Игра на выбывание. книга 2

Глава 1

Теперь зал уже не казался таким небольшим, как было в начале игры.

Хотя, чему тут удивляться? Здесь раньше без малого добрая сотня человек в панике во все стороны металась; шумели, кричали, что-то доказывать друг другу пытались. Когда этакий сумбур вокруг творится, и во дворце тесновато станет.

И, вроде и времени с тех пор совсем немного прошло, а как всё разительно изменилось.

Я пробежался взглядом по безмолвному ряду однотипных дверей, окружавших по периметру зал, мазнул глазами по таймеру, и задумчиво посмотрел на широкий в форме полумесяца стол, установленный посередине.

И что мы сегодня празднуем, интересно? Скоропостижную смерть почти сотни невольных игроков? Или то, что самих, пока что, клоун из своей ведомости не вычеркнул? Тоже не самый весёлый повод.

— Антон! — радостно взвизгнув, выскочила из-за стола Инга, бросаясь ко мне. — Живой! А я уже волноваться начала!

В течении следующей пары минут я был расцелован, измазан помадой и залит слезами внезапно разревевшейся подруги.

— Я боялась, что ты не прошёл в следующий этап, как Геннадий, — пояснила мне девушка, слегка успокоившись. — Пять табуреток всего осталось!

— Каких табуреток? — удивился я, стирая с губ помаду.

— Да у стола тринадцать табуреток всего стоит, — сбивчиво объяснила мне девушка. — Стёпа говорит, что, видимо, как раз столько игроков в третий блок пробилось. Мол, на каждого выжившего по табуретке. Зачем лишние ставить? Восемь человек уже собралось, а тебя всё нет и нет! Я прям извелась вся! Пошли скорее! Я тебе и место заняла!

Под перекрестьем семи пар глаз, нехотя бреду к столу, в свою очередь разглядывая выживших; киваю Селезнёву, приветливо улыбаюсь Никите. Тот улыбается в ответ, выразительно прочертив ногтем по горлу.

Вот не любит меня отчего-то наш штатный великан. И чувствую, уже не полюбит никогда. Не вышло у меня с ним химии. Впрочем, как и с Виктором буквально прожигавшим мою скромную персону недовольным взглядом.

Ну, с этими двоими хоть понятно всё. Они и не скрывают, что моему появлению не сильно рады. Вот только и приветливой улыбке Степана, я тоже не очень верю. Вымученная она какая-то, эта улыбка, неискренняя. Хотя, может, это во мне предубеждение к своему соклану говорит? Всё-таки возле оазиса он себя с другой стороны показал.

Ещё из знакомых за столом сидела Настя. Но на местную валькирию моё появление должного впечатления не произвело, заставив лишь презрительно скривить губы.

Ну, и ладно. Хоть волком не смотрит, уже хорошо. А в друзья я к ней и не набивался.

Ещё двух игроков; полненькую женщину средних лет в белой кофточке наброшенной поверх цветастого платья и пожилого, кряжистого старика с почти полностью седой бородой, я не знал. Нет, может я и видел их раньше среди мечущегося по залу народа, но взглядом не зацепился и, соответственно, не запомнил. Женщина, в свою очередь, не скрывая любопытства, разглядывала меня, а старик, на контрасте, никакого внимания не обратил, полностью сосредоточившись на поедании салата из большой тарелки.

— Садись сюда, Антон, — хлопнул Владимир ладонью по пустому табурету справа от себя. — Рад, что выбрался, — приобнял он меня, дыхнув перегаром.

— Да что со мной сделается, — хмыкнул я, разглядывая ломящийся от спиртного и закуски стол. Инга, пристроившись с другой стороны, оккупировала мою тарелку, увлечённо утрамбовывая в неё еду: — За чей счёт банкет? Клоун расщедрился?

— Скорее всего,- выглянул из-за плеча нашего кланлидера Степан. — Я тут первый появился, — уточнил он: — Стол уже был накрыт.

— Праздник значит решили устроить, — зло процедил я, вспоминая набитый людьми зал.

— Этим может и праздник, — пожал плечами Селезнёв, кивнув в сторону Никиты с Виктором и ловко разлил водку по стаканам. — А я просто пожрать решил, раз дают. С войны привычка, — пояснил он мне, тяжело вздохнув. — Потому как потом могут и не дать. Давай, за Геннадия выпьем, — грузно поднялся он. — Если бы не вы с ним, я бы тут сейчас не сидел.

— Ты за базаром среди, лошок. — тут же окрысился Виктор, сидевший напротив, на другом конце стола. — А то, в следующий раз, можешь за этот стол и не попасть.

Никита весело заржал, опрокидывая в себя стопку и смачно захрустел огурцом.

— Столько людей сгубили, сволочи, — подал голос старик и тоже потянулся к бутылке.

— А где, кстати, проигравшие? — спохватился я, покрутив головой.

— А чёрт его знает, — процедил Селезнёв. — Клоуна пока нет, спросить не у кого. Я сам хотел с Генкой попрощаться.

— Может Гена выжил, — шмыгнула носом Инга. — Ведь вы же его мёртвым не выдели.

— Хрен там выживешь, — зло отмахнулся я и застыл, не донеся рюмку до рта: — Геннадий?! Живой?! Да, ну!

— Чего?! — выдохнул Селезнёв, подняв глаза. — Да какой же это Геннадий?!

— Геннадий, — со вздохом подтвердил я. — Вот только не тот.

Впрочем, этого Геннадия я ещё меньше ожидал увидеть, чем своего соклана. Ведь отлично помню, как он в отнорке на скальном выступе остался. Выходит, после нашего с Дамианом ухода в пещеру, Геннадий всё-таки смог как-то пересилить свой страх и мост без перил всё же перешёл.

Не ожидал, честно говоря.

— В смысле не тот? — развернулся ко мне Селезнёв.

— Может подменили? — влезла в беседу незнакомая мне женщина, впиваясь зубами в яблоко.

— Тот не тот, какая разница?! — вновь заржал Никита. — Всё равно скоро все сдохните!

— Не дождётесь, — Геннадий, мазнул по мне неприязненным взглядом и уверенно направился к столу. — Ну, хоть пожрать нормально можно, — потёр он руки. — Где кстати куратор?

— Что соскучился, что ли? — хмыкнул со своего конца Виктор, смачно чавкая. — Не переживай. Ещё появится. Хрен его потом сотрёшь!

— Да я и не переживаю, — пожал плечами Геннадий, плеснув себе в стакан водки. — Ваше здоровье, господа конкуренты!

— Ну, до поры мы могли бы стать и союзниками, — заметил Селезнёв. — Уверен, в других группах народ объединится.

— В клан что ли свой нас зазываешь? — хмыкнул с вызовом Виктор.

— Тебя как раз не зазываю, — пожал плечами Владимир. — В клан я беру только проверенных людей. Но о ненападении и взаимопомощи перед лицом других игроков, почему не договориться?

— Ты свой клан уже просрал, Витёк, — ядовито заметил я, намазывая горчицу на хлеб. — И с французами у тебя, как я понимаю, тоже не задалось.

— Не надо было Жана убивать! Валери как с цепи сорвалась!

— Так что скажешь, Геннадий? — отвернулся от Виктора Селезнёв.

— Нет, — покачал головой тот. — Я никаких союзов заключать не собираюсь. Насчёт отсутствия доверия ты правильно заметил. Я вам помогу, а вы мне в спину ударите.

— Понятно, — протянул наш лидер и развернулся к женщинам.

— На меня даже не смотри, — хмыкнула Настя, пожав плечами. — Я всегда играю в одного.

— А ты что скажешь, Клавдия?

— А я ещё подумаю. Время есть.

— О! — воодушевился, приподнявшись из-за стола Никита. — Вы вот этого дрыща к себе в клан возьмите. Самое то будет! И как только до третьего блока добраться сумел? Видимо, даже у монстров на этого доходягу лапы не поднялись!

Я, подняв глаза, увидел застывшего у двери с цифрой 86 субтильного очкарика. Ну, того самого, что от Никиты ещё в первом блоке настрадаться успел. И вправду удивительно, как он умудрился так далеко пробиться? На вид форменный ботаник.

Можно, конечно, заявить, что и наш Степан от него недалеко ушёл, но тот хотя бы последние два этапа в нашем клане состоял. Всё проще было.

— А вот представь себе дошёл! — юноша, заметно побледнев, сжал кулаки и как-то весь скукожился. Похоже, очутившись в центре внимания, он почувствовал себя не очень уютно. — Я и дальше пройду, если хочешь знать!

— Ишь шустрый какой, — Никита сел обратно, лениво потянувшись к бутылке. — Это тебе просто повезло во втором блоке со мной разминуться, — доброжелательно просветил он своего собеседника. — А ведь когда попадёшься — плакать будешь.

— Сам не попадись! Я теперь такое умею!

— Слышь, очкарик. Хорош базлать! — рявкнул, стукнув кулаком по столу, Виктор. — Хватит у двери мяться. Иди к столу. А то я чувствую, пока мы все вокруг него не усядемся, куратор не появится.

— Я не очкарик, — очкарик, наконец-то отлипнув от двери, направился к нам. — Меня Степаном зовут.

— Во! Ещё один Степан! — весело заржал Витёк. — Слышь, Птичкин, — развернулся он к Селезнёву. — Ты этого чувака обязательно в свой клан возьми. Для коллекции!

— О клане как я уже сказал, речь не идёт, — Владимир остался полностью невозмутимым, вновь не обратив на хамство своего визави никакого внимания. Меня бы, кстати, на месте Витька этот факт порядком напряг. Не тот человек наш кланлидер, чтобы на тормозах такое спускать. Явно потом в игре сразу за всё посчитаться собирается. — Речь идёт о договоре ненападения и взаимопомощи перед лицом других групп. Пока речь идёт только о нашем клане, а именно обо мне, Антоне, Инге и Степане. Остальные к соглашению, пока, не присоединились.

— Я тоже не присоединюсь, — воинственно тряхнул головой Степан под номером два. — Я теперь сам за себя постоять могу. Кому хочешь накостыляю!

— Ну, прям Рэмбо! — презрительно фыркнула Настя.

— Спасите меня семеро! — заржал Витёк.

— Дело твоё, — пожал плечами Владимир. — И не только твоё, — обвёл он взглядом всех присутствующих. — В таком случае, в будущем на помощь нашего клана попрошу никому не рассчитывать. И наезды типа: ну, вы же земляки, не прокатят. Вы тут сами для себя решили, какие мы земляки.

Не захотел присоединиться к союзу и появившийся вслед за Степаном Сергей. Ну, тот самый любитель статистики, что к нам с Викой перед началом игры подходил. Только хмыкнул презрительно, да с Никитосом дружески поздоровался.

НУ, что сказать; не ожидал. Я думал, верзила только гнобить всех вокруг себя умеет, а он оказывается ещё и дипломат!

А вот последний участник нашей фракции в третьем блоке появляться не спешил. Таймер уже последнюю минуту задорно отчитывать начал, а табурет между Клавдией и мрачный стариком, так и не удосужившемся представиться, всё ещё оставался вакантным.

— Ну, и где этот утырок? — зло фыркнул Никита, вертя головой в ожидании открывающейся двери. — Он что, на последней секунде выйти собирается?

— Видимо от Антохи заразился, — заметил Виктор. — Он у нас в первом блоке тоже жутко неторопливым был.

— А может и нет больше никого? — высказала предположение Клавдия.

— Это как? — удивился Геннадий.

— Ну, просто лишний табурет поставили, — пожала плечами женщина в ответ.

— А что, шутка вполне в духе клоуна, — согласилась с ней Настя.

— Да нет, — усмехнулся я. — Он бы скорее на один меньше оставил и позлословил потом над стоящим игроком.

— Время почти вышло, — начала было Инга и запнулась, задохнувшись от злости. — Ах ты ж!

Я, оглянувшись, наткнулся взглядом на высокого брюнета лет тридцати с пренебрежительной улыбкой приближающегося к нам. Он лениво махнул рукой, приветствуя всех, задорно подмигнул Инге и, плюхнувшись на свободный табурет, тут же потянулся к бутылке.

— Ого! Хорошо сидите, как посмотрю. Знал бы, тоже поспешил.

— Смотри не подавись! — рассерженной змеюкой прошипела моя подруга.

— И не мечтай, дорогуша! — улыбнулся тот ей в ответ. — Я всегда откусываю лишь тот кусок, который уверен, что проглочу. А ты молодец. Выкрутилась как-то. Честно говоря, не ожидал.

— Это тот самый, что тебя туземцам продал? — повернулся я к девушке. — Санёк, что ли? Я правильно понял?

— Кому Санёк, а для тебя Александр Семёнович, — отсалютовал мне стаканом брюнет.

— Не, — не согласился я. — Для меня ты именно Санёк. Так Саньком в моей памяти и останешься!

— Так, и с этим договориться не получится, — сделал вывод Селезнёв. — Придётся рассчитывать только на себя.

— - И даже больше, чем ты думаешь, Володя, — Куратор материализовался в кресле с внутренней стороны стола и, крутанувшись на вращающейся ножке, задорно помахал рукой: — Привет, народ!

Его все недружно поприветствовали, а основном пожелав много «хорошего».

— Я тоже рад вас всех видеть, — и не подумал смутиться толстяк. — - Ну, что же. Раз все наконец собрались, можно и начать, — куратор поднялся с кресла и встав по стойке смирно, торжественно продекларировал: — И так, в третий блок Игры на выбывание от нашей группы вышло тринадцать человек. Это Никита, номер 1, Антон, номер 13, Геннадий, номер 15, Виктор, номер 21, Александр, номер 28, Инга, номер 38, Клавдия, номер 39, Степан, номер 43, Владимир, номер 54, Анастасия, номер 77, Сергей, номер 80, Степан, номер 86 и Кирилл, номер 99. От имени администрации поздравляю вас с этим достижением, а также, рад сообщить, что по числу вышедших в третий блок участников, мы на данный момент делим второе-третье место, уступая лишь итальянцам. Молодцы! — тяжело отдуваясь, клоун бухнулся обратно в кресло, — Честно говоря, не ожидал от вас такой прыти!

— И что дальше? — не разделил радости клоуна Селезнёв.

— А дальше, как уже было сказано, начнётся третий блок. И очень скоро этот зал ещё больше опустеет. — смахнул невидимую слезинку толстяк. — Но нам ещё повезло, — добавил он в голос оптимизма. — Вон у колумбийцев уже сейчас за столом один игрок сидит.

— А какие страны участвуют? — решил поинтересоваться я. — И сколько игроков в каждой группе осталось?

— Огласите весь список, пожалуйста. — неожиданно поддакнул мне Витёк.

— Легко, — фыркнул клоун в ответ и картинно, явно рисуясь, махнул рукой. Над столом материализовалась небольшая таблица, сияя столбиком букв и цифр. — Сами смотрите.

Италия — 18

Россия — 13

Франция — 13

Индия — 12

Китай — 12

Мексика — 12

Саудовская Аравия −12

Австрия — 11

Англия — 11

Египет — 11

Турция — 11

Япония — 11

США — 10

Ирак — 9

Испания — 8

Норвегия — 8

Германия — 7

Греция — 6

Иран — 5

Колумбия — 1

— Во итальянцы дают! — с деланным восхищением хмыкнул Александр.

— Живучие, — согласился с ним Витёк.

— Китайцев многовато осталось, — огорчился Селезнёв. — Режешь их, режешь.

— Зато колумбийцам что-то совсем не повезло, — развеселился Никита.

— Это потому что берегов не видят, — с намёком покосился я в сторону гиганта. — Тут такие долго не живут.

— Ладно, всё это лирика, — прервал наше обсуждение куратор. — Вернёмся к нашим баранам, — искривил он губы в иронической улыбке. — Хозяева, пока, вашей группой довольны. Вон, в качестве поощрения, вам, так же как и итальянцам с французами, поляну накрыли. Остальные между прочим за пустыми столами сидят. Молодцы. Так и дальше нужно! — клоун сделал паузу и добавив в голос яду, продолжил: — Вот только дальше будет значительно сложнее.

— Кто бы сомневался, — зло хмыкнул в бороду Кирилл. — Вам по-другому неинтересно, — потряс сжатым кулаком старик. — Вам чтобы кровь рекой лилась нужно. Сколько народу уже сгубили, сволочи!

— А кстати, где эти терпилы, что во втором блоке слились? — живо заинтересовался Витёк. — Или вы их уже того? Вычеркнули?

— Да вот, решили вам праздник не портить, — развёл руками толстяк. — Всё-таки там сразу пятьдесят семь человек набралось. Тягостное, в общем, зрелище. Это вам, кстати, тоже в качестве поощрения было. Аутсайдерам смерть их соотечественников показали.

— Попрощаться, значит, с ними не дадите? — хмуро констатировал Владимир.

— Так они уже того, — пожал плечами куратор. — Покинули нас.

Тихо заплакала Инга, уткнувшись в плечо. Я же, стиснул зубы, до боли сжав кулаки. Собственная беспомощность бесила, выворачивая душу наизнанку. Вот только до клоуна не дотянешься. Сидит себе где-то за стенкой, гнида и собственной властью наслаждается!

