И снова спецназ 1941

Глава 1

И снова спецназ. Война.

Наши ученые как-то нашли странный алтарь прочитали надписи на нем и доперли, что это устройство может переправить любое существо в прошлое, правда, только в голом виде. Фильм "Терминатор" со Шварценеггером многие смотрели, так что представляют, как это происходит.

Ну вот устройство есть, в виде каменного алтаря, и сразу стал вопрос, как бы это устройство использовать в научных целях, что оно даст человечеству, и чем поможет в его развитии. Нафантазировали умники кучу всего вплоть до полного изменения настоящего и будущего. Но потом начало до них доходить, что во-первых, отправить в прошлое можно только одно живое существо, команды и целую армию в прошлое не отправить, потому что их просто не засунуть на небольшой алтарь.

Во-вторых, все материальные предметы при переходе аннигилируются, то есть ни оружия, ни денег, ни просто компьютер с атомной бомбой в прошлое не доставить -это они сами догадались, посмотрев терминатора. Загрустили ученые и стали думать, кого им отправить в прошлое.

Терминаторов, которые сами по себе страшное и практически неуничтожимое оружие, в нашем мире пока не существует, и слава богу, нам и без этих железных болванов живется несладко, зато имеется спецназ. Сами умники в прошлое отправляться не решились, понимая, что выжить они там не смогут, как-то догадались, что нужны подготовленные люди, которые смогут не погибнуть в первые же минуты, а таких не так уж много.

Спецназ -это парни, которых специально учат выживать в любой обстановке, и у них есть еще одно большое достоинство, они умеют думать, подмечать все вокруг, запоминать чуть ли не с фотографической точностью, а значит, сумеют рассказать все, что будет происходить в прошлом.

После недолгих обсуждений ученые решили, что лучше кандидатуры, чем бойца спецназа им не найти. Остался вопрос -куда, в какое время и для каких целей?

Первая же мысль, которая пришла им в голову, так это отправить бойца в 1941 год к Сталину, чтобы рассказать вождю, как будут развиваться события, объяснить тому, что скоро начнется война, а значит пора кончать репрессии, и надо начинать строить новые танки, самолеты и орудия, затем подсунуть ему чертеж автомата Калашникова, и мы точно сразу победим.

Правда, чтобы сделать такой автомат много чего нужно, заводы поставить, подобрать нужные металлы, опытный образец сделать, патронный завод настроить, да много чего еще. Но самое главное, это изготовить этих автоматов столько, чтобы каждому бойцу можно было бы его вручить. А дело это совсем непростое особенно когда, война на пороге.

Спецназ, если честно, "калаш" не использует, не самое лучшее это оружие, неточное да и не самое удобное. Безотказное -да, дешевое в производстве -так и есть, но для решения боевых задач диверсантов обычно не подходит.

Думали умники, думали и догадались, что не дойдет ходок до Кремля, грохнут его НКВДэшники и будут правы. Кому нужен такой геморрой, как голый боец, который что-то лепечет о начале войны, об автомате, который настолько необходим родине, что без него никак. Во время войны сумасшедших хватает и разбираются с ними просто, пуля в затылок и готово - пациент здоров.

Отправить бойца Гитлера убивать? Так та же история. Фюрера в те времена охраняли так, что он пережил не один десяток покушений, и получил от всего этого только легкую контузию, и то не факт, что именно сам фюрер ее приобрел. Гитлер, как и Сталин, имел двойника и не одного, причем один из них и был тем самым истериком, над которым все смеются, не понимая, что настоящий фюрер был умен и сообразителен, иначе он бы не создал германскую империю. А может и понимали, но выгодно его изображать в дурацком свете, впрочем как и Сталина на западе до сих пор не совсем умным рисуют, хоть и боятся его до потери пульса. А один вождь другого вполне стоил, поэтому некоторые тайные силы решили их лбами столкнуть и посмотреть, какая политическая система крепче окажется.

Так что делать? Отправить крутого парня, который каким-то непонятным образом изменит ход истории? Так тоже не очень этот вариант подходит. Мало того что непредсказуемо: он же может наворочать теоретически такого, что все поменяется так, что никому будет не нужно. Впрочем, давно известно, что история обладает немалой гибкостью, и в итоге обычно возвращается к первоначальному состоянию, она, как хорошая резина, гнется, но не ломается и хорошо держит свою форму.

Кроме того понятно даже не очень просвещенному человеку, что любое настоящее рождается в прошлом, а чтобы изменить то прошлое, требуется изменить множество событий, это значит, что надо двигаться в еще более дальнее прошлое, и искать способ изменить настоящее там. А вот стоит ли это делать -снова неизвестно. Если результат непредсказуем, так может и не стоит дергать тигра за усы?

Да и как изменить прошлое? Кого лучше убить Гитлера или Ротшильда, который финансировал вторую мировую войну? Если хорошо подумать, то становится понятно, что и тот и другой легко заменяемы, что не один человек делает историю, а группы людей. В общем, сложно все. Одно понятно, что главное событие прошлого века - это вторая мировая война, и если пытаться изменить прошлое, то бойца следует направлять в начало войны, так у него будет больше шансов что-то поменять.

Но стоит ли его вообще менять? Сколько ни спорили умники, так и не пришли к единому мнению. А попробовать машину времени хочется. Вот после долгих разговоров и обсуждений решили отправить одного бойца с самыми широкими полномочиями. Проще говоря, пусть делает, что хочет, может что у него и получится. А что получится, то увидим, и может что-то поймем. А ежели чего сделает неправильно, так его во всем и обвиним, и пусть с ним органы разбираются, а ученые не причем, в смысле не виноватые ни разу.

Кого послать из бойцов спецназа -тоже еще тот вопрос. Но он решился совсем просто. Академики обратились к нашему командованию, чтобы то подобрало хорошего бойца. Командиры посидели, подумали, что-то прикинули для себя и решили послать меня. Почему? Лично я думаю, потому что меня не жалко, так как у меня нет семьи.

Здоровый лоб, уже тридцать лет исполнилось, а ни жены, ни невесты. Конечно, у меня все это было когда-то, но как-то не сложилось, и теперь я один. Когда совсем становится невмочь, беру несколько дней увольнительных и развлекаюсь, как могу, а после этого нормально служу дальше.

