Хроники Тириса. Книга 7

Глава 1

Лия Верес не любила ночные смены. Ночью в системе Агриса не происходило ровным счётом ничего. Если залетит какой-то случайный грузовой корабль — уже событие. Но подобное происходило настолько редко, что уповать на удачу сегодня не стоило. Обычная ночь, такая же, как и за полтора последних года. После того, как имперцы уничтожили орбитальную станцию и утащили ксорхианский корабль, в систему даже пираты не залетали. Потому что делать здесь нечего.

Неожиданно один из главных экранов начал активно мигать, привлекая к себе внимание. Лия тяжело вздохнула — очередной сбой. Старое оборудование вышки барахлило с завидной регулярностью. По-хорошему, нужно всё поменять, но общее собрание родов Агриса не выделит кредиты на подобное. Так что всё, что оставалось Лии — постучать по корпусу экрана, надеясь, что всё разрешится само собой. Часто помогало.

Но не сегодня. Девушка подошла к экрану и замерла с занесённой рукой. То, что показывал экран, не могло существовать. Но оно существовало! Экран показывал точку, появившуюся на окраине системы, а цифры рядом с этой точкой демонстрировали величину, уходящую далеко за пределы здравого смысла. Почти пятнадцать километров! Таких кораблей не бывает! Самый большой линкор, о котором она читала, и тот в длину был не более десяти километров. Откуда пятнадцать?!

Индикатор угрозы, встроенный в систему дальнего обнаружения, сменил цвет с зелёного на ярко-красный. Старенький ИИ, интегрированный в систему распознавания, не понимал, как корабль может быть таким огромным, поэтому сделал всё, что от него зависело. Он начал орать на все лады, желая передать бремя принятия решений на двуногих кожаных существ. Пусть они за всё отвечают.

Лия потянулась к закрытой кожухом кнопке тревоги, но рука застыла на полпути. Потому что внешний канал связи начал мигать входящим вызовом. Заметив, как предательски дрожат руки, Лия вернулась в кресло и чуть ли не минуту мрачно смотрела на экраны. Сейчас она проснётся и всё это исчезнет. Не будет ни корабля, ни вызова.

Вот только проснуться не получалось.

— Диспетчерская служба Агриса, — собравшись, Лия произнесла привычную фразу. — Обозначьтесь и назовите цель своего визита на фронтир.

— Диспетчерская, приветствуем, — прозвучал спокойный голос. — На связи линкор «Малыш». Виконт и виконтесса Вераские желают посетить Агрис. Просим согласовать орбиту и выделить коридор для спуска челнока. Ожидаем подтверждения.

«Малыш»?! Кто-то додумался назвать эту огромную махину «Малышом»?! Лия несколько раз открыла и закрыла рот, чтобы произнести что-нибудь служебное и солидное, но ничего не получалось. Все мысли занимало странное название. «Малыш». Никто никогда не назовёт так огромный линкор! Никто! Здесь явно какая-то ошибка!

Но ошибкой это не было. Открыв реестр линкоров империи Тирис и введя название, Лия с изумлением уставилась на странную запись. Тяжёлый линкор «Малыш» действительно существовал и, по всей видимости, только что явился в систему Агрис. Туда, куда даже бешеные ксорхи не залетают!

— Один… одну минуту, пожалуйста, — ответила Лия. — Мне необходимо согласовать визит с руководством. Оставайтесь на связи.

— Разумеется, — отозвался вежливый голос. — Мы никуда не торопимся.

Начальник ночной смены, господин Тобиас, самым честным образом дрых. Когда его вырвали из сна докладом о пятнадцатикилометровом линкоре, он сперва решил, что подчинённая либо шутит, либо сошла с ума. Потом глянул на экран. Потом очень быстро перестал быть сонным. Потом вскочил на ноги, и следующие двадцать минут превратились в театр абсурда, в котором взмыленные диспетчеры будили помощников глав всех родов, те будили уже самих глав, те собирались на экстренное совещание прямо в пижамах, так как переодеваться было некогда. Данных по «Малышу» в реестре линкоров было немного, кроме одного — им владел виконт Вераский. И главы родов прекрасно знали, кем на самом деле являлся виконт. Оставался один нерешённый вопрос — зачем он вернулся?

