Хроники Кезеной-Ама: Ковчег

Глава 1. Дорога к озеру

Дорога до Кезеной-Ам петляла по серпантину, и с каждым поворотом Айна чувствовала, как городская тяжесть уходит из плеч. Тимур крутил баранку одной рукой, второй тыкал в телефон, пытаясь поймать хоть один значок связи. Румиса на заднем сиденье напевала что-то из Инстасамки и красила ресницы, хотя ехать оставалось минут сорок. Аслан молча смотрел в окно на вершины, покрытые снегом даже в июне.

— Ты чего затих? — Айна обернулась к нему.

— Думаю, сколько веков этим горам.

— Ой, философ нашёлся, — фыркнула Румиса, не отрываясь от зеркальца. — Там на озере купаться будем?

— Местные говорят, вода ледяная круглый год, — ответил Тимур. — Но мы же не за этим едем.

— А за чем?

— За шашлыком и видами, — хохотнул он. — Айна, ты там свою статью не забудь забабахать. «Тайны древнего Кавказа», блин.

Айна улыбнулась, но на душе почему-то царапнуло. Она действительно собирала материал про легенды Чечни: старые башни, священные рощи, озёра с дурной славой. Кезеной-Ам попадало в список не первым — слишком популярное, слишком туристическое. Но дед, когда узнал, куда они едут, вдруг посерьёзнел и сказал: «Не купайтесь там. И после заката не стойте на берегу». Айна тогда отмахнулась — ну деды, вечно с их приметами. Теперь, глядя на синеву, проступающую между скал, она вспомнила его голос.

— Останови здесь, — попросила она.

Тимур послушно прижал машину к обочине. Они вышли. Озеро лежало внизу, как кусок неба, упавший в каменную чашу. Глубина угадывалась по цвету: у берегов бирюза, дальше — густой синий, почти чёрный.

— Красиво, — выдохнула Румиса, убирая наконец косметичку.

— Говорят, дна не видно, — Аслан подошёл к самому обрыву. — Местами больше семидесяти метров.

— А ну отойди, — Тимур дёрнул его за рукав. — Не дразни духов.

Аслан усмехнулся, но шагнул назад. Они спустились к турбазе, поставили палатку, разожгли мангал. К вечеру подтянулись другие отдыхающие — семья из Дагестана, двое парней с удочками, пожилой мужчина с этюдником. Айна приметила его ещё днём: он сидел на камне и рисовал озеро акварелью, то и дело хмурясь и соскребая краску. Когда стемнело, туристы разбрелись по домикам. Айнина компания осталась у костра. Тимур жарил зефир, Румиса строчила кому-то в мессенджере (связь здесь всё-таки ловилась, хоть и через раз), Аслан подкидывал ветки в огонь.

— Дед говорил, здесь девушка утонула давно, — негромко сказала Айна. — Красивая очень. То ли сама прыгнула, то ли её толкнули. Тело так и не нашли.

— Жуть, — Румиса подняла глаза от телефона. — Прям как в «Пикнике у обочины».

— Не читала.

— Там тоже место странное, Зона называется. Хочешь, дам?

Тимур закатил глаза:

— Вы со своей фантастикой. Может, просто легенда для туристов?

Аслан промолчал. Он смотрел на озеро — гладкое, чёрное, отражающее луну.

— Спать идём? — зевнул Тимур. — Завтра рано вставать, на рассвете виды снимать.

У костра остались только Айна и Аслан.

— Не спится?

— Не знаю, — она обхватила колени руками. — Такое чувство, будто здесь кто-то есть. Не призрак, а… не знаю. Ждёт чего-то.

— Дедовы сказки, — Аслан усмехнулся, но как-то без веселья. — Пошли, правда, прохладно уже.

Айна кивнула, но перед тем как залезть в палатку, ещё раз оглянулась на озеро. Луна стелила по воде серебряную дорожку. И на миг Айне показалось, что в этой дорожке кто-то стоит, женская фигура, тонкая, как тростник. Она моргнула и фигура исчезла.

—Показалось. Конечно, показалось.

Глава 2. Ночные голоса

Айна проснулась от холода.

Спальник был тёплым, но лицо словно обдувал ледяной ветер. Она открыла глаза и замерла. Над ней, в темноте палатки, клубился туман. Белый, густой, он просачивался сквозь ткань, хотя снаружи не было ни ветра, ни сырости.

— Аслан, — шепнула она. — Ты спишь?

С соседнего коврика донеслось шуршание.

— Нет. Тоже видишь?

— Туман? Да.

— Вылезай.

Она расстегнула молнию и выползла наружу. Аслан уже сидел на камне, в одной футболке, не обращая внимания на холод. Туман стелился над самой землёй, но у воды он сгущался в плотную стену.

— Смотри, — Аслан показал на озеро.

Туман над водой двигался. Не плыл — именно двигался, закручиваясь в спирали, формируя фигуры. Вот возник силуэт человека, вот — ребёнка, вот — странного животного с длинной шеей.

— Это ветер, — сказала Айна, но голос прозвучал неуверенно.

— Ветра нет. Листья не шелохнутся.

Она прислушалась. Действительно, полная тишина. Ни ветра, ни птиц, даже костёр догорел без единого потрескивания. И тогда они услышали голоса. Шёпот, многоголосый, накладывающийся сам на себя. Слова нельзя было разобрать, но Айна чувствовала — это язык, настоящий язык. Гортанный, певучий, с тягучими гласными.

— Ты слышишь? — выдохнула она.

Аслан кивнул, не сводя глаз с озера. Из тумана, прямо над водой, начало проступать лицо. Женское, прекрасное, с длинными чёрными волосами, разметавшимися по воздуху, словно в воде. Глаза сияли синим — тем самым синим, который Айна уже видела сегодня днём в глубине озера. Лицо смотрело прямо на неё.

— Айна, — прошептало оно. Или не прошептало, а подумало у неё в голове. — Айна, ты должна прийти.

Айна хотела закричать, но голос пропал. Туман дрогнул, фигура рассыпалась, и через секунду над озером снова была обычная ночная мгла. Луна висела на месте, звёзды мерцали.

— Ты видел? — Айна схватила Аслана за руку. — Ты видел лицо?

— Видел, — голос Аслана был странно спокоен. — И слышал. Она назвала твоё имя. Кто это?

— Не знаю. Но она не враг. Я чувствую.

Они ещё долго сидели на берегу, но больше ничего не произошло. Туман рассеялся, тишина сменилась обычными ночными звуками — плеском рыбы, далёким лаем собаки.

— Идём спать, — наконец сказал Аслан. — Никому не расскажем. Решат, что мы обкурились.

Айна хотела пошутить, но не смогла. Она всё ещё чувствовала на себе взгляд синих глаз. В палатке она долго ворочалась, а когда наконец заснула, ей приснилась та же женщина. Она стояла по колено в воде и протягивала руки. Айна подошла ближе и увидела, что женщина плачет. Слёзы её падали в воду и превращались в светящиеся синие камни.

«Ты должна прийти, — повторила она. — Там, внизу. Я жду».

Айна проснулась с первыми лучами солнца.

Глава 3. Обвал

Она вылезла из палатки и сразу поняла: что-то не так. Воздух был каким-то... густым. Тяжёлым. Озеро лежало неподвижно, но цвет его изменился, из синего оно стало тёмно-серым, почти чёрным. Ни птиц, ни рыбы, ни ветра. Аслан уже сидел на берегу. Услышав шаги, обернулся:

— Смотри.

Он показал на противоположный берег. Там, где вчера был ровный скальный обрыв, теперь зияла огромная промоина. Свежий обвал: камни, земля, вывороченные корни деревьев.

— Ночью было, — сказал Аслан. — Я проснулся от гула, но думал, показалось.

— Надо разбудить остальных.

— Погоди.

Он взял её за руку и показал на воду. У самого берега, среди камней, что-то блестело. Металлический отсвет, не похожий ни на что земное.

— Что это?

— Не знаю. Но выглядит... странно.

Айна шагнула к воде, но Аслан удержал:

— Не подходи близко. Вода какая-то... мёртвая.

— Мёртвая?

— Смотри.

Он бросил в воду маленький камешек. Тот упал, пошли круги и почти сразу стихли, будто вода не хотела колебаться. Странно, неестественно. Из палатки вылезла заспанная Румиса:

— Вы чего не спите? Красота какая...

Она подошла к ним и тоже уставилась на противоположный берег.

— Ого. Обвал.

— Ага.