Я одиночка, а у всех моих соратников семьи, у кого-то есть дети, у кого-то даже внуки, но не их же посылать в неизвестность. Именно слово "неизвестность" и пугало командование, одно дело глушить террористов, и совсем другое, отправить неизвестно куда бойца, чтобы он сделал неизвестно что.

В общем, решили послать меня, а я отказываться не стал, потому что самому было интересно, как я могу нагадить в прошлом. Итак задачка, которую для мне академики сформулировали, звучала так: попасть в прошлое, посмотреть что там и как происходит, а потом вернуться. Разрешено все, точно также, как в чужой стране, кроме одного - в руки спецслужб и разведки не попадать. Для чего мне как в пошлых шпионских романах засунули под кожу капсулу с ядом.

Правда, я поинтересовался, что, если ничего нельзя материального отправлять, то ампула - это материя или нет, и что будет, если она разорвется под моей кожей? На мой вопрос мне ответили, что сам дурак, а защита ампулы сделана из особого сверхтвердого пластика, приближенного по своим свойствам к натуральной коже.

Понятно, что никто ничего не знал. Даже когда Юрия Гагарина отправляли в космос, то и тогда известно было больше, потому что собачек до него в космос посылали, обезьяну, и запуск человека был не первым. А тут полная неизвестность. Вроде как и очень хочется прошлое пощупать, и никто не знает, что из этого получится, и надо ли вообще с этим связываться.

Мне объяснили, что на алтаре выставят таймер на какое-то время, и когда он оттикает свое, то меня выдернет обратно в свое время. Но тут имелся один нюанс, значения таймера неизвестны, точнее на алтаре написаны какие-то знаки, но прочитать их никто не мог, потому что самой этой установке было хрен знает сколько лет в обед. Как и неизвестно таймер ли это. И точно ли он выдернет меня из того времени или просто прикончит, чтобы лишнего не нагадил. В общем, совсем весело.

Готовились, готовились к этому запуску господа ученые, а в результате ничего не узнали, гарантий никаких на возвращение не дали, и сообщили мне лишь свои предположения. Моя же подготовка свелась к тому, что мы с Тихоном напились его самогона, решили, что вся эта идея путешествия во времени - жуткая глупость, потому как нельзя отправиться в прошлое, так как оно уже ушло и больше никогда не вернется, и если бы было иначе, то не было бы настоящего.

Но так или иначе, но господа ученые все-таки отправили меня в 1941 год, погулял я там, а потом вернулся -сработал все-таки таймер хоть и не совсем так, как думали. Изменил ли я прошлое, оказывается -да. И так я его поменял, что наши ученые перепугались до смерти и решили отправить меня обратно в надежде, что я все снова сделаю так, как было. Как будто это возможно. Так что подняли меня рано утром и поволокли к тому алтарю. По дороге мой непосредственный начальник Гриша и учитель сказал так:

- Понимаешь, какая штука получилась, Ты изменил наш мир, плохо ли это, хорошо ли -не знаю. Но факт в том, что он изменился, а вот ты нет, и теперь, получается, что ты являешься дестабилизирующим фактором, вокруг тебя концентрируются какие-то непонятные энергии, и ученые боятся, что с нашим миром может произойти что-то очень неприятное. Ты прости, боец, но придется тебе снова отправиться обратно, иначе мы все из-за тебя погибнем. Да, понимаю я, что ты ни в чем не виноват, но иногда такое бывает, что человек оказывается не в том месте и не в том времени, потому что ему просто не везет.

- Ты не прав, командир, - я начал понимать, что меня снова в ту войну засунут, а она мне еще в прошлый раз надоела, но тут мы уже вошли в пещеру, академик, который этим экспериментом руководил, заставил меня сразу глотнуть из большой склянки какой-то гадости, чтобы я особо не дергался. -За что, командир?!!

- Прости, боец, - Гриша тяжело вздохнул и отвернулся. В моей голове от той отравы, что мне подсунули, все завертелось, захотелось спать, и академик стал помогать Грише меня раздевать. А потом они меня голого бережно и очень осторожно перенесли на алтарь, после чего ученый начал крутить каменные завитушки, которые выполняли роль верньеров для настройки аппарата.

- Боец, - академик наклонился надо мной. -Я знаю, что ты меня слышишь. Сказать что-то умное особо нам нечего. Мы подумали и решили тебя снова забросить в Белоруссию в 1941 год. Там будут уже идти бомбежки, немецкие войска активно станут переправляться на нашу территорию, но ты это уже все знаешь, поскольку там был. В какое конкретно место попадешь, нам неизвестно, в какое время тоже непонятно. Что с тобой будет происходить, также не знаем. Сможешь ли ты еще раз повлиять на прошлое и вернуть его обратно, нам непонятно. Мы даже не знаем, попадешь ты в наше прошлое или в параллельный мир. И не подставляйся там, смерть есть смерть, неважно, где ты умрешь в прошлом или будущем -это навсегда. Береги себя, боец. Таймер я настроил, так что ты вернешься, но когда опять же не знаем. В общем, удачи тебе.

Пещера стала расплываться перед глазами, глаза закрылись сами собой, и я полетел в темную пропасть, а пришел в себя лишь от звука близкого разрыва снаряда. Лежать было неудобно. Холодно. Да и ветерок дул какой-то противный, вроде лето, а все равно прохладно. Приподнялся я, осмотрелся насколько можно. Ночь, однако. Звезды светят хоть и ярко, но не настолько, чтобы все было хорошо видно. Лежу, вроде, в какой-то небольшой березовой рощице, насквозь прозрачной. Голый, однако. Оружия нет, одежды нет, но вроде целый, ничего не сломано, что уже хорошо. Что делать, пока непонятно, но с этим позже разберемся.

Жизнь продолжается, и неважно, что она полное дерьмо. А для того чтобы жить, нужно найти себе цель и двигаться к ней, иначе все становится каким-то глуповатым. А какая может быть цель у бойца спецназа? Правильно -найти врага и доставить ему удовольствие. Насчет врага известно -немцы. А чтобы ему на этой земле жилось хреново, надо его взбодрить, для чего нужно оружие и одежда. И где взять? И в первую очередь обувь. Боец с мозолями и ранками на ногах, не боец, а калека, уж что-что, а ноги надо беречь в первую очередь.

