Хроники Элинора

1.1

ЧАСТЬ 1 ПОТЕРЯННЫЙ ПРИНЦ

Глава 1

Шёл 1920 год. Сырые улочки Лондона пробуждались в лучах солнца, выходящего из-за утренних облаков. Город начинал оживать, наполняясь звуками и движением. Каменные мостовые, влажные после ночного дождя, блестели в утреннем свете, придавая улицам особое очарование.

В то время как кареты и первые автомобили медленно продвигались по узким улицам, торговцы начинали выставлять свои товары на продажу. Ряды домов, выстроенных вплотную друг к другу, с вычурными вывесками магазинов и лавок, оживали в свете нового дня.

Среди оживающего города, на одной из многочисленных улочек, находился детский дом. Его окна смотрели на узкую улицу, где уже начали появляться первые прохожие. Здание из красного кирпича с облупившейся краской и старыми деревянными дверями носило следы времени, но всё ещё сохраняло своё достоинство.

В этом доме жил златовласый мальчик по имени Корин. Он был не таким, как другие дети. В его глазах было что-то особенное, нечто, что выделяло его из толпы. Корин часто проводил время в одиночестве, размышляя о своём прошлом и будущем. Ему снились странные сны о далёких землях и удивительных приключениях.

Сегодня к ним в интернат перевели чудную девочку по имени Роуз. Она была рыжеволосой с зелеными глазами. В другом детдоме над ней слишком издевались, называя её странной. Это была девочка с необычайно яркими глазами и таинственной улыбкой, которая скрывала за собой глубокую грусть.

Корин сразу почувствовал, что между ними есть нечто общее. Решив, что странность не должна быть преградой для дружбы, Корин решил познакомиться с Роуз. Он понимал, что они оба странные, и это должно было стать связующим звеном между ними.

Собрав всю свою смелость, Корин подошёл к Роуз, когда она сидела одна в углу, погружённая в свои мысли.

«— Привет, я Корин», — сказал он, чуть смущаясь. — Я слышал, что ты новенькая здесь. Можно с тобой поговорить?

Роуз посмотрела на него своими зелёными глазами и улыбнулась, её лицо осветилось мягким светом:

— Привет, Корин. Конечно, давай поговорим.

— Ты что, плакала тут? — спросил он, заметив следы слёз на её щеках.

— Да, — тихо ответила она, утирая слёзы. — Но почему?

— Видишь ли, в нашем мире всегда были люди со странностями, однако их презирают. Вот и я тоже одна из них, — ответила Роуз, её голос дрожал от эмоций.

— Какие у тебя странности? — спросил Корин, интересуясь.

— Ты слышал что-нибудь про рыжих зеленоглазых девушек? Ну, говорят, они ведьмы.

— Да, верно. Вот и я одна из них.

— Что? — воскликнул Корин, удивлённый.

«— Ну, смотри», — сказала Роуз и повела рукой. Кружка на столе сдвинулась.

Корин стоял в изумлении, смотря на кружку, которая медленно двигалась. Он почувствовал трепет и интерес, понимая, что перед ним открываются новые горизонты.

— У меня с детства силы, — продолжила Роуз, её голос становился увереннее. — Однако я стараюсь их не показывать. Бо́юсь, что упекут в какую-нибудь лабораторию.

Корин, увидев демонстрацию её силы, ощутил трепет и интерес. Он понимал, что их судьбы переплетаются и что их дружба может стать чем-то особенным.

Так началась их дружба, основанная на понимании и поддержке. Вместе они могли быть странными и не чувствовать себя одинокими в этом большом мире.

Шли дни, и дружба Корина и Роуз крепла. Они стали друг для друга как брат и сестра, поддерживая и защищая друг друга в любые моменты. Корин находил в Роуз не только верного друга, но и родственную душу, способную понять его внутренние переживания и мечты.

В интернате больше никто не задирал Корина, так как новая подруга наказывала обидчиков. Роуз обладала не только магическими способностями, но и невероятной силой духа, которая внушала уважение и даже страх тем, кто пытался причинить вред её другу.

Слухи о ведьме расползлись по всему Лондону. Жители города начали шептаться о рыжеволосой девочке с зелеными глазами, которая могла управлять предметами и наказывать обидчиков. Некоторые даже утверждали, что видели, как Роуз вершила свои магические действия. Эти слухи вызывали любопытство и страх среди горожан, но воспитатели интерната не обращали на это внимания. Они были слишком заняты повседневными заботами и проблемами, чтобы волноваться о детских сказках.

Однажды в интернат прибыл пожилой мужчина. Он был одет в старомодное пальто и носил широкополую шляпу, затеняющую его лицо. Мужчина интересовался у воспитателей о юной ведьме, но те отказались его пустить внутрь и быстро прогнали его.

Корин и Роуз, наблюдая за ним из-за угла, чувствовали, что этот старик был необычен. Когда он вышел из интерната, они решились и выбежали за ним.

— Зачем вы её искали? — крикнул Корин, держа Роуз за руку. В его голосе звучало недовольство и решимость.

Старик обернулся и внимательно посмотрел на них. Его глаза округлились от удивления, но странность была в том, что он смотрел не на Роуз, а на Корина.

— Не может быть! — прошептал он, глядя на мальчика.

Роуз и Корин переглянулись, ничего не понимая. Старик приблизился к ним, и его глаза широко раскрылись ещё больше, казалось, что они вот-вот выпадут из орбит.

— Как тебя зовут, мальчик? — спросил он, дрожащим голосом.

— Я Корин, — ответил мальчик, испытывая внутреннее волнение и тревогу.

Старик, услышав это имя, чуть не потерял дар речи. Он выглядел так, словно увидел призрак.

— Ты Корин... — повторил он, словно проверяя, правду ли он услышал.

— Неужели я вернусь, неужели я увижу дом? — бормотал старик, его голос дрожал от волнения. — Внук Артура, я нашёл его, спустя столько лет...

Дети, ничего не понимая, смотрели на старика. Видя непонимание в их глазах, он отвёл их за угол, где не было людей. Там был прудик среди маленького цветочного сада интерната. Старик выставил руки вперёд, и вода из пруда начала подниматься. Перед ними появились водные сферы, которые вскоре улетели в цветы и плюхнули на них.

Дети смотрели на старика с изумлением.

— Вы тоже ведьма, как я? — спросила Роуз, её голос был полон любопытства и трепета.

Старик захохотал, его смех был глубоким и тёплым.

— Не ведьма, а маг, — ответил он. — Я так долго искал тебя.

Но он смотрел не на Роуз, а на Корина. Дети переглянулись, ничего не понимая.

— Вы искали меня? Не Роуз? — спросил Корин, удивлённый. — Она же маг, а я... я просто Корин.

— В твоей жизни не было ничего удивительного? — тихо спросил старик, его голос был полон понимания.

Корин знал, что он не просто мальчик. С ним тоже были странности, но в отличие от Роуз он не мог ими управлять. Он ощущал внутри себя что-то особенное, но не понимал, что это.

— Я же вижу по твоим глазам, ты врёшь, — мягко сказал старик. — Не надо врать, дети. Скоро вы узнаете правду. Я верну тебя домой, Корин.

— Домой? — хором сказали дети, их голоса были полны удивления и надежды.

— Да, Корин, ты не отсюда, — подтвердил старик. — Я так долго искал тебя. У нас мало времени. Помимо нас с вами, в этом мире есть ещё несколько существ не отсюда. Они опасны. Корин, приходите ночью в полночь сюда, в сад. Заберите все вещи, что вам нужны. Скоро вы обретёте дом.

Вечером, тайно попрощавшись со всеми, с кем общались, Корин и Роуз прибыли на назначенное место. В тишине ночи они видели, как к ним подъехала повозка, запряжённая лошадью. Старик сидел на передке, его глаза сверкали в лунном свете.

— Повозка в Лондоне? — улыбнулась Роуз, её голос дрожал от волнения и любопытства.

— Скорее садитесь в повозку, — ответил старик, его голос был серьёзен и решителен.

Корин и Роуз забрались в повозку, их сердца бились учащённо. Они понимали, что это начало чего-то великого и таинственного.

— Куда мы едем? — спросил Корин, его голос был полон вопросов и надежды.

— Ко мне, в мой кабинет, — ответил старик.

Роуз, немного волнуясь, спросила:

— Вы так и не представились. Как вас зовут?

Старик, улыбнувшись, сказал:

— Я Карлоф, но в этом мире меня зовут профессор Карнелиус. Я работаю в музее, в отделе мифологии. Долгое время я собирал различные экспонаты для возвращения домой, но ты, Корин, ты главная деталь для этого. Доберёмся до музея, и я расскажу вам больше и покажу вашу суть.

Повозка медленно тронулась с места, направляясь к музею. Корин и Роуз смотрели на звёздное небо, их сердца были полны надежды и волнения.

Добравшись до музея, старик привел детей в свой кабинет и усадил за массивный дубовый стол. Комната была уставлена древними книгами, свитками и артефактами, каждая вещь здесь казалась наполненной тайной и историей.

— Корин, ты из другого мира, Элинор. Это волшебный остров, скрытый в океане от людских глаз. Попасть туда можно лишь с силой света, а значит, с твоей, — начал старик, его голос был полон величия и трепета.

— Но у меня нет никакой силы, это же просто вздор, — возразил Корин, не веря своим ушам.

Тогда старик взял какую-то странную иглу и поднес к мальчику.

— Что это? — спросил Корин, его голос дрожал от страха и удивления.

Старик резко уколол его.

«— Это поможет показать тебе твою суть», — сказал он. Старик хотел показать лишь отличительную кровь мальчика, но то, что произошло, он и сам не ожидал. От Корина прошла световая волна, накрывшая целый музей. Книги и свитки начали светиться, а воздух наполнился магическим трепетом.

— Что это было? — перепугались дети.

Старик сам опешил.

— Я не ожидал, что магия света может быть настолько велика. Ох, и натворили мы делов. Не дай бог, они учуют.

— Кто учует и что? — спросили дети, ничего не понимая.

— Ох, как вам объяснить... Есть здесь несколько существ из нашего Элинора, тоже изгнанных, но на много веков ранее. Если они узнают, что ты здесь, Корин, это будет катастрофой. Видишь ли, попасть в Элинор можно лишь с магией света, столь мощной, как у тебя. Если они узнают, что ты здесь, нам надо будет скорее туда, — продолжил старик. — Я так давно не видел королеву, шестнадцать лет.

— Что? — переспросил Корин. — Но мне 16! Вы что, попали сюда, когда я родился?

— Да, Корин, да. Я должен был быть твоим хранителем, но, увы, я не смог тебя найти, — с горечью сказал старик.

— Хранителем? Но кто я? — спросил Корин, его голос дрожал от волнения и непонимания.

— Ты, Корин, племянник королевы Элинора, великой королевы Элизабет. И я обещал доставить тебя к ней, — ответил старик, его глаза светились от осознания важности момента.

Роуз, до сих пор молчавшая, спросила:

— А кто я?

— Ох, дитя, увы, я не знаю. Видишь ли, все ведьмы, как ты, это далекие предки магов Элинора. Разными путями они сюда попали. В любом случае, тебе здесь не место. Я доставлю тебя в Магикс, это школа магов в Элиноре. Я там когда-то преподавал.

— То есть, вы нас разлучите? — спросила Роуз, её голос был полон тревоги.

— Разлучу, но на время, — ответил старик. — Но поймите, это ради вашего блага.

«— Но перед тем, как вернуться в Элинор, нам нужно кое-что найти», — сказал Карлоф, его голос был полон серьёзности.

— И что же это? — спросил Корин, его глаза светились любопытством.

— Волшебная палочка, — ответил Карлоф. — Королева велела найти её. Без неё никак нам не вернуться.

— И где нам её искать? — продолжил Корин, не теряя своего удивления.

— Ох, юный мальчик, видишь ли, палочка эта одна из пяти артефактов. Королеве их ой как нужно собрать, и палочка самый мощный из них. Знаешь, как она искала их? По волосам. Ваши золотистые волосы сияют рядом с этими артефактами.

Корин и Роуз переглянулись, ощущая, что перед ними открывается важная миссия.

— Да, и я догадываюсь, где она, — добавил старик. — У этих существ.

— Да кто они такие? — спросила Роуз, её голос был полон беспокойства.

— Ох, это фейри, мерзкие твари. Их изгнали из Элинора много веков назад, но вот несколько остались. Они меня однажды навестили, когда я колдовал. Пригрозили, пытали, как попасть в Элинор.

Карлоф взял Корина за руки и посмотрел ему прямо в глаза.

— Послушай, мальчик мой, нам нужно забрать эту палочку, любой ценой. Мне они её не отдадут, но тебе. У тебя сила света. Скажи им, что ты уничтожишь её. Они поверят тебе.

— Уничтожу? Но зачем? — спросил Корин, его голос был полон сомнений.

— Не зачем. Просто скажи так и всё, — ответил Карлоф, его голос был полон решимости.

Корин и Роуз переглядывались, понимая, что здесь что-то неладное и что старик не договаривает.

Однако выбора у детей не было. Им пришлось согласиться на это опасное задание. Около недели они ездили по окрестностям Лондона, тщательно исследуя каждое подозрительное место. Наконец, локоны Корина засияли ярким светом, и старик радостно произнёс:

— Мы её нашли!

Перед ними предстал старый заброшенный храм, окружённый густыми кустарниками и деревьями. Его стены, покрытые мхом и трещинами, создавали впечатление, что время здесь застыло.

«— Это обманка для людей», — сказал Карнелиус, его голос звучал серьёзно. — Туда пройдёт лишь маг с силой, равной твоей, Корин. Мы будем ждать тебя здесь, а ты отправляйся к ним и помни, что я тебе говорил.

Корин стоял перед входом в храм, его сердце билось быстрее обычного. Роуз сжала его руку, пытаясь поддержать друга.

— Будь осторожен, Корин, — прошептала она.

Корин кивнул и решительно шагнул вперёд. Как только он приблизился к входу, древние ворота заскрипели и медленно открылись, пропуская его внутрь.

Внутри храма царила зловещая тишина. Темные коридоры, освещённые лишь слабым светом, исходящим от стен, казались бесконечными. Корин, чувствуя, как его волосы продолжают светиться, медленно продвигался вперёд.

Наконец, он достиг центрального зала храма. Здесь, на каменном пьедестале, лежала волшебная палочка. Её древнее дерево светилось мягким золотым светом, привлекая внимание мальчика.

Зайдя в центральный зал, Корин увидел круглый стол с шестью стульями, которые были украшены древними символами и узорами. Воздух здесь казался пропитанным магией и временем. Вдруг в тишине зала послышался старый, скрипучий голос:

— Кто здесь?

— Я, — неуверенно ответил Корин, его голос эхом разнесся по залу.

Перед ним возникли шесть силуэтов стариков и старух. Они выглядели так, будто скоро умрут: дряхлые и старые, с прозрачными крыльями и заостренными ушами. Их лица были испещрены морщинами, а глаза светились древней мудростью и печалью.

— Как ты попал сюда? — спросила одна из старух фейри, её голос был полон удивления и подозрения.

— Я... я не знаю, я просто зашёл, — ответил Корин, стараясь не показывать свой страх.

— Леона, что это значит? — обратилась вторая старуха к первой.

— Ох, сейчас узнаем, — ответила Леона, доставая волшебную палочку. Но это явно была не та палочка, которую описывал Карнелиус.

Леона взмахнула палочкой перед мальчиком и произнесла заклинание:

— Покажи истинную суть.

В этот момент волосы Корина засияли ещё больше, а его кожа начала светиться мягким золотым светом. Фейри смотрели на него с изумлением и трепетом.

— Не может быть! — воскликнула одна из них. — Предок первого мага света!

Корин стоял перед ними, не понимая, что происходит, но ощущая свою силу и важность.

— Как ты попал сюда? — снова спросила фейри, её голос был полон недоумения и ожидания.

— Я... я просто всю жизнь здесь, я не знаю, — ответил Корин, чувствуя себя ещё более смущённым.

Леона, одна из старух фейри, посмотрела на своего соплеменника, который задал этот вопрос, а потом обернулась к остальным:

— Леона, мы что, сможем вернуться в Элинор? — спросила одна из них, её глаза светились надеждой и тревогой.

— Я думаю, что да, — ответила Леона, её голос был полон размышлений. — Интересно, что там сейчас происходит. Нас не было столько лет, нас изгнали тысячи лет назад.

— Изгнали? За что? — спросил Корин, его голос дрожал от любопытства и страха.

— Ох, мы всё расскажем, — ответила одна из старух фейри, её голос был наполнен старыми воспоминаниями и горечью. — Но сначала позови своих спутников. Нечего им стоять на холоде.

— Что? Откуда вы знаете? — воскликнул Корин, поражённый их проницательностью.

— Мальчик, мы знаем всё, — ответила Леона, её глаза сверкали в полумраке зала.

Корин, чувствуя себя словно в тумане, кивнул и побежал к выходу из храма. Открыв тяжёлые двери, он увидел Карнелиуса и Роуз, которые ждали его с нетерпением.

— Они знают о вас. Заходите, — сказал Корин, его голос был полон волнения и тревоги.

Карнелиус и Роуз переглянулись, а затем поспешили следовать за Корином обратно в храм. Когда они вошли в центральный зал, фейри внимательно наблюдали за ними, изучая каждое их движение.

— Теперь, когда все здесь, мы можем рассказать вам нашу историю, — начала Леона, её голос был глубоким и торжественным.

— Мы все вместе составляем Совет фейри, — продолжила Леона. — И теперь, когда мы здесь, мы можем обсудить важные вопросы.

— Ну что ж, пора рассказать вам нашу историю, — начала Леона. — Давным-давно в Элиноре шла великая война с Тёмной Госпожой. Пять верховных магов огня, воды, земли, ветра и света бросили вызов злой владыке тьмы, Коре, которая решила захватить весь мир. Мы, фейри, тоже разделились: часть поддержала мага света, а вторая часть стала на сторону Коры. Война длилась долго, и почти все фейри, как и другие существа, были истреблены. В конечном итоге свет победил, Кору убили, а нас, последних фейри, изгнали сюда. Вот уже 920 лет мы здесь, последние из нашего рода. Однако теперь мы можем вернуться, благодаря тебе, Корин.

Карнелиусу явно не нравились эти разговоры. Он схватил Корина за рукав и потащил его прочь.

«— Что ж, нам пора идти», — сказал он.

— Но зачем вы тогда прибыли сюда? — спросила Леона.

— За какой-то палочкой, — ответила Роуз.

— Нет! Зачем ты сказала! — воскликнул Карнелиус, глядя на Роуз с озлоблением за раскрытие их тайны.

Фейри встрепенулись.

— Так вот оно что, вы хотите уничтожить её. «Мы поможем вам», — сказала Леона.

— Звучит как блеф! — ответил Карнелиус, с подозрением смотря на Роуз.

«— Ох, вовсе нет», — сказала Леона. — За время изгнания мы осознали, что выбрали неверный путь. Не надо было следовать тьме.

В этот момент одна из фейри вынесла палочку, чёрную как ночь, с наконечником, который был таким же чёрным, как и вся палочка.

— Может, вы расскажете нам, что это и почему мне надо её уничтожить? — спросил Корин.

— Да, конечно, садитесь, я всё расскажу, — ответила Леона.

— Перед тем как начать войну, Кора решила усилить свои силы, — начала рассказывать Леона, её голос был полон тяжёлых воспоминаний. — Она нашла Кристалл, впитывающий силы, и заточила часть своих в него. Тем самым разделив тьму на случай, если её убьют. Так появилось шесть артефактов: палочка, диадема, кольцо, кулон, посох и книга. Вместе с ними она стала настолько сильна, что захватила Элинор и почти смогла выбраться в этот мир, но маг света остановил её.

Фейри слушали с затаённым дыханием, вспоминая события минувших веков.

— Однако артефакты с частицами тьмы остались, — продолжала Леона. — Маг света смог уничтожить тёмную книгу, но вскоре умер, и у него не получилось уничтожить остальные. Лишь маг света может уничтожить артефакт, а пока они существуют, всегда будет угроза тьмы.

Она вздохнула, её голос наполнился горечью.

— Когда нас изгоняли, мы спасли один из артефактов в надежде воскресить госпожу, но увы, в этом мире нет магии, и у нас ничего не вышло. Однако спустя века мы поняли, что ошибались. Зло есть зло. А теперь давай уничтожим её, ты же маг света.

Корин, осознавая важность момента, встал, чтобы помочь им. Но Карнелиус быстро встал перед ним.

— Помогите нам сначала попасть в Элинор, а потом Корин уничтожит вашу палочку, — твёрдо сказал Карнелиус.

Корин не знал, кого слушать. Он знал Карнелиуса дольше и доверял ему, ведь именно он привел его сюда. Но фейри также казались искренними.

«— Да, я согласен, помогите нам сначала попасть в этот ваш Элинор, а потом я помогу вам», — сказал Корин, его голос был полон решимости, но и сомнений.

Корин не знал, как он сможет помочь, ведь он не контролировал свою силу. Но ему нужно было сначала попасть в этот Элинор. Вдруг там и правда его место и дом, как твердили остальные.

Фейри переглянулись, обдумывая слова Карнелиуса и Корина.

«— Хорошо, мы согласны», — сказала Леона, её голос был полон сомнений, но и надежды. — Мы поможем вам попасть в Элинор.

Все они отправились ещё в большую чащу, где увидели старый дуб с трещиной, в которую мог бы влезть человек.

— Вот оно! — сказала фейри.

Корнелиус подошёл к дереву.

— Действительно удивительное. Так, значит, здесь выкинуло меня и Корина 16 лет назад из Элинора. Я очнулся без сознания в больнице и никак не мог понять, где меня нашли. А это было не так далеко от Лондона.

Тут Леона удивлённо посмотрела.

— Что! Вы тоже из Элинора, мистер Карнелиус?

— Ох, Корин, скорее попытайся активировать портал! — сказал старик.

Фейри окружили их.

— Ответьте на наш вопрос, профессор! Вы хотите уничтожить палочку, не так ли? — спросила Леона.

— Ох, я… — Корнелиус попытался увильнуть от ответа. — Корин, открывай портал! — крикнул он, и развёл руки вперёд, создав водную стену, фейри отступили назад.

— Быстрее, ликвидируйте его! Он хочет сохранить палочку, возможно даже для себя, ну конечно, он же маг и сможет управлять ей! — вскричала Леона.

Фейри пытались пробиться через воду, но в этом мире и за столько лет их силы ослабли. Роуз стояла рядом с Корином и смотрела, как старик держит фейри на расстоянии.

— Быстрее, Корин, открывай портал и держи палочку при себе, — призывала Роуз, её голос дрожал от тревоги.

Корин стоял в растерянности. Он не понимал, как может помочь и что ему нужно сделать. Роуз трясла его за руку.

— Корин, Корин, скорее, они сейчас пробьются. Корин!

Все давили на него со всех сторон, а он не знал, что делать.

— Да я не знаю! — крикнул он, и почувствовал, как небольшая вспышка света вырвалась из-за гнева. Трещина дерева слегка засияла.

Но фейри пробились. Одна из них своей палочкой выстрелила в профессора, и Карнелиус упал без сознания.

— Корин, стой! Пожалуйста, давай уничтожим палочку, вместе! — сказала Леона.

— Я... я не знаю, что мне делать и кого слушать, все говорят такое разное. Я запутался! — в отчаянии вскричал Корин.

— Слушай меня, Корин, и всё будет хорошо, — успокаивала его Леона.

В этот момент брат и сестра фейри, Карбон и Симальда, подошли вплотную и взяли Корина и Роуз за спину, держа палочки у их голов.

— Всем назад, иначе я убью его, и вы останетесь здесь навсегда! — угрожала Симальда, её голос был полон решимости.

Сестра Карбона, та самая фейри с прожженными крыльями, держала палочку у горла Корина.

— Что ты творишь? — спросила Леона, её лицо выражало тревожность и страх.

— Ты и правда думаешь, Леона, что я откажусь от нашей жизни? От того, чем мы жили? Ты забыла, кто мы? Мы же тёмные фейри! Мы должны служить тьме, а не уничтожать её! — сказала Симальда, её голос был полон злобы.

Лицо Леоны выражало смятение и беспокойство.

— Вы что, думаете возродить её! Вспомните, о чём мы говорили! Мы обещали встать на путь искупления. Что же вы делаете? — взывала Леона.

Симальда засмеялась, её смех был ледяным и зловещим.

— Перед кем ты решила искупляться? Все, кого ты помнила в Элиноре, мертвы. Прошло же 900 лет. Зато тьма ещё жива. Мы воскресим госпожу и сможем захватить весь Элинор! — ответила Симальда, её глаза сверкали от злорадства.

Симальда держала Корина, прижав его руку к древу.

— Ну же, открывай! — кричала она. Но Корин не знал, как.

Тогда Карбон, державший Роуз, злобно улыбнулся:

— Ты же любишь её? Я вижу, она тебе не безразлична. А что, если я что-нибудь сделаю с её прекрасным личиком?

Он поднял свободную руку к щеке Роуз и своим острым длинным ногтем, как когтем, провёл по её щеке, оставив шрам. Роуз закричала от боли.

Корин, которого держала Симальда, почувствовал боль за подругу. В его теле прошла сильная дрожь.

— Нет! Роуз! — сказал он, и почувствовал, как что-то происходит. Вдруг он увидел, что его рука, которую фейри приложила к дереву, начала трястись, а дерево сиять.

— Да, да, да, оно открывается! Карбон, брат, скорее бери девчонку и входи! — радостно вскричала Симальда.

Остальные фейри увидели, что портал открыт, и ринулись на помощь. Симальда толкнула Корина в разлом дерева, где секунду назад была Роуз с Карбоном. Сама она вступила в схватку с остальными четырьмя старыми фейри.

Последнее, что видел Корин, как фейри пытаются успеть проникнуть в портал. А дальше была только тьма.

Корин чувствовал мягкую траву под собой. Вероятно, он лежал где-то, и в голове его мелькали образы сна. Он видел девушку в слезах, которая бежала с младенцем к какому-то дереву на высокой горе. Там был маленький храм. Люди преследовали её. Вдруг малыш сильно заплакал, и из храма пошел яркий свет, который затянул младенца внутрь.

— Нет, Корин! — закричала девушка, и затем последовала тьма.

Корин услышал вопли и крики. Картинка исчезла, вероятно, это уже был не сон. Он попытался открыть глаза. Внезапно увидел, что лежит на мягкой траве. В десяти шагах от него Роуз вырывалась из рук Карбона, который тащил её куда-то.

Корин мгновенно почувствовал прилив сил и решимости. Он знал, что должен помочь Роуз и остановить Карбона. Его сердце билось учащённо, а в груди разгорался свет, который он раньше не осознавал в полной мере. Он поднялся на ноги и крикнул:

— Отпусти её, Карбон!

Карбон обернулся, его глаза сверкнули злобой. Роуз продолжала бороться, но её силы иссякали.

— Ты не знаешь, с кем связался, мальчик, — злобно прошипел Карбон. — Твоя сила — ничто по сравнению с тем, что я могу сделать.

— И что же ты можешь? — крикнул Корин, его голос дрожал от гнева и решимости.

Карбон злобно замахнулся, и искры тьмы полетели в мальчика. Корин, инстинктивно выставив руки вперёд, как бы закрываясь от Карбона, вдруг увидел, как около его рук появился щит света. Он не ожидал такого, но это придало ему уверенности.

— Что это? — прошептал Карбон, его лицо исказилось от злости и удивления. Затем он злобно прошипел и схватил Роуз за горло.

— Отдай палочку, или она умрёт, — грозно сказал Карбон, его глаза сверкали ненавистью.

Корин стоял в оцепенении, не понимая, что делать. Он чувствовал, как его сердце билось учащённо, а мысли путались. С одной стороны, он хотел защитить Роуз, с другой — не знал, что будет, если отдаст палочку.

В этот момент он почувствовал, как свет внутри него усилился. Он знал, что не может поддаться страху. Корин собрал всю свою решимость и сказал:

— Нет, я не отдам тебе палочку. Я не позволю тебе причинить вред Роуз.

Карбон злобно усмехнулся, его руки сжали горло Роуз сильнее.

— Ты думаешь, что можешь остановить меня? — насмешливо спросил он.

Корин, ощущая силу света, которая росла внутри него, почувствовал, что он может справиться. Он начал направлять эту силу через свои руки, усиливая щит света. Свет становился всё ярче и мощнее.

— Я защищу её, — твёрдо сказал Корин, его голос звучал уверенно и спокойно. — И не дам тебе использовать тьму.

В этот момент щит света стал настолько ярким, что Карбон был вынужден отпустить Роуз и отступить назад, закрывая глаза от ослепительного света.

Свет был ярким, и Карбон, расправив свои дряхлые крылья, улетел прочь. Корин, осознавая, что опасность временно миновала, подбежал к перепуганной Роуз. Её глаза были полны слёз, и она дрожала от страха и пережитого ужаса.

— Корин, я так испугалась, — прошептала она, обняв его.

Корин, ощутив её тепло и трепет, крепко обнял её в ответ.

— Всё в порядке, Роуз. Мы справились, — сказал он, пытаясь успокоить её и самого себя.

Роуз почувствовала, как в объятиях Корина ей стало легче. Она знала, что рядом с ним ей ничего не угрожает.

— Что нам теперь делать? — спросила она, её голос всё ещё был дрожащим.

— Я... я не знаю, что нам делать, Роуз, — с некой тревогой сказал Корин.

Они находились у этого маленького храма совсем одни, как вдруг услышали конный топот. Рыцарь двигался к ним. Ребята спрятались за камни. Рыцарь слез с коня и начал изучать долину.

— Здесь есть кто-то? — сказал рыцарь держа меч который пылал огнем. Однако голос был звонкий, как будто не мужской.

— Это что, женщина? — спросила шёпотом у Корина Роуз. Но рыцарь услышал.

— Кто там? Покажитесь!

Ребята вышли из-за камней.

— Извините, мы не знаем, как попали сюда. Мы вообще не отсюда, мы вон оттуда, — показал Корин на маленький храм в древе.

Рыцарь снял шлем, и перед ними предстала девушка с серебристо-белыми волосами. Её глаза вызывали восхищение и интерес.

— Что? Из дерева? Вы из портала? Не может быть. Я Алекс Ариес, леди дома Ариес в южном городе. Моя семья одна из трёх семей вассалов верховного лорда юга. А кто вы?

Корин и Роуз были перепуганы и ничего не понимали.

— Это Роуз, а я Корин, — представился мальчик.

Девушка посмотрела на них с ещё большим изумлением.

— Что ты сказал? Ты Корин? Это ты сделал ту вспышку? Я видела и прибыла сюда.

— Да, я, но я не знаю, как. Оно как-то само, — объяснил Корин.

