Иду по твоему следу

Глава 1. Я иду тебя искать…

Я сидела на кухне с чашкой кофе в руке и смотрела на улицу. В этом провинциальном городе всегда было дождливо и влажно. Солнечных дней было мало, их можно было пересчитать на пальцах одной руки. Мне было некомфортно от этого. Я всегда жила там, где было тепло, солнечно, можно было искупаться в море и позагорать. А тут…превратилась в бледную поганку с огромными синяками под глазами. Но не стоит забывать, зачем я здесь. Это всё ради моего будущего, ради помощи родителям и своей независимости. Я могу и хочу доказать, что я достойна занимать высшие чины в полиции. И это только начало моего пути.

Мои размышление прервал телефонный звонок. Такой настойчивый и громкий в это пасмурное и сонное утро. Это был капитан Брайм, но что ему нужно было в такой час от меня? До моей смены оставалось как минимум полтора часа.

Клэр: Слушаю?

Джозеф: Собирайся и выезжай к выезду из города….У нас убийство.

Сказав это он повесил трубку. Вот так вот, без каких-либо вводных данных. Мои руки задрожали, к горлу подкатил ком, я чуть не выронила чашку кофе. Это было мое первое убийство. Да и как я могла вообще к такому подготовиться? Обычно в таких городах не происходит ничего, кроме парочки домушников и обноса местного магазина. Иногда приходилось иметь дело с бытовым насилием, но это уже другой совершенно разряд. Там не было убийств…не доходило до них.

Впопыхах я собралась и выехала к месту преступления на рабочей машине. Меня всё ещё бросало в дрожь, а это я еще не видела самого тела и места преступления. Очень боюсь, что весь мой внутренний мир увидят коллеги и немногочисленные зеваки, которые встали в такой ранний час на работу. Подъехав к месту я сразу заприметила некоторых коллег. Там были рядовые полицейские, с которыми я вообще не общалась и даже не знаю, как их зовут, кроме фамилий. И Амелия с Джереми тоже стояли неподалеку. Всё было отцеплено желтой лентой, зеваки доставали свои мобильные телефоны и пытались заснять душераздирающие кадры, чтобы потом делиться ими на застольях, рассказывая выдуманные подробности.

Я вышла из машины и направилась к коллегам.

Клэр: Доброе утро…Если так можно выразиться, конечно.

Коллеги кивнули мне в знак приветствия.

Клэр: почему я здесь? Я тут всего ничего и меня уже позвали на место преступления. Понимаю, что такое тут не часто, но всё же.

Амелия: ты же хочешь хорошее сопроводительное письмо, как и Джереми. Тогда поработайте, чтобы было что вам написать.

Амелия всегда была резкой правдорубкой. Но сейчас ее слова произвели на меня отрезвляющий эффект. Уже не хотелось канючить, как маленький ребенок. Хотелось показать, чего я стою на самом деле.

Джозеф: Все на месте? Наконец-то. Пройдемте за ленту. Приготовьтесь, зрелище не самое приятное.

И Джозеф поднял желтую ленту, чтобы мы смогли пройти под ней. Место преступление было в поле, на котором лето сажают пшеницу местные фермеры. Сейчас это было поле голой земли, грязи и луж из-за моросящего дождя. Это был неприятный факт, так как некоторые улики он мог просто смыть. Зрелище уже было грустно и удручающее на это голое поле. От ленты мы прошли метров сто и увидели лежащее на земле тело. Это была местная жительница. Кажется я видела ее в маленьком магазине. Она была дочерью владельца и иногда подрабатывала там в свободное от учебы время. Если мне не изменяет память, в этом году она должна была закончить школу. Она лежала мертвенно бледная в этой земле. Ее волосы были аккуратно уложены, руки покоились на животе, а одета она была в синеватое ситцевое платье. Слишком короткое и легкое для этого времени года. Лежала будто кукла. Только цвет лица выдавал в ней мертвое тело. Казалось, что она мирно спит и вот-вот проснется. От этого зрелища стало не по себе. Молодая, вся жизнь впереди, ее судьба оборвалась так страшно.

Джозеф: Аккуратно осмотрите здесь всё. Важна каждая деталь, пока всё окончательно не смысл дождь.

Мы разбрелись по полю, но так или иначе все мы оборачивались в сторону девушки. Мало кто знал, как ее зовут или точный адрес проживания, но никого она не оставила равнодушным. Я заставила себя сосредоточиться на поиске улик ради нее, ради ее отмщения по справедливости. Потому что, сдается мне, что это не последняя его жертва, если мы не поймаем убийцу.

Отойдя от тела на несколько метров влево, я чуть не наступила на цветок. Он сильно сливался с землей, потому что его лепестки были полностью черные. Надев перчатки, я подняла цветок и поняла, что это была роза. Черная роза. Конечно же ее оставил убийца, потому что в этом чертовом поле не было ни одного цветочка в радиусе нескольких километров. А те, что были, обычные придорожные сорняки. Пометив место, где лежала роза, пошла на поиски дальше. В надежде на удачу.

Проведя на открытом и продуваемом всеми ветрами поле несколько часов, нашлось мало улик. Я нашла только розу, Амелия обнаружила след от обуви предполагаемого убийцы, но он достаточно подсмылся дождем, Джеремиобнаружил целлофан, в котором, возможно, убийца принес ту самую розу, а капитан обнаружил бычок, как и цветок, он был в нескольких метрах от тела, но совершенно в другом направлении.

Тело увезли в морг, фотограф всё перед этим сфотографировал, мы забрали имеющиеся у нас улики и отправились в полицейский участок, обговаривать это дело на совещании.

Джозеф устало потер переносицу, со вздохом опустился в кресло и смерил нас внимательным взглядом.

Джозеф: Ну что ж. Это первый такой случай на моей памяти. Нет, конечно тут бывали преступления и даже убийства, но все они были на бытовой почве. Сейчас все жители напуганы и подозревают друг друга. Это может навлечь беду. Нам нужно как можно быстрее разобраться с этим, пока в городе не началась паника.

Амелия: Да. Нужно сопоставить те улики, что у нас уже есть. Дождаться документа о вскрытии и описание состояния тела. Поговорить с жителями, может кто что видел или слышал. Это маленький городок, ничего не происходит скрытно здесь.

Амелия, как настоящий профессионал изложила план действий, с которым согласился капитан. Он полностью доверял ей в таких вопросах. Они вместе слаженно работают. Джереми устало потянулся и было видно, что это его мало волнует. Он хотел бы остаться в здании и продолжить свою монотонную работу, а не бегать по всему городу и опрашивать народ.

Джозеф: Амелия права. Пока мы имеем вот что: целлофан из-под цветка, сам цветок необычного цвета и след, с которым будут разбираться в лаборатории в Стомаре.

Стомар – это близлежащий большой город. В Гриморе нет такого оборудования и людей, которые могли бы распознать что-то в этом следе. Да они тут и в целом никогда не были нужны.

Джозеф: Я думаю это займет не больше пары дней. Пока они это делают, наши патологоанатомы проведут вскрытие и напишут отчет. А мы в свою очередь пройдемся по жителям. Амелия, Джереми и Клэр – вы пойдете на обход, а меня пригласил к себе мэр по этому вопросу. В конце рабочего дня мы с вами встречаемся здесь же и делимся наработками за день. Всем всё понятно?

Джереми: А можно я останусь тут? Троих полицейских слишком много для обхода, а я мог бы помогать другим сотрудникам, которые не заняты данным убийством.

Этот хитрый лис всегда делает то, что хочется только ему. И вряд-ли кто-то назовет его джентльменом. Он всё делает в свою выгоду. Я даже пару раз видела его за взяткой. Но лезть не стала, не мое это дело. Если уж на это всем наплевать в крупных городах, то почему не должно быть наплевать здесь?

Джозеф: Нет, ты пойдешь со всеми. Поделите город на три части, так будет сподручнее. Не за чем троим полицейским опрашивать одного жителя. Панику не разводим, вопросы задаем аккуратно. Всё понятно?

Мы кивнули головами.

Джозеф: Тогда встретимся позже. Если что-то пойдет не так, звоните.

И на такой ноте закончилось наше совещание. Ничего толком не понятно. Улик нет. Но есть одна загубленная душа. Пока одна…Не могу отделаться от ощущения, что это не мы ищем убийцу, а убийца ищет пути к нам.

Амелия: Я возьму восточную зону города, ты, Джереми, западную, а ты, получается, северную. Опросите столько, сколько сможете. Хоть наш город и маленький, он всё ещё город. Не факт, что кто-то мог что-то видеть или слышать.

Джереми: А почему мы не идем говорить с родственниками?

Амелия: Не ожидала услышать от тебя хороший вопрос. Мы с Джозефом заезжали к ним перед тем, как отправиться в участок. Сообщали им новость и задали несколько вопросов. Мать девушки буквально не смогла ничего сказать, просто билась в истерике, ей вызвали скорую. А отец отмахнулся, собрался и пошел на работу. Может удастся с ним поговорить вечером.

От реакции матери у нас не было удивления, а вот поведение отца заставляет задуматься о том, какие взаимоотношения в семье были и в какой обстановке жила жертва. Минуту мы молчали и переваривали только что услышанную информацию и первым пошел Джереми, следом развернулась Амелия.

Я посмотрела на пасмурное небо, дождь уже не моросил, но было прохладно из-за влажности. Понурив голову я пошла к первому дому, который был от меня недалеко.

Так, из дома в дом, из заведения в заведение я расспрашивала людей. Ответ был всегда один: ничего не слышал, ничего не видел. Люди шарахались от меня после заданных вопросов и пытались быстро выйти из диалога. Никакой путной информации я не могла получить. Идти ни с чем к капитану было стыдно, те более если коллеги смогли что-то откапать в сведениях жителей.

Клэр: Хорошо, а знали ли вы, были ли враги у жертвы?

Местный житель: Нет, кому она могла помешать, школьница-то? Может одноклассникам, конечно, но я ничего такого от сына не слышал.

Клэр: Спасибо за информацию.

Выйдя из кафе я пошла прямо по улице. Никуда заходить больше не хотелось и задавать вопросы тоже.

Местная жительница: Ты ведь из полиции, да?

Я обернулась, позади меня шла старушка, невысокого роста. Я видела ее иногда на улице, продавала цветы из своего палисадника.

Клэр: Да, вы хотите мне что-нибудь рассказать?

Местная жительница: И да, и нет.

Она хитро прищурилась и облизнула свои сморщенные сухие губы.

МЖ: Вчера, аккурат перед моим уходом с площади, ко мне подошел молодой человек. Никогда его тут раньше не видела и не знаю, кто он. Описать не смогу, даже не спрашивайте. Память плохая на лица да и был он в плотно натянутом на лицо капюшоне. Купил у меня пару цветов, щедро заплатил и ушел.

Клэр: Случайно не розы он у вас покупал?

МЖ: Да-да, розы. Они выращенные мной в моей теплице. Очень привередливые цветы…

Мне не хотелось слушать лекцию про цветы и я хотела было уже ее прервать, но тут она сама перевела тему.

МЖ: А вы знали, что убитую звали Розалиндой? Удивительное совпадение.

Не успела я переварить только что полученную информацию, как старушка уже скрылась. Я даже не поняла, куда именно она пошла. Но данная информацию меняла весь ход событий.

Глава 2. Кто не спрятался, я не виноват

После этой странной встречи со старушкой, я направилась сразу в участок. Дойдя до площади, случайно встретилась с отцом жертвы, он шел домой. По нему нельзя было сказать, на сколько он расстроен данными обстоятельствами.

Клэр: Простите, мистер Розманд, подождите минутку.

Я направилась к нему, махая рукой. Мистер Розманд остановился, держа в руках пакет с продуктами для семьи, посмотрел на меня, нахмурился и двинулся на встречу.

Мистер Розманд: Давайте быстрее, меня дома ждут дети и жена, которая не может сейчас даже за собой проследить.

Клэр: Мои коллеги сказали, что вы не захотели отвечать на их вопросы с утра, почему? С чего такая реакция на смерть дочери?

МР: Она у меня не единственная дочь и забота. У меня большая семья, которую нужно содержать, а я единственный человек, который может это сделать. Если вы думаете, что я не чувствую боли – чувствую, очень. Мне жаль мою Розу, но я просто не могу позволить себе опускать руки.

Клэр: Я понимаю, простите. Скажите, пожалуйста, у вашей дочери были враги? Может быть она с кем-то ссорилась в школе?

МР: Врагов не было, но и друзей тоже. Все считали ее замарашкой из-за того, что мы не богаты и не можем позволить себе одежду лучше и качественнее. С ней не общались, но и обижали крайне редко, особенно в старшей школе. Она плакала иногда из-за того, что у нее нет друзей, но никогда не говорила о травле.

Клэр: Хорошо. У нее точно не было новых знакомств? Может быть по интернету она с кем-нибудь общалась?

МР: Сидела в интернете она много, но что там делала – не знаю. Я не лез в ее телефон или с расспросами об этом. Самому было не до этого…

Он понурил голову и я увидела, как одинокая слеза, которая говорит о том, как мужчина сожалеет об упущенной возможности просто обнять свою дочь.

Клэр: Спасибо большое, мистер Розманд. Примите мои соболезнования.

Мужчина кивнул и пошел в сторону своего дома. Мне безумно было жаль этих людей. Жизнь продолжается у всего города, у всего мира, а эти люди теперь на всю жизнь застряли в этом дне, когда потеряли свою дочь и сестру.

В участке меня уже ждали все мои коллеги. Мы сидели в переговорной и не знали, с чего начать. На завтра был запланирован поход в дом жертвы, чтобы обыскать ее комнату и изъять компьютер, потому что личных вещей рядом с телом обнаружено не было. Куда-то пропал ее телефон и вещи, в которых она была в день смерти.

Джозеф: Что-то удалось найти? Что вам поведали местные жители?

Джереми: Да ничего путного. Либо говорили, что не знают ничего, либо молчали. Я провел весь день в бесполезных разговорах с жителями. Даже встретил парочку ее одноклассников. И ни один не сказал ничего, абсолютно.

Амелия: Такая же ситуация. Я успела поговорить с ее сестрой и двумя братьями, но они, как будто бы, совершенно не знали, чем жила их сестра. Мать продолжает быть в истеричном состоянии, от нее совершенно ничего не добиться. Смотрит в одну точку и плачет.

Джозеф: Клэр, а что у тебя?

Клэр: Я встретила старушку, которая продает свои цветы в разных местах города. И она сказала, что вчера вечером кто-то покупал у нее небольшой букетик роз. Этот «кто-то» был не из местных. Но и описать она его не может. Он был в капюшоне.

Все немного приободрились от этой новости. Это означало, что наш преступник не из местных, но и в то же время это усложняет поимку. Мы можем никогда не узнать, кто это. Потому что он уже может быть за пределами Гримора.

Джозеф: Это всё?

Клэр: Нет. Я встретила ее отца. Смогла с ним поговорить. Он сказал, что в школе у нее не было врагов, но и друзей тоже. Она была глубоко несчастна от этого и часто плакала. Возможно она нашла друга по переписке, потому что всё свободное время проводила в интернете. Это всё.

Джозеф: Не густо, но уже что-то. Ладно, идите по домам, завтра пойдем на обыск ее комнаты и будет готов отчет от судмедэкспертов.

Джереми: Погодите, а как вы сходили к мэру? Что он сказал? Он пришлет подкрепление из другого города?

Джозеф потер переносицу. Он всегда так делал, когда думал, как мягче преподнести информацию до своих подчинённых.

Джозеф: Нет, он никого не пришлет. Он дал нам месяц на раскрытие этого дела или уволит всех нас. Я сказал, что это будет проблематично с условием того, что у нас нет нужно оборудованной лаборатории. На что был ответ: тогда ройте носом землю или вас здесь не будет.

Слова были ужасными. Наводили на смутные и неприятные мысли. Но он был мэром и его первоочередная задача – целостность и счастье горожан. Его тоже можно было понять в некотором смысле.

Джозеф: Не забивайте этими словами свои головы. Вам нужен ясный и чистый ум для того, чтобы раскрыть это дело. А теперь все по домам. Жду вас завтра в участке, не опаздывайте. Поедем к Розмандам домой.

