Игра хаоса. Кладбище миров. Книга одиннадцатая.

Пролог

За густой пылевой взвесью не было видно даже звезд. Ветер, тяжело гудя, с такой силой гнал перед собой песчаную массу, что срывал с места, увлекая и перекатывая, даже каменные валуны. И лишь скалы горделиво смотрели на глупую суету у их подножия.

Уже скоро. Песчинки и каменное крошево раз за разом бились о марево защитного полога, перекрывавшего вход в пещеру. Несколько долгих секунд я смотрел на свирепствующую бурю, зачем-то оттягивая неизбежное: правильный, хоть и непростой шаг. Вздохнув, я резко развернулся и шагнул вглубь пещеры. В старом убежище было многолюдно, больше трех десятков бойцов, столпившись, негромко переговаривались между собой, время от времени поглядывая на тех, кто сегодня был в центре внимания. Ради них был найден мастер картин и подход к нему, создан и использован перемещающий холст, ради них все здесь и собрались, чтобы увидеть, запомнить и передать следующим поколениям всё, что сегодня произойдет.

Я подошел ближе, и передо мной расступились, открывая проход к двум связанным бесчувственным телам, пребывающим в мире снов. Осторожно вытянул кляп у первого, из кармана на поясе извлек небольшой флакон. Активатор на миг вспыхнул, создавая Купол безмолвия. Прежде чем все завершится, я хочу немного поговорить.

Флакон с зельем пришлось поднести к самому носу, а затем даже подождать несколько секунд, прежде чем пленник вздрогнул, затрясся всем телом и рывком сел. Из глаз пропала сонная пелена, а затем взгляд приобрел осмысленность и смог сфокусироваться на мне. По лицу пробежала тень узнавания, а следом его исказил страх, превратив в безобразную гримасу.

— Повелитель Рэнион, Старший, — свинорыл почти обреченно выдохнул эти три слова.

— Тшшш, — моя ладонь закрыла ему рот, не дав вырваться потоку слов, который он наверняка собирался на меня выплеснуть. — У нас не так много времени, поэтому я буду говорить, а ты слушать. Ты же помнишь, как пытал меня в Круге двигающихся камней? Должен признать, ты действительно мастер своего дела, мне было больно, даже очень. Я тогда поклялся себе, что, если выживу, то найду тебя и заставлю пройти тот же путь стократ. А я привык держать свои обещания, даже если дал их самому себе.

Паника, перерастающая в ужас, возникшая в его глазах, послужила мне наградой.

— Можно приказать тебе сожрать свои же потроха, например. Ты же знаешь, что сделать это не сложно: заклятье Поддержания жизни, Контроль разума и Гашение боли — и ты с радостью сам будешь пожирать себя, пока не сдохнешь.

Я убрал руку, противно было чувствовать на ней чужую слюну, и Потрасюк, воспользовавшись шансом, затараторил:

— Владыка… он обещал защиту… он такого не простит!

На это я лишь улыбнулся, прежде чем ответить:

— Защиту от других, но не от себя. Кто, по-вашему, вас мне сдал?

И глядя, как потух взгляд и свинорыл безнадежно повесил голову, я понял, что тот все осознал. Здесь я закончил. Кляп снова впихивается в рот Потрасюку — не хочу, чтобы он прерывал следующий разговор, который для меня гораздо важнее.

Снова те же манипуляции: кляп, эликсир Пробуждения, тело девушки вздрагивает, сбрасывая марево зелья Ложной смерти. Душа постепенно возвращается в тело. Только так, по сути превратив Игроков в бездыханные куски мяса, мы смогли протащить их сюда сквозь Картину Пути. Теперь немного подождать. Время было: песчаная буря все никак не желала утихать. Если до рассвета не угомонится, придется что-то предпринять… Отведя взгляд ко входу, я пропустил момент пробуждения Иллары, поэтому ее голос, прозвучавший словно из прошлого, заставил меня невольно вздрогнуть.

— Рэн?

Речь девушки едва слышна, и все же я четко разобрал каждый звук.

— Это ты?

Повернувшись, посмотрел ей в глаза. Раньше не раз представлял себе этот разговор, мечтал о нем… а сейчас даже толком не знаю, что сказать. Столько всего произошло… И теперь слова обвинений, которые я тогда так хотел бросить ей в лицо, сейчас казались мне пустыми и глупыми.

— Я знаю что произошло, знаю, почему ты так поступила. Твои оправдания, мои обвинения — все это глупо и совсем не нужно, да и не изменит уже ничего. Главное — совершенный проступок. И наказание, что последует за ним.

Иллара что-то пыталась сказать, но под моим взглядом внезапно поникла и замолчала на несколько секунд, прежде чем все же обреченно заговорить.

— А я ведь знала, что так произойдет, еще тогда, когда ты смог победить на Турнире и стать членом Совета Старших. А этот придурок все не верил, — она мотнула головой в сторону Потрасюка. — «Хозяин нас защитит, он обещал...» Надутый дурак! Столько лет в Игре, а все еще кому-то верит. И что, дорого пришлось за нас заплатить? — она снова с вызовом посмотрела на меня.

— Нет, — пожав плечами, безразлично ответил я. — Вы шли скорее приятным бонусом к основной части сделки. Кстати, свинорыла ваш хозяин действительно высоко оценил, точнее, его профессиональные навыки, предложив хорошие отступные за его жизнь, но все же отдал, когда я настоял.

Иллара ненадолго замолчала, ссутулившись и уставившись в пол, она несколько раз дернулась всем телом, словно проверяя прочность веревок, но те держали крепко.

— И что теперь? — не выдержав, снова заговорила девушка. — Убьешь?

— Нет, — качнул головой я. — Это слишком просто и не стоило всей этой возни с усыплением и доставкой вас сюда. Я тут пытаюсь клан создать, точнее, возродить, может слышала, — и, не дожидаясь ответа, продолжил: — Хочу создать прочную основу, заложить традиции, показать пример, что бывает с теми, кто предает свой Дом, своих товарищей, чтобы даже те, кто задумается о подобном, выбросили крамольные мысли из головы, предпочтя принять простую и честную смерть.

— Казнь, — догадалась Иллара, — за этим вы все здесь…

— Молодец, угадала, — подтвердил я. — Но приза за правильный ответ не будет. Да и ни к чему он тебе.

Мы снова ненадолго замолчали, каждый задумавшись о своем.

— А знаешь, ты ведь мне нравился. Даже думала познакомиться поближе, но Саймира положила на тебя глаз, и я решила вам не мешать. В баре познакомилась с Валерианом, а потом… да ты и сам все знаешь.

— Знаю, — кивнул я, — но это ничего не меняет. Сначала ты допустила оплошность, сдала маршрут одной из групп, и это еще можно было понять, но дальше ты предавала вполне осознанно, пытаясь спасти свою шкуру. Вот почему ты здесь. Ты должна была все сказать! — злость снова вскипела в сердце. Я слишком хорошо помнил душную полутемную комнату с портретами навсегда ушедших друзей, и спокойно разговаривать с той, что виновна в их гибели, с каждым мигом становилось все сложнее и сложнее.

— Послушай, ну ведь что-то еще можно исправить! — в отчаянной попытке Иллара торопливо заговорила, подбирая слова. — Я могу быть полезной твоему клану. Только дай мне шанс, я клянусь, что больше не подведу! Любое поручение, любой приказ: ты узнаешь, какой послушной я могу быть, — она даже попыталась добавить томности и страсти в последние слова. — Я буду кем угодно: постельной игрушкой и самым верным солдатом! Хочешь, я принесу магическую клятву добровольного рабства? Думаю, сильного мага теперь тебе не сложно найти. И я стану твоим безотказным инструментом — шпионом, диверсантом — кем угодно… Или… — видя, что меня абсолютно не трогают все эти предложения, пошла ва-банк: — хочешь, я стану твоей Слугой?! — и, осознав, что именно предложила: вечное рабство с хозяином, которым в итоге может оказаться кто угодно, быстро добавила: — Буду твоим офицером, пройду Игру с тобой до конца и только тогда получу свободу. Только не убивай!!!

Она почти перешла на крик, и я, брезгливо сморщившись, молча сунул ей кляп в рот, устав слушать ее бредни.

Встав, подошел ко входу в пещеру и выглянул наружу. Ветер даже не думал униматься, а рассвет был уже близок. Нам же надо выйти затемно: сюда все мы пришли Картиной Пути, выбираться же придется стандартным путем, через зону отбытия, а ни стесывающая мясо до костей буря, ни прожаривающее до хрустящей корочки солнце долгой жизни не способствуют. Активатор, разовая карта Управления погодой. Полководческая, дорогая, но в нынешней ситуации это допустимая трата. На круге в центре картинки — восемь делений, позволяющих подобрать подходящие условия: дождь, снег, облака, ветер... а вот и нужное мне отсутствие погодных эффектов. Применить. Активатор ярко сверкнул, выпуская вложенную в него силу, и ветер начал постепенно стихать, пока не замолк вовсе.

— Ведите, — я махнул рукой, и пара бойцов быстрым рывком подняла свинорыла на ноги и подтащила его ко мне.

Пара ударов кинжалом срубили с него веревки. Потрасюк непонимающе посмотрел на меня, а потом рванул прочь из пещеры. Ну да за этим его сюда и подвели — руки-то остались связаны, Активатор использовать не сможет. А вот я — да. Тело беглеца охватила зеленоватая аура, обострившая все ощущения. Мгновение спустя по нему ударил Каменный кулак, сбивший с ног и раздробивший кости. Закончила дело струя кислоты, что начала его постепенно растворять. Крики, переходящие в вой, оглушали даже в пещере, гуляя по ней жутким эхом.

— Так мы поступаем с врагами, — громко сказал я, обращаясь к столпившимся возле входа Игрокам, которые ошеломленно наблюдали за казнью.

Потрасюк еще корчился на песке: слабое заклятье убило его не сразу. Будь это обычный враг, он умер бы быстро. Даже пытки я бы ему простил, ведь смерть — справедливая плата за боль. Но эта тварь обожала свою работу, ему просто нравилось наблюдать за страданиями, мучать беспомощных жертв, даже получив от них информацию. А когда подопытные подолгу не попадались, он шел в квартал Черных Фонарей, покупая для своих игр рабов. Так что пусть прочувствует на себе хотя бы малую часть того, что делал с другими.

Тем временем вперед вытолкнули Иллару, беспомощно оглядывающуюся по сторонам в напрасной попытке спасения. Губы дрожат, слезы текут по лицу, остановившийся взгляд не отрывается от валяющегося снаружи тела — мне было бы ее даже жаль, если бы не всплывающие перед глазами портреты в Зале Памяти с навсегда застывшими на них друзьями и соратниками.

Скупые слова обвинения бывшего члена клана камнями канули в тишину. Свинорыл затих, стихия за пределами пещеры замерла, скованная волей Хаоса, а собравшиеся, отойдя от первой казни, суровели на глазах, с каждым вдохом проникаясь серьезностью момента. Сумма награды, назначенной кланом за голову предательницы еще до крайнего Малого турнира, стала последней точкой.

Я достаю из пояса небольшой свиток.

— Это заклятье каменного сна, Иллара, его сотворил по моей просьбе архимаг. Заклятье начертили на выделанной коже дракона чернилами, созданными с помощью крови великого духа. Потому что ничто иное не могло ни вместить, ни удержать вложенную в чары силу. Оно обратит твое тело в камень, а вылетевшую душу поймает и привяжет к нему на десять тысяч циклов, сохранив возможность чувствовать и ощущать. Пройдут века, сменятся эпохи, а ты так и будешь стоять, заточенной в камень, без возможности уйти к Реке душ, до тех пор, пока уста матери не произнесут твое имя, разрушив наложенные чары, или не минует срок наказания, отмеренный для тебя. Это мертвый мир, в нем нет даже капли жизни, заброшенный Осколок, который скоро покинет Игру. И ты останешься здесь навсегда, ты сохранишь чувства, разум, будешь все слышать и помнить, но не сможешь сделать ничего. Твоими спутниками будут лишь одиночество, темнота и безумие, которое, несомненно, скоро к тебе придет. И так год за годом, век за веком, пока не пройдут десять тысяч лет.

Девушка в ужасе упала на колени и в мольбе потянулась ко мне. В тот же миг свиток в моей руке рассыпался на сотни крохотных серых песчинок, обхвативших несчастную Иллару. На несколько долгих секунд, за ними не стало видно тела предательницы, а потом они пропали, став единым целым с целью заклинания. Перед нами стояло каменное изваяние, застывшее на коленях с поднятыми в мольбе руками и открытым в крике ртом.

— Так мы поступаем с предателями, — обернувшись, я посмотрел на стоящих вокруг меня Игроков. — Помните об этом. Вы всегда будете под ударом, вас попытаются обмануть, подставить, подкупить. В Игре Хаоса существуют тысячи способов обратить вас против своего же клана. И единственный способ этому противостоять — это доверие и честность. Даже оступившись, но признавшись в этом, вы в праве надеяться на искупление. На помощь клана в исправлении последствий совершенной ошибки. Или хотя бы на легкую смерть с шансом на достойное перерождение.

Я сделал короткую паузу. Казалось, под сводами пещеры раздавалось дыхание лишь одного человека — меня.

— Но если пойдете по дороге предательства, это, — я безжалостно указал на статую, — будет ждать вас в конце. Я сделаю все, чтобы добраться до предателей, я найду их, где бы они ни скрывались, куда бы ни уползли, и заставлю их пожалеть. Смерть покажется для них счастьем и избавлением. И я завещаю такой подход всем своим преемникам.

Никто не проронил ни слова. Я вглядывался в лица стоящих вокруг меня суров в надежде, что никогда не придется повторять подобное.

Мы выдвинулись в путь после недолгих сборов. Я стоял на выходе из пещеры, собираясь уйти последним, когда заметил Меджа, присевшего на колено возле безжизненного камня. Он что-то быстро царапал кинжалом на нем. Подойдя ближе, прочел имя — «Иллара».

— Зачем? — спросил у кота, закончившего свою работу.

— Ни одно наказание не должно длиться без конца, иначе оно само становится еще большим злом, чем изначальное преступление, — ответил он, твердо глядя мне в глаза. — А срок в десять тысяч лет все равно, что вечность.

— Мне нужен был пример, — ответил я, чуть опустив голову. — Иначе нас просто разорвут на куски. Дома, кланы, Ящеры, Летящие, Шепчущий, тихушники типа Водных и лишь Хаос знает, кто еще. Мы не имеем права проиграть, даже не приложив усилий для победы, Медж. Во имя тех, кому мы сможем помочь, во имя тех, кому мы уже помогли, мы обязаны выжить. То, что мы пытаемся сделать, важнее тебя, меня и тем более ее, — я кивнул на застывшее изваяние.