— Не может быть, Корин! Скорее, пойдёмте со мной. Я отведу вас в безопасное место и там всё вам подробно расскажу. Корин, ты не представляешь, кто ты такой.

Корин застопорился, его мысли метались в беспокойстве.

— Стойте! А как же профессор Корнелиус и фейри? «Они остались там», — сказал он, ощущая тревогу за тех, кто остался позади.

Алекс схватила его за руку и твёрдо ответила:

— Нет, я не отпущу вас обратно. Вдруг вы не сможете вернуться вновь!

Корин ощутил, как её рука дрожит. Он понимал, что их безопасность сейчас важнее всего. Но мысль о тех, кто остался за порталом, не давала ему покоя.

— Но что, если они нуждаются в нашей помощи? — настойчиво продолжал Корин, его голос дрожал от волнения.

Алекс посмотрела ему в глаза, её серебристо-белые волосы блестели в свете луны.

— Корин, я понимаю твою тревогу. Но сейчас главное — ваша безопасность. Нам нужно узнать больше о том, что происходит. «Может, мы найдём способ помочь и вернуться позже», — сказала она, пытаясь успокоить его.

Роуз, до сих пор держась рядом с Корином, тихо прошептала:

— Мы должны доверять ей, Корин. Возможно, она знает, что делает.

Корин глубоко вздохнул, стараясь подавить своё беспокойство. Он понимал, что их судьба теперь в руках этой девушки, и им придётся довериться ей.

— Ладно, — сказал он, глядя на Алекс. — Мы пойдём с тобой. Но обещай, что мы найдём способ вернуться и помочь им.

Алекс кивнула, её глаза светились решимостью.

— Обещаю, — сказала она.

Они шли долго, около 10 часов по глубокому лесу делая минимальные перерывы. Дети были испуганы и усталые, но Корин почему-то доверял Алекс.

— Я вижу, вы устали. «Мы почти пришли, там будет безопасно», — сказала Алекс, её голос был успокаивающим.

Они зашли в самую чащу и увидели деревню, скрытую среди деревьев.

— Когда-то это была деревня эльфов, но всех их истребили. Теперь здесь лагерь сопротивления, — объяснила Алекс.

Дети увидели животных — сотни, если не тысячи. Они ходили по деревне, как ни в чём не бывало.

— Алекс, почему здесь столько зверей? Они не навредят нам? — спросила Роуз.

За её спиной послышался голос:

— С чего нам вам вредить?

Они обернулись и увидели медведя. Дети ничего не понимали.

— Чего уставились? Говорящего медведя не видели? — спросил тот.

Ребята округлили глаза.

«— Ох, Тэд, не пугай их», — сказала Алекс медведю. — Леди Маргери у себя?

— Да, однако у неё аудиенция с феями, — ответил Тэд.

— Ничего страшного. «Эта новость гораздо важнее», — сказала Алекс и повела ребят в усадьбу в центре деревушки.

Зайдя внутрь, они увидели сборище животных. Вдали зала, на большом стуле, похожем на трон, сидела женщина около тридцати лет.

У неё были большие круглые глаза и бледная кожа. Рядом с ней сидели две собаки, вероятно, её стража. Сбоку на трёх стульях сидели люди, но с разноцветными крыльями, вероятно, феи. Алекс повела детей прямиком к той женщине. Когда они подошли, собаки зарычали, став в защитную позу.

— Человек!!! — вскрикнула женщина, вставая обеспокоенно.

— Тише, Филчис. Это же Алекс. «Она наш друг, одна из немногих», — сказала женщина, показывая свою доброжелательность.

Алекс склонилась перед ней.

— Моя леди, вы не представляете, кого я вам привела.

Но женщина не слушала её. Она вся была во взгляде на Корина, его золотые волосы и черты лица что-то ей напоминали.

— Не может быть! Он нашёлся? — воскликнула она.

Она подошла к Корину и взяла его за щеки.

— У тебя глаза отца и нос мамы, а волосы, твои волосы. Посмотри, они светятся при волнении, прямо как у твоей мамы.

Животные шушукались и ничего не понимали, как и феи.

— Господа, спокойствие! — сказала она, выведя Корина на верх к своему стулу, как бы на сцену. — Мои дорогие друзья, позвольте вам представить истинного наследника Элинора! Принца Корина! Моего племянника.

Она сказала это с улыбкой и слезами на глазах. Корин и Роуз стояли, ничего не понимая.

— Нет, вы что-то путаете. «Я Корин, просто Корин, мальчик из Лондона», — сказал он, дрожа от страха. — Какой принц?

Она прижалась к его уху.

— Стой смирно. Сейчас они порадуются, и мы уйдём в мои покои. Я тебе всё объясню, — прошептала она.

Звери ликовали и кричали разные фразы:

— Конец тирании! Да здравствует новый король! Мы больше не будем скрываться!

После этих радостных возгласов женщина сказала:

— Готовьтесь, друзья. Скоро мы дадим последний бой королеве, и тогда тирания будет окончена! Птицы, отправьте вести нашим друзьям во все уголки Элинора, пусть все звери прибудут. Этот час настал! Мы готовы!

После этого она повела Корина в комнату, усадила его на стул и села рядом.

— Им нужна вера, они совсем отчаялись, но теперь... Теперь-то всё будет хорошо!

Корин смотрел на неё, ничего не понимая.

— Объясните, кто я и почему меня называют королем?

— Ох, Корин, 16 лет назад, когда ты родился, моя старшая сестра, твоя тётя Элизабет, нашла тёмные артефакты. Они заполонили её сердце. Она сговорилась с некоторыми лордами и свергла моего отца, твоего деда, короля Артура. Твою маму, мою милую сестру, принцессу Викторию, убили. По слухам, в последние минуты жизни она успела положить тебя в портал в другой мир, мир за пределами Элинора, куда не попасть без светлой магии. А потом она убила себя, чтобы Элизабет не добралась до тебя. И вот ты вырос и прибыл к нам. Теперь мы победим её. В тебе с детства была сильная магия света, сильнейшая. Видишь ли, наш род Легаро уникален. Мы единственные, кто владеет светом. Однако в последние поколения наша сила очень слаба. Лишь твоя мать обладала большой силой, и ты в последствии, — объяснила леди Маргери.

Корин посмотрел на неё с удивлением:

— Так вы моя тётя?

— Да, Корин. Я леди Маргери Легаро, твоя тётя. У тебя их ещё две, — подтвердила она.

— Ещё две тёти? Удивительно! Недавно я думал, что сирота, а оказалось, у меня есть семья.

— Ну, семью я тебе не обещаю: Элизабет, если увидит тебя, сразу же убьёт. А вторая, Алиса... «Я не знаю, где моя сестра», — сказала Маргери с грустью. — Когда твоя мама умерла, лорды склонились перед мощью Элизабет. Нам ничего не оставалось, как прятаться. Видишь ли, животных не любят в Элиноре. Тысячи лет назад они правили островом. Потом прибыли люди, и животные стали рабами. А последние годы их существенно принижали. Я боролась за их права, но всё тщетно. А когда Элизабет стала королевой, их и вовсе начали истреблять. Поэтому мы держимся вместе в этом лесу, в этой деревне, когда-то принадлежавшей эльфам. Элизабет и их истребила, но в отличие от животных эльфов осталось всего шестеро. Но к этому мы вернёмся позже. Расскажи, чему ты научился уже в магии?

— Я... я не знаю, оно само иногда как-то. Я ничего не умею, — ответил Корин.

Лицо Маргери помрачнело:

— Ты хочешь сказать, что мои речи животным были пусты? Какой смысл собирать сопротивление, если ты не уничтожишь тьму?

Корин встревоженно смотрел на неё, не зная, что ответить.

— Ох, прости, я погорячилась. Что ж, тебе нужно научиться использовать силу. Это не быстро. Можно было бы отправить тебя в Магикс, школу для волшебников. «Но там люди королевы, и я не могу так рисковать», — сказала Маргери, её голос звучал задумчиво.

Корин стоял, не зная, что предложить. И тут он вспомнил, что у него есть палочка тьмы, которая лежала в заднем кармане.

— Тётя Маргери, я совсем забыл сказать, мы сюда попали не одни.

— Что ты хочешь этим сказать, Корин? — спросила она, её лицо выражало любопытство и тревогу.

— С нами был фейри, он хотел отобрать палочку тьмы, — объяснил Корин.

Маргери остолбенела.

— П... палочку? У тебя тёмный артефакт, и ты молчал? — её голос дрожал.

Она присела на колени перед мальчиком.

— Как он? Каково чувствовать его силу? Он не искушает тебя? Не затуманивает разум? Впрочем, не важно. С палочкой я уничтожу Элизабет. Скорее дай её мне, — её голос был полон решимости и страха одновременно.

Корин испуганно смотрел на тётушку.

— Насколько я понял, эти артефакты вредны для использования, — попытался объяснить он.

— О, Корин, это не важно. Без него нам не одолеть Элизабет. Скорее дай мне его, — настаивала Маргери, её голос становился всё более напряжённым.

Корин стоял настороженно, крепко держа палочку.

— Тётя, вы меня пугаете!

— Корин, не упрямься. Скорее дай мне её, — настаивала она, её глаза сверкали от гнева.

— Чем вы тогда будете отличаться от Элизабет? — твёрдо спросил Корин.

Маргери смотрела уже в гневе. Она однажды использовала один из артефактов, и этот, даже на расстоянии, уже начал её искушать. Корин видел, как тьма начинала затуманивать её разум, и он понимал, что должен стоять на своём.

Маргери задумалась над словами Корина.

— Ты прав. Хорошо, я не буду её использовать, только в крайней необходимости. Но в любом случае, отдай её, мы спрячем в хранилище. «Животные будут её охранять», — сказала она, её голос был более спокойным.

Корин согласился, так как понимал, что фейри захотят отобрать палочку.

— Я отправлю послание феям. Их королева будет знать, что можно сделать. Мы должны уничтожить её, но это сможешь сделать только ты. Нам нужен сильный маг, который обучит тебя всему. В Магиксе опасно, — размышляла Маргери, ходя по комнате взад и вперёд. Вдруг её глаза округлились.

— Точно! Как я могла не додуматься. София! Верховная леди Востока. Она была подругой твоей мамы, а также сестрой покойного жениха твоей тёти Алисы. Она верховный маг земли, она сможет обучить тебя тактикам, а также ты можешь попытаться заручиться её поддержкой к предстоящей войне.

— Но как я доберусь туда и почему вы не можете отправиться со мной? — спросил Корин, его голос был полон тревоги.

— Ох, Корин, повсюду люди королевы. Я считаюсь без вести, пропавшей уже 16 лет. Покажись я, и меня тут же схватят. Не беспокойся, Алекс знает путь. Она тебя защитит в случае чего, — ответила Маргери.

— Хорошо, тогда мы отправляемся? — неуверенно спросил Корин.

— Утром я отправлю вас. А сейчас отправляйся к друзьям. «Вам уже приготовили комнату, всё будет хорошо, Корин», — сказала Маргери, крепко обняв его. — Как ты похож на мою сестру, — слёзы потекли по её щекам.

Они постояли так пару минут и вышли ко всем.

— Корин, ну что? — взволнованно спросила Роуз. Алекс стояла рядом, Маргери шла за Корином.

— Алекс, вы отправляетесь в восточный город к верховной леди Софии Терра. Убедите её встать на нашу сторону и готовить войска, а также упросите её обучить Корина и Роуз магии, — дала указания Маргери.

Затем она повернулась к Роуз:

— А какая стихия у тебя?

Роуз засмущалась:

— Стихия? Я... я не знаю. Я просто иногда могу двигать вещи.

— Наверное, сила ветра. Ну ничего, леди София обучит вас чему сможет, — ответила Маргери.

Утром ребята встали и вышли во двор. Там, в доспехах, уже стояла Алекс рядом с повозкой, запряжённой двумя лошадьми. Однако лошади были говорящие, специально отправленные с ребятами, чтобы защитить их в случае необходимости. Маргери подошла к ним.

— Это Луи и Хлоя. «Они защитят вас, если что», — сказала она, показывая на лошадей.

Луи, лошадь с мудрыми глазами, кивнул:

— Мы будем вашей опорой на этом пути.

Хлоя, с мягким и заботливым голосом, добавила:

— Мы пройдем через любые испытания, чтобы обеспечить вашу безопасность.

Маргери крепко обняла Корина.

— Удачи, мой мальчик. «Склоните восток на нашу сторону, и у нас появится шанс противостоять тьме», — сказала она, слёзы блестели в её глазах.

Корин ощутил тепло и поддержку её объятий.

— Мы не подведём, — твёрдо сказал Корин, чувствуя решимость.

Алекс улыбнулась, её глаза светились уверенностью.

— Вперёд, на восток! — сказала она, взяв повозку за поводья.

Они двигались несколько дней и вот достигли высоких гор.

«— Вот мы и прибыли в Восточные земли», — сказала Алекс, указывая на горный хребет. — Этот хребет указывает на границу востока.

— И как мы перейдем его? — спросила Роуз, её голос был полон волнения.

— Там, в начале хребта, есть поселение Девичья Долина. Семейство Вирго правит там, маги земли. Мы остановимся ненадолго у них, однако не будем раскрывать вашей тайны. По легенде, вы моя прислуга. Я же всё-таки Леди Алекс, — усмехнулась она.

Луи и Хлоя, говорящие лошади, двигались вперёд, уверенно пересекая горные тропы. Корин и

— Девичья Долина славится своим гостеприимством, но не стоит расслабляться. Мы должны быть настороже, — добавила Алекс, её глаза светились решимостью.

«— Алекс, расскажи про свой дом», — сказал Корин, его голос был полон любопытства.

Алекс вздохнула, её глаза затуманились воспоминаниями.

— Ох, это тяжело... Ну, я из южных земель, из дома Ариес, один из трёх вассальных домов лорда Юга, наша семья, как и другие правящие семьи юга владеет магией огня. Наш замок находится на баранем холме. Матушка умерла при моём рождении, а отец... я всегда была в ссоре с ним. Он поддерживал власть королевы, — объяснила она, её голос был полон горечи. — Пару лет назад он умер, и я стала владыкой холма. Я не поднимала бунт, я же не глупая. Однако тайно начала поставлять оружие и провизию сопротивлению. Так у них и появился хоть один союзник среди лордов.

«— Спасибо, что поделилась с нами, Алекс», — сказал Корин, его голос был полон уважения.

— Да, спасибо, — добавила Роуз, её глаза светились благодарностью.

Вот они и добрались до Девичьей долины. Перед ними возвышался большой замок на горе, окружённый ходовыми горами и долинами.

— Как красиво! — воскликнула Роуз, её глаза светились восхищением.

«— Переночуем здесь, наберём новой провизии, и завтра к вечеру отправимся дальше в путь», — сказала Алекс.

Подойдя к вратам, их встретила стража.

— Кто идёт! — спросил один из стражников.

Алекс гордо вышла вперёд.

— Я леди Ариес из бараньего холма, еду в восточный город, — ответила она.

Стража провела их в приёмный зал. Лорд Вирго сидел на стуле, а вокруг стояли несколько советников, обсуждая что-то между собой.

— Лорд Томас! — обратился стражник. — К вам гости.

Мужчина встал и с лёгкой улыбкой подошёл к Алекс.

— Леди Алекс, вы как всегда в странствиях? — спросил он, его глаза сверкали от интереса.

Алекс склонилась в лёгком реверансе и ответила:

— Да, лорд Томас. Эти странствия важны для будущего Элинора. Мы остановимся у вас на ночь и продолжим наш путь завтра.

Лорд Вирго кивнул, его лицо выражало одобрение.

— Моя крепость всегда рада таким гостям, как вы. Располагайтесь, и если понадобится помощь, не стесняйтесь обращаться.

Лорд Вирго выглядел одновременно добрым и строгим. Его мудрые карие глаза сочетались с его тёмными волосами, делая его внешность молодой и впечатляющей. На вид ему было около 25 лет.

— Интересно, почему все лорды такие молодые? — тихо спросила Роуз у Корина.

— Ох, это всё война, — тяжело сказала Алекс, направляясь в покои с друзьями.

Они разместились в уютных комнатах, предоставленных лордом Томасом. Однако Корин и Роуз не могли устоять перед желанием побродить по замку и узнать больше об этом новом мире.

Замок был полон таинственных коридоров и залов, каждый из которых хранил свои секреты. Величественные гобелены, украшающие стены, рассказывали истории древних битв и легендарных героев. Окна из цветного стекла пропускали мягкий свет, создавая атмосферу уюта и волшебства.

Корин и Роуз осторожно исследовали замок, стараясь не привлекать внимания стражи и прислуги. Вскоре они оказались в библиотеке, где полки были забиты старинными книгами и свитками. Один из них привлёк внимание Корина.

— Смотри, Роуз, — прошептал он, показывая на старую книгу с золотым переплётом. — Может быть, здесь мы найдём ответы на наши вопросы.

Роуз подошла ближе и прочитала название книги.

— "Легенды Восточных земель", — прочла она. — Возможно, здесь есть что-то о верховной леди Софии Терра и её магии.

Они осторожно открыли книгу и начали читать, надеясь найти полезную информацию для их дальнейшего путешествия.

Тут они увидели в дальнем углу библиотеки девочку лет пятнадцати, с чёрными волосами, как у лорда Вирго.

— Кто вы такие? «Я вас раньше не видела здесь», — спросила она, её голос был полон любопытства и настороженности.

— Мы... эээ... мы слуги леди Алекс, — ответил Корин, пытаясь придумать правдоподобное объяснение.

— Хм, дети-слуги? Очень интересно, и что же входит в ваши обязанности? — продолжала она, её брови поднялись в недоумении.

— Ну, мы... эээ... — Корин не знал, что ответить.

— Какая тебе разница! — грубо спросила Роуз, видно было, что девочка разозлилась.

— Как вы смеете! Я Маргарет Вирго! Сестра лорда Вирго! — заявила она, её голос был полон негодования.

Ребята посмотрели на неё и продолжили сидеть, не зная, как себя вести.

— Что?! Почему вы не встаете? Я сестра лорда! — возмущённо спросила Марго.

— Но что нам нужно сделать? — спросил Корин, его голос был полон растерянности.

— Вы как будто с горы свалились! — возмутилась Марго.

«— Ну, отчасти это правда», — сказала Роуз, и они засмеялись.

— Так, хватит оскорблений! Я зову стражу! — сказала она, направляясь к выходу.

— Стой! — крикнула Роуз, выставив руку, и дверь захлопнулась.

— Ты маг ветра? — удивленно спросила Марго. — Ты что, из семьи Эриа или другой благородной семьи?

Роуз не понимала, о ком она говорит.

— Не знаю я никаких Эриа.

— А, так ты бастард из Магикса? Да, знаю, там все грязнокровные маги, незаконнорожденные дети великих лордов и крестьян, именно поэтому я не хочу туда ехать на обучение - заявила Марго с презрением.

Роуз покраснела от злости.

— Мои родители погибли, и они не крестьяне, а я не грязнокровка, ясно?! — сказала она, её голос был полон гнева.

Она дернула руками вперёд, и Марго как будто от толчка упала на пол.

Раздался вопль Марго.

— Как вы посмели! Стража, кто-нибудь!

В библиотеку влетел парень лет шестнадцати с такими же чёрными волосами.

— Марго, сестра, что случилось?

— Рональд, Рональд, это маги, они напали на меня!

«— Нет, погодите, всё было не так», — сказал Корин, но его не слушали. Рональд вытащил меч и направил его на ребят.

— Колдуны! Ваши последние слова?

Он замахнулся.

— Нет! — крикнул Корин.

Шар света вылетел из его рук, ослепив парня, и тот упал без сознания.

— Ролааааанннддд! — закричала Марго и убежала за стражей.

Роуз и Корин подбежали к парню.

«— Всё хорошо, Корин, ты просто оглушил его», — сказала Роуз, пытаясь успокоить друга.

— Ох, я же не специально! — сказал Корин, его голос дрожал от волнения.

Тот очнулся.

— Что случилось? Это сделал ты, парень? — спросил он, его голос был полон недоумения.

Роуз и Корин поняли, что их вот-вот раскроют.

— Бежим! — крикнула Роуз.

Они отправились прямиком к Алекс в покои, осознавая, что время на их стороне уменьшается.

Они постучали, было уже вечер, и Алекс спала.

— Ребята? Что случилось? — спросила она, её голос был сонным и обеспокоенным.

— Алекс, нам надо бежать, нас раскрыли! — воскликнул Корин, его голос дрожал от страха.

Тут они услышали шум доспехов, приближающихся к ним.

— О нет, скорее ко мне в комнату, — быстро сказала Алекс.

Они вбежали и закрыли дверь на засов. Волнение и страх заполнили комнату, но они знали, что должны оставаться спокойными и искать выход.

Алекс подошла к окну и посмотрела вниз.

«— Нам нужно придумать, как выбраться отсюда незамеченными», — сказала она.

Томас и его стража начали ломать дверь.

— Без глупостей, друзья, откройте дверь и расскажите, кто вы, мы не хотим причинить вам вреда, — раздался голос лорда.

Алекс, со своим упрямством, стояла в боевой позе.

— Ага, стоит нам рассказать, и вы доложите всё королеве, — резко ответила она.

— Я всегда всё делаю по закону, как и мой отец. «Королева — законная власть, и никто не должен угрожать ей», — сказал лорд Томас.

— Законная власть? — засмеялась Алекс. — А не она ли убила твоих родителей 16 лет назад, когда они сражались за истинную власть?

— Той власти давно нет, всё кончено и все убиты! — возразил Томас.

Корин понял, что у них нет шансов победить силой, и выкрикнул:

— Есть! Я!

Звуки стука прекратились, и Корин сам открыл дверь. Томас пристально рассматривал его.

— Он, нет, не может быть... — прошептал Томас, ошеломлённый.

— Юный принц Корин? Сын покойной принцессы Виктории. Ты ли это? — спросил он, его глаза расширились от удивления.

Корин, почувствовав, как его сердце бьется учащённо, кивнул.

«— Да, это я», — сказал он, ощущая волну решимости и ответственности.

Томас, осознав, что перед ним стоит наследник истинной власти, упал на одно колено и преклонил голову.

— Принц Корин, мы ждали вашего возвращения. «Я готов служить вам и помочь в борьбе против тьмы», — сказал он, его голос был полон уважения и преданности.

— Что? — возмущенно спросила Марго. — Принц?

Но брат заставил её поклониться.

«— Не стоит», — сказал Корин. — Помогите нам склонить Софию Терру поддержать нас.

— Ох, конечно, я сделаю всё, что в моих силах. Клятва для Вирго закон, — ответил Томас, его голос был полон решимости.

— Собирайте войска, лорд. Мы отправляемся в путешествие по всему Элинору, и спустя год, когда Корин обучится контролировать свои силы, а мы соберём союзников, свергнем королеву! — сказала Алекс.

— Леди София Терра — мудрая и могущественная маг земли. Она была близкой подругой моей матери. «Если мы сможем заручиться её поддержкой, то у нас появится реальный шанс противостоять тьме», — сказал Корин, обращаясь к своим новым союзникам.

Томас кивнул, его глаза светились решимостью.

— Я подготовлю всё необходимое для вашего путешествия и начну собирать войска. Мы будем готовы, когда наступит час, — пообещал он.

Марго, осознав важность происходящего, также проявила решимость.

— Я... я хочу помочь вам. Можно отправиться с вами? — попросила Марго, её голос был полон решимости.

— С нами?! — недовольно спросила Роуз, её глаза подозрительно сузились.

Но Корина это не задело.

— А что, это хорошая идея. «Помимо основных союзников, мы создадим Орден Света, куда будут входить маги сопротивления», — сказал Корин, его голос был полон энтузиазма.

Алекс задумалась и кивнула.

— И правда, правитель не всегда компетентен во всех вопросах. С орденом у него появится много советников, которые будут помогать ему, — согласилась она.

Роуз остыла и улыбнулась, взяв Марго за руку.

— Ну ладно, это хорошая идея. «Пойдём с нами», — сказала она, её голос был полон дружелюбия.

Марго улыбнулась в ответ, её глаза светились благодарностью.

— Спасибо. «Я обещаю, что сделаю всё возможное, чтобы помочь вам», — сказала она.

— Я тоже хочу с вами. «Я пригожусь, я владею мечом и достаточно хорошо управляю магией земли», — сказал он, его голос был полон решимости.

Корин, Алекс, Роуз и Марго переглянулись и кивнули.

— Ну что ж, пойдём. «Так будет только веселее», — сказал Корин с улыбкой.

На утро им загрузили повозку едой, и они впятером с лошадьми отправились в путь. Луи и Хлоя уверенно вели их через горные тропы и зелёные долины. Дорога была долгой, но каждый шаг приближал их к цели — встрече с леди Софией Терра и поиску новых союзников.

По пути они делились историями, смеялись и поддерживали друг друга. Алекс рассказывала о своих приключениях и тайных операциях по поддержке сопротивления. Марго делилась своими воспоминаниями о детстве в замке и о том, как её брат Томас всегда защищал её.

Корин и Роуз рассказывали о своём прошлом и своих мечтах о будущем, укрепляя свою дружбу с каждым словом.

Дорога была полна приключений и неожиданных встреч. На закате они остановились на привал у старой мельницы, где развели костёр и наслаждались теплом и уютом.

Ночью Корина разбудила Алекс.

— Корин, мы здесь не одни, — прошептала она, её голос был полон тревоги.

Она тихо повела его за валун, где они увидели десяток воинов, расположившихся на дороге.

— Не будем вмешиваться, надо скорее идти. «Я только не понимаю, что здесь делают столичные воины», — сказала Алекс, её глаза были полны беспокойства.

Корин внимательно смотрел на воинов, пытаясь понять, что происходит. Он знал, что они должны быть осторожными, чтобы не привлечь к себе внимания.

— Возможно, они ищут нас, — прошептал Корин, его голос был полон сомнений и тревоги.

Алекс кивнула, понимая, что риск слишком велик.

— Пойдём, у нас нет времени. «Мы должны продолжать двигаться», — сказала она, её голос был решительным.

Они вернулись к Роуз, Марго и Роланду, осторожно разбудили их и объяснили ситуацию. Все согласились, что необходимо немедленно покинуть это место и продолжить путь.

Они ехали около недели, преодолевая поля и луговые просторы, пока наконец не достигли Восточного города. Перед ними открылся величественный вид: большой каменный город, возвышающийся среди зелёных полей и лугов. В центре города стоял внушительный замок, который, казалось, был стражем этой земли.

— Какой великолепный вид, — воскликнула Роуз, её глаза блестели от восторга.

Алекс улыбнулась и кивнула.

— Да, это один из самых красивых городов в Элиноре. «Здесь нас ждёт встреча с леди Софией Терра», — сказала она, направляя повозку к городским воротам.

Луи и Хлоя, говорящие лошади, уверенно вели их через городские улицы, полные людей и торговцев. Жители города приветствовали их, не подозревая о важной миссии, которую они несли.

— Мы должны быть осторожны и держаться вместе, — предупредила Алекс.

Подойдя к замку, они увидели мужчину, который принимал тех самых воинов, которых они встретили на дороге.

«— Нам опасно сейчас появляться во дворце», — сказала Алекс, её голос был полон тревоги.

— Но мы не можем стоять здесь! — возмущённо возразила Марго.

— Леди София нас защитит, пойдёмте, — уверенно добавила Роуз.

Корин, Алекс, Роуз, Марго и Роланд обменялись взглядами, осознавая риск, но решившись идти вперёд. Они подошли к главным вратам замка, надеясь на то, что их миссия будет успешной.

Алекс уверенно подошла к охране и сказала:

— Мы пришли на встречу с леди Софией Терра. Сообщите ей, что прибыли гости, — её голос был полон уверенности и достоинства.

Охрана внимательно посмотрела на них, затем один из стражников кивнул и отправился внутрь, чтобы передать сообщение. Остальные стражники внимательно следили за группой, не спуская с них глаз.

К ним вышла служанка.

«— Я провожу вас в зал приёма, леди Алекс», — сказала она с поклоном.

— У вас гости из столицы? — спросила Алекс, её голос был полон интереса и беспокойства.

— Да, лорд десница прибыл по поручению королевы, — ответила служанка.

Алекс и остальные переглянулись, понимая, что ситуация может быть опасной.

— Может, мы тогда подождём, пока леди София освободится? — предложила Алекс.

— А леди София и не занята. Приёмом, как и управлением восточными землями, отвечает её муж, лорд Феликс Каприкорн, — объяснила служанка.

— Что за вздор? Почему? — возмущённо спросила Марго.

— Ох, госпожа, это вам точно не со мной обсуждать. Прошу вас, проходите, — ответила служанка, открывая запертую комнату и впуская гостей.

— Леди София, к вам гости, — объявила служанка.

В комнате, украшенной роскошными гобеленами и антикварной мебелью, на мягком кресле сидела леди София. Её глаза, тёмные и проницательные, внимательно изучали гостей.

«— Добро пожаловать», — сказала она с мягкой улыбкой. — Присаживайтесь, пожалуйста.

Алекс, Корин, Роуз, Марго и Роланд сделали глубокий вдох и присели на предложенные места.

— Мы прибыли с важной миссией и надеемся на вашу поддержку, — начала Алекс, её голос был полон решимости.

Леди София кивнула, её лицо оставалось спокойным.

— Я слушаю вас внимательно.

Алекс не знала, можно ли верить леди Софии.

— Леди София, вы помните Викторию? — спросила она, её голос был полон сомнений.

У Софии резко сменилось лицо. Гнев и боль начали проступать на её лице.

— Что вам нужно? Зачем вы поднимаете эту тему? — спросила София, её голос был холоден.

— Вы были близки с ней? Вы любили брата? Но не помогли Алисе, когда её поймали. Почему? У вас же власть над всем Востоком! — настойчиво продолжала Алекс.

София пыталась сохранить спокойствие, но гнев брал своё.

— Вы вообще знаете, кто стоит за этим всем? Вы знаете, кто такая королева Элизабет? Вы думаете, она бы смогла достичь такого одна? У неё страшная сила, никто её не одолеет, — ответила София, её голос дрожал от эмоций.

— Да, но тьму ведь можно одолеть! — сказал Корин с решимостью.

София улыбнулась грустной улыбкой.

— Ох, мой юный друг, такое по силам только семейству Легаро. Но, увы, единственная из них, Алиса, сидит в темнице. Да и её сил вряд ли хватит, — ответила она, вздыхая.

— А как же леди Маргери и пропавший принц? — спросила Алекс.

София удивлённо посмотрела на неё.

— Леди Маргери? Она пропала 16 лет назад. Да и если бы она объявилась, насколько я знаю, сил у неё нет. «А что касается принца, его убили, бедный мальчик», — сказала София, её голос был полон печали.

Корин смотрел на неё пронзительным взглядом, его сердце билось быстрее.

