Игра на выживание

Глава 1

Люди боятся смерти по той же причине, по которой боятся темноты, потому что они не знают, в чём тут дело. Чего не знаешь, то всегда преувеличиваешь. Это очень удобно - ничего не знать.

Разве не чудесно? Люблю не знать! Это поддерживает интерес к жизни. Должно быть ужасно быть предсказателем: просыпаешься утром, идет дождь - ну я же говорил! Убивает все удовольствие в жизни. "Доктор Кто"

***

"Как можно быть такой самовлюблённой?!" - думала я, смотря на подругу, которая уже полчаса крутится перед зеркалом, восхищаясь собой.

В зеркале отражалась милая на лицо девушка. Брюнетка, с круглыми и большими голубыми глазами, расправляла платье на стройном силуэте.

- Ну давай быстрее! Мы же опоздаем! - подгоняла я её.

- Хорошо-о-о... Пошли! - раздражённо сказала Сара.

Закрыв дверь, мы направились на остановку, ожидая автобус. Невыносимо долго было его ждать, мы замешкались.

- Сара, давай быстрее! Мы же опоздаем! - дразнила меня подруга.

Демонстративно закатив глаза, я раздражённо вздохнула, издав рык. Спустя несколько мучительных минут, автобус всё же появился. Сидения настолько мягкие и удобные, что хочется свернуться калачиком и уснуть, позабыв обо всём. Руки онемели от осеннего холода и я, приложив их ко рту, обжигала горячим дыханием, в надежде согреться. Серое небо нагоняло тоску, которая тяжёлым грузом ложилась на плечи. Сквозь шум мотора, я отчётливо услышала, как капли дождя начали барабанить по стеклу.

- Как же так? У меня столько было планов на день! А теперь дождь разрушил их! - возмущалась Сара.

- Да перестань уже!

- Рози, как же ты не понимаешь? А как же поход к друзьям Майкла, который мы с тобой так долго планировали?

- Дождь не будет идти целый день. Хватит истерить.

- Ладно, прости, - подруга потянулась ко мне, чтобы заключить в объятия. До сих пор удивляюсь её переменчивости...

Автобус резко остановился, прибыв к пункту назначения. В школьном коридоре стоял гул, который нарастал и становился все громче. Ученики задорно обменивались впечатлениями, днями и историями, разными слухами и сплетнями. Я научилась скептически к этому относиться, поэтому уверенно и спокойно шла к своему шкафчику.

- Смотри! Вон Майкл! - указывала пальцем Сара на высокого симпатичного парня, нашего лучшего друга, стоящего в компании своих знакомых.

Мы помахали ему рукой в знак приветствия. Заметив нас, парень быстро подошёл, озарив широкой улыбкой.

- Привет, девчонки!

- Приве-е-ет. Не забыл о планах на сегодня? - кокетливо спросила Сара.

- Конечно же нет. Не опаздывайте только, а то я вас знаю, - я и Сара мило улыбнулись, подтверждая слова Майкла.

На уроке я внимательно и сосредоточенно писала в тетради, иногда отвлекаясь на шум деревьев за окном. Погода сегодня дала сбой, ведь на неделю она была запрограммирована на солнечную и тёплую. Учитель увлечённо объясняла тему, стоя в строгой стойке. Бронзовые, облагороженные типичным южным загаром колени обтягивала кремовая шёлковая юбка в складку. Туфли на низком каблучке придавали больше шарма образу, а блондинистые локоны нежно спадали на плечи. На носу красовались очки, которые учитель любила частенько поправлять, придавая себе важный вид.

- Розали! - голос учителя вывел меня из транса.

- Да, миссис Хадсон?

- Поделишься с нами своими глубокими размышлениями? - язвительно спросил учитель.

- Извините, - ответила я после небольшой паузы.

Кинув на меня последний неодобрительный взгляд, миссис Хадсон, подойдя к доске, начала усердно записывать тему сочинения.

Учебный день подходил к концу, поэтому я, недолго думая, начала собирать рюкзак, неаккуратно запихивая в него учебники и тетради. Молния не хотела поддаваться и я нервно пыталась её застигнуть.

- Давай помогу, - предложила мне помощь Сара, заметив мои мучения. Я слегка улыбнулась и попыталась прийти в себя. Нервная система сегодня просто на пределе, а всё из-за чего? Скоро конец этого ужасного года, я должна удачно сдать все экзамены и задуматься о будущем. Как же всё-таки сложно быть взрослым, принимать все эти решения и строить свою жизнь.

- Ну что же, пошли. Нам надо ещё успеть приготовиться.

Вскоре, я прибыла домой. Уставшая и валившаяся с ног, я поплелась в комнату, чтобы поскорее принять лежащее положение. С грохотом упав на большую кровать и расправив руки в стороны, утонула в мыслях, которые давно меня беспокоили и не давали покоя целый день. Сильно зажмурила глаза, пытаясь спрятаться от вечернего солнца. Меня клонило в сон и поэтому я поддалась истоме, медленно закрыв глаза. Громкий стук в дверь вырвал меня из мира грёз.

- Доченька?

- Да, пап? - протянула я.

- Я опять ухожу сегодня, побудешь одна?

- Ну конечно...Куда же я денусь? - с возмущением произнесла я.

Глубокий выдох отца, отчаянно разлился по пространству. И так уже несколько лет. Дома я почти всегда одна, самостоятельно справляюсь со всей работой, пока папа усиленно старается заработать. Именно работа стала частью его жизни, когда мамы не стало. Я давно не ощущаю родительской опеки, заботы. Одно присутствие отца не делает меня счастливой. Конечно, я прекрасно понимаю, что он старается, но этого не достаточно.

Услышав оповещение, я встрепенулась. Сообщение от Сары: "Готова?"

Вот чёрт, я совсем забыла о сегодняшней встрече. Не успев ответить, бегу в душ.

Лёгкие струи воды так нежно ласкают кожу, смывая весь негатив, что совсем не хочется куда-то идти. Стоит мне закрыть глаза и тут же появляется неутолимая жажда спокойствия и тишины. Только я, шум воды, надоедающие мысли в голове, которые постоянно изводят меня.

С внешним видом я особо не заморачивалась. Собрав русые шёлковые волосы в хвост, начала вываливать все вещи со шкафа, подыскивая подходящую для встречи одежду. Чёрные узкие джинсы отлично подчёркивали красоту моих ног и бёдер. Накинув такого же цвета футболку, я решала, брать ли мне с собой куртку. За окном стояла тёплая погода, солнце прорезалось из-за туч, создавая кое-где тени, а ветер легко пошатывал ветки деревьев.

Уже десятое сообщение от Сары, затем последовал звонок.

- Выхожу уже! - заявила я, ответив.

Захлопнув входную дверь, обернулась, услышав шум приближающейся машины.

Глава 2

Окна машины были полностью открыты и поэтому я смогла увидеть пассажиров. За рулём сидел Майкл, крепко сжимая руль и очень мило улыбаясь мне. На заднем сидении Сара, которая, высунув голову, крикнула:

- Эй, подруга! Запрыгивай!

Кинув смешок, я поспешила сесть в машину. На улице уже темнело, поэтому город загорался огнями. Сара без умолку восхищалась ожиданием долгожданного вечера. Это вызывало улыбку на моём лице. Выглядела она безумно красивой, лёгкое платье украшало стройную фигуру, придавая ей изящности, а сапожки еле доходили до колена. Майкл предложил что-нибудь послушать и включил нашу любимую подборку. Он вместе с подругой громко подпевали, вселяя позитив. Я не могла удержать смех, поэтому салон погрузился в мой громкий и лучезарный хохот.

Выйдя из машины, я вдохнула свежий воздух, наполняя лёгкие. Мне безумно нравится запах ночи, а звезды над головой дарят необъяснимую магию. Помещение перед нами выглядело очень даже неплохо, как для бара. Неоновые вывески, милые столики вокруг, а главное шум манящей музыки...

Сара потащила меня в здание, схватив за руку, пока Майкл искал место для парковки. Открыв широкие массивные двери, мы прониклись ночной жизнью. Запах алкоголя и табака резко врезался в глаза и ноздри. Было жуть как душно, что у меня появился румянец и глаза будто поплыли. Пытаясь догнать подругу, я осматривалась. Посетители сидели в своих компаниях, распивая напитки, смеясь, танцуя.

Наконец увидев друзей Майкла и рядом сияющую Сару, я надвигалась к ним.

- Привет, - скромно поприветствовалась я.

Все разом обратили на меня внимание, уделив осмотру с ног до головы. Было неловко, но я старалась не подавать виду.

- Ну привет, красотка, - отозвался какой-то симпатичный парень. - Ты, должно быть, Розали. Я Коул, - представился он, расплываясь в ухмылке.

Я одобрительно подмигнула, позже пожалев об этом. Чтобы скрыть своё смущение, я быстро устроилась на кожаном диванчике.

Сара увлечённо обсуждала что-то со всеми, пока я, в то время, пила колу через трубочку, смешно складывая губки. Тут последовала тишина, было слышно только моё сёрбание. С опозданием поняв это, я чуть не подавилась, вызвав у всех смех. За столом также сидели две девушки и парень. Самки, одетые в слишком откровенное одеяние, вселяли неодобрение. Их фальш было видно за милю. Я то знаю, о чём говорю.

- Выпить не хочешь? - последовал вопрос от парня. Коула? Да, именно его.

- Нет, спасибо, я не пью, - не медля промямлила я.

Коул улыбнулся, продолжая пепелить меня взглядом. Я не знала куда деть глаза. Они бегали по всему бару, жадно выискивая место, куда бы устремить взгляд.

На часах уже 10 вечера. Странно, Майкл так и не появился. Волнение и переживание окутало меня полностью. Стало трудно дышать, и не только из-за духоты в баре. Я быстро встала, извинившись.

- Я скоро, надо выйти, - сказала я Саре, которую вроде и не волновало моё резкое исчезновение.

- Ага...- протянула она слегка подвыпившим голосом.

Взгляды съедали меня изнутри, поэтому мне всё больше хотелось покинуть это помещение. Выбежав на улицу, я начала выискивать машину Майкла. Вскоре я увидела его тёмную "иномарку" и двинулась к ней.

- Майкл? Куда ты пропал? - возмущённо произнесла я, заметив его, сидящего на капоте.

Он совсем не обратил внимания. Его рука сильно сжимала мобильный телефон, пытаясь раздавить.

- В...Всё хорошо? - поинтересовалась я.

Озлобленный взгляд впился в меня, сжигая кожу на лице. Зубы скалились, а кулаки всё крепче сжимались, в глазах присутствовал блеск нарастающих слёз. Я боялась, треслась от незнания. Подойдя к нему и положив руку на плечо, я устремила обеспокоенный взгляд. Резко отпринув от меня, он развернулся и со всей силы ударил кулаком по гладкой поверхности машины. Я вздрогнула, чуть не упав, мышцы напряглись. С ужасом наблюдала картину происходящего. Не могла промолвить и слова, будто забыла как разговаривать. В горле стоял ком, мешая дышать. Майкл со злостью бил по капоту. Его грудь ритмично вздымалась, а биение сердца участилось и отдавалось гулом, гул был слышен даже мне. Я попыталась успокоить его, но он продолжал бить и отталкивать меня.

- Не трогай! Не трогай меня! - вторил он. - Она... - я насторожилась. - Она...она бросила меня! Бросила!

По красным от злости щекам начали стекать горячие слёзы, оставляя следы.

Спустя несколько минут истерики, мы сидели с ним на помятом капоте, смотря на звезды. Я решила ничего не говорить, не высказываться по этому поводу. Очень сильно переживала за него. Мы дружим с самого детства и я впервые вижу его таким...таким убитым. Да, я прекрасно знаю о его не контролируемых эмоциях, но такое... И представить страшно. Мысли крутились в голове, пытаясь усмирить мой страх и интерес. Майкл сидел рядом, но я совсем не ощущала его присутствия, будто он растворился в ночи. В глазах парня жила боль и непонимание. Всё-таки невыносимо смотреть на мучения дорогого тебе человека. Не зная, что делать, я положила голову на его плечо и стала слегка поглаживать разбитые до крови руки. Меня порадовало, что Майкл не отстранился, позволив пожалеть его. Вскоре мы обязательно обсудим произошедшее, но не сегодня, не сейчас, не стоит тревожить свежую рану, делая ещё больнее. Ветер легко дул в лицо, насыщая его свежим прохладным воздухом. Как хорошо, что я всё-таки решила взять куртку, не суждено мне сегодня замёрзнуть.

Майкл открыл дверцу машины и что-то достал, я не увидела, так как не оборачивалась. Снова вернувшись на место, он принялся открывать бутылку пива.

- Не стоит, правда, тебе это не нужно, - остановила его я, как только он приподнёс алкоголь к губам.

Согласившись со мной, он оставил затею.

Нарастающее напряжение возникло сразу же, как он, рыча, разбил бутылку об асфальт. Я, испугавшись от неожиданности, крикнула. Жидкость разлилась и запах окутал воздух.

- Пожалуйста, прекрати, успокойся! - умоляла его я, задыхаясь.

- Успокоиться? Ты сейчас серьёзно?! Просто уйди! Уйди, ради своего же блага, - кричал он.

- Я не оставлю тебя, тем более в таком состоянии!

- Исчезни, Розали! Живо! - его глаза, перекрытые пеленой, сверкали. - Оставь меня, прошу, - просил он, скуля.

Всю эту драму разрушили визги друзей, выходящих из бара. Сара с бутылкой в руках весело подпрыгивала.

- О-о-о, ребя-я-ята! А что такие кислые? - издала она.

Парни тащили на себе девушек, которые были не в состоянии идти самостоятельно. Их пьяные лица освещал яркий свет луны. Сзади плёлся Коул. Увидив нас, он подошёл, чтобы узнать в чём дело.

- Эй, Майкл? Ты в порядке, дружище? - ответа не последовало. Лицо парня перекосилось в недоумении. - Что с ним? - обратился он ко мне.

Я молчала. Просто молчала. Не знала, что и сказать. Спустя мгновения неловкой тишины, я попыталась прийти в себя.

- Я забираю Сару и мы едем домой.

- Я отвезу, - настойчиво утвердил Майкл.

- Не стоит, сами доберёмся, - короткий взгляд моего друга дал понять, что сейчас лучше не спорить. - Ладно, спасибо, - почти пискнув, произнесла я.

Коул также продолжал наблюдать эту картину в полном недоумении. Сара вместе с девушками что-то мямлили, неся полный нетрезвый бред. Мне действительно было стыдно за подругу.

Кое-как запихнув Сару на заднее сидение, укрыв её своей курткой, я села рядом с Майклом, на переднее. Он совершенно без эмоций завёл мотор и двинулся. Его бледная кожа выглядела мраморной, глаза потеряли былую искру, а губы заметно дрожали, но тем не менее, он продолжал держать себя в руках. Мне очень хотелось поддержать его в эту минуту, заключить в объятия, поговорить и позволить ему выговориться. Я понимала, что ближайшее время он не будет готов обсуждать случившуюся ситуацию, поэтому не собиралась настаивать.

Экран телефона чуть не ослепил меня, когда я разблокировала его. Долго смотря на контакт отца, я не решалась звонить. Меня клонило в сон, очень устала, переизбыток эмоций просто убил во мне все силы. Облокотив голову об стекло, я погрузилась в дремоту.

Глава 3

Яичница как всегда пригорела. На зубах хрустела поджаристая корочка. Аппетита совсем не было, и поэтому я просто стучала вилкой по тарелке. На заднем плане работал телевизор, по которому как обычно шла программа "Доброе утро!". Я бы не сказала, что оно доброе, ведь настроения у меня совсем не было. Папа так и не вернулся со вчерашнего вечера. Несколько раз я проверяла телефон на наличие пропущенных звонков, но ничего не было. Ничего! Совсем!

