Хроники первой книги

1 глава

— Алекс, ты собрался? — прозвучал голос женщины.

— Да, мам! — прокричал мальчик, закрывая чемодан.

— Спускайся вниз, мы выезжаем через двадцать минут.

— Хорошо, — голос эхом раздался в пустой комнате.

Все вещи были собраны, ничего не осталось. Алекс еще раз окинул комнату взглядом, чтобы проверить, все ли он взял с собой. Он подошел к окну. Снаружи был все тот же дуб и маленькая детская площадка, на которой Алекс был от силы раза три. Он легко провел ладонью по подоконнику. Столько вечеров он просидел здесь с книгой. Странно, но грусти не было. Только любопытство.

Мальчик снова огляделся. Только кровать и шкаф заполняли пространство. Даже полки были сняты и сложены в багаж. На обоях остались следы от стоявшей около стен мебели. В груди все трепетало от чувства предвкушения. Так же, наверное, чувствуют себя дети в ночь перед праздником, когда сон никак не приходит, потому что впереди ждет что-то новое, неизведанное, но, наверняка, удивительное и чудесное.

Почти ничего не держало его здесь. Никто не написал ему перед переездом. Даже классный чат молчал. Алекс усмехнулся. Пожалуй, так даже проще.

Мальчику было легко оставить это место, он ни о чем не жалел.

Он пробежал два лестничных пролета и оказался на улице. Погода стояла прекрасная. Редкие лучи солнца, прорываясь сквозь крону дуба, ласково грели лицо. Малышня с визгом носилась по детской площадке.

Алекс еще раз огляделся, чтобы внутренне попрощаться с этим местом окончательно. Но что-то непонятное заставило его насторожиться. Все нутро кричало, что в пространство закралась ошибка.

Мальчик решил не обращать на это внимание, проигнорировал чутье и сел в машину. Только когда он оказался в замкнутом пространстве, понял, что на улице не было ветра, но листья дуба почему-то продолжали легко шелестеть, приводимые в движение неведомой силой.

***

Александру с семьёй предстояло переехать в новый дом. Как он понял из объяснений мамы, им в наследство досталось большое строение. Оно принадлежало двоюродному деду отца, Аркадию Львовичу. Однако наследников кроме семьи Алекса не было, поэтому не оставалось ничего другого, кроме как принять дом. Долгов за дедом не значилось, так что после того, как уладили все нюансы, отец Алекса вступил в наследство. Теперь всё семейство было в предвкушении. Ведь предстояло оставить съемную квартиру и переехать в новое, уже свое, жилье.

— А там есть сад? — спросил Алекс, сидя на заднем сиденье машины.

— Конечно есть, это же частный дом, — ответил отец.

Он сосредоточенно вел под завязку набитый автомобиль: прицеп все время норовил дернуть машину в сторону. Видимо, неравномерно распределили вещи, все же торопились.

— Теперь мне можно будет завести собаку? — не унимался мальчик.

— Там есть пёс. Бруно, — терпеливо отвечал отец.

— Круто! Буду его дрессировать! — радости юнца не было предела.

— Ага! Как бы он нас дрессировать не начал. Он достаточно большой и старый, вряд ли чему-то будет учиться.

— Ну, посмотрим, не нужно загадывать, — помогла мама. — Вдруг, Бруно уже дрессированный?

Родители переглянулись, Алекс озадаченно посмотрел на них. Дальше путешествие проходило в тишине. Только на заднем сиденьи иногда слышно было какое-то шуршание и шелест.

— Чего это ты там затих? — поинтересовался Владислав Андреевич, глядя в зеркало заднего вида.

Ольга Павловна, мама Алекса, повернулась, чтобы узнать, чем занят сын.

— Я составляю план на остаток лета. Теперь у меня появится много дел, — очень серьезно проговорил юноша.

Карандаш едва успевал ставить пометки в разных пунктах плана. Вдруг кончик карандаша треснул и раскрошился. Алекс, не прерываясь, достал из пенала точилку и быстро его заточил. Ничто не могло помешать наполеоновским планам парня.

— Ого! Да ты еще более занятой нежели я! — усмехнулся отец.

— Смотри не перетрудись, — подхватила мама. — Тебя может быстро укачать в машине, если продолжишь писать.

— Я помню. Мне немного осталось.

Лист быстро заполнился пометками, но это не избавило от неприятных чувств, что зарождались глубоко внутри. Алекса все же укачало, и теперь он старался глубоко не дышать и смотреть на линию горизонта. Для этого ему пришлось сесть посередине.

— Можно посмотреть на твои планы? — с улыбкой спросила мама.

— Да. Смотри. Тут ничего криминального, — буркнул Алекс, легкая тошнота давала о себе знать.