Подтянулся Тимур, почёсывая живот:

— Землетрясение, что ли, ночью было? Я ничего не слышал.

— Я слышал, — Аслан пожал плечами. — Но не придал значения.

— Ладно, — Тимур махнул рукой. — Пошли завтракать. Айна, хватит пялиться, вода не убежит.

Но Айна не могла оторвать взгляд от того места, где блестел металл. И от озера, которое вдруг стало таким тёмным, таким чужим. Завтрак прошёл в обычном режиме. Тимур жарил яичницу, Румиса строчила сообщения, Аслан молча жевал хлеб. Айна почти не ела, смотрела на озеро. Семья из Дагестана тоже вылезла из домика. Дети бегали по берегу, кидали камешки. Художник снова сидел со своим этюдником, но сегодня он не рисовал, просто смотрел на воду, и лицо у него было испуганное. Ближе к обеду Айна не выдержала:

— Я схожу на тот берег. Посмотрю, что там.

— С ума сошла? — Тимур поперхнулся чаем. — Там обвал, камни сыплются.

— Я осторожно. Только гляну.

— Я с тобой, — Аслан встал.

Они пошли вдоль берега. Дорога заняла минут сорок , пришлось обходить завалы. Когда добрались до места обвала, Айна ахнула. Скала обрушилась не просто так. В ней зияла огромная дыра, будто изнутри кто-то выбил породу. А у самой воды, на камнях, лежал...

— Это ковчег, — выдохнул Аслан.

Металлический ящик, покрытый зеленью и тиной, но форма, явно не природная. Ровные углы, странные символы, которые Айна не могла прочесть, но узнала: такие же она видела во сне. И тусклый синий свет, пульсирующий в такт её сердцу.

— Надо уходить, — Аслан потянул её назад. — Надо всем уходить отсюда.

— Подожди...

— Айна, это не наше дело. Это опасно. Я чувствую.

Она кивнула, но не могла оторвать взгляд. Ковчег манил, звал, обещал ответы на вопросы, которые она боялась задать. Внезапно земля дрогнула. Сначала слабо, потом сильнее. Айна схватилась за Аслана. Где-то в горах грохот, и через секунду новая волна камней обрушилась в воду. Но страшнее было другое: вода в озере вскипела. Буквально вскипела: забурлила, вздыбилась, пошла кругами. И из центра к берегу рванула волна. Огромная, стена воды высотой с пятиэтажный дом.

— Бежим! — заорал Аслан.

Они побежали. Волна настигла их через секунду, сбила с ног, закрутила, потащила в чёрную глубину. Айна зажала рот, открыла глаза. В мутной воде мелькали тени. Те самые, из сна, извивающиеся, быстрые. Они тянулись к ней, касались, но не причиняли боли. Будто искали что-то. И внизу, на дне, она снова увидела ковчег. Теперь он был открыт. Из него лился яркий синий свет, и вокруг него плавали те тени, тысячи теней. Одна тень коснулась её ноги. Резкая боль, и Айна почувствовала, как что-то входит в неё. Тёплое, чужое, но странно знакомое. Воздух кончился. Она рванула вверх, молотя руками. Вынырнула, закашлялась, вдохнула и замерла. На берегу корчился художник. Глаза его почернели, изо рта шла пена, руки выгибались в суставах, ломаясь с хрустом. Рядом бегали люди, кричали, кто-то пытался помочь.

— Айна! — Аслан вынырнул рядом, схватил её за руку. — Не смотри! Плыви к берегу!

Она поплыла. Выбралась на мокрые камни, упала, не в силах встать. Рядом выбрались Тимур и Румиса, их тоже накрыло волной у лагеря. А сзади, из воды, уже выползали другие. Те, кто не успел выплыть. Они вставали на четвереньки, потом на ноги и двигались к живым. Медленно, ломано, но неумолимо.

— Бежим, — Айна поднялась, потащила Румису. — Бежим в посёлок!

Они побежали. Сзади слышался хрип и хруст. И гул озера, которое вздыбливалось новой волной. Айна не оборачивалась. Она знала: если обернётся, увидит то, что сломает её. Но в голове билась одна мысль: ковчег открылся. Тени вышли. И теперь мир никогда не будет прежним.

Глава 4. Поселок

Они бежали, не разбирая дороги. Айна мчалась первой, таща за собой Румису. Сзади топал Тимур, тяжело дыша, и Аслан, то и дело оглядывающийся на озеро. Ветки хлестали по лицу, ноги скользили по мокрой траве, но останавливаться было нельзя. Сзади слышались крики. Человеческие и не очень.

— Не оборачивайся! — заорал Аслан, когда Румиса дёрнулась на особенно душераздирающий вопль. — Беги!

Тропа вывела их к просёлочной дороге. Айна узнала её — вчера они проезжали здесь, направляясь к озеру. Значит, посёлок рядом.

— Сколько ещё? — выдохнул Тимур, хватаясь за бок.

— Километр, может, меньше, — ответил Аслан.

— Добежим.

Они побежали дальше. Дорога петляла между холмами, и когда за очередным поворотом показались первые дома, Айна едва не расплакалась от облегчения. Посёлок встречал их тишиной.

— Странно, — прошептала Румиса. — Где все?

Они замедлили шаг, вглядываясь в окна. Машины стояли во дворах, калитки были распахнуты, но людей не видно. На крыльце одного дома валялась детская игрушка, плюшевый медведь, перепачканный чем-то тёмным.

— Это кровь? — Тимур показал на пятна.

— Не подходи, — Аслан остановил его. — Идём к центру.

Они двинулись по главной улице. Слева промелькнул магазин с выбитой витриной, справа, перевёрнутый мотоцикл. Тишина давила на уши.

— А если все уже того? — Румиса нервно сглотнула. — Превратились?

— Тогда бы они нас встретили, — резонно заметил Аслан. — Но здесь никого.

— Может, спрятались?

— Может.

Вдруг впереди послышался звук. Гул мотора, а потом визг тормозов и глухой удар.

— Там!

Они побежали на звук и вылетели на небольшую площадь перед сельской администрацией. И застыли. Тюремный фургон, высокий, с решётками на окнах, врезался в бетонный столб и замер, выпуская пар из-под капота. Задние дверцы были распахнуты, и оттуда, шатаясь, выбирались две фигуры в серых робах. Девушки. Молодые, почти девочки. Но то, как они двигались... Айна смотрела и не верила глазам. Их тела выгибались под неестественными углами, головы дёргались, а глаза...

— Господи, — выдохнул Тимур. — У них глаза чёрные.

Чёрные, без белков, без зрачков, две бездонные дыры. Изо рта одной текла тёмная жидкость, падая на робу и оставляя дымящиеся следы. Девушки заметили их одновременно. И рванули.

— Бежим! — заорал Аслан.

Но бежать было некуда. Позади, улица, по которой они пришли, впереди, зомби. И те двигались быстрее, чем положено мёртвым. Гораздо быстрее.

— За мной! — Тимур рванул к двухэтажному зданию справа — кажется, школа или детский сад.

Они влетели в распахнутую дверь, захлопнули её и навалились плечами. С той стороны раздался глухой удар, зомби налетели на преграду.

— Держите! — крикнул Аслан, подпирая дверь попавшейся под руку тумбочкой.

Удары продолжались. Древесина трещала, но пока держалась.

— Есть другой выход? — спросила Айна, оглядывая холл.

— Чёрный ход, наверное, — Тимур показал в глубь коридора. — Бежим.

Они побежали, ориентируясь на таблички «Эвакуационный выход». Сзади слышался треск, двери всё-таки поддавались. Вылетели во двор, заставленный старыми партами и спортивным инвентарём. Метнулись к забору, перелезли, порвав одежду. Снова оказались на улице, в другом конце посёлка, ближе к выезду.

— Туда, — Аслан показал на шоссе, уходящее в горы. — Там пост ГИБДД, должны быть люди.

— А если их уже того? — Румиса дрожала всем телом.

— Тогда хуже.

Они побежали вдоль заборов, стараясь держаться в тени. Изредка попадались люди, живые. Те, кто не понимал, что происходит, прятались в домах, выглядывали из окон. Айна видела испуганные лица, слышала плач детей.

— Не останавливайся, — Аслан тянул её дальше. — Ничем не поможем.

У поворота на шоссе их ждала засада. Зомби выскочили из-за угла внезапно, трое мужчин в рабочей одежде, женщина в халате и подросток. Они двигались так же ломано, так же быстро, их глаза были чёрными, а изо ртов текла та же дымящаяся жижа. Айна закричала. Один из мужчин бросился к ней, схватил за руку. Рванул к себе, разевая рот с чёрными дёснами. Айна ударила его свободной рукой, но он даже не дрогнул.

