ХСОМ 1.5: Посеянный ветер

Пролог.

Джон “Центр” Брэдфорд заканчивал разбор документов. Откинувшись в кресле, мужчина взял дымящуюся сигарету и сделал очередную затяжку. Никотин растекся по телу, а вместе с этим немного притушился мандраж. Завтра пройдет вылазка, которая станет окончанием двадцати лет гнета и началом активной фазы противостояния с пришельцами. По крайней мере именно на это была надежда, принесенная полторы недели назад Драгуновой вместе с новостями.

Сделав следующую затяжку, мужчина положил сигарету на край пепельницы и поднял бумаги. Это были дневники, записи и отчеты за годы выживания в новом мире. Многое в них, особенно первые, не соответствовали действительности, ибо на тот момент у осколков ХСОМ отсутствовала хоть какая-то разведка. Просто было не до нее, так как в первую очередь стояло выживание.

Раздался писк в наушнике гарнитуры. Брэдфорд нажал кнопку принятия вызова.

– Группы собраны в тактическом зале, – сообщил помощник.

– Иду.

Мужчина встал с кресла, подхватив привычный планшет. Завтра все начнется. А сегодня…

Запись первая. Семь часов падения.

07.09.2015. 13:08 по Гринвичу

Это время стало для человечества поворотной точкой. Начало отсчета, когда жизнь кардинально изменилась. Начиная с этой минуты и в течении ровно семи часов, оборона Земли пала.

Первые корабли нацелились на объекты базирования ХСОМ, которые удалось отстоять во время первой атаки. Часть персонала эвакуировалась, но европейский и северо-американский отделы попали в окружение. Более половины выживших пропало. Азия и Южная Америка оказались более расторопны. И то последние просто оказались в меньшинстве, ибо пострадали сильнее всего.

А вот Африка сдалась в полном составе. Весь персонал, стоило только прибыть инопланетянам, сложил оружие и передал все оборудование и информацию вторженцам. Хотя и во время первого налета их практически не трогали, создавая видимость. На тот момент это было для отвода подозрений.

Как потом выяснит Центр, детонация зарядов на базе прошла лишь частично. Обрушилась часть проходов. Остальное же не пострадало вовсе. Спасло беглецов то, что все документы и сервера были уничтожены перед эвакуацией.

Не прошло и получаса, как на крупные города посыпались орды инопланетян. И в этот раз никто не играл с землянами, проверяя тех на прочность и приспосабливаемость. У вторженцев имелись все нужные данные. Без опыта и снаряжения, что накопили ХСОМ, у людей не было и шанса.

Поднятые в воздух самолеты сбивались пачками. Даже если кому-то и везло подбить “тарелку” “лунатиков”, то не проходило и нескольких минут, как “счастливчик” уходил в штопор с горящими двигателями или оставлял от себя облако огня и груды обломков.

Хотя и на земле было все не слава богу: даже танковая броня не спасала от плазменных залпов. Майор Дэвид Брэдли, сидя в своем командирском танке, увидел, как машину, что находилась буквально в нескольких десятков метров, вскрыла огромная образина, будто консервную банку с бобами, не обращая внимания на пулеметный огонь. Выдернув матерящегося заряжающего через получившуюся дыру, чудовище разорвало беднягу пополам. А следом туда прилетела граната. Переживший взрыв монстр спокойно встал и, зарычав, бросился дальше.

Чуть в стороне двуногий шагоход поливал огнем засевшую за укрытием пехоту. Какой-то храбрец с М72 успел выстрелить и даже попасть, но ракета едва поцарапала краску. А после бойца срезал короткий импульс, оставив от того стоящие в положение “на колено” ноги. Будто обидевшись, механизм открыл передние панели, демонстрируя всем выдвинувшееся жерло огромной пушки. Откуда-то из глубины засветили лазерные лучи в видном глазу спектре. А после махина выдала из себя поток красного огня, что сжег все позиции в конусе. Выживших охватил панический ужас. Кто-то принялся с криками палить по инопланетному устройству. Иные сжались в укрытиях, дрожа и причитая. Один уселся на землю и буквально впал в детство, принявшись лепить куличики из земли. Пришельцы не пощадили никого.

По прошествии еще четырех часов, когда окончательно стало понятно – что земляне проигрывают, правительства стран ядерного договора независимо друг от друга пришли к выводу, что пора вводить последний козырь. И если почти все отдали приказы по нанесению ударов по своим территориям из расчета “да не достанься же ты никому”, то Россия и Китай выбрали совершенно другие цели.

