Игра на нервах. Том 3

Пролог

Садящееся солнце залило белые стены Бовирграда золотом. Чем ниже оно садилось, тем больше багрянца выплескивалось на мрамор столицы Бореи, щедро окрашивая сначала шпили зданий, потом медленно спускаясь на стены и мостовые. Вечер завернул в красноватые тона и статую, стоявшую на небольшой площади на окраине города. Здесь сходились две пустынные улочки, образуя кольцо вокруг небольшого фонтана и скульптуры, изображавшей охоту на дикого быка. Высокий коренастый мужчина, держа в руках рога и упершись ногами-столбами, прижимал голову свирепого животного к земле. Скульптор постарался, передавая этот момент, мышцы на руках мужчины и на шее быка бугрились, и было непонятно, что одержит верх – природная мощь быка или упорство охотника. Рядом застыла еще одна фигурка, тоненькая как тростинка девушка, натянувшая лук и готовящаяся пустить стрелу в быка.

Напряженности сцене придавали пурпурные всполохи, которым белый мрамор скульптуры раскрашивало клонившееся к закату светило. При изготовлении глаз охотник и охотницы явно использовалась магия, никакое стекло, никакой кристалл не могли с такой натуральностью имитировать живой взгляд. Казалось, охотница вот-вот моргнет, а ее спутник зарычит от натуги. Но минуты шли, а фигуры никак не оживали.

Но какое-то движение на улице все-таки появилось. Поскрипывая осью, по улице медленно катилась двухколесная коляска, ведомая меланхоличным серым мерином. На облучке, не выпуская вожжей из рук, дремал кучер. Необходимости править у него не было, по уверенной поступи мерина было ясно, что он знает дорогу домой.

Вдогонку коляске по улице бодрым шагом двигалась группа из трех паломников, в свободных голубых балахонах и с дорожными посохами в руках. Паломники двигались гораздо быстрее еле перебирающего ногами серого коня и догнали экипаж возле скульптуры, изображающей сцену охоты.

Последний в колонне паломник притормозил и беспардонно заглянул в коляску.

– Подайте пилигримам на паломничество к Небесному Столпу, – по голосу было слышно, что паломник не просит, а вымогает.

– Что? – раздался из коляски недовольный женский голос, – да как ты смеешь, хам!

– Пожертвуйте, говорю, на угодное Великой Птице дело! – паломник подумал и решил объяснить владелице коляски все максимально понятно, – денег дайте!

– Убирайся! – истерично взвизгнула женщина в коляске.

– Хорошо-хорошо, – паломник вытащил голову из-за занавесок, – не хотите по-хорошему, будем просить как обычно.

Паломник кивнул своему подельнику, идущему впереди. Тот, хорошенько размахнувшись, заехал кучеру посохом в кадык. Очнувшийся от полудремы кучер схватился за горло двумя руками и выпучил глаза. Еще один из пилигримов огрел его по горбу и, сшиб с кареты на землю, где на бедного кучера удары стали обрушиваться со всех сторон.

Паломник, отдавший команду о нападении, на этот раз не стал миндальничать. Он уцепился за хлипкую дверь кареты, поднапрягся и вырвал ее вместе с петлями. Потом подал руку даме, сидящей в карете.

– Мадам, отбросьте сомнения и выходите, – паломник галантно подал руку, – и делайте это поживее, не заставляйте меня вытаскивать вас за волосы.

Из кареты показалась испуганная богато разодетая женщина. Она протянула грабителю-пилигриму руку, но вложить в нее ладонь не успела – в воздухе что-то свистнуло, и кисть грабителя навылет пробила стрела. Среди белоснежных перьев оперения стрелы затесалось одно маленькое красное перышко.

– Ааа! – завопила испуганная женщина, на которую из раненной руки грабителя брызнула кровь.

– Ооо! – кричал грабитель от боли и обиды, озираясь по сторонам и пытаясь понять, откуда же прилетел острый подарок.

И он узрел чудо – статуи охотника и охотницы оживали, белая корка, покрывавшая кожу, трескалась и слетала с их тел. Гибкая девушка накладывала на лук новую стрелу, а ее могучий напарник, оттолкнувшись от постамента, взвился в воздух и приземлился меж двух пилигримов, избивавших кучера. В руках у здоровяка-охотника появилось странное оружие – ни то меч с необычайно длинной рукоятью, ни то копье с вытянутым изогнутым клинком вместо наконечника. Охотник ткнул рукоятью ближайшего противника в переносицу, а второму молниеносным ударом отрубил руку, сжимавшую посох. К крикам женщины и раненного стрелой лжепаломника, присоединились вопли оставшегося без одной конечности грабителя. В этом вихре событий лишь один серый мерин оставался спокойным, он стоял и безмятежно пожевывал удила.

Вырвав из руки стрелу, грабитель сбросил с себя сковывающий движения балахон. Под ним обнаружилась кожаная кираса, усиленная на груди металлическими пластинами и кольчужным полотном. На поясе у грабителя висел короткий прямой меч, который он выхватил, бросившись на подмогу приятелям. Но бросок этот вышел коротким, сразу три стрелы пронзили грабителю голень, колено и бедро. Он скривился от боли.

– Ах ты стерва! – грабитель достал из голенища сапога нож и метнул его в лучницу. Еще одна стрела разрезала воздух и, звякнув, отбила летящий в охотницу нож.

Грабитель перевел взгляд на своих товарищей – под напором охотника те доживали последние секунды своей жизни. Может быть, они были не слишком дружны, а может в их банде было так принято, но грабитель решил, что он слишком молод, чтобы подыхать на площади города в багряном свете садящегося солнца. Уклонившись от следующей стрелы лучницы, лжепаломник со всех ног рванул прочь от кареты.

Надо отдать ему должное – бегать грабитель умел быстро и стрелы в ноге ему мешали мало. Видимо исповедуя принцип «налетай-убегай» он прокачал умение бега до предела. Но на каждое умение всегда найдется контрмера. Из-за угла дома на улицу навстречу улепетывающему грабителю вышел маг воздуха в белом одеянии с вышитой на нем орлиной лапой. Маг вытянул руки вперед и свел ладони вместе, как бы сжимая находящийся между ними воздух. Потом волшебник резко выпрямил руки, и в грудь беглеца ударила упругая волна, подняв его на три метра и швырнув обратно к стоящей карете. Грабитель грохнулся на спину и замотал головой стараясь скинуть с себя оглушение. Но загорать, отдыхать и приходить в себя ему охотник не позволил. Сжав скаррэль в ладонях, он поднял и резко опустил свое оружие, пригвоздив невезучего грабителя к земле. Клинок пробил кирасу как бумагу, лжепаломник захрипел и начал извиваться, охотник провернул скаррэль и вырвал его из раны. Грабитель выгнулся и затих, фонтан крови из его развороченной груди обдал даму из кареты, забрызгав красным с ног до головы. Женщина затравлено озиралась по сторонам, и было непонятно, что напугало ее больше. Сами грабители или эффектная, но кровавая расправа над ними.

– Орден Гнева, – представился охотник, – не волнуйтесь, вам больше ничего не грозит.

– Да? – неуверенно спросила женщина.

– Да-да, – подтвердила спрыгивающая с пьедестала лучница, с которой все еще отваливались кусочки белой маскировочной корки, – вам бы только платье побыстрее в холодной воде замочить, а то не отстирается.

Дама оглядела свое платье, покрытое коркой высыхающей крови, и протяжно с надрывом заголосила.

– Понятно, минут через пять отпустит, – сказал охотник, собирая оставшиеся после грабителей трофеи: три коротких меча и кошели с деньгами. На месте гибели предводителя паломников остались еще и мягкие сапоги, глушившие звук шагов и дававшие приличный бонус к скрытности.

– Сапожки хороши! – разглядывая добычу, произнесла лучница.

– Неплохие, – поддакнул подошедший маг, – только зачем вы меня с собой брали?

– Нападавших должно было быть шестеро, – помогая кучеру подняться, ответил охотник.

Кучер, кряхтя, уселся на козлы.

– Вы бы и шестерых размотали без проблем, – проворчал маг, подавая даме руку, чтобы она могла сесть в карету.

– Таких босяков, да, размотали бы, – здоровый охотник приладил на место дверь от кареты, используя вместо молотка свой пудовый кулак, – а попался бы среди них кто-то серьезный?

– Восьмую банду разгоняем, а никого серьезного так и не встретили, – в разговор вступила девушка-лучница.

– Да, залегли хаи, стали осторожнее. Одна мелочевка последнее время попадается, – нехотя согласился с нею охотник.

Глава 1

– Вот они! Вот! – Бутчер горделиво представлял Найду самых выдающихся охотников Ордена Гнева, – наши орлы и орлицы! Знакомься – Танара!

Штаб Ордена поражал своим убранством, в четырех нишах стояли полные доспехи рыцарей, которых победили в схватке члены Ордена Гнева. Стены были завешены флагами Ордена и коллекцией оружия, добытого в боях. Но Бутчер в эпичном украшательстве решил пойти еще дальше и сделать из штаба некоторое подобие зала славы, с гобеленами, изображающими подвиги героев Ордена. И сейчас Бутчер представлял гроссмейстеру первых братьев Ордена, достойных это чести. Правда, первый «брат» оказался сестрой, стройной невысокой девушкой с луком за плечами.

– И ее муж – Литарь, – продолжил представление Бутчер.

Из строя воинов вышел здоровый хмурый субъект с бородой и вихрастой черной шевелюрой.

– Эта парочка провела двенадцать успешных операций в Бовирграде за последнюю неделю.

– Ого! Вы хоть спали? – удивился Найд.

– Редко, – улыбнувшись, призналась Танара.

– Мало ели, редко спали, но почти две тысячи золотом наколотили! – расхваливал их Бутчер, – настоящий семейный подряд и конвейер по уничтожению пэкашеров. Вообще из игры не выходят!

– А зачем из нее выходить? Мы даже с работы уволились в реале, здесь и денег и самое главное удовольствия больше, – Литарь приобнял свою жену, – у моей жены талант устраивать засады.

– А у моего мужа – проламывать головы!

– Эээ… вы гармонично дополняете друг друга, – выдал похвалу Найд. Он на самом деле был рад успехам Ордена, но мысли его крутились вокруг более глобальных проблем. Поэтому странник побыстрому поздравил героев и выпроводил их из штаба, чтобы остаться с Бутчером и Морисиусом. Но сразу обсудить планы на будущее Бутчер ему не дал, командор засыпал странника вопросами о его приключениях и Найду пришлось рассказать о них все. Ну почти все – о том, что он заперт в капсуле и что Змей его обещает оттуда вытащить, странник умолчал. Пришлось на ходу сочинить байку о том, что забытый бог обещал ему в награду некую вещицу, имеющую исключительную ценность. Странник не кривил душой, в конце концов, Скрытый-В-Тени, пообещал вернуть ему жизнь в реальном мире, а что может быть ценнее самой жизни?

Бутчер слушал о похождениях странника, открыв рот.

– Дааа уж. Развлекся ты от души. Не то, что я тут. С утра поставками провизии занимаюсь, думаю, где хлев пристроить. В обед с Первожрецом торгуюсь за каждую копейку, а вечером с Люписом новую аферу разрабатываю. Да я уже забыл, когда на тренировки ходил. Про настоящий бой я вообще молчу.

– Аферу? С Люписом? – не понял о чем речь Найд.

– Ты думаешь, как мы на все это отребье выходим? Деньги и преступность всегда связаны, одно не может существовать без другого. К примеру, клерк из ломбарда Бовирграда совершенно случайно болтанул кому не следует, что завтра одна богатая дама заберет фамильные драгоценности. За дамой начинают следить, готовят засаду. А мы следим за ворьем и планируем свою мышеловку. С тех пор как банкир в деле, наши финансы пошли в гору, я тебе не говорил, но на нашем счету болтается больше сорока тысяч золотых.

– Когда мы только начинали, у нас было восемьдесят.

– Зато теперь у нас почти целый замок, который сам по себе стоит не меньше сотни. Двадцать прокаченных бойцов экипированных по самую макушку. Еще тридцать проходят обучение. Сеть осведомителей на зарплате – стражники в крупных городах, владельцы трактиров и борделей, торговцы и скупщики краденного. По большому счету нам и жрецы со своей информацией не очень нужны…

– Эй! – одернул размечтавшегося Бутчера странник.

– Да я понимаю, – командор поучительно поднял палец вверх, – жрецы наши стратегические партнеры. Но я уже все не вывожу. Ни времени, ни сил не хватает.

– Бери себе помощников. Ту пару, которую ты мне представлял. Вроде смышленые ребята.

– Не, их хлебом не корми, дай кому-нибудь руки с ногами местами поменять. Одно слово – увлеченные своим делом личности. Может ты, наконец…

Найд замотал головой.

–Прости, опять не могу. Мне на границу Фальдорры и Териоса надо.

– Опять Пелену ломать будешь? – спросил Бутчер. Этот секрет от него утаить не удалось, всякий раз, когда Найд отправлялся путешествовать на границу между стихийными странами, Пелена, разделявшая их, исчезала. Бутчер глупцом не был и смог сложить два плюс два и понять, что Найд с этим связан.

– Угу, надо храм Змея разрушить.

– Что он тебе за это даст? Императорскую корону? Или гарем из ста девственниц?

Найд отмолчался.

– Ты хоть знаешь, что ты этой возней с границами устроил?

– Ну воюют потихоньку, – Найд в погоне за решением своих проблем не успевал следить за политическими событиями в Четырехземье.

– Потихоньку?! Да ты блин тут третью мировую начал! Половина Бореи в огне, но огневики тоже сильно разгуляться не успели, им в спину ударили земляные. И единственное место, где сейчас спокойно, находится между водными и земляными, и ты отправляешься туда. Если Кейн узнает, что ты собираешься вскрыть еще одну границу, он тебя будет убивать до тех пор, пока ты не передумаешь!

Найд не знал, как парировать этот выпад, но тут в разговор вмешался молчавший до этого Морисиус.

– Эээ… Бутчер, да? Поверь, я много путешествовал…

– Наслышан, ты фигура легендарная.

– И знаю, на чем держится все Четырехземье.

– На власти, бабках и религии? – сделал свое предположение Бутчер.

Морисиус отмахнулся от этой меркантильной мысли.

– Игра живет за счет баланса. Четыре стихии, каждая имеет свои слабые и сильные стороны, одна уравновешивает другую. Если сейчас две стихии получат преимущество, то вся гармония рухнет и наступит хаос. Жители Териоса и Фальдорры начнут теснить воздушников и огневиков, расширять сеть своих храмов и в конечном итоге просто уничтожат магию конкурентов. Твои способности воздушника будут работать разве что рядом с Небесным Столпом.

Бутчер призадумался над словами Морисиуса.

– Думаешь, Великая Птица позволит такому случиться?

– Боги правят миром, но именно люди управляют богами, – возразил Морисиус.

– Но это же не настоящие боги, просто Искины. Как программисты задумают, так они себя и поведут, – не сдавался Бутчер.

– Влияние Nextlife на Четырехземье сильно ограничено. Поэтому этот мир и получился таким живым. Есть, конечно, несколько основополагающих законов, которые не могут нарушить ни Искины, ни администрация игры. Про один из них я тебе уже рассказал, это закон равновесия. Когда воздушников и огневиков совсем уж сильно прижмут, игра устроит какой-нибудь трюк.

– Какой? – Найду тоже стал интересен принцип функционирования Четырехземья.

Морисиус пожал плечами.

– Извержение вулкана посреди Фальдорры вместе с выбросом огромного количества огненной энергии. Или тайфун, сметающий все на своем пути, в Териосе приключится. Система постарается выровнять шансы всех четырех стихий.

– А ничего, что ваш коллега-странник всю эту байду и начал? – намекнул Бутчер на Найда.

Найду стало неловко, командор был прав, толком не разобравшись в делах, которые творились в Четырехземье, странник наворотил столько всего, что напоминал себе слона в посудной лавке. Стоишь и боишься пошевелиться, чтобы не обрушить очередную стопку тарелок. Но на его защиту встал брат.

– Я знаю Найда давно. Он умеет восстанавливать то, что испортил. И делает это с блеском.

Вот тут Бутчеру возразить было нечего, странник буквально выдернул его из петли жизненных обстоятельств, которые плотно обвивали его шею. Успех Ордена позволил ему наладить свою жизнь в реале, дочь получала все необходимое лечение, а жена перестала плакать все ночи напролет.

– И потом, – продолжил Морисиус, – граница, разделяющая Стихии все равно рано или поздно бы исчезла. Так задумывали в Nextlife.

– А ты откуда знаешь?

Морисиус смутился.

– Эммм, знаю. У меня там друзья работают.

– Темнишь, ох темнишь! Все кто работают над проектом Четырехземье, соглашение о неразглашении подписывают. И строго его блюдут, доживать свой век в теплотрассе на коврике никому не хочется, – высказал свои сомнения Бутчер, – и, кстати, пробраться на границу между водниками и земляными будет не просто. Правители этих земель тоже не пальцем деланые и прекрасно понимают, что кто-то разрушает старые алтари Змея. Поэтому выставили вдоль границ усиленные патрули. Туда просто так не попасть.

– Я уже говорил, что неплохо знаю Четырехземье и помогу бра… – Морисиус понял, что вот-вот сморозит ненужную глупость и закашлялся, – помогу Найду туда добраться.

– А до Фальдорры я дойду вместе с Кейном. Он же туда все-таки собирается вернуться? – спросил Найд.

– Люпис поставил ему условие – недельку попразновать в Борее. Своих детей у него нет, и он относится к Грации как к дочери. Отпускать ее в Фальдорру ему очень тяжело. Я даже пару раз видел на лице нашего несгибаемого банкира слезы.

– Значит, будет у меня время переговорить с Кейном.

– Грохнет он тебя, – предупредил Найда Бутчер, – он конечно отличный друг, но патриот до мозга костей. За свою страну порвет, сложит пополам, а потом снова порвет. И боюсь, наши бойцы тебя не защитят, они конечно ребята умелые, но против Первого Убийцы как котята.

– Я с ним поговорю.

– Но может, стоит не говорить ему о всех деталях путешествия? – предложил Морисиус.

– Нет, Кейну я врать не буду, – уперся Найд, – Бутч, у меня к тебе еще одна просьба будет, но она сулит неплохой доход. Разыщи банду Черной Розы, узнай о ней как можно больше.

– Доход-доход, ты думаешь, меня только деньги интересуют. В конце концов, ты гроссмейстер Ордена…

– Который ни черта не делает для его развития, – горько усмехнулся Найд.

– Все, что надо ты сделал в самом начале! Я считаю, себя твоим другом и тоже тебе врать не буду – да мы хотели бы, что наш лидер в замке бывал чаще, но думаешь, я не понимаю, что у тебя какие-то дикие проблемы?

Найд кивнул – что есть, то есть.

– Вот и решай их спокойно. Уж кто-кто, а я тебя прекрасно понимаю, – закончил свою мысль Бутчер, – может отдохнешь, а то выглядишь так, будто того и гляди свалишься с ног от усталости.

– Чувствую себя еще хуже, – признался Найд.

– Твоя комната уже подготовлена, отдохни. Что надо будет – свистни.

Морисиус провожая по переходам замка Найда в апартаменты потрясенно произнес:

– У тебя появились преданные друзья, невероятно!

– Что здесь такого необычного?

– У тебя никогда друзей не было. Соратники, подчиненные, толпа любовниц – это да, это твое. Но друзья…

– Хватит! – вскипел Найд, на которого и так слишком многое свалилось с момента встречи с Морисиусом, – я не знаю, кто ты есть на самом деле! И насколько является правдой, все то, что ты про меня рассказываешь!

– Но…

Найд открыл дверь в свою комнату

– Спокойной ночи! – Найд захлопнул дверь перед носом Морисиуса.

Лежа на кровати и пытаясь заснуть, странник никак не мог уснуть. Ворочаясь с боку на бок, он представлял, каким же он человеком был, если верить описаниям Морисиуса. Самодовольным придурком? Редкой законченной мразью? Когда Найд проходил испытание, один из мудрецов посоветовал ему забыть о том, кем он был и сосредоточиться на том, кем он должен стать. Но мудрецу хорошо давать советы, сидя вгорячем бассейне и попивая ядреный квасок. А страннику в реальную жизнь выходить придется и как-то там устраиваться.

