И остались только воспоминания

Глава 1. От лица Полины

Самый обычный школьный день. Все те же семь уроков, спасибо учительнице по русскому и литературе за дополнительный час по ее предмету. Министерство образования выделило определенное количество часов на русский язык. Но кто они такие? Татьяна Вениаминовна выбила у директора еще один, седьмой, урок. И идите вы, знатоки из министерства, на три веселых буквы. Не вы в этой школе закон.

Так что мы вполне закономерно ныли о нашей ужасной участи. Не знаю, как сильно затянуло бы нас в апатию, если бы Лелю вдруг не посетила гениальная мысль: пойти следить за парнем из выпускного класса. Бедолага. Против своей воли он стал излюбленной жертвой для сталкерских наклонностей моих подруг где-то с месяц назад, и даже получил кодовое обозначение «грек». И нет, парень не имел никакого отношения к народу эллинов. Разве что его нос. Вот за него-то несчастный и страдал. Повезло, что учиться ему оставался последний год. А то, кто знает, с каким психическим расстройством выпускался бы этот бедолага.

Первой на него наткнулась Карина, веснушчатая шатенка из параллельного класса и по совместительству наша общая подруга. А Леля с воодушевлением подхватила эту идею и раздула ее до голливудского масштаба. К ним с удовольствием присоединились Марина и Дина, еще две наши одноклассницы. Это же так весело: ходить по пятам за парнем, следить за ним из-за угла и доводить несчастного до нервного тика.

Обычно подобное времяпрепровождение ничуть не привлекало меня. Но то ли действительно день был настолько скучным, то ли полнолуние не в том созвездии, да только в этот раз я присоединилась к подругам в их маниакальной шалости. Казалось бы, что могло пойти не так?

Девчонки привычно выглядывали из-за угла и хихикали. Я же, как ни вытягивала шею, все никак не могла понять, за кем же конкретно мы шпионим.

- Да вот! – указала пальцем Леля.

- Не вижу! – и действительно из-за спин подруг обзор был так себе.

- Вон тот! – прошептала уже Марина.

- Да не вижу! – я начинала терять терпение.

Тяжело вздохнув, Леля вытащила меня из-за нашего укрытия и, пройдя со мной чуть вперед по коридору, размашисто вскинула руку.

- Вон тот! – и указала на высокого, подтянутого парня.

Я с интересом наклонила голову набок, пытаясь определить, попадает ли он под мою личную категорию привлекательности. Что ж, данный экземпляр был довольно неплох собой. Овал лица сужался к четкой очерченной линии подбородка. Светло-русые волосы небрежно взлохмачены. Крупные губы, большие глаза. У парня в принципе черты лица не отличались тонкостью и аристократичным изяществом. Но почему-то все вместе смотрелось довольно неплохо. Хоть и не мой типаж. Попыталась было рассмотреть, какого цвета у него глаза. Быть может, тут будет попадание. Но я явно переоценила свои возможности. Ни с этого расстояния. И не с моим зрением.

В какой-то момент наш объект наблюдения понял, что находится под пристальным вниманием. Был ли всему виной неадекватный смех моих подруг или я пялилась как-то уж слишком откровенно, непонятно. В момент, когда все решала секунда, я растерялась. Сказывается отсутствие опыта. Зато мои бывалые шпионки разбежались довольно резво. И вот я одна, застыла посреди коридора, как дура. А этот парень смотрит на меня. Сгорая от желая провалиться под землю, я, естественно, быстро развернулась и убежала со скоростью света. Стоило мне нагнать девчонок, как мы тут же разразились оглушительным хохотом.

- В этот раз Штирлиц потерпел поражение! – выдавила Леля.

- Вот вы козы! – журила я их, давясь от смеха. – Он теперь сто процентов решит, что это я бегаю за ним. Пошла, называется, под интерес.

- Да забей, - утешала меня Марина.

- Он тебя вообще не знает. Кто ты и что ты, - последовал сомнительный комментарий от Дины.

- Вот уж спасибо! – прыснула я от смеха.

Заряда адреналина от этого приключения нам хватило на оставшиеся три урока, и даже безжалостный седьмой урок русского языка не смог совладать с нашим безудержным весельем. Весь класс едва ли не растекся по партам, мы же с девчонками переглядывались, обмениваясь веселенькими улыбочками, сверкая глазками. И то и дело ловили суровый взгляд учительницы из-под непоколебимо сошедшихся на переносице бровей.

Распрощавшись у школьных ворот с девчонками, я направилась в сторону дома. Обычно компанию мне составляют Марина и Дина, но сегодня они, как на зло, дежурили. И вот, предоставленная своим мыслям, я шустро шагала вдоль дороги мимо бабушек, продающих кто цветы, кто консервацию. Я ловко запрыгнула на тротуар, как кто-то крепко схватил меня за руку и, разворачивая к себе, прижал спиной к стене магазина.

«Грек», - только и пронеслось у меня в голове.

- И что это ты делаешь? – с ходу наехал он на меня.

Я так обомлела, что за секунду забыла все то, чему меня обучали в школе на протяжении десяти лет. Только идиотский нервный смех раздавался у меня в голове.

- Послушай, - как-то на удивление спокойно продолжил он, - ты же симпатичная девчонка. Взрослая. А занимаешься ерундой. Вот эти все слежки только отпугивают парней, понимаешь?

«Он что, решил, что я влюбилась в него?» - ошалело догадалась я. Получив дополнительный стимул, смех из подсознания, где он никому не мешал и никого не смущал, невольной улыбкой прокрался во внешний мир.

- Здесь нет ничего забавного, - тут же отчитал меня старшеклассник. - В следующий раз лучше просто подойди к парню, раз понравился, или напиши. А все это такая глупость, - с этими словами он отпустил меня и пошел своей дорогой.

Я была так потрясена. Так взволнована. А смех короткими всплесками вырывался наружу странным булькающим звуком. Сорвавшись с места, я, подскочив, побежала к дому Лели. Это происшествие явно заслуживало большего, чем просто телефонного звонка.

Подруга удивилась, когда я набрала ей по домофону. Но стоило мне сказать кодовое слово, тут же раздался приветственный сигнал, а сама девушка встречала меня, стоя в дверях, и с нетерпением прыгала на месте, отчего ее короткие с медным отливом волосы пришли в еще больший беспорядок.

- Короче! – давя лыбу, начала я.

Интересный парадокс. Еще ни одна история, начавшаяся с подобной формулировки, ей не соответствовала. Вывалив на Лелю все пережитые эмоции, все свои внутренние возгласы, передав слова парня с идеальной точностью вплоть до характеристик его взгляда, насмеявшись вдоволь, я со спокойной совестью отправилась домой, надеясь в этот раз до него дойти.

Мне оставалась примерно половина пути, когда, проходя мимо палатки, я наткнулась на него. Внутренне простонав, я постаралась сделаться как можно незаметнее, но пристальный взгляд «грека» уже жег мне спину. Повинуясь какому-то странному порыву, я обернулась. Но лучше бы я этого не делала. На лице парня читалось разочарование, смешанное с раздражением.

- Черт! – выругалась я и, скривившись от стыда, побежала к дому.

Теперь он точно решит, что я сумасшедшая.

Но самой моей большой ошибкой было не решение обернуться, а рассказать обо всем этом одноклассницам. Почему? Да потому что теперь их развлечение вышло на совершенно новый уровень. Подруги намеренно проходили со мной мимо кабинета, в котором у «грека» предположительно проходил урок. Несколько раз им удалось обвести меня за нос, ведь я даже подумать не могла о таком коварстве. Из всеобщего веселья выделялась только Карина. Девочка поджимала губы и выглядела несколько недовольной. Словно устав от этого, девушка не присоединялась к попыткам столкнуть меня со старшеклассником.

Я же, разгадав смысл смешков одноклассниц, стала отсиживаться в кабинете. Напрасно я полагала, что стены класса станут моим надежным убежищем. И зря я недооценила своих подруг. Мало они, что ли, читали романтических фанфиков и подростковой литературы?

Учительница английского, по обыкновению, запрела кабинет на всю переменку. Не имея другой альтернативы, я заняла позицию у подоконника и ни за какие коврижки не собиралась ее менять. Подруги, сделав вид, что сдались, завели непринужденный разговор, ни на что меня не подбивая, и сами никуда не собираясь. Поначалу все шло гладко и не вызывало никаких подозрений. Ровно до тех пор, пока Леля наглым образом не толкнула меня на «грека», стоило тому пройти мимо. Я даже не успела уловить, в какой момент в ее голове родилась эта идея. И то ли девушка была такой слабой, то ли я не настолько неуклюжей, но мне удалось не врезаться в парня. Мое смущение было столь велико, что я побоялась даже обернуться на него.

- Я тебя убью! – накинулась я на Лелю.

Одноклассница завизжала и побежала от меня по коридору. Я что есть сил припустилась за ней. Даже на физкультуре мы не показывали столь блестящие результаты. Пробежав несколько раз по лестницам вверх, вниз, я все-таки нагнала подругу, но ее спас школьный звонок. Она задыхалась от смеха, в то время как я едва сдерживалась, чтобы не выплюнуть легкие.

- Признай, это было весело! – подразнила меня Леля, стоило нам добраться до дверей кабинета, где нас уже поджидали девчонки с нашими рюкзаками в руках.

- Конечно! Не тебя же он считает психопаткой! – и, уже обращаясь к остальным подругам, я взмолилась, - девчонки, я вас очень прошу, хватит!

- Мы ничего не обещаем! – смеялась Марина.

- Да ладно вам! – встала на мою сторону Дина. – Полина уже достаточно настрадалась.

- Спасибо! – с благодарностью вздохнула я.

К прочим неприятным событиям присоединилось дежурство по классу. Конечно, мы же совсем не голодные, и на нас совсем не давят тысячи упражнений и заданий. Почему бы не задержать детей в школе до четырех часов, чтобы они сэкономили школьный бюджет, рассчитанный на уборщицу.

Обычно мне бывает тоскливо, когда после уборки в классе я покидаю школу в одиночестве, но сегодня я была этому невероятно рада и чувствовала облегчение. Отдых от подруг был мне просто необходим. Но зря я полагала, что с их отсутствием меня ожидает мирная и скучная реальность. Ведь благодаря их стараниям в моей жизни появился он. Светоч их жизней. Тот самый. Единственный и неповторимый. «Грек».

Он ждал меня возле школьных ворот, и избежать столкновения с ним не представлялось возможным. Зачем только поставили этот забор. Ну, находили мы во время субботника шприцы и презервативы на территории школы и находили. Что такого-то? Зато в любую сторону можно было идти от школы. Хочешь, в сомнительную рощу с заброшенной детской площадкой, что раскинулась позади учебного заведения, хочешь – мимо стройки, ну, или, как все нормальные люди – по оживленной дороге. Свобода выбора.

Зато сейчас один официальный вход и выход.

Естественно, что парень перехватил меня тут же. Встал передо мной, отрезая все возможные пути отступления.

- Так, красавица, и что это такое?! – по его голосу было ясно, что он на грани.

- Послушай, - зажмурившись, начала я, при этом еще и побледнев то ли от смущения, то ли от страха, что придется сейчас все объяснять, а публичные выступления никогда не были моей сильной стороной, - это не я, честное слово!

- Да? Но вижу я, почему-то, только тебя! – напирал старшеклассник.

- Потому что это все девчонки! – застонала я. - Я за тобой даже не следила! Это все мои подруги. Я один единственный раз пошла! Вчера! А теперь расплачиваюсь!

- А-а, зачем? – «грек» был сбит с толку.

- Ну, прикол это такой! – сдавая одноклассниц с потрохами, я не чувствовала ни малейшего укора совести. В конце концов, это их вина, что сейчас я стою и распинаюсь перед чужим интересом. – А из-за того, что я рассказала им о вчерашнем, эти козы решили, что будет прикольным столкнуть меня с тобой.

- Зачем? – как попугай, заладил юноша.

- Потому что мы девчонки? Не знаю! Не спрашивай! – я окончательно потонула в этом океане смущения и тотального непонимания.

- А как ты объяснишь, что я на тебя вчера дважды натыкался? Хочешь сказать, совпадение, и ты не следила за мной? – прищурился он.

И тут я внутренне взвыла. Вот как, желая создавать видимость адекватного человека, рассказать, что первым же делом после нашей встречи я побежала к подруге во всех подробностях мусолить нашу встречу? Разве убедишь парня после такого, что он для тебя ровным счетом ничего не значит? Хоть это и правда! Но кого это уже волнует?

- Я вспомнила, что забыла книгу у одноклассницы, - выдала я первое, что пришло мне на ум.

- Ага, - делая вид, что верит мне, протянул парень.

- А потом уже пошла домой.

- Так, давай подытожим, - сложив руки, произнес «грек». – Я тебе не нравлюсь. Все это какой-то странный прикол твоих подруг. Просто потому что. И то, что именно тебя я спалил, чистая случайность. Все верно?

Я с готовностью кивала после каждого утверждения.

- И они обещали отстать от меня, - добавила я.

- А от меня? – прищурился старшеклассник.

Я неопределённо повела плечами и состроила гримасу.

- Считай, тебе просто не повезло.

- Ладно. Я понял, - наконец-то отпустил меня юноша.

Я с шумом выдохнула.

- Я могу идти? – неуверенно уточнила я, выгнув бровь.

- Беги, - махнул рукой «грек».

И я в прямом смысле побежала. Сорвалась с места и пулей стартанула прочь от этого проклятого забора. Я испытывала такую жгучую смесь из стыда и неловкости. В голове заезженной пластинкой прокручивался наш диалог. Я зажмурилась и поджала губы так, что они побелели.

Придя домой, первым делом я открыла ВК и написала в нашу общую с девчонками беседу. Высказала все, что я о них думаю. Краска постепенно спадала с лица, возвращая мне мою природную бледность.

Впервые в жизни я была так рада, что у меня полно домашних забот. Сегодня они должны были помочь мне забыть обо всех моих патовых ситуациях за прошедшие дни.

Мама после развода с папой устроилась на вторую работу, после которой начиналась ее бурная личная жизнь с многочисленными поклонниками.

Посему на моем попечении оказался младший брат. Настолько несамостоятельный, что я чуть ли не волосы на голове рвала. Контролировать его приходилось во всем: чтоб поел, убрался, не допоздна смотрел телевизор, сделал уроки.

Мозг мой давно уже поломался и даже не пытался уловить логику. Потому что ее попросту не было. Ведь это мне полагалось в свои шестнадцать бегать по свиданиям. А что в итоге? Я сижу дома с братом, пока мама, надев мою одежду, идет на очередную встречу с мужчиной.

Все эти размышления, наполненные такой обыденностью, вернули меня в мою реальности и вытеснили напрочь мысли о «греке» и наших странных пересечениях.

Глава 2. От лица Полины

Мы с девчонками как обычно стояли у окна и болтали в ожидании урока. Серый осенний день не стремился скрасить наши и без того скучные будни. Более того, он добавил еще и меланхолию от дождя. Что ж. Серое настроение для серого дня. Даже нас с подругами охватила апатия. А предстоящая самостоятельная по физике лишь укрепляла мнение, что мир – тлен и боль.

И вдруг.

Неожиданное прикосновение чьих-то губ к моей щеке.

Все замерли. Я. Девчонки. Даже дождь за окном.

Еще никогда мои глаза не были так близки к тому, чтобы выпасть из орбит. Кем бы мог быть этот сумасшедший? Ну, естественно, «грек». Одарил меня насмешливым взглядом и, как ни в чем ни бывало, пошел дальше по коридору в компании своих приятелей, которые, обменявшись удивленными взглядами, едва сдерживали улыбки.

Оглядываю подруг. На их лицах застыл шок. Так еще и челюсти готовы были вот-вот встретиться с полом.

