Идеальный мир для Химеролога 7

Глава 1

Родовое поместье Богатовых, Петербург

Граф Аристарх Богатов стоял перед бронированным стеклом, за которым в магнитном поле висело его главное сокровище — Ядро. Теперь оно уже не было таким тусклым, как в начале эксперимента, а переливалось всё более ярким светом.

— Ваше сиятельство, — раздался позади почтительный голос Вениамина, его главного советника. — Сводка за последние три часа... Группы работают на пределе возможностей, но результат превосходит все наши ожидания. На данный момент в накопитель доставлено двести четырнадцать единиц биоматериала. Ещё две группы на подходе с «грузом».

Двести четырнадцать химерологов — источников Дара, которые скоро станут топливом для его возвышения.

— Отлично, — кивнул граф. — Но этого мало. Ускорьте их. Пусть берут всех подряд, не разбираясь в рангах.

— Будет исполнено, — Вениамин поклонился. — Хотя, должен заметить, шум в городе стоит невообразимый. Канцелярия роет землю, полиция сбилась с ног. Мы ходим по очень тонкому льду...

— Лёд треснет только тогда, когда я ему позволю, — отрезал Аристарх. — Продолжайте работу.

Когда советник вышел, граф подошёл к своему рабочему столу, налил в бокал коллекционного коньяка и достал из хьюмидора толстую сигару. Щёлкнула гильотина, вспыхнула зажигалка... Аристарх выпустил густую струю дыма в потолок и опустился в кресло.

Он прекрасно понимал, что перешёл черту. Начал играть грязно, без присущей аристократам изящности. Похищения среди бела дня, налёты на клиники, исчезновения сотрудников прямо с рабочих мест... Да, это была игра ва-банк, но ставка явно того стоила.

Ядро — это не просто батарейка, а ключ к абсолютному контролю над Дикими Землями. Если его теория верна (а она верна, ведь учёные подтвердили расчёты), то, напитавшись силой сотен Одарённых, артефакт сможет генерировать волну подчинения. Не на одну-две твари, как это делают жалкие приручатели, а на целые легионы.

Он станет повелителем Орды.

Империя задыхается в борьбе с монстрами? Ну так он решит эту проблему. Или, наоборот, усугубит её, если Император пойдёт на попятную. Тот, кто контролирует угрозу, контролирует и спасение. А значит, контролирует всё.

Ему нужна была абсолютная, безграничная власть. Неугодные умрут, их просто растерзают «дикие» звери, случайно прорвавшиеся в поместья. Конкуренты разорятся. А он, граф Богатов, станет спасителем нации и новым правителем.

Он сделал глоток, чувствуя, как тепло разливается по телу. Сердце дракона в груди отозвалось довольным гулом.

Аристарх скривился. Этот проклятый Император со своими реформами всё испортил. Указ о репутации химерологов, реестры, баллы... Это спутало все карты. Раньше эти специалисты были никому не нужны, их можно было выцеплять по одному, тихо и без лишних визгов. Два-три человека в неделю — никто бы и не заметил. Он мог бы копить силу годами, спокойно и методично.

Но теперь каждый химеролог на счету. Они стали ценным ресурсом, за ними следят, их охраняют. Контроль усилился многократно. Времени на долгую игру не осталось. Пришлось форсировать события, рискуя.

— Нетерпение — порок, — прошептал он, глядя на тлеющий кончик сигары. — Но иногда это единственная добродетель.

Он был готов ко всему, даже к провалу. Граф посмотрел на неприметную панель в стене, замаскированную под элемент декора. Там, за панелью, находился пульт управления системой самоуничтожения.

Всё поместье было заминировано магическими зарядами, заложенными в фундамент, и термитными смесями, установленными в перекрытиях... Если ищейки Императора подойдут слишком близко и прорвут периметр...

Один код — и здесь останется только оплавленный кратер. Ни улик, ни тел, ни Ядра, ни самого графа. У него были подготовлены пути отхода — новые документы, внешность, счета в заграничных банках...

Но до этого не дойдёт, он был уверен.

Система похищений работала идеально. В исполнители брали только наёмных бандитов, самых отмороженных, готовых работать вслепую. Они получали заказ через анонимные каналы, хватали цель, глушили её и доставляли в «слёпые зоны» — гаражи, заброшенные склады, тупики... Там они оставляли «груз» и уходили.

Затем появлялись его доверенные люди — гвардейцы рода, преданные лично ему, которые забирали бессознательные тела и везли их сюда, в лабораторию.

Исполнители получали деньги через закладки. Никаких личных встреч, никаких имён. Если кого-то из них поймают, они ничего не смогут рассказать. «Заказали по телефону, привёз, оставил, забрал деньги под камнем». Нить обрывалась в пустоте.

Аристарх докурил сигару и затушил её в пепельнице.

Всё шло по плану. Двести четырнадцать «батареек» уже подключены к системе жизнеобеспечения в нижнем ярусе. Ещё несколько на подходе. Этого должно хватить для первичной активации.

* * *

Трущобы Кировского района

Конспиративная квартира

Шестнадцать наёмников сидели в просторной квартире на последнем этаже заброшенной высотки. Снаружи это место выглядело как нежилая груда бетона, но внутри всё было оборудовано по высшему разряду.

— Эту тварь должно было испепелить на месте! — проворчал боец с перевязанным бедром. — Мы в неё разрядили «Зевса».

Техник, сидевший за столом с паяльником, поднял защитные очки.

— На минуточку, эта граната стоит целое состояние. Не хухры мухры, а экспериментальная разработка корпорации «АрмаТек»! Я вообще не думал, что мы потратим хоть одну за всё время.

Он кивнул на металлический кейс, где в поролоновом ложементе лежала ещё одна такая же ребристая сфера, пульсирующая синим светом.«Зевс» — дорогое оружие против химер высшего класса. Его берегли для особых случаев, для защиты груза в дороге, но сегодня пришлось применить в какой-то вшивой ветеринарке.

— Плевать на гранату, — отмахнулся командир группы, здоровяк по кличке Шкипер. — Мы своё взяли.

Он вывел на экран карту города. Восемь целей по основному контракту. Ещё трое — по программе «свободной охоты». Одиннадцать химерологов упакованы и отправлены заказчику. Гонорар за эту неделю превысил их заработок за последние три года.

— Собираемся, — скомандовал Шкипер. — Мы уезжаем.

— Почему? — удивился снайпер, протиравший оптику. — Тема жирная. Можно ещё пару дней поработать.

— Потому что поступил звонок от Куратора. В городе становится слишком тесно. Кроме нас, заказ получили ещё тридцать групп.

По комнате пронёсся недовольный гул.

— Император выпустил указ, — пояснил Шкипер. — Химерологи теперь как национальное достояние, ключ к победе над тварями. Риск засветиться с грузом слишком велик. Так что валим отсюда.

Бойцы начали молча паковать снаряжение. Спорить с Куратором было вредно для здоровья, а с Императором и вовсе смертельно. В любом случае, деньги уже заработаны, так что жадничать не стоит.

А потом в дверь постучали. Все шестнадцать человек так и застыли на месте.

— Мы кого-то ждём? — одними губами спросил техник.

Шкипер отрицательно качнул головой и сделал жест рукой. Группа мгновенно рассредоточилась, занимая позиции за мебелью и углами. Сектора обстрела перекрывали весь коридор.

Один из бойцов, специалист по зачистке по кличке Химик подошёл к двери и достал из кармана небольшой чёрный баллончик с длинной тонкой трубкой. Это был его личный козырь -- выжимка из желёз тридцати двух видов парализующих химер, усиленная алхимией. Эта дрянь вырубала даже Одарённых с активной защитой. Минус был только один — антидота не существовало. Тот, кто вдохнёт эту смесь, останется статуей навсегда. Его мышцы и суставы костенели, превращая человека в живой манекен.

Химик просунул трубку в щель под дверью и нажал на клапан. Раздалось тихое шипение. Едкий, чуть уловимый запах миндаля пополз по лестничной площадке.

Он выждал десять секунд. Этого было достаточно, чтобы свалить кого угодно. Затем резко открыл дверь, вскидывая пистолет с глушителем.

Перед ним стоял молодой парень... Вот именно почему-то стоял, а не лежал на полу или застыл в неестественной позе, как это должно было случиться... Нет, он просто стоял и смотрел.

— Мы никого не ждали, — быстро произнёс Химик и нажал на курок.

Пуля, выпущенная практически в упор, должна была превратить голову парня в кровавое месиво. Но вместо брызг крови воздух наполнился облаком тёмных перьев. Из ниоткуда, прямо на линию огня, выскочил попугай, появившийся так быстро, как будто его швырнули под пулю телекинезом. Птицу разорвало в клочья.

Парень даже не моргнул. Он смахнул с плеча окровавленное пёрышко и тяжело вздохнул.

— Ну вот, — произнёс он спокойным голосом, от которого у Химика по спине пробежал холодок. — Сначала вы похитили моего администратора. Теперь убили моего попугая. Угадайте, насколько больно вам будет умирать.

Парень сделал шаг вперёд и смазанным, нечеловечески быстрым движением перехватил руку Химика с пистолетом. Раздался звук ломаемых костей, парень не просто вывернул руку, а завязал её узлом. Локтевой сустав вылетел наружу, предплечье изогнулось под прямым углом, но пальцы наёмника, сжатые чужой волей, продолжали держать оружие.

— А-а-а... — заорал Химик, но крик застрял в горле.

Парень развернул сломанную руку наёмника. Ствол пистолета упёрся Химику снизу-вверх в подбородок.

— Обычно я добрый человек, — глядя ему в глаза, произнёс парень. — Но не в этот раз. Если кто-то в этом мире и попал по-крупному, то это вы. Уверяю вас.

Его палец лёг поверх пальца наёмника и надавил.

Раздался глухой выстрел.

* * *

Я вошёл в квартиру.

Встретили меня не хлебом с солью, а свинцом. По меньшей мере десять стволов загрохотали одновременно, пытаясь превратить меня в решето. Пули вгрызались в моё тело, рвали куртку, били в грудь и голову...

Я шёл через этот шквал, даже не замедляя шага. Защитные атрибуты, которые я активировал перед входом — «Панцирь Носорога», «Кинетический Щит», «Уплотнение Эфира» — работали безупречно. Я чувствовал удары, но они были не сильнее, чем тычки пальцем. Свинец сплющивался об мою кожу и падал на пол жалкими лепешками.

Находившиеся в квартире продолжали палить, их глаза уже выпучились от ужаса, но пальцы продолжали судорожно жать на спусковые крючки.

— Вы бы хоть в глаза целились, — посоветовал я, вытряхивая застрявшие в одежде пули. — Так, возможно, будет больше шансов. Ну, хотя бы теоретических.

Они перезаряжались и снова стреляли. Грохот стоял такой, что мне пришлось снизить чувствительность барабанных перепонок.

— Этот шум мне мешает, — громко произнёс я. — Я не услышу ваших криков из-за него. А мне важно слышать нюансы.

Моя правая рука трансформировалась. Кожа пошла чёрной рябью, мышцы удлинились, и из ладони выстрелили толстые, похожие на жгуты смолы, щупальца. Биомасса рванула вперёд, преодолевая расстояние за долю секунды.

Жгуты обвили ближайших стрелков, спеленали их, как мух в паутине, и с чудовищной силой швырнули в противоположную стену. Хруст костей и глухой удар тел о бетон на мгновение даже перекрыли стрельбу.

— Он чудовище! — заорал кто-то из глубины комнаты. — Его нужно убить! Любой ценой!

У кого-то в руках блеснул интересный предмет — граната со сложной энергетической структурой. Кажется, точно такой же снаряд вывел из строя Рядовую. Смесь технологий и магии, причём довольно качественная, явно не кустарного производства.

Мой организм, разогнанный медитацией и стимуляторами до предела, работал сейчас как ядерный реактор. Я знал, что завтра меня ждёт жесточайший откат, что я буду валяться пластом сутки, но это будет потом. Сейчас я был на пике.

Граната взорвалась в метре от моего лица. Мощнейшая электрическая вспышка, смешанная с парализующим заклинанием, должна была выжечь мне нервную систему. Но...

Я вдохнул эту энергию.

Моя аура раскрылась, как пасть голодного зверя, и просто поглотила взрыв. Электричество пробежало по моим венам, подзаряжая каждую клетку. Парализующая магия распалась на компоненты и впиталась, став топливом.

— Удивительно, — я рассмеялся, чувствуя, как сила распирает меня изнутри. — Вы только что атаковали меня атрибутами, которые засунули в эту гранату. Ну, спасибо за подпитку.

Я шагнул вперёд. Разряженный огнестрел они уже побросали. Теперь в ход пошли виброклинки и зачарованные ножи. На меня набросились сразу четверо.

Я даже не стал доставать своё оружие. Зачем? Если моё тело сейчас было лучшим оружием. Я уклонялся, блокировал удары предплечьями, ставшими твёрже стали. Удар — уход, выпад — блок...

Один из них, самый шустрый, всё-таки достал меня. Его клинок, окутанный красным свечением, пробил мою защиту и вошёл в плечо на пару сантиметров. Я посмотрел на рану. Кожа вокруг пореза вздулась, забурлила. Мышцы сократились, выталкивая лезвие, и рана затянулась мгновенно, не оставив даже шрама.

— Плохо точите, — заметил я.

Резким ударом ребра ладони я переломил клинок пополам. А затем, не останавливаясь, ударил ногой по колену нападавшего. Сустав хрустнул и выгнулся в обратную сторону. Человек упал, воя от боли.

— Я же действительно не люблю это делать, — сказал я, отшвыривая следующего врага мощнейшим пинком в грудь. — Но вы посмели воспользоваться моей временной слабостью и глупостью. Я ослабил бдительность, каюсь. А вы этим воспользовались и причинили вред дорогому мне человеку. И сейчас мне нужен ответ на один важный вопрос: где она?

Сзади на меня прыгнул боец с кинжалами, метивший мне в почки. Я развернулся, перехватывая лезвия его отравленных ножей. Яд, капающий с клинков, впитался в мою кожу, и я почувствовал, как он растекается по венам, пытаясь остановить сердце, вызвать некроз, причинить боль...

Но мне было плевать. Я был оголённым нервом. Боль сейчас была всего лишь информацией и топливом для моей ярости. Я испытывал подобные состояния сотни раз в своих экспериментах.

— Я же сказал, — я сжал лезвия так, что они сломались. — Мне нужен ответ. Где она?

— Да убейте же вы его! — прохрипел один из них, побледневший от ужаса.

— Неправильный ответ.

Я ударил нападавшего лбом в лицо. Его голова дёрнулась назад, тело обмякло и сползло на пол.

— Мне достаточно будет одного из вас, который знает ответы, — громко объявил я, перешагивая через бессознательное тело.