Темно, звезды тускнеют, небо сереть стало, значит, скоро рассвет. Канонада еще по-настоящему не началась. Слышно звуки бомбежки, но это далеко. Немцы аэродромы бомбят, укрепрайоны, военные городки, склады и стоянки военной техники, так что скоро воевать Красной армии будет нечем, а потом начнется отступление, котлы, окружение, и превратится мир в кошмар. Это для меня война -профессия, я все это знаю и понимаю, а для вчерашнего крестьянина или рабочего это ужас и смерть.

Я встал на ноги, и пошел к выходу из рощи. Куда? Туда, где ближе опушка. Не стоит об сучки ноги ранить. Нас хоть и учат ходить бесшумно и беречь ноги, но в темноте это все равно трудно и долго. Ставишь ногу на пятку, потом аккуратно перекатываешь ее вперед к носку, старательно ощущая, нет ли сучков и сухих веток, потом также вторую ногу. Идешь вроде бесшумно, но долго. Правда, мне спешить некуда. Жизнь хорошо, когда идешь не спеша.

Обычно у человека много обязанностей, а вот здесь у меня их нет, и задание мне дали простое: пойди туда, не знаю, куда, сделай то, не знаю что, но чтобы все было хорошо, правда, и тут никто не знает, что такое "хорошо". Перепугались ученые, что прошлое изменилось, да еще какие-то энергии вокруг меня стали собираться. Что за энергии, тоже не разобрались. В общем, все, как всегда.

Но мне так даже больше нравится. Я свободен, словно птица в небесах. Могу делать все, что захочу, только умирать не обязательно, да и не стоит. Так в мыслях о вечном, добрался до опушки. К тому времени звезды уже исчезли, понемногу рассвело, видно, правда, еще не очень далеко, но уже хоть что-то видно. А увидел я дорогу, нормальную грунтовку, которая вела к какому-то зданию, огороженному забором из досок. Высокие ворота, тоже из толстых досок, были закрыты.

Что ж, надо сходить, посмотреть, что там. Может удастся одежду найти, а то голым ходить удовольствие еще то. И хорошо, что раннее утро, никто меня не видит, а еще лучше, что канонада звучит довольно далеко на востоке, значит, я в глубоком тылу, теперь немецком, гораздо хуже было бы, если бы находился в Советском, тогда бы меня загребли за милу душу, и отправили в лагеря, а выбираться оттуда морока еще та.

По дороге было идти приятно, ноги закапывались в пыль по щиколотку. Мягко, тепло, босым ногам удовольствие. Мы многое потеряли, закатав дороги в асфальт, и начав ходить в обуви, а тут я шел и думал, как это здорово было жить в прошлом. Ворота были заперты. То, что они были закрыты, ни о чем не говорило, я пошел вдоль забора, внимательно глядя в землю, и вот оно - небольшая пробитая тропинка. Потянул доску, отошла в сторону, открывая довольно широкий проход.

МТС -машинно-тракторная станция. Это название сразу пришло мне в голову. Большой двор, а на нем три разобранных трактора, два остова грузовика, какие-то сеялки, веялки, плуги. Подошел к довольно высокому зданию, опять ворота, и опять закрыты, на этот раз на большой амбарный замок. Алгоритм проникновения уже известен. Я пошел вдоль здания, трогая все окна, встреченные по пути, примерно на середине одно поддалось, я залез внутрь. И это я удачно зашел. Явно раздевалка, куча деревянных шкафчиков, кроме того на стене прибита длинная доска, на ней набиты гвозди, на которых висит куча рабочей одежды, а под ними куча стоптанных ботинок и кирзачей с торчащими портянками - даже глаза разбегаются.

Брезгливости в спецназе быстро отучают. Посидишь пару раз в болоте по шею, потом наденешь любую одежду, лишь бы она была сухой. Да и с едой та же история, поголодаешь пару дней, начинаешь есть все, что шевелится или сдохло не очень давно, как вьетнамцы, камбоджийцы и китайцы, и начинаешь лучше понимать эти народы.

Я приоделся, стало веселее. Выглядел я , наверное, со стороны нормальным работягой, кирзачи на ногах, почти мой размер, промасленные крепкие штаны с карманами, выше тельняшка и куртка, на голове задорная такая кепка - одним словом первый парень на деревне. Еды я в бытовке не нашел, что было немного обидно, так как есть хотелось немилосердно, меня всегда в стрессовых ситуациях на жрачку пробивает, но зато согрелся. Хоть и лето, но ходить голым по росе не рекомендуется, да и ветерок утренний здоровья и тепла не добавляет.

Ну что ж, свою первую задачу по жизни выполнил - приоделся, можно дальше продолжать, теперь следует поискать оружие. Нож или молоток, а то и напильник - мастерские все-таки, а в бою как без молотка? Да никак -скучно. Я прошел в мастерские, осмотрел пару верстаков, на одном нашел вожделенный молоток с зубилом, и большую отвертку. Думаю, на первое время мне этого хватит, а потом разживемся каким-нибудь огнестрелом.

Я полез, было, из окошка обратно, да приостановился, призадумался, что-то как-то странно на меня пахнуло чесночком, с голодухи то чутье становится острым, я аккуратно скосил глаза -точно, вот он, старичок-боровичок в брезентовом плаще и и сапогах с берданой тысяча восемьсот какого-то странного года. Интересно, она еще стреляет?

Нет, отбирать я ее не буду, тяжелое ружье, однако, и не шибко эффективное в бою, пусть дед с ним службу блюдет. Я выпрыгнул из окна и тут же прижал сторожа к стене вместе с его ружьишком, приставив к глазу свою отвертку. Очень обычно эффективно действует на неподготовленного человека, жить то всем хочется, да и глаз никому терять не советую.

- Стой, стой, мил человек! - взмолился дедок. - Ты это чего надумал, убивать меня что ли? Так я на службе, меня никак нельзя трогать. За меня тебя посадють и надолго. Пожалеешь же потом. Давай как-то мирно расходиться. Я же вижу, что ты только одежду старую, рабочую украл, так за нее никто ругаться не станет. Не надо меня убивать.

- Какая такая служба, батя? - поинтересовался я. - Война вовсю идет, кончилась служба вместе с мирным временем -это раз. А второе -так наверняка все твои слесаря и работнички в окопах сидят, и за грязную свою одежду ко мне обиды не имеют, так что ты сам чего?

- Порядок должен быть во всем, - буркнул сторож. - Война не война, а ежели порядка не будет, то все же растащат.

- Ordnung muss sein! - фыркнул я. - Это на немецком, а переводится так -порядок прежде всего. Ты часом, дед, не немец? А то ведь зарежу сейчас.