— Знаю, — ответил Медж, вставая, — и поэтому я здесь. Но все же, давай оставим судьбе крохотный шанс. Никто и никогда не произнесет имя, если не будет его знать. Если богам так будет угодно и здесь когда-то появятся разумные, пусть у них хотя бы будет ключ от ее темницы. Это нужно даже не предательнице — нам. Чтобы она ни сотворила, какие бы благие цели мы ни преследовали — надо постараться самим остаться людьми.

Слова друга заставили меня задуматься. Уроки Книги учителей непросто дались коту, но он пытается бороться. Душа требовала безоглядно согласиться, разум говорил об ответственности лидера, ведущего за собой других. В итоге я коротко кивнул, разрешив оставить надпись. Картина Пути исчерпала заложенную в нее силу, пройти через нее больше никто не сможет. Потускневший прямоугольник живого холста так и будет висеть всем в назидание в Зале Памяти, прямо рядом с теми, кого Иллара убила, показывая ее незавидную судьбу. Имени на статуе будет не разглядеть — слишком мелкая деталь. А у нас останется маленький шанс.

Дальше мы шли молча к точке переноса. Пара аспараи, оставшись за нашими спинами, подняли тяжелые молоты, чтобы обрушить вход в пещеру. Затем наступит время песка, который скроет под собой место свершившейся казни: воздаяния, памяти и забвения.

Глава 1. Защитники мира

Задумавшись, старый архимаг сделал глубокую затяжку, а после выпустил густое облако дыма, невесомым изящным парусником улетевшее под потолок. Несколько секунд глава Лиги охотников на монстров провожал его отрешенным взглядом, прежде чем снова заговорить.

— Мы не сможем тебе помочь в этом деле. Румия слишком далеко, постройка полноценного портала — это годы работы, а без него мы не имеем возможности перебросить серьезные силы. Да и на то, чтобы собрать их в единый кулак, тоже требуется время. Я и еще пара десятков бойцов могли бы прийти сразу, но это ничего не решит. Наших сил не хватит, чтобы закрыть врата и уничтожить стража, их охраняющего, — он кивнул на раскрытую книгу, лежащую перед ним на столе.

На левом листе багрово-красной тушью было выведено имя — «Азамай, Пламя Ярости», и ниже короткое пояснение: «Архидемон, лорд разрушения, входит в великую четверку столпов демонического Дома Ярости». Справа на пожелтевшей от времени странице были тщательно отрисованы высокая фигура демона, сжимавшего в каждой из четырех рук оружие, пламя, вырывающееся из его широко раскрытой пасти, чешуя, покрывающая все тело, и когтистые крылья за спиной, позволявшие твари не только летать, но и атаковать противников в бою. Описание ниже утверждало, что последние могут удлиняться на десятки метров, буквально нанизывая противников на костяные шипы. «Предводитель одного из Легионов Ярости, магический потенциал А+, немногим ниже по силе великих духов стихий. Владеет полным спектром чар, основанных на силе Огня, способен быстро регенерировать за счет пожирания смертных, умеет извергать пламя, владеет основами призыва, а в случае необходимости может открыть малые врата…» — продолжение текста само всплыло в памяти Туруха.

— Если бы демон был сам по себе, еще были б возможны варианты… — он задумчиво огладил бороду, не отрывая глаз от сферы, через которую транслировалась запись, сделанная Небесным наблюдателем. Прежде чем быть уничтоженным, тот успел показать все происходящее возле Огненных врат. Орды тварей, идущие сквозь них: гончие крови, суккубы, пожиратели плоти, головорезы, хозяева кнута, темные охотники, певчие ярости… — Но насколько я могу судить, — прищурился многоопытный маг, — в окрестностях Врат размещен Легион багряных топоров, подчиняющийся Азамаю, и его малая свита, а согласно предоставленным письменным отчетам, непосредственно около Врат был замечен Алый Господин, второй по силе из четверых «столпов». Также, кроме местных мутантов, которых можно не брать в расчет на общем фоне, Врата охраняют и Игроки из Дома Ящеров — полководцы, сотни боевиков и временами даже появляются владыки.

Да, разведчики хаоситов хорошо поработали, собирая эту информацию. Более того, слишком уж она подробная. Вероятно, это дело рук одного из защитников портала, сдавшего своих, — со стороны столько сведений так просто не добыть.

— Атаковать столь плотно охраняемую цель… — архимаг с сомнением качнул головой. — В прошлом наша организация уже сталкивалась с подобным, и те битвы слишком дорого нам обошлись. После последней Лига едва не закончила свое существование: три четверти из участвовавших в ней погибли, а Гелькар все равно обрушился в Бездну, сделав все жертвы напрасными.

За время своей жизни Турух понял одно: не во все сражения стоит вступать, а эта битва — точно одна из тех, которые надо избегать. Колоссальные риски и лишь смутная тень надежды, что обреченный мир удастся спасти.

— А что ваши? — решил задать он вопрос, весьма четко догадываясь, какой ответ услышит.

— Если Врата в ближайшие декады не получится закрыть, мы отступим. Сражаться в таких условиях, — юноша, сидящий перед ним, неопределенно повел плечом, — слишком опасно. Проще выждать время и пободаться с Домом Ящеров в другое время и в другом месте. Конечно, это огромные потери: мир только вошел в Игру, мы надеялись хорошо на нем заработать. Торговля, обмен и добыча ресурсов, плюс значимый промышленный потенциал, который мы надеялись использовать, но… с демонами воевать ради него мы не будем.

— Понятно, — глава Лиги кивнул. Что-то подобное он и ожидал услышать.

— А что Орден Порядка? — Рэнион, как утопающий, цеплялся за любую соломинку, способную склонить чашу весов в другую сторону. — В прошлом они уже вмешивались в судьбы миров, давая шанс людям, и если Лига поможет, поручившись за меня и доставленную информацию или вовсе напрямую обратится в Конклав Ордена, может быть что-то получится?

Но чародей отрицательно качнул головой, и эта надежда погасла в необычно старых глазах юноши.

— Ближайший форпост Ордена в трех десятках звездных систем от Румии, и там нет сколько-нибудь серьезных сил. Крохотная научно-исследовательская станция, не более того. О самой планете и ситуации на ней Хранителям равновесия неизвестно, и изучать вновь открытый мир они будут долго и тщательно, чтобы не допустить ошибок. Ко всему прочему, Орден редко вмешивается в магические конфликты, тем более такие. Если бы демоны просто вторглись в тот мир, каким-то образом сумев открыть врата, тогда да, шанс бы был, но не в этом случае. Их пригласили сами жители Румии, и по законам Ордена это рассматривается как внутренний конфликт. И там уже не так важно, все ли жители этого мира хотят, чтобы их дом канул в Бездну, или не все. Главное, что приглашение дано.

Выслушав ответ чародея, Рэн, не выдержав, горько рассмеялся:

— Как странно! Я, хаосит, для которого смерть и разрушения являются, по сути, работой и прямой обязанностью, пытаюсь спасти мир, а те, кто объявил себя защитниками Порядка и Справедливости, не готовы для этого сделать абсолютно ничего. И просто умывают руки, позволяя погибнуть целой планете.

После этих слов глава Очищающих опустил голову, не зная, что ответить.

В душе проснулось старое, почти забытое за годы искреннего служения чувство, и маг не сразу узнал его. Стыд? Да, это он, давно же ты меня не навещал, приятель. И чего же сейчас вздумал прийти, зачем? Ты же знаешь, что тут нет моей вины, всех не спасти. И все же ты здесь, и я знаю, почему.

Не выдержав, Турух поднялся со своего кресла и прошелся по просторному кабинету, а стены, будто по привычке, разбегались перед ним, давая еще больше места.

— Ты собираешься действовать? — он спросил резко, заставив вздрогнуть своего собеседника.

— Да, — чуть промедлив, ответил тот, явно удивленный напором.

— Как? В лоб Огненные врата не взять. Скрытно проникнуть?.. — он задумался, как бы стал действовать сам. Нет, там не пройти: ни прячась под невидимостью, ни используя пространственные складки. Прямая телепортация тоже невозможна. У врат наверняка выставлена защита, плюс сам портал, являющийся, по сути, дверью в Бездну, создает такие помехи, что ни одно заклятье перемещения вблизи нормально работать не сможет.

Тогда как? Заинтересовавшись задачкой, он несколько секунд перебирал в уме десятки вариантов, отбрасывая один за другим. Пока догадка внезапно его не осенила.

— Вы собираетесь ударить с обратной стороны Врат!

И глядя, как у хаосита вытянулось лицо, понял, что угадал.

— Хитро. И глупо, — прокомментировал он. — Но определенный шанс на успех есть. Я так понимаю, вы нашли союзников среди других демонических Домов, которых усиление Дома Ярости серьезно ослабит. Может сработать, если ваши сторонники ударят по внутреннему контуру Врат, отвлекая на себя защитников. В темных мирах мелкие нападения Домов друг на друга происходят регулярно, подгадить другому там считается за доблесть, и Дом Ярости вряд ли воспримет атаку как серьезную угрозу, но шумиху это создаст. И тогда крохотный, но шанс проскочить без серьезных боев к Вратам будет. Нужна соответствующая маскировка… И если действовать быстро… Я могу тебе немного помочь, — решительно произнес он, — но сначала предупрежу.

Архимаг порывисто подошел к манекену в рыцарских доспехах, сжимавшему ростовой шит. Расстегнув воротник, Турух осторожно вытянул из-за пазухи цепочку с небольшим медным ключом на ней. Пара пассов рукой, и на щите возникла крохотная замочная скважина, куда и был вставлен ключ. Три оборота, тихий щелчок, и на месте щита появилась легкая дымка портала. Приглашающий взмах руки старого мага и его скрывшаяся в тумане спина. Шаг вперед, и я вижу огромное хранилище, десятки стеллажей, уставленных ящиками, коробками, сундуками, стены завешены коврами, на которых висят головы чудовищ, повсюду виднеются стойки с оружием, а чуть вдали стоит частично укрытый брезентом тяжелый шагоход, выставивший вперед лазерные установки.

Тем временем архимаг быстро направился вглубь царства полок и спустя мгновение нетерпеливо окликнул меня, невольно залюбовавшегося диковинками, что притягивали взгляд буквально повсюду.

— Главная проблема в том, — начал рассказывать Турух, когда я подошел, — что демоны очень специфичный противник. Здесь, когда они прорываются в нашу реальность, со многими из-за их силы справиться непросто, но возможно, вопрос лишь в собственных навыках и ресурсах. А вот в темных мирах, как уже ставших частью Бездны, так и только отмеченных ее знаком, большинство магических артефактов просто не будут работать. Приборы, технооружие — все, что чуть сложнее каменного молотка, все эти электронные схемы, ускорители, излучатели и лишь боги знают что еще — как правило, просто сгорают при контакте с достаточно мощным темным излучением. А чем ближе мир к поглощению, тем излучение, соответственно, сильнее. И чем выше его плотность, тем меньше шанс успешного срабатывания. К тому же нужно учитывать, что практически каждая демоническая тварь является источником этого излучения, и чем она старше и сильнее, тем мощнее инфернальная аура вокруг нее.

— А с той стороны около Врат? — невольно уточнил я. Мне приходилось читать нечто подобное, но если не успел разобраться в подробностях — лучше уточнить у того, кто действительно в этом разбирается.

— Это сложный вопрос. Надеюсь, ты знаком с тем, как происходит падение миров в Бездну? — архимаг изучающее посмотрел на меня, словно решая, стоит ли ему продолжать разговор.

— В общих чертах, — ответил я. — За открытием врат следует вторжение, и если размер прорыва позволяет, поглощение местных. После истребления или подчинения жителей строятся от шести до девяти зиккуратов, с которых предводители демонов объявляют мир своим. И если никто в течение четырех полных оборотов планеты вокруг ее светила не оспорит это притязание силой, разрушив темные храмы и сразив всех провозгласивших захват, то мир постепенно выталкивается на изнанку вселенной в Бездну вместе со всеми, кто находится в нем. Демонов, что взошли на вершины зиккуратов, называют глашатаями, и после падения мира в Бездну они получают титулы лордов разрушения, забирая в свой лен владения возле храма вместе со смертными.

— Все верно, — кивнул архимаг, — но не до конца. Хотя об этом потом. Что происходит с миром дальше, как продолжается его «падение»?

Сказать, что я был удивлен, все равно, что промолчать. Мы постоянно ругаемся, посылая врагов и неприятности «в бездну», считая, что у нее нет дна, и тот, кто попал в нее, ушел с концами, а тут говорят, что у истории есть продолжение!

— Разве у миров, павших в Бездну, есть будущее?

— Будущего нет, — хмыкнул старичок, бодро перебирая свои богатства, — а вот падение есть. Оно продолжается и в Инферно: там нет единых территорий, как у нас. Миры раскалываются на части, растаскиваются по доменам, продолжают разрушаться и медленно растворяются, отдавая свою силу захватившим их демонам, опускаясь все ниже и ниже, пока не исчезнут совсем. Вся бездна — этакое многослойное болото из обрывков миров и реальности, чем глубже в Бездну, тем фрагментарнее осколки, тем слабее действуют законы нашей реальности, а темное излучение сильнее. Где именно, на каком уровне Дом Ярости решил установить обратную сторону Врат, я не знаю. Выше — ближе к границе изнанки и проще организовать прорыв, ниже — глубже в их владения и проще защищать. Но в любом случае, портал отрыт, связь с нашим миром установлена, и его законы будут частично проникать в Бездну, как и ее излучение в отмеченный ее присутствием мир. Да где же она? — он окинул взглядом стеллажи, затем книжные шкафы, плотно стоящие вдоль стен. — Ага, вспомнил! Под головой синего дракона.

Турух быстро направился к голове чудовища, висевшего на стене в дальнем углу зала.

— Вернемся к поглощению миров. Я так понимаю, ты читал урезанную копию Экзистерамуса. Один из его разделов как раз рассказывает о падении Даррутана, довольно полная работа, но там написано не все. А вот и оригинал…

Маг осторожно открыл стеклянную дверцу книжного шкафа и вытянул оттуда книжицу, превратившуюся в его руках в огромный фолиант с тяжелыми металлическими застежками. Опустив книгу на воздух и позволив ей парить перед собой, волшебник принялся быстро ее листать.

— Вот он!

Глава Лиги торжествующе ткнул в один из листов, где на рисунке был изображен портал, похожий на тот, что я видел на Румии: черно-багряные монолиты, между которых полыхает сама Бездна, а сверху над вратами парит нечто безумное, похожее на огромный ком, состоящий из перемешанных между собой сотен человеческих тел с застывшими гримасами боли на лицах и ртами, открытыми в беззвучном крике.