Оставшиеся сбились в кучу у дальней стены, выставив перед собой бесполезное оружие. Судя по животному страху и вх глазах, они уже поняли, что столкнулись с чем-то, что им точно не по зубам.

— Не подходи, чудовище!

— Не хотите говорить? — я остановился. — Ну, это ваши проблемы. Но вы всё равно будете говорить, уж поверьте. Мои методы убеждения весьма... разнообразны. А ещё я хочу вас с кем-то познакомить. С одной особой, с которой вы не успели даже толком пообщаться, когда забирали мою сотрудницу.

Я повысил голос:

— Ты можешь войти!

В комнату вошла Рядовая в своей полной форме. Костяная броня покрывала её тело сплошным панцирем, шипы на плечах проскребли по косякам. Глаза моей химеры загорелись белым огнём ярости, когда она узнала их — запах тех, кто причинил ей боль и забрал Валерию.

Она издала рык, от которого задрожали остатки мебели, и бросилась на них.

Я не вмешивался. Просто стоял и смотрел, как моя химера ломает их оборону. Хруст костей, крики, мольбы... Рядовая работала жёстко, но у неё был чёткий приказ: не убивать. Пока что.

Через минуту все валялись на полу, изломанные, в соплях и слезах, держась за перебитые конечности. Я подошёл к ним. Достал из кармана спичечный коробок и вытряхнул на ладонь маленьких, белых червячков, похожих на опарышей.

— Удивительные существа... — задумчиво произнёс я, играясь с червячками, которые извивались на моей ладони. — Они такие маленькие, глупые и созданы только для того, чтобы причинять страдания. Питаются ментальными слепками боли, страха и агонии... Чем живому организму больнее, тем им вкуснее.

Все затихли, глядя на червяков.

— Живут недолго. Но могут убить даже достаточно сильную химеру, если проникнут в неё. Что ж они могут сделать с людьми? Да обычно ничего не могут. А знаете почему? Ну, конечно нет, откуда вам знать. Всё дело в том, что они просто не выживают в организме человека. Вся их природа построена так, чтобы действовать только на таких же существ, как они, то есть химер.

Я поднёс червячков ближе к лицу одного из лежащих.

— Я про них читал. В этом мире они описаны как те, кого создали, чтобы бороться именно с химерами. Якобы какой-то местный химеролог создал, за что получил множество премий, финансирования и всяких других ништяков.

Я усмехнулся.

— А знаете, что самое смешное? Это червяки существуют во многих мирах. Они изначально были. Никто их не создавал в том понимании, которое тот выпендрёжник выдал. Он просто их нашёл, или лучше сказать, открыл. Так вот, они не могут причинить людям вред, потому что просто не выживают в человеческом организме. Но я их для этой цели немножко «исправил»...

Я погладил одного червяка пальцем, и он тут же изогнулся.

— Именно эти — могут. Интересно, сколько бы мне дали грантов, премий и финансирования, если бы я такое представил бы? Наверное, много. Но у меня же есть совесть, чтобы такое не испытывать на людях. Но, правда, вам не повезло. Вы — отдельное дело.

Я присел перед ними.

— Есть такое поверье, что чем тише человек живёт и чем добрее он относится ко всем, тем больше зла ему пытаются принести. И это меня научило, что добро должно быть с кулаками. Никак иначе, знаете. Ведь однажды у тебя могут попытаться забрать всё. И вот вы, уроды, это сделали.

Я выявил среди их группы старшего и пристально посмотрел на него.

— А теперь объясните мне, зачем вам моя Валерия? Она всего лишь администратор. На кого вы работаете? Кому она нужна? Или вы затеяли всё это только ради того, чтобы выйти на меня?

Старший зарыдал и схватился за голову, расчёсывая кожу ногтями до крови. У него была паническая истерика.

— Мы... мы не знали! — завыл он. — Мы ошиблись! Нам нужен был главврач! Заказ был на химеролога! Мы пришли... она документы подписывала... печать ставила... Сказала, что она и владелец, и главврач! Мы пробили — по бумагам всё на ней! Мы думали, это она! А это ты... ты... Мы должны были тебя...

— Значит, перепутали? Из-за каких-то бумажек... Ирония судьбы. Я переписал на неё бизнес, чтобы защититься от налоговой, а в итоге подставил под удар.

Я схватил его за волосы и рывком поднял голову.

— Где она?

— Я не знаю! — закричал он, брызгая слюной. — Мы её продали! Сразу же! Заказчику!

Внутри меня что-то оборвалось. Контроль, который я удерживал всё это время, лопнул. Моя аура вырвалась наружу, заполнив комнату тяжёлым, давящим маревом. Стёкла в окнах лопнули, мебель жалобно затрещала...

— Продали?!.. Мою Валерию?!..

Черви на моей ладони забились в экстазе, чувствуя мою ярость.

— Не верю, — сказал я. — Ни одному вашему слову не верю. Это просто неправда. Значит, не хотите говорить. Ну, раз так, то я сам добуду с вас информацию...

Я схватил двумя пальцами одного червяка и поднёс к уху наёмника.

— И да, перед тем, как вы умрёте, я получу ваши воспоминания за последних два-три дня. Но этот процесс будет очень мучительным. А потому приготовьтесь.

Червь скользнул в ушную раковину, и наёмник истошно заорал. Я положил ладонь ему на лоб, начиная считывание через боль. Картинки, всплывающие перед моим внутренним взором, не вызывали ничего, кроме бешенства.

Обычно я не сторонник пыток. Боль затуманивает рассудок, страх искажает информацию. Но в этот раз пришлось сделать исключение. И, судя по увиденному, поступил с этими ублюдками даже слишком мягко.

Память наёмника услужливо подкидывала эпизоды их «работы».

Вот загородный дом, вечер... Пятеро парней отмечают предстоящую свадьбу друга. Смех, музыка, звон бокалов... Мальчишник.

Стекла разбиваются, и внутри врывается группа захвата, действуя максимально безжалостно — без каких-либо требований или разговоров стреляют в упор. Четыре тела падают на пол. Цель — молодой парень, жених — скручен и брошен на пол. Ему ломают нос ударом приклада, просто чтобы не дёргался. А потом, используя специальные смеси, они поджигают дом и спокойно смотрят, как огонь пожирает строение вместе с трупами.

Они были чужаками в этом городе, которым плевать на местные расклады и правила. Группа зачистки, приехавшая выполнить контракт, забрать деньги и исчезнуть, оставив за собой только сломанные судьбы и пепел. Теперь этот отряд перестанет существовать.

Я разорвал ментальный контакт. Тело наёмника обмякло, оборвав последнюю нить жизни.

Потом я проделал то же самое с остальными. Но, где Валерия, так и не увидел. В их памяти был только момент передачи «груза» заказчику, но лицо принимающего было скрыто, а местом встречи служил стандартный ангар-отстойник.

Когда всё закончилось, мне нужно было проветрить мозги. Я вышел на улицу и поплёлся по лабиринту трущоб. Ночной воздух показался сейчас самым чистым на свете по сравнению с душной атмосферой злополучной квартиры.

Остановился посреди грязного двора, приводя своё тело в порядок. Посмотрел на звёзды. Где-то здесь, в огромном городе, держат моего администратора — девушку, которая стала мне так дорога. И я обязательно её найду.

Из темноты подворотни вынырнула группа силуэтов. Четверо парней, явно местных обитателей, искателей лёгкой наживы и приключений. Увидев меня, они замедлили шаг и расплылись в хищных ухмылках.

— Слышь, мужик! — окликнул один, поигрывая ножом-бабочкой. — А ты чё здесь такой красивый забыл? Райончик попутал?

Я медленно опустил взгляд с неба на них. Внутри всё ещё клокотала тьма, поднятая чужими воспоминаниями.

— Парни, — тихо произнёс я, — вот не советую сегодня лезть. У меня не самый лучший денёк выдался.

В их позах читалась готовность к драке, желание отмудохать заезжего фраера и вывернуть его карманы. Но они посмотрели мне в глаза и увидели там то, от чего уличные псы поджимают хвосты и скулят.

Они увидели спокойную, усталую и безразличную смерть.

Главарь шайки сглотнул. Конечно, он был конченным отморозком, но даже у таких имеется инстинкт самосохранения.

— Ну, раз плохой день... — пробормотал он, пряча нож. — ...то держись, братан, — он махнул своим. — Пошли, парни.

— Э-э-э... А чё... А в смысле?! — удивился один из его дружков, самый тупой на вид.

— В коромысле, ёпт, — главарь отвесил ему подзатыльник. — Пошли, я сказал. Не нужно к нему лезть. Ничего хорошего из этого не выйдет.

Они растворились в темноте, оставив меня одного.

Я даже не успел добраться до машины, как воздух над головой рассекли знакомые хлопки крыльев. Кеша спикировал мне на плечо.

— Хозяин! Есть контакт! — прохрипел он, тяжело дыша. — Одна крыса видела! Знает, где Валерия!

Я резко остановился.

— И насколько этой крысе можно верить?

— Я слетал, проверил! — быстро затараторил попугай. — Всё подтверждается. Там отчётливый запах нашей Лерочки. И не только её. Туда людей свозят, как скот. Большой особняк, охрана, забор... Всё серьёзно.

— Замечательно, — кивнул я. — Едем сначала в клинику, а затем назад. Забирать своё.

Сборы заняли не больше десять минут. Я взял всё необходимое, загрузил свою гвардию в «Тушканчик» и вдавил педаль газа в пол.

Мы прибыли на место через полчаса. Особняк располагался в уединённом месте, окружённый высоким каменным забором и вековыми соснами. Я предусмотрительно заглушил двигатель в лесополосе, не доезжая до ворот.

— Выходим.

Рядовая вылезла из машины, достала из багажника моё любимое рабочее кресло, взятое из кабинета. Псих выпрыгнул следом. Хомяки быстро рассыпались по территории. Кеша занял позицию на плече.

Мы подошли к забору. Трёхметровая стена, колючая проволока, камеры...

Я присел, напитал ноги силой и перемахнул через преграду. Псих перелетел следом. Рядовая, несмотря на стул на своих плечах, тоже преодолела препятствие с грацией, которой позавидовал бы любой паркурщик.

Мы оказались на огромной территории. Ухоженный парк, фонтаны, статуи... И ни одного охранника. Точнее, охрана была. Я видел будку, где скопились патрульные. Сейчас они были заняты проверкой камер видеонаблюдения, слышались приглушённые матюки.

— Надо же какое несчастье, — покачал головой я. — Система безопасности заглючила из-за хомяков, которые перебили проводку...

Мои диверсанты сработали на пять баллов. Камеры отключились, датчики движения сошли с ума, и вся охрана сбежалась к центральному пульту, пытаясь понять, почему их суперсовременная электроника приказала долго жить.

Мы прошли через парк, оставаясь в тени деревьев. Громадный особняк из стекла и бетона возвышался впереди, сияя огнями. Я остановился на широкой лужайке, метрах в трёхстах от главного входа. Отсюда открывался прекрасный вид на фасад.

— Вот здесь.

Рядовая аккуратно поставила кресло на траву. Я сел, закинул ногу на ногу и положил руки на подлокотники. Оглядел свою армию.

Двадцать хомяков в чёрной спецназовской форме выстроились в шеренгу. Псих сел у правой ноги, Рядовая встала за левым плечом, положив лапы на рукояти катан. Кеша приземлился на спинку кресла.

Я смотрел на имение перед собой. В окнах мелькали тени. Где-то там, внутри, была Валерия. И те, кто посмел её забрать.

— Знаете, — произнёс я, глядя перед собой, — вы меня расстроили. Да, вы меня расстроили, — я перевёл взгляд на своих питомцев. — Пусть в большей степени здесь виноват я, что не уследил, но ваш косяк тоже неоспорим. Вы допустили, чтобы её забрали. Я рассчитываю, что сегодня вы это исправите. Всё понятно?

Мне никто не ответил. Все просто смотрели на дом, и в их глазах горела та же холодная злость, что и у меня.

— Ну, раз понятно, то действуйте.

Команда прозвучала как выстрел стартового пистолета.

В следующий момент двадцать пушистых комочков рванули вперёд, сливаясь с травой. Псих превратился в чёрную молнию, стелющуюся над землёй. Рядовая, обнажив клинки, побежала к зданию широкими скачками. Даже Кеша не издал ни звука и полетел к крыше.

Я остался сидеть в кресле, глядя на фасад особняка.

Прошло меньше минуты. В глубине дома что-то грохнуло. Зазвенело разбитое стекло. В окнах первого этажа замелькали вспышки выстрелов. Послышались крики — сначала удивлённые, затем испуганные, и наконец полные ужаса.

Свет в окнах начал гаснуть, комната за комнатой, этаж за этажом. Тьма поглощала особняк, и в этой тьме раздавались звуки, от которых у любого нормального человека случился бы приступ инфаркта.

— Ну вот, — тихо сказал я, обращаясь к той, кто пока меня не слышал. — Потерпи ещё немного. Скоро всё закончится...

Глава 2

Подземелья поместья Богатовых

Сектор содержания «материала»

Валерия попыталась пошевелиться, но тело затекло и плохо слушалось.

Она оказалась в каком-то подвале — огромном, с арочными сводами из старого кирпича, как в каком-нибудь винном погребе древнего замка. Вот только вместо бочек с коллекционным вином здесь хранился совершенно другой «товар».

Вдоль стен тянулись ряды железных клеток. Некоторые стояли друг на друге в два яруса, образуя металлические стеллажи.

Валерия прищурилась. Прутья блестели в полумраке. Свежая сварка, необлупившаяся краска… Эти клетки привезли и смонтировали совсем недавно, специально под какую-то масштабную операцию.

Внутри лежали люди. Десятки, может, сотни людей… И все находились в каких-то неестественных позах, сбившись в кучи на грязных матрасах. Никто не двигался. Грудные клетки поднимались и опускались в медленном, заторможенном ритме глубокого сна.

От этого мрачного вида по спине Валерии прокатилась неприятная волна страха. Её мозг, привыкший искать спасение в бегстве от реальности, сразу же подал привычную команду: «Отключиться». Она закрыла глаза, дожидаясь спасительного обморока и мягкого падения в небытие, где нет клеток и маньяков.

Но небытие не приходило. Вместо этого сердце забилось ровнее, разум обострился, а паника отступила.

— Блин, Виктор… — прошептала она одними губами.

Он ведь заблокировал ей эту возможность. «Никаких обмороков», — сказал он тогда. И теперь она вынуждена была смотреть этому кошмару прямо в лицо, находясь в абсолютно ясном сознании.

Память услужливо подкинула картинки: два «инспектора», баллончик, резкий запах газа и сильные руки, заталкивающие её в фургон…

Это было спланированное нападение, её забрали целенаправленно. Но зачем? Она всего лишь администратор. Да, она умеет варить кофе, сводить дебет с кредитом и улыбаться клиентам… Но она не владеет никакой магией и не знает секретных формул.