— Познакомиться с Бруно, — мама начала зачитывать список вслух, — исследовать библиотеку (если она есть), осмотреть чердак (если там что-то есть), построить дом на дереве.

Папа нахмурился.

— Так. Дом без меня не строить. Помощь инженера точно пригодится. Все остальное делать дозволяю! — хитрая улыбка появилась на его лице, быстрый взгляд оценил, как сын воспринял шутку.

Алекс захохотал:

— Ах так! Дозволяешь, значит? Ну спасибо, Ваше Благородие. Когда изволите план проекта согласовать?

— Как только с работой станет попроще, так сразу.

Ольга Павловна с улыбкой наблюдала за забавным диалогом своих мужчин.

— Ты снова пропадёшь на своей работе, — насупился Алекс.

— Милый… — начала было Ольга Павловна, попытавшись сгладить ситуацию.

Но Владислав Андреевич твердым голосом перебил ее:

— До конца этого месяца крупный проект будет закончен. Я обещаю, что мы обязательно будем проводить с тобой больше времени. А пока нужно помочь обустроиться в новом доме. Разобрать вещи, немного помочь маме с ремонтом, если он понадобится. Ты моя правая рука.

Алекс, посмотрел на затылок отца, который продолжал сосредоточенно управлять автомобилем.

— Хорошо, пап. Я не злюсь, я все понимаю. Я люблю вас.

Губы Ольги Павловны дрогнули. Не то от попытки улыбнуться, не то от грустного осознания, что их мальчик уже совсем взрослый.

Алекс положил руку на плечи родителям, а они своими руками накрыли его в знак молчаливого согласия и признания, что они тоже его очень любят. Мама повернулась к сыну и ласково прикоснулась к его лицу, потом повернулась обратно.

В машине воцарилась тишина, и только легко играла музыка из динамиков и было слышно шуршание шин по асфальту. Дорога была неблизкая, семье пришлось сделать две остановки, чтобы заправить автомобиль, сходить в туалет и подкрепиться. Музыка, что была сохранена на флеш-карте играла уже по третьему кругу. Это давало Владиславу Андреевичу возможность не заснуть за рулем. Иногда Алекс засыпал отца вопросами, которые то и дело появлялись в его любознательной голове.

Спустя некоторое время после последней остановки, под колесами зашуршал гравий: авто съехало с трассы.

— Насколько я помню, осталось совсем немного, — задумчиво произнес отец семейства.

Алекс уставился в окно. Пейзажи стали резко сменяться. Если до этого путников сопровождали степи и редкие заправочные станции, то теперь за окном стали появляться густые деревья. Сначала по одному, но дальше их стало больше и они превратились в полноценную аллею, что провожала семью к новой неизведанной жизни.

Алекс с любопытством рассматривал окружение. Он пытался сохранить в своей памяти как можно больше. Он ожидал увидеть в конце аллеи тяжелые металлические ворота, что открывались бы с громким скрипом, а краска на них была бы только номинально, оставаясь на отдельных частях металлических перекладин.

Однако ожидания не оправдались. Машина въехала на задний двор дома, что визуально заполнял собой всё пространство. Складывалось впечатление, что кроме этого дома на территории ничего нет. Он выглядел настоящей громадиной: великая кирпичная постройка в два этажа. Темно-коричневые кирпичи выглядели безумно древними, местами был виден зеленой мох, или же это было лишь игрой уставшего воображения, потому что под другим углом мох менялся на сколы в камнях. Было ощущение непостоянства и таинственности.

Окна зияли темными дырами, складки штор было плохо видно: свет солнца почти не попадал на задний двор, из-за чего он казался темным и таинственным.

Машина медленно остановилась. Домочадцы уставились на дом в немом восхищении. Он предстал перед ними не как обычный кирпичный деревенский домик, а как замок. В непосредственной близости дом казался еще выше и массивней. Высокий фундамент создавал впечатление крепости и устойчивости. Постройки вокруг нисколько не портили впечатление от дом. Наоборот, казалось, что это все один организм. Да, дом выглядел живым. Воображение мальчика рисовало яркие картины всевозможных мистических штук, что могут произойти в их новом доме.

Алекс не мог оторвать взгляда от здания. Он запрокинул голову. Дом будто не заканчивался. Даже чтобы рассмотреть крышу, пришлось сделать несколько шагов назад.

Пока взгляд мальчика блуждал по выступам дома и окнам, что-то задержало его внимание на одном окне второго этажа. На мгновение показалось, будто рядом с занавеской кто-то стоит. Алекс моргнул. Это была лишь складка ткани. Но мурашки пробежали по его телу. Занавеска слегка колыхалась.

***

Владислав Андреевич разгружал прицеп машины, выставляя вещи на крыльцо у черного входа.