— Айна! — Румиса вцепилась в зомби сзади, пытаясь оттащить. Он дёрнулся, выпустил Айну и повернулся к ней.

— Не смей! — Айна схватила с земли камень и обрушила на голову твари. Раз, другой, третий. Тот замер, пошатнулся и рухнул.

Но остальные уже приближались. Аслан отбивался от женщины, Тимур сцепился с подростком. Второй мужик надвигался на Айну и Румису. Айна замахнулась камнем снова, но понимала: не успеет. И тут визг тормозов разрезал воздух. Чёрный внедорожник влетел на бешеной скорости, сбил второго мужика, развернулся и затормозил в сантиметре от Айны. Дверца распахнулась.

— Быстро в машину!

Айна не думала. Затолкала Румису, вскочила сама. Аслан влетел следом, таща за собой Тимура. Дверцы захлопнулись, и внедорожник рванул с места, сбивая по пути зомби-подростка, который вцепился в бампер и только через сотню метров отвалился, разбившись об асфальт.

В салоне повисла тишина, нарушаемая только тяжёлым дыханием. Айна подняла голову и встретилась взглядом с водителем. Мужчина, лет тридцати, жёсткие черты лица, короткая стрижка, холодные серые глаза. Рядом с ним сидела девушка, помягче, с тёплым взглядом, длинные светлые волосы убраны в хвост.

— Кто вы? — выдохнула Айна.

— Потом, — отрезал водитель, не оборачиваясь. — Сначала уйдём отсюда.

— Куда?

— В безопасное место.

Девушка обернулась, посмотрела на Румису, зажимающую окровавленную руку.

— Её укусили?

— Да, — Айна почувствовала, как холод страха снова сжимает сердце. — В посёлке. Она...

— Не волнуйся, — девушка достала из аптечки странный тюбик, покрытый непонятными символами. — Мы поможем.

Она нанесла мазь на рану. Румиса вскрикнула, но через секунду удивлённо посмотрела на руку, кровь остановилась, краснота вокруг укуса побледнела.

— Что это? — спросила она.

— Лекарство. Сейчас главное — убраться подальше.

Внедорожник набирал скорость, уходя в горы. В зеркале заднего вида Айна видела, как посёлок становится всё меньше. Над ним поднимался чёрный дым, и ветер доносил далёкие крики.

— Что случилось? — спросила она тихо. — Что это за твари? Откуда они взялись?

Водитель и девушка переглянулись.

— Это долгая история, — сказала девушка.

— У нас есть время.

— Хорошо. Меня зовут Лара. Это мой брат Элиан. Мы здесь, чтобы помочь. Но сначала скажи: тебя никто не кусал?

— Нет.

— А в воде ты была?

Айна вспомнила ледяную глубину, синий свет, тени, тянущиеся к ней.

— Была. Меня накрыло волной.

Лара снова переглянулась с братом. Тот кивнул.

— Тогда у нас есть шанс.

— Какой шанс? О чём вы?

— Узнаешь. Скоро.

Айна хотела возразить, но силы оставили её. Она откинулась на сиденье, чувствуя, как адреналин уходит, оставляя после себя пустоту. Рядом Румиса уже дремала, убаюканная мазью и усталостью. Аслан и Тимур молчали, глядя в окна. За окнами проплывали горы. Красивые, величественные, равнодушные. Айна закрыла глаза. Перед внутренним взором вставали чёрные глаза зомби, дымящаяся жидкость изо рта, окровавленная рука Румисы. И под всем этим, синий свет ковчега, пульсирующий на дне озера. Что-то началось. Что-то, что изменит всё. Она чувствовала это каждой клеткой тела.

Машина нырнула в туннель, и темнота накрыла их с головой.

Глава 5. Убежище

Внедорожник петлял по горным дорогам, уходя всё выше. Айна потеряла счёт времени. Румиса дремала, положив голову ей на плечо, Лара обработала укус какой-то мазью, и рана перестала кровоточить. Тимур сидел молча, вцепившись в поручень. Аслан не сводил глаз с затылка Элиана. Машина нырнула в туннель, пробитый в скале. Темнота сгустилась, потом рассеялась и через минуту они выехали на ровную площадку перед старым зданием. Похоже на бывшую турбазу советских времён: облупившаяся краска, заколоченные окна, ржавая вывеска. Но внутри всё оказалось иначе. Элиан распахнул дверь, и Айна ахнула. Чистое помещение с современной мебелью, на стенах мониторы, под потолком гудят генераторы. Пахнет кофе и чем-то ещё сладковатым, незнакомым.

— Выходите, — коротко бросил Элиан.

Они вышли, озираясь. Лара провела всех в комнату с большим столом, усадила.

— Ешьте. Потом поговорим.

Перед ними появились тарелки с горячей едой, обычной, земной: картошка, мясо, овощи. Айна не чувствовала голода, но заставила себя проглотить несколько ложек. Аслан ел жадно, Тимур ковырялся в тарелке. Румиса, очнувшись, с удивлением смотрела на руку.

— Не болит. Совсем.

Лара улыбнулась, но улыбка вышла грустной.

— Это ненадолго. Антидот только снимает симптомы. Чтобы вирус ушёл полностью, нужно кое-что другое.

Она посмотрела на Айну. Элиан, стоявший у окна, резко обернулся:

— Лара, не начинай.

— Должны же они знать правду.

— Правду? — Айна встала. — Вы кто вообще? Откуда знаете про вирус? Почему мы здесь?

Элиан скрестил руки на груди. Лара глубоко вздохнула и начала рассказ.

— Наша планета называется Орион. Она погибла тысячу лет назад из-за вируса, который мы сами создали. Биологическое оружие, вышедшее из-под контроля. Немногие выжившие разлетелись по галактике. Часть осела на Земле.

— Здесь, в этих горах, — продолжил Элиан нехотя, — одна из групп основала убежище. Они смешались с людьми, передали им знания. Но вирус они привезли с собой, запечатанный в ковчеге, на дне озера. Думали, никто не найдёт.

— Нашли, — тихо сказал Аслан.

Элиан кивнул.

— Ваши военные. Лаборатория «Мёртвое озеро». Они копали, искали артефакты. Вирус просочился. А сегодня землетрясение разрушило последнюю защиту.

— Мы прилетели, чтобы уничтожить ковчег, — добавила Лара. — Но теперь вирус уже в воде, в людях. Нужен другой способ.

— Какой?

Лара посмотрела Айне прямо в глаза.

— Тот, у кого в жилах течёт орионская кровь, может активировать механизм очищения. Нужно, чтобы потомок вошёл в ковчег и запустил программу. Ты — потомок.

Айна отшатнулась.

— С чего вы взяли?

— Твой иммунитет. Мы провели тест, пока ты была без сознания после цунами. Твоя ДНК содержит орионские маркеры.

Тишина повисла в комнате. Тимур присвистнул. Румиса открыла рот. Аслан смотрел на Айну с новым выражением, смесь удивления и тревоги.

— Этого не может быть, — прошептала Айна. — Я обычная. У меня мать чеченка, отец чеченец, бабушка... Она осеклась.

— Бабушка? — переспросила Лара мягко.

— Моя бабушка по матери. Она умерла, когда я была маленькой. Я помню её смутно. Она жила в горах, далеко от всех. Говорили, что она странная.

— Странная — в каком смысле? — спросил Элиан, и в его голосе впервые появилась заинтересованность.

— Она знала травы. Лечила людей, когда те болели. Говорила, что видит то, чего не видят другие. Дед говорил, она ведьма. В хорошем смысле.

— Она была орионкой, — твёрдо сказала Лара. — Чистокровной. Осталась на Земле, вышла замуж за человека. И передала тебе свою кровь.

Айна села, потому что ноги перестали держать.

— Моя бабка — инопланетянка?

— Твоя бабка — герой, — поправил Элиан. — Она знала, что ковчег здесь. И когда военные начали копать, она попыталась их остановить. Вызвала обвал, чтобы запечатать его навсегда. И погибла.

— Её тело не нашли, — вспомнил Аслан.

— Потому что его забрали наши, — Элиан отвернулся к окну. — Отец прилетел за ней, но опоздал. Забрал только её... останки. И нас с Ларой. Твоя ветвь осталась здесь.