Баззеры ревели, а кубрики погрузились в красный от сигнальных ламп. Капитан первого ранга Алексей Васильевич Стародубцев смотрел на извлеченную из кармана кителя фотографию. На ней молодая женщина с мальчишкой лет трех на руках сидела на песке и радостно улыбалась. Двадцать минут назад поступили новости, что Владивосток – пал. О судьбе гражданских неизвестно, но военный понимал, что твари пришли сюда не дружбу водить.

– Балласт сброшен…

– Выход на оптимальную глубину…

– Аппараты загружены…

Вокруг шла суета. Подводная лодка “Генералиссимус Суворов”, как и остальные стратегические атомные подводные лодки в разных точках океана, готовилась к атаке. Многие страны уже отстрелялись. Где-то ракеты достигли цели, превращая территории в выжженные радиоактивные пустоши. Но большая часть была сбита до подлета. Дошло до того, что часть оказалась уничтожена прямо в пусковых шахтах.

– “Суворов” готов к запуску, товарищ кап-раз, – сообщил старпом Сергей Бойко. – Но что дальше? – не удержался от вопроса офицер. – Силичь, это всё, конец?

Капитан первого ранга молча спрятал фото обратно. Он оглядел матросов, что в ответ смотрели на командира. В их глазах читались страх, недоверие, гнев и непонимание в разных пропорциях от человека к человеку. Тяжело вздохнув, мужчина поправил фуражку.

– Не знаю, сынки. Но знаю, что будем делать мы.

Офицер снял с шеи цепочку с ключом запуска. Ввод кода шифрования не занял много времени. Один поворот и шестнадцать пусковых шахт поэтапно опустели. Ракеты с ревом устремились вверх по заданным координатам. Их цели находились где-то в стратосфере.

– Долг Родине мы отдали, товарищи. А сейчас – полное погружение. Мы идем на охоту…

Россия и Китай попытались дать отпор захвадчикам путем уничтожения их материнских кораблей. Но успех оказался минимальным: лишь один носитель получил достаточно повреждений и рухнул на землю. Его падение сопровождалось мощным землетрясением и огромными тучами пыли вперемешку с инопланетными бактериями и частицами органики.

Когда на часах в нулевой мередиане пробило 20:08, Земля представляла из себя жалкое зрелище: очаги огромных пожаров, зараженные радиацией и биологически опасными веществами зоны, разрушенные города… И в этот момент с небес сошли ОНИ.

– Жители Земли! – с экранов телевизоров на лудей смотрело миловидное и вполне человеческое лицо с длинными ушами. – Имя мне Зерие. Некогда мы жили на этой планете вместе с вами и дворфами. Но в час нужды мы покинули Родину, дабы протянуть руку помощи тем, кто пришел с далеких звезд. Сейчас же мы вернулись домой с подарками, но вместо того приветствия натолкнулись на ненависть и жадность. Правительства ваших стран организовало некий ХСОМ, что по их указке убил посланцев и присвоил дары себе…

Речь сопровождалась кадрами боев, где некие люди в черной броне противостояли пришельцам. Вот только на представленных кадрах инопланетяне лишь защищались, в то время как черные фигуры буквально избивали представителей других рас.

– И буквально сегодня ваши правители решили напасть на корабль посла…

Сменившаяся картинка оказалась еще более кровавой и нереальной. Небольшой отряд буквально изничтожил разных неземных существ. Можно было подумать, что это дорогой научно-фантастический фильм, однако реальность уже показала, что фантастика кончилась.

– Чтобы остановить беспредел, нам пришлось вступить в бой с армиями возомнивших себя богами правителей…

– Да что она несет?! – прорычал Исаев, что сопровождал Брэдфорда, Шеня и Такахиру.

Четверка в данный момент находилась на оперативной квартире в Улан-Удэ. Связи с остальными группами не имелось. Город не пострадал, но население проявляло беспокойство. По улицам ходили военные патрули, но их было недостаточно, чтобы дать хоть сколько-нибудь существенный отпор.

– Но не все оказались настолько жадными и не дальновидными. Не буду называть имен, но те отважные и самоотверженные люди рассказали нам о гнусных планах своих коллег…

На этой фразе скривились все. Минако сжала пальцы так, что они побелели, а на ладонях выступила кровь. Она могла много рассказать о “мирных” пришельцах. Как, впрочем, и остальные собравшиеся.

– Так что во имя мира и для вашего же блага нам придется взять на себя бремя власти, дабы повести в светлое будущее!

– Вот как кончится мир. Не взрыв, но всхлип, – прошептал Реймонд, опустив лицо в ладони.

Человечество пало. Пройдет несколько дней, как власти сдадут полномочия. Те, кто еще остался на своих местах, а не сбежал или не погиб. Во все уцелевшие города введут инопланетные войска. И для обычных горожан настанут беспокойные, но относительно мирные времена. А в данный момент Центр открыл папку и на первом листе вывел “08.09.15. День первый. Отчет о погибших…”

Запись вторая. Побег: начало.

