Идеальный мир для Химеролога 6

Глава 1

Я сунул руку в карман куртки и нащупал тёплое шероховатое тельце.

— Ну что, подруга, выспалась?

Вытащил наружу огненную саламандру, недавно «обезвреженную» прямо у меня в клинике. Сейчас животинка размером походила на крупную ящерицу и еле шевелилась. Я погладил чешуйчатую голову. Питомица приоткрыла один глаз, выпустила из пасти крохотное облачко пара и ткнулась влажным языком в мой большой палец.

— Есть работа для тебя, — шепнул я ей. — Как раз по профилю. Любишь барбекю?

Стоявший в нескольких шагах Бизон всё ещё переваривал увиденное. Его взгляд дергался от сваленных кучей мертвецов к моей руке с сидящей там рептилией.

Я окинул взглядом ангар. М-да… Грязновато сработал.

Восемь жмуров. Кровищей заляпало стены, пол, перевернутые деревянные поддоны и стоящий неподалеку погрузчик. Одного из парней вообще впечатало в бетонные блоки так плотно, что он намертво там застрял.

Немножко вспылил. Обычно я предпочитаю изящный подход. Зачем лично марать руки, когда можно использовать грамотно подобранный яд или подстроить внутренний конфликт между самими врагами? Выглядит профессионально и аккуратно.

А тут просто пришёл и устроил бойню.

Не люблю я эту лишённую всякой эстетики грязь.

Однако навык никуда не делся. В ситуациях, касающихся безопасности моих людей, любые размышления о красоте процесса сразу отправляются в мусорную корзину.

Бизон наконец обрёл дар речи.

— Ты… ты кто такой? — прохрипел он, и его правая рука метнулась к кобуре. — Ты хоть понимаешь, на кого наехал?

Я даже не взглянул в сторону оружия.

— Понимаю, — кивнул я. — На кучу дерьма.

Их приговор подписали события вчерашнего дня.

Все решилось в тот момент, когда Кеша вернулся с разведки. Пернатый шпион добыл нужный адрес и благодаря открывшемуся сверхчутью облазил базу вдоль и поперёк. Он улавливал шепотки за закрытыми дверями, фиксировал маршруты охраны, распознавал малейшие эманации скрытой магии и находил потайные помещения.

От его подробного отчёта мои принципы гуманизма моментально испарились.

Сам ангар служил лишь прикрытием для основного бизнеса, кипевшего в глубоких подвалах. Похищения, торговля рабами, вымогательства, организация нелегальных боев.

Куда хуже оказались их рабочие методы.

Бандиты специализировались на женщинах без какой-либо защиты. Целенаправленно искали тех, за кого физически некому заступиться. Выпускницы детдомов, иногородние студентки, обанкротившиеся вдовы, бесправные мигрантки — их вычисляли по отсутствию социальных связей и неумению дать отпор.

И целенаправленно ломали.

Ворон подробно описал набитые людьми тесные бетонные камеры внизу. Передал подслушанные крики и хвастливые разговоры охраны о развлечениях с пленницами перед продажей в отдалённые бордели или на органы. Унижения и побои там считались обычной рутиной, скрашивающей дежурства.

Местные вышибалы чувствовали себя полноценными хозяевами судеб на фоне абсолютно бесправных жертв.

И теперь этот самый Бизон маячил прямо по курсу. Огромная мышечная туша, всю сознательную жизнь пугавшая более слабых.

Под моим взглядом он окончательно утратил статус человека, превратившись в бракованный кусок мяса и биологический мусор, зря коптящий небо. Любая жизнь обладает для меня огромной ценностью, будь то мелкий полевой грызун или гигантский змей. Но конкретно эти ребята исчерпали свой лимит доверия к мирозданию.

— Мне известно про цокольный этаж, — ровным тоном произнес я.

Бизон нервно сутулился.

— В курсе про девчонку, привезенную позавчера вечером. И про ту несчастную, якобы «случайно» скончавшуюся от потери крови неделю назад.

Его лицо заметно побледнело.

— Откуда инфа…

— Пернатая разведка доложила.

Я поднялся с деревянного ящика. Тельце саламандры в ладони стало стремительно набирать температуру. Влитая порция моей энергии разбудила внутреннюю суть животного, отчего мелкая чешуя налилась ровным ярко-оранжевым светом.

— Возомнил себя верхушкой пищевой цепи? — я сделал медленный шаг вперёд. — Решил стать распорядителем чужого времени? Вышла неприятная ошибочка. Ты обычный ленточный червь. Вредоносный паразит, подлежащий медицинской утилизации.

Бандит вырвал пистолет.

— Завалю!!!

Ствол дернулся от отдачи.

Уклоняться не имело смысла. Я спокойно выставил перед собой руку с разогревшейся рептилией.

Саламандра распахнула крохотную пасть. Раздался гул выходящего под давлением газа.

Белый от запредельной температуры сгусток огня хлестнул навстречу выстрелам. Летящий свинец перешел в жидкое агрегатное состояние, бессильно осыпавшись на бетон за метр до моих ботинок.

Сплошной вал поглотил Бизона вместе с тремя остававшимися телохранителями. Голосовые связки выгорели быстрее, чем бандиты успели издать хоть звук. Магический напалм питомицы расщеплял органику и синтетику до состояния невесомого пепла за какие-то секунды.

Я разжал пальцы.

— Работай, хорошая моя. Санитарная обработка помещения.

Саламандра мягко приземлилась на пол и прямо в движении начала набирать массу. Теперь вокруг резво бегал полутораметровый пылающий крокодил.

От малейшего прикосновения деревянные контейнеры, сложенные у стен стройматериалы и лежащие тела вспыхивали спичками. Пламя стремительно поднималось по несущим конструкциям к потолочным балкам, полностью вычищая площадь от улик и энергетики совершенных преступлений.

Вскоре ангар загудел от мощной тяги воздуха в образовавшемся пожаре.

Я отошел к выходу на свежий воздух.

— Порядок, — произнес я вслух. — Санитарный кордон выставлен, очаг заражения ликвидирован.

Выполнив норму, саламандра рысью вернулась к моим ногам, стремительно сбросила лишнюю массу до размера ладони и нырнула обратно в бездонный карман куртки. Из ткани послышалось сытое ворчание.

* * *

Жилой комплекс, Петербург

Квартира Анжелы

Механический голос в динамике бесстрастно сообщил, что аппарат вызываемого абонента выключен.

Анжела с глухим стоном метнула мобильник в сторону дивана. Устройство удачно спружинило от подушки и уцелело. А вот личная жизнь девушки летела в пропасть без всяких амортизаторов.

Стрелки часов миновали десять утра, а нанятые отморозки не выходили на связь.

Она принялась вышагивать по ламинату. Панорамное остекление от пола до потолка открывало отличный вид с высоты десятого этажа, только роскошный городской пейзаж сейчас вызывал исключительно подкатывающую к горлу тошноту. Квадратные метры здесь стоили баснословных денег. Оплата этой красоты теперь стала невозможной задачей из-за пустых счетов и просроченных кредитов с гигантскими процентами.

Сначала испарился Кислый вместе с верным напарником. Теперь пропал с радаров Бизон. Хотя еще вчера здоровяк клялся, что его бойцы оперативно прижмут ту дуру Валерию к стенке и заберут нужную сумму. В итоге никто не отзвонился и чужих сбережений не привёз.

Анжела приблизилась к ростовому зеркалу. Синяки под глазами выдавали бессонную ночь, пальцы тряслись мелкой дрожью. Хотелось налить себе крепкого, однако запасы спиртного иссякли в процессе ночного забивания паники.

Сроки выплат кредиторам из теневой конторы «Последний Шанс» подошли к концу. Отговорки про задержку зарплаты на этих ребят никогда не действовали. Практика выбивания там давно вышла за рамки переломов конечностей — проблемных клиентов забирали целиком в счет оплаты.

Времени оставалось ровно до заката. Затем в дверь постучат хмурые амбалы и обеспечат путевку в закрытый портовый бордель. Отрабатывать взятые средства предстоит горизонтально, в три смены и до полного физического истощения организма.

— Сволочи кидальные, — пробормотала девушка, в кровь расчесывая запястье.

Требовалось срочно выкручиваться из ситуации. Раз громилы слились, придется решать вопрос самостоятельно.

Пальцы подхватили брошенный аппарат и пролистали контакты до номера Валерии. Схема действий выстроилась сама собой. Надо позвонить, пустить слезу и придумать историю о смертельной угрозе. Доверчивая Лерка всегда отличалась глупой жалостью. Ради спасения «лучшей школьной подруги» она побежит занимать по знакомым и выгребет последние заначки. В голове уже формировались интонации для душещипательного монолога.

Тяжелые ритмичные хлопки со стороны улицы прервали ход мыслей. Снаружи раздавались звуки, подозрительно напоминающие удары мокрого паруса о мачту во время шторма.

Анжела машинально обернулась. Усиленный стеклопакет, монтированный с учетом высотных ветровых нагрузок, мгновенно разлетелся на куски и обрушился в гостиную звенящим водопадом.

От неожиданности она взвизгнула, рефлекторно отпрыгнув к противоположной стене. Телефон с грохотом укатился под шкаф.

Вместе со сквозняком в помещение ввалилось крупное создание с размахом крыльев около четырех метров. Бугры мышц перекатывались под кожей с пучками жесткого волоса, а лысая голова заканчивалась массивным роговым клювом с несколькими рядами игловидных зубов.

Существо рухнуло прямо на дорогой кофейный столик, расщепив деревянную столешницу. Изогнутые когти продавили паркетную доску. Чудовище подобрало кожистые перепонки на боках и медленно повернуло морду к хозяйке квартиры.

От животного ужаса ноги подкосились, заставив Анжелу съехать по обоям на пол. Воздух застрял в легких, не давая выдать полноценный крик о помощи — связки смогли выдавить лишь сип.

В глубине глазниц химеры мерцал источник тусклого багрового света, парализующий волю к любому сопротивлению.

Крылатая туша шагнула вперёд. Из шипастой глотки вырвался скрежет ржавого металла, который при небольшом усилии воображения складывался в членораздельную речь.

— Она… — пророкотало порождение магии, склоняя клюв вплотную к лицу жертвы и обдавая её запахом свалки. — Неприкасаемая…

Девушка безуспешно пыталась вдавиться спиной в штукатурку.

— Хозяин зол…

Челюсти разошлись под неестественным углом. Свечение внутри черепа набрало яркость, после чего квартира содрогнулась от пронзительного ультразвукового визга.

От децибельного давления лопнули капилляры. Внутренности завибрировали, а из слуховых проходов по шее потекла тонкая горячая струйка. Девушка судорожно обхватила голову руками в попытке спастись от физической боли в раскалывающемся черепе. Вестибулярный аппарат отключился, картинка перед глазами поплыла.

На границе потери сознания она успела заметить резкий рывок. Монстр оттолкнулся задними конечностями и выбросил тело наружу в оконный проем, набирая высоту над утренним проспектом.

Спустя пару минут снизу послышался приглушенный расстоянием вой ведомственных сирен. Грохот выбитого остекления закономерно привлек внимание охраны.

Анжела скрючилась на полу среди мелких обрезков стекла с диким звоном в ушах. Прозвучавшее слово о неприкасаемости било по вискам, моментально складывая цепочку событий в одуревшем мозге. Химера прилетала из-за Валерии — той самой тихой одноклассницы, чьи сбережения должны были покрыть долг.

Упомянутый разгневанный хозяин существа явно имел прямое отношение к бесследно исчезнувшим наёмникам Бизона. Череда пропаж обрела неприятный смысл. Вместо привычного мошенничества и легких денег она умудрилась перейти дорогу фигуре абсолютно другого калибра. Теневые банкиры мгновенно перестали казаться главной угрозой. Теряя связь с реальностью, Анжела поймала себя на мысли, что теперь скорый визит коллекторов станет отличным выходом из ситуации. Встреча с ними хотя бы пройдет по понятным законам этого мира.

Я заканчивал обработку пореза на лапе уличного пса, умудрившегося сунуться в работающую газонокосилку, попутно посматривая на экран телевизора в углу приемной.

Информационный канал сыпал тревожными сводками в формате экстренных выпусков, перекрывая трансляцию бегущей красной строкой.

— …зафиксирован масштабный инцидент на улице Канареечной! — тараторила корреспондентка из студии. — Крупная летающая особь неустановленного вида миновала охранный периметр жилого комплекса и снесла витражное остекление на уровне десятого этажа!

Поверх студийного видео пустили дерганые кадры с камеры смартфона очевидца. На записи хорошо просматривался силуэт крылатого посыльного, мерно рассекающего воздух на фоне утренней городской застройки.

Я тихонько хмыкнул. Животинка отработала по утвержденному скрипту: произвела впечатление, выдала нужные слова конкретным лицам и аккуратно ушла с радаров.