- Какой я тебе немец?! -возмутился сторож. -И убери ты от меня эту отвертку, нервирует она меня сильно.

- Ладно, как скажешь,- покладисто согласился я, сунув отвертку в карман штанов, но ружье не отпустил, пальнет еще дед, а мне умирать никак нельзя, миссия у меня невыполнимая, однако. - Поесть чего-нибудь у тебя найдется? А то так пить хочется, что переночевать негде.

- Найду, - буркнул сторож. - И ружьишко мое отпусти, не заряжено оно. Лихой ты парень, похоже из военных, только непонятно что тут делаешь. Сам сказал, все твои на фронте, а ты здесь.

- Так ничего в этом страшного нету, - я отпустил дедка, он повесил ружье на плечо и зашагал вперед, я за ним потопал. - Сейчас с тобой червячка заморю, и пойду на фронт немца бить.

- Пойдет он, - пробурчал сторож. - А то что фронт ушел от нас на сотню с лишним верст, тебе не беспокоит?

- Не, не беспокоит, - усмехнулся я. - Я вообще спокойный очень, хоть и сильно жизнью пуганый.

Мы дошли до ворот, рядом нашлась небольшая сторожка - сарайчик два на два, а в нем небольшой топчан, да стол, на котором горела керосиновая лампа, которую дед сразу по-хозяйски погасил. И это правильно. Чего ей гореть, уже совсем светло стало. На стол дед поставил бутылку с молоком, закрытую газетной пробкой, литра на полтора, правда осталось в ней половина, но для меня и то праздник. Еще развернул тряпицу, а в ней кусок сала и краюха ржаного хлеба, кроме того дед выложил луковицу и рубанул ее тупым ножом на две части - вообще праздник для моего голодного желудка. Я аж слюну сглотнул, и руки у меня от жадности задрожали.

Сало дед нарезал ломтиками тупым сапожным ножом, и я набросился на еду.

Сало всему голова, а с хлебом вещь вдвойне, оно сытость надолго дает. Не зря же немцы начали сало своим солдатам давать после того, как увидели, что у красноармейцев оно входит в сухой паек, и часто сало лучше тушенки, потому как весит меньше, а силы дает больше.

- Ты вообще кто, паря? -спросил дед, ставя свою бердану в угол и снимая плащ. -И главное, чего тут делаешь?

- М-м-м, - промычал я, жуя сало. Вкусное, с чесночком, однако, да и хлеб свежий. Давно я такого не едал. Вот чем хороши давние времена так это тем, что вся еда натуральная, отрада для желудка. - М-того...

- Того, не того, - проворчал сторож. -Так оголодал, что ответить не можешь? Впрочем и сам вижу по манерам, что вояка. И чего ты тут забыл? Твои то родину защищают далеко отсюда, а ты здесь торчишь. Отстал что ли?

- Можно и так сказать, - я запил еду холодным молочком, и стало мне так хорошо, как давно не было. Это же счастье, сначала поголодать, но не сильно, а потом поесть, да вкусно. - Но ты, дед, меня дезертиром не считай, я свое восполню, да еще с прибытком, стыдно моим командирам не будет.

- И как же это ты восполнишь?- ехидно проговорил сторож. - У тебя даже ружа нет.

- Ружа нет, - согласился я. -А голова на плечах есть. Ты лучше скажи мне, батя, у тебя еще сало с хлебом есть? Мне бы оно сильно не помешало. Я бы не отвлекался на поиски жратвы, а немца бы бил, не люблю я его, однако, счеты у меня к германцу есть большие. Ты не кривись, отец, слово даю, услышишь еще обо мне, и так, что не стыдно будет за то, что мне с едой помог.

- Сало есть, да только дома, - дед посмотрел на меня строго. - И хлеба найду. Только не врешь ли ты мне? Немцы на днях к нам заезжали, у Клавки свинью забрали, да сразу ее и зарезали. Хорошая была свинка, и зарезали ее ловко, сразу видно мастеров. Так вот, паря, те немцы выглядели уж очень справно, и автомат у них был, и винтовка, и даже пулемет новый имелся в люльке мотоциклетной. Да и сами они выглядели сытыми и довольными. А ты на кого похож? Ни оружия, ни вида, одно слово - дезертир и трус. Об твою морду только котят бить, одни на ней углы от недоедания.

- Обидно сказал, однако, - я допил молока, доел хлеб, еды больше не осталось, и мне стало грустно. -После твоих слов даже воевать неохота стало, пойти что ли полежать вон в том тракторе наполовину разобранном. Ты мне, дед скажи, где немцы и дашь ли сало? Давай только по-хорошему. Я тебе пообещал, что ты обо мне услышишь? Пообещал... Сказал, что немцев не люблю. Сказал... Что ж ты мне не веришь?

- Не верю, потому что верить такой хитрой и наглой роже никак нельзя, - сторож долго, задумчиво и недоверчиво посмотрел на меня, минут пять наверно буровил своими голубыми глазками. -Эх! -Вздохнул он. - Ладно, дам я тебе сало с хлебом, и винтовку дам, патронов, правда, мало всего две обоймы, но уж лучше так, чем ничего. Вот чувствую, что пожалею о доброте своей, а сердце говорит, что поверить тебе надо. В общем, сиди здесь, никого не пускай, я приду через час. Правда, никто и не придет, МТС давно закрыта, я тут сторожу больше по привычке, чтобы дома не сидеть...

Дед поднялся и ушел, а я завалился на его топчан и глаза закрыл. Хорошо. Жизнь налаживается. Обычно же как? Если что-то началось плохо, то закончится скверно, а тут вроде все недурно идет. Конечно, фокус будет еще тот, если я проснусь, а мне в морду ствол автомата немецкого сунут, возьмут меня под белые мозолистые ручки, отведут в сторону, да расстреляют. Правда, не такие уж ручки белые, да и расстрелять меня непросто. И почувствую я опасность минут за десять - проверено не раз.

Проснулся я от сопения. Дед приперся с грузом, никак ворота открыть не мог, пришлось помогать. Сунул он мне сидор с куском сала и ковригой хлеба, да луковичек еще с десяток там обнаружил - в общем, дней на пять еды хватит, если экономно тратить. А вот оружие...