Когда я направлялась к выходу из участка, обернулась назад, посмотреть, не собирается ли уходить капитан. Но он оставался в комнате для переговоров и перечитывал отчеты, пересматривал фотографии. По всей видимости он совершенно и не собирается уходить. И, видимо, просидит здесь до утра. Мне было жаль его, но его должность обязывала быть на чеку.

Я решила пройтись пешком до дома, проветриться и подумать над этим делом. Я не знала, как себя вести и что нужно делать. Это первое мое серьезное дело. Меня пугало то, что происходит, меня пугало и то, что убийца до сих пор на свободе. Поймать его будет крайне тяжело, он не оставляет следов, а те что есть, оставлены как бы специально, показательно. Я шла по улице, было темно, сыро и холодно. Нацепив шапку и перчатки я зашагала чуть быстрее, чтобы немного согреться. Повернув в переулок, я почувствовала, что за мной кто-то следит. Это необъяснимое чувство, но я понимала, что кто-то следует за мной буквально по пятам. Город уже погружался по-тихоньку в дремоту, все были дома, ужинали и готовились ко сну. Решив не рисковать, я сделала еще пару поворотов и вышла на главную просторную улицу. Было опрометчиво, потому что так буду находиться как на ладони, но был шанс того, что кто-то всё ещё остался на улицу, какой-нибудь местный житель, который вышел из пивной, был бы как нельзя к стати.

Я так быстро шла уткнувшись носом в землю, что не заметила на моем пути фигуру. Я буквально врезалась в человека, который стоял и рассматривал фонтан на главной улице.

Клэр: Простите, я не специально.

Буркнула я себе под нос.

Незнакомец: Будьте аккуратны, не гуляйте в одиночестве. Говорят тут появился преступник, который убивает прекрасных девушек.

Клэр: Для обычного жителя вы слишком проинформированы о данном происшествии.

Незнакомец: О, я не просто житель этого города. Точнее я необычный его житель. Я сын мэра Стоуна. Брендон Стоун к вашим услугам.

Он галантно протянул мне свою руку, я сняла перчатку и протянула свою в ответ. На что он взял ее и аккуратно поцеловал кончики моих пальцев.

Брендон: Прошу простить меня, если вам это показалось странным. Люблю такие проявления уважения к женщинам. Как вас зовут?

Клэр: Клэр. Клэр Барклет. Я из полиции.

Брендон: Ах, значит вы не девушка в беде и это мне повезло вас встретить, а не наоборот.

Он посмеялся и его смех был тихим и бархатным. Как будто бы так смеяться могли бы коты, если бы были людьми. Всё в нем выражало уверенность и силу. Я была как будто загипнотизирована его голосом и могла бы последовать за ним хоть на край света.

Брендон: Но, кажется, за вами и правда кто-то шел, потому что только что я увидел тень, которая шмыгнула в соседний переулок. Могу ли я вас проводить до дома?

Клэр: Нет, спасибо, я вынуждена отказаться. Мне осталось недалеко пройти.

Брендон: Я настаиваю на том, чтобы проводить вас. Тем более у меня будет для вас информация, которая, возможно поможет вам в расследовании.

Он знал на что надавить. Понимал, что нам катастрофически не хватает данных и информации. Я кивнула в знак согласия и он протянул мне согнутую в локте руку.

Клэр: «Это просто жест, чтобы мне было удобнее идти и я не упала в темноте. Но стоит ли мне его принять?»

Да, это мило с его стороны

Нет, это совсем необязательно

Я приняла его руку и мы пошли вперед.

Клэр: Благодарю за такой галантный жест, мистер Стоун.

Брендон: Прошу, называйте меня просто Брендон.

Клэр: Простите, мистер Стоун, я не могу принять данный жест.

Брендон: Я всё понимаю, не переживайте. И да, можете звать меня просто Брендон.

И так мы пошли в сторону моего дома.

Мы прошли уже достаточно от того фонтана, а Брендон еще ни разу не упомянул о той информации, которой хотел бы поделиться со мной.

Клэр: Простите, мистер Стоун…Брендон, но какой информацией вы хотели бы поделиться со мной?

Брендон: Видите ли, Клэр, могу ли я так вас называть?

Я кивнула в ответ. Мне совсем не хотелось, чтобы меня называли «Мисс Барклет» и говорили на высокопарном языке. Мне самой его было тяжело придерживаться, но с Брендоном подходил только такой стиль диалога и больше никакой. Я не могла говорить с ним, как с коллегами. Он был из другого мира, из того, в котором мне не было места ни при каком раскладе. Он говорил, а речь лилась как водопад.

Брендон: Ах, да, совсем забыл. С вами так приятно прогуливаться, вы знали? Ну ладно, что-то я совсем вас утомил. Перейдем к делу. Я знаю, что вас могут направлять по ложному следу. Не могу сказать причин и кто это делает, сами понимаете…А вы знаете, что у нас уже давно не было туристов и приезжих людей?

Он сказал это так невпопад, как та старушка про имя жертвы. У меня складывается мысль, что это местная отличительная черта. Но это совсем не укладывается в голове. Если это не приезжий, то местный, тогда совсем всё запутанно. Почему старушка хотела меня запутать? Или это врёт Брендон?

Клэр: Спасибо за информацию, господин Брендон. Я приму её к сведению, обдумаю и сделаю выводы, а не врете ли вы мне, чтобы провести со мной время.

Брендон: Вы очень находчивая. Мне понравилось наше времяпрепровождение. Спасибо вам.

Клэр: А вот мой дом. Спасибо вам за то, что проводили и поделились интересной информацией.

Мужчина сделал небольшой поклон, развернулся и ушел. Я зашла в дом, закрыла дверь, сняла с себя уличную одежду и поплелась в ванную.

Этот день был долгим, мучительным и противным. Мне хотелось лечь спать, а на утро обнаружить, что всё это был сон и Розалиндасейчас жива, а я никогда не общалась с сыном мэра. Хотя второе было достаточно приятно, но и жутко в том числе. Что он делал один около фонтана? Кого-то ждал? Может быть подружку? И почему я вообще про это думаю? Нужно сосредоточиться на том, что он мне рассказал. Не было приезжих. Причем уже давно. Но это может быть человек, который живет на отшибе, возможно отшельник или типа того. Тогда бы его кто-то воспринял как не местного, а кто-то сказал бы, что видел его пару раз в магазине закупающим спички. Интересное наблюдение, нужно будет спросить хотя бы Амелию о таких жителях.

А тем временем я уже дошла до спальни. Весь день думала, что не усну сегодня после увиденного, но как только моя голова оказалась на подушке, веки потяжелели и сон навалился на меня. Я укуталась одеялом и не заметила как уснула.

Во сне

Дыхание сбивалось, пульс участился от такой дороги. Мне было сложно и тяжело идти, ноги утопали в грязи. Было холодно и страшно. Я озиралась по сторонам как загнанный зверь, который не знает куда бежать ради спасения собственной шкуры. Пробегала мимо деревьев, спотыкалась на кочках, падала на землю, на которой был ковер из шишек и сосенных иголок. Это был лес, который стоял рядом с городом, но что я тут делаю?

Я не помню сколько шла вперед. Мне хотелось бы свернуть куда-нибудь, но как только направлялась в противоположную сторону, меня пугал вой, дикий, не человеческий. Поэтому я просто шла прямо не зная куда выйду по итогу. И оказалась рядом с полем. С тем самым полем. По середине я видела фигуру в платье. Ее волосы и одежду трепыхалсильный ветер, она тянула ко мне руки и что-то кричала, но я не могла разобрать, что именно. Нужно подойти поближе и чем ближе подходила, тем отчетливее понимала, что это была Розалинда. Она смотрела на меня не видящими, полностью стеклянными глазами, открывала не послушный рот и было понятно, как тяжело ей разговаривать.

Розалинда: П…Ты….Най….

Клэр: Что?! Я тебя не понимаю!

Я кричала для того, чтобы перекрыть ветер своим голосом. Мне было страшно от того, что она тоже не поймет то, что я говорю.

Розалинда: Он…Страш…..

Клэр: Подожди, я сейчас подойду.

Я не знаю почему, но двинулась к ней. Она была точно такой же, как утром, когда мы приехали на это место. Но мне было не страшно от нее. Она не вызывала во мне страх. Этот страх был из-за кого-то другого. О ком Розалинда хотела мне сказать.

И тут в секунду ветер стих, а ее лицо показалось около моего, почти вплотную.

Розалинда: Не верь ему!

Тем временем в городе…

Они нашли ее, нашли мою розу. Она была прекрасна, чиста и невинна. Но в самый последний момент очернилась, поэтому роза из белой превратилась в черную…Прекрасная аллегория, надеюсь они до нее дойду сами и будут восторгаться моим гением. А пока мне нужно ещё. Времени у меня может быть не так много, но я должен попробовать ещё. Мне необходимо ещё!

Сегодня я увидел её. Она была прекрасна, как самый необыкновенный цветок. Но мне помешали. Но я еще до нее доберусь. Нужна другая.

Я долго бродил по этим улочкам и наконец-то нашел ее. То, что мне нужно. Такого экземпляра у меня еще не было.

….: Привет, тебе говорили, что ты похожа на прекрасный цветок?

МЖ: Что? Ахахаха, ты такой смешной.

Пара нелепых фраз подвыпившей девушке и вот она уже идет со мной, куда угодно, и это ее роковая ошибка…

Глава 3. Теперь водишь ты!

Я проснулась резко, как будто меня ударили в грудь. Тяжело дыша, осмотрелась и поняла, что я дома и у меня трезвонит телефон. Взяв его в руки, я посмотрела на экран, это был Джозеф.

Клэр: Алло?

Джозеф: Наконец-то! Бегом в больницу, кажется у нас новая жертва, но она жива.

Не понимая ничего, на негнущихся ногах я подошла к шкафу и надела первое, что попалось под руку. Неужели так быстро он нанес новый удар?! Не может быть. Если он не думает, что мы уже наступаем ему на пятки, но такого и в помине нет.

Я вызвала такси и поехала в городскую больницу, адрес которой мне скинул капитан. Зайдя в это место, я поежилась. Тут мне всегда было некомфортно. Смерть так и ходила тут у всех по пятам. Кто-то чудом выздоравливал, а кому-то так не повезло. Кто-то слышал о томчто диагноз не подтверждён, а кто-то наоборот слышал самые страшные слова.

На стойке регистратуры я спросила, куда точно мне идти и где меня будут ждать. Девушка с миловидными чертами лица сказала, на какой этаж мне стоить подняться. Лифтом пользоваться не хотелось, скорее всего я прожду его дольше, чем поднимусь сама. Подниматься пришлось на 6 этаж, там находилась реанимация и нейрохирургическое отделение. Я тут же заметила коллег, которые стояли рядом с дверями заведующего этим отделением.

Постучала и вошла внутрь. Там уже были Джозеф, Амелия и Джереми. Все в напряжении молчали и, видимо, очень сильно ждали меня. Кивком поздоровалась с коллегами и села рядом с Амелией.

Джозеф: Все на месте, доктор Рамзи. Вы можете начинать.

ДР: Да, спасибо.

Доктор откашлялся и взял в руки какие-то бумаги. Прошел по ним взглядом, тяжело вздохнул и начала свой доклад.

ДР: Видите ли, ее обнаружили на берегу реки с черепно-мозговой травмой. У нее нашли достаточно высокий уровень алкоголя в крови, что означает, что она сама могла упасть и получить данные увечья. Но пока сказать тяжело. Мы должны проанализировать данную травму. Скорее всего это был удар камнем в голову.

Джереми: Скорее всего? Это не похоже на первое убийство. Ее оставили в живых тем более. И это мог быть несчастный случай. Пошла с пьяным дружком на реку, завязалась ссора и он ударил ее. Осознал поступок и сбежал.

ДР: Может быть и такое. Но сейчас она в состоянии средней тяжести. Поговорить с ней у вас не выйдет, она под аппаратами. Как только она придет в себя, я вам сообщу. Отправите сюда одного сотрудника, максимум – двух. Нечего тут толпиться.

Джозеф: Она может потерять память после такого?

ДР: Да, такой исход я тоже предполагаю, но опять-таки сказать тяжело, она в состоянии близкой к коме.

Мы поблагодарили доктора и вышли из его кабинета. Дорога до участка прошла в задумчивом молчании. Каждый переваривал новые события и не хотел пока разговаривать и выдавать мысли в слух. Добравшись до отдела, собрались в комнате для совещаний и ждали Джозефа. Он вышел в свой кабинет, забрать отчет от судмедэкспертов, который прислали пару часов назад. Все мы работали много, но капитан и судмедэксперты работали еще больше, чтобы быстрее закрыть это дело.

Джозеф: Ну что ж, прислали отчет о вскрытии. В крови и тканях обнаружен яд. Это не мышьяк и не цианид. Ее отравили соком белладонны. Она скончалась от паралича дыхательного центра. Эксперты говорят, что смерть долгая и мучительная. Умирала долго. После смерти были нанесены удары по ногам, рукам и туловищу. Теперь мы знаем, что имеем дело с отравителем.

Амелия: Значит тот, кто напал на девушку у реки, не наш убийца?

Джозеф: С большой вероятность, что нет. Но совсем отвергать это мы не можем, он может пробовать разные способы, искать свой собственный почерк. Даю вам пару минут на сборы и выдвигаемся в дом погибшей. Потом будем собирать информацию о девушке в больнице. Всем ясно?

Мы кивнули и начали собираться, но тут Джозеф произнес:

Джозеф, Клэр, задержись ненадолго, пожалуйста.

Я обернулась и осталась стоять возле своего стула. Не могу предположить, что именно капитан от меня хочет. Возможно, что он даст мне какое-то дополнительное задание. Но то, что сказал Джозеф, повергло меня в шок.

Джозеф: Как ты вчера добралась до дома?

Клэр: Я решила прогуляться до дома. Тут недалеко, поэтому хотелось проветриться и привести мысли в порядок.

Джозеф: Понятно. Со мной вчера связался сын мэра, Брендон Стоун, он рассказал о том, как встретил тебя и увидел подозрительную тень, которая спряталась, как только ты подошла к нему. Это так?

Его тон был твердым, а глаза излучали заботу и беспокойство за меня. Было странно видеть капитана таким встревоженным моей прогулкой до дома. Но, возможно, он как заботливый начальник переживает за каждого члена своей команды.

Клэр: Да, это так.

Я не узнала свой голос, он был низким и хриплым. Мои ладони намокли, а колени дрожали. Никогда бы не подумала, что меня можно ввести в такое состояние обычным вопросом. В это же время Джозеф стал подходить ко мне ближе и, как будто бы хотел до меня дотронуться, но в последний момент передумал.

Джозеф: Просто будь аккуратно, ладно? Я бы не хотел, чтобы с тобой произошло нечто подобное. Сейчас очень опасно.

Сказав это он поспешил уйти из переговорной. А я осталась стоять на месте. Мои щеки горели огнем, в груди трепетно стучало сердце.

Клэр: «да что это было вообще? Обычное переживание начальника за сотрудницу или нечто большее?»

Я махнула головой отгоняя от себя непрошенные мысли и тоже вышла следом за начальником. Было немного времени до того, как мы поедем на обыск, поэтому я решила зайти в кафетерий и выпить чашку кофе. В сон клонило безумно, но спать было страшно. Я даже не успела подумать о сегодняшнем кошмаре. Что это было? Возможно мое подсознание играется со мной после того, что я увидела. Это был мой первый труп, мое первое серьезное дело. Но ее слова в конце. Кому я не должна верить? Кого бояться? Что она видела перед своей смертью?

За этими мыслями и переживаниями прошло много времени и нужно было выдвигаться. Совсем не хотелось идти туда и видеть всю эту скорбь матери по своему ребёнку, но выбора у нас не было, мы должны были восстановить справедливость хотя бы таким образом.

Когда мы подъехали к дому Розмандов, время неумолимо перевалило за 10 часов утра. Главы семейства уже не было дома, он, по всей видимости, отправился на работу. Дверь нам открыл старший брат убитой девочки, ГрегРозманд.

Грег: Доброе утро. Простите, у нас не прибрано. Все силы брошены сейчас на стабилизацию состояния матери и заботе о младшем брате и сестре. А завтра уже похороны, я немного не успеваю. Обыск не займет много времени?

Джозеф: Доброе утро. Не могу сказать, сколько точно времени нам понадобится. Вы можете показать нам комнату и заниматься своими делами, если что мы вас позовем.

