Игра Хаоса. На пути к могуществу. Книга восьмая.

Глава 1

ЧАСТЬ ВТОРАЯ

Глава 1. Тени на стене

Серовато-зеленое пламя вспыхивает в сумраке пещеры. Просторный подземный грот должен надежно укрыть от чужих глаз идущую к нам подмогу. Пламя гудит, разгораясь все сильнее, и бронзовая жаровня с трудом удерживает пляшущий в ней путеводный огонь, служащий маяком для нага и его людей. Сейчас в Двойной Спирали, я уверен, они так же, как и мы, пристально вглядываются в портальную арку в ожидании, когда та откроет путь сюда.

Пламя медленно разрастается ввысь и в ширину, обволакивая стену пещеры, становясь похожим на мерцающую тонкую пленку. Скалы и камни вокруг становятся хрупкими, зыбкими, словно отрисованные неумелой рукой на холсте, начинают терять четкость и объём. Мы все замерли в нетерпеливом ожидании.

Змеееды два с половиной часа назад под пологом ночи перешли границу мертвых земель, вступив на территорию Железного братства, запросто обманув сразу двух их летунов, патрулировавших границу. Такая уверенность в своей способности скрыться от технических средств наблюдения настораживала: либо они готовились к условиям конкретно этого мира, и у них здесь серьезный интерес, либо мы напоролись на очень сильных Игроков — любой из вариантов не радовал. К тому же, они как по нитке двигались за нами следом, несмотря на все предпринятые меры — их разведчики превосходили наших на порядок.

Так что у звезды все было крайне плохо: половина ударной колоды в откате, находились мы на условно враждебной территории без возможности самостоятельно покинуть этот мир, где местные почти наверняка примут нас за мутантов, с которыми у них разговор короткий, и на хвосте у нас висел целый рейд Игроков из враждебного клана. И если первые два пункта были относительно не критичными, то последний заставлял с большой надеждой вглядываться в путеводное пламя в ожидании подкрепления.

Внезапно для себя я осознал странную мысль, что устал от ответственности за жизни моих бойцов. Уж слишком сильно давил этот груз принятия решений и возможных последствий моих приказов, и для меня стало неприятным открытием, что жду появления нага не только ради получения помощи и защиты, но и для того, чтобы спихнуть на него лидерство в этом рейде. Столько лет путешествуя в одиночку по Осколкам, я не привык отвечать за кого-то, кроме себя. И сейчас, столкнувшись с трудностями, пытался переложить это бремя на кого-то другого, спасая от возможных потерь себя самого.

Для меня все это было подобно озарению, настолько неожиданному, что, растерявшись, я даже пропустил момент, когда сквозь мерцающую тонкую грань, разделившую два мира, шагнул первый из бойцов Дома Змеи. Один за другим, вооруженные до зубов, они тонким ручейком потекли в пещеру, а я растерянно копался в самом себе, и только появление нага привело меня в чувство, заставив собраться.

Шепчущий, окинув взглядом просторный грот, довольно ухмыльнулся: его явно вдохновляло все происходящее, он даже предстал с новой для меня стороны. Я привык видеть его хитромудрым политиком, интриганом и дипломатом, но не воином, радующимся предстоящей схватке. Наг же, подползши ближе, негромко произнес:

— Рэн, Скэр, нам есть что обсудить.

*****************

Голограмма возникла над проектором, активированным Скэром, в ней отражалась окружающая нас местность с высоты птичьего полета. Всё увиденное нашими крылатыми разведчиками и сохраненное в памяти Компаса сейчас было видно как на ладони: узкие складки полей, каменные россыпи скал и безбрежное море песков. А также зловеще горели красным точки наших преследователей.

— Информация устаревшая, — предупредил я нага, вглядывающегося в проекцию местности. — Эти гады уничтожали всех наших воздушных наблюдателей, стоило только тем приблизиться на расстояние прямой видимости.

— Сирин-охотник, — неспешно протянул наг, думая о чем-то своем, — серебряное существо призыва, что как раз и специализируется на устранении различных летунов, слишком близко приблизившихся к хозяину карты или объектам, которые охраняет. Скорее всего, у него расширенная зона поиска, иначе бы он твоего Кондора не достал.

Высказавшись, наг снова надолго замолчал, продолжая изучать карту.

— Не понимаю, — наконец прошипел он. — То ли это ловушка, — и раздраженно махнул в сторону проекции скал, мимо которых двигались преследователи, — то ли глупость. Уббалах и Эшхарин не дураки, значит, ловушка, — продолжил он развивать свою мысль вслух. — Но если ловушка, тогда в чем она, и где тот капкан, который должен нас словить или убить? Этого всего, — он ткнул в красные точки, — слишком мало, чтобы победить меня. Уббалах восемьдесят циклов назад перешагнул рубеж Полководца и всего лет сорок как получил право создать свой малый Дом. Эшхарин опасней: об этой пронырливой ящерице я мало что знаю, она хорошо скрывает свои возможности и таланты, но все равно в Игре всего двести сорок циклов, числится в главном Доме Ящеров и среди его полководцев даже не входит в десятку сильнейших. Остальных в расчет брать не стоит — обычные бойцы в лучшем случае с парой-тройкой золотых карт у сильнейших. Тогда на что они рассчитывают? — он снова, прищурившись, уставился на карту.

— Возможно, ждут подкрепления от Дома Ящеров? — предположил Саа-Шен, прибывший вместе с остальными и сейчас участвовавший в совещании.

— Не думаю, — отрицательно качнул головой наг. — О делах в Доме Ящера я знаю едва ли не лучше, чем о том, что происходит в моем собственном, и сбор крупных сил я пропустить не мог — сюда выдвинулась лишь пара усиленных звезд, их видели на площади Прибытия, но этого тоже слишком мало. По сути, я могу уничтожить и Змееедов, и эту пару звезд в одиночку, даже не слишком растратив ударную колоду. Они словно нарочно подставляются под удар, и этого я понять не могу. Ни Уббалах, ни Эшхарин, что бы я о них ни думал, не являются глупцами. Они словно приманка в мышеловке, жаждущей захлопнуться. Только как я ни вглядываюсь сюда, — он ткнул в голограмму, — не вижу капкана. Но он есть, я его нутром чую, — и наг, раздраженно зашипев, плюнул чем-то темно-зеленым, начавшим подозрительно пузыриться на серых камнях пола.

— Возможно, они усомнились в вас, Владыка, — неожиданно подал голос Скэр. — Ящеры явно не могли предположить, что вы, бросив все свои дела, станете нас спасать. По сути, кем являемся мы для них? Небольшой передовой разведгруппой, не представляющей особой ценности, расходным материалом, которым часто и легко жертвует любой крупный Дом. Посылают-то в рейды по сбору информации, как правило, тех, кого легко можно заменить. И то, что вы выдвинетесь нам на помощь, да еще и с сильнейшими бойцами нашего Дома, противники, скорее всего, даже не учитывали в своих планах. И тогда все становится просто и непротиворечиво: Змеееды, случайно встретив нашу стандартную разведгруппу своим серьезным рейдом, из-за вражды между нашими Домами пустились в погоню, стремясь уничтожить нас, разумно предположив, что вы вряд ли будете рисковать собой ради пары наемников и тройки обычных бойцов. А дополнительные звезды вызвали, чтобы они закончили за них прерванное дело. — И миролюбивый в общем-то рэбер плотоядно оскалился: — Надеюсь, этим фанатикам всерьез достанется от их Владыки за самовольное изменение планов.

«Да уж, — Шепчущий мысленно улыбнулся словам Скэра, — если он будет так разбрасываться своими бойцами, то весьма скоро станет единственным лидером Дома, состоящего из одного Игрока — его самого».

