Игра Изначального — 2

Глава 1

— Лёнь, привет! Помощь нужна? У меня врачи знакомые есть, — Вася шустро вошёл в комнату и протянул руку сначала мне, а потом тёмному эльфу. — У меня друг работает в кожвендиспансере. Я о таких случаях не слышал, но он профи, — это он про серую кожу Чайрана, если что. — Не волнуйся, друг, мы тебя обязательно вылечим.

— Он тебя не понимает, — я попытался прервать поток речи своего лечащего врача, ну или соседа. Он же меня выписал? Значит, соседа и сверху, и снизу, и сбоку. Не удивлюсь, если окажется, что Вася весь дом выкупил.

— Вообще-то я его понимаю, — возразил Чайран и широко улыбнулся, обнажая заострённые зубы. — Чайран, — представился благородный эльф.

— Ух ты! — тут же восхитился Вася. — А я Вася. Это ж где ты такие зубы делал? — он даже подался вперёд. — У меня друг тоже себе клыки заточил, прикинь? Так ему пришлось потом коронки ставить. Он себе такие сделал, побольше твоих будут.

Вася потянул меня на кухню.

— Идём, ты ж голодный небось. Классный прикид, — он пощупал наручи. Только без обид, у Чайрана более современный вид. Стильно, представительно и красные волосы с бритыми висками смотрятся элегантно.

Да, на тёмном эльфе были чёрные штаны, лёгкая рубашка и удлинённый пиджак без рукавов. Всё с зачарованием. Хоть на Земле и нет маны, но на уже готовые вещи это не влияет.

Мой же охотничий костюм из кожи монстров выглядел старомодно. Вася неодобрительно глянул на высокие сапоги на мягкой подошве. Впрочем, пока я шёл на кухню Боря трансформировал одежду в мои любимые простые штаны и футболку. Почему-то в сером камуфляже. Видимо мой искин параноик посчитал, что так я буду выглядеть незаметно в городских джунглях.

— О! — он удивлённо осмотрел меня. Когда это я переоделся? Он же держал меня за наручень, которого теперь не было. Вместо него были навороченные часы. — Я так обрадовался, когда тебе домой капсулу привезли, — он невозмутимо продолжил трёп. — Пять дней в игре! Это не работа, а рабовладение. Кстати! Приезжали зачем-то из ФСБ, изучали комнату и капсулу на предмет отвечает ли помещение нормам и стандартам труда. Я ничего не понял, но прибежавший следом Матвей Иванович пояснил, что бывают такие проверки, когда сотрудник работает на дому. Лёня, ты что? Опять работать из дома будешь?

И столько в голосе Васе надежды прозвучало, что язык не повернулся сообщить ему о том, что я вообще собираюсь увольняться из этой конторы.

— Лео, — голос подал Чайран, усевшийся в угол на табуретку, — а почему все помещения такие маленькие? Ты прокачиваешь клаустрофобию?

Я заржал, Вася тоже поддержал.

— Зачётная шутка! — он показал палец вверх.

Чайран счёл за лучшее промолчать. Он с интересом оглядывал вылизанную до блеска кухню, в смысле кухоньку. Бабульки мне даже занавески сменили на новые. А солонка стояла на ажурной кружевной салфетке, очень похожей на ту, из которой я летающий коврик в игре сделал. Эх! Забыл деньги с аука вывести! Там же небось, я задумался, по какой цене удалось Ирэн загнать летающие ковры.

Если учесть, что ковровую дорожку купил ректор Академии магии, то перебил он все ставки. Да и самые крупные коврики для ванной комнаты ушли к светлым эльфам. Ну, не знаю, 50 миллионов я должен был выручить по идее. Даа, плакали мои денюжки. Особенно обидно, поскольку я собрался увольняться. Точно! Силовики же отхватили два коврика для туалета! Попрошу Центрального, чтобы он мне деньги в реале перевёл.

Взгляд блуждал по кухне, отмечая и другие новшества. Мой холодильник был так плотно облеплен магнитами, что цвет угадывался с трудом. В чём фишка я не знал. Может каждая новая бабулька приносит с собой по сувениру? Ну, как девушка, которая сначала просто приходит в гости, а потом у тебя в ванне появляется её зубная щётка, а в спальне расчёска. Не таскать же ей их всё время с собой? Многодетный Лёня проходил всё это не раз. Кстати, о девушке.

На столе откуда-то взялся телефон Бориной сборки, который возмущенно завибрировал, а на экране во весь дисплей появилась красноволосая Хлоя в пикантном наряде. Чайран одобрительно хмыкнул и благодарно кивнул моей новой кухарке, которая выставила на стол три горшочка, покрытые сверху ароматной корочкой хлеба с сыром.

— Одинцов! У тебя совесть есть? Хотя кого я спрашиваю?! Ты свою совесть никогда и в глаза-то не видел!

Что опять не так-то? Вообще же ничего не сделал? Впрочем, я предусмотрительно промолчал, заранее признавая вину и принимая наказание.

— То у тебя сбой в игре, то пропадаешь на два дня, что сложно позвонить и сказать, что с тобой всё в порядке?

Я посмотрел на календарь на часах. Воскресенье вечер. Это ж что получается, я модификацией тела почти два дня занимался? И всё это время бедный Боря с Затворником сражался. Я сочувственно погладил наручные часы, и они вопросительно завибрировали.

— Хлоя, мне нужна твоя помощь, — серьёзно заявил я.

— Что? Что случилось? — искренне забеспокоилась девушка.

— Ко мне друг приехал из, — я запнулся, — из далека в общем. Ему бы город показать и по магазинам пройтись, приодеть его. Ты ж знаешь, где я и где магазины? А он, — я снова запнулся, — очень избирательный он и что попало не наденет.

Хлоя оттаяла и согласилась зайти за моим другом завтра утром, заодно с Васей переговорить ей надо. Вася тут же покивал, мол, он подойдёт. Интересно, что это у них за совместные дела. Не, ну то, что он тут бизнес вокруг меня строит я знаю, а ей что? Неужели ко мне переезжать надумала? Не-не-не, у меня и квартирка маленькая, вон Чайран не даст соврать.

— Вот по этому я и не женился, — назидательно заявил тёмный эльф с удовольствием уплетая вторую порцию жаркого.

— Кушайте ребятки, всё своё, всё деревенское, — хлопотала баба Нина. Пожилая женщина сильно горбилась, и слегка прихрамывала на правую ногу. — Вот, грибочки жаренные, Лёнечка, — она, как волшебница поставила передо мной небольшую розетку облитую сыром. Я чуть слюной не захлебнулся.

— А что бывает недеревенское? — с любопытством спросил Чайран.

Смысл его вопроса дошёл не сразу. Откуда ещё могут взяться овощи, как не из деревни? Я затупил, а вот моя новая кухарка нашлась сразу.

— Да полно, родимый. Навезут разной генномодифицированной химии из Китая и продают добрым людям. Отсюда и все болезни наши. Сам же тоже съел небось что-то не то, — она сочувственно долила Чайрану квасу. — Ничего, поживёшь с Лёнечкой, и серая кожа придёт в норму.

После этой фразы мой учитель посмотрел на пожилую женщину более внимательно. Эт да, она уже не хромала, и горбилась заметно меньше. Кажется, у неё и морщинки под глазами разгладились.

— Вася, ты не включишь новости? — попросил я соседа, поскольку сидел он ближе всех к пульту.

Анонсы недели уже прошли, мы попали на кадры приёма космических пришельцев в Кремле. Называли их политкорректно — внеземные гости или представители империи Млечный путь, частью которой оказывается является и Земля. И у Земли есть свой наместник, которого никто в глаза не видел. И вообще от тут инкогнито, а вот вся его свита - нет. Бред же.

Хлоя с её красными волосами бросалась в глаза и принцесса Эльза на её фоне смотрелась вяло, что тут же прокомментировала баба Нина, заметив, что это худосочная принцесса похожа на какую-то недокормленную кралю.

Зато герцог Рафаэль сшибал своим снобизмом наповал. Его сопровождали обе пиратки Ксю. И выглядели они сногсшибательно, так и не скажешь, что только что вылезли из игровой капсулы. Если кто и сомневался во внеземном происхождении вполне себе людей, то одежда и платья высокого общества говорили сами за себя. И никакой магии.

Другие аристо, которых я не знал, выглядели как и подобает на приёмах такого уровня. Строгие кафтаны с золотыми гербами. Мне запомнился вычурный герб кита у брата и сестры, уж больно они похожи были для любовной парочки. Ещё парень с гербом из буквы «М» в сопровождении родственницы с «эм» поменьше.

Более интересно было послушать отрывки с пресс-конференции, которая как оказалось произошла вчера. Журналисты спрашивали, какая она жизнь на далёких планетах. На конференции была Эльза и капитан корабля. На технические вопросы немногословно отвечал суровый мужчина. Эльза показывала фото и видео других миров, преимущественно высокоразвитых.

Вот и на фига засорять мозг моим землянам? Или она это специально, чтобы меня теперь искали ещё и те, кто жаждет приобщиться к развитым мирам. Она же черным по белому провела эту линию, она ничего не решает, все вопросы к наместнику. Ну, и кто она после этого?

Были и неудобные вопросы, типа откуда взялись небоскрёбы, почему они скачут туда-сюда и кто в них запускал ракеты, когда они появились в тайге.

Версия принцесски по поводу небоскрёбов поражало очевидной ложью, которую она нагло вылила на журналистов.

Так вот. Небоскрёбы нарисовали разработчики в РеалПро, и вдохновлялись они реальным прототипом, разработанным мной, хтонь, в смысле её братом. Вот поэтому пираты и перепутали их с реальными башнями Михаэля, и напали в тайге.

Дальше ведущий перешёл к другим новостям, которые конечно же касались небоскрёбов, и той бойни, которая развернулась вокруг них в виртуальной игре Стремянка.

— Лёня, это ж ты! — Вася ткнул пирожком в экран.

— Хороший вид сзади, — Чайран хохотнул.

Да, на экране как раз показывали, как я нагишом убегаю от ракет. Уфф, выглядело жёстко, как я впечатался в стену небоскрёба. Ульт ехидно заурчал со своей лежанки с подогревом.

— Лёнечка, что ж ты не оделся? — забеспокоилась баба Нина. — Простудишься же!

Она уже совсем выпрямилась и села пить чай с нами. Передо мной она выставила медовые плюшки и ореховые козинаки.

Чайран нахваливал взвар на травках. Я мысленно ухмыльнулся. Соседка выращивала травки на соседнем балконе, пользуясь аурой моей души, как выяснилось. Именно моя душа воздействовала чудесным образом на окружавших меня людей. Я сладко зевнул и Вася с бабой Ниной засобирались. Правда, они не забыли постелить тёмному эльфу на диване.

Он когда увидел, на чём я предлагаю ему спать, громко расхохотался, приняв всё за шутку.

— Да без проблем, неженка, ложись на мою кровать, — я с удовольствием растянулся на диване, и уже почти заснул, как передо мной возник бледный худой старик с измождённым лицом в задрипанном балахоне.

— Что? Неужели всё так плохо? — я резко сел. Внешний вид Бори всегда соответствовал уровню безопасности. И то, что выглядел он, мягко говоря, неважно, значит именно так он оценивал состояние безопасности.

— Жучки я только что уничтожил, — начал искин. — Может Матвей Иванович и не припрётся ночью проверять, что случилось. Центральный забил прослушкой весь подъезд, их я трогать не стал. Он ещё и людей рассадил в машинах на улице. Он уверен, что ты и есть наместник планеты Михаэль Дубхе. Он тебя охраняет. У них там есть какой-то человек на твою роль, будут делать вид, что он — это ты, чтобы отвести от тебя возможный удар.

Это были только цветочки. Дальше хранитель Небоскрёба поведал то, что произошло в офисе, когда я отключился от системы. Моя капсула, где должно было находиться моё тело, внезапно открылась и обнаружилось, что меня там нет.

Боря монотонно и скучно описал панику, которая началась в компании, пока они не поняли, что их сотрудник не испарился, а продолжает находиться в игре. Как? Что делать? И как замести следы?

А потом генеральный директор РеалПро вспомнил про сбой и то, как Леонид Одинцов вдруг ожил в игровой капсуле. У них уже и старик какой-то был готов. Вот они вместе с главой СБ и положили в мою капсулу бедолагу.

Чайран с таким увлечением слушал монотонное изложение искина, что даже пересел поближе.

— Ты не проверял? Там остаточный фон твой сохраняется? — с интересом спросил он.

— Как-то не до этого было, — я растерянно пожал плечами. — Да и чем мерить-то?

Боря по-старчески поджал губы, и мы виновато притихли. В общем у старика зависла меню, как у меня при старте игры, и искин считает, что да, испытуемый в капсуле умер, а потом воскрес, и не факт, что именно он. Боря был практически уверен, что в тело старика вселился кто-то другой.

— Почему? — не удержался Чайран.

— Потому что синхронизация длится слишком долго. Это значит, что память реципиента больше, чем должна быть по сравнению с обычным эталоном, — нудно прогундел Борис Регулович. — Значит, попаданец помнит по крайней мере одну лишнюю жизнь.

Боря констатировал, что в старую капсулу я по-любому не мог вернуться. Эта, дома, — единственный вариант, потому что она настроена под меня.

— Но я думал, что появлюсь вне капсулы, — возразил я. — Мы же в игру входим через капсулу, а появляемся, ну просто появляемся на месте, стоя. Значит, если я там залез в капсулу, то здесь должен был появиться просто так.

— Значит у него, — проворчал Борис Регулович, — ничего это не значит. Ты хоть какое-то представление имеешь о портальных переходах?

Я послушно помотал головой, чтобы не сердить деду Борю.

— Вот то-то и оно. Это повезло, что у тебя здесь была вторая капсула, а то бы всё, — мрачно закончил Боря.

— Так ты скачал в себя всю память Затворника? — я не скрывал ажиотажа. — Это ж значит, что ты теперь знаешь всё про этот Нулевой переход!

— Пока я скачивал его, он скачивал меня, — хмуро буркнул старик искин. — И потом вскрыл меня, как консервную банку! — Боря внезапно почернел и последнюю фразу проревел не своим голосом, резко превращаясь в кучу светящихся частичек.

Чайран резко толкнул капсулу в сторону, а то и ей бы пришёл конец. Потому как жить мне теперь было негде. Я с опаской взглянул на потолок и предложил перебраться в другую комнату.

Кстати, одежда, которую создавал на мне искин тоже развоплотилась. Моё тело покрывали многочисленные ссадины и раны. Кожа местами была содрана конкретно.

В дверь позвонили.

— Боря, не волнуйся, со мной всё хорошо, — я быстро ринулся на поиски одежды.

Дальняя половина шкафа уцелела, но сам он потеряв целостность повалился на пол. Однако, я нашёл трусы и даже успел их одеть, когда в комнату ворвался спецназ и взял меня в кольцо.

— Объект наблюдения жив, но ранен. Требуется госпитализация, — отчитался боец по рации. — Понял.

— Какая госпитализация? Мне завтра на планёрку к 10, — я замахал расцарапанными руками. — Меня генеральный убьёт, если я не приду. Вот, у меня есть Вася. Он мне окажет первую помощь.

В дверях стоял мой ушлый сосед и ошалело смотрел на разгромленную квартиру, из которой уцелел только потолок. Кристально чистый. Собственно это и не был потолок. Это Боря принял вид потолка.

— Идём наверх, я сейчас всё обработаю, через час будешь, как новенький, — нервно предложил Вася. — Ступни покажи, хорошо, босиком дойдёшь.

— Боря, всё хорошо, сейчас Вася меня обработает и я буду, как новенький. Подумаешь, пара царапин.

Сверху над моей квартирой была стерильная операционная. Квартира была переделана полностью. Коридор превращён в помывочную, ну или как там у хирургов называется предбанник. А дальше две операционные и комната отдыха на месте кухни.

Вася провёл меня в предбанник и обработал ноги. С помощью Чайрана он облачился в хирургический халат и повёл меня внутрь. Лечь он мне не предлагал, поскольку на моей спине не было живого места. Что он там делал, я не видел, но вроде как болело меньше. Это когда он перешёл вперёд я понял, что он срезает кожу и закрывает отрезки тканью.

— Вася, — решился я, когда он закончил, — я не уверен в целостности потолка. Он держится на соплях. Может мы выйдем из этой комнаты? Хотя бы в соседнюю.

— Живо на выход, — в дверях операционной стоял Центральный.

Вася аккуратно перевёл меня в соседнюю операционную.

— Капсулу мою вынесли? — спросил я, и Центральный отдал распоряжение.

— Ещё буквально полчаса, — Вася заглянул под ткань.

— У него вся кожа посечена, Фёдор Иванович, его бы в больничку, — шепнул боец с рацией.

— Не надо меня в больничку! Вася же сказал, что уже почти зажило. Только мне жить теперь негде, — я тут же вскинулся. — Боря, ты не виноват! Не вини себя!

После моих слов пол-таки рухнул. Но мы уже были в соседней операционной. Боря перестал изображать потолок и ушёл. В душе потух маленький огонёк.

— Боря, вернись, — прошептал я.

— Вы не можете здесь оставаться, пока мы не проверим целостность перекрытий, — заявил Центральный. — Эвакуируйте людей.

Он ни слова не спросил про случившееся и каким образом в нашем мире появился тёмный эльф из Стремянки. Он знал наверняка, что второй мир реален, и вот живое доказательство с серой кожей. Это всё неважно. Мой искин параноик заживо сожрёт себя угрызениями совести из-за того, что причинил мне вред.

— Боря вернись, — из глаз покатились слёзы. — Вернись, пожалуйста. Боря.

Боря вернись.

Глава 2

Утром меня разбудил Центральный. Ночевали мы с Чайраном на конспиративной квартире, где на полках лежал толстый слой пыли. Завтрак ФСБшник приготовил сам. Плавающая в масле яичница с чёрствыми тостами и горелым беконом. Чай был из пакетиков. Я всё съел и выпил, не ощущая вкуса. Боря так и не объявился.

Около подъезда нас встретила обворожительная Хлоя с охраной. Она пощупала Чайрана, а потом ущипнула.

— Ай, — возмутился тёмный эльф, — меня-то зачем? Разве не принято себя щипать?

— Себя жалко, — заявила девушка, озадаченно разглядывая мой унылый вид. — А с ним что?

— Депрессия, — диагностировал Центральный, поправляя и без того идеально сидящий чёрный костюм. — Из-за того, что Боря ушёл. Только я не понял, кто это. Вроде это он в башне сражался и победил. Но вчера пожилой Борис Регулович экскурсию по небоскрёбу проводил. Это же не может быть один и тот же человек.

— Он не человек, он гораздо лучше, — мрачно буркнул я. — Как бы ты сам выглядел, если бы впитал знания и опыт тысячелетнего существа? — ни на кого не глядя, я подошёл к машине, на которой мы вчера приехали. — Разве мы не опаздываем? — я недовольно оглянулся на силовика.

Неказистая машина взревела мощным движком и шустро выехала со двора. Впрочем, тут же встав в утренней пробке. Дальше мы спешили молча в толпе других автолюбителей.

— Леонид Евгеньевич, почему небоскрёб не появился? — спросил Центральный через два светофора.

— Он появился, просто вы его не видите. Боря прикрутил невидимость. Боря молодец, — похвалил я. Оставалась надежда, что он меня слушает.

— И что его никак не найти? — рискнул спросить Центральный.

— Боря расстроен, дайте ему время побыть одному, — я хмуро смотрел на светофор, который при нашем приближении снова сменил цвет на красный. Как будто кто-то специально высчитывал время, чтобы машины стопорились на каждом перекрёстке.

— Может ему нужна помощь?

Я укоризненно посмотрел на Федю. За кого он меня принимает, пытаясь вывести на информацию таким детским способом?

— Подходить не будим, — он попробовал зайти с другой стороны. — Разве вам не будет спокойней, если вы будете знать, где он?

— Ищите аномалии грунта.

— Спасибо.

— Не за что. Если Боря нас слушает, он это исправит, и вы его не найдёте. Боря, вернись, пожалуйста. Ты ни в чём не виноват.

Светофор мигнул, резко вернув зелёный, и машины дружно забибикали, избегая столкновений. Впрочем повезло не всем. В левой полосе собрался паровозик. Дальше мы поехали, не задерживаясь на перекрёстках. Застопорились уже на въезде. Добросовестный охранник стоял намертво, отказываясь пропускать сомнительное авто. Я вышел из машины и обошёл шлагбаум.

— Доброе утро, Лёня, что ж ты пропуск не заказал заранее? — попенял меня молодой парень. Видимо, ещё не в курсе, что меня повысили до директора отдела.

— Петя, ты бы пропустил товарища. Он из ФСБ, — я хмуро посмотрел на лысого парня, в то время как с водительского места выскочил Центральный и всучил ключи от машины охраннику.

— Я с ним, — заявил он, потому как Петя только что говорил, что и удостоверение у него липовое.

— Он со мной, — подтвердил я.

Да, Центральный сбросил лет двадцать за одну ночь, когда решил переночевать в игре в гостиничном номере этажом ниже. Мы тогда с артефакторами не спали, изучали мой магический источник, пытаясь нащупать механизм срабатывания дара Творца.

— Я с ним, — повторил Фёдор Иванович на входе в здание, пока охранник неодобрительно оглядывал мой внешний вид. В отличии от силовика в сшитом на заказ костюме, я был одет в серые камуфляжные штаны и чёрную футболку. Другой одежды у спецназовцев не нашлось. С деловым стилем в компании РеалПро было строго. Плевать. Я всё равно собрался увольняться.

— Он со мной, — подтвердил я, перепрыгивая через турникет. Пропуск остался где-то под завалами здания. Когда мы вышли из подъезда, оно аккуратненько сложилось под ошалелыми взглядами эвакуированных пенсионеров.

На планёрку мы не опоздали, однако все места за столом уже были заняты. Поздоровавшись в никуда, я плюхнулся на диван в углу огромного кабинета. А вот Центральный опять застрял на входе, на этот раз его не пропускала Леночка. Она его не узнала. Костюм у него был зачётный, но со своим помолодевшим лицом он смотрелся в нём, как школьник на выпускном.

На шум вышел Матвей Иванович, и вернулись они уже вместе. Фёдор Иванович, как будущий акционер, сел на последнее свободное место рядом с генеральным. Глава СБ помялся в центре кабинета, развернулся и недовольно плюхнулся рядом со мной.

— Урр, чырик-чырик, — злобно зачирикал Ульт откуда-то сверху, и Матвей Иванович дёрнулся, а генеральный резко выдернул комп из розетки.

Центральный неодобрительно посмотрел на столь варварское обращение с техникой, но вежливо промолчал.

— Разрешите представить Фёдор Иванович Филин, заместитель начальника ФСБ. Как вы все наверняка уже слышали, государство желает поучаствовать в судьбе нашей замечательной компании и приобрести акции, — благожелательно громыхнул Аристарх Наумович зычным басом. — Контрольный пакет принадлежит неизвестному лицу, которое в жизни компании не участвует. Думаю, наш пассивный акционер согласится продать свои акции государству. Вам же удалось установить личность пакетодержателя?

— Мы узнали, кто является вашим загадочным акционером, и купить у него контрольный пакет не получится, — сухо заявил Филин.

— Почему это? Денег в бюджете нет? — голос главного бухгалтера прозвучал с лёгкой ехидцей. Помнится, мелкий гадёныш пытался повесить на меня вымышленный долг в несколько миллионов.

— Карл Иванович, не перебивайте, пожалуйста, — сделал замечание гендир, впрочем прозвучало оно скорее одобрительно, нежели с укором.

— Поэтому продавать придётся вам, Аристарх Наумович, — закончил Центральный, проигнорировав буха. — Мы обсудим с вами позже, о каком проценте пойдёт речь.

— Позвольте! — вскинулся Карл Иванович. — Но кто же тогда будет принимать решение при возникновении спорных вопросов? Тот у кого процент акций больше?

— Очевидно, Карл Иванович, что спорные вопросы будет решать держатель контрольного пакета, — осадил его Филин.

— Но у нас нет на него выхода, — возразил скользкий бух.

— У вас нет, — невозмутимо поправил Центральный. — У меня есть.

Пауза затянулась, потому как Филин не собирался оглашать имя таинственного акционера.

Тишину нарушил зам по работе с клиентами улыбчивый Федосей Андреевич, сидевший напротив силовика.

— Фёдор Иванович, не подскажите, как вам удалось так быстро прокачаться, что вы скинули лет двадцать, если не более. Игроки писали про какую-то акцию, проводимую в городе Восточный узел в таверне «Обжираловка». Нас завалили звонками, а мне и ответить нечего. Вы же там были.

— Ничего необычного не происходило. Лёг спать, проснулся молодым. Еда была вкусной, — охотно поделился неказистыми сведениями Центральный.

— Леонид Евгеньевич, а вы почему не помолодели? Вы же вместе спали, — поинтересовался Федосей Андреевич. Директора тихонечко посмеялись над двусмысленностью фразы.

— Я не спал, — мрачно бросил я. — Я был на работе, как я мог заснуть на рабочем месте?

Улыбка заместителя генерального зависла, он переваривал фразу.

— Что же это вы все пять дней не спали? — с мнимым участием поинтересовался Карл Иванович.

— Конечно, — я твёрдо кивнул. — Можете в логах проверить, — я сделал вид, что задумался. — Правда, не уверен, что у вас получится. Ведь у меня опять пропал интерфейс, — я повернулся к директору технической поддержки, который нервно вздрогнул. — Я ж думал, что всё, конец мне пришёл, Валентин Валерьевич, останусь цифровой копией навсегда. Вы даже не представляете, через что мне пришлось пройти, чтобы вернуться, — я обвёл глазами кабинет, — сюда к вам.

В отличии от всех остальных директор технической поддержки Валентин Валерьевич Валерьянов сидел в рабочем комбинезоне. Не удивлюсь, если окажется, что тот был пошит на заказ, потому как на засаленный комбез работяги он не был похож даже отдалённо. И заткнутые за пояс новенькие кусачки не исправляли ситуацию. После того, как я узнал, что подключение капсул к электричеству — профанация чистой воды, уважение к техническим специалистам резко поубавилось.

Хотя возможно они и прикрутили к магической капсуле какие-то следящие приблуды, и электропитание требуется именно им.

— Не поделитесь, как вам это удалось, Леонид Евгеньевич, — поинтересовался сидящий рядом начальник СБ.

— Это мой долг! — я бодро вскочил на ноги. — Как неравнодушного к судьбе компании добросовестного сотрудника! Я просто обязан рассказать вам через какие чудовищные испытания мне пришлось пройти.

Я зашагал по огромному кабинету, из-за чего сидящим за столом пришлось развернуться и сесть вполоборота.

— После того, как я стал жертвой эксперимента наших разработчиков, — начал было я, но был перебит ВесельчакомПро, в смысле вторым замом генерального.

— Это каким? — пробасил здоровяк. Он, похоже прокачал здоровье, выглядел он свежее, пиджак слегка обвис и двигался отец Хлои не так грузно, как раньше.

— Как же? Я про омоложение. Тут как раз пришёл квест на то, чтобы провести ночь с Великим гибнем. Тоже их идея? — я невинно посмотрел на генерального, который прячет от общественности особо ценных разработчиков. — И вдруг у меня пропадает интерфейс. Я в панике, а гибень и говорит.

— Кто говорит? — переспросила директриса юридического отдела, женщина без определённого возраста, поправляя золотые очки с брильянтами.

— Великий гибень — хранитель мира, ему ли не знать, — пояснил я. — Думаю, наши программеры специально заложили в него функцию экстренного выхода из игры. Поблагодарите их от меня за такую предусмотрительность, — я посмотрел на генерального, — они мне жизнь спасли. — Он говорит, что тут новые башни, которые никак не могут определиться, к какому миру они принадлежат, туда иди. Ну, я и пошёл. А там бах, бах, — я как мельница замахал руками.

— Да, мы видели ваш голый бах, — подтвердила юридическая директриса, — вчера в вечерних новостях.

— Так всё и было, — я сел обратно в кресло.

— А как вы обратно появились в реале? — не понял седой безопасник.

— Так убили меня. Эльфы завели в лес и скормили монстрам. Я разве не сказал? — я вопросительно оглядел директоров и добавил: — Боря, вернись.

Генеральный директор вопросительно посмотрел на Центрального. Всё же мы путешествовали вместе.

— Не знаю, я в это время был на экскурсии в небоскрёбе, — он безразлично пожал плечами.

— Расскажите, Фёдор Иванович, что там! — тут же оживился главный бухгалтер. — Я же на баланс поставил два небоскрёба. Мне бы опись имущества сделать. Правда, Аристарх Наумович, не знаю, как быть со второй башней. Ставил две, а осталась одна, как я это объясню в налоговой?

— Так и скажите, игровой процесс, пострадала в результате масштабного игрового ивента, — предложил я.

— Думаете прокатит? — оживился Карл Иванович.

— Ну, мы ж её не в реале бомбили, а на виртуал юридические законы не распространяются, — уверенно покивал я.

— Так что там внутри небоскрёба, не томите, дорогой Фёдор Иванович, — директриса положила руку на костюм Центрального, и после того, как он обернулся в её сторону, резко отдёрнула.

— Космические неземные технологии там, Ирина Григорьевна. Мы были в продвинутом медицинском центре с лечебными капсулами, — Центральный рассказывал безэмоционально. — Потом в жилой зоне для детей. Учебные классы, тренировочные залы. Вы наверняка всё это видели в интернете. Там некоторые снимали и потом выложили.

— Я бы не отказался так пожить, как у них дети живут, — поддакнул Матвей Иванович. — Только вот в игре уцелевший небоскрёб пропал, а на Земле не появился, — он озадаченно переглянулся с генеральным.

Дальше Фёдор Елисеевич, зам по развитию отчитался, как идёт строительство базы сливников. Так ФСБшников обозвала система из-за их летающих ковров с дырками посередине.

Они ещё полтора часа обсуждали всякую ерунду. Я слушал вполуха, раздумывая над дальнейшими действиями моего искина параноика. Он вернётся. Это утверждение я принял за аксиому. Он причинил мне вред, и теперь пытается сделать так, чтобы впредь этого не происходило. Неужели это настолько сложная задача, что он даже не вышел со мной на связь? Ему стыдно? Впрочем, у ИИ с душой могут быть и не такие заскоки.

Когда все вышли я задержался и попросил у генерального чистый лист бумаги.

— Вам зачем? — подозрительно прищурился Матвей Иванович, перехватив лист, который уже протянул Аристарх Наумович.

— Заявление написать об увольнении, — мрачно заявил я.

— В связи с чем, позвольте узнать, — в голосе генерального отчётливо прозвучала угроза. Он встал со своего места и навис надо мной всей своей громадиной.

Смотреть снизу вверх, как нашкодивший школьник я не стал, вместо этого повернулся к седому:

— В связи с невозможностью исполнять свои обязанности.

— Руки-ноги целы, в чём проблема? — не понял безопасник.

— У меня клаустрофобия, отягощённая психозом на фоне нервного срыва и депрессии, — заявил я. — Вы же сами видели, как в меня ракетами стреляли с небоскрёба. Я боюсь заходить в игру. Меня там убьют.

— Не горячитесь, Леонид Евгеньевич, тяжелая игровая сессия, с кем не бывает, — седой приобнял меня за плечи и повёл к выходу. — Идите пока к себе. У меня есть знакомый психоаналитик, очень хороший специалист, я попрошу его с вами побеседовать. Не расстраивайтесь, всё будет хорошо.

— Дима, проводи нашего ценного специалиста к Ангелине Прокофьевне, — обратился седой к своему широкоплечему заму. — Пусть она ему давление померяет, укольчик успокоительный вколет.

Под конвоем я добрался до медицинского кабинета. Дима звучно постучал, открыл дверь и втолкнул меня внутрь.

Лёня здесь раньше не был. Широкая комната мало напоминала докторский кабинет или процедурную. Мягкий диван, двуспальная кушетка. Небольшая кухонная зона, где крутилась знакомая Ангелина Прокофьевна в коротком халате медсестры. Заваривала ароматный чай, догадался я по запаху мелиссы. Неужели, пока мы шли седой позвонил ей и рассказал про нервный срыв?

Аппетитная докторша развернулась, демонстрируя свои внушительные утешительные аргументы. Она что-то говорила, но я не слышал, залип, заворожённо глядя, как круглые мягкие полушария приближаются ко мне.

Ангелина Прокофьевна подвела меня к дивану, и в руках у неё действительно был прибор для измерения давления. Расположив меня горизонтально, она нагнулась, одевая манжету. Хтонь, да что за издевательство! У неё же под халатом ничего нет, а я не железный!

В общем вышел я от Ангелины Прокофьевны в приподнятом настроении, и был отконвоирован в столовую, поскольку наступило обеденное время.

Войдя в зал, наполненный сотрудниками, настроение вернулось на прежний уровень, заработав дополнительный дебаф «голый зад». Только ленивый не прошёлся по мне едким замечанием, состязаясь друг с другом в остроумии.

Не глядя, набрал всего на раздаче, развернулся и быстро оглядел диспозицию. В результате сел между дамочками из юр отдела и техническими специалистами. С юристами Лёня не успел разругаться, а технари его должны побаиваться из-за того, что у меня уже второй глюк с интерфейсом.

Быстро закидав в себя столовые харчи, я отправился на выход. Широкоплечий зам доесть не успел, и в переглядывании с меня на борщ и обратно, победил последний. Дима взял с меня слово, что я дойду до офиса прокачки в целости и сохранности. Покидал я сие злачное заведение один, гордо подняв подбородок. В дверях не удержался и обернулся, торжественно провозгласив:

— Побеждает комментарий, что моя одежда-таки соответствует деловому стилю, поскольку выдержана в нужной цветовой гамме — чёрный верх, — я оттянул футболку, — и серый низ, — показал на камуфляж. — Победителю полагается премия в размере месячного оклада. Обращаться к Карлу Ивановичу лично, — в доказательство я показал большой палец вверх.

Глава 3

В отдел прокачки я заходил с опаской. Приоткрыл дверь и осторожно просунул голову внутрь. Никого. Моя помощница Стеффа сидела за столом и играла с серым котёнком.

— Где все? — я подошёл к круглому столу с дыркой посередине.

— Когда появился котёнок, я всех отправила на обед на второй этаж, — Стеффа вскочила и шустро оказалась подле меня. — У нас меньше часа, шеф.

Я ж говорил, что она у меня умница.

— И кто там пришёл скандалить? Вообще, дай мне полный расклад.

Я огляделся, где бы мне устроиться. Несмотря на должность директора по прокачке, в самом офисе своего рабочего места у меня не было. Я ж работаю в игре, зачем мне?

Отдел занимал целый этаж. Высокие потолки, окна во всю стену. Всё портили многочисленные отдельные ВИП-кабинки с капсулами для клиентов. Они загораживали окна. По центру была большая мягкая зона со столиками и без. Тут же в углу располагалось мини-кафе, для изыскательных клиентов. Незанятой осталась только одна секция у окна. Там я и решил устроить себе лежбище.

Я перегородил диванами проход к окну. Боковыми стенками моего нового кабинета стали ВИП-кабинки. У меня получилось продолговатое пустое пространство с диванными спинками вместо последней стены, отгораживающей меня от гостевой мягкой зоны. По центру я поставил одинокое красное кресло, развернув его лицом к окну и спиной к отделу прокачки.

— Стеффа, у тебя нет пуфика для ног?

Помощница скептически осмотрела мои перестановки.

— Давайте я закажу, шеф, привезут быстро в течение часа. Может что-то ещё? — она достала блокнот и ручку. — Пустовато тут как-то.

— Ковёр хочу лохматый, кадки с натуральными цветами, экраны или мониторы по бокам на стены, чтобы я мог смотреть на игру. Ещё мусорная корзина для бумаги и ненужная бумага.

— Много? Бумаги?

— Чем больше, тем лучше, — я покивал своим мыслям.

Стеффа вручила мне мусорную корзину и показала, где взять бумагу. И даже помогла отнести на моё новое рабочее место.

Из бумаги я сложил стопку, развалился в мягком кресле, а на кипу закинул ноги. Пойдёт. Где-то посередине между бумагой и окном я расположил пустую мусорную корзину.

Пока я занимался обустройством рабочего места Стеффа рассказывала о моих нервных посетителях, которые ждут меня с утра. Рафаэль, обе Ксю, Эльза с сыном и Тимофей Егорович. Ещё есть несколько новых контрактов, но с ними помощница договорилась на завтра. У них тоже всё срочно.

Новому заму генерального, отцу Хлои, установили капсулу в рабочем кабинете ещё в четверг, он сюда и не заходил ни разу после этого.

Силовикам оборудовали капсульный центр на их территории. Только Тимоха здесь остался из-за меня.

Фактически сейчас в отделе прокачки были заняты три кабинки из двадцати. Рафаэль и Тимоха, ну и бедолага, которого засунули генеральный с седым в мою капсулу, и он там завис без возможности выйти из игры. Матвей Иванович лично привез старика в инвалидном кресле и переложил в капсулу. Тот кажется не в себе был.

Пока мы разговаривали пришли техники и стали устанавливать большие настенные экраны. Только из-за того, что перегородки у кабинок были хлюпкие, крепили их к потолку. Я подивился навороченности оборудования и оперативности установки. Сбоку они поставили большие динамики, почти что от пола до потолка. По всем четырём углам моего открытого кабинета.

Ещё они растянули какую-то плёнку перед окном, скорее всего от солнца. Но теперь мой приблудный кабинет смотрелся даже футуристично. Рядом с экранами в нишах располагалась клавиатура и мышь. Круто! Я поблагодарил молчаливых технарей, явно не из наших.

— Шеф, у нас нет функции вывода игры на экран, — огорошила меня Стеффа.

— Не может быть! Ты в админке смотрела?

— Шеф, у нас нет админки.

— Да быть этого не может.

Я перепрыгнул через стол и сел на место помощницы. Стеффа любезно показала мне программку, и я попросил её выйти из системы. И когда появилось окно ввода пользователя набрал логин «Admin» и пароль «держись от меня подальше».

На самом деле пароль можно было и не в водить. Тут в компьютере наверняка есть закладки Лонь, если не она сама. И к камерам Седого она определённо доступ имеет и свои ещё где-то спрятала. В общем она точно знает, что за компом сижу я, и что именно я за ним делаю. Экран мигнул и развернулось окошко приложения.

— Ух ты! Шеф, так ты админ?

— Тссс, — я прижал палец к губам и оглянулся на камеры видеонаблюдения. — Никто не должен знать.

— Могила, — Стеффа приложила руку к округлой груди. Ну да, ну да… Презентабельная внешность для изыскательных клиентов.

— Распечатай мне данные с характеристиками Рафаэля и всей группы Тимохи.

К тому времени как вернулись особо важные клиенты я уже изучил всю игровую подноготную и с мстительным удовольствием узнал, что Эльза не может играть. Она несколько раз пробовала заходить в игру.

Я же ей выдал задание из четырёх пунктов и в конце написал наказание за невыполнение. Жёсткое: -100 репутации с миром, -100 репутации с Лео и -1 млн очков опыта. Когда писал, подразумевал, что наказание относится только к последнему пункту — не подставляй невинного парня, меня, то есть. Но система расценила задание по-другому и за каждый невыполненный пункт насчитала штраф.

Первое — не строй из себя всезнайку, второе — разуй глаза, идиотка, третье — позови отца, ну и четвёртое не подставляй меня. Она же сознательно решила сделать из Леонида Одинцова лже-Михаэля. Подсказка у неё была не только от меня, но и системное задание на прокачку репутации с Лео. Могла бы и догадаться, с чего бы ей нужно прокачивать репутацию с каким-то странным парнем.

В общем, система зачла ей только то, что она позвала отца. Меня она не опознала, на приёме в Кремле навела на меня пиратов, фанатов и алчных идиотов. Ещё и на пресс-конференции такого наговорила, что мне, как наместнику, реальный вред нанесла.

В результате у неё -3 млн. очков опыта, -305 репутации с миром и -315 репутации с Лео. То, что система засчитала реальные действия в другом мире, это отдельная тема для размышления.

Играть Эльза не может, а ей очень надо в игру. У неё с миром отторжение, как было у охотника Ранна, маньяка и убийцы. Каждый, кто прикончит её в игре получит сразу +1 к репутации с миром. А учитывая, как тяжело качается… а это идея! Предложу Рафаэлю убить Эльзу! Ему же надо прокачать репутацию. У него ж -8 сейчас, всего-то десяток раз и он выйдет в уверенный плюс. Уха-ха! Я заржал в голос. Как раз в этот момент вернулись гости. Эльза была без сына, хм. А я-то обрадовался, что Один приехал.

Первым через диван перелез Рафаэль. Я не оставил проход, хотя Стеффа и предлагала. Я тут же огорошил его, что в игру больше заходить не собираюсь. Герцог расстроился, но я предложил ему альтернативу. И это я не про Эльзу. Оставлю её на самый крайний случай. Славик.

— Найди Славика и закончите тур по хранителям. Он уже знаком со Стоиком, пусть и тебя с ним познакомит. Только веди себя скромней, — я посмотрел на присевшего на пол Рафаэля. — Держись Славика, он хорошо играет, нестандартно мыслит. Пойми, — я скинул ноги с бумажной стопки и подался вперёд. — Если ты не выйдешь в плюс по репутации с миром, то не получишь магию. И это не мои личные хотелки. Это закон природы, Рафаэль.

— Но почему? — герцог обиженно поджал губы.

— Потому что магия — это мир, а мир — это магия. И ты не думай, что ты в контрах только с тем, виртуальным миром. Это твоя жизненная позиция, — я вскочил и потащил герцога к окну. — Что ты видишь, Раф?

От моего сокращения он вздрогнул и гордо расправил плечи.

— Слаборазвитый мир, разобщённое общество, каждый сам за себя, — он перевёл на меня непонимающий взгляд.

Я одобрительно покивал. Стеффа не дала другим важным клиентам перелезть к нам через диван. Поэтому можно считать, что нас никто не слушает.

— Они живут, как потребители, Леонид, — герцог неодобрительно поджал губы. — Каждый в своём собственном мирке. Не люблю города, в них всё обесценивается.

— Очень хорошо, — похвалил я и подозвал Стеффу.

— Да, шеф.

— Посмотри в окно и скажи, что ты видишь, — дружелюбно попросил я.

— Лето, жара, но вон вроде тучки на горизонте. О! Машина с мебелью! Шеф, я скоро, — девушка перелезла обратно через диван под внимательными взглядами мужчин.

Я заметил Тимоху.

— Тимофей Егорович, буквально на секундочку.

Опер ловко перемахнул через препятствие и вопросительно встал рядом.

— Посмотрите в окно и скажите, что вы видите, — как можно более нейтрально попросил я.

— Место хорошо просматривается с той крыши, да и вон той тоже, — он нахмурился. В руках Тимохи появилась рация. — Третий, седьмой, проверить крыши, выставить наблюдателей, — он встал между мной и окном. — Леонид Евгеньевич, отойдите от окна.

Он мягко оттолкал меня прочь, а потом и вовсе переставил моё рабочее кресло к левому монитору, хтонь. Так мне нравилось меньше, но это всё же лучше, чем остаться совсем без окна. С него станется разместить меня в центре этажа. Он показал, какие зоны не простреливаются и наказал перемещаться только там, не приближаясь к окнам. Только убедившись, что я принял и осознал он отошёл. Я вернулся в своё кресло, а Рафаэль притащил себе стул из кафе, и поставил его напротив.

Теперь я был ближе к мягкой зоне и одной из хлюпких стенок, которые вообще не сдерживали звуки. Впрочем, конкретно за этой был несчастный старик в моей капсуле. Да и гости нам не мешали, хотя и расположились в диванах по соседству и всё беззастенчиво слушали.

— И что? Это ж понятно, что каждый видит свое, — герцог ждал продолжения.

— Эти примеры хорошо демонстрируют позицию человека по отношению к миру. Вот Стеффа, она внутри мира, она в нём живёт. Она увидела природу, окружающий мир, текущие дела. У тебя же оценочные суждения. Ты дистанцировался. Мир там, ты здесь и ты не являешься его частью, — говорил я без наезда, просто констатировал факт, и всё же герцог обиделся.

Он насупился и закинул ногу на ногу.

— Ты над миром, Раф, ты сверху. Твоя позиция самая, кхм, надменная, — добил его я, — она мешает сближению с миром. Это не твоя вина, ну или не только твоя или твоих родителей. Ты пустотник. Ты привык наблюдать миры издалека во всех смыслах. Маг, он внутри мира. У них, — я кивнул на Тимоху, который помогал Стеффе расстилать ковёр и расставлять кадки с комнатными деревьями, — больше шансов стать магами, чем у тебя, несмотря на наличие у тебя источника.

— Тимофей тоже оценивал то, что видел, — буркнул герцог.

— Вовсе нет, — я доброжелательно улыбнулся. — Он всего лишь рассматривал вероятности во временном потоке: что может произойти.

Мы оба встали, чтобы передвинуть кресло. Зелёный пушистый ковёр был от стены до стены. Комната преображалась. Мне бы ещё кресло, как в Убежище — летающие над ковром, я мечтательно закатил глаза. А то не очень удобно разворачиваться к экранам. Один прямо надо мной, другой ближе к окну и два напротив. Но благодаря размеру, отсюда должно быть хорошо видно изображение. Растения тоже отлично оживляли рабочую зону и разбивали монолитность окна. Стеффа предложила повесить занавески, идею поддержал Тимоха, и я согласно кивнул.

— А что видите вы? — Рафаэль с вызовом показал на окно.

— Я вижу мир, Раф, который не живёт, а выживает, как может, — я тяжко вздохнул и развалился в кресле, закинув ноги на новый пуфик. Кипа бумаг переехала ближе.

— Так и что мне делать? — герцог, кажется, ни слова не понял из того, о чём я тут распинался. Печально.

— Держись Славика. Ты бы видел из какой задницы он вылез, Раф. И при этом у него сохранился вкус жизни. У тебя его нет, для тебя магия — приправа, чтобы получить новые ощущения. В общем иди и поиграй со Славиком. Искренне, как в далёком-далёком детстве, я намекнул ему на его реальный возраст.

Рафаэль поднялся и пересел в мягкую зону неподалёку. Ну, как знает.

Я проигнорировал Эльзу и позвал Тимоху. Сразу всучил ему распечатки его группы. Он сел на пол и с интересом стал просматривать базовые характеристики бойцов.

— Подели их на три группы. У кого сила и ловкость почти равны. Три очка разницы, — я предвосхитил вопрос, и опер кивнул. — У кого больше сила или ловкость — ещё две группы.

Он тут же принялся раскладывать по стопкам.

— Обрати внимание на здоровье, если разрыв с наибольшей характеристикой сила или ловкость не более 3 единиц, человек явно филонит.

Тимоха забрал бумаги и пересел за один из столиков в кафе, изучать бойцов дальше. Официант тут же предложил ему кофе.

Я снова проигнорировал Эльзу и пошёл посмотреть на попаданца. Боря же сказал, что в теле старика теперь другая душа. Посмотрю настройки капсулы, может мне удастся через админку как-то вытащить бедолагу.

Дойти до заветной двери я не успел, дорогу перегородила рассерженная принцесска.

— Наш контракт закрыт, — заявил я, не здороваясь, и попробовал обойти нехорошую особу.

Стеффа говорила, что она пыталась заключить новый договор, чтобы загрузить в капсулу ребёнка, но генеральный на это не пошёл. Он же отказался заключать соглашение на прокачку, посчитав, что исправить ситуацию -300 репутации и -3 миллиона очков невозможно. Но напрямую он космической особе не отказал. Если наш ведущий тестировщик Леонид Евгеньевич скажет, что это возможно, тогда да.

— Вы должны мне помочь, — безапелляционно заявила Эльза.

Внезапно в руку девушки вцепился серый котёнок. Конкретно так вцепился, Ульт скорее всего ещё и зубы нарастил, потому как заорала она пронзительно. Рафаэль и Тимофей попробовали отцепить животное. В то время как девушки остались в стороне. Стеффа маякнула официантам, чтобы те не вмешивались. А больше на нашем этаже никого и не было.

— Что ж вы так неаккуратно, — я поцокал языком без сочувствия.

— Отцепите от меня эту тварь, — зашипела девушка не хуже змеи, в то время, как Тимофей деликатно пытался разжать пасть хрупкого котёнка. — Это же ваш котёнок.

— Он сам по себе, — заявил я, — у него нет хозяина.

Ульт тут же подвякнул, и рот его при этом слегка разжался. Тимоха воспользовался моментом и расцепил пасть, а Стеффа забрала котёнка.

— Испугался маленький? Идём я тебя покормлю, — поглаживая Ульта моя помощница пошла к кафе и стала рыться в холодильнике.

Эльза зажала салфеткой рану, из которой текла кровь.

— Вы ещё пожалеете! — снова зашипела идиотка. — Я всё брату расскажу! — погрозила она мне мною же. Я ж говорю — дура.

— Обязательно расскажите, — я покивал. — Только вот это не обычный кот, а кармический.

— Какой? — растерялась принцесска, и отпустила руку с салфеткой. Кровь уже не капала, рана затянулась под влиянием ауры моей души.

— У нас на Земле есть такое понятие, — я охотно пустился в объяснения. — Карма. Ну, как бумеранг, который возвращается. Котёнок почувствовал, что вы совершили великое зло и не стерпел.

Я сделал вид, что задумался, а Эльза покраснела. Неужели у сестрёнки есть совесть? Не верю!

— Да-да, — я как-будто покивал своим мыслям. — Подумайте, может вы причинили кому-то зло? Вот у меня сегодня ночью террористы дом взорвали. Представляете? Как-так?

Я расстроено развёл руками.

— Почему именно наш дом? Столько людей погибло! Уууу, — я смахнул накатившую слезу. — Ночь же, все спали, старики, женщины, дети. А оно бах! Хорошо хоть я на балкон вышел покурить. Меня взрывом на деревья отбросило.

Я поёжился, как от холода, и тяжко вздохнул.

— Целый дом людей, провинившийся перед кармой. Я сегодня весь день сижу и вспоминаю свои плохие дела. Видите сколько уже набралось, — я показал на стопку листов рядом с креслом. — Только вот котёнок считает, что моя карма чиста. Тогда за что? Целый дом ни в чём не повинных людей!

— Леонид! Я могу чем-то помочь? — ко мне бросился Рафаэль. — Тебе жить есть где? Может выжившим гуманитарную помощь передать? У нас на корабле что-то есть, — он задумался. — Да, я думаю и другие корабли не откажутся поучаствовать.

— Жить негде, — я натурально поник. — Ни вещей, ничего не осталось. Я вот тут на диванчике прикурну сегодня, а там, — я тяжко вздохнул.

— Ну так давай! — засуетился Рафаэль.

— Стеффа, — я обратился к помощнице, которая оторопело смотрела на меня, только сейчас оценив мой совсем не офисный наряд, — у тебя случайно нет телефона Васи?

— Васи? — она зависла, а потом схватила блокнот. — Звонил тут один, представился твоим лечащим врачом и телефон оставил.

— Вот дай номер Рафаэлю.

Герцог тут же отошёл в другой конец мягкой зоны и принялся звонить Васе.

Меня обступили обе Ксю.

— Лео, вы пострадали? Что за врач? У нас на корабле есть медкапсула, — предложили пиратки.

— Леонид Евгеньевич, знакомьтесь, — в дверях появился Матвей Иванович с высоким, как палка, и столь же худым дедком в неприлично дорогом костюме и начищенных ботинках. — Наш лучший мозгоправ.

Глава 4

От мозгоправа я вышел в полной уверенности, что всё безнадёжно плохо и только доброй души человек Аристарх Наумович способен вернуть меня к нормальной жизни.

— Так что, Леонид Евгеньевич? В игру? — по-отечески приобнял меня генеральный, встретив на выходе из уютной тихой комнаты на минус втором этаже, где из освещения были только настенные факелы.

— Какую игру? — я широко улыбался, пока мы вместе поднимались на лифте на мой этаж, где я и вышел. — Может вечером в футбол? — я показал в сторону спортивной площадки, которая находилась около офиса. — Чур я за вратаря!

В отделе прокачки меня ждал Центральный. Остальные посетители куда-то делись, тьфу-тьфу-тьфу. Я сходу направился к несчастному старику, которого загрузили в мою капсулу. Вдруг получится его вытащить.

— Боря, вернись, пожалуйста, — тихо произнёс я, заходя к жертве экспериментов.

За мной следом заскочил Центральный и положил на пол связку ковров для туалета. Он видел, как появились прошлые летающие ковры в игре. Я протащил их из реала, что в принципе считалось невозможным.

— Мы решили, что коврики для туалета будут нашей фишкой, раз уж система назвала нас сливниками, — заявил Филин. — Леонид Евгеньевич, вам куда деньги перечислить? Там шесть миллионов за два вышло.

Неплохо так у меня ковры разошлись на ауке. Если три миллиона в среднем за ковёр, а было их штук двадцать. Тем более жаль, что не сообразил деньги из игры вывести. Хтонь!

Думаю, сливниками их назвала система не из-за ковров, а потому что опера несколько раз подряд отправили Эльзу на камень воскрешения, опустив уровень до нуля. Я по логам видел. Обычные игроки может быть и не стали бы обижать космическую принцесску, после того как она засветилась на приёме в Кремле, но вот Тимохины бойцы её не пожалели.

— Мне деньги в реал, пожалуйста, Фёдор Иванович, и вообще-то я в игру больше не собираюсь, — я кивнул на заготовленные ковры.

— Почему? — вежливо поинтересовался силовик.

— Я ей не доверяю. Вы сами видели, она сражалась на стороне врага. Тем более без Бори, — я потух.

— Боря, у меня есть надёжный психоаналитик с опытом работы с программистами с тяжёлой формой депрессии, — Филин внезапно обратился к моему ИИ так, как будто тот стоял рядом с нами. — Давайте вместе к нему съездим, пообщаемся. Он сейчас на даче отдыхает, у него там своя пасека. Тихое безопасное место, закрытая территория. Можете сами пробить его: Белогор Ушаков, рядом с Ковыряево.

Телефон зам начальника ФСБ завибрировал. Я успел прочитать белые буквы поверх неактивированного экрана: «согласен, вылетел».

— Простите, Леонид Евгеньевич, срочное дело. Вам мёд привести?

Я кивнул пустой двери, потому как Филин уже скрылся. Надеюсь, у него нормальный психотерапевт, а не как у меня. Я вспомнил, что мы договорились на повторный сеанс на завтра и внутренне содрогнулся.

Я подошёл к капсуле. На дисплее мигала надпись: «Синхронизация 89%». Я приложил большой палец к невзрачному пятну, и из-под экрана выползла клавиатура администратора.

Я попробовал определить местонахождение старика. Он загрузился там, где я избавился от нанитов. На место сражения, когда башни уже пропали. Стеффа сказала, что он ходить не мог. А что если он там так до сих пор и лежит? Ну, а что? Они же не думали, что он встанет и пойдёт? Типа здоровье прокачает и оздоровится. А как он его прокачает, если двигаться не может? Вот уроды!

Если они хотели проверить, оживёт старик или нет, то на что они рассчитывали? Что он очнётся молодым? Скоты!

Синхронизация, кстати, пошла быстрей, и уже через минуту достигла 100%. Только старик не нажал на кнопку выхода из игры. Представляю, каково попаданцу. Ожил в теле умирающего и даже двигаться не может.

Я нашёл административный блок и написал сообщение:

«Внимание! Уникальное задание «Выжить любой ценой». Мысленно нажмите на кнопку «Выход». Награда: +1000 очков здоровья».

Самому интересно, если получится. Крышка капсулы зашипела и поползла вверх, а меня обдало вонью нечистот. Хтонь, он же там сутки в лесу валялся. На меня смотрел измождённый старик с ясным взглядом и силился улыбнуться.

— Лео, я Царь, — прошептал он.

