Хроники магического возвышения. Том 2. Ожившие Легенды.

Глава 1

Со дня последних событий прошел год.

* * *

— Москвич, мать твою, ты где там?! А ну бегом сюда, он тут! — раздался истеричный голос моего напарника Сэма.

— Бегу! — выкрикнул я в ответ, петляя по коридорам темного лабиринта.

— Быстрее тащи сюда свою тощую задницу!!! — продолжал кричать Сэм, услышав мой голос, но его тираду прервал оглушительный рык монстра, от чего даже стены и пол начали дрожать.

— Да ну на… Я был прав, это, мать его, минотавр! Минотавр, Карл! — самодовольно закричал я, глядя на огромную махину с бычьей головой, вокруг которой сейчас бегал Сэм, уворачиваясь от его магических атак.

Монстр выглядел впечатляюще: два с половиной метра ростом, огромная бычья голова с мощными и острыми рогами. Тело полностью покрыто мышцами, а из одежды лишь набедренная повязка. Его аура просто окутывала все вокруг, даже от стен веяло его стихиями огня и земли.

— Отвлеки на себя, дай мне подобраться к нему! — закричал Сэм.

— Сейчас оформим! Только шарахни молнией, да посильнее! — согласно кивнул я и, схватив метательные ножи, ринулся в атаку.

— Услышал! — ответил мне Сэм, и с его рук сорвались мощные шаровые молнии, что взлетели к потолку и взорвались, освещая комнату.

— Эй, бычара! Ты чего, попутал? — подскочив к противнику яркой вспышкой, закричал я, пытаясь отвлечь его внимание на себя.

Это сработало, в лабиринте была абсолютная темнота, и наличие света не понравилось местному жителю.

— Граааа! — заревел зверь, прикрывая свои глаза руками и, направив на меня рога, попытался боднуть.

Тоже мне умник, глаза-то закрыты! Отскочив тенью назад, я сразу метнул в него два ножа, но те просто отскочили в сторону, словно я метнул их в камень. Монстр почувствовал, что я попытался его ранить, и закричал от этого еще сильнее, и, уже видя мою светящуюся в темноте левую руку, рванул опять на меня, словно на красную тряпку.

— Давай! Торро! Мать твою! — размахивая рукой, закричал я, выманивая противника, и тот не заставил себя ждать. Уж не знаю почему, но при наличии такой магической мощи он предпочитал биться в рукопашную, хотя, раз его кожа прочна как камень, может, это и неплохая идея. Но если его не берет обычное железо, то в моем арсенале есть кое-что получше. — Сэм, готовься! — закричал я своему напарнику.

— Да я как пионер, дай только место для маневра! — ответил парень, остановившись в проходе из комнаты.

Минотавр мчался на меня, но я в последний момент отскочил ему за спину, выманивая на середину комнаты. Эта махина сразу остановиться, разумеется, не смогла, все же он большой и тяжелый. Своими рогами он врезался в стену, разбивая перегородку в мелкую крошку из камней.

— Хрена се, а мы даже царапины на ней оставить не смогли. — удивившись, сказал вслух я.

— Грааа! Рааа! — начал гневаться монстр, видя, что повредил свое творение, его глаза стали еще более красными, а из ноздрей двумя потоками, словно из огнемета, полилось пламя.

— Иди сюда! Торро! — закричал я, размахивая рукой.

Минотавр, не долго раздумывая, помчался в мою сторону, пытаясь сбить меня с ног, но на это и был расчет. За пару метров от него я провалился в тень и появился аккурат за его спиной, а затем, что было силы, превратив правую руку в лезвие, сделал взмах, кончиком касаясь его ахилловых сухожилий. Ноги минотавра тут же подкосились, и он рухнул на колени, взревев от боли. Тем не менее, раны тут же начали затягиваться, а я, получив ту самую секунду, тут же тенью отскочил назад.

Громкий электрический треск разнесся по коридорам лабиринта, и яркая вспышка пролетела в непосредственной близости с минотавром.

Сразу наступила тишина, противник замер в одном положении, а сразу за ним появилась фигура Сэма. Он стоял ко мне спиной, сжимая в вытянутой в сторону правой руке катану с синим лезвием, по которому начали стекать капельки крови. Он повернул катану лезвием вниз и, сделав короткий взмах, стряхнул с нее кровь на пол, а после, пафосно крутанув ее вокруг кисти, с щелчком вставил в ножны. Голова минотавра тем временем упала с плеч, а затем и он сам завалился на бок.

— Позер! — хохотнул я, глядя на него.

— Да пошел ты! — отмахнулся он от меня, при этом не скрывая самодовольной улыбки.

— Ладно, вырезай ядро и пошли отсюда, кажется, без подпитки его магией лабиринт начнет рушиться. — предположил я, видя, что стены начали покрываться мелкими трещинами.

— А чего сразу я? Ненавижу в потрохах копаться! — возмутился Сэм.

— Ты убил, ты и вырезай, можно подумать, я от этого кайф испытываю! — парировал я его недовольство.

— Так ты тоже в этом участие принимал, так что давай сам! — не теряя надежды улизнуть от вскрытия, сказал мне Сэм.

— Не-а! Последний удар за тобой! Как говорится, кто последний, тот и папа! Давай, меньше слов, больше дела!

— Аааа! Чтоб тебя! — пнул голову минотавра Сэм и склонился перед его тушей, достав из ножен вакидзаси. — Ого, вот это трофей! — морщась от неприятной работы, сказал напарник, достав из груди монстра ядро размером с шар для бильярда, при этом он был наполовину красным, а на вторую половину зеленым.

— Начальство будет в восторге. — согласно вякнул я. — Пошли отсюда, пока нас не завалило. — добавил я.

— Вот знаешь, Москвич, я в шоке от твоей находчивости! Это же надо было до такого додуматься, пойти в лабиринт с клубком ниток! Я думал, что у тебя крыша поехала, а нет, работает! — радостно сказал Сэк, когда мы шли к выходу по светящейся в темноте нити, лежащей на полу.

— Ты это сейчас серьезно сказал? — подняв одну бровь, изумившись, спросил я.

— Ага! Я бы до такого точно никогда не додумался! Ты прям гений, все легко и просто. — согласно кинул парень.

— А ты что, книжки в детстве не читал? Ну там мифы, легенды, сказки? Ну или мультики на худой конец? — уточнил я.

— Не, читать терпеть не могу. А мультики, кому эта хрень нужна? Вот аниме я, наверное, все пересмотрел! — гордо заявил он.

— Оно и видно. Эх, Семен Семеныч. — покачав головой, сказал я, глядя на его синюю длинную челку и пару катан за спиной.

— Я не понял, это ты типа потешался надо мной? И не нужно меня по имени-отчеству называть! Иван Иваныч! — начал возмущаться Сэм.

— Ладно, проехали. — хлопнул я парня по плечу.

Спустя полчаса перехода по темным коридорам мы наконец-то увидели свет в конце тоннеля и вышли на поверхность. Сразу у входа в лабиринт нас встречал командир. Старший лейтенант Курочкин, мы между собой называли его Цыпа. Посредственный такой человек, средний рост, средний магический дар стихии земли. Труслив, харизма отсутствует совершенно, только и делает, что прячется за погонами. Зато амбиции как у Наполеона, мечтает дослужиться до генерала.

— О, парни! Я знал, что вы справитесь! — улыбнувшись, сказал Цыпа, видя нас в добром здравии.

— Ага. — согласно кивнул я.

— Держи, гражданин начальник! — добавил Сэм, вложив ему в руку трофейное ядро.

— Молодцы, парни! С меня причитается! Обязательно вас отблагодарю! — аж хрюкнув от радости, сказал старлей, разглядывая ядро.

— Что, срок скостишь? — ехидно оскалившись, спросил Сэм.

— Ага! Счас! Благодарности в личное дело впишу! — возмущенно ответил он.

— Начальник, нам твои благодарности, как собаке «здрасьте»! — отмахнулся от него я.

— Это вы зря так! Вот придет время, отпустят вас на вольные хлеба, а идти-то некуда, сами к нам вернетесь. Начнут смотреть ваши документы, а там все в благодарностях, и возьмут на службу. И все потому, что о вас старший лейтенант Курочкин побеспокоился, надеюсь, к тому времени уже майор, не меньше. — мечтательно произнес он.

— Можно подумать, что тут твои благодарности решать будут. А не наши возможности. — хохотнул Сэм, присаживаясь на поваленное дерево.

— Ладно, проехали. Там реально минотавр был? — уточнил у меня начальник.

— Ага, он самый, здоровенная такая махина. И обычное оружие его не брало. — согласно кивнул я.

— Вот те раз. Лабиринт, минотавр, а это самое! Руно? Золотое руно там было? — уточнил озарившийся Курочкин.

— Что такое руно? — ткнув меня локтем в бок, спросил Сэм.

— Шкура барана, точнее пласт шерсти. — ответил я.

— А за каким ему нужна шкура? — нахмурился Сэм.

— Не забивай себе голову. — улыбнувшись сказал я парню. — Командир, руно это из другой легенды, там вроде дракон какой-то был. — пояснил я Курочнику.

— А, точно, что-то я перепутал. — хлопнув раскрытой ладонью себя по лбу, сказал старлей. — А там ничего полезного больше не было? Может, драгоценности, ядра или еще что-то? Нахрена он лабиринт там сделал?

— Если верить легендам, то лабиринт — это так-то тюрьма для минотавра, а не сокровищница. Но и мы, конечно, не в Древней Греции. Уж не знаю, как это работает, но этот просто таскал к себе людей, и те просто бегали по темноте в поисках выхода. Тех, кого он ловил, пожирал, костей там, кстати, очень много. И если бы тому счастливчику не удалось сбежать, то это продолжалось бы и дальше. — высказал я свои размышления.

— Три дня назад смежная группа уничтожила целую деревню зомби во главе с некромантом. Сегодня мы прикончили минотавра. Что же будет завтра? Баба Яга? Кощей Бессмертный? Змей Горыныч? — задумчиво произнес Курочкин.

— Ну тебя, начальник! С твоими фантазиями. И так всяких злобных тварей полно! Это просто совпадение. — возмущенно ответил я, скрутив папироску, а затем прикурил ее от артефактной зажигалки.

— Ладно, надеюсь, я ошибаюсь. — согласился старлей. — Снимаемся, поехали домой. — скомандовал он, и мы, встав на ноги, пошли к машине.

У нашего боевого «Камаза» дежурила парочка рядовых бойцов, закованных в артефактные доспехи, а вот в КУНГе, лежа на мягких сиденьях, дремали наши коллеги: Мэри и Тайфун.

— Вот как всегда, пока кто-то вкалывает, вы тут прохлаждаетесь! — возмущенно сказал Сэм, запрыгнув в КУНГ.

— Мальчики, ну кто виноват, что мы, в отличие от вас, в темноте не видим? — мило улыбнувшись, сказала Мэри.

— А мне со своей стихией там вообще делать нечего. — зевая и потягиваясь, ответил Тайфун.

— Да так всегда с вами, не понос, так золотуха! — недовольно буркнул я, усаживаясь на свободное кресло.

— Милый, ну ты чего? Садись рядышком, я тебе тут местечко нагрела. — кокетливо улыбаясь, обратилась ко мне наша рыжеволосая бестия.

— Спасибо, обойдусь, и никакой я тебе не милый! — выставив перед собой ладони, обратился я к Мэри, останавливая ее очередные любовные нападки.

— Ну какой же ты бука! Ничего, рано или поздно я заполучу тебя в свои жаркие объятья! — наигранно обижаясь, сказала она.

— Ага, и поджарит тебя до хрустящей корочки! — расхохотавшись над собственной шуткой, сказал Тайфун.

— Вот-вот! Для начала научись контролировать себя. — ткнул я пальцем в Тайфуна, полностью соглашаюсь с его словами.

— Думаете, это так просто? — надулась Мэри. — Надоело уже держаться от всех на расстоянии, особенно от тебя, Красавчик. — добавила она, послав мне воздушный поцелуй.

— Не для тебя моя роза расцвела! — отмахнулся я от Мэри и отвернулся от нее.

— Москвичу так-то два года осталось, скоро свалит от нас, боюсь, потеряешь парня навсегда. — покачав головой, сказал Сэм, глядя на девушку.

— Да ты больше всех по нему скучать будешь, словно хвост за ним ходишь! — уколола его Мэри в ответ.

— Неправда! Сдался мне этот умник! Тоже мне друг называется, все время троллит меня и подкалывает! Хоть отдохну наконец-то! — сложив руки на груди, насупившись, сказал Сэм.

— Я тоже тебя люблю! — хохотнул я, кивнув ему в голову шоколадный батончик.

— Откуда? — округлил глаза мой напарник, глядя на шоколадку. — А вообще пошел ты! Вот приедем, я тебе устрою! — добавил он, но шоколадку обратно не кинул.

Тем временем Цыпа залез в кабину «Камаза», и мы поехали домой, в уже почти родной Иркутск.

Прошел целый год, даже самому не верится, вроде только вчера меня поймали с поличным на тройном убийстве и предложили скостить срок, работая в спец отделе.

Всегда думал, что самые живучие на земле существа — это тараканы, но нет, это однозначно люди. Несмотря на то, что мир сильно изменился, мы достаточно быстро приспособились к новым реалиям и даже начали возвращать утерянные технологии, пусть они не такие, как раньше, и многого еще нет. Но транспорт, радио, освещение уже работают по полной программе, облегчая наш быт. Медицина вообще теперь такая, что раньше и не снилось, вылечить теперь можно вообще все, кроме отрубленной головы. Хотя и люди сейчас не болеют. С того дня, как я обрел магию, у меня даже насморка ни разу не было, как и у людей, что меня окружают.

Иркутск изменился до неузнаваемости. Его высоченные стены не давали монстрам пробиться за них, причем как по земле так и по воздуху. Летающих гадов оказалось не меньше, чем тех, что ходят по суше и плавают по воде. Орел размером с пассажирский автобус за один налет мог натворить много дел. Но благодаря нашим мастерам, если такой и залетит к нам теперь, то единственное, на что он способен, так это обеспечить нас мясом на длительное время. На вкус они кстати как курица, один в один.

Население в городе так же пережило многое, за год дважды были восстания людей, пытающихся сменить власть в городе. Бунтовали как обычные работяги, так и наши рецидивисты подталкивая к этому народ и наводившие смуту. Как итог — никакого коммунизма и демократии, теперь у нас тут монархия. Всех недовольных вырезали или повесили на городской площади, а оставшихся разделили на классы.

Власть в своих руках держат военные, причем держат очень крепко. Наши вожди не долго гадали над тем, как разбить народ на касты, чтобы у каждого были как свои права, так и обязанности. Так Иркутск и его границы до которых мы дотягивались провозгласили княжеством. Тут у нас появилось четыре князя, которых выбрал сам народ. Они уже назначили графов, те в свою очередь баронов и те дворян соответственно.

Сначала мне это показалось полным бредом, расплодилось тут различной аристократии, что с ней делать то? Будут ходить важные гуси и тыкать своим статусом другим людям, особенно обычным крестьянам. Но нет, как оказалось на деле, это было крайне правильным решением. У каждого аристократа теперь есть вотчина за которую о отвечает головой, в буквальном смысле.

Дали барону землю, будь добр к осени предоставь нам определенное количество зерна или других продуктов со своих наделов, а нет, так голову с плеч. И тут повезло обычным крестьянам, ведь рабство у нас запрещено, нельзя заставить человека работать на себя силой, поэтому аристократия понимая, что на кону их жизни стала обеспечивать условия для обычных граждан, лишь бы они работали у них, зарплаты, жилье, безопасность все для них, лишь бы работали.

Каждый был заинтересован в успехе своей отрасли, и от этого город начал процветать. Ну а военные начали зачищать окрестности от монстров и разбойников, коих тут было очень много. Бандиты создавали целые поселения и набегами кошмарили и так небольшое количество выживших. Но уже к концу лета в окрестностях города царила тишина и спокойствие, даже монстры почти не высовывались.

Я же и два десятка человек попали в так называемый проект «Альфа». Каждый из нас обладал колоссальным магическим потенциалом, а еще не стремился стать добреньким магом, спасающим всех и вся. Каждый был себе на уме, кто-то был одержим местью, как я, например. Кто-то хотел власти, кто-то просто жить свободной жизнью и делать что душе угодно, и все в таком духе. Но все мы оказались тут, причем первое, что с нами сделали, так это надели надежные поводки. Нам под кожу на груди вживили специальные артефакты, что при определенных условиях расщепят нас на молекулы. Некоторые в этом усомнились и как результат покинули нашу бренную землю.

Далее на протяжении пары месяцев нас изучали, тренировали, учили работать в команде, что было крайне сложно. Ведь мы между собой вообще не ладили и были готовы поубивать друг друга. Но по мере выполнения боевых задач как-то пообтесались, привыкли, что ли, и превратились в полноценный боевой отряд.

Задачи, что перед нами ставили, разумеется, были самыми сложными и опасными. Нас отправляли туда, куда жалко отправить своих элитных бойцов. Мы бились за интересы Иркутска, расширяя зону его влияния, вырезали опаснейших монстров, что заводились в лесу, и убивали сильных магов, что позволяли себе слишком многое. Так за целый год наше количество сократилось с двадцати одного человека до восьми.

Я же не теряю надежды покинуть это подразделение и отправиться на поиски Вовчика. Жажда мести не покидает меня, ведь каждый день, стоит мне закрыть глаза перед сном, я вижу ту самую картину с убитыми товарищами.

Как-то гуляя по городу я встретил Колю, того самого ремесленника из Усть-Кута. Я был очень рад его видеть, мы поболтали с ним о разном. И он мне рассказал, что Вовчик возвращался один в город, вот только Князь прогнал его взашей, и после этого о нем ничего не известно.

Возможно, он уже мертв и его обглоданные кости валяются где-то в тайге, а может и выжил, ведь такие подонки обычно крайне живучие. Лавров ясно дал мне понять, что я, совершая подобные поступки, не сильно-то и лучше него. И я даже согласен с этим, но мне все равно плевать. Если я раньше хоть как-то и колебался перед убийством человека, то теперь, спустя год тренировок и десятки убитых мной людей, отношусь к этому проще. Дождаться бы момента, когда меня отпустят, а может все же подвернется способ, и я смогу обезвредить артефакт и сбежать.

Глава 2

Пока я сидел в раздумьях, на горизонте показалась величественная стена города, которую наш КАМАЗ, приводимый в действие артефактным движком, обогнул по правой стороне и подъехал к специальным воротам. Эти ворота вели сразу в этакий военный район, который был создан полгода назад. Тут было все: штабы, казармы, общежития, тренировочные полигоны и даже тюрьма, точнее сказать, бараки для осужденных, которые занимаются строительством города, отрабатывая свои проступки.

Цыпу высадили у штаба, куда он побежал вприпрыжку докладывать полковнику Лаврову о выполнении задания. Сейчас, как обычно, приврет с три короба, мол, лично ходил в лабиринт и руководил операцией, а может и того хлеще, собственноручно прикончил минотавра. Уж больно он хочет повышения, оттого так и старается, правда, старается не делом, а словом. Его коллеги прекрасно знают, что он за человек, поэтому до повышения ему как до луны, но почему-то до сих пор держат при себе, что для меня является загадкой.

После КАМАЗ проехал мимо стрельбища, тут, как обычно, полно наших ремесленников, что работают над стрелковым оружием. Да, огнестрел ныне не работает, а арбалеты не сильно эффективны, особенно в ближнем бою. Мастера решили развивать пневматическое оружие, я, когда про это услышал, даже рассмеялся, ведь в моей голове сразу появилась картинка обычных воздушек, стреляющих свинцовыми пульками, и пневматических пистолетов, в которые вставлялся баллончик с кислородом. Но я сильно заблуждался в своих суждениях, как оказалось, еще и в наше время были мощные образцы подобного оружия. Да, скорострельность оставляла желать лучшего, но их главный плюс в том, что они бесшумны. А сейчас благодаря магии появилась возможность довести все это до ума. И я видел, что некоторые образцы обладают весьма внушительными характеристиками, но есть один нюанс. При всей своей мощи оружие быстро выходит из строя, точнее, ствол не выдерживает, и происходит его разрыв, который может не только покалечить стрелка, но и вовсе убить. Количество выстрелов стало очень ограничено, что не устраивало наше командование. Что-что, а считать выстрелы в горячке боя солдат точно не будет, и в итоге может самоликвидироваться. И вот наши мастера корпят над тем, как улучшить качество металла до необходимых стандартов.