— Грузчики будут с минуты на минуту, — сообщила мама мальчика, положив трубку.

— Хорошо, тогда эту работу я оставлю для них, — улыбнулся Владислав.

Последняя коробка из прицепа была выставлена на крыльцо. Мужчина пошел в гараж, чтобы проверить, есть ли там место для машины и прицепа. Как позднее выяснилось, места было много, но куча хлама занимала всё пространство гаража, поэтому припарковать авто не было возможным.

Двор представлял собой кучу небольших разрозненных вещей, которые лежали в беспорядке. Около крыльца дома красовалась небольшая клумба с увядшими лилиями. Недалеко от сарая поскрипывали старые проржавевшие качели без одной доски на сидушке.

Алекс еще раз осмотрелся в надежде увидеть большую собаку, но никого кроме его родителей во дворе не было. Он глубоко вдохнул. В нос ударил запах яблок. Где-то в зарослях двора была яблоня. Наверняка можно будет что-то из них сделать.

Ольга Павловна все это время была занята распределением ролей и звонками, чтобы закончить с переездом уже сегодня. Не хотелось бы спать непонятно где и на сомнительном постельном белье.

— Мам. Ты не видела собаку во дворе?

Ольга Павловна осмотрелась и отрицательно качнула головой.

Мальчик еще раз осмотрел двор, потом медленно опустил голову. Значит Бруно здесь нет. Алекс еще постоял так несколько секунд, вздохнул, подняв голову и продолжил искать четвероногого друга. Вдруг он улегся где-то в тенечке.

— Алекс, можешь идти в дом и выбирать комнату, — крикнула мама, оторвавшись от телефона, прикрыв микрофон рукой.

— Я могу выбрать все что мне захочется? — Алекс оторвался от поисков.

— Да, только зал на первом этаже общий. Советую осмотреть второй.

— Хорошо, мам! — Алекс уже взял свой рюкзак и пошел ко входу.

Дверь черного входа была тонкой и деревянной с облупившейся бордовой краской. Но странно, что на ручке не было паутины. Когда мальчик взялся за нее, она была очень гладкой и слегка теплой, хотя эта сторона дома находилась в тени. Ключ с легкостью повернулся в скважине. Тонкий скрип поприветствовал нового хозяина.

Сначала мальчика встретила темнота и запах сырости, из-за чего он резко остановился. Постепенно глаза привыкли к полумраку, и очертания мебели стали более четкими и узнаваемыми.

Дверь черного входа вела на кухню. Она была достаточно просторной: можно было без труда устроить застолье на пятнадцать человек, не перемещаясь в гостиную. В съемной квартире было так мало метров, что даже завтракая всей семьей, домочадцы значительно теснились, чтобы всем хватало места. В этом же доме кухня поражала своими размерами, и всё было оборудовано по последнему слову техники. Хороший большой холодильник уверенно стоял в углу комнаты. Над широкой блестящей плитой висела хромированная вытяжка. Столешница кухонного гарнитура представляла собой гранитный монолит, слегка покрытый пылью.

Видно, что здесь давно никто не хозяйничал: местами на мебели и в углах помещения скопилась тенёта, а на полу был довольно солидный слой пыли, что в углах она превратилась в комки, которые перекатывались с места на место при малейшем движении воздуха.

Алекс щелкнул выключателем, но ничего не произошло, свет не включился. Под потолком были обычные лампы в форме круглых таблеток. Видимо, питание отключили, прежде чем передавать дом. Мальчик пошел в глубь кухни, чтобы проверить еще один выключатель, который находился на противоположной стене. Результат остался тем же. Алекс пожал плечами, достал телефон и включил на нем фонарик. Внезапно луч света выхватил из темноты что-то страшное и лохматое, мальчик аж вздрогнул от неожиданности и чуть не уронил телефон. Он успокоился, когда понял, что перед ним швабра, которую не удосужились убрать как положено, просто бросили в углу кухни верх ногами.

Алекс хихикнул и пошел дальше. Больше никаких неожиданностей не было. Поднявшись на второй этаж, парень снова попытался включить свет, и на этот раз все получилось. Значит, уже приехали мастера и питание уже восстановили.

Внизу шумели грузчики, которые разгружали газель. Надо было поскорее выбрать комнату, потому что как только машину разгрузят, то начнут разносить крупную мебель по комнатам.

Второй этаж не радовал разнообразием, все комнаты были похожи друг на друга, но осталась еще одна, которую Алекс не успел осмотреть.