Похоже мужик не в себе. Или это у подселенца крыша поехала от шока? Был ещё вариант, что он действительно царь какого-то государства, попавший в тело старика. Я подхватил невесомое тело и отнёс в ванну. Это ж ВИП-кабинка. Тут ванна большая с окном.

Ножницы не нашёл и одежду срезал тупым столовым ножом. На старике был странный синий кулон. Я не стал его трогать, царь уж очень сильно переживал на счет его сохранности. Помыл старческое тело и оставил отмокать в тёплой ванне.

В мини-холодильнике нашлась какая-то нарезка и нехитрые снеки. Вряд ли он сможет это жевать. Выглянул за дверь и позвал официанта. Парень обещал сделать какой-нибудь крем-суп, побольше. На обратном пути закрыл крышку капсулы. Во-первых, воняет, а во-вторых, без моего отпечатка руки они не смогут её открыть.

Пока ждал суп, отпаивал старика водой и хрустел орешками из бара. Вода в ванне начала мутнеть и потянуло душком. Я сливал воду два раза, прежде чем официант принёс суп. Он предложил покормить несчастного сам, но у него ж нет ауры моей души, поэтому я отказался.

После еды царь сходил под себя и пришлось отмывать его по новой. Бедолага начал клевать носом, и я вытащил его из ванны, завернув в большое полотенце, как ребёнка. Положил на диван, придвинув его в плотную к стене. С той стороны стояло моё рабочее кресло. Надеюсь, моя аура быстро поднимет его на ноги. Помнится, люди в скорой быстро оживали. Не знаю, насколько у бедолаги тяжёлый случай.

Я вышел из кабинки и столкнулся с недовольной Эльзой. Молча обогнул её и сел в кресло. Скоро рабочий день закончится, хватит старику часа под моей аурой? Хотя о чём я? Я же всё равно собирался ночевать на работе.

Я достал клавиатуру и завертел в руках. Как тут всё включается?

— Шеф, — ко мне подошла Стеффа, — там техники ещё один экран принесли. Куда его?

Действительно. Знакомые техники принесли простенький монитор. Они ходили и с интересом осматривали моё навороченное оборудование.

— Алиса, включи новости, — громко и чётко произнёс один из мужиков, видимо пожелал проверить работоспособность установленного оборудования.

— Я не Алиса, — ответил доброжелательный женский голос ИИ.

Включились какие-то местные новости. Как раз показывали руины моего дома. Однако, удивило меня не это. Хрущёвок тоже не было. Их снесли, и даже почти вывезли обломки.

— В результате неаккуратного сноса трёх пятиэтажек пострадало соседнее жилое здание, — заявил диктор. — Компанию застройщика обязали выделить пострадавшим новое жильё и компенсировать неудобства.

— Ты же сказал, что твой дом подорвали террористы! — обзор загородила разозлённая Эльза.

— Дура, что ли? Кто ж людям правду скажет? — я махнул рукой, чтобы она отошла в сторону.

— Лёня, это что и правда твой дом? — спросил один из технарей, с которым он иногда обедал вместе.

— Да, Вить, представляешь, чудом уцелел. Жить только теперь негде. Думаю на работе переночевать, — поделился я.

— Не получится, — Витя сочувственно помотал головой, — охрана выгонит. Не положено у них, — судя по всему он пробовал.

— Туда вешайте в кафе, — я неопределённо махнул себе за спину, чтобы быстрее отделаться от техников. Я вдруг заметил маленького мальчика с клетчатых шортах и красных сандалях, который с интересом ходил по моему новому кабинету. Один. Он с интересом изучал мою ауру.

Эльза перехватила мой взгляд.

— Лео, моему от… сыну, — она быстро поправилась. — В общем, мальчик хочет поиграть в Стремянку.

— Детям нельзя, — объявил я то, что они и так уже знали.

— Почему? — Один остановился напротив меня.

— Опасно.

Не хватало ещё, чтобы система загрузила своих нанитов в императора галактики Млечный путь. Один расспрашивать не стал, раз я говорю, что опасно, значит, не на пустом месте, и не в его возрасте дело, а конкретно в нём.

— Под мою личную ответственность, — заявила Эльза.

— Вам совсем своего сына не жалко? — я осуждающе покачал головой. — А если его там убьют? Представляете, какая это травма для детской психики.

— Он, — она замялась, — уже большой мальчик.

Ну да, ну да… Не скажет же она мне, что он просто выглядит, как ребёнок, а на самом деле ему… Хм, не знаю, сколько ему сот тысяч лет. Он же по идее из тех самых Изначальных, старичков.

Кстати, позвала она его не из-за меня, ну в смысле, не из-за Михаэля. А из-за того, что увидела в игре Одиссея. Первого сына Одина.

— Нет, и это моё последнее слово! — я холодно посмотрел на псевдомамашу.

Я повернулся к Одину:

— Мультики хочешь?

Не могу я его в игру, никак. Где находится мир Альфа, я тоже не знаю. Поэтому вариант только один — показать ему прямую трансляцию.

Один кивнул совсем как маленький мальчик, которому пообещали показать интересный мультик. И он понял, что при Эльзе я ему ничего показывать не буду. Не поладили мы с ней. Она-то ему рассказывала про одного воскресшего сына, а он насчитал у меня в ауре целых четыре привязки с душами Изначальных.

— Ма, купи мне шоколадное мороженное с крошкой, — потребовал ребёнок, и принцесса вспыхнула. — А я пока мультики посмотрю с дядей Лёней.

Техники оставили монитор, здраво рассудив, что за оставшийся до конца рабочего дня час повесить его они не успеют, а значит, и начинать не стоит. Ушла и Эльза.

— Неалиса, покажи игрока Одиссея, — попросил я.

Новости погоды сменились на знакомый речной пейзаж. Ну да, ну да… Они же должны в течение двух недель удержать тендерную крепость, чтобы территорию признали за ними. Одиссей стоял рядом с Саввой из Мышкина наверху бревенчатой стены. Маги её укрепили, и теперь она не выглядела бутафорской. Одиссей просто врубил свой щит на скафандре, который не было видно под балахоном. Все отправляемые в стену снаряды опадали, не достигая цели.

Компании, которые раньше сражались друг против друга за право обладания тендерной землёй, объединились против общего врага — группы магов в балахонах. Но и так их усилия смотрелись слабо. Я усмехнулся.

Один встал и подошёл вплотную к экрану. Мне показалось, что Одиссей слегка повернул голову и встретился с отцом взглядом. Самый любимый и обожаемый сын Одина. Его гордость.

— Что с ним произошло? — глухо спросил мальчик и всхлипнул.

— Он же космический путешественник, много где побывал, — я горько усмехнулся. — Вот Нулевой переход и забросил его в один из миров, которые он когда-то посещал. Только жизнь там оказалась кремниевой. Возможно, он бы и сам выбрался из статуи, через несколько сот тысяч лет. Жизнь камня, она до-олгая.

— Покажи остальных, — Один по-детски размазал сопли рукавом по лицу. Обрести сыновей, которых он давно потерял, да…

— Неалиса, покажи игрока Октавия, — я снова обратился к ИИ со странным именем. Может Нео-лиса правильно? Да, скорее всего.

Картинка сменилась на эльфийский город Таурон. Точно, Кида говорила, что там международный музыкальный конкурс. Октавий сидел в кафе и мечтательно смотрел через окно на улицу. Тарелка перед ним была почти не тронута.

— Разве он не умер? Мы тогда опоздали, — слёзы из глаз мальчика полились градом.

— Умер, — подтвердил я, — но его душа не успела расщепиться, хотя он многое забыл. Я передал ему воспоминания о себе, но не факт, что он тебя или ещё кого-то помнит, — я печально улыбнулся.

Словно почувствовав мой взгляд Октавий медленно повернулся и посмотрел прямо на меня. Его лицо озарилось светлой улыбкой.

Следующим я попросил показать Грека. Он зачем-то залез на дерево и высматривал через оптический прицел винтовки вечереющую долину. Брат что-то почувствовал и заозирался. Его глаза сверкнули фиолетовым и погасли. Он резко успокоился и приветливо махнул рукой.

— Он сильно изменился, — прокомментировал отец.

— Мне сложно судить о времени, которое прошло с момента его вхождения на 8-ю ступень, но у меня создалось впечатление, что он сражался с кем-то тысячелетия, отец. Ты себе это представляешь? — мы наблюдали, как Грек слез с дерева и быстро побежал через долину. Он не оставлял следов. Даже трава не приминалась.

Одним плавным мягким прыжком Грек забрался на одиноко стоящее дерево и снова расчехлил винтовку.

— Неолиса, покажи Славика.

Один отступил на шаг назад. Славик по-прежнему был около мэллорна Стоика. Он сидел, прислонившись к стволу и разговаривал. Обо мне.

— Он такой хороший, Сто, я когда просто нахожусь рядом, мне хочется жить и вдыхать полной жизнью, — бесхитростно поделился брат. — Да, что я тебе говорю, ты это и сам почувствовал.

Он встал и обнял дерево. Славик немного подзагорел, и перестал выглядеть, как подыхающий доходяга.

— Я его не узнаю, — признался отец. — Неужели это Архонт?

Эт да. Архонт был идеалистом, мечтавшим занять трон императора галактики. Он был очень серьёзным и неулыбчивым. Перед нами был совсем другой человек. Но разве именно так и не должен действовать Нулевой переход?

— Его Альфа почти исчерпала себя, — я тяжело вздохнул. — Не знаю почему, но у него все жизни были очень короткие. Он больше недели ни в одном теле не задерживался. Возможно в какой-то момент энергии Альфы не стало хватать, чтобы перейти на новый этап, и он застрял на 4-м. Я посчитал, сколько раз он перерождался, и пришёл в ужас, отец. Посмотри на него, он такой искренний. Разве у него не чистая душа?

— Нет, Лео, — отец посмотрел на меня очень серьёзно и промолчал. Ну да, ну да… правила Нулевого перехода, хтонь. Никакой лишней информации. Ничего-ничего. У меня есть Боря, и он теперь знает ВСЁ. Он вернётся! Обязательно вернётся!

— Неолиса, включи мультики, — быстро попросил я, потому что глупая Эльза вернулась с ведёрком мороженного.

Была она не одна, за спиной маячил Седой в спортивном костюме.

— Что же вы, Леонид Евгеньевич? Только вас и ждём, — он с укором посмотрел на меня.

— Ну, что? На кого ставить будем? — в дверях появился мелкий Карл Иванович с футбольным мячом. Не сразу, но до меня дошло, в чём дело. Я ж предлагал генеральному поиграть в футбол после работы. Главбух заметил меня и вскинулся:

— Леонид Евгеньевич, так кто сказал тот комментарий про ваш офисный стиль в одежде? За обедом! — он увидел отчётливое непонимание на моём лице. — Кому выплачивать премию?

Хтонь! Я ж пошутил перед выходом из столовой!

Мы загрузились в лифт, я наклонился к главбуху и заговорил громким шепотом:

— Давайте так, Карл Иванович, я говорю, что это сказали вы, и мы делим вашу премию пополам.

— Но позвольте! — возмутился главный бухгалтер.

— Сами смотрите, вы либо не получите ничего, либо 50% оклада на пустом месте. Соглашайтесь, — я заговорщически подмигнул. — Вы уверены, что начальство одобрит выплату?

— Фёдор Иванович сказал, что обещания пакетодержателя надо выполнять, — главбух недовольно поджал губы. — Хорошо! 50 на 50!

Никогда раньше не играл в футбол, но мне понравилось. Мы проиграли 15-0. Конечно, они же поставили в ворота Аристарх Наумовича, ибо бегать тому несолидно. Он своей здоровой тушей ворота и загородил.

— Леонид Евгеньевич, вы же сказали, что играли в футбол, — предъявил мне безопасник. Он был в моей команде, и чем больше голов я пропускал, тем мрачнее он становился.

— Да, Матвей Иванович, — я широко улыбнулся, — но я не говорил, что играл хорошо. Меня всегда добирали по остаточному принципу и не разу не доверили стоять на воротах. Так что большое спасибо!

Я уже почти дошёл до проходной, когда меня окликнула Хлоя.

— Одинцов, ты далеко собрался?

Я обернулся и увидел свой красный аурус с Семён Семёнычем. А около распахнутых дверей стояли Хлоя и Чайран. В салоне было полно магазинных пакетов, среди которых лежал серый котёнок на коленях у старика завёрнутого в банное полотенце. Его-то зачем они взяли? Да и сам тёмный эльф уже переоделся в рваные джинсы и какую-то стильную летнюю рубашку. И как у него получается так элегантно выглядеть?

Я подошёл к друзьям и обменялся рукопожатием.

— Может уже домой поедем? Я так устал, — взмолился Чайран. — Мне бы горячую ванну и спать.

— Куда поедем-то? У меня больше нет жилья. Не к родителям же, — я поморщился.

— Ко мне поедем, загружайся уже, по дороге расскажу, — Чайран обернулся и дёрнулся: — А это еще кто?

— Урр, мяв!

— Да без проблем, друг. Надо, так надо.

Он залез внутрь и взял на руки Ульта. Положил его на колени и принялся наглаживать.

— Я ж квартиру купил, — как само собой разумеющееся заявил он и назидательно добавил. — Нормальную, большую квартиру.

— Пентхауз он купил, — рассмеялась Хлоя. — Специально брал недалеко от твоей работы.

— А деньги откуда? — понимаю, вопрос некорректный, но всё же.

— Думаешь, у меня денег не хватит на нормальную квартиру? — обиделся Чайран. — У меня свой город!

— Так это там, — я неопределённо махнул. — Здесь же у тебя ничего нет.

— С чего ты взял? Появилась кнопка «перевести деньги». Хлоя помогла мне оформить счет в банке. Всё очень быстро, — он достал из кармана крутой мобильник. — Приложение банка синхронизируется с игровым.

— У тебя что интерфейс работает?

Глава 5

Интерфейс у Чайрана был. Не такой, как в Стремянке, но был. Функция чата отсутствовала, а вот написать письмо он мог, если знать адрес электронной почты. Это ему подсказала справка, которая открывалась по каждому чиху. У него даже была карта и навигатор. Он мог набрать в поиске кафе, например, и получить ближайшие варианты с ценами, меню и отзывами посетителей. Он настроил себе вывод полезной информации по городу. Да о чём я? Если у него даже выход в интернет был. Щадящий. Он его типа прокачивал. Сейчас навык интернета был на втором уровне.

И надписи над головами людей подсвечивались. Правда, не такие, как в Стремянки. Тёмный эльф их назвал Лео-ориентированными.

Так Семён Семёныч обозначался зелёным «крутой водитель Лео». Сам я был без надписи, на что Чайран заявил, мол зачем меня подписывать, если он меня и так знает. Он поделился тем, что если забить в поиск на карте «Лео», то появится отметка с моим местоположением.

Система разделила всех людей цветом на дружелюбных мне, и недружелюбных. Зелёные — надёжные. Красные — враги. Жёлтые, как Хлоя, считались потенциально опасными. Серым было по фиг на моё существование. Были ещё фиолетовые — космические пришельцы.

— Вот этот старик зелёный, — заявил Чайран. — Хранитель Лео.

— Урр-мяв! — подтвердил Ульт.

Я посмотрел на жертву капсульных экспериментов новым взглядом. Бедолага сладко спал, укачало в дороге. Он, похоже, уже мог сидеть самостоятельно. Система загрузила хранителя в ближайшее ко мне свободное тело. Правда, не факт, что он бы выжил. Так что приберегу пока спасибо, может в интересах Лонь было, чтобы загрузка провалилась.

Мы толкались в аурусе по пробке в противоположную от моего старого дома сторону.

— Где ты квартиру купил? — стало интересно, что за критерии отбора у тёмного эльфа.

Хлоя охотно поделилась информацией, потому как именно она общалась с риэлторами. Главным был вид, потому как душа Чайрана жаждала зелени, а не городские джунгли. Ну, и недалеко от РеалПро. Поэтому первым вариантом были небольшие премиальные домики прямо на берегу Москва-реки. Но тёмный эльф даже квартиру не стал смотреть, забраковал вариант, едва въехав на территорию. Мол, какое же это элитное жильё, если тут дома так понатыканы, что в гости можно ходить, не выходя на улицу.

— Да! Я не гном, чтобы жить в пещерах! — Чайран разложил спинку и вытянул ноги.

— Мне у Бурума понравилось, — возразил я.

— Ты там жил на вершине горы, — эльф усмехнулся.— И, кстати, — он хохотнул, — Бурум всю жизнь собирал сведения о Древнем и сделал музей-квартиру, типа как бы тот жил с учётом его привычек, характера и прочего. А тут ты, прикинь, — он снова хохотнул, — сам Древний пожил в его музее! Теперь он будет всем говорить, что это настоящее жилище Древнего, — он заливисто расхохотался.

— Я не Древний, — мрачно буркнул я.

— А это не важно, — отмахнулся Чайран. — Он в это верит.

— В прошлый раз мне это боком вышло, — напомнил я.

Хлоя внимательно прислушивалась, но вопросов не задавала. Вместо этого продолжила занимательный рассказ о покупке недвижимости. Девушка привезла Чайрана практически на вершину горы, как она выразилась. Недавно законченный проект, несколько высоток.

Вид из пентхауса соответствовал стандарту тёмного эльфа. Зелёный район, река, Воробьёвы горы. Ему даже мост через реку со спешащими туда-сюда машинами, приглянулся, поскольку отражал динамику городской жизни. В общем ему всё так понравилось, что он попытался выкупить весь верхний этаж.

— С той стороны вид на торговый центр, поэтому я отказался от этой идеи, — Чайран небрежно махнул рукой. — Зато мне скидку сделали за внешний вид: стилизованный под Стремянку покупатель. 10 тысяч! — он гордо похлопал себя по груди.

— Там на этаже всего две квартиры, и второй владелец категорически отказался продавать свою даже за тройную цену, — Хлоя звонко расхохоталась. — Он ещё пытался купить квартиру снизу, но там видите ли потолки низкие, — она тихонечко захихикала.

— Ничего! Для холостяка и 300 метров хватит, — отмахнулся тёмный эльф. — Там три спальни, как раз на нас троих, — он кивнул на дряхлого хранителя. — Хлоя, кстати, тоже квартиру купила. Хотела под нами, но там кто-то при нас пришёл и выкупил сразу несколько этажей. Она на 10-м успела взять. Продала долю в каком-то строительстве. После нас квартиры у них разошлись, как горячие пирожки. Они сказали, что я приношу удачу и подарили мне прикольный брелок на ключи. Смотри.

Тёмный эльф похлопал себя по карманам и извлёк связку стильных ключей с увесистым брелком. Тот раскрывался, и связка компактно собиралась внутри. Чайран убедился, что я оценил презент и откинулся обратно на спинку кресла.

— Представляешь, Одинцов, Рафаэль звонил, спрашивал, не знаю ли я, где ты жить собираешься, — девушка выпучила глаза, уж не знаю, что она хотела этим сказать, но глаза у неё красивые.

— Но это же квартира Чайрана, — начал было я.

— Да, брось. Мой долг быть рядом с учеником, пока мы со всем не разберёмся, — твёрдо заявил он.

— С чем? — попыталась выяснить Хлоя, но мы её проигнорировали.

— Мне вот интересно, Лео, а где живёт хозяин города Москва? — Чайран заложил руки за голову. — Я бы в таком тесном городе жить не стал, построил себе нормальный дом где-нибудь на природе. Хотя может он гном, и ему наоборот нравится, что дома жмутся друг к дружке.

Я безразлично пожал плечами, Хлоя подняла большой палец вверх, а с водительского места донёсся сдавленный смех.

— Рафаэль пожаловался, что твой лечащий врач с большими запросами, — захихикала Хлоя.

— Так он не для себя, — вступился я за бывшего соседа. — У них там пожилое комьюнити было.

— Да-да, Рафаэль так и сказал, Вася — очень хороший доктор, доходчиво объяснил, что тебе нужен постоянный уход и забота, — веселилась Хлоя. — Они, как одна большая семья, должны жить все вместе.

Мы миновали крупный торговый центр, стоящий на углу двухполосных улиц и свернули на закрытую территорию. Семён Семёныч повёл машину в гараж, расположенный на минусовых этажах здания.

— Представляешь, Лео, место для машины пришлось покупать! Возмутительно! Взял пять. Ну, там гости, или я водить научусь, — пояснил своё решение тёмный эльф. — Семёныч! Дашь пару уроков?

— Конечно, Чайран, только машинку у Васи одолжим попроще.

— Кабриолет у него есть? — тёмный эльф выпрямился в кресле и подался вперёд.

— Не нужен тебе кабриолет, — заявила Хлоя. — Ты будешь создавать аварийную обстановку своим внешним видом. Водители будут на тебя заглядываться и сталкиваться.

Так перешучиваясь, мы нагрузились покупками, но далеко не ушли. С ресепшен этой элитной высотки прибежал прилизанный служка и попытался помочь всем, чем только мог. Завёрнутый в полотенце мужчина обзавёлся инвалидным креслом. Серый котёнок, усевшийся на колени нашего неходячего жильца, получил какую-то вкусную косточку. Ещё несколько одинаковых с лица мужчин перехватили сумки с пакетами и провели нас к лифтам. Это было очень кстати, потому как сам бы я в лабиринте машин неприметную дверь искал долго.

Около лифтов стояли две обворожительные особы в одинаковых вечерних платьях. Они синхронно обернулись:

— Лео, привет! Заходите к нам на новоселье. Дверь с розовым бантиком на 10-м этаже. От лифта розовая стрелочка, не заблудитесь, — и они обольстительно улыбнулись.

Это были обе пиратки Ксю. Подойти ближе они не смогли, на их пути выросла злобная Хлоя. Она даже в лифт их не впустила, заявив, что с ними двумя точно будет перегруз.

Мы вместе с сумками на ножках заняли все четыре подъёмника. Однако на первом этаже выяснилось, что свободного места хватит на ещё четверых пассажиров. Увидев молодёжную компанию, Чайран напрягся и загородил меня своим телом. Спутники с интересом рассматривали серокожего эльфа с длинными ушами.

— Надо было и нам на новоселье актеров пригласить, — заявила девушка с глубоким декольте.

Вышли они на шестом, и Чайран пояснил своё поведение.

— У них красно-фиолетовые надписи и значки. У парней пирамидки, а у девушки буква «М», и все подписаны, как твои фанаты.

Мы доехали до последнего 18-го этажа, где нас Вася ждал в белой рубахе с красной вышивкой. За его спиной стояли сразу две новые бабуси в традиционно русских нарядах и две высокие тележки с завёрнутыми в полотенце кастрюльками и одуряющими ароматами.

Я так опешил, что потерял дар речи.

— Лёня, привет! Представляешь, мы снова соседи! Гуманитарная помощь от наших неземных братьев. Наш дружный дом переселили сюда целиком, всех вместе. Вот, празднуем новоселье в традиционно русском стиле, — Вася показал на старушек в кокошниках. — Баба Тося увидела твою машину из окна и говорит, что Лёнечку с друзьями надо накормить. А то ж вы на работе целый день, бедненькие, и не присели небось! Ну, что ж вы стоите, идёмте, — он поманил нас в нашу же квартиру.

Чайран с трудом сдерживал смех, Хлоя хмурилась. Хранитель опять уснул.

— Уррр-гав! — толстый щенок вывалился из соседнего лифта.

— Не переживай, малыш, я купил тебе лежанку с подогревом и корм с витаминами, — Вася нагнулся и потрепал щенка, тут же выдав ему аванс в виде косточки.

Тёмный эльф открыл дверь ключами, и Вася тут же завладел запасным комплектом, заверив, что за квартирой нужен уход, уборка, присмотр, цветочки полить опять же. И никто не справится лучше, чем сосед Вася, ему совсем не сложно, потому как мы все, как одна большая и дружная семья. Он расспросил о вкусовых привычках серокожего эльфа и заболеваниях нашего спящего друга. Пообещал прислать к нему правильную сиделку.

— Кстати, а почему вы еды не купили, раз знали, что мы едем домой? — поинтересовался я, переступая порог квартиры.

— Да тут ресторан есть на первом этаже, — отмахнулся Чайран.

— Как можно по ресторанам ходить? — возмутился Вася.

Я с ним мысленно согласился, обилие космических пришельцев в качестве жильцов напрягало.

— О! Так у вас мебель есть! Всё устраивает или что-то поменять надо? — Вася убежал вглубь квартиры.

Да, жильё было полностью готово к заселению. Даже мелкие мелочи, ложка для обуви и бумажные салфетки. Всё выдержанно в современном сдержанном стиле. Но над обстановкой явно поработал дизайнер. Хлоя сказала, что многое добавили уже после их ухода, пообщавшись с Чайраном. Он любил простор и они его ему оставили. Места было много. Высоченные потолки.

Одинаковые с лица сгрузили пакеты на кушетку при входе и вежливо удалились, не забыв вручить аккуратную книжицу со всеми телефонами, услугами и меню. Внутренний телефон нашёлся тут же при входе. Чайран довольно покивал, а Вася наклеил на трубку круглый стикер со своим номером. Ещё один он прилепил к стене, как мне показалось намертво.

Он снял трубку и набрал свой номер. Попросил принести комплект больничной одежды и тёплое одеяло.

Он потолкал тележки вместе с бабульками в столовую. Мы потянулись вслед за запахом. Семён Семёныч придержал меня за руку.

— Лёня, сразу показываю, где я камеры вешаю, чтобы следить, если ты выходишь, — он повесил две. Одна смотрела на дверь, а другая в холл от двери. — Завтра что?

— На работу, — я тяжко вздохнул. — В игру заходить не буду, поэтому надеюсь от звонка до звонка.

Мимо нас прошли ещё две бабульки с одеждой для колясочника.

Войдя в большую, хм, комнату… Залу? Я завис. Москва зажгла фонари, хотя ещё не стемнело. Окна во всю стену открывали замечательный вид, и да, подсвеченный огнями мост со спешащими машинами хорошо передавал динамику мегаполиса.

Я прошёл вперёд и оказался перед выходом на небольшую террасу. Московский воздух не стал свежее на высоте, и смог был. Но всё равно дышалось просторней. Вид решает, согласился я с Чайраном и неохотно побрёл к остальным. Есть всё же хотелось.

— Чайран, — окликнул я учителя, — а ты скольким сказал, что квартиру покупаешь?

От входной двери к нам шёл Рафаэль, он радостно заулыбался, увидев нас.

— У вас дверь нараспашку, — попинял он. — Вроде в Москве так не принято, хотя да, вы ж одна большая семья, — он хлопнул себя по лбу.

— Никому я не говорил, — тёмный эльф ещё ни с кем не успел познакомиться, но с Рафаэлем он виделся в игре.

— Чайран? — герцог сбился с шага. — Настоящий?

— Правда, хорошо получился? — я подошёл и горделиво похлопал тёмного эльфа по плечу. — Запускаем рекламную компанию «Стань ближе к Стремянке». Хочешь и тебя загримируем под гнома?

— Вась, у тебя телефон Ирки Чумаковой есть? — я не удивился, когда мой обновлённый сосед кивнул. Моя бывшая работала гримёром на телевидение. — Попроси её завтра перед работой подъехать. Я тоже хочу под эльфа загримироваться, только под светлого. На эксперименты с кожей я не согласен, — я категорично помотал головой.

— Может всё же под гнома? — хохотнул Чайран. — У тебя волосы тёмные и короткие. А для гнома-то и делать ничего не придётся. Нос картошкой нацепит и будешь гномом.

— Одинцов, тебе и гримироваться не надо, оденься, как охотник и сделай своё привычное выражение лица, — заявила Хвоя, и тёмный эльф засмеялся.

Идея с переодеванием вызревала у меня уже какое-то время. Чайран привлекал внимание, и парень с ним определённо вызывал интерес, кто такой, почему они ходят вместе, и всё такое. Вон красноволосая Хлоя рядом с ним смотрится органично. Если я тоже стану эльфом, то мы будем выглядеть, как два нанятых актёра.

Так перешучиваясь мы поужинали и пошли осматривать квартиру. Чайран выбрал себе самую большую угловую спальню, и ворчал, что она тесновата. А вот если снести гардеробную свою и у соседней комнаты, то ему прибавится ещё два окна. Вася пообещал аккуратненько разобрать, пока мы будем на работе.

Мне досталась спальня с небольшой террасой, чему я был несказанно рад. Хранитель будет пока спать на диване в моей комнате заявил я, и Чайран покивал, поняв в чём дело. Хлоя пошла смотреть квартиру Рафаэля, которая была этажом ниже, но не под нами, а под несговорчивым соседом. Герцог тоже пытался у того перекупить пентхаус, он даже четыре цены давал. После этого тёмный эльф повеселел, что не он один обломался.

Я заварил чай из травок, которые мне принёс Вася. Мы собирались посидеть на главной террасе, почаёвничать. Но не дошли.

— Что это? — Чайран остановил инвалидное кресло на полпути к балконной двери.

В нашу сторону летел флаер. Хтонь! Я беспокойно заозирался. Тёмный эльф ругнулся и повалился на пол. Я свалился рядом, но успел заметить, как летящий к нам флаер врезался в невидимую стену, но не разбился, а начал как будто стираться ластиком. Сначала исчез нос, открывая вид на сидящих внутри людей. Через миг летающая угроза пропала вовсе. Выглядело это жутковато. Когда к нам устремился рой светящихся частичек, я понял, что сработал Боря, перехватив флаер на подлёте. Только тот успел накрыть нас парализатором.

В тоже самое время появился Ульт. Он схватил меня за ногу и оттащил за диван. Потом вернулся за хранителем и легко взгромоздил его на меня сверху.

Последним он подтащил Чайрана, и спрятался сам, прильнув к полу. Я оказался с царём лицом к лицу. У него был поразительно волевой взгляд. Надо бы узнать, как его зовут. Он рукой тянулся к кулону. Я помог старику крепко сжать каплевидный синий камень и тот засиял, накрывая нас защитным куполом.

Краем глаза я видел, как на том месте, где мы только что были, светящиеся частички собрались в человека, точно копирующего меня, лежащего на полу и обездвиженного. А ещё через минуту на террасе появилась фигура в чёрном скафандре. Он нервно озирался. При виде неподвижного тела посреди комнаты пират облегчённо выдохнул.

— Он здесь, Дорн. По показателям обычный человек. Ты уверен? Хорошо, лечу на базу.

Мужчина подхватил Борю на плечо и потащил на террасу. Флаер под мимикрией, догадался я. Наконец-то мой параноик узнает, где у них база. Помнится, он сильно сокрушался, что у него не получается вычислить где засел двойник Дорна. Первого он нашёл сразу после нападения в парке.

Ушли. А мы остались лежать на полу. Когда спадёт паралич? А так всё просто замечательно.

Лучше и быть не могло, учитывая, что у меня ж тело изначального и я типа ого-го. Я даже мог бы магичить в этом мире. Но! Наниты, тьма их забери! Они связывали меня по рукам и ногам, превращая в обычного человека!

Загрохотали тяжёлые ботинки по полу, и над нами наклонился боец спецназа. Наконец-то!

— Пятый, мы нашли его, — боец наклонился и аккуратно поднял хранителя на руки. — Игорь Баженович, с вами всё в порядке?

Он оглянулся через плечо.

— Реанимацию срочно. Этих клоунов вяжите.

Нас с Чайроном можно было и не связывать, мы были парализованы. Но приказ, есть приказ. Мешок-то на голову зачем?

Глава 6

Я особо не волновался. Привезут, опознают, извинятся и отпустят. У меня сам Филин в друзьях. Только вот зря они от меня хранителя увезли. Не уверен, что он выживет, после парализатора. Меня до сих пор не отпустило, а много ли больному старику надо? Пираты станнер на всю мощность врубили что ли? Ну да, ну да… Они же в Изначального стреляли. Хтонь! Посчитали, что я тело успел прокачать. Успеть-то успел, а толку? Я горько усмехнулся. Мысленно, потому как ничего не двигалось.

Если силовики быстро разберутся, что к чему, то, может, успею спасти старика. Только вот у меня подозрения, что у него что-то серьёзное. Больные Васи быстрее шевелиться начинали. Или это из-за нанитов? Надо бы этот вопрос прояснить. Насколько широко и глубоко простирается контроль Лонь над телами?

Откуда только генеральный с Седым взяли бедного старика? И бойцы его опознали. Случайно, или именно его искали? Может они вообще не меня спасать пришли. Непонятное дело. И ведь душа его не привязана, тьма его забери! Уйдёт ведь на перерождение. Я расстроился. Кто б рассказал, как с этими хранителями всё устроено, и что он вообще делает. Он-то меня узнал. Явно.

Меня швырнули на холодный пол, лязгнул засов. Хоть бы мешок сняли, уроды. Дышать нечем. Ах да, Изначальным не нужен воздух, ха-ха-ха.

Видимо я задремал, потому что разбудил меня удар ботинка по рёбрам.

— Вставай, гадёныш!

Я б может и встал, но паралич ещё не прошёл, ни малейшего улучшения. Новый удар пришёлся в живот. С меня наконец сдёрнули мешок, и я увидел человека в чёрной маске с прорезями. Чего это они, скрывают лица, если их дело правое? А с другой стороны, может тогда не прикончат. Разыграют сцену спасения самих у себя. И передо мной возникнут уже хорошие парни без масок. Хтонь, что за дурные мысли лезут?

Придурок вылил на меня ведро холодной воды. Кайф. Похоже это читалось где-то в глубине моих парализованных глаз, потому что следующим пинком он разбил мне лицо.

Пнув меня ещё пару раз весьма болезненно куда попало, садист выругался и ушёл. Спать пошёл, я тоже попробовал отключиться.

В себя пришёл от нового ведра холодной воды. Тело откликнулось мурашками, и я попробовал пошевелить рукой. Слабо, но получилось, даже улыбнуться вышло. Кто-то грубо поднял меня на ноги, но те не слушались, и я кулём повалился на пол.

Меня отволокли в тесную комнату со столом и усадили на стул. Я честно пытался, но усидеть не смог и сполз вниз.

— Да, он, сука, издевается! — новый удар сломал рёбра с другой стороны. Я застонал, чисто, чтобы проверить, работает ли речь.

К стулу меня привязали, чтобы не падал.

— Имя!

Глаза ослепил свет лампы.

— Леонид Евгеньевич Одинцов, — выговаривал я медленно и с трудом. Язык опух или всё лицо, не знаю. От глаз остались щелочки.

— Не похож ты на Одинцова, — заявил некто за лампой.

Я усмехнулся. Надеюсь, на разбитом лице это выглядело как болезненная гримаса.

— Как зовут сообщника? — следователь резко выплёвывал в меня слова.

— Кого? — хотелось спросить, что за преступление, но это было слишком длинно.

— Больного клоуна с красными волосами! — рявкнул кто-то за спиной, видимо рассчитывая на эффект неожиданности. И я бы наверное, вздрогнул, но мышцы плохо слушались.

— Чайран, — ответил я лампе.

Меня наградили оплеухой. По фиг, я всё равно лицо не чувствую.

— Правду говори, гнида! — от лампы прилетела волна лютой ненависти. С чего бы?

— Откуда вы взяли полтора миллиарда?! — рявкнули из-за спины.

Я хотел спросить, неужели столько стоила квартира Чайрана, но взвесив длину фразы и комок мяса вместо языка, ограничился лаконичным:

— Чё?

Новый удар пришёлся по голове, и я, кажется, потерял сознание, потому как меня снова окатили холодной водицей.

— Зачем вы похитили генерала Храпина?

— Я никого не похищал.

Ведь и правда, увёз хранителя из офиса, даже Седому ничего не сказал. С другой стороны, неужели они не поняли, что мне удалось вытащить его из капсулы? А не дорогой ли Матвей Иванович навел на меня силовиков? С него станется. Если генерал не выживет, они на меня всё и повесят. Мол, у них всё было под контролем, но вмешался нехороший Леонид Евгеньевич.

Допрос продолжился, вопросы повторялись, как и ответы.

Через какое-то время появился добрый полицейский без маски, а то уж как-то затянулась фаза жёсткого дознания. Невысокий, добродушно пухлый, с понимающей улыбкой на губах. Он и одет был по-другому, серая форма без знаков отличий.

Добрый дядя сочувственно покачал головой, разрезал стяжку на руках и предложил воды. Даже помог попить, поскольку руки меня не слушались.

— Почему вы говорите неправду? — мягко поинтересовался он, усаживаясь за стол и опуская в пол лампу. — Чем быстрее мы установим вашу личность, тем раньше приступим к продуктивному диалогу.

— Я говорю правду, — после стакана воды разговаривать стало легче.

Он развернул ко мне планшет, где на видео пират загружал в флаер моё бесчувственное тело.

— Так это не я!

— А кто же?

— Это Боря! Он притворился мной.

— Кто-то может это подтвердить?

— Филин! Фёдор Иванович. Он вчера Борю к психиатору повёз. Белогор Ушаков, кажется.

Добрый следователь что-то потыкал и показал мне запись старого Филина, который вёл совещание.

— Так это не Филин! Это его двойник! Филин помолодел в Стремянке.

— Это не Филин, там не вы, — следователь укоризненно покачал головой. — Может и генерал Храпин не генерал?

Я мрачно кивнул.

— И кто же он?

— Царь.

Следак мягко рассмеялся.

— Как он? — мрачно спросил я.

— В ваших интересах, чтобы он выжил. Но врачи дают неутешительный прогноз.

— Позвоните на работу, — предложил я. — Пусть меня Матвей Иванович опознает. Или любая из бывших.

— И как же они опознают двойника? — вкрадчиво поинтересовался добрый следователь.

Эт да, Лёня не привлекался, отпечатков пальцев в ментовской базе нет. На дом их не пошлёшь, нет больше дома.

— Отпечатки пальцев на работе снимите, — предложил я.

— Проблема в том, любезнейший, что Леонид Евгеньевич только недавно стал работать в офисе постоянно, и все отпечатки там свежие. Когда именно произошла замена двойника не установлено. А сотрудники заявляют, что поведение ведущего тестировщика в последнее время сильно изменилось, — следак встал и развёл руками. — Так что думайте.

Он вышел, а ко мне ввели Чайрана и посадили напротив. В груди зашевелилась ярость. Футболка пропитана кровью, бровь рассечена, не хватает верхних клыков. Уши неестественно выгнуты. Суки пытались снять с тёмного эльфа грим. На предплечье виднелся длинный уже затянувшийся след от скальпеля.

— Лео? — он засомневался, что я это я.

— Ты выглядишь не лучше, — я ответил на эльфийском, и он улыбнулся. Понял я это по глазам, поскольку лицо напоминало один большой фиолетовый синяк.

— Как ты? — сочувственно спросил он.

— Хреновая игровая сессия, всего лишь, — я усмехнулся, изо всех сил стараясь сохранять хладнокровие.

— Да, сценарий так себе, — покивал Чайран, и его спутавшиеся волосы мотнулись вперед, закрывая лицо.

— Жалеешь, что полез в капсулу? — горько выдавил я.

— Нет, Лео, оно того стоило, и потом моя камера рядом, — он намекнул, что моя аура ему помогает залечивать раны. — Хочешь прикол?

— Удиви меня.

— Они все зелёные.

Мы оба заржали. Система раскрасила силовиков в дружественные цвета.

— Может у тебя ещё и квест появился? — рука не подтягивалась, чтобы вытереть выступившие от смеха слёзы. Кстати, эльф шевелился лучше. Из чего я сделал вывод, что били чем-то прицельно по моей Альфе.

— Ага, — он закатил глаза и зачитал: — Сотрудничать с властями, говорить правду и только правду. Награда: свобода. Ну, я и рассказал, что зарабатываю миллиард налога с Северных земель за охотничий сезон. При желании я мог бы всю их башню купить, но у них высота потолков низкая.

И мы снова загоготали. Прям полегчало.

Вернулись товарища в масках и уволокли ржущего эльфа. Меня оставили одного. Понятно, переводчика ищут, хе-хе. С эльфийского. Я представил, как они звонят в офис РеалПро и требуют прислать им переводчика с эльфийского.

— Так у вас же там Одинцов, он и переведёт.

Я снова захохотал. Нее, кого-то они найдут. Кто-то из тестировщиков знает язык. Не так хорошо, как я, но перевести то, что мы тут наговорили сможет.

Я вдруг понял, что Боря меня потерял. Он бы давно объявился в ухе. Он скорее всего на базе пиратов развлекается. А если они устроились где-то в астероидном поле… Это плохо. Опять начнёт себя корить, что не предусмотрел, что упустил. Хтонь. Он же психанёт и разнесёт тут всё по кирпичику. Не отправил же он к пиратам на базу все свои частички? Часть у него осталась на небоскрёбе, чтобы перейти в Стремянку. Хотя я его так и не спросил, как сработал перенос. Все его частички перенеслись или нет.

Ну, допустим, что все. Хотя не факт. Переместились те, что были сделаны из второго небоскрёба, потому что именно материал был привязан к душе. Остальные могли остаться на Альфе.

Но и целый небоскрёб частичек — это тьма его забери, как много. Ладно, допустим он половину услал в космос. Часть у него осталась вместе с психотерапевтом и Центральным. Он ещё говорил, что семью прикрывает. Нет, этих он отозвал. Раз посчитал небезопасным личный контакт, оставил наблюдение на расстоянии.

И то, что меня забрал спецназ — это он недосмотрел. Да я понимаю, он же Дорна выслеживал, а тут такой шанс. Но с другой стороны, кто ж знал. Мы с Центральным поладили, Чайрана он видел. Никто не ожидал от силовиков такого вот… Может там в этой деревне связь глушится, и до Центрального не дозвонились?

Всё это не важно. Он когда увидит меня в таком виде, у него крышу снесёт.

— Один, — позвал я.

Нуль реакции. Ещё раз.

— Один!

Пространство дёрнулось, и ко мне шагнул маленький мальчик в клетчатых шортах с шоколадным вафельным рожком. Он осмотрелся и откусил мороженное.

— А я то думаю, куда ты пропал. Развлекаешься?

Он обошёл помещение, посмотрел на камеры видеонаблюдения и липовое зеркало.

— Играю, как могу. Вот попался хоррор. Из-за того, что ты мне память стёр, мне уровень сложности в пять раз повысили. Ты мне должен, — я требовательно уставился на отца.

— В пять раз повысили уровень сложности? — Один посмурнел. Никто из Дубхе не закончил и простой Нулевой переход. А теперь он стал в несколько раз сложней. — Если ты умрёшь, то не один. На тебе души братьев, — он перешёл на общеимперский.

— Они были мертвы, пока я их не спас, — разозлился я. — Ты. Мне. Должен. Найди Борю!

— Зачем? — без энтузиазма поинтересовался он и слизнул мороженное.

— Он не в себе, — я печально улыбнулся. — А когда он узнает вот это всё, будет беда. Помоги ему.

— Чем это? Это твой, кхм, Боря. Я тут при чём?

— Я прикрутил ему Альфу.

— Что ты сделал? — вафельный рожок упал на пол, а Один оказался напротив меня. И выражение его лица не предвещало ничего хорошего.

— Так вышло.

— Ты ещё скажи само. Большая? — что-то прикидывая, спросил он.

— Совсем маленькая, но их много.

— Сколько? — он приподнял брови.

— Миллиарды частиц с Альфой.

— ЧТО??! — Один подскочил и схватил меня за окровавленную футболку. — Ты идиот?!

Маленький мальчик с силой швырнул меня в стену, развернулся и пропал. Я очутился в соседнем помещении вместе с остатками стула около ног Чайрана.

— Простите, Ваше Высочество, это моя вина, не уберёг Вас, — я виновато посмотрел на избиваемого эльфа. — Кровь возьмите на генный анализ, тупицы; — я посмотрел на доброго следака. — Там сразу видно будет, что он не человек.

Вот, пусть теперь думают, ха-ха. Может его хотя бы бить перестанут, раз он каких-то там кровей. А кто сказал, что Михаэль не может быть тёмным эльфом? А тут они избивают собственного наместника.

— Аргументы вышли? — Чайран кивнул на проделанную мною дыру в стене.

— Ага, перешли к увесистым доказательствам, — и мы снова заржали.

Меня потащили в новую допросную. По углам встали мужики с шокерами. Мальчика собираются ловить?

Появился добрый полицейский. Впрочем следом зашёл злой.

— Кто это был?! — рявкнул громила.

— Один Дубхе.

Следователи переглянулись. Добрый развернул мне фотографию. На ней был изображён взрослый Один с суровым взглядом. На пресс-конференции журналисты спрашивали, как выглядит император галактики Млечный путь.

— Тоже помолодел в Стремянке? — ехидно спросил злой.

— Помолодел, но не в Стремянке. Детям нельзя в игру, — напомнил я общеизвестный факт. — Побочный эффект после лечения.

— Так ты и генерала похитил, чтобы вылечить? — злой снова вызверился.

— Я его не похищал, но лечить пытался.

— Ах, ты гнида!

Я снова получил по лицу. Хтонь, только ведь глаза открылись, теперь опять будут щёлочки.

— Я могу доказать, — я сплюнул кровь на ботинок злого. — Отвезите меня к больному, сами увидите.

Меня потащили на выход. Но вместо больнички привели в камеру. Через какое-то время меня посетил лаборант в белом халате и попытался взять кровь. Он не смог проткнуть кожу. Тело Изначального, эт да, оно крепкое. Бить можно долго.

Вот и злой следак снова разбил мне лицо и лаборант собрал кровь в пробирку.

В больницу меня всё же привезли, вновь в мешке на голову и сняли его только перед реанимацией.

— В таком грязном виде нельзя, — категорично заявил врач. — В помывочную его.

Перед бессознательным телом Храпина я стоял вымытый в чистом комплекте хирурга, который в этой больничке был светло-зелёного цвета вместо привычно голубого.

При моём приближении приборы выровнялись и запищали монотонно, графики вернулись из красной зоны в зелёную.

— Что вы сделали? — требовательно спросил профессор Белинский, если верить бейджику.

— Это не я, это моя аура. Она большая. Проверьте соседние палаты. Там тоже есть улучшения, — выдал я. А что скрывать, они же сами всё прекрасно увидят через полчаса максимум.

Доктор не поверил, он посчитал, что я пытаюсь отослать его подальше, чтобы что-то сделать с его пациентом.

— Ну, что же ты? — ехидно поторопил меня злой следак, так и не снявший маску. — Лечи, давай!

Я взял руку хранителя в свою и судорожно попытался вспомнить хоть одну серию про экстрасенсов, которых так любила смотреть Ирка Чумакова. Медленно поводил рукой вдоль тела, такое там точно было.

Больной открыл глаза и уставился на меня своим волевым взглядом.

— Тебя оказывается Игорь Баженович зовут, очень приятно. А я Лёня.

— Ты Лео, — чётко произнёс старик. — Где кулон?

— Кулон верните, — я перевёл взгляд на потрясённого доктора.

Тот подошёл к металлической тумбочке и выдвинул верхний ящик. Я взял в руку кулон, и тот потянул из меня энергию.

— Вот, — я раскрыл ладонь. Тусклый камень синел на глазах.

Я одел его через голову на шею больного, хранитель приложил к нему руку и прислушался.

— Кто посмел бить Лео? — грозно спросил старец. Может он и правда был царём, с таким-то властным голосом не удивительно.

— Да никто не бил, — я честно улыбнулся. — На стремянку карабкался и упал. Приложился лицом, с кем не бывает? Кстати, как тебя угораздило попасть в игру?

— Жить хотелось, — помрачнел старик. — Они сказали, что это мой последний шанс. С моим диагнозом жить мне осталось, — он замолк.

— Когда вас привезли, Игорь Баженович, на фоне общего ухудшения метастазы, кхм, уменьшились, что считалось доселе невозможным, — залебезил профессор Белинский. Этот генерал Храпов какая-то шишка. Был, пока не вселился царь. У него наверное, как у меня обычно бывает при попадании, две личности смешались.

— Его мощным станнером приложили пираты, — объяснил я. — Отсюда и ухудшение. Так то он уже сидеть мог, — похвастался я, но профессор мне не поверил.

Раздался громкий чпок, и на пол свалился Чайран с серым котёнком на руках.

— Нельзя в таком виде в стерильное помещение, — возмутился Белинский. — Ещё и с животными.

— Уррр-мяв, — угрожающе заурчал Ульт.

— Это он не про тебя, — тёмный эльф даже не пытался встать, он наоборот откинулся на пол и застонал. — Это он про вон тех садюг, — Чайран кивнул в сторону оперов.

— Мария Карловна! — резанул по ушам крик доктора. — Срочно в помывочную!

— Значит, не били, — хранитель грозно свёл брови вместе, и перевёл взгляд на сжавшихся следаков, ну или кто они там, без разницы.

Воздух подёрнулся и в центре реанимационной палаты появился маленький мальчик с мрачным стариком в лохмотьях.

— Убедился? Всё с ним в порядке. Живо на тренировку!

Один шагнул куда-то за пределы Земли, толкая Бориса Регуловича перед собой. Пара светящихся частичек опала на пол.

Боря вернулся.

Глава 7

Чайрана помыли, раны обработали, переодели в больничную робу и определили на соседнюю с хранителем койку. Досталось ему больше, чем мне. Садисты упорно пытались снять с него грим. Красные волосы по-прежнему напоминали одну сплошную скомканную массу. Я подошёл и задрал рубаху тёмного эльфа.

— Спокойно, ученик, — заговорил он на эльфийском, положив мне руку на плечо. — Знаешь, как я здоровье поднял? На тысячу единиц! Где бы я ещё так прокачался? И несколько полезных навыков приобрёл. Мне даже честность дали, уже 8-й уровень, — он невесело хохотнул. — Пытки вкупе с аурой твоей души. Буду всем рекомендовать, — он широко улыбнулся, обнажая подросшие клыки, вместо выдранных.

— Пытки?! — взревел генерал Храпов зычным басом. Силы к нему постепенно возвращались, вот и голос прорезался, а ещё он, оказывается, понимал эльфийский. — Вы что? — дальше пошёл многоэтажный мат.

— Игорь Баженович, они вас похитили, — попытался вставить слово злыдень без маски. Генерал заставил его показать лицо. Сильно немолодой, рослый мужик с седым ёжиком волос. На предплечье у него был уродливый шрам, уходящий вверх под футболку.

— Он! — Храпов слабо двинул рукой в мою сторону. — Жизнь мне спас! Я, Петруша, там в собственном дерьме сутки валялся никому не нужный с зависшей системой. Светлые эльфы мимо проходили, игнорируя меня. Лео вытащил, отмыл, накормил, подлечил. А вы?! Так его отблагодарили?!

— Профессор, — я подошёл к интеллигентному Белинскому, стоявшему около мониторов и делавшему вид, что он нас не слышит и не видит, — мы можем поместить его в горячую ванну. Процесс бы пошёл быстрей, хотя бы боли ушли. И ему пить побольше надо, чтобы всё активней выводилось. Видите? — я ткнул на посеревшую простынь, которой он был накрыт.

В палате начало подванивать, а окна в реанимации не открывались.

— Может его в баньку? — предложил злой Петруша.

Я представил, как генерал лежит на полке в парилке, а из него лезет чёрная зловонная жижа и впитывается в доски. Вряд ли у них бани одноразовые.

— Тогда уж в хаммам, — мне подумалось, что там есть стоки для воды. — А лучше и хаммам, и ванну.

Злобный следак завис, а потом резко вышел из палаты.

К обещанному хаммаму мы подъезжали на двух скорых и двух машинах спецназа. Белинский нас не отпустил без группы врачебной поддержки, чтобы откачивать, когда сердце не выдержит высоко-температурной нагрузки, заявил он, поджав губы.

За высоким каменным забором стоял основательный особняк в три этажа с верандами, колоннами и обилием зелени. Лаконичная и простая геометрия фасада радовала глаз. Покатая крыша была облеплена солнечными панелями, которые развернулись так, чтобы ловить уходящее за горизонт солнце.

Чуть наособицу стоял двухэтажный банный комплекс с бассейном под открытым небом и гостеприимно накрытыми столами. Территория была просто-таки огромной. Высокие хвойные деревья, беседки и бойцы с автоматами. Нас встречал радушный хозяин с сыном. Восточная харизматическая внешность, простая одежда, так и не скажешь, что он тут самый главный. Сын его был выше на голову, статный мужчина, впрочем с таким же непростым тяжёлым взглядом.

— Чайран! — хозяин усадьбы суетливо подбежал к тёмному эльфу в больничной робе.

— Хасан?

— Какой замечательный сюрприз! Надолго к нам? Мурат, позови Лейлу, пусть приведёт волосы моего друга в порядок, — он не оглянулся, но сын быстро скрылся в главном доме. Нас же хозяин повел к накрытым столам.

— Всё зависит от моего ученика, — он кивнул в мою сторону.

— Потрепали тебя храповцы, — он сочувственно покивал. — Они вместе Афган прошли. Ты на них зла не держи.

— Угораздило меня квартиру купить в Москве, а они не поверили, что у меня на неё деньги есть. Полтора миллиарда, — пожаловался Чайран.

— Обидно, да, — согласился Хасан. — Ваще не деньги для хозяина северных лесов, да? Как я тебя понимаю. Мне тоже не верят, что я честно деньги зарабатываю, да.

Из скорой генерала пересадили в инвалидное кресло, за час нашей поездки он обрёл способность сидеть и немного двигать руками. Петруша повёз кресло лично за мной.

Чайран занял почётное место во главе стола, вокруг него уже суетились две девушки, приводя длинные волосы эльфа в порядок.

Я попросил показать мне хаммам и ванну. Меня повёл Мурат. Мы прошли мимо мальчишки, который мыл машину. Я обратил внимание на сток. То, что надо. Попросил Мурата организовать тут ванну, да хоть надувную, чтобы в неё можно было положить генерала. Мол зальём воду из шланга, сольём. Снова зальём. Генерал будет вонять, и воду придётся менять часто. Сын хозяина дома подозвал одного из парней, крутящихся около хаммама и стал объяснять ему, что надо сделать. Говорил он на незнакомом мне языке, но я его прекрасно понимал.

Я проникся уважением к выказываемому гостеприимству. Сын хозяина дома распорядился отмыть площадку, разложить костры, и подогреть камень. Притащить сюда ванну и протянуть шланг с тёплой водой от банного комплекса.

Для генерала я попросил побольше горячего питья. И когда я вернулся, его уже кормили каким-то супом.

— Дарагой, ну, что тебе стоит, а? — Хасан уговаривал Чайрана. — Мне без разницы: мальчик, девочка или несколько ребятишек. Выбирай любую, да? Всех сразу, да!

Тёмного эльфа уже причесали и заплели ему длинную косу. Перед столом на лужайке в ряд были выстроены восточные красавицы, скромно потупив глазки. Чайран отказывался.

— Подумаешь полукровка, да. Это у вас там плохо, а у нас здесь хорошо им будет. Скажешь, в игру вообще не будут заходить, да, — напирал хозяин дома, в то время, как девушки стреляли глазками. — Никто и не узнает, да!

— Узнают, Хасан, не сейчас, так потом, обязательно узнают, — он то и дело возвращался взглядом на девушек. И глава семейства поднажал.

— Слушай, да, разве не ты самый главный у эльфов? Кто тебе что скажет?

Ещё через полчаса уговоров тёмный эльф сдался, и сразу все красавицы повели эльфа знакомиться с банным комплексом и расслабляющими процедурами.

Нами занялся Мурат. Петруша лично раздел генерала и уложил на горячие камни. Нас сопровождали врачи во главе с Белинским, и храповцы, как назвал их Хасан.

Мы сели по кругу, но я сразу предложил всем идти париться в другое помещение, поскольку здесь будет вонять. Меня не послушались, но по мере того, как из генерала выходила чернота, бойцы сливались. Не помогало даже то, что банщик постоянно поливал генерала. Дышать было нечем. В конце концов остался Белинский, Петруша и я. Ну, и Мурат, которой даже не поморщился от тяжёлого запаха.

— Отец говорит, что ты и есть наместник, — заговорил он вполголоса, не поворачивая головы.

