Хвостатый напарник

Часть 1. Хвостатый напарник. Эпизод 1. Раррут добряк

— О нет, Мау Вэй! Ты снова собираешься сделать это?

Раррут со всех шести ног метнулся спасать капитанское кресло от когтей своего недавно обретённого четырёхногого друга. Подхватив пушистого шкодника, дейтриец завернул хвост тому под живот и быстро понёс Мау Вэя в санотсек. Там для удобства справления нужды он уже приспособил под размеры маленького друга кусок листа обшивки.

— Вот здесь можно рыть, царапать и делать свои делишки, — Раррут опустил малыша на усовершенствованный для него туалет и с облегчением отступил в сторону. — Ты ведь понял, что здесь нужно делать?

— Мяу, — совершенно спокойно ответил Мау Вэй и просто уселся на пол рядом с санитарным отверстием в полу.

В огромных голубых глазах светло-серого, почти белого создания с несколько более тёмной мордочкой, ушами, лапами и хвостом не было ни капли понимания. Зато явно читалось удивление и недоумение по поводу поведения Раррута, мол чего эта лохматая махина расшумелась и зачем принесла его сюда?

— То есть ты царапал моё кресло не потому что собирался снова нагадить прямо посреди рубки? Но в прошлый раз ты ведь драл пол перед тем, как сходить по большому!

Мау Вэй молча отвернулся, плюхнулся на пол, задрал заднюю лапу и стал вылизывать себя под хвостом.

— Да чтоб тебя блабберы побрали! Мыться нормально ты тоже не хочешь! С какой планеты на меня свалилось это наказание?

Этот вопрос Раррут задал себе в последние двое суток уже около сотни раз. Главной проблемой оставалось то, что Мау Вэй не говорил на общегалактическом, а его мяуканье не распознавал автоматический переводчик.

Вместо ответа пушистый негодник подошёл к ногам Раррута и стал тереться о них.

— Лучше бы говорить научился да рассказал, кто ты, — буркнул хозяин корабля, подхватил друга на руки и отправился на камбуз.

К счастью, найдёныш Мау Вэй оказался теплокровным кислорододышащим млекопитающим, как и сам Раррут. Пушистик с удовольствием ел пищу из бортового синтезатора и чувствовал себя при этом отлично.

Всю информацию о четырёхногом хвостатом инопланетянине Рарруту приходилось узнавать опытным путём. Подобная раса не была внесена в базы. Можно было предположить, что Мау Вэй родом с недавно присоединившейся к Конфедерации Независимых Миров планеты. Причём с какой-нибудь отдалённой и не особо примечательной, вроде родной Дейтры Раррута, раз он до сих пор ничего так и не узнал о родине Мау Вэя.

Имя, кстати, тоже не факт, что было верным. Просто это были первые слова, которые Раррут смог разобрать, пытаясь допытаться у малыша, кто он и откуда, когда подобрал его на улице.

Ещё пребывая на Хит-То, дейтриец сделал всё возможное, чтобы помочь Мау Вэю найти своих. Правда, соваться в местную полицию он не захотел — слишком уж не любил бумажную волокиту с заполнением заявлений и анкет — и воспользовался информационным терминалом в космопорте. Не выяснив никакой информации про найденного инопланетянина ни по фотоизображению, ни по словесному описанию, Раррут вручную терпеливо перелистал все имеющиеся поисковые запросы. Кто-то даже искал другого потерявшегося дейтрийца, что было удивительно. Ведь выходцы с Дейтры вообще не большие любители бороздить космос, а если уж и выбираются за пределы планеты, то ведут себя крайне осторожно и осмотрительно.

Но никого даже отдалённого похожего на Мау Вэя никто не искал. Тогда Раррут создал запрос о поиске родни и знакомых своего найдёныша, оставил подробное описание, свои контакты и с чистой совестью отправился домой. Оставить беззащитного крошечного инопланетянина на улице он не мог, задерживаться на Хит-То дольше необходимого тоже не видел смысла и выгоды, потому через шесть стандартных суток Раррут с Мау Вэем оказались на Дейтре.

— Привет, коллега!

Рокочущий голос товарища застал Раррута, занятого своими мыслями о том, как получше обустроить дома крошку Мау Вэя, врасплох.

— Блаббер тебя раздери! Квалг! Зачем так реветь с порога? — всё же после длительного рейса по Галактике Рарруту было приятно услышать сородича. — Тоже только прилетел?

— Не-а. Как раз собираюсь отчалить. Надобно сгонять за кой-какими запчастями. Скоро огородный сезон начнётся, а у местных не вся техника на ходу. Самое время подзаработать.

— Торгаш и есть торгаш, — крякнул Раррут.

— А то сам не такой!

— Я не на своих земляках зарабатываю, а на инопланетных чудаках.

Здесь Раррут был прав. Он был младшим сыном крупного землевладельца и при этом всей душой ненавидел фермерство. Зато обожал технику, космические корабли и гонки. В этом плане он и сам был чудаком среди спокойных домоседов дейтрийцев. А продавал он пресноводных прикс — членистоногих водных паразитов, вредивших родительским плантациям красного водяного салата.

Однажды на их планету занесло туриста с противоположной окраины Галактики. Тот был большим любителем неизведанных мест. Чем дальше, неизученнее, страннее и опаснее, тем интереснее. Этого землянина Дмитрия долго отговаривали от попыток попробовать местную пищу, но он упрямо рассказывал о том, как ел даже то, что употребляют некислорододышащие, и ничего с ним не произошло. Родители Раррута сдались и усадили туриста-чудика за свой стол. Когда же он напросился с ними на экскурсию на озёрную плантацию, снова схватились за головы. Дмитрий заметил, как работники ссыпают в компостные ямы выловленных сетями прикс, крайне удивился, что дейтрийцы их не едят, и упросил хозяйку дома пустить его на кухню.

Мать Раррута долго выбирала, какую кастрюлю пожертвовать на уничтожение этому земному сумасшедшему, но в итоге он добился своего и приготовил блюдо из отварных прикс, сдобренных местным соусом из ягод мобито.

Раррут даже осмелился попробовать и оказался впечатлён. Действительно, мерзкие с виду приксы оказались приятными на вкус и очень сытными. Впрочем, это лишь утвердило младшего сына в статуте домашнего чудика.

— Это же золотая жила! Вы понимаете? — восхищался Дмитрий, сдирая панцири с варёных паразитов. — На моей планете похожие существа называются «креветки», и в отдалённых от океана странах за них берут неплохие деньги. А уж такого размера их и у побережья продают по цене мраморной телятины!

«Мраморная телятина» ни о чём не говорила дейтрийцам, но совет землянина начать продавать прикс в многовидовые рестораны на других планетах они запомнили. Подросший Раррут уцепился за эту идею. Для него это был повод уломать отца отправить его в лётную школу и разрешить развозить товар по ресторанам на узловых планетах Конфедерации. Что угодно, только бы не работать на ферме.

На Дейтру Раррут вернулся, как обычно, к посевному сезону. На родительских плантациях наступало самое горячее рабочее время, у прикс — брачный период и время нагула массы, а у Раррута — отпуск и время повозиться с кораблём.

— Здорово, Квалг! — радостно поприветсвовал он встречавшего его друга.

Раррут протянул ладонь товарищу, но тот, вместо того, чтобы просто пожать её, резко дёрнул ещё не привыкшего к домашней гравитации пилота на себя и крепко обнял.

— Кхмя! — пискляво донеслось из-за пазухи Раррута.

— Полегче, друг! Мау Вэя раздавишь.

— Кого-кого?

Раррут осторожно расстегнул жилетку и вынул недовольного пушистика.

— Ба! Да ты теперь совсем крут! Вон как поднялся на этих своих козявках.

Мау Вэй ухватился когтями за плечо Раррута и прижал к голове огромные треугольные уши, стараясь слиться с другом.

— Что ты хочешь этим сказать? Ты знаешь, к какой расе принадлежит Мау Вэй? С какой он планеты?

— Не знаю откуда эти ребята, но они однозначно очень крутые специалисты. Называются «коты». Я как-то раз заметил на Ферранде билборд с рекламой: «Кот — показатель по-настоящему успешного предпринимателя». Найми, значит, кота, и бизнес твой пойдёт в гору, как я понял.

— Хм… Странно. Мау Вэй на общегалактическом не говорит. Какой из него бизнесмен?

— Слишком ушастый и лупоглазый. Тот, что в рекламе, посолиднее был. Этот ещё, наверное, сопляк совсем.

Квалг потянулся, чтобы потрогать Мау Вэя за ухо, за что тут же получил удар когтистой пятернёй.

— Точно сопляк. Не воспитанный ни капли. Ты его хоть не похитил?

— Заняться мне больше нечем, детей красть. Чтобы с ними нянчиться?

— Но этого-то взял.

— Так он один под дождём сидел и плакал возле небоскрёба.

— Добряк ты, Раррут.

— Какой уж есть.

Мау Вэй быстро рос, а вместе с ним рос и масштаб разрушений, наносимых хрупким пушистым существом. Кот всё ещё легко мог разместиться на одной руке Раррута, но для того, чтобы унести разбитую им посуду и испорченные занавески, не самому хлипкому дейтрийцу округи пришлось бы поднапрячься и воспользоваться уже обеими руками.

После обрушения посудного шкафчика на кухне, мать Раррута потребовала выселить хулигана из дома.

— Пусть твой гараж громит! Раз привёз какого-то неотёсанного дикаря, сам с ним и страдай!

И Раррут страдал. Хитрец Мау Вэй так и не начал говорить ни на общегалактическом, ни на дейтрийском, хотя явно прекрасно понимал всё, о чём ему говорил спаситель. Понимать понимал, а реагировал только так, как было удобно лично ему, частенько притворяясь глухим.

Неумение говорить на понятном языке не мешало Мау Вэю требовательно и громко мяукать, привлекая к себе внимания.

— Через пару часов обед. Потерпи.

— Мау, — кот вспрыгнул на живот Раррута, лежащего бод блоком масляных фильтров корабля.

— Подай пакет с хомутами. Предпочитаю перетянуть трубки новыми, после обслуживания системы, чтобы знать, что в полёте точно ничего не лопнет.

— Мау, — просьбу Мау Вэй, разумеется, проигнорировал и начал увлечённо сжимать и разжимать когти на шерсти друга.

— Прекрати, негодник!

Раррут не выдержал, смахнул кота с живота и выполз за хомутами сам.

— Не разговариваешь, только орёшь. Не моешься нормально. Не хочешь пользоваться ни местной сетью, ни космокомом. Ты вообще думаешь искать своих?

Обиженный грубостью дейтрийца Мау Вэй уже не слушал его. Резко дёрнув хвостом, он пошёл исследовать полки с инструментами.

— Только не рассыпь там ничего, — примирительно буркнул Раррут и снова занялся масляной системой.

Поесть давно хотелось не только Мау Вэю, но и Рарруту. Но отвлечься возможности не было. Нужно было как раз затянуть самые неудобные болты. Пилот-механик сосредоточенно сопел, стараясь передней парой ног подтянуть нужный шланг поближе к рукам, а средними ногами удерживаясь за край обшивки, чтобы не сползать по гладкому полу, когда его нижнюю половину тела, выступающую из-под масляного блока, обдал град болтов, предохранителей и осколков лампочек. Виновник погрома и сам перепугался, рухнув с верхнего яруса стеллажа вместе с ящиками. Пробуксовав секунду на месте, он, наконец, дотянулся до поверхности, за которую можно было уцепиться когтями, рванул к выходу из гаража и скрылся за кустами.

Пытаясь выдернуть из-под кота заднюю ногу, Раррут резко подался вперёд и расшиб нос о край технического люка. Окончательный побег кота он уже не рассмотрел из-за красных кругов, расплывавшихся перед глазами.

— Блаббер тебя раздери, преступник ты мелкий!

Обычно Раррут бежал следом за малышом Мау Вэем, чтобы с ним ничего не приключилось на незнакомой планете, но в этот раз был слишком зол на найдёныша.

— Выкручивайся дальше сам! Никакой благодарности от тебя.

Прокричавшись вслед сбежавшему коту, дейтриец завершил техническое обслуживание корабля, вытер масляные лужи на полу ангара, собрал и рассортировал заново все болты и мелкие детали, рассыпанные Мау Вээм, выругался ещё несколько раз по поводу расколоченных лампочек и треснувших ящичков. Давно прошло время обеда. Мать Раррута уже дважды пыталась дозваться сына домой, но тот всё находил новые занятия в открытом настежь гараже.

Начало смеркаться, когда дейтриец сдался, закрыл ворота и отправился на поиски маленького друга. За то время, которое Мау Вэй провёл на Дейтре, он не только подрос, но и значительно изменился внешне. Светлая, почти белая шёрстка сменилась на менее заметную на фоне земли и растительности светло-коричневую. Уши, мордочка лапы и хвост и вовсе стали тёмно-коричневыми. То есть окраска кота стала идеальной для маскировки во время охоты.

Только вот Раррут переживал, как бы сам Мау Вэй не стал добычей местной живности. Даже домашние сторожевые скриббы на родительской ферме неровно дышали к коту, то и дело устраивая погони за ним. С сумерками же на охоту выбирались летучие уханы, вполне способные унести зверя размером с Мау Вэя в своё гнездо на корм детёнышам, а из леса у подножия гор с севера на ферму периодически приходили дикие предки скриббов.

В окрестностях гаража, Раррут не нашёл никаких следов пребывания Мау Вэя и понуро побрёл домой, прислушиваясь к каждому шороху. Протяжный глухой вой заставил его вздрогнуть. Ни одно известное ему животное таких звуков не издавало. Вой повторился, а за ним послышалось уже хорошо знакомое тявканье скрибба, защищающего свою территорию.

Раррут свернул на подъездную дорожку соседского дома, откуда доносились всё более напряжённые и угрожающие звуки. Перед ангаром с техникой в угрожающей позе действительно стоял чёрный лохматый скрибб с оскаленной пастью, но напасть на своего оппонента не решался. Сторожевой зверь наоборот опасливо отступал. Животное явно не было уверено, как поступить с внезапным агрессором, хотят тот был раз в шесть мельче скрибба.

— Мау Вэй, прекращай дурить, — постарался как можно спокойнее образумить внезапно поверившего в себя друга Раррут.

Но тот уже почувствовал себя хозяином положения. Скосив голубые глаза к носу и выгнув шею дугой, отчего шерсть на холке вздыбилась и визуально увеличила Мау Вэя наполовину, тот уверенно наступал на лохматую груду, почти безостановочно угрожающе подвывая и нахлёстывая себя хвостом по бокам.

Со стороны хозяйского двора из-за живой изгороди послышался топот и проклятия на дейтрийском. На защиту домашнего любимца с куском трубы наперевес выскочила молодая дейтрийка, но увидев Мау Вэя, резко затормозила и завизжала:

— Это что за дрянь?!

Увидев хозяйку, чёрный скрибб осмелел и бросился на Мау Вэя. Тот не отступил. В сумерках мелькнули светлые когти и вцепились в лохматую морду сторожевого зверя. Тот заскулил от неожиданности. На Дейтре не было животных, способных нанести ощутимый урон скриббам. До тех пор, пока Раррут не подобрал на Хит-То Мау Вэя и не привёз его с собой.

Дейтрийка преодолела отвращение к незнакомой форме жизни и ринулась защищать своего питомца. Но разобрать в дерущемся и катающемся в пыли клубке, где скрибб, а где инопланетный обидчик, было невозможно. Он замахнулась трубой, но руку перехватил Раррут.

— Уймись, ненормальная! Ты же можешь задеть Мау Вэя!

— Так это твой уродец? Оно и не удивительно!

Раррут, наконец, рассмотрел, кто из соседей вышел защищать скрибба. Встреча с Длулой в подобных обстоятельствах ему была совсем ни к чему.

— Он всего лишь ребёнок.

Скрибб жалобно взвизгнул. Его хозяйка вырвала руку из захвата Раррута и с размаху опустила её на землю между участниками, наконец, разделившегося клубка. Чёрный охранник и кот прыснули в разные стороны. Правда, Мау Вэй убежал не далеко. Через пару шагов он резко развернулся и снова ринулся в атаку. Длула тоже не зевала и снова замахнулась трубой. Ещё немного и она переломила бы спину занятому битвой Мау Вэю. Если бы только Раррут, наплевав на приличия, не схватил дейтрийку в охапку и не повалил рядом с дерущимися.

Труба всё же отлетела в сторону скрибба и Мау Вэя и, видимо, задела обоих, потому что драчуны, наконец, пришли в себя и стали спасаться уже от тех, кто пытался разможжить им головы железкой. Скрибб убрался в свой двор, а Мау Вэй не разбирая дороги пробежался по здоровой мохнатой куче, которую составляли Раррут и Длула.

Дейтрийка снова завизжала.

— Убери свою тварь от меня!

— Ты чуть не убила Мау Вэя! — Раррут откатился от Длулы, встал сам и подал ей руку. — Представляю, как бы ты оправдывалась перед правительством его планеты, когда я бы, наконец, узнал, где живёт его раса.

— Раса преступников и дикарей безмозглых! Закрыть эту планету обратно и больше не открывать!

Молодые дейтрийцы ещё долго препирались бы, если бы Мау Вэй, успевший отряхнуться после битвы, не подошёл бы к Рарруту и как ни в чём ни бывало не начал тереться о ноги друга. Длула снова завизжала.

— Пошли, Мау Вэй. Нам здесь не рады, а дома ждут обед и ужин.

Мау Вэй быстро набрал силу и навёл порядки на домашнем дворе. Скриббы обходили его стороной и в конфликты старались не ввязываться. Теперь кот частенько уходил погулять по окрестностям, а Рарруту стало гораздо спокойнее за друга. В перечнях известных разумных рас коты так и не обнаружились, из чего дейтриец сделал вывод, что-либо планета Мау Вэя ещё не присоединилась к Конфедерации Независимых миров, либо Квалг неверно запомнил название существа с билборда.

— Ничего, друг. Подожди ещё немного. Скоро молодняк прикс нагуляет тушки и начнётся наш с тобой сезон. Будем летать вместе. Может на одной из планет и встретим твоих.

Единственное, что удерживало Раррута на скучной Дейтре, это дочь хозяина соседней фермы — Длула. Только вот, как только парень осознал своё влечение к молодой симпатичной соседке, между ними пробежал Мау Вэй. Раррут и до этого-то не решался показать свою симпатию, а теперь и вовсе не знал с какой стороны зайти к Длуле, проявлявшей все признаки сильной ксенофобии по отношению к коту.

Нельзя было сбрасывать со счетов и семью потенциальной невесты. Традиционно дейтрийцы были земледельцами-домоседами. Даже путешествия в пределах планеты считались странным излишеством. В космос совались только единицы и отщепенцы.

Не заручившись поддержкой отца Длулы, Раррут даже пытаться с ней заговорить не решался. Ради чего? Его пугала вероятная взаимность без будущего, потому он предпочёл сначала поговорить с её родителем.

— В этом году у вас шикарный урожай флегсов, — подогреть самолюбие потомственного фермера не было лишним.

— Я несколько лет финансировал работу селекционной лаборатории, чтобы там вывели этот сорт специально для моих плантаций и больше никому его не продавали.

Мистер Ри на самом деле гордился своим бизнесом, но горевал по тому поводу, что из детей у него была лишь дочь, не склонная к ведению хозяйства. Потому вся надежда была на будущего зятя. Породниться с Раррутом для него было заманчиво. Но ведь у семьи Коа было ещё трое сыновей кроме младшего космического бродяги.

Чтобы задобрить отца Длулы, Раррут привёз ему редкое вино с Дит-То.

— Растение, из плодов которого изготовлен этот напиток, очень капризное и приживается далеко не на всех планетах. Но мне кажется, что ваш участок у предгорий подошёл бы ему. Удачная экспозиция склона и отличный состав почвы. На самом деле Дейтра и Дит-То очень похожи климатом. А в вашем аграрном таланте и опыте сомневаться не приходится.

— У меня и свои плодовые сады лучшие в регионе. Причём единственные в округе имеют сертификат. Я не пожадничал денег на их оценку и получение официальных бумаг. Мои фрукты закупают все окрестные заводы.

— Зато вы, при желании конечно, могли бы стать монополистом по выращиванию гейтрии на Дейтре. Завели бы свой мини-завод по изготовлению вин. Ваше имя стало бы брендом не только среди земледельцев. А привезти семена с Дит-То не проблема, — Раррут долго продумывал стратегию, как перетянуть честолюбивого фермера на свою сторону.

— Хм. Ты намекаешь, что мог бы сделать это для меня? — мистер Ри хмыкнул. — Просто так или в рамках семейного бизнеса?

— В рамках расширенного семейного бизнеса.

Отец Длулы безошибочно понял намёк о расширении семейного бизнеса путём сотрудничества с семьёй Коа, начинающегося с брака.

— Это может оказаться удачным бизнес-планом. Ты только что подал мне отличную идею, — мистер Ри потрепал Раррута по плечу. — Твои братья всегда мне нравились. Хватка у них цепкая и с землёй они обращаться умеют. Отличная может выйти партия!

«Это провал. Полный. Скорее бы смотаться в рейс».

Эпизод 2. Ценная персона

Сезон уборки урожая подходил к концу. Работы на семейной ферме сворачивались. У братьев Коа ещё оставались дела на складах, но в целом Дейтра готовилась к периоду покоя.

У Раррута же, напротив, отпуск заканчивался. Прикс в холодильниках на его складе было заготовлено на пол дюжины рейсов, а сезон ловли ещё не окончен. С выручки этого года дейтриец планировал купить себе новый корабль, а старый обновить и нанять пилота. Развозить товар по Галактике самому было гораздо приятнее, чем копаться в полях или возиться со зверьём в загонах, но и такой труд парню иногда казался скучным. Тем более, как назло, самые интересные гоночные соревнования приходились на разгар сезона ловли и развозки деликатесных членистоногих. Да и на грузовом судне, забитом товаром в отсеках, переоборудованных под морозильные камеры, не особо погоняешься.

Если не считать неудачи на любовном фронте, жизнь Раррута всё больше налаживалась. Длула сторонилась его и Мау Вэя, но при столкновениях на улице всем видом демонстрировала своё неприязненное отношение к инопланетянам и всем, кто имеет с ними дела. До того дня, как встретила инопланетянина, ещё более неприятного ей, чем кот.

Существо оказалось мистером Вэром Грарретом д’Биретто — квиллианцем, торговым партнёром Раррута, стилистом и одним из самых знаменитых кутюрье в половине секторов Галактики, а точнее, на всех планетах конфедерации, где жители хоть сколько-нибудь интересуются модой. Дейтра к таким не относилась.

Мистер Граррет даже не был любителем деликатесных прикс, но прибыл в одну из самых отдалённых систем именно из-за них. Раррута с ним свёл шеф-повар из ресторана «Туманность Крейга» на Хит-То, когда обратил внимание на красиво переливающиеся пластинки панцирей прикс, случайно прилипшие к замороженным тушкам.

— Приношу глубочайшие извинения за это. За низкое качество очистки сырья в этот раз сделаю вам скидку в пять процентов от стоимости партии.

— Да будет тебе, мой мохнатый друг, — ошианец шеф Крили крутил перед глазами чешуйку в клешне. — Пара блёсток — это сущая мелочь. Я даже могу использовать их в оформлении блюда. Будет красиво и стильно.

— Только в кипяток не опускайте, — Раррут понял, что угроза разрыва контракта на поставку прикс в самый дорогой ресторан на Хит-То миновала. — Они потеряют блеск и станут серыми. Просто промывайте в воде.

— О! Я знаю, кто точно захочет купить у тебя эти сверкающие штуки в большом количестве, а моему ресторану будет оглушительная реклама на половину Галактики!

И шеф Крили познакомил Раррута с мистером Грарретом. У квиллианца загорелись глаза при виде того, что дейтрийцы, для которых и приксы-то были лишь докучливым паразитом, считали совсем уж мусором. Кутюрье договорился с Раррутом, что тот больше никому не будет показывать и предлагать блестящие чешуйки, и заготовит для него большую партию.

Квиллианцы произошли от подземных животных, как и дейтрийцы. Только их предки не рыли нор, а присваивали чужие, потому от массивных и сильных жителей Дейтры отличались мелкими размерами и хлипкими, длиннопалыми, когтистыми конечностями. Вытянутый длинный нос, грязно-серая клочковатая шерсть, сильно выступающие зубы и лысый хвост делали квиллианцев слишком похожими на дейтрийских животных блабберов, обитающих в основном на помойках. Модная стрижка, выкрашенная в фиолетовый цвет шевелюра и брендовые вещи собственного производства не делали мистера Граррета привлекательнее в глазах пугливой Длулы.

По своему обыкновению дейтрийка завизжала при виде жуткого инопланетянина и шарахнулась к забору. Вышедший в этот момент со своего двора Мау Вэй потягивался и жмурился от яркого полуденного света. К пугливой соседке он уже привык и не обращал на неё никакого внимания. А вот пёстро разодетый инопланетянин, размером не превышавший самого кота, пробудил в нём то ли игривость, то ли охотничий инстинкт. Мау Вэй припал к земле. Кончик хвоста ходил из стороны в сторону, зрачки сначала расширились, почти скрыв голубую радужку, а затем сузились до щёлочек. Мягкими неслышными шагами охотник стал подкрадываться к жертве со спины.

— Добрый день, леди. Не подскажете ли, где я могу найти мистера Коа? Я его деловой партнёр, — не замечая опасности кутюрье попытался завязать разговор с Длулой, не понимая, что та напугана его видом.

Дейтрийка сделала шаг назад и стала нашаривать рукой забор сзади, чтобы уцепиться и вскочить повыше, в надежде, что этот блаббер не особо прыгуч.

— О! Приношу свои глубочайшие извинения. Вы ведь у себя дома, и вам незачем носить с собой транслятор, а моё произношение на общегалактическом специфично, — мистер Граррет повозился с небольшим устройством на поясе и его рычаще-свистящий говор стал дублироваться механическим голосом на чистейшем дейтрийском. — А вот так-то лучше. Теперь вы меня понимаете?

— Эта тварь ещё и говорящая!

Кутюрье поморщился и буркнул в сторону:

— Да уж. Я знал, что они дикие и неотёсанные грубияны с окраины Галактики, но чтобы настолько…

— Что ты там ворчишь?

— Я ищу мистера Коа, — постарался как можно более вежливо повторить свой вопрос мистер Граррет. — Мы договори…

Договорить ему не дал Мау Вэй. Стремительной молнией он метнулся на добычу, свалил крашенного квиллианца в пыль и стал пытаться ухватить того за шею. Кутюрье завизжал не слабее Длулы и стал отбиваться от нападающего тростью со встроенным электрошокером — представителям рас с такими скромными габаритами никуда без такого приспособления на планетах, где самые мелкие животные могут быть крупнее их по размеру. Попасть так, чтобы игла сквозь мех достала до кожи Мау Вэя, никак не удавалось. Боец с лёгкостью отмахивался лапой от защитного орудия и избивал пойманного задними лапами, удерживая зубами за воротник.

— Перестань сейчас же! — на дерущихся упала массивная тень.

Выскочивший из дома на шум Раррут подхватил Мау Вэя и с трудом отцепил его когти от бедолаги Граррета. Машинально передав друга в руки Длуле, дейтриец поднял на ноги кутюрье и бережно стал отряхивать его одежду.

— Я понимаю, что это не простительно, но прошу понять. Мау Вэй потерялся совсем крошкой, он не знает языка и не знаком ни с кем, кроме нас, — тараторил Раррут. — Он просто перепуганный ребёнок. Вы не сильно пострадали? Моя мать понимает в медицине, она сможет обработать ваши раны.

Но мистер Граррет не выглядел оскорблённым. Он с восторгом смотрел на Мау Вэя, вылизывавшего запылившуюся в драке шерсть, сидя на руках у Длулы, которая внезапно прониклась к нему если не тёплыми чувствами, то как минимум признательностью за защиту от жуткого блаббероподобного разумного с другой планеты.

— У вас есть кот! Кот на Дейтре! Ещё и такого редкого окраса! Это ведь не робот-имитация?

— Э-эм. Да. Настоящее живое существо. Я подобрал его совсем малышом в том же квартале, где ресторан «Туманность Крейга» и ваше ателье. Как раз, когда возвращался после встречи с вами. Мау Вэй сидел совсем один под дождём возле мусоропровода.

— Не рядом ли с небоскрёбом господина Цтулха?

— Я не знаю, кто это, — честно ответил Раррут.

— Оно и не удивительно. Вы же совсем тут… Ваш народ не обращает внимания на такую ерунду, как модные побрякушки. Это я, как падкая на всё блестящее мульма, настолько загорелся идеей создать новую коллекцию, расшитую чешуйками ваших прикс, что примчался за эксклюзивными блёстками аж на самый край Галактики. Но мне простительно. Работа такая. Разумным нужны зрелища и фетиши. Цтулху тоже из таких, как я, потому и обосновался со своим торговым центром в самом модном квартале столицы.

— Он тоже шьёт одежду для разных рас?

— Нет, он торгует… — на мгновение взгляд господина Граррета задержался на Мау Вэе, квиллианец кашлянул и продолжил мысль: — Торгует он всякими декоративными диковинками с разных планет, владеть которыми почётно и статусно.

— Это как те бесполезные микроскопические сумочки из кожи животных? — уточнила вдруг заинтересовавшаяся Длула.

— Примерно так, — больше продолжать тему кутюрье явно не хотел, потому перешёл к цели своего визита, хотя взглядом то и дело возвращался к Мау Вэю. — Так что с моим заказом? Всё готово?

— Да, мистер Граррет. Но сначала я всё же должен оказать вам помощь и угостить чем-нибудь. Всё же вы пострадали от лап моего друга. Надеюсь, когда он повзрослеет и выучит общегалактический, он сам сможет принести вам извинения.

— Есть у меня идея, как помочь вашему другу, — задумчиво протянул кутюрье. — Но от чего-то тёплого для начала я и вправду не откажусь.

Мау Вэй увлечённо грыз варёную приксу в своём излюбленном углу на кухне. Высокий стул за столом пришлось уступить миниатюрному гостю. Обсудив вопросы по оплате и отгрузке специально для него заготовленной блестящей чешуи, мистер Граррет вернулся к теме помощи найдёнышу Раррута.

— У меня есть кое-какие связи, и я думаю, что смогу выйти на представителей планеты… э-э-э… котов. Они на самом деле очень ценные специалисты, но правительство планеты крайне нерешительное и подозрительно относится к другим расам. Даже язык вот свой рассекречивать пока не хотят.

— А как они общаются с другими видами?

— Вероятно, всю нужную им информацию коты получают телепатически, а сами предпочитают скрывать свои мысли.

— Точно! Значит мне не показалось! — с восторгом и гордостью за своего друга воскликнул Раррут. — Мау Вэй совсем ещё малыш, но явно умнее многих инопланетян, которых мне приходилось встречать. А раз он владеет телепатией, значит уровень развития его цивилизации чрезвычайно высок. Не удивительно, что они не спешат вступать в контакт с Конфедерацией и делиться информацией о себе. Остерегаются.

— О да! — кутюрье согласно кивал головой. — Эти разумные многому могут научить другие народы, потому стоит относиться к ним со всем почтением и уважением. Я даже не обижен на господина Мау Вэя за его реакцию на меня.

— Господина? Как же, как же, — хмыкнул Раррут вспомнив бессовестные погромы и драки, которые устраивал его друг. — Так как именно вы можете помочь Мау Вэю найти своих? Вы дадите мне их контакты?

Глаза мистера Граррета беспокойно забегали.

— Как я уже сказал, эти коты очень скрытные. Они не захотят с вами говорить. Потому я возьму Мау Вэя с собой и сам отвезу его в представительство его планеты.

— Крайне глупая идея, — резко отрезал дейтриец и хлопнул ладонью по столу, но потом спохватился и продолжил уже мягче: — Вы же видели, что Мау Вэй пугается инопланетян. И вы ему явно не понравились. Малышу будет спокойнее, если он полетит с кем-то знакомым, то есть со мной. Тем более я всё равно ждал только вас и почти следом отправляюсь в рейс. Корабль уже загружен. Вот и заскочу, куда скажете.

— Вы, конечно, правы, но…

— Так вы дадите мне контакты?

— Нужно будет подняться на борт моего корабля, — сдался мистер Граррет. — Координаты сохранены в бортовом компьютере.

— Вот и славно. Эй, Мау Вэй, ты рад, что скоро сможешь попасть домой? Я с тобой разговариваю, гроза всех местных скриббов.

Кот с недоумением оторвался на несколько секунд от игры с остатками панциря сгрызенной приксы и по обыкновению ограничился одним «Мау».

Сразу же после обеда все трое отправились на склад, чтобы загрузить высушенные панцири прикс, которые обычно шли в компост, а теперь должны были стать изюминкой очередной ультрамодной коллекции знаменитого кутюрье.

— Понимаете, весь этот пластик и синтетический латекс уже всем надоели, искусственными блёстками расшивают самую затрапезную домашнюю одежду. А здесь натуральные материалы, ручная работа! Тем более такая диковинка с далёкой и никому не известной Дейтры!

— Да-да, я всё понял, — недовольно буркнул Раррут. — Только вот за деликатесными приксами с этой самой Дейтры в крупнейших многовидовых ресторанах Галактики очередь на весь сезон вперёд и народ бронирует места за несколько месяцев. Меня очень сильно ждут, поэтому давайте уже закончим с погрузкой, поднимемся на ваш корабль, вы дадите мне координаты представителей планеты Мау Вэя, и я пойду сам готовиться к отлёту. Кстати, а как называется планета котов?

— Очень сложно выговариваемое название, — тут же выпалил мистер Граррет. — Я его пока и сам не запомнил.

— А в каком секторе Галактики хотя бы она размещена?

— Как же много вопросов вы задаёте, мистер Коа! — кутюрье поправил крашеную шевелюру и откинул голову назад. — Я творческая личность и летаю только по необходимости. Зачем мне разбираться в навигации, когда есть автопилот? Все координаты в компьютере. Я же говорил.

На борт корабля квиллианца поднялись так же втроём. Пока Мау Вэй обнюхивал помещение рубки, мистер Граррет возился у приборной панели, затем взял у Раррута чип-накопитель, чтобы записать на него данные, но вдруг спохватился:

— Мистер Коа, вы ведь отлично разбираетесь в технике.

— К услугам сторонних механиков для обслуживания моего судна прибегать почти не приходится, — Раррут гордо подбоченился.

Кутюрье сложил в молитвенном жесте наманикюренные лапки:

— Не могли бы взглянуть на внешний блок замка багажного отсека, пока я ищу нужные вам данные? По пути сюда он барахлил и показывал ошибку, будто люк не задраен. Может, датчики испортились?

— Могу только проверить тестером, но не отремонтирую. У меня нет подходящих вашему судну деталей.

— Мне хотя бы примерно знать, что не так с люком. Может, я рискую потерять весь товар, и стоит повременить с вылетом и заказать деталь сюда. А ведь больше я нигде не смогу купить такие великолепные переливающиеся натуральные пластинки. Кроме вас их никто не заготавливает.

— Да и я только по вашему заказу этим занялся. Пришлось нанять несколько подростков на подработку. Никто из местных работяг не захотел всерьёз возиться с этими панцирями.

— Так вы взглянете на датчики?

— Только отлучусь в ангар за инструментом. Я быстро.

— Спасибо вам огромное, мистер Коа!

— А вы запишите уже координаты на чип. У меня не так много свободного времени.

— Конечно-конечно! И ещё, вы не пугайтесь. Я пока включу питание. Если оно выключено, датчики багажного отсека молчат, и вы не увидите ошибку.

Раррут лишь махнул рукой, быстро спустился по трапу и, поднимая пыль шестью ногами, зашагал в свой ангар. Благодаря своей привычке раскладывать всё по местам, об быстро нашёл тестер для проверки датчиков. Шум взревевших двигателей корабля мистера Граррета его нервировал. Мау Вэй всё ещё оставался на борту. Если кот загрызёт инопланетянина, да ещё и такого знаменитого, проблемы будут нешуточные. Причём не только у Раррута, но и у всей Дейтры. Однако опасаться нужно было совсем другого.

Выйдя из ангара, дейтриец наблюдал пренеобычнейшую картину. Перекрикивая шум двигателей, на выходе из корабля квиллианца Длула проклинала пришельца и отмахивалась от него ногами, а на руках держала перепуганного Мау Вэя. Мистер Граррет всё ещё делал попытки одной рукой накинуть петлю на шею уворачивающегося кота, а второй пробиться шокером через шерсть дейтрийки. Заметив мчащегося на выручку коту и соплеменнице Раррута, кутюрье резко пнул Длулу, хотя и без заметного результата, учитывая её размеры, и нырнул вглубь корабля. Трап дрогнул и начал закрываться. Не ожидавшая такого поворота дейтрийка потеряла равновесие и клубком свалилась сбоку от поднимающейся панели.

— Эта тварь хотела похитить Мау Вэя!

Прикрытый телом спасительницы кот не пострадал, сразу же вырвался из её объятий и уже пулей нёсся к дому. А вот Длула была готова разобрать корабль обидчика голыми руками. Она подскочила к борту и стала колотить кулаками по внешнему пульту управления люком.

— Оставь его! — Раррут схватил разгорячённую подругу за плечи. — Нужно уходить. Он сейчас взлетит.

— Но он хотел запихнуть твоего друга в клетку! Я сама видела!

— Мы сейчас сгорим! Потом расскажешь! — взревел дейтриец, взвалил Длулу на плечо и пустился подальше от края взлётно-посадочной площадки.

Когда корабль мистера Вэра Граррета д’Биретто скрылся из виду, дейтрийка опомнилась и врезала Рарруту кулаком в плечо:

— Ты что себе позволяешь? Я твоего агрессивного дружка спасала, чтобы этот блаббероподобный урод крашенный его не похитил, а ты меня всю облапал!

— Надо было оставить тебя жариться там? — усмехнулся Раррут и с деланным безразличием стал отряхиваться от пыли, хотя самого на самом деле потряхивало от страха за Длулу и Мау Вэя, оказавшихся в опасной близости от работающих двигателей.

— Мог бы и поделикатнее меня схватить.

— Э-э… Кстати, а что ты делала на корабле квиллианца?

— Хотя что это я? Ты ведь спас меня, а я тут несу всякую чушь.

— Ты уходишь от ответа, Длула.

— И вообще, задержалась я тут с вами. Меня отец ждёт.

— Ты ведь терпеть не можешь инопланетян, а сама влезла на чужой корабль, — Раррут всё ещё надеялся получить ответ на свой вопрос.

— Спасибо за спасение, Раррут! — выкрикнула Длула уже из-за изгороди, убегая к себе домой. — И тебе, Мау Вэй, спасибо! Ты очень храбро защищал меня от этого уродца на улице.

*В дополнительных материалах к книге загружена карта Галактики.

Эпизод 3. У Мау Вэя лапки

— Я-то думал, почему он так настойчиво хочет помочь и отвезти тебя домой? А он просто похитить тебя хотел! — Раррут и Мау Вэй уже поднялись на борт корабля и готовились к взлёту, а дейтриец всё никак не мог успокоиться. — И ведь никаких доказательств нет. Даже не заявить на него в службу защиты правопорядка за покушение!

— Мау.

— А тебе будто и всё равно, что тебя у меня чуть не забрали, — обиженно буркнул Раррут.

Мау Вэй спрыгнул с кресла пилота, которое нагло занял вместо хозяина корабля, и стал ласково тереться о его ноги.

— Всё же ценишь мою заботу, — промурлыкал в тон другу дейтриец, почесал его за ухом и снова сосредоточился на внесении плана полёта в бортовой компьютер.

Ради того, чтобы выделить время на поиски земляков Мау Вэя, Раррут решил вылететь на пару дней раньше и начать с Хит-То, на которой и нашёл кота. Там он поставлял прикс только шефу Крили. С ним Раррут и хотел переговорить в первую очередь. В «Туманности Крейга» бывают самые разные посетители со всех планет Конфедерации, населённых теплокровными кислорододышащими. Наверняка торговый партнёр, ставший добрым другом дейтрийца, сможет подсказать что-то и о планете котов.

Когда корабль покинул атмосферу Дейтры, Раррут позволил себе размяться и проскочить на ручном управлении и на огромной даже для небольшого пассажирского судна, не говоря уже о среднем торговом корабле, скорости между парой её спутников и поманеврировать между глыбами небольшого пояса астероидов. Затем он вывел корабль ко входу в гиперпространственный тоннель и доверил управление автопилоту.

— Ну как тебе? — усмехнулся гонщик.