Как только он открыл дверь, лучи закатного солнца ослепили парня. Свет заливал все пространство, из-за чего оно казалось бесконечным. Помещение казалось знакомым, все здесь было приятно и привычно. Комната сразу понравилась Алексу, и он решил остаться здесь, быстро скинул рюкзак на кровать, которая была заправлена очень ровно, даже слишком. Под рюкзаком тут же образовались мелкие складки покрывала. Больше в комнате ничего не было. Единственное, что еще отметил Алекс, это то, как сделан ремонт. Стены покрывали новые обои, потолки были хорошо отделаны, пол покрыт деревянным паркетом, а окно было на полстены да еще и выглядело дорого.

— Алекс, ты выбрал комнату? — снизу прозвучал голос мамы.

— Да, мам! Прямо около лестницы, — Алекс подошел прямо к перилам.

Ольга Павловна появилась снизу.

— Сейчас грузчики поднимутся, чтобы занести в комнату шкаф и кровать, — произнесла женщина.

— А тут есть кровать, вроде, хорошая, — Алекс ткнул большим пальцем в сторону комнаты.

Ольга Павловна быстро поднялась, чтобы самой проверить имеющуюся мебель. Когда она убедилась, что ложе качественное и практичное, то приняла решение внести всё кроме кровати, но постельное с матрасом потом все же нужно будет поменять.

Удовлетворенная осмотром она удалилась, а Алекс остался наедине со своей новой комнатой. Он подошел к окну, чтобы ознакомиться с новым пейзажем. Окно как раз выходило на передний двор. Солнце клонилось к горизонту из-за чего окрашивало все в оттенки золотого.

Подъездная дорога была тщательно убрана, клумбы прибраны. Забор и ворота аккуратно окрашены в бордовую краску. А за забором стоял высоченный дуб, очень похожий на тот, что стоял около его прежнего жилья. Алекс бросил быстрый взгляд на листву. Она слегка шевелилась в отличие от стоящих рядом деревьев.

2 глава

Комната постепенно наполнялась вечерними звуками нового дома. Где-то внизу негромко переговаривались родители, время от времени хлопала дверь, скрипели половицы, глухо передвигалась мебель. Алекс лежал на кровати, заложив руки за голову, и прислушивался. Дом был непривычным. Незнакомым. Но почему-то не казался чужим.

В углу все еще стояли неразобранные коробки. На одной из них крупными буквами было написано: “КНИГИ”.

Улыбнувшись, Алекс сел на кровати, подтянул коробку поближе и осторожно ее открыл. Сверху лежали любимые книги — те самые, которые он настоял взять с собой в машину, а не отправлять в грузовике вместе с остальными вещами. Он провел ладонью по разноцветным корешкам, словно здороваясь со старыми друзьями.

— Ну что, — тихо сказал он самому себе. — Похоже, теперь это и ваш дом тоже.

Несколько минут он перебирал книги. Одни хотелось перечитать снова, другие пока оставить на потом. Наконец взгляд остановился на потрепанном приключенческом романе. Название и имя автора уже давно стерлось с обложки и с корешка. Алекс открыл книгу почти наугад и, устроившись поудобнее у окна, погрузился в чтение.

Лампа в комнате слабо освещала пространство. За окном уже совсем стемнело. Лишь огромный дуб едва различался на фоне звездного неба. Его раскидистые ветви казались неподвижными, но почему-то Алексу показалось, что дерево наблюдает за домом так же внимательно, как и сам дом — за своими жильцами.

Он тряхнул головой и снова опустил взгляд на страницу.

Как всегда бывало с хорошими книгами, окружающий мир исчез уже через несколько минут. Не стало ни новой комнаты, ни старого дома, ни усталости после переезда. Осталась только история.

— Алекс! — донесся снизу мамин голос. — Уже поздно. Пора спать.

— Сейчас! Еще одну главу! — машинально ответил он, даже не отрывая взгляда от книги.

— Ты так каждый раз говоришь.

Он невольно улыбнулся. Мама была права.

Через несколько минут Алекс все же закрыл книгу и выключил свет. Комната мгновенно погрузилась в темноту.

Он лежал неподвижно почти минуту.

Потом потянулся к прикроватной тумбочке, достал небольшой плоский фонарик с прозрачной пластиной для чтения, который предусмотрительно положил туда, и снова открыл книгу.

Мягкий свет разлился только по странице, не освещая всю комнату.

— Вот теперь точно последняя глава, — едва слышно прошептал Алекс.

Неизвестно, сколько времени прошло. Он не заметил, как строчки начали расплываться перед глазами. Буквы смешались в длинные дорожки, похожие на тропинки, а потом и вовсе исчезли.

Книга едва не упала ему на лицо. Внезапно свет от фонарика померк. Стало темно. Не видно было ни окна с взошедшей луной, ни стен. Чувствовался запах старой листвы, сладкие ноты трав. Рядом зашумела вода.

“Наверно по трубам течет”, — подумал Алекс.