Айна переводила взгляд с Элиана на Лару. Те же скулы, тот же разрез глаз, тот же странный блеск в глубине зрачков.

— Вы... вы мои...?

— Кузены, — мягко сказала Лара, садясь рядом. — Двоюродные брат и сестра. Если хочешь — семья.

Элиан фыркнул.

— Семья не выбирает миссию. Айна, нам нужна твоя кровь. Без неё ковчег не активировать. И времени мало, Хаджиев уже стягивает войска. Он хочет захватить артефакт и использовать вирус как оружие.

— Полковник? — переспросил Аслан.

— Ты его знаешь?

Аслан побледнел. Помолчал, потом глухо сказал:

— Я работал на него. В лаборатории.

Глава 6. Гены

— Что?!

Тимур вскочил, опрокинув стул. Румиса замерла с открытым ртом. Айна смотрела на Аслана так, будто видела впервые.

— Ты работал на эту мразь? — голос Тимура звенел. — Ты знал, что они там делают?

— Знал, — Аслан не отводил взгляда. — И уволился два года назад, когда понял, что перешёл черту.

— Почему ты молчал? — Айна встала. — Мы ехали на это чёртово озеро, ты знал, что там лаборатория, и молчал?!

— А что бы я сказал? — Аслан повысил голос впервые за всё время. — «Ребята, я работал на секретном объекте, где ставят опыты над людьми, но давайте съездим отдохнём»? Ты бы поехала?

Айна хотела ответить, но осеклась. Он был прав. Лара подошла к Аслану, положила руку ему на плечо.

— Расскажи. Всё, что знаешь.

Аслан глубоко вздохнул и начал рассказ.

— Лаборатория «Мёртвое озеро» существует больше двадцати лет. Официально, научно-исследовательский центр. Неофициально, военный объект, где изучают инопланетные артефакты. Когда я пришёл туда, думал, что буду заниматься наукой. Настоящей наукой.

— А оказалось?

— Оказалось, что Хаджиеву плевать на науку. Ему нужно оружие. Они нашли в горах несколько артефактов, не ковчег, тот был глубоко, но другие вещи. И пытались понять, как это работает. А когда поняли, что не могут, начали искать носителей.

— Носителей?

— Людей с орионской кровью. Они знали, что такие есть. Местные легенды, старые записи. Они искали по всему Кавказу. И находили.

Лара побледнела.

— Что они с ними делали?

— Экспериментировали. Пытались активировать в них генетическую память. Заставляли касаться артефактов. Некоторые сходили с ума. Некоторые умирали. Некоторые... становились другими.

— Другими?

— Я видел одного. Он светился в темноте. Говорил на языке, которого никто не понимал. Хаджиев был в восторге. А потом парень умер. Сердце не выдержало. Тишина повисла в комнате. Даже генератор, казалось, гудел тише.

— Я ушёл после этого, — продолжил Аслан. — Сказал, что мать болеет. Хаджиев не отпускал, угрожал, но я настоял. А перед уходом скопировал всё, что мог: планы комплекса, коды доступа, расписания. Думал, когда-нибудь пригодится.

— Пригодилось, — Элиан подошёл ближе. — Ты нам поможешь.

— Я и так собирался, — Аслан посмотрел на Айну. — Прости, что не сказал раньше. Я боялся, что вы не захотите со мной общаться.

Все молчали долго.

— Ты дурак, Аслан. — сказала Айна

—Но ты наш дурак. — сказала Румис

Тимур подбадривая, похлопал по плечу.

— Ладно, — сказал он наконец. — Что теперь? У нас есть планы, есть вы, инопланетные, есть Айна с бабкиными генами. Идём мочить этого Хаджиева?

Элиан усмехнулся — впервые за всё время.

— Идём мочить Хаджиева. Но сначала — тест.

— Какой тест? — насторожилась Айна.

— Подтверждение. Мы должны быть уверены, что ты именно та, кто нам нужен.

Лара достала из ящика небольшой прибор, похожий на сканер.

— Это займёт минуту. Просто протяни руку.

Айна протянула. Лара приложила прибор к запястью, он засветился синим, пошла тонкая вибрация. На экране замелькали символы, непонятные, но красивые. Прибор пискнул. Лара посмотрела на экран, и глаза её расширились.

— Элиан... ты только посмотри.

Элиан подошёл, взглянул. И впервые на его лице появилось выражение, похожее на благоговение.

— Сто процентов совпадения по материнской линии. Она не просто потомок. Она прямая наследница Наиры.

— Кто такая Наира? — спросила Айна.

Лара подняла на неё глаза, полные слёз.

— Наша бабушка. Твоя бабушка. Женщина, которая утонула в озере, спасая мир.

Глава 7. Семейный разговор

Айна сидела на камне снаружи убежища и смотрела на звёзды. За её спиной в здании гудел генератор, слышались голоса, Лара объясняла Тимуру и Румисе, как пользоваться орионскими передатчиками, Аслан раскладывал на столе карты. Она должна была быть там. Готовиться. Но не могла. Слишком много всего навалилось за один день. Вирус, зомби, инопланетяне, бабушка, которая оказалась пришелицей, двоюродные брат с сестрой, о существовании которых она не подозревала.

— Можно? — Лара вышла из здания и села рядом.

Айна кивнула. Некоторое время они молчали. Потом Лара заговорила:

— Я понимаю, тебе трудно. Это всё... слишком.

— Слишком, мягко сказано, — Айна усмехнулась. — У меня сейчас в голове такое, будто все шестерёнки разом соскочили.

— У меня было так же, когда я узнала, что мы не одни во вселенной. Мне было двенадцать. Элиан привёл меня в звёздную комнату, показал карту галактики и сказал: «Смотри, это наш дом. Был».

— И как ты справилась?

— Плакала неделю. Потом привыкла.

Айна улыбнулась.

— Ты не похожа на Элиана.

— Он другой. Он видел гибель родителей. Я была маленькая, почти не помню. А он помнит всё. И несёт это в себе.

— Расскажи.

Лара помолчала, собираясь с мыслями.

— Мы жили на Орионе. Не в городе — в маленьком поселении, в горах. Таких, как эти. Наши родители были учёными, изучали древние технологии. Когда началась эпидемия, они пытались найти лекарство. Не нашли. Но успели посадить нас в эвакуационный корабль. Элиану было пятнадцать, он вёл корабль сам, по звёздным картам. Три года мы летели к Земле. Три года он был для меня и отцом, и матерью, и учителем.

— Поэтому он такой... холодный?

— Он боится привязываться. Каждый раз, когда он кого-то любит, он теряет. Сначала родителей, потом бабушку, когда мы нашли её здесь, уже мёртвую. Он не хочет потерять ещё и тебя.

Айна посмотрела на свои руки.

— А ты? Ты не боишься?

— Боюсь. Но я верю, что лучше любить и потерять, чем не любить вообще. Так меня научила мама.

Они снова замолчали. Где-то в горах завыл шакал или это был заражённый? Айна поёжилась.

— Холодно, — сказала Лара. — Пойдём внутрь.

— Подожди. Я хочу спросить.

— Да?

— Что я должна буду сделать? В ковчеге. Просто войти и нажать кнопку?

— Не совсем. Ковчег, не машина в твоём понимании. Это живая система. Он реагирует на ДНК, на эмоции, на память. Ты должна будешь войти в контакт с ним. Он покажет тебе то, что нужно увидеть. Может быть, даже Наиру.

— Бабушку?

— Её сознание сохранилось в ковчеге. Она ждала тебя.

Айна почувствовала, как мурашки бегут по спине.

— Она знала, что я приду?

— Она надеялась. Знала, что рано или поздно кто-то из её потомков войдёт в ковчег. И готовилась передать знания.

Сзади скрипнула дверь. Вышел Элиан, остановился в нескольких шагах.

— Лара, иди внутрь. Мне нужно поговорить с Айной.

Лара переглянулась с Айной, пожала плечами и ушла. Элиан сел на место, которое только что освободила сестра. Некоторое время молчал, глядя на звёзды.

— Я был не прав, — сказал он наконец.

— В чём?

— Когда сказал, что ты просто инструмент. Ты не просто потомок. Ты семья. Я не привык иметь семью. Только Лара. И я не знаю, как с этим быть.

— Просто будь собой, — Айна улыбнулась. — Холодным, суровым, но справедливым.

Элиан усмехнулся.

— Я постараюсь. Но если ты погибнешь в ковчеге, я никогда себе этого не прощу.

