Игра на нервах. Том 1

Пролог

Скачивание доступно только для подписчиков

Аудиоверсия книги доступна здесь - https://author.today/audiobook/250502

Возможно Лес Шепота самое тихое место в Четырехземье. Тишина здесь не такая звенящая как в ледяной пустыне Фрозентана, и не такая мертвая как в кратере Спящего Отца. В этом древнем лесу не слышно щебетания птиц или рева призывающего самку лося. Нераскрытая тайна Леса Шепота заключается в том, что здесь нет ни птиц, ни зверей и даже насекомые избегают залетать сюда. Лишь только листья вековых деревьев что-то шепчут друг другу, ловя малейший ветерок. Наверное, боги создали этот лес для себя, как место для размышлений и отдыха.

Морисиcус-странник, «Мифы и легенды Четырехземья»

Доподлинно неизвестно посещают ли боги Лес Шепота, но сегодня в самом его сердце, у дороги петляющей меж стволов, которые можно обхватить лишь втроем, затаились два гостя мало напоминающих богов. Скрывшись у развилки трех дорог, за поросшим зеленым мхом и серым лишайником огромным дорожным камнем, сидел на корточках высокий и широкоплечий маг земли. На его голову была нахлобучена широкополая темно-зеленая шляпа изо льна, в тулью которой была воткнута засохшая веточка омелы. Маг развернул зеленую хламиду и с удовольствием грел свою спину о камень, напитавшийся теплом солнца за длинный летний день. Он выглядел расслабленным и счастливым котом, пробегавшим всю ночь по соседским кошечкам, а под утро вылакавшим полную крынку сметаны.

Воин, вышагивающий перед магом, наоборот смотрелся взвинченным и раздраженным. Он то затягивал ремни нагрудника потуже, то снова отпускал их. То дергал за ручку огромной двуручной секиры, висящей за спиной, проверяя, легко ли выходит оружие из удерживающих его колец.

– Перестань дергаться. Тебе показалось, – приоткрывая глаз и глядя на метания воина, произнес маг.

– Я тебе говорю, за нами сюда кто-то шел. Я видел тень, – воин вытащил секиру и крест-накрест рубанул ею воздух.

Маг закрыл глаз, заурчал и потянулся.

– У тебя паранойя. Меньше читай всякий бред на форумах – нервы целее будут.

– Но я видел…

– Видел – пойди и проверь!

– Я не следопыт и не охотник. Я Его не найду.

– Нет никакого Его! Это выдумки и красивые легенды, чтобы пугать школоту. Их разработчики придумали, чтобы грабителей и ПКшеров в игре поменьше было, – расслабленно отмахнулся от воина маг.

Воин снова взялся за секиру, оружие в руках его успокаивало и дарило чувство безопасности.

– Я на форуме читал, что Его последний раз видели в этом лесу, – продолжал упорствовать воин.

– А мне сейчас сообщение скинули, что обоз уже вышел. Три купца и два стражника не выше тридцатого уровня. Через нашу развилку проедут через два часа. Покрошишь их в мелкий салат, раскроишь пару черепов, и настроение у тебя улучшится. А еще больше оно улучшиться, когда ты увидишь нашу добычу. Пять-шесть тысяч серебром возьмем, не меньше.

Маг был уверен, что ограбление обоза пройдет как по маслу. У охраны был всего тридцатый уровень. Против слаженной связки воина пятьдесят шестого и мага пятьдесят третьего уровней у караванщиков не было ни единого шанса. Особенно если заранее подготовиться. Маг встал, потянулся и небрежной походкой направился к развилке, легко раскручивая в руке небольшой деревянный жезл. Он остановился у края дороги, зажал жезл обоими ладонями и поднял его высоко над головой. Губы мага быстро задвигались, шепча заклинание, после чего он резко опустил руку с жезлом, направив его на дорогу.

Слой дорожной пыли вскипел и пошел бурунами. Толстый слой пыли на глазах превратился в коричневую жижу.

– Ну и зачем ты это делаешь? Мы и так без проблем справимся с этим отрядом, – проворчал подошедший к магу воин.

– Люблю выигрывать с запасом. Победа по очкам это для слабаков, а мне нужен нокаут.

Маг глубоко вздохнул, поднял жезл и снова наложил на участок дороги, лежащий перед ним заклинание «Зыбучей трясины». Создатели Четырехземья сделали этот мир максимально приближенным к реальности, когда действие заклинания пройдет, трясина покроется засохшей коркой, но под ней все равно останется жидкая жижа, в которой тяжеловооруженный воин завязнет по щиколотку. После десятка наложенных подряд заклинаний почва размягчится настолько, что конь провалится в такую трясину по брюхо. Маг готовил подъезжающему конвою знатную ловушку и щедро вкачивал в нее ману.

Воин смотрел на действия мага с неодобрением. Когда обоз появится, маг бросит заклинание прямо под телегу и копыта лошадей и добрая битва превратиться в бойню. Воину останется только снести головы безнадежно застрявшим людям.

Тишина, царящая в Лесу Шепота, сыграла воину на руку. Он услышал, как позади него тихо тренькнула тетива и отправившаяся в полет стрела со свистом рассекла воздух. Текучим и единым движением воин сорвал со спины секиру и одновременно начал разворачиваться навстречу неизвестному врагу. И не успел, стрела, звякнув и пробив кольчугу, вошла точно в щель между панцирем и наплечником.

– Твою мать! Крит! – завопил воин, полоска здоровья которого просела на четверть. Он, рыча от боли, попытался выдернуть стрелу, но клееное древко обломилось, оставив наконечник в его теле. Воин бросил взгляд на оперение, среди подрезанных белых перьев торчало одно алое, добытое из грудки птицы-кардинала. Это Его стрела!

До мага еще только начало доходить, что пока они расставляли свою ловушку, кто-то подкараулил их самих.

– Ищи ублюдка! – прорычал воин, вглядываясь в безмятежную стену деревьев.

– У меня мана на нуле! – от невозмутимой вальяжности мага не осталось и следа, он нервно покопался в поясной сумке и выудил оттуда синий хрустальный фиал. Но только он поднес его ко рту, снова раздался шелест стрелы. Но этот раз она вошла точно в смотровую щель на шлеме воина. Из-под шлема брызнул алый кровавый фонтанчик, воин взвыл.

– Опять крит! Да я еще и на один глаз ослеп!

– Он там! – махнул маг, указывая направление, – оттуда стрелял! Рашь его, я на поддержке!

Воин, раскручивая на ходу секиру, тяжеловесно тронулся с места, как паровоз, набирая скорость и обороты. Он бежал к группе из трех деревьев, поросшей высокими кустами, дававшими идеальное укрытие для лучника.

– Дави, я тебя отлечивать начинаю! – прокричал маг в спину воину.

К воину начала возвращаться уверенность. Связка воин-маг с лучником, каким бы он крутым не был, справлялась легко. Главное сейчас быстро сократить дистанцию до стрелка, пусть даже и добежав до него полумертвым. Маг Земли способен быстро подлечить воина и накидать на него баффов и благословлений. И тогда посмотрим, как лучник отмашется от злющего бугая с секирой.

Но лучник не собирался давать им возможность поработать в паре, свист от вспарывающих воздух стрел слился в непрерывный гул – лучник пускал стрелу, когда к цели уже неслись три. Неизвестному стрелку больше не надо было выцеливать уязвимые точки в доспехе, так как маг доспехов не носил. Воин на мгновение обернулся и сильно удивился тому, как всего за пару секунд изменился его товарищ. Он больше напоминал не довольного кота, а ежа, собирающегося завернуть ласты. Сыпавшиеся сплошным потоком стрелы не давали магу закончить каст, а его жизнь утекала как вода из дуршлага.

Больше рассчитывать на своего напарника воин не мог, поэтому он прямо на бегу наложил на себя заклинание «Яростный рывок», которое превратило его шаги в прыжки по три метра. Вот! Он уже видел силуэт скрывавшегося за кустами лучника. Еще один шаг и он бешеным натиском снесет наглеца, втопчет в землю, порубит своей страшной секирой на мелкие куски.

Лучник резко вскинул и опустил руку и навстречу воину полетел кинжал, своей формой напоминающий лунный серп и сиявший таким же молочно-белым светом. Кинжал полоснул ногу воина чуть повыше наколенника и тот сбился со своего боевого ритма. Нога его подломилась, и воин прокатился по земле кубарем. Воин, с руганью выплюнул забившую его рот пыль, грузно поднялся на ноги и увидел, как лучник накладывает на лук сразу три стрелы. И в следующую секунду все три залетели в смотровую щель шлема воина.

Получен критический урон!

Получен критический урон!

Получен критический урон!

Три крита подряд выбили из воина остаток жизни. Он завалился на спину и больше не шевелился.

В Лесу Шепота опять воцарилась тишина, тела воина и мага медленно таяли, рассыпались невесомым прахом, который тут же разносил легкий ветерок, заставлявший шептаться листья вековых зеленых великанов.

Глава 1

Амони – самый прекрасный город во всей Борее, а может быть и во всем Четырехземье. Есть города больше, внушительнее и роскошнее. Но второго города, где красота скользит в каждом изразцовом кирпичике стен, где можно часами любоваться изящными шпилями, венчающими каждое здание в Амони, я не встречал за более чем тридцать лет моих путешествий. Люди Воздуха стремятся ввысь, земная твердь их отталкивает и если бы это не стоило колоссальных затрат магической энергии, то они бы возводили свои города прямо на облаках. Но архимаги города на ману все-таки не поскупились. По утрам в Амони в воздухе парят тысячи радуг, от небольших длинной в несколько локтей, до огромных, пересекающих город из конца в конец. Ночами же воздух города наполнен мириадами светящихся огоньков, которые превращают ночную тьму в приятный глазу полумрак.

Морисисус-странник, «Мифы и легенды Четырехземья»

– Круто! Скажи же, ну круто ведь! – размахивала боевым цепом девушка в коротком линотораксе, расшитом серебристыми чешуйками.

Шипастый набалдашник цепа проносился в нескольких сантиметрах возле носа мечника с ником Артур Бедоносец. Артур восторгов девушки не разделял, для него вся прелесть этого мира скрывалась в остро оточенных, покрытых замысловатой гравировкой клинках. Мечах, саблях, кинжалах, палашах, да и просто ножах. А вот цепы у Артура ассоциировались с крестьянами и молотьбой пшеницы. Не было в этом оружии налета элитарности и аристократичности. Хотя именно этому цепу надо отдать должное, выглядел он великолепно. Инкрустированная костью рукоятка цепа заканчивалась массивным золоченным навершием, благодаря которому, цеп можно было использовать как палицу в ближнем бою. С другой стороны к рукояти крепилась цепь из небольших звеньев, сплетенных в один жгут. Звенья выглядели невесомыми и хрупкими, но Артур знал, что они откованы из штормовой стали и за счет своего хитрого плетения спокойно могут использоваться как ошейник для средних размеров дракона.

Грузик цепа был также выкован из штормовой стали, по его поверхности разбегались ветвистые следы от ударов миниатюрных молний, которые использовались при закалке металла. В грузик цепа были вкручены семь устрашающего вида шипов, способных пробить даже латный доспех и пощекотать его владельца или проломить череп вместе со шлемом.

Но в глаза заявить девушке, что ее оружие его не впечатляет, мечник не мог. Во-первых, этот цеп стоил больше, чем вся экипировка Артура. Да что там говорить – оружие девушки стоило больше в реальных деньгах, чем сам Артур, если его разобрать на органы и выгодно их продать. Во-вторых, девушка в линотораксе не была его подружкой или знакомой, она была его нанимателем. Артур Бедоносец был как бы ее телохранителем. Почему как бы? Да потому, что город Амони был стартовой локацией, песочницей для «малышни» и здесь игрокам практически ничего не грозило. Причем песочницей непростой, сюда попадали только те, кто имел бриллиантовый аккаунт, самый дорогой аккаунт в игре. И понятно, что администрация игры с таких игроков не то, что пылинки сдувала, она была готова пылесосить их с утра до ночи и с ночи до утра без перерыва на сон и обед. Смешно сказать, в Амони даже улицы были вымощены воздушным камнем, пористыми, похожими на твердый поролон, булыжниками. Об которые невозможно было удариться даже грохнувшись с третьего этажа.

Да и сама девушка была защищена не хуже танка, ведь ее простенький на вид линоторакс стоил как неплохой спорткар. На каждой нашитой на него чешуйке была выгравирована руна, дававшая небольшой иммунитет к различным типам урона. Небольшой то небольшой, но чуек было много, в итоге доспех давал серьезную защиту, как и от магического урона всех четырех стихий, так и от урона физического. Артур как защитник ей был не нужен, люди ее социального уровня просто привыкли постоянно иметь возле себя слуг. В детстве их окружают няньки и гувернантки, а как подрастут, они шагу не могут шагнуть без личных водителей и секретарей. Вот и таскается Артур за девушкой, просто подчеркивая ее социальный статус.

– Артур, – протянула девушка, выводя мечника из задумчивости, – ну как тебе игрушка?

– Классная штука, – с готовностью ответил он, – и хорошо, что масштабируемая. До какого уровня с ним дойдешь? До сотого?

– Минимум до двухсотого. Мало того, что этот цеп масштабируется, так у него еще и слоты под расширения есть. Четыре еще свободны, а в один я вставила лазурит. Теперь молнией бабахать могу, заряда на пять ударов хватает, – похвасталась девушка и продемонстрировала рукоятку цепа с вставленным в нее сине-фиолетовым камнем.

– Пробовала уже?

– Неа, сейчас и испытаем, – девушка, вытянувшись в струнку, подняла цеп, а мечник невольно залюбовался ее фигуркой.

Нет, в фэнтезийном мире Четырехземья хватало красивых девиц, вернее почти все они здесь были красивыми. Но Милена была еще и фантастически естественной и что самое важное – почти не отличалась от себя реальной. Артур ее видел в реальном мире, в офисе ее отца, когда подписывал контракт. Да-да, контракт на сопровождение Милены в игре был составлен на сорока страницах и подписан на бумаге! В присутствии трех адвокатов! А офис отца Милены вообще произвел на Артура угнетающее состояние. Под давлением всей этой роскоши Артур почувствовал себя даже не земляным червяком, а каким-то беполезным микроорганизмом.

– Блииин! Не получается!Молния по площади не работает, нужна цель, – расстроено сказала Милена, – а давай я на тебе поэкспериментирую? Принимай дуэль!

Артур сморщился. Уровень его ощущений в игре был выставлен на стандартные тридцать процентов, а тридцать процентов боли от попадания молнии это удовольствие сомнительное. Уровень ощущений можно было уменьшить до пяти процентов, но тогда очки получаемого опыта резались чуть ли не в половину. Разработчики как-бы намекали – хочешь жить красиво и быстро расти по уровням, терпи.

Недовольное лицо мечника девушка поняла по-своему. Черты ее лица моментально заострились и стали злыми. Она раздраженно перекинула свою толстенную косу цвета вороного крыла с одного плеча на другое.

– По контракту ты должен мне оказывать полное содействие и если я говорю, что я хочу испытать на тебе молнию, ты должен спросить сколько раз!

Артур ехидно усмехнулся.

– А также я должен давать тебе полезные советы. Полезный совет номер один – я выбрал класс Воина Грозы и на твою молнию у меня иммунитет. Не полный, конечно, но твое электричество меня только пощекочет.

Создавалось впечатление, что разряды молний забили из глаз Милены, девушка из высшего общества не привыкла, чтобы что-то происходило не так, как она задумала.

– Ладно! Пошли, найдем мне какого-нибудь лузера для дуэли, – сказала девушка, резко развернулась и направилась прочь из сквера, где она решила потренироваться с боевым цепом.

Артур недовольно качнул головой – нормальной тренировкой десятиминутное махание оружием назвать было нельзя. Четырехземье было миром реалистичным, воин, взявший новый тип оружия в руки, должен был к нему привыкать минимум пару-тройку тренировочных схваток. Видимо Милена рассчитывала на свой дорогой даже по меркам «бриллиантового» города «обвес». И на свой опыт – Артур знал, что новичком в игре Милена не была. Она ушла на реролл, удалив мага сто восьмидесятого уровня. Девочке, видишь ли, надоело отсиживаться за спинами соратников и захотелось самой хлебнуть экшена с адреналином. Прошлого персонажа она удалила, а не продала и все ради того, чтобы сохранить уникальный ник. Она ведь не Милена3789 или Милена_Красивые_Глазки. А просто Милена, как и в жизни. Один такой ник стоил целого состояния.

С мыслями о богатеньких избалованных папенькиных дочках, Артур направился вслед за Миленой к выходу из сквера. Какой черт занес в сквер бесцельно бродящего по городу Найденыша, Артур не знал. Найденыш, был местным дурачком НПС, с которым было связано несколько городских легенд. Некоторые игроки дурачка от всей души ненавидели за то, что этот непись мог перехватывать задания от других НПС. Не хватает тебе, к примеру, всего каких жалких десяти очков до следующего уровня и бежишь ты к матушке Руте, чтобы взять у нее записку и отнести на другой конец города ее престарелой сестре. И вот ты в паре шагов от дома Руты и уже видишь старушку, сидящую на завалинке. Твои ладошки вспотели в предвкушении того, что к ним уже почти прилипли халявные очки опыта. И тут возле старушки нарисовывается Найденыш и за пару яблок соглашается отнести записку. Счастливый дурачок с запиской убегает, а вслед ему несутся проклятия от игрока, ведь этот квест обновляется не чаще раза в час.

Другая половина игроков считала, что дурачок приносит удачу. В духе – дашь ему пару пирожков и получишь плюс к карме. Артур их мнения не разделял и думал, что разработчики добавили этот персонаж для живости локации и для бодрости, чтобы новички клювом не щелкали, когда квесты брали. Нескладного тощего паренька заметила и Милена.

– Эй! Найденыш, да? Иди сюда, я тебе монетку дам, – Милена достала из кармана серебрушку и ловко подкинула на ладони. На конопатом лице дурачка появилась мечтательная улыбка и он радостно хлопая глазами, направился к Милене.

В чем-чем, а в благотворительности или суеверности Милена замечена еще ни разу не была, и Артур такой щедрости удивился. Вручив одетому в лохмотья пареньку монетку, девушка потянула из-за спины свою обновку и, прежде чем Артур что-либо понял, она призвала молнию. С навершия рукояти сорвалась ярко-голубая ветвистая молния и ударила в Найденыша. Следом за ней по ушам врезал гром, но его заглушил крик. Крик нечеловеческой боли.

Паренек рухнул на колени, лохмотья на нем обуглились и дымились, а рот перекосило от крика. В серых глазах Найденыша метался ужас, он не понимал, за что эта красивая и добрая девушка вдруг решила причинить ему нечеловеческие страдания. Милена на первом проведенном опыте решила не останавливаться.

– Ого! Гляди – больше трети жизни сняло! Сильная штука, – зашлась от восторга девушка, снова вскинула руки и призвала еще одну молнию.

Парень уже не кричал, он выл и сипел от жуткой невыносимой боли. Артуру хотелось зажать уши. Он привык, что в Четырехземье враг рычит, проклинает тебя, брызжет слюной от ярости. Но не надсадно кричит, как ребенок от жутких страданий.

– Стой! Ты не видишь – ему же больно! – мечник сам не ожидал от себя такого взрыва сострадания, но паренек выглядел просто кошмарно. Его кожа покрылась огромными ожогами и волдырями, а местами и вовсе обуглилась.

– Да не смеши, – отмахнулась от него Милена, – это всего лишь анимация и спецэффекты.

Девушка снова подняла цеп, но Артур выхватил свой клинок и плашмя ударил им по оружию Милены, едва его не выбив из ее рук. Глаза Милены резко сузились, ее лицо стало похоже на морду разозленной пантеры.

– Если ты его убьешь, репутация с жителями Амони у нас рухнет. А нам здесь еще по три уровня взять надо, – попытался достучаться до разума девушки Артур.

– Ладно-ладно, – отступила девушка, – убедил. Но больше никогда, слышишь – никогда не смей поднимать на меня меч! Усек?! Проблемы у тебя не только в игре начнутся!

Артур, не говоря ни слова, убрал меч в ножны и понурил голову. За каким лешим он вообще тут из себя спасителя дурачков решил разыграть? Не Милена, так ее папочка вполне ему могут веселую жизнь в реале устроить. Глядя на Артура девушка ухмыльнулась – слуга осознал свое место и дополнительной порке не нуждается. Хотя кое-что продемонстрировать ему еще необходимо.

Громыхнула третья молния, ударившая свернувшегося в калачик и тихо поскуливавшего Найденыша. Паренек взвыл, заметался и затих.

– И думать, как и где мы будем брать три уровня, тебе тоже не надо. Вообще не думай, а просто делай, что я тебе скажу, – Милена обернулась и пошла к выходу, а Артур задержался на секунду, глядя на кучку пепла, оставшуюся от городского дурачка.

Возрождение персонажей у НПС и игроков проходило по разному. Игроки возвращались к жизни на окраине города, на большом плоском валуне, стоявшим в центре заброшенного воинского капища ровно через тридцать секунд после своей гибели. НПС же возрождались раз в сутки в центральном храме города. В полночь открывались створки дверей этого величественного здания, как крыше которого, расправив крылья, рвалась в небо отлитая из серебра гигантская птица Рух. Из дверей, под заунывное пение выхолодили погибшие за этот день НПС. Их ждали родные и близкие со счастливыми улыбками на лицах и с бумажными фонариками, внутри которых горели свечи. Как только они видели выходящего родича из храма, они выпускали фонарик в небо, благодаря Великую Птицу, Мать Всех Бурь, что она возродила близкого им человека. Сами возрожденные тоже выглядели счастливыми, ведь выходя из храма, они забыли все, что случилось с ними за сутки до смерти. Поэтому НПС не искали мести, не чувствовали злобы и не помнили ничего про свои предсмертные страдания.

Но зверски убитый Миленой Найденыш почему-то появился не в храме, для него никто не пел песнь возвращения и победы жизни над смертью. Еще дрожащий от дикой боли и унижения паренек пришел в себя на плоском валуне. Он с удивлением оглянулся и увидел вокруг себя покосившийся частокол капища. Память паренька тоже сохранила весь ужас его убийства, да и в нем самом что-то разительно переменилось. Найденыш жил как в вязком, непрекращающемся тумане, его мысли обычно витали только вокруг того, чего бы раздобыть на ужин и как бы пробраться на чей-нибудь сеновал, чтобы переночевать с относительным комфортом. Но он никогда не думал…

«Кто я?!» – неожиданно обожгла его мозг мысль. Боль от этой мысли резала, выворачивала внутренности, тараном лупила по его разуму. «Кто я? Кто я? Да, господи, кто же я такой?». Зажав голову руками, паренек упал на колени и прижал готовую разорваться на части голову к камню. Пытка не прекращалась, первая прорвавшаяся в его мозг мысль была семечком, из которого начало разрастаться целое дерево вопросов. «Где я?», «Что со мной происходит?» и самый ужасающий – «Что мне делать?». Проснувшийся разум паренька шептал ему, что просто валяться на камне и рыдать от жалости к себе нерационально. Спина Найденыша покрылась холодным потом – что такое нерационально?! Что это за слово? Разум разъяснил ему значение этого слова.

Добила бывшего дурачка надпись, появившаяся из воздуха прямо перед его лицом. Набросанная вычурным шрифтом с многочисленными завитушками она гласила:

Поздравляем! Вы получили достижение «Мученик 1-го уровня». Вы получаете +2 к Выносливости.

У парня от удивления глаза вылезли из орбит, а надпись мигнула и исчезла. На ее месте появилась новая:

Внимание! У вас есть нераспределенные очки характеристик!

Парень прочитал… Что?! Он умеет читать? Он, которому приходилось по три раза втолковывать самые простейшие задания типа «пойди и принеси»! Даже мудрая матушка Рута, которая была в тысячу раз умнее Найденыша, грамоте была не обучена. Сообщение, висящее в воздухе, мигнуло и пропало, а вот ответ на вопрос, что же ему теперь делать в голове Найденыша не появился. Хотя не зря же он вспомнил про матушку Руту. Она всегда была добра к Найденышу, кормила вкусными пирожками и подсовывала ношенную, но все еще добротную одежку своего старшего сына.

Паренек пристал с камня, собираясь отправиться к домику Руты, но вдруг понял, что та вряд ли поверит, его рассказам про внезапно проснувшееся сознание и мелькающие перед глазами непонятные надписи. Но разум опять подкинул Найденышу подсказку – если он не будет как обычно мямлить и мычать что-то нечленораздельное, а доходчиво и аргументированно ей все расскажет, то матушка Рута обязательно ему поверит. Что?! Аргументированно?! Это что еще за слово-то?! На лице паренька отразилось отчаяние, а рассудок услужливо подсказал ему значение и этого слова.

Глава 2

Найденыш шел по Амони и не узнавал города, в котором как ему казалось, он прожил всю жизнь. Нет, он не заблудился, он знал куда идти, но у паренька захватывало дух от окружающей его красоты. Как он мог всего этого не видеть раньше!

Проходил Найденыш не центральную часть Амони, где проживали богатые горожане, соревновавшиеся друг с другом в роскоши домов, а по Кварталу Иглы и Молота, где в основном проживали ремесленники. Но и здесь Найденыш остановился, открыв рот и глядя на кузнечную мастерскую, выложенную из красного обожженного кирпича. Она напоминала формой перевернутый верх ногами кувшин для масла, с узким носиком и широким дном. На плоской крыше кузни торчал целый частокол труб, из которых то и дело вылетали снопы искр, расцвечивая сереющее вечернее небо всполохами фейерверков. Но Найденыш не чувствовал запаха дыма или гари – магия Воздуха, раздувавшая огонь в горнах кузницы, также уносила дым на большую высоту и в сторону от города. Неприятные запахи не должны щекотать ноздри жителей славного города Амони. Не пахло даже у кожевенных мастерских, со всех сторон обставленных большими круглыми чанами, хотя в других городах от запаха кожевенников мухи на лету мерли. Или даже воробьи.

Для Найденыша открылся новый мир. Вон поскрипывает вывеска в виде сапога над мастерской сапожника. Парень сотню раз под ней проходил, а скрипа не слышал. Видел, но не замечал, что окна в доме стеклодувов не плоские, они выпячиваются наружу круглыми радужными пузырями. Слышал, но не осознавал, что перекликающиеся удары молотов в кузне звучат, как музыка железа и стали. Он бы так и ходил по городу до утра, впитывая в себя звуки, цвета и запахи. Но ноги сами вынесли Найденыша к домику матушки Руты.

Создавалось впечатление, что сидевшая на лавочке перед домом старушка в длинном коричневом платье и белом чепчике дремлет. Но когда Найденыш подошел ближе, матушка Рута открыла глаза, потянулась и поприветствовала его:

– О! Явился! И где тебя ветра носили? Забыл, что ты обещал мне мешки с мукой помочь переставить?

Та часть Найденыша, которая жила в сером тумане до убийства помнила, что матушка Рута ворчала не от злобности натуры, а просто по привычке. Найденыш и правда, частенько забывал про данные им обещания.

– Здравствуй, матушка. Прости, опять забыл, – Найденыш развел руками, изображая чистосердечное раскаяние.

Старушка поднялась с лавочки и распрямила натруженную за день спину.

– Ну чего уж там, главное ты здесь. Пошли делом займемся.

– Погоди. Я хотел спросить… кто я?

Матушка Рута от неожиданности осела на лавку. Потом подозрительно поглядела на паренька.

– Опять Шмульт тебя сливянкой угостил?! Встречу, уши старому дураку откручу!

Найденыш вспомнил, что отставной ветеран городской стражи Шмульт, действительно как-то угостил его своим крепким пойлом. Старик Шмульт участвовал в войне против духарей, попал в окружение и был поднят на копья этими злобными карликами. Но выжил и за проявленную храбрость получил в награду от бургомистра щит с именной гравировкой. Шмульт повесил этот щит над стойкой в своей корчме и, подливая посетителям сливянки собственного приготовления, брызгал слюной от ненависти к духарям и рассказывал о своих ратных подвигах. Наливка у Шмульта была превосходная, приятно греющая горло и сильно бьющая в голову, но по сотому разу выслушивать стариковские россказни желающих находилось мало. Поэтому Шмульт решил найти благодарного слушателя в лице Найденыша и подпоил дурачка. Наутро Найденыш проснулся в городском остроге – смирному дурачку наливка ударила в голову, и в каждом прохожем ему мерещился подлый духарь, которого надо было непременно поколотить палкой. Найденыша кое-как скрутили три городских стражника, а Шмульту бургомистр намекнул, что боевые заслуги перед городом это хорошо, но надо и голову иметь на плечах. В конце концов, старому ветерану не шестопером по голове заехали, а всего лишь печень в двух местах проткнули.

Найденыш обычно стеснялся этой истории, но сейчас он с удивлением заметил, что она вызывает у него улыбку. Он отрицательно покачал головой.

– Нет, матушка Рута, я не был у Шмульта. Меня… убили.

Старушка в волнении прижала руку ко рту.

– Как убили? Тебе же невозможно убить, так, чтобы ты об этом помнил. Ты же исконный!

– Исконный? – настал черед удивляться Найденышу.

– Ну да, исконный. Ты, я – мы исконные. Как бы тебе объяснить, все равно не поймешь же.

– Матушка, вы попробуйте, я постараюсь.

Рута пристально посмотрела на Найденыша. Либо окончательно свихнулся дурачок, либо что-то, наконец, прояснилось в его голове. Но как такое возможно?

– Наш мир создали боги… Так, боги. Как же тебе втолковать-то, кто это такие? – призадумалась старушка.

– Я знаю, – успокоил ее Найденыш. Ведь еще секунду назад не знал, а вот произнесла слово старушка, и оно всплыло в памяти. Рута опять странно посмотрела на Найденыша, вздохнула и продолжила дальше.

– Сначала они заселили в мир нас, исконных и изначальных. Излюбленных детей своих.

– Почему излюбленных? – Найденышу было приятно слышать, что боги за что-то его любят особенно.

– Известно почему, – ухмыльнулась старушка, но осеклась. Это всем остальным известно, даже маленькому дитятке неразумному, а Найденыш он же хуже ребенка, – боги избавили нас от боли, страданий и смерти. То есть мы умираем, но только когда приходит наше время. От старости. Жили мы, не тужили и тут боги решили пошутить.

– У богов есть чувство юмора?

– Есть. Причем иногда очень глупое. Ой, да простит меня Великая Птица, – матушка Рута торопливо подняла глаза к небу, но оттуда за ее богохульство никаких кар не последовало, – но это точно не она пошутила. Это проделки черепахи водников, вот как пить дать! Это все она, образина, пустила в Четырехземье приходящих!

– Кого? – не понял, в чем провинилась какая-то там черепаха Найденыш.

– Приходящих, чтоб их всех собаки бешенные покусали! – в сердцах выругалась матушка Рута, – хотя зачем? Они и так все придурошные. Если мы живем в Четырехземье постоянно, то они тут появляются на время. Бегают, носятся, жизни не дают. На нас похожи, не отличить. Правда, если пришибешь такого, он не в Храме возродится, а на заброшенном капище. Но не будешь же каждого встречного-поперечного к богам отправлять, чтобы выяснить приходящий он или нет?

– А откуда они приходят? – в голове Найденыша не укладывался тот факт, что в мир можно приходить и потом куда-то еще и уходить. Зайти и выйти можно в комнату, в дом, но в мир?

– Из своего мира. И чего им окаянным там не сидится? Вот скажи, ты бы стал из Четырехземья куда-то бегать? Вот надо оно тебе было бы?

Найденыш прислушался к своим ощущениям. Вроде его натура против путешествий между мирами не протестовала.

– Но я… я-то, откуда взялся? – решил все-таки поставить точку в своем главном вопросе, – где мои родители? Вот у вашего сына вы есть. А я? Почему у меня их нет?

Рута, едва шепча губами, произнесла молитву птице Рух. Все-таки в голове у Найденыша что-то начало проясняться.

– А сам как думаешь? Раз Найденыш, значит, нашли мы тебя.

– Как? Где?

– На Рябом Ручье рыбачили мужики и нашли. Увидели, как ты по течению вниз лицом плывешь. Прыгнули в воду, вытащили. Ты в красный с золотом плащ был закутан. Развернули, а ты там еле живой. Побитый – жуть просто!

– А дальше что?

– На этом плаще и отнесли тебя к Эльзе Одноглазой.

– Эльза? – напряг память Найденыш, среди жителей Амони он не знал никакой Эльзы, да еще и одноглазой.

– Знахарка местная, хотя как по мне – так ведьма она настоящая, – было заметно, что матушка Рута Эльзу сильно недолюбливает, – но должно отдать ей надо, подняла она тебя на ноги. Правда колдовала страшно. Мужики рассказывали, громыхало так, что ее хижина чуть по бревнышку не раскатилась. Но вытянула тебя. Сказала, что проклятие на тебе лежало сильнейшее, даже перерождение в храме не помогло бы. Хотя мне кажется, что сбрехала. Глаз она положила на твой плащ с гербом. И на заколку от него, золотую такую, с камешками. Их за оплату своих трудов и забрала. Подлатала тебя Эльза конечно неплохо, вот только с котелком у тебя…

Рута снова запнулась. Тяжело было сказать в глаза Найденышу, что из него в итоге лечения получился натуральный идиот.

– И как я в том ручье оказался? – Найденыш сделал вид, что не обратил внимания на замешательство матушки Руты.

– Я же тебе толкую – меня там не было. Кто из рыбаков был, тоже помню плохо, как-никак больше года прошло. Да и что тебе они расскажут?

Сердце ухнуло куда-то вниз и забилось возле желудка. Все надежды узнать, как он появился в Амони и кем был раньше, становились все призрачнее.

– Хотя погоди, – матушка Рута увидела, как переменилось лицо парня, – ты же можешь стерву эту одноглазую поспрашивать. Что за чары на тебе были? Что за герб на плаще? Может, что и расскажет.

– На какой улице эта Эльза живет? – оживился Найденыш.

– Скажешь тоже – на улице. Кто эту страхолюдину в город вообще пустит? В роще она живет, за Калинийским трактом. Знаешь такой?

Найденыш не знал, он из города вообще никогда не выходил.

– Ну да, откуда тебе знать-то, – старушка повела ладонью вверх, как будто подкинув в воздух что-то.

И подкинула! Прямо перед лицом Найденыша появился небольшой голубоватый шарик, окутанный светящимся ореолом. Парень отшатнулся от него и вскрикнул.

– Тише ты, заполошный! Указующего клубка не видел ни разу что ли? А ну да. Прости.

Шарик заплясал в воздухе и сместился куда-то за спину Найденыша.

– Он всегда тебе будет указывать нужное направление, просто иди за ним. Чем ближе подойдешь к цели, тем он сильнее сияет. Как придешь к хижине Эльзы, клубок сам собой исчезнет.

– Спасибо, матушка Рута! Давайте я вам муку перенести помогу, как обещал.

– Ступай лучше, видишь – вечереет. Мне кто-нибудь другой поможет. Из этих, из приходящих. Одного у них не отнимешь – помогать просто страсть, как любят. Аж в очереди выстраиваются! Иди, говорю, по ночи лучше по тракту не шастать.

Поблагодарив еще раз матушку Руту, Найденыш отправился вслед за скользящим по воздуху голубым светящимся шариком. Он действовал на парня гипнотически, Найденыш шел за ним, не замечая ничего вокруг. Ведь указующий клубок должен не просто привести его к хижине лесной знахарки, он может привести Найденыша к его прошлому. Прошлому, в котором он не был городским дурачком.

Найденыш остановился всего лишь раз, возле массивных городских ворот. До темноты те были открыты настежь, двое стражников увлеченно играли в «Лису и гусей», передвигая фишки по доске,а третий давал указания то одному, то другому. Указующий клубок проплыл через проход в толстой городской стене и завис в воздухе, поджидая Найденыша. Но тот не мог сделать и шагу. За стенами его ожидала тайна. Тайна его личности, его происхождения. Но также оттуда глядела на паренька и неизвестность, за которой могло скрываться что угодно. Найденыш хорошо помнил, сколько боли принесла ему та жестокая девушка с черными волосами, а вдруг за стеной его ожидают еще большая боль и страдания?