Как хорошо, что сегодня суббота. Я смогу заняться чем-нибудь помимо школы. До сих пор думаю о Майкле... Меня очень беспокоит его состояние после вчерашнего. Набираю его номер, в надежде, что он ответит.

"Абонент не доступен" - слышится мне. Глубоко вздохнув, я выключила мобильник и с глухим ударом положила его на стол.

Целую ночь я почти не спала. Почему меня так сильно волнуют проблемы других? Почему я так сильно переживаю? Да я даже за отца так не беспокоюсь! Что со мной?

"Сара" высвечивается имя контакта на телефоне.

- Привет, - тихо говорю я.

- Привет. Слушай, можно я приду к тебе? - дрожащим голосом спросила подруга.

- Да, конечно, а что случилось?

- Эмм, я... я всё объясню позже, х...хорошо? - заикалась она.

- Жду, - коротко бросила я.

Необычное утро, однако...

Спустя несколько мучительных для меня минут в дверь позвонили. Я, спускаясь по лестнице, чуть не упала. С грохотом открыла дверь и увидела заплаканную Сару. Она, посмотрев на меня, с силой набросилась. Её руки крепко обнимали меня, а тело содрогалось от всхлипов.

- Ш-ш-ш, тише, - вторила я, успокаивая. Мои ладони ходили по её спине, нежно прикасаясь и даря искреннюю поддержку. - Давай, заходи, - сказала, я, немного отстранившись.

Держа за руку, я повела её в гостиную. Мы сели напротив друг друга, продолжая держаться. Я глубоко проникла в её взгляд, пытаясь понять, что произошло.

- Ну? - осторожно спросила я.

Сара смотрела на меня глазами, полными слёз. Губы дрожали, пытаясь сомкнуться. Она была в отчаянии. Я ужасалась, ждав ответа...

- Родители разошлись, - ответила она, на секунду перестав рыдать.

Я догадывалась...

- Они, - продолжала она, - даже не сказали. Я просто увидела, как отец собирал вещи. Тогда всё и п... поняла. Я просто не могу находиться там. Мне так больно... - всхлипывала Сара.

Я потянулась к ней, чтобы обнять. Мне просто хотелось сказать ей, что всё будет хорошо, всё пройдёт, но я не способна врать близкому мне человеку. Я прочувствовала всю печаль подруги, переняла себе её боль. Она часто говорила мне о ссорах её родителей. На подсознательном уровне она, скорее всего, понимала, что это когда-нибудь случится, но произошедшее просто убило её. Всякое в жизни бывает. Даже самые родные и близкие могут, ранить и с этим ничего не поделаешь, такова жизнь и суть нашего бытия.

***

Сара мирно спала на диване, пока я возилась у плиты. Неожиданно пришло сообщение: "Встретимся?" от Майкла.

Оставив короткую записку подруге, я, быстро собравшись, направилась в местную кофейню. Улицы были заполнены людьми, машины гудели, везде стояли пыль и дым. Открыв дверь, раздался звук колокольчиков. Пахнет обжаренными кофейными зёрнами, нотками корицы и пудры. За круглым столиком, украшенным кофейного цвета скатертью и горшочком с фиалками, сидит мой лучший друг. Не смело улыбнувшись, я неуверенно подошла и села рядом.

- Привет, сахарок, - обратился ко мне Майкл. После этих слов, внутри, будто всё расцвело. Я почувствовала былую заботу и трепет.

- Привет, - выдавила я из себя, продолжая глупо улыбаться.

- Как ты?

- Нормально, ты как?

- Вообщем, я хотел извиниться. Я повёл себя, тогда как последняя скотина. Я просто хочу, чтобы ты знала, твоя поддержка для меня всё. Не смей усомниться в моём отношении к тебе, - говорил он, держа меня за руку и слегка дотрагиваясь пальцами колен.

- Я знаю, знаю... Просто, я очень испугалась за тебя тогда, я очень сильно переживала, - Майкл продолжал нежно поглаживать мою ладонь. Я чувствую себя в безопасности, когда нахожусь рядом с ним. - Хочешь рассказать, что случилось?

- Ну, Джессика ушла от меня, - сказал он, переведя дух. - Я думал, мы созданы друг для друга, что мы будем вечно любить друг друга. Боюсь, что моя любовь не пройдёт. Я не могу смотреть как она, будто ни в чём не бывало, посещает туже библиотеку, где мы занимались подготовкой к экзаменам и не только, - Майкл подмигнул, - как она ходит каждую субботу на один и тот же фильм. Воспоминания просто убивают меня. Я не могу выбить из головы её образ и понять, что я не нужен ей.

Всё это время я непрерывно слушала его, видела, как искрятся его глаза при упоминании о Джессике. Он её любит, безумно любит. Это болезнь, от которой нет лекарства, но я попытаюсь ему помочь это пережить.

- Боль пройдёт. Не думай о ней, постарайся отпустить, чтобы она растворилась в голубом, лазурном, безграничном небе. Я буду рядом. Всегда... - по коже бежали мурашки. Я заметила, что он успокоился и доверился мне, ему стало легче...

- Спасибо тебе, - он заключил меня в свои крепкие объятья, такие тёплые и дорогие.

После, за горячей кружкой кофе, мы говорили на абсолютно разные темы, обсуждали всё, что только можно, смеялись. Кофе был невероятным. Это один из моих самых любимых напитков. Его горький аромат дарит спокойствие и наслаждение, имеет приятное послевкусие.

На улице уже стемнело, начали проявляться звёзды и зажигаться ночные огни.

- Я тебя проведу, - настойчиво сказал Майкл.

- Хорошо, спасибо.

Мы шли по ночному городу, вдыхая чистый, свежий, прохладный воздух. Где-то кричат птицы, в траве стрекочет сверчок, ветер гуляет по улицам, поднимая пыль и газеты. Никто из нас не хотел нарушать эту приятную тишину.

- Спасибо за день, - сказал Майкл, подходя к моему дому.

- И тебе, я отлично провела время, - мы обнялись на прощание и каждый пошёл своей дорогой. Сегодня необычно много объятий...

Открыв дверь с глухим скрипом, я вошла в тёмное тихое помещение. Со временем, я увидела Сару, которая, смеясь, смотрела телевизор, уютно умостившись на диване. Ничего не сказав ей, я поднялась в свою комнату. Всё-таки я решилась спрятать свою гордость и позвонить отцу.

"Абонент вне зоны доступа" - повторял надоедливый голос женщины.

Со злости швырнула телефон на кровать. Я ещё удивляюсь, как он не разбился от такого обращения.

Резко, с характерным звуком, во всём доме потух свет, а с ним и вся техника, в том числе, и телевизор, который с интересом смотрела Сара. Я быстро спустилась по лестнице, освещая себе дорогу фонариком.

- Что произошло? - изумлённо спросила подруга.

- Не знаю, надо пойти проверить пробки, - выйдя на улицу, я передумала, посчиталаэто ненужным, так как весь город погрузился во мрак, такой сырой и пустой. Тутдело совсем не в моих пробках...

Глава 4

Среди ночной тишины послышалось: "Внимание всем! Возникла непосредственная угроза химического заражения! Надеть средства индивидуальной защиты органов дыхания, закрыть окна и форточки, отключить электронагревательные и бытовые приборы, газ, одеть детей. Взять при необходимости теплую одежду и питание (трехдневный запас непортящихся продуктов), предупредить соседей, быстро, но без паники выйти из жилого массива в указанном направлении или в сторону, перпендикулярную направлению ветра, желательно на возвышенность, хорошо проветриваемую, где находиться до получения дальнейших распоряжений"

И так повторялось несколько раз. Паника в глазах подруги хорошо ощущалась, да и я не исключение. Надо было действовать быстро, но что-то мешало двинуться с места. Казалось, что ноги приросли к полу, как корни могучего дуба. Сирена, сигнализация машин, крики людей — это всё вызывало страх и ужас. Простояв на месте, ещё несколько минут, я всё-таки сорвалась и побежала в комнату выполнять распоряжение, не понимая, что вообще происходит. Моему примеру последовала и Сара. С этого момента мы должны держаться вместе, что бы ни случилось. Я чувствовала какую-то ответственность за жизнь моих друзей. Майкл! Я схватила телефон и трясущимися пальцами начала набирать номер.

— Алло? Ты в порядке?! — спросил он, услышав моё тяжёлое дыхание.

— Да-да, а ты?

— Я в полном. Сара с тобой?

— Да. Что нам делать?!

— Для начала просто успокоиться и взять себя в руки. Соберите всё необходимое. Встречаемся на холме возле утёса, думаю, это место, которое нам нужно. До связи, — Майкл отключился. Говорил он так быстро, что я впитывала все его слова, как губка. Только он оставался спокойным и сдержанным. Как ему это удаётся?

— Батарея садится. Вот чёрт! — возмутилась я, услышав уведомление.

— Что нам делать?! Куда идти?! Что вообще происходит?! Я не понимаю, мне страшно, Розали! — кричала Сара.

Я взяла её за плечи, встряхнув, посмотрела ей в глаза.

— Всё будет хорошо. С нами всё будет хорошо. Сейчас главное не паниковать, — повторяла я. — Собирай в сумку самое необходимое. Я дам тебе свои вещи.

Я понимала, что показывать свой страх и слабость сейчас совсем не выход. В глазах подруги я должна выглядеть уверено и здраво, иначе начнётся хаос. Мы начали бегать по дому и хватать всё, что попадётся под руку. Делать это было сложно, так как было темно, но вскоре мы справились. У меня не получалось о чём-либо думать, так как голова была занята мыслями о спасении своих задниц. Адреналин бурлил в крови, спать совсем не хотелось, не смотря на то, что сейчас около двух часов ночи. Надев медицинские маски, мы выбежали из дома. Сразу в лицо подул свежий, холодный ветер, кожа покрылась мурашками. От увиденного я, мягко говоря, была в шоке. Множество машин, брошенные на дороге, люди носятся по улицам, плачут дети, крики, визги. Сейчас здесь опаснее, чем где-либо. Толпа населения просто заполнила всё пространство.

— Слушай внимательно. Ни в коем случаи не отпускай мою руку, держись рядом. Видишь тот холм? — Сара кивнула. — Туда мы пойдём. Верь мне.

Мы пытались протиснуться, ища путь к пункту назначения. Сирена, которая всё это время не прекращалась, резала слух. В голове стоял гул, я почти ничего не слышала. Под действием паники, я двигалась вперёд, сбивая с ног всех, кто мешался на пути. Сара вцепилась ногтями мне в руку, но боли я совсем не чувствовала, кажется, я вообще ничего не чувствовала. Единственная цель — добраться до холма и встретиться с Майклом, спастись! По городу разъезжали фургоны с солдатами. Вооружённые в военной форме начали заталкивать людей в автомобили против их воли. Что-то тут совсем неладное происходит.

— Побежали, быстро! — крикнула я Саре.

Глаза будто накрыло пеленой. Дорогу освещали фары машин, и поэтому видимость была ограниченная. Тут я увидела знакомый силуэт, махавший нам рукой. Мы бежали так быстро, как только могли. Я уже ощущала боль в суставах и почти не могла передвигаться. Воздуха не хватало совсем, дышать было нечем, сердце бешено стучало. Ещё немного и я упаду в обморок.

— Розали, я уже не могу! — кричала Сара.

— Осталось немного, потерпи! — кричала я в ответ.

Майкл начал приближаться, наверное, чтобы помочь нам дойти. Его крепкие руки схватили нас, прижимая с такой силой, что могли сломаться рёбра. Втроём мы уже не бежали и не шли, мы ползли. Поднимаясь в гору, я хваталась руками за траву, пытаясь хоть как-то удержать своё бессильное тело. Земля будто уходила с под ног, я теряла равновесие, но понимала, что, если я сейчас упаду и не встану — это будет конец. Мы достигли вершины и сразу упали на холодную груду земли. Как бы я не пыталась отдышаться, ничего не получалось. Я задыхалась.

— Рози?! Слышишь меня?! — ладони Майкла сжали моё лицо. — Сахарок, всё хорошо. Дыши...

Он помог мне встать на ноги и крепко обнял.

"Внимание всем! Прошу всех пройти к фургонам! Повторяю! Прошу всех пройти к фургонам!" — повторное оповещение.

— Готовы? Идёмте. Держитесь рядом, — скомандовал Майкл.

Паника охватывала всю толпу. Солдаты кое-как удерживали нарастающий хаос.

— Что происходит?! Объясните! — кричала женщина, хватая за воротник мужчину в форме. Мужчина молчал и не обращал внимания. Стоял твёрдо, гордо, держа в руках оружие — настоящий солдат.

Я тряслась от холода и страха. Мои нервы и психика были просто на пределе. Казалось, я вот-вот сойду с ума...

Подойдя к фургону с ящиками, мы начали строиться в колонну. Людей было много, очень много, каждый имел семьи, работу, цели в жизни, будущее, но за один миг всё изменилось. Сейчас мы имеем только шанс на существование, ничего больше, здесь каждый сам за себя. Нам по очереди выдавали маски-противогазы.

— Наденьте маски и не снимайте их, ради вашей же безопасности, — говорил генерал, по всей видимости. Масок было определённо мало и это странно... Неужели кому-то не хватит? Если нам не хватит?!

— Мне очень страшно, — пищала Сара.

— Иди сюда, — сказал Майкл, обняв её.

Тут я вспомнила про отца. Стоит его найти, возможно, он где-то среди людей.

— Майкл, есть позвонить? — спросила я, решив для начала попробовать узнать, где он.

— Да, конечно, держи.

— Спасибо, — протянула я. Стала набирать номер. Палец слегка касался кнопки на экране и всё-таки нажав, приложила телефон к уху. И снова эти гудки... — Мне надо найти отца.

— Ты уверена? Ты видела, сколько тут людей?

— Может он уже прошёл регистрацию.

— Ладно, только очень аккуратно. Может мне пойти с тобой? — спрашивал Майкл, удерживая Сару в объятиях.

— Нет, не надо. Я справлюсь, — взяв его за руку, сказала я.

Идя быстрым шагом, я искала пункт регистрации. Увидев большой стенд и девушку, записывающую что-то в большую кожаную тетрадь, я предположила, что нашла. Пробираясь сквозь людей, я зацепилась за что-то и порвала на себе штаны, оставив глубокий порез.

— Извините?! Мне нужна ваша помощь! Послушайте, пожалуйста! — кричала я девушке в форме. Она быстро обратила своё внимание на меня и с безразличным взглядом начала осматривать, ожидая дальнейших объяснений. — Слушайте, я ищу одного человека. Возможно, он уже прошёл регистрацию. Не могли вы посмотреть? Его зовут Уолтер Дэвис, — девушка, смотря на меня, замерла.

— Как ваше имя? — спросила она.

— Розали Дэвис, — девушка поднесла рацию ко рту, медленно нажав кнопку, сообщила:

— Мы её нашли.

Глава 5

Похоже, что отец меня искал и попросил сообщить о моём появлении. Меня вели двое мужчин в неизвестном мне направлении. Вокруг было много военных палаток. Меня завели в одну из них. За раскладным столиком сидел мужчина средних лет, вид у него был важный и меня это напрягло.

— Прошу, присаживайся, — обратился он ко мне, — и так, юная леди, мы вас давно искали и ждали.

— К чему это? Где мой отец?

— Мы это тоже пытаемся выяснить.

— Кто вы и как мой отец связан со всем этим? — спрашивала я, разводя руками.

— Удивительно. Он сумел скрыться даже от родной дочери.

— Вы о чём вообще? Мой отец работодатель крупной компании по производству машин, — говорила я, твёрдо сидев на стуле и глядя мужчине прямо в глаза.