Вообще-то, смысл в сказанном был: всё в рассуждениях ученого казалось очевидным и логичным. Для любого другого, но не для нага, так долго варившегося в Игре Хаоса. Он чуял ловушку, любезно расставленную для него врагом, но не это было сейчас главным, совсем не это…

Он хорошо помнил старые времена полководцев и владык, казавшихся исполинами по сравнению с нынешними. В его памяти вновь ожил глухой голос старого змея, правившего когда-то их домом: «Умей чувствовать и читать события, происходящие вокруг тебя, через них Владыка Игры являет свою волю. И если почувствовал Его внимание на себе, сумей понять и предвосхитить Его желание. Можно стараться противостоять надвигающейся волне или пытаться от нее бежать, а можно, смело шагнув вперед, рискнуть ее оседлать».

Смеющийся Господин недоволен. Наг почти физически ощущал его гнев: слишком многие забыли о том, зачем они появились в Игре, для чего им были даны власть и могущество. Всего лишь смертные, оказавшиеся бесполезными в своих мирах, получив новый шанс и силу бога, они возомнили, что та принадлежит лично им. После Кейдана, перетряхнувшего мир Игры сверху донизу, Игроки младших и средних уровней, обретя свободу от державших их в ежовых рукавицах кланов и почуяв новые, многообещающие возможности, бросились сами выбирать себе дорогу к трону Владыки. Слишком многие начали устраиваться поудобнее, заботясь лишь о своем комфорте, используя Двойную Спираль как дармовое убежище. Другие, подгребая под себя любую силу, до которой смогли дотянуться, не брезговали идти на поклон к чужим духам и божкам. И хотя желание жить, желательно хорошо, и быть сильнее прочих естественно для всех разумных, слишком мало кто из хаоситов задумывается, а зачем вообще ОНИ нужны ГОСПОДИНУ? Развлекать его? Не смешите! Пусть его именем обманываются дураки и простофили. Собирать кровавую жатву? Так Владыка — бог Хаоса, а не войны или разрушения, да и не надо давать для этого столько силы своим служителям — смертные отлично справляются с разрушением сами. Хаоситы, добиваясь своих целей, должны нести изменения вовне, а не ограничиваться мирком своей личной жизни. Не можешь пока менять чужие судьбы — ставь на кон свою, раз за разом встречая грудью волны жизни, погружаясь с головой в новое и неизведанное. Развивайся или теряй, но меняйся.

Многие же, забыв об истинной сути своего служения и найдя свою нишу, лишь заботятся о сохранении достигнутого, и то, что Владыка Хаоса в очередной раз долго терпеть этого не будет, для нага было вполне очевидно. Время очищения кровью и огнем должно было наступить — и оно пришло, и теперь, не собранные веками карты имеют значение, а благосклонность Хаоса. Что толку от золотых карт, если они сравнялись по силе с серебряными, сохранив при этом свой долгий откат? Глобальные перемены были предсказуемы, как и то, что прямо сейчас Повелитель Игры подталкивает нависшую лавину грядущей войны. И в этом испытующем пламени грядущих сражений он избавится от лишних, передав свою силу тем, кто окажется ее достойнее.

Шепчущий не боялся предстоящей схватки, плохо было только то, что он не понимал логики в действиях врага. Поэтому лучше было бы избежать невыгодного боя, чтобы не действовать в рамках созданного противником плана и разорвать паутину навязанных поступков, нанеся удар в выбранном уже самим нагом времени и месте. Но… во всем произошедшем он явно чувствовал волю Владыки, и, уклонившись от схватки сейчас, он все равно не сможет избежать проверки силы в будущем. На этот раз он к ней готов и пусть всего лишь частично, но контролирует линию событий, а вот второго такого дара от Господина он может больше и не получить. Значит, нужно драться.

Глава Дома Змеи долго молчал, решая, что делать. Наконец, приняв решение, четко произнес:

— Действовать будем так. Вы пятеро, — он обвел взглядом звезду Рэна, — отходите сюда, — и указал когтем на карте перевал, что вел в соседнюю широкую долину с быстрой полноводной рекой. — Начнете движение через час, создайте видимость, что спасаетесь бегством. Саа-Шен, берешь десяток бойцов и выдвигаешься сюда, — и выделил скалу, возвышавшуюся над расселиной в дальнем конце лощины, смежной с приютившей их террасой. — Используешь Теневой покров и Высшее сокрытие, чтобы вас не засекли. Я с оставшимися бойцами буду ждать врага здесь, — он ткнул в противоположную стену ущелья. — Ударим с двух сторон, пропустив передовой отряд. Здесь и здесь, — карта услужливо увеличила ненадежно склонившиеся над узким проходом зубья скал, — заложим плазменные мины, и как только втянутся основные силы, подорвем их. Постарайтесь накрыть полководцев. Дальше наносим одновременный удар, добиваем выживших. Как только схватка начнется, Рэн, ты со своими бойцами по моей команде возвращаешься назад с помощью Массового переноса, Метку мы поставим, и перекрываешь выход из ущелья, стараясь по возможности, уничтожить передовой отряд врага, что мы пропустим.

— Владыка, — торопливо спросил Скэр, — не проще ли мины заложить сюда? — и указал на дно расщелины. — Плазменные мины — это мощное оружие, и при взрыве мы сможем уничтожить бóльшую часть сил врага, даже полководцев. Вряд ли они активируют самые сильные свои доспехи настолько заранее до ожидаемого ими начала схватки.

— Не стоит врага считать глупее себя: Уббалах не идиот, наверняка они будут проверять дорогу, опасаясь оставленных противником ловушек. Высока вероятность, что могут засечь и наш сюрприз.

— Какие будут указания по использованию карт и снаряжения? — уточнил Саа-Шен, запоминая вместе со всеми план предстоящего сражения.

— Этот мир — подходящее место для применения техновооружений, так что делаем акцент на принесенном нами оружии, заодно на практике проверим его эффективность. Карты с большим сроком отката экономим — я опасаюсь ловушки: в любой момент могут вмешаться основные силы Дома Ящеров или и вовсе произойти что-то непредвиденное. Так что лучше быть готовым ко всему.

— Как после боя будем распределять полученные трофеи? — поднял пусть и кажущийся несколько преждевременным, но необходимый вопрос я. — Мы с Меджем подписали контракт на проведение разведки, а не на участие в боях Дома с Игроками из враждебного ему клана.

— Игра полна сюрпризов, — пожал плечами Шепчущий. — Всего предвидеть невозможно. Но предлагаю все добытое разделить на доли и распределить между всеми участвовавшими согласно кодексу нашего Дома.

— Но мы не являемся членами вашего Дома, — возражает мой фантом. — Поэтому предлагаю использовать правила дележки кланов наемников…

*****************

— Убедительно, — прошептал я, повернувшись к нагу, стоявшему рядом. Тот так же, как и я, с видимым удовольствием наблюдал за спором, начавшимся между моим и его двойниками у костра. — А наши враги не смогут понять, что это не мы?

— Нет, — прищурил глаза наг. — Эти мясоеды слишком кровожадны и вспыльчивы: после того, как упустили артефакт, они будут гореть ненавистью, ведь знатно потратились на попытку его добыть, а не перепроверять собранную по нему информацию. Ограничатся той, что я им подкинул, чтобы заглотили приманку, — злорадство отчетливо проскользнуло в спокойном голосе. — Поэтому об основных возможностях Зеркала они даже не подозревают — есть неоспоримые преимущества в том, чтобы получить божественный артефакт законным путем, честно выполнив задание Мораны.

Да, он мог себе позволить некоторое самодовольство, а я не удержался и завистливо вздохнул: если таковы истинные возможности полководцев, опирающихся на собственный клан, то… мне придется как следует постараться, чтобы найти среди них свой путь.