- Поль, вы что, встречаетесь? – заторможено поинтересовалась Леля, отмерев первой.

- Н-нет, - выдавила я. – Я вообще без понятия, что только что произошло, - честно призналась я.

- То есть «грек» просто так подошел и поцеловал тебя? – выгнув брови, уточнила Дина.

- Да я клянусь! – принялась уверять я своих подруг. – Не верите?

Девчонки растерянно обменялись взглядами.

- Просто это как-то странно, - озвучила за всех Марина.

Одарив их раздраженным взглядом, я поправила лямку сумки на плече и направилась на поиски виновника этой дешевой комедии. Благодаря подругам, я знала, в каком он классе. А на первом этаже для таких, как я, висели списки классов и их расписание.

Вот сколько раз заявляла, что я не сталкер. Однако, вон, стою и высматриваю списки. Не мы такие – жизнь такая.

Мое эффектное, стремительное приближение было напрочь испорчено то тут, то там выскакивающими школьниками всех возрастов. Я натыкалась на них, они сталкивались со мной, наступая мне на ноги. И все эти жертвы были напрасны, ведь, оказавшись перед нужным кабинетом, я, с секунду постояв напротив, тут же прошла мимо. Слишком много людей в классе. А я даже имени его не знала. Как бы я обратилась к парню? «Эй, ты»? Или, еще лучше: «грек»!

Вернулась я к девчонкам ни с чем.

Остаток учебного дня меня разъедало от недоумения и возмущения. Подруги услужливо подливали масла в огонь. Так что по завершении последнего урока, я пулей вылетела из класса. Сверилась опять с расписанием. И да, Судьба сжалилась надо мной, завершив мой и «грека» учебный день одновременно. Мне было физически необходимо обсудить с ним его возмутительное поведение. И я была решительно настроена, шагая вслед за парнем. Но проблема состояла в том, что он шел не один. А я хоть и была настроена твердо, все же не до такой степени, чтобы вклиниваться в компанию старшеклассников. По сути, совершенно незнакомых мне парней. Хотя, нет. Один из них подозрительно напоминал мне моего соседа снизу. Повторюсь, ведь даже имени «грека» я не знала. Вот так интересно складывалась наша жизнь. Точнее рушилась.

Пока все внутри меня клокотало, пока сердце мое пыталось симулировать аритмию, вокруг нас царило безмятежное спокойствие маленького областного городка. На проезжей части машины в этот час были редким явлением. Прохожие тоже не особо стремились разбавить поток школьников. Потому моя фигура оказалась довольно приметной на фоне полуголых деревьев и кустарников. Но осознала я это слишком поздно. Ровно в тот момент, когда «грек» оглянулся на меня и одарил насмешливой улыбкой. И тут я сообразила: все это время он знал! Прекрасно знал, что я иду за ним по пятам! К щекам моим вновь прилил стыдливый румянец. Ведь в данный момент я действительно походила на сталкера. Уличенная в этом, я, не зная, куда спрятать глаза, свернула с дороги и, шелестя опавшими листьями, пачкая ботинки в непонятной жиже, так свойственной этим оазисам пожухлой природы, побрела к дому. И взгляд мой до самого подъезда не отрывался от земли.

Вечером я совершила еще одну грубую ошибку, поинтересовавшись все-таки у девчонок именем старшеклассника. На что получила очередную порцию подколов и насмешек.

И остаток дня я потратила на то, чтобы убедить их в такой простой истине: нас с их дорогим «греком» не связывают не то, что романтические отношения, но и никакие другие впринципе.

Но, кто знал, что все мои усилия пойдут крахом уже на следующий день.

Мы с Лелей были заняты тем, что являлось основным лейтмотивом наших отношений: спорили. На этот раз предметом нашей жаркой дискуссии стала Наташа Ростова из романа Л.Н. Толстого «Война и мир». Остальные девушки только и успевали, что переводить взгляды с меня на Лелю.

Наш спор начал принимать опасный оборот, но весь наш запал был потушен за секунду: неизвестный голос позвал меня по имени. А после тишина. Я очень удивилась и оглянулась. Как и еще одна моя одноклассница с таким же именем.

- Нет, ты, - указал на меня «грек».

Я даже икнула от неожиданности и с заминкой двинулась к выходу из класса, боясь оглянуться на подруг. И без того чувствовала их пристальные взгляды, от которых вся спина едва не дымилась.

- Ну, привет, Полина, - победно улыбался старшеклассник, в его глазах читалось неприкрытое веселье.

- Что ты здесь делаешь? Нет! Не так. Что ты творишь? – накинулась я на парня. – И откуда узнал мое имя?

- Твой одноклассник подсказал, такой страненький, рыжеватый, - услужливо ответил он.

- Владик! – прищурившись в негодовании, сразу же определила среди своих одноклассников Павлика Морозова. – Так что ты прицепился ко мне?

- Стало интересно. Знаешь, а в этом что-то есть, - хмыкнул он.

- Интересно издеваться над ничего непонимающим человеком? Ставить в неловкое положение? – пока я все это проговаривала, до меня дошел-таки смысл его действий. – Так ты типа нам подражаешь? – осенило меня. - То есть им! – тут же исправилась.

«Грек» самодовольно кивнул.

- Но я-то тут при чем? Это они доводили тебя! Их там четыре экземпляра! Выбирай любую! – взмолилась я. – Почему я? За что?

- Считай, тебе просто не повезло, - прилетела мне моя же фраза.

Я едва не задохнулась от возмущения.

- И сколько это будет продолжаться? – хмуро поинтересовалась я.

- А они сколько за мной шпионили? – не убавляя веселья ни на грамм, глумился старшеклассник.

- Месяц, - неосознанно сорвалось с моих губ.

И в ту же секунду я пожалела о своей оплошности. Потому что лицо «грека» засияло от коварной улыбки, такой широкой, разве что лицо не трескалось.

- Вот и решили, - хлопнул в ладоши он.

Прозвенел звонок, и мой мучитель направился на урок. Очнувшись, я крикнула ему, пока парень не скрылся с глаз:

- Как тебя хоть зовут?

Юноша странно посмотрел на меня, выгнув бровь, и коротко рассмеялся.

- А ты откопай, шпионка. С меня шоколадка!

Цокнув от раздражения, я вернулась в класс. Впервые в жизни мне хотелось, чтобы урок длился вечность. По тому, какие взгляды на меня бросали девчонки, и как они перешёптывались между собой, я понимала, что мне предстоит серьезнейший разговор. Тут, правда, требовалась бы более совершенная форма прилагательного. Но ее еще не изобрели. Сразу видно, русский язык придумывали не женщины. Иначе у прилагательных было бы как минимум пять степеней качества.

И впервые в жизни я была рада фразе «звонок для учителя». Пока мы выслушали напутствие, пока записали домашнее задание на половину страницы дневника (кто только отмерял эти несчастные строчки для записей), время от переменки неумолимо таяло и приближало следующий спасительный урок.

Но, поскольку вопреки желанию Татьяны Вениаминовны, она не могла нас держать у себя вечность, девчонкам удалось-таки добраться до меня.

- Что он от тебя хотел? – первой накинулась на меня Леля.

- Поиздеваться, - честно ответила я. – Серьезно, во что вы меня втянули? Я больше никуда никогда с вами не пойду.

- Вы точно не встречаетесь?

«Спасибо, Дина, что не оставила без внимания эту теневую тему. Мой лейтмотив отношений с этим парнем», - так подумала я. А произнесла:

- Нет. Готова руку на отсечение дать.

- Он так странно себя ведет. Может, ты ему понравилась? – перевернула проблему Марина.

Но, как будто, выгоднее от этого ситуация не стала. Не заиграла яркими красками.

- Думаю, вы просто его достали. А я попала под раздачу, - поморщилась я, почесывая затылок.

- Карина расстроится. Изначально она ведь его приметила, - зачем-то напомнила Леля.

Моему возмущению не было предела. Данный комментарий был совершенно излишним.

- Тогда ее бы в нее толкали! Смотри, и сложилась бы на нашем проекте пара! – вспыхнула я.

- Поль, - одарила меня красноречивым взглядом подруга, словно это я околесицу городила, а не она.

- Нет! Ты не можешь вот так предъявлять мне!

- Никто тебе ничего не предъявляет, успокойся, - таким тоном обычно с сумасшедшими разговаривают, а Леля – со мной.

Раздраженно махнув руками, я направилась на следующий урок.

Глава 3. От лица Полины

Пролазив в группе школы около получаса, я так и не приблизилась к разгадке имени «грека». Между тем, с работы уже вернулась мама и успела поинтересоваться моими успехами в учебе. А я так зациклилась на разгадке этой страшной тайны, не ради шоколадки, а чтобы быть с парнем на равных, что вопреки обыкновенного не села за уроки сразу же после обеда. Осознание этого больно ударило по себялюбию. И я, мотнув несколько раз головой, сбрасывая ненужные мысли, и для верности стукнувшись несколько раз лбом об стол, достала-таки учебники.

Но, как только с последним заданием было покончено, мои поиски возобновились.

На следующий день у меня болели глаза, один даже дергался время от времени, на губах не осталось живого места, так я их искусала, а коленка ныла, столько раз я вчера нервно дергала ногой. Но результат того стоил. Теперь я могла обращаться к своему мучителю по имени – Юра. Собственно, что я и сделала при следующей нашей встрече, когда он на ходу стянул резинку с моих волос. Не ожидая такой оперативности от меня, старшеклассник на секунду завис, а, когда его мозг вновь начал функционировать и подавать сигналы телу, демонстративно похлопал в ладоши. На что я состроила гримасу.

- С меня шоколадка, - произнес Юра.

- Засунь ее себе знаешь куда?! Резинку верни! – крикнула я ему в спину и тут же прикусила язык.

В конце концов, я же не сумасшедшая. Боязливо огляделась по сторонам. На мое счастье, ни учителей, ни директора, ни завучей поблизости не было. Ну, хоть где-то удача на моей стороне. Точнее, только в этом.

Девчонки за моей спиной хихикали. Они были в полном восторге от происходящего.

- Полька, ну, прям сериал! – сквозь смех произнесла Марина.

- Я очень рада, что моя жизнь превратилась в реалити-шоу. Это все, кстати, из-за вас! – не упустила я возможности припомнить им обо всем «хорошем».

- Да ладно тебе! Милый мальчик! – отозвалась Дина.

По моему сердитому выражению лица было понятно, что мнения подруги я не разделяю.

- Кстати, - вдруг серьезным тоном привлекая наше внимание, начала Леля.

Мы тут же обеспокоенно уставились на нее, не понимая столь неожиданной смены во всеобщем настроении.

- Надо Карине рассказать.

- Что рассказать? – не поняла я.

- Что ее «грек» за тобой бегает, - безжалостно отрезала одноклассница.

- Когда это он был ее? Он разве не был общим? – тут же встала я в позу.

- Лель, думаю, ты преувеличиваешь, - миролюбиво заметила Дина. – Подумаешь, веселится мальчик.

- Это да, - тут же пошла на попятную та, - но Карине все равно сказать надо.

- Ой, да ладно, - махнула рукой Марина. – Не утрируй. У нас тут не шекспировская трагедия, а вполне себе комедия по Мольеру.

- А, если Юра не отвалит, то я ему устрою убийство в духе Агаты Кристи! – смело заявила я.

Девчонки дружно рассмеялись. Только Леля выглядела недовольной. Еще бы, ведь ее странная попытка превратить все в дешевую сериальную драму проиграла литературной пикировке. А Леля очень не любила, когда не она становится главной звездой программы.

Я не была дурой и прекрасно видела, что подруга намеренно цеплялась к ней. Поэтому во время следующей перемены решила пройтись по коридорам, чтобы дать себе время на передышку. Несмотря на то, что Леля была моим самым давним другом, я все время чувствовала некое негласное соперничество между ними. Мы часто спорили по литературе, по истории, да и просто по жизни. Но при этом так срослись, что уже сложно было представить себя по отдельности.

Стоило мне устало опуститься на лавку, как место рядом тут же заняла Марина. Почему-то в отличие от Лели, с ней мне было намного легче. Мы были похожи. Не внешне. Внешне мы были совершенно противоположны: Марина представляла собой нечто воздушное, как облако, со своими пышными кудрями светлых волос, серыми глазами и фарфоровой кожей. Я же походила на осину со своими каштановыми волосами, отдающими рыжим, особенно в летнее время, когда волосы выгорают.

- Ты как? Опять Леля задевает? – поняла все без слов Марина. Она была проницательной девушкой и отлично считывала чувства других.

- Да я уже привыкла. Просто тут я вообще не понимаю, чего она хотела. Я-то в чем виновата?

- Ни в чем, - кивнула головой подруга.

- И я вообще пострадавшая сторона! – заводилась я.

Марина же ограничилась только кивком. Осознав, что пробудившиеся во мне негодование не даст спокойно усидеть на месте, я подскочила и принялась мерить расстояние вдоль скамейки.

- Это какой-то нелепый сон. Нет! Кошмар! Из-за вас я вчера весь вечер потратила на то, чтобы откопать его имя. Имя! Для чего?!

- Я думала, ты у Игоря спросила.

Слова подруги выбили почку у меня из-под ног. Игорь. Точно! Это же надо было настолько отупеть, чтобы забыть про Игоря. Моего близкого друга. Игоря, которого знает каждая собака на районе. Игоря, который состоит в нескольких настолько разношерстных компаниях одновременно, что просто поражаешься, откуда у него вообще находится время для твоих проблем. Игорь. Я идиотка!

- Да бли-ин! – протянула я, разочаровавшись в себе. – Я настолько зациклилась на этом колуне, чтоб мой мозг просто отказался консультировать логику! Представляешь?!

Я хотела было уже продолжить дальше, как столкнулась с ужасом и одновременно неприкрытым весельем в глазах Марины. Нахмурившись, я обернулась, хотя что-то внутри меня уже вопило от недоброго предчувствия. За моей спиной собственной персоной стоял Юра и нагло улыбался.

- Держи! Заслужила, - вручил он мне шоколадку. Точнее, впихнул. И заранее отошел на приличное расстояние, чтобы мне не удалось всучить ему сладкое обратно. При этом парень вскинул руки ладонями вверх, словно он тут совершенно ни при чем.

Усмехнулся на мою растерянность и сбежал вниз по лестнице. Я с жалостливым видом обернулась на подругу и взмолилась:

- Не говори Леле, пожалуйста.

- Тогда надо уничтожить улики! – почему-то веселилась Марина.

Вяло кивнув, я разделила между нами шоколадку, и мы тут же не без удовольствия занялись этим сладким компроматом.

Мои мучения на этом не закончились. Стянутая с моих волос резинка теперь красовалась у него на запястье. Мозолила глаза мне и Леле, из-за чего едких комментариев в мой адрес с ее стороны стало значительно больше. Временами подруга успокаивалась и пыталась придумать, как мне помочь. Но стоило на горизонте появится Юре и вырвать у меня из рук книгу, дернуть за косичку, убежать с моей сменкой, стащить у меня с ноги балетку и заставить скакать за ним на одной ноге, как у Лели что-то щелкало, переключалась программа. Ее лицо приобретало недовольное выражение, губы кривились в неодобрении. Дина и Марина зато заливались смехом, наблюдая, как я, изо всех сил стараясь подскочить выше, пытаюсь вырвать у парня свою обувь.

- Да прекрати! – едва не оступившись, рассердилась я.

- Ладно, ладно, - сжалился он и опустил руку.

Не став испытывать удачу, я с силой вырвала балетку и направилась к подоконнику.

Парень зачем-то вальяжной походкой, демонстративно засунув руки в карманы, последовал за мной. Я встретила его хмурым, недоверчивым взглядом.