Представляете, он мне винтовку Мосина притащил, да еще с первой мировой. Я с уважением отношусь к этому российскому изделию, но мне то она куда? Тяжелая, неудобная в использовании, побегай, попробуй, с такой по лесам, да кустам. Запутаешься в ветках, и убьют тебя раньше, чем выстрелишь. Надежное оружие и довольно точное, хоть я немецкий маузер бы выбрал, он полегче будет и поудобнее, да и без штыка можно пользовать.

И вот мы стоим, друг на друга смотрим, а что сказать, не знаем.

- Спасибо, батя, - наконец, проговорил я, снимая с винтовки шестигранный штык. - Это все, что мне понадобится с твоей фузеи. Хорошее оружие, да только не для тех, кто по кустам прячется. С этой винтовкой хорошо в окопе сидеть и по врагу стрелять издалека, а мне прости, не подходит.

- Ишь ты! -буркнул сторож. -Не нравится ему. Ну да ладно, бог тебе судья.

- Ага, - я похлопал деда по плечу. - Пошел я. Еще раз больше спасибо за все. Хороший ты человек, буду тебя помнить добрым словом. Извини, ежели что не так. Больше наверное не увидимся.

Я вышел за ворота и потопал к рощице.

- Так это... того, - вслед мне проговорил сторож. - Немцы то в другой стороне. И зря ты винтовку не взял, хорошая она, точная, сам пристреливал...

Я только рукой в ответ помахал. А чего тут скажешь? Немцы мои итак найдутся, мне они на фронте не нужны, я по тылу специалист, а с этой винтовкой пусть пехота воюет, спецназу нужно оружие легкое и надежное, с ним бегать приходится, а уже через десяток километров каждый лишний грамм начинает ощущаться, как тонна. В общем, расстроил я деда, и был в этом не прав. Ну да ладно. Разберемся. Война-план покажет.

Глава 2

Глава вторая

Нет, жизнь хорошая штука. Я поспал, одеждой обзавелся, поел от души -что еще нужно для полного счастья? Оружие найти? Так само найдется. Вокруг война, его тут много. Сначала оружие копят, огромные склады строят, заводы работают в полную силу, чтобы переработать хорошее железо и кучу разных ингредиентов в то самое дерьмо, которое потом убивает людей. Согласны, что сама цель глупость? Зачем нужно столько усилий, чтобы превратить здоровых сильных парня в пищу для червей? Есть же более простые способы.

Да обычно и стараться не стоит, чтобы ни делал, чем бы ни занимался, но человек все равно приползет на кладбище, век его недолог. Но почему-то следует молодого человека убить, и обязательно с помощью оружия. Дать юным парням автоматы, винтовки, пушки, танки и пусть молотят друг друга - ибо таким образом регулируется численность населения. Да и развлечение для всех. Жили себе люди нормально, жили -не тужили, а тут раз и война! И думаешь уже не о посевах хлеба, не о том, как приготовить обед, а о том, как бы выжить.

Куча народа вокруг тебя бегает с оружием и убивает всех, кого захочет, а впереди военком с нарядом, который ищет этих молодых парней, чтобы отправить туда, где они будут убивать друг друга. А направлять этих мальчишек будут старые, хорошо пожившие генералы, которым нравится это развлечение, и чем больше они убьют, тем больше им на грудь навесят разных блестящих железок.

Я шел по пустынной дороге и размышлял на эту тему. Я хоть и человек войны, специально к ней подготовленный и умеющий убивать всем, что попадет в руку, а все равно не понимаю, зачем это нужно. Кто-то же придумывает эти войны, готовится специально к ним, вкладывает большие деньги, чтобы пошить форму, сделать винтовки, танки...

Тут я услышал треск мотоцикла за своей спиной. Ну вот только задумался о серьезных вещах, как уже мне оружие везут, чтобы я много чего не думал.

Я оглянулся. Точно -один мотоцикл. Вероятнее всего это те немцы, которые у Клавки свинью забрали. Фуражиры. Еду забирают у мирного населения и никого не боятся. Вероятнее всего снабженцы из какой-то танковой части, вывели танкистов для пополнения и отдыха, вот они и развлекаются. Почему так подумал? А мотоциклы не всем дают. Пехоте этот транспорт ни к чему, а вот танкистам он нужен для разведки и прочих надобностей.

- Хальт! - мотоцикл остановился за моей спиной. - Рушкий парьень, где тют дерревня?

Я медленно повернулся. Действительно, сидят на моем мотоцикле морды розовые, лоснящиеся от жира. Пулемет и автомат смотрят на меня, водитель, глядя в потрепанный разговорник, пытается у меня расспросить, где и что у кого отобрать. Старается бедняга. Только зачем? Ответа то он не узнает, я их сейчас убивать буду. Профессия у меня такая -военный. И немцев не люблю, особенно таких наглых.

И все-таки интересно видеть, как меняются лица людей перед смертью. Челюсть у пулеметчика отпала, когда он увидел, как простой работяга в рабочей одежде вдруг достает из глубоких карманов штык от мосинки, делает пару незаметных шагов и втыкает его в того фрица, что держит автомат. Тот даже затвор не успел передернуть. Привыкли немцы, что один вид оружия вводит гражданское население в шок. Ну это у них скоро пройдет. Вот появятся партизаны, и их спокойствие и уверенность в том, что их все любят, закончатся.

Я продолжил движение, и тяжелый молоток полетел в лоб ошалелому пулеметчику, а водитель повис на моих руках, когда я сдавил ему локтем шею. Через пару минут я его бросил задушенного и мертвого в дорожную пыль. Крови не было. Да и откуда ей взяться? Штык от трехлинейки я оставил в теле автоматчика. Кстати, этот шестигранник был признан еще в первую мировую войну международным судом, как варварское оружие, он оказался вне закона, потому что дырка от него остается такая, что не зашьешь, это не порез от обычного ножа, а большая дыра, кстати очень смертельная штука, раненые им умирают все поголовно.

Пулеметчика я вытащил из коляски, молоток только каску ему помял, фриц живым остался. Связал ему руки ремнем и бросил рядом с мотоциклом, а сам занялся обмундированием. Не рабочим же мне ходить в стоптанных сапогах и промасленной спецовке, все-таки война идет, нужно соответствовать общепринятым стандартам.

Штаны пришлось снять с пулеметчика, хорошо хоть не обгадился от страха, куртка подошла от водителя, и хорошо, что крови на нем не оставил, а просто придушил. Сапоги пришлись впору от автоматчика. Белье хлопчатобумажное, носки шерстяные -нашлись в ранце у автоматчика.