Вдруг послышался звук перелистывания страницы. Мальчик вздрогнул. Затем звук повторился.

Он попробовал пошевелиться, но тело сковало.

Кто-то продолжал медленно переворачивать страницы.

Алекс попытался закричать, но ни звука не прозвучало.

Тут шуршание страниц прекратилось. Точнее, постепенно сошло на нет. Его заменил шелест листьев на деревьях. Легкий ветерок коснулся лица мальчика. Казалось, теперь ветер переворачивает страницы неведомой истории.

Медленно перед глазами появился слабый брезжущий свет. Солнце редко пробивалось через листву деревьев. Но шелестели не они. Звук шел издалека.

Алекс пошел на этот звук.

Он не видел дороги. Но почему-то был уверен,что не заблудится.

Деревья расступались перед ним. Впереди показался огромный дуб.

Старый.

Могучий.

И такой знакомый.

Его ветви уходили так высоко, что исчезали в тумане. На коре появился мягкий серебристый отблеск, точно кто-то прикоснулся.

Алекс медленно подошел к дереву и коснулся там, где только что был всполох.

Шелест усилился. Кора дерева встретила руку теплом и шершавостью выступов. Алекс провел пальцами, ствол дерева легко пульсировал, рука будто приклеилась.

В этот момент листва зашелестела громче, звук стал похож на громкий шепот. Он становился громче и громче, пока не зазвенел в голове набатом. Алекс был уверен: если сейчас поймет хотя бы одно слово, то никогда больше его не забудет…

Дребезжащий звук вырвал Алекса из сна. Он пытался вспомнить, что слышал во сне, но не смог вспомнить ни одного слова.

Несколько секунд он лежал неподвижно, не открывая глаз. Сон еще не отпустил его окончательно. Перед внутренним взором все еще стоял огромный дуб, уходящий ветвями в серое небо, слышался тихий шелест, похожий одновременно и на ветер, и на шелест переворачиваемых страниц.

Он пытался вспомнить слова, которые слышал во сне. Ему казалось, что слова были четкими и конкретными, чудилось, что эти слова очень важны и их нужно было запомнить. Но память словно нарочно стирала их.

Мальчик открыл глаза. Незнакомый белый потолок. Высокое окно. Светлые стены. И только через несколько секунд он вспомнил:

— Точно! Мы же переехали.

Двор за окном был залит солнцем. Тени от дубовой кроны танцевали на тротуаре за забором. Листья слегка покачивались от утреннего ветерка.

Алекс подошел к окну.

С высоты второго этажа все было как на ладони. Подъездная дорожка, посыпанная гравием местами заросла травой, но она не осмелилась захватить все пространство. Вдоль забора снаружи густые кусты выглядели неухоженными, а огромный дуб притягивал взгляд так же сильно, как и вчера.

“Странное дерево”, — подумал Алекс.

Ему даже захотелось спуститься вниз, подойти к дереву и прикоснуться к шершавой коре, прямо как во сне.

Снизу, со стороны кухни донесся звон посуды.

— Алекс, проснулся? — раздался мамин голос.

— Да!

— Спускайся завтракать!

Он еще раз посмотрел на дуб, потом показал двумя пальцами на свои глаза, затем повернул их в сторону дуба, давая дереву понять, что он за ним следит, и вышел из комнаты, улыбнувшись своей выходке.

На кухне пахло горячими тостами, омлетом и свежезаваренным чаем. Помещение уже не выглядело таким заброшенным.

Отец сидел за столом с кружкой кофе и просматривал какие-то бумаги. Из глубины зала снова донесся дребезжащий звук.

— Доброе утро, — улыбнулся Владислав Андреевич. — Разбудили тебя?

— Доброе. Да нет, я сам проснулся, — пожал плечами Алекс.

— Мне разрешили взять с конторы пару мастеров, чтобы они быстро разобрались с мебелью и разными нюансами в доме. Они будут здесь до вечера, — будто извиняясь, произнес отец.

— Здорово же! Считай, вчера приехали, а завтра уже можно жить здесь без забот, — поддержала мама, разделяя омлет в сковороде и раскладывая порции по тарелкам.

— Ну как первая ночь? — продолжил отец.

Алекс задумался.

— Странная.

— Почему? — мужчина на мгновение оторвался от бумаг.

— Дом… словно все время издает какие-то звуки.

Отец усмехнулся.

— Старые дома никогда не молчат. К этому быстро привыкаешь и потом уже не можешь жить в абсолютной тишине.

Алекс уже хотел было рассказать про сон, но передумал. Казалось, если произнести его вслух, он окончательно исчезнет.

И про дерево за окном тоже пока решил ничего не говорить.

После завтрака родители сразу занялись делами. Отец уехал с документами и инструментами, а мама начала разбирать коробки в гостиной. Алекс некоторое время помогал ей переносить вещи.

