Хроники Ярости:Берсерк

Пролог

«Теперь я новый Т`лаирин...»

Эхом разнеслось в тишине заснеженной площади. Опасные слова, произнесённые в лицо самому Ясноликому, могли показаться глупой шуткой или величайшим кощунством, но произнёсший их не походил ни на шута, ни на глупца.

Сотни широких каменных ступеней, уходящих ввысь, отделяли Его от заветной цели - тонкого золотистого обруча, венчавшего голову Первого Сына Зимы.

Сам Т`лаирин замер в изумлении в тени гигантских колоннад. За спиной испуганно шептались новоиспечённые квиры. Командир личной охраны - старый вояка Кодран с насмешкой смотрел вниз на окружённую десятками гвардейцев человеческую фигуру. Хотя нет, не человеческую. На две головы выше самого рослого воина. Тонкое, с виду хрупкое тело прикрывает короткая кольчужная рубаха, широкие порты заправлены в изящные сапоги. Длинные руки сжимают рукояти двух боевых топоров. Жемчужные, идеально прямые волосы спускаются до самых колен. И то, что не мог различить цепкий взгляд Кодрана, но отчётливо видели первые ряды гвардейцев - ярко-голубые, светящиеся бирюзой глаза с вертикальным зрачком. Глаза, обещающие смерть всем и каждому.

Ясноликий уже было поддался порыву заговорить с этим безумцем, но резко одёрнул себя. Ни к чему терять лицо перед обожравшимся мухров варваром.

- Да простит его Ата.

Кодран довольно ухмыльнулся и взмахнул рукой, командуя атаку.

Но едва самый быстрый и смелый из гвардейцев поднял меч, как беловолосый чуть дёрнул плечами и через мгновенье взорвался вихрем ударов, попросту сметая первые ряды солдат. Топоры дарили смерть - быструю, но от того не менее ужасную. Гвардейцы разлетались словно куклы - окровавленные, изломанные, страшные.

Дворцовая площадь в один миг наполнилась лязгом оружия и криками умирающих людей. Странный жемчужноволосый воин сражался молча - без вскриков, без шумных вздохов.

Квиры прекратили шептаться и с немым ужасом наблюдали за тем, что творилось внизу.

Он побеждал! Он резал элитных бойцов Империи, словно кур!

- Он... он... не может быть, - прошептал Ясноликий, когда последний гвардеец оросил кровью тёмные ступени.

Беловолосый встряхнулся и медленно начал свой путь вверх.

Первым сбросил оцепенение командир охраны:

- Мой Повелитель! Тасамы! Зовите тасамов!

Т`лаирин молчал. Он не мог отвести глаз от высокого воина, медленно поднимающегося по ступеням. Дорога к Трону. Так это и называлось. Каждый новый Сын в свой первый день проделывал этот путь.

- Мой Повелитель!!! - надсаживался Кодран.

- Их нет, Кодран, - Т`лаирин прикрыл глаза, - Они...

- Надо уходить!

- Нет. Я не имею права, - он повернулся к своим подданным. - Бегите!

Кодран упрямо нагнул голову:

- Я останусь с тобой.

Тяжелый вздох.

- Ты не понимаешь. Всё это было предсказано. Он, - дрожащий палец указал вниз, - окончание нашего Ордена, крах нашей веры. Потомки не узнают, какой на самом деле была Ата. Имя нашей Матери будут проклинать...

- Предсказания - это просто бредни сумасшедших! Зачем тебе оставаться?!

- Я же говорил, что ты не поймёшь. Уходи, он уже близко!

- Нет, я...

- Я приказываю. Не надо спорить. Прошу, сбереги квиров, они - наше будущее.

Старый воин молча поклонился и хлопнул Ясноликого по плечу:

- Прощай, друг.

- Прощай.

Вот и последняя ступень.

Беловолосый окинул своим дивным бирюзовым взглядом маленького человека в короне. И в его глазах нет ненависти, нет злобы. Только холод.

Расправив плечи и высоко подняв голову, Первый Сын Зимы вновь опускается на трон - место, принадлежавшее ему пятьдесят шесть оборотов. Берёт в руки маленький сверкающий браслет, подаренный юными квирами.

«Первому и Достойнейшему Сыну».

Т`лаирин улыбается, не замечая занесённого над головой топора. Солнечный свет мягко покалывает глаза.

- Морозное сегодня выдалось утро.