- Держи свои руки при себе!

Но, увы, мое предупреждение подействовало на старшеклассника с точностью до наоборот, и вот он завладевает балеткой и под мой ошарашенный взгляд и восторженный писк подруг надевает обувь мне на ногу. Правая рука Юры расположилась на моей икре для удобства. А меня прошиб озноб. Было что-то интимное в этом, с на первый взгляд, невинном жесте. Порождало странный трепет в груди. Замерев, я наблюдала за ловкими действиями парня, с одной стороны желая, чтобы он быстрее закончил, а с другой – чтобы этот миг никогда не заканчивался.

Этим же вечером я набрала Игорю и вызвала погулять. Мне необходимо было его квалифицированное мужское мнение. Как только с формальностями в виде приветствия и объятий было покончено, как я вывалила на парня шкал своих сериальных драм? Я даже не знала, к какой категории отнести происходящие со мной события.

Игорь внимательно слушал, кивал, уточнял. И выдал с откровенной прямотой:

- Ты ему нравишься.

- Да нет!

- Да, Поль, да. Парень не будет столько времени тратить на девчонку, которая ему бы не нравилась.

- Почему тогда прямо не сказать?

- Можно подумать, вы, девчонки, прямо говорите, - парировал Илья.

- На то вы и парни. Чтобы первыми, - придерживалась я своей картины мира.

- Давай так, - друг сделал паузу, - он тебе нравится?

Этот вопрос звучал все чаще, обогнав «ты сделал домашку» без шанса сравнять счет.

Мне задавали его девчонки по сто раз на дню. Но я только отмахивалась от них. Потому что знала, стоит мне показать хотя бы толику сомнения в своем глубочайшем безразличии к Юре, как подруги втянут меня в очередную авантюру. С Ильей было проще, честнее. Но даже так я боялась признавать, что мое восприятие Юры дало трещину.

Невозможно было отрицать тот факт, что старшеклассник вошел во вкус. Его забавляла моя реакция: как я злилась, как упрямо просила прекратить, как покрывалась красными пятнами от досады. Я же со своей стороны совершенно запуталась и не понимала уже, как реагировать. Более того, я начинала испытывать то, чего не должна была: тоску. Учебные будни сводились только к одному – ожиданию, когда же появится Юра и украдет частичку моего внимания, озарив мой день. И я ненавидела себя за то, как же страстно я предвкушала очередную встречу с ним. И как расстраивалась, если юноша вдруг на появлялся, оставляя в серости обычных будней. Из-за всего этого выходные представлялись мне пыткой, а в понедельник я боялась сорваться и не сдержать радостной улыбки при виде парня.

- Скажи, а тебе приятно его внимание? – вдруг как-то задала вопрос Марина по дороге до дома.

Я резко остановилась и уставилась на нее, быстро хлопая глазами, словно у меня завис командный центр.

- С ума сошла? Да и какое это внимание?! Я просто попала под раздачу! Это ровным счетом ничего не значит! Ни для него, ни для, тем более, меня! – горячо произнесла я.

- Тогда почему ты улыбаешься всякий раз, как он подходит? – ловко подловила меня одноклассница.

И я позорно смутилась.

- Не знаю, Марин. Я боюсь, что надумываю, понимаешь? – внимательно глядя ей в глаза, призналась я. – Боюсь, что начинаю привязываться, а это окажется в конечном счете игрой.

Подруга понимающе кивнула.

- Может, уже стоит поговорить с ним?

- Нет! – вскрикнула я. – Ни за что! – с расстановкой произнесла я. – А если он посмеется надо мной?

- Привет, девчонки! – неожиданно нас нагнала Карина.

Для той, что переживает несчастную любовь, девушка выглядела больно радостной.

- Ты чего? – недоумевали мы с Мариной.

- На курсы получилось записаться по биологии! – охотно поделилась своей радостью девушка.

- А-а! – нестройным хором протянули мы.

С появлением девушки между нами возникла какая-то неловкость, но понятная только нам с Мариной. Карина же пребывала в полном неведенье и растерянности от нашего поведения.

- Вы чего? – прямо задала она вопрос.

- Ты не сердишься на меня? – опасливо уточнила я.

- Из-за чего? – все так же улыбалась школьница.

- Из-за «Грека», - пояснила я.

- Ой, да брось! – фыркнула она.

- Но он тебе разве не нравился? – уточнила я. – Потому что я могу тебя заверить, мне он нисколечко не интересен!

- Чего? – рассмеялась Карина. – Мне понравился его нос. А все прилагающееся так себе!

Я лишь улыбнулась на слова подруги. И все же, чтобы окончательно убедиться, что между нами не осталось никаких недомолвок, я вызвалась проводить девушку до дома, сославшись, что мне нужно заскочить к бабушке, чей дом располагался напротив дома Карины.

Оставшись с подругой наедине, я все же повторила тот самый, наболевший вопрос:

- Тебе точно Юра не нравится?

Девушка одарила меня красноречивым взглядом и еще раз произнесла, стараясь звучать как можно убедительнее.

- Вот нисколечко! Если хочешь честно, я тогда, конечно, немного расстроилась, когда девчонки принялись тебя с ним сталкивать. Потому что я была первой, кто вообще все это придумал, - как на духу, призналась Карина. – Но это была всего лишь игра. Да, здорово было ходить и кошмарить парня, - она вновь улыбнулась, - но теперь у него есть имя и, вроде как, личность. А это уже не круто!

- Вот как, - выгнула я губы, стараясь понять логику подруги. – Но почему ты тогда больше не проводишь с нами перемены? – последний волнующий меня вопрос.

- Потому что я мазохистка и решила поступать в медицинский. Начала забивать на свою жизнь в социуме уже сейчас, - рассказала школьница. – Думаешь, так легко записаться на курсы по биологии? Для них еще экзамен сдать нужно!

- Понятно, - усмехнулась я, окончательно успокоившись.

- А то, что происходит у вас, «Аншлаг» отдыхает, конечно! – хихикнула Карина.

- Откуда ты знаешь? – опешила я.

- Так на театралке Леля только об этом и трещит, - охотно сообщила девушка. – Кстати, знала, с нами ходит его друг, Сергей! – хлопнула в ладоши школьница. – Иногда и Юра заглядывает, - она все еще не могла произносить его имя без кривляний. – Знаешь, его очень забавляет, как ты потом сердишься на него.

- Это все Леля рассказывает? – ахнула я. – Зачем?

- Да ладно тебе. Смешно же! – пожала плечами Карина. – Ничего такого. Не переживай.

Слова подруги несколько озадачили меня. Потому как я не видела ничего забавного в проделках Лели. Но, решив оставить это без внимания, я просто была рада, что с Кариной все прояснилось. И я даже не скрывала на следующий день, что все нападки Лели были необоснованными, а предположения являлись чистым домыслом. К полному неудовлетворению самой девушки.

Глава 4. От лица Полины

Я уже час мучила статью для кружка журналистики. Отчего-то слова совсем не желали складываться в приличное предложение. Хотя, вполне возможно, виной всему был Леви Аккерман и фанфики с ним, которые без конца склоняли меня плюнуть на все и погрузиться в мир «Атаки титанов». Но, нет, скорее всего, дело было в самой статье. Так, промучившись час, я распечатала то, что было, и направилась в здание ГДО, или, для тех, кого участь миновала проживать в военных, даже открытых городках, гарнизонный дом офицеров, который со временем превратился в дом детского творчества и проведения местных концертов.

К моему облегчению, Юля, девчонка из выпускного класса и по совместительству моя коллега, уже сидела за компьютером. Больше, чем она, для нашей местной газеты не писал никто. И вот я, скорбно склонив голову, преподношу ей свои ошметки от статьи.

- Давай, садись! – пододвигает девушка стул.

Я тут же просияла, позабыв, что, вообще-то должна выглядеть расстроенной. И мы вместе с Юлей принялись приводить в божий вид небольшое описание подростковой жизни.

Мы успели как раз вовремя. Как только последний листок был распечатан, в наш импровизированный кабинет вошла Екатерина Андреевна, наш непосредственный наставник.

- Опять все в последний момент сделала? – пожурила она меня, а у самой в глазах ласковые искорки.

Я передала ей еще теплые листы и очень хотела бы испытывать стыд или вину, но нет. Лишь досадная неловкость.

Юлина статья, как обычно, занимала минимум времени Екатерины Андреевны. Слог хороший, структура не нарушена, сюжет раскрыт. Моя же даже с учетом помощи коллеги требовала особого внимания к структуре: уд больно я любила авторские отступления, витиеватые рассуждения. Конечно же, им не место в публицистике.

- Ой, навертела. Опять описываешь листопад, а надо по существу, - качала головой Екатерина Андреевна. – Мечтательная ты девчонка! – подытожила она. - А это ты еще не влюбилась.

- Думаете, когда люди влюбляются, у них совсем всю плохо с выражением мысли? – Изогнула я бровь.

- Где там мысли будут в голове, когда витаешь в облаках? – рассмеялась наша наставница.

Вроде бы, взрослая женщина, а казалось, будто наша сверстница. Легкая, смешливая, разговаривала на одном с нами языке.

- Тогда Юльке нельзя влюбляться! – покачала я головой. – Я одна тут все не вывезу.

Вышеуказанная Юлька рассмеялась.

- Не переживай, не влюблюсь. У нас в параллели не в кого, - усмехнулась она.

И тут я напряглась. Как же раньше эта простая до одури мысль ускользала от меня? Правда, что ли, мысли начали улетать куда-то?

- Юль, а ты ведь учишься в одном классе с Юрой, - я неумело пощелкала пальцами, не воспроизводя при этом никакого щелчка. – Высокий такой, русый.

- Я, так понимаю, скоро Полинка совсем писать перестанет! – посмеялась надо мной Екатерина Андреевна.

Я, опомнившись, покраснела.

- Да нет, это не то, - залепетала я, маша параллельно руками. – Просто…

- Ну, учится такой, да, - спокойно ответила Юля. – А тебе зачем?

- Да просто….

- Так, девочки, - прервала нас Екатерина Андреевна, - болтать после будете. Нам сейчас надо пройтись по новым материалам. Скоро будет спектакль в театральной студии.

- Ой! Можно, я! – Проявила неожиданное рвение я.

Екатерина Андреевна смерила меня пристальным взглядом и строгим голосом предупредила:

- Никаких отсрочек.

- Все будет в срок! У меня там подруги играют. Я напишу!

После кружка я напросилась проводить Юлю и попутно постаралась ненавязчиво разузнать про Юру. Врага нужно изучить. Распознав мою хитрость, девушка рассмеялась тем особым смехом, после которого понимаешь, тебя раскрыли.

- Поль, да говори, как есть! – Было видно, что девушке и самой интересно погрузиться в новую волну перспективных обсуждений. Именно так, а не сплетен. Почему-то я была уверена, что Юля не сдаст меня.

- В общем, у него девушка есть? – Задала я самый главный вопрос. Потому что, если есть, то даже мои нервные мурашки могут опять впадать в спячку.

- Понравился?

- Я пока не поняла. Но не хочу, чтобы осознание этого ударило в миг, когда я увижу его с другой, - протараторила я.

Юля хмыкнула с долей уважения и рассказала, что, по слухам, Юра пересекается с какой-то девчонкой из города. То сходятся, то расходятся. Ничего серьезного. Вроде как.

- Поэтому, не дрейфь! – благословила ее девушка. – Он парень хороший. И друзья у него порядочные. У них группа. Помнишь, в прошлый вторник мы слышали, как играли? Так вот, это они. Леха, твой сосед. Вот он вместе с ним в группе. И друг его.

- А-а, - протянула я.

Вот так: один разговор, а сколько всего полезного. И чего толку от шпионских игр моих одноклассниц, если по факту все приходится узнавать самой.

Честно проводив Юлю даже после того, как она уже все мне рассказала, я побрела в обратном направлении.

Странное дело, мы с Лехой столько лет жили в одном подъезде, а я никогда не сталкивалась с Юрой. Чудеса какие-то.

Стоило только этой мысли осесть в моем подсознании, как, пожалуйста, Юрой собственной персоной вызывает по домофону моего друга.

- А… Привет, - не зная даже, как реагировать, поздоровалась я.

- О! Опять следишь за мной? – улыбнулся Юра, но я успела отметить, как напряглись его плечи. Уму непостижимо, он все еще не исключал возможности, что я сумасшедшая.

- Вообще-то, я тут живу. Это мой подъезд, - казала я на железную дверь.

- Серьезно? – вытянулось у парня лицо.

- Да, - с нажимом отвечала я.

- Ничего себе, совпадение! – присвистнул Юра.

Тут домофон запиликал, сообщая о том, что кто-то сейчас покажется из темноты подъезда. Для тех, кто ждет, это всегда игра в лотерею. И как же распирает от разочарования, когда из-за дверей показывается физиономия, но совсем не та, которая нужна тебе.

Юра был везунчиком. Потому как из подъезда вышел Леха.

Мы обменялись дежурным для соседей приветствием, и я прошмыгнула в подъезд, пока дверь еще не успела захлопнуться.

А дома мама, завидев меня, попросила одолжить ей куртку. В комнате папа, сидит в телефоне в ожидании моего младшего брата. Судя по всему, тот еще не пришел. Тогда становится понятно, почему в воздухе витает напряжение тарантиновских фильмов. К счастью, мои родители не смотрели «Убить Билла». Да и маме не идет желтый.

- Привет, пап, - поздоровалась я, проходя в комнату.

- Доча! Как дела? – лишь на секунду выйдя из игры про танки, уделил мне внимание родитель.

Вот и что мне рассказать? Как за мной бегает мальчик, у которого, возможно, есть девочка? Или про Леви Аккермана? Ну, это сразу мимо. Поэтому мы начинаем наши дежурные баталии по истории. Кто-то, чтобы привлечь внимание папы, начинает увлекаться машинами, кто-то – вести себя по-пацански, а я изучаю танки времен ВОВ и все их модернизации. Зубрю, сравниваю. Чтобы папа хоть на минутку позабыл, что я девочка. Чтобы увидел, я лучше, чем мой брат, который так далек от всех интересов папы.

Мама лишь закатывает глаза и уходит, как и моя способность подбирать новые темы для обсуждения. В итоге я сдаюсь и сажусь за компьютер. Аниме само себя не пересмотрит, знаете ли.

Приходит брат. И даже едва живой орхидеи становится ясно, что дело не в поле ребенка. Мой папа в принципе не особо знает, как себя с нами вести. И, скорее всего, ему не особо-то и интересно наше общество.

Дежурные «я вас люблю», и ведь действительно любит. Просто не так, как мы бы хотели. И вот очередной звук закрывшейся двери. Вот только дверь в мое сердце будет, кажется, всегда открыто для отца. Несмотря на всю его отстраненность.

Я смотрю на брата. Брат смотрит на меня. И мы вместе включаемся в просмотр «Атаки титанов».

Глава 5. От лица Полины

В этот погожий, ясный, такой несвойственный для осени день я шагала по сухому, на удивление, тротуару и думала, какие сюрпризы могут меня ожидать сегодня. Пусть из-за дежурства мой путь домой состоялся не только позже обычного, но еще и в гордом одиночестве, чувство потерянности или скука не омрачали моего настроения. Было весьма неплохо отвлечься от этой своеобразной дорамы в стиле «Озорно поцелуй» или «Дворец». Сериалов глупее и наивнее я не встречала. Но теперь моя жизнь могла составить им нехилую конкуренцию. Тихо рассмеявшись своей же шутке, я запрокинула голову и с наслаждением прикрыла глаза.