— Не погибну, — Айна коснулась его руки. — У меня теперь есть ради кого жить. Две сестры и брат. Даже если один из них бука.

— Бука? — Элиан не понял слова.

— Сердитый. Угрюмый.

— А. Да, я такой.

Они посидели ещё немного. А потом Айна спросила:

— Элиан, а какой он был, Орион? Красивый?

Элиан посмотрел на звёзды. В глазах его отразился свет далёких солнц.

— Красивее, чем ты можешь представить. Синие леса, золотые реки, города, парящие в облаках. Там всегда было тепло. И пахло цветами, которые цветут раз в сто лет.

— Ты скучаешь?

— Каждый день. Но теперь у меня есть Земля. И здесь тоже красиво. Особенно эти горы.

— Это Кавказ. Наша родина.

— Наша, — согласился Элиан. — Теперь наша.

Они вернулись в убежище, где Лара уже разложила снаряжение, а Аслан в десятый раз перепроверял карты. Тимур и Румиса возились с передатчиками, пытаясь настроить связь.

— Всё готово, — сказала Лара. — Завтра на рассвете выступаем.

— Я пойду первой, — сказала Айна. — В ковчег.

Все посмотрели на неё.

— Ты уверена? — спросил Аслан.

— Уверена. Бабушка ждёт.

Элиан кивнул, и в его взгляде Айна прочитала то, чего не ожидала: гордость. Она улыбнулась и пошла готовиться. За окном мигали звёзды. Одна из них, особенно яркая, пульсировала синим. И Айна знала: это не просто звезда. Это Орион. Её второй дом.

Глава 8. План

Утро в убежище началось с запаха кофе и металла. Айна не спала почти всю ночь, ворочалась, слушала гул генератора и голоса Лары с Элианом, которые о чём-то спорили на своём языке. Под утро забылась тяжёлым сном без сновидений, а когда открыла глаза, за окном уже вовсю светило солнце. В общей комнате собрались все. Лара разливала по кружкам дымящийся напиток, Тимур массировал раненое плечо, Румиса рассматривала свою руку от укуса осталось только бледное пятно. Элиан стоял у стены, скрестив руки на груди. Аслан сидел над разложенными на столе бумагами.

— Доброе утро, — Лара протянула Айне кружку. — Выспалась?

— Ага, — соврала Айна, принимая кофе. — Что у вас?

— Аслан как раз собрался рассказывать.

Все повернулись к Аслану. Тот глубоко вздохнул и начал:

— Лаборатория «Мёртвое озеро». Официально, научно-исследовательский центр Министерства обороны. Неофициально, место, где Хаджиев ставит опыты над людьми и артефактами.

Он развернул на столе большой лист ватмана — самодельную карту, с пометками.

— Вот озеро. Здесь комплекс. Три уровня: наземный, подземный и технический. Наземный: казармы, столовая, администрация. Подземный: лаборатории, тюремные блоки, хранилище образцов. Технический: туннели, вентиляция, коммуникации.

— Где ковчег? — спросил Элиан.

Аслан ткнул пальцем в точку в самом низу карты.

— Здесь. Самый глубокий уровень. Герметичный бокс, соединённый туннелем с озером. Они вырыли его, когда нашли артефакт. Ковчег всегда был под водой, они просто подвели к нему трубы.

— Зачем?

— Изучали. Пытались понять, как он работает. Брали пробы, сканировали, даже пытались вскрыть. Безуспешно. А после обвала связь с боксом потерялась. Хаджиев в панике, он боится, что ковчег уйдёт под землю или взорвётся.

— Или что его кто-то опередит, — усмехнулся Элиан.

— Именно. По моим данным, сегодня вечером он начинает эвакуацию. Вертолёты, усиленная охрана, вывоз образцов. Если он вытащит ковчег наружу.

— Мы не успеем, — закончила Лара.

— Значит, идём днём, — отрезал Элиан. — Пока суета, пока они готовятся. Аслан, показывай маршрут.

Аслан провёл пальцем по карте:

— Единственный незаметный вход, старый вентиляционный туннель. Он выходит вот здесь, в скалах. Им не пользовались лет двадцать, я специально проверил, когда увольнялся. Завалов нет, решётки проржавели. Пролезем.

— Дальше?

— Туннель ведёт в технический коридор. Оттуда до зала с ковчегом около двухсот метров. По пути два поста охраны и одна лаборатория, но в дневную смену там минимум людей.

— Оружие? — Элиан посмотрел на Аслана.

— У охраны автоматы, у нас, вот это.

Аслан выдвинул ящик стола и выложил на стол три пистолета, несколько запасных обойм и пару ножей в потёртых кожаных чехлах.

— Я припрятал, когда уходил. Думал, пригодится.

— Маловато, — Элиан взял один пистолет, проверил магазин, взвесил в руке. — Но сойдёт.

— Я не умею стрелять, — тихо сказала Румиса.

— Научим, — Лара подошла к ней. — Это не сложно.

— А если нас поймают? — спросил Тимур.

— Не поймают, — Элиан посмотрел на него холодно. — Мы не сдаёмся.

— Оптимистично.

— Реалистично. Сдаваться, значит умереть. А мы не умрём сегодня.

Тишина повисла в комнате. Айна смотрела на карту, на пистолеты, на лица людей, ставших ей почти родными за какие-то сутки.

— Я пойду, — сказала она. — В ковчег. Это мой долг.

— Не долг, — поправила Лара. — Выбор. И ты его сделала.

— Когда выступаем? — спросил Аслан.

— Через час, — Элиан взглянул на часы. — Всем проверить снаряжение, надеть тёмную одежду. Лара, раздай передатчики.

Лара достала из ящика маленькие наушники-капельки, раздала каждому.

— Держите. Будем на связи. Если кто-то попадёт в беду, кричите. Мы придём.

— А если не услышите? — Румиса нервно сглотнула.

— Услышим, — твёрдо сказал Элиан. — Мы семья. А семья не бросает своих.

Айна поймала его взгляд. В холодных серых глазах мелькнуло что-то тёплое, всего на секунду, но ей хватило.

Глава 9. Подготовка

Час пролетел как одно мгновение. Айна натянула чёрные джинсы, тёмную толстовку, обмотала кроссовки тряпками, Лара сказала, что это приглушит шаги. На поясе закрепила передатчик, в карман сунула пистолет, который дал Аслан. Тяжёлый, холодный, чужой.

— Не бойся, — Тимур подошёл сзади. — Главное — не целиться в своих.

— А если в чужих?

— Тогда жми на курок и не думай.

Румиса сидела в углу, обхватив колени руками. Айна подсела к ней.

— Ты как?

— Страшно, — призналась Румиса. — Я никогда даже не дралась ни с кем. А тут, зомби, солдаты, инопланетяне. Это не моя жизнь.

— Теперь наша общая.

— А если я струшу?

— Не струсишь. Ты вон зомби от меня оттаскивала. С голыми руками.

Румиса слабо улыбнулась.

— Дурацкая была идея.

— Зато живая.

Они обнялись. Айна чувствовала, как дрожит подруга, и сама дрожала, от страха, от холода, от предчувствия. Вошла Лара, в руках, небольшой металлический чемоданчик.

— Айна, иди сюда. Тебе нужно кое-что понять до того, как мы войдём в ковчег.

Она открыла чемоданчик. Внутри, на бархатной подложке, лежал странный предмет, похожий на кулон, но светящийся тусклым синим.

— Это амулет связи. Он был у Наиры. Мы нашли его среди вещей, которые отец забрал с Земли. Я хочу, чтобы ты взяла его.

— Зачем?

— Внутри ковчега ты можешь растеряться. Амулет поможет тебе найти путь. Просто сожми его в кулаке и думай о том, что хочешь увидеть.

Айна взяла кулон. Металл оказался тёплым, живым. Синий свет пульсировал в такт её сердцу.

— Спасибо.

— Это не подарок, — Лара улыбнулась. — Это возвращение. Он всегда был твоим.

В комнату вошёл Элиан, за ним Аслан.

— Время, — коротко сказал Элиан. — Все готовы?

— Готовы, — ответил Аслан за всех.

Они вышли из убежища. Солнце стояло высоко, горы сияли чистотой. Где-то внизу, за скалами, лежало озеро, спокойное, красивое, смертельно опасное. Айна остановилась на пороге, обернулась. Убежище выглядело таким обычным, старые стены, облупившаяся краска, заколоченные окна. Кто бы мог подумать, что внутри скрываются пришельцы из другой галактики?

— Идём, — Румиса тронула её за плечо. — Вернёмся сюда. Обещаю.