— Не может быть! — воскликнула София, внезапно осознав правду. — Ты... ты тот самый принц? Принц Корин?

Корин кивнул, его глаза светились решимостью.

— Да, это я, — подтвердил он.

София не могла поверить своим глазам. Она подошла ближе, внимательно рассматривая его лицо.

— У тебя глаза твоей матери и блеск её волос. Я не могу поверить... Принц Корин, ты жив? — сказала она, её голос был полон смешанных чувств — радости, надежды и страха.

«— Это всё меняет, я и не чаяла на возрождение света, но вот надежда есть», — сказала София, её голос был полон смешанных эмоций. — Но чем я вам помогу?

— Как чем! — возразила Алекс. — Вы же верховная леди Востока!

София посмотрела в пол, её лицо выражало печаль.

— Я отстранена от дел уже давно. Королева боялась, что я, как последняя из семьи Терра, буду мстить. Она специально выдала меня замуж за одного из моих вассальных лордов, её марионеток — Филиппа Каприкорна. Он и правит вместо меня. Единственное хорошее в нашем браке — это мои дети, продолжение моей семьи и магии земли, — объяснила София.

Корин не знал, что ответить, он отчалился, но Алекс настаивала на своём.

— Нет же! Вы леди Востока, лорды пойдут за вами, вы должны свергнуть мужа, — настаивала Алекс.

— Да, точно. По крайней мере, наш брат, лорд Девичьей долины, будет сражаться за вас, — добавил Роланд.

— Боюсь, сил вашего брата будет недостаточно, — ответила София.

— Леди София, мы собираем Орден Света, тех, кто верен Корину и противостоит тьме. У нас уже есть Девичья Долина, а также звери и феи восточного леса во главе с леди Маргери, — пояснила Алекс.

— Что? Она жива? «Я очень этому рада», — сказала София, её глаза светились надеждой.

— Корин, я полностью на твоей стороне, но я не смогу свергнуть мужа сама. Отправляйся к моим вассалам и убеди их стать на мою сторону, пусть отправят войска. А леди Маргери должна помочь мне и своими силами. «Тогда, свергнув мужа, я вам обещаю, Восток встанет на вашу сторону», — сказала София.

— Спасибо, леди София! — воскликнул Корин, обняв женщину. На её лице была смесь слёз и улыбки.

Тут они услышали шаги и голоса.

— Я же сказал никого не пускать к ней!

— Но это же просто дружеская встреча вассалов! — слышался голос служанки.

Дверь распахнулась, и в неё вошёл мужчина около тридцати пяти лет с небольшой бородкой.

— София, у тебя гости? — спросил он, его голос был холоден и строг.

София растерялась. Перед ними стоял её муж.

— Разве у тебя не высокий гость из столицы? К чему тратить время на мелких вассалов, — продолжил он.

Лорд Филипп был скурпулезен и внимательно рассматривал гостей.

— Вас я знаю, брат и сестра лорда Вирго. А вот остальных нет. Так что вы здесь забыли, особенно в комнате моей жены? — спросил он.

Тут Алекс встала.

— Почему мы здесь? Это же леди Восточного города, поэтому мы здесь, — ответила она уверенно.

— Это так, а я её муж и представляю её интересы. А вы кто, юная леди? — продолжил Филипп.

— Я Алекс Ариес, леди Бараньего холма, — ответила она.

— И что же делает вассал южных земель у нас на востоке? «Ваш лорд как раз у нас в гостях, вы же знаете, что он десница», — спросил Филипп, его голос был полон подозрений.

Алекс настороженно смотрела на него.

— Ну что же, вы не поздороваетесь со своим лордом? — продолжил он.

Алекс неохотно отправилась с Феликсом, но тот замер и посмотрел на Корина и Роуз.

— А это кто? — спросил он, его голос был холоден и насторожен.

Дети смотрели друг на друга.

— Это мои слуги! — поспешно сказала Алекс.

— Ах, слуги? Ну хорошо, — ответил Филипп, но было видно, что он не поверил. Он хотел было выйти, но Алекс преградила дорогу.

— Как вы смеете! — крикнул он.

«— Дайте нам уйти, и мы вас не тронем», — сказала Алекс.

— Да как вы смеете! Я верховный лорд Востока! — закричал Филипп.

Тут София не выдержала и встала.

— Верховная леди — я! А ты лишь марионетка королевы тьмы! — заявила она.

— Это... это... это измена! — крикнул Филипп, оттолкнув Алекс от двери. — Стража, стража! — побежал он.

«— Ох, боюсь, вам нужно уходить», — сказала София.

— А вы? — спросила Роуз, её голос был полон тревоги.

— Я бы отправилась с вами, но тут мои дети. Я не оставлю их. Бегите, — ответила София. Потом она подошла к Корину. — О, мой мальчик, в тебе есть то, что ждали многие люди — надежда! Надежда на будущее, надежда на свет! Ступайте. Скорее!

Ребята бежали к выходу, но там уже стоял мужчина лет сорока пяти в красивых одеяниях. Вероятно, это был десница. Он начал идти в сторону ребят.

— А, леди Алекс, добрый день. Вы уже уходите? Даже не поздороваетесь со своим лордом? Вот ваш батюшка был более учтив, — его голос был полон сарказма.

— За это вы его убили, да? — сказала Алекс, выставив меч, который тут же загорелся.

— Послушайте, не в ваших интересах оскорблять меня в данных условиях. Я верховный маг огня, а среди вас лишь неопытные юные маги. Хотя этих двоих я вижу впервые. Представите своих друзей? — спросил десница, его взгляд был холоден и проницателен.

Алекс стояла в боевой позе.

— Лорд Феликс Факосо, мы не желаем сражаться с вами. Дайте нам пройти! — настойчиво сказала она.

Факосо рассматривал их внимательно, его глаза сузились.

— Вы думаете, я позволю вам уйти так просто? «Ваше появление здесь вызовет много вопросов», — сказал он, его голос был полон угрозы.

Корин, Роуз, Марго и Роланд стояли рядом с Алекс, готовые защищаться. Они понимали, что ситуация становится всё более опасной.

«— Мы не хотим проблем, лорд Факосо», — сказал Корин, стараясь сохранять спокойствие. — Дайте нам пройти, и мы не причиним вам вреда.

Факосо рассмеялся, его смех был холодным и жестоким.

— Вреда? Вы, неопытные маги, хотите угрожать мне? Это смешно, — сказал он, его глаза сверкали от злобы.

Внезапно из-за угла появился ещё один стражник, и ребята осознали, что времени у них остаётся всё меньше. Алекс понимала, что нужно действовать быстро.

— Все назад! — приказала она, выставив меч вперёд.

Магия огня вспыхнула ярким пламенем, и они начали медленно отступать, стараясь найти способ выбраться из дворца.

Лорд Факосо выставил руки, и из них вырвался огромный столп огня.

— Бегите, я не удержу его! — кричала Алекс, отбивая атаки своим огненным мечом.

Роланд пытался кидать земляные сферы в лорда, но они не долетали до него, растворяясь в воздухе от мощи огненной магии Факосо.

— Мы должны придумать что-то ещё! — кричал Роланд, его голос был полон отчаяния.

Корин и Роуз, понимая, что их друзья нуждаются в помощи, начали думать, как можно остановить Факосо. Марго использовала свою магию земли, пытаясь создать барьер, чтобы защитить их от огня.

— Мы не можем оставить Алекс одну! — воскликнула Роуз, её глаза были полны решимости.

Корин, чувствуя ответственность за своих друзей, начал концентрироваться на своей магии света. Он знал, что их силы, объединённые вместе, могут стать ключом к победе.

— Все вместе! Объедините силы! — крикнул Корин, его голос был полон решимости.

Алекс, Роланд, Марго, Корин и Роуз начали концентрироваться, создавая магические потоки света, ветра, земли и огня, которые сливались в мощный вихрь силы. Огненный столп Факосо начал дрожать и слабеть под натиском объединённых сил.

Факосо, осознав, что его атаки начинают терять мощь, бросил на них злобный взгляд.

— Вы думаете, что можете победить меня? — закричал он, его голос был полон ярости.

Но Алекс, Роланд, Марго, Корин и Роуз не сдавались. Они знали, что их объединённые силы могут преодолеть любые преграды.

— Мы будем сражаться до конца! — ответила Алекс, её голос был полон решимости.

Магический вихрь света, ветра, земли и огня начал поглощать огненные атаки Факосо, ослабляя его силы. Они чувствовали, что победа близка, но знали, что нужно быть осторожными.

— Что? Свет? Но откуда! — закричал Факосо, увидев, что луч света в магическом столбе исходит от Корина.

Он собрал все свои силы, и огненная волна разбросала всех на пол. Факосо начал подходить к Корину.

— Кто ты такой? — спросил он, схватив мальчика за горло и прижав к стене. Руки Факосо начали нагреваться, и Корин почувствовал, как его шея медленно обгорает.

Корин пытался убрать руку Факосо, но тот сильно зажал его. В этот момент вбежали войска, в числе которых были теневые воины, которых они видели тогда в лесу. Эти безликие тени схватили всех друзей.

Казалось, это конец, как вдруг огромный валун влетел в лорда Факосо, отбрасывая его в сторону. Корин упал, едва дыша, и посмотрел в сторону. Там стояла София. Она вошла в зал, а за ней шли рыцари и связанный муж.

— Вы правы, Корин, хватит терпеть это! — воскликнула София.

Стража начала сражаться с теневыми воинами, а София надела на бессознательного десницу наручники, которые, как она заверила, были сделаны из мистикамня — камня, нейтрализующего магические силы.

Корин, Алекс, Роуз, Марго и Роланд поднялись, чувствуя, что их силы возвращаются. Они знали, что теперь у них есть шанс победить.

«— Мы должны объединить наши силы и раз и навсегда положить конец тьме», — сказала Алекс, её голос был полон решимости.

София кивнула.

«— Мы сделаем это вместе», — сказала она, подавая руку Корину.

— Стража, проведите моего мужа и лорда десницу в темницу. Найдите всех людей, кто верен моему мужу, поймайте их. Призовите всех моих вассалов, это начало войны! — приказала София.

Алекс вмешалась в разговор.

— Не слишком ли рано начинать войну? У нас ещё мало союзников. Мы не победим, — заметила она с тревогой.

София вздохнула, понимая сложность ситуации.

— У нас нет другого выхода. Вы думаете, королева не узнает об этом инциденте? — спросила она, её голос был полон решимости. Она подошла к Корину. — Мы будем держать оборону. Отправляйся к моим вассалам, убеди их призвать людей, а после отправляйтесь в другие земли искать союзы.

Корин кивнул, осознавая важность миссии.

Тут в зал вбежали мальчик и девочка с тёмными волосами.

— Мама, что происходит? Почему отец в темнице? — спросил мальчик.

— Ох, дети, познакомьтесь. Это Корин Легаро, наследный принц, — ответила София.

Девушка выразила недовольство.

— Вы подняли бунт? А если об этом узнает королева? — спросила она с тревогой.

— Ох, Далия, она узнает. Обязательно узнает, — ответила София с тяжёлым вздохом.

«— Но, матушка, она же убьёт нас», — сказал мальчик.

— Нет, Борис. Ты с сестрой отправишься с Корином. Вы убедите наших вассалов прийти на помощь ко мне, — объяснила София.

— Мама, я правильно понимаю, вы хотите нас отослать, так как не верите в свои силы? — спросила Далия, её голос был полон горечи.

София обняла дочь.

— Ох, Далия, ты всегда была умна. Вы — мои дети, последние из нашего великого рода Терра. Я не могу так рисковать вами. Когда Элизабет пришла к власти, она убила моего брата, отца и деда. «С годами она добрее не стала», — сказала София, её голос был полон боли.

— Уходите! — почти кричала София, едва сдерживая слёзы. Разлука с детьми давалась ей нелегко.

Герои, покидая город, оглядывались на Софию, которая оставалась на месте, следя за ними взглядом, пока их силуэты не растворились за горизонтом. Её сердце наполнилось тревогой и надеждой. София знала, что отправила своих детей на опасное задание, но верила, что они смогут выполнить свою миссию и вернуть свет в Элинор.

Корин, Алекс, Роуз, Марго, Роланд, Далия и Борис продолжали свой путь, осознавая важность своей миссии.

Повозка продолжала свой путь, медленно пробираясь сквозь леса и поля. Молчание, нарушаемое лишь шумом колёс и тихим ржанием лошадей, царило среди группы. Корин, с мрачным выражением на лице, наконец нарушил тишину:

— У меня плохое предчувствие. Эта леди — сестра лорда Филиппа к которой мы едем, а он в темнице. Думаете, она отправит людей на помощь? «Мне кажется, мы зря туда едем», — сказал он, его голос был полон тревоги.

Далия, поднявшись с места, ответила спокойным, но уверенным тоном:

— Ну уж нет, она моя тётя и не причинит вреда. Даже если она не отправит людей матушке, по крайней мере, мы с братом будем в безопасности.

Все удивились её словам. Роуз, всегда оптимистичная и готовая к новым приключениям, не смогла сдержаться:

— Что? Вы не продолжите путь с нами?

Далия с лёгкой усмешкой ответила:

— Конечно нет. Эти приключения не для высшего общества. К тому же, мы не владеем искусством военной магии.

Алекс, всегда энергичная и готовая к действию, вздохнула, но не теряла своего огненного запала:

— Похоже, нам всем не мешало бы побывать в Магиксе.

Марго, спокойная и уравновешенная, нахмурилась:

— Да, но он же очень далёк.

Повозка продолжала свой путь. Леса становились гуще, а воздух наполнялся запахами хвои и трав. Группа осознавала, что их путешествие становится всё более опасным и непредсказуемым.

Роланд, обычно тихий и рассудительный, задумчиво глядя на дорогу впереди, сказал:

— Мы должны быть готовы ко всему. Далия, Борис, я понимаю, что вам трудно, но нам нужны все возможные союзники. Даже если вы не владеете военной магией, ваша поддержка будет ценной.

Борис, спокойный и уравновешенный, кивнул, его глаза были полны решимости:

— Мы сделаем всё, что в наших силах.

Корин, чувствуя нарастающее напряжение, вздохнул и продолжил:

— Нам нужно быть готовыми ко всему. Я понимаю, что путь будет трудным, но вместе мы справимся.

Роуз, с улыбкой на лице, поддержала его:

— Да, ребята, мы справимся! Главное — держаться вместе и верить в наши силы.

Они продолжили ехать, впереди их ждал длинный путь около четырех дней. Каждый новый километр открывал перед ними загадочные пейзажи и таинственные горизонты, как будто сама дорога впитывала в себя рассказы о тех, кто проходил по ней до них.

Тем временем, пока ребята продолжали своё долгое и утомительное путешествие, Маргери сталкивалась с собственными испытаниями. Ночами её преследовали тёмные голоса, исходящие от палочки тьмы, которая была спрятана в их хранилище. Шепоты, полные соблазнов, звали её, предлагая безграничную мощь. Но Маргери, обладающая ясностью и внутренним пониманием, каждый раз отвергала их призывы.

Спустя несколько недель все говорящие звери, собравшиеся в скрытой деревне, начали своё заседание. Их было несколько тысяч: могучие медведи, быстрые лисы, мудрые совы и многие другие. Маргери, облаченная в простое, но торжественное платье, вышла к ним. Её глаза светились решимостью.

— Дорогие друзья, — начала она, её голос разносился по всей площади, — много веков вы были рабами, десятки лет вы скрывались. А существа? Существа вообще тысячи лет жили в тени, почти все расы истреблены. Но больше мы не будем скрываться, мы свергнем королеву и посадим на трон истинного правителя, принца света!

Звери, стоявшие перед ней, обменивались взглядами, чувствуя нарастающую решимость. Они понимали, что пришло время действовать.

— Мы должны объединить наши силы и действовать вместе, — продолжала Маргери. — В каждом из вас есть сила и мудрость, которые помогут нам добиться победы. Мы больше не будем скрываться. Вместе мы победим тьму!

Толпа затаила дыхание, когда из её середины вышел кто-то в капюшоне и взлетел на сцену к леди Маргери. Лица зверей выражали удивление и тревогу.

— Разве феи присутствуют на собрании? — спросила Маргери у своего советника, старого филина.

— Нет, ваша светлость, — ответил филин, его глаза были полны тревоги.

Человек в капюшоне медленно снял его, и все ахнули. Никто никогда не видел таких существ.

— Это фейри! — прошептал кто-то из толпы.

На сцене стоял Карбон, его лицо было загадочным и немного угрожающим.

— Спокойнее, господа, — начал говорить он, его голос был мягким, но уверенным.

Но Маргери, почуяв опасность, завопила:

— Немедленно схватите его!

Звери начали двигаться, готовясь исполнить приказ. Карбон не дрогнул, его взгляд оставался твёрдым.

— Подождите! — воскликнул он, поднимая руки. — Я не пришёл сюда сражаться. Я пришёл предложить союз.

Маргери, хоть и настороженная, остановила зверей жестом руки.

— Союз? — переспросила она, её голос был полон сомнений.

— Да, — продолжил Карбон. — Королева Элизабет угнетала не только вас. Фейри тоже страдают от её тирании. Мы хотим помочь вам свергнуть её и вернуть свет в Элинор.

Толпа зашепталась, обсуждая услышанное. Маргери, чувствуя напряжение в воздухе, задумалась.

— Почему мы должны вам доверять? — спросила она, её голос был полон скептицизма.

— Потому что мы ищем то же самое, что и вы — свободу и справедливость, — ответил Карбон. — Вместе мы будем сильнее.

— Фейри страдают от её тирании? Вы же изгнаны из Элинора! — возразила Маргери.

— Ох, мы говорим не только про неё. Люди — вот настоящее зло. Вы наверняка знаете историю Элинора и предков, но историю пишут победители. Но мы, фейри, живём тысячелетия, и я был уже рождён во время великой Элинорской войны, во время войны Коры и других магов, — спокойно продолжил Карбон.

Маргери, в ярости, вскочила на ноги:

— Да, мы все знаем историю и знаем, что ты, как и другие фейри, был на стороне тьмы.

Карбон ухмыльнулся, его лицо отражало скрытую насмешку:

— Тьмы? А кто прозвал Кору тьмой? Кто прозвал тьму тьмой? Правильно, люди! Вам всем говорили, что тёмная госпожа тысячи лет назад хотела уничтожить всё живое. Отчасти да, но она хотела уничтожить лишь людей. Существа были на грани вымирания, и они встали на сторону Коры, как и мы. Мы хотели истребить тех, кто был виновен в нашем истреблении.

Маргери, чувствуя нарастающее напряжение среди зверей, решила выслушать Карбона до конца. Её взгляд стал более пристальным, и она понимала, что перед ней стоит важное решение, от которого зависит будущее их борьбы.

Толпа начала шептаться, и в их рядах происходило разделение. Одни звери кричали, что правильно посадить мага света на трон и жить в мире, другие же соглашались с Карбоном, что все люди должны быть уничтожены. Возникли споры и перебранки, накаляя атмосферу.

Маргери стояла в замешательстве, её голос дрожал от эмоций:

— Не слушайте его! Он хочет уничтожить людей, они же тоже достойны жизни. Неужели вы настолько одичали? Да и в любом случае вы не уничтожите всех людей, вас слишком мало!

Звери замерли, прислушиваясь к её словам. Некоторые начали осознавать правоту Маргери, а другие всё ещё сомневались.

Карбон, сохраняя хладнокровие, продолжил:

— Мы не ищем полного уничтожения. Мы хотим справедливости. Люди завоевали и угнетали нас. Мы заслуживаем права на жизнь и свободу. Но если этого не добиться мирным путём, мы вынуждены будем бороться.

Толпа снова загудела, обсуждая услышанное. Многие понимали, что Карбон говорил правду о прошлом, но методы его борьбы оставляли сомнения.

Старый филин, советник Маргери, выступил вперёд:

— Нам нужно найти общий путь. Мир и справедливость могут быть достигнуты, но не ценой невинных жизней. Мы должны объединиться и искать баланс.

Маргери, поддержав советника, добавила:

— Давайте найдём способ бороться с тьмой, не уничтожая невинных. Мы должны объединить наши силы и действовать вместе, чтобы вернуть свет в Элинор.

— Свет! Против тьмы? Нет же, я предлагаю вам нечто другое. Попав на остров, я почувствовал дух моей госпожи. Далеко на севере, в старом древе, живёт её дух, дух Коры. Мы воскресим её, и она освободит нас всех от этих жалких людей. Отныне будут жить лишь существа, мы заселим весь мир!

Маргери испуганно смотрела на ликующую толпу.

— Филин, он обезумел! — прошептала она.

Филин, её верный советник, посмотрел на неё серьёзно:

— Моя леди, вам нужно срочно уходить.

Маргери, дрожа от страха и решимости, покинула сцену и поспешила к балкону своей усадьбы. Она быстро заперла дверь на балкон, где стоял Карбон, и повернулась к филину.

— Скорее, Филин, предупреди стражу внизу. Пусть баррикадируют двери, — приказала она.

— А вы, миледи? — спросил он, его глаза выражали тревогу.

— Я отправлюсь в подземелье. Там палочка. Настало время воспользоваться ей! — решительно ответила Маргери.

Карбон заметил пропажу Маргери и взревел от ярости:

— Скорее! Поймайте её! Найдите палочку тьмы. Лишь с артефактами, в которых частички силы тёмной Госпожи, мы сможем воскресить её.

Животные рванули к усадьбе Маргери, проламывая двери и окна. Могучие быки напрягли свои мускулы, и двери с треском распахнулись, уступая натиску. Внутрь ворвались разъярённые звери, их глаза горели решимостью.

Маргери, зная, что времени у неё мало, поспешила по узким коридорам своего дома. Сердце её билось в такт её быстрым шагам. Она понимала, что палочка тьмы — их единственный шанс на спасение, даже если это означает риск столкновения с тёмными силами.

Маргери добралась до палочки, и в её голове раздался голос:

— Возьми меня, используй меня!

Она не колебалась и схватила палочку, как вдруг звери окружили её.

— Леди Маргери, нам жаль, что вы против. «Пожалуйста, примкните к нам», — сказал один из них.

Маргери стояла, трясясь от страха:

— Неужели вы не понимаете, люди такие же, как и вы! Вы что, убьёте детей, стариков? Вы настолько одичали? Не смейте злу затуманить ваши разумы! Объявив войну всем людям, вы только подвергнете себя полному уничтожению.

Некоторые звери начали колебаться, но волки нет. Они начали нападать, и тогда Маргери, в отчаянии, взмахнула палочкой. Один за другим волки начали превращаться в пыль.

— Друзья, я не хочу этого! Остановитесь! — кричала Маргери, слёзы катились по её щекам.

Она знала, что каждый взмах палочки приближает её к тьме, но выбора не было. Она должна была защитить себя и других от безумия, охватившего зверей.

Маргери собрала всю свою силу и нанесла мощный удар палочкой, заставив зверей попадать с ног. Используя момент, она выбралась из подвала и оказалась в усадьбе, где шла яростная борьба между её сторонниками и животными, склонными к тьме. Понимая, что не сможет уйти от такого количества врагов, она быстро начала искать своего верного советника.

— Филин, скорее, лети на восток. «Найди Корина и расскажи ему об угрозе», — сказала она, её голос был полон решимости и тревоги.

Филин, с тревогой в глазах, ответил:

— А как же вы, мисс?

Маргери, собрав всю свою храбрость, твёрдо ответила:

— Я буду сражаться до конца!

Она знала, что её действия дадут шанс другим, и была готова пожертвовать собой ради общего дела. Филин, почтительно поклонившись, взмахнул крыльями и взмыл в воздух, чтобы выполнить её приказ. Маргери, оставшись в усадьбе, готовилась к дальнейшему сражению.

Звери делились на два лагеря. Волк, обращаясь к Карбону, спросил:

— Что будем делать, господин Карбон?

Карбон, сохраняющий хладнокровие, ответил:

— Они перебьют друг друга, а силы нам нужны. Оставьте их, уходим на север. У меня есть планы. Не логично проливать кровь зверей так!

Маргери, из последних сил отбиваясь, вдруг заметила, что враги уменьшаются. Звери начали покидать деревню, уходя вслед за Карбоном. Не все, но большинство последовало за ним, оставив Маргери и её сторонников.

Обессиленная от борьбы, Маргери почувствовала, как силы покидают её. Её руки дрожали, а дыхание становилось всё более прерывистым. Последнее, что она увидела, были отступающие фигуры зверей. Затем мир перед её глазами потемнел, и она упала в обморок, оставшись на полу усадьбы.

Маргери очнулась спустя время на своей постели. Овечка Молли заваривала ей отвар, осторожно помешивая его.

— Молли, что случилось, где все? — спросила Маргери, её голос был слабым.

— Ох, милеееееди, все ушли за фейри, они направились на север. Наши все во дворе ждут вас, — ответила Молли, её голос дрожал от волнения.

— Сколько ушло? — обессиленно произнесла Маргери.

«— Около четырёх тысяч, многие погибли при столкновении», — сказала Молли, опустив голову.

— Сколько у нас осталось? Из тех, кто может держать оружие? — с трудом продолжила Маргери.

— Ох, милееедиии, около трёх сотееееен, — ответила Молли, её голос был полон тревоги.

«— Какой кошмар, я должна что-то предпринять», — сказала Маргери, пытаясь встать, но её голова кружилась, а ноги не слушались.

— Я должна, должна собрать воинов. Я обещала Корину, он надеется на нас. Тем более эти глупцы ушли все разом, их наверняка заметят. «Если сюда вторгнутся люди королевы, нас всех перебьют», — говорила она, из последних сил пытаясь подняться.

Тут Маргери спохватилась:

— Палочка, палочка! Где палочка?

Овечка Молли изумленно смотрела на неё:

— Милеееди, мы нашли вас на первом этаже, когда все ушли.

Маргери, осознавая серьёзность ситуации, быстро приказала:

— Молли, срочно собери мне всех старейшин, всех кто остался. Это угроза для всего острова.

Молли кивнула и поспешила выполнить приказ. Маргери понимала, что время на исходе, и каждая секунда была на вес золота.

Маргери бросилась к своему столу, где обычно хранились важные предметы, но палочки там не оказалось. В её глазах застыла тревога. Овечка Молли, заметив беспокойство своей хозяйки, быстро направилась к выходу из комнаты.

— Милеееди, не волнуйтесь. «Я немедленно найду старейшин», — сказала Молли, её голос дрожал от волнения.

Маргери кивнула, чувствуя, как тревога нарастает внутри неё. Время было на исходе, и каждая секунда имела значение. Она знала, что без палочки их шансы на защиту и победу значительно снижаются.

Пока Молли бегала по усадьбе, собирая старейшин, Маргери попыталась сосредоточиться и обдумать свои следующие шаги.

Вскоре в комнату начали стекаться старейшины деревни, каждый из них с озабоченным выражением на лице. Они понимали, что ситуация критическая, и ожидали от Маргери руководства.

«— Мы все здесь, милеееди», — сказал старший старейшина, его глаза блестели от волнения. — Что будем делать?

Маргери глубоко вздохнула и начала говорить:

— Дорогие друзья, наша ситуация крайне сложна. Большинство наших воинов ушли за Карбоном, направляясь на север. Мы остались здесь с малым числом защитников, и если нас атакуют, мы будем в большой опасности. Нужно срочно принять меры.

Старейшины внимательно слушали её, осознавая всю серьёзность положения.

— Нам необходимо укрепить нашу оборону и подготовиться к возможным нападениям, — продолжала Маргери. — Также мы должны отправить гонцов к Корину и его спутникам, чтобы предупредить их об угрозе.

Один из старейшин кивнул:

— Я уже отправил одного из наших к Корину. Надеюсь, он успеет вовремя.

Маргери, чувствуя лёгкое облегчение от этих слов, всё же оставалась настороженной.

— Мы должны действовать быстро и решительно. Соберите всех, кто способен держать оружие. Обучайте их основам защиты и боевых искусств. Времени у нас мало, но мы должны использовать его максимально эффективно.

Старейшины разошлись по своим делам, понимая, что на кону стоит жизнь и безопасность всей деревни. Маргери осталась в своей комнате, размышляя о том, что ещё она может сделать для защиты своего народа.

В это время Карбон с большими отрядами животных вышел из восточного леса в сторону севера. Ягуар, один из его верных соратников, обратился к нему:

— Господин, мы не сможем двигаться без остановок, мы идём уже около суток.

Карбон, не теряя уверенности, ответил:

— Не переживай. За этими горами находится крепость Клешня, вассальное поселение северного города. Это и будет наша первая цель.

Ягуар улыбнулся на слова фейри:

— Вот оно, возмездие! Мы, звери, ждали этого больше всего. А что будет дальше?

Карбон, с хитрой улыбкой, продолжил:

— Ох, друг мой, я не просто хочу устроить войну людям. Я планирую объединить всех существ и собрать артефакты тьмы. Мы воскресим Госпожу, и тогда люди станут нашими рабами, как вы, звери, были ими!

Наконец, после долгого и трудного подъёма, они достигли вершины гор и увидели крепость Клешня. Крепость располагалась на скалистом утёсе, окружённая высокими стенами и сторожевыми башнями. Внизу, у подножия утёса, простирались поля и деревушки, где жили люди.

Карбон остановился на краю утёса, осматривая крепость и её окрестности. Он понимал, что их первая атака должна быть тщательно спланирована и быстрой, чтобы застать людей врасплох.

«— Мы начнём с неожиданного удара», — сказал Карбон, его голос был полон решимости. — Наши силы должны разделиться на две группы. Одна группа нападёт на сторожевые башни и отвлечёт внимание стражи, в то время как другая проникнет внутрь крепости и захватит её изнутри.

Ягуар и другие звери кивнули, осознавая важность плана Карбона. Они разделились на две группы и начали готовиться к атаке.

Карбон понимал, что успех этой атаки имеет огромное значение для их дальнейших планов. Он знал, что каждый шаг, каждая деталь должны быть продуманы до мелочей, чтобы избежать ошибок и обеспечить победу.

Звери, готовые к бою, начали медленно спускаться с утёса, стараясь оставаться незаметными. Их движение было быстрым и слаженным, они действовали как единый организм, подчиняясь приказам своего лидера.

Люди в поселении Клешня ничего не подозревали о надвигающейся угрозе. Они занимались своими повседневными делами: женщины хлопотали по хозяйству, мужчины трудились на полях, дети играли на улицах. В поселении проживало около 800 человек, и жизнь здесь шла своим чередом.

Крепость Клешня возвышалась на скалистом утёсе, её мощные стены и сторожевые башни служили надёжной защитой для жителей. Воины, стоявшие на страже, наблюдали за окрестностями, но ни один из них не подозревал, что опасность уже близко.

Карбон и его отряды животных, прячась в густом лесу, наблюдали за крепостью. Они видели, как люди занимались своими делами, ничего не подозревая. Карбон знал, что их первая атака должна быть молниеносной и неожиданной, чтобы застать людей врасплох.

