах.

В каноне получение второй или третьей стихии требовало от шиноби долгих лет каторжных тренировок, или же читерной предрасположенности. А этот нефритовый коготь не просто давал ранний доступ к самой быстрой и смертоносной стихии мира шиноби, он буквально перепрошивал биологию носителя под Райтон.

Он быстро достал из подсумка прочный шёлковый шнур, продел его сквозь ушко амулета и завязал тройной узел на шее, спрятав нефритовое томоэ глубоко под ворот хлопковой рубахи.

Едва прохладный камень коснулся голой кожи на груди, как в тот же момент по жилам пробежала лёгкая, колющая волна тепла, словно миллионы микроскопических иголок взбодрили ток крови.

Под левым манжетом мгновенно шевельнулся Кикайчу.

Королевский мутант, дремавший на запястье, выпустил усики, затрепетал надкрыльями и с тихой, экстатической вибрацией прижался ближе к предплечью. Насекомое почувствовало появление нового, невероятно плотного источника энергии и жадно зафиксировало новую частоту хозяина.

Акио перевёл взгляд на следующую сферу.

[Награда за ключевую реликвию: «Свиток Земли»]

[Условие получения: Тактический перехват превосходящих сил врага в Ущелье Змеиного Клыка с использованием рельефа местности и засадных ловушек.]

[Получен свиток дзюцу: «Дотон: Скрытие крота» (Moguragakure no Jutsu) — Ранг C.]

Описание: Ниндзюцу, позволяющее пользователю с помощью чакры превращать твёрдую землю и камень вокруг себя в мелкодисперсный песок, свободно перемещаясь под поверхностью подобно рыбе в воде.

Боевое применение: Идеальный инструмент для скрытного сближения, мгновенного ухода с линии вражеской атаки, устройства подземных засад и бесшумной эвакуации.

[Статус: Свиток запечатан в инвентаре. Доступно для изучения при достижении контроля чакры ур. 5].

«Тактический инструмент высшего класса, — одобрительно кивнул мальчик. — В сочетании с ядами или скальпелем чакры — приговор для любого чуунина, который смотрит только по сторонам и забывает смотреть под ноги».

Следом распечаталась третья сфера.

[Награда за ключевую реликвию: «Свиток Неба»]

[Условие получения: Захват свитка на пределе физических возможностей через критический импульсный выброс чакры в ноги против превосходящего по рангу противника.]

[Получен свиток дзюцу: «Техника телесного мерцания» (Шуншин но Дзюцу) — Базовый армейский стандарт Конохи (Ранг D/C).]

Описание: Высокоскоростное перемещение на короткие дистанции за счёт мгновенной концентрации чакры в мышцах и суставах стоп и голеней.

Системная модификация: Содержит пошаговый теоретический и практический атлас циркуляции энергии, предотвращающий микроразрывы связок и фасций при форсированном разгоне.

[Статус: Свиток готов к изучению].

Это было именно то, чего не хватило Акио на Орлиной скале.

Вчера он совершил свой безумный рывок вслепую, едва не порвав ахилловы сухожилия, а теперь же в его распоряжении была строгая, безопасная математика легендарного движения ниндзя Листа.

И наконец, перед глазами развернулось монументальное полотно финальной награды Пролога.

[Эксклюзивная награда за 100% закрытие Пролога и Титул «Первопроходец Истока»]

[Анализ боевого стиля носителя: Высокая склонность к аналитике, ловушкам, пространственному контролю и скрытности.]

[Разблокирован комплексный пакет знаний: «Основы Фуиндзюцу Листа и Забытого Водоворота (Начальный уровень)»:]

Правила Начертания Бакухацу Фуин: Полное понимание принципа построения взрывных формул малого и среднего круга. Возможность самостоятельно наносить детонирующие печати на бумагу, дерево и сталь при наличии чакра-проводящих чернил. Формула Предметного Запечатывания (Ранг D): Теория и практика помещения физических объектов (оружие, провизия, снаряжение) в свитки и печати на ткани. Боевая печать подавления «Чернильные Путы» (Ранг C): Наносится на ладонь или метательный снаряд. При физическом контакте с телом врага или поверхностью печать детонирует не огнем, а мгновенным выбросом концентрированных чернильных клякс. Чернила растекаются по телу жертвы, застывая в плотные эфирные цепи, связывающие движение мышц и сковывающие цель с окружающей локацией. Чем выше класс мастерства и затраты чакры, тем плотнее материализуются призрачные цепи.

[Дополнительный предмет: «Свиток Пространственного Хранения» (Вместимость: 5 слотов). Снижает вес запечатанных предметов на 100%].

Вместо мгновенного информационного вброса в ладони Акио материализовался тяжелый, пахнущий древесной смолой и высушенными водорослями свиток из потемневшего шелка. Никакой автоматической загрузки прямо в мозг Система не предлагала, ибо такие сложные знания как искусство печатей из Водоворота требовали личного постижения, черточка за черточкой.

Едва пальцы коснулись костяных наконечников, как на экране вспыхнуло предупреждение.

[Внимание: Включён фильтр конфиденциальности высокого ранга. Контент категории «Фуиндзюцу: Наследие Узушио» скрыт от зрительского канала.]

[Видеопоток для аудитории: Наложение цензурного размытия (Blur 100%). Текстовые формулы и схемы заблокированы.]

Реакция в чате последовала незамедлительно.

[Red_Dragon: «Эй, админы, вы угараете?! Опять цензура?!»]

[Хейтер_007: «Сплошное чёрное пятно вместо свитка. Скукотища, погнали на стрим к парням из Песка, там хоть дуэли показывают».]

[Охотник_на_Лис: «Ушёл. Смысл смотреть на парня, который просто пялится в мутный пиксельный квадрат?»]

