Игра без выхода: Нулевая ночь
Глава 1 — НУЛЕВАЯ НОЧЬ
Пятничная ночь всегда казалась самой спокойной.
После тяжёлой рабочей недели родители легли спать раньше обычного. Из их комнаты доносилось ровное дыхание. Иногда отец тихо переворачивался на кровати, скрипели доски пола, и всё снова затихало.
Александр остался один.
Он сидел в своей комнате перед компьютером, освещённый холодным светом монитора. За окном стояла ночь — обычная городская ночь, с жёлтыми фонарями и редкими огнями в соседних окнах.
На столе стояла кружка с уже остывшим чаем. Рядом валялись наушники и старый коврик для мыши, на котором отпечатались следы от долгих игровых ночей.
Он только недавно закончил училище на программиста. Учился не слишком хорошо, но компьютеры понимал лучше многих.
И особенно любил хорроры.
Настоящие хорроры.
Не дешёвые скримеры, а те, что медленно пробираются под кожу.
Он открыл очередной сайт со скачиваниями.
Сразу появились десятки реклам:
«Самый страшный хоррор года!» «Ты не выдержишь и пяти минут!» «Скачай бесплатно прямо сейчас!»
Алекс усмехнулся.
— Ну да… посмотрим…
Он кликнул по одной из ссылок.
Сайт выглядел подозрительно. Слишком много баннеров, всплывающих окон и странных кнопок. Но это его не остановило.
Он уже сотни раз скачивал игры с подобных сайтов.
Файл загрузился неожиданно быстро.
Название было странным:
game_setup.exe
Без картинки. Без описания. Без названия.
— Ладно… посмотрим, что ты такое…
Он нажал «Запустить».
Экран на секунду потемнел.
Появилось окно установки.
Чёрный фон. Без текста. Без логотипа.
Только тонкая полоска загрузки.
Она заполнилась почти мгновенно.
Установка завершена.
Алекс нахмурился.
— И всё?..
На рабочем столе ничего не появилось.
Но через секунду экран мигнул.
И появился новый ярлык.
Без названия.
Просто чёрный квадрат.
Он завис на мгновение.
Что-то внутри подсказывало — лучше не трогать.
Но любопытство победило.
Он кликнул.
Экран потемнел.
Комната словно стала тише.
Слишком тихой.
На мониторе появилось число:
00:00
А ниже — надпись:
Нулевая ночь
Алекс усмехнулся.
— Уже начинается…
Он взглянул на настенные часы.
02:17
Поздно. Но нормально для пятницы.
Он снова посмотрел на монитор.
00:00
Цифры не менялись.
Совсем.
Он снова перевёл взгляд на часы.
02:18
Нормально.
Он потянулся за кружкой.
Сделал глоток.
Когда снова посмотрел на часы…
02:17
Он замер.
— Чего?..
Он моргнул.
Посмотрел ещё раз.
02:17
Он медленно выдохнул.
— Показалось…
Он попытался успокоиться.
Но внутри стало холоднее.
Он снова посмотрел на экран.
00:00
Цифры продолжали светиться.
Слишком ярко.
Слишком неподвижно.
И вдруг…
За окном что-то мелькнуло.
Слишком быстро.
Слишком тёмное.
Словно силуэт.
Алекс резко повернулся.
За окном была ночь.
Фонари. Тёмные окна соседнего дома. Ничего странного.
Но сердце всё равно билось быстрее.
С кухни вдруг раздался звук.
Тихий.
Металлический.
Словно дверца холодильника медленно закрылась.
Алекс замер.
Родители спят.
Он это точно знал.
Но звук повторился.
Тихий щелчок.
Он медленно встал.
Вышел в коридор.
Пол под ногами тихо скрипнул.
Кухня была тёмной.
Холодильник стоял закрытый.
Он открыл его.
Внутри всё выглядело нормально.
Колбаса. Молоко. Хлеб.
Ничего странного.
Но когда он закрыл дверцу…
Он заметил часы на кухне.
02:17
Снова.
Он замер.
Стоял и смотрел.
Стрелки начали двигаться.
Медленно.
Очень медленно.
02:18
Он облегчённо выдохнул.
Но стоило ему отвернуться…
Как раздался тихий щелчок.
Он резко повернулся обратно.
02:17
Стрелки снова вернулись назад.
И в этот момент…
Из комнаты родителей донёсся звук.
Тихий.
Словно кто-то медленно сел на кровати.
Алекс замер.
Он медленно подошёл к двери.
Прислушался.
Тишина.
Он осторожно приоткрыл дверь.
В комнате было темно.
Мать лежала неподвижно.
Отец тоже.
Но…
Отец медленно повернул голову.
Не просыпаясь.
Не открывая глаз.
Просто повернул.
Словно что-то услышал.
А потом снова замер.
Алекс тихо закрыл дверь.
Сердце билось слишком быстро.
Он вернулся в свою комнату.
На мониторе всё ещё горело:
00:00
И в этот момент он впервые подумал:
Эта ночь не закончится.
Глава 2 — 02:17
Алекс долго смотрел на экран, словно пытаясь заставить цифры сдвинуться одним лишь взглядом, будто это была обычная зависшая программа, которая вот-вот должна прийти в себя.
00:00
Цифры не двигались.
Совсем.
Он перевёл взгляд на настенные часы, висящие чуть выше шкафа, и на мгновение испытал короткое облегчение — стрелки там продолжали идти, как и должны, медленно и равномерно.
02:17
Секундная стрелка шла по кругу.
Тик.
Тик.
Тик.
Этот звук вдруг стал слишком отчётливым, будто в квартире больше не существовало никаких других шумов, и только равномерный ход часов заполнял всё пространство вокруг.
Он глубоко вдохнул и попытался заставить себя успокоиться.
— Это просто глюк… — тихо сказал он себе, хотя собственный голос прозвучал непривычно хрипло и неуверенно.
Он снова посмотрел на монитор.
00:00
Нулевая ночь.
Белые буквы светились слишком ярко, словно экран стал единственным источником света в комнате, вытеснив даже слабый свет фонаря за окном.
Он осторожно потянул мышь.
Курсор не двигался.
Алекс нахмурился и попробовал нажать Esc.
Ничего.
Alt + F4.
Ничего.
Экран оставался неподвижным, словно перестал быть частью обычного компьютера и превратился во что-то отдельное, живущее по своим правилам.
Он медленно потянулся к кнопке питания на корпусе, чувствуя, как внутри появляется странное напряжение.
Палец завис в воздухе.
Что-то внутри подсказывало — не выключай.
Он замер.
И в этот момент экран резко мигнул.
Один раз.
Цифры чуть дрогнули.
А затем исчезли.
На секунду экран стал абсолютно чёрным.
И вдруг…
Появилось новое окно.
Тёмный фон.
В центре — кнопка.
▶ ПЛЕЙ
Алекс нахмурился.
— Серьёзно?..
Он несколько секунд просто смотрел на кнопку, ощущая странное внутреннее сопротивление, будто это был не обычный интерфейс игры, а что-то гораздо более серьёзное.
Но любопытство всё-таки победило.
Он медленно подвёл курсор и нажал.
Экран вспыхнул.
И в ту же секунду в верхней части экрана появились новые цифры:
02:17
Под ними возникла надпись:
Время синхронизировано
А ниже появилась ещё одна строка:
Уровень 1
Следом — новая.
Задача активирована
Сердце неприятно кольнуло.
Он почувствовал, как по спине пробежал холод, словно температура в комнате резко упала на несколько градусов.
Экран снова мигнул.
И появилась следующая строка:
Дожить до 04:00
Алекс замер.
— Да ну…
Он нервно усмехнулся, пытаясь убедить себя, что всё это — просто необычный интерфейс какой-то странной игры.
— Очень смешно…
Но смех получился коротким и натянутым.
Он снова посмотрел на часы.
02:17
Секундная стрелка стояла на месте.
Совсем.
Он нахмурился.
Только что она двигалась.
Он точно это видел.