После того, как переоделся, надел на пояс хороший тесак, то стал разбираться с оружием, которое мне так любезно подвезли. У водителя оказался в потертой кожаной кобуре "Люгер", он же парабеллум -хорошая машинка, мне нравится, люблю с этим пистолетом работать, надежный как "Макаров". У пулеметчика на поясе висел кобуре "Вальтер", тоже неплохое оружие, многие выбирают его, и стоит оно дороже, чем Люгер.

И как вишенка на торте - автомат МП-38, не самое лучшее оружие, но грех жаловаться, в Красной армии нескоро еще пистолет-пулеметы появятся, а эта штука работает и очень неплохо.

А если добавить еще пулемет МГ-34 на коляске, к которому прилагается две тысячи патронов в цинке, и сто на ленте, заправленной в ствол, то получается совсем праздник. Вроде две тысячи пуль много, но если учесть скорострельность пулемета -тысячу выстрелов в минуту, то этого боезапаса хватит пострелять всего пару минут.

Я к немецкому оружию привык еще в прошлой командировке, оно мне как родное, повоевал с ним, знаю хорошо все его дурные и хорошие качества. Поэтому рад был и доволен -будет чем немца бить.

Оттащил дохлых немцев подальше от дороги, бросил их в небольшую ямку и забросал сухой травой. Пулеметчика пришлось прирезать, когда он зашевелился. Живым он мне не нужен, еще не дай бог расскажет обо мне что-то дознавателям. Так и не понял, чего это я его тоже сразу не придушил. Бывает, расслабишься на гражданке, а потом недоумеваешь, почему ведешь себя как идиот. Или задумаешься о смысле жизни, и перестаешь адекватно реагировать на окружающее.

А у немцев порядок жесткий, следователи работают даже в прифронтовой полосе, правда, весь порядок обычно заканчивается от соприкосновения с русским беспорядком.

Никаких чувств от трупов не испытывал, привык уже. На самом деле на войне все просто, не ты, так тебя, а немцы враг, который назначен официально. И даже не только потому что они захватчики и оккупанты, а потому, что их вождь Адольф Гитлер перед началом войны издал приказ, по которому разрешил любые действия на нашей территории. Хочешь насилуй, хочешь убивай и грабь, ответственность за все брал на себя фюрер - вот немцы и отвязались, и начали творить беспредел.

А ведь сначала их встречали хлебом-солью и на Украине и в Белоруссии, да и сдавались им красноармейцы дивизиями и армиями, потому что были уверены, что немцы будут следовать Женевской конвенции, станут всех вкусно кормить, предоставят гостиницы в три звезды и даже женщин. Не знаю, кто эти глупости распространял перед войной, но так думали многие. Зачем воевать, если тебя в плену ждет такой сервис?

Никто тогда не знал, что существует секретный приказ, который выдавался комендантам на оккупированных территориях под подписку, а в нем прямым текстом было сказано, что русские на этой земле не нужны и предписывалось очищать от них территории любым способом.

Вот и начали создавать лагеря уничтожения с газовыми камерами, в которых использовался циклон "Б" -специальное изобретение немецкого ученого, специальные команды стали сжигать население в церквях, а молодых и крепких парней и девушек на вид решили угонять в Германию в качестве рабов.

Главным было очистить землю от славянской нечисти, и немцы это делали с помощью насаждаемого ими железного порядка. Все эти приказы после 1945 года опубликовали, так что я их читал и знал, что враги мы непримиримые, и война идет на уничтожение -кто кого больше переубивает. Кстати, с этой точки зрения мы войну проиграли, у нас потери были кратно выше. Но это будет потом, а пока надо хоть немного это соотношение подправить в нашу сторону.

Ну что ж, транспорт и оружие мне доставлено, можно начинать развлекаться. Солнце уже поднялось над рощицей, день сегодня будет хороший, жаркий. Время - одиннадцать часов без пары минут. Часы я у водителя снял, хорошие, швейцарские, они точное время показывают. Учитывая, что меня забросили часа в три утра, то время обеда еще не наступило, а у меня уже есть оружие, транспорт и немецкая форма, с немецкими опять же документами. Так что можно сказать, что мне везет.

Что я с этим буду делать, пока не знаю, но явно что-то нехорошее для врага. Кстати, что-то тихо здесь, ни тебе окруженцев, ни колонн с вражеской техникой, ни крестьян на телегах, которые едут по своим делам. Тишь да благодать. Место что ли такое спокойное или находится вдали от главных артерий, где полно народа. И зори здесь наверное тихие. Иногда даже завидуешь тем, кто живет в такой глубинке, они любую войну переживают без особых потерь, а потом удивляются рассказам о том, что происходило от них совсем недалеко.

Я проверил багажник мотоцикла, и не удивился, найдя в нем пару свежеубиенных куриц, мешок пшена, с десяток яиц и трехлитровую бутыль мутного самогона, так называемую четверть, замотанную в женское платье, чтобы не разбилось. Точно фуражиры мне попались, значит, где-то у них рядом часть стоит. Что-то я совсем расслабился, даже трупы по большому счету не обыскал, так поверхностно прошелся, а ведь много мест осталось неисследованными, где держат что-то нужное.

Я вернулся обратно к трупам и начал осматривать внимательно тела, в сапоге у водителя нашел засапожный нож, который для меня будет совсем не лишним, с клеймом -"Золинген", острый зараза, им хоть брейся, такой мне и нужен, но главное обнаружил планшет у пулеметчика, даже не понял, почему его сразу не увидел. В нем карта, компас, транспортер и всякая другая мелочь, полезная в походных условиях.

А еще я снял с мертвого тела котелок, сухарницу с кучей разных, полезных предметов, включая бритву и перочинный нож и понял, что мародерствовать тоже надо уметь. Жизнь хороша, когда пьешь, не спеша. Еще я нашел в сапогах у немцев три толкушки -немецкие гранаты, тоже вещь в хозяйстве незаменимая. Да... совсем я что-то расслабился

Мне нужна была карта, и я ее нашел. Теперь стоило подумать о дальнейшем, я стоял над кучкой трупов метрах в двадцати от дороги и рассматривал карту. Вот уж что-то а эти топографические изделия у немцев всегда были на высоте, они тщательно и планомерно готовились к этой войне, кто бы чего про них не говорил, и карты у них были напечатаны не только Европейской части Советского Союза, но и Урала и Сибири, я уже не говорю про Кавказ и южные края.