От грустных мыслей его отвлек тихий стук в дверь, Найд с кряхтением сполз с кровати, решив, что если это настырный Морисиус, то он его поделит на две ровные дольки скаррэлем и снова ляжет спать. Но открыв дверь, оружие он достать не успел. Его захватила, закрутила и подбросила до потолка безудержная стихия.

– Ты почему засранец такой не объявился сразу, как только в замок прибыл? – негодовала стихия в лице возмущенного и одновременно обрадованного Кейна.

– Я… мешать… не хотел, – кое-как прохрипел Найд. По силе объятий Первый Убийца мог смело соревноваться с медведем.

Кейн раздраженно потряс странника. Челюсти Найда встретились несколько раз с отчетливым лязгом.

– Мешать?! Да мы тебя по пещерам искали-лазили! Я на новых штанах все колени протер! Да у нас…

– Дорого-ой! – раздался певучий голос, – опусти, пожалуйста, мессера Найда на землю.

При звуках этого голоса Кейн стушевался и мигом прекратил изображать из себя рассерженного гризли. Первый Убийца поставил странника на пол и даже стряхнул у него пылинку с плеча. И пускай Грация была существом воздушным, а Кейн морянином, но милая девушка действовала на него как ушат воды на разгоревшийся костер. Кто бы мог подумать, что Первый Убийца умеет мгновенно остывать и сдерживать свои неистовые порывы?!

– Мы до сих пор не сказали гроссмейстеру Ордена, как сильно мы ему благодарны за мое спасение, – сказала девушка, глядя прямо в глаза Найду. Грация присела в легком реверансе.

– Да, приятель, огромное тебе спасибо! Кто кого спасал в Штормовом Королевстве так сразу и не поймешь, но именно благодаря тебе я встретил Грацию. С меня очередной должок!

Зря, ой как зря, прозвучало слово «должок» из уст Первого Убийцы. Воодушевленным этим словом, Найд усадил своих гостей в кресла, налил им полные кубки терпкого вина и уже который раз за сегодняшний день рассказал о своих злоключениях после расставания с Кротом Судьбы. А потом и поведал и о цели визита в Фальдорру. Правда, не полностью. Не успел он закончить, как кресло Первого Убийцы упало на пол, сам он вихрем подлетел к страннику и тот почувствовал острое лезвие ножа на своем горле.

Глава 2

Странник никогда не видел Кейна настолько взбешенным. Глаза морянина светились чистым безумием, даже волосы на его голове стояли дыбом. Но среди океана гнева, затопившего мозг Кейна, оставался еще один маленький островок здравомыслия.

– Ты этого не сделаешь, – сквозь зубы прошипел Кейн.

И что Найду ему ответить? Пытаться убеждать – бесполезно. Как только он заикнется, что от разрушения храма зависит его жизнь и жизнь жрицы, Первый Убийца в припадке ярости и патриотического порыва перережет ему глотку. Если сейчас Кейна обмануть, то это даст лишь отсрочку по времени. После того, как Найд уничтожит Пелену между Фальдоррой и Териосом, Первый Убийца его отыщет. И результат будет ровно тем же – Найду вскроют глотку от уха до уха.

– Послушай, – просипел Найд, а Кейн усилил давление на клинок.

– Убери нож, дорогой, – странно, но в этой кризисной ситуации в голосе Грации прозвучала не обеспокоенность, а нежность.

И эта нежность сработала, Кейн нож не убрал, но хотя бы перестал вдавливать его в кадык страннику.

– Мессер Найд прав – тебе стоило бы его послушать. И послушать внимательно. Он сказал, что Пелена рано или поздно падет. Сама, без участия Найда.

– И что? Пусть она стоит как можно дольше. Если граница откроется, то это обнажит спину Фальдорры для врагов!

– Я же говорю, ты не слушал. Мессер Найд дает вам шанс договориться с земляными заранее. Зная, когда должна исчезнуть Пелена, вы сможете отправить в Териос послов, а не боевые отряды.

– Будут они слушать наших послов, – неуверенно буркнул Кейн.

– Будут, – с убеждением ответила Грация, – они находятся в той же ситуации, что и вы. Вы ведете войну с воздушниками, они – с Литорумом.

– Все эти договоренности закончатся, когда мы начнем обсуждать, какие храмы строить на границе. Их или наши.

– Так стройте и те и другие! – прохрипел странник.

Эта очевидное решение загнало Кейна в тупик.

– Но как?! Мать Черепаха рядом с их плешивым буйволом?! Так как ты себе это представляешь?

– Так же как тебя сейчас вижу! У вас два варианта – или планомерно уничтожать друг друга или ходить в храмы, расположенные рядом. Ну придется тебе при этом спрашивать у земляных, как у них дела, это такая большая проблема?!

– Да, проблема! Ты не видел их, они такие… ну такие – Кейн убрал нож от горла Найда и защелкал пальцами, пытаясь подобрать слово.

– Какие бы они не были! Хорошо, ты у нас крутой парень и будешь косить их десятками, а то сотнями. Но Грация…

– Причем тут она?!

– При том, что когда ты будешь доблестно гонять териосцев по границе, она будет сидеть дома. Одна. И когда-нибудь двери ее дома вынесут враги. Но ты будешь далеко, и защитить ее будет не кому! – выпалил странник в лицо Кейну, – худой мир будет всегда лучше хорошей войны.

Кейн задумался и нож в его руке растворился в воздухе.

– Вот же черт. Ты прав, когда в твоей жизни появляется кто-то близкий, ты становишься слабее.

– Дурачок! – девушка стукнула своим кулачком Кейна по лбу, – ты становишься мудрее!

Потом она повернулась к страннику.

– Мы вообще зашли, чтобы пригласить вас на свадьбу.

– Оригинально у вас это получилось. Я, наверное, приду, иначе этот псих опять за нож хвататься начнет.

Первый Убийца выглядел донельзя виноватым.

– Прости, я сорвался.

– Ерунда, я понимаю. Свадебные хлопоты, защита родины. Все в одну кучу, вот нервы и не выдерживают, – недовольно пробормотал Найд, но с его души свалился камень – проблему с Кейном он решил. Теперь и на свадьбе оторваться можно!

Для проведения мероприятия Бутчер предоставил замок Ордена, а Люпис завалил столы яствами, привел танцоров и оркестр, цирковых акробатов и даже диковинных животных с укротителями. Во внутреннем дворе под разноцветными тентами были поставлены столы, и за центральным и самым главным, вместе с женихом и невестой усадили Люписа, Бутчера, Найда и прославленного путешественника Морисиуса.

Не единожды пожелав молодоженам счастья, любви и многодетности, набив свой желудок тремя переменами блюд и залив все это сверху половиной бочонка вина, прославленный путешественник все-таки решил прояснить их с Найдом отношения.

– Определился уже стоит мне доверять или нет? – поинтересовался он тихим голосом, наклонившись к страннику.

Вопрос был очень интересным. В походе на край мира такой человек точно бы пригодился. Но если все его истории об их родстве окажутся вымышленными и у Морисиуса какая-нибудь своя подленькая цель, то и проблем он подвезет вагон и немаленькую тележку. Найд мысленно хлопнул себя по лбу – а чего он сидит и размышляет?! У него же есть уникальное средство, практически детектор лжи в походном варианте. Вызвав интерфейс «Советника» он выбрал «Импорт данных» и нацелился на Морисиуса.

И получил в лоб уже не мысленно, а вполне материально. И так сильно, что опрокинулся назад вместе с высоким креслом, на котором он сидел. По рядам сидевших за столами прокатился смешок, мол, сегодня гроссмейстер явно с вином переборщил. Над очумевшим Найдом склонился Морисиус.

– Ты как, нормально?

– Что это было?!

Вместо ответа Морисиус закатал рукав и продемонстрировал браслет – точную копию того, что болтался на запястье самого Найда.

– Непробиваемая ментальная защита. У тебя такая же есть. Нет у тебя даже лучше – полный модуль «Советник».

– Ты бы руку подал, потом бы умничал, – наконец свел глаза вместе Найд.

– Ах да, извини.

Морисиус помог Найду подняться и поставить на место кресло.

– Кстати, что этот модуль делает? Я так и не разобрался.

– И не разберешься. У тебя он считай находиться в нерабочем состоянии из-за браслета. Это чисто администраторский модуль, дает тебе возможность отлавливать читы у игроков и баги у НПС. Если какой-то непись вызывает у админа подозрение, он его считывает с помощью модуля. Все данные сохраняются тут, – Морисиус указал пальцем на застежку для плаща, – потом админ отправляется к хранителю Стихии и выгружает эти данные ему с помощью «Экспорта данных». Если у НПС баг, то хранитель его правит.

– Хранители меня не узнают, меня Птица вышвырнула.

– Ага, я о чем и говорю. Браслет блокирует нормальную работу модуля, в него внесли изменение, после того, как… – Морисиус осекся.

– После того, как Носкин мне мозги вытряс, – закончил за него Найд, – но я эту штуку как детектор лжи использую.

– Это да, одно из побочных свойств модуля «Советник». Когда оператор его использует, то ощущает чувства и эмоции объекта. Еще можно и свои эмоции объекту передавать, но это совсем уж бесполезная опция.

Найд кивнул, транслировать кому попало свои чувства затея не только бесполезная, но и опасная. Опасности, трудности и прочие неприятности, сопровождали странника с самого появления у него сознания и сидели уже в печенках. Пора отвлечься от проблем, в конце концов, у его преданного виртуального друга сегодня свадьба.

– Долгих лет молодым! – вскочил Найд со своего места с кубком в руке, – пусть Великая Птица Рух окружит вашу пару ветром удачи, а Мать Черепаха сделает любое течение для вашего семейного корабля попутным!

– Долгих лет молодым! – подхватила тост странника толпа, поднимая кубки.

Пир длился еще четыре дня, а два Найд отходил от его последствий. Выпитое вино, помноженное на повышенный уровень ощущений, сыграло со странником злую шутку. Соратники еле вытащили из седла пегаса своего предводителя, который после пира собрался лететь и выдергивать ноги Змею. На все доводы, что у змеи не может быть ног, Найд не унывая отвечал, что он сначала заставит Скрытого-В-Тени их отрастить, а потом обязательно вырвет.

От всяких глупостей Найда спас Верный – пегас наотрез отказался куда-нибудь везти неадекватного всадника и сбросил его из седла. На земле братьям Ордена наконец удалось связать гроссмейстера, после чего они доставили его в комнату и приставили к двери караул, не позволявший Найду выбраться и совершить какой-нибудь необдуманный подвиг.

Вышел из-под домашнего ареста Найд только через два дня, выпив несколько ведер капустного рассола и съев полный короб сушенных болотных хрущей, отлично унимавших головную боль. И вышел вовремя, Кейн со своей невестой уже собирался отбыть в Фальдорру.

Люпис сделал все, чтобы путь его любимой племянницы в Фальдорру был максимально безопасным. Продрав глаза, странник увидел, как во двор замка приземляется конструкция больше всего похожая на гигантский сейф, подвешенный на двух зеленых летательных пузырях. Этой конструкцией оказался корабль «Доброго банка» предназначенный для перевозок особо ценных грузов.

– Крепость, настоящая крепость! – нахваливал корабль Люпис, – видите эти три башенки? В них спрятаны громовые аркбаллисты. Бьют на четыреста шагов, от всадника с лошадью оставляют лишь кучку пепла! Таких кораблей всего два во всей Борее. «Выгода» и ее сестра «Прибыль». До самой Фальдорры будете как у Рух в гнезде.

– Не слишком ли тяжелый сундук? – обходя бронированный кирпич, с сомнением произнес Кейн.

– Тяжелый, да. Но практически неуничтожимый.

– Проверить можно? – спросил у него Найд.

Банкир кивнул, а странник вытащил бронебойную стрелу из колчана и, натянув до предела лук, пустил ее в борт летающего сундука. Стрела, звякнув и выбив сноп искр, срикошетила и ушла в небо.

– Серьезная броня, – уважительно качнул головой Первый убийца, потом достал из воздуха шипастую булаву и пошел на корабль.

Банкир распростер руки и остановил угрозу, надвигающуюся на имущество банка.

– Не надо! Выдержит борт, выдержит! Но гравировку попортишь, а за нее суммы немалые уплачены!

Кейн опустил оружие, а банкир продолжил рекламировать «Выгоду».

– Внутри у корабля есть четыре удобных каюты и просторный грузовой отсек, где с комфортом можно расположить пегаса.

Услышав это Найд не думая ни секунды, произнес:

– Решено, летим на «Выгоде», – странник окончательно еще не пришел в себя после свадьбы и если уж и путешествовать, то в комфортных условиях.

Кейн еще немного поворчал, критикуя «летающие гробы» воздушников, в которых, по его мнению, не было ни тени изящества, но лететь на корабле до границы с Фальдоррой все-таки согласился.

Прощание было недолгим, братья Ордена построились на плацу, над которым был поднят флаг с когтистой лапой. Люписа еле оттащили от Грации, банкир не мог оторваться от племянницы, которую он вряд ли сможет скоро увидеть. Слухи слухами, но Найд сумел разглядеть слезинку, пробежавшую по вечно каменному лицу дельца.

Бутчер подошел прощаться вместе с «ударниками» Ордена, Танарой и Литарем.

– Удачи тебе там и возвращайся поскорее с мегаплюшкой от Змея, – Бутчер похлопал Найда по плечу, – а наши маньяки пока займутся пока поиском Черной Розы.

– Мы ее отыщем, – пообещала Танара.

– Просто найдите, никого трогать не надо.

– Даже слегка пощипать нельзя?

– Ни щипать, ни щупать. Только смотреть, запоминать и анализировать. Я должен сам разобраться с ними, вспугнуть их нельзя, – дал ценные наставления Найд.

– Все в лучшем виде сделаем, – пообещала Танара, а ее муж утвердительно кивнул.

Пассажиры взошли на борт «Выгоды», в трюме которой бил копытами Верный – пегас доверял летающим кораблям гораздо меньше, чем собственным крыльям. На верхней палубе откинулся люк, откуда высунулся жрец и замахал руками. Газ в летательным пузырях, огромными колбасами нависающих над кораблем, засиял зеленым светом. Пузыри устремились в небо, натянув заскрипевшие канаты, с трудом оторвавшие бронированный «сундук» от земли.

Гостей внутри корабля встречал бравый бородач в золоченом мундире, треуголке и с огромной саблей на поясе.

– Капитан Бернар, к вашим услугам! Стюарды проводят вас в ваши каюты, а на обед мы пригласим вас в кают-компанию.

Странник попросил проводить его не в каюту, а в грузовой трюм, где бесновался в четырех стенах пегас. Войдя туда, странник понял, чем недоволен его верный конь. Трюм корабля был предназначен исключительно для перевозки всяческих ценностей-драгоценностей, поэтому не имел ни окон, ни даже небольших отдушин, чтобы не приведи Великая Птица, монетка или камушек какой-нибудь никуда не закатились. Крылатого коня окружали деревянные стены из досок, подогнанных друг к другу без единой щели и абсолютная темнота. Луч света ворвался в этого угрюмое помещение только в открытую Найдом дверь.

– Тише-тише, – похлопал разбушевавшегося пегаса по морде Найд, и обратился к следовавшему за ним стюарду, – принеси сюда светильник. Даже лучше несколько.

Стюард ушел, а странник вновь обратился к успокоившемуся Верному.

– Потерпи четыре дня, потом мы приземлимся, и ты вволю набегаешься и налетаешься.

Уши Верного встали торчком, пегас думал, что его загнали в этот летающий гроб максимум на пару часов, а теперь его горячо любимый хозяин заявляет, что ему придется тут остаться на несколько дней! Паника заставила Верного переть буром на Найда, выдавливая его в коридор. Чтобы уговорить пегаса остаться в трюме, страннику пришлось гонять стюарда еще три раза, и временное жилище пегаса стало более уютным. Под потолком сияли сразу три светильника с заключенными внутри миниатюрными шаровыми молниями. В углу стояли два тяжелых чугунных казана, один доверху наполненный овсом, а в другом плескалась свежая вода. На полу, вместо подстилки, пришлось расстелить красочный ковер из кают-компании. Верный оглядел всю эту роскошь и с милостиво кивнул, соглашаясь провести в этой берлоге непродолжительное время.

Провозившись с уговорами и размещением пегаса, странник пропустил обед и появился в кают-компании лишь к ужину. За наглухо прикрученным к полу массивным столом, сидели пассажиры корабля: Морисиус и чета молодоженов. Во главе стола сидел капитан и его первый помощник, суровая женщина с сотней мелких косичек на голове. Украшением стола являлся пузатый котелок с посеребренными боками, над которым поднимался пар и запах, вызывавший у странника обильное слюноотделение.

– Проходите-проходите! Присаживайтесь и попробуйте этот шедевр, сегодня наш кок расстарался ради дорогих гостей.

Голодного Найда два раза уговаривать не надо было, он уселся за стол и наполнил свою тарелку до краев, совсем не обратив внимание на то, что у его друзей тарелки оставались пустыми. Найд поднес ложку ко рту – суп пах божественно. А вкус, ммм, язык проглотить можно было!

– И как вам? – поинтересовался капитан, – я же говорил, кок сотворил шедевр. В тех краях, откуда я родом, суп из райских птичек является неотъемлемой частью свадебных обедов…

Слово «райские птицы» раскаленной молнией пронеслось у него в голове. В сумке странника лежал горшочек с ужасающим ядом, сделанным из этих милых птичек. И странник видел, как корежило его противников, отведавших эту отраву на клинке «Блудного Кота». Поэтому Найд, наплевав на все нормы приличия, быстро выплюнулсуп обратно в тарелку.

– Отравить нас решил?! – взревел странник.

– Да вы что! – капитан выглядел оскорбленным, – это же деликатес! Если птичек правильно разделать и приготовить, они становятся абсолютно безопасными!

– Вот мы и предлагаем сначала вам попробовать ваш шедевр, – занудно, и видимо уже не в первый раз, предложил Морисиус.

Чем еще больше обидел капитана. Тот побагровел, зачерпнул полную ложку супа, засунул ее в рот и с шумом проглотил. Для чего-то показал язык Морисиусу. Потом вдруг схватился руками за шею и захрипел, выпучив глаза. Первой переполошилась его помощница.

– Мессер, что с вами?! Вам плохо?! – поддерживая его за плечо, прокричала она.

Капитан выровнялся и расхохотался.

– Со мной полный порядок. Как и с любым на борту «Выгоды»! Это – самый надежный корабль в Борее, во всех отношениях и…

Договорить капитан не успел, в борт корабля что-то гулко шибануло, «Выгода» скрипя шпангоутами, накренилась на бок и сидящие за столом люди еле удержались от того, чтобы не упасть.

– Что это было?! – вскочил со своего кресла Кейн.

Капитан потрясенно смотрел на Первого Убийцу, не зная, что ответить. Раздался еще один мощный удар и корабль зашатался из стороны в сторону.

– Нас атакуют! – высказав очевидную догадку, помощница капитана выбежала прочь из каюты.

– Сиди здесь, никуда не выходи, – сказал Первый Убийца своей жене, – я разберусь с этими смельчаками.

За Кейном вышли и Найд с Морисиусом, чтобы показать напавшим на них отморозков кузькину мать. Пробравшись в рубку и выглянув в иллюминатор, они поняли, что эту самую мать им показать будет очень сложно. За бортом корабля уже царила ночь, и в этой ночи носились неясные тени. Разглядеть, что это за тени, не смог даже капитан с магической подзорной трубой. Здесь-то и пригодилось улучшенное зрение Найда.

– Там наездники на грифонах. Позади наездников сидят маги и долбят по кораблю воздушными волнами!

– Пф, – фыркнул капитан, – пускай долбят, для нашей брони это все равно, что летний дождичек. А вот наши канониры сейчас сметут эту погань с небес.

Полукруглые башенки на корпусе «Выгоды» развернулись и изрыгнули в сторону нападавших три сгустка молний.

– Красиво пошли! – констатировал Первый Убийца, – жаль, что мимо.

Медленно разворачивающиеся башни и баллисты в них идеально подходили для боя с другими кораблями. Или для выжигания наземного противника под кораблем. Но грифоны во тьме ночи для аркбаллист были целями слишком юркими.

– О! Опять промазали! – Найд проследил за траекторией следующего залпа, – Кейн, пора нам браться за дело.