Комната стала слишком тихой, будто все звуки куда-то исчезли, и даже улица за окном словно застыла в неподвижности.
Ни машин.
Ни шагов.
Ни ветра.
Он медленно повернул голову к окну.
Жёлтые фонари светили, как обычно, но в этом спокойствии чувствовалось что-то неправильное — неестественное, давящее, словно город за окном вдруг стал декорацией.
Он снова посмотрел на монитор.
Там появилась новая строка:
Кнопка активна
И ниже:
НАЧАТЬ
Кнопка медленно мерцала.
Спокойно.
Ровно.
Будто ждала.
Алекс не нажимал.
Он просто смотрел на неё, чувствуя, как внутри растёт неприятное ощущение тревоги, будто эта кнопка была не просто частью игры, а чем-то гораздо более важным, чем он пока мог понять.
Он медленно поднялся со стула.
Пол под ногами тихо скрипнул, и этот звук показался слишком громким в наступившей тишине.
Он сделал шаг к двери.
В этот момент…
Из кухни снова раздался звук.
Тот самый.
Металлический.
Тихий.
Словно дверца холодильника медленно открылась.
Алекс замер.
Он стоял неподвижно, прислушиваясь, пытаясь понять, действительно ли слышал это или его слух начал играть с ним злые шутки.
Тишина.
А потом…
Щелчок.
Словно дверца закрылась обратно.
Сердце билось быстрее.
Он медленно подошёл к двери комнаты.
Рука легла на ручку.
Холодная.
Слишком холодная.
Он открыл дверь.
Коридор был тёмным.
Слишком тёмным.
Хотя лампа всегда оставалась включённой ночью.
Он сделал шаг вперёд.
Воздух в коридоре казался тяжелее, словно там стало холоднее, чем должно было быть, и даже запах квартиры ощущался иначе — чуть сыроватым, неприятным.
И в этот момент…
За дверью, где-то совсем рядом, раздался тихий звук.
Очень осторожный.
Будто кто-то медленно провёл рукой по стене.
Алекс замер.
Сердце колотилось так сильно, что казалось — его услышат.
Тишина стала густой.
Неприятной.
И в этой тишине вдруг снова послышался звук.
Прямо за дверью.
Слишком близко.
Словно кто-то стоял там.
И ждал.
И вдруг…
Тихо скрипнула половицa.
Медленно.
Протяжно.
Так скрипит старая доска, когда на неё осторожно переносят вес тела, стараясь двигаться как можно тише, но всё равно выдавая своё присутствие.
Алекс замер.
Он даже перестал дышать, потому что в этот момент ему отчётливо показалось — это был не случайный шум дома, не сквозняк и не старая мебель.
Это был шаг.
Чужой.
Осознанный.
Будто кто-то за дверью тоже сделал движение — осторожное, выверенное, словно повторяя его собственный шаг.
Он сглотнул.
Горло пересохло.
И, почти шёпотом, стараясь говорить как можно тише, но надеясь услышать знакомый голос, он произнёс:
— Мам?.. — Пап?..
Ответа не было.
Только тишина.
И ощущение, что за дверью всё ещё кто-то стоит.
Неподвижно.
И ждёт.
Глава 3 — НАЧАТЬ
Алекс стоял у двери, почти не дыша, всё ещё вслушиваясь в густую, вязкую тишину, которая повисла в коридоре после того странного скрипа половиц, и в какой-то момент ему даже показалось, что он слышит собственное сердцебиение громче любых других звуков.
Он медленно потянул ручку на себя.
Дверь тихо приоткрылась.
Коридор оказался пуст.
Никого.
Только темнота и слабый свет, падавший из его комнаты, вытягивали длинные тени по полу и стенам, делая их странно неровными, будто они жили своей собственной жизнью.
Алекс сделал осторожный шаг вперёд.
И вдруг…
В противоположном конце коридора резко открылась дверь.
Звук оказался таким неожиданным и громким, что он вздрогнул всем телом и невольно попятился назад.
Нога зацепилась за край порога.
Он споткнулся.
И грузно рухнул на пол, больно ударившись копчиком, так что на мгновение перехватило дыхание.
Но боль почти не ощущалась — всё внимание было приковано к тёмному проёму в конце коридора.
Он приподнялся на локтях и уставился вперёд.
Из освещённого проёма показался силуэт.
Он двигался медленно.
Неровно.
Будто шагал кто-то тяжёлый и неповоротливый, словно зомби из дешёвого фильма или какая-то нечисть, которая только училась двигаться.
Сердце сжалось так сильно, что на мгновение стало трудно дышать.
Алекс не мог пошевелиться.
Он просто смотрел.
Смотрел, как силуэт медленно приближается, делая один тяжёлый шаг за другим, пока холодный страх расползался по телу и заставлял мышцы каменеть.
— Нет… — едва слышно прошептал он.
Силуэт подошёл ближе.
И в этот момент он резко протёр глаза ладонями, словно надеясь стереть страшную картинку.
Когда он снова посмотрел вперёд…
Перед ним стояла мама.
Сонная.
Растрёпанная.
С прищуренными глазами.
Она выглядела так, будто только что проснулась и всё ещё не до конца понимала, где находится.
— Фух… — выдохнул Алекс.
Сердце всё ещё колотилось.
— Это я себе всё накрутил… из-за этой дурацкой игры…
Мама не обратила на него внимания.
Она медленно прошла мимо, слегка шаркая ногами, будто двигалась во сне, и направилась в сторону туалета, даже не посмотрев в его сторону, словно его здесь вообще не было.
Через несколько секунд в туалете загорелся свет.
Дверь тихо закрылась.
Алекс медленно поднялся на ноги, всё ещё чувствуя неприятную дрожь в руках.
Он прислушался.
Щёлк.
Свет в туалете погас.
Мама вышла обратно в коридор.
Двигалась так же медленно.
Тяжело.
Будто лунатик.
Она прошла к своей комнате, не произнеся ни слова, и исчезла в темноте.
Дверь тихо закрылась.
И снова…
Скрипнула та самая половица.
Медленно.
Протяжно.
Алекс поморщился.
— Видимо, пол скоро менять надо… — пробормотал он себе под нос, пытаясь вернуть ощущение обычной реальности.
Он провёл рукой по лицу, глубоко вдохнул и направился на кухню.
В животе неприятно заныло — только сейчас он понял, что проголодался.
Он открыл холодильник.
Внутри всё выглядело нормально.
Колбаса.
Хлеб.
Молоко.
Ничего странного.
Он быстро сделал себе бутерброд с колбасой и налил горячий чай, чувствуя, как привычные действия постепенно возвращают ему спокойствие, словно обычные бытовые мелочи могли отогнать страх.
Через минуту он уже сидел за своим столом.
Компьютер всё ещё светился.
Кнопка НАЧАТЬ продолжала медленно мерцать.
Алекс сделал глоток чая.
Откусил кусок бутерброда.
И, тяжело вздохнув, снова посмотрел на экран.
— Ладно… посмотрим, что ты умеешь… — тихо сказал он.
Он подвёл курсор.
И нажал.
В тот же миг экран резко потемнел.
Цифры на нём исчезли.
А затем появились снова.
00:00
Под ними вспыхнула надпись:
Время синхронизировано
Алекс резко повернул голову к настенным часам.
Сердце пропустило удар.
На часах тоже было:
00:00
— Что?..
Он замер.
И в этот момент экран снова изменился.
Появился тёмный фон.
Холодный.
Мрачный.
На нём возникло изображение.
Каменные стены.
Железные решётки.
Сырость.
УРОВЕНЬ: 1 Локация: Темница Персонаж: 0
— Это что ещё за бред… — прошептал он.
Он взял мышку и медленно осмотрелся.
Темница выглядела странно знакомой.
Сначала он не понял почему.
Но потом заметил детали.
Там, где в его комнате висели часы — здесь находилась старая картина.
Там, где стояла кровать — лежала грубая деревянная лежанка.
Стол стоял на том же месте. Стена выглядела почти такой же.
Расположение предметов совпадало.