Грег: Хорошо. Только не шумите, мать уснула, не хотим ее беспокоить.

Джозеф кивнул и нам пригласили войти. Как только мы вошли в дом, увидели кучу грязной одежды и посуды. В доме пахло затхлостью, а шторы были наглухо задернуты. Младшая сестра Грега сидела на диване и играла с куклой.

Грег: Это моя сестра, Кэтрин. Она мало понимает, что происходит и немного напугана атмосферой в доме. Мы уже ищем им психолога, который мог бы привести в порядок. И матери тоже. Поэтому отец так много работает и берет подработки. Сейчас тяжелое время.

Амелия: Мы можем предоставить штатного психолога. Это бесплатно.

Грег: Я предложу отцу. Пройдемте, нам на второй этаж.

Мы поднялись на второй этаж по старой и скрипучей лестнице. Там состояние было не лучше, чем на первом. Всё так же валялась одежда и летала пыль. Было видно, что хозяйка дома немного не в состоянии следить за домом. И это только мягко сказано. Грег толкнул дверь, которая ведет в комнату погибшей сестры.

Грег: Вот, это здесь. Я оставлю вас, но буду неподалеку общаться с ритуальным агентом.

Он развернулся и зашел в соседнюю комнату. На вид помещение было чистым и ухоженным. Скорее всего так было во всем доме до переломного момента. Все вещи были расставлены по местам скрупулезно и с какой-то своей любовь, которая чувствовала только хозяйка этой комнаты. На стенах висели постеры с разными звездами из журналов. Книги были расставлены в алфавитном порядке на полке над кроватью. На рабочем столе стоял ноутбук, блокнот и пара ручек. К ножке стола был придвинут портфель, из которого торчали учебники. Всё выглядело так, как будто Розалинда скоро вернется и сядет за домашнюю работу, а потом почитает свой любимый роман.

Джозеф: Осмотрите здесь всё. Если найдете что-то подозрительное, забирайте с собой, в отделе разберемся.

Я прошлась по комнате. По размерам она была небольшой, но всё было компактно расположено. Шкаф у противоположной стены от кровати, рядом стол и стул. Полки были прикручены на стену, где не висели постеры и фотографии. Это была обычная комната подростка, который жил своей жизнью и своими увлечениями.

Клэр: «Что мне стоит осмотреть?»

Осмотрю сначала шкаф

Я открыла шкаф и осмотрела его содержимое. Там лежали аккуратно сложенные свитера и джинсы. Платьев было мало и выглядели они уже старыми и поношенными. Ее стиль отличался от того, что мы видели в поле. Он был дерзким, темным. Было видно, что носить платья ей не нравилось. Я было хотела закрыть шкаф, но на полке увидела скомканный лист бумаги. Развернув его, прочитала: «он позвал меня сегодня встретиться. Я так влюблена». Кажется это лист из личного дневника. Стоит забрать с собой и разобраться.

Осмотрю стол

Я пошла к столу и стала рассматривать его содержимое. Взяв в руки блокнот, открыла его и прочитала: «Стихи. Автор РозалиндаРозмонд». Пролистав его в самый конец наткнулась на стих о любви. В кого же она была влюблена? Стоит и его забрать.

Так же на столе стоял ноутбук, но он был под паролем.

Джозеф: Его тоже заберем. В отделе кибербезопасности разберутся.

Посмотрю под кроватью

Я нагнулась под кровать и обнаружила там только клубы пыли и больше ничего.

Кажется я осмотрела здесь всё.

Джозеф: Ну как, осмотрелись? Тогда забираем все улики и возвращаемся в отдел. Оттуда поедем на разговор к родственникам второй девушки.

Мы попрощались с семейством и перед тем, как уйти я бросила взгляд на приоткрытую дверь кухни. Там сидела мать Розалинды. Она покачивалась из стороны в сторону и что-то бормотала себе под нос. Волосы были спутанные, а одежда висела на ней, как мешок. Лицо бледное и только темные круги под глазами добавляли цвета. Сможет ли она когда-нибудь отойти от горя и обратить внимание на своих оставшихся детей? Или потеряет их, как это произошло с Розалиндой, только в эмоциональном плане?

Мы уже почти доехали до отдела, как тут капитану позвонили. Это были из больницы.

Джозеф: Капитан Брайм, слушаю? Что?! Как, вашу мать, это произошло?! Как она могла задохнуться в полной больнице врачей?! Выезжаем!

Кажется дело совсем плохо….

Глава 4. Раз, два, три, четыре, пять, я иду тебя искать!

Мы развернулись и направились прямиком в больницу. Было сложно сказать, смогут ли врачи спасти жизнь девушке или это уже было поздно на момент звонка. Капитан нам ничего толком не рассказал, просто грязно выругался и развернул машину.

Клэр: «Господи, когда это уже закончится? Мы гоняемся за этим убийце всего лишь два дня, а такое ощущение, что целый год. И как будто не поймаем никогда.»

Мы вбежали в отделение толпой ища глазами заведующего. Он заметив нас, подбежал.

ДР: Как хорошо, что вы здесь! Мы понятия не имеем, как это произошло. Она лежала в реанимации с медицинскими сестрами под постоянным наблюдением. Кроме нее там еще человек десять.

Джозеф: Мы вас пока ни в чем не обвиняем, но проверка персонала будет произведена. Как она?

ДР: Мы её откачали, слава Богу. Состояние нормализировали. Мои сотрудники быстро среагировали.

Джозеф: Сюда будет поставлена охрана в виде моих полицейских. Я дам вам фотографии и их карточки на ознакомление. Их будет четверо и они будут меняться.

ДР: Хорошо, как скажите.

Краем глаза я заметила уборщика. Он как-то странно на нас поглядывал и щурился, как будто пытался вспомнить, видел ли он нас когда-нибудь в жизни.

Клэр: Доктор Рамзи, сбоку от меня стоит уборщик, как давно он тут работает?

ДР: Он тут не работает. Его прислала клининговая компания на замену сотруднику, который убирается здесь каждый день. Тот заболел или что-то вроде того. Я не уточнял и это не моя работа, у нас есть человек, который следит за этим персоналом.

Клэр: Я вас поняла, спасибо.

ДР: Прошу меня простить, я должен идти. Можете пообщаться с персоналом.

Мы кивнули и отошли немного в сторону. Капитан продумывал дальнейшие события, как партию в шахматы: если он сделает не тот ход или отправит на задание не того сотрудника, то убийца просто поставит ему шах и мат.

Джереми: Зачем ты так заинтересовалась этим уборщиком? Так понравился?

Джереми смотрел на меня и улыбался своей самой глупой улыбкой в мире. Если бы не общая работа, то я бы никогда не общалась с таким, как он. Лентяй и бездельник, хочет легких денег за счет взяток и совсем не думает о последствиях. Рано или поздно люди просто перестанут закрывать глаза на его всё растущие аппетиты.

Я обернулась назад, посмотреть еще раз на этого уборщика, но его уже нигде не было видно. Возможно это всего лишь очередной фрик, а моя паранойя решила, что он подозрительный. Надо будет подумать об этом на досуге.

Клэр: Нет, он просто странно на нас смотрел весь разговор с доктором Рамзи. Возможно очередной фрик, но я должна была уточнить. Он тоже может быть виноват в том, что произошло с девушкой.

Джозеф: Клэр права. Мы должны поговорить с медицинскими сестрами на посту в реанимации и некоторым персоналом. Тот уборщик был бы интересной кандидатурой на допрос.

На том и решили. Джозеф и Джереми пошли на поиски уборщика, а мы с Амелией направились к медицинским сестрам.

Зайдя в реанимацию, нас обдало прохладным воздухом. Здесь не было душно или слишком холодно, но легкий ветерок пробирал до костей. Кажется, что сама Смерть выдохнула на тебя, как бы пометила для следующей встречи. В ряд стояли медицинские койки с различным оборудованием рядом. Куча проводов тянулись к рукам, ногам и груди пациентов. Кто-то легко постанывал, кто-то совсем кричал от боли, которая была невыносима. Мед.братья и сестры сновали туда-сюда, от пациента к тумбочке с опиумом и обратно. Это был танец Жизни и Смерти, от которого зависела судьба человека. В какофонию стонов и криков дополнительно мелодию создавало оборудование. Оно то пищало, то гудело, то издавало громкий сигнал, как пожарная сигнализация. Смотреть на этих бледных, изможденных людей было невыносимо, слышать их стоны – ещё хуже. Время здесь не шло, а тянулось, как эфир. Это был переходный этап, в котором врачи пытались вернуть к жизни, а гордая Смерть отсекала эти нити каждый день по несколько раз.

К нам подбежала маленького роста девушка, на ее лбу была испарина, а на глазах застыли слезы. Было странно видеть эти слезы у человека, который работает здесь. Как будто бы тут ты привыкаешь к этому явлению – смерти. Но, скорее всего, она пыталась не заплакать по собственной судьбе, чем по судьбе этих несчастных.

Мед.сестра: Вы из полиции? Прошу, пройдёмте в наш кабинет, он вот тут.

И она повела нас к длинному столу, который стоял прямо напротив коек с пациентами. Он был во всю длину этой комнаты. Там сидели врачи и заполняли карточки, кто-то отвечал на звонки родственников и подсказывал о состоянии их родных и близких. А за их спинами была дверь, которая вела в небольшой помещение, в котором находился небольшой холодильник, шкафчик для личных вещей и раскладушка, на которой персонал мог поспать по очереди в ночь.

Мед.сестра: Подождите здесь, я позову главу отделения.

Амелия: Нам бы хотелось поговорить со всем персоналом, который сейчас на дежурстве.

Мед.сестра: Хорошо, начните тогда с меня.

Мы задали пару вопросов: где были, куда отвлекались, кто заходил, что за препараты вводили пациентке. У всех были практически одинаковые ответы: был здесь, никуда не отходил, никто не заходил или я не заметил, препараты не вводили, просто наблюдали состояние.

Клэр: Скажите, вы отвлекались куда-нибудь?

Мед.брат: Нет, у нас много тяжелых пациентов, я сновал между ними и не мог уйти, облегал им боли, как мог.

Парень был молодой и было видно, что он работает тут совсем недавно. Возможно только что выпустился с университета, поэтому так близко воспринимал боли пациентов.

Амелия: Кто-нибудь сюда заходит?

Мед.брат: Вообще не положено. Только санитары, которые привозят и увозят пациентов. Заведующие отделениями и уборщик. Больше сюда никто не имеет права заходить.

И это была правда. Перед тем, как нас сюда пустить, выдали одежду, которую мы должны были надеть. Тут всё стерильно, поэтому мы стояли в халатах, медицинских штанах, бахилах, перчатках и шапочках. Еще нам выдали маски, но в этой коморке мы обошлись без них.

Клэр: Как долго здесь был уборщик?

Мед.брат: Не знаю. И никто вам точно не скажет. Мы иногда не замечаем, что прошла смена и на улице уже ночь. За уборщиком тут никто следить не будет. Без него работы много.

Мы кивнули и отпустили его. Он был последним, с кем мы поговорили. Даже заведующий этим отделением ничем нам не помог. Все ниточки вели к этому странному уборщику. Или всё-таки это неисправное оборудование, которое подвело врачей?

Мы вышли в коридор и обнаружили там, стоящих у автомата с кофе, мужчин.

Амелия: Вы нашли уборщика? Несколько людей из реанимации сказали, что видела уборщика и он имеет право заходить туда.

Джозеф: Нет, но мы взяли визитку этой клининговой компании. Попозже я им позвоню и уточню информацию по этому сотруднику. А теперь поедем в участок, передадим улики и соберем всё, что у нас есть на данный момент.

Оставшиеся полдня мы заполняли отчеты, передавали найденные улики специалистам, заполняли журналы и прочие бюрократические штуки. На данный момент мы были в тупике, не за что было зацепиться. Труп один, вторая жертва без сознания и, честно признаться, совсем не похожа на первую жертву. Та была белокурая, совсем худенькая, а Розалинда была темненькой, немного полноватой, но для ее роста – в самый раз. И рост, он тоже не совпадал. Девушка в больнице была высокая, а Розалинда чуть ниже.

Мой поток мыслей прервала женщина. Она ворвалась к нам таким вихрем, который мог снести любого на ее пути. Глаза бешено метались по комнате, волосы были все взъерошены. Одета была как попало, видимо сильно торопилась к нам, поэтому оделась странно и немного не по погоде. Легкое пальто было не застёгнутым, кеды были все мокрые и грязные, а на легкой кофточке красовалось пятно от кофе.

Полицейский: Вы к кому? Кто вы такая?

Женщина: Кто я такая?! Я к вам прихожу уже несколько дней подряд и прошу найти мою дочь! А вы прогоняете меня! Изверги, сволочи! Я вас всех ненавижу!

Джозеф: Успокойтесь и пройдёмте в мой кабинет. Я приду у вас заявление.

Женщина: А вы кто?! Тоже примите и уберете в ящик, я вас знаю!

Джозеф: Нет, я приму у вас заявление и мы начнем по нему работать.

Женщина: Пройдёмте.

Женщина и Джозеф скрылись в его кабинете. Меня насторожило то, что никто не сообщил нам о том, что кто-то приходил с намерением заявить о пропаже. Ладно раньше, но сейчас из-за такой ситуации никто и словом не обмолвился об этом. Скорее всего кто-то хотел прикрыть свою задницу и не захотел подставляться капитану.

Их не было полчаса, всё это время я сидела, как на иголках. Мне было страшно, что девушка попала в руки нашего убийцы. Хотя в душе теплилась надежда, что она сбежала куда-нибудь со своим любовником и начала новую жизнь, хоть я и не знала ее возраста и в целом описание ее внешности.

Через полчаса женщина вся в слезах выбежала из кабинета и за ней вышел Джозеф. Он медленно прошел в середину кабинета, где мы все сидели и смерил всех грозным взглядом. От этого взгляда хочется убежать, забиться в угол и плакать. Никто не поднимал головы, все молча сидели и ждали, когда капитан начнет головомойку своих сотрудников.

Джозеф: Кто был на дежурстве, когда первый раз пришла эта женщина?

Полицейский: Сначала я, потом мой напарник. Мы дежурили те два дня, что она сюда приходила.

Джозеф переместил свой взгляд на того, кто говорил. Это был высокий мужчина, крепкого телосложения. Я не особо с ним общалась или как-то пересекалась. В целом он не был настроен на какие-то дружеское начало наших взаимоотношений. В кафетерии отсаживался, на патрулях никогда не разговаривал со мной. Да и в целом мне было абсолютно всё равно на то, кто это.

Джозеф: Где напарник?

Полицейский: На патруле.

Джозеф: Выговор. Вам двоим. Еще хоть раз вы сделаете так же или кто-то любой из вас – уволю и никуда вас не примут, вы поняли?! Совсем уже охренели? Амелия, Джереми и Клэр, бегом в мой кабинет!

Когда я проходила мимо этого полицейского услышала, как он шепотом говорил другому.

Полицейский: Так напугал, я прямо-таки весь трясусь от страха, как та девчонка, Клэр кажется?

Клэр: «Да, может быть мне и правда страшно, зато я не могу посмотреть Джозефу в глаза, а не прятаться и шептаться».

Зайдя в кабинет, мы увидели, как капитан сидит со сложенными в замок руками и буравит взглядом стену. Он был напряжен, желваки ходили по его вискам. Было понятно сразу, что исчезновение девушки – не случайность.

Джозеф: Мы имеем пропавшую три дня назад девушку. В том году она выпустилась со школы и осталась здесь. Пошла в местный колледж на мед.сестру и ухаживала за матерью. Зовут Люси, ей 19 лет. По описанию совпадает с нашей убитой. Темные волосы, небольшого роста, голубые глаза.

Джереми: Всё очень плохо. Скорее всего в ближайшее время мы найдем только ее труп.

Амелия: С чего ты взял, дубина? Думаешь у нас серийник?

Джереми: К гадалке не ходи! Всё не так просто!

Джозеф: Тихо!

Он ударил кулаком по столу. Мы все вздрогнули и ребята прекратили свою небольшую перепалку. Но как бы мне не хотелось признавать, Джереми скорее всего прав. Это дело времени, когда убийца наиграется со своей новой куклой и предоставит ее миру.

Джозеф: Сейчас поедем, посмотрим камеры наружного видеонаблюдения, поспрашиваем свидетелей. В последний раз ее видели около ресторана «Шафран», она там работает официанткой. Поговорим с работниками, владельцем и посетителями.