Пациент на металлическом столе жалобно заскулил. Я почесал дворнягу за ухом и пустил микроскопический импульс регенерации.

— Давай без паники. Ткани срастаются. В крайнем случае приделаю механический протез с фонариком, станешь местной звездой.

Сюжет про монстра резко переключили на прямую трансляцию с территории промышленной зоны. Над остатками кирпичных стен всё ещё поднимался плотный серый дым.

— Внеплановый рейд в восточном секторе обернулся сенсацией! — надрывался очередной парень с микрофоном возле полосатой оградительной ленты. — Городские службы обнаружили скрытый центр содержания похищенных граждан. Следствие выявило прямые связи локального криминалитета с теневым оборотом алхимических компонентов на федеральном уровне.

Оператор показал крыльцо муниципальной администрации, по которому спецназ спускал вниз двух плотных чиновников со скованными за спиной руками.

— Взят под стражу ряд должностных лиц надзорных ведомств, долгое время курировавших данный бизнес. Изъятая документация прямо указывает на масштабный подрыв государственных устоев. Следователи продолжают опись имущества на цокольных уровнях разрушенного складского комплекса.

Одобрительный кивок вышел сам собой. Физическое уничтожение ключевых фигур закономерно заставило остальную пищевую цепочку паниковать и пожирать саму себя. Документы всплывают на поверхность, а подельники становятся излишне разговорчивыми в попытке выторговать сделку со следствием.

— Почерк исполнения свидетельствует о прибытии в город новой мощной группировки, начавшей передел рынка, — подключился приглашенный эксперт. — Вероятно, мы находимся на пороге мафиозных разборок.

— Фантазеры, — буркнул я. — Обычная разовая дезинсекция мусорного бака.

Очередная вклейка в репортаже заставила меня прервать бинтование. В открытой двери полицейского броневика сидел уцелевший водитель банды. Выглядел мужик крайне скверно: пускал пузыри слюны и безостановочно колотился затылком о металлическую сетку кузова.

Репортер внаглую просунул технику мимо патрульного.

— Назовите имена нападавших! Кому именно принадлежал сгоревший объект?

Мужчина оторвался от решетки и обвел объектив расфокусированным взглядом, продолжая ритмично раскачиваться взад-вперед на лавке.

— Викториан… — полубезумно захрипел выживший, мгновенно срываясь в высокие частоты. — Он вылез за нами из пекла! Жуткий каратель сожрал всю базу!

Я в сердцах хлопнул себя ладонью по лбу. Пес от резкого звука попятился на край стола.

— Сидеть ровно, я ругаюсь на дятла из новостей, — я придержал лохматого за холку, сверля телевизор тяжелым взглядом и мысленно перебирая подходящие ругательства.

Я осознанно пощадил этого парня. Сохранил целой голову, оставил невредимой память. Замысел строился на том, чтобы курьер внятно донес своим боссам очень конкретную мысль о неприкосновенности моих близких и непомерной стоимости ответных мер.

Простейший месседж. Взамен слабак ловит нервный срыв на глазах у прессы. В результате криминальная среда начнет плодить бредовые байки об очередном демоне отмщения с уникальным позывным. Попытка аккуратной дипломатии провалилась из-за низкой стрессоустойчивости местной пехоты. Теневики в притонах теперь обязательно прикрутят к произошедшему щедрую порцию мистики, связав мою персону с древними культами или мутациями.

С другой стороны, медийный эффект превзошел изначальные задумки. Наблюдая за санитарами, упаковывающими дергающегося свидетеля в скорую, я сделал занятный вывод. Иррациональная паника перед неизведанным работает в разы надежнее страха перед осязаемым конкурентом. Пусть шепчутся. Суеверный ужас местных воротил пойдет моему бизнесу исключительно на пользу.

Финальный моток бинта лег на собачью лапу. Отдав животное ожидавшему в коридоре владельцу, я вернулся в кабинет и с наслаждением рухнул в рабочее кресло. На часах половина одиннадцатого, а усталость навалилась ощутимая из-за потраченного на контроль саламандры резерва.

Дверь операционной резко распахнулась, впустив растрепанную Валерию с безумными глазами.

— Вик! ЧП в стационаре!

Тело среагировало быстрее мозга. Мышцы затвердели, по каналам в ладони хлынул поток боевой магии. Сознание лихорадочно перебирало варианты от внезапного налета спецназа из-за утренних разборок до локальной физической аномалии в подсобке с моими генномодифицированными мышами.

— Озвучивай статус! — скомандовал я. — Вооруженное нападение?

Девушка всплеснула руками.

— Там белая самка хомяка рожает прямо в опилках!

Напряженная энергия моментально втянулась обратно. Я со вздохом осел на скрипнувшее сиденье.

— Твою же дивизию, Лера, — проворчал я, разминая шею. — Обязательно так орать?

— Ты ситуации не понимаешь! — помощница топнула ногой. — Она там пищит, мечется, я впервые такое вижу! Мы обязаны немедленно вмешаться!

— Спокойно. Дышим ровно. Тащи пациентку сюда.

Валерия активно закивала головой, однако с места не сдвинулась.

— Как тащить? Нужен бокс, мягкие салфетки… Специализированная микро-каталка! Мы же профильную клинику держим, у нас ничего под такие габариты не заготовлено! Помет не выживет без стерильности!

Я досчитал в уме до трех.

— Грызун весит сорок граммов. Какие хирургические носилки, женщина? В кладовой валяется картон от вчерашней доставки пиццы. Вытряхни куски прилипшего сыра, положи сверху чистую пеленку и аккуратно пересади животное. Время пошло.

Девушка зацепилась за понятный алгоритм и вихрем умчалась по коридору. Вскоре оттуда донесся грохот сдвигаемой мебели, шелест бумаги и громкий инструктаж по технике правильного дыхания, адресованный питомцу.

Я поудобнее устроился на рабочем месте, пряча проступающую улыбку.

Кровавые разборки синдикатов и правительственные заговоры продолжали вращать шестеренки города где-то за бетонными стенами. А внутри охраняемого периметра клиники требовалось оперативно обустроить акушерское отделение из куска пищевого картона, и эта рутина радовала меня гораздо больше глобальных проблем человечества.

— Доставляй уже пациентку! — крикнул я в дверной проем. — Займемся улучшением демографии!

И подошел к раковине тщательно намыливать руки. Принимать в этот мир новых существ следовало в полной чистоте.

Глава 2

— Гулять, — заявила Валерия, вручая мне поводок.

— Зачем? — я покосился на потертый ремешок в своей руке. — У Психа есть задний двор. Там кусты, густая трава, пара старых покрышек и периодически забредающие коты, которых можно пугать. Чего ему не хватает?

— Социализации! Это же пёсик. Ему необходимо общаться с сородичами и бегать на свежем воздухе. Нужно выглядеть нормальной домашней собакой, а то соседи уже косятся. Наверняка думают, мы тут монстров выращиваем.

«Ну, вообще-то, они недалеки от истины», — подумал я, но вслух спорить не стал.

В итоге я оказался в центральном парке, на специальной площадке для выгула собак. Место было специфическим. Вокруг меня толпились люди, чьи питомцы стоили дороже, чем моя почка на чёрном рынке.

— Ой, какой у вас брутальный мальчик, — проворковала дамочка в шляпке с пуделем.

— Да, мы такие.

Псих косился на бегающих вокруг болонок с таким презрением, что даже мне стало неудобно за местную фауну.

К нам подбежал мужичок в спортивном костюме с джек-расселом на поводке. Пёс безостановочно пружинил на всех четырех лапах.

— О, какой красавец! — восхитился мужик, глядя на Психа. — А что за порода? Метис?

— Вроде того, — уклончиво ответил я. — Помесь бульдозера с танком.

Мужик хохотнул, оценив шутку.

— А мой вот команду «Голос» знает! Бобик, голос!

Терьер залился истеричным лаем, заставив хозяина сиять от гордости.

— А ваш так умеет?

Я посмотрел на Психа. Тот зевнул, обнажив пасть, в которую легко поместился бы этот Бобик целиком.

— Он стеснительный.

— Да ладно вам! — не унимался собачник. — А «Дай лапу»? Это же база! Бобик, лапу!

Бобик сунул лапу хозяину. Вокруг начали собираться другие владельцы. Всем хотелось посмотреть на умения этого угольно-черного гиганта.

— А «Служить» он умеет? — встряла дамочка с таксой. — Моя вон на задних лапках вышагивает!

Тут же посыпались другие вопросы. Про прыжки через кольцо. Про умение подавать тапочки.

— А скулить по команде? Мой так жалобно скулит, когда проголодается!

Шерсть на загривке Психа стала едва заметно приподниматься. Этот балаган выводил его из равновесия. Заставлять боевую единицу выпрашивать кусок мяса жалким поскуливанием казалось чистейшим абсурдом. Да, технически можно заставить тяжелую технику вальсировать, только практического смысла в этом ноль.

— Слушайте, — попытался я отмазаться. — Мой пёс не скулит. Если ему что-то не нравится, он решает проблему. Понимаете, он у меня особенный, со своей спецификой.

— Да бросьте! — махнул рукой мужик. — Все собаки одинаковые. Просто заниматься надо! Вот смотрите, как мой палку приносит!

Он швырнул палку в кусты, и Бобик радостно рванул следом.

— Ну, покажите хоть что-нибудь! — продолжали наседать зрители. — Ну хоть что-то он умеет? Или только жрать и спать?

Я шумно выдохнул, окончательно смирившись с неизбежным.

— Ладно. Псих, покажи им взаимодействие с флорой.

Пёс лениво поднялся и уставился на меня. Его взгляд отчётливо транслировал вопрос о целесообразности массового поедания окружающих. Не дождавшись разрешения, он подошёл к дубу на краю площадки и коротко примерился к стволу.

Толпа заинтересованно притихла. Кто-то на задних рядах неуверенно хихикнул и спросил, не собирается ли животное просто справить нужду. Псих сдал на пару шагов назад, основательно упираясь лапами в грунт. А затем без всякого разбега издал короткий рык и впечатался лбом в древесину.

ХРЯСЬ!

Сухой треск разорвал гул парка. Дерево переломилось у основания и тяжело обрушилось прямо в кусты, едва не прибив выскочившего с палкой Бобика.

На площадке стало поразительно тихо.

Бобик выронил добычу. Стоявшая неподалеку такса моментально потеряла интерес к ходьбе на задних лапках и шлёпнулась на пузо, пока владелец терьера стремительно терял остатки румянца на лице.

— Ну вот, — развёл я руками. — Команду «Дрова» знает. Полезно для камина. Ещё вопросы есть?

Вопросов не было. Толпа начала медленно, бочком, рассасываться. Через минуту вокруг нас образовалась зона отчуждения метров в пятьдесят.

— Погуляли, социализировались, — сказал я Психу, который с чувством выполненного долга снова улёгся на траву. — Пошли домой.

Дорога обратно располагала к размышлениям о вчерашнем визите в квартиру той самой Анжелы. Я не стал её убивать. Слишком просто, слишком скучно. Да и труп в элитном жилом комплексе вызывает лишние проверки от полиции.

Пусть живёт. Дальше события могли развиваться по двум сценариям. Либо она попытается найти защиту у более серьёзных людей и наведет их на меня. Подобный расклад полностью укладывался в мои планы по расширению коллекции трофеев и планомерной зачистке улиц от мусора. Либо девица по-быстрому соберёт манатки и навсегда покинет город. Тогда ей крупно повезет, а я избавлюсь от мелкой проблемы без лишних усилий.

Подарок я ей оставил действительно стоящий. Окно в спальне разбила самая заурядная помойная чайка, над которой пришлось немного поработать.

Птица приземлилась на мой подоконник три дня назад. Изрядно потрёпанная, со сломанной лапой и проплешинами в оперении. Гостья гипнотизировала Кешу, лузгающего отборные орехи, с такой искренней завистью, что я просто не удержался.

Переводчиком выступил Кеша. Выяснилось, что пернатое существо вконец вымоталось от постоянных стычек с помойными котами за гнилые рыбьи головы и вечной жизни на вторых ролях. Птице хотелось самой диктовать условия пищевой цепи.

Мы быстро заключили договор. Моя сила трансформировала её в подобие воздушного волка, а в качестве оплаты я получал готовность выполнять редкие поручения и гарантию неприкосновенности случайных прохожих. Работа заняла пару часов. Пришлось радикально укрепить клюв, нарастить мышечную массу и полностью поменять структуру оперения, превратив края перьев в заострённые резаки.

Эта чайка стала отличным инструментом устрашения со своей собственной целью отомстить всем тем хищникам, что гоняли её всю жизнь.

У входа в клинику нас дожидался Кеша, нервно переступающий с лапы на лапу на бетонном козырьке.

— Хозяин! Наконец-то! — каркнул он. — Я тут такое узнал! По своим каналам пробил!