Люди есть люди, и из всевозможных артефактов в первую очередь изобретают и создают все на благо армии. Видимо, и вправду человек — самое агрессивное создание на планете. Оружие-то изобретается не для убийства монстров, вовсе нет, а для убийства людей. Особенно подстегнуло исследования в этой области событие, в котором на нашу область три месяца назад напали.

Ну как напали, просто в наши окрестности верхом на конях по застывшему Байкалу приехала шайка людей из Улан-Удэ. Они грабили поселения, а людей уводили в рабство к себе в город. Мы их, конечно же, хорошенько щелкнули по носу, и те отошли. Я думал, что им этого будет достаточно, но нет, спустя две недели к Иркутску подошла, можно сказать, армия из пятисот бойцов. Но при виде города желание нападать у них пропало. Куда верхом на лошадях, вооруженными мечами, копьями и луками штурмовать стену. Они, конечно, кинулись к воротам, но их количество сразу сократилось наполовину, как итог, противник бежал, поджав хвост, на прощание спалив три поселения дотла. Теперь вот ждем их следующей зимой более подготовленными. Оттого сейчас все ресурсы и идут на усиление города и армии.

Машина остановилась около нашей скромной казармы, что представляла собой небольшой двухэтажный кирпичный домик на два подъезда, шесть квартир. Жили мы по два-три человека. Но наши ряды регулярно сокращаются, так что места много. Перед домом была площадка, выложенная узорчатой плиткой, на ней у нас были расположены различные тренажеры для занятия спортом и скамейки, что прилегали непосредственно к зданию.

Выйдя из машины, я подошел к дому, снял с себя плащ и, повесив его на спинку скамейки, уселся на нее. Рядом сразу присел Сэм.

— Вань, смотри, что есть! — ехидно улыбаясь, сказал мой друг, продемонстрировав початую пачку золотого «Мальборо».

— Откуда дровишки? — улыбнулся я, глядя на большую редкость. С сигаретами сейчас реально большая напряженка, ведь их больше никто не производит, табак еще можно найти, но вот сигареты — это эксклюзив.

— В лабиринте нашел. — продолжал улыбаться парень.

— Красавчик. — похвалил я парня, и мы закурили с ним по одной.

Не успели мы выкурить и по половине сигареты, как к казарме подъехал второй КАМАЗ, и из него вышла оставшаяся часть нашей команды.

Три парня и девушка выскочили из пассажирского КУНГа на улицу и, потянувшись, отправились к подъездам.

— Вано! Вот ни за что не угадаешь, с кем мы сегодня бились! — самодовольно улыбаясь, к нам подошел Нурлан и, пододвинув нас, уселся рядом.

Нурлан был здоровенным парнем, метр девяносто ростом, широкоплечий, накаченный и обладал магией земли. Сам парень был наполовину казахом, мама была родом из Казахстана, а отец был русским военным. И при распаде СССР его перевели служить в Иркутск, и жену он, разумеется, перевез с собой. Нурик не пошел по стопам отца, он всегда был хитрым и деловым парнем, плюс дурная компания, и вот он уже полноценный член одного из местных ОПГ. Сюда он попал так же, как и я, пойман с поличным, только угодил он сюда на пять лет. Характерами мы с ним не сразу сошлись, больно он дерзким. Несколько раз мы с ним сцепились, я даже ему горло перерезал, но после вылечил, разумеется. Затем мы соблюдали нейтралитет, но после нескольких реальных боев бок о бок мы все же начали ладить, да, собственно, как и все, ведь умирать никому не хотелось. А от каждого из нас может зависеть жизнь ближнего. Единственное, они с Сэмом никак не поладят, нет, в бою они доверяют друг другу безоговорочно, но все остальное время только и делают, что ссорятся, оскорбляют друг друга и даже дерутся иногда.

— Ну, Оленевод! Поосторожнее, тут люди сидят все же! — уронив сигарету на землю от толчка, возмутился Сэм.

— Э! Ты за базаром следи, Фиксик! — ухмыльнулся в ответ Нурлан.

— Ну так с кем бились-то? — прервал я их тираду, так как она может затянуться надолго.

— С кентаврами! Представляешь? Три кентавра на деревню нападали! — восхищенно сказал Нурлан. — Только попробуй что-нибудь пошутить про коней, и я, клянусь, тебе череп проломлю! — тут же грозно добавил он, глядя на Сэма, которого уже начало распирать от придуманной шутки или колкости.

— Молчу-молчу! — закивал головой Сэм, едва сдерживая смех.

— С миром что-то реально пошло не так, мы сегодня с минотавром в лабиринте бились. — ответил ему я.

— Это точно, и как? Сильный? — уточнил Нурик.

— Сильный, но медленный, мы с Сэмом без труда прикончили, но если бы зажал в углу, то мало бы не показалось. А кентавры как?

— Шустрые сволочи, с копьями, да и силы хоть отбавляй, но тупые. Зажали их с четырех сторон, плюс Бугор еще вписался, так что раскидали без проблем, даже не ранило никого. — ответил Нурик.

— Везет вам, с Бугром гоняли, Цыпа этот достал уже, когда его уже уберут от нас. — посетовал Сэм.

— Да никогда, этот ссыкун тут вечно будет и еще всех нас переживет! — возмущенно ответил Нурик.

— Это точно, главное, чтобы он своими приказами и тактиками нас не угробил, а то впишет в какую-нибудь авантюру, и все, сушите весла. — задумчиво сказал я, кинув бычок в урну. — Ладно, пойду помоюсь да переоденусь, на ужине встретимся. Сэм, ты сегодня дежуришь по столовой. — добавил я и пошел в нашу квартиру.

— Да помню я, помню. — обреченно кивнул он.

Не успел я подняться на второй этаж, как услышал разъяренные крики Нурлана, что угрожал Сэму всеми карами небесными, гоняясь за ним. А Сэм хохотал что было силы и бегал от него между тренажерами.

Сходив в душ, я надел повседневную форму. Все же мы вроде военные, так что положение обязывает. Обычный зеленый камуфляж, берцы и главное, круглый значок на груди с цифрой ранга, и со своим я был категорически не согласен.

Местные умники создали систему градации магов из десяти уровней, где десятый — это магии почти у человека нет, а первый уровень — это просто эталон силы. В нашей группе все первые, кроме меня, у меня всего лишь третий уровень.

Проверка на уровень мага проходит в две ступени. Первая — это сила маны, тут все просто: прикладываешь руку к артефакту и вливаешь в него немного своих сил. Он ее оценивает и выдает результат, с этим у меня проблем не оказалось, первый уровень даже зашкаливал. Но вот вторая ступень — это демонстрация возможностей, ведь мало иметь сильную манну, ей нужно уметь пользоваться, а тут уже возникли проблемы. Мой арсенал — это перемещение вспышкой, перемещение тьмой, усиление оружия, меняющая форму правая рука и исцеление, про то, что я могу выкачивать жизнь из монстров, я говорить не стал. Мой набор возможностей звучит неплохо, только этого недостаточно, у того же Сэма с его магией молнии набор способностей куда больше, там и перемещение, и цепная молния, и шаровая молния, и прочие вещи, связанные с ударами тока. А я вот ничего нового просто не могу из себя выдавить, вот мне и вручили третий уровень. На фоне ребят я неудачник, на фоне основной массы людей я, конечно, крут, ведь большинство — это девятые и восьмые уровни.

Но в остальном я могу работать в дуэте с каждым членом нашей безбашенной компании. Я быстр, физически силен, шустро соображаю в критических ситуациях, также я аномально метко кидаю различные предметы, плюс вижу ауры монстров и людей, что позволяет мне оценивать их силу. Также я вижу в темноте и могу исцелять своих товарищей, что в целом делает меня незаменимым членом этого отряда.

Надев форму, я вышел на улицу и ушел за дом на зеленую лужайку, где уселся медитировать. Медитация здорово помогала мне, я изо всех сил пытался что-то нащупать там у себя в астрале, как было в тот раз, когда я научился прыгать, но ничего не выходило, бывало, что-то нащупывал, но ухватиться не мог.

— Д…ру.....г. — пронеслось у меня в голове, от чего я вздрогнул и открыл глаза. — Что это такое было? Галлюцинация? А может, просто показалось? Черт его знает. — рассудил я и, решив, что все же мне показалось, продолжил медитацию.

— Др…уг.я......и......ду… — опять услышал я чей-то голос, словно он очень-очень далеко и я скорее слышу эхо, а не сам голос.

— Да что за хрень-то? — открыв глаза, сказал я вслух и потряс головой из стороны в сторону.

— Господин, извольте отужинать с нами! — любезно произнес Сэм из-за моей спины.

Обернувшись, я увидел своего друга с белым полотенцем на руке.

— Уже? — удивился я.

— Ага, ты тут так-то почти четыре часа сидишь! — возмутился он.

— Ничего себе, я думал, что только пришел. — удивленно ответил я, поднимаясь на ноги.

Столовой у нас была одна из квартир на первом этаже. В общую нашу доблестную компанию не пускали, так как мы не особо ладили с остальными бойцами. Поэтому пищу нам привозили на машине, а один из нас раскладывал ее по порциям, накрывая на стол. Наше подразделение считалось самым сильным и опасным, оттого мы были этакими изгоями, просто остальные бойцы нас очень боялись и завидовали нашей силе одновременно. Между собой они прозвали нас смертниками, так как большинство наших миссий были билетом в один конец.

Единственный, кто мог держать нас в узде и кому мы безоговорочно подчинялись, это капитан Бугров Алексей Михайлович. Он был очень сильным магом первого уровня и владел сразу двумя стихиями, воды и воздуха. Сам он настоящий боевой офицер, выросший в детском доме, как, например, Сэм и Мери. Сначала он силой завоевал наше уважение, напинав каждому по мягкому месту. А потом оказалось, что он не особенно и отличается от нас, такой же отбитый на всю голову, разве что умеет вовремя включить тормоза. Еще он всегда держит свое слово, как сказал, так и будет, и уже никак на его решение не повлиять. Это иногда раздражает, а иногда, наоборот, играет нам на руку. Но мы точно знаем, что если будут проблемы, он их решит и всегда нам поможет. Для меня он как образец для подражания, если честно, сильный, умный, честный и грамотный.

— Всем приятного аппетита. — сказал я, окинув стол, за которым сидели мои коллеги.

— И тебя туда же. — с набитым ртом пробубнил Тайфун.

— Опять рыба. — скуксившись, сказал я, глядя на три больших куска жареной рыбы.

— А чего ты хотел? Ты же в армии, а на ужин тут всегда рыба! — прокомментировал мои слова Нурлан.

— И то верно. — тяжело вздохнув, сказал я и присел на свое место.

Кормили нас тут так себе, не очень вкусно, но сытно. Сегодня, например, жареная рыба, отварной рис, хлеб, сливочное масло и, собственно, все на этом. Чай и кофе мы покупали себе сами, так как из столовой нам привозят настоящую бурду, которую пить невозможно.

Ели все молча, в полной тишине не потому, что соблюдали этикет, а потому, что говорить уже было не о чем. Мы уже год живем бок о бок, обсудили уже, наверное, все, что только можно. Сейчас же все друг друга скорее раздражают, нежели интересуют. И дабы не создать очередной конфликт на ровном месте, мы решили сократить лишнюю болтовню до минимума, особенно в столовой, так как уже дважды ее восстанавливали после погрома.

— Брат, ты же не бросишь друга в беде? — жалобно спросил у меня Сэм, окинув взглядом стол, полный грязной посуды.

— Хотелось бы, но так и быть, помогу, но если у тебя сигареты еще остались. — ехидно улыбаясь, ответил я.

— Вот так вот, служишь тут с человеком бок о бок, а он оказывается алчной скотиной. — покачал головой Сэм.

— Ой, кто бы говорил. — ухмыльнулся я в ответ.

— Остались, разумеется. — согласно кивнул он.

— Ну раз так, тогда давай за работу. — ответил я и начал собирать пустые тарелки.

Едва мы приступили к мытью посуды, как за окнами я услышал скрип тормозных барабанов, присущий старым УАЗикам, и свист резины.

— Ну вот, опять. — тяжело протянул Сэм.

— Да уж, такие приезды никогда ничего хорошего не предвещают. — согласно кивнул я, ополаскивая тарелку под струей воды.

— Взвод, строиться! — раздался командный голос Бугра с улицы.

Часть наших уже была на улице, остальные быстро выбежали на площадку перед домом, что служила еще и нашим маленьким плацем.

Выйдя на улицу, я увидел взволнованного командира, что стоял в своем темно-зеленом доспехе и окидывал нас взглядом.

— Что случилось, командир? — спросил Сэм, занимая свое место в строю.

— Господа и дамы, я еще раз вас категорически приветствую! И понимаю, что вы сегодня уже хорошо поработали, но дело не терпит отлагательств. В тридцати километрах отсюда было разрушено два наших блокпоста, и сейчас происходит нападение на одну из наших деревень. — строгим голосом ответил капитан, при этом сжимая кулаки, видимо, реально переживает за кого-то.

— А кто напал-то? — уточнил Нурик.

— Вот тут показания разнятся. — почесав затылок, сказал командир. — Что-то типа дракона, вот только с тремя головами. — как-то неуверенно сказал он.

— Хах! Горыныч, что ли, объявился. — хохотнул Нурик.

— Цыпа, сука! Накаркал! — недовольно прошипел я.

— Уж не знаю, что там, но люди сейчас погибают, эта хрень плюется огнем похлеще любого огнемета! Так что давайте бегом экипируемся и поедем надерем этой ящерице задницу! — крикнул капитан.

— Есть! — хором ответили мы и побежали облачаться в наши доспехи.

На все про все нам понадобилось десять минут, все же натянуть на себя кучу железок, затянуть и застегнуть все пряжки быстро не получается. Но спешили все очень сильно, но не на битву, а на то, чтобы как можно скорее занять самые удобные места в КУНГе КАМАЗа, который уже подъехал и ждет нашей погрузки.

Глава 3

Стоило двери КУНГа захлопнуться за последним бойцом, как командир сразу отдал команду водителю на отправку, и КАМАЗ беззвучно двинулся вперед, набирая скорость. Мы же все уставились на Бугра вопросительными взглядами, требуя подробностей.

— Ну вот чего вы на меня все пялитесь? — возмутился капитан. — Я сам толком ничего не знаю! Пришел домой, жена накрыла на стол. Сидел так же, как и вы, ужинал, никого не трогал, как ко мне посыльный от Лаврова прилетел, мол, так и так, срочно в штаб! В кабинете полковника два бойца сидели, доспехи подкопченные, ни бровей, ни ресниц на лицах нет. Заикаются, двух слов связать не могут. Мол, дракон три головы и жрет всех. Мы только по их жетонам поняли, откуда они взялись, а следом в ворота беженцы из деревни ломиться начали, вот и все. — пояснил нам командир.

— В целом классика: пойди туда, не знаю куда, убей то, не знаю что! — тяжело вздохнув, сказал Нурлан.

— А не все ли равно кого гасить? Мне вот лично наплевать, а хорошая драка — это всегда весело! — радостно сказал Сэм.

— Мне бы твой оптимизм. — недовольно пробурчал Тайфун с заднего сиденья.

— Вань, а ты чего притих? Что-то молчишь, ни единой колкости не ляпнул, не заболел случайно? — спросил у меня Сэм.

— Да что-то как-то не по себе мне. — нахмурившись, ответил я, прислушиваясь к своим ощущениям.

— Братан, если бы я тебя не знал, то предположил бы, что ты зассал. — ехидно улыбаясь, включился в разговор Нурик.

— Да нет, это другое, давно такого чувства не испытывал. Это что-то вроде тревоги вперемешку с чувством опасности и дискомфортом в придачу. Такое у меня частенько было в лесу, когда я один жил. Оно как сигнал об опасности, мол, сейчас произойдет что-то очень плохое, будь готов. — попытался пояснить им я.

— Чуйка или интуиция! — подметил Бугор. — Научно не доказано, но эта штука есть и у некоторых людей прекрасно работает. У меня такое тоже бывает, и мне так же, как и тебе, неспокойно, чувствую, весело будет. — добавил он.

— Ладно вам, прихлопнем ящерку, гляди-ка, и срок нам скостят. — улыбаясь, прокомментировал Сэм, украдкой поглядывая на капитана, но он сделал вид, что не заметил этого и проигнорировал его слова.

— Ты главное на рожон не лезь! А то знаю я тебя, вечно выпендриться хочешь! Позер! — улыбнувшись, сказал я, отвесив легкий подзатыльник Сэму.

— Переживаешь за меня? — хохотнул парень.

— Ну мы так-то отлично сработались в команде, где еще одного такого придурка найти потом. — прокомментировал я свои слова.

Тем временем вдалеке что-то очень ярко полыхнуло, частично осветив небо, и раздался громкий рык, не похожий ни на один из тех, что я слышал раньше. По дороге нам стали попадаться беженцы, бегущие в сторону города со своими пожитками в руках, и раненые солдаты, все как один обожженные.

Капитан остановил машину в километре от деревни и подал команду на выход.

— Слушаем внимательно, сейчас осторожно подходим к деревне, не высовываемся! И не дай бог кто-то без команды рванет в бой! Я тому лично потом ноги переломаю и запрещу Москвичу вас лечить! — перейдя на строгий тон, начал инструктировать нас Бугор. — Подходим, Москвич оценивает тварь, решаем, как ее прикончить, и только тогда действуем! Вопросы есть? Вопросов нет! — подытожил он свою речь. — Бегом за мной! — добавил он, и мы побежали вдоль дороги.

Погода на улице была хорошей. Тепло, дул приятный майский ветерок, только сейчас он приносил с собой запах гари и жареной плоти, и, боюсь, пахло не мясом животных, а людей. Деревня была приличных размеров, в ней жило больше тысячи человек, и сколько из них смогло спастись, никому неизвестно. Плюс два блокпоста по пятьдесят человек в каждом.

По дороге мы натыкались на тела погибших от ожогов людей, что лежали то тут, то там, некоторые еще были живы, и я было хотел им помочь, но Бугор запретил. Так как сейчас в приоритете убить монстра, а не то жертв будет еще больше.

Как только мы вышли к кромке леса, нам открылся вид на пылающую деревню. Почти каждый дом был объят огнем, а по улочкам бегали люди в надежде скрыться от разбушевавшегося монстра.

— Етить твою мать! — произнес я, тем самым выразив всеобщее мнение о драконе.

Тварь была просто громадных размеров, от кончика хвоста до носа плюс минус метров сто. Все тело покрыто светлой чешуей отдающей синим оттенком. Три головы росли из ее груди, длинна каждой шеи метров пятнадцать. Тело же мощное, громоздкое, тяжелое. На дракона эта штука как-то слабо походила, так как в моем понимании они более изящные, что ли. Крыльев нет и передние лапы уж больно толстые, орудовать она ими явно не может, тут скорее как у коровы или лошади, только опора и все. Глаза на двух головах монстра светились красным светом, а у одной они почему-то были белыми. Также на каждой голове были мощные острые рога, а от затылка и до кончика хвоста шли острые ряды шипов.

Сейчас это чудовище занималось тем, что ловило людей, бегающих по улице, и съедало заживо, при этом ловко орудуя сразу тремя головами.

— Москвич! Что там по ауре? — спросил у меня капитан.

— Эта штука очень сильна, никого сильнее я раньше не встречал. От нее так и веет мощью, если подставимся под удар, боюсь, она от нас и пепла не оставит. Ну, по стихии я думаю, вы и так поняли, что огонь, другого ничего нет. — высказал я свое мнение.

