Идеальный мир для Химеролога 2

Глава 1

Выйдя на крыльцо клиники, я сразу же ощутил вибрацию асфальта. Город содрогался от гула машин, лязга металла и человеческих криков. На фоне надрывающихся сирен вдалеке раздавались ритмичные удары зениток, расцвечивая облака жёлтыми вспышками.

Толпа хаотично растекалась по переулкам. Владельцы соседних магазинов суетливо стягивали вниз металлические ролеты, наглухо блокируя витрины и входные двери в надежде переждать опасность.

Угроза уже нависла прямо над крышами. Небо перекрыла плотная стая крылатых созданий с вытянутыми силуэтами. Кожа этих существ напоминала бугристый панцирь, а на спинах топорщились складки ткани, которые прямо в падении разворачивались в перепончатые плоскости, превращая падающие тела в живые глайдеры.

Твари стремительно снижались. Они проламывали черепицу на домах, сминали кузова припаркованных машин, сносили пластиковые вывески и рвали провода уличного освещения.

Системы ПВО прошили воздух сеткой пулемётных очередей. Сразу несколько туш вспыхнули и сорвались в штопор, ударившись об асфальт, однако основной поток уцелевших особей лишь слегка вильнул в сторону. Зенитки не справлялись с плотностью стаи: на место каждой уничтоженной цели немедленно сдвигалась новая.

Меня мучил закономерный вопрос: почему системы оповещения сработали с таким чудовищным опозданием, когда передовые особи уже утюжили кварталы. Защитный периметр явно дал сбой.

— Вот это да, — выдавил Кеша, царапая мне плечо когтями. — Даже по телевизору таких не показывали. Что будем делать, хозяин?

Я быстро оглядел фасад клиники и наше толстое стекло, которое вряд ли выдержит прямой таран.

— Обороняться. Нам металлических ставней не завезли.

Монстры били по любым доступным целям. Крайний оторвал кусок профнастила с соседнего здания. Ещё один на полной скорости влетел в бетонный столб, заставив конструкцию опасно накрениться. Они методично ломали и уродовали инфраструктуру, подчиняясь не тактике, а примитивному рефлексу уничтожения. С таким подходом стены нашей ветеринарки скоро превратятся в щебень.

— Чего им тут надо? — удивился попугай.

— Здание пропитано фоном магической энергии. Для них этот выброс работает как пищевая приманка, — быстро проговорил я, не спуская глаз с неба. — Потому все легальные лаборатории химерологов убирают глубоко в бункеры или выносят за периметр.

В конце квартала мелькнул женский силуэт. Мать тащила за собой спотыкающегося ребёнка к открытой двери подъезда, и в тот же миг от основного роя откололся одиночный хищник, падая в их сторону.

Грязно выругавшись, я направил плотный заряд магии в мышцы ног и пружиной выбросил тело вперёд. Дистанция сократилась рывком. Я перехватил существо у самой земли, отсекая его траекторию от спины убегающей женщины.

Пропитанный кинетической энергией кулак с хрустом вошёл в жёсткий бок противника, вбив тварь в дорожное покрытие. Асфальтовая крошка брызнула во все стороны. Отдачей мне раздробило кисть. Модификатор плотности тканей оказался слишком низкоуровневым для подобных нагрузок, суставы просто сместились.

Сбитый хищник начал судорожно скрести когтями, переворачиваясь на лапы. Пришлось действовать левой: я выхватил рабочий клинок и загнал сталь под основание черепа монстра. Обычного физического урона не хватило из-за высокой плотности мышечных волокон цели. Я пустил по металлу заряд разрушения. Тусклый фиолетовый контур обжёг ткани внутри раны, вызвал глубокий мышечный спазм, и туша окончательно обмякла.

Спасённая стояла неподалёку в полном оцепенении. От моего окрика её дёрнуло, она подхватила сына под мышки и заскочила в тень подъезда, захлопнув створку.

Детские прогулки в этом районе явно отменяются надолго.

Осмотрев травмированную конечность с искривлёнными пальцами, я мысленно зафиксировал ошибку в расчётах. Вектор атаки я задал верно, однако базовой биологической прочности носителя катастрофически не хватает.

Поверженный враг находился в глубоком нокауте из-за болевого шока. Ухватив создание за хвост, я затянул его за угол дома в глухую зону. Там опустился на колено, положил здоровую ладонь на бугристый череп и пробил ментальный блок животного.

Требовалось срочно выяснить алгоритм их появления. Память существа отдавала хаотичными обрывками последних часов: низкие температуры, кислородное голодание, специфическое сопротивление среды. Обработав данные через свои диагностические матрицы, я понял масштаб картины. Стая перемещалась в верхних слоях атмосферы, выходя за рамки радаров городских служб безопасности.

Под слоем физических параметров обнаружился сгусток гормонального фона, указывающий на острую панику. Структура их сознания базировалась на коллективной нейросети, где отдельные особи постоянно обменивались сигналами, формируя единый организм. Причина такого поведения всплыла в нейронном следе, заставив меня криво усмехнуться.

Если наша администратор считает себя ходячей катастрофой, то жителям мегаполиса сегодня не повезло в квадрате, включая меня самого.

Летуны вообще не планировали атаковать наземные постройки, совершая транзитную миграцию. Ошибка системы произошла прямо в зените: их ведущий альфа-самец банально скончался от износа организма, тихо угаснув прямо в потоке ветра. Разрыв центрального канала связи спровоцировал каскадный сбой. Лишённые навигатора монстры переключились на базовый инстинкт защиты территории и обрушили всю скопившуюся злобу на первый попавшийся раздражитель внизу.

Мозаика сошлась окончательно: ПВО молчало из-за запредельного эшелона полёта, а хаос на земле стал результатом их стайной истерики. Никакого плана захвата, только чистая биология.

Мозг сразу же перешёл к оценке ресурсов. Биоматериал сыпался буквально с неба, причём с весьма нужными мне модификаторами плотности скелета. Зубная эмаль хищников вообще заслуживала отдельного внимания стоматологов из-за идеальной пигментации и твёрдости, хотя применять это на людях у меня желания не возникало — с животными договориться проще.

По ментальному каналу я связался с Рядовой: «Переходим на тяжёлый профиль. Забирай клинки и занимай позицию на нижнем уровне».

Подвал ветеринарки, ранее функционировавший как складской блок, имел дублирующий выход на улицу. Горизонтальные металлические створки сливались с тротуаром. Добравшись до этого люка, я термическим заклинанием нагрел закисший висячий замок. Дужка поддалась, потекла каплями металла, и я откинул тяжёлые крышки, открыв спуск вниз.

— Иди сюда, Кеша. Сейчас поработаешь наживкой.

Наложив на птицу многокомпонентную иллюзию, я изменил химический состав её выделений. Оперение начало испускать концентрированный фермент, на сто процентов соответствующий гормональному маркеру самки их вида, готовой к спариванию. Попугай получил чёткий инструктаж и взмыл к ближайшим крышам.

Пока я караулил у проёма, Кеша начал нарезать круги над перекрёстком, мастерски имитируя проблемы с координацией. Химия сработала безотказно. Внешнее несоответствие перекрылось мощным рефлексом, заставив десятка полтора летунов резко сменить вектор и погнаться за раздражителем.

Теряя высоту, птица направила этот хвост прямиком в зеевший квадрат уличного входа. Там их уже ждала Рядовая, шинкующая попадающий в узкую горловину поток биомассы с методичностью промышленного комбайна.

Спустя минуту мимо моего плеча проскочил пёстрый комок перьев.

— Это не я! — истерично завопил Кеша, с разгону ныряя во мрак подземелья.

Вслед за ним в бетонный жёлоб обрушилась плотная волна из нескольких десятков особей. Я сразу дал ментальную отмашку Психу присоединиться к зачистке.

За сохранность Валерии я не переживал: девушка сидела в глухой подсобке под защитой усиленных петель и группы наблюдения из лабораторных хомяков, мониторящих вибрации. Моей же задачей оставался контроль внешнего периметра на крыльце.

Очередной рухнувший на асфальт хищник попытался прорваться сквозь стеклянные двери ветеринарки. Сэкономив энергию, я встретил летящую тушу обычным пинком подброшенного ботинка, сбив ей дыхание и сломав траекторию. Звуковая компрессия от моего хлопка лишила дезориентированную цель равновесия, после чего я точечно пересёк ей суставные связки ножом и скинул в общую яму к Рядовой.

Снизу раздавался непрерывный хруст хитина, бульканье рассекаемой плоти и тяжёлый бас Психа. Моя группа переработки биоресурсов функционировала без сбоев.

Воздушный бой тем временем перешёл в горячую фазу. Городские комплексы обороны лупили по навигационным координатам, засеивая облака шрапнелью и термитными зарядами, прожигающими дыры в этой шевелящейся массе. Одна концентрированная батарея смахнула целый пласт стаи. Однако животный интеллект позволил уцелевшим снизить высоту: они вжимались в ландшафт, прячась между многоэтажками от радиолокаторов.

Со стороны бизнес-центра послышался звон бьющегося витринного стекла и скрежет сминаемого железа. Гражданские с легальными стволами открыли беспорядочный огонь из квартир, добавляя канонаде треска винтовочных калибров и дробовиков. Дым от разрывов смешался с городской пылью.

Для меня этот бардак представлял идеальный полигон тестирования. Опираясь на стену клиники, я мысленно фиксировал аэродинамику существ, их углы атаки и сопротивляемость баллистическому шоку, формируя отличную базу анатомических данных.

На перекрёсток вырулила пара бойцов с контактным холодным оружием. Их тактика строилась на парном взаимодействии: первый уводил хищника вниз ударом по перепонке, а напарник моментально пробивал шейные позвонки на земле.

Группа зачистки быстро продвигалась вперёд, пока не наткнулась на меня. Я сидел над трупом одной из тварей, с помощью щипцов изучая структуру её фаланговых сочленений, и со стороны явно напоминал обезумевшего от стресса мародёра.

Мужчина с залитым кровью клинком сбавил шаг, посмотрел на мои манипуляции и покрутил пальцем у виска.

— В укрытие залезь, смертник! — рявкнул он, кивнув на фасад.

Пришлось молча поднять свободную левую руку и показать оттопыренный большой палец, давая понять, что ситуация под контролем. Пробурчав ругательство, мечник бросился догонять товарища вглубь района.

Иллюзия уязвимости работает идеально. Пусть городские службы играют в героев, пока я спокойно аккумулирую ресурсы под носом у паникующей толпы.

Масштабный налёт растянулся на половину вечера. К ночи плотность зенитного огня упала до единичных залпов, а вместо сигналов воздушной тревоги по магистралям засновали реанимобили. Воздушное пространство окончательно очистилось от биологических радаров.

Я вернулся внутрь, заперев покоробленные входные двери.

В подвале громоздилась плотная свалка израсходованной биомассы, доходившая почти до потолочных балок. Рядовая устроилась на самом верху, протирая лезвия ветошью. Растянувшийся на бетонном полу Псих хрипло восстанавливал дыхание: его шкура пестрела десятком свежих порезов, однако пёс излучал абсолютное удовлетворение от проделанной работы.

Попугай спустился с вентиляционного короба под потолком, встряхнул перьями и деловито сообщил:

— Знатно мы их разобрали.

Нащупав пальцами пульсирующие жилки на шее Психа, я прогнал через его кровеносную систему волну стимуляции клеток, затягивая рваные края ранений. У макаки же защита оказалась совершеннее, лишь пару царапин на предплечьях требовалось смазать антисептиком.

— Что дальше делать будем? — поинтересовался Кеша, шагая по тушке мертвого хищника.

— Скрывать улики. Валерии доступ в эту зону категорически закрыт. Наша администратор с трудом переваривает умного грызуна на стойке, а от складированных кубометров кишок у неё просто схлопнется психика. Мне на ресепшене нужен сотрудник, а не клиент реабилитационного центра.

Концентрация ферментов и разлагающихся тканей быстро достигала критической отметки. Органические отходы следовало переработать до того, как они испортят систему вентиляции ветеринарки. Отправив птицу в операционную за прозрачным боксом, я выждал пару минут. Вскоре Кеша осторожно приземлился на стол, волоча в лапах формикарий со жвалами моей персональной санитарной бригады.

Откинув стеклянную панель муравьиной фермы, я транслировал сознанию их матки проекцию помещения.

«Запасов биоматериала хватит для резкого скачка популяции. Утилизируйте всё. По итогам выдам увеличенный террариум и стимуляторы роста».

Прозрачные стенки тут же покрылись непрерывным потоком хитиновых тел, вытекающих навстречу еде.

Мой дар химеролога работал на пределе возможностей. Окружающая кровавая бойня для обывателя обернулась бы ночным кошмаром, однако передо мной лежал раскинувшийся на весь подвал шведский стол. Уставленный деликатесами пир прямо с небес.

Прошлые лаборатории радовали идеальным порядком. Инструменты всегда покоились на законных местах, образцы снабжались бирками и плавали в стабилизирующем растворе. Здесь рабочим столом служил заляпанный бетоном пол, а скальпелем выступал обычный трофейный нож. Начинать с нуля всегда по-своему увлекательно, особенно при наличии бесплатных помощников.

— Рядовая, Псих, — скомандовал я. — Займитесь сортировкой. Целые туши оттаскивайте в дальний угол, а всё разорванное и мелкие куски сваливайте прямо в центре.

Бойцы тяжело дышали после недавней драки, но приказ кинулись выполнять незамедлительно. Рядовая потащила массивные туши, выстраивая из них кривые штабеля вдоль стены. Псих принялся собирать конечности и формировать кучу. Я взвалил добычу на перевёрнутый деревянный ящик и вооружился ножом. Пора посмотреть на внутренности.

Лезвие легко вспороло плоть. Руки помнили выверенные столетиями практики движения, новое тело ничуть не мешало процессу.

Внутреннее строение твари оказалось весьма примитивным. За основу создатель взял неизвестный птичий генотип, грубо скрестил его с рептилией и в случайном порядке налепил поверх дополнительные атрибуты. Местная дыхательная система включала два лёгких и дополнительные воздушные мешки для высотных перелётов. Откровенная халтура. Гораздо эффективнее было бы пустить рециркуляцию кислорода напрямик через кровеносную систему.