Ну, ничего. Я по сообщённому мне адреску всё же прогуляюсь. Хоть и призрачный, но шанс, с этими уродами посчитаться.

— Гадство, — Кирилл с отвращением уткнулся в свою тарелку.

— Не то слово, — согласилась с ним Клавдия, подозрительно часто заморгав глазами.

Все притихли, каждый по-своему переваривая услышанное.

— Может, всё-таки послушаем, чем нас на этот раз обрадуют? — прервал затянувшееся молчание Степан-второй.

— А тебе не всё равно, бро?! — продолжил его третировать Никита. — Думаешь, если во втором блоке мне под руку не попался, так и дальше так будет? Ты у меня третий в очереди. Но если раньше попадёшься, то и вне очереди пришибу.

— Все мы кого-нибудь со временем пришибём, — со вздохом заяви Сергей, машинально теребя пальцами кольцо в мочке уха. — Или нас кто-то пришибёт, — любитель статистики невесело искривил губы. — А пока, ближе к делу, господин куратор. А то я ещё вздремнуть собирался.

— К делу, так к делу, — покладисто согласился клоун. — Итак начну с того, что теперь вам нужно будет не только добраться до точки перехода, но и пробиться к ней. И сделать это будет, прямо скажем, непросто, так как часть местного населения будет за вами целенаправленно охотится. Да и не только население, — подняв руку, покрутил пальцами куратор. — Там всякого-разного хватает. В общем, на месте разберётесь! — оскалился он, изображая улыбку. — Срок вам — неделя. Дальше проходят первые сто человек или столько, сколько успеют до обнуления таймера.

— А я слышал, что по срокам ограничения не будет — задумчиво потёр переносицу Селезнёв.

— Креститься не пробовал? — участливо вопросил толстяк. — Впрочем, — развеселился он, — кто хочет, может не спешить. Никому не запрещается в этом мире насовсем остаться! С теми, кто к сроку не успеет, так и случится. Долгой и счастливой жизни, правда, никому не обещаю, но о вкусах и предпочтениях не спорят. А тем, кто оставаться не хочет, срок — неделя! Впрочем, на втором этапе у вас в запасе уже будет месяц, а на третьем — год. Но там и условия ещё жёстче будут.

Мы помолчали, сосредоточенно обдумывая полученную информацию.

— Теперь о механике самой игры, — продолжил куратор. — Рад сообщить, что смерть теперь окончательна в независимости от вызвавшей её причины. Так что о возрождении можете забыть. И берегитесь своего собрата-игрока. Ведь теперь, убив, он не только уберёт с дороги конкурента, но и получит в своё пользование, почти всё, что покойник смог добыть за игру: амулеты, кристаллы, оружие. Даже дополнительный пространственный карман вместе с его содержимым вражине по наследству перейдёт. И, что на мой взгляд самое важное, он сможет изучить одно из умений убитого им игрока, — клоун внушительно повёл головой, всматриваясь в наши лица и со значением добавил: — На свой выбор.

— Это же теперь все друг другу глотки резать начнут, — побледнела Клавдия.

— А ты не попадайся! — заржал Никитос.

— А кто-то о договорённостях говорил, — задумчиво протянул Евгений. — Теперь ходи и везде оглядывайся.

— Не везде, — возразил ему куратор. — Безопасных зон больше не будет, но вы попадёте уже не на осколки, а в настоящий мир со своими законами, которые будут распространяться и на вас. Например, запрещено в каком-нибудь городе смертоубийство и та же стража непременно вмешается. Или, например, вступив в какой-нибудь отряд местных, вы можете рассчитывать, что его члены выступят на вашей стороне, не дав в обиду или наоборот, помогут вам убить другого игрока. Там всё вариативно и будет зависеть от множества факторов. В общем, всё как в обычной жизни, — резюмировал он.

— А предположим, наёмного убийцу там можно нанять будет, — задумчиво поинтересовался Степан.

— Другого игрока заказать? — оживился куратор. — Почему нет. Конечно, можно! Там даже не представляешь, какие там умельцы есть! Вот только стоит это будет очень дорого. Тебе такую сумму до конца игры не собрать.

— Съел, очкарик?! — жизнерадостно заржал Никита. — Так что ты про эту свою блажь забудь! Тем более, что тебе и играть совсем недолго осталось.

— Ну, а теперь у меня новость для умников, решивших объединиться в кланы, — куратор доброжелательно повернулся в нашу сторону. — Клановая привязка больше не существует.

— Это как? — похолодел я.

— А так, Антон, что вместе вы теперь в локации не появитесь. Вас в радиусе до сотни километров разбросать может.

— И почему я не удивлён? — пожал плечами Владимир.

— Но так нечестно! — взвизгнула Инга.

— Вот это по-нашему, — радостно потёр руки Никита. — Крыс нужно давить по одиночке!

— Не получится у тебя, Никит их поодиночке передавить, — с притворным огорчением вздохнул куратор. — В этом туре, по крайней мере.

— Это почему же?

— А на этом этапе кланы в отдельные локации попадут. В одну локацию по два клана. Ну, чтобы всё по-честному было, и они толпой одиночек не мочили. Пусть лучше между собой режутся. Правда, акция это разовая и в следующем туре, всех в одну локацию общей кучей закинут, — куратор сделал паузу и веско добавил: — Но до следующего раза ещё дожить нужно! Тем более, что локация под кланы выделена своеобразная. Там и местным-то несладко приходится, а уж игрокам! — клоун сделал внушительную паузу и попытался нас приободрить. — Но так даже интереснее! Если выжить сумеете, значит, не совсем безнадёжны. Значит и до финальной части есть шанс добраться. А там и до победы недалеко.

— Угу. Ещё семь тысяч вёдер и ключик будет наш, — глубокомысленно заметил Селезнёв.

— А ты как хотел? — пожал плечами толстяк. — Ладно, — махнул он рукой. — Сегодня отдыхайте; ешьте, пейте сколько кому влезет. Завтра, если нужно будет, я вас лично разбужу. Ещё и платочком над капсулами помашу. До встречи!

— Что-то не нравится мне этот неожиданный выпад против кланов, — тихо заметил Владимир, задумчиво глядя на место, где только что был куратор.

— Думаешь, подстава? — оглянулся на него Степан.

— Наверняка. Ничего хорошего от Хозяев я не ожидаю.

— Значит будем готовиться к плохому, — резюмировал я. — Ну, что же, завтра увидим, что за поганый мирок они для нас приготовили.

Глава 2

— Игрок номер тринадцать. Администрация проекта «Игра на выбывание» поздравляет вас с выходом в третий блок игры. Первый этап третьего блока: «Мир шести стихий» Основная задача: добраться до камня междумирья и, активировав его, перенестись в следующую локацию. Максимальное время прохождения шесть стандартных суток.

Внимание! Преобразование всех ваших умений. Настоятельно рекомендуем заново ознакомиться с описанием каждого полученного вами умения.

Внимание! Зона безопасности отсутствует. Приятного погружения!

Я охнул, мгновенно погрузившись по пояс в липкую, дурно пахнущую жижу. Привычно крутанулся, потянув из ножен мечи и едва не упал, с трудом выдернув ногу из вязкого ила.

Ну вот, как говорится, погрузился по полной! И приятного я в этом погружении не нахожу. Проклятое болото! Да ещё и видимость близка к нулевой. Мало того, что тут ещё светать не начало, так ещё и туман свинцовым покрывалом всё вокруг закрыл. Хорошо хоть вода тёплая. Мне, для полного счастья, только заболеть не хватало! Шесть дней — срок не малый. Можно и в лёжку слечь. А ухаживать за мной, если что, здесь некому.

Стоп. Почему шесть дней? Клоун о неделе говорил! Он что, до семи считать не умеет?! Или это его очередная дебильная шутка была?

Я на мгновение задумался и тут же мысленно махнул рукой.

Ладно. Пусть будет шестидневная неделя. Будем исходить их тех реалий, которые мы имеем. Лучше посмотрим, что там Хозяева с моими умениями наворотили, пока вокруг тихо. А то заявится какое-нибудь ушасто-клыкастое чудище, а я к встрече и не готов. Про отсутствие безопасной зоны, забывать не стоит.

Я быстро активировал внутренним взором игровой интерфейс и вновь чертыхнулся.

Ну, ни хрена себе! Похоже у клоуна не только с количеством дней в недели проблема; у него в игре ещё и таймер со счётчиком сломались!

Хотя нет, не сломались. Это я немного не так выразился. Просто нет на моём мыслеэкране ни сведений о количестве находящихся в локации игроков, ни цифр, энергично отматывающих отпущенное до конца этапа время. Отсутствуют данные параметры в интерфейсе, и всё тут!

Плохо. Ну, со временем я худо-бедно ещё как-нибудь определюсь. Сутки — они и в Африке сутки. Смену ночи и дня даже в этом тумане не заметить сложно. А вот счётчик. Без счётчика мне совсем тоскливо будет. Гадай теперь каждый день; сколько народу до камня междумирья уже добраться успело и есть ли у тебя ещё шансы в заветную сотню попасть. Да и о количестве игроков во враждебном клане, что в одну с нами локацию попал, я тоже надеялся информацию получить. Свои сокланы, опять же.

Я тоскливо огляделся по сторонам.

В одном клоун всё же не соврал; раскидали нас. Во всяком случае ни Инги, ни Владимира со Степаном я рядом не вижу. Правда, «рядом» это и на десяток метров в какую сторону не глянь, не просматривается.

А вдруг кого-то из сокланов неподалёку выбросило? Я замер, напряжённо вслушиваясь. Кто знает, может та же Инга всего в сотне метров от меня в трясине бултыхается?

Тишина. Даже лягушек неслышно. Или кто тут вместо лягушек обитает? В общем, ни квакает никто!

Может самому голос подать?

Ага, щас! Ещё неизвестно кто на этот голос откликнется! А я ещё с изменениями в умениях не ознакомился. И новое умение, что в награду в начале этапа даётся, не выучил. Тем более, что Ингу, находись она где-то поблизости, я бы точно услышал. Уж она-то, свалившись в болото, молчать бы не стала.

Мысленно разворачиваю список умений, вчитываюсь в тексты.

Ого! А не хило так Хозяева нас перед третьим блоком усилить решили! До идеала, конечно, ещё далеко, но всё уже не так печально, как в начале было.

В общем, откат каждого умения, после его использования, сократился в четыре раза. Так что теперь основной массив выученных навыков, таких как «Тихий шаг», «Отрицание магии», «Внезапный рывок», «Каменная кожа», я могу каждые шесть часов использовать, а «Недобрый взгляд» и «Отскок» вообще каждые семь с половиной минут в ход пускать.

Красота!

И это только одна сторона медали! Само действие умений тоже в четыре раза увеличилось!

Тот же «Тихий шаг» до сорока минут вырос, «Отрицание магии» на целых четыре секунды брошенное в меня заклинание приостанавливает. Ну, кроме божественного, разумеется. С богами у меня всё, по-прежнему, печально. «Внезапный рывок» опять же в четверо быстрее стал. Этак я перед врагом практически мгновенно очутиться смогу! «Каменная кожа» аж двадцать секунд мою тушку в неприкосновенности сохранить сможет. И «Отскок»! Мало того, что он меня на четыре метра сместить сможет. Это смещение теперь не только назад, но и в стороны работает. То, о чём я, с момента столкновения с Никитой, мечтал!

Ну, и «Недобрый взгляд» с «Затухающей искрой» улучшились. Первым я теперь наверняка своего противника упасть заставлю. А вторым без всяких мучений огонь разжечь сумею.

Тоже, между прочим, учитывая, что мне тут целых шесть суток как-то прожить нужно, не самое плохое умение.

Но особо меня порадовала «Длань разума», единственное масштабирующее умение, добытое мной в первом отнорке. Точно так же сократившись в откате до шести часов, оно позволяло теперь подготовить к мгновенному использованию как амулет с тотемом, так и заклинание. И пусть ни амулетов, ни тотемов у меня, как обычно, нет, но одно заклинание в конце третьего блока я всё же получил.

«Парящие крылья»! — заклинание, позволяющее мне спланировать с любой высоты. Вот только в отличие от умений, для активации заклинаний время на подготовку требовалось. Ну, вроде как нужно в достаточном количестве магическую энергию собрать. И с данным конкретным заклинанием — этот сбор на целую минуту растягивался. Но теперь, благодаря Длани разума это ограничение можно было обойти. Другое дело, что в болоте спланировать особо неоткуда. Но пусть будет. Мне тут почти неделю бродить. Вылезу же я когда-нибудь из этого болота?

Я вздохнул, сворачивая список, ещё раз внимательно прислушался, вглядываясь в плотную завесу тумана.

А ведь наверняка уже светать начало. И ничего.

Всё-таки обиделась Инга. Очень уж она настойчиво на совместное ожидание начала следующего этапа намекала. Нет, я в принципе, и сам был не против. Вот только наверняка показ шоу в круглосуточном режиме идёт, а устраивать для этих тварей онлайн порнуху, у меня никакого желания нет.

Вот только Инга всё равно обиделась. И утренний полёт на встречу с любимой, в этот раз не состоится.

Вот же.... Инга! Остаётся надеяться. что мы всё-таки встретимся. А пока.

Я вновь прислушался. Что же всё так тихо вокруг? Не к добру это. Того и гляди какая-нибудь зверюшка в гости пожалует. Доказывай потом ей, что я невкусный!

Ладно, по-быстрому взглянем, что мне за выход в третий блок перепало и нужно валить отсюда.

Скидываю с плеч мешок, развязываю его.

— Поздравляем! За вход в игру вы получаете эликсир умения. Приятного погружения.

Поздравляем! Вы получили ключ истинного зрения! Приятного погружения!

Не понял? Что ещё за ключ?

Подношу к глазам невзрачный кругляш, закреплённый на медной цепочке.

Ключ истинного зрения. Показывает направление, в котором находится камень междумирья и даёт возможность увидеть его. Для активации наденьте ключ на шею.

Внимание! После активации, ключ невозможно деактивировать, снять с шеи или спрятать под одежду.

Ни снять, ни спрятать, ни деактивировать. Ну, что сказать? Что-то в этом роде я и ожидал. И вот к гадалке не ходи, что каждому встречному этот ключ жизненно необходим и, вообще, дорог как память. И этот встречный обязательно им завладеть попытается. Со всеми вытекающими для меня последствиями, так сказать.

Вот только выбора у меня нет. Не зная направления, я могу этот проклятый камень до посинения искать.

Одеваю кругляш, и он тут же наливается неярким, зеленоватым свечением, чуть заметно мерцающим на груди. И следом в голове будто радар включился, заставив оглянуться.

В ту сторону мне идти, значит?

Ну что же, это направление ничем ни хуже других, а к финишу с каждым шагом ближе буду. Но прежде.

Беру в руки пузырёк.

Ого! Эпик! Не так уж и плохо. Лишь бы с содержимым не накололи. Знаю я их. Те ещё жмоты!

Срываю свиток с крышки, всматриваюсь в развернувшийся текст.

Телесный недуг. Ранг — эпическое. Люди сказывают, что Аркадий, что при дворе якинского князя служил, знатным лекарем был. Не было такого недуга, что он излечить не мог. Вот только Аркадий не только лечить умел. Бывало рассердится, сдвинет сурово брови, да и посмотрит на проказника, что провинится перед ним успел. Тот и рухнет без сил, не в силах даже пальцем пошевелить.

Время действия умения — десять секунд. Откат — шесть часов.

Ничего себе! Да это настоящая имба! За десять секунд я любую вражину на ломтики постругаю. Нахмурил брови и делай с ним, что хочешь. Да и при встрече с группой можно хотя бы на время самого опасного врага из боя вывести.

Заметно повеселев, я выпиваю содержимое пузырька, вскидываю на плечи мешок, разворачиваюсь в сторону гипотетической цели.

Всё, нужно идти. А то, и вправду, клоун какую-нибудь местную гадость меня поторопить пошлёт. Да и таймер, даже став невидимым, своего извечного движения к нулю, ради меня не остановит. Не успею к сроку, буду потом себе локти кусать.

Вырываю ногу из цепкого ила, делаю шаг вперёд и тут же проваливаюсь в воду почти по грудь.

Твою дивизию! Лихорадочно пытаюсь выбраться назад, яростно бултыхаясь в мутной воде, но ноги вязнут в зловонной каши, вдавливаясь в неё под собственным весом всё глубже и глубже. Волной нахлынула паника, руки в поисках опоры бестолково гребут во все стороны.

Нет, ну как так-то?! Мне ещё в болоте утонуть не хватало! Страшнее смерти и врагу не пожелаешь!

Лихорадочно оглядываюсь вокруг в поисках спасения. Хоть бы деревцо какое-нибудь росло. Да что там деревце, я и жиденькому кустику рад буду! Стоп. У меня же в чуланчике копьё, что я у турка отнял, в заначке лежит! Быстрее! Вода уже почти до плеч достаёт!