Со дня падения человечества прошел месяц. Первое время остатки армий еще пытались сопротивляться, однако на одну успешную операцию приходился десяток, а то и два, поражений. Пришельцы все сильнее наращивали свое присутствие на Земле.

Для контроля за людьми в городах стали появляться патрули и блокпосты. Сначала это были смешанные группы из дохляков, сектоидов и мутонов. В неспокойных регионах они были усилены мехтоидами, кибер-дисками, а иногда и секоподами. Но в скором времени на улицах стали появляться новые гуманоиды. Пропорциями они походили на людей, но глухая белая броня скрывала внешность нового вида войск, что назывался ADVENT. И вот эти существа оказались куда более знакомы с культурой и поведением людей.

Прятаться в Улан-Удэ становилось все сложней. И главное, что выдавало группу Брэдфорда – это язык. И если Центр худо-бедно мог изъясняться по-русски, то вот Шень и Такахира, помимо родных, знали английский. Хотя у Минако и тут имелись проблемы из-за типичного японского акцента, когда слова порой искажались до неузнаваемости. Проще было лишь Исаеву вследствии своего происхождения.

Помимо прочего соблюдалось строгое радиомолчание, так что четверка была не осведомлена, что происходило с другими выжившими. Новая армия же все чаще устраивала проверки и облавы. И это нервировало все сильнее, ведь помимо того, что их могли раскрыть в любой момент, непонятно, на кого можно еще рассчитывать.

– Надо уходить, – произнес Максим, стоило только закрыться двери за спиной.

Поставив пакет с продуктами на пол, мужчина стряхнул воду с плаща и повесил его на крючок.

– Все плохо? – Джон подошел к окну на кухне и чуть отодвинул занавеску.

На улице было уже темно, и моросил мелкий противный осенний дождь. Машин на дорогах почти не наблюдалось. А те, что колесили, в основном принадлежали ADVENTу. Эта структура почему-то пользовалась земной техникой. Их ярко-красная раскраска с черными полосами по бокам, где вписано название организации, выделяла на фоне остальных.

– Хуже. В нескольких кварталах от нас накрыли ячейку капитана Соколова. Командира публично казнили, а выживших бойцов погрузили в грузовую “тарелку”.

Помимо уже обозначенных проблем имелись и другие. К таковым относился запрет на пересечение границ города без специального разрешения. Авиаперевозки прекратились вовсе. Но тут, помимо указанного, сказывалось то, что часть планеты оказалась заражена. Во время семичасовой войны было применено немало атомного, химического и биологического оружия. Очаги пришельцам удалось локализовать, а над городами подняли защитные поля. Что случилось с теми, кто остался на пораженных территориях – неизвестно.

– И куда ты предлагаешь отправиться? – Центр уселся на стул и посмотрел на Луиса, который выкладывал купленные продукты.

– Есть одно местечко, – ответил разведчик, убирая опустевший пакет в пакет с пакетами.

– Надеюсь, не русский правительственный бункер? – выгнул бровь Брэдфорд.

– Нет, – Исаев покачал головой. – По нему гарантированно ударили. Слишком много людей знало о его существовании. А вот об одном из секретных схронов разведки – единицы. Причем со специальным допуском. Кстати, Варенников о нем тоже был в курсе.

Повисла тишина. Джон, занявший место командира, раздумывал. Время поджимало. Казалось, что петля патрулей будто специально медленно, но неотвратимо сжималась, беря ХСОМовцев в кольцо. Выжившим нужна была оперативная база и хоть какое-то вооружение, ибо сейчас они располагали лишь лазерными пистолетами и одной рейлган-винтовкой.

– В чем подвох?

– Ну… нам нужно попасть в одно место между озером Маркаколь и рекой Иртыш.

Центр нахмурился, вспоминая карту. Все-таки из-за того, что постоянно приходилось работать иногда в совершенно неожиданных местах и регионах, многое осело в памяти. И обозначенные водоемы были знакомы мужчине.

– Серьезно? Это же в Казахстане! – глаза Джона раскрылись от удивления.

– Что-то не так? – поинтересовался Шень, присоединяясь к разговору.

– Надо проехать через половину Монголии. А в текущей ситуации такое… проблематично, мягко говоря.

– Есть такое, – пожал плечами разведчик. – Варианты?

– В том-то и дело, что нет, – лицо Джона скривилось. – Кроличья нора оказалась огромной жопой, так что хрен нам, а не выход из матрицы.