Когда Шепчущий только прибыл в пещеру, из его Активатора вырвалась золотистая волна, проверяя наличие ненужных глаз и ушей. Удовлетворенно хмыкнув, он активировал защиту от наблюдения и добавил к ней добытую из сумки посеревшую от времени, рассохшуюся шкатулку, которую пристроил у костра. Так как я не являлся частью клана, мне было предложено окропить ее своей кровью. Пара ударов сердца в колебаниях под изучающим взглядом нага… — и мир дрогнул, неимоверным образом сдвинулся во всех направлениях сразу и отразился от отделившей меня ото всех невидимой границы. Я вскочил. Я-не-я остался сидеть у костра. Активатор был готов прыгнуть мне в руку, но сам факт присутствия нага в этом не-мире заставил взять себя в руки. Одобрительный кивок от одного из старейших полководцев Игры, странный жест, и нас поглотила бездна, чтобы спустя мгновение уставиться тысячей зеркал…

— Созданного Зеркалом двойника почти невозможно отличить от оригинала, — тем временем продолжал свои объяснения Шепчущий, — твой образ оно скопировало, когда ты добровольно пожертвовал артефакту каплю своей крови, она передала ему твой характер и память, ауру, эмоциональный фон, манеры речи, жесты — он будет полностью повторять тебя. Так что наблюдатель вряд ли сможет увидеть подмену. Жаль, что двойники живут не больше двенадцати часов и солнечные лучи могут разрушить их оболочку, но сейчас ночь, и нам это не грозит. Около трех часов до восхода у нас есть — к счастью, здесь сутки длиннее, чем в Двойной Спирали — должно хватить.

— А он есть, — недоверчиво уточнил я, рефлекторно оглядывая пещеру, — этот наблюдатель? И если есть, не помешает ли ему установленная вами защита насладиться представлением?

— Есть, не может не быть, — прошептал наг, — никакие карты обнаружения жизни на таком расстоянии не помогут. Вас однозначно ведут, но вы до сих пор живы. Или ты всерьез думаешь, что вы могли так долго удирать от двух не самых худших Полководцев? Что бы я ни думал о Ящерах, они хорошие бойцы, и свои титулы Уббалах с Эшхарин получили вполне заслуженно. То, что они не могли вас догнать столько времени — полный бред. Значит, вы были им нужны в качестве приманки, ловить на которую можно лишь меня. А следовательно, и без наблюдения они вас оставить не могли. С защитой же, что я поставил, ящерицы должны справиться: я не слишком усердствовал — есть у меня предположение, какую именно лазейку надо было им оставить.

— Что ж, логично, — с этим я спорить не мог: и сам о чем-то похожем думал, не раз проигрывая в уме варианты дальнейшего развития событий. Все-таки возможности обычных Игроков и полководцев несопоставимы: они вполне могут себе позволить использовать на ездовых существах ускорения в необходимом количестве или призыв чего-нибудь летающего — им даже не обязательно догонять нас всем рейдом, лидера с помощницей хватит.

— И что дальше? — видя, что наг, удовлетворившись качеством игры наших двойников, перестал наблюдать за пещерой, не удержался от вопроса я и оглянулся по сторонам в поисках выхода.

В более странном месте мне еще не приходилось бывать: все пространство вокруг состояло из множества больших и малых зеркал, парящих в темноте. В ближайшем к нам, мы и наблюдали за разыгрывающимся в пещере спектаклем. Что мы сможем сделать отсюда, я себе не представлял. Шепчущий же каким-то образом приближал к себе то одно, то другое зеркало и всматривался в них.

— Хотелось бы знать, что вы собираетесь предпринять.

— Атаковать, что же еще? — хмыкнув, пожал плечами наг, не отрывая взгляда от парящего перед ним зеркала. — По-моему, это очевидно. Враг уверен, что контролирует обстановку, его план начал выполняться, скорее всего, он в курсе происходящего здесь разговора, — небрежный взмах в сторону костра, где обсуждались подробности грядущей битвы, — и меньше всего сейчас ждет, что атакуют его самого. Идеальный момент для удара. Артефакт ищет всех смертных в округе. И как только он найдет нашу цель, я открою проход — все необходимые ритуалы проведены заранее.

Очередное зеркало, в котором зашевелились смутные тени, подплыло, сменив предыдущее.

— Дальше я использую карту группового вызова на дуэль. Если мы ликвидируем полководцев, остальные бойцы значения уже иметь не будут, прикончим их потом. Я не знаю, на что рассчитывают Эшхарин и Уббалах, но скрытый дракон в рукаве у них точно есть. Что это, не представляю, может, открытый контракт на помощь с одним из Темных домов, или ультимативное заклинание высшего ранга, или технооружие А-класса… Можно долго гадать, этот мир — подходящее место для применения всего перечисленного. Но на Арене им это не поможет — условием нашего поединка будет использование только силы и оружия, полученных от Владыки Хаоса. Там они будут вынуждены играть по моим правилам и в мою игру.

— А если они и это учли? — спросил я, напряженно слушая нага.

— Вряд ли, — прошипел он. — Великого зверя в любом случае у них нет, а вот у меня есть, — довольно ухмыльнулся он, когда зеркальце, в которое он всматривался, начало светлеть и расти в размере. — В любом случае, тебе не стоит волноваться — в бою я прикрою нас обоих, от тебя требуется во время схватки лишь четко и вовремя выполнять мои команды. Если хочешь расти, опыт в битвах с полководцами тебе необходим, а этот и вовсе для тебя будет бесценен, да и карты тебе не помешают, особенно полководческие. Я бы справился и один, без тебя, но нельзя использовать карту принудительного вызова, не соблюдя условия поединка. С моей стороны для участия в дуэли должно быть столько же Игроков, приблизительно равных по рангу, сколько и бойцов у врага, которых я планирую вызвать на поединок. То есть, чтобы вызвать двух полководцев на дуэль, со мной, помимо меня самого, должен быть еще один полководец, и ты для этого самая подходящая кандидатура.

— Моя доля? — уточнил я, пытаясь хоть что-то разглядеть в увеличи­вающемся зеркале.

— Треть от взятого на мече — решил, чуть подумав, наг.

— С правом приоритетного выбора карт, наиболее подходящих для моего отряда.

— Согласен, — неохотное шипение в ответ.

В этом зазеркалье нельзя было громко говорить — голос, отраженный от бесконечных зеркал, многократно усиливался и неплохо бил по мозгам, так что я вынужден был шептать наравне с нагом.

— Раз о главном договорились, что у тебя по картам и отряду?

— Отряд, — я непроизвольно поморщился, — потрепан. Каменных элементалей осталась половина, а они наиболее универсальные мои бойцы. Водяным нужно пополнить свои запасы воды, Огненные фейри в порядке. Колодец заполнен только на две третьих, и то благодаря тому, что Феи остались почти без сил. Хранительницы… считай, в строю только двое. Почти половина моей личной ударной колоды в откате.

Было крайне неприятно рассказывать, чем закончился для меня последний бой. И хотя я справился, выжил и сохранил звезду, все равно чувствовал себя учеником, еле сдавшим экзамен.

— Потому что дурак, — не удержался от прочувствованного комментария наг. — Зачем полез на мутантов? У тебя какая задача в этом рейде стояла? Провести разведку и вернуться живым вместе со своими бойцами, а ты в погоне за силой подставил и себя, и моих людей. Ты — лидер рейда и должен просчитывать все возможные варианты развития событий, а не только наиболее вероятные. Вы в этом мире всего пять дней, допросили пару рядовых солдат да зачистили несколько банд явного отребья. И когда неожиданно для себя увидели большое организованное войско мутов, ты почему-то решил, что знаешь достаточно и можешь судить об их силе по встречным отщепенцам.