Джереми: А если мы ничего не накопаем? Три дня прошло, люди могли что-то забыть, а камеры попросту не работать.

Джозеф: Тогда мне предстоит непростой разговор с ее матерью, когда мы обнаружим тело.

С мрачными мыслями мы пошли на выход, но Джозеф снова меня окликнул.

Джозеф: Клэр, постой. Ты как-то плохо выглядишь сегодня, плохо спала?

Клэр: ….

Вы еще своего лица не видели.

Сказав это, я прикрыла свой рот луками. Какая же я дура, как могла сказать такое начальнику? Но Джозеф только слегка улыбнулся и опустил голову.

Джозеф: Что верно, то верно.

Вам не стоит так за меня переживать, я в порядке.Он посмотрел мне прямо в глаза, от такого прямого взгляда у меня прошла волна мурашек.

Джозеф: В любом случае, Клэр, если тебе нужна передышка, скажи мне, я дам тебе день отдохнуть. Мы с Амелией немного привыкли к такому ритму работы, Джереми наоборот нужна была такая встряска, а тебе, молодому специалисту, нужно время.

Клэр: Спасибо, капитан, но мне нужно заработать себе на хорошее сопроводительное письмо своей работой.

Джозеф: Именно это мне в тебе и нравится. Иди на улицу к остальным, я скоро буду.

Я вышла из кабинета под пристальным взглядом черных глаз. На улице меня ждали коллеги рядом с рабочим автомобилем.

Джереми: Поверить не могу в то, что мы просто ездим из угла в угол, разговариваем с жителями города просто так, потому что они нам еще ничего путного не говорили, пока на свободе гуляет псих!

Амелия: Держи себя в руках! Мы тоже не всесильны и работаем так, как можем с нашим количеством людей, оборудования и специалистов. У нас просто нет другого выбора.

Вскоре показался Джозеф, мы сели в машину и поехали к ресторану, в котором работала пропавшая девушка. Ресторан представлял из себя большое, двухэтажное здание. Днем это был ресторан, а вечером просто пивная, в которой до самой ночи засиживались местные мужчины и приезжие туристы. Пили дешевое пиво и невкусные закуски. Контингент тут был сомнительный и работали в основном студенты или женщины в возрасте, которые не теряли надежду найти себе мужчину, хотя бы на ночь.

Джозеф: Я пойду говорить с владельцем, а вы поговорите с сотрудниками и посетителями.

Мы зашли в здание и нас окатило ароматом алкоголя и шумом толпы. Играла музыка из старого музыкального аппарата, официанты сновали туда-сюда с полными подносами, бармен успевал только менять бокалы рядом с краном пива, посетители громко кричали, обсуждали последние новости города и мира в целом. Амелия направилась к барной стойке, Джозеф поплелся на второй этаж, Джереми пошел по посетителям, а я попыталась поймать хотя бы одного официанта, чтобы не отставать от коллег.

Клэр: Простите, вы не могли бы ответить на пару моих вопросов?

Я достала значок и показала его одной официантке. Это была высокая, молодая девушка, примерно возраста пропавшей. Она округлила свои глаза и замотала головой по сторонам, ища помощи у коллег или администратора ресторана. Но та уже общалась с Амелией.

Официантка: Да…да, конечно.

Клэр: Как я могу к вам обращаться?

Официантка: Меня зовут Ева.

Клэр: Очень приятно, Ева. Я – Клэр. Мы пришли узнать по поводу пропавшей несколько дней назад официантки, Люси. Ты не замечала, может быть в последнее время она вела себя странно?

Ева: Знаете, нет, мы практически не общались, у нас редко совпадали смены. Но в последнее время к ней приходил один мужчина, посетитель. Я раньше его тут не видела, но он хотел, чтобы его обслуживала только она.

Клэр: Скажите, Ева

Можно выбрать только одно

Как он выглядел?

Ева: Как обычный мужчина. Ничего подозрительного или страшного в нем не было. На вид ему где-то 35-40 лет. Такой, маменькин сынок, если вы понимаете, о чем я.

Были ли у него отличительные черты?

Ева: Взгляд, меня пугал его взгляд. Он был немного безумный. Всегда искал в толпе именно ее, а других прогонял. Особенно парней официантов.

Сама Люси боялась его?

Ева: Вроде бы нет. Даже не говорила о нем никогда, а мы обычно делимся в коллективе историями о …странных клиентах.

Ева: Простите, мне нужно работать.

Я кивнула и пропустила девушку вперед. Больше мне не удалось ни с кем пообщаться.

Джозеф: Камеры не работают на улице, владельцу абсолютно плевать, что у него пропала работница, главное, что бизнес не стоит. У кого что есть?

Амелия: Ее характеризуют как хорошую, но весьма непунктуальную особу, поэтому не сразу поняли, что она пропала. На ее место нашли уже нового работника.

Джереми: Посетителям абсолютно наплевать. Да, видели. Да, разносила пиво. Большего им не нужно.

Клэр: Пообщалась только с одной официанткой. Она рассказала, что в последнее время к ней ходил только один человек. Просил, чтобы его заказы принимала только Люси и никто кроме Люси.

Джозеф: Описали внешность?

Клэр: Да (тут то, что выбрали).

Джозеф: Не густо. Я поеду в участок и занесу всё в отчет. Амелия поедет со мной, мы еще раз посмотрим на то, что у нас имеется. Вы с Джозефом свободны. И вызовите такси, не стоит ходить одним в ночь.

И они уехали оставив нас вдвоем. Я хотела было повернуться к Джереми и спросить, на какой адрес ему вызвать такси, но его след простыл. Я посмотрела по сторонам, завернула в пару переулков, но его нигде не было. Иногда Джереми меня сильно пугал.

Брендон: Не думал, что наша с вами встреча будет так скоро, Клэр.

Я подпрыгнула на месте от удивления и неожиданности. Кого-кого, а его тут я точно не была готова встретить.

Клэр: Могу сказать то, что не ожидала вас увидеть в столь злачном месте.

Брендон: Ах, это…Если я вам скажу, что направлялся в аптеку за таблетками для моей пожилой няни тире горничной, вы не поверите, не так ли?

Клэр: Ни сколечки.

Брендон: А я ведь действительно шел туда, но увидел вас и решил поздороваться. Снова вы одна и снова ночью. К сожалению, сегодня я вас проводить не смогу, сами понимаете. Но вызову вам такси и подожду, как вы сядете в машину.

Клэр: Брендон, вам не кажется, что вы слишком проявляете свою заботу по отношению к девушке, которую видите второй раз в жизни?

Брендон: Напротив, сейчас такая ситуация, а я, как сын мэра, должен заботиться о горожанах.

Он поправил волосы совей ладонью, посмотрел на часы и нахмурился. Что-то в его поведение было настораживающим. Как будто он готовился к чему-то, ждал что-то. Казалось, что он знает, что будет твориться в городе в определенное время и затаился будто тигр, готовый выпрыгнуть точно на жертву.

Клэр: Знаете, я не буду вас отвлекать, вызову такси сама, не волнуйтесь.

Брендон: Тогда позвольте подождать машину с вами, а то этот ресторан не пользуется хорошей репутацией, уж извините.

Я пожала плечами и стала вызывать такси. Подача машины стоила каких-то баснословных денег с учетом того, что мы не в мегаполисе находимся. Но и Джозеф, и Брендон были правы, очень опасно разгуливать по ночному городу. И даже в глубине души я благодарна этому странному мужчине за то, что он остался рядом. Ну прямо настоящий джентльмен из романа Шарлотты Бронте.

Мы оба стояли и молча ждали машину. Говорить уже ни с кем не хотелось и, кажется, Брендон прочитал мои намерения и тоже молчал. Иногда озирался по сторонам и смотрел на часы. Хотелось отправить его по делам, но это было его решением стоять со мной, так что пусть опаздывает, если ему так хотелось поиграть в благородство. Через 10 минут машина была уже рядом с рестораном и я прощалась с сыном мэра.

Клэр: Я вам очень благодарна, что вы остались рядом.

Брендон: Такая девушка, как вы, всегда должна ходить в сопровождении.

Клэр: «Почему-то мне так хотелось его обнять…или лучше не стоит? Все-таки он сын мэра, а рядом откровенная дыра, кто-то увидит и пойдут слухи.»

Обнять Брендона.

В порыве нежности и благодарности, я резко прильнула к груди мужчины. Наши объятия не длились и секунды, когда мне хотелось их уже разорвать, но тут Брендон обнял меня в ответ.

Брендон: Будьте аккуратны, Клэр.

Сказав это, он отпустил меня, развернулся и пошел по своим делам.

Сухо попрощаться.

Клэр: Еще раз спасибо. Доброй ночи.

Брендон: Еще раз пожалуйста. До скорой встречи, Клэр.

Он развернулся и удалился прочь.

Приехала я домой минут за 10. В душе была благодарности всем-всем-всем за то, что заставили вызвать такси. Только зайдя в гостиную, на меня упала усталость и апатия. Казалось, что я не спала целую неделю, а тот кошмарный сон вообще происходил в другой реальности. Я даже не успела за сегодня его осознать. Скорее всего это был просто кошмар без какого-либо подтекста, но он был очень реален. Девушка кричала, пыталась донести до меня какую-то информацию. Как вспомню, так мурашки по всему телу. Не может же такое быть, что я могу говорить с призраками во сне? Это уже из ряда фантастики и мистики. Такого в реальном мире не бывает и быть не может.

Переодевшись в пижаму, я взяла из морозилки ведерко моего любимого мороженого и решила расслабиться под незатейливую комедию, чтобы отбросить все тревожные мысли и лечь с легкой головой. Устроившись на диване и укрывшись пледом, начала просмотр и поедание десерта.

Не знаю, сколько прошло времени, но когда я открыла глаза, по телевизору шли помехи, которые резали ухо. Комната, темная и холодная, освещалась только от экрана и только маленький пятачок перед самим телевизором. Я выдохнула и изо рта пошел пар. Не может быть так холодно в отапливаемом доме. Вдруг на кухне я услышала дребезжание кухонной утвари. Казалось, что все ложки, вилки и кастрюли находятся под воздействием землетрясения. Но пол остается твёрдым, а стены не ходят ходуном.

Клэр: Здесь кто-нибудь есть?

Мне казалось, что за мной следят несколько пар внимательных глаз. Они с интересом меня рассматривают, выискивают что-то.

Клэр: Кто здесь?

Мой голос охрип от страха и непонимания, что происходит в моем собственном доме. В углу я заметила шевеление и перевела взгляд туда. Там никого не было. Потом я уловила что-то сбоку, обернулась, но тоже никого не увидела.

Кто-то: Ты веришь всем, а не себе!

Клэр: Что? Что происходит?!

Кто-то: Ты веришь им, а не мне!

Я зажмурилась и закрыла уши руками, начала кричать, чтобы перекрыть голос, который, казалось, исходит отовсюду.

Клэр: Лалалалалала

Кто-то: ОТКРОЙ ГЛАЗА! ОТКРОЙГЛАЗАОТКРОЙГЛАЗАОТКРОЙГЛАЗА

Я проснулась от того, что из моих легких вырывался крик. Огляделась, всё было хорошо, дома было тепло, а по телевизору заканчивалась комедия, которую я начинала смотреть час назад.

Клэр: «Снова кошмар, нужно успокоиться, иначе с ума сойду.»

Звонок в дверь застал меня врасплох. Я подпрыгнула на месте и чуть не ударилась макушкой об низкий потолок моей квартиры.

Клэр: Я никого не жду в такой час…Не к добру.

На негнущихся ногах я подошла к двери и посмотрела в глазок. Никого не было, только лампочка мигала в фойе. Ни единого шума или шороха. Совсем ничего не происходило за дверью в течение той минуты, что я смотрела и прислушивалась. Наконец-то решилась открыть дверь и посмотреть, что происходит снаружи. Там я обнаружило конверт. Абсолютно белый, чистый и новый конверт. Он лежал на коврике перед дверью. Опустившись на корточки, я быстро схватила его и захлопнула дверь. Всё это мне не нравилось. Не хотела открывать его одна, мне было безумно страшно.

Клэр: «Может кому-нибудь позвонить и позвать к себе? Или сходить к кому-нибудь в гости, чтобы не оставаться здесь?»

Позвонить Джозеф.

Я взяла телефон и набрала капитана. Время близилось к утру и я очень надеялась не разбудить его, потому что он в последнее время и так плохо и мало спал.

Пару минут я слушала только гудки, уже потеряв надежду на то, что Джозеф поднимет трубку.

Джозеф: Алло?

Хриплый голос выдал то, что капитан проснулся от звонка.

Клэр: Алло, Джозеф? Это Клэр…Мне очень стыдно просить, но ты не мог бы приехать ко мне? Кажется кто-то следит за мной…

Джозеф: Скоро буду.

Он сказал это твердо и, кажется, совсем проснулся. Продиктовав адрес, я закрыла все окна шторами и стала ходить из угла в угол в тревожном ожидании.

Отправить СМС Амелии.

Мне срочно нужно было кому-нибудь выговориться и я зашла в социальные сети. Увидела то, что Амелия была онлайн и написала в порыве сообщение:

Клэр: Привет…эм, прости, что пишу тебе вот так вот, но мне правда больше некому написать. Дело в том, что мне прислали какой-то странный конверт и я сильно боюсь того, что за мной следят. Если тебе не сложно, можешь со мной хотя бы попереписываться парой сообщений?

Отправила сразу, чтобы не передумать и не удалить сообщение. Ответа я ждала минут 5, думала, что Амелия легла спать или специально мне игнорирует. Честно говоря подругами мы никогда не были, но она сильно мне помогала в первое время.

За размышлениями я не заметила, как пришел ответ:

Амелия: Это странно и серьезно. Приезжай ко мне, попьем чай и успокоимся.

Она отправила мне свой адрес и я вызвала такси. Оделась в кофту с капюшоном и вышла в утреннюю свежесть.

Пойти к дому мэра, может быть встречу Брендона.

Оставаться одной не хотелось. Но куда идти – не знаю. Звонить или писать коллегам не хотелось, мы не такие уж и друзья, да и тем более им нужен отдых. Не долго думая, набрала на картах адрес резиденции мэра и начала собираться. Не знаю, что на меня нашло и зачем я вообще туда еду. Там наверняка стоит патруль и охрана, меня не пропустят просто так. Но хотя бы немного проветрюсь. И может быть встречусь с Бренденом, мне сильно нужна была его поддержка, сама не знаю почему. Наверное потому, что он всегда был рядом в критические и страшные моменты. Вызвав такси, поехала по адресу. Сидя в машине, плотно натянула на себя капюшон и забилась в угол.

Клэр: «Что я ему скажу? А если он спит? Надо было хотя бы номерами обменяться, глупая…»

Вскоре мы прибыли к резиденции Стоунов. Как я и говорила, он был обнесен высоким металлическим забором с замысловатым узором. На воротах висел домофон, который связывал улицу и пост охраны внутри дома. Минут пять я колебалась, думая поехать назад, потому что тут я вообще открытая мишень. Посмотрела на окна дома и увидела, что в некоторых горит свет. Как маяк надежды… Нажала на кнопку и стала дожидаться ответа охраны ни на что не надеясь.

Охранник: Кто? Зачем пришла?

Клэр: А..эм..я из полиции и знакомая мистера Брендона Стоуна. Мне нужно с ним поговорить по поводу дела, он сейчас не спит?

Это звучало глупо и мало правдободно, хотя первая половина точно звучала уверенно.

Охранник: Ждите, я свяжусь с хозяином.

Ожидание продлилось еще минут пятнадцать, пока ворота с глухим писком не открылись перед моим носом. Пройдя мимо поста охраны, направилась прямиком к дому, у дверей которого меня встречала милой наружности старушка. Она была небольшого роста, седые кудрявые волосы обрамляли круглое лицо с морщинками. От нее веяло теплом и уютом. Казалось, что в ее объятиях можно согреться и спастись от всех напастей мира.

Старушка: Меня зовут Миссис Хилл, я домработница у мистера Стоуна и его сына.

Она широко мне улыбнулась и пропустила в дом.

Миссис Хилл: Господин Стоун попросил проводить вас на кухню и напоить теплым чаем, на улице достаточно прохладно.