– Глядите-ка, кто собрался прогуляться, – увидел нерешительно стоящего у ворот Найденыша стражник, который наблюдал за игрой своих приятелей. Те тоже подняли глаза от игральной доски.

– Пущай себе идет, насчет него распоряжений не было, – второй стражник задумался над следующим ходом и забыл о существовании Найденыша.

– Слышь, малахольный! Не суйся за ворота! Домой иди! – прикрикнул на паренька третий, – а черт, у него и дома своего нет. Может сообщить кому?

– Кому ты сообщишь? Кому он нужен? Пусть идет себе куда шел.

– Погодите-ка, – нашел себе хоть какое-то развлечение, не участвующий в игре стражник, – эй, Найденыш, покажи нам сальто, а?

– Чего пристал к пареньку?

– Да вы не видели просто! На прошлой ярмарке трюкачи всякие с акробатами выступали, по веревке прыгали, огонь глотали и колеса крутили. Этот насмотрелся и тоже решил сальто сделать! Разбежался шибко, скаканул, только ноги в воздухе мелькнули. И как приложится лбом об асфальт! Не поверите, я звезды видел, которые у него из глаз вылетели! А какой у него при этом был вид дурацкий, – заухал от смеха стражник, опираясь на древко своей глефы.

У Найденыша руки сжались от злости, костяшки на пальцах побелели.

– О! Гляди – вспомнил, – продолжил потешаться над парнем стражник, – давай, прыгай!

– Угомонись, – осадил стражника его приятель.

– Да ну хохма же! – не сдавался тот.

– Хохма была, когда ты на стене заснул и с нее сверзился. Хорошо хоть в телегу с лошадиным навозом упал. Вон и шлем помят до сих пор! – стражник с глефой смутился и покраснел, а его сотоварищ продолжил, – а вот навозом до сих пор нет-нет, да и потягивает.

Упавший со стены стражник открывал и закрывал рот, чтобы что-то возразить. Но оправдать свой навозный акробатизм ему было нечем.

– А ты ступай, куда шел, – стражник повернулся к Найденышу, – нечего тут людей смущать и от тягот службы отвлекать.

Стражники вернулись к игре, а Найденыш, наконец, принял решение. Он не знал, что ему скажет знахарка, но уже твердо решил, что больше никогда не вернется в Амони, в город, где его жалеют, ему сочувствуют и его подкармливают. Но в этом городе он навсегда останется дурачком, высекающим искры из мягких булыжников мостовой своим лбом. Осознание этой незатейливой истины помогло сделать Найденышу первый шаг за ворота. Потом еще один. Каждый шаг давался ему все легче и легче. И когда он вышел за городские ворота, он твердо решил для себя, что больше в этот город никогда не вернется.

Пригород, с его небольшими зданиями-складами, конюшнями и постоялыми дворами, промелькнул так быстро, что Найденыш его и не заметил. А вот на Калинийском тракте он снова остановился. Широкий мощеный тракт, на котором запросто могли разминуться три телеги, был прям как стрела. И окружал его пейзаж, в общем-то, очень типичный для ветреной Бореи. Справа и слева от тракта вздымалось и опускалось, шло волнами и бурунами бескрайнее море синеватой ковыль-травы. Деревья, раскиданные по травянистому морю редкими островками, все как одно были с невысокими кронами, мощными стволами и скрученными корнями, уходящими глубоко под землю. Ветра в Борее могут дуть с любой стороны и с любой силой, от легкого сквознячка до всесокрушающего урагана, но абсолютно безветренной погоды в Борее не бывает никогда.Вот и цепляются деревья к земле изо всех сил, стараясь удержаться, чтобы не быть вырванными с корнем во время следующей бури.

Найденыш замедлил шаг, его поразило открытое пространство от горизонта до горизонта. Сколько себя помнил Найденыш, его всегда окружали стены, дома, люди. А тут… но в спину его подтолкнул теплый приятный ветерок, как бы показывая, что он на верном пути и сворачивать с него не стоит. Найденыш набрал полные легкие упоительного, пахнущего степными травами воздуха и зашагал вперед по тракту.

Постоянно дующие ветры Бореи щадили только горы из твердых пород, вытачивая из известняковых и песчаных скал причудливые фигуры. Калинийский тракт проходил как раз мимо таких остатков рыжеватой скалы посеченной ветрами. Найденыш вдруг различил звуки скатывающихся камней, и непонятно каким чутьем понял – небольшой камнепад произошел не сам по себе. Нечто крупное, спрыгнув со скалы, топталось возле ее подножия, заставляя мелкие камешки и гальку скрипеть под своими ногами. Найденыш от неожиданности присел и услышал, как это крупное нечто несколько раз с шумом втянуло воздух, как бы принюхиваясь.

Память подтолкнула Найденышу воспоминание, что именно так принюхивался пес старого Шмульта, перед тем как накинуться на незнакомца и проделать несколько прорех в его штанах. Штаны, и все что под ними для Найденыша было дорого. Поэтому он не сводя глаз со скалы, за которой прятался неведомый пес, начал пятиться к группе приземистых деревьев, растущих неподалеку от тракта. Скрывшись за стволом одного из них, Найденыш смотрел на голубой огонек указующего клубка, тот манил и звал продолжить путь. Но у парня подгибались ноги лишь от одной мысли, что ему придется пройти возле скалы.

Найденыш, вытянув шею, высматривал путь, по которому он сможет обойти скалу, как вдруг услышал шорох за своей спиной. Он от неожиданности подпрыгнул на месте, развернулся и увидел перед собой трех людей, застывших в напряженных позах. Двое из них сжимали в руках оружие. Здоровяк с рыжей бородой в кольчатом доспехе прикрывался круглым щитом, держа во второй руке боевой топор. Высокий худой мужик в кожаной куртке с бахромой направил на Найденыша длинный лук. Найденыш заметил, что сразу за наконечником стрелы, смотрящей ему в грудь, к древку была привязана небольшая глиняная бутылочка. Позади этих грозных воинов стоял еще один мужчина, завернутый в серую рясу. В правой руке, воздетой к небу, он держал ветвь с зелеными листьями.

Побежать? Лучник выстрелит. Остаться на месте? Бородач изрубит его топором. Да и тип в рясе тоже не элемент пейзажа изображает, по ветке в его руке уже расползалось ядовито-зеленое свечение.

– Добрый день, – не нашел лучших слов для начала беседы Найденыш.

Бородач прищурился, разглядывая Найденыша. Потом сплюнул, опустил оружие и вперил злобный взгляд в лучника.

– Засада впереди, да? Ждут нас? Кто ждет?! Лопух слабоумный из Амони?!

Мужик в кожаной крутке опустил лук. Найденыш понял, что прямо сейчас они его убивать не собираются.

– А я знал? Я же…

Бородач не хотел прислушиваться к доводам лучника.

– Кто из нас хант? Кто из нас знать должен? Полчаса на пузе ползали, времени кучу потеряли. Лучше бы ты глаза себе купил, вместо навороченных стрел! И уши!

Тип в рясе хмыкнул, лучник покраснел до корней волос. Видимо аргументы бородача били не в бровь, а в глаз, возразить лучнику было нечего, поэтому он напустился на Найденыша.

– А ты чмо чего здесь торчишь?!

Найденыш сжался.

– Хочет и торчит! – не унимался бородач, – солнце он тебе не закрывает! Все, закончили прения, айда уже отсюда.

Потеряв к пареньку интерес, троица начала выбираться на тракт. Лишь только лучник обернулся и бросил полный ненависти взгляд на причину своего позора.

– Стойте! – крикнул Найденыш, увидев, что воинственная троица собирается идти по тракту в сторону подозрительной скалы.

– Чего тебе? – повернулся бородач.

– Там, – Найденыш указал на скалу, – там что-то большое.

– Ну да. Скала. Они обычно все большие.

– Да нет. За нею что-то большое прячется.

– Да? – протянул бородач и вопросительно уставился на лучника.

– Кого ты слушаешь, – раздраженно произнес тот.

Бородач ожидающе выгнул бровь.

– Хорошо, блин! Проверю, – лучник закрыл глаза и начал прислушиваться, легонько раскачиваясь из стороны в сторону. Потом он открыл глаза и провел ладонью по воздуху, как бы поглаживая его.

– Нет там ни черта! Двинули уже!

Лучник смело зашагал вперед по тракту.

– Есть, дышит оно там и шевелится, – тихо возразил Найденыш, а бородач посмотрел на него с интересом.

– Ты куда идешь вообще?

– За огоньком.

– За каким еще огоньком?! – не понял его бородач.

– Ну вот, за этим, – указующий клубок плясал в воздухе всего в паре шагов от них, и не заметить его было невозможно.

– Он тебе про метку говорит, – снова хохотнул мужик в рясе и Найденыш понял, что указующий клубок кроме него никто не видит. И ему снова стало стыдно. Прошел всего один день, как он обрел разум, а ему уже до смерти надоело выглядеть идиотом.

– Туда я иду, – махнул рукой, указывая направление Найденыш.

– Ну и мы туда же, хочешь – пошли с нами, – неожиданно предложил бородач.

Найденыш подумал, что путешествовать с хорошо вооруженной компанией, гораздо безопаснее, чем в одиночку. Он обрадованно кивнул и двинулся вслед за бородачом. В это время, лучник, ушедший уже довольно далеко по тракту, обернулся и крикнул своим отставшим товарищам:

– Вы чего застряли? Боитесь? Зря, это ж Калинийский тракт, по нему в любое время суток безопасно маршировать можно! – прокричал лучник и, явно дурачась, прошелся несколько шагов, печатая шаг.

Остальные путники двинулись следом, догоняя лучника. Но вдруг уши Найденыша снова уловили шуршание гальки и стук мелких камней, он хотел предостерегающе крикнуть, но тут случилось нечто, от чего крик у него застрял в горле.

Из-за скалы, перелетая сразу шагов двадцать, на дрогу выпрыгнуло существо. Шагавший впереди лучник заметил появившуюся на дороге громадную тень, поднял глаза и судорожно начал вытаскивать из-за спины лук. Но не успел.

Перед лучником, поднимая с тракта столбом пыль, приземлилась тварь, до холки которой высокий охотник едва доставал головой. Существо было похоже на большую кошку с чрезвычайно развитыми мощными передними лапами, широкой грудью и бугрящейся от мышцшеей. На шкуре зверя отсутствовал мех, она была покрыта растрескавшейся каменной коркой.

У лучника были отличные рефлексы, он даже успел наложить стрелу и направить ее наконечник в морду зверюге. Но и каменная кошка медлительностью не отличалась, она с коротким боковым замахом врезала лапой лучнику так, что его замшевые сапоги оторвались от земли и взмыли в воздух. Лучник отлетел шагов на десять по направлению к своим приятелям и бухнулся в пыль.

– Лечи его! – закрываясь щитом и бросаясь в атаку, прокричал бородатый, – отлечивай быстрее!

Надо отдать лучнику должное, после мощной оплеухи он все-таки пришел в себя. Грузно сел, натягивая лук и наводя его на монстра. Каменная кошка не стала ждать стрелы в глаз, она разверзла пасть и зарычала. Поток извергаемого ею воздуха вместе с клейкими нитями слюны обрушился на лучника, снова сбил с ног и оглушил. Под напором воздушного удара просел даже прикрытый щитом бородач. Кошка еще раз прыгнула, приземлилась возле лучника и прикончила его двумя размашистыми ударами лап. Ее жуткие крючковатые когти за раз вырывали целые пласты мяса и вздымали фонтаны крови.

– Не успел! – закричал тип с веткой в руке, а бородач, издав боевой клич и наклонив щит вперед, пошел на зверя. Найденыш же стоял, как столб, пораженный стремительностью произошедшего на его глазах убийства.

Зверь решил преподнести еще один неприятный сюрприз. Из трещин в его каменной коже высунулись длинные черные иглы. Монстр начал отряхиваться, как будто только что вылез из холодной речки. Но во все стороны полетели не брызги воды, а костяные иглы. Несколько этих природных дротиков попали в щит бородача, тот не обратил на них никакого внимания, продолжая разбегаться и поднимать свой топор для удара. Одна игла прилетела прямо в живот магу, тот ойкнул и согнулся пополам. Найденыш почувствовал легкий толчок в плечо. Найденыш оторопело повернул голову и увидел, что из рукава его потрепанной крутки торчала костяная игла, а вокруг дыры в ткани расплывалось темно-красное пятно. Найденыш инстинктивно схватил дротик за торчащий конец и дернул, пытаясь его вытащить. Адова боль накрыла Найденыша, разом пригасив все краски и звуки окружающего мира. Перед глазами парня, пробившись сквозь багровую пелену боли, возникли буквы.

Получен физический урон 9 единиц. Жизнь 281/560.

Вся поверхность костяной иглы была покрыта зазубринами, которые препятствовали ее извлечению из раны. И когда Найденыш дернул иглу сильнее, то просто обломал ее, да так неудачно, что большая часть костяного дротика осталась в ране.

На вас наложен негативный эффект «Кровотечение», -5 единиц Жизни каждые 10 секунд.

И опять эти буквы и цифры! Неужели от дикой боли он снова начал терять рассудок?!

Глава 3

С ранением мага и Найденыша бой не закончился. Рыжий бородач врезался в бок зверюги, металл его щита проскрежетал о ее каменную шкуру. Разгон воин взял приличный и, несмотря нато, что кошка была гораздо массивнее него, он смог ее опрокинуть. Кошка грохнулась на дорогу и покатилась по ней кубарем.

– Че застыли?! – взревел бородач, вдогонку рубанув по боку кошки топором. Лезвие топора высекло сноп искр из каменной шкуры монстра.

– Даю бафф! – взмахнул веткой маг и вокруг воина завертелся небольшой торнадо. Сразу же движения воина ускорились в разы, его топор замелькал так, что размылся в воздухе. Лезвие топора крошило каменную броню зверя, под которой была видна розовая плоть.

– Еще баффаю! – накладывал следующее благословление маг на воина.

Но кошка тоже решила взвинтить темп. Присев на задние лапы, мощными передними она нанесла два удара. Крючковатые когти зацепили и вырвали несколько колец из доспеха бородача.

– Черт, она меня сейчас разденет! – завопил воин, прикрываясь от следующего удара щитом. Когти зверя оставили на щите глубокие борозды, но пробить его не смогли.

Воин с кошкой закружили по дороге в жутком смертельном танце, обмениваясь ударами, финтами и обманными движениями. Маг поспешил убраться с дороги подальше, чтобы этот яростный клубок стали, когтей, рычания и проклятий его не зацепил. А вот Найденыш, зажавший рукой рану на плече и опустившийся на одно колено, все еще прибывал в состоянии болевого шока.

Выплясывающая по тракту, уходящая от свистящего в воздухе топора, кошка случайно врезалась в застывшего паренька. У Найденыша дружно скрипнули ребра, он отлетел от сражающихся на несколько шагов и хорошенько приложился спиной о дорогу. Удивительно, но это столкновение Найденышу помогло, встряска прояснила его сознание. Паренек замолотил руками, стараясь найти опору и быстрее вскочить, чтобы не быть втоптанным в дорожную пыль. Его левая рука наткнулась на какую-то палку. Схватив и поднеся к лицу найденный предмет, Найденыш увидел, что в его руке зажат лук убитого кошкой охотника.

Вы подобрали предмет:

Охотничий лук «Палач куропаток».

Этот лук создан искуснейшими мастерами Бореи для стрельбы по пернатой дичи. С ним Ваша сумка всегда будет полна фазанами, рябчиками и куропатками.

Урон: физический, 35-40 единиц.

Урон по птицам: физический, 40-60 единиц.

Требуемый уровень: 12.

Найденыш еще удивленно таращился на лук, когда его правая рука наткнулась на другую вещь.

Вы подобрали предмет:

«Стрела хитреца Гарольда».

Предводитель крестьянского бунта Гарольд-гончар придумал эти стрелы для борьбы с тяжелой рыцарской конницей. К их древку прикреплена небольшая глиняная бутылочка с кислотой. При попадании в цель бутылочка разбивается, и кислота выплескивается на цель, разъедая доспехи и плоть.

Урон: зависит от оружия.

Дополнительно: Снижает класс брони цели на 2 единицы каждые 3 секунды.

Замелькавшие перед лицом буквы чуть было снова не вызвали у Найденыша приступы паники. Но погрузиться в жалость к самому себе и переживания за свой рассудок ему помешала кошка. Она видимо уже встречала людей, держащих в руках лук и норовящих истыкать ее стрелами. Зверь крутанулся на месте, уходя от очередного выпада бородача, и открыл пасть, намереваясь зареветь и смести Найденыша своим рыком.

Паренек сам не понял, как наложил стрелу и вскинул лук. В поле зрения Найденыша появилась пульсирующая красная точка, мешающая прицеливанию. Но и промахнуться в огромного зверя практически в упор было намного сложнее, чем попасть. Найденыш отпустил тетиву, которая больно шлепнула его по руке, и послал стрелу в зверя.

По счастливой случайности стрела угодила кошке в переносицу, прямо над оскалившейся мордой и трепетавшим от злобы приплюснутым носом. Перед глазами у Найденыша снова замелькали какие-то буквы и цифры. Кислота зашипела, оставляя на каменной шкуре животного бурые разводы, но прожечь камень ей было не под силу. Зато брызги кислоты попали животному в глаза. Вместо сметающего все на своем пути рева, из глотки монстра раздался жалобный скулеж.

Бородач воспользовался временным ослеплением зверя, в прыжке сократил дистанцию, рубанув сначала его наотмашь по шее. Голова кошки склонилась над землей, а воин, раскрутив топор, хитро ударил снизу вверх, прямо под брюхо животному. Кошка издала жуткий вопль и завалилась на бок, размахивая лапами в агонии.

Бородач опустился на колени подле издыхающего зверя. Только сейчас, когда кутерьма боя стихла, Найденыш заметил, что кошка успела серьезно потрепать бородача – кольчуга на его груди висела лохмотьями, след от когтистой лапы пересекал его лицо ото лба до подбородка.

– Уффф! Уработали, наконец! – обрадованно воскликнул маг так, как будто он собственными руками разорвал грозную кошку пополам.

– Лечи, – хрипло, на выдохе, потребовал бородач.

– Да-да, бегу, – спохватился маг. Он подошел к воину, поднял над его головой ветвь, закрыл глаза и зашептал заклинание. С листьев на голову воина посыпался дождь из сверкающих алых искорок.

– О, хорошо! Хорошооо! Я на соплях оставался, еще один удар и лег бы! Вовремя пацан влез! Эй, ты как? – окликнул бородатый Найденыша.

– Болит, – сжав зубы, ответил тот.

От торчавшего в плече осколка костяной иглы Найденыша трясло и лихорадило. Он едва сдерживался, чтобы не бухнуться в обморок.

– Чет и правда хреново пареньку, помоги ему! – скомандовал бородач и маг бросился осыпать лечебными искрами Найденыша.

– У меня в ране обломок. И кровотечение, – балансируя над пропастью беспамятства, сказал Найденыш.

– Это не проблема, – маг приблизил ветку к ране и сделал ею несколько пассов. Из кончиков ветви стремительно вытянулись зеленые побеги и, закручиваясь как лианы, повезли к Найденышу в рану.

– Поймал, – довольно сказал маг и потянул за ветку, вытаскивая обломок.

– Ааа! – заорал Найденыш так, что этому воплю могла позавидовать даже убитая кошка.

– Че орешь?! Я оглох нафиг! – возмутился маг, – вот ведь неженка! Сейчас обезболю!

Он махнул своей веткой, боль в плече Найденыша лишь немного отступила, продолжив терзать его своими острыми зубками.

– А сначала обезболить, а потом операции проводить никак? Что за подельники у меня. Один дуру размером с автобус не заметил, другой садист какой-то, – кряхтя и поднимаясь, произнес бородач, – а ловко ты лук подхватил… ого – у тебя уровень выше двенадцатого? Наш хант его себе впритык покупал, ровно на двенадцатый. Что это блин за локация?! У простачка городского двенадцатый уровень, скальная кошка прямо на дороге подкараулила!

Найденыш не понял половину слов, которыми сыпал бородач, но на всякий случай кивнул.

– Но лук тебе придется отдать, – бородач протянул руку за оружием, оставшимся от его приятеля, – наш друг за него последние штаны с подштанниками отдал.

– Ага, сидит сейчас на респе и за сердце хватается, – хохотнул маг, – гляди, с него и колчан выпал.

– Черт! У него же кирка осталась! – хлопнул себя по лбу бородач, – блин, лучше бы она выпала!

Маг с веточкой в руках разом погрустнел.

– Его же маму! И как мы рыть будем? Руками? Да и все равно нам возвращаться за ним в Амони придется, нам без ханта не пройти.

Бородач вдруг резко поднял руку, заставляя мага замолчать.

– Секунду! Подожди! У нас же есть хант! Парнишка зверя как почуял, ты видел?!

Маг поглядел на напарника с сомнением.

– А клад выкапывать чем? Твоим топором?

– Тут фермер один на отшибе живет, у него инструмент арендуем, – бородач перевел взгляд на Найденыша, – капустки заработать хочешь?

– Чего? – не понял парень.

– Ну бабла поднять, деньгами обмазаться?

Парень опять неуверенно кивнул.

– Супер! Мы за кладом идем, карта есть верная. Но там нас животина хитрая ждет, в инвиз уходит. Без тебя не пройдем.

– Животина? Такая же, как эта?! – кивнул Найденыш на уже начавшие исчезать останки кошки.

– Да не, намного меньше и не такая опасная, – успокоил Найденыша бородач, – хочешь, оставь лук себе. И колчан. Чтобы не чувствовать себя безоружным.

Маг начал активно размахивать руками, показывая бородачу, что с ними сделает лучник, если узнает, что они отдали его сокровище какому-то проходимцу.

– Конечно, навсегда мы тебе его отдать не сможем, но пользуйся и владей на время нашего путешествия. Кстати ты неплохо стреляешь – учился?

– Нет.

– Неважно. Я один в клочки размотаю ту зверушку. Ты только под ногами не путайся.

Найденыш взял из рук бородача лук и колчан. Поддаваясь непонятному порыву, паренек погладил полированное дерево.

– Красивый.

Бородач хлопнул его по плечу.

– Ага. И весь твой. На время квеста, конечно. Так, выдвигаемся, сделаем небольшой крюк до одного хуторка.

Всю дорогу до хутора Найденыш доставал из колчана стрелы и рассматривал их. У охотника была неплохая коллекция. У него были стрелы с желчью саламандры, поджигающие цель и стрелы с кровью ледяного тролля, которые цель замораживали. В колчане были широкие наконечники с острозаточенными гранями, вырезающие из жертвы огромные куски мяса. И тонкие игловидные наконечники, предназначенные для причинения неприятностей врагам в броне. Найденыш нашел даже стрелу с крюками, которая могла использоваться как кошка с веревкой. Они еще даже не приступили к поиску и завоеванию клада, а пареньку уже ох как не хотелось возвращать лук с колчаном его владельцу.

К одиноко стоящему хутору путники вышли через пару часов. Обходя бревенчатый дом с соломенной крышей, бородач бесцеремонно заглянул в его окна и громко забарабанил в дверь. Ответом ему была гробовая тишина. Но хозяин дома все-таки отыскался в саду – хмурый мужик в свободной домотканой одежде окапывал деревья.

– Боги в помощь! – поприветствовал бородач крестьянина.

Тот разогнулся, явив миру довольно объемный живот, подпоясанный грубой двойной веревкой, утер ручьи пота с лица широкой ладонью и, подозрительно глядя на появившихся в его саду вооруженных людей, ответил:

– Спасибо, мессер! И вам счастливой дороги! – вежливо и прозрачно намекнул крестьянин, что на постой в его доме рассчитывать не стоит.

– Нам кирка нужна или две, – решил не устраивать долгих переговоров бородач и сразу перешел к делу.

– Так ведь нету, – крестьянин развел руками.

– Плохо, что нету, – потер лоб бородатый воин, – лопата хоть есть лишняя?

Крестьянин покачал головой и приподнял свое орудие труда.

– Тоже нету. Одна вот всего.

– Слушай отец, одолжи нам ее на время, а?

– Одолжи им, ага, – пробурчал крестьянин, – а потом бегай за ними по горам и долам, чтоб вернуть.

– Да не, мы честные, – бородач достал кошель и вывалил на ладонь десяток серебряных монеток, – мы залог оставим.

Крестьянин жадным взглядом посчитал монеты на ладони.

– Маловат залог будет.

– Маловат?! Мужик ты обалдел, на эти деньги ты себе новую лопату купишь!

– Дык для этого в город ехать надобно, время терять, да пыль дорожную глотать. А меня и старая полностью устраивает. Золотой давай в залог, тогда и подумать можно.

Тут удивился даже неискушенный в делах коммерческих Найденыш. Золотой меняли один к ста серебрушкам, а столько денег сразу паренек за всю свою жизнь не видел. Это же целый мешок набитый серебром!

– Золотой?! – поперхнулся воин, – а алмазов тебе не отсыпать за эту корягу?!

– Можно и алмазов, – невозмутимо ответил крестьянин, – но золотого хватит.

Воин повернулся к магу в рясе.

– У тебя денег много с собой?

Маг развел руками.

– Все что были, в снарягу вложил.

Воин перевел взгляд на Найденыша, но одумался и даже спрашивать не стал – откуда у дурачка с собой столько деньжищ?

– М-да, клад зачарованный, – расстроился маг, – сегодня здесь, завтра уже нет. А мы пока в Амони смотаемся, пока лопату купим… день и пройдет. Не успеем.

Воин снова повернулся к крестьянину.

– Мужик, вот двадцать семь монет. Больше нет. Дай лопату на день, а? По-хорошему ведь просим.

Крестьянин недобро сузил глаза и плюнул под ноги бородачу.

– А как еще можете?

– По-разному, – набычился воин.

– Шли бы вы мессеры, отсюдова. Пока я вас не проводил. Тоже по-разному, – сказал крестьянин и с угрожающим видом перехватил черенок лопаты двумя руками.

Бородач умиротворяюще поднял руки.

– Хорошо, мы уходим. Можешь своей лопатой подавиться.

Воин завернулся, чтобы уйти.

– Валите, валите, – пробормотал ему в спину крестьянин.

В глазах воина вспыхнули злые огоньки.

– Э-рааа! – рыжебородый воин вытащил из-за спины топор и в развороте рубанул крестьянина.

– Вот так! Пошло веселье! – вскинул свою ветвь маг, а крестьянин подставил под удар топора черенок лопаты. Не зря он ее так дорого оценил – черенок удар выдержал.

– Ах ты курва! – заорал работник сохи и плуга. Лопата описала круг, пытаясь вбить голову воина по самые плечи. Но если один из бойцов всю жизнь землицу копал-перекапывал, а другой смертоубийствами занимался, то как бы силен первый не был, но исход такого поединка предугадать несложно.

Воин проворно пригнулся, и штык лопаты просвистел над его головой. Потом воин резко распрямился и врезался бронированным плечом в брюшину крестьянина. Тот охнул и грохнулся на задницу, выпуская лопату из рук. Тут бы ему и пришел конец, потому что бородач уже занес над ним свой топор. Но к потасовке решил присоединиться еще один участник. Из стоявшего возле сада покосившегося сарая с воплем вылетела немалых объемов женщина, державшая в руках деревянный кол.

– Ааа! – прокричала она, приголубливая колом наблюдавшего за схваткой мага.

– Ааа! – заорал он, подскакивая и озираясь. Женщина, появившись из ниоткуда, напугала мага и, тот долбанул по ней самым смертоносным заклинанием из своего арсенала. Вокруг женщины закрутился вихрь полный песка. Песчинки, разогнанные до огромной скорости, врезаясь в тело женщины, работали как наждак, сдирая кожу и оставляя небольшие порезы. Но таких порезов на коже женщины возникли тысячи за считанные мгновения! Женщина выронила кол и закричала жутко и надсадно, песок прошелся по ее глазам, ослепляя. Она прижала ладони к кровоточащему лицу и завалилась набок.

Истошный крик женщины вырвал Найденыша из прострации, в которой он пребывал с начала боя. Парень не понял, как торговля за какую-то лопату за одну минуту превратилась в жуткое побоище. Паренек увидел упавшую, корчащуюся от боли женщину и стоящего над ней ухмыляющегося мага. Решение он принял моментально, достал из колчана первую попавшуюся стрелу, наложил ее на лук и выстрелил в спину мага. Не долетая нескольких сантиметров до цели, наконечник стрелы разлетелся на десяток острых лезвий, которые впились в спину мага, высекая из нее кровавые фонтанчики.

– Да чтоб вас! – взревел маг, которому за сегодня до чертиков надоели подлые и болезненные удары в спину. Он волчком развернулся на месте и увидел Найденыша, который накладывал на лук следующую стрелу, – Тыыы?! Ах ты тварь неблагодарная!

– Я не хотел! Я просто не мог… – объяснить, что он не мог смотреть на то, маг уродует крестьянку, Найденыш не успел. Маг взмахнул ветвью и Найденыша окутал зеленоватый туман. Висевшие в нем капельки какой-то дряни начали разъедать кожу Найденыша, а когда он вдохнул, то почувствовал, как в его легкие заливается натуральный кипяток. Он схватился за горло, выронив лук. Когда он протер слезящиеся глаза, он увидел, что маг снова поднимает свою ветку.

– Сейчас ты у меня попляшешь, сучонок!

Все что мог сделать слепнущий и задыхающийся Найденыш – это просто пригнувшись бежать. Бежать в сторону от мага. Бежать от обжигающего ядовитого тумана. Бежать, закрыв глаза, продираясь через кустарник и ветви деревьев. Во время этого сумасшедшего броска он услышал предсмертный хрип крестьянина и торжествующий клич бородача. Тут земля ушла у ослепшего Найденыша из-под ног, он упал и покатился кулем по какому-то склону, безбожно отшибая ребра о кочки. Его падение остановилось в куче прошлогодней листвы, Найденыш открыл слезящиеся глаза и осмотрелся. Он лежал на дне заросшей балки, скрытый мощными кронами и ветвями растущих по краям балки деревьев.

– Хо-хоу! У нас теперь есть лопата! – услышал он довольный крик бородача.

– Зато теперь у нас нет охотника! – зло ответил маг, – этот мелкий ублюдок напал на меня!

– И че?

– Ниче! Долбанул его слегка. Он лук вон уронил и сбежал.

– Как сбежал?! Что мы теперь делать будем?

– Что-что, искать. Он вон туда ломанулся.

Найденыш понял, что ему надо срочно искать убежище. Он попытался встать, но ноги его держать отказывались. Он снова рухнул в листву и пополз на четвереньках. На левом склоне балки он увидел промоину, выгрызенную в глине весенними ручьями. Найденыш забился в нее и забросал себя сверху листьями. Адреналин у него в крови схлынул, сердце замедлило свой бег, и тут на Найденыша снова навалилась адская боль. Она накатывала на парня волнами, то накрывая его с головой, то откатываясь назад и позволяя сделать несколько судорожных вздохов.

Сквозь шум этого прибоя боли, как сквозь многослойную тряпку, намотанную на голову, Найденыш слышал крики и ругань разыскивающих его воина и мага.

– Идиот! Тупица! Баран! – негодовал бородатый, – ты зачем его атаковал?!

– Да я причем?! Сначала дура эта с дубиной на меня сагрилась, потом пацаненок мне в спину разрывной стрелой засандалил! Да он еще и за второй стрелой тянулся, что мне было делать, стоять и куропатку изображать? Крякать и крылышками махать? Ты же знаешь, что у Витальки в колчане такие сюрпризы есть, от которых… – маг хлопнул себя по лбу, – японский самурай, Виталька нас прибьет. Колчан у этого придурка остался!

– Нехорошо вышло. Я-то этого идиота вообще возле клада пришить собирался и долю не отдавать. А получается, мы еще и колчан с редкими стрелами просрать умудрились, – воин повысил голос, – эй, пацан! Слышишь? Выходи, договоримся! Мы погорячись, ты был не прав – давай все это забудем и двинем дальше!

Если до этих слов Найденыш старался сдерживать стоны, то услышав о подлом плане рыжебородого воина, он перестал даже дышать. Искатели сокровищ еще битых два часа лазили вверх и вниз по балке, то мягкими голосами обещая парню золотые горы, то угрожая ему свернуть шею и все остальные выступающие конечности, если он немедленно не вылезет. Проорав напоследок, что хоть в Четырехземье земля и не круглая, но они еще обязательно встретятся, заставят Найденыша вырыть себе могилу и заживо в ней похоронят.

Острый слух Найденыша говорил парню, что преследователи не сдались и просто поджидают его затаившись. Они досидели до поздней ночи и поняли, что шансов найти беглеца в темноте у них нет, после чего шипя от злости удалились. Организм Найденыша решил, что над ним сегодня достаточно поиздевались и провалился в сон.

Найденыш вдруг обнаружил себя развалившимся в вальяжной позе на большом мягком кресле. Его левая рука лежала на коленях сидящей рядом девушки, вся одежда которой состояла из узких полосок ткани на груди и бедрах. Второй рукой он обнимал девушку, которая полулежала на кресле справа от него, за талию. Талии и коленкам надо было отдать должное, и то и другое было изящным, точеным и очень приятным на ощупь. Они сидели в полутемном помещении, по стенам и полу которого метались разноцветные огни, а по ушам Найденыша долбил странный повторяющийся ритм. За столиком, уставленным тарелками с неизвестными блюдами и бутылками с непонятными напитками, напротив Найденыша сидел мужчина, за спиной которого застыли изваяниями два здоровенных типа в белых сорочках и коротких сюртуках. Возраст мужчины выдавал совершенно белый короткостриженый ежик волос и лицо изборожденное морщинами. Но его бычья шея и бугрящиеся под одеждой мускулы говорили о том, что слова «старый» или даже «пожилой» к нему были неприменимы. Слишком уж много было в этом мужчине энергии, мощи и жизни. Серые глаза седого смотрели на Найденыша с вызовом и угрозой. Однако самому Найденышу почему-то страшно не было. Он взял со стола узкий прозрачный бокал с янтарной жидкостью, сделал большой глоток и рассмеялся.

– Я вам нужен. Очень нужен. Вы мне – нет. Поэтому еще раз хорошо подумайте над своим предложением, – перекрикивая ритмичную музыку, сказал Найденыш.

– Оно и так слишком щедрое, – спокойно, не повышая тона, ответил седой.

– Это вам так кажется, – пьяно рассмеялся Найденыш, – у меня телефон уже раскалился от поступающих предложений. Ваше пока ничем не впечатляет. Так что думайте и считайте, считайте и думайте. И только после этого беспокойте меня. А пока, – Найденыш крепко обнял сидящих девушек, – я буду хорошо отдыхать, потому что хорошо поработал. Девчонки – танцевать!

Найденыш с девушками встали и направились к площадке, на которой уже извивались в танце несколько темных фигур. Один из бугаев за спиной седого дернулся было за Найденышем, но седой жестом остановил его. Дойдя до площадки, одна из девушек крепко прижалась к груди Найденыша, другая обняла его со спины. Найденыш почувствовал на своей шее горячее дыхание, а потом и влажное прикосновение губ…

Найденыш проснулся из резко сел. Сон прошел также внезапно, как и налетел. Он коснулся своей шеи и снял с нее сиреневого слизняка, которого с отвращением отбросил подальше. Помимо отсутствия двух прижимающихся к нему красоток, он обнаружил еще одну неприятность – исчез указующий клубок, которым его снабдила матушка Рута. Видимо у того был ограниченный срок существования, о чем старушка забыла его предупредить или решила, что это общеизвестный факт, который объяснений и не требовал.

У парня зверски болело все тело, маг здорово приложил его вчера заклинанием, да и падение на дно балки не прошло даром. Стянув с себя ветхую куртку, Найденыш обнаружил, что все его тело покрыто ожогами, синяками и ссадинами. Кроме этого парню нестерпимо хотелось есть и пить. Возвращаться в Амони он не хотел, да и не мог – Найденыш абсолютно не представлял себе, где он находится и как ему идти до города. Парень ругал себя, как мог – вместо того, чтобы хоть немного смотреть по сторонам и запоминать дорогу, он как загипнотизированный пялился на указующий клубок и безропотно шел за бородачом.

Но вдруг Найденыш понял, где его будут рады видеть и где он найдет кров и еду. Шипя от боли, он поднялся из кучи листьев.