Мау Вэй недоверчиво встал, будто проверяя устойчивость лап, и передёрнул кожей на спине — из всех известных Рарруту разумных так умел делать только кот.

— Ма! — высказался он, глядя в глаза другу.

Вдруг кот отвлёкся от разговора, прижался к полу и через пару мгновений прыгнул в сторону решётки, закрывающей панель предохранителей и отсек со средствами пожаротушения в стене. Панель с грохотом слетела с креплений, напугав Мау Вэя.

— Кто. Выдал. Тебе. Права? — прорычала вывалившаяся из ниши, помятая тряской Длула.

— Почему ты здесь?

Резкий предупреждающий сигнал не дал разгореться выяснению причин, по которым дейтрийка второй день подряд оказывается на борту чьего-нибудь судна.

— Нестабильное положение корабля, — равнодушно сообщил цифровой голос бортового компьютера.

Раррут в недоумении уставился на пульт управления, с которого на него смотрел не менее ошарашенный Мау Вэй.

— Что случилось, Майлс? — Раррут взял себя в руки и сразу переключился на общение с голосовым помощником.

— Отмена загруженного плана полёта.

— Что значит отмена?

— Отмена введённых координат и переход на ручное управление.

— Ручное? Мау Вэй! Это твоих лап дело!

Кот, ещё не оправившийся от испуга из-за летящей в него части стены, на всякий случай решил удрать с капитанского мостика в сторону камбуза и оставить Раррута разбираться с последствиями его беготни по пульту.

— Где мы, Майлс?

— Экстренный выход из гиперпространственного тоннеля осуществлён в секторе «8» в системе двойной звезды Альбирео. Ближайшая населённая разумными планета Канис. Ближайший вход в гиперпространственный тоннель в системе Тубан.

Раррут вывел на экран карту названного сектора и вздохнул:

— Хотя бы не придётся тащиться несколько парсек на тяге обычных двигателей, чтобы вернуться на маршрут. Всего лишь до соседней звезды.

Пилот нажал несколько кнопок, но компьютер возмущённо пискнул в ответ и голос Майлса сообщил неприятную новость:

— Во время экстренного выхода из гиперпространства повреждён предохранитель стабилизатора гипердрайва.

— Блаббер тебя побери! Придётся садиться.

— Это серьёзная поломка? — решилась подать голос Длула, которая поначалу готова была рвануть с мостика вместе с Мау Вэем.

— Нет. И детали запасные есть. Но заменить их можно только на заглушенном корабле, выйдя наружу. В условиях притяжения планеты на орбите делать это неудобно.

— Так сядь на эту планету.

— Майлс? Кем заселена эта планета? Ты сказал, там живут разумные.

— Планета Канис заселена теплокровными кислорододышащими организмами киноидной группы. Уровень развития технологий: вторая ступень освоения космоса.

Это означало, что жители Канис уже могли совершать пилотируемые полёты за пределы своей звёздной системы и уже вступали в контакты с другими разумными расами. Но технологии были ещё достаточно примитивны. Космодромы планеты могли принимать лишь некоторые типы кораблей других цивилизаций.

— Подробнее, Майлс.

— Невраждебная раса. Является членом-наблюдателем Конфедерации Независимых Миров.

— Ага. Значит есть шанс, что удастся договориться.

Корабль вздрогнул, будто уткнулся во что-то, и мелко завибрировал. Раррута и Длулу повело к стене в сторону планеты.

— А это что такое?

— Принудительная посадка силовыми лучами, — бесстрастно пояснил ситуацию Майлс.

— То есть канисы спускают нас на поверхность, не спросив? Тоже мне «невраждебная раса».

Принцип работы силовых гравитационных лучей на Канисе открыли раньше, чем научились строить корабли, управляемые в атмосфере планеты, а потом не стали утруждаться с их созданием. Небольшие судна выносились на орбиту планеты ракетами-носителями и уже оттуда стартовали дальше бороздить космос. Крупные корабли и станции строились прямо на орбите. Связь с поверхностью осуществлялась с помощью небольших челноков, переправляемых туда и обратно силовыми лучами, управляемыми с поверхности.

— Они совершали попытку установить связь с кораблём, но приёмник сигнала повреждён.

— А-а-а… Трижды проклятый блаббер! Точно, он же прямо под блоком предохранителей. Видимо, знатно коротнуло, когда мы из тоннеля вывалились.

Раррут старался взять себя в руки, хотя ситуация для дейтрийцев, привыкших сидеть дома, была из ряда вон выходящей. Хоть Раррут и отличался от своих сородичей тягой к путешествиям, даже его выдержки хватало с трудом, чтобы не впасть в панику. Начавшую причитать о том, что их уничтожат, как инопланетных захватчиков, перепуганную Длулу ему всё же пришлось выпроводить на камбуз к Мау Вэю, чтобы не мешала под ногами. С ней можно будет разобраться и позже.

— Нас опускают на военный космодром?

— На Канисе нет военных космодромов.

— Уже легче. Хотя твоего спокойствия, Майлс, мне не хватает.

— Космодромы Каниса могут принимать суда не всех классов, — голосовой помощник пропустил эмоциональную часть высказывания и дополнил свой ответ существенными данными. — Наш корабль слишком крупный.

— И что теперь?

Вопрос был лишним. Раррут и сам видел на мониторах, что их направляют на тёмный участок на значительном удалении от города. Да ещё и на теневой стороне планеты.

— Ну спасибо. В какие-то дебри да ещё и ночью.

Ночь или день, а наилучший способ проявить свои невраждебные намерения местному населению — это не скрываться от них за стенами корабля и сразу показать, что прилетели без оружия. Так рассудил Раррут после проверки забортного воздуха анализаторами.

Канис оказалась полностью пригодна для жизни дейтрийцев. Разве что за счёт меньшего в сравнении с Дейтрой размера гравитация здесь была несколько ниже привычной для Раррута и Длулы.

Зато вырвавшийся на волю из тесных коридоров и отсеков корабля Мау Вэй носился вокруг с широко открытыми глазами и распушившимся хвостом. Проказник запрыгивал на стволы местных деревьев, кувыркался в опавших листьях и имитировал нападение на кусты. В общем, вёл себя так, будто находился у себя дома, а не на неизвестной и, возможно, опасной планете.

— Мне бы его непосредственность, — Длула поёжилась. — Мало ли кто скрывается в этих дебрях.

Ночное зрение у дейтрийцев было развито лучше, чем у многих других рас, но это не помогло Рарруту уследить за Мау Вэем. Тот, будто послушав Длулу, решил проверить, нет ли кого-то в зарослях, и защитить друзей. Кот припал к земле в атакующей позиции и одним прыжком скрылся в лесу.

— Ну что за невыносимое создание? — простонал Раррут и шагнул следом, но Длула уцепилась за его руку. — С тобой-то что?

— Ты же знаешь, как я не люблю всяких этих инопланетян. А если они нам встретятся там, в лесу?

— Хочешь остаться возле корабля и дождаться местных военных или посидеть внутри?

— Оставить меня тут совсем одну?

— Решай быстрее! — не сдержался Раррут. — Я должен догнать Мау Вэя.

— Пошли, — недовольно буркнула Длула и ухватилась за плечо друга.

Дейтрийцы медленно углубились в заросли. То и дело с разных сторон слышались шорохи. Раррут пытался дозваться Мау Вэя, но тот не откликался.

— Бессовестный хвостатый сопляк.

— Ой! Вон он! — воскликнула Длула, когда они отошли от корабля настолько, что его огоньки уже не просвечивали сквозь кроны деревьев.

Впереди, припав к земле, Мау Вэй медленно полз за существом, чуть крупнее его самого, но напоминавшим то ли рептилию с четырьмя лапами и хвостом и гладкой влажной кожей, то ли земноводное. Если бы не разгрузка с оружием, можно было бы принять существо за дикое лесное животное.

— А вот и местные силовики, — напряжённо выдохнул Раррут.

— Стрелять он вроде не собирается, — постаралась успокоить его Длула.

Тем временем существо отползло по извилистой траектории за ствол толстого дерева с длинными, свисающими до самой земли лиановидными ветвями и остановилось. Мау Вэй замер, не доходя до вооружённого аборигена.

— Хотя бы хватило ума не набрасываться, как на того крашеного модника, — с облегчением выдохнул дейтриец и решился выйти из-за кустов.

Длула, всё также вцепившись в его руку, вышла на более-менее открытое пространство следом.

Раррут нажал кнопку на трансляторе, но поздороваться не успел. Длула зацепила плечом одну из лиан, и те мгновенно скрутились вокруг добычи подвисшим над землёй коконом. Абориген тут же скрылся из виду.

— Ох, Мау Вэй! Что-то подсказывает, что целым ты до своей планеты не доберёшься, — прокряхтел Раррут.

— Сам-то веришь в то, что сказал? — усмехнулась Длула. — Ты же добряк.

— А ты трусиха.

Ветви сомкнулись не совсем плотно, но оставшиеся просветы стали медленно затягиваться разбухающей корой.

— Фу! Тут какая-то слизь, — Длула сморщила нос и попыталась вытереть руки. — У меня вся шерсть в этой дряни.

— Подозреваю что это нечто вроде желудочного сока.

— Мма-вау-у! — недовольно промычал кот, прижатый боком Раррута к стенке кокона.

— Не тебе возмущаться. Сам нас и втравил в передрягу, — огрызнулся дейтриец.

— Мма-ва-вау-у-у.

Кот пытался выбраться сквозь отверстие, отчаянно протискиваясь в него и цепляясь когтями за скользкую распухшую кору. Из-за его усилий ветви кокона начали вибрировать и сжиматься сильнее.

— Ты видел? Он выскользнул, как жидкость из дырявой миски! — восхитилась пластичностью Мау Вэя Длула, когда кот спрыгнул на землю и стал неистово вылизывать шерсть.

— Нам такое не светит.

— Он возвращается, — шепнула дейтрийка.

Из-за кустов вышел уже на двух ногах, а не на четвереньках, знакомый пришельцам абориген в компании троих собратьев. Все четверо были вооружены на разным манер, что показалось Раррктк странным для армейцев.

— Приветствуем вас, гости планеты Канис и благодарим за щедрый подарок!

Мау Вэй отвлёкся от вылизывания себя и настороженно замер в сидячей позе с высоко задранной задней ногой. Раррут пристыженно закрыл лицо рукой и протянул сквозь зубы:

— Вот же бесстыдник хвостатый, — а затем вздохнул и громко обратился к местным военным: — Приветствуем вас, жители планеты Канис и приносим извинения за внезапное вторжение. У нас нет враждебных намерений. Мы простые торговцы, а наш корабль требует небольшого ремонта. В качестве подарка мы можем преподнести вам…

— Уже преподнесли, — ехидно просвистел местный. — За корабль тоже можете не переживать. Мы его быстро поправим и не дадим заржаветь.

— Что вы хотите сказать?

Вместо ответа главный абориген махнул рукой своим товарищам, которые уже успели распределиться вокруг Мау Вэя, и они одновременно накинули ему на шею петли с разных сторон. Кот не успел отреагировать на такое нападение и быстро оказался опутан верёвками.

— Поосторожнее, дубины! Не окорок упаковываете, — командовал главный. — Тварь нужна нам живой и целой!

Раррут стал метаться в коконе, пытаясь разорвать лианы.

— А вы не дёргайтесь. Будет не так больно.

Когда похитители уволокли Мау Вэя вглубь леса, дейтриец осел на дно ловушки, тесно прижавшись боком к притихшей Длуле. От безысходности он стал тормошить транслятор на поясе, пока не заметил кое-что странное.

— Ульма?

Язык канисов был внесён в базы конфедерации, но автоматический переводчик определил, что похитители говорили именно на ульмийском, а их планета славилась как рассадник пиратов и контрабандистов.

— Мерзкие преступники добрались и до этой мирной планетки, — скрипнул зубами дейтриец и вдруг зевнул. — А ты что ли спишь?

Длула никак не отреагировала на вопрос, и Раррут стал расталкивать её. Шерсть подруги уже насквозь пропиталась соком растения.

— А? — сонно отозвалась дейтрийка. — Давай просто поспим.

Раррут снова широко зевнул и потряс головой. Затем вдруг резко ухватил Длулу за руки и поднял ей на ноги. Лица их при этом оказались совсем рядом. В тесном коконе отойти было некуда.

— Если уснём, оно нас переварит. И, кажется, нужно постараться как можно меньше прижиматься к веткам. Этот сок впитывается в кожу и усыпляет, — рассуждал вслух Раррут, пытаясь стереть жидкость с шерсти подруги.

— Ты опять меня лапаешь? — повысила голос та.

— Отлично! Значит проснулась, раз опять обвиняешь меня, пока я тебя спасаю.

— Ты просто пользуешься удобным случаем.

— Давай позже обсудим, а сейчас попробуем выбраться.

Вариант спастись был всего один: нужно было как-то повредить несколько плетей и ослабить кокон. Раррут проверил многочисленные карманы своего лётного жилета. Из пригодных инструментов он нашёл всего два предмета: короткий нож и отвёртку.

— Бей с размаху в одно и то же место, чтобы размягчить кору и древесину, а потом попробуем разорвать плеть, — объяснял Раррут, вручая Длуле инструмент.

Какое-то время слышались лишь глухие удары отвёртки в ветку, скребущие звуки ножа и напряжённое пыхтение двоих дейтрийцев. Скользкие лианы плохо поддавались попыткам их разрушить, зато всё теснее сжимались и разбухали, закрывая последние просветы, обеспечивавшие доступ воздуха.

— Зачем ты пробралась на мой корабль, — прервал молчание Раррут.

— Чтобы добраться до Акиды. Ты ведь знаешь, что это главный образовательный центр Двенадцатого Сектора. Буду поступать в университет, — неожиданно спокойно ответила Длула. — Там ведь учатся студенты со всех цивилизованных планет Конфедерации. Значит есть и межвидовые рестораны, в которые ты возишь своих паразитов.

— А почему нормально не попросить было подбросить тебя?

— А ты бы согласился? Наверняка заладил бы, что мне не нравится Мау Вэй, я не нравлюсь Мау Вэю и вообще тебе и одному удобно летать.

— То есть за меня всё решила, — хмуро кивнул Раррут. — Погоди! А к квиллианцу Граррету за тем же на корабль пробралась?

Длула молча кивнула.

— Что-то не вяжется. Уверен, что отец без проблем оплатил бы тебе билет на транспортник до Акиды. Или…

— Он не в курсе. Я хочу э-э-э… Хочу… Хочу сделать ему сюрприз! Вот! Он думает, что я взбалмошная самолюбивая девчонка, которой ничего нельзя доверить.

— И в чём он не прав?

— В том, что не спросил меня, за кого… Ой! — дейтрийка вспылила, но поняла, что чуть не сказала лишнего. — В том, что не верит в меня и ищет зятя, который будет выполнять роль его сына.

— Поэтому ты решила получить высшее образование? — монотонное пиление ветки настроило Раррута на неторопливый лад в разговоре, что помогло усыпить бдительность подруги.

— Да!

Длула особо сильно ткнула отвёрткой в ветку и, видимо, задела какой-то нерв или его аналог. Кокон резко дёрнулся, и дейтрийцы повалились друг на друга. Длула отпрянула, ухватилась за ветку и стала ожесточённо молотить инструментом в то же место. Кокон трясся, как лихорадочный, но до разрыва лианы было ещё очень далеко. Ненамного больше продвинулся и Раррут с ножом. Дерево очень быстро регенерировало, и надрезы заплывали новой тканью.

— А не поздновато ты учиться надумала?

— Хам ты, Раррут! Мне всего двадцать семь!

— Я не о возрасте. Вступительная кампания уже больше месяца, как окончилась.

Длула отвернулась и стала шарить по карманам своей жилетки, будто о чём-то вспомнила, вынула какой-то цилиндрический прибор, ткнула им в лиану и щёлкнула кнопкой. Раздался электрический треск. Ветки скукожились, и дейтрийцы рухнули на землю, будто выплюнутые.

— Да ты мастер уходить от ответа, — прокряхтел Раррут поднимаясь и подавая руку подруге. — Что это у тебя?

— Шокер. Стащила у того крашенного блаббера. Трусливый ворюга слишком мелкий, потому держит у себя на корабле целую коробку таких, — будничными тоном пояснила Длула. — Я подумала, что он не обеднеет, если поделится со мной парочкой. А мне на другой планете, на которой полно всяких инопланетян, пригодятся.

— Не пойми меня неправильно, но ты… Мы сильно крупнее и внушительнее большинства разумных видов конфедерации.

— Сам ты страшный!

— От чего ты сбежала? — Раррут перестал ходить вокруг и спросил напрямую.

— От твоих братьев.

— Что-о-о?

— Они не плохие, но я не хочу ни за кого из них замуж. А папа решил, что любой из них будет идеальной партией для создания аграрной империи. Объединение двух наших фирм сделает ферму крупнейшей в нашем регионе, а ещё монополизирует рынок половины сортов красного водяного салата.

— Но от меня ты не стараешься держаться подальше, — в голосе Раррута мелькнули нотки тепла.

— Ты не нравишься папе, потому для меня не опасен.

— Ну спасибо на «добром» слове.

Перед тем, как пойти по следу похитителей Раррут обернулся к скукоженному дереву, выглядевшему обиженным и усмехнулся:

— Извини. Сегодня ты без завтрака.

Раррут и Длула углубились в заросли и старались не сбиться с натоптанного похитителями в высокой траве следа. Слишком долго идти не пришлось. Раррут, шедший чуть впереди, едва не свалился в квадратный вход в подземелье. В глубину уводила ровная наклонная поверхность.

— А вот и логово преступников, — сказал дейтриец и без раздумий стал спускаться.

Длула дёрнула плечами и пошла следом.

— Я думал, что ты не захочешь лезть к страшным инопланетянам и подождёшь наверху, — удивился Раррут.

— Их я хотя бы уже видела и знаю, что они мелкие. А вот, какая ещё хищная трава захочет меня сожрать на этой планетке, я проверять не хочу.

В конце наклонного коридора было заметно тусклое свечение. Но оттуда не доносилось ни единого звука. Затаив дыхание, Раррут аккуратно переставлял свои шесть ног, старательно приподнимая пальцы, чтобы не стучать когтями о каменный пол, но периодически всё равно шумел. Длула же двигалась абсолютно бесшумно. Дейтриец даже пару раз оглядывался, чтобы убедиться, что подруга идёт следом.

Проход повернул направо и стал горизонтальным. Его дальний конец и продолжение за поворотом освещался вмонтированным в стену стеклянным шаром на держателе, заполненным мягко светящимся газом. На стенах коридора были изображены какие-то существа и сцены с ними.

— Почему они на наших скриббов похожи? — удивилась дейтрийка.

— Законы эволюции одинаковы на всех планетах.

— Выживает сильнейший?

— И это тоже. А ещё физика и химия одинаковы во всей Галактике. В похожих условиях у организмов развиваются похожие приспособления к выживанию. Но Канис чем-то отличается от Дейтры, раз здесь господствующей формой жизни стали скриббоподобные существа.

По рисункам на стенах можно было проследить историю развития цивилизации канисов от диких животных, выживавших за счёт стайной охоты, до покорителей космоса, от лохматых хищников с массивными головами и большими клыками, до весьма изящных существ, пользующихся письменными принадлежностями и приборами.

Коридор ещё несколько раз повернул, уводя дейтрийцев, увлечённых изучением фресок, всё дальше под землю. Крайняя и самая свежая иллюстрация изображала спираль из фигурок разной формы.

— Ух-ты! Здесь и мы есть! — восхитилась Длула, показывая на схематическое изображение дейтрийца ближе к внешнему концу спирали.

— И все остальные представители конфедерации тоже. Шустрые эти канисы. Уже и это успели занести в свою летопись.

— Невысокого они о нас мнения, — Длула сморщила нос. — Себя в самый центр поместили, а мы на отшибе.

— Идеология и патриотизм — они такие.

— А тебе не кажется странным, что преступники украшают стены своего логова историческими сценами?

— Мне кажется странным, что они вообще в таком месте прячутся. Не похоже это на простую землянку.

Ещё немного дейтрицы прошли по коридору с чистыми стенами, пока не вышли, наконец, в обширное круглое помещение с куполообразным потолком и ещё несколькими входами, равномерно распределёнными по кругу.

— Места для будущих свершений у них осталось не так много на стене.

— А они дальше здесь по кругу картинки пустят, — усмехнулась Длула. — Или в других коридорах.

— Только вот ни Мау Вэя, ни ульмийцев здесь нет.

— Зато полно блестящих побрякушек! Может это храм? — дейтрийка подошла к центру зала, где на ступенчатом возвышении были расставлены и разложены предметы, похожие то ли на ритуальную атрибутику, то ли на витиевато украшенные приборы.

— Похоже на золото и платину, — размышлял Раррут. — Только они могут храниться под землёй и не темнеть от сырости. Если, конечно, канисы не научились выплавлять другие благородные металлы в таком количестве.

— Это же безумно дорогие штуки. И так просто лежат здесь без охраны? Если бы тут скрывались пираты-контрабандисты, то давно разграбили бы эту сокровищницу.

Длула поднялась на несколько ступеней и взяла прибор, напоминавший медицинский сканер, какими пользовались все современные врачи. Каменная панель, на которой он лежал, тут же со щелчком приподнялась над ровной поверхностью. Фонари на стенах синхронно мигнули несколько раз и погасли.

— Кажется, не так уж и без охраны.

Дейтрийка выругалась и, раскидывая в стороны другие предметы, стала спускаться с возвышения. Следом за погасшими фонарями каскадом стали добавляться новые спецэффекты. Что-то заскрежетало и гулко ударило. Из нескольких точек беспорядочно ударили молнии, драматично подсветив происходящее в зале. В то место, откуда Длула сшибла ногой последнюю зацепленную побрякушку, с потолка мгновенно рухнул заострённый каменный клин.

— Замри! Ты активируешь новые ловушки.

Послушно остановившись, Длула всё же по инерции зацепила какую-то чашу и столкнула её с места. Ещё один щелчок, но никакая очередная ловушка не сработала. На первый взгляд.

В полной темноте отчётливо послышался подземный глухой гул. Стены и пол задрожали.

— Раррут, потолок опускается!

Зрение дейтрийцев уже не позволяло им ориентироваться в полной темноте, но подземное прошлое их пращуров подарило им особые волоски вибриссы по всему телу, способные тактильно ощущать стенки подземных ходов и движение воздуха.

— Нет. Поднимается пол. И скоро он перекроет выход.

Дважды объяснять не пришлось. Оба дейтрийца, как по команде, сорвались в сторону ближайшего выхода. Пол не спеша придавливал их к потолку, но коридор был слишком изломанным и длинным, чтобы быстро выбраться. Вскоре Рарруту и Длуле пришлось уподобиться своим предкам и в способе перемещения, опустившись на все восемь конечностей.

Они были уже наклонном участке коридора, когда сработала очередная автоматическая система защиты: из потолка выдвинулись лезвия. Длула была поминиатюрнее Рарурта и бежала первой. Она плюхнулась на живот и проскользнула невредимой, а дейтрийца лезвия успели полоснуть по левому плечу и боку.

— Кровь! У тебя кровь! — кричала Длула, мельтеша возле рухнувшего в кусты в отдалении от входа в храм Раррута.

— Не пищи и помоги руку перетянуть, — благодаря густому меху, бок Раррута был лишь оцарапан, но за счёт всё той же длины шерсти, залитой кровью, казался просто развороченным. — Нужно кровотечение остановить.

— Чем я тебе её перетяну? Ты у меня видишь аптечку?

Запасливость опытного механика выручила дейтрийца. Из кармана он вытянул катушку синей ленты для экстренного ремонта.

— Это разве поможет? — с сомнением протянула Длула.

— Этим можно починить космический корабль. Значит, и меня получится.

Успешно затянув жгут, дейтрийка плюхнулась в траву рядом с другом и устало привались к его плечу.

— Может, стоило остаться дома и выйти замуж? — неохотно выдавил из себя Раррут. — Броки, Хоруг и Лаки отличные парни. Ни один из них тебя не обидит.

— Броки влюблён в Мелиту Фор, Хоруг крутит с Фрейзой Нок, а Лаки… Они меня просто не привлекают как самцы.

— Ничего себе открытия! Даже я не в курсе, с кем гуляют мои братья! Я-то думал, что они днями в полях пропадают.

— Это ты или днями в гараже с котом, или в космосе.

— Ох! А след Мау Вэя мы потеряли!

Пейзаж вокруг сильно отличался от того места, где Раррут и Длула вошли в подземелье. Вышли они явно где-то не там.

В попытках определить, с какой стороны они шли, Раррут и Длула пробродили в лесу до рассвета. Дейтриец пытался угадать, в какой стороне находился центр подземного храма, чтобы выйти на противоположную его сторону, но под деревьями было совершенно невозможно рассмотреть небо и сориентироваться по сторонам света.

— Мне кажется, что Мау Вэй какая-то шишка, — размышляла вслух Длула. — Не просто же так все, кто его видит, пытаются похитить пушистого.

— Одним удалось. Но это ненадолго, — Раррут сжал кулаки и поморщился от боли в раненом плече. — Только найду этих скользких негодников и повыдёргиваю конечности и хвосты.

Измотанным дейтрийцам то и дело приходилось уворачиваться от цепких и колючих растений, агрессивных и, судя по едкому запаху, скорее всего, ядовитых. Пока хватало сил. Будучи довольно массивными, уроженцы Дейтры нуждались в большом количестве пищи, а употреблять что-то из местных плодов они благоразумно не стали. От мучительной смерти в цепких кустах их спасала только густая длинная шерсть.

Вдруг ослабленный потерей крови Раррут пошатнулся и стал заваливаться. Длула рванулась за ним и попыталась удержать друга от падения. В сумерках оба не рассмотрели, что за кустами скрывался глубокий овраг.

— Где Длула? — слабым голосом протянул Раррут, когда кто-то пытался заставить его выпить лекарство из чаши.

Он находился в больнице. На любой планете они пахнут одинаково: горько лекарствами и резко спиртом. Видеть дейтрийцу мешала повязка на глазах.

Доктор что-то пролаял, затем щёлкнул переключатель транслятора, и Раррут начал слышать переведённый на общегалактический язык канисов.

— Ваша подруга тоже здесь. Она не сильно пострадала и сейчас отдыхает. Вы здесь уже второй день.

— А как же Мау Вэй? — дейтриец резко сел на койке и стал сдирать повязку с глаз. — Эти гады, наверное, уже успели улизнуть с планеты!

— Прошу вас не беспокоиться, господин Коа. Ваш голубоглазый друг цел и невредим. Как только оправитесь, вас ждут на приёме у мэра. Мау Вэй очень помог нашему спецподразделению в задержании опасных ульмийских преступников.

— И почему я не удивлён? Кстати, откуда вы знаете мою фамилию?

— Ваши данные нам сообщила мисс Ри. Заодно и проконсультировала медиков по поводу анатомии дейтрийцев. А вот с господином Мау Вэем поговорить нам пока не удалось. Видимо, его вид не способен к речи, — по голосу врача было понятно, что он, скорее всего, разочарованно покачал головой.

— Не расстраивайтесь. Я тоже не преуспел в этом.

Узнав, что друзья живы и целы, Раррут выдохнул и, наконец, вспомнил о себе.

— А что с моими глазами?

— В них попал сок арджики. Вы вообще умудрились найти все самые опасные растения нашего леса. Их всего-то три, и встречаются они не часто. Кроме арджики, ещё хищное дерево друм и колючий жлок, иглы которого вынимаются только с кусочком омертвевшей плоти, но ваша шерсть…

— Это надолго? — прервал лекцию по местной ботанике Раррут и потрогал рукой повязку на глазах.

— Завтра утром уже снимем.

Ещё через день для гостей с Дейтры устроили благодарственный ужин. Пока они находились на лечении, канисы напросились на экскурсию по кораблю Раррута, взяли образцы пищи из синтезатора и приготовили меню, полностью безопасное для дейтрийцев.

— Я же говорил, что химия и физика во всей Галактике одинаковые, — смеялся Раррут, рассказывая о том, чем зарабатывает на жизнь.

В целом канисам не пришлось слишком уж сильно изменять привычные блюда. Большая часть их была пригодна для жителей Дейтры, а потому они живо заинтересовались приксами. Раррут был совсем не против заполучить ещё одного торгового партнёра, в чём и преуспел.

Мау Вэй за несколько дней привык к канисам, заботившимся о нём. Сначала, после разборок с ульмийцами, он пытался нападать и на местных, отличавшихся от уже знакомых ему скриббов меньшими размерами, гладкой шерстью и разумом. Но, в отличие от дейтрийских сторожевых животных, канисы смогли найти подход к голубоглазому пришельцу, и теперь он без стеснения подходил к ним и приветливо тёрся о ноги.

— Ваш друг весь день, пока вы были без сознания, скрёбся в дверь вашей палаты. Но нам пришлось временно изолировать вас. Как только мы впустили его, он запрыгнул к вам на грудь и стал царапать когтями, — пояснял лечащий врач Раррута, которого также пригласили на званый ужин.

— Ничего удивительного, — хмыкнул командующий военным подразделением, которое задержало ульмийских пиратов. — Малец перенервничал и волновался за друга. После такой схватки, у кого угодно психика пошатнётся.

За ужином из рассказов Раррут узнал, что шайка пиратов проникла на Канис на небольшом корабле с установленной системой «невидимости». На большинстве планет Конфедерации эта уловка не сработала бы. Технология скрывания объектов с помощью электромагнитных помех давно и безнадёжно устарела. Но на Канисе ещё не настолько были развиты технологии распознавания чужих кораблей, а народ был слишком наивен по отношению к другим расам. Закупка современной техники уже давно обсуждалась с Конфедерацией, но до этого момента канисы ещё сомневались.

— Вы доказали дружелюбие Конфедерации Независимых Миров и готовность прийти на выручку, — говорил мэр. — Даже после принудительной посадки, вы решили не конфликтовать, а ваш друг смело сражался с пиратами. Видимо, слава о жадности и жестокости ульмийцев дошла и до родины котов. Когда разумная раса их планеты также присоединится к Конфедерации, мы будем первыми, кто предложит дружбу, и направим своего посла.

— Главное, действуйте осторожно, — посоветовал Раррут. — Мау Вэй тяжело сходится с существами, внешне похожими на вас. На Дейтре он готов был разорвать скриббов на части.

Мэр раскатисто залаял, что означало хохот.

— Не удивлён. Хвосты ульмийцам он здорово отрывал, хотя те и были несколько крупнее. А уж как располосовал их скользкие физиономии! Нашим военным осталось только упаковать пиратов.

Ульмийцы были на самом деле очень скрытными ночными существами и на Канисе промышляли кражами и вывозом предметов из ценных металлов, которых здесь было полно — практически наравне с железом на большинстве твёрдых планет Галактики. Пока Мау Вэй не устроил переполох в их лагере, пираты оставались в безопасности.

— Мы ведь никак не могли их выследить. В джунгли отправились только из-за вас. В придачу сработала автоматика в храме, — продолжал рассказывать мэр. — На подходах к подземелью мы и схватили их. А потом нашли вас, лежащих без сознания.

— Мы как раз искали Мау Вэя. Ульмийцы похитили его, заманив нас в ловушку, — Раррут поспешил переключить внимание мэра на кота, чтобы тот больше не вспоминал про храм.

— Глупые, глупые пираты! Одного располосовала система защиты, когда он попытался нас ограбить. Валялся неподалёку от входа в подземелье. Остальные поверили, что смогут справиться с таким воином, как Мау Вэй. Остаётся только догадываться, на что способны другие представители его планеты.

Раррут удовлетворённо хмыкнул и мысленно простил коту прогулку по пульту управления, раз он смог так расцарапать ульмийца, что отвёл все подозрения в посещении храма от дейтрийцев.

Прощание с канисами было очень тёплым. Те вручили кучу подарков и снова пообещали, что станут друзьями дейтрийцев, котов и разумных их планеты.

Рассматривая на мониторах удаляющийся шарик Каниса, очень напоминавший по виду родную Дейтру, Длула вспомнила эту фразу про дружбу:

— Про каких ещё разумных с планеты Мау Вэя говорил мэр? Разве две разумные расы могут ужиться вместе?

— Не знаю. С расой Мау Вэя тяжело тягаться. Они явно стали у себя доминирующим видом. Скорее всего канис оговорился или что-то перепутал. Всё же в освоении космоса они уже не младенцы, конечно, но ещё дети.

Эпизод 4. Помогать со всех лап

Традиционно у входов в гиперпространственные тоннели и возле их узловых пунктов размещались космические заправочные станции различного калибра. Система Тубана, соседняя с двойной звездой Альбирео, вокруг которой вращалась Канис, была такой же окраинной и захолустной, как и планета скриббоподобных разумных. Разве что присоединилась к Конфедерации чуть ранее, потому сюда успели проложить скоростной путь.

Но даже здесь станция была крошечным многофункциональным комплексом. К заправочному ангару примыкал ремонтный док, мини-рынок с дешёвыми сувенирами и полезной в пути мелочёвкой, перрон для рейсовых космобусов, сектор отеля, пара кафе и бар. Покупателями прикс Раррут в этих краях ещё не обзавёлся, потому ни на какие планеты им залетать нужды не было, а вот заправиться и пополнить запасы, чтобы прокормить незапланированного пассажира, очень даже.

— И что ты будешь делать дальше? — расспрашивал Длулу Раррут, пока они прогуливались по местному рынку.

Для дейтрийки, никогда до этого не покидавшей родную планету, здесь всё было в новинку.

— Я проходила медицинские курсы. Попробую устроиться где-нибудь младшей медсестрой. Поможешь подобрать хорошую космическую станцию с медцентром?

— Ты же инопланетян боишься, а в межвидовых больницах, что врачи, что пациенты куда страшнее блабберов встречаются. Тем более, туда не так просто устроиться. Хорошо, если санитаркой возьмут.

— Так я и не претендую на место в Главном госпитале Двенадцатого сектора. К инопланетянам можно привыкнуть. Вот Мау Вэй меня тоже поначалу жутко пугал. А сейчас даже подружились. Кстати, где он?

Дейтрийцы стали тревожно озираться.

— Если он снова увязался за кем-то в погоню, я его больше спасать не пойду, — устало протянул Раррут и закатил глаза.

— Вон он! Что-то купил уже и ест… Ой! Он же не умеет деньгами пользоваться, — растерянно сказала Длула, кивнув головой в сторону кота, с аппетитом уплетавшего какую-то выпечку с тёмной мягкой начинкой.

— Час от часу не легче, — покачал головой Раррут и стал искать прилавок, на котором продавалась такая еда.

Чтобы загладить вину и успокоить верещащую продавщицу, напоминавшую оживший пучок салата со щупальцами, дейтрийцы купили целый пакет булочек с разной начинкой. К счастью, еда оказалась пригодной для употребления. Длуле очень понравилась сладкая начинка, а Раррут, как и Мау Вэй предпочёл что-то мясное.

— Главное не уточнять, как это выглядело, когда бегало. Тут как с нашими приксами. Вроде козявка, но, если сварить, почистить и не думать о её внешнем виде, действительно вкусная вещь.

— Фу! Ты не только их продаёшь, но и сам ешь? Не подходи ко мне близко, — для убедительности Длула выставила вперёд руки, перепачканные в сладком соке.

— Нет! Вот доберёмся до Акиды, и я там специально сниму номер с кухней, приготовлю прикс, наедимся с Мау Вэем и будем на тебя дышать. Вот так, — для убедительности Раррут наклонился максимально близко к Длуле, игнорируя её попытки защититься.

Отсмеявшись с выражения лица подруги, дейтриец достал из одного из многочисленных карманов освежающие салфетки с соком нивеи и бережно вытер ладони Дейтры от липкой начинки.

— А если серьёзно, то на Акиде ты на самом деле можешь попробовать задержаться. Это безопасная и хорошо снабжаемая планета с отличной инфраструктурой. Центр Галактики, цивилизация. И транспорта ходит полно. В том числе и на Дейтру сможешь вернуться, когда соскучишься.

— Спасибо, — ответила притихшая вдруг Длула. — Ты очень добрый и заботливый.

— Мог бы и отцу тебя вернуть, но слишком спешу на Хит-То. Родные Мау Вэя, наверное, уже думают, что он погиб.

На мини-рынке станции было полно безделушек с разных планет, не только с окраины Десятого сектора. Длула то и дело останавливалась то у одного, то у другого прилавка.

— Какая красивая сеть! Для чего она?

Дейтрийка подняла перед глазами и крутила перед лампой круг, с ажурным плетением внутри, украшенный блестящими камешками и лёгкими пушистыми пучками.

— Это амулет «ловец снов». Такие очень любят на Земле и верят, что они отпугивают дурные сны, — пояснила торговка. — У вас кошмары или просто камешки понравились? Тогда у меня ещё вот такие бусы есть с Танеды и каменная чаша с Билдо. Только посмотрите, как просвечивает!

— Нет-нет-нет, — замахала руками Длула. — Мне просто стало интересно, что это за ловушка такая блестящая.

— Денег нет, так и скажи! — огрызнулась торговка и отвернулась.

Длула так быстро пошла к выходу с рынка, что Раррут с Мау Вэем едва поспевали за ней. Уже у самого выхода дейтриец хлопнул себя по лбу и воскликнул:

— Вот дубина! Забыл динамометрический ключ взять! Подождите меня здесь, а я быстро схожу в магазинчик инструментов там на углу.

— Что-что ты забыл взять?

— Не бери в голову и присмотри за Мау Вэем.

Вернулся Раррут не так уж и быстро, как обещал. Дейтрийка успела начать нервничать в непривычном месте, где рядом то и дело сновали существа самых разных рас. Мау Вэй, будто чувствовал её тревогу и не отходил ни на шаг, хотя соблазнов напроказничать было полно.

— Держи. Синтезатор плохо готовит сладкое, — сказал вернувшийся Раррут, протягивая Длуле пакет. — Здесь тягучие конфеты из сока самых знаменитых сладких фруктов каждого из двенадцати секторов. Ты же любишь сладкое.

— А что из Двенадцатого? — дейтрийка с любопытством крутила в руках подарочную упаковку, рассчитанную на туристов. — Ого! Наша дейтрийская моранга! Её признали самым вкусным фруктом сектора!

— И вот ещё, — следом за конфетами Раррут протянул подруге так понравившийся ей «ловец снов». — Мне надо было купюру разменять где-то, вот и взял. Смешная такая штука ведь.

— Купил хоть этот свой димено… данамотри… ?

— Купил.

По пути к кораблю Раррут стал рассказывать Длуле о попадавшихся им навстречу расах. В большинстве своём это были теплокровные кислорододышащие, свободно разгуливавшие по станции без скафандров, как и дейтрийцы. На некоторых блестели гравитационные пояса. Для хрупких насекомообразных форм с планет с низкой силой притяжения приходилось уменьшать воздействие стандартного для станций показателя в 1 G. Существам покрупнее, наоборот, нужно было искусственно увеличить гравитацию, чтобы внутренние органы и система кровоснабжения могла работать нормально.

— Кого только не создала эволюция! — Длула явно всё больше привыкала к многообразному населению Галактики и расставалась со своей ксенофобией. — А кто это вон в той капсуле на гусеницах?

Раррут присмотрелся и пожал плечами:

— Я сотрудничаю только с теми, кто схож пищеварением с нами. Лишь они могут покупать и есть прикс. А это явно существо, дышащее не кислородом. Может хлор, или метан. А может ему нужна очень высокая температура и перегретый пар.

Рассуждения дейтрийца прервал резкий окрик.

— Эй, чей кот?

Услышав знакомое слово «кот», Раррут резко остановился и стал озираться по сторонам. На них с Длулой и Мау Вэем смотрели двое землян в высокотехнологичной броне, самец и самка — представители одной из самых распространённых рас Галактики.

— Сударь, сударыня, скажите, он ваш? — тревожно добавила женщина.

— Вы сейчас к нам обращались? — решил уточнить Раррут.

Люди быстро приблизились к дейтрийцам. Мужчина тихо, так, чтобы больше никто не услышал, сказал:

— Хочу вас предупредить, что здесь, на заправке, орудует организованная преступная группа, которая вскрыла наш номер с целью похитить котика. Я бы рекомендовал вам запереть вашего сиама на корабле и никому не показывать, что он у вас есть.

И снова Раррут услышал знакомое слово. Мистерр Граррет, этот крашенный похититель-неудачник, тоже упоминал, что Мау Вэй именно сиамский кот.

Женщина окинула дейтрийцев серьёзным взглядом, будто оценивая, на что способны эти пушистые и мягкие на вид существа, и добавила:

— Работают профи. И среди них есть, как минимум, один профессиональный убийца. Еле отбилась.