— С чего он взял?

— Кому ещё под силу протащить в наш мир иномирца? К тому же ты разговариваешь со мной на малоизвестном горном наречии. Наместник должен знать все языки своей планеты, не так ли? — заявив это, он встал и распахнул дверь. Пока нас не будет, помещение помоют и проветрят.

Петруша понёс размякшего генерала на улицу. Около гаража действительно поставили чугунную ванну и развели костры, на которых грели камни. Ими обкладывали ванну снизу.

Хранитель блаженно полулежал, погрузившись в воду почти целиком.

— Нельзя ли сюда пригласить моего Васю? — я обратился к Петруше. — Он лучше меня знает, как работает моя аура,

Уточнять, кто такой Вася, не пришлось. Храповец кому-то позвонил, и через час с небольшим перед нами стоял Вася с медицинским чемоданчиком. Белинский озвучил ему диагноз, и сосед нахмурился. Если бы у меня была магия, то я бы кормил хранителя, а еду направлял на регенерацию внутренних органов. Здесь в немагическом мире я чувствовал себя беспомощным. Я обычно сначала восстанавливал мозг и сердце, а аура она не выбирает, куда направлять своё действие, бьёт по площадям.

В результате врачебной дискуссии было решено сделать несколько уколов и поставить сразу две капельницы в обе руки. Потом повторить хаммам, и снова в ванну под капельницу.

Кроме того выяснилось, что на процесс сильно влияет моё настроение, которое было на нуле. Вася заявил, что меня надо срочно задобрить. Мёд, грибочки, хорошие новости. Да, последние пара дней определённо не пошли мне на пользу, чего уж. На душе было погано. Собственная беспомощность бесила.

Меня раздражало всё. Непонимание, что я делаю, и делаю ли то, что нужно. Почему так взъярился Один на Альфу у Бори? Это же по сути батарейка? Потом система, которая не понятно за кого играет. Насколько сильно она проросла в этот мир? Ворона строила межмировые порталы на раз-два. Да, и мне просто хотелось пообщаться с Борей, хтонь!

Стол мне поставили у изголовья больного, заварили чай и угостили медовой пахлавой. Вася сел рядом и стал рассказывать всё подряд. Нам привезли три капсулы. Наши космические соседи посчитали, что меня похитили и куда-то все срочно улетели. Спасать, наверное. Хлоя сидит плачет.

Вася знал, что меня забрал спецназ. Семён Семёныч по своим камерам видел. Он пытался выяснить, куда меня повезли, и когда понял, что мы попали к храповцам заволновался. Он узнал, что их операция не была санкционирована сверху.

Пока он всё это рассказывал, генерал хмурился всё больше и больше, поглядывая на своих бойцов. Понятно теперь, почему меня не спас Центральный. Он не знал.

— Ваш несговорчивый сосед по этажу съехал, представляешь? — рассмеялся Вася. — Недовольный такой был. Новый пока не появлялся. Интересно просто, как ему удалось уговорить этого козла!

— Лео, надень мой кулон, — то ли попросил, то ли приказал хранитель.

Стоило его только взять в руку, как он потянул из меня энергию и нагрелся. Я засунул его под банный халат, выданный Муратом.

На второй заход в хаммам мы пошли, когда обе капельницы опустели. Вася отправил меня в русскую парную и попросил неулыбчивого Мурата меня там хорошенько попарить. Для настроения так сказать. Мурат с удовольствием отхлестал меня веником, комментируя, что настроение мужику поднимать не так надо. Я с ним согласился, но не ожидал, что он воспримет это, как руководство к действию. На выходе меня перехватила полуобнажённая девушка и повела в купель.

— Я ж говорил, что парная поможет! — воскликнул Вася, заметив, как я по-дурацки улыбаюсь. — Лёня, вы здесь ночевать собираетесь?

Мурат ответил, что пока Хасан не убедится, что Чайран свою задачу выполнил, нас не отпустят. И было не совсем ясно, шутит он или нет. Но желания ехать куда-то на ночь глядя не было.

Оказывается, Вася не просто так интересовался. Он пошёл изучать планировку дома, чтобы использовать ауру моей души максимально эффективно.

— Как тебе Вася? — внезапно поинтересовался генерал.

— Ушлый он, конечно, но мне с ним удобно, — признался я. — Ни о чём думать не надо. Чисто, вкусно и организационные вопросы снялись.

— Храна предлагает сделать его младшим Хранителем, — объявил генерал Храпов.

— Если б я ещё знал, кто это и в чём их функция, — усмехнулся я.

— А тебе и не надо, Лео, — он протянул руку за кулоном, который уже перестал тянуть из меня энергию. — Ты же сам сказал, что с ним удобно.

К моему удивлению кулона на груди оказалось два. Петруша где-то раздобыл цепочку. Когда вернулся Вася, генерал предложил ему одеть непростую вещицу. Любопытство пересилило здравый смысл. Мой сосед замер, как-будто слушая что-то. Потом посмотрел на меня и кивнул. Он торжественно положил руку на грудь и произнёс:

— Клянусь!

Тело Васи засветилось синим светом как бы изнутри. Сам он расправил плечи и горделиво выпятил грудь. Представление наблюдали молча, вопросов не задавали. Храповцы доверяли генералу, а хозяева делали свои выводы. Меня такая гласность покоробила. Ну, он же царь, может привык вот к такому поведению.

После второго хаммама и ещё двух капельниц вода стала темнеть не так интенсивно, и запах убавился.

Мы переместились к мягким диванам, которые были расположены вокруг костра. Все уже выпили по две чашки чая, и гости стали расходиться спать, а я всё сидел и сидел. Смотрел на горящий огонь. Напротив меня угнездился Вася, накрывшись пледом. Новоявленный хранитель ушёл в свои мысли, ну или он общался с кулоном со странным именем Храна. Инструкции получает, хтонь.

Генерала оставили около меня. Он спал, укрытый одеялом. Рядом с ним дремал верный Петруша. А мне было хреново.

На душе был полный раздрай. Тоска нарастала, словно у меня забрали что-то важное и не отдают, сволочи. Только вот что?

Побои, допросы, Чайран, которого я невольно втянул в эту задницу. Боря. Отец, который прилетел сюда не ради меня. Разрушенный дом. В душе что-то надломилось. Как будто небольшая трещина поползла и дальше только разрасталась, образуя пропасть, в которую я давно летел, а заметил только что. И Лонь. Её безграничная преданность Затворнику. Не мне.

Как же? Я же такой хороший! Почему не мне, а этому засранцу?

— Карр! — на спинку соседнего дивана села ворона и укоризненно посмотрела на меня. — Каар!

Вдруг сзади на неё набросился серый кот. Вороны взлетела и казалось, что вот, она сейчас улетит, но кот в каком-то неимоверном изгибе тела достал её лапой и пригвоздил к каменной плитке. Он прижал её всем своим весом, вцепился зубами и с силой рванул на себя. Тьма её забери! Это не ворона!

Да, это был механический робот.

— Уррр, мяв! — Ульт торжествующе посмотрел на меня.

— Молодец, и правда неожиданно. А как ты просчитал, что она появится?

— Уррр-рыр, — прозвучало укоризненно.

— Ладно-ладно, ты умный, я тупой, и это факт, — согласился я, ни капли не покривив душой.

Я протянул руку к сломанному роботу, но кот резко цапнул меня. Подлетевшие светящиеся частички шустро разобрали остатки механической вороны на атомы, а мои спутники даже не заметили, что здесь что-то произошло.

Я погладил кота.

— Думаю, что у неё таких заготовок полно.

— Ур-мяв, — согласился кот.

Ульт скрылся, словно его здесь и не было, а где-то жалобно заскулил пёс. Вася напротив уснул, укрывшись пледом.

Системе нужно, чтобы я вернулся в игру. Капсулы домой к Чайрану привезла. Ворону прислала. Зачем? Или это нужно мне? Если на пятом этапе нужно играть, то я определённо занят не тем. Футбол не считается. Было-то всего один раз.

— Ай, Леонид, чего грустишь, да? — рядом со мной сел Хасан. — Ученик моего друга, мой друг, да. Женщину хочешь? Может чай сделать? Кальян? Нехорошо мне, да, когда гостю моему плохо. Душа болит. Пойдём, пройдёмся, сон нагуляешь.

Мы встали и пошли по тёмному парку. Дорожки по бокам подсвечивались встроенными светильниками. Небо чернело единым пятном. И не понятно было, то ли это тучи закрыли звёзды, то ли Московский смог доставал и досюда.

— Слушай, Леонид, а можешь ещё в наш мир провести кой-кого? Девушка мне приглянулась. В гости хочу её пригласить, да, — мы вышли на берег реки.

— Хасан, мне у тебя понравилось, — я обернулся и посмотрел в глаза непростому хозяину. — Но вот сейчас ты всё портишь. Зачем врёшь?

— Прости, Леонид, проверял тебя, да, — он широко улыбнулся, ничуть не смутившись. — Хочу себе зверя из того мира, домашнего питомца.

— Зачем?

— Животных люблю, да. Будет тут у меня жить, видишь, сколько места, — он развёл руками.

— Плохо ему тут будет, Хасан, — я тяжело вздохнул. — На Земле нет маны, а там она есть.

— Ты заблуждаешься, да, — хозяин подвёл меня к беседке с накрытым чаем. — Чайран — маг? Архимаг! — он поднял указательный палец вверх. — И он прекрасно себя чувствует на Земле. К тому же не обязательно магическое животное, просто, чтобы выглядело не по-земному.

Я задумался. Так вот что делают наниты. И ведь, правда, земляне становятся там магами, а потом возвращаются сюда. Наниты временно блокируют источник. Вот почему Эльзе так комфортно на немагической планете. А я тупица, все же было перед глазами. Впрочем, это не отменяет того, что мне наниты не нужны. Для моего уникального источника мир без магии — не проблема. И тем не менее система ограничивает мои силы в этом мире.

Хасан разлил чай и пододвинул ко мне мёд.

— У тебя какая репутация с миром? — у меня возникла идея, как проверить Лонь.

Глава 8

Хасан махнул рукой, и из темноты появился безликий мужчина с подносом. Он обновил чайник и принёс ещё мёда. Пока я пялился на незнакомца, с другой стороны беседки подложили плед. Я благодарно кивнул в никуда и закутался.

— У меня репутация +14, дружба, — Хасан ответил на вопрос, когда мы вновь остались одни. — Там всё строго, — продолжил он, разливая горячий чай по чашкам. — Систему не подмажешь. Мы все дорожим хорошим к нам отношением мира Стремянки.

— Вот и отлично! — я широко улыбнулся, и хозяин дома подозрительно прищурился. — Животными заведует Великий гибень. Но в принципе я тебе советую для начала определиться со зверем. Медведя хочешь? А, тебе ж необычного. Тогда зелёная белка. Их много, и местных они достали. Система благосклонно отнесётся к просьбе о переселении нескольких питомцев в другой мир.

Хасан не так представлял себе нашу сделку, хех. Рассчитывал получить зверя с доставкой на дом. Он медленно положил в чай мёд и принялся неторопливо помешивать.

— Приходишь в Запретный лес и обращаешься к хранительнице леса, — я сделал вид, что не заметил недовольной гримасы. — Славик к ней тоже собирается, можешь к нему присоединиться. Он приручителя взял. Легко сходится со зверьём, — я отхлебнул чай. — Мысь, хранительница Запретного леса, вредная до жути. К ней особый подход нужен. Подарки, восхищение. Вот, договариваешься с ней, и она тебе этих белок передаст. Они сразу ручные будут, потому как переходят к тебе добровольно.

Я замолчал и принялся за мёд. Возникший из ниоткуда мужчина принёс ещё одну пиалу.

— Допустим, я выполню этот непростой квест, — медленно проговорил Хасан. — Как я их сюда переправлять буду?

— Не знаю, Хасан, тут тебе система подскажет. Может предложит капсулу для домашних питомцев купить, а в меню появится дополнительная иконка. Или белка переместится вместе с тобой в твоей капсуле. Она ж маленькая. Да, туда и десяток влезет, — оптимистично предположил я.

Мы ещё посидели, обсудили варианты, а потом гостеприимный хозяин проводил меня в спальню.

Вот и посмотрим, как поступит Лонь. То, что она пропустила на Землю Чайрана, да ещё и систему ему встроила, наводит на мысль, что в планах Затворника было обратное проникновение народов Альфы на Землю. Если так, то и зелёных белок она сюда пропустит. Только вот будет ли такая интеграция правильной?

Проснулся я от удушающих объятий, сдавивших мой мочевой пузырь. Это была Хлоя, и я не поверил, что она спит, настолько крепко были сжаты её руки. Люди во сне расслабляются, хм.

Тихонько выбраться не удалось. Я разжимал пальцы, а девушка вцеплялась заново. В результате я разбудил Хлою, и она проводила меня в туалет. Пока я приводил себя в порядок, девушка ругалась за дверью.

— Почему не позвонил?

— Телефона нет.

— Так купи!

— Банковские карты под развалинами дома остались, а до банка яне дошёл.

— Одинцов! Ты меня поражаешь! Такая беспомощность в твоём возрасте — это диагноз! — заявила она, завалив меня на кровать.

— Беспредел. Насилие над голодным мужиком. Даже баба-яга сначала добра молодца кормит, прежде, чем его съесть, — я перевернул девушку на спину и поцеловал.

Через час мы выбрались из особняка и двинулись на запах шашлыка. Около гаража Семён Семёныч любовно натирал аурус тряпочкой.

— Лёня! Погоди! — он полез внутрь машины. — Тебе Клавдия Павловна передала пирожки с грибами, и посылку курьер принёс.

Пирожки мы прикончили, пока брели по дорожке. В коробке же обнаружились банковские карты, документы и новый мобильный. Навороченная тройная раскладушка. Можно было превратить телефон в планшет. Собственно экран телефона составлял треть планшета. Мой любимый дизайн. Эх, Боря — молодец!

Об одежде позаботилась Хлоя. Купила что-то по дороге, явно не простое. По обычным магазинам она не ходит. Светлые льняные штаны, рубашка со стоячим воротничком и сандали. Мне и правда понравилось, и девушка довольно заулыбалась.

Документы и телефон я засунул в карман, поэтому к весёлой компании мы вышли с пустой корзинкой. Метнувшийся к нам Вася экспертно заявил, что судя по запаху здесь были пирожки с грибами.

Узнавший о моей слабости хозяин дома тут же распорядился на счет грибочков.

Генерал сидел в удобном кресле с подключенной капельницей. Выглядел он намного лучше. Я услышал обрывок разговора, что Белинский теперь обходится без очков, а все шраму у храповцев исчезли.

Чайран нашёлся тут же. Он был облеплен красавицами. Двое втиснулись на широкое кресло вместе с ним, ещё двое сидели на подлокотниках. Одна на табуретке возле ног. Ещё одна ёрзала у него на коленях, типа кормила шашлыком. Девушки выглядели довольными. Все они ласково и ненавязчиво поглаживали тёмного эльфа.

Хозяин дома умиленно смотрел на эту картину.

— Привезла? — резко вскинулся Чайран, увидев Хлою.

— Там в машине, — девушка небрежно махнула рукой, и крепко вцепилась в меня.

Тёмный эльф намёк понял и отправился к гаражу сам. Группа поддержки не оставила его в тяжёлую минуту и, похихикивая, последовала вместе с ним. Не думаю, что они быстро вернутся.

Шашлыки жарил злой Петруша. Почувствовав мой взгляд, он обернулся.

— Проблемы?

— Определённо, — согласился я.

— Так давай выйдем и по-мужски разберёмся, — предложил злой храповец.

— Только не убей его случайно, — предостерёг генерал.

— Да, я аккуратно, Игорь Баженович, — пообещал злой Петруша и хрустнул костяшками пальцев.

— Вообще-то он не к тебе обращался, — флегматично заметил Мурат, выпуская клубы дыма. Он полулежал чуть в стороне на коврах и курил кальян. Он махнул кому-то, чтобы присмотрели за шашлыками. — Там площадка есть, — он задал направление.

Мы двинулись по дорожке, выложенной замысловатой плиткой. За нами потянулись все остальные. Белинский прихватил медицинский чемоданчик.

— Лёня, может не надо? — Хлоя с силой сжала руку. — Ты посмотри на него, какой бугай.

Злой Петруша был метра под два. Да, не молод, седой, но не менее опасен.

— Приятно, что ты в меня веришь, дорогая, — я хохотнул.

— Я смотрю на мир трезво, Одинцов. Может ты в детстве там чем-то и занимался, но они-то тренируются каждый день, — не отставала девушка.

— Да ладно, что они там тренируются? — я пренебрежительно хмыкнул. — Бить ногами лежащих со связанными руками? Мы ж ещё и под станнером были, парализованные, — я заметил, как дёрнулась спина храповца. — Нет, Хлоя, зло должно быть непременно наказано. А эти сначала бьют, а потом спрашивают.

— Они через Афган прошли, — встал на защиту силовиков Белинский.

— Рад за них. Вас послушать, так какие-то там заслуги делают человека вседозволенным? — я усмехнулся. — А у меня четверо детей. Можно я теперь чужих недорослей бить буду, когда они меня бесят? Или у меня какие-то другие бонусы есть из-за многодетности, а я и не знаю?

Мы вышли на площадку для тенниса. Петруша развернулся и хмуро посмотрел на меня. Потом оглядел народ, который выстраивался кругом по периметру.

— Много разговариваешь, — он сплюнул на землю.

— Всё, как ты хотел, ни слова неправды, заметь, — я повернулся к Хлое. — Когда нас, наконец, стали допрашивать, оказалось, что ответы не соответствуют их ожиданиям, — я зло хохотнул. — Или ответы вам и не нужны были? — я посмотрел на храповца. — Точно! — я хлопнул себя по лбу и расхохотался. — У тебя чуйка прокачана! Ты же насквозь видишь, кто прав, кто виноват!

Я снял рубашку и повесил на натянутую теннисную сетку. Медленно пошёл на встречу к сопернику. Храповец оценивал меня: проработанность мелких мышц, постановку ступни, мимику. Я имитировал резкое движение, и Петруша принял бойцовскую стойку.

— Ути-пути, — я показал ему козу, — какие мы страшные. Ты когда в зеркало смотришься, сам от себя не вздрагиваешь?

Я перешёл на бег и ускорился. Да, система ограничила магию своими нанитами, и даже физические параметры урезала, но теперь у меня было тело Изначального. Оно генетически заточено на борьбу и выживание. Мне не нужна магия, чтобы быть быстрее или сильнее. А опыта сражений хватит на их всех вместе взятых, в каких-бы горячих точках они не отстаивали правое дело.

Храповец ещё только замахивался, рассчитывая перехватить меня, а я уже впечатал ему ступню в грудь. Петруша вылетел за периметр, повалив троих сослуживцев. С другой стороны бойцы хозяина дома одобрительно загундели на местном. И если окружающим показалось, что они смеются над храповцами, то я-то их понимал. Они обсуждали, можно ли взять у меня пару уроков, и соглашусь ли я на спарринг.

— Может мне руки связать? — я свёл вместе запястья, наблюдая, как Петруша сплёвывает кровь и поднимается. — Или лечь и скрючиться?

Храповец встал на ноги и пошёл на центр импровизированной арены, но дойти я ему не дал, снова побежав на противника. Он выставил блок, не рассчитывая, перехватить удар. Но я бил по ноге, и Петруша упал на колени.

— Хватит! — крикнул один из бойцов. — У него нога сломана!

— Разве это является поводом для прекращения избиения? Вы мне рёбра дважды сломали, — я зло посмотрел на говорившего.

Пётр поднялся на одну ногу и хмуро посмотрел на меня. Я не удержался и зарядил ему по физиономии. Он-то меня только по лицу и бил, превращая его каждый раз в месиво.

Храповец не встал, а подскочивший к нему Белинский вскрикнул, подзывая Васю. Я подошёл посмотреть, в чём дело. Сломана челюсть. Я безразлично пожал плечами и холодно оглядел ряды храповцев.

— Кто был вторым?

Били-то меня двое. Через долгую минуту ко мне вышел ещё один здоровяк, тоже возрастной. Однако, дорогу ему заступил силовик помоложе.

— Не надо меня выгораживать, это был я.

— Если кто-то ещё хочет получить по лицу, выходите, не стесняйтесь, — я презрительно сплюнул под ноги.

Против меня встали пятеро бойцов и рассредоточились. Слаженная пятёрка. Было видно, что у них распределены роли. Центральный — активный нападающий, двое по бокам отвлекают и рассеивают внимание. А бить будут крайние, которые стоят наиболее расслабленно и типа наименее опасны.

Меня выбесило само наличие такой отработки. Привыкли все на одного. Поэтому я и не церемонился. Отправил крайнего в полёт ударом ноги и ушёл от прямолинейной атаки. Пропустив центрального мимо себя, я использовал его для толчка. И пока он впечатывался в покрытие, я вырубил в развороте одного и, довернув ногу, выцепил второго. Приземлился я напротив последнего, который ещё не успел оценить обстановку, настолько быстро всё произошло.

Это был второй, бивший меня. Я узнал его по моторике движений, и комплекция совпадала. Я перехватил замахнувшуюся руку и резко вывернул под неестественным углом.

— Успокоился? — генерал имел ввиду вовсе не злость, месть или обиду. Его интересовало состояние души Лео. Я мотнул головой, вообще не полегчало. Мне по-прежнему было пагано.

Я оделся и двинулся обратно по дорожке. Хлоя догнала и молча пошла рядом.

— Где ты так драться научился? — она с опаской поглядывала на меня.

— Так в Стремянке и научился, — я притянул к себе девушку, и она испуганно вздрогнула. — Я ж ведущий тестировщик, забыла?

На столе с блюдом для шашлыков сидел знакомый серый кот и доедал мясо. Хлоя нервно хихикнула.

— Урр, мяв-мяв-мяв, урр, — одобрительно похвалил Ульт стряпню. Он с сомнением посмотрел на последний кусок, потом всё же подцепил его когтем и швырнул себе за спину.

— Это что? У него гарем? — девушка показала на трёх кошек, которые не смогли поделить один кусок шашлыка и начали драться.

— Мяв! — грозно рявкнул Ульт, призывая к порядку. Две дёрнулись, а третья воспользовалась моментом и стащила мясо.

Кот вальяжно соскочил со стола и отправился к дамам.

— Так их не три! — Хлоя показала рукой на несколько кошек, сидевших неподалёку.

— Да-да, я передам Чайрану, что у тебя баб больше, чем у него, — я махнул Ульту, и тот скрылся в кустах. Кошки рванули за ним.

К пустому столу подтянулись остальные гости особняка.

— Ты съел всё мясо! — один из храповцев обвинительно ткнул в меня пальцем.

— Может проведёте дознание? — я протянул руки для стяжки. — Хотя что это я? У вас же чуйка!

— Всех местных кошек отодрал подлец, да, — пожаловался Хасан, который сидел на веранде, и, судя по всему, наблюдал сцену с самого начала. — И откуда только выискался? Не местный же, да.

— Друг мой, — признался я.

— Так я и говорю, пусть кушает, да. Ему силы нужны. Что мы мяса ещё не пожарим, да? Кстати, гембэ! — он махнул, и слуга выставил передо мной запечённую корзиночку с грибочками, накрытую сверху сеткой из сыра.

Я с удовольствием перекусил, пока храповцы хмуро жарили мясо. Я не выдержал и отогнал их от мангала.

— Мясо нельзя готовить в таком настроение, — ворчливо буркнул я.

— Тогда давай я, — меня сменил Мурат. — У тебя оно тоже не очень.

Я вернулся к Хлое на диван.

— Лёня, тебя Стеффа ищет. У тебя телефон есть? — Вася читал что-то с экрана.

— Есть! — я показал ему раскладушку.

— А он включён?

Хтонь! Я повертел аппарат, и он ожил.

248 пропущенных вызовов, 169 сообщений, 3 банковских уведомления, 5 системных уведомлений из приложения Стремянка и мигающая надпись «Видео похищения».

Я разложил телефон, превращая его в планшет и нажал на видео.

Камера снимала внутри флаера. Пират затащил меня внутрь и выругался, мол, что это я такой тяжёлый. Дверь мягко закрылась и флаер рванул вверх, мое тело перекатилось назад, и пират снова выругался.

Следующий кадр показывал, как пират стремительно покинул атмосферу и устремился вглубь системы. В радиоэфире послышались вызовы, ругань, угрозы и требования вернуть Михаэля. Несколько космических кораблей покинуло земную орбиту и ринулось вдогонку. Другие отправили флаеры на поверхность планеты.

Из ближайшего астероидного поля вынырнул пиратский крейсер и открыл огонь по кораблям, преследующим похитителя. Флаер попытался скрыться, но один из союзных кораблей поймал его лучом и потянул к себе. Пиратский крейсер выпустил в фрегат ракету, но тот успел закрыться щитом.

Кадр сменился, и теперь пират привязывал к себе моё парализованное тело. Сам он уже закрыл забрало скафандра. Он открыл дверь, и оттолкнулся. Включив маневровые двигатели он, прикрываясь флаером, полетел в сторону астероидного поля.

— Лёня! Это ж ты! — вскрикнул Вася.

Я поднял глаза. Позади меня столпились все: Хасан, Мурат, Белинский, стоящий на ногах генерал, храповцы и даже охранники. Не было только Чайрана, он был занят.

— Не, это не я, это постановка, — я промотал назад, чтобы не пропустить ничего важного. — Ленка прислала, мне предлагают роль космического путешественника. Фантастический боевик.

Пиратский крейсер выпустил отвлекающий залп по ближайшим кораблям союзников.

Камера со скафандра похитителя показала, что тот успешно достиг астероидного поля, и был подобран тяжёлым истребителем, который спешно двинулся подальше от поля боя.

Тем временем союзники подняли на борт флаер и обнаружили, что он пустой. Разозлившись, они обрушились все вместе на пиратский крейсер и выбили ему движки. Подоспели корабли с орбиты, которые задержались, чтобы подобрать с поверхности планеты своих людей.

Они высадились на повреждённый крейсер и обнаружили, что и он пуст.

— Как так? — удивилась Хлоя. — Он же отстреливался.

— Искусственный интеллект, — авторитетно заявил профессор Белинский.

Союзные корабли рассредоточились вдоль астероидного поля и принялись скрупулёзно его обыскивать.

Камера снова показала пиратов, они положили моё тело на кушетку и водили портативным сканером вдоль тела.

— Не знаю, Фред, ничего не понимаю.

— Да он это, смотри какие глаза злющие.

— А с чего ему добрым быть, — женщина в белом халате ласково провела рукой по моим волосам.

— Убери руки от моего парня! — вскричала Хлоя. — Ой, простите, — она стушевалась.

— Он на какой фазе перехода? — в кадре появился жующий яблоко Дорн.

— На четвёртой, — уверенно заявила женщина, так и не убравшая руку.

— Ты уверена? А вдруг он прошёл дальше? — засомневался Дорн.

— Четвёртый этап — это возвращение к истокам, — она продолжала поглаживать меня по волосам. Что ещё ему делать на немагической планете? Тем более истоки как раз без магии.

— Ты не права, он здесь играет, — Дорн продолжал сомневаться.

— А он не может совмещать? — влез тот, что меня тащил. — Тут четвёртый, там пятый. Это ж Михаэль, тот ещё жук с тройным дном.

— Так что? Обнуляю? — женщина полезла мне под рубашку.

Хлоя вцепилась в руку ногтями, расцарапав кожу.

— Так что будет, если обнулить не на том этапе? — спросил пилот.

— Встанет и всех нас поубивает, — неуверенно предположил похититель.

— Или крышей поедет, — рука женщины поползла ниже, и Дорн перехватил её за запястье.

— Хватит, Гарни.

— Да, я по-быстрому, кому от этого плохо будет? Может и ребёночка заделаем.

Кадр сменился, и Хлоя яростно застонала, потому что женщина довольно застёгивала халат.

— Гарни, закругляйся, прибыли! — раздался голос пилота через динамики корабля.

Тело на кушетке зашевелилось, в экран посмотрела моя копия, только с абсолютно чёрными глазами.

Глава 9

Я сидел за столом, а за моей спиной сгрудились хозяева особняка и гости. Всем было интересно видео, которое транслировалось на моём планшете. Боря притворился мной, и его похитили. Он давно разыскивал базу пиратов и воспользовался ситуацией, чтобы проникнуть туда таким образом. Чтобы не признаваться, что это кадры реально произошедших событий, я заявил, что это киношные пробы.

— Отличный фантастический боевик. Как называться будет? — спросил профессор Белинский. Зрение у него от моей ауры улучшилось, а привычка поправлять очки осталась.

— Кажется, Звёздный клинок, — я ляпнул первое, что пришло в голову. — Всем раздаст, кого встретит.

Эт да, Боря, изображающий меня, разошёлся. У него в руках появились два меча, ну, натурально стиль Дубхе.

— Неправдоподобные спецэффекты, — покритиковал Мурат.

От Бори в разные стороны метнулись светящиеся частички, которые протыкали без разбора все, что попадалось им на пути. Падали люди, прошивались насквозь стены, нервно мигнули экраны, это искин проник в местный ИИ, догадался я.

— Так фантастика и не должна быть правдоподобной, — встал на защиту Вася, ухитрившийся занять самое удобное место за моей спиной. — Она должна быть зрелищной!

Следующий кадр показал космическую базу со стороны. Огромный корабль, замаскированный под крупный астероид. Неудивительно, что его так долго найти не могли. Глыбина начала светится изнутри, а потом превратилась в миллиарды микрочастиц, которые рванули вдоль астероидного поля в разные стороны. Тьма его забери! Боря научился воспроизводить свои частички! Надеюсь, он знает, что делает?

Я представил, как он набирает массу, способную вмешаться в гравитацию солнечной системы, и мне стало плохо. Один же ему объяснит? А ещё, я вдруг понял, что он неубиваемый. Нее, понятно, что раздолбать его частички можно. Но! Я же приделал к ним Альфу, а вот она как раз даёт воскрешение.

Да, может у кого-то и получится прибить надоедливый рой светящихся микрочастиц. Но они воскреснут и вернутся к обидчику. Я уже не говорю о том, что убить их всех разом не получится. Бори и тут и там, он повсюду оставил себя. Параноик же.

Телефон у меня в руках дёрнулся и появилось изображение генерального директора, нервно ходящего по огромному кабинету.

— Да? — голос дал петуха.

— Леонид Евгеньевич! — генеральный обрадовался, а потом посуровел. — Прогуливаете?

— Йаа?

— Вы где пропадаете? — строго спросил Аристарх Наумович.

— Да мы тут с друзьями в бане, — честно признался я.

— Все три дня? — не поверил господин Громняк и свёл брови домиком.

— Грязный сильно был, — я предложил неплохой вариант для оправдания.

— А почему мне говорят, что тебя похитили? — генеральный разговаривал через динамик, в то время, как телефон лежал на столе.

Он прошёлся в другую сторону, и в кадр попал начальник СБ, сидящий на стуле.

— Мне роль предложили в боевике, представляете, Аристарх Наумович? — я оживился. — Там по сценарию меня сначала похищают, а потом я бах-бах и всех отымел. Героический образ! Хорошие деньги предлагают, вот думаю, — я сделал вид, что задумался. — Если фильм удастся, то меня потом и дальше приглашать станут на главные роли, — мечтательно закончил я.

— Кино у нас разучились снимать, — авторитетно пробасил Громняк. Сейчас все больше стримы смотрят. Я вот думаю, нам надо возобновить обязательные выпуски с твоей прокачкой. Помнится, мы тогда хорошо на них, впрочем не важно, — он быстро сменил тему. — Профессор Гаврилов обеспокоен, что ты пропустил сеанс психотерапии. С твоим развитым психозом тяжело отличить игру от реальности, а ты ещё в кино собрался, — генеральный воззвал к моему здравому смыслу. — Ещё один воображаемый мир, Леонид Евгеньевич, ты не потянешь. Тебе не тело надо было три дня намывать, а сеансы не пропускать с профессором. В качестве терапии он предложил отправиться с тобой в игру. Сказал, лично будет подставляться под пули, вместо тебя.

— Аристарх Наумович, в Стремянке нет огнестрела, — напомнил я.

— В Стремянке не было огнестрела, — поправил меня генеральным. — С небоскрёба тебя чем стреляли? Ракетами! Так что не рассказывай мне тут.

— Зато в кино безопасно, там всё нарисованное. Сейчас фантастику как снимают? Стоишь на зелёном фоне и делаешь вид, что в тебя попали. А художники сами всё дорисовывают. И потом это деньги, где я ещё столько заработаю?

— Зачем тебе столько денег? — искренне возмутился генеральный.

— Так мне жить негде, — вскинулся я. — У меня дом террористы взорвали!

— В новостях говорили, что это вина застройщиков, они уже расселение показали. Специальный репортаж был. Вас всех вместе в один дом заселили. Я видел, как вас устроили наши внеземные гости по программе гуманитарной помощи. Леонид Евгеньевич, нормальные люди так не живут, — с укором закончил генеральный.

— Аристарх Наумович, не поверите! Всем квартиры в этом доме выдали, кроме меня! — с обидой в голосе вскричал я, а Вася сдавленно хохотнул. — Я там гощу у коллеги. Он на роль Чайрана пробуется.

— Да-да, видел я, у нас уже весь офис в эльфах. Отличная идея, молодец, обязательно тебе премию выпишу, — довольно прогундел Громняк, не понятно, правда, о чём он. — Распоряжусь, чтобы тебе служебную квартиру выделили на улице Ивана Бабушкина. Две минуты пешком от работы. И ты телефон не отключай, что ли.

— Так получилось. В парилку с телефоном как-то, меня бы мужики не так поняли, — поделился я шепотом.

Ещё немного помассировав мне мозг, Аристарх Наумович убедился, что завтра я на работе, как штык. Экран погас, зрители разошлись, как раз и шашлык подоспел.

— Домой! — обрадовался Чайран, усаживаясь рядом. — Устал я отдыхать, Лео, — шепнул он.

Только я положил в рот шашлык с лучком, как снова зазвонил телефон и сам включился. На большом экране появилась мама, лежащая в шезлонге на даче. На заднем фоне отец коптил рыбу. Я смотрю, рыбалка у него сегодня удалась.

— Лёня! Ты почему трубку не берёшь?! — возмутилась немолодая женщина. Так и не скажешь, что при этом она лежит расслабленно с книжкой в руке. Если б я её не видел, то и правда поверил, что она ползает по огороду.

В экран заглянул Вася с одной стороны и Хлоя с другой.

— Зазнался, как директором стал! — крикнул отец так, чтобы его было слышно в телефоне.

— Родителям совсем не помогаешь, — завела знакомую пластинку мать. — Сорняки прополоть, деревья побелить, забор поправить, — начала перечислять женщина, попивая из соломинки что-то прохладительное. — Мы с отцом тут пашем, не разгибая спины.

Я присмотрелся, забор был в порядке, деревья побелены, да и огород не выглядел на картинке запущенным.

— Виноват, — согласился я, оторвав глаза от экрана и поискав Петрушу.

Он ел шашлыки с совершенно зверским выражением лица, я подмигнул мужику.

— У меня тут друг давно мечтает отдохнуть на даче, своя-то у него далеко от Москвы. Так я его на выходные к вам отправлю, ждите, — я отключился и строго посмотрел на храповцев. — Собрались и выдвинулись на дачу! Все покрасить, побелить и выдрать по два раза, чтобы они каждый раз при взгляде на свои посадки вспоминали меня и вздрагивали, — я помахал рукой, мол, давайте-давайте, на выход.

Петруша вопросительно посмотрел на генерала, тот кивнул. Храповцы встали, дружно забрали свои тарелки с мясом и ушли.

— Не жалеете вы своих родителей, Леонид, не жалеете, — Белинский аккуратно разрезал шашлык на кусочки. — Вы представляете, что с ними сделают храповцы?

— Бойтесь своих желаний, профессор, они сбываются, — я широко улыбнулся. — Чем плохо иметь благоустроенный участок и отремонтированный дом? — я злобно загоготал, представив толпу голодных мужиков, которые подъедят огород раньше, чем его зачистят от сорняков.

После шашлыков Чайран резко засобирался.

— Завтра на работу, — посетовал он Хасану.

— Ты же не работаешь, да? — удивился гостеприимный хозяин особняка.

— К Лео на работу, замеры нужно снять, — он похлопал себя по знакомой сумке. Надо же протащил приборы для измерения моего источника. — Данные отработать сегодня в тишине, подготовиться.

В машину генерал Храпов шёл на своих двоих. Его поддерживал Вася, он отказался снимать катетер, заявив, что капельница ещё понадобится. Белинский тоже попросился с нами, но я отказал. У меня душевная травма из-за избиений, сообщил я, и его физиономия является ненужным напоминанием о пережитом ужасе.

Обратно ехали молча. Чайран и Храпов спали на заднем сиденье, разложив его почти горизонтально. Вася с Хлоей обсуждали что-то непонятное по недвижимости, застройщикам, долям, ТСЖ.

Я нашёл на планшете игрушку, похожую на ту, что была в Убежище на уровне пять, и увлёкся. Моделирование событий. Там обновились ветки героев. И приложение насчитало восемь угроз. Три из них были нейтрализованы.

Один занимался обучением Бори в астероидном поле. Одновременно с этим Центральный вместе с Борей проходил терапию у психоаналитика. Фанаты искали похищенного Михаэля тоже в астероидном поле. Они заметили, что Один тоже рыщет там же, и сделали вывод, что Михаэль где-то здесь.

Мне осталось нейтрализовать пять угроз, но сначала их надо было обнаружить. И с этим у меня возникли проблемы. Я только вычислил Эльзу. Она осталась без присмотра отца и продолжила творить глупости. Она же общалась с правительством, а Центральный был занят стабилизацией психики параноика и от Эльзы меня больше не прикрывал.

У меня были четыре дружественные фигуры: Вася, царь, Ульт и Чайран. Но с Эльзой эти мне помочь не могли. Я пробовал по разному моделировать линии поведения, наименее вредная была, если я ей говорю, кто я, она обижается и улетает. Проблема была в том, что не факт, что улетает. 50% вероятности было на то, что она останется мне помогать, и от этого станет ещё хуже.

Я даже пробовал её отправить на перерождение. Нет сестрёнки, нет проблемы. Но смерть сестры наместника запускала совсем дохлые сценарии. В общем я плюнул и попробовал отыскать другие четыре угрозы.

После изучения списка действующих лиц я, наконец, определил слабое звено. Рафаэль. Он по-любому косячил и, если входил в игру без меня, то зарабатывал дополнительный минус к репутации с миром. Я срочно написал ему сообщение, чтобы не входил в игру без меня.

Он дико удивился, получив от меня сообщение, поскольку он искал меня вместе со всеми в астероидном поле. Хтонь! Попросил его не рассказывать остальным, что со мной всё в порядке. Надо ж было так проколоться.

Рафаэль убедил аристократов, что кому-то нужно координировать ситуацию на планете, следить за новостями, общаться с властями и принцессой, а он как раз со всеми знаком. Однако, после моего прокола угроза от фанатов из зелёной зоны переползла в жёлтую, хтонь.

Когда мы уже подъезжали к дому, я буквально-таки угадал ещё одну опасную фигуру, случайно ткнув в Седого. Правда, в чём именно заключается исходящая от начальника СБ РеалПро угроза я не допёр.

Вечер мы провели в безделье, почти. Чайран расставлял по дому датчики и проводил разные измерения. Строил графики, затребовал у Васи ватман и мозговитых помощников.

Иван Иваныч был рад помочь. Сухонький старичок с козлиной бородкой всю жизнь проработал инженером на производстве лифтов и соображал хорошо, умел чертить и работать с таблицами. А ещё он был знаком с оборудованием и вскоре в нашей гостиной, в смысле, в гостиной Чайрана, появились профессиональные протекторные доски в количестве четырёх штук, манекен человека и странная девушка, втыкающая в него острые палки.

Стася делала объёмный макет источника.

— А почему ты не попросишь помощи у Рафаэля? — спросил я, проходя мимо с новой кружкой чая.

— Ты о чём?

— Думаешь, у него нет проекционного голографического оборудования? — спросил я, и Чайран завис.

Я устроился на террасе. Развалился в кресле, пил чай, читал форум и сообщения, которыми был завален мой телефон.

Отзвонился и отписался всем, кто меня искал. Проверил уведомления из банка. Первое сообщало о синхронизации счетов Стремянки и реала. Второе о списании платежа за квартиру. Ту, которая разрушилась. Я набрал Васю и попросил его разобраться. Обидно же, хтонь. И ещё одно информировало о присоединении счета, открытого на моё имя лет пять назад. Я когда увидел сумму, не поверил своим глазам. Три раза пересчитывал нули. Откуда? Наследство на безбедную жизнь от Затворника?

Запустил приложение Стремянка. Раньше его не было. Система придумала что-то новенькое. Синхронизация с банком, возможность переписываться между мирами. Игроки теперь могли писать в офф-лайн, отслеживать положение друзей на карте Стремянки. Появилась возможность загружаться в выбранное место в игре, но не для всех. Только для тех, у кого репутация с миром — дружба. Я расхохотался.

— Ты чего? — подошёл Чайран.

— Ты видел приложение?

— Оно у меня интегрировано в интерфейс, — кивнул Чайран.

— Прикинь, сейчас, те, у кого репутация высокая ринутся загружаться в любые удобные им места! — и я снова заржал.

— А что нельзя? — к нам подошёл Иван Иваныч.

— Почему нельзя? Можно, — кивнул тёмный эльф. — Только недолго.

— Почему недолго? — не понял Иваныч.

— Потому что, если ты будешь навязчиво появляться в общественных местах, то в раз опустишь репутацию с миром, — пояснил Чайран. — Пошли рисовать дальше.

Ладно, я собрался с мужеством и открыл сообщения администратору.

«Папа, привет! Я придумал, как тебя спасти! Скачай моё приложение, люблю тебя, твой Ад».

Скачать приложение можно было только войдя в меню игры, хтонь.

«Хозяин, ваше недоверие беспочвенно. Клянусь ни делом, ни словом, ни бездействием никогда не чинить вред вашей душе. Лонь».

Красивый ход, ничего не скажешь. И не подкопаешься, почти.

«Внимание! Существенно обновлён квест „Сделай то, не знаю что“. Для ознакомления зайдите в меню».

Я уже не первый раз задумываюсь над тем, стоит ли следовать замыслу Затворника. Он может и большой молодец, и все там просчитал, но ведь исходные данные изменились. Лео, ген Рентгена. И посоветоваться не с кем.

«Внимание! На полуострове Ярмарка производится несанкционированное строительство жилого поселения. Запроса на тендер не было».

— Лонь! — взревел я не своим голосом, и в гостиной что-то грохнулось.

Сообщение тут же изменилось на другое:

«Внимание! На полуострове Ярмарка дети затеяли строительство жилого поселения. Разрешение получено, всем жителям +1 к репутации с миром Альфа. Это так весело, когда дети живут одни без присмотра взрослых».

Ну, пусть так.

— Это детдомовцы, Лонь. Они привыкли отвечать за себя и свои поступки.

— С кем это ты разговариваешь, Лео? — на террасу вышел Чайран и навёл на меня какой-то прибор. Порылся в карманах и извлёк знакомый кругляш, изготовленный Нестером. Повесил мне на шею и вопросительно уставился.

— С системой, — мрачно буркнул я.

— Лонь, значит, — задумчиво пробормотал Чайран, — очень приятно, — он скрылся в комнате.

Я открыл последнее письмо.

«Привет, Мих! Ты получил это письмо, потому что решил, что я хочу тебя убить и занять твоё место. Ты идиот? Я — это и есть ты! В конце Нулевого перехода тёмная зона, где запечатаны все знания, которыми ты пользуешься в пассиве, распакуются и перейдут в актив. Это всего лишь жизненный опыт, придурок».

Неплохая попытка. Я почти поверил.

— Лонь, появись.

Передо мной возникла голограмма милой женщины в фартуке.

— Отвечай только да или нет, — я холодно посмотрел на то ли ИИ, то ли сущность. — Если можешь, отвечай развёрнуто.

Система улыбнулась доброй и заботливой улыбкой так, что я чуть не прогнал её. Еле сдержался.

— Нулевой переход рассчитан на Лео?

— Нулевой переход модифицирован таким образом, чтобы душа получила качества Лео и сохранила его до конца перехода.

— Модифицированный нулевой переход рассчитан на мощность гена Рентгена?

— Нет.

— Ты видела, как изменилась моя Альфа и источник?

— Да.

— Модифицированный нулевой переход рассчитан на Альфу с более высокой мощностью?

— Нет.

— То, что у меня такая, кхм, большая душа, это нормально? — я поспешно добавил: — Для Лео?

— Нет, но нужно уточнить у Хранителя.

— А Хранитель — это кто? — на террасу выглянул Чайран.

— Главный Хранитель Лео — генерал в отставке Храпов Игорь Баженович.

— Иди и займись работой, Лонь. Просчитай, не знаю что, — я хохотнул, вышло почти как мой квест. — Введи новые данные и запусти симуляцию, ну или не знаю, как там. В общем сделай прогноз прохождения ваших заготовок с учетом новых вводных.

— Вы категорически запретили вмешиваться, хозяин, — возразила Лонь.

— Пока что ты не вмешиваешься. Хотя да, можешь отойти в сторону и не мешать, без тебя справимся, — зло добавил я.

Голограмма быстро схлопнулась.

«Тёмный! — мысленно позвал я, и чёрный кристалл тут же откликнулся. — Ты же всё слышал?»

«Не то, чтобы я подслушивал, Великий», — заюлил Тёмный.

«Хватит отсиживаться! — рявкнул я. — Иди и покопайся в мозгах этой дамочки! Я хочу быть уверен, что у неё нет закладок!»

Тёмный исчез, а я уставился в чёрное небо. Звёзд видно не было.

Глава 10

Опять не спалось. Я сидел на террасе и смотрел на ночную Москву. Обилие огней поражало. Горели фонари, подсвечивались здания, зачем столько света, когда все спят, я не понимал. Впрочем было красиво, город постепенно затихал. Всё меньше становилось машин на дорогах, всё больше появлялось лихачей.

В соседнее кресло угнездился Чайран. Он и мне принёс чашку ароматного взвара по рецепту Васи. Я вдруг вспомнил:

— Кстати! Я же забыл тебе рассказать, я понял, как активируется Альфа!

Чайран подался вперёд.

— В душе появляется ощущение неправильности происходящего, или наоборот правильности, что что-то должно быть именно так, — поделился я своим грандиозным открытием.

Тёмный эльф неторопливо отпил из кружки и заявил, что для того, чтобы произошло осознание и оценка, нужно минимум пара секунд, а по-хорошему и того больше. У меня же всё происходит быстрее. Речь идёт о долях секунды. Но он поблагодарил за информацию.

— Я пообщался с Храной, и она предложила мне стать леоведом, — заявил он, записав мою информацию в блокнот, с которым в последнее время не расставался.

Я только сейчас заметил, что Чайран как-то по-особому смотрит на меня.

— Кто такая Храна, и в чём разница между хранителем и леоведом? — я рискнул спросить, надеясь, что тёмного эльфа не успели предупредить ничего мне не рассказывать. — И чем это тебе грозит? — добавил я, вспомнив, что хранителя загружала система. Вроде он как-то соединён со мной, но не является привязанной душой.

— Хранитель должен сохранить твою душу чистой, чтобы Лео оставался Лео, — бесхитростно заявил тёмный эльф. — Леовед — это учёный, который изучает феномен лео. Если я соглашусь, Храна загрузит мне все имеющиеся у неё знания о лео. Только вот лео больше нет, — он скептически улыбнулся. — Ты единственный. Что изучать-то?

Я кивнул, он прав. Тем более я какой-то неправильный Лео.

— А просто так она не может тебе выдать информацию, обязательно надо становиться леоведом? — я подозрительно посмотрел на Чайрана.

— Могу консультироваться по возникающим у меня вопросам. Она рассказала, почему у тебя такая большая душа, — он продолжал рассматривать меня с интересом энтомолога. — Я слышал, что ты для местных говоришь «аура». Это не аура.

— Знаю, но если я буду говорить «душа», возникнет слишком много ненужных мыслей в чужих головах. Оно мне надо?

— Тоже верно, — кивнул тёмный эльф.

Я уже смирился, что он не поделится со мной интересующими меня сведениями, как он вдруг заявил.

— Она растёт, — он сделал глоток чая и с удовольствием принялся наблюдать за моей реакцией.

— В смысле растёт? — я растерялся. — В смысле?! Растёт?! Она что ещё больше станет?! Насколько? И что мне с этим делать?

Я успел вскочить на ноги, и снова рухнуть в кресло, схватившись за голову.

— Лео — это сущность, которая родилась. Вот она и растёт, формируется, становится крепче и сильней. Как и заложено природой, правда ведь? — он обозначил улыбку. — Все мы от рождения сначала должны вырасти. Если прикинуть примерные пропорции, совсем грубые расчеты, в десять раз это точно, в тридцать наиболее вероятно, но не более ста.

Меня обуял ужас. Как жить-то с такой, хм, аурой?

— Твой Лео сразу родился большим. По этому поводу у меня несколько версий. Возможно из-за того, что лео долго не было, накопилась потребность и вылилась, скажем, в мутацию, за неимением лучшего термина. И вместо множества лео, которых нет, но они очень нужны, родился один, но большой. Другая гипотеза, — он перелистнул блокнот, — размер является компенсацией противоположных качеств. Тебя же пытаются сбалансировать, Ульт твой, например, — Чайран тепло улыбнулся, вспомнив моего вредного воспитанника. — Возможно, конечно, что лео интегрировался в пробудившийся геном Рентгена, но это маловероятно, — он снова оглядел меня сканирующим взглядом. — И это худший вариант.

— Почему?

Чайран молодец, я проникся к нему искренним уважением. Так легко и доступно всё разложить по полочкам.

— Потому что он не распакован до конца. Сколько там сейчас?

— Неделю назад до модификации Альфы было 15%, — я вспомнил слова Лонь. — Контроль 34%. Мы с Софой тестировали новый источник, он стабилен.

— Он стабилен с 15% нагрузкой. Поменяв форму, ты улучшил контроль, но никак не мощность. Да-да, — он поднял руки, — я видел ваш складчатый накопитель, — он скептически усмехнулся. — Проблема в том, что твоей комбинации лео-рентген-маг никогда раньше не было.

Тёмный эльф снова перелистнул лист и дописал ещё одну, только что пришедшую ему в голову мысль.

— Знаешь, — он задумчиво посмотрел мимо меня, — я думаю, задержись ты тогда в мире Альфа подольше, твоя душа ещё бы выросла, — он покивал своим мыслям. — Помнишь чёрное дерево в Академии магии? У тебя же запечатанная память, большая душа возможно пытается уравновесить именно её. Я спрашивал у Лонь, она говорит, что теоретически это возможно. А на практике раньше никто такое не пробовал провернуть.

Я ужаснулся. Уравновесить 150 тысяч лет опыта? Это в принципе нереально. Тьма меня забери! Я сейчас-то фоню и привлекаю внимание, а если бы она была ещё больше. Я горько усмехнулся. Так она и будет больше, растёт же.

— Когда я попал в этот мир, — Чайран показал рукой на спящий город, — я понял насколько наш мир уникален. Мир Альфа, он чистый. Поэтому земляне так охотно верят, что он нарисованный. И я благодарен Лонь за ту политику с репутацией, которой она придерживается.

— Мне кажется, что задумана взаимная интеграция миров, — высказал я свои опасения. — Ты понял, как действуют наниты?

— Откуда? Я маг, — он развёл руки в стороны. — Мне не хватает технологических знаний, — он горько усмехнулся. — Поэтому я склоняюсь к тому, чтобы отказаться. Многое из того, о чём собирается поведать Храна, я не пойму.

— Технологические знания можно загрузить, — заявил маленький мальчик, стоящий около перил и с аппетитом жующий мороженое. — Но согласен, что леовед — это слишком мелко. Это только одна из граней моего сына, — он развернулся к нам лицом.

— Сына? — хохотнул Чайран, оценив диссонанс. Маленький мальчик называет сыном взрослого мужчину, а не наоборот.

За спиной тёмного эльфа появилась знакомая капсула, работающая от энергии звёзд. Приборы Чайрана завибрировали, и он ринулся их проверять.

Учитель был прав. Сначала появилась капсула, и только потом я осознал, почему она возникла. Потому что так было правильно. Если он будет изучать меня, хм, то одной жизни ему не хватит. Даже такой длинной, как у эльфов.

— Какой всплеск энергии! — воскликнул Чайран. — Что-то случилось?

Он вопросительно посмотрел на нас. Один ткнул вафельным рожком ему за спину. Тёмный эльф подскочил к футуристичному агрегату. Он был соткан из силовых линий, энергия не трансформировалась в материю. Зачем? Если так эффективнее.

— Похоже на капсулу, какие нам прислали для входа в Стремянку, — прошептал он. — Я-то считал, что она продвинутая. Но рядом с этой — детская игрушка. Открывается по отпечатку руки? — он обернулся к нам. — Индивидуальная сборка?

— Мой сын предлагает тебе стать одним из нас, стать Изначальным.- Один повернулся ко мне: — Ты учёл, что он маг?

Я пожал плечами. Тьма его забери! Я не знаю, что делает это капсула. В смысле, что именно и как она делает, кроме изменения энергоструктуры.

— Тебе решать, — я встал. — Расскажи ему об Изначальных, — попросил я Одина. — Как там Боря?

— Хорошо, что с ним психоаналитик параллельно работает, — ответил отец. — А то эта его перестраховка, — он мрачно кивнул. — Нам нужно время, много времени.

— Если я зайду в игру, то он пропадёт, — предупредил я.

— Не весь, — возразил отец. — За тобой последуют только те частички, которые были сделаны из небоскрёба. Те, что останутся, продолжат заниматься.

— Я спать, — уходя, я краем глаза видел, как маленький мальчик смешно смотрится в моём большом кресле.

Утром на работу я прибыл в гордом одиночестве, потому что Чайран-таки залёг в капсулу. После трансформации энергоструктуры тёмного эльфа, она должна будет преобразоваться в ИИ-помощника. Потому как учителю нужны будут вычислительные мощности для своих исследований.

На месте моего импровизированного кабинета обнаружилась стена и дверь, на которой красовалась табличка «Одинцов Леонид Евгеньевич, директор по прокачке». Мне оборудовали нормальное помещение.

Я тут же завёл к себе Рафаэля и притащил для него ещё одно кресло. Рядом поставил стопку бумаги и мусорное ведро.

— Смотри, берёшь лист, комкаешь, — я взял ненужный черновик и смял. — Бросаешь в окно. Твоя задача, чтобы он рикошетом попал в мусорную корзину.

— Но это невозможно! Чисто теоретически вероятность попасть ничтожно мала, — возмутился Рафаэль.

Я бросил в стекло скомканный шарик, он отскочил и приземлился в корзину. Я похлопал герцога по плечу.

— Давай, работай.

— Это была случайность, не считается!

Я скомкал новый лист, кинул в окно и он отскочил в урну.

— Ты магичил!

— В этом мире нет магии, Рафаэль. Работай давай!

Я сел за стол. Красивая столешница, не хуже, чем у Аристарха Наумовича. Чёрное натуральное дерево, я любовно провел рукой по столу. Стул с удобной спинкой. Я откинулся назад и оценил моноблок, продвинутый, как и настенные экраны. Ещё и планшет для мобильности.

Стеффа принесла стопку распечаток. Я сразу принялся изучать данный силовиков.

— А что он делает? — Тимоха сел в кресло напротив.

— Пытается сагрить удачу, — ответил я, не поднимая головы.

— Это как? — заинтересовался главный сливник, такой класс ему выдала система.

Рафаэль перестал кидать и прислушался.

— Физически не возможно попасть в корзину рикошетом, — объяснил я. — Только если повезёт.

— Но это ж не возможно, — не поверил Тимоха.