— Откуда такая уверенность?

— Потому что я ещё не съездила с тобой на море. А ты обещала.

Айна усмехнулась.

— Дура.

— Ага. Идём.

Она шагнула за ней, навстречу горам, навстречу страху, навстречу судьбе.

Глава 10. Начало миссии

Тропа вилась между скалами, то поднимаясь вверх, то ныряя в распадки. Аслан вёл уверенно, ни разу не задумываясь, каждый камень, каждый поворот были ему знакомы.

— Долго ещё? — спросил Тимур, тяжело дыша.

— Минут двадцать. Держись.

Элиан шёл последним, то и дело оглядываясь. Лара прикрывала Айну, поддерживая за локоть на крутых подъёмах. Румиса молчала, вцепившись в ремень пистолета, который ей дали.

— Стойте, — вдруг сказал Аслан, поднимая руку.

Все замерли. Впереди, метрах в пятидесяти, кто-то был. Фигура в сером, сидящая на камне спиной к ним. Не двигалась.

— Заражённый? — шепнула Лара.

— Похоже, — Элиан достал нейрошокер. — Я проверю.

— Нет, — Айна остановила его. — Смотрите.

Фигура шевельнулась, повернула голову. Это был мужчина, пожилой, в изодранной одежде. Лицо его было испачкано кровью, но глаза, обычные, человеческие.

— Помогите, — прохрипел он, заметив их. — Помогите, там...

Он закашлялся, сплюнул кровь.

— Что там? — Аслан шагнул ближе.

— В горах... они везде. Я прятался в пещере, думал, спасусь. А они нашли. Чуют.

— Заражённые?

— Да. Сотни. Идут сюда.

Мужчина встал, шатаясь. Видно было, что он ранен, бок пропитан кровью, рука висит плетью.

— Нам надо в комплекс, — сказал Элиан. — Там ковчег.

— Не ходите, — мужчина схватил его за руку. — Там смерть. Я оттуда сбежал. Из лаборатории. Два года пытали, ставили опыты. А теперь они открыли эту штуку, и все, кто был внутри, он показал на свои глаза, — стали такими. А я... я не знаю, почему выжил.

Айна почувствовала, как сердце пропустило удар.

— Вы были в лаборатории? Видели ковчег?

— Видел. Он светится. И внутри... там кто-то есть. Женщина. Она зовёт.

— Женщина?

— С чёрными волосами. Красивая. Говорит на непонятном языке. Но я понимаю. Она говорит: «Идите ко мне. Я жду».

Айна переглянулась с Ларой.

— Это Наира, — прошептала Лара. — Она зовёт тебя.

— Но как он её слышит?

— Может, в нём тоже есть кровь. Или просто ковчег излучает на всех, кто рядом.

Мужчина закашлялся снова, опустился на камень.

— Я дальше не пойду. Силы кончились. Но вы... если встретите её, скажите: спасибо. Она дала мне сил бежать.

— Кто? — не понял Тимур.

— Женщина из света. Когда начался ад, я думал, всё. А она пришла, коснулась меня, и я смог встать. И бежать. Спасибо ей.

Мужчина закрыл глаза и замер. Айна коснулась его шеи, пульса не было.

— Умер, — сказала она тихо.

— Пошли, — Элиан тронул её за плечо. — Нельзя останавливаться.

— А если мы тоже умрём?

— Не умрём. Мы сильнее.

Айна посмотрела на амулет в своей руке. Синий свет пульсировал ровно, спокойно.

— Идём.

Они оставили мёртвого за спиной и двинулись дальше. Тропа сужалась, скалы смыкались над головой, и через полчаса Аслан остановился у почти отвесной стены.

— Здесь, — он показал на узкую расщелину, замаскированную кустами. — Вход в туннель.

— Откуда ты знал, что он пригодится? — спросила Румиса.

— Не знал. Но чувствовал. Знаете, как бывает: внутри что-то шепчет, сохрани на всякий случай. Вот я и сохранил.

— Шелест крови, — тихо сказала Лара. — Орионцы называют это так. Память предков. Ты слышал её, сам не зная.

Аслан пожал плечами и полез в расщелину первым. За ним, Айна, потом Румиса, Тимур, Лара, замыкал Элиан. Туннель встретил их темнотой и сыростью. Стены покрывала слизь, под ногами хлюпала вода, воздух был спёртым, тяжёлым. Айна включила фонарик, узкий луч выхватил из темноты грубый камень, ржавые скобы на стенах, уходящие вглубь.

— Двести метров, — донёсся спереди голос Аслана. — Потом выход в техкоридор. Главное — не шуметь.

Они двинулись вперёд. Айна считала шаги, чтобы не думать о страхе. Десять, двадцать, тридцать. Вода под ногами становилась глубже, иногда доходила до щиколоток. Где-то капало, где-то скрежетало, то ли камни, то ли крысы, то ли...

— Тихо, — Элиан сзади сжал её плечо. — Слышите?

Все замерли. Из темноты впереди доносился звук. Ритмичный, тяжёлый, будто кто-то дышал.

— Это не люди, — прошептал Аслан. — Твари.

— Сколько их?

— Не вижу. Но близко.

Элиан выдвинулся вперёд, достал нейрошокер. Лара встала рядом, готовая прикрыть. Айна сжала амулет в кулаке.

— Если что — бегите к выходу, — шепнул Элиан. — Мы задержим.

— Нет, — Айна покачала головой. — Мы вместе.

Элиан посмотрел на неё и кивнул.

— Вместе.

Они двинулись дальше, на звук, навстречу неизвестности. Туннель расширялся, впереди забрезжил свет, не естественный, искусственный, тускло-зелёный. Аварийное освещение. И фигуры. Много фигур, сгрудившихся у решётки, перегораживающей проход. Заражённые. Десятки. Они стояли неподвижно, лицами к решётке, и дышали, все разом, в унисон.

— Они нас не видят, — прошептала Лара. — Сканер показывает: они в трансе. Ковчег зовёт их.

— Что делать?

— Пробираться. Тихо. Не будить.

Аслан показал на узкий лаз сбоку от решётки — видимо, технический проход для обслуживания.

— Туда. По одному.

Первым полез Аслан. За ним, Айна, стараясь не дышать. Заражённые были в трёх метрах, она видела их чёрные глаза, дымящиеся рты, слышала их дыхание. Один дёрнулся, повернул голову. Айна замерла, вжавшись в стену. Тварь смотрела прямо на неё, но не видела. Или не хотела видеть. Через вечность они выбрались с другой стороны решётки, в сухой коридор с бетонными стенами.

— Живы, — выдохнул Тимур. — Живы, блин.

— Тихо, — Элиан прижал палец к губам. — Мы в комплексе. Дальше только шёпотом.

Аслан сверился с картой.

— Нам туда. Метров пятьдесят. Там лестница вниз, к залу с ковчегом.

— Веди.

Они двинулись дальше, в самое сердце тьмы, туда, где ждала Наира, где пульсировал синий свет и решалась судьба мира. Айна сжимала амулет и чувствовала: бабушка рядом. Совсем близко.

Глава 11. В обителе зла

Коридор за дверью оказался узким, с низким потолком, по которому тянулись кабели и трубы. Лампы горели вполнакала, создавая длинные, дрожащие тени. Воздух был сухим, пахло химией и машинным маслом. Айна старалась дышать ровно, но каждый вдох отдавался в груди тяжестью.

— Посты, — прошептал Аслан, показывая вперёд. — Двое у поворота. Ещё двое в конце коридора, возле лифта.

Элиан поднял руку, жестом приказывая остальным замереть. Сам бесшумно скользнул вперёд, Лара за ним. Айна смотрела, как они двигаются, плавно, как хищники, без единого лишнего звука. Нейрошокеры в их руках казались продолжением тел.

— Почему они не стреляют? — прошептала Румиса, прижимаясь к стене.

— Не хотят шума, — ответил Тимур. — Им нужно, чтобы всё прошло тихо.

— А если не получится?

— Получится.

Впереди мелькнула вспышка, потом другая. Глухие удары падающих тел. Тишина.

Элиан вернулся, кивая:

— Чисто. Идём.

Они прошли мимо двух солдат, скрючившихся на полу. Те дышали, но были без сознания. Нейрошокеры сработали идеально, на лицах застыло удивление, будто они не поняли, что случилось. Айна отвела взгляд.

— Дальше? — спросила Румиса, стараясь не смотреть на распростёртые фигуры.