Из-под рёбер я извлёк крошечную, едва различимую глазом сеть капилляров, вросшую прямо в костную ткань. Атрибут «Прочность костей» самого низшего ранга представлял сейчас колоссальную ценность.

От прикосновения моей ладони к мёртвой плоти потянулись нити энергии. Они обволокли чужеродную структуру и вытянули её наружу. Извлечение генетического материала требовало огромного количества сил, суставы неприятно заломило, однако результат окупал любые затраты.

«Прочность костей» начала интегрироваться в мою собственную физиологию. Внутри правой руки возникло пульсирующее тепло, уплотняющее ткани. Непривыкший к подобным манипуляциям организм пытался отторгнуть вливание, поэтому пришлось приложить дополнительные усилия.

Остатки магического резерва хлынули к травмированной конечности. Вывернутые фаланги с неприятным влажным хрустом встали на свои места. Мышцы пронзило болью, хорошо знакомой мне ещё по временам первых опытов с имплантами. Свежий атрибут сформировал надёжную основу для перестройки. Костная структура приобрела необходимую плотность, множественные микротрещины затянулись.

Суставы поддались, и пальцы сомкнулись в кулак. Рука сохраняла неповоротливость и тянуще болела в запястье, однако риск случайных переломов полностью исчез. Для окончательной регенерации придётся подождать до утра.

Следующими из препарированных туш я достал «Усиленные сухожилия», а также парочку низкоранговых кислотных желез. Складной механизм крыльев вместе с ядовитыми когтями и фрагментами черепов отправились в отдельную стопку. Псих без дополнительных пояснений перенёс ценный материал в чистый контейнер. Опустошив все пригодные туши, я шагнул к сваленной посередине помещения горе мяса.

— Санитары, принимайтесь за работу.

Оставленный в углу подвала формикарий открылся по моему мысленному сигналу. Колония муравьёв сплошным шевелящимся ковром устремилась к оставленной пище. Помещение заполнилось монотонным шуршанием крошечных жвал. Насекомые перерабатывали органику с пугающей скоростью, оставляя после себя лишь серую пыль вместо толстых костей.

Спустя два часа бетонный пол полностью очистился от мусора. Рой поглотил биоматериал и организованно отступил внутрь старой железной бочки, оборудованной под их второе гнездо. На выходе из подвала я притворил тяжёлые створки. В ближайшее время потребуется раздобыть надёжный навесной замок с магическим контуром, иначе количество незваных визитёров превысит все разумные пределы.

* * *

Имперский Координационный Центр

Зал для пресс-конференций

Репортёры и операторы местных телеканалов плотным кольцом обступили сцену. За застеленным сукном столом сидели двое спикеров.

Место слева занимал представитель военного ведомства генерал-майор Корнилов. Его морщинистое, перечеркнутое глубоким шрамом лицо часто мелькало в имперских новостях. Офицер сохранял абсолютно непроницаемое выражение.

Главным действующим лицом выступал сидящий справа Артемий Воронцов. Глава Гильдии Следопытов облачился в практичный графитовый костюм вместо привычной парадной формы и сейчас обводил зал тяжёлым взглядом.

— ...смею заверить жителей столицы в абсолютной безопасности, — динамики разнесли голос Воронцова по помещению. — Ситуация изначально контролировалась штабом. Координация между армией и силами Гильдии прошла без сбоев.

Репортёры недовольно загомонили. Недавней ночью небо над целыми кварталами скрылось за стаями крылатых тварей, проливших немало крови на улицах города. Воронцов проигнорировал шум и указал ладонью на своего соседа.

— Армейское руководство осознает вашу обеспокоенность, — взял микрофон Корнилов. — Действия защитников опирались на утверждённый протокол. Дальние дозоры за Стеной передали сигнал о приближающейся угрозе за несколько часов до визуального контакта.

Генерал подался вперёд и повысил тон.

— Многие спрашивают об отключённых сиренах и молчании зенитных комплексов в первые минуты атаки. Открытие огня на предельной дальности привело бы к падению сотен тяжёлых туш и раскалённых осколков прямиком на жилой сектор. Сопутствующий урон от массовой давки и разрушений многократно превысил бы текущие показатели. Войска намеренно подпустили противника ближе для прицельного уничтожения. Тактический замысел сработал.

Журналисты начали переглядываться, на задних рядах раздались жидкие хлопки, быстро переросшие в одобрительные аплодисменты. Пресса охотно проглотила предложенную версию.

— Сохраняйте спокойствие, — бросил напоследок Воронцов и отодвинул стул. — Службы продолжают патрулирование.

Глава Следопытов скупо улыбнулся публике, а Корнилов коротко кивнул на камеры. Оба чиновника проигнорировали летящие вдогонку вопросы и быстро ушли в служебные коридоры.

Тяжёлая дубовая дверь отсекла вспышки фотоаппаратов. Сразу после щелчка электронного замка осанка мужчин заметно изменилась. Корнилов судорожно расстегнул давящий воротник парадного кителя. Воронцов первым делом направился к бару, наполнил широкий стакан алкоголем и выпил почти залпом.

— Полный провал, — прохрипел следопыт, бросив стакан на стол. — Система оповещения просто не сработала.

— Вся оборона пошла прахом, — генерал злобно пнул ножку стула. — Повторение инцидента с Драконом. Стая рухнула прямо из стратосферы. Радиолокационные станции молчали до последнего, комплексы ПВО заработали только над самым центром. Захватить цель на такой запредельной высоте банально не хватило мощностей.

— Потери среди гражданских перешли разумные границы, — Воронцов налил вторую порцию. — Высший свет жаждет отчётов. Мы не можем постоянно рассказывать басни про хитрый тактический замысел, скрывая глобальный сбой систем безопасности.

— Армия тоже несёт колоссальный ущерб, — мрачно ответил Корнилов. — Утром пришла сводка с востока. Горная база «Перевал-4» уничтожена. Двести пятьдесят солдат гарнизона разорваны на куски.

Воронцов тяжело оперся о столешницу.

— У Гильдии похожая ситуация. Ночью мы лишились двух тренировочных полигонов вместе с новобранцами из Академии. Нападение произошло во время стандартных учений.

Разговоры об экспансии и возврате утерянных территорий теперь выглядели откровенной насмешкой на фоне дымящихся столичных улиц. Дикие Земли менялись, порождая существ совершенно иного порядка. Имперская инфраструктура десятилетиями затачивалась под противостояние разрозненным животным инстинктам, а не слаженным атакам организованных стай.

— Придётся пересмотреть регламент, — нарушил тишину глава Следопытов. — С завтрашнего дня я подписываю приказ, разрешающий моим людям заводить личных химер.

Корнилов резко развернулся от окна. Использование генномодифицированных монстров внутри Гильдии исторически находилось под строжайшим запретом. Изначальный кодекс охотников базировался на человеческом превосходстве и собственных боевых навыках, воспринимая искусственных зверей как потенциальных врагов. Армейское командование тоже относилось к подобным войскам без восторга из-за запредельной стоимости содержания.

— Правильное решение, — медленно произнёс генерал, переварив услышанное. — Министерство обороны на закрытом заседании утвердило расширение кинологических полков. Император продавил эту директиву через Совет и гарантировал финансирование из монаршей казны.

— Нас ждут отвратительные времена, — глава Гильдии потёр виски. — Окончательно попадём в рабство к химерологам. Рынок перекосило. Каждая бездарность с базовым сертификатом биоинженерии уже сегодня диктует свои условия Корпорациям и аристократам.

За переработанных особей выплачивали чудовищные гонорары, прощая специалистам любые срывы сроков и откровенное вымогательство. Все фракции отчаянно нуждались в новых машинах убийства.

— Вся оперативная нагрузка ляжет на поголовье кинологов, — Корнилов налил себе минеральной воды.

Военные дрессировщики обладали способностью замыкать на себе сознание нескольких существ одновременно, однако не умели вмешиваться в генетический код. Ментальная синхронизация несла за собой огромные риски, привязываясь напрямую к духовной оболочке человека. Сама матрица контроля требовала регулярного обновления в лабораторных условиях не реже одного раза в месяц.

Эта громоздкая цепочка позволяла обученному солдату управлять слаженной стаей монстров, расчищая целые сектора без использования тяжёлой техники. Однако смерть питомца на поле боя неизбежно вырывала фрагмент энергетики хозяина. После серии подобных потерь истощённая нервная система перегорала. Кинологи получали обширный инсульт либо превращались в калек от попыток разорвать деградировавший канал связи. Выдерживать подобный стресс удавалось единицам, причём даже им требовалась длительная реабилитация в стационаре.

Каждое такое подразделение берегли пуще генеральского состава.

— Нам понадобится колоссальный штат обслуживающих лабораторий, чтобы этот новый порядок заработал без осечек, — Воронцов поднял гранёное стекло. — Выпьем за то, чтобы эти химерологи не содрали с нас последнюю шкуру, генерал.

Глава 2

Ветеринарная клиника «Добрый Доктор»

Валерия приходила в себя долго и тяжело. Она лежала неподвижно, разглядывая незнакомый серый потолок с россыпью мелких трещин в углу.

Девушка села на кровати и потянулась, разминая затёкшие мышцы. Привычный утренний алгоритм повёл её искать кухню ради чашки крепкого кофе. Пальцы нащупали на столешнице пластик чайника. Валерия налила воду, нажала кнопку и замерла: планировка помещения совершенно не совпадала с её собственной квартирой.

Остатки сна мгновенно улетучились. Перед глазами всплыли вчерашние события: вой сирен, бегущая по улице толпа и жуткие твари, рвущие прохожих на части. Один из монстров тогда рухнул на припаркованный автомобиль, проломил крышу и начал терзать спрятавшихся внутри людей.

Тогда-то она и вспомнила слова о защите. Доктор выглядел устрашающе, но именно к нему Валерия побежала прятаться. Она вернулась в кабинет, из которого полчаса назад радостно ушла, считая себя свободной от обязательств и сомнительных контрактов. И вот результат: чужая кухня, нервная дрожь в коленях и полное непонимание происходящего.

За спиной щёлкнул замок. На пороге стоял её вчерашний спаситель. Валерия вскрикнула от неожиданности и рефлекторно втянула голову в плечи.

Доктор вздохнул.

— Ну что опять? — спросил он. — Я специально диван купил, чтобы ты не просыпалась на операционном столе.

Немного погодя он принёс ей выпечку и сок, а заодно обрисовал текущую ситуацию. Подпись на бумаге стояла, импульсивное решение вступило в силу, и теперь Валерии предстояло отрабатывать спасение. Список обязанностей оказался длинным. Требовалось сидеть на ресепшене, общаться с посетителями, отвечать на звонки и заниматься поиском новых клиентов для расширения бизнеса.

Началась экскурсия по клинике. Пока начальник рассказывал об особенностях работы вытяжки, девушка приоткрыла неприметную дверь в конце коридора. Внутри оказалась кладовка. Всё её пространство занимали штабеля чистых костей — выбеленные скелеты тех самых монстров с улицы. Девушка отшатнулась от проёма.

— Зачем ты туда лезешь? — раздался за спиной спокойный голос. — Это склад.

— Я смотрю, ветеринар вы так себе, — произнесла она.

Он проигнорировал выпад.

— Потом объясню.

Показав оставшиеся кабинеты, доктор вывел её на крыльцо и направился к соседнему зданию. На третьем этаже он остановился перед обшарпанной дверью, достал из кармана связку ключей и отдал Валерии.

— Твоё жильё. Хозяева недавно съехали, я оформил аренду. Будешь жить рядом с клиникой, чтобы в любой момент выйти на смену.

Металл ключей неприятно холодил ладонь.

— Графика два через два не предвидится? Влипла.

Вопреки ожиданиям, обстановка внутри оказалась вполне сносной. Обычный светлый ремонт, минимум старой мебели, вымытые окна и полы.

— Аренда дешёвая, из зарплаты вычитать не стану, — опередил он её вопрос.

— Знаю я причины таких скидок. Соседи наверняка проблемные.

Он пожал плечами:

— Всякое бывает. Постой, ты на кого сейчас намекаешь?

Девушка промолчала и стала разглядывать вид из окна.

— Нужно забрать мои вещи со старой квартиры, — прервала она затянувшуюся паузу.

— Твои сумки в спальне. Рядовая успела всё перетащить, пока ты отсыпалась. Вы виделись вчера.

Валерия опустилась на край дивана.

— И когда приступать к обязанностям?

— В идеале — минут через пятнадцать.

* * *

Попытки сосредоточиться на медитации в тишине кабинета провалились: за окном постоянно что-то грохотало. За стеной Рядовая проводила силовую тренировку с автоматами вместо утяжелителей и периодически роняла оружие на линолеум. В коридоре недовольно ухала Юстиция, требуя очередной том по уголовному праву.

Обстановка совершенно не располагала к отдыху. В довершение ко всему с первого этажа донёсся грубый мужской голос. Клиент влетел в приёмную и сразу перешёл на крик, требуя выдать ему главного шарлатана.

Я потёр переносицу.

— Это за тобой, босс, — подал голос Кеша.

За стойкой регистрации по-прежнему было пусто. Мой новый администратор запаздывала. Едва получив ключи и инструкции, Валерия категорически отказалась немедленно выходить на смену. В качестве аргумента она привела отсутствие подходящего гардероба.

Я тогда внимательно оглядел её простое закрытое платье и обычные туфли.

— На тебе вполне приличная одежда.

— В солидных клиниках администраторы соблюдают дресс-код, — парировала девушка. — Нужно купить форму. Или хотя бы блузку с пиджаком.

Заявление прозвучало слишком комично для заведения, в которое за последнюю неделю врывались с оружием чаще, чем в портовый кабак. В подвале колония муравьёв утилизировала кости мутантов, по лестницам перемещалась макака в бронежилете, а теперь к нам добавилась претензия на корпоративную этику. Закончился спор просьбой выдать деньги в счёт первой зарплаты.

Не проработав ни секунды и не приняв ни одного звонка, человек требовал наличные. Я вытащил её из-под когтей крылатых тварей, выделил отдельную жилплощадь, притащил в кабинет нормальный диван ради её психического здоровья — и получил запрос на финансирование шопинга.

Ругаться не имело смысла: инвестиция во внешний вид сотрудницы могла окупиться за счёт лояльности клиентов. Валерия забрала купюры и умчалась по магазинам.