— Бесформенный, Страж Врат, — кивнул на него архимаг, — ключевая фигура в захвате и последующем поглощении мира. При открытии портала он в буквальном смысле соединяется с ним. Его жизнь, сила, он сам — это и есть, по сути, врата, их уничтожение — его гибель. Но при этом сам демон становится невероятно силен, пропуская через себя потоки силы, соединяющие между собой два мира. Смотри, — он указал на следующий рисунок, где были изображены черные монолиты, меж которых полыхало пламя ада. Там, на ступенях, ведущих к ним, лежал поверженный юноша в тоге с прекрасным лицом, искаженным в муке невероятной боли, и рядом с ним — его расколотая арфа.

«Гибель Туасена» — гласила краткая подпись под рисунком.

— Туасен был полубогом, — пояснил архимаг, — одним из трех сыновей Турениса, покровителя искусств и науки, хранителя вдохновения. Туасен сражался в своем мире на своей территории, где у него были сотни тысяч почитателей, чья вера и сила подпитывали его. И он проиграл.

Следующая страница снова показала Бесформенного, разросшегося до размера врат. И одно, особо выделенное в его массе лицо, застывшее в отчаянном крике, принадлежало раньше юноше, погибшему на ступенях врат.

— Я показываю это, чтобы ты понял и осознал всю степень риска, на который идешь. После смерти печать Хаоса не будет защищать твою душу. И если все-таки решишься продолжить, то чтобы был готов к тому, что встретишь, понимал всю сложность и опасность грядущего боя. Румии, скорее всего, уже не помочь, этот мир практически обречен: нет бога-заступника, способного остановить вторжение, нет сильных магов или технологий высокого уровня, что могли бы дать шанс если не победить, то хотя бы спасти часть жителей. Вступать в эту схватку — значит зря растрачивать силы, которые могли бы позже понадобиться в других боях, где шансов на победу было бы больше.

Взглянув на своего собеседника, стоящего с сосредоточенным лицом, старый архимаг качнул головой и устало вздохнул:

— Так понимаю, мне тебя переубедить не удалось.

Рэн отрицательно качнул головой.

— Я должен попробовать. Я дал себе слово, что буду щитом и мечом для тех, кто сам себя защитить не сможет, и если есть хотя бы тень надежды, обязан попытаться, а иначе зачем это все? Чего будет стоить мое слово, мои обещания, пусть даже данные самому себе, если я сразу сдам назад, едва столкнувшись с сильным врагом, даже не попытавшись что-то сделать?

Архимаг задумался над прозвучавшими словами. Были ли они искренними? Неужели юноша настолько… прост и идеалистичен? И Лига зря поставила на него. Или же хаосит всего лишь не хочет раскрывать все свои козыри?

— Знаешь, ты мне сейчас очень напоминаешь моего друга Кируталя по прозвищу Щит Небес. Он был паладином, погиб, когда ему еще не было тридцати, но сверкал словно метеор, сорвавшийся с неба, чтобы в своем недолгом полете осветить всю землю. Надеюсь, ты проживешь намного дольше, чем он, и со временем станешь мудрее. Дело, что ты пытаешься основать, сейчас все равно, что росток, пробивающийся к солнцу. Погибнет лидер — распадется клан — соратники разбегутся — и все твои идеи и устремления рассыпятся прахом. Игре Хаоса не помешало бы стать немного… хаотичней, сейчас у вас там, по сути, филиал ада, и шанс на появление альтернативного пути, на мой взгляд, важнее, чем гибель одного, почти обреченного, мира.

— Почти, — коротко произнес Рэн.

Архимаг испытывающее посмотрел на него, особенно остро пожалев о невозможности ментально повлиять на своего молодого собеседника, просто стерев из его разума этот бред.

Чуть задумавшись, он махнул рукой и направился к одному из стеллажей.

— Если я не могу тебя отговорить от этой авантюры, то хотя бы немного помогу, увеличив шансы на победу.

Турух пошел в дальний конец зала и, сняв с полки бархатный футляр, осторожно его приоткрыл. Внутри, на черном шелке, лежал кулон. На тонкой цепочке из красного золота в оправе из орихалка, покрытого рунической вязью, пульсировал алый бриллиант, в глубине которого, переливаясь от силы, горело крохотное перышко, едва видимое в недрах бриллианта.

— Щит абсолютного пламени, — негромко произнес маг, любуясь вместе с хаоситом миниатюрным сокровищем. — Внутри камня — перо царя фениксов Манатала, и пока оно не исчерпает свою силу, кулон делает хозяина абсолютно неуязвимым к любым атакам на основе этой стихии. Сила Азамая, его основные ударные заклятья — все это Огонь, пусть и оскверненный, но все же. Щит ненадолго от них защитит, дав тебе время. Немного, но порой секунда ценнее, чем целая жизнь. Теперь это, — снова недолгая прогулка вдоль полок хранилища и очередная коробка, внутри которой обнаружилась грубая рыбацкая сеть, которую архимаг с огромным почтением взял в руки, прежде чем протянуть своему спутнику. — Сеть святой Eлены, долгие годы служившая ей единственной одеждой. Годы молитв, боли, испытаний и неиссякаемой веры, что тверже скал и ярче света — она все это впитала в себя. Если сможешь накинуть ее на демона, то частично заблокируешь его возможности. Летать он точно не сможет, а там — главное сблизиться и суметь нанести удар.

Рэнион с благодарностью принял одолженные артефакты и аккуратно убрал их в защищенный карман сумки.

— Для уничтожения врат тебе потребуется нечто, несущее в себе подлинный Свет, в идеале что-то, хранящее в себе частичку воплощающих его богов. К сожалению, у меня ничего подобного нет и раздобыть такое быстро вряд ли получится. Схожие артефакты очень редки и невероятно дороги. В бою на карты особо не рассчитывай, они могут не сработать или бить не в полную силу. Врата и территория возле них хоть и соединяют оба мира, все равно остаются в Бездне, а там властвуют другие силы и законы, отличные от нашей вселенной. Так, теперь это, — старый чародей снова решительно пошел вдоль стеллажей, и все, что оставалось начинающему охотнику на монстров, это следовать за ним, собирая протягиваемые предметы. Колбы с зельями, свитки с заклинаниями… Пусть Лига не может сама выступить в этом бою, это не значит, что она оставит без поддержки одного из тех, кто на него решился.

Через полчаса старый волшебник еще раз оглядел своего собеседника, бережно складывающего вещи в сумку, думая над тем, что еще он может сделать. Но тут все зависело от времени, а вот с ним беда. То, чем он мог помочь прямо сейчас, он уже отдал, а все остальное нужно искать… Рэн уже закончил, когда Турух с досадой хлопнул себя по лбу.

— Совсем старый стал!

После чего, посерьезнев, официальным голосом провозгласил:

— От имени Лиги, как ее глава, я официально поручаю тебе миссию по закрытию Огненных врат и спасению мира Румия. Задание не обязательное к выполнению, и ты можешь отказаться в любой момент. Награда за исполнение — двести тысяч универсумов и получение ранга рыцаря Лиги в случае успеха.

Это сразу на две ступени поднимало текущий статус Рэниона в рядах Очищающих и существенно повышало его возможности. И только Турух, как глава Лиги, мог установить подобную награду. Конечно, многие будут ворчать, но пусть сами попробуют хотя бы просто сунуться к вратам Бездны и остаться в живых после этого.

*****************

Саймира равнодушно смотрела сверху вниз на суетящийся и никогда не спящий город, удобно устроившись на диване, установленном на антигравитационной платформе. На столике перед ней дымился кофейник, рядом стояла тарелочка со сладкой выпечкой, и анир вяло ковырялась в пирожном больше для того, чтобы отвлечься, толком не ощущая ни вкуса десерта, ни аромата кофе. Ее мысли сейчас были слишком далеко.

— Госпожа, — хозяин кафе лично подлетел к непростой гостье, слишком хорошо помня, с кем она сюда вошла. Медальон с символом гражданина Парящего города уже выделял ее спутника среди тех, кто посещает кофейню, но его аура… За годы работы ресторатор привык считывать эмоции своих посетителей, их чувства и поверхностные мысли, это помогало в работе, позволяя предугадывать желания клиентов, а там… Там была лишь пустота, скрывавшая под собой всё. Не было даже малейшего отзвука ментальной активности! И это пугало. Раньше он с подобным никогда не встречался, а значит, его кофейню посетил кто-то по-настоящему опасный, возможно, даже один из подлинных хозяев Города-в-Пустоте!

Поэтому девушка была обслужена по высшему разряду: лучший кофе, вкуснейшие пирожные, приготовленные лично шеф-поваром, и ненавязчивое внимание от самого хозяина заведения.

— Что-нибудь еще? — вежливо уточнил он. Гостья скучающее посмотрела на него и после отрицательно качнула головой, снова погрузившись в свои мысли.

Хозяин, склонившись в полупоклоне, быстро отлетел от нее, отсчитывая минуты до момента, когда она уберется из его кафе.

— Здесь свободно? — голос Рэна заставил анир отвлечься от тяжелых дум и с вопросом заглянуть в глаза.

— Ну, как все прошло? — порывисто спросила она, привстав со своего места.

— Даже лучше, чем мы ожидали, — довольно ответил глава Проводников, весело ей улыбнувшись. — Старик не только открыл нам задание на двести тысяч с поднятием ранга, но и залез в свои закрома, выдав то, что может реально помочь. Удачно вышло: одним выстрелом подстрелили двух зайцев, взяв плату и с нага, и с Лиги. Еще бы с Орденом Порядка наладить связь… Уверен, мы бы и там смогли получить нечто полезное. Думаю, в будущем нужно попробовать установить с ними прямой контакт через ту же Лигу.

От этих новостей, несмотря на радостное настроение Рэна, Сай потемнела лицом и сразу осунулась. Она надеялась услышать совсем другое, что Лига или Орден Порядка, да кто угодно, хоть сами боги, слезшие, наконец, со своих небесных тронов, займутся этим делом! А они смогут просто заняться своими делами. Им надо развивать пивоварню, наращивать производство и логистику, выходить со своим продуктом за пределы игрового поля. Наг безусловно помог, передав в рамках договора двух слуг, алхимика и винодела, и те неплохо организовали процесс, командуя рабами, которым, по окончанию контракта, была обещана свобода и дорога домой, но работы все равно еще непочатый край — Рену не нравился такой подход и он настаивал на максимальной автоматизации производства. Знакомые ивлиры согласились помочь с универсальными роботами, но дело все равно непростое. Многообещающий проект по созданию артефактной мастерской в зачаточном состоянии. Производство собственных зелий надо развивать всеми силами, раз у них теперь даже собственный алхимик есть и можно не ограничиваться помощью одного Пухлика. Медицинский блок в клановом доме принес бы Проводникам много пользы. А Дом Тайн? О владении столь уникальным и дорогим имуществом она узнала буквально сегодня, когда Рэн, утонув в финансовых делах, благополучно спихнул их на нее. Его же надо обустроить, заплатить за охрану, привести в приличный вид и вообще понять, что с ним делать дальше!

А ведь это лишь верхушка айсберга, хватает и других дел, более мелких и рутинных. В конце концов, они набрали много новых людей, а их всех надо кормить и поить. «Серое» почему-то никто жрать не хочет, всем подавай нормальную еду. И обо всем думать ей самой. А еще есть участок в Портальном, столице Форлейга, — очередная головная боль: место уже выбрали, и теперь надо придумать, как эту помойку расчищать. Сроки пока терпят, но они не бесконечные, если же проблему постоянно откладывать, не успеешь оглянуться, как закончатся, и с клана спросят о выполнении взятых на себя обязательств.

Все это требует внимания, но кажется настолько мелким и неважным по сравнению с тем, что ей снова предстоит… Ждать, снова ждать, как тогда, у Арены, не зная, выйдет ли кто-то из врат или все ее планы и возня окажутся бессмысленными, никому не нужными, потому что его уже нет. Для себя она твердо решила, что до возвращения Рэна просто не покинет его дом, и если гостевой ключ начнет сигнализировать о скором разрушении острова, не станет суетиться, а исчезнет в пустоте вместе с ним, как та женщина, что не дождалась своего мужчину с Турнира тысячелетия. Так проще и честнее, чем пустая жизнь без него, утратившая смысл. Смотреть, как разваливается клан, как все их планы осыпаются прахом, как рушится дело ее рук, их надежды. Нет, лучше так. Хорошо бы, это было не больно, но если что — яд у нее всегда есть.

Видимо, мысли отразились на лице, потому что Рэн, придвинувшись ближе, взял ее за руку и, заглянув в глаза, негромко сказал:

— Эй, я иду туда не для того, чтобы погибнуть. Это не битва у последней стены, за которую уже не отступить, я не собираюсь по-глупому рисковать, мне есть, для кого жить, и есть, к чему стремиться. В конце концов, это не опаснее всего, что было со мной раньше. Я сражался и побеждал тогда, когда даже тени надежды не было, а сегодняшняя операция чуть опаснее обычных торговых рейдов, которые я регулярно проводил по Осколкам. В конце концов, со мной идет его темнейшество, и уж он точно погибать не собирается, у него планов до конца вечности хватит.

— Главное, чтобы он твоими костями не выложил себе очередную ступеньку к трону, — возразила Саймира. — В таком деле он и своих бы не пожалел, что для него ты.

Рэн неопределенно пожал плечами, после чего глянул по сторонам и предложил:

— Давай немного пройдемся по городу. А потом… Насколько я помню, у нас еще много дел.

Глава 2. Хозяйка Грез и Кошмаров

Тук-тук.

Стук костяшек пальцев по дереву заставил Нию испуганно вздрогнуть и выпустить из рук книгу, которую та, увлекшись, листала. Окованный корешок гулко ударился об пол. Сердце замерло на вдохе и резко пустилось вскачь…

Несколько дней назад девушка решила воспользоваться удачным моментом и закончить, наконец, с переездом, чем с удовольствием сейчас и занималась. Когда Рэн выдал ей ключ от своего дома, она, схватив лишь небольшую сумку с вещами, пару милых сердцу безделушек да книги, что читала в тот момент, надолго зависла на берегу моря. Если б не голод, заставлявший время от времени возвращаться в коттедж, Ния, наверное, так и жила бы на белоснежном песке.

Лишь спустя месяц жажда видеть, чувствовать и осязать бесконечный бег сверкающих волн чуть отпустила. И первая же вылазка в Двойную Спираль вызвала досаду и… обиду. Вечно меняющийся Город поместил вход в ставший ее убежищем карман прямо около резиденции Совета Старших! Такого количества сторожевых артефактов и камер наблюдения, как там, не было больше нигде.