Она повела меня через огромный холл в глубь дома.

Глава 5. Кто не спрятался – я не виноват.

Если выбрали Джозефа.

Прошло минут 20 полнейшей тишины в квартире. Я прислушивалась к каждому шороху и звуку. Иногда выглядывала из-за штор на улицу и наблюдала за обстановкой. Мои нервы стали потихоньку сдавать, когда я услышала звонок в дверь. Тихой поступью я прошла к двери и посмотрела в глазок, там стоял Джозеф. Не спеша открыла дверь и быстро завела капитана в квартиру. После того, как квартира была снова надежно закрыта на три замка, шумно выдохнула.

Джозеф: Да у тебя нервы расшатаны.

Клэр: Я бы на вас посмотрела.

Джозеф: Давай на «ты». Нам предстоит еще долго работать вместе и хотелось бы наладить доверительные отношения. А из всех троих только ты общаешься ко мне на «вы».

Я была на столько уставшей от последних событий и недостатка сна, что почти не удивилась и сразу согласилась. Мне было абсолютно всё равно, как к нему обращаться. Лишь бы сейчас не быть одной. Я пригласила его в гостиную, предложила чай, от которого Джозеф отказался, и начала рассказывать. Не стала вдаваться в подробности, просто рассказала, как уснула на диване и проснулась от звонка в дверь. Если скажу про сон, то меня сразу отправят к психиатру на освидетельствование моего психологического состояния. А сейчас я не думаю, что пройду его.

Джозеф: Хм…Ты открывала конверт?

Клэр: Нет. Я боюсь к нему притрагиваться, если честно.

Джозеф: Хорошо, тогда откроем его все вместе в участке. И там же подумаем над тем, что с тобой делать. Ты уже не можешь так явно участвовать в расследовании. За тобой кто-то следит.

Клэр: В смысле?! Я хочу разбираться в этом деле!

Джозеф опустил голову и потер переносицу. В этом жесте была сосредоточена вся усталость этого мира. Мне так хотелось его поддержать, помочь ему немного справиться со всем, что на него упало. Это несправедливо, что мы отдыхаем, а он сидит допоздна и разбирается с отчетностью и уликами. И еще эти разговоры с мэром. За последние два дня мэр то и дело звонит или пишет Джозефу. Как будто других дел у него нет.

Клэр: «Мне бы хотелось поддержать капитана. Стоит ли это делать?»

Обнять капитана.

Джозеф был очень высоким. Мне приходилось задирать голову, чтобы посмотреть в его черные глаза. Само телосложение было массивным, натренированным. Я подошла ближе к капитану, привстала на носочки и обняла его. Джозеф слегка напрягся, но вскоре расслабился и приобнял меня в ответ.

Клэр: Прости, я понимаю, как тебе тяжело. Ты всегда можешь положиться на нас, и мы тебе всегда поможем.

Джозеф: Спасибо.

Высказать поддержку словами.

Мне было немного некомфортно смотреть ему прямо в глаза и находится так близко к нему. Но не поддержать его было очень некрасиво, ведь он приехал ко мне по первому звонку.

Клэр: Джозеф, ты хороший капитан, нам всем повезло с тем, что ты у нас есть. Мне бы хотелось высказать тебе поддержку и не только словами, но и действиями. Ты можешь на меня положиться.

Джозеф: Спасибо, Клэр.

Мне стало легче от сказанный слов. И Джозефу, я думаю, тоже. Он немного расслабился и сразу стало видно, как он устал. Как ему было тяжело. На нем висела ответственность не только за своих сотрудников, но и за весь город в целом. Нависшая угроза, как грозовая туча, забирала весь покой.

Джозеф: Собирайся, поедем в участок и там решим, что будем делать дальше.

Я кивнула и пошла в спальню, оставив мужчину в гостиной на диване. Он немного позволил себе отдохнуть и удобно устроился.

Если выбрали Амелию.

Я постучала в дверь. Было всё ещё некомфортно от того, что я так ворвалась в личное пространство коллеги. Но с другой стороны она сама мне предложила свою помощь. Я не настаивала на такой прием. Я услышала шаги, которые приближались к двери. Как только она распахнулась, я увидела Амелию, она стояла в халате и домашних тапочках с помпоном. Всё было в нежно-розовых тонах, и я бы никогда не подумала, что такая грозная на работе женщина, железная леди, дома такая мягкая и уютная.

Амелия: Что стоишь? Проходи скорей!

Я мотнула головой и приняла приглашение войти. Квартира у Амелии по размерам была еще меньше моей. Гостиная была совмещена с кухней, а за стенкой была крохотная спальня. Всё было выполнено в пастельных тонах, вещи стояли на своих местах и, казалось, никогда не видели пыли.

Амелия: Квартирка небольшая, да. Зато своя. Стараюсь держать ее в порядке, а то сама понимаешь, иногда тут даже не ночую из-за работы.

Неожиданное откровение расположило меня еще больше к этой девушке. Я поняла, что неосознанно всегда тянулась к старшей коллеге. Хотела бы я завести с ней дружбу? Да, наверное. Мне не хватало обычного общения после работы за чашкой кофе и обсуждения коллег. Но Амелия всегда стояла особняком и никого близко не подпускала.

Амелия: Давай, рассказывай, что у тебя стряслось?

Она прошла на небольшую кухонную зону и начала заваривать чай. Я присела на барный стул, сложила руки в замок и даже не знала, с чего мне начать. Сказать хотелось многое. Но не сочтет ли она меня за истеричку или психа?

Пришлось поделиться лишь частью рассказа. То, как я уснула на диване и проснулась от звонка в дверь. Конверт я на всякий случай взяла с собой. Одной его открыть будет не страшно.

Амелия: И ты никого не видела?

Клэр: Да, я осмотрела всю площадку, но так никого и не заметила. На полу лежал только этот конверт и больше ничего.

Она задумчиво кивнула и присела напротив меня. Так мы просидели с минуту, каждая думала о чем-то своем.

Амелия: Кто еще знает об этом?

Клэр: Только ты. Я больше никому не решилась рассказать.

Амелия: Нам нужно рассказать Джозефу и поехать в участок. Либо у тебя появился сталкер, либо это наш клиент. Оба варианта совсем мне не нравятся.

Про сталкера я вообще не думала. Я так была напугана сном, который мне приснился. И предыдущая ночь прошла для меня плоховато. Но, скорее всего, так оно и есть. Брендон тоже видел за мной какую-то тень. Хотелось бы мне поймать этого негодника.

Амелия: Слушай, в любом случае я тебе помогу. Я все-таки считаю, что женщины должны держаться рядом.

Клэр:

Да, я с тобой согласна

Я кивнула ей на ее слова. Амелия взяла меня за руку и слегка сжала мою ладонь.

Амелия: Не переживай, мы решим этот вопрос. Если что, можешь пожить пока у меня. Я буду не против.

Клэр: Спасибо. Правда, спасибо.

Она тепло мне улыбнулась.

Амелия: Знаешь, у меня никогда не было подруг. Всегда ходила только с мальчиками. А в глубине души хотелось найти родственную душу, с которой можно вот так попить чай и не быть железной леди.

Я расширила глаза от удивления. Такого потока откровений я даже не ожидала от нее.

Амелия: А что ты так удивляешься? Я же человек и тоже хочу обычную человеческую дружбу.

Клэр: Тогда можешь на меня положиться.

Спасибо, но я пока не могу ответить того же самого.

Амелия понимающе кивнула и поджала свои губы.

Амелия: Я тебя понимаю. Я тоже такая. Но кто знает, может у нас получится подружиться в будущем.

Мы допили чай, поговорили о насущных проблемах, обсудили некоторые детали нашего дела.

Амелия: Допила? Поехали, нам надо в участок. Я уже написала Джозефу, он будет ждать нас там.

Я кивнула, а Амелия удалилась для того, чтобы одеться и привести себя в порядок. Кажется, она совсем и не спала эту ночь. Мне было стыдно, что я украла у нее несколько часов сна.

Если выбрали Брендона

Я сидела на кухне самого мэра. Кому расскажу – никто не поверит. Миссис Хилл заварила до безумия вкусный чай. От него исходил аромат цветов и фруктов. На стол она положила коробочку конфет, вазон с печеньем и небольшую тарелочку меда.

Миссис Хилл: Брендон сейчас спуститься сюда. Сами понимаете, ему нужно немного прийти в себя для того, чтобы встретить гостей.

Клэр: Мне немного неудобно от того, что я пришла сюда. Простите.

Миссис Хилл: Не переживайте. Он не рассердился, если вы про это. Мне даже показалось, что он ждал такого исхода.

Я удивилась, но сделала вид, что не услышала последнего предложения и отпила чай. На вкус он был таким же превосходным, как и на запах. Вскоре показался Стоун младший.

Миссис Хилл: Господин Стоун, наливать вам чаю?

Брендон: Миссис Хилл, я же просил, называйте меня просто по имени. Чаю не нужно, вы можете идти отдыхать.

Миссис Хилл тепло улыбнулась младшему Стоуну и удалилась с кухни.

Брендон: Вы подгадали прекрасный момент, Клэр. Моего отца нет дома, и мы можем спокойно поговорить. Что вас привело сюда?

Брендон сел напротив меня и сложил руки в замок. Мои же безвольно лежали на коленях. Я опустила голову вниз, как провинившийся ребенок, который разбил мамину любимую вазу.

Клэр: Мне нужно с кем-то поделиться и не быть одной. Я почему-то сразу вспомнила вас.

Брендон довольно улыбнулся, словно сытый кот. Ему явно нравилось смотреть на то, как я смущаюсь и говорю подобные вещи.

Брендон: Что ж, я весь во внимании.

Коротко и без особых подробностей про сон, я рассказала события минувшей ночи. После этого достала конверт из сумки и положила его на стол, как доказательство моим словам.

Брендон: И вы не знаете что внутри? Разве вам неинтересно?

Я помотала головой и слегка съежилась. Мне было абсолютно наплевать. Хотелось просто лечь и уснуть таким крепким сном, чтобы проснуться только через пару дней.

Брендон: Клэр, здесь вам нечего бояться. Тут безопасно и я рядом. Не знаю, почему я вообще это говорю, но такой вот у меня порыв.

Впервые за это время я подняла на него глаза. Он был как всегда прекрасен. Волосы уложены, одет был в деловой костюм, будто пришел не на свою кухню к сумасшедшей девушке, а на прием к английской королеве. Осанка была ровная, а взгляд прямой. Он всегда чувствовал себя хозяином положения и не стеснялся показать это всем.

Брендон: В любом случае я не хочу проблем. Я отвезу вас в участок и останусь там, если вы этого хотите.

Клэр: Зачем вам там оставаться?

Брендон: Вдруг вам скажут ехать домой, а я тут как тут, подвезу вас. Не бойтесь меня, я вам друг. По крайней мере не желаю вам зла.

Он внимательно стал изучать мое лицо, как будто бы видел впервые. Мне стало немного неловко и я опустила взгляд на свои ладони, которые по-прежнему лежали на коленях.

Брендон: Не прячьте свое лицо…Вы мне сильно напоминаете мою мать. Она была великолепной женщиной. И в вас я улавливаю ее черты. Даже в ваших ответах есть что-то, что напоминает мне характер моей мамы.

Он немного помолчал. Я слышала, как участилось его дыхание. Кажется, это больная тема для него.

Клэр:

Поддержать его.

Я подняла глаза и дотронулась до его руки. Он сидел с немного опущенной головой и что-то бормотал себе под нос.

Клэр: Брендон, я не ваша мама, но я хочу сказать, что она воспитала замечательного сына.

Он поднял на меня свои голубые глаза. Пухлые губы расплылись в улыбке. Прядь черных волос упала ему на лоб. В таком виде он был всё так же прекрасен.

Брендон: Знали бы всю правду, точно бы так не говорили…

Я немного напряглась, он это почувствовал. Моя рука дернулась, но он остановил ее своей.

Брендон: Шутка. Как минимум вам точно не о чем переживать.

Перевести тему.

Молчание затягивалось, и я неловко откашлялась. Брендон поднял голову и нацепил на себя снова маску непроницаемости.

Брендон: Мне нравятся такие люди, как вы, Клэр. Ценящие свое личное время.

Он встал и поправил пиджак. Стал смотреть что-то на своем экране.

Брендон: Запишите мой номер телефона на всякий случай.

Я послушно достала телефон и записала телефон Брендона. После вопросительно посмотрела на него.

Брендон: Чтобы вы не приезжали сюда в такую рань, а попросили это сделать меня. А теперь поехали в участок. Такое совпадение, мне тоже туда сегодня нужно было приехать, поговорить с вашим капитаном.

В участке.

Мы сидели впятером в комнате для совещаний. Брендон приехал тоже, так как представляет своего отца и хочет узнать, как проходит расследование. Все были уставшими и совсем не бодрыми и всё равно этот мужчина нашел в себе силы посмотреть на меня и улыбнуться той самой улыбкой, в которой светится дружелюбие и немая поддержка. Такое утро вряд ли можно назвать добрым.

Джозеф: Господин Стоун, оставите нас ненадолго? Нам нужно решить вопрос, который может не иметь никакого отношения к расследованию.

Брендон расплылся в улыбке, как Чеширский кот. Вся эта ситуация его как минимум забавляла.

Брендон: Ключевое слово «может». Я останусь. Пока моего отца нет в городе, я буду его глазами и ушами, привыкайте.

Джозеф шумно выдохнул. Его раздражение можно было почувствовать издалека. Он явно был недоволен тем, что сын мэра присутствует в такой момент рядом. Нужно контролировать себя и своих подчиненных, чтобы не взболтнуть лишнего.

Джереми: Так что случилось? Почему мы все в такую рань здесь, а не дома?

Джозеф: Клэр, расскажи нам, что случилось. Не упускай ничего.

Я нервно теребила пальцы под столом и начала свой рассказ. Уже второй раз за утро я повторяю то, что произошло со мной ночью, кроме момента со сном. Мне кажется, что это совсем не важная деталь сейчас, а просто мое подсознание. Нужно будет купить снотворного или что-то типа того.

Джереми: Давайте уже откроем этот конверт. Может быть там взятка?

Амелия: А тебе бы только о взятках думать, да?

Джереми: Что ты имеешь в виду?

Джозеф: Тихо! Перестаньте. Сейчас не время и не место.

Брендон же сидел и ухмыляясь слушал перепалку двух коллег. Ему было интересно всё, что происходит у нас за дверями совещательной комнаты. Но расскажет ли он про взятки своему отцу?

Джозеф аккуратно взял конверт из моих рук, прощупал его, вдруг там какой-то механизм? Я совсем в этом не смыслю. Что же я за полицейский такой? Он открыл его и достал оттуда бумагу светло-розового цвета. Развернул ее и быстро прошел по написанному взглядом. Положил бумагу на стол и отвернулся к окну.

Амелия взяла лист бумаги и зачитала вслух то, что там было написано:

Амелия: «Забавно наблюдать за тем, как вы, словно слепые котята, тыкаетесь непонятно куда и непонятно зачем. Я слежу за каждым из вас. Я знаю о вас всё. Но ты, Клэр, заинтересовала меня куда больше остальных…Твой испуганный взгляд, хаотичные движения. Любовался бы вечность. Но всё не вечно, как и ты сама…Раз, два, три, четыре, пять – я иду искать. Кто не спрятался – я не виноват.»

Джереми: Это бред обычного сталкера, вот и всё. Какой-то придурок решил ее напугать, а мы собрались здесь в такую рань?

Брендон: Так недальновидно с вашей стороны, мистер Нельсон. В городе творится черт знает что, а вы не принимаете во внимание прямую угрозу вашей коллеге. Тем более там упоминались все вы.

Джозеф: Мистер Стоун прав. Мы не можем игнорировать данное письмо. Клэр, будешь работать из дома с отчетами и бумажками. Все твои передвижения пока недопустимы по городу. Будешь разбираться со всем, что мы откапаем и структурировать это для нас.

Все слова, что говорили коллеги, доходили до меня как из-под толщи воды. Что это всё значит? Когда это всё закончится? Почему я?

Джозеф: Нужно отправить тебя в отель. Одна ты не поедешь. Амелия и ее специалисты проверят твою квартиру.

Я встала и вышла на негнущихся ногах из комнаты. Всё плыло перед глазами, мне было страшно, в животе скрутился тугой узел тревоги. Пройдя на свое место, буквально рухнула на стул и закрыла лицо руками.

