Хроники Создателя

Глава I. Два Лика Бытия

На краю бесконечной Мультивселенной, где сливаются законы пространства, времени и судьбы, возвышается город — Сотый — грандиозная структура, каждая ячейка которой содержит в себе целый мир. Здесь, среди золотых мостов и пульсирующей энергии, обитают странники, колдуны, маги и чародейки. Они вплетают свою силу в саму ткань реальности, управляя потоками судеб и поддерживая равновесие Вселенной.

Но даже их знание ограничено. Над сотами, в бездонной темноте космоса, парят Архонты — всевидящие глаза Создателя. Они представляют собой огненные зрачки, окружённые крыльями света, неподвижно наблюдающие за ходом истории. Для тех, кто перешёл в Высшие Миры, Архонты видятся как звёзды. Лишь благославленные знанием тайны мироздания способны видеть глаза самого Люминокса.

Люминокс — верховный Создатель, хранитель баланса, бог с головой серебристого единорога. Он восседает на золотом троне за тремя Великими Вратами, расположенными в самой крайней точке Мультивселенной. Эти врата, покрытые древними рунами, пульсируют энергией неизведанного. Они скрывают тайны, недоступные даже Архонтам.

Но Люминокс — не единственная сущность, властвующая в Бесконечности. В тенях, среди огненных вихрей, скрывается его антипод — Люцифарон. Белоснежный павлин с глазами, пылающими словно раскалённые солнца. Его перья отдают очень лёгким, почти незаметным светло-голубым свечением, будто отражая божественное небесное сияние. Его хвост, раскрываясь, превращается в тысячи острых лезвий, сотканных в веер, прорубающий само мироздание. Он — Второй Лик Бытия. Зеркальный аспект, ведущий с братом холодную войну.

Они — два лика одного бытия: Свет и тьма, порядок и хаос, рождение и разрушение. Пока баланс соблюдён — Вселенная живёт.

Но что случится, если порядок будет нарушен?

Люминокс медленно поднялся со своего трона. Архонты задрожали в воздухе, будто ощущая нечто грядущее. Позади него Врата начали мерцать, их руны вспыхнули, вибрация пространства стала невыносимой.

С другой стороны приближалось нечто.

И Вселенная замерла в ожидании.

В воздухе, пропитанном древней магией, зависли Архонты. Они знали — сегодня что-то безвозвратно изменится.

Люминокс шёл по священной тропе, ведущей в самый конец бытия. Его золотая корона мерцала, отражая огни миров. Он — перворождённый. Он — Страж Баланса. С каждым его шагом, пространство содрагалось. Соты вибрировали, их стены покрывались разломами энергии. Он чувствует это: Вселенная в напряжении, как натянутая струна.

И вот они — Трое Великих Врат.

Они парят в пустоте, покрытые древними рунами, пульсирующие в такт сердцебиению самой Бесконечности.

Люминокс прикасается к руне. Она дрожит под его пальцами, как живая.

— Ты дольше нужного сдерживал баланс, брат.

Леденящий голос пронёсся сквозь пустоту. Люминокс не обернулся, он уже знал, кто там.

— Люцифарон.

Из теней выходит его отражение. Павлин ехидно ухмыляется, смотря на Люминокса, будто на беспомощного младенца.

— Ты не рад меня видеть? — В его голосе звучит насмешка.

— Что ты сделал? — Люминокс чувствовал — что-то не так. Магия Врат дрожит, будто её вскрыли изнутри.

— Я отворил их. — Слова Люцифарона ударили, как молния.

Люминокс сделал шаг вперёд.

— Ты не мог. Они защищены древним заклятием.

— Мило наблюдать твою наивную веру в собственные правила.

И Врата Судеб взрываются. Громоподобный рёв сотрясает Мультивселенную. Из разлома хлещет чёрно-багровая энергия, разрывая мосты и ячейки миров. Сотни магов кричат, пытаясь стабилизировать потоки, но понимая свою беспомощность перед этой мощью. Архонты впервые отворачивают взгляд. Люминокс вскидывает руку — и ловит удар. Тёмная Молния Люцифарона сталкивается с его светом, создавая взрыв, разрывающий пространство. Пылающие руны вспыхивают на его коже.

Люцифарон стоит совершенно спокойно, сложив крылья, его глаза неистово горят.

— Этой Вселенной больше не нужен баланс. Хаос — вот он, истинный порядок! и наконец-то, это место созрело для него.

— Ты обезумел. — Люминокс стискивает зубы и сжимает кулаки, город рушится вокруг них, ячейки погасают одна за другой. — Ты не осознаёшь, что творишь?

— Не переживай. Я прекрасно всё осознаю. Я дал Вселенной то, чего она жаждала миллионами лет.

И бой начинается. Люминокс бросается вперёд — и пространство сгибается вокруг него. Люцифарон исчезает в огненном вихре, переносясь в другое место.

— Ты не изменился, брат. Ещё пытаешься сражаться по старым правилам.

Люминокс метает в Люцифарона копьём света, павлин перехватывает его двумя когтями, мгновенной испепеляя атаку.