Цифры онлайна на панели замигали и резво покатились вниз: 1 218… 1 040… 890… 745 зрителей. Трансляция стремительно теряла зевак, жаждавших халявных системных гайдов и зрелищ.

Александра это ничуть не заботило. Пусть уходят. Ведь тех, кому важна суть, останется достаточно, а делиться чертежами боевых печатей с сетевыми паразитами он не собирался вовсе.

Акио развернул первые полметра плотного полотна на коленях, и его глаза жадно впились в чернильные знаки.

Взрослый аналитический ум Реносукэ работал как дотошный сканер, он раскладывал каждую закорючку на базовые составляющие. И это было правильно, ибо в каллиграфии Узушио не было магии ради магии, это была чистая, беспощадная физика и геометрия чакры.

Сначала шла вводная теория Бакухацу Фуин: пропорции измельчённой сажи, смолы чакропроводящих деревьев и правила закольцовывания потоков духовной энергии, превращающие бумагу в капсюль-детонатор.

Мальчик прищурился, мысленно проводя пальцем по радиальным лучам взрывного контура, предположительно вычисляя критические узлы, где находится задержка воспламенения, где точка пробоя и как простым надрезом внешнего кольца обезвредить готовый лист.

Затем следовали схемы Предметного Запечатывания и, наконец, прикладная жемчужина, «Чернильные Путы».

Формула поражала изяществом, печать связывания C-ранга, маскирующаяся под банальную кляксу, растекающуюся вязкими эфирными цепями при контакте с вражеской чакрой.

Вчитываясь в мелкие пояснительные иероглифы, он едва заметно шевелил пальцами, повторяя начертание контуров в воздухе и укладывая принципы фуина в долговременную память, от чего голова приятно гудела от колоссального объёма новой аналитики.

Дверь ванной со скрипом отворилась, выпуская клуб тёплого пара.

Акио плавно свернул пергамент и запечатал его в свиток-награду.

На пороге стояла Хана. Её мокрые чёрные волосы блестели, чисто вымытое лицо с аккуратным пластырем на скуле казалось совсем детским, но во взгляде изумрудных глаз уже не было прежней потерянности. Она была одета в стандартную серую тунику без рукавов и тёмные шорты генина.

— Твоя очередь, Таро, — тихо сказала она.

Крепыш подскочил с футона и пулей влетел в душ.

— Наконец-то! С меня этот приютский песок слоями сходит!

Хана подошла к Акио, опустилась рядом на колени и внимательно посмотрела на него. Её тонкое обоняние и обострённое восприятие моментально уловили нечто новое.

— Акио… от тебя странно пахнет... Как перед грозой. И ещё старыми чернилами.

Мальчик спокойно поправил ворот куртки, скрывая нефритовый амулет.

— Просто открыл ненадолго окно, чтобы подышать свежим воздухом. Переодевайся, Хана. Скоро придёт Кенджи, и у нас начнётся совершенно другая жизнь.

Полдень накрыл Коноху тяжёлым, плавящим черепицу зноем.

Солнце замерло строго в зените, выжигая тени и превращая широкую площадь перед главным корпусом Академии Шиноби в раскалённую каменную сковороду.

В воздухе стояло густое марево, пахнущее нагретым песчаником, хвоей и концентрированным потом сотен взволнованных тел.

На плацу было не протолкнуться.

Здесь собралось больше пятисот человек, и социальная пропасть между ними резала глаз сильнее любого лезвия.

С правой стороны, у тенистых навесов административного корпуса, обособленной группой стояли клановые дети. Их форма была безупречна, выглаженные тёмно-синие и чёрные хлопковые кимоно, фамильные гербы на спинах, красно-белые веера Учиха, белые круги Хьюга, спирали Сарутоби. Они держались надменно, с небрежной грацией хищников, с малых лет знающих цену своей родословной.

Десятилетние клановые гении переглядывались с ленивым превосходством, отпуская негромкие шутки в сторону остальной толпы.

В центре плаца переминались с ноги на ногу обычные академисты, дети торговцев, ремесленников и гражданских служащих Конохи. Они нервно теребили края жилеток, поправляли тренировочные протезы и испуганно косились по сторонам.

А у левой кромки плаца, прямо под палящими лучами, стояли ускоренные выпускные группы, сироты.

Около полусотни оборванных, жилистых волчат, среди которых Команда Шестнадцать держалась монолитным островком.

Таро, одетый в чистую, но явно с чужого плеча серую куртку, не переставая разминал плечи, хмуро поглядывая на клановую элиту.

— Глянь, как вырядились… — пробурчал он сквозь зубы. — Чистенькие, холёные. Будто на праздник пришли, а не на войну.

— Не смотри на них, — не поворачивая головы, тихо бросила Хана, чьи пальцы привычно проверяли натяжение ремешка подсумка на бедре. — Высокомерие делает людей слепыми. На Орлиной скале Кенджи тоже смотрел на нас сверху вниз.

— Хана права, — негромко поддержал Акио.

Сам чуунин Кенджи стоял в паре шагов позади своей команды, прислонившись спиной к каменному фонарю и лениво прикрыв единственный глаз.

Казалось, он дремал прямо на ходу, но Акио видел, как были напряжены мышцы его шеи.

Внезапно гул сотен голосов оборвался, словно невидимая рука перекрыла звук над всей площадью.

На высокий деревянный помост перед фасадом Академии вышел человек.

Его шаги были неторопливыми, почти старческими.

Традиционное красно-белое одеяние Каге колыхалось от лёгкого полуденного ветерка, на голове покоилась широкая широкополая шляпа с иероглифом «Огонь», а в морщинистых пальцах дымилась длинная трубка из тёмного вишнёвого дерева.