В этот момент Раррут заметил, что на плече у мужчины висела очень высокотехнологичная мини-капсула, в которой сидело пушистое рыжее существо с полосками, с такой же формой тела, как и у Мау Вэя, только помельче, и прослушал половину сказанного.

— С вами тоже кот? — с восторгом воскликнул дейтриец.

— А почему вы держите его в клетке? — удивилась Длула. — Он совершил что-то противозаконное? Вы из управления правопорядка?

Вдруг Раррут положил руку ей на плечо, чтобы подруга замолчала.

— Погодите-ка. Вы сказали, что вашего друга тоже пытались похитить? Да что творится в этой Галактике?

— Мы его сопровождаем и обеспечиваем безопасность в пути. Как видите, не зря. Одну атаку уже отбили, — женщина машинально положила руку на оружие.

Теперь всё становилось на свои места для Раррута. Эти люди работали телохранителями рыжего кота. Он нанял их.

— Участкового шерифа мы уже поставили в известность, но, боюсь, один он ничего не решит, — мрачно сказал мужчина. — Так что добрый совет: спрячьте вашего друга, и как можно быстрее уносите отсюда ноги.

— К тому же ваш сиам даже без шлейки, — с сарказмом хмыкнула женщина. — Мы уже работали с такими. Сиамские коты своенравные. Глядишь, полезет по обивке на стену — сразу штраф схлопочете.

Дважды объяснять Рарруту не пришлось. На сегодня с него хватило кражи булочки. Он тут же метнулся к Мау Вэю. Тот учуял собрата в защищённом ящике и настороженно принюхивался, расширив зрачки и распушив хвост. Даже на руках у Раррута сиам продолжал смотреть на защитную камеру.

— Получается, охотятся не только за Мау Вэем, но и за всеми его соплеменниками, — сделал мрачный вывод дейтриец.

— А одежду он вообще терпеть не может, — добавила Длула.

— Зато побегать по стенам и потолку мастер.

— Здесь, согласно обычаям ближайших звёздных систем, передвигаться можно исключительно традиционным способом, то есть по полу. Иначе прямое — оскорбление чувств местных верующих, — всё с тем же сарказмом пояснила женщина.

— Серьёзно думаешь, что на котов ограничения тоже распространяются? — засомневался мужчина.

— С чего ты взял, что они попадают под исключение из Законодательства? Конечно, распространяются, — пожала плечами женщина и снова обратилась к дейтрийцам: — Так что надёжно запертый на корабле кот, ещё и как можно дальше от этого места, помогает избегать неприятностей.

— Если планета Мау Вэя входит в Конфедерацию, то само собой, её законы распространяются и на него самого, — согласился Раррут.

— Угу. А этот драчун просто создан для переделок, — покачала головой Длула. — Мау Вэй, ты слышал? Нам порекомендовали посадить тебя под домашний арест.

Кот, удобно умостившийся на плече дейтрийца, в это время уже отвлёкся на вылизывание лапы и Длулу не слушал. Да и остальных тоже

— Спасибо, что предупредили. Кстати, раз вы работаете на кота, может, знаете, как связаться с представительством его расы на этой станции или хоть где-нибудь?

— Представительство? Насколько я знаю, ни на этой захолустной станции, ни на ближайшей планете вам с этим вопросом точно не помогут, — пожала плечами женщина.

— Да уж. Господин шериф так вообще утверждает, что коты ему мешают делать карьеру, — ехидно прокомментировал мужчина. — Вам следовало бы обратиться в Галактический Зоомагазин Хит-То. Но, боюсь, местоположение планеты, где коты обитают в их естественной среде, составляет коммерческую тайну.

— Я советовала бы в любом случае обратиться на Хит-То.

Раррут задумчиво пощёлкал транслятором и пожал плечами:

— Словарь снова некорректно работает. Ну да ладно. А вы окончательно убедили меня в правильности решения искать сородичей Мау Вэя на Хит-То.

Попрощавшись с людьми-телохранителями рыжего кота, дейтрийцы с Мау Вэем направились к своему кораблю. Покупки уже были загружены на борт, а Рарруту не терпелось добраться до Хит-То.

— Мистер Раррут Коа? — у трапа поджидал служащий местного управления Объединённой Службы Охраны Галактики, в просторечье называемой космо-полицией или даже просто полицией, подобное слово нашлось во всех языках, потому проблем с переводом не возникало.

— Да. Что-то случилось? — растерянно ответил Раррут.

— Я детектив Самиго. Вы задержаны по подозрению в краже и останетесь на станции до проверки данных. Вы имеете право на адвоката. При себе также можете оставить автоматический транслятор-переводчик и один комплект аккумуляторов к нему.

— Какая кража? Я же оплатил ту булочку! Неужели?..

— Вы украли кота из магазина мистера Цтулха на Хит-То.

— Вы забываете о презумпции невиновности! — гневно вклинилась Длула. — Никакого похищения не было. Он спас Мау Вэя от смерти.

— Мы проверим, — устало ответил детектив и протянул щупальце с наручниками.

— В этом нет необходимости, — покачал головой дейтриец и посмотрел на кота. — Я не буду сопротивляться. Заодно, может, вы, наконец, поможете найти его родственников.

Несмотря на спокойное поведение, Раррута в участке всё же поместили за решётку. Забрать у него Мау Вэя и отвести в другое помещение не смогли. На любые попытки взять его на руки или накинуть шлейку, кот реагировал агрессивно и злобно. У двоих сотрудников оказались прокушены конечности.

— Надо же. Даже на скриббов так не шипел, — удивлялся Раррут. — Можете оставить его в покое и не пугать? Мау Вэй никуда от меня не денется. Зачем связывать его, как преступника?

В своих словах дейтриец и сам не был уверен, зная нрав сиама, но и отпускать его с незнакомцами, пусть даже и с полицейскими, очень не хотел.

— Ваши показания мы проверим. Нужно только немного времени. А вот с вашим другом есть одна проблема. На станции нет ветеринарной службы, чтобы установить, точно ли это тот кот, которого украли у господина Цтулха.

— Какие ветеринары? Вы издеваетесь? Медцентр же здесь должен быть? — вспылил дейтриец, но полицейский его осадил.

— Хотите кроме кражи добавить ещё что-нибудь?

— Извините. Я просто переживаю за этого пушистого. Документов при нём действительно никаких не было.

— Котов помечают вживлением чипа со всей информацией. Но здесь нет оборудования, чтобы его считать. Как-то они нечасто появлялись на станции. До сегодняшнего дня, — пояснил детектив Самиго.

— Значит, мы с Мау Вэем останемся здесь, пока вы привезёте специалиста с оборудованием для проверки его личности?

— Не совсем так. Ваш кот отправится на Скарфу с офицером Фроддинером. Летать туда-обратно за специалистом и оборудованием у нас нет ни времени, ни лишних кораблей.

— Он справится с Мау Вэем? Этот Фроддинер? К какой расе он относится? — скептически спросил Раррут.

— Скарф, — нехотя ответил детектив Самиго. — Остальные сотрудники нужны мне здесь. На станции произошло разбойное нападение. К счастью, без жертв.

— Вы точно с ума сошли. Скарфы слишком э-э-э… — Раррут пытался подобрать корректное слово, чтобы не оскорбить блюстителя правопорядка словом «мелкий».

— Вне зависимости от размера, офицер равноправный сотрудник полиции и должен выполнять свои обязанности, — детектив избавил дейтрийца от затруднения.

— Не вздумайте колоть ему транквилизаторы. Он слишком хрупкий.

— И не собирались. Лаборатории, способной определить метаболизм кота и подобрать подходящие медикаменты на станции тоже нет, а он слишком ценен, чтобы рисковать.

— По своей воле Мау Вэй с чужими никуда не полетит, — отрезал Раррут. — Вам придётся отпустить меня с ним.

— Не могу. Возможно, вы связаны с теми убийцами, которые сегодня напали на землян и угнали их корабль. Кстати, тоже, вероятно, с целью похитить кота.

— Но как тогда…

— Ваша спутница справится с котом? — вдруг спросил детектив Самиго.

— Вполне. Они уже подружились.

— Отлично. Есть ещё один момент, — полицейский поморщился. — У нас хватает других дел, кроме разборок с этими хвостатыми неприятностями. Захолустная заправка — любимое место пиратов, контрабандистов и прочих куда более опасных товарищей. Да и снабжение к нам вечно запаздывает. Патрульный борт я отпустить не могу, а тот, транспортник, что есть, будет добираться до Скарфы четыре дня. Да ещё и топлива сожрёт столько, сколько все наши рейсеры за неделю. Рейсеры нам нужнее.

— К чему вы клоните? — не выдержал Раррут.

— Я не должен вас об этом просить, но будет сильно быстрее, если ваша подруга отвезёт офицера Фроддинера с Мау Вэем на Скарфу. На вашем корабле им понадобится всего двое суток.

— Это отличная идея, — с сарказмом протянул Раррут. — Я и сам хочу поскорее покончить с этим недоразумением и убраться отсюда. Но Длула не пилот.

— Офицер Фроддинер поможет ей с управлением.

На самом деле Рарруту, разумеется, не хотелось доверять свой корабль ни какому-то незнакомому скарфу, ни совершенно неопытной Длуле, которая кроме рейсера по окрестностям фермы ничего не водила. Но все планы и так уже летели скриббу под хвост. Сначала поломка и незапланированный визит на Канис, теперь задержка на этой заправке. Кроме поисков родни Мау Вэя, Раррута ждали заказчики в разных концах Галактики. Дейтриец очень дорожил своей репутацией и хотел как можно дольше оставаться самым надёжным поставщиком прикс, а в перспективе даже открыть фирму, чтобы сохранить монополию на них, пока его соотечественники не решились переступить брезгливость и заняться столь прибыльным бизнесом.

— Делай, как я сказал, и слушайся указаний Майлса, — пояснил на прощание Раррут. — Смотри, не разнеси мою птичку. И сама останься цела.

— Раррут, я не тупая, — фыркнула Длула и взяла Мау Вэя на руки.

Дальше всё прошло довольно штатно. Длула без проблем запустила двигатели и подняла корабль со взлётной-посадочной площадки. Не без подсказок офицера Фроддинера, но и он без дейтрийки вряд ли справился бы. Надписи на дейтрийском и размеры всего на корабле мало подходили миниатюрному скарфу с тонкими изящными ручками с длинными коготками.

— Как вам удаётся служить в полиции? — полюбопытствовала дейтрийка. — А если бы вам пришлось задерживать меня, например?

— Во-первых, не судите по размеру, — огрызнулся полицейский. — Сомневаюсь, что даже у вашего парня много шансов выстоять против меня.

— Он мне не парень, — быстро выпалила Длула. — Просто сосед. Попросила подбросить. Ему всё равно по пути.

Офицер Фроддинер хмыкнул.

— Без разницы кто он, но походами в спортзал явно не увлекается.

— А вам спортзал сильно помогает?

Скарф просвистел что-то непереводимое на родном языке, но сдержался.

— Не думаю, что вам хочется проверить это на себе.

— Ладно-ладно. А что во-вторых? — перевела тему Длула.

— Я работаю в отделе по борьбе с распространением запрещённых веществ.

— Так вы всего лишь багаж проверяете. Тогда ясно, — усмехнулась дейтрийка.

— Иногда не только багаж. Забавно смотреть на вывернутых наизнанку наркодилеров. А сейчас подвиньтесь. Я введу координаты.

Эту важную процедуру настройки автопилота офицер Фроддинер наотрез отказался доверять Длуле как возможной сообщнице опасного преступника.

— Радуйтесь, что летите не в наручниках, — фыркнул офицер и ловко вспрыгнул на приборную панель.

Маленькому полицейскому пришлось с ногами забраться на пульт, чтобы набрать адрес.

— Несанкционированный вход представителя другой расы. Доступ к бортовому компьютеру заблокирован, — вдруг равнодушно сообщил Майлс и отключился, оставив корабль на ручном управлении без доступа к двигателям гипердрайва.

— Это ещё что за шутки? — вскипел скарф. — Почему дейтриец не сказал, как обойти систему?

— Во-первых, потому что это всё же его корабль, — самодовольно отозвалась Длула. — А во-вторых, он доверил его именно мне. С дейтрийцами бортовой компьютер работает нормально. Раррут просто не мог подумать, что вы сами полезете управлять кораблём. Всё же вы, офицер, здесь пассажир.

— Я представитель закона! Разблокируйте его.

— Конечно-конечно, — хмыкнула Длула, но вдруг стала напряжённой, нажимая разные комбинации кнопок.

Корабль никак не реагировал. Бортовой компьютер упрямо молчал.

— Вы сломали что-то? — настала очередь полицейского язвить. — Так и пусти самку за штурвал.

Мау Вэй, до этого молча вылизывавшийся в свободном кресле пилота, вдруг перепрыгнул на пульт, отреагировав на недовольный тон полицейского, подошёл к нему и навис сверху, выгнув шею дугой.

— Ма-ау?

— Не надо, Мау Вэй! — дейтрийка быстро схватила кота на руки, осела на пол и стала гладить, успокаивая и его, и себя. — Кажется, мы тут застряли.

— Приксы. Восемнадцать-девять-две тысячи сто сорок восемь. Боец Мау Вэй. Кот разрушитель. Космо-дрифт… — монотонно высказывала версии Длула, сидя в кресле пилота.

Многочисленные попытки подобрать пароль запуска бортового компьютера ни к чему не привели. Дату рождения Раррута или кого-то из его семьи Длула не знала. Дейтрийка пробовала называть разные исторические даты, вариации имени Мау Вэя, известные ей модели гоночных кораблей и имена знаменитых гонщиков. Майлс продолжал молчать. Офицер Фроддинер пытался подремать, но выходило у него плохо.

— Попробуй назвать номер военной части или род войск, в которых служил мистер Раррут. Для мужчин это важно, — посоветовал полицейский.

— Я не интересовалась, где он служил, — проворчала Длула.

— А выглядит так, будто вы очень давно знаете друг друга. По крайней мере, разговаривали в участке именно так.

— Мы просто соседи. Я ведь уже говорила.

— Просто соседку пустить за пульт своего любимого корабля. Да-да-да, — Фроддинер закрыл глаза и снова попытался задремать.

Отправить сообщение на станцию заблокированная система тоже не позволяла. Вероятно, чтобы условные угонщики не могли связаться со своими сообщниками. Оставалось надеяться, что через какое-то время пропавших хватятся на станции или мимо будет пролетать грузовой корабль со Скарфы. Передвигаться между планетой и заправкой на обычной тяге было медленнее, но гораздо дешевле, чем через гипертоннели. Потому местные часто экономили.

Уснуть офицеру так и не удалось. Глухой удар со стороны внешней обшивки заставил его подскочить на месте.

— Ох ты ж кочерыжка от аспида! Пояс астероидов! — полицейский стал всматриваться в монитор. — Так и есть. Пока ты изгалялась, выдумывая пароль, мы в дрейфе дошли до пояса астероидов.

— Что такое «кочерыжка аспида»? — ошеломлённо спросила Длула.

— Тебя сейчас это волнует?

— Я хочу уже хоть что-нибудь понимать, — вздохнула дейтрийка.

— Позвоночник безногих существ, на которых мы охотимся дома, — уже спокойнее и даже с участием в голосе пояснил Фроддинер. — А теперь соберись. Отсюда мы не сможем просто так улететь, даже, если сейчас вручную введём координаты Скарфы. Автопилот не пройдёт через пояс. Тебе садиться за штурвал. У меня руки короткие.

Заправочную станцию вынесли за внешний край относительно свежего по меркам звёздной системы, а потому довольно «густонаселённого», пояса астероидов, чтобы они не создавали препятствий транзитным кораблям, заходившим на ремонт и закупку топлива. Для снабженцев и торговцев со Скарфы путь через пояс был хорошо знаком.

Но для Длулы, впервые взявшейся за управление космическим кораблём, это оказалось тем ещё испытанием. Пока дейтрийка дотошно читала подписи кнопок и все всплывающие на экране уведомления, корабль столкнулся ещё с несколькими мелкими глыбами. Очередная из них с таким визгом проскрежетала по обшивке, что Мау Вэй воспринял это за атаку и принял угрожающую позу. На всякий случай кот ещё и зашипел.

— Долго ты будешь возиться? — не выдержал офицер Фроддинер. — Мы приближаемся к самой гуще. Хочешь, чтобы нас в фарш перетёрло?

— Не ори на меня! — Длула так нервничала, что не заметила, как перешла на «ты». — Сам лети, раз умеешь!

— Возьмись за рычаги и медленно зажми кнопки акселераторов. Почувствуй реакцию корабля, — принялся наставлять дейтрийку скарф.

Судно прыгнуло вперёд, заваливаясь на правый борт. От резкого рывка Фроддинера и Мау Вэя, которым было не к чему пристегнуться, потому как кресло пилота на корабле Раррута было всего одно, отбросило к задней переборке мостика. Оба лежали на полу, пытаясь вцепиться когтями в гладкий пол.

— Медленно! Плавно я сказал! И одновременно.

— Я пытаюсь, — сквозь зубы процедила напряжённая Длула, и корабль на самом деле пошёл спокойнее.

— И не бросай кнопки резко. По очереди разжимай пальцы, один за одним.

— Так?

— Тормози! И отпускай газ, когда тормозишь!

— Сам сказал плавно отпускать! А эта железяка на каждый вздох реагирует!

— Небось на рейсере в вашей деревне приходилось пинать его ногами, чтобы ехал? — хохотнул офицер. — Это тебе не окучивалка, а высокотехнологичная техника.

— Окучивалки и сеялки у нас, между прочим, тоже на компьютерном управлении, — обиделась Длула. — Дейтра всю звёздную систему снабжает продовольствием. Ещё и соседние подкармливает. Раррут вообще деликатесами лучшие рестораны Галактики обеспечивает. Так что ещё кто из нас из отсталой деревни?

— Видишь, впереди глыба? — вернул дейтрийку к обучению вождению кораблём Фроддинер. — Аккуратно отпусти кнопку на правом рычаге. Не бросай! Во-от так, молодец. А теперь добавь газа левой.

— Он поворачивает! — восхитилась Длула. — Так же послушно, как отцовский рейсер!

— Я же говорил, что ничего сложного. Принцип тот же.

Дейтрийка всё смелее орудовала рычагами и кнопками и всё увереннее лавировала между астероидами.

— Да это даже круче, чем гонять на рейсере по полям! Никаких тебе ям, луж и скользкой грязи!

— Не отвлекайся и соберись, — строго напомнил полицейский. — Подлетаем к самому густому скоплению. Вечно оно оказывается между станцией и планетой в это время года!

Сначала Длула вела корабль на небольшой скорости и аккуратно обходила глыбы. Но те летели с разной скоростью и не всегда по чётким, предсказуемым орбитам. Из-за этого приходилось почти постоянно крутить корабль. Его бросало из стороны в сторону. Но дейтрийка начала входить во вкус и даже получать удовольствие от полёта.

— Кажется, я начинаю понимать, что Раррут находит в гонках.

— Учитывай инерцию, — буркнул Фроддинер, когда на очередном повороте не удержался и снова отлетел к стене. — Дрифтовать без меня на борту будешь.

От очередного удара по обшивке Длула недовольно поморщилась и быстро вытерла пот с носа.

— Я тебе не профессиональный гонщик-трюкач. И так отлично справляюсь. Мы ведь всё ещё живы!

— Зато твой парень явно гонщик, — полицейский с интересом разглядывал систему ручного управления. — Штурвал, педали и даже кресло — явно не заводские. Мистер Коа здорово усовершенствовал это судно. В стандартной комплектации грузовичок не смог бы так послушно крутиться. Тем более в таких неопытных руках.

— Да не парень он мне!

Офицер усмехнулся, не стал приводить аргументы в пользу своего мнения и продолжил рассуждения о корабле:

— Получилась отличная машина. Разве что всё-таки тяжеловата для гонок. Мистеру Коа бы что-то поаккуратнее и поменьше.

— Он и без тебя это знает.

На панели тревожно замигал предупреждающий сигнал. Из-за длительного и активного маневрирования на ручном управлении возник риск перегрузки двигателей.

— Перегрев? Странно, что мистер Коа этого не учёл, — удивился полицейский. — Я бы на его месте поставил систему охлаждения помощнее.

— Корабль загружен товаром под завязку, — скрипнула зубами Длула и стала напряжённо вглядываться в монитор, выбирая как можно более свободный и прямой проход, чтобы меньше дёргать двигатели, и вдруг с нотками отчаянья в голосе воскликнула: — И что с этим делать?

— Постараться продержаться ещё немного. Мы почти вышли к краю пояса…

— Да я не про камни. Смотри сюда!

Дейтрийка ткнула пальцем в экран, и почти одновременно с этим прозвучал сигнал бедствия. Впереди чуть в стороне среди кучки астероидов медленно вращался повреждённый корабль, окутанный дымкой вырывающихся из щелей газов.

— Это скарфский малый грузовой борт, — Фроддинер присмотрелся к маркировке. — Пищевое снабжение станции.

Попытки выйти на связь с пострадавшим кораблём ничего не дали. Скорее всего, сигнал бедствия был подан автоматически, а вся команда либо находилась без сознания, либо уже погибла.

— Там же пилоты!

— И не только, — офицер напряжённо нахмурился. — Ты сможешь пристыковаться к нему?

— Издеваешься? Я впервые выбралась со своей планеты вообще и сегодня дебютировала в роли пилота. Не всё сразу!

Однако, дейтрийка не меньше скарфа переживала за команду грузовичка, попавшего между двумя астероидами.

— Им же там дышать нечем, наверное.

— Система жизнеобеспечения сильно пострадала, — подтвердил её опасения полицейский. — Надеюсь, они успели надеть скафандры. Хотя на сколько их хватит? Помощь со станции будет добираться тем же путём, что и мы. С планеты — и того дольше.

— А если мы попробуем взять корабль на буксир и оттащить поближе к Скарфе, навстречу помощи?

— Ты и без того двигатели перегрела. Они просто сгорят, — напомнил Фроддинер. — Придётся стыковаться.

Пока Длула осторожно подводила корабль к пострадавшему грузовичку, офицер подробно описал ей процедуру стыковки. К счастью, на всех новых кораблях Конфедерации устанавливались одинаковые стыковочные шлюзы независимо от размера представителей расы, которой принадлежал корабль. Самим процессом руководила автоматика. Нужно было только совместить шлюзы в одной плоскости и поймать сигналы контактов второго судна.

Присоединённый корабль скарфов перестал вращаться и практически остановил движение судна спасателей.

— Сейчас мы в относительной безопасности. Но нужно поспешить с эвакуацией, пока мы не сблизились с очередным крупным обломком, — разъяснял ситуацию офицер. — Тебе придётся пойти со мной на потерпевший корабль, чтобы помочь как можно быстрее вынести всех, кого ещё можно спасти. Кстати, ты не боишься вида крови?

— Я вообще-то медсестра, — самодовольно фыркнула Длула. — Ну почти.

Оба быстро облачились в скафандры.

— Мау Вэй, ты остаёшься за старшего. Ничего здесь не трогай! Вообще ничего. Понял? Просто жди.

Длуле очень не хотелось повторения истории с ульмийцами на Канисе или ещё чего-то подобного, но Мау Вэя пришлось оставить одного на борту. У кота на этот счёт было своё мнение. Он успел проскочить в закрывающийся переходный шлюз. Офицер же настолько спешил спасти своих сородичей, что уже успел активировать внешний выход. Мау Вэй недолго думая запрыгнул в пострадавший корабль.

— Стой! Там нет воздуха! — в панике Длула метнулась к внешней переборке, но она раздвигалась недостаточно быстро.

Сиам успел скрыться в недрах пострадавшего грузовика. Тонкие скафандры спасателей слегка отпрянули от тел из-за небольшого понижения давления, но не разбухли, как если бы оказались в вакууме.

— Здесь ещё можно дышать, — с облегчением выдохнул Фроддинер и юркнул в проём вслед за Мау Вэем.

Экипаж грузовичка успел задраить несколько отсеков и сохранить часть воздуха. Но из-за обширного повреждения системы жизнеобеспечения, он быстро покидал и этот островок жизни.

Фроддинер спешно провёл Длулу на мостик. Там они нашли троих членов экипажа в почти бессознательном состоянии. Одного под мышки ухватил полицейский, двоих других легко подняла Длула. По пути к своему кораблю она заметила ещё двоих скарфов, не успевших натянуть скафандры, и их также сгребла в охапку.

— Нас с-семеро, — простонал скарф с капитанской отметкой на скафандре. — К-камбуз…

Фроддинер снова бросился на пострадавший корабль.

— Ищи своих, а я за Мау Вэем, — крикнула Длула и свернула в ближайший коридор.

Уткнувшись в закрытую переборку, дейтрийка стала метаться по всем свободным уголкам тесного корабля и звать кота. Где-то в отдалении она слышала писк скарфа, на таком расстоянии нераспознаваемый транслятором. Двинувшись на звук, Длула уткнулась в завал из обвалившихся панелей, прикрывавших систему вентиляции и жизнеобеспечения. Осторожно, чтобы не обрушить больше ничего нового, дейтрийка стала отодвигать куски металла.

В глубине снова кто-то пискнул, захрипел, а затем звук резко стал удаляться сопровождаемый цоканьем когтей по металлу. В этот же момент раздался треск и скрежет металла снаружи корабля. Очередной каменный обломок столкнулся с обшивкой. От неожиданности напряжённо вслушивавшаяся в каждый шорох Длула дёрнулась, толкнула согнувшуюся балку, потеряла равновесие и упала сама.

— Надеюсь, он успел убежать достаточно далеко, — прокряхтела она, выбираясь из-под обломков.

Дейтрийка снова прислушалась. Тихий свист говорил о прорыве её скафандра и утечке воздуха.

Снова тряхнуло. В этот раз без участия астероида. Когда спасатели переходили на пострадавшее судно, в обозримом пространстве не было опасно крупных движущихся обломков, но раздавленному, подобно переспевшему фрукту, грузовичку оказалось достаточно удара и небольшим камешком, чтобы начать распадаться на части.

Громче засвистел вырывающийся в открытый космос воздух. В центральный коридор Длуле пришлось выбираться через свежие завалы. Она уже едва держалась на ногах, от нехватки воздуха начинало шуметь в голове и темнеть в глазах, когда на неё напрыгнул, пытаясь протолкнуть в сторону корабля Раррута, офицер.

— Шевелись! Или погибнем все.

— Но Мау Вэй!

— Он уже на борту, — прошипел Фроддинер и протиснулся вперёд.

Длула как могла быстро потопала следом, придерживаясь за стенки. Ввалившись в шлюз своего корабля, она обеими руками ударила по рычагу аварийной отстыковки. Переборка в ускоренном темпе захлопнулась. Отщёлкнулись автоматические крепления. Дейтрийка без сил сползла по стенке шлюза на пол и стала тревожно озираться.

— Ты же сказал, что он уже здесь.

На полу начинали приходить в себя трое из пяти спасённых скарфов. Офицер Фроддинер так же без сил привалился к стенке.

— Я не нашёл его и подумал, что он уже вернулся.

— Ты меня обманул! Спасал только своих!

— Я сделал всё, что смог!

Перепалку прервал сначала слабый писк, а затем и слова, переведённые транслятором:

— Пожалуйста, не нужно. Хватит. Я уже очнулся. Ты сотрёшь мне лицо.

Фроддинер и Длула заглянули за выступающую часть стены шлюзовой камеры. В закутке лежали ещё двое скарфов без скафандров. Тот скарф, голос которого они услышали, тщетно пытался оттолкнуть от себя шершавый язык Мау Вэя, который вознамерился вдруг вылизать крошечного пострадавшего.

— Хех! Да этот хвостатый парень вытащил тебя за шкирку, Ричи. И Скина тоже, пока вы совсем в отключке были, — отозвался капитан грузовичка.

— Ты жив, — выдохнула Длула и расплакалась.

— Я думал, что эти коты — просто игрушки для богатых. А они толковые ребята, оказывается, — добавил один из членов экипажа пострадавшего судна.

— Проблем от этого они доставляют не меньше, — хмыкнул офицер Фроддинер. — Именно из-за него мы и наткнулись на вас. Летели к ветеринару на Скарфу.

— Или благодаря ему, — поправил полицейского капитан.

— А ещё благодаря этой смелой дейтрийке. Вообще, она хотела зацепить весь корабль на буксир, но решилась стыковаться, впервые взявшись за штурвал, — в голосе Фроддинера не было язвительности.

— Да эту посудину потом подберут. Грузу в контейнерах и в вакууме ничего сделается, — махнул рукой капитан. — Главное, что все живы.

Успокоившись от потрясения и оказав посильную медицинскую помощь пострадавшим, Длула вернулась на мостик. Корабль уже покинул пояс астероидов, отделавшись несколькими царапинами на обшивке. Офицер Фроддинер назвал координаты Скарфы, чтобы задать маршрут. Теперь можно было немного отдохнуть.

— Длула Ри! Ты молодчина! — вслух похвалила себя дейтрийка.

— Пароль «Длула Ри» принят, — внезапно отозвался Майлс. — Доступ к бортовому компьютеру открыт. Голосовой помощник активирован.

— Так он установил паролем моё имя? Да что этот негодник себе надумал?!

— Раррут, ты главное не пугайся и не волнуйся. С нами всё абсолютно хорошо. И корабль тоже в порядке. Ну, почти. Всего несколько небольших царапин. Нас зацепила пара крошечных астероидов. Но с кораблём всё отлично, всё работает, ничего не сломано. Майлс проверил и подтвердил. Можешь не волноваться, — затарахтела Длула, войдя в кабинет детектива Самиго и увидев Раррута.

Но дейтрийцу её объяснения были не нужны. Он вскочил и порывисто обнял подругу.

— Ты хоть представляешь, как я волновался? Вы улетели, а вскоре на станцию поступил сигнал бедствия. Ты, совсем неопытная, за пультом. Сообщение получили из пояса астероидов. А затем тишина. Никаких пояснений. Мы не смогли связаться ни с вами, ни со вторым кораблём. Сначала было даже не ясно, кто именно подал сигнал SOS. Как же я за вас волновался!

— Ну, с нами ведь всё хорошо, — улыбнулась Длула и стала пояснять: — Просто Майлс заблокировал бортовой компьютер и отключился. Ты ведь не сказал, что кораблём могут управлять только дейтрийцы, а офицер Фроддинер выполнял свою работу. И пароль ты мне не сказал.

— Кстати, а как ты разблокировал корабль? — внезапно напрягся Раррут.

— М-м, по этому поводу у меня тоже есть к тебе вопросы. Но давай об этом поговорим потом.

Затем Длулу окружили полицейские скарфы, которых на станции оказалось немало, и засыпали её вопросами о спасении их соплеменников из разбитого грузовичка и благодарностями.

— Так вот, что ты чувствовал на Канисе, Мау Вэй, — усмехнулась дейтрийка, закончив рассказ и не забыв упомянуть, что офицер Фроддинер и кот сделали не меньше, чем она.

После спасения экипажа грузового корабля скарфов дальнейший полёт Длулы с Мау Вэем и офицером прошёл без приключений. Дейтрийка спокойно посадила корабль на Скарфе, где их уже ждали благодарные за спасение их соплеменников местные. По просьбе офицера их отвезли прямо в ветеринарную клинику и быстро провели необходимые процедуры.

Но ничего нового о Мау Вэе выяснить не удалось.

— Мы даже не знаем, обрадует вас это или нет, мистер Коа, — разъяснял результаты проверки детектив Самиго, — но Мау Вэй не тот кот, которого ищет господин Цтулх.

— То есть вы хотите сказать, что мы так и не узнаем, где искать его родственников?

— Можно и так сказать. Проблема в том, что у вашего сиама не оказалось электронного чипа. Обычно его вживляют каждому домашнему животному, чтобы отслеживать местоположение. На нём же записана вся информация о продавце и хозяине.

— Кажется, вы что-то путаете, детектив. Мау Вэй не животное, — возмутился Раррут. — Он представитель разумной расы, которую всё никак не внесут в базы данных.

— Понимаю, мистер Коа. Вы очень тепло относитесь к своему другу, потому что спасли и вырастили его, но я ничего не путаю. Коты не относятся к разумным, — снисходительно пояснил детектив Самиго. — Это забавные животные, которых заводят для развлечения и престижа.

— Я в корне не согласен с вами! Мау Вэй уже столько жизней спас. Разве его поступки не говорят о разумности?

Детектив лишь покрутил щупальцами.

— Скажите, может у нас есть хоть какой-то шанс найти родственников Мау Вэя? — не сдавался Раррут.

— Не думаю. Более того: мы не можем найти даже предыдущего хозяина этого кота или владельца магазина, в котором он мог продаваться, — детектив не сдержался и погладил Мау Вэя.

Кот недовольно дёрнул шкурой на спине и отодвинулся от щупальца полицейского поближе к передним ногам Раррута.

— Для вас же это означает одно: если вы хотите оставить Мау Вэя себе, никто вам в этом не помешает. А если всё же захотите найти для него новых хозяев или сородичей, можете сдать его в ближайший зоомагазин. Там его у вас с удовольствием примут. Возможно, вы даже получите вознаграждение.

На мгновение Раррут потерял дар речи, а потом взорвался:

— Нет, нет, нет! Что вы говорите? Я не могу оставить своего друга как какую-то вещь! Тем более я не согласен с вами по поводу его неразумности. И я не прекращу поиски его семьи. Ну да ладно, — смягчился дейтриец. — Это уже мои вопросы. С меня ведь сняты все подозрения?

— Да, так и есть. У нас нет оснований задерживать вас дальше. Во-первых, Мау Вэй не тот кот, которого украли. Во всяком случае, нет никакой возможности доказать обратное. А во-вторых, мы проверили ваши показания, и они подтвердились.

Рарруту повезло, что он оставил свой запрос о потерявшемся Мау Вэе с подробным описанием и снимком найдёныша в информационном терминале на Хит-То раньше, чем сотрудники зоомагазина Цтулха сообщили о краже.

— Я сомневаюсь, что, будь вы действительно вором, вы побежали бы в информационный терминал оставлять запрос о том, что ищете родственников кота, — усмехнулся детектив Самиго. — Наверняка вы бы сразу покинули планету и увезли добычу в другую звёздную систему, а то и в другой сектор Галактики. Либо просто продали бы его на чёрном рынке. А может, передали бы вероятным заказчикам. Да-да, не удивляйтесь. Котов очень часто похищают под заказ.

— Это как раз меня не удивляет, — покачал головой Раррут. — Мау Вэй уже дважды подвергся нападению и попытке похищения.

— Вот видите! Тем не менее, ваше алиби подтверждено. Кот может оставаться с вами.

— И мы можем спокойно лететь дальше?

— Я буду только рад, когда вы, наконец, заберёте своего хвостатого беспредельщика и покинете мою станцию, — детектив скосил один глаз в сторону Мау Вэя, который подкрался сзади к патрульному, занятому заполнением формы в терминале, и собрался напасть на один из его пушистых хвостов. — Поверьте, мне есть чем заняться и без разборок с похищением живых домашних игрушек. Доброго пути вам.

— Спасибо, детектив, — быстро сказал Раррут и метнулся к Мау Вэю, чтобы помешать ему нанести травму ничего не подозревающему полицейскому.

— Я рад, что всё разрешилось благополучно для вас, — кивнул подошедший офицер Фроддинер. — Разве что вы потратили изрядно времени, задержавшись на станции.

— Зато мы смогли спасти скарфов с грузового судна, — вклинилась в разговор Длула. — Возможно, так и должно было случиться.

— От лица всех скарфов ещё раз приношу огромную благодарность вам и вашему коту, — произнёс офицер Фроддинер и вытащил какие-то документы из рабочей из папки. — Единственное, что я вам посоветую: оформите официально владение котом и вживите Мау Вэю чип. Так больше не возникнет вопросов по поводу того, кому он принадлежит, а вы всегда сможете доказать, что это именно Мау Вэй, а не какой-то другой кот.

— Спасибо, мы подумаем об этом, — кивнул Раррут.

— Вот необходимые справки от ветеринара, — офицер Фроддинер передал дейтрийцу документы. — Я подумал, что они вам понадобятся, и запросил сразу. Оформить собственность можете прямо на станции в соседнем отделе. Правда, там привыкли оформлять сделки купли-продажи кораблей, но и кота смогут зарегистрировать.

— Хорошо, только я буду воспринимать это как… Как усыновление, а не оформление собственности. А потом мы, наконец, отправимся на Хит-То.

Эпизод 5. Взгляд с нового ракурса

— И тут я выруливаю из-за глыбы и вижу: впереди два астероида идут параллельными курсами! Слишком близко перед носом. Увернуться уже не успею. И тогда я подкручиваю корпус, вот так, чтобы пройти между каменюками боком!

Раррут впервые видел, чтобы Длула так увлечённо что-то рассказывала и при этом размахивала руками. Дейтриец невольно залюбовался подругой. А та не умолкала всю дорогу до Хит-То.

— Эти же скарфы малюсенькие! Я их на руки взяла и чуть дышала, чтобы их не раздавить случайно. Такие крохи, а тоже в космос!

— Что-то я вижу, что тебя пилотирование корабля в поясе астероидов испугало и озадачило меньше, чем оказание помощи пострадавшим другого вида, — улыбнулся Раррут.

— Что? А… Ну есть немного. С кораблём как-то проще. Он металлический, ничего не чувствует. И послушный. А эти без сознания, хрупкие и безмолвные.

— Так может, тебе в пилоты нужно, а не в медицину? — Раррут продолжал улыбаться.

Длула на минуту замолчала. На мостике стало непривычно тихо. Слышалось только мерное тарахтение спящего на закреплённой возле кресла пилота лежанке Мау Вэя.

— Думаешь? — вдруг совершенно серьёзно спросила дейтрийка.

Раррут и сам растерялся от того, как Длула восприняла его шутку:

— Хм. А почему бы и нет? Пилоты на Дейтре востребованные и редкие специалисты.

— Потренируешь меня?

— Э-эм… С удовольствием, конечно же, — промямлил, сражённый неожиданной просьбой Раррут. — Только для получения сертификата Галактического образца всё равно нужно будет курсы пройти.

— Пройду. Но мне будет спокойнее, если кто-то знакомый… Если ты меня обучишь.

На Хит-То было три ресторана, подававших блюда с приксами и заказывавших их у единственного поставщика, но первым делом дейтриец направился к своему другу — шефу Крили в «Туманность Крейга». Чтобы не тратить время впустую в ожидании, пока глава кухни освободится, Раррут воспользовался случаем и пригласил Длулу в ресторан.

Чтобы не нарваться на новые неприятности, для Мау Вэя был куплен жилет, похожий на тот, какой носил сам Раррут. На грудь ему прикололи бейдж с именем и контактами опекуна. На удивление спокойно кот отнёсся к шлейке, которую всё же решился пристегнуть дейтриец.

— Прошу тебя, пойми меня правильно, Мау Вэй. Я не хочу ограничивать твою свободу, но именно на этой планете собрались такие проходимцы, как мистер Граррет. Так будет безопаснее.

В ресторане шефа Крили коту без проблем выделили отдельное высокое кресло — клиентоориентированность. Оказалось, что Раррут здесь не единственный посетитель с котом. Другие сажали своих пушистых спутников так, чтобы их было получше видно.

— Смотри, как хвастаются, — хмыкнула Длула. — И не боятся.

— Здесь не так легко похитить кого-то.

— Ты же увёз Мау Вэя.

— Я имел ввиду ресторан. А с Мау Вэем так сложилось. Малыш сам потерялся. Я всего лишь встретил его на улице. Или ты на что-то намекаешь? — нахмурился Раррут.

— Да шучу я, шучу. Кстати, ты спрашивал у детектива Самиго о родственниках Мау Вэя. Почему не спросил о планете?

— Помнишь людей, телохранителей рыжего кота? — Длула утвердительно кивнула, и Раррут продолжил: — Они ясно дали понять, что название родной планеты котов торговцы держат в тайне.

— Но ведь полиция при необходимости может запросить любую информацию! — возмутилась дейтрийка.

— Ты верно сказала: при необходимости. Если бы Мау Вэй был полноправным гражданином Конфедерации, его вопросом занялись бы как полагается. А так он всего лишь приложение к владельцу, — Раррут вздохнул. — Коммерческая тайна не подлежит разглашению. В плане торговли законы строги.

— С другой стороны, это помогает тебе оставаться монополистом в торговле приксами, — подмигнула Длула.

— Тут мне помогает не закон, а домоседливость дейтрийцев и удалённость планеты от центра Галактики.

Вдруг Раррут положил свою ладонь поверх руки подруги.

— Но вот кто-то уже готов подвинуть меня и составить конкуренцию за пультом грузовичка. Или ты предпочтёшь пассажирский транспортник?