Вернулся к мотоциклу, разложил карту на багажнике и попробовал определиться, где нахожусь. Сначала никак не мог разобраться, потом нашел МТС, благодаря карандашной пометке, а дальше было дело техники. Что немцы хотели обнаружить на машинной станции, так и не понял, но думаю деду с берданой придется не сладко. А еще я понял, что основные дороги находятся от меня в стороне, как автомобильные, так и железнодорожные. Деревней вокруг было много, но все они были небольшие, из названий запомнил только одно "Горошки", и убедился в том, что район Гродненский.

Но в деревню мне не надо, как и в район, с местным населением дружить пока не собираюсь. Край хоть и партизанский, но братский белорусский народ еще не осознал, что немцы сюда пришли не уровень их жизни поднимать, не прививать Европейскую культуру, а уничтожать их всех о третьего колена.

Земля в Белоруссии еще до войны была поделена между немцами, так что белорусам заранее была участь рабов предназначена, пока они живы. Слышал я как-то мальчишкой, как кто-то из взрослых сказал в пьяном разговоре, что эта война никому не нужна была, мол, стоило сдаться сразу немцам, и тогда жили бы мы, как они. Тогда я не очень все понимал, хоть морду этому знатоку истории помогал бить, но вот сейчас хорошо осознаю, что куча народа сдалась именно в надежде на такое будущее, а закончилось это тем, что все они превратились в черный дым в газовых печах.

И это не шутка. Человеческая память слаба, а думать вообще мало кто умеет, вот и кажется, что сдаться было бы проще. Тем более что историю уже всю Европа пересматривает, и русские в прошедшей войне становятся главными злодеями и оккупанты, а не освободителями, и не немцы в нашей стране около десяти миллионов мирного населения в распыл пустили просто для того, чтобы землю освободили.

В общем, обидно мне за мою страну, значит, гнобить я буду здесь и сейчас немецких бюргеров, и чем больше их в сырую землю вгоню, тем лучше у меня настроение будет. А на ученых и на академика мне плевать, не нравится им то, что я в первый раз сделал, пусть утрутся, не стоило меня сюда посылать, я все-таки боец спецназа, а не барышня, и мое дело смерть врагам моей страны нести, а то, что это кому не нравится, их дело.

Господ либералов слушать не собираюсь, они все куплены и деньги получают из-за границы, так что враги они, при случае и их придушу - вот такой я простой парень.

Пока я карту рассматривал, услышал приближающийся звук автомобильного мотора, и пока раздумывал над тем, видно ли с дороги будет трупы, из-за рощицы появился тентованный грузовик. Понятное дело, немецкий, в Советском Союзе с техникой в этом краю до войны было плохо.

Кабина водителя находится довольно высоко над землей, могут что-то и увидеть. С этой мыслью я рванулся к пулемету в люльке, но не успел его развернуть, как грузовик остановился, и с кузова посыпались немцы. Если честно, то даже немного растерялся, автомат висел на руле, люгер лежал на сиденье, со мной был только вальтер, и то только потому, что я в его карман по привычке сунул, и тесак в ножнах.

Однако, попал. Страха особого не было. Не в первый раз такое бывает, как-нибудь выкручусь, тем более что я в немецкой форме, рядом мотоцикл, вроде все логично, но если водила видел трупы, то может начать задавать неудобные вопросы, а я немецкий язык так и не выучил, придется всех валить, а фрицев много, совсем не факт, что всех уложу, могут и убить, причем легко. Немцы - вояки грамотные и умные.

Фрицы построились, из кабины вылез офицер, недовольно взглянул на меня, что-то скомандовал, немцы развернулись и зашагали к рощице, по дороге выстраиваясь в цепь для прочесывания. Офицер шел сзади, и что-то высказывал унтер-офицеру. Когда фрицы отошли от грузовика метров на двадцать, из кузова вылез мужичок в лаптях, и с довольной усмешкой зашагал вслед за цепью - будущий полицай, однако, а пока просто предатель.

Я дошел до мотоцикла сел на сиденье и мрачно смотрел им вслед. Все время считал, что готов к любой ситуации, а тут вон какой цирк получился. Не перестроился, получается, я еще к тому, что вокруг жестокая война, все еще живу в мирном далеком времени будущего.

И еще мне повезло. Не всегда так будет. Был бы я не в немецкой форме, история бы моя вышла более кровавой. Что ж, надо себя в бой сунуть, чтобы адреналин заставил вспомнить о том, что смерть ходит рядом. Игры закончились. Война со мной рядом, а на ней убивают и предают. Рожу я этого мужичка запомнил, если попадется где-нибудь, придавлю гаденыша, а пока надо уезжать. Вернутся с прочесывания немцы, вопросы начнут задавать неудобные, а я не только ответов, даже языка не знаю.

Немцы дошли до рощицы, и оттуда грянуло им навстречу несколько винтовочных выстрелов, два немца упали. Цепь залегла, фрицы открыли ответный огонь, а я завел мотоцикл и поехал по дороге, откуда приехал грузовик. Это пока еще не моя война, знаю, чем заканчиваются все закончится -поубивают немцы всех, причем без большой напруги. Не готовы еще наши красноармейцы к таким боям, это через пару лет они фрицев валить станут пачками, и страх у них уйдет, и выучка появится. А воевать мой народ умеет, где смекалкой возьмет, где храбростью, стойкостью и бесстрашием.

А если влезу в этот бой, то потом придется дружить с окруженцами, а этого мне не нужно. Играли уже в такую дружбу. Сначала тебе не верят, потом суют в самые опасные места, затем пытаются за твой счет решить все свои проблемы. И хорошо бы делали это с умом, да только обычно как раз все вершат по-тупому. А я не простой боец, а специально подготовленный, только это лейтенантику, который только это звание получил, не объяснишь. Он и воевать умеет только с наганом в руке, поднимая под пулеметы своих бойцов в рукопашную.

Сколько вот такие командиры Красной армии, которые ничего не знают о тактике нормального боя, положили рот и батальонов, воюя строго по уставу, пока наверху не поняли, что так воевать нельзя. Но главное даже не тактическая тупость, а наивность: убивать пленных не разрешат, ибо гуманизм превыше всего. Какой на хрен гуманизм на войне?