Амелия: Не переживай, мои люди сделают всё быстро. Скоро ты сможешь немного выдохнуть.

Она похлопала меня по плечу и прошла отдавать указания. Но меня это совсем не заботило. Что будет, если он снова придет ко мне под дверь? Почему никто не говорит об охране? Конечно слишком уж многого я хочу, но всё-таки мне нужна гарантия безопасности.

Прошел час с лишним. Я не двигалась со своего места, а Брендон всё ещё был у капитана в кабинете. О чем они могут так долго разговаривать? Ещё через пару минут показались двое мужчин. Они явно были на взводе и не пришли к нормальному диалогу.

Джозеф: Клэр, можно тебя на минутку?

Я подошла к капитану и он положил свою руку мне на плечо, как делают товарищам или друзьям.

Джозеф: Мне не свойственно проявление чувств, но я вижу, как ты вся дрожишь. Успокойся, всё решим.

Клэр: Да, спасибо вам, капитан.

Джозеф: Мы работаем вместе и Амелия с Джереми обращаются ко мне на «ты». Мне было бы проще, если бы ты тоже начала, хотя бы пока мы ведем это дело. (При условии, что не было сцены с Джозефом)

Я немного опешила, но решила кивнуть. Так и правда будет проще и поднимется доверие в нашем небольшом коллективе, который расследует это дело.

Джозеф: Клэр, ты можешь ехать в отель. Выбери себе сопровождение.

Клэр: Я поеду с …

Брендоном

Тобой

Если выбрали Брендона.

Оба мужчины удивленно посмотрели на меня. Я поняла, что сказала лишнего и глупо выгляжу в их глазах.

Клэр: «Да почему я так хочу провести с ним лишнюю минутку?»

Джозеф: Почему так, Клэр?

Брендон: Какая разница, капитан? Просто она не хочет отвлекать вас от расследования, от которого зависит много жизней.

Джозеф кивнул и скрылся снова в своем кабинете. Брендон жестом пригласил меня проследовать за ним. И тут я поняла, что весь участок наблюдает за тем, как их коллега идет к машине сына мэра. Сколько же слухов будет…

Брендон: О чем вы думаете?

Клэр: О моей репутации. Все смотрят на нас и пойдут слухи. Наверняка пойдут.

Брендон: Вас это заботит?

Клэр: А вас разве нет? Вы сын мэра и ваша репутация тоже под угрозой.

Мужчина отмахнулся от этого рукой.

Брендон: Репутация волнует только моего отца. А мне, как вы видите, абсолютно наплевать на мнение людей. Если думать обо всех и каждом, можно перестать думать о себе. А свои желания и мысли куда дороже, задумайтесь.

Мы прошли через парковку к машине Брендона. Я совсем не разбиралась в машинах, но эта была точно очень дорогой. По-другому и быть не может. Вся его природа соткана из таких вещей класса люкс и умением держать лицо даже при плохой игре. Не могу точно сказать, какие чувства я испытываю к нему. Это смесь из тревоги и полного доверия. Ощущаю себя мышью рядом со змеёй. Мы сели и отправились в отель, недалеко от центра города.

Брендон: Клэр, мне кажется вы хотели бы задать мне вопрос.

Клэр: Да. Меня сильно напрягает ваше поведение. Вы всегда оказываетесь в нужное время и в нужном месте. Помогаете, провожаете до дома, хотите вызвать мне такси и принимаете в своей кухне ни свет, ни заря. Почему?

Брендон: Вы мне интересны. Не поймите неправильно, но вы привлекательная молодая девушка. Может быть мне хотелось бы привлечь ваше внимание таким способом?

Клэр: Вы выбрали странную тактику, господин Стоун.

Мои щеки вспыхнули огнем. Он же сейчас подумает, что мне никто и никогда не уделял внимания. Какой позор! Но все же я не знаю о ним ничего, то есть вообще ничего, кроме его имени и места в обществе.

Клэр: «А хотелось ли мне узнать его получше?»

Да, мне бы хотелось узнать Брендона получше.

Клэр: «Он кажется одиноким человеком. Мне бы хотелось стать с ним ближе.»

Стать ближе…В каком же плане я хочу стать с ним ближе? Мои щеки и так говорят все за меня. А еще эти мурашки от его улыбки. Он красивый мужчина, тут даже лукавить не придется. И он это знает, хитрый лис.

Мне бы хотелось узнать его. Возможно у нас получится неплохая дружба?

Такая редкость найти друга, который всегда будет рядом и поддержит даже тогда, когда за тобой ходит сталкер. В таком ключе я бы хотела продолжать общение с Брендоном.

Клэр: Расскажите хотя бы немного о себе.

Брендон: Я родился в этом городе. Еще до того, как мой отец стал мэром. До этого у нас был небольшой бизнес и в целом мы жили неплохо. Даже лучше некоторых здесь. Мой отец всегда был отстранённым и холодным. Но на публику делал вид заботливого отца семейства. Но моя мама была доброй и открытой женщиной. Они как две противоположности. Абсолютно разные, но любовь между ними была…Мне бы хотелось так думать.

Было видно, что ему некомфортно говорить о себе. Но он все-таки пошел мне на встречу и приоткрыл свою жизнь. Хотя бы слегка. На моменте с отцом его лицо перекосилось отвращением и непониманием, зато на слова о матери черты лица сгладились. Он как будто бы говорил и представлял ее.

Брендон: Потом мне исполнилось лет десять и меня отправили учиться в другую страну. В лучшие частные школы, а потом и в самый престижный университет мира. Потом я путешествовал, общался с разными людьми, впитывал культуру. Вы знали, что в Индии есть праздник, который называется Дивали. «Праздник огней». В этот день в каждом городе и поселке зажигаются тысячи огней, которые символизируют победу над темными силами и восхваление ясности и добра…Завораживающее зрелище.

Я представила этот праздник. Как будто бы я возвышалась над городом и видела, как его освещают тысячи огоньков. И ночь превращается в день.

Клэр: Это, наверное, очень красивое зрелище. У меня от одного представления дух захватило.

Брендон тихо засмеялся и немного расслабился. Ему явно было интереснее говорить о своих путешествиях, чем делиться фактами из своей биографии.

Брендон: О да, вы и представить себе не можете, на сколько это было великолепно! Это то, что должен увидеть человек. Хотя бы раз в своей жизни.

Мы ненадолго затихли, каждый пребывал в своих мыслях. Но это была комфортная тишина, та, что не давит на тебя. Никогда не думала, что мне будет вот так приятно сидеть и молчать. Не хотелось даже прерывать это комфортное молчание.

Клэр: С вами приятно не только говорить, но и молчать.

Брендон: Это взаимно, Клэр.

Оставшуюся дорогу мы проехали молча. Я была рада, что в этот момент со мной Брендон. Его голос магическим образом успокоил мою нарастающую тревожность. Но нельзя падать во все это с головой так сразу. Нужно быть умнее. Чувства могут только помешать мне в решающий момент. В это время мы уже доехали до отеля и мужчина остановил машину на парковке. Положа руку на ручку двери, немного замешкалась, повернулась и произнесла:

Клэр: Мне бы хотелось тоже с вами кое-чем поделиться. Я сирота, поэтому уехала черт знает куда, потому что меня никто и нигде не ждет.

Сказав это быстро выбежала из машины, чтобы не пожалеть о сказанном, поднялась по лестнице и скрылась за дверями отеля. Меня немного трясло от того, что я это произнесла. Надеюсь он не решит, что я какая-то странная. Но не могла по-другому. Брендон доверился и рассказал немного о себе. Для меня это было важно. И для него, надеюсь, тоже.

Если выбрали Джозефа.

Клэр: Я поеду с тобой. Мне так будет спокойнее.

Джозеф: Хорошо, тогда собирайся, у меня не так много времени.

Я кивну и направилась к выходу. Несколько полицейских подняли головы и проводили меня взглядами. В основном тут все привыкли к тому, что Джозеф помогает своим сотрудникам. Он действительно был хорошим начальником и всегда прикроет своих товарищей. Это очень напоминало на синдром спасателя. Он всегда там, где нужна помощь и спасение.

Я вышла на парковку и вдохнула холодный утренний воздух. Меня мелко затрясло от холода и небольшого страха. Оставаться одной в номере было немного страшно, но это лучше, чем в квартире, куда незнакомец может прийти еще раз.

Джозеф: Пойдем.

Он кивнул на свою рабочую машину, и мы пошли вперед. Капитан никогда не был многословен, если это не касается работы. Все рабочие моменты от объяснял полно и четко. Ни у кого не возникало вопросов из-за хорошего объяснения и четких указаний. Но, как только он выходит из образа капитана, из него и слова не вытащишь.

Мы сели в салон машины и тронулись. Меня немного мутило от переизбытка стресса. Но присутствие Джозефа меня немного успокаивало и я решила прервать молчание.

Клэр: Я еду туда надолго?

Джозеф: Не переживай, тебе не придется платить из собственного кармана. На такие нужды у нас выделена сумма, проживешь столько, сколько потребуется.

Меня немного возмутил тот факт, что он подумал, будто бы мне нечем платить за свое проживание в отеле. Да, денег у меня было не много, зарплата оставляла желать лучшего. Даже в больших городах в полиции не обещают золотые горы, и я знала, на что иду. От утреннего беспокойства за меня не осталось и следа. Казалось, что он вообще не замечает моего присутствия. Данный факт меня немного обидел, но чего я ожидала? Захотела закрутить роман на работе? Какой кошмар!

Джозеф: Не переживай. Мы сделаем всё, чтобы тебе не пришлось прятаться долго. Ты нужна нам на поле расследования, а не на скамейке запасных.

Клэр: Спасибо. Очень неожиданно от тебя такое слышать. Ты вообще в последнее время очень странно себя ведешь.

Джозеф: В каком плане – странно?

Клэр: Предупреждаешь меня быть осторожной, волнуешься, сегодня вообще приехал по первому звонку.

Джозеф: На что это ты намекаешь?

Клэр: Я не хочу ни на что намекать. Я хочу знать, что происходит.

Мужчина сильнее сжал руль, его брови нахмурились. Такое ощущение, что я как-то задела его чувства или сказала что-то оскорбительное. Но мне важно было знать, что происходит. Вся эта двусмысленность мне не нравится, а другого шанса узнать, возможно, не будет.

Джозеф: Клэр, давай не будем сейчас говорить об этом. Я все равно не смогу тебе ничего сказать.

Клэр: «Как это так? Я что, спросила что-то на столько сложное и непостижимое?»

Нет уж, Джозеф, я хочу разъяснить для себя некоторые моменты.

Я повернулась к нему и посмотрела на мужчину. Было видно, что он не хотел начинать этот разговор сейчас и в таких обстоятельствах.

Джозеф: Клэр, ты действительно хочешь поговорить об этом сейчас? Когда за нами, а в частности за тобой, следит какой-то псих, у нас пропала девушка и на свободе бродит маньяк. Ты серьезно?

Его слова были логичными. Как будто было не время и не место. Но никто не знает, когда будет то самое время и место. Так пусть лучше это будет сейчас. Не хочу жалеть о не сказанном и не услышанном.

Клэр: Да, хочу.

Мужчина шумно выдохнул и помотал головой. Но на его губах я заметила еле уловимую ухмылку. Как будто он и не злился совсем, но старательно делал вид, будто ему всё это крайне не нравится.

Джозеф: Ладно, будь по твоему. Да, всё, что ты думала, правда. Ты мне понравилась как девушка, но это ни к чему тебя не обязывает. Возможно даже наши взаимоотношения ни во что не перерастут, это слишком сложно и опасно, с учетом нашей профессии.

Клэр: Ты признаешься и отшиваешь меня в одном предложении. Это странно.

Джозеф: Не отшиваю, просто говорю, что ты не обязана сейчас ничего говорить или думать, просто делай вид, что ничего не происходит, пожалуйста.

Я ухмыльнулась, но поняла, к чему он клонит. Меня могут перевести в другой отдел или это может быть будет моим желанием, а отсюда он переезжать пока не хочет. Тут вся его жизнь и работа. Но отталкивать его я не хочу и пока не буду. Может быть у нас не будет будущего, но в чувствах отказать я точно не смогу.

Ты прав. Всё-таки дружеское проявление заботы не считается криминальным.

Мужчина согласился со мной коротким кивком головы.

Клэр: У меня совсем никогда не было друзей. Особенно мужчин друзей.

Он быстро перевел на меня взгляд и сразу же на дорогу.

Джозеф: Ты сейчас серьезно?

Я кивнула и положила руки к себе на колени.

Клэр: Ты прости меня, я не должна была начинать этот разговор, но сам понимаешь, в последнее время много стресса.

Джозеф: Я все понимаю, ты можешь на меня рассчитывать.

Мы проехали еще немного молча и мне захотелось узнать, почему он решил связать свою жизнь с полицией. Со мной всё было более или менее понятно. За меня некому переживать и ждать ночами с дежурств. Но у него есть пожилые родители, которые живут за городом в своем частном доме. Ему есть что терять.

Клэр: Джозеф?

Джозеф: Да?

Клэр: Как ты решил пойти работать в полицию?

Джозеф: Я не хочу вдаваться в подробности, это личное, но после потери одного человека я дал слово, что буду тем, кто восстанавливает справедливость и предотвращает большое количество жертв. Не важно каких.

Я понимающе покачала головой и не стала говорить больше ничего. Итак уже сказала больше, чем должна была. Когда-нибудь мы сможем посидеть за чашкой чая и обсудить всё то, что так накопилось. Почему-то я была в этом уверена. Даже более чем.

Джозеф довез меня до отеля, проинструктировал о мерах безопасности, зашел со мной внутрь, поговорил с администратором, пожелал удачи и уехал. Я проводила его взглядом. Надеюсь с ним ничего серьезного не случится.

В отеле.

Меня быстро оформили и заселили в стандартный номер. (мб тут будет выбор комнат, как в клубе романтики, но пока так). Находилась она в самом конце коридора. Открыв дверь обнаружила, что мои вещи стоят уже там в маленьком чемодане, а сверху записка:

Клэр: «Надеюсь, что собрала всё, что нужно. Если нет – дай знать. Всё будет хорошо. Амелия.»

Клэр: «Стоит ли поблагодарить Амелию за этот жест?»

Да, отправлю ей теплое сообщение с благодарностью.

Повысилась дружба с Амелией.

Да, отправлю ей просто сообщение, что получила вещи.

Не влияет.

Я улыбнулась записке и начала разбирать вещи. На ближайшие пару дней – это моя крепость. О которой знает минимальное количество людей. Даже если меня тут найдут, то тут постоянно кто-то ходит с постояльцев или служащих отеля. Тут я немного почувствовала себя в безопасности. Выглянув в окно примерно оценила расстояние, если понадобится бежать. В целом одним вывихом могу отделаться.

Сама комната была небольших размеров, а ванна еще меньше. Цвета были темными и делали размеры комнаты еще меньше визуально. Напротив кровати стоял небольшой телевизор, сама кровать была одноместная с достаточно мягким матрасом. После того, как я разобрала вещи, легла на него и чуть не уснула. Но заставила себя встать и начать прочтение отчетов и просмотров фотографий с места преступления. Возможно мы упустили что-то важное, не заметили чего-то или кого-то изначально.

Взяв сумку с пола и открыв ноутбук, зашла в рабочую почту. Мне предоставили этот ноутбук для удаленной работы. Открыв первый отчет с места преступления, бегло пробежала глазами по уже знакомым строчкам. Там были описания тела, найденных улик и опрос зевак, которые стояли возле оградительной ленты.

Один из людей, которые там стояли, попал на кадр, который сделал полицейский. Почему-то он стоял вплотную к ленте и всматривался вдаль. Это лицо мне показалось уж слишком знакомым. Приблизив фотографию, я поняла, что это тот уборщик из больницы.

Эта мысль просто пробила меня насквозь. Срочно нужно позвонить

Глава 6. «Кошки – мышки»

Эта мысль поразила меня на столько, что я была практически на все сто уверена, что наш убийца – уборщик. Не было никаких оснований так не думать. Его срочно нужно было найти и произвести допрос с обыском.

Дрожащими руками я позвонила сначала Джозефу, как капитану, но он не взял трубку. Амелия так же оставила мой звонок без ответа. Единственным, как ни странно, кто поднял трубку , оказался Джереми.