— Куда ей еще! — возмутился Нурлан.

— Значит действовать будем быстро, нужно воспользоваться фактором внезапности. Тварь сейчас кормится и уже наверняка поняла, что угрозы для нее тут нет. Думаю, ее чешую просто так не пробить, но нам нужно с первой атаки отрубить ей хотя бы одну голову. — начал рассуждать капитан.

— Москвич, давай как тогда? Помнишь, голема убивали, пробить никак его не могли? — предложил идею Сэм.

— А точно, должно сработать! — согласился я.

— Хорошо. — кивнул командир. — Тогда план такой: вы наносите первый удар, затем в бой подключаемся мы, отвлекая тварь на себя, предоставляя вам пространство для маневра. Бьете второй раз, ну а потом смотрим по обстоятельствам и добиваем последнюю голову. Все понятно? — окинул нас взглядом командир.

— Все ясно. — согласно кивнули мы.

Мы с Сэмом сразу пошли вперед на удобную позицию. Благодаря своим размерам тварь стояла на месте и практически не двигалась. Нас она не замечала, так как увлеклась поеданием людей. Перерубить шею, конечно, будет непросто, помимо прочной чешуи она еще и очень толстая, метра три в диаметре, не меньше.

— Бить буду в основание, не промахнись! — прошипел я Сэму.

— Не ссы, Капустин! — ухмыльнулся парень.

— На счет три? — предложил я.

— Угу! — согласно кивнул напарник.

— Тогда раз! — сказал я и растворился в тени. — Два! — прошептал я, преодолев половину расстояния передо мной и монстром. — Три! — уже закричал я, подпрыгнув к шее монстра и приставив к ней длинное лезвие, которое сформировал из правой руки.

Тварь услышала мой крик, правда среагировать не успела. Сэм с треском электрической дуги преодолел пройденное мной расстояние за долю секунды и двумя ногами ударил по кончику лезвия, придавая ему огромный импульс. От такого ускорения лезвие прорезало плоть монстра так, словно это было подтаявшее сливочное масло, правда, от такого маха моя лопатка сломалась, доставив много боли, но я знал, на что шел.

— Грааааа!!! — дуэтом закричали оставшиеся головы.

Из обрубка шеи мощным фонтаном брызнула кровь. Я сразу отскочил назад и принялся вливать в себя манну света, излечивая полученное ранение, а Сэм отскочил куда-то в сторону.

Монстр пытался найти своих обидчиков, но все было тщетно, он просто не видел нас, тогда он не придумал ничего лучше, как крутиться на месте и поливать все огнем, поджигая лес и остатки домов. Тут-то в дело вступила наша группа во главе с капитаном, они выскочили с разных сторон и начали всячески привлекать внимание дракона. В него летело все: каменные глыбы, ветряные лезвия, все, на что были горазды наши бойцы. И это принесло свои плоды, монстр решил, что это и есть его обидчики, и переключился на них, пытаясь испепелить.

Тут, конечно, во всей красе раскрылась Мэри, огонь — это ее стихия, правда, она ее плохо контролирует, но сейчас это то, что нужно. Она не боялась пламени дракона, так как сама покрылась полностью огнем. Сейчас она походила на огненного голема, состоящего из раскаленной лавы. Из ее рук начали бить две мощных струи огня, раскаляющие чешую дракона докрасна.

Излечив ранение, я было начал готовиться ко второму удару, как заметил, что обрубок шеи разделился на две части и начал очень быстро расти. Меньше чем за минуту из отрубленной шеи выросли две головы, дав понять всем, что никакой это не змей-горыныч, а самая настоящая гидра. Которой стоит отрубить голову, как на ее месте вырастут две. Но и это еще не все, оценив ее ауру, я заметил, что у нее теперь появилась стихия воздуха, которой раньше не было.

— Это что такое? — возмущенно спросил у меня Сэм, появившись рядом.

— Это, мать твою, гидра! — закричал я.

— Чего? — вопросительно спросил у меня Сэм.

— Забудь. — отмахнулся я.

— Делать-то что будем? — уточнил он.

— Смотри, новые шеи чуть тоньше остальных, рубим их! А дальше видно будет. — предложил я.

— Как скажешь! — согласно кивнул парень.

Наших ребят начали теснить, ведь иммунитет к огню только у Мери. Пользуясь суматохой, я опять подскочил к гидре и приставил лезвие к ее шее. Очередной удар от Сэма, и сразу две шеи падают вниз, приводя монстра в неистовое бешенство.

Гидра начала громко рычать, а после принялась быстро поедать собственные части тела, что мы отрубили. Тем временем на месте ее обрубков выросли новые головы, и теперь у нее их стало шесть, а еще добавилась стихия воды.

— Твою-то мать! — закричал я, видя, что лучше не становится.

Обезумев от ярости, монстр принялся наступать. В Мэри, что не переставала атаковать противника, ударила комбинированная атака гидры из стихии воздуха и воды. Это был мощный поток, замораживающий все вокруг, от чего полыхающие здания по близости потухли и покрылись инеем. Мэри застыла без единого движения, словно статуя, а следом гидра резко крутанулась на месте, и удар хвоста разбил девушку на мелкие осколки.

— Аааааа! Тварь! — раздался яростный крик Нурлана, что испытывал к Мэри очень теплые чувства.

Не совладав со своей яростью, он выбежал из укрытия и принялся заковывать монстра в земляные оковы, опутывая его лапы грязью, которая тут же становилась прочнее бетона.

Мы с Сэмом, наблюдая за этим, тут же кинулись в очередную атаку, срубая еще одну большую шею.

— Гра!!! — зарычала гидра и направила в Нурлана атаку из воздушных лезвий, я едва успел его оттолкнуть, приняв одно лезвие на левую руку, отчего меня, словно игрушку, отбросило в сторону. Летел я метров тридцать в свободном полете, а после врезался в дерево, напоровшись животом на острый сучок.

— Вот же гадство! — закричал я, упав на землю.

— Братан, ты как? — спросил у меня подлетевший ко мне Сэм.

— Как, как? Больно, сука! Вытащи его! На кой-черт мне броня, если если между пластин мне даже деревяшку вонзить можно! — возмущался я, лежа на спине.

— Как ты только умудрился? Это же реально постараться надо! — хохотнул Сэм, глядя на мою неудачу. — Может, ты специально это сделал? Чтобы от битвы увильнуть? Так это же статья, члено… как же там. Что-то там с этим связано. — добавил он и вырвал деревяшку из моего живота.

— Членовредительство, олух! — закричал я, морщась от боли и тут же прикладывая руку к животу.

— Во-во, и я о том же! — рассмеялся он.

Вливая манну в рану, я быстро пришел в себя, а через две минуты уже как ни в чем не бывало был готов к бою. Мы побежали искать Бугра, может, у него появился план, как нам прикончить этого монстра.

Гидра к этому времени разошлась не на шутку. Она уничтожала все рядом с собой, выжигая, выдувая и заливая вокруг себя. Дышать стало тяжело, пыль, пар и высокая температура окружали монстра, не давая к нему приблизиться.

— Капитан, что делать будем? — спросил я, приблизившись к нашей группе, что укрылась в водосточной трубе.

— А я знаю? Руководство по тому, как уничтожить гидру, дома забыл! — возмущенно ответил капитан. — Кто помнит, как ее в легендах убивали? — обратился он ко всем.

— Там что-то было связанно с главной головой, и ей раны прижигали, а еще ядом травили. — сказал я, смутно припоминая подвиг Геракла.

— Главная голова, значит? — уточнил он.

— Что-то вроде того. — согласно кивнул я.

— Вы срубили две из трех основных шей, надо третью попробовать, а дальше будем думать. — предложил командир.

— Легко сказать, до нее еще добраться нужно. — возмутился я.

— Так доберитесь, мать вашу! — прорычал капитан. — Мы отвлекаем, вы рубите! Давайте, работайте, братья! — смягчив тон, сказал Бугор, хлопнув меня и Сэма по плечам.

— Сделаем, кэп! — улыбнулся Сэм.

Очередная попытка отвлечь гидру сразу не задалась успехом. Тварь словно понимала, чего добиваются люди, и начала бить наверняка, при этом отлично комбинируя стихии для атак.

Под раздачу сразу попали наши воздушники Тайфун и Шурик, которые начали закидывать монстра воздушными серпами. Гидра ударила по ним той же стихией, словно показав им собственную ничтожность по сравнению с ней. Она прижала парней к земле, не давая сдвинуться с места, а затем сразу из двух голов залила их огнем.

Нурлан на пару с Петро, наши маги земли, начали опять заковывать гидру в земляные кандалы, от чего та не была в восторге. Бугор тем временем ударил ей своей водной магией в бок, с ним в паре, как обычно, работала Кэт, обладавшая стихией воды. Марк, как последний живой огневик, ударил гидре в спину.

Выловив удачный момент, мы с Сэмом провели комбинированную атаку по отрубанию голов, дабы добраться до основной головы, нужно срубить еще две. Так как следующего шанса может и не представиться, мы били изо всех сил. Приставил лезвие, Сэм вдарил по нему, отрубая сразу две головы, а затем отскочил назад и вернулся вновь, так как я продолжал стоять на месте и приставил свою руку к основной шее. Боль в спине была жуткая, но я терпел.

— Получилось! — радостно закричал Сэм, видя, как еще одна шея отделилась от туши гидры.

Отскочив в сторону, я затаился в развалинах дома и начал залечивать свои раны. Гидра рычала и пожирала свои головы. Взглянул на нее из укрытия, стало ясно, что наша теория не сработала, у гидры теперь десять голов, и она завладела четырьмя основными стихиями.

— Граааа! — опять зарычала она, и земля под нами содрогнулась. На местах, где стояли наши бойцы, в воздух взмыли острые пики. Марк не успел среагировать, и его накололо, словно шашлык на шампур. Несмотря на такое количество голов, гидра не путалась, а они работали сообща четко и слажено. Получив последнюю стихию, монстр точно знал, где мы находимся, и начал проводить атаку за атакой, не давая передышки.

В нас летело все: огненные шары, каменные глыбы, острые ледяные иглы и воздушные лезвия, которые ой как сложно разглядеть. Кэт не смогла увернуться от очередной атаки, и ее тело насквозь пробили острые сосульки, вырывая куски ее плоти. Затем Петро, уворачиваясь от магической атаки, попал прямо под удар хвоста гидры, его просто вбили в твердую землю, переломав все кости.

— Хреновы наши дела! — посетовал Сэм.

— Спасибо, кэп! — прошипел я, глядя на смерти наших ребят. — Давай лапу попробуем рубануть? Авось не отрастет? — предложил я.

— А давай! — согласился Сэм.

Гидра снова увлеклась уничтожением людей и сейчас пыталась разобраться с Бугром и Нурланом, те уворачивались от каждой ее атаки, но держались на расстоянии друг от друга, разделяя ее внимание.

— Бей! — закричал я, вынырнув из тени прямо рядом с лапой.

Сэм не заставил себя долго ждать, и мое лезвие прорезало броню гидры, отрубая ее ногу. Монстр тут же потерял равновесие и, пошатнувшись, громко взревел.

— Сработало! Давай вторую! — заорал я, перемещаясь к задней лапе.

Гидра поняла наш замысел, и три ее головы молниеносно направились на меня, я же лишь выставил перед собой левую руку, не убирая лезвия от ее лапы. Сэм уже летел на всех парах, и стоило ему нанести удар, как его схватила одна из голов. Челюсти сомкнулись, раздался хруст костей, а его рука и обе ноги упали на землю.

— Нее-еет-т! Сэм! — закричал я, видя гибель товарища.

Монстр также закричал, потеряв вторую лапу, и начал заваливаться на бок, заставляя меня отскочить в сторону.

Нурлан и Командир, видя это, бросились в атаку, но гидра не позволила им приблизиться к себе, обдав их жидким огнем сразу из двух голов, заживо сжигая их.

Видя произошедшее, ярость опять затмила мой взор. Я снова потерял всех, дежавю какое-то, а может злой рок. Специально ни с кем не сближался из ребят, лишь как-то с Сэмом, точнее будет сказать, с Семеном, подружился за это время, тот еще заносчивый паренек, мой ровесник, бестолковый, но веселый, столько раз выручал меня, а я вот не смог.

Гидра рычала во всю глотку, кровь из ее ран хлестала, но новые лапы не отрастали, а значит, это мой шанс. Пронзить ей сердце, и дело с концом!

— Ну что, дракон недоделанный! Сейчас я тебе задницу надеру! — закричал я во всю глотку.

Выхватив меч, я напитал его силой магии света, а вторую руку превратил в лезвие. Я так подумал, если броню гидры со всех сторон не пробить, то низ, то есть ее живот, не должен быть уязвимым. На нем нет чешуи, а только желтоватого цвета шкура.

Подпускать к себе меня она, разумеется, не собиралась, отчего головы начали поливать все огнем, раскаляя почву до предела. На улице стало светло, как днем, и я, пользуясь этим, уворачиваясь от атак, начал двигаться вперед яркими вспышками.

Пекло просто ужасно, доспех раскалился и начал обжигать меня, но на боль мне было все равно, ярость, только она мной сейчас двигала.

Прыжок, затем еще и еще и еще! Я чувствовал, как моя кожа на лице покрывалась волдырями от высокой температуры, но я терпел, и вот я у цели. Широкий взмах меча, и грудь гидры вспарывается без особого труда, оголяя ее внутренности. Я тут же пробрался в ее грудину между ребер и, разрезая все на своем пути, двигался к тому месту, где должно быть сердце. Тварь же дергалась, брыкалась, рычала и била себя собственными головами, мешая мне продвигаться. Внутри было так же жарко, а еще очень сложно дышать, голова шла кругом, но я пробирался вперед, и вот оно.

Сердце было в два раза больше меня, а над ним висело огромное ядро, диаметром больше метра, причем оно переливалось четырьмя цветами. Меч и лезвие тут же пронзили сердце, отчего из него огромным потоком, пытаясь смыть меня, хлынула раскаленная, словно магма, кровь. Но я крепко схватился за него и начал впитывать жизненную силу гидры. Я буквально заживо варился в крови от хлынувшего потока, но при этом моментально исцелялся. Так длилось около трех минут, пока сердце не остановилось, а кровь не застыла.

Полностью исцелившись, я вырвал ядро гидры и, выбравшись наружу, осмотрел место побоища. Гидра лежала без движения, ее головы с раскрытыми пастями и застывшими глазами смотрели кто куда. А с неба падал черный пепел, видимо, она тут в агонии выжигала все, что только могла.

— Аааааа! — закричал я, окидывая взглядом место выжженное битвой. — Тварь! Тварь! Тварь! — откинув ядро в сторону, продолжил кричать я и начал бить мечом живот гидры, прорубая ее шкуру. — Погибли, все погибли! Чтоб тебе пусто было! — отбросив в сторону меч, сказал я, упал на колени, а из глаз непроизвольно потекли слезы. — Что мне теперь делать? Как быть? Никого из наших не осталось в живых, опять один остался.

— Вань, помоги! — услышал я едва различимый голос из-за туши гидры. Придя в себя, я подскочил на ноги и, быстро обежав ее тело, я увидел, что капитан еще шевелился.

— Кэп! Живой! — обрадовался я и подбежал к остекленевшей статуе командира, что покрылась трещинами.

Боясь ему навредить, я просто приложил к ней руку и начал вливать свою силу. Через пару минут трещины статуи начали увеличиваться, и осколки стали отпадать сами собой, освобождая из плена нашего командира. Капитан рухнул на землю, весь обожженный, его доспех был деформирован и оплавлен, но все же живой.

— Успел щит поставить из воды и воздуха, иначе бы до костей прожарила. — приходя в себя, прошептал он.

— Хоть кто-то выжил. — прошептал я, глядя на места, где погибли наши ребята.

— Эх. — простонал Бугров. — Ребятки, такие молодые были, еще жить и жить! — продолжил Кэп, обреченно вздохнув.

— Это точно, но сколько таких ребят бы еще погибло, если бы не они. — склонив голову, ответил я, пытаясь оправдать их смерти.

— Такая у нас работа. Неблагодарная, несправедливая, но работа, и кто-то должен ее выполнять. — прошептал капитан.

— Что дальше? Новых преступников и рецидивистов искать? — спросил я у командира, давая понять, что из личного состава в живых остался только я.

— Вань, хороший ты парень, ты жизнь мне спас, уже и не знаю в который раз за все время. Скажу тебе правду, вас бы никто и никогда не отпустил. Вы были слишком сильны и опасны, а это угроза для нас. Ты же знаешь, сильных всегда боятся, а если не держать их на поводке, то уж тем более. Как знать, что вам в голову взбредет? Сколько людей эта тварь убила? Сотня хороших бойцов ничего не смогла сделать, а мы смогли, девять человек, правда, семь из них отдали за это свою жизнь. — искренне ответил Бугров.

— Меня не раз посещала такая мысль, я так и думал, что тут не чисто. А что бы было, если бы мы в конце срока отказались служить дальше? — возмущенно спросил я.

— Вань, я не знаю, за себя могу сказать, что агитировал бы вас вступить в наши ряды на полноправной основе. Думаешь, я это придумал? Думаешь, меня кто-то об этом спрашивал? Мне это нравится еще меньше, чем тебе, врать вам в глаза, людям, с которыми я каждый раз ходил на смерть! Вы же верили мне, защищали меня, уважали, а я нагло врал вам в лицо, обещая свободу! Я такой же маленький человек, как и ты, и начальников у меня дохрена и больше! И им виднее, как строить дорогу в будущее, вот и приходится подчиняться. — ударив кулаком о землю, сказал он.

— Тогда что со мной будет? Присягу заставите принять? Погоны мне вручите? — скептически уточнил я.

— А ты этого хочешь? — посмотрев мне в глаза, спросил Бугров.

— Нет, не хочу. У меня от вашего города одни проблемы! — отрицательно покачал я головой.

Я уселся на землю, достав из внутреннего кармана помятую пачку сигарет, что отдал мне Сэм, вынул из нее две последние сигареты и протянул одну капитану, а после дал ему прикурить.

— Тогда для всех ты погиб! — сев передо мной, сказал он, выдыхая горький табачный дым.

Командир достал из кармана небольшой прямоугольный артефакт и приложил его к моей груди. Я почувствовал, как из него полилась магия, мне сначала стало дискомфортно, а потом больно-больно, и из груди, порвав мне кожу, вырвалась небольшая пластинка с начерченными на ней символами и врезанными в нее маленькими синими и красными ядрышками. Это был тот самый поводок, которым нас тут держали. Отойдешь далеко от начальника, и энергия ядер польется друг в друга, входя в резонанс, а потом взрыв, и все, поминай как звали.

— Что это значит? Я свободен? — не веря своим глазам, спросил я.

— Да, я скажу, что ты погиб героем, как и все остальные, только прошу тебя, не суйся в город ближайшие пару лет. — ответил капитан. — Мне за это очень сильно влетит. Так что ноги в руки и беги отсюда, чтобы никто не увидел, и как можно скорее.

— А как же вы? Начальство не узнает? — уточнил я у него.

— А что я? Отделаюсь как-нибудь. Да и как тут узнать-то? Осмотрись вокруг. — ухмыльнулся он.

— Может, тогда со мной пойдете? — сам не знаю почему предложил я.

— Не, браток. — отрицательно ответил он. — Я тут вырос, я по собственной воле этим занимаюсь, тут моя семья, родные. Я буду защищать этот город до конца. — твердо ответил Бугров.

— Спасибо вам, Алексей Михайлович, я не забуду вашей доброты! — ответил я, пожав ему руку.

— Только не заставляй меня пожалеть о своем решении! — серьезным тоном ответил он.

— Постараюсь, но не обещаю! — ответил я.

Встав на ноги, я подбежал к гидре, еще раз окинув взглядом монстра, я презрительно поморщился и плюнул на нее, затем нашел взглядом катану Сэма, лежащую рядом с отрубленной задней ногой, и, забрав ее себе на память, быстро побежал в лес. Так как вдалеке я увидел свет приближающихся фар.