Кейн кивнул и, открутив винт, удерживающий иллюминатор, открыл его. В его руках появилось два метальных топорика. Прицелившись, а самое главное, прислушавшись, Первый убийца метнул топорик в темноту, оттуда раздался жалобный птичий клекот. Кейн умудрился зацепить одного из грифонов. Найд устроился возле второго иллюминатора и, приладив на лук сразу три поджигающих стрелы, выстрелил. Крик, раздавшийся следом, принадлежал уже человеку. Странник высунулся из иллюминатора и увидел объятую пламенем фигуру мага, которая спешила на встречу с гостеприимной землей. Короткий дротик звякнул о борт возле головы Найд, заставив думать об осторожности и быстро втянуть голову обратно. Кейн швырнул еще один топорик и вознаграждением ему был еще один вопль боли.

– Сейчас мы быстро разберем этим куриц на части! – пообещал Кейн, – кажется, я задел по крылу.

– Раздать матросам луки! – видя успех друзей, немного запоздало распорядился капитан.

Матросы с короткими луками и колчанами разбежались вдоль бортов корабля и открыли беспорядочную стрельбу. И пусть они уступали в мастерстве страннику и Первому Убийце и плохо видели свои цели в темноте, но пускаемые ими стрелы сделали полеты вокруг корабля совсем уж некомфортными.

– Свет гасите! – внес свою лепту в битву Морисиус, – они нас видят!

Действительно, сиявший иллюминаторами и бойницами корабль представлял из себя отличную мишень. По переходам корабля пробежался жрец воздуха, касаясь светильников кончиками пальцем и гася их. Корабль погрузился во мрак. Прославленный путешественник оказался прав, количество воздушных ударов по корпусу резко снизилось.

– Черт! Черт-черт-черт! В этой темноте они что угодно натворить могут, высадятся и на абордаж пойдут, – забеспокоился Кейн, – а Грация в каюте одна!

– Я за ней прослежу, вы не отвлекайтесь, – произнесла впечатленная успехами Кейна помощник капитана.

Она вытащила из ножен узкий и длинный палаш и двинулась наощупь вдоль стен в кают-компанию, чтобы мощной грудью встать на пути абордажников и не допустить захвата ценной заложницы.

Капитан тоже понимал, что случись неприятность с племянницей Люписа, банкир его по головке погладит. Скорее всего, шестопером. Поэтому он решил пойти на крайние меры.

– Увеличивай подъемную силу до максимума! – отдал он распоряжение жрецу воздуха. Тот полез в люк.

– Мессеры, вы сейчас заберемся на умопомрачительную высоту. Там мало воздуха, поэтому возможно вы почувствуете головокружение и слабость, – предупредил пассажиров капитан, становясь за штурвал, – зато у пиратов задохнутся грифоны, и они от нас отстанут.

– Слабость это не про нас, – даже в такой напряженный момент Первый Убийца не смог удержаться от бахвальства.

– Ничего, капитан, мы потерпим, – кивнул Найд и продолжил отстрел нападающих.

Ему удалось выбить из седел еще троих, когда перед его глазами поплыли красные круги. Гребанная повышенная чувствительность! Кислородное голодание шибануло по нему сильнее, чем по остальным. Но что делать? Попросить капитана снизиться, значит подвергнуть опасности всех находящихся на борту. Самые большие неприятности могут случиться с молодоженами. Если Кейн или Грация погибнут, то она воскреснет в Храме Воздуха, а он в Храме Воды. И разнесет их по всему континенту! Поэтому странник решил потерпеть тошноту, мельтешение перед глазами и заложенные уши.

Корабль вдруг завибрировал и завалился на корму. Схватившись за край иллюминатора, чтобы не упасть Найд высунул голову наружу и услышал треск обрывающегося каната.

– Что происходит?!

Капитан ответил ему с побелевшим лицом.

– Пираты рубят канаты, которые удерживают летучие пузыри!

– Держи меня за ноги, – прокричал Найд Кейну и высунулся наружу по пояс. Глядя вверх странник водил луком, стараясь выцелить проносящиеся мимо светящихся пузырей тени грифонов. Но не успел! Прямо на его глазах, один из пролетающих мимо канатов наездник, рубанул по ним мечом. Раздался еще один треск, канат лопнул, и корабль завалился на левый борт. Обретший свободу летучий пузырь рванул ввысь, а Найд чуть не вывалился из иллюминатора. Спасло его то, что Кейн держал его за ноги крепко.

Глава 3

Корабль завалился на бок, потолок стал одной из стен, незакрепленные вещи и люди покатились по палубе, врезаясь в опоры и переборки. Найд протиснулся внутрь, во мраке корабля раздавались проклятия и стенания.

– Мы падаем? – спросил он у вцепившегося в руль капитана.

– Пока только быстро снижаемся. Но если они отрежут и второй пузырь…

Капитан не закончил, но странник и так понял, что произойдет. Массивный сундук, может быть падение и переживет, а вот от людей останется лишь только кровавый джем на стенах.

– Ваш жрец умеет левитировать? Он сможет лететь с девушкой на руках? – где-то в темноте забеспокоился Кейн.

– Умеет, но для пиратов они будут слишком простой мишенью. Как только вылетят, их нашпигуют стрелами и дротиками, – ответил капитан.

Найду самому бы сейчас не помешало средство спасения, катапульта или парашют. Грохнувшись с небес в этом гробу, он рискует переломать каждую косточку в организме и от болевого шока снова стать полным дурачком.

– Грузовой трюм можно открыть изнутри? – спросил он у капитана.

– Да, но зачем…

Первый Убийца понял, зачем Найду открывать трюм и перебил капитана.

– Забери с собой Грацию!

Найд отрицательно покачал головой.

– Извини, не смогу.

– Но…

– Кейн, я не сбегаю. Я лечу драться. Помоги мне открыть люк.

Странник с Первым Убийцей чуть ли не ползком пробрались в трюм, где растопырив ноги стоял, пытаясь не упасть, перепуганный Верный. Найд успокоил коня и попробовал открыть аппарель трюма. Цепь и блок, с помощью которой она опускалась, заклинило из-за перекоса корпуса судна, и люк отказывался открываться.

– Отойди-ка в сторонку, – в руках Кейна появился боевой молот.

Раскрутившись вокруг собственной оси, Первый Убийца грохнул молотом об люк, тот вздрогнул и начал потихоньку приотворяться. Еще несколько мощных ударов и люк вывалился наружу, образуя мостик в никуда. В трюм, завывая и оглушая, ворвался ветер.

– А теперь – в сторону, – Найд закинул седло на спину пегаса и затянул подпругу.

– Может, лучше я полечу? – предложил Кейн.

– Защищай корабль после приземления. Нооо! Давай, Верный!

Пегас взял разбег и выпрыгнул в темноту ночи. Но разбег вышел слишком коротким, Верный не успел набрать нужную скорость и вместо стремительного полета, у них получилось не менее стремительное падение. От резкого снижения у Найда заложило уши, а поток воздуха выбивал из глаз слезы. Но кошачье зрение подсказывало страннику – земля приближалась с ужасающей скоростью. Еще немного и они врежутся в твердь с такой силой, что невозможно будет понять, где в общей лепешке кончается Найд и начинается пегас.

Когда до земли оставался какой-то жалкий десяток метров, пегас с хлопком расправил крылья.

– Чееерт! – вопил странник, глядя на проносящуюся почти перед самым носом чахлую растительность борейской степи, – поднимайсяяя!

Набрав необходимую скорость, пегас заложил вираж и устремился вверх. Они пронеслись мимо покосившейся на бок «Выгоды» и поднялись еще выше, туда, где носились тени грифонов, чьи всадники подрубали удерживающие летательный пузырь канаты.

Надо было срочно отогнать их, но грифонов было не меньше десяти, и сражаться с ними со всеми одновременно странник не мог. Вместо этого Найд использовал «Пыль дальних странствий». В небе пыльное облако распространялось гораздо быстрее, чем на земле. И область магического тумана была значительно больше. Ослепшие грифоны прыснули по сторонам, чтобы в кромешной темноте и пыли не врезаться в корабль и друг друга.

«Выгода», прорвав запыление, продолжила свое величавое падение. Вслед за ней, размахивая двуручным мечом, устремился и один из пиратов на грифоне. Его силуэт контрастно выделялся на фоне светящегося летательного пузыря. Тренькнула тетива, ойкнул пират, спину которого украсили сразу три стрелы. Наездник грифона в седле еле удержался и отвалил в сторону. Но к Найду устремились сразу трое пиратов, которые взяли его в «коробочку» – двое летели по бокам, третий над пегасом. Верному в прямом столкновении с грифонами выжить было невозможно, каждый грифон был, как минимум в два раза массивнее летающего коня, да еще и вооружен устрашающим клювом и хищными, изогнутыми когтями. Но у Верного было одно неоспоримое преимущество – скорость.

Пираты сближались, грозя попросту растереть, растерзать дерзкого странника, но Верный, разогнавшись, выскользнул из захлопывающейся ловушки. А странник успел нашпиговать стрелами, как грифонов, так и их всадников. Он с пегасом вновь летел к «Выгоде», а позади них раздавались крики боли и проклятия пиратов-подранков.

Найд смог отвлечь внимание грабителей от корабля, видя, как он лихо разобрался с их подельниками, к страннику рванули остальные пираты.

– Похоже, нам хана, – невесело высказал свои предположения о будущем Найд, глядя на кружащий вокруг них хоровод из когтей, клинков, копий и клювов.

У Верного было свое мнение об исходе воздушного боя. Он метался вокруг крупных грифонов, как юркий истребитель среди туш неповоротливых бомбардировщиков, давая Найду возможность расстреливать наездников из лука, как мишени на стрельбище.

Но эти мишени были вооружены, разозлены и очень опасны. По спине странника прошлась стрела, и он в который раз поблагодарил Скользкого Пита за жабью броню. Шкура Верного, к сожалению, подобными отражающими способностями не отличалась. Вылетевший из темноты дротик пробил лопатку пегаса и вошел в его тело на локоть. Верный задрав голову захрипел, в лицо Найду полетели хлопья кровавой пены.

Месть странника не заставила себя ждать – он тут же пустил стрелу в пролетающую мимо тень и наклонился к шее Верного.

– Потерпи, дружище, я сейчас, – Найд потянул за древко дротика, но тот крепко засел в теле пегаса.

Дыхание Верного сбивалось, конь терял свою резвость, еще пара секунд и его разорвут на части клекочущие от ярости грифоны. Но тут на счастье странника один из грабителей вырвал из своей раны его стрелы и рассмотрел их оперение. И сильно удивился, обнаружив в нем одно красное перышко.

– Парни! – зычно прокричал пират, – это Орден Гнева!

– Это засада!

– Нас подставили!

– Валим!

Зашуганные изощренной охотой Ордена пираты прыснули врассыпную, спасая свои шкуры из несуществующей засады. Вслед им несся хохот странника.

– Не дайте им уйти! Справа заходи, справа! Маги – залп по команде! – громко отдавал команды Найд, а незадачливые грабители метались по небу, пытаясь избежать магических атак.

Странник вытащил из седельной сумки зелье исцеления и попробовал залить им рану пегаса. Но в рану попали считаные капли, остальное унес ветер.

– Потерпи, сейчас приземлимся и достанем из тебя эту штуку.

Пегас качнул крылом, потерял поток воздуха и чуть не сорвался в пике.

– Ты только дотяни, родной! Только дотяни! – успокаивал его странник.

И Верный дотянул. Они приблизились к земле почти одновременно с падающим кораблем, и Найд увидел, как «Выгода» вонзилась острым углом в землю, вспахивая ее как гигантский плуг. Скрежет раздираемого металла оглушал сильнее грома. Вокруг корабля еще летели комья земли, вывороченные камни и пыль, когда странник приземлился и бросился к его покореженному корпусу. Все люки по борту корабля были задраены или их заклинило от удара о землю – странник безуспешно пытался их открыть.

Вдруг он услышал мощный глухой удар, после которого один из кормовых люков вылетел наружу как ядро из пушки. В проеме показался Первый убийца, державший в руках молот.

– Вы все целы?

– Почти, – хмуро ответил Кейн, – подхвати.

Первый Убийца выбросил молот и аккуратно подал страннику тело Грации.

– Что с ней?!

– Жива, но без сознания. Сильно ударилась о переборку.

Осторожно приняв девушку из рук Первого Убийцы, странник понес ее прочь от корабля, из которого выбрались Морисиус, Кейн и члены экипажа. Они, под руководством капитана вынесли шатры, в которых быстро организовали полевой госпиталь. После падения на корабле никто не погиб, но очень многие получили ушибы и переломы.

Грацией, от которой ни на шаг не отходил Кейн, занялся судовой знахарь, а Морисиус, у которого тоже были навыки врачевания, осматривал спасшего всех пегаса.

– Плохо дело, это не дротик, это целый гарпун, – пробормотал он, слегка шатая древко и заглядывая в рану, – надо резать, иначе не достанем.

– Кейн! – окрикнул убийцу Морисиус, – нужен нож с узким плоским лезвием. Но не длинный.

Первый убийца вытащил из воздуха короткий стилет и протянул его подошедшему путешественнику.

– Тебе надо будет потерпеть, – странник успокаивал Верного, похлопывая его по холке.

Пегас преданно смотрел на своего хозяина мутным от боли глазом. Когда Морисиус сделал первый надрез животное еще терпело, но под конец операции на Верном висел Найд вместе с пятью матросами, удерживая пегаса от скачков.

– Все, – продемонстрировал окровавленный дротик Морисиус. На его наконечнике были не просто зубцы, а целый лес щипов, сильно усложняющий извлечение дротика из раны. Найд содрогнулся – если бы такой презент пришлось извлекать из него, то болевые ощущения свели бы странника в могилу.

Для Верного эта операция тоже не прошла бесследно. После того, как Морисиус примотал в ране пук целебных трав, взятых у корабельного лекаря, пегас, прихрамывая, дошел до клочка травы возле шатров и завалился на него.

– Летать бедняга сможет не скоро. Да и резво скакать тоже, – произнес Морисиус, оттирая кровь со своих рук.

– Досталось ему из-за меня, – Найд смотрел на коня с жалостью.

– О чем ты говоришь! Если бы не ты, мы бы сейчас находились на десять метров ниже уровня земли! Кстати ты опять меня удивил – самопожертвование тебе не свойственно…

Найд рывком сгреб путешественника за грудки.

– Слышь ты! Хорош мне рассказывать, про того человека, которого ты знал! Его нет! Он умер! Умер тогда, когда ты его предал! И появился я!

– Хватит лаяться, – встрял в перепалку незаметно подошедший к ним Кейн, – там кок ужин приготовил, пошли ложками махать.

Найд отпустил Морисиуса и, не оборачиваясь, пошел к кухонному шатру, следом направился и Кейн, а путешественник потрясенно смотрел вслед своему найденному, но навсегда потерянному брату.

Как ночь приносит с собой подсознательные и древние страхи, так утро дарит тепло, свет и надежду на день грядущий. За ночь люди пережившие нападение пиратов и крушение, отдохнули и набрались сил. Грация пришла в себя, чем безумно обрадовала Кейна. Даже Верный хромал уже не так заметно. Капитан «Выгоды» знал, что нет лучшего лекарства для поднятия настроения, чем труд, поэтому после завтрака погнал свою команду на ремонт корабля.

– Запасной пузырь у нас есть. Нам надо только наладить оснастку и выкопать нос корабля. Через пару дней взлетим! – сообщил пассажирам радостную весть капитан.

– Через пару дней мы пешком в Фальдорру придем, – не разделил его радости Кейн.

– Но ведь…

– Ага, расскажи нам о безопасности твоего корыта, – перебил его Первый Убийца и капитан сник, – без обид, служивый, но дальше мы отправимся пешком.

Идею Кейна о пешем походе поддержали и Морисиус с Кейном. Поэтому пообедав, и пожелав экипажу «Выгоды» как можно быстрее подняться в воздух, их маленький отряд выступил из лагеря.

– Знаешь, куда нам идти? – спросил Найд у Первого Убийцы.

– Кончено! Сердце фальдоррца всегда покажет путь к Родине! Нам – туда, – указал направление Кейн.

Морисиус громко фыркнул.

– Сердце! Да он вчера полночи звезды рассматривал и дорогу прикидывал, – выдал Кейна путешественник. Тот стал пунцовым.

– Но направление верное? – допытывал брата странник.

– Да, верное.

– А ты здесь бывал?

– Нет, места здесь дикие и нелюдные. Глухомань абсолютная.

– С другой стороны это и хорошо. Меньше шансов встретить кого-нибудь отбитого на всю голову. Доберемся до морян без приключений, – размечтался Найд, глядя на шагающих впереди Кейна и Грацию. Слегка хромающий пегас двигался в конце их маленькой колонны.

Путь их действительно пролегал без неожиданностей. Монотонное однообразие ровной как стол степи, сменилось небольшими лысоватыми холмами. Скорость передвижения отряда упала, Грация быстро утомилась, да и бока раненного пегаса начали лосниться потом.

– Надо место для привала искать, – обернувшись, произнес Кейн.

– Вон до того ущелья дойдем, там и остановимся, – наметанный глаз Морисиуса сразу отыскал удобное место для ночлега.

Но путешественник и сам не ожидал, насколько он угадал с местом для привала. Кейн, перед входом в узкое ущелье меж двух холмов застыл и присвистнул:

– Вот тебе и дикое место!

Подошедший к нему Найд глянул вверх по змеящемуся ущелью и увидел прячущийся тамдобротный двухэтажный сруб. Дом был окружен кем-то высаженными высокими соснами, а возле его фундамента из каменных глыб серебрилась небольшая чистая речушка.

– Как по заказу, – удивился Морисиус.

– Главное чтобы хозяева были не против нашего визита, – сказал Найд и начал взбираться к неизвестно откуда взявшемуся здесь дому.

– Золотом заплатим – никуда не денутся, пустят, – сказал Кейн.

– Скажем, что мы очень устали с дороги. Попросимся на ночлег по-человечески, – у Грации был свой подход к решению проблем.

Но ни золото, ни уговоры им не пригодились. Они для приличия побродили возле дома с криками: «Хозяева, принимайте гостей!», но ни одна занавеска на окнах дома не шелохнулась и никто во двор не выглянул. Тогда Найд подошел к входной двери и легонько постучал. Дверь, тихо скрипнув, отворилась сама.

– Добрый вечер! Дома есть кто? – громко крикнул в отворившийся проем странник.

Ответом ему была гробовая тишина. Странник прошел в просторную прихожую, за ним потянулись и остальные.

– Куда все подевались? – недоумевал Морисиус. Прихожая дома выглядела обжитой, но те, кто здесь жил, не торопились показываться.

– Пойдем, поищем, – Первый Убийца решительно направился внутрь дома.

– Погоди, так нельзя, – попробовала было образумить его жена, но он просто отмахнулся от Грации.

Тщательное исследование дома не дало ответ на вопрос, куда же девались его хозяева. Путники внимательно осмотрели большой зал, трапезную и три спальни – никого. Морисиус подошел и потрогал изразцовую печку.

– Холодная, давно не топили.

– Да и в доме зябко, – поежившись, передернула плечами Грация, – растопить бы ее.

– Ай! – Морисиус отдернул руку от печи, – нагрелась!

Найд подошел и открыл топку печи – внутри гудело яркое пламя.

– Чудеса, – хмыкнул Найд.

– Если и чудеса – то хорошие. Отдохнем в комфорте народ, – Первый Убийца не придал странности с печкой никакого значения.

– Да, хороший дом, – Грация наклонилась и провела пальцами по полу, покрытому тонким налетом пыли, – только прибраться бы здесь не мешало.

– Боюсь, хозяева этого не поймут. Представляете, приходите вы домой, а там бешеная орда с тряпками бегает, – хохотнул Морисиус.

Решив, что одну спальню займут Найд с Морисиусом, а вторую молодожены, они вернулись в зал и не поверили своим глазам – там царила полная чистота. Мало того, на большом деревянном столе в центре зала появилась вышитая скатерть с фарфоровым сервизом.

– Никто не видел маленьких мохнатых домовых?

– Домовых? – не понял вопроса Морисиуса Кейн.

– Ну да, кто-то же тут побыстрому порядок навел.

– Я вообще ни звука не слышала, – сообщила Грация.

– Что-то мне тут все меньше и меньше нравится, – засомневался Найд, – может, лучше снаружи переночуем?

– Да вы что? – заявил глядя на приунывших друзей Кейн, – Нам повезло найти отличный приют, так давайте им воспользуемся. Может этот дом тут какой-нибудь добрый волшебник поставил, специально для усталых путников. Кстати, вы тут пожрать нигде не видели?

– Я тоже не отказалась бы сейчас поужинать, – немного стесняясь, призналась Грация.