Наг с силой выдохнул через расширившиеся ноздри.

— Ты же на охоту за головами отправился, а не защищать дорогих для тебя разумных, когда собственные потери не так уж и важны. К тому же, сейчас ты платишь не собой, а жизнью звезды. В итоге растратил карты в бесполезной для поставленной цели схватке, и теперь, когда столкнулся с более сильным врагом, тебе нечем его сдержать: отряд потрепан, половина колоды в откате, и для чего? Тебя местные об этом просили? Нет. Значит, и плату с них запросить не получится. Какой же ты после этого лидер, если своим поступком, не получив никакой выгоды для рейда, подставил своих людей под возможный удар? А ведь они надеются на тебя.

Я виновато опустил голову, не зная, что сказать, ведь, по сути, мне нечего было возразить нагу на его упрек. Я действительно поступил опрометчиво, не просчитав до конца всех возможных последствий моего решения, подвел своих бойцов, ввязавшись в ненужный для рейда бой — всё правда, но не до конца. Я хотел помочь и спасти местных жителей, но… всегда есть проклятое «но». Я не готов жертвовать жизнью Меджа ради незнакомых мне разумных.

— Вы правы, только вот если б не моя «охота», мы все полегли на пороге зоны отбытия.

— Удача — важная черта хорошего вождя, — серьезно кивнул мне Шепчущий. — Только вот полководцы, рассчитывающие на везенье, — мертвецы.

На время между нами повисло понимающее молчание. И только зеркало за спиной росло и набирало яркость.

— Ладно, — махнул рукой змей, — сейчас не до подобных разговоров. Главное, отряд у тебя более-менее боеспособен. Теперь слушай внимательно: у Уббалаха отряд Ящеров. Центральный подотряд — полторы сотни бойцов, хорошие физические возможности, сильные, быстрые, прочная чешуя и частичная регенерация. Классовая способность — боевая ярость, что это такое, думаю, объяснять нет нужды. В качестве поддержки у него Линеры — невысокие ящеры с метр ростом, быстрые, подвижные, хорошо метают дротики, как правило, выступают в качестве разведки. Третий подотряд — летающие Птеры, здоровенные ящеры, острые зубы и когти, способны бросать камни с высоты. Еще есть Маларухи, около дюжины, напоминают крокодилов-переростков размером примерно со слона, может чуть больше. Хорошее бронирование, нечувствительны к боли, высокие физические показатели — по сути, не опасны, но способны на время ускоряться, развивая высокую скорость. В качестве магической поддержки у него выступают Шаманы с Холмом идолов, что они там могут, я точно не знаю, как и набор идолов, который он сейчас применяет. По картам: есть несколько мощных ударных — Солютарис, Таянье жизни, Голод земли и Удар девяти ветров. Возможно, появилось что-то еще, полного расклада по его колоде не имею. По Эшхарин данных мало: знаю только, что отряд у нее Подземники, но какая разновидность и состав подотрядов… — наг покачал головой, — с этим все сложно. По картам еще туманнее: известно, что она активно собирает карты из раздела Ментала, нацеленные на управление разумом, так что тебе весьма вовремя досталась твоя защита, видно, Слепец к тебе благосклонен.

Я кивнул, подтверждая, что внимательно выслушал, все запомнил и вопросов пока нет.

— Наши, вернее, мои действия будут зависеть от того, какая нам выпадет арена, — продолжил свои инструкции наг. — Главное, чтобы не какой-нибудь Движущийся лабиринт или Дом тысячи комнат — для гидры нужен простор. Но я надеюсь, что применять ее не придется, справимся и так — ящеры уязвимы перед магией Смерти, у меня почти полный алтарь, а в случае необходимости, сделаем мост маны и перегоним энергию из твоего алтаря в мой. Удачно вышло, что тебе Элементали достались, очень неудобный враг, если управлять ими с умом. Твоей задачей будет слушаться меня, подстраиваясь под мой рисунок боя, ну и выжить, конечно.

Чувствовалось, что последнее не шутка, а задание, выданное на полном серьезе. И я собирался выполнить его со всем доступным мне усердием. Даже не думал, что мне так скоро выпадет сойтись в поединке полководцев.

— По зельям и доспехам: используй то, что повышает защитные свойства — в этой битве постараемся обойтись без схваток в ближнем бою. Напоминаю, что оружие можно будет использовать только то, в котором есть хотя бы частица силы Хаоса, а вот на личное снаряжение подобное требование не распространяется — твоя техноброня останется с тобой, ее защита может тебе понадобиться. Свой отряд выстрой в защитную формацию на случай неприятных сюрпризов.

Шепчущий оглянулся на зеркало, которое уже почти выросло размером с человека, и, кажется, как-то придержал его рост.

— В этом месте карты активировать не стоит, но подготовить нужные можно заранее. Как только переместимся, ничего не предпринимай, пока не сориентируемся.

Ну, это он мог и не говорить!

— И последнее. Предлагаю заключить временный боевой союз со мной в роли ведущего на условиях свободного обмена картами, с возвратом их владельцу по окончанию операции, и клятвой не разглашать любые сведения друг о друге и о боевых приемах, полученные в процессе.

Книга высветила стандартный договор для подобного случая, но я все равно внимательно пробежал его глазами. Вспышка, заверившая его принятие. Несколько минут на подбор карт и проверку снаряжения. Глубоко вдохнуть, приводя в порядок мысли.

— Все, пора.

Зеркало, наконец, прекратило расти и распахнулось, словно дверь, приглашая шагнуть в него. Наг, чуть помедлив, первым прополз вперед, и я, задержав дыхание, шагнул следом.

........................

Уважаемые друзья и читатели спасибо за Ваше терпение, надеюсь новая книга оправдает Ваши ожидания. Буду благодарен всем кто поддержит новую книгу добрым словам и не забудет нажать сердечко. Для меня как автора важно и интересно услышать ваши мысли и слова. Напишем хорошую книгу вместе Ваш Автор.

Глава 2

Глава 2. Ловушка на охотника

Недолгое скольжение сквозь зеркала было тяжелым и неприятным, словно бредешь в чудовищной пурге, где каждая из снежинок, бьющих по твоему телу, норовит обжечь холодом как можно сильнее. Но вот, наконец, ночь дыхнула своей прохладой в лицо, а горный склон поманил сделать шаг вперед, в пустоту — сразу захотелось отпрянуть и прижаться спиной к надежному камню.

Наг стоял чуть впереди, предупреждающе подняв руку, и вглядывался вниз. Рядом с ним замер упырь, дернувшийся при моем появлении. Я легко узнал, кто именно предо мной, из-за печати Немерона, что притягивала ко мне нежить, как пламя мотыльков, вернее, благодаря приглушавшему ее воздействие браслету, который к тому же позволял чувствовать присутствие порождений Смерти. Так что созданный мастером-дварфом браслет не только оберегал меня от нежити, но и предупреждал, если та окажется рядом — это давало возможность либо сбежать, либо приготовиться к схватке. И сейчас всего лишь в паре шагов от себя я ощущал одного из тех, кто был лишним в мире живых — бездушную тварь, поддерживающую свое существование кровью и плотью смертных. Хотя, вообще-то не удивительно: кто еще мог служить нагу?

Встрепенувшийся было упырь почти сразу послушно замер возле хозяина, что-то рассматривающего вдали сквозь уже знакомую мне дымчатую хрустальную пластину на тонком обруче.

Я же, пока было время, окинул более пристальным взглядом прислужника нага. Высокий мужчина с небольшой черной бородкой. Волевое лицо, широкие плечи, осанка, жесты — все это выдавало в нем воина, и не простого рубаку, а из тех, что посылают армии вперед. Чувствовалась в нем аура власти, привычка повелевать, которую не скрыть. Интересно, кем же ты был в прошлом?