Пришлось ждать. Изменения за изменениями волнами пробегали по владениям Хаоса, привычно перемешивая дома и меняя их облик, только вот созданные древними полководцами и владыками складки пространства держались крепче и перемещались не так часто, лишь путь к ним менялся. Наконец вход оказался вдали от резиденции — но рядом с крупным карточным домом! А потом… потом Шепчущий расставил слишком много маячков и слуг со сканерами мозговых волн, особенно в таких глухих уголках. Раз или два пройти было б можно, но в старом доме осталось столько книг и ценных записей!

Долгие годы в Колыбели богов книги были ее единственным утешением, верными друзьями и спутниками, не позволявшими сойти с ума, и расставаться с ними ожившая кукла не собиралась. Мастер, изготавливавший сумки для Игроков, сомневался, что артефакты будут работать в других руках, но не посмел отказать эмиссару Владыки. Нашел понравившийся Нии чертеж, долго подбирал и добывал материалы самого лучшего качества, провел ритуал воплощения. Удобный и вместительный рюкзачок был готов, осталось подловить подходящий момент.

Тут и наг, видимо, за год успокоился либо занялся другими проблемами, отозвав рыскавших по городу наблюдателей. И вот теперь она бережно укладывала в рюкзак свое богатство. Книги по основам волшебства, учебники по магии созидания и разрушению чар, конспекты по теории разработки и сочетаемости заклятий. Дневники с записями о раскладе сил в Двойной Спирали, заполненные разным почерком и с далеко отстоявшими друг от друга датами. Легкомысленные томики стихов и богатая подборка легенд из самых разных уголков Радуги миров. Справочники по материаловедению, электронике и ритуалистике. Туда же отправились шар-светильник, под которым так удобно читать, и кружка с милым зайчиком, «одолженная» ею в одной из торговых лавок в самые первые дни в Городе.

Увлекшись, она забыла о времени. А тут еще книга в руках оказалась интересная… Не желая слышать грязные и жестокие помыслы большинства окружавших ее Игроков, девушка воздвигла ментальный барьер, отсекавший от чужих чувств и мыслей, но все же по привычке держала вокруг себя сферу ментального присутствия, контролируя наличие любого разума в радиусе сорока шагов. Этого было более чем достаточно.

Поэтому стук в дверь, раздавшийся буквально в двух шагах за спиной, выбил ее из колеи.

Книга с грохотом шлепнулась на пол, девушка дернулась и растерянно обернулась. Эрмис, дремавший рядом, почувствовав ее волнение, тоже вскочил, водя ушами по сторонам и принюхиваясь. Он же первым заметил незваного гостя, неспешно вползшего в дверной проем.

— Я пришел не со злом, — Шепчущий поднял руки вверх, ладонями к хозяйке, демонстрируя мирные намерения. — Просто хочу поговорить.

Ния испуганно отпрянула назад, не зная, что делать. Все выученные заклинания разом вылетели из головы. Кот прыгнул вперед и, выгнув спину, грозно зашипел, всем своим видом показывая, что не бросит своего друга.

— Тише, тише, — произнес успокаивающе наг, не опуская рук. — Обычный разговор, без каких-либо злых намерений. И, если что, напоминаю — ты в цитадели Хаоса, отмеченная силой Господина этого места. При всем желании я не смогу причинить тебе вреда, даже если б мне пришла на ум подобная глупость.

Слова неожиданного визитера немного успокоили Нию, напомнив об основных законах Двойной Спирали, которые она с перепугу банально забыла.

А наг тем временем вежливо наклонил голову, продвинулся вперед еще на полшага и постарался завязать разговор:

— Меня ты знаешь, а как мне к тебе обращаться? Ния, верно? — и, указав за широкую скамью у стены, словно извиняясь, уточнил: — Я присяду?

Дождавшись утвердительного кивка девушки, сел, пытаясь устроиться поудобней. После чего, внимательно посмотрев на хозяйку, спокойно произнес:

— Для начала хочу тебя заверить, что не имею к тебе никаких претензий. Тот маленький инцидент на Аукционе, когда ты пыталась просканировать меня, я считаю полностью исчерпанным и забытым. Поэтому предлагаю начать наше общение с чистого листа. Если ты не против.

Не понимая, что происходит, Ния все же опять утвердительно кивнула. Претензий к нагу у нее действительно не было. Да и не могло быть, так как она с ним просто не общалась и никак лично не соприкасалась. Рэн жив, Саймира тоже в свое время спокойно расторгла контракт с Домом Змеи и занимается делами своего клана.

— Как вы меня нашли? — все же спросила девушка. Это ее действительно сильно беспокоило, ведь она была уверена, что надежно укрылась от ищеек нага, тщетно искавших ее по всему городу последний год.

— На самом деле это было несложно, — небрежно пожал плечами наг. — Двойная Спираль, несмотря на все свое многообразие, все-таки довольно небольшое место, долго эти игры в прятки продолжаться не могли. Ты же умный человек и сама это должна понимать. К тому же ты себя выдала.

И увидев, как удивленно взлетели брови против воли заинтересовавшейся собеседницы, пояснил:

— При приеме новичков в клан ты смогла отловить пару моих агентов, которых я собирался внедрить к Проводникам. У кандидатов были подходящие для вас взгляды и история, их должны были принять. Пару же ментальных закладок, спрятанных в глубинах памяти, мог заметить только как минимум очень хороший маг с уклоном в управление разумом. А откуда такому взяться у Рэна? Про этих убогих, так называемых Проводников Хаоса, даже думать смешно — у них профи такого уровня никогда не было, я проверял. Вывод прост: работал специалист со стороны. К тому же старшие офицеры клана обзавелись очень хорошими ментальными барьерами, что само по себе ожидаемо при резком взлете и появившихся финансах, но качество защиты было уж больно высоким.

Наг, не вставая, коротким поклоном отметил великолепную работу Нии.

— Я знаю несколько умельцев, способных на подобное, но не представляю, как Рэн вообще смог бы на них выйти. И они не стали б помогать с отбором новичков. Поэтому приставил ищейку, но не ментальную, ее бы мастер в данной области заметил и обошел, а ту, что способна улавливать и запоминать запахи тела. Пришлось проверять данные всех, кто покидал клановый дом Проводников, отсеяв его членов и прочие постоянные контакты. В результате нашелся один запах, обладательницу которого почему-то никто не видел и не помнил. Затем проследил, и дорожка запахов привела нас к дому Рэна. Недавно постоянный след проявился вновь, осталось лишь посмотреть, куда он ведет. И вот я здесь.

Шепчущий развел руками, показывая, как легко все это было.

Запахи, об этом они не подумали… Хотя она предлагала оставить тех двоих, но Рэн был категорически против: решил, что на этом поле, фактически без опыта, они признанного владельца лучшей шпионской сети не переиграют. Да и вкладывать немногочисленные ресурсы и силы в чужих агентов он не хотел, «сейчас не время для сложных игр». Его слова она помнила хорошо.

А еще, во всем этом рассказе кое-что не сходилось.

— Если смогли меня вычислить сразу после турнира, то почему ваши ищейки за мной гонялись весь этот год?!

Добродушная усмешка на пол-лица.

— А я вовсе и не тебя искал.

Повисла пауза.

— И что теперь? — девушка с вызовом посмотрела на нага, ничуть не убаюканная его словами, что он не собирается причинять ей вреда, слишком отчетливо понимая, с кем имеет дело.

— Поговорим, — снова повторил Шепчущий уже сказанное им ранее. — На данный момент это моя единственная цель.

— Хорошо. И о чем же? — спросила Ния, по-прежнему держась настороже.

— Скоро мы с Рэном отправимся в одно место, из которого без тебя вряд ли вернемся. Это я и хочу обсудить.

Гость многозначительно посмотрел на Нию, а та, от услышанного растерявшись, шагнула назад, споткнулась о разложенные книги и чуть не полетела на пол. Наг подхватил ее с помощью телекинеза, не дав упасть, а затем придвинул к ней стул и осторожно усадил на него девушку.

— Для начала, чтобы избежать любых подозрений… — он поднял руку, призвав перед собой Книгу, на которую и опустил ладонь. — Клянусь не произносить ни слова лжи в течение ближайшего часа и честно и полно отвечать на любые заданные мне вопросы, касающиеся общих с повелителем Рэнионом дел.

Книга засветилась, принимая клятву, и исчезла.

— Теперь, когда барьер недоверия между нами убран, я тебе кое-что расскажу для лучшего понимания происходящего, а ты меня внимательно послушай и, пожалуйста, не перебивай. Через пять дней мы с Рэном должны отправиться в Бездну, он уже согласился принять в этом участие, и этот его шаг был неизбежен. Рейд необходим для того, чтобы закрыть Огненные врата, грозящие обрушить Румию в мир демонов, сделав ее одним из темных миров. Не скрою, эта миссия очень опасна, и шансы успешно ее завершить у нас не слишком велики. С твоей помощью вероятность как положительного исхода, так и выживания существенно возрастет. Поэтому я здесь и сейчас разговариваю с тобой.

Ния, еще не до конца пришедшая в себя от того, что ее нашли, несколько минут пыталась осознать слова нага. Удивление, ошеломление, страх и легкая паника… все это легко читалось на ее лице.

— Но почему он мне ничего не сказал? — наконец прошептала она, все еще не до конца веря в реальность происходящего, непроизвольно обхватив одной рукой другую и прижав их к себе, будто замерзла.

— Потому что он тебя любит, — спокойно произнес Шепчущий, внимательно наблюдая за собеседницей.

Та отлично могла контролировать свой разум, но тело говорило за нее, невольно выдавая потаенные опасения хозяйки. Как все же странно: огромная ментальная сила — и абсолютное отсутствие контроля собственных жестов и мимики, словно она лишь недавно стала обладательницей этой оболочки. Ничем иным подобные реакции наг для себя объяснить не мог. Техники контроля собственного поведения едва ли не первооснова во всех известных ему ментальных школах, основанных на силе разума. Сначала контролируешь свое тело, потом разум, затем, используя правильное дыхание и движения, — чужое тело, и лишь потом переходят к контролю чужого разума напрямую — это основы, которые проходил любой менталист. А у нее они полностью отсутствуют, и это странно.

Размышления не мешали ему продолжать говорить, закидывая в разум собеседника все новые крючки и маятники.

— То, что он тебе ничего не сказал, своеобразное проявление его заботы, попытка избежать лишних волнений с твоей стороны, как я полагаю. Впрочем, я могу и ошибаться.

— Это правда? — Ния испытывающее посмотрела на нага. — Я не верю вам и вашим клятвам, слишком хорошо знаю, как в Двойной Спирали научились их обходить.

— Не доверяешь мне? — усмехнулся Шепчущий. — Это правильно. Тогда проверь разум Саймиры, мы буквально день назад согласовывали условия сделки и моей платы за помощь Рэна в этом рейде.

Это аргумент. Проверить надо будет в любом случае — она и так слишком увлеклась переездом и все это время не мониторила клан на предмет посторонних закладок. Девушка чуть откинулась назад и слегка прищурилась. Обдумав все услышанное, уточнила:

— Допустим, все это правда. Но что вам нужно от меня?

— Мне нужен сильный маг разума, — ответил наг, слегка подавшись вперед. — Точнее, даже не маг, а Владыка мыслей. Без него пробиться к Вратам будет очень сложно, почти невозможно. На сами Огненные врата и на территорию рядом с ними Алым Господином наложено заклинание Колесо фатума, оно ослабляет любые прямые воздействия на них с проявлением основных стихий, Огня, Воды, Земли и Воздуха, даже ударные заклинания высшего порядка окажутся не сильнее Огненной стрелы, а простейшие чары просто не сработают. Это лишает нас большей части доступных средств и все очень усложняет: даже без такой защиты пробиться к важному порталу крайне сложно, а с ней наши шансы минимальны — на уровне статистической погрешности.

Показной тяжелый вздох не смог полностью скрыть промелькнувшую в глазах тень раздражения. Наг хитро улыбнулся и азартно подтянул к себе кольца хвоста:

— Заклятие защищает от прямых атак первостихий, но не от воздействия на разум защитников. С одной стороны, многие демоны владеют ментальными приемами, но не на высоком уровне, поэтому общей защите в этой сфере уделяют мало внимания — достаточно личной устойчивости. С другой стороны, о серьезной магии разума речь идет только в отношении архидемонов и их приближенных, которых единицы. И вот в эту щель открывшихся возможностей нам и надо проскользнуть, нужно лишь найти сильного менталиста, способного оказывать площадные воздействия. Их и так очень мало, а тех, кто согласится отправиться в Бездну, — вообще ни одного.

Короткая пауза подчеркнула серьезность сказанного и направила мозг собеседницы в ловушку логических рассуждений, заставляя непроизвольно искать за нага решение. И прежде, чем Ния успела бы отчаяться от бессилия найти выход, опытный змей веско, размеренно выговаривая слова, закончил:

— Мне нужна твоя помощь, Ния, точнее, нам с Рэном, чтобы напрасно не рисковать и иметь хоть какой-то шанс достичь успеха… И вернуться живыми.

Девушка, даже чувствуя, как ораторское искусство собеседника пытается вести ее за собой, с трудом отогнала стоящие перед мысленным взором картины.

— И все же, если весь ваш план так зависит от мага разума… и подходящих исполнителей нет… почему Рэн ничего мне не сказал? — снова растеряно прошептала Ния. — Ему было бы достаточно просто попросить, и я бы ему никогда не отказала.

— Ты же знаешь, — заботливо произнес наг, придвинувшись чуть ближе, — он — герой, который согласен рисковать лишь собой, но никогда не подставит под настоящую угрозу своих близких. Предложить ему подобное я даже не рискнул, зная, как он на это отреагирует.

И, увидев, как согласно качнулась голова Нии, понял, что очередная его стрела попала точно в цель.

— Что нужно будет делать? — задумчиво уточнила девушка. — Я раньше не сталкивалась с демонами, и не уверена, что смогу надежно их подчинить. Это иное сознание и мышление, а сконцентрироваться и твердо удерживать контроль над множеством разумов в боевой обстановке будет сложно.

— Понимаю, — кивнул наг, — поэтому я и пришел к тебе с небольшими подарками.

Шепчущий приоткрыл сумку, висящую на боку. Пара манипуляций, чтобы открыть защищенный карман, и он извлек оттуда черную бархатную подушку, на которой, переливаясь, лежали всего два предмета: воздушная диадема, украшенная двенадцатью драгоценными камнями, ярко сверкнувшими в свете ламп, и небольшой золотистый скипетр, в навершии которого разными цветами переливался дымчатый сапфир.