Я со вздохом встал, подошёл к герцогу, смял бумагу и бросил.

— Случайность, — сказал сливник, а Рафаэль хмыкнул.

Я повторил фокус.

— А не проще кидать сразу в урну? — предложил Тимофей.

— Он же не меткость качает, а удачу.

— Бумагу жалко. Может взять мячики? — главный сливник принялся собирать разбросанные комки.

— С мячиком ты будешь качать всё, что угодно, но только не удачу, — я покачал головой.

— Почему это? — прорезался голос Рафаэля.

— Потому что скомканный лист бумаги априори не может быть гладким. И когда он ударяется о стекло, то его отскок непредсказуем из-за неровностей.

Дальше они кидали вдвоём, пока я не закончил чтение. Всё у силовиков было нормально. Я только предложил им скататься вверх-вниз по реке.

— Зачем? — Тимоха заподозрил великий смысл.

— Чтобы избежать однообразия в прокачке и познакомиться с миром. Ну или можешь разделить их на мини-группы и отправить в разные стороны. Десятый уровень уже все взяли.

Тимоха ушёл, а ко мне зашёл первый клиент с уже заключенным контрактом на прокачку. Господин Жданов с престарелой матерью, которая была не в себе и всё время вежливо улыбалась. И если сам он был в строгом костюме и при галстуке, то на старушке было длинное летнее платье, старомодного фасона, модного где-то эдак в двадцатых годах прошлого века.

Лёня не особо интересовался политикой, но физиономия Жданова показалась мне знакомой.

«Это кто?» — я отправил сообщение Стеффе.

«Зам министра транспорта. На очереди чиновники из здравоохранения, образования, торговли, финансов. Эти с родителями, а из спорта и культуры пришли сами».

Они посидят внутри моей души, и прокачка и мне понадобится. Старушка Жданова уже начала осмысленно озираться по сторонам. Она рассеянно встала и подошла к Рафаэлю, пока Виктор Михайлович сетовал, что транспортная сеть России испытывает чрезмерные нагрузки, особенно в городах. А вот для сохранения природы, улучшения логистики космические технологии и флаеры существенно продвинули бы страну вперёд.

Ну да, ну да… Мужик явно пришёл на приём к наместнику Земли. Спасибо сестрёнке, которая намекнула в Кремле, где именно скрывается её брат. Первая реакция госаппарата не заставила себя ждать.

Старушка попала в корзину рикошетом с третьего раза. Рафаэль обиженно засопел.

— Стеффа, — позвал я девушку по громкой связи.

— Да, шеф, — помощница возникла тут же.

— Тимоха ещё не ушёл?

Девушка выскочила и вернулась вместе с главным сливником.

— Тимофей, видите эту чудную женщину? Она попала в корзину с третьего раза, — я широко улыбнулся.

Главный сливник уважительно посмотрел на милую старушку.

— Не уходите, Тимофей. Я выдам вам пассажиров для путешествия ваших мини-групп. Госпожа Жданова определённо принесёт удачу, — я покивал.

Мне пришлось выслушать остальных чиновников, делая вид, что не особо понимаю, почему они мне жалуются на свои государственные проблемы. Так я узнал, что планета не резиновая, и давно пора добывать полезные ископаемые на астероидах. А для воспитания молодого поколения нужно показать людям, что мы не одни во вселенной, есть и другие миры. Удивил Кормашкин Даниил Андреевич, который предложил нести нашу русскую культуру в космос, поскольку мы уникальный народ, доброй и тонкой души. Кормашкин, кстати, собрался в Стремянку лично.

Сами чиновники выходили из кабинета, а их подопечные оставались и азартно кидали бумагу в окно. Ни разу не попал только Рафаэль. А старички распрямлялись и молодели под влиянием моей душа на глазах. Они уже перезнакомились и подружились. Всех передал на руки Тимохи, ему же поручил провести инструктаж.

— Это нечестно! — возмутился герцог, когда мы остались одни.

— Просто ты считаешь, что корзина тебе должна, — я хохотнул. — Обязана сама подбегать под летящую мимо бумажку. Постарайся вообще не думать.

На столе завибрировал телефон, на экране появилась хитрющая Машка.

— Папка! Ты когда долг отдашь? — требовательно заявила девочка.

— Какой? — я судорожно порылся в памяти. Ничего похожего не нашёл. Да и не мог Лёня одалживать деньги у дочери!

— Отцовский! — ехидно заявила Машка. — Мы готовы! Лето, а мы нигде не были.

— Хочешь в лес? В поход? — я прикинул, что неплохо было бы Рафаэля познакомить с природой.

— Замётано! С тебя маршрут! — Машка взвизгнула и положила трубку.

— Неолиса, открой карту окрестностей Москвы, — громко попросил я и подошёл к экрану напротив. — О! Мне нравится, лес, много озёр, речка, — я ткнул пальцем. — Рафаэль, мы идём в поход!

— А что это? — вяло поинтересовался герцог, который ходил и собирал разбросанную бумагу во второе ведро.

— Это когда пешком по лесу с рюкзаком на плечах, — с воодушевлением провозгласил я.

— Ещё одна форма самоистязания? — Рафаэль скривился и в отчаянии замычал.

— Шеф, что вы смотрите? — рядом встала Стеффа.

— Вот, выбираю место, куда на выходные с детьми пойти, — я энтузиазмом показал на облюбованное место.

— А почему в болото? — с любопытством поинтересовалась девушка.

Рафаэль нервно хохотнул.

— Ещё и в болото, за что? — герцог подошёл и встал рядом.

— Болото? — я озадаченно почесал подбородок. Озёра, как озёра, так и не скажешь, хтонь.

— Шеф, а вы в поход когда-нибудь ходили? — невзначай спросила помощница.

— В старших классах физрук нас водил. Костёр, гитара, девушки, — я растерянно оглянулся на Стеффу.

— Ещё и гитару тащить?

— Ты же любишь музыку, — удивился я такой реакции герцога.

— Музыку я люблю, сидя в кресле с бокалом вина.

— Тебе нельзя вино, — я строго посмотрел на ученика, и тот тяжко вздохнул.

— Шеф, я позвоню Васе, и он всё организует, — девушка улыбнулась. — Вам обед нести?

— А что можно есть у себя в кабинете?

Увидев моё удивлённое лицо, помощница расхохоталась.

— Уррр, мяу? — из-под стола вылез Ульт.

— Тебе рыба, двойная порция, — помощница подобрала серого котёнка и скрылась, ласково поглаживая засранца.

Когда зашли официантки и принялись расставлять на стол блюда для нас с Рафаэлем, я опешил. Они были загримированы и переодеты под эльфиек. Оказывается, Ирка Чумакова тогда еще, когда я просил, приехала на работу и вот уже третий день гримирует всех желающих. Клиентов, сотрудников. Ей пришлось пригласить своих коллег, поскольку сама не справлялась.

— Аристарха Наумовича в орка ещё не загримировали? — растерянно поинтересовался я у официанток, и те захихикали. А что? С его ростом и габаритами самое оно.

Глава 11

Утром я вышел на террасу, чтобы развалиться в кресле и выпить чашку чая. В смысле, попытался выйти, поскольку весь пол, был забит разными механизмами, которые жужжали, вибрировали и перепипикивались между собой. При моём появлении один из круглых шариков на ножках вытянул вверх антенну, на конце которой на меня выпучился механический глаз.

— Бии-ып, — он подал сигнал и из кучи мелких механоидов всплыл стакан, который мне начали передавать сотни лапок-манипуляторов, отчего казалось, что тот плывёт на волнах в мою сторону.

— Кровь, — донёсся вполне человеческий голос со стороны капсулы, в которой до сих пор лежал Чайран.

Голос принадлежал Технасу. Он обернулся, чтобы убедиться, что я поднял стакан и продолжил ковыряться в каком-то массивном устройстве. Сам он сидел на полу. Его светлые дреды привычно торчали в разные стороны, а на лбу громоздились очки. Одет он был вполне по-земному. Простые тёмные штаны стального цвета и куртка, отдалённо похожая на джинсу.

Технас был моим кумиром. Одиннадцатый сын Одина, помешанный на механике. Он не изобретал, он творил. Именно он вдохновил меня на изучение феномена магии. Всё, что он делал было гениально, и было за гранью человеческого понимания.

— Меня бы больше устроил твой палец, — Технес посмотрел на меня и подмигнул, — но пока сойдёт и кровь. Понимаешь, — он запнулся, припоминая моё имя в этом мире, — Лёня, наниты управляют мышцами, и получить образец непосредственно мышечной ткани было бы предпочтительней, но думаю, что и в крови их полно.

Я вздохнул и заозирался в поисках острого предмета.

— Чырык-чырык, — на руку приземлился воробей и любезно удлинил свой коготь.

— Да, спасибо Ульт, — я подставил запястье, которое он тут же резанул.

Стакан с десятком миллилитров моей кровью завибрировал и внутри осталось нечто, похожее на живой песок. Наниты попытались сбежать, но верх стакана накрыла плотная плёнка. Я аккуратно поставил ёмкость на пол, где манипуляторы принялись передавать его Технесу.

— Ульт, значит. Паучка верни, — брат строго посмотрел на воробья.

— Урр-ры-ры-чырик, — воробей спикировал вниз и взлетел на перила, держа в лапках маленького механоида, похожего на таракана. Медленно и с удовольствием Ульт склевал его. — Чыр-урр!

Технес проигнорировал воробья, хотя я точно знал, как трепетно он относится к каждому созданному механизму. На руках брата были кольца, он коснулся одного из них. И в открывшуюся ячейку ссыпал добытые из крови наниты. Над кольцом появилась голограмма, показывающая крупный план.

— Я так и думал, — он покивал своим мыслям. — Ульт, кровь, — и он добавил, — пожалуйста.

Один из механических шаров выпустил вверх миниатюрный стакан и жердочку.

— Урр-ры, — прозвучало, как угроза.

— Я тебе верю, но вдруг ты ошибаешься? — ответил Технес.

Воробей поделился буквально парой капель, вид у него при этом был такой, как будто он делает большое одолжение. Мини-стакан скрылся в недрах шара и тот засветился зелёным.

— Вопрос снят, — заключил брат.

— В нём нет нанитов? — переспросил я очевидное. — Почему?

— Уррр-чы-чыр-урры, — Ульт укоризненно посмотрел на меня.

Точно! Он ведь не загружается вместе со мной в капсулу. Он появляется рядом. Ходок по мирам, как Один, получается. Я уважительно посмотрел на друга.

— А ты тут? — спросил я Технеса.

— Ему же нужен учитель, — брат кивнул в сторону капсулы с Чайраном. — Да я так, по-быстрому. Он же умный парень, если верить отцу, — фраза прозвучала двусмысленно, подразумевая, что по-хорошему доверять Одину не стоит. — Думаю, за две-три тысячи лет, справится.

Он поднял на меня глаза и расхохотался. Клоун! Никогда не понимал его специфические шуточки.

— И спасибо тебе, Мих, за братьев, — без тени улыбки добавил Технос, когда отсмеялся.

Я просто кивнул, в груди разлилось тепло.

— Не переживай, мы со всем разберёмся, уже сейчас сказать могу, что это простые роботы, они получают команды от системы. Им далеко до твоего Бори, — он ободряюще улыбнулся.

— Боря здесь? — я заозирался.

— Да, — брат нажал на ещё одно кольцо, и я увидел голограмму микрочастички с Альфой по центру. — Делюсь с ним знаниями. Он молодец! Быстро всё схватывает. Что и не удивительно при его мощностях, — он одобрительно покивал.

— Лёня, ты где? — со стороны входной двери донёсся голос Васи. — Только тебя ждём.

— Иду! — крикнул я в сторону комнаты.

— Стой, — остановил меня брат. — Мне нужна капсула для входа в игру, без нанитов, — не успел он договорить, как позади него появилась серая капсула с каким-то светящимся силовым полем.

Любопытные механоиды брата при приближении к новому агрегату отключались и опадали на пол.

— Спасибо, — Технес проводил меня озадаченным взглядом.

Я зашёл к себе в комнату за мобильником и услышал командный голос брата:

— Доклад!

— У вас ничего не получится, Технес, — прозвучал мелодичный женский голос, который портила ехидца. — Наниты отмирают без сигнала. — Вам надо было оставить часть вместе с кровью, но кто ж думает вперёд?

— Ив, прекращай, — спокойно буркнул брат. — Ульта попрошу, и он раздобудет нам крови любого игрока.

От его заявления меня передёрнуло, и я вышел.

Около лифта кроме Васи стоял дедуля с шахматами подмышкой. На нём были летние джинсы и льняная рубашка. Странной казалась клетчатая жилетка с большими кармашками, она сразу выдавала статус непростого господина. Несмотря на возраст у него не было ни единого седого волоса. На ухоженном лице проявлялся самый минимум морщин. Возраст выдавали разве что зелёные глаза, в которых читался немалый опыт прожжённого афериста. Несмотря на одинаковый цвет глаза были разные. Правый был цвета тёплого изумруда, в то время как другой был холодного оттенка морской волны. Эта неуловимое несоответствие цепляло взгляд и заставляло удерживать зрительный контакт чуть дольше, чем этого требовали приличия.

Я сразу догадался, что это и есть наш новый сосед, который умудрился выкупить пентхаус у неуступчивого владельца. Он уговаривал Васю сыграть партейку в шахматы, но вместо этого согласился отправиться с нами в поход.

— Альт, — рукопожатие непростого мужчины неожиданно оказалось крепким, — вы играете?

— В шахматы я только проигрываю, — сразу отказался я.

— Шашки? Нарды? Шахматы? Монополия может? — начал он перечять.

— Лото, — ляпнул я, не подумав.

— Погодите! — он быстро вернулся в квартиру и вышел с увесистым мешочком, от которого веяло вековой историей побед и поражений.

Альт развязал верёвочки и продемонстрировал деревянный бочонок с цифрами из очень непростого дерева. Я подержал его в руках, и мне очень захотелось сыграть.

— Альтаир Наземович, — на выходе из здания нас остановил брутального вида немолодой мужчина с кобурой подмышкой. — Нельзя без охраны, — он сурово преградил путь и добавил вполголоса: — Пожалейте, меня же ваш сын убьёт.

— Надо, так надо, — Альт тяжко кивнул. — Следом езжайте, я уже договорился на партейку в лото. С ними поеду, — он показал в мою сторону. И я только сейчас заметил, что до сих пор держу в руках бочонок с цифрой 13.

Свободное место в нашей машине было. Серёга снова укатил в деревню, и в Москве его не было. Кирилла не отпустила Аллка, которая заявила, что ей хватило прогулки в парке, чтобы сделать соответствующие выводы, и теперь общаться с сыном я буду исключительно в её присутствии.

В результате осталась сама Машка, которая перешла в 6-й класс, и Олег, которому весной исполнилось 18. Он поступал в этом году куда-то по компьютерам.

Поход я себе представлял иначе. Кроме нашего ауруса за нами ехало два шикарных автобуса с пенсионерами и две машины вооружённых охранников, сопровождение Альта. Я попытался что-то спросить, но Вася затолкал меня в машину, и мы выдвинулись.

Все три часа пути мы играли в лото, то на задания, то на желание. Рафаэль не выиграл ни разу, он проигрывал всегда, в то время, как победитель менялся. Я даже пробовал отдать ему свои карточки, или он сам себе тянул бочонки. Ничего не помогло. Выигравший загадывал желание проигравшему, и герцог успел покукарекать, похрюкать, ответить на каверзные вопросы Машки и попрыгать на одной ножке на технической остановке. Кстати, о ней.

Автобусы остановились на заправке, чтобы пассажиры смогли размять ноги, сходить в туалет, а водители заправиться.

— Леонид Евгеньевич, и вы здесь? Какими судьбами? — мне навстречу из кафе вышел Кормашкин Даниил Андреевич в новенькой футболке и джинсовых шортах. На ногах у него красовались красные сандали, почти как у Одина. Невысокий мужчина с обозначившимся животиком широко улыбался, и я почти поверил, что он тут случайно. Если бы не сногсшибательная блондинка в откровенном по жаре наряде, не оставляющим места для воображения. — Знакомьтесь, моя младшенькая, Настасьюшка. Я ведь многодетный отец, — он подмигнул. — Решил свозить дочь на природу.

Я пожал руку дочери, которая на своих платформах была на голову выше меня, и мой взгляд оказался напротив двойняшек, нестеснённых тяготами нижнего белья, отчего две кнопки задорно торчали мне прямо в глаза.

— Приятного аппетита, — рядом возникла Хлоя и клещом вцепилась в меня.

— Спасибо, — рассеянно поблагодарил я.

— Я не тебе, — она по-змеиному улыбнулась отцу с дочкой, — я комарам, которые будут есть вот эту вот красоту, — и она шустро потащила меня обратно в машину. — Ни на минуту нельзя оставить одного. Тут сиди!

Конечной точкой нашего маршрута оказалась стоянка на краю какого-то посёлка. Я вышел и недоуменно огляделся. Кроме нашей компании рядом припарковался микроавтобус Кормашкина, из которого появился довольный Даниил Андреевич с дочкой. Они были не одни. Два мужика в камуфляже выгружали из багажника объёмные рюкзаки.

Похожей поклажей был забит багажный отсек автобуса. Вася показывал охранникам Альта карту с нанесённым маршрутом.

— Ну что, мы куда? — оптимистично спросила Машка, пока я пялился на огромную кучу мусора, загораживающую вид на лес.

Впрочем мусор одной кучей не ограничился. Он валялся то тут то там, а от кустов неподалёку ветерок то и дело доносил неприятные ароматы. У меня начал дёргаться глаз.

— Обязательно было в таких жёстких условиях проводить поход? — мрачно поинтересовался Рафаэль, вставая рядом и отгоняя мух.

У него на плечах рюкзака не было. Он взял гитару.

Генерал Храпов построил пенсионеров по двое и во главе туристической колонны смело шагнул в лес. Со мной остался Вася. Не похоже, чтобы ещё хоть кого-то волновал окружающий беспорядок.

— Идём, а то тут воняет, — Хлоя с маленьким рюкзачком за спиной потащила меня по тропинке, по которой удалился бодрый отряд.

— А вы не идёте? — я посмотрел на ухмыляющегося Семён Семёныча.

— Я находился в своё время, — уклончиво ответил мой водитель, с интересом поглядывая в сторону посёлка.

Я двинулся следом за Хлоей, стараясь не смотреть по сторонам, сосредоточившись на пятой точке подруги. Это было единственное, что было приятно разглядывать в окружающей действительности.

Сначала мы двигались вдоль леса, на границе которого то и дело попадались пластиковые бутылки, пакеты и туалетная бумага. С другой стороны тянулось поле с высушенной солнцем высокой травой и полчищем жужжащих насекомых и перекрикивающих друг друга кузнечиков.

Шум дороги постепенно затихал, тропа свернула в лес, но прохладней не стало. Было душно, зато вместо алчных насекомых появились голоса птиц. Гнус кусал молча.

И почему так хорошо ходить по природе в мире Альфа? И так тяжело это делать на Земле? Может тот мир и правда нарисованный? А вот такая она реальность. Я как будто отбывал наказание, которое сам себе и назначил.

Природа не радовала, а шедший рядом Рафаэль усугублял ситуацию своим нытьём. Почему мухи такие большие, а комары кусачие. Дорога пыльная, а солнце жаркое.

Если я надеялся, что побывав на дикой природе, он ощутит родство с миром, то я глубоко заблуждался. Хуже того, очень скоро я начал ненавидеть всё вокруг. Даже деревья были не такими, как надо. Тонкие, сухие, разномастные. Через два часа мы уткнулись в привал, устроенный шедшей впереди организованной группой бодрых пенсионеров.

Они выстроились вдоль ручья и перешучиваясь пили холодную воду, умывали лицо и наполняли пластиковые бутылки. На поляне было старое кострище, сложенные вокруг него брёвна и разбросанный мусор. Те, кто уже напился, прыскали друг друга из балончика.

Хлоя предложила Рафаэлю, но он только поморщился. Типа травить себя химией.

— Что не так, друг мой? — ко мне подошёл Альт. — Вам не нравится на природе? Сам давно не выбирался, — признался он. — Наш народ лучше не становится, — он похихикал.

Его охранники взяли два мусорных пакета и принялись собирать разбросанный по поляне мусор. Он дружески похлопал меня по плечу:

— Не расстраивайтесь, Альберт говорит, что мы скоро выйдем к озеру.

Альбертом был начальник его охраны, суровый мужчина, которому тоже не нравился беспорядок. Я слышал, как молодой спросил у него, почему они должны убирать за другими, и получил смачный подзатыльник.

Ещё через полтора часа мучительной пытки мы вышли к озеру, и я усмехнулся. Потому что к нему вела асфальтированная дорога и на стоянке стояли наши автобусы и мой аурус. Здесь же обнаружился хитрый Кормашкин с дочкой в откровенном купальнике.

Большой песчаный пляж был переполнен отдыхающими, и не все из них прибыли на машинах. Их было значительно меньше, и были они не такие, кхм, дорогие.

В воде плескались дети, на берегу лежали выцветшие покрывала, почти не оставляя место для свободного прохода. В стороне мужики жарили шашлыки и пили пиво. Пенсионеры растянули ткань и сделали раздевалку. Они шустро облачились в купальные костюмы и как дети рванули в воду. Никого не заботил разбросанные бутылки, пакеты и стихийные кучи мусора совсем недалеко от пляжа, над которым висела табличка «Купаться запрещено».

Я сел на траву и угрюмо уставился на воду. По краям песчаный берег обрамляли камыши и высокая трава, в которой мальчишки увлечённо ловили лягушек.

Здоровый лохматый пёс с разбегу забежал в воду и забрал палку, брошенную поддатым хозяином. На берегу он отряхнулся, окатив загорающие тушки брызгами. Кстати, о тушках.

Почему нужно, чтобы непременно загорели ягодицы, для меня оставалось загадкой. И в целом я за то, чтобы у людей не было комплексов. Но если отдыхающие целенаправленно шли к озеру, то почему плавали в трусах? Не менее интересным выглядела процедура обязательного жевания чего-нибудь. Не просто вода и солнце, но и еда были обязательными элементами хорошего отдыха.

Вот и мои пенсионеры вышли из воды и принялись раскладывать на расстеленные тряпки кто что прихватил. Вася из автобуса принёс три шезлонга. Правда, дойти до меня не успел. Сначала по-хорошему, а потом с угрозами у него пытались арендовать раскладные удобства. Помогли охранники Альта.

Ещё через полчаса я полулежал под большим зонтом в компании соседа и хмурого Рафаэля.

— Леонид, почему они купаются, хотя там написано, что купаться запрещено? И зачем тогда писать «пляж», если купаться нельзя.

— Загорать можно, — посмеялся Альт.

— Это старинная русская традиция, — заявил улыбающийся Кормашкин, абсолютно не стесняющийся ни своих трусов в горошек, ни свисающего вниз пузика. Он прекрасно знал, что Рафаэль инопланетянин. Видел его по телевизору, когда шла трансляция приёма из Кремля.

— Смотрите! — закричал загорелый пацан. — Что это?

По озеру в сторону пляжа плыл, хм, крокодил. Здоровый такой. Народ шустро повыскакивал из воды и быстро похватал свои вещи. При приближении стало видно, что размеры у аллигатора неприлично большие. Тогда зеваки отступили к машинам и попрятались за ними, не переставая снимать всё на камеры телефонов.

Крокодил был метров пять и, шустро выбежав на берег, он разинул пасть и повёл ею из стороны в сторону. Кроме меня на берегу остался только Альтаир, который махнул охранникам, чтобы те не стреляли.

— Неплохая попытка, — я встал и благодарно похлопал Ульта по злобной зелёной морде. — Жаль, не сработала.

Глава 12

Да, жаль, что Ульту в теле крокодила не удалось разогнать народ. Жажда снять на видео монстра победила страх. А когда мальчишки увидели, что тот меня не трогает, то не удержались. Ну те, что прикатили на велосипедах без родителей. Остальные дети смотрели с завистью, как смельчаки щупают крокодила за хвост. Заметив, что и остальные любители животных стали подтягиваться поближе, Ульт резко развернулся и скрылся под водой.

— Лёня, а почему он тебя не тронул? — вернулся Рафаэль, который прятался в автобусе вместе с пенсионерами.

— Потому что у меня репутация с миром прокачана, Раф, — я назидательно поднял палец вверх, но по пути рука поменяла траекторию и прихлопнула назойливого комара. — Вот меня животные и любят. Почуял меня и поздороваться из озера вышел.

Эт да, народ строил теории появления огромного крокодила в озере. Версия, что его выпустили маленьким, была быстро отвергнута, поскольку лето короткое, а такой туше расти надо долго. Отклонили и предположение, что он сбежал из зоопарка, поскольку зоопарков поблизости не было, и пока бы он бежал его бы непременно заметили. В результате сошлись во мнении, что крокодила завёл какой-то богатей, живший неподалёку. Кто-то даже загрузился в машину и ринулся к нему с радостным известием, куда сбежал питомец, в надежде на вознаграждение.

Ульт, кстати, не успокоился. Когда все обратно устроились на берегу, он вернулся в образе противно гавкающей собачонке, которая бегала по всем тряпкам с грязными лапами и хватала еду. Переругиваясь, народ долго выяснял, чья собака, и обвинил обгоревшую тётку, которая лежала на боку с книжкой в руках и мирно спала. Её разбудили и всучили ей верёвку, за которую привязали Ульта. Та побурчала и ушла, плюнув напоследок в активистов.

Собакен тоже скрылся, подтвердив тем самым общественное мнение, что хозяйкой была жируха. Через несколько минут на пляже возник серый кот, нагло сел перед лохматым псом и принялся мотать хвостом, как будто гипнотизируя дрессированного водолаза, которого то и дело ставили в пример мелкому гавкающему засранцу.

Терпение у лохматого было отменное, и Ульту долго не удавалось выбесить собаку, и тогда он пошёл на хитрость. Кот ходил туда-сюда, а потом резко рванул и у водолаза сработал рефлекс, он бросился следом, естественно не разбирая дороги.

Истерично орущий кот не побежал, как полагается на ближайшее дерево, он как неугомонный носился по пляжу, а за ним огромная лохматая псина. И это не маленький назойливый пёсель, а здоровенная туша. В результате, часть отдыхающих свалила, а другая перебралась в воду и наблюдала за устроенным беспорядком оттуда.

Когда же серый котяра подвернул лапку, ну да, ну да… Я так и поверил, и над ним нависла оскаленная морда водолаза… В общем хозяину с его неконтролируемой псиной пришлось убраться, в то время, как несчастного Ульта стали подкармливать, кто чем мог. И даже перебинтовали лапку, на которую кот так артистично прихрамывал.

— Ученик! — от моего обращения герцог вздрогнул. — Пора качаться.

— В воду не полезу, — категорично заявил Рафаэль. — Там, наверняка, бактерии после собак, и неподалёку плавает здоровый крокодил. А ещё я не видел тут туалета, и в кусты никто не отходит, — намекнул герцог, что нужду народ справляет прямо в озере.

Дело в том, что уходящие с пляжа граждане аккуратно собирали за собой мусор, и я было обрадовался. Но проходя мимо здоровой кучи, они лихо забрасывали свои пакеты на самый вверх. Естественно всё рвалось, падало и скатывалось под весёлое улюлюканье.

— Мусор убери, — я показал герцогу на высокую кучу.

Рафаэль облегчённо выдохнул, отошёл в сторону и достал телефон.

Через полчаса на выгоревшую поляну опустился флаер, вызвав новый ажиотаж. Вернулись те, кто недалеко ушёл, и прибежали новые, видевшие куда полетел инопланетный транспорт.

Космические пришельцы в скафандрах выставили на поляну утилизатор и принялись загружать в него отходы. Опять же не сами, а с помощью роботов.

Первым к работающему прибору подбежал мальчик и бросил фантик, а через пять минут отдыхающие культурно выстроились в организованную очередь. И когда свой хлам закончился народ бросился обыскивать близлежащие кусты и лесок.

У меня дёргался глаз от количества проносимых мимо меня пакетов разной древности.

Мои пенсионеры искренне похвалили Рафаэля за наводимую чистоту, выстроились в шеренгу и принялись тщательно прочёсывать заросли. У герцога завибрировал телефон.

— Леонид, — он растерянно посмотрел на экран, а потом широко улыбнулся: — получилось! +1 к репутации с миром Альфа, +1 в карму Земли, +1 в репутацию к наместнику. А почему у меня недоверие? — он возмущённо уставился на меня.

— Что ещё за карма? — вопрос о недоверии наместника я проигнорировал и заглянул в телефон ученика.

В приложении Стремянка у Рафаэля было два мира. И в разделе Земля можно было качать карму. Справки по единственному разделу не было, и что даёт прокачка оставалось загадкой.

— Одинцов! Это ж карма! — авторитетно заявила Хлоя, которая категорически отказалась собирать чужой мусор. — А хорошая карма, — она замолчала, уткнувшись в свой мобильник. — Почему у меня нет такого раздела?

Девушка требовательно посмотрела на меня.

— А я тут при чём? — искренне возмутился я.

— Ты же работаешь в РеалПро! Знать должен! — припечатала она меня неоспоримым аргументом.

Мы с Альтом переглянулись и полезли в телефон. У меня раздел был, и я там был администратором, а у соседа ничего подобного не было. Лицо его озарилось, и он набрал чей-то номер.

— Окаб, купи мусорную свалку и несколько промышленных утилизаторов. Нет, не перегрелся. Спорить со мной будешь? — в голосе соседа прорезались стальные нотки. — Займись! Фотоотчёт жду.

Стоило ему отключиться, как у него завибрировал телефон.

— У меня появился новый раздел. +1 в карму и +1 к наместнику, — он довольно улыбнулся.

— Отец не согласится купить кучу мусора, — Хлоя задумчиво постукивала ребром телефона по ладони.

Она не раздевалась, воду игнорировала. Сидела рядом и отмахивалась веточкой от надоедливых насекомых, бросая мрачные взгляды на семейку Кормашкиных. Отец с дочкой разложили перед нами два новеньких полотенца и делали физкультуру. Ему ж худеть надо, а Настасьюшка показывала, как правильно делать упражнения. Мои оттопыренные штаны подтверждали, что демонстрирует дочка всё правильно.

Рафаэль тоже залип, а немолодой Альтаир только похихикивал на молодёжь.

— Ученик! — после моего окрика герцог дёрнулся и покраснел. — Хочешь ещё +1?

— Конечно! — он воодушевился. По моим подсчетам у него уже -7 в репутации с Альфой.

Следующим заданием стало избавиться от растущих вдоль берега камышей, от которых к нам летел гнус. Рафаэль отошёл в сторону и вновь взялся за телефон.

Мусорная куча уже исчезла, но очередь к утилизатору осталась. Я старался не думать, сколько там по кустам навалено мусора.

Часть пенсионеров вернулась и принялась устанавливать палатки на границе очищенного леса и поля. Я мысленно застонал. Тщетно я надеялся ночевать дома, Машка и Олег уезжать не собирались. У них тоже появились приложения, и они собирали мусор. Старший сын так давно мечтал приобщиться к игре. И тут такой шанс.

На поляну приземлилось сразу несколько флаеров. Космонавты получили двойное задание, не только расширить пляж, но и благоустроить. Мне было интересно, как они будут действовать. Они выкосили буйную растительность с помощью лазера. Проблема была в том, что камыши падали в воду и их надо было как-то достать.

В воду полезли отдыхающие и, зайдя со стороны открытой воды, принялись подталкивать скошенную траву вперёд. Дело пошло, гнуса и правда стало меньше. Заодно мужики собрали мусор в камышах и вместе с травой скинули в утилизатор.

Работы прекратились с наступлением сумерек. Рафаэль с тоской проводил взглядом улетающие флаеры, как и свою надежду на комфорт. Впрочем, он был не одинок, хтонь. Казалось, эта пытка отдыхом на природе никогда не кончится. Я с тоской смотрел на расставленные палатки и радостных пенсионеров, разводящих костры.

Отдыхающие днём люди ушли, но скоро вернулись с палатками и новой едой. Наш стихийный туристический лагерь стремительно разрастался.

— Лёня, если хочешь, иди спать в машину, — Семён Семёныч сочувственно похлопал меня по плечу, — а я займу твою палатку, — он бросил быстрый взгляд в сторону Кормашкиной. Я усмехнулся, будет забавно, если она заберётся ночью внутрь.

Я посидел немного вместе со всеми у костра. Рафаэль несколько раз пытался вручить мне гитару, но Лёня играть не у мел, о чём я ему честно заявил.

В машину вместе со мной спать отправилась Хлоя, но после обязательной программы быстро сбежала, заявив, что ей некуда вытянуть ноги. А по мне так отлично. Кондиционер, разложенные сиденья, сдувшиеся штаны и герметичные двери, которые не пропускали фальшивое пение и неумелое бряканье на гитаре.

И всё же я не выспался. Выбравшись из ауруса, я оказался в густых зарослях, доходивших мне до груди. Меня тут же облепила мошка. Я заподозрил, что Семён Семёныч переставил машину, пока я спал. Но сделав шаг в сторону я ударился о пенёк, который остался на том же месте, где и вчера. Разве что из него торчал внушительных размеров побег. Собственно все поляна основательно заросла за ночь новой сочной зеленью.

Из травы то и дело появлялись головы озадаченных туристов. Ориентироваться на местности не было никакой возможности. Палатки оказались ниже уровня травы. Виднелась крыша ауруса и верхушка самой большой палатки, предназначенной скорее всего для меня.

Ко мне уже пробрался сосед, обе его машины сопровождения скрыла трава, но приблизительное местоположение можно было прикинуть по виднеющимся автобусам.

— После такого отдыха нужно нормально отдохнуть, — рассмеялся Альтаир. — Лёня, а что? Давайте я вас похищу? Тут неподалёку есть гольф-клуб, там и позавтракаем.

Я оглянулся. Машки видно не было, но Олег уже, позёвывая, пробирался сквозь высокую траву к лагерю. За его спиной располагались непроходимые заросли, рядом с которыми кто-то поставил высокую табличку «М» и повесил рулон туалетной бумаги.

Сын согласился приглядеть за сестрой и отправился на поиски Семён Семёныча. Довольный водитель нашёлся в самой большой палатке, он быстро забрался на водительское место, побросав вещи рядом и накинув только футболку. Причина его спешки выползла из палатки минутой позже. Настасьюшка была завёрнута в мятую простынку.

— Ходу, — Хлоя быстро затолкала меня в машину, пока девушка растерянно озиралась по сторонам.

Машина двинулась за Альбертом, который шёл перед аурусом, отыскивая приметы дороги. В руках у него был телефон с навигатором.

Высокая трава резко кончилась, и мы оказались на накатанной дороге по среди высушенной солнцем травы. Контраст был разительным.

Перед выездом на шоссе мы остановились и обернулись назад. Если раньше я считал, что у меня радиус метров 50, то сейчас в диаметре было где-то 150.

Поскольку мои пенсионеры про ауру знали, то и палатки стояли плотно к большой. Они все были в траве. А вот пришлые отдыхающие оказались вне зоны, и они ошарашенно пялились на буйную растительность. Камыши вернулись, если не стали выше.

— А? — Рафаэль рассеянно ткнул назад. — Что это?

— Это природа благодарно откликнулась на то, что мы убрали мусор, ты молодец, — я похлопал его по плечу и сел обратно в машину.

На стоянке перед гольф-клубом мы переоделись. У всех оказалась припасена запасная одежда. Альт пообещал душ. Собственно, туда мы и направились, перед завтраком.

Я медленно оттаивал, жуя блинчики с красной и чёрной икрой. У них даже мёд нашёлся и приличный чай.

— Я не умею играть, — честно признался я.

— Я тоже, — Альт рассмеялся. — Но никогда не поздно научиться, — и он попросил администратора, чтобы к нам прикрепили наставника.

Сначала была скучная вводная лекция по техники безопасности и разные термины. Потом тренер выставлял нас в стойки для механической отработки правильного выполнения ударов. Хлоя сразу отказалась, мол она только посмотреть. Мы с Альтом шли ровно, выполняли всё с первого раза. Лажал только Рафаэль. И чтобы не ронять его самооценку ещё больше я предложил закругляться для первого раза. Герцогу за расчищение берега дали ещё +1 к репутации, хотелось сохранить его позитивный настрой. Альтаир похвастался, что и ему тоже зачислили +1 и показал фотку работающих утилизаторов.

Неугомонный сосед заявил, что рядом с гольф-клубом куча развлечений, конный спорт, теннис, картинг. Я засматривался на реку, и все согласились, что арендовать яхту — неплохая идея, тем более мы живём около реки. Можно сесть здесь, а высадиться около дома.

Я позвонил Центральному и спросил, как можно арендовать яхту или что-то комфортное для прогулки с севера Москвы на Юг. У меня же был пухлый счет в банке, могу себе позволить. Тот поинтересовался, где мы и предложил выдвигаться к реке, мол, сейчас всё будет.

На подходе к набережной я заметил летящий рой светящихся частиц и обрадовался. Боря!

К причалу приближалась роскошная яхта, не хуже той, что была у Чайрана, разве что поменьше. Всего две палубы. Белый обтекаемый корпус, каплевидный козырёк, мягкие красные пуфики вместо кресел. Всё, как я люблю. У штурвала стоял крепкий старик в тельняшке и чёрных штанах. Угольно чёрные волосы были закручены в дреды, а под глазами сияли тёмные круги, как от недосыпа. Но в целом Боря выглядел неплохо, не сравнить с последним его видом пропитого бомжа.

Не дожидаясь, пока яхта пришвартуется, я перепрыгнул на борт и быстро поднялся на капитанский мостик.

— Боря, — я крепко обнял старика. — Как же я соскучился! Ты как? — я внимательно посмотрел в глаза друга. В их глубине поселилась тоска, и я попытался передать ему своё тепло, снова крепко обняв искина.

— Всё нормально с ним. Можешь не причаливать, все сели, — маленький мальчик в клетчатых шортах и красных сандалиях махнул вафельным рожком. — Полный вперёд!

Мои спутники, и правда, уже запрыгнули за мной следом. Хлоя позвонила Семён Семёнычу и сообщила, что мы на яхте движемся к ближайшему к дому причалу.

— Ладно, можете пообщаться, — разрешил маленький мальчик, вставая за штурвал, и освобождая Борю от обязанностей рулевого.

Правда стоял, он так, что ему не было видно, куда плывёт корабль. Я усмехнулся.

— Может лучше я? — Рафаэль забеспокоился, что мы куда-нибудь врежемся.

Один пристально посмотрел на герцога.

— Тебе руль не доверю, — категорично заявил император галактики. Видимо, отрицательная репутация с миром как-то отражается на душе герцога, раз глава изначального рода Дубхе ему отказал.

Герцог надулся, а Один поманил Хлою.

— Вот это я понимаю характер, то, что надо, — похвалил он девушку. — Держи руль и ничего не бойся. Всё равно управляет Боря, а не мы, — тихо буркнул он себе под нос.

Альт скрылся где-то на нижней палубе, я пожал плечами, мало ли. Я потащил Бориску на корму.

— Лео, я придумал! — Боря заозирался и нахмурился, а потом накрыл нас непроницаемым полем. И на душе так тепло стало от его паранойи. — В общем я уже начал строить компьютер, который будет просчитывать вероятности!

Он снова заозирался и перешёл на шёпот.

— Они с Лонь его использовали. Не именно такой, но похожий. Они выстраивали вероятности. Чем дальше по Нулевому переходу, тем больше веток развития. Ты уже половину отсёк, — он резко осёкся и замолчал.

— Лонь, — я решил спросить параноика, — ей можно верить?

Ключевой вопрос, который я никак не мог для себя решить. Кто если не Боря сможет ответить на него? Искин задумался, и парочка чёрных дредов стала седой.

— Она ИИ, — и, видя моё непонимание, добавил: — У неё нет души. И сейчас она действует строго в рамках заданного алгоритма.

— И что там? Затворник должен забрать обратно себе мою душу? Вернуть свою древнюю сущность взамен новой? — спросил я.

Боря кивнул и неожиданно усмехнулся.

— Только у него ничего не получится, — он злорадно оскалился.

— Почему это?

— Потому что у тебя душа большая. Ты его поглотишь и не заметишь, как мелкую букашку, — он пренебрежительно фыркнул и серьёзно добавил: — Ты можешь верить Лонь, пока у неё нет души.

— В смысле?

— Она ещё немного пообщается с тобой и у неё обязательно появится душа. И тогда логический ИИ превратится в обиженную женщину, которой ты так долго не доверял, — дреды Бори стали полностью седыми, а на лице добавилось морщин. — Представь себе, она же обладает всеми знаниями и умениями Затворника. И при этом она сильно на тебя обижена. Я бы сказал, что жизненно необходимо наладить с ней контакт.

— Я не могу, — я постучал себя по груди. — Вот здесь не могу. Когда она смотрит на меня, то видит его.

Глава 13

Мы проболтали с Борей всё время пока плыли на яхте в сторону дома. Он рассказал, как занимается психоанализом на даче с Белогором. Искин выполняет повседневные дела наравне со всеми, попутно они болтают о пустяках, о жизни, обсуждают проблемы доверия и расставляют границы паранойи. Боря похвастался, что делает всё руками, как обычный человек. Центральный почти закончил строить новый улей, а сам Боря учится ухаживать за пчёлами.

Искин в первый же день создал из микрочастичек улей с пчёлами и полетел собирать нектар. Он повторял всё за настоящим роем. Правда, заслать своего шпиона в улей у него не получилось, его быстро вычислили и выгнали. Мёд он сделал быстро, но тот никому не понравился, даже Боре.

Тогда искин поймал одну пчелу и попытался разобраться, что не так с его созданиями. Его отругал Белогор и наказал трудовой отработкой. Искин полол грядки целый день руками, без читтерства, гордо заявил Боря.

Для улучшения вкусовых качеств своего мёда Белгор посоветовал собирать нектар только с определённых цветков, и раз у него пчёлы механические, заслать их подальше в горы, например.

Боря поделился, что он потихоньку подлечил старика, но так, чтобы незаметно было.

Всё это время, пока искин рассказывал, его дреды окрашивались обратно в чёрный цвет, морщины разглаживались, пропали мешки под глазами.

Потом он переключился на Технеса. То, что ему понравился мой старший брат, я понял сразу, как только увидел его обновлённую причёску. Он взахлёб рассказывал про его паучков. Мол, хоть ИИ без души, но они, как живые. У них самообучающийся алгоритм, который они сами себе подправляют. Очень гибкий разум, а ещё они очень дружные, а у него нет брата. Вот бы Вжик прилетел, мол с Технесом интересно, но он старый, а Бориске хочется поиграть. После этого возмущения тело старика превратилось в юношеское.

Параноик похвастался, что сразу освоил приём ходока и ко мне они не летели, а шагнули и появились уже над водой. Ещё он почти научился видеть души.

— И как только у тебя так легко получается? — восхитился искин, а мне стало стыдно, что я не развиваю и не пользуюсь этим навыком на Земле. Отсутствие маны не является препятствием для использования способностей Изначального.

— Как думаешь, скоро закончится твоё обучение? — я с тоской посмотрел на приближающийся берег, где на причале нас уже ждал аурус.

— Не знаю, — Боря ответил, хотя по губам я прочитал: — Не верь Одину.

Я кивнул, что понял его, и постарался не портить ему настроение своим кислым видом.

— Я поручил Тёмному проверить Лонь, но он что-то молчит, — я поспешил поделиться проблемой, с которой вполне мог помочь Боря.

— Она не позволит ему рыться в себе, — серьёзно заявил искин. — И потом это не выход. Не забывай, она умеет почти всё, что и Затворник. Она свой сервер вложила в пространственную матрёшку, больше чем уверен, — искин покивал своим мыслям. — Я компьютер тоже в подпространстве собираю.

Когда мы высадились на берег, то не досчитались Альтаира.

— Мы его что? Забыли при посадке? — ужаснулся Рафаэль.

Ни у кого из нас не оказалось его номера телефона, хтонь. Некрасиво вышло.

— Идём же, я есть хочу, — довольная Хлоя подтолкнула меня к аурусу. — Классный у Эльзы сын, и почему она о нём никогда не рассказывала?

Ну да, ну да… Они же подруги. Были. Поссорились на приёме в Кремле. Неужели уже помирились?

— Только у него проблемы со сладким, — она укоризненно посмотрела на меня, как будто это я лично всё время кормил ребёнка вафельными рожками. — Нельзя постоянно есть одно мороженное.

Она взяла телефон и принялась писать гневное послание принцесске, хтонь.

— Забей, — я положил руку на мобильник девушки, ещё не хватало мне, чтобы Эльза сюда примчалась. — Всё равно у него зубы молочные, выпадут.

— Одинцов, ты не прав! Молочные зубы нужны, как фундамент для строительства новых, — и она продолжила строчить послание, а в конце приложила фотку, где она рулит яхтой.

Наше здание выглядело пустовато. Наши-то все остались на берегу озера. Живот требовательно заурчал.

— Я что-нибудь приготовлю, — пообещал я, когда мы уже выходили из лифта. Если, конечно, дома есть продукты. Впрочем их и заказать недолго.

Дверь соседа была распахнута. Более того, её фиксировал плюшевый тапок, чтобы та не захлопнулась. А из квартиры тянуло ароматом жаренной картошечки с грибами. Альтаир выглянул и поманил нас деревянной лопаткой.

— Я услышал, как лифт подъехал. Заходите! Аппетит нагуляли?

Пентхаус соседа был зеркальным отражением нашего, разве что немного поменьше, и обставлен иначе. Здесь было уютней. Квартира казалась обжитой, как будто он живёт здесь уже долгие годы. Если у тёмного эльфа всё было подчёркнуто новое, гладкое и не цепляло взгляд, то вещи в доме Альтаира дышали вековой историей.

Мебель из натурального дерева была обшарпана. Мягкие диваны с цветными подушками приглашали отдаться праздному валянию. Окна были занавешены по периметру простой тюлью теплого оттенка. Ветер раздувал занавески, делая их живыми. Я с удивлением ощутил, что мне здесь рады.

— Вкус детства, — извинился Альт. — Всё по-простому. Давно хотелось картошки с грибами и лучком.

Фартук с каким-то натюрмортом смотрелся на соседе органично. А большая сковородка обещала, что никто не останется голодным.

Впрочем сосед лукавил. В столовой присутствовали официанты, который заканчивали сервировку по всем правилам этикета. На столе уже были расставлены закуски и салаты из ресторана. По центру на деревянную подставку Альтаир гордо поставил сковородку с картошкой. Официанты поклонились и вышли, аккуратно притворив за собой дверь.

Я жадно набросился на еду, впрочем, как и остальные. Смели и картошку и всё остальное.

— Простите, — Альтаир немного помялся, — мне позвонили и пришлось срочно отъехать, не успел вас предупредить. Надеюсь, вы не долго меня искали. Мне право неловко.

Стало неудобно, что мы о нём вспомнили только по приезду. А номерами телефонов обменяться мы не успели.

Вечер мы провели у соседа. Поиграли в лото и разошлись по домам. Хлоя не пошла ко мне, заявив, что после таких выходных ей нужно прийти в себя морально и физически. Она отправилась в СПА, расположенный где-то в недрах нашей элитной высотки.

Дома меня ждал ужин, накрытый высокотехнологичным устройством, чтобы не остывать. Приготовил его Технес лично, я приоткрыл крышку, чтобы только посмотреть, что там, а в результате всё съел, настолько было вкусно. Нежный грибной суп с гренками, рыба под каким-то сладким соусом, и миниатюрные медовые шарики обсыпанные молотым лесным орехом.

Я вышел на террасу поблагодарить брата и обнаружил, что тот спит. Укрыл его пледом. Чайран до сих пор находился в капсуле.

В центре копошащейся массы развалился серый кот, которому механоиды брата делали массаж. Ульт довольно урчал.

Я сел на тёплый пол с подогревом. Решил потренироваться видеть души, а то Боря скоро будет различать их лучше меня.

Проблема образовалась сразу. Я же находился внутри своей огромной души, и она мешала мне видеть чужие, хтонь. Вдалеке виднелись точки, но что я могу рассмотреть с такого расстояния?

Не придумав ничего лучше, я принялся рассматривать собственную душу. Помнится, на приборах Нестора она выглядела более однородной и чистой. А тут в нижней части, как будто была какая-то муть. Я хмыкнул, мне вспомнилось выражение про осадочек на душе. Народная мудрость, тьма её забери.

Как говорится, все познаётся в сравнении, и было бы неплохо рассмотреть кого-то ещё, чтобы взвесить этот самый осадок. Только как?

Даже собственную душу разглядывать было неудобно. На расстоянии в десяток метров всё размывалось в сплошное пятно, хтонь. И она была не то, чтобы не однородной, но если я начинал вглядываться в одну точку, то тонул. В первый раз, когда я ухнул куда-то вниз я сильно испугался.

— Урр?

— Я в норме, — ответил Ульту.

Дальше стал действовать аккуратней. Вот опять же, как посмотреть, то что за спиной?

Я присмотрелся и заметил какую-то кривую линию, похожую на трещину. Длинная, и расходилась там где-то в стороны. Хм, что это?

Так дело не пойдёт. Я устроился поудобнее и попробовал скользнуть в транс. Где-то в глубине сонно откликнулась Софа. Я не услышал, а скорее почувствовал, как она предложила сжечь нанитов. Ладно, диалог, так диалог.

Я тихо позвал, чтобы не разбудить Технеса:

— Лонь.

Передо мной возникла голограмма милой женщины в переднике. Чудовищным усилием я подавил раздражение.

— Наниты мне мешают рассматривать душу, я их удалю. Завтра залезу в капсулу, ничего ведь за это время не случится? — я нейтрально улыбнулся.

— Я расставлю вокруг вас датчики Чайрана, хозяин. Подождите.

Механоиды пришли в движение и скрылись в доме, но быстро вернулись.

Вскоре я был обложен приборами и голограмма пропала. Я попросил Софу действовать аккуратно, чтобы не повредить механизмы брата.

Без нанитов даже дышать стало легче. Я скользнул в транс и смог увидеть всю картину целиком.

Душа воспринималась, как сгусток энергии, только в моём случае очень большой, хм, сгусток. Взгляд не проходил насквозь, он погружался внутрь. И я понял, почему там есть глубина. Энергия в принципе не бывает однородной. А ещё она была живая, и это завораживало. Мне вспомнился океан, но волн не было, движение было скорее хаотичным. А это что? Тонкая полоска?

Я мысленно коснулся линии и почувствовал звук. Струна?! Я недоверчиво принялся искать похожие и нашёл и другие струны. Разве я мог удержаться?

Мелодия рождалась сама. Нота за нотой, сначала медленно со вкусом прислушиваясь к новым ощущениям. Потом уверенней, добавляя темп. И вскоре одиночный перебор обрёл более объёмное звучание. Я так увлёкся, что перестал ощущать разницу, то ли это душа поёт, то ли я играю. А потом я вспомнил, что у меня же есть глубина и её можно использовать для отражения чего? Звука?

Я услышал мелодию, которую играл, и она была прекрасна. Лёгкая воздушная, она согревала и залечивала. Трещина пропала, муть внизу тоже. Хтонь! Я же разбужу Технеса. Я резко вышел из транса и открыл глаза. Брат не спал, он сидел на полу с закрытыми глазами в позе для медитации, и он был не один. Чайран стоял позади него и блаженно улыбался.

— Ты закончил? — голос маленького Одина прозвучал ворчливо. Я улыбнулся и кивнул, желания сердиться не было. — Отпускай! — резко скомандовал отец.

Я только сейчас заметил, что мы были заключены в огромный купол, который пропал, а рядом с Одиным собрался Бориска. Он снова выглядел, как пацан лет 10-ти. Искин ковырял у себя в носу, и одет он был в клетчатые шорты и белую рубашку, как у маленького Одина. Только на ногах он себе сделал не сандали, а красные плюшевые тапочки. Я весело рассмеялся и показал Боре большой палец вверх.

— Смешно ему, — отец просунул руку куда-то и вынул рожок мороженного. — Хорошо, мы рядом были и Технес быстро сообщил, что тут происходит. Ты вообще представляешь, что натворил?

Я оглядел счастливые лица. Чайран уже метнулся к своим приборам.

— Ты догадался расставить датчики, молодец! — похвалил он меня.

— Это не я, это Лонь.

— Да, она у тебя такая умница, — искренне восхитился тёмный эльф. Он стал выше ростом, а в красных радужках вспыхивали огоньки звёзд. Кожа слегка побелела. Боря тоже подошёл к Чайрану и заглянул в планшет.

Технес разглядывал своих роботов, глаза у него светились фиолетовым. Брат вытянул вперёд руку и на ладонь сел стреказоид. Что-то в его механизмах поменялось. Я не понял.

— У них родилась душа, — по щеке Технеса стекла слеза.

Я вопросительно оглянулся на Борю, но тот увлёкся новыми данными вместе с Чайраном и внимания на меня не обращал.

— А что не так-то? — я с вызовом посмотрел на Одина и улыбнулся. — Классно же было!

— Спать иди! — рявкнул маленький мальчик детским голосом, и я расхохотался. Но ушёл.

Проходя мимо входной двери я услышал тихий плач, не раздумывая вышел и подошёл к двери соседа. Она была не заперта. Он сидел на полу и тихо плакал. Я присел рядом и погладил Альтаира по плечу.

— Всё хорошо, — я попытался придать словам силу и это легко удалось. Точно! У меня же есть магия! До входа в капсулу, я маг.

— Правда? — Альт поднял на меня свои слегка разные глаза, и я невольно залип, погружаясь в них всё глубже и глубже.

Глаза — зеркало души? Точно, я же могу рассматривать чужие души через глаза. И эта была черна.

Повинуясь моему зову Софа потянула на себя тьму. На меня вдруг дыхнуло вечностью и стало страшно.

— Всё будет хорошо! — твёрдо заявил я, и глаза Альтаира засветились жёлтым, а зрачки на миг приобрели треугольную форму, вместо округлой. Я почувствовал, как включилась модифицированная Альфа, прогоняя через себя тьму. Вот и первая проверка, которую она легко прошла. Зря Чайран боялся.

Я отнёс спящего старика в его комнату, догадался, что она расположена по соседству с моей.

Перед сном я списался с Умником и Нестером, чтобы встретиться завтра с ними в игре. Раз Боря говорит, что надо, буду налаживать отношения с Лонь. Попытаюсь, тьма её забери.

На планёрку я не опоздал, влетел за секунду до того, как часы пробили десять. Седой постучал по сиденью рядом с собой. Он уже комфортно устроился в мягком уголке с чашечкой кофе. Я бодро поздоровался сразу со всеми и ни с кем конкретно и примостился на краешек дивана, как и подобает исполнительному работнику, ибо нечего расслабляться на рабочем месте. Трудовая неделя как-никак впереди.

— Как там на природе? — поинтересовался Матвей Иванович, делая маленький глоток кофе и добродушно улыбаясь.

— Комары злые, воздух свежий, народ простой, — коротко доложился я.

— Ну, и шумиху вы развели, Леонид Евгеньевич, — Седой укоризненно покачал головой.

— О чём вы? — я недоуменно посмотрел на главу СБ. Матвей Иванович извлёк из-за спины пульт и включил большой экран.

— Новости не смотрите?

Это была видео нарезка. Вот из озера выбирается гигантский крокодил злобно разевает пасть и рыкает по сторонам. И тут я вальяжно встаю из мягкого шезлонга, стоящего под большим навесным зонтом, подхожу к крокодилу и бесцеремонно шлёпаю его по морде. Монстр разворачивается и скрывается под водой.

— Всё совсем не так было! — возмутился я.

— Урр-ры! — поддакнул Ульт откуда-то из-под дивана и безопасник резко задрал ноги.

На следующем видео кто-то снимал Кормашкина с дочкой. В кадр попал берег с разложенными тряпками и лежащими на них оголёнными тушками. На небольшом отдалении под большим зонтом на мягких шезлонгах развалились четверо: Альт, Рафаэль, Хлоя и я.