— Линкор «Малыш», доступ в систему подтверждён, — произнесла Лия Верес спустя полчаса, получив все необходимые вводные. — Орбитальной станции у нас нет, поэтому для вашего корабля выделена ближняя орбита планеты, параметры передаю на борт. Коридор для спуска челнока свободен. Добро пожаловать на Агрис.

Лия откинулась в кресле и только сейчас поняла, что блузка взмокла насквозь. Девушка долго смотрела на приближающуюся к планете отметку, думая о том, что уже сегодня об этом будет говорить вся планета. А она, Лия Верес, будет небрежно ронять между делом, что лично согласовывала визит тех самых виконтов.

Если бы девушка знала, что внутри невозможного корабля сидит тощий фермерский мальчишка, которого она когда-то подкармливала пирожками, и на полном серьёзе рассматривала в качестве партнёра для жизни, то, пожалуй, сползла бы с кресла прямо на пол. Но Лия об этом не знала. Ей главы родов Агриса о подобном не докладывали.

***

Я смотрел на планету с обзорного мостика «Малыша» и никак не мог разобраться, что же на самом деле сейчас испытываю. Передо мной находился Агрис, на котором я родился, спорил с семьёй, разбирал на запчасти списанную технику и чистил дронов. Всё, что я помню о своём детстве, было связано с борьбой. С родителями, с соседями, с техникой, с орбитальной станцией. У отца всё было просто — либо ты работаешь на полях, как все, либо ты не часть семьи. Другого не дано.

Вернувшись сюда спустя почти два года после изгнания, я полагал, что хоть что-то почувствую. Обиду, тоску, злость, в конце концов. Но ничего подобного не было. Я смотрел на планету и ловил себя на том, что она больше не кажется мне родным домом. Даже «Малыш», находящийся в моём владении чуть больше недели, и тот казался куда более родным, чем планета, подарившая мне жизнь.

— Хреново выглядишь, — заявила подошедшая Зорина. — Уверен, что тебе оно надо? Техников можно нанять в любом другом мире.

— Здесь лучшие, — заверил я. — Те, кто смог выжить в подобных условиях, в нормальных будет процветать. А со мной всё нормально. Переживу.

— Попробуй только не пережить, — усмехнулась Зорина. — Если тебе здесь что-то сделают, мы эту планету по камушку разберём. Аларик сказал, что мы заняли нужную орбиту. Идём.

Поддержка от Зорины… Кажется, завтра ксорхи объявят о перемирии, раз моя жена внезапно смогла найти в себе что-то, похожее на человечность. Обычно она подобными сантиментами не страдает. Если кто-то заслуживает того, чтобы его назвали грувакой, за Зориной не заржавеет.

Когда я подлетел к транспортнику, остановился и долго на него смотрел. Внутри великолепного корабля подобная посудина смотрелась до невозможного убогой и кривой.

— Что-то не так? — спросила Зорина, не отставая от меня ни на шаг.

Остальные «Малыши» уже сидели внутри. Точнее, всё, кроме Аларика. Как мне кажется, он за эту неделю успел настолько породниться с кораблём, что стал его неотъемлемой частью. Ещё и семнадцать человек из ИВА успел притащить, пока мы гостили у Крейда. Сейчас новоявленные офицеры «Малыша» осваивали все тонкости управления нашим гигантом под руководством опытных инструкторов. И, как мне несколько часов назад заявил Аларик, уже через пару недель от офицеров Крейда можно будет отказываться. Потому что люди, которых нашёл наш командор, полностью оправдывали возложенное на них доверие.

— Нужно купить представительную яхту, — пояснил я. — Представь, заваливается «Малыш» в любую систему, все боятся, а тут из такого гиганта вылетает вот это. И на вот этом летят владельцы этого самого гиганта. Первый вопрос, который возникнет — у них что, денег не хватило?

— Тебе не всё равно, что о нас подумают? — удивилась Зорина. — Если кто посмеет пасть свою раззявить, в эту пасть и получит.

— Даже если это будут Кироны, Вейраны или Лиарданы? — усмехнулся я. — Нет, жена, доводить до конфликта не нужно. Да и смысла нет. Но вот прикупить себе яхту — другой разговор. Аларик, слышал мои мысли?