Клэр: Джереми, это срочно! Где капитан и Амелия?

Джереми: Я не знаю, я тут бегаю опрашиваю одноклассников пропавшей, а что?

Клэр: Кажется у нас есть подозреваемый! Уборщик из больницы, это он, ищите его!

Джереми: Ты уверена? Это громкое обвинение и …

Клэр: ДА, я уверена!

Джереми: Хорошо, сделаем.

И он отключил трубку. Пока они разбираются с поисками подозреваемого, меня не отпускала еще одна мысль – где девушка. Она не могла провалиться сквозь землю, как будто бы и не существовала вовсе. Ее нужно найти. И, мне кажется, уборщик может нам в этом помочь. Хотя бы немного. Хотя бы подсказку. Хоть бы она была еще жива….

В участке. Читайте от лица Джозефа.

После того, как ко мне прибежал Джереми и пересказал подозрения Клэр, я собрал практически весь отдел для поиска и поимки этого уборщика. Его нашли в баре, он был пьян, выпил буквально пару бокалов. Привезли в участок и стали приводить в адекватное состояние.

Тянуть было нельзя и как только в его организме понизились промили, отвели в комнату для допроса.

Мы с командой стояли по ту сторону стекла и смотрели на мужчину. Он был невысокого роста, что позволяло ему затеряться в толпе. Внешность обычная, без каких-либо черт, которые могли запомниться и всплыть в памяти. Такому легко было совершить преступление и приходить на места своих деяний и оказываться в тени собственной заурядности.

Амелия: Мы не можем утверждать, что это он. У нас нет доказательств, кроме косвенных. Долго держать тут не сможем и предъявить нечего, чтобы задержать даже на пару дней.

Джереми кивнул головой. Толковые ребята, надеюсь из них получатся хорошие полицейские. Если нас отсюда не выкинут раньше, конечно.

Джозеф: Да, но мы просто побеседуем с ним, как со свидетелем, ничего больше. Может расколется в момент допроса. За это и уцепимся.

Джереми: А если нет? Что тогда?

Я и сам не знал, что тогда.

Джозеф: Поставим слежку на столько, на сколько сможем. Нам хватит ресурсов и людей на пару дней беспрерывной слежки. Потом возьмемся за это самостоятельно.

План был ненадежен и несовершенен. Но деваться было некуда. Это наша единственная ниточка.

Амелия: Кто будет производить допрос?

Джозеф: Я начну. Если не будет говорить, попробует кто-то из вас.

И я вышел из комнаты, а мои коллеги остались наблюдать в соседней за стеклом.

Я зашел, сел напротив уборщика, положил бумаги, включил диктофон и стал с ним разговаривать.

Джозеф: Капитан Джозеф Брайм, детективный отдел центрального полицейского участка города Гримор. Представьте, пожалуйста.

Уборщик: Меня зовут Грег Боул. По какому поводу я тут нахожусь?

Джозеф: Грег, вас заметили в день убийства рядом с оградительной лентой и в больнице, когда при невыясненных обстоятельствах чуть не умерла пострадавшая.

Грег: Чуть не умерла?

Джозеф: Да. Вас задержали и привели на допрос пока как свидетеля. Никакие обвинения вам не выдвигаются. Мы просто хотим с вами пообщаться.

Мой голос был ровный, почти безэмоциональный. Я говорил спокойно, не переходя на высокие тона. Пытался расположить к себе и немного успокоить этого человека.

Грег: Я ничего не знаю и ничего не видел. Я простой уборщик в клининговой компании. Отпустите меня.

Джозеф: Не так быстро. Вы ответите на пару вопросов и потом мы вас отпустим.

Грег: Я не буду говорить без адвоката. Приведите мне государственного защитника. Это мои права.

Джозеф: Да, мы приведем вам защитника, только его в основном приставляют к подозреваемым. А вы просто свидетель. Скажите, что видели и вас отпустят.

Грег: Хорошо-хорошо. В тот день, когда убили девчонку, я просто проходил мимо, как и многие зеваки в тот день. Меня всё поразило в том, что произошло. Думал запомню каждую деталь, потом в баре расскажу и наконец-то с кем-то пообщаюсь. А в больнице…да, заходил в палату к ней. Но так, по работе. Забрать грязные вещи, которые они оставляют в корзине у входа, чтобы идти никуда не надо было и разводить грязь соответственно. Кто и что там делал – не знаю. Забрал вещи и вышел. Это моя работа.

Джозеф: Где вы находились в ночь убийства?

Грег: Как всегда, в баре. Бармен подтвердит и официанты тоже.

Джозеф: Что вы скажете о пропавшей девушке?

И я протянул ему листовку. Там была фотография девушки. Она улыбалась и была счастлива. Светлые волосы обрамляли белое, словно фарфор лицо. А голубые пронзительные глаза словно смотрели в душу.

Грег: Знаю ее. Она ж официантка в этом кабаке. Я там часто бываю. Последний раз видел неделю может назад. Провожал до дома, потому что за ней увязался мужик какой-то. Она попросила проводить хотя бы немного, но я же джентльмен, согласился. Тем более рассчитывал хотя бы на свидание. Но она отказала мне и я просто ушел. Потом не видел, работал и не заходил туда.

Джозеф: Спасибо, вы свободны. Конвой, освободите его, пожалуйста.

Я зашел в соседнюю комнату от допросной и встретил коллег. Они смотрели на меня потухшими уставшими глазами. Сказать нам было нечего. Мы снова в тупике и уже в конкретном.

Амелия: Я чувствую, что он врет, но не могу доказать это. Он точно имеет отношение ко всему происходящему, но, возможно, косвенное.

Джереми: Какая разница? У нас один труп, одна в коме и третья пропала. Мы в такой заднице, что нам и не снилась, господа.

И он был прав. Пока нет мэра я отчитываюсь перед его сыном. Это унизительно и непонятно для меня, почему именно он. У Стоуна есть заместители и прочие чиновники, но отправляет он именно сына. С этим стоит разобраться позже. Кажется и тут не все так кристально чисто.

Джозеф: Я поставлю за ним слежку. А вы езжайте к водохранилищу. Там мы еще не искали.

Я вышел из комнаты с тяжелым сердцем. Мне было страшно, но показать своим подопечным этого я не мог. Они рассчитывают на меня. Надо будет заехать к Клэр вечером, помочь ей с отчетами и рассказать про допрос. Возможно нам нужна будет консультация психолога или психиатра, но его придется ждать пару дней. Сделаю запрос, пусть пришлют.

Тем временем в отеле.

Прошло несколько часов с тех пор, как я позвонила Джереми. Никто мне так больше не перезвонил и даже не написал. С ума схожу в этих четырех стенах. Я нужна там, а не тут. Все эти бесконечные записи допросов и описание улик просто ничего не может нам дать. Такое ощущение, что все жители города говорят одно и то же, как один. Никто ничего не знает и не слышит. Или они нам так говорят? Что они скрывают? Или кого покрывают? Вряд-ли они намеренно покрывают убийцу, скорее всего кто-то есть выше и страшнее него. А он просто как снег на голову всем. Если я права, то мы столкнулись с тем, чему нам будет очень сложно противостоять.

Я взяла карту, на которой пометили последние перемещение пропавшей Люси. Она вышла из дома в 16:00, перед своей ночной смены в ресторане. Смена начиналась в 17:00, идти до ресторана от ее дома минут 30, максимум 40. По ее сообщениям и звонкам нет ничего необычного. Мы проверяли несколько раз. Геолокация говорит нам, что она прошлась по соседнему переулку. Там она и виделась с кем-то, кого мы не знаем. Потом пошла на работу, отработала до 03:00 ночи и пошла домой. До дома она так и не дошла, геолокация обрывается недалеко от городского сквера. Всё упирается в человека, которого она видела перед работой.

Открываю рабочий ноутбук и пишу начальнику компьютерного отдела письмо.

Клэр: «Добрый день! По пропавшей Люси. Вы восстанавливали удаленные сообщения с ее телефона и ноутбука? Простите за такой вопрос, просто уточнение для прояснения некоторых моментов.»

Прошло минут 20 с момента отправки письма и тут мне пришел ответ.

Клэр: «Добрый день! Я вижу вы совсем недавно работаете в нашем участке, потому что задавать такие вопросы неприлично. Мы четко знаем свою работу и выполняем ее добросовестно. Все описано в отчетах. С уважением, начальник компьютерного отдела Маркес.»

М-да, а чего я вообще ожидала получить? Тогда всё ещё запутаннее. Как они общались? Не голубиной же почтой. Возможно все было на словах, но геолокации за другие дни у меня нет, видимо, они у капитана. Да и скорее всего встречались они в разных частях города, так было бы надежнее. Почему я так подумала? Сработала чуйка. Полицейская.

Что ж, стоит предупредить капитана об этом письме и попросить проследить этот момент. Возможно они и правда не захотели делать лишнюю работу. Быстро написав сообщение я снова уткнулась в прочтение остальных имеющихся уликах, отчетов и карт.

Тем временем в отделе.

Получив сообщение от Клэр, я зашел в кабинет проверить те отчеты, что прислали мне с утра. Там действительно не было сказано про удаленные сообщения. Их либо нет, либо никто не занимался этим вопросом. Надо бы дойти до этих чудиков, пообщаться с ними с глазу на глаз.

Дойдя до компьютерного отдела, я удивился тому, как тут все отличается от других отделов нашего участка. Сидят тут в основном парни и две девушки. В общей сложности 6 человек рядовых сотрудников, лучших в своем деле в нашем городке. Сидят они тут практически круглосуточно и, кажется, им это нравится. Помещение не то, чтобы большое. Здесь можно было спокойно пройтись одному или двум людям, но больше просто не поместятся. А тут и нет такого ажиотажа. Редко кто-то встает со своего места сделать себе кофе или чай. Или выйти до ближайшего автомата со снеками и напитками, взять себе энергетик и дешевый сэндвич. Гул от компьютеров умиротворяет, а клацание по кнопкам клавиатуры может унести в сон. Именно такие ощущения я испытываю находясь здесь. Кабинета у капитана этого отдела нет. Он сидит со всеми в общей комнате и так он считает повышает работоспособность и улучшает атмосферу в коллективе.

Бывать здесь не люблю и разговаривать с ними тоже. Они считают себя лучше нас, почему-то. Но это мелочи. Каждый из нас профи в своем деле.

Джозеф: Маркес, доброго дня. Я к тебе по вопросу очень большой важности. Тебе писала моя сотрудница, Клэр, по поводу удаленных сообщений с устройств пропавшей. Проверь при мне, что вы сделали эту работу.

Маркес: Брайм, послушай, я уверен в себе и своих сотрудниках. Мы точно делали всё, что предписано в регламенте.

Сейчас начнется великий спор, потому что Маркес огромный любитель себя и своей работы. Ошибок он никогда не признает и будет стоять на своем до самого последнего вздоха. Но он забыл, что я такой же. А это значит, что нас ждет долгий и мучительный разговор.

Джозеф: Посмотри, пожалуйста. Ты же знаешь, я не уйду отсюда. Если ты при мне посмотришь и окажется, что ты все сделал, я извинюсь и уйду. Просто сделай это.

Маркес покачал головой и уткнулся в монитор своего ноутбука дальше. Такой наглости я не ожидал даже от него. Некоторые работники стали поднимать голову и смотреть на нас в упор. Они молчали и некоторые поддерживали своего капитана. Но тут ко мне подошла девушка и тихо сказала.

Девушка: Я могу посмотреть, мне не сложно. И, к тому же, я уверена, что мы сделали всё, а значит нет никаких проблем еще раз это доказать.

Маркес тут же поднял голову и посмотреть на девушку. Этот взгляд означал, что ее могут ждать проблемы после такой самоволки. Но я был безмерно благодарен ей и кивнул. Мы прошли за ее место под пристальным взглядом всех, включая Маркеса.

Девушка: Я понимаю, что от этого зависит жизнь пропавшей, поэтому готова вам продемонстрировать всё, что мы делали.

И она уткнулась в свой монитор. Там мелькали окошки, буквы и цифры. Она быстро печатала что-то своими пальчиками. Прямо как виртуозный пианист. Я ничего не понимал, поэтому особо не следил за ее действиями, просто смотрел по сторонам, поиграл в гляделки с Маркесом, прям как дети малые. И так прошло, пожалуй, минут 20, а то и больше.

Девушка: Кхм…Что ж…Я не знаю, как вам всем об этом сообщить…

Маркес: Что там, Кларк? Говори уже, раз начала и взялась за это.

Он был на взводе почему-то. Говорил быстро и немного с раздражением. Неужели его так задело то, что Кларк решила помочь мне и посмотреть.

Кларк: В общем, мы действительно не смотрели удаленные файлы…

Джозеф: Что ты сказала?

Маркес: Этого не может быть! Ты что-то напутала! Как такая неумеха пришла ко мне в отдел?!

Я посмотрел на Маркеса так, что он быстро притих и упал на свое место.

Джозеф: Ты можешь эти файлы добыть сейчас?

Кларк: Да, в принципе да. Устройства все еще у нас, поэтому никаких проблем в этом не будет. Но придется подождать, пока я все буду это делать.

Джозеф: Сколько?

Кларк: Час. Может больше.

Я кивнул и вышел. Скорее всего Маркес знал, что ничего не делали, но решил скрыть данный факт. Он не понимал, что от этого зависит чья-то жизнь прямо в данный момент…

Спустя полчаса на руках у меня были все удаленные сообщения пропавшей девушки.

Джозеф: «Ну что ж, Люси, пора нам узнать твои секреты.»

Спустя час в отеле.

Час назад в мой номер пришли мои коллеги и разложили передо мной распечатки сообщений Люси. Я гордилась собой, но в то же время негодовала. Времени было упущено непростительно много и каждая секунда сейчас могла стать последней, если уже не стала, для Люси.

Мы кропотливо и тщательно просматривали всё, что имелось у нас на руках. Сопоставляли по времени и дате. В день пропажи она задержалась на соседней улице, это мы и ищем. Ну и плюсом ко всему всё, что может показаться нам странным.

Я читала удаленные сообщения, которые она посылала самой себе или подругам. Что-то типа «мне плохо, помоги». Но через минуту удаляла. Не дожидаясь ответа и помощи. Всегда хотела казаться сильной и веселой, бедняжка.

Дальше были удаленные сообщения от парней, которые желали познакомиться. Она даже не прочитывала их, а просто удаляла диалог.

Амелия: Мне кажется мы занимаемся поиском иголки в стоге сена.

Джозеф: Продолжаем, точно должно быть что-то. Посмотрите заметки, возможно она оставила что-то там.

Я потянулась к распечаткам из ее заметок и начала читать. Там были все заметки и добавились еще те, что были под паролем. Сначала все было безобидно. Несколько заметок с паролями, пару заметок с рецептами. Напоминалки. В целом не было ощущения того, что с Люси было что-то не то. Правда попались некоторые заметки, в которых девушка изливала душу. Писала о том, как ей тяжело и как она хочет отсюда уехать. Заменяла себе таким образом походы к психологу.

Клэр: Что?...

Все обернулись на меня, а я не могла поверить своим глазам. Кажется, мы нашли то, что искали.

Амелия: Что? Что ты нашла? Читай!

Клэр: «23.06. Вчера я познакомилась с одним молодым человеком в баре. Он показался мне странным, но оставил неплохие чаевые и предложил проводить меня, но я отказалась. В целом, я бы хотела пообщаться с ним еще как-нибудь. 25.06. Тот парень не уходит у меня из головы, но я нигде не могу найти его страницу. И даже не попросила никаких контактов. Надеюсь он придет к нам снова…Хотя бы еще разок… 10.07. Он снова пришел к нам. И тут я уже спросила его про социальные сети. Он сказал, что не признает интернет и общение путем нажатия на черный прямоугольник. Мы договорились видеться с ним каждые две недели недалеко от бара, чтобы пообщаться и разгрузить голову. Он мега крутой. 25.07. Совсем нет времени писать сюда. Всё свободное время я либо на работе, либо учусь, либо вижусь с Джеком. Да, кстати, того симпатичного парня зовут Джек и мы все еще с ним общаемся. Поверить не могу! Мы ходим на водохранилище, гуляем иногда в лесу. Но по больше части наши встречи происходят в подворотне. Он, как будто бы, прячется от кого-то, но я даже узнавать не хочу, меня это не шибко волнует.» Потом заметка обрывается и начинается запись, которая датируется двумя неделями тому назад. Она пишет, что если у них не получится встретиться в подворотне, то он будет ждать ее на водохранилище, потому что он где-то недалеко от него поселился. Кажется нам надо туда…

Джереми: Да мы только имя его и знаем. Как искать то?