— Что, скидки на пшено?

— Обижаешь! — фыркнул он. — Я пробил ту контору, на которую работали эти ушлёпки, что на Леру наезжали. И нашёл ещё один адресок. Очень интересный. Называется «Элит-Вет». На другом конце города.

Я притормозил на ступенях.

— Серьёзно? Конкуренты?

— Ага. Только их профиль явно отличается от классической помощи животным, раз к делу привязаны братки. Я сделал пару кругов над их зданием. Охрана, тонированные внедорожники, задний двор перекрыт трехметровым забором. Атмосфера там царит весьма специфическая, вообще не похожая на обычную лечебницу. Пахнет большими теневыми деньгами.

— Крайне любопытно, — протянул я, обдумывая ситуацию.

Оставалось понять природу организации, использующей ветеринарный фасад для контроля бандитов и рейдерских захватов чужого бизнеса. Значит, надо проверить, но действовать в лоб мы не будем.

Я достал телефон, нашёл в сети нужный номер и нажал кнопку вызова.

— Добрый день. Клиника «Элит-Вет», администратор Жанна. Чем можем помочь вашему питомцу?

— Здравствуйте, — я добавил в голос пару ноток отчаянной паники. — Мне срочно нужна помощь! У меня собака особенная. Редкая химера индивидуальной селекции. Обошлась мне в астрономическую сумму!

— Что с ней? — голос девушки сразу приобрел коммерческий интерес.

— Питомец при смерти! Лежит на боку и ни на что не реагирует. Я переведу любые деньги, только поставьте его на лапы!

— Разумеется! — затараторила она в ответ. — Везите немедленно. Наши специалисты вытащат вашего зверя с того света.

Сбросив вызов, я перевел взгляд на питомца.

— Готов к театральным постановкам? Тебе нужно изобразить предсмертную агонию с максимальной самоотдачей.

Псих склонил лобастую голову и коротко гавкнул. Его глаза моментально закатились под веки, а язык безвольно вывалился наружу. Собака обмякла на асфальте и включила мелкую непрерывную дрожь в такт надрывному скулежу.

— Верю! Поехали.

Мы взяли такси с щедрой доплатой водителю за больную собачку и помчались по адресу. Само заведение полностью оправдывало свое название. Обособленный особняк встречал посетителей гранитной лестницей и сверкающей вывеской. Холл сиял дорогой отделкой, а персонал лучился отрепетированным дружелюбием.

Я ввалился внутрь, таща на руках неподъемного Психа, старательно отыгрывая убитого горем хозяина.

— Помогите! — бросил я, тяжело падая на кожаный диван.

Ко мне тут же подоспела администраторша.

— Это вы звонили? Боже, какой он огромный! Что это за порода?

— Экспериментальная. Боевой гибрид.

— Срочно врача!

В холл неспешно спустился вальяжный мужчина с аккуратной бородкой. Он бегло осмотрел Психа, не выходящего из образа умирающей жертвы.

— Хм... Ситуация критическая, — с порога выдал диагност, ни разу не прикоснувшись к пациенту. — Налицо разрушение магического ядра. Потребуется помещение в спецбокс, длительная терапия, капельницы и постоянная артефактная подпитка.

Он озвучил цифру, от которой я натурально присвистнул.

— Сколько?! У меня нет таких сумм! Это же грабёж!

— Это элитная медицина, — холодно парировал врач. — Жизнь уникального питомца стоит дорого. Если у вас нет средств, мы ничем не сможем помочь.

— Но он же умрёт!

Врач и администраторша едва заметно переглянулись.

— Подождите, — вдруг смягчил тон медик. — Есть один вариант. Давайте покажем его нашему главному специалисту по химерологии. Возможно, он сможет предложить более бюджетное решение или хотя бы стабилизировать состояние.

Нас проводили в закрытую часть здания. Дорогая отделка резко сменилась утилитарными коридорами больничного типа. За столом в небольшом кабинете сидел тощий мужчина с весьма цепким взглядом.

— Что принесли? — поинтересовался он поверх очков.

— Владелец пустой, но экземпляр любопытный, — сухо доложил мой провожатый.

Специалист неохотно поднялся и провёл ладонью вдоль хребта собаки. В процессе сканирования ауры физиономия медика вытянулась, а пальцы предательски дрогнули. Он безошибочно почувствовал внутреннюю структуру. Скрытую костяную броню, модифицированные мышцы, ядовитые железы в клыках и сумасшедшую регенерацию. На столе лежал настоящий шедевр биоинженерии, идеальный инструмент ликвидации. Стоимость подобного проекта на черном рынке легко пробивала потолок в несколько десятков миллионов.

Химеролог уставился на меня воспаленными, лихорадочно блестящими глазами.

— Случай критический, — быстро заговорил он, машинально облизнув губы. — Я вижу необратимый распад тканей. Счёт идёт на минуты. Нужно срочное вмешательство прямо сейчас.

— Запускайте лечение! — истерично выкрикнул я. — Денег пока нет, но я обязательно все верну. Заложу квартиру, займу у бандитов!

— Не волнуйтесь о финансах. Мы же не звери. Оставляйте животное. Мы поместим его в барокамеру, купируем приступ. Оплату обсудим позже, когда он поправится.

— Спасибо! — я схватил его руку и активно потряс.

— Идите оформляйте бумаги на ресепшене, мы обо всем позаботимся.

Я покинул кабинет, оставив Психа лежать в прежней позе. Ментальный канал отчётливо передавал его готовность в любой момент распотрошить этих благодетелей.

«Жди», — мысленно приказал я.

Оставив фальшивый номер телефона в анкете на стойке регистрации, я благополучно покинул здание. Взял американо в ларьке за углом и начал отсчет времени. Ожидание продлилось ровно семь минут.

Раздалась вибрация входящего вызова.

— Да? — промямлил я.

— Виктор? Беспокоит администратор «Элит-Вет», — в трубке звучал виртуозно поставленный траурный тон. — Приношу глубочайшие извинения. Мы перепробовали все возможные протоколы реанимации, но сердце животного не выдержало.

— Как умер? Я сейчас приеду забрать тело!

— Нет-нет! Это запрещено. По санитарным нормам трупы химер такого класса подлежат немедленной утилизации. Его уже спустили в крематорий. Вы ничего не должны за осмотр, примите наши соболезнования.

Запихав мобильник обратно в карман куртки, я криво усмехнулся. Сгорел в крематории, значит. Какая трагедия.

Схема оказалась примитивной до гениальности. Лечебница находила редких животных, заламывала владельцам астрономический прайс и фиксировала фиктивную смерть питомца в изоляторе. А реальный объект уходил на перепродажу теневым коллекционерам либо разбирался на дорогостоящие ингредиенты для алхимии.

Правда, конкретно сегодня эта отработанная бизнес-модель дала катастрофический сбой. Местные коновалы умудрились стащить троянского коня.

Я допил кофе, смял картонный стаканчик и отправил его в урну.

— Пора навестить покойничка, — пробормотал я. — А заодно посмотреть, что у них припрятано в закромах.

Я развернулся и направился к служебному входу.

* * *

Клиника «Элит-Вет», закрытый сектор

Главный врач клиники Леонид Николаевич дрожащими руками держал распечатку биосканера, лихорадочно бегая глазами по убористым строчкам.

— Ты видишь это, Тёма? — прошептал он своему ассистенту. — Понимаешь, что именно нам принесли?

Тощий парень с бегающими глазками вытянул шею, заглядывая в листок через плечо босса.

— Генетическая структура нестабильна, но совершенна. Плотность костей многократно превышает показатели алмаза. Леонид Николаевич, тут написано, что у него сухожилия «Синего спектра», но ведь подобные мутации считаются байками для студентов.

— Какой миф, дурачок! Настоящее состояние пред-эволюции в высшего демонического зверя! — врач скомкал бумажку. — Этот невзрачный пёс стоит дороже, чем всё наше здание вместе с аппаратурой.

На экране монитора отображалась камера из изолированного бокса, где крепко спал огромный чёрный пёс. Доза вкачанного транквилизатора без проблем свалила бы пару химерных слонов.

— Хозяин полный лопух, — злорадно хихикнул Тёма. — «Спасите моего пёсика». Он даже не подозревает, что таскал на поводке ходячий золотой рудник. Такие природные мутации сами по себе возникают максимум раз в столетие.

— Нам несказанно повезло перехватить этот экземпляр, — Леонид Николаевич плотоядно потёр руки. — Граф Еремеев уже всю плешь мне проел из-за турнира. Он платит солидные суммы за качественную «кормовую базу», чтобы успеть усилить свою личную мантикору.

Чтобы искусственно выведенная тварь перешагнула порог силы, ей требовалось сожрать сородича высшего порядка, усвоив чужую кровь и энергетическую эссенцию.

— Эта псина послужит идеальным кормом. Мантикора переварит его, получив свойства синих сухожилий, а граф щедро осыплет нас золотом.

— А что делать с парнем-хозяином? Мы заявили, что животное скончалось на операционном столе, и он довольно легко согласился, даже претензий не выставил.

— Лох — это судьба, — фыркнул Леонид. — Хотя зря мы его отпустили с пустыми руками. Надо было накинуть счёт за работу реанимационной бригады, фиктивную утилизацию, амортизацию медицинского стола. Пару сотен наверняка бы стрясли.

— Может, позвонить на сотовый? Сказать, что возникли непредвиденные юридические проволочки и требуется доплата.

— Оставим на потом. Сначала выполним заказ Еремеева, клиенты такого ранга ждать не любят. Переводите объект в «Яму».

«Ямой» сотрудники называли глубокий подземный уровень клиники, куда никогда не заглядывали государственные комиссии и напрочь игнорировалась ветеринарная этика.

Спустя десять минут пребывающего в глубокой отключке пса по кличке Псих сгрузили на песок широкой круглой арены за мерцающим магическим барьером. Пол здесь давно потемнел от въевшихся пятен, а по углам сиротливо валялись обломки крепкого хитина и берцовых костей — остатки предыдущих кормлений.

Врач с ассистентом наблюдали за происходящим из застеклённой ложи наверху. Рядом молчаливо стоял представитель графа — хмурый мужчина в добротном пиджаке, лично сопровождавший контейнер с мантикорой.

— Выпускайте, — скомандовал Леонид. — Шоу начинается.

Тяжёлая стальная решётка с противоположной стороны арены со скрипом поползла вверх.

Цокая по камню, из темноты вышло впечатляющее чудовище. Могучее львиное тело украшали кожистые крылья, чешуйчатый хребет и толстый скорпионий хвост, с кончика которого густо капала отрава.

Мантикора оказалась чрезвычайно голодной и злой. Хозяин намеренно держал её на строгой диете и пичкал агрессивными стимуляторами ради пробуждения дремлющих инстинктов. Тварь вела себя нестабильно, хрипло рычала на пустые трибуны и нервно била хвостом по бетонным стенам, оставляя заметные борозды.

Увидев лежащую посреди песчаного круга тушу, химера замерла и шумно втянула воздух.

— Жрать! — с придыханием прошептал Артём, буквально прилипнув лицом к стеклу.

Мантикора издала резкий визг и сорвалась с места. Один длинный прыжок позволил ей обрушиться на спящую добычу, одновременно метя острыми когтями в сонную артерию и жалом в область сердца. От мощного контакта песок взметнулся серым облаком.

— Готов, — удовлетворённо констатировал посланник графа. — Фиксируете поглощение энергии?

Но пыль постепенно осела, и радостные ухмылки сползли с лиц зрителей. Пёс остался цел и даже не шелохнулся от таранного удара. Массивная львиная лапа покоилась на его боку, когти бесполезно скользнули по чёрной шерсти без единой царапины. Выпущенное скорпионье жало с силой упёрлось в плотную шкуру, погнулось и неловко ушло в сторону.

Псих открыл один глаз.

Он с ленцой зевнул, обнажив розовую пасть, и посмотрел на нависшую сверху тварь со скучающим выражением, словно спрашивая: «Мужик, время вообще видел?». Мантикора угрожающе зарычала и снова бросила хвост в атаку, метя точно в открытый глаз.

Зверь небрежно вскинул лапу, смахивая помеху с морды. Движение вышло коротким и лишенным замаха, однако скорпионий придаток с громким хрустом отлетел в сторону и шлёпнулся у стены. Химера истошно завизжала и спешно отпрыгнула назад.

Псих поднялся, обстоятельно потянулся до хруста в позвонках, отряхнул шкуру от пыли и уставился прямо на зрителей в ложе. У Леонида Николаевича моментально похолодело под ложечкой, потому что взгляд животного светился циничным интеллектом и обещал присутствующим массу нерешаемых проблем.

— Вы кого ей подсунули?! — просипел представитель графа, хватаясь за край пульта.