Глава 4

Мысли в голове мешали нормально соображать, очередная горечь утраты скопилась комом в горле. Злость пылала в моем сердце, я злился, очень сильно злился на себя. Какой же я никчемный, опять не смог помочь близким людям, все они за год совместной службы стали куда сильнее, смогли овладеть новыми способностями, а я все так же топчусь на месте. Что бы я не делал, как бы ни старался, но ничего толком не получается. И как итог я сейчас вместо того, чтобы праздновать победу над очередным монстром бегу поджав хвост, петляя по лесу, обходя блокпосты и поселения.

Ребят было очень жалко, но хотя бы они ушли как подобает настоящим воинам — с оружием в руках, в пылу сражения. Хоть они и были теми еще оболтусами и разгильдяями, но никто не дрогнул, все бились до последнего, даже понимая, насколько силы были не равны. Настоящие герои, и я их не забуду.

До самого рассвета я бежал со всех ног, чтобы выйти за границы, которые контролировали иркутские вояки. Если не дай бог они меня заметят, то сразу доложат начальству, тогда Бугрову не поздоровится, как бы он не примерил после этого шкуру осужденного, сидящего на привязи с артефактом в груди, на себе.

Пот градом стекал с меня, но я бежал что было сил. Только когда убедился в том, что я ушел достаточно далеко, спустился в небольшой, поросший высокой травой овраг и присел отдохнуть. Завалившись на спину я устремил свой взгляд в небо, оно было чистым, ни единого облачка, даже птицы не летали по нему, лишь солнечный диск нарушал голубое полотно неба своим стремлением к зениту. Вообще вокруг царила подозрительная тишина, ни пения птиц, ни жужжания насекомых, даже ветра не было. Но опасности я не чувствовал, поэтому даже не насторожился.

Усталость сморила меня и, закрыв глаза, я сам не заметил как провалился в сон.

— Иван! — раздалось в моей голове, и я тут же открыл глаза.

Вокруг была непроглядная тьма, даже мое зрение не позволяло видеть лучше. Не знаю где я очутился, но это точно не тот овраг, в котором я заснул. Сам я стоял на чем-то твердом, словно это камень, но при попытке топнуть по нему не издавалось не звука. Поводив руками перед собой, я заметил, что двигаюсь очень медленно, так как воздух вокруг меня густой словно кисель.

— Ну здравствуй, мой старый друг. — раздался добродушный, старческий, бархатистый голос.

Голос был мне знаком, уж не знаю откуда, но вызывал он у меня смешанные чувства. Я не мог понять, кто он — друг или враг.

— Кто ты? Где я? Я знаю твой голос, но не помню тебя! Выкрикнул я, не понимая, откуда донесся до меня донесся звук.

Затем вдалеке я смог увидеть едва различимую фигуру в черном балахоне в пол и с капюшоном на голове. Фигура медленно приблизилась к мне, но что бы это ни было, это существо не шло, а словно плыло или летело в мою сторону.

— Кто ты такой? — спросил я еще раз.

— Я? — ухмыльнулась фигура. — Я твой друг. Мне льстит тот факт, что ты помнишь мой голос. Скажу тебе так, мы долгое время были кровными врагами, но в один момент нам пришлось с тобой объединиться, мы переступили через гордость и пришли к соглашению, а после… сам не знаю как, но мы стали друзьями. — добродушно добавил он.

— Назови свое имя? Почему я тебя не знаю? Ты знал меня до того, как я потерял память? — начал засыпать я его своими вопросами.

— Мое имя тебе ничего не скажет, да и незачем тебе его сейчас знать. Ты меня знаешь, просто не помнишь, ну и как ты уже понял, я знал тебя до потери памяти. — спокойно ответило мне существо.

— Где мы? — уточнил я, оглядываясь по сторонам и видя, что фигура застыла в паре метров от меня.

— Мы в твоей голове, не переживай, с твоей физической оболочкой все в порядке. — ответило существо.

— Ответь мне, кто я? Как меня зовут?

— Этого тебе пока знать не нужно, но обещаю — ты все узнаешь, всему свое время.

— Что? Почему? Что за дурацкие тайны? Какое еще время? Что вообще происходит? — начал я возмущенно задавать вопросы.

— Ох, как же я по этому скучал, твоя нетерпеливость как всегда при тебе. — заметила фигура.

— Да о чем ты говоришь вообще? А ты не разыгрываешь меня? Ничего ты обо мне не знаешь, ты просто какой-то шарлатан! Или очередной монстр, к которому я угодил в сети! — решил я зайти с другой стороны.

— Помолчи! — чуть повысил тон мой собеседник. — Ты никогда не умел долго сидеть на одном месте! Твоя торопливость, несдержанность и полное отсутствие силы воли вперемешку со слабо развитым инстинктом самосохранения рано или поздно тебя погубят. Как я погляжу и твоя дурная привычка радоваться раньше времени, потешаясь над врагом, так и не исчезла! Ты мастерски можешь метать все, что попадет тебе под руку и идеально умеешь стрелять. Но в рукопашной схватке, без магии, без оружия, ты настоящий профан! В бою ты чаще всего предаешься ярости, а я тебе уже тысячу раз говорил, что она плохой союзник, так как затуманивает твой разум, заставляя видеть слишком узко и недальновидно! По какой-то чудной причине к тебе тянутся все виды собачьих и кошачьих, но змеи, драконы и ящеры на дух тебя не переносят и готовы разорвать тебя в клочья, едва учуяв твою ауру! Ну как, знаю я тебя? — ухмыльнулась фигура, от чего ее голова вместе с капюшоном наклонилась в сторону.

— Такое про кого угодно сказать можно, ты слишком поверхностно выразился. — недовольно пробурчал я, понимая, что каждое его слово было сказано в точку.

— Большего не жди! И вообще, у нас слишком мало времени! Теперь же слушай меня и не перебивай! Первое, никогда и никому не говори о том, что я приходил к тебе! Мне это делать запрещено, но наши оппоненты стали играть грязно, поэтому у меня не осталось выбора.

— Оппоненты? Играть? Ты о чем вообще? — нахмурившись уточнил я.

— Я же просил, не перебивай! Ой, да кому я это вообще говорю! — отрицательно покачав головой, тяжело вздохнул мой собеседник.

— Извини. — опустив взгляд в пол, пробурчал я.

— Я уже давно пытаюсь связаться с тобой, но сделать это оказалось слишком сложно. Нападение, что произошло на тебя в первый день, было не случайным, тебя выследили и, если бы не моя помощь, плюс твои боевые инстинкты, то тебя уже давным-давно не было в живых.

— Твоя помощь? — не выдержав возмутился я.

— Да, моя помощь! Ты думаешь, домик рядом оказался по чистой случайности? Я изменил вторую точку телепортации, изначально тебя выкидывали в Антарктиду!

— О как! — удивился я.

— Я приходил к тебе, пытался поговорить с глазу на глаз, но слегка ошибся с образом, точнее с размером, и мне пришлось уйти.

— Что? Ты та самая здоровенная хренотень с огромными красными глазами? Это был ты? — возмутился я до глубины души.

— Ну как бы да. — неуверенно ответил он.

— Ты охренел?! Да я чуть в штаны не наложил! Из дома потом выходить боялся, а он ошибся! — начал причитать я.

— Довольно! Об этом поговорим потом, при личной встрече! — взмахнув передо мной рукой, остановил он мой монолог. — Запоминай установку, тебе нужно стать сильнее, гораздо сильнее, чем сейчас, я крайне возмущен твоими нынешними возможностями, ты беспомощен как младенец! Я направлю тебя, и ты поймешь, что делать дальше. Собери вокруг себя сильных людей под стать себе, но не вздумай сидеть на месте и заплывать жирком. В будущем грядут очень тяжелые времена, все изменится, и ты должен быть к этому готов!

— Я ничего не понимаю. — неуверенно сказал я, разведя руки в стороны.

— Ты все поймешь, как тут говорят «Всему свое время» — ответила фигура и приблизилась ко мне.

Мой собеседник поднял левую руку и, когда рукав задрался, я увидел, что это белая рука скелета: ровные, словно отполированные косточки с большими перстнями на каждом пальце. Увидев это, я отшатнулся, но фигура приблизилась ко мне еще немного, и его холодная рука прижалась к моей груди. Затем он вытянул вторую руку, но сначала сжал все костяшки в кулак, а затем вытянул из него указательный и средний палец и приложил их к моему виску. После чего его руки начали светиться, а в мою грудь и голову начало вливаться тепло. Продлилось все это от силы секунд двадцать, и фигура убрала от меня руки и отстранилась в сторону.

— Помни, Иван, о том, что я тебе говорил, никому ни слова о произошедшем и становись сильнее, гораздо сильнее! — сказал он и хлопнул в ладоши от чего я проснулся.

Открыв глаза я увидел, что на улице уже начало темнеть.

— Вот тебе и вздремнул! — потирая лицо, сказал я. — Еще сон какой-то дурацкий приснился! — добавил я, но вдруг почувствовал какой-то дискомфорт в груди, и голова начала побаливать.

Скинув с себя плащ, а затем расстегнув доспех, я посмотрел на свою грудь.

— Дела. — произнес я, не веря своим глазам, разглядывая на груди синяк в виде кисти скелета.

Тем временем головная боль начала усиливаться по экспоненте. Мне становилось все больнее и больнее. Я приложил левую руку ко лбу и начал вливать в нее манну, но это не помогало. Боль становилась невыносимой, такое чувство, что мне вскрыли черепную коробку, залили в нее раскаленную магму, а заем вставили миксер и сейчас взбивают получившийся коктейль, причем на самой большой скорости.

Я упал обратно на землю и начал мычать от боли, едва не переходя на крик. Держась за голову я крутился из стороны в сторону, дело уже доходило до агонии. Я в кровь искусал себе губы, зубы скрипели от такой силы сжатия, но вдруг в один момент все прошло. Словно и не было никакой боли, только кровь, текущая из прокушенных губ, и взъерошенные волосы напоминали о ней.

— Что за хрень происходит? — прошептал я, залечив раны. — Как это должно мне помочь стать сильнее?! Чертов ты скелет! Да чтоб тебе пусто бы… — начал ругаться я, как вдруг понял.

Я понял, что делать, у меня в голове появилась информация, я точно знал как быть и что делать дальше. Словно всегда это знал, это как наваждение или озарение, что посетило меня.

Не в силах терпеть, я тут же сел в позу лотоса и погрузился в ту самую тьму, где я пребывал во время медитации. Вот только тут было не так уж и темно, в воздухе парил белый отпечаток костяной руки и освещал все вокруг.

Передо мной находился большой колодец, в который я тут же заглянул, и в нем парили сферы: белые и черные. Каждая сфера являлась способностью, что это за способность я не знал. Их там было очень много и каждая парила на своей секции. Я точно знал, что чем сильнее я буду становиться, тем больше сфер я смогу оттуда достать. И сейчас сразу смог схватить две белых и две черных, которые, попав мне в руки, тут же впитались в них.

Выйдя из транса, я открыл глаза. На улице уже стало совсем темно. Я же сидел на том же месте, но уже под ярким, звездным небом. Глядя на которое улыбался как дурак, но причина улыбки была не в том, что я был в восторге от такого вида, а от того, что я узнал, приобрел и уже словно умел этим пользоваться, оставалось только попробовать на деле.

Поднявшись на ноги, я вытянул руки вперед вверх ладонями и мысленно подал в них манну. На левой ладони тут же появился белый шарик, а затем еще один и еще один. Они парили над моей рукой. На левой ладони также появились три шарика.

Мои новые знания дали дали понять: белые шары взрываются ярким светом, ослепляя и оглушая противников, плюс они на недолгое время освещают все вокруг, давая возможность перемещаться светом. Черные шары тоже взрываются, но только темнотой, и я могу создать этакую завесу, создавая непроглядную темноту, по которой могу перемещаться.

Но это не все, я могу их комбинировать, соединив два черных шарика в один побольше, помещаю один белый и вот, пожалуйста — убойная граната, громкая и убойная. Свет создает взрыв, а тьма становится тверже стали и разлетается на большое расстояние. Сами по себе шары могут еще не мало полезного. Например, белым я могу вылечить раны человека. А черный может принимать форму различных предметов. Первое, что мне пришло в голову, так это метательные ножи.

Теперь могу отказаться носить на себе эти тяжелые и неудобные доспехи. Так как благодаря новой возможности я могу создать собственный из магии света и тьмы.

Быстро скинув с себя доспех я мысленно начал создавать доспех для себя. Нижний слой - это магия света, она полностью обволакивает мое тело и создает мощный барьер, а также будет сразу исцелять, только стоит мне получить ранение. Вторым слоем ложится магия тьмы, она создает прочную броню, позволяющую мне скрываться в темноте, буквально становясь невидимым, но это при условии, что я создам еще и шлем. Еще я могу изменять как хочу каждый миллиметр брони. Делая ее более практичной, удобной и, разумеется, пафосной. Мой новый доспех не гремит, нигде не натирает, нет слабых мест, делает меня намного сильнее, но при этом манны он съедает просто невероятное количество. Если сражаться на полную, то меня с моим, как оказывается, скудным запасом от силы хватит минут на пять боя и это при условии, что не буду получать урон.

— Пу-пу-пу. — задумчиво сказал я, развеивая обновку и глядя на снятый доспех.

Так я далеко не уеду, нужно увеличивать запас манны. А для этого мне нужно много есть, много тренироваться и сражаться. Все вроде логично, кстати о еде, я так то уже больше суток ничего не ел, надо бы начать с этого.

Накинув на себя доспех обратно, я выбрался из оврага и отправился на охоту. С чем — с чем, а с дичью в лесу сейчас проблем нет. Оружие у меня имеется, тем более у меня даже арсенал пополнился магическими способностями.

Вопросов у меня было конечно больше, чем ответов. Что это за скелет такой? Друг, который был кровным врагом? Но он же скелет? Как такое возможно? Есть у меня одна теория, но она еще более безумная чем все то, что происходит вокруг. А, что если я не отсюда? Ведь с появлением в нашем мире магии, теория о том, что мы не одни, не кажется такой уж и бредовой. Может я с другой планеты или параллельной вселенной или еще что-то в этом духе? Ладно, что-то меня понесло не в ту сторону.

Как быть с тем скелетом? По сути он мне реально помог и взамен попросил стать сильнее. Никаких сделок мы не заключали, так что пожалуй оставлю этот вопрос открытым, не склоняясь ни к одной чаше весов.

Выбравшись из оврага, я двинулся в сторону небольшой чащи, что виднелась в паре километров отсюда. Сейчас я шел сквозь высокую траву, по болотистой местности. Все чаще мне попадались болотные кочки, а почва под ногами начала хлюпать. Похоже я упираюсь в какое-то болото.

Решив обогнуть болото по дуге, я взял левее и, прислушиваясь к звукам лесных обитателей, старался бесшумно двигаться дальше.

По мере продвижения я заметил, как над травой взлетел небольшой желтенький огонек. Я сразу насторожился и замер на месте, присматриваясь к нему. Но ничего не происходило, огонек немного погорел и погас. Решив, что это был какой-то светлячок, я двинулся дальше.

Вдруг в стороне опять зажегся огонек, а чуть дальше от него еще один. Любопытство все же взяло надо мной верх, и я приблизился. Но стоило мне подойти к нему ближе, как огонек погас. Но загорелся чуть дальше, а за ним еще несколько. Все они были выстроены в одну линию, словно указывали мне путь.

— Так, стоп! — сказал я сам себе, едва не пойдя за огоньками. — Вспомни все сказки и фильмы ужасов, идти за светлячками, разбросанными конфетами, красными воздушными шариками и прочей заманивающей мутотенью — это приведет к беде. Так что, ну его на хрен! — прошептал я сам себе под нос и развернувшись вернулся на свой маршрут.

Не прошел я и десяти метров, как услышал шорох позади себя. Мурашки пробежали по моему телу, предупреждая об опасности, и я, мгновенно выхватив меч из ножен, развернулся в сторону шума.

Обернувшись я увидел источник шума, среди травы стояла голая девушка, ее лица я не видел, так как ее волосы развеивались на легком ветру.

— Привет, Вань, скучал по мне? — прошептала она знакомым голосом, а затем провела рукой по лицу, отодвигая волосы в сторону, и я остолбенел, когда увидел ее лицо.

— Юля? — выкрикнул я от неожиданности, видя перед собой погибшую девушку.

Глава 5

Видя перед собой ту самую девушку с которой я успел сблизиться за столь короткое время, у меня подкосились ноги, голос мой задрожал, а в голове пронесся шквал из различных эмоций.

— Ну чего ты стоишь, идем за мной. — поманила она меня пальцем и начала отходить назад.

— К-к-ккак? П-п-ппочему ты жива? — все еще не веря своим глазам, спросил я у нее заплетающимся языком.

— Что за вопросы, дурачок, я хотела еще раз увидеть тебя и вот я тут. — улыбаясь, ответила она.

— А остальные? Они тоже живы? — уточнил я на всякий случай.

— Разумеется, мы все живы, следуй за мной. — сладко промурлыкала Юля.

Я потряс головой, пытаясь сбросить наваждение. И, протерев глаза, еще раз посмотрел на Юлю, думая, что это какой-то мираж, иллюзия, а может моей голове досталось после прикосновения скелета, и моя крыша поехала, показывая мне вот такие картинки.

Но, посмотрев вперед, я все так же видел девушку, что продолжала меня манить за собой, сразу за ее спиной загорелись те самые огоньки, указывающие путь.

— Так, стоп! Что-то тут не чисто! — все же здравый смысл возобладал надо мной, и я взглянул на Юлю магическим зрением.

Аура девушки изменилась до неузнаваемости, вместо слабенькой стихии света от нее исходила аура земли и воды, что говорило лишь об одном — это не она.

— Идем же. — опять поманила меня девушка.

— Отличный ход! — выкрикнул я. — Знаешь, а у тебя почти получилось! Еще немного, и я поверил, только я лично видел твою отсеченную голову, а также присутствовал в тот момент, когда твое тело сжигали на костре. И черт бы с этим, у нас же тут всюду магия и возможно практически все. Но твоя аура, что-то мне подсказывает, что ее невозможно поменять! — строгим тоном заявил я девушке.

— Упс. — улыбнувшись сказала Юля. — Ошибочка вышла, кто же знал, что ты у нас такой стойкий, да еще и ауры способен видеть. — наматывая прядь волос на указательный палец, сказала девушка.

— Кто ты? — нахмурившись спросил я и положил ладонь на рукоять меча.

— А тебе не все ли равно? Для тебя я могу быть кем захочешь. — улыбнувшись, сказала она и прямо на моих глазах перевоплотилась в Мэри.

— У тебя фетиш такой — превращаться в мертвых девушек? — подняв одну бровь, спросил я.

— Ну вот, опять. — надув губы ответила она. — Я разве виновата в том, что все девицы из твоих воспоминаний мертвы! — возмущенно ответила дама, при этом еще и ножкой топнула. — А теперь, будь добр, следуй за мной! — сжав кулачки закричала она.

— Ага, сейчас! Уже бегу, волосы назад! — ухмыльнулся я, понимая, что если я проследую за ней, то это будет билет в один конец.

— Ну все! Ты сам напросился! — зашипела девушка от злости.

Ее глаза тут же изменили форму, став немного больше размером, а зрачки стали как у кошки. Бархатистая, гладкая кожа начала темнеть, становясь темно-серого цвета, кажа стала вся шероховатая и морщинистая, покрытая бородавками. Лицо тоже претерпело изменения, нос вытянулся и стал боле круглым, словно картошка. Милый ротик превратился самую настоящую пасть, усеянную острыми желтыми зубами. Волосы же приобрели зеленоватый оттенок и стали на вид жесткими, словно прутья из пластиковой метелки, да и все они были слипшимися и больше походили на речную тину. Пальцы на руках вытянулись, став длиннее в два раза, а ухоженные ноготки превратились в острые, длинные когти, по форме и цвету напоминающие кошачьи. Ступни ног так же удлинились, размера так до пятидесятого и тоже обросли когтями. Фигура стала горбатой, с выпирающими животом, торчащими из-под кожи ребрами как у дистрофика, да и груди свисали почти до пола. И при всем при этом, размером это чудище стало куда меньше, чуть больше метра. Смотреть на это все было просто омерзительно.