— Слышал, — ответил по внутренней связи командор. — Уже работаю над этим. Мысль правильная, но требует уточнений. Какая яхта, нужны ли гипердвигатели, требуемый класс защиты? Озадачу Калькулятора. Что с бюджетом?

— Яхта должна быть представительного класса, — пояснил я. — Не вижу смысла экономить. Теперь, когда у нас есть линкор, нас, как наёмников, начнут рассматривать великие дома империи. Будем пускать всем пыль в глаза. Никто не предложит нам пару кредитов, если мы прилетим на дорогущей яхте. При этом никто не предложит нам много, если мы будем летать на подобных транспортниках.

— Ксорх, да поняли мы тебя уже! — пробурчал Вальтер. — Ты в курсе, что стал невероятным занудой? Раньше ты не озвучивал очевидные вещи, сейчас же через предложение ими пуляешь! Не надо так!

Я уже собрался отправить Вальтера в далёкое пешее путешествие к грувакам, но лишь усмехнулся. Это же тоже будет очевидная вещь! Вальтер и сам прекрасно знает, куда ему нужно идти с такими претензиями!

В космопорту нас встречали. У посадочной площадки выстроилась целая процессия в парадных одеждах. Возглавлял её человек, которого я узнал бы даже с закрытыми глазами. Высокий, прямой, с идеально уложенной бородой и выражением холодного достоинства на лице. Герард Ардан, глава богатейшего рода землепашцев планеты, лично прибыл встречать виконта империи Тирис.

Делегация согнулась в поклоне ещё до того, как я ступил на бетон. Фронтир умел встречать больших господ из центральных систем так, чтобы никто из них не почувствовал себя оскорблённым. Меня тоже в своё время заставляли отрабатывать подобное почтение к прибывшим, так что с этой стороны Агрис был в своём репертуаре. Вот только отработать выражение лиц сегодня явно забыли, потому что там было написано такое, что я с трудом подавил улыбку.

Главы родов прекрасно знали, кто я такой, но, как мне кажется, доносить до других своё знание не стали. Вот и получилось, что главы стояли и мучительно соображали, с какой стороны ко мне подступиться и не вспомню ли я о тех безобидных шутках, которые они отпускали в мою сторону несколько лет назад, а до свиты за их спинами только сейчас начало доходить, что владелец огромного линкора, который можно увидеть над планетой даже невооружённым глазом, и парень, которого два года назад с позором выставили из дома, это один и тот же человек. А ещё у этого парня на груди висело два Креста Героя империи Тирис, а рядом с ним стояла ослепительной красоты девушка с одним Крестом Героя. Тут даже у подготовленного человека голова кругом пойдёт. Что говорить о простых жителях фронтира?

При этом я прекрасно всех понимал. Люди редко так меняются. Обычно все, кто уходит с клеймом изгоя, возвращаются тихо и без всяких линкоров, чтобы молча выполнять приказы семьи, даже не думая мечтать о чём-то дерзком и интересном.

«Сердце твоего отца лупит под двести», — произнёс Эхо. — «При этом он стоит, словно его вообще происходящее не касается. К нему сын, считай, приехал, а он кремень копирует. Хотя самого выворачивает так, что удивительно, как он вообще на ногах стоит!»

Всё же хорошо иметь такого помощника. Сразу становится понятно, кто искренне безразличен, а кто лишь пытается сделать вид, что его ничего не интересует. И, что удивительно, под каменным лицом Герарда Ардана осталось что-то живое. Пусть это и заперли на сто замков.

Я подошёл ближе и коротко склонил голову. У меня не было права называть этого человека отцом. От меня отказались, причём официально, с занесением во все реестры. От этой мысли я с трудом удержал улыбку. Человек, который «увёл» меня из семьи, сейчас находится на моём корабле в непонятном статусе, потому что от него тоже отказалась семья.

— Приветствую главу рода Арданов, — произнёс я. — Я виконт Каэль Вераский, это моя супруга, виконтесса Зорина Вераская, в девичестве Соларион-Дорн. На какое-то время мы бы хотели остановиться на этой планете.

Ряды встречающих начали перешёптываться. Новая информация им явно понравилась. Отпрыск Агриса умудрился урвать себе в жёны одну из Соларионов! Да только ради этого стоило изгнать его с планеты! Теперь говорить будут именно об этом, а не о том, какой огромный линкор прибыл к Агрису. Что тут, линкоров не видали? А вот живую девушку из Соларионов видят впервые. Лирэн не в счёт.