– Эээ… готов поклясться, что секунду назад этого не было, – Морисиус указывал на квадратный люк в полу.

Первый Убийца подошел к люку и взялся за его ручку.

– Кейн, будь осторожнее! – вскрикнула его жена.

Кейн кивнул, в его руке появился короткий меч. Найд снял с плеча лук, а Морисиус покрепче сжал свой посох. Странник кивнул Кейну и тот рывком открыл дверцу.

– Хе-хе! Живем! – радостно закричал Первый Убийца.

Погреб был битком набит бочками с солениями, валяными окороками и нитками с сушеными грибами.

– А удобно ли разорять хозяев? – засомневалась Грация.

– Мы голодные – значит удобно! – изрек Кейн, отвязывая один из окороков, – если что возместим.

– Глядите-ка! – Морисиус откопал в хламе в углу подвала верши для ловли рыбы, – зачем нам солонина? Сейчас свеженькой рыбки наловим!

– Я не умею, – честно признался Кейн.

– Ну и какой ты после морянин? Гроза рек и озер? Ладно, Найд, пойдешь со мной?

– Да, только сначала устрою Верного в сарае, а потом к речке подойду, – страннику на самом деле не хотелось сидеть в этом чудном доме, да и на процесс рыбной ловли было интересно посмотреть.

Сарай у дома оказался сухим и просторным, но вот сколько странник не старался призвать полную кормушку овса, у него ничего не получалось. Верный на просьбы Найда к дому смотрел с явным непониманием и неодобрением. Мол, хозяин, хорош лениться, еда с неба не падает. И на уговоры не поддается, за ней ножками бегать надо.

Магия гостеприимного дома видимо на сарай не распространялась. Благо за сараем отыскалось сено, а вот воду пришлось натаскать ведром из речушки. После этого довольный пегас кивком отпустил своего хозяина.

Найд застал Морисиуса сидящим на берегу и с удовольствием покуривающим трубочку.

– А как же рыбалка?

– Видишь же – идет полным ходом, – хитро улыбнулся Морисиус, – давай, раздевайся. Вода ледяная, не дай бог одежду намочить.

Морисиус подал пример и, раздевшись до исподнего, полез в речку.

– Иди туда и нащупай под водой прутья, а потом делай вот так, – Морисиус по пояс воде зашел за торчащий из воды валун, поводил руками в бурлящем потоке и поднял над головой вершу, от которой исходило радужное свечение. Присмотревшись, Найд разглядел в ловушке из прутьев бьющиеся серебристые тельца.

– Ага! Радужная форелька! Запечем в углях, пальцы свои по самые локти съешь! – радовался Морисиус, – теперь ты попробуй.

Странник зашел в воду и начал шарить руками в указанном Морисиусом месте. Но тут он поскользнулся на гладком камне и погрузился в обжигающую холодом воду с головой. Течение радостно подхватило свою добычу, и вынырнуть Найд смог только метров на десять ниже.

– Ты погляди, мы там по хозяйству суетимся, на стол уже накрыли, а они тут купаться изволят! – раздался с берега притворно возмущенный голос Кейна.

Отфыркиваясь и стуча зубами, Найд вылез на берег.

– Правда, мужики. Хватит ерундой страдать. Там Грация…

– Тихо, – махнул странник рукой на болтливого морянина.

– Мы к ужину приятное разнообразие приготовили, – похвалился Морисиус.

– Да тихо вы! – рыкнул Найд и прислушался, – там у дома… какие-то голоса.

– Чего?! – обеспокоенный Первый Убийца повернулся к дому и прислушался, – не-а, ничего не слышу. Журчание воды мешает.

Переливистый звон речки и Найду был помехой, но все-таки он смог расслышать фразу: «Помоги нам». И говорящий вроде как был ребенком.

– Там кто-то кричит и просит о помощи.

Кейн без лишних уточнений рванул к дому, в его руках появились зловещего вида секиры. Волнение Первого Убийцы передалось и страннику, он на всякий случай вытащил скаррэль и побежал за Кейном. Позади них Морисиус бросив ловушку, чертыхаясь, пытался натянуть хламиду на мокрое тело.

Добежав до крыльца, Кейн без всяких деликатностей отворил дверь пинком, и бросился внутрь дома.

– Милая! Ты где?

Ответом ему была тишина. Мельком оглядев зал, Первый Убийца пронесся по лестнице, ведущей на второй этаж.

– Грация! Ответь!

Пока Кейн бегал по второму этажу в поисках жены, странник внимательно осмотрел зал.

– Кейн, спустись вниз, – окликнул мечущегося морянина странник.

Тот мигом скатился вниз.

– Что нашел?

– Гляди, окно настежь открыто. И вот еще – на подоконнике какая-то грязь насыпана.

Первый Убийца подскочил к окну и, высунувшись, из него проорал:

– Грация! Ты где?!

И ничего. Беглянка отказывалась откликаться. Найд подцепил «грязь» с подоконника, растер между пальцами и принюхался.

– Это хлеб! Хлебные крошки, – странник поделился результатами своих нехитрых экспериментов с Кейном.

Первый Убийца перемахнул через окно во двор дома и присел, водя руками по земле.

– Здесь тоже хлебные крошки просыпаны. Да из них здесь целая дорожка выложена, уходит туда, – Кейн указал на вершину ближайшего холма.

В дом, тяжело дыша, ввалился Морисиус.

– Что случилось?

– Грация пропала. Мы под окном нашли тропинку из хлебных крошек.

– Морисиус, ты оставайся в доме. Вдруг Грация вернется. Мы с Найдом пойдем по этой тропинке ее разыскивать, – распределил роли в спасательной операции Кейн.

– Тссс! Там, на холме, Грация вскрикнула! – утонченный слух Найда снова уловил то, что другим было недоступно.

Начальная диспозиция сразу рухнула к чертям собачьим, Кейн со всех ног рванул вверх по склону, от него буквально на пару шагов отставал странник. Морисиус решил, что если Грация кричит на горке, то в доме ее ждать бесполезно и тоже припустил вслед за приятелями.

Глава 4

Вершина холма, куда одновременно забежали Найд и Кейн, была плоской и неприлично лысой. Но забраться на нее мешал угрюмый подросток, с трудом удерживающий в руках тяжелый осадный арбалет. Болт этого чудовища смотрел прямо в грудь Первому Убийце.

– Стоять! Не двигаться! – срывающимся голосом прокричал юнец.

– Убери свою шарманку, пока сам об нее не поранился, – глухо ответил Кейн, надвигаясь на парня.

У незнакомого парня, преградившего им дорогу, губы сжались в тонкую полоску, а в глазах появился недобрый блеск. «Выстрелит, немного подумает, а потом точно выстрелит», – мелькнула мысль в голове у Найда.

– Эй, пацан! Не нарывайся… – попытался остудить неизвестно откуда взявшегося стрелка Найд и вдруг что-то разглядел за спиной паренька, – Кейн, гляди!

У парнишки была причина, чтобы не пускать их на вершину холма. И причиной этой был вкопанный в землю столб, обложенный вязанками дров. К столбу, связанная по рукам и ногам, толстой веревкой была примотана Грация, ее рот закрывал кляп. У столба стояла девочка, ровесница паренька с арбалетом. В дрожащих руках она держала зажженный факел.

– Детишки, вы чего задумали? – подался вперед Кейн. Парень вздернул арбалет выше, целя Первому Убийце в лицо.

А девочка поднесла факел ближе к дровам.

– Назад! Отошли назад! – истерично вскрикнула она.

Найд схватил рвущегося вперед Кейна за руку.

– Кейн, остановись! Да остановись ты, она факел швырнуть успеет!

Первый Убийца перестал вырываться из рук странника и уставился на детей с вызовом и ненавистью.

– Ха-ха! – рассмеялась, закинув голову вверх, девочка, – боитесь, ведьмины служки!

– За свою жизнь я убил тысячи людей. И среди них не было ни одной девочки. Но если ты поднесешь факел к столбу, то для тебя я сделаю исключение, – секиры пропали из рук морянина и в них появился огромный топор, мечта палача.

– Ага! Так ты душегуб! – продолжила кричать девочка, – ведьмин прислужник-убийца!

– Да никакой он не прислужник, – вступился за друга странник, – он ее муж. А я ее друг.

В этот момент на вершину вскарабкался запыхавшийся Морисиус. Парень испугано перевел арбалет на него.

– Что здесь происходит?! – Морисиус переводил взгляд с привязанной Грации, но парня и девочку с факелом, – дети, вы зачем с огнем играете?

– Муж?! – протянула девочка, не обращая внимания на слова Морисиуса, – ты ее муж?!

– Ну да, – ответил несколько сбитый с толку морянин.

– Отлично! Я тебя освобожу! – завопила девчонка, еще ближе поднося факел к столбу.

– Не шевелись! – зарычал Первый Убийца, размахивая топором. Мальчишка перевел арбалет на Кейна и собрался стрелять.

– Тихо! Успокоились все! Ты, – ткнул пальцем в девочку, – убери факел.

– Я сделаю его свободным! – девчонка не унималась.

– Сделаешь, но чуть попозже, – Найд решил загасить стрессовую ситуацию до того, как она перейдет в горячую фазу. Вернее в горящую.

Странник положил скаррэль на землю, рядом с ним лук и поднял руки, показывая, что в его ладонях нет оружия. Потом присел перед мальчишкой и пальцем направил болт арбалета себе прямо с лоб.

– Так тебе спокойнее?

Ошеломленный подросток кивнул.

– Теперь рассказывайте, кто вы такие, откуда взялись и с чего вдруг решили сжечь нашу подругу.

Подростки обменялись испуганными взглядами.

– Меня зовут Иоганнес, а мою сестру Маргарет – начал было мальчик.

– Ничего им не говори! – перебила его сестра, – они хотят втереться нам в доверие, а потом спасти эту ведьму!

– Секундочку, с чего ты взяла, что эта девушка ведьма? – решил прояснить главный вопрос Найд.

– Конечно она ведьма, ей же дом подчиняется! – выкрикнула Маргарет.

– Что?! Дом?!

– Да, дом выполняет ее желания!

Найд вспомнил, как необычно дом реагировал на просьбы Грации.

– Ну допустим. Слушается ее дом и что? Вы настоящих ведьм не видели, они злобные…

Дети вдруг синхронно расхохотались.

– Мы не видели ведьм? Мы?! Да они всегда сначала добренькими прикидываются и миленькими! – в голосе девочки звенела злость и обида.

Найд ведьм в Четырехземье никогда не встречал, и спорить о том, как должны выглядеть настоящие ведьмы, ему было сложно. Но тут ему пришел на помощь брат.

– Деточка, все ведьмы страшные крючконосые старухи. Я ногами все Четырехземье исходил и многих из них видел. А еще у них…

Чем еще отличаются ведьмы от хорошеньких девиц, Морисиус рассказать не успел. Откуда-то сверху на Иоганесса рухнула тень, да так стремительно, что странник лишь успел рассмотреть копну седых волос, обнаженный женский торс, черные крылья и две хищные орлиные лапы. Паренек инстинктивно нажал на спуск, арбалетная стрела свистнула прямо над головой Найда. Раздался хлопок крыльев, в воздухе мелькнули ноги мальчишки. Тот, кто его унес, начал быстро подниматься в небо.

– Нееет! – завопила Маргарет, глядя как ее брат превращается в точку на небосводе.

– Что, черт возьми, сейчас было?! – недоумевал Морисиус.

Девочка перевела взгляд на взрослых.

– Это вы! Это все вы! Вы ее специально привели?!

Найд понял, что последует за ее истерикой. Он перекатился по земле, подхватывая лежащий лук. Кейн же бросился к Маргарет.

– Убери факел! Немедленно!

– Ага, сейчас! Я вам отомщу за Иоганнеса!

Найд завел руку за спину и наощупь вытянул стрелу. Лишь бы угадать с ее типом! Кейн не успевал, пламя от факела уже лизнуло дрова, и те занялись. Пока они смогут перерезать путы, удерживающие Грацию, пока снимут со столба, тело девушки покроют жуткие ожоги. Найд почти не целясь, выстрелил. Стрела вонзилась в полено, бутылочка, привязанная на ее древко, разбилась, и из нее выплеснулось зелье «Дыхание зимы». Дрова мигом покрылись коркой льда и огонь потух.

Лезвие топора Первого убийцы застыло в паре сантиметров от головы девочки. Странно, но та смотрела на своего убийцу не со страхом, а с вызовом. Из-под кляпа Грация издала негодующий писк, руки Кейна обмякли и он опустил топор.

– Не могу. Ребенка… не могу.

У Маргарет от удивления открылся рот.

– Не можешь? Как не можешь? Ты же ведьмин прихвостень! Ты должен… – голос девочки сорвался на рыдания.

Кейн повернулся к девчонке спиной и начал срезать веревки, удерживающие Грацию. Освободившейся рукой девушка вытащила кляп изо рта.

– Бедненькая, – Грация смотрела на рыдающую девочку с сожалением, – Кейн, ну что ты копаешься с этими веревками, не видишь – девочке плохо!

Когда они вернулись в дом, печка по приказу Грации приготовила ароматный чай, которым путники отпаивали девочку.

– Простите меня, – сказала Маргарет, уткнувшись лицом в кружку.

– Простим, если ты расскажешь, что у вас здесь происходит, – поставил условие Кейн и тут же удостоился укоряющего взгляда от жены.

– Расскажи, что вы здесь делаете и почему вы одни? Где ваши родители? – поинтересовалась Грация.

– Мы живем здесь, потому что это наш дом. А родители… мама умерла, когда мы были совсем маленькими, и отец привел домой другую женщину. Берту, нашу мачеху. И колдунью!

– Ты в колдуньи всех подряд записываешь, – усмехнулся Морисиус.

– Она на самом деле колдунья. Хоть и не старая и страшная, как вы рассказывали. Берта наоборот красивая очень.

– Тогда за твоего отца можно только порадоваться!

– Да?! Сначала эта Берта заколдовала дом, чтобы ничего по хозяйству не делать. Захочет – дом сам еду готовит, пожелает – уборку сделает.

– Так это же мечта любой женщины, – не унимался Кейн.

– Потом она заколдовала папу, – по лицу Маргарет опять побежали слезы, – он о нас забыл и целыми днями таскался за ней как теленок.

– И это нормально, это любовь называется, – продолжил иронизировать Первый Убийца.

– Ничего нормального! Как-то мы с братом пошли проверять силки и увидели, что в них попала грознорысь. Мы побоялись связываться с лютым зверем и побежали домой, чтобы позвать папу. В доме было пусто и тихо. Мы спустились в подвал и увидели… увидели связанного папу. Он с обожанием смотрел на Берту, а та вырезала из его груди сердце.

– Любовь зла, иногда можно нарваться и на такую стерву, – многозначительно произнес Кейн, а Грация шикнула на своего мужа.

– Ведьма провела обряд, и папа стал ее служкой. Он больше не играл с нами, мы ему стали вообще неинтересны. Мы с братом кричали и плакали, умоляли папу снова стать прежним, но он слышал только Берту. Колдунья забрала его с собой и пообещала, что вернется за Иоганнесом и сделает из него такого же безвольного слугу.

– И как же вы от нее отбились?

– Наша мама на праздник Памяти Предков пекла хлеб с семенами гипносуса. Эти хлебцы отпугивают нечисть.

– А настоящих, истинных ведьм запах этих семян гипнотизирует, – добавил всезнающий Морисиус.

– Да! Мы собирали цветы гипносуса, пекли хлеб и ночами, когда ведьма особенно сильна, крошками выкладывали вокруг дома дорожку.

– Ужас какой! – всплеснула руками Грация.

– А днем мы копали ловушки, ставили капканы и с копьями в руках караулили ведьму на тропинках, ведущих к дому.

– Милые детишки, – заметил Морисиус.

– По-другому им было не выжить. Но Грацию вы зачем захватили? – спросил Найд.

– Мы с Иоганнесом видели, как вы зашли в дом. И дом вдруг начал ее слушаться!

– У Грации есть магический дар, может быть дело в этом? Она не колдунья, но ворожея. Дом это чувствует и ей повинуется, – предположил Найд.

– Но мы-то этого не знали. Мы с братом подумали, что в наш дом заявилась еще одна ведьма со своими рабами. И ловушка из хлебных крошек на ней сработала!

– А сжечь вы ее зачем хотели?

– Как зачем? Чтобы освободить слуг ведьмы, ее надо не просто убить, а обязательно сжечь!

– А я думал им сердца надо обратно вставить, – попытался пошутить Кейн и заработал осуждающие взгляды уже от всех друзей разом, – ну что? Это же логично! Выдрали сердце – зомби. Поставили обратно – снова нормальный человек.

– Это так не работает. Люди, которые попали под власть ведьмы даже после своего возрождения остаются ее рабами. Вот мы с Иоганнесом и хотели вас освободить. Простите, мы же не знали.

– Ничего страшного, хорошо, что все так закончилось. Мы еще твоего брата спасем, и вообще все замечательно будет, – Грация погладила по голове Маргарет.

– Правда? Вы ему поможете? – девочка с надеждой смотрела на взрослых. И даже Кейн удержался от едкого замечания.

– Обязательно поможем. Вот как только ведьму разыскивать будем? – спросил Найд.

– Не надо ее искать! Мы с братом давно выследили ее логово! Я показать могу!

Грация соскочила с кресла.

– Отлично! Веди нас туда!

– Стоп-стоп-стоп! – осадил ее муж, – Маргарет говорила, что ведьма ночью становится сильнее. Дождемся утра и пойдем.

– Но…

– Женщина, ты сегодня уже достаточно покомандовала. Оставь войну с ведьмой тому, кто в этом разбирается, – насупился Кейн.

– Дяденька, а вы уже с ведьмами сражались? – глаза Маргарет горели надеждой.

– Не один десяток раз.

– И побеждали их?

– Да. Чаще всего да.

Грация подняла своих спутников ни свет ни заря. Накормив мужчин вкусным завтраком, она начала собираться вместе с ними.

– Ты куда?! Останешься в доме! – Кейн решил еще раз проявить характер.

– Здесь? В доме, куда время от времени наведается ведьма? Да и потом, с вами идет маленькая девочка, лучше бы за нее переживали, – ответила Грация и прошла к выходу мимо своего мужа, стоявшего с открытым ртом.

– Морисиус, может, ты вместе с Грацией останешься? – вроде бы отыскал приемлемый вариант Первый Убийца.

– Здесь? В месте, где сердца вырезают? И пропустить все самое интересное? Ну уж нет, – Морисиус направился следом за девушкой.

– Не смотри на меня, – опередил Кейна странник, – сам с женой разбирайся.

Но еще больше Первый Убийца начал переживать, когда Маргарет привела их на место.

– Ты же туда не пойдешь? – спросил Кейн у Грации, глядя на зев пещеры.

Острые обломки камней у входа делали эту пещеру похожей на раскрытую пасть хищника. Украшали пещеру зловещие обереги из человеческих черепов, костей и перьев.

– Конечно, я тут одна не останусь! – заявила Грация, глядя как в пустых глазницах черепов разгорается зеленоватое пламя.

Но это пламя оказалось, как выразился Морисиус, всего лишь визуальным спецэффектом, за которым не последовало ничего ужасного. Найд начал зажигать факел, но Морисиус жестом его остановил.

– У меня есть кое-что получше, – путешественник встряхнул посохом и над ним появился светящийся шар, – освещает все на пятьдесят шагов, такое вот рукотворное солнце.

Но светящийся шар им почти не пригодился, не пройдя и тридцати шагов, они снова вышли на поверхность – пещера оказалась сквозной!

– Это что еще за штуки? – сказал Кейн, щурясь после пещерного полумрака, может мы свернули не туда?

– Да не было там ответвлений… ого – смотрите! – зоркие глаза Найда разглядели несколько строений в котловане ниже по склону холма.

– Похоже на деревеньку. Давайте спустимся и спросим у них про ведьму, – предложил Морисиус.

Жители, спокойно прохаживающиеся между хижин, сизый дымок, поднимающийся из печных труб да кудахтанье, доносившееся из курятника, расслабили путешественников. Они бы так и зашли в деревеньку, если бы не наметанный глаз Первого Убийцы. Он спихнул в кусты Грацию и потащил туда же за руки Найда и Морисиуса.

– Ты чего?

– На поле поглядите! – прошептал Кейн.

– Поле, как поле. Вон мужики там чего-то ковыряются.

– Вот-то то и оно! Одни мужики! Ни одной бабы!