Только выглядело всё древним.
Словно его собственная комната превратилась в каменную камеру какого-то старого замка.
Он замер.
И вдруг нахмурился.
— Стоп…
Он посмотрел на стол.
Пусто.
— А где мой бутерброд?..
Он резко оглянулся.
Кружки тоже не было.
Чая не было.
Будто их никогда не существовало.
Сердце снова ускорилось.
Он вскочил со стула.
И побежал на кухню.
Резко открыл холодильник.
Колбаса лежала на месте.
Но упаковка была нераспечатанной.
Совсем.
Он застыл.
Медленно коснулся чайника.
Холодный.
Будто его никогда не включали.
Хотя всего несколько минут назад он сам вскипятил чайник, чтобы налить себе горячий чай.
Он стоял, не двигаясь.
И в этот момент до него дошло.
Время не просто остановилось.
Оно перемоталось назад.
На два часа, семнадцать минут.
Но игра…
Игра осталась.
И продолжала работать.
Монитор тихо светился в темноте кухни.
Слишком спокойно.
Слишком уверенно.
Будто знал то, чего не знал он сам.
И в этот момент из комнаты донёсся звук.
Тихий.
Едва различимый.
Будто мышка сама по себе сдвинулась по столу.
Алекс медленно повернул голову.
И понял:
игра началась по-настоящему.
А что, если я умру в игре?..
Или поранюсь…
Или я сам себе это накручиваю?..
Он сжал кулаки.
Я уже не уверен ни в чём.
И от этой мысли стало по-настоящему страшно.
Хотелось разбудить маму и папу.
Просто постучать в дверь.
Убедиться, что всё нормально.
Но они подумают, что я спятил.
Нет…
Я пока просто попробую начать играть.
Глава 4 — ПОЛНАЯ СИНХРОНИЗАЦИЯ
Первое, что он сделал после нажатия кнопки «НАЧАТЬ», — попытался выбраться из заточения, потому что сама мысль о том, что он оказался заперт в холодной каменной камере без возможности выйти, вызывала внутри неприятное ощущение беспомощности, которое постепенно перерастало в раздражение и тревогу одновременно.
Каменные стены окружали его со всех сторон, тяжёлые и влажные на вид, будто простояли здесь сотни лет, впитав в себя сырость и холод, и казались абсолютно неприступными, словно их невозможно было ни сломать, ни расшатать, ни даже просто повредить, как бы сильно он ни пытался это сделать. Алекс медленно вёл курсор вдоль каждой поверхности, внимательно осматривая камни, проводя по ним снова и снова, щёлкая мышкой по решётке, по полу, по углам, надеясь найти хоть какую-нибудь трещину, кнопку или скрытый механизм, но ничего не происходило, будто сама темница наблюдала за ним и молча издевалась над его попытками выбраться наружу.
Сначала он ударил по решётке осторожно, будто проверяя, не окажется ли она неожиданно хрупкой.
Потом сильнее.
А затем начал бить кулаками уже с заметным раздражением, постепенно теряя терпение и надеясь, что металлические прутья вдруг дрогнут или хотя бы издадут другой звук, если приложить достаточно силы.
Но ничего не менялось.
Решётка оставалась неподвижной и холодной, будто вообще не реагировала на удары, словно была частью чего-то гораздо более прочного и древнего, чем обычный металл.
Он обошёл камеру вдоль и поперёк уже, наверное, в десятый раз, наклоняясь ближе к экрану, почти касаясь его носом, внимательно вглядываясь в каждый угол, проверяя каждый камень, будто надеялся заметить мельчайшую деталь, которую мог пропустить раньше, но ни ключа, ни отмычки, ни скрытого прохода так и не нашёл.
В какой-то момент ему даже показалось, что стены слегка влажные, а между камнями виднеется тёмный налёт, похожий на плесень, и от этого зрелища по коже пробежали неприятные мурашки, потому что темница выглядела слишком настоящей — не как обычная игра, а как место, где действительно можно почувствовать холод.
Прошло около получаса.
Он сам не заметил, как время утекло так быстро.
И только когда взгляд случайно упал на стену, он увидел цифры, которых раньше там точно не замечал.
00:30
Алекс устало выдохнул и откинулся на спинку стула, чувствуя, как раздражение постепенно начинает вытеснять страх, потому что теперь всё происходящее начинало казаться не мистикой, а просто плохо сделанной игрой, в которой разработчики забыли добавить нормальный выход из первой локации.
— Да это какая-то дурацкая багованная игра… — пробормотал он себе под нос, чувствуя, как внутри поднимается злость. — Я в самом начале завис… Да кто вообще в это будет играть?..
На мгновение он даже забыл обо всех странностях, которые происходили раньше, — о перемотке времени, о тревожных совпадениях, о странной синхронизации между экраном и комнатой, — и начал воспринимать всё как обычную игру, раздражаясь скорее как геймер, чем как человек, который действительно может оказаться в опасности.
Он снял наушники и положил их на стол, после чего медленно поднялся со стула, чувствуя, как внизу живота неприятно тянет, и только теперь отчётливо понял, что всё это время терпел и теперь ему уже действительно нужно сходить в туалет.
— Ну всё… — тихо сказал он сам себе. — С меня хватит… Пойду схожу… потом чай налью…
Он подошёл к двери своей комнаты, не думая ни о чём особенном, и взялся за ручку, ожидая привычного щелчка замка и лёгкого движения двери вперёд, но вместо этого почувствовал странное сопротивление, будто ручка повернулась, а сама дверь осталась неподвижной.
Он нахмурился.
Повернул ручку ещё раз.
Потянул сильнее.
Ничего.
Попробовал толкнуть дверь вперёд.
Она не поддавалась.
Совсем.
Алекс замер, чувствуя, как внутри начинает медленно подниматься тревога, потому что это уже не было похоже на обычную неисправность — дверь словно удерживали с другой стороны.
— Да что за фигня… — прошептал он, уже ощущая, как ладони начинают потеть.
Он снова потянул ручку.
Сильнее.
Потом ещё сильнее.
Попробовал резко дёрнуть её на себя, затем толкнуть дверь плечом, но она оставалась неподвижной, будто кто-то намеренно не выпускал его из комнаты.
Чем дольше он пытался её открыть, тем сильнее становилось давление внизу живота, и теперь ему уже действительно хотелось в туалет, причём гораздо сильнее, чем минуту назад, и это только усиливало нервозность.
Он начал стучать по двери.
Сначала тихо.
Потом громче.
А потом, сам того не заметив, крикнул:
— Мааам!
Голос прозвучал неожиданно громко и немного хрипло, будто сорвался сам по себе.
В ту же секунду он краем глаза заметил движение на мониторе, который всё ещё продолжал светиться за его спиной.
Он резко повернул голову.
И замер.
По коридору темницы кто-то шёл.
Медленно.
Тяжело.
Высокий силуэт в металлических доспехах двигался по каменному полу так уверенно, будто точно знал, куда направляется, и звук его шагов словно отдавался не только из колонок, но и где-то внутри головы.
Алекс быстро вернулся к компьютеру и сел на стул, чувствуя, как сердце начинает биться быстрее, потому что происходящее снова переставало казаться обычной игрой.
Он подвёл курсор к фигуре.
— Эй… — тихо прошептал он. — Ты меня слышишь?..
Стражник остановился.
Медленно повернул голову.
И вдруг сказал:
— Веди себя тише, сынок… а то ремня схлопочешь.
Алекс моргнул.
На секунду ему показалось, что он ослышался.
Слова прозвучали слишком современно.
Слишком знакомо.
Так обычно говорили взрослые в реальной жизни.
Не персонажи из тёмных средневековых темниц.
— Что?.. — прошептал он, чувствуя, как по спине медленно пробегает холод.
Почему он говорит так, будто живёт в его мире?
Почему звучит так, будто знает не только его голос, но и саму интонацию дома, в котором он вырос?
— Я… я хочу в туалет… — сказал Алекс, сам не понимая, зачем вообще разговаривает с персонажем игры.