Безмятежность, вот что я ощущала, и чего мне так не доставало в последние дни. Но все хорошее, как известно, быстро заканчивается. Порой, даже слишком. До моего слуха донесся звук знакомого голоса. И не одного. Нахмурившись, я в недоумении уставилась перед собой.

Вот уж точно сюрреализм во всех его проявлениях. Это наверняка был сбой в матрице. Столкновение параллельных реальностей. Гарри Поттер произнес не то заклинание. Любое из этих объяснение звучало бы логичнее, чем простое совпадение. Ведь прямо сейчас на моих глазах Юра помогал моей бабушке нести сумки.

- Бабушка! – кинулась я к пожилой женщине, ревниво выдергивая сумки из рук парня.

Тот не пустил. С интересом уставился на меня.

- Они тяжелые, - предупредил он.

- Это моя бабушка! – уперлась я. – Мне и сумки тащить!

- Да успокойся ты, девка. Пусть мальчишка поможет, - одернула меня старушка.

Я недовольно поджала губы, но ручки сумки отпустила. И пошла рядом с бабушкой, бросая на парня хмурые взгляды.

- Что ты тут делаешь? – обратилась я к пенсионерке, а сама глаз не спускала с Юры.

Моя безумно активная родственница жила практически на окраине городка. Рядом с автобусной остановкой.

- Да за банками зашла. Мать твоя никак не отдаст же, - проворчала пожилая женщина.

- А что на маршрутке не доехала? – не успокаивалась я.

- Ага! Что б мне все банки побили в этой давке? – возмутилась старушка. – А вот какой хороший мальчик мне повстречался. Помочь вызвался! – она ласково посмотрела на Юру.

Меня аж передернуло.

- Да мне не сложно, - изображая саму любезность, отозвался старшеклассник. Ну, просто ангел во плоти!

Я же ни на секунду не верила в его безграничное благородство и буравила взглядом юношу с таким видом, будто опасалась, как бы Юра не умчался в закат, весело перезванивая пакетом с пустыми банками. Мой недруг с достоинством выдержал натиск, что раздражало еще сильнее.

- Прекрати парня взглядом прожигать! – сделала мне замечание бабушка.

- Да больно надо! – буркнула я и демонстративно отвернулась взгляд.

- Вы учитесь вместе? – заинтересовалась пожилая женщина, деловито шагая рядом с моим мучителем.

- Нет, я в выпускном классе, - охотно вступил в разговор юноша.

- Дружите?

Я мысленно ударила себя по лбу. На языке бабушке «дружите» приравнивалось к серьезным отношениям романтического характера и скорой свадьбе соответственно.

- Нет, бабуль, просто общаемся! – быстро вставила я, не дав Юре возможности ввести в свои игры мою собственную бабушку.

- Хороший мальчишка. Симпатичный. Ты приглядись, - проговорила пожилая женщина, обращаясь ко мне.

Если она думала, что в данный момент перешла на шепот, то старушка сильно ошибалась. После ее слов Юра сиял ярче натертого медяка. Самодовольная ухмылка так и растекалась по его физиономии. А у меня же зачесались руки.

- Бабушка, я разберусь! – спешно уверила я пожилую женщину.

- Ага. Разберется она! Красивая девка. А все одна. А? Красивая у меня внучка? – обратилась она к старшекласснику. Кажется, у кого-то включился режим Ларисы Гузеевой.

У меня чуть инфаркт не случился от финтов моей бабули. В данный момент я вообще сомневалась, что являюсь ее любимой внучкой.

- Как тебя звать-то? – ласково поинтересовалась старушка.

- Юра, - ответил парень и добавил, оценивающе проходись по мне взглядом. – Да, внучка у вас симпатичная.

А глазами посмеивался надо мной. Обратив взгляд к небу, я неожиданно для себя ощутила такой приступ веры, что взмолилась всем богам с отчаянной просьбой послать на мою голову молнию. Сию же секунду. Иначе уже просто не представляла, как мне вообще жить дальше после такого провала.

И все же от слов парня внутри меня разлилось тепло. Я почему-то верила, что, вопреки веселью в глазах Юры, он говорил правду. Еще свежи были в памяти первые слова, что он произнес, первый раз перехватив меня. Ведь тогда он тоже назвал меня симпатичной.

- А учишься как? – последовал следующий по важности, по мнению бабушки, вопрос.

- Почти отличник, - с явной гордостью сообщил юноша, на что я только закатила глаза.

Юра не только проводил нас до дома бабушки, но и занес сумки в квартиру. Нахально прошелся взглядом по обстановке в коридоре, выцепил взглядом мою детскую фотографию, прикреплённую к поверхности зеркала.

- Ты была такой милашкой, - подразнил он меня. – Что с тобой стало?

- Так все, иди отсюда! – уперев руки ему в спину, я принялась выталкивать парня из квартиры, за что получила укоризненный взгляд от бабушки.

Прекрасно понимая, что без детального рассказа меня попросту не отпустят домой, пришлось мне во всех деталях поведать бабушке всю эту запутанную историю. Почему-то вместе с ней всплыл рассказ о Леле, которая зачем-то болтает направо и налево, как меня злят выходки старшеклассника.

- Смотри, она сейчас про тебя правду без твоего ведома другим в уши льет. А потом и ложь начнет, - мудро заметила бабушка.

Но я отмахнулась от этого предупреждения, свалив все на подозрительность пожилой женщины.

Мое предчувствие кричало о том, что произошедшее еще даст о себе знать. И оно не прогадало. Уже на следующий день юноша, встав у меня за спиной и едва не доведя до инфаркта или до статьи, произнес у самого моего уха, опалив его край горячим дыханием:

- Как поживает моя самая преданная фанатка?

- Губу раскатал! – скривилась я, а сама с усилием пыталась унять возникшую неизвестно с чего дрожь.

- Я о твоей бабушки, вообще-то, - с видом оскорбленного достоинства, заверил меня Юра, отодвигаясь. – Про кого еще я могу так говорить?

- Ты ее просто покорил, доволен? Мало мне тебя в школе, так еще и бабушка поет тебе дифирамбы, - недовольно произнесла я, поворачиваясь к парню.

Девчонки с интересом вслушивались в наш диалог.

- Он знаком с твоей бабушкой? – все же уточнила Дина, видимо, все еще имея сомнения на этот счет.

- Да. Он наглым образом выследил ее и помог донести сумки! – заявила я.

- Я просто, как Бетмен, оказался в нужное время в нужном месте! – усмехнулся старшеклассник.

- Ой, да, конечно! – фыркнула я. – Следующий кто на очереди? Моя мама? Троюродная тетя?

Парень только рассмеялся, оставив меня без ответа.

Я была ужасно сосредоточена, все мое внимание было приковано к этим странным формулам, которые были более уместны в книгах Толкина, нежели в тетради по физике ученицы десятого класса «А». Невыносимый предмет. Я сверлила записи взглядом, прикладывала тетрадь ко лбу, шептала формулы, точно заклинание, но те совершенно не желали поддаваться. Физика была моей ахиллесовой пятой в системе школьного образования.

Неожиданно кто-то выдергивает тетрадь у меня из рук.

- Обалдел! – кричу я на весь коридор.

Но парень даже не соизволил дождаться моей реакции и уже убегал от меня прочь по коридору. Мне ничего не оставалось, как устремиться следом.

Тот, смеясь, забежал за угол и повернулся ко мне.

- Что-то потеряла?

- Да! Твою совесть! – подбежав, воскликнула я возмущенно. – Отдай, пожалуйста. У меня самостоятельная сейчас. А я ничего не знаю, - взмолилась я.

- Забери, - вытягивает руку с тетрадкой за спину.

Почему-то мне не пришла в голову идея обойти старшеклассника. Или просто не вестись на его игру. Вместо этого я без задней мысли шагнула к парню и потянулась за конспектами. Меня так поглотила идея вернуть свое, что я даже не сообразила, как это может выглядеть со стороны. А зря. Меньше всего в данную минуту мы с Юрой напоминали недругов. Скорее наоборот. Витал между нами этот неуловимый, но раздражающий флер романтики.

Как-то так незаметно я оказалась в опасной близости от парня. Наши тела разделяло по истине смехотворное расстояние. А в пределах школьных стен даже преступное.

Я замешкалась и остановилась, опустив руки. Неловко скользнула взглядом с его рубашки выше. Остаточное веселье на лице парня медленно стекало. Взгляд подёрнулся дымкой. Слишком близко. Наши лица слишком близко. И я, наконец, смогла разглядеть цвет его глаз. Смесь зеленого и карего. Кадык парня нервно дернул. Не знаю, что, но его глаза что-то искали во мне, скользя, по моему лицу, изучая. Я буквально ощущала их на своей коже и шумно втянула воздух, потому как начала испытывать проблемы с кислородом. Его вдруг стало катастрофически не хватать.

Вокруг нас кипела жизнь. Ученики спешили до рокового звонка добраться до кабинетов. Мы же так и зависли вне времени и пространства. Время между нами замерло, образовалась наша маленькая, собственная Вселенная.

Первым в себя, как ни странно, пришел Юра. Отскочив от меня, он вновь припустился прочь. Ноги сами подтолкнули меня вперед. И уже в процессе я вспомнила, с чего вообще все началось.

Я нагнала старшеклассника одновременно со звонком. Юра больше не сопротивлялся. Его шалость удалась, и теперь с чувством полного удовлетворения, но какого-то рассеянного, он возвращал мне тетрадь. Я порывисто выхватила ее у парня и, тяжело ступая, поспешила в класс.

Естественно, самостоятельную я завалила. Учительница по физике была так любезна проверить наши листочки прямо при нас, чтобы все выходные неудачников, вроде меня, съедало чувство самоуничижения.

Будет лишним говорить, что в данную минуту моим главным развлечением были жуткие и довольно подробные фантазии о нанесениях тяжких телесных. Просмотр таких аниме, как «Эльфийской песни» и «Когда плачут цикады», не прошел даром.

И вот, герой моих фантазий собственной персоной. Прямо тут. У дверей кабинета, что ведут в мой персональный Ад.

- Как прошло? – нагнав меня, поинтересовался Юра с несвойственным ему сочувствием в голосе.

Я смерила его гневным взглядом.

- Плохо. Три. Даже не два! – буркнула я.

- Не понял. Ты жалеешь, что не получила пару? – брови парня взмыли вверх от удивления.

- Да! – я устало развернулась к нему. – Двойку хотя бы переписать можно. А три – это финит аля комедия. Все!

- Прости.

Он неловко почесал шею, виновато опустив глаза. Кажется, парень действительно раскаивался.

- Я не хотел, - пристыженно добавил Юра.

От того, насколько старшеклассника съедало чувство вины, мне даже сделалось неловко. Вся злость улетучилась, оставив после себя лишь неприятный привкус из досады и безысходности.

Я молча отвернулась от него и пошла прочь. К чему мне его извинения? Погоды они все равно не исправят.

Эта отметка испортила все хорошее, что было за день. Тенью нависла над тем самым моментом, когда мое сердце пропустило удар. И ничего, кроме сожаления, оно больше во мне не пробуждало. Цокнув от негодования, я устремилась на другие уроки, которые пока еще не внушали мне, что я полная дура.

Было бы слишком смело и самонадеянно предположить, что мой провал на физике чему-то научит Юру. К примеру, не лезть ко мне. Но этот парень понятия не имел о существовании такого потрясающего слова, как смирение. И уж тем более он не был посвящен в его лексическое значение. Сразу видно, у нас разные учительницы по русскому языку.

Так что с понедельника старшеклассник объявился вновь. Заглянув в кабинет, пределы которого я не желала покидать несмотря на все усилия подруг, Юра глазами выискивал меня и, выхватив взглядом из общей толпы, поманил к себе. Я же намеренно игнорировала факт его существования. Закатив глаза, юноша вошел в кабинет и, нетерпеливо и в то же время аккуратно, взял меня за руку и развернул к себе.

- Чего тебе еще? Не по всем предметам понизил мою успеваемость? – ерничала я.

- Держи, - он передал мне какие-то записи.

- Что это? Алхимические формулы? – небрежно пролистав тетрадку, спросила я.

- Это конспект по физике. Очень хороший и подробный. Для таких гуманитариев, как ты, - отвечал старшеклассник и, засунув руки в карманы брюк, добавил, - вел, когда думал, что буду сдавать ЕГЭ по физике.

Я бросила недоверчивый взгляд на парня. Затем, закусив щеку изнутри, пролистала еще раз конспект. На этот раз более внимательно.

- И ты просто отдашь это мне?

- На время! – тут же уточнил Юра. – У меня еще младший брат. Кто знает, может, логика и точный анализ тоже не его сильная сторона.

Я с размаху ударила парня его же тетрадкой по голове. Тот ничуть не обиделся. Наоборот. Мое поведение его даже позабавило.

- Ты поосторожнее. Эти конспекты, вообще-то, бесценны, - только и предупредил Юра.

- Посмотрим! - с вызовом произнесла я.

- Увидишь! – он был через чур самоуверен.

Справедливости ради, записи действительно были довольно простыми и буквально разжевывали весь материал за десятый класс. Но, конечно же, парню об этом знать было необязательно.

Помимо прочего довольно забавно было их читать. Серьезные заметки, объяснения формул разбавлялись нотными записями, забавными рожицами или причудливыми каракулями. Касаясь их подушечками пальцев, я чувствовала, будто заглядываю во внутренний мир Юры. Теперь парень казался мне более человечным, чем-то большим, чем просто красивая картинка.

Неприятно было признавать, но чудодейственные конспекты сработали лучше любых магических заклинаний и в довольно короткий срок помогли мне хотя бы немного вникнуть в то, о чем нам толковала учительница по физике на уроке. И вот, первая положительная отметка заслуженно сияла в журнале.

Имея хорошее воспитание, будь оно неладно, я не могла не отблагодарить Юру. Так что, скрепя сердцем, я все-таки дошла до его кабинета с самой обычной шоколадкой в руках.

- Вот. Спасибо, - как бы нехотя произнесла я.

Старшеклассник придирчиво оглядел подарок, повертел его в руке.

- «Аленка»? – вскинул он брови.

- Да. А ты чего ожидал? «Alpin Gold»?

- Почему бы и нет. Я буквально преподнес тебе золотую жилу! – не удержался от хвастовства старшеклассник.

- Ну, ты и мажор! – присвистнула я и собралась было уже уйти, как Юра перехватил меня за руку, мягко коснувшись запястья, повел к подоконнику. И я по какой-то причине позволила ему это. Покорно ступала, как заворожённая.

Он отпустил мою руку и начал возиться с упаковкой. А я молча стояла и следила за тем, как его пальцы ловко расправляются с фольгой.

- Держи, - старшеклассник отломил разом три плитки и протянул мне.

- Н-нет, - растерялась я. – Это тебе! – слабо отпиралась я.

- Раз мое, то мне и решать, как распоряжаться. Так что возьми уже шоколад и съешь. Можешь сказать «спасибо».

- Спасибо, - на автомате повторила я.

Юра удовлетворенно кивнул, когда мои губы наконец-то сомкнулись над плиткой.

- Сладкое полезно для мозга, - даже в такой романтичный момент парень не смог удержаться от шутки.

Мои брови тут же сомкнулись на переносице, вызвав у старшеклассника веселый смешок.

Глава 6. От лица Полины

После того случая с шоколадом что-то переменилось в наших взаимоотношениях с парнем. Нет, он по-прежнему доставал меня, и шутки ученика выпускного класса так и оставались на уровне детского сада. Вот только меня не покидало ощущение, что за всем этим фарсом скрывается нечто большее. И мне отчаянно требовалось подтверждение моим домыслам. Но тянулись дни, а мы все также играли в эту игру. И пусть даже такое внимание со стороны Юры заставляло мою кровь закипать, а на лице при его виде расцветала глупая улыбка, которую я больше не пыталась подавить, я больше не желала это продолжать. День ото дня становилось все сложнее не принимать его мимолетные прикосновения близко к сердцу и убеждать себя, придя домой после школы, что сердце так отчаянно колотиться из-за быстрой ходьбы.