– А может, здесь просто уважают женщин и ограждают их от тяжелой работы? – у Грации в голосе звучала гордость за местных жителей.

– Да я не предлагаю дам в телеги запрягать! Но ты посмотри, работников в поле кормит мужик. Вон прямо с телеги им караваи и крынки с молоком раздает. И из курятника тоже мужик вышел с полной корзинкой яиц.

– М-да, даже для феминистического рая это какой-то перебор, – согласился с доводами морянина Морисиус.

– Хватит вам краски сгущать, нормальная деревенька. Глядите, вон дети из дома высыпали, – попыталась оправдать местных жителей Грация.

– Ой! – вскрикнула Маргарет, – там Иоганнес!

И действительно, среди выбежавшей из большого дома детворы мелькала светлая голова брата Маргарет. Девочка рванулась из кустов, но Найд поймал ее за ногу и втянул обратно в укрытие.

– Пусти! – девочка лягалась второй ногой, пытаясь вырваться, – отпусти, там же брат!

– Да тихо ты! Смотри, там тетка какая-то вышла!

Среди детворы появилась высокая стройная фигура с роскошными черными волосами, ниспадающими до тонкой осиной талии. Женщина раздавала детям корзинки.

– Это ведьма! – испуганно прошептала Маргарет.

– Ты чуть в ловушку не вляпалась. Все эти люди – рабы Берты, – открыл ужасную истину Морисиус, – видите, среди детей нет девочек.

– Да, на девушек ее магия не действует, – подтвердила догадку Морисиуса Маргарет.

– Чтобы победить ведьму, нам придется сражаться со всеми ее рабами. А я, как выяснилось, детей бить не могу, – с искренним сожалением в голосе произнес Кейн.

– Детей я беру на себя, – вдруг поднялся со своего места Морисиус, глядя на то, как детвора пошагала прочь от деревеньки.

– Я отвлеку взрослых, – c уверенностью произнесла Грация.

– А мы грохнем злобную тетку, – довольно потер руки Первый Убийца.

Мальчишки с увлечением собирали сморчки, чьи пирамидальные сморщенные пирамидки можно было отыскать между камнями. Детвора соревновалась в том, кто больше соберет грибов и удостоится похвалы от Крестной. Вдруг в распадке между двумя сопками ватага юных собирателей грибов наткнулась на сидящего на земле мужчину в длинном сером плаще.

– Чужак! – один из детей вперил указательный палец в Морисиуса, а остальные заметно напряглись.

– Беги к Крестной, скажи, что мы нашли чужака! – распорядился второй малец.

– Стоп-стоп-стоп! Никуда бежать не надо! Меня прислала сама Крестная, – Морисиус изобразил на лице самую доброжелательную улыбку из всех возможных.

– Крестная? – недоверчиво переспросил мальчик, увидевший Морисиуса первым.

– Да.

– А зачем?

– Затем, что я великий путешественник, побывавший во многих странах и, – Морисиус лукаво подмигнул, – знающий много сказок.

– Сказок? Нам давно никто не рассказывает сказки.

– Нам некогда, нам работать надо, – загалдели дети.

– Работать это хорошо, но хорошо работает только тот, кто хорошо отдыхает.

На лицах обступивших путешественника детей все еще скользило недоверие.

– Так вы будете слушать или нет? У меня есть хорошая сказка про Золуха и Крестную…

– Про нашу Крестную? – удивились дети.

– Ага, ну так вот жил-был Золух, младший сын в большой семье. Мальчик был смелый и отважный, вот прямо как вы. И позвали его как-то на турнир для юных рыцарей. Вот только поехали на турнир старшие браться с отцом, а Золуха оставили дома. Прибраться там, грибов насобирать.

Среди мальчишек раздались вздохи разочарования.

– Но к нему прилетела Фея Крестная…

– Наша Крестная?

– Да-да, ваша. И решила ему помочь. Превратила она швабру в турнирное копье, а щенка в боевого скакуна…

Фантазия Морисиуса несла все дальше и дальше, а дети слушали его, открыв рты. Добрая магия сказки победила злобное колдовство ведьмы.

Грации тоже удалось задуманное. Девушка забралась на стог сена в поле и отчаянно на нем отплясывала под аккомпанемент свирели, на которой играла Маргарет. Вокруг стога собралась толпа мужиков, работавших в поле. Они дружно хлопали кружащейся в танце девушке, забыв обо всем на свете. Сложно было сказать, что больше на них подействовало – дар Грации или ее зажигательный танец.

– Все, они теперь так до вечера простоят, – сказал Найд Кейну, – пошли, навестим ведьму.

Однако Первый Убийца не шелохнулся.

– Кейн, ты еще успеешь насмотреться на то, как танцует твоя суженная. У нас дело, не забывай.

– Никуда я не пойду, – сдавленным голосом ответил Кейн.

– Да брось, Грация в безопасности. Ты забыл про ее талант? Ее никто и пальцем не тронет!

– Пусть только попробует. Обрублю палец по самое плечо, – ревниво обводя взглядом толпу, произнес Первый Убийца, – ты гляди – один ближе придвинулся!

– Кейн – прекрати!

– А вон еще один дернулся! Ты видел?

Найд ничего не видел, но Кейна понимал – невозможно было оставить Грацию одну в окружении толпу мужиков, глядящих на нее с обожанием. Поэтому он перестал дергать морянина и отправился в большой деревянный дом, стоящий в центре деревни, в одиночку.

Ведьма отличалась самоуверенностью, перед входом в дом не было ни единого охранника. Единственный мужчина был обнаружен внутри самого здания, но охранником его назвать язык не поворачивался. В большом богато украшенном зале, занимающем весь дом, вокруг столба, подпиравшего кровлю, извивался мужик. Он был в одной набедренной повязке, а его кожа блестела бронзой от какой-то мази.

В отличие от бойкого танца Грации, телодвижения бронзовокожего Найда не впечатлили, да и лишние свидетели разговора с ведьмой ему были ни к чему. Поэтому странник огрел его со всего размаха рукоятью скаррэля по голове. Эффект от этого удара превзошел ожидание странника – сработал пятипроцентный шанс заморозки противника. Бронзовокожий не упал кулем на пол, а застыл покрытой льдом статуей.

В ответ на громкий шлепок по затылку, на большой кровати в углу, зашевелилась куча одеял. Из-под них вынырнуло заспанное женское лицо, которое можно было бы назвать красивым, если бы не длинный, загнутый крючком нос.

– Вина принеси, – зевнув, произнесла проснувшаяся красавица.

– Не могу.

– Чего? – лицо ведьмы вытянулось от удивления.

– Кончилось, пить надо меньше.

Ведьму от откровенно хамства раба подбросило на кровати, откинув одеяло, она резко вскочила на ноги. Выглядела ведьма эффектно, сорочка и шаровары из прозрачного батиста почти не срывали высокую полную грудь и длинные ноги с роскошными бедрами.

– Ты кто? – Берта вгляделась в лицо странника.

– Защитник униженных и заступник обездоленных. Глава Ордена Гнева, – с шутливым поклоном представился Найд, – мне сообщили, вы тут мужиков чужих воруете, детский труд используете. Не порядок, сейчас будем устранять…

Дослушивать Найда ведьма не стала, она вскинула руку и скрючила пальцы, как бы хватая странника за горло. Браслет на руке Найда нагрелся.

– Прикрыт, хорошо прикрыт, – криво улыбнулась ведьма, – чего тебе от меня надо, защитничек?

– Да самую малость – облей себя чем-нибудь горючим. И сожги.

Ведьма начала обходить странника по кругу.

– Тебе не нравится мой маленький рай?

– Нет, мне не нравятся дети сироты, которых ты лишила родителей.

– Так приводи их сюда, я их приголублю.

– Сердца вырежешь?

– Вырежу и что? Все проблемы у людей от этих сердец. Страсти ненужные, эмоции. А у меня тут тишь и благодать.

– Придется твою идиллию нарушить, – Найд сдернул с плеча лук и наложил на него поджигающую стрелу. Берта смотрела на его манипуляции с безразличием, как будто не понимая, для кого эта стрела предназначалась.

– Последнее слово? – целясь в нее, спросил Найд.

Ведьма отрицательно покачала головой. Странник выстрелил. Стрела начала свой полет без неожиданностей, но вдруг дрожа, застыла у самой груди ведьмы.

– У меня есть свои секреты, защитничек, – Берта покрутила пальцем и стрела развернулась, нацелившись на странника.

– Так и я не все свои израсходовал, – сказал странник, выхватывая мешок с хлебными крошками, которыми его снабдила Маргарет. Ведьма слегка шевельнула мизинцем и стрела, мелькнув в воздухе, пробила Найду руку. Мешок упал, крошки из него просыпались на пол.

– Маленькая дрянь, – втянула Берта носом воздух, – она сильно пожалеет, что снабдила тебя этими хлебцами!

Странник хотел было достать скаррэль и объяснить, что маленьких девочек обижать нехорошо, но его подставило собственное оружие. Горючая жидкость из стрелы выплеснулась на его рукав и мгновенно запылала. Найд почувствовал, как его кожа лопается и расползается от жара, а кровь закипает в венах. Он замахал рукой, пытаясь сбить пламя, но еще больше разжег его за счет притока кислорода.

– Я не буду делать из тебя раба. Я просто тебя съем.

Сквозь багровый туман адовой боли странник увидел, как Берта начала стремительно меняться. Ее раскинутые руки превратились в черные крылья, а ноги – в птичьи лапы. Темные глаза ведьмы заполнило синеватое свечение, а на месте носа и рта вырос большой глянцево-черный клюв. Трансформация разорвала блузку Берты в клочья, явив миру идеальной формы грудь. Настолько прекрасную, что Найд открыл для себя еще один метод отвлечения от боли, помимо правильного дыхания и медитации. Здоровой рукой он вытащил из колчана замораживающую стрелу и разбил ее бутылек о свое горящее предплечье. «Дыхание зимы» погасило огонь, но продолжать бой Найд был не в состоянии. Единственное, что ему хотелось, так это лечь на пол, свернуться калачиком и баюкать искалеченную руку. Он был даже не против того, чтобы его сожрала ведьма, если это пройдет быстро и без боли.

Дверь в дом широко отворилась, и в нее вошел Морисиус окруженный ватагой мальчишек.

– Так восславим же Крестную, которая заботиться о своих мальчиках и принесем ей наши дары! – радостно воскликнул Морисиус.

Мальчишки начали осыпать ведьму тем, что держали зажатым в своих кулачках. Берта сразу узнала этот ненавистный запах.

– Стойте! Останови…

Небольшой мешочек с волшебными хлебными крошками взял с собой каждый участник охоты на ведьму. Свой Морисиус раздал детям…

Берта застыла в трансе, безвольно повесив крылья, а крошки сыпались и сыпались на ее голову и плечи.

– Брат, ты как? – Морисиус бросился к лежащему на полу страннику.

– Как, как – подыхаю от боли, – честно признался тот.

– Потерпи, – попросил Морисиус, роясь в своей сумке, – да где же это чертово зелье.

– Потом… сначала закончи дело с ведьмой.

Путешественник задумался.

– Из лука я стрелять не мастак. Как думаешь, она загорится, если в нее просто воткнуть огненные стрелы?

– Я не думаю, я знаю, – Найд продемонстрировал свою руку, – еще как загорится. Главное разбить сосуды на древке.

– Так, детки, время счастливого конца у сказки. Выйдите и подождите снаружи, я потом все вам расскажу, – оцепеневшая ведьма не могла управлять своими слугами и дети послушно вышли из дома.

Глава 5

После того, как ведьма сгорела синим с оранжевыми прожилками пламенем, у команды по ее уничтожению возникло еще несколько проблем. Во-первых, к входу в пещеру за Грацией волочилась толпа из восторженных поклонников.

– Она замужем. За мной, – рычал на идущих за ними гуськом мужичков.

– Знаем, – горестно вздыхали мужички, чуть приотставали, но восторженных взглядов от Грации не отводили.

Вроде и пошлостей никаких не делали, из-за которых Первый Убийца мог бы изрубить их в капусту, но нервировали до трясучки. Вторая проблема оказалась серьезнее, очнувшиеся папаши разобрали своих сыновей, но детей оказался излишек. На Найда с надеждой глядели шесть пацанов в возрасте от десяти до двенадцати лет, которым было некуда идти.

– Отцы ваши где? – спросил Найд у этой ватаги.

– Не знаем, – пожал плечами самый бойкий из мальчишек, – кто сбежал, кого ведьма того… слопала в общем.

– Есть куда вам пойти? К родне?

Пацаны отрицательно замотали головами.

– Да, взвалили мы себе ответственность на шею. Тут же махровое средневековье, детских домов с интернатами нет, – шепнул Морисиус брату, – сейчас не возьмем их под свое крыло, уже завтра прибьются к какой-нибудь шайке и начнут купцов на лесных дорогах грабить.

Найд знал, куда он сможет пристроить мальчишек. Мысленно попросив прощения у Бутчера за очередную подкинутую проблему, он торжественно произнес:

– Как глава Ордена Гнева, принимаю вас под свою руку в качестве младших оруженосцев!

Глаза детей засветились неподдельным счастьем. Еще бы, только что они были зачарованными рабами ведьмы и на тебе, теперь они оруженосцы, пускай и младшие!

– Дяденька, а орден у вас рыцарский?

– Не дяденька, а гроссмейстер, – поправил пацаненка Морисиус, – нет, не рыцарский.

Глазенки мальчишек чуть попригасли.

– Наш гораздо круче, его сам Первожрец учредил.

– Первожрец?! Да заливаете дяде… ой, гроссмейстер.

– Дойдете до замка, сами увидите. Он у нас часто в гостях бывает, – улыбнулся Найд.

– У вас и замок свой есть?! – загалдели мальчишки.

– А это еще одна проблема – кто их туда поведет? Нам всей толпой возвращаться придется? – снова прошептал Морисиус.

– Не придется. Кажется, я знаю отличных провожатых.

Они вернулись в дом, который со смертью ведьмы, перестал баловать своих жителей накрытыми столами и чистыми полами по мановению руки. Там-то Найд и переговорил с отцом Иоганнеса и Маргарет.

– Хорошее дело вы мессер задумали – сирот пристроить. Да и честь моим детям большую оказываете, оруженосцами сделать хотите. Вот только дойду ли я с оравой детишек до вашего замка?

– Дойдешь. Тем более, что у тебя будут хорошие помощники.

– Это какие такие помощники? Воинов в сопровождение дадите?

– Они у тебя итак есть. Маргарет и Иоганнес, ведь они месяц без тебя против ведьмы воевали. И может быть победили, если бы мы не помешали.

Дети обступили и обняли отца. У того на глаза навернулись слезы, то ли от стыда, за то, что его дети оказались брошенными, то ли от гордости за них.

– Деньгами на оружие и припасы я вас обеспечу, – Найд отвязал от пояса кошель.

Помогай другим и помогаем будешь. Освобожденные мужики пошушукались меж собой, проводили Найда со спутниками до ближайшего села, где их усадили на запряженную двумя лошадьми телегу. Места в застеленной мягким сеном телеге было много, и усталые путешественники завалились спать. Под их мерное посапывание и откровенный храп, чуть на ходу не уснул шагающий за телегой Верный.

Первым проснулся Кейн, потянув носом, он одним прыжком выскочил из телеги и с радостным воплем понесся по дороге.

– Куда это он? – забеспокоился Найд, на всякий случай, берясь за оружие.

Морисиус принюхался.

– Не чувствуешь?

– Резкий запах. Лечебный какой-то.

– Йодом пахнет, морем. Истосковался по родной стихии наш герой. Уважаемый, – обратился Морисиус к вознице, – подстегни лошадок, а то мы товарища потеряем.

Но Первый Убийца сбежал недалеко. Уже через пару минут телега выехала на пустынный пляж и ее колеса увязли в песке. Путники поблагодарили возницу и пошли пешком дальше, чтобы увидеть как морянин, разбивая волны, забежал в море, нырнул и исчез.

– А где он? А? Вы его видите? – забеспокоилась Грация после нескольких минут ожидания.

Но даже зоркие глаза странника не могли разглядеть голову Кейна среди барашков катящихся волн.

– Моряне могут не дышать?

– Они могут надолго задерживать дыхание, – ответил на вопрос брата Морисиус, – но чтоб вообще не дышать…

– Глядите, вон он! – закричала Грация.

Найд посмотрел в сторону, куда указывала девушка, но голова, показавшаяся над водой, вообще не принадлежала человеку. Над волнами возвышалась лошадиная морда, но странник готов был поклясться, что она покрыта серебристой чешуей. Кейн из воды тоже показался, но почему-то сразу по пояс. Морянин счастливо улыбался, сложив руки на груди. При этом он рассекал воду с такой скоростью, что казалось, что он отрастил себе плавники.

– Что вы застыли? – прокричал довольный Кейн, – забирайтесь, вода прелесть!

Первый Убийца высунулся из воды еще выше, и стало понятным то, как он мог так быстро двигаться в воде. Кейн сидел на спине еще одного чешуйчатого коня.

– Верный, ты тоже присоединяйся! Видишь, тут твоя родня резвится!

Возле Кейна вынырнул еще десяток морских коней, у которых присутствовали только передние ноги, с плавниками вместо копыт. Их удлиненное туловище заканчивалось большим рыбьим хвостом, а грива была сплошь из зеленых длинных водорослей. Стадо морских коней беззаботно резвилось вокруг Кейна, как будто радуясь его возвращению в Фальдорру.

Верный не спешил брататься со своими морскими сородичами, да и вообще отошел от соленой воды, бывшей ему не совсем дружественной стихией. Примеру животного последовали и люди.

– Любимый, ты плавай, играй со своими зверушками, мы тебя здесь подождем, – озвучила общее решение Грация. Плещущиеся вокруг Первого Убийцы туши морских зверей доверия не внушали. А ну как заиграются?

– Любимая, эти зверушки помогут нам продолжить путь. Это настоящая Фальдорра, настоящее море, тут дорог нет.

Насколько хватало глаз, плескалась лазурная бесконечность, и не согласиться с Кейном было сложно.

– Смелее, келпи не опасны. На самом деле они очень милые, – Кейн потрепал одного из коней по его растительной гриве. Келпи, изящно извернувшись, нырнул, обдав морянина россыпью алмазных брызг.

Грация доверяла своему мужу безоговорочно, поэтому она вошла в воду.

– Это будет необычно. Я путешествовал по Фальдорре внутри гигантского кальмара и верхом на ките-белоусе. А поплавать на резвых келпи не удавалось, – Морисиус бодро направился следом за девушкой.

– Ну что поплыли?

На предложение странника пегас ответил презрительным фырканьем. Он расправил крылья – хозяин, зачем нам мокнуть, как склизким жабам, если можно гордо лететь?

– Выдержишь? – рана пегаса затянулась, но уродливый шрам еще алел на его белоснежной шкуре.

Верный глянул на хозяина чуть ли не презрительно – ха, я и на одном крыле обгоню это чешуйчатую пародию на лошадь!

– Давши слово – держись! – запрыгнул в седло Найд.

С высоты полета пегаса фальдоррское море выглядело фантастически, прозрачная вода скрывала поля из актиний, кораллов и морских звезд всех цветов радуги. В толще носились стайки серебристых рыб, распушив свои невесомые короны, важно проплывали медузы. Кроме мелочи, Найд видел и скользящие под водой крупные тени, но они опасались приближаться к тройке келпи. Может морские кони и отличались дружелюбным нравом, но в случае чего в лоб своим мощным хвостом заехать могли.

Вскоре Найду стало не до любования на морские красоты – Верный начал выдыхаться и отставать от уверено разрезающих воду келпи. Сказалось недавнее ранение пегаса, его крыло работало все хуже и хуже. Странник и рад бы ему посочувствовать, но сейчас было не время для жалости. Берег, с которого они стартовали, уже пропал из вида, а новой суши так и не появилось.

– Ты же гарантировал, что долетим?

Верный виновато повернулся к страннику и устало всхрапнул – ну не смог я, не смог, извини. Надо было что-то срочно решать. Выдохшийся пегас сам-то вряд ли удержится на поверхности моря, а уж о помощи нагруженному снаряжением и оружием Найду речи вообще быть не могло. С чертыханиями он начал торопливо копаться в своем заплечном мешке.