Наг кивком головы подозвал меня к себе и протянул свой хрустальный артефакт, жестом дав понять, чтобы я его надел, а после указал на Змееедов, неспешно ехавших вдоль русла пересохшей по летнему времени горной реки. Два десятка бойцов, рассеявшихся цепью, напряженно оглядывались по сторонам, а полководцы врага двигались бок о бок в центре отряда. Но стоило мне надеть пластину, и все предстало совсем другим — реальность перед глазами исказилась, и я увидел лишь тройку бойцов, сопровождаемых призванными ездовыми существами без седоков. На спинах животных лежали небольшие фигурки, видимо, повторяющие облик тех, по образу и подобию кого были созданы. Хитро, враг подсунул нам обманку в качестве возможной мишени для удара.

Шепчущий в дополнение к изначально окружавшей нас защите от поиска создал Сферу тишины и, уже не таясь, спросил у вампира:

— Где они?

Тот, услышав вопрос, молча указал в конец долины. Противоположные склоны гор в тех местах выветрились под дружным натиском ветра с дождем и изобиловали щелями и разломами. Думаю, пещеры там тоже найдутся. Логичное место, чтобы спрятаться от лишних глаз — мы поступили так же.

Одобрительно кивнув слуге, наг повернулся ко мне и вручил тонкую золотистую фигурку жука.

— Карту вызова можно использовать не дальше чем в сотне шагов от цели, держа объект атаки в пределах прямой видимости, — предупредил он. Потом призвал Книгу и протянул карту: — Нанесем удар одновременно. Я активирую вызов, а ты ударишь по основной группе. Пустим Ящерам кровь! — он ухмыльнулся своим словам, затем скомандовал вампиру: — После в дело вступишь ты и добьешь выживших. Покажешь, чего стоишь на самом деле.

Открыв сумку, Шепчущий достал шпагу и дагу в пару к ней, которые и протянул упырю. Тот мрачно взглянул на предложенное оружие, явно не слишком вдохновленный перспективой в одиночку атаковать целый отряд, но все изменилось, стоило ему взять клинки в руки. Они вспыхнули багровым пламенем, охватившим фигуру вампира. Сквозь хрусталь артефакта я увидел их истинную суть — жадность и вечный голод. Эти порождения Тьмы, словно два ненасытных хищника, требовали крови и плоти, их голод был вечен, а жажда — неутолима. И в этом их суть была схожа с повадками того, кто держал их сейчас в руках. Наверняка клинки создал кто-то из кровавых богов-прародителей вампиров.

Пламя опало, клинки скрылись под плащом, но в глазах вампира поселилось радостное ожидание пира. С оружием, врученным ему нагом, он явно был готов атаковать врагов и вовсе без нашего участия.

Ладно, посмотрим, что Шепчущий дал мне. С жуком все просто — подобный красовался на его виске, очередное устройство связи, скорее всего, помощнее серебристых капель мнемокоммов. С картой интереснее. Гейзеры подземного огня — в области применения из земли случайным образом будут бить вверх потоки жидкого пламени, поджигающего все, что не обратится в пепел сразу. Срок действия заклятья — минута, наложенного эффекта — пока пламя не погасят, количество гейзеров в зоне применения — от шести до десяти. Есть усиление: Сила первоэлементов — позволяет игнорировать стандартное сопротивление стихии огня и увеличивает наносимый урон.

Серьезная штука. Если Змеееды затаились в пещере, то окажутся достаточно близко друг к другу, и у нас появится неплохой шанс накрыть всех мощным ударом. Полководцам этого однозначно не хватило бы, а вот обычным Игрокам достанется серьезно — без золотого доспеха подобное пережить шансов мало, так что вампиру, по сути, останется лишь добить выживших.

Сердце против воли заколотилось быстрее, предчувствуя неумолимо приближающуюся схватку. Мне не раз приходилось сражаться с врагами на Арене, но сегодня предстоит впервые вступить в бой в качестве полководца, к тому же сразу против опытных врагов, значительно превосходящих меня по силе и накопленным знаниям. Единственное, что успокаивает — это наг, стоящий рядом. А также наличие у чешуйчатого Гидры и плана на предстоящий бой.

Глубоко вдохнув, заставил себя успокоиться и сосредоточиться, чтобы избежать опрометчивых решений. Краем глаза заметил, как вампир тоже подобрался, сжав в руках клинки.

Очередная карта из неисчерпаемых запасов главы Дома Змеи перенесла нас в указанное упырем место, заметно превысив доступный моему Хаотичному порталу предел в тысячу шагов. Немного пройти, аккуратно выглянуть из-за скалы — и пред нами предстает абсолютно пустой грот, своим эхом вторящий беспечно звенящему ключу. Присутствие жизни молчало, однако пластина артефакта, прежде чем вернуться к хозяину, показала мне основные силы врага во главе с Уббалахом и Эшхарин, что-то активно обсуждающими.

Обнаружив свою цель, наг довольно ухмыльнулся и скомандовал:

— Готовьтесь!

Я не мешкая активировал заранее составленную мной связку карт.

Доспех Четырех Стихий — надежная защита от атак основных элементов, на которых строится большинство заклятий, и неплохое подспорье против физических атак. Следом Аура убийцы магов — эта карта направлена на сдерживание магических атак противника вне зависимости от их направленности. Пирамида поглощения — для усиления их обоих. Связка трех таких карт дает неплохие шансы пережить первые и, как правило, самые опасные удары врага. Мой стандартный походный набор из комплекта Хранителя Ночи и карт разведки на мне давно, так что осталось применить только зелье Каменного панциря — учитывая возможности противников, защиты мало не бывает. Пускай оно несколько снижает подвижность, но, сдается, в этом бою мне много бегать не придется, и вся схватка начнется и закончится на расстоянии. Моя главная задача — просто выжить, не сдохнув по какой-нибудь глупой причине.

Все происходящее мне сильно не нравилось: наг с его планами все время втягивает меня в опасные авантюры. Будь это обычный разведрейд, Змеееды, раз уж нам удалось вырваться из их засады, не стали бы нас преследовать. Но имя нага, под которым выступала наша звезда, потянуло за собой неприятности, и я оказался замешан в самую гущу еще не начавшейся, но уже дышащей в затылок войны кланов. А ведь мы с другом только-только отбрехались от участи наемного мяса!

И вот теперь я стою на скале в ночи и готовлюсь участвовать в битве полководцев, снова вступая в игру в рулетке богов. С одной стороны, я не мог все бросить и отступить — наг пришел нам на выручку, прикрывая меня и Меджа, хотя мог бы отсидеться в Двойной Спирали. И после этого сказать «я подожду в сторонке, пока вы убиваете преследующих нас врагов» просто невозможно. С другой стороны, что мешало нам взять и уйти открывшимся порталом, оставив младших Ящеров с носом?

— Бей! — рявкнул наг, и я, нацелив Активатор, выпустил на волю заключенную в карте стихию.

Огненные столбы раскрылись диковинными цветами, и контрастные силуэты врагов проступили из небытия, чтобы тут же утонуть в бушующем пламени.

Эшхарин первой почувствовала нашу атаку: ее фигура замерцала, становясь зыбкой и полупрозрачной — явно сработал какой-то амулет, выводящий из-под удара, но наг уже использовал свою карту действия, инициировав вызов на дуэль. Вызов — не удар боевого заклятья, он подразумевает равные возможности для обеих сторон, поэтому от него амулет спасти свою хозяйку оказался не в силах.