И в тот же момент произошло невозможное.
Дверь темницы открылась.
С тяжёлым металлическим скрипом.
И одновременно…
Щёлк.
Открылась дверь его комнаты.
Алекс резко повернул голову.
В коридоре стояла мама.
Сонная.
Растрёпанная.
— Время первый час ночи… — тихо сказала она. — Ты чего не спишь?
Алекс сглотнул.
Сердце билось слишком быстро.
— Извини… — пробормотал он. — У меня дверь заклинило… Я в туалет хотел…
Он сам удивился тому, как легко эти слова сорвались с языка.
— Спасибо, мамочка… что открыла…
Мама зевнула.
— И компьютер выключай свой… — сонно сказала она.
После этого она развернулась и ушла обратно в свою комнату, даже не оглянувшись.
Алекс выбежал в туалет почти бегом.
Он долго сидел там — минут двадцать, — пытаясь привести мысли в порядок и понять, что вообще с ним происходит, потому что внутри нарастало неприятное ощущение, будто привычная реальность начала трещать по швам, а любая попытка объяснить всё логически становилась всё слабее и бессмысленнее.
— Неужели это всё взаправду?.. — тихо прошептал он.
После этого он налил себе чай, уже почти автоматически, не особо думая о своих действиях, и медленно направился обратно в комнату, всё ещё надеясь, что, стоит ему снова увидеть монитор, всё окажется просто странным совпадением, нелепым сбоем, какой-то вирусной игрой с дешёвыми трюками.
Он открыл дверь.
И сразу посмотрел на экран.
Стражника больше не было.
Но дверь темницы…
Теперь была открыта.
Он замер.
Медленно сел за компьютер.
Курсор дрожал в его руке.
Внутри темницы виднелся тёмный коридор — глубокий, уходящий в неизвестность и пугающе похожий на коридор их собственной квартиры, если бы кто-то вытянул его в длину, лишил привычного света и облицевал сырым камнем.
Он долго не решался сделать первый шаг.
Тёмный проход на экране казался слишком настоящим — не просто нарисованным, а живым, будто в нём действительно можно было заблудиться. Алекс чувствовал странное сопротивление внутри, словно какая-то часть его понимала: стоит выйти — и назад уже дороги не будет.
Он подвёл курсор к выходу из камеры.
Замер.
Снова отдёрнул руку.
— Да это же просто игра… — прошептал он, пытаясь убедить самого себя.
Но даже эти слова прозвучали неуверенно.
Он ещё раз посмотрел вглубь коридора, затем тяжело выдохнул и, собравшись с мыслями, сделал первый шаг.
Персонаж вышел из камеры.
Алекс невольно подался вперёд, вглядываясь в экран.
Коридор оказался длинным.
Слишком длинным.
И в какой-то момент он почувствовал странное ощущение — будто видел это место раньше.
Он медленно повёл персонажа вперёд.
И вдруг понял.
Вся крепость и темница напоминали их квартиру.
Не полностью.
Но пугающе похоже.
Коридоры здесь были длиннее — намного длиннее, чем у них дома. Камер тоже было больше, чем комнат в квартире, но расположение всё равно казалось знакомым, будто кто-то взял их обычную квартиру и растянул её, превратив в холодный каменный лабиринт.
Он остановился и начал внимательнее всматриваться в детали.
Там, где у них дома висело старое зеркало в коридоре, здесь на стене был укреплён ржавый металлический щит.
Там, где стояла тумбочка с ключами и квитанциями, находился каменный выступ, на котором лежал потухший факел.
Даже поворот коридора совпадал — такой же угол, как возле кухни.
Расстояние между дверями тоже повторяло план квартиры.
Только здесь вместо комнат были камеры.
Тёмные.
Закрытые.
И совершенно безжизненные.
Алекс почувствовал, как внутри стало холодно.
— Это… невозможно… — прошептал он.
Он продолжил идти вперёд.
Каждый шаг отдавался глухим эхом по каменному полу.
Будто стены слушали его.
Будто запоминали.
В конце коридора виднелась дверь.
Большая.
Тяжёлая.
Почти чёрная.
Она отличалась от остальных.
И выглядела как выход.
Алекс замедлил движение.
В груди снова появилось неприятное ощущение тревоги.
Слишком темно.
Слишком тихо.
Он остановился перед дверью и некоторое время просто смотрел на неё.
— Похоже… это выход… — тихо сказал он себе.
Мысли начали путаться.
Если это действительно выход, тогда куда он ведёт?
На лестничную площадку?
В его доме тоже была дверь в конце коридора.
Та самая, ведущая на лестницу.
Он почувствовал, как по спине медленно пробежал холод.
— Стоит ли мне выходить?.. — прошептал он.
В голове возникли воспоминания.
Тёмные подъезды.
Скрипящие лестницы.
Чужие шаги этажом выше.
Хлопки дверей по ночам.
В реальной жизни он бы никогда не вышел так поздно просто так.
Тем более в их районе.
Не самом благополучном.
— Нет… — тихо сказал он. — В жизни я бы не вышел…
Но дверь уже была перед ним.
Слишком близко.
Он ещё несколько секунд колебался, а потом, сам не понимая почему, всё же нажал.
Тяжёлое полотно медленно приоткрылось, выпуская изнутри густую темноту, которая казалась почти живой, будто за ней скрывалось нечто большее, чем просто следующий коридор. Алекс невольно подался ближе к экрану, пытаясь разглядеть, что находится по ту сторону, и в этот момент в квартире раздался звук.
Настоящий.
Резкий.
Отчётливый.
Щёлк.
Он вздрогнул всем телом.
Сердце резко ударило в груди.
Это был звук входной двери.
Не в игре.
В квартире.
Алекс резко вскочил со стула так быстро, что кресло скрипнуло по полу, и на секунду он даже забыл о мониторе, потому что теперь всё внимание было приковано к коридору за дверью его комнаты.
Он замер.
Прислушался.
Тишина.
Потом — тихий скрип.
Такой, какой бывает, когда тяжёлая дверь открывается до конца.
Алекс почувствовал, как внутри всё похолодело.
— Нет… — прошептал он.
Он быстро подбежал к двери комнаты и распахнул её.
Входная дверь в квартиру была открыта настежь.
Прямо на лестничную площадку.
Холодный воздух из подъезда медленно заползал внутрь, принося с собой знакомый запах сырости, старой краски и чего-то металлического.
И в этот момент он увидел движение.
На лестничной площадке кто-то шёл вверх по лестнице.
Медленно.
Неторопливо.
Как раз в это время — почти в час ночи.
Алекс почувствовал, как колени стали немного ватными.
Слишком поздно для соседей.
Слишком поздно для гостей.
Фигура была в чёрном плаще с капюшоном, который полностью скрывал лицо, и двигалась так спокойно, будто прекрасно знала, куда идёт.
Алекс резко захлопнул дверь.
Слишком резко.
Замок щёлкнул громко, почти оглушительно в ночной тишине.
Он прижался к двери спиной и тяжело задышал, пытаясь успокоиться, но сердце всё равно колотилось так сильно, будто пыталось вырваться наружу.
Через пару секунд он осторожно наклонился к глазку.
Посмотрел.
На лестнице всё ещё было движение.
Тот самый мужчина в чёрном плаще медленно поднимался вверх, не оборачиваясь, не спеша, будто не замечал ничего вокруг.
Капюшон был натянут так низко, что лица видно не было вообще.
Только тёмная фигура.
Шаг.
Ещё шаг.
Он прошёл мимо их этажа.
И начал подниматься выше.
Алекс ещё несколько секунд смотрел в глазок, пока фигура окончательно не скрылась за поворотом лестницы.
Только после этого он осторожно отступил от двери.
Проверил замок.
Раз.
Проверил ещё раз.
Два.
Потом дёрнул ручку — на всякий случай.
Закрыто.
Он ещё раз осмотрел дверь, будто боялся, что она снова откроется сама по себе, и только после этого медленно направился обратно в комнату.