Завершив свою трансформацию, это чудо, выставив вперед руки, побежало на меня, без магии, без всего, просто вперед в лобовую атаку.

— Шшшшшш! — шипя, словно кошка, развив большую скорость, бородавочная приблизилась ко мне.

Я же, вынув из ножен свой короткий клинок, решил сразу ее не убивать, а все же попробовать допросить. Мне было интересно кто она такая, человек или все же монстр. Так что, сделав небольшой размах, я попытался ударить ее плоской частью лезвия прямо в лоб.

— Ахахаахахаха! — захохотала она, когда мое оружие прошло сквозь нее словно она бесплотная.

Забежав за спину, дамочка заехала мне по спине своей здоровенной ногой. Удар был очень сильным, но я все же устоял на ногах, хоть и пришлось сделать с десяток шагов вперед, чтобы не потерять равновесие.

— Ну что, Ивашка! Страшно? Ахахахах! — веселилось это нечто.

— Давай, нападай! — поманил я ее к себе рукой, вспомнив, что против бесплотных существ у меня в запасе имеется приемчик.

— А ты смелый! Люблю таких! Вы очень вкусные! — облизнув свои губы длинным и мерзким языком, сказал мой противник и опять ринулся атаку.

В последний момент я бросил меч на землю, чтобы на всякий случай не вызвать подозрений у этой кракозябры и, напитав левую руку магией света, схватил ее за горло.

Поняв, что проскочить не получилось, у монстра округлились глаза, и она начала бить своими руками по моей, но все это было без толку, она даже все когти себе переломала. Ногами дамочка хотела дотянуться до моего живота, но не доставала до меня, так как я держал ее на вытянутой руке, при этом сжимая ее горло и перекрывая доступ к кислороду.

— Ххххватт, я сдаюсссь! — едва слышно прошипела она.

— Дернешься, и я тебя сразу прикончу! Поняла? — пригрозил я ей, на что получил согласные кивки головой.

Разжал пальцы, монстр упал на землю и начал громко хрипеть, при этом жадно хватая воздух ртом. Все это длилось на протяжении нескольких минут, а потом это создание уселось на свою пятую точку и уставилось на меня, при этом я по глазам видел, что она испугалась.

— Кто ты такая или что ты такое, черт тебя подери?! — грозным голосом спросил у нее я.

— Я это я. — пожав плечами ответило мне существо.

— Как это понимать?

— Как хочешь, так и понимай.- шмыгнув носом ответило оно.

— Имя то у тебя есть? — уточнил я.

— Не-а. — тут же последовал отрицательный ответ.

— А откуда ты тут взялась?

— Не знаю, шесть лун назад просто появилась тут и все. Я была голодна и просто знала, что мне делать дальше и как добыть еду. Таких как я больше не встречала, живу то тут, то там, создаю себе болото и заманиваю к себе людишек, вроде тебя. — честно сказала она.

— Ты питаешься человеческой плотью? — нахмурив брови, спросил я у нее.

— Нет, я не ем физическую пищу. Я питаюсь эмоциями.

— Это как? — перебил я ее.

— Люди очень эмоциональные создания. Я могу проникнуть к человеку в сознание, но мне доступны лишь его желания, сожаление, то о чем он печалится. Я предстаю в образе, который нравится человеку и заманиваю его в свое болото. Там я погружаю его в трясину и обездвиживаю. Вот тут все и начинается: страх, ненависть, злоба, отчаяние все это питает меня и забавляет. — улыбнувшись ответило чудовище.

— Вот как. — хмыкнул я. Значит забавляет? И скольких людей ты уже угробила?

— Не знаю, счет не вела, плюс-минус пятнадцать-двадцать человек. — пожав плечами ответила она.

— Ясненько, понятненько. — сказал я, взяв в руки свой клинок, и начал напитывать его манной, дабы отрубить ей голову.

— Стой! Не делай этого! Молю тебя! Мне нравится жить! — встав передо мной на колени взмолилась она.

— А мне тоже нравится, но ты как бы на другой стороне и боюсь, будь я на твоем месте, ты бы меня не пощадила.

— Нет, не пощадила. — согласно кивнул монстр. — Прошу, не убивай, я могу тебе пригодиться! Я умная, буду служить тебе! Делать все, что пожелаешь! Я принесу тебе клятву верности! — начала торговаться она.

— Грош цена твоей клятве. Да и чем ты можешь быть полезна? — хохотнув ответил я.

— Клятва, скрепленная магией, нерушима! Цена за обман — жизнь! А пользы от меня много! Я не сплю и могу охранять тебя ночью, также принимать облик на твой вкус и согревать твою постель. — продолжало торговаться чудовище, а от последнего аргумента, меня чуть не стошнило.

— Что за клятва такая? — уточнил я.

— Я произнесу слова клятвы, ты ее примешь, от чего у меня появится метка, если я нарушу данное тебе слово, то я сразу же умру.

— Откуда ты про это знаешь? — не доверяя ей уточнил я.

— Ну знаю и все. Это как дышать или есть, ты просто умеешь это. — ответила она.

— Хм. Мне нужно подумать. — ответил я и начал ходить вокруг нее.

Допустим она не врет и будет служить мне. Какой от нее может быть прок? Охрана? Сомнительно конечно, но как минимум может разбудить. Ее облик, благодаря ей можно будет заманивать врагов или узнавать полезную информацию, мужчины редко следят за языком в присутствии красивых девушек. Может она еще чего умеет, да и физически она сильна этого у нее не отнять.

— Как долго ты можешь находиться в облике человека? И кроме как в человека можешь еще превращаться в кого-то? — строгим тоном спросил я.

— Человеком могу быть столько сколько хочу, но только девушкой, а еще могу черной кошкой обернуться. — ответила она.

— Сражаться можешь? Ну магией, использовать заклинания боевые, у тебя же мощная аура, ты должна быть сильной.

— Могу трясину сделать, туман наслать, огоньки создавать умею, нору сделать в земле и все. — честно сказало чудовище.

— Что нужно сделать для твоей клятвы? — все же решил рискнуть я.

— Ты должен дать мне имя! — улыбнувшись ответил мне монстр.

— Имя? — нахмурился я.

— Да, для начала нужно имя, так как оно должно прозвучать в клятве. — пояснила она.

— Хорошо. — согласился я. — Как же тебя назвать то? Ты чем-то напоминаешь мне кикимору болотную из славянской мифологии. Кикимора значит, о точно! — радостно сказал я. — Нарекаю тебя Кирой! — гордо произнес я.

— Кира! Мне нравится! — запрыгала она на месте.

— Клятву давай! А то недолго тебе радоваться придется! — воткнув в землю меч прямо перед ней, пригрозил я.

— Я Кира, вручаю свою жизнь господину Ивану! Клянусь служить его воле с сего дня и до самой смерти. — начала говорить она при этом размахивая в воздухе указательным пальцем, словно дирижер.

Звучало это все как-то максимально глупо, но что-то в моей голове подсказывало, что это норма.

Как только она закончила, в воздухе появился узор, покрытый какими-то письменами круг, переливающийся всеми цветами стихий. Круг был поделен на две части и в каждой из них было место в форме ладони. Кира сразу приложила руку к одной из них и круг окрасился зелено-синим цветом.

— Теперь ты, подтверди, что принимаешь клятву. — сказала она, ткнув пальцем на второй отпечаток.

Хоть я и опасался, но все же приложил руку к этому кругу, и он тут же окрасился в черно-белые цвета. Затем круг растаял в воздухе, а Кира зашипела и упала на колени от боли. Меньше чем через минуту она поднялась на свои короткие лапки и продемонстрировала мне тот самый круг, проявившейся у нее на груди.

— Это печать, что убьет меня, если я нарушу данную тебе клятву. — пояснила она.

— Отлично, тогда, будь добра, перевоплотись в человека, но незнакомого мне и желательно, чтобы он был в одежде. И чтобы не пафосная красотка какая-нибудь, а неприметная. — сразу попросил я.

— Как пожелаете, господин. — сказала она и тут же, начала менять свои формы.

Пару минут спустя передо мной стояла вполне симпатичная, миловидная девушка лет двадцати пяти. Худенькая, с длинными волосами, заплетенными в одну тугую косу, одетая в легкий кожаный доспех с металлическими вставками и небольшим мечом на поясе.

— Ну вот, другое дело. — довольно кивнул я. — И это, никогда не называй меня «господин». Для всех мы просто соратники, так что давай на «ты» и обращайся ко мне просто по имени.

— Хорошо, как скажешь, Иван. — улыбнувшись, сказал она.

— Я очень голоден, и нам бы поймать кого-нибудь и зажарить, а также подумать, как тебя кормить будем. — сказал я, убирая меч в ножны и оглядываясь по сторонам, решая, куда я пойду.

— У меня есть еда в логове. Я хожу по округе и собираю разные безделушки и вещицы. Плюс с жертв снимаю, авось чего полезного для тебя будет. — разу предложила она.

— Ну пойдем на твое болото, покажешь. — согласился я.

Кира шла первой по узенькой тропинке, границы которой нам указывали ее огоньки. Я все еще ей не доверял, хоть чувство опасности ушло полностью, да и эта самая печать, у меня словно возникло чувство дежавю, когда я ее увидел.

Дойдя до небольшой полянки моя спутница провела рукой после чего верхний слой земли распахнулся в стороны словно створки лифта, и я увидел ступеньки, ведущие вниз.

— Нора говоришь? — ухмыльнулся я.

— Угу. — согласно кивнула она. — Только у меня там освещения нету. — расстроившись, предупредила она.

— Это не проблема, я вижу в темноте. — сказал я и начал спускаться вниз.

Войдя в эту так называемую нору, я аж присвистнул. По сути я вошел в настоящую, хорошо обставленную квартиру, жаль только вся мебель, посуда и элементы интерьера были сделаны из земли.

— Это что у тебя тут за хоромы? Я не так представлял себе твое жилище. — ухмыльнувшись, спросил я.

— Мне по душе быт людей, а еще я очень люблю читать. В некоторых журналах нарисованы ваши жилища, вот я и создала себе такое. — ответила она, указав рукой на стеллаж, заполненный разными книгами, там была как классика, так и различная научная фантастика даже школьные учебники. Отдельно от книг аккуратными стопками лежали различные журналы и каталоги. Макулатура выглядела конечно же печально — потрепанная, отсыревшая, но было видно, что ее оттирали и выравнивали каждую страничку.

— А раз тебе нравится человеческий быт, чего к людям жить не ушла, тебя же от человека по сути не отличить. — уточнил я.

— Пыталась. — ответила Кира, усевшись на диванчик. — Вот только стоило мне приблизиться к деревне, как на меня напала парочка мужланов и потащила в кусты. Они конечно потом пожалели о содеянном, став моей пищей. Тогда я попробовала еще раз, но в другом месте. Так там меня хотели в рабство продать, даже в клетке закрыли, но я сбежала. На этом я ограничилась, люди становятся хитрее и сильнее с каждым днем, а я как боец не очень, моя сила в другом. Вот поэтому так и живу. — улыбнувшись сказала она, откинувшись на спинку дивана.

— А почему ты не сбежала от меня? Зачем заключила контракт? — спросил я у нее, присев рядом.

— Все просто, я хочу жить. Рано или поздно мне бы попался сильный маг, способный меня убить. Я искала себе подобных, чтобы работать сообща, ведь голод он такой, долго терпеть не сможешь. Но увы, никого я не встречала, и тут ты подвернулся, ты не похож на людей, которых я видела раньше. В основном все при виде голой девушки излучают похоть и выпускают наружу свое нутро. Ты же нет, ты был искренне рад, правда не долго. Тобой не правят желания, ты силен, да и вероятность того, что я смогла бы от тебя сбежать крайне мала. Поэтому-то я и рискнула. — пояснила она.

— Ладно, ты про еду что-то говорила. — согласно кивнул я, поднимаясь с дивана.

— Да, конечно, в холодильнике посмотри. — ответила она, указав пальцем на кухню.

Я подошел к большому, двустворчатому холодильнику сделанному из земли и потянув ручки на себя, дверцы распахнулись. Там на полках аккуратными рядами стояли различные банки с консервами. Внутри нашлись шоколадные батончики, пачки с печеньем, галеты и даже пачка молотого кофе.

— Нашел, что-нибудь? — спросила Кира.

— Да. — ответил я, выставляя консервы на стол.

Кира же пришла на кухню и начала выставлять посуду на стол.

— Эм, она же из земли? — поморщившись сказал я.

— И что? — возмутилась она. — А из чего по-твоему ваша посуда? Глина, песок и прочее? Это не земля?

— Ну это конечно да. — начал мяться я.

— Тут все стерильно как в больнице! — недовольно шикнула она и пододвинула ко мне тарелку и ложку с вилкой.

Затем она поставила на стол турку и насыпала в нее кофе из пачки. После чего Кира взмахнула рукой, ее ладонь засветилась синим цветом и из нее в турку потека тоненькая струйка воды.

— Тоже стерильны, сейчас еще и прокипячу! — пояснила она, размешивая содержимое турки, откуда уже пошел пар.

— Ну если отравишь меня, то все равно умрем вместе. — улыбнувшись сказал я, открывая банку тушенки и вываливая ее содержимое на тарелку.

Глава 6

После сытного приема пищи я прошелся по шкафчикам Киры, выискивая полезные предметы, и их тут было в изобилии. Все было аккуратно разложено по полочкам и по категориям, по всей видимости, моя спутница тот еще перфекционист. Различного добра тут было с избытком: оружие, дорожные карты, неизвестные мне артефактные поделки, чистая одежда, но главное, я нашел кисет с табаком и папиросную бумагу.

— Сколько ты, говоришь, людей укокошила? — окинув взглядом закрома, спросил я у Киры.

— Ну я же отвечала! — возмутилась девушка и тут же поставила передо мной пепельницу.

— Что-то больно много у тебя тут разных трофеев хранится. — укоризненно сказал я, свернув самокрутку, и наслюнявил кончиком языка бумажку, чтобы папироса не развалилась.

— А… вот ты про что. — улыбнувшись, сказала она. — Знаешь, больше самих людей, людей еще никто не убил. Вы сами себя истребляете похлеще самых матерых монстров. Причем они хотя бы сражаются за выживание, еду, охотничьи угодья, а вы просто так. Стоит в лесу встретиться двум незнакомым группам, как почти всегда начинается битва ну или как минимум грабеж. На звуки битвы и запах крови стекаются монстры, а затем добивают выживших. Я же в свою очередь просто собираю вещи и несу их сюда. — пояснила мне Кира.

— Тогда ладно, вопрос снят. — согласно кивнул я. — Кстати, а на тебя монстры нападают? — спросил я, прикурив папиросу от артефактной зажигалки.

— Разумеется, но навредить мне не могут, я же могу стать бесплотной. Так что они мне не страшны. Как я понимаю, я что-то среднее между монстром и духом. Обычная еда мне не нужна, я не сплю, могу быть бесплотной, но при этом, если меня ранить, то пойдет кровь, и еще я испытываю эмоции. Когда читаю грустные книги, слезы так и льются ручьем. Или смеюсь до безумия над смешными историями.

— А как ты читать научилась? — задал я следующий вопрос.

— Никак, я просто уже умела. Открыла книгу и смогла прочесть то, что там написано. — пожав плечами, ответила Кира.

— Хорошо, тогда следующий вопрос. Как тебя кормить? То есть как часто? Ты можешь питаться моими эмоциями, например? — заполняя комнату табачным дымом, спросил я.

— Мне нужно питаться хотя бы раз в неделю. Твои эмоции не подойдут. Мне сложно это описать, но если совсем по-простому. Человек должен ненавидеть меня, впасть в чувство ярости, в апатию или совсем отчаяться. И все это должно быть направлено на меня. Поэтому я пленяла людей в зыбучих песках, сковывая по рукам и ногам. Они кричали на меня, злились, проклинали, потом отчаивались. А когда надежда у них совсем пропадала, я ослабляла хватку, давая им возможность выбраться. Когда они пытались бежать, поверив в удачу, я опять их пленяла, вызывая новую бурю эмоций. А когда они становились истощенными и бесполезными, я их добивала. — наматывая прядку волос на указательный палец, сказала Кира с хищной улыбкой на лице.

— А ты жестока. — честно признал я. — То есть убивать людей тебе в принципе не обязательно? — уточнил я.

— Все так, я не в восторге от убийства людей, точнее, мне их не жалко, но и удовольствия я от этого не получаю, это просто мера предосторожности. Если слухи обо мне распространятся, я никого не смогу поймать, скорее всего, на меня начнется охота, а я уже тут пообвыклась и бежать отсюда не хотела. Начитавшись детективов, я поняла, что нельзя привлекать к себе внимание, и поэтому я губила людей не больше, чем нужно.

За время нашей беседы я допил кофе, скрутил еще несколько папиросок и поднялся на свежий воздух. Пытаясь переварить полученную информацию.

На улице стоял густой туман, сверчки играли на своих скрипках, а где-то вдалеке завывали ночную мелодию волки, глядя на огромный диск полной луны, что разбавлял непроглядную тьму.

Последние сутки выдались для меня тяжелыми, бой с гидрой, потеря близких, беседа с неведомым мне скелетом и знакомство с Кирой. Большое количество событий и эмоций перемешались в моей голове, и я даже не знаю, как все это воспринимать.

Уж не знаю, может меня отвлекли последние события или я все же успел зачерстветь за последний год, глядя на гибель людей. Но сожаление и горечь потери близких мне ребят уже почти не терзают меня. Бугров как-то говорил, что рано или поздно у каждого солдата наступает момент, когда смерть товарищей он начинает воспринимать как обыденность. Словно ты сам умираешь внутри и так же, как и остальные, ждешь своего часа, когда костлявая занесет косу над шеей.

Я же не хочу таким становиться, а для того, чтобы близкие люди не умирали, я должен быть в состоянии их защитить. А значит, пора следовать совету того скелета или кто он там, будем становиться сильнее.

Тем более сделать это не так уж и сложно, относительно не сложно. Первое, что мне нужно для уверенного вступления в бой, это большой запас манны. Так как если она закончится в разгар битвы, то я поймаю что-то похожее на переутомление. Я уже сталкивался с подобным, когда испытывал свои возможности. И делал, кстати, правильно, мне просто нужно раз за разом опустошать свой резервуар с манной, что находится где-то глубоко внутри меня. Это будет мотивировать мой организм к увеличению запаса манны, а также скорости ее выработки. Также для быстрой выработки манны нужно очень хорошо питаться.

Новые знания сами приходят, стоит просто о чем-то подумать, и меня словно озаряет, правда, при этом немного побаливает голова. Так, например, я сейчас подумал о магической клятве, и точно, я знаю, что она нерушима, это всплыло в моей памяти, словно аксиома. Такое чувство, что я уже сотни раз заключал подобные. Как же мне хочется узнать о своем прошлом, только было свыкнулся с этим, но этот «старый друг» в балахоне и с костяными руками только раззадорил мой интерес. Он точно знает меня, но почему молчит? А может, он просто так втирается мне в доверие? Эх, столько вопросов и ни одного ответа. Ладно, будем разбираться по ходу дела, впрочем, как обычно. А пока вернемся к вопросу об усилении.

Чтобы быстро тратить манну, нужно использовать самые затратные заклинания, с этим проблем нет, надену на себя доспех, и через пять минут я буду пуст. А еще мне нужно засечь время, за сколько я могу восполнить свой запас манны. Касательно новых способностей, пока ничего дополнительного я взять не могу, жаль, конечно, но будем расти, становиться сильнее, и тогда они сами пожалуют в мои ручонки. А пока мой арсенал и так несколько расширился новыми способностями.