— Агрис примет гостей, — без лишних эмоций ответил отец. — Также напоминаю, что на территории планеты вам следует соблюдать законы империи Тирис. Нарушители должны будут покинуть планету.

— Какой он у тебя суровый, — произнесла Зорина по внутренней связи. Для всех мы были одеты в форму «Груваки», так что никто даже заподозрить не мог, что в данный момент мы находимся в герметичном доспехе предтеч. Кстати! Нужно будет разработать индивидуальную форму для «Малыша».

— Могу узнать причину вашего появления на нашей планете? — продолжил отец, ощутив твёрдую почву под ногами. Я не бросился к нему с объятьями, не стал предъявлять претензии за прошлое. Мы были чужими людьми, волею судьбы сошедшимися в одной точке пространства.

— На Агрисе есть те, кто грезит о космосе, — ответил я. — Я собираюсь их всех забрать. Техники, пилоты, механики. Все, кто не может найти здесь себе место, улетят со мной.

Герард молчал долго. После того, как имперцы уничтожили обломки орбитальной станции, огромный пласт людей превратился в балласт. Они, как и я, чувствовали себя на этой планете лишними. Возможно, перебивались какой-то работой, но свои лучшие качества не показывали. Тяжело показать навыки пилота, управляя комбайном. Отец прекрасно это понимал, но ничего не делал. Потому что у Арданов таких людей не было — наша семья никогда не смотрела в космос. Что касается Мерванов и Каллисов — это их проблемы. Вот пусть они сами с ними и разбираются.

— Нам нет дела до проблем Мерванов и Каллисов, — произнёс отец, показав, что я правильно всё рассудил. — Но и препятствий чинить тебе не станем. Пока ты или твои люди не нарушают закон, вы будете гостями Агриса.

Я кивнул и уже собрался закругляться с этой сценой, когда заметил её.

Мать стояла за плечом отца и смотрела на меня так, как отец никогда бы себе не позволил. Она не бросилась ко мне, не устроила положенную матери сцену встречи с вернувшимся сыном. Арданы на людях подобное не устраивают. Но я видел, как она прижала к губам сухую ладонь. Видел, что держится она на одном упрямстве. Потом, когда делегация зашевелилась и момент показался ей подходящим, она подалась к Герарду и что-то горячо зашептала ему на ухо.

«Хочешь, считаю по губам, о чём говорят?», — спросил Эхо.

«Не нужно», — отрезал я. — «Это их отношения. Меня там уже нет».

Мне не требовалась помощь Эхо, чтобы точно понимать, о чём мать говорит отцу. Подойди, поговори, это же твой сын, он вернулся, отбрось хоть на мгновение свою проклятую гордость. Герард выслушал её, но лишь коротко качнул головой. Собственно, весь ответ. Мать опустила руку и отошла, разом постарев лет на десять. Мне оставалось только отвести взгляд. У отца своя гордость, у меня своя, и приехал я сюда не каяться и не мириться. Я приехал за людьми, и чем быстрее я их получу, тем быстрее покину эту планету.

Однако без разговора уйти я всё же не смог. Когда стало понятно, что встреча высоких гостей закончена, ко мне подошли главы Мерванов и Каллисов, чтобы уточнить детали о том, кто на самом деле мне нужен.

Пришлось давать пояснения. Во-первых — мне нужны техники. Особенно те сумасшедшие, которые из обрывка провода и ржавого ведра соберут рабочий движок. Те, кто ненавидит жить по инструкции, но у кого руки растут из правильного места. Во-вторых — пилоты. Не важен пол, не важна подготовка. Научить можно любого, главное, чтобы было желание учиться и не было тяги к родной планете. Плакаться через месяц о том, что ему тяжело и скучно, точно не нужно. И, наконец, в-третьих — мне нужны просто люди, готовые к безумству. Работы на линкоре навалом, на всё про всё рук у нас не хватит, так что даже если у человека нет ни образования, ни опыта, но есть твёрдое желание сбежать с планеты, чтобы увидеть новые земли — ему дорога к нам.

— Так-то нам самим нужны подобные люди, — заметил глава Мерванов.