Третий Хокаге, Хирузен Сарутоби, лучший профессор и просто Бог Шиноби, из-зп своих пяти элементов.

Над его головой не было системного уровня угрозы.

Вместо привычных цифр интерфейс Акио выдал сплошную, мерцающую пепельно-серую плашку.

[Статус: Абсолютная неопределённость. Превышение порога восприятия].

Хирузен подошёл к краю помоста, опёрся обеими руками о резные перила и выпустил в знойный воздух плотное кольцо серого табачного дыма. Его карие, подёрнутые старческой сеточкой морщин глаза медленно, с отеческой теплотой скользнули по рядам замерших детей.

Казалось, этот взгляд коснулся каждого, от надменного наследника клана, и дрожащего сына торговца, до запылённого сироты из приюта.

— Дети мои… — раздался его голос.

Он не кричал, не использовал усиливающие техники, но мягкий, глубокий тембр старика разнёсся над площадью с отчётливостью колокольного звона, проникая прямо под рёбра.

— Сегодня особенный день. День, когда молодые побеги нашего великого дерева делают первый шаг к тому, чтобы стать его могучими ветвями. Я смотрю на вас и вижу не просто учеников Академии. Я вижу будущее Деревни Скрытого Листа.

Он сделал небольшую паузу, снова затянувшись трубкой.

Тонкие струйки дыма окутали поля его шляпы.

— Наш мир полон тревог. За пределами этих стен сгущаются тучи. Враги завидуют нашему покою, они хотели бы разорвать узы, связывающие нас воедино, и погрузить Страну Огня во мрак раздора. Они считают, что наша сила — лишь в острых клинках и разрушительных техниках. Но они слепы.

Хирузен выпрямился, и в его старческой осанке на мгновение проступила несгибаемая стать полководца, прошедшего две Великие Войны:

— Истинная сила Конохи никогда не заключалась в каменных стенах или тайных дзюцу. Наша сила, в не потухаемой Воле Огня! В том священном пламени, что горит в груди каждого жителя деревни! Пока живо хотя бы одно сердце, готовое встать на защиту товарища… пока старшие готовы заслонить собой младших, а младшие помнят заветы предков, наш Лист никогда не увянет!

По рядам слушателей прокатилась благоговейная дрожь.

Таро слушал, затаив дыхание, его кулаки сжались до побелевших костяшек, а на веснушчатом лице сиял чистый, незамутнённый восторг. Даже сдержанная Хана невольно выпрямила спину, поддавшись гипнотическому величию момента.

Клановые дети расправили плечи, гордо вскинув подбородки.

— В эти непростые времена, — продолжал Сарутоби, оглядывая строй сирот, — нам как никогда необходимо сплочение. Здесь нет благородных и безродных. Здесь нет сильных кланов и слабых одиночек. Перед лицом опасности каждый из вас, шиноби Листа! Вы, листья единого дерева, питаемые одним корнем. И если потребуется… каждый из нас отдаст свою искру, чтобы защитить тех, кто дорог нашему сердцу!

Площадь взорвалась оглушительным, слаженным рёвом сотен детских глоток.

— ДА, ХОКАГЕ-САМА!

Акио стоял неподвижно, не раскрывая рта.

Взрослый разум Александра хладнокровно изучал каждое сказанное слово, очищая великолепную поэтическую обёртку от сухой, беспощадной сути.

«Гениально, — думал он, глядя на благообразного старика с трубкой. — Абсолютно гениальный оратор и манипулятор. Ни слова о надвигающейся катастрофе. Ни слова о том, что через полгода половину этих детей погрузят в эшелоны и бросят под каменные молоты Ивы в Стране Травы. Никакого принуждения. Он просто дарит им великую идею. Идею, за которую они пойдут на убой с улыбками на лицах, веря, что удобряют корни дерева своей собственной кровью».

Мальчик скользнул взглядом назад.

Кенджи не кричал вместе со всеми. Чуунин всё так же стоял у фонаря, опустив голову так, что тень от повязки полностью скрывала его лицо. Но на его иссечённых шрамами губах играла горькая, застывшая усмешка человека, который уже слишком много раз видел, как пылают эти «молодые побеги» в огне реальных сражений.

Поймав взгляд Акио, Кенджи едва заметно подмигнул ему единственным глазом, мол, «всё понимаешь, малец?»

Акио коротко, едва уловимо кивнул в ответ.

Под тканью его куртки, прямо на груди, висел нефритовый амулет «Гуань Юй», тихо пульсируя скрытой мощью первозданной грозы. Под левым манжетом ровно дышал верный Кикайчу, напитавшийся плотной энергией. А в голове чётко зафиксировались первые разобранные формулы смертоносных печатей погибшего Водоворота.

Речь Хокаге завершилась. Толпа на плацу пришла в хаотичное движение: инструкторы начали выкликать номера команд, направляя группы к учебным корпусам и тренировочным полигонам.

Таро с горящими глазами хлопнул Акио по плечу.

— Слышал, Акио?! Мы, ветви единого дерева! Мы покажем всем этим зазнайкам, на что способна наша Команда Шестнадцать!

— Покажем, Таро, — спокойно ответил Акио, делая шаг вперёд навстречу палящему солнцу. — Обязательно покажем.

Но про себя двадцатилетний игрок добавил лишь одно.

«Только вот удобрять эту землю своей кровью я не позволю ни себе, ни вам. Мы переломаем этот сценарий. Чего бы нам это ни стоило».

Глава 18

— Хватит сопли на кулак наматывать, философы, — ленивый, прокуренный голос Кенджи бесцеремонно разрезал торжественность момента, заставив троицу вздрогнуть.

Чуунин возник за их спинами беззвучно, преодолевая приличное расстаяние между ними так, словно соткался из колышущегося от полуденного зноя марева.