Я посидел еще немного на улице, выкурив папироску, а затем, облачив себя магическим доспехом, спустился вниз, Кира тем временем сидела в искусно сделанном кресле-качалке, поджав под себя ноги, и читала книгу с потрепанной обложкой, на которой я увидел название «Му-му». По щекам девушки катились слезы, и она иногда всхлипывала.

— А ты чего это в доспехе? — насторожившись, спросила она, оторвавшись от чтения и вытерев слезы манжетом рукава.

— Не боись, не трону. — улыбнувшись, ответил я. — Манну трачу, тренировка такая.

— Ясно. — согласно кивнула девушка. — А то я уже решила, что ты передумал по поводу нашего договора. И как Герасим, кирпич на шею, и все — концы в воду. — улыбнувшись, сказала она.

— С чего бы? Не будешь давать повода, ничего не изменится. А так, глядишь, и сработаемся. Просто, как показывает практика, люди в моей компании обычно долго не живут. — пожав плечами, сказал я, присаживаясь за стол.

— Что значит «долго не живут»? — не отрывая от меня взгляда, спросила Кира.

— Ну то и значит, гибнут все, при тех или иных обстоятельствах. — пояснил я ей. — Сделай еще кофе, пожалуйста. — попросил я, глядя на турку.

— Ну вот, я же подписалась на клятву, чтобы жить, а тут вот как получается. — тяжело вздохнула Кира и поднялась с кресла.

— Это в любом случае дольше, чем если бы бы ты не согласилась. — ехидно улыбнулся я.

— Аргумент. — улыбнулась девушка и, подойдя к столу, начала наполнять турку молотым кофе.

Манна кончилась у меня быстрее, чем я думал, даже и пяти минут не прошло. По телу прошлась слабость, меня начало мутить, и голова закружилась. Я тут же развеял доспех, который и сам по себе начал спадать с меня, становясь все тоньше и тоньше, после взглянул на свой резервуар. Новые знания позволяли мне это делать. По сути я был в кромешной тьме, посреди которой видел нечто похожее на большой бесформенный резервуар, в котором хранилась моя манна. Причем она была не белая, ни черная, а темно-серая и по мере надобности преобразовывалась в нужную мне. Резервуар был почти пуст, а скорость его наполнения оставляла желать лучшего, но над этим мы теперь будем работать.

— Кир, а как долго ты делала такие хоромы? — спросил я, оглядывая люксовую версию землянки.

— Почти два месяца. — немного задумавшись, ответила она.

— А нечто подобное, но меньших размеров за сколько сделаешь? Без мебели там, по сути только помещение, где можно спокойно переночевать и от непогоды укрыться? — уточнил я.

— Ну за пару часов могу сообразить, метра так три на три. — ответила она.

— Отлично, все не под открытым небом в лесу спать. — порадовался я.

— Твоя воля закон, и вот ваш кофе, господин. — ехидно сказала Кира, поставив передо мной чашку, и вернулась к чтению книги.

Попив кофе и немного придя в себя после магического истощения, я взял все пять карт, что хранились у Киры, и начал их изучать. Две карты были сильно испачканы в крови, по ним было видно, что девушка пыталась их оттереть и привести в порядок, но все было тщетно, бумага сильно затерлась, а рисунки и надписи стали нечитаемыми. Еще одна карта была сильно изорвана и помята, а две оставшихся сохранились в отличном состоянии. Только кто-то изрядно постарался наносить на них какие-то пометки, звездочки, кружочки, черточки, крестики и прочие символы, пойди пойми, что это значит. Но главное, на них видны дороги и города, что позволит хоть как-то ориентироваться, теперь осталось понять, где мы в принципе находимся. Но этим мы уже займемся завтра.

Отложив карты в стороны, я взял из шкафчика добротный рюкзак и начал складывать в него все полезные вещи, что могут нам пригодиться в дороге. Еда, одежда, горсть магических ядер, разумеется, карты, металлический котелок и прочие мелочи.

— Иван, а какой у нас план? — захлопнув книгу, спросила у меня Кира.

— План? — поморщившись, переспросил я.

— Да, план или цель. Как в книгах у главного героя, кто твой антагонист? Какова твоя цель? — улыбнувшись, спросила она.

— Пу-пу-пу. — уселся я за стол, отложив рюкзак в сторону, и закурил. — Да как-то нет у меня плана, только кое-какие мысли. Касательно антагониста, есть, конечно, один человек, которого я хотел бы найти, вот только где его искать? Да и зная его нрав, за год его уже, скорее всего, кто-то прикончил. — честно ответил я.

— Как-то негусто, что за мысли-то? — разочарованно ответила Кира.

— Ну я думаю отправиться в Москву, ну и параллельно бы вспомнить свое прошлое, и то, и то, думаю, будет сложной задачкой, а если по дороге встретим того самого антагониста или хоть что-то узнаем о нем, то обязательно наведаемся к нему и свернем шею.

— Это звучит куда лучше. — улыбнулась девушка. — А если мы попадем в Москву, сходим на Патриаршие пруды? А на Красную площадь? А на ВДНХ и Воробьевы горы? — восхищенно начала просить она.

— Если хоть что-то из этого уцелело, то обязательно сходим, тут без вопросов. — согласился я.

— Ох, скорей бы туда попасть! — обрадовалась она.

— Что тебя так радует? — уточнил я.

— Это же Москва! О ней столько пишут, столько рассказывают в некоторых книгах! Я бы очень хотела там побывать! — аж подскочив на ноги, заявила Кира.

— Значит побываем. Но ты учти, до города больше четырех тысяч километров. Это ты, может, у нас не спишь и не устаешь, я не такой. — предупредил я Киру.

— Я понимаю, но идти туда куда интереснее, чем жить на болоте. — согласно кивнула девушка.

— Значит, договорились, а я, пожалуй, спать. — потягиваясь и зевая, ответил я ей.

Кровать в землянке была, только она была сделана из окаменевшей земли, и спать на ней было бы еще то удовольствие. Так что я расстелил на ней три спальных мешка, что нашлись в вещах Киры, и, скинув с себя одежду, завалился на них.

— Мне разделить с тобой ложе? — неоднозначно спросила Кира, подойдя к кровати, начав расстегивать верхнюю пряжку кожаного доспеха на груди.

При взгляде на нее, меня аж передернуло всего, стоило вспомнить ее истинный облик.

— Нет, спасибо. — выставил я перед собой руку.

— Я могу изменить внешность по твоему желанию, ты только скажи, что сделать. — предложила она.

— Нет, нет и еще раз нет! — осадил я Киру и, укутавшись в спальник с головой, отвернулся от нее.

— Как скажешь. — хмыкнула она и вернулась в свое кресло.

— Разбуди меня, как солнце взойдет. — попросил я, не оборачиваясь.

— Хорошо. — согласно ответила Кира.

Кира как и обещала разбудила меня стоило солнцу подняться над горизонтом. Часов нет, поэтому, сколько времени прошло толком непонятно. Но, заглянув в свой источник, я понял, что он полон до краев. Однако в размерах он не увеличился. Но это дело практики, правда тратить всю манну в дороге, то еще расточительство, а вдруг кто-то нападет ночью, а я пуст? Надо, что-то с этим думать, а пока завтрак, есть хочется просто жутко.

Встав с кровати, я сразу оделся и, поднявшись на улицу, сходил по нужде. Погода радовала безоблачным небом и приятным, теплым ветерком. По земле еще растилась остатки тумана, а утренние пташки весело щебетали, встречая новый день.

— Кир, а тут есть поблизости какие-нибудь деревни или города? — уточнил я у девушки, что заботлива во всю варила мне кофе.

— Да, километрах в десяти отсюда. — согласно сказала она.

— А название знаешь? — спросил я, доставая карту.

— Не-а, как-то не обращала внимания. — отрицательно покачала она головой.

— А люди там живут?

— Нет, заброшена уже давненько. Все разрушено и сожжено. — пояснила она.

— Все равно сходим, поищем ориентир хоть какой-нибудь. — сказал я и начал открывать банку с рыбной консервой.

После завтрака мы начали собираться в путь. Я надел на себя плащ, оружие, прикрепил к рюкзаку катану Сэма и, взвалив его на себя, вышел на улицу.

Кира вышла за мной следом и, тяжело вздохнув, закрыла проход в свое подземное убежище, что служило ей домом.

— Ты чего так вздыхаешь? Может, вернемся еще. — подбодрил ее я.

— А толку? Без моей подпитки все это развалится через несколько дней, и все вещи пропадут. — пояснила она.

— Вот как? — удивился я. — Ну что сказать, значит, обзаведемся в будущем нормальным домом, где все будет как нужно и ничего без подпитки не развалится.

— Правда? — воодушевившись, спросила она.

— А почему нет? Главное найти такое место, где можно будет осесть. — согласно кивнул я.

— Это было бы здорово! А еще если бы в Москве! — мечтательно закатила она глаза.

— Время покажет. — опять согласился я. — Знаешь, надо бы тебя вооружить, а то что-то мы не сильно-то смахиваем на пару охотников или путешественников. — предложил я, окинув спутницу взглядом.

— Сейчас сделаем. — улыбнулась Кира, и ее кожаный доспех стал металлическим, изящно повторяющим ее женские прелести, а на поясе появились два коротких меча.

— Насколько это эффективно? — уточнил я, глядя на ее оружие.

— Да не очень-то и эффективно. — ответила она. — Я как боец в принципе не сильна, моя сила в другом. А если носить настоящее оружие, стоит мне стать бесплотной, как оно просто выпадет из моих рук. Так что в рукопашном бою не сильно на меня рассчитывай, моя стихия — магия, а не оружие. — пояснила девушка. — А еще я голодна. — добавила она.

— Учту, а касательно твоего питания, поищем каких-нибудь разбойничков, их сейчас везде полным-полно. — согласился я. — Веди к деревне.

— Нам туда. — указала направление Кира, и мы пошагали вперед.

Глава 7

До разрушенной деревни идти нам не пришлось, так как Кира вывела меня на заасфальтированную дорогу, и, пройдя по ней пару километров, я увидел перекошенный дорожный указатель. На указателе было написано, что через двадцать километров прямо по курсу будет поселок Култук. Сразу сверившись с картой, я понял, что не так уж и далеко убежал от Иркутска. Но я точно знал, что Култук Иркутску не подчиняется, а значит, там не должно быть наших знакомых, но это при условии, что это поселение вообще выжило и там живут люди. На самой карте Култук был обозначен крестиком, вот заодно и узнаю, что этот крестик вообще означает.

Пока мы шли по дороге, я осваивал новые знания, полученные от незнакомца, что назывался моим старым другом. Так, например, я узнал одну очень важную особенность. Оказывается, я могу манипулировать своей аурой, например, делать ее слабее или вовсе скрывать. Такая способность будет весьма кстати, чтобы не привлекать к себе лишнего внимания в городах, где людей все время сканируют. Да и для некоторых мои способности потом могут стать очень неприятным сюрпризом, если решат напасть.

В дороге ауру скрывать лишний раз не стоит. Стоило мне ее убрать до минимума, как не прошло и пяти минут, и к нам из леса тут же пожаловали гости. Четыре серых волка решили назначить нас своим обедом. Аура у них была слабенькой, да и размерами они тоже были не велики, обычные серые волки, обладающие стихией земли.

Тут-то я и испытал новенький прием, кинув в четверку, перегородившую нам дорогу, гранату из черной и белой стихии. Шарахнуло знатно, волчар нашпиговало по полной, они даже среагировать толком-то не успели, лежат сейчас бедолаги, скулят, испуская свой дух.

Ядра у них были чуть крупнее бисера, но это теперь валюта, так что сойдет. Вернул ауру в нормальное состояние, и мы продолжили путь. Вообще, лишний раз в поселения соваться не стоит, как знать, что у них там за порядки, но я хочу разжиться транспортом. То, что у них будут машины и мотоциклы, работающие на магическом движке, как в Иркутске, я, конечно же, сомневаюсь, но как минимум лошади-то должны быть. Они сейчас вполне себе прекрасный транспорт, выносливы, сильны, да еще и об опасности оповещать могут. Топать до Москвы пешком будет та еще затея, как бы ноги до плеч не стерлись. Мы так к зиме не факт, что дойдем, а то и к весне.

Кира в дороге была молчалива и просто следовала следом за мной. Ее знание мира было довольно скудным, ограничено лишь контактами с жертвами, книгами и одной попыткой поселиться в деревне. Она периодически задавала мне вопросы о том, как раньше жили люди в больших городах и деревнях. О том, как развлекались, как работали и как был устроен их реальный быт. Я, разумеется, рассказывал ей все, что знал, хотя и у самого познания были довольно скудными. Весь мир живущих людей заключался в смартфонах, с помощью них они делали многое: знакомились, общались, работали, развлекались, заказывали пищу, такси и совершали какие-то покупки. А теперь многим без них приходится тяжко, хотя сейчас всем приходится тяжко.

Я в Иркутске насмотрелся на людей, что всеми силами пытались держаться за прошлое, особенно отличались власть имущие. Различных коррупционеров и некомпетентных людей там к власти не пускали, и всем было абсолютно все равно, кем ты был раньше и какой пост занимал. Недоволен — ошейник на шею и строить стену, поймали на воровстве — ошейник на шею и строить стену, продвигаешь своих людей ради выгоды — та же участь. Также страдают различные программисты, менеджеры, блогеры и прочие специализации, на которых люди зарабатывали. Все это кануло в Лету, и некогда зарабатывавший большие деньги блогер вынужден класть кирпич, а бедный прораб, над нищетой которого он потешался ранее, гоняет его, и вообще он теперь очень важный человек. Все перевернулось вверх дном, и отчасти мир стал более справедливым, что ли, но не для всех. Ведь кому-то магии и вовсе не досталось.

На горизонте появилась табличка с названием населенного пункта Култук, только это единственное, что тут уцелело. Поселок стоял на берегу Байкала, и с него открывался впечатляющий вид на бескрайнюю водную гладь. Но любоваться было некому. Поселок был весьма большим, но по нему словно катком прошлись, все разбито, разрушено, но, к удивлению, я не видел тут пепелищ и сгоревших домов. А к берегу дорога натоптана.

— Кира, а ты не знаешь, в воде теперь много разных монстров водится? — уточнил я у спутницы на всякий случай.

— Не знаю, не сталкивалась, но, судя по следам и отсутствию сгоревших зданий, тут они точно есть, и я бы предпочла обойти поселок по большой дуге. — внимательно оглядываясь по сторонам, сказала Кира.

— Я с тобой полностью солидарен. — произнес я, и мы спешно начали удаляться от берега. Я еще вспомнил здоровенную рыбину, что нападала на меня, когда я еще жил в тайге, так что судьбу испытывать лишний раз не стоит.

При обходе поселка стороной, нам встречались странные следы, словно тут кто-то в ластах ходил, а может, гигантские утки или гуси, я не удивлюсь, что это так. Хотя чуть дальше нам встретился полуразложившийся скелет, придавленный бетонной стеной разрушенного дома. Что-то про внешность сложно сказать из-за того, что монстра облепило огромное количество трупных мух, оно антропоморфное, около двух метров ростом, покрыто чем-то, напоминающим чешую голубовато-зеленого цвета. Кисти рук как у человека с одним отличием, между пальцев у него прозрачные перепонки, а вместо ногтей длинные прозрачные когти, а вот вместо стоп реальные ласты, точнее стопы длинные и плоские, а еще гибкие, как ласты.

— Значит, тут какой-то морской народец тут порезвился. — хохотнула Кира.

— Местные жители твоего юмора явно не разделяли. — осек я девушку. — И Байкал — это озеро, значит, озерный народец. — поправил я ее.

Задерживаться мы тут не стали и поспешили удалиться подальше. Пока мы удалялись от поселка, я рассматривал карту и пришел к выводу, что мы идем немного не в ту сторону. Нам бы по-хорошему нужно идти в сторону Красноярска, а мы сейчас, наоборот, удаляемся от него, дорога, по которой мы двигались, огибает Байкал и ведет к Улан-Удэ, а там народец живет не особо доброжелательный, это я уже точно знаю. Если же не развернуться и идти в обратную сторону, то мы вернемся в Иркутск, что тоже нам не подходит. Так что остается только один вариант — это срезать угол через непроходимые дебри и выйти на нужную дорогу, что тоже непросто, ведь чем глубже в лес, тем опаснее живность, что там обитает. Но там есть несколько деревень, может, там кто выжил и при этом сохранил человечность.

Устроив небольшой привал, я рассказал Кире свой план и показал маршрут. Она на это лишь согласно кивнула головой, мол, ей все равно.

Следующим пунктом, который мы посетим, является поселок Тальяны, о таком я тоже ничего не слышал ранее, еще он очень маленький, но на карте стоит звездочка, так что можно предположить, что там кто-то живет.

Вернувшись обратно и обойдя Култук, мы немного расслабились и, выйдя на разбитую грунтовую дорогу, начали углубляться в лес. Идти мы планировали до наступления темноты, а затем привал до утра.

— Ты слышал? — замерев на месте, спросила у меня Кира.

— Что слышал? Пение птиц? Жужжание надоедливых комаров? Скрип деревьев? — нахмурившись, спросил я у нее.

— Нет, я слышала чей-то хохот, мужской. — пояснила она.

— Нет, или тебе показалось, или твой слух гораздо острее. — пожав плечами, сказал я.

— Нет, не показалось, слышу опять. — сказала девушка.

— Ну тогда веди, пойдем посмотрим, что тут проживает. — предложил я.

Кира начала озираться по сторонам, прислушиваясь к каждому шороху, и повела меня за собой. Сначала мы шли по дороге, затем свернули с нее, и отошли метров двести от нее, тогда-то уже и я начал слышать мужской громкий хохот. Пройдя еще немного, я увидел стоящий посреди леса добротный домик, сложенный из толстых сосновых бревен. Вокруг домика был возведен прочный и высокий забор из толстых досок.

Судя по звукам, доносящимся из-за забора, там сейчас происходила пирушка. Группа мужчин хриплыми голосами обсуждали, как удачно они вчера совершили налет на группу охотников, отобрав у них все добро. Также они очень сильно негодовали от того, что среди этих охотников не было женщин, а то им тут скучно без их тепла.

— Что будем делать? — спросила у меня Кира, хищно улыбнувшись.

— Ты говорила, что проголодалась? — спросил я у нее.

— Ага. — согласно кивнула девушка.

— Хорошо, ты можешь посмотреть, сколько их там? — уточнил я у нее.

— Без проблем. — ответила она и тут же обернулась черной кошкой.

Кира быстро протиснулась под забором и отправилась на разведку, я же остался сидеть под деревом.

Минут через пять Кира вернулась ко мне с докладом.

— Семь человек, двое спят пьяными, пятеро сидят за столом. — отчиталась она.

— Вот чего-чего, а говорящих кошек я пока не видел. — ухмыльнулся я, глядя на Киру. — Тогда давай разделим их? Часть убью я, часть ты. — озвучил я свою идею.

— О, отлично. — согласилась кошка и начала превращаться в эффектную блондинку в потрепанном коротеньком платье, что было сильно изорвано и оголяло самые неприличные места. — Я выманю их отсюда, а дальше по ситуации. — добавила Кира.

— Хорошо, я пока спрячусь на дереве. — сказал я, скинув с себя рюкзак, и Кира тут же погрузила его под землю.

Стоило мне взобраться на дерево, как девушка отбежала метров на сто от избушки и начала во всю голосить.

— Ау! Помогите! Спасите! Ау! Люди! Кто-нибудь! — кричала она звонким девичьим голоском.

— Тише, парни! Слышите? — раздался голос из деревянной беседки. Хоть я был и на дереве и видел территорию, но люди сидели под крышей.

— Ля Саныч, ну прям пруха поперла! — кто-то радостно хлопнул в ладоши. — Только за баб заговорили, и вот те на блюдечке с голубой каемочкой.

— Так, Толик и Миха за мной, вы тут ждите! — скомандовал радостный обладатель хриплого голоса.

Кира же не унималась и бегала по лесу, громко крича о помощи, а радостные мужички выбежали за ворота и уже на всех парах бежали за девушкой.