Каждый шаг казался тяжелее предыдущего.
Слишком тихо.
Слишком пусто.
Когда он вошёл в комнату, взгляд сразу упал на монитор.
И он замер.
В игре дверь тоже была закрыта.
Только теперь всё выглядело иначе.
В конце коридора, там, где недавно был выход, стоял стражник.
Но теперь он выглядел другим.
Злее.
Хмурее.
Тяжёлые доспехи поблёскивали в слабом свете факелов, а его поза была напряжённой, будто он только что захлопнул дверь перед самым носом.
И самое странное — он стоял спиной.
И медленно уходил вглубь коридора.
Шаг за шагом.
Отдаляясь.
Но перед тем как скрыться за поворотом, он вдруг остановился.
И слегка повернул голову.
Будто почувствовал взгляд.
Алексу стало не по себе.
Очень не по себе.
— Всё… — прошептал он. — Хватит с меня…
Он резко потянулся к системному блоку, уже не желая ни смотреть на экран, ни разбираться в происходящем, потому что внутри всё сильнее росло ощущение, что он зашёл слишком далеко и лучше остановиться сейчас, пока ещё можно вернуть назад.
— Всё… хватит… — повторил он, стараясь говорить уверенно, хотя голос всё равно дрожал.
Он нащупал кнопку питания.
На секунду замер.
А затем нажал.
Раздался тихий щелчок.
Кулер начал медленно затихать, его ровный гул стал слабее, будто кто-то постепенно убавлял звук, и в комнате начала сгущаться странная тишина, непривычная и неприятная, потому что раньше её всегда заполнял мягкий шум работающего компьютера.
Экран мигнул.
Один раз.
Второй.
Изображение исчезло.
Комната погрузилась в полумрак.
Алекс облегчённо выдохнул, почувствовав, как напряжение немного ослабевает, будто вместе с выключением компьютера закончилась и вся эта странная история.
— Всё… — тихо сказал он самому себе. — Теперь всё нормально…
Он уже собирался отвернуться от стола и сделать шаг назад.
Но в этот момент почувствовал странное ощущение.
Сначала лёгкое.
Почти незаметное.
Будто воздух вокруг стал тяжелее.
Он нахмурился.
Перед глазами появилось лёгкое потемнение.
Сначала по краям.
Тонкой тенью.
А затем темнота начала медленно расползаться к центру, будто кто-то постепенно закрывал свет.
— Что за… — прошептал он.
В голове появился слабый шум.
Тихий.
Монотонный.
Будто далёкий гул.
Он попытался сделать шаг.
Но ноги вдруг стали ватными.
Слишком тяжёлыми.
Комната словно качнулась перед глазами.
Стены поплыли.
Свет от лампы начал расплываться в мутные пятна.
Алекс резко ухватился рукой за край стола, пытаясь удержаться, потому что внутри возникло неприятное ощущение, будто он вот-вот потеряет равновесие.
Сердце заколотилось быстрее.
Дыхание стало коротким.
Прерывистым.
— Нет… — прошептал он.
Темнота перед глазами становилась всё гуще.
Теперь он уже почти ничего не видел.
Только смутные силуэты.
Он попытался вдохнуть глубже.
Но воздух будто стал плотным.
Тяжёлым.
А затем вдруг исчезла опора под ногами.
Рука соскользнула со стола.
И в следующую секунду он рухнул на пол.
Глухо.
Тяжело.
Удар оказался резким, но он почти не почувствовал боли, потому что в тот же момент всё вокруг окончательно потемнело.
Звуки исчезли.
Мысли растворились.
Осталась только темнота.
Полная.
Густая.
И где-то далеко, на самом краю сознания, ему показалось, что он всё ещё слышит звук.
Тихий.
Размеренный.
Шаги.
Металлические.
Медленные.
Будто кто-то шёл по каменному полу.
И с каждым шагом становился ближе.
А затем…
Тишина.
Полная.
Неподвижная.
И только перед тем, как сознание окончательно провалилось в пустоту, Алекс успел подумать одну короткую, холодную мысль:
А если я больше не проснусь?..
Глава 5 — ОТКАТ
Он проснулся резко, будто вынырнул из глубины тёмной воды, и несколько секунд просто лежал неподвижно, тяжело дыша и чувствуя, как по спине и вискам течёт холодный пот. Сердце колотилось слишком быстро, грудь тяжело поднималась и опускалась, а в голове ещё дрожали обрывки того, что он только что видел: тёмный коридор, лестничная площадка, силуэт в капюшоне, тяжёлые шаги и густая темнота, которая в какой-то момент поглотила всё.
Он моргнул.
Потолок.
Своя комната.
Стена.
Шкаф.
Кровать.
На несколько секунд его будто отпустило.
Алекс медленно выдохнул и прикрыл глаза, пытаясь успокоиться.
— Это просто кошмар… — хрипло прошептал он.
Эти слова прозвучали слабо, но всё же немного помогли. Он лежал, стараясь дышать ровнее, и постепенно к нему возвращалось ощущение собственного тела, одеяла, подушки, матраса под спиной. Всё это было слишком обычным, слишком знакомым, чтобы поверить, будто он действительно куда-то провалился.
Наверное, он просто прилёг отдохнуть, сам не заметил, как уснул, и теперь проснулся ночью после какого-то слишком яркого, слишком тяжёлого сна.
Хотелось снова закрыть глаза.
Хотелось провалиться обратно в сон и уже проснуться утром, когда всё это покажется нелепостью.
Но тревога не давала.
Она сидела где-то глубоко внутри, под рёбрами, и не отпускала.
Сон был слишком реалистичным.
Слишком последовательным.
Слишком логичным для обычного кошмара.
Одна мысль настойчиво шептала, что всё это действительно было, а другая, более слабая и жалкая, пыталась убедить его, что это всего лишь сонный паралич, переутомление или что-то ещё, чему можно дать обычное объяснение.
— Да нет… — пробормотал он в темноту. — Это просто сон… просто дурацкий сон…
Но даже собственный голос не убеждал.
Он повернул голову к стене, где висели часы, и в ту же секунду снова замер.
Смотреть было страшно.
Почему-то он вдруг понял совершенно ясно: от того, что покажут стрелки, зависит слишком многое.
Если время обычное — значит, всё это и правда был кошмар.
Если нет…
Он глубоко вдохнул и, щурясь, вгляделся в темноту.
Сначала не разобрал ничего.
Потом чуть приподнялся на локте.
Прищурился сильнее.
И почувствовал, как внутри всё похолодело.
00:00
— Что?.. — сорвалось у него.
Он резко протёр глаза ладонью, сел на кровати и снова посмотрел на часы.
Теперь стрелки показывали другое.
02:17
Алекс вскочил так резко, что кровать скрипнула.
Подошёл ближе.
Всмотрелся.
Да, точно.
02:17
— Блин… — выдохнул он. — Нет… нет, нет…
Тело сразу неприятно сжалось, по рукам и ногам пошёл мелкий мандраж, а в висках будто глухо застучало. Ему показалось, что давление резко подскочило, как бывает в те моменты, когда страх не просто приходит, а бьёт в тебя целиком, сразу, не давая времени ни подумать, ни выстроить хоть какую-то защиту.
Он медленно повернул голову к столу.
Компьютер был включён.
Экран светился.
На нём всё так же стояло:
00:00
А ниже — кнопка:
НАЧАТЬ ИГРАТЬ
— Нет… — прошептал он.
Теперь это уже не походило на сон.
Теперь это выглядело как продолжение.
Как будто ночь не закончилась, а просто на какое-то время отпустила его, чтобы затем снова вернуть туда же.
— Я не буду играть по их правилам, — почти шёпотом сказал он себе.
Ему срочно нужно было сделать что-то обычное, бытовое, человеческое, что угодно, лишь бы вырваться из этого состояния. Он вышел из комнаты, стараясь ступать как можно тише, чтобы не разбудить родителей, и пошёл на кухню. Свет включать не стал. В полумраке открыл холодильник, достал колбасу, хлеб, сделал себе бутерброд и налил чай, стараясь цепляться за каждый простой жест, за каждое движение, будто обычная еда могла вернуть нормальность.