Теперь мне приходилось самостоятельно разбираться со скандалистом в приёмной. У стойки переминался плечистый мужчина с габаритами тяжелоатлета. Гость тяжело дышал и сжимал огромные кулаки.

— А, знакомые лица, — поприветствовал я его. — Какие-то проблемы?

От злости его лицо пошло красными пятнами.

— Проблемы?! Мой боевой петух больше не выдыхает пламя! Он облысел, забился в угол вольера и отказывается жрать!

Память быстро подкинула нужную карточку. Накануне турнира этот местный аристократ заказывал интеграцию огненного атрибута для своей птицы. Временную недорогую модификацию ровно на одно выступление.

— Текст в договоре был предельно ясным, — напомнил я. — Срок действия усиления вышел. Претензии не принимаются.

— Я планировал выигрывать с ним весь сезон! Вы содрали деньги за один поединок!

Возникло сильное желание пришить этому скандалисту третью ногу для ускорения процесса его ухода из клиники.

Входная дверь звякнула колокольчиком, впуская Валерию. Спор пришлось прервать.

Девушка успела раздобыть тёмный пиджак и юбку карандаш. Белая блузка застёгивалась под самое горло, растрёпанные ещё час назад волосы оказались туго стянуты на затылке. Такой строгий корпоративный стиль радикально контрастировал с обшарпанными стенами холла.

Валерия молча прошествовала мимо недовольного клиента и заняла рабочее место. Мужчина даже замолчал на несколько секунд, оценивая появление нового действующего лица. Администратор запустила терминал, вытащила из ящика пустой блокнот с шариковой ручкой и строго посмотрела на гостя.

— Извините за ожидание, — произнесла она поставленным голосом. — Врач срочно уходит на плановый обход стационара. Изложите мне суть проблемы.

Здоровяк захлопал глазами, переводя взгляд с меня на девушку.

— Здесь работают аферисты! — рявкнул он и ткнул пальцем в мою сторону.

— Давайте сверим документы, — невозмутимо кивнула Валерия. — Проверим записи по вашей заявке.

Каких-либо регистрационных журналов я в клинике отродясь не держал.

— Минуту, открою базу данных. Назовите ваше имя.

— Вячеслав, — растерянно буркнул клиент и начал сбиваться, повторяя историю болезни несчастного петуха.

Администратор с умным видом начала водить мышкой по пустому рабочему столу операционной системы.

— Карточка найдена. Модификация пернатой особи, навык воспламенения. Вы утверждаете, что эффект исчез, а животное лишилось оперения и активности?

— Именно! — обрадовался пониманию Вячеслав.

Я с интересом наблюдал за диалогом. Она умудрилась успокоить разъярённого клиента, просто озвучив его же претензии канцелярским языком.

— Зафиксировано, — Валерия сделала вид, что вносит поправки в систему. — Вы оплатили исключительно физиологическое вмешательство. Дополнительную консультацию у... — она едва заметно запнулась, сообразив, что не знает моего имени, — у нашего главного хирурга вы не брали.

Моя подпись стояла на каждом листе её вчерашнего контракта, но читать документы Валерия явно не привыкла.

Ситуацию спас Кеша. Попугай бесшумно спланировал с верхнего яруса прямо на плечо девушки и быстро протрещал нужные сведения на ухо. Администратор дёрнула щекой от щекочущих перьев.

— Виктор, я составлю акт претензии самостоятельно, — скомандовала она, разворачиваясь ко мне. — У вас по графику сложный пациент.

Тонкий палец указал направление в сторону коридора.

Мне стоило немалых усилий удержать серьёзное выражение лица.

— Благодарю за содействие, — кивнул я.

Оставив девушку оформлять мифический бланк возврата средств за испорченную птицу, я отправился в лабораторию. Первое вложение в персонал начало окупаться в первый же час.

* * *

После обеда в дверь моего кабинета снова постучали.

— Войдите, — отозвался я и прервал медитацию.

— Я... это... — донёсся из коридора неуверенный голос.

На пороге мялся утренний скандалист Вячеслав. Вся его давешняя спесь куда-то улетучилась, оставив лишь смущение и неловкость. Гость шагнул в кабинет, водрузил на стол клетку с облезлым боевым петухом и кашлянул в кулак:

— В общем, извините! Девушка на ресепшене мне всё растолковала, признаю неправоту. Принёс своего Красавчика. Нужен полный анализ, осмотр. Ещё хочу получить выписку с советами по улучшениям и списком ваших услуг.

Я разглядывал клиента. Что Валерия умудрилась ему сказать? Навела легкий морок, пригрозила натравить Рядовую или вообще очаровала одной улыбкой — результат говорил сам за себя.

— Да уж, дела, — пробормотал я.

Вячеслав суетливо вытащил из кармана смятый чек.

— Вот, оплатил, — посетитель прижал бумажку к столешнице. — Кстати, принтер у вас барахлит. А по кассовому аппарату сразу видно серьёзного специалиста — лента подчистую кончилась от потока клиентов.

Смысл незнакомых слов ускользал. Скорее всего, какие-то местные артефакты для финансового учёта. Стоит заняться изучением этого вопроса на досуге.

Красавчик отправился на хирургический стол для детального обследования. Внутри химеры обнаружилась настоящая помойка из чужих вмешательств: кривые генетические заплатки наслаивались одна на другую и постоянно конфликтовали между собой.

В памяти невольно всплыла прежняя лаборатория. Сотни запасных костей на полках, морозильные установки для сохранения тканей, ряды сосудов с питательными растворами. Добравшись до самого завалящего алхимического стола, я легко перетёр бы материалы в пыль и синтезировал препараты, работающие в обход вживленных дефектных атрибутов. Однако сейчас из рабочего арсенала оставались только стальной скальпель да бумага с ручкой.

Вернувшись в кабинет, я сдвинул исписанный лист в сторону посетителя.

— Здесь перечень доступных вмешательств. А внизу расписано всё то непотребство, которое в вашу птицу напихали предшественники.

Клиент пробежался глазами по строчкам и удивлённо присвистнул.

— Неужели можете поднять плотность кожи?

— Вполне, — подтвердил я. — Но за счет снижения мобильности. Любая модификация требует компромисса, и усиление одной функции потянет за собой ослабление смежных параметров.

— Досадно, — нахмурился Вячеслав, пытаясь разобрать мой почерк. — А можно подобрать схему, чтобы вышло быстро и сильно?

— Поработаем с нервными узлами для ускорения реакций организма. Уплотним структуру когтей под пробитие лёгких доспехов. Вдобавок придётся выравнивать гормональный фон, иначе птица начнёт впадать в апатию после серьёзных стычек на арене. Весь комплекс обойдётся в шестьсот рублей.

— Кусается ценник! — посетитель нервно дёрнул щекой. — Да ладно, оформляем!

Шестьсот рублей получены буквально за пять минут консультации. Выходит, за одно утро новенькая администраторша оправдала предоставленное жильё и солидный кусок зарплаты.

Привычные убеждения творца-бессребреника дали трещину. В прошлой жизни на создание уникальной особи мог уйти целый год, после чего плод трудов банально отдавался подходящему владельцу ради наблюдения за развитием химеры. Я модифицировал чужих питомцев даром из голого исследовательского азарта. Местный же мир наглядно продемонстрировал, как прекрасно монетизируется чужой недостаток профильных знаний. Теперь мне определенно стоило подтянуть навыки ведения переговоров с заказчиками.

По возвращении в операционную я снова занялся птицей. Базовая генетика оказалась на удивление крепкой, вот только предыдущие умельцы изрядно над ней поиздевались. Хорошо было видно место, где первый лекарь вживил усилитель. Следующий ремесленник попросту заглушил узел и сверху наспех нацепил собственную примитивную конструкцию.

В этот раз я отбросил привычку работать в полной тишине и стал вслух комментировать процесс для переминающегося у порога владельца:

— Обратите внимание на шею. Это спящий узел регенерации. Его запитали мимо основных артерий, из-за чего атрибут не лечит ткани, а постепенно травит кровь маной. На лапах остались следы уплотнения рогового слоя. Да, сам коготь покрепчал, зато связки расшатаны в хлам: любой плотный удар приведёт к вывиху сустава.

Вячеслав вытянул шею и впился взглядом в препаровочный стол.

— Серьёзно? Как-то доказать сможете, или это байки для набивания цены?

— Могу разрезать сустав и показать деградацию тканей наглядно, — ровным тоном ответил я и потянулся за щипцами.

— Не вздумайте!

Для подтверждения своих слов хватало и других способов. Нарисовать в воздухе проекцию энергетических меридианов животного или проявить ауру загнивающих волокон. Вот только местные ветеринары подобными практиками не пользовались, а привлекать внимание к моим инструментам диагностики пока не хотелось.

Дверь чуть приоткрылась. В помещение скользнула Валерия и сгрудила на край тумбы стопку чистых бланков.

— Я случайно услышала ваши сомнения, — мягко обратилась она к клиенту. — Заведения нашего профиля не предоставляют вырезанных кусков плоти ради уговоров, поскольку бизнес строится исключительно на репутации. Оплатив процедуру сейчас и получив отличный результат на ринге, вы непременно зайдёте к нам в следующий раз. Заметили обман — больше на пороге не появитесь. Мы настроены на долговременную работу. И раз уж с утра случилось досадное недоразумение, Виктор Николаевич наверняка согласится провести небольшую процедуру бонусом от заведения. Вы ведь сделаете скидку на первый визит? — девушка выразительно покосилась в мою сторону.

— Без проблем, — сдался я.

— Правда? И что дадите? — мгновенно переключился Вячеслав.

— Обновлю перьевой покров до нужной кондиции. Абсолютно бесплатно за потраченные нервы на стойке регистрации.

— Годится! Давайте! — потёр руки владелец.

Кончики моих пальцев прошлись над остовом пернатого. Точечное вливание энергии вкупе с короткой словесной формулировкой спровоцировали мгновенный отклик клеток. Кожа петуха за долю секунды обросла густым слоем пуха, сквозь который наружу полезли жесткие блестящие маховые перья. Их привычная рябая расцветка исчезла. На смену пришёл плотный угольно-чёрный пигмент с благородным синим отливом.

— Вот это класс! — выдохнул гость, впившись взглядом в клетку. — Чистый имперский окрас. Мне за такую пигментацию конкуренты минимум двести рублей заряжали.

— Доброе имя клиники обходится дороже, — лучезарно отозвалась администратор.

— Естественно! — клиент буквально сиял от счастья. — Ещё раз извиняюсь за скандал, просто сдают нервы перед турниром. Питомцы стоят баснословных денег, я собираю их годами. Приходится постоянно метаться по врачам, а кругом одни дилетанты с амбициями.

Оставив наличные, он бережно подхватил потяжелевшую переноску с Красавчиком и покинул коридор, без устали кланяясь Валерии.

Как только дверь в холл щёлкнула, я повернулся к девушке. Она с невозмутимым видом расставляла папки по местам.

— Моё почтение. Ловко ты его обработала и перевернула конфликт.

Она на секунду замерла с бумагами в руках, отводя взгляд. На скулах проступил бледный румянец.

— Дело не совсем в этом...

— А в чём? — я приготовился выслушать историю об изнурительных психологических тренингах или подработках в крупных гильдиях.

— Просто ваши собственные навыки работы с людьми болтаются на довольно низком уровне.

От такой откровенной наглости пришлось набрать побольше воздуха в лёгкие.

— Это ты сейчас о чём? Я превосходно умею составлять кабальные магические контракты и вести дела!

Она прищурилась, пряча промелькнувшую в глазах насмешку:

— Вот-вот. Заметно.

— Половина провалов здесь на совести Иннокентия, — я поспешил сбросить ответственность на первого попавшегося члена команды.

— Бесспорно. Гениальный кадровый ход — отправить птицу набирать штат клиники, чтобы было на кого списывать убытки.

Упомянутый фамильяр моментально сориентировался в расстановке сил. Спорхнув с верхушки высокого шкафа, попугай рухнул прямиком на хрупкое девичье плечо. Он заискивающе потёрся клювом о её шею, издавая тихие воркующие звуки обиженного создания.

Новая сотрудница прыснула от смеха и осторожно почесала хитрого перебежчика под загривком.

— Подлиза пернатый. Ладно, к насущному, — тон администратора моментально стал деловым. — Когда проводим совещание?

— Прямо целое совещание? Разве ты не голодна?

В родном мире глобальные перестройки процессов требовали обильных столов с жареной дичью и алкоголем. Лишь после сытной трапезы маги переходили к составлению планов. Я искренне считал, что за насыщенное скандалами утро девчонка зверски вымоталась.

— Я абсолютно сыта, — отрезала Валерия. — Вы сами наняли меня для развития коммерческой базы и внедрения новых стандартов работы. Нам нужно обсудить текущий бюджет и утвердить график первостепенных расходов.

— Демоны побери, куда так гнать?

В моём представлении привыкание неподготовленного человека к окружению из разумных животных должно занимать минимум несколько недель. Валерия же погрузилась в рутину управления с грацией обученного диверсанта.

— А смысл ждать? Аренда сама себя не покроет.

— Ну, раз горишь желанием — давай прикинем всё прямо сейчас, — устало выдохнул я.

Девушка тут же положила на стол свой раскрытый ежедневник.

* * *

Прошло шесть часов.

За время нашего разговора Валерия выпотрошила всю мою подноготную. Я успел почувствовать себя племенным жеребцом на ярмарке: зубы осмотрели, шерсть проверили. Вопросы сыпались непрерывно. Девушку интересовали пределы моих способностей, стабильность проводимых модификаций, принципы извлечения атрибутов и даже возможность работы с неорганикой.

Валерия постоянно черкала в блокноте. Попутно она составляла графики, выстраивала схемы взаимодействий и тут же анализировала полученные данные. На вопрос о складе скелетов в кладовке я ответил прямо: это ценный рабочий материал для исследований.

— Отлично! — кивнула она. — Так и пометим: алхимия входит в перечень услуг.

— При чём тут алхимия? — возмутился я. — Это биоинженерия вперемешку с некромантией...

Её термины не волновали. Она старательно вывела запрошенное слово и дважды его подчеркнула. В свежий бизнес-план органично вписалась будущая продажа костяного порошка, защитных амулетов из когтей, специфических вытяжек из органов и готовых зелий.