Собака медленно повернулась к мантикоре. Разъярённая потерей хвоста тварь брызгала кислотой и решилась на самоубийственный рывок. Псих хладнокровно встретил её широкой грудью. Раздался глухой стук, и химера отлетела обратно к ограждению, ломая рёбра. Прежде чем она успела подняться на лапы, чёрная тень нависла сверху.

Пёс наступил передней лапой на дергающееся горло, а второй ухватился за кожистое крыло и резким рывком отделил его от туловища.

— Спасайте её! — сорвался на крик Еремеевский человек. — Она стоит бешеных денег!

— Бегом вниз! Усыпить псину и отбить образец! — завопил главврач в систему оповещения.

В помещение арены ворвались пятеро штатных охранников клиники, размахивая электрошокерами и ловчими сетями. Псих проигнорировал новых гостей, продолжая невозмутимо разбирать мантикору: он легко отделил второе крыло и с аппетитным хрустом перекусил поврежденный хребет. Разряды тока заставили его лишь слегка дёрнуть ухом. Оставив труп химеры, животное развернулось к нападавшим.

С расправой зверь не спешил. Одному из бойцов он мимоходом откусил устройство вместе с кистью, а второго боднул с такой силой, что несчастный вылетел обратно в дверной проём. Третьего охранника чёрная туша прижала к полу, методично сдавливая челюсти на бедре под звонкий треск костей.

Осознав, что элитный отряд безопасности за секунды превратился в кровавое месиво, Леонид бросился к выходу, но далеко уйти не успел.

Псих расшвырял оставшихся людей, взял разбег от центра арены и мощно оттолкнулся от земли. Бронированное смотровое стекло покрылось густой сеткой глубоких трещин. Артём попятился назад, что-то визжа об уровне защиты панелей, когда второй сокрушительный удар высадил преграду вместе с металлической рамой.

Многокилограммовое тело ввалилось прямо в центр операторской.

Сотрудники в панике бросились по углам, однако пёс проигнорировал мелкую дичь и тяжело прошёлся по контрольным панелям, вдавливая электронику в пол. Изувеченная проводка заискрила, на этажах моментально завыли сирены пожарной тревоги, с потолка хлынули потоки ледяной воды из аварийных разбрызгивателей.

— Мы трупы, граф с нас кожу спустит, — пролепетал Леонид, бессильно сползая по мокрой стене.

— Там полиция! Взгляните на камеры, они периметр перекрывают! — крикнул помощник, указывая на уцелевший краешек верхнего монитора.

Судя по всему, кто-то из дневной смены услышал грохот с сигнализацией и продавил кнопку экстренного вызова ведомственного спецназа. К парадному крыльцу уже стягивались тёмно-синие броневики, выгружая отряды в тяжелых шлемах.

— Нас живьём закатают за этот незаконный полигон!

— Открывай накопитель с животными, быстро! — рявкнул главврач. — Разблокируй всё, что сидит в изоляторах. Они ринутся наружу, отвлекут копов на входе, а мы тем временем уйдём через коммуникационный туннель.

— Там половина образцов крайне агрессивны, они устроят мясорубку на улице!

— Плевать на улицу! Выполняй!

Ассистент дрожащими мокрыми пальцами вбил код аварийной разблокировки на единственной живой клавиатуре. Замки с гудением отщёлкнулись. Мужчины замерли, ожидая услышать нарастающий гул десятков разъярённых монстров, рвущихся на свободу.

Ничего не происходило. Вода продолжала хлестать с потолка в гробовом молчании.

Артём лихорадочно переключил вывод с камер на коридоры изолятора и сглотнул. Распахнутые настежь бронедвери оказались пусты. Перемотав запись на пару минут назад, они увидели, как здоровенный чёрный пёс неспешно идёт вдоль рядов, сбивая защёлки ударом лапы и коротко рыча что-то на забившуюся в углы живность. Внешняя трансляция с заднего двора продемонстрировала проломленную секцию кирпичного забора, сквозь которую дружно уходила разношёрстая стая мутантов, ведомая своим спасителем. Псих грамотно увёл улики с территории, отрезав Леониду пути к отступлению.

Дверь в операторскую слетела с петель от направленного взрыва.

— На пол, работает спецназ! Руки за голову!

В дыму замелькали тактические фонари. Леонид Николаевич безвольно распластался прямо на битом стекле в холодной луже, закрывая глаза. Лаборатория полностью разрушена, дорогостоящая мантикора пошла на фарш, а следователи сейчас упакуют в сейф журналы с чёрной бухгалтерией и генетическими опытами.

* * *

Родовое поместье графа Аристарха Богатова

Кабинет главы рода

Коллекционный бокал из редкого хрусталя с размахом врезался в противоположную стену кабинета, разлетевшись на мельчайшие брызги. Расползающееся по винтажным обоям винное пятно подозрительно напоминало свежую кровь.

Аристарх тяжело упёрся руками в стол. По жилам клокотало неподдельное бешенство.

— Криворукие идиоты! — рявкнул он в лица вытянувшихся по стойке смирно помощников. — В схему вложены сумасшедшие ресурсы, а вы провалили элементарную логистику материала! Полиция накрыла точку «Элит-Вет»!

Граф ткнул пальцем в сторону начальника собственной службы безопасности.

— И накрыл не чужой клан, а целенаправленный штурмовой отряд. Теперь следователи вывернут тамошние компьютеры наизнанку, ищейки из Канцелярии поднимут документацию, а там и до наших поставщиков докопаются.

— Ваше сиятельство, инцидент в ветеринарной клинике стал чистой случайностью, — начал оправдываться командир наёмников. — Мои люди докладывают о внештатной ситуации с подопытной собакой, устроившей...

— Меня совершенно не интересуют байки о бродячих псах! Важен лишь угробленный план поставок!

Богатов дёрнул воротник расстегнутой рубашки. Пересаженное драконье сердце в груди пульсировало тяжелым ровным ритмом, требуя постоянной подпитки чужим эфиром. Огромное накопительное ядро в подвалах поместья гудело от энергоголода, поскольку запас похищенных одарённых химерологов быстро подходил к концу.

— В секторах творится полнейшая неразбериха, склады полыхают каждую ночь, в трубах канализаций грызутся мутанты, а банды пропадают без следа стараниями какого-то психопата. На фоне городского хаоса вы заваливаетесь ко мне в кабинет и жалуетесь на дефицит? Власти повсеместно усилили патрули и ввели выборочные проверки персонала. Искать бесхозных отбросов по грязным переулкам стало чересчур долго, а лаборатория ждать не умеет.

Аристарх грохнул кулаком по дубовой столешнице, отмечая страх на лицах подчинённых.

— Значит так. Увеличить закупочную цену в три раза. Да, тройной тариф за каждую голову живого мага с нужным талантом. Наплевать на финансовые издержки, это ничтожная плата за грядущие возможности. Поднимайте кого угодно — свободных головорезов, чёрных копателей, наёмников с окраин. Переворачивайте районы.

Скользкий тип по имени Вениамин, занимавший пост личного советника, сделал шаг из шеренги.

— Ваше сиятельство, столь щедрое вознаграждение определённо вызовет приток кадров, однако проблема кроется в исчерпанности криминальной среды. Независимых одиночек на улицах почти не осталось. Кто был посмелее — уже кормит наш генератор, а остальные основательно закопались на дно от дурных слухов. Искать их — пустая трата дней.

— Сидеть сложа руки предлагаешь?

— Предлагаю перейти к радикальным массовым захватам, — Вениамин мягко положил перед графом свой планшет. — До сегодняшнего дня мы концентрировались на незарегистрированных магах без документов, опасаясь поднять лишний шум. Но ведь самый крупный пласт энергии абсолютно легально трудится на самом виду.

— Ты про медицинские комплексы?

— И исследовательские центры тоже. В мегаполисе обитают сотни средних и слабых химерологов. Нас устроит любая искра Дара. В муниципальных госпиталях круглые сутки сидят штатные врачи, латающие покусанных горожан, а в высотках корпораций целые отделы набиты клерками с магическими дипломами, которые оказались слишком трусливы для боевой практики.

Глаза Богатова сузились в предвкушении.

— Хочешь сказать, мы начнём красть официальных специалистов?

— Привлечем наши каналы в Департаменте Труда, выгрузим зарплатные базы и списки сотрудников, — спокойно ответил советник. — Мы получим домашние адреса, актуальное расписание смен, привычные маршруты до работы. Под общую шумиху на улицах пропажа десятка уставших фельдшеров вызовет минимум подозрений.

— Обстряпаете это как похищение маньяком?

— Оформим как агрессивный рекрутинг корпораций или фиктивные срочные вызовы на аварии. Бригады захвата будут работать предельно жёстко. Тормознули человека вечером, ударили артефактом-глушилкой и бросили на дно неприметного фургона. Пока взволнованная родня добьётся приёма в участке и бюрократическая машина запустит официальный поиск, наши техники успеют переработать материал в чистую энергию.

Граф склонился над светящимся экраном, пролистывая бесконечные таблицы с именами. Сотни человеческих «батареек», коротающих часы за перекладыванием бумаг и лечением чужих собак.

— Крайне рискованно, Вениамин, — проговорил Аристарх. — Зато разово закроет наш дефицит на многие месяцы.

Он поднял тяжёлый взгляд на замершую команду.

— Сворачиваем поиск по подворотням. Завтра же передайте списки ударным группам. Хватайте каждого: от ночного санитара в муниципальном морге до лаборантов научных институтов.

— Местные чиновники могут поднять грандиозный вой из-за пропажи госслужащих, — осторожно заметил начальник безопасности.

— Когда проект завершится, мы сможем диктовать властям любые условия.

Советник с безопасником склонили головы и быстро вышли в коридор. Оставшись в тишине роскошного кабинета, Богатов повернулся к панорамному окну, любуясь отражением собственного лица на фоне сверкающего города. Рубцы на его груди горели огнём, а в зрачках полыхало багровое марево.

— Я вырву своё право на бессмертие, став истинным венцом эволюции в этой застоявшейся пищевой цепи.

Аристарх стиснул подлокотники, в деталях визуализируя грядущее превосходство над высшей знатью. Совсем скоро чудовища и маги покорятся его авторитету, а любые попытки сопротивления захлебнутся в крови. Сухой аристократичный смех быстро сменился низким рокочущим рыком, более подходящим оголодавшему доминирующему хищнику, почуявшему слабину жертвы.

Глава 3

Трасса М-11 «Нева»

Окрестности Великого Новгорода

Полковник Климов стряхнул пепел с сигареты прямо в лужу, в которой плавал кусок лапы боевого волкодава.

— Господин полковник, — капитан подошёл к нему прихрамывая. В качестве трости он использовал погнутый кусок арматуры, а левая рука висела на перевязи. Лицо офицера покрывала копоть. — Периметр зачистили, выжгли все обнаруженные гнёзда. Под грунтом движение не фиксируем.

Климов кивнул и окинул взглядом то, что осталось от дороги.

Трасса «Нева» связывала столицу с форпостами. Ещё утром здесь лежал ровный асфальт. Теперь повсюду зияли воронки и торчали вывороченные глыбы бетона.

— Потери? — хрипло спросил полковник.

— Двухсотых нет, господин полковник. Трёхсотых сто шестьдесят человек, из них почти сорок тяжёлых. Переломы, ожоги, химические отравления и рваные раны… Большинству понадобится регенерация в капсулах и полгода восстановления.

— Техника?

Капитан поморщился.

— БТР-ы всмятку. Два броневика провалились в подкопы, их там здорово сплющило, а грузовики обеспечения лежат перевёрнутыми на обочинах.

— А химеры?

Капитан опустил взгляд.

— Ноль, господин полковник.

Климов нахмурился.

— В смысле?

— Возврат ноль целых, ноль десятых. Мы высадили тысячу двести единиц. По одной химере на каждого бойца, плюс три резервные. И все закончились.

Полковник затянулся так, что огонёк сигареты добрался до фильтра.

Тысяча двести боевых химер из государственной программы обеспечения. Обычные особи, поставленные на массовое производство. Сегодня их перемололи в труху.

Да, конечно, враг попался специфический. Подземные твари вышли на поверхность и принялись лепить засады из грунта прямо посреди дороги. Стоило им закопаться глубже в твердь, достать их стало бы практически невыполнимой задачей. Командование решило бить на опережение.

В распоряжении офицера имелось триста человек личного состава. На поддержку выделили больше тысячи зверей.

— Понятно, — Климов бросил окурок в грязь и раздавил его подошвой ботинка. — Готовьте транспорт для эвакуации. Раненых высылаем в первую очередь.

Он пошёл вдоль колонны разбитой техники. В кузовах грузовиков стояли пустые клетки со смятыми прутьями. Местами металл был залит кровью.