Глава 4

Склон балки покорился Найденышу лишь с шестого раза – утренняя роса сделала траву и глину крайне скользкими. Пять раз он скатывался обратно на дно балки, грязный и обессиленный. Поняв, что просто так ему эта преграда не поддастся, Найденыш подобрал камень с острыми краями, которым началвыдалбливать в глине выемки. По ним он, как по ступеням поднимался по склону вверх. Очень медленно, но очень уверенно. Подъем вымотал Найденыша, но когда он, наконец, выбрался из оврага, он испытал ни с чем несравнимое чувство. И хотя он одолел всего лишь мокрую грязь, он чувствовал себя настоящим победителем!

Окрыленный победой, Найденыш как мог отряхнулся, очистил свою одежду пучками травы и чуть ли не приплясывая отправился к хутору.

Крестьянин с женой сидели в саду за грубо сколоченным столом и вкушали нехитрые сельские деликатесы. От копченого мяса и деревенских разносолов исходил такой аромат, что Найденыш чуть не захлебнулся слюной.

– Здравствуйте и приятного аппетита!

– И тебе не болеть малец, – ответил ему крестьянин, отрезая ломоть от окорока и отправляя его в рот.

Его жена неприязненно посмотрела на грязного оборванца, и ответила на его приветствие лишь тем, что впилась зубами в очищенную луковицу и смачно ею захрустела.

– Тут вчера… – начал, было, Найденыш, но фермер его перебил.

– Догадываюсь я, что тут вчера лихие дела творились. Не зря же мы с супружницей ночью в Храме очнулись. Я первым делом пришел, и дом проверил – чудно, но забрали только лопату. Деньги тоже искали, но не нашли. Не твои ли дружки пошуровали? – глянул грозно на паренька крестьянин.

– Нет, вы что! Я вас защищал!

– Хреновый видать из тебя защитник, – пожал плечами крестьянин и вернулся к трапезе.

– Я… мне… я есть очень хочу. И пить.

– Тю! Какая неожиданность! А может тебе еще и в доме постелить?

– Я был бы не прочь отдохнуть.

– А давай тебе еще и полный кошель медяков отсыплем? А?

– Это лишнее, – смутился Найденыш.

– Ага, лишнее. И спать у меня дома лишнее. И есть. А водицей я с тобой поделюсь, водицы мне жалко. Повертайся левым боком к солнцу и шагай две версты. Увидишь скалистое ущелье, на дне его бьет родник. Ух и вкусная там вода, приятель! И ледяная, аж зубы ломит! Можешь пить, сколько влезет, разрешаю, – сказал селянин и повернулся к Найденышу спиной, всем видом показывая, что разговор окончен.

– Но как же…

– Ступай. Чего попусту воздух сотрясать? Может у меня и уперли лопату, но это, – крестьянин продемонстрировал Найденышу кулак размером с его голову, – всегда при мне!

От приподнятого настроения у Найденыша не осталось и следа. Крестьяне за вчерашний подвиг отблагодарили Найденыша черной неблагодарностью и чрезвычайным жлобством. Но в одном крестьянин был прав – если ты что-то делаешь, то делай это до конца. Между словами «пытался спасти» и «спас» лежит огромная пропасть. И для спасителя и особенно для спасаемого.

Хотя бы с родником крестьянин не обманул. Найденыш действительно отыскал сначала ущелье между двумя белыми скалами, а потом и родничок, чье присутствие выдавали звонкое журчание и островок зелени, разросшейся рядом с ним. Когда парень спустился в ущелье и наклонился над глубокой лужицей ключа, чтобы зачерпнуть воды, его ждал сюрприз. Найденыш привык, что его называют «мальчишкой», «пареньком» и «дурачком». Но из отражения в кристально прозрачной воде ключа на него смотрел не мальчик, а парень как минимум двадцати пяти лети. С тонкими чертами лица, шапкой кудрявых русых волос и с черными кругами под голубыми глазами. Найденыш изучал свое лицо, ощупывая брови, нос, оттопыривая губы. Глядя в свое отражение он даже попытался пошевелить ушами.

– Парняга ты конечно симпатичный, но может, ты уже наполнишь флягу и пододвинешься? – раздался голос у него за спиной.

Найденыш испугано обернулся и увидел, как в шаге от него стоит и улыбается морянин. Найденыш еле сдержался, чтобы не выругаться. Ну за что ему это все?! Единственный человек, который мог бы ему помочь и вывести из этой глуши оказался морянином! Когда этот коренастый лохматый мужик в накидке из шкуры черного медведя появлялся в Амони, ему не плевал вслед только самый ленивый. Но даже самый ленивец, встретив его на улице города обязательно бормотал: «Проклятый морянин!». Более активно демонстрировать свою ненависть горожане не стремились. Во-первых, потому, что морянин приносил в город добытые им черепа громовых баранов. Прочнейшая кость, которую не проломишь даже кувалдой и красиво закрученные изготавливались великолепные рогатые шлемы для знати Амони. А во-вторых, громовые бараны были очень злобной и опасной дичью и драка с охотником, который играючи с ними расправляется, грозила неприятными последствиями и намятыми боками. Лично Найденышу морянин не сделал ничего плохого, но всеобщая нелюбовь добрых жителей Амони передалась и ему.

– Я сейчас, – наклонился к воде Найденыш, черпая ее рукой.

– Что, даже фляги нет? Держи мою, – морянин кинул пузатую деревянную фляжку в воду прямо перед лицом Найденыша.

– Спасибо, – Найденыш набрал холодную воду во фляжку и с жадностью припал к ее горлышку губами.

– Пей на здоровье, – морянин продолжил рассматривать парня, – заплечного мешка нет, из оружия один колчан. Ты где лук свой потерял?

Найденыш махнул рукой в сторону одинокого хутора:

– Там.

– Вещи там же оставил?

Найденыш отрицательно помотал головой в перерыве между глотками.

– Вещей нет, лук потерял. Как зовут-то тебя потеряшка?

– Найденыш, – парня уже начало раздражать излишнее внимание морянина к своей персоне.

– Найденыш?! – рассмеялся морянин, – все растерял, а звать тебя Найденышем? Хорошая шутка!

Смех морянина был настолько искренним, что Найденыш и сам криво улыбнулся, допил воду и протянул флягу морянину.

– Оставь себе. Это моя запасная, – морянин откинул шкуру и показал серебряную флягу, висевшую у него на поясе, – тебе она будет нужнее. Только воду в дорогу набрать не забудь.

Найденыш кивнул в знак благодарности и присел возле ключа, набирая воду.

– Идешь-то куда? – присел рядом с ним морянин.

Найденыш пожал плечами. Это был вопрос, на который у него не было ответа. Указующий клубок погас, возвращаться в Амони он не хотел, а ни одного другого города он не знает. И даже с самой затрапезной деревенькой он тоже не знаком.

– Не знаешь? Но здесь на ночь лучше не оставайся, на водопой могут хищники прийти. Нож хотя бы с собой есть?

Найденыш снова покачал головой.

– Вот ты бесстрашный! Или глупый.

При слове «глупый» в глазах Найденыша вспыхнули недобрые огоньки, и морянин поспешил извиниться.

– Прости, ситуации всякие бывают. Сам в такие попадал. Меня Харл зовут, – протянул руку Найденышу морянин, – и мне требуется помощник.

Найденыш смотрел на протянутую руку со смесью удивления и недоверия. С тех пор, как к нему вернулся разум, морянин был первым человеком, кто протянул ему руку и назвал свое имя. Остальные видимо решили не заморачиваться ритуалом знакомства с городским дурачком.

– Что надо делать? – морянин Харл или нет, но больше Найденышу ждать помощи неоткуда.

– Да вон, – кивнул Харл на два стоящих в паре шагов от него тюка, – донесешь один из них до моей берлоги, получишь лук. Не бог весть какой, но все не с голыми руками бегать. Ну и на ночлег с вкусной похлебкой можешь рассчитывать. Согласен?

Найденыш рад был ответить, что он не имеет дел с морянами, но не мог. Кроме этого конкретного морянина ему больше никто ничего не предлагал.

– Согласен.

– Отлично. Бери правый тюк, Найденыш. Кстати, как ты отнесешься к тому, что я буду называть тебя Найд?

– Найд, – произнес Найденыш и попробовал свое новое имя на вкус. Звучало гораздо лучше, чем «найденыш» и в этом имени не было никакого пренебрежительного оттенка, – хорошо, мне нравится.

Харл не только представился сам, но и дал ему новое имя, поэтому Найденыш почувствовал к этому лохматому крепышу что-то, похожее на доверие.

– Ну-ка наклонись, я помогу тебе закинуть его на спину.

Харл взвалил на плечи Найденыша тюк, второй легко закинул себе за спину.

– Не тяжело? Сдюжишь?

– Нормально, – ответил Найденыш, укладывая поудобнее груз на плечах.

– А ты крепче, чем кажешься, – похвалил его морянин.

Судя по потому, как бодро зашагал с грузом Харл, помощник в переноске тяжестей ему был и не очень-то нужен – несмотря на его похвалу, Найденыш двигался куда как медленней. Морянину даже пришлось помогать ему выбираться из ущелья.

– И в какой стороне находится твой дом?

– Берлога, Найд, берлога. В домах живут добропорядочные люди, а такие отщепенцы как я живут в берлогах. Идем на запад, тут недалеко.

– А почему ты так живешь? – идя за Харлом, поинтересовался Найденыш.

– Разуй глаза, парень! Я же уроженец Фальдорры.

По выражению лица Харл понял, что это Найденышу ничего не говорит.

– Воздушники, то есть вы, таких как я, называют морянами.

– Я не знаю, воздушник я или нет.

– Как так? Ты же родился в Борее?

Очередной трудный вопрос. Найденыш пожал плечами.

– Я не знаю.

– То есть как?

– Вот так. Я потерял память, ничего не помню кроме вчерашнего дня.

– И того, что тебя зовут Найденыш?

– Именно.

– Бывает. У меня дядька сорвался в шторм с мачты и головой об палубу приложился. Вернулся домой, ни детей, ни жены, ни даже внуков не узнавал. А родня у него надо сказать огромная была, человек тридцать. Дядька поселился на отшибе нашей деревеньки и когда его приходили проведать родичи, то он наотрез отказывался их узнавать. Их умело делал вид, что не узнавал. У тебя такая потеря памяти?

– Нет, похоже, у меня все по-настоящему.

– И ты не знаешь воздушник ты? Или может быть огневик?

– Не имею никакого понятия, – честно ответил Найденыш.

– Ну дела! Ну дела! Но это не проблема, доберемся до моей берлоги, вмиг выясним.

– Это возможно?!

– Да это же легче легкого, не переживай. Вдруг ты окажешься моим земляком, а? Представляешь, прожить в этой дыре пять лет и встретить, наконец, фальдоррца! Кстати тебе не тяжело, нет? А то давай помогу?

– Нет, пока нормально.

Но Харл все равно догнал Найденыша и одной рукой перекинул его груз себе за горб.

– Отдохни малость, на следующем повороте верну тебе поклажу, – ответил Харл, втайне надеясь, что найденный им парнишка действительно окажется морянином.

Такое отношение сначала зацепило Найденыша, ему совсем не нравилось, когда к нему относились как к неполноценному. Но тропинка, по которой они шли, забирала в гору, становясь все круче и круче. Карабкаясь по ней, Найденыш вымотался и без тюка за плечами и не стал напоминать Харлу, что они прошли и первый и даже десятый поворот. Чем выше они поднимались в гору, тем опаснее становилась тропка, идущая вдоль бездонных обрывов и каменных осыпей. Почти севшее солнце оставило после себя серый полумрак, размывший очертания скал и сделавший их путь еще менее комфортным.

К входу в берлогу они вышли уже почти в полной темноте. Харл не обманул – его жилище оказалась обычной пещерой. Найденышу пришлось наклониться, чтобы зайти в нее, а дальше свод пещеры еще сильнее сужался, и ему пришлось ползти за Харлом на четвереньках.

Найденыш расстроился и уже решил, что они заночуют в этом лазе для червяков, как стены тоннеля резко раздались в стороны, и он очутился в абсолютно темном пространстве, даже не догадываясь где здесь стены или потолок.

– Харл? – позвал пропавшего из вида проводника Найденыш.

– Потерпи немного, – отозвался тот. Раздался звук ударов кресала о кремень, снопы искр высветили лицо Харла и раздуваемый им трут. От трута Харл поджег плошку с маслом и Найденыш увидел, что берлога у Харл оказалась вполне ничего. Пол пещеры был устлан мягкой древесной корой, а на стенах, скрывая под собой камень, рос толстый слой мха. У стены стояла добротная двухъярусная кровать, застеленная шкурами. Свет каганца высветил срубленный из толстенных досок обеденный стол со стоящей на нем глиняной посудой.

– Ого! Хорошо ты тут обосновался, – обрадовался Найденыш, что ему не придется спать на земляном полу, укрываясь листом лопуха.

– А ты думал охотник на громовых баранов, как нищенка живет? Погоди, сейчас еще поедим от души, я царскую похлебку делаю.

– Может, сначала определим кто я?

Харл шлепнул ладонью себя по лбу.

– Совсем от голода голова пустая, – сказал Харл и направился к большому, окованному медью сундуку, стоящему в углу пещеры, – так, сейчас посмотрим, куда эта финтифлюшка завалилась. Ага, есть!

Морянин подошел к Найденышу и произнес:

– Ну-ка протяну руку.

Парень раскрыл ладонь, на которую Харл положил небольшой деревянный волчок. Найденыш пригляделся к нему, круг волчка был разделен на четыре равных сектора, которые были раскрашены в красный, белый, зеленый и синий цвета.

– Это простая детская игрушка, может показывать стороны света. А может и рассказать, кто ты у нас такой есть. Раскручиваешь волчок на ладони и ждешь, пока он остановится.

– А дальше?

– Дальше все просто, повернется он к тебе белым цветом, значит ты воздушник. Синим – морянин.

– А если зеленым? Или красным?

– Зеленым, значит ты у нас парень земляной. А красным… красным, надеюсь, не укажет.

– Почему?

– Если красный цвет тебе выпадет, значит, ты огневик. А мы моряне с огневиками не очень.

– Будем надеяться, что выпадет любой, кроме красного, – вздохнул Найденыш и закрутил волчок на своей ладони. Маленькая юла начала свой танец, а две пары глаз внимательно за ней следили. Найденыш заметил, что волчок вдруг поднялся над его рукой и, вращаясь, повис в воздухе.

– Ничего себе… первый раз такое вижу, – удивился Харл, – гляди, вроде на синем останавливается.

Вдруг деревянная игрушка с сильным хлопком взорвалась, осыпая Найденыша и Харла щепками. Если бы они вовремя не прикрыли глаза, то оказались бы во мраке, который вряд ли можно было бы развеять светом лампадки.

– Это что было?!

– Я-то откуда знаю, – ответил изумленному Харлу Найденыш.

– Подойди-ка сюда, – Харл подвел Найденыша поближе к каганцу и задрал рукав его куртки. На запястье парня болтался простенький бронзовый браслет, который Харл аккуратно пощупал.

– Горячий, но быстро остывает. Откуда он у тебя?

Найденыш пожал плечами.

– Снять можешь?

Найденыш попытался стянуть браслет с руки, но тот упорно застревал у основания кисти.

– Ты думаешь, это из-за него юла взорвалась?

– Может и из-за него. А может и из-за тебя.

– Еще один такой волчок есть?

– Не-а. Даже если бы и был, но я бы не рискнул еще раз попробовать. Давай лучше готовкой займемся.

Ужин у них прошел гораздо лучше ритуала. В казан, где булькал бульон, сваренный из бараньих ребрышек, Харл накидал крупные сиреневые корнеплоды и венички из душистых горных трав. И пусть это варево не выиграло бы конкурс на самое эстетичное блюдо Четырехземья, но на вкус оно было гораздо лучше, чем на вид. Оголодавший Найденыш съел полную тарелку, облизал ложку и попросил добавки. Щедрый Харл наполнял его тарелку еще четыре раза. Полный желудок и полный приключениями день подействовали на Найденыша умиротворяюще. Его глаза потихоньку закрылись, а его лоб с треском встретился со столешницей.

– А?! Чего?! – вскинулся Найденыш.

– Ничего, спать пошли, –успокоил его Харл.

Морянин довел парня до кровати и помог забраться на второй ярус, потом задул огонь в каганце и улегся спать сам. Найденыш провалился в сон, глубокий и тягучий. И на это раз сон не принес ему никаких необычных видений.

Проснулся Найденыш от того, что его одним рывком кто-то достал из уютной кровати и поставил на ноги. Парень протер глаза и увидел по пояс голого Харла.

– Найд, просыпайся!

– Что? Завтракать уже пора?

– Ну и здоров ты братец поесть! Я уже начинаю серьезно опасаться за свои запасы. Столовничать будем позже. А сейчас на выход! – скомандовал Харл и первым полез в тоннель.

Выбравшись наружу, Найденыш увидел, что Харл набирает воду ведром из стоящей возле входа в пещеру бочки.

– А это зачем?

– Затем, чтобы взбодриться, – сказал Харл и окатил водой из ведра Найденыша.

Парню на миг показалось, что его обдало жидким льдом. Его затрясло, конечности моментально скрючило от холода, диафрагму свело судорогой, не давая ему сделать вдох. Глядя на судорожно пытающегося вздохнуть Найденыша, Харл расстроено покачал головой.

– Эх, ты точно не морянин, – Харл набрал еще одно ведро и облился с ног до головы сам, – уххх! Хорошо! Может, еще раз попробуешь?

Найденыш торопливо отпрыгнул к входу в пещеру, морянин по-доброму рассмеялся, а потом вылил на себя еще два ведра ледяной воды. Он довольно фыркал и отдувался, подтрунивал над Найденышем, как вдруг из-за его спины раздался полный напыщенности голос:

– Здесь ли проживает Харл, называющий себя охотником?

Харл с Найденышем обернулись и увидели, забравшегося на площадку перед пещерой рыцаря в начищенных, отливающих желтым золотом латах и высоким плюмажем из белых перьев на шлеме. Рыцарь принял настолько горделивую позу, что с него хоть сейчас можно было писать картину «Герой, победивший сорок драконов».

– Есть тут такой, – вмиг стал серьезен Харл, – а кто и с какой целью интересуется?

– Барон Эхейль Правобережный! – представился рыцарь. Позади него на площадку выбрались два мордоворота с башенными щитами в руках. Они встали чуть позади своего господина, хмуро смотря на Харла.

– Рад встрече, барон. Чем обязан?

– Я женюсь…

– Искренние поздравления! Зашли пригласить на свадьбу?

– Что?! – возмутился барон, но смерил свой пыл и продолжил нейтральным тоном, – моя невеста, Лодрига Милосердная попросила совершить в ее честь подвиг и сразить какого-нибудь жуткого монстра!

– Постойте-ка. Вы решили, что опасный монстр это живущий отшельником морянин?

– Да нет же! – раздраженно ответил рыцарь, – я решил убить громового барана!

– Сир, вы же говорили о монстре? А баран… он и есть баран.

Рыцарь поднял забрало. Под ним обнаружилось конопатое и красное от злости лицо с выдающимся орлиным носом.

– Кого я должен сразить в честь дамы своего сердца не вашего ума дело!

– И правда, – сказал Харл и направился к входу в пещеру, – удачи.

– Стой! Я еще не закончил! – взревел рыцарь, – мне нужен проводник и… помощник. Я готов ему заплатить двадцать серебряников.

– Вот ведь повезло кому-то, – продолжил тонко издеваться Харл, а рыцарь смутился.

– Вообще я хотел предложить эти деньги тебе. Ты должен будешь проводить нас к пастбищам громовых баранов, и помочь нам одолеть одного из них!

К тройке стоящих воинов присоединились два выбравшихся на площадку жреца в белых рясах. На груди у них красовалась вышитая золотом птица Рух, а с их плеч на спину спускались два отреза ткани, символизирующих крылья.

– Ого! Да у вас настоящее войско! Боюсь, мне места там не найдется, – рассмеялся Харл, – кроме того, за голову барана я получаю один золотой. Мне нет смысла рисковать за меньшие деньги.

– Да как ты смеешь! – вышел из себя один из щитоносцев.

– За двадцать монет я могу проводить вас к пастбищу и приманить животное. Дальше вы продолжите без меня, – не обращая внимания на слугу барона, продолжил морянин.

– Десять! – попробовал поторговаться барон.

Харл пожал плечами и пошел к пещере.

– Ну хорошо! Двадцать монет!

– Когда выступаем?

– Прямо сейчас.

– Ладно, пойду я оденусь.

– Проклятый морянин, – пробормотал щитоносец, но Харл сделал вид, что он не услышал ругательство.

Найденыш думал, что раз они идут на бой с жутким зверем, Харл тоже вырядится в броню как у барона. Но Харл вышел из пещеры в обычной меховой накидке, только из-за его плеч торчало оружие, похожее то ли на меч с очень длинной рукоятью, то ли на копье с большим и широким наконечником. На плече у морянина висел массивный витой рог. Найденыш с Харлом шли в голове колоны, но паренек постоянно оборачивался, глядя на громыхающего разнообразным железом рыцаря с восхищением.

– Харл, а почему ты не надел броню?

Морянин фыркнул.

– Латы носят тот, кто не уверен, что сможет увернуться.

– А почему ты без меча идешь? – произнес Найденыш, невольно любуясь длинным двуручным мечом с волнообразным лезвием, который нес барон.

– У меня на родине есть поговорка – кто подпоясался мечом, готовится от меча и умереть. Что есть меч? Игрушка, нужная лишь для убийства себе подобных. Тот фламберг, что красуется на плече у нашего приятеля барона, годится только для того, чтобы прорубать доспех такого же рыцаря. На косулю ты с ним охотиться будешь? Или на кабана выйдешь? Даже дров толком не нарубишь, – сплюнул в дорожную пыль Харл и вытянул из-за спины свое оружие, – вот гляди, это скаррэль, оружие настоящих мужчин, а не трусов, прячущихся за латами.

В длину оружие Харла было около трех с половиной локтей. Деревянная рукоятка, обмотанная полосками кожи, была примерно такой же длины, как и широкое, сильно изгибающееся лезвие, на поверхности которого были выгравированы вздымающиеся волны. Харл взял скаррэль одной рукой за небольшую гарду и раскрутил оружие кистью так, что его лезвие слилось в единый сверкающий круг.

– Хочешь моржа это красоткой разделывай, хочешь ветки руби. Хочешь стрелы отбивай. А ты бы видел, какие фортели со скаррэлем можно в танце выписывать.

– Может, хватит ерундой заниматься? – подал голос барон, – нам идти надо.

– Сир, так мы уже почти на месте! – жизнерадостно ответил Харл.

Их процессия забралась на склон и оказалась на небольшом плато, пяточке с каменистой земле без единого кустика растительности. Оглядевшийся по сторонам Найденыш застыл как пораженный молнией.

– Это… это… что это?! – от удивления парень почти потерял дар речи.

– А, это? Небесный Столп. Первый раз видишь? – усмехнулся Харл.

Найденыш смог только лишь кивнуть. К югу от плато, возвышаясь над всеми горными пиками, в небо уходила гигантская скала, по форме напоминающая круглую, грубо вытесанную, колонну. Найденыш задрал голову, пытаясь рассмотреть ее вершину, и чуть не упал на спину. Верхушка колонны скрывалась в серых грозовых облаках, которые кружились вокруг нее в штормовом вихре. В облаках сверкали молнии, но грома слышно не было.

– Небесный Столп, источник магии всех воздушников. На его вершине находится гнездо птицы Рух, – сказал Найденышу Харл, а жрецы рухнули ниц и начали отбивать поклоны.

– Птица Рух… боги… они что, существуют? – Найденыш не мог оторвать взгляд от грозовой воронки, вертящейся над скалой.

– Кончено существуют! Смысл придумывать себе несуществующих богов?

– Может, мы перестанем любоваться на Небесный Столп и приступим к делу? – с раздражением вклинился в разговор рыцарь.

– Отчего бы и не приступить? – Харл снял с плеча рог, приложил его к губам и, набрав полную грудь воздуха, затрубил.

Рог издал низкий рокот, от которого, казалось, задрожали окружающие скалы. Найденыш зажал уши руками, гул от рога терзал и рвал барабанные перепонки, и парню казалось, что сейчас его голова просто лопнет. На его счастье морянин перестал дуть в рог, и звук многократно отражаясь от скал, постепенно стих.

– Фууух, устал, – оттер несуществующий пот со своего лба Харл и сел.

– А теперь чего? – спросил у него рыцарь.

– У нас обед, а вы себя займите, чем хотите.

Харл вытащил из своего мешка лепешку, кусок сыра и жестом пригласил Найденыша сесть рядом и разделить с ним трапезу. Рыцарь снова поднял забрало и оглядел этот импровизированный пикник, на его лице заходили желваки, а рука в латной перчатке крепко сжала рукоять меча.

– Издеваться надо мной вздумал?!

– И в голову не приходило…

– Встать, когда с тобой разговаривает дворянин!

Морянин встал и как бы случайно положил руку на скаррэль. Чуть позади своего господина встали с мрачными лицами щитоносцы. Даже жрецы перестали кланяться и с опаской смотрели то на Харла, то на барона с его подручными.

– Немедленно начинай что-нибудь делать или возвращай деньги! – рыцарь чуть не прыгал на месте от возмущения.

– Я уже все сделал, нам надо только ждать…

– Ждать чего?! Ты решил меня обмануть, чертов морянин?! Да я тебя сейчас…

Какие кары на голову Харла хотел обрушить барон, услышать не удалось. Вместо описания изощренный пыток, раздался точно такой же звук, какой Харл издал с помощью рога.

У Найденыша снова череп захотел развалиться на мелкие кусочки, а барон с щитоносцами развернулись в направлении звука. На плато вышел громовой баран, и Найденыш сразу понял, почему его череп стоил целого золотого и почему вооруженный огромным двуручником и закованный в броню по самую макушку рыцарь все-таки хотел иметь в своей компании опытного охотника. Баран был размером с хорошего вола, а меч барона смотрелся на фоне его лихо закрученных рогов тонюсенькой зубочисткой. Покрытый черной с проседью шерстью монстр сделал пару могучих выдохов, которые подняли пыль на высоту человеческого роста.

– Ну вот, дождались. Сир – это громовой баран. Сир баран – это доблестный Эхейль Правобережный. Сражайтесь и пусть победить сильнейший! – представил барану его будущую жертву Харл и потащил Найденыша в сторону.

Баран потоптался на месте, еще несколько раз фыркнул, и низко пригнув голову, бросился на рыцаря с его свитой, развивая на своих коротких, но очень мощных лапах невиданную прыть.

Глава 5

Мои заметки о Борее были бы неполными, если бы я не посетил Небесный Столп, скалу, своей формой и размерами поражающую воображение. Эта гигантская скала выглядит так, как будто ее высекли из одного куска камня. Но это работа не гигантов, а магии, которой пропитан в этом месте каждый камешек и каждый кустик. Небесный Столп это магический пуп Бореи, источник всей магии воздушников. Невидимый глазу магический поток расходится от Небесного столпа как вихрь. Поток магии подхватывает, усиливает и распределяет по всей Борее сеть храмов Великой Птицы.

На третий день моего пребывания у подножия скалы, когда я делал наброски карандашом в альбоме, что-то вдруг закрыло солнце, а на землю упала громадная тень. Мои проводники борейцы попадали, уткнувшись лицами в землю, и затянули молитвы. Я поднял глаза вверх и увидел силуэт птицы, окутанный вихрящимися тучами. В клюве Рух несла целое дерево, вырванное с корнем. «Мать всех птиц начала строить гнездо», – с благоговением прошептал один из моих проводников.

Морисисус-странник, «Мифы и легенды Четырехземья»

Свите барона надо отдать должное. Менее дисциплинированные люди уже разбегались бы по горам с криками «помогите!». Но верные своему господину щитоносцы вышли вперед и со стуком опустили башенные щиты, привалившись к ним плечами. Барон сделал несколько разминочных замахов своим монструозным мечом, а жрецы поспешили скрыться за спиной рыцаря, начиная петь свои псалмы.

Харл же быстро перебирая ногами, утаскивал Найденыша подальше места предстоящей схватки.

– Давай, скоренько! Вот за тем камешком сядем, – скорость, с которой Харл ретировался от громового барана, как-то совсем не вязалась с его славой грозного охотника.

– Вот и чудно! – прячась за обломком скалы, произнес Харл, – только сильно не высовывайся.

Баран остановился шагах в ста перед выставленными щитами, задрал голову в небо и затрубил. У Найденыша заложило уши.

– За это их называют громовыми? – прокричал Найденыш Харлу.

Тот не стал напрягать глотку и утвердительно кивнул головой.

Животное видя, что вторгшиеся на его территорию люди отступать не собираются, несколько раз взрыл копытом землю и начал разбег. Здоровяки за щитами напряглись, закрыв глаза, барон, готовя удар, поднял меч высокого над головой. Жрецы синхронно вскинули и опустили руки, и на рыцаря с его воинами посыпался дождь из золотых искорок.

– Зря он жрецов с собой взял, – прокомментировал происходящее морянин, – лечат они и благословляют получше магов, но зато толку от них в свалке не будет никакого. Маги могут и себя защитить и супостата по кумполу чем-нибудь приложить. А эти… – морянин пренебрежительно махнул рукой.

Тем временем разогнавшийся баран с оглушительным грохотом врезался в щиты. Во все стороны полетели щепки и державшие щиты здоровяки. Рыцарь успел нанести один удар вдоль хребта животного, но был тут же снесен громадной тушей. Харл оказался прав – жрецы Великой Птицы лезть в бой желанием не горели. Они пропели очередной псалом и воспарили над беснующимся под ними животным.

– Левитация! Отличная штука! Но теперь на другие фокусу у них сил не нет. Остался наш герой один на один с барашком, – довольно подметил Харл.

Щитоносцам хватило первого столкновения, их тела изломанными куклами лежали на земле, все еще сжимая в руках обломки щитов. Жрецы левитировали на высоте четырех человеческих ростов и на потеху разозленного барана остался только лишь рыцарь. Барон попытался встать с четверенек, но животное сбило его с ног и начало задорно катать по плато звенящую металлом игрушку. Найденыш за бесславным поражением барона наблюдал во все глаза, забыв об осторожности и высунувшись целиком из-за камня.

От очередного тычка рогами доспех, и все что осталось от рыцаря внутри него, плюхнулся прямо возле укрытия Найденыша. Следом к камню подбежал и баран и его маленькие, бардовые от злости глазки уставились в упор на парня. Найденыш услышал тихий шелест позади него – Харл достал свое оружие. Баран приблизил свою морду к лицу Найденыша, шумно фыркнул и, развернувшись, потрусил от него.

– Вот это да! Не напал! Устал он что ли? – с облегчением выдохнул и убрал скаррэль в ножны на спине Харл.

Тело барона начало исчезать, рассыпаясь в прах развеваемый ветром. Еще секунда и на его месте осталась только пара бронированных перчаток.

– Полетел голубок к даме своей сердечной. О, гляди! И жрецы туда же отправились! – рассмеялся Харл, увидев, что жрецы не стали рисковать и приземляться, опасаясь возвращения зверя. Вместо этого они не спеша дрейфовали по воздуху куда-то на север.

Найденыш подобрал одну перчатку с земли, засунул в нее руку и попытался согнуть пальцы. Сталь перчатки больно врезалась в фаланги, доставляя парню неприятные ощущения.

Вы не можете носить броню этого типа!

Возникли красные буквы перед глазами Найденыша. Он испугано отбросил латную перчатку подальше от себя. Харл расценил его действие по-своему.

– Что, палец защемил? Я же тебе говорил, толку от этих железяк никакого.

Найденыш не стал говорить Харлу, что он видит наяву какие-то надписи. Ему очень не хотелось, чтобы единственный человек, который к нему хорошо относится, решил, что у него с головой непорядок. Поэтому он перевел тему разговора в другое русло.

– Как вообще такую зверюгу можно одолеть?!

– Хочешь увидеть своими глазами?

Найденыш кивнул.

– А хочешь сам попробовать добыть громового барана? – с хитрецой посмотрел на парня Харл.

– В одиночку?! – Найденыш не понимал, как мог справиться один человек со зверем, который за считанные секунды разметал хорошо подготовленный отряд, – хотя чего тут страшного. Ну умер ты, ну воскрес в Храме. Наточил меч, сбегал, перчатки забрал и снова готов рубиться с бараном.

– Ты чего?! Ты забыл?! После смерти мы становимся вполовину слабее. Воины теряют свою силу, маги свой запас маны. Здоровья у нас вполовину меньше. На излечение нам требуется целая неделя! А если нас за эту неделю опять убьют, то мы еще наполовину слабее станем. Хочешь сделать кого-нибудь инвалидом – убивай его семь дней подряд, он потом чуть ли не месяц восстанавливаться будет. Да и перчатки недолго лежать будут, исчезнут, если их кто-нибудь не подберет.

– Приходящие также после смерти слабеют?

– Ого! Ты про приходящих вспомнил?

– Не вспомнил. Старушка одна добрая рассказала, что есть люди, которые попадают в Четырехземье откуда-то снаружи.

– Есть такие, есть. Для них тут все ненастоящее. Они тут развлекаются.

– Как развлекаются?

– Мы ходим на охоту, чтобы добыть дичь и сожрать. Дворянчики этим занимаются для развлечения. Вот как наш барон, – Харл подобрал перчатки рыцаря и уложил их к себе в заплечный мешок, – а я думают так, что приходящие нам шляются потому, что свой мир они сделали невыносимым для жизни. Вот и бегут к нам толпами. Пойдем, глянем, чем с нами молодцы барона поделятся.

Харл направился к исчезающим щитоносцам.

– Зачем ты пришел в Борею? Ты же здесь тоже чужак.

– Что-то нищая у нашего барона дружина, – поднимая несколько медяков из пыли сказал Харл, – зачем я приперся в Борею, говоришь?

– Ну да, местные тебя не очень-то и любят.

– Есть такое. Но только тут, вблизи от Небесного Столпа, я смогу выучить несколько заклинаний из магии Воздуха.

– Тебе они на что? Ты же морянин, ты Водную магию должен знать.

– Одно другому не помеха. Фальдорра страна морей, у нас ребенок раньше, чем ходить, учиться управлять лодкой. Маги воды могут разгонять наши корабли по любой водной глади, но мы не чураемся использовать и паруса. С помощью магии Воздуха я смогу наполнять ветром паруса моего судна. Или насылать шквал на корабли неприятелей. Это очень удобно. Когда ты водник, то и противник ждет от тебя штучек из арсенала Водной магии. А ты оп! И приголубливаешь его магией Воздушной!

– Тогда почему ты тут один? Почему без земляков?

Лицо Харла стало суровым.

– В Борею мы отправились вдесятером. Дошел один я. Смотри, – Харл присел, взял в руку щепу от щита и нарисовал на земле круг.

– Это Четырехземье, – двумя линиями он разделил круг на четыре примерно равных сектора, – мы сейчас здесь в Борее. Слева находится моя родина – Фальдорра, страна морей, озер и рек. Справа лежит Литорум, страна огненных. Напротив Бореи находится Териос, место, где живут земляные. Как видишь, водное царство находится напротив огненного, а воздушное напротив земляного. Эти стихии противоположны, поэтому морянин, к примеру, не может обучиться магии Огня. А воздушник не освоит магию Земли. Но я могу использовать магию Воздуха или магию Земли. Границы между этими странами крайне опасны. К примеру, на границе между Фальдоррой и Бореей смешиваются два потока магии, Водной и Воздушной. Получается иная магия, загрязненная и нечестивая. Под ее действием обычные животные превращаются в монстров, леса в непроходимые чащи с ловушками. На границе смешивания двух магических потоков всегда царит полумрак, независимо от времени суток. Поэтому границы называют Пеленой. Мои товарищи, вышедшие со мной из Фальдорры, погибли, когда мы проходили Пелену.

– Как погибли? Они же должны были возродиться?

– Они и возродились. Ты же понимаешь, что Храмы Великой Птицы не возрождают морян. Мои товарищи воскресли дома. В храмах Черепахи. Если… если вообще воскресли. Ходят слухи, что в Пелене ты можешь погибнуть истинной смертью.