Его единственный открытый глаз с лёгким прищуром оглядывал бурлящий плац Академии, где возбуждённые речью Хокаге дети разбивались на группы, оглашая раскалённый воздух восторженными выкриками о доблести и защите родины.

Кенджи вытащил изо рта сухую травинку, с хрустом потянулся всем телом и небрежно мотнул головой в сторону боковых ворот. — Старик Сарутоби своё дело знает туго, накормил сопляков красивой сказкой, теперь хоть на амбразуру с песней. Но нам с вами до великих подвигов ещё дожить надо. На сегодня вы свободны. Возвращайтесь к себе домой, отмойтесь как следует и выспитесь. Завтра ровно в пять тридцать утра жду вас на Одиннадцатом Полигоне. Опоздаете хоть на секунду, будете ползти туда по-пластунски через всю деревню.

Таро разочарованно насупился: — Как свободны?! А тренировки? А настоящие техники?! Нас же только что зачислили!

— Настоящие техники ты увидишь тогда, когда перестанешь спотыкаться на ровном месте, железолобый, — отрезал наставник, легонько щёлкнув крепыша по лбу. — Силёнки вчера в лесу оставили, тушки на пределе. С пустым баком в бой не ходят. Проваливайте.

С этими словами чуунин растворился в толпе так же легко, как и появился, оставив Команду переваривать свой приказ.

Остаток дня прошёл в деловитой, почти взрослой тишине.

На выданные комендатурой скудные подъёмные сироты закупили на окраинном рынке нехитрый запас, мешок дешёвого бурого риса, соевую пасту мисо, соль и несколько мотков чистых медицинских бинтов.

В однокомнатной квартире под номером сорок четыре жизнь быстро вошла в спартанское русло. Таро, урча от голода, колдовал над каменным очагом, вооружившись чугунным котелком. Хана, методично разложив на столе кунаи и остатки лески, протирала лезвия промасленной тряпицей, тщательно удаляя запекшуюся кровь и древесную смолу.

Акио же забился в дальний угол комнаты, устроившись на сложенном футоне.

Прикрыв глаза, он коснулся груди сквозь ткань рубахи.

Гладкое нефритовое томоэ «Гуань Юй» отдавало в ладонь ровным, покалывающим теплом. Казалось, камень дышит в унисон с его сердцем, непрерывно посылая по тончайшим капиллярам едва заметные микроразряды, которые будили спящую нервную систему. Под левым манжетом ровно вибрировал Кикайчу, жук жадно впитывал эту новую, электрическую плотность, постепенно настраивая собственный организм на непривычный природный ритм.

Развернув на коленях шёлковый свиток фуиндзюцу, Акио до глубокой ночи вглядывался в строгие чернильные круги Бакухацу Фуин и схемы «Чернильных Пут».

Никакой автоматической интеграции Система не предлагала, перед ним была сложнейшая инженерная дисциплина, где ошибка в толщине соединительной линии или неверная пропорция чакропроводящей сажи грозила либо пшиком, либо отрывом пальцев при детонации.

Он повторял контуры в воздухе, запоминал ключевые узлы и мысленно сопоставлял их со свитками «Шуншина» и «Скрытия крота», которые ждали своего часа во внутреннем хранилище.

Перед тем как провалиться в сон, Александр на секунду открыл закрытый сектор сетевого интерфейса.

Оказалось, что за те часы, пока он находился в игре, на форумы игры были выложены лучшие моменты с прохождениями игроков с бета-теста из-за чего те буквально стояли на ушах. Записи его финального рывка в ущелье и сам факт того, что бесклановый сирота в одиночку забрал стопроцентный результат в Конохе, породили сотни тредов. Десятки тысяч игроков, увязших в рутине или разбитых суровой физиологией симуляции, жаждали увидеть трансляцию загадочного «Акио».

Счётчик подписчиков на канале стремительно летел в космос.

«Завтра будет жарко, — подумал парень, закрывая глаза. — И на полигоне, и в эфире».

Утренний холод на Полигоне № 11 пробирал до самых костей.

Этот сектор на дальней восточной окраине деревни, зажатый между пологим каменистым холмом и заболоченной низиной, явно знавал лучшие времена. Деревянные тренировочные столбы давно рассохлись и покрылись глубокими продольными трещинами, мох на базальтовых валунах толстым войлоком глушил шаги, а в воздухе стоял стойкий, терпкий запах прелой хвои и сырой известковой пыли.

Акио опустился на одно колено у границы тренировочной площадки, делая вид, что поправляет ремешок на сандалии.

Но на самом деле усилием мысли он запустил стрим и в правом верхнем углу обзора мягко, без единого звука развернулась полупрозрачная рамка трансляции.

[Канал: «Истинный Шиноби: Акио»]

[Онлайн: 5 842 зрителя. Битрейт: стабильный.]

[Режим приватности: Активен (Внутренние системные логи и персональный статус скрыты).]

Вчерашний спад онлайна после цензурного размытия свитка сменился колоссальным наплывом зрителей. Утренний эфир первого игрока, официально зачисленного в боевой резерв Конохи, притянул тысячи людей со всех уголков Земли, пока чат в углу зрения уже пульсировал сплошным потоком.

[Grey_Wolf_2026: «О, подрубил! Мужики, смотрите, полигон Листа. А чего он такой раздолбанный? Где красивые павильоны из аниме?»]

[Кибер_Самурай: «Потому что это прифронтовая зона, гений. Вся деревня на казарменном положении. Ты глянь на землю — там следы от старых взрывных воронок».]

[Хьюга_Фан: «Акио, ты стримить весь день будешь? Покажи техники! Ты же закрыл Пролог на сотку, тебе должны были отсыпать нормальный боевой дроп!»]