В дальнем конце коридора послышался лязг металла и шаги. Валерия инстинктивно замерла, прикрыла глаза, оставив лишь крошечную щёлочку, и постаралась дышать как можно реже, имитируя состояние остальных пленников.

Двое мужчин в форме охраны прошли мимо её клетки.

— …поток химерологов почти закончился, — говорил один. — Последняя группа привезла всего троих. Добывать новых всё сложнее и сложнее.

— Значит, скоро финал, — отозвался второй, звякнув ключами.

Они остановились у ряда, где лежали самые бледные и истощённые люди.

— Когда приказ на зачистку? — спросил первый.

— Граф сказал, как только Ядро стабилизируется. Думаю, завтра к ночи.

— Нет, нахер, я не буду этим заниматься, — сплюнул первый. — Одно дело — грузить эти «батарейки», пока они ещё живые и тёплые. И совсем другое — убивать мирно спящих. Это… ну, как-то мерзко что ли, я не знаю…

— Мерзко ему… — рассмеялся второй. — А жить красиво ты хочешь? Или хочешь оказаться там, внутри, вместе с ними? Вот если откажешься, тебя быстро оформят как расходный материал. У графа с такими кадрами разговор короткий.

Первый помолчал, глядя на носки своих ботинок.

— Ну да… ты прав. Своя шкура всегда дороже. Ну и паршивая же у нас работёнка… Хотя пофиг, как-нибудь переживём.

Валерия лежала, боясь пошевелиться. Смысл их слов доходил до неё медленно, но неотвратимо.

«Химерологи… Они ловят химерологов. Хотя выкачать из них что-то… А потом… убить».

Совершенно точно её перепутали. Эти идиоты решили, раз она владелец клиники по документам, да ещё и представилась главврачом, значит, она и есть тот самый гениальный ветеринар.

«Боже, какие дебилы», — подумала она.

Она не Одарённая, у неё нет никакого Дара. Эти придурки украли пустышку. Но им будет всё равно. Не отпустят же её со словами «Простите, мы обознались. Приносим извинения за доставленные неудобства, с нас бесплатное такси до дома». Нет, когда они поймут как облажались, они просто утилизируют её вместе с остальными, чтобы не оставлять свидетеля.

В носу предательски засвербело. Сырость подвала, пыль и нервное напряжение сделали своё дело. Валерия попыталась сдержаться, задержав дыхание, но организм предательски сработал против неё.

— Апчхи! — этот звук в тишине подвала прозвучал, как выстрел из пушки.

Охранники, которые уже дошли до поворота, резко остановились, медленно обернулись и уставились на клетку Валерии.

— Какого хера? — пробасил один из них, подходя ближе. — Она что, в сознании?

Он посветил фонарём ей в лицо, и Валерия зажмурилась от нестерпимо яркого света.

— Все химерологи после отключки должны валяться овощами ещё неделю. Они даже под себя ходить не могут, не то что чихать.

— Либо эта девка — монстр по уровню силы, либо… — второй охранник подошёл к решётке и направил луч света на руку Валерии. — Либо техника дала сбой.

Валерия посмотрела на своё запястье. Там, плотно обхватывая руку, висел металлический браслет с мигающим красным диодом. Она его даже не чувствовала — рука затекла настолько, что казалась чужой.

— Браслет… Индикатор горит, но блокировка почему-то не работает.

— Да ёпрст… — скривился первый. — Если кто-то из наших допустил такое… ему кирдык. Граф за такое кожу живьём сдирает. Утечка информации, свидетель в сознании…

— И что делать? Будем докладывать? — второй уже потянулся к рации.

— Ты дурак что ли? — первый схватил его за руку, заставив остановиться. — Хочешь, чтобы нас тоже крайними сделали? Ну уж нет, — он достал ключи. — Давай сами разберёмся по-тихому.

— Свернём ей шею?

— Ну или просто задушим. Спишут потом на сердечный приступ. Организм не выдержал нагрузки при отключке. Бывает… Никто проверять не будет, их тут сотни.

Замок щёлкнул, дверь клетки со скрипом открылась. Валерия вжалась в дальний угол, подтянув колени к груди.

— Пожалуйста, не надо… — прошептала она. — Я ничего не видела… Я никому не скажу…

— Конечно, не скажешь, — ухмыльнулся охранник, шагая внутрь. — Просто спи, красавица.

Он протянул к ней руки в чёрных перчатках… И в этот момент сверху раздался тихий свист. Что-то маленькое и чёрное упало с потолка прямо на затылок охраннику.

Глаза охранника расширились от удивления, рот открылся в беззвучном крике. Он упал на колени, хватаясь руками за горло. Между его пальцев брызнула кровь — яркая, артериальная…

На его плече, сжимая в лапках окровавленный нож, сидел хомяк. Чёрный комбинезон, бандана, суровый взгляд глаз-бусинок…

Второй охранник выхватил пистолет, но не успел даже снять его с предохранителя. Из темноты коридора выкатились ещё три мохнатых шарика. Первый подсёк охраннику ноги. Второй в прыжке ударил его ножом. Третий, самый крупный, просто пробежался по нему вонзил своё миниатюрное копьё ему в глаз. Охранник упал, не успев издать ни звука.

Хомяки деловито спрыгнули с трупов и выстроились в ряд перед клеткой Валерии. Тот, что был на плече первого охранника, вытер нож о его форму и спрятал оружие в ножны.

— Пи-пи-пи! — требовательно произнёс командир отряда, указывая лапкой на Валерию.

— Пи-пи! — отозвался другой, доставая из рюкзачка какую-то отмычку.

Они подошли к Валерии. Один из хомяков ловко запрыгнул ей на колени и принялся возиться с браслетом. Ему понадобилось несколько секунд, чтобы раздался победный щелчок, и тяжёлая железка упала на пол.

Валерия потёрла затёкшее запястье и посмотрела на своих спасителей. Маленькие, пушистые… и очень смертоносные.

— Блин… — сказала она, и по её щекам непроизвольно потекли слёзы. — Ребята… Я никогда в жизни не была так рада вас видеть…

Хомяк-командир снял бандану, поклонился и что-то пропищал. Валерия нервно рассмеялась.

— Я не понимаю, что ты говоришь, но… знаете что? Можете мусорить у меня на столе. Грызть документы. Рассыпать опилки. Я вам всё разрешаю. Вообще всё…

Хомяки довольно запищали, а командир показал ей большой палец.

* * *

Я сидел в кресле, слушая как из глубины имения доносятся щелчки выстрелов, грохот взрывов и чьи-то отчаянные вопли. Моя братва работала качественно.

Вдруг одна из боковых башенок, служившая, видимо, наблюдательным пунктом, быстро покрылась толстой коркой льда. Окна вылетели, рассыпавшись хрустальной крошкой. Спустя секунду оттуда, проломив перила балкона, вылетел объятый инеем человек. А следом за ним спрыгнула Рядовая, которая в полёте вонзила свой меч в Одарённого льда, ухнула и по приземлении рванула обратно в дом через парадный вход.

— Эффектно, — прокомментировал я.

Достал телефон и набрал номер Агнессы. Гудки шли долго, но трубку она взяла.

— Да, Виктор… Ты видел, который час?

— Слушай меня внимательно. Это будет звучать безумно и странно, но собирай все свои войска. Вообще все, что есть. Поднимай резервы, вооружай даже поваров, если придётся. И в течение двух часов двигайся по адресу, который я сейчас скину.

— Что?! Виктор, ты…

— Как только приедете, моментально занимайте позиции по периметру. Блокируйте выходы, берите особняк в кольцо. Но сразу предупреждаю. Это даст тебе много бонусов в лице Императора и прочих высших чинов. А вот среди некоторых аристократов у тебя явно появятся проблемы. Тебя могут возненавидеть. Скажу даже больше… Возможно, выгода от этого всего будет значительно выше любых рисков. Помнишь, ты жаловалась, что твой род уже не вхож на императорские балы, и вас отодвинули от кормушки? Так вот. После этого лет пять вас точно будут приглашать в первый ряд, даже со слугами и со всей свитой. Можешь не переживать об этом.

— Какой адрес? — после короткой паузы спросила она.

— Лови, — я отправил координаты и положил трубку.

Я дал ей шанс. Захочет, впишется в историю. А если испугается… ну, это её дело. Я и в других, менее значимых делах смогу её раскрутить, просто это займёт больше времени. Тут риски огромные, но и куш такой, что можно сразу в дамки выбиться. Я не сомневался, что одержу победу здесь и сейчас. Вопрос был только в цене и затраченных усилиях.

Прошло минут семь.

Внезапно парк огласил пронзительный вой сирены тревоги. По газонам поползли металлические шторы, скрывая окна первого этажа.

— Ну, наконец-то, — улыбнулся я, поднимаясь с кресла. — Догадались.

Земля вокруг задрожала. В разных частях парка, прямо посреди ухоженных лужаек и клумб, начали открываться замаскированные люки.

Из-под земли, из специальных клеток, выбегали десятки боевых химер в броне… Это была личная гвардия, последний аргумент. Вся эта свора, рыча и брызгая слюной, побежала в мою сторону. Земля задрожала от топота сотен лап.

Я спокойно смотрел на приближающуюся волну смерти.

— Хороший набор, — оценил я. — Но управление страдает.

В моих глазах вспыхнул багровый огонь. Моя аура, сдерживаемая до этого момента, выплеснулась наружу, накрывая парк давящим куполом. Я потянулся ментально к бегущим тварям. Нашёл их примитивные сознания, скованные приказами хозяев, и… просто пережёг эти оковы своей волей.

— СТОЯТЬ! — мой голос пророкотал над парком, заглушая даже сирену.

Передние ряды химер споткнулись, кубарем покатились по траве. Задние врезались в них, образовалась куча-мала. Звери трясли головами, скулили, пытаясь понять, что происходит.

— Теперь вы мои! — я вложил в приказ максимум силы Прародителя. — Уничтожить чужих! Взять в кольцо! Рвать всех, кто не пахнет мной!

Взгляд некоторых химер изменился. Безумие сначала сменилось покорностью, а затем новой яростью. Огромный медведь развернулся и ударил лапой неподконтрольного мне волка, снося ему череп… Стая псов набросилась на ящеров… Мои новые рекруты с остервенением рвали тех, кто остался верен старым хозяевам.

Я перешагнул через труп огромной гиены и пошёл к главному входу.

Кеша контролировал пространство сверху. Пару минут назад он спикировал ко мне и сообщил, что хомяки уже нашли Валерию. Она была в подвале, живая и относительно целая, под охраной моих диверсантов.

Я поднялся по мраморным ступеням. Парадные двери были выбиты.

В холле навстречу мне вышел высокий мужчина в алом плаще, расшитом золотом. Глава гвардии этого рода. В его руках пульсировал сгусток пламени, а лицо было искажено от гнева.

— А ну, стоять! — рявкнул он.

В меня полетел огненный шар размером с баскетбольный мяч. Я даже не замедлил шаг. Просто повёл плечом, и пламя разбилось о мой невидимый щит, обдав меня волной жара.

— Ты кто такой?! — заорал гвардеец, формируя новый заряд. — По какой причине вторгся на частные земли аристократа?!

— Прочь с дороги, иначе пришибу, — бросил я, продолжая идти.

— Я глава гвардии рода Богатовых! — закричал он. — Ты действительно думаешь, что пройдёшь?!

Да, этот тип явно был силён — опытный боевой маг-стихийник. Огонь сорвался с его рук сплошным потоком, превратив холл в филиал преисподней.

Не теряя времени, я выхватил свой клинок, лезвие загудело, напитываясь энергией. Ушёл от огненных плетей, сократил дистанцию. Ударил, заблокировал энергетическим барьером пламя и контратаковал… Мы закружили по холлу, разбивая статуи и декоративные вазы.

В какой-то момент он поймал меня. Создал очередной огненный хлыст и, пока я уклонялся от него, метнул в меня ледяное лезвие из другой руки.

Я не успел. Лезвие со свистом рассекло воздух и начисто отрубило мне левую кисть. Рука упала на пол, заливая мрамор кровью.

— Ну что, уродец?! — торжествующе расхохотался гвардеец. — Допрыгался?!

Боли не было, только холод. Я посмотрел на обрубок и громко засмеялся в лицо своему врагу.

— Неужели ты думаешь, что для меня это проблема?

Из моего обрубка вырвались десятки тонких щупалец. Прямо на глазах они переплелись, формируя кости, мышцы, кожу… Пара секунд — и новая рука была готова, ещё более мощная, покрытая чёрной хитиновой чешуёй.

Я наклонился, поднял свою отрубленную кисть.

— Раз тебе так нужна эта рука, то держи её!

Я швырнул кисть в него. В полёте мёртвая плоть начала трансформироваться, раздувшись, превратившись в шипастую полужидкую субстанцию, которая с противным чваканьем врезалась гвардейцу в лицо, залепляя глаза и нос.

Трансмутация тела — очень неприятная, но действенная штука, которая жрёт много энергии. Но сейчас я не собирался экономить.

Гвардеец заорал, пытаясь содрать с лица живую маску, которая начала пускать корни в его кожу.

— Очень зря вы похитили не того человека, — сказал я, подходя ближе. — И очень зря вы затеяли свои ритуалы. Не знаю, какие именно, но здесь явно пахнет ритуалом. Кровью пахнет и болью.

Он сорвал с себя субстанцию вместе с кожей, его лицо превратилось в кровавую маску. Он зарычал и снова бросился на меня, создав в руках огненный меч.

Я активировал все боевые атрибуты, которые копил: «Усиление мышц». «Каменная кожа». «Скорость мангуста»… Моя одежда затрещала и лопнула на плечах. Мышцы взбугрились, становясь твёрдыми, как сталь. Всего за несколько секунд я стал гораздо больше и шире.

Он нанёс удар, который я заблокировал своим энергетическим щитом. Пламя искрилось, шипело, но не могло пробить мою защиту.

— Слабо! — рыкнул я и нанёс ответный удар такой силы, что его огненный меч разлетелся искрами. Мой клинок тоже не выдержал и переломился пополам.

Я отбросил бесполезный обломок.

— Тогда врукопашную.

В приседе мои ноги трансформировались — суставы вывернулись назад, как у кузнечика, бедра раздулись. Я выстрелил собой, как снарядом. Моё плечо, покрытое костяным наростом, врезалось в грудь главы гвардии.

Его отбросило через весь холл. Он врезался в колонну, сломав её, и упал в кучу обломков.

Я приземлился рядом. Он ещё пытался встать, хрипя и пуская кровавые пузыри.

— Лучше не вставай, — посоветовал я.

Схватил его за голову и с размаху впечатал в мраморный пол. Ещё раз. И ещё. Пока он не затих окончательно.