Он ел прямо на кухне, медленно, почти насильно заставляя себя жевать и глотать, и постепенно внутри действительно стало чуть спокойнее. Руки перестали так сильно дрожать. Дыхание выровнялось. Мир на несколько минут снова стал похож на обычный.
И в этот момент его взгляд случайно упал на кухонные часы.
02:17
Он замер.
Не может быть.
Может, часы просто встали?
Может, батарейка села?
Может, в доме что-то с электричеством?
Может, какие-нибудь магнитные помехи?
В голову лезли самые нелепые мысли, одна глупее другой, но он цеплялся за них изо всех сил, потому что ему гораздо легче было поверить в поломанные часы или странное излучение, чем в то, что он оказался внутри какой-то чертовщины, которую не может объяснить.
Он ещё несколько секунд смотрел на стрелки, потом взял кружку и вернулся в комнату, стараясь идти так же тихо, чтобы никого не разбудить.
На стене у него в комнате было уже 02:18.
Алекс замер.
И даже немного успокоился.
— Ну вот… — пробормотал он. — Значит, идут…
Но в следующую секунду его будто ударило.
Он не мог есть бутерброд и пить чай всего одну минуту.
Не мог.
Он снова перевёл взгляд на часы.
02:17
— Бли-ин… — простонал он, чувствуя, как внутри всё снова сжимается.
Он посмотрел на компьютер.
Потом на системный блок.
Рука сама собой потянулась к кнопке выключения.
И тут же замерла в воздухе.
Нет.
Если он снова выключит компьютер, то, возможно, просто опять вырубится, как в прошлый раз, а проснётся непонятно где и в каком состоянии.
Это уже слишком напоминало петлю.
Что-то вроде «Дня сурка», только вместо смешного фильма — ночь, из которой невозможно выбраться.
Он медленно опустил руку.
Потом, тяжело вздохнув, подошёл к столу и нажал на кнопку НАЧАТЬ ИГРАТЬ.
Экран мигнул.
Свет на секунду стал ярче.
И снова вспыхнула надпись:
ПОЛНАЯ СИНХРОНИЗАЦИЯ
Алекс резко повернулся к настенным часам.
На них уже было:
00:00
Он застыл.
Значит, всё действительно откатывается.
Не просто останавливается, не ломается, а именно откатывается назад, будто кто-то отматывает ночь к одной и той же точке.
Он бросился на кухню.
Резко открыл холодильник.
Колбаса лежала там же.
Но упаковка была целой.
Нетронутой.
Как будто её никто и не открывал.
Он закрыл глаза.
Коротко, тяжело выдохнул.
— Ага… — тихо сказал он сам себе. — Значит, время опять сбросилось…
Вернувшись к компьютеру, он заметил первое отличие.
На этот раз дверь камеры не была закрыта.
Она уже стояла открытой.
Алекс долго смотрел на экран, пытаясь понять, что это значит, и постепенно до него дошло: игра откатывает время в квартире, но не стирает всё полностью внутри себя. Она помнит, что он уже вывел персонажа из камеры. Значит, реальность возвращается к началу, а сама игра идёт дальше. Возможно это был автосейв.
Подумал он.
От этой мысли стало ещё страшнее.
Потому что теперь это было похоже не на бессмысленный глюк, а на систему.
На что-то, что работает по своим правилам и при этом учится.
Он сел ближе к монитору.
— Ладно… — прошептал он. — Тогда посмотрим дальше…
Но как он вообще выберется?
Если выйдет из замка, там могут быть охранники.
Если в игре что-то случится, что тогда будет в реальности?
Тем более он до сих пор помнил того мужчину в капюшоне, который поднимался по лестнице около часа ночи.
Эта мысль не отпускала.
И тогда Алекс решил проверить.
Сравнить.
Если выйти в игре — что произойдёт здесь?
Он повёл персонажа по коридору, вышел к двери в конце прохода и нажал на замок.
И в ту же секунду дверь на лестничную клетку в квартире тоже открылась.
Не до конца.
Совсем немного.
Но этого было достаточно, чтобы внутрь потянуло холодным воздухом из подъезда.
Алекс дёрнулся.
Потом быстро сообразил, что если оставить дверь открытой настежь, кто угодно может войти, и бросился в коридор, чтобы прикрыть её почти вплотную, оставив только узкую щель.
Сердце колотилось быстро и тяжело.
Он вернулся к экрану.
В игре персонаж уже стоял на каменной лестнице и начал спускаться вниз.
Ступени тянулись гораздо дольше, чем должны были.
Слишком долго.
Алекс жил на шестом этаже, он хорошо знал, сколько обычно нужно идти донизу, но здесь лестница всё не кончалась и не кончалась, будто кто-то взял обычный подъезд и растянул его в невозможную глубину.
Наконец внизу оказался тупик.
Глухая дверь.
Без ручки.
Без замка.
Он не понимал, как её открыть, хотя чувствовал почти физически, что именно там должен быть выход — из игры, из замка, а может быть, и на улицу в реальности.
Он поднял взгляд на часы.
00:15
Алекс заду.
Раньше незнакомец в капюшоне появился ближе к часу. У меня ещё есть время.
Эта мысль не успела оформиться до конца, потому что сверху, из темноты лестничного пролёта, вдруг раздался звук.
Шаги и шипение.
Кто-то начал спускаться вниз.
Медленно.
Тяжело.
Не торопясь.
Следом послышалось сиплое хрипение, а где-то между ступенями — странный скребущий звук, будто по камню волочилось что-то твёрдое: когти, цепь или чьи-то костлявые пальцы.
Алекс замер, вслушиваясь.
Шаги не прекращались.
Но теперь ему уже казалось, что там не одно существо.
К тяжёлой поступи примешивалось ещё что-то — тихое кряхтение, мерзкое булькающее дыхание и лёгкий шорох, будто рядом с тем, кто спускался, скользило по ступеням другое создание, более лёгкое, но куда более жуткое.
Алекс резко отпрянул от экрана и бросился в коридор к входной двери, потому что в следующую секунду услышал то же самое и в реальности — едва различимое движение за дверью на лестничной клетке.
Он подскочил к двери и вцепился в ручку, пытаясь захлопнуть её плотнее.
Но не смог.
С другой стороны кто-то тянул её на себя.
С силой.
Слишком большой силой.
Дверь дёрнулась так резко, что у него хрустнули пальцы на ручке.
— Нет!.. — выдохнул он и навалился всем телом.
Но снаружи тянули сильнее.
Намного сильнее.
Щель между дверью и косяком медленно увеличивалась.
Сначала на сантиметр.
Потом ещё.
Потом из темноты подъезда донёсся звук.
Не голос.
Не крик.
А какой-то влажный, режущий слух визг, от которого по спине моментально пошли ледяные мурашки.
Алекс замер.
В эту щель медленно просунулась голова.
Огромная.
Непропорциональная.
Слишком большая для человеческого тела.
Сначала он увидел глаза — круглые, выпуклые, ненормально большие.
Потом кривой нос.
Потом расползшийся рот с гнилыми зубами.
Лицо было заросшим клочковатой бородой, кожа серой и какой-то пятнистой, а улыбка — слишком широкой и слишком довольной, как будто существо искренне радовалось его ужасу.
Оно просунулось ещё ближе.
Ещё.
Почти в саму квартиру.
И хрипло, протяжно, с мерзкой насмешкой сказало:
— Ты проигра-а-ал…
У Алекса в тот же момент всё внутри сжалось.
Ноги стали ватными.
Слишком тяжёлыми.
Непослушными.
Он хотел отпрянуть, хотел закричать, хотел броситься назад, но не смог.
Тело будто отказалось подчиняться.
Он просто стоял и смотрел на эту огромную голову, выглядывающую из дверного проёма и улыбающуюся недоброй, почти счастливой улыбкой.
Сознание начало мутнеть.