[Донат 500 руб. от Danil_K: «Бро, передай привет Новосибирску! Расскажи, как в симуляции ощущается холод? Реально зубы сводит?»]

Александр слегка прищурился, едва шевеля губами, чтобы его бормотание со стороны казалось обычной дыхательной гимнастикой перед спаррингом. — Холод… ощущается на восемьдесят процентов от реального. Если промочить ноги в низине, через двадцать минут пальцы перестанут слушаться. Здесь нет полоски «замерзание», просто мышцы деревенеют. Так что не советую никому в капсулах экономить на тёплых вещах.

Чат оживился, но парень тут же свернул окно сообщений до крошечного мерцающего значка на периферии зрения.

Работа на аудиторию приносила реальные рубли, но стоило отвлечься хоть на долю секунды в этом мире и можно было остаться без зубов.

В двадцати метрах от него Таро, кряхтя от натуги, отжимался на кулаках прямо на шершавом гравии. Под каждым его движением стальные пластинчатые наручи глухо звякали о камни, а по веснушчатому лицу градом катился пот.

Рядом, присев на корточки у поваленного бревна, замерла Хана. Девочка методично, сантиметр за сантиметром, проверяла пальцами натяжение тончайшей стальной лески, наматывая её на деревянную шпулю и следя, чтобы на металле не осталось заусенцев после позавчерашней мясорубки.

Кенджи опаздывал.

Солнце едва показалось из-за кромки леса, окрасив верхушки сосен в холодный розоватый цвет, а наставника всё ещё не было видно.

Впрочем, для опытного шиноби это было привычной повадкой, дать новобранцам повариться в собственном соку и понаблюдать за ними из укрытия.

«Идеальный момент», — подумал Акио.

Всю ночь он прокручивал в памяти чертежи «Шуншин но Дзюцу» и «Дотон: Скрытие крота». Теория казалась кристально ясной, импульс, вектор, распределение давления по тканям. В играх на мониторе для такого достаточно было бы нажать комбинацию клавиш «Shift + W», чтобы персонаж сорвался в размытое пятно.

Акио встал, расправил плечи и отошёл к песчаному пятачку в дальнем углу полигона, подальше от друзей.

«Начнём с Шуншина. Базовое перемещение. Теория проста: концентрированный выброс чакры из Очага в икроножные мышцы и фасции стоп с мгновенным отталкиванием от грунта, пока остальная чакра делает твоё тело легче.»

Он закрыл глаза. В животе привычно отозвалось тепло Очага Чакры. Следуя наставлениям свитка Узумаки, онвыделил плотную порцию энергии, около пятнадцати единиц, и силой мысли, без всяких внешних движений, толкнул её вниз по энергетическим каналам кейракукей.

Поток ринулся к ногам.

«Сейчас!»

Акио распахнул глаза, наметил взглядом старый замшелый пень в десяти метрах впереди и резко толкнулся вперёд, пытаясь высвободить накопившуюся силу в едином рывке.

Хлопок!

Вместо грациозного, стремительного скольжения над землёй реальность обрушилась на него с грубой жестокостью законов физики.

Чакра в правой ноге высвободилась на долю секунды раньше, чем в левой.

Энергия не распределилась упругой подушкой по подошве сандалии, а взорвалась слепым, диким толчком прямо в коленный сустав.

Баланс мгновенно сорвало, тело семилетнего мальчика закрутило вокруг собственной оси, правая нога подвернулась с резким хрустом, и Акио со всей дури полетел кубарем по гравию, вспахивая носом и щекой колючую грязь.

— Твою… мать! — вырвалось у него сквозь зубы, когда он замер на земле, сжимая ободранное колено.

Перед глазами поплыли серые круги.

Правая голень ныла от дикого мышечного спазма, связки словно обожгло кипятком, а во рту стоял металлический привкус крови из разбитой губы.

[HP: 44/50. Получено лёгкое растяжение связок правого голеностопа].

В углу обзора чат стрима взорвался комментариями.

[Lucker_99: «Ахахаха! Топовый игрок сервера красиво вошёл в текстуры лицом!»]

[FastDrop: «Классика! Я в Кумо так же попытался сделать ускорение с чакрой, три дня в лазарете с растяжением лежал. Тут тебе не аркадный шутер, бро».]

[Старый_Ниндзя: «Контроль сорвало. Вектор ушёл вбок. Парень, ты себе ноги оторвёшь, если будешь так форсировать сырое тело».]

— Акио! — Таро бросил отжимания и в два прыжка оказался рядом, протягивая широкую ладонь. — Ты чего это?! Опять через кочки прыгаешь? Ногу подвернул?

— Всё нормально, — прохрипел Акио, поднимаясь на ноги и сплёвывая сукровицу на песок. — Просто… проверял сцепление с грунтом.

Хана подошла следом, окинув его внимательным, тревожным взглядом. Её тонкие брови сошлись на переносице: — Ты пытался разогнаться чакрой. Я видела голубоватую вспышку у твоих пяток перед тем, как ты упал. Акио… Кенджи же предупреждал, без поставленной базы ты связки в лохмотья превратишь.

— Я знаю, что делаю, — сухо бросил он, отряхивая колени.

Злость обожгла рассудок.

Не детская обида, а то самое необьяснимое непонимание столкнувшегося с необъяснимой ошибкой в расчётах. «Почему не сработало?! Схема движения в свитке была идеальной! Я видел каждый миллиметр каналов! Где я допустил ошибку?!»

Он отошёл к полосе плотной смеси земли, песка и глины у подножия холма.

«Ладно. Скорость требует координации всего скелета. Но земля? Земля статична. Попробуем Дотон».

Акио опустился на корточки, упёрся обеими ладонями в твёрдую, слежавшуюся почву и глубоко вдохнул.