— Осторожнее, там осуда! — в который раз повторила мама.

— Знаю.

— Ты каждый раз так говоришь.

— Потому что каждый раз помню.

— Подождем первого скола.

Они рассмеялись.

Когда последняя коробка в комнате была разобрана, все вещи оказались на своих местах, Ольга Павловна вытерла руки полотенцем.

— Все, теперь можешь исследовать свои владения.

Едва она успела договорить, Алекс уже испарился за дверным проемом. Он ждал этого с самого начала уборки, но не помочь маме он не мог.

Внутри дом казался таким же большим, что и снаружи. Мальчик медленно переходил из комнаты в комнату, стараясь ничего не пропустить.

На кухне и в зале он уже все изучил. Его интересовали другие помещения.

Под лестницей был небольшой чулан. Дверь без замка буквально манила открыть ее. Внутри не было ничего интересного. Пара сундуков, покрытых пылью, старые часы с маятником. Они давно остановились, но выглядели так, словно стоит их завести — они снова начнут отсчитывать время.

В противоположной от кухни комнаты стояло черное фортепиано. На крышке лежала толстая папка с нотами.

Алекс аккуратно приподнял крышку и осторожно нажал случайную клавишу. Протяжный дребезжащий звук зазвучал эхом в пустой комнате.

— Настраивать надо, — пробормотал он.

— Что это за звуки? — в комнату вошла мама.

Она держала в руках хрустальную вазу, которую сосредоточенно протирала, но фортепиано ее сильно заинтересовало, и она отложила свое занятие.

— Как здорово! Здесь есть инструмент. Скучать не будем! — радостно проворковала Ольга Павловна, любовно проводя рукой по пыльному боку пианино.

— Ага. Только настроить нужно.

— Сейчас проверим.

Женщина ловко открыла крышку, убрав стопку бумаг в сторону, и ее пальцы полетели по клавишам от самых низких нот до самых высоких. Некоторые звучали не в лад.

— Как замечательно!

— Разве? Меня коробит этот звук, — передернулся Алекс.

— Я сама смогу без проблем его настроить. Это и замечательно.

Широкая улыбка появилась на лице мамы. Задорные огоньки вспыхнули в светло-карих глазах, отчего веснушки запрыгали по щекам еще живее.

Алекс сильно был похож на маму. Такие же каштановые волосы, такие же светло-карие глаза и такие же веснушки. Только вместо тонкого и аккуратного носа у него был папин: прямой с маленькой горбинкой.

— Здорово! — мамина улыбка отразилась на лице сына.

В съемной квартире они не могли себе поставить фортепиано, потому что соседи и так из-за малейшего шороха начинали стучать по батарее. А мама была достаточно хорошим музыкантом. Окончив в свое время музыкальную школу, она не продолжила музыкальную карьеру, ушла совсем в другую сферу, но музыку любить не перестала.

— Этот дом нравится мне все больше и больше.

Алекс не стал мешать радости мамы и продолжил исследование. Следующая дверь была прикрыта. Она вела в кабинет.

Посередине комнаты стоял большой письменный стол, за ним стояло старое кожаное кресло. Алекс сел в него и постучал пальцами по подлокотникам.

Сбоку с одной стороны к стене были прикреплены полки с папками и какими-то альбомами.

На столе стояла декоративная чернильница. Несколько чистых бумажных листов лежало на краю стола. Создавалось ощущение, будто хозяин ненадолго вышел и вот должен вернуться.

Алекс подошел к окну. Отсюда хорошо был виден дуб.

— Интересно… ты всегда был таким огромным?

Ответом стал легкий порыв ветра. Листья за окном тихо зашелестели.

Он невольно улыбнулся своей мысли.

— Разговариваю с деревом. Отличное начало новой жизни.

Продолжая исследование, Алекс обнаружил тонкую лестницу, ведущую на чердак. Дверь оказалась заперта. Он несколько раз повернул ручку, но результата ноль.

— Ладно. Потом займусь этим.

Еще будет время.

Спускаясь обратно, Алекс случайно заметил неприметную дверь на втором этаже рядом с лестницей. Она почти сливалась со стеной.

На старой бронзовой ручке лежал тонкий слой пыли, но прямо возле замка было чисто, даже металл блестел, как будто его натерли.

Алекс провел рукой по дереву.

“Наверное, папа открывал, когда осматривал дом”.

Эта мысли показалась вполне логичной.

Он попытался открыть дверь, но и это действо было безрезультатно.

Заперто.

— Ладно. Видно, сегодня не судьба.

***

К вечеру дом заметно преобразился. На окнах появились красивые занавески, запах пыли больше не сопровождал каждое движение.