Сжимаю в руке материализовавшееся копьё, изворачиваюсь всем телом, пытаясь повернуться к тому месту, где я в этой локации появился, вгоняю наконечник копья как можно дальше перед собой. Древко почти полностью скрылось под водой, но самый кончик над поверхностью всё же торчит. Значит надежда есть, тут главное суетиться не нужно, иначе я его на себя вытяну.

Склоняюсь к древку, стараясь перенести вес тела на руки, и начинаю медленно, стараясь не делать резких рывков, подтягиваться к копью. Трясина отпускала неохотно, норовя затянуть назад, копьё несколько раз соскальзывало не в силах зацепиться за рыхлое дно, но я тут же вгонял его вновь, каждый раз делая это на несколько сантиметров дальше и, извиваясь как гигантский червяк, полз, выгрызая всем телом дорогу в мутной жиже.

Выбрался я с огромным трудом и пару минуть стоял, стряхивая с головы и одежды комки грязи вперемежку с обрывками водорослей. Брезгливо передёрнул плечами, чувствуя, как прилипла к телу промокшая насквозь одежда.

Ну, что сказать, начал я хорошо. Уже около получаса прошло, а я и на шаг с точки появления в локации не сдвинулся. Такими темпами я и за год до треклятого камешка не доберусь. Так и буду в местном болоте ванны принимать.

А всё потому, что копьё сразу достать не сообразил! Вместо шеста дорогу перед собой прощупывать, самое то!

И это, в трясине можно и не корячится было. Наверняка меня «Отскок» обратно бы вытянул.

Я криво усмехнулся, зябко поведя плечами.

Ничего. Зато в следующий раз я об этой способности уже не забуду. Эх! Мне бы теперь для начала до суши добраться, да обсушиться у костерка. Мокрый весь как цуцик. Это я ещё об заплечном мешке молчу. Припасам, что я в оазисе запасся, водные процедуры точно на пользу не пойдут. Печалька.

Тяжело вздохнув, я медленно поплёлся вперёд.

***

Крики о помощи я услышал ближе к полудню. Болото всё не кончалось, продолжая упорно хватать за ноги и я, к тому времени, уже порядком притомился, всё чаще останавливаясь передохнуть.

В один из таких вынужденных перекуров крики о помощи и раздались.

Я замер, напряжённо всматриваясь в туман и не зная, как поступить. Отозваться или ну его? Голос мне незнаком, а кроме игроков в этом болоте вряд ли кто с утра пораньше лазить будет. Как бы ещё и добивать этого вопящего не пришлось.

Хотя, а почему бы и не добить. Умение на выбор, лишним точно не будет.

Решившись, я осторожно побрёл на крик, привычно тыкая копьём перед каждым шагом и, не пройдя и полусотни метров, замер, рассматривая открывшуюся картину.

Из вспенившейся коричневым жижи сквозь маску из налипшей грязи и ряски на меня таращились наполненные смертельным ужасом глаза.

— Помог.... — утопающий поперхнулся, хлебнув добравшейся до рта жижи и, отчаянно рванувшись, на мгновенье чуть высунулся над смрадной поверхностью. — Спаси! Умоля....

Болото взяло своё с лихвой, наказывая строптивца за резкое движение и тот погрузился ещё глубже, провалившись в жидкую клоаку по самый нос. Лишь глаза, вылупившись ещё больше, умоляли о спасении, да голова затряслась в тщетной попытке тонущего вновь сделать рывок и хоть на миг вырваться над поверхностью.

Быстро опускаюсь на колени, так что вода перевалила за пояс и тяну к несчастному копьё, ухватившись за самый кончик древка.

— Держись!

Из тины, с всплеском вырывается рука, судорожно ухватившись кончиками пальцев за самый кончик древка, и я изо всех сил тяну копьё на себя. Скрюченные пальцы срываются, продержавшись лишь пару мгновений, но этого оказалось достаточно для того, чтобы несчастный немного приподнялся, глотнув воздуха и тут же отчаянно закашлялся отплёвываясь.

Я вновь тяну копьё вперёд и в этот раз он цепляется уже лучше, зажав древко в ладони.

— Держись, — хриплю я, стараясь в этот раз тянуть плавней, уже без рывков.

Тот держится, извиваясь всем телом, цепляется за копьё другой рукой, плюхается прямо в воду рядом со мной.

— Ты как? — подтягиваю я копьё поближе к себе. Хоть спасённый и не игрок (об этом бы меня система сразу известила) бдительности терять нельзя. Мало ли кем несостоявшийся утопленник оказаться может? Но, с другой стороны с местными на контакт всё равно выходить придётся. А лучшего контакта, чем спасение этому местному жизни, не придумаешь. — Живой?

— Спасибо! Век не забуду! — спасённый, надсадно хрипя, с трудом приподнялся, поднимая лицо и замирает, скользнув взглядом по моей груди. — Игрок?

Молодой ещё совсем. Больше восемнадцати я ему не дам. А может и ещё моложе будет. Очень уж лицо чумазое, в грязи всё. Только глазами из-под слоя грязи и моргает.

— Да мне столько не надо. Ближайшие шесть дней не забудешь и уже хорошо.

Я усмехнулся, ухватив как следует копьё и сделав шаг назад. Вроде как на посох опираюсь, но перевести древко в горизонтальное положение, и ткнуть в кое-кого и секунды хватит.

— Да не, — жизнерадостно оскалился юноша, верно оценив моё движение. — Это не про меня. Вырваться с этой дыры было, конечно, не плохо, но в могилу с этой цацкой угодить гораздо вернее выйдет. Не по дороге, так у камня встретят. Ловцы не дремлют!

— Что за ловцы хоть такие? — со вздохом поинтересовался я, не ожидая в ответ ничего хорошего.

— А то сам не знаешь? — съязвил спасённый, старательно размазывая грязь по лицу. — Охотники за ключами. Тут целые кланы на такой ловле специализируются. Как только в небе пробой прогрохочет, так и начинают по всей округе рыскать, игроков выискивая. Поймают одного, убьют и прямым ходом к камню и топают; остальных дожидаться.

— А если не поймают? — криво улыбнулся я.

— Тоже не беда, — пожал плечами юноша. — Не поймал ты, поймают другие. Главное к шестому дню к месту выйти, где другие кланы кучковаться будут. Где они, там и камень. Туда и не пойманные игроки сами придут. У них всё равно другого выхода нет.

Я нахмурился, обдумывая полученную информацию. Мда. Судя по всему, дойти до камня междумирья — это даже не полдела. Самое трудное будет к этому камешку сквозь враждебную толпу неписей пробиться.

— Весело, — сплюнул я в мутную воду под ногами. — Тебя как зовут?

— Дан.

— Может, в благодарность за спасение, расскажешь, что тут у вас вообще творится, Дан? В общих чертах, разумеется, чтобы я хотя бы осознать мог размер той жопы, в которую угодил.

— Легко, — задорно усмехнулся тот в ответ. — И поверь, дружище, она реально глубока!

В общем, население этого мира состояло из потомков таких же бедолаг, как и я. Нет, не игроков. Игроки здесь как раз не приживаются. Просто вместе с игроками сюда с завидной регулярностью закидываются из прошлого и другие группы людей. Просто так. Без какого-либо конкретного задания. Выживут хорошо, сдохнут, так мы ещё подкинем!

Но человек, как известно, по своей природе существо чрезвычайно живучее. В этом качестве с ним разве что тараканы поспорить могут. Выжили люди и здесь. Обжились, расплодились, разбрелись по миру. Но о потерянной для них Земле, никогда не забывали.

Да и как о ней забудешь, если каждый месяц во время Пробоя, сюда очередную порцию переселенцев выбрасывает? А вместе с ними и игроков, даря местным шанс на возвращение.

Ну, а что я хотел? Знал же, ключ на шею одевая, что данное действие в будущем мне кучу проблем принесёт. Потому как, если для меня камень междумирья служил точкой перехода в следующую локацию, то для местных — возможностью вернутся на Землю. Всего и делов-то; игрока до самой смерти пришибить и, с отнятым ключом, самому до камушка добраться.

Так что раз в месяц здесь начинается веселье; игроки пытаются добраться до камня, новые поселенцы стараются выжить, а старожилы либо охотятся на игроков, либо сами спасаются от впадающими в агрессию во время Пробоя хищников.

Скучать, в общем, никому не приходится

Того же Дана, к примеру, в трясину стая болотных крыс загнала. Выскочили из водяных нор к торфянику, что неподалёку отсюда находится и набросились на работающих там людей. Вот и пришлось Дану вглубь болота бежать, рискуя в трясину угодить.

Не свезло.... Угодил....

— А крысы что?

— А крысы в трясины не суются. Добежали до края, увидели, что я провалился и назад повернули. Только мне от того не легче было!

Так что местные в этом мире делились на ловцов и жильцов.

Первые, поставив перед собой задачу любой ценой вырваться с планеты и всё подчинив этой цели, жили от Прорыва к Прорыву. Объединившись в небольшие отряды в два-три десятка человек, они кочевали с места на место, пытаясь вычислить место следующего Прорыва и добывая себе пропитанием всеми возможными способами: охотой и рыбалкой, грабежом и разбоем.

Но как только случался Пробой, ловцы бросались на поиски игроков, попутно убивая и новых поселенцев; и конкурентов в борьбе за ключи и даже других старожилов, если те не могли оказать сопротивление.

Жильцами были люди, решившие, по каким-то причинам в этой кровавой гонке не участвовать и провести остаток жизни в этом мире. Причины били разные; кто-то просто посчитал, что у него нет шансов выжить в мясорубке, что закручивалась вокруг каждого ключа, кто-то решил не возвращаться на родину, а большинство уже родилось в этом мире и другой жизни для себя не желало.

Жильцы оседали на планете небольшими городками или посёлками и занимались каким-нибудь немудрёным промыслом, позволявшим выживать в этом суровом мире.

В частности, семья старика Вирса, к которой относился и Дан, поселилась на болоте, добывая и продавая торф по всей округе. Занятие тяжёлое, опасное, но позволяющее худо-бедно выживать, имея даже небольшой достаток.

— Так что меня ты можешь не опасаться, — заявил в конце рассказа юноша. — Одеть на шею ключ — это всё равно что себе смертный приговор подписать. А иначе никак. Не активировав его, ты камень не увидишь, даже если рядом пройдёшь. Да и не хочу я на вашу Землю, — шмыгнул он носом. — Я здесь родился. Мне тут привычно!

— Значит, по-твоему, я обречён? — сделал я вывод из рассказа Дана.

— Ну, я слышал, что некоторые игроки к камню как-то прорываются, — отвёл глаза юноша. В мои шансы добраться до камня, он явно не верил. — ты лучше с Вирсом поговори. Он старый, может и подскажет что.

— А там меня....

— Да не тронет тебя у нас никто! — горячо возразил Дан, догадавшись о моих опасениях. — Мы жильцы. Мы жить хотим. Другое дело, что и рады тебе у нас не будут.

— Почему?

— Так если до ловцов слух дойдёт, что ты у нас на хуторе ночуешь — жди гостей. Но я дедушку Вирса попрошу. Ты же мне жизнь спас. Ну, и за постой ты ему что-то отдашь. У нас с железом тяжко, любому оружию рады будем. Так что, на одну ночь пустят. А утром я тебя к суше выведу. Мы почти в центре болота находимся. До берега, в какую сторону не подайся, всюду топи непролазные. Это ещё здесь вблизи острова мелко. Так что без проводника ты по пути сгинешь, а если и выбредешь как-то, то времени много потеряешь.

Я задумался, не зная, как поступить. Этот их хутор запросто и ловушкой оказаться может. С чего бы местному старейшине игроков привечать? За вознаграждение? Так не проще ли незваного гостя прибить и всё себе забрать? Тем более, если железо тут такую ценность имеет? И то, что при мне только мечи, копьё и мелочёвка в мешке, ни о чём не говорит.

Во-первых, и это уже хорошая добыча, а во-вторых, если меня живым взять, да, к примеру, ногти с пальцев вырывать начать, я сам всё из своего чуланчика достану и перед ушлыми местными выложу. А это уже совсем другая добыча выйти может.

Да и ключ этот они ловцам, скорее всего, смогут сбыть. Это, конечно, если верить Дану, и им самим не нужно.

С другой стороны, а какие ещё у меня варианты есть, кроме как Дану довериться? Самому попытаться через болото пройти? И долго я ещё так бродить буду? И это я ещё по мелководью ходил. А если дальше серьёзные глубины пойдут? Ухнешь мгновенно с головой в трясину и никакой «Отскок» не поможет! А то что ухну, это к гадалке не ходи. Нет у меня умения по болотам лазить.

Я тяжело вздохнул, решаясь, и поднял глаза на чумазого паренька.

— Ладно, веди давай. Посмотрим, что там у вас за хутор такой.

Глава 3

К острову, на котором располагался хутор старика Вирса, мы вышли довольно быстро. Мутная вода нехотя скрылась под невысокими кочками, всё чаще сквозь туман стали проступать жиденькие пятна понурого кустарника и, наконец, под ноги сунулся неровный, заросший жиденькой травкой берег.

— Немного совсем осталось, — шмыгнув носом, пояснил мне Дан, — Если бы не туман, хутор уже видно было бы.

— А много народу там живёт? — вяло поинтересовался я, всматриваясь в плотную завесу.

— Много. Вместе со мной семнадцать человек будет, — ответил мне проводник и хмыкнув, пояснил: — Здесь, если не город, большой толпой не живут; прокормиться трудно. Разве что ловцы в большие ватаги сбиваются. Но им то для дела нужно. Чем больше людей, тем большую территорию при поиске игроков, охватить можно. Да и потом, у камня, чем больше ватага, тем больше шансов в схватке за ключи выжить. Арсет, что к нам из одного такого отряда ловцов прибился, сказывает, что в некоторых ватагах до сотни бойцов бывает. Врёт, наверное, — убеждённо заявил Дан. — Столько ртов только в городе прокормиться может. Вон, у нас на хуторе жильцов и двух десятков не наберётся, а живём впроголодь! И это при том, что на хорошем месте сидим, доходном. Торф, он всем нужен. Выпадет на зимний день стихия камня или земли и всё. До утра без огня и замёрзнуть можно! Потому даже ловцы стараются запас из дров или торфа иметь. И к нам за ним со всей округи идут.

— В смысле выпадет? Здесь что, камни с неба посыпаться могут? — встал я как вкопанный, даже не удивляясь абсурдности своего предположения. Ну, а что? Здесь игра. Если Хозяева захотят, и бетонные плиты на голову падать начнут. — Или я тебя не так понял?

— Скорее уж из земли полезут, — хмыкнул в ответ юноша. — Но только сам я не видел! — пошёл он в отказ, поняв, что я жду объяснений. — Я дальше этого болота и не был нигде. Тебе лучше Арсета расспросить. Он в прежние годы немало землицы истоптал, много разного видел. Тем более, что дошли мы как раз. Вот он Вирсов хутор. Конец пути!

Из тумана, и впрямь, большими, тёмными пятнами проступили несколько деревянных домов, огороженных добротным забором.

— Дядька Вирс. Я игрока в болоте встретил. К нам на постой привёл. Ему помощь нужна! — во всю глотку заорал Дан, решительно направляясь к самому большому дому.

— Привёл и привёл, — вытирая руки о засаленный тёмно-серый фартук, одетый поверх коричневой рубахи, на крыльцо вышел седовласый, кряжистый мужик. — Чего орать-то на всё болото? Не дай Боги, услышит кто посторонний, да ловцам шепнёт. Жди тогда беды, — карие холодные глаза резанули бритвой из-под мохнатых бровей. — Игрок значит, — сделал вывод он, проигнорировав недовольное бурчание Дана, что посторонним на болоте взяться совершенно неоткуда. — Как зовут-то хоть?

— Антон, — я настороженно огляделся по сторонам, не спеша подходить к замершему возле дома главе поселения.

Из-за спины старосты не спеша вышло ещё трое мужиков. Смотрят хмуро, у двоих в руках топоры, третий коротенькое копьецо сжимает.

Ну, это как раз понятно. Тоже не знают, чего от меня ожидать. Игроки — они разные бывают. Тот же Никитос, к примеру, вполне мог знакомство с кровопролития начать. А у меня и копьё в руке, и мечи по бокам свисают. И ещё неизвестно, какими боевыми умениями, до своего появления здесь, пришлый игрок обзавестись успел.

В общем, я бы тоже на их месте хмурился и за оружие покрепче держался. Меня, бы значительно больше насторожило, если бы мне тут улыбаться стали и с объятиями навстречу лезть начали.

— И с чем ты к нам пожаловал, Антон? — продолжил меня сверлить глазами Вирс. — А то, может мимо, своей дорогой пойдёшь? Нам тут и своих проблем хватает.

— Ты что, дядька Вирс, — горячо вступился за меня Дан, решительно дёрнув старосту за рукав. — Он нормальный мужик! Меня вон из трясины вытянул. Я уж думал всё, засосёт с концами болото проклятое! Сам бы нипочём не выбрался!

— Спас, значит, — тепла в глазах Вирса и на каплю не прибавилось. — Что спас — это хорошо. От нас чего хочешь?