— Да-да, — усмехнулся он, — ваш отец профессионал своего дела — это факт.

— Подождите, если вы не знаете где он, то зачем вам я?

— Ты, как раз таки, ключ к разгадке. Мы позже обсудим твоё предназначение, а пока... — мужчина в костюме посмотрел на солдат, — доставьте её в камеру, — обратился он к ним.

— Что? Куда? — меня взяли за руки и потащили, так как я отказывалась куда-либо идти без объяснений. Я рыпалась, пыталась освободиться, но всё тщетно, я не настолько сильна, чтобы противостоять двум взрослым мужчинам.

Меня вывели из палатки. Мы направлялись куда-то, распихивая людей. Я глазами искала друзей, но так никого и не увидела. Мне стало страшно за свою жизнь. Неизвестно, что они хотят со мной сделать.

— Помогите! Кто-нибудь! — кричала я, обращаясь к людям, но все они боялись противостоять солдатам. Мне сразу же закрыли рот, заглушая мои вопли, которые теперь превратились в мычание.

Открыв дверь в какое-то тёмное помещение, меня бросили на холодный пол и захлопнули дверь. Я сразу услышала звон ключей, видимо они закрыли меня тут.

Вскочив на ноги, я стала стучать кулаками по железной двери. Стучала, разбивая кулаки в кровь, кричала с последних сил. Услышав короткий глухой смех, я остановилась и замерла. Испугалась я не на шутку... По всей видимости, я тут не одна.

— Это всё бесполезно. Можешь даже не пытаться, — сказал грубый мужской голос.

— К-кто в-вы?! — заикалась я, еле хватая воздух.

— Твой сокамерник, — кинул тот смешок.

— Это не смешно.

— Расслабься, малышка. Неважно кто я, важно, что я тут делаю или собираюсь сделать, — звучало это угрожающе. Я прижалась к двери, пытаясь будто спрятаться в ней.

Было очень темно и холодно. Окон в помещении не было, только ледяные голые стены и огромная дверь. Я чувствовала себя слепым, маленьким котёнком, таким беззащитным и брошенным. Голос незнакомца затих, я стала прислушиваться, чтобы хоть что-то услышать и понять. Я услышала шаги и по инерции стала отдаляться, но они всё быстрее приближались. Учащенное дыхание, биение сердца — всё это смешалось воедино. Вдруг, холодные сильные руки намертво прижали меня к стене. Я издала глухой крик. Ладони незнакомца сжали моё лицо, а прерывистое дыхание обожгло мою кожу.

— Ты так дрожишь, я чувствую твой страх. Ты такая беззащитная. Я могу сделать с тобой всё, что захочу, — говорил он шёпотом.

Его руки начали медленно спускаться к моей талии. Кончики пальцев касались моей футболки, поднимая её.

— Нет, не надо, прошу, — умоляла я.

— Я же знаю, тебе нравится, — не дожидаясь ответа, он продолжил медленно подниматься к моей вздымающейся от частого дыхания груди.

Мне захотелось ещё сильнее прижаться к стене, исчезнуть в ней.

— Умоляю тебя не делай этого! Ты же этого не хочешь. Оставь меня! Прошу... — уже срываясь на плач, просила я.

Крепкая рука сжала моё горло, отчего я, задыхаясь, издала тихий стон. Видимо, это повеселило моего насильника, ведь в его голосе слышался некий смешок.

— Ты уверена, что я этого не хочу? — грубо, скалясь, спросил он. — Не смей кричать, ты выглядишь жалко, — немного ослабив хватку, он начал опускаться к моей груди. Слёзы рекой стекали по моим холодным от ужаса щекам. — Хватит ныть! — сказав это, его руки разорвали мою футболку, оголив тело. От испуга я крикнула.

— Ты важна для них. Не хочу я морать руки, хотя и интересно узнать, что будет, если я это сделаю, — заявил он, бросив меня на пол.

Я сидела на полу, зарывшись руками в волосы, и громко плакала. Мне страшно. Я тут совсем одна, творится неизвестно что, я не знаю, что мне делать, куда идти, куда бежать.

***

Через несколько часов мои глаза стали привыкать к темноте, я увидела очертание "комнаты". Скрутившись калачиком, я сидела, упёршись на стену. Я боялась увидеть моего обидчика. Всё это время он вёл себя тихо, не издал и звука, но любопытство брало верх надо мной. Медленно повернув голову на шорох, я увидела высокий силуэт. Могучее тело среди мрака. Его широкие плечи постоянно вздымались от частых вдохов. Тут я заметила, что дышать стало тяжелее. Силуэт начал приближаться ко мне, держа что-то в руках. Сразу напрягшись, я стала бормотать себе под нос: "Пожалуйста, не надо"

Ногтями впилась в цементированный пол, раскрыла широко глаза, чтобы разглядеть тень.

— Держи, — он протянул мне что-то. Дрожащими руками я взяла это что-то и начала нащупывать. Это была маска. Я быстро натянула её и с удивлением стала ожидать дальнейших действий мужчины. Он пошёл в другой конец помещения и также сел на пол.

***

Людей становилось всё меньше. Небо покрылось грозовыми тучами и вокруг пахло сыростью. Очереди двигались настолько медленно, что мы с Сарой практически стояли на месте. Рози нет уже больше трёх часов. Мы пытались узнать у людей её местонахождение, но всё это бесполезно. Возможно, она нашла своего отца и находится сейчас в автобусе, полностью готовая к эвакуации. По крайней мере, мне хочется так думать. Сейчас надо позаботиться о Саре. Выглядит она, мягко говоря, плохо.

— Я переживаю, — говорит она.

— Я тоже.

— А что, если она не успеет? Что с ней будет? Мы её вот так бросим?

— Никто никого не бросит. Мы постараемся её найти. Всё будет хорошо, — говорил я, держа её за руку.

— Хватит об этом толковать! Ничего хорошего не будет! Почему нам ничего не говорят, держат в неведении?! Мы имеем право знать! — кричала она.

— Сара, успокойся, прошу тебя...

— Прекрати! - развернувшись, она побежала к фургону.

— Стой! — я попытался схватить её за руку. — Вот чёрт! Погоди!

Она пробиралась сквозь толпу и звала Розали. Я, догнав её, схватил за плечи и развернул лицом к себе.

— Ты можешь успокоиться? — спросил я, смотря прямо в её голубые глаза.

— Что происходит? — послышался голос солдата. Он медленно подошёл к нам и повторно задал вопрос.

— Всё нормально.

— Вам помочь?

— Нет, спасибо, я же говорю, всё нормально, мы в норме, — с раздражением сказал я, удерживая Сару в крепкой схватке.

— Мне так не кажется. Вы должны пройти со мной.

— На каком основании?

— Я не имею права разглашать свои намерения и приказы.

— Также, вы не имеете права указывать нам, — заявил я. Солдат, выразив своё недовольство, схватил Сару за плечи, тем самым вырвав её из моих рук. Недолго думая, я с яростью набросился на него, ударив по челюсти. Тут же появилось подкрепление. Подругу схватили и повели по направлению к фургону, а я, пытаясь вырваться из рук военных, почувствовал сильный удар по затылку и, потеряв сознание, упал на землю.

***

Становилось всё холоднее. Я уже не чувствовала конечностей, всё онемело от холода. Несмотря на то, что помещение полностью закрыто, по нему гулял сквозняк, завывая. Побоявшись за своё здоровье, я попыталась встать на ноги, чтобы не простудиться. Придерживаясь за стену, я, шатаясь, смогла устоять и сохранить равновесие. Тут сразу же ощутила невыносимую боль в ноге. Вспомнила про порез, который появился, когда я зацепилась за что-то, направляясь к пункту регистрации. Так как тут темно, я не могу его осмотреть, хотя глаза уже привыкли.

— Болит? — раздался голос в тишине. Я, сделав вид, что не услышала, повернулась к стене и начала пальцами водить по неровностям.

Взаперти мы сидим уже больше трёх часов. Кажется, я совсем перестала чувствовать голод, внутри будто всё отняло. Находясь в этой маленькой камере, я была отречена от внешнего мира. Не знала который час, какая погода, что происходит на улице. Не могу сказать, что это совсем плохо, наоборот, я нуждаюсь в этом. Несмотря на то, что здесь темно и холодно, что я тут с совершенно незнакомым мне человеком, который пару часов назад хотел меня убить, я ощущаю себя в безопасности, наедине со своими мыслями. А именно сейчас я думаю о друзьях. Как они там? Смогли ли выбраться? Самое интересное, что мне совсем не нужно, чтобы меня искали. Я просто хочу, чтобы близкие мне люди сейчас были живы и здоровы. Этого я хочу больше всего на свете! В такие трудные минуты, когда мы что-то теряем или есть возможность не выжить, мы понимаем, что для нас важно в жизни. Ведь, все те проблемы, с которыми мы сталкивались пару дней назад, кажутся крошечными и абсолютно решимими, по сравнению с тем, что мы имеем сейчас. Тогда в толпе, глядя на всех этих людей, я ощущала обязанность и ответственность за свои действия. Мне, будто хотелось стать героем и спасти всех, не имея шанса спастись самой. Я была готова отдать свою жизнь любому, кто этого заслуживает.

— Эй? — тихий голос прервал все мои размышления, тем самым заставив меня вздрогнуть и насторожиться. — Ты меня слышишь или совсем глухая? Я к тебе обращаюсь.

Переведя дух и пытаясь усмирить себя, я дрожащим голосом спросила:

— Чего тебе?

— Ух-ты, бываешь грубой? — засмеялся парень.

— Мне повторить?

— Да ладно тебе, успокойся. Просто проверил, жива ли ты ещё, — с долей сарказма произнёс он.

— А тебя это волнует? — я всё ещё пытаюсь казаться гордой и той, кто может постоять за себя. В ответ я получила издевательский смех, доносящийся с его мрачных уст.

— Слушай, на твоём месте, я бы вёл себя чуточку милее. Всё-таки сама не выживешь. Придётся тебе помочь. Я должен выполнить свой долг, хех.

— Какой долг? Убить меня? — стервозно спросила я.

— Ух, какая любопытная. Будем играть с тобой в игру.

— Я тебя не понимаю.

— В ходе поймёшь, — с ухмылкой заявил он.

Глава 6

Сквозь сон я слышал голоса и чувствовал тряску. От сильных скачков я часто ударялся головой об алюминиевую стену. Чья-то тёплая, нежная рука коснулась моего плеча. Кто-то повторял моё имя и пытался привести в чувство. Тяжёлая пелена лежала на моих глазах, из-за это я не мог их открыть, безумно болела голова. Я был как безжизненный кусок мяса, мешок костей и плоти, брошенный на растерзание диким псам. Хотя по сути так и было. Рука дотронулась до моего подбородка, подняв его, поднесла ко рту бутылку. Моих сухих и вялых губ коснулась прохладная, свежая, бодрящая вода, придав мне сил. Я приложил все усилия, чтобы сглотнуть. Глоток эхом раздался в ушах, создав невыносимую боль. И снова кто-то повторил моё имя. Тут я, моргая, приоткрыл глаза. Сконцентрировавшись, так как всё было размыто, я увидел девушку. В ярко голубых глазах я узнал свою Сару. Как же я рад был её видеть. Она, сморщевшись, сидела на против меня и гладила ладонью моё лицо.

— Ну наконец-то. Как ты? — обеспокоенно начала она. Я пытался смолвить хоть слово, но совсем не чувствовал, словно был парализован. — Ну ответь же. Майкл, скажи хоть что-нибудь.

— Сара... — на выдохе, еле слышно сказал я.

— Ну слава Богу, жив... — она уткнулась в меня лицом, смеясь.

— Где мы?

— Пока не знаю. Едем в фургоне уже больше двух часов.

— Я был в отключке два часа?

— Даже больше. Мне кажется у тебя сотрясение.

Шею отняло от неудобного положения, и я попытался привстать, чтобы сесть удобнее. Сара помогла мне, схватив своими маленькими ручками.

— Ты хоть как? — спросил я, приняв удобную позу.

— Да я... — замешкалась она, — да я нормально. За меня даже не переживай.

— Хорошо. Иди сюда, — сказал я, указав на место рядом. Улыбнувшись, Сара села около меня, заключив в объятия.

— Майкл?

— Ммм? — промычал я.

— Я не хочу потерять тебя или Рози, я не хочу остаться одна, — уже рыдав, говорила она.

— Такого не случиться, всё наладится, вот увидишь.

Что-то быстро надвигалось к фургону. Я, отпустив подругу, стал на четвереньки и попробовал заглянуть в лобовое стекло водителя. Слегка повернув голову, я увидел фуру, вылетающую прямо из-за поворота. Один миг. Одна секунда. Один вдох. Удар.

*** Страх делает нас уязвимыми, а те кто знают наши страхи, контролируют нас.

Прошли ещё сутки. Живот неприятно сводило от голода, кружилась голова. Слабость тяжкой истомой разливалась по телу. На удивление, я могла видеть, но для этого прикладывала множество усилий. Мне удалось разглядеть в тёмном, сыром, одиноком углу подобие человека. Он сидел, поджав одну ногу под себя и свесив руку, голова была опрокинута назад. Он сидел неподвижно, как самая настоящая статуя — такая холодная, отрешённая, идеальная, мёртвая снаружи и внутри. От него веяло малодушием. Он самое настоящее воплощение ужаса. Теперь я знаю, какой запах у страха: такой резкий, завораживающий, морозный. Я видела только его очертание, но этого мне хватило, чтобы понять одно — незнакомец внушал беспокойство и тревогу, его энергетика, которая хорошо ощущалась, передавалась с одного конца камеры в другой. Добавив немного фантазии, можно подумать, что сейчас передо мной сидит Зло.

Меня медленно покидали силы. Мой "друг" совсем не казался уставшим и бессильным. Выдержка у него потрясающая. Хочу отметить, что наблюдение — моё самое любимое занятие. Будь-то природа, хобби, люди. Смотря в глаза человека, можно прочесть его характер, эмоции, чувства, намерения, отношения к чему-либо или к кому-либо. Особенно по глазам можно понять говорит ли правду их обладатель.

В тишине зазвучал грубый голос. Некто напевал знакомую мне мелодию.

— Ты зачахла, истощилась в своей коже? Ты скучаешь по своей семье и их любви? Дрейфуя, и плавая, и бесследно исчезая, — пел он. Точно! Это же песня Red Hot Chili Pepps — Porcelain. Но почему именно она? Для меня это осталось загадкой...

На меня его голос действовал как гипноз. Я не могла противостоять своим чувствам и новым ощущениям. Моё любопытство просто вырывалось наружу, не давая покоя душе и сознанию. Немного поразмыслив и взвесив все "за" и "против", я попыталась что-то узнать:

— Эм, — начала я, — ты не знаешь, что происходит в городе? — чужак заострил своё внимание на мне, прекратив петь.

— Нет, ничего не знаю, — ответил он сухо.

— Ладно... Мне кажется, надо выбираться отсюда. Долго мы не протянем.

— Ну и пусть, мне нечего терять.

— А если было бы?

— Давай ты не будешь нервировать меня? — заявил он.

— Я поняла. А давай ты не будешь строить из себя жертву? — вскоре, я пожалела о сказаном. Встав, он медленно, но уверено подошёл ко мне, прижав меня к стене. Я резко закрыла глаза, чтобы не видеть его нарастающий гнев.

— Заткнись, — он ударил кулаком по стене прямо рядом со мной. Я вздрогнула и жадно набрала воздуха в лёгкие, боясь, что он вот-вот закончится.

— За что ты так со мной? — всхлипывала я. Он продолжал меня съедать изнутри, смотря пристально в глаза.

— Не обольщайся. Ты не стоишь моего внимания.