Картинка поплыла.
Монстр двинулся ближе.
Где-то в глубине комнаты, на экране, в этот же момент на персонажа из игры тоже что-то напало — тёмная тяжёлая фигура снесла его с ног, прижала к камню, и тело героя начало быстро сереть, покрываясь трещинами, словно его превращали в каменную статую, а потом разбивали на куски.
Но Алекс этого уже не видел.
Он медленно осел на пол.
Пульс глухо и редко стучал в висках.
Мир становился всё темнее.
Сил не осталось даже на страх.
Только на одно последнее слово.
— Помогите… — едва слышно прошептал он.
И всё вокруг провалилось в темноту.
Глава 6 — ЛОЖНОЕ УТРО
Алекс проснулся резко, будто его снова выдернули из сна чьей-то невидимой рукой, и несколько секунд лежал неподвижно, тяжело дыша и чувствуя, как по спине стекает холодный пот. Сердце билось слишком быстро, а в голове ещё не до конца рассеялись обрывки того ужаса, который он только что пережил.
— Опять… — едва слышно прошептал он.
Первая мысль была той же, что и раньше: это просто сон.
Слишком яркий.
Слишком живой.
Слишком правдоподобный.
Но всё-таки сон.
И вдруг он замер.
Подожди.
Это уже было.
Он уже просыпался так же — в холодном поту, с тяжёлым дыханием, с диким сердцебиением и с мыслью о том, что всё это сонный паралич, кошмар, игра уставшего мозга.
Может, это сон во сне?
От одной этой мысли внутри неприятно сжалось.
Всё повторяется?
Значит, если он сейчас посмотрит на часы, там опять будет 2:17?
Он не хотел поворачивать голову.
Ему вдруг стало страшно даже от самой возможности снова увидеть эти цифры.
Но страх только нарастал, и Алекс, тяжело вздохнув, всё-таки медленно повернулся к стене, где висели часы, протёр глаза и вгляделся в темноту.
03:00
Он замер.
Потом резко сел на кровати.
Снова посмотрел.
Да.
Три часа ночи.
Не 2:17.
Не 00:00.
Обычные три часа.
Из груди вырвался долгий, дрожащий выдох.
— Ух-х… — прошептал он, и в этот момент его действительно отпустило.
Плечи, всё это время напряжённые, понемногу опустились, в животе стало легче, а внутри что-то словно разжалось. Алекс даже нервно засмеялся, коротко и сухо, будто смеялся не потому, что ему смешно, а потому что организм сам пытался сбросить остатки пережитого ужаса.
— Ну конечно… — пробормотал он. — Просто очень реалистичный сон… сонный паралич… да ещё и сон во сне…
Теперь это звучало почти убедительно.
Почти.
С этой мыслью он снова лёг, натянул одеяло повыше и закрыл глаза, позволяя себе расслабиться.
На этот раз сон пришёл быстро.
Мягко.
Без падения.
Без рывка.
А потом прошло какое-то время — он не понял, сколько именно, — и Алекс открыл глаза уже совсем иначе.
Спокойно.
Без паники.
Без этого липкого страха, который всё последнее время сидел внутри.
Тело было приятно тяжёлым и отдохнувшим, голова ясной, а внутри появилось ощущение, будто он наконец-то нормально выспался. Он сладко потянулся, даже с лёгкой улыбкой, и на мгновение ему действительно показалось, что всё закончилось.
Интересно, сколько он проспал?
Он, не задумываясь, встал с кровати, сунул ноги в тапки и вышел из комнаты. В ванной почистил зубы, умылся прохладной водой, посмотрел на себя в зеркало и увидел обычное сонное лицо — усталое, но нормальное. Всё выглядело слишком бытовым, слишком обычным, чтобы продолжать верить в какой-то потусторонний кошмар.
Потом он пошёл на кухню, уже думая только о еде.
Открыл холодильник.
И сразу нахмурился.
Колбаса лежала на месте.
Но упаковка была нераспечатанной.
Совсем.
Алекс замер, не сразу понимая, что именно его насторожило.
Потом медленно закрыл холодильник.
В груди снова что-то холодно шевельнулось.
А сколько вообще времени?
Какая сегодня дата?
Семнадцатое?
Восемнадцатое февраля?
Обычно светать начинает после восьми, значит сейчас, наверное, часов шесть или семь утра…
Он перевёл взгляд на кухонные часы.
И остолбенел.
Комок в горле встал так резко, что он не смог сразу сглотнуть. Колени поджались, а в ногах появилась слабость, будто ещё немного — и он просто сложится на пол, как карточный домик. Холодный пот снова потёк по лбу, попадая к ресницам, и он машинально вытер лицо ладонью, потом протёр глаза ещё раз, потому что не поверил увиденному.
На часах не было стрелок.
Вообще.
Ни одной.
Белый циферблат под стеклом был пустым.
Он не знал, сколько времени.
Не понимал, ночь сейчас или утро, идёт ли оно вообще или уже давно остановилось.
Алекс резко развернулся и пошёл в комнату.
Там было то же самое.
Часы висели на месте, но без стрелок.
Пустые.
Мёртвые.
Он подбежал к окну и отдёрнул занавеску.
За стеклом была ночь.
Глубокая.
Тёмная.
Без малейших признаков раннего утра.
Ни намёка на серое небо.
Ни ощущения, что тьма вот-вот отступит.
Только фонари, тёмные окна соседних домов и чёрное небо.
Алекс медленно повернул голову к столу.
Компьютер был включён, но игра не была запущена. На рабочем столе всё так же стояла иконка без названия — тот самый чёрный значок, от одного вида которого внутри всё неприятно сжималось.
Он смотрел на него несколько секунд.
Потом нажал.
Экран вспыхнул.
И на мониторе снова появилось:
00:00
В этот момент ему показалось, будто душа действительно ушла в пятки, а сам он начал куда-то медленно проваливаться, словно пол под ногами перестал быть твёрдым. Голова закружилась. Он резко повернулся к настенным часам.
На этот раз стрелки были на месте.
02:17
Он бросился на кухню.
Там было то же самое.
02:17
В голове стоял полный бардак. Мысли путались, сталкивались, рвались друг о друга, и в какой-то момент он просто не выдержал — прислонился к столешнице и тихо, беспомощно заплакал прямо посреди кухни, всхлипывая и шмыгая носом, чувствуя себя одновременно и глупым, и потерянным, и бесконечно уставшим.
— Зачем я вообще скачал эту игру?.. — сказал он сквозь слёзы, почти с обидой, почти с ненавистью. — Видимо, мне в жизни не хватало хоррора и адреналина…
Сказал — и сам же нервно усмехнулся, потому что даже в этой фразе было что-то жалкое и правдивое одновременно.
Он ещё немного постоял, опустив голову, потом вытер лицо руками и заставил себя дышать ровнее.
Нет.
Нельзя просто стоять и ждать.
Нельзя опять развалиться и дать этой ночи перемолоть его полностью.
Он не совсем беспомощен.
Пусть он не великий программист и не какой-нибудь гениальный хакер, но всё-таки немного понимал в компьютерах и слишком много играл в игры, чтобы сдаться после первых поражений.
— Я же живой, — сказал он уже чуть твёрже. — Живой.
Он проигрывал.
Да.
Вроде бы два раза.
Но пока ничего страшного не случилось.
Пока он просыпался снова.
Пока мог думать.
Пока мог двигаться.
Он проходил кучу игр — хорроры, головоломки, метроидвании, сюжетные квесты, бродилки, игры с тупиковыми ситуациями и сложными загадками, где нужно было возвращаться назад, всё осматривать заново и находить какую-нибудь мелочь, без которой ничего не сдвинется. И ведь всегда проходил. Иногда с психами. Иногда с матом. Иногда после часа тупняка. Но проходил.
— Смогу и эту, — пробормотал он.
И тут же похолодел от следующей мысли.
А если попытки не бесконечные?
А если откатов не так много, как ему кажется?
А если они кончатся — как девять жизней у кошки?