— Так из болота его вывести нужно, дядька Вирс, — опередил меня с ответом Дан, по-видимому, решив стать моим персональным адвокатом. — Сам же знаешь, что без проводника тут никак. Без проводника ему лучше самому в трясину нырнуть, чтобы не мучиться. Ну, и на одну ночь переночевать пустить. Любому же понятно, что сегодня в болото соваться, лютой смертью умереть. Все гады, что в нём водятся, Прорывом растревоженные, наверх по вылазили. Не те сжуют, так другие в тину утащат. А вот завтра сразу после рассвета, самое-то его вывести будет.

— Ты что ли его поведёшь? — презрительно прошипел на Дана мужик с копьём.

— Да где мне, Лешак, — сразу сник под его взглядом Дан. — Сам же знаешь, что я дороги не найду.

Ну, вот. А совсем недавно кто-то мне рассказывал, что все топи здесь знает! Хотя, если бы знал, сам в одну из них не угодил. Впрочем, чего я от юноши хочу? Молоденький совсем. В его возрасте прихвастнуть и покрасоваться — обычное дело.

— Так и помолчи, не суйся под руку.

— Хватит, — жёстко прекратил наметившийся спор Вирс, даже не повернув головы в их сторону. — В общем, так, Антон. — веско заявил он, тем самым показывая, что принял решение. — Проводить через болото мы тебя можем. В любую сторону отсюда тропки есть. Вон тот же Лешак и проводит. И угол, где переночевать, найдём. Опять же накормим, припасы в дорогу соберём. Вот только за всё это заплатить нужно. Оружием или ещё чем. Тех же амулетов с тотемами я у тебя не вижу. Или припрятал где? Если что, и одного амулета за всё вполне хватит.

— Нет у меня амулетов, — со вздохом признался я. То, что Вирс начал торговаться, немного успокаивало. Принцип «ты мне, я тебе», во все времена исправно действовал и здесь наверняка тоже работает. Так что желание старосты на моём появлении немного заработать, вполне естественно вписывалось в рамки ожидаемого. И то, что я Дана спас, данного факта нисколько не отменяет. Просто, без этого спасения, со мной, скорее всего, и разговаривать не стали. — Как-то не сложилось у меня с ними. А вот с оружием помочь могу. Пару мечей в оплату хватит?

— Если этих, — скользнул взглядом по моим мечам Вирс, — то хватит.

— Не, — криво улыбнулся я, машинально сделав шаг назад. — Об этих даже речи не идёт. У меня на них умение завязано.

— А простых мне и десятка мало, — хищно оскалился хозяин в ответ. — У нас такого добра хватает. Ладно. Вываливай, что у тебя в потайном кармане есть. Посмотрим, что в уплату сойдёт.

Ишь, шустрый какой! Всё из чуланчика ему вытряхивай! Может ещё и штаны с себя снять попросишь? Да и лукавишь ты, судя по всему, изобилием собственного вооружения хвастаясь. Вон как Дан из-за спины выразительную рожицу корчит.

— Это откуда же у тебя здесь много оружия набралось? До города ещё добраться нужно, а собственной кузни, — демонстративно оглядываюсь по сторонам, — я у вас что-то не вижу. К тому же, как я слышал, в этом мире с добычей железа проблемы, а значит, дорогое оно! А я тебе сразу три меча предлагаю!

— Неплохо бы языки некоторым болтунам укоротить! —зло сплюнул Лешак себе под ноги. — Чтобы думал в следующий раз; кому и о чём рассказывать!

— Он мне жизнь так-то спас! — тут же взвился Дан, с вызовом уставившись на него.

— Не больно то нам эти мечи и нужны! — продолжил торговаться Вирс, проигнорировав реплики за спиной. — С кем нам тут воевать? Ловцы вглубь болота уже давно не суются. В трясины, не зная дороги лезть — это какими идиотами нужно быть? А местные гады только в Прорыв сатанеют, да и то на остров неохотно суются. Но десяток мечей я всё же про запас возьму. Мало ли что? И от пяти топоров не откажусь.

— Да нет у меня пяти топоров, дядька Вирс, — затеянный торг мне уже порядком поднадоел. Стоишь тут весь грязный, мокрый, уставший, отдохнуть в тепле хочется, отмыться. Да и пожрать чего-нибудь мясного не помешало. А тут у тебя с плеч последний мешок содрать норовят. — Один единственный и отдам. И пять мечей, — и пресекая возможные возражения, веско добавил: — И ещё булаву сверху. И всё. Совесть имей.

— Совесть — усмехнулся в усы староста. — У нас совесть — товар редкий. Давненько не встречал. Ладно, — примирительно махнул он рукой. — Считай, что договорились. Ступай вон в мыльню, — кивнул он в сторону одного из сараев. — Грязного я тебя в дом не пущу. И одежду снимай. Жанка постирает да просушит. Жанка! — гаркнул он во всё горло. — Воды в мыльню натаскай!

— Щас! — выглянула из другой избушки пожилая женщина в цветастом, поношенном платье.

— И одежду постирай, — мазнул взглядом по женщине Вирс и развернулся к приоткрытой двери. — Ирен!

— Чего?

— На стол накрывай. Постоялец у нас.

— Ладно.

В мыльню я шёл с опаской. Если была у Вирса с компанией задумка на меня напасть, то лучшего момента и придумать нельзя. Ну, запирать меня в мыльне, чтобы измором взять, он навряд ли будет. Мало ли какие у меня умения в наличии имеются? А вот заскочить внезапно толпой, когда я голый мыться буду — самое то!

Ладно. Мечи я всё равно под рукой держать буду и наличие голой жопы на владение ими, сказаться не должно.

Мыльня изысканностью не блистала. Огромная деревянная бочка в углу, длинный стол с парой деревянных корыт на нём, да пучки странной, зеленоватой водоросли, очевидно заменявшей мочалку.

— Чего встал? — недобро покосилась на меня Жанка. — Одежду снимай, да мойся, иди. Бочка и так наполовину полная. Чего там наполнять? Да раздевайся ты, — прикрикнула женщина, потеряв терпение. — Нашёл время, стыдится. Чего я там не видела?

Вздохнув, раздеваюсь, хмуро косясь в сторону Жанки, отступаю к бочке, прихватив с собой пояс с мечами. Та, презрительно хмыкнув, схватила в охапку грязное бельё, направившись к выходу.

— Сейчас на замену что-нибудь принесу. — кинула она через плечо, уже выходя.

Проводил женщину долгим взглядом, постоял, не сводя глаз с единственной двери.

Никто с диким криком не врывается, железом в меня тыкнуть не норовит.

Ну, да ладно. Может я паранойю просто? И здесь нормальные люди живут. Не может население целого мира из одних подонков состоять.

Подхватив один из тазиков, подхожу к бочке, тянусь к крану.

Холодная! Ну, да ладно. Всё-таки не в семи звёздочной гостинице номер себе забронировал. Нам и холодненькая сгодится, лишь бы чистой была. Наливаю воду, тянусь к импровизированной мочалке. Мыла нет, но грязь соскоблить и так сойдёт.

— Вот, — вернувшаяся Жанна, бросила на лавку однотонные штаны и рубаху. — Оденешь пока. Как помоешься, в дом иди. Ирен на стол уже накрыла.

Умывшись, одеваюсь не спеша. Великовато немного и обувки нет, но ничего. Главное, что отдохну теперь в безопасности; Вирса поподробнее об этом мире расспрошу, свои дальнейшие действия обмозгую. Может, не всё так плохо, как мне Дан рассказал. Он, живя в этакой глуши, всех нюансов знать не может.

Прилаживаю пояс с мечами, хватаю копьё, осторожно выглядываю в дверной проём.

Тихо, спокойно, почти безлюдно. Только Вирс на том же месте возле входа в дом стоит.

— Помылся? То ладно, хоть на человека похож стал. Пошли в дом. Пообедаем, да потолкуем заодно в какую сторону тебя из болота выводить и когда расплачиваться будешь.

— Как выведете, так и расплачусь, — вышел я из мыльни, озираясь по сторонам. Вроде никого вокруг. Если и ждёт меня засада, то теперь уже в доме.

— Э нет, — хмыкнул старик, покачав головой. — Это что же, Лешаку придётся обратно через топи на своей хребтине ещё и кучу оружия переть?

Лешака мне совсем не жалко, но так-то да. Не очень кошерно получается. Там одна булава прилично весит.

— Ну, тогда перед самым переходом через болото отдам. Я оружие на землю положу, и мы пойдём. Только чур, что бы рядом больше никого не было.

— Как скажешь, — хмыкнул в усы Вирс и развернулся к двери. — Ладно. Пошли жрать.

— А-а-а-а! Помогите!!! Отпусти, гад!!!

Инга?!

Я развернулся на крик, мгновенно выхватив мечи из ножен.

— Вот идиоты бестолковые! — выругался, потрясая кулаками, староста. — Тихо-мирно, как Дан, привести не могли! Чего встали, хватайте его!

Резко разворачиваюсь, приняв боевую стойку, делаю шаг навстречу выскочившим из-за угла мужикам с топорами и, поймав краем глаза стремительно падающую на меня тень, активирую «Отскок».

Поздно. На несколько метров назад я отлетаю, уже запутавшись в сети.

— К нему! Живо!

Отчаянно матерясь, кромсаю сеть мечами, попутно попытавшись вскочить и замираю, почувствовав приставленный к горлу нож.

— Замри, сучёнок! Хоть пальцем пошевелишь — зарежу! — бешено проревел мне староста прямо в ухо.

А через мгновение на меня навалились уже со всех сторон, заламывая руки.

***

— Антон, ты как?

— Местами, — со вздохом признался я, пробуя на прочность связывающую руки верёвку. — Ты, значит, тоже неподалёку отсюда появилась?

— Ага.

Инге в отличие от меня поначалу больше повезло. Очутилась она сразу на острове и, затаившись в прибрежном кустарнике, ещё и разговор нескольких хуторян подслушала, сразу уяснив себе истинное положение дел. Только ей это знание нисколько не помогло.

Посчитав, что находится на краю болота, двинулась вглубь острова, долго бродила, блуждая в тумане и как раз сама к хутору и вышла. Ещё и попасться на глаза одному из местных умудрилась. Жаль только, что заорала немного поздновато. Услышь я её вопли в мыльне, может быть, ещё и повоевал бы.

Ну, да ладно. Чего уж теперь? Сам виноват. Расслабился немного, поверил, что с местными договориться можно. Вот Лешака, что на крыше мыльни с сетью затаился, вовремя и не заметил. Теперь имеем то, что имеем.

А имеем мы полутёмный чулан, наши с Ингой тушки, связанные по рукам и ногам и сообщение от системы о том, что данное жилище, имеет ограничения по доступу игроков к своим умениям и они, на время нахождения здесь, неактивны.

Зашибись, короче говоря. Осталось только Вирса с подручными дождаться, и совсем хорошо будет! Вот только что-то мне говорит, что это «хорошо» ни мне, ни Инге, совсем не понравится!

Но Вирс к нам так и не пришёл. Вместо него уже ближе к вечеру заявилась Ирен.

Немилосердно хлопнув дверью, девушка присела рядом, поставив на пол здоровенную, деревянную кружку.

— Сидите? — улыбнулась она, тряхнув копной русых волос, — А я вам попить принесла, — мне в губы ткнули краем посудины. — В горле, наверное, уже пересохло всё?

— Спасибо, — выдохнул я, напившись. — А пожрать нам, судя по всему, не дадут?

— А зачем еду зря переводить? — непритворно удивилась девушка, протянув кружку Инге. — Всё равно убьют.

— Когда? —

— Как только вернутся. Вот китайца поймают, убьют и ваш черёд настанет.

— Какого китайца? — спросила не о том Инга.

— Да тоже из ваших, из игроков, — пояснила Ирен, махнув рукой. — Он Тихона зарубил, а потом ещё Занозу покалечил. Вот Вирс и обиделся. Всех мужиков поднял и сам вместе с ними в погоню бросился.

— Догонят?

— Конечно, догонят. Если только тот раньше в болоте не утонет.

— А потом, значит, за нас примутся? — уточнил для полной ясности я.

— Ага, — кивнула мне Ирен, вновь улыбнувшись.

Я задумался, внимательно разглядывая девушку.

Странная она какая-то, эта Ирен; вроде и симпатичная, а смотреть на неё неприятно. Глаза. Это глаза всё впечатление портят! Застывшие они какие-то, дословно у кобры перед броском. Смотрит сквозь тебя, не мигая, и будто рентгеном просвечивает. И улыбается всё время чему-то особенному, понятному только ей. Блаженная она, что ли?

— Вы лучше сами всё Вирсу из потайных карманов отдайте, — прервала молчание Ирен. — Тогда быстро умрёте, без мучений.

— А вдруг он не поверит, что я всё достала? — закусила губу Инга. — Тогда как?

— Да что там верить? — усмехнулась Ирен. — О том, что у каждого игрока в кармане по десять отделений, каждый местный знает. Вот именно десять предметов Вирс с каждого и спросит. Отдадите, значит всё, нет у вас ничего больше. Можно и горло перерезать.

— А зачем нас убивать, если взять больше нечего, — облизал я губы. — Почему не отпустить?

— Вот ещё! — фыркнула девушка, вновь начав буравить меня рентгеном своих глаз. — Кто знает, что за умения вы получить успели? Тебя отпусти, а ты потом вернёшься. Зачем рисковать?

— Понятно, — протянул я. — Значит на пощаду нам с Ингой рассчитывать не приходится?

— Нет, конечно, — улыбнулись мне. — К тому же, ещё и запасы мяса пополним.

— Какого мяса? — похолодел я.

— Вашего, — поразилась девушка моей недогадливости. —. У нас сегодня жареное мясо на ужин. Хотя, скорее всего, в первую очередь японеца съедят.

— Какого японца? — не понял я, — Ты же о китайце говорила!

— А какая разница? — моими же словами ответила девушка.

— И зачем ты нам всё это рассказала? — зло сверкнула глазами Инга. — Чтобы нам веселее было прихода Вирса ждать?

— Нет, — покачала головой та. — Чтобы вы на мои условия согласились. Мне нужно в город. Я освобождаю вас, а вы поможете мне добраться до города, — Ирен склонилась надо мной, сузив глаза: — Уговор?

— И как же мы в этот до этого города дойдём? — скривил я губы. — Болото непролазное вокруг.

— Сегодня болото, а завтра песочек под ногами захрустеть может.

— Чего?!

— Боюсь, что Дан многого тебе не рассказал.

Многого? Да этот паразит о самом главном умолчал! Теперь, понятно, почему эта локация миром Шести стихий называется! Потому, что изменчиво всё здесь. И ложась спать посреди болота, проснуться ты уже на вершине горы запросто можешь!

Ну, разработчики и начудили! А я ведь, чего уж греха таить, начал потихоньку сомневаться, что мы в игре находимся. Слишком уж все эти погружения от реальности неотличимы!

Но теперь всё. В иллюзорности этого мира, я больше не сомневаюсь. Потому как мать природа такого извращения создать не в состоянии. На такие издевательства над законами физики, только человеческий разум способен. Да и то.... Так и хочется поинтересоваться, что разработчик перед созданием этой локации курил. Чтобы, не дай Боже, самому что-то подобное не выкурить.

В общем, весь годичный цикл в данном мире состоит из шести суток. Первый день символизирует позднюю весну (что-то вроде конца мая), затем следуют два летних денька, поздняя осень и на закуску два зимних дня с лютыми морозами и обилием снега. И так по кругу пять раз, завершая тридцатидневный цикл перед очередным Пробоем.

Но это ещё что! Тут хотя бы понятно, что тебе назавтра одевать; валенки или кеды. Но Хозяева на этом не остановились, привязав к смене дней ещё и смену стихии.

Непонятно? Угу. Я тоже сначала не понял, пока Ирен не объяснила. Вот сегодня у нас день водной стихии и весь мир до следующего рассвета в болотах и морях утопает. Ну, кроме столпов, разумеется. Но о них мы попозже поговорим.

Так вот. С первыми лучами следующего дня, время действие водной стихии придёт к концу и ей на смену придёт другая. И вместо болот рядом с хутором появится пустыня, вздыбятся вершинами к облакам горы, зашелестит кронами лес. Что именно появится, тебе никто не скажет, так как на смену воде, могут прийти любой из оставшихся тяти элементов: огонь, земля, воздух, дерево или камень. Очерёдность их появления с каждым циклом меняется и не поддаётся никакой логике.

Это и было главным проклятием этого мира.

Как можно что-то построить, засеять, соорудить, если завтра всё это вместе с самим созидателем может провалиться в пропасть, завязнуть в трясине или оказаться в жерле действующего вулкана? И если бы не столпы.

Столпами называли небольшие островки стабильности, не подверженные стихийным изменениям и разбросанные по всему миру. Именно там люди строили свои поселения, стараясь хоть как-то обжиться, именно до них пытались добраться путники, чтобы в безопасности встретить рассвет. На одном из таких столпов и находился хутор дядюшки Вирса.

— Но мы-то до следующего столпа не доберёмся, если с тобой с хутора сбежим. — сделал я логичный вывод. — Придётся в болоте рассвет встречать.