***

На подготовку к побегу из города ушла неделя. За это время Исаев и Брэдфорд почти не появлялись на конспиративной квартире. Они изучали маршруты патрулирования, искали уязвимости в обороне и собирали припасы в дорогу. От машины пришлось отказываться, ибо она слишком заметна. По крайней мере в ближайшее время группе придется передвигаться пешком.

Но это ненадолго. Из слухов Максим узнал, что жителей окрестных поселений по большей части согнали в город. Оставшиеся же отправились в неизвестном направлении. Однако главное – это информация о брошенном транспорте и о том, что инопланетяне стягивают силы в основном вокруг городской агломерации. Все-таки прибывших явно не хватало, чтобы полностью взять планету под контроль.

Джон же параллельно расследовал другой момент: связь. Конечно, хотелось бы взломать каналы “лунатиков”, но это не удавалось даже с ресурсами ХСОМ. Его интересовала возможность связаться с другими выжившими, кто еще может и хочет сопротивляться.

Большая часть спутников была сбита. Среди оставшихся оказались те модели, что организация успела вывести незадолго до Семичасовой Войны. А именно с новейшей системой маскировки. То есть в теории связь была. Но вот как обстоят дела на практике – непонятно, потому как предатели тоже имели к ней доступ. Проверять Центр не стал, ибо опасался быть обнаруженным и подставить товарищей.

К концу седьмого дня, когда пара людей оказалась вымотана до предела, Исаев сообщил, что установил несколько самодельных взрывных устройств, собранных Шенем, в ключевых местах на северо-западе города. По задумке их активация должна оттянуть противника от места побега.

План начал приводиться в действие еще с утра на восьмой день. Чтобы привлекать как можно меньше внимания, группа перемещалась попарно: Исаев/Минако и Брэдфорд/Шень. Они переносили в оборудованный схрон провизию и припасы. Все-таки до конечной точки выходило что-то около 2800 км по основным трассам и за 2100 по прямой пешком. В первом случае требовалось что-то около полутора суток непрерывной езды, а во втором – путешествие займет не меньше месяца, но в случае выживших – все три, ибо Реймонд далеко не в лучшей форме. Все-таки возраст берет свое. Хотя несмотря на это младшей дочке инженера недавно исполнилось десять. И мужчина сильно сожалел, что не может быть рядом с семьей в этот критический момент, ибо покинуть остатки ХСОМ – это предать и родных в том числе, так как он мог воссоздать, а то и улучшить оружие для борьбы с захватчиками.

Мелкий противный дождик оказался на руку беглецам. Он скрадывал шум шагов, а тучи достаточно рано погрузили город в сумерки. Особенно те районы, куда не доставал свет фонарей.

Стоило четверке вновь собраться в условленном месте, как Центр подал сигнал Луису. Тот извлек из кармана старую Nokia 3310. Этот неубиваемый телефон должен был последний раз послужить своему хозяину. Инопланетяне пока не рубили сотовую связь, так что устройство стало детонатором. Четыре быстрых вызова и на северо-западе прогремело три взрыва. Один заряд по какой-то причине не сработал, однако ХСОМовцам было плевать. Тут хватило бы и одной детонации взрывчатке, заложенной в нежилой зоне. Все-таки люди не хотели устраивать жертв среди мирного населения, которое должны были защищать.

Стоило начаться операции, как тут же симка оказалась извлечена из слота и сломана, а телефон улетел в мусорку. Дождавшись, когда транспорт, как земной, так и инопланетный, с воем пронесётся в сторону теракта, группа двинула к точке прорыва.

Блокпост, что располагался через небольшой подлесок, оказался не пуст. Причем сняли оттуда куда меньше, чем рассчитывали беглецы. А главное – тут имелось два мутона. Единственный вариант побега – идти на прорыв, потому как после диверсии город однозначно перетряхнут до основания.

Но стоило выдвинуться к вражеской позиции, как группа попала в засаду. Перед идущим впереди Исаевым, появилась фигура в маскхалате. Разведчик успел среагировать и выхватить пистолет, однако сзади раздалось тихое шуршание. Еще двое появились из-за деревьев, держа ХСОМовцев под прицелами автоматов. Причем ими была привычная “Гроза” с глушителем, а не инопланетная “плазма”.

– Может не будем пороть горячку и поговорим? – произнес Исаев, не сводя оружия с неизвестного.

– Может и поговорим. Кто такие?

Максим быстро кинул взгляд на Брэдфорда. Легким кивком Центр дал разрешение.

– ХСОМ. Позывной – Луис.

– Так вот о ком трепалась та ушастая блядь…

Оружие замаскированных людей немного сместилось. Несильно, но стволы опустились вниз, ноказывая некоторое доверие. Максим тоже перестал целиться в стоявшего перед ним.

– А вы ей не поверили?