«— Мы готовы, господин», — сказал ягуар, подходя к Карбону. — Все заняли свои позиции.

Карбон кивнул, его взгляд был сосредоточен и решителен.

— Начинаем, — коротко сказал он, подавая сигнал к атаке.

Первая группа зверей стремительно ринулась к сторожевым башням, устраняя стражников и отвлекая внимание защитников крепости. В это время вторая группа, возглавляемая Карбоном, проникла внутрь крепости через потайные проходы.

Люди в крепости были застигнуты врасплох. Паника и хаос начали охватывать поселение, когда звери ворвались внутрь. Воины и стражники пытались организовать оборону, но не были готовы к такому внезапному нападению.

Карбон, движимый решимостью и жаждой мести, вёл свою группу к центру крепости. Он понимал, что захват крепости Клешня — это лишь первый шаг на пути к их великой цели.

В это время в замке в центре крепости лорд Клешни, Борам Кансер, ничего не подозревая занимался своими делами. Его семья правила поселением ещё со времен воцарения Легаро. Кансеры были маги воды, однако не верховные, так как они являлись лишь вассальным домом северного лорда.

Кроме Борама, в его доме был ещё его сын, двадцатилетний Станислав, но в это время он находился на празднике в северном городе. Здесь был лишь сам лорд Борам со своей свитой, когда вдруг в зал влетел дворецкий, его лицо было полным ужаса:

— Животные! Говорящие животные! Они здесь! Они уничтожают поселение! Они уже на стенах крепости! Нам не спастись!

Он успел произнести это, как вдруг на него напрыгнул ягуар. В зал вбежало несколько десятков зверей, их глаза горели яростью и решимостью.

— Смерть людям! — кричали они, нападая на всех людей, кого видели.

Лорд Борам, поражённый внезапным нападением, быстро собрал свои силы и начал защищать своих людей с помощью магии воды. Но напор зверей был невыносимо сильным. Борам понимал, что им нужно срочно принимать меры, чтобы спасти хотя бы часть своих подданных.

Его свита, состоящая из верных слуг и воинов, пыталась удержать наступающих зверей, но их силы были на исходе. Каждое мгновение приносило новые потери, и хаос охватывал замок.

Карбон, влившись в зал, осмотрелся и увидел лорда Борама. Его глаза загорелись холодной яростью и решимостью.

«— Лорд Борам», — произнёс Карбон, его голос был наполнен презрением, — ваше время правления окончено. Мы пришли вернуть справедливость!

Лорд Борам, стоя перед Карбоном, сжав кулаки, ответил:

— Вы ошибаетесь! Наши предки защищали этот замок, и мы не отдадим его без боя!

Но Карбон лишь усмехнулся, зная, что силы на его стороне.

Карбон выставил руки вперёд, и из них вырвалась тёмная энергия, сопровождаемая молниями. Они ударили прямо в грудь лорда Борама, и тот, не успев произнести ни слова, безжизненно упал на пол. В зале воцарилась тревожная тишина, нарушаемая лишь звуками борьбы, доносящимися снаружи.

Звери, вдохновленные мощью Карбона, продолжали атаку, уничтожая всех людей, кого видели. Их ярость и решимость не знали границ, они двигались как единый организм, подчиняясь своему лидеру.

Карбон, чувствуя триумф, осмотрелся и произнёс:

— Вот так будет с каждым, кто встанет у нас на пути! Люди больше не будут господствовать на этой земле. Мы восстановим справедливость и вернём свободу!

После захвата крепости Клешня звери начали обустраиваться на ночлег. С наступлением темноты кровавые следы сражений на улицах замка постепенно исчезли под туманом. Атмосфера была напряженной, но победоносное настроение зверей придавало им сил.

Карбон взошел на каменные ступени главного зала замка, внимательно осматривая окружение. В зале ещё горели факелы, отбрасывая на стены длинные тени. Тело лорда Борама всё ещё лежало на полу, но Карбон не придавал этому значения. Для него это было лишь начало великого пути.

«— Мы заняли крепость», — сказал он, обращаясь к своим сторонникам. — Теперь наша цель — укрепиться здесь и подготовиться к дальнейшим действиям.

Звери начали устраиваться в замке, распределяя обязанности и готовясь к ночи. Некоторые из них заняли сторожевые башни, внимательно наблюдая за окрестностями. Другие разместились в залах и комнатах замка, где когда-то жили люди.

Ягуар, один из ближайших соратников Карбона, подошел к нему и тихо сказал:

— Господин, наши войска устали после долгого пути и битвы. Им нужен отдых.

Карбон кивнул, понимая, что звери нуждаются в восстановлении сил.

— Пусть отдыхают, — ответил он. — Мы должны быть готовы к утру. Нам нужно планировать наши следующие шаги.

Звери начали обустраиваться на ночлег. Они разжигали костры во внутреннем дворе замка, делая всё возможное, чтобы согреться. Тем временем Карбон собрал своих ближайших соратников для совещания.

В большом зале замка, среди трескающих факелов, собрались ягуар, волк, медведь и другие лидеры зверей. Карбон занял место в центре, и все взгляды были устремлены на него.

— Наша цель — объединить все существа и собрать артефакты тьмы, — начал Карбон. — Для этого нам нужно укрепить свои позиции и подготовиться к дальнейшим действиям. Крепость Клешня станет нашей базой, откуда мы будем действовать.

Ягуар внимательно слушал своего лидера и кивнул.

— Что будем делать дальше, господин? — спросил он.

— Завтра мы отправимся на разведку, — ответил Карбон. — Нам нужно узнать, что происходит в других поселениях. Также мы должны определить местоположение артефактов тьмы. Мы не можем терять время.

Медведь, сидевший рядом, поднял свой мощный голос:

— Мы готовы выполнить ваши приказы, Карбон. Но что будет, если люди узнают о нашем плане и начнут сопротивляться?

Карбон усмехнулся:

— Люди будут сопротивляться, это неизбежно. Но у нас есть сила и решимость. Мы будем сражаться до последнего. Мы вернём справедливость и освободим всех существ от их угнетения.

Совещание продолжалось ещё некоторое время. Звери обсуждали планы на будущее, распределяли обязанности и готовились к утренней разведке. Каждый из них понимал, что впереди их ждёт долгий и трудный путь, но вера в свою цель и лидерство Карбона придавала им уверенности.

Когда совещание закончилось, звери разошлись по своим местам. Ночь была тёмной и холодной, но костры во дворе замка разгоняли мрак. Карбон оставался бодр и сосредоточен, зная, что каждый миг приближает их к конечной цели.

1.2

Глава 2

Стояло раннее зимнее солнце, и прохладный ветер обдувал стены замка в Альтере, столице Элинора. Воздух был свеж и морозен, словно дыхание самой зимы окутывало город.

Внутри замка царил хаос. Совет собрался в большом зале, и представители различных государственных органов горячо спорили.

— Мы должны отправить войска на север! — кричал один из них.

— Нет, на восток! — возражал другой.

— Оборонять столицу! — громко заявлял третий.

Разгорячённые спорщики не могли прийти к согласию, когда внезапно в зал вошла женщина. Её возраст был около сорока лет, но выглядела она как юная девушка. На голове блистала большая корона, в руках был зажат посох с тёмным кристаллом.

— Хватит! — её голос разнёсся по залу. Все мгновенно притихли и склонили головы в знак уважения.

— Ваше величество, королева Элизабет, — проговорили они в унисон.

Королева Элизабет оглядела собравшихся, её глаза сверкали решимостью.

— У нас нет времени на споры, — начала она уверенным голосом. — Карбон и его звери идут на север. Мы не можем позволить им продолжать своё вторжение.

Она подошла к столу, покрытому картами и планами.

— Отправьте войска на север, — распорядилась она. — Укрепите защиту столицы и приготовьтесь к возможным атакам. Мы должны быть готовы ко всему.

Генералы и советники кивнули, признавая её правоту. Замок пришёл в движение, началась подготовка к обороне.

Но один из генералов осмелился возразить:

— Ваше величество, а как же юнец на востоке, называющий себя погибшим принцем? Говорят, что леди София встала на его сторону. Не лучше ли нам напасть на восток?

Элизабет, пылая яростью, подошла к генералу. Её глаза сверкали.

— Ты считаешь меня за дуру? — произнесла она холодным голосом. — Конечно, это тоже угроза. Но звери идут на север, туда, где я получила свои силы, где я узнала о тьме. Если они освободят Кору, нам всем конец!

Генерал осмелился предложить:

— Но вы можете отправить теневых воинов.

Элизабет усмехнулась, её лицо приняло хитрое выражение.

— Их я приберегу для будущего. Что касается мальчишки, я написала письмо дочери в южный город. Она соберёт армию и отберёт восточный город обратно. Не переживай, генерал. Мы должны сосредоточиться на главной угрозе.

Королева снова посмотрела на карты.

— Действуйте быстро и решительно, — продолжила она, обращаясь к советникам. — Укрепите границы столицы, подготовьте войска к отправке на север и будьте готовы ко всему.

Все отправились выполнять приказы, а королева Элизабет осталась наедине с генералом. Она подошла к нему, взяв его за руку.

— Как так произошло? — начала она, её голос дрожал от гнева. — Шестнадцать лет назад, придя к власти, мы истребили всех зверей. Как так случилось, что они под предводительством какого-то фейри объединились? Вы уверяли меня, генерал, что они мертвы, а оказалось, что? Ох, я так и знала. Надо было с корнем истребить эту нечесть. Они явно скрывались в деревне эльфов, той самой, что я уничтожила. Ну что ж, настал момент добить их.

Она отпустила его руку и взволнованно зашагала по комнате.

— Генерал, вы остаетесь в столице для обороны, — продолжила она, резко повернувшись к нему. — А я отправлюсь в восточный лес с теневыми воинами. Мы истребим всех, кого найдём. Также там есть деревня полуросликов. Они клялись мне, что будут мирно жить, но я не верю им.

Генерал слушал королеву, осознавая всю серьёзность её намерений. Он знал, что её решимость и воля не знают границ, и был готов выполнить её приказы.

— Я понимаю, ваше величество, — ответил он, кивнув. — Мы укрепим защиту столицы и будем готовы к любым неожиданностям.

«— Отлично, генерал», — сказала она, направляясь к выходу из зала. — Мы должны защитить наше королевство любой ценой.

Элизабет вышла из зала, оставив генерала погружённым в свои мысли.

Выйдя из зала, Элизабет столкнулась с черноволосым юношей четырнадцати лет.

— Матушка! — крикнул он. — Как посмели какие-то мерзавцы поймать отца?! Какой-то мальчишка объявил себя пропавшим принцем! Я убью его.

Элизабет улыбнулась, но в её глазах промелькнула тень тревоги.

— Тише, сын. «Твоя ярость не к чему», — произнесла она мягко, но твёрдо. — Ты знаешь, твои силы начнут раскрываться к шестнадцати годам. Пока ты ничего не сможешь.

— Я тренируюсь каждый день. Смотри! — он выставил руки вперёд, и шквал огня вырвался из его ладоней, ударив в вазу, стоящую в углу. Ваза разлетелась на мелкие кусочки.

— Замечательно, сын, — похвалила его Элизабет. — Но это не сравнится с тем, что могу я.

Она выставила руки вперёд, и тёмная энергия вырвалась из её ладоней, ударив в стену. Стена разлетелась на части, оставляя за собой дым и пыль.

Кай, так звали юношу, посмотрел на мать с восхищением, но и с лёгкой грустью в глазах.

— Но я тоже хочу помочь! Ты отправляешься на север, сестра на восток, а я?

Элизабет вздохнула и мягко коснулась его плеча.

— Ох, сын мой. Ты будешь охранять город. Генерал будет твоим помощником. Пока меня нет, ты регент столицы.

Кай кивнул, пытаясь скрыть своё разочарование. Он понимал, что его мать права, но его сердце жаждало действия. Он хотел доказать свою силу и преданность.

— Хорошо, матушка. «Я не подведу тебя», — сказал он, стараясь придать своему голосу уверенности.

Элизабет улыбнулась и обняла его.

— Я знаю, сын. Ты сделаешь всё, что нужно. А теперь иди и приготовься. Нас ждут великие дела.

Кай кивнул и поспешил прочь, а королева Элизабет осталась стоять, смотря ему вслед.

После встречи с генералом, Элизабет решила зайти еще кое к кому. Она направилась в дальний, самый мрачный коридор замка. В конце коридора находилась комната, дверь которой была едва заметна. Тихо войдя, королева оказалась в комнате, где у окна сидела черноволосая девушка лет шестнадцати. Она читала книги, глядя вдаль.

Эта девушка не была ни членом королевской семьи, ни служанкой. Её мать была последней из предков тёмной госпожи Коры и помогла Элизабет захватить власть, но умерла при родах. Элизабет пообещала позаботиться о её дочери, но никто не знал, чья она, и сама девочка тоже не знала. Королева говорила, что это дочь её покойной подруги.

— Луна, девочка, здравствуй. Ты знаешь, что происходит на острове? — обратилась к ней Элизабет.

— Здравствуйте, королева! — ответила Луна, вскочив на ноги. — Я слышала про самозванца и смуту на востоке и объявившихся зверей. А существа тоже существуют?

— Да, Луна, — подтвердила Элизабет. — Но я пришла не поэтому. Мне нужно отлучиться, а ты, как и раньше, не выходи из своих покоев! Ясно?

— Да, конечно. Но почему я всю жизнь нахожусь здесь? Почему мне нельзя ни с кем общаться? — спросила Луна, её голос дрожал от любопытства и тревоги.

Элизабет взяла её за руки, её взгляд стал мягче.

— О, милая, в тебе такая сила, что и не снилась никому. Ты знаешь, что я самая великая волшебница благодаря артефактам, а в тебе эта сила по крови. Ты готова. Тебе уже шестнадцать, в это время раскрываются силы. Когда я вернусь, я научу тебя всему. Мы сокрушим всех врагов, и тогда, когда ты сможешь защищать себя, ты будешь представлена двору.

Луна стояла, полная сомнений и тревоги. Её жизнь была полна загадок и ограничений, но в словах королевы была обещана надежда на новую жизнь.

— Хорошо, ваше величество. Я буду ждать, — ответила Луна, её голос был полон решимости и лёгкой грусти.

Элизабет кивнула и вышла из комнаты, оставив Луну погружённой в свои мысли.

Наступил новый день, и королева Элизабет вместе с теневыми воинами отправилась в восточный лес. Она знала дорогу, ведь однажды уже была там. Прошло немало лет, но лес оставался таким же мрачным и таинственным, как в её воспоминаниях.

— Нам нужно скорее добраться туда, а после отправимся к войскам на север. Мальчишка — меньшая угроза. Если они возродят Кору, ох, я же её предала! — бормотала она себе под нос, её голос был полон тревоги и решимости.

Спустя неделю они добрались до деревни. Войска, следуя приказам королевы, окружили деревню и наблюдали из-за деревьев. Королева Элизабет остановилась и осмотрела своих воинов.

— Стойте и ждите приказа! — сказала она, её голос был твёрд и уверенн.

Ничего не боясь, она вольяжно пошла в деревню. Её шаги были тихими, но уверенными. Вокруг неё царила тишина, нарушаемая лишь шёпотом ветра в ветвях деревьев. Она знала, что её присутствие в этой деревне вызовет тревогу и страх среди местных жителей, но она была готова к этому.

Деревня выглядела тихой и мирной, но за этой тишиной скрывалась напряжённость. Звери, всё ещё потрясённые недавней битвой и потерями, скрывались в домах и уцелевших строениях. Маргери, несмотря на свои усилия и решимость, не могла противостоять воле Карбона.

Элизабет шла по узким улочкам деревни, её шаги были тихими, но уверенными. Она знала, что её присутствие здесь вызовет тревогу и страх среди жителей и зверей, но она была готова к этому. У неё была цель — искоренить восстание, не дав Карбону и его зверям возродить Кору.

Когда она достигла центра деревни, звери начали замечать её присутствие. Они настороженно наблюдали за королевой, их глаза горели ненавистью. Но Элизабет не показывала страха, её взгляд был холодным и решительным.

Маргери, узнав о прибытии королевы, вышла ей навстречу. Она была ослаблена и уставшая, но в её глазах светилась решимость.

— Здравствуй, Маргери, — холодно произнесла Элизабет, её голос звучал зловеще. — Я пришла, чтобы положить конец этому восстанию. Ваши дни сочтены.

Маргери не дрогнула перед словами королевы. Её сердце билось учащённо, но она знала, что должна бороться до последнего.

— Мы не сдадимся без боя, — твёрдо ответила она, готовая к любым испытаниям.

Элизабет усмехнулась, её глаза блеснули тёмной энергией.

«— Ты ещё не понимаешь, с кем имеешь дело», — сказала она, её голос был полон угрозы.

Элизабет смотрела на Маргери с ухмылкой, её глаза сверкали тёмной энергией.

— Как удивительно, мы не виделись 16 лет, а ты даже не обнимешь сестру? — сказала она насмешливо.

Маргери, отступая и упираясь спиной к стене, ответила:

— Элизабет, ты не понимаешь. Ты всегда считала животных грязными и мерзкими, но люди — вот настоящее зло. Хотя мне ли говорить о зле, артефакты затуманили твой разум!

Элизабет выставила руки вперёд, и тёмная энергия вырвалась из её ладоней, обхватив горло Маргери. Животные, среди которых были старики и дети, начали в панике разбегаться по домам, стараясь найти укрытие.

— Вперёд, войны, уничтожьте этих тварей! — приказала Элизабет своим теневым воинам.

Теневые воины, обнажив оружие, ринулись вперёд, следуя приказу королевы. Маргери, чувствуя, как тёмная энергия сжимает её горло, из последних сил пыталась бороться.

Но внезапно из одного из домов выскочил старый волк. Он увидел, что Маргери в опасности, и, не раздумывая, бросился на помощь. Своей мощной лапой он ударил по тёмной энергии, высвобождая Маргери из её захвата.

— Мы не сдадимся без боя! — прокричал волк, встав между Маргери и Элизабет.

Элизабет, осознав, что волк осмелился ей противостоять, хмуро взглянула на него.

— Ты думаешь, что можешь помешать мне? — холодно произнесла она.

Но волк не дрогнул, его глаза горели решимостью.

В этот момент остальные звери, осознав, что настал час борьбы, начали собираться и готовиться к защите своей деревни. Несмотря на страх и отчаяние, они были готовы бороться до последнего вздоха.

Элизабет стукнула своим посохом тьмы, и волк мгновенно превратился в пыль, рассеявшуюся в воздухе. Видя это, остальные звери в ужасе разбегались, пытаясь спастись. Теневые воины безжалостно двигались по деревне, уничтожая всех, кто попадался на их пути.

Маргери лежала обессиленно на земле. Её силы были на исходе, и она чувствовала, что конец близок. Слабая и истощённая, она закрыла глаза, ожидая своей участи.

Однако в тот самый момент, когда казалось, что всё потеряно, произошло нечто неожиданное. Сквозь звуки битвы Маргери услышала знакомый, но едва уловимый звук — крылья филина. Она открыла глаза и увидела своего верного советника, который спешил к ней.

— Маргери, держись! — крикнул филин, взмахивая крыльями и отвлекая внимание теневых воинов.

Этот короткий момент дал Маргери немного времени, чтобы собраться с мыслями. Её взгляд затуманился, и она почувствовала, как внутри неё пробуждается древняя сила, заложенная в её крови. Слабое свечение появилось вокруг её рук, и она осознала, что ещё есть шанс.

— Ты никогда не поймёшь, Элизабет, — прошептала Маргери, её голос был полон решимости. — Настоящая сила не в тьме, а в свете и единстве.

Собрав все свои силы, Маргери поднялась на ноги. Она выставила руки вперёд, и яркий свет вырвался из её ладоней, освещая всё вокруг. Теневые воины, ослеплённые этим светом, отступили.

Элизабет, увидев, что её план рушится, пришла в ярость. Она направила свой посох на Маргери, готовясь нанести решающий удар. Но в этот момент свет Маргери усилился, обволакивая её и защищая от атаки.

— Что? Откуда в тебе свет? Ты же была самой слабой в семье! — гневно кричала Элизабет, её глаза горели яростью и удивлением.

— Я много тренировалась. У меня было 16 лет, — спокойно ответила Маргери, её голос был полон решимости.

Свет вокруг Маргери разрастался, и она поднялась в воздух. Её глаза сияли, и она призвала зверей к борьбе:

— Звери, боритесь! Боритесь за своё будущее!

Яркая вспышка света окутала Маргери, и она поняла, что это её конец. Как её сестра, мама Корина, она пожертвует собой во имя света. Вспышка становилась всё ярче и, наконец, разразилась, превратив Маргери в пыль. Но вместе с её жертвой теневые воины Элизабет также рассыпались, уничтоженные мощной волной света.

Элизабет, поражённая этой волной, упала на землю, уронив посох тьмы. Она пыталась подняться, но её силы иссякли. Звери, видя её слабость, подбежали и забрали посох, кольцо и амулет тьмы. Без этих артефактов Элизабет была уязвима и беспомощна.

Животные, осознав, что их мучительница лишилась своей силы, начали подбадривать друг друга.

Элизабет, лежа на земле и глядя на свет, который уничтожил её воинов, осознала свою ошибку. Но было уже поздно. Животные окружили её, готовые защитить свою деревню и будущее от любой угрозы.

Забрав артефакты, звери приказали заковать Элизабет в кандалы из местикамня — самого прочного и тяжёлого камня на острове. Крики раздавались вокруг неё:

— Убить её! — кричали одни.

— Разорвать её! — вопили другие.

Элизабет, едва осознавая происходящее, слушала эти крики. Без артефактов она не жила уже шестнадцать лет, и её разум, постепенно избавляясь от их влияния, становился чище. Чувствуя, как её силы покидают её, она утратила сознание.

Звери, увидев, что королева упала без чувств, начали обсуждать, что делать дальше. Некоторые из них, всё ещё полные гнева, настаивали на её немедленной казни. Другие же, более разумные и милосердные, предлагали взять её в плен и решить её судьбу позже.

«— Мы не можем быть такими, как она», — произнёс старейший волк, вставая перед толпой. — Мы должны показать, что наша сила в милосердии и справедливости. Возьмём её в плен и допросим. Пусть она ответит за свои преступления перед всеми существами этого мира.

Толпа начала успокаиваться, осознавая мудрость его слов. Они понимали, что месть и насилие не приведут к долгосрочному миру. Постепенно звери начали расползаться по своим домам, обдумывая произошедшее.

Тем временем Элизабет была заключена в одну из крепких клеток, защищённых магией местикамня.

Она сидела в клетке, не зная, что замышляют животные. Вся растрёпанная, в разодранном платье и с ссадинами от копыт, Элизабет тихо говорила сама с собой:

— Вероятно, это конец!

Лишённая магии артефактов, её лицо начало быстро стареть, покрываясь морщинами, а волосы стремительно седели. Казалось, что ей уже не сорок, а гораздо больше — она превращалась в старуху.

«— Надо было ещё раньше уничтожить этих тварей», — говорила она, охваченная отчаянием. — Как мои дети справятся без меня? Мои юные, бедные дети!

Элизабет, ослабленная и измученная, пыталась осмыслить всё произошедшее. В её голове мелькали образы её детей, её старого замка и тех времён, когда она владела непобедимой магией. Сейчас же, оказавшись в плену и без своих магических артефактов, она чувствовала себя беспомощной и уязвимой.

Животные, собравшиеся у костра, всю ночь обсуждали, что им делать дальше. Лишившись своего лидера, Маргери, они остались без руководства. В их рядах оставались в основном старики и дети, и силы для сражения у них почти не осталось. В воздухе витала неопределённость, и каждый из них пытался предложить выход из сложившейся ситуации.

— Надо найти юного принца Корина! — предложил один из старейшин, пытаясь вселить надежду в сердца собравшихся. — Он сможет повести нас к победе.

— Надо дать бой! — вскричал другой, сжимая свои старые, но крепкие кулаки. — Мы должны показать, что мы не сдадимся без борьбы!

— Надо отправиться к остальным! — прозвучало ещё одно предложение. — Нас слишком мало здесь. Мы должны искать помощь у других существ, объединиться, чтобы выжить.

Эти слова вызывали бурные обсуждения среди зверей, каждый из которых старался предложить лучший план. Но в их сердцах уже поселился страх и отчаяние, и каждый знал, что они не могут оставаться здесь долго.

Филин, который стал свидетелем многих событий и пользовался уважением среди зверей, поднял свои крылья, призывая к тишине.

— Мы должны быть мудры и осторожны, — начал он. — Сейчас самое важное — это сохранить наши жизни и защитить стариков и детей. Мы знаем, что юный принц Корин мог бы помочь нам, но мы также должны искать помощи у других существ. Наша сила в единстве.

— У нас же тёмные артефакты! Сила на нашей стороне! — вскричал старый макак, его глаза блестели от возбуждения.

— Ох, какой толк от них, — возразил филин, качая головой. — Они могущественны в руках мага, а что мы?

Звери замерли, осознавая, что филин прав. Без настоящего мага артефакты были бесполезны. Но тут один из старейшин предложил:

— Тут рядом деревня полуросликов. Отправимся к ним, а оттуда к феям. Передадим им королеву, они знают, что делать.

Филин кивнул, осознавая необходимость действовать быстро.

— Хорошо, — сказал он. — Мы отправимся в деревню полуросликов. Они могут предложить нам укрытие и помощь.

Звери начали собирать свои вещи и готовиться к походу. Королеву Элизабет, лишённую силы, заковали в кандалы и приготовились вести с собой. Её лицо, покрытое морщинами, выражало смесь отчаяния и страха. Она не знала, что ждёт её впереди, но понимала, что теперь она не в состоянии сопротивляться.

Под покровом ночи звери покинули свою деревню и отправились в путь.

До столицы дошли вести о том, что королева и её тёмное войско погибли. Кай, узнав об этом, впал в гнев.

— Я в это не верю! — кричал он, его глаза сверкали яростью. — Собираем войско, огромное войско! Я уничтожу их всех!

Советники попытались успокоить принца, осознавая всю серьёзность ситуации.

— Но, принц, наши войска на севере преследуют армию Карбона, — возразил генерал. — В столице осталась лишь горстка солдат, способная защитить вас.

Кай, разъярённый и отчаявшийся, крикнул, и пламя огня вырвалось из его рук, разбивая окно.

— Все вон! — накричал он на советников, его голос дрожал от гнева и боли. Когда они покинули зал, Кай остался один.

Осознание происходящего нахлынуло на него, и слёзы потекли по его щекам. Он был вынужден признать, что потерял свою мать и оставался одиноким в этом мире, полном врагов и опасностей. Сила огня, что он пытался контролировать, не могла заглушить боль утраты и страх за будущее.

Кай, всхлипывая, попытался собраться с мыслями. Он знал, что обязан защитить своё королевство и своих людей. Но сейчас, в этот момент одиночества и отчаяния, он чувствовал себя беспомощным и уязвимым.

Прошло несколько минут, и Кай, вздохнув, вытер слёзы. Он понимал, что не может поддаваться отчаянию. Его мать учила его быть сильным, и он должен был найти в себе силы продолжить её дело.

Выйдя в коридор, Кай решил отправиться туда, куда ему запрещала мать, — в тайную комнату тёмного коридора. Зайдя в дверь, он увидел черноволосую девушку.

— Ты кто такая?! — враждебно спросил Кай.

Луна посмотрела на него на мгновение и, как ни в чём не бывало, продолжила шить.

— Я обращаюсь к тебе! — крикнул он, подойдя и подняв её голову. Их глаза встретились в долгом взгляде.

«— Я подопечная твоей матери, Кай», — сказала она нежным голосом.

— Ты знаешь моё имя? — удивился Кай.

— Я знаю всё, — ответила Луна, вставая и беря его за руки.

Перед ним появилась картина, словно из его собственных мыслей: его мать в клетке, куда-то ведущаяся. Он отпустил её руки, поражённый увиденным.

— Это что, чёрная магия? — спросил он, его голос дрожал от смеси страха и любопытства.

— Твоя мать прятала меня здесь шестнадцать лет, думая, что я не пойму, кто я. Она хотела научить меня тьме, но я научилась сама, — ответила Луна, её глаза были полны тёмной решимости.

Кай немного напугался, но через минуту на его лице появилась улыбка.

— Ты поможешь мне победить врагов и добыть артефакты матери! — сказал он, его голос был полон новой решимости.

Луна кивнула, её глаза встретились с его взглядом.

Кай и Луна направились к генералу Альберту, который как заместитель десницы временно руководил городом.

— Альберт! Генерал! — крикнул Кай, входя в зал. — Мне нужно поговорить с вами.

Альберт, увидев Луну, недоумённо нахмурился.

— А кто это? — спросил он, его голос был полон сомнений.

— Это наша надежда, генерал! — решительно ответил Кай. — Соберите мне небольшой отряд, я отправлюсь на вызволение матери и артефактов.

Альберт нахмурился ещё сильнее.

— Нет, принц, я не допущу этого! Вы будущий король и наследие вашей матери. Я не могу позволить вам рисковать.

— Генерал! — гневно ответил Кай. — На севере войско зверей, на востоке восстание, и ещё самозванец-принц. Вы думаете, мы справимся без моей матери и артефактов тьмы?

Альберт вздохнул, но всё ещё сопротивлялся.

— Но, юный принц, я... я не могу.

Кай, осознавая всю серьёзность ситуации, продолжил более твёрдым тоном:

— Генерал, я назначаю вас новым десницей, пока мой отец в плену на востоке. Призовите своего брата, лорда Альфреда Вирго. Пусть возьмёт своих воинов, они помогут поддержать порядок в столице. Я также назначаю его новым генералом.

Альберт был ошеломлён решимостью и уверенностью принца.

— Но, принц, вы ещё не коронованы для назначений!

Кай, не терпящий возражений, ответил:

— У нас пустой совет, Альберт. Нам нужны советники. И подыщите управляющего дворца. Старуха Мария умерла год назад, и эта должность так и не занята.

Альберт понял, что не может противостоять такой решимости. Он кивнул, признавая лидерские качества Кая.

— Хорошо, принц. Я выполню ваши приказы. Но будьте осторожны. Впереди нас ждут тяжёлые времена.

На следующее утро, когда первые лучи солнца, пробивались сквозь густые кроны деревьев, Кай, Луна и небольшой отряд из десяти воинов отправились в Восточный лес, туда, где пропала королева Элизабет.

В это время Корин и его спутники добрались до Козлиного Хребта. Это был небольшой замок, расположенный на вершине горы. Вокруг замка простирались высокие скалы и глубокие ущелья, создавая атмосферу неприступности и загадочности.