– Навсегда?! – прошептал Найденыш.

– Да. Навсегда.

– Постой. Я не понимаю. То есть получается тебе нельзя умереть? Если ты погибнешь, тебя перенесет в Фальдорру?

Харл кивнул.

– Ты пять лет охотишься на громовых баранов и за это время ни разу не умер?! – потрясенно произнес Найденыш.

– Раз двадцать был на волоске от смерти, но Мать Черепаха уберегла. Хочешь, научу, как стричь золотые с этих милых овечек?

– У меня не получится, – потупил голову Найденыш.

– Я тоже так думал, когда впервые увидел это страшилище. Но когда я тебя натаскаю, ты поймешь, что бараны добрее домашней кошечки.

– Зачем тебе меня учить?

– Пять лет! Пять лет я был один одинешенек, парень! Я думал, что уже говорить отучился!

– И с чего мы начнем?

– Как с чего? С обливаний естественно! – глядя на резко побелевшего Найденыша, Харл рассмеялся, – да ладно, начнем с того, что я тебе должок отдам. Пойдем в берлогу.

Найденыш уже и забыл, что морянин обещал ему за «помощь» дать оружие. Поэтому когда он развернул протянутый Харлом сверток, он чуть не запрыгал от радости. В свертке лежал лук, три тетивы и небольшой запас стрел.

– Я поглядел на стрелы в твоем колчане. Ни одной обычной, все дорогущие. Для тренировок такие тратить жалко.

Лук «Мечта подростка».

Это простой ясеневый лук, который на коленке может выточить любой подмастерье. Единственное его достоинство это надежность. Он не сломается пополам во время выстрела и не хлопнет вас тетивой по лицу.

Урон: физический, 10-15 единиц.

Требуемый уровень: 6.

– Я не лучник. Но кое-чему смогу тебя научить. Сначала надо отработать стойку. Смотри, как я стою, обрати внимание на ноги. Теперь дай мне лук и одну стрелу, следи, как я целюсь и натягиваю тетиву, – сказал Харл, взял лук у Найденыша.

Он целился в установленный на камне старый выщербленный щит. Тренькнула тетива, стрела вонзилась в трех ладонях от центра щита.

– Теперь попробуй ты, а я буду подсказывать.

Найденыш взял в руку лук и стрелу. Потом, повинуясь непонятному порыву, положил стрелу на ребро ладони, проверяя ее баланс. Подул слегка на оперение, потрогал его пальцем.

– Дай нож, – протянул руку Найденыш.

Получив от Харла требуемое, он легкими движениями обстругал древко стрелы и подрезал два пера. Наложив стрелу подправленную стрелу, Найденыш прицелился. Перед его взором появилось красное пятнышко. Парень вспомнил, что когда он стрелял в кошку, стрела угодила именно туда, куда указывала эта красная точка. Поэтому он, двигая луком, навел ее на центр щита, задержал дыхание и отпустил тетиву.

– Мать Черепаха! – воскликнул Харл, видя, что стрела угодила ровно в центр щита, – а повторить можешь?

Найденыш поправил ножом еще две стрелы и точно также пустил их в центр щита.

– Похоже, в стрельбе мне тебя учить нечему, ты отличный лучник!

– Был отличным лучником, –поправил Харла Найденыш, – а в центре Четырехземья, где смешиваются все четыре стихии, наверное, вообще жуть творится?

– Ты что! Там благодать! Когда четыре стихийных магии смешиваются вместе, получается магия чистая, изначальная.

– А почему ты туда не направился?

– Кто меня туда пустит? В центре нашего мира находится Плато Равновесия. Огромный горный кряж с отвесными стенами и ровной, что твой стол, вершиной. В Борее пыльно и ветрено, у нас мокро, огневики от жары изнывают. А на Плато Равновесия чистый рай! Но попробуй еще туда вскарабкаться, а даже если и залезешь, то теплого приема не жди. Полубоги там всякие живут и могучие создания. Мы с тобой им на один укус. Из-за этого плато кстати, огненные не могут напрямую к водникам пройти и учинить большую войну. А воздушники отделены от землянных, иначе резня между ними каждый день была бы, сильно они друг друга не переносят. А так, могут только гадить друг другу по мелочи. А еще говорят на плато этом, в самом центре, стоит высокая гора. А на ней построена башня выше неба. И в башне той Творец живет, верховный бог, стало быть.

– А Рух или Черепаха разве это не верховные боги?

– Птица – хранительница Бореи. Она только тут главная. Также как и Черепаха у нас в Фальдорре. Но Творец создал и все Четырехземье и самих хранителей. Так что самый главный это он. Ладно, хватит о богах рассуждать, нам своим, земным заняться надо. Ты «Тройную гидру» умеешь делать?

– Это как?

– Гляди, – Харл наложил на лук одну за другой сразу три стрелы, прицелился и выстрелил. Две стрелы попали в щит, третья воткнулась в землю перед ним, – вот так мы у себя в Фальдорре охотимся на морских кабанчиков. Тварь на рану крепкая, поэтому надо ее стрелами буквально нашпиговывать. Один залп десяти лучников и морской кабанчик превращается в морского ежа. На, пробуй, – Харл протянул лук Найденышу.

Всего через полчаса Харл удивленно хлопал глазами и выдергивал три стрелы пущенные Найденышем точно в цель.

– Ну как так, а? Меня дядька два месяца учил и то видишь, не все стрелы попадают.

Найденыш же с удивлением читал выскочившие перед самым его носом буквы:

Поздравляем! Вы выучили новую способность «Тройная гидра»!

Вы можете посылать в цель сразу три стрелы, увеличивая урон от выстрела в три раза.

Время перезарядки: 15 секунд.

Требуемый уровень: нет.

Требуемые навыки: Мастер-лучник (3 ранг).

– Держи! – вывел из раздумий Найденыша голос Харла. Найденыш поднял глаза и увидел, как в него летит скаррэль морянина. Кое-как изловчившись, парень поймал оружие, не лишившись при этом пальцев.

Харл поднял щит с земли, вырвал торчащие из него стрелы и, прикрывшись им, скомандовал:

– Нападай!

– Чего?

– Бей говорю!

Найденыш неуверенно подошел и, широко размахнувшись, как дубинкой ударил скаррэлем по щиту.

– М-да, так моя жена белье палкой хлопает. Давай еще!

Парень ткнул в щит лезвием скаррэля, наконечник оружия соскользнул со щита.

– Все понятно, – опуская щит, произнес Харл, – ты не бог войны, лишившийся памяти. Но постой здесь, я сейчас.

Харл вытащил из пещеры большой сундучок и открыл его.

– Это принадлежало Риконену, моему другу, который не прошел Пелену. Пять лет я хранил его пожитки, надеясь, что он все-таки сможет пройти границу. Но… я думаю, пусть лучше его вещи послужат тебе, чем будут пылиться в углу пещеры.

Первым Харл подал Найденышу лук. Парень пришел в восторг, разглядывая оружие из темного дерева с накладками из рогов животных. Лук был украшен разноцветными пучками перьев и связками бусинок.

Лук морского стражника «Праведник»

Этими замечательными луками вооружена Морская Стража Фальдорры. На это оружие наложено заклятие праведности – по преступникам, грабителям и убийцам он наносит двойной урон.

Урон: физический, 60-80 единиц.

Урон по преступникам: физический, 120-160 единиц.

Требуемый уровень: 43.

– Я думаю тебе еще рано из него стрелять, но…

Найденыш натянул тетиву и выстрелил. Стрела тренькнула о выбранный им в качестве мишени камень.

Харл решил не продолжать начатую им фразу и протянул Найденышу кожаный нагрудник. Тиснение на этой кирасе имитировало структуру черепашьего панциря. Харл помог Найденышу его надеть и закрепить.

Кожаная кираса морского стражника.

Этот доспех носит Морская Стража Фальдорры. Он легок и прочен и если вы упадете за борт корабля, то он не утянет Вас своим весом на дно.

Броня: 15

Требуемый уровень: 43

Последним из рук Харла Найденыш взял скаррэль вместе с перевязью для ношения этого оружия за спиной.

Скаррэль «Перышко»

Благодаря особой форме лезвия, это оружия почти беззвучно рассекает воздух, а также мышцы и глотки Ваших врагов.

10 % шанс, что Вы устраните свою жертву абсолютно бесшумно.

Урон: физический, 70-80 единиц.

Требуемый уровень: 43

– Ну вот! Ну просто не узнать! А ну поворотись! Боец, прямо настоящий боец! – восторженно разглядывал Харл Найденыша, – к доспеху привыкнешь, крутить скаррэль я тебя научу. Теперь переходим к самому важному – обливаниям!

Как Найденыш не морщился, как не скрежетали его зубы под струями холодной воды, но отказать Харлу после таких царских подарков он не мог. Но неожиданно за свои мучения он получил награду. Сначала надпись сообщила ему, что он получил плюс две единицы к какой-то Выносливости, а потом Найденыш почувствовал, что стал легче переносить холодную воду. После обливаний, они с Харлом каждое утро совершали пробежки по окрестным скалам. И Найденыш снова смог удивить своего учителя, кузнечиком прыгая по острым обломкам скал и ни разу не оступившись.

– Как ты это делаешь? Ни разу даже не споткнулся!

– Но ведь и ты не падаешь, – возразил Найденыш Харлу.

– Парень, я тут уже пять лет прыгаю, а ты смог пробежать через эту мешанину из камня со второго раза. Когда я тебя нашел, ты еле ползал, а что же происходит с тобой теперь?

Найденыш отмахнулся от очередного сообщения, что он заработал две единицы к Ловкости и сознался:

– Незадолго до нашей встречи меня убили.

– Вот оно что. То есть ты был вполовину слабее, а теперь начал восстанавливаться? Отлично! Доставай свой скаррэль, пришло время заработать пару синяков.

С оружием они занимались два раза в день по часу, но здесь прогресс шел не так быстро, как хотелось бы Найденышу. Он уже не размахивал оружием, как палкой для белья, но стремительные выпады Харла он пропускал, обнаруживая лезвие скаррэля то у своей груди, то у своего горла.

Дело пошло чуть лучше, когда Найденыш получил навык «Ученик боя на скаррэле, 1 ранг». Даже Харл отметил, что Найденыш размахивает оружием уже не так бестолково.

– Чую ты уже готов! Со мной тебе, конечно, не справится, но с бараном совладаешь.

Не смотря на горячие протесты Найденыша, что ему нужна еще неделя, а еще лучше две, Харл отправил его высыпаться – на завтра им предстояла большая охота.

На следующее утро, плетясь за Харлом на пастбище, Найденыш прокручивал в голове возможную тактику боя с громовым бараном. Попытаться осыпать его стрелами с расстояния? Попробовать подрубить ему ноги? Однако лучшей тактикой для выживания была та, при которой он вообще бы не встречался с громовым чудовищем. Найденышу стоило бухнуться на колени перед Харлом и молить того отменить охоту. Но морянин не только научил Найденыша обращаться с оружием. Он подарил ему уважение к себе. И ради этого уважения Найденыш согласен был вытерпеть и боль, и даже смерть под копытами зверя.

Харл, тащивший на спине огромный тюк из шкур, исподволь смотрел на меняющиеся одну за другой эмоции на лице у парня. От страха и отчаяния до мрачноватой решимости. Морянин усмехнулся и повел парня к самому краю плато, нависающему над огромным обрывом. Там он скинул с плеч свой тюк и потянулся, разминая спину.

– Мы его здесь ждать будем? – Найденыш выглянул с края обрыва вниз, – нам же некуда будет отступать.

– А нам это и не надо будет делать. Помоги-ка.

Из тюка Харл достал пять бревен и сноровисто собрал из них деревянного «козла», которого накрыл черной с проседью шкурой громового барана. Потом Харл водрузил на эту конструкцию голову барана, набитую соломой.

– Я не понимаю. Это мишень? Мне стрелять в нее надо? – глядя на нелепую копию их дичи спросил Найденыш.

– Мишень. Но не для тебя, – усмехнулся Харл, привязывая к одной из «ног» барана веревку с узелками и кидая ее в пропасть позади них, – ты по веревке спускаться умеешь? А ну да – не помнишь.

Найденыш еще раз глянул в обрыв – веревка доставала до его дна. Но от одной мысли, что ему придется по ней спускаться, у него закружилась голова, и он присел на корточки.

– Никак не решишься? Могу помочь! – улыбнулся Харл, снял с плеча рог и протрубил в него, – очень скоро здесь будет баран. Я вот не хочу с ним знакомиться, а ты?

Бесшабашный морянин обвил ногами веревку, и ловко перебирая руками начал быстрый спуск. Найденыш в растерянности метался между чучелом барана и натянутой веревкой, уходящей в пропасть. И до него удивительным образом дошло, почему воздушники называют морян проклятыми. Его слух различил потоп копыт, баран уже начал восхождение на плато.

– Давай спускайся! – раздался голос морянина, и Найденыш уцепился за веревку.

Сдирая руки об узлы, ежесекундно ударяясь спиной об отвесную стену, задохнувшись от вида бездонной пропасти под ногами, Найденыш больше падал, чем аккуратно спускался. Хорошо еще, что в конце этого падения его подхватил морянин.

– Ты… ты… ты! – язык Найденышу отказывался подчиняться.

– Тссс! – приложил палец к губам морянин, – слышишь? Идет!

Морянин еще раз протрубил в свой рог, откуда-то сверху ему ответил баран.

– Помоги мне, надо чучело слегка пошевелить! – сказал морянин, дергая за веревку.

– Зачем…

Морянин ответить не успел. Сверху раздался грохот и в пропасть полетели бревна и шкура чучела.

– Прижмись к стене! – проорал Харл, и Найденыш вжался в стену обрыва.

И вовремя! Вслед за частями чучела на дно обрыва приземлилась туша барана. Животное ударилось о землю головой и рогами, с треском сломав себе шею. К перебирающему ногами барану шустро подскочил Харл, воткнул ему скаррэль под лопатку и провернул оружие.

– Все, охота закончена!

– Все?! – не верил своим глазам Найденыш.

– Угу. Или ты хочешь, как барон? Красиво и эффектно умереть? Так давай еще одного барашка приманим, и ты с ним честно силушкой померяешься.

– Не надо.

– И правильно, что не надо. В состязании с силой, – Харл постучал себя рукояткой скаррэля по лбу, – ум всегда выиграет. У себя в Фальдорре мы охотимся на кракена. Это чудовище раз в шесть длиннее нашего самого большого корабля-дракона. Как ты его победишь? Только хитростью! Чего стоишь, помогай разделывать. Так вот – мы собираем большие раковины…

Как именно моряне умудряются победить кракена, Найденыш не услышал, речь Харла заглушил громогласный клекот. Харл встал и, прикрыв ладонью глаза от солнца, посмотрел в сторону Небесного Столпа.

– Ох и везет нам с тобой, ох везет! Нам теперь в город эту башку переть не надо будет!

– Почему?

– Потому, что город к нам придет! Сам! Слышишь? Птица на гнездо села!

Глава 6

Ровно полкорпуса лошади. Ни сантиметра больше, ни сантиметра меньше. Черный жеребец Артура должен отставать от огненно-рыжей кобылы Милены ровно на половину тела лошади. После «песочницы» девушка решила продлить с ним контракт и натаскивала его как сторожевого пса. С одной стороны Артуру было грех жаловаться на свою нанимательницу. Игра теперь приносила ему не жалкие крохи, а вполне солидный и, самое главное, постоянный доход. За виртуальные приключения он получал зарплату сопоставимуюс оплатой труда высокопрофессионального телохранителя в реале. В карман к нему капали еще и неплохие бонусы за сверхурочные, а набежало этих сверхурочных немало.

Артур уже забыл, когда нормально спал. Как только они с Миленой вышли за стену Амони, за них взялась целая команда «паровозов», людей, прокачивающих игроков за деньги. Данжы и квесты в голове Артура слились в один бесконечный бой наполненный тоннами крови, предсмертными хрипами врагов и оповещениями от системы о получении опыта и повышении уровней. Ему говорили колоть и резать – он махал мечем, говорили бежать – он без оглядки бежал, как робот, как бездушный автомат, выполняя приказы. Проваливаясь в мутный вязкий сон на четыре-пять часов в сутки и заходя вновь в игру, он с завистью смотрел на бодрую и энергичную Милену. Ему же чтобы не заснуть прямо на ходу и не вывалиться из седла приходилось горстями и пачками жрать стимуляторы мозговой активности.

Сорокового уровня в Четырехземье можно было достичь за год, неспешно поигрывая по вечерам после работы. Артур достиг этого уровня за месяц. И он не просто взял уровень, он еще и заработал кучу побочных навыков, таких как мастер боя на мечах или наездник от бога.

Но скорость развития его персонажа меркла перед достижениями Милены. В поединке лицом к лицу он как минимум ей бы не проиграл, но всего за месяц она умудрилась сколотить небольшой, но крепкий клан. С этой ватагой бесшабашных, но амбициозных парней, Милена совершила налет на баронскую башню и захватила ее. Две недели, в течение которых Артуру удалось поспать в общей сложности часов шесть, клан Милены с боями отстаивал эту башню от родственников бывшего владельца. Из сорока трех человек соклановцев к концу осады дееспособными остались только четверо, остальные из-за постоянных смертей стали калеками, неспособными держать оружие.Но их молодой клан выстоял и обрел крышу над головой, а Милена стала баронессой.

Артур думал, что после захвата башни и получения титула энергичная девчонка хоть немного успокоится – какое там! Часы Артура показывали половину четвертого утра, когда ему пришло сообщение от Милены: «Жду через 10 минут в игре. Срочное дело». И плевать ей с высокой баронской башни, что сейчас ночь и что Артур только десять минут будет в костюм влезать и в игру заходить.

Прыгая на одной ноге, пытаясь вторую засунуть в эластичную штанину костюма для виртуального погружения, Артур отхлебнул кофе, сморщился, обварив себе язык и небо, и выплюнул кипяток обратно в кружку.

– Чего тебя перекосило? – вместо приветствия кинула Милена Артуру, появившемуся в игре.

– Кофе, – не вдаваясь в подробности, ответил Артур, – что случилось?

Милена вывела его на обзорную площадку башни. Артур увидел строй неподвижно стоявших перед башней копьеносцев. Оглядев лес копий с черными наконечниками и стену желтых щитов, на которых красным были намалеваны кабаньи головы, Артур произнес:

– Наемники, Кровавые Кабаны. Пришли по нашу душу? Готовимся отражать штурм?

– Нет, я их наняла.

– Зачем? – удивился Артур. Мелиса в последнее время намекала, что баронская корона для нее маловата и пора бы отправится в гости в замок к какому-нибудь графу. Ну или цитадель герцога штурмом взять. Но наемников было не больше сотни, для полномасштабной войны их было слишком мало. А для вылазки в данж – слишком много.

– Седлай коня, расскажу по дороге. Времени нет.

Артур прикусил свой обожженный язык – на то, чтобы выдернуть его из кровати посреди ночи у этой стервы время находится, а объяснить, зачем Милене это понадобилось ей, видишь ли, некогда.

Милена соизволила поделиться своими планами, когда они ехали впереди пылящей по дороге пехоты. Услышав ее безумный план, Артур расхохотался. Ну наконец-то избалованная папиными деньгами девчонка, скупающая людей сотнями, получит обидный щелчок по носу. Задумка у Милены была нестандартная, награда могла быть баснословной, но после ее выходки против нее ополчится вся Борея. Сам император пошлет своих гвардейцев, чтобы разобраться с дерзкой бароншей. С одной стороны Артуру жаль будет потерять свой доход вместе с нанимательницей, с другой – эта высокомерная девка у него уже сидела в печенках.

Красные Кабаны на марше были быстры, всего за полчаса их колона добралась от баронской башни до подножия Небесного Столпа. Каменистая местность вокруг скалы, пустынная в обычные дни, сейчас бурлила жизнью. Ремесленники торопливо ставили палатки и сколачивали прилавки. Булочники и повара занялись готовкой в передвижных печах, наполняя воздух вызывающими зверский аппетит ароматами. Возле пивной бочки, стоящей прямо на телеге, собралась горланящая толпа людей, желающих утолить жажду, поделиться новостями и поздравить друг друга с началом ярмарки Птицы. Чуть поодаль возвышался белый с золотыми полосами шатер, державшийся не на веревках и подпорках, а на потоке забегающего под него воздуха. Возле входа в шатер, с закрытыми глазами в позе лотоса парили на высоте полуметра над землей два жреца Птицы.

На другой стороне строящейся ярмарке расположилась сцена, собранная из грубого деревянного каркаса и кусков синей ткани. По сцене носился маг в голубой хламиде и смешном остроконечном колпаке. Маг создавал прямо из воздуха стаи голубей, размером с хорошего орла и раскрашенными как королевские бабочки, вызывая у стоявшей возле сцены детворы крики восторгов и хохота. Маг недаром расположился как можно дальше от жреческого шатра. Магики на дух не переносили жрецов, считая их волшебство шарлатанством, а свое – истинным искусством. Жрецы отвечали магам искренней взаимностью.

Милена и не думая снизить темп марша, вела свое войско прямо на суетящееся скопление людей и так бы и въехала на ярмарку, если бы впереди нее не возник худой чопорный тип, в черном камзоле, белом жабо и болтающейся на тонкой шее массивной золотой цепи с гербом. Он выскочил из толпы так шустро, что кобыла Милены едва его не сбила, заплясав боком и успев погасить инерцию.

– Приветствую вас на ярмарке Великой птицы, госпожа баронесса! И вас, сир рыцарь, – худой поочередно поклонился Милене и Артуру.

– Ага, – ответила Милена даже не глядя на чопорного мужчину. Она не сводила глаз с Небесного Столпа.

– Позвольте представиться, я – Георг Хироу, бургомистр славного города Амони. Ваш же герб кажется мне незнакомым.

Герб их клана рисовала Милена. Собственноручно. Покрасила щит в белый цвет, потом с многозначительным видом ткнула в середину щита кистью с черной краской, оставив бесформенную кляксу. На вопрос что это, она ответила, что это роза. Милена платила своим соратникам достаточно, чтобы те называли кляксу хоть розой, хоть портретом собственной мамочки, поэтому протестовать никто не стал.

– Баронесса Милена, клан «Черной розы», – представилась девушка.

– По древнему закону разбивать ярморочные палатки под Небесным Столпом вовремя возрождения Птицы имеют право только жители Амони. Это привилегия, дарованная нам самим императором.

– Я не собираюсь здесь торговать, – жестко ответила девушка, кивнув на застывших наемников, – это моя свита. По указу императора дворяне имеют право посещать ярмарку со своими сопровождающими.

– Довольно многочисленная свита. И вооруженная. Боюсь, я вынужден вас попросить оставить ее здесь. А вас же мы с радостью примем на своем празднике.

Из толпы вышел и встал рядом с бургомистром толстячок в жреческом одеянии.

– Мир тебе и вечного попутного ветра, дочь моя. Бургомистр прав. Армии не место на празднике Возрождения. Сегодня Рух сядет на гнездо, снесет яйцо и рассыплется пеплом. Чтобы тут же возродиться в вылупившемся птенце. Это праздник победы жизни над смертью, созидания над разрушением. Отошли свое войско домой и присоединяйся к нам. Вознеси молитвы Великой Птице в нашем шатре и кто знает, может она даст тебе то, что ты попросишь у нее сегодня.

– Да. Мне от нее кое-что нужно. Осколки скорлупы Рух.

– Дочь, моя! Осколки иногда надают с Небесного Столпа, мы собираем их, складываем в ковчег и доставляем в Верховный храм. Посети его и ты сможешь прикоснуться к этой реликвии.

– Вот еще, переться в такую даль, если можно сделать это здесь, – ухмыльнулась Милена.

– Это… это… святотатство! Этого делать нельзя!

– Мне можно! У меня к вам предложение. Вы в течение часа собираете этот балаган и откочевываете от Небесного Столпа. Любого, кого я увижу поблизости через час, я убью без разговоров. Любой, кто посмеет приблизиться к упавшим осколкам, будет распят на этой скале и провисит здесь неделю. Любой…

– Баронесса, вы переходите границы! – побагровев, взревел бургомистр, хватаясь за висевший у него на поясе корд.

– Нет, я только собираюсь их перейти, – Милена обернулась к Кровавым Кабанам и махнула рукой, – вперед! Сровняйте здесь все с землей!

Наемники сдвинули щиты, и подняв копья, двинулись вперед. Бургомистр выхватил корд и попытался подло ткнуть кобылу Милены в брюхо. Лошадь мощной грудью сбила городского главу в пыль. Внимание Артура переключилось на жреца, который изящным жестом вытянул руку в сторону Милены. На его ладони начал завиваться еле видимый вихрь. Если за снос ярмарки Артуру деньги не платили, то защита здоровья нанимательницы входила в его прямые обязанности. Он метнул в жреца кинжал, сбивая заклинание. Жрец оказался парнем шустрым, отбив кинжал воздушным щитом, он воспарил настолько высоко, что Артур, встав на стременах и вытянув руку с мечом, достать его не смог. Артур подумал, что стоит освоить хотя бы дротики, чтобы сбивать этих летающих засранцев.

С неба на землю жреца сбросила Милена. С ее боевого цепа сорвалась молния, прожгла ветвистые прорехи в рясе жреца и затрясла его в жутком припадке. Жрец, потеряв концентрацию, сбитой ласточкой рухнул на землю, но ловко перекатился и вскочил на ноги. Лишь затем, чтобы попасть под вихрь ударов Артура. Драться в ближнем бою с закованным в броню всадником, размахивающим полуторным мечом лишь с помощью веры и заклинаний, было тяжеловато. Поэтому жрец быстро отвоевался и отправился на встречу со своим божеством. Чуть дольше продержался бургомистр, которого Милена зажала между своей кобылой и строем копьеносцев.

– Амони! Амони! Ко мне! К оружию! – мстительно прокричал, поднятый сразу на три копья, бургомистр и испустил дух.

Кровавые Кабаны, нарушив строй, обошли лошадей Артура и Милены, и снова сомкнули щиты и выставили копья. На четкий строй наемников катилась беспорядочная толпа жителей Амони, ремесленники похватали свои инструменты и бросились в бой, горя праведным гневом и желанием отомстить за смерть бургомистра и первожреца. Артур сам того не желая мысленно поаплодировал Милене. Он не понимал, почему она не взяла с собой в эту авантюру соклановцев, а решила обойтись наемниками. Сокланы бы сейчас с улюлюканьем врубились в эту толпу, и началась бы свалка с неизвестным исходом. Продажное мясо, наемники, которыми обычно просто затыкают дыры в своем строю, оказались самым действенным средством для сдерживания и уничтожения разгневанных граждан Амони.

Наемники действовали по примитивнейшей схеме – клич, шаг вперед, укол копьем. И снова шаг вперед. Толпа разбивалась о строй неумолимо продвигающихся Кабанов, но тут неприятный сюрприз преподнес балаганный маг, бросивший заклинание «Торнадо» на левый флангкопьеносцев. Вихревая воронка разметала передние ряды наемников и создала брешь в их построении, в которую тут же ринулись разъяренные граждане Амони. Копья, дававшие Кабанам преимущество на дистанции, в свалке в упор оказались бесполезны.

Жрецы, высыпавшие из шатра, лечили и благословляли напирающую на наемников толпу, а маг, делая пассы руками, готовил очередную пакость.

– Имория! – казалось, крик девушки заглушил звуки сражения и стоны умирающих и раненных людей. Артур обернулся и увидел, как в руках Милены рассыпается золотой пылью свиток с одноразовым заклинанием. Она использовала заклятие «Тишины» на тридцать секунд лишавшей магов и жрецов возможности колдовать. Теперь ближайшие полминуты полем боя будет править не магия, а честная сталь. Стоил такой свиток недешево, но награда была несоизмеримо выше. Подумать только – они могут заполучить кусок скорлупы Великой Птицы!

Милена пришпорила лошадь и рванула на левый фланг. Перемахнув сминаемую шеренгу Кровавых Кабанов, она начала направо и налево раздавать удары цепом, оттесняя толпу от пытающихся восстановить строй копьеносцев. Артур смачно выругался и направил своего коня вслед за Миленой. Вот и как прикажешь ее охранять, если одновременно двадцать рыл стараются ткнуть в девушку рогатиной, стащить ее из седла или подрубить ноги лошади? Но Артур старался, вертелся ужом, не бил, а лишь отбивал удары предназначавшиеся Милене. Позади них Кровавые Кабаны восстановили строй и вновь двинулись на горожан, выкашивая их будто серпом колосья.

Милена же вместе с Артуром во весь опор помчались к ярмарочному магу, чтобы в последние секунды успеть расправиться с беспомощным врагом. Когда до сцены оставалось всего метров тридцать, Артур заметил, как из-за перевернутого прилавка с обувью выскочил лучник в кожаной кирасе и натянул свой лук. Артур пришпорил своего коня, чтобы в последнем рывке закрыть собой Милену, но не успел на одно мгновение – сразу три стрелы просвистели над головой его жеребца и впились в бок девушки.

Милена закричала от боли, и чуть было не вывались из седла. Неожиданно получить три штыря в бок, пусть и с уменьшенной в игре на тридцать процентов чувствительностью, было адски больно. Артур заметил, что все три стрелы пробили панцирь, да еще и снесли у Милены четверть здоровья. Да какой же уровень у этого кудрявого паренька, показавшегося Артуру смутно знакомым, если он дорогущие латы шьет как бумагу?! Паренек наложил еще одну стрелу, Артур подъехал к скривившейся Милене и прикрыл ее своим треугольным щитом. Девушка же повела себя странно, стараясь наоборот высунуться из-за прикрывающего ее щита и рассмотреть парня. Следующую стрелу Артур умудрился поймать на щит только чудом, бронебойный наконечник пробил умбон и вышел с другой стороны из руки Артура, заставив теперь уже рыцаря скрипнуть зубами от боли.

– Убей! Догони и убей! – выплюнула приказ обычно уравновешенная Милена с дикой злобой и ненавистью, – Или лучше захвати!

Артур на секунду замешкался, разрываясь между приказом и обязанностью защитить Милену.

– Да не стой столбом! Вперед! – Милена выпрямилась в седле и развернула свою лошадь в сторону лучника.

В этот момент в общем веселье решил поучаствовать маг, он снова вызвал ураган, но на этот раз другого вида. Порыв ветра ножом прошелся по линии столкновения горожан и наемников, раскидывая их в разные стороны.

– Бегите! – прогремел усиленный колдовством голос мага, – Бегите!

Магическая буря набирала силу, расталкивая сражающихся в разные стороны. Горожане, вняв голосу мага и разума, побежали прочь от Кровавых Кабанов, а наемники скрючились за своими щитами, заслоняя глаза от пыли.

Пыльное облако накрыло и Милену с Артуром. А еще их окружила толпа бегущих горожан. И вот ведь подленькие людишки – каждый пробегая мимо, пытался ткнуть чем-нибудь острым если не всадника, то хотя бы его лошадь. Артур закрутил коня, стараясь увернуться от этих мелких тычков и увидел, как из-за перевернутого прилавка выскочил морянин, схватил лучника за шиворот и потащил за собой.

Артур не понял, кто сотворил очередное заклинание, маг или очнувшиеся жрецы Птицы. Воздух вокруг него с Миленой вдруг пожелтел и резко уплотнился. Двигаться в этом желе было очень трудно, все силы у Артура уходили на попытки сделать вздох. Он попробовал рассечь воздушный «кисель» мечом, но куда там – рука, с зажатым в ней клинком еле двигалась. Рядом с ним в ловушке в злобе билась Милена, но ее усилия также не увенчались успехом.

Морянин дотащил упирающегося лучника до проезжающей мимо жреческой кареты, зашвырнул его в экипаж одной рукой и запрыгнул в карету сам. Кони, запряженные в карету, неслись почти не касаясь земли копытами, видимо жрецы щедро подстегивали их магией.

Воздух вернулся в свое нормальное состояние через сорок секунд, Милена лихорадочно покопалась в своей седельной сумке и достала еще один дорогой свиток – «Метку Ни’гарра». Бросив это заклинание на цель, можно было отслеживать ее передвижения в течение суток. Зачем тратить редкий свиток на парнишку, который лишь пощекотал ей ребра стрелами, Артур не понимал. За время интенсивной прокачки их сотни раз кололи и резали, жгли огнем и кислотой, топтали и даже пытались съесть. А тут обычная стычка, небольшая рана.

Милена не успела, карета жрецов перевалила через горный хребет и скрылась из вида. Милена в припадке ярости швырнула свиток на дорогу.

– Тварь! – кого так ласково назвала Милена, Артур не знал. Мага ли, не вовремя бросившего заклинание. Или лучника или самого Артура.

Но за всех пришлось отдуваться бедняге магу. Он еще потрепал нервы своим колдовством, но, в конце концов, его взяли в круг щитоносцы и под прицелом трех десятков копий маг поднял руки, показывая, что он готов сдаться. Лучше бы он бился до конца – Милена вогнала в беднягу кинжал из кристаллита, вытягивающий из мага ману и приказала распять его на скале. Артур отметил про себя, что девушка явно не боится заводить себе врагов. НПС забывают лишь то, что случилось с ними за сутки до смерти, а несчастный маг провесит на скале два-три дня, прежде чем его убьет жажда и солнцепек. И отлично запомнит, благодаря кому его смерть была жуткой и мучительной.

Кровавые Кабаны окружили Небесный Столб, и им осталось всего лишь дождаться момента, когда со скалы посыплется несметное богатство, но Милена не выглядела победительницей. Не было в ее глазах пляшущих задорных огоньков и ухмылки на пол-лица, к которым привык Артур. Наоборот, девушка была дерганной и чем-то сильно озабоченной. Она подозвала Артура жестом.

– Мне надо срочно выйти из игры. Получишь осколки – сразу вези их в башню.

– Но что делать… – Артур хотел узнать, что же делать дальше. Горожане Амони и жрецы скоро оправятся от шока, соберутся с силами пойдут ровнять башню дерзкой баронессы с землей. Против сил целого города, а главное жрецов и храмовых бойцов их малочисленный клан долго не продержится.

– Что тебе не понятно?! – взъярилась девушка, – упали осколки, подобрали, погрузили в телеги и отвезли в башню! Доставь их туда хоть на руках, хоть на карачках! Взял и принес, что может быть проще?!

Артур потупился, нанимательница была не в духе, и он не хотел оказаться рядом на скале с вопившим от боли магом.

– Все понял, сделаю.

Милена не удостоила его ответом и просто растворилась в воздухе. Ее кобыла, понурым шагом отправилась в башню, а Артур принялся объезжать караулы наемников. Не ровен час, все-таки проскользнет мимо какая-нибудь сволочь. Интуиция подсказывала Артуру, что за пропажу скорлупы Милена с него долго будет ремни из кожи вырезать.

По овальной комнате со светло-серыми стенами и потолком разлилось мягкое свечение. Комната была пуста, только в самом ее центре находилась конструкция, напоминающая гроб на пьедестале, к которому зачем-то был подведен жгут проводов. Крышка гроба с тихим вздохом отъехала в сторону и в нем села фигура с матово-белым обтекаемым шлемом на голове. Фигура коснулась пальцами застежек на шее, сняла шлем и с глухим стуком уронила его на пол. Вытянув сначала одну изящную ножку в облегающем костюме телесного цвета, потом вторую, Милена села на край капсулы для виртуального погружения. Распутав узелок на затылке, она мотнула головой, и черные волосы рассыпались по ее плечам.

Милена достала из пенала капсулы небольшую коробочку, открыла ее и вытащила прозрачную глазную линзу. Вставила ее в правый глаз, зажмурилась и несколько раз моргнула. На линзе появилось микроизображение интерфейса. Милена покрутила рукой в воздухе, листая пункты меню. «Вызов отправлен, соединение установлено», – возникла надпись у нее на зрачке. Следом появилось изображение рабочего стола, за которым восседал седой мужчина с глубокими морщинами на лице и усталым взглядом.

– Поздно звонишь, что-то случилось?

– Да, – Милена на секунду задержала дыхание, – я встретила его в игре.

Усталость моментально слетела с лица мужчины. Он напрягся терьер, почуявший в норе лиса.

– И?

Милена тяжело вздохнула.

– Я упустила его.

– Как?! Как ты могла упустить слепоглухого идиота?!