– После того, что эти уроды устроили? – из-под капюшона раздался саркастический хмык. – Взрывы ваших рук дело?

– А сам как думаешь?

– Отвечать вопросом на вопрос? Случаем не еврей?

– А похож?

Брэдфорд негромко кашлянул, прерывая обмен “любезностями”. Мужчины в ответ тихо рассмеялись.

– Командир негодует? Ладно, шутки в сторону. Мы хотим присоединиться к вам.

– Не думаешь, что все это выглядит подозрительно? – выгнул бровь Исаев.

– А куда деваться? – незнакомец пожал плечами. – Мы сами хотели пробиться через этот блокпост и свалить. Нас после гибели Соколова тут больше ничего не держит. Но…

Мужчина кивнул в сторону обсуждаемых противников. Заканчивать фразу не было смысла. Изначально тут вообще дежурило трио мехтоидов как усиление. Сейчас же помимо мутонов наблюдалось две тройки сектоидов и четыре летуна. Даже так для неизвестной группы – врагов слишком много.

– Если что, мы знаем, где припрятан БРДМ, – военный подкинул воображаемую монетку на чашу весов.

Запись третья. Побег: неизвестность.

Группа беглецов пополнилась “новой кровью”. И дело даже не в обещанной бронемашине, а в самих людях. Троицей оказались контрактники-спецназовцы: старший сержант Северов, и младшие сержанты Кеченбеков и Бульба. До недавнего времени они служили близ этого населенного пункта. И погибший недавно капитан был последним офицером, что командовал сопротивлением.

Получилось так, что чуть больше недели назад Соколов отправил бойцов в разведку в поисках точек для выхода за пределы города, чтобы попасть в расположение части. Солдатам требовалось пополнение амуниции. Жа и техника была б очень кстати. Но, просидев пару дней в засаде, группа попыталась связаться с командующим для получения новых приказов. И вышло так, что именно в этот момент ADVENT штурмовали убежище.

Последним поступившим распоряжением стало единственное слово “выжить”. При всем желании Северов с товарищами просто бы не успели на помощь и погибли зазря, не отомстив за павших. В тот момент им пришлось стиснуть зубы и затаиться.

И ожидание не прошло напрасно. Спустя еще день Бульба заметил странного типа, что ошивался неподалеку. И после появление незнакомца повторилось. Посовещавшись, товарищи стали наблюдать за ним и еще одним человеком, что приходили попеременно, принося с собой какие-то вещи.

То, что ими оказались члены ХСОМ, стало для троицы удачей, ведь с самого начала мало кто поверил вторженцам. Да и до них в свое время доходили слухи о периодических появлениях странных людей в черной броне.

– Эти ваши мутоны почти не выходят из курилки.

Группа переместилась чуть назад относительно блокпоста. Северов разложил на земле карту и, подсвечивая слабым фонариком, принялся рассказывать о рекогносцировке врага.

– Даже когда тут ошивались “железяки”, – продолжал старший сержант. – Хоть и сейчас их меньше, но основная схема патруля не изменилась: леталки сидят на крыше и несут дозор, а глазастики ходят по трое по периметру. Мы хотели как-то проскочить через “зеленку”, но там это красное поле.

– Главная проблема в том, что “окно” сужается. Скоро “лунатики” разберутся с нашими подарочками…

В месте предполагаемой концентрации врага вновь раздался взрыв, что вызвало недоумение у спецназовцев.

– О, последний взорвался. Похоже, контакт отошел, – усмехнулся разведчик.

– Слушай так, – Центр взял слово. Несмотря на акцент и хромающий русский, понять его было можно. – Сектоиды слабый, но они псайоник, мочь подчинить майнд… разум. Флоатер много-немного сильный и мобильный. Мутоны бронированный и много-много живучий. Я и Луис их атаковать.

– Да? И как?..

Джон снял с плеча замотанный в ткань предмет. Там скрывалась рейлган-винтовка. О ней бойцы не знали, но футуристический вид внушал уважение.

– Бьет сильно и точно, но один, – пояснил Брэдфорд. – У Луиса – лазер пистол, тоже эффективен для вражеской броня.

План был набросан на скорую руку и не отличался надежностью, но время поджимало все сильнее. Также отсутствие нормальной связи затрудняло координацию, и поэтому любая ошибка могла привести к провалу. Подстраиваться и реагировать людям придется буквально на лету.

Вопреки устоявшемуся мнению, сформированному кино- и игровыми штампами, глушитель не сводил звук стрельбы к околонулевой. Просто вместо громогласного “бах” получался “клац”. Все-таки механизмы оружия не сделаны из мягких материалов. В первую очередь этот модуль работал как пламегаситель на открытой местности и спасал от оглушения в помещениях. Однако все-таки снижение децибел позволяло избежать обнаружения в начале боя.