Затем выпрямился, оглядывая руины холла. Моё тело медленно возвращалось в норму. Мышцы сдувались, хитин втягивался под кожу…

— Надеюсь, мне больше не будут мешать, а то атрибутов не напасёшься, — проворчал я, отряхивая руки. — Я пренебрёг охраной и защитой. В следующий раз такого упущения не будет.

Я перешагнул через труп и пошёл к лестнице, ведущей в подвал.

Глава 3

Поместье Новиковых

Личные покои графини

В спальне горел только мягкий свет ночника. Агнесса Павловна Новикова, глава рода и владелица многомиллионной корпорации, сидела перед трюмо и занималась тем, на что у неё катастрофически не хватало времени — собой.

На лице стягивалась зеленоватая субстанция — косметическая маска по рецепту Виктора, обещавшая избавление от кругов под глазами к утру. Поверх состава, прямо на веках, покоились огуречные ломтики. Графиня откинулась на спинку пуфа, стараясь расслабить мышцы.

День выдался продуктивным. Акции корпорации уверенно шли вверх, контрагенты без вопросов подписывали документы, конкуренты кусали локти от злости, а Миша наконец-то спокойно спал в своей комнате. План работал.

Она потянулась к баночке с регенерирующей мазью, тоже из ассортимента клиники. Химеролог оказался настоящей золотой жилой. Его странные смеси, пахнущие то еловой смолой, то влажным озоном, справлялись с усталостью кожи лучше дорогих брендов.

Тишину спальни нарушила настойчивая трель телефона.

Агнесса вздрогнула. Огуречный кружок скользнул по скуле и шлёпнулся прямо на шёлковый халат. Женщина стряхнула овощ на стол и раздражённо потянулась к экрану, на котором мигало входящее соединение от Виктора.

— Неужели так срочно надо было звонить в три ночи? — проворчала она, смахивая зелёную иконку. — Слушаю. Ты на часы смотрел...

Спустя минуту абонент отключился. Агнесса застыла с аппаратом в руке, совершенно не замечая, как подсыхающий состав всё сильнее стягивает кожу на щеках.

Она открыла пересланную ссылку, дождалась прогрузки карты и приблизила мигающий маркер. Внутри неприятно похолодело. Точка находилась в центральном районе, за очень характерным глухим забором, владельца которого отлично знала вся столичная аристократия.

Родовое поместье графа Аристарха Богатова.

— Твою же мать, — процедила Агнесса, резко вскакивая с места. Задетая локтем баночка с мазью покатилась по полу.

Аристарх Богатов считался одним из самых мстительных людей Империи. Влезть на его территорию означало выписать себе смертный приговор. А судя по шуму из динамика, Виктор успел перемахнуть через ограду и устроить там полномасштабные боевые действия.

Графиня принялась лихорадочно просчитывать последствия. Прямое вмешательство неминуемо спровоцирует открытый конфликт с могущественным кланом. Пойдёт в ход всё: родовая гвардия, штурмовая техника, ударные химеры и площадные заклинания. Император наверняка придёт в ярость из-за устроенной в столице бойни. Её семья, едва начавшая наращивать вес, банально не переживёт подобного удара.

Здравый смысл вперемешку с инстинктом самосохранения требовали сбросить звонок, вытащить сим-карту и сделать вид, что Новиковы спят сном младенца.

Агнесса посмотрела в зеркало на своё отражение. Зелёное лицо, растрёпанные волосы, плотно сжатые от напряжения губы.

Потом перед глазами возник бегающий по саду Миша, всплыли суммы заключённых контрактов, вспомнили почтительные взгляды партнёров и текущие рекой доходы.

Весь этот успех запустил Виктор — странный парень из обшарпанной ветеринарки на окраине. До сих пор он её ни разу не подвёл. Самые бредовые на первый взгляд идеи химеролога всегда выливались в осязаемую выгоду, а прогнозы сбывались с пугающей точностью.

Она задолжала ему собственную жизнь.

Женщина выдернула салфетку из диспенсера и принялась на ходу оттирать маску.

— Да и плевать на Богатова! — рыкнула графиня.

Объявлять полномасштабную войну первой или лезть в лобовую атаку на графский особняк её никто не заставлял. Задача минимум — вытащить парня наружу.

Палец лёг на кнопку вызова охраны.

— Макар! Взнимай гарнизон!

Начальник службы безопасности ответил через пару секунд, продемонстрировав привычку спать вполуха.

— Слушаюсь, госпожа.

— Поднимай абсолютно всех. Технику, пехоту, магов, операторов тяжёлых щитов и химер. Выкладка максимальная, время готовности — пять минут.

В трубке повисла настороженная пауза. Опытный вояка прекрасно понял масштаб сборов.

— Какая цель выезда? — сухо уточнил Макар.

— Двигаемся к периметру Богатовых, — отрезала Агнесса, вытаскивая из шкафа полевой костюм. — Виктор умудрился вломиться к ним в особняк и сейчас методично его разносит. Считай это эвакуационной операцией. При попытке преградить путь колонне открываем огонь на поражение.

— Принято.

Агнесса сунула трубку в карман, до упора затянула молнию и привычным движением проверила плотность посадки запасных магазинов. Коленки больше не дрожали.

Она вышла из спальни и быстрым шагом направилась к спускам в техпарк, откуда уже доносился гул мощных дизелей. Да, ставка слишком высока. Но успешная операция окончательно забетонирует их союз. А если план провалится... что ж, Новиковы хотя бы заставят столицу вздрогнуть напоследок.

* * *

Поместье Новиковых

Кабинет финансового управляющего

Тихон Николаевич Мальцев стоял у затемнённого окна, чуть оттянув в сторону край гардины. Пальцы мяли плотную ткань, пока взгляд цепко выхватывал детали происходящего на внутренней парковке двора.

Суета внизу походила на поспешную эвакуацию перед ядерным ударом.

Угловатые кузовы броневиков лязгали металлом, вооружённые до зубов гвардейцы закидывали внутрь ящики с патронами, а дежурные полностью разблокировали обе створки главных ворот.

— Какая же она дура, — скривил губы Тихон.

Он отлично видел, как переодетая в тактическую форму Агнесса заскочила на пассажирское сиденье флагманской машины. Спустя пару минут к бронированному фургону конвоя подвели сонного Мишу, усадив его в десантное отделение. Графиня не стала рисковать и потащила малолетнего наследника вместе с колонной.

Но главным подарком судьбы стало другое — она вывела с территории весь ударный резерв.

Колонна с рёвом двинулась через ворота, заволакивая двор облаками вонючего выхлопа. Хорошо укреплённое поместье, доверху забитое деньгами, технологиями и сырьём, стремительно пустело на глазах. На постах маячили лишь полтора десятка зелёных стажёров да пара доживающих до пенсии стариков, которых медблок отсеял перед рейдом.

Управляющий отпустил штору и рывком направился к столу. Ждать такого удачного совпадения пришлось долгие годы. Он вынул из тайника в днище чемодана запасной смартфон, вбил номер и прижал пластик к уху.

— На связи, — ответили после третьего гудка.

— Срочная информация! — зашипел Мальцев. — Хозяйка только что сняла весь личный состав с базы и уехала вместе с наследником.

— Направление?

— Не знаю, но собирались они как на полноценные боевые. Важно другое — она оголила охрану периметра! Усадьбу можно брать прямо сейчас. Нижние ярусы лабораторий, архивы с данными, ангары с реактивами — заходи и грузи, сопротивляться некому!

На другом конце линии помолчали.

— Данные приняты, — произнёс мужской голос абсолютно будничным тоном. — Передам диспетчеру.

— Какому диспетчеру?! — голос Тихона сорвался на возмущённый писк. — Действовать надо сейчас, пока гвардия не вернулась! Разверните опергруппы, или наши трофеи перехватят мародёры!

Тон собеседника ощутимо заледенел.

— Остынь, счетовод. Твоя единственная функция — вовремя сливать геолокации и графики смен. Остальное тебя не касается. Сиди тихо и жди.

Вызов прервался. Мальцев со злобой швырнул бесполезный аппарат на обивку дивана.

— Тупорылые снобы, — выругался финансист, щедро плеснув себе коньяка. — Даёшь им ключи от готовой бизнес-империи, а они ещё ломаются.

Впрочем, сомнений не оставалось: жадность руководства перевесит любую паранойю, и захватчики скоро прибудут.

Прошло не менее четырёх часов. Тихон почти успокоился, мысленно распределяя будущие премиальные, когда со стороны подъездной аллеи раздался посторонний шум двигателей.

Он приник к стеклу. К особняку ползла колонна. Нападающие подошли основательно: сначала пылили тяжёлые колёсные броневики, затем тянулись тентованные грузовики для вывоза трофеев, а тыл прикрывала пара шагоходных платформ.

Тихон попытался разглядеть опознавательные знаки на броне.

— Интересно... Не Дубаровы, и даже не Горбуновы, — нахмурился он.

Визитёры украсили машины гербами наёмных банд — «Стального Кулака» и «Ядовитого Шипа». Кланы первого эшелона часто арендовали этих отморозков для силовой зачистки активов, чтобы в случае провала откреститься от исполнителей в Совете.

Колонна застопорила ход перед въездом. Из ведущего внедорожника неторопливо вылез парламентёр. К нему, спрятавшись за огромным ростовым щитом, подошёл усатый капитан Зорин — обычно этот человек возился с накладными на складах, но за неимением старших офицеров принял командование сменой.

Управляющий открыл фрамугу, вслушиваясь в переговоры.

— Отойдите за красную линию! — басил из-за укрытия Зорин. — Вы нарушаете границы частного владения. Подкрепление уже вызвано!

Наёмник в матовом тактическом панцире нагло рассмеялся:

— Вызывай кого хочешь. Ваше подкрепление сейчас само в глухой обороне. Приказываю немедленно сдать оружие.

— Стрелять на поражение при любой попытке прорыва! — заорал капитан, пятясь за ворота.

Тихон одёрнул жилетку, поправил узел галстука и двинулся вниз.

— Прекратить панику! Опустить стволы! — гаркнул финансист с крыльца.

Гвардейцы недоумённо оглянулись на начальство.

— Тихон Николаевич, скройтесь в доме, сейчас начнётся огневой контакт, — крикнул Зорин, продолжая контролировать створки.

— Я сказал — отставить стрельбу! — Мальцев вышагивал по двору, придавая лицу выражение строгой уверенности. — Только что поступили распоряжения от Агнессы Павловны. Конфликт переходит в переговорную фазу. Капитан, приказано снять блокировку и пропустить представителей для избежания порчи имущества.

Бойцы переглянулись, хватка на автоматах слегка ослабла.

— Бред сивой кобылы, — сплюнул под ноги капитан. — Хозяйка в жизни бы не отдала периметр чужакам.

— Вы отказываетесь подчиняться приказам финансового управляющего? — в голосе Мальцева зазвенел металл. — Я курирую все гражданские протоколы на объекте! В случае порчи ценного оборудования из-за вашей инициативы ущерб спишут лично с вас!

Зорин замер в нерешительности, обдумывая варианты. Точку в споре поставил высунувшийся из караулки радист с пеленгатором:

— Командир! Эфир глухой. Гости врубили генератор помех частот.

Капитан медленно обернулся к управляющему.

— Значит, прямой приказ получили?

— Я работаю по выделенному каналу... — сглотнул Тихон, чувствуя сбой плана.

— Бесполезно, там глушат вообще всё, вплоть до военных ретрансляторов, — крикнул радист. — Оборудование сдохло в ту минуту, как их фары мелькнули за поворотом!

— Закрой рот, солдат! — сорвался на визг Мальцев. — Арестовать зачинщика саботажа!

— Изолируйте этого предателя, — глухо скомандовал Зорин.

Двое рослых бойцов немедленно заломили финансисту руки.

— Подохнете из-за тупости! Умрёте на чужой земле бесплатно! — брызгал слюной Тихон, пока его волокли обратно к зданию.

— Отвечу перед графиней, — бросил вдогонку снабженец. — Обороняем входную группу. На рожон не лезть!

Мальцева швырнули в собственный кабинет, провернув ключ с внешней стороны. Он кинулся к оконному проёму.

На улице трещали сухие очереди. Гвардия Новиковых била редко, стараясь экономить боезапас. Зато наёмники щедро крошили фасады, укрываясь за бронещитками техники и бетонными клумбами.

Правда, на агрессивный прорыв действия чужаков не походили. Опустошив стакан, Тихон ухмыльнулся, оценив тактику захватчиков.

Рвать особняк взрывчаткой и заливать территорию плазмой никто не планировал. Оплатившие рейд кланы нуждались в целой технике, подвальных серверных и антиквариате, а не в дымящихся руинах. Им достаточно прижать охрану к стенам и забросить пару гранат с газом в воздуховоды.

Империя Агнессы Новиковой пошла ко дну. Для самого управляющего же наступал момент сбора урожая: в потайном дне портфеля лежал жёсткий диск с цифровыми подписями к десяткам офшорных счетов корпорации.

* * *

Я зашагал вниз по ступеням. Подвал встретил меня тянущимися вдоль серых стен клетками. Большинство запертых там людей лежали без сознания под действием препаратов, а в углах помещения живописно валялись ликвидированные надзиратели. Штурмовой отряд зачистил ярус без шума и пыли.

Возле самой дальней и уже вскрытой решётки обнаружилась Валерия. Девушка сидела прямо на грязном кафеле — бледная, зато без единой царапины. А вокруг неё хаотично рассредоточились пушистые оперативники.

Боевые хомяки в крошечных чёрных разгрузках попадали на спины и блаженно млели, пока ассистентка поглаживала их животики. Усатый командир группы даже прикрыл глаза, забыв про строгую воинскую дисциплину.

— Лера, мы на вражеском объекте, — вздохнул я, приближаясь к камере. — А это элитная диверсионная группа. Откуда у тебя привычка гладить по пузу суровых спецназовцев прямо на боевом задании? Ты им авторитет в отряде порушишь.

Она резко вздрогнула и подняла глаза. Секунду девушка вглядывалась в моё лицо, словно ожидала подвоха. Подчинённые отреагировали на знакомый голос гораздо быстрее: мигом перекатились на лапы, распушили щёки и принялись поправлять ремешки оружия, делая вид, будто контролируют периметр.

— Вик! — Лера подскочила на ноги, бросилась ко мне и мёртвой хваткой вцепилась в шею.

Она уткнулась лицом в куртку, вздрагивая от нахлынувшего стресса. Я аккуратно похлопал её по спине.

— Отставить панику. Обещал же найти.

Девушка громко всхлипнула, немного отодвинулась и скосила покрасневшие глаза на замерших по стойке смирно грызунов. Вытирать слёзы рукавом было неудобно, поэтому Лера спряталась за сарказм.

— Знаю, что у них послужной список, — шмыгнула она носом. — Но мне сложно видеть в них хладнокровных убийц. В прошлый четверг парочка этих штурмовиков забралась ко мне на стол и нагадила на стопку квартальных отчётов. Восприятие как-то сбилось.