— Вот же дебилы. — покачал я головой, глядя на троицу весьма сильных оборванцев, что уже начали занимать очередь, кто и после кого будет спать с Кирой. — И как вы год в лесу прожили? Ума не приложу. — посетовал я, спускаясь с дерева.

Осторожно войдя за забор, я окинул взглядом беседку, там сидели двое мужчин и распивали какую-то мутную бурду из большого бутыля. Сразу за беседкой, развалившись на пластиковых шезлонгах, похрапывая, спала еще парочка мужичков. Их возраст было сложно угадать, небритые, заросшие, неопрятные, ну прям дикари, ей-богу.

— Ну че, Димон, давай за то, чтобы деваха красоткой оказалась. — подняв рюмку, предложил тост один из мужичков.

— Не, Сашок, че мне ее красота, не жениться же на ней. Главное, чтобы пофигуристее была, ну знаешь, чтобы было за что подержаться. А то приведут сейчас доску какую-нибудь, и никакого удовольствия. — поморщившись, сказал второй.

— Тогда за то, чтобы это была фигуристая красотка. — изменил свое пожелание Сашок.

— Вот! Согласен. — захохотал Димон и, чокнувшись рюмкой с Сашком, с удовольствием залил ее себе в глотку.

— Эх вы, уроды! Человек в беду, может, попал, а вы вот так сразу! Больные ублюдки! — сказал я, глядя на парочку, презрительно плюнув на землю.

— Не понял, ты еще кто такой? — нахмурился Сашок, глядя на меня.

— Смерть я ваша, только вот без косы! — ухмыльнулся я, метнув нож, напитанный моей манной.

Лезвие прошило череп Димона насквозь и вонзилось в забор по самую рукоять. Я же вспышкой подскочил к Сашку и ударил его под дых, выбивая воздух из легких. Парочку, что сладко спала, я прикончил на месте, пронзив их сердца своим клинком.

— Кха, кха. Ты кто такой? Че тебе надо? Сейчас наши парни вернутся, они с тебя живьем шкуру спустят. — согнувшись в три погибели, сквозь кашель попытался запугать меня Сашок.

— Я тебя умоляю, ты думаешь, они вернутся? Радуйся, что остался тут, а не разделяешь их участь! — отвесил я ему звонкую затрещину и за шиворот выволок из беседки.

— Вот вы уроды! Ребят погубили! — вдруг расхныкался он, осознав всю безысходность ситуации.

— Ахаха! — рассмеялся я. — Ты серьезно? А вы чем тут занимались? Дай угадаю, вы группа орнитологов? Птичек тут изучали? Хотя нет, стоп, вы, наверное, исследователи и ищете следы снежного человека? Или, может, вы геологи, которые в поисках месторождения золота или там нефти? — издевательски спросил я.

Парень же просто потупил свой взгляд, услышав мои издевки.

— А что ты думал? Полупокер недоделанный! Когда вступаешь на такой путь, нужно понимать, что рано или поздно за тобой придут! Хотел бабу посимпатичнее?! А получишь лезвие на поострее! Хотя по-хорошему, надо бы тебе для начала бубенцы отрезать, да чем-нибудь тупым и ржавым за такие мысли! — пригрозил ему я.

— Прошу, не надо, я боли очень сильно боюсь! — начал с новой силой рыдать он, аж из ноздрей потекло.

— Рассказывай, откуда вы тут взялись? По чьей команде работаете? Куда добро сбываете? — спросил я у него.

— Да местные мы, из Тальяны, жили там себе спокойно, а потом там тип один объявился, где-то месяцев семь-восемь назад. Так он начал там свои порядки устанавливать, мол, живем там все как бомжи, а нужно развиваться, все восстанавливать. Мы его угомонить хотели, а он, сука, сильным оказался. Деваться было некуда, подчинялись, вкалывали как проклятые. Он там порядок типа навел, все равны, кто не работает, тот не ест, и все такое. В общем, мы тепла дождались и свалили от него подальше. Так что решили так счастья попытать, дорога она всегда лихого парня прокормит. Все, что добывали, в деревню и относили, там завхоз есть, Славик Муравьев, так мы ему добро скидывали, а он нам самогончик, табачок, еду взамен давал, так вот и жили. — пуская сопли, ответил Сашок.

— А как звать-то вождя того? — уточнил я на всякий случай.

— Святославом все его кличут. — ответил парень.

— Ясно. — сказал я. — Слушай, а лихой такой паренек по имени Вовчик к вам не заглядывал на огонек, может, встречал где или слышал? — уточнил я на всякий случай.

— Не, не слыхал ни о каких Вовчиках. — отрицательно закивал головой он.

— Ну, на нет и суда нет. — ответил я. — А как в деревню эту пройти, путь подскажешь мне? — уточнил я.

— Тут так и не расскажешь даже, но проводить могу. — предложил он с хитрым взглядом.

— Ты мне тут зубы не заговаривай, я ведь и обидеться могу. — отвесил ему еще одну затрещину и грубым голосом пригрозил я.

— Да чего тут искать-то, там грунтовка есть, по ней иди, не ошибешься. — поморщившись от боли сказал парень.

— Ну, спасибо и прощай, Сашок. — ухмыльнувшись сказал я и резким движением рук, прямо как Бугров учил, свернул ему шею.

Покончив с разбойниками, я обошел всю территорию дома в поисках чего полезного. Нашелся только десяток мелких ядер. В остальном плохого качества холодное оружие, какие-то шкуры, когти и потрепанная броня.

Но зато тут была баня и колодец, так что мне будет чем себя занять, пока Кира там своими делами будет заниматься. Хотя ее бы сейчас сюда, чтобы трупы прикопать, а то будут тут запахи источать, живность всякую привлекать.

— Звал, хозяин. — тут же раздалось у меня из-за спины, я даже подпрыгнул от неожиданности.

— А ты как тут оказалась? — оборачиваясь спросил я у нее.

— Ну так печать же, я слышу твои мысли, когда они направлены в мой адрес. Ты позвал, я и появилась. — ответила Кира.

— О как! — удивился я. — Ты это в следующий раз передо мной появляйся, а то так заикой меня оставишь. — пригрозил я ей пальцем.

— Как пожелаете. — склонив голову ответила она.

— У тебя там все получилось? — уточнил я у девушки.

— Разумеется, они не так умны, как ты, да и алкоголь делает свое дело. — зловеще сказала она.

— Ну тогда прикопай этих и возвращайся к своим делам. — указал я пальцем на трупы. — А я пока баньку истоплю, попарюсь. Темнеет уже, идти уже бессмысленно, тут заночуем.

— А спинку тебе потереть? — улыбнувшись предложила она и как бы невзначай единственная бретелька сорвалась с ее плеча и платье упало на землю, полностью обнажив белокурую девушку.

— Иди ешь давай, причем кушай плотно, как знать, когда нам такие отморозки еще попадутся. — сказал я, отвернувшись от Киры и ее провокации.

Глава 8

Отправив Киру, я вернулся к намеченному плану, а именно подготовке бани. Первым делом я натаскал в нее из колодца воды, залив ее в чудаковатую печку, сделанную из куска толстостенной металлической трубы, которая была примерно метр в диаметре. Прямо за баней стояла поленница дров, я сразу занес в нее пару охапок и затопил печь. А затем принялся наводить в ней порядок. Я конечно не сильно брезгливый человек, но глядя на на свежие могилки, сделанные Кирой, я боюсь как бы чего не подхватить от бывших владельцев данной территории. Хотя по их виду можно сказать, что уж чем-чем, а баней они не увлекались.

Дрова приятно потрескивали в печи, температура в помещении начинала повышаться, а я в одних трусах и найденных на крыше бани калошах щеткой и чистящим средством для посуды отмывал все поверхности. На крышу я залезал неспроста, местные люди обычно хранят там банные веники и я был прав, сорвал себе два, один березовый, а второй пихтовый. Закончив с уборкой, я уложил веники в старый оцинкованный таз и залил холодной водой, чтобы они впитали влагу и не разлетелись на веточки при использовании.

На улице тем временем уже стемнело и было тихо, почти тихо изредка по лесу все же разлетались яростные крики мужчин из разряда «Сдохни, сука!» «Будь ты проклята» и «Я прикончу тебя».

Слыша это я испытывал смешанные чувства. С одной стороны это неправильно, ведь я потакаю монстру и позволяю ему истязать людей. Но с другой стороны эти люди от монстров не так уж и далеко ушли. Монстры хотя бы убивают ради того, чтобы есть. А если бы на месте Киры оказалась реальная девушка, боюсь ее бы никто не пощадил и участь у нее была бы весьма грустной и печальной.

— Кира, можно тебя на минуточку? — мысленно обратился я к спутнице, присев на деревянную скамейку около бани.

— Господин, какой у вас экстравагантный наряд. — игриво окинув меня взглядом, заявила девушка, пряча за спину окровавленные руки.

— Ой, спасибо, будь добра, принеси мой рюкзак, он ведь под землей. — попросил я.

— Хорошо. — согласно кивнула она и отправилась за забор, специально вышагивая походкой от бедра. От чего ее платье начитало плотно обтягивать бедра.

Перед помывкой, я постирал свои вещи и развесил их на бельевой веревке, которую также перед этим прополоскал в мыльной воде. А затем уже завалился в баню. Стоило запарить веники кипятком, как парная наполнилась душистым ароматом березовых листьев и мягким хвойным ароматом. Дальше я грелся, парился, выходил на улицу, обливался ледяной водой из колодца и по новой.

Напарившись вдоволь я сбрил свою мерзкую редкую светлую бороденку, что выросла у меня за последние дни и несколько раз промыл свои волосы. Волосы у меня стали пепельного цвета, по началу меня это очень раздражало, но после вроде даже привык, да и девушкам они тоже нравились. В роли парикмахера у нас была Мери, так как зарабатывала этим себе на хлеб в прошлой жизни. И прически всем она выбирала на свой вкус, либо ходишь так как она решит, либо лысым под ноль. И как итог у меня была прическа, которая представляла нечто среднее между Николаем Басковым и принцем Чармингом из Шрека.

После того как я привел себя в порядок, я все на той же скамейке поужинал консервами, потратил всю манну пошагав по огороженной территории в магическом доспехе и завалился спать, но уже в предбаннике, было конечно жарковато, но в доме я этого делать явно не собирался, боясь подхватить себе вшей или еще чего.

Стоило солнцу взойти над горизонтом, как меня разбудила Кира. Вид у нее был довольным, как у кошки, наевшейся сметаны. В одной руке она держала кружку с горячим кофе, а во второй запечатанную пачку сигарет.

— С добрым утром, а откуда добро? — спросил я у девушки взяв сигареты в руки.

— Да я тут по окрестностям погуляла и в овраге машину нашла. Из полезного там был целый блок сигарет и пара журналов. — улыбнувшись ответила она.

— Спасибо. — сказал я, вылезая из спального мешка.

— Всегда пожалуйста. — ответила девушка и пододвинула ко мне стопку моих вещей.

— Наелась? — уточнил я у нее.

— Да, более чем, сразу три человека. Как же они… В общем да. — прервалась она на полуслове.

До деревни было не так далеко, так что кофе я решил выпить по дороге, да и от завтрака отказался. Что-то консервы уже надоели, а охотиться тоже было лень. Надеюсь, что после полудня мы уже дойдем до деревни и сможем, точнее я смогу там нормально поесть.

— Кир, а ты можешь есть обычную еду? — спросил я у спутницы, шагая по разбитой грунтовой дороге.

— Зачем? — поморщившись спросила она.

— Вот будем мы где-то на людях, я же не могу есть и пить один. У людей появятся вопросы. — пояснил я.

— Ну да, могу, я пробовала, но ваша пища для меня безвкусна. А потом я становлюсь бесплотной и все это из меня падает на землю. — ответила она.

— Сойдет. — согласно кивнул я.

Погода нам сегодня благоволила, так что до деревни мы дошли без приключений. Если мне кто и досаждал, так это различная мошкара и комары, которых тут было очень много. Кира же просто сделалась бесплотной и насекомые ее просто не замечали, поэтому я страдал за нас двоих.

Из леса мы вышли сразу на большое поле по периметру которого стояли вооруженные мужчины в легких доспехах. И, судя по их аурам, они были довольно сильны. На самом поле же сейчас во всю трудились крестьяне, пропалывая поле от сорняков.

— Вы кто такие? — грубым голосом спросил у меня охранник, стоящий у дороги.

— Мы путешественники из Иркутска, идем в Красноярск. — машинально ответил я.

— Что-то вы странно идете как-то. — нахмурился мужчина, глядя на нас.

— Да там за городом банда большая развелась, так что лучше круг сделать, чем с жизнью распрощаться. — посетовав, сказал я. — Скажите, а в деревню пускают? Нам бы припасы пополнить. — уточнил я у охранника.

— Да, разумеется. К главным воротам идите, там вам все расскажут. — ответил он, указывая направление.

— Благодарю. — улыбнувшись кивнул я и мы пошли дальше.

— Он чувствует недоверие к тебе. — шепотом сказала мне Кира.

— Ого, так ты можешь считывать эмоции направленные не на тебя.

— Ну не то чтобы не направленные на меня, просто могу считывать эмоции. — ответила девушка.

— А ты полна сюрпризов! — похвалил я спутницу.

— А то! — задрав нос, высокомерно сказала она.

Вид на деревню как и везде закрывала высокая стена. Она была сделана из вкопанных в землю длинных бревен сбитых между собой. Но сейчас ее активно обкладывали красным кирпичом, причем, судя по его яркому цвету, его прямо тут и производят.

У ворот стояла пара стражников в легких доспехах и с копьями в руках.

— День добрый, господа. Нам бы на постой, да припасы пополнить. — вежливо обратился я к ним.

— И тебе не хворать, мил человек. — ответил пожилой мужчина, судя по выправке, он бывший вояка. — Сейчас старшего позову, он вас проводит. — добавил он и повернулся к напарнику. — Степка, ну чего ты встал как вкопанный?! А ну бегом за Петром Тимофеевичем! — по-командирски рыкнул стражник, от чего Степка уже чуть ли не пускающий слюни, глядя на Киру, вышел из ступора и кивнув побежал в открытые ворота.

— Спасибо. — улыбнулась ему Кира.

— Всегда пожалуйста. — кивнул ей старичок, жадно посмотрев на сигареты, что я достал из кармана.

— Угощайся, командир. — замаслил я его.

— Ох, сынок, спасибо, табак нынче в большом дефиците. — улыбнувшись, сказал он, вытащив из пачки одну сигарету.

— Ну раз так, возьми еще парочку про запас. — добавил я и протянул ему еще две сигареты.

— Ох и балуешь ты меня, змей искуситель, но отказываться не стану. — покачав головой, поцокал стражник, принимая мой щедрый подарок.

Не успел я выкурить и половину сигареты, как к нашей компании присоединился Степка и Петр Тимофеевич, мужчина лет сорока, лысый, одетый в серую рубашку с коротким рукавом и широкие джинсы, обут же он был в резиновые тапочки, а также он при росте в метр шестьдесят весил килограмм так сто тридцать, не меньше.

— Добрый день, гости нашего поселения, я Петр Тимофеевич, исполняющий обязанности коменданта. — вежливо представился он.

— Здравствуйте. — пожал ему руку. — Это Кира, меня Анатолием зовут. Нам бы на постой куда-нибудь определиться, да припасы пополнить.

— Это мы всегда рады обеспечить. В оплату принимаем ядра, золото и дефицитный товар. — все так же улыбаясь говорил он. — Пойдемте, я вас провожу. — добавил он, указывая рукой на открытые ворота.

Мне этот местный комендант сразу не понравился, уж больно он такой сердобольный. Прошлый такой добряк посадил меня на цепь, так что нужно держать с ним ухо востро. Да и не задерживаться тут надолго, а то мало ли как все пойдет дальше. При словах про то, что можно расплачиваться золотом, моя внутренняя жаба надавила мне на горло, так как в землянке Киры осталась целая шкатулка с различными украшениями.

За воротами мы увидели еще один ряд высокой стены, вдоль которой были расположены новенькие постройки, сложенные из бревен, и длинные торговые ряды, что почему-то были пустыми.

— А, что это у вас так? — спросил я, глядя на вторую стену.

— Наш глава распорядился, это как мера безопасности. Чужакам на территорию деревни можно входить исключительно с разрешения главы. Люди к нам хоть и не часто заходят, но нравы у всех разные. А глава очень заботится о спокойствии своих граждан. — пояснил комендант. — Рынок работает с утра до полудня, там вы можете прикупить много чего полезного и продать, разумеется. Вот это двухэтажное здание — постоялый двор и трактир, там за скромную плату можете остановиться.

— Скажите, а лошадей у вас реально купить? — уточнил я у коменданта.

— Ооооо, голубчик. — протянул мужчина с улыбкой на лице. — Сами бы рады купить, кони сейчас в большой цене. У нас даже глава на охоту пешком ходит, чего там говорить о продаже. — ответил он и достал из заднего кармана джинсов помятый блокнот и карандаш. — Мы тут люди простые, в душу к чужим не лезем. Я бы хотел задать вам пару вопросов для статистики, так сказать. Только просьба не лгать, можете просто не отвечать. — пояснил он.

— Хорошо, спрашивайте. — согласно кивнул я.

— Откуда вы прибыли и куда движетесь? — сразу спросил он.

— Из Иркутска мы, в Красноярск. — ответила за меня Кира.

— Какими стихиями владеете? — уже более внимательно осматривая нас, спросил он.

— Я владею стихией света, а Кира стихией земли. — ответил я за нас двоих.

— Вот как, вы лекарь, получается? — улыбнувшись, спросил он у меня.

— Ну да, лекарь. — согласно кивнул я ему.

— Если захотите подработать, дайте нам знать, у нас на всю деревню два лекаря, но силы у них маловато, чтобы всем нуждающимся помочь. А у нас стройка, работы опасные, люди травмируются быстрее, чем маги успевают их исцелять. — закатив глаза от предвкушения, сказал комендант.

— Я подумаю. — ответил я ему.

— Ну и последний вопрос, надолго вы к нам? — уточнил он.

— День, может два. — ответил я ему.

— Хорошо, тогда не смею вас задерживать, надеюсь, вам у нас понравится. — сделав пометки в блокноте сказал Петр Тимофеевич. — Ну разумеется ведите себя достойно, вежливо, с местными в конфликты не вступайте, а коли возникнут проблемы, то я вот в этом домике живу у ворот. — добавил комендант указав на маленькое кирпичное сооружение у ворот.

— Будем иметь в виду. — согласно кивнул я, и мы пошли к постоялому двору.

— Что скажешь? — спросил я у Киры.

— Миленько тут у них. — улыбнувшись, ответила она, взяв меня под руку.

— Да я не об этом, эмоции. — нахмурившись пояснил я.

— А, вот ты про что. — расхохоталась Кира. — Сначала пофигизм, а как он узнал, что ты маг света, то очень обрадовался, искренне. Никакой злобы, да и других дурных эмоций я не почувствовала.

— Хорошо, раз так. — вздохнув с облегчением, согласно кивнул я.

Постоялый двор выглядел впечатляюще. Двухэтажное здание смотрелось очень привлекательно. Большие окна с резными ставнями, аккуратный забор по периметру. На территории также виднелись дополнительные постройки, как я понял, тут есть летний душ, конюшня и, разумеется, баня. Еще на территории были красивые беседки, в которых сейчас сидела пара человек, которые что-по попивали из стаканов.

Мы с Кирой вошли в здание через распахнутые двустворчатые двери, откинув в сторону тюль, что служила непреодолимым барьером для насекомых. Войдя внутрь мы сразу оказались в трактире. По правую руку от нас была расположена лестница, ведущая на второй этаж, а дальше вдоль стены шла большая стойка за которой сидел седовласый мужчина лет пятидесяти в белой рубашке с бабочкой и черной жилетке.

Сам зал был просторным, столы тут были расположены в три ряда. Столы добротные, большие, сделанные из обработанных досок. Вместо стульев за прямоугольными столами стояли легкие скамейки со спинками. Пахло тут свежей, сдобной выпечкой от чего у меня повышалось слюноотделение, а желудок напомнил о том, что мы сегодня еще не ели.