Мир вокруг нас начал стремительно таять — сила Хаоса, призванная нагом, вытолкнула нас из этого слоя реальности, создав на время иную. И в ней сейчас мы стояли с Шепчущим перед огромным колесом с сотнями небольших картинок, символизирующих тип арены и снабженных значками, обозначающими преобладающие на каждой арене силы.

Думаю, то же самое сейчас видят и наши враги, вот только у них не было времени для подготовки к схватке. Атака нага застала их врасплох, и он обязательно попытается как можно эффективнее использовать это временное преимущество. Вот только получится ли? Я не был уверен. Карты для возможного боя у них есть: полководцы врагов явно готовились к возможной схватке и даже стремились к ней, провоцируя нага, значит, на что-то надеялись. В этом я с Шепчущим полностью согласен.

Вращение колеса становилось все медленнее, я с напряжением всматривался в калейдоскоп картинок: от типа арены в грядущем бою зависело слишком многое.

Для меня важно наличие либо огня, либо воды — земля выпадет в любом случае, так что земляным элементалям найдется чем отъесться. Для врагов, в принципе, подходят те же варианты — ящеры Убаллаха на аренах вроде Джунглей, наполненных силой Жизни, или Башни Света будут чувствовать себя хорошо, а вот нежити нага там окажется непросто. Хотя, призрачные всадники и костяные воины для него всего лишь расходники. Его основная ударная сила — Личи и Баньши, а они достаточно сильны, им, в принципе, почти все равно где сражаться. Однако если выпадет арена типа Некрополиса с периодически лезущими из разрушенных могил мертвяками, то шансы оппонентов будут практически равны нулю.

Видимо, наши враги подумали так же, и небольшой черепок, символизирующий силу Смерти, внезапно ярко засветился.

— Заблокировали, — прошипел наг. — Теперь все типы арен с преобладанием силы Смерти для нас недоступны.

— Умно, — хмыкнул я.

Сейчас враги сделали нам с нагом неплохую бяку. После действия соперников колесо, начавшее было останавливаться, ускорилось вновь, набирая обороты, — видимо, каждое действие участников, влияющее на будущую арену, перезапускает его. Интересно, противники учитывали возможный бой на арене или у них случайно оказалась в Книге подобная карта?

*****************

— Планы изменились. Атакуем немедленно! — рыкнул Саа-Шен и активировал Массовый перенос, ориентируясь на поставленную хозяином Метку пути.

Едва его группа, первой покинувшая совещание, оставила за спиной двойника Владыки и остальных бойцов, к нему пришло письмо с приказом от настоящего Шепчущего немедленно выдвигаться и атаковать передовой отряд Змееедов. Там было всего трое бойцов, не считая иллюзий. Хозяин не хотел упустить никого из ублюдков, осмелившихся бросить вызов их Дому, и поручил ему вести силы клана в этой битве, оказав доверие, чтобы все смотрящие на него сейчас Змеи видели, кого Повелитель считает главным после себя в Доме.

Вот только его настораживало одно — в атаку на вражеских полководцев он взял с собой не его, а эту гладкокожую обезьяну. Почему?

Пусть еще шлем полководца и не увенчал его Медальон, но он достаточно близок к этому и в предстоящей битве смог бы получить и бесценный эмбиент, и благоволение Смеющегося Господина! И это еще не считая трофеев. И то, что теперь все это достанется чужаку, буквально оскорбляло его, заставляя сомневаться в разумности Повелителя. В том, что Шепчущий справится со Змееедами, Саа-Шен даже не сомневался — наличие у хозяина Гидры практически лишало вражеских полководцев шансов на победу.

Его злило все происходящее, мешая сосредоточиться на грядущей схватке. С нагом должен был быть он, разделив триумф и славу! А Рэн снова все это у него украл, выставив в глазах бойцов Дома никчемным воином!

Ю-а-нти встряхнул головой, прогоняя ненужные мысли. Если наг так поступил, значит, тому есть причина. И умный змей ее найдет, чтобы лучше понимать и ближних своих, и дальних. Пришлось несколько раз повторить себе эту мантру, прежде чем мысли очистились от ложных эмоций. Как же мешает свойственная его роду затуманивающая разум ненависть, вспыхивающая по отношению к тому, кто хоть раз вызвал сильные эмоции и закрепился в мыслях в качестве врага или конкурента. Свалившаяся на него запредельная нагрузка, когда Повелитель был при смерти, не прошла даром.

Ладно, этот бой не последний в грядущей войне, и если не сегодня, то в будущем ему все равно представится шанс обойти или устранить своего непрошеного соперника. Как говорит хозяин, хорошие враги делают жизнь ярче и интереснее, придавая осмысленность каждому ее мигу. Что ж, теперь, помимо борьбы за власть внутри Дома, у него появился подходящий враг, не защищенный общей кровью, чье поражение наполнит его сердце радостью.

*****************

— Используй, если выпадет Стеклянный дом или Тонущие острова, — наг, держа Активатор наготове, быстро сунул мне в руки карту, а сам продолжил неотрывно следить за тем, как колесо вновь начинает замедлять свой ход и перед стрелкой, определяющей выбор арены, неторопливо скользят картинки с изображениями мест будущей схватки.

Стрелка почти замерла на Городе мертвых, но вспыхнул черепок, подтолкнув вращение колеса и заставив нага зашипеть от досады. Я вместе с ним напряженно всматривался в ожидавшую нас судьбу. Так, Голодные джунгли проносятся дальше, думаю, теперь наши соперники скрежещут зубами. Ледяные острова также остаются позади, думаю, этому рады все — максимально неудобная арена для всех участников грядущего сражения. Наконец, вращение замерло, и я увидел название места боя — Пещера падающих камней.

Наг быстро скомандовал:

— Не вмешивайся.

И я убрал Активатор.

Хм, решил сэкономить или арена устраивает? Я мельком глянул на то, что же он мне дал. Карта действия Смещение, позволяет расширить выбор арены перед поединком до двух ближайших секторов, соседствующих с выпавшей вам ареной. Учитывая, что с одной стороны у нас Ледяные острова, а с другой — Дом тысячи комнат, Пещера падающих камней еще не худший вариант.

Пространство вокруг нас начало стремительно меняться, легкое марево сменило окружавшую нас пустоту с Колесом выбора, а спустя пару секунд начала проступать наша будущая арена.

Влажный теплый воздух пахнул в лицо. Оглянувшись, я увидел совсем рядом глубокую трещину, из которой вырывался вверх белый пар. Рядом с нами, облепив камни, росли большие грибы с желтыми остроконечными шляпками и едва заметно светящийся лишайник. С противоположной стороны, шагах в двадцати, виднелась еще одна трещина, дышащая сизым паром. Справа виднелись руины какого-то строения. Время почти ничего не оставило от него, за исключением обломков стен с дверным проемом и лестничным пролетом, ведущим в никуда. Проследив за ним, поднял взгляд, и тот далеко не сразу уперся в высокий потолок поражающей своим размером пещеры. Сотни острых сталактитов, хищно притаившись под сводом, были готовы в любой миг сорваться вниз на головы неосторожных.

Наг, так же, как и я, оглянулся по сторонам, увидел руины здания и без раздумий пополз к ним, на ходу активируя карты.

Вверх под потолок упорхнула стайка стремительных серебристых птиц, еще на взлете ставших невидимыми. Следом из Активатора потянулись густые, темно-желтые струи дыма, быстро начавшего заволакивать все вокруг. Шепчущий на ходу натянул на пасть маску, защищавшую от воздействия коварной дымки, сделав соответствующий знак и мне. Но он мне был не нужен: я и так уже надел до этого болтавшуюся на шее маску от своего костюма — запах этой воздушной взвеси был мне знаком. Стоит только ее как следует вдохнуть, и сильнейший кашель не отвяжется, пока не применишь на себя хотя бы Малое лечение.