— Тиара разума и Скипетр воли, — негромко произнес змей. Оглядевшись по сторонам и не найдя подходящей горизонтальной поверхности, он просто оставил висеть предметы в воздухе. — Принадлежали последней хозяйке Облачного замка фате Моргане. Созданы больше шести тысяч лет назад Владыкой Снов, Повелителем Кошмаров в подарок для своей дочери, первой из фат. Тиара, — он осторожно указал на хрустальный венец, — усиливает ментальные способности своей хозяйки, и, насколько мне известно, хранит в себе память и знания всех тех, кто владел ею раньше. Точные свойства этого предмета мне до конца неизвестны, так что тебе предстоит самой разобраться с ними, если, конечно, ты согласишься принять этот дар. Скипетр же проецирует в реальность волю своей владелицы, позволяя материализовать иллюзии, концентрировать и усиливать их, с помощью разума воздействуя на мир вокруг. Опасная вещь, — с сожалением произнес наг, глядя на парящие перед ним символы власти.

— Вы жалеете об их утрате? — уточнила Ния, с опаской глядя на висящие перед ней предметы. — Почему?

— Лично для меня они бесполезны, но… слишком огромная сила в них таится, — со вздохом признался наг, все еще глядя на них. — Чтобы их заполучить, при штурме Облачного замка умерло почти три десятка сильнейших бойцов, а сколько времени и сил было приложено, чтобы заманить их хозяйку в нужное нам время и место… — он печально качнул головой. — Люди вообще не должны владеть предметами подобной мощи. Это путь старших рас — управлять и подчинять, дорога младших — это служение. А такие предметы меняют существующий расклад сил, создавая опасные иллюзии и мечты.

— Тогда почему вы отдаете их мне? — вкрадчиво поинтересовалась девушка, внимательно наблюдавшая за гостем.

— Выхода нет, — тихо произнес тот, слегка опустив плечи. — Без сильного менталиста шансов на успех задуманного почти нет, и если я не найду Владыку мыслей, придется просить помощи у таких сущностей, с которыми не хотелось бы связываться никогда. Среди наемных специалистов такого уровня безумцев нет, хотя я и предлагал деньги, за которые чуть ли не целую планету купить можно. Не закроем врата — теряем Румию, а это — стратегическое поражение альянса, что и так неустойчив, подобный проигрыш чреват поражением во всей войне. Сначала побегут малые, потом те, кто сильнее. Ящеры найдут, чем их перекупить или запугать, и в конце я останусь один против них всех. А это смерть, рано или поздно, но конец неизбежен. С Ящерами я теперь точно не договорюсь, а значит надо рисковать и чем-то жертвовать. Да и без Книги снов подлинной хозяйкой Облачного замка тебе все равно не стать…

Наг внезапно дернулся, словно пробуждаясь, затем как-то странно посмотрел на Нию.

— Сильна… — негромко протянул он. — Внушить ментальное сродство так, что я этого даже не заметил, обойдя защиту разума. Браво, — он несколько раз хлопнул в ладоши. — Я рад, что в тебе не ошибся.

— А где Книга снов? — уточнила Ния, не обратив никакого внимания на похвалу. Как и на то, что собеседник вышел из-под наведенного воздействия.

— Не знаю, — буркнул наг. — После гибели хозяйки замок начал исчезать. Это, — он кивнул на предметы на подушке, — всё, что наши бойцы успели взять с тела последней из фат. Для поиска Книги времени уже не оставалось.

— А зачем вы их хранили столько лет? — задумчиво поинтересовалась девушка, разглядывая корону и скипетр. — Представители вашего вида их использовать не могут — только девы из рода людей, это условие их создателя, — способность видеть магические потоки и разбираться в артефактах однозначно показали ей это.

— Старый владыка Дома хотел принести их в жертву змеиным богам после завершения Игры, — пожал плечами наг. — За подобные трофеи, которые ко всему еще и созданы враждебным богом, можно получить очень немало. Фаты в прошлом не раз мешали нашему народу, всегда вставая на сторону людей. Они были разными: добрыми, коварными, злыми и капризными. Но в случае глобальных угроз всегда выступали защитницами бесхвостых. Из-за этого Сет и решил их устранить, отдав прямой приказ прошлому главе.

— Понятно, — кивнула Ния. — Даже если я соглашусь помочь, мне понадобится время, чтобы ими овладеть, а вы сами сказали, что до рейда осталось всего несколько дней. Я банально не успею их изучить и научиться пользоваться всеми возможностями, при всем моем желании. Тем более, здесь не все артефакты, а они могут быть взаимосвязаны, тогда все еще более усложнится.

— Знаю, — буркнул наг, доставая из сумки небольшой шар. — Поэтому предлагаю воспользоваться Сферой медленного времени, творением Древних, это аналог нашего учебного класса. Время там замедляется, позволяя находящемуся в ней за короткий срок осваивать колоссальные объемы знаний. Внутри для тебя, возможно, пройдут годы, а в нашем мире — дни. За это время ты сможешь полностью разобраться с артефактами, если они тебя примут в качестве хозяйки. Может, даже узнаешь, где находится Книга снов. Уверен, что эта информация осталась в памяти прошлой хозяйки.

— Мне нужно время, чтобы все обдумать, прежде чем принять решение, — твердо произнесла Ния, продолжая наблюдать за нагом.

— Понимаю, — прошипел тот. — Но время, увы, ресурс конечный, поэтому прошу не тянуть с решением.

Он потянулся к артефактам, висящим перед ним.

— Оставьте, — потребовала Ния. — Если откажусь, я верну вам их сама.

— Тогда я оставлю и это, — Шепчущий положил на подушку черную сферу шара, отлевитировав ту на освободившуюся лавку. А рядом положил конверт: — Напиши мне, когда решение будет принято, для меня это важно.

После чего, не прощаясь, пополз на выход.

Его наблюдатели оказались правы: эта… девочка действительно привязана к Рэну, что сегодняшний разговор подтвердил окончательно. Мелкая моторика, дыхание, непроизвольные реакции тела — все кричало о ее искреннем беспокойстве за его жизнь. А значит, должно получиться. Любовь даже сильнейших толкает на безумные поступки. Потом, конечно, придется думать, что делать с новоявленной владычицей Облачного замка: появление новой фаты, Хозяйки Грез и Кошмаров, ему не простят те, кто потребовал их гибели четыреста лет назад. Но это будет потом, а он вынужден решать проблемы сегодняшнего часа. Трудные времена требуют сложных решений.

Долбаные Ящеры, чтоб Сет сожрал их души, и проклятые Врата! Этот ход он не предвидел, и теперь загнан в ситуацию с непрерывно меняющейся обстановкой, играя на своем поле в чужую игру с постоянным повышением ставок. Ну ничего, война штука долгая, ему надо во что бы то ни стало отбить этот натиск, а уже потом можно будет перенести боевые действия на сторону врага. Главное — сохранить Румию, и тогда весь текущий расклад меняется полностью. Под их контролем будет целый мир с развитыми технологиями, промышленной базой и ресурсами. Люди, инсекты, работающие на благо альянса… А Ящеры останутся с Топями Тлат’нока, помойкой, по которой они и сами боятся лишний шаг сделать, чтоб не рассориться с охотниками и не оказаться сожранными ими.

И вот тогда уже от них начнут разбегаться союзники, понимая, на чьей стороне сила. Провал на турнире еще свеж у всех в памяти, а тут новое поражение… Для них это будет, по сути, катастрофой, главное, чтоб девчонка согласилась, а она согласится, наг это сердцем чувствовал.

Правда, кто она, его агенты выяснить так и не смогли. Ни откуда появилась, ни почему отмечена вниманием Владыки, ни как познакомилась с Рэном и с чего так цепляется за него. М-да, интересное… существо выбрал Он для выражения своей воли. По-детски наивное, абсолютно неопытное в простых житейских вопросах, непосредственное и простодушное настолько, что невольно возникают сомнения, а действительно ли она Его эмиссар, выполняющий порученное задание. И в то же время — навыки, на оттачивание которых нужны столетия, взгляд, читающий душу сквозь все щиты, и временами проглядывающее вымораживающее хладнокровие мудрости, что приходит лишь на пороге очень длинной жизни. Или за ним.

Вопросы, вопросы, и никаких ответов. Но одно ясно наверняка — с ней нужно быть предельно осторожным, вреда ей причинять нельзя в принципе. Смеющийся Господин, несомненно, присматривает за отмеченной им, что добавляет новых проблем, думать о которых сейчас не хочется.

Глава 3. Дурные предчувствия

Металлический блеск перил, попадая в поле зрения прицела, вызывал засветку, но сдвинуться возможности не было. В городе слишком мало подходящих позиций, на которые опытные бойцы не обратили бы внимания в первый же момент. Яркий солнечный день только ухудшал ситуацию, еще и окутав удушающей каменной духотой, когда даже в тени нечем дышать, ногу же, не поместившуюся в ее узком прямоугольнике, и вовсе пекло, как в сауне.

Но, несмотря на все неудобства, девочка лежала абсолютно неподвижно, не обращая внимания на бег времени. Дыхание спокойное, глубокое, глаза моргают вовремя, не давая пересохнуть склере, внимание ровное, сосредоточенное. Тело, улучшенное еще в Институте, а потом сферами силы, не затекает, готовое в любой момент из полной неподвижности взорваться точными движениями.

Вот за колоннами входа брошенного магазина мелькнул смазанный силуэт. Отвод глаз, не самый сильный. Но палец на спусковом крючке даже не напрягся — фантом. Девочка не поддалась инстинктивному желанию поводить прицелом, разыскивая его хозяина. Никуда он от нее не денется — пройдет в выбранной точке рано или поздно, главное, не отвлекаться.

Ленивый порыв ветра, тяжело вздохнув, шевельнул вывалившиеся из урны чеки, протащил стайку скукоженных засохших листьев вдоль стены, еле тронул свисающий обрывок тканевого навеса. И снова затих. Пыльный смерчик прошелся вдоль бордюра. Выстрел!

Ее «малышка», ростом почти с хозяйку, выплюнула серию быстрых голубоватых росчерков, слившихся в один. Изгриты, извращенная помесь снайперской винтовки с бластером, были редкостью, но очень ценились Игроками — ведь были созданы сумевшими отстоять свое право на спокойную жизнь технами специально для отстрела хаоситов.

Первый луч, пролетая сквозь пустое место, вызвал краткое марево лопнувшего щита, два других следом сняли доспех, последняя пара прошила сердце. На асфальт рухнул уже труп. Выстрел.

Бычью голову, точно между виском и глазом на выкате, прошила вторая очередь, контрольная. Это было излишним, неоправданная трата ограниченного ресурса, но привычки, вбитые на подкорку еще дома, были непреодолимы.

Бой завершен.

Окружающий мир начал неспешно растворяться, но Лесли привычно разобрала оружие и поместила детали в футляр, каждую на предназначенное ей место, и только потом убрала свой основной рабочий инструмент в сумку. Вечером тщательно переберет изгрит в своей комнате. Хотя принято считать, что тренировочные арены создают лишь правдоподобные иллюзии в мозгах участников, девочка свое оружие никому не доверяла, даже Игре. Тем более Игре — слишком много у нее тонкостей и секретов. Вдруг постоянное считывание состояния применяемого на тренировках снаряжения все-таки влияет на него? К тому же, у Проводников пока не только мало вариантов арен, но и самый примитивный Тренировочный зал, без улучшений. А это значит и возможностей меньше, и ощущение присутствия слабее, и уровень боли занижен по сравнению с реальным.

Лесли тихо хмыкнула себе под нос: кто бы мог подумать, что Игра заставит своих участников добровольно платить не только за приобретаемые арены, но и за боль, которую им там причиняет!

Огромная лапа с размаху опустилась на тонкое плечо, пройдясь черными серпами когтей в опасной близости от щеки. Лесли лишь скосила глаза. Новый командир может сколько угодно пытаться ее подловить, но спокойствие и выдержка профессионального снайпера не были напускными — об этом позаботились еще дома.

— Отличный бой, новенькая. Так держать! Если завтра все будет так же, к концу декады каждый получит по жетону.

Беддин буквально горел воодушевлением после схватки. Потери, понесенные звездой в Сентварке, были тяжелы, но жизнь продолжалась. В команду на смену погибшим ввели разведчика-диверсанта анью, человека-обезьяну, и снайпера-заклинателя человечку. И хотя пока что они выступали вчетвером — Рефу еще долго лечиться — в негласных соревнованиях звезд на тренировках они вели 8/6. Саг-Сиг справился с собственным недовольством, что его разлучили с напарником, пришедшим вместе с ним в клан, и теперь азартно вырезал соперников, даже если это была звезда быкоголова. А вот Лесли, восстанавливающая навыки после отращивания руки, ноги, а главное, глаза, аспараи беспокоила: слишком мутная, не бывает детей в Игре, но эта выглядит и ведет себя как ребенок. Хотя боевые навыки отменные.

Довольно посвистывая, аспараи направился в сторону столовой, Лесли же проводила его нечитаемым взглядом. На общем напряженном фоне в клане жизнерадостность ворчуна… выделялась.

Это до Сентварка среди младших Проводников царила радостная эйфория: ну как же, удалось попасть к самому Чемпиону и члену Совета! Условия для быстро развивающегося Дома — просто шик: карты, снаряжение, тренировки и эмбиент. И никаких «мясных рядов», где из десятка претендентов в основной состав переходит один, выживший. Здесь бойцов, в том числе будущих, берегли. И тут — смерть сразу двоих. Отрезвляющим ушатом ледяной воды она смыла всю нездоровую легкомысленность новичков. Это опытные Игроки старших ступеней понимали, что подобный уровень потерь за неполный год войны — хороший результат, но…

Настрой изменился. Теперь тренировки и на арене, и в зале стали ожесточеннее, слова наставника встречались с напряженным вниманием, лица у всех серьезные, даже хмурые. Хотя клан недавно сорвал богатый куш, многих одолевали тяжелые мысли — подозрения бродили в головах нехорошие.

Альянс, несмотря на потери при штурме центрального улья и неудавшуюся атаку на Врата, продолжал сражаться за Румию, требуя от своих участников выставлять боевые звезды все чаще и чаще. Правда, и ресурсы вкладывал серьезные. Как Лесли струхнула в крайнем рейде по зачистке мутов, опознав в железной дуре, что воткнулась в каменистую землю шагах в сорока, малый оперативно-тактический снаряд! Невзорвавшийся снаряд. Неминуемая смерть была отменена одной-единственной картой: золотым одноразовым запретом на применение технооружия. Альянс нещадно вырезал мутантов по всей планете в надежде на полное истребление — хотели исключить их из числа местных жителей, имеющих право выдавать приглашение демонам. При этом снова терять живую силу Летуны не хотели, вот и растрясли запасы. Этого хватало, пока.