В его памяти всплыли формулы «Скрытия крота»: чакра должна проникнуть в кристаллическую решётку породы, войти в резонанс с частицами кремния и глины, разрывая молекулярные связи и превращая твёрдый пласт в податливую песчаную зыбь.

«Очаг. Поток к ладоням. Преобразование структуры».

Он вытолкнул из живота ещё двадцать единиц чакры, направив их прямо сквозь ладони в землю.

В животе кольнуло холодом, энергия хлынула в почву… и ничего не произошло.

Чакра не стала разрушать породу.

Лишённая направляющей формы, она просто растеклась по верхнему слою земли, как выплеснутая из ведра тёплая вода.

От чего почва под его пальцами лишь слегка нагрелася, пара сухих травинок задымилась от избыточного тепла, а пыль взметнулась крошечным серым вихрем.

Земля осталась монолитной, и казалось бы ещё твёрже чем до этого.

Акио с силой нажал ладонями вниз, надеясь почувствовать хотя бы намёк на мягкость, но добился лишь того, что загнал себе под ногти слой острой каменистой грязи.

[Расход чакры: -20 ед. Текущий резерв: 65/95. Результат: Провал формирования техники].

— Да чтоб тебя… — выдохнул мальчик, бессильно уронив руки.

Он сидел на корточках посреди пыльного полигона, глядя на свои испачканные ладони, и впервые за всё время пребывания в этом мире чувствовал глухую, давящую стену бессилия. Знание было в голове, приемлеммый резерв пульсировал в животе, но между разумом и телом лежала непреодолимая пропасть.

— Ну и долго ты ещё будешь землю насиловать, недоумок?

Акио вздрогнул и резко вскинул голову.

На нижней толстой ветке старой сосны, прямо над его головой, сидел Кенджи.

Чуунин лениво болтал ногой в пыльном сандалине, с хрустом вгрызаясь в спелое зелёное яблоко.

На его иссечённом шрамами лице играла неприкрытая насмешка, а единственный открытый глаз щурился от утреннего солнца. Судя по кучке огрызков у корней дерева, наставник сидел здесь уже добрых полчаса, с наслаждением наблюдая за потугами своего подопечного.

Спрыгнув с ветки с мягким, едва слышным шелестом, Кенджи приземлился в паре шагов от Акио, не подняв со скользкой хвои ни единой пылинки.

— Зрелище, прямо скажем, жалкое, — прошамкал шиноби, проглотив кусок яблока. — Сначала ты исполняешь ласточку носом в гравий, пытаясь изобразить Шуншин на негнущихся ножках, а потом с умным видом греешь глину руками, будто наседка на кладке. Ты что там сделать-то пытался, стратег? Картошку испёк?

Таро и Хана замерли в отдалении, не решаясь подойти ближе.

Акио медленно поднялся на ноги, отряхнул колени и посмотрел наставнику прямо в лицо. Взрослый человек внутри него мгновенно подавил уязвлённую гордость, глупо обижаться на насмешки того, у кого ты обязан научиться выживать.

— Я пытался применить техники, — ровно ответил мальчик, глядя снизу вверх на чуунина. — Я понимаю принцип. Я чувствую чакру в Очаге. Я точно знаю, куда она должна течь и что должна делать. Но когда я выпускаю её наружу… она рассыпается. В ногах происходит рассинхрон, а в земле она просто гаснет, не меняя плотность грунта. Почему? Если формула верна, почему тело не слушается?

Кенджи перестал жевать, его насмешливая улыбка медленно сползла с лица, сменившись странным, въедливым выражением. Он отбросил огрызок яблока в кусты и скрестил руки на груди, оглядывая Акио с головы до ног.

— «Формула верна», говоришь… — протянул чуунин тихим, хриплым голосом. — Ишь ты, какие слова мы знаем. В архивах приюта вычитал или сам напридумывал?

Он подошёл ближе, ткнул жёстким, мозолистым пальцем прямо в лоб Акио так сильно, что голова мальчика откинулась назад. — Твоя беда, сопляк, в том, что ты слишком умный для своих семи лет. Ты думаешь, что если твой мозг понял свиток, то и туша твоя сразу должна порхать как бабочка? Это самая распространённая болезнь среди клановых гениев-заучек и кабинетных теоретиков. Вы смотрите на мир шиноби как на чертёж. Но чакра, так не работает.

Кенджи опустился на корточки, сравнявшись глазами с Акио.

От шиноби пахло дешёвым табаком, металлом и сушёной полынью. — Чакра, это дикая, бешеная река. Она рождается из слияния тела и духа. И по природе своей эта дрянь ленива и хаотична. Если ты просто откроешь шлюзы в животе и крикнешь ей: «А ну-ка, теки в землю и сделай мне песок!», знаешь, что она сделает? Она пойдёт по пути наименьшего сопротивления. Вырвется через ближайшие открытые поры и рассеется в воздухе. Что у тебя только что и произошло.

— Но как заставить её держать форму? — нахмурился Акио. — Чистой ментальной концентрации недостаточно?

— Чистой волей гнут чакру только монстры вроде Третьего Хокаге или легендарных Саннинов, у которых за плечами полвека ежедневной резни, — отрезал Кенджи. — Их каналы накатаны так, что чакра течёт сама, повинуясь одной мысли. А ты, семилетний сопляк с тонкими, как паутина, неокрепшими жилками. Твоему разуму нужны направляющие рельсы. Вентили. Ограничители.

Чуунин медленно поднял перед собой обе руки.

Его пальцы были грубыми, со сбитыми костяшками и старыми белыми шрамами от чужой стали. — Знаешь, зачем древние шиноби придумали ручные печати? Думаешь, чтобы покрасоваться перед бабами в кабаках или нагнать страху на гражданских?