Теперь создатель тварей и по совместительству химеролог шагал по поручению своего администратора в неизвестный магазин. Девушка раскопала адрес в сети. Отзывы посетителей намекали на специфичность заведения, зато хвалили ассортимент. По расчётам Валерии, там обитали потенциальные поставщики, скупщики нашего товара или обладатели редких реагентов. Сама она идти отказалась. Здраво рассудила, что при оценке предложений и поиске подвоха потребуется мнение специалиста профильного рынка.

Инструктаж оказался кратким: ничего не продавать, денег не тратить. Требовалось поговорить с хозяевами, прицениться к товару и раздобыть бумажный прайс-лист для последующего мониторинга рынка. Логистику и переговоры по поставкам девушка полностью взяла на себя.

Я усмехнулся. Человека, чьё имя высекли на Стеле Героев, теперь отправляет на деловые разведки девчонка, до ужаса боящаяся обычных гусей.

На улице моросил дождь. Я надвинул капюшон куртки и зашагал по лужам. Таксисты и частные извозчики попрятались от непогоды, так что добираться пришлось пешком. Впереди показалась нужная вывеска. Одинокий неон моргал над подвальной дверью в глубине узкого переулка.

Внешне лавка не внушала доверия. Я дёрнул дверную ручку и шагнул внутрь. Договор есть договор.

* * *

Квартира Валерии, Петербург

Валерия легла на диван и вытянула гудящие ноги. В комнате царило умиротворение, нарушаемое лишь тиканьем настенных часов. Впервые за долгое время поблизости никто не стрелял, не ломал стены и не пытался лишить её внутренних органов. Накопившаяся за день усталость воспринималась с явным удовольствием. Появилось забытое чувство собственной востребованности.

«Своеобразный тип этот Виктор», — подумала девушка, разглядывая белую штукатурку на потолке.

В своей области он определённо был гением. Валерию действительно впечатлил составленный перечень возможных манипуляций с живыми организмами. Однако социальные навыки химеролога стремились к нулю. С клиентами он общался терминами профильных академиков. Никаких дежурных улыбок, красочных презентаций или уговоров. Товар подавался сухо, с упором на побочные эффекты вроде внезапного облысения, что напрочь убивало любые коммерческие начинания. Уникальный продукт требовал качественной упаковки, агрессивной рекламы, правильного позиционирования и точного расчёта целевой аудитории.

Идея стать полноценным агентом для гения-социопата окончательно завладела её мыслями. Внезапно девушка посмотрела на свои босые ступни. Домашняя обувь пропала ещё во время ночёвки в хостеле: кто-то стянул выстиранные кроссовки прямо с сушилки на балконе. С продуктами ситуация обстояла не лучше, поскольку холодильник сиял пустотой.

В кармане лежали выданные Виктором сто рублей. Валерия достала купюру, покрутила её в пальцах. Эти деньги не требовалось переводить в счёт старых долгов или экстренно прятать на случай проблем. Их можно было потратить исключительно на себя. До ближайшего торгового центра было минут десять пешком.

У входной двери она вспомнила про один из пунктов устного контракта с нанимателем. Правило гласило, что первое время сотрудница обязана сообщать о любом выходе на улицу. Конкретный адресат для таких отчётов не уточнялся. Девушка обратилась прямо к стенам прихожей:

— Я выхожу на улицу!

Рассмеявшись в голос, она потянулась к замку. Из открытой форточки стремительно спикировал попугай Кеша.

— Принято, — каркнула птица с вешалки. — Открытие двери разрешено через две минуты.

Валерия замерла с рукой на ручке.

— Ты за мной следишь?

Выждав ровно сто двадцать секунд, девушка толкнула створку. В следующее мгновение замок с громким щелчком защёлкнулся обратно, а Валерия отпрыгнула в центр коридора. На лестничной площадке сидела массивная собака с бугристыми мышцами. Жёлтые глаза неотрывно гипнотизировали дверной глазок. Выпирающие из-под губы длинные клыки придавали животному максимально свирепый вид. Попугай перелетел на тумбочку для обуви.

— Игнорируй угрозу и выходи, — скомандовал Кеша.

— Он отгрызёт мне ноги, — прошептала Валерия. — Откуда взялся этот мутант?

— Особь откликается на кличку Псих, — пояснила птица. — Ты классифицирована как дружественная цель. Выполняй движение на лестницу.

До торгового центра они добирались втроём. Попугай ехал на плече у девушки и охотно поддерживал беседу. Виктор явно перестроил голосовые связки питомца и основательно покопался в его интеллекте. Теперь Кеша строил длинные осмысленные предложения. В процессе диалога он мастерски пародировал иностранные акценты, подражал голосам телеведущих и театрально тянул гласные. Собака семенила рядом. Псих игнорировал кошек, не реагировал на гудки машин и держался идеально ровного темпа ходьбы. Встречные пешеходы предпочитали перебегать на другую сторону улицы от греха подальше, а бродячие стаи прятались по дворам при его приближении.

На обратном пути Валерия тащила объёмные пакеты с провизией. На зебре прямо перед её ногами резко затормозила тонированная легковушка, чудом не задев колесом ботинок. Стекло опустилось.

— Оглохла, корова! — рявкнул пассажир с переднего сиденья. — Убирайся с дороги, пока я тебя не раскатал!

Валерия кивнула на разметку:

— Мы на пешеходном переходе.

Дверь распахнулась. На асфальт выбрался крепко сбитый мужчина в спортивном костюме.

— Правила мне решила почитать? — он вплотную приблизился к девушке. — В глаза мне это повтори.

Она почувствовала сильный запах алкоголя и инстинктивно отшатнулась. Кожа незнакомца покрылась сетью фиолетовых капилляров, а в воздухе запахло озоном от активации Дара.

— Смелость кончилась? — ухмыльнулся бузотёр, готовясь схватить Валерию за воротник куртки.

Желание спорить исчезло моментально. Девушка уже набрала в грудь воздуха для извинений. Водитель легковушки тем временем коротко засигналил, торопя напарника вернуться в салон. Пернатый охранник на плече громко откашлялся.

— Дегенерат с признаками вырождения по материнской линии, — отчётливо выдал Кеша.

Валерия испуганно пискнула, прикрыв рот ладонью. Пассажир остановился и медленно повернул голову. Свечение на его теле стало ощутимо ярче.

— Жить надоело?

— Рекомендую сфокусировать зрение на уровне дорожного покрытия, — произнёс попугай.

Мужчина опустил взгляд на асфальт. Там молча сидел Псих. Из пасти капала слюна, а верхняя губа задралась, обнажая влажные клыки. Защитный покров Дара на теле парня погас сам собой. Агрессор поднял руки в примирительном жесте и начал спиной отходить к автомобилю. Собака сделала шаг следом.

— Биологическое устранение запрещено инструкцией, — проскрежетал попугай. — Допускается лишь нанесение материального ущерба.

Псих с шумом выдохнул через ноздри. Пёс приблизился к легковушке, вцепился зубами в переднее колесо и с глухим хрустом вырвал его прямо вместе со стойкой амортизатора. Удерживая деформированную покрышку в пасти, мутант уселся обратно на зебру. Водитель внутри салона сполз под руль от ужаса.

— Инцидент исчерпан, продолжаем движение на базу, — доложил Кеша.

Остаток пути девушка проделала на автопилоте под беспрерывное щебетание птицы.

— Шеф высоко оценил твои способности по организации процессов, — вещал Кеша голосом диктора новостей. — Он сам в людях разбирается слабо, зато проблемы безопасности решает кардинально. Идеальное распределение ролей в стае. Тебе понравится, вот увидишь.

Рядом рысцой бежал мутант, мерно постукивая выдранным автомобильным колесом по тротуару. Увиденное с трудом укладывалось в рамки привычной картины мира. Впрочем, Валерия призналась себе, что гулять в компании такого эскорта было на редкость спокойно.

Глава 3

Я шагал по сырым вечерним улицам и обдумывал последние события.

Валерия оказалась настоящей находкой. Всего за пару часов работы на месте администратора она кардинально преобразила клинику. Появился комфорт, повысилась эффективность. Эта девушка умела быстро разгребать организационный бардак и находила общий язык с самыми агрессивными посетителями.

Такого сотрудника следовало беречь, а в здешних реалиях это подразумевало серьезную защиту. Я мысленно перебирал варианты личного телохранителя для нее. Псих слишком бросается в глаза. Рядовую вообще нельзя показывать неподготовленным гражданам. Придется собрать новый экземпляр, тихий и способный быстро ломать кости при физическом контакте.

При всей своей кажущейся наивности Лера обладала цепким умом и отлично выстраивала причинно-следственные связи. Конкуренты могли запросто переманить столь полезного специалиста, а уличные отморозки — порезать вечером в подворотне ради мелочи. Охрана требовалась срочно.

Вокруг кипела привычная городская суета. По пути мне попалась разбитая витрина, небрежно затянутая строительной плёнкой: местные любители чужого добра работали здесь весьма активно. Высоко в небе промелькнула стайка мелких крылатых хищников, пикируя к крышам спального района. Своеобразное местечко. Вооруженные банды, бесконтрольные мутанты, зарвавшиеся аристократы. Однако подобная неразбериха открывала массу перспектив для развития моего предприятия.

Вскоре я добрался до нужного адреса. В полуподвал вела неприметная облезлая дверь, над которой кривилась выцветшая доска с надписью «Лавка Химеролога». Чересчур помпезно для пыльного подвала.

Внутри противно скрипнули половицы. Пространство помещения занимали кривые деревянные стеллажи, забитые мутными склянками, колбами с химикатами, черепами хищников и банками с законсервированными внутренностями. За обшарпанным прилавком стоял лысоватый старик в очках. Он флегматично натирал тряпкой стеклянную реторту.

— Ищете что-то конкретное или из любопытства зашли? — поинтересовался он, не отрываясь от своего занятия.

— Планирую продать материал, но и посмотреть ассортимент не откажусь.

— Зовите меня Альфред. Обращайтесь, если глаз за что зацепится.

Я прошелся вдоль витрин. Часть выставленных компонентов я классифицировал с первого взгляда, другие образцы пришлось сканировать. Возле кассы обнаружился отдел с жидкостями.

— Что это за взвесь? — я указал на бутылку с зелёным раствором и плотными осадками на дне.

— Крайне полезный состав, — продавец поставил колбу на стол. — Выжимка из бородавок болотной Квакуши. Для стабилизации влита слюна шестипочкового гепарда.

— На кой чёрт гепарду понадобились шесть почек?

— Откуда мне знать, — пожал плечами старик. — Причуды местной природы.

Скорее уж причуды криворуких химерологов, которые наплодили нестабильных гибридов и не удосужились просчитать их физиологию. Моё восприятие безошибочно фиксировало энергетические следы на товарах. Каждая банка на витрине фонила магией искусственного синтеза, храня остатки чужих лабораторных ошибок.

Официально продавать части несертифицированных организмов строго запрещалось местным законодательством. В открытых интернет-базах подобных предложений не водилось. Я достал телефон и показал Альфреду снимки трофеев: останки крылатых существ, которых мы недавно уничтожили в подвале моей клиники.

— Качественный материал, — лавочник всмотрелся в изображение крыла с шарнирной механикой суставов. — Прочность хитина на уровне военного кевлара. Кожу целой сняли?

— Повреждена в бою.

— Жаль. Умельцы охотно покупают ровные лоскуты для укрепления защитной экипировки. Но крылья всё равно возьму, дам двести за комплект. Череп оценю в сотню. Когти пойдут по десятке за штуку.

Расценки выглядели разумно. При регулярных поставках редкой органики эти суммы могли покрыть базовые издержки клиники.

Тут старик решил продемонстрировать свои навыки.

— Знаешь, за счет чего я десятилетиями держусь на плаву? — он сдвинул очки на лоб. — Мой профиль кроется в точной оценке скрытого потенциала.

Альфред занес раскрытую ладонь над стеклянным пузырьком. Воздух между его пальцами пошел легкой рябью, засветился. От мутной жижи внутри склянки вверх потянулись нити синеватого эфира.

— Окрас потока синий, высокая плотность. Состав идеально сработает как катализатор клеточного восстановления во время операций над нестабильными существами.

— А точная рецептура вам известна?

Продавец убрал руку и свечение исчезло.

— Моя задача заключается исключительно в реализации. Мастера-создатели варят свои смеси за закрытыми дверями и берегут расчеты от посторонних. Технологический секрет тут основа выживания.

— Если кто-то попробует систематизировать знания и выпустить открытый справочник?

— Долго такой писатель не протянет, — Альфред усмехнулся. — Конкуренты быстро свернут ему шею в темном переулке. Свободный доступ к инструкциям сломает систему заказов и монополию лабораторий.

Моих собственных наработок из прошлой жизни хватило бы на создание полномасштабной профильной библиотеки. Только диссертация по репликации астральных сущностей в гравитационных аномалиях заняла полтора десятка томов. А местные таланты трясутся над химической формулой заживляющей мази.

Старик достал из деревянного ящика два идентичных загнутых когтя.

— Полюбуйся. Форма совпадает до миллиметра. Однако левый я отдаю за сто рублей, а правый могу продать за копейку.

Я активировал восприятие. Левый кусок ороговевшей ткани оказался пустышкой для туристов. В правом же вибрировал плотный сгусток остаточной эссенции. Подобную энергию можно легко перекачать в накопитель артефакта или пустить на усиление питомца.

Следом на столешницу лег сморщенный серый гриб.

— Стоимость этого растения составляет три тысячи.

— Атипичный штамм агрессивной плесени? — спросил я, изучив плотный магический фон экземпляра.

— Верно. Правильная стимуляция спор позволяет за ночь уничтожить до гектара здоровых посевов. Самый ходовой товар для диверсий на сельскохозяйственных угодьях.

Лавка полностью закрывала мои запросы в нелегальных компонентах. Оговорив с Альфредом сроки поставки добытых трофеев, я перешел к тратам. Мне требовалось нормальное стекло. Выбрав огнеупорные колбы, три перегонных аппарата и партию редких реактивов для синтеза, я выгреб из кошелька почти всю наличность. Загрузив приобретения в прочную сумку, я покинул помещение.

В клинику вернулся поздним вечером. Смена Валерии подошла к концу и девушка отправилась домой. В холле висела плотная полутьма. Из соседней палаты доносился размеренный басовитый храп Психа.