— Тогда зачем это всё?! Лучше убей меня наконец! Ты же этого хочешь! — кричала я. — Ну давай! Чего ты?! — толкала я его. Резким движением он сжал мою кисть, остановив мои попытки чего-то добиться.

— Не смей, — прорычал он.

Я умолкла. Погрузилась в свои мысли, закрылась. Так намного легче — быть бездушной проекцией. Ничего не чувствуя, ты просто существуешь, не живёшь. В каждом из нас есть такой переключатель. Тебе стоит нажать на него и все проблемы и переживания исчезнут, испарятся, будто ничего и не было. Я так делаю всегда, когда мне очень больно или плохо. Это что-то типо защитной реакции, рефлекса, способа жизни.

Вот так я и сидела на холодном полу, смотря в одну точку. Везде пусто. Ничего нет. Совсем. И знаете, так лучше...

Я уже потеряла счёт времени. Сон меня покинул давно и кажется, что посещать не собирается. Мозг работает как заведённый. Скоро этот механизм остановится и я не могу этого допустить. Послышались шаги за дверью. Я, быстро очнувшись, встала и приготовилась к худшему. Железяка со скрипом открылась, впустив свет во тьму. Я будто ослепла...

Глава 7

Странные обрывки моей жизни крутились в голове. Школьные годы казались такими беззаботными и счастливыми. Я вспоминал семейные поездки за город каждое лето. Это было тайное место, известное только нам. На солнце озеро сверкало волшебными бликами, завораживая взгляд. Оно было настолько прозрачным, что можно было видеть чёткое отражение чего-либо. Зелёная трава ласково щекотала пятки, от чего вызывала радостный смех. Безмятежно бегая по лужайке, мы с братом запускали воздушного змея. Он часто прятался в ветвях высоких деревьев, плыл по голубому небу, совершал разные воздушные трюки. Папа помогал маме устраивать летний пикник. Он с лёгкостью расстелал широкое покрывало вдоль полянки. Широкими добрыми ладонями разглаживал неровности на ткани. Всё это время мама доставала из багажника нашей старенькой машины корзину с продуктами. Нежным, звонким голоском она звала нас к завтраку. Устав от ожидания, мы с визгами спешили отведать заветный яблочный пирог — фирменное блюдо мамы. Уплетая его за обе щеки, я с братом любовался глазурью облаков, придумывая разные названия их фигурам. Лёгкий ветер создавал маленькие волны на озере. Вода так и манила окунуться с головой. Поэтому, недолго думая, мы с разбежки прыгали в прохладную воду. Плескаясь в ней, мы соревновались кто лучше умеет плавать, совершая кувырки.

Вскоре, отдохнувшие и уставшие, мы возвращались домой.

Моя жизнь была идеальна. У меня было всё, о чём можно только мечтать. Любящие родители, верные и надёжные друзья, вечерние посиделки в баре и самая лучшая девушка в мире. И в один миг этого всего не стало. Я благодарен за то, что со мной остались лучшие друзья, родные подруги.

Вернувшись в сознание, я попытался шевельнуться. С лёгким движением руки по моему телу пробежалась волна безумной боли. Жмуря глаза, я издавал звуки умирающего волка. Всем телом ощущал тяжесть на себе. Лёгкие сжались от давления, преграждая доступ воздуха. С ноющей болью я открыл глаза и увидел перед собой хмурое небо, которое загораживал кусок металла. Каким образом я вообще оказался вне фургона? Похоже удар был настолько сильным, что я вылетел. И как остался жив? Вопросы, на которые я не мог получить ответы, мучили меня.

— Майкл?! — крикнула Сара. Голос её настолько напугал меня, что я не на шутку взволновался. Я слышал её громкий плач, больше похожий на рёв. — Майкл, помоги мне!

Я, заглушая и терпя боль, стал вылазить из-под машины. Выражение лица застыло в ужасной гримасе, выдающей невыносимый ужас. Наконец выбрался и, поняв, что травмы у меня не серьёзные, начал испугано искать тело Сары. Она, истекая кровью, лежала на асфальте, громко рыдая, трясущимися руками сжимала рану. Быстро подойдя, я заметил кусок металлической двери в её ноге. Организовавшись, я снял с себя футболку и, сделав из неё жгут, начал накладывать его выше повреждённого места, не извлекая предмет, торчавший из стройной ноги Сары.

— Потерпи, — говорил я, туже затягивая футболку. Сара держалась как могла, шипев от жуткой боли. — Теперь надо извлечь предмет. Я постараюсь очень аккуратно, договорились? — Сара зубами вцепилась за подол своей кофты, готовясь.

— Надо уходить, — машина дымилась, образовывая большие тёмные клубки. Это свидетельствовало о том, что она может взорваться.

Подхватив Сару, я быстро двигался в направлении к городу. Мы почти доехали до границы. Если бы не авария, возможно нас уже не было бы здесь. Может быть Розали ещё в городе и мы сможем её найти. Минуя метр за метром, мы всё дальше приближаемся к нашему дому. За спиной происходит масштабный взрыв, детали фургона взлетают в верх и падают в разные стороны. Выглядит это всё настолько эпично, что я чувствую себя героем какого-нибудь боевика. Мне безгранично повезло, ведь машина не так сильно придавила меня и я остался жив, но слегка потрёпан. Есть небольшие гематомы и ссадины, но это всё пустяки по сравнению с тем, что могло бы быть.

— Нужно вернуться, — неожиданно заявляет подруга. С недоумением смотрю на неё, пытаясь понять причину и смысл её слов.

— Зачем?

— Я видела труп водителя. Надо обыскать его. Может мы найдём что-то полезное.

— Машина взорвалась, вряд ли там что-то осталось. Наверняка всё сгорело.

— Надо пойти посмотреть, — настаивала Сара. Я не видел смысла спорить, так как это бесполезно. Сара очень упрямая и добивается того, чего хочет.

Развернувшись, мы побрели в сторону машины. Точнее в сторону того, что от неё осталось.

— Близко не подходи, — предупреждаю я подругу, когда мы уже добрались до места ДТП.

Она, хромая, осматривает и оценивает обстановку.

Недалеко от обломков лежит водитель. Похоже бедолага, выбравшись из фургона ещё дыша, пытался добраться пешком до периметра, увы, но ему не повезло. Благодаря тому, что мой отец врач, я научился некоторым штучкам. Смотря на труп, пытаюсь определить причину его смерти. По всей видимости, он просто истёк кровью. Вот такая банальная смерть настигла его. На форме бэйдж с именем: "Джордж Сплин".

— Ну что ж, Джордж Сплин, покойся с миром, — прокряхтел я.

В карманах формы я нашёл кое-какие бумаги: водительские права, чек из магазина, паспорт, удостоверение, фотографию. На ней была изображена счастливая семья. Женщина с ярко зелёными глазами широко улыбалась, смотря в объектив камеры, мужчина держал на руках маленькую светловолосую девочку. Мне сразу стало как-то не по себе. Не мы одни потеряли семью...

— Смотри, наши рюкзаки! — кричит мне Сара.

— Они чудом смогли выжить, — удивлённо с юмором говорю я. Впервые Сара улыбнулась. Мне безумно нравится видеть её хоть немного радостной. Я всегда ей говорил, какая у неё красивая улыбка, а она всегда смущалась, морщя нос. Воспоминания с новой волной накрыли меня. Я продолжал смотреть на подругу, вспоминая наши счастливые моменты. Лёгкий ветер касался моих щёк, напоминая прикосновения моей Джессики. Интересно, она выбралась из города?

— Эй? Опустись на землю, юноша, — прерывает меня Сара. Оказывается, всё это время она спрашивала меня нашёл ли я что-нибудь.

— Нет, ничего такого.

— Ладно, на, бери рюкзак, идём.

Спустя некоторое время, мы почти дошли до безлюдных улиц. Прошёл уже час, может немного больше. Пришло время, когда надо было снять жгут, так как кровотечение должно было уже остановится.

— Готово. Сильно болит? — спрашиваю я.

— Жить буду. Спасибо тебе.

И так мы продолжили свой путь...

***

Сердце бешено стучало, его ритм чувствовался во всём теле. Я не спешила выходить, остерегаясь и беспокоясь о своей безопасности. Мой друг в недопонимании так и сидел у стены. Сейчас у меня появился шанс рассмотреть его. Чёткая линия подбородка придавала ему серьёзности и шарма, интересный характер у человека с глубоко посаженными глазами. Человек, обладающий такими глазами, осторожный, скрытный, но не трусливый. Возбудимость темперамента, врождённая подозрительность, почти животная чувствительность делают его весьма опасным противником, которого лучше не дразнить. Цвет его глаз невозможно объяснить. То ли это глубокий синий, то ли глубокий чёрный. Они будто сверкают на свету, как бушующий океан. Ожидаемо было увидеть чёткие, ровные скулы, которые выразительно выделялись на его хмуром лице. Густые чёрные брови нависли над томным взглядом и застыли в одном положении. Пухлые бледные губы имели чёткую окантовку, орлиный нос создавал лёгкую тень.

— Чего пялишься? — зарычал он. Испугавшись, я немого подскачила и резко отвернулась, но его натура будто манила, поэтому я иногда поглядывала из-под тишка.

— Ну что, идём.

— Куда? А если там опасно?

— Как хочешь, я иду, а ты и дальше сиди здесь, пока не сдохнешь. Могу даже дверь закрыть, — ехидно сказал он. Злоба накрыла меня с головой, я открыла рот, попытавшись что-то выпалить, но резко передумала.

Он решительно переступил порог камеры и растворился в белом ослепительном свете. Я долго стояла, переминаясь с ноги на ногу, и решала идти мне или нет. Что-то меня сильно пугало и я не могла найти в себе силы выйти за пределы помещения. Я уже привыкла к темноте и здесь я чувствую себя защищённой. Всё-таки решаюсь и, сжав ладони в кулак, иду на встречу свету. Мгновение спустя, я улавливаю резкий запах дыма, проникающий глубоко мне в лёгкие и впитывающийся в моё тело, волосы, одежду. Огромные хмурые облака закрывают солнце, окутывают тьмой окружающую среду. На моих глазах сразу всё меркнет и теряет цвет, будто кто-то наложил фильтр "ЧБ". Замечаю моего знакомого, который стоит ко мне спиной и что-то бурмочит. Мне до ужаса стало интересно и я тихо подкралась ближе.

— Всё будет сделано. Осталось 15 минут, — слышу я. И конечно же мне не может так везти, я, увлечённая разговором, спотыкаюсь об камень и издаю шипение сквозь зубы. Он резко оборачивается и смотрит га меня, испепеляя взглядом. В глазах горит пламя нарастающего гнева.

— Тебе жить надоело?!

— Что это было? Почему осталось 15 минут? — снимаю с себя маску и вдыхаю свежий воздух.

— Я бы не советовал тебе этого делать, — принимая его слова за чистую монету, я, паникуя, быстро надеваю маску обратно. Он делает тоже самое.

Как параноик я отсчитываю каждую минуту. 14 минут, 13 минут, 12, 11, 10. Всё это время он, не отрывая взгляда, смотрит на наручные часы. 9 минут, 8 минут, 7, 6. Паника охватывает меня и я судорожно начинаю дышать. 5 минут, 4 минуты, 3 минуты, 2, 1. Остаются только считанные секунды. Я не понимаю, что происходит.

— Объясни мне! Немедленно! Что ты знаешь?! — кричу я, приближаясь к парню.

— Игра началась, — злобно, усмехаясь говорит он, будто издеваясь.

Глава 8

Почему такая красивая луна? Она единственный свет в полной тьме. Её свечение такое бледное и холодное, кажется, что она совсем близко. Хочется протянуть руку и дотронуться, ощутить космическую загадочность. Сестрица-Луна, будто исключительный выход, единственная надежда на спасение, единственный лучик в ночи. Она кажется такой одинокой и отрешённой среди мерцающих звёзд.

Всем телом ощущаю приход холодов и морозов. Ночью воздух такой ледяной, поэтому приходится искать вариант как бы согреться. Только сейчас понимаю, что я потеряла свой рюкзак с вещами. Сейчас нахожусь в рваной футболке, кофте и джинсах. Через ткань просачивается омерзительный холод, из-за чего я почти себе всё отморозила. Сидя на ограждении не работающего фонтана, я смотрю на ночное небо и слушаю крики ночных птиц. Мной овладевает полное недопонимание происходящего. В голове звучит грубый голос: "Не снимай маску, если хочешь жить" Я полностью потеряла связь с внешним миром. Мой сотовый давно сдох и вернуть его я уже не смогу. Также я не смогу вернуть свою нелёгкую, но ценную, прежнюю жизнь. На глазах наворачиваются слёзы, когда воспоминания пулей врезаются в мой разум. Передо мной стоит образ моих счастливых родителей. Нежная улыбка мамы, её ямочки на щеках, её добрые нежно голубые глаза, в которых было, видно её светлую и искреннюю душу. Ласковые, трудолюбивые руки, которыми она гладила меня по голове, когда мне было плохо, её крепкие объятия, которыми она окутывала меня, забирая всю боль и защищая от любых невзгод. Мама всегда трепетно относилась ко мне, любила всем сердцем. Я отдавала ей всю себя, не забывая и про любовь к ней. По характеру я больше похожа на отца. Я взяла от него непробиваемую гордость, твёрдый темперамент, щедрость, готовность на самопожертвование. Всю внешность мама передала мне. После её смерти, папа часто говорил мне, как я ужасно похожа на маму и из-за этого его сердце разбивалось на мелкие осколки. Он просто не мог находиться рядом со мной, видя во мне свою любимую жену, поэтому последнее время полностью отдавался работе, тем самым редко бывая дома. Я не могу простить отца за то, что он оставил меня, не понимая, что мне тоже нелегко. Он зациклился только на своей потере и боли. Конечно же, я не могу его в этом винить, но я считаю, что это не совсем правильный выход. Мы должны были вместе справляться с тяжёлым грузом, поддерживать друг друга и любить. Теперь исчез и он. Я осталась совсем одна во всём этом непонятном воцаримшем хаосе. Я начинаю захлебываться в собственных слезах, осознавая, что и вправду совсем одна. Я потеряла семью, друзей, надежду...

Смотря в непроглядную темноту, я замечаю знакомый силуэт. Кажется, что всё это время он был здесь, жадно наблюдая за мной. Я совсем не знаю, кто он и как оказалась вместе с ним в той камере. Внутри что-то трепещет, но чувство страха подавляет это тёплое покалывание.

— Ты же что-то знаешь, — осмеливаюсь я обратиться к нему.

— Будешь себя хорошо вести, я подумаю над тем, чтобы поведать тебе страшную тайну, — издеваясь, говорит он, чётко произнося каждое слово.

— Ты действительно такой человек?

— А чего ты ожидала? — я опускаю голову и отчаянно вздыхаю.

— Сейчас такое время, когда надо держаться вместе, выживать. Я не понимаю смысла что-то скрывать.

— Я хочу есть, — неожиданно произносит он.

На моём лице проявляется не вольная, лёгкая улыбка недопонимания. Этот человек ведёт себя абсолютно спокойно и гармонично, не смотря на всё то, что произошло, и будет происходить. Могу смело заявить, что мне это нравится. — Пойдёшь со мной или останешься здесь, в полной темноте, совсем одна? — при свете луны засверкали его глаза. Ничего не ответив, я закатила глаза и двинулась вперёд. Парень удивился моей решительности и последовал моему примеру.