— Лифт, — Аслан показал на металлическую дверь в конце коридора. — За ней шахта. Спускаемся на нижний уровень. Там зал ковчега.

— Охрана?

— По нашим данным, человек пять. Но Хаджиев мог усилить. Он знает, что мы идём.

— Откуда? — спросил Тимур.

— Камеры. Мы уже засветились, когда проходили первый пост. Он ждёт нас.

Элиан подошёл к двери лифта, приложил ухо к металлу.

— За ней тихо. Либо никого, либо засада.

— Если засада, мы не сможем подняться обратно, — заметила Лара.

— Не сможем. Поэтому идём вперёд.

Аслан достал планшет, ввёл код. Дверь дрогнула, но не открылась.

— Сменили? — спросила Айна.

— Похоже. Нужно время, чтобы взломать.

— Времени нет, — Элиан отодвинул его. — Айна, твой выход.

Она шагнула вперёд, чувствуя, как все взгляды обращены к ней. Кристалл на шее нагрелся, засветился тусклым синим. Айна коснулась двери, закрыла глаза. Металл был холодным, но где-то за ним, глубоко, пульсировало тепло. Она направила в него свет, тот самый, что жил внутри после прикосновения к ковчегу. Замок щёлкнул, перебирая коды. На панели замигали огни.

— Получается, — выдохнул Аслан.

Дверь открылась. За ней — кабина лифта, тесная, с одной кнопкой: «-3».

— Только один уровень? — удивилась Румиса.

— Остальные заблокированы, — ответил Аслан. — Хаджиев не хочет, чтобы кто-то спустился.

— Или не хочет, чтобы мы поднялись, — добавил Элиан.

Они вошли в лифт. Двери закрылись, и кабина дрогнула, начала опускаться. В тишине было слышно, как стучит сердце Айны. Или не только её.

— Айна, — Лара взяла её за руку. — Ты готова?

— Готова.

— Ты знаешь, что делать, когда войдёшь в зал?

— Войти в ковчег. Активировать очищение.

— Не только. Ковчег попытается говорить с тобой. Покажет прошлое. Не бойся. Прими это.

— А если я не смогу?

— Сможешь. Ты, потомок Наиры.

Лифт остановился. Двери открылись. За ними была темнота. И синий свет, пульсирующий где-то в глубине.

— Мы на месте, — сказал Аслан. — Это зал ковчега.

Они шагнули в темноту. Сначала Айна ничего не видела, только свет впереди, манящий, живой. Потом глаза привыкли, и она разглядела огромное помещение, размером с футбольное поле, с высоченными потолками, теряющимися в темноте. В центре, на массивном постаменте, покоился ковчег. Он был открыт. Символы на его поверхности двигались, переливались, как живые. Синий свет вырывался изнутри, окрашивая стены в цвета ночного неба. Воздух дрожал от едва уловимой вибрации.

— Он ждёт, — прошептала Айна.

— Кто? — спросила Румиса.

— Ковчег. Он знает, что я здесь.

Вокруг ковчега суетились люди в белых халатах. Учёные. Человек десять, с планшетами, приборами, сосредоточенные на работе. Они не сразу заметили непрошеных гостей.

— Стоять! — рявкнул кто-то из них, пожилой мужчина с седой бородой, когда Аслан сделал шаг вперёд. — Кто вы такие? Здесь закрытая зона!

— Мы знаем, — Элиан вышел вперёд, держа руки на виду. — Нам нужно к ковчегу.

— Никого нельзя подпускать! Полковник приказал...

— Плевать, что приказал полковник, — перебила Лара мягко, но твёрдо. — Если мы не вмешаемся, через несколько часов здесь никого не останется. Вирус вырвется наружу.

Учёные переглянулись. Бородатый мужчина, видимо, главный, побледнел.

— Откуда вы знаете про вирус?

— Мы знаем больше, чем вы, — Аслан шагнул вперёд, и учёный узнал его. — Здравствуйте, Сергей Петрович. Давно не виделись.

— Аслан? Ты? Но ты же уволился...

— Уволился, чтобы не участвовать в этом безумии. А вы до сих пор здесь. Ставите опыты, травите людей, уничтожаете мир.

— Мы ищем лекарство! — вскинулся учёный. — Этот вирус может спасти человечество! Если научиться его контролировать...

— Вы не сможете его контролировать, — Лара покачала головой. — Его создали мы. И мы знаем, чем это кончается.

— Вы?

— Мы орионцы. Последние из расы, которую уничтожил этот вирус.

Учёные замерли. Кто-то выронил планшет. Сергей Петрович сделал шаг назад, вглядываясь в Лару и Элиана.

— Орионцы... легенды... вы существуете?

— Существуем. И пришли остановить то, что начали наши предки.

Сзади послышался топот. В зал вбежала группа солдат, человек десять, с автоматами наизготовку.

— Всем стоять! Руки вверх!

Элиан медленно поднял руки. Лара тоже. Айна и остальные последовали примеру.

— Сергей Петрович, вы в порядке? — Командир солдат подбежал к учёному.

— Да, капитан, но эти люди...

— Мы знаем. Полковник приказал задержать любых посторонних. Взять их!

Солдаты двинулись вперёд, наставляя оружие. Элиан переглянулся с Ларой, неуловимое движение, понятное только им двоим.

— Не стреляйте, — громко сказала Лара. — Мы не враги. Но если вы примените силу...

— То что? — усмехнулся капитан. — Вы безоружны.

— Ты уверен?

Лара выбросила руку вперёд. Из её ладони вырвался поток синего света, ударил в потолок. Солдаты отшатнулись, кто-то вскрикнул. Капитан выстрелил, пуля прошла сквозь световой купол, не причинив вреда.

— Орионская технология, — спокойно сказала Лара. — Мы не хотим никого убивать. Но защищаться будем.

Капитан колебался. Его люди явно не горели желанием сражаться с тем, чего не понимали.

— Что здесь происходит?!

Новый голос, властный, резкий. Из тени вышел человек в безупречной военной форме, с полковничьими погонами на плечах. Хаджиев.

Он был невысок, но в нём чувствовалась сила, сила человека, привыкшего повелевать, ломать, добиваться своего. Короткий ёжик седых волос, острый взгляд, тонкие губы, сложившиеся в усмешку.

— Аслан, старый знакомый, — протянул он, разглядывая группу. — А ты, я смотрю, привёл гостей. И даже инопланетных.

— Полковник, — Аслан сжал кулаки.

— Не надо агрессии. Я всегда говорил: наука любит смелых. Вы пришли к ковчегу? Прекрасно. Вы нам поможете.

— Ни за что, — отрезал Элиан.

— Поможете, — повторил Хаджиев, и в голосе его зазвенела сталь. — Потому что иначе я прикажу расстрелять ваших друзей. Одного за другим. Начнём, пожалуй, с девушки.

Он кивнул на Румису. Солдаты вскинули автоматы.

— Нет! — Айна шагнула вперёд. — Не трогайте её!

— Айна, не смей! — крикнула Румиса.

— Какая трогательная забота, — Хаджиев усмехнулся. — Ты, я вижу, главная. Та самая потомок, о котором мне докладывали. Иммунная. Наследница. Ты мне нужна.

— Для чего?

— Чтобы войти в ковчег. Активировать его. Мы потратили годы, пытаясь понять, как он работает. А он ждал тебя.

— Он ждал, чтобы уничтожить вирус, а не чтобы ты получил оружие.

— Уничтожить? — Хаджиев рассмеялся. — Дитя, этот вирус, величайшее открытие человечества. С его помощью мы сможем контролировать целые континенты. Представь: одна капля в системе водоснабжения, и вражеская армия превращается в послушных рабов. Это не оружие, это мечта.

— Это безумие, — выдохнула Айна.

— Это прогресс. А теперь выбор: ты идёшь в ковчег по своей воле, или я приказываю стрелять. У тебя минута.

Айна оглянулась на друзей. Румиса, бледная, но дерзкая. Тимур, сжавший кулаки. Аслан, готовый броситься на солдат. Элиан, чьи глаза горели холодным огнём. Лара, шепчущая что-то на своём языке, молитву? заклинание? Она приняла решение.

— Я пойду.

— Айна, нет! — закричала Румиса.

— Всё будет хорошо, — Айна обернулась к ней. Бабушка ждёт.

Она шагнула к ковчегу. Синий свет стал ярче, пульс участился. Символы на металле задвигались быстрее, словно приветствуя её.