Опустив на кафель звенящие пакеты с алхимическим инвентарем, я расстегнул куртку. Из нагрудного кармана на стол плюхнулся пухлый хомяк. Возле станции метро работала круглосуточная зоопалатка, где зверек сидел в тесном пластиковом боксе. Магический потенциал его коры головного мозга показался мне довольно высоким, поэтому пришлось потратиться на покупку.

— Зачем нам лишний рот? — Кеша свесился с верхней жердочки и возмущенно захлопал крыльями. — Тринадцатый грызун в здании! Это какая-то животноводческая патология?

— Автоматизация мелкого быта, — я прижал барахтающегося зверька пальцами к столешнице. — Идеальная техническая служба.

Моя энергия с силой ударила по слабым нейронным связям животного. Поток безжалостно форматировал природные инстинкты, расширял спинномозговой канал и прописывал жесткие директивы послушания. Через пару минут структурная лепка успешно завершилась.

— Приступай.

Грызун замер, дернул усами. Взгляд приобрел сфокусированную осмысленность. Мелкий помощник юркнул к разбросанным документам и аккуратно выровнял стопку бумаг по краю папки. Затем свалился со стола на пол. Внутренний каркас оглушительно хрустнул. Мышцы стремительно пошли в рост, растягивая шкуру и уплотняя костную ткань.

Через секунду на плитке стояла перекачанная мышечная туша габаритами с упитанного питбуля. Монстр деловито подошел к тяжелому журнальному столику и сдвинул его точно по центру зоны ожидания. Потом подхватил зубами оброненную половую тряпку и принялся методично полировать плинтуса.

Попугай обиженно щелкнул клювом, проворчал пару фраз об издевательствах над природой и отвернулся спиной к залу. Распаковав колбы и расставив оборудование на железных стеллажах, я включил администраторский ноутбук.

— Спать не пойдешь? — спросил пернатый от стены.

— Изучу местное правовое поле.

Вечерняя беседа с Валерией заставила меня пересмотреть алгоритмы работы в городе. При проверке договоров клиники ментальная сеть раз за разом выплевывала абсурдные законы. Судебные кодексы напрямую конфликтовали друг с другом, отменяя базовые статьи нелепыми сносками мелким шрифтом. Императорские указы блокировались местными актами, а члены городского Совета протаскивали серьезные финансовые преференции под видом документов о регулировании высоты бордюров.

Существовать в условиях юридической анархии исключительно силовыми методами было неэффективно. Приходилось маневрировать.

Авторитетные маги-архитекторы прочно сидели на государственных дотациях. Публикация исследований гарантировала общественный статус и неприкосновенность от низших проверяющих инстанций. Зарегистрировавшись по свежим поддельным документам на официальном научном портале, я открыл библиотеку статей.

Степень некомпетентности местных умов превзошла любые ожидания. Автор самой обсуждаемой публикации на семидесяти страницах пытался доказать концепцию раскачки ядра через поглощение адреналина химеры. Он советовал ежедневно пытать собственных созданий до полусмерти. Под бредовым текстом копились комментарии от наследников крупных кланов с суммами финансовых переводов.

Любая попытка реализовать этот способ на практике неизбежно вела к разрушению нервной системы творца и деградации нейросети питомца.

Следующая монография по биоалхимии содержала весьма любопытные выкладки по синтезу хрящей, однако её создатель принципиально писал слово «хемеролог» через букву Е. Ни редакция портала, ни благодарные читатели ошибки не замечали.

Информационный фон открывал идеальные условия для внедрения. Оценочный скроллинг ленты занял около часа.

Я набрал номер Леры.

— Слушаю, — раздался в динамике сонный голос.

— Вышел на платформу академических публикаций. Как мне закрепиться на нейросетевых ресурсах без нулевой истории аккаунта?

— Я похожа на пресс-секретаря? Дай пару минут.

Звонок отключился. Ровно через пять минут на экране высветился входящий вызов.

— Инструкция от маркетолога следующая, — произнесла девушка намного бодрее. — Выпускать статьи в одиночку не имеет смысла, утонешь в спаме. Заходи в коллаборации с проверенными именами ресурса. Оформляй совместные проекты с авторитетными исследователями. Даст мгновенный прирост аудитории.

Тактика оказалась безупречной.

В специальном разделе соавторства нашлись десятки запросов. Одни профессора буксовали на расчетах регенерации хитина для защитных экзоскелетов, другие искали химиков для повышения огнеупорности желез дыхательной системы рептилий.

Выбрав три наиболее профильных заказа, я принялся за тексты. Базовых согласий не отправлял. К каждому отклику я прикрепил объемный файл с практическим алгоритмом: разобрал допущенные авторами ошибки симбиоза, предложил схему перенаправления маны при синтезе и выдал формулу стабилизации клеточной структуры.

Для студента моей старой школы эти строки считались банальным фундаментом второго курса. Но здесь подобная выжимка фактов должна была произвести разрушительный эффект разорвавшейся гранаты. Читающий моментально поймет, столкновение с каким уровнем знаний произошло в его почте.

Сервер моргнул зелёным цветом, зафиксировав отправку писем. За окнами клиники медленно занимался бледный городской рассвет. Наживки ушли глубоко в мутную академическую воду. Теперь оставалось сидеть на берегу и ждать, пока клюнет самая нужная рыба.

* * *

До открытия клиники оставался час, но звон ведра в приёмной заставил меня проснуться. Следом в кабинет потянуло едкой химической взвесью. Хлорка смешалась с ароматом кофейных зерен, образуя совершенно невыносимую композицию.

Точнее, бурную деятельность снаружи развернули Валерия и хомяк-уборщик.

Моя единственная сотрудница исступленно натирала линолеум, методично стирая пятна технической грязи. Такому агрессивному рвению позавидовал бы сам Константин.

— В такой грязи работать противно, — заявила она, с остервенением выкручивая тряпку. — Сейчас полы закончу и примусь за стены.

Приёмную было не узнать. С полок исчезла многолетняя серая корка, столешница регистратуры приветливо сверкала чистым пластиком. В углу на тумбе бормотал утреннюю передачу массивный телевизор.

— Откуда техника?

— Утром в дверь позвонил какой-то мужик, — пояснила Валерия, забрасывая инвентарь обратно в ведро. — Предложил забрать аппарат за десять рублей. Я расплатилась. Клиентам в очереди будет чем занять внимание.

Десять рублей за электронику, которая в магазине стоит раз в двадцать дороже. Вещь явно либо краденая, либо проклятая. Зная своё тотальное невезение, я бы поставил на оба варианта сразу.

— Хозяин, жди беды, — зашептал над ухом Кеша.

— С чего бы?

— Девчонка чересчур доверчивая, — попугай ткнул крылом в сторону регистратуры. — Под монастырь нас подведёт. Затащит заразу из жалости или скупкой ворованного имущества займётся вплотную.

Я щелкнул птицу по клюву. Кеша возмущённо пискнул и нахохлился, старательно растирая лапой макушку.

— Предупреди её насчёт подозрительных предложений, — пробурчал он, косясь на меня. — Дешёвый товар означает наличие разозленного владельца. Который скоро придёт по наши души.

Экран на стене моргнул, сменив скучную болтовню ток-шоу на графику экстренных новостей.

«...прорвана оборона Новгорода. В ходе массированной атаки мутанты повредили участки Стены в подземных секторах и проникли в жилые кварталы по трубам коллекторов. Одновременно город подвергся налету крылатых тварей. Военные эксперты зафиксировали использование направленного магического импульса неизвестной природы на главном участке барьера. Ожидается официальное подтверждение участия сильных Одарённых...»

Репортаж сопровождался любительскими съемками дымящихся фасадов и передвижений бронетехники на раскуроченных перекрёстках.

«...гарнизон мобилизован в полном составе. Ситуацию удалось стабилизировать лишь после прибытия тяжелых бронепоездов из Пскова...»

Я подошёл поближе к матрице экрана. Ситуация подозрительно напоминала недавние события в Петербурге, только масштаб прорыва кратно возрос. Оборону Империи явно начали методично и профессионально прощупывать.

Валерия вытерла мокрые ладони о невесть где раздобытый фартук и перегородила мне дорогу в коридор.

— Виктор, нам надо закрыть вопрос с вывозом отходов. Вчера звонили из компании по утилизации насчет висящего долга.

— Около четырёх тысяч, я в курсе, — кивнул я. — Заплатим с первых доходов.

— Уведомление пришло на десять.

— Откуда взялась такая цифра?

— Четыре было до смены владельца. Диспетчер добавил пеню за просрочку, потом выписал штраф за переоформление договора и накинул сверху специальный коэффициент биологической угрозы.

— Вконец обнаглели. Отправляй этих коммерсантов лесом.

— Отправить недолго, — вздохнула девушка. — Только девать накопленный груз нам теперь физически некуда.

— О каких залежах речь? Утилизируем своими силами.

— Уверены? Пойдемте покажу реальную картину.

Мы прошагали по главному коридору к служебному выходу. Сотрудница с трудом толкнула массивную металлическую створку. Она со скрипом поддалась, заставив меня отступить на шаг назад.

Площадка чёрного хода оказалась завалена черными полиэтиленовыми мешками почти до козырька крыши. К дверному косяку строительным скотчем был приклеен плотный бумажный прямоугольник.

— А послание от спонсоров этой свалки ты не заметила?

Валерия сконфуженно отвела взгляд. Я содрал бумагу с пластика. Это оказалась листовка конторы «ЭкоСити». Яркий лозунг по центру гласил: «ВЫБИРАЙТЕ ЛУЧШИХ, И МЫ ВОЗЬМЕМ ВАШИ ПРОБЛЕМЫ НА СЕБЯ». Ниже, крошечным слепым шрифтом на самых полях виднелась приписка: «В любом случае».

Прозрачный коммунальный рэкет. Вместо бандитов с битами местные дельцы используют отходы, доходчиво обещая превратить территорию клиники в районную свалку до оплаты счетов.

— Ясно. Возвращайся к административной работе.

Захлопнув дверь, я двинулся в сторону подсобных помещений.

— Вызывать полицию не будем? — крикнула вслед помощница.

— Обойдёмся резервным планом.

В вольере сразу началось шевеление. Пушистые санитары мгновенно распознали время кормёжки и дружной массой прильнули к решеткам. Я принялся методично закидывать пакеты с улицы прямо к ним в загон. Зубастая братия работала без сбоев. Около получаса хватило для полного уничтожения оставленной коммунальщиками преграды.

— Двор чист, — резюмировал я, отряхивая рукава от цементной крошки.

Девушка, молча наблюдавшая за скоростным уничтожением пластика и ржавой жести, нервно поправила волосы.

— Кажется, конфликт с инспекторами нам больше не угрожает.

Запершись у себя, я вытащил рабочий планшет и открыл сайт научных порталов. Пора было изучить статусы разосланных мной материалов на профильные кафедры. Входящих уведомлений накопилось ровно двадцать.

Первое письмо задало превосходный тон. Пожилой профессор кафедры генетики с удовольствием расписал, почему мои выкладки об адаптивной мутации годятся исключительно для профильных клиник закрытого типа. А в следующем абзаце предложил вписать моё имя соавтором в собственную методичку за взнос в шестьдесят тысяч рублей.

Второе послание состояло из прямых обвинений в подлоге данных и комплиментов моему литературному стилю. Автор советовал писать беллетристику и обещал издать совместную фантастическую повесть за пятьдесят тысяч авансом.

Третий рецензент не поленился вычитать весь материал до конца, раскритиковал каждую сноску, после чего сухо прислал реквизиты на сотню тысяч при условии мгновенного перевода.

Оставшиеся семнадцать откликов варьировались исключительно в наглости запросов и степени академического снобизма.

Экран планшета потух.

— В этом городе осталась хотя бы одна инстанция, где люди работают за зарплату, а не занимаются торговлей печатями?

Любая муниципальная система давно сгнила до основания. Управленцы обросли связями, каждая бумажка имела прайс-лист в конверте. Ученые пилили государственные гранты, комиссии блокировали лицензии ради взяток, а грузчики с мусоровозов косплеили бандитские группировки. Исправлять уродства местного социума в мои планы совершенно не входило. Куда прагматичнее было начать эксплуатировать их жадность ради расширения собственных ресурсов.

Анализировать пороки жителей столицы пришлось недолго. Запущенный по радио дешевый ролик дал поразительную конверсию. Колокольчик над входом звенел регулярно, заталкивая в смотровую нескончаемый конвейер чихающих лабрадоров, линяющих мейн-кунов и декоративных рептилий.

Ближе к темноте я сидел у себя, пытаясь рассортировать добытые за тяжелую смену навыки животных. В пластик двери глухо постучали.

На пороге возникла Лера.

— Шеф, у нас накладка.

Я подавил тяжелый выдох, мысленно выбирая между ответной реакцией экологической инспекции и скандалом с владельцем очередной собаки.

— Отрабатывай по базовой схеме.

— В этот раз инструкция бесполезна. Там девочка-подросток пришла прямо с улицы. Записи нет, кошелька тоже. Я хотела попросить... проведите осмотр в счет моей будущей зарплаты.

Валерия старательно теребила край медицинского халата. Беспримесный альтруизм казался очень редким дефектом в текущей реальности.

— Зови.

Через минуту в дверном проёме нарисовалась школьница лет двенадцати. Просторная грязная куртка болталась на плечах, к груди ребенок судорожно прижимал перепачканный кровью ком серой шерсти. У котенка начисто отсутствовала правая передняя конечность.

— Он в подвале жил, — выпалила девочка, давясь слезами. — Мужик с первого этажа выгуливал на поводке химеру и скомандовал ей фас. Они всей семьёй с балкона снимали и хохотали. Дома родители скандалят, пускать запретили. Ему же до утра не продержаться...

Окончание монолога утонуло в истерических рыданиях.

Зверёк мелко содрогался от малейшего звука. Рваная рана на месте вырванного сустава покрылась жесткой бурой коркой. Дыхание перехватывало через раз, зрачки максимально расширились из-за шока.

— Завари пациентке чай в зоне отдыха, — велел я секретарше. — Зверя оставляйте на столе.

Развлекательное членовредительство всегда представлялось мне бездарным транжирством материала. Нарушение экосистемы ради смеха заслуживало оперативной и жёсткой корректировки.