С одобрительным смешком оценил сделанное. Ни нежити, ни моим элементалям воздух в принципе не нужен, Фей и Хранительниц и так закроет Небесный щит, а вот отрядам врага придется весьма нелегко: они будут вынуждены сражаться против наших бойцов в клубах отравленного тумана. Значит, их хозяева должны будут что-то предпринять, потратив свои отрядные карты защиты и лечения из-за одной довольно простой личной карты. Либо им придется развеять ядовитую дымку, рискуя раскрыть свое местоположение — чтобы накрыть всю площадь пещеры сразу нужна очень серьезная карта, а более слабая очистит лишь часть пещеры.

Фигурка жука на моем виске еле заметно завибрировала, и я услышал голос нага, хотя тот и не раскрывал рта:

— В руинах разобьем штаб, там и подготовим для противников небольшой сюрприз. Главное сейчас — выиграть немного времени. А после атакуем, не хочу упускать инициативу.

*****************

— Что будем делать? — Уббалах напряженно рассматривал карту на экране Компаса.

Они с Эшхарин укрылись в небольшой каменной сторожке. Благодаря толстым стенам, на совесть сложенным в давние времена, она, в отличие от других строений небольшого поселка, полного руин, еще не развалилась и представляла из себя весьма неплохое укрытие. Змеееды, определившись со своим временным штабом, пытались решить, что делать дальше и каким образом выжить в этой непредвиденной дуэли.

Атака нага застала их врасплох. Казалось, все шло по плану: дух-пустотник, украдкой следивший за звездой разведчиков, вовремя предупредил о появлении новых врагов, и они с Эшхарин, не веря своим глазам, увидели среди прибывших подкреплений Шепчущего. Сладкое предчувствие грядущей победы затеплилось в их сердцах. Дух, повинуясь воле заклинателя, передавал все действия противников, считывал звуковые волны, и планы Змей стали для Змееедов открытой книгой: ловушка, засада — все очевидно и в духе их трусливого вида, всегда бьющего в спину и исподтишка.

Уже ушла весть в главный Дом, а специально оставленные в безопасном месте бойцы зажгли путеводный огонь, и Владыка Ящеров с доверенными полководцами меньше чем через полчаса должен прибыть, чтобы лично захлопнуть западню.

Отряд-приманка неспешно двигался к месту засады, старательно растягивая время, а всё что оставалось Уббалаху — лишь накрыть всех, кроме своих бойцов с маяком, искажающим полем, лишив нага возможности сбежать. Даже сближаться для этого с врагом было не нужно. И даже если б несмотря на то, что они провели один из лучших ритуалов подобия, проклятый Змей распознал подделку, основной отряд продержался бы до подхода подкреплений: его еще надо было найти, а потом у них нашлось бы, чем впечатлить Шепчущего.

А что теперь?! Наг, вместо того чтобы терпеливо сидеть в засаде, ожидая, когда добыча приблизится к нему, атаковал основной отряд, и не вступил в открытый бой, а навязал схватку на Арене! К такому повороту событий они абсолютно не были готовы, в отличие от врага. И теперь Уббалах пытался вернуть себе привычное спокойствие, понимая, что без него выживание в этом сражении будет и вовсе невозможным. Но страх ядовитой мерзкой слизью уже начал разъедать бастионы его разума.

Эшхарин, словно не услышав его вопроса, принялась готовиться к бою: в руках появился лук, выточенный целиком из молочно-белой кости со вставками из золотистого металла, по телу разбежалась тонкая голубая сетка ее лучшего доспеха, в убежище возник зеленый купол, накрыв Игроков, а на улице, скрытое отводом глаз, начало возникать, повинуясь зову своего полководца, ее воинство.

Первыми появились могучие Драуки: до торса они были темными эльфами, а дальше шло тело паука — шесть ног, черный хитиновый панцирь, возможность без труда перемещаться по любым поверхностям и плеваться паутиной. Человеческую половинку тела надежно укрывал прочнейший доспех из темно-серой стали. Почти четыре десятка драуков, каждый из которых сжимал в руках меч-копье и молча взирал на Эшхарин в готовности беспрекословно выполнить любой ее приказ.

Следом возникли Дроу — воины подземелий, разведчики и следопыты, способные идеально укрываться среди теней и ослеплять своих противников сгустками тьмы. Они были вооружены длинными кинжалами и арбалетами с внушительным набором болтов: от ядовитых до парализующих. За ними возник подотряд крикливых кровожадных тварей, Гарпий, — женщин, словно в насмешку наделенных наполовину птичьими телами. Кривые когти одинаково хорошо могли бросать камни во врагов и терзать их плоть, а сами бестии с помощью акустических атак умели оглушать и дезориентировать недругов.

Рядом с птицедевами возникли неспешно парящие в воздухе Бехолдеры, похожие на огромные глаза со свисающими со всех сторон отростками, едва не касающимися пола. Эти создания были способны выпускать тонкие огненные лучи, прожигающие тела врагов, нанося серьезные раны или сразу убивая. Объединившись, злобоглазы были способны нанести ментальный удар, на время полностью подавляя противника со слабой волей и подчиняя его себе. Последними возникли Иллитиды, столпившиеся возле прозрачного сосуда с питательным раствором, где плавал кусок чего-то розового — крохотная частица Великого мозга. С его помощью свежеватели разума, исполняя приказы хозяйки, воздействовали на мысли своих жертв.

Ни к чему все эти бури и огненные стрелы, крушащие и сжигающие все вокруг, когда можно просто сломить волю противника, завладеть его разумом, обмануть сознание и затуманить зрение иллюзиями. Все это было ей подвластно, и Эшхарин уже не раз убеждалась в бою в верности своего пути. Зачем сражаться с куклами, истребляя вражеские отряды, если все, что нужно для победы — это обмануть сразу кукловода?

Уббалах, глядя на спокойные и решительные действия Эшхарин, вернул себе самообладание и злобно ощерился, раскрыв пасть — они еще не проиграли, ему бы главное добраться до нага, а там он попробует его плоть на вкус! В прошлом он уже убивал Змей и помнил, как ломаются их тонкие кости и какая сладкая на вкус их кровь.

Призыв! Его отряд начал развертываться рядом с Подземниками, а вокруг тела полководца сомкнулась броня Сокрушителя титанов. Мерцающей синевой раскинулся щит Твердь небес. Глава Змееедов с мрачным удовлетворением отметил сухой шелест: его издавал чемпион отряда — болотный дракон. Это совсем недавнее приобретение, и наг о нем вряд ли успел узнать.

Эшхарин, отбросив маску послушной подчиненной, присланной из главного Дома для усиления рейда, одобрительно взглянула на его подготовку и решительно заговорила, выстраивая план грядущей битвы…

*****************

— Отряды пока не призываем, — скомандовал наг, одним глазом следя за продолжавшим расползаться темно-желтым пятном на экране Компаса, на котором отражалось все увиденное крылатыми разведчиками. Причем он даже не всматривался особо в проекцию местности, так, кинул взгляд мельком, после чего начал производить какие-то расчеты. — Должно хватить, — прошипел он, еще раз проверив полученные цифры. Затем оценивающе глянул на меня и создал темную полупрозрачную сферу, укрывшую нас, а следом сотворил еще одно, не имеющее видимых эффектов заклинание.

— Почему? — волнуясь, спросил я у нага. Пока я слишком мало понимал в том, что именно он сейчас делает, и чувствовал себя третьим крылом дракона, мало на что влияющим в происходящем.

— Рано еще, — буркнул наг, продолжая чего-то выжидать.

— Но враг ведь уже наверняка успел призвать свои, — возразил я.