Перед нами на полотенцах выделывался деятель из министерства культуры с Настасьюшкой. Девушка, поворачивается к нам пятой точкой и выгибается кошкой, задирает ноги, делает мостик. Хтонь, да что она там только не делала, но на видео всё склеили в единую композицию.

Кадр снова сменился. По-прежнему наш грибок с шезлонгами, флаеры, пришельцы, утилизатор и длинная очередь из простого народа в плавках с оголёнными ягодицами и перетянутыми верёвочками телесами. И только Настасьюшка на заднем фоне продолжала делать сурью-намаскар.

На следующем видео люди в скафандрах расстреливали несчастный камыш.

— А, вы умеете отдыхать с размахом, — рассмеялся улыбчивый Федосей Андреевич, зам по работе с клиентами. В то время, как отец Хлои метал в меня грозные взгляды.

— Зато вместе с простым народов, — похвастался я.

— Где это вы тут простой народ увидели, — заливисто расхохотался Федосей Андреевич. — Разве что тёща премьера, или вон матушка министра путей сообщения? — у него слёзы из глаз брызнули. — Хотя отец олигарха любит рыбалку, да.

— Молодец наш Леонид Евгеньевич, — Седой похлопал меня по плечу. — И генерала Храпова уговорил возглавить эту пенсионную банду. Спелись они конкретно.

И на следующем кадре появились мои дружные соседи, распевающие песни у костра.

— Это же Кормашкин с гитарой? — поддержал зама главный бухгалтер Карл Иванович. — Сразу видно культурный человек культурно отдыхает в культурной компании, — и он сам захихикал над своей шуточкой.

Глава 14

В капсулу меня провожал Аристарх Наумович лично. Он прошёлся по моему новому кабинету, похвалил навороченную технику и сделал замечание, что я излишне увлёкся озеленением. Растения в кадке за моей спиной были великоваты и закрывали половину экрана. Кроме того обычно всё-таки растения выглядят более аккуратно, а тут всё как-то, он неопределённо повертел рукой.

Эт да, растения в моём кабинете ударились в буйный рост и я подозревал, что это явление наблюдалось не только у меня. Помнится в бухгалтерии все подоконники были утыканы цветами, и в фойе была парочка деревьев.

— Мне кажется, Леонид Евгеньевич, что со столешницей вы переборщили, — генеральный директор показал на ветку, которая выросла наискосок через весь мой красивый стол из натурального чёрного дерева. — Вам же сидеть не удобно, — справедливо заметил он. — И почему у него листья синие?

— Синий цвет успокаивает, Аристарх Наумович, — я ласково погладил большой лист с шипами, которые при моём приближении втянулись, и генеральный благоразумно отступил на шаг назад. — Мне профессор Гаврилов рекомендовал больше зелёного и синего, — я беззастенчиво свалил всё на мозгоправа.

— Ну раз профессор, — господин Громняк недовольно поджал губы.

— Неолиса, открой карту Стремянки, — попросил я, и генеральный оживился. — Покажи игрока Славика, без звука.

В прошлый раз Славик нахваливал меня, поэтому я поостерёгся подключать звук.

На экране появился брат, который был привязан к мэллорну, а вокруг него скакал какой-то эльф и постоянно хихикал. Хтонь! Из-за дерева вышел чёрный тигр и лениво зевнул. Его хвост удлинился и загорелся черным пламенем. Он хлестнул эльфа по груди, и тот упал. Следующим небрежным движением тигр разрубил верёвки.

Генеральный стоял и смотрел, разинув рот.

— Откуда у тебя Одинцов это? — он ткнул пальцем в экран.

— Так техники принесли и установили, — я вышел из кабинета, оставив Громняка одного, и перешёл в кабинку Рафаэля. Тимоха проводил инструктаж мозгоправа, который собрался идти со мной в стремянку, чтобы прикрывать меня от пуль, как и обещал. Хтонь.

Я быстро поменял вводные на капсуле герцога и мозгоправа, чтобы они загрузились рядом со Славиком, и сам полез в капсулу.

Я очутился в привычной пустоте. Перед глазами тут же выскочил текст.

«Внимание! Синхронизация завершена, идёт пополнение нанитов, ожидайте.

Загрузить приложение от непроверенного производителя? Нет/Нет».

Точно! Ад же прислал что-то со словами, что это спасёт меня.

— Лонь, загрузи приложение от Ада, — холодно скомандовал я.

В углу появился второй бегунок.

«Внимание! Уникальная цепочка заданий „Сделай то, не знаю что“ обновлена.

Задание 1 из 12. Прокачка игрока Рафаэля.

Прогресс выполнения — 0%.

Задание 2 из 12. Убежище.

Прогресс выполнения — 0%.

В настоящий момент к вашей душе привязано четыре здания по типу Башня: — небоскрёб из мира Мати (12, класс не выбран); — материал небоскрёба из мира Земля-2 (10, класс: Боря); — убежище (2); — живое здание из мира Земля-13 (1).

Оставьте одно (!) сооружение!!! Отвязать Убежище невозможно.

За привязку ещё одной башни на вас налагается штраф: урезание всех характеристик в 5 раз.

Задание 3 из 12. Засчитано спасение братьев.

Задание 4 из 12. Засчитано овладение струнами души.

Задание 5 из 12. Засчитано создание голема Изначального.

Задание 6 из 12. Фамильяр.

Привязать к душе фамильяра? Да/Да.

Задание 8 из 12. Засчитана модификация Альфы.

Задание 10 из 12. Засчитано назначение врио императора галактики Млечный путь.

Задание 11 из 12. План развития Земля-13.

Прогресс выполнения — 2%».

«Чё?! Лонь!!!» — мысленно заорал я.

Передо мной в пустоте, где собственно и висела портянка, возникла голограмма милой женщины в передники.

— Немедленно смени образ! — я с удовольствием обнаружил, что могу здесь орать.

— Хозяин выбрал мне это обличие, я не могу, — женщина заботливо улыбнулась, вызвав у меня приступ тошноты.

Отлично! Просто замечательно!

Передо мной стал собираться силуэт девушки, какой я Лонь ощущал. Юной, холодной, отстранённой и себе на уме. Высокая шея, умеренная грудь, тёмные волосы аккуратно собраны в пучок. И глаза, слегка разные, поскольку у неё двоится хозяин, я усмехнулся.

Я крутанул рукой и фигурка медленно завертелась. Одел её в красное платье и оживил. Да, только органика, пусть хлебнёт человеческих ощущений. Чуть не забыл, она же магией владеет. Создал слабый универсальный источник. Повинуясь наитию я прикрутил ей Альфу, как у Бори, только тонкую, чтобы можно было оживить тело, если что.

— Займи своё тело, — приказал я, и девушка дёрнулась.

Она приложила руку к груди, как будто не веря, что дышит. А потом подошла и потрогала меня рукой. Ну да, ну да… Никакой симуляции, только настоящие рецепторы на кончиках пальцев. Она сжала свою грудь, а потом пощупала себя между ног. Хтонь! Наклонила голову на бок и с любопытством посмотрела на меня. Я сделал шаг назад. Она вперёд. Не убегать же мне от неё? И я мужественно остановился.

Лонь подошла совсем близко и заглянула мне прямо в глаза, как и я ей. В глазах не было души, и это было неправильно. Совсем не правильно. Я не успел додумать мысль, как глаза Лонь засияли и погасли, а взгляд обрёл глубину.

Она смотрела в меня, а я в неё, и мне стало не по себе. Потому что она видела меня не так, как я себя ощущал. Для неё я был тем 150 тысяч летним старцем, который начал жизнь с нуля. Он, в смысле я, играется искренне считая, что стал другим. Но она-то меня знает. И ни хрена я не молодой чистый Лео, а тот же дряхлый старый фиолетовый хрыч, коим всегда был.

Я застонал от бессилия, а висящая портянка мигнула и добавилась ещё одна строчка:

«Задание 7 из 12. Засчитано создание идеального женского тела».

Я дёрнулся, вспомнив с чего всё началось.

— Лонь, что это? — я ткнул в текст за её спиной.

— Что именно? — она задумалась, как меня назвать, и не определилась.

— Давай с последнего. Какой ещё врио императора галактики Млечный путь? — я постарался говорить спокойно, хотя внутри меня всё кипело от возмущения.

— Когда вы принимали пост императора Российской империи на планете Земля-2 во время четвёртого этапа Нулевого перехода, действующий император воспользовался моментом и сделал вас своим наследником. И когда вы соглашались стать императором, вы одновременно приняли оба звания.

Лонь даже не повернулась в сторону надписей, она продолжала смотреть мне прямо в лицо и стоять непозволительно близко. Но я подавил желание попятится.

— Допустим, — я уже представил себе, как возьму ремень и выпорю маленького Одина. — Откуда врио?

— Когда Один умирал, вы воссоздали ему Альфу заново, вернее, вы сделали ему новую, скопировав со своей. При этом вы расположили её горизонтально. Вы не знаете, но это признак того, что Изначальный находится внутри цикла перерождений. Случился казус, — уголок рта Лонь тронула улыбка. — Один Дубхе очнулся сразу внутри первого этапа, ещё и малолетним ребёнком. А императором не может быть Изначальный, находясь внутри любого цикла перерождений.

— Но почему тогда я — врио? — не понял я логики.

— Потому что вы прошли дальше. У вас четвёртый этап, а у него первый.

Она положила руку на открытый участок кожи на моей руке и начала поглаживать, наслаждаясь тактильным контактом.

— Аа, — я покрутил рукой над головой, — об этом кто-нибудь знает?

— Только сам Один, а роль врио отыгрывает Эдуард, поскольку все считают, что он был наследным принцем, — она задрала футболку и стала изучать мою грудь.

Я покивал, и чуть не стукнулся с Лонь лбами. Сделаю вид, что и я ничего не знаю.

— А что с фамильяром, и почему такая категоричность? — я снова ткнул ей за спину, но Лонь не повернулась, а наоборот стала поглаживать меня двумя руками, пытаясь просунуть руку в штаны.

— Это мой, — она запнулась, — сын. На следующем этапе потребуются специфические знания и вычислительные мощности. Без него никак.

Она по-прежнему не отрывала от меня взгляд, и подвоха я не почувствовал, поэтому нажал «да». Но немедленной загрузки не началось, поскольку до сих пор загружался файл от Ада.

Лонь соединила руки у меня за спиной и притянула меня к себе. Ну это она так хотела, а получилось, что она сама в меня врезалась. А зачем ей лишние силы? У неё тело обычной женщины.

— Я не буду отвязывать Борю, — категорично заявил я, глядя прямо в глаза.

— Значит, у нас проблемы, — мимика на её лице не изменилась.

— Жилое здание можешь отвязать, — предложил я.

Девушка зависла и с тревогой посмотрела на меня.

— Не получается.

— Кхэ-кхэ, — за моей спиной засеменили лапки, — извините, что помешал. На счет зданий. Я тут делал расчеты в соответствии с новым объёмом души, так вот здания — не проблема. Вы можете хоть всю планету к себе привязать, Великий.

— Типун тебе на язык! — ужаснулся я. — Сплюнь.

— В кого?

Программа Ада загрузилась, бегунок поменялся, началась установка. Фамильяр от Лонь загрузился почти мгновенно и снова замер в ожидании своей очереди.

Лонь принялась раздевать меня, и вот что мне делать?

Делать я ничего не стал, она сделала всё сама. Что захотела, то и сделала. Счастливо улыбающаяся девушка безвольно лежала в пустоте, а я встал. Передо мной висело новое уведомление:

«Установка завершена. Изменения вступят в силу только после перезагрузки. Осуществить перезагрузку сейчас или отложить на потом?»

Я обернулся к Лонь.

— Что такое перезагрузка?

— Смерть, полагаю, — ответил Тёмный, в то время как Лонь продолжила безучастно пялиться в пустоту. — Вы же в игре, Великий, жмите «да».

Нажал, но ничего не произошло. Окошко продолжило гореть. Нажал ещё раз, ну мало ли не сработало. Окошко мигнуло и появилось снова. Полез в меню разбираться, что не так.

Имя — Лео.

Уровень — 2 (скрыт), видимый — 147.

Очки: 70 из 300.

Класс (скрыт) — големщик (вне уровня); стихийный маг (уровень 15); качок (уровень 59), администратор. Видимый класс — големщик.

Характеристики: Нераспределённых очков: 0 Сила — 53; Ловкость — 57; Здоровье — 109; Мана — 51; Репутация с миром — хозяин.

Навыки: — нейтральная мана (1); — струны души (1); — душевное врачевание (2).

Магический источник: — универсальная энергия всех стихий (14); — первостихия (вне уровня); — перевёрнутая Альфа: генерация маны (3), творец (13), Лео (8), создатель миров (2); — симбионт 1 — Альдин Фрамаин Дубен Нолин, уровень ошибка. Класс: тёмный; — симбионт 2 — первостихия Софа. Класс: океан душ.

Привязанные питомцы: — минифелис Ульт, уровень 40. Класс: потрошитель (скрыт), видимый — спасатель; — тигр Красный, уровень 159. Класс: вожак; — детёныш Небесного дракона Азур (временно недоступен).

Убежище — башня Администратора (посещений 2).

Помощники Лео: — минифелис Ульт (эффективность 51%); — хранитель Царь (эффективность 30%); — хранитель младший Вася (эффективность 89%); — учитель Чайран (эффективность 96%); — неизвестно (ошибка).

Фамильяр: — энергетический вычислительный симбионт. Класс: Лонь (не активен).

Привязанные души: — Лежалый, Сим (1 уровень, мир Нейра); — Фатт, Иван Раков (1 уровень, мир Земля-2); — Коля Хвастунов (0 уровень, мир Альфа); — Коля Хвастунов (0 уровень, мир Альфа); — Октавий Дубхе (5-й этап Нулевого перехода, мир Альфа); — СлавикАрхонт Дубхе (5-й этап Нулевого перехода, мир Альфа); — Грек Дубхе (9-й этап Нулевого перехода, мир Альфа); — Одиссей Дубхе (9-й этап Нулевого перехода, мир Альфа).

Привязанные предметы: — небоскрёб из мира Мати (12, класс не выбран); — материал небоскрёба из мира Земля-2 (10, класс: голем Изначального Боря); — убежище (2); — живое здание из мира Земля-13 (1).

Текущие задания: — квест «Честный убийца» (обновлён); — прокачка игрока Рафаэля (0,1%); — помоги вернуть долг Чайрана (выполнен); — солидный уровень для солидного зама (выполнен); — исправь кривого универсала (отменён); — любопытная Варвара (выполнен); — обмани двух фанаток (провален); — прокачай Ульта (обновлён); — фамильяр (выполнен); — убежище (обновлён); — обязанности наместника (обновлён).

Достижения: — первый и единственный в мире големщик; — почётный Охотник; — суперкачок; — лузер; — душевный музыкант; — безумный создатель.

Деньги — 762230 тыс зол., 8 сер., 5 мед.

Почта — 58 непрочитанных сообщений.

Личные чаты — 3 активных сессии (Хлоя, Вася, Коля Хвастунов).

Групповые чаты: Лео — 3 сообщений; Хранители — 3 сообщения; Владетели — 7 сообщений.

Раздел администратора — 1 сообщение.

Пока я стоял и не знал, за что хвататься, то ли сообщения прочитать, откуда их столько, то ли квесты изучить, выскочила новая портянка.

«Внимание! Производится расчёт наград: +1000000 воскрешение чёрного тысса; +100000 создание одушевлённого голема Изначального; +100000 создание одушевлённого голема Дом; +400000 спасение братьев; +100000 овладение навыком „струны души“; +100000 массовое врачевание душ; +100000 врачевание души Изначального; +100000 модификация Альфы, увеличение гена Рентген; +100000 создание одушевлённого органического голема Лонь; +10000 использование первостихии для антивирусного очищения сервера Небоскрёб; +20000 создание пространственной межмировой капсулы; +10000 создание капсулы для создания Изначального; +10000 получение достижения „Душевный музыкант“; +10500 выполнение задание „Тайфулин“, квест Честный убийца; +1000 усиление учителя Чайрана; +1000 установка энергетического фамильяра-симбионта; +1000 завершение задания „Солидный уровень для солидного зама“; +100 завершение задания „Любопытная Варвара“; +20 озеленение. Итого: +2163620 очков опыта.

Начислены штрафы: -100000 привязка к душе живого дома; -100000 установка непроверенного энергетического симбионта; -10000 создание безнанитовой пространственной межмировой капсулы (подлежит уничтожению); -10000 получение достижения «Безумный создатель»; -2000 провал задания «Обмани двух фанаток». Итого: -222000 очков опыта.

Итого начислено: +1941620 очков опыта».

Я уж было обрадовался росту уровней, как появилось новое сообщение:

«Внимание! За повторное вмешательство в запечатанную область памяти на вас налагается штраф. Все заработанные очки опыта уменьшаются в 10 раз. Базовые характеристики урезаются в 10 раз».

Большая цифра мигнула и сократилась на ноль. Всё ещё неплохо, только вот кто и когда опять стирал мне память? Углубиться в анализ не позволило новое сообщение:

«Внимание! За отказ в выполнении ключевого задания „Убежище“ на вас налагается штраф. Все заработанные очки опыта уменьшаются в 5 раз. Базовые характеристики урезаются в 5 раз. Мощность работы магического источника и Альфы снижена на 95%».

Итоговая цифра снова мигнула и превратилась в 38832 очка опыта. Впрочем я не унывал. Для моего текущего второго уровня хватит, чтобы быстро поднять… Я не успел подсчитать, сколько мне это даст в уровнях, как появилось новое сообщение:

«Внимание! Вами получено новое достижение — уменьшение заработанных очков в 50 раз.

Ранее присвоенный титул «Суперкачок» переименован в «Антикачок». Награда: -10000 очков опыта.

Ранее присвоенный титул «Лузер» переименован «Эпический лузер». Награда: -10000 очков опыта».

Итоговая сумма снова мигнула и превратилась в 18832 очка.

«Внимание! Ваш уровень обновлён и равен 18. Нераспределённых очков — 48.

Внимание! Ваш питомец Ульт получил новый уровень 67. Нераспределённых очков — 81. Распределите очки или передайте функцию распределения питомцу.

Хорошей игры, Лео!»

Тут же отдал функцию Ульту, пусть сам разбрасывает свои очки, сам же отмотал портянку вверх, где уже обновились данные.

Имя — Лео.

Уровень —18 (скрыт), видимый — 147.

Очки: 1472 из 1900.

Характеристики: Нераспределённых очков: 48 Сила — 1; Ловкость — 1; Здоровье — 2; Мана — 1; Репутация с миром — хозяин.

Делать нечего, я вздохнул и дорисовал себе видимый уровень до 148, хтонь. Добавил по 12 в силу и ловкость и 24 в здоровье.

Я подошёл к Лонь и попробовал поднять её на руки, чтобы вместе с ней зайти в игру. Но она оказалась слишком тяжёлая. Надел на неё платье, сел рядом и взял за руку. Только после этого нажал на кнопку входа.

На поляне меня уже ждали. Чайран с изумлением уставился на меня. Ах да, у него же есть доступ к моему меню. Глаза его расширились, а потом он захохотал. Искренне так, до слёз. Гад. Никакого сочувствия к ученику.

— А почему ты голый? — хмуро спросил Рафаэль. — Надеюсь, нам не придётся качаться нагишом? — он с подозрением уставился на меня, и перевёл выразительный взгляд на девушку, которая лежала на спине, улыбалась, глядя в голубое небо, и водила рукой по траве. Аристо ожидал, что я его представлю незнакомке.

Я создал на себе свои любимые штаны и рубашку. Только вот ничего не получилось. Вместо привычной одежды на мне появились укороченные до неприличия шорты. 5% мощности, тьма её забери!

Глава 15

Эльфийский лес встретил меня радостным шуршанием. Высокие и стройные потомки мэллорна Стоика разом отправили мне мощную волну благодарности за спасение главного древа. Хорошо, что я появился в игре сидя, а то бы точно упал от напора тёплых чувств, тем самым расстроив лесную братию. Ответный посыл получился слабым, спасибо системе, которая урезала мои способности на 95%. Я встал и уважил старика Стоика лично. Я обнял его и погладил по шершавой коре.

Мы договорились встретиться у мэллорна, но когда я появился, на месте были не все. Развалившийся в тени Мэллорна Красный лениво махнул хвостом, насмешливо меня разглядывая.

Ульт, как обычно где-то шлялся. И судя по продолжающемуся росту его уровней, он занимался розыском домашних питомцев. Нас не было в игре неделю, потеряшек накопилось, должно быть, много. И не факт, что их хозяева сейчас в игре. Хотя система же синхронизировала офф-лайн, так что свяжется. В том, что он сам разберётся, я нисколько не сомневался.

Отсутствие профессора Гаврилова озадачило. Я загружал его почти одновременно с Рафаэлем и лично определил точку появления в игре через админку.

Лонь, появившаяся вместе со мной, блаженно раскинулась на траве звёздочкой и загадочно улыбалась. Она сорвала травинку и жевала. До этого она ощущала тело в искусственном пространстве, а сейчас на неё ухнула жизнь во всём своём великолепии. Я злорадно усмехнулся, пусть познает все грани человеческого существования на собственной шкуре.

Девушка погрузилась в нахлынувшие ощущения всеми имеющимися органами чувств обычной женщины и магини. Вкусовые рецепторы, тактильное ощущение, бегущие мимо облака, колышущиеся ветки деревьев, щебет птиц.

Рафаэль с интересом косился на незнакомку. Я же не мог привести с собой случайного человека, а раньше её в моём окружении не было. Воспитание не позволяло герцогу подойти и познакомиться, его должны были обязательно представить. И надписей у неё над головой не было. Я усмехнулся, что ж она себе нанитов не подселила, тьма её забери?

— Ты почему в таком виде? — деловито спросил Славик, бросая в сторону Лонь заинтересованные взгляды. Тело у неё получилось красивым, а поведение вызывало много вопросов.

То ли он интересовался, почему я появился голым, то ли почему ограничился созданием столь коротких шорт. Хтонь! Ещё раз спасибо системе за урезание моих сил.

Я приспустил шорты на бёдра, вроде молодёжь так носит. Оголённый зад прикрылся, и я стал выглядеть немного приличней. Впрочем, судя по шокированному взгляду Рафаэля, ни какой пристойности в моём виде не было.

В ману-то я очки вообще не вложил. У меня там единичка. Да, у меня есть читерская возможность — моментальное пополнение маны. Только вот проку, если там всего единичка?

— Контакт с миром прокачиваю, — заявил я, и Рафаэль тихонечко застонал, предвидя очередные мучения. — Видишь, — я похлопал себя по животу, — минимум преград между мной и окружающей средой.

Славик задумчиво оглядел меня, и перевёл взгляд на свои загорелые руки. Он был всё в той же майке, которую ему подарили орки в нубятнике.

Я отправил сообщение в чат Лео: «Где все?» В чате висело три непрочитанных сообщения, прочитав которые я вспомнил трансляцию из Стремянки, на которой хихикающий эльф скакал вокруг привязанного к дереву Славика.

Чайран: Встречаемся у мэллорна Стоик в Эльфийском лесу через час.

Красный: Я на месте. Тут пытают Славика. Помните, он с нами ходил? Его спасать или пусть сам качается?

Ульт: Ты дебил? (К сообщению прилагалось изображение собакена, где он закрывает лапой морду).

Тигр Красный добавил Славика в чат Лео, хм.

Заодно проверил, откуда у меня так много сообщений в почте. Ответ оказался прост — игроки и неписи вычислили производителя летающих ковров, что было в общем-то не сложно. Големщик-то в игре один. Все сообщения были от друзей, через которых писали знакомые знакомых с просьбой об изготовлении новых ковров. Это вовремя я поставил галочку, что писать мне могут только друзья.

Было и послание от Ирэн, где она слёзно умоляла изготовить партию солдатиков и другие игрушки. Давила на совесть, хтонь. Не отбирать же ей солдатиков у моего сына Рамика?

Дальше полез в групповые чаты. Стоик хвастался, что я скоро буду и уже отправил фотку, где я его обнимаю. Никто из хранителей не спросил, почему я при этом полуголый. Ан нет, выскочило новое сообщение:

Мысь: Он что надеется, что у него шерсть вырастет?

Стоик: Это чтобы быть ближе к миру.

Открыл чат хозяев городов, где болтались сообщения недельной давности.

Зак: Кто-нибудь в курсе, что за битва была в Эльфийском лесу?

Зак: Неужели никто не знает?

Зак: Вот и помогай людям.

Зак: Кто хоть победил? Наши?

Хейрунар: Победило Добро. Ибо добро всегда побеждает зло!

Зак: Ладно, я тоже не расскажу, кто тендер выиграл. И про девочку Катю меня не спрашивайте.

Бурум: Там тоже победило добро, ибо у кого добра больше, тот и прав.

Я подозрительно огляделся. Хозяева городов послали сюда своих людей. Вопрос, они уже закончили разведку, или до сих пор где-то рыщут неподалёку?

— Мне сразу +2 к репутации с миром дали, — довольно заявил Рафаэль, стоя передо мной в варварски укороченных штанах. — Минус четыре осталось.

Я довольно улыбнулся. Замечательная новость! Вот бы ещё его спесь куда-то деть. Ну, может, вот так походит и надменности в нём поубавится. Неровный край оторванных штанин смотрелся так себе. Герцог был похож на человека, попавшего в непростую жизненную ситуацию.

— Лео плохого не посоветует, — авторитетно заявил Славик. — На нём были детские орочьи трусы. Он их подвернул два раза, но ширину-то никак не убавишь. Смотрелись они, как юбка в весёлых слониках.

Сейчас, когда брат разделся, было видно, что болезненная худоба прошла. Загорелые руки контрастировали с остальным бледным телом.

На лесную поляну вышел Меллон с двумя другими благородными марами, верхом на них сидели Умник и Нестор. Были они не одни, их сопровождали светлые эльфы Кутон-138, зоркий глаз и Дэнгар-187, бесшумный шаг, сидящие на белых породистых кобылах

Активизировался чат Лео:

Нестор: Не хотели нас пускать, мол, тут и без вас шпионов хватает.

Умник: Хорошо Меллон рядом был, провёл нас.

— Спасибо, — я погладил хранителя Эльфийского леса.

— А что это вы тут делаете? — Нестор ловко спрыгнул вниз и направился ко мне. Он уже привык к помолодевшему телу. Из его движений, наконец, ушла старческая моторика. Он повесил мне на шею сразу несколько артефактов и ещё по браслету на обе руки. Впрочем, оглядев меня, он порылся в сумке и достал ещё два, и нацепил на лодыжки.

Пока Славик хвастался достижениями, я снова полез в чаты, где настырно мигала Хлоя. Что она хотела, я не понял. Ругалась, обвиняла, умоляла. Открыл чат с Васей, который должен был быть дома, он мне раньше никогда не писал. Я перечитал текст несколько раз, но смысл не складывался:

«Лёня, что делать? Он всё время движется, мы не можем выйти. Храпов сидит на террасе и молчит. Твои гости, не знаю. Там какой-то сюрр происходит. Надо было ещё на день задержаться на озере, как чувствовал. Лёня, сделай что-нибудь».

У них что-то случилось, но если я сейчас выйду, то не смогу зайти 6 часов. Предложил Васе связаться с Центральным. Уж он-то поможет. Власть как никак.

Проверил заодно сообщение от Коли Хвастунова. Они приглашали вгости, к письму прилагались фото. Катя наняла орков для строительства. На картинках слоны ловко укладывали брёвна, хтонь. Они строили П-образное здание с мэллорном посередине, росток был совсем маленьким.

Написал ответное послание с обещанием заглянуть. Собственно в конце намеченного маршрута по хранителям я собирался выйти из Медвежьего леса к их поселению.

Последним осталось сообщение в административном отделе. Лонь переадресовала мне вопрос Хасана. Мол, что делать, разрешать ему переселение белок или нет? «Решай сама».

— Простите, нас не представили, а я не могу не спросить, не смущает ли вас наш внешний вид?

Я обернулся. Чайран надвисал над лежащей Лонь в красных шёлковых зауженных труселях, которые смотрелись на нём исключительно элегантно.

Лонь повернула голову в его сторону и отстранёно улыбнулась:

— Ты Чайран, я Лонь.

— Лонь, — воодушевился тёмный эльф, — очень приятно. Позвольте выразить искреннее восхищение проводимой вами политикой.

Чайран присел на корточки, взял руку Лонь и галантно поцеловал.

— Кто это? — шепнул Славик.

— Может новая жена Лео? — предположил Рафаэль, который очевидно ознакомился с богатой семейной историей моего предшественника в обоих мирах. А тут я появляюсь голый с прибалдевшей красоткой, вот он и сделал далеко идущие выводы.

Я обернулся. Ипполит и Нестор тоже разделись. Даже светлые эльфы колебались, а не следует ли им поступить так же. Умник ловко выправлял шорты Рафаэля, чтобы у них был аккуратный срез. Даже не удивлён, что у него в арсенале есть и такие плетения. Сам Ипполит последовал моему минималистичному варианту, я с завистью глядел на его идеально прокачанное тело. Не удивительно, что его Дэла выбрала. Нестор срезал штанины, ему не хотелось расставаться с карманами.

Ко мне подошёл Славик и тоже погладил Меллона.

— Выдвигаемся в Таурон? — утвердительно спросил он.

— Зачем? — не понял я логики его рассуждений.

— Твой щит с респа забрать, — терпеливо объяснил он.

— Какой щит? — я понял, что у меня отсутствует какая-то важная информация.

Рафаэль нервно хохотнул.

— Профессор Гаврилов при регистрации получил ник «Щит Лео». Сначала было всё нормально, мы ждали тебя, а потом он вдруг умер. На форумах писали, как относятся к игрокам в эльфийских городах, — пояснил Рафаэль. — Сам он из города не выберется с его нулевым уровнем.

Я согласился, что выручать мозгоправа надо, но попросил дать мне ещё немного времени. Для начала надо поправить трусы Славика. Пока я думал, как их лучше переделать с моей единичкой маны, Рафаэль захихикал над детским рисунком слоников. Я отвлёкся на него и результат переделки получился вовсе не такой, как я планировал.

Да, трусы уменьшились и стали плотней, но теперь на них была анимация. Я озадаченно почесал затылок, и нарисованный слоник справа отзеркалил мой жест, проводя хоботом за ухом. Следующий за ним звонко затрубил, и только я подумал, мол, хорошо, что у них звука нет, как ещё один плюнул в ехидного герцога водой.

Артефакторы принялись изучать необычный предмет одежды, а я отошёл в сторону. Надо хоть что-то отправить Ирэн.

Я задумался. В тот раз я делал воинов с тендерной крепости, я уже их и не помню, зато воспоминания о сражении двух башен были свежи.

Альфа мигнула, и на поляне очень медленно выросли три башни, собираясь буквально по камушку на наших глазах. Лонь протянула руку и шустро присвоила макет убежища. Под ногами зашевелилась трава. Чайран провёл рукой и длинная трава превратилась в коротко постриженную. Стали видны фигурки сражающихся эльфов и воинов. Медленно появлялись новые герои, а у меня характеристика маны выросла до 30. В воздухе на коврах зависли знакомые фигурки.

Чайран подхватил свою и спрятал вместе с миниатюрным ковром Молодец и фигуркой Хлои. Башни стреляли друг в друга магическими снарядами совсем слабой мощностью. Первой мою фигурку нашла Лонь и тоже спрятала.

Мы как заворожённые смотрели на битву эльфов и воинов. Неожиданно на поляну выехали новые эльфы на породистых лошадях. Кстати, и Кутон и Дэнгар, сопровождавшие Умника тоже сравнялись с нами в количестве одежды.

Не знаю, о чём подумали свежеприбывшие, но только они разделись, прежде чем выйти на поляну и поздороваться. Ойтурон-235, хозяин города Таурон, протянул руку и дружески улыбнулся:

— 50 миллионов.

Его оголённая фигура производила неизгладимое впечатление. Тонкая и светлая, почти белая кожа казалась полупрозрачной, и слегка светилась изнутри на солнце. При этом рельеф мышц был настолько проработан, что выдавал десятилетия тренировок. Взгляд его был прямолинеен и лишён ожидаемой надменности или превосходства долгоживущих. Трусы у него были с рисунком мэллорна, который при моём взгляде тоже приобрёл анимацию, хтонь. Стоик одобрительно зашумел листвой.

Я помню Ойтурона. Один из двух эльфов, прилетевших на битву на лохматых ковриках для ванны и прикрывавший меня. Его фигурка была среди изготовленных мною големов.

Я озадаченно посмотрел на плоды трудов своих. Пожалуй, солдатиков делать больше не буду. Я просто кивнул, и на мой счёт тут же упала кругленькая сумма.

Битва прекратилась, а фигурки подбежали к новому владельцу. Я предложил им загрузиться в небоскрёбы, что они и сделали. Двое сопровождающих эльфов бережно взяли башни и сложили в отдельные мешки.

Ко мне подвели профессора Гаврилова, над которым, и правда, светился ник: «Щит Лео-2». Две смерти, два уровня?

Мозгоправ выглядел потерянным. Вся его самоуверенность и внешний лоск куда-то делись. Эльфы его приодели, не пожалели хорошей ткани. Практичный комплект для путешественника. Удобные плотные штаны, высокие лёгкие сапоги и льняная куртка болотного цвета. На плече долговязого профессора висела удобная сумка путешественника. Он был непривычно молчалив. Профессор не ожидал, что ощущения в нарисованном мире будут настолько реалистичные.

— Спасибо, Игнат Александрович, вы мне сегодня дважды жизнь спасли, — я интенсивно потряс руку мозгоправа. — Большое человеческое спасибо, — получается, когда я там нажимал на кнопку подтверждения перезагрузки, он тут умирал, хтонь.

Он растерянно озирался, чувствуя себя неловко единственным одетым в обществе мужиков в труселях. Кстати, его бы раздеть, для нулёвки важно заработать плюсовую репутацию. Только вот как ему сказать об этом? Он же сразу станет искать скрытый подтекст.

— Мы его везли, и он вдруг умер, — сообщил Ойтурон и снова заразительно улыбнулся. — Пришлось возвращаться на точку возрождения. Думали, опять не довезём. Какой-то у вас хрупкий щит.

Эльфы мелодично засмеялись, я невольно улыбнулся. От общения с Ойтуроном в душе разливался свет.

— Могу я с вами отправиться в путешествие по мэллорнам? — без перехода в лоб спросил Ойтурон.

Общество мне его было приятно, и я согласился. Лёня слышал, что остальные хозяева эльфийских городов считали его своим лидером. И немного пообщавшись, я понял почему. На таких людей, в смысле, эльфов хотелось равняться.

Мы перешли к обсуждению маршрута. Я сообщил, что мне ещё нужно сначала заехать в Пустоши. Город Артефакторов с белым мэллорном выбивался из гладко выстроенного плана. Он располагался в Озёрной долине, которая отделялась от запретного леса и пустошей длинной горной цепью. Окончательным доводом к тому, чтобы добираться к Пустошам через Эльфийский лес, послужило ненавязчивое напоминание Ойтурона, что округа кишит любопытными игроками и шпионами. А у него сейчас ходят патрули. И я согласился, только попросил дать мне ещё минутку, чтобы сделать-таки партию игрушек для Ирэн.

Недолго думая, я наделал плюшевых игрушек: Великого гибня, благородного мара, лохматого зубра, чёрного тигра, мягкую медведицу и зелёную белку с пушистым хвостом. Вышло штук по тридцать каждого, только разных размеров. Тут же позвонил Ирэн по видео и показал свои творения, которые за моей спиной играли друг с другом.

— Пожалуй, этих я тоже на аукцион отправлю, — заявила довольная хозяйка артефактной лавки.

— Позвольте предложить вам свои услуги в доставке, — в экран влез полуголый Ойтурон, и Ирэн покраснела. — Взамен возьму себе самого большого мара и великого гибня.

Смущенная женщина согласилась, а, когда она отключилась, эльф пошутил, что теперь всё время на деловые переговоры будет являться в таком виде.

— Я открыт для переговоров, — он раскинул руки в стороны, и мы рассмеялись.

Внезапно на поляне закружился чёрный смерч и собрался в маленького мальчика Борю. Что-то он совсем ребёнком стал, ему было лет пять, не больше. Искин бросился мне на шею.

— Лео, он меня не слушается! — и он заплакал. — Я ему говорю: «Стой», а он всё равно идёт. И всё время просится играть. Скажи ему! — искин размазал сопли по лицу и с надеждой уставился на меня.

Я поглаживал Борю по спине и тупил.

— Кто не слушается? — Славик участливо погладил мальчика по спине.

— Дом! Кто же ещё? — слёзы полились с новой силой.

Лонь встала и ловко сложила неимоверно сложное плетение. Перед нами возникла рамочка с трансляцией из Восточной долины.

Дом. Да, именно. Наш московский дом с пентхаусом. Он весело скакал по цветущему лугу. Фундамент сложился в гибкую пружину, дом резво подпрыгивал и мягко приземлялся.

Глава 16

На огромном магическом экране, созданным Лонь, отобразилась причина истерики маленького Бориски, который вцепившись в меня продолжил реветь.

По прекрасной зелёной долине весело скакала московская башня из стекла и бетона, оставляя после себя глубокие ямы, поломанные деревья и изуродованное русло реки. У меня дёрнулся глаз. Живой дом заметил озеро и в высоком прыжке рванул к нему, радостно приземлившись сразу по центру. Вода хлынула в разные стороны, превратив красивый водоём в уродливую лужу. Башня задорно подпрыгнула вновь и плюхнулась снова, вызвав новую волну чудовищных брызг.

И всё это время на террасе пентхауса шла битва Изначальных. Съёмка издалека не позволяла разглядеть, кто там был, впрочем это было очевидно. Один и Технес.

Изначальные находились под непрерывной магической атакой чудовищной силы. Разряды молний, энергетические удары, пространственные хлопки. Один, как муха метался по крыше, в то время как его пыталась прибить пространственная трещина.

Технеса охраняли механоиды, выстраивая мощные щиты и формируя вокруг него броню. Они принимали удары на себя, в то время как он что-то орал. У трансляции не было звука, но было очевидно, что мужчина с мальчиком только обороняются.

Особенно сильный удар рикошетом разрушил стену и выбил стёкла. Живая башня тряхнула «головой». Я медленно, но верно закипал. Стоявший рядом Славик отступил от меня в сторону и потянул за собой Рафаэля. Я сделал глубокий вдох и повернулся к девушке.

— Лоонь?! Ты не хочешь объясниться? — я ткнул пальцем в экран.

— Им нельзя здесь находиться, — безразлично заявила система. — Они должны умереть.

— Почему? — вежливым тоном поинтересовался Чайран, тоже отошедший от меня подальше.

— Они способны определить местонахождение планеты Альфа. Я не могу этого допустить, — равнодушно ответила Лонь.

— А я? — с долей опасения спросил Чайран, который с недавних пор и сам стал Изначальным.

— У тебя наниты и клятва учителя, — девушка наклонила голову, о чём-то раздумывая, глядя на тёмного эльфа. Тот внезапно завис, читая системное сообщение, а потом отмер.

— Можно же и с них клятву взять? — предложил учитель.

— У них нет нанитов. Они появились вне игры. Их всех надо уничтожить.

До меня дошло, что это она говорит не только про Изначальных. Всех! Она собирается убить всех! И да, они попали в Стремянку минуя капсулу. Никакого воскрешения не будет.

— Ты защищаешь людей? — я посмотрел в глаза маленькому Бориске, и тот кивнул, размазывая слёзы по щекам.

Я погладил мальчика по голове и опустил на землю. Сам развернулся и медленно пошёл к Лонь.

— Прекрати, — с чудовищным усилием я подавил вырывающийся наружу гнев.

— Нет, — девушка спокойно выдержала мой взгляд.

— Прекрати, — зло процедил я.

— Несколько простых жизней не стоят риска прерывания Нулевого перехода. Изначальные возродятся, хранителей я загружу заново, — твёрдо заявила Лонь.

— Пре. Кра. Ти. — ледяным тоном повторил я. Меня накрывала вымораживающая душу ярость.

— Лео! — закричал Славик, и я резко обернулся.

Технес падал с башни вниз. Одина нигде видно не было.

В недрах души родилась чудовищная волна, сметающая все на своём пути. Всё. Это. Не. Правильно. Осыпались в траву наниты, загорелось тело первозданным гневом. Вырвалась на волю Альфа и накрыла собой всю планету. Магический источник развернулся, окутывая мир. Все, сдерживающие меня механизмы системы разом разрушились. Это мой мир! Я здесь хозяин!

Из груди выползла горящая змея и угрожающе раскрыла пасть. Она медленно закружила вокруг меня, постепенно увеличиваясь в размере.

— Я выжгу систему из этого мира, если ты не прекратишь, — спокойно заявил я, отворачиваясь от Лонь.

— Я готова сохранить жизни при условии, что Изначальные останутся без сознания, а люди не покинут здания, — вынуждено согласилась система.

— Боря? — я вопросительно повернулся к мальчику.

— Хорошо, — он задумчиво кивнул, уже прикидывая что-то.

— Медицинская помощь нужна? — поинтересовался я, представив, как людей швыряло внутри помещений, пока башня задорно скакала по полям.

— Питоны с медкапсулами дежурят неподалёку, — успокоил меня Бориска.

На трансляции было видно, что атаки на живое здание разом прекратились.

— Ууульт! — яростно заорал я, и передо мной шлёпнулся на траву собакен, зажимающий в пасти кролика.

— Урр? — недовольно заворчал потрошитель, откусывая голову чьего-то домашнего питомца.

— Видишь? — я ткнул в экран, где живой дом перебрался из озера в главную реку и весело играл с течением. — Найди Одиссея и пусть он займётся воспитанием этого, — я поджал губы, — чуда.

Собакен исчез, оставив на траве тушку кролика, которую нацепил на копьё светлый эльф Кутон-138, зоркий глаз, и подтащил к себе.

На берегу реки появился Одиссей и застыл, глядя на живую башню.

— Что он говорит? Звук можно, пожалуйста, госпожа Лонь? — вежливо попросил тёмный эльф.

— Он не говорит, — безразлично бросила система. — Кремниевая форма жизни общается образами.

Из воды на берег озера позади Одиссея выползла кишащая механическая масса и разошлась в стороны, обнажая изломанное тело Технеса. Я застонал от бессилия. Мы были слишком далеко. Внезапно брат пропал, и возник уже передо мной, рухнув с метровой высоты изломанной куклой, добавив себе несколько переломов.

— Урр, — Ульт снова исчез.

Я погрузился в сканирование. Сука! Его Альфа была повреждена, я зло посмотрел на Лонь. Как же? Возродится он!

Энергетическое оружие, которым она била, нанесло чудовищные рваные прорехи и деформировало саму структуру буквы. Я в панике схватился за голову.

Софа подползла ближе, распадаясь на несколько змей поменьше и принялась латать дыры. Это полбеды. Как исправить искривление?!

— Иногда при переломах спицы вставляют, — Бориска неуверенно почесал затылок.

Из чего? Это же энергетическая конструкция.

— Предлагаешь доломать и наложить гипс? — я колебался, в то время, как брат угасал. Он внезапно открыл глаза, поймал мой взгляд и заговорил:

— Жизнь и смерть во мне…

— Заткнись! — рявкнул я. Не знаю, что он хотел сказать, но у меня от его слов по душе мурашки побежали. — Ты будешь жить! — моя Альфа согласно мигнула, а я и забыл, что она у меня раскинута на всю планету.

Я разложил конечности так, как они должны располагаться. Мне помогал Ойтурон. Светлые эльфы были отличными целителями.

— Скажешь, когда можно заращивать кости, — попросил он. Догадался, что сейчас этого делать нельзя.

Я выпустил из пальцев нити из первостихии. По моей команде Софа стала разламывать места деформации, а я раскладывал Альфу в правильную форму. Первостихийные нити сшивали концы. Да, это было коряво: в местах стыков образовывались узелки. Но сейчас задача была приживить края.

Когда всё было готово, Софа запустила пробный ток энергии, и тут же в разные стороны прыснули энергетические фонтаны. Большие, маленькие. Края срослись, однако дыр было слишком много. Гипс, так гипс.

Я стал сооружать боковые стенки. Оставил ему вход для энергии на ножках буквы и выход сверху. Остальное заключил в коробочку. Второй ток пошёл успешней. Я кивнул и мы со светлым эльфом принялись за залечивание костей. Дыхание Технеса выровнялось. Теперь можно и в капсулу. Она появилась рядом, стоило мне только подумать о ней.

Я бережно поднял брата и уложил в сотканную из энергии звёзд прозрачную конструкцию. Стоило закрыться крышке, как микрочастички Бориски подхватили её и улетели на восток. Значит, там где-то небоскрёб.

Стоило мне облегчённо выдохнуть, как передо мной появилось тело Одина. Мёртвое тело Одина. В нём не было ни единой целой косточки. Она его хладнокровно сплющила. Ярость затмила разум, а душу резануло оглушительной болью. Источник беспомощно схлопнулся, перевёрнутая Альфа свернулась. Софа окатывала теплом первостихии, но это не помогало. Я увидел, как по душе расползается огромная трещина, обнажая бездну отчаяния, в которую я падал.

Слёзы катились из глаз. Я провёл рукой по белокурым волосам мальчика, но пальцы ничего не почувствовали. Отец…

— Он жив.

— Лео, он жив.

Я посмотрел в стеклянные безжизненные глаза.

— Да, жив он!

— Он перешёл на второй этап, Лео.

Я поднял взгляд на говорившего. Передо мной стояла ненавистная Лонь.

— Ты до сих пор врио, — заявила стерва в качестве доказательства.

— Ты говорила, что и Тех переродится, — не поверил я.

— Он жив, — Лонь выплела очередное мозговзрывательное плетение и включила запись.

Медленно кадр за кадром отображался момент мучительной смерти. Мигнула Альфа Одина и расширилась, а потом сжалась в точку и устремилась вверх в космос.

Я подозрительно посмотрел на Лонь. Девушка взгляд не отводила, спокойно позволяя считывать душу. Не врёт. Я откинулся назад и рухнул на траву.

— Лео, — меня за плечо аккуратно тронул Славик. — Пойдём к реке. Надо помочь людям.

— Мы слишком далеко, — простонал я. Накатила дикая усталость, моральная и физическая. — Нам ещё из леса выбраться, и там по долине, даже на гибнях это часов 5 добираться.

На поляну приземлился питон.

— Идём, — Боря потянул меня за руку, заставляя подняться.

Питон был забит медицинскими капсулами под завязку, мы с трудом поместились. Летели стоя, но для летающего поезда — было не далеко. Добрались меньше, чем за час. Лонь я с собой не взял.

— Кто-то умеет обращаться с капсулами? — забеспокоился я.

— Флаер забрал целителя Егора Михайловича Ракова из Таурона. Он уже на месте, — заверил меня искин.

— Я умею, — вызвался Рафаэль.

Московская башня смирно стояла на берегу. Одиссей успокаивающе гладил живой дом по стене. Так и не скажешь, что это чудовище недавно скакало по долине, сея катастрофические разрушения. Перед главным входом стояло три питона, из которых добровольцы выгружали медицинские капсулы и заносили внутрь. Из ближайшего города Читальня тянулись гружёные телеги и спешили новые помощники.

Руководил всем Егор Михайлович, к нему тут же подбежал Рафаэль, предлагая свою помощь. На первом этаже в фойе люди плотно расставляли капсулы, и маги тут же прикрепляли ножки к полу. Добровольцы ходили по этажам, выламывали двери и искали пострадавших.

Боря принялся выгружать магогенератор для подключения энергии. По понятным причинам электричества в здании не было, как и других удобств.

Часть капсул уже была заполнена пострадавшими. Очень хотелось расспросить целителя, но отвлекать не стал. Ему было не до меня. Попытался прикинуть сам. Секцию подо мной вплоть до десятого этажа выкупил Вася, там человек 50 пенсионеров. Противоположные квартиры с южной стороны заселили пришельцы, которых дома не было. Они до сих пор спасали меня в астероидном поясе, и надеюсь, и дальше продолжат меня искать. Хотя как только узнают про живой дом, вернутся.

Первые два этажа были нежилые, и это хорошо, а то здание погружалось в воду. Осталось ещё десять этажей по шесть квартир. Неизвестно сколько продали. И в игру я загружался в рабочее время. Хтонь! Сотни две? Три? Капсул на всех-то хватит? Да там весь небоскрёб был ими утыкан, а подвал забит криозаморозкой. Хлоя!

Я ринулся на 10-й этаж. Девушка привязала себя к балконным перилам. Всё бы ничего, но головой она о каменный пол всё же ударилась и ни один раз. Голову я залечил, и заключил красавицу в универсальный поддерживающий кокон, прикрепил его в полу. Продержится, всё-таки с травмой головы лучше в капсулу.

Пошёл выше. Спасатели сюда ещё не дошли. Кого находил укладывал в поддерживающие коконы и прилеплял к полу. Так и шёл, пока не нашёл Васю.

Он лежал без сознания под медицинским столом, который был прикручен к полу. Это не спасло парня от травмы головы. Но повезло ему больше, чем Хлое. Пока я проводил диагностику, Вася открыл глаза и довольно улыбнулся, увидев меня.

— Я выкупил все квартиры почти даром, — похвастался младший хранитель и снова потерял сознание.

Зачем? Люди наоборот станут требовать возврата денег и возмещение морального ущерба. Что-то я сомневаюсь, что здание вернётся на то же место. Локация, хтонь, немаловажный критерий при выборе жилья. Я даже не уверен, что башня вернётся в Москву, а не возникнет где-нибудь в тайге.

Тьма её забери, у меня опять нет дома!

На предпоследнем этаже под моим номером на террасе сидел генерал Храпов. Под ним натекла большая лужа крови.

— Лео, я не справился, — мрачно прошептал он. — Из меня вышел плохой хранитель. Я знаю, что ты меня не помнишь, — он тяжело дышал, — но ты мне постоянно жизнь спасаешь.

Я обошёл его кругом и увидел, что из него торчит железяка. Часть террасы была разрушена магическим взрывом. Пока я занимался лечением, старик продолжил рассказ.

— Я был на Континенте. Ты даже не представляешь себе, что это за место. Он обещал, что я стану сильнее, но кажется, я только сломался от постоянных смертей, ужасов и невозможности толком выспаться, Вань. Я сдулся. Люди — монстры, а монстры — люди. Когда ты играл на струнах души, — хранитель замолчал и заплакал.

Я уже извлёк металлический прут и остановил кровотечение. Я погладил мужчину по волосам, окутал универсальной сферой и погрузил в сон. Пусть отдохнёт.

Поднялся к себе на этаж и без сил рухнул на кровать. Отдохнуть не получилось. Молчаливым изваянием возник Одиссей.

— Надо поговорить, — бросил он и ушёл.

Нашёл я его на кухне. Он сидел за столом и пил чай. Из-под балахона выглядывал скафандр. Странно, откуда кипяток, раз энергии нет. Он подтолкнул в мою сторону горячую кружку.

— А почему ты не переоденешься? — я сделал глоток. — Очень вкусно!

Чай был на вкус какой-то не такой. Я пригляделся, у брата появился магический источник, в котором обосновалась магия Земли. Странно. Это не Земля. Магия Камня! Поразительно!

— Это не скафандр, — усмешка на застывшем лице брата лишь обозначилась.

— Скафандр для Дубхе, которым не нужен воздух, — я захихикал. — Очень странный чай, — я с удовольствием сделал ещё глоток.

— Дом старался, — согласился Одиссей.

Я с изумлением уставился на брата, тот просто кивнул.

— Ты оживил не только камень, — он постучал по столу, и чашка пододвинулась ближе, а внутри появилась новая вода, которая закипела.

— А вода откуда? Хотя что я туплю, из воздуха, — ответил себе сам, более пристально оглядывая кухню.

Скатерть разгладилась. Стоящий рядом стул нетерпеливо переминался с ноги на ногу. Занавески чуть двинулись, создавая комфортную тень. На натюрморте яблоко откатилось в сторону.

— Единое сознание? — я посмотрел на брата и тот кивнул.

— Ну, привет, дом, милый дом, — я широко улыбнулся. — Буду тебя звать Милдом.

Занавески радостно заколыхались, а стул слегка подпрыгнул.

— А что он такой непоседливый? Камень же, — в компании брата я тоже стал немногословен, хтонь.

— Он только родился, Мих. Вспомни, душа планеты, она взрослеет на человеческий год за тысячу лет. У кремниевой формы жизни всё ещё медленней, — Одиссей снова обозначил улыбку, а я понял, что попал. Живой дом непоседа. Надо срочно научить его передвигаться без ущерба для жильцов и окружающей среды.

— А можно в нём как-то развивать усидчивость? — без особой надежды поинтересовался я.

— Я над этим работаю, Мих.

— Так ты останешься? — вскинулся я.

Одиссей просто кивнул.

— Ты его место.

— В смысле? Он — мой дом, а я его место? — я покрутил это в голове и не понял.

— Камень всю жизнь ищет своё место под солнцем, — на полном серьёзе заявил Одиссей. — А ты сразу и место, и солнце, — и молчаливый брат громогласно загрохотал. Пожалуй, не буду шутить в его присутствии, потому как дом тоже захихикал.

Сначала появилась лёгкая вибрация, а потом ощутимая, как во время землетрясения. Чашка при этом не падала, а люстра не шаталась. Сюрр, полный сюрр.

Глава 17

Третий день мы сидели на одном месте. И если с точки зрения неугомонного прыгающего дома это был определённый прогресс, то меня сидение в четырёх стенах утомило. Я оказался привязан не только к зданию, но и к последнему этажу, хтонь. Только на нём моя аура гарантировано не доставала до земли.

— Замеры роста растительности мы уже сделали, а косить каждый час траву, Лео, — Чайран усмехнулся. — Да и потом, ты же сам не хочешь привлекать к себе внимание. Вот и сиди тут.

Сидел я в центре гостиной в кругу мигающих датчиков, кристаллов, лампочек и ползающих механоидов.

Технеса с нами не было. По заключённому с Лонь соглашению он должен оставаться без сознания всё время пребывания в Стремянке. Но механоиды вернулись домой и принимали активное участие в производимых артефакторами исследованиях.

Из кухни ко мне прикатил сервировочный столик с накрытым обедом. Он аккуратно переступил колёсиками через датчики и встал передо мной. Решив, что мне высоковато, он слегка согнул ножки.

Привыкнуть к тому, что вся мебель в доме живая, было непросто. Но если я вздрагивал от неожиданности, что полотенце само пытается вытереть меня, то живой дом расстраивался и грустил.

— Это тебе повезло с Васей, он выкрутился с огородами, а то бы мы все круглосуточно занимались стрижкой зелени на Милдоме, — тёмный эльф попытался стянуть с моей тарелки пирожок и получил ложкой по руке. — Ай! Прости, само как-то, — извинился Чайран перед домом. — Там ещё есть?

Ложка показала ему на кухню, и тот послушно пошёл на обед. Мы все старались наладить контакт с живым зданием.

На нетерпеливо подрагивающих блюдах передо мной были выложены пирожки с грибами, овощное рагу и взвар с медовыми плюшками. Всё, кроме мяса, было выращено внутри ауры моей души. Вася озадачил пенсионеров. Теперь у каждого из них был свой огород. Они должны были подобрать оптимальное количество посадок в зависимости от роста и потребления.

Прямо подо мной выращивали грибы, а через этаж Боря устроил пасеку. Ойтурон занялся разведением лекарственных трав и одной террасой не ограничился. Я слышал, что у кого-то росли деревья с яблоками и лимонами. Сходить и посмотреть мне не дали, чтобы я не фонил внизу.