Я опустил голую ладонь на влажный, липкий от свернувшейся крови кошачий бок. Ткани стремительно отмирали, аритмия загоняла мотор в красную зону. Внешняя оболочка держалась на пределе возможностей, однако энергетический резервуар пульсировал тяжелой, плотной злобой. Сдавленный генетический код содержал куски ДНК гигантских охотничьих пород, намертво заблокированные случайной городской мутацией. В уличной дворняге таился глубокий запас прочности.

Отправив непрерывный поток праны в рваный край плеча, я форсировал деление клеток. Лопнувшие капилляры стянулись в узлы, мышечные кольца запечатали открытые участки раны.

Базовое латание швов перешло в структурное конструирование. Энергетический перекос вызвал ноющую боль в затылке. Из-под уцелевшей кожи выдвинулся хрящевой каркас, стремительно обрастая связками и свежим мехом. На выращивание полноразмерной анатомической копии потерянной лапы ушла ровно минута активного продавливания ауры.

Только этого стартового пакета не хватит для выживания против взрослой твари.

Из собранных запасов я извлёк навык маскировочного передвижения начального уровня и вбил напрямую в кошачьи рефлексы. Туда же отправилась добытая матрица восприятия, расширяющая сенсоры для кругового обнаружения цели, а следом модификатор укрепления костей для блокировки дробящего урона. Обновлённая хищная модель получила максимальную поддержку из моих вторичных трофеев.

— Можете забирать, — скомандовал я.

Валерия провела школьницу в смотровую. Вылеченный питомец мгновенно подпрыгнул, упёрся четырьмя здоровыми конечностями в холодный пластик и издал утробное, совершенно нетипичное для его комплекции рычание. Ребенок схватил его за шею, утирая рукавом мокрое лицо.

Следом школьница поникла и всхлипнула.

— Вы разрешите ему жить у вас на складе? Мои родственники выбросят его обратно на мороз. Я обещаю за ним убирать после уроков.

Она вцепилась в стальной угол операционного стола до побелевших суставов. Я спокойно стянул одноразовые перчатки.

— Нахождение питомца на нашем балансе стоит полсотни рублей в месяц. Налоговый регламент запрещает оказывать долговременные услуги бесплатно. Неси его во двор. Вдруг домашние смилостивятся.

— Его там опять порвут на куски! — девочка сорвалась на истерику.

У выхода замерла администратор. Девушка закусила губу, недвусмысленно потянувшись к поясному кошельку, чтобы из собственного кармана закрыть надуманный счет и предотвратить трагедию.

Я отрезал пути к отступлению.

— Освободи помещение. Этот экземпляр отлично справится с дворовыми угрозами без чьей-либо опеки. Ступай.

Развернув упирающуюся клиентку за плечи, я выставил её за порог и задвинул защёлку. Девушка-ассистентка бросила на меня тяжелый взгляд.

— Выдумали регламент ради лишних полтинников? Вчера у нас не было таких ставок. Вы своими руками отправили калеку на смерть.

Я бросил перчатки в пластиковую урну.

— Разумеется.

— Утром от бедолаги останутся одни уши!

Я подошёл к крану с холодной водой.

— Домашнее питание и подушка у батареи гарантированно обнулят переданный потенциал.

Валерия часто заморгала, растеряв весь агрессивный напор.

— Потенциал для чего?

— Пьяный идиот с балкона развлекался натравливанием мутанта на заведомо слабую мишень. Типичная психология местного района.

Вытирая ладони полотенцем, я посмотрел на притихшую Леру.

— Консервативная терапия никогда не возвращает природный баланс. Гуманность бесполезна против клыков, вскрывающих артерии ради адреналина хозяина. Мелкий уличный кот получил глубокий апгрейд физиологии. Когда завтра сосед снова решит развлечься, снятые с предохранителя инстинкты обновлённой твари найдут оптимальную траекторию до яремной вены.

Я щелкнул настенным выключателем, погрузив кабинет в полумрак.

— Пациентка должна была оставить контакты в журнале. Набери её номер ближе к завтрашним сумеркам и уточни детали свежих дворовых происшествий.

* * *

Спальный район, Петербург

Алиса проснулась от истошного кошачьего визга. Она рывком села в кровати, комкая пальцами ворот пижамы.

Этот вопль был ей знаком.

Девочка отбросила одеяло и кинулась к окну. Едва не споткнулась о разбросанные по полу книжки. Руки скользили по тугой защёлке рамы.

«Ну пожалуйста, ну пожалуйста, только не это...»

Ветеринар советовал отнести котёнка обратно в подвал и обещал, что всё обойдётся. Алиса не смогла бросить его там после случившегося. Она унесла зверька в соседний двор за пару кварталов. Спрятала в брошенной собачьей будке, поставила блюдце молока и кинула кусок стащенной за ужином сосиски. Ей казалось, в чужом квартале бедолагу точно не найдут.

Но сегодня он вернулся под её окно.

Алиса прижалась лбом к стеклу, мечтая оказаться внизу и прекратить пытку. В свете фонаря под скамейкой жался крошечный комок шерсти. Напротив топтался вечно пьяный сосед с первого этажа. Мучить дворовых животных было его главной забавой.

— Мало вчера досталось, блохастый? — засмеялся мужик. — Ничего, сейчас исправим. Боцман, фас!

Из-за спины живодёра вылезла туша величиной с собаку, перебирающая шестью толстыми лапами. Чудовище шагало боком. Оно хрипло втягивало воздух, пуская изо рта белёсый пар.

Химера грузно двинулась на Снежка.

Алиса закрыла лицо руками и вскрикнула. Дверь в комнату распахнулась. На пороге вырос отец — портовый грузчик с пудовыми кулаками.

— Алиса, хватит орать! Что стряслось?

Он шагнул к окну и отодвинул дочь. Внизу пьяница натравливал мутанта на поджавшего хвост кота.

— Ну вот, завалят кошака, перестанешь ерундой страдать, — буркнул отец. — А то развела сопли. Смотри давай, не отворачивайся. Жёстче будешь. Меня так воспитывали, и вырос нормальным мужиком.

Тяжёлая ладонь легла ей на плечо, разворачивая обратно к улице.

События во дворе пошли по непредсказуемому сценарию. Тело дрожащего зверька начало стремительно увеличиваться. Под шёрсткой буграми вздулись мышцы. Скелет растянулся с сухим щелчком, ломая прежние пропорции. Из мягких подушечек вышли кривые утолщённые когти.

Теперь на асфальте скалилось создание размером с матёрую рысь.

Шестиногий Боцман затормозил. Химера растерянно замотала башкой, оценивая габариты противника. Хозяин монстра оцепенел. Его ухмылка сменилась гримасой испуга.

Кот рывком сократил разделявшее их расстояние. Он запрыгнул Боцману на спину и вогнал когти в складчатую шкуру. Клыки с размаху вошли в шею врага. Боцман булькающе захрипел, пытаясь сбросить наездника, но Снежок дёрнул челюстями назад. Шейные позвонки твари с треском разошлись. Грузная туша повалилась на землю.

Сосед попытался отступить к подъезду. Зверь немедленно переключился на него. Широкий взмах когтистой лапы распорол мужику ногу, следом досталось предплечью. Обливаясь кровью, пьяница завыл и бросился в темноту парадной.

Во дворе стало тихо.

Победитель обернулся к нужному окну.

— Снежок! — выкрикнула девочка.

Услышав кличку, зверь повёл ухом. Поднятая дыбом шерсть улеглась, из горла вырвалось тарахтящее урчание. Кот коротко вильнул хвостом.

Он запрыгнул на ствол ближайшего клёна и полез вверх по веткам. С каждым перескоком мышечная масса таяла. К уровню второго этажа по коре карабкался обыкновенный дворовый котёнок.

Снежок перемахнул на металлический отлив окна. Створки оставались заперты изнутри.

Отец шумно втянул воздух. Кожа на его лице побелела.

— Не смей! — Мужчина дёрнул Алису за шиворот. — Ты видела?! Это же монстр!

Котенок приподнялся на задних лапах. Коготь с лёгким скрипом вычертил на стекле круг, после чего вырезанный кусок выпал наружу. Снежок юркнул в спальню. Алиса перехватила его обеими руками.

— Ты такой сильный стал! — Девочка уткнулась носом в тёплый бок. — Ты им задал. Больше никто не посмеет лезть.

Она шмыгнула носом и расстроенно протянула:

— Жалко, что папа не разрешает мне оставить тебя дома.

Из угла громко икнул отец.

Снежок выбрался из девичьих рук, спустился на линолеум и посмотрел на грузчика. Круглые кошачьи глаза изучали человека холодно и предельно внимательно.

— Чего это я не разрешаю? — Мужчина нервно сглотнул, пряча ладони в карманы штанов. — Это мать скандалит. Я-то давно кота хотел. Оставляй. С матерью я вопрос решу.

Глава 4

Утром я вышел в приёмную, попутно зевая. Валерия уже находилась там: стояла у стойки со скрещенными руками и разглядывала меня снизу вверх взглядом биолога, нашедшего новый агрессивный вид микробов.

— Виктор, скажи на милость, что ты натворил? — сходу спросила она. — Я дозвонилась Алисе. Она мне рассказала совершенно дикую историю.

Я пожал плечами и подошёл к купленному накануне кофейному аппарату. Старый чайник мы отдали в вольер к грызунам, чтобы те пустили его пластик на обустройство гнезда.

— Просто уравнял шансы на выживание одного конкретного вида, — ответил я, нажимая кнопку запуска.

Кофеварка натужно загудела, наливая тёмную горячую жидкость в стакан.

— Физическая слабость не мешает занять вершину пищевой цепи. Хватит и обычной жажды выжить. К тому же я оценил поступок Алисы. У неё самой за душой ни гроша, а она пыталась вытянуть покалеченного кота с того света. Редкое упорство стоит поощрять.

Я отпил кофе и удовлетворённо кивнул.

— Теперь у неё есть фамильяр красного типа.

— Красного типа? — переспросила Валерия и сделала шаг ко мне. — Это как?

— Значит, его развитие никогда не прекратится. Существо продолжит умнеть и набирать боевую массу. Остановить этот процесс может только полное уничтожение носителя.

— Для девочки это не опасно?

— Нет, я привязал его договором.

— При всём уважении, речь идёт о животном, — нахмурилась Валерия. — Какой ещё договор? А если тварь решит его нарушить?

Я перестал улыбаться.

— Без понятия. Такого ещё не происходило, для этого существуют объективные биологические причины. Пакт между Викторианом и его химерой обойти невозможно в принципе.

— Викторианом? — запнулась она.

Я быстро взял себя в руки, вернув лицу прежнее беззаботное выражение.

— Так меня называли знакомые, проехали. Лучше скажи, что у нас на сегодня по графику?

Клиенты шли плотным потоком до самого вечера. Последний посетитель унёс клетку с канарейкой, которой я перед этим вправил вывихнутое крыло. Валерия дождалась щелчка замка и повернулась ко мне.

— Вик, я покопалась в теме рекламы и нашла полно бесплатных вариантов продвижения. Химерологи всегда востребованы на рынке. Главное грамотно подать услугу.

— Без лицензии химеролога я по бумагам числюсь простым ветеринаром. Писать о себе иное закон запрещает.

— Мы укажем, что ты ветеринар-химеролог. Первое слово идёт чётко по профилю. Второе по законам Российской Империи вообще не имеет никакой юридической силы, приписывай через дефис хоть «костоправ». Смотри сама.

Она сунула мне под нос телефон с открытым сайтом объявлений.

— Читай: «Слесарь-экзорцист. Выведу ржавчину и нечистую силу из труб». Или: «Повар-астролог. Составлю меню по положению планет». Должность через дефис работает исключительно как приманка, ничего при этом не нарушая.

Я отодвинул мобильник пальцем.

— Чушь собачья.

— Зато легальная, — парировала девушка. — В поисковиках понимаешь?

— Нет.

— А про ключевые слова слышал?

— Тем более нет.

— В этом и суть алгоритмов. Когда в сети вбивают запрос на химеролога, система подхватит твоё описание и выдаст нашу ссылку в поиске. Люди цепляются взглядом за нужное слово и переходят, а дальше я беру их в оборот по телефону. Расслабься и позволь мне настроить трафик.

Мне оставалось только согласиться. Метод не имел значения, если приносил деньги.

— Годится. Займись заодно поисками нормальной бригады ремонтников. Надо привести в порядок три помещения без лишних переплат. Смету считай по нашему текущему бюджету.

— А он у нас есть?

— Загляни в нижний ящик шкафа в кабинете.

— Ты бросил наличку в обычном шкафу? — возмутилась Валерия. — Там даже замка нет. Надо отвезти выручку в банк или купить сейф!

— А доверять чужим людям свои накопления — верх надёжности?

— Нас в любой момент могут вынести воры!

В ответ я от души расхохотался. Спавший под окном Псих подскочил на месте и радостно захрюкал, колотя лысым хвостом по линолеуму.

— К нам стабильно ломятся всякие маргиналы раз в пару месяцев, — вытирая выступившие слёзы, ответил я. — И каждый их визит только пополнял кассу клиники. Ты же обратила внимание на хлипкую дверь с заднего двора?

— Ну.

— Благодаря этой фанерке и вовремя проснувшемуся Психу мы прошлой ночью разбогатели на девяносто пять рублей, монтировку и шикарный охотничий тесак.

Валерия несколько секунд молча смотрела на пса, оценивая его скрытые охранные качества.

— Вопросов больше не имею. Пошла искать строителей.

* * *

Следующее утро началось на редкость удачно. Впервые за долгие недели я нормально выспался и проснулся со свежей головой. Ночью никто не ломился в двери и не бил стекла, даже уличные сирены помалкивали.

Подумалось даже — неужели здесь действительно бывают мирные ночи или это банальная передышка перед очередной катастрофой?

Так или иначе, сил заметно прибавилось. Работа тоже не заставила себя ждать. Стоило мне допить утренний кофе, как на пороге клиники появились найденные Валерией специалисты. Двое плотных мужиков в заляпанных краской комбинезонах перешагнули порог и огляделись.

В пришедших мгновенно угадывались Одарённые. Фон от них исходил не самый мощный, зато четко оформленный — специфическая аура всегда выдает людей, способных управлять материей либо стихиями.

Они быстро осмотрели помещения под будущую лабораторию, операционную и склад реагентов. Бригадир что-то прикинул в уме, хмыкнул и назвал сумму. Я мысленно оценил свой бюджет, ради приличия немного поторговался и ударил по рукам на двух с половиной тысячах.