– Он не идиот. И не слепой. Насколько я могу судить по его поведению – он нормальный.

– Он не может быть нормальным!

– Еще как может – засадил в меня три стрелы шагов с пятидесяти! Прошил доспех!

– Стрелы, доспехи, – с горечью произнес мужчина, – игры! Когда же ты станешь взрослой и поймешь, что если он придет в себя все игры закончатся! Ты и так натворила дел, когда зачем-то решила убить его в первый раз!

– Ты мне ничего не рассказывал. Я не знала!

– Теперь знаешь. Найди его. Убей, но перед этим обязательно помучай. Он должен страдать, перед смертью, чем больше, тем лучше. Никаких этих доспехов, стрел, мечей и прочей ерунды. Твоя цель – этот парень, вообще из игры не выходи, пока его не найдешь. Ты поняла?

– Да, – коротко ответила Милена, сжав губы.

– Сделай хоть что-то, за что я бы мог тобой гордиться! – сказал мужчина и оборвал связь.

– Я сделаю… отец, – пообещала Милена сама себе.

Фразой, что он должен гордиться ею, отец изводил ее с самого детства. Он отдавал ее то на балет, то нанимал учителей музыки и рисования. Прояви себя, делай что-то лучше всех! На голову Милены, рано оставшейся без матери, со стороны отца лилась сплошная критика, а ей так необходимо было одобрение. И потихоньку в ее душе рождалась буря протеста. К примеру, уроки рисования закончились тем, что она на двадцати листах поставила черные кляксы и, показывая альбом, говорила отцу, что здесь нарисована ваза, а тут аквариум. У отца вырвалось только одно слово: «Бездарная».

Неожиданно Милена открыла себя в онлайн играх. Она оказалась отличным тактиком и замечательным организатором. Отец смотрел на ее новое увлечение с обреченностью, но не отказывался выделять ей на него деньги. Много денег, которые она собиралась вернуть и показать отцу, что может быть она и не умеет ногами дрыгать и бумагу красками марать, но зато как настоящая дочь своего отца может проворачивать рискованные дела, приносящие немалую прибыль. И надо же было ей наломать дров на ровном месте и убить городского дурачка. Но отец тоже виноват, стоило ему сразу рассказать ей о своих старых делах!

Глава 7

– Вот скажи – зачем? Ну зачем, а? Это была не наша война, а междусобойчик воздушников. Какого черта ты туда влез? Ты же видел что эта бабенка чокнутая! – отчитывал Харл Найденыша.

Они тряслись в карете жрецов, внутри больше похожей на просторное купе поезда. Между Харлом и Найденышем, стиснутый с двух сторон, сидел щуплый паренек в жреческом одеянии и с бритой головой.

– Я не мог не вмешаться, ее надо было остановить, – тихо, но упрямо отвечал Найденыш.

– Да кому надо? Жрецам? Вот пусть они бы ее и останавливали!

– Я вообще в жрецы пошла, чтобы не воевать! – подал голос, зажатый между ними жрец, вдруг оказавшийся бритоголовой девушкой, – самый мирный класс, как же! В такой замес попала, кровь, кишки, мясо! Я два раза уже на рерол уходила. Бардом была, хантом была – везде одно и то же! Что это за мир такой!

Харл с удивлением посмотрел на впавшую в истерику девушку и отодвинулся к стенке кареты, давая даме чуть больше места.

– Да мир, в общем-то, ни при чем, – попробовал успокоить жрицу Харл, – это не мир, это все мы.

Найденыш решил сознаться, что он то же считает и окружающий мир и себя несовершенным.

– А цифры вижу. И надписи.

– Чего?! – еще сильнее удивился морянин.

– Ну и что? – не поняла его удивления девушка, – напиши в поддержку, что у тебя что-то не так с системными сообщениями.

– Куда написать?

– Придуриваешься? Или разыгрываешь меня?

– Да какой розыгрыш? У меня перед глазами мельтешат буквы и цифры! Вот так вот! – Найденыш помахал раскрытой пятерней перед своим лицом.

– Так это нормально! Можешь интерфейс настроить, чтобы поменьше мелькали, – пожала плечами жрица.

– Так ты приходящий? – догадка озарила морянина, – ты приходящий и забыл об этом?!

– Да бросьте, как об этом можно забыть! – рассмеялась девушка.

– Он потерял память.

– Чегооо?!

– Он не помнит, кто он, – пояснил морянин, – но сдается мне, он приходящий, а с виду мне глянулся нормальным парнем.

Харл встал и демонстративно пересел на другое сиденье, потеснив трех жрецов.

– Чего это он? Он не знал, что ты игрок?

Найденыш пожал плечами.

– Я и сам не знаю, кто я.

– Ты можешь вызвать интерфейс?

– А как это делается?

– Да проще простого! Сейчас расскажу.

Сначала Найденыш не понимал, на каком языке девушка ему пытается объяснить, как пользоваться этим загадочным «интерфейсом». Он упоенно рассказывала про «элементы управления», «виджеты», «ползунки» и «кнопки». На пятой минуте ее трескотни Найденыш сдался.

– Я всего этого не вижу! И не понимаю, как это работает!

– Воспользуйся всплывающей подсказкой.

– Чем?! Я не вижу никакой подсказки. Тебя вижу! Надувшегося как индюк Харла вижу. И больше ничего.

Жрица воздела глаза вверх, видимо принося птице Рух молитву и прося избавить Найденыша от тупости.

– В верхнем правом углу у тебя точечка мигает? Ну такая белая полупрозрачная?

Найденыш недоуменно посмотрел в угол кареты и непонимающе помотал головой.

– Да не в углу кареты! В поле зрения твоего! Глаза просто скоси, не крути головой.

Парень сделал, как она говорила, и действительно увидел небольшую мигающую точку.

– Сконцентрируй на ней взгляд и отдай мысленную команду – Меню.

– Мысленную? – не понял Найденыш.

– Блин, просто погляди на нее и подумай – Меню!

– Ооо! Это что?!

– Получилось?

– Да, – Найденыш зачаровано смотрел на появившиеся перед ним надписи.

– Выбери «Персонаж», настройки и остальное потом посмотришь.

Найденыш ткнул в названный жрицей пункт меню. Перед его глазами появился… он сам. Вернее его уменьшенная копия, стоявшая широко расставив ноги и уперев руки в бока. Найденыш попробовал дотронуться до своего двойника, но его ладонь прошла насквозь, ничего не ощутив.

– Ты чего? – спросила жрица, видя, как Найденыш размахивает перед собой руками, – все также мысленно выбирай, руки в интерфейсе не работают. Что видишь?

– Себя. А еще несколько слов: Сила тела, сила духа, интеллект, ловкость и удача. Это что?

– Твои основные характеристики. Под ними есть какая-нибудь цифра?

– Есть. Написано: «Нераспределенные очки характеристик – 7».

– Не густо, но и не мало. Неплохой, в общем, запасец. Уровень какой? Там над персонажем должно быть написано.

Найденыш посмотрел и ответил.

– Сорок седьмой.

– Ого-го-го! Не хай конечно, но очень прилично. Еще три-четыре уровня и можно будет в серьезный клан проситься. Теперь ник свой посмотри.

– Ник?

– Ну имя персонажа, – терпение жрицы подходило к концу.

– Три черточки.

– Что?! Так и написано?

– Не буквами написано. Просто стоит три прочерка.

Жрица задумчиво потерла носик

– Не может быть такого таких символов в нике.

– В какой игре?!

– В этой, – жрица обвела вокруг себя руками, – Четырехземье это же игра.

Следующие полчаса жрица объясняла Найденышу, что такое виртуальная игра, костюм и капсула для погружения. Найденыш сжимал свою голову двумя руками, чтобы ее изнутри не взорвал закипающий мозг. У него в сознании никак не укладывалось, что все, что он привык считать настоящим, что весь окружающий его мир, это выдумка, аттракцион для развлечения.

– Ты врешь. Или выдумываешь. Или у тебя с головой что-то нехорошее случилось, – вынес свой вердикт Найденыш.

– Это мне говорит человек, который даже имя свое не помнит? – иронично ответила ему девушка.

– У меня есть имя! Найд… – Найденыш споткнулся, но вспомнил имя, которое ему дал Харл, – меня зовут Найд.

– Безмерно приятно, я – Корнелия Летиция Радомила Третья, – глядя на округлившиеся глаза Найденыша девушка добавила, – можно просто Рада.

Пристав со скамеечки девушка изобразила книксен, Найд в ответ ей рассеяно кивнул.

– А что мне теперь с этими очками делать? – Найденыш разглядывал цифры своих статов.

Сила тела – 9

Сила духа – 5

Интеллект – 12

Ловкость – 15

Удача – 9

Нераспределенные очки характеристик – 7

– Не знаю. У тебя класс какой?

– Написано странник.

– Странник? Первый раз о таком слышу. Знаешь что, у нас в храме мужик один есть. Сейчас он жрец, но до этого кем только не играл. Он тебе может подсказать какие навыки развивать, куда очки вкладывать. А еще он жрец-менталист, просканировать тебя может.

– Что сделать?

– Просканировать, узнать какой у тебя настоящий ник, к примеру. Менталисты это умеют.

Всю оставшуюся дорогу до храма Найд не мог дождаться встречи с этим многоопытным жрецом. Но и в карете у него оставалось одно важное дело. Найденыш сел напротив Харла, который старательно глазел в окно и делал вид, что он любуется проносящимся мимо пейзажем. Хотя вид не отличался особым разнообразием, за окном лежала все та же бескрайняя степь с вечно колышущимся морем синей травы.

– Харл, – позвал Найд.

– Эм? – ответил тот, не отрываясь от унылого вида.

– Харл я точно не морянин. Я сейчас посмотрел.

– Это да. Люди Фальдорры – люди чести. Никто из нас бы не стал валять дурака и прикидываться исконным.

– Харл я не прикидывался. Я и правда, не знал.

– А теперь знаешь?

– Да, Харл. Я воздушник.

– Точно не огневик? – прищурился морянин, – чем докажешь? Может, фокус какой-нибудь покажешь?

Найд вздохнул и полез в «интерфейс», Рада что-то говорила, про то, что навыки можно вызывать оттуда либо использовать специальные жесты и заклинания. Но как всю эту радость использовать на практике Найденыш не знал, поэтому открыл вкладку «Способности» и ткнул в первую же попавшеюся, показавшуюся ему магической.

– Ты что… – вскрикнул Харл и закашлялся.

Карета проветрилась только через час, в течение которого жрецы усердно вытряхивали свои рясы и проклинали Найденыша как могли. Когда он использовал способность «Пыль дальних странствий» из его одежды вылетело целое облако мелкой и крайне въедливой пыли. В идеале эта пылевая завеса должна была прикрыть Найденыша от врагов, как осьминога его чернильное облако. К каким последствиям это привело в ограниченном пространстве кареты легко догадаться. Жрецы, чихая и кашляя, со слезящимися глазами высыпались из нее как горох из банки. Хорошо еще, что они все отлично владели магией воздуха и смогли выдуть десятисантиметровый слой пыли из своего экипажа.

Жрецы пообещали Найду, что еще одна такая шутка и они, не глядя на его боевые заслуги в борьбе с еретичкой-баронессой, высадят его посреди дороги. Единственным, кто по достоинству оценил фокус Найденыша, был морянин. Удостоверившись, что его друг после всех сюрпризов, по крайней мере, не является огневиком, Харл заметно повеселел, сел рядом с ним и пытался узнать у Найденыша побольше о том мире, откуда тот явился. Морянина ждало полное разочарование – Найд о своем мире не знал ровным счетом ничего. Рада же сказала Найденышу, что он смело может рассказывать о мире, из которого они приходят, все что угодно. Из памяти исконных эта информация стирается уже через несколько минут. Жрица об этом говорила совершенно спокойно, а вот Найд сжал зубы от приступа ярости – может быть и ему кто-то так промыл память?

Злость уступила место восхищению, когда они прибыли на место и Найд увидел Храм Воздуха. Огромная перевернутая пирамида из серых каменных блоков висела в воздухе, едва касаясь своей острой верхушкой земли.

– Все у вас у воздушников не как у людей. Даже дома строите вверх дном, – проворчал Харл, глядя на это величественное и медленно вращающееся здание.

– Так мы проверяем и испытываем нашу веру. Если наши молитвы будут недостаточно сильны и искренни, храм рухнет, – ответила ему Рада.

– А верить без того, чтобы тебе что-нибудь на голову рухнет никак? И где у этой махины лестницы? – спросил Харл, подходя к пирамиде и обходя ее вершину, пытаясь найти вход.

– Зачем нам лестницы? – ответил один из монахов. Он подхватил Харла подмышки и взмыл вместе с ним в воздух.

– Ааа! – раздавались вопли Харла откуда-то сверху, – пустиии! А нет! Не отпускай, ни за что не отпускай!

– А как я… – не успел спросить Найд, как Рада приобняла его за пояс, они взлетели, и перед его глазами замелькала наклонная каменная стена с многочисленными балконами и террасами. Найд несколько раз вскрикивал, когда они слишком близко приближались к пирамиде и, казалось, вот-вот в нее врежутся. Оказалось Рада просто так развлекается, то подлетая к каменным блокам в упор то, отлетая от них. Такое развлечение оказалось Найденышу не по душе, и он вздохнул с огромным облегчением, когда они влетели в просторное помещение со стоящими в несколько рядов деревянными скамьями и опустились на дощатый пол. Найденыш огляделся, они очутились в каком-то молельном зале, но вместо монахов, читающих молитвы, в проходах между скамьями стояли рыцари в блестящих стальных доспехах с позолотой в виде птичьих крыльев на нагрудниках. Рыцари были невероятно высоки, даже встав на носки, Найд вряд ли смог бы дотянуться до их шлема. Каждый рыцарь двумя руками держал перед собой двуручный меч, длиной с самого Найденыша. Могучие воины стояли без движения, слегка развевались только их плащи из тончайшей ткани.

– Ничего себе, – шепнул стоящий рядом с Найдом морянин, которого жрец доставил в этот же зал, – это же бойцы храма Воздуха.

Бесстрашный морянин подошел к одному из рыцарей, пальцем постучал по доспеху и прислушался.

– Пусто! Не обманывают слухи!

В другом конце зала на возвышении кафедры бешенстве потрясал кулаками высокий седовласый жрец в богато украшенной тиаре. На него взирала с почтением кучка перепуганных жрецов.

– Всех! Я сказал – всех! И воинов храма и жрецов! Здесь оставим только послушников! Надо нанести этой твари такой удар, чтобы она от него никогда не оправилась! Что? Это еще кто? Откуда чужаки взялись в храме? – увидел седовласый морянина.

– Я эээ… – Харл не нашелся, что ответить.

Вперед выступил жрец, который принес морянина в храм.

– Ваше Воздушное Величие, это те люди, которые вступили в схватку с баронессой у Небесного Столпа, – произнес он, низко кланяясь первожрецу.

– И что? Выдайте им по золотому. И проводите наружу.

– Эй! Мы делали это не ради денег! – ощетинился морянин, который, в общем-то, и сражаться с Миленой не собирался, если бы не Найденыш – Перед тобой стоят не презренные наемники.

Шушуканье жрецов моментально стихло, все взоры в молельном зале обратились на дерзкого морянина. Лицо первожреца стало мрачным, голубые глаза поменяли цвет на серый, и в них заплескалась приближающаяся буря.

– Ладно, – внезапно рассмеялся первожрец, – золота вам не видать. Вы получите храмовые амулеты. Эй! – обратился он к своим помощникам, – выдать им амулеты и проводить в апартаменты. Пусть наши герои не путаются под ногами!

Двое жрецов спустились с кафедры и преподнесли Найду и Харлу по одному голубому бархатному мешочку. Найденыш вытряхнул его содержимое – на ладони лежало отлитое из светлого металла невесомое перышко с небольшой заколкой, позволявшей приколоть этот значок к одежде.

Малый амулет «Храма Воздуха»

Эта серебреная безделушка лишена каких-либо магических свойств. Зато любой, показавший его перед входом в Храм Воздуха, всегда будет там желанным гостем.

– Морской бес меня за язык дернул, – вертя в руках амулет, пробормотал Харл, – надо было брать золото. Что мне, морянину, делать в Храмах Воздуха?

– Никогда не знаешь, куда забросит тебя ветер судьбы. Мы все лишь пылинки в его вечном потоке, – философски ответил жрец и взял Харла подмышки.

– Эй! Мы что, опять?! – завопил Харл, когда они с жрецом снова поднялись над землей.

– Ты готов? – спросила Рада Найденыша.

Тот утвердительно кивнул.

Изнутри гигантская пирамида храма была пронизана множеством ходов, вертикальных, горизонтальных, диагональных и других, каких душе угодно. По углам этих ходов располагались бронзовые зеркала, доносившие солнечный свет снаружи, поэтому на освещение громадного сооружения мана не тратилась. Найденыш понял, почему жрецы допускали сюда посторонних – выбраться из этого трехмерного лабиринта самостоятельно без проводника было невозможно, даже если обвешаться альпинистским снаряжением или самому в совершенстве обладать магией Воздуха.

Жрец и Рада доставили их в келью на верхних этажах пирамиды. Комната была замечательная, светлая и чистая. Она могла стать лучшим местом для ночлега, если бы не одно обстоятельство – у нее напрочь отсутствовала одна стена. Воздушные жрецы не хотели терять связи со своей стихией, но любым иным в такой келье жилось бы не очень уютно. Харл подошел к проему и посмотрел вниз.

– Мать Черепаха! Там внизу все такое маленькое! Переведи нас в другую комнату!

– У нас других нет. Да и чего вы разволновались? – попробовала его успокоить Рада.

– Как чего? А вдруг я споткнусь? Или во сне пойду водички попить и вниз жахнусь?

– Тоже нашел из-за чего переживать. Мы с тобой живем в какой-то игре, оказывается. Вот о чем голова болеть должна, – урезонил морянина Найд.

– Что? Какая еще игра? – не понял его Харл.

– А, ну да. Ты же про это забываешь каждый раз. Рада, когда придет твой опытный знакомый, который мне сможет все более толково объяснить?

– Теперь не знаю. Верховный объявил полную мобилизацию. Идем той сбесившейся баронессе за Небесный Столп мстить. Подготовка полным ходом идет, да вы сами посмотрите.

Найд подошел к отсутствующей стене и выглянул наружу. Храмовые воины уже вышли из здания и строились внизу в отливающее сталью каре. Рядом с ними садился странный аппарат, состоящий из прозрачного вытянутого пузыря и деревянного ящика, привязанного к пузырю толстыми канатами. Внутри пузыря клубился зеленый, слегка светящийся газ. По команде стоящего внизу жреца, храмовые воины построились в шеренгу и начали заходить в деревянный ящик-гондолу.

– А это что?

– Местная авиация. Лошади это хорошо, но дирижабли лучше. Тем более что нам еще и артиллерию везти, – указала Рада на два онагра, которые жрецы привязывали к другому пузырю. Один из жрецов взмахнул руками, газ в пузыре засиял ярче, тот раздался в объеме, натянул веревки и потащил тяжелые осадные машины в небо.

– Жители Амони уже почти подошли к башне баронессы, поэтому нам надо поторапливаться, – сказала Рада.

– Как вы об этом узнали?

– Письмо прилетело с ветром, магия Воздуха позволяет доставлять голос на большие расстояния, ведь голос это и есть воздушные колебания. Так что если тебе вдруг кто-то знакомый, но далекий вдруг зашепчет прямо в ухо, не пугайся. Это тебе всего лишь отправили сообщение. Ну все, мне пора, – сказала Рада и подошла к проему.

– А с вами полететь можно? – спросил у Рады Найденыш.

– В принципе да. Лишние воины нам не помешают.

– Тогда я с тобой.

– Куда? К этой бешеной дамочке? Найд, зачем тебе это надо? – встрял в разговор морянин.

– У меня к ней должок. И куча вопросов.

У Харла точно была боязнь высоты, чем выше поднимался пузырь с привязанной к нему деревянной гондолой, тем меньше морянин ворчал, что воевать с баронессой он не собирается и летит только за тем, чтобы проследить, чтобы Найденыш не вляпался в очередную глупую историю. Когда дирижабль воздушников поднялся выше слоя облаков, морянин совсем замолчал, вздрагивая и переставая дышать от малейшей качки.

Найденыш же, наоборот, с увлечением болтал со знакомым Рады, жрецом по имени Михаэль, невысоким толстячком с бритой головой и хитрыми глазами.

– Странник говоришь? Не, не играл и даже не сталкивался с таким классом. А насчет твоей проблемы, я бы из игры вышел и в больничку обратился. Проблема точно не игровая, а медицинская.

– То есть, как вышел?

– Ножками. Пошел-пошел, дошел до края земли и вышел, – пошутил Михаэль, но глядя на непонимающее лицо Найденыша, спросил, – ты, правда, не помнишь, как из игры выходить?

Тот мотнул головой.

– Да проще пареной репы же. Заходишь в меню и выбираешь «Выход». Тебя спросят, уверен ли ты, отвечаешь «да», потом звонишь в скорую. За тобой приходят добрые люди в белых халатах, копаются в твоих мозгах и вуаля – все в порядке!

– Звонишь в скорую? Это как? Что такое «звонить» и что такое «скорая»?

– Да, чувак. Несладко тебе там придется. Просто к соседям сходи и попроси, чтобы тебе помогли.

Как и сказал Михаэль, найти в меню нужный пункт было делом простым, но когда система спросила у Найда, точно ли он желает выйти, он крепко призадумался. Что его ждало за гранью разделяющей Четырехземье и реальный мир, он даже не мог себе представить. Рада и Михаэль считали, что «скорая» и «позвонить» это что-то невероятно простое и думали, что Найденыш их глупо разыгрывает. Какая часть сознания парня твердила ему, что это и на самом деле какие-то банальные вещи. Но странность была в том, что он не имел ни малейшего понятия, как эта «скорая» выглядит и как в нее можно «позвонить».

Пора это выяснить. Найденыш собрал свою волю в кулак и подтвердил выход из игры. Окружающее его пространство разлетелось на миллионы ярких светящихся искорок. Вслед за этим наступила темнота. Полная темнота.

Сначала Найденыш услышал свое дыхание. Приглушенное, как будто ему натолкали полные уши ваты. Потом он с огромным трудом поднял веки и ужаснулся – зрение отказывалось фокусироваться, перед собой он видел лишь расплывчатое световое пятно. В отчаянии он вскинул руки к глазам, но обнаружил, что у него на голове надет шлем с широким прозрачным забралом. Расплывчатые контуры ладоней скользили по прозрачной поверхности не в силах прикоснуться к лицу. Найденыша накрыл приступ удушья. Его горло сжимали спазмы паники, не давая воздуху проникнуть в легкие.

Спокойно! Надо срочно успокоиться! Найд закрыл глаза и медленно-медленно набрал полную грудь воздуха. Еще медленнее он выдохнул, сквозь сжатые зубы. Так, челюсти тоже надо расслабить. А потом не спеша открыть глаза. Вот так, уже лучше. Прямо перед лицом Найда висел небольшой, в две ладони, светящийся прямоугольник.

Добро пожаловать домой!

Вдруг появилась зеленая надпись на прямоугольнике чуть не вызвав у Найденыша новый приступ паники.

Отключение функций костюма. Внимание, постарайтесь не двигаться.

Выплыл еще один зеленый текст и тут на всю ширину прямоугольника вылетела красная надпись.

Ошибка! Ошибка! Невозможно отключить функции вирткостюма!

Обратитесь к администратору капсулы!

Инициализация принудительного погружения. Прогресс 2 %.

Найденыш понял, что что-то идет не так. Он попробовал сесть, но уперся лбом в низкий потолок. Найд резво помахал конечностями и понял, что его тело находится в ящике, напоминающем размерами гроб, а его тело затянуто в нечто, напоминающее на ощупь вторую кожу. Левая рука при движении встречала сопротивление, Найд скосил глаза и увидел, что чуть пониже локтя к его руке подходит целый жгут из проводов и трубок. Пока Найд осматривался прогресс погружения дошел до двадцати процентов. Из небольших отверстий в крышке в гроба показались тонкие струйки пара со сладковатым запахом, от которого у Найденыша сразу закружилась голова. Найда затягивало в объятия сна, и как он этому не сопротивлялся, но его тяжелеющие веки моргнули один раз. Потом второй. А затем его глаза закрылись.

Пространство снова взорвалось мириадами огоньков, которые кружась, сложились в озабоченное лицо Михаэля, склонившееся над Найдом.

– Чет ты как-то совсем быстро. В скорой занято было? Или к психам из Четырехземья врачи выезжать отказываются?

Глава 8

– М-да, совсем несмешная историю у тебя получается, – выслушав Найденыша, сказал Михаэль.

Дирижабль жрецов все также плыл над облаками, Рада и Михаэль сидели на одной лавке с Найдом и слушали рассказ о его непродолжительных приключениях.

– Я слышала, в Четырехземье преступников в ссылку отправляют, – тихо произнесла побледневшая Рада.

– Да брось. Слухи это все. Ты представляешь, сколько стоит капсула для постоянного нахождения в игре? Там же система жизнеобеспечения, как в самом навороченном госпитале. Кому надо столько денег на зеков тратить?

Рада кивнула, но по ее лицу было видно, что сомнения в ее душе Михаэль окончательно не развеял.

– А еще слух был, что здесь всякие душевнобольные реабилитацию проходят, – Найду показалось, что девушка от него чуть-чуть отодвинулась.

– Аналогично, кому надо на психов столько бабла тратить? – возразил ей жрец.

– Ну есть же люди с большими деньгами и больными родственниками, – высказала предположение Рада.

– Я что, по-вашему, на умалишенного похож? – вышел из себя Найд.

Михаэль тактично промолчал.

– Ты странный, – оправдалась Рада, – вроде игрок, а ведешь себя как непись.

– Как кто?

– Как НПС, как компьютерная программа, – объяснила жрица.

– А еще, я тут покопался на форумах и ни слова не нашел о классе странников. Единственный странник в Четырехземье, про которого я что-то нашел, это Морисиус. Выдуманный персонаж, от лица которого пишутся всякие байки про локации, – добавил тумана к происхождению Найда Михаэль.

– Но я же не выдуманный персонаж! Сижу тут с вами и меня даже пальцем можно потрогать!

– Это пусть тебя вон Рада трогает. Она вообще, я заметил, чего-то уж слишком трогательно к тебе относится, – хохотнул Михаэль.

– Перестань! Миха, может, ты его просканировать попробуешь? – попросила Михаэля Рада.

– Я тебе что, МРТ? Я заболевания мозга определять не умею, я же всего лишь жрец вымышленного храма в вымышленной игре.

– Попробуй, чего тебе стоит? Вдруг все-таки удастся что-нибудь выяснить, – Рада, умоляюще подняв бровки и даже слегка наполнив глазки слезой, включила свое женское обаяние на максимум. Найд так и не понял, как он мог принять ее за парня в момент их первой встречи. У Рады были очень выразительные, чуть-чуть раскосые глаза с длинными ресницами.

– Ладно. Попробую. Склони голову, сын мой, – театрально сказал Михаэль Найденышу, – сейчас мы будем проводить сеанс одновременного спиритизма и экзорцизма.

Найд наклонил голову, а жрец возложил на нее свои ладони и закрыл глаза, бормоча какую-то молитву. Вдруг его голос от шепота возрос до дикого крика.

– Ааа! – проорал жрец и плюхнулся с лавки на спину, закатив глаза.

– Вот это нежданчик, – удивилась Рада и бросилась к своему брату по вере на помощь, – Миха! Миха, ты чего?!

Тот открыл один глаз, охнул, поднялся и снова уселся на лавку, потирая ушибленный затылок.

– Что ты увидел? – забеспокоился Найд.

– Звезды, – коротко ответил жрец и, видя недоуменные лица Рады и Найденыша продолжил, – такие крупные экземпляры я последний раз видел в своей молодости, когда соседка по даче в летнем душе мылась. Я нашел в щель в заборе между двумя досками и организовал там пункт наблюдения ее голыми телесами. А папаша ее, подкрался да как дал лопатой по забору! Забор мне в лоб. Вот тогда я и увидел звезды размеров с кулак.

– Но сейчас-то лопатой тебя никто не бил.

– Ага, только ощущения были примерно те же, – пожаловался жрец.

– У меня браслет нагрелся, причем очень сильно, – сообщил Найд.

– Какой браслет?

– Вот этот, бронзовый, – протянул руку Найденыш, демонстрируя браслет.

Михаэль внимательно его оглядел.

– Бронзовый. Ну-ну. Вот скажи, откуда у такого босяка как ты, браслет из квадриума?

– Из чего?

– Эх, лучше бы я тебе ничего не говорил, а снял его по-тихому. Продал бы и ел бы только с золотой посуды.

– В игре? – ухмыльнулась Рада.

– Да и в реальных деньгах такой браслетик дорогого стоит. Квадриум добывают только на Плато Равновесия.

– Это там где боги живут?

– Брехня это все насчет полубогов. Это просто локация для игроков высоких уровней. Если у тебя уровень плюс сто, ты можешь туда забраться, хапнуть что-нибудь побыстрому и убежать со всех ног. Для комфортной игры надо иметь уровень от трехсотого. А таких хаев в игре можно по пальцам рук пересчитать. Но и на Плато квадриума немного. Это ж результат слияния всех четырех стихий. В нем капелька воды, немного воздуха, щепотка земли и искорка от огня. Лучшие магические штуки из него получаются.

– А доспехи?

– Доспехи? Из квадриума? Такие даже император Бореи себе позволить не может. Хотя, говорят, шлем у него все-таки есть.

– Только шлем?! – зеленые глазки Рады удивленно блеснули.

– Вот! Дошло? А у нашего предполагаемого уголовника есть целый браслет. И на этом браслете интересный орнамент с внутренней стороны, – произнес Михаэль, крутя браслет на запястье Найда, – Смотрите, гравировка в виде змея. Не птицы, черепахи, саламандры или зубра, символов четырех стихий, а именно змея. Что это за культ, я не знаю и ни разу о таком не слышал. Надо получше рассмотреть, снять можешь?

– Я пробовал, не получается. Кисть застревает.

– А из интерфейса?

– А из интерфейса я не умею, – признался Найд.

– Боже ж ты мой, куда катится Четырехземье! Нубы, которые «в интерфейс не умеют», побрякушки из квадриума носят. Ладно, слушай, горе ты мое, – и жрец начал терпеливо рассказывать, как же управлять одеждой и экипировкой.

Но весь инструктаж прошел даром. Не потому, что Михаэль был плохим учителем и не потому, что Найд был неспособным учеником. Просто браслетик оказался с сюрпризом.

Браслет «Шипящего безмолвия»

Материалом этого браслета послужила чешуйка Скрытого-В-Тени, легендарного змея, который был покровителем всего Четырехземья еще до того, как мир разделился на четыре стихийных земли. Часть силы древнего божества передается владельцу браслета. Если Вам нужна абсолютная анонимность и неуязвимость к ментальным атакам, то срочно бегите за «Шипящим безмолвием», но торопитесь – он уникален и существует лишь в одном экземпляре.

Особенности:

Уникальный.

«Шипящее безмолвие» дает 100 % иммунитет к ментальному сканированию.

«Шипящее безмолвие» дает 100 % иммунитет к ментальному управлению.

Нельзя снять, потерять или продать.

Часть комплекта из трех единиц (1 из 3)

– Ты за один час преподнес больше тайн, чем я их за месяц в игре нашел. Значит, говоришь, где-то ползает змеюка, с кончика хвоста до головы покрытая квадриумом?

– Я так понял, что это какой бог.

– За такую награду соберутся все хаи Четырехземья и таки попробуют его отпинать. Это тебе с браслетом еще повезло, что его ни с твоего трупа взять, ни украсть нельзя. Вещь сама по себе ценная, да еще и сетовая. На тебя тоже охоту устроили бы.

– Сетовая?

– Она изготовлена не одна, а целым комплектом. Когда весь его соберешь и наденешь на себя, на тебя плюшка свалится величиной с гору.

– А можно как-то сделать, чтобы на меня гора не падала? – попросил Найденыш.

Михаэль застонал, но взял себя в руки.

– Плюшка – это значит, что что-то хорошее. Бонус нехилый к чему-нибудь. Как вариант – к характеристикам.

– Кстати, а что мне с ними делать? Куда свободные очки вкладывать?

– Понятия не имею. Надо хоть какую-нибудь информацию о классе странника нарыть. Пока их не трогай.

– Можно посмотреть какие у него навыки со способностями открыты, и под них уже характеристики подгонять, – предложила Рада и, видя, что Найденыш ее не понимает, продолжила, – что такое навыки и способности тоже объяснять надо?

Найд печально кивнул, Рада набрала побольше воздуха, чтобы приступить к пространным объяснениям, но тут пол гондолы под их ногами вздрогнул и ком, подступивший горлу, просигнализировал о том, что их дирижабль начал резкое снижение.

– Хех, боюсь, нам сейчас не до теории будет. Приступим к освоению знаний на практике. Ух, сейчас повоюем! – Михаэль в предвкушении потасовки с баронессой.

Найд думал, что сейчас они выберутся из дирижабля, обнажат оружие и с боевым кличем, бросятся на войско баронессы. Однако на деле война оказалась более скучной, чем Найденыш ее себе представлял.

Без всякой суеты, ровным строем из дирижаблей вышли храмовые воины и построились в каре. В центре это квадрата из стали расположились жрецы и тяжелые осадные машины. Жрецы массового затянули какую-то мудреную молитву, результатом их воззвания к птице Рух стал голубоватый купол, накрывший их построение. Жрецы видимо опасались того, что Милена жахнет мощным заклинанием по площади и решили защититься от подобной неприятности. Харла с Найденышем запихали в центр каре, и они очутились буквально в пяти шагах от первожреца и его свиты. Поле боя было скрыто за спинами высоких храмовых бойцов, но Найденыш слышал, как неподалеку гудит человеческая толпа, скорее всего где-то рядом находилось городское ополчение из Амони.

Зато с того места, где он стоял можно было разглядеть башню баронессы, которая тоже не поражала воображение. Невысокое сооружение из рыжего ноздреватого камня, которое уже порядком поточили-посекли вечные ветра Бореи, было частично оплетено зеленый плющом. Стены, которыми была обнесена квадратная башня, возвышались всего на два человеческих роста. Бойцы храма воздуха легко бы их перелезли, встав друг другу на плечи. Перед стеной не было ни рва, ни земляного вала, ни каких-либо других укреплений. И белый флаг с небольшой черной точкой, реющий на шпиле башни уже как бы намекал на скорую капитуляцию или поражение баронессы.

Попрыгав на месте, стараясь лучше разглядеть происходящее, Найденыш бросил это бесперспективное занятие и принялся с упоением копаться в настройках своего персонажа. Он видел и неодобрительные взгляды Харла и понимал, что мешает сосредоточиться на бое Рада и Михаэлю, но не мог остановиться, забрасывая вопросами своих новых товарищей.

– Миха, а что такое «Уровень ощущений»?

– Уф, утомил уже. Потом сядем и нормально с твоим персонажем разберемся. Уровень ощущений показывает, насколько твои чувства в игре урезаны по сравнению с реальностью.

– А зачем их урезать? – не отставал от жреца Найд.

– Как зачем? Представь остроту ощущений, когда тебя надвое рассекают мечом. Или кислотным дождем окатят? Поэтому большинство играет на пяти процентах. Есть горячие головы, которые гоняют на тридцати процентах от реальных. Для них игра это боль, но зато они больше получают опыта и быстрее растут в уровнях.

– У меня тут триста процентов выставлено.

– Ты плохо слушаешь – я тебе говорил, что максимум тридцать процентов. Больше нельзя. Сердце и мозг могут не выдержать более сильного болевого шока.

– Но у меня и правда триста!

– Срочно снижай, ты же не хочешь себе мозг выжечь, – озабочено посоветовала Рада.

Найденыш замолк, занимаясь манипуляциями с настройками.

– Не получается, у меня эта цифра серым цветом!

– Значит, настройка недоступна, – задумчиво покачал головой Михаэль, – но такого же быть не может!

– У тебя какие-то неприятности? – поинтересовался Харл, который ни черта не мог понять из разговоров этих странных приходящих.

– Конечно у него неприятности! Он от одного удара с ума от боли может сойти! – просветила морянина Рада.