Эта мысль ударила больнее всего, потому что на неё уже не находилось никакого утешительного ответа.
Но вместе со страхом в нём начала подниматься и другая вещь — злая, упрямая решимость.
Он должен разобраться.
Должен понять, как выбраться из этой петли.
Алекс вернулся в комнату и сел за компьютер уже не как испуганный зритель, а как человек, который наконец признал: игра существует, время ломается, а значит, остаётся только идти вперёд.
На экране снова была темница.
Но дверь камеры стояла открытой.
Это пугало и одновременно давало хоть какую-то опору.
Игра помнила его прошлый путь.
Значит, она не просто откатывает ночь как бессмысленную запись.
Значит, что-то внутри неё продолжает жить дальше.
Он осторожно вывел персонажа из камеры и снова оказался в длинном коридоре, который всё сильнее напоминал его собственную квартиру, только перекошенную, растянутую и превращённую в каменный кошмар. Там, где в жизни была дверь в комнату родителей, здесь стояла тяжёлая решётчатая дверь с потухшим факелом рядом. Там, где в обычном коридоре лежал коврик, по полу тянулась тёмная полоса, похожая на след от волочившейся цепи. Даже ниша у кухни здесь была — только вместо холодильника в ней стоял каменный шкаф с выбитой дверцей.
Он шёл медленно, внимательно всматриваясь в детали и стараясь не повторять прежних ошибок.
В этот раз было тихо.
Слишком тихо.
Никаких шагов.
Никакого стражника.
Никакого шипения.
И именно это пугало сильнее, потому что если всё меняется от времени и его решений, значит прежние опасности никуда не исчезли — просто теперь они ждут в другом месте и в другой момент.
Он дошёл до лестницы и замер.
В прошлый раз там уже было движение.
Сейчас — пусто.
Значит, он действительно пришёл сюда иначе.
Раньше.
Или позже.
Игра не повторяла события один в один.
Она переставляла их.
Пробовала по-новому.
Алекс начал спускаться.
Ступени тянулись долго, но на этот раз он не смотрел по сторонам и не останавливался, только считал шаги и старался дышать ровно. Внизу снова была дверь. Та самая. Без ручки снаружи. Только теперь возле неё, в боковой нише, почти незаметной в темноте, он увидел то, чего не было раньше — узкий железный рычаг, вбитый в стену так, будто сливался с камнем.
— Ах вот как… — пробормотал он.
Он подвёл курсор и нажал.
Рычаг сначала не поддался.
Потом сдвинулся.
Где-то глубоко внутри стены раздался глухой скрежет.
Тяжёлый.
Старый.
И дверь медленно приоткрылась.
Алекс замер.
По ту сторону не было ни темницы, ни лестницы, ни ещё одного коридора.
Там был выход.
Настоящий.
По крайней мере, так это выглядело.
Он увидел чёрное небо, редкий свет фонаря и что-то похожее на двор, только мрачнее, чем в реальности, словно его район тоже превратили в часть этой игры.
Сердце забилось быстрее.
Неужели он действительно выбрался из темницы?
Он сделал шаг вперёд.
Потом второй.
И оказался снаружи.
На одно короткое, почти счастливое мгновение Алексу показалось, что это и есть свобода, настоящий выход из кошмара, потому что за спиной остались каменные стены, решётки и вся эта давящая, мёртвая теснота замка.
Но уже через несколько секунд это ощущение начало рассыпаться.
Снаружи было слишком темно.
Не просто темно, как бывает обычной зимней ночью, а вязко, глухо и неприятно, словно свет здесь умирал, не успевая коснуться земли. Ветер гулял по пустому пространству резкими, ледяными порывами, и от него хотелось не вдохнуть глубже, а наоборот — сжаться, закрыться, убежать обратно за стены.
У персонажа не было верхней одежды.
Только тонкая, жалкая одежда, совсем не подходящая для такого холода.
Алекс почти сразу заметил в углу экрана то, от чего внутри всё похолодело ещё сильнее: полоска здоровья начала медленно убывать.
— Нет… — тихо сказал он, наклоняясь ближе к монитору.
С каждым шагом ветер будто усиливался, а движения персонажа становились всё тяжелее. Он прошёл, наверное, не больше пятидесяти метров, прежде чем идти стало заметно труднее: герой уже не шагал нормально, а словно продирался сквозь ледяной поток, спотыкаясь и замедляясь, а здоровье продолжало уменьшаться.
Тогда Алекс резко развернул его назад.
— Давай… давай… давай… — шептал он, чувствуя, как собственные пальцы холодеют на мышке.
Он хотел вернуться к замку, надеясь, что внутри можно будет согреться, перевести дух и понять, что делать дальше. Но когда персонаж добрался обратно до двери, оказалось, что она уже закрыта.
Наглухо.
Алекс щёлкнул мышкой.
Ещё раз.
Потом снова и снова.
Персонаж дёргал ручку, бил в дверь, колотил в неё руками, но ничего не происходило.
И в этот момент самому Алексу вдруг тоже стало нехорошо.
Сначала он подумал, что просто переволновался, но холод быстро стал слишком реальным. Он почувствовал, как по ногам и спине пробежала дрожь, как ледяной воздух будто действительно тянет откуда-то из коридора, просачивается в квартиру и ползёт по полу к его комнате.
Он невольно поёжился.
Оглянулся на окно.
Форточка была закрыта.
Всё было закрыто.
Но почему тогда так холодно?
На экране персонаж продолжал ломиться в дверь, и каждое его движение становилось всё слабее, всё медленнее, как у человека, который уже почти не чувствует рук. Здоровья оставалось совсем мало. Изображение слегка темнело по краям, будто сама игра подсказывала: ещё немного — и всё кончится.
И в реальности у Алекса тоже начало темнеть в глазах.
Холод усиливался.
Пальцы немели.
Он тяжело поднялся из-за стола, почти на ощупь добрался до двери своей комнаты и вышел в коридор. Воздух там действительно был ледяным, как в подъезде зимой, когда кто-то надолго оставил открытой наружную дверь. Алекс дошёл до входной двери, держась за стену, и уже протянул руку к ручке, как вдруг с лестничной площадки донёсся звук.
Едва слышный смех.
Тонкий.
Непонятный.
То ли детский.
То ли женский.
В нём было что-то почти приятное, даже мягкое, если бы не одно но — от этого смеха по коже сразу побежали мурашки, потому что он звучал слишком не вовремя, слишком близко и слишком живо для пустой ночной лестницы.
Алекс замер.
Слушал.
Смех оборвался так же внезапно, как начался.
И почти сразу после него в коридоре послышались шаги.
Медленные.
Неторопливые.
Кто-то шёл.
Прямо к его двери.
Он дёрнулся, быстро потянул за ручку и едва успел закрыть дверь плотнее, только сделал это — как снаружи за ручку тут же начали дёргать.
Сильно.
Резко.
Уверенно.
По рукам мгновенно пошли мурашки.
Мысль о том, что он успел закрыть дверь раньше, немного тешила и чуть-чуть успокаивала, но ненадолго.
Он осторожно наклонился к глазку.
Посмотрел.
Там никого не было.
Пусто.
Только лестничная площадка.
Тусклый свет.
Тишина.
Он отстранился.
Проверил замок ещё раз.
Потом ещё.
И только после этого медленно пошёл в свою комнату.
В квартире всё так же было холодно.
И почему-то невыносимо клонило в сон.
Когда он вошёл в комнату, взгляд сразу упал на монитор.
Там его герой уже был мёртв.
Он лежал в снегу, неподвижный, полузаметённый белой пеленой, и снег медленно укрывал его тело, будто пуховым одеялом.
Алекс долго смотрел на экран.
Потом зевнул.
Голова стала тяжёлой.
Слишком тяжёлой.
Он добрался до кровати, укутался в одеяло и закрыл глаза.
И уже в последний момент, перед тем как провалиться в темноту, ему пришла одна простая и страшная мысль:
Я уснул… Или умер?
Спасибо за чтение
Вернуться к книге