— Тебе не победить! — Воскликнул Люминокс. Как вдруг — из Разлома вырывается нечто. Древняя Тьма.

Голоса древних существ шепчут, извиваясь в тени. Они пришли. Люминокс понимает: Люцифарон не только открыл врата. Он призвал что-то потустороннее.

— Ты обезумел!

— Я открыл дверь, которую ты боялся открыть. И теперь, Вселенная действительно потеряла баланс.

И Мультивселенная погружается в Хаос.

ПРОДОЛЖЕНИЕ СЛЕДУЕТ

Глава II. И Богу не чужды грехи.

Как и любое божество, Люминокс не был одинок. Он заручался помощью Совета Восьми — восемь древнейших могущественных сущностей, каждая из которых отвечает за один из аспектов мироздания. Но даже им неподвластны все тайны Создателя.

Среди смертных есть полулюди — смертные, чувствующие зов высших миров. Их называют Странниками. Они рождены на грани двух миров, и обладают силой, которую сам Люминокс предвидел не до конца. Когда-то они были верны Люминоксу, теперь же они — верные слуги Люцифарона, выведывающие тайну бога света, которую тот тщательно охраняет. Те из них, кто способны слышать перешёптывание Архонтов, зовутся Шепталами. Им подвластны знания, которые не должны были быть открыты никогда.

Во всех 313 сотах Сотого Улья обитают маги, колдуны и чародеи — те, кто обрёл силу, но не всегда понимают её цену.

В Мультивселенной, войны между Двумя Ликами Бытия велись тысячелетиями. Пока Люцифарон не освободил древнюю тьму, нарушившую саму ткань реальности. Они — первородные сущности, жившие до того, как Баланс стал реальным понятием. Они — вечная Тьма. Голос, звучащий эхом в бездне миров. И он знал — они ответят ему.

***

Шептуны, известные как Шепталы — странники, чьи умы связаны с Архонтами. Они слышат их, и даже иногда разговаривают с ними. Но среди них были те, кто усомнился в чистоте баланса — они слушали голоса глубже, чем следовало. И услышали нечто новое.

Их вели не Архонты — что-то иное. Глухой зов, древний и короткий. Люцифарон знал, как его использовать. Он дал им обещание — свободу от всевидящего ока. Они жаждали тишины. Они жаждали разорвать связь. И перешли на его сторону. Половина Шептунов пала перед его волей. Они стали его глазами. Они вели его туда, куда сами Архонты не смотрели. В самую тьму.

***

Последняя Битва Люцифарона и Люминокса произошла давно — до катастрофы. Люминокс знал — его брат что-то скрывает. Он видел, как его советники исчезают. Как ячейки гаснут одна за другой. Но он не был готов к тому, что увидит.

Люцифарон стоял в цитадели — в самом центре Сотого Улья. Вокруг него, чёрными языками пламени, извиваясь танцевали тени. Они рвались из разломов, пропитывая воздух первородной пустотой.

И рядом с ним лежало… Тело.

Селестрия — любимая Люминокса. Она была для него всем. Она была дороже тысячи вселенных. И вот, она лежала — погибшая, пропитанная тьмой. Сердце её уже не билось. Ихор в её венах, божественная кровь, был весь заражен чернотой.

— Ты не оставил мне выбора, брат. — Почти с жалостью произнёс Люцифарон, сжимая тёмное лезвие. Он провёл оружием из чистой тьмы по глазу жертвы. — Oculus pro oculo, cor pro corde.

Люминокс не закричал. Не бросился вперёд. Он просто сжал кулаки. И мир взорвался.

Армии сошлись в битве. Такой, какой не было с момента создания Мультивселенной. Армия Люминокса — белые рыцари, ведомые высшими магами, выступили против Последователей Люцифарона — существ, погружённых во Тьму, способных резать реальность словно тонкую ткань. Миры рушились. Мосты горели. Люминокс и Люцифарон сражались отдельно от армии, сойдясь в легендарном поединке. Но Люминокс не хотел убивать. Он искал способ остановить брата. И нашёл его. Заклинание столь древнее, что его имя стерлось из памяти. Оно не убивало. Не разрушало. Оно сковывало. Когда свет Люминокса взорвался в последний раз, Люцифарон был заточён, его последователи — рассеяны, а шепталы разорваны между двумя сторонами войны. Совет Восьми был почти уничтожен. Остался лишь один. Люминокс не чувствовал победы. Он чувствовал пустоту.

***

Всё, что было создано, однажды разрушается.

Заклинание, сотканное Люминоксом, продержалось столетиями. Но последователи Люцифарона не исчезли. Они затаились в тенях, перебирая древние Фолианты, собирая силы, изучая магию и ища способ сломать древние узы. И в сотой из 313 ячеек, тюрьма Люцифарона начала трескаться. Они нашли способ. Великая битва была неизбежна. Люминокс знал: Если Люцифарон снова вырвется, он не просто нарушит порядок.

…

Он уничтожит ВСЁ.

ПРОДОЛЖЕНИЕ СЛЕДУЕТ…