Шэню и Минако пришлось остаться в стороне с вещами, но быть состоянии “низкого старта”, чтобы тут же рвануть в пробитую брешь. Брэдфорд и Исаев же выдвинулись в сторону блокпоста. Их основная задача – пробраться к небольшому инопланетному зданию, обозванному спецназовцами “курилкой”, дабы атаковать мутонов как можно с более короткой дистанции. В идеале – незаметно.

Стоило подобраться к границам оборонного пункта, как начинала действовать хаотическая неопределенность. Тут надо было зайти со стороны “слепой” зоны летунов и дождаться первой тройки сектоидов. После того, как спецура снимет греев, вторженцы быстро спрячут тела. А дальше необходимо каким-то чудом добраться до постройки и выбить мутонов. И умудриться не умереть в процессе последующей перестрелки.

По началу все шло хорошо: людям удалось добраться до точки и дождаться появления “глазастиков”. Инопланетяне как раз остановились на месте и принялись вертеть головами. Три лязгнувших затвора положили начало операции… и серьезным проблемам.

Центр не знал об одной существенной детали, потому что один из имплантов при смерти сразу же распадался. А именно тот, что отвечал за связь. И стоило тройке патрульных выпасть из тактической сети, как блокпост тут же переполошился.

Один из летунов взмыл в небо, лишь для того, чтобы резко приземлиться на месте гибели патруля. На раздумья не оставалось и секунды. Красный луч когерентного света прошил прохладный ночной воздух и уперся в линзу оптики инопланетянина. Та, не выдержав температуры, покрылась сетью трещин и разлетелась на осколки, а поток продолжил свой ход, нанося необратимые повреждения мозгу и имплантам.

Два вдоха, и противник дернулся назад. Двигатели, перестав получать данные корректировки, взревели и отправили тело в стену, размазав простреленную голову по ее поверхности. Если первые смерти еще можно было как-то оправдать ошибкой тактической сети, которые иногда случались, то вот второй случай целиком и полностью указывал на нападение. Что и отметилось в базе, запуская обратный отсчет для беглецов.

Понимая, что ситуация от стабильно плохой скатилась к отвратительной, Северов скомандовал наступление. Сдвоенный хлопок подствольных гранатометов просигналил о начале. Первая граната полетела в сторону приближающейся тройки сектоидов, а вторая – к летунам.

К сожалению, взрыв убил только одного лупоглазика, а флоатеры успели разлететься, получив незначительные царапины от осколков.

– Ах ты ж… – Исаев нырнул в укрытие, едва разминувшись с облаком плазмы.

Тройка летунов открыла огонь на подавление, прижимая людей к укрытиям. В это время сектоид усилил напарника ментально-силовым щитом, а тот рванул в сторону противника. Для мелких это стандартная тактика, ибо защита вполне может выдержать несколько попаданий, а грей либо подстрелит неприятеля, либо ударит ментально.

Стоило серому вскочить на поваленное дерево, за которым прятались Джон и Максим, как в того впились пули из ближайших кустов. Спецназовцы споро сократили дистанцию. Кеченбеков буквально сбросил противника очередью, а Бульба кинул гранату. Взрыв поднял в воздух серо-зеленые ошметки.

Мутоны начали приближаться, но у разведчика оказалась запрятана дымовая граната в одном карманов куртки. Конечно, без стандартного шлема ХСОМ применять ее нерентабельно, ибо видимость резалась обеим сторонам, но выбора не оставалось.

Дым струёй вырвался из оболочки, создавая серое облако. Видимость резко упала до околонулевой. По крайней мере для пришельцев. В мареве проглядывались всполохи реактивных движков. Их обладатели и стали первыми целями для атаки. Стреляли в первую очередь спецназовцы. “Гроза” с глушителем хоть и не была бесшумной, но за грохотом и ревом, издаваемым противниками, попросту терялась.

Потребовалось долгих пять минут, чтобы на поле боя остались лишь мутоны. Проблема в том, что и дым уже частично рассеялся, так что на эффект маскировки можно переставать рассчитывать. И самое противное, что инопланетяне засели в “курилке” и попросту не подпускали людей, огрызаясь выстрелами. А гранаты уже были израсходованы.

– Отход – не вариант, – скривился Луис. – Они нам в спину “напихают”, а времени и так уже нет.

Вдалеке послышался вой сирен. Брэдфорд уже собирался перевести оружие в режим “на расплав”, надеясь очередью скосить врага. Ну, или хотя бы подранить. Неожиданно за спиной затрещали кусты. Спецназовцы наставили на шум оружие, как из подлеска появились Шэнь и Минако.

– Проблемы? – обеспокоенно произнес инженер.