Климов видел сам процесс столкновения. Стандартные особи бросались на землекопов, вгрызались в хитин, пытались разорвать. Но диких тварей оказалось слишком много. Судя по всему, местная фауна прошла очередную ступень эволюции. Панцири стали толще, а токсичная слюна проедала армейские бронежилеты за считанные секунды.

На одного дикого землекопа приходилось пускать от двух до четырёх химер. Задавить массой, обездвижить и выиграть время, пока мутант пережёвывает первый ряд атакующих.

Климов остановился у штабной машины. Скоро предстоял доклад руководству.

«Господин генерал, мы победили. Трасса свободна, однако техника на миллионы превратилась в металлолом. Половина личного состава уходит на долгий больничный, а штатный выводок монстров уничтожен под ноль».

Полковник забрался в салон, захлопнул дверь и откинул голову на мягкий подголовник.

Мир за Стенными укреплениями непрерывно рождал новые формы жизни, местная фауна обрастала смертоносными мутациями. А люди тем временем упорно топтались на месте. Военные заводы штамповали стандартных особей тысячами по лекалам тридцатилетней давности. Такие животные обходились дешевле, ими было легко управлять, однако против обновлённого выводка мутантов они больше не годились.

Климов вспомнил недавний столичный парад. Гвардейцы князя Юсупова вышагивали рядом со штучными химерами. Те звери передвигались иначе, их природную броню питала энергия владельцев. Каждый подобный экземпляр стоил как целый взвод армейских болванок, зато на сто процентов оправдывал затраты в реальном столкновении.

«Армии требуется переоснащение, — полковник растёр сбитые костяшки пальцев. — Пришло время закупать полноценные боевые машины с магической защитой, пора прекращать бросать в мясорубку расходный материал».

На самом деле один подобный рапорт он уже отправлял наверх. Сначала просил рассмотреть закупки, затем обосновывал модернизацию генома. Ответ прилетел шаблонный: «Слишком дорого. Используйте выделенные штатные средства».

Во сколько столичные чиновники оценивают жизни солдат, которых сегодня чуть не втоптали в новгородскую грязь? Парням сильно повезло выбраться оттуда без цинковых гробов.

Ещё пара таких рейдов, и защищать периметр окажется некому. Монстры из Диких Земель накопят массу, научатся обходить тактику банального зерграша. Вскоре вместо разрозненных стай на рубежи хлынет сплошной поток плоти. Сначала мутанты вдавят гарнизон в бетон укреплений. Чуть позже они поглотят саму стену, заодно добравшись до кабинетов командования.

— Господин полковник, связь с штабом, — водитель протянул ему тангенту.

— Полковник Климов на связи. Задача выполнена. Объект под контролем.

— Какие потери? — спросил голос из динамика.

— Допустимые, — соврал Климов. Через лобовое стекло он наблюдал, как медики укладывают на носилки бойца с оторванными по колено ногами. — По людям имеем тяжелораненых. Выданные спецсредства израсходованы подчистую.

— Принято. Возвращайтесь на базу.

Офицер швырнул рацию на сиденье. Требовалось выкручиваться из патовой ситуации. Раз управление снабжения тормозит процесс, придётся искать обходные пути.

Аристократия постоянно обновляла свои зверинцы. Очевидно, штучный товар производили в тени. Там работали профильные лаборатории и наёмные генетики, в отличие от пыльных государственных НИИ со стариками у микроскопов.

Значит, придётся выходить на подпольные рынки, заводить знакомства с частными заводчиками или искать талантливых самоучек. Подойдёт любой специалист, способный выдать инструмент для выживания отряда.

Вернувшись в штаб, он составит очередную бумагу, только без привычных просьб в формулировках. В случае очередного отказа в ход пойдут личные сбережения Климова и старые долги.

* * *

Следственный изолятор

Петербург, Российская Империя

Бывший главврач клиники «Элит-Вет» Леонид Николаевич сидел на шконке и остервенело грыз ногти. Итальянский костюм превратился в засаленную тряпку. Галстук со шнурками изъяли ещё во время обыска на входе.

Артём устроился напротив. Он сидел на корточках спиной к стене и злобно зыркал по сторонам. Компанию им составляли ещё трое бывших сотрудников частной живодёрни.

Разговаривать никто не хотел. Перспективы вырисовывались вполне чёткие: впереди маячил безоговорочный конец.

Изначально арестованные рассчитывали получить сроки за мошенничество вместе с незаконным содержанием хищников. Однако за сутки следователи вытряхнули из бухгалтерии такие факты, от которых волосы вставали дыбом. О тюремных сроках речь больше не шла — маячила высшая мера наказания.

Под прикрытием лечения животных целенаправленно умерщвляли, пуская редкие органы на продажу или перерабатывая туши в корм для остального вольера.

Леонид зажмурился. Перед мысленным взором возник скандальный клиент недельной давности, требовавший выдать тело погибшего питомца. Тот мужик брызгал слюной и размахивал телефоном, обещая звонки прокурору. Санитарам пришлось отвести буйного посетителя в подсобку для знакомства с трёхголовым псом.

В документах подобные эпизоды оформлялись как несчастный случай. Десятки владельцев элитного зверья числились пропавшими без вести.

— Ты, сука, зенки не пяль, — прошипел Артём, заметив взгляд бывшего босса. — Вся эта грязь с боями и тотализатором была твоей идеей. Меня тупо принуждали участвовать!

— Конечно, принуждали его! — огрызнулся Леонид. — Только левые подписи в журналах чьи стоят? А пухлые конверты кто по кабинетам таскал? Сядешь вместе со всеми, как миленький!

— Да пошли вы, — вмешался лаборант из угла. — Завтра напишу чистосердечное о давлении руководства. Скажу, что просто мыл клетки и боялся за собственную шкуру.

В тесном помещении СИЗО моментально испарилась всякая корпоративная солидарность. Мозг каждого арестанта лихорадочно высчитывал варианты спасения. Нужно было выбрать идеальную жертву для дачи показаний и перевесить на неё вину за мокрые дела.

Леонид осознавал безвыходность ситуации. Следователи уже раскопали могильник на заднем дворе. Главврача стопроцентно сделают показательным козлом отпущения ради спокойствия элитных семей. Вместо расстрела могли дать разве что урановые рудники. От тамошнего фона волосы и ногти покидали тело за пару недель.

Лязгнул засов, и дверь открылась.

— На выход! Все пятеро! — рявкнул конвоир.

— Куда? — пискнул Артём. — На допрос?

— К адвокату.

Группу выгнали в пропахший хлоркой коридор и повели в сторону административного крыла. Вся пятёрка очутилась в просторной комнате для свиданий. За столом сидел незнакомец в сером пиджаке, поглаживая ладонью разложенные стопки бланков.

— Располагайтесь, — незнакомец говорил тихо, однако конвоир за дверью тут же испарился. — Обойдёмся без долгих прелюдий. Доказательств по вашему делу собрано на пять смертных приговоров. Но наниматель уполномочил меня предложить вам альтернативу.

Документы скользнули по столешнице к краям.

— Хозяин обладает ресурсами, чтобы вытащить вас из этой камеры в обмен на профессиональные навыки. Речь идёт о закрытых операциях в отдалённом периметре.

Леонид торопливо придвинул к себе распечатку.

— Срок службы составит ровно двенадцать месяцев, — продолжил человек. — Полное подчинение руководству, беспрекословное выполнение задач.

— Что потом? — недоверчиво спросил Артём.

— Полная свобода действий. На руки выдаётся новый паспорт гражданина Империи, на счёт падает солидная сумма. Текущие уголовные дела навсегда отправляются в архив.

Леонид уставился в текст мелким шрифтом. Прямо в руки плыл спасательный круг. Они могли живыми выбраться из глубокой бетонной ямы, крышка которой уже начала закрываться.

— Обязан упомянуть гарантии, — собеседник щёлкнул замками дипломата. На стол легла прямоугольная коробка. На чёрном бархате поблёскивали пять металлических цилиндров размером с крупную фасолину. — Системы контроля лояльности. Внедряется в основание черепа без хирургического вмешательства. Любая попытка покинуть объект приведёт к параличу. Распространение информации спровоцирует локальный разрыв тканей головы. Взамен вы получаете возможность дышать. Часики тикают, на размышления даю минуту.

Бывший главврач сорвал колпачок с казённой ручки. Размышлять о правах человека в статусе без пяти минут трупа было глупо. Лучше провести год с бомбой в позвоночнике, чем завтра болтаться на столбе во дворе тюрьмы. Он с размаху поставил подпись.

Артём мазнул чернилами по нижнему краю бланка. Его руки мелко дрожали. Санитар с лаборантом синхронно придвинули свои листы и оставили кривые закорючки в нужных графах.

Только Жорик отодвинул контракт на середину стола. Парень работал у них младшим ассистентом. В подвал он спускался редко и животных на органы не потрошил.

— Я откажусь, — тихо произнёс он.

Леонид вытаращил глаза.

— У тебя крыша потекла? Бери ручку! Иначе сгниёшь здесь!

— Никого я не резал, — парень отступил на шаг. — На суде запрошу сделку со следствием. Получу пятёрку колонии. Выживу.

Незнакомец аккуратно сложил бумаги в стопку и спрятал в дипломат.

— Ваше право. Эй, сержант! Уведите этого обратно в камеру.

Парня вытолкали в коридор. Леонид смотрел ему вслед, мысленно прощаясь с идиотом. Пять лет за колючей проволокой убьют в нём всё человеческое, да ещё и лёгкие оставят на лесоповале. Год работы в закрытом блоке звучал куда перспективнее.

— Подойдите по одному, — человек в костюме взял пневматический инъектор.

Металлический наконечник коснулся затылка Леонида. Раздался тихий хлопок. В шею словно вбили гвоздь, по позвоночнику скатилась горячая волна, но боль быстро стихла. Процедура заняла несколько секунд.

— Поздравляю, — мужчина закрыл кейс. — Вы приняты в штат.

Через час четвёрка арестантов покинула территорию тюрьмы. Тонированный минивэн уносил их прочь от изолятора. Салон блестел отполированным деревом, в углублениях откидного столика дребезжали тяжёлые стаканы вокруг бутылки шотландского виски.

Бывший главврач утонул в мягком сиденье. Липкий животный страх остался в сырой камере.

Артём плеснул алкоголь по бокалам, довольно щурясь от запаха крепкого спиртного.

— За чудесное воскрешение! — провозгласил санитар.

Взаимные упрёки суточной давности растворились на дне стаканов. Напряжение спадало с каждой новой порцией обжигающего напитка.

— Уважаемый, — окликнул Леонид куратора, занявшего место рядом с водителем. Алкоголь понемногу развязывал язык. — Имя нанимателя теперь можно узнать? Для кого стараться будем?

Человек в сером костюме повернул голову.

— Учитывая завершение имплантации артефактов, секретов больше нет. Граф Аристарх Богатов лично одобрил ваши кандидатуры.

До ветеринаров не сразу дошёл масштаб везения, а спустя мгновение салон взорвался ликующими воплями.

— Самим Богатовым?! — поперхнулся Артём. — Род из первой десятки империи!

— Просто космос, — санитар ударил кулаком по ладони. — Мы перепрыгнули в элитный дивизион! У этих ребят закрытые высокобюджетные проекты.

— Отхватили джекпот, — протянул Леонид. Внутри приятно пульсировала надежда на светлое будущее. — Отработаем контракт чисто, глядишь впишемся на постоянку. Переедем в служебное жильё.

Мужчины обменивались оптимистичными прогнозами, звонко чокаясь над опустевшей бутылкой. Представитель графа отвернулся к лобовому стеклу.

— Ещё как повезло, — пробормотал он еле слышно.

Автомобиль держал курс на подземный комплекс, где хранилось пульсирующее Ядро. Графской лаборатории отчаянно требовались расходники высокой плотности. В бумагах чётко прописывалось использование магии подписантов до полного физического истощения. Жизненную силу и Дар новоявленных сотрудников просто вытянут до последней капли ради зарядки накопителей.

* * *

Дверной колокольчик звякнул, оповещая о приходе клиента. Я в этот момент вальяжно сидел на диванчике со стаканчиком кофе. Поднял взгляд на вошедшего и порядком удивился.

В клинику шагнул мужик с отполированной лысиной. Казалось, он натирает её машинным маслом днём и ночью. Однако главное внимание привлекал вовсе не посетитель, а тянущееся следом за ним существо.

Издали создание напоминало оживший парик великанши. Из-под густой вьющейся шерсти, волочившейся по полу на пару метров, раздался звонкий «Тяв!».

Приглядевшись, я разглядел маленькую собачонку совершенно заурядной породы. Только шерсть тянулась за животным бесконечным ковром.

— Помогите, пожалуйста! — залепетал мужик. — Сил никаких нет! Только вчера её подстриг, машинкой побрил под ноль! А утром просыпаюсь, смотрю — опять Рапунцель по квартире бегает!