Улицы моего города были пустыми, мёртвыми. Лишь бумага, газеты, листья деревьев проносились вихрем. От этого было не по себе. Только сейчас я осознанно понимаю, что мы одни. Целый город принадлежит нам. Неужели, это не мечта каждого человека? На моём лице появилась улыбка. Я могу позволить себе почти всё. От этих мыслей мой живот скрутило. Желудок просил получить желанную пищу. Увидев знакомую витрину супермаркета, я рванула к огромным стеклянным дверям. Конечно же, они заперты. Так как нет электричества, они не могут открыться автоматически. Я поняла это и тут же потеряла энтузиазм. Парень усмехнулся. Я кинула на него возмущённый, не понимающий взгляд. Что смешного может быть в том, что мы лишились целого магазина с продуктами и многим другим продовольством? Есть много других мест, но это самое ближайшее, а сейчас совсем нет сил куда-то идти. Прошло немного времени раздумий, я совсем загрустила. Незнакомец, порывшись в своём рюкзаке, достал из него целый лом. Мои глаза округлились размеру метеорита.

— Как? Где? Вообще... Что? — не понимала я. — Ты не мог сделать это раньше? Всё это время ты знал, что у тебя в рюкзаке лежит чёртов лом?!

Он молчал. Просто молчал. Меня это взбесило, но я терпеливо ждала его дальнейших действий. Крепко сжав инструмент в руках, он пытался разомкнуть наш единственный вход. По всему накаченному телу напряглись мышцы, выступили пульсирующие вены. Приложив все усилия, парень жмурил глаза и скалил зубы, напрягал скулы. Капельки пота выступили на его ровном лбу и продолжили стекать маленькими дорожками. С непроизвольным рычанием, он рывком распахнул двери. От радости я крикнула. Мне показалось это глупым, но мне было всё равно. Не обратив внимания на моего тяжело дышащего спасителя, я ворвалась в огромное царство счастья. Кажется, мечты сбываются...

Вокруг темно, но меня это не останавливало. Я уверенно направлялась к отделу с продуктами.

— Эй, лови, — услышала я и повернула голову на звук. На меня летел предмет, который я поймала и крепко сжала в руках. Фонарик.

— С...спасибо. За всё, — поблагодарила я парня. Не понимаю, откуда такая любезность с его стороны. Мне казалось, что он вообще бросит меня где-то там на улице.

Я бежала по длинным коридорам магазина. Наконец я увидела отдел с продуктами. И что вы думаете, я сразу направилась ко всяким консервам, крупам и т.д.? Нет, конечно! Моей целью была арахисовая паста. Сколько раз мне говорили, какая она вредная, но я — это я. Мне абсолютно плевать, что мой желудок, после длительного времени голодания, не сможет принять весь удар вредной еды. Мне плевать!

— Где она? Где же? Ух. Чёрт. Ну, где?! — почти кричала я. Со стороны всё это, возможно, выглядело так, будто наркоман ищет очередную дозу. И мне плевать!

Как ошпаренная, я проносилась по всем полкам, сбивая всё на своём пути. Роняла бутылки, пачки с чем-то, баночки. И мне... плевать!

На одном из стеллажей стояли заветные баночки с пастой. Моему счастью не было предела. Глаза загорелись, засверкали, как фары. Быстро взяв телегу, я помчалась к еде. Руками я сгребала всё, что видела. Ёмкость быстро наполнилась сладостями. Я поудобнее села на пол, держа в руках баночку пасты. Только сейчас я подумала, как я буду её кушать. Я же в маске, которую нельзя снимать. И что мне теперь, голодать?! А если он это специально сказал? Риск. Вот на что я пойду. Взяв все силы в кулак, я медленно сняла с себя маску. Ну что же, дышать вроде могу, вроде ещё жива.

— Плевать, — произнесла я и принялась открывать баночку.

Кое-как сняла блестящую бумажку. Слюнки стекали по моим губам, я желала получить настоящее наслаждение — еду. Засунув целую руку в банку, я почувствовала приятную, мягкую, маслянистую консистенцию. Я закрыла глаза и начала жадно поедать пасту.

— М-м-м, как же вкусно. Боже... — говорила я с набитым ртом.

Мой желудок постепенно набивался всякой едой. Внутри всё трепетало. Наконец-то я почувствовала желание жить дальше. Получается, я живу, чтобы есть. Не знаю, чтобы со мной было, если бы не существовало арахисовой пасты.

Вытерев рот рукавом, я надела маску, взяла в руку фонарик и пошла дальше. Проходя мимо витрин, обратила внимание на свой внешний вид. Мягко говоря, я выглядела так, будто меня переехал грузовик – помятая внутри и снаружи. Из списка моих потребностей я выполнила только пункт «еда».

Я нашла себе новый рюкзак, одежду и была довольна тем, что имею. Теперь остаётся только найти место для ночлега. Только сейчас заметила, что мой незнакомец куда-то пропал. По времени могу сказать, что около часа назад. Интересно, всё ли с ним хорошо? Хотя, такой как он, вряд ли попадёт в какую-то передрягу. В его компании мне не так одиноко, хотя и страшно. Я шла длинными тёмными коридорами, переулками, шла между стеллажей, отделов. Пусто. Темно. Холодно.

Осматривая полку с инструментами, я, немного выглянув, заметила тень. Наконец, я его нашла!

- Вот и ты. Где можно было лазить? Почему так долго? Я уже испугалась, - идя ему навстречу, сказала я, улыбнувшись. Тень развернулась ко мне и в темноте я увидела яркие кровавые глаза. Это не он. Затаив дыхание, я начала наблюдать за таинственной тенью. Она медленно, но угрожающе направилась прямо на меня. В голове сигнал: «Беги, Розали!»

Резко развернулась и побежала, куда глаза глядели. Минуя сотни отделов, я неслась к выходу. Тень не думала отставать. Вдруг мою руку схватили и затащили за угол, я не смогла сдержать визг.

- Закройся, - получила я. Кивнув, я позволила горячим слезам вырваться наружу. Это всё от испуга и стресса. Мой организм не выдерживает такой эмоциональной нагрузки.

- Кто он? – проговорила я шёпотом.

- Так, слушай меня внимательно. Сейчас ты бежишь к выходу. Двери я зафиксировал, но поспеши. Мало ли, когда будешь проходить, тебя придавит, - указывал он мне. Хрипота его голоса подействовала на меня как лекарство, чары. Боже, о чём я думаю? – Сейчас не время спать, просыпайся, давай.

- Да, я поняла тебя.

Прокрутив приказ в голове ещё раз, я направилась к выходу. Теперь я оказалась в безопасности. Следом за мной вышел мой незнакомец.

- Кажется, мы отстали, - прямо за его спиной появилась тень.

- Эй, сзади! – крикнула я, предупредив об опасности. *Сталкер, не успев причинить угрозу нашим жизням, начал судорожно задыхаться.

- Помогите, - еле произнося буквы, молил он. Я стояла как статуя, не пытаясь ничего предпринять. Я просто смотрела.

Равнодушие – паралич души.

*Сталкинг — нежелательное навязчивое внимание к одному человеку со стороны другого человека или группы людей. Сталкинг является формой и ; как правило, выражается в преследовании жертвы, слежении за ней. Сталкер — человек, осуществляющий сталкинг.

Глава 9

Я подставляю своё сонное и уставшее лицо под холодные капли дождя. Они струйками стекают по коже, порождая долгожданное спокойствие и тишину. Хочется полной грудью вдохнуть чистый, свежий воздух, подаренный нам небесам. Хочется вдохнуть и забыться. Раствориться в крупных каплях, стать лужей, сравниться с землёй. Дождь дарит не только чистоту, смывая грязь, он очищает разум, освобождает душу и позволяет расправить мокрые крылья, но он не позволит тебе взлететь. От него не спрячешься, куда бы ты ни бежал. Тебя везде будет преследовать эта прохлада, он на своём пути сможет уничтожить всё. Сквозь гнилые крыши старых домов просачивается небесная вода, исцеляя пустой город, разрушенные жизни и надежды.

Кто я есть? Кем являюсь в эти, как мне кажется, счастливые минуты, наполненные смыслом? Сейчас я - это я. Парень-школьник, который остался совсем один в этом жестоком мире. Кто сможет меня спасти, когда я не могу?

Дождь не прекращается, и я решаю всё-таки перестать позволять ему мочить меня.

- Знаешь, а тушёная говядина с картофелем и морковью не так уж и плоха на вкус, как я предполагала, - говорит мне Сара, уплетая третью по счёту баночку консервов. - И знаешь, уникальная штука. Готовить не надо, разогревать необязательно. Тут уже всё разжевано и даже пережито. Невероятно!

- А ты не перестаёшь удивлять. Смотри аккуратно, не потеряй свою истинную сущность, - подмигиваю я ей.

- Мы, королевы, народ простой. Когда надо и требуется, можем и лицом в грязь упасть. Главное, не показывать своей уязвимости.

- По тебе не скажешь, что в твоих венах течёт голубая кровь, - заявляю я, попутно наблюдая за реакцией подруги. Впоследствии в меня летит пустая жестяная банка, и мёртвая улица заливается громким смехом.

- Интересно, как думаешь, нас ищут? - интересуется Сара.

- Думаю, всем плевать. Они огородили город, запечатали его, бросили нас тут.

- А почему бы нам не попытаться выбраться? Не думал об этом? - в голубых глазах подруги читается неподдельная надежда. В моей груди загорается желание не лишить её этого. Решаю промолчать, так как не знаю, что и ответить. Сара смотрит на меня с недоумением и продолжает уплетать еду за обе щеки.

- Ты устала. Нужно найти место для ночлега и передохнуть. Перевести дух, так сказать.

- Да, хорошо ты умеешь уходить от разговора, - замечает она. Невозможно скрыться от её натуры, видит меня насквозь. - Но, ты прав.

- Пойдём вглубь города. Найдём какой-нибудь мотель.

- А это не опасно?

- А чего бояться? Мы всё равно не узнаем, что нас ждёт. Нельзя сидеть и прятаться, ждать, пока нас найдут и спасут, - девушка грустно посмотрела вдаль, задумавшись над моими словами. Возможно, я слишком категоричен.

С каждым шагом дышать становится всё тяжелее. Я чувствую этот ком, подбирающийся к горлу. Он закрывает поток воздуха и меня прорывает на кашель.

- Эй, ты в порядке? - девушка, отложив все свои дела, обеспокоенно обращается ко мне.

- Да. Просто что-то... - не успеваю сказать я, как горло начинает хрипеть, а я задыхаться. Сара пулей мчится ко мне, держа в руках маску.

- Что-то мне подсказывает, что нам лучше их не снимать, - я, соглашаясь с её словами, продолжаю восстанавливать дыхание.

***

Спина безумно ноет. Всю ночь я спала в одном положении, лежа на деревянных досках, прикрытых тканью. Самочувствие у меня не очень: кости ломит, будто мне под шестьдесят, от переедания болит живот, потому что я всё-таки переборщила с арахисовой пастой. Всю ночь мой незнакомец сидел около меня и о чём-то размышлял, но сейчас, проснувшись, я заметила, что его нет. Что-то меня беспокоило и настораживало в его пропаже. Мне хотелось сорваться с места и идти искать его, но я продолжала сидеть, смотря сквозь огромные витрины магазина, в надежде увидеть незнакомца. Неужели я могу потерять и его? Хотя, если задуматься, зачем ему я? Зачем защищать меня и таскать с собой везде? Зачем усложнять себе жизнь грузом в виде меня? Чувствую себя никчёмной.

Просидев так ещё несколько часов, я всё-таки решаю взять себя в руки и пойти осмотреть окрестности, может, найду чего или может быть кого? Бродить по опустевшему городу доставляет большое удовольствие такой девушке как я. Имеешь ощущение некого адреналина. Мне нравится, как каждый раз мой пульс учащается, когда я заворачиваю за угол, совсем не зная, что может меня там ждать. Блуждая по улицам, я совершенно не замечаю, как пламенеющее солнце садится за горизонт. На город опускается тёмная, холодная ночь, полная тайн и загадок. Ноги уже подкашиваются от усталости, и я еле передвигаюсь. Глаза слипаются, веки тяжелеют. Кажется, что я вот-вот упаду на ровном месте и усну при первой возможности. В чувство меня приводит мотор автомобиля, проезжающего где-то рядом. Фары машины ползут по асфальту всё ближе и ближе, приближаясь ко мне. Меня охватывает паника, и, недолго думая, я высмотрела место в тени – некое убежище для меня. Как хищник наблюдаю за машиной до того, как водитель заглушает мотор. На моё лицо падают лучи света, ослепляя меня и делая уязвимой. Немного выглянув из-за укрытия, я вижу интересную картину. В салоне горят лампочки, позволяя мне видеть пассажира. За рулём сидит парень, медленно шевеля губами и держа в руках бутылку. Мне он кажется знакомым. Где-то я его уже видела, только где?

Двери автомобиля открываются, из них неуклюже вываливается нечто. На моём лице воцаряется улыбка при виде попыток парня захлопнуть дверь.

- Вот чёрт. Что с ними не так? – слышу я. Старания не увенчались успехом и парень, психанув, разбил бутылку о капот машины.

Увлёкшись увиденным, я не заметила, как перестала прятаться. Пьяные глаза парня устремились на меня. Я рывком приникла к траве, моля о том, чтобы ему это всё показалось.

- Эй, тут есть кто-нибудь? – не повезло. Не услышав ответа, он продолжил, смеясь:

- Видимо, это всё мой подгулявший разум рисует картинки, - говорит он, заплетаясь языком. – Что ж это такое то, а? Смысл этой никчёмной жизни? Зачем всё это? Я не понимаю... - сейчас что-то мелькает у меня в голове, прокручивая прошлое моей жизни. В лице парня я узнаю своего знакомого. Неужели это...это...Коул?! Серьёзно?! Судьба, чёрт возьми?

Не знаю почему, но я рада, что встретила его.

- Вот так встреча, - заявляю я, встряв в его пьяные монологи. Парень резко оборачивается на звук, исходящий из кустов. Замечая меня, он начинает широко улыбаться на все тридцать два. Его глаза стали ярче сиять, не обращая внимания на и так заметный подвыпивший блеск.

- Ох-хо хох... Розали, верно? – киваю я в знак согласия и подхожу ближе. – Честно, не ожидал тебя увидеть. Я уж подумал, что совсем тут один остался.

- Поверь, я тоже так думала. Ты пьян?

- Нет. Да. Не хочешь? – спрашивает парень, делая глоток из горлышка стеклянной бутылки.

- Нет, спасибо. Я не пью, - произносим мы одновременно. От этого становится смешно мне и ему. – А хотя, знаешь, давай сюда, - быстро и смело выхватываю я алкоголь, боясь передумать.

- Вот это по нашему, - улыбается мне Коул, при этом выглядит он чертовски мило.

Я прильнула к горлышку, делая большие жадные глотки. Волна новых ощущений накрыла меня с головой. Дыхание сбилось, я не успевала хватать воздух. Я словно летела, оторвавши ноги от земли, забыв о гравитации. Вокруг всё кружилось перед глазами, поэтому мне пришлось закрыть глаза, сосредоточившись на необычном вкусе напитка, делающего меня всё более живой, настоящей.

- Эй, малышка, полегче. Не так сразу же, - смеялся парень, наблюдая за мной. – Ну как? Как себя чувствуешь?

- Ништяк, - кидаю я, коротко.

- Поначалу опьянение обманчиво, прекрасно, волнующе, как первые мгновения любви, - парень, подняв голову вверх и посмотрев на звёздное небо, шёпотом говорит:

- У сердца с глазом - тайный договор:

Они друг другу облегчают муки,

Когда тебя напрасно ищет взор

И сердце задыхается в разлуке.

Твоим изображением зоркий глаз

Дает и сердцу любоваться вволю.

А сердце глазу в свой урочный час

Мечты любовной уступает долю.

- Уже цитируешь Шекспира? – удивляюсь я. – Сколько же ты выпил? – взглянув на меня, он прыснул, и мы оба расхохотались.

Опустошив ещё одну бутылочку, я почувствовала долгожданное расслабление и покой. Хочется забыться и Коул мне в этом поможет...