Все опасались другого. Лесли, как и остальные соклановцы, не представляла себе, как командование собирается добираться до мутов, спрятавшихся под защитой демонов у Огненных врат. Попытка взять те в лоб заставит умыться нападающих кровью. Как бы руководство альянса не решило обменять Внутренний мир на их жизни…

Такое тягостное чувство… а ведь у нее сегодня день рождения! И не абы какой, а совпадающий с днем смерти. Сегодня она должна была умереть.

На Исее, вполне себе благополучном техномире среднего уровня развития, наука шла вперед, делая жизнь людей все более безопасной и комфортной. Ученые задумались еще не о бессмертии, но уже о значительном продлении срока активной жизни. Институт геронтологии пользовался уважением и серьезной поддержкой правительства. Со всего мира для изучения и лечения в него свозили детей, больных прогерией — преждевременным старением организма. И результаты были более чем обнадеживающими: вместо пяти-семи лет в немощном теле, пациенты получали пятьдесят лет активной жизни. Правда, без побочных эффектов не обошлось: тела исследуемых не только переставали стареть, но и взрослеть. Чтобы они не превратились в вечных детей, воздействие на мозг старались ограничить.

В итоге при Институте был открыт пансион, где отлично выглядящие милые мальчики и девочки в красивых одежках жили и учились под присмотром добрых кураторов, ставших им старшими братьями и сестрами.

А когда набирались опыта, уже не-дети начинали работать. Государство позаботилось, предоставив им такую возможность. Усиленные в борьбе с болезнью тела, эмоциональная привязанность к кураторам, детская искренность и вера в старших — идеальные работники для правительства, нуждающегося в профессиональных снайперах, способных, не вызывая подозрения, приехать на место и «снять» наркобарона, обезвредить захватившего заложников террориста или «успокоить» перебежчика, продавшего государственную тайну противникам.

Мозг пациентов не справлялся с частично подавленным старением, начиная забывать события жизни спустя несколько лет активной работы. И тогда его «очищали», откатывали назад, стирая воспоминая, оставляя лишь наработанные в реальном детстве навыки и привязанность к любимому куратору.

Как Лесли ревела, когда Тинка впервые по утру не вспомнила, что договорилась встретиться с Маркелом в саду после отбоя! Она и то, что с ним дружит, не помнила, только общий выезд в зоопарк, что был так давно… Не было ни у кого из них пятидесяти лет, только короткие отрезки в пару лет. Поэтому, когда она сама в первый раз заметила у себя короткий провал в памяти, глаза были сухими, как и душа, напоминающая иссохшую пустыню.

Безысходность и отчаянье открыли Врата Хаоса, дав ей так недостающие десятилетия. Но неужели сегодня вышел ее срок? И Игра заберет ее жизнь, послав к другим Вратам?

Так не хотелось верить, что сероглазый юноша, на руках отнесший ее в комнату в день приема в клан, способен послать всех на верную гибель…

*****************

— Только сегодня и только у нас! Один единственный спектакль самого знаменитого цирка во вселенной — дю Соннар! Приходите все! Богатый и бедный! Найдется место для каждого. Приходите, чтобы увидеть представление, о котором не забудете никогда!!!

Ярко-желтый фургон с установленными на крыше громкоговорителями, гулко дребезжа и фыркая, полетел дальше, оставив после себя смог черного дыма и облако разноцветных конфетти, разлетевшихся в воздухе.

Саймира проводила назойливого зазывалу задумчивым взглядом, с легким вздохом вытянула ноги, гудящие после подзатянувшейся прогулки, что должна была отвлечь девушку от грустных мыслей, а превратилась в очередное исследование рынка, и посмотрела на своего спутника.

— У меня возникла одна мысль, думаю, может получиться неплохо, — задумчиво протянула девушка в ожидании сделанного заказа. Это кафе было явно попроще того, что они с Рэном посетили в начале дня. Здесь официант не спешил ни выдать меню, ни предложить освежающие напитки, чтобы скоротать время приготовления основных блюд. — Пока ты был у Очищающих, я просматривала в сети заявки на аренду помещений, размещенных на деловом ярусе, и знаешь, была приятно удивлена: здесь колоссальный спрос при очень ограниченном числе предложений. Отсюда и цены, постоянно лезущие вверх. И пока мы ходили по торговым улицам, я не заметила ни одного объявления о продаже или сдаче помещения в аренду. Территория города ограничена, новые капитальные здания возвести почти невозможно. Нам же Дом Тайн прямо сейчас пока ни к чему, мы просто не сможем его максимально эффективно использовать — нет у нас нужды в представительстве подобного уровня. Свои товары и услуги в ближайшие годы мы можем реализовывать напрямую через биржу, знакомых торговцев или Лигу.

Я с интересом посмотрел на Саймиру, ожидая продолжения.

— Среди заявок я выделила девятнадцать на покупку или аренду жилых зданий премиум-класса. Твой дом по критериям полностью подходит под эту категорию. Помещение большое и просторное, это не бедняцкая хижина, где при всех уловках пространственных архитекторов много места не организовать. К тому же, Дом Тайн — помещение со своим именем и историей, что также немаловажно в здешних реалиях. Первоначально он принадлежал не просто рядовому гражданину — одному из основателей Города-в-Пустоте, известному мистику и философу. Думаю, возможность аренды этого особняка заинтересует очень и очень многих. А если при этом сдавать его на длительный срок, то количество желающих возрастет на порядок. Поэтому я прикинула и пришла к выводу, что проведение аукциона по продаже прав на аренду Дома Тайн позволит нам извлечь максимальную прибыль из этого актива в ближайшие десятилетия. Если ты согласишься, то после более детального исследования вопроса я разошлю наше предложение лицам, разместившим отобранные мною заявки на аренду либо покупку, а также вывешу открытое объявление на бирже и сообщу о нем в мэрию для максимального охвата потенциальных клиентов.

Чуть подумав, я согласно кивнул: наш Мастер Чаш и Весов плохого не посоветует.

— Действуй, — затем уточнил: — И много мы сможем заработать?

— Много, — чуть подумав, ответила Саймира. — У меня пока нет окончательного видения ситуации: надо учесть налоги и возможные подводные камни, но по первоначальным прикидкам лет за двадцать наберется на организацию и развитие еще одного собственного бизнеса. Я ведь правильно понимаю, что полученные средства ты также собираешься вложить в расширение финансовой базы клана, чтобы со временем получить в ответ развитие себя как полководца?

— Ого! — я не удержался от восклицания, с удивлением посмотрев на подругу. Не думал, что небольшой особнячок на задворках вселенной, а вернее в Межреальности, может быть настолько полезен. Получается, старый работорговец в свое время очень хорошо вложился, обеспечивая себе безбедное будущее после Игры. — Да, пожалуй, передам доходы от Дома Тайн Проводникам…

Хм… и снова встает вопрос, о котором я не раз задумывался после той крайне удачной прогулки с Нией по старым убежищам Игроков в Двойной Спирали. Один найденный тайник, пусть и лидера могущественнейшего Дома, входящего в Совет Старших, и как итог — колоссальная добыча, способная дать столь нужные для развития ресурсы. Второй принес лабораторию с медицинским оборудованием, с которым наш доктор-новичок Скюри, год назад принятый в клан, потихоньку разбирается. Со временем его работа должна сэкономить нам немало дайнов. Третий скрывал колонию фей, что дала толчок к созданию собственного производства…

Насколько же полководец, настоящий полководец, не говоря уже о владыке, отличается от простого, пусть и очень богатого Игрока с золотой колодой карт! У него должна быть широчайшая сфера интересов, личные схватки в которой занимают далеко не первое место. Да, о собственной силе, навыках и боевом опыте необходимо заботиться, так как это главное условие выживания, но основным занятием боевые вылазки быть перестают. Подчиненный клан — это не дружная ватага бойцов, с которой ходишь брать добычу на мече, а сложное коммерческое предприятие, и развивать его необходимо в первую очередь тебе самому. Но и разделять личное и клановое надо очень четко — Двойная Спираль не то место во вселенной, где можно рассчитывать на других…

От обдумывания сложных планов меня неожиданно отвлек звук почтового сообщения.

Призвав Книгу, быстро просмотрел письмо и удивленно вскинул бровь, после чего глянул на напряженно наблюдающую за мной спутницу. Короткое сообщение от нага гласило, что Владыка мыслей найден, а значит наш план становится все более осуществимым. На весы шансов сейчас легла очень весомая гирька, пусть и не уровнявшая обе чаши, но… Теперь в общем замысле намного больше конкретики, а успех операции кажется не таким призрачным.

Анир, угадав от кого пришло письмо, не выдержала и заговорила:

— Рэн, давай откажемся! Пока достигнуты лишь первые договоренности и не прозвучали клятвы, все еще можно отыграть назад. У меня плохие предчувствия. Ты снова суешь голову в пасть дракона, испытывая удачу, но она не будет вечно следовать за тобой! Это не простой, пусть и опасный рейд в нашей вселенной с известными и понятными угрозами, где враги — смертные, ну, максимум, Игроки. Это Бездна, Ад, то, чем священники пугают паству на проповедях, а ты сам добровольно собираешься туда отправиться. И только не говори мне, что наг смог пообещать что-то достаточно ценное или воззвал к союзным обязательствам. Мы ему ничего не должны, у нас в Игре своя миссия, и проиграют Летящие или выиграют, для нас не поменяется почти ничего — сам же говорил мне об этом, когда мы торговались за виру. Ну, станут во главе Спирали Ящеры — а через пару столетий их все равно сковырнут. Нам-то что? Нашу нишу они не займут, наоборот, ты заматереешь, приобретешь имя и вес, наши бойцы закалятся, и тогда все десять раз подумают, стоит ли соваться к нам даже в твое отсутствие. Но не сейчас, пока клан полностью зависит от тебя. И нет ни одной объективной причины, чтобы тебе так собой рисковать.

— Ну, почему же, есть одна, — спокойно пожав плечами, ответил я. — Люди — единственная и главная причина, почему я туда иду. Все эти мужчины, женщины, старики, дети, сколько их там, на Румии? Миллионов двести? Значит у меня, как минимум, двести миллионов причин. Они ни в чем и ни перед кем не виноваты, жили себе спокойно, никого не трогали, пока им на голову не свалился Сеятель инсектоидов, испоганивший планету и уничтоживший большую часть населения, потом война, мутанты, а теперь в их мир заявились еще и мы со своими разборками. В итоге — Врата, демоны, и вся Румия вот-вот обрушится в Бездну, и нет никого, способного это остановить. Понимаешь, всем на них наплевать: Лиге, Ордену Порядка, богам и не знаю кому еще. Никому нет до них дела, все их уже списали, похоронили и забыли. Мы вот-вот удерем, Лига не хочет вмешиваться из-за рисков, для Ордена Порядка это вообще внутренний конфликт, типа, заигрались с Тьмой, ну так сами с ней и разбирайтесь. И единственный шанс для румийцев, для целого мира — это Шепчущий, которому тоже на них плевать, но он не хочет проиграть в войне, и поэтому из шкуры вон лезет, пытаясь уничтожить Врата. Эта тварь перебила миллионы, но сейчас он — единственный шанс, что Румия не обрушится в Ад. Я не могу тебе раскрыть подробности плана, но наг действительно очень постарался и, насколько это возможно, все просчитал. Ко всему, вложился он тоже очень серьезно, до краев раскрыв свою кубышку. Это не поход сумасшедших к огненной горе, вооруженных лишь надеждой и везением. Наг там подыхать точно не собирается: у нас есть союзники, относительно надежный план, необходимое снаряжение и понимание, как мы будем действовать. Даже пути отхода назад готовы.

Я придвинулся ближе, взяв ладони Саймиры в свои.

— Солнышко, я не безумец, готовый рисковать всем ради призрачной мечты. Даже после Парада Миров, прокладывая маршруты по новым Осколкам, я рисковал собой больше, чем сейчас. Там была полная неизвестность, а здесь, несмотря ни на что, есть четкое представление, что делать и как. Да, есть риск, но он не больше чем всегда. И я готов на него пойти, чтобы у людей Румии было завтра, они это заслужили.

— Все равно глупо, — пожала плечами девушка. — Даже если удастся спасти местных от демонов, наши в конце концов сами перебьют их перед Парадом Миров. Последняя жатва, старая подлая уловка, не раз и не два проводившаяся в подконтрольных мирах, неспособных за себя постоять.

— Не в этот раз, — уверенно возразил я. — И это негласная часть платы, которую Шепчущий внесет за мое участие в рейде. Перед уходом истребят инсектов, а не людей. Наг мне это гарантировал.

— Не все от него зависит, — грустно вздохнула анир. — Наг хоть и лидер альянса, но не в праве решать за всех, а столько голов — слишком лакомый куш.

— Не забывай, что у румийцев тоже есть серьезные зубы в виде атомных зарядов и вполне себе приличного оружия. А за годы сотрудничества их производственные мощности восстановятся, хотя бы частично. Так что шансы на то, что крупные города уцелеют, вполне себе неплохие. Конечно, кто-то захочет под шумок вырезать пару мелких поселений перед самым Фестивалем, но это не будет централизованной охотой.

Слова любимого ее не переубедили, хотя и звучали логично. Безопасной жизнь Игрока быть не может в принципе, но не обязательно же каждый раз выбирать самое рискованное дело из возможных! Но вот решение лидера клана, если оценивать его с позиции финансиста Дома, шло на пользу общему делу. Если рейд рассматривать как тщательно подготовленное мероприятие с заранее просчитанными рисками…

Саймира, задумавшись, рассеяно кивнула и, привстав, хотела уже поторопить с заказом проходившего рядом официанта, как раздался громкий треск рвущегося пространства и над столом перед ними возник серебристый шар. Он начал бешено крутиться, разбрасывая вокруг сотни нитевидных лезвий, что прошивали все на своем пути: стол, мгновенно перевернутый Рэном, диваны, официантов и посетителей. Крики, стоны боли, визг перепуганной тетки у дальней стены. Но тут шар, не успев закончить первый десяток оборотов и едва наполовину выпустив свой смертоносный груз, был сбит метким броском тяжелого бокала, брошенного с такой силой, что умудрился расколоть тонкую оболочку воздушной мины. По высунувшемуся Рэну тут же полоснул ярко-красный луч, заставивший вспучиться марево щита, чтобы упереться в проявившийся доспех.

Матово-черная пассажирская автоматическая капсула, вырвавшаяся из потока машин, зависла перед кафе и била по неуступчивой жертве из лучемета. Все происходило настолько быстро, что Саймира буквально не успевала реагировать. Хлопок, удар лезвия по доспеху, она, группируясь, падает под эфемерную защиту стола, затем ее буквально зашвыривает в угол кафе и укрывает зеленым куполом щита. Бросок бокала, лазер и мгновенный контрудар, едва убийцы обнаруживают себя. В капсулу тут же летит ослепительная белая молния, что, попав в борт, сотнями искр разбежалась по корпусу, вызвав вспышку в двигателе. Летательный аппарат, потеряв контроль, с воем устремляется вниз, но к Рэну уже летят сотни прозрачных искорок противопехотных ракет. Они за пару секунд преодолевают расстояние до кафе, но так и не находят цель — та оказалась в нескольких сотнях шагов на парящей мостовой.