— И что? — улыбнулись мне в очередной раз. — Там шансы выжить всё равно будут достаточно высоки. А какие шансы на выживание у вас здесь?

— Согласен, — признал я логичность аргумента. — Так может развяжешь уже. И уходим отсюда по-быстрому, пока Вирс с китайцем не вернулся.

— Могла бы нас ещё днём освободить, — пробурчала из своего угла Инга. — Столько времени потеряли.

— И где бы мы днём спрятались? Лешак легко бы нас нашёл. Зачем мне такой риск?

— Значит, если бы они вернулись раньше, ты бы сюда не пришла? — cделал я вывод. — Наверное и в праздничном ужине вместе со всеми поучаствовала.

— Но они же не вернулись, — в руках девушки блеснул нож. — К тому же Жанка никогда не умела готовить.

Глава 4

Жанку я нашёл на кухне. Быстро поднял с пола окровавленный топор, чуть сдвинулся в сторону, сместив сектор обзора таким образом, чтобы в нём оказалась Ирен. Надо с ней поаккуратнее как-то. А то сунет что-нибудь остро-железное промеж лопаток. И всё, здравствуй, клоун!

— Это ты её за плохую готовку по голове приложила?

— За то, что тварью распоследней была, — девушка, равнодушно перешагнув через труп, подхватила один из трёх заплечных мешков, лежащих в углу. — Провиант, — пояснила она, поймав мой вопросительный взгляд. — Каждому по мешку. В дороге нас никто кормить не будет. И нужно ещё в кладовку зайти. Оружие забрать и одежду.

— Оружие? — не на шутку разволновался я, тут же забыв об Жанке. — А мечи мои там?

— Всё там. В одну кучу свалили. Вирс добычу поделить, после возвращения собирался.

— Так чего мы стоим?! Оружие в первую очередь вернуть нужно!

Через пару минут я уже был в кладовке. Даже увесистый замок надолго не остановил, сдавшись под ударами прихваченного с кухни топора.

— Вот это я удачно зашёл! — оглядываю забитое оружием и доспехами помещение. — А Вирс, оказывается, насчёт избытка у него железа, не врал. Тот ещё куркуль!

— А амулетов нет нигде, — расстроилась, крутя головой во все стороны Инга. — Одни железки кругом.

— Амулеты — вещь дорогая, редкая, — отмахнулась от неё Ирен, —потому как в наш мир их только игроки приносят и делиться ими по доброй воле, не хотят, — девушка, шагнув в левый от двери угол, обернулась ко мне. — Вот твоё оружие. Забирай!

Я, в первую очередь, жадно схватил мечи, любовно погладив отделанные драгоценными камнями ножны.

Моя прелесть! Теперь бы из дома выбраться, чтобы умения вернулись, и я бы дядюшке Вирсу посоветовал, домой не торопится. Они вон с японо-китайцем никак справится не могут, а я что тех, что других, помниться, фантиками нарезал.

Ладно, то что мечи вернул — это хорошо, но не мешало бы на дорожку хорошенько прибарахлиться, раз хозяева такими щедрыми оказались. Мне, по любому, моральная компенсация полагается!

Одеваю на себя кольчужную рубаху, свитую из тонких, плотно подогнанных друг к другу колец, кожаные с железными набойками штаны, натягиваю высокие, плотно облегающие ногу кожаные сапоги. Наконец —то хоть нормальной обувкой обзавёлся, а то бегаю по локациям чуть ли не босиком. Ещё бы голову чем-нибудь этаким прикрыть, и совсем бы хорошо было. Ну, да ладно. И так неплохо экипировался!

Покосился в сторону девушек. Те, тоже ни капли не стеснялись, быстро переодевались в обновки.

— Зимнюю одежду себе в чуланчик положи, — посоветовал я Инге.

— Да, ну! — возмутилась та. — Это же сразу три ячейки займёт, если вместе с сапожками. Я лучше туда вот эти фиговины засуну, — ухватилась девушка за лук и колчан с тремя стрелами, висевшие на стене. — У меня умение на лук! — важно заявила она.

— А когда через три дня зима придём, ты в него закутаешься? — хмыкнул я саркастически. — Вот на Ирен посмотри. У неё виртуального кармашка нет, а всё равно тёплую одежду с собой берёт.

— Тут в зимние дни мороз обычно под тридцать градусов стоит, — ответила та. — Без тёплой одежды даже возле костра сутки не продержаться. А у столпов ловцы караулят, там без боя не разойтись.

— Слышала? — развернулся я к Инге. — А лук с колчаном за спиной нести можно.

— Ладно, — Инга скорчила недовольную рожицу, но дельным советом пренебрегать не стала.

Я же развернулся к оружию.

Ну, мечи у меня свои есть, других не надо, щит тоже лишним будет; не в зубах же его держать, топор не хуже есть, а вот рогатину вместо копья, пожалуй, возьму. Мне по дороге не только двуногое зверьё повстречаться может. Вдруг на большую зверушку на вроде медведя нарвёмся? От него мечами не отмашешься! Тут аргументы посерьёзнее нужны!

Подумав, выкинул из чуланчика составную палку, что у псевдокитайца отнял, сунул на её место рогатину. И, как ни странно, всё. Разве что здоровенный кинжал за пояс сунул.

Дальше мы с девчонками ураганом пронесись по дому, собирая всё что может пригодиться в дороге: прихватили с собой моток верёвки, небольшой котелок с ложками, ещё кое-что по мелочи и, выскочив на улицу, столкнулись нос к носу с Даном.

— Далеко собрался, друг? Куда ты уходишь на ночь глядя? — обрадовался неожиданной встрече мой недруг.

Ну, а чего бы ему не обрадоваться, если за спиной пятеро с мечами стоят? Хорошо так стоят, уверенно. Чувствуется, что у мужиков за плечами не по одной схватке в прошлом осталось.

Да и сам Дан с момента нашей прошлой встрече разительно изменился. Передо мной стоял молодой хищник; злой, умелый, безжалостный. От того нескладного, добродушного юноши, что мне сегодня утром в болоте встретился, и следа не осталось.

Мда. Вот и думай теперь; то ли Дан от природы — очень талантливый актёр, то ли я, тоже, в своём роде... талантливый. Вот только к сцене мой талант никакого отношения не имеет.

И что теперь делать? Отойти в дом и там оборону занять? Вон Ирен уже к дверному проёму попятилась, моё бывшее копьецо перед собой выставив.

Вот только, какой в этом смысл? Мужики за мной вслед не полезут; просто выход перекроют и спокойно дождутся, когда вся ватага к хутору подтянется. Нужно здесь и сейчас всё решать.

— Инка, в дом! Ирен, в дверном проёме оборону держи! У тебя копьё! Я быстро!

Мечи мгновенно вылетают из ножен, железными молниями слившись в резком выпаде.

Дан отпрянул, пропуская сталь возле горла, разорвал дистанцию, подставляя меня под клинки своих бойцов. Я отступаю в сторону, уводя хуторян за собой от дома.

— Ишь резкий какой. Нахватался умений на дармовщинку. А я вот сам бою на мечах учился до седьмого поту. Ну, ничего, амулетов у тебя нет, значит посмотрим, чья возьмёт, — мой недруг потянулся левой рукой к поясу, вытянул дагу и, встав в стойку, зло гаркнул на застывших бойцов: — Чего встали? Двое — бабами займитесь, трое мне в помощь! И с Ирен можете не церемониться, лишь бы девка пришлая в целости была.

— Это можно! — ощерился гнилыми зубами один из мужиков. — Давно уже пора, эту суку на мясо пустить!

Вот же гадство! И что мне делать теперь? Справлюсь я здесь или нет, девчонок к тому времени по любому убьют!

Инга далеко не боец. Да и Ирен своим копьём против двух умелых мечников много не намахает. Это ей не Жанку топором рубить! Тут сноровка нужна!

Ну, ладно!

«Внезапный рывок» и, разорвав кольцо, одним прыжком настигаю двойку мужиков, развернувшихся было к дому, бью по шее, аккурат чуть выше доспеха, одного, рублю мечом по ногам другому и, активировав «Отскок», резко ухожу в сторону.

Рёв раненого мечника, визг Инги, проклятья Дана. Разворачиваюсь, кривя губы в хищной улыбке.

А что, неплохо получилось! Пара мгновений боя и численность неприятельского отряда сократилась на треть. И девчонок от нападения обезопасил. Вряд ли Дан к ним ещё кого-нибудь отправить решится. Теперь всеми оставшимися силами на меня навалятся.

— Это было быстро, — признал тот, сузив глаза. — Умения, да? Впечатляет!

— Уходить нужно, Дан, — тут же заныл один из его подельников, опасливо косясь в сторону катающегося по земле собрата. — Похоже, мы на мастера нарвались.

— Что пустил на мясо?! — добавила жути Ирен, залившись безумным смехом. — Кому ты тут одноногий теперь нужен? Сам на мясо пойдёшь!

— Да какой мастер?! Это умения были! — взревел Дан, выпучив в бешенстве глаза. — И теперь они в откат ушли! Дружно навалимся, ничего он нам не сделает!

— Ну, сам напросился, — прохрипел я в ответ, делая шаг к нему.

Руки привычно заработали, выполняя вдолбленные в подсознание приёмы, две полоски стали превратились в смазанные линии со свистом вспарывая воздух.

Впрочем, хуторяне и впрямь что-то умели и завершить бой наскоком у меня не получилось. Трое бойцов умело держали дистанцию, предоставив Дану сковывать меня боем и всё время перемещались, норовя зайти за спину.

«Да чтоб вам», — мысленно выругался я, крутясь во все стороны волчком. — «Долго я в таком темпе не выдержу! Как волка затравят»!

Резко дёргаюсь в сторону одного из противников, обхожу выставленный блок, зацепив кончиком меча открывшуюся грудь и пропускаю от Дана в ответ. Кольчуга звякнула, принимая на себя скользящий удар, но справилась, отвела меч в сторону.

Проклятье! Хорошо он меня поймал! Если бы не бронька, я бы уже по травке катался!

В отчаянном рывке разрываю дистанцию и, добежав до дома, встаю к нему спиной.

Оно, конечно, свободу манёвра я теряю, но хоть со спины теперь не зайдут. Тем более, что число противников не уменьшилось. Задетый мной воин тоже не с голой грудью на бой вышел.

— Бросай меч, Антон, — прохрипел, вставая напротив меня Дан, смахивая с лица липкий пот. По всему видать, ему бой тоже не легко дался. Да и его дружки натужно сопят. — Всё, что у тебя в кармашке есть, выгребешь и обещаю; умрёшь легко.

— Размечтался? — фыркнул я, бросив быстрый взгляд в сторону девушек. Ого! Ирен, похоже, пока мы тут хороводы водили, раненого бойца добить успела. И лыбится. Вот же на всю голову больная! — Чтобы я как баран на бойню сам пошёл? Не дождёшься!

— А, ты об этом! — задорно засмеялся Дан. — Нет, мы тебя жрать не будем. Слово в том даю. Достойных бойцов я уважаю.

Угу. Хорошая сказочка, да верится с трудом. Потом ещё и добавки попросит. Нет. Мы лучше повоюем. Тем более у меня ещё не все умения в откате!

— Не договоримся, значит, — понял всё по моему взгляду Дан. — Тебе же хуже.

Всё, нужно заканчивать, пока Вирс с остальными мужиками не вернулся.

Бросаюсь вперёд, и трое бойцов привычно отступают, оставляя меня один на один с Даном. Вот это мне и нужно! «Телесный недуг» и юноша оседает безвольной куклой. Но спокойно упасть, я ему уже не дал....

Развивая успех, бросаюсь к оторопевшим на мгновение мужикам. Те, ошеломлённые гибелью Дана, пятятся уже всерьёз, забыв о какой-либо тактике.

Всё, не бойцы!

«Недобрый взгляд» и наотмашь рублю, пытающегося удержаться на ногах воина, ложный замах и падает с рассечённым лицом другой.

— Да, ладно! — выдохнул оставшийся противник и развернувшись, опрометью бросился прочь.

— А ну, стой! — бросилась ему наперерез, потрясая копьём Ирен.

— Стой! — высунулась в дверной проём Инга.

— Стой, дура! — торопясь остановить девушку, споткнулся о труп Дана я.

Беглец даже не притормозил, небрежным жестом отбив неумелый выпад и, ткнув мечом в ответ, скрылся в пелене навалившегося на хутор тумана.

***

Бродить половину ночи по болоту, то ещё удовольствие. Это я теперь точно знаю. Особенно, если тебе практически на себе взбалмошную девчонку тащить приходится. Решительный настрой, с которым Инга покидала остров, быстро сошёл на нет, сменившись унынием, бесконечным нытьём и жалобами на бессердечного и тупого болвана, тянувшего её в самые топи.

«Нет бы сделать вид, будто мы в болото подались, а самим вглубь острова уйти и там рассвета дождаться. Он же большой, этот остров! В нём запросто спрятаться можно! И пускай нас потом Вирс со своими козлами всю ночь по трясинам ищет! Так нет же! Прёмся непонятно куда как последние иди...., в общем, с упорством достойным лучшего применения, а она вон уже промокла вся, и грязная, и водоросли в волосах».

— Как же ты с того болота в джунглях выбраться умудрилась? — не выдержав бесконечного нытья, поинтересовался я.

— Да там болото — название одно; мелкое, без тины и целая цепочка островков к берегу тянется. Да и выбора у меня не было. Как только солнце повыше поднялось, на меня комары тучами налетели. Ну, не совсем комары, — закатив глаза, уточнила Инга. — В общем, закусали всю, — подытожила она.

— Так комары же солнца не любят, — удивился я. — Их наоборот перед рассветом больше должно быть. А я там ни одного не заметил.

— Так я и говорю; неправильные комары! Но здесь же их нет. Вот я и говорю, что мы могли бы на острове остаться. Тем более, что Ирен же рассказывала, что рассвет лучше на столпе встречать, чтобы потом в жерло вулкана не провалится. А остров как раз одним из таких столпов и является!

Вспомнив об Ирен, девушка захлюпала носом, окончательно расклеившись.

Да, нехорошо с нашей освободительницей получилось. И зачем её навстречу убегающему бойцу понесло? Сейчас бы вместе с нами по болоту шлёпала. А так, единственное, что я смог для девушки сделать, так это в трясине тело притопить. Хоть Вирс со своей бандой на мясо не порубит.

— Всё так, — тяжело вздохнул я, в десятый раз приводя один и тот же аргумент. — Только на острове кое-что похуже неправильных комаров находится. Там люди неправильные живут. И один из них, Лешак, на вроде следопыта местного. В болоте он на нас навряд ли найдёт. Какие в воде следы? Да и не суются они в болото на ночь глядя. Тоже предрассветного сдвига стихий боятся. А вот если бы мы на острове остались, он, скорее всего, нашу хитрость легко бы разгадал. Ну, там, травинка примятая, кустик надломленный, окурок брошенный.

— Какой ещё окурок? Здесь и сигареты нигде не достанешь!

— Ну, это я так, к слову. В общем, вычислит нас местный Леший на острове, к гадалке не ходи. А у меня умения ещё не скоро откатятся. Мы и от Дана с пятью бойцами еле отбились. От Вирса с тремя десятками мужиков, точно не отобьёмся.

Инга фыркала рассерженной кошкой, замолкала на некоторое время, и всё начиналось сначала.

Так и шли. Инга чуть впереди, обвязанная верёвкой и усердно капающая мне на мозг, я сзади, стоически доказывая свою правоту и периодически вытаскивая мелкую из гостеприимных объятий очередной трясины.

«Предвестник магии», ледяными мурашками разбежавшийся по спине, это идиллию разрушил.

Резко оборачиваюсь, машинально дёрнув взвизгнувшую Ингу себе за спину и на автомате активирую «Отрицание магии». Огромный файербол с грохотом схлопнулся в метре от меня, ослепив яркой вспышкой.

— Да чтобы ты сдох, проклятый колдун!

А вот и дядюшка Вирс собственной персоной в гости забежал. Вот ведь чёрт упрямый! А я так надеялся, что на ночь глядя, он в погоню не кинется. Кинулся, нашёл, догнал, и ещё на пару с Лешаком десяток мужиков с собой привёл.

— Я же тебе говорил; из луков бить нужно. Только амулет зря испортил, — попенял следопыт своему вожаку и потянул из из-за плеча лук.

Его примеру последовали ещё двое, опуская мои шансы на выживание ниже плинтуса.

— В лицо цельте. Рубаха кольчужная на нём больно хороша. Стрелой так просто не возьмёшь, — посоветовал лучникам Вирс.

— Ничё, — не согласился с ним Лешак, накладывая стрелу на тетиву. — Даже если не пробью, мало ему не покажется!

Сейчас! Пока эта троица к стрельбе не изготовилась! Другого шанса не будет! Хорошо хоть все умения полчаса назад откатиться успели!

Активирую «Стремительный рывок» и, оказавшись в самой гуще столпившихся врагов, сразу следом накладываю на себя «Каменную кожу».