- Может, хватит? – вспылила я в один из дней. – Я тебе не игрушка! И не эксперимент! Захотелось позабавиться? Иди в детский сад!

- Как интересно! – ничуть не растерялся от моего выпада Юра. – Чего это ты вдруг?

- Да ничего! – я уже пожалела, что не сдержалась. – Месяц прошел, ты можешь прекратить.

- Я не хочу, - неожиданно прозвучало от юноши.

- Обалдел? – глаза обожгло от обиды. – Ты хотел проучить меня? У тебя это вышло. А теперь оставь меня в покое.

Юра слушал очень внимательно, пусть я и не верила, что он сможет понять меня. И вдруг фокус его внимание наглым образом сместился. Подобное пренебрежение моими чувствами было оскорбительно. Я тут же нахмурилась, зато на лице парня неожиданно расцвела улыбка в предвкушении, а в глазах зажегся азарт. Было очевидно, страшная авантюра созрела у него в голове.

Испугавшись, я хотела было обернуться, чтобы понять, что так повлияло на старшеклассника. Но не успела.

Юра резко подался вперед, и наши губы соприкоснулись. Всего на миг. Такой краткий. Невероятно, как за эту секунду я вообще смогла ощутить тепло, исходящее от него. Мои глаза не закрылись, как положено по всем правилам. Они оставались широко распахнуты даже после того, как старшеклассник отстранился. Мне показалось, или он был в не меньшем потрясении, чем я. Словно шутка вышла из-под контроля. Стало ясно, он заигрался.

Юра молча, в смятении отошел от меня и, отвернувшись, поспешил прочь. Но его губы все еще ощущались на моих. Стало так пусто. Воздух показался прохладнее, чем раньше. Сердце мое птицей забилось в груди. А в животе затрепыхались бабочки. Ну, что за ботанический сад в середине осени? Но я ничего не могла с собой поделать.

В отличие от Татьяны Николаевны, морального кодекса нашей школы. Охая и ахая так, будто только что на ее глазах произошла сцена из любого фильма после 1985 года, когда уже был снят запрет на гласность, а цензура молча курила в сторонке, учительница завела меня в свой кабинет.

Раньше уже такое бывало. Татьяна Вениаминовна уже проводила со мной беседу тет-а-тет, но тогда на мне был черный галстук с розовыми черепами, и, в отличие от других девочек, мне она грозилась психиатрической клиникой. Это было даже лестно, выделяло меня на фоне других, будущих, по мнению нашей строгой учительницы, обитательниц Ленинградки и Ярославки. А теперь один несчастный поцелуй, и меня втоптали в ту же серую массу. И, боюсь, вернуть вакантное место в психлечебнице галстук мне уже не поможет.

Как только я вышла из кабинета, на меня тут же накинулись девчонки. Но их слова не долетали до моих ушей, в голове царил белый шум, грозящий перейти в монотонный звон.

Это был мой первый поцелуй. Никогда прежде я еще не была в отношениях, поэтому смело могла садиться на карты перед гаданием . А тут… Как снег на голову в разгар июля. Смятение – все, что я ощущала. И тепло его губ. Почему-то оно не улетучилось ни после первого урока, ни после второго. Упрямо держалось до самого последнего звонка.

- Я же говорила! – победно улыбнулась Марина.

Весь оставшийся день как в тумане. Я снова и снова возвращалась к этому поцелую. К моменту, когда его губы коснулись моих. Значило ли это что-либо для него? А для меня? Пальцы сами тянулся к губам. Учительница по биологии говорит что-то о генетике, увлеченно, желая хоть раз увидеть живой блеск у нас в глазах. Мысленно прошу прощения, потому что в последнюю очередь меня сейчас интересует, будет ли в семье черного кота и белой кошки рыжий котенок.

Сердце колотиться быстрее, чем мне бы хотелось, оглашая то, что я скрывала от самой себя. Что присутствие Юры в моей жизни давно перестало вызывать должные эмоции: я не злилась, не раздражалась. Я ждала его. Скучала. Выходные превратились лишь в промежуток до встречи с ним.

Мне бы радоваться. Улетать в небеса. Но я слишком хорошо знаю, как иллюзорны фантазии. Даже слова порой ничего не стоят. Как я могла поверить лишь поцелую?

Потому с такой решительностью не реагировала на смешки и поддразнивания подруг. Особенно в этом упорствовала Леля.

- Поль, он тебя поцеловал! Какие еще доказательства тебе нужны? – не унималась она.

- Слова! Я хочу, чтобы он озвучил, - не выдержав, воскликнула я, вскинула я руки.

- Ты бы еще штамп и роспись запросила, - пробурчала она.

- Но он же поцеловал, - недоуменно свела бровки Дина. – Это же действие. А действия лучше слов, - вела свою логику подруга.

- К сожалению, часто ни то, ни другое не имеют значения, - проглотив ком, сухо заявила я.

Юра уже поджидал у школьных ворот. Заметив меня, он как-то весь напрягся, и я заранее поняла, что не зря не питала ложных надежд. Вот только объяснить это ослабевшим конечностям было очень сложно. Кленки подкашивались несмотря на все мои мысленные сигналы.

Юноша плавно перехватил меня за руку и отвел в сторону. А я податливой куклой ступала за ним.

- Сильно влетело? – первым делом осведомился он. – Надо было вместе с тобой пойти. А еще лучше - вообще ничего не делать. Извини меня. Дома будут ругать?

Вот оно. Ударило реальностью под дых, выбив весь воздух.

- Все в порядке. Забей, - не желая выглядеть наивной глупышкой, я с независимым видом повела плечами.

- В общем, ты еще раз извини, - Юра как-то неловко сжал мои плечи и двинулся прочь. Ни следа от вольности прежних касаний.

Оплеванная с ног до головы, я обернулась на подруг. Те выделялись неподвижной кучкой на фоне непрерывного потока школьников. Ломано улыбаясь, я двинулась к одноклассницам.

- Дурак! – вынесла вердикт Дина.

- Может, оно и к лучшему, - мягко заметила Леля.

- Да как так-то? – казалось, Марина была возмущена даже сильнее меня.

Я только кивнула и не проронила ни звука до самого дома. Девчонки периодически обращались ко мне, желая отвлечь, ввести в разговор. Но я лишь кивала не впопад. Силилась не заплакать. Так горько и обидно мне было.

Эта дурацкая игра и без того зашла далеко, а сегодня достигла точки невозврата. Нельзя просто поцеловать кого-то, а потом извиниться.

Слушая разговор одноклассниц вполуха, мысленно я прокручивала события последних недель, возвращаясь к моменту, когда все пошло не так. Вспоминала все наши встречи. И каждая из них сейчас оставляла рану на сердце. Они неприятно саднили, щипали. Болели.

- Поль, ты в порядке? – вдруг раздался голос Дины, вырывая меня из омута невеселых мыслей.

- Да, да, - заверила я подругу.

Марина окинула меня проницательным взглядом.

А внутри меня что-то обрывалось, собиралось заново.

[1] Автор имеет в виду такие картины, как «Авария, дочь мента», «Меня зовут Арлекино» и прочие, появление которых во время существования цензуры было бы просто невозможно.

[1] Считается, если на картах посидит нецелованная девушка, их предсказание будет более правдивым.

Глава 7. От лица Полины

Мы шли по темной осенней улице без цели, без маршрута. В надежде, что моя печаль затеряется среди этих тихих дворов. Только я и Игорь, мой личный психотерапевт. Он единственный, кто видел, как разрушительно на меня влиял развод родителей, как уничтожал изнутри. Из раза в раз твердил одни и те же слова, пока мне не становилось легче. И всегда это случалось именно в вечерние сумерки. Наверное, в них легче раскрыться. А, может, наоборот, они давят, прорывая нашу защиту, обнажая, делая уязвимыми.

- Зачем он поцеловал меня?

Мимо нас проходили веселые компании, независимые одиночки. И почти с каждым из них парень, останавливаясь, здоровался. Ну, просто мистер-популярность. При этом Игорь ни разу не потерял нить разговора, оставаясь полностью погруженным в мою проблему.

- Слушай, Поль, не придавай ты этому такое значение. Думаю, он сам не ожидал, что все так получится. Ну, заигрался парень, - попытался трезво оценить ситуацию друг, опасаясь, как бы я не обожглась надеждой.

- Разве можно поцеловать кого-то просто так? – не унималась я.

- Ты сама что хочешь услышать? – напрямую задал вопрос друг.

Расстроенная, я уставилась на него.

Очередной силуэт, приближаясь к нам и приобретая очертания, на автомате протягивал руку Игорю. Только в этот раз это был не привычный мне незнакомец, а человек, из-за которого я была вынуждена умолкнуть.

- Привет, - неловко поздоровался со мной Юра.

- Привет, - не глядя на него, ответила я.

Мимо проезжала машина, и Игорь заботливо потянул меня на себя, отдаляя от края тротуара. Это было механически, естественно. Ни один из нас не придал этому простому действию какого-либо значения. Но вот у Юры это вызвало смешанную реакцию. Он как-то странно покосился на пальцы Игоря. Как же я была счастлива, когда после неуютного прощания, мы наконец-то разошлись, оставив причину моего смятения позади.

Мне было неловко, что Игорь тратит на меня свое время. Так что я решила потратить его еще и затащила друга к себе на чай.

Дома мама с ее вечной драмой. Очередной ухажер, очередное свидание. Буднично поприветствовав Игоря, который весьма органично давно вписался в наш уклад жизни, мама упорхнула на очередную встречу. Игорь промолчал. Он никогда ничего не комментировал, не давал оценочного суждения, не спрашивал, как я. Потому что, если бы начал, меня бы вывернуло наизнанку.

Мы с ним как раз пили чай в моей комнате, когда раздался телефонный звонок. Я уже заранее знала, что так будет. Как и вчера, и позавчера. Но ложь от этого не желалась проще.

- Мама в ванне, не может подойти. – Мой голос даже не дрогнул. Я знала, что бабушка, скорее всего, прекрасно понимает, что я покрываю мамину свободную жизнь.

Но что я могу? Мама заслуживает счастья, как и папа, который спокойно ушел к другой женщине без оглядки на нашу семью. Почему мама не может позволить себе быть счастливой?

Даже если это счастье приобретается за наш с братом счет.

- Иди есть! – кричу я ему.

Саня выплывает из комнаты и идет на кухню.

- Где?

- В холодильнике! Сам разогреешь!

- Тогда не буду.

Вот и весь разговор. В свои шестнадцать я воспитываю практически подростка, такого же, как и я. И это отвратительно!

Мне, собственно, безразлично, поест он или нет. Но спрос будет ведь с меня – я старшая.

Раздраженно выдыхая, разогреваю ему тарелку с пюре и подливой.

- Иди! – бурчу я.

Меня раздражала несамостоятельность брата, мамино снисхождение по отношению к нему. И оттого так трогала помощь Игоря. Он без лишних слов проконтролировал, чтобы Саня посетил кухню, сделал между делом замечание и, выполнив все от него необходимое, засобирался домой.

За всеми этими повседневными проблемами, которые составляли мою жизнь, я успела ненадолго позабыть, что сегодня у меня случился первый поцелуй. Это должно было быть самым волшебным, трепещущим событием в моей жизни, как у Райз во второй части «Бетховена». Но, увы. Я не упала спиной на постель и не пялилась в потолок с абсолютно глупой, влюбленной улыбкой. Вместо этого я сидела за компьютером и смотрела «Американскую историю ужасов» и параллельно переписывалась с Лелей. При всей своей заносчивости она была хорошей подругой. Волновалась. И я честно отвечала ей. Честно, потому что уже не было смысла скрывать: Юра мне симпатичен. Все-таки стал.

«Хочешь, мы ему темную устроим?» - написала подруга.

«Не хочу ничего. Давай притворимся, что ничего этого не было!» - отправила я в ответ.

«Хорошо. Ничего не было. Ни Юры. Ни поцелуя. Ты все так же можешь садиться на карты. Юра? Какой Юра? Мы знаем только Шатунова, вечную любовь Полины».

Я тихо рассмеялась. На настоящий смех не было ни сил, ни желаний. Боже, каким же долгим оказался этот день. И каким болезненным.

Глава 8. От лица Юры

Комната освещалась слабым сиянием уличных фонарей. Я уже битый час лежал на кровати в темноте и не понимал, что со мной происходит. В душе ураган. Никогда прежде я не испытывал подобного. Заигрался. Увлекся. И никак не мог стереть образ Полины перед глазами в тот миг, как мои губы оторвались от ее. С каким изумлением она смотрела на меня своими пронзительными серыми глазами. Растерянная, трогательная.

Судорожно провожу руками по лицу. Но девушка упорно стоит перед внутренним взором, вызывая неизвестно откуда взявшуюся нежность.

Глупо было отрицать, что я уже давно не шутки ради донимаю школьницу. Да, если задуматься, было ли это с самого начала просто безобидной шалостью?

Этот вопрос грозил остаться без ответа, поскольку я уже сам ничего не понимал. Не мог сказать, в какой момент заигрался, и все это вышло из-под контроля. Меня ведь сразу зацепило то, как Полина начала реагировать на меня. Вначале со злостью и раздражением. А я вел себя как четырнадцатилетний. Так по-глупому. Но в моменте представлялось таким смешным. И я не заметил, как простое озорство переросло в нечто большее. И не только для меня. Как бы Полина ни старалась, а уголки ее губ предательски поднимались вверх. Она ждала моего появления, и внутри меня от осознания этого вспыхивала и сгорала самая яркая звезда.

Ее резинка до сих пор на моей руке. Парни подкалывали меня, а я все равно не находил в себе сил стянуть ее и выбросить или вернуть. Одним словом, расстаться с трофеем.

Устало рухнул на кровать.

И нет, я не жалел. Ни о чем. Даже о поцелуе. Идея родилась как по щелчку. Я даже толком обдумать ее не успел. А, когда поддался импульсу… Это был шок. И для нее, и для меня. В моменте я вдруг испытал настойчивое желание углубить поцелуй. Если бы только эта девчонка знала, каких усилий мне потребовалось просто так отстраниться от нее.

Я злился на себя. Потому что не понимал, как меня могла зацепить девчонка, о которой я ровным счетом ничего не знал. Кроме того, что у нее странные подруги. Длинные, мягкие на ощупь волнистые волосы поразительного кофейного цвета. Серые глаза с зеленоватыми крапинками. Бледная кожа. Россыпь очаровательных родинок на шее. И невероятно красивые тонкие пальцы.

Тряхнув головой, я посмеялся сам над собой.

И сделал то, за что еще недавно жестоко потешался над Полиной. Принялся искать ее страничку в ВК. С трудом верилось, что я добровольно решил потратить столько времени на нечто подобное. Чтобы узнать, что девчонка заядлая анимешница? «Наруто», «Эльфийская песнь», «Школа убийц». Неожиданный список.

Закинув руки за голову, я с ужасом созерцал весь этот ужас. С музыкой дела обстояли немного получше. Но аниме? Серьезно? Это не давало мне покоя.

Пришло сообщение от друзей. Прогуляться с ними было неплохим решением. Особенно привлекательным, учитывая, что мое уединение было прервано непрошенным гостем. Очень буйным и очень наглым. В комнату вбежал младший брат и тут же принялся играть со мной. То, что я не отвечаю ему, мальца совершенно не волновало. Его вполне устраивало просто бить мое тело подушками.