— Здравствуйте. — поприветствовал я мужчину за стойкой.

— Здоровей видали. — не обращая на меня внимания, ответил он, смотря в открытую книгу, что лежала перед ним.

— Нам бы поесть чего и комнату снять на две ночи. — неуверенно сказал я в ответ на грубость.

— Поесть все горазды! Платить чем будешь? — все так же не отрываясь от книги ответил он.

— Ядрами. — ответил я, скинув с плеч рюкзак и открыв клапан, достал из него горсть ядер.

— Хорошо, есть борщ, гуляш из свинины с перловкой, морс и пирожки с яйцом. — взглянув на ядра, озвучил меню мужчина.

— Мне всего по порции, пирожков штук пять. — радостно сказал я в предвкушении вкусного обеда.

— А мне только борщ. — сказала Кира, вспомнив о моих словах про конспирацию.

— Ядра еще раз покажи! — нервно прошипел мужчина, глядя на меня.

— Пожалуйста. — сказал я протянув ему трофеи на вытянутой ладони.

Мужчина поковырялся в них указательным пальцем и взял из ладони два самых крупных ядра, одно стихии огня, второе воды.

— Это за два дня проживания, плюс кормежка. Садитесь за стол, сейчас еду принесут. — поморщившись сказал он и кряхтя слез со стула. Затем он взял трость и все так же морщась, словно каждый шаг причиняет ему уйму боли, ушел на кухню.

— Чего это он злой такой? — спросил я у Киры.

— Он испытывает боль и от этого раздражается. Но мы тут не при чем. Люди обычно всегда злые, когда у них что-то болит и он не исключение. — пояснила она.

— Ну тогда понятно, а то я думаю, чего он на меня взъелся. — пожав плечами сказал я.

Через пять минут мужчина вышел из кухни и вернулся на свое место. А следом за ним к нам вышла симпатичная девушка в легком сарафанчике с неприлично глубоким декольте. В ее руках был поднос на котором стояли наши блюда.

— Здравствуйте, я Маша, вот ваша еда, приятного аппетита. — сказала она, выставляя тарелки перед нами.

— Ой, как вкусно! — произнес я, откусив кусок от еще горячего пиожка.

— Да ладно вам. — смутилась девушка.

— Правда, пирожков вкуснее в жизни не ел. — искренне добавил я, наслаждаясь пищей.

— Я сама пекла. — гордо заявила девушка, глядя на меня.

— Вы прям мастерица, руки у вас золотые. — подмигнув ей, добавил я и тут же получил от Киры многозначительный удар локтем в бок.

Кира практически выстрелила взглядом в Машу, та даже сделала шаг назад и, уже с трудом натянув улыбку на лицо, еще раз пожелала нам приятного аппетита, после чего поспешила на кухню.

— Ты чего? — морщась от боли и потирая место ушиба, спросил я у нее.

— Ты бы ей прям тут бы еще овладел! — помешивая борщ ложкой, сказала Кира.

— Что ты такое говоришь? — возмутился я.

— Я говорю? — возмутилась она. — Твой глаза от ее декольте не отлипали! — предъявила она мне претензию.

— Не говори ерунды. — начал отнекиваться я.

— Ага, как же! А какого цвета у нее глаза? Какой формы серьги в ушах? — ехидно улыбнувшись, спросила она у меня.

— Глаза голубые, а сережки обычные гвоздики с камушками по-моему. — ткнув пальцем в небо, ответил я.

— Ага, как же, глаза карие, а сережек и вовсе нет у нее. — ответила Кира.

— А ты чего так взъелась то на меня? — возмутился я.

— Ну как, играю роль твой второй половинки, похоже? Кто мне про конспирацию говорил, все должно быть убедительно. — заявила она.

— Очень похоже и очень убедительно. — согласно кивнул я, размешивая каплю сметаны в борще.

Глава 9

Еда оказалась выше всяких похвал, шикарный наваристый борщ с парой кусков отварного мяса. Перловка — это вообще что-то с чем-то. Вообще на ее счет у меня были сомнения, так как сам я ее раньше не пробовал, а только слышал об этой ужасной каше в рассказах Демьяна Артемовича, как их в курсантские годы ей кормили. Но нет, это было очень даже вкусно.

— А долго мне это держать в себе? — шепотом спросила Кира с недовольным лицом, указав пальцем на пустую тарелку борща.

— Зачем, поступи как нормальный человек. — пожав плечами, предложил ей я.

— Это как? — отодвинув от себя тарелку, спросила она.

— Как, как. — покачал я головой, улыбнувшись. — Сходи в туалет.

— А, точно! — согласно улыбнулась девушка и, выйдя из-за стола, удалилась на улицу.

До сих пор в зале кроме нас никого не было, лишь мужчина, сидящий за стойкой, что постоянно нервно кряхтел, вздыхал и морщился от каждого движения.

— Спасибо! Было очень вкусно. — обратился я к нему.

— Всегда пожалуйста! — не поднимая взгляда, сказал он. — Подойди, ключ от комнаты возьми. — добавил он и, выдав очередную порцию шипения от боли и раздражения, потянулся к деревянному ящику, что висел на стене, и достал из него небольшой ключ с деревянной биркой, на которой была выжжена цифра «5».

Я, конечно, не альтруист и не святой, но смотреть на страдания этого человека, мягко говоря, уже устал, так что подошел к нему и положил руку на плечо. От такого выпада он вздрогнул, по глазам было видно, что ему больно, и он попытался скинуть руку, но не смог, моя хватка была крепкой. Я же начал вливать в него свою силу, глядя ему в глаза. Что сначала злобно на меня смотрели, а потом, почувствовав, что я с ним делаю, округлились от удивления. Через пару минут мужчина впервые за долгое время расслабленно вздохнул, а на его суровом лице появилась улыбка.

— Сколько я тебе должен? — дождавшись, пока исцеление подойдет к концу, радостно он спросил у меня, встав на ноги, разминая свое тело.

— Нисколько. — отмахнулся от него я.

— Но как же? Зачем ты тогда помог мне? — недоверчиво спросил он у меня.

— Да я как подумал, что еще два дня на твою недовольную мину смотреть, так аж плохо становится. Вот и помог тебе. — улыбнувшись, сказал я.

— Стой! Вот, возьми! — возмутился он и достал из-под стойки ядра, которыми я оплатил номер.

— Да не надо, у меня еще есть. — отмахнулся я от возврата своих средств.

— Так не годится, как я могу тебе отплатить? — все же настаивал он.

— Да никак. — ответил я и, уже отходя от стойки, все же остановился и, обернувшись к нему, добавил. — Хотя есть кое-что. Расскажи мне про эту деревню, что да как у вас тут устроено, чем живете, чем дышите?

— И всего-то. — улыбнулся он. — Присаживайся за стол, я сейчас подойду. — сказал он, указал пальцем в зал и вприпрыжку умчался на кухню.

С кухни я услышал много радостных возгласов и краткое обсуждение того, что старик вдруг исцелился. Через пару минут радостный мужчина вышел в зал с подносом в руках, на котором стоял графин с белой, прозрачной как слеза жидкостью, парой тарелок с нарезанным мясом и копченым салом, пирожки, хлеб, разумеется, рюмки и пара стаканов с морсом. Мужчина все это выставил на стол и, протянув руку, представился:

— Маркин Лев Викторович, хозяин этого заведения. — гордо сказал он.

— Толик. — ответив на его рукопожатие, представился я. — Путешественник, хожу всюду, изучаю местность. — добавил я.

— Серьезно? Вдвоем? — удивился Лев Викторович.

— А что такого? — уточнил я.

— Ну как же, опасно ведь, а ты лекарь как-никак. Неужто спутница у тебя настолько сильная? — спросил он, присев за стол.

— Слушай, у тебя скудное представление о магах света. Я не только могу исцелять, но и наоборот. — хохотнул я, достав из кармана пачку сигарет и положив ее перед собой.

— Маша! Пепельницу принеси! — рыкнул Лев Владимирович. — Ну давай, что ли, за знакомство, раз такое дело. — предложил он и наполнил две рюмки жидкостью из графина.

Разговор под графинчик спиртного затянулся у нас до глубокого вечера. Лев Викторович оказался хорошим, компанейским мужиком и много всего мне рассказал.

Деревенька раньше была очень унылая, и людей здесь жило очень мало, по большому счету основная масса — старики, что доживали свой век, алкаши, которые перебивались временными подработками и все деньги спускали на алкоголь, а то и вовсе брали его в качестве оплаты. Школа тут уже пару лет как не работала, в общем деревня уверенно вымирала, а люди старались переехать в Иркутск или куда подальше.

Но все изменил приход магии. Сначала, как и везде, была паника, но люди достаточно быстро освоились. Затем начали появляться монстры. Но местный народец оказался не так уж и слаб, охотники тут были бывалые, браконьерством раньше многие промышляли, так что навыки имелись. И как-то народ пообвык и начал постигать новые реалии. Через четыре месяца к ним пришла масса беженцев из соседнего поселка Култук. Они рассказывали страшные вещи о том, как из озера к ним вышли какие-то ихтиандры и начали убивать всех и вся, а после тащить под воду.

Тут, конечно, все пошло-поехало, люди разбились на группы, каждый день ссоры, драки, каждый жил сам по себе. Слабых начали презирать и заставлять работать за себя, в общем, начался полный хаос. Народ стягивался сюда со всех мест, и деревня, в которую хоть и ненадолго вдохнули жизнь, начала разваливаться на куски.

В один из дней в деревню пришел молодой парень, Святослав. Вел он себя тихо, не высовывался, ходил на охоту, приносил мясо. В общем, жил тихой жизнью, но несколько бравых ребят решили его проверить на прочность, просто от нечего делать. Вот тут-то все и началось.

Святослав всем показал, что он не из робкого десятка, и сильно покалечил несколько хлопцев. Затем этакие вожди деревни решили предъявить претензии по поводу травмированных товарищей, но тут и они обломали зубы, Святослав был сильнее их всех вместе взятых. А потом парень чего-то вдруг решил, глядя на этих бездельников, что стоит заставить их работать. Строить стену, возводить новые здания и прочее. От такого расклада те пришли в бешенство и еще несколько раз пытались с ним разобраться, но все было тщетно. Это только укрепило авторитет Святослава, и, глядя на его поступки, жители деревни дружно призвали его стать главой. Он по первости отнекивался, но потом все же согласился.

И с тех пор жизнь в деревне начала налаживаться. Все несогласные или покинули деревню, или смирились. Тем временем полным ходом началась стройка, заготовка дров и сбор припасов на зиму. Сам глава без дела никогда не сидит, то на охоте, то вместе со всеми вкалывает на стройке, в общем — золотой человек. Местные считают, что он послан им свыше, так как раньше таких добродетелей никто не встречал.

Глава живет скромно в маленьком домике, без излишеств. Он обзавелся женой, и она, кстати, на сносях и вот-вот должна родить ему ребенка. Святослав в ней души не чает и делает все, чтобы она и все жители деревни не знали нужды и жили в безопасности.

Сам Лев Викторович два месяца назад был на охоте, и его сильно драли волки. Глава принес его окровавленного на руках в деревню. Все думали, что все — не спасти, но лекари вытащили мужчину с того света. Вот только полностью его исцелить не удалось. Как стал лечить местный врач, у него пострадала нервная система, и вообще чудо, что он ходит, а не прикован к постели. Но каждое его движение, каждый вздох давались ему с жуткой болью. Оттого он и нервный такой был, и он даже признался, что на фоне таких невыносимых страданий мысли о суициде начали посещать его все чаще и чаще.

После небольшого застолья я отправился в наш с Кирой номер. Девушка все это время сидела с нами за столом и с интересом слушала беседу. Ее эмоции говорили сами за себя, ей было жутко интересно находиться среди людей не в роли жертвы или хищника, а в роли своей, точнее одной из них.

Номер был вполне уютным, большая мягкая кровать, красивый ковер на стене с изображением трех медведей, лазающих по поваленному дереву. Небольшой шкафчик для вещей и пара стульев, на полу же была постелена медвежья шкура.

Скинув с себя доспехи, я сходил помыться в местный уличный душ, а после вернулся в номер, где меня ждала Кира в сексуальном наряде.

— Вань, нужно роль парочки играть, убедительно играть. — сидя на кровати и положив ногу на ногу, сказала она.

— Осади коней. — отмахнулся от нее я, заковав себя в магический доспех.

— Фи, хам. — хмыкнула Кира, и ее наряд скрылся под легким сарафаном.

Как только моя манна закончилась и доспех начал развеваться, я завалился на кровать и уснул.

— Анатолий! Анатолий, прошу вас, откройте! — проснулся я от громкого крика и стука в нашу дверь.

Кира сидела на стуле с книгой в руках и с ужасом смотрела на меня.

— Что случилось? — спросил я у девушки.

— Я не знаю, я ничего не делала. А вдруг они догадались, кто я такая? — предположила она.

— Не думаю. — успокоил я девушку и встал с кровати.

— Иду! — закричал я и указал Кире на кровать, в которую она тут же с удовольствием нырнула.

Открыв дверь, я увидел перед собой Льва Викторовича, коменданта, и еще какого-то растрепанного мужчину в белом халате, испачканном кровью. Вид у них был ошарашенным, а в глазах читалась паника и отчаяние.

— Что стряслось? — зевая, спросил я у них.

— Анатолий, Христом Богом вас молю, помогите нам! — упав передо мной на колени, взмолился мужчина в окровавленном халате.

— Чем помочь? Что стряслось-то? — недоумевая от такого поворота, уточнил я.

— Оксана, жена главы! Роды у нее сегодня начались! Раньше срока, все пошло не так, кесарили ее, ребенок пострадал, слаба она очень, и мальчик вот-вот дух испустит. Лев сказал, что вы очень сильный целитель, умоляю вас, помогите нам! — едва не плача, упрашивал меня мужчина в халате, не поднимаясь с колен.

— А где сам глава? — спросил я.

— На охоте он, завтра только должен вернуться, прошу вас, помогите! Это же какая беда будет, если мы его жинку и чадо не убережем! — продолжал завывать он.

— Хорошо, дайте минуту! — ответил я и, достав из рюкзака обычные треники и майку, натянул их на себя и вышел из номера.

Мужчины повели меня на территорию деревни, в тот самый дом главы. По пути я заглянул в свой резервуар с манной, наполнен он был всего на треть. Идти оказалось совсем недалеко, сразу за воротами в саму деревню мы немного прошли вдоль стены и уткнулись в небольшой бревенчатый домик, в окнах которого сейчас горел свет. Войдя в него, я сразу увидел кровать, на которой лежала бледная, окровавленная девушка со слезами на глазах и прижимала к себе новорожденного младенца, который был какой-то синюшный и едва шевелил своими пальчиками на крохотных ручках.

Первым делом я хотел исцелить девушку, но та едва слышно прошептала: «Нет, сначала Ванечку».

— Как скажете. — пожав плечами, ответил я и прикоснулся к нему рукой. Мать есть мать, так что ее слово — закон.

Сила полилась в младенца с огромной скоростью, он как губка впитывал ее. И это работало, он сначала буквально засветился, а когда моя манна практически закончилась, он приобрел розоватый оттенок кожи и, всплакнув, потянулся к женской груди в поисках молока.

— Спасибо. — оставаясь в сознании только по силе воли, прошептала мне девушка, глядя на малыша.

— Пожалуйста. — ответил я и приложил руку к низу ее живота.

Рана девушки начала затягиваться, вот только манна кончилась, и мне стало нехорошо.

— Дайте мне чего-нибудь поесть, желательно мяса кусок! Манна на нуле, а дело еще не доделано! — скомандовал я мужчине в халате.

— Да! Сейчас все сделаем! — кивнул он головой и выбежал из дома.

До самого рассвета я сидел у кровати новоиспеченной матери и, давясь жареным мясом, вливал в нее свою манну, едва она успевала накопиться. Как итог, девушка в порядке, и ребенок тоже, а я уставший, словно целый день бревна таскал, ушел в свой номер, где меня ждала Кира.

— Как все прошло? — спросила она у меня.

— Нормально, все живы и здоровы, а мне надо бы отдохнуть, кажется, я переборщил с истощением.

Проснулся я только после обеда. Кира в это время сидела у окна и читала книгу.

— Как ты себя чувствуешь? — спросила у меня девушка.

— Да вроде нормально. — потянувшись и сладко зевнув, ответил я. — Какие новости? — уточнил я у нее.

— Забегал сюда глава, хотел тебя поблагодарить, но я ему сказала, что ты отдыхаешь, и он не посмел тебя беспокоить. И еще нас ждут в гости, там стол накрыли и все такое. Вся деревня будет праздновать день рожденья сына Святослава и благодарить тебя, разумеется. Лев Викторович с самого утра столы накрывает. — ответила Кира.

— Ну раз так, то я сейчас умоюсь и пойдем, есть хочется до безумия. — ответил я, поднимаясь с кровати.

Надел на себя все те же треники и футболку, а также резиновые тапки, затем мы с Кирой спустились вниз. По поводу одежды я не переживал, хоть мы и идем на мероприятие, мы все-таки в деревне. Да и к тому же парадной одежды у меня отродясь не было, но это не точно, ведь ее большую часть я просто не помню.

Внизу мы встретили Машу, что как раз вышла из кухни с большой плетеной корзиной, наполненной выпечкой, горячей выпечкой. Маша тут же встретились взглядами с Кирой, и, судя по тому, как обстановка тут же накалилась, они были готовы вцепиться друг другу в глотки. Или оттаскать друг друга за волосы.

— Доброе утро, Мария. — улыбнувшись, поприветствовал я девушку.

— Уже день, так-то. — мило улыбнувшись, кокетливо сказала она.

— А вы не подскажите нам, как на мероприятие пройти, а то мы дороги-то не знаем.

— Я вам не только подскажу и даже провожу, как раз туда иду. — ответила девушка и пошла к выходу.

— Ну раз так, то пойдемте, и давайте я вам помогу. — предложил я, забирая корзину из ее рук.

— Ох, Анатолий, вы так любезны. — продолжала улыбаться Маша, передавая мне корзину.

— Ох, Анатолий, вы так любезны! — сильно искажая слова Маши, злобно прошипела Кира, но Маша сделала вид, что не услышала ее.

Мы шли в самый центр деревни, там у них, как оказалось, организовано место для массовых гуляний. В центре была построена большая беседка, где всей деревней люди отмечали различные празднества. Идти опять же было недалеко, так как деревня-то в целом совсем небольшая. Но при этом все домики были опрятные, красивые, с резными заборами и ставнями. Дороги чистые, без мусора, трава везде покошена, а в палисадниках росли красивые цветочки.

Территория беседки также была огорожена резным заборчиком, и на ее территории сейчас было многолюдно. Из-за забора поднимался легкий дымок, от которого пахло жарящимся мясом. Народ на территории весело хохотал, люди болтали друг с другом, а также поздравляли своего главу с рождением первенца.

Стоило нам войти за забор, как все тут же затихли и расступились в стороны, создав коридор, в конце которого стоял глава собственной персоной, а рядом с ним стояла Оксана и держала на руках моего тезку.

Стоило мне увидеть главу, как я замер на месте, потеряв дар речи. Корзина с выпечкой выпала из моих рук, и свежие булки разлетелись по земле. Злость и ярость за долю секунды наполнили мое сердце. Кулаки сжались сами собой, а руки поменяли свой цвет, став белой и черной. Глава же, увидев меня, тут же вздрогнул и завел Оксану с сыном за свою спину.

— Ирония судьбы, не правда ли? — скрипя зубами, обратился я к Святославу.

— Иначе и не скажешь. — дрожащим голосом ответил глава и начал тихонько приближаться ко мне.

— Святослав, значит? — ухмыльнувшись, спросил я у него.

— Анатолий? — ответил он мне тем же.

— Ох и долго же я тебя искал, Вова! — прорычал я.

— А я искренне надеялся, что этот день не настанет и мы не встретимся, Ваня. — склонив голову, ответил он мне.