— Мне нужны только добровольцы, насильно тащить за собой я никого не собираюсь, — ответил я. — Только, давайте говорить открыто. Я прекрасно знаю эту планету. Знаю, как здесь всё устроено. И прекрасно понимаю, что сейчас у вас нет работы. Люди сидят без дела, никуда не могут себя приложить. Сейчас, возможно, проблема ещё не так видна, но через пару лет вам придётся экстренно всех куда-то девать. Потому что работы на этой предтечами забытой планете не прибавится.

Возражать очевидным вещам главы родов не могли. Или не хотели, боясь прогневать владельца линкора. Наличие корабля вообще, как я понял, весьма крупный аргумент в любом споре. Взяв сутки на принятие решений, главы отправились по домам думать, а я помчался туда, ради чего, собственно, и прибыл на эту планету. В старую ремонтную мастерскую, где доживал свой век один знакомый мне корабль. «Северный Ветер» стоял в полупустом ангаре, и при виде старого корвета у меня предательски защемило в груди. Причём куда сильнее, чем при виде отца и даже матери. Облупленная краска, вмятина на левом борту, латка на латке — мой первый корабль выглядел так, словно пережил все войны последних двадцати лет. Я копил на эту рухлядь пять лет, вызывая зубовный скрежет у всей родни, и корвет не раз вытаскивал меня оттуда, куда даже ксорхи боятся заглядывать.

— Только не говори, что ты летал на этом? — Вальтер обошёл корвет и на его лице появилось выражение искреннего ужаса. — Ксорх, тут же живого места нет! Я тебе больше скажу — тут и мёртвого места почти не осталось. Как оно вообще летало?

— С трудом и с матом, — ответил я, положив руку на корпус. — Но летало. Причём куда дальше, чем некоторые обычные корыта.

Рорк присел на корточки у распахнутого технического люка и начал копаться в потрохах корвета с видом, словно изучает какой-то труп.

— Система охлаждения реактора держится на перемычке и честном слове, — сообщил он. — Стабилизации почти нет. О щитах даже не говорю. Знаешь, Ксорх, я честно не понимаю, как ты на этом не убился!

На наши голоса вышел хозяин ангара. Роан почти не изменился, разве что чуть раздался в поясе. Увидев меня, он на какое-то время застыл, словно увидел призрак, после чего на его измазанном лице появилась широкая улыбка.

— Так ты и есть тот виконт, из-за которого все тут на ушах стоят? — спросил он и подошёл ко мне. Он протянул мне руку, и я пожал её без раздумий. Роан не тот человек, рядом с которым нужно держать спину. — Рад тебя видеть, Каэль. Твои друзья?

— Мои, — кивнул я. — Решил показать им человека, способного из проволоки смастерить целый линкор. Как «Ветер»? Всё ещё дышит?

— Куда бы он делся? — усмехнулся Роан. — Правда, там ещё работы лет на десять, не меньше. Сам понимаешь — запасных деталей у нас на Агрисе днём с огнём не сыскать.

— Слушай, парень, вопрос к тебе есть, — неожиданно раздался голос Рорка, который продолжал изучать внутренности моего бывшего корвета. — Вот прогорел у тебя контур охлаждения реактора. Прямо в прыжке. Запасного узла нет, до ближайшей станции неделя хода, а температура ползёт вверх, так что примерно через час у тебя в трюме будет маленькое, но очень злое солнце. Что делать?

— По уму нужно менять узел, тут и думать нечего, — ответил Роан. — Только где его в прыжке взять, особенно если запасного нет? Значит, по уму не получится. Трогать сам контур без толку, значит, остаётся только один путь. Я бы снял магистраль с резервной системы жизнеобеспечения, она в прыжке всё равно вполсилы молотит, и перекинул на реакторный контур. Переходник точить некогда, значит, снял бы оросительную трубку с любого механизма. Давление должно выдержать. Кинул бы всё это отдельным контуром, да загерметизировал стыки ремонтной пеной. Что касается тепла, то его выводим на внешний радиатор корпуса. Вот, теперь можно ползти до ближайшей станции. Грязно, конечно, зато живой. Красотой я бы уже в доке занялся.

В ангаре стало тихо. Рорк медленно вылез из люка и встал напротив Роана.