Я опёрся локтями о стойку и принялся разглядывать лохматый феномен. Любопытно…

Валерия подскочила к столу. Она разглядывала животное с откровенно мечтательным выражением лица.

— Какая прелесть! Вы посмотрите, насколько шелковистые! А локоны, натуральный завиток! Боже, мне бы такую прическу… Пришлось бы на шампунях разориться, зато красота неописуемая!

— Лера, — осадил я администратора. — Это собака. Ей такие локоны сильно мешают вылизываться.

Обойдя стойку, я приблизился к страдальцу.

— Рассказывайте, как докатились до жизни такой. Химикаты, радиация, дурная экология? Или тёща порчу навела?

Мужик тяжело вздохнул и почесал макушку, издав звук трущегося стекла.

— Да ничего особенного, доктор! Просто она, ну, это… мой шампунь выпила.

— Шампунь?

— Ага. «Львиная Сила» называется, для активного роста. Дорогущий, импортный. Говорят, из самой Франции привозят.

Я не сдержался и хрюкнул от смеха, Валерия тоже тихонько прыснула.

— Отличный продукт, — согласился я. — Работает на все сто. А вам, судя по аэродинамической форме черепа, не помогло?

Мужик издал грустный смешок.

— Да я вот думаю, доктор… Может, я его неправильно применял? Втирал целыми днями. И смотрите, голова блестит почище автомобильного колпака, ни единого волоска. А эта мелкая падла, — он легонько дёрнул поводок, — вылакала маленькую бутылочку, и готово! Я уже задолбался по всей квартире локоны собирать.

Я присел на корточки рядом с животным и просканировал ауру.

Ситуация оказалась предельно простой. Жидкость сама по себе представляла химическую бурду с экстрактом лопуха. Однако в составе имелся редкий компонент: вытяжка из желёз пещерного шелкопряда. Для человека вещь бесполезная, а вот у этой конкретной особи обнаружился спящий ген гипертрихоза. Вещество сработало в роли катализатора, ударило по гормональной системе, запустило цикл ускоренного роста и застопорило линьку.

Короче говоря, псинка превратилась в ходячую фабрику по производству пряжи.

— Случай редкий, вполне поправимый, — резюмировал я. — Вещество активировало мутацию. Ваша питомица теперь химера.

— Химера?! — мужик ощутимо побледнел. — Она меня сожрёт?

— Ну, поедать хозяина ей не по статусу. А вот в объятиях придушить может легко. Лечить будем?

— Конечно, доктор. Обязательно нужно!

Я взял пациентку на руки, предварительно намотав длинный шлейф на локоть, и понёс в операционную.

— Густота сумасшедшая… — протянула Валерия. — Я бы за такой объем душу продала…

На столе я приступил к процедуре. Требовалось найти заклинивший энергетический «переключатель» и вернуть его в исходное положение. Затем я заблокировал рецепторы к коварному ферменту, чтобы зверь снова не оброс, вздумай он допить остатки парфюмерии.

Пятнадцать минут манипуляций, небольшая инъекция стабилизатора, завершающий пасс руками. Аномальный процесс прекратился. Я взял ножницы и безжалостно состриг лишнее.

— Готово, забирайте, — объявил я, вынося питомца в зал. — С вас двести рублей.

Владелец звонко чмокнул собаку в макушку, отсчитал купюры и умчался на улицу.

Я почти успел сделать глоток остывшего кофе, когда входная дверь распахнулась во второй раз. На пороге возник парень в деловом костюме с гарнитурой в ухе. Окинув помещение цепким взглядом, гость уверенно направился к стойке.

— Господин Виктор, просят вас.

Посланник протянул разблокированный смартфон со значком активного вызова. Я принял аппарат.

— Да?

— Виктор?! — раздался возмущенный голос Агнессы. — Ты почему трубки игнорируешь? Я битый час пытаюсь дозвониться!

— Серьезно? — Я похлопал себя по карманам и обнаружил пустоту. — Оставил в кабинете на беззвучном. Руки заняты были работой.

— А Валерия там оглохла? Я обрывала рабочий номер!

Лера в это время стояла у окна и задумчиво смотрела вдаль.

— Лера, тут Агнесса интересуется судьбой стационарного телефона.

Девушка встрепенулась.

— Я просто вспоминала собачий мелированный оттенок! Настоящий пепельный блонд.

Я переключился обратно на трубку.

— Извиняюсь, проводили планерку. Что стряслось?

— На этот раз без происшествий. У нас сегодня праздничное открытие, презентуем линейку продуктов.

— Отличные новости.

— Сворачивай деятельность и выходи! Там половина каталога состоит из твоих рецептур. Это общий триумф корпорации. Хочу видеть тебя в первых рядах.

— Агнесса, мне неуютно в больших скоплениях народа.

— Перестань торговаться. Тебя доставят на место, обеспечат едой, выпивкой, развлечениями и вернут обратно в клинику. Отказы не принимаются.

Связь оборвалась.

Посланник виновато пожал плечами, переминаясь с ноги на ногу.

— Транспорт ожидает, господин Виктор.

— Гуляем, — резюмировал я и стянул халат. — Лера, оставляю клинику на тебя.

Гуляния развернулись с традиционным столичным размахом.

Площадь перед штаб-квартирой Новиковых гудела от сотен гостей. Пространство пестрело голографическими баннерами, духовой оркестр наяривал марши, фуршетные столы тянулись до горизонта.

Сопровождающий провел меня минуя заграждения в самый первый ряд для привилегированной публики.

Моя потертая куртка диссонировала с брендовыми смокингами окружающих аристократов. Впрочем, главная проблема заключалась в другом.

Справа возвышался амбал, старательно изображающий скучающего зеваку. Слева топтался его брат-близнец. Со спины подпирал уже знакомый парень с гарнитурой, напряженно сканирующий толпу.

К микрофону вышла Агнесса в строгом черном платье. Выпрямив спину, она запустила заранее подготовленную речь про возрождение былых традиций, новые горизонты фармацевтики, ответственность бизнеса и заботу о здоровье питомцев.

Я слегка повернул голову к охраннику за спиной.

— У вас всегда так принято?

— В смысле? — шепнул он.

— Меня зажали с флангов два шкафа со зверскими физиономиями, — я покосился на свиту. — Стою себе скромным ветеринаром, никого не трогаю, а вокруг атмосфера криминальной разборки. Лишнее внимание привлекает.

Парень смутился.

— Госпожа велела обеспечить неприкосновенность. Публика наверняка принимает вас за эксцентричного барона, решившего выйти в свет инкогнито.

— Ага, в стоптанных кроссовках. Барон-оборванец.

Достав телефон, я начал набирать текст. Агнесса как раз держала свой смартфон в руке в качестве электронного суфлера. Пальцы отбили: «Рассредоточь горилл. Глаза мозолят».

Выступающая на долю секунды запнулась, скользнула взглядом по дисплею и сделала микроскопический пас свободной рукой. Оцепление мгновенно рассосалось в пространстве. Координатор отступил назад, позволив мне нормально вдохнуть воздух.

Речь продолжилась в прежнем темпе.

— Инновационные соединения, синтезированные в лабораториях клана, станут переворотом в прикладной ветеринарии. Мы входим в эпоху безопасности и эффективности.

Раздались жиденькие, но искренние аплодисменты. Торжественный момент внезапно разорвал истеричный женский визг с задних рядов.

— Мыши! Караул!

Через двери парадного вестибюля прямо за сценой хлынул шевелящийся белый поток. Сотни грызунов неслись плотной массой, прыгали по ступенькам, путались в проводах аппаратуры.

Зрители отшатнулись. Дамы в туфлях на высоких каблуках с визгом цеплялись за спутников, мужчины сыпали ругательствами, пытаясь отпихнуть живность ботинками. Площадь превратилась в хаотичное броуновское движение. Народ массово ломанулся к выходу, создавая локальные давки у ограждений.

Агнесса опустила микрофон. Губы плотно сжались.

Гвардейцы периметра выхватили табельное оружие. Воздух затрещал от формируемых боевых плетений — Одарённые готовились залить мелких диверсантов напалмом вместе с дорогой плиткой.

Применение магии в паникующей толпе неминуемо приведет к жертвам. Репутация рода обрушится на дно в утренних новостях. Конкуренты выпьют ведра шампанского за здоровье тех идиотов, которые решили спасать положение площадной бомбардировкой.

В происходящем угадывался четкий почерк подставы. Неизвестные заранее пронесли контейнеры в подсобки и дистанционно открыли клетки точно посреди выступления.

Лично меня политические игры столичной аристократии не заботили совершенно. Однако позволить сорвать сделку моей деловой партнёрше я не мог.

Опустив веки, я высвободил Дар Химеролога. Незримая человеческому глазу волна энергии плотным куполом накрыла эпицентр событий.

Внимание сфокусировалось на альфа-особи: крупной крысовидной мыши с темным пятном у основания ушей. Ментальная удавка захлестнулась на сознании животного с немым приказом остановки.

Воля транслировалась через вожака на остальных участников забега. Бурлящая белая масса резко затормозила буквально в паре метров от лакированных туфель гостей. Толпа непонимающе уставилась на застывшую орду.

Узел управления сжался плотнее. Чувство страха, голод и приобретенная агрессия схлынули из мышиных разумов, уступая место безоговорочному подчинению. Марионетки ждали дергания за ниточки.

Шоу продолжалось по моему сценарию. Повинуясь импульсу, зверьки синхронно поднялись на задние лапы. Они деловито разбились на неровные пары, обхватили друг друга передними конечностями, вытянули мордочки вверх и медленно закружились на месте.

Вероятно, Империя еще не видела столь массового грызуньего кордебалета.

Танцоры синхронно раскачивались из стороны в сторону. Выписывали сложные пируэты, кланялись в асфальт, выстукивали коготками ритм по гранитной плитке.

Воздух наполнился щелчками сотен смартфонов — гости ринулись снимать эксклюзивный контент для соцсетей. Гвардейцы в ступоре опустили стволы. Агнесса на сцене изумленно наблюдала за импровизированной хореографией.

В карман генерального директора улетело короткое текстовое сообщение: «Держи лицо. Все идет по плану. Это секретная часть программы, бери инициативу».

Она опустила взгляд, незаметно выдохнула и выдала в зал свою фирменную белоснежную улыбку профессиональной акулы бизнеса.

— Дамы и господа, прошу прощения за небольшую театральную паузу! — звонко разнеслось из динамиков. — Мы приготовили этот сюрприз для демонстрации скрытых возможностей новой линейки контроля поведения.

По толпе прокатился гул удивления. Аристократы активно комментировали происходящее, показывали пальцами на особо усердную пару, пытающуюся исполнить поддержку. Раздались хлопки, быстро переросшие в оглушительную овацию.

— Проводим артистов аплодисментами, — подытожила Агнесса, дожидаясь тишины. — Балет окончен.

Она мазнула по мне мимолетным взглядом. Зрительный контакт буквально кричал с просьбой срочно эвакуировать животных куда подальше.

Получив приказ к отступлению, пушистое море развернулось на сто восемьдесят градусов. Мелкие лапки застучали по камню. Живая волна схлынула в щели ливневых решеток, оставляя площадь в первозданной чистоте.

— Они же потом разбегутся по подвалам! — донесся недовольный выкрик из толпы. — Антисанитария в центре столицы!

— Успокойтесь, большая часть стаи представляет собой наложенную визуальную иллюзию и жесткий свет, — Агнесса врала легко и вдохновенно. — Оставшийся процент реальных особей полностью стерилен и чипирован. Они уже двигаются по трубам обратно в лабораторию.

Гости облегченно выдохнули. Разговоры перетекли в русло обсуждения высоких технологий оптического обмана, достоверности голограмм и качества современных препаратов.

Спустя полтора часа презентация успешно завершилась. Я комфортно устроился в кресле для посетителей в директорском кабинете корпорации.

Агнесса нервно расхаживала вдоль стола.

— Требую найти виновника. Кто-то решил пустить репутацию под откос перед потенциальными инвесторами.

Я задумчиво прихлебывал предложенный кофе отличной прожарки.

— Завистники с аналогичного рынка.

— Уничтожу мерзавцев, — девушка вцепилась пальцами в спинку стула. — Перекрою кислород по всем фронтам. Мне нужно конкретное имя, Виктор. Сможешь вытянуть информацию по своим каналам?

— Легко, — кивнул я.

— Цена вопроса?

— Тридцать тысяч.

Нанимательница не стала торговаться.

— Заплачу пятьдесят за срочность. Они у меня кровью умоются за такие фокусы!

— Зафиксировали сумму, — довольно отозвался я.

Агнесса моргнула, осознав невыгодность импульсивного предложения. Устало опустилась в кожаное кресло и помассировала виски.

— Язык мой — враг мой. Ладно, запускай поиски. За неделю управишься?

Я поставил чашку на блюдце.

— Результат готов прямо сейчас.