Амелия: Ты много людей видел, которые живут недалеко от водохранилища? Вот и я тоже.

Клэр: Можно с вами? Я же буду под вашим присмотром и вряд ли сталкер и вообще догадается искать нас там.

Джозеф: Поехали, но от меня не отходи даже на один шаг, поняла?

Я кивнула головой, схватила куртку и направилась к выходу вместе с коллегами. Просидев сутки в комнате я поняла, как здорово всё же выходить на свежий воздух.

Всю дорогу до водохранилища я была напряжена и не могла понять, что же меня так тревожит. Меня сбивала с ног плохое предчувствие. Страх липкими щупальцами сковал мое сердце, не давая сделать даже вздоха. Я смотрела на своих коллег и не видела в них напряженности. Они были расслаблены и мы как будто бы ехали просто на вечернюю прогулку, собравшись компанией старых знакомых.

Джозеф: Разделяться не будем. Амелия и Джереми вы вместе пройдитесь по округе, может что увидите. А мы с Клэр пойдем в противоположную сторону. Все на связи и друг от друга не отходим.

Мы разошлись и я почувствовала совсем дикий страх. Мне захотелось закричать так сильно и так громко, чтобы все испугались и отошли от меня, и после этого пуститься в бега. Далеко и быстро, чтобы никто не смог даже проследить за мной. Это было что-то на подобие панической атаки, но я не понимала, что происходит, почему я это чувствую…

Джозеф: Клэр? Клэр, с тобой все в порядке? Ты меня слышишь?

Я подняла взгляд на Джозефа. Его черные пронзительные глаза смотрели на меня со страхом и тревогой, он даже не пытался этого скрыть. Его голос немного привел меня в чувства, так что я смогла кивнуть на его вопросы головой. Говорить не хотелось и как будто бы и не могла выдавить из себя ни звука. Хотелось просто упасть и свернуться калачиком, чтобы никто не трогал. И чтобы это чувство прошло. Я как дикий зверь, который чувствует приближение бури и не может убежать, а идет в самый эпицентр.

Джозеф: Давай, я помогу тебе. Облокотись на меня, я побуду для тебя опорой. Всё хорошо, Клэр. Я не дам тебя в обиду.

Клэр: С-с-с-спасибо.

Я взяла предложенную руку помощи и так стало немного спокойнее. Практически как за каменной стеной.

А тем временем вокруг нас не было ничего примечательного. Мы шли дальше в надежде найти хотя бы вещи Люси. Или дом того странного парня…Но не было совсем ничего. Мы уже приближались к лесу, как Джозеф резко остановился и перекрыл мне видимость своим телом.

Клэр: Что ты делаешь? Сейчас не время для игр.

Джозеф: Пообещай, что не будешь кричать.

Клэр: Что?

Джозеф: Пообещай. Что. Не. Будешь. Кричать.

Клэр: Обещаю.

Я сказала это тихо, но Джозеф услышал и медленно отошел в сторону. За его спиной поначалу не было видно ничего такого, что могло заставить меня кричать. Это было до тех пор, пока я не стала всматриваться в глубь леса. Тогда я сразу все поняла.

Там лежала Люси. Она была бледная и грязная. Ее волосы были спутанные и в них застряла листва и ветки. Одежда была старая, порванная, как будто бы ее нашли на помойке. На ногах были белые когда-то гольфы. А в руках она сжимала пару белых лилий с красными пятнами, как будто бы на них капнули краской или кровью, но на самой девушке ран не было видно. На лице только были синяки и царапины, а в целом она выглядела нетронутой.

Я не закричала, но по моей щеке скатилась слеза. Мы не успели и теперь еще одна мать лишилась дочери. Еще одна жизнь загублена так рано и не познает эту жизнь целиком с ее радостями и печалями. И сама она никогда не станет матерью и женой. Никогда не познает первую любовь. Она останется навсегда юной девушкой, которая оказалась не в том месте и не в то время.

Мне показалось, что она зашевелилась. На секунду мое сердце охватила надежда, что не все потеряно и мы ее спасем. Я стала подходить ближе, делая маленькие и аккуратные шаги, а Люси наблюдала за мной. Ее улыбка становилась шире с каждым моим шагом. И тут она открыла рот и что-то произнесла. Я не расслышала и подошла к ней еще чуть ближе.

Джозеф: Алло, Амелия, направляйтесь на юг, к лесу. Мы нашли ее. Вызывайте судмедэксперта и группу следователей. Надо тут все собрать.

Люси: Он не один. Два маньяка. Вы ищите одного, а их два! АХАХАХАХАХАХАХА

От ее смеха у меня всё перевернулось внутри. Я заорала, чтобы перекрыть этот поток. Мне не хотелось его слышать, но смех был везде, казалось, что он даже в моей голове. От него нельзя было никуда убежать или скрыться.

Джозеф: Клэр? Клэр! Что с тобой?

Я успела увидеть только подбегающего ко мне Джека, а дальше только смех и темнота.

Глава 7. Поиграем в догонялки?

Я не знаю, сколько прошло времени, потому что мое сознание было в полной темноте и даже никаких кошмаров. Я впервые за долгое время просто отдохнула. Очнулась я в больничной палате, вокруг ходили люди, что-то измеряли, записывали, причитали. Совершенно не понимаю, что произошло и почему так случилось. Помню только ужасный смех, головокружение, голос Джозефа и темноту.

Амелия: Клэр? Ты очнулась, хвала небесам! Ты так всех напугала.

Голос Амелии был сначала радостный, но в ту же минуту сменился на строгий. Никогда не понимала, как ее интонация может меняться так быстро. Удивительная женщина.

Джереми: Опять всех напугала. Испугалась трупа?

Амелия толкнула Джереми локтем в бок и посмотрела на него из-под лба. Этот взгляд был предупреждением, что хотя бы еще одно слово и ему будет худо.

Джозеф: Ты как? Что тебя так напугало? Не поверю, что труп.

Клэр: Сколько я была в отключке?

Амелия: Часов 5, не меньше. Мы уже собрали всё с места преступления и отправили тело на судмедэкспертизу. Не успели только с изучением и описью улик…

Значит 5 часов. Может больше. Да, кажется после такого дела нам всем нужен отдых на Гавайях, не меньше.

Клэр: Это переутомление, не беспокойтесь. Сейчас я чувствую себя лучше и в целом готова на работу.

Коллеги кивнули и Джозеф вышел в коридор. Наверное хочет договориться о выписке. В целом я и правда чувствовала себя неплохо. Очень даже отдохнувшей.

Клэр: Вы начали работать по этому Джеку?

Джереми: Да, но вводных мало. Патрульные шерстят всю округу на водохранилище и в лесу неподалеку. Ищут хоть что-то. Барак там или землянку. Бог знает, кто он и где прячется.

Я посмотрела на Джереми и увидела уже не того зазнавшегося парня, который был при моем трудоустройстве сюда. Он был уставшим, повзрослевшим и недовольным обстоятельствами. Надеюсь он станет все таки честным полицейским.

Джозеф: Тебя сейчас отпустят. Я поеду в участок, нужно сообщить матери погибшей и отправится с ней на опознание.

Клэр: Я тоже хочу.

Джозеф: Что?

Все обернулись на меня и посмотрели, как на полоумную. Никто и никогда не хочет быть рядом с родственниками в моменты опознания. Даже сообщать такую весть берутся не все. Мало кто выдерживает такой наплыв чужого горя. Но мне надо увидеть Люси в том спокойном и умиротворённом виде, которое может подарить только смерть. Я хочу посмотреть на нее и оставить в памяти просто мертвую Люси, а не ту Люси, которая кричала и смеялась нечеловеческим голосом.

Джереми: Так, я поеду в участок, просмотрю улики, а вы тут делайте, что хотите с этой полоумной.

Джереми направился на выход из палаты, даже не обернулся и не сказал больше ни слова. В каких-то моментах он остался говнюком все-таки.

Амелия: Но зачем тебе это нужно, Клэр?

Клэр: Я хочу получить опыт в озвучивании таких вещей родственникам.

Джозеф: Хорошо, собирайтесь, поедем все вместе.

Через час мы уже были в участке. Амелия попрощалась с нами и направилась к своим ребятам уточнить, как идут дела с поисками и описью улик.

Джозеф позвал меня в свой кабинет. Я уже тысячу раз пожалела о том, что ввязалась во всё это. Люси мертва, со мной происходит что-то ненормальное. Возможно, я псих и болею чем-то. Но со мной определенно точно говорила Люси, только чужим голосом. Может быть я экстрасенс? Бред какой-то. Сейчас еще в телешоу направлюсь и буду всем говорить, что мой дар открылся на работе после первого трупа, выиграю его и буду вести приемы как супер гадалка. Конечно.

Джозеф: Я сейчас я ей позвоню и вызову к моргу.

Он отошел к окну и стал набирать номер матери Люси. Я села на стул напротив стола Джозефа, положила руки на колени и опустила голову вниз. Мне было трудно представить всю ту боль, которую сейчас испытает бедная женщина, которая боролась и знала, что не могла ее дочь просто так сбежать. Она потеряла самое ценное и главное в жизни. А что самое ужасное – ее забрали у нее. Она дала жизнь Люси и кто-то забрал эту жизнь, наплевав и на саму Люси, и на женщину, которая носила ее под сердцем 9 месяцев.

Джозеф говорил стандартные фразы, такие можно услышать в любом сериале про детективов или полицейских. Он был достаточно мягким, его голос был спокойным и ласковым. Это и понятно, в таких вещах нужно быть максимально деликатным, особенно когда говоришь матери, что ее ребенка нет больше в этом мире. Я пришла в реальность только после того, как услышала крик женщина из трубки. Она кричала истошно, навзрыд. Так кричат раненные звери. С отчаянием и понимаем того, что им не жить.

Через пару часов мы уже стояли около входа в морг. Мать Люси немного опаздывала, но ей было простительно. В таком состоянии сложно было соображать и ориентироваться в принципе.

Джозеф: Не хочешь уже рассказать правду?

Клэр: О чем ты? Какую правду ты хочешь услышать?

Джозеф устало протер переносицу. Всё это ему уже надоело и он теряет остатки самообладания с каждым днем.

Джозеф: Я видел, как ты шла к телу в лесу и прислушивалась к чему-то. Потом стала кричать и упала в обморок.

Клэр: Я же сказала, что переутомилась и плохо спала в последнее время. Глючит иногда на этом фоне.

Джозеф кивнул головой и отвернулся от меня. Надеюсь он не догадывается о том, что я чувствую себя крайне плохо.

Процесс опознания тела был безумно тяжелым. Атмосфера морга давила, непроницаемые лица патологоанатомов пугали, дикие рыдания матери вводили в ужас. Пришлось оказывать ей помощь и приводить в чувства. Санитары помогли оттащить женщину от стола с телом, отвели ее в какую-то каморку, дали нашатырь и ушли. Наверное, когда так плотно существуешь со смертью, уже не обращаешь внимание на такие мелочи, как рыдания и истерики родственников и людей в целом. Джозеф тоже держался, удерживал женщину в своих руках, говорил успокаивающие вещи и в целом вел себя холоднокровно. Меня же трясло так, как будто я сама сейчас упаду снова в обморок. Один из санитаров даже предложил нашатырь мне. Я отказалась и просто вышла на улицу. Всё было очевидно. Люси умерла и не могла со мной говорить. Она лежала там абсолютно белая, с синими губами и неподвижна. Свежий воздух немного привел меня в чувства и я отпустила эту ситуацию полностью. Надо заканчивать этот балаган и поймать душегуба. Он не должен больше не должен убивать девочек.

Вечер того же дня.

Все силы были брошены на поиски этого Джека, опрашивания девочек-школьниц и студенток. Прочесывали лес, поля, все закутки города. Но ничего. Ни одного следа, ни одной зацепки. Нам бы хотя бы хоть что-нибудь, хоть волосок или частичку кожи на теле Люси и всё, мы найдем его, из-под земли достанем. Но отчет по Люси еще не готов. Джозеф, наученный горьким опытом, предупредил специалистов тщательно проверять всё, не упустить ни одной частички. По словам Люси, она умерла вчера утром, мы нашли ее вечером. То есть мы могли найти ее и помочь. Маркес получил выговор и чуть ли не лишился своего места, но за него заступились его работники и ему дали первый и последний шанс. Он рвал и метал, кричал и грозился набить морду Джозефу. Люди не меняются, даже после таких серьезных ошибок. Но ему жить с этой ношей. И, к сожалению, нам.

Джозеф: Клэр и Амелия, идите отдохните, мы с Джереми поедем, прочешем закоулки. Утром поменяемся, вы выйдете на дежурство, мы немного отдохнем.

Мы с Амелией вышли на улицу. Уходить не хотелось ни ей, ни мне. Мы не могли вот так просто пойти отдыхать, а мне возвращаться в пустой и тесный номер – тем более.

Амелия: Давай я тебя провожу? Ну… подвезу. Так будет веселее и безопаснее.

Я кивну и мы направились к парковке. Остановились около машины и Амелия решила закурить.

Амелия: Давно хотела, а ы машине не курю, она и так пахнет табаком. Так вообще задохнемся.

Клэр: Хорошо, на улице все равно свежо, грех не постоять.

Амелия: Как ты? Всё нормально? Как прошло в морге?

Клэр: Не спрашивай, это был кошмар. Кажется вообще не усну. Закрываю глаза и переношусь туда.

Я вздрогнула от нахлынувших воспоминаний, а Амелия понимающе покивала головой.

Амелия: Понимаю, мое первое приключение в морг было тоже отвратительным. Мальчик упал с окна и разбился насмерть. Мы были обязаны проверить, не было ли в этом злого умысла. И в морге я видела это тела и приводила туда двоих родителей. В общем, это останется со мной до конца.

Мне захотелось прикоснуться к Амелии, обнять или поддерживающе сжать плечо. Но ей это было не нужно. Она просто осталась с этими воспоминаниями. Родители же видели мертвое тело ребенка. Да еще и в не очень хорошем состоянии.

Амелия: Ладно, запрыгивай, доедем с ветерком.

Амелия вела машину очень по своему дерзко. Скорость была большой, маневры опасными, но зато не наврала, едем мы действительно с ветерком.

Клэр: Ты всегда так водишь?

Амелия: Не люблю медленных людей и медленное движение.

Клэр: Поэтому ты пошла в полицию, где некоторые дела ведутся годами?

Амелия: Это другое. Медленные люди – бесят. Медленное течение дел – ошибка.

Мы доехали за минут 10 до отеля и я была благодарна небесам за то, что я жива и мы не разбились. Тепло попрощавшись с коллегой и пожелав друг другу крепко отдохнуть, я вышла из машины на парковке.

На улице было слишком холодно, изо рта шел пар, а пальцы рук стали очень быстро замерзать. На парковке не было машин, только парочку стояли в отдаление от отеля. Фонарей было мало, а вечер уже был поздним. Почему-то днем мне казалось, что расстояние до отеля не слишком большое. А сейчас слишком далеко. С каждым шагом мне становится не по себе. Я то замедляюсь и смотрю по сторонам, то ускоряюсь, чтобы быстрее зайти в здание.

Уже недалеко до отеля я успокоилась, выдохнула и почувствовала себя почти в безопасности. Оставалось совсем немного для того, чтобы перешагнуть порог и я почти в кроватке и отдыхаю. Но тут позади меня что-то шелохнулось. Я услышала, как кто-то достаточно высокий и сильный подошел ко мне поближе. Остановилась и присушилась, но как будто бы все остановилось и не было больше ни единого шума. Я сделала еще пару шагов и услышала снова шум позади себя. Остановилась. И снова не было ни единого звука. Мысленно досчитав до трех, я сорвалась с места и побежала ко входу к отелю. И я поняла, что кто-то бежал за мной. Оставалось совсем немного и я бы добежала до ближайшего фонаря и забежала бы по лестнице, но что-то меня нагнало и ударило по голове камнем.

Клэр: «Надеюсь, меня найдут…»

После этой мысли мир потух и я погрузилась в темноту.