Длула смутилась, но руку не убрала:

— Я ещё думала про корабль-неотложку.

— Отличная идея! Только сможешь ли ты подолгу оставаться вдали от дома и от своих сородичей?

— Не знаю, — дейтрийка вздохнула. — Не факт, что я сумею так же здорово приспосабливаться, как Мау Вэй.

Раррут и Длула дружно посмотрели на кота, который, не обращая внимания ни на кого, уплетал мясное блюдо из отдельного кошачьего меню.

— Надо же, как с ними, оказывается, носятся богачи, — удивлялся Раррут. — Хотя сами пользуются ими, как игрушками, и продают как вещи.

— Да это ведь узаконенное рабство!

— Увы. Не все доросли мозгами до таких, как Мау Вэй, но деньги им это компенсируют.

В ожидании своих блюд дейтрийцы ловили на себе и Мау Вэе восхищённые, уважительные и даже завистливые взгляды.

— Выходит, наличие кота само по себе здесь признак успеха.

— Хорошо, что до нашей Дейтры местная мода не доходит, — фыркнула Длула и поёжилась: всё же ей было пока ещё не уютно в окружении разномастных инопланетян.

Выбирать еду из меню других планет, в отличие от Раррута, она тоже не рискнула, потому ограничилась привычными дейтрийскими фрикадельками в саговом тесте с соусом из ягод мобито, хотя для кого-то он мог показаться экстремально кислым.

— Ваш ужин за счёт заведения, — достаточно громко, чтобы услышала половина зала, объявил официант, ставя перед Раррутом блюдо скарфской кухни. — В благодарность от шефа за многолетнее сотрудничество и в знак дружбы. Не забудьте заказать десерт. Сам господин Крили выйдет несколько позднее. Приятного аппетита.

— Хитрый пламп, — усмехнулся Раррут. — Так и задабривает, чтобы я его конкурентов поменьше снабжал.

Внимание других посетителей к компании стало ещё более заметным. До стола дейтрийцев, отличавшихся хорошим слухом, доносились шепотки: «Сам шеф Крили выйдет!», «Да он только к министру выходил», «Какие-то шишки? Что за планета хоть?», «И кот породистый!», «Видел, как официант перед ним на цыпочках?»

— Да ты тут уважаемый посетитель!

— На мне держится целая линейка уникальных блюд, — пожал плечами Раррут. — Всего-то нужно было осмелиться оторваться от огорода на Дейтре и выйти в космос.

Беседу дейтрийцев, вежливо поздоровавшись, прервала пара инопланетян.

— Просим извинить нас за беспокойство, но мы знаем, что вы, господин Коа, долго на Хит-То не задержитесь. Ведь вы очень заняты, — начал разговор один.

— Мы хотели бы взять у вас интервью как у одного из основателей модного течения в гастрономическом мире, — дополнил второй.

Интервьюеры оказались сотрудниками престижной Галактической организации, составляющей рейтинг заведений общественного питания.

— Вы имеете ввиду моду на блюда из прикс? — удивилась Длула.

Инспекторы синхронно кивнули.

— Почему бы и нет? Реклама мне не помешает.

Разговор с шефом Крили не принёс ожидаемого результата по поводу Мау Вэя. Ресторатор то ли действительно не знал о родной планете котов, то ли намеренно умалчивал что-то, ведь господин Цтулх — хозяин крупнейшей во Втором секторе Галактики сети зоомагазинов, претендовавшей на монополию торговли котами, — оказался его близким другом.

Как и модельер Вэр Граррет д’Биретто. Шеф-повар неосторожно поинтересовался о том, как прошла сделка Мау Вэя с его другом. Кутюрье-квиллианец явно не посвятил Крили в подробности попытки похищения Мау Вэя с Дейтры. Зато, судя по напряжённому тону шефа, явно наговорил всякого про Дейтру в целом и Раррута в частности. Ни одна из сторон не хотела рушить деловые отношения и сложившуюся дружбу, потому диалог не клеился.

Чтобы не рассориться, Раррут быстро разобрался с делами в «Туманности Крейга» и так же быстро намеревался пообщаться с двумя другими заказчиками: отгрузить товар, получить оплату, договориться о следующей поставке и лететь дальше. Дальше от Хит-То, населённой плутами, бессовестными торгашами, готовыми продать и предать друзей и ударить в спину.

И всё же дела требовали времени, а таскать повсюду за собой Длулу и Мау Вэя необходимости не было.

— Зачем вам бродить за мной по складам? Тем более Мау Вэй слишком сильно отвлекает внимание на себя. И привлекает лишнее.

— И что ты предлагаешь? — осторожно поинтересовалась Длула.

— У вас целый день свободный. Воспользуйтесь возможностью прогуляться по столице. Тем более тебе будет полезно посмотреть на представителей других рас, если всё-таки решишься работать в космосе, а не на Дейтре.

Раррут был прав, и Длула, хотя и с некоторыми опасениями, согласилась.

— Не переживай, с тобой будет Мау Вэй, — подбодрил подругу дейтриец и передал ей шлейку. — Но всё же воспользуйтесь здесь этим.

— Так будет безопаснее, — хором произнесли оба дейтрийца и рассмеялись, чем отвлекли кота от очередной сессии вылизывания шерсти.

Хит-То — шумный мультикультурный город на одноимённой планете — кардинально отличался от спокойной, аграрной Дейтры, покрытой зеленью и водой. На родине Длулы и Раррута даже крупные по местным меркам города, утопали в зелени, а застройка редко превышала десяток этажей. Дейтрийцы передвигались в основном на рейсерах — наземном колёсном транспорте. Их летающие версии и более компактные гравициклы там не прижились за ненадобностью. Жителям хватало места и на поверхности планеты. К тому же они были неторопливой расой трудяг.

А вот Хит-То была полной противоположностью Дейтры. Суета, бег, яркие вывески и музыка со всех сторон. Транспорт заполонял весь нижний слой атмосферы от поверхности до высоты в пару сотен метров. Эта планета была центром притяжения творческих и экстраординарных личностей не только Второго сектора, но и всей Галактики. Бизнес, реклама, наука, медицина, мода — всё это было здесь в сверхконцентрированном виде.

Оглушающий свист резанул по ушам Длулы и отвлёк от созерцания причудливой архитектуры музейного квартала. Мау Вэй также потерял своё привычное самообладание и с шипением отскочил от дурно пахнущего участка резко вспучившегося покрытия пешеходной дорожки. Впрочем, вспучившийся участок не менее резко отпрянул в сторону и встал на дыбы, ощерившись щёткой тонких, блестящих, как металлическая проволока, лапок и сверкая двумя парами испуганных глаз.

— Не убивайте меня! — перевёл транслятор торопливые попискивания.

— Вы целы? Вам нужна помощь? Я медик! — Длула, забыв о своей ксенофобии быстро присела возле серого пищащего существа, которое едва не раздавила по невнимательности.

По серебристым конечностям прошла волна, и существо опустилось в своё привычное положение, снова чуть не сливаясь с дорожкой.

— Извините. Я, кажется, снова вышла, без опознавательных знаков. Мы, трилобы, вообще одеждой не пользуемся. А я тут на Хит-То недавно. Всё никак не привыкну крепить маячки на панцирь перед выходом, чтобы не сливаться с дорогой.

— Это вы меня извините. Глазела по сторонам и совершенно не смотрела под ноги, а при моих габаритах надобно, — ответила Длула, обеспокоенно осматривая потерпевшую. — Может, вам всё же нужна помощь? Я пока ещё не ксеномедик, но теоретически знакома с правилами оказания первой помощи представителям малознакомых рас.

Трилоба снова пошевелила всеми конечностями по очереди и уверенно ответила:

— Со мной всё в порядке. Я просто запаниковала, не сдержалась и испугала вашего питомца газами.

— А я думала, что это я пугливая, — усмехнулась Длула и перевела взгляд на своего спутника. — Он друг моего друга. Кот. Его зовут Мау Вэй. Эту расу пока не признали разумной и не внесли в базы.

— А я трилоба Клиффа с планеты Трила. Вы, смею полагать, дейтрийка?

— Всё верно. Меня зовут Длула.

— Приятно познакомиться, — ответила Клиффа и издала приятную непереводимую трель, но резко прервалась и тревожно спросила: — А что делает Мау Вэй?

Дейтрийка быстро подхватила друга на руки.

— Не обращайте внимания. Он всех при знакомстве обнюхивает. Традиция его расы.

О том, что трилоба своим внешним видом явно напомнила коту так полюбившихся ему в качестве закуски прикс, Длула решила умолчать, чтобы не пугать Клиффу ещё сильнее.

— Я тоже очень рада знакомству. Вы первая с кем я заговорила сама после того, как покинула Дейтру.

— Здорово! Надеюсь, мы подружимся! — трилоба снова издала переливчатую трель, видимо, означавшую удовольствие или смех.

— Мы совсем ненадолго на Хит-То. Вечером уже улетаем.

— Тогда мы успеем посмотреть выступление Галатиса, если вам нравится музыка.

Длула обрадовалась, что Клиффа составит ей компанию и немного побудет её гидом. Галатис оказался популярным певцом, о котором, что неудивительно, на Дейтре ни разу не слышали. До этого Длула даже не знала о существовании этой расы пушистых шарообразных существ с планеты Дит-То, соседней с Хит-То в звёздной системе Терап.

Концерт проходил на открытой площадке и состоял из непереводимого пения, которое для ушей Длулы было интересным дополнением к ритмичной и неожиданно приятной музыке. Больший интерес вызывало световое шоу. Всё это вместе было странным и завораживающим.

Особенно удивительным для Длулы было то, сколько разных инопланетян собралось в одном месте. Ксенофобия всё больше слабела и уступала место любопытству. Длула уже с интересом рассматривала необычных жителей Галактики и размышляла над их строением с медицинской точки зрения.

— Ещё один кот! — вдруг воскликнула она, когда после концерта к Мау Вэю подошёл его сородич.

— Здравствуйте! Я Рон-Рон. Можете меня погладить, — вдруг сказал кот на языке, который смог перевести транслятор.

— Ты можешь говорить? Мау Вэй, ты слышал это?

Сиам неуверенно обнюхивал своего говорящего собрата.

— Приятно понимать друг друга. Не так ли? — спросил Рон-Рон и с интересом наклонил голову.

— Это не настоящий кот, — пояснила Клиффа. — Популярная детская игрушка у тех, кто не может позволить себе живого.

— Как игрушечные корабли и куклы? — разочарованно протянула Длула.

— Модель «Gatto-7Т», — подтвердил слова трилобы Рон-Рон. — Не отличим внешне от кошки породы бобтейл, оснащён искусственным интеллектом, подключён с Космосети, потому могу помогать с учёбой и поиском информации.

— А где родина котов скажешь? — заинтересовалась Длула.

— Корпорация «Ривен Роу», восьмой промышленный квартал Хит-То, подразделение по выпуску товаров…

— Ты не понял. Я имела ввиду родину настоящих котов, — вздохнула Длула. — Ладно. Всё равно от тебя толку не добьёмся. А почему ты тут гуляешь без хозяина?

— Я иду за кислыми шрамсами для него.

— Надо же! Ты и такое умеешь! Мау Вэю я бы еду не доверила. Но всё равно он лучше, чем механическая кукла.

После концерта Клиффа проводила Длулу и Мау Вэя в местный парк. Здесь были высажены растения со всех планет Конфедерации, способные расти в климате Хит-То. Чтобы не обижать жителей планет с более экстремальными условиями, были выстроены специальные павильоны, куда можно было зайти в соответствующем скафандре.

Дейтрийка увлечённо искала знакомые экземпляры и даже нашла кусты диких тришней, небольшую плантацию которых держал её отец, но очень быстро ей пришлось покинуть интересное место. Слишком уж Мау Вэю понравились экзотические представители инопланетной флоры, по которым можно было лазать и пробовать их на зуб. А Длула была совершенно не уверена, что они безопасны для кота. Или же, что им не выпишут штраф за порчу столичного имущества. Хотя Мау Вэя эти вопросы мало волновали.

С новой знакомой Длула и Мау Вэй расстались у входа в кафе «Двойная звезда». Здесь Раррут сказал дожидаться его вечером.

Проголодавшаяся за день прогулок Длула решилась поесть в кафе. Посетители разных мастей и размеров её уже не так пугали. А вот инопланетное меню всё ещё вызывало дрожь. Краем глаза дейтрийка случайно заметила шевелящуюся жижу со щупальцами, которую официант пронёс мимо неё на соседний столик, и чуть не взвизгнула.

Очень вовремя рядом появился ещё один работник заведения, сам скорее напоминающий еду, чем разумное существо. Растительная форма жизни, похожая на колючий овощ, который на Дейтре обычно мариновали и подавали к мясным блюдам, бесшумно передвигалась на антигравитационной платформе, управляемой с помощью движений корня. К счастью, на лицевой стороне существа колючки были то ли короче от природы, то ли предусмотрительно подстрижены, чтобы не травмировать посетителей.

– Вам помочь с выбором?

Длула так и не поняла, откуда у существа шёл звук, но главное, что её транслятор мог перевести речь официанта-«овоща».

– Было бы здорово, – с облегчением выдохнула дейтрийка. – Я побаиваюсь есть пищу с других планет.

Её испуг и нерешительность читались даже во взгляде на колючего официанта.

– Я понимаю. Вы ведь впервые на Хит-То?

– О да! Более того, я впервые выбралась куда-то со своей родной Дейтры. Ещё не привыкла к такому количеству инопланетян в одном месте. А ещё их еда…

– Ничего страшного, – усмехнулся официант. – Бывает. Специально для таких случаев, у нас предусмотрено меню для новичков. Здесь блюда распределены не по питательной ценности и этапу приёма пищи, а в первую очередь по расам, для которых они пригодны. Учтены, конечно, только самые многочисленные народы. Для дейтрийцев меню тоже подобрано. Вы на четырнадцатой странице. Рекомендую обратить внимание на центаврианскую кухню. Выбирайте, приятного аппетита.

Длула вздохнула с облегчением и спокойно нашла знакомое для себя блюдо. Будь с ней Раррут, возможно, она и рискнула бы попробовать что-то более экзотическое. Всё-таки друг много путешествовал по другим планетам и вполне мог подсказать то, что будет точно по вкусу для дейтрийцев и, возможно, даже понравилось бы подруге-сладкоежке.

К счастью, планета Хит-То и столица Конфедерации были прекрасно обустроены для всех представителей многочисленных рас, населяющих союз. В этом кафе также нашлось место и угощение для Мау Вэя. Правда, кота попросили всё же привязать к стулу хозяйки, чтобы он не потерялся, а главное, чтобы не путался под ногами у посетителей и официантов.

Длула уже практически доела десерт, когда вдруг заметила за окном на улице слишком знакомую цветастую фигуру с лохматым хохолком на голове.

– Смотри-ка, Мау Вэй, да это же тот поганый блаббер, который пытался тебя похитить! – Длула не выдержала и выскочила на улицу, не забыв прихватить с собой Мау Вэя, а то вдруг в её отсутствие кто-то его похитит.

Перед витриной действительно красовался, рассматривая себя в отражении и поправляя крашеную в разные цвета чёлку, их старый знакомый – модельер Граррет.

– Ах ты мерзкая тварь, похититель несчастный! Да я тебя сейчас! – Дейтрийка потянулась и ухватила модельера за шиворот ярко-оранжевого в салатовый горошек пиджака.

Модельер завизжал и попытался вырваться, но из сильных рук дейтрийки деваться ему было некуда.

– Попался, мерзкий преступник! Я сдам тебя полиции!

– Попробуй только, меховая туша! Что у тебя против меня? Ничего нет, никаких доказательств! Что ты предъявишь в полиции?

– Мои показания! Вот что у меня есть! И Раррут – свидетель. Он всё подтвердит.

– Это ещё кто на кого заявит, – ехидно проскрипел мистер Граррет, болтаясь над тротуаром. – То, что вы похитили кота у господина Цтулха – это факт. Твой дружок сам сказал, что просто забрал его возле магазина, не заплатив. За кражу столь ценного имущества твоего Раррута посадят надолго.

Вдруг из-за спины Длулы надвинулась тень и полностью накрыла мистера Граррета.

– Не посадят, – Раррут достал из кармана пластиковый паспорт питомца и помахал им перед носом модельера. – Мау Вэй официально мой кот. Я никого не воровал, и полиция в курсе об этом. А вот вас мы действительно могли бы упечь за решётку. При желании я бы нашёл доказательства и смог бы подтвердить, что именно вы пытались похитить моего кота.

– Мау, – подтвердил Мау Вэй, чинно сидевший у ног Раррута и наблюдавший сцену.

– Но к вашему счастью, я не хочу этим заниматься, – продолжил дейтриец. – У меня слишком мало свободного времени, чтобы мараться с такой дрянью. Я привык иметь дело с уважаемыми и честными партнёрами и такой ошибки, как в случае с вами, больше не допущу.

– Да как ты смеешь, деревенщина! Забыл, с кем разговариваешь? – завизжал мистер Граррет.

И тут он осмотрелся вокруг. Возле кафе собралась толпа зевак, которые с увлечением снимали видео, обсуждали, улюлюкали и свистели в адрес модельера, барахтающегося в сбившемся костюме в руке Длулы. Видимо, далеко не всем нравился эпатажный модник.

Квиллианец зашипел от ярости:

– Вы… Вы… Вы посмели осквернить мою репутацию и тело своими лапищами! Что скажут мои коллеги, конкуренты, поклонники? Скоро мой показ! О нет, здесь репортёры! Ненавижу вас! Вы ещё пожалеете об этом!

– Длула, брось его.

Дейтрийка буквально восприняла совет друга и просто разжала пальцы.

– Ну, я вам покажу. Мы ещё посмотрим, кто кого!

С этими словами крашеный квиллианец, спотыкаясь и падая, скрылся за ближайшим поворотом, закрывая лицо руками.

Эпизод 6. Не по протоколу

С Хит-То Раррут, Длула и Мау Вэй отправились в систему Антарес. Этот рабочий визит был особенно важным.

— Понимаешь, это моя первая поставка на Гиду, — объяснял Раррут. — Со мной по рекомендации связались представители местной сети ресторанов. Их заведения разбросаны по всему пятому сектору — на каждой планете Конфедерации здесь обязательно найдётся как минимум один из их филиалов. Почти все рестораны отмечены тремя пунктами в престижном галактическом рейтинге качества пищи и сервиса!

Глаза дейтрийца увлечённого горели, когда он рассказывал о своей работе.

— Ты представляешь, дейтрийские приксы в лучших заведениях противоположной окраины Галактики! Потому первая партия самая важная. Правда, если сделка пройдёт удачно, и сеть решит внести прикс в меню всех своих точек, мне точно потребуется завести отдельный флот: купить пару-тройку новых кораблей и набрать команду пилотов специально для доставки в пятый сектор.

— И арендовать ещё несколько озёрных участков, — добавила Длула.

— Именно! — радостно согласился дейтриец, польщённый пониманием подруги. — Фермеры будут счастливы избавиться от назойливых членистоногих вредителей на своих участках.

— Знаешь, твоя жизнь гораздо сложнее, чем кажется на первый взгляд, — неожиданно заметила Длула.

— Что ты имеешь ввиду? — не понял Раррут.

— Эти твои полёты и затея с продажей прикс. Всё это выглядело ребячеством и безумием. Будто ты просто скитаешься с планеты на планету, лишь бы сбежать от семейных обязанностей и ферм. Наживаешь лёгкие деньги на сомнительном товаре, и однажды тебе это аукнется. Или наоборот, тратишь деньги отца, который решил потакать младшенькому.

— Даже так? — Раррут задумался. — Кажется, теперь мне понятно, чем я так не угодил кое-кому.

— Зато я, узнавая тебя всё больше, восхищаюсь. Оказывается, ты умный, трудолюбивый и дипломатичный.

— Да уж, везде своя кухня, свои трудности. Нужны определённые знания и навыки, а то можно всякого наворотить. Вспомнить хотя бы историю с заказом от Граррета! Но я люблю своё занятие, оно правда приносит удовольствие.

На какое-то время друзья замолчали и погрузились в свои мысли, пока Раррут не решился продолжить доверительную беседу:

— Ты тоже открыла мне новые грани.

— Например?

— Ты не просто капризная, симпатичная соседка, которую хочется радовать, удивлять и баловать, чтобы она и дальше оставалась такой же беззаботной и не знала трудностей.

— То есть тебе хотелось делать это для меня?

— И сейчас хочется… Не перебивай! Я не договорил.

— Слушаю, — деланно деловитым тоном ответила Длула. — А потом уже спрошу кое-что про твой пароль.

Раррут снова запнулся, но собрался и постарался сделать как можно более невозмутимый вид.

— Ты умная и смелая, хотя боишься всяких мелких инопланетян. На тебя можно положиться.

— Так что там с паролем?

— Ты мне нравишься, Длула.

Честный ответ в лоб обескуражил дейтрийку, и она растерялась. Из-за переборки донёсся требовательный призыв:

— Мау!

В проходе на мостик показалась голова Мау Вэя. Очевидно, он не собирался задерживаться здесь и вызывался помочь своим друзьям напомнить дорогу к пищеблоку. Длула ухватилась за возможность перевести тему и суетливо потопала за котом.

— А ведь и верно. Давно уже время обеда, а мы тут заболтались.

После еды Раррут вёл себя как ни в чём не бывало, а Длула упорно избегала возвращения к прерванному разговору, хотя сама и спровоцировала его поворот в сторону признаний.

Она преувеличено увлечённо играла с Мау Вэем, гоняя по полу красную точку. В качестве игрушки Раррут приспособил деталь от парковочного навигатора, испускавшую тонкий красный луч. Кот с самого первого дня своего появления на корабле проявлял огромный интерес к лапочкам и кнопкам на пульте, поэтому добровольный опекун пожертвовал ему запасную деталь. Чтобы слишком ярким светом в ограниченном пространстве корабля не повредить зрение ни себе ни другу, Раррут предусмотрительно подключил её к слабенькой, по сравнению со штатными аккумуляторами, батарее от карманного фонаря.

Наблюдать за Мау Вэем, яростно носящимся по полу и местами по стенам, было и забавно, и боязно. На всякий случай, Раррут отправил Длулу и кота играть в коридор перед мостиком, подальше от пульта.

— Поступил запрос на стыковку, — подал голос Майлс, обычно молчавший во время движения по гиперпространственному тоннелю.

Транспортные коридоры были сложными с точки зрения физики образованиями.

Их объявили зонами строгих ограничений, где любые дополнительные действия, кроме прямолинейного движения, нежелательны, поскольку могут нарушить работу гипердвигателей. Проведение операций вроде стыковки считалось нестандартным и потенциально опасным действием. Все вопросы можно было спокойно решить, вернувшись в обычное пространство уже в точке выхода.

— Что ещё за стыковка? Да ещё прямо в тоннеле? Разве так можно? — всполошилась Длула.

— Обычно так не делается, — нахмурился Раррут.

— Запрос на сеанс связи, — сообщил Майлс.

— Подключай.

— Управление Объединённой Службы Охраны Галактики пятого сектора требует немедленной стыковки с бортом «MLS-3-14». В случае отказа, стыковка будет произведена принудительно, а корабль со всем содержимым отбуксирован на штрафстоянку. Товар будет изъят в пользу местного управления, — прохрипел транслятор послание, перемежающееся с сильными помехами.

— Это так скрипит из-за того, что мы в тоннеле? — удивилась дейтрийка.

— Отчасти. Голос будто искажён намеренно. Да и странное послание для полиции, или в этом секторе свои правила? — проворчал Раррут и надиктовал ответ: — Я Раррут Коа, Дейтра. На каком основании вы хотите меня задержать? В чём я обвиняюсь?

— Мы срочно должны произвести проверку вашего груза.

— В чём меня подозревают? — повторил вопрос Раррут, переключил несколько тумблеров, пристегнулся в кресле и кивнул Длуле, чтобы взяла Мау Вэя и сделала то же самое.

— Вы оказываете сопротивление правосудию. Немедленно включите стыковочные маяки!

— Вы нарушаете протокол, — парировал Раррут. — Я согласен на проверку, но только после выхода из гиперпространства рядом с узловой станцией и в присутствии представителей управления правопорядка из местного отделения. Ближайшая такая станция…

— Работают силовые удерживающие лучи, — равнодушно прокомментировал резкий толчок корабля Майлс. — Корабли идут на сближение.

— Блаббер тебя раздери! — прорычал Раррут. — Держитесь! Будем прыгать!

Дейтриец ввёл код на приборной панели.

— Аварийная остановка двигателей гипердрайва может привести к их выходу из строя, — предупредил Майлс, но дейтриец, сжав зубы, уверенно толкнул рычаг.

Длула судорожно прижала к груди Мау Вэя, зрачки которого настолько расширились, что голубой радужки было не видно. Тряхнуло так, будто корабль рухнул в пропасть и встретился с её дном. Полицейское судно пошло в атаку и ударило в левый борт.

Пространство за лобовым иллюминатором вдруг озарила яркая вспышка. «MLS-3-14» рванулся вперёд и выскочил из гипертоннеля, словно рыба, сорвавшаяся с крючка. Но радость оказалась преждевременной. Вместо привычной космической пустоты корабль Раррута оказался окружён туманностью неизвестного происхождения. Она была плотной, вязкой и поглощала даже тот слабый свет, который достигал этой точки от далёких звёзд.

— Присутствует гравитационное поле. Силовые волны нестабильны и превышают допустимые значения, — снова прозвучал металлический голос Майлса.

Корабль болтался из стороны в сторону. Корпус трещал, реагируя на резкие изменения гравитации. Аномалия начала затягивать судно внутрь своей пульсирующей массы.

Тем временем полицейский борт оказался более подготовленным к такой неожиданности. Будто для его экипажа вовсе никакой неожиданности не было, и Раррута просто загнали в ловушку. Судно зависло на обратной тяге на границе аномалии и снова подцепило «MLS-3-14» силовыми лучами.

Из динамика раздалось неприятное шипение, а затем тот самый хриплый голос произнёс:

— «MLS-3-14», немедленно откройте грузовой отсек. Или мы вскроем его сами. С коллегами нужно делиться.

Наконец, Раррут начал догадываться, с кем они столкнулись. Этот грубый, искажённый звук принадлежал вовсе не полицейскому управлению, а капитану Хохуку — пирату и известной фигуре чёрного рынка. Тот совершенно не интересовался торговцами вроде Раррута. На продовольственных грузовиках ему нечем было поживиться, но в этот раз что-то изменилось.

— Ты везёшь что-то ценное? — с подозрением спросила Длула. — Или запрещённое?

— Да. Целый грузовой отсек членистоногих паразитов в глубокой заморозке, хвостатого вандала и болтливую беглянку, — напряжённо огрызнулся Раррут.

Притворившись представителем закона, Хохук смог подгадать момент, чтобы спровоцировать Раррута выскочить из гипертоннеля и угодить прямо в ловушку. Прошлый подобный прыжок не прошёл для «MLS-3-14» бесследно. Раррут, конечно, заменил на Канисе повреждённые детали, но повторного такого фокуса гипердвигатели уже не выдержали.

— Счастье, что они хотя бы вырубились одновременно, — прокомментировал ситуацию дейтриец.

— А что было бы в ином случае? — наивно спросила Длула.

— Как будущий пилот, если, конечно, после сегодняшних приключений ты не передумаешь, и если мы вообще выберемся из этой передряги живыми, представь, что один из пары гипердвигателей отказал, а второй продолжает работать. Корабль просто разорвёт на части и размажет по пространству.

— Ты драматизируешь, — буркнула дейтрийка, стараясь не показывать пробежавшую по телу дрожь. — И почему мы не выберемся? Это ведь всего лишь воры. Или нет?

— Мда-а. До Дейтры слава Хохука не дошла.

Корабль Раррута не был оборудован защитой против нападения, потому сопротивляться вторжению возможности не было. Можно было ещё попробовать побрыкаться и нырнуть в гущу облака гравитационной аномалии, но ещё не известно, что могло их там ожидать. Пираты тем временем не отличались аккуратностью и грубо, словно потерянный в космосе металлический контейнер, подтаскивали «MLS-3-14» к своему судну. Один резкий рывок активировал сигнал тревоги. Майлс предупредил:

— Критическое повреждение правого борта. Внешняя оболочка пробита. Потеря герметичности в трёх секциях.

Раррут взглянул на показания датчиков и понял: борьба бесполезна. Он рискует погибнуть и погубить своих друзей, если сопротивляться дальше. Без колебаний он дал команду бортовому компьютеру:

— Разблокировать и открыть грузовой отсек.

Корабль уткнулся в стыковочный шлюз пиратов и беспомощно замер.

Грабители проникли на «MLS-3-14», быстро обшарили все помещения и взяли экипаж вместе с котом в плен. Грузовичок Раррута был куда скромнее по габаритам, чем пиратский корабль. При всей неприятности ситуации, дейтриец, влюблённый в технику, отдавал должное механикам Хохука. Довольно старый, но крепкий списанный военный корабль, который каким-то чудом уцелел, а не был разобран на части для переплавки, внутри был смело усовершенствован современным оборудованием. Не самым передовым, но вполне эффективным. Явно постарались виргианцы — признанные во всей Галактике специалисты по электронике и коммуникациям.

Содержимое грузового отсека разочаровало пиратов. Самого Раррута, Длулу и Мау Вэя привели к капитану. Хохук мрачно посмотрел на них и зло усмехнулся:

— Мне пообещали, что твой корабль полон дорогих животных, и я с лихвой отобью затраты на эту гонку. А на деле? Один жалкий кот, да ещё и взрослый. Котята, знаешь ли, сильно выше в цене. Этого и не продать уже толком. Выходит, нас обоих подставили, приятель.

Его серое лицо исказилось гневом, шрамы, видневшиеся сквозь короткую шерсть, засверкали металлическим блеском. Два здоровяка арболита чуть позади капитана перехватили поудобнее оружие: один — удавку, второй — металлическую биту с напаянными овальными выступами. Мау Вэя чуть в стороне удерживал сухопутный моллюскообразный амморит, обмотав одно из щупалец вокруг мордочки.

— Я никогда не занимался нелегальной торговлей животными. Мау Вэй принадлежит мне совершенно легально, — Раррут старался сохранять спокойствие и достоинство, хотя последние слова и заставили его поморщиться.

— Да я уже понял. Просто ловко сработано. Кто бы мог подумать, что старина Крили рискнёт подорвать наше многолетнее сотрудничество, порекомендовав нанять меня своему крашеному дружку в блестящих тряпках?

— Тебя нанял шеф Крили? — опешил дейтриец.

— Да нет же. Он вроде не дурак. Много лет он снабжал меня ценной информацией о том, к каким кораблям мне стоит присмотреться. Не без выгоды для себя, разумеется. Но в этот раз сплоховал старик и рассказал этому Грори… Гури… Гыргыр…

— Граррету? — подсказала Длула.

–Точно! Вот этот мелкий и навёл меня на корабль, «полный ценного товара». Так меня ещё никто не обманывал. Вы, конечно, тоже не ожидали, что полиция на самом деле пиратская банда, правильно? — голос Хохука звучал теперь мягко, почти ласково, но глаза оставались холодными и жестокими. — Удобно летать на узнаваемом военном корабле. Гражданские ведь не следят за перевооружением официальных сил Конфедерации и не в курсе, какие птички сейчас в ходу, а какие отправлены в лом.

Пришлось признать очевидность положения. Модельер подставил всех разом.

— Мелкая подлая тварь! — прошипела Длула.

— Согласен с вами, леди, — усмехнулся капитан. — Будьте уверены, эта выходка не сойдёт квиллианцу с рук. А вы… Вы сопутствующие потери. Понимаете, мы не можем позволить вам остаться живыми. Ваша судьба печальна и неизбежна. Сейчас вы присоединитесь к остальным животным нашего склада, которые ждут продажи или смерти. А потом ваши тела станут удобрением на моей ферме.

Хохук обернулся к аммориту, удерживавшему Мау Вэя, подвывавшего сквозь зубы в попытках укусить захватчика за щупальце, и хмыкнул.

— Впрочем, вашему любимцу повезло больше — он останется моим новым питомцем. Как ни крути, забавная игрушка.

Раррут молча смотрел на врага и злился от бессилия. Впервые за всё время, которое провёл вне Дейтры, он осознал опасность Космоса, таящуюся не столько в его неизведанных уголках, сколько в огромном количестве мерзавцев и их неуловимости на бескрайних просторах Галактики. Сейчас единственным выходом для них с Длулой было принять судьбу и надеяться на чудо.

Часть 2. Круиз через Галактику. Эпизод 7. Начало дороги на родину

— Ну вот видишь, всё у нас получится.

Филипп помог супруге снять пальто, покрывшееся снежно-ледяной корочкой по всем левому боку, и вертел его в руках, прикидывая, что делать с мокрой одеждой дальше. Юлия шутливо закатила глаза, всем видом говоря: «Ох уж эти мужчины!», и перехватила мокрую вещь, которую муж всё же вознамерился повесить в общий шкаф.

— Да. Только для этого придётся покинуть привычный и уютный дом и улетать на другой край Галактики на чужую планету, — сокрушалась супруга, расставляя обувь — свою и мужа — в отдельном сушильном шкафчике.

Туда же отправилось обледеневшее пальто с начавшим таять снегом и верхняя одежда Филиппа.

— Не думай о Земле, как о чужой. Всё же это родина нашей расы.

— Которую не видели даже наши прабабушки.

— Тогда просто представь, что в очередной раз переезжаешь. Так тебе будет легче?

Филипп, как мог, успокаивал супругу. Этот разговор они заводили уже не в первый раз. Врачи давно определили, что супруги в общем и целом вполне здоровы и способны к деторождению, но условия на Геридоне всё же слишком отличаются от земных, потому организму Юли сложно зачать ребёнка. Но, если пара отправится на родную планету своего вида в условия гравитации и атмосферного давления, к которым эволюционно приспособились тела их предков, к особенностям воздуха и сезонности климата, уровню и спектру солнечной радиации… Доктор перечислял ещё много непонятных показателей, но хотел сказать лишь одно: если Кимовы хотят родить детей, им нужно лететь на Землю.

Супруги уже даже прошли подготовку к переезду. К счастью, лететь на планету, давно известную в Конфедерации Независимых Миров, было довольно безопасно. Переселенцам поставили ряд прививок от местных болезней, на которые жители Земли давно перестали обращать внимание, но которые могли быть очень опасными для тех, кто давно покинул планету и утратил к ним иммунитет. Юлия ворчала и жаловалась на необходимость переезда, но на самом деле предвкушала его и исправно по графику принимала все необходимые витамины и добавки для поднятия уровня выработки меланина в организме, чтобы он соответствовал необходимому для жизни под светом Солнца. И не забывала следить за тем, чтобы и муж всё принимал вовремя.

— Раньше я переезжала по работе. Это другое. Совсем не те эмоции, — Юля надула губы, как ребёнок, которого вынуждали делать то, чего ему не хотелось.

— Зато в этот раз мы переезжаем для того, чтобы жить счастливо.

Филипп ласково обнял жену и нежно поцеловал в губы. Та тут же расслабилась и прильнула к нему. Так приятно было согревать друг друга после ветра и холода снаружи, по которым пришлось добираться домой из галактического транспортного центра. Там Кимовых не смогли порадовать ни удобным маршрутом, ни приятными ценами. Ни Геридон, ни Земля не были крупными транспортными узлами в своих секторах, потому прямых рейсов между ними не было. Намечался большой круиз через всю Галактику со множеством пересадок. Рассчитать такой маршрут заранее и взять билеты на нужные рейсы было невозможно. Потому супруги перед большим путешествием рады были насладиться домашним уютом и уединением.

Металлический скрежет резанул по ушам.

— Это снаружи? — Юлия недовольно посмотрела на входную дверь.

Скрежет дополнился дробным стуком внизу двери.

— Да. Кажется, у нас гости.

— Ну вот ещё…

Филипп открыл. Несмотря на трёхметровый защитный коридор, в проём ворвался порыв ледяного ветра и швырнул в дом порцию колючих льдинок. Перед дверью уже успело намести снежный холмик.

— Так это ветер льдом в створку барабанил, — Юля облегчённо выдохнула и потянула мужа обратно в дом, намереваясь продолжить начатое.

Холмик шевельнулся и невнятно что-то пропищал, в сторону дома протянулась когтистая лапка. Филип смахнул снег и подхватил на руки небольшое существо. Верхнюю одежду оно умудрилось потерять, а открытые участки тела были покрыты светлой голубоватосеро-серой шёрсткой с отдельными синими жёсткими ворсинками, смёрзшейся сосульками.

— Бедный скарф! — воскликнула Юлия, тут же забывшая о своих планах и бросившаяся помогать мужу укладывать замёрзшего гостя на диван.

Скарфа располагалась довольно далеко от Геридона, но выходцы с неё были легко узнаваемы. Их можно было повстречать почти на всех планетах соседних секторов и не только. Благодаря миниатюрным размерам — взрослому человеческому мужчине среднего роста скарф-самец доставал немного выше коленей — они были незаменимыми техниками и механиками на космических кораблях любого типа. Если нужно было отремонтировать сложную электронику, то в первую очередь старались нанимать именно скарфов.

А ещё они были теплокровными кислорододышащими, как и две трети обитателей Галактики, потому относительно хорошо приживались на многих планетах, не отягощая себя оборудованием жизнеобеспечения.

— Как же так случилось, что вы оказались на улице без защитной одежды? — сокрушалась Юлия, набирая на пищевом синтезаторе запрос для горячего питья, пригодного гостю.

— Ветром унесло, — речевой транслятор скарфа, представившегося Мелито Пръезе, потрескивал от влаги, но в целом вполне сносно транслировал перевод на общегалактический.

— Ой, с меня тоже чуть пальто ветер сегодня не сорвал, — Юлия понимающе покачала головой.

— Меня унесло, — добавил Мелито. — Я отбился от группы туристов. Мы возвращались из комплекса ледяных пещер, когда поднялся буран. Теперь, наверное, корабль улетел. Не думаю, что из-за меня одного стали задерживать рейс. А ведь космическим судам плевать на непогоду. В межпланетном пространстве ветра не бывает.

— Ну не совсем… — начал было Филипп, любивший порассуждать на научные темы в области физики и химии, но под жгучим взглядом супруги решил воздержаться и не мучить настрадавшегося гостя нудными лекциями.

— А когда следующий рейс на Скарфу?

— Боюсь, для меня не скоро, — Мелито покачал головой. — Вместе с защитным костюмом улетели все мои наличные, карты и документы. Теперь, чтобы выбраться с планеты, мне остаётся разве что забраться в чей-нибудь багаж…

Но никому в багаж лезть не пришлось. Во всяком случае, супруги Кимовы об этом не узнали. Проснувшись утром, вместо своего маленького гостя они обнаружили на столике возле дивана конверт из плотной бумаги с подписью «Прекрасным людям от благодарного спасённого друга». Слово «людям» было выведено чуть отличающимся почерком, будто менее уверенным.

— Мелито, видимо, не особо опытный путешественник и ещё путается в обитателях Галактики. Явно волновался, что неверно укажет нашу расу и тем обидит нас.

— Открой же конверт, — Юлия нетерпеливо ткнула мужа кулачком в плечо. — Куда он ушёл ночью?

Из незапечатанного конверта Филипп вытряхнул письмо и ещё один конверт поменьше. Юлия взяла листок и стала читать вслух:

«Спасибо за помощь! Я безмерно благодарен за проявленное участие и доброту. Я всегда буду с теплом вспоминать об этой встрече.

Приношу извинения за столь внезапное исчезновение. Я всё же смог связаться с представительством своей планеты. Так удачно сложилось, что там именно сейчас по рабочим делам оказался мой хороший знакомый. Он был готов забраться меня домой со служебным рейсом, но у него было мало времени, ведь мы живём по биологическому ритму, соответствующему скорости вращения нашей родной планеты, который отличается от здешнего. Поэтому я не мог дождаться местного утра, чтобы попрощаться лично.

В качестве благодарности, оставляю путёвку на круиз «Жемчужины Млечного пути». Об оплате беспокоиться не стоит. Мой земляк и друг как раз работает в сфере туризма, и у него оказался горящий билет. Он только рад, что смог его пристроить. Я уверен, что такая поездка принесёт радость и новые впечатления.

Ещё раз благодарю».

— Разве Мелито вчера куда-то звонил?

— Да, он попросил разрешения воспользоваться нашим терминалом связи, но сказал, что совершит звонок позже, когда у его сородичей начнётся утро по скарфскому времени. Ты только посмотри, Филипп! В маршруте указаны все самые лучшие туристические места обитаемой Галактики! И путь как раз проходит через Землю! Мелито вот так просто решил нашу проблему с переездом! Как жаль, что этот малыш уже улетел.