— До вечера управимся, — уверенно пообещал бригадир.

Я недоверчиво покачал головой.

— За один день все три комнаты сделать хотите? Серьезно?

Моих поверхностных знаний, подкрепленных парой обучающих видео из сети, хватало для сомнений. Всякая штукатурка со шпаклевкой должна сохнуть часами, а то и сутками. Они же обещали сдать готовый объект через пару часов.

— У нас новая технология, — отмахнулся работяга. — Разработка строительной Академии, сами результат увидите.

Мне сунули пухлую папку с документами на подпись. Я отошел в кабинет, где на краю стола устроилась Юстиция, неторопливо доедающая салатный лист.

«Просканируй текст на предмет подвоха», — мысленно приказал я, прижав палец к твердому панцирю.

«Договор подряда. Стандартная форма. Обрати внимание на пункт 3.7 о скрытых работах и проверь смету. К пункту 5.4 о форс-мажоре следует дописать условия компенсации при порче имущества. В остальном подводных камней нет».

Вписав нужные правки от руки, я вернулся к бригадиру. Тот мельком просмотрел мои каракули на полях, почесал затылок и без лишних споров кивнул. После обмена подписями работа началась.

Со двора к зданию подкатил потертый грузовичок. Из кузова вылезли еще несколько крепких ребят и тут же взялись за инструмент.

Одаренный-кинетик заставлял старые деревянные полы летать по комнате, направляя вырванные доски прямиком в аккуратную стопку около входной двери. Всю облезлую бумагу со стен сорвали вместе с крошащейся штукатуркой минут за десять.

Окончив демонтаж, внутрь закатили четыре пузатые пластиковые бочки. Едва крышки оказались сорваны, тягучая сероватая масса хлынула наружу, а за дело взялся маг воды. Под его контролем состав пополз по комнате, равномерно покрывая пол, кирпичные перекрытия и бетонный потолок. Когда смесь распределилась нужным слоем, водник замер. Серое вещество на глазах теряло влагу и стремительно каменело, образуя монолитный панцирь.

— Профильная смесь, — бросил бригадир. — Схватывается моментально, держит удар лучше железобетона. Поверхность выходит настолько гладкая, что полировать не надо.

Надо отдать мужикам должное: они прошлись строго по чертежу. Аккуратно прорезали штробы под силовые кабели, оставили пазы для вытяжки и канализации. Спустя час началась покраска, но в процесс я больше не вникал из-за наплыва пациентов.

Пока шла стройка, я принимал посетителей в соседнем крыле. Поток владельцев питомцев не иссякал. Ближе к закату дневная выручка полностью покрыла расходы на ремонт, принеся сверху приличный доход.

Вдобавок популяция моих грызунов выросла на четыре особи, если не считать единственную продажу. Пришедшая на прием маленькая девочка до слез выпрашивала пушистика, и ее измученная мать молча отсчитала пять рублей.

Закрыв кассу, я направился на половину строителей.

Комнаты разительно преобразились. Глаз радовала ровная покраска поверх свежих стен. Никаких следов трухлявых досок, сломанных стульев или столов здесь больше не наблюдалось. Весь утиль рабочие старательно вычистили.

Выдав бригадиру расчет, я закрыл за ним дверь и тут же заметил на заднем дворе здоровенную кучу строительных мешков. Приехали. Я ведь действительно пропустил пункт о вывозе мусора при подписании сметы.

Делать нечего — пришлось волоком тащить забитые пылью мешки прямо к вольеру грызунов. Почувствовав еду, зверьки мгновенно облепили остатки штукатурки и вцепились зубами в гнилую древесину.

Наблюдая за лязгом крошечных челюстей, я оценивал изменения в физиологии подопечных. Объемы потребленной материи шли им исключительно на пользу, уплотняя мышечный каркас. Если пустить процесс на самотек, эти прожорливые создания запросто порвут любого грабителя.

При формировании их первичного генома я прописал скрипт безостановочного роста. Интеграция таких сложных механизмов в примитивные организмы сожрала прорву сил, зато результат оправдывал усилия. Цикл эволюции больше не ограничивался видовыми пределами.

Местный вожак успел упереться в биологический потолок своей нынешней оболочки. Я вытащил его за шкирку и положил на ладонь. Шерсть зверька искрила от накопленного избытка энергии.

— Пошли на апгрейд, — пробормотал я, направляясь в операционную.

Процедура требовала ювелирной концентрации. Сознание устремилось прямиком к генетическому коду грызуна.

В распахнувшейся передо мной спирали отчетливо светились дефекты. Чтобы избежать фатальной мутации, я стал методично отсекать нестабильные связи — генетический мусор, мешающий адаптации клеток.

Освободившееся место заняли плетения недавно добытых атрибутов. Я калибровал поступающую силу, подгоняя каждый узел под метаболизм зверька, чтобы иммунная система не отторгла изменения.

Тушка затряслась. Под кожей вспухли мышечные волокна, кости с влажным хрустом вытягивались и меняли форму. Физиология бунтовала против насильственной перестройки, поэтому мне приходилось глушить очаги клеточного распада собственным резервом, направляя ход мутации в нужное русло.

Когда откат энергии показал завершение процедуры, на металлическом столе сидела тварь габаритами со среднюю таксу. Разожравшийся упитанный грызун превратился в рельефный комок мышц с плотно посаженной головой.

Стоило мне вернуть мутанта в общий вольер, как остальная стая суетливо обступила здоровяка, изучая новые запахи.

Решив вопрос с подопечными, я вернулся к пустующим кабинетам. Заниматься алхимией на голом полу не вариант, следовало немедленно заказывать специализированную мебель. В кармане удачно завалялась визитка партнерской компании, которую мне оставил бригадир.

Сделав пару снимков на телефон, я отправил запрос их менеджеру вместе с планом расстановки. Ответ пришел почти сразу. Менеджер скинул ссылку на рабочий конструктор со встроенным каталогом. Полистав базовые варианты с выдвижными ящиками, вытяжными шкафами и химически стойкими столешницами, я нажал кнопку сборки. На экране высветился итоговый счет в девяносто тысяч.

Аппетиты явно требовалось поумерить. Трухлявая стойка, послужившая сегодня кормом для грызунов, резко выросла в моих глазах.

Очистив корзину наполовину, я урезал ценник до приемлемых десяти тысяч. Правда, стоило докинуть в заказ профильную систему слива агрессивных отходов и вытяжку, цифры перевалили за двадцать. Специфический лабораторный обвес пробивал серьезную брешь в бюджете.

Интерактивный список рябил длинными наименованиями. Подогревающие платформы, многоуровневые газовые магистрали, фильтры высокой очистки... Требовалась колоссальная сумма.

Пришлось написать Валерии о временной отмене завтрашних приемов. Нам предстояло сместить записи пациентов на конец недели, освободив окно для масштабного заработка.

— Разумное решение, — прилетел ответ в мессенджер. — Переупакуем расписание плотнее, избавимся от пустых окон в середине дня.

Вдогонку помощница сбросила пару скриншотов с городского портала ветеринарных клиник. Наша карточка обросла десятками хвалебных рецензий: клиенты отмечали реакцию врачей и отсутствие долгих очередей. Одна дама восторженно писала о своем вылеченном слизняке, который снова резво начал ползать.

Отложив телефон, я еще раз пробежался взглядом по виртуальным полкам строительного каталога. Ради эксперимента накидал в конфигуратор топовое оборудование: сенсорные анализаторы, камеры стабилизации давления, центрифуги. Обновленный ценник на полтора миллиона заставил меня нервно потереть переносицу.

Инженерия шагнула далеко вперед. Дозаторы отмеряли фракции с допуском до сотой доли миллилитра, а умная электроника выравнивала температурный режим без внешнего вмешательства.

Помнится, в других мирах я наблюдал артефакты с похожим функционалом. Местные кудесники решали вопросы точной дозировки банальным колдовством, выжигая собственные узлы резерва. Я предпочитал другой путь. Покупать технологичные датчики или расходовать ману не имело смысла, если грамотно выведенная саламандра поддерживает нужную температуру тигеля без осечек. А для точечного плавления всегда можно приспособить карликовых дракончиков.

Удалив все излишества, я остановил выбор на крепкой гарнитуре кухонного формата с металлическим каркасом. Проверенные временем биологические решения выигрывали у любой электроники.

Ночью пришлось вернуться к стае грызунов. Осторожно перебирая спирали ДНК, я дотянул генетику оставшихся подопечных до параметров вожака. Спустя пару часов клетку населял десяток мускулистых бойцов.

Дальше на очереди стояла Рядовая. Основной упор следовало сделать на чистую физическую силу, помноженную на природную ловкость. Боевые инстинкты ближнего боя и без того формировали основу её химерической сути. Оставалось лишь форсировать костную ткань в области предплечий. Суставы кистей покрылись роговым слоем, образуя твердый щиток, заменяющий армейский кастет.

Высокая концентрация окончательно истощила запас сил. Оставив лабораторию, я добрался до дивана в ординаторской и вырубился, даже не удосужившись снять ботинки.

* * *

Петербург, Российская Империя

Малфор, чье прошлое имя навсегда стерлось после посвящения, наконец перешагнул границы столицы.

Годы каторжного существования в Диких Землях остались позади. Постоянное нахождение за Гранью среди тварей должно было стереть его личность или превратить слабое тело в совершенный инструмент.

Он сумел выжить. Шагая по мокрым булыжникам петербургских окраин, парень довольно скалился. Старшие братья признали его право носить мантию Культа, назначив финальную проверку. Грубая ткань дорожного плаща скрывала черты лица под нависшим капюшоном.

Два молчаливых спутника печатали шаг за его спиной. В неровном свете фонарей их вполне можно было принять за габаритных вышибал, нанятых в портовом кабаке. Однако под широким кроем брюк и объемными куртками угадывался нетипичный рельеф: мощные хвосты и бугристая чешуйчатая броня, заменявшая кожу.

Уродливые гибриды служили прямым подтверждением его навыков. Собственноручно выведенные мутанты обладали абсолютной лояльностью и исполняли любые приказы молодого химеролога.

В прошлом он представлял собой жалкое зрелище, прячась от каждой дворовой банды. Наставники из Культа Червя выжгли в нем страх, обучив управлению скрытыми потоками праны. Их организация не считалась с имперскими кодексами, диктуя жесткие правила по ту сторону Стены.

Два месяца назад один из послушников проходил похожий этап. Выродку досталась примитивная задача — зачистить отдельную загородную усадьбу с провинциальным дворянином. Выполняя задание, конкурент даже не утруждал себя участием: пустил химер в дом, а сам глушил хозяйское вино прямо в беседке под аккомпанемент чужих предсмертных хрипов.

Масштаб его собственной миссии требовал иных подходов. Старшие приказали ударить по инфраструктуре столичного района и навести панику. Если связка из мастера и пары гибридов парализует целый квартал, инициация завершится досрочно.

Возле перекрестка блеснули козырьки фуражек.

— Стоять на месте! — крикнул один из постовых городовых. — Департамент полиции. Предъявите ваши подорожные...

Ящеры слегка подались вперед. Малфор лишь растянул губы в усмешке, игнорируя вынутый револьвер. Направленные дула старых калибров не способны причинить вред модифицированным тканям.

— Документы. И кто с вами...

Патрульный осекся на полуслове. Гибриды упали на четыре конечности, в разы ускоряя бросок. Первая тварь прошила грудину городового насквозь, выкорчевывая органы прямо через суконный китель. Вторая сомкнула челюсти на шее напарника, отрывая голову резким рывком назад. На мокрый асфальт хлынула горячая кровь.

Твари поднялись на две ноги, стряхивая красные капли с когтей, и снова заняли позицию в тени плащей.

Перешагнув багровеющую лужу, химеролог зашагал вдоль улицы, брезгливо морщась от проявленной слабости патруля.

Ему требовался временный штаб для корректировки планов. Темный силуэт двинулся вдоль фасадов, изучая таблички арендаторов. Внимание зацепилось за матовое стекло неприметной ветеринарной лечебницы. Место выглядело изолированным и безлюдным.

Черный ход со стороны пожарной лестницы поддался без сопротивления язычка замка. Оставив ящеров в коридоре, нарушитель скользнул внутрь и проверил пару соседних дверей, пока не оказался в просторном вольерном зале.

— Мелковат размах, — скривился сектант, скользя взглядом по террариумам.

Указав когтистым пальцем на просторный ящик с возившимися там грызунами, он скомандовал спутникам:

— Эту мелочь отправьте в расход. Заодно перекусите.

— Ты сам-то свой генный материал лично выводил, чтобы моими питомцами обедать? — хриплый со сна голос прозвучал с противоположной стороны комнаты.

Амулеты контроля не зафиксировали постороннего присутствия. Малфор резко крутнулся на каблуках. Возле шкафа, облокотившись на стену, застыл парень в растянутой домашней футболке. Для охранника тот выглядел слишком тщедушно, скорее напоминал задержавшегося интерна. Впрочем, лишний труп задаче не помешает.

— Встреча со мной станет для тебя последним событием, — процедил чужак. — Знакомство с адептом Червя редко оставляет шансы на долгую жизнь.

Он отмахнулся, отдавая мысленный приказ химерам ликвидировать свидетеля, и пошел к выходу. Громкого хруста костей не последовало.

Ментальная связь барахлила. Мутанты застыли на месте, буравя взглядом фигуру в тени шкафа. Биомасса под их чешуей бугрилась от напряжения, мышцы сводило судорогой перед рывком, однако сдвинуться с места гибриды не могли. Властвующий над их инстинктами скрипт подчинения натолкнулся на непробиваемый барьер.

— Крайне удачный визит, — пробормотал парень, делая шаг из темноты. Он растер шею и с профессиональным интересом уставился на оскаленные пасти мутантов. — А я ведь целый день думал, где достать плотные источники праны на растопку.

Интерн широко улыбнулся. От его тела ударило такой мощной волной сырой, неструктурированной энергии, что стальной замок на двери со звоном вылетел из пазов.