Брови собеседницы поползли вверх.

— Жду.

— Группа «Вита-Хим». Товарищи, у которых я удачно скопировал рецептурные базы в прошлом месяце. Руководит ими скользкий тип… виконт Воронов, если не ошибаюсь.

Агнесса на мгновение замерла, обрабатывая данные.

— Воронов. Разумеется, классическая ответка за патентные споры. Отомстил за перехват инициативы на фармацевтическом рынке.

— Стая несла на себе характерный след их фирменного стимулятора центральной нервной системы. Они обильно приправили зверьков феромонами животного ужаса для создания максимального эффекта в толпе.

Девушка оценивающе прищурилась.

— Снял полсотни тысяч за пару готовых фраз. Бессовестный грабеж.

— Чистой воды аутсорсинг, — парировал я. — Экспертное мнение оплачивается по высокому тарифу. Своевременность увеличивает коэффициент.

Она сдержанно хмыкнула.

— Самый простой заработок в твоей карьере.

— Танцы мышам ставить довольно утомительно.

— Финансы поступят вечером. К слову, у тебя есть свободное окно в расписании? Намечается одна специфическая халтурка.

Я поправил воротник куртки, выражая готовность к сотрудничеству.

— Всегда за продуктивный диалог. Особенно на приятных ставках. Выкладывай детали.

Глава 4

— Пу-пу-пу... — я задумчиво почесал подбородок.

На смотровом столе передо мной лежала шерстяная гиря, оказавшаяся при ближайшем рассмотрении обычным хорьком. Вернее, результатом экспериментов местных химерологов, умудрившихся скрестить пушного зверя с питоном.

Внешность животного осталась прежней. А вот анатомия изменилась кардинально: эластичные связки и способный растягиваться до неприличных размеров желудок превратили его в пушистый пылесос.

Сегодня этот зверёк умудрился заглотить шестнадцатикилограммовую чугунную гирю.

— И давно он так... округлился? — уточнил я, откусывая кусок пирожка с капустой.

Рядом на стульчике сидела типичный божий одуванчик — бабуля лет восьмидесяти в аккуратном платочке. Она смотрела на питомца со вселенской тоской.

— Да уж почитай третий день, милок. Он у меня шаловливый, Венечка-то мой. Всё в рот тянет. А тут внук гири свои разбросал, спортом решил заняться... Ну, Веня и слопал одну.

Да уж... Я перевёл взгляд на пациента. Встать с таким грузом внутри он физически не мог, поэтому просто валялся на боку, изучая меня с философской отстранённостью.

— А чего сразу-то не пришли? — поинтересовался я, доедая вкусный пирожок. — Тяжело же ему.

— Так я вот ждала, думала переварит... — виновато развела руками бабуля. — Или, может, само как-то выйдет. Он же у меня уже шесть лет такой, привыкла. Раньше-то я покрепче была, а нынче спину прихватило. Не могу я больше столько живого веса таскать, сынок. Вот, сегодня полегче стало, кой-как добралась...

Я чуть не поперхнулся. Столько времени эта женщина таскает на себе питомца, жрущего всё не приколоченное к полу.

— И часто он у вас так... дегустирует?

— Ой, да чего там только не было! И утюг глотал. И кирпичи на даче. Сапоги резиновые по весне. Однажды дедов валенок вместе с галошей умял. Мы к ветеринарам как на работу ходим. Раз двадцать ему из брюшка всякое доставали. Заживёт и сразу новое ищет, паразит. Говорит, инстинкт у него.

— Говорит? — уточнил я.

— Ну, смотрит так... жалобно. Мол, мамуля, я не виноват, оно само в рот запрыгивает.

Вся клиника в этот момент дружно жевала. Бабушка оказалась крайне запасливой и притащила с собой целую корзину выпечки.

Валерия на ресепшене уплетала ватрушку. Катя, Андрей и Роман уже закипятили чайник, чтобы запивать румяные пирожки с картошкой. Заглянувший на огонёк Кенгу тоже приобщился к застолью, аппетитно хрустя сушками с маком.

Я взял ещё одну домашнюю булочку с повидлом.

— Значит, доставали... — задумчиво протянул я и опустил ладонь на тугой живот хорька. — Резать больше не станем, хватит с него швов. Сделаем иначе.

Беда гибрида заключалась в наследственности. Питонья способность глотать крупные предметы передалась отлично, а вот механизм отрыгивания непереваренной пищи напрочь отсутствовал.

— Сейчас будет немножко горячо, — предупредил я зверька.

Я направил поток энергии прямиком в пищеварительную систему пациента. Требовалось разогнать метаболизм до запредельных значений, заставив желудок работать подобно биохимическому реактору.

— Усиление стенок... Активация кислотного расщепления...

Под моей ладонью живот хорька начал нагреваться. Зверёк дёрнулся, но я успокаивающе погладил его другой рукой.

Под шкурой Вени забурлила магия. Массивная гиря плавилась, стремительно распадаясь на ионы и всасываясь в кровь.

— Сейчас у него гемоглобин подскочит до небес, — прокомментировал я. — Буквально железный будет хорёк. Но мы это поправим.

Через пять минут живот начал опадать. Железо таяло внутри желудочного сока. Веня громко икнул, выпустил изо рта облачко пара и с явным удивлением пошевелил задними лапами.

— Ну, вот и всё, переварил.

— Чудеса! — обрадовалась старушка. — Сынок, ты просто волшебник! Я уж думала, опять наркоз, повязки...

— Это ещё не всё. Устраивает ли вас такая диета питомца на постоянной основе? Следующая трапеза вполне может стать финальной. Заглотнёт какую-нибудь взрывоопасную дрянь, и я даже добежать не успею.

— Ой, не хочу, конечно! — запричитала она. — Я ж измучилась с ним, сил нет. Но что поделать, природа такая...

— Природу можно поправить.

Ладонь снова легла на тёплую шкурку. Задачка предстояла ювелирная: отыскать в геноме кривой участок, дающий питонью растяжимость, и аккуратно его купировать. Заодно пришлось покопаться в мозге, чтобы приглушить сигналы центра голода, провоцирующие тягу к поглощению крупногабаритного мусора.

«Извини, брат, — мысленно обратился я к хорьку, — но больше ты не удав. Ты теперь просто длинная крыса».

Я распустил энергетический узел. Пациент недовольно встряхнулся. Мышцы под шерстью слегка уплотнились, возвращая анатомии естественный вид.

— Всё. Больше он гири глотать не сможет. Физически не пролезет.

Бабуля просияла от счастья.

— Спаситель! Буду молиться за твоё здоровье!

— Но и это ещё не всё...

Буквально на днях аисты притащили с охоты крайне занятную добычу. Какая-то болотная тварь с мордой ленивца сосуществовала в симбиозе с целебным мхом. Именно у неё я изъял редкий атрибут «Эмпатическая передача жизненной силы».

Механика работы оказалась элементарной. Находясь в полной безопасности, носитель генерировал излишки энергии. При физическом контакте эти крупицы напрямую перетекали к другому существу. Своего рода биологическое донорство.

Способность ждала подходящего момента в хранилище. Пожалуй, случай представился идеальный. Пенсионерка годами таскала на руках тяжеленного питомца, тратила деньги на ветеринаров и даже сейчас накормила весь персонал выпечкой. Она определённо заслуживала награды.

Я аккуратно вплёл атрибут в ауру хорька.

— Вот теперь готово, — сказал я, возвращая здоровое животное хозяйке.

Хорёк тут же забрался к ней на руки и прижался.

— Ой, Веня, какой ты тёплый стал... — удивилась старушка, поглаживая его по шёрстке. — И как будто... мурлычет?

— Занялся вашим лечением, — улыбнулся я. — Чаще держите его на коленях. Забудете про скачущее давление, да и спина перестанет ныть по вечерам. Живая мохнатая батарейка. Вам здоровье, а ему ласка. Честный обмен.

Щёки старушки прямо на глазах порозовели. Согнутая спина начала понемногу выпрямляться.

— И правда... Легко-то как стало... Спасибо тебе, милок. Дай бог тебе здоровья!

Она попыталась всучить несколько смятых мелких купюр, однако я мягко отодвинул её руку.

— Не надо. Вы нас пирожками накормили — этого достаточно.

Старушка покинула кабинет в обнимку с Веней. Вместо усталого шарканья в походке появилась забытая бодрость. Этим вмешательством я легко сбросил с её плеч десяток лет.

Оставшись один в операционной, я стянул латексные перчатки и отправил их в урну. На смотровом столе валялись крошки, пустая кружка и скомканные салфетки.

— Расходы...

Медицинские материалы улетали с космической скоростью. Салфетки и перчатки приходилось закупать коробками, а литры антисептиков, бахилы и пелёнки даже не поддавались подсчёту. Шприцы расходились сотнями: ассистентам ведь нужно как-то вводить животным синтезированные мной препараты.

Объективно, весь этот инвентарь являлся лишним. Дара и накопленных знаний хватало с избытком, чтобы полностью игнорировать классическую фармакологию. Обеззараживать поверхности тоже не имело смысла, любая бактерия сгорала под натиском моей энергии.

Но приходилось подчиняться правилам социума. Клиенты не поймут пассов руками над разрезанным брюхом. Пациенту подавай скрип свежих перчаток и звон падающего в лоток инструмента. Перестань я закупать расходники, на следующий день поползут слухи о шарлатане Химерове, который лазает голыми руками в открытые раны. Я поддерживал иллюзию нормальности оптовыми закупками.

Вспомнился показанный Валерией чек за последнюю партию хозяйственных товаров. Сумма там фигурировала приличная.

— Эх, какие бессмысленные траты, — вздохнул я. — Просто сжигание денег ради театрального представления.

С другой стороны... Я вспомнил румяное лицо старушки и её шаг.

С финансами проблем не наблюдалось. Агнесса исправно переводила транши, клиентская база росла в геометрической прогрессии, а подпольные делишки приносили солидный куш. Вполне можно позволить себе выкидывать латекс в мусорку ради сохранения спокойствия в моём маленьком идеальном мире.

Я подхватил со стола оставшийся пирожок. Вишнёвая начинка буквально таяла во рту, заставляя зажмуриться от гастрономического удовольствия. Очень вкусно и сочно.

Вытерев руки салфеткой, я подумал про Агнессу. Девушка умудрялась периодически ломать мои шаблоны. Аристократы вообще народ специфический, но тут она превзошла саму себя.

При упоминании грядущей мести виконту Воронову воображение услужливо рисовало масштабные диверсии. Ночное проникновение в спальню ублюдка с последующим запуском модифицированных скунсов в вентиляцию. Локальный конфликт с применением биологического оружия и боевыми хомяками на передовой... В моих мечтах Рядовая в одиночку разносила родовое поместье врага в щепки.

Я готов был поддержать любую радикальную инициативу, лишь бы заставить этого высокомерного хлыща шарахаться от каждой тени.

Агнесса же решила ударить по кошельку, задумав перехватить у Воронова жирнейший государственный контракт на обслуживание боевых химер.

Эта тема стала в Империи по-настоящему стратегической. После нескольких кровопролитных стычек с эволюционировавшими тварями армейское командование наконец проснулось. Военные бросились организовывать ежедневные зачистки территорий, оттесняя чудовищ от жилых контуров.

Поддержание боеспособности клыкастых подразделений обходилось дорого. Химеры ломали кости, глотали яды и банально выдыхались. Восстановление поголовья требовало тонн медикаментов и качественных хирургов. Речь шла об индустрии с оборотом в миллиарды рублей.

Вся прелесть плана заключалась в уязвимости вороновских активов. Корпорация «Вита-Хим» целенаправленно готовилась к тендеру последние полгода и мысленно пилила бюджет. Ради победы конкуренты спустили колоссальные суммы на постройку новых ангаров и наём дополнительных химерологов. Воронов выложил на стол все козыри.

Агнессу тоже пригласили на эти торги. Изначально девушка планировала проигнорировать предложение из-за нехватки ресурсов: её род потерял множество активов, а провалить государственный заказ означало мгновенный переезд в камеру строгого режима.

С моим участием ситуация в корне менялась. Мы вполне могли забрать этот заказ, предложив цены ниже вороновских при высочайшем качестве работы. Поражение на торгах обеспечит «Вита-Хим» простаивающие цеха и мёртвый груз банковских кредитов. Серьёзная финансовая удавка.

Естественно, я моментально согласился. Дополнительный заработок карман не тянет, да и возможность насолить виконту упускать нельзя. Хотя интеллигентность методов Агнессы вызывала лёгкую грусть. Экономическое противостояние — дело муторное. В моём родном мире за попытки отжать бизнес и убить наследников конкуренты просто вырезали вражеский клан в ноль. Придётся привыкать к здешнему этикету.