— Слишком хорошо, чтобы быть правдой, — супруг скептически изучал бланки путёвок, пока счастливая Юлия уже набирала в поисковике «Глобальной галактической информационной сети», сокращённо называемой «Глогис», запрос о туристических районах первой планеты в маршруте.

— Нам всего лишь нужно добраться до столичной планеты нашего сектора, — бормотала она под нос. — А Элизиум очень удобна в плане климата. У неё нет наклона оси, потому сезоны не меняются, все туристические объекты располагаются в небольшом отдалении от экватора… Дорогой, там есть пляж!

Филипп положил билеты на столик и мягко обнял жену сзади.

— Ты уверена, что нам стоит принять этот подарок?

Юлия ничего не сказала, но тело стало напряжённым. Эту реакцию супруги Кимов знал очень хорошо. Он потёрся носом о её шею, открыл глаза и встретился с собственным отражением в зеркале напротив. Юля тоже смотрела в зеркало, сжав губы. В её глазах дрожали слёзы. Она явно боролась с обидными словами, готовыми сорваться с губ.

— А, впрочем, не выбрасывать же путёвки, — сдался Филипп и с облегчением стал наблюдать, как стремительно вновь разгорается огонёк во взгляде любимой. — Всё равно Мелито уже улетел. У нас к переезду почти всё готово. Успеем завершить дела и собраться. На Элизиум рейсы уходят ежедневно.

Очередной снежный буран едва не сорвал поездку Кимовых в космопорт. Если бы они не попали на свой рейс до столичной планеты сектора, ночевать им бы пришлось в отеле. Все вещи, которые можно было продать или сдать за часть стоимости они уже сдали, оставив себе лишь самое необходимое в дороге и переведя деньги на счёт в центральном банке конфедерации, чтобы можно было воспользоваться ими на любой планете союза. Договор на аренду жилья разорвали, и сейчас их дом уже готовили к заселению следующих жильцов. Трудовые контракты на Геридоне тоже были прекращены.

Больше на этой планете супругов ничего не держало. А впереди ждало обнадёживающее будущее.

— В конце концов, какая нам разница, на какой планете жить? — рассуждал Филипп, по пути через огромный зал терминала к зоне контроля. — Мы с тобой люди без родины. Может, хоть на Земле найдём своё место.

И Юлия, и Филипп родились на космических станциях, и на самом деле ни у одного из них не было планеты, которую они могли бы назвать родной. Оба являлись потомками людей третей и четвёртой волны переселенцев. Такие волны то и дело захлёстывали Галактику то с одной планеты, то с другой, по мере технического прогресса и освоении новых территорий. Ближайшие родственники Юлии в своё время осваивали планеты Пятого и Четвёртого секторов. Сейчас её родители продолжали жить на Гиде. Мама даже обрадовалась решению дочери перебраться на Землю. Ведь та находится в соседнем секторе Галактики, в отличие от Геридона из Первого сектора, в котором обосновалась семья Филиппа, умудрившаяся сохранить земную фамилию.

— Да уж. Мы сменили уже три планеты только за время брака. И все они отличаются меня лишь климатом, — согласилась Юлия. — А мешанина теплокровных и прочих инопланетян в скафандрах везде выглядит одинаковой. Сходу и не поймёшь, в каком ты углу Галактики застряла на сей раз.

— У Галактики не бывает углов, — рассмеялся супруг. — Тем более у нашей. Она же…

— … спиральная. Я помню. Не нуди, иначе я передумаю и всё же заставлю тебя сойти с туристического маршрута на Гиде, чтобы погостить у моей мамы, и уже оттуда добираться до Земли.

— Ну какое я тебе зло сделал? — Филипп притворно воздел руки к высокому прозрачному потолку, над которым продолжали проноситься тугие потоки ветра, несущие колючий снег.

— Космопорт компании «Внутренние сети Первого сектора» приветствует вас! Приложите ваш билет, — обратился к ним терминал в контрольной зоне.

Филипп привычным жестом приложил по очереди оба билета. Терминал одобрительно булькнул и заговорил снова:

— Кимов Филипп, раса — человек, классификация по условиям жизнедеятельности: теплокровное кислорододышащее млекопитающее. Планета назначения Элизиум, пригодна для обитания теплокровных кислорододышащих млекопитающих. Специализированное защитное снаряжение представителям расы «люди» не требуется.

После короткого сигнала терминал повторил такое же описание пассажира с одобрением условий обитания на Элизиуме и для Юлии. Но на этом проверку пассажиров не завершил и продолжил болтать.

— С какой целью летите на Элизиум? Информация необходима для учёта миграции. С трудовой целью — кнопка «1», с учебной целью — кнопка «2»…

На табло высветился список всевозможных причин посещения Элизиума. Филипп снова привычно дважды нажал на самую последнюю позицию, подписанную «Транзитный пункт». Разумные, у которых не было родной планеты, часто перемещались между обитаемыми мирами, потому в космопортах чувствовали себя почти как дома. Только ради того, чтобы пожить нормальной семейной жизнью Кимовы задержались на Геридоне достаточно долго. И то, оседлая жизнь здесь не принесла желаемых результатов.

— Счастливого пути! — пожелал им, наконец, терминал, и табло снова переключилось в режим ожидания с полезной информацией для пассажиров.

Главный космопорт Элизиума, принимающий суда со всех секторов Галактики встретил супругов Кимовых деловитым, но умеренным шумом. Огромные размеры терминала скрадывали огромное же количество и невероятное разнообразие существ, снующих по помещению в защитных скафандрах и без, и даже в специализированных самоходных устройствах, необходимых для жизнеобеспечения совсем уж экзотичным существам вроде метанодышащих или живущих при высоких температурах и жёстком радиоактивном излучении, часто напоминающим миниатюрные экземпляры военной техники.

— Ой! Смотри, дейтриец, — шепнула мужу на ухо восхищённая Юля.

Внимание Кимовой привлекло существо, ростом с человека, но с гораздо более массивными плечами, полностью покрытое густой коричневой шерстью. Антропоморфным он выглядел только до пояса. Нижняя часть туловища была продолговатой, напоминающей огромную гусеницу, оснащённую шестью сильными ногами с прочными когтями. В обуви существо не нуждалось. Да и в одежде, кажется, тоже. На верхнюю часть тела была нада лишь куртка, и та, судя по всему, только ради многочисленных карманов. Удивление Юлии объяснялось тем, что дейтрийцы слыли домоседами-огородниками и не слишком охотно покидали свою планету, потому встретить их можно было не часто.

— Я работал с парочкой на Акиде. Отличные и ответственные ребята. Хотя и не слишком общительные. Предпочитают быстро выполнить работу и убраться домой.

— Помнишь, я что-то читала про какой-то деликатес с Дейтры. Может, удастся попробовать во время круиза?

— Кажется приксы… — попытался припомнить Филипп и ласково погладил жену по щеке. — Обязательно попробуем. И даже не станем откладывать надолго! У нас есть четыре часа до отправления круизного борта. Уверен, что в туристической зоне найдётся достаточно крупный ресторан.

Чтобы попасть в эту самую туристическую зону космопорта, все пассажиры, ожидающие пересадки с рейса на рейс, должны были оформить карту пассажира. Такая практика была введена во всех межпланетных космопортах Галактики. Слишком много разнообразных существ одновременно могло находиться в них. Слишком разные условия жизни требовались многим из них. И потому в космических пристанях были выделены зоны с определёнными условиями жизнеобеспечения, чтобы пассажиры, которым приходилось ожидать своего рейса несколько часов или даже суток, могли нормально отдохнуть без скафандров.

Разумеется, все зоны надёжно отделялись друг от друга, чтобы избежать отравлений и прочих опасных ситуаций. И, чтобы ни в одну дверь никто не смог войти по ошибке, требовалось приложить карту пассажира. В случае ошибки, робот-помощник предупреждал, что, например, теплокровное кислорододышащее существо собирается войти в переходный шлюз перед залом для хлородышащих. Если же пассажиру всё же нужно было попасть в несвойственный ему зал, ему предлагалось облачиться в защитный скафандр, и только после этого он мог попасть в нужную зону.

Впрочем, между залами для самых распространённых в Галактике кислорододышащих тоже хватало дверей, требующих прикладывания карты пассажира. Зачастую это помогало вовремя напомнить заплутавшим туристам о том, что пора идти на посадку, и подсказать кратчайший маршрут к зоне контроля.

— Приложите ваш билет, — вежливо попросил терминал.

Филипп послушно выполнил указание, воспользовавшись билетом из конверта, оставленного Мелито. На этот раз билеты оказались не именными, ведь Кимовы не покупали их сами. Всю информацию о своей расе, именах, профессии и цели поездки пришлось вводить самостоятельно.

Коммерческий рейс на Акиду — планету с идеальным климатом, планету университетов, образец экологически дружественной архитектуры и их следующий пункт маршрута — терминал определил без проблем. А вот напротив названия туристической компании, предлагающей маршрут «Жемчужины Млечного пути», мерцал красный треугольник.

— Эта компания не зарегистрирована в базе данных. Я же говорил, что слишком всё хорошо и подозрительно.

— Но билеты на Акиду настоящие. Может фирма совсем новая, потому ещё не во все базы внесена. Не удивительно тогда, что они раздают билеты. Отличный способ рекламы, пока заработают себе известность, — Юлия, которой не терпелось уже окунуться в приключения, зная ворчливый характер своего супруга, быстро пресекла все его возражения и нажала кнопку «Продолжить». — Смотри, можно оформить карточку на свой вкус всего за десять пунтов!

— Даже в такой мелочи решили на туристах заработать, — хмыкнул Филипп, но, видя горящие детским восторгом глаза жены, которая раньше выбиралась только в рабочие поездки, а в последние три стандартных года и вовсе безвылазно провела на холодном Геридоне, чмокнул Юлию в макушку и ткнул в кнопку «Индивидуальный дизайн». — Выбирай картинку на свой вкус.

— Тут можно поставить своё фото!

— Издеваешься? — округлил глаза Филипп, но восторженная Юля уже покрепче прижалась к нему, чтобы лица обоих попали в кадр встроенной в терминал камеры, и сделала снимок.

Теперь ближайшие почти четыре часа Кимову предстояло открывать двери между помещениями туристической зоны, прикладывая карточку со своей перекошенной физиономией и счастливым личиком жены.

— За что мне такое мучение? Ты же знаешь, я не люблю фотографироваться.

— Ну это же ненадолго. Как сдадим карту обратно, изображение сотрётся.

— Главное, чтобы до этого нас с этой картинкой никто не увидел.

— Инопланетянам без разницы, как ты выглядишь. Мы для них на одно лицо. А мне ты такой забавный нравишься, — Юля обезоруживающие поцеловала Филиппа и вприпрыжку поскакала к выходу в холл терминала.

Четырёх часов оказалось катастрофически мало. Хотя их путешествие ещё только начиналось и впереди по пути до Земли Кимовых ожидала масса впечатлений и развлечений, им уже сейчас хотелось успеть охватить как можно больше. Слишком они засиделись на службе. Пора было пожить немного для себя. Хотя бы этих несколько недель круиза.

Филипп стоически вынес стремительную пробежку по магазинам с целью «купить всё необходимое». Для пляжей Акиды нужны были купальные костюмы. Раз уж на Элизиуме Юлия не успела до вылета попасть на берег океана, она собиралась дать себе волю в соседнем секторе Галактики. Для защиты от слепящего света на Люмионе необходим был высокоэффективный солнцезащитный крем…

Стоны Филиппа о том, что всё это можно покупать по мере прибытия на каждую из планет, упорно игнорировались.

— Ты же понимаешь, что на месте это будет стоить дороже. Туристическая наценка и всё такое. У бедолаг приезжих уже не будет выбора, и они будут платить, сколько затребуют. А мы прибудем уже подготовленными.

С этими словами Юлия нацепила мужу, которого использовала как примерочный манекен для всего на свете, на голову тёплую мохнатую маску, делавшую его похожим на коренного жителя холодной Ферранды с удивительными ледяными горами и городами, вырубленными в них.

— Дорогой, скажи что-нибудь по-феррандски! — хихикнула Кимова и стала стаскивать маску назад. — Берём.

Филипп прорычал в ответ что-то нечленораздельное, но маску снять не дал. Вместо этого полез к жене целоваться прямо в образе феррандца, хотя до истинного жителя ледяной планеты ростом не дотягивал головы на две.

— Фу, Филя. Ну шерсть же лезет!

— А я думал, тебе нравится, — пропыхтел тот и вернул себе нормальный человеческий облик, если таковым можно было считать растрёпанную шевелюру и раскрасневшееся лицо.

Последним пунктом перед посадкой на борт был ресторан «Галактическая кухня от I сектора до XII».

— Должен предупредить вас, — вмешался в разговор супругов сидящий за соседним столом сталланец, похожий на огромный кожистый пень с клювом, — что здесь прикс готовят не самым лучшим образом.

— На, Дейтру, чтобы отведать их свежайшими, боюсь, мы пока не попадаем, — вежливо ответила Юлия.

— Там их не едят вовсе, — покачал щупальцем непрошенный советчик. — Лучший ресторан, где их подают, на Хит-То.

— И тем не менее…

— Мы вправе сами выбирать, чем пообедать и где, — перебил Юлию, пытавшуюся сохранять вежливый тон, Филипп. — Чего и вам советую. Следите за своей тарелкой.

Чтобы прекратить перепалку, Кимов отключил свой речевой транслятор и переводчик жены, чтобы больше никто не вмешивался в их беседу. Так они и болтали о впечатлениях дня, не понимая ни слова из разговоров инопланетян вокруг, пока не подъехал робот-официант.

— Приксы, припущенные с кисло-сладким соусом из ягод мобито, — объявил он. — Если интересуетесь, то существует аналогичное блюдо из земных неразумных беспозвоночных креветок.

— Земных? — встрепенулась Юля.

— Мы всегда предлагаем представителям разных рас блюда из продуктов их планет. На случай, если они по ошибке заказали блюдо, плохо усваивающееся их пищеварительной системой.

— Так людям нельзя есть прикс? — разочарование было настолько внезапным, что в глазах Юлии заблестели слёзы.

— Приксы полностью пригодны для употребления в пищу людьми. Но, возможно, вам было бы интересно попробовать…

— Понятно, — Филипп рассмеялся. — Не обращай внимания. Это маркетинговый ход. Большинству туристов наверняка захочется тут же отведать похожее блюдо с другой планеты, чтобы сравнить. Двойная выручка ресторану. А креветок мы попробуем уже… уже дома. На Земле.

Эпизод 8. Каков жанр приключения?

Филипп посмотрел на своё фото на карте пассажира и с облегчением приложил его к панели выхода в зону посадки в последний раз.

– Ты доставила мне неимоверные страдания, но порадовала мою любимую, – пафосно попрощался он с кусочком пластика, прежде чем сунуть его в приёмник отработанных карт. – Твой путь завершён.

С особым удовольствием он наблюдал, как исчезало нанесённое изображение.

– Торжественные похороны завершены?

– Да. Можем идти и занимать свои места.

На входе в космический корабль больше никаких проверок предусмотрено не было. Стояла лишь пара сотрудников транспортной фирмы, помогавших пассажирам сориентироваться в коридорах и уровнях судна.

– Не такой уж большой и лайнер для круизного, – рассуждал по пути к каюте Филипп. – Всего пять уровней, лишь два из которых жилые.

– В любом случае должно быть комфортнее, чем если бы мы добирались обычными транспортниками с пересадками на каждой планете.

«Уида» на самом деле мало отличалась убранством от обычных пассажирских рейсовых транспортников. Каюта тоже не впечталила: простые стены без всякой туристической и рекламной атрибутики с разных планет, которой обычно старались подчеркнуть экзотичность путешествия другие компании, две обычные койки с индивидуальными светильниками над каждой, на одной стене панель управления пищевым синтезатором со стандартным сбалансированным меню для разных рас и окошко выдачи. Вот и весь интерьер.

– Смотри, тут и зона отдыха с баром есть. – Юлия постучала пальчиком по схеме корабля на стене тесной каюты. – Может, хоть что-то интересное и экзотичное будет?

– На туристических кораблях таких зон обычно несколько. Даже если весь корабль рассчитан на один тип существ. Да и каюты могли бы сделать поуютнее.

– Зато ничего лишнего, – вздохнула Кимова и тут же улыбнулась: – И прекращай ворчать. Мы вообще бесплатно летим. Развлекаться будем на других планетах по пути.

– Ладно-ладно. Но когда-нибудь мы сможем позволить себе отдых не эконом-класса.

– А мы и не отдыхаем. Мы просто переезжаем.

– Уговорила.

Чем больше супруги Кимовы находились на корабле, тем сильнее разочаровывались. Оказалось, что общего обеденного зала на борту нет. Питаться предполагалось в своих каютах из того самого пищевого синтезатора общего образца. То есть без изысков, самой стандартной пищей, пригодной только для утоления голода.

– Это становится грустным, – капризничала Юлия. – До Акиды лететь семь стандартных дней. Я озверею за это время на безвкусном протеиновом суфле и снеках, а как выйдем на воздух, заработаю несварение, на радостях дорвавшись до нормальной еды.

– Да и скучно. Я рассчитывал пообщаться с кем-нибудь интересным. А когда заводить знакомства, как не за едой?

– То есть я для тебя недостаточно интересна?

– Я этого не говорил.

– Но подумал.

– Может, прогуляемся в рекреационную зону?

– С удовольствием!

Супруга с готовностью вскочила со своей койки – доставшиеся им билеты не были рассчитаны на супружескую пару, потому каюта Кимовым досталась не семейная, а просто на двоих, – накинула кардиган и попыталась открыть дверь. Но та не сдвинулась с места.

– Не поняла…

Филипп уже нажимал на кнопки вызова обслуживающего персонала корабля, но добился лишь автоматического сообщения на экране:

«Уважаемые пассажиры! Добро пожаловать на борт корабля «Уида», транспортное судно среднего класса. На данный момент часть палуб проходит техническую проверку, потому перемещение по коридорам и уровням ограничено. Приносим извинения за временные неудобства и желаем приятного путешествия».

– Да уж, средний класс. Ага… Еда, как в тюрьме. Каюта, как камера. Ещё и дверь заперли. Тюрьма и есть, – Юля всё больше распалялась, а Филипп помалкивал, чтобы не расстраивать супругу ещё больше. – Вот тебе и бесплатные билеты! Понятно, почему их никто не хочет покупать. С таким-то сервисом! Или эти маленькие скарфы решили над нами пошутить? Мы в шоу попали что ли? Тогда режиссёр у вас хреновый. Вы слышите? Автора сценария тоже поменяйте! Тут явно скрытые камеры есть…

Кимова вдруг осеклась, пригладила волосы и более спокойно спросила, глядя в угол, в котором, как ей показалось, расположить камеру было бы наиболее удобно:

– Эй, ты, там за экраном, надеюсь, тебе хоть нравится это смотреть. Ну или читать. А нам перепадёт гонорар за участие? Жанр передачи хотя бы комедия, а не триллер?

– Главное, чтобы не хоррор, – мрачно буркнул под нос задумчивый Филипп.

Супруги Кимовы потеряли бы счёт времени, пока корабль летел в сторону Акиды, если бы не электронные календари в мультифункциональных браслетах. Всё это время их не выпускали из каюты. Из развлечений были только трансляции развлекательных каналов, кое-как адаптированные для разных рас. Правда, сценаристы и менеджеры каналов и передач всё же плохо представляли, что то, что кажется забавным сталланцу или феррандцу, вряд ли будет приятно видеть людям или скарфам, хотя все они и входят в общую группу теплокровных кислорододышащих.

За несколько часов до прибытия Юлия уже сидела как на иголках. Она успела несколько раз перепроверить сумочку с документами и рюкзак Филиппа с самыми важными вещами, которые могли пригодиться им снаружи, чтобы ничего не забыть. Разумеется, вещи самого Филиппа в его рюкзаке занимали места не больше четверти, но спорить с озверевшей от скуки супругой было вредно для здоровья, потому муж на всё соглашался.

Если бы в каютах были иллюминаторы, то Кимовы смогли бы полюбоваться столь долгожданной панорамой поверхности, покрытой в основном водой, прерывающейся зелёными массивами материков, Акиды. Но вместо этого весть о приближении к свободе и массе туристических развлечений им принёс служащий корабля, внезапно возникший на пороге их импровизированной тюрьмы с подносом в лапках. Им оказался трилоб – невысокое существо с множеством членистых ножек, покрытое пластинчатым серым панцирем.

– Надеюсь, вам было комфортно? – сотрудник задал дежурный вопрос и, не давая возможности пассажирам ответить и всласть повозмущаться, тут же продолжил: – Мы заботимся о своих клиентах, потому вы должны принять специальный витаминный комплекс. Он поможет вам легко и быстро акклиматизироваться на данной планете. И ничто не омрачит ваш отдых.

Обезоруженные вежливостью и заботой, супруги послушно приняли цветные капсулы и запили каким-то фруктовым напитком.

– А нельзя было внести витамины в качестве пищевых добавок сразу в меню синтезатора? – поинтересовался Филипп.

– Бортовая система синтезаторов не пригодна для этого. Тем более для каждой расы нужны разные добавки. Сложно рассчитать заранее, какие именно витамины следует загрузить в систему.

Юлия вдруг зевнула.

– Да уж, чем больше спишь, тем больше хочется. Хотя столько дней только и делали, что спали. Заняться ведь было нечем. Зато вот-вот проветримся, наконец!

– Разрешите поинтересоваться, – вдруг решил полюбопытствовать Филипп. – Ведь трилобы водные существа? Насколько твёрдый и тяжёлый ваш панцирь? Можно я потрогаю? Если это не бестактно, на ваш взгляд, конечно. Мне с технической точки зрения интересно.

– Ч-что? Ах да… – вопрос человека застал сотрудника корабля врасплох. – Да. Водные. Отличная маскировка снимает все вопросы.

Кимов расценил ответ, как разрешение, быстро наклонился, даже не вставая с койки, и постучал по выступающим чешуям на боку существа. Стука не получилось. Трилоб вдруг резко вздрогнул, обмяк и изменил цвет и форму.

– Я ещё не встречал таких любопытных и неугомонных существ, – недовольно просвистел сотрудник, который теперь выглядел, как мешок со слизью, с чёрными выпуклыми глазами на макушке и пучком ложноножек в нижней части тела. – Кажется, Фиби не рассчитала дозу. Вы уже должны были спать!

– Ух ты! Так вы амморит с Варго… – реакция Юлии была для неё нехарактерной. – Читала про вас, но никогда вживую не видела.

– Ты просто меньше путешествовала, дорогая, – сонно пояснил Филипп. – А зачем вы нам дали снотворное?

– Чтобы смирно лежали, пока вас не выгрузят.

– Но мы должны сойти на Акиде, чтобы попасть на экскурсии и на пляж, – вяло продолжал Кимов. – Мы зарегистрировались на рейс в межпланетной транспортной системе. Нами заинтересуется миграционная служба, если мы не отметимся по прибытии.

– Не волнуйтесь. Мы позаботимся, чтобы не доставить заинтересованным службам лишних хлопот. – Амморит вздрогнул, резко увеличился в размере и стал точной копией Филиппа. – А компанию мне составит Фиби.

– Точно, маскировка снимает все вопросы. Мимикрия… Но мы прилетели, чтобы отдохнуть на курорте. Мелито ведь подарил нам путёвки…

– Мелито отличный парень, – амморит снова вздрогнул, скукожился и принял облик скарфа, которого спасли от метели супруги Кимовы. – Правда, он вызывает доверие?

С этими словами амморит-скарф подмигнул Филиппу и скрылся за дверью.

– Так нас похитили? – сквозь сон пробормотала Юлия.

– Кажется, да…

– Ва-а-у-у-у… Значит, мы важные шишки… Понять бы только, чем мы так важны?..

И разговор прервался. Оба супруга крепко уснули.

Проснулись Кимовы уже не в койках, а на полу, и не в своей каюте, а в помещении без мебели. Зато здесь было полно других пленников. В основном теплокровные кислорододышащие некрупные обитатели планет Конфедерации: беспокойные свиглы и похожие на них пушистые кориниканцы, квиллиацы, несколько трилобов и головастых виргианцев. Вперемешку с кислорододышащими среди пленников затесалось трое ошианцев. Они могли дышать и воздухом, но основной средой обитания всё же была вода. Им-то и приходилось сложнее всего. На троих у них был одна неполная ёмкость воды. Бедолаги периодически окунали в неё кусок тряпки и смачивали друг другу органы дыхания.

Пленники сбились в кучки по расовой принадлежности по большей части спали. Супруги оказались здесь единственными людьми. Знакомиться с кем-либо желания пока не возникло. Юлия и Филипп ошарашенно осматривались и пытались понять, что именно с ними произошло.

Из-за двери донеслись неразборчивые голоса. Кимова бросилась к выходу и стала прислушиваться, но сквозь двухслойную металлическую створку разобрать можно было только отдельные фразы чуть хрипловатых голосов трансляторов-переводчиков.

— В этот раз мало…

— … зато дорогие. Мелкие и проворные со своими пятью пальцами.

— Кормить замучаешься, капризные и хилые… дохнут…

Юлия в шоке повернулась спиной к двери, прислонилась к ней и тихо осела на пол.

— Да это же работорговцы! Они нас, как товар, обсуждают…

Филипп в задумчивости молчал, сидя у боковой стены, то и дело сжимая и разжимая кулак. Пару раз он поднимал голову, собираясь сказать что-то утешительное жене, но раздумывал и обречённо снова опускал глаза.

— Ты был прав. Всегда прав, мой дорогой Филечка. Всё с самого начала выглядело плохо и подозрительно. Ты был прав, а я дура. Дура истеричная. Дура эгоистичная! Устала работать, устала отказывать себе во всём. Решила развлечься, повелась на бесплатное, решила для себя пожить. А подумать не решилась, дура, ослеплённая жадностью и жаждой развлечений!

Юлия распалялась всё больше. Интонации её менялись с каждой фразой вместе с тоном и громкостью. Кимова раскачивалась, сидя у двери, и на самых яростных выкриках ударялась затылком о металл. Филипп не мог спокойно на это смотреть. Он пересел поближе и крепко прижал к себе супругу.

Другие пленники, казалось, привыкли уже к подобным сценам. Свигглы что-то грызли, кориниканцы продолжили спать, трилобы сочувственно скрипели о чём-то, но вмешиваться не стали. Ближайший к Юлии ошианец протянул Филиппу свой коврик, чтобы тот мог подложить его супруге под голову. Сам уроженец Ошиана в постели не нуждался. В твёрдом панцире ему было всё равно, на чём спать.

— Успокойся, солнышко. Ты не виновата. Мы и правда слишком долго засиделись на этой холодной, безрадостной планете. Я должен был беречь тебя и лучше о тебе заботиться. Ты думаешь, это капризы? Нет. Я просто недостаточно о тебе заботился. У тебя проблемы со здоровьем из-за этого. И гормоны не в порядке, и нервы расшатаны. Ты не истеричка. Ты моё самое терпеливое и родное солнышко.

Но Юлия продолжала гнуть свою линию:

— Говорили мне родители, что ничего не даётся просто так. Бесплатный сыр только в мышеловке, а праздность до добра не доведёт. Лень и праздность. Сэкономила, не захотела с пересадками лететь…

— Тш-ш-ш… — Филипп вдруг приложил палец к её губам.

Юлия всхлипнула ещё раз и притихла. Мимо их клетки прогрохотали тяжёлые шаги. Теперь слова работорговцев были хорошо слышны:

— Кцлех передал, что обработал здорового феррандца.

— Отлично. Нужно будет заскочить в каменоломни на Виргии. Там за такого хорошо заплатят.

— Только клетку надо освободить. Как бы он нам остальной товар не попортил, когда очухается и разъярится.

— Вытащим из семнадцатой того грызуна и бросим к прочей мелочи. Потеснятся. Может, погрызутся немного, но удавить друг друга не должны.

Отдалённый звук механизмов гидропривода гермодвери, шаги, сопровождаемые тихими стонами и снова звук автоматически отодвигаемой массивной створки. На сей раз на двери, запирающей тюрьму Кимовых и их менее крупных товарищей по несчастью. Филипп отодвинул Юлию в сторону, а сам приготовился к прыжку, но весь его пыл пропал, когда в открывшемся проёме появились фигуры двух здоровенных арболитов. Этих жителей суровой и каменистой Венды IV во всей Галактике знали как отменных бойцов. Несмотря на плотный слой жёсткой шерсти, которая сама по себе хорошо защищала от повреждений, они предпочитали носить дополнительную броню, а из оружия, с которым не расставались, предпочитали что-нибудь потяжелее и помощнее.

В клетку небрежно бросили ещё одну подстилку и потрёпанного скарфа.

— Не испортите нам эту мелочь, — ухмыльнулся один из бандитов и захлопнул дверь.

— Похож на Мелито, — Юлия уже переключилась на заботу о скарфе, который был в куда более плачевном состоянии, чем она с мужем.

— Представители других рас всегда кажутся на одно лицо, — беззлобно подначил её Филипп.

— Я… Мелито… Пръезе… не берите бесплатные путёвки… подделка… обман…

Скарф на время потерял сознание.

— Всё-таки это был он! — Юлия была готова придушить несчастного Мелито, но Филипп успел остановить её, поймав в объятия.

— Ты ведь видела, как менял внешность тот амморит в нашей каюте?

— Да, ещё и восхищалась им, дура набитая.

— Так вот, нас он опоил снотворным и сошёл на Акиде. Не удивлюсь, если сейчас где-то в ресторане поддельная Юля Кимова рассказывает каким-нибудь местным молодожёнам о замечательном трансгалактическом круизе и горящих путёвках.

— Ты думаешь он?..

— Уверен, что к нам приходил тот же амморит-мимикрист, или другой — наверняка их в этой баде полно, чтобы и эервт обманывать, и миграционные службы за нос водить — в то время как мистер Пръезе уже был заперт в клетке.

— Но нам путёвки всучили на Геридоне, а он не входит в маршрут круиза. За нами специально что ли прилетали? Мы чем-то для них особенно важны! — Юлия торжественно сложила руки на груди, пытаясь вспомнить, чем же так важны и ценны они с мужем могут быть для похитителей.

— Я слышал, что им заказали побольше людей, — Мелито пришёл в себя и попытался сесть. — А на Геридоне холодно. Люди — один из самых хорошо приспосабливаемых видов, потому там их полно. Но мало кто из них доволен условиями. Лёгкая добыча.

— Так это точно не ты нам то письмо подбросил с билетами? — Юлия внимательно всматривалась в скарфа.

— У них уже отработанная схема. Крутятся в транспортных терминалах и возле туристических агентств и выбирают жертв, которые обрадуются бесплатному круизу. — Мелито быстро приходил в себя и уже начал инстинктивно приводить в порядок шёрстку. — Во всяком случае, я тоже получил письмо после того, как посетил космопорт, чтобы узнать цену на билет до Гиды, и выручил одного трилоба.

— «Спасибо за помощь, дорогой друг…» и всё такое, да?

— Точно! Что-то такое и было в письме. Я ещё удивился, что Рлио не назвал меня по имени и не подписался в конце письма, а ведь мы неплохо посидели в баре и вроде подружились даже. Просто проснулся и увидел перед носом конверт с билетом.

— Письмо без подписи? — Филипп звонко хлопнул себя по лбу. — Ещё и название нашей расы на конверте было будто дописано после.

— Так они всем одинаковые письма оставляют? — обиделась Юлия. — Никакой фантазии.

— Это просто бизнес. А мы — просто товар, — скарф развёл лапками в стороны.

— Покидают туристический корабль они под видом зарегистрировавшихся на рейс туристов и отмечаются о прибытии, потому никто не ищет пропавших. Мало ли чем они на планете по прибытии занимаются? Главное, что в космосе не потерялись. С этим понятно, — принялся рассуждать Филипп. — На борт «Уиды» поднимаются новые «туристы». А как возвращаются сами аммориты?

— Разве для мимикристов это проблема? — Мелито приподнял верхнюю губу, что у скарфов означало улыбку.

— Действительно. Притворился чемоданом, сумкой пилота или другим неживым предметом и все дела. Они же все в одной команде. А усыплённых пассажиров…

— …выгружают посреди пути на пристыковавшийся пиратский челнок, — помог завершить логическую цепочку Мелито.

— Понятно. Никакие мы не важные шишки, — Юлия даже разочаровалась. — Просто под руку подвернулись. Ну хотя бы ходовой товар. Может, хоть шкурку нашу постараются не попортить. И куда нас теперь отправят? Какая часть Галактики ещё не вошла в Конфедерацию независимых миров и где не отменено рабство?

— Да вся окраина с Седьмого по Одиннадцатый сектор, — мрачно озвучил Филипп, который уже успел поразмыслить над этим вопросом.

— То есть почти половина Галактики…

Снова потянулись унылые дни. Периодически работорговцы приводили партии новых жертв. Каждый раз Юля пыталась прикинуть прошедшее количество дней и определить, с какой из планет маршрута «круиза» очередное пополнение. Но на популярных планетах население было очень пёстрым, потому каждый раз новобранцы были самыми разномастными, потому проверить свои предположения Кимова не могла.

Один из перелётов оказался особенно длительным.

— Наверное, пересекаем не особо заселённые сектора. Значит, скоро доберёмся до Гиды, а за ней и Земля, — с тоской протянула Юлия.

— Это если мы не в противоположную сторону летим. Отсюда же не видно.

— Ну, Филя!

— Они куда-то спешат, — задумчиво протянул Мелито. — Я хорошо знаю этот звук, когда двигатели работают на пределе. Хотя я и не смог точно определить тип и класс корабля. Снаружи я его не видел, а из того, что успел рассмотреть внутри, понял, что эту посудину собирали по частям из кучи всего. Собрали, кстати, не плохо, но до скарфского качества далеко, далеко…

Пръезе был как раз механиком, что не удивительно, учитывая его проворную расу. Несмотря на свои небольшие размеры и то, что скарфы так и не стали доминирующими хищниками на своей планете, их интеллект и тяга к технике позволили им выйти в космос и успеть освоить пару ближайших планет до того, как они повстречали первых соседей по Галактике.

Совершенству скарфских кораблей завидовали почти все расы, но покупать их смысла не было. Ведь миниатюрные технари строили их под свои габариты. Зато их техническая подкованность и умения стали ходовым товаром.

— По левому борту подача топлива неравномерная. Я чувствую характерную вибрацию. Скоро двигатель выйдет из строя, — спокойно вынес вердикт Мелито.

— Это хорошо для нас или плохо? — осторожно спросила Юлия.

— В зависимости от того, есть ли у этих бандитов механик и ресурсы для ремонта и как далеко мы застрянем от обитаемых планет.

Через пару дней прогноз Мелито сбылся и корабль замер, а подходящий для ремонта топливной системы мастер у пиратов всё же нашёлся.

— Выходи, грызун. Тебя Кэп требует к себе. Пора отрабатывать свою еду, — пробасил арболит и ухватил не особо сопротивлявшегося Мелито за загривок. — Движок барахлит что-то.

— Ты станешь ремонтировать корабль гнусных работорговцев? — Юлия скривилась, глядя на покорно болтающегося в руке бандита скарфа, и отвернулась.

— Спасибо вам за добро и компанию, — выдохнул Мелито.

— Ты будто прощаешься. Починишь эту развалюху и вернёшься, — уверенно начал Филипп, но на конце фразы голос его потерял уверенность. — Так ведь?

— Как знать…

Больше добродушного скарфа-механика супруги Кимовы не видели. По ощущениям через пару дней корабль ожил и снова начал движение. Соскучившиеся пленники обрадовались, что скоро их маленький друг снова будет с ними. С остальными пленниками общение у них так и не сложилось, а к Мелито он успели привязаться, несмотря на то, что именно его облик принял работорговец, чтобы заманить их на «Уиду». А может именно общее начало событий на Геридоне и сблизило их.

Вместо возвращения скарфа буквально через несколько минут корабль сильно тряхнуло и по нему прокатился грозный рокот. Работорговцы засуетились. Кто-то из них выкрикнул на бегу:

— Эта мелкая тварь нас взорвала!

На очередной ремонт понадобилось гораздо больше времени. Капитан явно был в ярости из-за задержки и срывался на подчинённых, а те отыгрывались на пленниках. Ожидание хоть чего-либо становилось невыносимо однообразным и бесконечным.

А ждать оставалось только кормёжки, которую резко урезали. Сказывалось длительное нахождение вдали от планет и космических баз без дозаправки и пополнения припасов. Будущих рабов содержали в помещениях корабля, предусмотренных как жилые, но пищевые синтезаторы там были отключены, что понятно и логично с точки зрения работорговцев. Им было важно лишь сохранить товар живым и не слишком измождённым.

Теперь же пленники получали половину порции питательного концентрата в сутки. Сильнее других страдали относительно некрупные свиглы. У них, приспособленных к резким перепадам температур на близкой к своей звезде Свигилии, был очень быстрый метаболизм и желудок, способный переварить и усвоить практически любую органику. За такую всеядность, а в придачу ещё и невосприимчивость к ядам, прочную шкуру и гибкие суставы, что всё в месте создавало впечатление неуязвимости и бессмертности, свиглам приходилось платить. Этим существам постоянно хотелось есть. Полные карманы еды и постоянно что-то в зубах — это было визитной карточкой свиглов, по которой их можно было отличить от похожих внешне, но изнеженных стабильным климатом своей планеты кориниканцев.

Гимо и Фрим заняли место у самой двери, чтобы первыми получать столь долгожданную порцию еды. Кимовы же были единственными людьми в этом помещении и практически самыми крупными существами. Несмотря на недостаток пищи, аппетит у Юлии был плохим. Филипп каждый раз долго шёпотом уговаривал её съесть свою порцию и не позволял отдать пищу другим.

— Тебе нужно беречь силы. Когда-нибудь ведь нас освободят, мы доберёмся до Земли и осуществим свою мечту, ради которой и отправились в путь.

Поначалу Юля резко реагировала на попытки супруга успокоить её и подбодрить, дважды срывалась на истерику, чем перепугала половину обитателей камеры, мало знакомых с проявлением эмоций у людей, а затем стала совсем тихой. Пугающе тихой и безразличной ко всему.

— Еда! — Гимо прильнул мохнатым ухом к двери.

Чуть ниже пристроился второй свигл:

— Не слышно шелеста колёс тележки, — в голосе Фрима сквозило болезненное разочарование. — Не еда.

— Их много.

Остальные пленники поёжились и отодвинулись подальше от двери. Если работорговцы идут большой компанией, добра ждать не стоит. Либо ведут новых пленников, либо собираются кого-то забрать, как увели Мелито. Корабль всё ещё болтался где-то в космическом пространстве с повреждённой энергосистемой, и новым пленникам взяться было попросту неоткуда. Значит…

— Освободите пространство возле входа. Замки заблокированы, мы будем использовать спецаппаратуру. Металл сильно нагреется.

Трансляторы переводили глухо доносящиеся из-за створки голоса без сохранения эмоций, но всё равно пленники сразу поняли, что на этот раз за дверью не бандиты. Слишком уж спокойно и вежливо их попросили убраться вглубь помещения. Работорговцы на своём корабле, наверняка, нашли бы другой способ вскрыть камеру, а не вырезать замок вместе с куском двери и стены.

Шипение резака, удар. Кусок горячего металла ввалился внутрь помещения. Следом створка двери силами гостей отодвинулась, и ещё несколько мгновений клубы вонючего дыма мешали рассмотреть пришедших. Наконец, серебристо блеснула эмблема в форме двенадцатилучевой звезды, символизирующей сектора Галактики, с силуэтом спирали Млечного Пути на тёмно-синем фоне и звёздочками, отмечающими каждую из двенадцати столичных планет.

— Объединённая Служба Охраны Галактики, Управление Девятого сектора, — представил команду из троих спасателей феррандец в тёмно-зелёной форме. — Раненые есть?

— Нет. Только голодные, — вдруг выпалила Юлия.

Она внезапно очнулась от забытья и удивлённо осматривалась по сторонам.

— А вы настоящие полицейские? — продолжила Кимова.

— А есть сомнения? — вопросом на вопрос ответил человек из Службы Охраны.

— Их можно понять, Райан, — феррандец был старшим по званию в этой тройке.

— Да уж. Фальшивой туристической компании нам хватило, — едко отозвался из угла всклокоченный квиллианец.

— В каком смысле?

— А вы сюда не по фальшивой путёвке прибыли? — продолжил язвить Д’Крако.