Призванный разведчик показал наемника на гравицикле с оружием, наведенным на кафе. Созданный ею гудящий шарик молнии появился рядом с врагом с запозданием — тот, отбросив использованный тубус с ракетами, уже выжал педаль ускорителя, уносясь вверх.

Больше не рискнув повторить атаку, гравициклист ввинтился в общий поток. Чертовы маги, он всегда их не любил.

Я опустил Активатор, провожая взглядом черную точку, улетающую вверх. Ну, побегай немного, живым ты точно мне будешь полезней, а скрыться с Меткой охотника, дружок, так просто не выйдет. Устройство связи оказалось в руке уже через секунду. Простенький прибор слегка завибрировал при вызове, а через несколько секунд ожидания на экране отобразилось лицо дежурного Очищающих.

— Сообщаю о чрезвычайной ситуации на верхнем торговом ярусе, кафе… — я нашел взглядом вывеску, — «Сытый прохожий». Нападение на члена Лиги, есть пострадавшие среди гражданских. Постараюсь оказать первую помощь.

— Принято, городская стража вызвана.

Неожиданно изображение мигнуло, и вместо равнодушного гулгана я увидел озабоченное лицо Туруха, с которым попрощался буквально пару часов назад.

— Что произошло? — глава Лиги, собравшись, внимательно осмотрел меня.

— Нападение в публичном месте. Я не пострадал, но убитых и раненых много, — чтобы не тратить время, развернул аппарат и навел камеру на поврежденное здание. — Повезло, что ракеты самоуничтожились, а не переключились на другие, более доступные цели.

— Я сейчас прибуду, — буркнул Турух. — Выставь метку пути для ориентира.

Коротко кивнув, завершил вызов, призвал Книгу и нашел нужную карту. Надеюсь, наше заклятье подойдет архимагу. Примерно в этот же момент где-то внизу раздался взрыв. Черная пулевидная капсула, попавшая под удар Стрелы Тора, взорвалась, врезавшись в витрину магазина ярусом ниже. Орали люди, звучали сигналы сирен. М-да, погуляли… Интересно, хоть кто это был, Ящеры? Да вроде не должны: клятвы даны, договор подписан. Тогда кто? Врагов в Городе-в-Пустоте у меня, вроде бы, нет. Не мог же бывший владелец летающих кинжалов действовать так примитивно.

Турух вышел из портала секунды через три после установки Метки. Озабочено глянув вниз, он спрыгнул с парящей мостовой в сторону кафе, а за его спиной развернулись полупрозрачные крылья ветра, на которые я глянул с завистью. Затем, вздохнув, как следует прицелился и прыгнул следом — летать я, к несчастью, не умел, но карта Невесомости позволила приостановить действие силы тяжести.

*****************

От руки Туруха исходит золотистое сияние, и на моих глазах срезанная лезвиями рука девушки-официантки, попавшей под удар, вновь становится единым целым с плечом. Еще шаг, волшебник наклоняется над телом хозяина кафе, тот даже успел укрыться за барной стойкой, но это его не спасло — тонкие лезвия прошили дерево навылет. Трое убитых, восемь раненых, пятеро из них тяжело. Лишь личное вмешательство главы Лиги, мои карты да своевременная помощь Саймиры помогли им не уйти за черту.

Архимаг снова поводил рукой над телом бармена, затем отрицательно качнул головой и, поднявшись, подошел ко мне.

— Уже не помочь. Воскресить, конечно, еще можно, но такие возвращенцы все равно долго не живут — смерть не любит, когда у нее забирают добычу. И все равно рано или поздно получает свое.

Чуть задумавшись, он многозначительно уточнил:

— Ваши?

— Думаю, что нет, — чуть подумав, ответил я. — Конечно, такую вероятность полностью исключать нельзя, и все же, как мне кажется, вряд ли. Поэтому предлагаю расспросить того, кто может дать чуть больше информации.

Турух с интересом посмотрел на меня, ожидая продолжения, и я пояснил:

— Я пометил одного из нападавших, специально не стал убивать.

— Покажи, — тут же последовало ожидаемое требование.

Передо мной высветился Компас с местностью вокруг, все-таки окрестности мы с Саймирой исходили порядком. На карте четко выделялся красный огонек метки, замерший, наконец, на одном месте. До этого он долго мотался по городу, явно пытаясь замести следы.

— Ага, вижу, — пробормотал маг, рассматривая огонек. — Активируй привязку.

Я непонимающе посмотрел на собеседника, и тот раздраженно махнул рукой:

— Забыл, что ты сам не маг и не контролируешь свои карты, а только используешь. Впрочем, этого и так достаточно. Место я узнал, а вблизи смогу почувствовать след хаоситской метки.

Вдали раздались звуки сирен — местные хранители порядка и службы экстренной помощи наконец-то приближались к разгромленному кафе. Хотя зря я их ругаю, с момента атаки прошло всего пару минут, среагировали относительно быстро, должен признать.

Властное завывание сирен словно пробудило Туруха, до этого то ли глубоко задумавшегося о чем-то, то ли, что вероятнее, творившего невидимые чары. Он посмотрел на меня, глянул на мчащиеся в обход установленных воздушных коридоров гравилеты, тихо хмыкнул и произнес:

— Думаю, тебе и твоей спутнице стоит удалиться, все вопросы со стражей мы решим и без вас.

— А что с нападением? — уточнил я, глянув на разбросанные по разгромленному кафе тела.

— Им я займусь лично, — пообещал архимаг. — Давно не было настоящих дел и хорошей охоты, пора немного подразмять старые кости. Но тебе вся эта суета ни к чему. Иди, твоя миссия сейчас намного важнее. Ступай, время дорого.

Поклонившись, я подошел к куполу Зеленой длани, под которым все это время дисциплинировано сидела Саймира, дожидаясь моего подтверждения, что опасность миновала. Хотя отслеживать обстановку и активировать карты ей это не помешало.

— Молодец, — я одобрительно кивнул подруге и, убрав защиту, помог подняться с пола. Занятия с Меджем и Забиякой не проходят зря. Она действовала весьма грамотно с момента атаки: не лезла под руку, не применяла боевых заклятий непосредственно рядом со мной, вызвала разведчика и перекинула его информацию мне на Компас. Даже подлечила ближайших раненых. Большего от бойца ее уровня в подобной ситуации и не требуется.

— Мы уходим, — предупредил я, призывая Книгу.

— Кто это был? Почему нас пытались убить? Что сказал Турух?

Вопросы сыпались, словно очередь из пулемета, и я отмахивался от них короткими фразами:

— Не знаю, кто это. Почему напал. За что. Позже, все позже, — прервал водопад ее беспокойства и активировал Массовый перенос, ориентируясь на Метку пути, размещенную возле арки одного из многочисленных порталов. Я поставил ее, еще когда ходил оформлять собственность на Дом Тайн. В тот раз не понадобилась, а теперь пригодилась. Надо будет держать такой резервный вариант отхода тут постоянно.

А вообще, странно все это: атака была неплохо скоординирована, оружие высокотехнологичным и достаточно мощным, и все же… Как-то маловато, что ли, словно рассчитывали поймать волка, а в капкан угодил медведь. Шар с лезвиями, видимо, должен был снять первый слой защиты и, возможно, нанести урон доспеху. Удар лазера, предполагалось, окончательно его истощит и, по возможности, убьет цель. В качестве подстраховки дежурил стрелок с самонаводящимися ракетами. В принципе, неплохо, но для хорошо подготовленного хаосита недостаточно. Нападающие явно не рассчитывали на то, что их враг успеет среагировать, и они встретят адекватный отпор. Для обычного Игрока без серьезных карт этого, может, и хватило бы, а вот убить полководца, да еще и с черным цветом карт — шансов мало.

Внимательно осматриваясь по сторонам в точке прибытия, я пропустил вопрос Саймиры, но Тайвари услужливо повторила его для меня.

— Не знаю, родная, пока только одни вопросы без ответов. Пускай этим занимается Лига, здесь их территория. Не зря они особо следят за репутацией своих членов в городе. Думаю, с расследованием нападения они справятся лучше нас. А на будущее, при посещении этого места будем использовать те же методы маскировки, что и в Двойной Спирали. Иллюзии, чары отвода глаз и прочее.

Я в раздражении поморщился, с трудом сдерживая желание врезать кому-нибудь. Мне этот город почти нравился. Одно из немногих мест, где иногда можно было просто погулять, будучи самим собой, не опасаясь внезапной атаки, обмана, мошенничества или удара в спину. От этого устаешь, все меньше хочется вылезать из своего личного дома. Сейчас Город вечных сумерек мне больше всего напоминает аквариум с пираньями, где стоит чуть расслабиться, допустить ошибку, и тебя сожрут. Каждый выход на пружинящие под ногами улицы — словно поход в рейд, где не знаешь чего и откуда ждать. Проверка боевых карт, эликсиров, элементов снаряжения, с собой зелья на все случаи жизни. После возвращения — аурная очистка, проверка на наличие следящих меток. Постоянная паранойя и угроза. И вот такие походы с Саймирой для меня были отдыхом, а теперь и его меня лишила какая-то неведомая тварь, решившая нас убить! И это безумно злило, особенно осознание того, что я даже не знаю, кто наш враг и, самое главное, — зачем я ему понадобился.

Мы с анир двумя тенями нырнули в арку, оказавшись в средних размерах помещении с мягко светящимися стенами, потолком и полом, не дающими теней. По центру уже хорошо изученный металлический диск со множеством колец и еще большим количеством символов. Саймира прикладывает свою карту посетителя, я — знак гражданина, совмещаем символы на дисках, получая ключ-код Пронзающих пространство, и оказываемся в месте попроще, с уже каменным диском, на котором сейчас доступен только один символ — Двойной Спирали. Самая большая ценность гильдии, а потому спрятанная, скорее всего, в одном из личных домов — межмировой портал, с помощью которого они и связываются с другими подобными устройствами по всей Радуге миров. Если, конечно, смогли получить к ним доступ.

Перед нами медленно открылось окно выхода на Площадь прибытия.

=================

В главе использована карта участника конкурса Dagron — Невесомость.

Глава 4. Все, что может помочь

Хорошо… Море щекочет ступни, волны накатывают одна за одной, тихо шурша, так и хочется зарыться в белоснежный песок, послать все в бездну и никуда не уходить… Но надо. Проклятое «надо», заставляющее тебя раз за разом делать то, что не хочется.

Я откинулся назад, любуясь небом и плывущими по нему облаками. Красиво. Никогда раньше не умел ценить такие, на первый взгляд, пустяки. Все время куда-то бежал: за большим, за главным — вместо того чтобы наслаждаться моментом и простыми, доступными здесь и сейчас вещами. И только теперь, когда появился свой дом, я начал учиться радоваться обычным, но от этого не менее прекрасным мгновеньям. Слишком уж это ново: красота вокруг, безопасность, комфорт…

Многие годы для меня во главе угла стояла целесообразность, подчиненная достижению единственной цели — каждый дайн тратился на то, что поможет выжить. И только относительно недавно я стал позволять себе хоть немного больше: хорошую еду, удобную обувь, походные мелочи из лавки Стафа, облегчающие путь. А теперь все это окружающее великолепие — мое. Я лег на спину, широко раскинул руки и взбороздил ими песок, чувствуя почти забытую детскую радость от обладания чем-то столь невероятным. В памяти всплыли долгие годы скитаний без своего угла: как я мыкался по комнатушкам дешевых ночлежек, ворочался на жестких койках казарм, а то и вовсе ночевал на улицах Двойной Спирали, лишь в далеких мечтах воображая обладание чем-то подобным… Свой ДОМ! До сих пор не верится, что у меня получилось. Несмотря на весь пройденный путь, череду боев и переглядывание со смертью, все равно кажется, что это происходило не со мной или во сне.

Моей ступни что-то коснулось, и я, привстав, обнаружил бутылку из толстого зеленного стекла с пробкой, залитой красным сургучом, внутри которой виднелся свернутый листок. Очередной подарок от Моря Неожиданностей. Встав, подхватил бутылку, повертел ее в руках, а затем со всей силы забросил назад в воду. Пускай неведомое послание ищет другого адресата. Скорее всего, это мольба о помощи какого-то незадачливого моряка, но я вряд ли смогу ему помочь — я даже не знаю, в каком мире сейчас находится мой остров и как скоро он переместится в какой-нибудь другой. Не говоря уже о невидимой границе, что выпускает наружу только тех, кого привело Море. Поэтому лучше не буду лишать несчастного шанса на спасение, распечатывая его письмо.

Отряхнувшись, направился к дому, по пути слегка напугав семейство коралловых черепах, медленно выползающих на берег. Отец и мать, принявшие, едва я приблизился, образ поросших водорослями камней, вновь неспешно поползли вперед, стоило отойти от них шагов на десять. Новые гости появились на острове пару малых циклов назад, и, благодаря их совершенной маскировке, мы даже не сразу узнали об этом. Первой их заметила Ния, любящая проводить время на берегу, она же и убедила морских скитальцев остаться, заодно упросив и меня дать тем такую возможность. А теперь под пальмами черепахеры свили гнездо из гальки, веток и кораллов, а под ним, в теплом песке, появилась кладка из семи крохотных голубых яиц, к которым родители сейчас торопливо ползут. Пусть, судя по множеству глубоких борозд на их панцирях, жизнь в родном мире была для них непростой, хоть здесь отдохнут от постоянных угроз.

Пока я не спеша шел по узкой тропинке через рощу, передо мной время от времени пролетали маленькие огоньки. Феи еще только начали здесь обживаться, но уже видны результаты их трудов: пересаженные деревца на расчищенных для них делянках подросли, рядом алели ягодами привезенные вместе с ними кусты, а по всему острову среди местных низкорослых деревьев стали пробиваться из семян хмельные ели, не трогая лишь частокол «молочных» пальм вдоль берега. Крылатые колонисты облюбовали для жилья рощу посередине острова, с самого своего появления изо всех сил обхаживая небольшой росток, сейчас уверено ползущий к солнцу — проросшая шишка из Дворца Богов укоренилась, и теперь, благодаря стараниям фей, небольшое деревце стало с меня ростом. Видимо, малявки решили сделать «древо Жизни» своим новым домом.