Глава 10

Одиночество. Мне нравится испытывать это чувство. Ты остаёшься наедине со своими мыслями, проблемами, странностями. Ты остаёшься наедине с самим собой. Блуждая по закоулкам своей грешной души, мы можем много нового узнать о себе. И кто знает, понравится ли нам такие новости? Станешь ты мириться с ними? Или закроешься навсегда в себе? Осознание чего-то часто приводит к разным выводам. Само осознание это и есть некий вывод. Потом приходит смирение. Осознавая своё одиночество, мы либо смиряемся с этим, либо решаем что-то менять. Переживание отъединённости приводит к тревоге и отчаянию. Ты сам загоняешь себя в тупик, сам заключаешь себя в темницу. И у тебя больше нет шанса выбраться. Ты один!

Но иногда, всё-таки, я ломаю себя, меня уничтожает чувство одиночества. Мне хочется общения, близости, душевного удовлетворения. Для меня ценны человеческие взаимоотношения, дружба, сотрудничество. Одиночество - это неполноценность души. Ты будто птица в клетке. Банально? Да. Но, что, если оно так и есть? У тебя есть красивые, длинные, пушистые крылья. Ты можешь парить над землёй, любоваться течением жизни с высоты. Одиночество обламывает тебе эти крылья, и поэтому ты больше похож на беспомощную утку, которую вскоре ждёт неминуемая, печальная участь. Сидеть сложа руки и ждать - это удел для слабых. Ты должен взять свою жизнь в свои руки. Управлять ею так, как считаешь нужным, и как хочется тебе. Надо жить реальностью. Насколько бы она не была ужасной надо верить в неё. Поверьте, веря в мечты, вы не станете счастливей. Особенно, если это пустые мечтания. Вы ещё больше усомнитесь и потеряетесь. Этого делать не стоит. Надо принимать всё, что с тобой происходит, независимо от того, что оно из себя представляет.

Вы спросите, принимаю ли я происходящее? На данный момент, да. Я смирилась. Вот так просто. Я не вижу смысла отрицать очевидное. Бывают случаи, когда нужно бороться, противостоять всему ради лучшего, а бывает, когда надо смириться с тем, что всё пропало, пошло к чёрту, пошло по наклонной. Это как видеть, что воздушный шарик улетает прочь и не пытаться его догнать, словить, остановить. Достаточно всего лишь смириться с его потерей. Верить в то, что прилетит другой.

Ничего не помню. В голове пусто, как в космосе после уборки. Присутствует и такое чувство, будто и в моей голове прибрались, стёрли всё к чертям. Больше никогда не буду пить... Хотя бы это обещание я не хочу нарушать. Очнулась я на заднем сидении Форда. Слипшимися глазами я пытаюсь разглядеть обстановку. Окна машины запотели от сжатого воздуха. Что же тут вчера происходило? Замечаю спящего Коула. Его мокрая запрокинутая голова покоится на спинке сидения, из открытого рта текут слюнки, и он громко храпит. Ноги запрокинуты на приборную панель, а руки разведены в стороны. Как так можно спать? Ему удобно? Вся эта картина насмешила меня, и я невольно улыбнулась самой сладкой, сонной улыбкой. Мозги будто плавятся от невыносимой боли. Мне срочно нужно на улицу или сразу в аптеку. Натянув на себя маску, я решила, наконец, выйти из машины, не побеспокоив Коула. Чёртова голова разрывается на мелкие кусочки, виски пульсируют и меня безумно тошнит. Собравшись с духом, я с уверенностью направляюсь в аптеку, абсолютно не зная куда идти. В этом вся я. Города я почти не знаю, так как на протяжении всей своей жизни практически не выходила из дома. Я было одинокой, замкнутой девочкой, которой чуждо гулять со сверстниками или отправляться в поездки для школьников. Вот поэтому я сейчас иду по пустынной улице, совсем не зная, что буду делать дальше. Была бы у меня карта. Я бы почувствовала себя охотником за сокровищами, надела бы на себя бандану и смастерила бы пиратскую повязку. С кличем "Йо-хо-хо" поплыла бы навстречу приключениям. Ох уж мои больные фантазии...

Шагая по асфальту своими ватными ногами, я чувствую на себе чей-то томный, тяжёлый взгляд. Сразу становится как-то не по себе. Оглядываясь, я никого не замечаю и от этого ещё страшнее. Чей-то взгляд прожигает во мне огромную дыру, будто уничтожая. "Мне не кажется" - говорю я про себя. Замедляя шаг, я пытаюсь восстановить дыхание, биение моего сумасшедшего сердца. Мне кажется, что этот кто-то чувствует мой страх. Я начинаю паниковать и ни с того, ни с сего, просто срываюсь с места и несусь сломя голову, куда глаза глядят. Но самое интересное то, что я их закрыла, потому что мне ужасно страшно и я не знаю куда бегу. Неожиданно для кого-то, но не для себя, я спотыкаюсь и падаю лицом в лужу, при этом успевая проехаться ним по асфальту. Я не спешу подниматься. Меня всё устраивает. Лежишь себе на земле, лицом в луже, лежишь, пока за тобой наблюдает какой-то маньяк и неизвестно какие у него планы и мотивы. Всё прекрасно. Так и надо.

Среди дня грянул внезапный, раскатистый гром с яркой вспышкой, будто давая разрешение или сигнал дождю. Я, не успев намокнуть, заскочила в первое попавшиеся здание, в надежде переждать непогоду здесь. Тьма окутала меня, лишая возможности видеть, двигаться, чувствовать. Как хорошо, что я прихватила с собой рюкзак. Достав фонарик, я поспешно его включила, осветив помещение. Свет попал на стеллажи с какими-то препаратами. Неужели аптека? Повезло. Рыская по коробкам, полкам, я нашла обезболивающее. Думаю, это то, что мне надо. Запах медикаментов витал в воздухе, одурманивая разум. Еле перебирая ноги, я ходила между рядами, осматривала обстановку. Чёртов фонарик почти сел. Он потухал на каждом шагу, всё меньше и меньше освещая путь.

- Дерьмо, - прошипела я. Закинув обратно безнадёжный источник света, я пыталась ориентироваться под сверкания молнии и раскаты грома.

Тишина давила на меня, пронзала до самих костей. Только грохот на улице не давал мне оглохнуть. Зайдя в какую-то, по всей видимости, кладовку резкий запах врезался в мои большие ноздри.

- Фу, что за вонь? - спрашивала я саму себя, будто, надеясь, что получу ответ.

Своей ногой я дотронулась до чего-то странного. Меня это напугало, но я, собрав все силы в кулак, решила всё-таки попытаться разглядеть. Я присела на корточки и руками начала нащупывать находку. По ощущениям было понятно, что я трогаю какую-то мокрую ткань, которой что-то прикрыто. Дотрагиваясь до неизвестного, я нащупала что-то холодное. Боже, это чья-то рука! Рывком я отскочила назад, влетев в стеллаж с бутылочками. Лекарства градом посыпались вниз и тут же разбились. Яркая вспышка молнии на мгновение осветило комнату, но мне хватило времени, чтобы увидеть. На полу, который был покрыт лужей алой крови, лежало безжизненное тело. Выражение лица мертвеца было настолько ужасным, что я не смогла сдержать крик и слёзы. Струи солёной воды ручьём стекали по моему лицу, смешиваясь с лужей на полу. В панике я начала ползти к выходу, подальше от этого ужасного места. Мои руки пачкались в алой крови, я рыдала и не могла остановиться. Наконец выбежав на улицу, я остановилась на ступенях этого страшного здания и подняла голову вверх, чтобы ощутить прохладу дождевых капель. Дождь смывал с меня всю грязь, возвращая здравый разум. Я видела, как кровь стекает с моих рук, оставляя красные дорожки на асфальте.

Сидя на холодных плитах и дрожа, я пыталась понять, что происходит. Почему умирают люди? Что становиться причиной их смерти? На смену недопонимания приходит ненависть. Сорвавшись с места, я беру в руку камень и кидаю его в витрину. Стекло с грохотом разбивается. Тысячи осколков разлетаются в разные стороны. Я найду его и узнаю всё, что только можно. Я найду его! Он думает, что можно вот так просто взять и пропасть после всего, что было между нами? Я его больше не боюсь! Я хочу его уничтожить за то, что он причиняет мне столько боли! Я найду его!

Я жаждала узнать правду. Она как никогда была нужна мне сейчас. Я была готова на чтоугодно, ради того, чтобы узнать, что происходит в этом несправедливом мире. В душе никто не хочет знать правду, но иногда она просто необходима. Мы говорим правду, потому что по-другому нельзя, мы хотим её услышать, мы обязаны, мыдолжны. Также мы и боимся узнать истину. Мы не знаем, что кроется за ней. Может это разрушит нашу жизнь. Некоторые идут напролом ради правды и ему плевать на последствия. И мне плевать.

Глава 11

Я много раз ошибалась в людях и продолжаю ошибаться. Это мне даёт некий опыт. Вот так бывает. Веришь ты человеку, отдашь ему всего себя, общаешься, любишь. Ты настолько привык к нему, что не можешь ожидать чего-то плохого. И в один прекрасный момент случается то, чего ты боялся больше всего. Предательство... Ты находишься в большом шоке, ты настолько удивлён, что не можешь поверить. И по своей натуре начинаешь копаться в себе, искать причины. Ты пытаешься найти этому объяснение или оправдание. Этого не нужно делать. На предательство идут осознанно и не надо этого отрицать. В какой-либо ситуации человек показал своё внутреннее "я", которое на протяжении всего общения ты не мог разглядеть. Одно происшествие может изменить человека, поменять мнение о нём. Самое обидное то, что ты действительно не мог подумать так о человеке, о единственном друге. Ты не мог поверить, что это вообще возможно. Постоянно задаёшься вопросом: "Как?", "Почему?", "Зачем?". И на эти вопросы ты не получишь ответа, потому что на самом деле он тебе не нужен. Зачем затрагивать то, что и так понятно? С того времени я перестала верить в дружбу, отношения. Для меня всё это казалось диким и лживым. А может всё так и есть? Я до сих пор не уверена в своём окружении. Везде пытаюсь найти подвох. Паранойя...

Мой ненаглядный "друг" снова отсыпается после бурного времяпровождения. Я сижу и не знаю, что мне делать. Вся эта пустота высасывает из меня жизнь, я теряюсь в ней. Не нахожу сил в себе. Сейчас я нахожусь на границе между надеждой и отчаянием. Подозрительно спокойно последнее время и мне кажется, что так оно и будет. Спросите, а что плохого в спокойствии? А я отвечу, что порой оно надоедает, и ты чувствуешь себя амёбой. Безнадёжность, я считаю, синоним к слову спокойствие. Смотря и осознавая происходящее, я просто сижу. Я понимаю, что ничего не могу, ничего не знаю. Я просто безнадёга.

Двери машины со скрипом открываются, и из них вываливается Коул. Своими одурманенными, глубокими, карими глазами он смотрит на меня. На его бледном лице появляется улыбка, выражающая насмешку. Тихонько смеясь, он, сгорбившись, облокачивается на дверцу и, обращаясь ко мне, мямлит:

- Ты знаешь, так и помереть можно. Сидишь тут уже, какие сутки и размышляешь не весь о чём. Нужно меньше думать, больше жить.

- Я заметила, тебе не свойственно думать, - саркастично улыбнулась я.

- А ты наблюдательная.

- Ты не знаешь ничего о Майкле и Саре? Не встречал их, случайно?

- Нет. Они, наверное, уже где-то за периметром, развлекаются.

- Не думаю. Нам надо их найти, надо объединиться и что-то предпринимать.

- И что ты собираешься делать?

- Пока не знаю, - отчаянно выдавила я.

- Думаешь, что-то изменится? Не смеши меня, персик, - я посмотрела на него своим проницаемым взглядом, излучая недовольство.

- Ну, не злись, тебе не к лицу.

- Иди ты, - я схватила рюкзак, рывком закинув его на плечо, пошла вдоль улицы.

- Ну, и куда ты собралась? Эй, ну прости, слышишь? - молчание - мудрость.

Мои ладони сжимались в кулак, а ноги несли меня всё дальше. Мною движет злость и ненависть. Надоедливый "друг" плёлся сзади, рассказывая мне истории из своей жизни. Одна из них меня очень заинтересовала, но я ему этого не показывала, продолжая держать нужный темп и не обращая на него внимания.

- Как ты могла понять, я не слабый телом и болен духом. У нас с Майклом была большая компания, мы часто выпивали, но я удивляюсь, как Майкл ещё не перешёл на тёмную сторону. Он остался всё тем же "хорошим мальчишкой". Я уважаю его за это. Он часто вытаскивал меня из разных передряг и помогал справиться с проблемами, а их было много. И теперь судьба-индейка нас разлучила.

- Я скучаю по ним...

- Поверь, я тоже, - я не заметила, как Коул успел догнать меня. Положив на моё плечо свою горячую ладонь, он продолжил:

- Не переживай. Мы найдём этих засранцев, где бы они ни были, - я попыталась улыбнуться, но выражение моего лица было мало похоже на улыбку.

Неизвестно сколько людей осталось в этом городе, сколько погибло, а сколько сумело выбраться и зажить по-новому. Одно знаю точно, тут осталась я, совершенно одна, не имеющая никакой надежды, напугана и наивна.

Уже конец осени. С голых деревьев опадают последние сухие, пожелтевшие листья. Сухие ветки колышет прохладный северный ветер, принося с собой холод. Птиц давно не слышно, они давно не поют своих звонких песен, не порхают над головой. На коже ощущается лёгкая гладь мороза, даже солнце стало светить тусклее, будто перегоревшая лампочка. Погода полностью отражает моё состояние души. Я такая же холодная, тусклая, мрачная и непостоянная.

Мы всё идём, совершенно не имея курса. Ноги несли меня сами собой. На мгновение мне показалось, что между деревьями пляшет поток огоньков, но потом всё разом утонуло во мраке. Вдруг в лицо подул холодный ветер. Он будто шептал мне что-то на ухо. Тело мгновенно покрылось мурашками. Сквозь тонкий свитер просачивались морозные потоки воздуха, от чего я начала дрожать. На секунду я задумалась, дрожу я из-за холода или из-за страха? Ведь где-то вдали я сумела разглядеть маленькие огоньки и расслышать тяжёлые шаги. Чей-то топот гулким эхом разносился по округе, теряясь в мрачном, тёмном небе, на котором не видно ни единой мерцающей звезды.

- Ты видишь то же, что и я? - спрашиваю я дрожащим голосом, идущего рядом со мной Коула. Он лишь кивнул головой. Огни всё ближе приближались к нам, а шаг становился всё громче. Я не останавливаясь, продолжала идти навстречу.

- Что ты делаешь? Остановись, - звучал голос "друга" во тьме. - Ты с ума сошла? - он схватил меня за руку и оттащил к себе.

- Отпусти. Я должна узнать, что там. Может, эти люди нам помогут, - для меня это был единственный шанс на спасение.

Страха не было, только желание на нормальную жизнь. Не тратя время на глупые размышления, я рванула с места. Махая руками, я пыталась привлечь внимание. Где-то позади я слышала жалкие попытки Коула меня остановить, попытки, которые ветер нещадно заглушал. Свет прожектора упал на моё лицо. Я сразу же зажмурилась и попыталась закрыть лицо ладонью. Следом последовал тихий смех. По голосу можно было понять, что он принадлежал девушке. Я продолжала слепнуть под лучами фонаря. Руками я тянулась к источнику света, чтобы убрать его. Дотронувшись, я медленно опустила его. Глаза сильно слезились, и я не могла ничего разглядеть из-за прозрачной пелены.

- Кто вы? - услышала я знакомый голос. Коул подошёл ближе ко мне, и одним ловким движением я оказалась у него за спиной, как за каменной стеной, до сих пор оставаясь слепым котёнком.