Конечная цель их морского вояжа стоила всех затраченных усилий. Через двадцать минут полета Найд увидел ровный овал пузатого острова, сверху похожего на булку. Он был весь покрыт пушистым ковром зелени, приземистыми деревьями, перепутанными между собой гибкими лианами. От острова в море убегал длинный причал из досок, к которому были пришвартованы узкие рыбацкие лодки со свернутыми синими парусами. С причала в лазурную воду прыгали дети, прохаживались женщины с корзинами, деловито вышагивали серо-белые чайки. Но своих друзей Найд обнаружил не там. Троица стояла на небольшом песчаном пляже на краю острова, приложив ладони козырьком к лицам и высматривая странника на небе.

– У вас сложно определить, кто кого везет, – насмешливо произнес Кейн, наблюдая за приземлением Найда.

Чтобы не сверзиться с небес, Найду прямо в полете соорудить дикую конструкцию из сбруи верного, своего ремня и рюкзака для переноса тяжестей. Летательный пузырь поддерживал пегаса в воздухе, а тот махал крыльями, задавая лишь направление движения.

Найд на подколку друга не отвечал, он молча снимал сбрую с Верного и сдувал летательный пузырь. Ему было не до веселья, помесь пегаса и дирижабля еле дотянула до острова. Первый Убийца уловил настроение своего приятеля и сменил тон.

– Добро пожаловать на Тикатари! Здесь я родился, вырос… но очень давно не появлялся. Но теперь я намерен обосноваться на этом милом острове надолго.

Найд огляделся вокруг.

– Действительно райское местечко. Одного не понимаю, как на столь благодатной почве могло вырасти такое чудовище как ты.

Настало время Первому Убийце пропустить шпильку мимо ушей.

– Кстати Найд, здесь найдутся искусные знахари, которые поставят на ноги Верного за считанные часы. Пойдемте, я покажу, где мы остановимся.

Кейн повел их по еле заметной тропинке наверх по склону «острова-булки». Создавалось впечатление, что по этой дорожке ходили в последний раз сразу после создания Четырехземья. Она сильно заросла, а лианы переплелись над нею паучьей сетью, сквозь которую приходилось прорубаться с помощью оружия.

– Еще немного, потерпите, нам осталось буквально пару шагов, – подбадривал их морянин, – нам надо подняться на ту террасу и вы обалдеете от вида, который с нее открывается.

Но удивить своих друзей прекрасным видом Кейн не смог. Они и в самом деле поднялись на ровный участок земли, он выглядел заросшим и заброшенным.

– Здесь сады были. Из магнолий, – расстроился морянин, – а здесь дом.

Место, где стоял дом, угадывалось лишь по остаткам фундамента из каменных блоков и кучкой из трухлявых бревен, заросших мхом.

– Ничего, новый поставлю, – сказал Кейн с мрачноватой убежденностью. Развалившийся отчий дом произвел на него угнетающее впечатление.

– Ты думаешь, мы разрешим тебе это сделать? – раздался скрипучий старческий голос.

Найд развернулся и увидел лысого старика с курчавой бородой в длинной домотканой рубахе и с посохом в руках.

– Кейн Хансен, Проклятый Из Пустыни. Ты уверен, что мы будем рады твоему соседству?

– Здравствуй, староста, – Кейн заметно напрягся, – вы не сможете выгнать меня с острова.

– Ты уверен? – позади старосты на террасу начали выходить мужики, державшие в руках топоры и лопаты. Создавалось впечатление, что каждый из них схватил первое попавшееся под руку оружие, – ты, правда, уверен, что мы захотим жить рядом с человеком, который первым обагрил землю Фальдорры кровью в пьяной драке?

Кейн, не отвечал. Обвинения, которые бросал ему в лицо староста не были надуманными. За друга решил заступиться Найд.

– Послушайте, Кейн изменился…

– Помолчи чужак! – оборвал его староста, – это наше дело и решать его будем мы сами. Но ты прав – Кейн изменился. Он вдохновлял своими подвигами сотни молодых парней, и обучал их тому, как лучше бить врага! Он вместе с генералом Харлом стал символом нашей победы! И мы рады, что наш прославленный земляк, наконец-то вернулся!

На лице старосты и сопровождающих его мужиков появились улыбки. Староста крепко обнял Кейна и, похлопывая его по спине, произнес:

– Мы поможем отстроить тебе дом заново, сынок.

И работа вокруг закипела! Мужики на веревках затащили на площадку бревна и начали копать траншею вокруг старого фундамента. Кейн, поплевав на ладони, присоединился к ним. Найд и Морисиус особыми строительскими талантами не блистали, но тоже включились в работу, помогая таскать тяжести. Рядом, по просьбе Кейна, знахарь разжег небольшой костерок, вскипятил на нем травяной настой в горшочке и дал вдохнуть пар из него пегасу. У того подкосились ноги и он растянулся на земле.

– Целебный сон, – объяснил Кейн обеспокоенному Найду, – Верный проснется совершенно здоровым.

Подтверждая слова морянина о том, что с пегасом все в порядке, Верный совершенно счастливо и беззастенчиво захрапел. Количество рабочих рук напрямую влияет на скорость получение результата. Если Кейн представлял, как он целый год ставит новый дом, живя с Грацией рядом в шалаше, то его мечтам суждено было разбиться о трудолюбие десятков морян – к вечеру четыре стены будущего жилья героя уже прочно стояли на своих местах.

Там, прямо под открытым небом состоялся пир в честь вернувшегося на родину сына Фальдорры. По-простому, прямо на постеленных на земле циновках, пришедшие женщины разложили блюда с горами ярко-красных омаров, раковинами двухстворчатых моллюсков и тушками осьминогов с причудливо завитыми щупальцами. Кроме даров моря на импровизированном столе высились пирамидки из экзотических фруктов, названия которым не знал даже прославленный путешественник.

– Откуда это все великолепие? – кивнул на фрукты Морисиус.

– Тикатари находится в самом узком месте фальдоррского моря, очень близко к границе с Териосом. Земля здесь очень плодородна, магия земляных действует на нее благотворно.

– Вооот! О чем я и говорил! – просиял Морисиус, – между стихиями важна гармония! А то так и будете одной рыбой питаться!

– О чем речь? – попробовал вмешаться в разговор слегка подвыпивший староста.

– Ни о чем, – обрезал эту попытку Кейн. Еще не хватало того, чтобы моряне узнали, что Найд собирается обрушить Пелену на границе с Териосом, – Морисиус, мне не надо повторять по десять раз. Я все понял. Помогать вам не буду, но и мешать тоже не стану.

После резкого ответа морянина между братьями и Кейном возникла неловкая пауза. Братья из приличия еще немного посидели за общим столом а, потом, не сговариваясь, пошли прогуляться. Эта прогулка вывела их на небольшой скальный уступ, под которым плескалось похожее на расплавленную медь море. Над горизонтом торчала лишь половина садящегося солнца. Найд уселся на уступ, свесив ноги вниз.

– Удивительно, но я стал тем, кем я есть в очень похожем месте, – присел рядом Морисиус.

– Что ты имеешь в виду? – не понял его странник.

– Не знаю, стоит ли тебе это рассказывать.

– Стоит, я же до сих пор почти нечего не знаю о нас с тобой в реальной жизни.

– Это будет не лучшее воспоминание, – качнул головой старший брат, – но зато оно реальное. Подростками мы как-то сидели на похожей скале, родители вывезли нас на море. И ты подбил меня с нее прыгнуть. Там метров пятнадцать до воды было.

– Зачем мне это было надо?

– Ну у нас с тобой классическая пара – ты младший безбашенный брат, который вечно ищет приключений на свою задницу. А я вечно прикрываю эту самую задницу.

– То есть ты такой мудрый старший брат?

– Если бы был мудрым – не сиганул бы вниз за тобой. А так компрессионный перелом позвоночника.

– Значит, я и тебе жизнь искалечил…

– Не надо винить себя, решение прыгать или нет, я принимал сам. А ты мне жизнь спас, сам чуть не утонул, но меня из воды вытащил. Сутками сидел со мной в больнице и тогда и придумал все это, – Морисиус обвел руками окружающую их виртуальную реальность, – придумал, чтобы я смог жить полноценной жизнью. Воплотили мы с тобой это все уже вместе.

Найд немного помолчал, переваривая события из своей прошлой жизни.

– Разгулялась же у нас фантазия, когда мы придумывали Четырехземье. Взять хотя бы ту историю с ведьмой и детьми. Чтобы ее придумать, надо обладать воображением маньяка.

– А это не мы. И не сценаристы-люди. Это ИИ научились анализировать наши сказки, легенды и мифы. Потом они вытряхивают из наших сказаний все то, что цепляет людей, вызывает у нас эмоциональный отклик. И собирают из этого новую историю и сюжет.

– У них получается. Мы с тобой не раздумывая, кинулись на помощь Маргарет и Иоганнесу.

– Заметь, мы решили помочь не реальным детям, а виртуальным сущностям, – подметил Морисиус, – эти сценарии сочиняются не самыми мощными искусственными интеллектами. А что будет, когда ИИ калибра Змея получит власть над всей игрой? Какую он сказку предложит игрокам? Змей опасен, хотя ты его создал и сам признавал, что он постепенно выходит из-под контроля. Скрытый-В-Тени может самосовершенствоваться и самое страшное он может создавать множество своих копий в Сети. Его не удалишь, нажав на клавишу.

– То есть Змей очень опасен?

– Опасен. А с модулем для настройки капсул – опасен вдвойне, – подтвердил Морисиус.

– И что мне делать? Если я не уничтожу его последний храм в Пелене и не построю новый на Плато Равновесия, то я никогда не смогу выйти из игры и вернуться в реальный мир.

– А чем плох этот? Может тебе и не стоит стараться из него вырваться? Смотри, здесь это можно делать, не боясь последствий, – сказал Морисиус и, оттолкнувшись руками от скалы, прыгнул вниз.

Он летел, раскинув руки, словно птица и только у самой поверхности, перевернулся и вошел в воду ногами. Найд, недолго думая, последовал за своим старшим братом. Он падал, сгруппировавшись и вращая сальто. Резко вскинув руки над головой, Найд пробил тонкую грань между двумя стихиями.

Вода его встретила почти полной тишиной, но ярким светом. Открыв глаза, Найд с удивлением обнаружил себя окруженным рыбками, величиной с монетку. Бока этих созданий флюоресцировали ядовитыми оттенками красного, синего и зеленого цветов. Воронка из тысяч мелких светящихся рыбешек кружила вокруг странника. Мелькание разноцветных огоньков перед глазами действовало гипнотически, и странник завис в толще воды не спеша подняться на поверхность.

– А я уже думал нырять и тебя спасать, – произнес Морисиус, когда странник вынырнул.

Путешественник лежал, глядя в небо, раскинув руки и ноги. Причем ногами он едва шевелил, чтобы удержаться на воде. Найд подумал, что эти простые, в общем-то, движения дарили Морисиусу невероятное наслаждение. Ведь это то, чего он лишен в реальной жизни.

– И все-таки я должен вернуться в реальность, – странник лег на воду рядом с братом.

– Зачем? Будешь мстить Носкину?

– Нет, дело не в мести. Знаешь, что такое жить без памяти? Или хуже – ощущать, что сознание тебе имплантировали? Ведь Змей мне мог залить в голову любое дерьмо, а я бы и не почувствовал, что во мне что-то изменилось. Я как калека…

Найд замолк и чертыхнулся, нашел при ком использовать такое слово. Но Морисиус на него никак не отреагировал и Найд продолжил.

– Поэтому мне важно вернуться в реальный мир и понять, кто я есть на самом деле.

– Боюсь, тебя там не ждет ничего хорошего.

– А здесь как будто у меня каждый день праздник и именины! И не забывай, у меня есть обязательство – я должен вернуть ту девушку. Раду, я о ней рассказывал. Зато я знаю, как мы можем прищучить Змея. Каждый раз, уничтожая его алтарь, я забираю с собой его фрагмент. И только с помощью этих частей можно создать новое святилище. Разрушим последний алтарь, заставим воскресить Раду. И посмотрим, сдержит Змей свое слово или нет. А там уже решим, стоит ему доверять. И если нет, то раскидаем запчасти от его алтаря по нужникам по всему Четырехземью. Вместе он их никогда не соберет.

– Хорошая идея. Шантаж – дело благородное. Ты всегда так говорил, – тихо рассмеялся Морисиус, не сводя глаз с тонких как кружево облаков.

– Я же просил…

– В данном случае отголоски твоей ухватистой натуры нам будут только на пользу, – рассмеялся Морисиус, перевернулся на спину и размашистыми взмахами поплыл в сторону берега.

– Эй, погоди! – остановил его окрик Найда.

– Чего?

– Как звали, вернее как тебя зовут на самом деле? Там, в реале.

– Наши родители назвали Мирославом, – Морисиус протянул руку Найду.

Найд пожал протянутую ладонь.

– А у нас есть какие-нибудь положительные совместные истории? – хмуро спросил странник.

Морисиус расхохотался.

– Да миллион! Выгребай на берег – расскажу.

Глава 6

Поговорить братьям не удалось, моряне разгулялись не на шутку. Не успели Морисиус с Найдом выбраться на берег, как в воду со скалы посыпался целый град из орущих похабные песни островитян. Слегка протрезвев, они ломанулись на берег, по пути захватив с собой и братьев. Найд и глазом моргнуть не успел, как оказался сидящим посреди морян, поднимающих кубок за кубком за здравие Кейна и его очаровательной жены.

– Что-то все происходящее мне начинает напоминать свадьбу, – напрягся Найд.

– Ну и что? Хорошо же сидим, – осушил махом свой бокал Морисиус.

– Ага, а я потом хорошо лежать буду. Дня три-четыре, – наученный горьким опытом ответил странник, – мне бы свалить.

– Боюсь, что наши новые друзья слишком гостеприимны, они тебя просто так не отпустят.

– Это да, – вынужденно согласился странник, глядя на отплясывающего вокруг костра Кейна, который махал руками, приглашая присоединиться, – отвлечь их как-нибудь надо.

– Отвлечь? – Морисиус хитро глянул на брата, – это я могу.

Морисиус вышел на середину круга и с размаха воткнул свой посох в землю.

– Хорош пить да жрать! – крикнул путешественник, и все взгляды обратились к нему.

Из посоха вырвалось несколько прямых синих лучей. Они начали все быстрее и быстрее вращаться, образовав сплошную светящуюся стену. В этом мельтешении начали проступать какие-то контуры. Найд напряг зрение, пытаясь рассмотреть детали, но еще миг и картинка, которую проецировал посох Морисиуса, стала реалистично четкой.

Перед изумленными морянами прямо в воздухе висела воронка водоворота. Над этим морским чудом пролетала небольшая стая альбатросов. На фоне водоворота эти величественные птицы выглядели мелкими песчинками, что говорило об исполинском размере воронки. Вода, закручиваясь и пенясь, свергалась вниз единым бурным потоком.

– Бездна, – прошелестел шепот по рядам застывших морян.

– Дааа, – самодовольно заметил Морисиус, – это Великая Бездна. И я был там.

– Жилище Матери Черепахи, – Кейн прошелся вокруг воронки, – но как ты выжил? Никто не может приблизиться к Бездне и уйти оттуда. Она затягивает все вокруг!

– Я могу об этом поведать… если кто-нибудь наполнит кубок.

Сразу несколько человек повставали со своих мест, чтобы налить вина Морисиусу. Рассказ предстоял очень увлекательный, но Найд представил, сколько раз будут подниматься бокалы во славу Черепахи в частности и Фальдорры в целом, и решил поберечь здоровье и тихо удалиться. Благо строители-добровольцы понаставили на террасе несколько шалашей, в одном из которых странник, наконец, и обрел покой.

Проснулся Найд от солнечного луча, нагло светящего ему прямо в лицо. Причина появления окна в плотном покрове шалаша оказалась проста – в лицо полусонному Найду смотрела довольная морда Верного, похрумкивающая нежными молодыми веточками и листьями.

– О! Проснулся? – Найд повернул голову на голос и увидел Кейна, – и вовремя! Братец твой вчера с вином перебрал и опять начал болтать про единство всех народов Четырехземья. Про цель вашего визита в Пелену он, хвала Черепахе, ничего не сказал, но у наших возникло нехорошее подозрение.

К шалашу подошел держащийся за голову Морисиус.

– Не помню. Ничего не помню. Может и сболтнул лишнего.

– Зато я все отлично помню, – уверил Первый Убийца, – не подумайте, что я вас прогоняю, но…

Кейн обвел взглядом террасу, на которой в разных позах были разбросаны его соотечественники.

– Лучше вам тронуться в путь, пока они не проснулись и не начали задавать вопросов. Погостите у нас подольше, после того как… закончите дело.

Попрощались они быстро. Морисиус пообещал молодоженам привезти диковинный подарок из Пелены, а Кейн и Грация сказали, что будут их рады принять в своем новом доме.

Знахарь островитян потрудился на славу, Верный уверено нес на спине вес обоих седоков. Спокойное утреннее море разливалось под ними серебряной амальгамой. Куда лететь, где храм искать знал Морисиус, он и задал пегасу направление. Но после получаса лета перед ними возникло препятствие, с точки зрения Найда непреодолимое.

– Как это перелететь?! – спросил Найд у брата, глядя на то, как водяная гладь невообразимым образом загибается под прямым углом к земле, устремляется ввысь и образует перед ними стену. Да черт возьми, по этой «стене» даже волны идут, как по нормальному морю!

– Это не перелетишь. «Это» простирается вверх до самого Небесного Купола. Это не пролетать надо, а пробивать.

– Чего?!

– Давай Верный! Разгонись, как следует! Мы пробиваем Пелену! Иии-хааа! – не отвечая Найду, вдруг заорал мудрый старший брат.

Его бесшабашность передалась и пегасу, Верный заработал крыльями, разгоняясь.

– Вы что задумали? Кто знает, какая там глубина…

– Перед погружением, вдохните поглубже, – дал дельный совет Морисиус и набрал полную грудь воздуха.

До вставшего вдруг дыбом моря оставалось всего несколько жалких метров, и странник был вынужден последовать совету Морисиуса. Пегас, слегка пригнув голову, врубился в воду. Плотным ударом странника чуть не вышибло из седла, в его ушах зазвенели пузырьки воздуха, увлекаемые массивным конем в толщу воды. А в голове засела мысль – хватит ли ему воздуха? Насколько глубока эта Пелена? В вертикальной стене соленой воды, как ни в чем не бывало, плавали стайки рыбешек и других морских обитателей. Не успел Найд этому удивиться, как пегас, подняв тучу брызг, вылетел на той стороне стены.

– Ура! – радостно завопил Найд.

– Держись крепче, – предупредил его брат.

На этой стороне морской стены вступала в свои права магия Земли, причем магия грязная, испорченная Пеленой. Сила тяжести резко выросла. На грудь и плечи Найда, сбивая дыхание, навалился неимоверно тяжелый груз. Пегас отчаянно замахал крыльями, но не смог бороться с гравитацией и рухнул вниз со своими седоками. Верный пытался планировать, перевел их падение в более или менее контролируемый пологий полет. Но земля все равно приближалась слишком быстро, миг и перед глазами странника замелькали листья на кронах гигантских деревьев. Они росли слишком высоко, а Верный опустился слишком низко…

И все же плотная крона лесных великанов спасла путешественников. Верный врезался в первую ветвь, Найда и Морисиуса вышвырнуло из седла. Найд полетел сквозь крону дерева, чувствуя, как от ударов хрустят ветки и собственные ребра. Но ветки амортизировали и гасили скорость, поэтому, когда Найд грохнулся на землю, его тело было покрыто синяками и ссадинами, но кости были целы. Он потянулся в сумку за зельем исцеления, а рядом с ним, пропахивая ковер из густой травы, приземлился Морисиус.

– Жив? – просипел Найд.

– Не уверен, – Морисиус стоял на четвереньках и тряс головой.

– Это был единственный путь сюда?

– Нет, но этот был самым быстрым… и самым веселым, – странно улыбаясь, признался старший брат.

Отметив про себя, что с «веселыми» идеями «мудрого» брата надо быть осторожнее, Найд поискал глазами Верного. Пегаса нигде не было видно. Вдруг откуда-то сверху раздалось жалобное ржание.

Братья подняли взгляд – пегаса зажало между мощными ветвями, его ноги беспомощно перебирали в воздухе. Верный еще раз жалобно заржал.

– Ничего себе его занесло. И как его оттуда снимать? Хотя… тут до храма Змея недалеко, можем быстро смотаться, а уже потом думать, как сбить коня с дерева.