Тут убивать надо и выживать. Чем больше убьешь сегодня, тем меньше придется убивать завтра, а пленный это или просто немец уже детали, они пришли сюда уничтожать славянские нации, и в первую очередь русских, а не пряника раздавать и Женевскую конвенцию соблюдать. А пленных дураков, сдавшихся добровольно, они будут сжигать в газовых печах миллионами просто потому, что им нужна земля, а не те, кто на ней живет.

Блин! Прямо получается лозунг сегодняшних хохлов! Тех тоже не устраивает народ, живущий в Донбассе, им только территория нужна, причем непонятно для чего, с тем, что имеют, не знают, как управляться. Впрочем, все эта идеология насчет территорий идет с одного гнезда - с Америки. Там давно мечтают всех русских поголовно уничтожить.

Интересно, а те красноармейцы, которых сейчас в роще убивают, видели, как я с немцами на мотоцикле разбирался? Если видели, то могут же и расколоться на допросе. Но это конечно в том случае, если кто живой останется, шансов на это немного, можно сказать, совсем нет..

Ладно, прорвемся. Если даже и видели, то рассказать не сумеют, лицо не запомнили, это проблематично с такого расстояния, даже если смотрели в бинокль. Да и смысла большого нет меня сдавать.

Навстречу мне выскочил еще один немецкой грузовик. Что-то тут шумновато становится, не люблю я, когда много народа в одном месте собирается. Вот только что было тихо и спокойно, только привык к тому, что один на дороге, как сразу понаехали тут, даже раздражать стало.

Водила на встречном грузовике мне ручкой помахал перед тем, как обдать пылью. Так и захотелось развернуться, догнать и расстрелять гада, а заодно и тех, кто в грузовике сидит, но пока нельзя. Моя жизнь здесь только начинается, для начала нужно найти хорошую цель, станцию железнодорожную или склад со снарядами.

Я же диверсант, а не хулиган, мое дело обнаружить слабое место и устроить небольшой апокалипсис местного масштаба. Конечно, имеется у меня ощущение, что вызываю подозрение для встречного транспорта. Один водитель на мотоцикле, вдали от своей части, поневоле у каждого начальника вызывает желание узнать, чего я тут делаю, но пока бог миловал, а дальше надо грузовик брать - и выглядит он посолиднее и по нему не поймешь, один водитель едет или весь кузов солдатами набит - под тентом же не видно.

Ладно, это потом, а пока надо добраться до железной дороги, а там уже подумать, как пару эшелонов под откос пустить, чтобы жизнь немцам малиной не казалась. А уж потом обживемся, найду себе место для нормальной дислокации, чтобы все транспортные артерии были рядом, и начнем их резать по-живому.

Только я стал подъезжать к перекрестку, как вот они показались - красавцы -жандармы. В клеенчатых плащах, с бляхами на груди, каски, автоматы при них -все дела. Ну и мотоцикл стоит под чахлым деревцем, а в коляске сидит еще один фриц с пулеметом.

Как меня немцы заметили, сразу оживились, один пошел ко мне навстречу, махая палочкой. Вот что-то, а продавцы полосатых палочек не меняются во все времена, и одинаковы они во всем мире и на всех дорогах, обязательно попытаются тебе всучить негодный товар.

Ну, по крайней мере стало понятно, зачем мне водитель грузовика рукой махал, он мне про жандармов пытался сказать. Ну что ж, делать нечего, придется фрицев валить. Я огляделся, вроде никого не вижу, стал притормаживать и заворачивать к обочине. И тут, о господи, сколько же в этом мире идиотов!!! Я вдруг услышал нестройное "Ура", из оврага выскочил лейтенант с пистолетом в руке, а за ним с пяток красноармейцев с винтовками, с примкнутыми штыками.

Меня даже внутренним холодком обдало. Он что, полный и искренний идиот? Что нельзя было без криков и атаки незаметно подкрасться к жандармам и снять их из винтовок? Нет, я понимаю, что это не так просто, как кажется, от оврага, где они прятались до немцев метров пятьдесят по степи, но с криками, с винтовками с примкнутыми штыками на пулемет, это даже для меня что-то запредельное.

Я остановил свой мотоцикл, спрыгнул на обочину, перекатился по траве поближе к продавцу палочек. Лицо у того было озадаченное, наверное, тоже в первый раз увидел такое, махнул что-то рукой и скомандовал пулеметчику, тот заржал, показав белые зубы и нажал на гашетку.

Одна короткая очередь, и красноармейцы попадали на землю вместе с бравым, юным и очень тупым лейтенантом, еще одна очередь, чтобы добить раненых и на этом нападение закончилось. Бравая атака на немцев с целью захватить пулемет и мотоцикл иссякла полной победой жандармов.

Не дожидаясь какого-либо неприятного для меня продолжения я пошел быстрым шагом к немецкому патрулю, кобура с люгером расстегнута, патрон в стволе. Жандармы ржали от души, показывали мне на мертвых красноармейцев и делали какие-то неприличные жесты, даже вытирали слезы от смеха и махали радостно рукой, чтобы я разделил с ними их победу.

Я подошел ближе и разделил их восторг над идиотами русскими. Три выстрела, три трупа. Вот так воевать надо. Пусть не по уставу, зато эффектно, а в любом деле главное всегда эффективность. Я посмотрел на мертвые тела красноармейцев и тяжело вздохнул - жалко парней, которые погибли из-за одного идиота, а после этого занялся жандармами, пока никого не видно и дорога пустая.

Подогнал поближе свой мотоцикл, переложил в свою коляску клеенчатые плащи, очки-консервы, еще один автомат, пулемет и патроны к нему, из багажника вытащил два сидора, три заплечных мешка с продуктами и отправил к себе же. На самом дне багажника нашел пять гранат, которые никогда лишними не бывают, и также переправил к себе. Неплохо прибарахлился, можно дальше жить, пока здесь народ непуганый.

Перелил из бака в свой мотоцикл бензин, который вонял так, что сразу стало ясно, что без синтетики тут не обошлось, переложил тела жандармов в коляску, намочил тряпку в горючем и поджег.

Загорелось сразу. А я завел свой БМВ и отправился дальше по грунтовке на встречу неизвестности и новым проблемам, оставив после себя горящий костер. Кстати, только минут через пять подумал о том, а стоило ли это делать? Зачем поджег? Из-за русских парней, которых стало жалко, или просто решил следы замести? Ну, сделал и сделал. Жизнь только начинается, каких глупостей еще не натворю.