- А ты времени не теряла, я смотрю, - грубый голос обратился ко мне. От неожиданности, я быстро вытерла слёзы руками и уставилась в темноту. То ли синие, то ли чёрные глаза смотрели на меня. В этом взгляде я узнала его.

- Ты его знаешь? - спросил у меня Коул, повернув голову набок.

- Да.

- Даймон, кто они такие? - язвительно спросила девушка.

- Даймон? Оригинально. Бриллиант, что ли? - засмеялся Коул. Всем нутром я ощутила гнев старого знакомого.

Свет фонаря был настолько сильным, что я могла развидеть посторонних. Рядом с моим незнакомцем стояла стройная девушка. Она была одета совсем не по сезону: глубокое декольте украшало лёгкую майку, короткие джинсовые шорты, и чья-то огромная кожаная куртка была накинута ей на плечи. Узкие кошачьи глаза, подведённые чёрной подводкой, светились в темноте, потрескавшиеся от холода пухлые губы, розовый маленький носик. Её вид меня рассмешил. А главное, как она ведёт себя, строит непонятно что. Тонкие, длинные пальцы игриво касались руки моего незнакомца. Кто она вообще такая?! Как он позволяет ей прикасаться к себе? Видимо, это его новая подружка.

Чуть дальше стоял высокий, худощавый парень. Светло русые волосы, которые он постоянно поправлял, развивал ветер. Выразительные скулы придавали ещё больше худобы. Тёмные глаза сильно выделялись на бледной коже. На его плече висела гитара. Он совершенно не обращал на нас внимания, не участвовал в разговоре, парень молча перебирал пряди волос. Мне показалось это странным, он какой-то нервный.

- У меня есть предложение, - холодно сказал незнакомец. За всё это время, всё также прячась за спиной "друга", я не проронила и слова. Моим вниманием были поглощены тёмно синие глаза. Я не слушала, я тонула в бездонном океане.

- Малышка, язык проглотила? - спросила меня девушка. Омут его глаз не хотел меня отпускать. Его взгляд был устремлён на меня. Я это знаю, я это чувствую.

- Можем ли мы вам доверять? - злобно спросил Коул.

- Безусловно. Мы вам нужны, - незнакомец продолжал поедать меня хищным взглядом. - Начинаем с завтрашнего дня. Нюансы обсудим позже.

- А ты не многословен.

Холод всё сильнееовладевал моим бессильным телом. Я начала невольно покачиваться и тут же провалилась в сон...

Глава 12

Тусклые, ленивые лучи солнца пробирались сквозь тонкие стёкла окон. В воздухе летали пылинки, которые было не сложно заметить. Через деревянные, старые щели просачивался противный холод, пробирая до костей. Я ощущала, как вот-вот превращусь в льдинку, забытую где-то в снежных горах, одинокую и морозную. На землю опускается рассвет. Красное небо, покрытое множеством пушистых облаков, дарит необыкновенную магию. Хочется наслаждаться этим зрелищем, поглотить в себя его волшебство, ощутить на себе его тепло. Как же волнующе, завораживающе наблюдать за рождением нового дня, новой жизни, ещё одного шанса. Новый мир, который остался вроде бы тем же, но что-то в нём по-другому. Это явление дарит великую надежду на нелёгкое будущее. Не терпится попробовать на вкус новый день, новую возможность что-то менять, исправлять прошлые ошибки и пытаться стать лучше. Ещё не проснулась тленность, где-то крепко спят вчерашние заботы и проблемы, никто не нагнетает, всё только начинается. И так изо дня в день, каждое утро, каждый вдох новой жизни, каждая попытка...

Толстый слой пыли лежал на книжных полках. Из этого можно было сделать вывод, что здесь давно никого не было. Никто не приходит посидеть тут за интересной, увлекательной и удивительной книгой, не касается кончиками пальцев грубых, но в тоже время хрупких, переплётов, не наслаждается чарующим запахом, который пьянит тебя. Здесь больше не ходят узкими рядами книжных шкафов, в надежде найти то, что действительно по душе, в надежде прочитать новую фантастическую историю. Книги собирают воспоминания. Каждая страница, каждая прочитанная строка, абзац, буква. Стоит тебе приоткрыть её и сразу в память врезаются старые воспоминания, такие тёплые, знакомые, родные... Чтение - это невероятное волшебство. Одними буквами можно открыть человеку весь мир, показать ему все возможные места и уголки, рассказать о нелёгком жизненном пути, поведать свою историю, докопаться до истины.

Всё тело скрутило от неудобного положения. Остаток ночи я проспала в этом мягком, маленьком, уютном кресле бардового цвета. С главного зала доносятся голоса. Я, неуклюже выбравшись из моего ночлега, потопала по скрипучему полу. Выглянув из-за угла, я увидела группу людей, что-то бурно обсуждающих. Могучее туловище стоит ко мне спиной, облокачиваясь об дверной косяк. В сильных плечах я узнала своего незнакомца. Мой взгляд был прикован к нему тяжёлыми оковами, которые я не хотела и не собиралась разрывать. Мне нравилось наблюдать за ним. Его загадочная натура так и манила меня. На краю стола сидела полуголая девушка - Крис. Она вообще чувствует холод? И способна ли она чувствовать? Строя глазки всем подряд, она внимательно слушала, накручивая блондинистый локон на палец. Мне абсолютно не нравится эта особа, но я где-то ей даже завидую. Она не заботится не о чём, её не беспокоит будущее. Она просто отдаёт всю себя оставшейся жизни, не задумываясь и не тратя время на решение проблем или собственное "поедание". Парень по имени Александр, сидит на стуле из красного дерева, покачиваясь, бренчит на гитаре, легонько касаясь тонких струн. Коул выглядит раздражённым и обеспокоенным, но когда замечает меня, гнев сменяется на добрую, тёплую улыбку.

- Доброе утро, персик! - ласково произносит он. Незнакомец медленно оборачивается и смотрит на меня, водя глазами то верх, то вниз. У нас происходит контакт. Странное чувство.

- Доброе. Вижу, вы и не ложились.

- Сон для слабаков, - вставляет своё слово лицемерная Крис. Я не проявляю должного внимания, просто прохожу мимо незнакомца и усаживаюсь на стул.

- Эй? - я оборачиваюсь на знакомый грубый голос, который пронзил меня острой стрелой.

- Спасибо, - еле произношу я от удивления, ловя в воздухе баночку арахисового масла. Чувствовала я себя максимально неловко. Это очень странно, что он вроде бы и проявляет ко мне внимание, добродушие, а вроде бы ему и всё равно на меня. Иногда он смотрит так, что хочется сквозь землю провалиться.

Блондиночка сразу же нахмурила бровки. Интересно, между ними что-то есть? Незнакомец медленно подошёл к столу и сел рядом с Крис. Сложив руки в замок, он продолжил беседу:

- И так. Объясняю ещё раз. В городе опасно оставаться, тем более, продовольства на долгое время не хватит. Скоро придут холода, и мы просто замёрзнем насмерть. Думаю, вы и сами догадываетесь, какой у нас выход.

- Может, ты расскажешь, что происходит? Ты же знаешь... - сказала я. Мне надоело смотреть на его игру в героя. Он же что-то скрывает, я это знаю.

- Ты о чём? Что он знает? - перебил меня Коул.

Злобный взгляд незнакомца пронзил меня иголками. К горлу подступила тошнота от испуга - моя обычная реакция. Его долгое молчание только приводило в ужас.

- Ты сама не знаешь, о чём говоришь.

- Да? А что тогда значили твои слова? Что значит смерть того мужчины? Что происходит в городе?! Почему меня заперли?! Ты же был там со мной! - на глазах навернулись слёзы, они душили меня, выдавая всё то, что я чувствую.

Его гордая фигура нависла надо мной, ноздри раздувались от злости. Кажется, я вывела его из себя, а это значит только одно. Все мои домыслы, правда! Я просто вскочила с места и побежала на улицу. Распахнув широко деревянные двери, я переступила порог библиотеки. Я хочу побыстрее уйти отсюда! Не видеть эти самодовольные морды! Все ведут себя так, будто всё прекрасно, легко. Они не понимают. Он делает мне больно только одним взглядом, он съедает меня заживо, каждый раз, когда я его вижу. Мне надоело это терпеть. Я даже не желаю слушать его гнилое враньё. Это всё образ, обман. Я сама не заметила, как забрела неизвестно куда. Мною правил гнев и обида.

- Розали!

- Оставь меня!

- Нет, погоди, - Коул подошёл ближе. Прикосновение его руки пронзило меня током. Я почувствовала нужность. Обернувшись, посмотрела в его глубокие карие глаза. Никогда не замечала их красоту. Сейчас они кажутся невероятным явлением, почему-то я вижу в них желание, помощь, доброту, заботу. Его руки прикасаются к моим щекам, вытирая ледяные слёзы.

- Обними меня.

- Моя малышка, иди сюда, - он прижал меня к себе. Я ему поверила, доверила свою душу. Сейчас это единственный родной человек и я это понимаю. Мне не хочется его отпускать, хочется вцепиться и просто не отпускать. - Всё будет хорошо. Этот парень знает, как выбраться отсюда. Мы выберемся, и поверь, я сделаю тебя счастливой, слышишь? Ты забудешь весь ужас, который происходил с тобой. Я обещаю тебе. Обещаю...

Он собрал меня по кусочкам. Каждая крупинка, каждый осколочек вернулся к моему разбитому сердцу, снова возрождая его. Я чувствовала то, чего давно хотела. Мне казалось, что всё вокруг сплошной кошмар и только в его объятиях я забываю обо всём, что меня беспокоит.

- Ладно-ладно. Хватит. Ты колючий, - засмеялась я, касаясь его подбородка.

- Ну, уж извините, какой есть, - удивлённо возразил он. - Идём, ты замёрзнешь.

Зайдя вовнутрь, я старалась не упустить тех чувств, которые испытывала пару минут назад, ведь я снова потеряюсь, если сделаю это. Все вели себя обеспокоенно, спешили, собирая вещи в рюкзаки.

- Что происходит? - выпалила я, вдохнув побольше воздуха.

- Идём на разведку. Я вам покажу, с чем мы имеем дело, - ответил Даймон, не посмотрев на меня. Вдруг он достал ствол и тут же перезарядил его.

- Это обязательно? - указывала я на "взрослую игрушку".

- А ты как думаешь?

Мгновение спустя, мы все стояли у входа в библиотеку. Пока незнакомец что-то бурно рассказывал, я, не обращая на это внимание, осматривала территорию. Медленно переставляя ноги, я шла вдоль пустынной улицы, окружённой тихими домами. Наконец, я ощутила покой. Мне не хотелось забывать это чувство, ведь мне его так не хватает. Маленькие камушки хрустели под ногами, а высоченная трава щекотала голень. Завернув за угол, я заметила свежие капли крови на холодном, мокром асфальте. Я сжала руки в кулак, боясь поддаться панике и сбежать, испугавшись. Но что-то подсказывало мне, что я выбираю верный путь. Я просто шагаю по кровавым следам, издавая глубокие вздохи, в попытке успокоиться и прийти в себя. Когда капли становились больше, я почувствовала холод, дрожь во всём теле. Шорох, который доносился из-за поворота, заставил меня оцепенеть.

Вдох. Выдох, Розали. Вдох. Выдох.

Сделав опору на одну ногу, я руками ухватилась за стену и попыталась незаметно выглянуть. Пересохшие губы дрожали, а ноги еле держали меня. Ртом я хватала воздух, как рыба на суше. Мой взгляд устремился на тёмноволосую девушку, прижавшуюся к стене. Из раны в ноге сочилась кровь и она, не жалея себя, всё туже затягивала повязку. Моя неудачная попытка провалилась, когда я, нечаянно оступилась, тем самым выдав саму себя. Девушка резко развернулась на звук, но меня не заметила, так как я успела спрятаться.

- Вот чёрт, - прошипела она. - Где же его носит?! - её голос показался мне очень знакомым. Очень знакомым...

Снова выглянув, я устремила оценивающий взгляд на раненую. Она всё пыталась остановить кровотечение. Лица я не могла разглядеть, так как она стояла ко мне спиной. Мне взбрело в голову подойти ближе. Маленькими шажками я двигалась по направлению к ней. Пульс учащался, а дыхание приостанавливалось. Ещё чуть-чуть и я задохнусь. Я протянула трясущуюся руку и легонько коснулась её голого плеча. Не успев среагировать, на меня был наставлен острый предмет, я лишь громко сглотнула. Голубые глаза смотрели на меня, а я не могла понять, реально ли всё это? Моя лучшая окровавленная подруга наставила на меня нож. Я опешила, не могла поверить собственным глазам. Сара хлопала пышными ресницами, словно ожившая кукла из кукольного домика. С яростным взрыдом она откинула нож так, что он с грохотом упал на землю и этот звук разнёсся вдоль проулка. Будто голодный зверь, жаждущий пищи, Сара накинулась на меня, обнимая за шею. Обеими руками я обхватила её, боясь вновь потерять. Горячие слёзы лились по бледному, уставшему, мёртвому лицу. Я осознавала, что обрела настоящее счастье. Будто, маленький ребёнок, нашедший любимую старую пропавшую игрушку.

- Сара... - вырвалось у меня из груди, из самой глубины души, из самого потайного местечка в моём сердце.

Я нашла её. Нашла своё спасение...

Глава 13

- Мы, будто, были героями какого-нибудь боевика. Мы бежим, держась за руки, а за нашими спинами взрывы, пламя, всё взлетает в небо. Это чувство не передать словами. Зато, у меня так дрожали коленки, что я еле успевала за Майклом. И знаешь, после того, как мы устало приземлились на землю, нас прорвало на истерический смех. Уверена, со стороны это выглядело дико странно, - возбуждённо рассказывала Сара. Я внимательно слушала её, ложкой поедая арахисовую пасту. Выпучив свои серые глаза, я с особым интересом наблюдала за каждым движением губ подруги.

- Да, это было что-то. Сара, ты забыла упомянуть, как ты ныла всю дорогу о том, что твой наряд совсем не подходит для текущей ситуации, - с ухмылкой произнёс Майкл. Сара, хмыкнув, толкнула его в плечо, и помещение залилось нашим громким смехом.

Никогда не думала, что наблюдать за ними будет самым приятным занятием. На душе было так тепло и спокойно, что я не могла сдерживать восхищения и радости. Казалось, что всё потерянное вновь обрело своё место в моём сердце. Я ни за что и никогда бы не променяла это ощущение.

- Я так скучала по вам. Мне было безумно тревожно, я каждую ночь переживала. Позволяла себе думать, что вас, возможно, уже нет...

- Оу, Рози, всё хорошо, теперь мы будем вместе. Признаюсь, мы места себе не находили. Я так жалею о том, что не пошёл с тобой тогда. Может, всё было бы по-другому, мы бы тебя не потеряли. Прости меня, - нежный голос друга пронзил мою душу, на глазах навернулись слёзы. Мотая головой, я отрицала вину Майкла и пыталась смахнуть солёные капли.

- Нет-нет, ты ни в чём не виноват. Даже не смей думать об этом, ты меня понял? – дрожа, сглатывая каждое слово, твердила я. Вцепившись в плечо Майкла, я притянула его и зарылась глубоко в объятия. Втянула в себя такой родной и любимый запах, сердце беспощадно ныло.

- Так, мы все поняли, произошло воссоединение семьи, но хватит распускать сопли. У нас есть дела и поважнее, - выплеснула свой змеиный яд блондинка. Внутри меня всё горело от ненависти, хотелось взглядом испепелить её нежную кожу дотла.