Хомяки под моим взглядом виновато опустили мордочки в пол.

— Абсолютная маскировка, — серьёзно кивнул я. — Они вживались в роль неразумных зверьков, чтобы не спугнуть шпионов в клинике. Ну, или банальная физиология подкачала. Случается.

Со стороны коридора раздалось тихое шарканье: к нам ковыляла Рядовая. Светлая шерсть местами обгорела, костяные наросты покрылись трещинами от попаданий картечи, однако передвигалась обезьяна уверенно. Химера молча осмотрела подопечную и удовлетворённо хрюкнула — теперь мощная регенерация займётся залечиванием её собственных повреждений.

— Как вы мимо периметра прошли? — Лера наконец выпустила ткань моей одежды из пальцев. — У них же глухой забор, сканеры, тепловизоры на башнях...

— Расскажу в безопасном месте. Сейчас пойдём наружу. Эвакуирую тебя, а затем вернусь и объясню здешнему хозяину правила общения с моим персоналом.

Я наклонился и легко подхватил ассистентку на руки. Она пискнула от неожиданности, но возражать не стала. Мы двинулись обратно к выходу в сопровождении прикрывающего тылы зоопарка.

— Кстати, вспомнил важную вещь, — сказал я, перешагивая через сломанный турникет возле охраны.

— Давай только позитивное, на остальное ресурса не осталось, — попросила Лера, укладывая голову мне на ключицу.

— С начала месяца твоя зарплата увеличивается ровно в два раза. Компенсация за нарушение условий труда. Раз нанял на работу — обязан был пресекать угрозы на корню.

Она приподняла подбородок и серьёзно заглянула мне в глаза.

— Сможешь прикрыть от таких вот ублюдков? — кивком она указала на оставшихся лежать позади тюремщиков.

Я притормозил возле выломанной внешней двери, впуская внутрь прохладный ночной сквозняк.

— От любой дряни, которая попробует перейти дорогу клинике. Мои люди получают железобетонную защиту по умолчанию. А ты тем более.

Она растерянно моргнула, пытаясь расшифровать неожиданно тёплый тон фразы.

— М?

— Выходим, — улыбнулся я, шагая во мрак двора.

Глава 4

Возле родового поместья графа Богатова

То, что Агнесса Новикова увидела из окна своего бронированного автомобиля, не укладывалось в рамки обычного аристократического конфликта. Это был, мать его... локальный АРМАГЕДДОН.

За высоким каменным забором поместья Богатовых творился ад. Всполохи магического огня долетали до неба, где-то в глубине гремели взрывы, от которых дрожала земля даже здесь, на дороге. Чёрный дым застилал звёзды.

— Госпожа... — подал голос Макар. — Вы всё ещё уверены, что нам стоит туда соваться? Там работает или тяжёлая артиллерия, или очень сильный маг. Это уровень полноценной войсковой операции.

Агнесса понимала, что там, в эпицентре этого безумия, находится Виктор. Тот самый ветеринар, который за последнее время перевернул её жизнь и бизнес с ног на голову. Человек, благодаря которому её заводы, стоявшие на грани банкротства, теперь не успевали отгружать продукцию.

С ним всё было так просто... У него на всё был готов ответ, он знал секреты самых невероятных рецептов, фонтанировал безумными, но рабочими идеями, а ещё имел какие-то невероятные связи с животным миром... Пусть и косвенно, но он помог ей выкупить те склады в порту, которые государство держало в резерве десять лет, а ей продали за копейки просто потому, что из-за Виктора её рейтинги взлетели до небес.

И теперь этот золотой актив находился в центре мясорубки, устроенной одним из самых опасных людей Петербурга — графом Богатовым.

— Макар, мы не можем его бросить. Если он погибнет, рухнет всё, что мы построили.

— Но это Богатов, госпожа! Если мы вмешаемся, завяжется война родов, в которой нас просто сотрут...

— А мы не будем объявлять войну, — Агнесса прищурилась. — Мы проезжали мимо, увидели пожар, услышали крики о помощи. Долг чести любого аристократа — прийти на выручку соседу, попавшему в беду. Мы едем спасать, Макар. А если в процессе спасения придётся перестрелять охрану Богатова... ну что ж, в дыму и неразберихе всякое случается.

Макар криво усмехнулся.

— «Спасательная операция», значит? Принято, — он переключился на общую волну отряда. — Всем бортам! Работаем по протоколу «Чистое небо». Заходим под предлогом помощи при пожаре. Держите оружие наготове. Любая угроза жизни госпожи или гражданских — огонь на поражение без предупреждения. Вперёд!

Колонна тяжёлых броневиков с гербами Новиковых рванула с места. Первая машина с разгона врезалась в кованые ворота. Металл заскрежетал, петли лопнули, и створки упали на брусчатку.

Агнесса ожидала шквального огня, что их встретит элитная гвардия Богатова, о жестокости которой ходили легенды... Но двор был усеян телами — охранники в дорогой броне лежали вперемешку с химерами, в неестественных позах, разорванные пополам или просто снесённые какой-то чудовищной силой.

— Чисто... — доложил водитель, объезжая воронку от взрыва.

— Двигаемся к главному дому! — скомандовала Агнесса.

Они проехали через парк, который сейчас больше напоминал лесоповал. Вековые деревья были вырваны с корнем. Статуи разбиты в крошево.

— Кто это сделал? — прошептал Макар, глядя в окно. — Здесь как будто стадо бешеных слонов пробежало.

— Один ветеринар... — ответила Агнесса, чувствуя, что сама до конца не верит в сказанное. — ...и его питомцы.

Они подъехали к главному входу в особняк. Двери отсутствовали — их просто вынесли вместе с дверной коробкой.

— Группа один, со мной! — скомандовал Макар, выскакивая из машины. — Группа два, периметр! Госпожа, прошу вас оставаться в...

— Я иду с вами, — Агнесса уже открыла дверь. — Мне нужно убедиться, что он жив.

Внутри особняка царил тот же хаос: разбитая мебель, осколки хрусталя, тела на мраморной лестнице... Но самое странное — здесь было тихо. Стрельба стихла, взрывы прекратились.

Агнесса достала телефон.

— Связи нет, — покачал головой Макар, глядя на свой коммуникатор. — Глушилки работают на полную мощность.

— Но как... — Агнесса посмотрела на свой смартфон. — Виктор звонил мне отсюда, я же слышала.

— Невозможно, — покачал головой начальник гвардии. — Никакой сигнал не пробьётся через этот «купол». Если только у него не какая-то инопланетная технология.

— С Виктором я уже ничему не удивляюсь... — пробормотала она.

Они продвигались по коридорам первого этажа, перешагивая через обломки и тела.

— Проверено! Пусто! — докладывали бойцы, выходя из боковых комнат.

— Где же они? — нервничала Агнесса. — Богатов, его свита... И Виктор... Не могли же они все испариться?

В этот момент телефон в её руке коротко пискнул. Она вздрогнула. Сообщение пробилось через глушилку, которая давила даже военные частоты.

Отправитель: «Виктор».

Текст был коротким: «Минус четвёртый этаж. Вход через винный погреб. Поторопись».

Агнесса показала экран Макару. Тот лишь молча развёл руками, признавая поражение своей логики перед фактами.

Они нашли вход в винном погребе. Массивная, замаскированная под стеллаж дверь была распахнута настежь, замки сорваны. Спуск был долгим. Винтовая лестница уходила глубоко под землю.

Минус первый уровень — технический. Минус второй — склад. Минус третий — какая-то лаборатория, разгромленная в щепки.

Минус четвёртый... Когда они вышли из лифтового холла в огромный зал, Агнесса остановилась, прижав ладонь ко рту. Вглубь по коридору тянулись бесконечные ряды клеток, в которых сидели люди... Сотни людей.

Мужчины, женщины, даже подростки. Они лежали на грязных матрасах, сидели, привалившись к прутьям, стояли, вцепившись в решётки побелевшими пальцами. Измождённые, бледные, с пустыми глазами...

— Господи... — выдохнул Макар. — Это же похищенные — те, кого искали по всему городу.

Агнесса шла вдоль рядов, и её сердце колотилось где-то у самого горла. И вдруг она застыла у одной из клеток.

— Макар... посмотри.

На полу клетки, свернувшись калачиком, лежал пожилой мужчина в разорванном дорогом костюме. Очки разбиты, на лице ссадины.

— Это же профессор Смирнов, — узнал Макар, — тот самый, из Академии. Его искали три дня, во всех новостях крутили.

— А вон там... — Агнесса указала на соседнюю клетку. — Это дочь барона Мартынова. Она пропала неделю назад. Думали, сбежала с любовником...

Она медленно повернулась вокруг своей оси. Здесь были все пропавшие химерологи, Одарённые дети, специалисты... Богатов собирал их здесь, как скот и использовал для своих безумных экспериментов.

Головоломка сложилась окончательно. Агнесса поняла, во что вляпалась. Массовые похищения, пытки, незаконное удержание аристократов и граждан Империи...

Если она сейчас уйдёт — будет соучастницей. Если останется...

— Вот она, перспектива, — прошептала Агнесса. — Мы спасаем не только Виктора, но и всю Империю от чудовища.

Она повернулась к Макару.

— Мы должны освободить всех заложников. Если кто-то помешает, ведите огонь на подавление. Эти твари, которые стерегут людей в клетках — не люди, а пособники маньяка.

— С удовольствием, госпожа, — улыбнулся Макар.

Гвардейцы Новиковых, увидев измождённые лица пленников, не нуждались в дополнительной мотивации.

* * *

Ветеринарная клиника «Добрый Доктор»

Валерия сидела на диванчике в окружении пушистых комочков и крепко сжимала двумя руками горячую кружку чая с мёдом. Но сладкий напиток не помогал унять дрожь.

Дорога до клиники запомнится ей на всю жизнь. Видеть Рядовую за рулём автомобиля оказалось суровым испытанием для психики. Огромная обезьяна вела машину, совершенно игнорируя правила дорожного движения.

На одном из поворотов они снесли фонарный столб. Металлическая опора упала на асфальт, но «Тушканчик», подаренный Агнессой, даже не сбавил ход. Броня выдержала удар, только слегка содралась краска. Рядовая что-то буркнула себе под нос, крутанула руль и погнала дальше, распугивая редких ночных водителей.

Сейчас, в безопасности родных стен, страх отступал, но тревога никуда не делась. Виктора рядом не было, он остался там, в логове врага.

Валерия понимала масштаб происходящего. Она не знала имён, не видела лиц заказчиков, но видела громадный особняк, стоивший безумных денег. Тот, кто устроил эту охоту на людей, явно обладал колоссальными ресурсами. И Виктор пошёл против них в одиночку.

Время тянулось слишком медленно. Валерия буквально гипнотизировала взглядом дверь, вздрагивая от каждого шороха.

Когда на пороге возник силуэт, Валерия подскочила, расплескав чай.

Виктор выглядел так, словно прошёл через мясорубку. Левая рука плетью висела вдоль тела. Правая нога волочилась, оставляя на полу грязный след. Лицо представляло собой сплошной кровоподтёк, через который белели зубы в жуткой ухмылке.

Он двигался рывками, как сломанная кукла, которую дёргают за ниточки. Проковылял мимо неё и уселся в то самое рабочее кресло, которое он заставил Рядовую сначала тащить туда, а потом обратно.

Валерия смотрела на это с открытым ртом. В самый разгар боя, когда вокруг свистели пули и раздавались грохоты взрывов, Виктор отдал приказ эвакуировать её... и кресло. Это была какая-то дичь, от которой у Валерии шевелились волосы на затылке.

Внезапно голова Виктора откинулась на спинку. И тут у Валерии внутри что-то щёлкнуло. Оцепенение мгновенно спало, она поставила кружку с чаем на стол и подлетела к нему.

— Вик! Господи...

Она сорвала с себя плед, которым укрывалась, и принялась осторожно вытирать кровь с его лица. Руки тряслись. Она боялась причинить ему боль, а ещё боялась увидеть раны, несовместимые с жизнью...

Виктор открыл глаза, в которых не было боли, только усталость. Здоровой рукой он мягко отодвинул Валерию, дотянулся до кофейника, стоявшего на столике, и налил большую кружку холодного кофе.

Он выпил всё залпом. Почти пол-литра чёрной жидкости исчезли в нём за несколько секунд. Виктор шумно выдохнул, поставил кружку и посмотрел на неё ясным взглядом.

— Хорошо... Сухость в горле убрали, теперь можно и поговорить. Я вернулся. Ну, как дела?

Валерия отшатнулась, глядя на него как на безумца.

— Ты спрашиваешь, как дела? Посмотри на себя! Ты же живой труп!

— А я что? — Виктор оглядел своё тело, будто видел его впервые. — Это же не я у них в плену был.

— Да по виду, как будто ты! На мне вон ни одной царапины! А тебя как будто грузовик переехал!

— На тебе нет царапины по одной причине, — спокойно произнёс он. — Ты не химеролог. Они применяли ритуал выкачивания Дара.

— Так это была правда? Они и правда могут выкачать Дар?

— Ага. Судя по всему, научились, — Виктор поморщился, устраиваясь удобнее. — Хреново, кстати. Я не думаю, что только этот аристократ знает способ. Скорее всего, он работал в связке с кем-то ещё. Технология уйдёт на сторону. Это всё разойдётся по теневому рынку, и многим Одарённым придётся тяжело. Пока всё было настроено на химерологов, специфика такая. Но я уверен, со временем они найдут способ перенастроить оборудование и на стихийников, и на лекарей. Скажу так... Лично моё мнение таково, что для химерологов наступают очень тёмные и мрачные времена. А для меня настала пора тяжёлых выборов.

— Каких? — прошептала Валерия.

— Помочь им. Ну, и или пусть сами справляются, — он пожал здоровым плечом. — Всё-таки Империя без химерологии — это грустно, если учитывать, какие за стенами ситуации происходят. Без нас всех просто сожрут.

— Но зачем их выкачивать?

— Наверное, чтобы закачать в одного человека и создать сверх-Одарённого.

Валерия прижала ладонь ко рту. Сотни людей, высушенные до дна, чтобы напитать одного...

— Так это же... насколько сильный химеролог должен получиться?

— Ну, это мы, пожалуй, уже не узнаем.

— Почему?

Он сунул здоровую руку в карман разорванной куртки и вытащил оттуда крупный кристалл. Камень пульсировал внутренним светом, переливаясь всеми оттенками фиолетового и золотого.

— Ради него я, кстати, и дрался. Это Ядро. Накопитель. Сильный глава рода оказался. Но не такой сильный, как его гвардия.

Валерия уставилась на кристалл.

— Ты убил аристократа?