– Это да. Это как напрямую к нервам электроды подключить. Парень, ты пока не лез ты в потасовки, – посоветовал Найду Михаэль.

– Своевременное предложение, ничего не скажешь, – ответил стоящий посреди боевого порядка Найд.

– Может нам Найда эвакуировать отсюда? – заволновалась Рада.

– Ага, и попросить группу сопровождения. Человек триста. Видите ли, у нас мальчику может быть очень больно. Да первожрец нам в лицо рассмеется. Тем более, ему сейчас некогда наше нытья слушать будет, – Михаэль кивнул на процессию, которую пропустили внутрь каре храмовые бойцы.

Судя по расшитым золотом и драгоценными камнями гамбезонам, на встречу с первожрецом для согласования совместной тактики, пожаловали вельможи Амони. Но не успели закончиться их церемониальные приветствия и низкие поклоны, как на сцене решило появиться еще одно действующее лицо.

Громогласно затрубили трубы со стены башни. Медленно, тяжело и поскрипывая, отворились, дубовые, обитые широкими полосами железа, ворота баронского замка. К трубам присоединились барабаны, отбивая четкий и будоражащий кровь боевой ритм. На огненно-рыжей кобыле, покрытой белой попоной из ворот выехала Милена. Она как будто бы и не собиралась на войну. Вместо латных доспехов баронесса красовалась в длинном белом платье с двумя высокими вырезами, приоткрывающими ее загорелые упругие бедра. Ее черные волосы были уложены в пышную прическу, покрытую золотой сеткой, которая была присыпана мелкими рубинами.

Чуть позади нее ехал воин в полном рыцарском облачении, его латы были невыразительно серыми, лишенными каких-либо украшений. Но опытный рыцарь или кузнец, лишь глянув одним глазом определили, что доспехи у телохранителя были не из дешевых, да и подогнаны они были идеально. За ним из арки выехали двое знаменосцев, в панцирях, покрытых белой эмалью и с черной кляксой на груди. В руках сопровождающий держали длинные пики с развевающимися на них чисто белыми флагами – баронесса решила поговорить.

Хотя на ее голове возлежала лишь небольшая баронская диадема, сидела она в седле с поистине королевским достоинством и осанкой. Невозмутимо ведя лошадь шагом, баронесса остановила ее в шаге от взявших наизготовку мечи храмовых бойцов.

– Я приехала на переговоры!

– А мы думали жениха себе искать! – хохотнул кто-то из толпы, – гляньте, как вырядилась!

– Эй, ваша светлость, я не прочь с тобой покувыркаться!

– С ехидной в постель ляжешь? – подкололи смельчака.

– А то ж, я и сам не подарок! – не растерялся тот.

Шуточки из толпы становились все пошлее и пошлее, но Милена даже не повела бровью. Решив, что битву не стоит превращать в цирк, над толпой воспарил первожрец.

– Тихо! – его голос, усиленный магией мигом усмирил и заставил замолчать всех шутников, – говори, зачем пришла?

– Я пришла? Я нахожусь в своем феоде.

– Вот в твоем феоде тебя и замуруют! Прямо в стене! Осквернительница! – не выдержал кто-то из жрецов. Первожрец, которому надоело успокаивать смутьянов словом, сделал легкий жест пальцами. Из легких крикуна моментально вылетел весь воздух и тот начал издавать хрипящие звуки, пытаясь вздохнуть.

– Я же сказал – тихо! – взревел первожрец и повернулся к Милене, – но я согласен со своими людьми. За поругание святыни, нападение на жрецов Великой Птицы и за убийство честных граждан Амони, самое мягкое наказание, которое тебя ждет – четвертование. Но мы люди незлобные и всепрощающие, поэтому можем заменить эту жуткую казнь. И всего лишь замуровать тебя в стене твоего же замка. Живьем, – проявил подлинное милосердие первожрец, – Замена казни может произойти только в одном случае, если ты прилюдно покаешься в своем злодеянии и добровольно сдашься в наши руки.

– У меня уже есть прощение.

– Да? И кто тебе его выдал? Его может выдать только верховный жрец, то есть я…

– И император, – перебила первожреца Милена. Она вытащила из седельной сумки большой пергаментный свиток с болтающейся на причудливо перевитой ленте печатью. Милена развернула свиток и начала читать:

– Первый сын Неба, Наездник Ветра, Защитник Канонов и Ревнитель Веры, Император Бореи Лазарус III повелевает помиловать баронессу Милену из замка Сухой Лист. Запрещаю своим подданным ровно, как и жрецам Рух, учинять месть и расправу над вышеуказанной баронессой.

– Чего?! – не смог сдержать удивления первожрец, но смог быстро взять себя в руки – можно взглянуть на эдикт?

– Боюсь, остальная часть документа не предназначена для посторонних…

– Эдикт! Или даешь мне прочесть бумагу и убедиться, что она настоящая. Или через два часа от твоей башни не останется камня на камне! – пригрозил первожрец.

Милена не стала перечить вышедшему из себя первожрецу, свернула и легонько подкинула свиток в воздух. Эдикт подхватил легкий ветерок, который доставил его прямо в руки первожреца.

– Оставить все три добытых осколка скорлупы у баронессы, – прочитал вслух строчку первожрец, – так со скалы упало целых три осколка?!

Милена, победоносно улыбаясь, кивнула.

– Предоставить ей в управление три феода на границе с Фальдоррой… скорлупу Рух употребить для возведения алтарей, дабы рассеять Пелену… выделить из казны… при успехе вознаградить… и присвоить титул… – пробежал по строчкам взглядом первожрец.

– Могу я получить императорский эдикт обратно?

– Но как?! – отправляя Милене свиток, спросил ошарашенный жрец.

– А вот так! Кто-то же должен был намекнуть императору, что божественные артефакты годятся не только на то, чтобы пылиться в храмах и слушать завывание жрецов и монахов. Их можно использовать с гораздо большей пользой.

– Но если ты установишь три алтаря на границе, то…

– То Пелена отступит. На освобожденных от нее территориях мы сможем добывать редчайшие ресурсы, которых больше нет нигде в империи!

– Но ширина Пелены на границах земель Стихий постоянна. Она отступит от нас…

– И придет на территорию Фальдорры. Но это же проблемы морян, да? И мы их сейчас обсуждать не будем. Рада была повидаться с вами, первожрец, надеюсь, вы со своими армиями на моей земле не задержитесь.

Первожрец открывал и закрывал рот, не зная, что ему ответить дерзкой баронессе, которая как-то умудрилась заречься поддержкой самого императора. И которая собиралась развязать войну с Фальдоррой.

– Эй! – указ императора касался только подданных Бореи, и Харлу на него было плевать с высокой башни, – дамочка, тут все-таки найдется один настоящий мужчина, который хочет продолжить с тобой разговор и которому очень не нравится то, что ты решила потеснить границы фальдоррцев.

Жрецы загалдели, высматривая в своих рядах смельчака-морянина. Собравшаяся было уехать Милена, развернула свою кобылу и нашла морянина взглядом. Морянин улыбнулся баронессе, но его улыбка была больше похожа на оскал. Харл завел руку за спину и сжал рукоятку скаррэля. Милена пожала плечами, угрожающая поза морянина не вызвала у нее никаких эмоций – что ей может сделать единственный морянин в окрестностях Амони? Но тут она увидела стоящего рядом с Харлом Найденыша, который вслед за Харлом достал из колчана стрелу. Увидев Найда, Милена отреагировала мгновенно.

– Хэй! – вонзила она шпоры в бока своей лошади, подняв ту на дыбы и заставив перепрыгнуть шеренгу храмовых воинов.

Артур хотел было последовать за ней, но бойцы Храма уже очнулись от наглой выходки баронессы. Сверкающими полукругами взлетели сразу два огромных меча храмовников. Один подрубил передние ноги, а другой перерубил шею жеребка Артура. Несчастное животное, дико заржав, завалилось на бок, обдавая всех стоящих рядом градом кровавых брызг. На пытавшегося вскочить на ноги телохранителя Милены надвинулись сразу два храмовых бойца, но ему на выручку пришли знаменосцы. Взяв небольшой разбег, они одновременно ударили пиками в одного из рыцарей, пробили ему нагрудник и подняли рыцаря на пиках на полметра над землей. Но слухи о боевых качествах храмовых воинах не были преувеличенными. Одним взмахом двуручного меча, храмовый воин перерубил обе пики, торчавшие из его груди и, подняв целый столб пыли, грузно упал на бок. Артура в телохранителях Милена тоже держала не просто так, выбравшийся из-под лошади телохранитель провел по поверженному храмовому бойцу сразу серию ударов, последним снеся шлем с его плеч. На этот раз кровавого фейерверка не было, латы храмовника внутри оказались полыми. Из горловины кирасы вылетел удерживаемый в доспехах воздушный элементаль, а сами доспехи осыпались грудой металла. Но триумф Артура был недолог, на него насело сразу четыре рыцаря, удары посыпались на него со всех сторон и он не мог даже толком защищаться, а уж о нападении речи и вообще не было.

Артур не продержался и секунды, а в следующее мгновение храмовые бойцы стащили с лошадей знаменосцев баронессы и порубили их в куски. Но ее люди подарили Милене мгновения замешательства среди жрецов, за которые она успела приблизиться к Найденышу. Жрецы с криками расступались перед грудью ее кобылы, бойцы храма не успевали за ней, проталкиваясь через паникующую толпу, а Милена выписывала поднятым вверх боевым цепом восьмерки. Только две фигуры остались стоять перед мчащейся лошадью, из-под которой жрецы выпрыгивали как зайцы.

Найд, встретив своего главного и единственного врага в Четырехземье, не думал экономить и наложил на лук самую дорогую стрелу – «Хвост саламандры». Целиться особо не пришлось, Найд бил практически в упор, но все-таки он пытался пустить стрелу так, чтобы попасть во всадницу и не задеть лошадь. Ему это удалось, стрела прошла чуть ли не меж ушей лошади и угодила в левое плечо Милены.

Маленький дух огня получил свободу, ахнуло так, что уши заложило у людей, стоявших в двадцати шагах от взрыва. Найденыш зря тратил драгоценные мгновения на прицеливание, огненный шар поглотил и лошадь и наездницу.

– Нааайд! – услышал Найденыш истошный крик Рады, – Уходи!

Жрица вспомнила, насколько опасно Найду сейчас принимать участие в побоищах. Любой болезненный удар с задранной выше верхнего предела чувствительностью или сведет его с ума или вообще убьет. Михаэль видимо предпочитал тратить силы не на предупреждающие вопли, а на нужные дела – вокруг Найденыша засиял голубоватый щит, очень похожий на тот, который прикрывал всю группу жрецов.

Из огненного всполоха вылетел сущий кошмар – фыркающая и взбрыкивающая, объятая огнем лошадь, пытающаяся сбросить себя Милену, платье которой обгорело и отваливалось с телахлопьями вместе с прилипшей к ним кожей. Опаленные волосы тоже очарования Милене не добавляли, делая ее похожей на выходца из дверей ада. Девушка взмахнула цепом, собираясь призвать молнию. Вторую стрелу Найд пустить явно не успевал. Вдруг он почувствовал сильный толчок в бок, сбивший его на землю – морянин решил подставиться под колдовство Милены сам, спасая своего друга.

На шипах боевого цепа Милены уже заиграли робкие разряды, предвестники ветвистой грозной молнии. И гром грянул, но призвала его не баронесса.

Глава 9

Громыхнуло так, что предыдущий взрыв стрелы Найденыша казалось, прозвучал не громче детской хлопушки. Воздух над головой Милены сформировался в громадный хрустальный куб, который с грохотом рухнул на баронессу и ее лошадь, сминая их будто картонные фигурки. «Воздушный пресс» само по себе заклинание страшное, но когда его решает применить первожрец, то оно становится просто ужасающим.

Найд слышал хруст ломающихся, как сухие ветви, костей Милены и лошади. А после того, как прозрачный пресс растаял в воздухе под ним остались лишь куча обгоревшего тряпья и большая лужа крови.

Жрецы с изумлением смотрели на своего предводителя – император же строго-настрого запретил трогать баронессу! А первожрец не просто ее потрогал, он щелчком пальцев превратил ее в кровавое месиво.

– Что запрещает нам высочайший эдикт императора? Правильно – нападать на баронессу. Или мстить ей. Но защищаться от этой бешеной бабенки он нам не запрещал, – пояснил первожрец своей пастве, пооткрывавшей от удивления рты, – вызывайте дирижабли, мы уходим.

Храмовое воинство организованно промаршировало обратно в дирижабли. Жители Амони гомонящей и немного расстроенной толпой потянулись обратно в город, кто пешим, кто конным ходом.

– Ну что, вы с нами? – кивнул Михаэль на последний приземлившийся дирижабль.

Найденыш кивнул, а вот морянин отрицательно покачал головой.

– Я останусь. Мне что-то с этой мерзавкой делать надо. Иначе она и вправду начнет войну с Фальдоррой. Слишком много людей может пострадать.

– Что ты с ней один сделаешь? У нее своя армия, да еще и наемников куча, – попробовал образумить морянина Найд.

Морянин пожал плечами.

– За что будут сражаться эта армия и наемники? За золото? За диковинки из Пелены? А я буду биться за деревушку Мокрый Плес, которая прямо возле Пелены находится. И где живет моя сестра с мужем и тремя племянниками. Один человек может много добиться, если ему есть за что бороться.

– Убьют тебя здесь, – реалистично оценил шансы на выживание морянина Михаэль, – а через Пелену ты один в Фальдорру точно не пройдешь.

– Есть и другой путь. Более быстрый, – Харл провел себе пальцем по горлу, – вжииик и я уже в родных краях.

– Ты себя убить собрался? – заволновался Найд.

– Убивать Харлу себя нельзя по двум причинам. Во-первых, он забудет все, что с ним происходило за сутки до смерти. И про намерения баронессы в том числе. А во-вторых – боги не возвращают с того света самоубийц-исконных.

– А можно послать весточку в Фальдорру, чтобы их предупредить? Вы же говорили, что можно с ветром передавать послания? – поинтересовался Найденыш.

– Можно, это у нас каждый ребенок может. Но с помощью Шепота Ветра можно отправлять сообщения только внутри Бореи. За пределы страны сообщение может отправить только маг-почтовик. Ветер донесет письмо до границы, там его подхватит другой маг и переведет в Голос Воды. И оно пойдет гулять по просторам Фальдорры, – пояснил принцип работы почты в Четырехземье Михаэль.

– У вас в храме есть почтовый маг? – спросил Михаэля морянин.

– Нет. Он нам ни к чему. Ближайший…

– Я знаю, в Амони. Придется отправиться туда.

– Харл, погоди, – остановил уже собиравшегося прощаться морянина Найденыш, – летим лучше с нами. Переночуешь в безопасности в храме. Пройдут сутки, и потом ты смело отправишься в Амони, передавать свое сообщение.

– Но… – хотел было возразить морянин.

– Ты думаешь, баронесса тебя не запомнила? – урезонила Харла Рада, – думаешь, она не выделила из толпы дерзкого морянина, бросившего ей вызов?

– Да я его хоть сейчас могу повторить. Подойти к стенам этого гадюшника…

– И сделать глупость, – закончил мысль за Харла Найденыш, – Харл, ты должен жить. Хотя бы сутки. Полетели с нами в храм, там ты будешь в безопасности. А потом… потом я тебе помогу, как смогу. Обещаю.

Морянин понимал, что в словах Найда есть здравый смысл, но возвращение в Храм Воздуха вызывало у него острое беспокойство еще по одной причине.

– На пузырях полетим?

– Конечно, так быстрее и безопаснее, – ответил ему Михаэль.

Морянин аж икнул от такой наглой лжи. Лично ему путешествия по воздуху казались самым опасным занятием на свете.

– Я пешком…

– Не говори ерунды, мы сейчас находимся на землях баронессы. И отловит она тебя здесь на раз-два. Пойдемте уже быстрее, пока дирижабль не улетел.

По угрюмому лицу, сидящему в уголке гондолы Харла, было несложно догадаться, что думает он сейчас о том, что страшнее – попасться в «нежные объятия» кровавой баронессы или нестись по воздуху зная, что от бездонной пропасти тебя отделяет всего лишь тонюсенькая доска пола. Побледневший морянин из разговора выпал, а вот Найденыша наоборот было не остановить. Он воспользовался тем, что Михаэль и Рада оказались с ним вынужденно заперты в одном помещении и, не стесняясь, заваливал их вопросами.

– Может, ты объяснишь разницу между навыками и способностями? – умоляюще посмотрела Рада на Михаэля, – у тебя лучше получится, ты же преподаватель в реальной жизни.

На этот раз очарование Рады не сработало, Михаэль бурно замахал руками.

– Ну уж нет, ты его где-то откапала, ты и обучай. У меня нет привычки по улицам котиков собирать и с ними нянькаться. От них потом нереально избавиться, – пробурчал Михаэль.

Рада же тяжело вздохнув, приступила к объяснению игровой механики.

– Смотри, навыки это то, чему ты обучился и что ты умеешь.

– А способности? Это же тоже то, что я умею, – искренне не понял Найденыш.

– Как же тебе объяснить…

– Великая Птица, научи уже женщин объяснять дорогу и рассказывать простые вещи, – не выдержала преподавательская душа Михаэля, – навыки они пассивные, то есть не требуют активизации. К примеру, ты долго и упорно стрельбе из лука и стал мастером-лучником. И все, этот навык не требует никакой особенной активизации. Ты просто берешь в руки лук и стреляешь, чем выше твой навык лучника, тем точнее летят стрелы и больнее бьют. Со способностями все чуть сложнее. Чтобы способность сработала, ты должен ее активизировать. Как твой тройной выстрел стрелами. Также, после применения способности, ей требуется время на перезарядку. Поэтому ты не можешь стрелять тройными стрелами как пулемет.

– Способности есть обычные и магические. На магические расходуется мана, – добавила Рада.

– И где мне посмотреть, сколько у меня этой маны?

– Там же где у тебя отображается жизнь и энергия. Жизнь красной полоской, мана синей, а энергия зеленой.

– Я не вижу никаких полосок!

– А черт, у тебя отображение в игре на максимальную реалистичность настроено. Зайди в настройки и поменяй.

Михаэль коротко обрисовал, как выставить настройки и Найденыш любовался появившейся информацией о самом себе.

Жизнь 560

Мана 50

Энергия 150

– Странное чувство, ощущать себя состоящим из набора цифр. Кстати, мы до сих пор характеристики не распределили. Что они вообще делают? На что влияют?

– Чтобы тонкости понять, надо мануал по игре прочесть. Но если кратко, то Сила тела влияет на урон, который ты наносишь с помощью обычного оружия.

– Меча? Или лука тоже?

– И меча, и копья и лука. Ты же тетиву мышцами натягиваешь. Еще Сила тела влияет на количество твоей жизни. Одна единица, вложенная в Силу тела, дает прирост в десять очков здоровья. Еще здоровье увеличивается вместе с получением уровня. Тоже на десять очков.

– А Сила духа что делает?

– То же самое. От нее зависит урон, который ты наносишь магическими заклинаниями и твой запас маны. От Интеллекта в основном зависит твое обучение. Чем выше Интеллект, тем ты быстрее осваиваешь знания. Ну и наблюдательность у тебя с внимательностью лучше будет. Ловкость определяет, насколько ты точно бьешь и уклоняешься от удара. Ну а Удача штука вообще интересная. Опосредованно влияет на многое. К примеру, чем больше у тебя Удачи, тем чаще по противнику критические повреждения будут проходить. Или шансы найти какую-нибудь редкую вещицу будут выше.

– Полезная характеристика. Наверное, все ее стараются прокачать?

– Полезная-то полезная. Но непонятно, как и когда она сработает. А людям подавай уверенность, а не рулетку. Поэтому удачу прокачивают без фанатизма. И вообще характеристики в игре решают не все. Навыки важны не меньше, – продолжил свою краткую лекцию Михаэль, – представь себе здоровяка, который рельсу может узлом завязать. Дай такому бычку в руки меч, он и его погнет, но фехтовать им без навыков не сможет, будет просто махать им как дубиной. Зацепит – снесет много здоровья, но дай бог один на десять раз попадет. А мастер-мечник, пусть и не такой сильный, загонит клинок в щель доспехов или серией из трех ударов попадет в горло, печень и сердце. Навыки в Четырехземье серьезно увеличивают урон и шанс попасть по противнику. Но и получать их сложнее – все как в реальной жизни, никаких повышений с уровнем, только упорные тренировки.

– У меня навык «Мастер-лучник» третьего ранга. Это много или мало?

– Парень! Да ты не одну пару перчаток об тетиву стер! Я видел мастеров седьмого и даже восьмого ранга, но уровни у них под сотый были. Самый последний ранг для мастера – десятый, дальше идет «Эксперт», но на данный момент экспертов в Четырехземье нет.

Найденыш на пару секунд замолчал, а потом как бы невзначай задал вопрос, который его мучил больше всего.

– Мих, а какую характеристику надо качать, чтобы уменьшить боль от урона? Силу тела? А то меня недавно дротиком проткнули, я чуть с ума от боли не сошел.

– Дротиком сколько здоровья сняли?

– Не помню, – честно признался Найд, – меня так скрутило, что не до цифр было.

– Рада! – окрикнул Михаэль жрицу, – чего сидишь, отдыхаешь? Не видишь что ли? Питомец даже логи просматривать не умеет! Быстро научи!

Новое неприятное открытие ожидало Найда – мало того, что его реальность, как оказалось, полностью состоит из цифр, так его жизнь еще в этих самых цифрах полностью записана в логах. Быстро найдя запись боя со скальной кошкой, Найд озвучил полученный от дротика урон:

– Девять.

– Чего девять? Процентов?

– Нет, девять единиц, – уточнил Найд.

– Всего девять? И тебя от боли скрючило?

Найденыш кивнул.

– Я эти девять единиц ощущаю как небольшой порез. А если тебя копьем на полном ходу рыцарь прошьет? Ты же от боли все зубы раскрошишь, – спросил Михаэль, – друг, я бы на твоем месте забронировался по самую макушку и стал сейфом. Причем очень добрым сейфом, крайне миролюбивым.

– Я латы одеть не могу, пробовал.

– Вот черт, значит, по классу твоего персонажа не подходят. Раз броня у тебя только легкая, то вариант выживания у тебя один – уворачиваться, ускользать и уклоняться от ударов. Скрываться и прятаться, чтобы бить первым. Ну и если ты противника с первых попаданий не завалишь, то тебе надо еще и быстро бегать. Я может, сейчас глупость посоветую, но вкладывай все свободные очки в Ловкость.

Найденыш вопросительно посмотрел на Раду, та, подумав пару секунд, кивнула.

Распределить очки характеристик Найд смог сам Его это сильно порадовало – он начал понимать принципы работы игрового меню. Ведь не век же с ним Рада с Михаэлем нянчиться будут. После распределения очки характеристик у Найда стали выглядеть так:

Сила тела – 9

Сила духа – 5

Интеллект – 12

Ловкость – 22

Удача – 9

Горестный вздох Харла и подскочивший к сердцу желудок не обманули, дирижабль прибыл к Храму Воздуха и начал снижение.

Харла с Найденышем жрецы опять подняли в знакомую келью без стены и предупредили, что вечером пройдет праздничная служба в честь победы над вероломной баронессой и что они на эту службу приглашены. Морянин, не любивший всякие храмовые церемонии, сначала было приуныл, но его быстро успокоил Михаэль – праздничные службы больше походили на пиры со столами, ломящимися от разных вкусностей. А в угол пиршественной залы жрецы выкатят две бочки, в одной из них будет плескаться замечательное белое, а в другой красное храмовое вино. Они сегодня будут черпать эту амброзию большими ковшами, в то время как аристократы в больших городах готовы платить по пятьдесят серебряных за бутылку. Харл уточнил, будет ли какое-нибудь ограничение на количество выпитого и, получив ответ, что нет, заметно повеселел и даже стал гораздо меньше бояться высоты.

Также за счет храма Найду и морянину были выданы наряды для церемонии – белые шелковые сорочки и штаны, расшитые золотыми крыльями. Морянин ворчал из-за того, что вещи не имели никаких дополнительных свойств и просто служили пропуском на торжество. Но Найд был рад заменить свои изодранные холщовые бриджи на что-то более приличное.

Налюбовавшись на себя в зеркало, Харл подошел к отсутствующей стене и с тоской посмотрел вниз.

– Экскурсий ожидать, наверное, не стоит. Ну и чем мы тут заниматься будем до пира?

– Харл, у меня одна просьба есть. Покажи еще пару приемов со скаррэлем.

– А и правда. Давай разомнемся, – с энтузиазмом ответил Харл, – чему тебя научить? Скаррэль оружие годное на что угодно. Хочешь – нападай, хочешь – защищайся.

– Мне бы лучше защиту освоить, – Найд решил, что защита ему важнее. Как там говорил Михаэль – скользить и уклоняться?

– А голова у тебя варит, чтоб ты там про память не говорил. Врага угробить ты всегда успеешь, важно сделать так, чтобы он тебя первым не достал, – довольно прокомментировал выбор Найда морянин.

Харл вытащил из ножен скаррэль, взял его у самой гарды, выставил перед собой, и шустро перехватывая то одной, то другой рукой, раскрутил так, что скаррэль расплылся в единый сверкающий круг.

– У нас этот приемчик называется «Стальной водоворот». С него начинается обучение детишек обычно. Вроде бы и баловство, но с помощью водоворота можно отбить стрелу. Или какой шутник в тебя кинжал запустит, так тоже можно за водоворотом укрыться. Попробуй!

Найд достал свой скаррэль и попробовал его раскрутить так же, как это делал Харл. Морянин вращал своим оружием легко и непринужденно, но через пару перехватов, оружие коварной рыбкой выскользнуло из рук Найда, нырнуло вниз, прорезало толстый ковер и звякнуло о каменный пол. Найд нервно сглотнул, пройди лезвие на пару сантиметров в сторону и он бы сейчас искал на ковре отрезанные пальцы левой ноги.

– Неплохо для первого раза, только кисть сильно не выворачивай, – похвалил Харл Найденыша за этот неуклюжий трюк, – быстрее перебирай руками. Смотри, как я это делаю.

Найд внимательно присмотрелся к выписывающим круги скаррэлю морянина.

– Только не торопись, потихоньку, не спеша и не волнуясь, – подбадривал морянин Найда.

Легко сказать не волнуйся, это же не твои пальцы норовит отхватить твое же оружие. Но успокоившись и поймав нужный ритм, Найд с удивлением заметил, что его скаррэль вращаясь пусть и не так быстро как у морянина, но все-таки образовал перед его лицом окружность из сверкающей стали.

– Ой, молодец! Ой, молодец! – восхищенно шептал Харл, стараясь не мешать Найду. Морянин повысив голос, добавил, – попробуй перевести защиту налево. Тааак! А теперь стрела летит тебе в лицо справа! Отлично! Только локоть чуть выше, ага вот так!

Харл похлопал Найда по плечу.

– Я научился крутить свой первый водоворот с настоящим оружием в шесть лет. Но тренировался почти неделю. И выглядела моя защита более корявой, чем у тебя. Ты как-то слишком быстро всему учишься.

– Это плохо?

– Наоборот замечательно! Давай я тебе покажу стойку, из которой можно отбить удар и сверху и снизу. Смотри!

Похвала Харла на Найденыша подействовала ободряюще. Промахав еще полчаса скаррэлем, он заработал повышение навыка.

Поздравляем! Вы получили новый ранг!

Ученик боя на скаррэле, 2 ранг

– Фууух! – вымотанный Найд уселся прямо на пол, шкала его Энергии почти была почти пуста, – я и не думал, что навыки боя можно повышать так быстро! Да я за неделю мастером стану!

– Не станешь, – поспешил разочаровать его Харл, – чем выше твое искусство, тем сложнее его шлифовать дальше. Тебе это любой гончар подтвердит. Научится делать неказистые ночные горшки любой дурак, после пары дней обучения, сможет. А вот вазы в императорский дворец единицы поставляют. Да и то, после того, как половину жизни на это ремесло потратят. Но ты все равно слишком быстро все схватываешь. Может, узнаешь у своих друзей-приходящих с чем это связано?

– Хорошо, я спрошу. Ну что, продолжим?

– Ты меня вконец загнать решил? Да и скаррэль это не коровий кнут, это…

Чем отличается благородное оружие морян от погонялки для скота, Харл рассказать не успел. Найд вдруг услышал легкий шелест со стороны проема и обернулся. Через отсутствующую стену в их келью влетела фигура в сером, со стальной искоркой, обтягивающем костюме. В отличие от Рады эту фигурку за мальчика принять было невозможно, облегающий костюм и широкий пояс из дымчатой кожи подчеркивали высокую и довольно объемную грудь и узкую талию. Незнакомка бесшумно приземлилась на ковер, перекатилась кувырком вперед и застыла сидя. Лицо этой незваной гостьи скрывала полумаска, сплетенная из кольчужных колец и оставлявшая открытыми только холодно-голубые миндалевидные глаза.

Харл тоже обернулся и увидел незнакомку.

– Ну ты поглянь, а! Поотращивали себе крылья и шляются тут без стука! – возмутился морянин.

Незнакомка отреагировал на возмущение Харла своеобразно. Она вскинула руку, затянутую в перчатку по локоть, на которую был прикреплен миниатюрный арбалет. «Дзинь!» – тренькнул арбалетный трос, выбрасывая сразу два болта в морянина. Найд никогда бы не подумал, что коренастый Харл может двигаться с такой скоростью, неготовый к нападению и уставший морянин отпрыгнул в сторону с грацией достойной леопарда. Но увернутся от смертоносных подарков не смог – одна из стрелок пробила ему бедро навылет.

– Ах ты ж сволота! – скрежетнул зубами морянин и откатился к стене.

Девушка вскинула вторую руку, на которой оказался брат-близнец арбалета, и выстрелила в Найденыша. Его спас доведенный до автоматизма «Стальной водоворот». И кто его знает, воспользовался бы он этим приемом, если бы они с Харлом его не оттачивали последний час. Отбить стрелки Найду не удалось, но зато они обе застряли в деревянной рукояти его оружия. Незнакомку тот факт, что Найд решительно отказывался умирать, сильно расстроил, поэтому она выхватила из-за пояса два узких кинжала. Глядя на то, как напавшая на него девушка стремительно меняет атакующие стойки, Найденыш понял, что ему нечего ей противопоставить. Воспользоваться способностями и напустить, к примеру, в комнату тучу пыли он не успевал, так как не удосужился освоить их быстрый вызов. Попытка взяться за лук была верным путем к самоубийству, незнакомка десять раз успеет покрошить его в мелкий салат, прежде чем он натянет тетиву. Ну а неуклюжие защитные стойки в духе «лезвие вниз-лезвие вверх-шаг назад», которые успел ему показать Харл, могли разве что рассмешить напавшую на него девушку. Жалко, что не до смерти.

Все также бесшумно, без боевого клича, без вопля ярости и конечно уж без объяснений, для чего ей нужна смерть Найда, девушка ринулась в атаку. Взмах одним кинжалом, и выставленный Найденышем скаррэль отлетает в сторону. Взмах вторым кинжалом, от которого Найд попытался увернуться, и на его белой сорочке появился кровавый росчерк.

Получен физический урон 23 единицы. Жизнь 537/560.

Черт, а девчонка била гораздо сильнее скальной кошки. И гораздо больнее! Болевой шок пронзил грудную клетку Найда, заставив съежиться легкие и замереть сердце. И это всего лишь от неглубокого пореза! Какой же океан боли его накроет, когда незнакомка засадит свой кинжал ему в печень, куда, судя по ее глазам, она и метит.

Откуда-то сбоку вылетел вращающийся в воздухе скаррэль, брошенный Харлом. Напавшая на них девушка, приподнявшись на цыпочки, выгнула спину, и клинок скаррэля просвистел в нескольких миллиметрах от ее талии. Оставлять долги неоплаченными девушка не привыкла, поэтому мгновенно метнула в морянина свои кинжалы. И не промахнулась – один вошел в грудь, другой вонзился в плечо Харлу. Как же не вовремя они переоделись в храмовые тряпки, которые не давали никакой защиты! Найд сделал неловкую попытку ткнуть скаррэлем девушку в бок, но она ушла финтом в сторону. Костюмчик у девушки оказался полон сюрпризов, казалось бы, куда там можно запрятать оружие? Но незнакомка выдернула из пояса полосу гибкого металла, захватила ею ногу Найда, дернула на себя и опрокинула его на спину. Кромка металлической полоски располосовала лодыжку Найда до крови, похоже, она была наточена, как лезвие бритвы.

Найд почувствовал лисом, попавшим в капкан. Он попытался встать, но незнакомка снова рывком сбила его с ног и потащила к провалу. Найд понял, что она хочет его сбросить с пирамидой, но помешать этому не мог. Найденыш раскинул руки по ковру, стараясь за что-нибудь зацепиться, но девушка его перла по полу с силой ломовой лошади.

– Аррр! – прорычал Харл, вырывая из своего тела оба кинжала и швыряя их на пол. Над их клинками клубился зеленоватый дымок, и, судя по тому, как шатало морянина, яд которым они смазаны, был посильнее крысиного. Но отрава еще не успела подорвать бычье здоровье Харла, он с ревом и бросился на таинственную убийцу, широко расставив руки.

Девушка сдернула стальную ленту с ноги Найда и встретила морянина веером ударов, которые моментально разукрасили его лицо и шею порезами. Но Харл не обратил на них никакого внимания, он крепко обхватил ее за талию, врезался плечом ей под дых и протащил ее к проему в стене. Найденыш бросился следом, вытянул руку, пытаясь схватить Харла и не дать ему упасть.

Харл с убийцей ухнули в проем, раздался треск рвущейся ткани в руке Найда остался лишь кусок белоснежной шелковой ткани.

Глава 10

Дверь трактира открылась, выпуская наружу гомон подгулявшей толпы, запах дрянного кислого пива и двух едва державшихся на ногах выпивох. Сидевший у двери нищий старик привычно встряхнул щербатую кружку с тремя лежащими на ее дне медяками, намекая вышедшим, что сегодня ночью он не прочь поужинать. И будет ли его желудок полон, зависит только от двух покинувших трактир господ. Однако они полностью проигнорировали попытки нищего привлечь внимание и пошагали дальше по ночной улице, горланя песню о дочери мельника, заблудившейся в лесу. Выпивохи дошли до куплета о том, как она, убежав от упыря-кровососа, очутилась на стоянке лесорубов. Молодцы упыря прогнали, но что стало с бедной девушкой дальше, попрошайка не расслышал. Пьянчужки, икая и фальшивя, завернули в проулок, откуда слов песни было уже не разобрать. Нищий, провожая их взглядом, заворчал, поминая бранным словом жадюг, тратящих последнюю монету на кувшин пива и не думающих о голодающих на улицах людях.

– Хороший сегодня вечер. Теплый, – вдруг услышал нищий голос совсем рядом и испугано обернулся.

В полуметре от него, на булыжниках мостовой сидел завернутый в темно-синий плащ человек. И как он только смог так тихо подобраться?!

– Кому и хороший. А у кого и маковой росинки с утра во рту не было, – проворчал, стараясь спрятать испуг в злости, нищий.

Незнакомец правильно намек попрошайки. Из-под плаща показалась его рука, которая на секунду зависла над глиняной кружкой. В кружке звякнуло, старик заглянул в нее – рядом с тусклыми медяками сияла золотая монета. Сгорбленные плечи старика выпрямились, в его осанке и выражении лица появилось что-то хищное.

– Молодой мессер ошибся и дал старику слишком много.

– Я дал ровно столько, сколько нужно. Мне нужен человек.

– Мессер может пойти на рынок и попытаться его там купить. Но только завтра утром, сейчас он уже закрыт.

– Не прикидывайся, ты понимаешь, о чем я говорю, мне нужна жизнь человека.

– Ааа, ну так иди и забери. Причем здесь я? – раздраженно ответил старик.

Человек в плаще, щелкнув большим пальцем, отправил еще один золотой в кружку.

– Зачем ты тратишь свое золото?

– Я уже сказал, мне нужна жизнь одного человека.

– И ты хочешь получить ее за два золотых?

– Назови свою цену, старик.