На кухне тоже стало намного чище и приятней.

В гостиной стоял новый диван. Коробки исчезли совсем, кроме тех, что перекочевали на второй этаж в незаселенную комнату.

Дом постепенно переставал быть чужим.

За окном медленно садилось солнце. Оранжевые лучи ложились на деревянный пол длинными полосами. Некоторые освещали книги, которые Алекс бережно расставил на появившиеся на стене полки.

— Так, сегодня мы без кулинарных изысков, — сказала Ольга Павловна, открывая коробку с пиццей. — Завтра обещаю приготовить что-нибудь домашнее.

— Не возражаю, — ответил отец. — После сегодняшнего дня мне кажется, что даже обычный чай — уже праздник.

— А мне нравится, — улыбнулся Алекс. — Можно представить, что мы путешественники, которые остановились в старом доме.

— И что это за путешественники заказывают наггетсы и пиццу? — рассмеялась мама.

— Очень современные.

Все трое засмеялись.

Дальше ужинали в тишине, каждый сидел и анализировал столь насыщенные на события дни. За окном стрекотали кузнечики.

Отец первым нарушил тишину:

— Ну, исследователь. Докладывай.

— Дом огромный.

— Это мы уже заметили.

— И достаточно странный.

— Странный? Может страшный?

— Не страшный. Просто кажется, будто предыдущий хозяин вот-вот вернется. Предметы в некоторых комнатах лежат , словно их пару минут назад оставили лежать. Местами есть пыль, а где-то предметы чистые, словно их недавно касались. В доме полно чужих воспоминаний.

Родители переглянулись.

— Старые дома всегда хранят воспоминания, — тихо сказала мама. — Мы начнем создавать здесь свои.

— А еще… — Алекс немного замялся. — Около лестницы на втором этаже есть запертая дверь.

Отец кивнул.

— Да, видел.

— Что там?

— Честно?

— Угу.

— Не знаю.

Алекс ожидал, что в комнате будет что-то страшно таинственное.

— Так и не открыли?

— Пока нет. Сначала нужно разобраться с остальным домом.

Алекс задумчиво кивнул.

— А библиотека? — осторожно спросил он.

— Нашел ее?

— Нет.

— Значит еще найдешь.

— Она большая?

Владислав Андреевич на секунде задумался, точно вспоминая что-то.

— Когда я был маленьким, мне казалось, то ей нет конца.

— Ого!

И дедушка проводил там много времени?

— Почти каждый вечер. Это, можно сказать, был его кабинет.

После этих слов Отец неожиданно замолчал. На лице отразилась легкая грусть. Мама осторожно коснулась его руки под столом.

Постепенно разговор сменился обсуждением штор, ремонта и планов на ближайшие дни.

Но Алекс уже не вслушивался . В голове крутилась одна мысль: “Библиотека”.

— Всё! Я доел, хочу скорее лечь спать, чтобы быстрее начался новый день! — заторопился Алекс, засовывая в рот последний наггетс.

— Хорошо! Спокойной ночи, — дуэтом сказали родители.

Мальчик выскочил из-за стола и побежал наверх. Солнце уже зашло, но небо еще играло разными красками зарева. В комнате царил приятный полумрак. Алекс быстро переоделся, умылся, почистил зубы и лег спать. Однако, сна не было ни в одном глазу. Мальчик долго вертелся с боку на бок, пока не лёг на спину и не уставился в потолок, погрузившись в свои мысли.

Они потекли в привычном для него направлении.

Снова придётся идти в школу, знакомиться с новыми педагогами, игнорировать новых одноклассников. Для Алекса это была знакомая процедура, сколько бы он ни пытался познакомиться с кем-то, люди всегда разочаровывали его, заставляли пожалеть его о нерациональном и неинтересном общении с пустышками. Нет, на самом деле Алекс так не думал, просто прочитал в одной книге по психологии. Как он потом понял, тоже не в самой лучшей.

Конец лета тяготил Алекса, ему не хотелось снова проходить через одно и то же. После выходных нужно будет сходить в местную школу и отнести документы, взять список учебников, которые предстоит купить для учебного года. Больше всего ему нравились учебники по истории. Если удавалось прочитать что-то удивительное и захватывающее, он тотчас находил информацию о событии в интернете и вычитывал все, что могло его заинтересовать.

Наступила уже темная ночь, свет от луны проникал в комнату, украшая стену различными узорами. Алекс следил за ними. Они как будто меняли свои очертания, перетекали из одной формы в другую, пока не завертелись серебристыми завихрениями и не приняли объемную форму.

Они уже кружили по комнате, рассыпая серебро по полу. И всё, чего они касались, становилось точно живым: шевелилось, кряхтело, скрипело и охало.