Хлёсткий удар, и один из лучников молча валится под ноги с рассечённым лицом, движением второго меча отрубаю руку вместе с уже натянутой тетивой другому. Резко свистнуло и от горла бессильно отскакивает пернатое древко, не отозвавшись в сознании даже тенью боли. Ну, да. А чего он хотел? У меня вся кожа будто одеревенела. Даше поморщится не могу.

— Гребаный колдун! — Лешак, отбросив лук в сторону, отступил назад, одновременно потянувшись за мечом, и под «Недобрым взглядом» опрокинулся в воду.

Разворачиваюсь к Вирсу и не обращая внимания на посыпавшиеся со всех сторон удары, атакую его. Вот только старик и не подумал отступать и, отбив пару выпадов, ударил сам, легко обойдя мою защиту и вогнав лезвие в правый глаз.

Ну, как вогнал. Это по его задумке так получится должно было. Только действие «Каменной кожи» никто пока что, не отменял.

В общем, пострадать, я не пострадал, но мастерство старосты оценил. Мне не ровня. То есть, вернее, наоборот. Наши танки тут не пляшут. Я ему даже рядом не соперник. А действие умения вот-вот закончится!

Взревев, накладываю на старика «Телесный недуг» и, по-прежнему не обращая внимания на удары, пару раз полоснул врага по лицу, не дав тому спокойно упасть в болото.

— Да он неуязвимый! — панический выкрик за спиной.

Всё время. Нужно валить, пока не порубили! «Отскок», и я отлетаю на несколько метров назад, вырываясь из смертельного круга ощетинившего железа.

С гулким шлепком от затылка отскакивает стрела, и в следующее мгновение спадает «Каменная кожа», позволив мне наконец-то зло выругаться.

— Инга, ты ничего не перепутала? — оборачиваюсь я к замершей с луком девушке. — Вот в них стрелять нужно! В меня-то за что?!

— Я же не нарочно! У меня навык на начинающего лучника! Да и тебя, когда я выстрелила, там не было!

Ладно, у неё всего две стрелы осталось. Может, выживу, если повезёт.

Оглядываюсь в сторону замерших неподалёку врагов, мысленно пересчитываю. Ровно десяток остался. Хотя этого, с перерубленной кистью можно не считать. Стоит, скулить, да окровавленный обрубок другой рукой зажимает. Но мне и оставшихся девяти за глаза будет. Особенно, если учесть, что в их число Лешак входит. Судя по всему, если Вирсу он в мастерстве и уступает, то совсем не на много.

— Может разойдёмся по-хорошему, Лешак, — выпрямился я, демонстративно поигрывая мечами. — Мне с вами делить нечего. Но если не отстанете, все в этом болоте и ляжете.

— А не боишься, что всё наоборот выйдет? — усмехнулся тот в усы. — Умения-то все в откат ушли?!

— Дан тоже так думал.

— Лешак, может, ну его? — влез в разговор один из мужиков. — Его железо не берёт!

— Хватит скулить, Петро! — рявкнул на того новый вожак. — Забыл, что ли, что умения у этих тварей недолговечные и они надолго в откат уходят? И что много умений у них не бывает? Он всё в эту атаку вложил! Не так ли, Антон? — хитро прищурился, Лешак. — Больше ты нас ничем не удивишь? А раз так, то зачем вас отпускать? Кольчугу ты в кладовке забрал знатную. Вирс даже на себя лишний раз её не одевал, так над ней трясся. Мечи опять же у тебя знатные. Уверен, что и в кармашках что-то ценное найдётся.

— Это если ты нас живыми возьмёшь.

— Девку точно возьмём, — пожал плечами вожак. — Да коли и нет, всё равно в накладе не будем, вы в кладовке неплохо по шуровали. Да и мяса опять запасец. Хоть немного, но сегодняшнюю неудачу компенсируем.

— Не договоримся, значит, — с горечью констатировал я.

— Ну, почему же, — пожал плечами Лешак. — Можем и договорится. Бросайте оружие и пошли с нами. Обещаю, что пару недель ещё проживёте. У нас теперь мяса и так много. Сейчас убить — засаливай вас потом. А я свежатину люблю.

— Подавишься!

Свистнувшая стрела на этот раз пролетела довольно далеко от меня, но и врагов стороной облетела.

— Инга, — развернулся я к побагровевшей девушке. — Кончай стрелы без толку транжирить. Если и последней промажешь, я тебе потом уши надеру!

— Зачем девушку обижать? — хмыкнул в ответ болотник. — Бабы не для того нужны, — мужики жизнерадостно заржали. — Сдавайся, Инга, — подмигнул он девушке. — Пожалуй, я тебя даже убивать не буду. Мне баба нужна. Плевать на ключ. Просто не будешь никуда из дома выходить, а рты братьям, чтоб лишнего не болтали, я сумею заткнуть. Сдавайся. Будешь жить.

— Расскажи это Ирен!

— А что Ирен? Не была бы дурой, сейчас в болоте бы не гнила.

— Много болтаем, — шагнул я в сторону мужиков. — Пора к делу переходить.

Сражаться почти с десятком мужиков мне не хотелось, но раз уж договориться не получится, лучше это дело в долгую не откладывать. А то так мы и до рассвета доболтаемся. Здесь на болоте мои враги хотя бы резво бегать вокруг не будут, боясь в трясину угодить. А, значит, с разных сторон навалиться, им значительно труднее будет. А окажемся мы, например, в пустыне или в степи; и всё, тушите свечи. Да и «Отскок» с «Недобрым взглядом» как раз откатиться успели. Зря что ли, я Лешаку зубы заговаривал?

Вот только враги по моим правилам играть тоже не желали. Да и тактика сражения в болоте с одиночками, у них уже давно была отработана.

— Не спешим, — коротко рявкнул Лешак, начав движение. По бокам от вожака пристроилось ещё двое, ощетинившись в мою сторону мечами. Остальные начали забирать в обе стороны, довольно шустро прощупывая перед собой дорогу и беря меня в клещи.

Быстро движутся. Видимо, что-то на вроде болотоходов на ноги надели. Я медленно попятился, поигрывая мечами. Так они меня запросто зажмут. И удрать от них уже не получится.

Я закусил от бессилия губу, лихорадочно ища выход и не находя его. И тут Инга выстрелила в третий раз. Стрела, совсем немного разминувшись с плечом Лешака, улетела дальше, скрывшись в тумане. Тот ехидно засмеялся, укоризненно покачав головой. И замер, вслушиваясь в поднимающийся над болотом рык.

— Дура проклятая! Он же нас всех теперь порвёт! Бежим! Да куда бежать?! От него не убежишь! А-а-а!

Я замер, во все глаза глядя вслед улепётывающим от нас врагам.

— Извини, Антон. Я опять не попала! — всхлипнула возле плеча, Инга.

— Да нет, ты попала, — не согласился я, всматриваясь в выплывающую из тумана гигантскую тень. — Боюсь только, что ты попала не туда.

Глава 5

Рассвет мы с Ингой встречали в том же месте, даже не сделав попытки продолжить путь. По-видимому, просто моральных сил не хватило; брести по вязкой жиже непонятно куда. Заряд в батарейках закончился. Вот и решили, прямо там намечающийся сдвиг стихий дожидаться, положившись на привычное; «будь что будет, глядишь и пронесёт».

Ну, а что? С Вирсового хутора мы вырвались? Вырвались. От его ватаги отбились? Отбились! Даже неведомая зверушка, что, во время заведомо проигрышного для меня сражения, решила функции дворника на себя возложить, нас с Ингой не сожрала. Может не заметила, бросившись в погоню за удирающими хуторянами, а может, нажралась до отвала, решив нас, пока, не трогать. В общем, зачем ещё куда-то в темноте переться, судьбу искушая? Здесь, под боком у уже насытившейся чуды-юды, на данный момент — самое безопасное место. Вряд ли она конкурентов рядом с собой потерпит. А если всё же чуть позже нас доедать вернётся, значит судьба такая. По крайней мере, хоть не таким уставшим, умру.

Под утро стало прохладней. Инга собралась было залезть в чуланчик, но я отговорил, мотивируя это тем, что до утра совсем немного осталось, а зимнюю одежду в этакой сырости можно испортить. И не факт, что потом где-то новой разжиться получится.

Так и ждали, тесно прижавшись друг к другу на малюсеньком островке, скорее напоминавшем огромную, сочащуюся влагой кочку.

— Когда же рассвет, наконец, — не выдержала Инга, мелко трясясь всем телом. — Проклятый туман. Гадай теперь.

— Немного осталось. — попытался успокоить я её, уже и сам почти не веря собственным словам. Слишком уж медленно время ползло. — По моим подсчётам, с минуту на минуту светать начать должно.

— Ты час назад то же самое говорил!

Я хотел было возразить, но в этот момент воздух как-то странно задрожал, уплотнился, став практически осязаемым и мир вокруг с треском лопнул, поглощённый чернильной пустотой..

Миг и кочка стремительно уходит из-под ног, в глаза бьёт яркий свет и мы, резко провалившись, падаем в бездонную бездну.

— Какого хр..., — я поперхнулся, захлебнувшись ударившим в лицо ветром.

-А-а-а!!! — завизжала Инга, судорожно вцепившись в меня и больно царапая шею.

Я, также рефлекторно ещё крепче обняв девушку, закрутил головой, обмирая от нахлынувшего ужаса. Стены гор, окружающие нас со всех сторон, стремительно уходили вверх, быстро мелькая трещинами под забористый визг Инги.

Да мы с ней в пропасть падаем! На мгновение я запаниковал, не в силах сдержать вырвавшийся вскрик ужаса, но в следующий миг, меня осенила спасительная мысль.

У меня же подходящее заклинание наготове есть!

Судорожно активирую «Парящие крылья» и клацаю зубами, резко затормозив в воздухе. Ещё истошнее заверещала Инга, соскользнув по моей тушки вниз.

— Не ори! — проорал я сам, обхватывая её тело ногами и ухватив руками за одежду. — Я тебя держу!

— Мы разобьёмся!

— Уже нет.

Разбиться нам теперь действительно не грозило, так как падение в бездну сменилось медленным снижением, напоминающим парение пёрышка в воздухе.

Я взглянул вниз и рефлекторно глотнув, перевёл взгляд на окружающие горы.

Ну, его. Пустота под ногами и еле различимое далеко внизу ущелье, то ещё зрелище. Особенно, когда ты в воздухе без парашюта болтаешься и мозг, отказываясь верить в надёжность заклинания, выдаёт картину жёсткого столкновения с каменными выступами.

Ладно. Мне туда не надо. Даже если без последствий опустимся, коротать целые сутки в ущелье, со всех сторон окружённым горами, я не хочу.

Под непрекращающиеся вопли Инги, более внимательно оглядываюсь по сторонам. Да по всем сторонам горы, но слева, чуть ниже нас, каменную стену рассекает гигантская расщелина, словно какой-то великан туда топором ударил. Широкая такая расщелина, и даже что-то похожее на тропу виднеется.

— Хорош визжать, — рявкнул я на вцепившуюся в меня мёртвой хваткой девушку. — Не разобьёмся мы. Ещё бы на тропинку попасть и совсем всё путём будет.

— Как...ую тро...п...пинку?!

— Да вон слева виднеется, — кивнул я в ту сторону и внезапно почувствовал, что меня потащило в указанную сторону, будто кто-то за невидимую ниточку потянул.

А полёт ещё и управлению поддаётся! Всё! Теперь точно живём! Теперь не промахнусь!

И точно. Спустя несколько минут мы ткнулись в поверхность и, не разжимая крепких объятий, повалились на гостеприимный камень.

— Хватит за меня держаться, — заскрипел я зубами, тщетно пытаясь вырваться из мёртвой хватки своей спутницы. — Мы с тобой ещё не расписались.

— Чего? — в расширенных от ужаса глазах, не промелькнуло ни отблеска понимания.

— Отпусти говорю! Прибыли. Конечная. Дальше аэроАнтошка не летит. Горючка закончилась и бок болит.... Зараза!

Девушка наконец разжала объятья и сразу обмякла, мелко трясясь.

— Вот, уже лучше, — ласково, словно с маленьким дитятей заговорил я, потирая ушибленные рёбра. — Видишь, спаслись. Сейчас передохнём немного, перекусим и дальше пойдём. Нам ведь спешить нужно. У нас цель. Мы игроки.

— Нет, вы обед.

Я вздрогнул, быстро поднимаясь на ноги, привычно потянулся к клинкам и замер, разглядывая неожиданного противника.

В нескольких метрах от меня, опираясь на огромную сучковатую дубину, стоял высокий под три метра ростом, широкоплечий детина с недельной щетиной на подбородке. Местный любитель плотно отобедать, был одет в широкие, мехом внутрь потёртые штаны и подобие онучей, грубыми верёвками притянутых к ногам. На голую, бочкообразную грудь, с бычьей шеи свисал ворох деревянных дощечек-ладанок.

— Моя на обед свежее мясо очень хотеть, — пророкотал, между тем, великан, оскалившись крупными зубами.

На грубом, лишённым какого-либо намёка на интеллект лице, явственно отразилось предвкушение от намеченного банкета.

— Сейчас же утро, дурак, — заметил я, стараясь не показать своего испуга. В то, что я смогу победить этого гиганта, с так и не успевшими откатиться умениями, верилось с трудом. — Какой тебе обед?

— Сам, дурак, — весело заржал великан и не подумав обидеться. — Моя не говорить, что прямо сейчас мясо жрать хотеть. Моя три карлика уже ням-ням. Твоя до обеда подождать.

— Антон, я его боюсь! — Инга, даже не пытаясь встать, начала отползать в другую сторону, судорожно скребя по камню руками.

— Сейчас он сам нас бояться начнёт, — проворчал я сквозь стиснутые зубы, прокручивая свои шансы на успех в предстоящем бою.

Сомневаюсь, что стоящий передо ной верзила неповоротливым увальнем окажется. Очень уж в его небрежной позе неуловимая грация хищника проступает. Да и Дан, ещё по-нашему с ним пути к хутору о каких-то верзилах, что неподалёку живут, вскользь упоминал. Опасные, мол, бойцы, владения которых лучше обойти. А вот мы с Ингой, судя по всему, как раз наоборот поступили.

Так что в предстоящей схватке вся надежда на «Недобрый взгляд» с «Отскоком». Уронить эту детину на камни и кромсать мечами до посинения.

— Моя карликов не боится, — не согласился со мной детина, поудобнее берясь за дубину. — Моя их палка бум. Вкусные! — мечтательно протянул он в заключении.

Мы застыли напротив друг друга, примериваясь для первого удара. Я закрутил мечами, постепенно наращивая темп и входя в боевой танец. Великан, хмыкнув, незатейливо ударил дубиной, попытавшись опустить её мне на голову. Уворот, и резкий выпад в попытке рассечь выпяченное брюхо, но мой враг своевременно среагировал, отступая на шаг.

Пора! «Недобрый взгляд» и рывок вперёд, к завалившемуся на спину верзиле. Мечи хлёстко ударили по камню, завершая комбинацию, и великан, проворно крутанувшись, уже стоит на ногах, недобро ухмыляясь.

Какой быстрый! Я бы точно так не смог!

— Теперь моя атаковать, а твоя падать, — доверительно сообщил мне громила.

Он сделал шаг вперёд, неуловимым движением небрежно отбил один из клинков в сторону, каким-то непостижимым образом миновал встречу с другим и хлёстко, с силой, ткнул дубиной мне в голову, явно намереваясь не только раскроить всмятку лицо, но и размазать мозг по черепной коробке.

«Отскок», и я отчаянно замахал руками, в тщетной попытке пытаясь удержаться на краю пропасти. Где-то сбоку завизжала Инга. Но великан, ухватив меня за плечо, небрежно отбросил в сторону, как раз к вжавшейся в каменную стену девушке.

— Обед, — укоризненно покачал головой людоед. — Падать нельзя. Моя лень в пропасть лезть.

Я поднялся, в безнадёжном отчаянии сжимая мечи. Судя по тому, что только что продемонстрировал мне мой враг, шансов на победу совсем невелики. Не удивлюсь, если он ещё и играет со мной и мог уже в первую секунду схватку закончить. Наши уровни мастерства просто несопоставимы!

Вот только умирать покорно как баран, я всё равно не хочу. До конца биться буду. Может, этот гад заиграется, и я его хоть немного зацеплю.

Следующая пара минут полностью подтвердила мои предположения. Великан играл, гоняя меня по кругу словно застигнутого врасплох таракана и уже не раз явно сдерживал руку, останавливая завершающий удар.

Ничего, потешься ещё хотя бы немного! У меня на основные умения откат последние секунды отчитывает. А тогда я тебя, скотина, неприятно удивлю!

Великан, по счастью, к моим пожеланиям прислушался, продолжая измываться над слабым противников.

Откатились! Пора! Сейчас или никогда!

Набрасываю на себя «Каменную кожу» и бросив во врага «Телесный недуг», активирую «Внезапный рывок», намереваясь врезаться в проклятую тушу и нанизать её на мечи.

И со всего размаху врубаюсь в каменную стену, что была за спиной у верзилы.

— Хорошая попытка, — пророкотали мне в спину. — Ты смешной. Моя нравится.