— На Квиллиане, что ли, без хамства не выжить и это у вас в крови? — огрызнулся Райан.

Третий солдат, ошианец, которого природа снабдила прочным панцирем восемью крепкими ногами и парой мощных клешней, без лишних разговоров отбросил обратно в коридор остывающий кусок вырезанного металла, чтобы не мешался под ногами, и стал помогать вставать наиболее ослабшим пленникам.

Филипп поспешил присоединиться к разговору, чтобы не позволить сцепиться квиллианцу, который вместе со всей своей расой на самом деле по природе своей тяготел к хамству и эпатажу, с человеком.

— Это корабль работорговцев.

— Мы уже поняли, — старший по званию обрадовался, что среди пленников нашёлся кто-то относительно спокойный и способный к осмысленному разговору, а не эмоциональным выкрикам. — Но при чём здесь туристические путёвки?

Филипп быстро изложил схему обмана, с помощью которой его с супругой остальных пленников заманивали на «Уиду». Остальные потерпевшие поддакивали и добавляли свои детали в рассказ.

— Из обрывков разговоров бандитов я понял, что схема давно отработанная. Так как же вам удалось понять, что борт на самом деле не круизный и спасти нас?

— Кажется, вам крупно повезло, — феррандец почесал затылок. — Сработал автоматический аварийный маяк. По всем признакам судно попало в серьёзную аварию. От экипажа никаких сообщений не поступало. Только сигнал маяка. Да ещё и в незаселённом квадрате, удалённом от всех путей. Ни один рейс сюда не был зарегистрирован. Что мы должны были подумать?

Пленники непонимающе смотрели на солдат.

— Мы бригада первого контакта, — спокойно пояснил недогадливым страдальцам ошианец. — Авария вдали от обитаемых частей сектора. Мы летели спасать представителей новой разумной расы и налаживать мирные дипломатические отношения. А на месте выяснили, что всего лишь случилась поломка на корабле работорговцев. Вам повезло, что случайно сработал аварийный маяк.

— Мелито… — со слезами на глазах прошептала Юлия. — Нам не повезло. Это малыш Мелито устроил. Он знал, что на сигнал маяка кто-нибудь примчится нас спасти…

— Та-ак… Понятно. Теперь мы эту хитроумную лавочку прикроем. Райан, подготовь раппорт для передачи Департамент по борьбе с преступностью. Это их охотничьи угодья. Пусть встряхнутся.

ОСОГ выполняла в Конфедерации все военные, полицейские и дипломатические функции, включая в себя ряд специализированных департаментов. Отлично налаженная система позволяла представителям разных рас общими усилиями уже долгое время поддерживать мир в разведанной и обжитой части Галактики. Но всё равно ещё оставалась масса неисследованных областей. В удалении от крупных планет, скрываясь за туманностями и в пылевых облаках, устраивали свои логова и убежища разномастные преступники, чаще всего выходцы с бедных окраинных планет, этаких трущоб галактического масштаба.

Там же оставался шанс встретить новые разумные расы, вышедшие в большой Космос, но ещё не встретившиеся с жителями Конфедерации.

Именно в случаях вероятности таких встреч к местам аварий в незаселённых окраинных районах выдвигалась команда первого контакта. В группу входили не только военные, но и команда высококлассных ксеномедиков. Для них, правда, на этот раз работы было немного. Они с нетерпением ждали редких вызовов в неизведанный космос в надежде на встречу с чем-то новым, но в этот раз все виды, нуждающиеся в минимальной медицинской помощи, оказались знакомыми и уже хорошо изученными.

Юлия с Филиппом обошлись без травм. Лёгкое обезвоживание и дефицит микроэлементов решались полноценным питанием и соблюдением питьевого режима. После нескольких дней бесед с полицией, рассказав все детали их попадания в ловушку работорговцев, они были свободны. Всех бывших пленников довезли до заправочной и пересадочной космической станции «Энигма-3», восстановили электронные носители документов и пожелали счастливого пути.

Кимовым снова нужно было искать транспорт до Земли.

Эпизод 9. В одну реку нельзя войти дважды или…

— Пошли поедим, — Юлия встряхнулась сама и энергично потянула супруга прочь от станционного Управления ОСОГ. — Чёрная полоса закончилась. Будем считать, что туристический круиз продолжается.

Обрадованный тем, что жена пришла в себя и снова интересуется происходящим вокруг, Филипп не стал перечить и послушно потопал следом.

«Энигма-3», как и любая заправочная станция, на которой останавливалось множество путешественников всех рас, населяющих планеты Конфедерации, была обустроена базовым туристическим набором объектов инфраструктуры. Предприимчивые дельцы не могли упустить прибыль, потому кроме обязательной многовидовой гостиницы с зонами, где отдельно могли отдохнуть и расслабиться без скафандров все расы, на станции было несколько сувенирных лавок, пара кафе и баров, ресторан и обязательный мини-рынок, на котором за определённую плату могли занять местечко прилетающие торговцы со всех уголков Галактики.

Павильоном для хлородышащих, напоминающим буйные экзотические джунгли за прочными стеклянными стенами, и аквариумом для вододышащих можно было долго любоваться, хотя то, что казалось причудливыми украшениями, оказывалось мебелью или прочими бытовыми и обыденными предметами. И то, необычно и красиво это выглядело лишь для тех, кто мало путешествовал по Галактике.

Никаких настоящих достопримечательностей на «Энигме-3» не было, что не удивительно. Располагалась заправка в глухом углу малоосвоенного Девятого сектора. Здесь ещё даже не была выбрана постоянная столичная планета. В более обжитых секторах зачастую на станции туристы стекались специально ради особых развлекательных аттракционов или медицинских услуг. Так, станция «Трилини», построенная сталланцами в Четвёртом секторе, славилась центром пластической хирургии, а «Энигма-7» в Шестом — самой высококлассной кухней из несинтезированного искусственно выращенного в лаборатории мяса.

— Тебе разве не интересно попробовать стейк, который сразу идеальной формы, толщины и плотности вырос в пробирке! Молоденькое нежное мясо без неоходимости убивать детёнышей!

— Не в пробирке, а в здоровой кювете с питательным раствором. Их массово производят ведь, — беззлобно нудил Филипп в своей привычной манере и мягко соглашался с Юлей: — Я бы попробовал, конечно, такое мясо ради интереса. Но здесь придётся ужинать тем, что предлагают.

— Зато на Земле мы сможем есть натуральные продукты, которыми испокон веков питались наши предки! — глаза у Кимовой уже горели прежним азартом, будто и не было их похищения лжетуристической фирмой.

В силу того, что «Энигма-3» работала не на самом оживлённом маршруте, во всех точках общепита был примерно одинаковый набор базовых блюд для теплокровных кислорододышащих, приготовленных из концентратов и сублимированных продуктов. Лучше, чем пища из бортового синтезатора, но не то, чего хочется жадным до новых впечатлений туристам.

— Смотри, смотри, Филечка! Тут даже прикс подают! Тех самых дейтрийских!

— Наверняка обычный белковый фарш с ароматизатором, слепленный в нужной форме, и ни одна прикса при производстве этого блюда не пострадала. Кто повезёт сюда такие дорогие и редкие ингредиенты? Выбери что-нибудь попроще. Тем более что настоящих прикс мы ели на Акиде.

— Ну и нудный ты, Филя. И как я с тобой живу?

— Счастливо, — ни секунды не сомневаясь, ответил Кимов и погладил Юлю по щеке. — Сама меня выбрала. А то, что было, уже в прошлом.

— Может попробовать запечённое филе ошианских нефелид?

В ответ супруг красноречиво скривился.

— Ты просто не любишь морепродукты! — взвилась Кимова и стала набирать на пульте заказ.

Филипп улыбнулся и так же молча выбрал блюда для себя. Меньше чем через десять минут перед ними были расставлены тарелки.

— А почему зелень в салате маринованная? Я на свежие листики рассчитывала.

— На заправке в глуши космоса? Тут до ближайшей аграрной планеты лететь через полсектора.

— А тут вырастить не могут? В аквариуме для мурийцев полно травы.

— У них не аквариум, а павильон с хлористой атмосферой.

— Да без разницы. Всё равно за стеклом живут. И сами на салат похожи.

Юля отодвинула разочаровавший её салат и стала ковырять вилкой филе ошианской нефелиды. Филипп в это время демонстративно похрустывал маринованными листьями салата.

— Странная текстура. Как рыбные палочки из… из…

— Из белкового фарша, — шёпотом подсказал Кимов и театрально вжал голову в плечи, ожидая вспышки негодования от жены, но не удержался и добавил: — Мы такие обычно брали у Мирта. «Полуфабрикаты на каждый день» в жёлтом пакете.

— Можно подумать, у тебя еда получше!

— Вполне не плохо, если не завышать ожидания от пищи на обычной заправке, — Филипп с удовольствием отправил в рот ломтик курятины.

— Врёшь же! Дай попробовать.

Со стороны могло показаться, что взбалмошная супруга капризничает на ровном месте, а муж-подкаблучник ей во всём потакает, но такое поведение обоих говорило лишь о том, что супруги начали приходить в привычное спокойное состояние после плена у работорговцев.

— Нечестно! У тебя курица на вкус как курица!

— Я же говорил, закажи что-нибудь попроще. А курятину очень просто производить и перевозить.

— Не верю, — Юля не хотела сдаваться. — Просто курятина настолько простая и неизысканная, что куча продуктов с половины населённых планет Конфедерации при готовке становится похожей на курицу. Даже грибы какие-то можно так приготовить. Так что не сложно сделать её из белкового порошка.

— Как скажешь, — Филипп еле сдерживался от смеха и уже срезал с ножки надкушенный кусочек. — А дай попробую твою нефелиду. Или вообще давай меняться? Резко рыбы захотелось.

Юля немного помялась для вида, а потом резво поменяла тарелки местами. Врать друг другу в их семье было не принято. Отказываться от искренней помощи и попыток сделать друг другу приятно, как и делать что-то в ущерб себе ради милого образа — тоже. Раз Филипп предложил поменяться блюдами, значит, он и правда не против поужинать синтетической рыбой вместо курятины.

— Извини. Что-то меня сегодня понесло, — после ужина Кимова стала очень ласковой и спокойной.

— Всё нормально. Ты ворчишь, я занудствую. Иначе и быть не может, — муж обнял Юлю и уткнулся носом в её макушку. — Тебе всё можно.

Кроме того, что станция болталась в космосе в порядочной глуши, так ещё и направление на Землю здесь было не самым популярным. Крупные трансгалактические корабли останавливались у столичных и промышленных планет, а здесь шныряли в основном местные перевозчики. Рейсовый транспорт тоже не заглядывал. Подходящего судна, куда можно подсесть пассажиром, приходилось ждать по несколько дней, а то и недель.

Потому супруги Кимовы решили не торопиться и из ресторанчика перебрались в бар. Там даже играла живая музыка. Правда, художественную ценность металлического бряцанья непонятными инструментами, поскрипывания, попискивания и мурлыканья, оказавшегося вокалом кориниканца неопределённого возраста и пола, люди оценить не смогли.

Жизнь, наконец, дала Юлии и Филиппу передышку. Они всё ещё были на полпути к цели, в ситуации неопределённости по поводу дальнейшего, но зато теперь он могли ощутить себя праздными туристами, как и планировали, когда соглашались воспользоваться туристической путёвкой. Пусть и на обычной заправке в глуши в полупустынном пространстве меж двух рукавов менее заселённой половины Галактики. Пусть так, но сейчас они смогли просто расслабиться и никуда не спешить.

Так им показалось.

После третьего коктейля Юлия начала слышать в мурлыканье вокалиста особую мелодичность и мягкость, подчёркнутую резкостью лязганья инструментов, а в его образе — особую лиричность.

— Он ведь о любви поёт, верно, дорогой?

— Вообще-то о революционно-освободительном движении на Коринии за двадцать кориниканских лет до того, как планета вошла в Конфедерацию, и на ней воцарился мир.

— Откуда ты знаешь? Транслятор же не переводит песни из-за фонового шума музык… Ой! А вы кто?

После пережитого стресса Кимова настолько расслабилась в безопасной обстановке и заслушалась музыкой, что пропустила мимо ушей предупреждение супруга о том, что он отойдёт в туалет. И то, что его место у стойки успел занять другой мужчина, точно также расслабившийся от алкоголя, как и Юля, она тоже не заметила.

— Можете называть меня Гатто.

По человеческим меркам он, несомненно, считался привлекательным. Рост выше среднего, тёмные, небрежно зачёсанные волосы, смуглая кожа, озорные карие глаза и лёгкая небритость вкупе с небрежно расстёгнутым воротом рубашки под потрёпанной, но стильной кожаной курткой.

Не сложно догадаться, на что рассчитывал Гатто, заведя разговор с симпатичной, к слову, единственной на станции, человеческой женщиной.

— У вас прекрасный музыкальный вкус. Кориниканцы считаются самыми романтичными исполнителями в Галактике, даже, если поют о войне.

— Точно! Не то что писклявые дитторианцы. Не понимаю их столь дикой популярности, — сложно было понять, от чего раскраснелись щёки Юлии: от алкоголя или от комплимента. — А вы понимаете их язык?

— Приходится. В жизни они не столь милы.

Гатто отвлёкся, чтобы заказать для дамы очередную порцию коктейля, и вернулся к разговору.

— Так, как я могу вас называть?

— Ой. Забыла представиться. Юля.

— И чего, вы, Юля, ждёте на этой унылой заправке вдали от цивилизации?

— Корабля в сторону Земли.

— Как удачно всё складывается! — Гатто подвинул табурет поближе к Кимовой, чтобы его колено коснулось её ноги. — Я как раз лечу в ту сторону. По делам. И буду совсем не против тёплой человеческой компании, а то мотаться с мохнатыми писклявыми комками так тоскливо.

— А чем вы занимаетесь?

— Торговля, — легко и непринуждённо ответил новый знакомый. — То, сё, по мелочи. А вы?

— А мы просто переезжаем.

— «Мы»?

— Врачи сказали, что человеческим женщинам лучше жить на Земле, потому что родные условия самые благоприятные для нашего вида, — Юля пропустила мимо ушей настороженный вопрос собеседника и ударилась в рассказ о своей жизни, но Гатто её перебил.

— То есть ты не одна путешествуешь, а вас несколько?

Обнаглевший торговец уверенно обнял Кимову за талию и подтянул поближе. Юля, наконец, осознала намерения хама и стала вырываться из непрошенных объятий.

— Это не ваше дело! Отстаньте от меня.

Неустойчивый барный табурет, не рассчитанный на борьбу, отклонился и, не удержавшись на одной ножке, крутанулся под Юлей. Отчаянно завизжав, Кимова, которая и без того под воздействием выпитого не отличалась хорошей координацией, начала падать, но в последний момент Гатто всё же успел соскочить на пол и подхватить её. В этот раз он не просто обнял её, а крепко прижал к себе, удерживая в районе бёдер и лопаток.

— Вы знаете, что хрупким и беззащитным женщинам небезопасно путешествовать в одиночку?

Резким рывком кто-то отдёрнул Гатто от Юлии и перехватил её в объятия.

— Поэтому она путешествует не одна!

— Филя! Где ты был?

Торговец оценил Филиппа, который значительно уступал ему по габаритам, ухмыльнулся и оправил куртку.

— Девушке нужно на Землю. Я как раз туда лечу. Она не отвергла моё предложение, значит, летит со мной. Потому считаю, что поздновато ты влез.

— Что ты себе позволяешь?

Больше на членораздельную речь обычно сдержанный и вежливый Филипп вдруг оказался не способен. Завязалась драка. Которая завершилась так же внезапно, как и началась.

— Не смей бить моего мужа! — взвизгнула Юля, пнула Гатто под колено и, когда тот обернулся, чтобы ответить очередному нападающему, выплеснула ему в лицо остатки заказанного для неё коктейля.

— Да ну вас, психи. Здесь не так много землян, чтобы ссориться со своими.

Торговец зло одёрнул куртку и что-то недовольно промяукал в сторону музыкантов, которые уже и без того перестали играть и ждали, чем всё закончится. Кориниканцы запричитали, но стали собирать инструменты.

— Ничего, дождёмся другой корабль, — нетрезво выкрикнула вслед Гатто Юлия.

И снова ошиблась.

Дождаться другое судно им не дали обстоятельства. Сигнал тревоги не дал им даже выспаться после ночи, проведённой в баре. В дверь номера в отеле постучал дежурный. Скарф с логотипол «Энигмы-3» на плече не стал входить в номер и остановился на пороге.

— Всем людям немедленно нужно покинуть станцию. Вчера сюда прибыло судно из системы Плинеи в средней части рукава Лебедя. А следом пришло сообщение, что там произошла вспышка заболевания, опасного для землян. Что именно за заболевание, пока не выяснили. Как лечить, тоже не известно. Тем более на нашей станции практически нет средств, пригодных для лечения землян от чего бы то ни было. Поэтому, согласно протоколу безопасности, судно, пришедшее с заражённой планеты, изолировано, а всех, кто может пострадать, нужно убрать со станции.

— Откуда в этом краю Галактики болезни, заразные для землян? — Юлия пыталась начать соображать после вчерашнего.

— Одни из первых колонистов землян занесли давным давно. А у современников к тем болезням давно нет иммунитета. Особенно у людей, родившихся не на Земле, — дежурный торопился и явно хотел побыстрее закончить выпроваживать людей.

— Но нам некуда деваться! Ни одно судно не летит сейчас в сторону Земли.

— Сейчас речь идёт о вашей безопасности, а не об удобстве, — скрипнул скафр. — Если в течение часа вы не покинете станцию, мы вынуждены будем поместить в изолятор всех землян, которые сейчас есть на здесь.

— И много нас? — полюбопытствовал Филипп.

— Трое. И у одно из вас свой корабль. За него можно не беспокоиться. Он уже предупреждён. Как только закончит заправку, улетит.

— Гатто… — в один голос простонали Кимовы. — А болезнь смертельная?

— Возможно, — дежурный уже почти закрыл дверь, но с раздражением засуну голову обратно в проём. — Лекарство мы можем ждать здесь несколько недель. При условии, что оно существует и его не придётся сначала создавать в лабораториях. И уж явно не на «Энигме», а где-то на столичных планетах вроде Акиды. Если не хотите проторчать здесь полгода, мигом выметайтесь со станции.

— Я не могу рисковать твоим здоровьем, — сжав зубы, проскрипел Филипп. — Придётся договариваться с этим похотливым гадом. Но я буду рядом с тобой и не позволю ему распускать руки.

— Ты думаешь, после вчерашнего, он возьмёт нас на борт.

— Надеюсь.

— Скажите спасибо этим мохнатым задницам.

Под «мохнатыми задницами» Гатто подразумевал трио музыкантов кориниканцев, оказавшихся командой его корабля.

— Мадам Кимова одна из немногих, кто проникся их заунывным пищанием. Я всё ещё не уверен, что готов терпеть вас на борту «Бродяги».

— Давай…те без мадам. Просто Юлия. Но я всё так же не потерплю хамских выходок и вольностей с вашей стороны.

— Давай…те на «ты». Нам долго вместе лететь.

— Хорошо. На «ты», но всё равно без вольностей. Я замужем вообще-то.

— А если бы была «не»? — Гатто подмигнул Юлии и тут же поднял открытые ладони, заметив взгляд, зашедшего в камбуз Филипа.

Смущённая Кимова вместо ответа бросилась к супругу, крепко его обняла и спрятала зардевшиеся щёки у него на груди.

Гатто для вида посопротивляляся, прежде чем взять на борт супругов Кимовых, но потребность в деньгах и умоляющие взгляды кориниканцев сделали своё дело. Юлия и Филипп снова летели к Земле, хотя путь и не обещал быть быстрым и прямым. Корабль Гатто был потрёпанным, требовал частых заправок и бесконечных ремонтов, которыми прямо на ходу и занимались миниатюрные кориниканцы всё время полёта, в которое не репетировали. Эти мирные пушистые существа, напоминавшие человекоподобные мурлычущие игрушки, ростом чуть выше, чем по пояс землянину, умиляли Юлию, и она была их самым благодарным слушателем на судне.

— Завтра сядем на Титане-11, — сообщил Гатто после проверки энергетических показателей.

— Уже? — Юлия вскочила и бросилась обнимать капитана «Бродяги». — Мы так быстро добрались до Солнечной системы?

— Увы, — Гатто позволил себе провести по спине Кимовой, спустить руку на бёдра, но тут же извернуться и сделать вид, что просто старался помягче её от себя отцепить. — Мы всё ещё в Девятом секторе. Нужно доставить заказ и докупить кое-что.

— Планета-рудник? — уточнил Филипп.

— Именно. Местного разумного населения там нет, да и жизни почти тоже. Так что особо не задержимся.

— А наш познавательный круиз по Галактике всё же продолжается, хотя и не по самым разрекламированным курортам, — Филипп позволил себе шутку на наболевшую тему и осторожно взглянул на супругу.

— Зато я потом смогу похвастать, что бывала на самых экстремальных планетах, а не только нежилась на переполненных разомлевшими туристами пляжах столичных планет!

— Я тебя обожаю. Ты знаешь это?

— Знаю!

Пока супруги предавались нежностям, Гатто махнул рукой и углубился в управление кораблём. Титан-11 находился в самом густом скоплении космических тел в рукаве Ориона. Поля от многочисленных звёзд создавали помехи, которые могли сбить с курса уставший автонавигатор «Бродяги», потому постоянное присутствие капитана на мостике было крайне желательным.

Посадка на недружелюбную планету прошла штатно, а вот быстро её покинуть не вышло. Разразилась мощная буря, которую местные вахтовые рабочие называли песчаной, хотя по факту в воздухе с сумасшедшей скоростью проносились булыжники диаметром до пары метров. Стартовать в таких условиях опасно было даже для тяжеловесных грузовых транспортников. Все обитатели, обслуживающие рудники, и заезжие гости планеты отсиживались в подземном убежище.

Кориниканцы не упустили шанса заработать пару тысяч пунт и тут же нанялись на один вечер в самый крупный из трёх местных баров. Кимовы и Гатто осели там же. На Титане-11 не оказалось ни одной свободной земной женщины. Юлия в принципе оказалась единственной землянкой здесь. Во всяком случае, в выбранном баре из представителей её расы нашлось всего трое мужчин-горнодобытчиков. Те удостоили всю троицу с «Бродяги» коротким оценивающим взглядом и быстро утратили к ним интерес.

У Гатто что-то не так пошло со сделкой. То ли заказчик передумал забирать с большим трудом добытый товар, или вообще успел улететь с планеты. В итоге вечер для капитана проходил совсем тоскливо и уныло, ни денег, ни возможности развлечься с симпатичной дамой своего вида. На Титане-11, разумеется, были представительницы древнейшей и неистребимой профессии, но, во-первых, Гатто никогда не вступал в интимные отношения с представительницами других рас, хотя на просторах Галактики это практиковалось, а на окраинах даже перестало осуждаться, а во-вторых, он не искал платных утех, то ли из идеалистических соображений, то ли из экономических.

— Я плачу своей харизмой и обаянием, — рассуждал он, за выпивкой. — Я же настоящая конфетка для изголодавшихся по ласке и приятнопахнущему мужскому телу женщин? Почему я должен ещё и платить. Тем более имею право выбирать, с кем спать.

За собой Гатто на самом деле следил. Не гнался за иногда сумасшедшей модой, придерживался классического мужского образа: этакого в меру наглого самца, который держит планку.

— С таким снобизмом долго тебе страдать в одиночестве, — расслабившийся от выпивки Филипп стал совсем добрым, потрепал Гатто по плечу, налил новую порцию из заказанной бутылки и чокнулся с ним: — За то, чтобы на Земле ты нашёл, наконец, ту самую свою леди!

— На Земле, почти, да… За меня! — согласно поддакнул капитан «Бродяги», выпил и сполз с табурета под стойку.

Филипп понимающе пожал плечами и лишь убедился, что новый друг удобно устроился и не попадётся никому тяжеловесному вроде полутонного сталланца под щупальца. Но Гатто спокойно лежать не собирался. Он медленно поднялся на четвереньки, потянулся и стал принюхиваться.

— Что он делает? — Юлия с недоумением уставилась на капитана, который, казалось, потерял рассудок.

Гатто тем временем заметил что-то интересное для себя, подобрался и в несколько неуклюжих прыжков добрался до заинтересовавшего его объекта. Им оказался молодой феррандец с пышной тёмно-каштановой шерстью. Намерения обезумевшего торговца сомнений не вызывали. Половая и рассовая ориентация феррандца тоже. Проревев непереводимую политкорректным и настроенным на приличный общегалактический язык транслятором тираду шахтёр поднял Гатто за воротник и швырнул через несколько столов в сторону сцены.

Двое кориниканцев-музыкантов тут же перестали играть и бросились к капитану. Мэо стал улаживать конфликт с оскорблённым феррандцем, Фэр безжалостно ударил Гатто пушистой лапой по щеке, чтобы привести капитана в чувство, а Лим судорожно собирал инструменты — е=на сегодня концерт был окончен.

— Кажется, им нужна помощь, — Филипп поднялся с места, быстро приложил карту к терминалу оплаты и повёл Юлию в сторону сцены.

Кориниканцы уже спели скрутить руки капитана мягкими жгутами и начали поднимать его с пола. Сказывался явный опыт, но с помощью Филиппа убраться из бара они смогли куда как быстрее, да и Юля помогла бедолаге Лиму тащить всё музыкальное оборудование.

— Вы хотя бы оплату за концерт взяли? — слабо простонал начавший приходить в себя уже на борту «Бродяги» Гатто.

— Самой собой, кэп. Не первый день с тобой летаем, — муркнул Мэо и достал аптечку, чтобы обработать ссадины капитана, заработанные во время приставания к суровому феррандцу. — Сейчас будет жечь.

— Что это было? — полюбопытствовала Юлия.

— Капитан сильно загрустил, — деловито и обыденно пояснил кориниканец, взявший на себя обязанности медика. — В этот раз мы увлеклись и не отреагировали вовремя, потому он успел навредить себе.

— Всё потому что кому-то нельзя пить, — буркнул Фэр, потиравший ушибленную капитаном во время борьбы лапу.

— Ему было слишком грустно и гадко.

— Мэо, и когда ты стал такой мамочкой?

— Кэп добрый малый. Жалко, если сам себя погубит.

Эпизод 10. Неземные земляне

Кимовы настолько привыкли жить в разномастном обществе, где бок о бок обитали и трудились разные расы конфедерации, что на Притхиви, населённой в основном людьми, чувствовали себя непривычно, будто сами не имели к землянам никакого отношения. Пятая по счёту колония Земли изначально не имела своего разумного населения, потому люди беспрепятственно освоили её, а названия таким мирам решили давать по именам богинь земли, взятым из мифологий разных народов древности. Первые колонии получили самые очевидные имена Гея и Терра, за ними освоены Хоуту, Мокошь и Притхиви. На Дану колонизация ещё только начала набирать обороты. Геб — седьмая планета земного типа — был и вовсе открыт совсем недавно и пока ещё только изучался, но уже было ясно, что он пригоден для жизни землян, потому получил имя.

— Но список потенциальных имён ещё длинный, потому человечеству ещё есть чем заняться в нашей Галактике, а там и за её пределы вынырнем, — с гордостью за свою расу вещал таксист по пути к гостинице, попутно выполняя роль туристического гида. — Вы, я вижу, выходцы из Старой Азии. Вас лучше в китайский или японский отель отвезти, чтобы привычнее, или другое что-то предпочитаете?

— А где удобнее? — робко подала голос растерявшаяся Юлия, не понявшая половины из сказанного таксистом.

— Дешевле в китайском и порции еды у них в ресторане более щедрые. Если больше рыбку любите, то лучше в японский.

— А креветки где подают?

— Почти в любом квартале. Японцы смогли перевезти сюда с Земли технологии марикультуры, но не они одни. Креветок французы любят и итальянцы, но мне больше нравится северный краб. Он мясистее. Может вас в русскую гостиницу отвезти?

— А это дорого?

— Да что ж вы такие робкие-то? Из какого региона-то?

— Мы с Геридона.

— Да не сейчас откуда летите. На Земле где ваши предки жили? По разрезу глаз похожи на азиатов, но там же народов уйма жила.

— Мы потомки людей третей и четвёртой волны переселения. Уже несколько поколений наших семей не бывали на Земле, — взялся объясняться Филипп.

— А историю своей расы и народа знать не нужно? Эх, молодёжь…

Таксисты принадлежали к тому роду профессий, представители которых всегда вели себя одинаково, независимо от эпохи, планеты и расы. Ещё чуть пожурив Кимовых за легкомысленность, водитель доставил Юлию и Филиппа в самую обычную обезличенную гостиницу, в которой они в том числе могли повстречать и привычных им других кислорододышащих обитателей Галактики.

Но слова о русской гостинице с намёком на необычную кухню в голову запали. Гатто сказал, что они пробудут на Притхиви трое местных суток, потому они могут успеть побыть здесь туристами, и Кимовы решили воспользоваться подвернувшейся возможностью.

Обедать они решили в ресторане упомянутой таксистом русской гостиницы. С порога их встретила тёплая атмосфера, сдержанная элегантность без чопорности и приятная негромкая музыка, считавшаяся у землян классической. Филипп даже заслушался, прикрыв от удовольствия глаза, пока супруга растерянно изучала меню.

— Из всего написанного здесь я понимаю только цены. Кстати, не такие уж и высокие. Зря таксист нас пугал.

Кимов был вынужден отвлечься от музыки и тоже открыть меню, чтобы помочь супруге определиться.

— Вообще не похоже на общегалактический. Набор символов, а не названия, — согласился он с супругой.

— Я могу вам помочь? — возле столика материализовался официант, будто только и ждал момента, когда у инопланетных людей возникнут сложности с выбором.

Впрочем, официантов в зале было много. Предусмотрительная администрация ресторана позаботилась о том, чтобы гостям планеты уделяли должное внимание и достаточно времени, потому светловолосый парень с весёлым веснушчатым лицом и именем Семён, обозначенным на бейдже, не торопил своих подопечных туристов.

— Для начала рекомендую определиться с закуской и первым блюдом.

— Первым?

— Да. Это жидкие блюда, предваряющие приём основного блюда.

— И что вы можете предложить?

— Второй раздел меню, — Семён ловко переключил страницы меню в руках Юлии.

Кимова с самым серьёзным видом вела пальчиком по списку и хмурилась, пытаясь прочесть незнакомые слова.

— Ок-рош-ка… Это что за блюдо?

— Это холодный суп, — почему-то едва сдерживая улыбку, пояснил официант. — Кликните по названию и развернётся его состав.

— М-м, мясо. Это уже что-то знакомое, — обрадовался Филипп. — Яйцо, сметана, зелень… А почему здесь указано два компонента на выбор? Чем они отличаются?

— Окрошку можно заправлять кефиром или квасом.

За соседним столом кто-то из людей не сдержал смешок. Семёну всё сложнее было оставаться серьёзным, но он упорно продолжал ознакомительную лекцию для туристов:

— На Земле есть ещё масса рецептов, но у нас подают два основных варианта.

— И какой вкуснее? — допытывалась Юлия.

Смешки среди постоянных посетителей стали слышнее и доносились уже не только от ближайших столиков. Семён вежливо отвернулся, якобы кашлянул в кулак и попытался уйти от необходимости принимать нелёгкий выбор за клиентов.

— Может, лучше предложить вам традиционный борщ? Вы только сегодня прилетели на Притхиви? После полёта сытный и горячий борщ вам понравится.

— Хорошо. Пусть будет борщ, — согласился Филипп, который как раз успел прочесть состав блюда. — Правда, в нём масса незнакомых нам земных овощей, но мы ведь и так решили пробовать разные блюда и привыкать к новой пище.

— В качестве закуски будете винегрет или квашеную капусту?

— Капусту с клюквой, — наугад выбрала Юлия.

— И маринованные грибы, — добавил Кимов пункт, самостоятельно высмотренный в меню. — Выглядят знакомо.

— В качестве основного блюда что хотите попробовать?

— Г-голубцы? Это что такое?

— Мясной фарш с добавлением овощей и риса, завёрнутый в капустные листья…

— У вас во всех блюдах капуста? — не сдержал любопытства Филипп.

— Разумеется, нет, — Семён вдруг хитро улыбнулся. — Даме могут понравиться вареники с творогом и ягодами.

— Они с мясом? — подозрительно уточнила Юлия.

— Нет. С мясом это уже пельмени. Можете заказать и их. Или взять мясную нарезку.

— Пусть будут вареники и нарезка, — Кимова мечтательно закрыла глаза и непроизвольно сглотнула. — Я несинтетическое мясо за всю жизнь всего несколько раз ела.

— У нас только натуральные продукты, — официант приосанился и приподнял подбородок. — Дичи, правда, нет. От неё и на Земле-то отказались, а сюда завезли только одомашненных животных. Но в нарезке у нас прекрасная вяленая свинина, холодная телятина и нежная подкопченная курятина.

— А мне для разнообразия пусть будут пельмени. И прекратите нас мучить и дразнить, — рассмеялся Филипп.

— Десерт брать будете?

— Что из напитков предложите? Только безалкогольных. Ещё не ужин.

— Традиционный кипрейный чай из самовара?

— Чаем нас не удивить, — отмахнулась Кимова.

— Но у нас кипрейный.

— Лучше скажите, что значит «из самовара»?

— Это аутентичное русское приспособление для подогрева воды и заваривания чая, — Семён обратил внимание Кимовых на дальний столик в углу зала.

— Нет. А что есть кроме чая?

— Посмотрите предпоследний раздел меню. Есть сбитень, взвар…

— Кисель! Я хочу кисель! — Юлия восторженно показывала пальцем в изображение вазочки, украшенной ягодами.

— Почему именно его, — удивился Филипп. — Состав сплошь из незнакомых продуктов.

— Ну-у… Он сиреневый, — выдала Кимова и рассмеялась.

— А мне морс, — муж не поддался на провокацию.

Долго ждать еду их не заставили. В качестве закуски для того, чтобы разбудить аппетит, Кимовым сразу подали маринованные опята и квашеную капусту в коричневых мисочках, имитирующих старинную керамику.

— Ой, какие они скользкие. Ты уверен, что хочешь это съесть? — грибы Юлии не понравились сразу.

— Уверен, — Филипп подцепил вилкой половинку гриба, положил в рот, стал задумчиво пережёвывать и специально тянуть с вердиктом, чтобы подразнить жену.

— А моя капуста зато нарядная… Как кисло-то!

Напрасно Юля начал знакомство с блюдом с ягодки клюквы.

— Вкусно как! — продолжал Кимов.

— Ну и ешь своих непонятных слизняков, похожих на живность из отводного канала на Геридоне. А у меня вот растительный салатик.

Вторая проба капусты вышла удачнее. Юля с удовольствием стала хрустеть.

— Вот и славно. Ждём следующее блюдо.

На борщ оба супруга с минуту смотрели с недоумением и не решались зачерпнуть первую ложку.

— Это что, кровь?

— В составе ничего такого не написано, — Филипп с сомнением помешал содержимое глубокой тарелки, разгоняя белый завиток сметаны.

От соседнего столика снова послышался сдавленный смешок. Юле надоело, что они с мужем выглядят в этом ресторане такой же диковинкой, как и местные блюда для них, выпрямилась и попробовала борщ с таким видом, будто каждый день его ест и ничего удивительного в тарелке не заметила. Так она продолжала, пока содержимое не уменьшилось на треть. Муж терпеливо наблюдал и любовался ей. Такая живая, любопытствующая и искренняя, какой он любил её видеть. Затравленный взгляд пленницы рабовладельческого судна исчез и уступил место озорным искоркам.

— Ешь, а то остынет, — совершенно обыденным тоном отозвалась она на молчаливое ожидание мужа.

Филипп вопросительно приподнял бровь. Юля скосила глаза на соседний столик, чуть склонилась к мужу и, чтобы не выдать своего восторга слишком громко, совсем тихо сказала:

— Это очень вкусно.

Второе блюдо снова вызвало недоумение у Кимовых. Они заказали вареники и пельмени, а принесли им почти одно и то же. Разве что кусочки белёсого варёного теста с начинкой в тарелке Юлии были чуть крупнее, а пельмени, поданные Филиппу, имели более округлую форму.

— Наверное, перепутали. С мясом должны быть крупнее, — размышляла Юля, рассматривая, как растекается по горячему блюду золотистыми потоками масло.

— Ну давай поменяемся, — Филипп из желания угождать и баловать жену, спорить с ней не стал и поменял тарелки.

— А нет. Мясо в маленьких!

Юля уже успела надкусить первую пельмешку.

— Тогда давай меняться обратно.

— Погоди-погоди! Мне нравится и так.

— Но с мясом мне заказывали, — сделал обиженное лицо Филипп.

— Для тебя вот целое блюдо нарезки мясной. Только мне попробовать оставь.

И снова спорить с супругой Кимов не стал, довольный, что она рада. Впрочем, в конце концов, любопытная Юля всё же поменялась с ним тарелками назад, чтобы попробовать и вареники.

— Вкусно. Но с мясом лучше.

— И почему я не удивлён?

А вот уговорить Филиппа обменять кисель на морс Юлии уже не удалось.

— И там, и там ягоды, но эту слизь я есть не буду, — отнекивался супруг.

— А кто вот сегодня уже здесь же ел скользкие грибы?

— Это другое. А вот это вот, пожалуйста, дома при мне не готовь.

Ограничиваться гастрономическим туризмом Кимовы не собирались. Колонисты практически полностью воссоздали на Притхиви привычный земной уклад жизни, но для Юлии и Филиппа всё здесь выглядело достаточно экзотично.

— Зато подготовимся к жизни на Земле, — комментировал ситуацию Филипп, прогуливаясь вечером с женой по дорожкам ботанического парка. — И продукты здесь почти все земные. Не синтетика из аппарата, а выращенное в грунте.

— Если бы не микроскопическая разница в гравитации и составе атмосферы на какие-то десятые доли процентов, могли бы здесь и осесть, и больше не мотаться по Галактике, — Юлия прижалась к боку супруга, а тот крепко обнял её за плечи.

— А мне уже хочется довести эту авантюру до конца и таки добраться до исторической родины нашей расы, — с неожиданным азартом сказал Кимов. — Зря мы, что ли, вынесли столько страданий, чтобы остановиться на полумерах. Да и врачи были категоричны по поводу тебя.

— Когда это в тебе успел разгореться дух авантюризма? Или моего рассудительного и спокойного супруга подменили по пути?

Юлия прищурилась и заглянула в глаза мужа, будто на самом деле пыталась высмотреть признаки подмены, а потом улыбнулась и приподнялась на цыпочки, чтобы потереться носом о его щеку. Филипп наклонился, чтобы её поцеловать, но внезапно напрягся, выпустил жену из объятий и метнулся в сторону ребёнка, который потянул в рот только что сорванную с какого-то колючего куста пупырчатую красную ягоду.

— Остановись! Погибнешь!

Кимов успел ухватить ребёнка за кофточку, поднял его в воздух, относя подальше от колючек и привлекательных сочных плодов, и выбил у него из ладошки полураздавленную, истекающую красным соком добычу. Малыш разревелся. Не успел Филипп облегчённо выдохнуть, как на него ураганом налетела разгневанная мать. Град тумаков посыпался на незадачливого спасателя, а транслятор отказался воспроизводить непонятный эмоциональный диалект женщины.

Рассвирепев от того, что Кимов не понимает её гнева, мамочка бесцеремонно сдёрнула с его пояса транслятор, изменила какие-то настройки, и всё встало на свои места.

— … Земные языки включать нужно, когда на земную планету прилетаешь, идиот необразованный! Инопланетянский дружок! Других детей небось не позволяешь себе так хватать, чтобы щупальцем или клешнёй не огрести? А если бы твоего кто за шиворот ухватил и по рукам ни за что бил? Стыдно! А ещё землянин! Хотя, какой ты землянин? Видно же, что и забыл уже, как с людьми жить. Хоть подругу себе нормальную нашёл, — женщина обратила внимание на Юлию, которая зачарованно смотрела на её трёхлетнего сына и нерешительно протягивала руку к его испачканной соком ягоды щёчке, чтобы стереть слезинку. — Не вздумайте от этого грубияна детей заводить. Он их прибьёт ненароком.

От такого замечания Кимова дёрнулась, как от удара и сделала пару шагов от ребёнка, прижав руки к груди. В её глазах задрожали слёзы. Филипп тут же бросился обнимать и успокаивать готовую разрыдаться жену.

— Не вам решать, кому и от кого детей заводить. Чувство такта на Земле и в колониях уже отменили? — от того, чтобы не перейти на крик и не ударить уже мамашу за нанесённую Юлии обиду, Филипп сдерживался только ради супруги. — За ребёнком лучше присматривать нужно. Он едва не отравился.