Нищий отвечать не торопился. Он смотрел на чадящий факел перед входом в трактир и беззвучно шевелил губами. Наконец он смог сам с собой договориться и подал голос.

– Когда тебе нужна его смерть?

– Сегодня.

– Тогда – десять золотых, – озвучил цену жизни неизвестного ему человека нищий.

– Старик, я не прошу убивать императора. Да продлятся его дни под тенью Птицы. Я хочу смерти обычного торговца. Я готов заплатить три золотых и ни одним медяком больше.

Нищий покачал головой.

– Сейчас сложные времена. Мы не беремся за работенку меньше чем за десять золотых.

– Что может быть сложного в убийстве торговца? Он даже толком защищаться не будет. Я скажу, где он будет сегодня ночью. Вам надо только зайти, убить и выйти. Он будет один.

– Если все так просто, сделай это сам. Сбережешь золото, – уперся нежелающий торговаться старик.

Монеты одна за другой полетели в его кружку. Ровно на десятом золотом кругляше кружка волшебным образом исчезла в складках рубища старика.

– Так где говоришь искать счастливца?

– Постоялый двор «Темный буревестник». Западная угловая комната, второй этаж. Мне надо, чтобы сегодня…

– Это я уже слышал. Не волнуйся, смерть придет за ним до утра. Тебя это устраивает?

– Да. Но мне бы побыстрее…

– Сынок, Вестники Смерти не спешат и не торопятся. Зато они неотвратимы, как закат солнца. Я пошлю на это дело своего лучшего человека, – старик встал, отряхнул свое рубище от налипшего мусора и походкой, которой могли позавидовать танцоры втрое младше него, направился по улице прочь от трактира. Когда старик дошел до затененного уголка улицы, его силуэт задрожал, размылся, а потом и вовсе исчез в тени.

«Темный буревестник» был гостиным двором, заботящимся о комфорте и покое своих постояльцев. Возле его входа всегда дежурила пара вышибал, готовых вывести не в меру буйного гостя или всякую шваль типа воров или попрошаек. Но от того, кто сейчас пробирался по крыше соседнего дома, держиморды с дубинками в руках защитить не могли.

Коротко разбежавшись и легко оттолкнувшись от кровли соседнего здания, ночной гость перелетел на крышу гостиного двора и, перекатившись, замер. Тихо звякнула черепица, вышибалы у входа притихли вслушиваясь. Не услышав ничего странного, кроме звуков засыпающего города, вышибалы тихо посмеиваясь, продолжили обсуждать новенькую кухарку.

Фигура на крыше выпрямилась. Крадущимся в ночи убийцей оказалась девушка в обтягивающем сером костюме с полумаской из жемчужных колец на лице. Девушка, бесшумно перебирая ножками, пробежалась по коньку крыши до западного крыла дома. Там она прикрепила к карнизу кошку, спустила вниз веревку и, обвив ее ногами, спустилась к окну второго этажа. Девушке повезло, ей не пришлось возиться с запорами на ставнях – окно оказалось настежь открытым, и она беспрепятственно проскользнула внутрь.

Задержав дыхание, девушка затаилась у окна, ожидая, пока глаза привыкнут к полумраку комнаты. Ее ноздри затрепетали, девушка почувствовала резкий запах горюна и приглядевший она нашла его источник. В углу комнаты стояла целая пирамида из бочонков с маслом, отжатым из листьев этой травы. Девушка криво улыбнулась, еще пару недель назад Вестники Смерти получали заказы на убийства герцогов и графов в их дворцах и замках, а сегодня она вынуждена возиться с каким-то торговцем маслом в этом клоповнике.

Но не ее дело рассуждать о причине заказа. Может быть, торговец задолжал кому-то денег, а может кто-то хочет устранить на время конкурента или заставить забыть его о том, что происходило за последние сутки. Ее задача состояла в том, чтобы убрать цель и не попасться самой. А цель она вот, в нескольких шагах, дремлет, уткнувшись носом в стол. Несколько пустых кувшинов из-под пива, стоящих на столе, объясняли временную потерю сознания у жертвы.

Задание из простого превращалось в архипростое. Девушку это даже немного раздосадовало, она отыгрывала роль ассасина в Четырехземье не столько ради высоких заработков, сколько ради будоражащих кровь приключений. А какое это приключение – прирезать как беспомощную скотину лежащего лицом на столе человека?

Но работа оплачена и ее надо было выполнять, девушка достала кинжал и зашла за спину жертвы, чтобы нанести несколько смертоносных ударов. Она рывком подняла голову жертвы и провела кинжалом по горлу. Странно, но кинжал не вошел в плоть как масло, рассекая горло. Клинок уперся во что-то твердое и неподатливое. Объяснение этой странности нашлось быстро – слетевшая от рывка шапка обнажила деревянную голову манекена.

Кого-кого, а деревянную куклу девушке заказали убрать впервые. Но не успела она толком удивиться, как произошло еще одно событие – просвистев, в открытое окно залетела стрела и с глухим стуком вонзилась в один из бочонков с маслом. Ассасин успела только заметить, что в оперении стрелы среди подрезанных белых перьев торчало одно алое, а возле наконечника была примотана небольшая бутылочка, с прикрепленным к ней тлеющим фитилем.

Как горит и взрывается масло горюн-травы, девушка знала прекрасно, она сама использовала его несколько раз для уничтожения жертв. Смекнув, что простейшее задание внезапно становится небезопасным для жизни, девушка бросилась к окну.

Она не успела всего на пару мгновений, взрыв вышвырнул на улицу ее объятое пламенем тело. Одним из неприятных свойств масла было то, что оно прилипало насмерть ко всему, на что попадет. Воя от боли, девушка каталась на брусчатке, пытаясь сбить с себя огонь. И пусть ее уровень чувствительности в игре был настроен всего на тридцать процентов, но девушка горела заживо и эти ощущения были самыми страшными, которые ей пришлось испытать в Четырехземье.

Масло на ее одежде почти прогорело, сваленная болевым шоком, наемная убийца лежала на мостовой. Но только она собралась встать, как в нее одна за другой начали вонзаться стрелы с бело-красным оперением. Они быстро выбили из нее остатки жизни.

На мостовую, рядом с начавшим исчезать телом ассасина, по веревке спустился человек в синем плаще, который разговаривал с нищим возле трактира. Поворошив оставшуюся от тела убийцы пыль, он выудил из нее широкий пояс из дымчатой кожи.

Пояс невесомых шагов

Такой пояс получают только ассасины, прошедшие обучение в ордене Вестников Смерти и достигших уровня мастера. Орден не выдает пояса мастерам, взамен утраченных во время боя или пленения, поэтому потеря пояса для ассасина является несмываемым позором.

Особенности:

«Пояс невесомых шагов» дает +4 к Ловкости

«Пояс невесомых шагов» дает 30 % к скрытности

«Пояс невесомых шагов» увеличивает действие ядов на Вашем оружии на 20 %

Из темного проулка вышла Рада и подошла к разглядывающему пояс убийцы Найду.

– Хорошая вещица! Продашь? – спросила жрица у Найденыша.

Тот отрицательно покачал головой.

– Себе оставлю. Он мне идеально подходит, – ответил Найд и примерил пояс на себя. Пояс тут же превратился из изящной женской вещицы, подчеркивающей талию, в строгий черный ремень с мощной пряжкой и стальными бляшками.

– Ты доволен? Месть свершилась?

– Месть чувство иррациональное. И глупое. Я хочу полностью отбить желание у ордена ассасинов брать на меня заказы у баронессы. Знаешь, они уже подняли цену до десяти золотых за голову.

– Ты за две недели сколько убийц на перерождение отправил?

– Двенадцать, – на лице Найда появилась самодовольная улыбка, – не зря мне Харл показывал трюк с громовым бараном. Зачем переть на рога, если зверя можно заманить в ловушку.

– Они будут мстить, – с уверенностью сказала Рада.

– Вряд ли. К чему привык орден наемный убийц? Что их «клиенты» прячутся за высокими стенами замков или будут окружать себя тройным кольцом охраны. Но ассасины не привыкли, что на них самих может быть открыта охота. Одно дело чувствовать себя хищником и пробираться с кинжалом в зубах в ночи. И совсем другое, когда ты постоянно ждешь, что тебе в спину прилетит стрела с красным пером.

– Эх ты! Убийца убийц! – рассмеялась Рада, – великий и ужасный охотник на хищников!

– А еще это оказывается очень прибыльное дело. Смотри – я на заказ потратил десять золотых. А сколько стоит такой поясок?

Рада наморщила лобик.

– Ну в лавках такие вещи не купишь. Изредка можно найти на аукционах и у коллекционеров. Я думаю, что минимум монет тридцать, а то и пятьдесят стоить будет.

– Пятьсот процентов – шикарный бизнес! И двести десять монет добычи я с коллег этой девочки снял. Как ты думаешь, захотят эти ассасины еще деньги на мне терять?

– Смотря сколько баронесса за твою голову в следующий раз заплатит.

Напыщенно бравый вид моментально слетел с Найда. И правда, один раз Милена уже чуть не добилась своего, и только самопожертвование Харла спасло Найденыша от гибели. Может быть и реальной. После падения морянина с пирамиды в обнимку с наемной убийцей в храме начался переполох. К подножию храма высыпала толпа воинов вперемешку со жрецами, но все что они смогли найти на месте падения это амулет черепашки, вырезанный из кости и болтающийся на плетеном шнуре. Стоя в келье на вершине Храма Воздуха, Найденыш понял, что не успел даже попрощаться с первым человеком, который сделал ему столько добра, причем абсолютно даром.

– Наши все прочесали и нашли только это, – сказала Рада, передавая амулет Найденышу, – Харл… он погиб. Осталось только это. Прости.

– За что? За что мне тебя прощать? Это ты наняла убийцу? Кстати, кто это был, вы не знаете?

– Судя по твоему описанию, ассасин из ордена Вестников Смерти. Кто-то очень хорошо заплатил за твою смерть, – ответил на вопрос Найда Михаэль.

– А вместо меня погиб Харл. И самое страшное в том, что он забудет все, что случилось с ним за последние сутки. Он очнется в Фальдорре, но не будет помнить о планах баронессы!

– Это да, глупо получилось, – согласился с ним Михаэль.

– Мне надо предупредить морян, – заявил Найд.

– И как ты это сделаешь?

– Помните, Харл говорил про деревеньку недалеко от Пелены? Там еще его родственники живут – вот туда и отправлюсь.

– С ума сошел! Ты себе даже не представляешь что такое Пелена! Да туда ниже сотого уровня и соваться не стоит! – заволновалась Рада.

– Далеко граница с Фальдоррой находится?

– Не близко.

– Вот и наберу эти ваши уровни по пути.

– Не тем ты решил заниматься. Тебе бы попытаться выяснить, что с тобой случилось и почему тебя в капсуле взаперти держат. Заодно навыки подкачать, иначе как ты от ассасинов собираешься отбиваться? – попробовал образумить Найда опытный в игровых делах Михаэль, – или погоди, ты задание получил, что тебе морян предупредить надо? Давай уже колись, что тебе в награду за это обещали.

– В награду? В награду я получу уважение к самому себе, мне этого в последний год сильно недоставало. А с убийцами я разберусь.

– Как? Лук у тебя конечно хороший, по пэкашерам двойным уроном бьет, но чтобы перемолотить целый орден его одного мало, – высказал свои сомнения Михаэль.

– Кто такие пэкашеры? – снова задал детский вопрос Найд.

– Аббревиатура от слов плеер киллер, что значит…

– Убийца игроков, – закончил за Михаэля мысль Найд.

– О! Английский в памяти всплыл? Глядишь так шаг за шагом и восстановится. Так вот, в Четырехземье наказывается не только убийство игроков, но и НПС тоже. Легенда такая, что боги-хранители смотрят на все остальные преступления сквозь пальцы, а вот насильственный отбор жизни уж очень не одобряют. Типа они жизнь дали и только они могут ее забирать. На любого, кто этот закон нарушает, навешивается красная аура преступника.

– А ее можно увидеть?

– Да, покопайся в настройках и включи. Увидишь вокруг какого-нибудь человека в таком красноватом облаке, это пэкашер и есть. Можешь убивать его смело – никаких штрафов тебе за это не будет. А еще с пэкашеров выпадают хорошие трофеи, обычно самая дорогая вещь из его гардероба и падает. И денег из них вываливается немало.

– А ассасины тоже пэкашеры?

– Смотри, если ты завалил кого-нибудь, то становишься преступником на три дня. Но если за три дня совершил еще одно убийство – то уже на неделю становишься красным. А если и третий раз отличишься, то быть тебе преступником целый месяц. У ассасинов такая издержка профессии – людей убивать. Поэтому они красными почти постоянно бегают.

– Значит мне нужно оружие и снаряжение с большим уроном против пэкашеров, – сделал правильный вывод Найд, – не знаете, где такое купить можно?

– Купить? Это вряд ли, – огорчил его Михаэль, – спрос на него небольшой, профессиональных охотников за бандюганами в Четырехземье мало, поэтому кузнецы таких вещей не делают.

– Обидно.

– Но ты практически попал по адресу! – приободрила Найденыша Рада, – первожрецы в храмах могут освящать и благословлять вещи и оружие. В том числе и на борьбу с бандитами.

– То есть я могу сейчас подойти к вашему главному жрецу, и он мне освятит скаррэль?

– Если бы все так было просто, – рассмеялся Михаэль, – у нас бы от храма до горизонта очередь из воинов с всякими железяками в руках стояла. Первожрецу делать больше нечего, как только над вашим оружием колдовать. Ты должен получить Большой Амулет Храма и тогда можешь попросить у первожреца серьезный бонус. Оружие благословить, к примеру, или вещицу какую-нибудь.

– А как мне этот амулет получить?

– Провести в храме полгода в молитвах, – озадачила Найденыша Рада.

– Или выполнить задание. Сложное, но у тебя уровня должно хватить, – предложил альтернативный вариант Михаэль, – я в храме не в большом, но все-таки в авторитете. Попробую поговорить со жрецами и что-нибудь тебе подобрать.

– Спасибо. Мне еще одно место найти нужно. Дом знахарки, Эльзы Одноглазой.

– Задание такое? Или опять личная инициатива?

– Инициатива. Она что-то может знать обо мне… прошлом. И вещи у нее мои должны были остаться.

– Знаю я эту зловредную бабку, если мы с тобой подружимся, я смогу метку тебе на карте поставить, – пообещала Рада.

– А разве мы еще не друзья?

Рада с Михаэлем застыли на секунду, потом хором захохотали.

– Да не в этом смысле. Нам в игре надо приобрести статус друзей. Лови предложение.

Корнелия Летиция Радомила Третья шлет Вам наилучшие пожелания и желает стать Вашим другом!

Принять это предложение? Да/Нет

Найд принял предложение от Рады, а Михаэль его прокомментировал.

– Вообще разработчики Четырехземья стремились сделать игру максимально приближенной к реальности. Чего стоит только отсутствие порталов! В большинстве игр вжик и прыгнул в нужную точку, а тут неделями приходится по карте таскаться. Но что касается дружбы и общения в игре, тут пользователи встали насмерть! Подавай им круг друзей и возможность отправлять сообщения.

– То есть раз мы с Радой друзья, я могу с ней связываться на расстоянии?

– Угу, только и здесь разработчики тоже пытались добиться реализма. То есть – никаких чатов и переписок. Отправлять друг другу весточку можно с помощью способности «Шепот ветра».

– А! Я помню, вы говорили. Если мне вдруг кто-то начнет шептать в ухо, то не надо пугаться.

– Именно! Я тебе отметку на карте поставила. Хочешь найти свою знахарку, просто поставь на ее доме метку, появится указующий клубок и…

– Дальше тоже помню, надо просто идти за ним, – сказал Найд и одновременно отправил предложение о дружбе Михаэлю.

– Молодец, – довольно кивнул тот, – быстро учишься. Я к жрецам пошел, насчет твоего задания разузнаю.

Найд кивнул.

– А я до бабули-знахарки прогуляюсь.

– А я… – хотела было придумать себе полезное занятие Рада, но Михаэль ее оборвал:

– А ты посидишь в храме, помедитируешь. Не влезай в то, о чем понятия не имеешь.

Жрица хотела бы возразить, но Найд поддержал Михаэля.

– Рада, не надо рисковать. Я еще не отошел от того, что Харла потерял. Если и с тобой из-за меня что-то случится...

– Я девочка взрослая!

– Я тоже! – выпалил Найд, но тут же поправился, – не в том смысле, что я взрослая девочка, но я сам могу справиться со всеми своими проблемами!

Для Найда, после того, как он целый год просуществовал в шкуре городского дурачка, было действительно важно почувствовать себя дееспособным.

– Ну-ну, – фыркнула Рада, – и вниз с пирамиды ты тоже сам спустишься?

Найд с опаской выглянул из кельи и посмотрел вниз.

– Ты только вниз меня опусти, а дальше я точно сам.

У миленькой, очаровательной и не в меру впечатлительной Рады была одна черта, способная довести до припадка или истерики мужика весом под центнер. В ее небольшом тельце содержалось упрямства, которого легко бы хватило на небольшое стадо не самых сговорчивых на свете ослов. В свою симпатичную головку она вбила одну мысль – все игроки в Четырехземье лишь развлекаются, рискуя заполучить зависимость от виртуальности или исчерпать свой банковский счет, покупая себе игровую экипировку за реальные деньги. А ставка Найда находилась совсем на другом уровне, и девушке казалось, что странный парень не до конца осознает последствия первого же серьезного побоища.

Поэтому спустив его из кельи на землю, Рада быстро метнулась в храм, собрала пожитки в небольшой заплечный мешок и спустилась обратно. Найденыш еще пылил на своих двоих по дороге в пределах видимости и Рада, накинув на себя заклинание «Незримого спутника» последовала за ним. Заклинание делало Раду невидимой и почти полностью скрывало издаваемые ею при ходьбе звуки. Одно было плохо – ни атаковать, ни творить заклинания не скинув этого скрывающего жрицу полога было нельзя. Но для слежки оно было приспособлено как нельзя лучше.

Но как оказалось для того, чтобы быть хорошим шпионом одной невидимости мало. Найд уверенно шагал и шагал по тракту вслед за указующим клубком, а Рада, которая основной упор делала на развитие Силы духа, почти полностью игнорируя Силу тела, через полчаса такой ходьбы поняла, что выдыхается. Ей пришлось сначала снизить темп, а потом и вообще присесть на обочину дороги, чтобы перевести дух. Жрица с волнением наблюдала, как шустрый Найденыш уходила от нее все дальше и дальше. А когда он, следуя за указующим клубком, вообще свернул с дороги в небольшой лесок, Раду охватила настоящая паника – если он на открытом пространстве легко от нее уходил, то в лесу он запросто затеряется среди деревьев.

Рада со всех ног припустила вслед за парнем, пообещав себе, что если Найд затеряется в лесу, то она наплюет на всю маскировку, прочтет заклинание левитации и будет искать его сверху. Но носиться над верхушками деревьев и изображать из себя сову, высматривающую мышку среди опавшей листвы, ей не пришлось – Найд поджидал ее за стволом дерева, наложив стрелу на тетиву и нервно кусая губы. Рада увидела, как он закрыл глаза и шевелил луком, стараясь взять ее на прицел. Он точно ее не видел, но слышал! Но как это вообще возможно?!

– Эээ… не стреляй, пожалуйста, – попросила Рада, сбрасывая с себя заклинание «Незримого спутника» и становясь видимой.

– Ты?! – удивился Найд и опустил лук.

– Я это, я. Как ты меня вычислил? Я же под пологом была! Нет, его конечно можно развеять контрзаклинанием, но ты же этого не умеешь!

– Я тебя услышал. И… унюхал.

– Унюхал?! – не поняла Рада. Нет, конечно, гоняясь за Найденышем, она слегка вспотела, но уж точно не так, чтобы от нее несло как от загнанной лошади!

– От тебя травами душистыми пахнет, которые в храме жгут, – остановил девичьи метания Найд.

– Травами? – недоверчиво спросила жрица, – да как ты их мог учуять. И шаги мое заклинание приглушает.

– Делает тише, но не заглушает полностью.

– Но все равно…

– У меня есть теория, почему я слышу и вижу лучше, чем все остальные в игре.

– Озвучишь?

– Помнишь, как я всех перепугал, когда сказал, что у меня чувствительность на триста процентов выставлена? Вы еще переживать начали, что меня каждая царапина убить может? Так вот мы тогда не подумали, что я не только боль в три раза сильнее воспринимаю. Но и слышу в три раза лучше.

– И нюхаешь, – задумчиво произнесла Рада.

– Угу. И вижу и осязаю. И вкус, наверное, в три раза лучше ощущаю.

– Тогда тебе сильно перченного лучше не есть. Но если подумать – ты же вообще как супермен получаешься!

– Только из-за того, что вижу далеко?

– Да нет! Это заблуждение, что чувств всего пять. Их на самом деле девять. Кроме зрения, слуха, осязания, обоняния и вкуса, у человека есть еще термоцепция, к примеру.

– Это что? Третий глаз?

– Да нет же, это чувство тепла. Ты можешь кожей ощущать исходящее от предметов тепло. А есть еще чувство равновесия, определяющее твое положение относительно земли. Есть еще осознание тела.

– А это как?

– Ну закрой глаза и поверти рукой у себя перед лицом – ты точно знаешь, где находится твоя кисть даже с закрытыми глазами. Еще есть такая штука как ноцицепция. Это ощущение боли… и твоя самая большая проблема.

– Моя самая большая проблема – девчонка, которая не умеет слушать старших!

– Ой, тоже мне старший. Если хочешь знать, мне в реале уже двадцать!

Рада заметила, как Найд вдруг резко погрустнел, и прикусила язык, ведь он-то не знает и даже не догадывается, сколько ему лет в реале.

– Да и нам до избушки этой знахарки пару шагов осталось всего, – жрица решила переменить тему, – дойдем за пару минут.

– Не за пару, но минут за двадцать доберемся. Но, я вот зачем еще остановился… оттуда гарью сильно несет, – признался Найд.

После того, как Найд смог ее унюхать под пологом «спутника», сомнений у Рады в способностях Найденыша не возникало.

– Может она там отвары какие-нибудь готовит?

Найд неуверенно качнул головой.

– Не знаю. Кроме гари ничего не чувствую.

– Тогда есть только один способ выяснить, что у Эльзы там приключилось – сходить и посмотреть!

– Может, в храм вернешься? – попробовал уговорить девушку Найд.

– И не мечтай, – ответила та и направилась к избушке лесной знахарки.

Найденыш тяжело вздохнул и пошел следом за ней – ну не силой же обратно ее в храм волочь? Хотя у него возник соблазн стукнуть эту упертую девицу рукоятью скаррэля по голове и оглушенную доставить в Храм Воздуха. Но ведь обидится же!

Глава 11

Лесная полянка, на которую вышли Найденыш с Радой, ослепляла буйством цветов и красок. Среди поля желто-белых ромашек, клочками росли ярко-красные маки и высокие тигровые лилии. Причем цветы были размером где с большую тарелку, а где и с целое блюдо, на котором целиком мог разместиться жареный поросенок. Но не огромные цветы поразили Найда, а растущие по краям полянки грибы, крупные мясистые шляпки которых достигали парню до груди. От грибов-переростков исходило зеленое свечение, видимое даже на ярком солнечном свету. Над сказочными цветами и грибами порхали бабочки и жужжали шмели, причем их размеры были под стать растениям. Над головой Найд, заставив его присесть от неожиданности, пронесся мохнатый шмель, больше походящий на чрезмерно откормленного шестилапого кота.

Казалось бы, от такого невероятного количества цветов должен исходить сильнейший дурманящий голову аромат, но нет – над полянкой висел только один запах. Запах гари.

Источник неприятного запаха находился ровно в центре поляны. Здесь, в кругу из сажи, в полном беспорядке валялись обугленные бревна, возле которых на чурбане сидела, горько вздыхая, колоритная старушка. Ее иссушенное прожитым веком тело было замотано в плотное вязаное платье, доходившее ей до пят. Причем создавалось впечатление, что нитки для этого платья подбирал либо дальтоник, либо вовсе слепой. Нити были сплетены в полнейшем беспорядке, цвета сменяли один другой без всякой логической последовательности. В черные с проседью волоса бабули были вплетены маленькие косточки, перышки и разноцветные бусинки. Сморщенное лицо старухи пересекала повязка из грубой белой ткани, закрывавшая левый глаз. Увидев приближавшихся к ней Найденыша и Раду, старушка соскочила с чурбана и выставила перед собой руки, растопырив пальцы.

– Ага! Снова пришли, ироды! – на кончиках пальцев заиграли синеватые огоньки.

– Бабуль, ты чего?! – не поняла, за что на них набросилась знахарка Рада. Но на всякий случай наложила защитную ауру сначала на Найда, а потом и на себя.

– Я тебе сейчас дам «бабуль»! Внучка, видишь ли, выискалась! – расходилась все больше и больше Эльза Одноглазая.

– Стоп! Девочки! Хватит колдовать! – закричал Найд, у которого от незримой ворожбы жрицы и знахарки волосы на голове встали дыбом.

– А ты еще что за прыщ? Тоже внук? – перевела свое внимание знахарка на Найда.

– Что? Какой еще внук? Я…

– Сейчас узнаем, кто ты, – старушка вытащила засушенную птичью лапку, направила ее на Найденыша и громко воскликнула – верум!

Попытка знахарки с помощью ментального сканирования узнать, кто это нарисовался на ее полянке, закончилась ожидаемо – браслет на руке Найда нагрелся, а Эльза опрокинулась на спину, как будто кто-то невидимый очень сильно приложил ее кулаком по лбу.

– Ах ты ж лепешка коровья! – взъярилась знахарка. С птичьей ножки сорвалась небольшая молния, которая ударила в голубой полупрозрачный купол защищающий Найда. Тот лопнул со стеклянным перезвоном, но атаку лесной ведьмы отразил.

– Мы вам не враги! – Найду не хотелось отвечать бабке агрессией, она была для него незаменимым источником информации.

– Ага, а кто вы тогда такие?! Кто меня каждый день убивает?!

– Я, – беззастенчиво заявила некая личность, появляясь в воздухе шагах в пяти от изумленных Рады и Найда.

Одета эта нагло появившаяся персона была в такой же облегающий костюм, который носила наемная убийца, напавшая на Найда и Харла в Храме Воздуха. Правда костюм был черного цвета и одет он был на явно мужскую фигуру.

– Это, – кивнул на Одноглазую Эльзу ассасин в черном, – моя добыча. Оплаченная причем. Вы ее, конечно, можете укокошить, деньги я получу за нее в любом случае. Но перед этим мне надо задать ей один вопрос.

Ассасин повернулся к Эльзе.

– Слышь, старая карга. Я тебе уже пару недель хочу узнать от тебя вот что – куда ты дела застежку и плащ, которые ты взяла в оплату за лечение парня.

– Какого еще парня?

– Которого к тебе притащили рыбаки. В бессознательном состоянии. Где-то год назад, – попытался освежить память знахарке ассасин.

– Парня помню, – недовольно пожевав губами, ответила Эльза, – застежки и плаща – не помню.

– Знаешь что, курица. Я буду убивать тебя каждый день. Сжигать твой дом всякий раз, как ты попытаешься его отстроить. Я тебе жизни вообще не дам, пока не скажешь, куда ты задевала эти побрякушки.

– Не было таких вещей, о которых ты спрашиваешь. А если и были, то запамятовала я, мне в оплату какого барахла только не приносят, – ворчливо ответила знахарка.

– Не хочешь по-хорошему? Ладно. Мне даже руки марать не придется. Эй, вы! – обратился ассасин к Раде и Найду, – бабка ваша. У вас же тут конфликт небольшой был?

– Угу, – ответил Найд и спросил у Рады, – у этого черного аура убийцы есть?

– Кончено. Ты что, сам не видишь?

– Решил убедиться, – ответил Найд, натягивая лук и пуская в ассасина сразу три стрелы.

– Сдурел?! – возмутился тот и тут же схлопотал еще одну стрелу прямо в грудь.

Выяснять, почему вдруг Найд перестал воевать с бабкой и захотел именно его отправить на встречу с Птицей, ассасин не стал. Сработали наработанные рефлексы и убийца, крутанув фляк, ушел назад. Следующим выстрелом Найденыш промахнулся, но запущенная Эльзой зеленая световая клякса влетела прямехонько в спину и мгновенно впиталась в тело, отравляя ассасина. Ассасин продолжил крутить фляки пока не оказался на краю полянки, там он метнулся к ажурным теням от деревьев и растворился в воздухе.

– Ушел засранец, – зло пробормотала старуха.

– Тише! – прислушался Найд, – он тут!

Подтверждая слова Найденыша, из леса со свистом вылетела маленькая стрелка и впилась Найденышу в плечо.

Получен физический урон 18 единиц. Жизнь 542/560.

Вместе с выскочившим системным сообщением Найд почувствовал, как по его плечу, щипая и покалывая, разливается онемение.

На левую руку наложен негативный эффект «Паралич», длительность 10 секунд.

Кисть Найда самопроизвольно разжалась, и он выронил лук. Найд не знал, что заставило его уронить оружие, «Паралич» и игровая механика или адская пронизывающая боль от попавшей в плечо стрелки.

– Ты зачем лук бросил?! – крикнула знахарка, продолжая прочесывать взглядом лес.

Рада поняла, в чем причина и тут же Найденыша окатила теплая волна, излечивая, заглушая боль и снимая паралич. Найд выхватил скаррэль и начал вращать его перед своим носом. И вовремя – сверкающее лезвие отбило еще одну выпущенную по нему стрелку.

– Не защищайся, атакуй! – подбодрила Найда знахарка, – не боись, мы со жричкой тебя исцелять будем.

За «Стальным водоворотом» Найд чувствовал себя в относительной безопасности, но старуха была права – одной обороной сражение не выиграешь. И хотя скаррэль снова отбил очередную стрелку, Найд убрал его в ножны, подхватил с земли лук и начал высматривать ассасина. Он услышал легкий хруст ветки под ногой, обернулся в это сторону и разглядел легкое дрожание воздуха, по форме напоминающее человеческий силуэт. Но только он натянул тетиву, чтобы пустить в еле заметный силуэт стрелу, как ему в грудь прилетел целый сноп сюрикэнов.

Получен физический урон 23 единиц. Жизнь 519/560.

Получен физический урон 28 единиц. Жизнь 491/560.

Получен физический урон 26 единиц. Жизнь 465/560.

Получен физический урон 32 единиц. Жизнь 433/560.

Высокая Ловкость Найду помогла избежать еще пары заостренных звезд, но и того, что в него прилетело, хватило, чтобы согнуться от боли. Дыхание у Найденыша перехватило, глаза застали слезы. Ощущение было такое, что в каждый порез от сюрикэнов заливали расплавленный свинец. На Найда опустилось зеленое облако, излечивающее раны и снимающее боль, на этот раз постаралась знахарка. Тяжело дыша и чувствуя, как по спине струятся ручейки холодного пота, Найд поднял глаза – после атаки ассасин стал виден за что и поплатился, получив стрелу прямо в шею. Хрипя и отплевываясь кровавыми сгустками, он снова ушел в невидимость.

Убийце невидимость не сильно помогла, усиленный втрое слух и зрение помогли Найденышу вновь отыскать ассасина, который успел вскарабкаться на дерево. Найд отправил в прозрачный силуэт стрелу, попал, выбив из ассасина целый фонтан крови и сбив с него невидимость. Чем и воспользовалась знахарка – в убийцу полетела очередная зеленая клякса, которая сшибла его с ветви. Подняться с земли он не успел, у Найда прошел откат на «Тройную гидру» и киллера добили сразу три стрелы, пригвоздив его к земле.

Буря адреналина в крови Найденыша стихла, его лицо было бледным как мел – несмотря на своевременное лечение, боль от ранений была слишком сильна. Рада подбежала к нему и приобняла за плечи.

– Ты как?

– Да что ему будет от пары царапин то? – не поняла причины волнений жрицы Эльза.

– Нормально. Сейчас только дух переведу, – попытался подняться Найд. Получилось это у него только с третьего раза, да и то только с помощью Рады.

– Слабенький ты какой-то, – прокомментировала возню Найденыша знахарка, – хотя, слабенький-слабенький, а от ассасина проклятущего меня избавил.

– Вы меня не узнаете? – спросил у нее Найд.

Знахарка присмотрелась к Найду.

– Первый раз вижу.

– Этот, – Найд кивнул на исчезающий труп ассасина, – про меня спрашивал.

– То есть это из-за тебя мне теперь плешь проедают?!

– Получается что так, – не стал скрывать очевидное Найд, – я пришел спросить –что со мной тогда произошло?

– А я почем знаю? Принесли тебя ко мне уже в кровь избитого. И тело исковеркано, и ум уже где-то далеко витал.

– Что это было? Сильное заклинание?

– Да Птица его знает.

– А как же вы меня вылечили?!

Знахарка испытующе посмотрела на Найда.

– Не подсобил бы ты мне с убивцем, наврала бы сейчас с три короба и еще награду бы себе выторговала. А так – правду скажу. Ты, милок, умирал, я уже и заговоры наложила и ворожила вовсю. Но толку от этого было чуть и еще маленько. Искра твоей жизни медленно угасала.

– И кто же ее опять зажег? – профессионально поинтересовалась Рада.

Эльза пожала плечами.

– Я догадалась, что ты у нас из приходящих. И спасали и лечили тебя с той стороны.

– А вы тогда за что оплату взяли?! – возмутилась Рада.

– Девонька моя, если бы я людей задаром лечила, то что бы я кушала на обед, завтрак и особенно на ужин?

– А где эти вещи теперь? У вас?

– У меня? Что я, графиня какая-нибудь или принцесса? Зачем мне вещи из квадриума?

– Из квадриума?! – удивилась Рада.

– Ну да. Застежка как золотая выглядела, но чего-то слишком тяжела была. Я ее ножичком поцарапала, а там обычная позолота. А под ней-то квадриум!

– А плащ?

– Плащ? В плащике нити из квадриума вплетенные!

– Слушай, а может ты император? Или его внебрачный сын? – предположила Рада, – Откуда у тебя квадриумовый плащ?

Найденыша больше интересовала судьба вещей, а не его предположительное родство с императором Бореи.

– Так куда вы вещи дели?

– Продала, конечно же! На кой они мне в этой глуши нужны? – призналась старуха и тут же торопливо добавила, – деньги не отдам.

– На плаще герб был? – не думая о деньгах, спросил Найденыш.

– Не-а, не было. Но кое-что намалевано было. Змеюка какая-то страшная.

– Такая, – Найд продемонстрировал знахарке гравировку на обратной стороне своего браслета.

– Ага, похоже очень. Такая же змеюка была.

– Вы эти вещи кому-то в Амони продали? – спросила Рада.

– Да кто из этих напыщенных индюков за такие редкие вещи нормальную цену даст?! У жителей Амони гонору много, а в карманах денег шиш.

– Да ладно, там богачей много живет.

– Девонька, ты настоящее богатство вообще в жизни видела? Нет? Так поезжай в Новую Долю да посмотри!

– Вы в Новую Долю вещи Найда продали?!

– Да, – самодовольно ответила старуха, – тамошний коллекционер купил. Захариас его зовут.

– Плащ и застежка у него?

– Конечно, если к Захариасу попадают редкости, он их из рук не выпустит.

– А если попробовать у него их выкупить? – с надеждой спросил Найд.

Старуха рассмеялась, обнажив беззубые десна.

– Выкупить? Да у Захариаса хватит денег, чтобы вас самих купить с потрохами!

– Но показать-то он их может?

Знахарка пожала плечами.

– Это как вы с ним договоритесь.

Найд кивнул.

– Понятно. Спасибо вам за информацию.

– Это тебе спасибо, касатик. Я теперь знаю, кто ко мне в гости ходит и смогу теперь супостата достойно встретить, – произнесла Эльза, потеряла всякий интерес к Найденышу и ушла ковыряться на пепелище.

Выполнено задание «Отголоски прошлого».

Награда: Информация о местонахождении утерянных вещей.

– Найд! – окликнула Найденыша Рада, которая покопавшись в пыли, оставшейся после тела ассасина, выудила оттуда довольно увесистый мешочек с монетами, – смотри, какая хорошая премия! Этот мужик на тебя сильно теперь обидится. И его орден тоже.