В коридоре меня с готовностью перехватила мама. Ведь любой мой выход на улицу приравнивался к добровольному желанию отправиться в магазин. Все логично. Получив список, сунул его в задний карман, и по моим пальцам пробежал холодок от металлической бусинки на резинке.

- Сынок, ты в порядке? – уловив перемену в моем лице, забеспокоилась мама.

- Да, все хорошо, - прочистил я горло.

– Не задерживайся. Ты еще наверняка уроки не сделал.

Я кивнул. Мама слишком хорошо меня знала. Но проблема состояла в том, что ее благосклонность не бесконечна. И не стоило мне испытывать терпение женщины. Да и не хотелось. Ведь она всегда шла мне навстречу, если нужно было прикрыть перед отцом.

Пообещав вернуться через час, я отправился на встречу с друзьями.

Кто ожидал, что в бегстве от самого себя, от ее глаз, на которые я натыкался каждый раз, стоило мне сомкнуть веки, я наткнусь именно на Полину. Девушка не смотрела на меня. В попытке укрыться она пряталась за спину своего друга. Игорь, кажется. Мы не были знакомы напрямую, но я часто видел его на общих тусовках.

Полин ожидаемо прятала глаза, сжималась. Я потупил как последняя сволочь, поцеловав девчонку, а потом попросив прощения, как будто просто наступил ей на ногу.

Мы разошлись спешно. Неловко. И я еще некоторое время смотрел вслед удаляющейся парочке. Вероятно, и продолжил, если бы не настойчивые звонки от друзей. Бросив последний взгляд на удаляющуюся фигуру Полины, я поспешил к ребятам.

С Серегой и Лехой мы были знакомы с самого детского сада. Но связывало нас нечто более прочное и крепкое – общий двор. Сколько совместной погони за разбойниками во время игры в «Козаки-разбойники», сколько разбитых коленей или ушибов мы пережили в попытке освоить лазанье по деревьям или пока играли в вышибалы. Мы ведь мяч кидали со всей дури, намеренно превращая эту жесткую игру в соревнования на выживание. Насмотревшись «Тома Сойера» мы давали клятвы на крови, что всегда будем друзьями. Вместе пробовали курить за гаражами. И, пусть мы уже давно выросли из тех мальчишек, наше обещание друг другу выросло вместе с нами, накрепко связав нас.

Я знал их, как облупленных. Леха – барабанщик в моей группе. Худой, конопатый мальчишка с карими глазами и каштановыми волосами. Невероятно ловкий, он мог залезть на любую ветку, покорить любое дерево.

Серега – творческая натура, что ужасно не вязалось с его дворовым имиджем. Коротко стриженный, с рассеченной еще с детских времен бровью, с жесткими чертами лица ему бы не в театре играть, а забивать стрелки да распивать энергетик за гаражами. Но парень даже не курил. Предпочитал пагубным привычкам спорт. Высокий, крепкого телосложения. Сколько раз он пытался повторить финты Лехи и каждый раз оказывался на земле.

- Что, все? Наигрался? – насмешливо поинтересовался Серега, когда я подошел к друзьям на заброшенную прощадку.

- Да, наигрался, - нехотя ответил я.

Леха, второй друг, ограничился только многозначительным взглядом.

- А я тебе говорил, что это тупая идея, - дальше поучал меня одноклассник.

- Ага, - поиграв желваками, согласился я.

Ребята переглянулись.

- Эй, друг, ты точно в норме? – неловко хихикнул Леха. – Выглядишь так, будто…

- Что? Как? – слишком резко отреагировал я.

- Это до сих пор ее резинка на твоей руке? – вместо ответа кивнул на мое запястье Серега.

- О-о! – протянул Леха. – Кто-то поплыл.

- Ничего я не поплыл, - фыркнул я.

- Как скажешь, - пожал плечами Серега. – Да только в чем проблема-то? Ну, понравилась девчонка – встречайтесь!

- Да не знаю я, - сплюнул я. – Не планировал.

- Так спланируй! С навигатором легче договориться, чем с тобой, - посмеялся надо мной Серега.

Я смерил его пристальным взглядом.

– Да и разобраться бы кое в чем.

- Например? – включился Леха.

- Мутит она с тем парнем или нет.

- Каким? – облокотился на железную перекладину Серега.

- Да с этим, Игорем. Да вы его знаете. Такой невысокий, немного лопоухий, - я словно намеренно искал отговорку для себя, препятствие, чтобы не рассчитывать на отношения с Полиной. Чтобы проблема была по умолчанию в обстоятельствах, а не во мне.

Одноклассники тут же закивали, припоминая паренька.

- Этот пацан хороший. Был бы какой придурок. А у такого реально не по-пацански отбивать, - произнес Серега. – Но он много с кем дружит. Почему ты решил, что конкретно с Полиной он встречается?

- Да просто выяснить надо! – сорвался я.

Серега присвистнул. И я пристыженно пнул камень носком ботинка.

- Ладно, друг. Выяснить, так выяснить, - не стал давить он.

- Надо бы тебе успокоиться. – Принялся разминаться Леха. – Пошли, пройдемся.

Предполагалось, что парням удастся меня взбодрить, вправить мозги на место. И до определенного момента у них это получалось. Мы смеялись над тупыми шутками нашего артиста. Перечисляли самых симпатичных девчонок нашей параллели. Выбирали, с кем бы мог сойтись наш вечный Дон Жуан, правда, пока только в своих мечтах, Серега. Подразнивали Леху из-за его несчастной влюбленности в нашу одноклассницу, Юльку. Бедолага уже год не мог набраться смелости и признаться ей.

Мы как раз шли провожать Леху, когда перед нами развернулась одна прелюбопытная сцена. Игорь, парень, которого, наверное, знала каждая собака в округе, выходил из подъезда. А с балкона второго этажа выглянула Полина и принялась что-то кричать другу, размахивая руками. Тот оглянулся, похлопал себя по карманам куртки. Смеясь, девушка продемонстрировала ему кошелек. Улыбнувшись, Игорь встал под самым балконом. Школьница услужливо скинула ему вещь. Правда, парень ее не поймал. Подняв и отряхнув от земли кошелек, Игорь помахал Полине на прощанье. Та махнула рукой в ответ и скрылась за занавесками в глубине комнаты.

- Да ладно тебе, друг, - ткнул меня кулаком в плечо Леша. – Подумаешь, в гости друг зашел.

Я тяжело сглотнул.

- Пойду я.

Эта прогулка закончилась намного быстрее, чем я изначально рассчитывал. И домой я вернулся как никогда рано. В последний раз такое было где-то года три-четыре назад.

По дороге домой я вспомнил про резинку. Нервно стянул с запястья, сжал в ладони, хотел было уже выкинуть. Но вместо этого сунул в задний карман джинсов.

Уже у самого подъезда вспомнил, что так и не зашел в магазин. Пришлось поворачивать обратно. И почему-то мне очень хотелось, чтобы Полину тоже отправили за хлебом, молоком, хоть за чем-нибудь. И мы бы волей случая столкнулись меж рядов.

Глава 9. ОТ лица Полины

Все в природе закономерно увядало. Листва окончательно опала. Вместо асфальта – решето из луж. А любой участок с пожелтевшей травой - потенциально травмирующее и тело, и психику пространство. Никогда не знаешь, ты просто поскользнешься на грязи или попутно порвешь школьные брюки.

В моей жизни все тоже вернулось в прежнее русло. После того случая с поцелуем Юры будто никогда и не было. Разве что его конспекты по физике были молчаливыми свидетелями нашего краткого, но такого яркого общения. Мысли вернуть тетрадку как-то не посещали мою не особо совестливую голову. Этот парень разбил мне сердце. Я заслуживала компенсацию в виде хорошей отметки по предмету.

Ведь больше мне ничего не осталось. Мы вновь могли благополучно забыть имена друг друга. Но что-то внутри переворачивалось, стоило парню пройти мимо. И всякий раз натыкаясь на его невидящий взгляд, я кусала губы и мысленно давала себе обещание в конце года поджечь несчастную тетрадку с записями по физике. Или утопить. Или порвать. В общем, не отдавать.

Во время переменок, стараясь не привлекать внимания подруг, я незаметно оглядывала коридор. Это происходило скорее инстинктивно, чем намеренно. И, каждый раз ловя себя на том, что я вновь и вновь выискиваю его фигуру в проходящей толпе школьников, я мысленно отвешивала себе подзатыльник.

Мне это не нравилось. Но больше лихорадочной надежды пересечься взглядом со старшеклассником меня убивало ощущение собственной глупости и наивности. Я могла обманывать себя сколько угодно, до посинения твердить окружающим, что все в норме, но вот сердце… Сердце болело от того, как жестоко подшутили над его первым робким чувством.

- Ты в порядке? – участливо спросила Марина.

- Да, в полном, - невесело усмехнулась я.

- Хочешь поговорить? – понизила она голос.

Я покачала головой.

- Нет. Не о чем разговаривать.

Если отделаться от Марины не составляло труда, то от Лели было практически невозможно. Слишком давно мы знали друг друга, слишком глубоко уходила наша дружба.

Потому та естественно и легко я оказалась в ее квартире, хотя изначально ноги вели меня к дому.

Леля усадила меня за стол, налила один из тех листовых чаев, которые так любила коллекционировать.

- Кажется, Юра тоже решил сыграть в эту игру, - подперев голову рукой, произнесла Леля.

- В какую?

- Ну, что ничего этого не было.

Я промолчала, только губы сжались в тонкую линию. Леля же продолжала:

- А ты злишься. Тебе больно и обидно.

- Ну, и зачем мне что-то тебе рассказывать? Ты и так все знаешь! – присосалась я к кружке с разбавленным чаем.

Леля одарила меня красноречивым взглядом, с легкостью щелкая все мои барьеры.

- Так, на секунду вспомним, что все это было. – Положила руки на стол подруга. - Изначально вся эта история была странной. Юра как будто потешался над тобой. Видела бы ты его довольную физиономию, когда я рассказывала, как ты злишься.

- На театралке. Я знаю, - резко оборвала я. – А, зачем, кстати?

- Да что в этом такого? Забавно было. По крайней мере, тогда.

- О, да! – мрачно протянула я, откидываясь на спинку стула. – Забавно было всем. Только сейчас почему-то не смешно!

- Знаешь, я бы на твоем месте ему бы пощечину влепила, - задумчиво произнесла Леля. – Таких козлов еще поискать! Влюбил в себя и в кусты.

- Кого влюбил? Я не влюбилась! Просто…, - я цокнула, отведя голову. – Просто нельзя так играть чувствами, - тише произнесла я. – Не нравится девчонка – не лезь! Все! – Я запустила пальцы в волосы, пригладила их и выдохнула. – Забудем! Как я и сказала, этого не было.

- Как знаешь. – Вальяжно откинувшись на спинку стула, Леля принялась стучать пальцами по столу.

Приближался день спектакля нашего местного кружка. А, значит, близился час, когда я вновь сяду за компьютер в попытке написать достойную статью.

Леля и Кира, участвовавшие в пьесе, все гадали, на какие же выходные выпадет их звездный час. И, конечно же, они ожидали увидеть нас в зрительном зале в качестве главных поклонников их творчества. Ведь кто как ни лучшие подруги поддержат так, что краснеть будут все, в том числе и актеры.

Обычно дни спектаклей я ожидала с предвкушением. Какая-никакая активная жизнь в пределах нашего небольшого городка. Да и порой актеры играли настолько уморительно, что любо-дорого было смотреть. Но в этот раз меня трясло при одной только мысли. Ведь там наверняка будет Юра. Придет поддержать друга, не иначе. А что, если мы сядем вместе? А что, если окажемся в одной компании? Я терялась при ответе на любой из этих вопросов.

Что? Как? Почему?

Мы с ним даже не встречались. А ощущалось, словно мы те самые бывшие.

Настал день спектакля. Я собирала и распускала волосы. То решала накраситься, то в следующую секунду уже убирала тушь. Измучила весь свой скромный гардероб. Пока не появилась Марина. Под ее четким руководством быстро пришла в себя.

Не нарушая извечной традиции, Марина, Дина и я явились на спектакль с опозданием. И, что удивительно, не из-за моих бесконечных сборов. Виновницей нашей непунктуальности в этот раз выступала Дина. Забыв купить цветы, девушка потащила нас на другой конец городка к бабушкам у школы. Ведь там, с одной стороны, дешевле, с другой – благотворительность.

Вот мы и заявились с гвоздиками к подругам на спектакль. Хорошо еще, что количество цветов нечетное. Нас тогда бы точно похоронили заживо. И этот же букет на общую могилу возложили.

Леля как раз вышла на сцену и смерила нас таким недовольным взглядом, что стебель одной из гвоздик обломился, не выдержав напряжения.

Стараясь не привлекать к себе лишнего внимания, мы втроем, держась за руки, выискивали незанятые места в зале. Естественно, что рядом не пустовало три свободных стула. Это была бы утопия. Так что, скрипя сердцем, нам пришлось расцепить руки. Мы с Мариной ловко всучили гвоздики Дине, а сами шустро разбежались по рядам. Подруга же, оправившись от неожиданности, проводила нас пристальным взглядом и тоже поспешила слиться со зрителями.

Я заняла место с краю с левой стороны. Довольно выдохнув, я бегло оглядела присутствующих, привычно ища знакомые лица. И нашла, на свою голову. Прямо позади меня собственной персоной восседал Юра. Мои худшие опасения сбывались. Парень тоже выглядел выбитым из колеи. Тут же отвернувшись, я попыталась забыть о нем и посвятить все свое внимание разворачивающейся драме на сцене. Но его взгляд упорно прожигал мне спину, волновал, не давал покоя.

Люди на сцене говорили, действия свершались, а я все возвращалась мысленно к собственному спектаклю, пытаясь определить его жанр.

Девчонки играли потрясающе, как всегда. И, пусть местами переигрывали, особенно любительница драматического эффекта Леля, все равно их история выглядела довольно убедительна. Поэтому я искреннее и от души хлопала, когда вся трупа вышла на поклон.

Как только зрители начали расходиться, Дина перехватила нас с Мариной и повела к гримеркам. Несчастный букет по-прежнему был у нее в руках. Из-за сумятицы несколько гвоздик скорбно опустили головы.

- Ну, Дина, е мое! – сокрушалась Марина, осторожно трогая сломанные стебельки.

- Да давай выкину! – беззаботно предложила подруга.

- Стой! – сообразила я, пересчитав цветы.

Поняв мой намек, Марина с трудом подавила улыбку.

- Можем разделить и каждому подарить, - пришла ей в гениальная идея.

- Отлично! – выдохнула Дина.

Мы мигом пересчитали цветы, составили заново букеты и поделили между собой. Теперь мы все дружно представляли инсталляцию к празднику 9 мая. Как самые главные фанатки гвоздик.

Оглядев нас, Юра не смог сдержать улыбки и поспешно отвернулся. Я поджала губы и сделала вид, что ничего не заметила.

Вскоре к нам вышли Леля с Кариной в сопровождении высокого парня с коротко стриженной головой и грубыми чертами лица, которые, правда, смягчала дружелюбная улыбка.

Мы с девчонками переглянулись. Пересилив смущение, шустро принялись раздавать букеты выплывающим из гримерки юным артистам. И, несмотря на бедность букетов, ребятам было приятно такое внимание. В конце мы преподнесли букеты нашим звездам, включая их сопровождающего. И данная честь выпала именно мне.

- Спасибо, - широко улыбнулся он. – Мой первый букет!

Юноша создавал впечатление простого, бесхитростного парня. И я, подкупленная этой простотой, улыбнулась в ответ.

Вдруг он позвал кого-то за моей спиной. Я обернулась и едва не столкнулась нос к носу с Юрой. Я тут же отскочила в сторону.