Глава 5

Адмиралтейский район

Петербург, Российская Империя

Звонок телефона раздался ровно в шесть утра субботы. Начальник Особого Отдела Тайной Канцелярии Егор Андреевич Громов, человек с весьма мрачной репутацией в криминальном мире Империи, бросил тяжелый взгляд на аппарат. Сегодня он обещал дочке поход в зоопарк и собирался купить обожаемую ею сахарную вату в форме дракона. Жена с утра испекла сырники. Мир казался вполне сносным, пока аппарат не принялся упрямо надрываться.

— Да чтоб тебя, — прошипел Громов и нажал рычаг сброса.

Устройство зазвонило снова. Егор Андреевич тяжело вздохнул, мысленно прощаясь с выходным днем. Подобная настойчивость означала серьезное происшествие, где обычная полиция умыла руки, а ситуация требует срочного вмешательства Канцелярии.

— Слушаю, — буркнул он в трубку.

— Доброе утро, — отозвался лейтенант Анисимов. — Срочный вызов в Адмиралтейский район. Ваше присутствие обязательно.

— Лейтенант, — медленно произнес Громов, — если там нет горы трупов, я лично сошлю тебя на бессрочное дежурство к Стене. У меня законный отдых.

На том конце провода на секунду замешкались.

— Масштаб вполне сопоставим, Егор Андреевич, — сухо доложил Анисимов. — Машина ждет внизу.

Громов подавил ругательство, пообещал спуститься и положил трубку. Прибежавшая из детской дочка расстроенно уставилась на отца. Пришлось извиниться, сослаться на службу, наскоро поцеловать жену и отправиться к ожидавшему у подъезда броневику.

Спустя пятнадцать минут водитель свернул в трущобы Адмиралтейского района. Заместитель действительно не преувеличивал. Несколько кварталов оказались взяты в кольцо гвардейцами в полной боевой выкладке. Внутри периметра суетились техники и следователи в штатском. Воздух полнился короткими радиопереговорами и жужжанием летучих сканеров. Подобные силы обычно стягивали на ликвидацию крупных терактов или локализацию прорыва из Диких Земель.

— Что здесь стряслось? — спросил начальник, выходя из машины.

Анисимов провел Громова к узкому переулку, где работала основная часть экспертной группы. Прямо на месте инцидента возвели брезентовый временный шатер, ярко освещенный изнутри лампами. Лейтенант молча откинул полог.

На мостовой лежали три изуродованных трупа. Степень физических повреждений выходила далеко за рамки типичных уличных разборок. Грудные клетки жертв оказались проломлены, а суставы выломаны в обратную сторону.

Двое из убитых вообще не являлись людьми. Массивные гуманоиды поросли темно-зеленой чешуей. Из-под остатков одежды виднелись толстые хвосты, черепа же имели характерную рептилоидную форму с вытянутыми челюстями. Типичные человекоящеры — искусственные боевые химеры. Третьим лежал молодой парень. На содранных участках его кожи проступала аналогичная чешуйчатая структура, свидетельствующая об активной фазе мутации прямо перед смертью.

Начальник Отдела обошел лужу густой темной крови. Нанесенные травмы говорили о применении колоссальной кинетической силы.

— Кто их так отделал? — поинтересовался он, разглядывая рваные раны.

— Медики констатируют мощнейшее физическое воздействие. Тварей забили насмерть, — ответил лейтенант и указал на шею человеческого трупа. — У парня свежая татуировка. Аналитики уже прогоняют символ по базам.

Техник из-за стойки с оборудованием подтвердил, что ни один известный архив криминальных синдикатов или оккультных течений совпадений по этому знаку не дает. Появление неизученной группировки сулило долгие месяцы оперативной работы.

Громов приказал немедленно поднять видеоряд с ближайших камер наружного наблюдения. Мобильный штаб развернули в соседнем фургоне, где оперативники выуживали информацию из цифровых потоков. Дежурный специалист вывел запись с крыши углового здания на центральный экран.

В свете тусклого уличного фонаря по ночному переулку двигались три силуэта. Двое ящеров волокли упирающегося парня. Внезапно пленник дернулся, попытавшись вырваться из захвата. Одна из химер моментально подсекла его, уронила на мостовую и раздавила череп тяжелым ботинком.

Дальнейшее развитие событий полностью выбивалось из стандартных алгоритмов поведения тварей. Расправившись с конвоируемым, гуманоиды повернулись друг к другу и тут же сцепились в мертвой схватке. В ход пошли зубы и когти. Столкновение длилось меньше минуты. Обе особи рухнули на землю. Крупный ящер затих сразу, а второй с трудом приподнялся на изломанных конечностях, прополз пару метров и испустил дух.

Громов попросил отмотать финал драки.

— Ищите точку входа. Тщательно проверьте все окрестные коллекторы и технические люки, — распорядился он.

Появление химер означало серьезную пробоину в оборонительной системе столицы. Охранный периметр Стены функционировал благодаря плотной сети защитных артефактов. Их текущее молчание указывало на адаптацию Диких к частотам сканирования. Альтернативная версия с банальным саботажем и купленными патрульными парадоксальным образом казалась менее пугающей: вычислить изменника всегда проще, чем реконструировать тысячекилометровый инженерный барьер.

Специфика подобных вылазок обычно сводилась к диверсиям или устранению конкретных лиц в мегаполисе. Отряды культистов регулярно перехватывали на подступах. В данном случае сама логика вторжения дала радикальный сбой: монстры хладнокровно убили собственного агента, после чего уничтожили друг друга. Парень мог оказаться проводником, местным резидентом или изначальной мишенью, а взаимная аннигиляция ящеров — следствием критической ошибки контроля или срыва ментальных закладок.

Громова больше всего беспокоил масштаб планируемой операции. Размах подготовки и задействованные ресурсы категорически не вязались с ликвидацией трущобного маргинала. Особняк герцога располагался в двух кварталах от места инцидента. Центральный вокзал сегодня утром принимал правительственный состав со столичным князем, а основной маршрут императорского кортежа пролегал всего в миле южнее. Вычислить подлинную цель этого десанта требовалось до наступления вечера.

* * *

Я собирался на очередную вылазку за материалами и как раз заканчивал проверять снаряжение в кабинете, когда в дверь постучали, и вошла Валерия.

В руках она держала два бумажных стакана с кофе.

— Доброе утро, — улыбнулась она, ставя один из них передо мной. — Решила, что тебе не помешает взбодриться.

Она отпила из своей порции и зажмурилась от удовольствия. Я с сомнением посмотрел на принесённый напиток.

— Спасибо, конечно. А зачем?

— Как зачем? — удивилась она. — Это же кофе!

— Да, но у нас есть кофемашина, — напомнил я. — Я собирался сварить себе обычный чёрный.

— Ох, Вик... — Валерия покачала головой. — Какой ещё «обычный чёрный»? Тут клубничный раф на миндальном молоке из кофейни за углом.

— И что? Они его бесплатно наливают?

— Нет, конечно. За деньги.

— Понятно, — кивнул я. — У нас же стоит своя техника, не требующая вложений.

Валерия сделала ещё один глоток с видом человека, пригубившего легендарную «розовенькую».

— Ты совершенно не понимаешь сути. Тут абсолютно иной вкус и аромат!

— Но база-то остаётся прежней, — уточнил я. — Горячий напиток с кофеином. Или я упускаю какие-то технические характеристики?

Валерия закатила глаза.

— Ой, всё... Вик, мне периодически кажется, что ты прибыл сюда с другой планеты. Ну честное слово, как можно игнорировать разницу?

Я усмехнулся и отпил из стакана. Жидкость отдавала приторной сладостью и химическим клубничным экстрактом. Редкостная дрянь, однако я промолчал из уважения к чужой инициативе.

— Я сегодня буду отсутствовать, — сообщил я, проглатывая это варево. — Возможно, до позднего вечера. Оставляю тебя за главную.

— Без проблем, — кивнула она. — Справлюсь. Пойду займусь документацией.

Только я вернулся к сборам, как из коридора донёсся сдавленный вскрик.

Выйдя наружу, я обнаружил побелевшую Валерию, которая застыла на месте, не отрывая взгляда от стен.

— Вик... А можешь меня проводить в кабинет? Пожалуйста...

— Зачем? — искренне не понял я.

— Я боюсь.

— Боишься? Раньше тебя ничего не смущало, а тут внезапно такая реакция.

— Раньше этих следов там не было!

Я проследил за направлением её взгляда. Ещё вчера гладкая штукатурка теперь выглядела изрытой, напоминая результат работы промышленного перфоратора. Глубокие борозды хаотично пересекали краску, местами открывая высохшие тёмно-красные потёки.

— Какой кошмар... — пролепетала девушка.

— Согласен, — поддержал я. — Хомяки должны были отмыть территорию, но явно саботируют процесс. Придётся увеличивать популяцию. Подумай над организацией набора. Можем дать объявление, что мы открыты для свежих поступлений.

— Хомяков?

— Я поручил им поддерживать порядок. А они допускают такой антисанитарный беспорядок на рабочем месте.

Доведя сотрудницу до её двери и дождавшись щелчка замка изнутри, я пошёл обратно. На коврике у моего дивана спал свернувшийся клубком Псих. Кожу прямо над его левым глазом пересекала свежая царапина. За прошедшую ночь пёс ожидаемо принял удар, отделавшись минимальным повреждением кожного покрова. Принимая в расчёт класс противников, результат можно было считать превосходным.

Рядовая выдвинулась на точку сбора ещё до рассвета, поэтому Психу предстояло остаться внутри в качестве сторожа.

За время моей прошлой жизни в исследовательские комплексы постоянно пытались проникнуть охотники за чужими секретами или готовыми творениями. Чересчур самонадеянные визитёры. Химерологов можно смело назвать полноценными учёными. Каждый разрабатывает уникальные методики, столетиями копит результаты скрещиваний. Присвоение чужого архива данных способно сэкономить грабителю до сотни лет кропотливых экспериментов. А стоимость моих разработок равнялась бюджетам небольших государств.

Оборона собственных территорий давно стала безусловным рефлексом. Координаты хранилищ я никогда не прятал. Главный лабораторный комплекс на планете Альтера открыто фигурировал в справочниках как личный полигон творца, куда разрешался свободный вход всем желающим. Внутри постоянно циркулировали обитатели, считавшие подземелья родным домом и с удовольствием фиксирующие каждый шаг чужаков. В формате посмертного протокола.

Нынешние же ночные противники откровенно разочаровали. Нестабильные организмы, черпающие физическую силу из поглощённой крови, которая одновременно сжигала их клеточную структуру. Даже профильных мутаций извлечь не удалось. Утилизация этого мусора заняла считанные минуты при участии питомцев. Самостоятельно марать руки не было нужды, хотя я тоже выжег часть восстановленного за день энергорезерва.

Выйдя на улицу, я заметил у тротуара знакомую машину и сидевшего за рулём вчерашнего таксиста. Он приветственно помахал рукой.

— Живой! Я подозревал, что больше тебя не увижу. Опять в Дикие Земли?

— Туда, — ответил я, устраиваясь на пассажирском сиденье.

Мужчина протянул плотную визитку.

— Вчера поскупился. Сомневался в твоей везучести, а мне с мертвецами дел вести не с руки. Раз вышел на своих двоих, значит, можешь обращаться. Звони.

По мере того как мы выбирались из жилых кварталов, таксист без умолку трещал о прогнозе погоды и дорожающем топливе. Я отфильтровал информационный шум, лениво рассматривая пейзаж.

В паре километров от точки высадки тормоза резко ударили по колодкам, сорвав шины в долгий визг. Машину повело юзом, бросив меня корпусом вперёд.

— Сиди тихо, — процедил водитель, вцепившись побелевшими пальцами в оплётку руля. — Вдруг обойдётся.

Поперёк асфальта стоял лось, превышающий габариты нашей легковушки почти вдвое. Вместо шерсти его тушу скрывали массивные костяные наросты серого цвета. Размах заострённых рогов гарантировал легковушке сквозное пробитие двигателя и салона при первом же таране.

— Не обойдётся, — спокойно констатировал я, толкая дверцу.

Зверь сдвинул корпус, поворачивая массивную морду в мою сторону. Короткий сканирующий импульс показал чистое природное происхождение, без малейших следов нестабильного генома или искусственной лепки. С таким субъектом имело смысл выйти на диалог. Выставив руку перед грудью, я сформировал чёткую ментальную проекцию: отсутствие первичной агрессии при готовности атаковать в ответ на любую провокацию.

Простояв в оцепенении несколько секунд, лесной гигант глухо фыркнул, развернул корпус на месте и тяжело потопал в ближайший кустарник.

Я повернулся, чтобы сообщить водителю о завершении инцидента.

По пустой трассе оседало облако серой пыли — таксист выжал педаль в пол ещё до того, как животное скрылось с глаз. Вполне разумная реакция с точки зрения выживаемости, хоть и создающая логистические неудобства.

Дальше предстояло топать по обочине порядка шести километров. Местный утренний воздух вполне располагал к размеренному шагу.

Ровный ритм ходьбы нарушил шквальный поток ветра, за которым последовало резкое падение освещённости. Плотная движущаяся тень накрыла участок шоссе, заставив меня инстинктивно запрокинуть голову.

Синхронно с этим со стороны подлеска донёсся срывающийся визг, пропитанный отчаянной паникой. Бронированный лось выломился обратно на дорогу в слепой попытке увеличить дистанцию от леса.

Сверху на асфальт рухнула исполинская крылатая туша, смазанная из-за чудовищной скорости пикирования. Тварь впечатала лапы с изогнутыми когтями в панцирь бегущего зверя и рывком ушла в набор высоты, увлекая многотонную добычу за собой без малейшей потери динамики.

Хищник пересёк кромку облачности, огласив окрестности долгим вибрирующим криком, и окончательно пропал из виду.

Провожая взглядом опустевшее небо, я автоматически запустил в голове калькуляцию физических параметров. Соотношение размаха крыльев к весу добычи, структура тяговых мышц, плотность костного каркаса...

«Относительно безопасная зона», как выразился таксист.

Ситуация стремительно набирала исследовательскую ценность. Я извлёк из внутреннего кармана записную книжку с ручкой и раскрыл её на пустом развороте.

Пункт первый: концепция безопасных территорий в данном регионе признана недействительной.

Перо на секунду зависло над листом, пока я прислушивался к остаточному эху с небес.

Пункт второй: выследить и разобрать на фрагменты местного крылатого доминанта.

Обложка блокнота тихо щёлкнула, закрываясь. Этот мир представлял собой превосходный полигон для полевых работ.