— Ну, не убил, — Виктор подбросил кристалл на ладони. — Да и аристократу сейчас явно не до меня. После того, что там произошло, ему хана полнейшая будет. Его лаборатория уничтожена, пленники освобождены, а этот камушек, в который он вложил миллиарды и годы работы, теперь у меня. В бега ему точно придётся податься. И очень быстро.

Он коротко рассказал о том, что случилось после её отъезда. О том, как он пробивался к Ядру через элитную охрану. О схватке с главой рода, который пытался использовать свою силу против него, но не справился с потоком. Об Агнессе, которая привела свои войска.

Валерия слушала, и слёзы снова потекли по её щекам. Она представила весь этот ад, через который он прошёл, и не выдержала. Упала перед креслом на колени и уткнулась лицом ему в грудь, прямо в грязную куртку.

— Дурак... — всхлипывала она. — Какой же ты дурак... Ты же мог умереть!

Она плакала, обнимая его, не хотела отпускать, боясь, что он сейчас умрёт. Виктор молчал. Просто положил здоровую руку ей на голову и гладил по волосам.

Постепенно её рыдания утихли. В приёмной стало тихо. Валерия подняла голову, чтобы посмотреть на него и... отшатнулась.

На лице Виктора не было ни царапины. Синяки исчезли, разбитая губа зажила. Она перевела взгляд на его руку — ту самую, что висела плетью. Виктор спокойно пошевелил пальцами, сжал кулак. Никаких переломов.

— Но... как? — прошептала она. — У тебя же... кость торчала...

Виктор пожал плечами, его глаза хитро блеснули.

— Ну, химерология умеет творить чудеса. Но почему-то многие предпочитают творить херню, знаешь ли.

Валерия смотрела на него, и реальность плыла перед глазами. Стресс, страх, слёзы и невероятная усталость окончательно добили её нервную систему.

— Я... я спать хочу, — пробормотала она. Глаза закрывались сами собой.

— Спи, — разрешил Виктор.

Она зевнула, прилегла на диван и отключилась прямо там, в приемной. Виктор легко, будто она ничего не весила, поднял её на руки и понёс в свой кабинет.

Сквозь сон Валерия слышала его тихий голос, но слова расплывались, теряя смысл:

— ...ну да, как всегда, в принципе... хотя у молодых химерологов энергия часто барахлит... это норма...

Она не поняла, о чём он. Да это было и не важно. Главное, что теперь он был рядом.

* * *

Я сидел в кабинете и пил уже, кажется, пятую чашку кофе, пытаясь заставить свой мозг работать в штатном режиме. После вчерашних приключений организм бунтовал, откат накрыл со страшной силой. Хотелось спать, есть и чтобы все отстали.

В дверь робко постучали.

— Ну кто там ещё? — тихонько буркнул я.

На пороге появился Роман. Вид у него был виноватый, как у нашкодившего котёнка.

— Виктор... я... это... Я хотел извиниться. Я должен был пойти с вами, чтобы попытаться остановить этих ублюдков. Я... я подвёл команду.

Я посмотрел на него поверх кружки.

— Рома, ты яды смешиваешь?

— Д-да...

— Хорошо смешиваешь?

— Ну... вроде никто не жаловался. Ну, из тех, кто выжил...

— Вот и иди смешивай. Каждый должен заниматься своим делом. Если бы ты полез в бой, мне пришлось бы спасать ещё и твою задницу. А у меня и так руки были заняты.

Роман шмыгнул носом, кивнул и испарился.

Следом зашла Катерина.

— Виктор, я тут подумала... Я могу связаться с родителями. У отца есть связи... Если я расскажу им, что там произошло, они могут выделить охрану...

— Катя, — прервал я её. — Ты ушла из рода. И теперь хочешь вернуться к ним с просьбой, чтобы они снова начали тобой помыкать?

— Нет, но... Валерия...

— С Валерией всё в порядке. А твои родители, узнав о проблемах, скорее всего, просто заберут тебя домой и запрут в башне до свадьбы с каким-нибудь старым пердуном. Скажи честно, тебе это надо?

Она помолчала, потом отрицательно мотнула головой.

— Вот и иди работай. Безопасность — это моя головная боль. И поверь, я на неё потрачусь так, что сюда даже муха без пропуска не залетит.

Они ушли, а я тяжело вздохнул. Косяк мой, признаю. Расслабился... Решил, что раз у меня есть Псих и Рядовая, то я неуязвим. А жизнь показала, что против лома нет приёма, если нет другого лома. Придётся укреплять оборону, и не только магическую.

Я перевёл взгляд на диван, где спала Валерия. Она так и не проснулась с момента моего возвращения. Подошёл к ней, присел на корточки и активировал истинное зрение.

Аура девушки изменилась. Раньше это было обычное человеческое биополе — ровное, тускловатое... Теперь же в нём появились странные вкрапления, искры чужой силы.

Тот артефакт, через который из неё пытались выкачать жизнь, сработал как насос, но в обратную сторону. Он пропустил через неё потоки силы других пленников, и часть этой силы осела в её организме.

— Поздравляю, Лера, — тихо прошептал я. — Ты теперь химеролог.

Правда, специфический. У неё не было активного ядра, она не могла трансформировать материю или управлять плотью. Но в её мозгу сформировался устойчивый блок — ментальная библиотека.

Я присмотрелся внимательнее.

— «Интуитивное понимание сути», — диагностировал я.

Пока что она не сможет вырастить крылья свинье. Но она с одного взгляда поймёт, почему эта свинья не летает, чем болеет и какой именно ингредиент нужен, чтобы её вылечить. Идеальный диагност, живой сканер. Для администратора клиники — это бесценный Дар.

— Виктор, у нас проблема... — прошептал Андрей, просовываясь в дверь. — Там клиент психует и орёт. Я не понимаю, чего он хочет, а он не слушает. Валерия ещё не проснулась?

Я посмотрел на спящую девушку. Будить её после такого стресса было бы свинством.

— Ладно, — я поднялся, -- сам разберусь.

Мы вышли в приёмную. Там стоял красный от натуги мужик и размахивал руками перед носом у Катерины, которая пыталась спрятаться за монитор.

— Добрый день, — сказал я. — Я лечащий ветеринар. В чём суть претензий?

Мужик резко повернулся ко мне, смерил взглядом.

— Значит, это ты здесь самый главный?

— Ну, да.

— Понятно, — бросил он, развернулся и вышел из клиники, хлопнув дверью.

Я стоял посреди приёмной и тупо смотрел на закрытую дверь.

Бляха-муха... И что это было? Что я сказал не так? Я же просто поздоровался и представился!

Это был уже четвёртый клиент за утро, который ушёл недовольным. Мы теряли деньги и репутацию. Без Валерии весь этот странный механизм под названием «клиентский сервис» рассыпался на шестерёнки.

Я же видел, как она работала. Заходит какая-нибудь истеричная тётка, начинает визжать. Лера подходит, улыбается, шепчет ей два слова на ухо — и всё! Тётка тает, оставляет щедрые чаевые и уходит лучшим другом клиники.

Вот и как она это делает? Магия или гипноз?

— Эх, мне её не хватает, — признал я вслух. — Очень не хватает.

Дверь снова открылась.

На этот раз в проём просунулся тип, который сразу вызвал у меня подозрение. Бегающий взгляд, потёртая куртка, отчётливый запах табака и лекарств.

— Принимаете? — хрипло спросил он.

— Смотря кого, — осторожно ответил я.

Он потянул поводок и за ним вошёл кенгуру. Зверь выглядел жалко — шерсть тусклая, глаза слезятся... Но главное — от него разило какой-то химией.

— Что с ним?

— Да вот... приболел, — уклончиво ответил мужик. — Сумка у него... того. Кажется, заросла.

Я подошёл ближе. Действительно, сумка на животе кенгуру срослась, превратившись в уродливый шрам. Ткани воспалились, началась мутация.

— Интересный случай, — протянул я. — Откуда зверь?

— Купил.

— Врёшь. От него несёт больничным складом за версту. И от тебя тоже.

Мужик напрягся, сунул руку в карман...

— Спокойно, — я поднял ладонь. — Тут не отдел полиции. Мне плевать, где ты его взял. Мне важно знать, чем он напичкан, чтобы вылечить.

Я достал телефон, сфоткал мужика (незаметно, пока осматривал кенгуру) и отправил фото Агнессе.

«Пробей этого кадра. Срочно».

Агнесса сработала оперативно, ответ пришёл через две минуты.

«Иван Нечаев, санитар в городской больнице №3. Родной брат волонтёр, содержит приют для бездомных детей на Лиговке».

— Значит, воруешь лекарства у богатых и лечишь бедных? — тихо спросил я.

Нечаев побледнел.

— Я... детям нужно...

— А кенгуру здесь при чём?

— Я в нём выносил, — признался он, опустив голову. — У него сумка большая. Я туда ампулы складывал и таблетки... А одна ампула разбилась внутри. Какая-то экспериментальная дрянь. И вот...

Сумка срослась под действием регенеративного состава, перемешанного с мутагеном.

— Понятно. Контрабандист-неудачник.

Я повернулся к коридору.

— Кенгу! Иди сюда! Тут твой земляк в беде.

Прискакал мой курьер, и, увидев собрата, удивлённо ухнул.

— Пообщайся с ним, — попросил я. — Успокой, скажи, что мы его починим.

Кенгу подошёл к собрату, наклонился и начал издавать странные цокающие звуки. Больной кенгуру ответил ему слабым писком. Они «поговорили» минуту. Мой Кенгу обернулся ко мне и кивнул, мол, «пациент готов, не буйный».

Я забрал кенгуру в операционную. Так-то процедура была не сложной — всего-навсего заново сформировать ткани, разделив сросшиеся слои кожи и мышц. Но мои руки дрожали, потому что энергии осталось всего ничего — ночная битва выжала меня почти до суха.

Я устало опустился на стул и включил висящий на стене телевизор. Сил не было даже на подумать.

— ...экстренный выпуск новостей! — бодро вещала девушка с экрана. — Громкое разоблачение в самом сердце столицы!

Я сделал звук погромче.

— ...графиня Агнесса Павловна Новикова, известная своей благотворительной деятельностью, сегодня утром получила анонимный звонок о готовящемся преступлении. Проявив гражданскую сознательность и личное мужество, она, вместе со своим братом Михаилом, направилась по указанному адресу...

Я хмыкнул. «Анонимный звонок». Ну да, конечно.

— ...несмотря на высокий статус владельца поместья, графа Аристарха Богатова, госпожа Новикова инициировала проверку. И её подозрения подтвердились!

На экране показали кадры, как гвардейцы Новиковых выводят из подвалов измождённых людей.

— В подземельях поместья обнаружено более двухсот человек! Похищенные граждане Империи, которых удерживали в нечеловеческих условиях! Примечательно, что среди спасённых нет ни одного Одарённого. Все они лишены Дара. Следствие полагает, что над ними проводились чудовищные эксперименты по изъятию магической силы...

В кадре появился представитель графа Богатова — скользкий тип в очках.

— Мой клиент глубоко шокирован этими новостями! — вещал он в микрофоны журналистов. — Граф Богатов не проживал в этом имении уже восемь лет! Оно сдавалось в аренду частным лицам. Мы готовы оказать полное содействие следствию и предоставить все документы...

— Ага, сдавалось, — я рассмеялся. — Конечно. Сдал в аренду под концлагерь и не заметил.

— ...также сообщается, что в ходе операции имение самой госпожи Новиковой подверглось вероломному нападению!

На экране показали дымящиеся руины забора и воронки на газонах поместья Новиковых.

— Неизвестная группировка попыталась воспользоваться отсутствием хозяйки и захватить резиденцию. Однако, благодаря оперативной информации, трагедии удалось избежать...

А вот здесь пришлось перестраховаться и позвонить Донскому Дмитрию Львовичу с просьбой проследить за имением Новиковых. Он сначала отказывался, мол, не может опираться только на мои предположения. Однако, в конце концов, даже моего довода «птичка напела» оказалось достаточно, чтобы инспектор пошуршал по своим связям и помог.

— ...лично Император отдал приказ о вмешательстве! — вещал диктор. — Подразделения императорской гвардии прибыли на место и в считанные минуты подавили сопротивление нападавших! Все преступники задержаны!

— Красиво, — констатировал я. — Агнесса теперь национальная героиня. Спасительница, меценат и борец с преступностью. Император её лично защищает. Богатов в заднице. А я...

Я попытался сжать кулак, но пальцы слушались плохо, по жилам пробежала неприятная дрожь истощения.

А мне надо как следует отдохнуть, чтобы восстановить силы. А то даже кенгуру не могу вылечить. Дожили, блин.

* * *

Ветеринарная клиника «Добрый Доктор»

Кабинет Виктора

Валерия подскочила на диване, судорожно хватая ртом воздух. Крик застрял в горле, превратившись в сдавленный хрип. Сердце колотилось об рёбра, а перед глазами всё ещё стояли жуткие картинки: подвал, клетки...

Она моргнула, прогоняя пелену кошмара. Вокруг — знакомые стены и тихий гул холодильника в углу.

Это клиника, кабинет Виктора. Она в безопасности.

Валерия выдохнула, чувствуя, как напряжение медленно отпускает. Во рту пересохло так, что язык казался наждачной бумагой.

— Воды... — прошептала она, облизывая потрескавшиеся губы. — Пить хочу, умираю...

Вставать сил не было. Она вяло пошарила рукой по столику рядом, надеясь наткнуться на стакан. Но ничего не нашла.

— Вон, под диваном, — раздался тонкий голосок, — бутылка закатилась.

— О, спасибо, — машинально ответила Валерия.

Не глядя, она пошарила рукой по полу. Есть! Пальцы быстро наткнулись на гладкий пластик.

Она жадно припала к горлышку, делая большие глотки. Вода была тёплой, но казалась вкуснее самого дорогого шампанского.

Валерия откинулась на подушку, блаженно зажмурившись.

— Фух... Жить стало легче. Спасибо тому, кто подсказал.

Она открыла глаза, собираясь поблагодарить собеседника. И замерла в растерянности. В кабинете никого не было.

Валерия медленно оглядела комнату. Пустое кресло Виктора... Закрытая дверь...

— Ну вот, приехали, — прошептала она. — Молодец, Лерочка, доработалась. Голоса в голове. Шизофрения, стадия первая, активная...

— Слушай, это всё, конечно, очень трогательно, что ты там в себя приходишь и рефлексируешь, — раздался тот же писклявый голос. — Но мы, между прочим, не глажены. А ты обещала...

Валерия перестала дышать. Голос шёл не из головы, а откуда-то снизу, от пола. Она очень медленно, боясь сделать резкое движение, свесилась с края и посмотрела вниз.

Прямо перед диваном, выстроившись в шеренгу, стояли три хомяка. Те самые, из спецотряда. Они стояли на задних лапках, скрестив передние на груди, и смотрели на неё с укором.