— Оросительную трубку, — повторил он задумчиво. — На реакторный контур.

— Ну да, — Роан пожал плечами, искренне не понимая, что сказал нечто особенное. — Давление держит, диаметр подогнать дело пары минут. То, что не по правилам, так в прыжке правила тепло отводить не станут.

Рорк повернулся ко мне с выражением искреннего удивления. Наверно, наш техник хотел сказать много чего, но при Роане он делать этого не стал, поэтому ограничился общими фразами:

— Надо брать, — заявил Рорк. — Я бы до оросительной трубки не допёр, врать не буду. Решение рисковое, но рабочее, тут уже гарантию дать могу. Так что берём, научим его пользоваться нормальными инструментами, а не этим хламом.

— Хлам у тебя в штанах! — тут же заявил Роан. — А я этими инструментами уже лет десять как работаю! Каждый из них знаю, как родной!

— Знаешь, дружище, пора тебе отсюда уходить, — произнёс я, переводя тему. — Хочу забрать тебя на линкор. Готов стать главным техником?

— Делать мне больше нечего, — пробурчал Роан. — Главные с отчётами возятся, их до железа не допускают. Нет, Каэль, главным точно не буду, не упрашивай. Обычным пойду. Видел я уже твой линкор — все программы на планете только о нём сейчас. Хорошая машинка, хотел бы я в такой поковыряться. Но точно не главным.

— Ковыряйся, — согласился я. — Только не один. Ты на этой планете знаешь всех, кто дружит с железом. Мне нужны именно такие, кто умеет из ничего слепить конфетку. Есть знакомые на примете? Берём всех.

Роан кивнул и начал перечислять имена всех чудаков, кто латал местные комбайны проволокой и чистым упрямством. К вечеру у меня был список из трёх десятков техников, получивших лучшую во всей галактике рекомендацию. С пилотами вышло ещё проще — стоило Каллисам и Мерванам пустить информацию о том, ради чего на эту планету явился виконт Вераский, как к нам нагрянуло несколько сотен парней и девушек, для кого «скорость» была смыслом жизни. Ещё через сутки прибыло несколько сотен людей просто для работы на гигантском корабле. Корабль на три с половиной тысячи человек — это маленький летающий город. И этот город кто-то должен кормить, мыть и чинить, пока остальные заняты высоким искусством общения с ксорхами или пиратами.

— Кукла, твой выход, — заявил я, призвав с линкора Элиссандру. — У нас четыре сотни кандидатов. Нужно покопаться в их мозгах и выяснить, кто чем дышит. Всех, в ком сомневаешься, бракуй.

Элиссандра осталась с нами даже после того, как мы официально покинули РСМ. Точнее, покидать-то мы её не покидали, но теперь «Груваке» не требовалось место стоянки. Малый крейсер прекрасно ощущал себя внутри «Малыша». Что же касается линкора, с ним пока сложно. Отдавать корабль республиканцам точно не хочется. Впрочем, как и всем остальным.

Девушка лишь обречённо вздохнула и поплелась к собравшимся с видом мученицы, идущей на эшафот. Правда, буквально через мгновение рядом с ней возникли двое и настроение Элиссандры заметно улучшилось. Ториан слева, Орин справа. При этом они уже не грызлись за внимание своей ненаглядной. Кажется, у нас тут намечается нечто интересное. Что касается Элиссандры, несмотря на странности в отношениях, своё дело она знала. Через её сито не проскочит ни один проходимец.

Два дня спустя я стоял на обзорном мостике «Малыша», наблюдая за планетой. Работа кипела, причём сразу по всем фронтам. Чем хорош Агрис? Не только своими людьми, которые постепенно начали заселять линкор, но и продукцией. На Крейде нас, конечно, снабдили всем необходимым, но только не первое время. Уйди мы в какой-нибудь долгий рейд, еды бы не хватило. А тут так удачно подвернулась сельскохозяйственная планета. И у нас так удачно имелись свободные кредиты. В общем, скупились мы основательно, пополнив казну Арданов на добрых десять миллионов. Дорого, конечно, но это были запасы высшего качества, которые моя бывшая семья готовила для продажи Соларионам. Нам теперь хватит надолго.

— Ксорх, есть разговор, — произнёс подошедший Аларик. А дальше произошло то, чего я ещё ни разу не видел. Аларик замялся.