Акио промолчал, внимательно вглядываясь в широкие ладони наставника.

Чат стрима в углу обзора буквально замер, тысячи зрителей по ту сторону экрана жадно вчитывались в каждое слово полевого ветерана Конохи.

— Печати, — Кенджи с лёгким сухим щелчком соединил пальцы в знак Тигра, — это не магия. Это прикладная анатомия и физиология. В твоих кистях, ладонях и пальцах сосредоточена добрая треть всех важнейших точек контроля чакры, тенкецу. Когда ты складываешь пальцы в определённый замок, ты механически пережимаешь одни каналы и натягиваешь другие. Ты запираешь обратный ход энергии и создаёшь внутри тела искусственное русло высокого давления.

Шиноби плавно, завораживающе перевёл пальцы из Тигра в знак Змеи. — Каждый из двенадцати базовых знаков настраивает твою чакру на определённую частоту. Змея, это заземление, плотность, сродство с землёй и водой. Тигр, концентрация огня и резкий выброс. Баран, очищение потока и баланс. Складывая цепочку печатей, ты не просто создаёшь дзюцу. Ты отдаёшь своему телу чёткую, механическую команду, перекрыть шлюз А, открыть клапан Б, вогнать давление в точку В.

Кенджи опустил руки и хлопнул ладонями по коленям. — Печати были придуманы как способ заставить чакру течь в строго нужное русло. Они направляют её туда, куда сама она в жизни бы не пошла. Пока твоё тело не повторит технику десять тысяч раз, пока твои энергетические каналы не прорежут в мясе глубокую колею памяти, ты будешь обязан складывать печати. Каждую. Чётко. Без спешки. Понял меня?

Акио медленно выдохнул. В его голове словно встал на место последний недостающий пазл.

«Анатомические вентили… Не декоративные жесты, а физическое замыкание нервно-энергетических контуров. Свиток дал мне знание конечной формы, но моё детское тело не имело направляющих рельсов. Я пытался запустить локомотив по голой земле!»

— Понял, — твёрдо кивнул мальчик.

— Раз понял,вставай, — Кенджи поднялся на ноги и указал пальцем на тот же песчаный пятачок. — Забудь пока про Шуншин, если не хочешь к полудню ковылять на костылях. Начнём с земли. Ты хотел размягчить грунт? Покажи мне печать Змеи.

Акио встал напротив наставника.

Он поднял руки на уровень груди. Пальцы двигались непривычно сосредоточенно, переплести пальцы обеих рук замком, выпрямить указательные и большие, плотно прижав подушечки друг к другу.

Едва пальцы сомкнулись в канонический знак Змеи, Акио ощутил поразительную вещь.

Внутренний хаос в животе мгновенно утих.

Каналы чакры, тянувшиеся от Очага через солнечное сплетение к предплечьям, словно натянулись, превратившись в тугие струны.

Энергия больше не плескалась во все стороны, она собралась в плотный, вибрирующий жгут прямо под сложенными ладонями. Это было похоже на то, как широкий шланг пережимают пальцами, превращая лениво льющуюся воду в упругую струю высокого давления.

— Не спать, держи замок крепче! — рявкнул Кенджи. — Чувствуешь давление в запястьях? Это чакра ищет выход. Теперь не отпускай печать! Веди поток вниз, через бёдра в подошвы стоп. Медленно! Не взрывай, а дави!

Акио зажмурился от предельной концентрации.

Со сложенным знаком Змеи управлять потоком оказалось в разы легче.

Энергия, дисциплинированная замкнутыми тенкецу ладоней, послушно скользнула вниз, разделяясь на два ровных рукава, и устремилась прямо в подошвы сандалий.

— А теперь опусти ладони на землю и выпусти её в грунт! — скомандовал чуунин.

Акио резко присел, не размыкая пальцев, и впечатал сомкнутые ладони в серую сухую глину у своих ног.

«Высвобождение!»

Чакра хлынула наружу, но на сей раз она не рассеялась бесполезным теплом.

Сформированная знаком Змеи, энергия вошла в почву плотным, вибрирующим клином.

Земля под руками Акио глухо загудела. Твёрдый, спрессованный годами пласт породы на глазах потерял монолитность, глина рассыпалась в тончайшую, текучую пыль, напоминающую зыбучий речной песок.

Пальцы мальчика без малейшего сопротивления погрузились в породу по самые запястья, словно он опустил руки в таз с тёплой водой!

— Получилось… — ошеломлённо прошептал Таро, который вместе с Ханой заворожённо наблюдал за процессом со стороны. — Он… он реально сквозь почву провалился!

Акио выдернул руки обратно, на его ладонях не было и намёка на столкновение с твёрдой породой, и даже наоборот, в докозательство успеха с его пальцев осыпалась рассыпчатая пыль, несвойственная окружению.

[Навык «Очаг Чакры»: Успешное первичное преобразование природной структуры почвы (Стихия Земли).]

[Прогресс освоения свитка «Дотон: Скрытие крота»: 8%.]

[Понимание механики ручных печатей повышено. Контроль чакры +2%.]

[Зафиксирован новый навык: «Складывание ручных печатей». Процент владения: +3%.]

Мальчик поднял голову, тяжело переводя дух.

Мышцы предплечий мелко подрагивали от непривычного статического напряжения, но в глазах горел торжествующий огонь.

Кенджи скупо усмехнулся, скрестив руки. — Ну вот. Уже не картошка в золе, а нечто отдалённо похожее на работу шиноби. До настоящего Скрытия крота тебе как пешком до Страны Молнии, ибо пока только верхний слой на десять сантиметров распушил. Чтобы погрузиться туда целиком и плыть под землёй, тебе придётся научиться держать эту печать непрерывно, да ещё и дышать чакрой сквозь толщу породы. Но принцип ты уловил. Печать дала форму. Запомни это ощущение в пальцах.