– Если уж они к Эльзе каждый день наведывались, значит, меня не один десяток этих убийц по заказу баронессы разыскивает.

– Вот блин! Прятаться тебе надо!

– У меня есть план получше.

И когда Найд рассказал ей о том, что он сам хочет начать охоту на ассасинов, жрица подумала, что он уже слегка двинулся умом от боли. Кто же находясь в трезвом рассудке, сам бежит навстречу людям, которым заплатили за твою смерть? Но в Амони, разыскивать контакты ассасинов, она отправилась вместе с Найдом. Ведь она практически ничем не рисковала, убийство лишь на время ухудшило бы характеристики ее персонажа, а как показал последний бой, помочь Найденышу Рада могла серьезно. Игровая механика реагировала на оперативное лечение ран Найда снижением болевых ощущений.

Разыскать наемных убийц оказалось делом простым. Потратив несколько монет из мешочка ассасина, расспросив стражников и городскую шпану, Найд узнал, что оставить заказ на устранение мешающего человека проще простого. Надо лишь пошептаться с нищими в подворотне, с подавальщиками в трактирах или с бродячими артистами и тебе озвучат цену чужой жизни.

Легкость «оформления заказа» Найду сыграла на руку. Он попросил убить должника, якобы скрывавшегося на дне высохшего колодца. Непуганые ассасины с радостью взялись за это задание, ведь жертву даже не надо было искать и загонять. Она сама себе устроила ловушку, прячась в земляной яме.

Найд обрезал веревку, по которой ассасин спустился в колодец, а когда тот, как всякий уважающий себя воздушник, попытался левитировать, Найд столкнул в ствол колодца заранее заготовленные каменные глыбы. Чем напрочь отшиб у убийцы желание полетать как в прямом, так и в переносном смысле. Поверженного на дно колодца убийцу Найденыш расстрелял из лука как на стрельбище – не спеша выцеливая уязвимые места. Причем он заранее посетил мастерскую и заказал необычные стрелы, с опереньем из снежно-белого гусиного пера с красным перышком из грудки птицы кардинала.

Рада подумала, что Найденышу просто повезло. Но он так же уверенно разобрался и с последующим убийцей, и с пятым и с десятым. По городу поползли слухи об убийце убийц, который нагнал страху на Орден Вестников Смерти. Ассасины организовали поиски своего обидчика, но тут Найду помог браслет, защищающий своего хозяина от магического обнаружения. Ни один поисковый маг заработал себе шлепок по затылку и жуткую мигрень, стараясь выискать в городе или отсканировать Найденыша. А от обычной слежки он и так уходил успешно, анализируя и продумывая свой каждый шаг, каждый контакт с агентами ассасинов и естественно каждую ловушку на них.

Рада была уверена, что Найд остановится, отправив на перерождение двенадцатого ассасина, ту самую девушку, которая пробралась в Храм Воздуха и убила Харла. Но Найд не спешил покинуть Амони, как его не уговаривала Рада, опасавшаяся, что их зажмут в темном закоулке и порежут на ремни. Вечно невероятная удача Найда продолжаться не могла.

Однако он уверенным шагом направился по ночному городу к кордегардии стражи. К удивлению Рады здесь обнаружился нищий, которому Найд и заплатил десять золотых за убийство торговца. Найд привалился к стене рядом с нищим.

– Еще раз привет труженикам яда и кинжала.

– Ты для чего сюда приперся? – прошипел старик.

– Гуляю. Воздухом дышу. Гляжу знакомое лицо, дай думаю, подойду, поздороваюсь.

– Поздоровался? Ну и гуляй мимо!

– А ты здесь новостей ждешь? Что прирезали торговца маслом в «Темном буревестнике»? Сейчас в стражу как раз должен посыльный забежать и переполох поднять.

Нищий скрипнул зубами и ничего не ответил, но по выражению его лица было понятно, что Найденыш угадал.

– Зря ждешь, – продолжил свой монолог Найд, – не прибежит посыльный.

– Откуда тебе знать? – снизошел до разговора нищий.

Пришел черед отмалчиваться Найду. Он, не произнося ни единого слова, достал из колчана стрелу и протянул нищему так, что тому было видно ее оперение.

– Что?! Ты?!

– Ага, я, – Найд заметил, как рука нищего нырнула за пазуху, – тише-тише. Мы у стражи находимся. Выхватишь свой кинжал, тебя покрошат в мелкую капустку стражники. И будет на моей совести не двенадцать отправленных к Птице убийц, а тринадцать. А тринадцать – цифра неприятная, она одни несчастья приносит. И потом, я хотел, чтобы кто-то из вашего ордена выжил и передал послание остальным Вестникам Смерти.

Старик смог совладать с собой и не накинуться на Найда с оружием.

– Какое?

– Некая баронесса из клана «Черной розы» опрометчиво решила вам заказать парня по имени Найденыш. А вы опрометчиво бросились этот заказ выполнять. За что и поплатились. В следующий раз я надеюсь, вы откажетесь от этого заказа.

Нищий неопределенно пожал плечами. Этот жест можно было трактовать и так, что Вестники Смерти теперь спать не будут, но Найденыша из-под земли достанут. Но Найд беззаботно потрепал старика по плечу.

– Ну все. Давай прощаться. Деньги за проваленный заказ не вернешь? Нет? Я почему-то так и думал.

Найденыш с Радой двинулся прочь от кордегардии, а в спину ему смотрел нищий, то сжима рукоятки кинжалов, то снова убирая руки с оружия.

Странник с жрицей вышли за городские ворота без приключений, хотя Раду колотил страх в ожидании неприятных встреч. Найденыш вспоминал свой первый выход за городские ворота. Тогда ему было безумно страшно. И удивительное дело, с того времени Найденыш успел побывать в разных передрягах и нажить себе могущественных врагов, но теперь шагая по ночному Калинийскому тракту он ни капли не боялся. Даже Рада заметила, что провернув акцию устрашения ассасинов, Найд стал намного уверенней, и уже не она опекала испуганного и ничего не понимающего в происходящем паренька, а он незаметно взял ее под свое крыло.

Найд даже не вздрогнул, когда на дорогу перед ними, звеня и бряцая доспехами, выбрался потрепанного вида рыцарь и зычным голосом проорал:

– Стоять, школота! Деньги на дорогу кидаем!

Найденыш слышал, как этот увалень скрипит сталью в дорожных кустах уже давно, поэтому появление на дороге рыцаря-разбойника для него сюрпризом не стало. Найд внимательно рассмотрел грабителя – на парне, пытавшемся выглядеть грозным, были одеты части разных доспехов, мало подходящих друг к другу, а в руках он держал ржавую секиру со щербатым лезвием. Вид грабителя совсем не напоминал профессиональный лоск ассасинов, но Найд держал наготове свою способность «Пыль дальних странствий» чтобы накрыть себя и Раду пыльным облаком и сбежать, если враг вдруг окажется ему не по зубам.

– А что будет, если не кинем? – спокойно поинтересовался Найд.

– Порублю вас на куски и заберу все выпавшие из вас шмотки, – разбойник с лязгом опустил забрало шлема, – вещички у вас дорогие, мало ли что упадет. Дешевле будет откупиться.

– А может у нас с собой всего пара медяков? – продолжил издеваться Найд над разбойником.

Тот крепко призадумался, а что если люди, которых он грабят, действительно будут не полностью опустошать свои карманы?

– Я потом проверю… – набычился грабитель.

– Как?!

– Я… – грабитель заметил, как Рада слегка взмахнула рукой, – эй! Не смей кастовать! Иначе я тебе руки по самые локти обрублю! Так и будешь бегать с культяпками до перерождения и…

Найд сам не понял, откуда вдруг в его душе взялась буря, которая мигом застлала его разум багровой пеленой. Пока грабитель угрожал только ему, его угрозы выглядели забавными, но как только он переключился на Раду Найденыш перестал болтать и начал действовать.

Три стрелы одновременно ударили в нагрудник разбойника, с лязгом пробив его. Не успел тот понять, что происходит, как Найд начал нашпиговывать его стрелами, раз за разом попадая в сочленения плохо подогнанных доспехов.

– Вот ты гнида! – заорал разбойник, поднимая свою устрашающую секиру и бросаясь на Найда.

Последнюю стрелу Найд выпустил буквально в упор, и незадачливый грабитель рухнул к его ногам, развеваясь пылью и оставляя после себя горсть мелочи и свою секиру.

– Зачем ты полез в драку? У этого мальчишки уровень вряд ли был выше десятого, – не поняла мотивов поступка Найда Рада.

– У этого мальчишки была красная аура пэкашера. Значит, ему все-таки удалось кого-то убить и ограбить на этом тракте, – ответил Найд, поднимая лежащие на дороге деньги, – м-да, не густо.

– И опыта за него, наверное, дали крохи.

– Крохи. Но именно этих крох мне не хватало для получения нового уровня.

И действительно, сразу после скоротечного боя перед глазами Найда выскочило сообщение.

Поздравляем! Вы получили сорок восьмой уровень!

– Надо же, перебить целую толпу профессионалов, а уровень получить за босяка с обочины, – удивился Найд и вложил свободную единицу характеристик в Ловкость и полюбовался полученным результатом.

Сила тела – 9

Сила духа – 5

Интеллект – 12

Ловкость – 23 (27)

Удача – 9

– Ты на что там медитируешь? – спросила у застывшего Найда жрица, – ааа, с характеристиками играешься? Найд, потерпи до храма, там мы, по крайней мере, будем в безопасности. Пойдем быстрее и завалим Михаэля историями. У него челюсть отвалиться, когда он узнает, как ты ассасинов прищучил.

Но Рада ошибалась. Когда они добрались до Храма Воздуха и перенеслись в уже ставшую почти родной келью, Михаэль не стал слушать никакие истории, отмахнувшись от них как от совершенно несущественных.

– Вот где вы шлялись, а? Я тут задание у жрецов для Найда выбил – просто закачаешься. Просто пальчики оближешь и слюной изойдешь. Я бы его и сам взял, но у меня класс не подходит. Но у него ограниченное время на принятие, всего пару часов осталось.

– Может, ты сначала расскажешь, что это за задание? – спросила Рада, но Михаэль замахал на нее руками.

– Вам объяснять – только время терять. Вы что думаете, мы к первожрецу без очереди попадем? Что он сидит и с утра только вас дожидается? Завтрак отменил, кушать не может, пока квест вам не вручит? Пошли быстрее и молитесь, чтобы времени хватило!

Глава 12

Михаэль оказался прав – несмотря на то, что Найд с Радой пришли в Храм ранним утром, первожрец не возлежал, позевывая на подушках. Он в окружении свиты, носился по всему храму, на ходу раздавая указания и устраивая взбучки. Только после целого часа погони за этим бодрым и энергичным стариком Михаэлю удалось, наконец, к нему подойти.

– Ваше Воздушное Величие, вот странник, о котором я вам говорил, – представил он Найда первожрецу и уважительно поклонился.

– Ну и к чему мне этот бродяга? – совсем неуважительно ответил первожрец.

– Эээ… вы с вами говорили, насчет путешествия, – напомнил Михаэль.

Первожрец вопросительно выгнул бровь, явно не понимая о чем речь.

– Про скрытое святилище.

– Ааа, я уже почти забыл, – подтвердил мысль Михаэля о том, что еще бы чуть-чуть и задание уплыло мимо, помахав им ручкой на прощание, – ну, бродяга, иди сюда.

Найд подошел к первожрецу.

– Приклони голову, – первожрец положил ладонь на голову Найда, – благословляю тебя на подвиги ратные и на поиски Великой Птице угодные!

Задание «Благословление на осквернение».

До разделения Четырехземья на четыре стихии люди поклонялись Змею Скрытому-В-Тени. Его храмы, ранее разбросанные по всему миру, теперь сохранились только в Пелене. Несмотря на то, что ныне Змей сильно ослаблен, алтари в его честь, источающие собственную магию, вносят дисбаланс в магию стихий. Поэтому жрецы Стихий уничтожают любой храм Скрытого-В-Тени, который только могут найти.

Вам необходимо разыскать святилище Скрытого-В-Тени на границе между Бореей и Фальдоррой и уничтожить расположенный там алтарь.

Награда: Повышение репутации с Храмом Воздуха до «Восхищение».

Штрафы: За отказ от задания репутация с Храмом воздуха снижается до нейтральной. За провал задания репутация с Храмом Воздуха снижается до «Настороженности».

Принять задание Да/Нет?

Найд про себя затейливо выругался и пообещал себе больше никогда не торопиться с заданиями, не узнав больше об их сути. С одной стороны ему было нужно выполнить задание Храма Воздуха. Тогда первожрец мог бы благословить его оружие на убийство преступников и тех же ассасинов он мог бы выкашивать стадами и пачками. С другой стороны жрецы просят разрушить храм ушедшего бога, символика которого была нанесена на вещи Найда. Можно прямо сейчас посмотреть на обратную сторону браслета и найти там того самого скрывающего в тени змея. И самое веселое – что браслетик этот снять не получится. А ведь обиженное божество может и проказу какую-нибудь через браслет наслать. Но змей где-то там скрывался, а первожрец стоял перед Найдом, постепенно покрываясь бардовыми пятнами от раздражения.

– Хорошо, я согласен, – решился Найд.

– О! Отлично! Я-то думал, нам всем до следующего возрождения Птицы ждать придется, – покачал головой первожрец.

Вы приняли задание «Благословление на осквернение».

– А можно узнать, где искать это святилище? Ведь насколько я понимаю, граница между двумя странами большая.

– Ленивая пошла молодежь! Все им покажи, пальцем на карту ткни, – проворчал первожрец, – а где поиск тайн и жажда приключений? Охотник один, из деревни Сивые Бяжки, шлялся по Пелене и наткнулся на развалины. Залез, думал там поживиться чем-нибудь. Тут появилась тень змея и шуганула его так, что домой он прибежал весь седой. Найди его и расспроси. Правда, говорят он теперь заикается сильно и присвистывает, когда про это рассказывает. Но ты уж будь добр, постарайся хоть что-нибудь из его речи понять. Кстати, может в этом проблема, а? А то мы уже человек тридцать бродяг в этот храм отправляли и тишина. Ни один успеха не добился.

– Тридцать человек?! – удивился Найд.

– Ну да. Но ты успеха добьешься, ты же этот, как его... странник! Так что не грусти, приступай к делу, ждем тебя с хорошими новостями, – первожрец потрепал Найда по плечу, развернулся и удалился.

– Спасибо тебе Миха огромное, кланяюсь в пояс, – с явным сарказмом произнес Найд.

– А что не так?!

– Мне кажется, все не так, – ответил Найд и поделился с ним своими сомнениями, а Рада еще рассказала про войну с Вестниками Смерти и про то, что Найду надо отправиться в город Новая Доля за своими вещами, которые могут пролить свет на его прошлое.

– И что вы все из себя такие недовольные? Все же отлично сложилось! – не терял оптимизма Михаэль, – сначала вы двигаетесь в Новую Долю, город как раз находится по дороге к Пелене. Потом заканчиваете свои дела и отправляетесь на границу в поисках храма Скрытого-В-Тени.

– А там-то что Найду делать?

– А там по обстоятельствам. Даст змей плюшек больше, чем ты получишь в Храме Воздуха, проваливай задание к чертовой бабушке. Хотя, что может дать этот забытый божок? А уже из храма иди в Фальдорру. Предупреждать морян о войне не передумал?

– Нет, – без раздумий ответил Найд.

– Дело твое. Но рекомендую до Новой Доли добраться с помощью дирижабля. Пусть и дорого, зато намного быстрее и безопаснее, чем на лошади. Деньги у тебя появились?

Узнав, сколько Найденыш смог заработать на убийстве киллеров, Михаэль не смог скрыть удивления.

– Раз вы такие богачи, то и деньги тратьте в Новой Доле. В этом городе невозможно сэкономить, но зато и товары продаются высшего качества. Сможете приобрести эксклюзивную экипировку.

– Ты там бывал?

– Бывал. Но без двухсот золотых в кармане, – честно признался Михаэль, – поэтому я ходил по лавкам, как по музею. Смотрел, но руками не трогал.

Если славный город Амони полон изящества и легкости, то в Новой Доли на вас сразу наваливается тяжесть богатства и роскоши. Примечательна история этого поселения. Всего десяток лет назад на месте Новой Доли располагалась деревенька Долинка, жители которой занимались возделыванием земли и лесным промыслом. Жили они небогато, пока совершенно случайно не наткнулись на криссалид, необычно красивых ящериц, обитавших в соседнем болоте. Туловище этих животных состоит из шестигранных прозрачных кристаллов, плотно прилегающих друг к другу. Умирая, криссалиды разваливаются на кучку кристалликов, похожих на горный хрусталь. Местные жители делали из них безделушки и продавали заезжим купцам за бесценок. Но кристаллы резко взлетели в цене, когда осколками одного из них случайно порезал палец маг. Выяснилось, что эти кристаллы способны через рану вытягивать ману. Кристаллы сразу стали использовать в качестве наконечников копий или стрел и прозвали «бичом магов». Жители деревни, в борьбе за охотничьи угодья, перенесли свои домики прямо на болота. К тому моменту, когда владеющий местными землями граф понял, что никому не нужное вонючее болотце превратилось в источник ценнейших ресурсов, жители Долинок успели сказочно разбогатеть и нанять наемный отряд, который с помощью пик и мечей доходчиво объяснил землевладельцу, что их деревушка теперь становится свободным городом.

Морисиус-странник, «Мифы и легенды Четырехземья»

Пролетая над городом Найд, с интересом читал выскочившее системное сообщение о Новой Доле. Выглянув из гондолы дирижабля и увидев крыши города Найд понял, почему о богатстве этого места ходили легенды. Создавалось впечатление, что соседи соревновались друг с другом – если один покрывал крышу серебряными пластинами, то другой покрывал кровлю уже золотом. Ну а третьему ничего не оставалось, как возвести целое произведение искусств со скульптурами драконов и химер с драгоценными камнями в глазницах.

В приземлившуюся гондолу дирижабля зашел стражник в охристом дублете, прокашлялся, прочищая горло и выдал краткую справку для прибывших в город:

– Стало быть, приветствую вас всех и добро пожаловать в Новую Долю! Город наш всегда рад гостям, особливо тем, которые порядок не нарушают и неприятности не доставляют. Не любят у нас воров и убивцев, а также дебоширов всяческих. Впрочем, как и везде. Но вот если вас застанут за умерщвлением криссалида или сборе кристаллов с убитых ящериц, то не взыщите, казнь ваша будет лютой. Прикуем к позорному столбу на центральной площади, а зеваки да чернь будут кидать в вас камни на потеху. Так что мессеры и дамы, обходите лучше криссалидов стороной, всем спокойнее будет.

Проведя краткий инструктаж о нравах в городе, стражник махнул рукой, приглашая пассажиров дирижабля выйти наружу. Найд и Рада выбрались из гондолы и сильно удивились. На дворе вроде как средневековье и поселении без стен жили либо беспечные, либо нищие люди, у которых и брать-то было нечего. Судя по рассказам, горожане Новой Доли ни к первым, ни ко вторым не имели никакого отношения. От площадки для посадки дирижаблей к городу вела не мощеная дорога, а тропка, вытоптанная в глине стопами многочисленных путешественников. Чем ближе Найд подходил к Новой Доле, тем сильнее удивлялся. Отсутствие ворот было понятным – кому они нужны без крепостной стены, но в городе не было нормальных улиц!

Здания, одно роскошнее другого, стояли на сваях, уходивших в мерзкого вида болотную жижу и соединялись деревянными мостками, также стоявшими на сваях. Ступив на мосток, ведущий в город, Найд перегнулся через перила и посмотрел вниз. Насколько город был роскошен сверху, настолько же он был неприятен внизу. Застоялая вода, покрытая ряской и тиной, островки, заросшие осокой и рогозом, важно плавающие жабы и стремительными росчерками скользящие змеи – вся эта картина мало вязалась с репутацией самого богатого города в Борее.

– Эй! – окликнул Найда, стоявший на мосту стражник, – чего засмотрелся? Пытаешься ящерку увидеть? Так нет их здесь, в черте города еще пять лет назад всех повывели.

– Я здесь впервые, просто осматриваюсь. Не подскажешь, где мы можем найти Захариаса?

– Захариаса?

– Да, он мне очень нужен.

– А он ждет тебя? Или ее? – стражник указал на Раду, – нет? Ну, тогда можете зря ноги не бить, Захариас чужаков не принимает.

– Но мы все равно хотели бы попытаться.

Стражник пожал плечами.

– Дело ваше. Иди на запад. Три мостка прямо, потом направо и проходите еще два мостка. Потом налево и уже никуда не сворачиваете. Упретесь в дом, высокий такой, деревянный, на окраине стоит. Вот там и спросите своего Захариаса.

Поблагодарив стражника, Найд с Радой отправились в указанном стражником направлении. Удивительно, но до дома Захариаса они все-таки нашли, несмотря на то, что не могли оторвать взглядов от дворцов, выстроенных на болоте. Красное и черное дерево, слоновая кость, мрамор всех расцветок, лепнина, соседствовали рядом с тиной и плесенью, которые на болоте не могла окончательно загубить даже магия. Дом Захариаса действительно оказался полностью деревянным и заметно отличался от большинства строений в городе. Сделанный целиком из темных стволов деревьев, величественный, но мрачный терем украшала только искусная резьба.

Найд подошел к двери, оббитой железными полосами, и несколько раз бухнул дверным молотком, привлекая внимание хозяев. Рада прислушалась.

– Кажется, дома никого нет.

Найд улыбнулся.

– Ты забываешь про мой слух. Идет кто-то. Причем очень крупный, половицы аж стонут.

Подтверждая слова Найда дверь распахнулась, и из нее вышел смурной привратник. Дверной проем в тереме был очень высоким, однако привратнику пришлось наклониться чуть ли не пояс, что его не задеть. Он скалой навис над Найдом и хрупкой жрицей.

– Кто такие? Чего тарабаните?

– Мы к Захариасу, это же его дом?

Привратник внимательно оглядел парня и девушку.

– Положим так.

– Можем мы его увидеть?

– А зачем вам на него глядеть? – сказал привратник и зевнул, – чай он не картина какая-нибудь.

– Дело у нас к нему.

– Дело? Не до дел ему сейчас. Он почивать изволил, – считая разговор оконченным, привратник развернулся, чтобы уйти.

Но тут дверь в терем резко отворилась, едва не стукнув по носу привратника, и на пороге появился тучный мужчина с седой бородой до пояса и печальными красноватыми глазами.

– Принесли? – широко зевнув и обдав Найда волной застарелого перегара, спросил он.

Тонкое чутье Найденыша сыграло с ним злую шутку, перегар был настолько силен, что у него аж глаза заслезились. Проморгавшись он хотел ответить, но его опередил привратник.

– Это бродяги, мессер. Узнать, что-то у вас хотели.

– Гони их к чертовой бабушке на болота, – махнул рукой толстяк, сразу потерявший всякий интерес к Найденышу и Раде, развернулся и шаркающей походкой обреченного человека, зашел в дом.

– Вы слышали? Всего вам доброго, привет чертовой бабушке, – произнес привратник и закрыл за собой дверь.

– И что нам теперь делать? – спросил у более опытной в игровых делах Рады Найденыш.

– Чего-то он не в духе, давай попозже зайдем. А сейчас займемся самым приятным делом в Четырехземье!

У Найда с памятью были серьезные проблемы, но он знал, какие приятные дела бывают у парня и молоденькой девушки.

– Эээ… – Найденыш не знал, как объяснить девушке, что у них полон рот забот и начинать романтические отношения сейчас не самое подходящее время.

Глядя на его вытянувшееся лицо, девушка поняла, в каком направлении ускакали его мысли.

– Да нет! Ты не так все понял! Я тебе предлагала пройтись по лавкам и устроить бешеный шопинг! Это и есть самое приятное занятие в этой игре, найти крутой шмот, купить, нарядиться и любоваться на свои новые статы! Знаешь, это хуже любой наркомании!

Найд пожал плечами.

– Да сколько можно ходить в этих смешных штанах из храма! И бонусов от них никаких! А вот наденешь крутую снарягу и почувствуешь, как будто тебе крылья к спине прикрутили. Денег у тебя достаточно, так что пошли их с умом тратить, – потянула Рада Найда за собой.

Но далеко им от дома Захариаса уйти не удалось. На мостке им преградил дорогу щуплый парнишка, толкавший перед собой забитую доверху деревянную тачку. При одном взгляде на нее у Найденыша началось обильное слюноотделение. Чего туда только не напихали! И грозди кровяных колбас, и связку копченых окороков, и два круглых хлеба, каждый размером с колесо телеги. В углу тележки притаился толстопузый бочонок с вином, а венчал эту мечту гурмана насаженный на вертел поросенок с розовой корочкой с яблоком в зубах.

– А потом давай в трактир зайдем, – зачаровано глядя на тележку предложила Рада.

– Давай. Только кое-что выясним, – произнес тот, подходя к пареньку, который из последних сил толкал тележку.

– Привет! Ты это все богатство к Захариасу везешь?

– Да, дядь, – ответил тот, снимая шапку и утирая пот.

– Может тебе помочь? Или давай мы вообще сами тележку по адресу доставим.

Предложение парнишку ошарашило.

– Эээ… а зачем вам это?

– Мы просто любим помогать людям.

– Угу, – недоверчиво посмотрел парнишка на Найда, – но мне деньгу надо за провизию сразу получить, а то тятя заругает.

Найд вздохнул.

– Сколько?

Парнишка видимо уже достаточно освоил искусство торговли, чтобы с первого взгляда определить, что эти странно-добрые люди заинтересованы в заказе Захариаса. А заинтересованность пахнет деньгами. Большими деньгами.

– Два золотых.

– Чего?! – не выдержала Рада, – я не отрицаю, тут полно хорошей еды. Но за два золотых можно купить не тележку, а целую телегу!

– Прошу прощения. Я действительно забыл про тележку. Вдруг вы не вернете ее в нашу таверну. За нее залог нужен, еще один золотой.

– Да она у тебя что, из фалльдорского кедра что ли?!

– Нет, это скромная тележка из сосны, но она кормит мою семью.

– Аккуратнее, на три золотых можно обожраться и лопнуть, – продолжила своеобразно торговаться Рада.

– Лови, – кинул три золотых кругляша парнишке Найд.

– Ого… то есть, благодарствую, – парнишка рассчитывал получить никак не больше двух монет, – обязательно заходите к нам в «Пьяную цаплю». Маменька сегодня приготовила рагу из тигрового бобра со стебельками лотоса. Это не блюдо, это настоящее наслаждение!

– Спасибо, но мы постараемся найти таверну с более разумными ценами, – мстительно ответила Рада парнишке.

Тот пожал плечами без сожаления – он и так заработал на «добрых» людях более чем достаточно.

Довезя тележку до двери дома Захариаса, Рада и Найд поняли, что парнишка из таверны не только умеет заработать звонкую монету, но и вынослив был как ослик. Найд, гордо отказался от помощи жрицы, но тележку еле дотолкал. На стук в дверь снова вышел привратник и, глядя, на Найда с Радой, вытащил длинную сучковатую дубинку, с явным намерением прогнать наглецов по мосткам целую версту.

– Эй, погоди! – примиряюще поднял ладони Найд.

– Чего годить?! Велено вам было уходить и не возвращаться! Чего приперлись?

– Мы не просто приперлись, мы в другом статусе приперлись, – встряла в разговор.

– В другом… чего? – не понял привратник.

– Раньше мы просто хотели нанести визит вежливости, а теперь мы в качестве доставщиков пришли.

– И чего вы тут доставили?

– Еду и напитки из «Пьяной цапли».

Дверь снова отворилась, ощутимо стукнув привратника по спине. На пороге появился Захариас. Его глаза стали еще печальнее и краснее с момента их последней встречи.

– «Пьяная цапля»? Вы из «Пьяной цапли»? Чего долго так?! Ну давайте уже, разгружайте все в дом. Сколько я вам за это все должен?

– Пять минут вашего времени.

– А что, серебро нынче не в цене?

– Скорее тут уж речь о золоте, – прошептала Рада.

А Найд добавил:

– А ваше время для нас важнее золота.

– Ладно, пойдем к столу, там и побеседуем.

Захариас проводил их в большую залу, где привратник быстро накрыл стол и нацедил хозяину из бочонка огромный серебряный кубок вина.

– Мы пришли, чтобы… – хотел сразу приступить к делу Найд, но Захариас жестом его остановил и приложился к кубку.

По седой бороде Захариаса стекали струйки красного вина, пил он жадно, до тех пор, пока полностью не осушил кубок. Привратник отрезал от окорока солидный кусок и положил его в тарелку перед Захариасом.

– Закусывайте, мессер.

– Иди-ка ты брат прочь! Сам разберусь.

Привратник, горько вздыхая, вышел, а Захариас снова налил себе полный кубок вина. Найд понял, что если хозяина дома не остановить, то минут через десять с ним поговорить уже не получиться.

– Захариас, секунду. Давай закончим с нашим разговором, да мы пойдем. Не будем тебе ужинать мешать.

Захариас посмотрел на кубок и с огромным видимым сожалением поставил его на стол.

– Я хотел про две вещи узнать из твоей коллекции. Плащ со змеей и застежку от него. Ты их купил у лесной знахарки Эльзы.

– Положим купил, вам то какое дело до этого барахла?

– Эльза… взяла их у меня.

– Опять не понимаю предмета разговора, я их не украл. Я их честно приобрел, ко мне-то какие вопросы?

– Я хотел бы их посмотреть. И если возможно, у тебя их выкупить.

Захариас все-таки приложился к кубку и мотнул своими седыми кудрями.

– Значит, молва уже пошла. Начали слетаться стервятники.

– О чем молва? Причем здесь стервятники?

– Ну как же, у старого Захариаса кончились деньги, Захариас теперь банкрот! Вот и сбежались все как мухи на угощенье на мою коллекцию!

– Плащ и застежка на самом деле принадлежали мне, – сказал Найд и поведал Захариасу свою историю.

– М-да, жаль, что ты не был моим кредитором. Я бы очень обрадовался, если бы кому-нибудь из них память отшибло.

– Что довело тебя до банкротства?

– Любовь к своим дочуркам. И желанием обустроить их будущее. Наша семья – коренные жители Долинки, у нас есть свои собственные охотничьи угодья на болотах и оговоренное с другими семьями количество вылавливаемых криссалидов в месяц.

– Ого! Да вы тут прямо борцы за права животных! Ни одна лишняя ящерица не должна пострадать! – сыронизировала Рада.

Захариас поморщился.

– Дело не в этом. Мы… как это правильнее будет сказать… слишком быстро убивали ящериц. Если бы охота и дальше так продолжалась, мы бы перебили их всех. Поэтому семействам Новой Доли было разрешено ловить не более пяти криссалидов в месяц. Естественно чужакам охоту на болотах мы и вовсе запретили.

– Мы уже наслышаны – смертная казнь у позорного столба.

– Ага. Местных, кто нарушает условие договора, мы казним точно также. Но кристаллы, которые мы получаем из ящериц стоят слишком дорого. Трудно избежать соблазна и не убить лишнюю ящерицу. А где шестая там и десятая.

– В итоге вы таки истребили всех криссалидов?

– Всех не всех, но уже седьмой месяц подряд я не могу поймать ни одну из них. А на мне висят большие долги. Выдать замуж четырех дочерей, да не за простолюдинов, а за настоящих борейских аристократов дело, знаете ли, затратное. На приданном можно разориться! Я взял огромный аванс на добычу двадцати кристаллов «бич магов» и не смог выполнить его. Сейчас на него набежала дикие проценты, а денег мне взять неоткуда.

– Это намек, что я могу выкупить свои вещи? – с надеждой спросил Найд.

– Это намек на то, что мне нужны эти чертовы двадцать «бичей магов»! Сомневаюсь, что ты таскаешь в кошеле тысячу золотых, а именно столько они и стоят. И потом, я вынужден признаться, что уже продал плащ…

– Как?!

– Вы не знаете, как продают вещи? Мне дали денег, я отдал плащ.

– Кому?

– Купцу из Бовирграда.

Найденыш в географии Бореи был не силен, видя его напряженное лицо, Рада подсказала:

– Бовирград – Город городов, столица Бореи.

– Ага, к императорскому двору твой плащик и отправился. А вот застежку я тебе могу отдать. За двадцать кристаллов.

Видя, что Найд уже готов согласиться, не торгуясь, в разговор вмешалась Рада.

– Двадцать «бичей мага» за комплект наших вещей было бы честной сделкой. Но у тебя осталась только одна вещь, поэтому мы обменяем ее только на десять кристаллов!

– Мне надо именно двадцать, чтобы расплатиться с долгами. Сделаем так – принесете двадцать «бичей мага» и получите заколку от плаща. И еще одну вещь из моей кладовой, поверьте, там что попало не валяется. Согласны?

Вы должны принести Захариасу двадцать кристаллов «бич магов». Внимание! Охота на болотах Новой Доли карается мучительной казнью.

Награда: Захариас отдаст Вам застежку от плаща и еще одну вещь на выбор из его коллекции.

Штрафы: Нуждающийся в деньгах Захариас продаст застежку первому попавшемуся торговцу и вам потом будет тяжело отыскать ее на просторах Четырехземья.

Альтернативное прохождение: Вы можете выкупить застежку за тысячу золотых.

Принять задание Да/Нет?

Найд согласился, Захариас довольно кивнул и, разорвав на две части куропатку, вцепился в нее зубами.

– Днем не ходи. Поймают – ноги руки поотрывают.

– Даже в ваших угодьях?

– Без разницы. Чужакам криссалидов бить нельзя!

– А как на них вообще охотятся? – спросил Найд.

– Мои предки ящериц острогой были, плавали на плоскодонках и сквозь муть болотную высматривали. Заблестело что-то на дне, бац и ты богат. Потом криссалид стало меньше, на северной стороне, где наш город стоит их вообще не осталось. Приходилось южнее забирать, а там заросли глухие и топи страшные. Что ни поход, так десяток человек пропавших. Да и методы охоты приходилось менять. Мы камни в костре нагревали и по берегу кучками раскладывали. Ящерки очень любят вечером из воды выбираться на них и греться. Ловушки ставили, сети стальные. А теперь все, поизвели мы криссалидов, закончились они.

– Но я все равно попробую.

– Пробуй на здоровье. До темноты можете у меня остановиться, да и не сидите как чужие – угощайтесь, –Захариас обвел широким жестомстол.

Горе от неудовлетворительного финансового состояния и опустошенный бочонок вина подточили силы Захариаса. Откинувшись на высокую спинку кресла, он спал, громко храпя на всю трапезную.

– Знаешь, я не смогу ночью пойти на болота. Мне в реал надо выйти, – наклонившись к Найду прошептала Рада.

– Надо значит выходи. Я уже и забыл, что для тебя все это все лишь игра и развлечение, – улыбнулся Найд.

Рада мотнула головой.

– Не совсем. Здесь я живу по-настоящему. Живу, как я хочу. Тут мне пофиг на чьи-то ожидания и мнения.

– Тогда зачем тебе возвращаться?

– Там мама, сестренки. Учеба, мне еще целых два года осталось.

– И ты думаешь, что через два года что-то изменится, и тебя уже не будет тянуть в Четырехземье?

– Наверное, будет, – неопределенно пожала плечами Рада.

– Да что вообще с реальным миром не так, раз оттуда все хотят сбежать?

– Увидишь, – Рада заметила тень, пробежавшую по лицу Найденыша, – увидишь своими глазами, мы туда тебя обязательно вытащим!

У Рады было настолько решительное лицо и горящие глаза, что Найд едва сдержал улыбку.

– И без меня на болота не ходи, – продолжила опекунствовать Рада, – я быстро постараюсь вернуться, под утро.

– Хорошо, – кивнул Найд.

Рада обняла Найденыша и растаяла в воздухе. А Найд чувствовал себя неловко, он впервые смотря прямо в глаза обманул человека. Брать с собой, а тем более ждать Раду он не собирался. Он не мог допустить, чтобы эту хрупкую девушку приковали к столбу посреди площади и проходящие мимо зеваки швыряли в нее камнями. Пусть для нее Четырехземье всего лишь игра, но для него все происходящее здесь было реальнее некуда. И в этой реальности не было места умирающим от адских пыток девушкам.