«— Ох, чую я что-то недоброе», — сказала Роуз, оглядывая окрестности. Её голос дрожал от беспокойства.

Корин, остановившись, внимательно осматривал замок. Его острые глаза замечали каждую деталь, каждый след, оставленный воинами или зверями. Ему было не по себе, но он понимал, что нужно двигаться дальше.

— Мы должны быть осторожны, — тихо сказал он. — Козлиный Хребет может скрывать множество опасностей.

Повозка остановилась у ворот замка, и стражник, не теряя времени, спросил:

— Кто вы!

Далия, уверенно глядя на стражника, ответила:

— Я Далия Терра, а это мой брат. Мы дети верховной леди Востока, а также племянники вашей леди Миры.

Стражник, услышав знакомое имя, несколько смягчил свой взгляд, но всё ещё оставался насторожённым. Он обернулся к своим товарищам, которые стояли на страже, и, повернувшись обратно, сказал:

— Подождите здесь, я передам ваше сообщение.

Он поспешил внутрь замка, оставив Далию и её брата ожидать у ворот. Время, казалось, тянулось бесконечно, пока они ждали ответа. Замок Козлиный Хребет, возвышающийся на вершине горы, производил впечатление неприступности и таинственности.

— Надеюсь, они скоро вернутся с ответом, — тихо сказал брат Далии, его голос дрожал от волнения.

Далия положила руку ему на плечо, пытаясь вселить уверенность:

— Всё будет хорошо. Мы найдем нашу тётю и получим её поддержку.

Минуты превратились в часы, но наконец стражник вернулся и открыл ворота:

— Леди Мира ждёт вас внутри. Пожалуйста, следуйте за мной.

Корин и остальные, вздохнув с облегчением, последовали за стражником в замок.

Войдя в зал, они увидели женщину лет тридцати, сидящую на высоком стуле. Её светло-коричневые волосы были аккуратно уложены, а лицо оставалось безэмоциональным. Вокруг неё стояли старцы-советники, внимательно наблюдающие за происходящим.

— Далия, Борис, я рада вам! — холодно произнесла она, её голос не выражал особых эмоций. — А это, я так полагаю, самозванец Корин, леди Бараньего Холма и брат с сестрой из Ордена Долины. Да, я уже осведомлена о вас и о том, что вы вместе с леди Софией создали мятеж.

Её слова повисли в воздухе, создавая напряжённость. Корин, стараясь не показывать своей тревоги, ответил спокойно:

— Мы пришли не для мятежа, леди Мира. Мы ищем правду и справедливость для нашего народа.

Леди Мира, оставаясь невозмутимой, подняла взгляд на Корина. Её глаза были полны мудрости, но и скрытой силы.

— Правда и справедливость — это лишь слова, Корин, — ответила она тихо. — Мы все здесь ради выживания и защиты нашего мира. Вы думаете, что ваши цели выше остальных?

Войдя в зал, они увидели женщину лет тридцати, сидящую на высоком стуле. Её светло-коричневые волосы были аккуратно уложены, а лицо оставалось безэмоциональным. Вокруг неё стояли старцы-советники, внимательно наблюдающие за происходящим.

— Далия, Борис, я рада вам! — холодно произнесла она, её голос не выражал особых эмоций. — А это, я так полагаю, самозванец Корин, леди Бараньего Холма и брат с сестрой из Ордена Долины. Да, я уже осведомлена о вас и о том, что вы вместе с леди Софией создали мятеж.

Её слова повисли в воздухе, создавая напряжённость. Корин, стараясь не показывать своей тревоги, ответил спокойно:

— Мы пришли не для мятежа, леди Мира. Мы ищем правду и справедливость для нашего народа.

Леди Мира, оставаясь невозмутимой, подняла взгляд на Корина. Её глаза были полны мудрости, но и скрытой силы.

— Правда и справедливость — это лишь слова, Корин, — ответила она тихо. — Мы все здесь ради выживания и защиты нашего мира. Вы думаете, что ваши цели выше остальных?

Корин молчал, осознавая серьёзность её слов. Он понимал, что здесь, на Козлином Хребте, нужно было найти общий язык и понимание, чтобы двигаться вперёд.

Алекс, заметив напряжение, выступила вперёд и сказала:

— Леди Мира, мы ищем поддержки!

Леди Мира ухмыльнулась, её глаза блестели холодным светом.

— Поддержки? — повторила она, её голос был полон сарказма. — Вы бросили моего брата в тюрьму и подняли мятеж в наших восточных землях, и теперь требуете поддержки? Как удобно ты появился, мальчик, как раз когда королева пропала и столица слаба, — обратилась она к Корину.

— Что? Королева пропала? Но мы об этом не знаем, и я не самозванец, — ответил Корин, его голос был полон удивления и тревоги.

— Ну конечно, — с иронией произнесла леди Мира. Затем она обратилась к Далии и Борису: — Далия, Борис, идите ко мне. Я не трону свою кровь, вы не виноваты в деяниях матери.

— Тётя, вы что, хотите арестовать их? — с испугом спросила Далия, её голос дрожал.

— Они изменники! — холодно ответила Мира. Стража обступила их полукругом, готовясь к действию.

Алекс тут же достала меч, и он засиял огнём. Роланд и Маргарет выставили руки, готовясь использовать земную магию. Роуз старалась настроить силу ветра, но её попытки не увенчались успехом. Корин, чувствуя страх и растерянность, пытался управлять своей силой, но ничего не получалось.

Мира, видя подготовку к сопротивлению, осталась спокойной и невозмутимой.

— Вы действительно думаете, что сможете противостоять мне и моей стражи? — холодно произнесла она. Её голос был полон уверенности и силы.

Корин, отчаявшись, оглянулся на своих спутников. Их решимость и готовность к бою вселили в него каплю надежды.

— Мы не дадим вам арестовать нас без борьбы! — прокричала Алекс, её меч горел ярким пламенем, готовым к сражению.

Воины начали наступление, и Роланда с Маргарет схватили почти сразу, как и Роуз. Но Алекс не сдавалась — её меч, сверкающий огнём, смело разил врагов, убивая полдюжины стражников. Однако их было слишком много, и её силы постепенно иссякали. Корина тоже схватили, заломав ему руки, но он, проявив невероятную ловкость, вырвался и выставил руки вперёд. Яркая вспышка света ослепила всех вокруг.

В его руках появился меч из света, сияющий и мощный. Он сбивал с ног стражников, поражая их своей силой. Мира, видя эту мощь, осознала, что перед ней стоит не самозванец, а настоящий наследник.

— Стойте! — крикнула Мира, её голос перекрыл шум и суматоху. — Ты действительно потерянный принц. Я не буду тебе препятствовать, но и поддержать не смогу.

Она посмотрела на Далию и Бориса, её глаза были полны заботы и тревоги.

— У меня есть дочь и племянники, — продолжила она. — Я не буду ими рисковать.

Корин, осознав, что Мира признала его правоту, вздохнул с облегчением. Её слова не давали ему полной поддержки, но теперь он понимал, что хотя бы не столкнётся с её враждебностью.

— Спасибо, — сказал Корин, вздыхая с облегчением. — Тогда мы отправимся дальше, но куда? — Он повернулся к Алексу, надеясь на её совет.

— В Бараньий Холм, домой, — ответила Алекс, её голос был полон решимости. — В восточных землях нас больше никто не поддержит. Отправимся на юг, а затем на запад. Мы должны искать лояльных лордов там.

После этого они обратили внимание на Далию и Бориса, стоявших немного в стороне.

— Вы останетесь? — спросила Роуз, её взгляд был полон сочувствия.

Далия, вздохнув, вышла вперёд:

— Извините, мы не воины. Тем более, мы — будущее дома Терра. Мы должны оставаться здесь и защищать наш дом.

Корин кивнул, понимая их решение. Он знал, что каждому из них предстоит пройти свой путь, и они не могли заставлять Далию и Бориса рисковать своими жизнями.

— Мы понимаем, — ответил Корин, его голос был полон уважения. — Берегите себя.

Ребята отправились в Бараньий Холм, и когда они добрались до места, перед ними открылся вид на небольшой замок на горе.

— Добро пожаловать в мой дом! — сказала Алекс, улыбаясь.

Ребята вошли внутрь замка, и к Алекс сразу же подбежали советники.

— Леди Алекс, Леди Алекс! Вас не было так долго, произошло столько всего, — взволнованно заговорили они.

Алекс села в своё кресло и усадила ребят в соседние. Её взгляд стал серьёзным, она понимала важность происходящего.

— Рассказывайте нам все вести, — приказала она, её голос был твёрдым и уверенным.

Ребята отправились в Бараньий Холм и, добравшись, увидели небольшой замок на горе.

— Добро пожаловать в мой дом! — сказала Алекс с теплотой в голосе.

Внутри замка их встретили советники, спеша донести последние новости:

— Леди Алекс, Леди Алекс! Вас не было так долго, произошло столько всего.

Алекс уселась в своё кресло и жестом пригласила остальных занять места рядом.

— Рассказывайте нам все вести, — приказала она.

Советник, глубоко вздохнув, начал:

— Королева пропала. Говорят, её пленили мятежные звери под предводительством Маргери. Карбон Фейри с армией животных идёт на север.

Корин побледнел от этих слов, и Алекс, заметив это, попыталась его успокоить:

— Не бойся, всё хорошо.

Советник продолжил:

— Сын королевы, Кай, теперь регент. Также был сменён совет: Альберт Таурус стал десницей, его брат Альфред — генералом, лорд Джимини Аквариус стал казначеем, а лорд Станислав Кансер — управляющим дворца. Таким образом, на сторону короны перешли ещё три дома: Таурусы, Кансер и Аквариус..

— Ах да, чуть не забыл. Селиса Легаро, сестра Кая, леди Юга, идёт с 15-тысячной армией в Восточный город. Но хуже того, она идёт через нас, — добавил советник.

Алекс разозлилась, её глаза сверкнули от гнева.

— Она поняла, что мой дом за Корина. Она хочет уничтожить его, но я её убью! — произнесла она яростно.

Корин взял её за плечо, стараясь её успокоить.

— Алекс, ты не сможешь. «У неё больше воинов», — сказал он, его голос был полон тревоги.

Роланд вмешался:

— Нам нужно вернуться и предупредить верховную леди Софию.

Алекс, немного успокоившись, ответила:

— Думаю, она уже в курсе.

Корин, осознавая свою необходимость в обучении, добавил:

— Нам нужно в Магикс. Мне нужны верховные маги для обучения. С силой света я смогу их уничтожить.

Алекс кивнула, понимая важность этого решения.

— Хорошо. «Мы отправимся в Магикс и найдём тебе учителей», — сказала она твёрдо. — Но нужно действовать быстро. Время не на нашей стороне.

Группа собралась, готовясь к новому путешествию.

Алекс посмотрела с грустью в глазах:

— Я остаюсь.

— Чтооо?! — хором вскричали все.

— Это мой дом, это моя память о родителях. Я буду защищать свой народ.

— Но это безумие! — возразила Маргарет, её голос был полон тревоги.

«— Девочка права», — сказал один из советников, кивая. — У нас около двух с половиной сотен воинов. Мы не устоим против 15 тысяч южан.

Алекс, оставаясь решительной и непреклонной, свирепо ответила:

— Нет, я остаюсь!

Корин, видя её решимость, понял, что не сможет переубедить её. Он знал, что Алекс будет бороться за свою землю до последнего.

«— Хорошо, Алекс», — сказал Корин, осознавая её волю. — Но мы должны найти способ помочь тебе и твоим воинам. Мы не можем оставить вас одних в такой ситуации.

— Мы найдём союзников и вернёмся, — добавил Роланд, его голос был полон решимости. — Мы не оставим тебя в беде.

Алекс с грустью посмотрела на своих друзей:

— Хорошо, стража, соберите повозку моим друзьям. Корин, отправляйтесь в Львиный Хребет. Возможно, семья Лео поддержит нас. В Канал Лучников идти не нужно — Страгитариусы родичи южного семейства. После Львиного Хребта идите на запад, вассальные лорды могут вас принять. Однако в Западный город не идите. Верховная леди Запада Натали Эриа — сестра твоего отца. В своё время она предала его и убила, захватив власть. Узнай она про тебя, и вам не скрыться. После Запада идите на север, там, в северных городах, найдите Магикс и миссис Вирго — она поможет.

Корин немного засомневался, его сердце било тревогу:

— Алекс, ты как будто прощаешься.

«— Идите, друзья», — сказала она твёрдо, её взгляд был полон решимости и грусти. — Моя задача — защищать мой дом и народ.

Ребята отправились в Львиный Хребет, и спустя несколько дней, полных трудного пути и неожиданных препятствий, они наконец достигли красивого и богатого дворца. Дворец восхищал своей архитектурой и величием, стены были украшены резьбой и позолотой, а сады вокруг цветли яркими красками.

Стража, заметив прибытие гостей, сразу проводила их внутрь. Величественные двери дворца открылись перед ними, и ребята шагнули внутрь, ощутив прохладу и спокойствие замка. Внутри дворца царила атмосфера богатства и изысканности, стены украшали драгоценные ковры и картины великих мастеров.

«— Добро пожаловать в Львиный Хребет», — произнес один из стражников, поклонившись. — Лорд Килиан Лео ждёт вас в зале совета.

Ребята, следуя за стражником, прошли через длинные коридоры, освещенные мягким светом факелов. Наконец, они вошли в просторный зал, где их встретил лорд Килиан Лео — молодой парень с уверенным выражением лица и живым взглядом.

«— Приветствую вас», — сказал лорд Килиан, его голос был глубоким и твёрдым.

Рядом с лордом Килианом Лео стояла женщина в капюшоне.

— Это моя мать, Вильгельмина Лео, — представил её Килиан. — Мы слушаем вас, юный принц.

Корин, чувствуя лёгкое смятение, произнёс:

— Мы просим вашей помощи!

Килиан прищурился, его взгляд был холодным и пронизывающим.

— Помощи? И что я получу взамен? — спросил он, его голос был полон скрытой силы.

Корин растерялся, не зная, как правильно вести подобные переговоры. Роланд пришёл ему на помощь, спросив:

— А что вы хотите?

Килиан, не теряя времени, объяснил:

— Видите ли, я вассал Верховного лорда Юга Факосо, вернее его дочери. Когда вы взойдёте на трон и свергнете их, кто станет верховным лордом Юга? Я помогу вам, а взамен вы отдадите мне Южный город и сделаете меня верховным лордом Юга!

Корин, всё ещё не разбираясь в тонкостях политических дел, кивнул:

— Хорошо, мы согласны.

Эти слова прозвучали неожиданно для всех, но теперь у Корина и его спутников был новый союзник.

«— Тогда соберите войнов и отправляйтесь в Бараньий Холм, помогите леди Алекс Арис», — сказал Корин твёрдо. — А мы отправимся на запад, чтобы найти новых союзников.

Килиан кивнул, признавая решимость принца:

— Я выполню ваше поручение. Мои воины будут готовы к походу. Надеюсь, вам удастся найти поддержку на западе.

Корин и его спутники отправились на запад, преисполненные надеждой и решимостью.

В это время Селиса, сестра Кая и верховная леди юга, добралась до холма Арис. Её вид был воинственным и непреклонным.

«— Алекс, сдавайся, или мы уничтожим твой дом, как животные уничтожили замок Клешня», — произнесла она громким голосом.

— Ну уж нет! — ответила Алекс, стоя на вратах замка и выставив меч. Столб огня взметнулся ввысь. — Вперёд!

Двести защитников замка заняли позиции на стенах с луками, готовые к бою. Селиса крикнула:

— Убить всех!

Её войско двинулось вплотную к замку, держа над собой железные щиты, которые не пробивали стрелы защитников. Подойдя к вратам, Селиса выставила руки, и столб огня вырвался из них, разбивая ворота под натиском.

Войско Селисы с лёгкостью вошло во двор крепости, началась беспощадная бойня. Но людей Алекс было слишком мало, и буквально за полчаса их полностью перебили. Алекс схватили и связали, её сопротивление оказалось напрасным.

Алекс, связанная и вся в ранах и ссадинах, сидела перед Селисой. Её глаза горели ненавистью и решимостью, несмотря на боль.

— Корин всё равно займет законный трон, а ты, твой брат и мать-узурпатор сгинут навечно! — произнесла она, её голос был слабым, но полным уверенности.

Селиса, не теряя ни секунды, дала ей пощёчину, её рука была тяжёлой и безжалостной. Затем она схватила Алекс за щеки, приближая её лицо к своему, её глаза сверкали злобой.

«— Я сохраню тебе жизнь, чтобы показать, как умрёт твой Корин», — сказала она холодно, её голос был наполнен злорадством.

Тут в городок вошло войско лорда Лео. Алекс сначала улыбнулась, увидев приближающихся союзников:

— Всё кончено, Селиса.

Но Селиса лишь улыбнулась в ответ, её глаза сверкнули злобой:

— Ты уверена?

Килиан подошёл к Селисе и страстно поцеловал её, его движение было полным решимости. Алекс отпрянула, её глаза расширились от шока:

— Что?! — вскричала она. — Предатель!

Килиан, не стесняясь, ответил:

— Корин обещал мне титул лорда юга, а с Селисой я могу стать королём-консортом.

Алекс, потрясённая, воскликнула:

— Каким королём? Правит её брат, а также есть матушка.

Тут вмешалась сама Селиса, её голос был полон холодного презрения:

— Матушка теперь слаба, без артефактов она никто. А мой брат — слабый юнец.

С этими словами она махнула рукой, и столб огня вырвался из её ладони, разрушая стену. Её жест был полон силы и боевого духа, показывая всем, что она готова идти до конца ради своей цели.

Селиса, полная решимости, повернулась к своим воинам:

— Заковать её! Вперёд, войска, покорим Восточный город!

Алекс, несмотря на боль и унижение, оставалась верной своим идеалам. Она знала, что борьба не закончена, и верила, что Корин и его друзья смогут найти поддержку и вернуться сильнее.

Воины Селисы, заковав Алекс, двинулись в путь. Их шаги отскакивали эхом от каменных стен, и каждый шаг приближал их к следующему этапу завоевания. В сердце Алекс пылала решимость, она знала, что не будет сдаваться до последнего вздоха.

Селиса, ведя своё войско, чувствовала уверенность в своём сердце. Её цель была ясна, и она была готова сделать всё, чтобы достигнуть её.

В это время Карбон и его войска зверей достигли древнего замка тьмы на самом севере. Замок, окружённый мраком и забвением, выглядел мрачным и зловещим. Войдя внутрь, Карбон тут же направился в зал с древом, которое было огромным и могучим, несмотря на свою древность.

— Моя госпожа! — воззвал Карбон, его голос эхом разносился по залу. Он вонзил палочку тьмы в землю у корней древа. Ветер начал шевелить листву, и древо как будто возродилось от сна. Внезапно от древа раздался громкий голос:

— Карбон! Ты не бросил меня, ты единственный, кто не предал наше дело!

Карбон, кланяясь, ответил:

— О, моя госпожа, я не один. Есть ещё моя сестра, но она во внешнем мире.

— Это потом! — голос древа звучал решительно и настойчиво. — Найди все артефакты, возроди меня вновь. Я чувствую силу света, мощную, но не раскрытую. Я должна уничтожить её, иначе она убьёт нас.

Карбон, стоя перед могущественным древом тьмы, чувствовал, как его сердце наполняется решимостью и непреклонностью. Он глубоко вздохнул, осознавая важность своей миссии, и произнёс:

— Я соберу войско и убью мальца света. Не волнуйтесь, госпожа, на этот раз мы достигнем цели.

Его голос эхом разнёсся по залу, и древо, словно живое существо, ответило мягким шелестом листьев. Карбон знал, что у него есть одно преимущество — он мог узнать, где находится Корин. Он понимал, что каждое мгновение на счету, и не мог позволить себе тратить время впустую.

Карбон покинул зал древа, его шаги были уверенными и решительными. Он знал, что ему предстоит собрать свою армию и привести её к победе. В его сердце горела ненависть к силе света, и он был готов сделать всё возможное, чтобы уничтожить её.

Тем временем Корин и его друзья продолжали свой путь на запад, не подозревая о надвигающейся опасности.

Вот герои и добрались до западной крепости Близнецы. Крепость возвышалась на горизонте, её башни и стены внушали уважение, но и некую настороженность. Маргарет, осматривая величественные строения, сказала:

— Тут правят Гемени.

Роланд, ощутив лёгкое беспокойство, добавил:

— Во время восстания их лорд медлил и не хотел принимать ни одну сторону. Что-то мне подсказывает, что мы зря сюда прибыли.

Корин, чувствуя сомнения друзей, остановился перед воротами крепости и глубоко вздохнул:

— Мы должны попытаться. Времени у нас не так много, а союзники нам необходимы.

Ребята вошли в крепость, их шаги эхом разносились по мрачным коридорам. Внутри их встретил лорд Гемени — высокий человек с холодным взглядом и задумчивым выражением лица.

«— Приветствую вас, путники», — произнёс он, его голос был глубоким и ровным. — Чем обязан вашему визиту?

Корин, собрав всю свою решимость, выступил вперёд и произнёс:

— Лорд Гемени, мы пришли просить вашей помощи в борьбе за законный трон.

Лорд Гемени, внимательно выслушав слова Корина, медленно кивнул:

— Ваши намерения ясны. Но вопрос в том, что вы можете предложить взамен?

Корин замешкался, его голос дрожал:

— Я... я... я не знаю.

Роланд, видя нерешительность друга, выступил вперёд и сказал:

— Послушайте, лорд Джон. Мой брат лорд Долины поддержал Корина, леди София Терра тоже. Поймите же, власть Тёмной Королевы кончена.

Лорд Джон усмехнулся, его глаза блестели иронией:

— Леди София всегда была странная. То, что она схватила десницу и мужа, не делает её героем. А ваш брат — мелкий лорд, как и я. Раздавить его легче простого.

Маргарет, возмущённая таким отношением, выступила вперёд, её глаза вспыхнули от гнева:

— То есть вы отказываете в помощи и не примите даже нас? Не познакомите с семьёй? Так в Близнецах встречают гостей?

Её слова прозвучали вызовом. Лорд Джон на мгновение замолчал, осмысливая услышанное. Его взгляд стал серьёзным, он понимал, что перед ним стоят решительные люди, готовые сражаться за свои идеалы.

— Хорошо, — наконец произнёс лорд Джон, его голос был полон задумчивости. — Пойдёмте. Я познакомлю вас с моей семьёй, и мы обсудим, как можем помочь друг другу.

Он отвел их в гостиную, где сидели две женщины и маленький мальчик за обедом. Гостиная была уютной и светлой, с высокими окнами и тяжелыми портьерами.

— Семья, прошу внимания, это Корин, тот самый потерянный принц, и его спутники, — объявил лорд Джон.

Женщина со светлыми волосами, лет сорока, глядя на них, произнесла с презрением:

— Ах вот, значит, этот изменник, из-за которого страна раскололась на две части.

— Елизавета! Это невежливо, — отрезала другая дама, выглядевшая около шестидесяти лет.

— Это моя жена, леди Елена, — указал лорд Джон на пожилую женщину с мягкой улыбкой. — А это моя дочь, Елизавета, — добавил он, указывая на грубую женщину со светлыми волосами. — А тот славный мальчик — мой внук Робин, будущее крепости Близнецы.

Робин, с детской любознательностью, смотрел на незнакомцев, его глаза светились интересом. Корин, собрав всю свою решимость, вежливо поклонился:

— Благодарю за приём, лорд Джон и леди Елена. Мы пришли с важным делом и надеемся на ваше понимание и поддержку.

Леди Елена, улыбнувшись тепло, обратилась к Корину:

— Расскажите нам, что привело вас сюда, юный принц.

— А вы ещё не в курсе! — грубо сказала Маргарет. Корин посмотрел на неё, давая понять, что не нужно грубить.

— Лорд и леди Гемени, я прибыл за помощью. «Королева Элизабет — незаконный узурпатор, а я наследный принц», — произнёс Корин.

Елизавета вмешалась, её голос был полон презрения:

— Законный? Да твой безумный дед тебя узаконил, но твоя мать третья по наследованию!

Корин этого не знал, и его лицо побледнело от смятения. Он не понимал тонкости политических интриг, хоть и был в Элиноре уже несколько месяцев.

— Я... я не знал, — произнёс он, его голос дрожал.

— Так зачем ты решил захватить власть, раз ничего не знаешь? — с презрением спросила Елизавета. — Звери — главная угроза людям, но короне приходится сражаться с тобой!

Лорд Джон гневно посмотрел на дочь:

— Хватит! Это наш гость. Ох, юный принц, извините, но мы не хотим подвергать риску себя и наше поселение.

Корин с грустью посмотрел на своих друзей. Союзники таяли на глазах, а враги крепчали. Чувство беспомощности и тревоги охватило его, но он знал, что не может сдаваться. В его сердце всё ещё жила надежда найти поддержку и вернуть справедливость в их мир.

Маргарет и Роланд, видя отчаяние Корина, подошли ближе, чтобы поддержать его.

Роуз обняла Корина, её голос был мягким и утешительным:

— Не расстраивайся, Корин. Мы отправимся в Магикс, там нам помогут.

Корин почувствовал тепло и поддержку, исходящие от Роуз. Несмотря на их неудачи, его друзья оставались рядом, готовые поддержать и помочь. Маргарет и Роланд тоже подошли ближе, их лица выражали решимость и веру в успех.

«— Да, Роуз права», — сказал Роланд с уверенностью. — Магикс — это место, где мы найдём ответы и союзников. Мы не одни в этой борьбе.

Корин и его друзья собирались отправиться в путь, как вдруг у входа в гостиную послышался шум битвы. Лорд Гемени нахмурился, его глаза сверкнули тревогой:

— Что там происходит?

В тот момент двери распахнулись, и группа животных ворвалась внутрь, словно неистовство самой природы. Карбон залетел следом, схватившись за люстру, и его голос эхом разнёсся по всей комнате:

— Убить мальчишку! Убить всех!

Стража мгновенно вступила в бой, но их ряды были неравны численности противников. Лорд Гемени, с мечом в руке, встал перед своей женой, дочерью и внуком, готовый защищать их до последнего дыхания. В его глазах горел огонь решимости и гнева.

Корин, Роланд и Маргарет, увидев Карбона и его армию, мгновенно приготовились к бою. Сердце Корина билось быстрее, адреналин заполнил его кровь. Он знал, что должен сражаться не только за свою жизнь, но и за жизнь своих друзей.

Роуз, не теряя ни секунды, подняла руки, используя свои магические способности, чтобы создать защитный барьер. Её заклинания светились яркими огнями, отбиваясь от нападавших.

— Мы не дадим вам победить! — крикнула она, её голос был полон решимости и силы.

Битва разразилась с яростью и беспощадностью. Гостиная превратилась в арену сражения, где каждое движение могло стать решающим. Корин и его друзья стояли плечом к плечу, защищая друг друга и сражаясь за свои идеалы.

Лорд Гемени, проявляя невероятную смелость, отбивался от нападавших, его меч сверкал в свете огней, созданных Роуз. Елизавета, несмотря на свой первоначальный презрение, взяла в руки кинжал и встала на защиту своей семьи, её лицо выражало решимость и страх.

Карбон, осознавая свою цель, наблюдал за боем с люстры, его глаза сверкали злобой и ненавистью. Он знал, что победа над Корином приблизит его к исполнению зловещего плана, и он был готов идти на всё ради этого.

Корин, несмотря на усталость и страх, продолжал сражаться.

Роланд и Маргарет, несмотря на свою молодость, использовали земную магию, стараясь отбивать нападавших. Их движения были неуверенными, но полными решимости защитить себя и своих друзей. Лорд Гемени, используя силу ветра, сбивал с ног животных, сражаясь с невероятной храбростью.

Тогда Карбон, наблюдая за лордом Гемени, решил устранить его. Он махнул рукой, и из его пальцев вылетели молнии, нацеленные прямо в лорда. В этот момент Корин, видя надвигающуюся опасность, мгновенно направил руки в ту сторону.

Вдруг из его рук вышел яркий свет, и перед лордом Гемени появился невидимый световой щит. Щит мгновенно отбил молнии Карбона, защитив лорда от смертельного удара.

Лорд Гемени, ошеломленный, повернулся к Корину, его глаза расширились от удивления и благодарности:

«— Ты... спас меня», — произнёс он, его голос был полон искренности.

Корин, чувствуя себя сильнее и увереннее, ответил:

— Мы вместе в этой борьбе. Мы не позволим им победить.

Карбон, видя, как его войска отбрасываются силой ветра, обезумел от ярости. Его глаза горели ненавистью и безумием. Он вновь крикнул своим звериным воинам:

— Убейте Корина, убейте! И этих лордов тоже!

Битва становилась всё более ожесточённой. Корин, Роуз, Роланд и Маргарет, сплотившиеся вокруг лорда Гемени и его семьи, стояли плечом к плечу, защищая друг друга. Световой щит Корина продолжал светиться, отбивая атаки врагов, а сила ветра Роуз создавалась мощные потоки, мешая врагам приблизиться.

Внезапно Карбон, видя, что его воины теряют позиции, обезумел от ярости. Он направил на Корина ещё один мощный удар молнии, пытаясь пробить световой щит. Но световой щит удержался, отразив атаку и отбрасывая молнию обратно в Карбона.

Карбон, ошеломлённый и потрясённый, отступил на несколько шагов, его глаза горели ненавистью и безумием.

Понимая, что ему не победить, Карбон решил нанести последний удар. Он собрал всю свою мощь и направил её на семейство лорда Гемени. Корин, видя надвигающуюся угрозу, попытался успеть, но не смог. В следующее мгновение лорд Гемени, его жена, дочь и внук исчезли в ослепительной вспышке света и взрыва.

Пыль и дым окутали гостиную, и на мгновение всё вокруг погрузилось в хаос. Корин и его друзья стояли, затаив дыхание, пытаясь понять, выжил ли кто-то из семьи Гемени. Сердца героев сжались от ужаса и боли, и тишина накрыла их, как тяжёлое покрывало.

Пока пыль медленно рассеивалась, Карбон и остатки его звериных воинов использовали этот момент, чтобы сбежать в леса. Их тени исчезли в темноте, оставив за собой разрушение и горечь.

Корин, чувствуя, как его сердце сжимается от вины и утраты, подошёл к месту взрыва. Его друзья последовали за ним, их лица выражали тревогу и печаль. Они знали, что потеря семьи Гемени станет ещё одним испытанием на их пути.

В зал вбежали лекари и стража, быстро оценивая ситуацию. Корин, с отчаянием в голосе, кричал:

— Скорее уберите обломки, может кто-то выжил!

Лекари и стража, не теряя ни секунды, начали расчищать завалы. Их руки двигались быстро и ловко, пытаясь найти под обломками тех, кто мог остаться в живых. Сердца всех присутствующих сжались от боли и тревоги, каждый надеялся, что чудо всё ещё возможно.