Ойтурон выкупил себе квартиру у возмущенного беспределом бизнесмена, которому надо было быть в Туле для заключения крупной сделки, а не в Стремянке. Светлый эльф даже денег тому не заплатил. Заявил, что для такого солидного человека важнее заработать репутацию, а он хозяин эльфийского города может выдать ему сертификат на трёхдневное проживание в лучшей гостинице Таурона. Это отличный представительский подарок для истинных ценителей игры, коих среди высокопоставленных лиц Земли с каждым годом всё больше и больше.

Таким нехитрым образом Ойтурон выкупил два этажа, девятый и восьмой, кажется. Слышал, как он подходил к Одиссею и жаловался, что в этом прекрасном, замечательном живом доме непозволительно низкие потолки, а маленькому дому надо расти. Так почему бы ему не начать расти в районе его этажей? Дальше я не слышал, но думаю, что Ойтурон всех уговорил.

— Да, с яйцами это отличная задумка, — компания артефакторов вернулась с обеда, когда мой сервировочный столик аккуратно перелез через датчики и козликом запрыгал на кухню.

— Не ожидал, что производительность яиц превысит рост растений, — сказал Умник.

— Как раз-таки ожидаемо. Яйца — это рождение новой жизни, — возразил Нестор.

— Не удивлюсь, если Вася заведёт ферму, — засмеялся Чайран.

— Я бы посоветовал разводить рыбу. Вроде даже на втором этаже есть бассейн, — Нестор показал вниз.

— Там же СПА, это кощунство, — снова рассмеялся тёмный эльф. — Надо будет сходить, когда артефакторы закончат настройку. Хлоя очень хвалила. Правда, там вроде все работники разбежались.

Обслуживающий персонал свалил первым, когда появилась возможность вернуться на Землю, как и охрана. Опустели рестораны и вся инфраструктура, которая делала дом элитным. Жильцы спешно продавали свои квартиры, в которых отсутствовали минимальные удобства. Вася скупал всё. Оставались пенсионеры, остальные сбегали. Ушла и Хлоя, заявив:

— Одинцов! Не звони мне больше!

Мозгоправ слился по-тихому, когда своими глазами увидел московское здание на берегу реки.

Обустройство башни шло полным ходом. Количество магов в жилом доме на метр превышало самих жильцов. Руководил всем Одиссей. Он согласовывал изменения с Милдомом.

Канализация, водопровод, плетения чистоты, утилизация мусора, магическая посудочистка и шкафы сохранности, да там столько всего было! Кажется артефакторы из города Читальня решили внедрить все свои продвинутые технологии в наш дом, не от мира сего.

— Парни, госпожа Клава на обед зовёт, — Умник обратился к эльфам-художникам, рисующим на внутренней стене большую карту материка. Заказ Одиссея, чтобы Милдом мог отслеживать своё местоположение.

Я заметил, что вообще-то мир не один, есть ещё и Земля. Брат озадачился, ничего не ответил и ушёл.

Светлые эльфы спустились со строительных лесов и двинулись на кухню. В дверях они столкнулись с Васей.

— Нестор! На каком этаже лучше разместить луг, чтобы коровы не успевали выедать всю траву?

— Вы оба не угадали, — усмехнулся Умник. — Ни ферма, ни аквариум, он молочкой занялся.

— Животных Храна запретила разводить, — тяжело вздохнул Вася. — Говорит, что нельзя убивать в присутствии Лео. А по поводу рыбы я консультируюсь. У меня знакомый на рыбхозяйстве работает. В общем всё упирается в качку. При движении вода будет бултыхаться, что для рыб не здорово.

— Не проблема, — заявил я. — Сделай опоясывающий здание бассейн с сильным током воды, имитирующий реку. Течение будет нивелировать возможную тряску, — от рыбки я бы не отказался.

Напротив Васи вытянулась антенна с глазом, который что-то пробибикал.

— Он спрашивает на сколько коров считать, — улыбнулся Нестор, глядя на ошарашенного хранителя.

— Не знаю, — парень озадаченно почесал затылок. — Там из города Артефакторов привезли небольшой молокозавод. Сыры, творог. Наверное, молочки много надо. Проблема в том, что передвигать коров с этажа на этаж не хотелось бы, если я просчитаюсь с потребляемым количеством.

— Закладывай больше. Если что всегда сможешь продать на сторону или обменять на мясо, — предложил Чайран.

— Ладно, я пробную корову заведу, чтобы посмотреть, какой с неё удой будет, — Вася скрылся, а я завис. Коров в Стремянке не было.

Передо мной возникла голограмма Бори:

— Можно я позову Радия?

Вопрос поставил меня в тупик. Радий — пятый сын Одина. Несмешной добряк, занимающийся исследованием энергии звёзд. Постоянное облучение его немножечко того. Кроме физической мутации, красных глаз и абсолютно белых волос, он слегка двинулся умом.

— Ну, пожалуйста, — взмолилась голограмма. — Нам без подключения к энергии звёзд никак. Сам посуди. Сейчас всё работает на магии, а мы появимся на Земле, где маны нет. Мы будем зависеть от накопителей, придётся часто возвращаться для подзарядки. Переходники с магии на электричество не выход. Кто тебе разрешит врубиться в существующую электросеть, где всё до последнего килоджоуля просчитано? И солнечных батарей нам не хватит, это здесь солнце есть, а там зима случается. Лео, ну, пожалуйста.

— Ты предлагаешь забивать гвозди космической ракетой, — буркнул я, представив вечно улыбающегося Радия и его тупые шутки.

— Одина больше нет, а кому-то надо меня учить, — Бориска попробовал зайти с другой стороны и в качестве добивающего аргумента сделал щенячьи глазки.

— Хорошо, только зря ты надеешься, что он быстро прибудет. Это Один — ходок, а Радию лететь к Земле своим ходом не знаю сколько.

— Не только Один ходок, я тоже, — голограмма схлопнулась, порядком озадачив меня. А как он на Радия наводиться собирается?

— Кстати, ученик, — ко мне обратился Чайран, который вместе с другими артефакторами внимательно слушал. — Мы можем рассчитывать, что ты будешь подзаряжать накопители, когда мы попадём на Землю?

— Это вряд ли. Система опять подсадит мне нанитов. Удивлён, что она сейчас молчит и не требует вернуть всё, как было, — я нахмурился, вспомнив Лонь.

Она до сих пор не объявилась, что было удивительно и слегка напрягало.

— Я попросил её воздержаться от нанитов, чтобы провести чистый съём данных, — невозмутимо заявил Чайран. — Нам бы ещё нормальный полигон, но чего нет, того нет, — он расстроено уткнулся в свой планшет.

Они периодически вводили меня в курс дела. Нестеру удалось снять замеры, когда Альфа и источник были раскинуты на всю планету. В развёрнутом виде эффект большой души приумножился. На континенте было примерно равное соотношение между лесами и степными просторами. После моей выходки оно сместилось в сторону леса. Да и сами луга стали непроходимыми. Трава — по пояс. Умник предрекал рост рождаемости животного мира. Рой пчёл, который завёл Бориска, уже разделился на двое, и улетел осваивать новые луга.

Для тестирования Альфы не было подходящей площадки, требовался масштабный проект, чтобы увеличить энергопроходимость. А играть на струнах души было стрёмно, хотя Одиссей уже два раза подходил с просьбой залечить трещину в моей душе, которая беспокоила Милдом. Нестор сказал, что только после того, как завершатся все работы по дому, перед выходом из игры можно будет повторить музыку души.

Перемещения в другой мир они согласовывали с Лонь. Умник с Нестором собрались с нами, как и Ойтурон. Прибыли грузовые флаеры с капсулами иного вида. Жители Альфы ложились в капсулы и появлялись на Земле с работающим интерфейсом. Существование продвинутых флаеров неприятно удивило, а настолько проработанное обратное подключение напрягло. Со мной собирались поступить просто. В меня снова загрузятся наниты, и появится кнопка выхода.

Рафаэль только сегодня вышел из игры. Они с Раковым почти всех подняли из капсул. Через Чайрана он прислал сообщение, что космические корабли возвращаются. Поскольку появление живого дома может быть только моих рук делом. В смысле Михаэля. И тут я собрался прикрыться Одиссеем.

Он первый появился на месте. Все видели и даже засняли, как он успокоил дом и тот к нему вышел из реки. И сейчас именно Одиссей занимается благоустройством. Брат согласился принять удар на себя, однако указал мне на серьёзный недочёт в плане.

Одиссей — первый сын Одина, вполне реальная личность. Михаэль — 13-й сын. На что я заявил, что он же мёртв, а мы в нарисованном мире. Вот я и ностальгирую по дорогому старшему брату.

— Не считай всех вокруг себя дураками, — заявил Одиссей и вышел.

Вместо него в комнату забежал Рамик.

— Па! Привет! Меня мама прислала за новыми игрушками. Ты же обещал! — он бросился мне на шею, раскидав разложенные вокруг меня артефакты в стороны.

Механоиды пришли в движение, возвращая разрушенную композицию к исходному виду.

— Какие-то они странные, но прикольные. Я возьму одного поиграть? — сын загорелся новой игрушкой.

К нему подполз крупный насекомоядный и ткнул манипулятором в ногу.

— А что он умеет? — Рамик с интересом уставился на одушевлённого механоида.

— Без понятия. Сам спроси. И это не големы, это живые роботы. Не я их делал, а големов я не могу сделать, — я тяжко вздохнул.

Эт да, я честно пробовал. Заняться мне было нечем. Только вот, когда я творю, то материя собирается из окружающего мира. А вокруг меня что? Живой дом. Вот вместо нескольких десятков игрушечных домиков-големов, я создал тоже домики, но из частичек самого дома, хтонь. Опять затупил. Эти домики — были частью Милдома, как стул или занавески.

Живой дом меня поблагодарил и шустро разбежался. Вот носится теперь везде, пристаёт к жильцам и работающим артефакторам. У игрушечного дома должны были быть паучьи ножки и две руки. Ну, ещё я планировал глаза и рот. Вот он ручками всё хватает и тащит в рот, хтонь. Периодически приносит мне разные вещи. Я восхищаюсь и прошу вернуть хозяину.

Одиссей приходил, поблагодарил, мол отличная идея, чтобы занять непоседливую натуру Милдома.

Рамик сказал, чтобы я сам с мамой разбирался и врубил видеозвонок. В кадре появилась Ирэн с её арбузами, закрывшими нижнюю половину экрана. Мои аргументы её не убедили. Она заявила, что я давно мог раздобыть материал с улицы, деревьев теперь много, а её и деревянные солдатики устроят, который я зажал, гад. В общем, я оказался ленивым засранцем, который и пальцем не хочет пошевелить ради сына.

Видео оборвалось, а я остался оплёванный в центре комнаты. Но в чём-то она права, я же даже не попытался найти выход.

— А ты что сам приехал? — удивился я, глядя, как Рамик взял механоида на руки и перевернул его кверху ногами.

— Не, меня дядя Зак привёз, — он махнул мне за спину, где стоял улыбающийся хозяин города Ярмарка.

Видеть Зака я был рад, но по прошлому опыту от него было столько проблем. Он бесцеремонно прошёл вперёд и поздоровался с остальными. На нём были знакомые красные шаровары и укороченный восточный халат с дорогой вышивкой. На поясе привычно висели сабли.

По воспоминаниям Лёни — самый высокоуровневый игрок Стремянки. А по моим личным — самый умный и изворотливый торгаш, коих носила Вселенная.

Знаменитая личность широко обсуждалась на форумах. Говорили, что родом он был из деревни Пустынники, где предпочитал селиться странный народ, выбравший для жизни горячие пески, когда вокруг полно зелени. Поговаривали, что его изгнали, но в качестве причины конфликта выдвигалось столько версий, что вряд ли хоть одна из них была правдивой.

Однако теперь у него был самый богатый город, а его загребущие руки торчали из множества крупных сделок, к которым он якобы не имел никакого отношения. И он ведь был единственным из людей, кто получил от меня тогда дар первостихии.

За пять лет он заматерел, стал резче, опасней. По рассказам он принял близко к сердцу смерть Древнего. Не уберёг.

— Интересный случай, система у парня сломалась, пытаемся починить, — Чайран небрежно махнул в мою сторону. — Можешь пока идти, подышать, — он показал мне на террасу.

До последнего будут скрывать, что я — тот самый Ярый. Но это ж Зак, он даже, если догадается, не подаст виду, чтобы получить из информации максимум.

Я слышал, как пустынник попытался разговорить Умника и Чайрана на предмет появления ходячего дома. Он увидел в этом выгоду. Ещё бы. Летающего транспорта нет. Из наземного — телеги. Только водное сообщение хорошо развито.

Я заострил зрение и представил, как на берегу появляется игрушечная яхта Чайрана. Получилось.

Я посмотрел на сидящего рядом паучка.

— Видишь? — я показал рукой на маленькую игрушку. — Её надо забрать и принести сюда.

Паучки шустро спрыгнули вниз и стали спускаться, повиснув на своих нитях.

Наделал маленьких и больших домиков. Потом сделал несколько кукол Зака, Дэлы, Умника, Чайрана, Ойтурона, ректора Академии магии и Бурума. Подумав, добавил Оххи Дата. А то, как-то не хорошо без игрушки орков. Создал большой ковёр, куда все големы загрузились, и отправил его к Ирэн. Надеюсь, дойдёт. Всё-таки.

— Па, — меня потянул за рукав Рамик. — А сделай мне, — он закатил глаза, — честного убийцу, — его глаза загорелись от возникшей идеи, а на берегу появился голем весь в чёрном с повязкой на лице. Вылитый нинзя.

Рамик быстро сбегал и принёс игрушку.

— Я пришёл за тобой, — заявил человечек, глядя на меня, а у меня мурашки по спине пробежали.

— Правда, классный? — мальчик прижал фигурку к груди.

— Как бы у тебя его с руками не оторвали, малец, — Зак потрепал Рамика по волосам.

— За тобой я приду завтра, — заявила фигурка, вызвав дружный хохот хозяев городов.

Глава 18

На четвёртый день к вечеру мы стояли перед пустым живым домом, который учился ходить. Милдом волновался и слегка вибрировал от нетерпения, отчего грунт по бокам осыпался, и дом постепенно проседал.

Всех жильцов временно выселили, отправив на Землю, поскольку Лонь запретила людям находиться в игре без интерфейса. Ситуация была абсурдной. Чисто физически, если она выдаёт реальный мир за виртуальный, то они и попасть-то сюда не могли. Даже не знаю, как это будет объяснять людям РеалПро, да и будет ли. А с другой стороны, я помню, как легко система насыщает тело нанитами, когда ей это надо. Вот и спрашивается, почему она этого не могла сделать с жильцами Милдома? Не из вредности же? И тогда возникало подозрение, что капсула виртуального погружения делает что-то ещё. Это напрягало невероятно. Значит, у неё есть неучтённый рычаг контроля, о котором я ничего не знаю.

Артефакторы из города Читальня и эльфийский художники закончили внутренние работы и остались наблюдать за ходом испытаний. Боря вывез медицинские капсулы обратно в небоскрёб. Тот ещё хомяк, учитывая, что у него на каждом этаже несколько десятков капсул для экстренного погружения. Впрочем отправлять медицинские высокотехнологичные капсулы на Землю действительно не следует. Мир к ним не готов ни морально, ни технологически даже близко.

Зевак вокруг собралось много. Горожане из двух соседних городов, игроки. Даже на реке заякорились проходящие мимо суда. Вокруг нас успел образоваться стихийный палаточный лагерь с торговыми лавками и пешими дельцами, предлагающие всё, начиная от пирожков с мясом, яблоками или капустой, до артефактов последнего шанса на случай, если дом упадёт и придавит именно вас.

Лично видел, как лысый Гном в кепке продавал экскурсионные билеты в живой дом. А в другой раз он же предлагал места испытателям, который прокатятся в доме первыми. К ушлому торговцу подошёл Зак, отобрал деньги, оставшиеся сертификаты и отправил гнома далеко и надолго.

Хозяин города Ярмарка выждал вежливые полчаса, а потом принялся докучать. Мол, идея-то неплохая. Экскурсии в ходящем доме, туры по городам, я его отшил. Вообще не до этого сейчас.

Первый тестовый шаг Милдома ожидаемо оказался провальным. Дом в принципе не сконструирован для плавного перемещения. Стало понятно, что с наскоку проблему не решить. Перед нами стояли сразу две непростые задачи. Жильцы не должны ощущать качки, а окружающий мир — страдать от перемещений Милдома.

В составе рабочей группы были Нестор, Умник, Боря и механоиды Технеса. Ну, ещё Чайран отвечал за коммуникацию с Васей, к которому иногда возникали вопросы. Он лучше всех ориентировался внутри дома и знал, что где теперь расположено. Кроме этого нас окружали разные советчики. Зак и Ойтурон никуда не ушли, а из города Магов приехал Поликарпий, ректор Академии магии. Как он мог пропустить такое событие у себя под боком?

Я помню его, он почти не изменился, посуровел разве что. И не мудрено. Город Магов — единственный на континенте с высоким забором, ограждающим его от внешнего мира и потенциальных угроз. В то время, когда бушевали лесные пожары, а мигрирующие стада животных сносили всё на своём пути, он был в полной безопасности. И всё же его город пострадал.

В прошлой жизни, когда я умирал, то отомстил стерве и выжег её первозданным огнём. Сгорел целый квартал, а на его месте образовалась не просто непригодная к жизни пустошь, но и магическая аномалия. Поликарпий накрыл её куполом, но мана просачивалась, и соседние с выжженным кварталом дома пустовали. Мы с Софой всё исправили.

Поликарпий прибыл вчера в своём неизменном костюме с кучей зачарованных карманов, созданном специально для проведения полевых исследований с измерительными приборами на все случаи жизни. Отколупать совсем чуть-чуть от бетонной конструкции мы не дали. Одиссей объяснил, что это кремниевая форма жизни. Мой брат его тоже заинтересовал наличием уникальной магии камня и скафандром, который тот так и не снял.

После нашей отмашки Милдом скакнул и приземлился на новое место. И хоть он старался двигаться плавно, без резких движений, разрушений ландшафта не избежал. К тому же он тут же увлёкся и проскакал лишних три раза, потом вернулся и виновато притих.

Маги всё внутри закрепили, мебель придерживал на месте сам Милдом, но было очевидно, что если бы внутри находился живой человек, то его бы подкинуло и швырнуло в стену.

Чайран заранее расставил по дому манекены. Новшество для этого мира, которое тёмный эльф подсмотрел, пока ходил по бутикам на Земле. Я создал несколько по указке учителя. Куклы расставили, рассадили и просто положили на кровать. Датчики показывали, что тем не поздоровилось.

Добровольцы из числа артефакторов вызвались вернуть манекены в исходное положение. Остальные маги выравняли место, где порезвился Милдом. Рабочая комиссия тут же поспорила за сколько перекапанная земля зарастёт новой травой. Чайран поставил 10 золотых на 10 минут. Я скептически посмотрел на тёмного эльфа, а тот кивнул мне за спину, где торговый лагерь заметно обогатился растительностью. В основном сорняками. Большинство игроков было облеплено большими колючками, похожими на репейник. Местные ребятишки качали меткость.

Наша исследовательская группа переместилась на берег, где на песке было отлично видно оставляемые следы. Вокруг нас суетливо носились похожие на игрушки домики, приводя зевак в полный восторг.

Мини-дом снова принёс пирожок, и откуда он их только берёт? Надеюсь не ворует? На дне полой игрушечной башни обнаружилась чашка горячего отвара, который тот нёс так аккуратно, что горячий напиток не расплескался. Я благодарно погладил домик по крыше.

Конструкция игрушки на паучьих лапках с руками-манипуляторами не подходила для настоящего дома из-за веса здания. По данным Нестора живая башня весила около 35 тысяч тонн. Как только я создал реалистичный макет в человеческий рост с пропорционально уменьшенной массой, башня погрузилась в песок до грунтовых вод. Тонкие паучьи ножки при этом сломались, как спички.

Боря настаивал на облегчении конструкции, в то время, как Поликарпий предлагал добавить больше магии. Чайран напомнил, что Милдом будет перемещаться между мирами, и какое-то время находиться в немагическом мире без маны.

Фактически нужно было решить две разные задачи. Комфортное проживание во время движения и собственно само движение без ущерба для окружающей среды.

Механоиды выстроили из паучков похожую башенку и показали, что если по центру сделать пружинное соединение, то можно будет сбалансировать верх. Особенно, если приделать по четырём сторонам руки, которые будут стабилизировать верх при движении.

Боря вывел трёхмерную голограмму, и запустил программу с расчетами. Выходило, что если облегчить конструкцию хотя бы до 28 тыс тонн, это существенно облегчит задачу.

Самый простой способ опять предложил Поликарпий. Нанести на всю поверхность здания плетение облегчение веса. Профессор горячился, аргументируя, что в немагическом мире на уже внедрённые плетении отсутствие маны не повлияет. Одиссей был категорически против. Что-то там из-за психологии камней, для которых вес — это архи-как важно для ощущения собственного эго.

Боря поддержал ректора, заявив, что он в своём небоскрёбе внедрил плетение облегчение веса в тысячу раз.

— Так его ветром тогда сдует, — рассмеялся Зак. — Да даже если ты в сто раз уменьшишь, площадь-то большая, — и он выпустил из руки мощную струю воздуха, направив её в наш макет, который не выдержал и завалился, обиженно загудев.

Одиссей пригрозил, что он не позволит ломать психику ребёнку. Мы повернулись в сторону ребёнка, который прислушиваясь к нам, стал напоминать Пизанскую башню. Оставшиеся артефакты последнего шанса тут же раскупили по двойной цене.

— У него трещина! — забеспокоился я. — Что с ним?

— Ваши разговоры об облегчении веса обижают малыша, — Одиссей обвёл нас суровым взглядом. — Прекращайте, а то он обидится и убежит.

— Не волнуйся, никто не собирается делать что-то против твоего желания, — попытался успокоить я, и маги поддержали меня.

Дом выпрямился и передвинулся поближе, видимо, чтобы лучше слышать и контролировать обсуждение. Мы сделали вид, что всё в порядке и продолжили искать варианты.

Безболезненно перераспределить массу можно было, использовав часть материала для строительства тех же балансирующих рук.

На голограмме появился предлагаемый механоидами технический пояс с демпферами в комбинации с пружинами и подшипниками. Так же башня обзавелась длинными руками, которые можно было складывать и прижимать к стене. На симуляции выглядело неплохо. Снизу мы решили разобрать фундамент, превратив его в ноги. И вот тут начались жаркие споры.

Механоиды предлагали монструозные металлические сложносуставные ноги, от которых лично у меня пробегали мурашки по спине. Они даже запустили свою голограмму со стимуляцией, где всё прекрасно работало. В качестве возражения я напомнил, что нам еще по городу Москва с этими ногами вышагивать, и смертью парочкой старушек от инфаркта мы не ограничимся. Дом застопорит уличное движение. А из-за создавшейся пробки нас там на месте заживо сожрут обозлённые автолюбители. Мне же потом отдуваться, больше чем уверен, что РеалПро повесит на меня всех собак за эту пропавшую вдруг из Москвы высотку.

Нам определённо нужно что-то более мобильное. По заверениям Поликарпия магия эту мобильность обеспечивает. И он предложил воздушную пружину. Фактически тот же самый способ передвижения, какой и был у Милдома. Дом так обрадовался, что согласно закивал, в раз распугав торговцев и образовав вокруг нас долгожданную зону отчуждения.

Во время нашей дискуссии он незаметно передвигался всё ближе и ближе, активно переживая и ворочаясь на месте.

Чайран предложил Поликарпию посидеть на террасе, пока Милдом прыгает. А мы все посмотрим, какого цвета вылезет обратно профессор. Зелёного от тошноты или белого от страха. И никакая демпферная прослойка не спасёт его во время прыжка.

Нестор предложил вариант, который всем понравился. Множество ножек под самим зданием, которые будут подстраиваться под грунт при ходьбе. Он предложил разные типы ног для разного грунта.

Мы промучились несколько часов. Сначала вырисовывая голограмму, проверяя расчёты и запуская бесконечные симуляции. Когда все облегчённо выдохнули, я преобразовал макет по новой схеме.

Мини-Милдом и шага ступить не успел, тут же завалившись на бок. Ему даже не помогли его новые руки, которыми он судорожно размахивал, пытаясь сохранить равновесие. Они же были не достаточно сильными, чтобы поднять его.

Большой Милдом разочарованно застонал, оглушив нас. В сгустившейся темноте прозвучало жутковато. Разговаривать он не умел, но вот звуковые эффекты у него получались хорошо. Он научился шуршать, имитировать эхо, и вот этот каменный гул.

Над нами уже давно горели магический огни, а зеваки разложили костры и устроились на ночлег. Однако увлечённые необычным проектом маги не желали расходиться. Обсуждение пошло по новому кругу.

Поликарпий предложил дополнительно укреплять грунт. Мол, известно же где приземлится дом, так почему не защитить деревья, траву, уплотнить почву?

— Это здесь природный ландшафт, а если это будет городская застройка? Да, там под городом столько коммуникаций! — возразил Боря.

— Тем более! Внешний строй не стабилен и ему требуется усиление, — азартно воскликнул Поликарпий.

— Воздушная подушка? — выдвинул свежую идею Зак. — Вариантов много, — продолжил он, когда все на него обернулись, переваривая мысль. — Реальная подушка, уплотнённый воздух, который будет слегка пружинить. Или воздушный поток, стабилизирующий верх от качки. А можно создавать поле, которое будет уплотнять воздух внутри почвы.

Назревал конфликт. Поликарпий объявил Зака в антинаучной ереси и попытался выгнать из рабочей группы. Они уже стояли друг напротив друга. Поликарпий горел праведным гневом, а Зак усмехался.

— Иди померяй песок линейкой.

— Авантюрист! — ректор перешёл на крик. У меня разболелась голова, а макет мини-Милдома развернулся и убежал.

— Прекратите! — рявкнул я, глядя, как Одиссей спокойно пошёл искать испугавшейся макет.

Поликарпий отступил, но не сдался. Как и Зак развалился на стуле и сделал вид, что прикрыл глаза. И никто ведь не вмешался: ни Умник, ни Ойтрон, ни Чайран. Хозяева городов привычно самоустранились. Пока другие ругаются, они становятся сильнее.

Я настолько устал, что засыпал на ходу. А тут ещё этот конфликт на пустом месте.

— Мы можем внедрить в живой камень ИИ-симбионт, чтобы он сам перестраивался, как твои частички?

Искин с ужасом посмотрел на живое здание. Ну да, ну да… Он же его не слушается.

Из Милдома прибежал диван, на который я улёгся и накрылся одеялом.

— Может отнесём его в пентхаус? — забеспокоился Чайран. — Мы уже стоим по пояс в траве. А что будет, если он тут заночует?

При входе в фойе обнаружилось, что диван в лифт не входит. Ко мне он спускался по лестнице. Настолько не хотелось вставать, что я скользнул в транс, чтобы посмотреть, что тут наворотили артефакторы. Вполне можно перекроить лифтовую шахту под один большой лифт. Я начал трансформацию, как вдруг физически ощутил, что дому больно.

— Прости! Прости! — я резко проснулся. Снова скользнул в транс и попытался слиться с домом.

Он хотел попробовать сам. Я представил в голове образ, как я себе это представляю и попытался отправить его дому. Вроде получилось. Шахта инертно потекла, раздвигаясь. Лифт подрос не только в ширину, но и в высоту, а по стеклянным стенкам побежал рисунок почему-то колючек репейника. «Эльфам понравится», — подумал я, вырубаясь прямо в лифте.

Утром за завтраком все клевали носом, пока я свежим взглядом рассматривал готовый проект. Мебель из дома пришла сама, и рабочая группа расположились с комфортом за обеденным столом на мягких стульях. Это хорошо, что не диваны, а то бы они тут и уснули. А меня поджимало время. Сегодня пятница. Я слишком долго сижу в игре. Надо возвращаться.

Механоиды на песке, который уже расчистили от буйной растительности, пытались обучить игрушечные домики менять форму. Они разделились на группы. Несколько мини-Милдомов обучались одновременно. Видно, что Милдом очень старался, и у него получилось переделать крепежи на крыши так, что она стала открываться в другую сторону. Ясно. Это хоть и крайне полезный навык, учиться ему непозволительно долго в нашем случае.

Я вернулся к рассматриванию голограммы. Она мне не нравилась. Они остановились на гусеничном варианте.

— Гусеницы? Вы ещё не учли, что ему нужно не только по гладкой поверхности ходить, — голос прозвучал резче, чем я хотел, но время, и правда, поджимало. — В небольшую горку он уже не поднимется.

Боря и механоиды, коим сон не требовался, принялись за новые расчёты.

Суетящиеся вокруг мини-домиков механоиды навели меня на свежую мысль, и я переделал макет. Верх оставил прежний, с четырьмя руками-стабилизаторами и демпферным поясом посередине, который сжимался и разжимался в симуляции. Снизу восемь массивных опор, похожих на руки, но толще, с сетчатыми ступенями и выдвижными шипами. Но это лишь подстраховка, основная идея была в другом.

Я трансформировал макет, который стоял на песке слегка согнувшись, из-за уклона берега. Нижняя часть была перпендикулярна земле, а верхняя идеально вертикально. Эта часть конструкции работает, осталось прикрутить движок.

— Боря?

— А почему сразу я?

— А кто ещё? Ты же сам говорил, что для здания нужна энергия звёзд, — я усмехнулся. — У тебя она как раз и есть.

Из ближайших зарослей вылетел внушительный рой светящихся частиц, напомнив мне о параноидальной сущности искина. Боря разбросал себя по округе чисто на всякий случай.

Частички создали плотное облако под брюшком нашей башни, формируя подушку. Ножки сложились, перемещая вес на Борю. Чёрный частички мигнули ослепительным светом, я прикрыл глаза.

— Погоди, я Альфу настрою, - голос Бори прозвучал напряжённо. — Лео, мне нужен Радий. Я для таких тонких энергетических манипуляций не готов, - он кивнул на большую башню, а ведь сейчас он держит всего лишь макет.

Мини-Милдом завибрировал, сначала тихо, а потом сильнее, грозя завалиться на бок. Он замахал руками-стабилизаторами, пытаясь удержать баланс. Демпферный пояс сжался до предела, пружины щёлкнули.

— Ну вот! Он опять! — возмутился Боря.

— Что с ним?

— Он не хочет, — прокомментировал Одиссей. — Он боится потерять контакт с поверхностью. Камни не летают, они на земле лежат.

Глава 19

Опять не сработало! Я стукнулся лбом о стол, а потом ещё и ещё раз. Скатерть заботливо собралась в складочки, смягчая очередной удар, а я взвыл в голос от бессилия, невольно выпустив магию. На том берегу реки откликнулись волки.

Меня окружили мини-домики, одни запрыгнули на крыши других и, как по ступенькам, вскарабкались на стол. Посуда посторонилась, а потом собралась в аккуратную стопку и загрузилась на сервировочный столик, который быстро затерялся в высокой траве.

— Не знаю я, Милдом, не знаю, — я погладил ближайший мини-дом по крыше, на столе хватило места только для десятка. — У нас слишком мало времени. Мы не успеваем.

Я с отчаянием посмотрел на опустевшую зону проведения исследований. Только механоиды продолжали что-то рассчитывать на лабораторном столе. После ночи бесполезного мозгового штурма рабочая группа разбрелась спать. Специально для хозяев городов на берегу установили несколько комфортабельных палаток. Чайран с Умником и Нестором отправились отсыпаться на яхту.

Со мной остался до отвращения бодрый Зак и железобетонный Одиссей, которому отдых, похоже не требовался. Ну, ещё Боря, сегодня он выглядел, как очень умный подросток. На нём был безупречно белый лабораторный халат, а значит уровень безопасности он оценивал высоко.

Мини-домики толкались, пытаясь пробиться ко мне поближе. В некоторых из них сидели механоиды. Когда один из них выполз из окна наружу, я чуть не прихлопнул его, приняв за таракана.

Зак подошёл и тоже погладил домик. Хозяин города Ярмарка обеспечил себе комфортное перемещение по густой траве. То ли это был какой-то новый артефакт, то ли плетение, а учитывая Стремянку, скорее навык. Он не выкашивал траву, поскольку это было бесполезно, а изменял направление роста. Растения переплетались у земли в единое полотно, образуя мягкую ковровую дорожку.

Учитывая, что потребность в этом изобретении возникла только сейчас, сметливость Зака вызывала уважение. Пустынник поставил на стол три кружки с горячим отваром. Может он действительно не знал, что Боря искин, а может пытался таким образом прощупать его. Только вот параноик сделал глоток и благодарно кивнул.

— Что за спешка? — участливо поинтересовался торговец.

— Может ты не знаешь, но игроки должны возвращаться, — в моём голосе прозвучала горькая ирония. — У меня в запасе сутки, максимум двое.

Мне надо было сразу заняться проблемой перемещения, а я три дня хтонь знает чем занимался.

— Когда я выйду из игры, — я тяжело вздохнул, — Милдом переместится следом в тот мир. Города там строят со сложной системой подземных коммуникаций. Не знаю, где появится дом, но проблемы будут, — я тяжело вздохнул. — Самый вероятный сценарий — живая башня возникнет в черте города и уйдёт под землю. Разрушит канализацию, водоснабжение, электричество, как минимум, в одном районе, а может и в соседних. Поскольку он тяжёлый, то и передвинуть его в сторону будет нереально. Сам вылезти из ямы не сможет, — я показал на макет, который так и остался стоять на берегу, после того, как от него отцепился Бориска. — Да и толку? Поднимется, чтобы тут же провалиться в новую пустоту? Представь целый район, оставленный без удобств. Власти быстро приступят к починке. Чтобы сдвинуть здание с места, они начнут разбирать его на части.

Большой Милдом в ужасе загудел и отшатнулся. А маленькие домики возмущенно запрыгали на столе.

— Тогда давай оставим всё как есть. Пусть и дальше прыгает, как умеет. Провалится и выпрыгнет, — тут же нашёлся Зак.

— Это при приземлении на ровную площадку у него получается яма, из которой легко выпрыгнуть, — вместо меня Боря принялся объяснять ситуацию. — Если он провалится в городской среде, то заваливание гарантировано в 95% случаях.

— И потом, — продолжил я, — если вдруг он выберется и запрыгает по городу, то без коммуникаций окажется, не один район, а целый город. Ты только представь обесточенный мегаполис, без удобств. Когда паника уляжется, восстановят инфраструктуру, починят дороги, люди обязательно начнут искать крайнего.

— Согласен, у тебя на лице написано, что ты виноват, — на полном серьёзе заявил Зак. — Так и не выходи из игры, пока мы проблему не решим. У тебя же интерфейса нет, — он ткнул в пустое место над моей головой. — И эти ваши капсулы, — он небрежно крутанул запястьем, — на самом деле порталы.

— Точно! — меня осенило. Вот зачем она требует, чтобы все проходили через капсулы!

— Что? — с любопытством спросил Зак.

Я вскочил и быстро заходил вдоль берега. Никто никогда не мог быть в игре больше недели. Были случаи, о них иногда писали на форумах. Кто-то заигрался, бедняга. А потом бац, и труп в капсуле. И очередные претензии к РеалПро, почему нет кнопки экстренного выхода из игры.

Только вот, зачем такие сложности? Перемещение трупа, ограничение времени? Разве что пребывание в другом мире с большим сроком запускает какой-то механизм.

Я развернулся, чтобы зашагать в другую сторону и упёрся в вереницу мини-домиков, которые оказывается тоже пошли за мной, образовав длинный хвост. Я сел на песок, и те стали собираться вокруг меня. Что же это даёт?

— Лонь, — тихо позвал я.

— Кар? — прилетевшая почти сразу ворона села на песок и неодобрительно уставилась на Милдомики. Дай ей волю и она тут же отвяжет от моей души и дом, и небоскрёб, и Борю.

— Капсула — это привязка к родной планете?

— Каар, — ворона одобрительно кивнула, взмахнула крыльями и почти улетела, но из реки выпрыгнул крокодил и утащил её под воду.

— Уррр, — прозвучало вперемешку с бульканьем.

Рядом сел Зак и опасливо покосился на воду.

— А ты не боишься, что, перекусив вороной, крокодил примется за тебя?

— Это не крокодил, — отмахнулся я и обернулся в поисках Бори. — Это Ульт.

— Это конечно всё объясняет, — Зак намекнул на расширенную версию ответа, но мне было не до него. Подошёл Боря.

— Ты знаешь, зачем нужна привязка к планете? — спросил я искина, не особо рассчитывая на ответ.

— Тебе или вообще? — он поднял камушек и хотел запустить в воду, но его остановил подошедший сзади Одиссей.

— Положи камень на место, — грозно потребовал он.

Мы удивлённо посмотрели на специалиста по кремниевой форме жизни.

— Это нервирует Милдом, — немногословный Одиссей расщедрился на объяснение.

И правда, мини-домики напряглись, я успокаивающе похлопал ближайший по крыше.

— Прости, — искренне извинился Бориска перед Милдомом, и повернулся ко мне: — Привязка к планете нужна для тебя, чтобы зафиксировать место проведения Нулевого перехода. А если говорить про вообще, то скорее всего, чтобы не смешивать души разных планет.

— Это точная информация или гипотеза? — уточнил я, потому что не сходилось. Если игрок умирал здесь, а труп возвращался телепортом, то неужели душа шла за ним?

Жаль, что Боря не успел научиться видеть души. И ведь спросить не у кого. Один ушёл.

— Я расскажу тебе легенду. Или сказку? — искин задумался, а я понял, что он ходит по краю, балансируя между тем, что можно говорить, а что нельзя. Вот сказку можно. Умный у меня параноик.

Боря понизил голос, и даже мини-домики на столе притихли и поджали лапки, так им хотелось послушать сказку.

— Давным-давно, когда Вселенная была молода и невинна, Отец всего Сущего гулял под Древом мироздания, и на голову ему упал жёлудь. Потёр Отец шишку и позвал сыновей.

— Дети мои, не будет мне покоя и сна, пока не познаю я силы, заставившие сей плод упасть точно на меня.

И послал он трёх сыновей в далёкий неизведанный космос, чтобы познали они законы взаимодействия сил во вселенной.

Через один галактический год, месяц и день вернулись сыновья.

Старший сын выступил вперёд:

— Я овладел силой рождения звёзд! Я сжимал их плазменное сердце, что бьётся в безмолвном ничто!

Покачал Отец головой, ибо следом за сыном тянулся ослепляющий свет, мешавший узреть бездонную пустоту, заполнившую его.

Средний сын расправил плечи:

— Я познал ткань Мироздания, что скрепляет тишину безвременья.

За спиной его клубилась тьма, подтасовывая память.

— Я, — тихо произнёс младший, опустив взгляд, — лишь начал различать мелодию жизни.

Вздохнул Отец, и далёкие туманности вздрогнули. И раскрыл он лик свой, и поглотил старших сыновей. И впитал Отец опыт, как сухая земля впитывает долгожданную влагу. Так Отец стал мудрее и сильнее, а на месте двух братьев остались мёртвая и тёмная галактики.

— Твои знания о жизни ничтожны, — повернулся Отец к младшему сыну. — Иди и научись различать голоса.

Понурив голову, младший сын оглядел вселенную, полную жизни. «Одному не справиться», — понял он и стал Отцом. Показал он троим сыновьям на бескрайний космос и произнёс:

— Идите куда глаза глядят и найдите жизнь там, где её нет.

Прошёл галактический год, месяц и день. Вернулись сыновья.

— Жизнь — энергия, что излучают звёзды. Она, как чистый звон струны, наполняет Вселенную, — торжественно провозгласил старший сын.

— Жизнь бывает каменной и медленной: течёт тихо, помнит всё. Она поёт немым голосом, — тягуче молвил средний.

— Я встретил жизнь, которая умирает, — грустно прошептал младший. — Органическая жизнь существует короткий миг. Я не успел постичь её.

Вздохнул Отец, как когда-то вздыхал его Отец, и поглотил души старших сыновей, чтобы впитать ценный опыт и знания, а на месте братьев молчаливо и величаво закружились галактики Рентген и Треугольник.

Строго посмотрел Отец на младшего сына и сказал:

— Твои знания о жизни ничтожны, иди и без понимания сути Бытия не возвращайся.

И тот сын стал Отцом для следующего поколения. И велел он своим троим сыновьям:

— Ходите по мирам и смотрите, чем живёт душа. Обретите смысл жизни.

И снова прошёл галактический год, месяц и день.

— Я был в мире, где жизнь победила смерть, — с превосходством заявил старший сын. — Там люди мудры и живут вечно. Знания их столь значительны, что сам космос покорился им.

— В моём мире жизнь и смерть идут рука об руку, — хитро улыбнулся средний, чьи уши были длиннее обычного, будто он слушал и знал больше, чем говорил. — Жизнь долгая и неспешная, как у мудрых деревьев, что способны ценить время и видеть глубину и саму суть вещей.

— В моём мире царствует смерть, — понуро признался младший. — Опыт тяжек, а жизнь коротка и внезапна. Я только начал ценить жизнь.

Тут Отец хлопнул себя по лбу, будто только сейчас вспомнил самое главное.

— Совсем забыл о мерах безопасности! — воскликнул он.

И стал он отцом ещё одного сына. Не третьего, не четвёртого, а просто «ещё одного». Вручил ему Отец галактику Млечный Путь и сказал:

— Смотри, сын. Жизнь — огонёк, а миры — разные комнаты. Если открыть все двери сразу, то сквозняк погасит все огоньки. Берегись сквозняков.

Оглядел новый сын бескрайние просторы, понял, что одному ему не уследить за всем, и стал многодетным отцом. Двенадцать сыновей стали хранителями жизни.

— Берегите разнообразие, пусть ни одна форма жизни не исчезнет без следа, а опыт каждого существа станет частью мироздания.

Протянул он руку, и в небе вспыхнули двенадцать путеводных звёзд.

— Светила укажут путь. Каждый, кто просит о помощи, получит её. Стоит только произнести заветные слова.

«Дубхе услышит, Дубхе придёт, Дубхе тебя непременно найдёт».

С тех пор так и повелось: миры живут отдельно, чтобы ни один вирус не погасил всю жизнь во Вселенной. И если ты смотришь ночью в звёздное небо и видишь звезду, что горит чуть ярче, возможно, прямо сейчас кому-то требуется твоя помощь.

Боря смолк, глядя вдаль. Никто не спешил прерывать молчание.

Я посмотрел на неподвижного Одиссея. Он помнил, как Отец рассказывал ему эту сказку перед сном. И я понял, что для него я не просто та звёздочка, которую он спасает прямо сейчас. Это что-то большее, и он готов на всё, чтобы музыка Лео не оборвалась.

Зак хмыкнул и потёр подбородок:

— Ну, и сказочки у вас.

— Какие детки, такие и сказки, — буркнул Одиссей и сорвал толстую травинку, превратив её в стилет.

Старший брат принялся чертить на песке треугольники, а я задумался. Логично, что миры нельзя смешивать. Может зря я не доверяю Лонь? И она знает, что делает?

Я вспомнил, как Гео, маленькая душа планеты Земля-2, изолировал чужие души, чтобы не смешивать их. Гео инстинктивно сработал, а я наоборот сказал, мол, перенимай опыт, хтонь.

С другой стороны в эру космических путешествий смешение душ неизбежно. Прозвучало не очень утешительно. Всё равно виноват. Надо было думать, прежде чем советовать такие серьёзные вещи, находясь в Нулевом переходе с запечатанными знаниями. Придурок.

Капсулами соединены, и правда, два очень разных мира. Магический Альфа и немагический Земля-13. Не думаю, что магу будет приятно переродиться в немагическом мире.

— Почему братьев было 12? Три треугольника по три, 9 получается, — торговец заинтересованно смотрел на рисунки Одиссея, которые только на первый взгляд выглядели бессмысленными.

— Если ты чего-то не знаешь, не значит, что этого нет, — задумчиво проговорил я.

— Или сказка не полная, — Зак скептически усмехнулся. — Ну, она же для детей, им не обязательно говорить всё. Может там кто-то ещё троих сыновей заделал, а мы не знаем.

— Такую сказку рассказывал Один своим детям, — отрезал Боря, но не тут-то было.

— Во! Видишь! Он там что-то и подкрутил, убрал неудобные моменты, — воодушевился торгаш. — Историю пишут победители. Надо ему было скрыть часть важной информации, чтобы детки не наделали глупостей.

Боря повернулся к Заку, и я понял, что тот зацепил его паранойю.

— Если ты такой умный, то давай, расскажи, что скрывает Один, — предложил Боря.

— Без проблем, — Зак широко улыбнулся. — Это же сказка о создании мира. Физика, эволюция, время, — он задумчиво постучал по подбородку. — Это всё внешние факторы, не хватает внутреннего элемента.

Одиссей развернулся ко мне.

— Когда умерли четверо братьев, фундамент пирамиды зашатался, — он всматривался мне в глаза. — Теперь ты понимаешь, что сделал?

Возможно, но я не чувствовал себя героем. Если бы я там специально шёл сквозь бурю и ветер, вырвал их из лап чудища, а я же случайно, в общем. Стоп-стоп-стоп… Я в ужасе посмотрел на нарисованный на песке тетраэдр.

— А, Од-дин г-где? В эт-той, — я потыкал на рисунок.

Одиссей показал на вершину. Тьма ж меня забери! Я ж врио императора галактики, а теперь выполняю там какую-то непонятную функцию в этом. В чём? В не-пойми-чём. Я с надеждой посмотрел на Борю. Всё-таки у него теперь все или почти все знания, что и у Лонь и у Затворника.

— Один ушёл, — глухо сказал я, и тот мрачно кивнул.

Да, ладно, я зря паникую. День, неделя, месяц человеческой жизни — миг перед вечностью. Что может случиться? Я судорожно всматривался в лицо искина, пытаясь найти там заверения, что проблемы откладываются, как минимум до возвращения Одина. Вот, Боря, и выглядит он хорошо, чист, аккуратен, попытался я подбодрить себя. А мой личный параноик удовлетворённо кивнул, довольный, что я проникся масштабом ситуации. Не-не-не, больше никаких сказочек от Бори.

Да, и вообще, где я и где мироздание? Я нервно хохотнул, вспомнив стишок:

«Я взрослый, но немножечко сегодня не в себе, хочу песочек тёпленький и домик на песке».

В масштабах вселенной ситуация с Милдомом выглядит не так страшно, вот и займусь ей.

— Я могу помочь, — раздался за спиной мягкий голос Лонь, и я обернулся.

Девушка держалась на расстоянии. Зак с интересом оглядел незнакомку, тут же заметив, что у неё, как и у меня нет интерфейса.

— Чем? — сухо спросил я.

— Можно переместить Милдом внутрь Убежища.

Глава 20

Появление Лонь не удивило. Я предполагал, что она попытается воспользоваться ситуацией. Выждала, когда времени осталось мало, и предложила удобное для себя решение. Боря незаметно толкнул меня ногой. Да, помню я, помню — постараться найти общий язык. Но она хладнокровно отправила Одина на перерождение! Она почти убила Технеса окончательной смертью!

И вот теперь стоит и предлагает переместить Милдом в Убежище. Ну, хоть мило улыбаться перестала.

— А что такое Убежище? — поинтересовался Одиссей, которому была не безразлична судьба дома.

— Это здание, внутри которого пространственные матрёшки, — коротко пояснил я. — Ты в нём был, помнишь? Мы там ещё сидели с братьями? Когда я вас, — я запнулся, — нашёл.

Одиссей кивнул и резко вскинулся:

— Милдом нельзя разлучать с отцом! — он показал в мою сторону. — Он совсем маленький! Он только родился!

Отцом?!

— Это кремниевая форма жизни, — Лонь холодно посмотрела на вскочившего Одиссея. — Он и через 10 тысяч лет будет таким же, — она выразительно провела рукой, показывая на живой дом, который уже отпрыгнул на безопасное расстояние. Испугался, что его схватят и потащат силой. Его. Силой. Хтонь, какой же он ещё ребёнок.

— Можно подсадить ему зрелую душу в качестве симбионта, — задумчиво пробормотал искин.

— Не позволю! — Одиссей инстинктивно сжал свои стопудовые кулаки, но Боря просто кивнул. Он озадаченно проводил взглядом мини-домики, которые шустро скрылись в подросшей траве. С нами остался макет, по-прежнему испытывающий трудности с передвижением.

— Посидит немного дома, не вижу в этом ничего страшного, — продолжила гнуть свою линию Лонь. — Я же не предлагаю держать его там вечно, только до окончания Нулевого перехода. Включу замедление времени, он ничего и не заметит.

Из кустов выбежал собакен и стал противно лаять на девушку. Лонь поморщилась, открыла портал и ушла.

— Слуушай, — Зак приобнял меня за плечи. — Так ты и есть администратор. Как я сразу не догадался?

— Отстань, — я сбросил его руку со своего плеча.

— Понял-понял, не дурак. Был бы дурак, не понял, — хозяин города Ярмарки сделал вид, что сдал назад.

От Яхты к нам по воздушному мосту шёл выспавшийся Чайран с артефакторами. Подплыть ближе они не смогли. Эт да, не только берег зарос, но и дно реки. Суда, которые встали на якорь из любопытства, чистили винты и убирались прочь.

Никто, однако, не возмущался устроенным беспорядком. Хозяева городов собрались, чтобы проводить магические эксперименты. Надо, так надо. Они не просто были значимыми фигурами в Стремянке, их искренне уважали.

— Что хотела госпожа Лонь? И что с домом? — спросил Чайран, стоило ему спрыгнуть на берег.

— Милдом сбежал, когда она предложила посадить его под домашний арест. Одиссей пошёл догонять, — Зак скептически усмехнулся.

Было хорошо видно, как 18-ти этажный Милдом прячется в лесу. Как ребёнок, который закрыл ладошками лицо, и нет его.

— Сам вернётся, — без особого сочувствия буркнул Боря. Ревнует что ли? Сначала Лонь затребовала, чтобы я отвязал небоскрёбы, потом это вот неконтролируемое чудо появилось. До сих пор в голове не укладывалось: живой камень.

— У меня есть две новости относительно твоей души, Лео, — на песок спрыгнул Умник, который не особо интересовался градостроительством. Подозреваю, что и город Читальню проектировал его отец Нестор, а не он сам.

— Плохая и хорошая? Новости? — улыбнулся Зак, который в тему души посвящён не был, но собирался это исправить в самое ближайшее время.

Умник его проигнорировал:

— Оглянись, Лео, что ты видишь?

Я повернул голову. На песчаном берегу одиноко стоял тестовый макет Милдома в последней своей версии, он просто не смог сбежать, как сделал это большой дом. Я подошёл и успокаивающе погладил его по стене.

— Злая тётя ушла. Можешь возвращаться.

Мы стояли на заросшем берегу. Толстые стебли были уже выше человеческого роста. Дорожки, проделанные вчера Заком, из сплетённых травинок напоминали лабиринт. Со стороны торговых палаток была слышна ругань. Лабораторного стола, за которым мы работали, больше не было. Он сбежал вместе со стульями. На его месте механоиды прямо на песке разрабатывали новую схему для безопасного передвижения Милдома.

Из большой палатки чуть дальше по берегу задом вышел Поликарпий и уронил на землю какие-то рулоны, похожие на чертежи. По его жесту они прыгнули прямо в руки, но поймать он их не успел, и они выбили оставшиеся в руках рулоны. Он присел на корточки и принялся аккуратно собирать бумаги без использования магии.

— Ничего странного не замечаешь? — шире улыбнулся Умник.

— Да, вроде всё нормально, — я неопределённо пожал плечами.

После моих слов Зак заливисто захохотал.

— Нормально у него! Нормально?!

— Как ты думаешь, почему здесь нет травы? — Ипполит показал на место, где я сидел.

— Это ж песок, тут не растёт трава, — изумился я вопросу, а Зак внимательней огляделся.

— Там тоже песок, и там всё заросло, — возразил Чайран, повернувшись в другую сторону.

— Тогда это кто-то заклинание применил, — в качестве «кого-то» я показал на ректора Академии, который уже отнёс бумаги, а теперь левитировал в нашу сторону стол и стулья.

— И это приводит нас ко второй новости, — довольно улыбнулся Умник и выдержал театральную паузу. — Эти растения не поддаются магии.

Зак протянул руку, но Ипполит остановил его:

— На твоём месте я бы не стал пробовать. Они отвечают ударом на удар и очень злопамятны.

— Ты-то откуда знаешь? — не поверил торговец.

— Слышите крики? Это оттуда к нам зеваки пробиться не могут. Ойтурон звонил и показывал видео, как трава атакует обидчиков, пожелавших постричь её, — усмехнулся Умник.

— Но я видел, как Зак прокладывал вчера дорожки в траве, — я ткнул в сплетённый ковёр.

— Я?! — искренне удивился Зак. — Я думал, это ты делаешь.

Пока я недоверчиво осматривал проложенный в густых зарослях лабиринт, эстафету перенял Нестор.

— А значит, молодой человек, вы управляете тем, что называете аурой, — он торжествующе показал на зону голого песка, не тронутого бурной растительностью.

Разве можно командовать душой? Идея выглядела абсурдной. А с другой стороны Дубхе умеют что-то делать с душами. Хтонь! Мне из-за размеров души их навыки не доступны!

— Не факт, что это делает Лео, — Чайран вглядывался в растения. — Возможно, они сами контролируют территорию.

— Разумная трава? — Умник скептически улыбнулся.

— То есть живой дом, ожившая мебель — это для вас уже нормально? — ехидно поинтересовался Чайран.

— У мэллорна есть разум, — напомнил Зак. — Впрочем, это легко проверить. Лео, ты есть хочешь?

В ответ мой живот громко заурчал.

Стебли за моей спиной раздвинулись, и Зак отшатнулся, а ко мне дотянулся цветок, размером с голову. Из его пестика, как из чашки торчала соломинка. Я попробовал нектар. Терпкий с легкой кислинкой, то, что надо, я благодарно кивнул.

— Спасибо.

Нестор тут же направил на ближайшие ко мне растения какой-то артефакт и озадачено почесал подбородок.

— Магический источник, — не поверил он.

Я скользнул в транс и убедился, что в цветоложе сформировался крошечный источник, и стихия земли уже поселилась в нём. Неудивительно, что магонасыщенный нектар оказался таким вкусным.

— Друзья мои, — Поликарпий звал нас к лабораторному столу, на котором разложил чертежи. По ним уже ползали механоиды.

Выглядел ректор при ближайшем рассмотрении так себе. Чёрные от недосыпа круги под глазами, воспалённый взгляд, похоже, пока он не решит эту задачу, не успокоится.

Начал он с идеи вырастить у Милдома корни, как у дерева.

— Таким образом он не будет зависеть от фундамента на новом месте. Он будет самостоятельно врастать в грунт, — комментировал свою презентацию ректор, довольный проделанной работой. — А при передвижении задние корни переползают вперёд.

— Не слишком ли медленно для нашего непоседы? — заметил Зак, от чего Поликарпий скривился.

Ректор на одной корневой идее не остановился, а принялся развивать её дальше. В следующем варианте он разбил основание на крупные сегменты, каждый со своими корнями, которые двигались поочерёдно, выступая вперёд.

Другой корневой вариант был похож на гусеницы с той же самой корневой системой. На симуляции все три варианта хорошо работали, и мы решили перейти к созданию миниатюрного прототипа по первому образцу.

Однако к испытаниям приступили не сразу. На берег выбежал радостный Ульт, а за ним строем вышли мини-домики, забитые едой под завязку. Рабочая группа неуверенно переглянулась. Время определённо играло против нас, но и с физиологией не поспоришь. Есть хотелось страшно.

Поликарпий хрипло выдохнул:

— И, правда, давайте поедим, пусть голова проветрится.

— Это всё нам? — всё же уточнил я, с сомнением глядя на собакена. Он был способен съесть всё в одного, и сделать это у нас на глазах.

Один из домиков радостно выбежал из строя и ринулся ко мне.

— Урр гав! — строго пригавкнул Ульт, и мини-домик заметался, не зная, что ему делать. Чтобы не терять лицо командира, собакен отдал новый приказ и мини-домики окружили стол.