Грязно выматерившись (если бы не «Каменная кожа», меня бы от горы отскабливать пришлось!), разворачиваюсь к своему врагу. Тот скалится, жизнерадостно обнажив зубы.

— Твоя готова продолжить?

Ага, готов! Разве можно к собственной смерти хоть немного подготовиться?

Я прижался спиной к скале, выставив мечи перед собой. В душе медленно поднималась волна отчаяния, густо замешанная на безнадёге. Из этой схватки мне победителем ни за что не выйти. Особенно теперь, когда все основные умения опять в откат ушли. Хотя толку-то от этих умений? Вон, людоедина, от их применения не почесалась даже! А в воинском искусстве он меня наголову превосходит.

Что же делать? Может самому в пропасть кинутся? Очень уж не хочется на обед к этому обжоре приглашение принимать. Во только как на растерзание этой твари Ингу бросить? Да и не поможет мне этот прыжок ничем. Великан уже упоминал, что, если придётся, он и туда за моей тушкой спуститься может.

— Я тебе продолжу! Я тебе сколько раз говорила, Инвар? Прекрати третировать игроков! — вышедшая из-за поворота пожилая женщина, не уступавшая ростом стоящему напротив меня детине, быстро подошла к нему и отвесила хлёсткую оплеуху. — Им и так в этой жизни нелегко приходится, а тут ты ещё со своими забавами!

— Так мы же не всерьёз, мама, тренируемся просто. К тому же от этого и ему, и мне сплошные дивиденды, — от косноязычия великана и следа не осталось. — Я разминаюсь, он своё мастерство прокачивает! Сама знаешь, какие у игроков на пути к лабиринту коллизии могут приключиться, а он слабоват пока. Без качественного повышения уровня мастерства вероятность того, что до финального этапа дойдёт, стремительно катится к нулю.

— И что, для этого обязательно до усрачки пугать нужно было? — и не подумала успокаиваться разъярённая великанша. — Вон девочку до истерики почти довёл! — женщина ухватила провинившегося хулигана за ухо и зло прошипела: — Опять из себя тупого ублюдка изображал? Наверное, и на завтрак их слопать обещал? Чего молчишь? — в ход пошла ещё одна затрещина. — Отвечай, когда мама спрашивает!

— На обед, — заныл, скорчив плаксивую рожицу несостоявшийся людоед, непостижимым образом при этом преобразившись. От дебильного выражения лица и следа не осталось.

— Да хоть на ужин! Что нельзя было просто его на учебный поединок вызвать? Обязательно скоморошничать и слюни пускать?

— Да нельзя на учебный, мама! Чтобы от тренировки польза была, он изо всех сил выложится должен был. Ну, и позабавился немного, — признался высоченный проказник. — Ты только на их лица посмотри: когнитивный диссонанс и интеллектуальный шок в одном флаконе! Где ещё такое увидишь?!

— У, бестолочь! — отвесив сыну ещё один, дежурный подзатыльник, великанша, не обращая никакого внимания на выставленные мною клинки, подошла к Инге, — Что дочка, напугал тебя этот увалень? — присела она на корточки возле неё. — Ты его не бойся. И вообще никого здесь не бойся. Мы игроков не обижаем.

— Он меня съесть хотел! — пожаловалась Инга, начав рефлекторно всхлипывать. — На обед!

— Да шутил я, — затоптался на месте Инвар, не решаясь подойти вслед за матерью. — Мы людишек не едим. У вашей популяции хоть индекс интеллектуального развития критический уровень по шкале Эйнара едва превышает, но всё же мыслящие особи. Мне моё воспитание даже условно разумных жрать не позволяет!

— Сам ты условно разумный, — облегчённо выдохнул я. Уф! Хорошо-то как, а! Кажется, наша с Ингой смерть на некоторое время вновь откладывается. — И забавы у тебя дебильные!

— Не то слово, — повернулась ко мне от Инги великанша. — Совсем со скуки одурели лоботрясы! Вы уж на Инвара зла не держите, — широко развела она руками. — Живём в глуши, по соседству только дегене.... людские поселения да кланы. Тут любому развлечению рад будешь.

— А вот нам совсем не весело было! — с вызовом заявила Инга, сверкая глазами. — Нашли за чей счёт со скукой бороться!

Инвар виновато потупился, медленно расковыривая дубиной камень под ногами.

— Ладно, — тяжело вздохнула его мамаша. — Подумаем, чем, нанесённую вашей психике психологическую травму, компенсировать. Инвар, проводи гостей к избушке. — великанша хмыкнула и не скрывая ехидства, добавила: — Как раз к обеду дойдёте.

***

Ну, насчёт избушки местная домохозяйка слегка поскромничала. Потому что, этот огромный, обнесённый мощной, крепостной стеной, замок, вольготно раскинувшийся вдалеке на стёсанной вершине горы, с данным наименованием никак не ассоциировался. В нём таких избушек, наверное, под сотню разместить можно!

— Вот там вы и отдохнёте перед дорогой, — гостеприимно махнул в сторону замка Инвар. — У нас там хорошо, спокойно и боятся некого.

Ну, да. Кого там боятся? В этакой избушке от целой армии запросто отбиться можно! Особенно с такими защитниками как Инвар.

Я в очередной раз с восхищением покосился на тролля. Дайте мне таких бойцов с десяток и никакой замок не нужен. И в чистом поле, кому хочешь, наваляем!

Почему тролля? Ну, а кто же они ещё?

Нет, с теми сказочными троллями, что приходят к нам со страниц каждой второй фентезийной истории, местные великаны, жившие на этой планете испокон веков, никакого отношения не имели. Это название верзилы получили значительно позже, от начавших появляться в их мире людей. И охотно его приняли, с присущей для них иронией начав подгонять свой образ, под сложившиеся у людей стереотипы.

Зачем? Так скучно же!

Жили местные небольшими семьями, обособленно, с ближайшими соседями до которых под сотню километров будет, не больше пары раз в год встречались. Вот и старались свой досуг, как только можно, разнообразить. Люди для этой цели подходили как нельзя лучше; глупые, суеверные, доверчивые.

Вот и начали тролли изображать из себя кровожадных дикарей и людоедов, от души при этом развлекаясь и одновременно, отбивая охоту у пришлых, соваться в их владения.

— Живём мы значительно богаче, всякого добра хватает, — жизнерадостно оскалил Инвар зубы. — А людские особи —существа завистливые, кровожадные до чужого добра сильно охочие. Вот и приходится жути нагонять, чтобы не совались!

— И что никто не суётся? — поинтересовался я, вспоминая Дана. Похоже, при упоминании о великанах, он тоже о многом умолчал. Хотя, зачем будущему мясу лишняя информация?

— Регулярно суются, — хмыкнули мне в ответ. — Ничему вас людишек собственные ошибки не учат. Казалось бы, сколько раз к замку в поход отряды уходили; ни один обратно не вернулся! Любой здравомыслящий индивидуум давно бы правильные выводы сделал и больше в гиблое место не лез. Так нет же! Пройдёт пара лет, страхи немного улягутся и опять очередной великий полководец, что сотню-другую бойцов под своей властью собрать умудрился, к нам в гости собирается.

— Так вы всех убиваете?! — ужаснулась Инга.

— Почему всех? — обиделся великан. — Большинство сами гибнут, как черёд зимних деньков приходит. Зимой в горах выжить трудно!

— А почему сразу в горах? — не поняла девушка. — А как же сдвиг стихий?

— Так замок с окрестностями на столпе стоят? — удивился тролль недогадливости Инги. — Это же любому дураку понятно! Только идиоты что-то в зыби строить пытаются! Так что у нас там всегда горы!

Инвар сокрушённо покачал головой, видимо составив для себя окончательное мнение об умственных способностях моей спутницы. Я тактично отвернулся, стараясь не смотреть в сторону покрасневшей девушки и радуясь про себя, что меня с вопросом опередили.

— И всё равно вы многих убиваете, — с вызовом заявила Инга, вернувшись к началу спора. — Столько крови.... Да и тем, в горах замерзающим, можно было помочь.

— Убиваем, — не стал отрицать Инвар. — Но заметь; не мы к ним пришли, а они на нас напасть решили. И щадить бедных, слабых троллей в случае победы, никто не собирался! И это при том, что с каждым отрядом таких завоевателей, мы сначала по-хорошему пытаемся договориться; припугнём немного, силу свою покажем.

— И часто пугаются? — приподнял я вопросительно бровь.

— Пугаются часто, — саркастически хмыкнул тролль. — Уходят редко. Говорю же, низко интеллектуальная вы популяция! Сами посудите; кто в здравом уме на значительно более сильного противника сам, добровольно в драку лезет? Ведь ясно, что шансов практически никаких! Суицидники какие-то, право слово!

— И вы их сразу потом убиваете? — продолжила гнуть свою линию Инга. — Ну, тех, кто не испугался?

— Зачем сразу? — удивился Инвар. — Сразу мы вообще никого не убиваем! Так неинтересно! Разбегутся! — пояснил он действия жителей замка. — Нет, уж! Раз решил воевать, воюй до конца! Мы сразу отступаем и в осаду в замке садимся. По всем правилам! Штурмы отбиваем, переговоры ведём, откупиться пытаемся.

— Откупиться?! — удивился я. — Зачем?

— Для антуража! — жизнерадостно оскалился наш проводник. — Как только разговор о контрибуции заходит, очередной завоеватель от жадности дрожать начинает. Всё побольше получить норовит. А мы отчаянно поторгуемся, над каждым медяком трясясь, потом отказываемся платить, через пару дней вновь о переговорах просим, — тролль весело захихикал: — А тут ещё среди нас предатель появляется, что в замок обещает впустить! Потеха!

— Забавляетесь, значит? — грозно насупилась Инга. — А там люди умирают!

— А мы их сюда не звали, — вновь напомнил великан. — Сами пришли! И что-то мне говорит, будь сила на их стороне, устроили бы нам геноцид, похлеще чем индейцам в том, вашем мире. Низшие расы полумер не признают!

— А почему вы нас к себе пустить решили? — решил я не обижаться на «низшую расу». Прояснить отношение местных троллей к себе любимому, было гораздо важнее. — Мы ведь тоже люди.

— Вы прежде всего игроки. — хмыкнул Инвар в ответ.

— А в чём разница? Менее агрессивными и кровожадными мы от этого не стали.

— Видел я твою агрессивность, — презрительно фыркнул тролль. — Без слёз не вспомнишь! Всё дело в том, что вы странники и в нашем мире лишь проездом. Поэтому, — Инвар остановился в месте, где тропа делала очередную петлю, круто заворачивая за каменный выступ и махнул в ту сторону дубиной. — Да вот они тебе лучше сейчас всё объяснят!

Я высунулся из-за спины великана, встал рядом с ним, разглядывая массивные ворота, наглухо перегородившие дорогу и встретился глазами ещё с двумя троллями, стоящими возле них.

— Хенгри, гляди! — ткнул один из них в бок другого. — Инвар мясо на обед привёл. Вот же лентяй! Опять, наверное, что-то им наплёл, чтобы силком не тащить!

Я замер, почувствовав руку Инвара на своём плече.

Глава 6

— Эгей, Инвар! Хорошо! — радостно замахал нашему проводнику Хенгри. — Чур, моя уши кушать будет! Уши вкусно!

Я криво усмехнулся, разглядывая соплеменников Инвара. Натурально-то как! Туповатые, не обезображенные наличием интеллекта рожи, поросячьи глазки без какого-либо признака мысли, оскаленные рты с внушительными клыками, текущая по подбородку слюна. Если бы совсем недавно произошедшую с Инваром метаморфозу собственными глазами не наблюдал, точно бы на это представление купился. Тут бы, наверное, и сам Станиславский, стоя, аплодировать начал.

Клоуны, блин. Артисты больших и малых театров. Нашли себе забаву; людей пугать. Вон Инга, хоть вместе с мной за клоунадой Инвара наблюдала, а всё равно напряглась, испуганно ко мне прижавшись. Да и у меня, чего уж там скрывать, червячок сомнения внутри зашевелился.

Это я о том, в качестве кого нас на обед пригласили; тех, кто ест или тех, кого едят?

Могла мамаша Инвара добрую самаритянку перед нами сыграть, притворное радушие изображая? Да, запросто! Здесь, как я погляжу, смена масок в ранг высокого искусства возведена!

Зачем? А затем же, зачем Инвар перед нами комедию ломал. Развлекаются они так! Скучать, господа тролли изволят!

К тому же, как заявил безымянный двойник Хенгри, нас с Ингой таким образом силком на убой тащить не пришлось. И впрямь, сами до места назначения дотопали!

— Смотри, клыки не обломай, — не выдержав, прорычал я, вложив в свой ответ всю палитру терзающих душу сомнений.

— Оно заговорило?! — очень реалистично изобразил удивление Хенгли, повернувшись к собрату.

— Да, Хенгри, — подтвердил тот, энергично кивая головой. — А что ты хотел? — сокрушённо развёл он руками: — Псевдоразум. Все дела.

— Хватит придуриваться! — заржал Инвар, отпуская моё плечо. — Они о наших шутках уже знают, — и пояснил, в ответ на возникший в глазах близнецов вопрос: — Матушка вдоль пограничья гуляла.

— Матушка, да, — сокрушённо вздохнули в унисон близнецы. — С ней не поспоришь!

И вновь, я только головой от восхищения покачал, наблюдая за мгновенный перевоплощением великанов.

Могут же, когда захотят! Даже слюни с подбородков утереть не забыли!

— Здравствуй, брат, — приобнял нашего проводника Хенгри. — Смотрю удачно ты поутру прогулялся! — пророкотал он, кивнув в нашу сторону. — Где встретил?

— На южной границе. С хутора Вирса пришли.

— Да, ну?! — несказанно удивился второй, пока безымянный для меня страж и смерил нас с Ингой недоверчивым взглядом. — Это как же он вас отпустил?

— Не больно-то мы у него разрешения спрашивали! — с вызовом высунулась вперёд девушка.

— Мда, — озадаченно взъерошил свои волосы тролль. — Теряет дядюшка Вирс хватку. Теряет! Но там же ещё Лешак с ним! И Дан!

— Потом, Эсхи, — оттеснил, нависшего над нами верзилу, Инвар. — Матушка их на обед пригласила. Вот там и расскажут.

— Ну, что же, — кинул на нас плотоядный взгляд, Хенгри. — Пошли, пообедаем!

— Может хватит уже, а? — не выдержал я.

— Извини, — изобразив на лице раскаяние, заржал тот. — Привычка.

***

— Ничего себе! — выдохнул я, во все глаза рассматривая, открывшуюся передо мной картину.

Поразиться, и вправду, было от чего. Стоило нам пройти ворота, прошагать по тропе пару сотен шагов и завернуть за очередной выступ, прижавший тропу к пропасти, как мы вывалились к спуску в небольшую, утопающую в цветах и зелени долину. Под ноги приветливо растелилась широкая, посыпанная по кроям мелким гравием дорога. Она тянулась вдоль раскинувшихся с обеих сторон полей, ныряла в роскошные сады, делила пополам небольшие, опрятные деревеньки, упираясь в самом конце в подножье осёдланной замком скалы.

— Как красиво! — выдохнула мне прямо в ухо Инга.

— Люди, — выдавил я, косясь на замерших по бокам троллей.

— Что, люди? — вновь скорчил глуповатую физиономию Инвар.

— Вот именно, что! — передразнил я его. — Что здесь делают люди? Ты же сказал, что вы всех, кто к вам приходит, перебили!

-Э, нет! — развеселился тролль. — Я сказал, что из всех, кто к нам с мечом пришёл, никто обратно не вернулся. Про убили — это вы с Ингой уже сами додумали!

— Типичный эффект Даннинга-Клюгера — заржал Хенгри. — Брось оппоненту двусмысленную фразу, которую можно как угодно интерпретировать. Остальное он сам додумает!

— Умные тут все вокруг слишком, — прошипел я себе под нос. — Куды от вас бедному игроку деваться!

— А никуда ты от нас в данный момент не денешься, — прекрасно расслышал мои слова Эшли, для убедительности помахав дубинкой. — Раз матушка сказала; «пригласить на обед», значит так тому и быть. С ней спорить...., — тролль на мгновение запнулся, подбирая слова, машинально провёл лапищей по затылку — Скажем так, нецелесообразно.

— На обед, так на обед, — с трудом подавил я улыбку, представив раздающую оплеухи великаншу. Нецелесообразно — это ещё мягко сказано! — Тут и я спорить не собираюсь. Подкрепиться нам с Ингой точно не помешает. Но насчёт людей, я бы хотел всё же уточнить.

— А что тут уточнять? — развернулся к мне Инвар. — Что мы изверги какие, столько народу перебить? Гуманизм и человеколюбие — наше всё! — торжественно провозгласил он. — Да и проку нам от этих убийств? — постучал он дубиной по ладони. — Это же всех потом хоронить нужно, ямы копать. А тут камень кругом. А так оружие отобрали, по шее самым борзым надавали и к делу пристроили. Красота!

— И не бегут? — покосился я в сторону тролля.

— Отсюда сбежать невозможно, — хмыкнул с другого бока Хенгри. — Уж в этом ты мне лучше на слово поверь!