– Нечем выкурить, – ответил Джон.

Пожилой мужчина скинул со спины рюкзак и принялся что-то оттуда извлекать. Не прошло и минуты, как в руки Центру легло нечто, похожее на кусок трубы, залепленный холодной сваркой, а внутри бренчали гвозди. С одной из сторон торчал фитиль.

– Кабум, Шкипер? – Бульба выгнул бровь, кивая на самодельную бомбу.

Брэдфорд передал устройство спецназовцу, у которого уже чесались руки. Он встал на изготовку и щелкнул достанной из кармана зажигалкой.

– Кабум, Рико, – ухмыльнулся Северов.

Труба с шипением понеслась в сторону здания, пока напарники вели огонь на подавление, чтобы прижать мутонов. Со звоном взрывное устройство влетело в открытый проход, а спустя секунды раздался оглушительный взрыв. Это стало сигналом для старта.

Бойцы сорвались с места, сокращая дистанцию. Сунувшись внутрь с автоматами наперевес, группа обнаружила стонущих инопланетян, морды которых буквально истыканы гвоздями и саморезами. Две короткие очереди и все стихло.

Вторженцам понадобилось долгих пятнадцать минут, чтобы добраться до блокпоста, но там обнаружились лишь трупы охраны, а людей и след простыл…

Запись четвертая. Падение Черного ястреба.

Сигнал тревоги буквально врезался в мозг. Кресла инопланетян были не рассчитаны на людей, а где располагались ремни безопасности или их аналоги – никто не знал. Выжившим пришлось использовать подручные средства, чтобы закрепить себя, а Дженсен встал в самом низком месте, поднял руки и зафиксировал броню.

Руки Кожедуба буквально летали над панелью управления. Он молился о том, чтобы ученые, создавшие симулятор, на котором отлетал не один десяток часов, нигде не накосячили. Но “тарелка” продолжала неконтролируемо падать. Реакция приборов была, но система почему-то постоянно уходила в перезагрузку. Или ее инопланетный аналог.

Сквозь вой сирены доносился мат Ворона-4. Мужчина выдал такой петровский загиб, что сам царь пожал бы руку в знак уважения. Но это не спасало. Корабль уже успел пройти верхние слои атмосферы и продолжал снижаться.

– Да чтоб я еще раз сел за баранку этого пылесоса! – пилот в сердцах врезал по панели.

Та неожиданно моргнула и с гулом запустилась. Теперь панель управления стала отвечать на команды.

– ДА! – обрадовался Иван, но… – Да бля!..

Земля стремительно приближалась. Мужчина пытался замедлить падение. И в какой-то мере это ему удалось. Чужеземная машина рухнула где-то в горах, пропахав метров двадцать и врезавшись в отвесную скалу. После со скрипом рухнула на днище, искря и дымясь.

Иван очнулся и тут же застонал от боли. Хоть летный костюм и спас жизнь, но вот от перелома левой руки и ребер – нет. Мужчина лежал всем телом на панели, что опять потухла. Сколько времени прошло – неизвестно. “Приземление” произошло точно не сейчас и даже не пять минут назад.

Вставать не хотелось. Каждое движение отдавало болью. Автоинъектор, по ходу, сломался в процессе “поцелуя” приборной доски. Поморщившись, Кожедуб поднялся с места. Можно было ожидать разрухи и валяющихся повсюду вещей, однако в “тарелке” изначально не было ничего лишнего. Внутренняя отделка оказалась относительно прочной, но все-таки в нескольких местах виднелись трещины, из которых вырывались искры. Впрочем, пилот по опыту знал, что такие “блюдца” переживали и не такое.

Проковыляв до ближайших кресел, он снял с ближайшего бойца шлем. Под ним оказалась Чжу, которая, к счастью оказалась жива, но без сознания. Как, впрочем, и остальные. И вроде обошлось без тяжелых травм. По крайней мере визуально. А вот что под броней, особенно у Дженсена – неизвестно.

Потребовалась целая минута, чтобы добраться до МЭКа. Его стоило проверить в первую очередь, ведь если остальные будут ранены, то помочь пилот им уже не сможет. Хотя при том, что Хошино и Фернандес даже без технологичного доспеха куда сильнее обычных людей, в затуманенный болью разум как-то не пришло.

– Призрак, – постучал по экзоскелету Иван, – ты там как? Ау!

– Puta… – раздалось со стороны кресел. – Как вы, пилоты, такую болтанку переживаете?

– Гонсалес?

– А кто еще? Что?..

Но договорить мексиканец не успел, потому как его тут же стошнило под ноги. Благо, шлем успел сдернуть, а то бы захлебнулся. От звука опорожнения желудка очнулась и Мияби.