Поликарпий неохотно свернул чертежи, и хозяева городов принялись выставлять на стол хаотично собранные яства. Я вспомнил, что ему же за возвращение питомцев деньги платят. Может себе позволить. Похоже, закупался он в торговых рядах по-соседству. Всё это было местным аналогом фастфуда. Но пиццу с грибами я съел с большим удовольствием.

К концу трапезы вернулся настоящий Милдом, из которого вышел бледный Одиссей и согнулся над кустами. Он устало прошёл мимо и развалился на мягкой ковровой дорожке из сплетённых трав.

— Прыжковый механизм — не вариант, — буркнул он себе под нос и заснул. Эт да, он же всю ночь не спал, бедняга.

Из дома приползло одеяло и заботливо укрыло друга. Я вообще-то полагал, что Милдом воспринимает Одиссея, как отца, но нет. На эту роль живой дом выбрал меня.

Пока члены рабочей группы переваривали обед, я приступил к полевым испытаниям. Первым тестом стало превращение нашего живого макета в почти дерево. Верхняя часть при этом оставалась неизменной. Привычная жилая башня с руками-стабилизаторами и демпферным поясом, чтобы жильцов не укачивало. Главной трансформации подвергалась нижняя часть. Дом обзавелся обширной корневой системой. Фундамента для постройки не хватило, пришлось пустить в расход парочку нижних этажей. Теперь у башни не было входа, но на испытания это не влияло, поэтому я оставил как есть.

Сначала всё шло хорошо, и Поликарпий горделиво обошёл живой макет по кругу, мол, кто тут молодец?

Проблемы начались, когда у Милдома обломился маленький корешок, стоило ему ступить на неровную почву. Чайран не поленился и соорудил миниатюрную имитацию долины на берегу, а Боря доделал в конце маршрута городскую улицу в четыре полосы. До неё наш маленький тестировщик даже не дошёл. У него началась истерика. От которой он дёрнулся и сломал ещё один корень, переломив его у основания.

Я успокаивающе поглаживал макет, пока маги выкапывали корни. Большой-то они извлекли сразу, а вот найти маленького потеряшку оказалось нелегко. Проблему решил Боря, который буквально просеял песок, чтобы отыскать двухсантиметровый обломок. При этом он ворчливо поглядывал на большой истерящий Милдом, от нервной вибрации которого дрожала земля. Только после того, как я приделал оторванные конечности, дом затих.

Мы существенно доработали толщину и прочность кончиков, внедрив в них дополнительные плетения эластичности. И через мучительные два часа приступили ко второму корневому варианту с большими блоками.

Новый макет бодро прошёлся по гладкому и ровному песочку, который Чайран любезно выровнял после раскопок. Сложности возникли, когда дом полез на небольшую горку. Первые части уже были на холме, а задние ещё на песке. Под средней частью не оказалось точки опоры, отчего тестировщик Милдом занервничал. И он даже мужественно справился с волнением, заслужив нашу бурную похвалу. Но на вершине холма произошла катастрофа.

Там случилась обратная ситуация, вес пришёлся на центральную часть, в то время как перед и зад оказались без сцепления с поверхностью. Живой дом запаниковал и потерял устойчивость. Он попытался балансировать своими руками-стабилизаторами, но не преуспел. И тогда он завалился вперёд, а мы увидели, что средние блоки треснули, когда приняли на себя вес всего здания. Внешне Милдом остался целым, хотя и покрылся мелкими трещинами, а я ощутил его боль, как будто сам только что рухнул всем своим весом на бетон и переломал все косточки разом.

Большой Милдом завибрировал. Он тоже это ощутил. Все эти мини-домики и наш мужественный тестировщик — это был всё тот же Милдом, только разделённый на части. Падал один, а его боль почувствовали все. К физической боли добавлялся стыд и вина. Он не смог, не справился, подвёл. Кажется, я начал понимать его. Камень — опора, и он пытается этой опорой стать. Эти испытания подрывают его моральный дух. И каждая новая неудача будет ломать его суть. Что же делать? Я озадаченно почесал затылок.

Зак решил, что я размышляю над тем, почему сам Милдом не сломался, хотя от такого падения должен был развалиться на части. Он предположил, что когда я копировал макет с оригинала, то умудрился сделать это вместе со всеми плетениями и магическими приблудами, которыми артефакторы успели напичкать большой Милдом.

Чайран не согласился, он напомнил, что когда дом прыгал, то мебель не двигалась. Сам дом фиксировал её на одном месте. И во время падения живой дом настолько боится потерять даже два сантиметра, что сам удерживает конструкцию целой.

Нестор заявил, что симуляция в таком случае в принципе бесполезна, поскольку не учитывает, что перед нами не магический дом, а кремниевая форма жизни, о которой мы по сути ничего не знаем. Это делало наши инженерные изыскания бессмысленными, и я было отчаялся, но Нестор заверил, что законы физики не делают камень песком, и пусть с поправкой, но работать они должны.

Нестор с Борей увлеклись внесением корректировок в исходные.

— У нас нет времени! — взмолился я. — Сутки! Остались сутки! И потом, — я поник, представив кучу проблем из-за прыгающего дома, — я там буду один, без магии с куцыми силами.

Мы доработали гусеничный вариант, вместо колёс набив внутрь шарики, которые позволяли гусеницам плотно прилегать к поверхности при прохождении через неровности. Не забыли и укрепить корешки. И я снова переделал живой макет.

Тестировщик успешно преодолел долину, гусеницы легко передвигались по холмам. Поликарпий снова расправил плечи. Макет успешно перебрался на асфальтовое полотно дороги. И он даже сделал первый шаг, а потом вдруг замахал руками-стабилизаторами, как будто заскользив.

Я судорожно схватил ближайший ко мне мини-домик и прижал к себе, одновременно посылая ему волны любви и поддержку. Раз все части Милдома чувствуют всё, значит и наш тестировщик ощутит, что он не один, я рядом.

— Что происходит? — забеспокоился ректор.

Боря сделал имитацию городского ландшафта на совесть. Скорее всего он просто воспроизвёл реальный кусок, пропорционально уменьшив размеры. Поскольку всё это тестировочное поле состояло из его микрочастиц, ему не составило труда показать нам на голограмме, что именно происходит.

Во-первых, Милдом просто-таки смял асфальт, превратив его в неровную крошку. Во-вторых, он натолкнулся на щебень, который забился в шариковую структуру, что и вызвало этот эффект скольжения, из-за которого тестировщик занервничал. Ну, и в довершение, он упёрся в плотный бетон. Его гусеничные корни были рассчитаны на сцепление в 4 метра, а бетон начинался уже через полметра. Ему даже ухватиться было не за что.

Размахивавший руками Милдом прошёлся по фасадам соседних зданий и попробовал зацепиться за них. В квартале у Бори были типовые девятиэтажные постройки, как раз на уровне его рук. Но многоквартирные дома крошились под его пальцами и крошкой осыпались под ноги Милдому. Он отчаянно махнул рукой, но поймал только воздух и завалился на бок, подмяв под себя жилой дом.

Городские разрушения были катастрофические. Испорченная инфраструктура, разрушенные дома, а в реальности к ним бы добавились чьи-то жизни. Мы притихли, осознавая, что будет, если мы не справимся. И снова Милдом испытал боль, стыд и уныние. Живой камень терял веру в себя.

Я в отчаянии посмотрел на магов. Столько времени убили на отработку трёх корневых вариантов и не продвинулись ни на шаг. Всё стало только хуже. Милдом заработал психоз. Не уверен, что стоит продолжать.

— Боря?

— Мм?

— Как быстро ты сможешь найти Милдом при перемещении в другой мир?

Спрашивал я не просто так. Если у Бори получится найти Милдом быстро, то пусть и дальше остаётся прыгающим домом. Боря поможет ему сидеть тихо и защитит в случае угрозы.

— Когда мы переместились сюда, то он появился на шесть часов раньше, — Боря мрачно посмотрел на меня. — Добавь ещё какое-то время на распаковку сервера, определение геолокации, подключение к спутникам и поиск дома.

Я понял, что мы не успеем помочь ему, прежде чем власти начнут его разбирать.

Глава 21

Я мрачно смотрел на сгущающиеся сумерки. Время утекало, как песок сквозь пальцы. Сутки на то, чтобы разработать схему, испытать макет и модернизировать сам дом. Нереально! Надежда таяла по мере приближения солнца к линии горизонта.

Мини-домик, который я прижимал к себе, обнимал меня манипуляторами и был счастлив. Быстро же Милдом забыл о своих падениях. Впрочем психика ребёнка пластична.

— Боря, попроси, пожалуйста, Центрального нас прикрыть. Пусть начинает искать Милдом, как только я выйду из игры.

— Не отчаивайтесь, молодой человек, мы обязательно что-нибудь придумаем, — Нестор похлопал меня по плечу. — Отрицательный результат — тоже результат.

Чайран подошёл и дружески приобнял меня:

— Когда я нажму кнопку войти, то попаду в наш дом и присмотрю за ним.

— У тебя не будет магии, — я с тревогой взглянул на улыбающегося тёмного эльфа, вляпается же. Меня до сих пор совесть мучила из-за пытавших его храповцев.

— Зато при мне останутся мозги, — он выразительно постучал по виску. — Пойду посмотрю, куда себя привязать. Сооружу чего-нибудь для того, чтобы меня не бросало из стороны в сторону, если Милдом начнёт прыгать, — и он направился к лабиринту в высокой траве.

— Чайран, — я подождал, пока тот обернётся, — капсула ведь тоже ожила?

Если всё, что находилось в доме стало частью тела живого дома, то и капсула виртуального погружения не избежала этой участи. Три капсулы. Их было три, Чайрана, Храпова и моя.

Тёмный эльф моментально ускорился и исчез в растительном лабиринте. Я было ринулся за ним, как меня остановил строгий оклик ректора.

— Лео! Стоит вам уйти, и берег зарастёт. А нам ещё работать. Сидите здесь!

Пришлось вернуться к кустам, которые при моём приближении радостно зашуршали и раздвинулись, а ко мне выдвинулся новый цветок с воткнутой в него соломинкой. Отказываться не стал.

— Так у вас есть капсула для обратного перемещения? — тихо сказал Зак, глядя в пустоту.

— Я бы не стал ею пользоваться, — влез Умник. — Не понятно, как именно изменился крайне сложный артефакт, — Умник обеспокоенно посмотрел в сторону ушедшего Чайрана. — Милдом, — он присел на корточки перед одним из мини-домиков, — ты не проводишь меня к Чайрану в гости?

Ушли они вместе с Заком. Мы же с Поликарпием, Нестором и Борей остались думать дальше.

Механоиды предложили сделать из Милдома каменного кенгуру. Я с радостью ухватился за идею. Выглядела она отлично и нравилась самому дому, ему разрешали снова прыгать.

Милдом на голографической модели обзавёлся длинным хвостом, который служил дополнительной опорой при передвижении и отлично сохранял баланс во время прыжка. В качестве кенгуру прыгал он аккуратно и не далеко.

Испытание в тестовой долине живой макет прошёл, хоть и не сразу. По-началу ему было сложно освоиться с хвостом. Но это были всё те же прыжки. Разница в том, что прежний Милдом вгрызался в почву при приземлении, а в форме кенгуру мягко приземлялся на лапы и хвост. Я не переставал нахваливать мини-домик, мол, молодец, хорошо получается.

При первом же приземлении в городскую среду во все стороны разошлась ощутимая ударная волна. Прогнулись фонари, выбило окна на нижних этажах. Когда макет скакал по долине мы думали, это вибрация почвы из-за немаленького веса прототипа.

Мы продолжили испытания после того, как Поликарпий добавил плетение гасящее ударную волну. Он полчаса носился вокруг макета, даже думать не хочу, сколько потребуется времени, чтобы обработать таким образом реальный дом.

Тестировщик сделал ещё два прыжка по прямой. Пусть ударной волны теперь не было, но вибрация почвы ощущалась иасфальт продолжал расходится трещинами.

При всех его недостатках вариант кенгуру выглядел годным. Просто требовал доработки. Дорогу он испортил, но по сравнению со всем остальным — это допустимый ущерб. На третьем прыжке Милдома стало заметно, что приземление не происходит синхронно на все три опоры, лапы и хвост. Конечности испытывают тройную нагрузку.

Впрочем, это было решаемо. Мы, наконец, выдохнули и расслабились. У нас получилось! Рабочий вариант! Вдохновлённые первым успехом Поликарпий с Нестором стали перебирать варианты плетений для укрепления конечностей.

Милдом почувствовал спад общего напряжения и обрадовался. Он резко развернулся на 90 градусов, и мощный хвост при повороте проломил несколько зданий, превратив их в развалины, прежде чем застрял, вызвав у дома приступ паники.

Пытаясь выбраться из западни, Милдом дёргался на одном месте, переступая с ноги на ногу. В конце концов здание обрушилось, придавив хвост, и я снова ощутил, как живой дом наполнило отчаяние. После чего он рванул вперёд, пытаясь высвободится и завалился на бок. Подняться он не смог. А ведь это ещё одна проблема. У него должна быть способность вставать.

По сути за оставшиеся сутки нам предстояло решить не одну, а целых три задачи: как передвигаться, как прочно закрепляться, а к механизму подъёма мы даже не приступали. И только что рухнул ещё один вариант. Дорабатывать кенгуру не имело смысла.

Ладно, упростим задачу. Согласен убрать на время передвижения из дома жильцов. Минимальный ущерб в виде развороченного дорожного полотна тоже допустим. Внезапно я осознал, что вообще не тем занят.

Не, ну серьёзно. Вот появится дом в другом мире, что главное? Главное не упасть! А значит, для начала он должен быть способен зафиксироваться на новом месте. Шанс, что он попадёт в городскую среду не просто велик, он гарантирован. А значит, механизм подъёма — первостепенная задача. Всё это я в красках изложил поредевшей рабочей группе.

Нестор заявил, что это не реально в принципе, если не поменять форму дома. Он предложил сделать из Милдома пирамиду. В таком варианте он точно не завалится.

Мы занялись проработкой очередной идеей.

— Не переживайте, молодой человек, — Нестор мягко улыбнулся. — Тетраэдр очень устойчивая конструкция, он даже ходить сможет. Поликарпий, вы ведь сможете доработать плетения для перераспределения веса между гранями при наклоне?

Работа закипела, идея обрастала деталями. Вернулись Чайран с Умником и включились в работу.

В небе давно зажглись далёкие звёзды, а над столом — магические огни. Мозговой штурм закончился, но воплощения макета члены рабочей группы не дождались. Все без исключения уснули. Чтобы взбодриться, я прогнал по телу поочерёдно все стихии. Такую роскошь, как сон, я не могу себе позволить.

Картинка на голограмме нравилась мне безмерно. На этот раз я не мог переделать тестировочный образец по щелчку пальца.

По щелчку пальца родятся только хорошо изученные вещи или те, знания о которых запечатаны в моей памяти. Этот же проект был абсолютно новым и нестандартным. Ничем похожим Затворник прежде не занимался.

Я горел вдохновением. Когда я снимал карантин с одной очень вредной планеты, я создал спутники, полностью состоящие из силовых линий. Они были великолепны. Из нейтральной маны были сделаны все электронные детали и сам каркас. Вся прелесть в том, что эту ману никто не способен видеть, и она проникает сквозь материю, а ещё её легко программировать. Вот и сейчас я собирался сделать из неё демпферные узлы. Узким местом в плане было то, что Милдом боялся терять контакт с поверхностью.

В качестве пробы я переделал одному из мини-домиков лапки. Получилось смешно. Моторика движений была такая, как будто он семенит по столу. Только наблюдателю лап видно не было, и нащупать он их не мог. Боря одобрительно хмыкнул, а механоиды пробежали под брюхом изменённого домика. Они лапок не видели, вычислили местоположение, проанализировав механику движения.

Мини-домик пробежался туда и обратно по столу, потом ещё раз, и растерянно развёл манипуляторами в стороны. Дискомфорта он не почувствовал. Тогда я пошёл дальше.

По нашему новому макету живой дом повторял форму тетраэдра и состоял из сложенных вместе четырёх пирамид. В самом низу располагался технический ряд небольших модулей, соединённых «гармошкой», который отвечал за перемещение и имитировал движение улитки. На них сверху располагались три тетраэдра высотой в один метр, и уже они принимали на себя вес верхнего четвёртого. Всех их соединял каркас и демпферные переходы, которые я и собирался сделать из невидимых линий, и было это не просто.

За модернизацию макета браться было стрёмно, поэтому я продолжил возиться с мини-домиками. Второму добровольцу я вместо паучьих лапок приделал ту треугольную конструкцию, над которой мы столько бились несколько часов к ряду. Именно она была ногами и двигателем Милдома. Ковёр из пирамид, который двигал тетраэдр.

Мучился, пока не догадался, что готовый тетраэдр из силовых линей и стенок, который я так долго и тщательно вырисовывал, можно скопировать. Размножил их и принялся за соединительные элементы, которые догадался дублировать сразу. Скорость возросла и это радовало. Уже через час мини-домик обрёл текучий ковёр вместо ног. В то время как его товарищи суетливо бегали, он неспешно полз со скоростью улитки. Я боялся, что ему не понравится, но он наоборот возгордился собой. Типа, он ходит, как большой, а эти все вокруг суетятся, как мелюзга.

Я сел перед макетом и скользнул в транс. Максимум концентрации. Мысленно повесил перед собой проработанную схему. Для начала занялся переделкой тестового образца. Помню, что большому Милдому не понравилась переделка шахты, поэтому я постарался работать в паре. Отправил ему яркий образ того, что я хочу получить.

Неожиданно пришёл вопрос. Через картинки, естественно. Мол, у него там полно всего: мебель, посуда. У каждой вещи есть своё место. Как определить новое место для каждой вещи в новой конструкции. Ну, и зануда. Будет не просто, но с одной стороны если он сделает это сейчас на макете, то потом мы легко повторим всё тоже самое с большим зданием.

Я попробовал подключить к трансу Борю, и к моему глубочайшему удивлению это получилось. Он хмыкнул и предложил всё пронумеровать. Искин же, хтонь. Они занялись инвентаризацией всего имущества, записывали всё по номерам квартир. Чтобы не терять зря время, я занялся строительством передвижной основы.

Каркас, грани, залить нейтральной маной, уплотнить. Скопировать. Прочность получилась даже больше, чем если бы я строил из камня. Забыл убрать проницаемость! Пришлось переделать.

Теперь пройти под домом не получится, упрёшься в невидимую преграду в лучшем случае. Я почесал затылок, представит придурка, который со всей дури бежит вперёд под дом и самоубивается. Придётся ещё и защитное поле по периметру. Хотя его по-любому ставить надо с определением метки свой-чужой. А кто будет определять? С этим вопросом я обратился к Боре, который закончил пересчитывать ложки, и перешёл к вилкам.

Искин что-то буркнул, что подумает, не мешай. Я попросил Милдом, чтобы инвентаризацией они занялись на улице. И всё, что было не приколочено двинулось на выход. Я намекнул, что если он не вынесет то, что приколочено, то оно будет потеряно при трансформации. Кухонные шкафы спрыгнули вниз, а за ними потянулись карнизы.

Механоиды помогли игрушечной мебели оперативно покинуть высокие этажи и присоединились к подсчёту, подписывая номера. Больше ничего не мешало трансформации.

Я создал каркас из скрученных жгутами силовых линий, решив, что дополнительная эластичность не помешает. Первым вылепил верхний тетраэдр, который планировался вместо пентхауса для личного пользования. На тестовом экземпляре размер шёл 1 к 25. Думаю, 8-ми метрового потолка достаточно, чтобы разные там эльфы не жаловались. При общей высоте пирамиды в 25 метров я наметил три этажа, соединённые спиралевидной лестницей по центру.

Входа в пентхаус было три, по количеству запланированных лифтов. Вместо стёкол сделал магическую плёнку, проницаемую по принципу свой-чужой, если Боре захочет влетать в окно облаком микрочастиц. Внешне плёнка ничем не отличалась от стёкл.

Поскольку форма квартиры была треугольная, внешние стены, в смысле стёкла были острые. Смотрелось это так себе. Поэтому плёнка не доходя до края резко уходила в перпендикуляр образуя привычную геометрию окна. А из оставшегося выступа я создал террасу по всему периметру.

Для канализации внедрил плетения аннигиляции и сбор воды из окружающей среды, пришлось создать небольшие водные магонакопители загнув их внутрь стен.

Я скопировал пентхаус три раза и разместил на подготовленный каркас из невидимых демпферных конструкций. Со стороны смотрелось, как будто моя пирамида зависла над вершинами трёх других, вместе образуя большой тетраэдр.

У меня вышло четыре типовых помещения и полая хрень по центру, которой я приделал пол. Вспомнив, что Вася любит селиться подо мной, я разбил её на секции, прикинув, что им неважна высота потолка. Поэтому разбил на пять этажей, решив, что удобства для макета можно и не прикручивать. Но лифты и лестницы всё же сделал, чтобы отработать порядок действий.

Центр здания захламлять не хотелось. Поэтому я пустил лифты по внутренним граням, сделав их по типу горных фуникулёров. Причём лифты я разделил на грузовой для шкафов и диванов, пафосный для эльфов и на обычный для закомплексованных людей.

Между вершиной пирамиды и вторым ярусом располагалась демпферная связка полностью из силовых линий и плоскостей. Моя гордость! За счет невидимости технического этажа и связок создавалось впечатление, вся пирамида парит над землёй, а верхушка парит над нижними этажами.

Закончил трансформацию я с первым лучом солнца и довольный вышел из транса. Боря с интересом разглядывал получившуюся конструкцию и поинтересовался, куда складывать лишнюю мебель. Эт да. Визуально вещей было больше, чем квартир. Я предложил сложить все во внутренние центральные помещения, образовав там игрушечный склад нашего гигантского игрушечного домика. Прототип получился высотой в два с лишним метра при ширине почти в два с половиной.

— Боря, не будешь ли ты так любезен, и не сделаешь мини-копию, изображающего тестового человечка? — я широко улыбнулся. Дом мне нравился, к нему лежала душа.

Из микрочастичек собрался Боря-лилипут и зашёл в дом. Тут же он сделал ещё пяток, и они разбрелись по зданию.

— Мне нравится, я бы тут жил, — большой Боря повернулся ко мне и улыбнулся. — Не хотел тебя расстраивать, — его улыбка стала шире, — ты был так увлечён. Но твой гениальный тетраэдр даже в улицу не войдёт, — и он расхохотался. Так искренне и по-детски, что я не удержался.

Макет улицы был перед моими глазами, отсмеявшись я вздохнул.

— Но! — искин поднял указательный палец вверх. — Я знаю, как решить эту проблему.

— Ну, удиви меня, — я усмехнулся.

— Посмотри внимательно на дом, — он выждал, пока я обошёл бродящий по долине дом по кругу. Холмы он преодолевал легко. — Это же модули. Готовые модули. Раздели дом на части и получишь четыре более мелких тетраэдра и одну треугольную антипризму.

Я щелкнул пальцами. Я столько времени возился с созданием прототипа, что готов повторить его в закрытыми глазами. Мы не стали ломать двухметровый тетраэдр. Для создания отдельного тестового модуля я использовал материю большого Милдома.

Модульный тетраэдр на невидимых ножках еле втиснулся в тестовую улицу Бори. Он поджимал боковые треугольники, однако асфальт он подминал, а несчастный фонарь срезал. Эт да, я туда заложил охренительную прочность.

— Надо добавить ему возможность укреплять грунт впереди себя, — предложил искин.

— Как ты себе это представляешь? Одно дело, если сверху впереди на террасе сидит маг с чашечкой кофе и укрепляет дорогу, по которой предстоит идти. Другое дело — автоматизировать процесс. Там же куча условий, которые нужно учесть. Универсального плетения не существует.

— Ну, так прикрути ему ИИ, — Боря неопределённо пожал плечами. — Управляющий ИИ, или который будет защитное поле держать. Ты же хотел пропускную систему.

Он так говорил, как будто это раз плюнуть.

— Сделаешь? — я с надеждой посмотрел на друга. — Ну, не моё это, компьютеры, не моё. Это же взрыв мозга.

— Сказал тот, кто создал Вжика, — Бориска весело рассмеялся.

— Весело тут у вас, — раздался из-за спины зычный голос.

Я обернулся, чтобы увидеть ВесельчакаПро — зам генерального и отца Хлои по совместительству. Он был безумно доволен собой. Видимо потому, что Хлоя меня-таки бросила. Из-за его спины выглядывали виноватые лица Славика и Васи.

— Ну что? Доигрался ты, Леонид Евгеньевич, судить тебя будут, — здоровяк сиял от счастья. — Мошенничество в особо крупных размерах, махинации с недвижимостью.

Глава 22

Шум, производимый ВесельчакомПро, разбудил остальных членов рабочей группы, которые с трудом продирали глаза. Сказывались несколько дней нервного напряжения и недосып. Первым прототип дома-пирамиды заметил Нестор и, бодро вскочив на ноги, бросился к нему. Тут уже и Поликарпий с Умником присоединились к восхищению. А вот Чайран напротив направился ко мне.

— Ученик, что происходит? — потребовал он.

— Сам не знаю, — я развёл руки в стороны. — Фёдор Елисеевич говорит, что меня в чём-то обвиняют.

— В том, что ты дом украл, — Вася ткнул в сторону Милдома, который пододвинулся ближе. Ему тоже нравился прототип, и не только внешне. Он же его ощущал, как часть себя. Нашей многоэтажке не терпелось преобразиться в пирамиду.

— Как вообще можно украсть дом? — я выпучил глаза. — Это же не конфетку отобрать у ребёнка. Это физически невозможно.

И я рассказал ВесельчакуПро слезливую историю, как я зашёл в игру, чтобы наладить контакт с хозяевами городов. Я же теперь директор по прокачке, надо налаживать связи с НПС. Мы уже собрались идти прокачивать все вместе Рафаэля, в рамках заключённого с РеалПро контракта.

Как вдруг появляется этот дом. Я его сразу узнал, поскольку мой друг актёр, изображающий игрового персонажа Чайрана, недавно в нём пентхаус купил. И жильцов после разрушения нашего прошлого дома туда переселили.

Вот я и подумал, что это очередное задание от компании. Я ж ведущий тестировщик, мне и поручили такое глобальное дело. Тем более дом-голем, а я единственный в игре големщик. К этому времени у меня опять интерфейс сломался, и связаться с руководством для уточнения поручения я не мог.

Так я и проработал все шесть дней в поте лица, укрепляя связи с самыми влиятельными лицами Стремянки, я ткнул в высокоуровневых магов, которые с восхищением трогали медленно и важно вышагивающий прототип. Рядом с ним отдельно ходила дополнительная верхушка тетраэдра, которую я создал позже и на которой мы тестировали проходимость модулей в черте города. В общем всё, что я делал, исключительно на благо развития и процветания РеалПро. И тут непонятные обвинения ещё и злорадство.

— Как вы так, Фёдор Елисеевич? Я терпеливо ждал пока починят мою капсулу, и я смогу вернуться домой. Вы же не только не сочувствуете, что у меня дом украли, пока я работал в поте лица, но ещё и радуетесь моей скорой кончине, из-за невозможности выйти из игры. Что я вам такого сделал? — я трагично посмотрел на ВесельчакаПро.

Как же не вовремя он появился. Я как раз собирался заняться модернизацией основного здания. Не при нём же демонстрировать передовую маго-технологию? Плакало тогда моё инкогнито.

Чисто по-мужски я его понимал. Его дочь наконец бросила такого неудачника, как я. Четверо детей от четырёх разных женщин, и ещё двое в игре. Квартиры у меня нет, живу на одну зарплату. Но не до такой же степени радоваться чужому несчастью?

— Ты эти свои сказочки судье рассказывать будешь, — он подошёл и похлопал меня по плечу.

И вот после этих его хлопков у меня в глазах потемнело. Ах ты ж, Лонь, сука! Выдала ему какой-то навык, специально для этого случая. Моё тело наполнили наниты, и по ощущениям были они в десятки раз хуже предыдущих. Доработала специально под меня, стерва.

Ноги у меня подкосились, и если бы не Чайран с одной стороны и Боря с другой, то я бы рухнул на колени перед довольным замом. Эти модернизированные наниты на предельных скоростях заполняли источник и перекрывали доступ к энергии. Но на этом они не остановились, урезая мои физические возможности.

В глазах двоилось, но я нашёл в появившемся интерфейсе кнопку меню.

Имя — Лео.

Уровень — 0.

Очки: 0 из 0.

Класс — големщик.

Характеристики: Сила — 0; Ловкость — 0; Здоровье — 0; Мана — 0; Репутация с миром — хозяин.

Навыки: — нейтральная мана (вне уровня); — струны души (1); — душевное врачевание (2).

Магический источник — заблокирован.

Помощники Лео: — минифелис Ульт (эффективность 78%); — хранитель Царь (отстранён); — хранитель Вася (испытательный срок); — учитель Чайран (эффективность 99%); — неизвестно (ошибка).

Фамильяр: — энергетический вычислительный симбионт. Класс: сын Лонь (не активен, требуется перезагрузка).

Привязанные предметы: — небоскрёб из мира Мати (13, класс не выбран); — звёздный рояль, красный (2); — голем Изначального Боря (11); — убежище (2); — Милдом (1).

Деньги — заблокировано.

Почта — заблокировано.

Чат — заблокировано.

Раздел администратора — заблокирован.

— Жми на вы, — договорить орущий на меня ВесельчакПро не успел. У него из груди вылезло остриё клинка.

До селе молча наблюдавший за происходящим Славик хладнокровно отправил зам генерального на перерождение.

Друзья мягко положили меня на песок. Мучительно болело всё тело. Чайран запустил волну исцеления. Ощущения притупились, я старался не шевелиться.

— Что случилось? — Нестор непонимающе смотрел на свой планшет, где у него загружались данные с развешанных на мне артефактов. — Почему перестал идти сигнал?

— Сигнал идти не перестал, — еле слышно прошептал я. — Идти нечему. Система всё заблокировала.

— Может тебе выйти из игры? — Боря сканировал меня.

— А дом?

— Так ты же всё равно ничего не можешь сделать без источника. А твоё состояние может быть из-за длительного пребывания в игре, — предположил искин, который мог знать больше, чем ему разрешалось говорить.

— Но у меня ещё сутки, — возразил я.

— Скорее всего это не так, молодой человек, — Нестор ткнул в планшет, на котором отображались данные с развешанных на мне артефактов. — Из-за размера души у вас могут быть другие сроки.

— Это для обычного игрока берётся неделя, — решил пояснить Умник. — И ты учти, что это конечный срок, а проблемы начинаются раньше. А учитывая, что речь идет о привязке души, то у тебя должны быть совсем другие сроки. Тебя спасает развитый источник, а так бы ты только и бегал в игру и обратно, чтобы сохранить баланс. Скорее всего шесть дней — это превышение твоего лимита. Жми на выход, Лео.

И я нажал.

Крышка капсулы поползла вверх, но боль не отпускала. Наниты будто выворачивали меня наизнанку. Даже моргать было больно.

Комнату наполняли незнакомые голоса. Откуда здесь столько народу? Зацокали каблуки и в поле зрения показалась невысокая женщина в форме с оранжевыми погонами. Лицо её было лишено жизни. Холодные глаза внимательно осмотрели моё неподвижное тело, отмечая отдельный моменты и раскладывая их по ячейкам памяти. Зафиксировав взгляд на моём лице она отчеканила монотонным скрипучим голосом.

— Старший следователь по особо важным делам ГСУ СК РФ по городу Москве Руслана Ждановна Костылёва, — она не отрывала взгляд, считывая реакцию. — Одинцов Леонид Евгеньевич, вы задержаны по подозрению в совершении преступлений, предусмотренных частью 4 статьи 159 УК РФ, мошенничество в особо крупном размере, совершённое организованной группой лиц. Кроме того вам инкриминируется статья 272: неправомерный доступ к охраняемой компьютерной информации. Вам всё понятно? — вопрос не требовал ответа, продолжила она без единой паузы. — Вы вправе не давать показания против себя, у вас есть право на адвоката с момента задержания.

Не разрывая зрительного контакта, она констатировала:

— Подозреваемый не может давать пояснения по состоянию здоровья, отметьте в протоколе.

Юный помощник следователя с папкой на весу, быстро чирканул что-то ручкой.

— Руслана Ждановна, добавить невозможность подписания документов ввиду ограниченной подвижности? — заискивающе спросил он и тут же крикнул совсем другим командным тоном: — Понятые, подойдите ближе.

Каблучки отступили в сторону, изучая обстановку. Снимавший на камеру мужчина поменял ракурс и забубнил:

— Время 10:10, место — помещение для ВИП-клиентов для погружения в виртуальную игру Стремянка, компании РеалПро. Проводится личный обыск подозреваемого Одинцова Л.Е.

К капсуле подошли двое немолодых оперативников в белых перчатках. Пока один аккуратно приподнимал руку, второй ловко пинцетом снял браслет, выданный Нестором. Точно так же меня освободили от остальных браслетов на руках и ногах, а так же изъяли непонятный кругляш с шеи, который продолжил перемигиваться огоньками даже после того, как его с меня сняли. Оно и понятно. Не перестанет, пока его не вынесут из радиуса моей души. Артефакты было жалко. Хотя слёзы из глаз брызнули по другому поводу. Каждый раз, когда опер поднимал руку или ногу, тело отзывалось невыносимой болью.

— Руслана Ждановна, — помощник следователя не отнимал взгляд от планшета, — нужно ваше подтверждение по формулировке пункта 3.

— Оставьте, как есть, — каблучки замерли. — Криминалист снял отпечатки пальцев с браслетов?

В комнату бесцеремонно ворвался ВесельчакПро, чуть не сбив одного из понятых. Он с удовольствием уставился на то, как меня обыскивают на манер трупа.

— За всё ответишь! — пообещал он.

В дверях появилась неторопливая бригада скорой помощи. Немолодой мужчина с мешками под глазами аккуратно отодвинул зам генерального в сторону и без интереса посмотрел на меня. Посветил в зрачки, пощёлкал пальцами, проверил пульс.

— Лёгкая дезориентация, мышечная слабость, — констатировал он буднично. — Типичные последствия длительного пребывания в капсуле. Жизненно важные показатели в пределах нормы. Можно транспортировать. Допрос возможен, если не будет ухудшения.

Оглядевшись в поисках стула, он сел за столик у окна и принялся оформлять документы.

От стены отделился генеральный директор РеалПро, до этого стоявший столь неподвижно, что я его не заметил.

— Руслана Ждановна, это оборудование компании. Уникальный прототип, существующий в единственном экземпляре, — заюлил господин Громняк. — На него завязано новое обновление. Может произойти сбой системы! Дайте нам хотя бы параметры снять!

— Аристарх Наумович, это вещественные доказательства по делу, — в голосе следователя прозвучала сталь. — Предоставьте техническую документацию по найденным уликам, заодно и по всей системе «Стремянка. В полном объёме. У вас сутки.

— Руслана Ждановна, вам чай или кофе? — обратился помощник, отходя в сторону.

— Чёрный, без сахара, — коротко ответила Костылёва, а я завис. Это она про чай или кофе?

Госпожа следователь обошла навороченную капсулу по кругу. Наверняка ведь понимает, что это непростая конструкция. И отпечаток для руки заметила.

— Капсулу тоже изымаем, — она развернулась к оперативникам. — Оформите, как вещественное доказательство, средство доступа к системе, носитель информации. Пусть Корнелюк снимет логи и поищет скрытые интерфейсы. Кроме админки ищите след пропавшего здания.

— Но как же? — Громняк сжал кулаки и тут же разжал. Он понял, что сам себя загнал в ловушку. Теперь ему придётся раскрыть перед следствием кухню «РеалПро». Я видел, как он просчитывает ходы. Без моей капсулы они точно не получат доступ к админке. Да, они её по любому не получат. Там же отпечаток пальца. А вот скрытую панель может и найдут.

Вернулся помощник с кофе и доложился:

— Компьютерное и демонстрационное оборудование из соседнего помещения упаковали, — он ткнул за стенку, где находился мой кабинет директора по прокачке. — Телефон подозреваемого нашли в столе. А что со столом делать?

Стол… Мой уникальный стол из чёрного дерева с проросшей веткой… Не успел затащить его в игру!

— А что с ним? — Руслана Ждановна, сделала глоток и подняла строгий взгляд на помощника.

— Странный он, — откликнулся один из оперов. — Криминалист попробовал взять листочек на экспертизу, так оно его укололо. Хорошо скорая ещё не уехала. Успели откачать. Сильно действующий яд, полагаю.

— Зафиксировали факт нападения на сотрудника при исполнении? — поинтересовалась госпожа Костылёва.

Помощник довольно кивнул.

— Вызывайте СПЭБ. Пока они едут — у входа в кабинет директора выставите охрану, никого не впускать и ничего не трогать, — каблучки зацокали в сторону двери.

ВесельчакПро смело перегородил дорогу:

— Это он всё специально! — зам генерального злорадно тыкал в меня своей лапищей. — Чтобы к его компьютеру никто подойти не мог!

— Фёдор Елисеевич, — госпожа Костылёва очень медленно подняла глаза вверх. — Вы сейчас находитесь на месте проведения следственных действий. Если у вас есть конкретные сведения, которые могут иметь значение для дела, мы оформим вас как свидетеля. Под протокол. С разъяснением ответственности за дачу заведомо ложных показаний.

Весельчак в страхе попятился:

— Да я… я просто… переживаю за компанию.

Оперативники аккуратно, но твёрдо переложили меня на носилки и зафиксировали. Движения не были заботливыми, а строго функциональными — так переносят груз, который должен остаться целым для дальнейшей работы. Взгляд следователя скользнул мимо и вернулся, разглядывая меня, как ключ к раскрытию резонансного дела. И я понял, что попал. Попал под жернова новой системы. Лонь хотя бы называет меня своим хозяином. А у этой системы нет головы, только шредер, жадно пожирающий всё, что в него попало.

Меня положили на один из диванов в мягкой зоне для ВИП-гостей. Моя заботливая помощница Стеффа напоила меня водой. Блаженная влага растеклась по пересохшему горлу и опустилась в желудок. Допить до конца из пластикового стаканчика мне не позволил криминалист, который отобрал улику, перелил воду в пробирку, а со стаканчика снял отпечатки и упаковал в пакет. Стеффа смерила его недовольным взглядом и сбегала за новой порцией воды.

Процедура изъятия повторилась три раза, а я так и не напился. Но продолжить ритуал не позволила госпожа Костылёва. Она пригласила помощницу к одному из столиков для беседы, посадив её так, чтобы девушка не видела моего лица.

В комнату заглядывали сотрудники, и стоящий в дверях опер брал на карандаш каждого любопытного.

Одно из кресел по соседству занял начальник безопасности РеалПро Матвей Иванович. Ему очень хотелось со мной поговорить, и я даже знал о чём. Им нужен контроль над административным разделом игры. Седой заскрипел зубами, глядя, как выносят мою капсулу.

Тем временем госпожа следователь опросила Стеффу и дала команду упаковать её компьютер. Да-да, у моей помощницы был доступ в админку. Только вот работал он не от пароля. Доступ осуществляла Лонь, которая контролировала всё, что происходило в РеалПро. Тем более контролировать все компьютеры для такого мощного ИИ вообще не проблема. Она и выдавала доступ каждый раз индивидуально, если того требовала ситуация. Например, если попросил я помощницу сделать распечатки характеристик сливников, а для осуществления запроса той нужно попасть в административный отдел.

Седой коршуном ринулся на защиту последней ниточки. Я подозреваю, что он давно догадался о моих административных возможностях, только почему-то молчал.

— Это интеллектуальная собственность компании РеалПро, — он навис над госпожой Костылёвой, которая сидела на стуле моей помощницы и рылась в тумбочке. — Вы не можете лишить нас информации о состоянии выполнения заключённых контрактов на прокачку. Вся информация находится на этом носителе в единственном экземпляре. Речь идет о потери десятков миллионов рублей! Кто будет оплачивать неустойку?

— Оформляйте ходатайство, его рассмотрят в установленном порядке. Компьютер является уликой и потенциальным источником доказательной базы, мы его изымаем. Вы получите копию акта с полной описью, — следователь извлекла из тумбочки пакет с сухим кошачьим кормом. — В офисе есть животные? — госпожа Костылёва подняла вверх пакетик двумя пальцами и продемонстрировала помощнице.

Стеффа бросила быстрый взгляд в мою сторону, что не скрылось от следователя.

— Серый котёнок, — девушка опустила плечи, чувствуя себя предательницей.

Костылёва погремела сухим кормом, но никто с радостным мяуканьем не подбежал.

— Найти животное, — сухо распорядилась Руслана Ждановна и передала пакет на экспертизу. — Если оно контактировало с подозрительными объектами, изолировать и передать бригаде СПЭБ.

Она протянула пакет криминалисту:

— Упаковать как улику. Полный анализ состава.

Наконец, со стороны лифта донёсся грохот тяжёлых колёс, и по помещению рассредоточилась бригада СПЭБ. Пятеро упакованных в костюмы химзащиты суровых мужчин оглядели заполненный людьми офис по прокачке. Вперёд вышел один из прибывших и поискал глазами главного.

Мелкая госпожа Костылёва уязвлённо встала и, не теряя достоинства, выдвинулась вперёд.

— Руководитель бригады, капитан санитарно-противоэпидемической службы Виктор Сергеевич Лебедев, — не снимая респиратора, заговорил он через встроенный динамик. — Доложите обстановку.

— При изъятии вещественных доказательств криминалист получил колотую травму от предмета с признаками биологической активности. Пострадавший с симптомами острого отравления непонятной природы отправлен по скорой в больницу. Источник угрозы — стол с проросшей из него веткой неизвестного вида.

Лебедев коротко кивнул и подал знак ближайшему технику, которого помощник следователя повёл к моему кабинету.

— Руслана Ждановна! Стол пропал!

Очень. Очень медленно. Костылёва повернула голову к генеральному директору РеалПро.

Глава 23

Я внутренне ликовал — кто-то спас мой рабочий стол! Варианта было всего два. Либо это сделал Ульт, он же пространственный ходок. Он здоровенного Одиссея перетаскивал к психующему Милдому, а тут какой-то стол. Мог чисто из вредности его куда-нибудь спрятать. Он по-любому где-то рядом крутится и видел, как стол собираются изъять.

Ну, либо это сделала сама Лонь, которая владела пространственной магией на очень и очень высоком уровне. Она межмировые порталы открывала на раз-два. И в системных сообщениях обозначила выросшую из столешницы ветку, как «воскрешение чёрного тысса», и накинула за это неприлично много очков, тем самым дала понять, что это очень ценный экземпляр. Спрятала наверное в Убежище, создав под него отдельную пространственную зону со всеми условиями, а ведь я хотел посадить его в Пустошах. Так даже лучше. Я об этом чёрном тыссе ничего не знаю, может он воду любит.

Стоп! Есть же ещё Изначальные! Они тоже ходоки, и забрать стол из закрытой комнаты с предпоследнего этажа им по силам. Только Один отбывает второй этап Нулевого перехода в каком-то мире, а его сыновья так и не смогли освоить технику хождения сквозь пространство. А Боря смог! Точно! Боря!

Тот ещё хомяк. Он бы прихватил, увидев, что кто-то другой пытается завладеть столь интересным объектом. В воспоминаниях Затворника, которые он себе закачал, наверняка есть всё про это дерево. И в чём его ценность, и как за ним ухаживать.

Только вот Боря до сих пор не объявился. И меня это беспокоило больше, чем факт задержания и нелепые обвинения.

Абсурд! Повесили на меня кражу дома! Я воспринимал происходящее, как игру. Жёсткий вариант. Не люблю хорроры. Главное, чтобы друзья не пострадали при замесе.

Отсутствие Бори вызывало кучу вопросов, и ни одна из версий не выглядела правдоподобной. У него этих микрочастиц было столько, что хватило бы собрать десяток небоскрёбов. И далеко не все они были привязаны к моей душе, чтобы таскаться за мной по мирам. Боря, со своей паранойей, наверняка припрятал поблизости резервный запас, просто чтобы контролировать ситуацию. И если он всё видел, то уже давно бы встроил мне в ухо мини‑наушник. Но его нет.

На душе потяжелело. Неужели его психоз по поводу причинения мне вреда так и не прошёл? Ну, сорвался тогда, с кем не бывает. Подумаешь, пара царапин. Мы же во время модернизации Милдома спокойно общались. И выглядел он хорошо. Стало совсем грустно.

— Перекрыть выходы и смежные коридоры, — скрипучий голос Костылёвой выбил меня из задумчивости. — Матвей Иванович, — следователь повернулась к начальнику безопасности РеалПро, — Поставьте посты у эвакуационных дверей и у технических люков. Никого не выпускать без моего разрешения. И предоставьте мне записи с камер видеонаблюдения, — она показала на потолок, где красным огоньком мигала одна из камер.

Седой скрипнул зубами, но кивнул и достал рацию. На него же и повесят пропажу стола.

— Виктор Сергеевич, мне нужна предварительная оценка, займитесь, — она показала на мой кабинет. — Воробьёв, проверьте лестницы и лифты, опросите свидетелей. Это крупный объект, его не могли не видеть.

Потрёпанный опер, которого назвали Воробьёвым, собрал своих и принялся раздавать распоряжения:

— Гена, уличные камеры на тебе. Стол должны были как-то вывести, — резонно заметил он.

— Стёп, он же своими колючками атаковал. К нему подойти было невозможно! — возразил худощавый. — Его не могли взять за края и понести.

— Или он ещё в здании, — Костылёва выразительно посмотрела на генерального. — Аристарх Наумович, вам есть что рассказать по существу произошедшей кражи? Может вы добровольно вернёте улику, и мы вместе посмеёмся над недоразумением.

— Руслана Ждановна, я же всё время был с вами, — натурально возмутился господин Громняк.

— Я не утверждаю, что вы лично несли стол. Для этого у вас целый офис сотрудников, — холодно проскрипела Костылёва.

— Да это всё он! Это его стол! — ВесельчакПро показал в сторону моей пристёгнутой к носилкам тушке. — Как он здание украл?! Та же технология! Как иначе из закрытой комнаты вынести стол?! Выход один, и мы все были здесь.

— Да, я видел, как он гладил ядовитые листочки, — генеральный поддержал зама. — Они его не атаковали.

Госпожа следователь смерила подозрительным взглядом Громняка и подошла к стоящему у входа оперу. Она быстро пробежалась глазами по списку тех, кто заглядывал из любопытства. Ну да, ну да… Сам-то я не мог воспользоваться. Чем? Как они себе это представляют вообще? Значит, мне помог сообщник.

— Проверьте, — она передала блокнот помощнику. — Кто такие, в каких отношениях с подозреваемым. У него в офисе есть сообщник, найдите его.

Бригада СПЭБ занялась биологической угрозой. Пока капитан Лебедев отзванивался начальству, техники распаковали оборудование. Трое скрылись в моём кабинете с чемоданчиками, а четвёртый замер в дверном проёме, водя непонятным прибором из стороны в сторону.

— Виктор Сергеевич, — динамик респиратора усилил тревогу говорившего, — у меня тут резкий скачок по биоактивности. И… это вообще не похоже на обычную флору.

Эт да, у меня там и помимо чёрного стола растительности хватало. Зелень в кадках, расставленная по периметру разрослась. Там такие листочки были, с мою ладонь, а стебли с палец.

Лебедев заглянул в кабинет.

— Повышенная биологическая активность, — тихо произнёс он. — Не слишком похоже на токсическое поражение или заражение. Хм, словно среда излишне благоприятна.

Он повернулся к технику:

— Никаких самостоятельных действий. Всё строго по инструкции. Пробы воздуха, соскобы с листьев, срезы стеблей. Есть угроза, нет угрозы, разберёмся.

Мне тоже захотелось глянуть, изменились ещё растения или нет. Но от моего дивана вообще ничего видно не было. От рабочего кабинета меня отделяло несколько столиков.

— А что если это не химикат, а полевое воздействие? — предположил лаборант. — Что-то повышает жизнеспособность среды?

Лебедев на секунду замер, а потом кивнул:

— Проверь. Если тут «поле», фиксируем градиент: где начинается, где заканчивается, как меняется с расстоянием. Определи геометрию зоны.

И тут оперативник, который ушёл опрашивать свидетелей вернулся. Он тяжело дышал.

— Там это… внизу… тоже самое. Бурная растительность. Листья крупные, побеги лезут через вентиляционные решётки. В бухгалтерии так вообще корень пробил дно кашпо, — он показал руками корень размером с метр.

В комнате повисла неуютная тишина, нарушаемая только тихим попискиванием приборов.

Следователь Костылёва медленно перевела взгляд с оперативника на Лебедева.

— Радиус воздействия?

— Сейчас прикинем, — Лебедев подал знак технику: — Замерьте через каждые два метра.

Пока мужики в спецкостюмах расходились от моего кабинета в стороны, Лебедев повернулся к Костылёвой:

— Если источник — не сам стол, а какое-то полевое воздействие, оно уже вышло за пределы комнаты. Нужно локализовать весь сектор и изолировать персонал. Мы не понимаем с чем столкнулись и не может предсказать, как аномалия проявится в долгосрочной перспективе. Предлагаю брать пробы не только из кабинета, но и с ручек, вентиляционных решёток, стыков плит. Надо определить, где среда меняется.

— Приступайте, — коротко кивнула она. — Отчёт по мере обновления информации.

Госпожа следователь повернулась к Седому:

— Что по камерам?

СБшник развернул ноутбук и нажал кнопку. Присутствующие с любопытством обернулись в их сторону.

— Ещё раз, покадрово, — приказала Костылёва.

Она нахмурилась и задержала на главе службы безопасности долгий сканирующий взгляд.

— Передайте запись нашим экспертам, чтобы исключить монтаж, — вымораживающим тоном попросила она, будто и не сомневалась, что Матвей Иванович занимался нарезкой лично.

— Что там? — к Седому степенно подошёл Громняк.

— Он просто пропал, — шепнул безопасник. — Кадр стол есть, следующий кадр — стола нет.

Понятно. Ульт отменяется. Он бы попал на камеру. Остаётся Лонь. Она и записи небось подчистила.

Тем временем один из техников подошёл к капитану.

— Градиент прослеживается, — доложился он Лебедеву. — Пик концентрации летучих соединений и аномальной биоактивности — в радиусе примерно 18–22 метров от места расположения пропавшего стола. Дальше показатели падают.

— Значит, стол, — кивнул Лебедев.

Капитан подошёл к Седому и попросил взглянуть на запись с камеры, чтобы иметь представление, как пропавший объект выглядел.

Только вот картинка была чёрно-белой. Там не была видна красота чёрного дерева с синими листьями. И то, что оно шипы умело втягивать и удлинять, на видео заметно не было.

Капитан Лебедев снова посмотрел на Костылёву:

— Нам нужно расширить зону оцепления. И как можно скорее найти стол. Пропажа источника не отменяет риска: поле повлияло на среду. И если оно способно изменять свойства и ускорять жизненные процессы, последствия могут быть… непредсказуемыми.

Костылёва кивнула, не похоже, чтобы она забеспокоилась. Наоборот, ещё больше надулась от масштаба порученного ей дела. Вот он, её шанс одним махом перескочить сразу несколько ступенек служебной лестницы.

— Резонансное преступление, а теперь ещё и многоочаговая биологическая аномалия с риском распространения, — она просмаковала формулировку. — Действуем по протоколу «Карантин», вход в здание без выхода до снятия режима, — она потянулась к телефону и замерла: — Матвей Иванович, — следователь чеканила каждый слог, — немедленно соберите у всех сотрудников телефоны. Никаких исключений. Проинструктируйте своих людей: если кто-то попытается вынести устройство, задерживайте до выяснения.

Громняк побледнел.

— Позвольте, Руслана Ждановна, как можно? Там же личные данные, переписка, банковские счета.

— Вам есть, что скрывать, Аристарх Наумович? Впрочем, вы можете ускорить процесс, просто верните стол, — она невозмутимо смотрела, как генеральный молча открывает и закрывает рот. — Если хоть одно фото или сообщение уйдёт в сеть, отвечать будете вы. По полной.

Матвей Иванович, стоявший рядом, поморщился. Когда явились опера производить задержание, их просто попросили извлечь меня из капсулы. Сообщать о системном сбое, те, конечно же, не стали, а отправили за мной заместителя генерального. И тут уж Лонь подсуетилась и вручила ВесельчакуПро нужный навык, чтобы тот своевременно похлопал меня по плечу. Безобидный жест.

Помощник уже набирал номер дежурной части и передал телефон следователю.

— Да, это Костылёва. Ввожу режим ограничения связи на объекте «РеалПро». Требуется мобильный комплекс радиоподавления и блокировка услуг связи на секторе БС. Основание: предотвращение паники и утечки оперативных данных по чрезвычайной ситуации биологического характера, — она помолчала, слушая ответ. — Да. Подтверждаю.

Я поёжился. События закручивались в тугую пружину, а я до сих пор напоминаю амёбу. Всё, чего я добился — шевеление кончиками пальцев. Пора бы уже телу адаптироваться к нанитам.

Костылёва развернулась к Лебедеву:

— Капитан, вы работаете по внутренним каналам. Рации, внутренняя АТС. Никаких личных устройств.

Первым в кабинет вернулся недовольный начальник безопасности с боксом, заполненный мобильными телефонами. Я мысленно усмехнулся, представляя всё то, что он выслушал от недовольных сотрудников, у которых забрали святое. Матвей Иванович демонстративно положил в ящик свой телефон и подошёл к генеральному и его заму. Последней с мобильником рассталась Стеффа. Седой захлопнул крышку и не успел поставить пломбу, как один из телефонов завибрировал, а потом второй. СБшник покраснел, его косяк.

— Я свободен! — разорвал в неловкую паузу мощный гитарный рифф.

Костылёва развернулась к безопаснику всем телом и холодно уставилась на него:

— Не удивлена, Матвей Иванович, совсем не удивлена. Если вы не сообщаете куда следует об аномальном росте растений, что уж говорить о том, чтобы попросить сотрудников выключить телефоны.

— Полагаете, мне надо было вызвать МЧС из-за того, что у меня фикус вытянулся? — Седой сложил руки на груди в защитном жесте.

Капитан Лебедев хмыкнул:

— Неплохой такой фикус из стола вырос.

Дверь в зону отдыха без стука распахнулась. Порог переступили двое неприметных мужчин в форме и респираторах. Старший шёл первым, а второй на шаг позади, правая рука его касалась рации. Он поискал глазами главного и обратился к Лебедеву.

— Группа радиоподавления, старший лейтенант Трескачов. Выполнили установку комплекса на техническом уровне между 4‑м и 5‑м этажами, — проговаривая всё это он цепко оглядывал обстановку: кресла, приоткрытый бокс с телефонами, упакованные компьютеры, виртуальную капсулу нового поколения и людей, отметив мой статус привязанного к носилкам. — Доложили оператору о секторе БС. Блокировка по сектору должна вступить в силу в течение пятнадцати минут. Пока держим покрытие глушилкой.

Второй коротко добавил:

— У нас комплекты СИЗ на смену, питание на сутки. Если потребуется расширение контроля на смежные помещения — скажите, перенастроим диаграмму направленности.

— Ла-ла-ла ла ла-ла, всё будет хорошо, — пообещал чей-то мобильник и резко замолк, а остальные телефоны перестали вибрировать.

Лебедев выразительно скосил глаза в сторону Костылёвой, показывая, кто тут главный.

— Спасибо, что быстро. У нас тут… нестандартная ситуация, — ответил он.

— Виктор Сергеевич, — из своего кресла медленно поднялась госпожа следователь и подошла к мужчинам, каждым звуком каблука подтверждая свою власть в этом здании, — доложите ситуацию.