— Да нет... — выдохнула Валерия. — Этого не может быть. Я сплю. Или умерла?

— Что «нет»? — пискнул центральный хомяк. — Гладить будешь или нам жалобу писать?

Валерия взвизгнула и поджала ноги на диван.

— А-А-А!!!

Хомяки синхронно закрыли уши лапками.

— А-А-А!!! — передразнил её один из них. — Чего орёшь?

Валерия прижала ладони к щекам, испуганно глядя на грызунов.

— Вы... вы разговариваете?!

— Ну да. А ты нас понимаешь. Хозяин так и сказал, что так будет. Побочный эффект от твоей «зарядки».

— Какой зарядки?! Какого хозяина?! — она щипала себя за руку, но сон не проходил. — Почему я хомяков понимаю?!

Сверху раздалось хлопанье крыльев. На спинку дивана приземлился Кеша.

— Ну, и не только хомяков, — каркнул он, склонив голову набок. — Доброе утро, спящая красавица. Как самочувствие? Крыша на месте?

Валерия перевела взгляд на попугая.

— Ну, тебя-то я и раньше понимала! Ты же говорящий!

— А, ну да, ну да... — Кеша смущённо почистил пёрышко. — Забыл. Привык уже, что я уникальный. Но теперь ты слышишь суть, дорогая моя. Суть!

Дверь в кабинет открылась и внутрь вошёл Псих. Он оглядел комнату, остановился напротив дивана и посмотрел на Валерию. В её голове раздался низкий бас:

«О, единственная здесь адекватная проснулась. Это хорошо... Она вкусно кормит и приятно за ухом чешет... Надо бы ей намекнуть про ту говяжью косточку, которую она вчера притащила из магазина...»

Псих вильнул хвостом и прошёл мимо, направляясь к своей миске.

Валерия сидела, приоткрыв рот. Её мир, который и так в последнее время трещал по швам, окончательно рухнул, рассыпавшись на тысячи говорящих осколков. Она разговаривала с хомяками... Она слышала мысли собаки...

В этот момент в кабинет вошёл Виктор.

— О, вижу, ты проснулась! — улыбнулся он, проходя к столу. — Ну, как тебе твои новые способности? Оценила качество связи?

— Вик, убери это, — прошептала Валерия. — Убери немедленно. Я не хочу знать, что говорят хомяки. И не хочу слышать, как рассуждает собака.

— Увы, Лера, — Виктор развёл руками, — это теперь с тобой навсегда. Побочный эффект от того, что через тебя прокачали энергию сотни химерологов. Твой мозг перестроился. Ты теперь идеальный коммуникатор.

Он взял со стола яблоко и катнул по полу к хомякам, который поймали его.

— Зато представь перспективы! — продолжил Виктор. — Ты теперь будешь знать, что эти пушистые хотят на самом деле. Никаких догадок, никаких «почему он скулит». Прямой диалог! Это же мечта любого администратора ветеринарной клиники!

Валерия посмотрела на него. Потом на хомяков, которые дружно грызли яблоко. Потом на Психа, который с надеждой смотрел на холодильник.

И вдруг её лицо начало меняться. Уголки губ дрогнули, поползли вверх. Она начала улыбаться. Шире, ещё шире...

— Видишь? — обрадовался Виктор. — Я же говорил! Во всём есть плюсы! Ты оценила перспективы!

— Да нет, я не за это, — она хихикнула. — Я просто вспомнила... Ты же сказал, что мне зарплату в два раза повышаешь, — она откинулась на подушки и заливисто рассмеялась. — За двойной оклад я готова слушать даже сплетни тараканов! Неси контракт, шеф! Я в деле!

Глава 5

Валерия сидела напротив и вела себя странно. Она то и дело дёргала головой, резко оборачивалась на стены или косилась на пол, ожидая засады партизанского отряда.

— Лера, — я щёлкнул пальцами у неё перед носом. — Земля вызывает Валерию. Приём. Слышишь меня?

Она вздрогнула, с трудом фокусируя взгляд.

— Слышу я, — пробормотала она и принялась массировать виски. — Просто это невыносимо, Вик. Какой-то дурдом.

— Что именно? — я откинулся в кресле, с любопытством наблюдая за проявлением её нового таланта.

— Да всё! Ты пойми, я сегодня первый день после того подвала вышла на полноценную смену. Ожидала рутины. Ага, щас! — она нервно хихикнула. — Приходит утром женщина, настоящий божий одуванчик. Принесла мини-пига в розовом комбинезоне и рыдает: «Доктор, спасите, Пухля умирает! Он проглотил батарейки от пульта! Я видела, как он жевал пластик, а деталей нигде нет! Ему нужно срочно резать животик!».

Валерия округлила глаза.

— Я смотрю на этого Пухлю, а он пялится в ответ. Я теперь слышу животных, Вик! Он орал прямо мне в мозг басом перепившего мужика: «Да не жрал я твои батарейки, дура старая! Они под диван закатились! У меня живот крутит из-за вчерашнего просроченного творожка! Дай слабительного, и я тебе прямо здесь докажу отсутствие чужеродных предметов!».

— И что ты предприняла? — улыбнулся я.

— А какие варианты? — Валерия схватилась за голову. — Хозяйка рыдает про скальпель, поросёнок требует туалет, Псих в углу откровенно ржёт. Я похлопала глазами и брякнула бабке: «Поищите под диваном». Она на меня вытаращилась, однако позвонила домой сыну. И угадай финал? Запчасти от пульта нашлись!

— Ну вот, — кивнул я. — Прекрасная диагностика.

— Ты издеваешься?! — возмутилась она. — Вик, я теперь знаю мнение уличной вороны о моей причёске! Птица уверена, что у меня на макушке сгоревшее от удара молнии гнездо! А бобёр с вывихом вообще общается сплошным матом. Можно этот поток мыслей как-то выключить?

— Никак, — честно ответил я. — Это сродни умению читать. Видишь буквы и автоматически складываешь их в слова. Со временем ты освоишь фильтрацию, придёт с опытом. На шумном вокзале тоже сначала уши закладывает, а затем фоновый гул перестаёт отвлекать, позволяя выхватывать только нужные звуки.

— Легко тебе рассуждать, — буркнула она. — У тебя есть практика.

Я посмотрел на неё и задумался. Опыт здесь играл вторичную роль. С Валерией происходил совершенно уникальный феномен.

В начале моего пути в этом мире понимание мыслей химеры требовало целого ритуала. Мне приходилось глубоко погружаться в чужое сознание, настраиваться на незнакомую волну, искать бреши и взламывать ментальные барьеры. Серьёзная энергозатратная работа.

Сейчас же голоса звучали сами по себе. Стоило моему телу перестроиться, а душе адаптироваться к местным реалиям, и преграды исчезли. Процесс стал таким же естественным, как моргание.

С Валерией всё обстояло иначе. Изначально неодарённая, полностью изолированная от магии девушка пропустила через себя колоссальный объём энергии химерологов. Вместо искажённых обрывков у неё сформировался прозрачный канал связи. Никаких подготовок или моей страховки больше не требовалось. Она напрямую считывала суть животного, демонстрируя высшую градацию эмпатии, недоступную большинству признанных мастеров.

«Забавно, — пронеслось у меня в голове. — Истинный химеролог способен сконструировать бессмертное существо. Ту же Каю невозможно уничтожить обычными методами, она создана исключительно для службы и будет выполнять приказы. Валерии конструировать никого не требуется. Ей достаточно понимания. Зверь моментально улавливает готовность к диалогу, и такая связь работает эффективнее любой подавляющей магии».

Она нахваталась моих эманаций, пропиталась фоном клиники, пережила пытки и в итоге банально эволюционировала. Бесплатно, сердито, крайне эффективно.

— Привыкнешь, — произнёс я вслух. — Тебе начнёт нравиться. Станешь лучшим диагностом во всей Империи. Кто ещё способен объяснить клиенту отсутствие депрессии у его кота элементарной покупкой дешёвого корма?

— Надеюсь, ты прав, — Валерия слегка улыбнулась. — Ладно, пойду. В коридоре какая-то шиншилла очень громко ругается, надо выяснить причину.

Она вышла, а я занялся сборами на грядущую встречу.

* * *

Кафе для беседы с Дмитрием Львовичем Донским оказалось тихим и приличным местом. Внутри из живности плавали лишь аквариумные рыбки.

Инспектор уже занял дальний столик. Перед ним остывал эспрессо и лежал нетронутый круассан. Следователь выглядел донельзя озадаченным.

— Приветствую, Виктор, — он не изменился в лице, когда я опустился на стул напротив.

— И вам не хворать, Дмитрий Львович. У вас такой вид, словно пришлось вручную заполнять гору протоколов.

— Если бы, — тяжело выдохнул он. — Дела обстоят хуже.

— Что с Богатовым? — спросил я напрямую. — Говорят, поднялась серьёзная шумиха.

Донской поморщился и, настороженно оглядевшись, подался вперёд.

— Дело полностью засекречено. Расследование передали в Высшую Канцелярию с предельным допуском. Я тебе ничего не говорил, но графа мы упустили.

— Да ладно? — я правдоподобно изобразил удивление.

Хотя подобный исход был вполне предсказуем. Крысы вроде Богатова всегда готовят пути отхода.

— Объявлен во всеимперский розыск, — прошептал инспектор. — По оперативным данным, город он не покидал, а банально залёг на дно.

— Неужели с вашими ресурсами нельзя вытащить его за шкирку?

— Ты не осознаешь масштаб проблемы. У графа хватает должников, спящих агентов и рычагов влияния на всех уровнях власти. Его поиски способны затянуться до бесконечности. Паутина выстроена идеально: трогаешь одну нить, и сигнал мгновенно сбрасывается в безопасную зону.

Донской отхлебнул кофе и скривился от горечи остывшего напитка.

— К тому же, его армия стряпчих перешла в наступление. Они буквально заваливают суды апелляциями, встречными исками о клевете, процессуальными жалобами и требованиями дополнительных экспертиз. Пытаются парализовать ход следствия. Попутно в игру вступили другие аристократические рода. Конкуренты хотят добить старика ради дележа активов, бывшие союзники пытаются сохранить его капитал. Настоящий серпентарий.

— Улики по базе и заложникам слишком весомые, — заметил я.

— Верно, — согласился инспектор. — Вот только он переведёт стрелки на исполнителей. Назовёт лабораторию самоуправством охраны или гнусной провокацией конкурентов. В сложившейся системе координат он реально может избежать быстрого приговора.

Мы потратили ещё несколько минут на обсуждение смежных деталей, после чего собеседник замолчал. Донской безотрывно смотрел в окно. Искренний служака упёрся в бетонную стену коррумпированного механизма и пытался переварить собственное бессилие.

Он снова повернулся ко мне. В его взгляде читалось явное намерение расспросить об источниках моей осведомлённости и методах добычи координат тайного объекта.

Пришлось перехватывать инициативу.

— Слушайте, Дмитрий Львович. Вас физически не напрягает ходить с наглухо заблокированным нижним ядром?

Донской так и остался сидеть с приоткрытым ртом. Готовые сорваться с губ вопросы растворились в воздухе.

— Вы имеете в виду... — он часто заморгал. — Какое ещё ядро?

— Эфирное. Нижнее.

Мой повседневный тон намекал на указание мелкого пятнышка на его лацкане.

— У каждого одарённого есть шесть базовых эфирных узлов, — я принялся чертить пальцем невидимую схему над чашкой. — Пять из ваших функционируют откровенно скверно из-за суженых каналов и шлаков. Шестое располагается в области нижнего дань-тяня. Оно забито капитальной энергетической пробкой, перекрывающей любую циркуляцию.

Следователь впал в глубокий ступор.

— Какая пробка? — сипло переспросил он. — У специалистов моего профиля формируется стандартная однородная аура.

— Типичная ошибка академической выучки, — я покачал головой. — Учат скользить по поверхности. Сейчас продемонстрирую. Разрешите?

Я протянул руку через разделявшее нас расстояние. Инспектор даже не шелохнулся. Указательный палец ткнулся в точку на его животе чуть ниже солнечного сплетения. От моего средоточия в тело офицера ушёл сфокусированный импульс.

Мужчину ощутимо подбросило на стуле. По меридианам химеролога прокатился настоящий электрический разряд, заставив волосы на висках встать дыбом. Спохватившись, он вернул съехавшую на кончик носа оправу на переносицу.

— Ух! — выдохнул он, держась за ребра. — Какого чёрта?!

— Элементарная прочистка, — спокойно отозвался я. — Тепло чувствуете?

Донской прислушался к организму. Мимика его лица стремительно менялась.

— Горячо. Дышать почему-то стало свободнее. Привычная тяжесть в икрах исчезла.

— Классический результат нормального прохождения потока через цепь, — пояснил я. — Преграду убрали. Настоятельно рекомендую подобрать подходящий комплекс профильной гимнастики, иначе каналы вновь зарастут грязью к зиме.

Прежняя настороженность в глазах оперативника сменилась щенячьим восторгом.

— Ни слова о подобном не читал. Узелков ровно шесть у всех поголовно? А конкретно у тебя сколько?

Я вальяжно откинулся на спинку кресла.

— Одно-единственное.

Лицо Дмитрия Львовича комично вытянулось, после чего губы тронула снисходительная полуулыбка. Ход его мыслей читался на раз-два. Математика работала против меня: обладатель шести центров потенциально превосходит человека с одиночным генератором.

— Ну, это тоже весьма достойно, — протянул инспектор, изо всех сил маскируя накатившее самодовольство. — Главное уметь распорядиться талантом.

— Абсолютно верно, количественное преимущество за вами.

Объяснять разницу между шестью вялыми сгустками и монолитом Демиурга не имело смысла. Его узелки едва выдавали крохи энергии, тогда как моего источника хватило бы для поддержания щитов небольшого материка. Сводить энергетику Донского в единую структуру я пока не собирался. Неподготовленная физиология сгорит от скачкообразного роста давления. Пусть наслаждается ролью владельца шести новеньких батареек.

Карман куртки завибрировал от входящего звонка. На экране высветилось имя Беркута.

— Вынужден прерваться, — я поднялся из-за стола. — Служебная необходимость.

— Разумеется, — Донской глубоко ушёл в анализ пульсации своего новообретённого нижнего дань-тяня.

Я принял вызов.

— На связи, Семён Петрович.

— Мы свели воедино данные по крайнему рейду, командир. Можем предоставить полную выкладку по текущему статусу подразделения.

— Выезжаю на базу.

Оставив одухотворённого чиновника наедине с чашкой кофе, я направился к выходу.

* * *

Бойцы группы ждали моего прибытия в просторном тренировочном зале особняка.

— Внимательно слушаю, — я опёрся поясницей о край длинного стола.

Беркут раскрыл кожаную папку. Наёмник сразу перешёл к озвучиванию сухой статистики, за которой прятались часы патрулирования.