Вдруг один из стражников выкрикнул:

— Здесь! Я нашёл кого-то!

Все мгновенно обратили свои взгляды в сторону стражника. Он вытащил из-под обломков лорда Гемени, его лицо было покрыто пылью и кровью, но он дышал. Корин и его друзья почувствовали волну облегчения, но они знали, что работа ещё не закончена.

— Лорд Гемени! — воскликнул Корин, подбегая к нему. — Держитесь, мы вас вытащим.

Лекари, не теряя ни секунды, начали оказывать первую помощь. Их руки двигались уверенно, они делали всё возможное, чтобы спасти жизнь лорда.

«— Мы найдём остальных», — сказала Роуз, её голос был полон решимости. — Мы не оставим никого позади.

Работа продолжалась, и каждый участник этой битвы знал, что время играет против них. Но их вера в свет и справедливость давала им силы продолжать, несмотря на все трудности.

Постепенно из-под завалов стали появляться другие члены семьи Гемени. Жена лорда, дочь Елизавета и маленький Робин были найдены живыми, но серьёзно ранеными. Лекари и стража делали всё возможное, чтобы спасти их жизни и вернуть надежду в этот тёмный час.

Лорд Гемени, несмотря на свои раны, оставался в сознании. Его лицо было покрыто пылью и кровью, но глаза были полны решимости и боли. В отличие от жены и дочери, которые лежали без сознания, он знал, что его время истекает. Осколки пронзили его тело, и он чувствовал, как жизнь покидает его.

Корин, подбежав к умирающему лорду, почувствовал, как его сердце сжимается от ужаса и беспомощности. Лорд Гемени, стараясь найти последние силы, прошептал:

— Корин... защити моего внука... спаси мой род и семью...

Эти слова прозвучали как завет. Лорд Гемени слабо улыбнулся и закрыл глаза навечно. Корин, чувствуя, как слёзы подступают к глазам, сжал руку лорда. Он знал, что теперь на его плечах лежит огромная ответственность.

Роуз, видя горе Корина, подошла ближе и положила руку на его плечо. Её глаза блестели от слёз, но она знала, что не может позволить себе сдаться. Маргарет и Роланд, стоя рядом, разделяли его горе, но были полны решимости исполнить последнее желание лорда Гемени.

Маленький Робин, стоящий в стороне, испуганно смотрел на происходящее. Его детские глаза были полны ужаса и непонимания. Корин, собрав всю свою силу, подошёл к нему и обнял его, стараясь утешить:

— Я обещаю, я защищу тебя и твою семью.

Маленький Робин плакал, не понимая, что происходит. Семейный зал был разрушен, а его семью только что достали из-под завалов. Дедушка умер, а мать и бабушка без сознания лежали в покоях, окружённые лекарями.

«— Корин, Карбон нас не оставит», — сказала Роуз, её голос звучал тревожно. — Мы должны уйти в Магикс, — добавила Маргарет, её лицо выражало решимость.

— А что с ребёнком? — спросил Корин, его голос дрожал от волнения.

«— Тут безопасно, стража его защитит», — говорила Роуз, стараясь убедить Корина.

— Но поймите же, они вломились сюда при живом лорде Гемени и разнесли пол замка и стражи. Как они защитят его, если сюда придут войска Кая? — Корин не мог скрыть своего беспокойства.

Корин стоял перед выбором: остаться и рисковать жизнями своих друзей и Робина или отправиться в Магикс, надеясь найти там помощь. Он знал, что Карбон не остановится перед ничем, чтобы достичь своей цели.

Лекари продолжали работать, пытаясь спасти мать и бабушку Робина, но времени было мало. Корин собрал всю свою решимость и обратился к своим друзьям:

— Мы не можем оставлять Робина здесь одного. Он слишком мал, чтобы защищаться. Мы должны взять его с собой. Мы найдём способ защитить его в Магиксе.

Маргарет кивнула, её глаза блестели от решимости:

— Ты прав, Корин. Мы должны заботиться о нём, как бы тяжело ни было.

Роуз, хотя и волновалась, согласилась:

— Хорошо, мы возьмём его с собой. Но мы должны быть готовы к любым трудностям.

Корин, чувствуя поддержку своих друзей, подошёл к маленькому Робину и взял его за руку:

— Мы тебя не бросим, Робин. Мы защитим тебя, я обещаю.

Герои, собравшись вместе, отправились в путь, решив найти помощь в Магиксе

.

В это время Кай, Луна и их отряд добрались до западного леса. Деревня, где жили животные, была пуста. Вокруг стояла мёртвая тишина, лишь ветер шелестел в кронах деревьев. Кай, видя пустые дома и развалины, не смог сдержать своих эмоций:

— Они её убили! — кричал он, его голос эхом разносился по лесу.

Луна, оставшаяся спокойной, тихо подошла к нему и взяла его за руку:

— Успокойся, она жива. Я чувствую, просто она не здесь.

Кай, почувствовав её прикосновение, ощутил дрожь, пробежавшую по телу. Он посмотрел на Луну, но его лицо оставалось бесстрастным. Внутри него бушевала буря эмоций, но он старался не показывать своих чувств.

— Стража, осмотрите всё здесь, — приказал Кай, его голос стал более уверенным. — Может, мы найдём что-то, что подскажет, куда они увели мать.

Отряд немедленно приступил к поискам. Луна и Кай шли бок о бок, их сердца были полны тревоги и надежды.

Луна тихо прошептала:

— Мы найдём её, Кай. Верь в себя и в нас.

Внезапный крик стражника прервал напряжённое молчание:

— Сюдааа!

Все немедленно подоспели к месту, откуда доносился крик, и увидели старую барашку. Кай, не теряя ни секунды, выхватил меч и грубо приставил его к горлу овцы, его голос был полон решимости и ярости:

— Говори, где они все!

Луна видела, что Кай пытается казаться грубым и сильным перед всеми, но она понимала, что на самом деле он напуган и очень ранимый. Овечка, дрожащая от страха, промямлила:

— Я... я... я не могу...

В этот момент другой стражник принёс двух маленьких ягнят. Барашка вскрикнула:

— Деееетии!

Луна, глядя на неё, сказала:

— Так вот почему ты не с ними. Ты была беременна и осталась.

Но Кай, не желая уступать, с холодной жестокостью заявил:

— Плевать, мы убьём их, раз она не говорит!

Он замахнулся мечом, но Луна, мгновенно выставив руки, крикнула:

— Стой!

Кай отлетел назад, падая на землю. Встав, он в ярости закричал:

— Ведьма, ты могла убить меня!

Луна, стоя на своём, ответила:

— Не трогай их. Это всего лишь дети, а она мать.

— Ты указываешь королю?! — гневно выкрикнул Кай.

— Нет, я лишь предупреждаю. Тронешь их, и домой вернёшься пешком и без стражи, — ответила Луна, её голос был твёрдым и решительным.

Кай, хотя и был зол, осознал, что Луна сильнее их всех. Он, сжав зубы, спросил:

— И что нам тогда делать?

Луна подошла к овечке, её голос был мягким и успокаивающим:

— Извините нас за то, что напугали вас. Мы не тронем вас, пожалуйста, скажите, где все звери. Я обещаю постараться уберечь их всех. Поймите, если вы не скажете, принц убьёт и вас, и ваших детей, и меня.

Овечка, грустно глядя на Луну, тихо произнесла:

— Они в деревне полуросликов. Это тааам, за лееесом...

Луна кивнула и поблагодарила овечку, затем повернулась к Каю:

— Мы знаем, куда идти. Теперь мы можем двигаться дальше.

Спустя пару часов они достигли деревушки, скрытой среди густого леса под невидимым куполом. Входя внутрь, они увидели потрясающую картину: домики, встроенные в корни могучих деревьев, и маленьких людей, похожих на сказочных существ, высотой до колена.

— Ха, мы уничтожим этих коротышек в миг, — ухмыльнулся Кай, глядя на обитателей деревни.

Луна, вставая в защитную позу, твёрдо ответила:

— Ну уж нет! Наша задача — найти королеву, а всё остальное не важно. Они не виноваты.

Они начали осматривать деревню, осторожно продвигаясь вперёд. Среди маленьких жителей деревни были не только коротышки, но и звери, в основном старики и дети. Это были те, кто похитил мать.

— Надо найти её, — твёрдо сказала Луна, её голос был полон решимости.

Кай начал рыскать по деревне, его глаза были полны ярости и беспокойства:

— Надо найти артефакты, мамины артефакты.

Луна подошла ближе, её голос был мягким, но настойчивым:

— Нет же, Кай, нам нужно найти твою маму.

Кай, остановившись на мгновение, произнёс, его голос был полон отчаяния и ярости:

— Нет, сначала артефакты, а потом мы победим это зверьё и спасём маму.

Луна, чувствуя всю сложность ситуации, понимала, что Кай движим страхом и болью. Она знала, что их задача — найти королеву, но она также осознавала, что Кай нуждается в её поддержке и понимании.

Она подошла к Каю, её глаза были полны сочувствия и решимости:

— Кай, я понимаю твою боль и тревогу. Но мы должны найти твою маму. Она нуждается в нас, и мы не можем позволить себе отвлечься на артефакты. Мы справимся с этим вместе.

Кай и Луна, достигнув большого дома в центре деревни, разделились в поисках королевы. Вождь явно находился здесь, а стража искала клетку с Элизабет. Войдя в дом, Луна направилась в подвал, где её встретили три волка и клетка с почти без сознания стоящей королевой, прикованной к прутьям.

— Луна, это ты, — прошептала Элизабет, едва справляясь с болью.

Волки, заметив Луну, набросились на неё. Но Луна, собрав всю свою магическую силу, подняла руки и начала левитацией раскидывать их, словно невидимой рукой. Затем она создала шар тьмы и направила его в клетку, которая тут же разлетелась на куски. Подбежав к королеве, она начала снимать её с прутьев и освобождать от оков. На руках Элизабет были глубокие ссадины, и она едва стояла на ногах.

— Луна, останови их, ты не понимаешь, я наименьшее зло, что может быть, — прошептала Элизабет, её голос был слабым, но настойчивым. — Они хотят возродить Корру, первого темного мага, твоего предка. Да, Луна, ты последняя из рода тёмных магов. Я обещала твоей матери сберечь тебя. Оставь меня, останови их, сейчас у них делегация от животных Корры. Если они отдадут ей артефакты, всё кончено.

— Но маг света может уничтожить тьму, — возразила Луна, её глаза блестели решимостью.

— Да, моя сестра это сделала, но погибла. А Маргери, победив меня, смогла лишь сделать трещину на посохе. Ты думаешь, я смогу это остановить? Я не пользовалась магией света уже 16 лет, а моя последняя сестра София сидит в темнице Альтеры уже много лет. Она вряд ли поможет.

— А как же Корин? — спросила Луна.

Элизабет мягко улыбнулась:

— Корин... Я почти убила его тогда, но он пропал в портале. Я знала, что он вернётся. Луна, найди его, он — последняя надежда.

— Со мной здесь Кай, он ищет артефакты, — пояснила Луна.

— Нет, не дай их ему, тьма артефактов затупляет разум. Лишь без них я начала осознавать, кто я такая. Я стала мыслить. Не дай сгубить артефактам моего мальчика. Тебе они не навредят, тьма в твоих жилах, — предостерегала Элизабет.

Внезапно раздался шум. В темницу спускались другие звери.

— Беги, девочка! — воскликнула Элизабет.

Луна поняла, что Элизабет слишком слаба. Она сидела и старела на глазах. Ей было лишь 38, но без магии молодости старение ускорилось, и она выглядела старухой. Луна обняла королеву и поспешила к другому выходу, оставив её позади, зная, что должна исполнить её последнее желание и спасти их мир.

Луна, бежав через коридоры, чувствовала, как её сердце бьётся всё сильнее. Она оглядывалась на угасающее лицо Элизабет, её глаза наполнились слезами. Элизабет говорила ей правду, а её силы таяли на глазах. Луна знала, что должна исполнить последнее желание королевы и спасти их мир.

Взбежав по лестнице, она выскочила из дома и поспешила к Каю. В этот момент Кай искал артефакты, его лицо было сосредоточенным и решительным. Он не понимал, что время играет против них, и каждый миг промедления может стоить им жизни.

— Кай, нам нужно уходить! — взволнованно крикнула Луна, её голос пронзил тишину деревни.

Кай, обернувшись, увидел её выражение и понял, что что-то случилось. Он неохотно оставил свои поиски и подошёл к Луне, его глаза полны беспокойства:

— Что случилось?

«— Я нашла твою мать», — сказала Луна, её голос дрожал. — Она предупреждает, что мы должны найти Корина. Он — наша последняя надежда. Нам нужно уйти отсюда, пока не поздно.

Кай нахмурился, его лицо выражало смешанные чувства. Он знал, что Луна права, но его ярость и желание найти артефакты всё ещё горели в нём.

— Но артефакты... — начал он, но Луна перебила его:

— Нет, Кай. Твоя мать сказала, что артефакты затупляют разум. Они только навредят тебе. Мы должны найти Корина и остановить возрождение Корры.

Но юноша, пылкий нравом, не слушал её. Его глаза сверкали яростью, а голос дрожал от решимости:

— Матушка помешалась умом, объединиться с этим чужаком?! Я убью его, сейчас найду только артефакты и всё. Мы соберём войска, принудим всех непокорных лордов примкнуть ко мне. Моя сестра скоро захватит восточный город, затем разобьём мелких лордов, что стоят за этого самозванца, и всё — победа будет за нами. А после разберёмся с животными.

Луна отчаянно пыталась остановить его, её голос был полон тревоги и мольбы:

— Нет, Кай, нет. Надо забрать артефакты и...

В этот момент они услышали шаги, приближающиеся к залу, и, не теряя ни секунды, спрятались за старым комодом. Их сердца били тревогу, каждый звук казался оглушительным.

Шаги становились всё ближе, и Кай чувствовал, как напряжение нарастает. Его глаза метались, и он сжимал кулаки, готовый к любым действиям. Луна, пытаясь сохранять спокойствие, придвинулась ближе к Каю, чтобы дать ему понять, что они вместе.

Когда шаги приблизились к комоду, Кай сжал зубы и приготовился к столкновению. Но вдруг шаги замедлились и остановились. Кто-то явно обдумывал свои дальнейшие действия. Луна, чувствуя, как её сердце бьётся в такт с шагами, ждала, затаив дыхание.

Неожиданно дверь зала открылась, и тени заполнили комнату. Кай и Луна оставались неподвижными, надеясь, что их укрытие надёжно. Но их положение становилось всё более опасным, и каждый момент мог привести к раскрытию их плана.

Комната наполнилась напряжением, когда старый козёл, лидер животных, вошёл с толстым полуросликом с короной, феей с маленькой тиарой и несколькими животными из делегации Карбона. Козёл, гордо подняв голову, говорил громко и решительно:

— Вы не понимаете. Люди — зло. Сколько столетий вы скрывались? Освободим Госпожу тьмы, объединимся, и вся сила будет в наших руках.

Они подошли к сундуку, и полурослик начал доставать артефакты. Козёл сказал:

— Отправьте их госпоже.

Кай и Луна, спрятавшиеся за комодом, поняли, что медлить нельзя. В этот момент в зал влетел волк, его голос был полон тревоги:

— Королева Элизабет хотела сбежать. Какая-то девушка-маг помогла ей, но она сбежала. Мы убили десяток воинов.

Полурослик, испуганный, прошептал:

— Здесь маг! Он нас убьёт. Скорее, заберите артефакты и уходите.

«— Кай, прости», — сказала Луна, её голос дрожал.

Кай не понимал, что она имеет в виду, когда Луна внезапно выскочила из-за комода. Она кинула сферу тьмы в полурослика, и тот упал, рассыпав артефакты по полу. Животные мгновенно встали в боевую позу, но Луна, окружённая тёмной сферой, подлетела к артефактам и схватила кольцо.

— Нет! Нам нужны все! — закричал ворон, его голос был полон ярости.

Луна поняла, что надо бежать. Она взлетела ввысь и со всей силы улетела за пределы деревушки. Кай, оставшись один, вылез из-за комода и схватил посох тьмы, но кулон уже унёс ворон.

— Все назад! — кричал он, хоть и не знал, как пользоваться посохом.

Он стрелял тьмой вперёд, не понимая, как это делать. Звери окружали его, но он понимал, что сдаться нельзя. В отчаянии, он стукнул посохом об пол, и волна тьмы сбила всех с ног. Кай начал бежать, но посох был слишком большим, и он не умел управлять им. В конце концов, ему пришлось бросить посох и скрыться в лесу.

Весь растрёпанный, побитый и хромой, Кай побродил по лесу, его мысли были полны отчаяния и тревоги.

— Отнесите посох и кулон госпоже тьмы, — приказал старый козёл, его голос был полон решимости. — А вы, ворон, возьмите всех птиц и найдите эту девушку.

Ворон, склонив голову, издал пронзительный крик, призывая своих пернатых союзников. Они расправили крылья и взмыли в небо, готовые выполнить приказ своего вождя.

— Видите, люди скоро нанесут удар, — продолжил козёл, его глаза сверкали злобой. — Феи, собирайте свои войска. Я тоже соберу наши силы. Мы возродим госпожу тьмы.

Фея с маленькой тиарой кивнула, её глаза выражали решимость и готовность к бою. Она поднялась в воздух, издавая мелодичный звук, призывая своих подданных.

— А что делать с Элизабет? — спросил один из животных, его голос был полон тревоги.

— Оставьте её. У госпожи свои планы на неё, — ответил козёл, его голос был холоден и безжалостен.

Все присутствующие знали, что планы госпожи тьмы были жестокими и безжалостными. Никто не мог предсказать, что ждёт Элизабет, но все понимали, что её судьба будет мрачной.

Между тем, Кай, скрывшись в лесу, чувствовал себя потерянным и одиноким. Он знал, что должен найти способ преодолеть свои страхи и ярость, чтобы выполнить своё предназначение. Луна, улетевшая с артефактами, чувствовала, как её сердце наполняется тревогой и решимостью. Она знала, что их путь будет полон испытаний, но её вера в свет и справедливость давала ей силы продолжать борьбу.

В это время на востоке оккупация города достигла своего апогея. Военное положение было объявлено, и тринадцатитысячная армия стояла на стенах, сдерживая натиск врагов. Леди София, сильная и непреклонная, вышла на башню, её взгляд был сосредоточен и серьёзен.

— Генерал, что там? — спросила она, её голос был твёрдым, но в нём слышались нотки тревоги.

Генерал, стоящий рядом, мрачно ответил:

— Моя миледи, пятнадцать тысяч южан во главе с Селисой держат нас в оккупации уже около месяца. Поля сожжены, провизии нет, в городе бунты. Люди требуют открыть врата.

София сжала кулаки, её глаза сверкнули решимостью:

— Нет, я не сдамся. Я не только верховная леди востока, я ещё и верховный маг земли. Если надо, я сражу девчонку.

Генерал, почувствовав её решимость, всё же продолжил:

— Но, миледи, к ним ещё присоединилось войско лорда Лео. У нас нет шанса.

София, не отводя взгляда, крикнула:

— Мы не можем предать Корина. Ну где же союзники? Он явно не один. Где наша помощь?

Она была отчаянна и не знала, что делать. Её сердце было полным тревоги и надежды. Она ушла в зал заседаний и села на свой высокий стул, её руки дрожали от напряжения. Она знала, что конец близок, но не могла позволить себе сдаться.

Город погружался в хаос. Армия стояла на стенах, защищая последние рубежи, а жители города, измученные голодом и страхом, поднимали бунты. Взоры всех были устремлены на башню, где находилась София. Её решимость и стойкость вдохновляли многих, но она понимала, что времени осталось мало.

София, сидя в кресле, глубоко вздохнула. Её мысли метались от одной идеи к другой. Она понимала, что единственным шансом на спасение было найти Корина и объединить силы. Но где он? Почему союзники так медлят?

В зал стремительно вбежал генерал, его лицо выражало смесь тревоги и надежды:

— Ваш вассал лорд Томас Вирго, брат Маргарет и Роланда, что с Корином. Он откликнулся на зов, у него всего 300 воинов, но он откликнулся!

София, услышав эти слова, почувствовала прилив надежды и решимости. Она встала, её глаза горели огнём:

— Генерал, готовьте людей. Откройте врата и вперёд! Выставьте арбалеты, убить врага!

Генерал кивнул и немедленно отправился выполнять приказ. Зал наполнился звуками подготовок, воины спешили к своим позициям, арбалеты настраивались и заряжались. София стояла на башне, её взгляд был устремлён вперёд. Она знала, что впереди их ждёт жестокая битва, но её решимость была непоколебима.

В это время лорд Томас Вирго, несмотря на свою малочисленную армию, подошёл к вратам города. Его воины стояли рядом с ним, их лица выражали готовность к бою. Томас поднял руку, давая сигнал к атаке.

— Мы сражаемся не за себя, а за будущее нашего королевства! — громко сказал Томас, его голос был полон решимости. — Вперёд, к победе!

Врата города начали медленно открываться, и армия лорда Томаса шагнула вперёд, готовая встретить врага. София, видя это, почувствовала, как её сердце наполняется гордостью и верой в своих людей. Она знала, что каждый из них готов отдать свою жизнь за свободу и справедливость.

Арбалеты начали стрелять, и воздух наполнился свистом стрел. Враги, захваченные врасплох, пытались организовать оборону, но их ряды были разорваны мощным натиском армии лорда Томаса. София, наблюдая за битвой, видела, как её воины сражаются с неимоверной храбростью и решимостью.

— Мы не отступим, — прошептала София, её глаза сверкали решимостью. — Мы сражаемся за Корина, за наше королевство, за нашу свободу.

Селиса стояла на высоком холме, её глаза полыхали гневом и решимостью. Она повернулась к своему верному военачальнику, Килиану, и сказала с холодным вызовом:

— Килиан, возьми мне город, и я стану твоей. Ты будешь королем-консортом.

Килиан, уверенный в себе и своей силе, выставил свой меч, который загорелся ярким пламенем. Его люди, вдохновлённые его решимостью, начали окружать небольшую группу воинов Томаса. Селиса, во главе своего войска, двинулась к вратам города, её воины, собранные в плотные группы, выставили щиты, чтобы защититься от стрел.

На стенах города воцарился хаос. Воины Томаса, хоть и стойко сражались, чувствовали, как их ряды редеют под натиском врагов. Томас, стоящий во главе своих людей, понимал, что время играет против них. Его глаза метались в поисках Килиана, и он знал, что этот бой будет решающим.

Селиса, видя, как её люди продвигаются вперёд, почувствовала прилив адреналина. Её голос был полон решимости и силы:

— Вперёд, мои воины! Взломайте врата, и город будет наш!

Килиан, ведя свою группу, размахивал пламенным мечом, его удары были быстры и точны. Он чувствовал, как каждый разрез, каждый удар приближает их к победе. Воины Томаса, окружённые и подавленные численным превосходством врагов, сражались с неимоверной храбростью, но их силы таяли с каждым мгновением.

Селиса, подойдя к вратам, увидела, как её войска начинают ломать деревянные преграды. Её сердце было полно ярости и решимости. Она знала, что этот момент станет поворотным в их борьбе за власть и свободу.

На стенах София, наблюдая за происходящим, понимала, что их шансы на победу тают.

Войска Томаса были разбиты, и он понимал, что его силы истощены. Видя, как его люди пали под натиском врага, он осознал, что проиграл. Но его дух не сломался. Он, стиснув зубы, поднял каменный щит и вызвал Килиана на поединок:

— Килиан, где твоё мужество? Встань со мной один на один и покажи свою силу!

Килиан, его лицо выражало ярость и холодное презрение, поднял свой огненный меч и двинулся к Томасу. Каждое его движение было полным решимости и силы. Яркие всполохи пламени от меча освещали его лицо, создавая жуткий контраст с тёмным небом.

Томас, сжав зубы, старался отбивать удары каменным щитом. Каждый удар Килиана был мощным и точным, и Томас чувствовал, как его силы убывают. Капли пота стекали по его лицу, и его дыхание становилось всё более тяжёлым.

Внезапно, Килиан нанёс резкий удар, и его меч полоснул по руке Томаса. Боль пронзила тело Томаса, и он упал на колени, сжимая рану рукой. Его глаза полны боли и отчаяния, но он всё ещё держался.

«— Пожалуйста, сохрани мою семью», — произнёс Томас, его голос был полон мольбы и надежды.

Килиан, улыбаясь холодной и жестокой улыбкой, поднял меч для последнего удара. Его глаза блестели от ярости и наслаждения.

— Прощай, Томас.

Меч Килиана с силой опустился, и смертельный удар пронзил грудь Томаса. Его тело содрогнулось, и он упал на землю, его последние мысли были о семье и вере в справедливость.

София, наблюдая с башни, почувствовала, как её сердце сжимается от горя и гнева. Она знала, что их шансы на победу тают, но её решимость и вера в справедливость оставались непоколебимыми.

Враги, видя падение Томаса, начали окружать город с ещё большей решимостью.

— Что нам делать, миледи?! — кричал генерал, его голос дрожал от беспокойства.

София, не сказав ни слова, отправилась в сторону своего зала. Она прошла мимо полураскрытых дверей, за которыми стояли её верные воины, и видела, как страх и беспокойство отражаются на их лицах. Она вошла в зал, где когда-то принимала важные решения и заключала союзы, и села в своё кресло. Её взгляд был устремлён вдаль, но мысли были погружены в отчаяние. Она просто ждала конца.

Между тем, войска Селисы уже были в городе. Они убивали стражей востока, но часть войск оставались живыми. Без предводителя они просто сдались, оставляя свои мечи на земле и поднимая руки в знак капитуляции. Город погружался в хаос, и звуки битвы разносились по улицам, как эхо.

Внезапно София услышала крик за дверями. Её стража, сражаясь до последнего дыхания, падала под натиском врагов. Дверь в зал внезапно разлетелась от столпа огня, и в комнату вальяжно вошла Селиса, её лицо выражало победу и презрение.

«— Ну здравствуй, Леди София», — произнесла Селиса, её голос был холоден и жесток.

София подняла глаза, её взгляд был полон решимости и гордости. Она знала, что её поражение неизбежно, но не могла позволить себе показать слабость перед врагом. Её руки дрожали, но она сжала кулаки, стараясь сохранить спокойствие.

— Селиса, — тихо произнесла София, её голос был полон презрения. — Думаешь, что победила? Это ещё не конец.

Селиса рассмеялась, её глаза сверкали злобой:

— Ты действительно думаешь, что кто-то придёт на помощь? Твои союзники оставили тебя. Ты одна, и твой город пал. Смирись с этим.

София поднялась с кресла, её взгляд был полон решимости:

— Мы никогда не смиримся. Мы будем сражаться до последнего дыхания. Ты можешь убить нас, но наши идеи будут жить дальше.

Селиса, видя решимость Софии, почувствовала волну гнева:

— Посмотрим, как долго продержатся твои идеи, когда город будет в руинах.

В зал ввели пленников Софии: её отца, бывшего десницу королевы, и её мужа. Они выглядели истощёнными и измученными. София, глядя на отца, не могла сдержать гордости и боли:

— Отец!

Старый лорд, осунувшийся, но всё ещё гордый, ответил:

— Дочь, почему так долго? Я несколько месяцев провел в этом подземелье.

Подойдя к Софии, он схватил её за шею, его глаза блестели ненавистью:

— Теперь я покажу тебе, что значит измена. Ты увидишь своих детей, горящих заживо.

Обернувшись к генералу южной армии, он приказал:

— Генерал, найти её детей, а войско направить в столицу. Я слишком долго был не в курсе дел, мне нужны отчеты.

Селиса, стоящая рядом, с ухмылкой ответила:

— Прости, отец, но войсками теперь командую я.

Его лицо побледнело, и он взбешенно крикнул:

— Что?! Да ты с ума сошла.

Он поднял руку, замахнувшись, но вдруг ослабел и упал, не в силах ударить её. Его дыхание стало прерывистым, и он беспомощно смотрел на свою дочь.

Селиса, не обращая внимания на его слабость, повернулась к Софии:

— Ну что ж, Леди София, ваш город пал, и ваши мечты разрушены. Теперь вы увидите, что значит настоящая власть.

Тут вмешался Филип Каприкорн, муж Софии, которого она также держала в тюрьме. Его лицо было истощённым, но в глазах горела решимость:

— О, Леди Селиса, разрешите мне править востоком от вашего имени. Только, пожалуйста, не трогайте детей. Забирайте жену, но детей оставьте.

Селиса, понимая, что кроме Филипа ей некого назначить на столь высокий пост, наклонила голову в раздумье. Её лицо выражало холодное презрение, но в глазах сверкнула искра признания.

«— Хорошо, наведите порядок в своём городе, а вашу жену-изменщицу я заберу с собой в столицу», — сказала она, её голос был полон решимости и высокомерия.

София, видя предательство своего мужа, почувствовала, как её сердце сжимается от боли и отчаяния. Но она не могла позволить себе показать слабость. Её отец, лежавший на полу, слабым голосом произнёс:

— Дочь, что ты творишь? Ты хочешь предать семью?

Селиса, не обращая внимания на боль своего отца, холодно ответила:

— Я люблю тебя, отец, но я хочу власти, а ты мне, увы, не дашь. Если присягнёшь мне, я разрешу тебе отправиться в южный город. Будешь, как и раньше, верховным лордом юга. А я стану королевой и уничтожу изменника.

Феликс, видя решимость своей дочери, почувствовал, как его силы покидают его. Он знал, что больше не сможет удержать свою власть, но его сердце было полно горечи и боли.

Селиса, видя, что её отец слаб и беспомощен, повернулась к Филипу:

— Теперь вам предстоит нелёгкая задача. Наведите порядок в своём городе и поддерживайте мою власть. Взамен я обещаю не трогать ваших детей.

Филип, чувствуя, что его выбор ограничен, склонил голову в знак согласия. Он знал, что должен сделать всё возможное, чтобы защитить своих детей, даже если это означает предательство своей жены.

София, видя предательство своего мужа и дочери, чувствовала, как её сердце разрывается от боли. Но её решимость оставалась непоколебимой.

Феликс, смирившись с решением своей дочери, отправился на юг. Его сердце было полно горечи и разочарования, но он знал, что не может бороться с амбициями Селисы. Она же, в свою очередь, полная решимости и жажды власти, повела свою армию в столицу. Её глаза горели желанием захватить трон, который в данный момент был пуст.

Селиса, стоя во главе своего войска, чувствовала прилив адреналина. Каждый шаг её армии приближал её к цели. Она знала, что этот момент станет поворотным в её жизни и жизни всего королевства. Воины, верные ей, шагали за ней, их сердца полны решимости и готовности исполнить её приказы.