Верный перевел жалостливый взгляд на Найда – хозяин, я не ворона, я на деревьях жить несогласный. Пришлось снова распаковывать летающий рюкзак и проводить операцию спасения. Пару раз они с Морисиусом сами чуть не сверзились с дерева, но коня вниз все-таки спустили.

Найд думал, что уж уже видел леса в Четырехземье, но оказалось, что все деревья, которые он встречал раньше, были кустарниками или лилипутами. Верхушки местных исполинов полностью скрывали небо, образуя на головокружительной высоте зеленый купол.

– Здесь магия Земли пронизывает все насквозь. Растительность пышет, животный мир очень разнообразен. Красиво, но опасно. Здесь ядовиты даже бабочки, а цветочки лучше вообще не собирать, их сок прожигает стальную броню. Я пойду вперед…

– Но…

– Если меня какая-нибудь тварь цапнет, я всего лишь очки здоровья потеряю. А у тебя забористый яд мозги выжжет.

Оспаривать очевидную истину странник не стал и пропустил брата вперед. Верный от укуса ядовитой твари с ума бы не сошел, но выслушав разговор братьев, решил держаться в арьергарде отряда.

– Аккуратнее с этими занавесками, – Морисиус показал на свисающие с деревьев тонкие невесомые нити, пересекающие их тропку, – коснешься, потревожишь и по ним вниз сбегут серенькие мохнатенькие паучки. Они постараются забраться в складки твоей одежды, в твои карманы и к тебе за шиворот. Там эти паучки будут сидеть тихо-тихо, пока ты не остановишься на привал и не ляжешь спать. Потом они разом тебя укусят, и их яд тебя полностью парализует.

– Надолго? – Найд аккуратно обходил свисающие пряди из паутины.

– Навсегда. Паучки дожидаются, пока от яда размягчатся ткани жертвы и начинают ее поедать. Еще живую, но беспомощную. Им нравится мертвая ткань, ее легче жевать. Имея гору мяса, паучки быстро расплодятся и организуют колонию на новом месте. Мы для них одновременно и транспорт и живые консервы.

Пегас замотал головой и заржал, отказываясь ступить на тропинку.

– Да не бойся ты, – успокоил его Морисиус, – конина им не нравится на вкус. И твой запах их тоже раздражает… ого, смотрите!

Путешественник указал на двух пятнистых большеухих кошек, сидящих на дереве и внимательно их разглядывающих.

– Они тоже могут отравить нас?

– Хуже. Если они подойдут ближе и начнут мурлыкать – отвесь их хорошего пинка. Попробуют заглянуть в глаза – отвернись. Вздумаешь погладить, эта скотинка очарует тебя, и ты к ней привяжешься. Она будет следовать за тобой по пятам, есть твою еду, устраивать бардак в твоем доме, безнаказанно портить твои вещи. Будет спать с тобой вместе, занимая добрую половину кровати! Кугуары-прилипали способны отравить всю твою жизнь! Опять же – Верному бояться нечего.

За последующий час Морисиус успел рассказать столько кошмарных подробностей об обитателях леса в Пелене, что Верный еле сдерживал себя, чтобы в панике не ломануться сквозь чащу куда глаза глядят. Но его страдания закончились – они вышли на просторную круглую поляну, в центре которой стояли шесть могучих дубов. Кроны эти дубов переплетались друг с другом образуя кровлю естественной беседки.

– Пришли, храм Змея там, внутри, – сказал Морисиус, – пошли побыстрее с этим покончим.

Морисиус направился к дубам, но его схватил за руку Найд.

– Слышишь? Кто-то поет.

– Да кому здесь песни горланить? Место дикое и опасное, люди сюда стараются не заглядывать.

Но Найд упрямо утащил брата в лесную тень.

– Подождем пару минут. Хуже от этого не станет.

Долго ждать не пришлось. Сначала и Морисиус услышал звуки пения и насторожился, а потом из-за дубовой «беседки» показался вооруженный отряд из десятка человек. Отряд обходил беседку кругом, патрулируя пространство перед ней.

– Что за гребанный маскарад?! – удивился Найд, глядя на появившихся чужаков.

Морисиус промедлил с ответом.

– Я об этом только слышал, но видеть ни разу не приходилось. Ведь некромантия запрещена во всех четырех сторонах света! А тут…

То, что вокруг беседки вышагивали не совсем нормальные люди, было видно по землистому цвету их кожи. По отвалившейся местами плоти, обнажающей под собой кости. По несовместимыми с жизнью ранами – у одного бойца напрочь отсутствовала половина черепа. Да и песня, которую напевали живые мертвецы, давала ответы на многие вопросы.

Свистнуло копье, в грудь попало мне

Очутился я во сырой земле

Но часа не прошло, некромант поднял

Саблю в руки дал, на врага погнал

Хэй, мой череп костяной

Ой, да ночной разбой

Хэй, проклятой талант

Ой, колдует Васька-некромант

– Чудовищно! Змей завел себе охрану из зомби!

– А что здесь чудовищного? – поинтересовался Найд.

– Во-первых, это мерзко выглядит. Да и пахнет тоже не ахти. Во-вторых, эти некроманты прерывают нормальный цикл смерть-возрождение. Они, как шакалы, сбегаются на свежие трупы и проводят обряд. И погибший воскресает не в храме, а в своем мертвом теле и становится безмозглым зомби-марионеткой. Даже если его освободить, убив его либо некроманта, то у возродившегося НПС мозги будут свернуты бесповоротно. Психика не может пережить пребывание в разлагавшемся трупе. Поэтому во всем Четырехземье некромантов отлавливают и сажают на кол без разговоров.

– Есть за что, – Найд на собственном опыте знал, что такое психотравма, повредившая разум, – что будем делать? Атакуем в лоб?

Брат отрицательно покачал головой.

– Из меня боец не очень. Я мог бы помочь иллюзиями, но с зомби это не сработает. Проблема в том, что они тупы как пробка. Им сказано охранять святилище, и они будут это делать. Даже если на поляну выйдет маленькая девочка, зомби убьют ее без колебаний.

– Я попробую справиться с ними.

– Забудь. Видишь тех троих? Посмотри на форму – это же бывшие императорские гвардейцы. А вон та четверка принадлежит к рыцарям Огня. Еще пару магов и один Берсеркер Чести. Более чем серьезная компания на тебя одного, у зомби сохраняются все навыки из предыдущей нормальной жизни. Можно попробовать найти этого урода Ваську-некроманта. Убьем его – вся эта бригада поляжет. Но только где его искать? – призадумался путешественник.

– Забудь. У меня другая идея появилась.

Когда Найд объяснил брату то, что он задумал, Морисиус попытался его отговорить.

– Ты что?! Ты вообще меня внимательно слушал? Твой вариант рискованный, можно найти другой, менее опасный!

– Зато он не будет таким веселым! Думаешь, только ты любишь развлекаться? – ответил Найд, запрыгивая в седло.

Шеренга оживших мертвецов, продолжая гундосить свою невеселую песню уже почти скрылась за беседкой, как в панцирь замыкающего их строй имперского гвардейца прилетела стрела. Броню она не пробила, а оставила на ней лишь царапину. Зомби как по команде замерли, потом медленно развернулись и увидели выехавшего на поляну всадника на пегасе. Тот натянул лук и еще раз выстрелил. Стрела вошла в плечо одного из магов. Маг, с абсолютно не изменившимся выражением лица, вытащил стрелу и поднял руку, указывая на Найда.

– Чужак! – вырвался из его горла свистящий звук.

– Чужак, – просипели остальные зомби и все как один рванули к всаднику.

Их движения поражали своей неестественностью – мертвецы вышагивали так, как будто вместо ног у них деревянные палки. Потом наклонив тела вперед, зомби начали ускоряться, высоко поднимая колени. Несмотря на общую одеревенелость, двигались они довольно быстро.

Но до Верного банде мертвецов было далеко. Странник хладнокровно выпустил в бегущих к нему зомби еще три стрелы, стараясь не убить или покалечить, а сильнее разозлить противников. Но их злость, как и остальные чувства, умерла вместе с их телами. Даже когда Найд угодил стрелой в глаз одного из них, зомби безмятежно вытащил ее вместе с глазным яблоком и продолжил свой молчаливый бег. Брат был прав – с такими «невозмутимыми» противниками лучше расправляться хитростью, чем сталкиваться лоб в лоб.

Подпустив мертвецов почти в упор, странник развернулся и пустил Верного галопом. Но через шагов сто остановился и продолжил поливать мертвяков стрелами. Колчан стремительно пустел, а жуткие бестии даже не начали спотыкаться. Просто перестрелять их на расстоянии не получалось, поэтому Найд продолжил игру в догонялки.

В последний раз он остановился перед тропинкой, над которой колыхались тонкие нити паутины. Расстреляв остаток обычных стрел, и чудом увернувшись от брошенного в него копья, Найд пустил пегаса лихим карьером прямо под паутиной. Он вызвал «Песчаный щит» да еще закрутил над головой «Стальной водоворот», пытаясь защититься от падающих сверху паучат. Верный тоже помог своему хозяину, развив невероятную скорость, на бегу помогая себе крыльями. Как только пегас с всадником коснулись едва колышущихся паутинок, раздался звук похожий на хруст сухого песка, за которым последовал… град! Настоящий град из серых пушистых комочков!

Странник вылетел на открытое пространство с другой стороны паучьей тропинки. А молчаливо преследующие его зомби как раз попали под необычный град. Над преследователями Найда как будто телегу с горохом перевернули, но мертвяки на сыплющихся на них паучков не обращали никакого внимания. А зря. Пауки учуяли мертвую плоть и не стали заморачиваться с тем, чтобы парализовать свои жертвы. Они сразу приступили к трапезе.

Бык огромен и силен, удар его копыта расплескает маленькую пиранью в брызги. Но стая пираний в воде способна за несколько минут обглодать быка до костей. Тоже происходило сейчас и с толпой зомби. Зомби смахивали со своего тела десяток пауков, на его месте тут уже оказывалась сотня. А на месте сотни – тысяча. Живых мертвецов с ног до головы покрыл отвратительный шевелящийся ковер. Мечущиеся на тропинке зомби снова и снова касались паутинок, вызывая новые потоки серой смерти. Небольшие, но острые как бритвы, жвалы пауков легко вспарывали мертвые кожу, мышцы и сухожилия.

Найд остановился и спрыгнул с пегаса. На его глазах у одного из имперских гвардейцев отвалилась рука в латном доспехе. Один за другим зомби начали разваливаться на куски. Само жуткое было в том, что погибая, ни один из живых мертвецов не издал ни звука.

К Найду подскочил брат.

– Быстро снимай одежду!

– Да ладно, не думаю, что бы хоть один…

– Снимай! – не унимался Морисиус.

Найд скинул куртку, брат внимательно осмотрел его торс.

– Ага! Попался! – путешественник снял со спины Найда паучка размером с ноготь большого пальца.

Морисиус хотел его раздавать, но Найд его остановил. Он достал из сумки пустую склянку из-под зелья и открыл пробку.

– Кидай его сюда. Пригодится.

Вместе они осмотрели одежду Найда и нашли еще штук двадцать коварных созданий, которых тоже сложили в бутылку. На Верном не было ни одного паучка, Морисиус оказался прав, эти мелкие серые гурманы не ели конину. Пока они проводили осмотр, отряд зомби превратился в разбросанные части доспехов, кучки одежды и оружия.

– Вот значит, какие сказки Змей приготовил жителям Четырехземья. Ожившие разлагающиеся мертвецы, сошедшие с ума НПС, – Найд почесал макушку, – что-то мне все меньше и меньше хочется, чтобы этот упырь стал верховным божеством. И управляющим ИИ по совместительству.

Братья подошли к стоящим в центре полянки деревьям и, пройдя меж их стволов, оказались внутри святилища. Там ожидаемо обнаружилась скульптура Змея, свернувшегося и приготовившегося к броску. Она была вытесана целиком из черной каменной глыбы и только лишь раздвоенный язык, высовывавшийся из пасти Скрытого-В-Тени, был сделан из кристалла рубина. Все, что находилось вне храма, вдруг скрылось за беспросветным пологом тьмы. Снаружи храм прекрасно просматривался, но вот изнутри было невозможно разглядеть пегаса, стоявшего всего в нескольких шагах.

– Хмурое местечко, – произнес Морисиус, глядя на тьму, отрезавшую их от остального мира. Чернота не была однородной, если приглядеться, то можно было увидеть, что в ней клубились сероватые волны тумана.

– Нормальное. И вообще, тебя сюда не звали, – Змей, как обычно, решил незаметно появиться за спинами, – зачем ты его привел?

Старик в черном балахоне вперил свой взгляд в Найда.

– Вдвоем не так скучно. Да и твои ловушки преодолевать проще, – странника вызов во взгляде Скрытого-В-Тени ни капли не смутил.

– Не скучно, так не скучно, – пожал плечами Змей и манул рукой на статую, – делай, что должен.

Найд демонстративно зевнул и сел.

– Ага. Сейчас. Только вздремну немного.

– Что-то не так? – нахмурился Змей.

– Все зашибись. Только сначала ты воскрешаешь Раду, потом мы идем дальше по плану.

– Ты выражаешь мне недоверие? После того, как я спас твой разум?

– Именно. Выражаю. Так что давай быстрее возвращай жрицу, пока я не лег спать. Предупреждаю, сон у меня крепкий – пушкой не разбудишь.

Найд не был уверен в том, что Змей способен вернуть из небытия жрицу и поэтому дал себе слово – если ИИ попробует хитрить, то он без всяких переговоров вырвет язык у статуи и забросит все «запчасти» от алтарей Змей в Бездну, где живет Мать Черепаха.

– Открой глаза – твоя подружка уже тут.

Найд заметил стоящую за статуей Раду. Девушка пребывала в полном смятении. Странник подошел к девушке.

– Найд? Где мы? Как мы здесь оказались? Почему я ничего не помню…

Странник нежно обнял девушку и привлек к себе. Ее колотила крупная дрожь. Найд много раз прокручивал у себя в голове момент их встречи и то, как он будет проверять, настоящая ли перед ним Рада или просто иллюзия, призванная Змеем. Но глядя на растерянное и беззащитное лицо Рады, он мигом забыл про все тесты.

– Все в порядке. Все в полном порядке.

– Нет! – в голосе Рады зазвучало отчаяние, – не в порядке! Мы плыли в лодке, убегая от монстра. Потом вдруг все исчезло, и я оказалась… я не могу описать место, где я оказалась! Там… там… все такое серое и я лежала, с полузакрытыми глазами. Ничего не слыша и не чувствуя! Где я была?!

– Это игровой глюк, но мы его устранили, – вмешался в разговор Морисиус, – теперь все будет хорошо.

– Да? – неуверенно спросила девушка.

– Да-да, – перехватил нить разговора Змей, – как только твои друзья выполнят данное мне обещание, сразу все станет хорошо.

– Мы с большим удовольствием его выполним, как только ты воткнешь Найду ручку в грудь и снизишь его болевой уровень на тридцать процентов, – Морисиус повернулся к брату, – тридцать же будет нормально?

– После трехсот? Я думаю, будет самое то, – усмехнулся Найд.

– Ааа, я понимаю. Вы почувствовали себя хозяевами ситуации? Вы держите в руках мои компоненты и решили, что можете требовать от меня все, что вам в голову взбредет? – в ладони Змея появился вытянутый четырехгранный кристалл, светящийся зеленым цветом, – ну так и мои руки не пусты. Это Кристалл Души жрицы, ее психоматрица. Стоит мне ее сломать и девушка исчезнет. На этот раз навсегда.

– Найд, о чем он говорит?

– Не обращай внимания. Несет всякую чушь, – странник успокоил девушку и повернулся к Скрытому-В-Тени, – чего ты хочешь?

– Я? Доверия. Я всеми своими фибрами души хочу начать вам доверять снова!

– Ты искусственный интеллект, у тебя нет души.

Змей делано вздохнул.

– Это правда. Один холодный расчет и никакой души. Положи клыки и глаза, которые ты вытащил из моих статуй на пол и отойди на пару шагов. Я брошу тебе это сокровище, – Змей поднял над головой Камень Души.

– Хорошо, – Найд сделал как велел Змей. Тот кинул страннику Камень Души, который Найд аккуратно спрятал в заплечный мешок, – и как мы теперь будем?

– Мы? Мы теперь будем… никак. После того, как вы попытались меня шантажировать, боюсь, наше сотрудничество закончится.

– И кто понесет части твоих алтарей на Плато Равновесия? Кто построит там новое святилище? И кто…

– Она, – короткой фразой Змей оборвал странника.

Тьма, окутывающая храм снаружи, отступила. И внутрь вступила девушка с татуированным лицом в черных шипастых доспехах.

– Милена? – удивленно спросил Найд, – что ты здесь делаешь?!

– Использую возможности, которые упустил один глупец.

Найд вытащил из ножен «Блудного Кота» и подбросил кинжал на ладони.

– Не торопись. Эти возможности еще надо заполучить.

Милена в ответ просто улыбнулась. Из тьмы вышли две фигуры и встали чуть позади Милены. Воин Грозы и ассасин. Килтайм и Артур.

– Не убедительно. И не страшно. Мы уже встречались в бою, и я до сих пор жив.

Из полога в храм шагнули еще несколько фигур.

– Ты же понимаешь, что я не могу просто отпустить тебя? – сказал Змей, отступая чуть назад.

Глава 7

– В плен возьмешь? В темницу на цепь посадишь? – спросил Найд. Спросил больше для проформы, чтобы потянуть время. Его мозг лихорадочно перебирал тактики отступления. Найд может и справился бы с Миленой, Артуром или Киллтайм. Но поодиночке! А они с собой еще и группу поддержки притащили, сплошь с бандитскими рожами.

Раде никак нельзя погибать, черт его знает, где Змей ей точку возрождения установил, где она воскреснет после смерти – непонятно. Может и правда в какой-нибудь темнице. Из них троих только Морисиус игровую смерть перенесет безболезненно, да еще и с пользой. Брат успел сделать привязку в замке Ордена и возродится именно там. Считай, сэкономит время на обратную дорогу.

– Ты же знаешь, что я это ты, – ответил Найду Змей, – а наша самая яркая черта – упорность. Не удержат тебя ни цепи, ни темница. Рано или поздно выберешься. Обезопасить мой план можно единственным способом – убив тебя. Мне очень жаль, но нам придется…

О чем там Скрытый-В-Тени сожалеет и что ему там придется, Найд дослушивать не стал и активировал «Пыль дальних странствий» одновременно прокричав:

– Мор! Рада! Живо наружу!

Возле храма их поджидал пегас. А пегас это крылья, ноги и куча резвости, которая поможет им сбежать от Милены и Змея. Пыльное облако заволокло святилище и Найд, схватив Раду за рукав, рванул прочь из святилища. Милене этот пыльный трюк уже был знаком, поэтому она к нему приготовилась. Воздушный маг из ее свиты легко взмахнул рукой, и резкий порыв ветра выдул пыльное облако наружу.

Но уловка странника подарила беглецам несколько мгновений. Морисиус тоже внес лепту в отвлекающие маневры, он два раза стукнул посохом о землю и у каждого из беглецов возник двойник. У бандитов вместо трех целей вдруг оказалось шесть.

– Летите без меня! – крикнул путешественник, огревая посохом Киллтайм по спине.

Ассасин шипя как кошка, которой наступили на хвост, развернулась и резко выбросила руку вперед. Из ее ладони вылетели три стальные спицы, обмазанные зеленоватой слизью. Они прошили одну из фигур Морисиуса и… она пошла рябью и исчезла! Наемная убийца атаковала иллюзию, стоявшую в двух шагах от настоящего путешественника. Тот не растерялся, ловко сунул свой посох убийце под колено, дернул и опрокинул Киллтайм на спину.

– У меня к тебе должок, – обитый железом конец посоха устремился в лоб Киллтайм, – еще с прошлого раза.

Убийцу выручил Артур, своим широким мечем он отбил посох путешественника и обратным движением чуть не распорол ему живот.

У Найда снаружи дела обстояли не лучшим образом. Только он помог Раде запрыгнуть в седло, как бандиты взяли их в кольцо. Лезвие скаррэля описало круг, отгоняя слишком шустрых, Верный замолотил копытами, прикрывая спину странника. Но Найд понимал, что ситуация патовая и разрешится она одним единственным образом – Верного поднимут на копья, его самого сшибут с ног и в нем наделают много дырок.