— Малиной, что ли? Тю-ю… Справочник земных растений купите и изучите. В колонии ядовитое и вредное не завозят. По крайней мере, в городах не высаживают, — оставив за собой последнее слово, колонистка взяла сына на руки и ушла с гордым видом.

Какое-то время супруги просто стояли, обнявшись. Филипп молча гладил Юлю по волосам и шептал нежные слова.

— Никому не позволю поднять руку на нашего будущего малыша и сказать тебе какую-то гадость.

— Главное, чтобы малыш у нас был.

— Будет. Обязательно.

— Мальчик.

— Как скажешь, любимая.

На следующий день супруги отправились за город в исторический агропарк.

После случая с малиной решили быть осторожными и вежливыми, не делать поспешных выводов, чтобы больше не попадать в нелепые ситуации.

— Если что, сначала будем сверяться по справочнику, — рассуждал Филипп.

— А ты куда его положил?

— Я свой не брал. Оставил заряжаться в номере.

— И я не взяла… Думала, ты возьмёшь.

В мгновение ока настроение у Юлии испортилось.

— Да и ладно. Не пропадём. Это же почти Земля! Планета дружественная к людям.

Филипп взял жену за руку и повёл к выделенному для них туристическому автомодулю.

Агропарк представлял собой обширный участок с сельскохозяйственными угодьями, обустроенными в том виде, в котором земледелие и животноводство велись на Земле до эры колонизации. Необходимые для продовольствия и выкармливания скота продукты выращивались на высокотехнологичных современных комплексах, а парк был чисто туристическим объектом, где можно было увидеть по-своему красивую геометрию полей с выверенными рядами овощных культур. Кимовы медленно ехали в автомодуле мимо сизо-зелёного поля с ещё только зарождающимися округлыми, похожими на цветы, кочанами той самой капусты, блюда из которой впервые попробовали накануне. Следом шли полосы тёмно-зелёных, очень плотных пучков, похожих на миниатюрные деревца с плотной кроной, окружённые розетками матово-зелёных листьев. За брокколи зелёным пушистым вельветом смотрелись ряды моркови. Сладким медовым запахом встречали бархатно-зелёные длинные окученные грядки цветущего бело-розовыми звёздочками картофеля. Не запутаться в культурах помогали информационные таблички возле каждого участка.

За овощными участками раскинулись ягодники. По левую сторону тянулись уже знакомые Кимовым колючие кусты малины, а по правую — одуряюще сладко пахнущее поле клубники. Юля вся извелась бы от желания попробовать настоящие свежие ягоды, если бы предусмотрительные сотрудники агропарка не поставили в центре участка киоск, где можно было взять лоток с вымытыми плодами, стоимость которых входила в цену входного билета, как и возможность попробовать любые созревшие на момент посещения плоды.

Дальше земледельческий сектор сменился на животноводческий. Вдоль дорожки здесь размещались обширные участки пастбищ, обнесённые забором.

— Ух-ты! А это что за раса? — Кимова показывала на крупное существо.

Телосложение не позволяло ему стоять на двух ногах и вынуждало ходить на четвереньках. Тело было сплошь покрыто белой ровной шёрсткой с крупными чёрными пятнами. Голову венчали небольшие закруглённые рога, а из одежды у существа был виден только транслятор-переводчик на шее.

— Я не знаю ничего о такой расе, — Филипп растерялся и по привычке потянулся за своим джетпаком, чтобы открыть электронный справочник. — Ах, забыл же… И я не слышал, чтобы на Земле обитала ещё какая-то местная разумная раса кроме людей.

— Но ведь это транслятор? Значит, оно может говорить. Здравствуйте, мы туристы с Геридона. У вас здесь очень приятный климат.

Существо никак не отреагировало. Кимова стала пробовать менять настройки на разные земные языки, но существо так и не одарило их вниманием и продолжило задумчиво жевать и смотреть вдаль. Никакой информационной таблички в этой части парка видно не было. Спросить что-то о необычном существе поблизости тоже было не у кого. Пришлось продолжить путь по экскурсионной тропе, не дождавшись ответа.

Через сотню метров пастбище со второй стороны от дорожки порадовало туристов живностью. Здесь было полно средних размеров кучерявых блеющих зверей, напоминающих серые тучки на ножках. Они паслись огромным мягким стадом, которому, казалось, не видно было края. Вдруг животные стали беспокойно двигаться. Пара штук отбежала чуть в сторону от остальных. Из-за толпы серых кучерявых спин выскочил стремительный бело-рыжий зверь с вытянутой мордой и высокими треугольными ушами. Его длинная мягкая шерсть развевалась на ветру подобно языкам пламени. Это был очень красивый и одновременно пугающий зверь.

— Какие клыки! Хищник! — воскликнул Филипп. — Он сейчас нападёт на ту крайнюю беззащитную особь!

Нападающий тем временем стремительно обегал по дуге стадо и заходил наперерез отбившемуся «облачку».

— Так же нельзя!

Кимов не выдержал, выскочил из автомодуля, легко перемахнул через невысокий забор и успел встать между кучерявым животным и хищником. Рыжий остановился и стал смотреть на чужака с интересом. Зверь боролся между желанием обойти его и продолжить погоню за разбегающимися «облачками» и интересом к человеку. Хвост его сначала напряжённо и медленно покачивался, затем вдруг взметнулся вверх и стал быстро махать огненным веером, а зверь зашёлся звонким криком.

— Сородичей зовёшь?

— Почти.

Всё внимание Кимовых было занято рыжим хищником, потому они не заметили, что из-за стада показался одноместный автомодуль с человеком внутри.

— Приветствую дорогих гостей, — улыбнулся мужчина с седеющими усами. — И Лесси тоже приветствует вас.

— Так это не опасный хищник? — в Юлии снова проснулось любопытство, и она вышла из машины.

Лесси с одобрения подоспевшего мужчины подошла к ней, через жерди забора обнюхала ладонь и стала пытаться ластиться. Кимовой пришлось тоже пролезть в загон, чтобы погладить животное, оказавшееся пастушьей собакой.

— А там у вас у одного сотрудника транслятор сломался. Мы пытались поговорить с ним, но он нам не ответил, — решил сообщить Филипп.

— Какой сотрудник? Майкл? Так он на общегалактическом и без транслятора шпарит.

— У Майка чёрно-белая кожа и рога?

— Что-о-о? — глаза мужчины округлились от удивления, а потом он едва не упал в траву от хохота. — Я понял. Нужно информационные стенды перенести в начало участка, а то вы пока доедете до них, так и овец в разумные расы определите.

— Так, а кто это был? — допытывалась Юлия.

— Корова. Скорее всего, Матильда снова отбилась от стада. Ей скоро рожать, потому она ищет место поспокойнее.

— Но как же устройство на шее?

— Обычный радиомаяк.

Ещё немного поговорив с работником агропарка, Кимовы отправились дальше. Филиппу уже не терпелось посмотреть на лошадей, а может даже и прокатиться на них. Когда же пара добралась до развилки с указателями и прочей информацией, хохотала уже Юля.

— Чтобы я ещё раз понадеялась на тебя и не взяла джетпак! Хорошо хоть никто не видел, как я с коровой разговаривала.

— Ну, а я овец от пастуха защищать пытался. Оба хороши.

На ипподроме было людно. Сюда отдохнуть и развлечься приезжали не только туристы, но и местные любители лошадей. Этих красивых и грациозных животных на Земле практически прекратили использовать в хозяйстве задолго до эры колонизации. Для разведения в качестве мяса они были слишком дороги, но как вид одомашненный всё равно сохранились для развлечений, спорта и в качестве психологической помощи. Они были настолько любимы людьми, что даже завезены во все колонии.

Юлия и Филипп очень быстро прониклись симпатией к этим любопытным гигантам. За катание нужно было платить отдельно, но супруги не пожалели потраченных пунтов, хотя им, как новичкам, дозволено было лишь сидеть на спине животного, пока его не спеша водили в поводу ухаживающие за ними сотрудники, в то время как опытные ездоки пускали своих животных вскачь и уезжали далеко, скрываясь из виду за небольшой рощицей.

Возле загонов с лошадьми Кимовы задержались почти до закрытия парка. Животные, свободно гуляющие в загоне, держались поближе к забору в надежде получить угощение. И Юлия не обманывала их ожиданий. У конюха супруги набрали полные карманы разрешённых лошадям лакомств и старались никого из них не обделить вниманием.

Животные, в свою очередь, проявляли ласку и характер. Пока скромная серебристо-серая Петти подставляла мягкий бархатный нос ладоням Кимовой для поглаживания, хитрый тёмно-коричневый с чёрными ногами, гривой и хвостом — в необычных названиях расцветок лошадей новичкам было сложно ориентироваться, потому они называли их цвет привычными словами — Кондор нагло обшаривал губами карманы людей, перегнувшись через жерди забора. От Корунда и вовсе лучше было держаться на почтительном расстоянии. Жеребец оказался жутко ревнивым, и, если рядом с ним уделяли внимание другой лошади, кусал за плечо.

— Слишком уж они похожи поведением на людей, — усмехался Филипп. — Они точно не разумные?

— Зачем им все эти заморочки разумных? Кажется, они и так счастливы, — Юлия продолжала наслаждаться шелковистой шёрсткой на морде Петти.

— Потому что они просто приручили людей.

Эпизод 11. Прекрасная дама

Утром третьего дня Кимовы вернулись в космопорт и ждали Гатто с кориниканцами в местном кафе-баре, как условились.

— Уберите от меня руки! Я, вообще-то, замужем!

Резкий женский крик заставил умолкнуть все разговоры и обратить внимание на колоритную парочку. Яркая рыжеволосая девушка уже занесла руку, чтобы влепить пощёчину не менее яркому жгучему брюнету, который, однако, внял совету барышни и поднял раскрытые ладони перед собой.

— Опять он за своё, — закатила глаза Юлия и отвернулась от сцены, спровоцированной Гатто.

— Извините. Я обознался… — неожиданно растерянно и грустно отозвался капитан «Бродяги».

— Да ладно. Найдёшь ещё свою рыжую, — смягчилась жертва ошибки и ободряюще улыбнулась.

— Если только она сама захочет найтись. Что вряд ли…

Кориниканцы сопровождали своего капитана, невольно навевая мысли о картинах из старых земных исторических романов о пиратах, которыми вполне могли зачитываться жители Притхиви, особо ценящие культуру родной планеты. Как только он уселся на табурет у стойки рядом с Кимовыми, Мэо и Фэр тут же разместились по бокам от него.

— Да не буду я пить сегодня.

— Правильно. Сегодня мы вылетаем, — муркнул Мэо.

— И в карманах у меня ничего нет.

— Ты без нас заходил к Брэндону. Мало ли что ты у него взял, — Фэр подозрительно косился на левый карман куртки Гатто.

— Да я предохранителей докупил в панель!

Кориниканцы чуть успокоились и заказали какой-то аналог земного кофе себе и Гатто. Кимовы же наслаждались оригинальным напитком. На Притхиви завезли и кофейное дерево, и чайный куст, но при этом смогли не притащить следом грибок, который губил кофе на Земле, и теперь экспортировали зёрна по всей Галактике.

— Расскажешь? — Филиппу и Юлии было очень интересно, что за дама могла привести их дерзкого капитана в такой раздрай. — Ты же нервничать начал ещё на подлёте к планете. Она здесь живёт?

— Жила раньше. Сейчас не знаю. Наши пути разошлись. И к лучшему. Для неё, — Гатто нервно допил напиток, нажал на кнопку вызова бариста и, поймав говорящий взгляд Фэра, покачал головой. — Мне нужен нормальный кофе.

Мохнатая нянька успокоилась и вернулась к своему стакану.

— Выходит, она… ну… как бы моя первая любовь, что ли… И что самое интересное, взаимно всё было. А потом я всё испортил. Хотел как лучше. Денег подзаработать, чтобы вместе поехать учиться и сразу съехаться. И влип. Не знал, с кем связался. А она угнала корабль и выручать понеслась. Дурёха. Поймали обоих, конечно. Мне три года за непредумышленное пособничество наркоторговле, ей просто перекрыта дорога на работу мечты. Она же в ОСОГ мечтала служить, в дипломатическом корпусе, первые контакты с новыми расами устанавливать. А с таким пятном в академию её не взяли. Даже в простую космо-полицию.

— Она не стала ждать тебя? — в голосе Юлии слышалось искреннее сочувствие.

— Нет. И с Притхиви улетела. Потом, правда, вроде вернулась. Видели её здесь общие знакомые.

— Так ради неё сюда завернул?

Вместо умолкнувшего Гатто подал голос самый тихий и романтичный из кориниканцев, Лим:

— Капитан каждые пару месяцев сюда наведывается. Надеется на случайную встречу.

— А как же концерт в баре на «Энигме»? — брови Кимовой поползли вверх.

–Тебе никогда не хотелось от чего-нибудь отвлечься и забыться?

— Мне сказали, сегодня отправляется один капитан с командой кориниканцев. И он сможет помочь мне в одном щепетильном деле. Я не опоздала?

Над левым плечом Гатто показалась рыжая макушка, а на плечо легка небольшая ладошка.

— Мили? — только и прошептал Гатто, обернувшись.

Он осторожно слез с табурета и очень медленно коснулся щеки девушки кончиками пальцев, а потом, будто слетев с тормозов, сгрёб её в охапку, подхватил на руки и стал кружить, снеся табурет, три стакана, с холодным к счастью, напитком и неслабо задев ботинком подруги плечо незадачливого Лима.

— Это правда ты?

— Я, дурачок, — глаза Мили лучились радостью, но вдруг она стала серьёзной и выбралась из объятий Гатто. — Ты не мог прилетать как-то более предсказуемо? Ни разу тебя не застала, а долго на одном месте мне быть нельзя.

— У тебя проблемы?

— Уже почти разобралась. Скоро всё кончится, если ты мне поможешь.

— Конечно, помогу! И больше мы не расстанемся.

— Нужно, чтобы ты отвёз одну вещь в Угольный мешок, — казалось, рыжая не слушала своего вновь обретённого друга. — Тогда от меня, наконец, отстанут.

— С кем ты связалась?

— Призраки прошлого. Нашего с тобой.

— Я понял. Мы вылетаем через час. Собирай вещи. Пора поставить точку в той истории и начать новую нормальную жизнь.

Гатто обнял Мили, всем своим видом давая понять, что больше не оставит её и не подвергнет опасности. Девушка уютно устроилась в его объятиях и на миг расслабилась, став очень нежной и мягкой, но уже через пару мгновений снова стала быстрой, звонкой и резкой.

— Я не полечу с тобой. Мне туда нельзя. Не отпустят. Гронзо на меня глаз положил. Предлагал даже долг списать, если я с ним останусь. Потому и прошу тебя отвезти эту вещь. Тогда он отстанет, а мы встретимся, и мне больше не будет нужды маячить на Притхиви. Галактика большая и вся к нашим услугам.

— Ладно, — нехотя согласился Гатто и посмотрел на Кимовых. — Может, останетесь здесь? Отсюда регулярно рейсы на Землю уходят.

— Мы уже тебе заплатили, а лишних денег нет, — задумчиво ответил Филипп. — Или ты вернёшь хотя бы часть оплаты?

Кориниканцы дружно захихикали, а Гатто театрально отвёл взгляд к потолку и в сторону.

— Почему-то я так и подумал, — беззлобно вздохнул Кимов. — Ты же просто передашь вещь кому следует?

— Я не симпатичная девушка, потому вряд ли заинтересую сладострастного Гронзо.

— Значит, не будем менять транспорт. Пока всё идёт хорошо.

Туманность Угольный мешок была одним из самых тёмных мест в Галактике во всех смыслах. Темнее только чёрные дыры.

Чисто в астрономическом и навигационном смысле это было видимое невооружённым глазом тёмное пятно. Скопление частиц пыли, покрытых слоем водяного льда, азота, окиси углерода и других органических молекул, заслоняло собой часть звёзд, а частично рассеивающийся свет заставлял звёзды по его краям выглядеть красными. По ним и стало понятно, что корабль Гатто приближается к пункту назначения.

Не менее тёмной туманность считалась и в криминальном смысле. Опасное и плохо изученное место, как и другие подобные, стало убежищем преступников. Как-то они ухитрялись маневрировать в условиях ограниченной видимости. И вскоре Гатто понял, как.

Лёгкая пелена уже начала окутывать «Бродягу», когда с двух сторон от него вынырнули списанные штурмовые истребители. На связь они не выходили. Скорее всего, всё, что могло излучать и передавать, было отключено или снято с манёвренных звездолётов, чтобы снаружи невозможно было перехватить сигналы. Но их пилоты точно знали, куда лететь. Они безмолвно подцепили корабль Гатто на буксир гравитационными лучами и потащили вглубь облака. А позже выяснилось, что и сами истребители ориентировались в туманности по лучу с корабля-матки, тускло просвечивающему огнями сквозь чёрную пыль.

— Нас ждут? — взволнованно спросил капитана Филипп.

— Возможно. Или, может, они всех так встречают, а разбираются уже на главном корабле.

— Я пойду один. А вы с пушистиками останетесь на корабле. И лучше сделайте вид, что вас здесь нет. На всякий случай. Надеюсь, я быстро справлюсь.

Взяв «товар», Гатто покинул борт и вышел в просторный док. Его встретили и запретили закрывать выходной шлюз.

— Ну ладно. Как скажете, — пожал плечами капитан «Бродяги» и, не оглядываясь, пошёл между двух конвоиров.

Гронзо оказался хаскусианцем — рослым и мускулистым антропоморфным существом. От людей его отличал плотный покров короткой жёсткой шести по всему телу, более выраженные хищные черты лица, не атрофировавшиеся клыки и прочные когти. Шерсть Гронзо лоснилась стальным отливом и благоухала ароматическими маслами. Бандит щеголял накачанными мышцами торса и пресса, символически прикрыв их коротким жилетом.

— Не удивительно, что человеческие женщины находят вас привлекательным, — сделал искренний комплимент главарю бандитов Гатто.

— Чуют настоящего самца, — довольно хмыкнул тот и, окинув Гатто оценивающим взглядом, расщедрился на ответ: — Ты тоже не плох. А я уже думал, что у нашей общей рыжей знакомой совсем дурной вкус, раз она пренебрегла мной в твою пользу. Всё равно, конечно, продешевила, но мне уже не так обидно. Тем более я нашёл себе птичку получше. Показать?

— Я уверен, что вы получаете только лучшее, и не нуждаюсь в доказательствах. Возьмите то, что вам нужно, и я отправлюсь восвояси довольствоваться тем, что осталось мне.

Капитан «Бродяги» протягивал бандиту серебристый цилиндрический футляр.

— Так торопишься убраться отсюда? — Гронзо забрал предмет, вскрыл и вытряхнул на ладонь информационный чип. — Может, ты не совсем честен, и это не то, что задолжала мне рыжая?

— Я всего лишь курьер.

Гатто и правда не терпелось поскорее вернуться на корабль и смыться подальше от Угольного Мешка, забрать Мили с Притхиви и улететь на другой край Галактики к Земле. Там можно было затеряться и начать новую жизнь. По возможности честную.

К главарю подошёл один из его подчинённых, человек, и стал что-то шептать на ухо. Он показался Гатто смутно знакомым. Разве что раньше у бандита на месте были оба глаза, а теперь правую сторону лица покрывал бугристый шрам от рваной раны.

— Ты хотел удивить меня, Шрам? — самодовольно ухмыльнулся Гронзо. — Чего-то подобного я и ожидал.

— Они уже здесь, — хрипло прокомментировал докладчик.

— Ну, пусть зайдут. Хоть поздороваемся.

Шрам торжествующе дал знак ввести в помещение пленников и посмотрел в глаза Гатто. Это был тот самый человек, который должен был получить товар на оживлённой космической станции много лет назад, когда всё пошло не так. Кто-то третий узнал о сделке и натравил на курьера и получателя нарко-полицию. Гатто думал, что передаёт всего лишь нелегально вывезенные предметы искусства, но никак не наркотики, и рассчитывал на штраф или небольшой срок, потому без особого сопротивления сдался полиции и выдал информацию о получателе.

Поняв, что операция провалилась, кто-то из преступной верхушки решил обрубить все ниточки, ведущие к ним, и устроил теракт. Должны были погибнуть и курьер с получателем, и проинформированные полицейские. И куча народу на станции заодно. Непонятно как — возможно, подслушала что-то в баре, — но Мили случайно узнала о надвигающейся угрозе и угнала корабль. На что рассчитывала эта девчонка, непонятно. Ей тогда руководили только эмоции и гормоны.

Девушку задержали, но информацию о теракте решили проверить. Больших жертв удалось избежать, но всех задержанных причастных призвали к ответственности. Гатто отсидел своё. Шрам тоже выжил, но следы на память, вот, остались. Как и затаённая злость и желание отомстить.

Гатто не хотелось оборачиваться. Он знал, каких пленников привели, и чувствовал себя виноватым.

— Что же ты спрятал своих друзей и заставил их скучать на корабле? — ухмыльнулся Гронзо.

— А тебя это не касается, — Гатто нервничал. — Они никак не связаны ни со мной, ни с Мили, ни с нашими прошлыми делами. Простые пассажиры.

— Хорошенькую экскурсию ты им устроил! И кто такие наши туристы?

Силу к Кимовым и кориниканцам не применяли. Пока. Но направленных со всех сторон стволов оружия хватило, чтобы заставить их рассказать о себе и цели путешествия. Тем более скрывать им было нечего.

Гронзо, может, ещё и поразвлекался бы, мучая их, но явно слишком спешил изучить, наконец, добычу, полученную из рук Гатто.

— Я не зверь, как может показаться. Ведь все считают бандитов бессердечными тварями. Я своё счастье обрёл, и вам того же желаю. Летите на свою родину и заведите уже миленькое потомство. Счастливой возни с подгузниками! — главарь махнул на прощание рукой, развернулся уходить и напоследок твёрдым голосом дал указание Шраму: — Проводи наших друзей на их посудину и обеспечь хорошее сопровождение внутри облака, чтобы не заблудились.

— Уф! Обошлось, — от пережитого напряжения ноги Юлии тряслись, и она упала в кресло, едва добралась до него на борту «Бродяги».

Гатто молча готовил корабль к старту. Ему очень не понравились прощальные слова главаря и то, что сопроводить их он поручил именно Шраму. Мэо и Фэр, также сосредоточенно выполняли свои обязанности на корабле. Только Лим, отвечавший лишь за питание и плохо смыслящйи в технике в целом и в кораблях в частности, сразу был оправлен в каюту с требованием пристегнуться.

— Фэр, ускорители, — коротко бросил капитан.

Мохнатый механик без вопросов нырнул в машинный отсек, прихватив парочку новеньких запасных деталей.

— Нас ведь отпустили? — Кимова уловила напряжение Гатто и с тревогой смотрела на приготовления к старту. — Ведь если бы собирались уничтожить, то и выпускать не стали бы, верно?

— Из дока нас выпустят точно. Не станут стрелять внутри, чтобы свой корабль не повредить, — капитан старался не выдавать тревоги. — Ты с Филиппом садишься в кресла в аварийной капсуле, пристёгиваешься и думаешь о том, как будешь обустраивать новую квартиру на Земле.

— А дальше? — не унималась Юлия. — И почему в спасательную капсулу?

— Сюда нас вели лучом, а назад лететь самим. Мало ли на что нарвёмся. Может тряхнуть, а в аварийке система ремней безопаснее и комфортнее.

Филипп хмуро обменялся взглядами с Гатто поверх макушки Юли, кивнул и взял её под локоть.

— Пошли. Всё равно в управлении кораблём мы не поможем, а там будем меньше мешаться. Да и потише будет.

Из дока корабля-матки «Бродяга» вышел беспрепятственно и начал плавно удаляться. В условиях плохой видимости Гатто не решался сразу набирать скорость, но и медлить рядом с логовом преступников, которые в мрачном тумане чувствовали себя как дома, тоже не стоило.

— Фэр, ты заменил?

Вместо ответа из люка в полу высунулась перепачканная в смазке лапа с поднятым вверх пальцем. Жест этот кориниканцы переняли у капитана, но на шестипалой руке с симметрично разведёнными в две стороны пальцами выглядел он забавно.

— Хорошо. Но ускорители пока побережём. Вдруг не пригодятся, — проворчал Гатто. — Мэо, зафиксируй отдельно координаты входа в облако.

Полагаться на автопилот, который мог бы относительно безопасно вывести их из Угольного Мешка обратным маршрутом было нельзя. К базе их провели гравитационным лучом. И ничто не могло помешать бандитам тем же лучом их и придержать. Зато подвижную цель сложнее подцепить. Гатто переключился на ручное управление. Сенсоры зафиксировали, что от корабля-матки отделилось два небольших объекта. В условиях радиомолчания невозможно было точно определить, что это. Но капитан был уверен, что локатор заметил точно не куски астероида.

— Всё же решил поиграть в догонялки, Шрам? Я бы на твоём месте сразу прикончил врага без долгих пафосных речей и игр.

И «Бродяга» начал скакать, как встревоженное насекомое. Вовремя. Перехватчики пытались зацепить корабль на абордаж, но скачущее судно не давалось и смогло затеряться в клубах пыли. Однако, успокаиваться было рано. Гатто проверил координаты, подвигал рычаг скорости.

— Капитан, мы ускоряемся, — Сэо озвучил то, что Гатто и сам заметил.

— Я вижу. Не отвлекайся и следи за защитным полем. Фэр, у нас ускоритель замкнуло?

— Нет, кэп. Я слежу. Пока всё в порядке.

— Странно.

Кориниканец высунулся из люка.

— Гравитационное течение?

— Похоже на то. Но пока оно нам только помогает. От Шрама оторвались, — неуверенно протянул Гатто, всматриваясь в экраны. — Твою ж!

От резкого удара Фэр свалился обратно в машинный отсек.

— Мы столкнулись с астероидом? — Филипп не выдержал неизвестности и покинул безопасное кресло в аварийной капсуле.

— С остовом нашего предшественника, — рыкнул Гатто и тут же переключил внимание обратно на корабль и Мэо. — Что у нас?

— Потеря пятидесяти процентов мощности противометеоритного поля. И отключился…

— Сгорели предохранители в блоке координации двигателей, — закончил за него из люка Фэр, пару раз щёлкнул, выругался, снова пощёлкал и крикнул: — Проверяй.

— Теперь всё работает, — муркнул его напарник за пультом.

— Хорошо. Но это столкновение нас затормозило. Выскочили из течения…

— Погодите. Не всё работает, — озабоченно перебил его Мэо. — Только столкновение не причём. Навигатор с ума сходит из-за внешнего магнитного поля. Не могу определить, где мы сейчас находимся.

— Опять бандиты? — насторожился Кимов.

— Нет. Облако. А тебе я сказал быть в капсуле! Ты жене нужен, придурок! — внезапно вспылил капитан. — Хрен знает, что здесь творится, и ты её одну оставил в такой момент.

Филипп пристыженно покинул мостик, а Гатто дождался сигнала, что второе кресло в отстыковываемом отсеке занято, и нажал кнопку его закрытия.

— Ты думаешь, всё так плохо, кэп?

— Пусть не мешают. Что с пассажиров возьмёшь? — Гатто попытался улыбнуться своей слабой шутке.

Скорость их на самом деле снизилась, и теперь он снова мог сам управлять «Бродягой», но многочисленные обломки разбитого корабля, с которым они столкнулись, или ещё какого-то другого — мало ли, сколько их уже погибло в Угольном Мешке самостоятельно или с помощью банды Гронзо — мешали набрать скорость. Периодические мелкие столкновения раздражали и тратили и без того небогатый запас энергии. Ориентироваться приходилось только по сенсорам, которые не различали куски металла по технической исправности.

Так, среди обломков к ним и подкрались два истребителя-перехватчика.

— Таки догнали, — Гатто от досады сжал кулаки.

— Остатков мощности противометеоритного поля хватит, чтобы вывести из строя их электронику. У истребителей такого класса защита не предусмотрена, они же от головного корабля далеко не отлетают. Можем спалить им проводку, если подпустим их достаточно близко, — деловито сообщил Мэо.

— А дальше полетим «голыми», — добавил из люка Фэр.

— Мы в пояс астероидов наведываться и не планируем, — с некоторым облегчением выдохнул капитан и стал снижать скорость, делая вид, что старательно обходит куски космического мусора.

Преследователи купились и стали зажимать «Бродягу» в клещи. Гравитационные лучи они почему-то не включали. Возможно, тоже получили повреждения во время гонки. Выдержки миниатюрного пушистого милашки Мэо хватило, чтобы подпустить перехватчики почти до стыковочного расстояния, и только тогда вручную пустить всю оставшуюся энергию на защитное поле.

Освещение в «Бродяге» на мгновение померкло, а затем экраны озарились яркой вспышкой взрыва. В Угольном Мешке их поджидала ещё одна невидимая опасность. Будь удирающие повнимательнее и следи они за всеми сенсорами, они бы обратили внимание на световую индикацию панели внешней среды. Гатто случайно зашёл сам и заманил Шрама в газовый пузырь, а резкий скачок энергии спровоцировал взрыв.

Впрочем, удача на этот раз была на стороне капитана. Все три корабля раскидало в стороны. Один из истребителей столкнулся с крупным обломком старого корабля, завертелся и зацепил напарника. А «Бродягу» волной вынесло в чистую от обломков зону.

— Этим хана! Летают они без связи. Пока их хватятся, успеем смыться, — Гатто с облегчением откинулся в кресле.

Сквозь дымку впереди начали красновато просвечивать наиболее яркие звёзды. Угольный Мешок выпускал их из своих объятий.

Но не сторожевые псы Гронзо. Вряд ли простой патрульный борт знал, что произошло на корабле-матке и что пара истребителей вместе с его товарищами по банде пополнила запасы космического мусора в пылевом облаке. Он просто выполнял свою работу и выскочил на перехват незнакомого судна. От Гронзо чужаки так просто не улетали.

— Да сколько можно? — зарычал Гатто и включил максимальную скорость.

«Бродяга» возмущённо рыкнул, но рванул вперёд.

— Хорошо, что детали заменил на новые. Те, с барахолки, могли не выдержать, — над люком в полу снова показалась голова Фэра.

— Не накаркай, а то загрызу…

Резкий толчок и плавное замолкание двигателя перебили Гатто.

— Упс. Не выдержали…

Прерванную фразу капитана закончил уже с утвердительной интонацией.

— Загрызу.

Пилот истребителя, вооружённого в отличие от «Бродяги», не стал надеяться на удачу и выстрелил по корме беглеца. Но корабль Гатто уже и без того был остановлен.

— Всё-таки не дадут уйти. Но они ведь и от Мили не отстанут, наверняка, — Гатто устало потёр глаза. — Мы ещё на что-то способны, Фэр?

— Вручную взорвать топливо, когда нас возьмут на абордаж.

— Да ты оптимист.

Услышать подобное от спокойного и добродушного кориниканца было неожиданно.

— А у нас есть выбор? Всё равно же убьют.

— Забирайте Лима и быстро во вторую капсулу.

— Она вышла из строя, — также спокойно и даже меланхолично сообщил Мэо. — Только что, после того, как в нас пальнули. Так что мы с тобой остаёмся, кэп.

На этот раз Гатто не сдержался и ударил кулаками по приборной панели, но быстро взял себя в руки и включил одностороннюю связь с капсулой Кимовых. Слушать их возражения сейчас он был не в силах.

— Ребята, я оказался недобросовестным перевозчиком и подвёл вас. Но деньги не верну. Вынужден высадить вас прямо сейчас. А сам разберусь со злобным патрулём. Удачного вам автостопа.

Договорив, он решительно отстрелил аварийную капсулу и несколько секунд смотрел на экране, как небольшой объект удаляется от «Бродяги» и Угольного Мешка.

— Сработал аварийный маячок. Их должны подобрать. А теперь, Фэр, говори, как нам устроить из этой посудины жаркий фейерверк.

Часть 3. Разношёрстная компания. Эпизод 12. Не время унывать

— За что нам это всё? Может, нам суждено погибнуть? Да, таким идиотам лучше не иметь потомства, — у Юли снова начиналась истерика, замешанная в основном на самобичевании. — Ничему жизнь не учит же.

— Ещё есть надежда. Это спасательная капсула с автоматическим аварийным маячком, — Филипп всё ещё не был готов сдаться.

— И на сколько здесь хватит запаса воздуха? Такие штуки выстреливают где-то недалеко от обитаемых планет, где их есть кому подобрать. А мы в самом тёмном углу Девятого сектора, куда никто, кроме преступников, соваться не решается.

Ждать пришлось на самом деле долго. Филипп дважды вручную снижал подачу кислорода, чтобы растянуть его как можно на дольше. Супруги перестали разговаривать. Юлия впала в тревожную полудрёму и, в конце концов, потеряла сознание. Кимов продержался чуть дольше, но тоже провалился в обморок.

Спасение, на которое супруги уже не надеялись и сдались, облегчения не принесло. Юлия хохотала, как безумная, когда их тащили в очередную клетку, пока не получила хлёсткую пощёчину от пирата. Филиппа же сразу скрутили так, чтобы он не мог даже дёрнуться на помощь жене.

Новым пристанищем Кимовых стала тесная клетушка с голыми металлическими стенами, потрёпанный коврик из вспененного полимера, ёмкость с откидной крышкой в углу в качестве туалета и обычная дверь с решёткой вместо автоматической гермодвери с электронным замком.

— Мы, что ли, в загоне для животных?

Юлия, постанывая, потирала локоть и осматривалась вокруг. Те, кто их доставил сюда после вскрытия капсулы, особо не церемонились и не нежничали. Местные медики оказали им самую минимальную помощь. Чтобы взбодрить добычу, новые захватчики просто облили людей холодной водой, а затем бросили Кимовых на пролёжанные тонкие подстилки.

— Скорее в клетке.

— И снова документы и карточки отобрали…

На новую истерику сил у Юлии не было, потому она быстро притихла в углу, сжавшись в комок. Они снова были в плену и снова стали товаром.

Пленников лишь кормили самой простой едой и издёвками. В узкие прорези решётки Филипп уже изучил всё, что было доступно взгляду. Напротив них по другую сторону коридора располагался ряд точно таких же камер с пленниками. Самым обидным было то, что клетки эти, как и предполагал Филипп, изначально предполагались для перевозки сельскохозяйственных животных и запирались снаружи на самые простые врезные замки-задвижки, но пленникам, томящимся внутри, это ничем не помогало.

Бесконечно долгое, унылое и безнадёжное сидение в клетке отупляло и лишало желания делать хоть что-то. Последние пару дней, во всяком случае по ощущениям и по количеству раз кормёжки прошло примерно столько времени, Юлия и Филипп почти не разговаривали. Даже когда шаги и голоса пиратов послышались во внеурочное время рядом с их клеткой, они не отреагировали.

Раздался звук шлепка, болезненный вскрик и звуки потасовки. Короткий треск электрошокера резко оборвал драку. Дверь открылась. В неё пираты затолкали двоих дейтрийцев. Самка зашла сама, а самца в бессознательном состоянии арболит просто затолкал ногами, хотя и не без труда. В клетке сразу стало тесно.

Самец довольно быстро пришёл в себя, хоть и не без помощи своей подруги, и осмотрелся. Взгляд его остановился на привалившихся друг к другу и держащихся за руки людях.

— Вы надолго или как предыдущие быстро закончитесь? — флегматично и безжалостно спросил Филипп, имея ввиду их недавнего соседа-трилоба, скончавшегося, не прихрдя в сознание.

— Мы до конечной, — прохрипел новенький, потирая отбитый бок.

Оживление обстановки в клетке благотворно подействовало на пленных. Кимова неуверенно улыбнулась и негромко произнесла:

— Меня зовут Юля, а это мой муж Филипп. Мы уже давно здесь сидим и потеряли всякую надежду. Вы не подумайте, мы не радуемся новым пленникам. Хотя, увидеть кого-то нового и живого и правда приятно.

— Я как-то работал дейтрийцами, — стал налаживать дружественную атмосферу Филипп. — Остались только приятные воспоминания. Заняться здесь всё равно нечем, может, хоть расскажете, как попали сюда?

— Подозреваю, что так же, как и остальные, — дейтриец был не столь расположен поговорить, как люди, потому быстро представился и стал деловито осматривать клетку. — Я Раррут Коа, это Длула Ри. Надо придумать, как выбраться отсюда.

— Судя по всему, мы находимся на рабовладельческом корабле. Похоже, вы попали сюда случайно, а мы — по глупости, — и Филипп рассказал их с Юлией историю попадания на корабль Хохука.

— Теперь я думаю, что не стоило так близко к сердцу принимать опасения врачей Геридона, а надо было послушаться маму и остаться дома. Ей вообще запрещали заводить детей, — всхлипнула Юля. — Теперь не уверена, что мы хотя бы выживем.

Длула сочувственно посмотрела на новую знакомую:

— А мы столкнулись с предательством друга и подлостью мелкого обиженного воришки.

— Вас, случайно, обманул не амморит-мимикрист? — Юлия оживилась. — Они прикидываются кем-нибудь, безобидным, вызывающим жалость, и втираются в доверие.

— Нет, — Длула смешно скривилась, изображая брезгливость. — Нас сдал пиратам гадкий квиллианец Граррет.

— Квиллианцы, квиллианцы… Это которые похожи на земных вредителей-грызунов, в давние времена пробравшихся на космические корабли и переселяющихся с планеты на планету вместе с людьми? — попытался припомнить Филипп.

— В нашей огромной конфедерации упомнить бы хотя бы разумные расы, — дейтрийка улыбнулась. — Не говоря уже о зверушках местных и перелётных.

— Ещё и Мау Вэй у них, — рыкнул Раррут, сосредоточенный на своих мыслях. — Но я не сдамся и не позволю обращаться с моим другом, как с вещью!

— Да что мы можем с пустыми руками-то? — нервно рассмеялся Филипп. — Мы уже здесь всё обшарили. А с другом, боюсь, вам придётся попрощаться. Заочно.

Раррут хмыкнул и стал проверять карманы. Там нашёлся нож, который он всегда носил с собой, пара отвёрток — инструментов, незаменимых для механика-пилота, — несколько пластиковых карт и горсть запасных предохранителей.

— Ну не с такими и пустыми.

— И что ты сделаешь этой отвёрткой? — Длула была настроена скептически.

— То есть ты ничего не заметила? — удивлённо спросил Раррут, внимательно осматривавший внутреннюю часть двери в районе запора.

— Это какие-то особенные двери? — поинтересовалась Юлия.

— Самые обычные и наиболее распространённые в Галактике. Такие устанавливают в загонах для перевозки крупного скота. Клетки массово выпускают на Ферранде и продают на все аграрные планеты. Особенно на те, у которых своего металла мало. Например, на Дейтру, — Раррут выразительно посмотрел на согласно кивающего Филиппа и улыбнулся.

— И что нам с этого факта? — фыркнула Длула.

— А вот что, — просопел Раррут и выронил на пол первый выкрученный болт.

Запоры на клетках для животных были совсем простыми, механическими, не подключёнными к бортовому компьютеру корабля. Их открытие невозможно было отследить удалённо. Для этого даже ключ не требовался.

А ещё можно было разобрать запорный механизм изнутри клетки. Для фермеров это не было проблемой, ведь животные не умеют пользоваться инструментами. Пираты тоже не предусмотрели, что в карманах их пленников может заваляться пара отвёрток.

Раррут аккуратно снял пластину, прикрывающую механизм, и попробовал сдвинуть запор. Пружины поддавались, но открывать дверь сразу дейтриец не спешил.

— Вот. Железки это вам не растения. С механизмами я могу справиться, что лишний раз доказывает: моё место не в поле, а на корабле.

— Ты такой молодец, Раррут! — не сдержалась Длула и обняла друга. — Не знаю, чтобы я… Что бы мы без тебя делали.

— Не спеши, — смутился дейтриец. — Теперь надо осмотреться и решить, как будем действовать дальше.

В узкие прорези в клетке было видно, что дальняя часть отсека заставлена какими-то бочками и ящиками. Пираты же не слишком утруждали себя охраной помещения, убеждённые, что никуда из клеток пленникам не деться.

— Если здесь найдётся что-то горючее или взрывчатое, сможем устроить поджог или взрыв и отвлечь похитителей, — предложит Филипп.

— Да! И попытаться пробраться в рубку, чтобы вызвать помощь, — подхватила идею Юлия. — Я как раз специалист по связи. Думаю, смогу разобраться с системой на этом корабле.

— Это старый военный корабль, — с сомнением пояснил дейтриец.