Чуунин повернулся к застывшим сокомандникам. — Чего рты раззявили, зрители? Думаете, я вас сюда на экскурсию привёл? Таро, ко мне!

Крепыш вздрогнул, подобрался и строевым шагом подбежал к наставнику. — Готов, командир!

— Вижу, что готов, аж наручи блестят, — фыркнул Кенджи. — Ты позавчера на скале от моего прямого выпада едва в обрыв не улетел. Силы у тебя как у молодого кабана, а баланс как у последнего пьяницы. Вставай в низкую стойку. Ноги на ширине плеч, центр тяжести в таз, руки перед грудью. Сложи печать Барана перед тем, как ставить блок!

— Барана? — моргнул Таро. — Зачем? Я же железом бью!

— Затем, дубина, что печать Барана замыкает чакру в диафрагме и утяжеляет костяк! Если ты научишься подавать импульс в предплечья в момент удара, твои наручи не просто примут меч, они его переломят! А ну, держи стойку!

Кенджи без предупреждения сделал короткий, хлесткий выпад ногой, метя носком сандалии точно в бок Таро.

Мальчишка взревел, судорожно сплёл пальцы в знак Барана и вскинул руки, принимая удар на стальные пластины.

Бам!

Глухой металлический звук разорвал тишину полигона.

Таро отлетел назад на два метра, взрыхлив гравий подошвами, едва удерживаясь на ногах и не повалившись на спину.

— Терпимо! — бросил чуунин, разминая стопу. — Ещё пятьдесят повторений! Пока руки не отвалятся!

Затем Кенджи повернулся к девочке. — Хана.

— Да, сенсей, — тихо, но твёрдо отозвалась она, подходя ближе.

— Леска у тебя поставлена отлично, но ты слишком много внимания тратишь на глаза. Тогда в ущелье ты выжидала момент броска по визуальному сигналу. А если вокруг будет дымовая завеса? Если враг использует технику тумана, как выродки из Кири? Ты станешь полностью недееспособна.

Он достал из кармана плотную чёрную повязку из ткани.

— Завязывай глаза. Будешь бросать сюрикиены на звук падающих шишек. Пока не научишься чувствовать вибрацию воздуха кожей, к настоящему железу я тебя больше пока не подпущу.

Девочка молча взяла повязку, без тени сомнения затянула её на глазах и встала в стойку, достав из подсумка четыре тренировочные звёздочки.

Тренировка превратилась в адский, непрерывный конвейер.

Акио, восстановив дыхание, снова и снова опускался на колени перед песчаным пластом.

Вдох… Печать Змеи… Замыкание каналов в ладонях… Толчок чакры… Земля размягчается…

С каждым новым повторением пальцы складывали замок всё быстрее, и если в первый раз ему потребовалось пять секунд, чтобы совместить фаланги, то к тридцатой попытке печать Змеи вставала на место за четыре секунды.

Медленно но верно он поднимал уровень чистой мышечной памяти, пока в это же время песчаная воронка под его руками становилась всё шире и глубже, продолжая прямиком до того момента пока его ноги не погрузились в податливую породу почти по самые колени.

В углу зрения Акио негромко звякнуло системное оповещение:

[Прогресс освоения «Дотон: Скрытие крота»: 19%.]

[Показатель «Контроль Чакры»: 10/100 (+3%).]

[Мышечная память печати «Змея» зафиксирована на базовом уровне.]

Внутренний чат стрима, переведённый в фоновый режим, бурлил восторгом.

[Iron_Man: «Вот это я понимаю — детализация! Разрабы гении. Печати реально работают как клапаны переключения потоков!»]

[Медик_из_Ивы: «Записываю в блокнот. У нас в Камне инструкторы просто бьют палками по хребту, пока техника не получится. Оказывается, надо было пальцы нормально сжимать!»]

[Донат 2 500 руб. от Сталкер_Зоны: «Спасибо за стрим, Акио. Наконец-то вменяемый разбор боёвки, а не тупой гринд мобов. Ждём миссий!»]

Александр мысленно усмехнулся.

Деньги на реальном счёте продолжали копиться, а его тело в этом мире с каждым часом становилось опаснее, плотнее и крепче.

Солнце медленно перевалило за зенит, когда Кенджи наконец скомандовал отбой.

Все трое сирот буквально рухнули на траву под сосной.

Таро тяжело хрипел, его предплечья под наручами горели багровыми кровоподтёками, но на лице сияла безумная, счастливая улыбка.

Хана стянула повязку с мокрых от пота глаз, три из четырёх её сюрикенов торчали точно в расколотых сосновых шишках на противоположном конце поляны. Акио сидел, прислонившись спиной к шершавому стволу, ощущая приятную, гудящую пустоту в наполовину исчерпанном Очаге Чакры.

[Чакры: 10/95]

Кенджи подошёл к ним, закинув руки за голову, и смерил троицу единственным глазом. — Ну что, сопливые… Первый день пережили. Ноги целы, сопли вытерли.

Он сплюнул на траву и вытащил из кармана жилета свиток с синей печатью комендатуры. — Завтра в семь утра сбор у распределителя миссий в административном корпусе. Комендатура одобрила наш запрос. Начнём с медицины и снабжения. Выдвинемся в ближний лес за сбором лекарственных трав по списку ирьенинов, а после обеда, прямиком в госпиталь, разгружать бинты, таскать носилки и помогать санитарам. Посмотрите своими глазами, какую цену деревня платит за войну. А вечером, снова сюда. Будем учиться складывать печати в движении.

Шиноби подмигнул Акио. — Отдыхайте, Команда Шестнадцать. Завтра лёгкая жизнь закончится окончательно.