- Девчонки, это Серега! – излучая самую яркую улыбку, представила нам парня Леля. – Помните, я вам рассказывала!

- Этот тот, который ногой в ведро с водой попал? – уточнила Марина, постучав пальцем по подбородку.

- Или которой запутался в кулисах? – подсказала Дина.

Я могла бы тоже припомнить юмористическую сценку, ведущим героем которой выступал выше обозначенный Серега, но от близости Юры все мысли перепутались и помятым клубком вылетали у меня из головы.

- О! Так я знаменитость! – ничуть не сконфузился артист.

- Так я многого о тебе не знаю! – оживился Юра, посмеиваясь над начинающим актером В отличие от меня, его ничуть не смущало мое присутствие.

- Че Леха не пришел? – несколько обиженно поинтересовалась восходящая звезда.

- Побоялся, что не сдержится и начнет ржать прямо во время спектакля, - усмехнулся Юрка.

- Ох уж мне эта зависть, - закатил глаза Серега.

Уличив себя на том, что я с интересом наблюдаю за их диалогом, я тут же отвела взгляд. Было неприятно осознавать, что больно естественно старшеклассник игнорирует факт моего существования. Словно мы никогда и не пересекались. От досады я закусила щеку изнутри и отвернулась от парней.

- Пошли! – неожиданно заявила Леля.

- Куда? – смешалась я.

- В облаках витать меньше надо! – укоризненно покачала головой девушка. – Мы же только что говорили про кафе!

Я кивнула, старательно изображая полную осведомленность, и подхватила Дину под руку. Тут мое внимание привлекло движение сбоку. Серега и Юра зачем-то следовали за нами.

- А они что, тоже идут? – шепотом поинтересовалась я у подруги.

- Да! – громко ответила она, привлекая к нам совершенно ненужное мне внимание.

Я мысленно ударила себя по лбу. А в реальности ограничилась тем, что зажмурилась на мгновение. Дина порой могла быть не особо догадливой.

Юра бросил на меня быстрый взгляд. Настолько неуловимо, что я решила, будто мне показалось.

Беспечные разговоры, шутки сопровождали нас по пути к кафе. Молчали только двое: я и причина моего волнения.

Все мое тело напрягалось от его присутствия. Я будто неосознанно ожидала, что парень дернет меня за хвост или вдруг начнет щекотать, как раньше. Порой мне казалось, что я ощущаю близость его прикосновений. Но нет. Старшеклассник даже не смотрел на меня. Его куда больше интересовали прохожие, проезжающие мимо машины, голуби, в конце концов. Моя гордость была окончательно растоптана. Меня предпочли какой-то помойной птице.

Только раз его удалось втянуть в общий разговор, когда Серега рассказал про группу, в которой состоял Юра. Леля тут же накинулась с расспросами: на чем играет, поет или нет, где выступают. Я невесело усмехнулась про себя.

- Я не обучаю, - сдержанно и вежливо ответил старшеклассник на просьбу Лели.

Девушка на отказ отреагировала довольно легко и переключилась на разговор с Диной, меня же повело немного в сторону от этих кадровых перестановок. На долю секунды наши с Юрой руки соприкоснулись. Это было все лишь мимолетное касание. Но его хватило, чтобы у меня засосало под ложечкой. Пытаясь игнорировать болезненное ощущение, я сложила руки на груди. Чтобы эти несчастные конечности больше не болтались без дела. Парень же двинулся чуть вперед. Теперь я могла бросать хмурые взгляды ему в спину.

Завалившись в кафе многочисленной оравой, мы попытались отыскать места, способные вместить в себя такое количество людей. Я не спешила занимать место у окна, как делала это обычно, а предпочла дождаться, когда ребята укомплектуются.

Выбранное нами заведение отличалось простотой, но это вовсе не лишало его уюта. Скромный интерьер. Все выполнено в персиковых и бардовых тонах. Создавалось впечатление, будто ты внутри огромного свитера. Хотелось растечься лужицей и лежать под мягким оранжевым светом люстр.

Как ни странно, при смене локации поведение не поменялось ни у меня, ни у Юры. Правильно говорят в математике: от перемены мест слагаемых сумма значения не меняется.

Мы все также продолжали хранить молчание и меланхоличное настроение на лицах. Даже после клубничного коктейля мое состояние не улучшилось. Я все не могла понять причины такого поведения со стороны парня. Это я имею права быть расстроенной. В конце концов, он поцеловал меня, а затем заявил, что это ничего не значит. И я злилась на себя, что на долю секунды позволила себе предположить, будто Юра действительно испытывает ко мне симпатию.

Из тягостного состояния меня вывело уведомление о сообщении. Леля как-то странно оживилась, вскинула голову и нарочито громко спросила:

- Игорь пишет?

- Да, - не понимая ее ажиотажа, ответила я.

- Гулять пойдете? – все с тем же энтузиазмом вопрошала она.

Я кивнула без лишних комментариев.

Последовало еще одно уведомление. И, спешно попрощавшись с ребятами, я выскочила на улицу.

Не то чтобы я по сотому кругу пересказывала все Игорю, но было приятно пройтись по району с человеком, который знал все мои промахи и не смотреть этим жалостливым, полным участия взглядом.

Итак, как бы я ни отлынивала, пришлось засесть за написание статьи. Но из готового материала у меня были пока только фотография и заголовок. А сдать работу требовалось уже на следующий день. Чем я только думала все выходные? Мой здравый смысл, похоже, тоже предпочел отгул своим прямым обязанностям.

На мою удачу, двое из ведущих актеров – мои подруги. К моему невезению, последний из них – близкий друг Юры.

Я надеялась, что Леля, с ее энтузиазмом, поможет мне и возьмет интервью у Сереги, но у подруги случился неожиданный приступ ложной скромности и причудливой неуверенности в себе. Что никак не являлось даже близко чертами ее характера.

- Прости, Поль. Если бы у меня было больше времени подготовиться, - сочувствующе глядя на меня, говорила одноклассница, и вид у нее при этом был бесконечно печальный.

- Лель, ну, пожалуйста! У меня приготовлены вопросы! – настойчиво упрашивала я.

- Нет, - качала головой девушка. – Хочешь, я схожу с тобой?

Я вяло кивнула. Хоть что-то.

В отличие от меня, Леля прекрасно помнила, где должен был проходить урок у бывшей жертвы наших шпионских игр. И, чем быстрее приближался кабинет, тем хуже становилось мне. Живот скрутило в морской узел, способность мыслить таяла, сближая меня с предыдущей ветвью эволюции. И, самое страшное, я нервничала так, что сердце мое танцевало чечетку. Мне не хотелось вновь натыкаться на это безразличие в глазах Юры. При чем абсолютно безосновательное и несправедливое. И я кусала губы от того, что сама не могу испытывать того же.

Как последняя трусиха испугалась заглядывать в класс, позволив сделать всю грязную работу Леле.

- Так. В внутри их нет, - она задумчиво пожевала губы и оглянулась. – Вот же они!

Внутри меня все натянулось, похолодело и треснуло. На секунду я даже позабыла, как дышать. Сделав глубокий вдох и медленный выдох, собралась с силами и повернулась к компании парней.

Стоило мне сдвинутся с места, как Леля, подхваченная каким-то своим порывом, опередив меня, подскочила к мальчишкам. Те с недоумением, но, тем не менее, вполне доброжелательно обратили на нее внимание. И только затем уже заметили меня. Я неловко махнула рукой в знак приветствия, отчего-то отчётливо понимая, что вторгаюсь в чужой мир. Мир, который, почему-то, охотно вбирал в себя Лелю.

- Серега, пляши! Настал твой звездный час! Сегодня у тебя берут интервью! – объявила девушка.

Парни прыснули со смеху, а вот начинающий актер, ничуть не задетый реакцией друзей, весь вытянулся, подбоченился и принял весьма важный вид. Даже несколько снисходительный.

- Я готов! – театрально кивнул он, своим забавным поведением вызвав у меня улыбку и попутно разогнав некоторую неловкость.

Стараясь отгородиться стеной от присутствия Юры, который, к слову, в упор не замечал меня, опять, я полностью сосредоточилась на вопросах. Вполне стандартных. Когда почувствовал тягу к театру. Почему решил пойти на кружок актерского мастерства. Какие жанры больше всего привлекают. Но вот комментарии от Лехи! Они были бесподобны. И звучали, как отдельный вид искусства. Так что я решила и их включить в свои записи.

- Я с детства был артистичен! – с пафосом отвечал Серега. – По сравнению с другими.

- По сравнению с кем? С попугаем? – прыснул Леха. – У него был, кстати. Не вместе ли с ним ты пялился в зеркало? Как там поживает твой наставник? Все еще летает и гадит?

- У настоящего таланта всегда будут завистники! – театрально оскорбился артист.

На заднем фоне Леля все истязала Юру своими разговорами о гитаре и музыкальных направлениях. И мне было спокойнее от того, что у парня нет возможности вникнуть в мою работу. Меньше поводов посмеяться для него надо мной. Меньше шансов у меня почувствовать себя дурой.

Хотя… лучше бы он посмеялся. Чем это его отстранённое поведение. Как будто это я сделала что-то не так.

Я закончила и убрала тетрадку в портфель.

- Журналистка, значит, - усмехнулся Серега. – Нам, Полинка, надо с тобой дружить! Будем близкими друзьями? Ты про меня статьи, а я тебе билет в первый ряд!

- Ага! Чтобы в твое интервью весь городок рыбу заворачивал, - подколол Леха.

- Поздно, мальчики! – обняла меня за плечи Леля. – Боюсь, место близкого друга занято раз и навсегда? – одноклассница явно намекала на Игоря, но я совершенно не понимала, для чего ради она сейчас его привлекла.

- Эм. Да, - подтвердила я.

- Ну, мы пошли!

Краем глаза замечаю, как у Юра нервно дернул подбородком. Но все это случилось так быстро, да и Леля уже тянула меня, так что я решила, что все это мне просто показалось.

Глава 10. От лица Полины

Погода все больше соответствовала своему осеннему статусу своими ледяными ветрами и застрявшей в воздухе измороси. Я натягивала шапку сильнее, промозглые порывы ветра даже мочки ушей умудрялись застудить. Леля только посмеивалась надо мной, бросая вызов холоду и непогоде своей непокрытой головой и оголенной шеей.

- Скройся! Мне даже смотреть на тебя холодно, - содрогнулась я.

Подруга только звонко рассмеялась.

- Так, мы гулять вышли или ты, наконец, покажешь мне его сообщения?

Закатив глаза, я без особого энтузиазма передала Леле телефон с открытой перепиской, из-за которой я начинала сомневаться в способности адекватно воспринимать эту реальность.

- Та-ак. - Углубилась в чтение Леля.

«Привет. Как дела?» - вполне себе дежурное сообщение. Было бы, если б не его отправитель. Юра. В 22:43. Что за время такое? Не 00, не 30. А какое-то глупое 43. И какого он вообще решил мне написать и поинтересоваться моими делами после тотального игнорирования?

«Ты пьян?» - поэтому вполне логично отреагировала я.

«Нет. А должен?»

Я ничего не отвечала, потому Юра прислал:

«Приходи завтра на репетицию». Он сообщил время и место. Вот только причины не назвал. Да и сама переписка выглядела странно, как будто ее вел чужой мне человек. Дежурные фразы, которые ничего не значили. Пустые. Ни вопроса про конспекты и что я с ними сделала. А ведь Юра так ими дорожил. Никакой его дежурной шуточки. Потому таким странным выглядело его приглашение.

- Надо пойти! – не разделяла моих подозрений Леля.

- Зачем?

- А почему нет? Позвали же. - Легко пожала она плечами.

- Слушай, может, эта переписка нам мерещиться? – Потерла я устало переносицу.

- Ну, хочешь, Дину с Мариной позовем в качестве экспертных критиков, - рассмеялась Леля. – Поль, ладно тебе. Все равно заняться нечем!

И я подалась на эту авантюру. Зачем? Для чего? Наверное, все дело в зависимости. Даже спустя недели я не переставал надеяться на встречу с Юрой, пусть и случайную. Мне тяжело было смириться с мыслью, что все закончилось так. Подсознание требовало продолжение. Как и чувства. И только логика, этот неумолимый страж здравого смысла вопил, как в фильме ужасов: «Не иди туда, идиотка!». Но я шла, как та самая девушка, которая погибает в начале хоррора.

И вот мы идем в ГДО, рискуя столкнуться с Екатериной Андреевной, которая при виде меня и того, как я трачу свободное время, с легкой укоризной покачает головой. А, если она еще и догадается о причине моего визита, все –пиши пропало: едва уловимых, очень тонкий шуток не избежать.

У меня подгибались коленки, тряслись руки и вообще ощущение было такое, будто меня сейчас вывернет на изнанку. Но Леля плевала на все мои предсмертные стенания. Уже уловив этот тонкий аромат азарта, она тащила меня по массивной лестнице все выше и выше.

Чтобы застать парней врасплох. Недоуменно переглянувшись, они затихли и уставились на нас. Я нашла глазами Юру, надеясь, что сейчас ситуация перестанет выглядеть настолько нелепо. Но, увы. Для человека, который сам пригласил меня, он выглядел на редкость озадаченным и не проявлял особого радушия. Его суровый взгляд послужил вишенкой на торте. И я ощутила себя такой дурой, что захотелось убежать сию же секунду.

- Девчонки, привет, - поздоровался с нами Леха. – Вы чего тут? – попытался он как-то образумить спасти ситуацию.

Я молчала, потеряв дар речи. Не нашлось бы таких слов, способных изменить ситуацию в менее неловкую сторону.

- Да вот я в кружок думаю записаться, - быстро сориентировалась Инга. – Полина мне тут все показывает.

Я в восхищении уставилась на подругу.

- Мало тебе театрального? – в голосе Юры смешалось сразу несколько эмоций: от делания пошутить до легкой нервозности.

- О! Барабаны! – уже отвлеклась Леля и подскочила к Лехе. – Всегда мечтала научиться!

Тот любезно уступил ей место и предложил попробовать. Подруга пребывала в небывалом восторге. Еще со времен популярности «Ранеток» она грезила о барабанной установке. Как и на гитаре, как и на клавишных. Потому, увидев возможность, Леля не преминула взять жизнь за рога и от души настучала по барабанам. Ее оглушительное выступление закончилось под веселые хлопки Лехи.

Я же не могла так легко отыграть непринужденность. Сжавшись, я впилась взглядом в подругу, желая стать зрителем, а не участником драматических событий.

Мимо проплыла статная, красивая девушка. Не уверена, сколько ей лет, но выглядела она довольно взросло благодаря умелому макияжу и со вкусом подобранной одежде. За незнакомкой тянулся до противного приятный шлейф цветочного аромата. Поджав губы, я вернулась взглядом к Леле. Красавица села рядом с Юрой. Фривольно положила руку поверх его, будто они пара. Неприятная догадка царапнула черепную коробку.

Вся моя поза кричала о том, чтобы Леля вспомнила обо мне и вытащила из этого кошмара. И, о чудо, подруга действительно оторвалась от барабанов и вскинула на меня проницательный взгляд.

- Кажется, нас ждут в твоем кружке. Екатерина….

- Андреевна, - тут же подхватила я.

- Нам пора репетировать, - вторил моему желанию Юра.

- Заглядывай еще, - улыбнулся Леха Леле на прощание.

Моя подруга, воображая, откинула короткие волосы назад.

Я же изо всех сил держалась, чтобы не сорваться с места и не убежать.

- Иди спокойно, - прошептала мне на ухо украдкой Леля. – Не смей бежать.

Улица встретила нас сильным ударом ветра в лицо, нехило так приводя в чувство.

- Я вообще ничего не понимаю! – не сдержавшись, вскрикнула я.