В комнату ворвался ледяной поток воздуха, когда деревянные двери открылись. На пороге появилась могущественная фигура. Уставив на меня свой тёмный, тяжёлый взгляд, Даймон напрягся. Громкими шагами он ближе подошёл к столу и опёрся двумя руками. Опустив голову, он выдавил горячий выдох. Резко его взгляд снова устремился на меня. Теперь он выражал тревогу. Всё это время я, не отрываясь, смотрела на него, пытаясь понять, в чём дело. Его широкие плечи вздымались от частых и глубоких вдохов. Всё сильное тело незнакомца гудело от напряжения, на руках, сжатых в кулаки, выступили вены. Широкие, тёмные брови нависли над тёмно синими глазами, он продолжал смотреть на меня, медленно и искусно смакуя. Эмоции по очереди овладевали Даймоном. Не возможно было угадать и понять, чем он взволнован, о чём думает, что его тревожит. Все присутствующие не замечали его состояния, было чувство, будто я снова заперта в клетке вместе с ним. Меня охватило сомнение. Что-то меня тянуло к нему, пыталось анализировать собственные действия и поступки других, но также я понимала, что не должна так реагировать, мне должно быть плевать. Не знаю, чем я думала, и что мною управляло, но, медленно встав со стула, я направилась к неподвижной фигуре. Моя ледяная рука коснулась мускулистого плеча. Даймон резко повернул голову в мою сторону, реагируя на моё прикосновение. Я волновалась. Прокручивая в голове все возможные фразы и слова, я нервно закусывала губу. Я не могла точно дать отчёт своим действиям.

- Ты как? – судорожно произнесла я, глотая ком в горле.

Тёмно синие льдинки сверкнули, пронзив моё сердце осколками. Его взгляд застыл на моём лице, словно множество снежинок. Почему-то становилось холодно. Моя кожа покрылась инеем от одного его взора. Тут, его скулы дрогнули, губы сжались в тонкую полоску и Даймон рывком покинул помещение, покинул моё сердце. Всё это время я ощущала, как его сильные руки сдавливали мою хрупкую грудь, льдом ломая рёбра, но как только он исчез, я снова смогла свободно дышать.

Я не понимаю, что заставляет меня испытывать такое. Всё дело в его натуре, наверное. Сжав спинку стула, я, отодвинув его, вернулась на своё место. Чувствую себя конструктором: рассудок пропал, сердце украли, душа потерялась.

- Эй, Рози. Что с тобой?

- Привет. Что? Ничего, - передо мной появился кареглазый друг.

- Снова витаешь где-то? – с усмешкой спросил Коул.

- Да, наверное...

- У нас мало времени, собирайтесь и выходим. Даймон ждёт всех снаружи.

***

Мы шли группой, стараясь не отставать. Впереди шёл Даймон, как бы являясь нашим направляющим. Закинув ему руку на плечо, плелась блондинка, покачивая бёдрами. На это я могла только закатить глаза, выразив недовольство. Небо покрылось синими пушистыми тучами. В воздухе кружил мороз, щипая щёки и нос. Всё меньше листьев, срываясь с деревьев, они растворялись в холодном воздухе. Зима будет долгой, она будет вечной. Мы шли небольшими шагами, осматривая территорию. Вокруг было тихо и пусто. Именно на этом месте мы встретили Даймона и его "компанию". Длинная асфальтированная дорога вела далеко вдаль, к границе. От неизвестности я безумно нервничала. Я была не готова к такому, мало ли что пойдёт не так и кто-то пострадает. Я не готова к потерям. Руки начали трястись, то ли от холода, то ли от страха. Моё волнение заметил Коул. Он шёл рядом, поэтому с лёгкостью мог дотянуться до моей руки. Он крепко сжал её, слегка поглаживая. Я ощутила тепло его кожи. Повернула голову в его сторону, так отреагировав на его действие. Посмотрев на меня, он широко улыбнулся, ещё крепче прижав меня к себе. Не то чтобы, я чувствовала неловкость, просто такого у меня никогда не было. Никакого внимания со стороны мужского пола. В основном, я никогда не нуждалась в этом. Мне было комфортно сидеть в своём коконе. Была обычной заучкой, скучной и не особо выделяющейся. Никто не мог разглядеть во мне что-то, кроме стеснительности и замкнутости. Сама я-то знаю, что это всего-лишь часть меня, которая живёт и показывает себя только в общественных местах, с незнакомыми людьми. Когда-нибудь найдётся тот человек, который увидит во мне истину.

Глава 14

Набрав на ложку содержимое жестяной баночки, я поднесла это к носу. Пахнет неплохо. Пожав плечами, я не спеша запихнула это в рот. На вкус похоже, на пресную жижу из овощей и кусочков мяса. Деваться некуда, я настолько голодна, что готова съесть что угодно. Так тихо, только слышно, как стучат ложки. Все мирно поглощают «рагу», сидя в кругу у костра.

Пройдя пару километров, мы решили сделать привал и перекусить. Ночью идти очень тяжело, да и все устали. Я не имею ни малейшего понятия, куда мы идём и зачем. Даймон решил нас не вводить в курс дела, хотя я, и уверена, что его шайка точно осведомлена. Движемся мы уже больше 6 часов, и за это время я не проронила ни слова. Всю дорогу болтала Сара - неудивительно. Честно говоря, никогда бы не подумала, что буду скучать за этим. За её вечными разговорами ни о чём. Сейчас подруга умиротворённо дремлет, покоясь на плече Майкла. А Майкл не перестаёт жевать. Как он может это есть? У него на лице так и написано: «Дайте мне ещё!». Ох уж эта его любовь к еде. Помню, как он приносил мне ланч, когда я забывала брать с собой. И каждый раз это было что-то новое и невероятно вкусное. При любом удобном случае он что-нибудь да поглощал. От него часто услышишь предложения сходить куда-нибудь и покушать. Только Майкл знает искусство еды. Вряд ли кому-нибудь удастся его переплюнуть. От воспоминаний накатились слезы, и появилась улыбка до ушей. Выглядела я, наверное, не лучшим образом. Сижу с набитым ртом, плачу, улыбаюсь, устремив свой взгляд в никуда.

Неожиданно звонкий стук ложки об банку разбудил меня. Я резко повернула голову на источник шума.

- Кхм-кхм. Прошу минуточку внимания, друзья, - сказал Коул, продолжая привлекать наше внимание. - А давайте познакомимся поближе, а то, как неродные сидим. Нам, всё-таки, такой долгий путь ещё придётся вместе пройти. Ну?

- Кажется, уже достаточно знакомы, Коул - откликнулся Даймон, закуривая сигарету. Сделав одну затяжку, выдыхая дым, протянул её парню.

- Да, спасибо. Ну, то, что мы знаем имена друг друга, не значит, что мы подружились. Так ведь?

- Ты первый.

Лукаво улыбнувшись, Коул вернул палочку здоровья:

- До этого всего я был обычным парнем.

- А сейчас кто, герой? - хмыкнув, выдала блондинка.

- Кто знает, всякое может быть. Для тебя могу им стать, детка, - съязвивши, ответил он. Из меня вырвался смешок. - Так вот. У меня даже была своя мастерская, которая досталась в наследство от отца-алкоголика. Я часто зависал там, копаясь в моторах. И, кажется, это было лучшее времяпровождение, - продолжил он.

- Мы поняли, ты был механиком-одиночкой.

- Можно и так сказать. И знаете что? Мне, чёрт возьми, это нравилось. Обычная беззаботная жизнь обычного парня. А сейчас что? Всё покатилось в тартары, - на выдохе произнёс Коул. На его лице застыла унылая гримаса отчаяния.

На мгновенье всё затихло. Ночь была абсолютно тихой и холодной. Блики в небе не давали потеряться в этой безграничной темноте. Каждый раз, смотря на него, в моих глазах отражались звёзды, такие прекрасные и неосязаемые. Я окунулась в этот синий океан надежды.

Запах.... Бывает, лежишь в тёплой постели, постоянно поправляя одеяло. Сквозь окно светит холодная бледная луна. Её сияние отражается у тебя на лице и, если закрыть глаза, то почувствуешь это отрешённое прикосновение. В эти минуты ты перестаёшь быть тем, кем был весь день. Тем, кто строил из себя иного человека, которому попросту решать любые проблемы, спешить куда-нибудь, час за часом терять время на стремление к лучшему, скрывать настоящие эмоции во благо окружающим и самому себе. В этот момент ты снимаешь маску. Всё, что ты отчаянно скрывал, к чему не хотел возвращаться, от чего пытался сбежать: всё это выбирается наружу из клетки, клетки, которую ты сам для себя создал. Сквозь сжатые зубы ты издаёшь сдавленные звуки боли, которые доносятся из самых глубин твоей тёмной души. Почему тёмной? А разве мы всегда впускаем свет внутрь себя? Разве помним о человечности и добродушии? Это вряд ли. И ты начинаешь захлёбываться в слезах, задыхаться от горького и тяжёлого кома в горле. Но, открыв окно, ты вдыхаешь свежий ночной воздух, делаешь вдох снова и снова, лишь бы избавиться от этого. Ветер будто обнимает ладонями твоё несчастное лицо и дарит глоток жизни. Ночь - это время искренности и умиротворения. Когда всё вокруг спит, просыпаются старые забытые мечты, в прошлом оставшиеся обиды, недосказанные слова. Ночь - это осознанный шаг.

Пора в путь...

***

Шаг за шагом перед нами открывался вид на границу. Ещё чуть-чуть и мы у цели. Ощущение было тревожное, ведь я вообще не имею представления о том, что там находится и происходит. На удивление, мы все выспались и были полны сил, но Даймон по-прежнему оставался молчаливым и скрытным. Как же сложно его раскусить. Самой главной загадкой остаётся именно он.

Вдруг я почувствовала, что моей руки касается что-то холодное. Коул протянул мне пистолет. Не осмелившись взять, я посмотрела на него своими большими серыми глазами, наполненными непониманием и удивлением.

- Что? - Спросил он, не понимая моего взгляда, выражавшего вопрос.

- И что я должна с этим делать?

- Защищаться, - ответил он, слегка улыбнувшись.

- Ты серьёзно? Ты даёшь это мне? - Я попыталась намекнуть, что это плохая идея, ведь я абсолютно не умею и не знаю, как этим пользоваться. Покалечу ещё кого-нибудь...

- Тебе провести быстрый инструктаж? Ну, это я могу, - Коул погладил меня по голове, взъерошив волосы. Я устремила всё внимание на его руки и внимательно слушала каждое слово. Раз уж мне доверяют оружие, я должна ответственно отнестись к этому.

- Смотри, попробуй взять его вот так и направить на меня, чтобы направление ствола являлось продолжением твоей руки. Удобнее и быстрее будет его направить, если ствол будет занимать положение указательного пальца, - совершенно серьёзно начал он.

- Направить на тебя?! - Ошарашено переспросила я. - Издеваешься?

- Спокойно. Он не заряжен, видишь? - Друг показал мне пустой магазин. - Попробуй.

Я неуверенно взяла в руки М17 SIG Sauer. Боже, кто мог подумать, что когда-нибудь я буду держать в руках оружие, а тем более использовать его. Я сделала в точности, как указал мне Коул. Пистолет безумно тяжёлый, но думаю, мне стоит к этому привыкнуть. Пара секунд и вот он уже направлен на моего друга. Руки безумно дрожали, и я еле могла удержать его.

- Ага, молодец. А теперь попробуй прицелиться, используя мушку и целик. Да-да. Хорошо, - он кивал головой, помогая мне понять, что я делаю правильно.

Я стояла так несколько минут, привыкая к положению и стараясь прицелиться. В глазах уже темнело, приходилось часто моргать. Тут неожиданно я почувствовала присутствие кого-то сзади. Напряжения стало ещё больше. Оно заполонило всё пространство, и на минуту я перестала дышать. Крепкие сильные руки дотронулись до моего тела, затем ладони накрыли мои. Повернув слегка голову в бок, боковым зрением я заметила незнакомца. Его грудная клетка вздымалась, глубоко вбирая в себя свежий воздух. Я похолодела, лицо побледнело, руки вспотели, и, кажется, потеряла дар речи. Всё, что я видела перед собой, это застывшего Коула, ожидавшего чего-то. Даймон крепко сжимал мои ладони, направляя прямиком в цель.

- Спускай курок, - хриплым голосом сказал он. Мне уже казалось, что пистолет полностью заряжен и сейчас, сделав это, произойдёт необратимое. Бешеное биение моего сердца отдавалось гулом в ушах. С каждым вдохом мои лёгкие сжимались всё сильнее. Кажется, моя паника влияла на всех: уже даже Майкл с Сарой поверили в опасность оружия в моих руках. - Ну же, - повторил грубый голос, будто проникая в моё сознание.

Набрав побольше воздуха, я зажмурила глаза. Мой палец мгновенно нажал на курок.

- Бах! - Коул упал на землю, скорчив лицо от боли. Внутри всё замерло. Тот воздух, который я вдохнула, начинал заканчиваться. Я рывком подлетела к другу, резко выдохнув.

- Эй?! Слышишь меня?! - Я трясла его за плечи, пытаясь разбудить. Нет, нет, нет. Не может быть. Мои глаза начали наполняться солёными каплями. Пальцами я сжимала его куртку.

- Рози... - Его рука коснулась моей щеки. Открыв глаза, я увидела сверкающую улыбку.

- Да ты чёртов придурок! - Крикнула вслед Сара. Я ничего не понимаю. Мои руки прошлись по его телу. Громкий смех разлился на всю улицу. Слёзы продолжали капать на асфальт, оставляя мокрые капли, будто от дождя.

- Со мной всё хорошо. Я пошутил, - игриво сказал Коул, поднявшись на локти. И до меня, наконец, дошло. Я настолько прониклась страхом и паникой, что попалась на глупую уловку этого засранца.

- Да пошёл ты! - Толкнула его я. Встав на ноги и пытаясь удержать равновесие, схватила рюкзак, и, развернувшись, ушла прочь.

- Прости, персик! Да ладно тебе, - кричал он мне вслед.

- Теперь-то она тебя точно пристрелит, - уверено заявил Даймон, спрятав пистолет в жилет. - У нас нет времени, надо идти.

***

Высокий забор из сетки окружал наш город. Проволока сверху была под напряжением. Быстро осмотрев глазами местность, я заметила стоящие вдалеке военные машины и множество охраны по всему периметру. Люди были недурно снаряжены: шлемы, автоматы, бронежилеты. Мы все скрылись в кустах, плотно прижавшись к земле. Я передала бинокль Даймону и устремила свой взгляд на него.

- Есть что спросить? - Не отрывая взгляда, сказал он.

- Вообще-то да. Что ты собираешься делать? Идти туда глупо и бессмысленно. По сравнению с ними, мы голые с ног до головы.

- У меня есть план, - как обычно ничего информативного.

- Может, поделишься? - Встрял Майкл.

Глубоко вдохнув, будто раздражительно, незнакомец оставил бинокль:

- Когда надо будет, я всё скажу, а пока, делайте то, что говорю. Сидите тихо и выжидайте.

Неудивительно. Хотя, на что я надеялась, когда спрашивала. На адекватность ответа? На доверие и справедливость? На то, что Даймон наконец расскажет обо всём? Встретившись взглядом с Майклом, я кивнула. И мы смирились.

Дождавшись глубокой ночи, мы собрались идти.

- И так, я слежу за ними уже давно. В это время на стороже остаются всего несколько человек, поэтому мы можем попробовать добраться туда незамеченными, - я приоткрыла рот, но ничего не произнесла, так как Даймон резко вонзился в меня взглядом и продолжил. - Мы будем передвигаться точно по схеме: друг за другом, в полуприседе. Стрелять только по моей команде. Всем понятно? Точно? - Он снова посмотрел на меня. Я кивнула.

- Ну что ж, вперёд! - Коул перезарядил «игрушку».