— Речь про базу? — предположил я. — В РСМ нам теперь нельзя, в империи тоже неспокойно.

— С базой я подойду чуть позже, — ответил Аларик. — Пока Крейд даёт нам пристанище, думать о будущем рано. С нуля базу мы всё равно не построим, значит, придётся либо арендовать место у какого-то крупного дома, либо отбивать её у пиратов. Я за второй вариант, но, как уже сказал, это дела будущего, пусть и не так отдалённого. Я к тебе подошёл по другому вопросу. Отец узнал, что ты сделал меня командором. В общем, держи.

Аларик протянул мне красиво распечатанную бумажку. Доставить её на Агрис никто не мог — кораблей за эти два дня не приходило, так что её Аларик сделал сам.

«От лица великого дома Лиардан приглашаю виконта Вераского и его супругу на ежегодный бал, устраиваемый в честь дня создания великого дома Лиардан. Форма одежды парадная, подарок на ваше усмотрение. С уважением, граф Карин Лиардан.»

— И когда у нас это мероприятие? — спросил я, чувствуя подвох.

— Через два дня, — ответил Аларик. — Я сам получил сообщение всего час назад.

— Через два дня…, — задумчиво протянул я. — Вроде не проблема. Или я чего-то не знаю?

— Это не просто бал, — ответил Аларик. — Это смотрины. Великий дом Лиардан занимается драгоценными камнями по всей империи, так что в этот день все стараются подарить главе дома нечто такое, что сможет разжечь в нём интерес. Но такого на моей памяти ещё ни разу не было. Когда человек управляет империей драгоценных камней, его нельзя удивить. Задача сделать так, чтобы глава дома не разгневался. Чтобы он остался нейтральным. Для этого нужен очень достойный подарок. Я прикинул, у нас на складе ничего подобного нет.

— Ну не понравится главе дома мой подарок, что с того? — удивился я.

— Проявление недовольства ставит крест на всей дальнейшей работе с Лиарданами, — ответил Аларик. — Если вызвавший недовольство принадлежит дому, его изгоняют. С тобой просто перестанут работать.

— Через два дня, говоришь, — задумался я. — Мы же можем отказаться.

— Мне пришлось даже распечатать приглашение, — Аларик кивнул на бумагу. — Она именная и имеет свой номер. Глава дома лично одобрил твоё присутствие. Нельзя не явиться, Ксорх. Иначе великий дом Лиардан будет вынужден объявить тебе войну из-за неуважения.

— С чего вдруг вообще твой отец решился на подобный шаг? — спросил я.

— Скорее всего это месть за то, что я выбрал «Малышей», а не управление системами, — предположил Аларик. — Я еду с вами и на месте спрошу у отца, почему он так поступил. Но это будет потом, сейчас же мне нужно дать ответ. Желательно положительный.

— Сообщи графу Карину Лиардану, что виконт и виконтесса Вераские с удовольствием принимают его приглашение, — заявил я. — И запроси доступ для «Малыша» в вашу систему. Мы явимся во всей своей красе.

Аларик кивнул и ушёл общаться с роднёй. Я же долгое время смотрел на Агрис, пытаясь собрать мысли в кучу. Значит, ещё и Лиарданы проснулись? Но с чего вдруг? Ведь у любого действия должен быть свой мотив. У любого!

Понять, почему отец Аларика решил отомстить мне таким странным способом, я не смог. С этим придётся разбираться на месте. Посмотрев на коммуникатор, я долго решал, звонить или писать? Аларик прав — достойного камня у нас в запасах нет. Драгоценности Зорины точно для этого не подойдут. Зато я знал существо, у которого этих камней было много. Наверняка среди них найдётся что-то ценное.

Решил, что звонить не стоит. Может, Латт сейчас занят, мотаясь по галактике. Поэтому написал:

«Хочешь ещё одну сокровищницу пиратов? Могу подогнать в обмен на помощь».

Ответ пришёл практически мгновенно. Причём не в письменном, а в звуковом виде — рядом со мной появился довольный Латт.

— Готовь минимум пятнадцать координат, — заявил он. — Потому что я знаю, во что ты сейчас вляпался. Ещё бы я не знал — я же сам тебя в это вляпал!