- Дайка я еще раз взгляну на переписку, - попросила Леля.

Я порывисто передела ей телефон.

Она вчитывалась в каждую букву, в каждый знак препинания, но так и не смогла соотнести написанное с поведением Юры.

- Ничего не понимаю, - честно призналась она.

- Да шутка это! Как и все до этого! Как и поцелуй! – растоптанная окончательно, я больше не имела сил на надежду. Даже самую слабую. Видимо, существовал все-таки предел моей наивности.

- Нам нужна помощь профессионала. Нам нужен Игорь, - вынесла вердикт Леля. – Позвони ему!

Одинокая слеза уже скатилась по моей щеке. Я наспех вытерла ее.

- Эй, ты чего! – приобняла меня подруга.

Но процесс был уже запущен, и поток было не остановить.

- Просто так обидно. Я что, какая-то не такая? – всхлипывала я. – Да, может, не модель. Но симпатичная же!

- А то! – с готовностью поддержала Леля. – Но ты видела эту? – театрально сгримасничала подруга. – Уровень – королева. Парни у таких под ногами валяются.

Слова Лели резали не хуже ножа. Порой ее желание утешить приравнивалось к тотальному краху самооценки.

- Ты сама посмотри! – не унималась она. – Макияж, духи, прическа! А как одевается!

- Лель! – вскрикнула я. – Прекрати!

Девушка обиженно закатила глаза.

- Знаешь, что? – несколько грубо прозвучала она. – Нравится тебе или нет, но парням нравятся яркие. Вот и думай.

Глава 11. От лица Юры

Сказав себе, что загляну лишь на минутку, я уже около получаса пялился на фотографии Полины. Одной, с подругами. Смешные, естественные и после фотосессии. И для чего только девчонки устраивают их? К чему эта показушность?

Меня разрывало от желания написать ей, и в то же время я понимал, что она не моя девчонка. Что я ей скажу? Ни позвать погулять. Ничего. Получается, и писать бессмысленно.

Раздался звонок в дверь. Я отбросил телефон, не позаботившись даже закрыть вкладки. На пороге стояла Ника, приняв самую эффектную позу, кокетливо накручивая на палец и без того кудрявую прядку русых волос.

- Скучаешь? – вскинула она брови.

Я отошел в сторону, пропуская ее. Девушка свободно прошла внутрь, непринужденно скинула куртку.

- Родители уехали? – уточнила она, жуя жвачку.

- Да, на день рождение тети, - скрестив руки на груди, я облокотился о стену.

- И мелкого с собой забрали? – заглядывая в комнату, уточнила Ника.

- Как видишь, - спокойно ответил я.

Девушка круто развернулась на носках и подошла ко мне, положив ладони мне на плечи.

- А что это с нами? Не в духе?

- Все нормально.

Я самым наглым образом врал. Даже не знаю, почему. С Никой мы были знакомы, сколько себя помню. Было время, мы и учились вместе, пока ее родители не переехали в другой район.

И как-то так органично получилось, что между нами сложились доверительные отношения, которые при этом ни к чему не обязывали.

Обычно визиты Ники пробуждали во мне нечто естественное. К чему врать, нам было хорошо вместе. Но именно сегодня, насмотревшись на такие яркий, наполненные жизнью и в то же время простые фотографии Полины, я вдруг ощутил усталость. И, ровно в ту же секунду, как лицо моей гостьи с ее игривой улыбкой возникло на пороге, я пожалел, что вообще набрал ей.

- Я же вижу, что-то не так, - не унималась девушка. Ее руки медленно заскользили по моему торсу.

- Забей, - прикрыл глаза я.

- Как скажешь, - выпятила она вперед нижнюю губку. - Главное, чтобы между нами все было хорошо. Нам ведь будет хорошо? – несколько капризно поинтересовалась она, глядя на меня своими большими желтовато-карими глазами.

- Да, - сдавшись, усмехнулся я. – Будет.

Девушка закусила нижнюю губу и, схватив меня за ворот футболки, потянула на себя, затаскивая в мою же комнату. Наши губы встретились, так естественно, так правильно. Я усмехнулся. Мои руки тут же привычно скользнули на ее задницу. В тот же миг я поймал губами тихий, довольный вздох Ники. Она слегка приоткрыла рот, но вместо того, чтобы позволить моему языку полную свободу действий, принялась дразнить, распаляя меня. Девушка то отдалялась, то приникала ко мне, ловила, прикусывая мою нижнюю губу. Мы упали на кровать, и мысли о другой тут же вышибло из моей головы. Руки скользнули под рубашку Ники, исследуя уже такое знакомое тело. Она извивалась. Аккуратные ноготки девушки царапали мою шею, забирались под ворот футболки, ласкали кожу.

Мы прекрасно знали, как доставить друг другу удовольствие. Но при этом я ясно осознавал, что никогда не предложу девушке нечто большее, чем просто секс по дружбе. Пока нас обоих утраивало отсутствие статуса – мы сохраняли нашу связь.

По устоявшейся традиции после близости я готовил нам какой-нибудь перекус к чаю. Но это было до тока, как Ника не начала зацикливаться на фигуре. Теперь же чай и пара бутербродов предназначались только для меня. Но я никогда не ограничивался просто хлебом и колбасой, предпочитая превращать их в кулинарный шедевр. Отчасти, чтобы подразнить девушку.

Отчего-то в голову пришла дурацкая мысль: а как бы повела себя Полина? Как Ника или все же составила бы мне компанию в случайном ночном перекусе? Уперев руки в столешницу, я поиграл желваками. Еще в самом начале года я знать про нее ничего не знал. Так какого эта девчонка во всех моих мыслях? Неужели один несчастный детский поцелуй всему виной?

Когда я вошел в спальню, Ника лежала на животе, подняв ноги, и забавно ими дрыгала. Она явно была увлечена чем-то. Присмотревшись, я понял, что в ее руках мой телефон.

- Нашла что-то интересное? – присаживаясь к ней, поинтересовался я, откусывая от бутерброда.

- Да ты опять издеваешься надо мной! – девушка отложила телефон, проигнорировав мой вопрос, и тут же накинулась на меня, осыпая несильными ударами кулачков.

- Прекрати! Я же подавлюсь! – пытался быстро прожевать я.

Мы вместе рассмеялись.

Порой я задавался вопросом, отчего бы нам с Никой действительно не встречаться? Девушки приходили в мою жизнь и уходили. Она же оставалась. Неизменно рядом. Я знал, что и у нее были парни. Но и они подолгу не задерживались. И все же что-то меня останавливало. Просто не видел в Нике свою девушку. Не испытывал желания позаботиться о ней, не как о друге. Я даже не ревновал ее никогда. Появился парень? Супер! Увидимся, как расстанетесь. Вот и весь лейтмотив наших отношений.

С Полиной все было иначе. Я бесился только от одной мысли, что она с кем-то. Не мог, не хотел видеть ее с другим. И почему-то упорно отказывался делать ее своей. Это же было так просто. Но мне казалось, я уже сам все испортил. Поцеловал, извинился. А после не хотел ничего менять. Но все уже изменилось. Игра, которая так меня заводила, кончилась. Но и отношений не случилось.

И я продолжал искать отговорки, отмазки, перекладывать ответственность на Полину. Почему она не подошла сама, раз такая смелая? Почему шатается с этим Игорем, который еще и дома у нее тусуется? Они точно только друзья? Мы с Никой тоже, вон, просто друзья, однако…

Я просто не верил в дружбу между парнем и девушкой. Там определенно должно быть влечение. Хоть с чей-то стороны!

На другой день репетиция, на которую зачем-то навязалась Ника. Обычно она называла их скучными, ведь все мое внимание принадлежало не ей, а группе. И я не обманывался на счет своей давней подруги. Ника никогда не делала что-то просто так и не меняла так резко свои привычки. Значит, мне стоит к чему-то готовиться.

Полина. Полина и Леля тоже чудесным образом оказались в ГДО, на нашей репетиции. И наличие рядом Ники не переводило ситуацию в разряд совпадений. Пусть я не понимал, как. Но Ника точно приложила к этому руку. Оставалось только позавидовать ее женской интуиции: девушка всегда неизменно чувствовала, когда моими мыслями завладевает другая.

Я видел лицо Полины и не мог не осознавать: она расстроена по моей вине. И от этого на душе становилось паршиво. Никому не хочется оказаться тем самым мудаком, из-за которого ревет девчонка.

После того, как Полина ушла, а, вернее, практически сбежала, пусть и с безупречно прямой спиной, репетировать я уже не мог.

- Я все, - и, никому ничего не объяснив, направился к выходу.

- Эй!

- Что за детский сад?

Полетели мне в спину возмущения ребят. Я прекрасно понимал, что подвожу всех. Но и толку от меня сейчас не было никакого.

Ника поспешила за мной, на ходу надевая куртку.

- Ты чего? – взяла она меня за руку.

- Ничего. Просто день такой, - у меня не было сил даже посмотреть на нее. – Позже увидимся, - быстрым шагом я направился прочь.

Девушка хотела было последовать за мной, но я был достаточно убедителен в своем желании остаться одному. Ника замерла на месте. Губы ее дрогнули. Но мне было все равно.

Глава 12. От лица Полины

Я лежала в постели и слушала музыку, упиваясь страданиями. Точнее, пыталась упиваться. Но у мамы были другие планы. Какая разница, насколько сильна рана на твоем юном сердце, если бабушке нужно было занести заимствованную сковородку. Вот так, бросая хмурый взгляд на родительницу, которая без стыда и совести смотрела «Пока все дома», я натягивала куртку.

- И на обратном пути в палатку зайди. За хлебом.

- У меня вообще-то, может, сердце разбито! – выпалила я.

- Ой! У тебя еще сто раз будет сердце разбито, - отмахнулась мама. – А хлеба после обеда уже не будет.

- Ну, спасибо, - пропыхтела я.

Младший брат, которому, на секундочку, было уже одиннадцать, преспокойно занимался музыкой.

- Почему он не может пойти к бабушке и за хлебом? – возмутилась я, указывая на мелкого.

Мама обернулась на меня и выгнула бровь.

- Ты хочешь, чтобы он хлеб бабушке отнес, а нам притаранил обратно сковородку?

Я закатила глаза. Безответственность брата здорово осложняла мне жизнь. Шумно выдохнув, я натянула шапку и отправилась по делам.

- Пакет! – крикнула из зала женщина, даже не глянув на меня.

- Черт! – возвращаясь, выругалась я. И как она это предвидела?

Небо хмурилось, угрожая мне проливным дождем. Ветер то поднимался, то стихал, играя в биполярку. Я быстро шла по дороге, вжав голову в плечи. Но это слабо помогало против ледяных касаний ветра. Дорога не могла оказаться хуже, думала я. И очень даже зря. Потому как неподалеку от дома бабушки показалась стая собак. На первый взгляд абсолютно безвредных. Животные ничего не делали. Только жалостливо оглядывали прохожих. Даже не лаяли. Но у меня похолодели все внутренности. Теперь температура внутри меня полностью соответствовала температуре на улице.

Страх собак не был врожденным. Эта фобия образовалась во мне одним зимним вечером, когда я шла навстречу Юле, с которой мы вместе постигали мир журналистики в том самом доме культуры. Зима. Вечерний час. И, так уж совпало, что на том злосчастном участке дороги не было ни людей, ни освещения. Откуда ни возьмись, как будто образовавшись из темноты, ко мне выскочила белая, агрессивная собака. Она громко лаяла и явно готовилась к прыжку. Инстинкты сработали быстрее. И я кинулась, что было сил, прямо через проезжую часть. Чудом меня не сбила машина. Оказавшись на другой стороне, я обнаружила, что собака испарилась. После того вечера я панически боялась псов. Любых. Бездомных. Домашних. А от их лая я впадала в оцепенение, как при взгляде василиска.

И вот сейчас передо мной главный страх всей жизни, после замкнутого пространства лифта, конечно же, вынуждает меня пятиться и продумывать новый маршрут до дома бабушки.

В голове шум. Он оглушает. Не дает мне мыслить трезво. Вдруг она из собак подала голос. В уголках глаз тут собрались слезы. Я делаю неловкий шаг назад, не сводя глаз со стаи. Одна из собак повернула голову в мою сторону. И меня затопила волна адреналина. Ведь животные чувствуют страх, он их опьяняет. От меня же исходил настоящий ужас. Еще один шаг назад.

- Эй! Осторожно!

Этот возглас на секунду вернул меня в реальный мир, отвлек от парализующей паники.

- Ты? – оглядев меня с головы до ног, присвистнул Серега. – Ты чего тут?

Он склонился и, пристально вглядываясь в мое лицо, повторил, уже более обеспокоенным голосом:

- Ты чего?

- Ничего, - судорожно выдохнула я.

Отчаянно хотелось попросить о помощи, но мы были мало знакомы. Стеснение боролось с испугом. И последний проигрывал. Я слишком боялась показаться странной или навязчивой

Кажется, я была из числа тех людей, которым лучше поезд ногу переедет, чем они попросят приподнять шпалу. Чтобы не создавать окружающим дискомфорт.

- Испугалась чего-то? – осенило Серегу. Но он тут же потерял звание гения, озвучив следующие предположения. – Или обидел кто? С парнем поругалась?

Я начинала понимать, почему этот мальчишка так легко сошелся с Лелей и Кариной. Язык у него явно работал без передышки.

- У меня нет парня, - зачем-то ответила я. Видимо, мозг зацепился, как за удочку, за последний заданный вопрос, и потихоньку втягивал меня в адекватное состояние, переключая мое внимание на нечто менее травмирующее.

- Как? – искренне удивился Серега.

Я тупо уставилась на него. Страх испарился. Но ненадолго. Одна из собак соизволила выразить свое недовольство громким лаем от того, что никто так и не обронил им сосиски. Я вздрогнула и сжалась, как от удара хлыстом.

Парень, демонстрируя чудеса дедукции, громко произнес:

- А-а! Ты собак боишься!

- Да, - выдавила я сквозь зубы.

- Пошли тогда по этой дороге, - он бесцеремонно потащил меня мимо облюбованных воронами мусорных баков.

Птицы растащили добрую половину остатков людской жизни по мокрому асфальту, из-за чего наш путь больше напоминал игру в классики. Мне очень не хотелось потом отмывать от своих сапог следы банана или ошметки размокшей газеты. Но лучше так, чем быть растерзанной собаками. Мне, конечно, нравилась песня «Формалин» группы «Flëur», но как-то не наблюдалось у меня желания отыграть ее в реальной жизни.

- И куда ты идешь? – полюбопытствовал Серега.

Прикинув, что, как мой спаситель, он имеет право знать, я ответила:

- К бабушке.

- Понятно. А я вот к Юрке. Опоздал, конечно, - хохотнул он.

- Извини, - без всякого сожаления выдавила я.

- Да я уже и до тебя опаздывал, - заверил меня старшеклассник.

И я невольно улыбнулась.

- Главное, чтобы не на репетиции. Леля страшна в гневе.

- О-о! – протянул со смехом Серега. – Поверь мне, я знаю. Но исправляться не буду. Люблю ходить по лезвию ножа.

Неожиданно для самой себя я рассмеялась.

Юноша вывел меня по мусорной дороге, и мы с ним благополучно распрощались.

Воспитанная на различных романах для девчонок, в том числе и мистических, я пожалела, что на месте Сереги не оказался Юра. И тут же зажмурилась, выдавливая невольно возникшую картинку.

После инцидента с репетицией мне было тошно даже думать о парне. Я устала анализировать: сначала поцелуй, потом сообщения. Единственный логический вывод, который напрашивался, что Юра просто решил продемонстрировать, что он птица не моего полета, чтобы я ничего себе не надумывала. Как и сказала Леля, парням нравятся яркие девушки.