— Поавильное решение — довольно кивнул Хаджиев. — Иди. И запомни: если попытаешься сделать что-то не так, твои друзья умрут. Медленно.

Айна не ответила. Она положила руку на холодный металл. И мир исчез.

Глава 12. Память предков

Синий свет сгустился вокруг Айны в плотный, почти осязаемый кокон. Она перестала чувствовать своё тело , руки, ноги, тяжесть одежды, всё исчезло. Осталось только сознание, парящее в бесконечной пустоте, где не было ни верха, ни низа, ни времени. Где-то далеко, за пределами этого пространства, остались зал, Хаджиев, друзья, их крики, автоматные очереди, запах пороха и страха. Здесь же была только тишина. И ожидание.

— Ты пришла — голос прозвучал не в ушах, а внутри, разливаясь теплом по несуществующим венам. Голос был знакомым , она слышала его во сне, в тумане над озером, в самые страшные моменты жизни.

— Бабушка? — Айна попыталась сказать вслух, но слов не было. Только мысль, чистая и прозрачная.

— Я здесь — ответил голос. — Ждала тебя.

Свет начал сгущаться, обретать форму. Сначала Айна увидела только силуэт , тонкий, женский, сотканный из сияния. Потом проступили черты лица: высокие скулы, длинные чёрные волосы, разметавшиеся в невесомости, и глаза , синие-синие, как глубина Кезеной-Ама. Та самая женщина из снов. Наира.

— Ты стала старше — сказала бабушка, и в голосе её слышалась грусть. — Я помню тебя маленькой. Ты сидела у меня на коленях, и я рассказывала сказки о звёздах.

— Я помню — прошептала Айна мысленно. — Ты говорила, что звёзды , это души, которые смотрят на нас.

— И это правда. Только не те звёзды, что в небе, а те, что в нас. — Наира протянула руку, и Айна почувствовала прикосновение , тёплое, живое, настоящее. — Ты не боишься?

— Боюсь. Но я здесь.

— Это главное. Смелость не в отсутствии страха, а в том, чтобы идти вперёд, несмотря на него.

Пространство вокруг них начало меняться. Свет пульсировал, складываясь в картины, и Айна увидела Орион. Планета была прекрасна , даже сквозь призму памяти, даже зная, что её больше нет. Два солнца , одно золотое, другое голубое , сияли над миром, где леса были цвета индиго, а реки текли расплавленным золотом. Города парили в облаках, соединённые мостами из света. Люди , такие похожие на земных, но с лёгким сиянием в глазах , летали без крыльев, общались без слов, творили чудеса, которые земляне назвали бы магией.

— Мы были счастливы — голос Наиры звучал печально. — Слишком счастливы. Мы думали, что нам всё позволено. Что мы , боги.

Картина сменилась. Айна увидела лаборатории , огромные, стерильные, залитые белым светом. Учёные в серебристых костюмах склонились над пробирками, в которых пульсировала тёмная жидкость.

— Мы создавали оружие — продолжила Наира. — Защиту от тех, кто мог прийти из других миров. Думали, что сможем контролировать его. Но вирус оказался умнее. Он менялся, приспосабливался, учился. А мы не успевали.

Теперь Айна видела войну. Не между народами , между живыми и мёртвыми. Заражённые орионцы , с чёрными глазами, дымящимися ртами , нападали на тех, кто ещё был здоров. Города падали, мосты рушились, золотые реки чернели от крови.

— Мы бежали — сказала Наира. — Кто куда. Наша группа выбрала Землю. Мы думали, здесь, вдали от звёзд, мы будем в безопасности.

— Но вирус последовал за вами.

— Да. Мы запечатали его в ковчеге и спрятали на дне этого глубокого озера. Я осталась сторожить.

— Ты утонула.

— Я выполнила долг. Когда военные начали копать у озера, я поняла: они найдут ковчег. Пришлось выбирать: позволить им забрать его или остановить навсегда. Я выбрала второе. Вызвала обвал, запечатала вход. Но сама не успела уйти.

Айна почувствовала, как слёзы текут по лицу , даже здесь, в невесомости, они были настоящими.

— Мне жаль, бабушка.

— Не жалей. Я прожила долгую жизнь, вырастила детей, увидела внуков. Ты , мой самый дорогой подарок. В тебе моя кровь, моя сила. И теперь ты должна сделать то, что не успела я.

— Что?

— Уничтожить вирус. Окончательно. Ковчег можно перенаправить , вместо того чтобы сдерживать заразу, он может испустить волну очищения. Но для этого нужна твоя добровольная воля и твоя кровь.

— Хаджиев... он хочет использовать ковчег как оружие.

— Я знаю. Я видела его мысли, когда он касался ковчега. Этот человек одержим властью. Он не остановится ни перед чем. Если он получит контроль над вирусом, погибнут миллиарды.

— Что мне делать?

— Прими мою силу. Откройся ей. Позволь ковчегу стать частью тебя. Это больно, но ты справишься. Ты сильная.

Айна почувствовала, как свет вокруг неё сгущается, становится плотным, почти осязаемым. Он проникал в неё , не через кожу, не через дыхание, а через саму суть, через память, через кровь.

— Это больно — прошептала она.

— Знаю. Терпи.

Перед глазами Айны проносились картины, которые она не могла знать, но чувствовала, как свои. Гибель Ориона. Бегство. Приземление на Землю. Первые люди, испуганные, но любопытные. Смешение кровей. Рождение детей, которые несли в себе звёзды.

— Теперь ты знаешь — сказала Наира. — Ты — не просто журналистка из Грозного. Ты , дитя двух миров. И оба мира нуждаются в тебе.

— Я справлюсь?

— Ты уже справилась. Ступай.

Свет стал рассеиваться. Айна почувствовала, что возвращается в своё тело , слышит крики, видит вспышки, чувствует запах дыма.

— Айна! — голос Лары прорвался сквозь пелену. — Возвращайся!

Она открыла глаза. В зале царил хаос. Элиан и Лара стояли у ковчега, отбиваясь от солдат. Нейрошокеры в их руках сверкали, парализуя врагов одного за другим. Но солдаты не кончались , они выбегали из боковых коридоров, стреляя на ходу.

— Айна! — закричала Румиса, пробиваясь к ней. — Ты как?

— В порядке — Айна попыталась встать, но ноги не слушались.

— Не двигайся — рядом оказался Аслан, поддерживая её. — Ты была в отключке почти минуту.

— Минуту? Мне показалось, час.

— Ковчег искажает время.

Пуля просвистела над головой, и Аслан пригнулся, увлекая Айну за собой. Они спрятались за постаментом, где уже укрылись Румиса и Тимур.

— Элиан! — крикнул Аслан. — Мы прикрыты!

— Держитесь! — ответил орионец, посылая очередной разряд в солдата, пытавшегося обойти их с фланга.

Айна смотрела на свои руки. Они светились, слабым, едва заметным синим светом. Сила, которую дал ей ковчег, пульсировала в венах, требуя выхода.

— Айна — Лара прорвалась к ней, тяжело дыша. — Ты должна активировать ковчег. Сейчас.

— Как?

— Коснись его. Снова. И пожелай.

— Но Хаджиев...

— Мы его задержим.

Лара вскочила и побежала к брату, оставляя Айну одну. Та перевела взгляд на ковчег. Он пульсировал в такт её сердцу, маня, зовя.

— Я сделаю это — прошептала она. — Клянусь.

Она поднялась, шатаясь, и пошла к ковчегу. Пули свистели мимо, но она не обращала на них внимания. Только свет. Только цель.

— Стой! — заорал Хаджиев, выходя из тени. В руке у него был пистолет, нацеленный прямо в неё. — Ни с места!

Айна остановилась.

— Ты не понимаешь, что делаешь, — сказал полковник, и голос его дрожал. — Если ты активируешь ковчег, всё пропадёт. Годы работы, мечты, надежды...

— Твои надежды убили тысячи людей — Айна посмотрела ему прямо в глаза. — Пора это прекратить.

— Нет!

Он выстрелил. Синий свет вырвался из рук Айны сам, вставая стеной. Пуля замерла в воздухе, повисла на секунду и упала на пол с глухим звоном.

— Ты... — Хаджиев попятился.

— Кончено — сказала Айна и коснулась ковчега.

Свет вспыхнул с новой силой, заливая зал. Солдаты попадали, закрывая глаза. Учёные прижались к стенам. Элиан и Лара опустили оружие, глядя на сияющую фигуру у ковчега. Айна стояла в центре света, и глаза её горели синим.

— Всё кончено — сказала она.