Безвыходное положение омрачила еще одна деталь, неспешно подходящая к окруженному Найду Милена. Девушка криво улыбалась, раскручивая боевой цеп. Вот ведь же ирония – цеп этот странника возродил, цеп и окончательно убьет.

– Как-то это все слишком просто. Слишком обыденно. Я столько раз себе представляла нашу последнюю встречу, готовилась. Думала, как тебя резать начать, вдоль или поперек.

А вот и последний шанс! Выжить странник не надеялся, но до хруста в пальцах хотелось сделать что-то значимое перед смертью. Раздавить змею, к примеру. Найд помнил, что уровень чувствительности у Милены тоже завышен и если броситься в самоубийственную атаку, успеть достать, серьезно зацепить гадину, то можно будет забрать ее в небытие вместе с собой. Странник подобрался для последнего в своей жизни броска, как вдруг в предплечье Милены впилась стрела. Найд с удивлением обнаружил в ее белом оперении небольшое красное перышко. Откуда здесь взяться воинам Ордена Гнева?!

Цеп из руки Милены выпал, ее лицо резко побелело, и девушка издала настолько высокий визг, что на секунду оглушила своих подельников. Обернувшись Найд увидел, как неприметная с виду травяная кочка поднялась… на ноги!Покрытая травой, вымазанная зеленной краской Танара напоминала лесную нимфу. Причем очень злую нимфу – в руках она держала натянутый лук. Рядом поднялась еще одна кочка, выкрашенный в зеленый цвет с огромной двуручной секирой в руках Литарь был похож на орка из сказок. Их пара снова продемонстрировала потрясающее искусство маскировки. Найд приказал им просто следить за Миленой, вот они и следили и если бы не безвыходное положение гроссмейстера, они бы никак не выдали своего присутствия.

Литарь зарычав и взяв разбег, бросился на шайку Милены. Первому бандиту он врезался плечом в живот и того отбросило метров на пять. Следующего он рубанул плашмя по шлему секирой и закружился возле странника, осыпая его противников ударами.

– Валите! – рыкнул Литарь без всякого почтения к гроссмейстеру Ордена.

Странник, запрыгнул в седло, Литарь отбросил назад бандитов, дав Верному свободное пространство для разбега. Подгонять и пришпоривать пегаса не пришлось, тот сам разогнался в несколько прыжков и раскрыл крылья.

– Остановите их! – отчаянно прокричала Милена, баюкая раненную руку.

Маг из ее свиты взмахнул жезлом, и с его украшенного драгоценными камнями навершия сорвалась ветвистая молния, скользнувшая по боку Верного и бедру странника. Найд зашипел от боли и чуть не вывалился из седла. Его удержала Рада.

– Потерпи, сейчас, – ладонь девушки озарил зеленый свет.

Она приложила ладонь к терзаемой болью ноге странника, Найд почувствовал, как по его коже побежали мурашки и боль отступила. Но только физическая боль – поднимаясь все выше и выше, Найд увидел, как из храма вышел Артур, с его меча капала кровь. Пал Литарь, одновременно пронзенный сразу несколькими клинками. Танара была еще жива, но кольцо врагов вокруг нее быстро сжималось. И помочь ей не было никакой возможности, в пегаса летели стрелы и сгустки огня, угрожая сбить всадников или ранить само животное. Надо было срочно улетать, чтобы жертва спутников Найда не была напрасной.

Погостить у Кейна с Грацией, как он обещал, Найд не смог. Как только Первый Убийца не нахваливал свой новый дом и рассказывал, какие прекрасные восходы можно наблюдать с террасы, странник оставался непоколебим.

– Не до рассветов мне теперь, – подгадал момент Найд, когда Грация с Радой ушли в дом, – Кейн, Змей с Миленой что-то затевают. Что-то такое, – странник защелкал пальцами, пытаясь подобрать слово, – глобально гадкое.

– Да брось! Перебирайтесь с Радой к нам на остров, здесь вам точно ничто угрожать не будет. Заявится твой Змей – накрутим ему хвост, – подмигнул Кейн.

– Что? С Радой? Не, ты не так понял мы не пара.

– А зря! Хорошая девушка, сразу видно. Ты это дело не затягивай, а то уведут, – мысли молодожена крутились только вокруг личного счастья.

А вот у странника голова разрывалась от совсем других дум. Союз Змея со змеей-Миленой грозил неприятностями не только Найду, но и всем его друзьям-знакомым. Шутка ли, но теперь его противником бы хоть и позабытый, но бог. А что будет, когда Милена восстановит храм Скрытого-В-Тени на Плато Равновесия? Какими силами будет обладать Змей?

Еще одной проблемой была Рада. Девушка завалила Найда вопросами, и на один из них он отвечать не спешил. Странник решил рассказать девушке о том, что она теперь полностью цифровая личность в замке Ордена. Чтобы с ней если и приключилась истерика, то в относительно безопасном месте. Утаить от Рады факт смерти ее тела не получится, для безопасности девушке надо будет сделать привязку в главном храме Воздуха, чтобы она возрождалась там. Как НПС.

Но Найд Раду недооценил. Когда они тепло попрощались с Кейном, вскочили на пегаса и направились к замку Ордена, жрица положила ему голову на плечо и тихим голосом спросила:

– Найд, я умерла, да?

От неожиданности странник выпустил из рук поводья.

– С чего ты взяла?

– Я же не дурочка. Мы плыли в лодке – бах, свет выключили. Потом я очухиваюсь в храме Змея, вижу тебя и этого противного старика. Не успеваю у тебя спросить, что происходит. Бах – опять свет отключается, и я оказываюсь в сером «нигде».

– Морисиус же говорил, это глюк…

– Найд, повторюсь – я не дурочка. Игра сто раз глюкнуть могла, но тогда меня бы из нее выкинуло. Я же живой человек, у меня в мозгах глюка случиться не могло. Даже если бы я психушку попала, я бы это помнила.

– Давай до замка долетим, там я тебе все в спокойной обстановке расскажу, – попробовал было отвертеться Найд.

– Я тебя сейчас с лошади скину! – зловеще пообещала Рада, – ты представляешь, каково себя ощущать непонятно кем?!

– Я так и живу.

– Вот и живи! А я не хочу! Я не шучу, я сейчас сама с лошади спрыгну! – разошлась Рада не на шутку.

– Да прыгай на здоровье! Ничего с тобой страшного не случится, шмякнешься, кости переломаешь, а потом как ни в чем не бывало в храме Воздуха очнешься.

– Как НПС? – голос Рады дрогнул.

– Не совсем. Ты теперь цифровая личность.

– Как НПС, – произнесла Рада упавшим голосом, а на ее глазах выступили слезы, – я теперь просто программный код.

– Да нет же! Я тоже через это прошел. Я что, по-твоему – программа?

– Ну ты странный, – не щадя чувств Найда выдала жрица.

– Это и хорошо, где ты видела странную программу? Странными могут быть только люди.

– Да ни фига – вон, сколько по Четырехземью странных НПС ходит!

Найд, вспомнив всех своих знакомцев, понял, что его аргумент железным не является.

– Прислушайся ты к себе! Твои ощущения похожи на работу программ?

Рада нахмурившись, прислушалась к своему внутреннему миру.

– Не знаю. Вроде не похоже, но я тоже всегда была странной. Вот скажи, на черта я полезла искать про тебя информацию?

– Ты добрый и отзывчивый человек…

– Потому что дура! – выпалила Рада.

– Эээ, – странник не знал, что ответить. Мне о себе у Рады менялось с каждой секундой. То она считала себя умной, то не очень.

– Кстати! Я про тебя все-все узнала!

Забыв о собственном несчастье, Рада затараторила, рассказывая, что одного из основателей компании Nextlife зовут Виталий Игоревич Полевой. Но самое интересное, что в последнее время он из публичного жизнерадостного человека вдруг превратился в мизантропа, избегающего общения с людьми и прессой. В Сети бродили слухи о его болезни Полевого, причем чаще всего намеки были на проблемы с психикой.

Принципиально ничего нового Рада страннику не поведала, фамилию он мог и у брата спросить, просто особой надобности в этом не было. Но Найд проявил все свои актерские таланты, кивал головой, цокал языком, стараясь показать Раде, насколько важную информацию она раздобыла. Ведь, в конце концов, жрица из-за нее лишилась жизни.

Девушке, находящейся даже в самой черной депрессии, надо дать выговориться и ее настроение обязательно улучшится. В конце разговора девушка даже начала находить плюсы в своем положении.

– С другой стороны, за мной в реале ухажер один надоедливый таскался. Потом смотрю – пропал. Оказывается, катался на джетборде и в столб врезался. В гипсе полгода лежал. Ручки-ножки, сам весь в корсете. Я фотку в Сети видела – такая умора, даже нос себе почесать сам не мог. Со мной такого теперь не случится! Я могу теперь дизелить, как хочу! Прыжки с крепостной стены на камни – да запросто! Охота с голыми руками на самых опасных тварей – да легко!

– Да-да, только давай сначала тебе привязку в Храме Первожреца седлаем, а там дизели сколько хочешь.

– Ведь я теперь практически бессмертна. А еще и не старею. Пока игра существует, существую и я. Слушай, а Четырехземье насколько лет рассчитано? – несмотря на браваду Рады, странник слышал, как дрожал ее голос. Он не помнил никаких цифр связанных с проектом «Четырехземье», но поспешил девушку обнадежить.

– Минимум на двести лет. Не волнуйся, я все сделаю, чтобы этот мир просуществовал как можно дольше, – пообещал странник. Хотя он и сам не был уверен, сколько дней, а не то, что лет, он сможет оставаться в живых.

– Это твой замок?! – удивленно спросила Рада, увидев гордые шпили с реющими на них флагами Ордена Гнева.

– Угу.

– Крутооо! Устроишь экскурсию?

– Конечно, – пообещал Найд. Хотя ему и самому, наверное, требовался гид. Кто его знает, что там Бутчер понастроил в его отсутствие.

Но после приземления любоваться красотами средневекового замка им не дали. Найд только успел завести Верного в конюшню, как во внутренний двор замка выбежали Морисиус с Бутчером.

– Ты где был?! – напустился на брата Морисиус.

– Как это где? Это вы мгновенно перенеслись на точку возрождения, а мне ножками топать пришлось! – разозлился Найд. А Верный презрительно фыркнул – ага, ножками. Скажи еще что своими.

– Бутчер это Рада, ей надо выдать эскорт и проводить в главный Храм Воздуха. Чтобы она там могла привязку сделать.

– Погоди, а если Раде попробовать привязаться на нашем военном капище? – предложил Морисиус.

– Эээ… думаешь, получится? – засомневался Найд.

– Есть только один способ узнать! Я же теперь и ни рыба и не мясо. А непонятная помесь. Показывайте, где у вас тут точка возрождения.

Мужчины проводили девушку к менгиру, обвешанному разнообразным сломанным оружием. Рада прошла за небольшую оградку, встала на колени и прикоснулась ладонями к земле. Обломки мечей и топоров на обелиске тихонько зазвенели, а отпечатки ладоней Рады на земле вспыхнули мягким голубоватым светом.

– Вроде получилось, – с сомнением произнес Бутчер.

– Надо проверить. Кто-нибудь убейте меня, – попросила Рада.

Желающих провести смелый эксперимент не нашлось. Мужчины неуверенно переглядывались, не решаясь обнажить оружие.

– Ну вы чего?

– Чего-чего, – вдруг не сработало. Я бы для перестраховки еще и в храме привязку сделал, – ответил Раде странник.

– Да все сработало! У меня системное сообщение вылезло!

– Рада, – вкрадчиво, как ребенку, попытался объяснить Морисисус, – ты уникальная личность, мы еще не знаем, как на тебя реагирует система. Поэтому надо осторожно…

– Я себя отлично чувствую! Более того – я бессмертное существо, которое может ничего не бояться! Ай, ну вас, скучные вы какие-то, – выпалила Рада и на волне эйфории куда-то унеслась.

– Все равно – ты будь осторожнее, – запоздало крикнул ей вслед странник.

– Что это за бешеное существо? – поинтересовался у братьев Бутчер.

– Не могу тебе рассказать. Она человек, игрок, но… со своими особенностями.

– Снова боишься, что твои секреты могут мне вылезти боком? – сморщился Бутчер.

– Ага, ей вот вылезли, – кивнул Найд на Раду, которая по крутой лестнице карабкалась на замковую стену, – и боюсь, еще многим вылезут, если мы Змея не остановим. Тебе Мор уже рассказал, чем наш поход закончился?

– Первым делом, как возродился, – кивнул Бутчер, – да и Литарь с Танарой доложились, как вас позорно размотали.

– Не позорно размотали, а подло напали превосходящими силами, – уточнил Найд, – но проблема не в этом. Милена идет на Плато Равновесия восстанавливать алтарь Змея.

– Это забытый бог, с которым вы рассориться умудрились?

– Это не просто забытый, он злопамятный. Станет верховным божеством и одним плевком сотрет наш замок, – обрисовал глубину проблемы, в которую они вляпались, Найд.

– Божественная власть не совсем так работает, но да – как только он получит власть, Ордену придется не сладко, – подтвердил слова странника Морисиус.

– И что нам делать? – спросил у братьев Бутчер.

– Опередить. Попасть на Плато Равновесия первыми.

– И где там их искать? – усомнился Бутчер.

– Они пойдут в самый центр Плато, к Тронной Горе. Именно на ее вершине и надо будет воздвигнуть алтарь. Горка там на самом деле небольшая, так холмик с плоской вершиной. Вот там мы их и перехватим, – вновь блеснул познаниями в географии Четырехземья Морисиус.

– Решено, поднимай людей, Бутчер.

Но мечник трубить общий сбор не торопился.

– Без подготовки наша экспедиция обречена на провал. Реальных бойцов с высокими навыками, которые смогут выжить на Плато у нас максимум человек пять наберется.

– Да чего на этом Плато такого страшного? – недоумевал странник.

– Во-первых, стражи. Чтобы всякая мелюзга на Плато не лезла, ее границы стерегут колоссы, пареньки такие под три метра ростом с торсом из стали и бронзовыми конечностями. Магические атаки на них почти не действуют, а ударом кулака они проламывают любой щит.

– Неприятные ребята, – качнул головой Найд, – а если на пегасе или на корабле туда залететь?

– Не получится, любое животное или корабль колоссы собьют огнешаром. Само Плато кишит монстрами, которые мирно уживаются друг с дружкой, но людей считают за деликатес. У Тронной Горы свои стражи – атланты. Те еще выше и здоровее. Рук у них четыре и сделаны они из квадриума.

– Вот одного бы такого завалить, – глаза Бутчера засветились жаждой неуемной наживы.

– А больше одного никто и не убивал, да и то его валили целой армией, – охладил пыл мечника Морисиус.

– О чем я и говорю, нам надо как следует подготовиться перед походом.

– Только надо торопиться, Милена со Змеем уже выступили в поход. Бутчер – нам надо зафрахтовать большой корабль. Также займись подготовкой припасов в дорогу. Набери побольше зелий исцеления, мы не можем себе позволить терять людей. Закажи еще тридцать комплектов доспехов и оружия – я займусь набором и обучением новых братьев Ордена. Будем брать не только качеством бойцов, а еще и их количеством. Морисиус начинай готовить самый быстрый и безопасный маршрут.

– Казну всю спустим, – прикинул в уме уровень предстоящих затрат Бутчер, – по миру пойдем.

– Завалим атланта, отобьем затраты, – оптимистично заявил Найд, – тренировки тоже надо будет изменить. Закажем трехметровых големов и будем отрабатывать их атаку группами. Жриц тоже надо будет на новую тактику натаскать. Кстати! Возглавит этот корпус медицинской помощи Рада!

Морисиус с явным сомнением посмотрел на брата.

– Она нормальная, – начал выгораживать жрицу Найд, – у нее просто травма. А так она очень ответственная…

– Уиии! – раздался радостный вопль над их головами.

Найд задрал голову и увидел, как на них летит прыгнувшая со стены жрица. Рада грохнулась буквально в нескольких метрах от изумленных мужчин.

– Эээ… – прокомментировал краткий полет жрицы Морисиус.

– И здравомыслящая, – закончил свою мысль странник, – сейчас только переживет сложный этап в жизни и все с ней будет в порядке.

– Если воскреснет, – пожал плечами Бутчер.

Рада воскресла на капище, как обычный игрок. Она не потеряла воспоминания за последние сутки и сразу же включилась в работу. Из лидеров Ордена Гнева только Бутчер мог выходить в реальную жизнь. Но сначала он выходил только для того, чтобы выспаться, а потом и вовсе перестал появляться в реале. Странник тоже был загружен работой по самые брови. Сначала он, используя свой «детектор лжи», отобрал тридцать кадетов. Чтобы не создавать ажиотажа и не поднимать волну нежелательных слухов, им было сказано, что Орден Гнева готовит вылазку на территорию бывшей Пелены за редчайшими ресурсами.

Занятия кадетов и братьев Ордена странник проводил с использованием новой тактики. Пока тяжеловооруженные «зверобои» отвлекали внимание гиганта на себя, легкие «гончие» осыпали его стрелами. «Зверобоев» учили не блокировать удары, а уворачиваться от них. Тренировали набрасывать арканы на голову и плечи колоссов, подрубать и опутывать им ноги. Выматывался Найд так, что один раз даже уснул в конюшне, придя туда, чтобы прогулять Верного перед сном. Пегас мордой аккуратно откатил своего хозяина на подстилку и всю ночь охранял его сон, отгоняя гонцов с всякими неотложными делами.

Через неделю этой адовой гонки странник был уже согласен на то, чтобы Змей на пару с Миленой захватили все это чертово Четырехземье, оставив ему лишь клочок земли два на два метра, чтобы он смог выспаться.

– Все, что могло быть сделано – сделано. На остальное надо гораздо больше времени, – доложился в штабе Бутчер.

– Если выступать, то сейчас, – согласился с ним Морисиус.

– Мои девочки готовы, – Рада вымуштровала жриц Воздуха не хуже легионеров. Они разве что строевой шаг не печатали.

Правда девушка выболтала своему «женскому батальону» реальную цель их путешествия. Что, как ни странно, принесло неожиданные плоды – прознав, что Змей собирается стать верховным божеством, Первожрец выделил отряд из двадцати храмовых бойцов, чтобы помешать этому.

– Выходим сегодня вечером. Идем все, замок остаются охранять криссалиды, – Найду казалось, что еще несколько дней, и они будут по-настоящему готовы. Но его советники были правы, надо торопиться, может быть Милена уже кладет последний кирпич в стену святилища Скрытого-В-Тени.

– Построю народ на площади, – сказал Бутчер, вставая со своего места, – надо объявить о том, куда мы на самом деле собираемся. Ну и толкнуть воодушевляющую речь.

У странника в усталую голову лезли всякие глупости типа «очистим землю от скверны темных веков» и «до последней капли вражьей крови». Но внезапно появившееся перед его глазами системное сообщение избавило его от необходимости выдумывать что-нибудь более толковое.

Критическая ошибка системы! Критическая ошибка системы!

Внимание, настройки капсулы изменены удаленно!

Судя по удивленным глазам Бутчера и Морисиуса, у них тоже выскочило это сообщение.

– Люди, с вами все в порядке? У вас лица чего-то перекосило в разные стороны, – Рада не поняла, что произошло с ее товарищами. Вот кому хорошо – нет тела, нет проблемы!

– Вы тоже это видели? – удивленно спросил Морисисус.

– Видели-видели. По рукам этим админам надавать надо, я столько времени угрохал, настраивая капсулу, теперь блин все по новой. Ого! – покопавшись в настройках, воскликнул Бутчер, – у меня уровень ощущений на сто процентов прыгнул. У вас такая же ерунда?

Найд быстро зашел в меню и проверил. Полное разочарование, как было триста процентов от нормы, так и осталось.

– Странно, у меня тоже чувствительность в игре подпрыгнула, – Морисиус проверил свои настройки, – но ведь такого не может быть… если только…

На лице Морисиуса появился ужас, но договорить ему помешало еще одна весточка от системы.

В связи с нарушением работы ядра системы игра будет приостановлена, просим всех игроков…

Сообщение мигнуло и пропало. Даже Найду, несмотря на невозможность выхода из игры, вдруг сильно захотелось ее покинуть.

– У вас все хорошо? – Бутчер обеспокоено смотрел на братьев, – ничего не чувствуете? У меня сейчас чуть инфаркт не случился. Выйду из игры, позвоню в NextLife и такое им устрою!

– Они здесь ни при чем, – упавшим голосом произнес Морисиус.