Это привлекло внимание Алекса. Он стал присматриваться к серебристым вспышкам. Они переплетались в воздухе словно перламутр в воде, а лунный свет, попадая на них, будто преломлялся и отражался на стенах причудливыми всполохами. Постепенно в этом сумбуре стали угадываться странные очертания: то появится дерево, то книги, то озеро в лесу, даже животные около этого озера.

Алекса очень заинтересовала игра света, он привстал на кровати, боясь спугнуть эту красоту. Перламутр шевельнулся, как от ветерка. Мальчик встал с кровати и протянул руку, чтобы потрогать его. Сияние потянулось к нему навстречу, легко коснулось пальца. Он ощутил лёгкую прохладу как от тумана. Перламутр казался живым и обвил руку, как будто здороваясь, вихри закружились вокруг тела и полетели в сторону двери. Алекс ощутил сильное желание пойти за ними.

Дверь была открыта. Вихри закружились в клубы, зовя мальчика с собой. Алекс пошел за сиянием.

Оно поплыло в сторону лестницы, мальчик пошел за ним. Пол слегка скрипнул, что спровоцировало вспышку перламутра. Он ярко и неожиданно блеснул, выбросил сноп серебристых искр, и все звуки словно пропали, было слышно лишь легкий шелест серебра в воздухе.

— Даже так можешь?

Алекс спустился по лестнице. Сияние вело его под нее, туда мальчик и пошел, упершись в дверь.

Странно. Пока он днем изучал планировку дома, не замечал этой двери. Дверь в чулан была прямо рядышком.

Алекс с сомнением посмотрел ручку. Она была старой и пыльной, к ней давно никто не прикасался.

Мальчик с настороженностью протянул руку и положил ее на ручку. Металл встретил теплом. Она тонко скрипнула и поддалась. Дверь беззвучно отворилась.

Лунный свет ослепил Алекса. Лишь через несколько секунд он смог разобрать, где находится. Он попал в библиотеку. Полки были заставлены разнообразными книгами, глаза мальчика загорелись, сбылась его давняя мечта: теперь у него есть своя библиотека.

Он подбежал к одной полке и прикоснулся к книгам, вопреки ожиданию они были не в пыли, будто за ними кто-то ухаживал, чистил и берёг. Он прошел по рядам, любуясь всем пространством. Прикасался к каждому корешку. Радость от находки трепетала тревожным чувством где-то внутри.

Алекс глубоко вдохнул. Пахло книгами, появилось чувство уюта, мальчик чувствовал себя дома. Он сразу понял, что будет проводить здесь много времени.

Внезапно снова появился серебряный вихрь, обвил тело мальчика и потянул его вглубь библиотеки. Алекс замялся. Ведь это удача обнаружить такое место и не насладиться присутствием в нем. Неизвестно, куда звал его серебряный поток.

Но мальчик повиновался. Он шел вдоль стеллажа и разглядывал корешки книг. Они были разной высоты с различными надписями, некоторые из их Алекс не мог разобрать, было достаточно темно, свет луны не проникал так далеко, но сияние серебряных вихрей продолжало его вести. Большая часть перламутра собралась около одного места.

Алекс подошел и присмотрелся: на полке стояла старая, но красивая книга, высокая и на вид довольно тяжелая. Он протянул руку, чтобы достать её, коснулся корешка, и ток прошел по всему его телу. Ему сильно хотелось ее взять и просмотреть.

— Твоя душа желает большего, — прозвучал легкий женский голос и эхом разнесся по библиотеке.

Алекс обернулся в попытке найти его владелицу, но никого не нашел.

— Путь будет не из легких, — снова раздалось прямо над его ухом.

Мальчик понял, что голос исходит из серебряных всполохов. Он присмотрелся, перламутр начал колебаться еще сильнее, пока не принял очертания тела девушки.

Она была в прекрасном платье, которое тонко подчёркивало её стан. Он не мог рассмотреть деталей, но она показалась ему самой красивой и притягательной. Он снова протянул руку, в попытке прикоснуться к этому волшебству, девушка в ответ протянула руку к нему и коснулась кончика его пальца. Алекс вздрогнул, в этот раз касание было более ощутимое. Девушка захохотала, голос был похож на шелест листвы.

Внезапно она схватила мальчика за руку и резко притянула к себе, но вместо удара Алекс почувствовал, как погрузился во что-то легкое и прохладное, лицо обдало капельками влаги, издали послышался странный шум, пол потерялся, вместо него чувствовалось что-то рассыпчатое, легкое, что шелестело при каждом шаге.

Алекс не удержал равновесия, попытался схватиться за полку с книгами, но рухнул на четвереньки. Руки уперлись в песок, он был везде, из-за тумана мало что было видно, он уже не был серебряным, дышать было тяжело.