Столица, оказавшаяся беззащитной, встретила её войско тишиной. Улицы были пустынны, и лишь ветер шевелил покинутые флаги. Селиса, видя, как её армия заполняет город, чувствовала, что её мечты начинают воплощаться в реальность. Её сердце билось в такт шагам её воинов.

Её глаза блестели от триумфа, когда она подошла к величественным вратам дворца. Эти врата, когда-то символизировавшие могущество и величие королевства, теперь поддавались под натиском её армии. Она знала, что этот день станет началом новой эры.

— Мы пришли за троном, — громко произнесла Селиса, её голос эхом разнёсся по дворцовой площади. — Сегодня начинается новая эра!

Её воины, вдохновлённые её решимостью, поднимали мечи и щиты, готовые встретить любое сопротивление. Но дворец был пуст, и никто не вышел им навстречу.

Селиса, войдя в дворец, направилась к тронному залу. Её шаги отдавались эхом в пустых коридорах. Она чувствовала, как каждый шаг приближает её к цели. Наконец, она вошла в тронный зал, её глаза были полны решимости.

Тронный зал, когда-то величественный и роскошный, теперь был пуст. Трон, символ власти и величия, стоял одиноко на возвышении. Селиса, не теряя ни секунды, подошла к трону и села на него, её глаза блестели от триумфа.

— Я — ваша новая королева, — громко произнесла она, её голос был полон решимости и власти. — И я поведу вас к новой эре.

Генерал, временно исполняющий обязанности регента, был полон решимости защитить трон до возвращения Кая. Его советники поддерживали его, пытаясь противостоять Селисе. Но её войско было многочисленным и мощным, а стража столицы приняла их без сопротивления. Основная армия столицы уже давно отправилась на север, чтобы сразиться с животными, но их поджидали засады, и они оказались в ловушке. Поэтому в столице остался лишь небольшой отряд.

Генерал, осознавая всю серьёзность ситуации, созвал экстренное совещание в тронном зале. Его лицо выражало тревогу, но он пытался держать себя в руках:

— Леди Селиса, вы не можете просто так захватить трон! Наши войска сейчас в бою, и мы не сдадимся без боя.

Селиса, стоя перед ним, её лицо выражало уверенность и презрение:

— Генерал, ваши попытки сопротивления напрасны. Ваша армия разбита, и в столице осталось лишь несколько отрядов. Я пришла сюда не для того, чтобы обсуждать ваше мнение, а чтобы установить порядок.

Генерал, несмотря на все трудности, не собирался отступать:

— Мы будем сражаться за наш трон и за нашу страну! Мы не позволим вам захватить власть так легко.

Селиса, улыбнувшись холодной улыбкой, сделала шаг вперёд:

— Ваши слова — просто пустой звук. Моя армия уже заняла город, и стража столицы поддерживает меня. Вы ничего не можете изменить.

Её глаза блестели от триумфа, и она чувствовала, что победа близка. Генерал, чувствуя, что его силы истощены, всё же попытался найти способ сопротивления:

— Мы не сдадимся. Мы будем бороться до последнего.

Селиса, видя его решимость, лишь усмехнулась:

— Вы можете попробовать, но ваши усилия будут напрасны. Я стану новой королевой, и никто не сможет меня остановить.

— Можем убьём его? — предложил Килиан, его голос был полон жестокости.

Селиса, остановив его, ответила:

— Нет, Альберт и Альфред, братья Таурусы, их дом невелик, но нам нужны поддержки всех лордов.

Её глаза блестели от решимости, и она продолжила:

— Килиан, ты станешь моим десницей. Собери совет, что создал братец. Посмотрим на них. Нам нужно собрать своё правительство и начать действовать.

Килиан, склонив голову, принял её приказ. Его лицо выражало решимость и готовность исполнять её волю.

Альберт собрал своих советников в тайной комнате, их лица были полны тревоги и беспокойства.

Он сжал зубы и начал:

— Селиса — глупая девочка, она уничтожит страну. Нам нельзя допустить её коронации.

Джимини, один из советников, спросил:

— Что мы можем сделать?

Альберт, чувствуя решимость, ответил:

— Я с братом возьму верных людей из стражи. Мы отправимся на поиски Кая. А вы делайте вид, что преданы ей. После мы вернёмся и убьём девку.

Советники сделали вид, что согласились с его планом, но у каждого были свои мысли на этот счёт. Станислав, юный казначей, понимал, что его города и семьи больше нет — их убили животные. У Селисы была армия, и его положение при дворе было единственным, что могло сохранить его жизнь в безбедности. Он не мог потерять свою должность.

Выйдя из тайного заседания, Станислав, дрожащий от волнения, поспешил к Селисе и Килиану. Его сердце билось, а руки дрожали, но он знал, что должен действовать.

— Братья Таурусы устроили заговор! — выпалил он. — Они хотят сместить вас.

Селиса, услышав это, её глаза сверкнули злобой и решимостью. Она повернулась к своему жениху и сказала:

— Килиан, вперёд!

Килиан, с радостью помахать мечом, направился в комнату, где находились братья Таурусы. Его лицо выражало жестокость и решимость. Он знал, что теперь ему предстоит важная задача — уничтожить заговорщиков и укрепить власть Селисы.

Альберт и Альфред, сидящие в комнате, почувствовали опасность. Они знали, что их план может быть раскрыт, и понимали, что должны действовать быстро. Но Килиан уже вошёл в комнату, его меч был обнажён, и его глаза горели яростью.

— Вы думали, что сможете сместить Селису? — прорычал он, его голос был полон гнева. — Теперь вы заплатите за свою дерзость!

Альберт и Альфред обменялись тревожными взглядами. Их сердца билось учащённо, зная, что каждое мгновение может стать последним. Альберт, чувствуя всю серьёзность ситуации, тихо прошептал:

— Брат, беги, спаси принца. Я задержу его.

Альфред кивнул, его лицо выражало решимость и отчаяние. Он знал, что их план может провалиться, но не мог оставить брата в беде. Они сосредоточились и начали создавать земные сферы, вкладывая в них всю свою магическую силу. Сферы, похожие на миниатюрные планеты, парили в воздухе, готовые обрушиться на врага.

Килиан, держа в руке огненный меч, его глаза горели яростью и презрением, уверенно шагнул вперёд. Он чувствовал свою силу и власть, зная, что должен подавить любое сопротивление. Альберт и Альфред бросили земные сферы в его сторону, надеясь остановить его.

Сфера за сферой летели к Килиану, но он с лёгкостью разрубал их своим огненным мечом, каждый удар оставлял за собой яркие всполохи. Огненные фрагменты летели в разные стороны, освещая комнату жутким светом.

Альберт, видя, как их атаки бесполезны, сжимал кулаки от отчаяния. Он знал, что время на исходе, и их план может провалиться. Альфред, оглядываясь на брата, чувствовал, как его сердце бьётся тревожно. Он знал, что должен уйти и спасти принца, но не мог оставить Альберта в беде.

Килиан, приближаясь к ним, его шаги звучали как приговор. Он замахнулся мечом, готовый нанести решающий удар. Альберт, собрав последние силы, крикнул:

— Альфред, сейчас!

Альфред, понимая, что другого шанса не будет, рванул к двери. Он знал, что должен спасти принца любой ценой. Его сердце билось в такт его шагам, и он чувствовал, как каждый миг становится вечностью.

Килиан, видя, как Альфред убегает, разъярённо рыкнул. Он знал, что должен поймать его, но сначала нужно было покончить с Альбертом. Альберт, держа в руках последние земные сферы, был готов сражаться до конца.

Килиан был охвачен яростью. Его глаза сверкнули, и он поднял свой огненный меч, создавая огромный поток огня. Этот поток, как вулканическая лавина, обрушился на Альберта, который не успел опомниться. Огненный вал накрыл его с головой, и тот упал на колени, охваченный пламенем. Его доспехи раскалились, превращаясь в настоящую печь.

Альберт пытался подняться, но огонь был неумолим. Его тело начало гореть, и он чувствовал, как пламя проникает через защиту доспехов, обжигая его плоть. Боль была невыносимой, и он с криком упал на землю. Его лицо и руки покрылись ожогами, и он почувствовал, как жизнь покидает его.

Килиан, видя это, улыбнулся холодной и жестокой улыбкой. Он знал, что его сила превосходит всех, кто осмелился встать на его пути. Его меч, всё ещё горящий пламенем, символизировал его мощь и решимость. Он направился к Альберту, подошёл ближе и посмотрел на его изнеможённое тело.

— Ты думал, что можешь остановить нас? — прорычал Килиан, его голос был полон презрения. — Вот твоя награда за дерзость.

Альберт, едва дыша, посмотрел на Килиана сквозь полузакрытые глаза. Его лицо было искажено болью, но в глазах всё ещё блестела решимость. Он знал, что его время подошло к концу, но он не мог позволить себе сдаться без борьбы.

Килиан, с жестоким наслаждением, поднял меч и нанёс последний удар. Альберт, ощущая, как острие меча проникает в его грудь, почувствовал, как его жизнь уходит. Его последние мысли были о брате и надежде на спасение принца.

Альфред, чувствуя необходимость действовать быстро, выскочил из комнаты и направился к конюшне. Время было на вес золота, и он знал, что каждая минута может стоить жизни. Найдя своего верного коня, он быстро оседлал его и помчался по дороге восточного леса на поиски принца.

Его сердце билось в такт копытам, и он чувствовал, как каждый удар приближает его к цели. Лес, окружавший дорогу, казался жутким и таинственным. Тени деревьев шевелились, словно живые, а туман стелился по земле, скрывая тропы. Альфред, несмотря на страх и усталость, продолжал двигаться вперёд, его глаза были полны решимости.

Его мысли метались от одной идеи к другой. Он знал, что принц — их последняя надежда, и если он не сможет найти его, всё будет потеряно. Листья шуршали под копытами коня, и ночные звуки леса окружали его, создавая ощущение напряжённости и неопределённости.

Альфред вспоминал моменты, проведённые с братом и тем, как они планировали этот побег. Боль утраты была острой, но он знал, что должен продолжать ради спасения их королевства. Он сжал зубы, и его решимость только усилилась.

Впереди, сквозь туман, он увидел слабый свет. Его сердце забилось быстрее, и он направил коня в сторону этого света. Каждый шаг приближал его к цели, и он чувствовал, как надежда наполняет его сердце.

Подъехав ближе, Альфред увидел небольшой лагерь. Вокруг костра сидели несколько воинов, их лица выражали усталость и тревогу. Альфред, слезая с коня, направился к ним, его глаза искали принца.

«— Я ищу принца», — сказал он, его голос был полон решимости. — Он здесь?

Один из воинов, подняв голову, кивнул:

— Принц в шатре. Он ранен, но жив. Вы здесь, чтобы помочь?

Альфред, почувствовав прилив облегчения, кивнул:

— Да, я здесь, чтобы помочь. Мы должны защитить его и вернуть на трон.

Воины, видя его решимость, поднялись и направились к шатру.

«— Мы нашли его на дороге, он был без сознания», — сказал рыцарь, показывая на юношу, лежащего на постели.

Альфред, глядя на раненого принца, спросил:

— Вы вообще кто такие?

— Мы последние из войска, что отправлялось на север убить животных. Нас взяли в расплох, всех убили. Мы — последние, — ответил рыцарь, указывая на горстку выживших воинов.

Альфред вошёл в шатёр, где увидел юношу в ссадинах, лежащего на постели. Его лицо было бледным, а глаза слабыми, но полными решимости.

— Ваше высочество! — воскликнул Альфред, подходя ближе.

Принц Кай, посмотрев на него слабым взглядом, спросил:

— Генерал, это вы?

— Да, государь, — ответил Альфред, кланяясь.

— Где мы? — продолжил Кай, его голос был слабым, но твёрдым.

— В лесу по дороге в столицу, государь! — ответил Альфред, чувствуя, как его сердце сжимается от тревоги.

— Где мой десница? Ваш брат? — спросил Кай, его голос дрожал от беспокойства.

— Он погиб, — тихо ответил Альфред, не в силах сдержать слёзы.

— Что? — подскочил Кай, его глаза расширились от ужаса. — Как это погиб?

— Ваша сестра, пока вас не было, вошла в столицу. Она захватила трон, — объяснил Альфред, его голос был полон боли.

Кай, сжав зубы, спросил:

— Как вы это допустили?

— У нас не было войска, — тихо ответил Альфред, опустив голову.

— Мы должны собрать силы и усмирить её, — решительно сказал Кай, его глаза блестели яростью. — Я сын королевы, и я должен сесть на трон. Мне плевать, что она старше.

Альфред, стараясь сдержать свои эмоции, продолжил:

— А что ваша матушка? Вы нашли её?

— Нашёл, — ответил Кай, его голос дрожал. — Она слаба, но я не смог её спасти. Животные хотят объединиться, но это позже. Нам нужны войска для вторжения в столицу.

Альфред, чувствуя, как его сердце сжимается от горя, сообщил:

— У меня плохие вести, государь. Селиса освободила вашего отца. Он стал вновь верховным лордом юга и теперь на её стороне. Также она захватила восток, и теперь он за неё. Запад и север пока не ответили.

Кай, чувствуя, как его мир рушится, сжал кулаки и посмотрел на Альфреда:

— Нам нужно найти союзников и собрать войска. Мы не можем позволить ей остаться на троне. Я верну свою власть и спасу наше королевство.

Альфред взял на себя роль лидера, понимая, что каждый шаг важен для их выживания и успеха:

— Давайте отправимся в Бычий Рубеж, мой родовой замок. Там мы соберём всех воинов, сколько это возможно, и с этим отрядом отправимся искать союзников.

Кай, чувствуя, как его силы постепенно возвращаются, слабо кивнул, соглашаясь с ним. Он знал, что должен довериться Альфреду, и их планы становились всё более определёнными.

Они подготовили всё необходимое для путешествия. Воины, оставшиеся верными принцу, приготовились к дороге. Альфред, глядя на своего лорда, понял, что впереди их ждёт долгий путь, но их решимость и вера в свет и справедливость давали им силы продолжать.

Дорога к Бычьему Рубежу была опасной и извилистой. Лес, окружавший их путь, был полон скрытых угроз и опасностей. Но Альфред и его воины двигались вперёд, несмотря на все трудности. Каждый шаг приближал их к цели, и они знали, что каждая минута на вес золота.

По прибытии в Бычий Рубеж, Альфред и Кай увидели величественный замок, стоящий на высоком холме. Это было их убежище, их надежда на спасение. Замок, окружённый высокими стенами, казался неприступным и величественным.

1.3

Глава 3

На далёком бескрайнем севере звери и Фейри Карбон принесли владыке тьмы артефакты. Кора, древо тьмы, чувствовала, как сила наполняет её, но для достижения человеческой оболочки ей нужно было собрать всё, включая кольцо, которое до сих пор оставалось вне её владения.

— Ты упустил кольцо! — взревела Кора, её голос был полон ярости. — Добудь его! Направь все силы!

Фейри Карбон, почтительно склонившись, ответил:

— Моя госпожа, наши силы не велики. Что мы можем сделать?

Кора, сжав древесные когти, злобно ответила:

— Теневые войска! Они были моей армией в прошлом. У меня уже достаточно сил для их создания, но мне нужны ресурсы. Превращать я могу лишь магических существ.

Фейри Карбон, удивлённый и обеспокоенный, спросил:

— То есть, вы хотите сказать, что вам нужны животные?

— Можно и так, — холодно ответила Кора.

Старый волк, лидер животных, находясь на этом совете, пришёл в ужас:

— Вы же обещали создать мир для существ, а в итоге истребите их?

Кора, её голос был полон презрения, ответила:

— У всего есть цена. Я не собираюсь истребить вас, но нам нужно войско, которое не спит, не ест, не устает. Приведи старых и больных, без разницы.

Фейри Карбон кивнул, его лицо выражало обеспокоенность:

— Все старые, во главе с старым козлом, остались с Маргери. Но после её смерти они решили примкнуть к нам. Их не много, около трёхсот. Скоро они прибудут. А ещё у них сюрприз для вас, госпожа, — королева Элизабет.

Древо тьмы пришло в восторг, её ветви зашевелились от возбуждения:

— Давно я ждала часа увидеть её. Шестнадцать лет назад я дала ей тёмную силу в обмен на помощь, но она предала меня. А что теперь? Силы поменялись местами. Иди им навстречу, Карбон, подгони их. Нам нужны войска, пока королевство находится в расколе.

Фейри Карбон, понимая всю серьёзность приказа, поклонился и направился выполнять задания.

Добравшись до отряда, Карбон начал их торопить. Его лицо было мрачным и решительным, он знал, что времени мало.

— К чееему такая спешка? — спросил старый козел, его голос был полон недовольства и недоумения.

Но Карбон не отвечал, его мысли были поглощены заданиями и приказами Коры. Он чувствовал, как тьма вновь становится сильнее, и знал, что каждый момент на вес золота.

Элизабет, сидящая в клетке, потерявшая связь с реальностью, всё повторяла в безумстве:

— Тьма возрождается, нам всем смерть! Тьма возрождается, нам всем смерть!

Старый медведь, тянувший клетку, пытался успокоить её, его голос был полон сочувствия и беспокойства:

— Тише, Элизабет, тише. Всё будет хорошо.

Но Элизабет, погружённая в свой собственный мир страха и отчаяния, не могла услышать его. Её глаза были полны ужаса, и она продолжала бормотать проклятия и предсказания о тьме.

Карбон, не обращая внимания на её слова, продолжал торопить отряд. Он знал, что каждый момент приближает их к цели, и что Кора ждет их с нетерпением. Его сердце билось учащённо, и он чувствовал, как напряжение нарастает.

— Мы должны двигаться быстрее, — наконец сказал Карбон, его голос был полон решимости. — Владыка тьмы ждет нас. Нам нужно добраться до неё как можно скорее.

Элизабет, в клетке, истерично продолжала:

— Она убьёт вас и всех, кто будет против её власти!

Старый медведь, тянувший клетку, попытался её успокоить:

— Мы на её стороне, она изменит мир.

Элизабет, посмотрев на него с отчаянием, возразила:

— Мир? Мир большой, без войска она ничего не сделает. А для войска ей нужны магические существа. Думаешь, зачем она призывает стариков и детей? Правильно, вы бесполезные.

Медведь задумался, его лицо выражало смятение и тревогу:

— Почему же она сама тогда не прибыла к нам?

Элизабет, её голос дрожал, ответила:

— Она ещё слаба. Для телесной оболочки ей нужны все артефакты, но один был уничтожен моей сестрой ещё 16 лет назад. Как она надеется спастись?

Медведь, его голос был полон сомнений, сказал:

— Я слышал, что один артефакт был утерян. Когда ваш сын прибыл за вами, та девчонка украла кольцо.

Элизабет, её глаза блестели надеждой, улыбнулась:

— Луна? Моя девочка, молодец. Теперь есть надежда. Но без меня им не справиться. Я должна выбраться отсюда и собрать свои силы, чтобы противостоять злу. Мишка, помоги мне.

Медведь, чувствуя ответственность за её слова, задумался. Он знал, что каждый момент на вес золота и что они должны действовать быстро. Его сердце било тревогу, но он чувствовал, что должен помочь Элизабет. Её слова о тьме и будущем заставили его задуматься о правильности их действий.

Он, вздохнув, тихо ответил:

— Ладно, я попробую помочь тебе. Но мы должны быть осторожны. Тьма сильна, и её влияние растёт.

Элизабет, почувствовав поддержку, кивнула:

— Спасибо, Мишка. Мы должны действовать быстро, пока у нас есть шанс.

Ночь была тиха, и только шорох листьев и дыхание спящих зверей нарушали тишину. Медведь, глядя на утомлённую и измученную Элизабет, решился на опасный шаг. Он осторожно отворил клетку, стараясь не издать ни звука. Когда дверь была открыта, он аккуратно поднял Элизабет и посадил её на спину. Она была слаба и обессилена, но её глаза выражали решимость.

— Куда мы бежим? — прошептала Элизабет, её голос был полон тревоги. — Они будут искать нас, нам нужно убежище. Я не смогу долго бежать.

Медведь, чувствуя её беспокойство, тихо ответил:

— Мы же на севере. В пару дней отсюда находится северный город. Лорд и леди Нова, молодые близняшки, они явно примут свою королеву. Туда, скорее.

Элизабет, несмотря на свою усталость, почувствовала прилив надежды. Она знала, что их путь будет трудным, но вера в свет и справедливость давала ей силы продолжать. Медведь, чувствуя ответственность за её безопасность, начал свой путь через лес, стараясь двигаться тихо и незаметно.

Каждый шаг был полон напряжения и опасности. Тени деревьев шевелились в свете луны, и лес казался ещё более таинственным и зловещим. Медведь чувствовал, как его сердце бьётся учащённо, но он знал, что должен продолжать. Элизабет, сжимая его мех, старалась сохранять спокойствие, несмотря на страх и усталость.

Карбон, заметив пропажу, незамедлительно послал поисковых псов по следу, но Элизабет и медведь были уже далеко.

Они добрались до прекрасного северного города, на улицах которого кипела жизнь.

Люди, увидев медведя, показывали на него пальцами и шептались. Медведь, обеспокоенный, тихо сказал:

— Мне нельзя в городе, стража может меня схватить.

Но Элизабет, несмотря на усталость и раны, твёрдо ответила:

— Нет! Ты мой друг, и я не брошу тебя.

Истерзанная испытаниями и покрытая ссадинами, Элизабет шла к вратам замка, сопровождаемая старым медведем. Стража, увидев их, немедленно двинулась, чтобы арестовать их, но Элизабет подняла руки, и слабая вибрация прошла по стражникам. Она была слаба, но решимость не покидала её.

— Я королева Элизабет Легаро. Отведите меня к вашим лордам! — приказала она, её голос был полон уверенности и власти.

Стража, несмотря на сомнения, не хотела её пускать. В этот момент к замку подъехала белоснежная карета. Из неё вышли брат и сестра, 17 лет, с длинными светлыми волосами и яркими голубыми глазами. Их кожа была белее снега. Девушка, увидев Элизабет, волнительно произнесла:

— Королева?

Это были близнецы Лорас и Лориэль Ново, лорд и леди Севера. Их мать, когда-то королева Элинора, вышла замуж за отца Элизабет и пыталась выдать своих бастардов за королевских детей, но была свергнута. Элизабет спасла их, когда они были младенцами, и они стали последними из великого северного рода Ново.

Лорас и Лориэль, увидев Элизабет, склонились перед ней в знак уважения.

«— Моя королева», — произнёс Лорас, его голос был полон благоговения. — Что привело вас к нам?

Элизабет, несмотря на слабость, подняла голову и сказала:

— Я пришла за вашей помощью. Нам нужно объединить силы, чтобы противостоять тьме, которая грозит нашему королевству.

Лориэль, глядя на Элизабет, кивнула:

— Мы примем вас и защитим.

Отправив Элизабет в комнату для отдыха, брат и сестра Лорас и Лориэль начали горячо спорить в коридоре.

— Она наша гостья, брат! А ещё королева! — воскликнула Лориэль, её голос был полон убеждения и эмоций.

Лорас, его лицо было искажено гневом, ответил:

— Она убила нашу мать, Лориэль! Понимаешь? Мы должны ей отомстить!

Лориэль, её глаза блестели от волнения, попыталась убедить брата:

— Она спасла нас тогда, помнишь? Мы были младенцами, и она рисковала своей жизнью, чтобы укрыть нас. Да, её действия могут быть спорными, но сейчас она нуждается в нашей помощи. Она борется за спасение королевства.

Лорас, стиснув зубы, возразил:

— Я не могу забыть, что она сделала с нашей матерью. Как я могу доверять ей после всего этого? Она привела нас в этот мир хаоса и тьмы.

Лориэль, осознавая всю сложность ситуации, подошла ближе к брату и тихо сказала:

— Лорас, я понимаю твою боль и гнев. Но сейчас мы должны смотреть на будущее. Королева Элизабет — наша лучшая надежда на спасение. Мы не можем позволить себе разделиться сейчас. Мы должны поддержать её и вместе бороться против тьмы.

Лорас, видя искренность и решимость в глазах сестры, задумался. Его сердце было полным противоречий, но он знал, что они должны действовать вместе. Он, вздохнув, тихо сказал:

— Ладно, Лориэль. Я доверяю тебе. Но если она предаст нас, я не прощу её.

Элизабет, выйдя к брату и сестре, заметила их напряжённое лицо. Она тихо произнесла:

— Вероятно, я вас стесняю?

Лорас и Лориэль посмотрели на неё, их глаза были полны решимости и уважения.

— Ваше величество, — начал Лорас, его голос был твёрдым, — мы поможем вам. Карета и свита для вашего похода в столицу уже собраны.

Элизабет, несмотря на усталость и тревогу, собрала в себе силы и попрощалась с Лорасом, Лориэль и своим верным медведем. Они обменялись короткими, но полными решимости взглядами, прежде чем отправиться в путь. Её карета была окружена небольшой свитой верных воинов, готовых защищать свою королеву до последнего вздоха.

Путь к столице был долгим и опасным. Леса и поля, через которые им предстояло пройти, были полны скрытых угроз и опасностей. Карета катилась по извилистым дорогам, и каждый шаг приближал их к цели. Элизабет сидела внутри, её мысли метались между прошлым и будущим, но её решимость оставалась непоколебимой.

Небо над их головами было покрыто серыми облаками, предвещая плохую погоду. Воины, сопровождающие её, держали оружие наготове, их лица выражали напряжённость и готовность к бою. Ветер шевелил листья деревьев, и каждый шорох казался громче и тревожнее.

Элизабет, смотря в окно кареты, видела, как мир вокруг неё меняется.

Корин и его друзья стояли перед величественной горой, на вершине которой возвышался храм. Школа магов была окутана таинственностью и мощью.

— Это и есть школа магов? — спросил Корин, глядя на впечатляющее сооружение. Его голос дрожал от волнения.

— Да, это она, — ответил Роланд, его глаза блестели от восхищения. — Но нам придётся потратить целый день, чтобы подняться туда пешком. Либо же нам понадобится помощь мага ветра.

Лес вокруг них был тихим, но в воздухе витала магия. Древние деревья своими ветвями, казалось, шептали древние истории, а редкие лучи солнца добавляли таинственности этому месту. Роуз, не теряя времени, нашла колокол у подножия горы.

— Вот он, звоночек! Надо позвонить! — радостно сказала она, и звук колокола разнёсся по долине, эхом отражаясь от скал.

Вскоре на вершине послышался ответный звон. Кто-то наверху услышал их и готовился прийти на помощь.

Через несколько минут они увидели, как к ним спускается фигура мага, парящего на облаках.

Его плащ развевался на ветру..

«— Приветствую вас», — сказал маг ветра, его голос был глубоким и спокойным, словно сам ветер. — Вы прибыли в Магикс. Я помогу вам подняться на вершину.

С лёгким движением руки маг ветра взмахнул руками, и вокруг них поднялся вихрь. Ветер, словно нежные руки, подхватил их и начал поднимать вверх по склону горы, как на невидимых крыльях. Корин и его друзья чувствовали, как магия обнимает их, и быстро приближались к вершине.

Школа магов, теперь видимая вблизи, казалась ещё более величественной и загадочной. Величественные башни храма устремлялись в небеса, окружённые древними руинами и магическими символами.

Маг ветра, Геми, глядя на прибывших, спросил:

— Что вас привело? Вы к Скарлет? К директору?

Корин переглянулся с товарищами, пытаясь подобрать слова:

— Мы... Мы не знаем. Мы пришли за помощью в обучении. Видите ли, я Корин и я...

Геми, внимательно посмотрев на парня, резко прервал его:

— Корин? Малыш Корин? — Геми взял Корина за руки, его глаза выражали удивление и волнение. — Я был очень близок с твоей мамой, Корин. Я помог ей сбежать с тобой, но как ты вернулся?

Геми внезапно понял, что ситуация становится опасной. Его лицо побледнело, и он резко поднял взгляд:

— Скорее, пойдёмте! Нельзя стоять во дворе, это опасно. Скарлет подчиняется королеве. Она сразу схватит вас. Нам нужно к Миссис Вилме, скорее!

Сказав это, Геми потянул Корина и его друзей в глубь Магикса, в одну из тёмных и таинственных комнат. Коридоры школы магов были окутаны полумраком, и их шаги отдавались эхом. Геми старался двигаться быстро и тихо, оглядываясь по сторонам, чтобы убедиться, что никто не следит за ними.

Они вошли в небольшую, тускло освещённую комнату. На полу, в позе лотоса, сидела старуха, погружённая в медитацию. Её лицо, покрытое глубокими морщинами, выглядело изрезанным временем и испытаниями, но в глазах была видна глубокая мудрость, накопленная за долгие годы.

Геми, осторожно посмотрев на старуху, попытался заговорить:

— Вилма, у нас чрезвычайная ситуация. Посмотри, кто пришёл.

Старуха открыла глаза, её взгляд был строгим и в то же время проницательным:

— Геми, что такое? Кто эти люди? У меня сегодня выходной.

Геми, не теряя времени, указал на Корина:

— Вилма, он нашёлся. Это Корин.

Её глаза расширились от удивления, и она встала, подойдя ближе к Корину. Её руки слегка дрожали, когда она коснулась его лица:

— Корин? Неужели это правда? — её голос дрожал от эмоций.

Корин, чувствуя тепло её рук, кивнул:

— Да, это я.. Мы пришли за помощью. Нам нужно научиться магии, чтобы защитить королевство.

Вилма, глубоко вздохнув, отступила на шаг, её лицо снова стало серьёзным:

— Мы сделаем всё возможное, чтобы помочь вам, Корин. Ты — наша надежда. Мы будем обучать тебя и твоих друзей, чтобы вы смогли противостоять тьме, я чувствую ее, она возрождается.

Геми, видя решимость Вилмы, почувствовал облегчение:

— Вилма, нам нужно действовать быстро. Скарлет подчиняется королеве, и она может схватить их в любой момент.

Вилма кивнула, её глаза были полны решимости:

— Понимаю. Нам нужно укрыться и начать обучение. Корин, ты и твои друзья станете нашими учениками. Мы научим вас всему, что знаем, чтобы вы смогли защитить наше королевство.

Вилма, с серьёзным выражением лица, кивнула Геми:

— Геми, собери всех наших. Нам нужно быть готовыми к любому развитию событий. А вы, друзья, пока побудьте со мной здесь. Мне нужно собрать вещи.

Роуз, не скрывая своего удивления, спросила:

— Мы что, сбежим?

Вилма, глядя на неё, мягко объяснила:

— Это не бегство, Роуз. Это временная мера предосторожности. Мы должны быть готовы к любым неожиданностям.

Корин, чувствуя беспокойство, тоже задал вопрос:

— Но почему мы не можем остаться?

Вилма, с глубоким вздохом, объяснила:

— Корин, ситуация сложная. Скарлет подчиняется королеве, и если она узнает о вас, может схватить и вас, и нас всех. Нам нужно подготовиться и укрепить свои силы, чтобы потом вернуться и бороться с тьмой.