— Не страшно. Мы в колледже все действующие системы изучали. В военное подразделение меня по здоровью не взяли, но теперь знания пригодятся, — учуяв перспективу освободиться, да ещё и активно приложить к этому руку, Кимова оживилась.

— Только сначала нужно выманить капитана с мостика, — охладил пыл людей Раррут.

— Этим могу заняться я, — вызвалась Длула. — Напрошусь к капитану на аудиенцию, якобы рассказать важную информацию о тебе и настоящем корабле с ценным грузом. Мол, мистер Граррет просто не знал, что на «MLS-3-14» ты летаешь только для прикрытия и делаешь вид, что увлечён продажей прикс. А сам держишь второй корабль, на котором твой брат и возит контрабандных котов. Для убедительности, расскажу жуткую историю, как ты похитил меня из дома, и попробую вызволить Мау Вэя.

От красочного сценария, предложенного подругой, дейтриец передёрнул плечами, но согласно кивнул:

— Неплохо. Только сначала нужно открыть остальных пленников и перевести в безопасное место подальше от предполагаемого взрыва.

— Они могут временно пересидеть в ближних к выходу клетках, — предложил Филипп. — Нас здесь слишком много, чтобы незаметно рассредоточиться по кораблю.

— А этот взрыв не повредит судну? — спохватилась его супруга, вспомнив, как надолго вывел из строя корабль взрыв, устроенный скарфом в первое их попадание в плен к работорговцам.

— Такие посудины участвовали в настоящих космических сражениях. Небольшое фаер-шоу в грузовом отсеке ему не повредит, — отмахнуся Филипп, так удачно работавший в сфере химии и не понаслышке знакомый со взрывчатыми и легковоспламеняющимися веществами. — Главное, чтобы мы нашли здесь, чем пошуметь.

— И вооружиться, — добавил Раррут. — На всякий случай.

Приближалось время кормёжки, потому пленники собрали запор двери обратно, чтобы пираты ничего не заподозрили, и спрятали отвёртки.

— Вы говорили о тех самых модных приксах, которых подают в ресторанах? — спросила Юля, чтобы скрасить ожидание.

— Да. Я пока что их единственный поставщик.

— Потому что никому больше не пришло в голову ловить этих тварей и есть, — рассмеялась Длула. — Только тому чудаковатому землянину и тебе.

— Его идея оказалась стоящей и может обеспечить мне безбедное и комфортное будущее.

С этими словами Раррут машинально обнял сидящую рядом Длулу за плечи и притянул к себе. Отодвигаться она не стала.

— Мы пробовали прикс, — призналась Юля. — Это на самом деле вкусно!

— Согласен. Хотя дома меня никто не понимает, — улыбнулся в ответ дейтриец. — А ведь землянин Дмитрий сказал тогда, что на Земле есть очень похожие организмы, которых там просто обожают и называют креветками.

— О них нам рассказал официант в ресторане, — кивнул Филипп и вздохнул: — Эх. Если бы мы не попали в этот переплёт… столько раз… то могли бы сами отведать их свежевыловленных и сравнить с приксами.

— А давайте так и сделаем! — вдруг воскликнула Длула. — Когда выберемся отсюда, все вместе отправимся на Землю. Подбросим вас, и сами попробуем этих креветок.

— Ты ли это, мисс Ри? — удивился Раррут. — Добровольно пробовать инопланетную еду?

— Если выберемся отсюда живыми, мне больше ничего уже не будет страшно.

— Договорились, — мечтательно протянул Раррут.

Вскоре в отсеке послышались тяжёлые шаги. Заскрипели открываемые пиратом двери клеток. Толстый куполообразный сталланец на шести ходильных щупальцах, несмотря на кажущуюся неповоротливость, ловко перемещался с ящиком сухпайков и забрасывал их в клетки.

— Я хочу увидеть капитана, — тихо шепнула в приоткрытую дверь, Длула, заранее усевшаяся к ней поближе, и изобразила самое затравленное выражение лица, на которое только была способна, пока остальные делали вид, что набросились на еду. — У меня есть информация для него. Коа надул его!

Пират недоверчиво перевёл взгляд с дейтрийки на Раррута.

— Он похитил меня и держал на корабле насильно, — добавила Длула, кивнув в сторону друга.

Вышло убедительно, потому пират снова открыл дверь и грубо выдернул Длулу за руку из клетки. Раррут бросил еду и подошёл к двери.

— Ты куда её потащил? Она моя!

— Тебе скоро уже никто не пригодится, — хмыкнул сталланец и толкнул дейтрийку к выходу.

Когда всё снова стало спокойно и появилась гарантия некоторого запаса времени, остальные приступили к реализации плана.

Филипп занялся осмотром грузов. Вскоре он обрадованно помахал руками и показал на несколько ящиков. Нашлось и горючее, и бластеры. Юлия и Раррут в это время объясняли остальным пленникам, что собираются делать. К компании новоявленных диверсантов присоединилась пара ошианцев. Крепкие панцири и мощные клешни с заострёнными кромками делали из них неплохих бойцов. Массивный лохматый феррандец предложил устроить засаду для тех пиратов, которые первыми ринутся в грузовой отсек, за что тут же был снабжён бластером и отправлен отбирать среди пленных добровольцев для реализации этой части плана.

Когда всё было готово, Юлия и вооружённые товарищи затаились в клетке, ближайшей к выходу.

— Что-то ты не выглядела пленницей, когда я видел вас впервые, — недоверчиво хмыкнул Хохук, выслушав жалобный рассказ Длулы о том, как Раррут похитил её из дома, получив отказ от её отца.

— Мне приходится играть на публику, — пожала плечами дейтрийка. — Вы не знаете, какой он жестокий. У меня всё тело в ссадинах и синяках. Просто под шерстью не видно. А Раррут сильно печётся о своей репутации. Он же ведёт дела с самыми известными бизнесменами в сфере межвидовой кухни. Прямо звезда! Я видела, как перед ним лебезил шеф-повар из «Туманности Крейга» на Хит-То! Вы ведь знаете, что в «Туманности» самого президента Конфедерации принимали?

— Я достаточно хорошо знаком с шефом Крили, — кивнул капитан.

— А вот он, бедолага, думает, что Коа из себя весь такой добропорядочный добряк. Но это лишь ширма. Вас не обманули.

Мау Вэй услышал знакомый голос, перегрыз шлейку и выскочил из соседнего помещения.

— Мма-ва-а-у-у-у! Ма-ма-вау! — он подбежал к подруге Раррута и стал неистово тереться о её ноги и тянуться на руки.

Пират попытался поймать кота, за что получил сочный удар всей когтистой пятернёй по руке, и лишь благодаря очень жёсткой коже обошлось без кровопускания. Первым его порывом было наотмашь ударить пушистого строптивца, но Хохук вовремя спохватился и изобразил благодушие, позволив Длуле самой взять друга на руки.

— То есть Коа на самом деле занимается контрабандой котов?

— Да. Он давно говорит о том, что надобно расширять флот. Мол, его приксы столь востребованы, что он сам не успевает уже развозить их всем заказчикам. А на самом деле у него есть уже парочка кораблей, зарегистрированных на кого-то другого. Ещё мне кажется, что Раррут узнал название планеты, которое скрывают легальные заводчики котов, и ворует их напрямую оттуда.

— Это слишком ценная информация. Полагаю, кто-то поплатился за неё жизнью, — капитан внимательно посмотрел на Длулу и приподнял бровь: — Как думаешь, мог твой дружок пойти на убийство ради наживы?

— Н-нет… Не знаю. Наверное, — промямлила дейтрийка, покрепче прижимая к себе кота.

— Что ты там лопочешь? Не уверена в своих показаниях? Или он тебя так сильно запугал? — почти ласково подсказал вариант ответа Хохук.

Длула интенсивно закивала.

— Ну что ж. Побудь-ка ты пока здесь. Заодно присмотришь за хвостатым. А я пообщаюсь с твоим дружком поближе и выясню, что вы…

Фразу капитана прервал звук отдалённого взрыва, толчок и сигнал тревоги.

Быстро сделать взрывное устройство из подручных средств, найденных на складе без инструментов, оказалось возможным. И Филипп справился с задачей. Небольшой заряд в замкнутом помещении не нанёс большого ущерба, зато наделал много шума, что и требовалось диверсантам. Но из-за ненадёжности конструкции Кимов не мог укрыться вместе с остальными в отдалённой клетке. Ему пришлось запускать взрыватель вручную и быстро прятаться за ближайшую створку.

Не хватило пары секунд, чтобы укрыться. Взрывом Филиппа неудачно швырнуло на открытую дверцу загона. Со сломанной ключицей и, возможно, парой рёбер, он был уже не боец.

Трилоб и пара дитторианцев из числа узников бросились к нему на помощь, как только чуть рассеялся дым. Те, кто были способны вступить в бой с пиратами, позволили им вбежать в помещение и только потом выскочили из укрытия, отрезав путь к отступлению. Выставленный на подходе к грузовому отсеку мини-отряд ошианцев, пропустив первую партию пиратов, ринувшихся выяснять, что рвануло в отсеке с пленниками, дождался в засаде группу подкрепления и устроил им тёплую встречу. В схватке один из бойцов лишился клешни, но путь для Юлии был временно свободен.

Кимова колебалась между тем, чтобы выполнять свою часть плана и ринуться к раненому супругу.

— Ему помогут, — феррандец Тик мягко подтолкнул Юлию вперёд и напомнил: — А ты поможешь всем нам.

Кимова поймала взгляд мужа, беззвучно, одними губами сказала: «Я люблю тебя». «Я тебя тоже», — со слабой улыбкой так же ответил он и кивнул жене. Вздохнув, в сопровождении Тика Юлия помчалась в сторону мостика.

В момент взрыва все боеспособные пираты были подняты по тревоге и брошены на разборки с диверсантами, потому у пульта связи остался лишь крошечный, даже по сравнению с хрупкой по телосложению Юлей, мягкотелый головастый виргианец. Точным ударом в область соединения черепа с многоногим мохнатым туловищем Тик вырубил связиста. Кимова испуганно вскрикнула.

— Я не убил его. Хотя он бы нас не пожалел. Эти мелкие твари крайне ядовиты. Держись подальше от его коготков. С этими словами феррандец поднял обмякшего виргианца за шиворот и уложил в углу. В свете ламп на кончиках его конечностей блеснули гладкие, хитиновые раздвоенные коготки, как на лапах у пауков. Юлия вздрогнула, быстро отвернулась к мониторам и зашелестела клавишами.

— Ты скоро? — спросил феррандец, нетерпеливо выглядывая в коридор? — Долго ребята их отвлекать не смогут.

— Я уже почти… И-и-и-и!!!

Виргианец-связист пришёл в сознание раньше, чем ожидал Тик, и уцепился за ногу Кимовой. Та в беспорядке застучала рукой по пульту и стала брыкаться, пытаясь откинуть ядовитого пирата. Тик повернулся к ней, чтобы помочь, но вдруг плашмя рухнул на пол. За его спиной показался арболит с бластером. Со злой ухмылкой он направил оружие на Юлию.

Хотя пленники и смогли вооружиться на пиратском складе, на стороне противников был реальный боевой опыт. Выходка Филиппа и сопротивление остальных смогли лишь ненадолго отвлечь пиратов. Очень быстро диверсанты-самоучки были обезврежены. В воздухе смешались запахи крови разных рас, многие лежали на полу без сознания. Тех, кто ещё пытался сражаться, безжалостные пираты продолжали избивать, пока те не затихали.

— Сколько товара попорчено, — сетовал серый здоровяк, пнув безжизненное тело трилоба. — А этого лохматого ублюдка я пущу на удобрение прямо сейчас.

— Стоять! — рыкнул вошедший быстрым шагом на склад Хохук. — Я сам.

Капитан шепнул что-то сопровождавшему его арболиту, и тот побежал обратно.

— Тебе придётся компенсировать мне ущерб, Коа. И с этого момента я буду истреблять всякого дейтрийца, который попадётся мне в космосе. Товар из вас дрянной и буйный. Если только тебе нечем уплатить мне?

— Я живу честным трудом, потому у меня нет столько награбленного добра, чтобы удовлетворить твои аппетиты.

— А твоя пленница рассказала другое, — ухмыльнулся Хохук.

— Она цела? — нервно спросил Раррут.

— Полегче, болван! — послышался из коридора возмущённый голос Длулы.

— Сам посмотри, — с хищной улыбкой капитан обернулся к ней и спросил: — Ну, как мои ребята усмирили лжеца и похитителя Коа?

Увидев связанного Раррута, стоящего на коленях с окровавленной головой, Длула на мгновение замерла, затем выронила Мау Вэя и ринулась к Хохуку с целью вцепиться ему в шею сзади, пока тот смотрит лишь на Раррута и упивается жестоким зрелищем.

Капитан коротко, не глядя, отмахнулся. В руке блеснул металл. Длула дёрнулась и упала, закатив глаза. Рванувшегося вперёд Раррута остановил бластер, упёршийся в лоб. Мау Вэй не стерпел и с воем накинулся на пирата, угрожавшего его опекуну, но тот ловко и мощно пнул кота так, что тот ударился в противоположную стену и замер на полу.

— Я так и знал, — проскрипел Хохук. — Вы не оставили мне выбора, наивные дети.

Эпизод 13. Помощь с неожиданной стороны

Раррут очнулся, когда его куда-то переносили. Не волокли за ноги и не пинали в клетку, а бережно переносили на едва заметно покачивающихся антигравитационных носилках.

— Длула!

— С ней уже всё в порядке, — прозвучал сбоку знакомый говор, переведённый транслятором. — Вам же лучше лечь обратно и не совершать резких движений.

— Канис? — удивлённо прошептал дейтриец. — Но ведь вы…

— Почти не летаем в космос? — усмехнулся доктор. — Редко вступаем в контакты с другими расами, предпочитая наблюдать со стороны и не вмешиваться — да. Но летаем мы не так уж и мало.

— Но почему вы скрывались, когда нас захватили пираты? Мы ведь не успели улететь далеко от туманности, где нас захватили?

Удивление Раррута было объяснимо. Специалисты по первому контакту были немало удивлены уровнем развития цивилизации четвероногих обитателей, недавно открытой планеты, и их миролюбием. Впрочем, миролюбивость их очень быстро нашла себе объяснение.

— Без необходимости не обозначали своё присутствие.

— И вашему народу не хотелось узнать побольше о других расах Галактики? Хотя вы очень мирные и, наверное, боялись вторжения, — предположил Раррут.

— Нам было неинтересно, — коротко и чётко ответил доктор Кртек.

— А почему вы всё же передумали и перестали скрываться?

— Мы не переставали. Канис был обнаружен исследовательским кораблём Конфедерации, прочёсывавшим наш сектор, — Кртек прервал рассказ, приложил лапу к сканеру и открыл вход в просторную по меркам канисов, но довольно тесную для дейтрийца светлую каюту. — Мы на месте.

У Раррута была ещё масса вопросов к доктору, но, увидев на соседних койках Длулу и Мау Вэя, он забыл обо всём.

— Я видел, как этот ублюдок ударил тебя, — доктор не смог на этот раз помешать Рарруту соскочить с носилок, из-за чего дейтриец едва не приложился головой о свободную койку, не удержавшись на ослабших ногах.

— Господин Коа, вам рано вставать, — совершенно спокойно прокомментировал Кртек.

Казалось, этих существ невозможно вывести из себя и спровоцировать на сколько-нибудь явное проявление эмоций.

— Выживу, — отмахнулся Раррут и, придерживаясь за стенку, дошёл до койки Длулы. — Ты ведь ранена!

— Хохук явно не проходил факультативный курс по межвидовой первой помощи при ранениях без возможности поговорить с пострадавшим и не знал, где у дейтрийцев располагается сердце, — улыбнулась дейтрийка. — Лишь немного подпортил шкурку и слегка продырявил лёгкое. Наши друзья канисы уже заштопали меня.

— С господином Мау Вэем тоже всё хорошо, — опередил вопрос Раррута доктор Кртек.

— Вы мысли читать умеете? — удивился Раррут. — Только что собирался спросить, как он.

— Сейчас он просто спит. Ушиб правой лопатки, но внутренние органы не пострадали.

— А где остальные? С нами были и другие.

— Раненым оказана помощь. Мы разместили всех согласно видовой классификации и размеру. Насколько позволили помещения нашего корабля.

— А…

— Пираты обезврежены и надёжно закрыты в отсеке с цифровым управлением с бортового компьютера, — снова опередил вопрос дейтрийца канис. — Тела погибших готовятся к транспортировке на родные планеты.

Юлия успела отправить сигнал с просьбой о помощи, хотя в той части Галактики, где Хохук захватил корабль Раррута и предпочитал прятаться от глаз блюстителей правопорядка, надежды дозваться помощи вовремя было мало. Пленникам невероятно повезло, что равнодушные к знакомствам с другими культурами канисы заинтересовались изучением гравитационной аномалии в нейтральной части Млечного Пути.

Сенсоры их корабля с самого начала засекли странную активность на границе аномалии. Обычно здесь не встретишь не то что простое торговое судно, но и корабли вообще. Население Галактики предпочитало обходить стороной такие малоизученные и опасные своей неизведанностью места. Разве что военных Конфедерации здесь что-то могло заинтересовать.

Канисы спокойно проводили свои исследования, пока из гипертоннеля не выскочил дейтрийский грузовой борт, а за ним военный крейсер. Чтобы не привлекать внимания, учёные увели свой корабль чуть дальше и спрятались за волновые возмущения, создаваемые аномалией.

Потревоживших их кораблям было не до них. Канисам тоже. Пока дежурный навигатор не засёк, что «военные» захватили «MLS-3-14». Этот грузовичок ещё совсем недавно был на слуху у всего Каниса. Ведь на его бору летали новые друзья расы канисов: дейтрийцы Раррут Коа и Длула Ри и их маленький друг, господин, как они его называли, Мау Вэй.

— Сначала мы подумали, что это плановая стыковка, и не стали вмешиваться, — рассказывал Рарруту уже капитан исследовательского судна Ччек. — Мы допустили, что у вас случилась поломка, а патрульный полицейский корабль пришёл на помощь. На всякий случай мы стали прослушивать эфир и присматривать за ситуацией. Затем мой помощник выяснил, что данная модель снята с вооружения. Мы уже были готовы вмешаться, когда поступил сигнал о помощи.

Дальше медлить канисы не стали. Захват корабля и вторжение на судно пиратов обошлось без единого выстрела и капли крови. За считанные секунды все, кто находились на бывшем военном корабле, утратили способность двигаться и говорить, погрузившись в состояние глубокого сна.

Канисы только выглядели наивными простаками. Природная интуиция и высокий уровень интеллекта дополнялись уникальной формой восприятия окружающей действительности. Лишённые развитой рабочей кисти с подвижными пальцами или цепких щупалец, канисы были способны интуитивно чувствовать слабые сигналы и излучения материи и понимать скрытые процессы, происходящие в физическом мире. Это давало им возможность создавать максимально эффективные и простые технологии.

— Никто не пострадал. Мы применили нейродинамический импульс. Он совершенно безвреден в целом, но вызывает кратковременное нарушение процессов нервной деятельности и потерю сознания.

— То есть вы вырубили абсолютно всех? — удивлялся Раррут.

— Почти. Господин Мау Вэй очнулся раньше остальных.

Канисы, зная, что на борту может находиться Раррут Коа и его друг Мау Вэй, оказавший им неоценимую помощь во время своего вынужденного пребывания на их планете, в первую очередь направились на их поиски. Всех эвакуированных они приводили в сознание уже на своём корабле, оставляя их обездвиженными, чтобы точно отделить преступников от пленников.

— Быстро вы отплатили за помощь, — улыбнулся капитану Раррут. — Причём не только нас спасли, но и оказали Конфедерации огромную услугу, схватив Хохука.

— Не думайте, что на этом наши отношения закончатся. Вам и вашим друзьям, господин Коа, всегда будут рады на Канисе.

— А на Дейтре будут рады канисам. Если вам, конечно, будет интересно к нам заглянуть.

В ответ капитан Ччек загадочно промолчал.

Врачи канисов в очередной раз быстро поставили дейтрийцев и их друзей на ноги, и те были готовы продолжить свой путь. Со многими освобождёнными они успели подружиться, потому прощание вышло тёплым.

До нового дома, если смотреть по карте Галактики, было не так уж и далеко. На этот раз Кимовы подобрались к Земле максимально близко за время своих приключений. Но открытый космос — это не схема на экране наручного джетпака.

— Вы всё ещё хотите попасть на Землю?

К счастью, ядовитый виргианец не успел продырявить дорожный костюм Юлии, когда раньше времени очнулся, и она не пострадала. Филипп шёл на поправку и уже вполне мог продолжать полёт.

— Даже не знаю, Длула, — вздохнула Кимова. — Я теперь ни в чём не уверена. И, наверное, всю жизнь буду бояться летать.

— Тебя что-то держит на родной планете?

— Да нет. Геридон не наша родина. Мама всё равно или мотается по всей Галактике, или отдыхает на Гиде. Она дипломат. Филипп со мной рядом. Работу я могу найти на любой планете Конфедерации. Да и возвращаться на Геридон тоже неблизко.

— Тогда летите с нами. Раз решились, то делайте до конца.

— Как это с вами? — не понял Филипп. — На Землю? Прямо сейчас? А разве вы не собирались на Акиду?

— Собирались, — деловито кивнул Раррут. — Заскочим на университетскую планету, а оттуда, перед возвращением на Дейтру, прогуляемся на родину креветок. Тем более Длула сама высказала эту идею. Очень уж хочется сравнить, что вкуснее: наши приксы или их земной аналог.

— Мы, наверное, будем вас стеснять. Вам ведь захочется побыть вдвоём после пережитого, — скромно попыталась отказаться от щедрого предложения Юлия.

Филипп понимающе обнял супругу здоровой рукой. Они уже дважды попробовали сэкономить на билетах. И злополучное путешествие началось как раз с рейса на Акиду.

— Нет-нет. Не переживайте, мы не…

Раррут замахал руками, пытаясь скрыть смущение, но Длула ловко обняла его и уложила голову на плечо.

— Места у нас хватит. А вместе лететь и веселее, и вам спокойнее. Мы-то уже привычные к приключениям.

В тот момент Филипп и Юля поменялись ролями. Кимова не хотела больше рисковать собой, аргументировала своё нежелание лететь прямо сейчас состоянием руки мужа.

— Нам всё равно нужно покинуть корабль гостеприимных канисов и как минимум добраться до ближайшей гостиницы, — уговаривал её супруг. — И ты видела, как осторожные канисы относятся к Рарруту. Своими сомнениями ты оскорбляешь наших друзей-дейтрийцев.

— А ведь именно Раррут придумал план освобождения от пиратов, — не выдержала и вставила реплику Длула.

Юлия захлопала глазами, а потом широко улыбнулась.

— Ну мы с тобой два сапога пара, конечно. Один другого лучше.

Филипп как мог, обнял её одной рукой и мягко поцеловал.

— Так мы летим домой?

— Я вижу, вы обо всём договорились. Можем стартовать? — Длула даже не сомневалась в том, какое решение приняли супруги Кимовы. — Там нас ждут эти… как их там?

— Креветки, — со смехом подсказала Юлия.

— Да. Надеюсь, с виду они поприятнее прикс.

Эпизод 14. Жених и невеста ​

После череды приключений Кимовы с новыми друзьями-дейтрийцами снова оказались на Акиде. У Коа здесь были торговые дела. Юлии и Филиппу поначалу было неуютно от мысли, что они снова летят на планету, с которой и начались их злоключения. Хотя, если быть справедливыми, влипли они ещё на Геридоне, но именно на подлёте к университетской планете хитрая схема работорговцев раскрылась. Однако общение с добродушными дейтрийцами и их котом Мау Вэем смягчило и успокоило их.

Раньше Кимовы слышали о котах, как домашних питомцах, но не особо интересовались экзотическими причудами богатых, а на Притхиви коты им не попадались на глаза — видимо, хозяева не выпускали любимых пушистиков гулять на улице. У дейтрийцев же был самый настоящий живой кот. Очень умный и ласковый. Не удивительно, что Раррут отказывался верить, что он всего лишь животное, а не ещё одна разумная раса.

Прибыв на Акиду, Раррут объявил, что на планете они пробудут два дня, потому можно успеть прогуляться по столице и посетить туристические места. Длула увязалась за ним, а Юлия и Филипп, всю дорогу наблюдавшие за милыми перебранками дейтрийцев, между которыми быстро развивались романтические отношения, оставили их вдвоём, если не считать Мау Вэя, и решились наверстать поездку на пляж, которая планировалась на время злополучного круиза.

По населённости и разномастности жителей Акида не уступала столичной планете конфедерации Хит-То. Только здесь царили порядок и спокойствие. Планета университетов, центр образования и средоточие науки всей Галактики, соответствовала своему высокому званию. Аккуратные светлые улицы, строгая архитектура, упорядоченное движение средней интенсивности, а не то безумие, которое творилось в столице, сдержанная реклама, размещённая строго в торговых кварталах.

— Я же говорил, что это очень спокойная и безопасная планета, — подмигнул Длуле Раррут.

— Я уже не уверена, что смогу усидеть, привязанная гравитацией к какому-то конкретному шарику.

— Инфекция лётчика уже заразила твою кровь, и теперь свербит побыстрее усесться в кресло пилота своего корабля?

— Не без того, — улыбнулась дейтрийка. — Но мне всё ещё нужны уроки опытного инструктора.

— Я к твоим услугам.

— Мистер Коа? Или вы мистер Ри? — у входа в офис владельца местной сети ресторанов, с которой и сотрудничал Раррут, их догнал солидный акидец с докхолдером в руках.

— Я Коа. Но при чём здесь мистер Ри? Откуда вы его знаете? — нахмурился Раррут.

— Приношу свои извинения, — собеседник склонил гладкую голубоватую голову на изящной шее, но всё равно оставался выше не мелкого дейтрийца. — Жителей Дейтры нечасто встретишь в других уголках Галактики, потому мне пока сложно различать вас. Я Плио Афало. Ждал вашего визита, потому случайно обознался и принял мистера Ри за вас.

— Где вы встретили моего отца? — встревоженно встряла в разговор Длула.

— Здесь же. Он, как и я, знал, что мистер Коа должен нанести визит господину Лайбронксу по поводу закупки прикс, и ждал вас.

— Зачем? — нахмурился Раррут.

— У меня несколько ресторанов на южном материке, потому я хотел предложить вам… — начал было объясняться акидец, но Раррут перебил его.

— Зачем мистер Ри ждал меня здесь и где он сейчас?

— Кх-мх! Приветствую вас, мистер Коа, — к компании подошли двое дейтрийцев.

— Папа? — пискнула Длула и машинально спряталась за Раррута.

— Здравствуй, дочь. Рад видеть, что с тобой всё хорошо, — как-то неожиданно спокойно ответил ей отец.

— Здравствуйте, мистер Ри, — Раррут чуть поклонился старшему. — Что привело вас на Акиду?

— У меня есть важный разговор с тобой, но он подождёт до вечера. Ты важная и занятая персона, потому в разгар рабочего дня не буду отвлекать тебя домашними делами, требующими менее формальной обстановки. Мне и так вчера вместо тебя пытались навязать сделку по закупке прикс, — улыбнулся мистер Ри. — Я едва смог убедить господина Афало, что я не ты и не пытаюсь скрыть свою личность, дабы вести бизнес только с его конкурентами.

— Тогда поужинаем вместе? — предложил всё ещё настороженный Раррут.

— Это то, что нужно! Место выбери сам. В этом вопросе я предпочту довериться знатоку.

Отец Длулы кивнул на прощание и развернулся уходить. Сопровождавший его Квалг, задержался и шепнул другу на ухо:

— Ты влип, парень! А я неплохо на этом заработал.

На прощание Квалг хлопнул Раррута по плечу, заговорщицки подмигнул Длуле и пошёл догонять мистера Ри.

В ресторан «Звёздный свет» отец Длулы пришёл один. Раррут нервничал, чувствуя себя похитителем. Дейтрийка была не в лучшем состоянии. У обоих не было и намёка на аппетит. И только Мау Вэй чувствовал себя отлично. Пристёгнутый к отдельному стулу для питомцев, он с удовольствием уплетал свою еду и даже позволил мистеру Ри периодически гладить его.

Без длительных вступлений, мистер Ри положил на стол официальный бланк.

— Молодёжь, точнее молодожёны, вы кое о чём забыли.

— Что? Мы не… — в один голос стали возмущаться Раррут и Длула.

— Я не против. Родители моего зятя — тоже, — спокойно, будто смакуя слова, сказал отец Длулы и подвинул бланк поближе к Рарруту и дочери. — Но бумаги подписать вам придётся.

— Я против! — воскликнула Длула, вскочила со стула и грозно посмотрела на Коа младшего. — Мне ещё даже предложения никто не сделал!

— Разве? — усмехнулся мистер Ри. — А с чемоданом на его корабль ты садилась как полноправная супруга.

Когда отец Длулы обнаружил пропажу дочери, он быстро соотнёс этот факт с отлётом Раррута и заподозрил неладное. Для начала он решил не поднимать шум, чтобы не запятнать честь семьи, потому аккуратно расспросил Квалга, не знает ли он, куда именно отправился его друг. Новость о том, что второй пилот из их поселения сам видел, как Длула заносила вещи на борт «MLS-3-14», потрясла его.

— И ты так просто принял моё решение? — удивилась дейтрийка.

Мистер Ри ненадолго закрыл глаза, вспоминая, какой погром он устроил в припадке ярости, но решил опустить подробности и посмотрел на Раррута.

— Я обдумал ещё раз нашу беседу и понял, что ты хороший парень. Перспективный, прогрессивный, успешный. Мне хватило попыток видных бизнесменов, спутавших меня с тобой, заключить со мной сделку. Акидец Афало был не первым. То, как ты ведёшь дела, заслуживает уважения. Я вижу, что ты сможешь обеспечить моей драгоценной дочери безбедную жизнь.

— Как это? — Длула гневно переводила взгляд с одного на другого. — Ты уже обсуждал брак со мной за моей спиной? А мне когда сообщить собирались? Я против! Можно подумать, это ты, папа, на семье Коа жениться надумал! Никаких документов и подписей без предложения! Или мне самой всё делать?

Предусмотрительно заполненный заботливыми родителями бланк заявления на вступление в брак, который можно было зарегистрировать в специальном отделении на любой планете Конфедерации в считанные минуты, полетел на пол.

— Извините, мистер Ри, — кивнул заметно расслабившийся и повеселевший Раррут, подхватил Длулу под руку и потащил к выходу.

В ответ его уже почти состоявшийся тесть улыбнулся, кивнул и жестом подозвал официанта.

На крыше здания ресторана была оформлена уютная площадка с красивым видом на город.

— Длула, ты станешь…

— Стой! — дейтрика приложила палец к губам друга, набрала воздуха и выпалила: — Я тебя люблю! Сначала ты и твой кот меня жутко бесили, но теперь всё иначе. Я хочу быть рядом с тобой, летать на корабле, продавать прикс и знакомиться с новыми мирами. Теперь можешь говорить, что собирался.

— А как же карьера врача?

— Что-то мне подсказывает, что тебе самому на борту доктор очень пригодится.

— Я понял.

Раррут положил руки на плечи Длулы и тихонько поцеловал её в лоб, перед тем как продолжить.

— Ты станешь моей женой?

Дейтрийка пару мгновений поколебалась между желанием ответить сразу или немного пококетничать, но надолго её не хватило.

— Да.

По возвращении в зал ресторана пара застала мистера Ри в самом наилучшем расположении духа. Он уплетал какое-то местное блюдо и весело болтал с сыто мурчащим Мау Вэем.

— Как ты нас нашёл, папа?

— Спросил у родителей твоего мужа, куда он полетел, когда обсуждали ваш союз.

— Мы ещё не женаты.

— Без этого я домой не отправлюсь, — с улыбкой, но тоном, не терпящим возражений, мистер Ри постучал пальцем по бланку, в который осталось внести лишь подписи молодожёнов и отметку о регистрации.

— Ладно, — буркнула Длула и принялась за еду.

— По поводу вашей фермы в будущем, — осторожно начал Раррут. — Не уверен, что я смогу…

— Не переживай. Я уже нанял себе заместителя, которого всему обучу.

— И ты решился взять к себе кого-то чужого? — не поверила своим ушам Длула.

— Разумеется, нет. Я нанял Хоруга Коа. Ваш семейный бизнес со временем отойдёт Броку. Братья смогут грамотно объединить всё в один концерн Коа-Ри, — довольно хмыкнул отец Длулы. — Пока вы будете покорять Галактику и представлять нашу Дейтру.

— Ладно, — удивлённо буркнул уже Раррут.

Эпизод 15. Жених и невеста. Ещё одна пара ​

Для Юлии и Филиппа Земля оказалась такой же непривычной и экзотичной, как и все остальные планеты, на которых им довелось побывать. Даже предварительное знакомство с Притхиви не подготовило их в должной мере. Само собой, люди здесь преобладали по численности над остальными расами.

При этом уже знакомые им дейтрийцы были на Земле редкими гостями. Если не считать дипломатические миссии, то за всё время здесь едва ли побывала тысяча туристов с противоположного края Галактики. Впрочем, на Дейтре людей встречали не чаще. Особенно коренных землян.

Тем не менее, никакого особого пиетета перед представителями одной из самых малораспространённых в Галактике рас местные не испытывали. Разве что отдавали дань уважения солидным размерам дейтрийцев. В остальном же на них глазели не больше, чем на пару десятков других видов разумных кислорододышащих, сновавших по космопорту.

Кимовы, перед тем как расстаться с Раррутом, Длулой и Мау Вэем, первым делом стали искать ресторан, в котором можно попробовать блюдо из креветок. Для этого решили перелететь на авиа-такси восточнее, до самого берега моря.

— Ничего не понимаю, — ворчала Юлия, листая страницы поисковика на экране нового джетпака, которым успела обзавестись после очередного восстановления документов и банковских карт. — Я хотела почитать про этих медведок, которых мы заказали, но здесь пишут, что это насекомое-вредитель, и в пищу их не употребляют!

— Фу, какая гадость! — не сдержалась Длула, когда заглянула в экран. — Я не хочу это пробовать! Я даже видеть это не хочу! Какие же они мерзкие!

— Да уж, — согласился с ней Раррут. — Наши приксы на фоне этого кошмара просто изящные изделия ювелиров.

— Погодите-ка, — в ожидании заказа даже Филипп увлёкся поиском информации о местных деликатесах. — Есть и другие «медведки». Взгляните.

На его джетпаке «красовалось» изображение существа немногим приятнее, того, что нашла его супруга, но хотя бы без странных недоразвитых крыльев и не лоснящееся жирным блеском.

— Ну это ещё куда ни шло, — согласился Раррут.

— Насколько же проще общегалактический язык, чем земные диалекты, — вздохнула Юлия. — Похожие слова «медведка» и «медведь» обозначают совершенно разных и непохожих существ.

— Ух ты! Раррут, смотри: они на нас похожи! — Длула даже подскочила со своего места, чтобы повнимательнее рассмотреть крупное мохнатое животное на экране.

— И тоже не считаются разумными, — дейтриец посмотрел на Мау Вэя, с которым их сначала не хотели пускать в ресторан, хотя там было полно инопланетян, выглядящих куда больше похожими на диких животных, но сошлись на компромиссном решении и потребовали надеть на кота шлейку.

— Смотри-смотри, Филипп! — громко залепетала вдруг Юлия, заставив обернуться на себя почти всех посетителей. — Они живы и они поженились! Здесь, на Земле!

Уже закрывая поисковик после изучения информации про креветок-медведок, Кимова краем глаза заметила среди новостей знакомую мохнатую физиономию. В статье говорилось об одном из самых умилительных концертов, состоявшихся на свадьбе двоих землян-колонистов, вернувшихся на родную планету, чтобы пожениться, и привёзших с собой новую музыкальную группу. На Земле пушистым музыкантам пророчили огромную популярность.

— Это точно они? — Филипп взволнованно встал и заглянул в экран джетпака супруги.

— Вы знакомы с этими кориниканцами? — с другой стороны снова придвинулась Длула. — Это те самые?

— Да! Мэо, Фэр и Лим. И Гатто с Мили живы и нашли друг друга!

Юлия продолжала громко радоваться, пока кто-то с соседнего столика не выдержал:

— Поздравьте их уже и ешьте молча.

После ужина все остались в восторге. Даже Длула смогла заставить себя с закрытыми глазами попробовать креветок в кляре. Разве что Мау Вэй остался недоволен тем, что ему не позволили забраться с лапами на стол. Зато он решил отыграться на улице. Пока остальные любовались ночным городом и гуляли по набережной, он гонялся за местными птицами, пока ненадолго не исчез. Раррут тут же начал тревожиться и звать друга, пока тот без малейших угрызений совести не вышел из-за угла какого-то кафе с добычей в зубах?

— Блаббер? — взвизгнулав Длула?

— Квиллианец? — насторожился Раррут.

— Обычная серая крыса. Неразумное животное, вредитель для человека, — успокоила всех Юлия, мигом определившая с помощью джетпака, кого именно поймал Мау Вэй. — Не относится к редким и исчезающим видам. Опасный инвазивный вид на Марсе. С колонистами проникла даже в систему Альфы Центавра.

— То есть полицию и врачей вызывать не нужно? — на всякий случай уточнил Раррут.

— Нет, если коту от неё не станет плохо.

— Кстати, а вы заметили, что ни в космопорте, ни в ресторане никто не удивлялся Мау Вэю так, как на других планетах Галактики? — заметила Длула.

— И украсть его никто не покушается.

Долго размышлять над этим вопросом друзьям не пришлось. Мау Вэй, бросивший труп крысы, продолжать бежать впереди, но внезапно остановился и зашипел. Существо, скрытое от глаз вазоном для уличных цветов, муркнуло и вышло на освещённую часть дорожки.

— Ещё один кот! И совсем без опекунов, — удивился Раррут.

Этот кот был поменьше Мау Вэя, серый с чуть более тёмными полосками по всему телу и более пушистой шерстью.

— Нельзя оставлять его одного на улице, — дейтриец огляделся и решил зайти в ближайший магазинчик.

Простые жители, не сотрудники космопортов или многовидовых ресторанов, обычно не носили с собой трансляторов ни на одной из планет. К счастью, устройства Раррута и Кимовых, позволяли переключать их в режим двустороннего перевода и воспроизведения.

— Потерявшийся кот? Да их тут полно шатается. А это Муля, — продавец кивнул на нового знакомого Мау Вэя, которого Длула поймала на улице, чтобы избежать похищения злоумышленниками. — Прибилась тут недавно. Она бездомная.

— Бездомная? Как вы могли допустить такое? — изумилась Юлия.

— Девушка, вы как не с этой планеты! — в свою очередь удивился работник магазина. — Они же плодятся в геометрической прогрессии.

— Мы с супругой действительно родились и выросли далеко от Земли. Как и наши родители, поэтому совсем мало знаем про местные обычаи, — вступился за жену Филипп.

— Погодите-ка, — Раррут замер на месте. — То есть вы хотите сказать, что Земля — это родина котов и они не имеют здесь никакой ценности?

— И да, и нет. Не знаю, как там на других планетах, но здесь коты живут с людьми с древних времён. Когда-то им поклонялись даже, как богам.

— И почему я не удивлена? — улыбнулась Длула и почесала Мулю за ушами.

— Их и сейчас очень любят многие. Но котов хватает, и они живут в том числе на воле. Дорого стоят только породистые с хорошей родословной. Вот этого вашего сиама или котят от него уже можно продать, если документы на его родителей есть, — продолжил ликбез продавец. — А такие, как Муля, — бесплатные. Хоть мешок на улице наловите.

— Как можно так просто говорить о продаже живых существ? — Раррута передёрнуло.

— Ну покупают же куриц и скот.

— И людей, — саркастично вставила Кимова.

— Пища — это другое. Коты же разумны, хоть это и не принимается в науке. Они личности! — не унимался дейтриец.

— Ну вот и забирайте себе эту полосатую личность, — добродушно рассмеялся продавец. — Скоро зима. Нечего ей у моего магазина болтаться. А всех я всё равно не спасу.

— Правда можно? — просияла Длула.

— И они с Мау Вэем смогут пожениться? — в тон ей добавил восхищённый Раррут.

Продавец не выдержал и расхохотался:

— Какие же вы, инопланетяне, забавные. И поженятся они, если вам так нравится, и от котят не будете знать, куда деваться.

— Мау Вэй, ты слышал? Если не постесняешься сделать этой леди предложение, у тебя будет семья!

Конец

Спасибо, что были вместе с героями в этом путешествии по Галактике!

Впечатлениями о книге можно поделиться в комментариях.