Как-то все это странно: воплощение моей мечты о своем личном уголке неожиданно стало домом и для других созданий. Остров словно жил своей жизнью, исполняя не только мои желания, но и всех его постоянных гостей: Саймиры, Нии и даже Меджа. Словно каждый из нас привносил сюда что-то свое, а дом подстраивался, позволяя реализовывать наши идеи. Пару дней назад я нашел во дворе коттеджа грушу и манекены для отработки ударов, с которыми занимался Медж, а вчера увидел Нию, расставляющую книги у себя в комнате. Где и как они все это раздобыли, я спрашивать не стал.

— Хозяин! Хозяин!

По дорожке ко мне выкатился робот-дворецкий, немного похожий на вешалку для одежды, зачем-то установленную на платформу с колесиками. Притащенный мной почти два года назад из Колыбели богов, он был недавно отреставрирован и восстановлен усилиями Саймиры, что пыталась узнать хоть что-то о его прежнем владельце. К сожалению, память робота была девственно чиста. Хранилище данных было кем-то полностью очищено, остался только личный идентификатор и набор базовых функций, выполнением которых он и занялся.

— Поступил сигнал-предупреждение из подвала под башней маяка, вы приказывали сразу сообщать о таких случаях.

— Спасибо, Валли.

Я невольно нахмурился. В темнице у меня хранились потенциально опасные трофеи, неизученные артефакты и предметы, содержащие магию. Я ускорил шаг, направляясь к дому. Робот-дворецкий ехал рядом, продолжая быстро тараторить:

— На берег с другой стороны острова выбросило разбитые доски и мусор. Что прикажете с ними делать?

— Сложи под навес то, что может быть использовано, остальное утилизируй.

— Как прикажете, хозяин.

Получив распоряжения, робот, зашуршав колесами, умчался к пляжу, а я проводил его взглядом. Полезное приобретение. Он не только выполнял функции моего секретаря и поддерживал чистоту в доме, но и следил за порядком на территории самого острова. Две атомные батареи, вставленные взамен разряженных, обеспечат его функционирование минимум на сотню лет. Удобно. Жаль, что так и не удалось установить, кто, где и когда его создал, а самое главное — как его занесло в детскую комнату нашего бога.

Коротко улыбнувшись, отогнал не к месту проснувшееся любопытство: я уже на месте. Откидываю тяжелый люк и быстрым шагом спускаюсь вниз по винтовой лестнице. Ключ скользит в замочную скважину. Но стоило мне немного приоткрыть общую дверь в темницу, как по всей башне начали разноситься громкие возмущенные крики, похожие на звериное рычание. Кажется, я даже догадываюсь, что произошло. Вопрос, какую камеру проверять первой, отпал сам собой. Захожу в нужную и вижу Книгу Гузуфа, яростно прыгающую на столе в попытках сбросить с себя перо, придавившее ее. Так вот кто тут шумит!

— Ну что, поговорим?

Я осторожно снял перо Иштар, отложив его в сторону.

— Или мне перейти к более радикальным методам ведения беседы? — Меч-плеть возник в моей руке, я осторожно провел им по обложке большого черного фолианта, и из тонкого разреза выступила чернильная кровь. — Если ты продолжишь упорствовать, отказываясь делиться знаниями, то станешь просто бесполезна. И я тебя уничтожу или принесу в жертву на алтарь Слепца. Уверен, он оценит такой подарок, а удача мне сейчас очень пригодится. Я жду. Больше не будет ни угроз, ни уговоров: или ты делаешь то, что мне нужно, или я тебя уничтожу. Решай.

Несколько секунд ожидания, и на морщинистой кожаной обложке проступает человеческое лицо, скорее всего, когда-то принадлежавшее одной из жертв книги.

— Чего ты хочешь от меня?

— Мне нужна вся известная тебе информация о месте под названием Бездна или Ад, но только правда, никаких домыслов или лжи. Также меня интересуют способы туда попасть и покинуть это место. Еще я хочу знать все, что тебе известно о демоническом Доме Ярости и о двух столпах этого Дома — архидемоне Азамае, известном также как Пламя Ярости, и Алом Господине.

Я быстро и четко озвучиваю свои вопросы. Не хочу полагаться только на информацию, полученную от нага. Турух, конечно, поделился опытом, но все же лишних источников сведений не бывает. К этому рейду я должен быть полностью готов, и знания — один из ключей к успеху.

— Ты же знаешь, по воле создавшего меня я не могу отдать знания, не получив нечто столь же ценное взамен, — проскрипела книга.

— Я это помню, — ответил я и извлек небольшую черную пластину из кармана сумки. — Данные о лазерной обработке металлов, межгалактический классификатор растений и их видов, а также сборник песен и баллад лучших марианских сказителей.

Как ни странно, поэзия была небольшой слабостью Книги Гузуфа. Это заметила Тайвари, анализируя названия «съеденных» книг на военной базе, где та раньше хранилась.

— Я согласна.

Довольно кивнув, осторожно положил черный прямоугольник с информацией на обложку фолианта, и подношение медленно в нем растворилось. Несколько секунд ожидания, и Книга раскрылась, а на пожелтевших от времени страницах начали проступать черные буквы.

— В моем мире это место называли Тартар…

Спустя час…

— …Кровавое море находится в преддверии Пламени Бездны, оно служит своеобразным барьером, растворяя все, что в него попадает, и лишь сильнейшие из демонов или темные боги могут его преодолеть, буквально прожигая себе путь в багряных водах. Я рассказала тебе все, что мне известно об этом месте, о возможных угрозах и о способах как попасть в его пределы, так и покинуть их.

Лицо на обложке замолчало. Но меня почему-то не покидало чувство, что проклятая Книга сказала мне далеко не все, что знала. Интуиция, подстегнутая наградным мечом, ради этого, кстати, и призванным, ворочалась в глубине души, вызывая ощущение натертых мозолей и раздражающе не пойманной мысли.

Чуть подумав, я негромко произнес:

— Если тебе известно еще что-нибудь полезное, что-то, что может мне помочь, советую сказать об этом сейчас. Через несколько дней я отправлюсь туда. И если я погибну, то и ты погибнешь вместе со мной — этот остров существует лишь до тех пор, пока жив его владелец. Стоит мне умереть, и все вокруг исчезнет, растворится в пустоте, из которой изначально было создано, вместе со всем остальным, что находится внутри. Ты — часть этого места, и разделишь мою судьбу. Тебе точно нечего мне больше сказать?

Книга явно задумалась после моих слов, в воздухе зашелестели страницы, которые она перебирала, словно мыслитель четки. Наконец, на обложке вновь проступило лицо.

— Я помогу, но не бесплатно. Ты отпустишь меня, дав свободу и возможность путешествовать по Радуге миров.

— Нет, — я отрицательно качнул головой. — Я не выпущу тебя отсюда. Достаточно и тех несчастных, что ты уже успела погубить. И даже если я погибну, мне будет легче знать, что ты погибнешь вместе со мной. Уверен, небесные судьи сбросят мне пару гирек с темной чаши весов за этот поступок.

Книга замолчала на пару секунд, прежде чем скрипучий старческий голос снова разнесся по темнице.

— Умен. Силен. Опасен. Ты очень похож на моего создателя. Только он не был связан узами ложной морали. Доброта, милосердие, справедливость — глупые принципы, которые слабые пытаются навязывать сильным. Мой создатель всегда был выше подобного…

— И где он сейчас? — я перебил книгу, начиная терять терпение, у меня не так много времени, чтобы тратить его на философские споры. — Где сейчас твой творец? — повторил свой вопрос. — Почему он бросил тебя? Ведь ты его создание, по сути — дитя, несущее в себе отголосок его души и устремлений. Что им было создано, что он после себя оставил, вспомнил ли о нем хоть кто-нибудь добрым словом после того, как он погиб? Почему молчишь? Тебе известны принципы доброты, справедливости, воздаяния. В конце концов, скольких ты выпила, иссушила, оставив лишь пустые оболочки, а все ради чего? Ради бесконечной гонки за знаниями. Но кому они нужны? Ты словно безумный конструкт, следуешь однажды отданному приказу, не понимая его конечного смысла. Как бы ты ни хотела, тебе не вместить в себя все знания вселенной: ты не бог и никогда им не станешь. Ты лишь глупый раб чужих приказов, пытающийся достичь недостижимого. Поэтому не тебе мне говорить о том, кто из нас слаб из-за отсутствия или наличия принципов. Даже если смотреть с позиции силы, ты — моя пленница, а не наоборот. Я могу в любой момент тебя уничтожить, а не ты меня.

Книга молчала, словно обиженный ребенок, закрывшись в себе. Ну и ладно, молчи! Разозлившись, я направился к двери, когда в спину донеслось:

— Постой. Создатель оставил на хранение мне, вернее, вложенной в меня части души, кое-что. Он очень опасался того, что может попасть туда, куда ты сейчас хочешь отправиться.

— Что взамен? — быстро уточнил я.

— Ничего, — буркнула книга, — это не знания, я просто не хочу исчезнуть.

*****************

День икс…

Я осторожно подхватываю с полки сокровищницы Длань Абсолютного Света. Тяжелая рука, отлитая из чего-то вязкого и светлого, похожего на янтарь, покрытая вязью рун. Я буквально чувствовал бурлящую в ней энергию, готовую выплеснуться в сокрушительной вспышке силы. Интересно, кем был тот, кто ее создал? Зачем и, самое главное, как? Такое впечатление, что кто-то просто окунул руку в древесную смолу, позволив ей застыть каменной коркой, а потом рывком выдернул из нее, оставив в густой вязи не только свой отпечаток, но и отблеск силы, заполнивший пустоту. Может, Паладиус? Учитывая, что изначально команда искателей обнаружила артефакт в Колыбели богов, исключать такое не стоит. Длань долго ждала своего часа, должна была сыграть решающую роль в битве духов, устроенной Шепчущим на Беренхеле, но тогда обошлись без нее…

За расходники в этом рейде отвечает наг, но в последнее время его планы как-то слишком часто идут не по плану. Глупый каламбур, немного нервно улыбнулся я получившейся шутке. О своей безопасности я всегда должен заботиться сам. Перстень-активатор отправляется следом за могучим артефактом. Одно прикосновение им к Длани, пяток секунд — и вся сила выплеснется в едином порыве. Завершает набор небольшой флакон, хранящий в своей глубине маленькое подрагивающее солнышко. Душа Света. Эликсир, дающий абсолютную неуязвимость к проявлению этой силы на три секунды, без него пережить активацию смертоносного артефакта невозможно.

Теперь ты. Я аккуратно надеваю браслет из дымчатого зеленого стекла, придающий телу энергию и бодрость — не стоит полагаться на одни только зелья, хоть их и скопилось у меня порядком. Следом в сумку отправляется разноцветный многогранник, создающий иллюзорные образы-личины. Высших им не обманешь, а вот мелких бесов вполне. Я заранее вложил в него несколько сотен образов различных демонических тварей. Книга Гузуфа в этом плане здорово помогла, их в ее памяти хранилось множество.

Кто следующий? С должным почтением помещаю в защищенный карман Амулет темного гостя, Меджех пока обойдется и без него. На глазах у Шепчущего светить столь ценной вещью не стоит, и все же, когда ты отправляешься в Ад, — лишних козырей не бывает. Теперь очередь дискомета. Мастер-механоид смог скопировать оставленный ему в качестве образца диск, пополнив пенал со снарядами до изначального числа, и теперь оружием можно пользоваться как раньше. В Бездне любое проявление чуждой силы привлекает внимание слишком большого количества глаз, и лучше максимально ограничить использование карт. На дискомет, конечно, тоже наложено благословение Великого Механика, что должно хотя бы на время защитить его от разрушающего темного излучения, но все же он будет «фонить» меньше, чем чистое проявление силы Хаоса.

Я по очереди собираю заранее отобранные и подготовленные вещи: зелья с эликсирами, свитки заклинаний. Глаз Салула занимает свое место на шее рядом с брошью в виде жука-скарабея — дух-разведчик, подчиненный жрецами и несущий слабый отголосок силы светлых богов, может помочь там, где не справится магия. Сеть святой Елены укладывается рядом с Дланью, кулон со Щитом абсолютного пламени — подле маленькой матерчатой куклы, способной перетянуть на себя предназначенные мне проклятья. Зелья лечения и регенерации уходят в соответствующие карманы на поясе. Я с сожалением смотрю на техноброню, стоящую в углу и, качнув головой, оставляю ее здесь. Тонкая электроника вряд ли выдержит знакомство с темной энергией Инферно, моментально сгорит, став из подспорья обузой. Огнеметы, лучеметы с ракетометами останутся в оружейной стойке по той же причине.

А вот творения Великого Механика захватить с собой можно. Черепаха, лис и механическая птица отправляются в сумку. Я с сомнением верчу в руках рабский куб с застывшим в нем единорогом. Существо Света может оказаться полезным помощником в бою, но и отличным маяком для всех демонических тварей рядом. Сначала я рассматривал его в качестве запасного плана к отступлению — он мог бы неплохо оттянуть на себя внимание, — но обрекать прекрасное создание на безнадежный бой было бы подло. Их и так почти не осталось во вселенной, а шансов на выживание после освобождения из куба у несчастного единорога нет: он просто не сможет покинуть Бездну. Как оказалось, его способности по перемещению между мирами там не сработают, а жаль. По этой же причине Девенатор также останется здесь — перемещаться по Аду с его помощью мы не сможем.

Еще раз на последок обведя взглядом сокровищницу, останавливаюсь на стопке контрактов с демонами и вещами Девы Боли, Илайны, баловавшейся их призывом. Рука потянулась и к ним, но потом я передумал. Контракты вызывают демонов в наш мир, в Бездне от них толку будет мало. А в инструментарии демонологов я разбираюсь слабо, не хочу быть дилетантом, без подготовки сующим нос в опасные сферы. Так его и прищемить недолго. Вместе с головой. Если только взять походную леечку с жидким мелом, наполненным холодными мерцающими искрами? Обычная, но весьма дорогая смесь для начертания пентаграмм и обережного круга, что может защитить от глаз не самого сильного демона.

Ну вот, кажется, и все. Я не спеша натягиваю на себя костюм из кожи камузина. Легкая броня, не сковывающая движения, до сих пор пахнет солью и водорослями, словно печальный привет с Тамариса. Тогда я проиграл битву за мир, да простит меня Селедра. Может, сейчас Слепец будет более милостив к нам, позволив выиграть сражение за Румию. Кстати, если смогу выжить, нужно будет озаботиться броней понадежней, чешуйка Великого Дракона до сих пор ждет своего часа. Привыкнув к доспехам, созданным силой карт, я как-то упустил из виду потребность в более материальной защите.

Аспид занял свое место на странице Книги, среди прочих карт, летящие кинжалы — за спиной, на руках защелкнуты браслеты с невидимыми клинками, а из перчаток выстрелили и скользнули назад когти ассирэя. Я готов.