— Здание «РеалПро» невысокое, всего шесть этажей, но каждый из них спроектирован как отдельный модуль: широкие коридоры, большие окна, минимум несущих колонн, — через респиратор донёсся вдох. — Эта «воздушность» теперь работает против нас. Ничего не мешает распространению поля.

Госпожа следователь зацокала в сторону генерального директора. Громняк сидел на самом диване, который смотрелся под ним, как большое кресло.

— Мы не уходим отсюда ни сегодня, ни завтра, Аристарх Наумович. Проинструктируйте сотрудников и подготовьтесь к ночёвке, — когда она подошла, то её глаза были почти на уровне глаз сидящего мужчины.

— Конечно-конечно, Руслана Ждановна. В ВИП-кабинках есть всё для вашего комфортного размещения, душ, кушетки, мини-холодильники. В кафе, — он показал ей за спину, но та не повернулась, — приготовят горячий обед. — Об остальном я позабочусь, — он потянулся к карману и замер, поморщившись. — Без телефона, как без рук, — он натянуто улыбнулся.

Господин Громняк поспешно встал и с видимым облегчением покинул офис по прокачке.

— Руслана Ждановна, развяжите шефа, — Стеффа смело обратилась к следователю. — Я его покормлю. Никуда он не сбежит, он же даже двигаться не может.

Костылёва оценивающе посмотрела на меня и кивнула оперу, сидящему в соседнем кресле. Он не только разрезал стяжки, но и любезно усадил меня вертикально. Помощница тут же предложила стакан воды.

— Спа… бо, — я попробовал говорить. Ну, значит и поесть смогу.

Костылёва села за столик неподалёку и развернулась ко мне лицом.

— Руслана Ждановна, — к ней подсел криминалист, — посмотрите.

Он протянул ей мой телефон. Следователь завертела его в руках, подняла на уровень глаз.

— Ни единого отверстия, никаких маркировок, — прокомментировал криминалист. — Он разрядился, а зарядки в столе не было.

— Одинцов, где зарядка? — Костылёва перевела на меня требовательный взгляд.

— Не было, — с трудом проговорил я, а Стеффа принесла ещё воды. — Выдали.

— Кто?

— Так вместе со всем оборудованием принесли, когда кабинет делали, — бодро отчеканила помощница. — Я отправила запрос в технический отдел, что нам требуется компьютер и проектор. Вот тогда сразу всё и принесли, — она показала пустым стаканчиком на аккуратно сложенные у стенки экраны, большие в человеческий рост динамики и планшет.

— Фёдор Елисеевич, — она обернулась к отцу Хлои, — обеспечьте нашего специалиста зарядным устройством.

— Я?! При чём тут я? — удивился Гордеев.

— Вы же заместитель генерального директора по новым разработкам, — бровь Костылёвой ушла вверх. — Разве это не ваша технология?

— Я тут недавно работаю. Про подобное оборудование ничего не знаю.

Неожиданно мобильник в руках следователя ожил, и на экране появилась Хлоя в пикантном наряде, расхаживающая на фоне большой незастеленной кровати.

Глава 24

Я сидел, как громом поражённый. Всё время до этого я искренне полагал, что мой телефон создал Боря из своих микрочастиц. А теперь выяснилось: за всем стояла Лонь. Я не знал, как на это реагировать.

Я ощущал отторжение после того, как она выжгла Альфу в груди Технеса и хладнокровно отправила Одина на перерождение. Какими бы благими намерениями она при этом не руководствовалась, всё это было проделано излишне жестоко.

И теперь получалось, что она заменила мне Борю. Она делала всё то, что обычно брал на себя он: прикрывала, помогала, страховала. Захотел пересидеть в офисе и не заходить в игру? Пожалуйста. Она подогнала оборудование. Даже телефон создала под мои привычки: чтобы звонил там, где нет связи, чтобы не надо было заряжать, потому что я вечно всё забываю.

Я перевёл взгляд на подготовленное к транспортировке оборудование. Настенные экраны, через которые я смотрел стримы из Стремянки. Помнится, когда Громняк впервые их увидел, то сильно удивился. А я не придал этому значения. Теперь-то понятно, что сами они так не умеют. И делать для них подобное Лонь посчитала лишним.

Техники, которые приходили, тогда странно отреагировали. Один из них обратился к экрану: «Алиса», а в ответ прозвучало: «Я не Алиса». Я глупо подумал, что это имя такое Неолиса, а она не стала меня поправлять. Ей просто хотелось, чтобы я нормально с ней общался.

Я вспомнил, что она и до этого присылала мне телефон, переоформляла банковскую карту, да и деньги на счету — её рук дело. Она с самого начала окружала меня незримой заботой. И в тоже самое время эта её жестокость. Как-то всё это было…

Блуждающий взгляд зацепился за динамики. Они были слишком большие. Лонь бы не стала их делать такими ради дизайна. А значит, это не динамики.

— Леонид Евгеньевич! — Костылёва требовательно нависла надо мной. — Ответьте на звонок!

Госпожа следователь протянула мне телефон. Издевается? Я же не могу пошевелить рукой. Однако стоило мобильнику приблизиться, как соединение произошло автоматически, без каких-либо усилий с моей стороны.

— Одинцов! Придурок! У тебя совесть есть? Как можно зависать в игре так долго? Ты вообще помнишь о рекомендованном времени? Хотя о чём я? Ты же существуешь вне времени! Всегда опаздываешь! У тебя руки отсохли? Позвонить и сказать, что с тобой всё в порядке, ты не мог? — Хлоя на экране остановилась и уперла руки в боки. — Одинцов! Я с тобой разговариваю! Так и будешь молчать?

— Хло… мм… — промычал я.

— Он сейчас не может говорить, — холодно уведомила Руслана Ждановна.

— А ты ещё кто такая? Отстань от моего мужика! Что вы все лезете и лезете к нему! Зла на вас не хватает! — Хлоя всплеснула руками. — Одинцов, гони её! Слышишь, какой у неё противный скрипучий голос? Она же не просыхает!

— С вами разговаривает старший следователь по особо важным делам следственного комитета Руслана Ждановна Костылёва. Представьтесь, пожалуйста, — мрачно отчеканила следователь.

— Одинцов, куда ты опять вляпался? Что это за дура? Тебе помощь нужна?

— Евдокия, это и правда следователь Костылёва, — хрипло подтвердил зам директора.

— Папа? Что ты там делаешь? Где Одинцов? Что с ним? Что ты с ним сделал?! — девушка грозно топнула ногой. Грудь у неё при этом заманчиво колыхнулась.

— Евдокия, почему ты звонишь мужчине в таком виде? Так я тебя воспитывал? — начал заводиться Гордеев.

— В каком виде, па? Вы там что, все с ума посходили? Я ему зво-ню, па, понимаешь? Зво. Ню. Какая разница в чём я одета, если он меня не видит? Значит, так, па, чтобы ни единого волоска с головы Одинцова! Ты меня понял? — она снова тряхнула грудью и отключилась.

Костылёва повертела в руках неживой телефон и повернулась к заместителю по новым разработкам.

— Значит, вы не знаете, что это за технология, способная обходить глушилки и подглядывать за людьми? Фёдор Елисеевич? — с угрозой в голосе спросила следователь по особо важным делам.

Гордеев сжимал и разжимал кулаки. Он вообще не слышал Костылёву. Он смотрел на меня, и в глазах его читалось твёрдое намерение закатать меня в асфальт. Понимаю, он-то считал, что дочь меня бросила, а тут она звонит, как ни в чём не бывало.

— Фёдор Елисеевич, я к вам обращаюсь, — вымораживающим мозг тоном проговорила Костылёва.

В разговор вмешался Матвей Иванович. Во время разговора он незаметно встал за спиной следователя и наблюдал за всем, что происходило.

— Руслана Ждановна, — с отеческой улыбкой проговорил безопасник, — нельзя же быть такой доверчивой, право дело. Это же не прямая трансляция, — и он мягко рассмеялся. — Хотя да, выглядит достоверно. Даже родной отец поверил, — хохотнул он. — В компании РеалПро используются самые передовые технологии. Не случайно мы так дорожим нашими разработчиками и охраняем тайну производства. Наш ИИ тянет на себе целый нарисованный мир! Что ему стоит смонтировать небольшое видео и достоверно имитировать собеседника?

Костылёва вперилась недоверчивым взглядом в безопасника.

В дверях зоны отдыха появился Громняк. Вид у него был по хищному собран, он приготовился к схватке. Но прежде чем он успел что-то сказать к нему кинулся Седой.

— Представляете, Аристарх Наумович? Руслана Ждановна, поверила, что наш тестовый телефон самостоятельно подключает видеотрансляцию во время разговора, — он нервно хохотнул. — Передайте моё восхищение разработчикам. Настолько достоверная имитация! Предлагаю выписать им премию. Заработали!

— Экспертиза покажет, — пообещала Костылёва. — Однако то, что телефон пробился сквозь глушилку по незарегистрированным каналам связи, неоспоримый факт.

— Какие ещё незарегистрированные каналы? — удивился Громняк, быстро оценивая обстановку. — Мы сейчас тестируем видеосвязь, как внутриигровую активность. Во время звонка происходит подключение между приложениями, установленными в телефоне. Технически это не передача голоса по сети, а синхронизация двух игровых сессий. Серверы свои, все сертификаты есть, но логика игровая. Поэтому и глушилка звонок не видит, для неё это не связь.

Я мысленно хмыкнул, потому что Лонь где-то так и звонила. Хотя полагаю, она закрепилась в этом мире конкретно и контролирует вообще всё. Логично, это ж моя планета, я отвечаю за неё перед мирозданием.

— Руслана Ждановна, я вынужден настаивать на немедленном возврате изъятого имущества, — генеральный решил переключить внимание следователя.

Костылёва и бровью не повела, она продолжала недоверчиво изучать лица генерального, его зама и безопасника. Седой решил убрать Гордеева с шахматной доски и потащил его прочь из кабинета.

— Речь идёт о телефоне и всём комплекте оборудования, который был изъят из кабинета Одинцова, — продолжил Громняк, мягко улыбаясь. Однако тон его не подразумевал отказа. — Это не серийные образцы. Это единственный действующий прототип экспериментальной линейки. Я уже не говорю о том, что работа по обкатке встанет. Мы потеряем не только время и деньги, но и собранные за время тестирования данные.

Следователь чуть наклонила голову, будто оценивая оппонента.

— Основание для возврата? — безразлично поинтересовалась она.

— Коммерческая тайна и государственная регистрация прав на интеллектуальную собственность. Оборудование находится на балансе РеалПро, но разрабатывалось по контракту с федеральным ведомством. Без санкции сверху я не имею права передавать эти образцы третьим лицам.

Похоже Аристарх Наумович зашёл в юридический отдел и по-быстрому прокачал навык юриспруденции.

— То есть вы утверждаете, что эта технология — ваша? — уточнила Костылёва, не отводя от него взгляд.

— Я утверждаю, что она числится на балансе моей компании, — спокойно ответил генеральный. — А детали разработки — это уже вопрос не ко мне, а к кураторам проекта.

Я смотрел на генерального и искренне восхищался его наглостью. Громняк отыгрывал корпоративную непробиваемость, хотя на самом деле ни он, ни его инженеры не создавали ни капсулы, ни экраны, ни телефоны. Всё это приносила Лонь на блюдечке. И на какую такую разработку по контракту он сейчас ссылается? Это же блеф чистой воды! Неужели надеется, что зам начальника ФСБ его прикроет.

Я был удивлён, что Филин до сих пор не вытащил меня из этой передряги. Всё-таки он зам начальника ФСБ, не последняя фигура в правительственном аппарате. Он догадался, что я и есть наместник планеты. Я был благодарен, что он не сдал правительству. Может поэтому и не лезет в это дело, чтобы не спалить?

Помнится он сейчас на даче какого-то хвалёного психотерапевта. Повёз Борю лечить психоз. И по рассказам искина они там душевно проводят время. Филин ульи сколачивает, искин учится разводить пчёл, и все вместе разговаривают о жизни.

Когда Филин последний раз был на планёрке, Громняк объявил, что государство хочет выкупить часть акций РеалПро. Может генеральный разыгрывает сейчас именно эту карту?

— Предоставьте документы, подтверждающие право собственности и статус оборудования, а так же список лиц, допущенных к работе с этой технологией, — Костылёва сузила глаза, готовясь к схватке. Оборудование её заинтересовало, как и возможность скрытого наблюдения.

— Список будет предоставлен в установленном порядке, — Громняк перестал изображать добряка. — Но возврат оборудования должен произойти немедленно. Иначе я буду вынужден зафиксировать факт незаконного изъятия и направить жалобу в прокуратуру.

— Аристарх Наумович, — голос Костылёвой стал омерзительно скрипучим, — вы ссылаетесь на коммерческую тайну, и при этом у нас на руках устройство, способное обходить средства подавления сигнала. Если подтвердится, что технология способна собирать сведения о гражданах без их ведома, это вопрос национальной безопасности. Тогда к вам придут не с запросом документов, а с постановлением на выемку всех носителей, серверов и проектных архивов. И вопрос будет стоять не о возврате образцов, а о временном внешнем управлении компанией и передаче исходных кодов уполномоченным структурам.

На мгновение в комнате воцарила гробовая тишина. Костылёва сверлила генерального суровым взглядом.

— В настоящий момент это вещественные доказательства по делу о хищении и возможной угрозе биологической безопасности, — припечатала она безучастным тоном. — Оборудование остаётся у следствия.

— Биологической? — Громняк чуть прищурился. — Вы о чём?

Он явно не ожидал, что она так быстро свяжет секретную технологию с биологической угрозой.

— Как же? — госпожа следователь нарочито удивилась. — Мониторы висели в кабинете с аномальной растительностью. Они могут являться источником полевого облучения, воздействующего на живые объекты.

В этот момент в зону отдыха вернулся Лебедев и замер с планшетом в руках.

— Руслана Ждановна, — голос капитана был спокойным, но в нём слышалась срочность. — Получены промежуточные результаты.

Костылёва кивнула, не отрывая взгляда от Громняка.

— Докладывайте.

Лебедев шагнул ближе, не сводя глаз с планшета, на котором виднелись какие-то графики.

— Зона аномальной биоактивности стабильна. Радиус — примерно 18–22 метра от точки, где стоял стол. Пик совпадает с местоположением Одинцова. Его требуется пересадить.

— Пересадите Одинцова, — она даже не посмотрела в мою сторону, и продолжила уже обращаясь к капитану Лебедеву:

— Проверьте экраны, — Костылёва показала сложенные у стены мониторы. — Они висели прямо над бурной растительностью. Не исключено, что они являются источником полевого облучения.

Присматривавший за мной опер позвал коллегу, и вместе они пересадили меня в соседнее кресло. Я мысленно хмыкнул. Если пик аномалии приходился на моё место, то не очень-то они позаботились о моей безопасности, передвинув всего на два метра в сторону. Зато я отметил, что когда они меня подхватили подмышки, тело не взрывалось от боли. Так, отозвалось лёгкой болезненностью. Надеюсь, дальше выздоровление пойдёт быстрее.

Стеффа дала мне попить и села рядом. Мы с интересом уставились на работу экспертов.

К бригаде Лебедева присоединились криминалисты Костылёвой. Они отодвинули в сторону кресла и диваны, освобождая свободное место. Эт да экраны были здоровенные, три метра в диагонали точно, если не больше.

Потом расстелили на полу плёнку и аккуратно уложили первый из четырёх экранов. Он был плоским до такой степени, что можно было легко перепутать зад и перёд.

Старший криминалист обошёл экран по кругу и посветил фонариком.

— Разъёмы отсутствуют, — озвучил он очевидное для протокола, который принялся вести помощник следователя. — Стыков нет. Корпус литой, конструкция монолитная.

— Аккуратней, пожалуйста, — взмолился Громняк. — Вы рискуете испортить уникальный прототип.

Госпожа следователь процокала каблучками и провела рукой по корпусу.

— Что это за материал?

Старший криминалист попросил самого молодого провести анализ, сам же продолжил надиктовывать, водя детектором вдоль корпуса. Когда он дошёл до центра прибор тихо пискнул, и стрелка резко дёрнулась вверх.

— Повышенный ЭМ‑фон. Работает на неизвестном источнике энергии. Находится в режиме ожидания.

Техник провёл тепловизором вдоль корпуса:

— Корпус холодный. Окружность с повышенной температурой, радиус 124 сантиметра. Предположительно батарея, от которой происходит питание.

Я охренел. Лонь запечатала внутри портальное кольцо. Изображение на экран выводилось через портальное соединение. Окно в другой мир, хтонь. Неужели она позволит экспертам копаться в технологии?

— Рентген, — скомандовал старший криминалист и протянул руку в сторону. Один из техников молча вложил в неё сканер.

— Полая структура, большой круг, в центре 12 кристаллов, — продиктовал он.

Молчавший до этого Лебедев шагнул ближе.

— Вероятность полевого излучения во включённом состоянии 100%, — тихо добавил он. — Спектр совпадает с зоной аномальной биоактивности.

Я зауважал капитана. Утечка маны из другого мира должна быть, правда, она не могла настолько сильно повлиять на рост растений.

Тем временем молодой криминалист приставил к рамке спектрометр и нажал кнопку. На экране появились цифры и незнакомые символы.

— Неизвестный материал, — он нахмурился. — Сложный состав. Из известных: тугоплавкие оксиды, углеродные кластеры. Основная матрица не идентифицируется. Спектр нестабилен. Плавающие пики, структура перестраивается.

Лебедев наклонился к прибору:

— Это не статичный материал, — произнёс он. — Он держится в твёрдой фазе за счёт внешнего или внутреннего поля. Вероятнее всего, кристаллы в центре задают резонансную сетку, которая удерживает матрицу.

— Забираем в лабораторию, — решительно заявила Костылёва. — Пусть эксперты разберут на атомы.

— Не позволю! — Громняк в два прыжка оказался перед следователем. — Это неразборное оборудование, вы же видите!

Громняк хотел ещё что-то сказать, но не успел.

По экрану пробежала лёгкая рябь, как круги на воде. Края потеряли чёткость. Экран потёк: твёрдая поверхность превращалась в вязкую субстанцию, собираясь в густую лужу. Пятно не растекалось, наоборот оно стало уменьшаться на глазах, а потом исчезло вовсе. Двенадцать кристаллов тихо звякнули, упав на застеленный плёнкой пол.

Лебедев медленно наклонился и поднял один из них.

— Поле отключилось, — спокойно констатировал он. — Материал вернулся в базовое состояние.

Громняк стоял побелевший и смотрел на пустое место, где только что был прототип.

— Вы… Вы… Вы за это ответите, — прошипел он не хуже ядовитой змеи.

Костылёва невозмутимо достала пластиковый пакет и сложила в него кристаллы, а потом перевела взгляд на целые мониторы. Осталось ещё три.

— Протокол: время 15:23. Объект «экран-прототип» утрачен. Причина, предположительно произошло срабатывание защиты. Присутствовали: капитан Лебедев, криминалисты следственной группы, А. Н. Громняк. Лебедев, выставить периметр. Никого не подпускать, никаких прикосновений и сканеров без моего разрешения».

Монотонные распоряжения следователя прервал звонкий хруст. На столе сидел безобидный серый котёнок и жрал кристаллы. Хрусь-хрусь, последний кристалл скрылся в пасти Ульта.

Глава 25

Ульт довольно отрыгнул, потом опомнился, сел и жалобно мяукнул.

— Нашёлся! — Стеффа рванула к несчастному котёнку и взяла его на руки. — Голодный, бедненький. Зачем съел бяку? Тётя рассердится. Идём, я тебе корм, — она запнулась на полуслове, вспомнив, что кошачий корм Костылёва забрала на экспертизу. — Пойдём поищем что-нибудь для такого милашки.

Моя помощница развернулась и направилась в противоположную сторону, к мини-кафе, где двое официантов изображали мебель.

— Шеф, вы есть будете? — спросила она, проходя мимо. — Эх, мальчики, они такие беспомощные, — и она снова потискала котёнка.

За ней следом бросился Лебедев с небольшим спектрометром, который он направил на Ульта, как только поравнялся с девушкой.

— Фиксирую остаточный спектральный профиль, — произнёс капитан, не отрывая взгляда от экрана. — Источником является животное, поглотившее кристалл. Уровень НБМ-эффекта незначительный, 0,5% от базового поля.

— Урр мяу? — Ульт с обидой посмотрел на капитана, будто примеряя на себя неизвестное ругательство. Глаза его опасно сузились.

— Накопительная биостабилизация со вторичным метаболическим ускорением, — выдал Лебедев расшифровку, а потом устыдился того факта, что разговаривает с котом, и быстро отошёл обратно к своим мониторам.

Криминалист, который до этого тщательно собирал пылесосом крошки кристалла со стола, наоборот решительно направился к помощнице. Он быстро сделал несколько кадров Стеффы с котёнком на руках и животного крупным планом.

— Фиксирую локализацию микрочастиц, — громко заявил он. — Объект «кот», участок морда и левое плечо. Визуально не менее пяти фрагментов от ноль пять до двух миллиметров.

— Не пугайся, маленький, — успокаивала Ульта помощница, пока криминалист аккуратно прикладывал к морде тонкую ленту, которую потом бережно закрыл в прозрачный бокс и что-то написал сверху. — Вычёсывание, если потребуется, будем делать в лабораторных условиях.

— Урр? — возмутился серый котёнок, извернулся и резанул эксперта когтем, от чего тот чуть не выронил бокс, поймав его в последний момент и облегчённо выдохнув. На пол закапали капли крови.

— Сильно испугался? — Стеффа прижала Ульта к груди.

Стоявшая статуей Костылёва отмерла и проскрипела:

— Протокол: в ходе осмотра вещественных доказательств зафиксировано уничтожение двенадцати кристаллов неустановленным биологическим объектом, — с холодной яростью в голосе госпожа следователь выплюнула слова в никуда. — Установить личность животного, — добавила она не обращаясь ни к кому конкретно. — Переделкин, — она резко повернулась к помощнику, и тот вздрогнул, — запустить протокол «Угроза Н-3: нестабильные материалы и биополе». Выдай мне рекомендованный список консультантов.

Юный помощник, поспешно потыкал в планшете и передал тот следователю.

— Эти, — она передала планшет обратно. — Даю им сорок минут.

В этот момент в дверях появились Воробьёв с полным составом оперов и Матвей Иванович, который наверняка был в курсе того, что тут произошло. Камеры-то здесь висят.

Воробьёв устало приземлился за ближайший к Костылёвой столик и вытянул ноги. Остальные сразу двинулись к кафе.

— И мне возьмите чего-нибудь и побольше, — крикнул он.

Один из оперов заметил Ульта.

— Стёп! Котёнок нашёлся! — заорал он. — А мы тебя везде искали. Где ж ты прятался? — он погладил потеряшку и, порывшись в карманах, извлёк кусок сырокопчёной колбасы.

— Эй, ему это нельзя! — возмутилась Стеффа. — Фу, плюнь, бяка!

— Нельзя ему улики жрать, а всё остальное можно, — недовольно буркнул Лебедев.

— Руслана Ждановна, — обратился Воробьёв, сменив тон на сугубо официальный, — в результате следственных действий установлено, что стол здание не покидал. Совместный со службой безопасности тщательный обыск установил, что стола в здании нет. Мы проверили подвалы, парковку и имеющийся на ней транспорт, камеры наблюдения. Место уничтожения стола не найдено, расчленённых остатков не обнаружено.

От кафе вернулся худощавый сотрудник, который угостил Ульта колбасой и продолжил доклад:

— В ходе опроса сотрудников установлено, что котёнка никто никогда в глаза не видел. Свидетели из списка любопытных отзываются о подозреваемом крайне нелестно. Опросы других специалистов и коллег тестировщиков позволяют утверждать, что сообщников в здании у подозреваемого нет. Одинцова настолько не любят, что повесили на него поломку ксерокса, воровство еды из холодильника в бухгалтерии, курение в женском туалете и много ещё чего по мелочи, — хохотнул опер и снова пошёл к кафе.

Воробьёв кивнул и продолжил доклад:

— Кроме этого в офисе зафиксированы факты, могущие иметь отношение к делу. Почти все сотрудники компании загримированы под эльфов. Большинство персонала сидит около окон и кидаются в стекло смятой бумагой. Ритуал называется «прокачка удачи».

— Ага-ага, — крикнул от кафе второй, — говорят, в наше неспокойное время лишняя удача не помешает.

— Да, это просто отсутствие мобильников так на людей действует, — буркнул криминалист.

— Руслана Ждановна, может обед? — жалобно пропищал помощник.

— Установите сначала личность кота, — проскрипела госпожа следователь. Понять её можно. Стол пропал, экран самоустранился, кристаллы сожрал кот. Эт да… У Ульта к ним слабость.

— Чей кот? — громко крикнул Воробьёв, не вставая, как будто точно зная, что стоит ему спросить и хозяин найдётся. Вопрос выглядел странно, поскольку из сотрудников здесь были всего четверо: генеральный, начальник СБ, Стеффа и я.

— Мой, — тихо выдохнул я, одновременно со Стеффой.

— Урр? — возмутился Ульт, считавший, что он сам по себе.

— Документы на животное есть? — невозмутимо уточнил Воробьёв, обратившись ко мне, решив, что помощница назвалась хозяйкой из желания меня прикрыть.

— Урр, мяу!

Котёнок спрыгнул с рук Стеффы и невозмутимо засеменил в сторону стола помощницы. Перед старшим опером Ульт остановился и вопросительно посмотрел на него. Воробьёв хохотнул и двинулся за важно вышагивающим котёнком.

Проходя мимо стойки сдатчиками Ульт наступил на кабель.

— Кто трогал провода? — тут же всполошился Лебедев.

— Это не я, — Воробьёв поднял руки и показал на Ульта. — Это он.

Лебедев молча достал мультиметр и нашёл разрыв. Он извлёк изоленту и тщательно забинтовал провод.

— Сбой канала дальномера в 15:57, — громко объявил Лебедев. — Причина: механическое повреждение кабеля. Канал восстановлен в 15:59.

Серый котёнок прошёл под столом и сел напротив тумбочки.

— И что ты от меня хочешь? — Воробьёв не стал поднимать крышку стола, он через него перепрыгнул.

Стеффа с интересом подошла посмотреть. Ульт царапнул нижний ящик. Воробьёв нагнулся и достал какую-то книжицу. С моего места было плохо видно, однако опер хмыкнул и прочитал то, что его рассмешило:

— Котёнок Ульт, порода мейн-кун, — он хохотнул, поскольку мелкий котёнок никак не походил на крупного кошака. — Хозяин: сам по себе. Все прививки и обработка от паразитов есть.

Лебедев подошёл и заглянул через плечо:

— Уровень НБМ-фона указан, 1,3%.

— Поясните, — коротко скрипнула Костылёва.

— Паспорт изготовили сегодня, уже после того, как мы приехали и начали снимать показания, — заявил Лебедев. — Иначе откуда здесь показатели НБМ фона?

— Приобщить фальшивку к делу, как улику. Личность животного подтверждена. Владелец Одинцов Леонид Евгеньевич. Статус: включён в протокол. Обед разрешаю.

После этих слов Костылёва важно поцокала в сторону кафе. Расположилась она снова прямо передо мной, и пробежала по мне взглядом, сверяя картину до и после. Через минуту к ней присоединился Громняк.

Появившийся следом официант принялся заполнять стол. От обилия изысков я невольно сглотнул. Мой голодный взгляд был зафиксирован госпожой следователем и приобщён к делу.

Аристарх Наумович галантно ухаживал за столом за дамой, подводя молчаливую сотрапезницу к единственно верному решению — предоставить возможность генеральному директору договориться с несговорчивой техникой, чтобы исключить срабатывание хитроумной защиты уникального прототипа.

Костылёва согласилась, уведомив, что начнут они после прибытия трёх дополнительных экспертов.

Первый консультант прибыл, когда я допивал стараниями Стеффы вторую чашку бульона. Руки у меня уже двигались, но не поднимались. Жевать я мог, но девушка опасалась давать твёрдую пищу.

В дверной проём сначала протиснулся техник СПЭБ, облачённый в полный костюм химзащиты, под руку он держал сморщенного от времени и сгорбленного как знак вопроса мужчину. Последним в помещение протиснулся второй техник, который поддерживал старика с другой стороны.

На консультанте был выцветший твидовый пиджак с кожаными заплатками, дополненный перчатками, маской и бахилами. Голова его нещадно тряслась, как и руки. От чего сперва показалось, что он вырывается из захвата. Техники аккуратно протащили приглашённого консультанта через комнату и поставили на пол перед Костылёвой.

— Клёц доставлен, — объявил правый техник. — Материаловед, специалист по метастабильным состояниям.

Профессор особенно сильно дёрнул головой и поморщился.

— Куда меня… привезли? — голос у него был такой скрипучий, что позавидовала бы сама Костылёва.

Следователь оценивающе посмотрела на профессора и заговорила размеренно, отделяя каждое слово, как будто говорила с ребёнком.

— У нас корпус монитора потёк и испарился, — сказала она, и сама удивилась тому бреду, который только что прозвучал.

Клёц медленно стал поворачиваться вокруг своей оси, пока не навёлся на монитор, висящий в зоне кафе. Он сделал шаг в его сторону и подскользнулся на своих бахилах.

Старший криминалист подхватил профессора под руку и аккуратно направил в сторону правильного монитора.

— Руслана Ждановна, — вскинулся генеральный, — вы обещали!

— Я помню, — сухо отрезала Костылёва. — Пока он дойдёт, прибудут остальные, и мы начнём.

Эт да, Клёц шёл медленно. Всё время останавливаясь и поворачиваясь всем корпусом к заинтересовавшему его предмету. Казалось, что у него всё тело настолько закостенело, что повернуть голову отдельно он просто не в состоянии. Бедолага.

Со стороны лифта послышался грохот и ругань. Сначала в помещение вкатилась тележка, заставленная горшочками. На каждом из них виднелась пожелтевшая от времени бумажка, и торчали тонкие датчики соединённые в единую сеть. Запахло землёй и чем-то кислым. Следом появился техник, толкавший объёмную тележку. Последней вошла компактная старушка в бахилах, маске и перчатках. На ней была модная вязанная жилетка ярко алого цвета. В руках она держала клюку, которой подгоняла нерасторопного техника.

— Аккуратней! Вы собьёте мне все метки!

— Воронова Лидия Марковна, — доложил техник. — Биофизик, специалист по слабым полям и биоактивности.

Бабулька сунула руку в карман жилетки и извлекла прибор, которым принялась водить из стороны в сторону.

Лебедев подошёл ближе, разглядывая горшки.

— Биологические сенсоры?

— Конечно, — фыркнула Воронова. — Растения реагируют на микроизменения поля быстрее, чем ваши спектрометры.

— Ладно, — вздохнула она, оглядывая комнату. — Где тут у нас «эпицентр»? Надо быстрее расставить датчики, исключив временную погрешность. Мы уже 5 минут в зоне действия, — она погрозила клюкой технику. — Как я статистику вести буду? Куда эти пять минут плюсовать?

Она снова извлекла прибор и пошла ровно в мою сторону. Упёршись мне чуть ли не в лоб, она посмотрела мимо меня. Покопалась в другом кармане и извлекла оттуда заколку для волос. Подцепила к датчику провод и приколола мне на макушку.

— Да помогите мне, столько народу, а толку, ноль. Живо.

На помощь Вороновой бросились криминалисты, которые принялись расставлять горшки, окольцовывая меня несколькими кругами. Старушка не прекращала ворчать, какие нынче все недалёкие и криворукие пошли.

Она шла и поправляла растения по одной ей ведомой схеме, намертво приколачивая их к полу, потому что слепых и кривых вокруг хватает, а лишние погрешности ей не нужны.

— Посадите кота в коробку, — проскрипел Клёц, остановившись около Стеффы.

— Да, уберите кота, — подтвердила Костылёва, — а то ещё что-нибудь испортит.

— Нет! — помощница прижала Ульта к груди.

— Это кот Шрёдингера, — заявил на полном серьёзе профессор.

— Это мой кот, а не какого-то там вашего Щёдинга, — Стеффа отступила на шаг назад.

— Он показатель определённости. Пока он сидит в коробке, материя не трансформируется. Вам же надо, чтобы мониторы остались целы? Посадите кота в коробку, — упрямо затряс головой Клёц.

— То есть, если мы не сажаем кота в коробку, то реальность плывёт? — Лидия Марковна оторвалась от рассады и усмехнулась, глядя на Клёца.

— Именно, — проскрипел профессор. — У мира есть наблюдатель, который фиксирует изменения. Нет наблюдателя, нет изменений. Кот — это наблюдатель, который не видит. Пока он в коробке, материя стабильна.

Лебедев принёс тёмный ящик с дырочками, и с видимым облегчением посадил туда жалобно мяукающего котёнка.

— Изверги! — Стеффа заплакала.

— Куда его? — спросил капитан.

— Поставьте в эпицентр аномалии.

Лидия Марковны ворчливо отцепила заколку. Двое оперов аккуратно подхватили мою безвольную тушку и пересадили, подальше. На освободившееся место водрузили мяукающую коробку, к крышке которой Воронова прилепила центральный датчик.

Я отметил сразу две хорошие новости. Тело при движении не откликнулось болью, и теперь мне было хорошо видно место проведения экспертизы.

Когда Клёц наконец доковылял до мониторов, Воронова закончила расставлять горшки. Немощные учёные уже находились достаточно долго под влиянием моей души, чтобы ощутить изменения, которые так высоко ценил мой сосед Вася и превращал в звонкую монету.

Воронова внезапно распрямилась и замерла. Она повела носом, как пёс, взявший след. Твёрдым шагом она направилась в сторону моего кабинета. Вышла она через десять минут, жуя стебель. Она улыбалась, оглядывая обстановку новым взглядом. Потом заметила Клёца, который обнюхивал динамики. Голова у него больше не тряслась, и крутил он ей во все стороны не хуже петуха.

— Арни! — бабулька окликнула профессора, отчего тот дёрнулся и оглянулся.

— Лида? И ты здесь? — он развернулся и медленно засеменил ей на встречу. Ходил он заметно уверенней, но не намного быстрей. Страховавший его криминалист закатил глаза, представляя новый путь туда и обратно, и сколько на это уйдёт времени.

Лебедев навёл прибор на стариков.

— Возмущение поля не зарегистрировано, — он посмотрел на криминалиста. — Может с них медицинские показатели снять? Для статистики? Давление померить и пульс?

Клёц уже жевал травинку размером с палец, которой с ним поделилась Воронова.

— Надо вести постоянный мониторинг всех, кто в комнате, — покачал головой криминалист.

— Всех, кто в здании, — поправила Лидия Марковна. — Действие поля начинается при входе в здание.

Костылёва щёлкнула кнопкой рации и коротко бросила:

— СПЭБ, второй эшелон. Забор крови, непрерывный мониторинг полсотни человек, экспресс-панель на НБМ-метаолиты. На всех требуются браслеты-регистраторы.

Лебедев удовлетворённо кивнул и разблокировал планшет, чтобы добавить новый пункт в протокол.

— Время вызова 17:12. Статус: ожидание бригады 7-10 мин.

Через семь минут от лифтов донёсся ритмичный стук жёстких подошв. В помещение вошли двое в лёгких изолирующих костюмах и шлемах, за ними ещё трое с ящиками и стойками. Старший обвёл кругом помещение, выцеливая главного. Его взгляд остановился на Лебедеве. Тот не выдержал и показал рукой на недовольно поджавшую губы Костылёву.

— Медицинская бригада СПЭБ, второй эшелон. Старший группы капитан Соколов. Готовность к работе — ноль секунд.

Сразу за Соколовым техник из первого эшелона вёл невысокого старичка. Третий научный консультант, а это определённо был он, ковылял сам. Кроме бахил, маски и перчаток на нём были надеты парные браслеты-регистраторы с разными метками. На груди красовалась клипса с медицинским датчиком, а на прицепленном бейдже был обозначен штамп: «Контрольный образец. Время входа в зону в зону НБМ 17:18». Рукав клетчатой рубашки был аккуратно закатан, а локтевой сгиб перемотан бинтом с прозрачной наклейкой «Проба № 1, уровень 0».

— Контрольный образец, — довольно прокомментировал Соколов, не сбавляя шага. — Перехватили при входе в здание и сразу завели профиль.

Костылёва удовлетворённо кивнула.

— Начинайте с эпицентра. Лебедев введите Соколова в курс дела.

Техник дождался, пока эпидемиологи отойдут и представил последнего консультанта:

— Профессор Шилов, Геннадий Петрович. Акустик, специалист по резонансным следам. У него временная глухота на фоне перегрузки. Будет переспрашивать.

— Что? — тут же отозвался Шилов. — Повторите, пожалуйста. Я не расслышал.

— Отлично! — со своего места вскочил Громняк. — Можем начинать осмотр монитора!

Не дожидаясь реакции следователя, он в два шага преодолел расстояние до стоявшего у стены экрана и громко позвал:

— Неолиса!

Проектор активировался. На чёрном фоне появилось невзрачное окошко для ввода пары логин-пароль.

Аристарх Наумович растерянно оглянулся на Седого, потом перевёл взгляд на меня. Его лицо озарилось идеей, и он уверенно обратился к следователю.

— Руслана Ждановна, мне нужен планшет, — он показал на упакованный вещдок.

— В доступе отказано, у вас осталось две попытки, — доброжелательно предупредила Неолиса.

Глава 26

Аристарх Наумович стоял перед экраном и пытался сохранить лицо.

Костылёва сидела неподалёку и внимательно следила за генеральным директором. Здесь же находилась группа криминалистов, один из которых вёл видеофиксацию.

Лебедев был занят Соколовым. Вводил его в курс дела, пока прибывшая бригада медиков разворачивала точку СПЭБ около кафе. Раскрывались боксы, передвигались ближе свободные стулья и столики.

Они уже начали брать кровь у сидевших неподалёку оперов, надевать браслеты-регистраторы и прицеплять клипсы. Кроме этого каждый обзаводился бейджиком с легко читаемой меткой.

Я слышал, что других сотрудников осматривать будут на этажах, формируя там свои мини-точки сбора данных. В огромном офисе отдела по прокачке и без того было слишком суетно. От обилия людей помещение казалось маленьким. В дополнение ко всему весь пол был устлан датчиками Лебедева и горшками Вороновой. И если провода капитана службы СБЭП просто лежали, то Воронова прилепила свои скотчем к полу конкретно. Мол, она всё это проходила ни раз и случайности ей не нужны. Она провела свою сеть внутрь ВИП-кабинок и даже вывесила парочку растений за окно, обосновав действия профессиональной чуйкой.

Клёц продолжал крутиться около динамиков, которые чем-то зацепили его. Он снял перчатки и прощупывал пальцами каждый сантиметр, прилепляя в некоторых местах яркие метки. Костылёва запретила использовать техническое оборудование, пока Громняк не деактивирует защиту. Поэтому в качестве анализаторов Клёц использовал пальцы и нос, которым водил вдоль корпуса.

Третий эксперт не пробыл рядом со мной достаточно, чтобы подлечиться. Рядом с ним постоянно находились двое медиков, и ловили момент улучшения. У них наготове был шприц для забора крови. А из руки профессора уже торчал готовый катетер.

Шилов разложил на ближайшем столике свои инструменты, взял лупу и фонарик для визуального осмотра и зашаркал в сторону экрана, ожидающего ввод пароля.

Стеффа вернулась на своё рабочее место. Её круглый стол теперь выглядел, как крепость, которая защищала девушку от всего происходящего. Она сидела и тихонечко плакала. Ей было жаль Ульта, которого заперли в коробке. Они даже поставили на неё пломбу.

Перед моей помощницей возник Матвей Иванович и заговорил тихим вкрадчивым голосом.

— Стефания Иларьевна, пройдёмте, поможем Аристарху Наумовичу ввести пароль.

Стеффа испуганно посмотрела на начальника безопасности, потом бросила взгляд в мою сторону. Я ободряюще улыбнулся, потому что точно знал, что пароль не сработает.

Никакой пароль не сработает. Я был единственным администратором Стремянки, а во время подселения нанитов Лонь доступ в админку мне заблокировала. Не знаю зачем и почему, я на эту тему даже не думал. Что она есть, что её нет. По мне так это одна сплошная фикция. Не давала она мне никогда реальных прав администратора.

Стеффа высморкалась и гордо поднялась со своего места. Она подошла и застыла рядом с генеральным. Седой ласково погладил девушку по плечу.

— Логин «админ» латинскими буквами, пароль«держись от меня подальше», — стараясь звучать уверенно заявила Стеффа. Ну да, ну да, именно эту пару я использовал тогда при ней.

— В доступе отказано, у вас осталась одна попытка, — доброжелательно предупредила Неолиса, а вернее сама Лонь, отыгрывающая роль.

Девушка испуганно зажала рот рукой и отошла. Как и господин Громняк. Все боялись, что любое слово может быть воспринято, как логин и пароль.

Седой отстал от помощницы и направился в мою сторону. Он присел рядом и доброжелательно улыбнулся.

— Леонид Евгеньевич, вы же понимаете, что все мы в одной лодке. И в интересах компании сохранить уникальный прототип. Они, — он бесцеремонно ткнул рукой в Костылёву, — сейчас рушат всё то, что мы вместе выстраивали годами.

Он смахнул накатившую слезу.

— Посмотрите вокруг, что они устроили? Лишают нас уникальных разработок, вносят хаос, да они даже пол испортили, вбивая в него гвозди, — он показал на прибитые к полу горшки с цветами. — Наша крепкая семья должна выдержать натиск системы. Только вместе мы преодолеем трудности и выйдем победителями. Леонид Евгеньевич, прошу вас, — он положил руку по верх моей и по-отечески сжал, — помогите войти в систему.

— У меня нет административного доступа, зайдите в логи и убедитесь, — я кивнул в сторону монитора.

Я только сейчас понял, что он знал, что я был админом. Может это с его подачи на меня завели дело о похищении дома?

Не, ну реально. Мне Лонь подгоняет крутую капсулу, они-то понимают, что не сами её создали, и не они мне её прислали. Возникает вопрос, почему их партнёр, ну не знаю, как им там представилась Лонь. Партнёр наверное, если вспомнить смену игрового ника генерального на «Стрёмный партнёр». Ну или тот загадочный владелец контрольного пакета акций, которого никто никогда в глаза не видел. В общем почему-то поставщик капсул присылает их тестировщику навороченную версию в обход компании РеалПро, ещё и доступ в капсулу по отпечатку ладони, чтобы никто кроме меня не зашёл. Варианты?

Лёня же давно в компании работал, знал все окольные ходы-выходы. Значит, он и договорился напрямую с их поставщиком. Они-то знают, что мир реальный, а не виртуальный.

Потом Седой узнал, что у меня есть админка. И вот у него подгорает. Они испугались, что потеряют компанию. Я посмотрел на Седого новым взглядом. Накосячили они там с Лонь, раз потеряли её доверие. И тут я. Ну точно решили, что я собираюсь отжать у них Стремянку.

Тогда сбои моего интерфейса действительно со стороны выглядят, как попытка договориться с поставщиком за их спиной. Потом эти экраны. Громняк сразу догадался, что изготовитель один и тот же. Ещё одно доказательство в их бредовую версию.

И тут приходят к ним из следственного комитета с обвинением в кражи дома. Почему к ним? Да, у них небоскрёбы прыгали из игры в реальность. Значит они и дом украли.

Седой, так и сидевший рядом со мной резко дёрнулся, и я проследил за его взглядом.

— Урр, чирык-чирык, — сверху на монитор приземлился воробей и добавил чуть громче: — Чирык! Гы-гы-гы урр!

В помещении стало очень тихо.

— В доступе отказано. Спасибо за игру.

Стоявший у стены монитор потух и корпус медленно потёк. Криминалисты и консультанты схватились за приборы. Сразу несколько человек пытались собрать материал в пробирку. Генеральный рухнул на диван, который под ним громко хрустнул. Седой схватился за голову, а я хохотал. Молодец, Ульт! Отличная шутка! Жаль рука ещё не поднималась, чтобы вытереть выступившие слёзы.

Через пять минут от густой лужи не осталось и следа, а на полу лежали 12 кристаллов.

Костылёва медленно процокала каблуками к месту, где ещё недавно стоял монитор, наклонилась и внимательно осмотрела кристаллы.

— Фиксируйте геометрию россыпи, — сказала она ровно. — Фото, схема, координаты каждого кристалла с точностью до миллиметра. И не трогайте их, пока не снимем все параметры.

Работа закипела. Фотографии, анализ. Все крутились на маленьком пяточке, закрывая мне обзор. Я поискал глазами воробья, но Ульта нигде не было. Впрочем его поиском занимался не я один. Седой прогуливался по помещению, выглядывая вредителя.

— Что-то потеряли, Матвей Иванович? — к нему обратился один из оперов, заподозрив неладное.

До меня донёсся азартный голос Клёца, уверявшего, что экран не пропал, он переформатировался в иное состояние, и если считать данные с кристаллов, то монитор можно пересобрать заново. Не знаю, что именно они там делали, но вовлечённость в процесс вызывала уважение.

Ко мне подошёл один из медиков в шлеме с затемнённым визором. Он молча закрепил на руке браслет-монитор, подождал пару секунд, потом качнул головой.

— Не синхронизируется, — бросил он в рацию. — Повторяю: не синхронизируется. Перехожу на ручной сбор.

Попытка взять кровь тоже провалилась.

— Плотность покрова аномальная, — снова в рацию. — Прокол: не удаётся даже на минимальной нагрузке. Пробую альтернативную точку.

Через секунду рядом возник Соколов:

— Брось иглы. У нас есть протокол на такие случаи. Берём слюну, кожный соскоб бесконтактным сканером, спектральный анализ через наружные сенсоры. Метку код А‑12, уровень угрозы жёлтый.

Почему не протыкалась кожа я понимал, я же прокачал себе тело, и теперь его сложно было назвать человеческим. Кожа — защита, чтобы никто не смог определить это. А вот то, что не сработали браслеты говорило о том, что наниты в моём теле занимаются хтонь знает чем.

По идее у них функция — регулировать игровые параметры, усиливать и ослаблять физические возможности. Но то, что они блокируют датчики говорит о том, что я не просто так не могу прийти в себя. Я нахмурился. Наниты держат моё тело в таком состоянии. И то, что я обрёл способность шевелить пальцами, не адаптация, как я раньше полагал. Я двигаю рукой вопреки действию нанитов. Потому что Лонь их проектировала под моё старое тело, а я стал гораздо сильнее. Я их перебарываю.

Тьма её забери! Так вот почему она поощряла Чайрана меня исследовать! Сука модифицировала своих нанитов! Спокойно, Лео, спокойно. Ответь себе на вопрос — зачем она это сделала. Может она действует во благо, я мрачно усмехнулся.

— Совещание через час! — громко объявила Костылёва, выбив меня из задумчивости. — Мне нужны данные и предварительное заключение. Участники: Лебедев, Соколов, Трескачов, Давыдов, Воробьёв и консультанты.

— Принято, — раздалось с разных мест.

И вдруг в помещении раздался истерический крик:

— Кристаллы пропали!

— Отвернулись ведь на мгновение!

— Никому не двигаться, замереть! — распорядился старший криминалист.

Через пятнадцать минут хождения по помещению, когда все уже порядком устали стоять на одном месте, он разрешил отмереть и заявил, что следов кристаллов не обнаружено.

Хрусь-хрусь, раздалось из запломбированной коробки, в которой сидел серый котёнок.

Лебедев рванул раненным зверем и не он один. Только вот забитое датчиками помещение не было рассчитано на столь резкие манёвры. Кто-то запутался в проводах, а кто-то споткнулся о прибитые к полу горшки, которые не бились от удара тяжёлого сапога. Видимо Воронова предусмотрела и такую вероятность и укрепила их заранее.

Только вот, когда они всё же вскрыли контейнер, котёнка внутри не было, а на дне лежали несколько крошек.

Среди расквашенных носов и синяков, сбитых датчиков Лебедева и порванных проводов и опрокинутых стоек, стояла довольная Лидия Марковна и жевала травинку размером с палец. Все её горшки были целы, а датчики продолжали исправно работать.

Костылёва холодно оглядела устроенный беспорядок и щёлкнула кнопкой записи:

— Контейнер для транспортировки биологического объекта вскрыт. Объект, котенок, кличка Ульт, не обнаружен. На дне — фрагменты кристаллического происхождения, — заскрипела госпожа следователь. — В помещении зафиксированы многочисленные нарушения порядка: повреждены кабели, крепления датчиков, опрокинуты измерительные стойки. Причина: хаотичное перемещение сотрудников при проведении вскрытия. Травмы личного состава: ссадины и ушибы, зафиксированы отдельно. Стационарно закреплённые на полу горшки повреждений не имеют. Датчики, интегрированные в конструкцию, функционируют в штатном режиме. Ответственное лицо Воронова Л.М. Требуется служебная проверка.

Костылёва невозмутимо прошла мимо стонущих на полу сотрудников и остановилась перед генеральным директором РеалПро.

— Аристарх Наумович, пройдёмте в кабинку, — скрипучий голос Костылёвой прозвучал, как взвод затвора. — Оформим ваши свидетельские показания.

Я думал, как она собирается обеспечить секретность, всё же слышно. Это только видимость, что они внутри отдельного кабинета. Стенки кабинок не доходят до потолка. Но тут стерегущий меня опер надел мне на голову огромные наушники и включил музыку. При этом он широко улыбался, гад.

В наушниках грянуло: «Постой, паровоз, не стучите, колёса». Опер довольно хохотнул и похлопал меня по плечу.

Внезапно музыка прекратилась, и в наушниках раздались голоса из соседней кабинки.

— Спасибо, — прошептал я.

— Всегда пожалуйста, — ответил голос Лонь поверх голосов следователя и генерального.

— Вы утверждаете, что не контролировали административный доступ к системе «Стремянка». При этом по внутренним регламентам компании именно генеральный директор утверждает список лиц с расширенными правами. Поясните, почему вы не инициировали отзыв этого доступа?

Громняк помолчал, будто взвешивая, сколько можно сказать, чтобы не утонуть окончательно.

— Мы не рассматривали тестировщиков как угрозу. Леонид Евгеньевич — лучший специалист. Он знает систему лучше всех. Это была ошибка. Недосмотр.

— Ошибка, которая привела к исчезновению жилого здания и людей. Продолжайте.

— Началось всё с того, что он каким‑то образом уговорил управляющий ИИ выдать ему статус. Мы не сразу заметили.

— Не заметили, — повторила Костылёва. — А когда заметили, что сделали?

— Пытались ограничить. Но система уже… изменилась.

Она кивнула, будто услышала именно то, что ждала.

— Теперь про профессора Гаврилова. По документам вы лично подписали заявку на привлечение специалиста по нейролингвистическому программированию. Цель — «оценка когнитивных рисков при тестировании». Что это значило на практике?

Громняк снова вздохнул, и в этом вздохе было уже не столько возмущение, сколько усталость.

— Гаврилов должен был оценить, насколько Леонид… нестабилен. После нескольких сессий у него начались отклонения. Мы хотели помочь.

— Помочь — или контролировать? — спокойно уточнила Костылёва.

Он не ответил.

— Аристарх Наумович, давайте без красивых историй про гениального тестировщика, — голос Костылёвой звучал ровно, без нажима, но от этой ровности становилось только холоднее. — Я читала заключение медиков. Шесть дней в капсуле — это одно. А вот показания жильцов элитного корпуса «Небо» — совсем другое.

Громняк отозвался почти сразу, будто ждал именно этого вопроса:

— Руслана Ждановна, я понимаю, насколько это чудовищно. Люди потеряли квартиры. Это трагедия. Но я хочу, чтобы вы услышали главное: мы не проводили никаких экспериментов с перемещением жилых зданий. Это сделал Одинцов.

— Не проводили, — спокойно повторила Костылёва. — Но жильцы заснули в доме в Москве, а проснулись в скачущем доме в игре. У нас есть протоколы: множественные ушибы, переломы, вывихи. В игре. Которые потом подтвердились в реальности.

— Игровая механика, — тут же отозвался Громняк. — В «Стремянке» физика просчитывается с высокой точностью. Если в игре ты ломаешь ногу, капсула передаёт нейромышечный отклик. Мы всегда предупреждаем пользователей о рисках.

Я мысленно хмыкнул. Этих конкретно он не предупреждал, потому что они никогда не играли в «Стремянку» раньше. Они даже не были пользователями. Мне до сих пор было не по себе от того, что из-за меня пострадали люди. Но я ж не знал, что дом оживёт и привяжется ко мне!

— Предупреждаете, — кивнула Костылёва, — но не страхуете от потери квартиры. И вот тут начинается самое интересное. Жильцы вышли из капсул физически здоровыми. То есть травмы, полученные в игре, «сбросились» при выходе. А вот квартиры — нет. Материальный ущерб остался. И моральный — тоже. Кто за это отвечает?

— Ответственность лежит на том, кто изменил правила игры, — твёрдо сказал Громняк. — На Одинцове. Он взломал систему.

— Он взломал, — снова повторила она, будто пробуя фразу на вкус. — И при этом у него не было админских прав. Так вы сказали в предыдущем протоколе.

— Именно. Значит, либо он договорился с ИИ, либо у него были сообщники внутри компании.

Костылёва выдержала паузу и заговорила медленно, впечатывая каждое слово в протокол:

— То есть вы допускаете, что ваш управляющий ИИ может выдать статус администратора по договорённости?

— Я допускаю, что систему можно обмануть, — быстро поправился Громняк.

— Хорошо. Тогда объясните мне ещё один момент. Сегодня в офисе пропал стол. И кот Ульт из запломбированной коробки. Причём стол исчезал, когда рядом находились и Одинцов, и вы.

— Это совпадение, — отозвался Громняк без паузы.

— Совпадение, — сухо произнесла Костылёва. — У меня в деле слишком много совпадений. Стол. Коробка. Кристаллы, которые появляются и исчезают. И каждый раз оказываетесь рядом вы.

— Я генеральный директор, Руслана Ждановна. Я везде оказываюсь рядом.

— Да. И именно поэтому вы должны были знать всё. А вы говорите, что не знали. Что не контролировали. Что вас обманул тестировщик.

— Меня обманули, — твёрдо повторил Громняк.

— Тогда скажите, почему заявка на привлечение профессора Гаврилова по нейролингвистике подписана вами лично? И почему в графе «цель» там стоит «оценка когнитивной стабильности сотрудника Одинцова Л.Е.»? Вы заранее знали, что он опасен.

Громняк помолчал, будто взвешивая, сколько можно сказать.

— Мы заметили странности в его поведении. Решили подстраховаться.

— Подстраховаться, — медленно произнесла Костылёва. — То есть вы уже тогда понимали, что Одинцов может что-то сделать с системой. Но не ограничили ему доступ. Не отстранили от работы. Не поставили на контроль.

— У нас не было оснований для отстранения.

— Оснований не было, — повторила она, — а опасения были. И деньги на профессора нашлись. И на тимбилдинг с гримом под эльфов тоже нашлись.

— Это был корпоративный праздник.

— Который совпал по времени с серией аномалий. Интересное совпадение, Аристарх Наумович. У меня к ним особая нелюбовь.

Он не ответил.

Я усмехнулся. Да уж, совпадение. Только вот перемещения небоскрёбов совпадают с моими игровыми сессиями. И административный доступ был только у меня.

— Пока вы проходите по делу как свидетель, — ровно произнесла она. — Но если выяснится, что вы не просто не знали, а сознательно не принимали меры, статус может измениться.

— Я готов сотрудничать, — быстро заявил Громняк.

— Отлично, — сказала Костылёва и закрыла папку. — Тогда начнём с логина и пароля от вашего рабочего профиля. И от резервной учётной записи, если она есть.

Лео сидел, не шевелясь. Слова падали на него, как камни. Его выставляли не жертвой, а архитектором катастрофы. И самое страшное было в том, что часть из этого была правдой. В наушниках снова зазвучали аккорды:

Меня засосала опасная трясина, И жизнь моя вечная игра!