Контракт включал в себя второе направление: бесперебойные поставки свежих боевых единиц. Империя нуждалась в регулярном притоке мутантов, и Агнесса собиралась вписаться в этот процесс.

У Новиковых имелись собственные питомники, однако после гибели отца девушки их число заметно сократилось. Многие лаборатории оказались законсервированы или полностью утрачены. Утрачены буквально.

Старшие Новиковы страдали паранойей и держали ценную информацию исключительно в собственных головах. Записывать координаты секретных баз на серверы при живых менталистах действительно опасно. Вот только после внезапной гибели родителей тотальная скрытность вышла боком: законная наследница видела картину своей империи лишь наполовину.

Кое-какие производственные мощности уцелели, позволяя выращивать зверей. План спотыкался лишь о государственную приёмную комиссию. Армейские ревизоры требовали продукцию эталонного качества без брака и с полным соответствием заявленным характеристикам.

Указано в документации, что волкодав бежит марш-бросок двое суток без передышки — животное обязано выдать эти сорок восемь часов. Заявлена бронированная шкура — она выдержит выстрел из крупнокалиберного пулемёта.

Стандартная сертификация одной партии занимала долгие недели изнурительных полигонных испытаний. Лишнего времени у Новиковой не предвиделось. Начни она тестировать зверей по регламенту, Воронов успеет организовать диверсию.

Моя роль сводилась к своеобразному биологическому техосмотру. Агнесса прекрасно поняла масштаб моего Дара. Достаточно опустить ладонь на холку химеры, чтобы вычислить микроскопические дефекты и рассчитать предел физической выносливости. Никаких прогонов по беговым дорожкам.

Допустим, внешне свирепый мутировавший кабан может упасть замертво через пару часов из-за слабого сердечного клапана. Зато мелкая ящерица переживёт ядерный взрыв благодаря специфически развитой печени. Эти вещи читались мной мгновенно.

Я мог отбраковать неликвид ещё до передачи военным, а главное, легко правил мелкие анатомические косяки прямо на месте, выкручивая эффективность организма на максимум.

Работёнка предстояла не пыльная. Тем более платить за неё обещали щедро.

* * *

Секретный научно-исследовательский комплекс

Где-то глубоко под землёй

Стены лаборатории давили на психику похлеще многотонного слоя грунта. Персонал небольшого объекта насчитывал всего сорок человек, включая техничек с высшим уровнем допуска к государственной тайне. Задачи перед ними ставились крайне серьёзные. Алхимики сливали в центрифуги нестабильные компоненты, селекционеры ломали базовые генетические цепочки, инженеры-механики варили экзоскелетные каркасы. Штатным химерологам оставалось объединять всё это в один организм и молиться, чтобы итоговая особь не подохла за первые пять минут тестирования.

Внимание дежурной смены приковал экспериментальный сектор. За бронированным стеклом индивидуальных боксов ворочались три крупные особи. Изначально поисковые отряды отловили в Диких Землях обыкновенных псов-мутантов. Зато сейчас ситуация кардинально поменялась.

— Посмотрите на динамику кальциевых отложений. — Младший научный сотрудник ткнул ручкой в сторону монитора. — Экзоскелет формируется прямо поверх лицевой ткани.

Твари выглядели откровенно жутко из-за скрывавших морды плотных масок. Голову первой венчала структура, похожая на коровьи рога. У второй выросла глухая лобовая пластина с узкими прорезями. Третья обзавелась хаотичным гребнем торчащих во все стороны остроконечных шипов.

Стажёр-вычислитель робко сравнил подопытных с духами из азиатских комиксов, хотя в реальности мутанты смотрелись куда неприятнее вымышленных картинок. Покрывавшая черепа броня была живой. Она еле заметно расширялась и сужалась в такт тяжелому дыханию.

— Нужно вводить акселератор, — скомандовал старший лаборант и застучал пальцами по приборной панели. — Формирование идёт медленно. Катастрофически отстаём от утверждённого графика.

— С ума сошёл? — осадил его химеролог. — Открой текущие анализы крови. Лейкоциты бьют абсолютные рекорды за месяц. Организм всеми силами отторгает искусственную дрянь. Перед нами паразитарная структура вирусной природы, а не закреплённая мутация. Ускорим процесс — стопроцентно убьём носителей. Либо спровоцируем неконтролируемую цепную реакцию в тканях.

— Какая к чёрту разница. — Старший стряхнул пот со лба. — Руководству нужен финальный результат. Армии требуется ударная пехота со сниженным порогом чувствительности. Забудь свои разговоры про паразитов, у нас есть прямой приказ.

— Нам поручили изучить феномен роста брони. О создании неподконтрольных агрессивных единиц речи в протоколах не шло.

Створки шлюза с тихим пневматическим шипением разъехались. В помещение быстрым шагом вошёл руководитель проекта.

— О чём спор в рабочее время?

— Третий бокс демонстрирует снижение темпов роста защитного покрова, — моментально доложил лаборант. — Предлагаю использовать акселератор для стимуляции метаболизма. Костная структура закрепится к вечеру.

— Действие акселератора слишком агрессивно, — вмешался химеролог. — Механизм закрепления наростов до конца не изучен. Сформированная ткань в любой момент может пробить черепную коробку и уйти в мозг.

— Отставить дискуссии. — Руководитель с силой хлопнул ладонью по столу. — Только что закончился сеанс связи с куратором. Докладывать наверх нечего, бюджет на следующий квартал висит на волоске. Мы обязаны показать рабочий прототип к рассвету, иначе весь отдел вышвырнут отсюда без выходного пособия. Поедете раздавать аспирин в деревенских медпунктах.

Он перевёл взгляд на стоящего у пульта сотрудника.

— Грузи двойную дозу. Всю дисциплинарную ответственность беру на себя.

— Выполняю, — тут же отозвался тот и защелкал тумблерами на пульте.

Программа активировала инъекторы. Механические манипуляторы спустились с потолка камер к прикованным животным и вогнали в вены толстые металлические иглы. Резервуары с оранжевой жидкостью быстро опустели.

— Цикл завершен. Отслеживаю телеметрию.

Потянулись долгие минуты томительного ожидания.

— Давление растёт. Частота сердечных сокращений увеличивается в геометрической прогрессии, — монотонно зачитывал цифры лаборант.

Первый пес внезапно сорвался на истошный, дребезжащий визг. Аудиодатчики уловили и передали в рубку громкий треск деформирующихся суставов.

— Пошла реакция! Визуально фиксирую увеличение общей массы тела.

Костяная пластина поползла вширь, закрывая височные доли. Она развивалась не снаружи эпидермиса. Острые шипы пробили мышечную ткань насквозь. Хрящевые отростки порвали лицевые нервы и намертво впаялись в челюстной аппарат. Биологическая структура физически пережёвывала первоначального носителя изнутри.

Подопытные синхронно забились в конвульсиях. Их спины выгнулись неестественной дугой, ремни фиксаторов жалобно заскрипели.

— Показатели силы превышают все лимиты, — констатировал лаборант с диким блеском в глазах. — Мускулатура увеличилась вдвое. Это колоссальный успех.

— Это провал, кретин. Посмотри в стекло!

Особь с монолитным шлемом оборвала вой и рывком поднялась на задние лапы, обрывая металлические цепи. Двумя передними она с размаха ударила в изолирующее стекло. По прозрачному композиту немедленно разбежалась плотная паутина белых микротрещин.

Руководитель побледнел и молча попятился к эвакуационному выходу.

Очередной мощный толчок высадил прозрачную панель целиком. Тварь тяжело рухнула на кафельный пол. Через пару секунд свои камеры покинули остальные подопытные.

— Блокируй двери! Запускай зачистку сектора!

Оператор пульта с размаху вбил кулак в панель экстренной ликвидации. Из вентиляционных шахт лаборатории выдвинулись медные распылители. Замкнутое пространство залило море густого напалма. Электронные пирометры мгновенно ушли в красную зону.

Сотрудники столпились у второго барьерного стекла пультовой, не отрывая взглядов от бушующего инферно.

Огонь ревел под потолком, плавя алюминиевые столы и лабораторную посуду. Вытяжка заработала на полную мощность, стягивая едкий черный дым к фильтрам. Сквозь рассеивающуюся пелену выжившие разглядели стоящие на четырех лапах силуэты. Шерсть сгорела без остатка, почерневшая плоть во многих местах треснула от высокой температуры. Зато костяные элементы лишь приобрели матовый оттенок. Защитная корка прошла скоростную термическую закалку и стала еще плотнее.

Монстры синхронно повернули головы. Слепые белые лицевые щитки безошибочно уткнулись прямо в спрятавшихся людей.

— Охрану на мой уровень! Срочно! — рявкнул в портативную рацию директор.

Спустя минуту в смежный коридор ворвалась группа быстрого реагирования. Пятеро штурмовиков в кевларовой броне навели винтовки на дверной проём. Твари к этому моменту пробили остатки рамы и рванули навстречу подкреплению.

Охрана открыла шквальный огонь. Стальные пули высекали снопы искр из гладких пластин, не оставляя даже мелких выбоин. Выстрел из плазменного резака оплавил угол одной маски, ничуть не замедлив скорость мутанта.

Вожак отмахнулся передней лапой и начисто снёс стрелку экипированную руку. Его сородич с разгона протаранил второго солдата плечом. Шум лопающихся грудных ребер перекрыл звон падающих гильз.

Химеролог мёртвой хваткой вцепился в воротник начальника и поволок его прочь из пультовой. Трое лаборантов кинулись вдогонку. Пятёрка беглецов успела ввалиться в помещение специального хранилища реагентов ровно до того момента, как бойня перекинулась на их сторону. Магнитные замки с тяжелым лязгом намертво зафиксировали герметичную створку. В ту же секунду по ту сторону металла раздался сдавленный человеческий крик.

Изолированный отсек гарантировал временную безопасность. Композитный сплав двери останавливал бронебойные снаряды, а генераторы кислорода давали долгий запас времени до прибытия спасательных команд с поверхности.

Под низким потолком хранилища тускло светился резервный дисплей внутренних камер.

— Эта сталь выдержит любую нагрузку, — прохрипел руководитель, опираясь руками о стеллажи. — Связывайтесь с городом, пусть отправляют регулярные армейские части.

Картинка на дисплее в реальном времени отображала масштаб катастрофы. Покончив со стрелками, псы начали громить уцелевшие после пожара остатки оборудования. Один разрывал клыками армированный силовой кабель. Другой методично ронял массивные центрифуги на бетонный пол.

Крупный вожак забрел в зону временного складирования отработанных веществ. Он толкнул боком контейнер с маркировкой химической опасности. Тяжёлая стальная ёмкость упала. Толстый коготь легко распорол металлическую обшивку. По выжженному полу побежала густая фосфоресцирующая лужа.

Химеролог сполз по стене на пол и закрыл лицо руками.

— Что там было? — напрягся стажёр.

— Концентрированный биоактивный стимулятор роста. При синтезе тканей мы использовали фракции объемом меньше миллиграмма. В этой бочке перевозилось около пяти литров чистой базы.

Черно-белый монитор показал, как зверь опустил нос к разлившейся химической грязи. Едкие испарения его совершенно не смутили. Мутант принялся быстро лакать кислотное месиво.

Его спина моментально пошла буграми новой мускулатуры. Суставы удлинялись с тошнотворным треском. Сородичи подошли следом и принялись пить препарат, смертельная дозировка которого при внутривенном введении составляла сотые доли грамма для взрослого слона.

Маски на черепах потекли вниз по позвоночнику. Кость превращалась в литой горбатый панцирь, надежно прикрывающий шею, грудной отдел и плечи.

Завершившие структурную трансформацию существа медленно развернулись корпусом к хранилищу.

— Они идут прямиком к нам, — просипел лаборант и забился под пустой стол.

— Дверь рассчитана на артиллерийский обстрел! — сорвался на визг директор.

Первый таранный удар пришелся точно в центр створки. Толстый многослойный лист выгнулся пузырём. Вентиляционную решетку выбило воздушным давлением. В воздухе повисла бетонная пыль.

Второй толчок сорвал верхний ряд фиксирующих ригелей. Массивные стальные крепления выгнулись в обратную сторону.

Третий рывок окончательно порвал полотно по линии сварного шва.

В узкую щель немедленно протиснулись толстые фаланги с заостренными краями. Тварь зацепилась за деформированный кусок преграды и дёрнула вес на себя. Дверь с диким скрежетом отлетела вовнутрь вместе с фрагментом несущей бетонной балки.

В образовавшемся прямоугольнике света вырос огромный силуэт. В прорезях глухого шлема полностью отсутствовали зрачки. Там медленно перекатывалась и вращалась плотная вязкая масса багрового цвета.

Мутант с треском раздвинул усеянные обновленными рядами клыков челюсти. В мертвой тишине бункера эхом раздался клокочущий низкий звук. Этот звук удивительно точно походил на отчётливый, торжествующий смех.