– Ксо… Теперь шлем не снять, а то вонь явно несусветная. Гонсалес, ты что такой слабенький?

– Ну простите. Летчик из меня никакущий, как и космонавт… Буэ…

– И как ты еще держался в “Скай Рейнджере”? – резонно заметила японка.

– Так он и не падал из космоса, – отдышавшись, произнес Рикардо.

Кицуне лишь покачала головой и развязала импровизированную страховку. Ловко спрыгнув, она подошла к пилоту.

– Ты как? – задала вопрос, заметив висящую плетью руку.

– Ну хоть не стандартное “Are you okay?”... Перелом руки и ребер. Не считая ушиба всего тела. И автомедик сдох, – поморщился Иван.

– Сейчас.

Японка приблизилась к МЭКу. Достав из запястья конец провода, она воткнула штекер в незаметный разъем под левым манипулятором. Броня пискнула и с шипением раскрылась. Сидевший в ней Адам был еще без сознания, так что повис на страховочных ремнях. Мияби сунулась в боковое отделение, доставая аптечку. Но сделать ничего не успела, потому как раздался еще один стон.

Ма помотала головой, приходя в себя. Похожее женщина испытывала, когда их вертолет подбили во время контртеррористической операции. Так что, хоть повторение и не понравилось, но вестибулярный аппарат выдержал. Как и тогда.

– Лоли, нужна помощь. Если можешь двигаться, то нашего пилота надо перевязать, а я пока приведу в чувства остальных.

***

По прошествии двадцати минут группа расположилась на небольшом удалении от летательного аппарата. Он, конечно, безопасен, ибо запас прочности позволяет пережить прямое попадание нескольких ракет и последующее падение, однако людям в нем попросту неуютно. Зато в небольшой роще как-то привычнее. Да и места тут в целом живописнее: возвышающиеся горы, журчащая неподалеку речушка… Все такое умиротворяющее.

К счастью, кроме пилота, никто серьезно не пострадал. Но вот настроение было отвратительным. Миссия, по факту, провалена. Несмотря на уничтожение материнского, как предполагалось, корабля и его командующего, все оказалось зря. Вторженцы – даже не передовая армия, а всего-лишь разведка.

– Призрак, что со связью?

Обычно в роли передатчика выступал транспортник, так как оборудование занимало много места, но в МЭКе оно имелось в наличии, хоть и более слабая версия.

– Глухо, как в танке. Связи со спутником нет, а последнее сообщение, пришедшее три часа назад – это “Выжить любой ценой”.

– Боюсь, мы проиграли эту войну, – устало потер подбородок Чжан. – Врагов слишком много.

– А еще Фрирен…

Выжившие склонили головы. Но не все. Китаец покачал головой:

– Она жива.

Повисла тишина. Стало слышно, как мимо пролетел какой-то жук. На лицах читалось непонимание и удивление.

– Я понимаю, что наша броня, – сказал Кожедуб, поморщившись от боли, – позволяет выживать в экстремальных условиях, но она же не полностью герметичная! Да и воздуха хватит минут на десять. Мы же не собирались тогда лететь в космос! Черт! Сука! Ебаные марсиане! Да чтоб вы сдохли!

Начавшуюся истерику пилота никто не останавливал. Чжу тихонечко заплакала, а Цинъи начала ее успокаивать, гладя по спине. Мексиканец молча подошел к дереву и ударил по нему со всей силы, пробивая ствол кибернетическим протезом. Адам и Войцик просто молчали. Как и Шаоцзе. Ровно до тех пор, как русский прекратил материться из-за кашля.

– Учитель жива, – повторил китаец. – Когда я ее встретил, то был в ситуации, где единственный выход – это смерть. А учитель спасла меня.

– А ничего, что там – космос? Я сомневаюсь, что твоя ситуация хоть как-то походила на безжизненный вакуум!

– Поверь, ее магия – это нечто. И десяти минут достаточно, чтобы, скажем, запечатать целый отсек и направить его в сторону Земли, прикрываясь щитами. Так что скоро мы о ней услышим. Меня сейчас другое интересует: где мы?

Со стороны горы раздался шорох камней. Бойцы тут же подскочили, приготовив оружие к бою. Однако из-за скалы показался невысокий лысый китаец в оранжевых одеждах под названием кашая, что выдавало в незнакомце монаха. На вид было больше сорока, но точно сказать сложно. И еще он носил очки.

– Простите, уважаемый, – вперед вышел Шаоцзе, заговорив на китайском, – но не подскажете, куда нас занесло?

– Тибет, – миролюбиво ответил монах. – Тогда и вы ответьте: кем, собственно, будете?

Шуршание повторилось. Только теперь группа оказалась окружении безоружных на вид людей. И их было очень много…