— Очень на это надеюсь, — спокойно ответил Шепчущий, продолжая наблюдать за распознающейся дымкой. Затем, чуть подумав, произнес: — Ты что-нибудь слышал о синергии сил?

— Усиливающий или неожиданный эффект от взаимодействия двух разнонаправленных сил или заклинаний, — ответил я.

— Все верно, — кивнул наг. — В Игре Хаоса он тоже есть. Пусть и редко, но из взаимодействия двух карт и накладывающихся эффектов иногда рождается нечто новое и очень смертоносное. Сейчас Игроки о подобном почти забыли, но в свое время Дом Змеи потратил сотни циклов и серьезные суммы дайнов, исследуя взаимодействия карт в поисках взаимоусиливающих связок. И теперь я тебе покажу одну из них. Сам по себе Желтый туман безобиден и малоопасен, может спровоцировать сильный кашель, попав на кожу или в глаза, вызывает жжение и боль, при этом достаточно быстро исчезает, хотя и способен заполнить собой довольно большое пространство. Как правило, на его рассеивание редко кто тратит карты. Но если к нему добавить Алхимический дождь, то возникает очень интересный и неожиданный эффект, к которому, как правило, никто не готов.

Взглянув еще раз на Компас и формулу с расчетами, он вскинул Активатор, и сверху полились разноцветные капли дождя из весьма безобидной дряни. Пару раз попадал под такой — жутко воняет, заставляет кожу покрывается волдырями, обжигает глаза, но все это не смертельно, выжить можно. Я внимательно наблюдал за происходящим и увидел, как при взаимодействии с разноцветными брызгами начал изменяться туман, становясь гуще и прозрачней. Внезапно под его воздействием вскипела земля и камни вокруг начали плавиться. Грибы и лишайник, покрывавшие пол и стены, погибли практически мгновенно.

А наг довольно ухмыльнулся полыхнувшей вдали золотистой вспышке.

— Попались! — выдохнул он довольно. — Попытались рассеять созданное мной и попали под Запрет на использование личных золотых карт.

— То есть и мы их не сможем применять?! — новость заставила меня напрячься: я уже успел привыкнуть полагаться на свою нестандартно богатую на желтый колёр колоду.

— Разумеется, — пожал плечами наг. — Запрет обоюден и действует одинаково и для нас, и для них на протяжении всего боя. Только я к этому был готов, как и ты, а вот они — вряд ли. Как думаешь, насколько сильно потрепало их воинов такое? — и он кивнул в сторону кислотного тумана, растворявшего все, чего он касался. — Золотые карты нам с тобой еще пригодятся. Идет война, и я не могу позволить себе половину ударной колоды отправить в откат на целый месяц, да и есть риск, что я не все знаю о картах врагов, особенно это касается Эшхарин. Не хотелось бы неприятных сюрпризов. А если им выдали из сокровищницы главного Дома что-то необычное? — сделал он акцент на последнем слове. — Такая карта вернется к Владыке Дома, и может поджидать нас на просторах Игры. Предпочту, чтобы она ближайший месяц была в откате.

Могильным холодом дохнуло в спину, когда я понял, о каких картах идет речь. Наг усмехнулся, заметив мою реакцию.

— Вот я и выждал, дав им время разыграть стандартный дебют — призвать защиту из золотых карт, — и наложил Запрет. Если б у них был «гостинец из дома», они бы его применили следующим. Но раз этого не случилось, ультимативное заклинание высшего ранга им не выдали, а остальные их сюрпризы здесь не сработают. Теперь же я покажу тебе третий взаимоусиливающий эффект синэргии, что был открыт совершенно случайно и весьма недешево обошелся нашему Дому.

Он, взглянув на прозрачную кислотную дымку, начавшую оседать маленькими крупинками на землю, вскинул Активатор и выпустил огненную искру, ударившую в воздушную взвесь. И тут же полыхнула яркая огненная вспышка, мгновенно затопившая собой все пространство пещеры.

— Превосходно, — прошипел наг, оглядывая почерневшие камни. — Теперь карту Запустения, и любой, кто взглянет на это место в ближайшие полчаса, сочтет, что здесь очень давно никого не было. Пыли, в нашем случае сажи, более чем достаточно. Можно призывать отряды. Заодно можешь вызвать ненужный тебе биологический мусор — мне для Голема плоти он пригодится.

Один за другим стали возникать отряды Мертвого легиона. Скелеты-воины появились первыми, потом Призрачные всадники, за ними Рыцари Смерти, выстроившиеся черной стеной, плотно сомкнув щиты. Следом возникли Личи и Баньши, Алтарь появился последним, под охраной четырех Рыцарей-стражей.

А как же те четырехрукие уродцы, которых я видел, кажется, вечность назад в Круге двигающихся камней? Да и Рыцарей Смерти, кажется, раньше не было. И тут я вспомнил слова Искароса о таком полезном улучшении как вспомогательный подотряд: универсальные карты, подходящие отрядам любого типа и обладающие особыми условиями призыва. Похоже, обезьяны как раз такой подотряд и есть — иначе откуда живым взяться в Мертвом легионе? А Рыцари, скорее всего, новое пополнение — эх, я бы тоже не отказался от еще одного подотряда.

— Саяр, начинай формировать Большого голема плоти, — скомандовал тем временем наг. — Для костяка возьмешь Костяных воинов, а для массы и объема тела я тебе сейчас призову существ.

Главный лич, услышав команду, вскинул посох и вместе с еще тремя мертвыми колдунами замер, потянув из начавшего разгораться алым Алтаря силу.

— Лаэта, — продолжал отдавать приказы наг, — ты формируешь Зов мертвых. Здесь руины, — он махнул в сторону почерневших от огня камней, — значит, остались и мертвецы. Я места старых боев нутром чую: сам немало сражался и разрушал. Так что мертвяки наверняка тут есть, спят вечным сном, пусть они пробудятся и станут нашими глазами, сообщая о действиях врага.

Призрак девушки безучастно кивнул и начал вместе с подругами неспешно кружиться вокруг Алтаря. От них до моих ушей стала доноситься полная тоски и печали песня о потерянной жизни, которую уже не вернуть.

Мои призванные подотряды, потрепанные еще в прошлой схватке, смотрелись уныло на фоне армии нага. Хранительницы еле держались на ногах, Феи судорожно взмахивали крылышками, Водяные элементали уменьшились в размерах, а Каменные — в количестве. И только Огненные фейри пылали жаждой разрушения.

Не теряя времени отдал приказ Феям лечить Хранительниц, тем велел приготовить и сразу накрыть Колодец Небесным щитом. Водяные элементали с моего разрешения потянулись к ближайшей трещине, исходящей паром, Землянки же поглощали камни прямо там, где стояли. Да и за Фейри можно было пока не следить — всё, что могло гореть, сгорело до них.

Наг, закончив со своим отрядом, пристально осмотрел мой и перекинул из Книги в Активатор очередную карту. Черно-зеленый куб, покрытый вязью рун, возник рядом с Колодцем духов и поникшими Хранительницами. Саморазвитие — это, конечно, здорово, но у него есть и свои минусы. Например, призываемые в отрядах существа индивидуальны, способны мыслить, чувствовать и осознавать себя. Гибель подруги серьезно подорвала боевой дух ведуний.

— Когда закончишь с защитой и лечением, пускай Хозяйки силы перегоняют энергию из Колодца сюда, — для наглядности Шепчущий указал на куб. — Будут подзаряжать мой алтарь — мне без смертей живых сложно восполнять его энергию. Феи пускай собирают разлитую вокруг силу, после синергии карт ее здесь достаточно, и пополняют запасы Колодца. А вместе с остальными твоими бойцами мы еще повоюем!