— Да и редко кто попробовать пытается, — продолжил меня просвещать Инвар. — Тут вашим живётся значительно лучше, чем за периметром; сыты, обуты, работа не очень тяжёлая. К тому же безопасно. Никто к тебе ночью не ворвётся и убить не попытается. Мы и обратно-то никого не выпускаем потому, что слух об здешнем житье-бытье разнесётся и сюда народишко толпами попрёт. И как нам потом такую ораву прокормить?

— А как же осада замка? — высунулась с вопросом Инга. — Они же тут потопчут всё. О том, как у вас пленным живётся, опять же узнают!

— Да кто же их к самому замку пустит?! — жизнерадостно оскалился Эшли. — Дальше Врат, где мы вас встретили, людям хода нет. Вот там они нас и осаждают! Ну, а если кто и прорвётся.

— Жить в долине остаётся! — смеясь продолжил за близнецом Хенгри.

— А нас тоже не отпустите? — облизал я, сразу пересохшие губы.

— А с вами как раз кое-какие варианты есть. Пошли в замок. За обедом вам матушка наше предложение и озвучит.

***

Семейство троллей многочисленным не было. За столом, кроме уже знакомой нам троицы и матушки, собрались четыре женщины, не уступавшие в габаритах главе семейства и мальчик-тролль, неожиданно худой и хрупкий на фоне остальных родичей.

— Сытный обед, — рыкнула матушка, опускаясь в кресло во главе стола и сделала паузу.

— Весь день прожить без бед! — дружно рявкнуло семейство в ответ, тут же заработав ложками.

— И вам приятного аппетита, — ошеломлённо буркнул я, наполовину оглушённый громким рыком.

Инга что-то неразборчиво пискнула, ошалело вылупив глаза.

Хозяева на наше состояние если внимание и обратили, то виду не показали, продолжая усердно наворачивать густую кашу из трёх, выставленных прямо на стол котлов и оживлённо разговаривая между собой.

По-видимому, о поговорке: «когда я ем, я глух и нем», тут никогда не слышали.

Желудок начал ритмично сжиматься и разжиматься, намекая на то, что было бы неплохо вспомнить и о нём. Я осторожно потянулся ложкой к котлу, зачерпнул наваристой крупы, отправил в рот, осторожно прожевав, и заработал ложкой, не в силах больше сдерживаться.

Вкусно! И главное, и вправду, очень сытно. В каше ещё мясо большими кусками наложено. Самое-то для изголодавшегося путника!

— А ты чего не ешь, девочка? — обратила внимание на Ингу великанша. — Ты ешь. Или тебе моя стряпня не по вкусу пришлась?

— Мясо, — беспомощно пролепетала девушка.

Я замер, прекратив жевать, покосился в сторону своей спутницы.

Это она на что сейчас намекает? Чем ей здешнее мясо не угодило? Всё никак дурачества Инвара, изображавшего из себя людоеда, забыть не может? Так выяснили уже, что это идиотский розыгрыш был, за что его исполнителю уже и по шее настучали. Вон как на кашу налёг, демонстративно ничего вокруг себя не замечая. Чувствует, что от матушки опять прилететь может.

Вот только есть мне тоже, отчего-то расхотелось.

Вот же, ты Инга! Умеешь, аппетит испортить!

— А что мясо? — доброжелательно улыбнулась хозяйка. — С мясом у нас всё нормально. Можешь потом к нам на скотный двор заглянуть, да на живность полюбоваться. Клари покажет, — одна из женщин, продолжая жевать, кивнула, выражая готовность показать. — Там что кушай смело, девочка. Человечины ты в наших котлах не найдёшь. А вот кое-какую тролльчатину, — матушка кинула выразительный взгляд в сторону Инвара, — сунуть туда, не помешало бы. Чтобы шуткам меру знал. Но, это в будущем, — перевела великанша взгляд на меня. — А, пока, как с вами поступить решим.

— Нас отпустят? — тут же задал я беспокоящий меня вопрос.

— Мы вас не только отпустим, но и взашей на утро вытолкаем, если сами уйти не захотите, — хмыкнули мне в ответ. — Нам с Ними, — подняла матушка глаза к потолку, — конфликты не нужны. Весь вопрос только в том; примите ли вы моё предложение или просто переночуете в замке и с рассветом уйдёте.

— А вариант уйти прямо сейчас, не рассматривается? — решил я уточнить. — Полдень за окном. До темноты приличное расстояние пройти успеем.

— Только не в этот день, дружище — Хенгри, похоже, насытился и отвалившись от стола, решил принять участие в беседе. — Сейчас ты не столько идти, сколько падать будешь.

— Он планировать в воздухе умеет, — решился подать голос Инвар.

— Значит, возможно, проживёт чуть дольше, — пожал плечами тролль. — Из тех, кто в бездну упал, ещё никого после смены стихий живыми не находили.

— Мёртвыми тоже, — веско уточнил Эшли, зачем-то выразительно ткнув в мою сторону ложкой.

— Я об этом и говорю, — согласился с ним Хенгри. — Чтобы с день воздушной стихии путешествовать, особые умения иметь нужно. Потому подавляющее большинство его на столпах пережидают.

— А остальные? — затаив дыхание, спросила Инга.

— Тем, кому повезло на летающем острове оказаться, там сидят, а кому нет — в бездонной бездне пропадают.

— Погоди, почему в бездонной? — не понял я. — Я же видел дно у той пропасти, в которую мы с Ингой падали!

— Вы просто вплотную к границе столпа подошли, — вновь включился в беседу Инвар. — Там изменения не так сильны. Чуть дальше, была бы просто бездна.

Я ошеломлённо выдохнул, только теперь осознав, какой опасности мы с Ингой подвергались, заночевав в зыби. И просто подумать страшно, сколько народу погибло этим утром. Как там, интересно, Селезнёв со Степаном? Хочется думать, что выжили.

— Так что заночевать на этом столпе вам придётся, — веско резюмировала, подводя черту словам сыновей, великанша.

— Видимо так, — со вздохом согласился я. Целые сутки на одном месте протоптаться, когда у тебя каждая секунда на счету — известие не для слабонервных. Но, тут уже ничего не поделаешь. Что имеем, то имеем. Мои конкуренты тоже намертво застряли. Это если выжили, конечно. — А что насчёт предложения?

— Хорошее предложение, — хмыкнула матушка. — Мне тут Инвар рассказал, как ты своими железяками бестолково махал. Уровень владения оружием, мягко говоря, оставляет желать лучшего. Так вот, — уставилась она на меня. — Мы можем значительно улучшить это твоё умение. Ну, и девочку кое-чему обучить, чтобы она постоянно за твоей спиной не пряталась.

— И это до завтрашнего утра? — не поверил я и внезапно догадался. — У вас что соответствующие амулеты на умения есть?

— Нет у нас никаких амулетов, — насупилась великанша. — У нас отнорок есть.

Я застонал, болезненно поморщившись. Вот только отнорков мне и не хватало! Опять начинать игру со смертью с заранее неизвестными правилами, опять балансировать на грани гибели, опять рисковать, не зная вернёшься ты обратно или останешься там навсегда! И делать это, ещё и на пару с Ингой!

Но как же соблазнительно-то, а? Вот жеж! Лучше бы мне эта матушка вообще ничего не предлагала! Я же всю недолгую, отмеренную мне в игре жизнь, об упущенной возможности сожалеть буду. Особенно, когда сил очередное испытание пройти не хватит.

— Смотри как насупился! — развеселились тролли за столом.

— Переживает!

— А ты как хотел?! Тут дилемма похлеще, чем у Чернышевского! Быть или не быть!

Я очнулся, осознав, что вся дружная семейка, прекратив пустую болтовню, дружно наблюдает за мной.

— И ничего смешного!

— Да нет, смешного тут много. — отмахнулась от моей реплики хозяйка. — Ты прям как роденовский мыслитель сейчас был. Не переживай — улыбнулась она, лукаво смотря в мою сторону. — На самом деле проблема не так страшная, как тебе кажется. Этот отнорок абсолютно безопасен, так как приз оттуда мы уже пять тысяч лет как вытащили. Соответственно и все ловушки исчезли. Но свойство одно очень для тебя полезное осталось, — наклонилась она в мою сторону, чуть ли не грудью облокотившись об стол. — Время там очень медленно идёт. Пока здесь утро наступит, там уже целый месяц пройдёт. Вот ты этот месяц под руководством Инвара и потренируешься. Как раз времени хватит, чтобы на новый уровень мастерства шагнуть. А я там же твою спутницу кое-чему обучу. Как тебе такое предложение?

— Заманчиво, — прошептал я одними губами, лихорадочно соображая.

Оговорку в свитках, что умения можно улучшить тренировками, я не забыл. И целый месяц под руководством Инвара, да ещё практически без потери времени в местной реальности, о таком только мечтать можно.

Вот только, что взамен? В наше время бесплатный сыр даже в мышеловки не кладут.

— А от нас что потребуется? — озвучила мой вопрос Инга.

— Скучно у нас тут, — вновь сообщила, уже набивший оскомину факт, хозяйка. — Любому развлечению будешь рад. А тут каждый месяц в нашем мире игроки появляются. Бывает, что и до замка добредут. Как тут от соблазна удержаться?

Я застыл, почувствовав, как по спине потёк холодный пот. Уж не на ключи ли мне тролльчиха намекает. А что? Такой, как Инвар к камню междумирья без проблем пройдёт. Что ему те же ловцы? А если ещё Хенгри с Эшли рядом встанут....

Погоди! Они же местные! Это пришлых камень обратно на Землю вернуть может, а этих? Или куда-то забросить, всё же может?

— Да не нужны нам ваши кругляши! — развеселился Инвар, по-видимому, догадавшись о моих сомнениях. Хотя, чего там гадать, когда я сам того не осознавая, ключ в ладони стиснул? — Всё гораздо проще! Мы ставки на вас делаем!

— Ставки?! — вытаращил я глаза.

— Ну, да. Каждая семья, до чьего дома доберутся игроки, имеет право им немного помочь и сделать на них ставку. Чей игрок дольше продержится, та семья и победила!

— В чём будет заключаться наша помощь, я уже рассказала, — подытожила слова сына матушка. — А взамен нужно ваше согласие. Тогда Они позволят нам сделать ставку и наблюдать за вами до самого конца.

Я набычился, уже другими глазами смотря на «гостеприимную» семейку. Скучно им, значит. Развлечений захотелось! Наблюдая, как мы подыхаем, развлекаться будут. Ещё и ставку, на то, как быстро сдохнем, сделают. Твари!

Очень захотелось отказать. Встать из-за стола и отказать, несмотря на потерю возможности значительно усилится! Потому, что я человек, а не пущенная в забег крыса. Потому, что нельзя со мной так!

— Я согласна!

Вздрогнув, прихожу в себя, сфокусировав взгляд на поднявшейся девушке, шумно выдыхаю, загоняю обратно вставшего на дыбы зверя.

Я здесь не один. И мой отказ уменьшит не только мои шансы на выживание.

— Тогда пошли, — кивнул ей упыр... Инвар, поднимаясь из-за стола.

— Пошли, — с трудом выдавливаю я из себя, поднимаясь следом.

***

Далеко идти не пришлось. Выйдя из столовой, мы прошли по узкому, увешанному картинами коридору, упирающемуся в крутую лестницу, поднялись по ней, миновали коридор-близнец и упёрлись в широкую, массивную дверь, обитую тёмным металлом.

— Пришли, — бросил мне через плечо Инвар, потянув на себя медную ручку. — Ну, что, впечатляет?

— Впечатляет, — согласился я, оглядывая большой квадратный зал, вдоль стен которого возвышались до самого потолка массивные стеллажи. Стеллажи, под завязку набитые оружием!

— Ого! Да тут целую армию вооружить можно! — восхитилась Инга и развернувшись к Инвару, спросила: — Куда вам столько?

— Трофеи, — невозмутимо пожал плечами тролль. — Всё несут и несут. Не выбрасывать же?

— Ну, да, — согласился я. — В хозяйстве и ржавый гвоздь на что-нибудь сгодится.

Я не спеша прошёлся вдоль одного из стеллажей, заставленного разнообразными мечами и саблями; примерился к коротенькому акинаку, полюбовался плавным изгибом шамшира, прикоснулся к рукояти огромного двуручного меча.

Вот это коллекция! Да тут оружие со всего мира, начиная с медного века и заканчивая поздним средневековьем. Это сколько народу в гости к местным троллям за время игры заглянуло? И сколько игр до нашего появления здесь уже было сыграно? Похоже, этакие забавы у Хозяев на поток поставлены.

Плохо. Для на с Ингой плохо. Раз тут система игровой индустрии уже веками отработана, то шансов ей противостоять, практически нет. Все ошибки и баги уже давно учтены, проанализированы и по ним давным-давно кардинальные меры приняты.

Остался мизерный шанс на таинственную лавку в городе, куда меня голос добраться посоветовал. Но именно, что мизерный. И голос какой-то мутный, и что мне это посещение даст непонятно, и вообще, это провокацией, заложенной в канву игры, оказаться может.

— Ну, альтернативы паре твоих мечей тут всё равно не найти, — улыбнулся Инвар, встав рядом со мной. — Эксклюзивный товар, можно сказать. Разве что вон эту штуковину возьми.

Тролль быстро прошёл к углу стеллажа, где мечи сменялись кинжалами и взяв пояс с тремя воткнутыми в прорези звёздочками, протянул мне.

— Зачем они мне?

— Всегда успеешь бросить, прежде чем окончательно сблизится с врагом, — пожал плечами тот. — Тут главное, потом успеть мечи на ходу быстро выхватить. Я научу.

— А мне, — подала голос Инга, вложив в него всё горечь и отчаяние на несправедливость этого мира. — Мне тут хоть что-то дадут?

— А тебе владение холодным оружием осваивать поздно, — хмыкнула, появившаяся в дверях великанша. — Но совсем беззащитной мы тебя не оставим, — подошла она, бросив на пол небольшой мешок. На, выпей, — протянула матушка Инге пузырёк с синей пробкой.

Эпик! Так не честно! Я тоже себе такой хочу!

— А что там? — Инга повертела пузырьком перед глазами.

— Умение там полезное. Как раз для такого ахового бойца как ты. «Серая мышь» называется. Позволяет на целых пять минут, для врагов незаметной стать.

— Выходит, я невидимкой буду?! — захлопала в ладоши девушка.

— Невидимкой, — недовольно поджала губы великанша. — Даже не мечтай. Видеть тебя все по-прежнему будут. Только любая другая цель для врагов окажется в приоритете. То есть, пока твой ухажёр рядом биться будет, они все на него кидаться начнут, тебя на потом оставив. И пока его не прирежут, ни один к тебе не бросится.

— А чего это сразу они меня прирежут?! — возмутился я. — Может как раз наоборот; я их.

— Может и наоборот, — не стала спорить со мной матушка. — Главное, что её никто не тронет. В мелких стычках пять минут — масса времени. И зачастую бой к тому времени заканчивается. Это для неё хороший шанс выжить. Тем более ты ещё и убежать сможешь, от неё врагов уводя. Можешь даже не сомневаться, пока время не истечёт, они рядом с ней пробегут и даже пальцем не тронут. Ещё и обогнут, как досадное препятствие, если на пути встанет.

— Здорово! — выдохнула Инга, восхищённо смотря на пузырёк. Наверняка уже в воображении представляла, как я улепётываю, огребаясь по полной, от орущей проклятия толпы, а она чинно усевшись на придорожный камешек, наблюдает, снисходительно крича мне советы.

— Только ты учти, — решила бросить ложку дёгтя в огроменную, медовую бочку Инги, троллиха. — На тебя внимание не обращают только до тех пор, пока другая цель перед глазами. Стоит Антону погибнуть или просто с глаз кого-то из преследователей пропасть, так сразу всё внимание на тебя и переключится. И там уже не зевай!

— Ладно, — вздохнул Инвар, посмотрев на вытянувшееся личико девушки. — Помогу, немного. — молодой тролль прошествовал к противоположному от меня стеллажу и вернулся с маленьким, изящным арбалетом. — На, держи. Зелья на умение к нему у меня нет, но за тот месяц, что мы в отнорке будем, худо-бедно стрелять тебя Хенгри научит. По крайней мере, если в упор выстрелишь, скорее всего не промахнёшься.

— А заодно ещё и свои лекарские умения разовьёшь, — поддакнула сыну великанша. — Практики у тебя там будет много. Пей, давай.

Инга послушно распечатала пузырёк и, даже не став читать развернувшееся описание, опрокинула себе в рот его содержимое.

— Почему много?! — встревожился я, почувствовав грядущие неприятности.

— Потом узнаешь, — жизнерадостно осклабился Инвар, быстро произнеся несколько слов. В центре зала появился знакомый мне шар сиреневого цвета.

— Пошли. Тебе понравится, — ухватил меня за рукав тролль, потянув в сторону кристалла духа.

— Мне уже не нравится, — не согласился я с ним, тем не менее покорно направляясь к шару вслед за ним. — Похоже, я об этом скоро пожалею.