— Проведены четыре выхода в Жёлтую зону и два в Оранжевую. Ликвидированы три логова местных паразитов. По общему числу уничтоженной фауны, — командир отряда сверился со списком, — ровно сто сорок восемь единиц. Двадцать девять тварей относились к низшему D-рангу, четырнадцать затянули на крепкую «цэшку».

Рядом с отчётом легла увесистая стопка глянцевых снимков. Артефактная оптика зафиксировала каждый трофей.

— Протокол соблюдён. Координаты вбиты в метаданные.

— Принято, — я пролистал несколько верхних фотокарточек. — Очки рейтинга гильдии пойдут в дело.

— Состав цел, безвозвратных потерь нет. Троим парням задело руки по касательной, однако применение выданных мазей вернуло их в строй. Слияние с питомцами проходит без отклонений.

Семён Петрович мотнул головой в сторону угла комнаты. Модифицированные животные распластались на коврах плотным клубком.

— Мы перешли на бессловесный контакт. Кузьмич вчера полез в рюкзак, а его членистоногий напарник уже перекинул хозяину армейскую флягу.

— Углубление синхронизации даёт такие побочки, — успокоил я собравшихся. — Следующим этапом пойдёт трансляция фоновых эмоций.

— С материальным обеспечением ситуация сложнее. Сетки захвата израсходованы подчистую. В гранатных сумках пусто, перевязочные пакеты пришлось переполовинить. Расход большой из-за запрета на экономию боекомплекта. Заливали сектора с максимальной дистанции.

Принесённый бланк заказа поставок занимал два листа.

— Логичный исход, — согласился я. — Закупка патронов обходится дешевле лечения или похорон. Сводите смету по всем позициям. Усиленные боеприпасы и гранаты я проконтролирую лично.

— Дополнительные потребности имеются? Жалобы, предложения?

— Грех жаловаться при текущем раскладе, — усмехнулся старый вояка.

Я пробежался взглядом по лицам подчинённых. Тень застарелой обречённости, присущая списанным инвалидам во время нашей первой встречи, окончательно рассеялась. Вернулась выправка, в движениях появилась резкость, а в глазах читалась целеустремленность.

У входных дверей топтался Ржавый. Тот самый стрелок, увлёкшийся поглощением крупы после прохождения курса модификаторов. Сегодня вместо форменного камуфляжа на нём висела цветастая худи в сочетании с потёртыми джинсами, плечо оттягивала пузатая спортивная сумка.

— Решил покинуть наши ряды? — поинтересовался я. — График отгулов мы уже утверждали.

Беркут обернулся к парню и спрятал ухмылку в седых усах.

— Выпросил увольнительную на вечер. Исключительно по семейным обстоятельствам.

— Одобрено.

Дождавшись подтверждения, Ржавый коротко салютовал свободным кулаком и выскользнул в коридор.

* * *

Трамвай №15, окраина Петербурга

Ржавый — ветеран спецподразделения Игнат Петрович — чувствовал себя дезертиром.

Вагон еле-еле тащился по рельсам, а старого вояку изнутри грызла совесть. Сегодня группа должна идти на зачистку сектора в паршивое место с болотными тварями, где пригодится лишний ствол или нож. А он взял отгул впервые за месяц службы у Виктора.

Игнат Петрович покрепче перехватил трость с орлиным набалдашником. Она превратилась скорее в аксессуар и маскировку. От хромого пенсионера никто не ожидает особой прыти.

Причиной самоволки стала внучка Оленька, единственный родной человек. Её утренний звонок заставил сорваться с места. Слёзы, всхлипывания, сбивающееся дыхание, бессвязные фразы про аварию да долги... Ветеран с трудом разобрал суть происходящего.

Камнем преткновения оказалась машина, подаренная три года назад. Игнат тогда только вышел в отставку. Выплаченные за простреленное колено компенсационные гроши полностью ушли на покупку надежного вездехода отечественной сборки.

Оленьке личный транспорт был жизненно необходим. Врожденная дисплазия тазобедренного сустава сделала одну ногу короче другой, поэтому поездки в институт через весь город превращались в сплошное мучение. И теперь какая-то гнида отобрала у девочки этот подарок.

— Конечная, «Гаражный кооператив Северный», — прохрипел динамик.

Игнат спустился на размытую обочину. У входа в кирпичный лабиринт жалась к стене его хрупкая внучка, вытирая мокрое лицо рукавом куртки.

— Деда! — она сделала неуверенный шаг навстречу и тревожно оглянулась. — Зачем ты приехал? Я же говорила, что сама всё улажу...

— Поговоришь с теми, кто тебя на счётчик поставил? — хмуро спросил старик.

— Сказали принести сорок тысяч, — Оля шмыгнула носом. — Я по подругам поскребла, с карточки остатки сняла, даже копилку разбила... Вышло четыре. Думала отдать авансом ради отсрочки.

В нынешних реалиях на требуемую сумму можно было купить квартиру в спальном районе либо толковый боевой артефакт.

— За что именно долг?

— Моя машина сорвалась с ручника у магазина и въехала в их джип. Владельцы заявили про дорогой ремонт из-за хрустальных фар. Забрали ключи, пригрозили без денег не возвращаться.

История откровенно разила дешевым разводом. Игнат поудобнее перехватил трость и кивнул:

— Веди к вашим банкирам.

— Куда? Тебе же нельзя, там натуральные бандиты стоят!

Ветеран нарочито сгорбился. Внучка подхватила его под руку и, мелко подрагивая от нервов, повела вдоль бетонных заборов. У одного из распахнутых боксов дымил мангал. Рядом отирались трое крепких парней. Малолитражка Оли оказалась зажата в углу, а выезд ей перекрывал чёрный внедорожник с едва помятым бампером.

Навстречу шагнул высокий сутулый парень с банкой пива в руке.

— Явилась! Бабло принесла? Я уже замаялся пацанов отговаривать, они твою тарантайку на болты пустить хотят.

В говорившем Игнат признал Виталика, парня Оли, о чьей заботе девушка прожужжала деду все уши. Сейчас этот ухажёр довольно скалился в компании гопников.

— Виталик, ты же обещал помочь... — прошептала внучка.

— А я договорился, чтоб тебе счётчик до вечера не врубали. Цени подход.

Из гаражных недр вывалился бритоголовый здоровяк.

— Бабки принесла? — гулко выдал он.

— Вот четыре тысячи, больше собрать не смогла. Отдайте машину, пожалуйста.

Амбал выдернул конверт, проверил содержимое и смачно сплюнул на асфальт.

— Четыре куска? Слышь, я сорок велел тащить. Один ремонт на двушку потянет, плюс моральный ущерб, подбор краски, простой транспорта!

— А за что платить? — Игнат поднял взгляд.

— Это что за ископаемое приперлось?

— Мой дедушка, — Оля попыталась заслонить старика.

— Тот самый контуженный герой? — встрял Виталик. — Олька, на кой чёрт ты этот антиквариат приволокла? Заберут ведь по скорой.

— Помолчи, — бросил Игнат. — На бампере вашего ведра видна старая ржавчина. Да и внучкина малолитражка находилась на стояночном тормозе. Сама она покатиться не могла.

Мужики у мангала переглянулись и подобрались.

— Эксперт нарисовался, — шагнул вперед бритый. — Варежку захлопни, пока челюсть на месте. Тут серьезные люди бизнес обсуждают.

— Верните ключи и извинитесь перед девушкой. Иначе пожалеете.

Здоровяк навис над незваным гостем всем своим немалым весом.

— Топай домой, пенсия. Девка останется отрабатывать долг.

Виталик решил покрасоваться перед товарищами и тоже выдвинулся вперед:

— Мужики, дайте я сам. Мой почти родственничек всё-таки. Дедуль, не мешай взрослым вопросы решать.

Он попытался выбить трость быстрым пинком под основание, рассчитывая уронить старика в лужу. Удар пришелся в цель. Деревянная палка даже не дрогнула в руке ветерана. Виталик непонимающе моргнул и вцепился в нее двумя руками. Ветеран резко дернул свое оружие на себя и с оттягом врезал нападающему по голени. Раздался хруст, ухажер с воем рухнул на колени.

— Вали старого! — рявкнул бритый.

Трое сорвались с места одновременно. Внучка зажмурилась. Вместо ожидаемых звуков избиения в гаражном проулке раздался влажный треск и сдавленные стоны. Бежавший первым отлетел назад от короткого удара ногой в грудь. Модифицированные мышцы вложили в движение достаточную массу кинетической энергии, впечатав тело гопника в железные ворота бокса.

Второй попытался достать монтировкой. Игнат жестко заблокировал замах предплечьем и коротко ударил локтем в открытую челюсть.

Оставшийся на ногах главарь выдернул из кармана выкидуху и бросился вперед, метя лезвием в живот. Ветеран намеренно подставил руку. Острие распороло ткань куртки, скрежетнуло по уплотнившейся плоти и ушло в сторону без малейшего вреда. Дарованный Виктором атрибут каменной кожи справлялся с такими мелочами легко. Следом удар коленом в солнечное сплетение заставил амбала согнуться пополам, а апперкот завершил скоротечную стычку.

Четыре тела теперь валялись на земле вповалку. Кто-то скулил, держась за разбитое лицо, кто-то пребывал в глубоком нокауте. Игнат обшарил карманы здоровяка, выудив знакомый брелок.

— Заводи, поехали отсюда.

Оля завороженно переводила взгляд с поверженных вымогателей на распрямившего спину деда.

— Как у тебя колено не подвело? Ты же недавно еле ходил.

— Нашел толкового начальника. Заодно вылечился. Теперь могу без проблем приехать и разобрать на запчасти тех, кто обижает мою родню. Бывшего своего можешь смело блокировать везде, — добавил он, садясь на пассажирское сиденье.

Оля поспешно залезла за руль и провернула ключ зажигания. Внутри Ржавого всё ликовало от физической разминки и выполненного долга. Сердце билось ровно, суставы работали исправно. Если бы здесь оказались Седой, Кабан или тот же Торквемада, от местных авторитетов не осталось бы даже воспоминаний. Ребята размазали бы гопников по кирпичной кладке. Сам он на их фоне выглядел добрейшей души человеком, выписав подлецам хороший урок на будущее.

* * *

Секретная база рода Богатовых

Граф Аристарх Богатов лежал на медицинской кушетке среди хитросплетения трубок. Магические капельницы вгоняли в вены дозы регенерирующего коктейля. Светящаяся голубым жидкость должна была приносить успокоение, однако клокочущую внутри злость она остудить не могла. Перед глазами постоянно прокручивались события минувшей ночи.

Величие находилось на расстоянии вытянутой руки. Резонирующее с драконьим сердцем Ядро послушно отзывалось на магический зов. Энергия запущенного процесса перестраивала организм, навсегда отделяя Богатова от простых смертных. До окончания фазы синхронизации оставалось жалких сто двадцать секунд.

И в этот момент неизвестный ублюдок перебил охрану, выбив артефакт прямо из рук хозяина.

Аристарх до зубовного скрежета отказывался понимать произошедшее. Ядро в стадии активного слияния превращалось в сгусток концентрированной смерти для посторонних. Вора должно было испепелить. А тот спокойно схватился за пылающий предмет голыми руками.

В завязавшейся драке не помогли ни личная гвардия, ни резервы химер, ни тяжелые боевые плетения самого графа. Вторженец двигался за гранью человеческих пределов. Переломав хребет лучшей твари из питомника, он проломил стену особняка и растворился во тьме вместе с будущим древнего рода.

Финальной пощечиной стал отказ системы самоуничтожения. Кнопка детонатора, призванная похоронить победителей под обломками, щелкнула впустую. Техники уже доложили о причине. Коммуникации, заряды и дублирующие магические контуры оказались перегрызены. В подземельях поработала организованная стая крыс. С чудовищной сворой грызунов мог справиться только химеролог запредельного уровня контроля.

Створки палаты разъехались в стороны, пропуская советника Вениамина.

— Докладывай, кто навел их на след, — Аристарх попытался приподняться на локтях.

Советник остановился поодаль от медицинской аппаратуры.

— Ситуация неоднозначная, ваше сиятельство. В деле всплыла Агнесса Новикова, она сейчас плотно сотрудничает с Империей.

— Кто такая?

— Графиня из обедневшего рода. По официальной версии она среагировала на анонимный сигнал и лично освободила заложников. Власти лепят из девчонки национальную героиню вплоть до императорских благодарностей.

— У нее в жизни не хватило бы сил на прорыв периметра поместья.

— Тем не менее заложников вывезли именно её люди. Ликвидация в текущих условиях вызовет огромный резонанс из-за поднятой прессой шумихи. Придется затаиться минимум на пару недель.

Аристарх устало прикрыл глаза. Будь на месте девчонки Меркулов или кто-то из Рудаковых, они бы под шумок захватили активы и добили конкурента. Девочка же со слабой армией и смешным капиталом просто поиграла в спасательницу.

В памяти всплыла знакомая фамилия.

— Это те Новиковы, чей род мы почти вырезали силами партнеров?

— Точно так, родители нынешней главы.

— Надо было добивать подчистую, — процедил сквозь зубы Богатов.

— Тогда возникли сложности с исполнением.

— Плевать, она обычная пешка-таран в чужих руках. — Граф резко выдернул иглу капельницы из вены. Запищал кардиомонитор. — Процесс поглощения завязан на мою ментальную структуру. Чужак не сможет уничтожить или использовать артефакт, зато фонить Ядро не перестанет. Идеи по поиску есть?

— Мы спустили Ищейку.

— Давно пора.

— Специалист уже взял фоновый след. Он гарантирует скорый возврат объекта.

Богатов удовлетворенно выдохнул. Ищейками называли шедевры подпольной химерологии. Сильнейшие Одарённые переживали трансформацию тела в живой радар под тоннами мутагенов и алхимических смесей. Перестройка органов чувств выводила их восприятие на недосягаемый уровень. Получившийся охотник вычленял магические аномалии и отслеживал старые запахи в любых условиях.

Платой за функционал служило тотальное расстройство рецепторов. Отсутствие чувства насыщения заставляло Ищеек поглощать любую органику, превращая их в вечно голодных, озлобленных монстров с человеческими лицами. Нарушенная терморегуляция и подавленный болевой порог лишь улучшали преследовательские навыки.

— Что за материал в основе? — уточнил граф.

— Бывший химеролог высокого ранга. Знание повадок коллег поможет выследить вора.

— Вор предельно опасен.

— Ищейка всегда работает на результат, ваше сиятельство.

Богатов опустил ступни на холодный пол. Отголоски силы драконьего сердца пульсировали в венах, наполняя тело первобытной мощью.

— Пусть поторопится с доставкой.

Граф взглянул в настенное зеркало. На дне его зрачков медленно разгоралось багровое пламя. Прерванный ритуал требовал скорейшего завершения.