Вилма долго смотрела на Корина, её взгляд был полон воспоминаний и печали:

— Как ты на них похож, Дэниэль и Виктория, — тихо сказала она. — Они были мои лучшие ученики, а теперь… От Магикса ничего не осталось. Бастардов магов почти нет, половина всех погибла в той войне друг с другом, а Скарлет полностью под влиянием королевы.

Роланд вмешался, его лицо выражало недоумение:

— Но королева же уже не у власти. Как мы знаем, сейчас правит её сын.

Вилма тяжело вздохнула, её лицо выражало глубокую усталость:

— До Магикса такие вести редко доходят. Да и Скарлет не так сильна, как была.

Она медленно встала, её кости скрипели от старости:

— Ну что ж, пойдёмте, друзья.

Она повела их по коридорам на задний двор. Коридоры школы магов были темными и холодными, стены покрыты древними символами и рунами, которые казались ожившими в тусклом свете факелов. Каждая шаг эхом разносился по пустым коридорам, и атмосфера была напряжённой.

Когда они вышли на задний двор, перед ними открылась картина разрушений и запустения. Древние деревья, окружавшие двор, склонили свои ветви, словно плача о прошедших временах. В центре двора стоял старый колодец, и вокруг него были разбросаны осколки магических предметов, напоминающие о былом величии.

Вилма, остановившись у колодца, вздохнула:

— Здесь когда-то была жизнь и магия, а теперь осталось лишь запустение и тьма.

Дверь в сад медленно открылась, и перед ними предстал печальный Геми. Вилма, чувствуя надвигающуюся опасность, обеспокоенно спросила:

— Геми, что случилось? Ты уже всех собрал?

Геми вышел немного вперёд, и в тени за его спиной появилась фигура женщины, держащая ледяной шип. Её лицо было покрыто тенью, но её присутствие было неоспоримо зловещим.

— Скарлет? — с тревогой произнесла старуха, встав впереди, загораживая детей. Особенно напуган был маленький Робин, который всю дорогу не отпускал руки Корина и Роуз.

Скарлет, выходя на свет, её лицо было полным злобы и презрения, произнесла:

— Вы думали, что сможете свободно бродить по школе, и я не узнаю? — её голос звучал холодно и угрожающе.

Вилма, сжавшись от решимости, обратилась к ней:

— Скарлет, довольно! Твоих союзников меньше. Давай с нами в Орден Света. Пойми, угроза на севере велика, и мы не можем просто сражаться друг с другом.

Скарлет, смотря на старуху, сжала шип ещё крепче:

— Ты думаешь, что можешь уговорить меня? Я подчиняюсь королеве, и я не собираюсь слушать ваши речи.

Вилма, видя решимость Скарлет, попыталась ещё раз:

— Мы все были учениками Магикса. Наши пути могут различаться, но мы все хотим одного — защитить наш мир от тьмы. Подумай об этом.

Скарлет, её глаза сверкнули от ярости, сделала шаг вперёд:

— Слов слишком много, Вилма. Время для действий.

Скарлет резко вонзила кинжал в Геми, и тот без сознания рухнул на землю. Руки Скарлет засияли ледяным светом, и из них появились два ледяных меча. Ребята, не зная, что делать, отступили, осознавая всю опасность, исходящую от опытного мага. Вперёд вышла Вилма, несмотря на свой возраст, одна из сильнейших магов, её взгляд был полон решимости.

— Не делай глупостей, Скарлет, — твёрдо сказала Вилма. — Тьма сильнее королевы. Мы должны объединиться.

Скарлет, усмехнувшись, ответила:

— Тьма — это сила, и я всегда иду за ней. Да здравствует эпоха тьмы!

С этими словами она направилась в бой, её ледяные мечи сверкали холодным светом. Вилма, собрав свои силы, начала защищать своих учеников, её руки засветились магическим светом, готовые отражать атаки.

Сражение началось, и воздух наполнился магической энергией. Ледяные мечи Скарлет с треском разрубали воздух, но Вилма, с невероятной ловкостью и силой, отражала каждый удар. Её магия, пропитанная многолетним опытом, была мощной и точной.

Корин и его друзья стояли в стороне, их сердца били в такт сражению. Они знали, что не могут вмешиваться, но их решимость помогать Вилме оставалась непоколебимой. Каждый миг казался вечностью, и напряжение росло с каждой секундой.

Вилма, несмотря на возраст, держалась уверенно. Её движения были точными и уверенными, а её магия излучала мощь и силу.

Сражение между Вилмой и Скарлет становилось всё более ожесточённым. Ледяные мечи Скарлет, вращаясь в вихре ледяных кристаллов, создавали невыносимый холод вокруг неё. Вилма, использующая магию земли, вызвала гигантские корни из земли, которые обвили ледяные мечи и кристаллы, пытаясь нейтрализовать их.

Скарлет, видя, что её атаки встречаются с мощным сопротивлением, усилила свою магию, направляя ледяные шипы в Вилму. Старуха, со всей своей ловкостью и мудростью, отражала каждую атаку, её руки светились золотистым светом, который усиливал защитные заклинания.

Корин, видя, как его учительница борется с невероятной силой и мужеством, почувствовал прилив решимости. Он знал, что не может просто стоять в стороне. Он посмотрел на своих друзей, и в их глазах он увидел ту же решимость.

— Мы не можем позволить ей победить, — прошептал Корин, чувствуя, как его сердце бьётся учащённо. — Мы должны помочь Вилме.

Роуз, сжав кулаки, кивнула:

— Мы с тобой, Корин. Мы не можем просто смотреть, как она борется одна.

Роланд, подняв голову, добавил:

— Мы должны использовать наши силы и объединить их. Вместе мы сильнее.

Корин, чувствуя поддержку своих друзей, собрался с духом. Он знал, что время пришло. Они встали рядом с Вилмой, и каждый из них начал призывать свою магию.

Вилма, почувствовав их поддержку, обернулась и улыбнулась:

— Отлично, дети. Вместе мы сможем победить.

Свет от их магии усиливался, и вместе они направили свои силы на Скарлет. Ледяные мечи начали трескаться под натиском их объединённой магии. Скарлет, видя, что её силы не хватает, начала отступать.

— Мы не позволим тьме победить, — громко произнёс Корин, его голос был полон решимости.

Свет их магии становился всё ярче, и в итоге ледяные мечи Скарлет полностью разрушились. Она, осознавая своё поражение, отступила, её лицо выражало гнев и ненависть.

— Это ещё не конец, — прошипела она, исчезая в вихре ледяных кристаллов.

Вилма, опустив руки, тяжело вздохнула:

— Отличная работа, дети.

Вилма подошла к истекающему кровью Геми, её лицо было полным боли и печали. Она тихо произнесла:

— Мой лучший ученик и коллега, мой товарищ, один из последних магов, верных истинной короне.

Она села рядом с ним, внимательно осматривая его раны. Затем она посмотрела на Корина, её глаза были полны решимости:

— Мальчик мой, иди сюда. Приложи руки к его ране.

Корин, не понимая, что делать, подошёл к Вилме. Она аккуратно взяла его руки и наложила их на рану Геми. Её голос был мягким, но настойчивым:

— Попробуй вызвать свет, попробуй.

Корин, чувствуя ответственность и решимость, яростно попытался вызвать свет. Он сосредоточился, его сердце билось учащённо. И вдруг, словно чудо, из его рук начал исходить мягкий свет. Рана Геми начала уменьшаться, кровь перестала течь, и его дыхание стало ровнее.

Вилма, видя это, улыбнулась:

— Отлично, Корин. Ты справился. Свет внутри тебя силён. Мы сможем спасти его.

Корин, чувствуя прилив сил и уверенности, продолжал направлять свет на рану Геми.

— Он поправится! — нежно сказала Вилма, её голос был полон облегчения.

Маленький Робин, держа Роуз за руку, дрожал от страха. Его глаза, полные слёз, искали утешения.

— Корин! Малыш перепуган, — сказала Роуз, её голос дрожал от волнения.

Корин подбежал к Робину, его лицо было полным заботы и решимости.

— Эй, ты чего! Всё будет хорошо! — сказал он, обнимая мальчика.

Роуз, видя любовь Корина к детям, слегка покраснела. Её привязанность к Корину росла с каждым днём, и это уже было больше, чем просто дружба.

В этот момент в зал ворвался мужчина лет шестидесяти с луком в руках. Его лицо выражало тревогу.

— Стриг, это ты, мой друг! — сказала Вилма, кряхтя от усилия встать. — Что происходит, Вилма? Скарлет и почти все бастарды исчезли. «Осталось полтора десятка робких учеников», — спросил Стриг, его голос был полон беспокойства.

Вилма вздохнула, её лицо выражало глубокую усталость:

— К сожалению, Скарлет перешла на тёмную сторону. Но она вернётся, обязательно вернётся. Это лишь вопрос времени.

Она осмотрела раненого Геми и затем обратилась к Стригу:

— Стриг, приведи пару учеников. Пусть отнесут Геми в лазарет. А с остальными отправляйся создавать защитный купол. Делайте всё быстро. Мы должны быть готовы к её возвращению.

Стриг кивнул и поспешил выполнять её приказ.

Вилма, повернувшись к Корину и его друзьям, с решимостью в глазах сказала:

— А мы с вами, ребята, начнём обучение немедленно. У нас мало времени, но мы должны сделать всё, чтобы быть готовыми к борьбе с тьмой.

Дни превратились в недели, и обучение шло полным ходом. Вилма, будучи верховным магом земли, делилась своим обширным знанием с учениками, обучая их различным приёмам магии. Каждый день приносил новые испытания и открытия.

Роланд и Маргарет, уже имевшие основные знания и понимание магии земли, быстро прогрессировали. Они с лёгкостью овладевали новыми техниками, и их силы росли с каждым днём. Роуз, обладавшая магией ветра, тоже уверенно догоняла своих товарищей, демонстрируя удивительные способности к адаптации и обучению.

Но Корин, несмотря на все усилия, сталкивался с трудностями. Каждый урок казался ему всё более сложным, и магия не поддавалась ему так, как он ожидал. Он злился на себя, на своё бессилие и на неспособность достичь тех же успехов, что и его друзья.

Однажды, после очередного занятия, Корин не смог сдержаться и бросил свой посох на землю, его лицо пылало от ярости и разочарования.

— Почему у меня ничего не получается? — воскликнул он, чувствуя, как слёзы подступают к глазам. — Я пытался изо всех сил, но всё без толку!

Вилма, наблюдавшая за его эмоциональным взрывом, подошла к нему. Её глаза, полные понимания и сочувствия, встречали его взгляд.

«— Корин, магия — это не просто сила», — сказала она мягко, положив руку ему на плечо. — Это также и терпение, и внутреннее спокойствие. Ты должен найти свой баланс и верить в себя. Внутри тебя есть свет, и он обязательно проявится, если ты не будешь сдаваться.

Корин, чувствуя тепло её слов, глубоко вздохнул. Он знал, что впереди его ждёт ещё много трудностей, но поддержка друзей и учителей давала ему силы продолжать. Он собрался с духом и решил не сдаваться, несмотря на все неудачи.

Роуз, наблюдавшая за ним издали, подошла и тихо сказала:

— Корин, мы все верим в тебя. Ты сильный и сможешь преодолеть всё, что встанет на твоём пути.

Корин обнял Роуз в знак благодарности, и она замерла от восторга. Ей нравились его прикосновения, но их прервали.

— Мы нашли какую-то девчонку, хотела проникнуть за купол! — раздался голос одного из учеников.

— Приведите её! — приказала Вилма.

Два ученика, держа за руки девушку с чёрными как ночь волосами, ввели её в комнату. Вилма, почувствовав магическую силу, нахмурилась.

«— Я чувствую силу», — сказала старуха. — Не может быть! Откуда в тебе сила тёмной госпожи?

Девушка, растерянная, но собравшись с мыслями, одёрнула одну руку и достала из кармана кольцо тьмы.

«— Это тебе, Корин», — сказала она, глядя ему в глаза. Их взгляды сплелись, и Корин почувствовал странное волнение. Роуз это не понравилось.

— Но кто ты? — спросил Корин, его голос дрожал от любопытства и тревоги.

— Я Луна. Королева держала меня в столице много лет, а недавно я отправилась на её поиски. Она очень сожалеет, Корин. Артефакты затуманили её разум, но знай, она очень сожалеет.

Вилма, с презрением смотря на девушку, произнесла:

— Сожалеет, как же! А ну, дай кольцо!

Но Луна отстранилась, её глаза сверкнули решимостью.

«— Я принесла его, чтобы Корин уничтожил его», — сказала она твёрдо.

— Но я... я ещё не научился этим управлять, — ответил Корин, его голос был полон сомнений.

«— Я помогу тебе, и вместе мы уничтожим его», — сказала Луна, взяв его за руку. Корин почувствовал дрожь, её глубокие чёрные глаза завораживали его.

Роуз, наблюдая за этим, смотрела со злобой. Маргарет заметила это и тихо спросила:

— Эй, Роуз, ты чего?

— Всё хорошо, — ответила Роуз, но её голос выдавал внутреннюю борьбу.

- Времени нет, начнем обучение! Сказала старуха.

В это время Кай, Альфред и небольшой отряд достигли Бычий рубеж, дом Таурусов. Место, окружённое могучими стенами и массивными воротами, обычно внушало уверенность и безопасность. Однако Альфред нахмурился, его глаза внимательно изучали флагшток.

— Ваше величество, мой флаг, он снят, — с тревогой произнёс он. — Что-то не так.

Кай, уже пришедший в себя после долгого пути, оглянулся вокруг, пытаясь понять причину беспокойства. Его взгляд остановился на пустом флагштоке, и сердце забилось быстрее.

— Если флаг снят, значит, что-то действительно произошло, — тихо произнёс Кай, его голос был полон тревоги. — Мы должны быть наготове.

Отряд, почувствовав напряжение в голосе своего лидера, собрался ближе, готовый к любым неожиданностям. Они начали осторожно продвигаться вперёд, держа оружие наготове и внимательно оглядываясь вокруг.

Подойдя ближе к воротам, они заметили, что стража была на посту, но их лица выражали тревогу и усталость. Альфред, видя это, подошёл к одному из стражников и спросил:

— Что здесь произошло? Почему флаг снят?

Стражник, его лицо было покрыто грязью и потом, ответил:

— Замок теперь верен новой власти. Сейчас здесь правит наместник. Нам было приказано снять флаг, чтобы обозначить переход к новой власти.

Кай, услышав это, почувствовал прилив адреналина. Он знал, что ситуация сложнее, чем казалось.

«— Мы должны действовать быстро», — сказал он, глядя на Альфреда и отряд. — Нам нужно понять, кто этот наместник, и что он планирует.

Альфред кивнул, понимая всю серьёзность ситуации.

Не успели Кай и его отряд войти в крепость, как из ворот вырвалась воинственная стража. Без предупреждения началась атака, и враги безжалостно начали убивать. Отряд Кая, собрав все силы, отчаянно сражался, отражая натиск врагов. Стражи крепости не давали им ни секунды на отдых.

Кровь текла по камням, удары мечей и звуки битвы сливались в единое жестокое полотно. Кай, держа меч крепко в руках, видел, как его люди один за другим падают под ударами врагов. Стражники, вооружённые до зубов, не щадили никого.

— Ваше Величество, нужно бежать! — крикнул Альфред, его голос был полон отчаяния. Кай хотел было сражаться до конца, но понимал, что удержание крепости теперь бессмысленно. Здесь не осталось союзников, а впереди их ждали только новые сражения.

— Альфред, пойдём со мной! — приказал Кай, принимая тяжёлое решение.

Они пробивались сквозь ряды врагов, отступая к своим лошадям. С каждым шагом приближаясь к спасению, они понимали, что каждая секунда на счету. Их мечи сверкали в воздухе, отражая атаки врагов. Лошади стояли неподалёку, нервно поводя ушами.

Наконец, они достигли своих коней и, вскочив на них, устремились прочь. Их лошади, словно чувствуя опасность, помчались в лес, оставляя позади крепость, наполненную смертью и кровью. Высокие деревья, словно тени, окружали их, предоставляя укрытие и защиту.

Лесная чаща становилась всё гуще, и тени от деревьев скрывали их от преследователей. Кай и Альфред, осознавая, что время не на их стороне, продолжали гнать лошадей вперёд, преодолевая трудности пути. Их дыхание стало ровнее, когда они наконец оказались в глубине леса, скрытые от глаз врагов.

Кай был совершенно разбит. Его мысли метались в хаосе. Куда бежать? Что делать? Сестра обернулась против него, союзников не осталось, и Луна… где же она? От этого чувства безнадёжности становилось только тяжелее.

Альфред, понимая, что их положение критично, тихо спросил:

— Куда мы отправимся, государь?

Кай, тяжело вздохнув, ответил:

— Я не знаю, Альфред, просто не знаю. Мы могли бы отправиться на юг, к моему отцу, но он предан сестре. Да и армии у него теперь нет, она забрала её всю. А искать Луну — это тоже почти безнадёжно.

Альфред, пытаясь сохранить спокойствие, обдумывал их возможности, пока не озарился идеей.

— Генерал, мы можем отправиться в Магикс. Поищем союзников среди магов.

Кай, осознавая, что это может быть их единственной надеждой, кивнул.

— Но, милорд, до Магикса почти месяц пути, — предупредил Альфред, осознавая всю серьёзность их путешествия.

Кай, собрав всё своё мужество, ответил с решимостью:

— Мы справимся, Альфред. У нас нет другого выбора.

В это время Элизабет добралась до столицы. Улицы были тихие, словно их покинуло само время. Взгляд её скользил по пустым домам и заброшенным лавкам, и голос её звучал устало:

— Здесь что, война прошла? Во что дети превратили город?

Она прикрыла глаза, обращаясь к своему верному спутнику, медведю:

— Ничего, мишка, мы всё исправим. Направим послов во все уголки, объединимся против тьмы.

Когда карета достигла замка, королева, в своём растрёпанном платье, вышла на задний двор. Управляющий дворца, Станислав Кансер, увидев её, встал в изумлении:

— Королева? Вы живы? Но как?

Элизабет, вся в грязи, без эмоций начала входить в замок, ведя медведя за собой:

— С дороги, юнец. Не помню, кто ты, да это и не важно. Всё, что натворили дети, я быстро отменю.

Она вошла в зал совета, где сидела Селиса с мужем и казначеем. Джимини встал и поклонился:

— Ваше величество.

— Матушка! — с тревогой произнесла Селиса. Килиан занервничал.

— Что ты натворила, дочка? Где мой совет? Где твой брат? Отец? Ты обезумела.

Элизабет, сверкая гневом, обратилась к Лорду Лео:

— Лорд Лео, вы я вижу десница, отведите мою дочь в её покои, пусть одумается, и соберите мне Великий Совет. Мне нужны все лорды.

Селиса, разъярённая, вмешалась:

— И зачем тебе все лорды?

— Шестнадцать лет назад я совершила ошибку, и я хочу её исправить!

Килиан и Селиса переглянулись, их глаза сверкали тревогой. Тут в зал вошла стража, их было десяток, но они не тронули Селису.

— Чего вы медлите, генерал? — гневно сказала Элизабет. — Схватите её! Приказала Килиан. — Королева была в плену у зверья, её разум помутнился!

Стража схватила Элизабет, а её магия, лишённая артефактов, была слишком слаба. Медведь, чувствуя опасность, яростно отбивался, но копья стражников обрушивались на него, и в итоге они смогли его сковать.

— Нет! Отпустите! — закричала Элизабет, но её голос утонул в шуме борьбы.

— Отпустите! Зло идет! Зло! Корин! — кричала Элизабет, пока её не выволокли из зала.

Станислав, видя всю серьёзность ситуации, обратился к Джими:

— Что нам делать?

Джими, нахмурившись, ответил:

— У женщины помутнился рассудок. Корин, он угроза, а звери... ну посмотрите на этого медведя! Мы справились с ним и других одолеем! Наша угроза — малец. Шпионы говорят, он в Магиксе.

Селиса, слушая этот разговор, ощутила холодный гнев. Её глаза сверкнули решимостью.

— Значит, генерал, возьми все войска и уничтожь эту школу до камня. Пусть другим будет неповадно.

Генерал кивнул, принимая приказ. Его лицо было полным решимости и безжалостности.

— Слушаюсь, ваше величество. Я отправлюсь немедленно.

Он развернулся и вышел из зала, чтобы подготовить войска к маршу на Магикс.

Элизабет, ещё находясь в руках стражников, продолжала кричать:

— Нет! Отпустите! Зло идет! Корин! Вы не понимаете!

Но её голос утонул в шуме замка, и стражники грубо вывели её наружу.

Оставшись одна, Селиса, охваченная яростью и отчаянием, швыряла огненные шары в стены зала. Слёзы текли по её лицу, и её голос дрожал от боли:

— Почему вы стали против меня! Я сильная! Я справлюсь! Аааааа! — кричала она, не в силах удержать эмоции.

Огонь яростно обрушивался на стены, оставляя следы разрушения. Но через мгновение её гнев уступил место слезам. Она упала на колени, её тело содрогалось от рыданий. Она всего лишь девочка, но на её плечах лежала непосильная ответственность за управление страной.

Все вокруг видели в ней сильную и решительную девушку, но внутри она оставалась ранимым ребёнком, желающим справедливости и мира. Её амбиции были велики, но душевная боль и сомнения разрывали её сердце.

Селиса, потерявшись в своих чувствах, чувствовала, как одиночество и страх охватывают её.

Она снова подняла голову, её глаза были полны решимости и веры в свои силы. Она протянула руку, чтобы коснуться холодных каменных стен замка. Эти стены напоминали ей о том, что она должна быть такой же непреклонной и сильной.

— Я докажу, что сильна, как и говорит совет! — с новой решимостью произнесла она, её голос дрожал от эмоций. — Я справлюсь, и наша семья будет править ещё тысячи лет!

С этими словами она встала, её глаза сверкали огнём. Слёзы высохли, и в её сердце поселилась новая решимость.

В это время Кора и Карбон, не теряя ни минуты, превращали старых животных в армию теней. Они уже создали несколько сотен воинов, чья тёмная магия вселяла страх в сердца всех, кто осмеливался взглянуть на них. Полурослики и феи, наблюдая за этим, начали бояться, осознавая, что их мир изменился навсегда.

— Карбон, не дай им разбежаться, нам нужно войско, — приказала Кора, её голос был полон решимости.

— Но, госпожа, не лучше ли будет напасть на них с тем, что у нас уже есть? — возразил Карбон, его лицо выражало беспокойство.

— Да! — внезапно воскликнула Кора, её глаза сверкнули яростью. — Скоро я освобожусь!

Вдруг дерево зашевелилось и вырвалось с корнем, словно подчиняясь её воле.

— Вперёд, к Магиксу! Я чувствую эту девку, она там!

Они двинулись в путь, ведя за собой армию теневых воинов, перепуганных животных, фей и полуросликов. Их марш напоминал бесконечный кошмар, и каждый шаг приближал их к цели — Магиксу, школе, где переплетутся судьбы всех героев.

Корин и его друзья уже находились там, готовясь к грядущей битве. Килиан и южное войско шли туда, не зная, какие испытания их ждут. Кай и Альфред также направлялись в Магикс, надеясь найти поддержку и союзников. Но теперь и армия тьмы шла за кольцом, что делало их миссию ещё более опасной.

Битва за судьбу Элинора скоро начнётся.

В Магиксе подготовка шла полным ходом. Каждый уголок школы был наполнен жизнью и энергией, стремлением к совершенству и борьбе за светлое будущее. Ученики и учителя работали не покладая рук, готовясь к грядущей битве.

Луна всё больше времени проводила с Корином, помогая ему раскрыть свою магическую силу. Их совместные тренировки стали неотъемлемой частью дня, и их связь крепла с каждой минутой. Роуз, наблюдая за этим, чувствовала себя третьей лишней. Её сердце сжималось от ревности, но она не показывала свои чувства.

Она тренировалась долго и упорно, вкладывая в каждое движение весь свой гнев и решимость. Магия ветра, которой она владела, становилась всё более мощной. Вилма, наблюдая за её прогрессом, радостно хвалила:

— Молодцы, ребята!

Корин уже умело создавал световые шары, но для уничтожения кольца этого было недостаточно. Ему предстояло ещё многому научиться. Роланд и Маргарет, обладая магией земли, также усердно тренировались, совершенствуя свои навыки и укрепляя свои силы.

Однажды, во время очередной тренировки, Маргарет, заметив, как Роуз наблюдает за Корином и Луной, подошла к ней и тихо сказала:

— Роуз, хватит так на них смотреть!

Роуз, удивлённая внезапным замечанием, ответила:

— Как так?

Маргарет вздохнула, её глаза были полны сочувствия:

— Ну, я же вижу, Корин тебе дорог!

Роуз, чувствуя, как её сердце сжимается, постаралась скрыть свои настоящие чувства:

— Да, конечно, как и вы! — сказала она, пытаясь убедить себя и окружающих.

Маргарет, понимая, что Роуз всё ещё борется со своими эмоциями, тихо добавила:

— Знаешь, Роуз, иногда лучше признать свои чувства, чем прятать их. Мы все здесь друзья и готовы поддержать друг друга.

Роуз, не в силах сдержать слёзы, кивнула и вернулась к занятиям, пытаясь избавиться от внутренних терзаний. Но её гнев и ревность придавали ей сил, и её магия становилась всё более мощной.

В Магиксе подготовка шла полным ходом. Луна и Корин проводили всё больше времени вместе, их взаимодействие становилось всё более тесным. Однажды Луна показала Корину тёмные сферы, которые она могла создавать.

— Корин, смотри! — сказала Луна, демонстрируя тёмные сферы.

Корин смотрел, восхищённый её мастерством. Они взялись за руки, и их силы начали переплетаться, создавая сферу, состоящую из света и тьмы.

— Как удивительно! — восхищённо сказала Вилма, наблюдая за ними. — Вы становитесь всё сильнее вместе.

Они смотрели друг на друга, и Корин начал понимать, что испытывает к Луне нечто большее, чем просто дружеские чувства. Её присутствие давало ему уверенность и силу, которых он раньше не ощущал.

Вечером они сидели в его комнате, как это стало привычкой. Луна, тихо вздохнув, нежно положила руку на руку Корина. Его дыхание участилось, и сердце забилось сильнее.

— Корин, я... ты... мы... — начала Луна, её лицо слегка покраснело.

Корин чувствовал, как его сердце переполняется эмоциями. В этот момент они не могли больше сдерживаться и слились в поцелуе. Их чувства, скрытые до этого момента, наконец нашли своё выражение.

— Неужели это правильно, Луна? — прошептал Корин, отстранившись немного.

Луна улыбнулась, её глаза сверкали нежностью и уверенностью.

— А почему нет? — тихо ответила она, прикасаясь к его щеке.

Ночь в Магиксе была тиха, но напряжение витало в воздухе, словно природа сама чувствовала приближение судьбоносных событий. Корин и Луна, разделившие сокровенные моменты, продолжали сидеть вместе. Свет от свечей мягко танцевал на стенах комнаты, создавая уютный островок спокойствия среди бурь, ожидающих впереди.

— Ты замечал, как здесь всегда пахнет травами? — тихо произнесла Луна, нарушив тишину. Её голос был мягким и тёплым. Она слегка повернула голову, её тёмные, как ночь, глаза встретились с глазами Корина. — Этот аромат словно навевает воспоминания о доме… даже если я его уже и не помню.

Корин почувствовал, как её слова отзываются в его сердце. Он взглянул на неё, стараясь уловить каждую эмоцию, которые скрывались за её спокойным лицом.

«— Для меня дом — это не место», — сказал он после паузы, его голос был глубже, чем обычно. — Это люди. Люди, которые верят в тебя, которые готовы идти с тобой даже в самое мрачное время. Может быть, теперь… я нашёл его.

Луна слегка улыбнулась, её взгляд смягчился. Она чувствовала, что между ними нарастала близость, которая была сильнее любых слов.

Но их тихий разговор был прерван резким звуком снаружи. Кто-то громко шагал по коридору. Корин встал, настороженно оглядываясь.

— Что-то случилось? — спросила Луна, её голос стал более напряжённым.

«— Оставайся здесь, я проверю», — сказал Корин, двигаясь к двери. Его рука коротко коснулась её плеча, словно подтверждая, что он вернётся.

Но в этот момент дверь резко распахнулась, и на пороге появилась Вилма. Её лицо было серьёзным, а глаза горели тревогой.

«— Корин, Луна, вас обоих вызывают в главный зал», — сказала она, её голос был спокойным, но твёрдым. — Это касается кольца. Мы должны поговорить.

Корин и Луна переглянулись. Её взгляд спрашивал, готов ли он к следующему шагу. Корин, сжав кулаки, слегка кивнул.

— Мы готовы, — сказал он, глядя на Вилму.

Они вышли из комнаты вместе, чувствуя, как напряжение нарастает с каждым шагом. Луна осторожно коснулась его руки, и это короткое прикосновение наполнило его новыми силами. Впереди их ждала битва не только со злом, но и с самими собой.

В главном зале Магикса собрались все: Роланд, Маргарет, Роуз и другие ученики. Каждое лицо выражало обеспокоенность и решимость. На столе лежало кольцо, которое притягивало взгляды, словно живой артефакт. Вилма обвела взглядом собравшихся и тяжело вздохнула.

«— Время пришло», — сказала она, её голос резонировал в тишине зала. — Нам предстоит решить, как уничтожить это кольцо. Это будет нелегко, но у нас нет выбора. Всё зависит от вас, дети.

— К чему такая спешка уничтожить кольцо? — голос Луны разорвал напряжённую тишину зала. Её взгляд скользнул по лицам остальных, задержавшись на Вилме. Её тёмные глаза выражали не только вопрос, но и скрытую тревогу.

Корин, сидя рядом, поднял голову, поддерживая её.

— Вы думаете, что я уже готов? — его голос прозвучал твёрдо, но в нём чувствовались сомнения. Он взглянул на кольцо, которое лежало на столе, словно таило в себе бездонную тьму. — Я ещё многого не знаю, а эта сила... она пугает меня.

Вилма, стоящая во главе стола, тяжело вздохнула. Её морщины стали глубже, словно годы прожитой борьбы вновь дали о себе знать.

— Спешка? — начала она, глядя на Луну. — Мы не знаем, сколько времени у нас осталось. Кольцо — это источник, магнит для зла. Пока оно существует, мы все находимся в опасности.

Она обвела взглядом учеников, затем задержала его на Корине.

— Но Луна права, и ты прав, Корин. Мы все хотим, чтобы ты был готов. Но эта подготовка должна быть ускорена. Если зло доберётся сюда раньше, чем мы успеем уничтожить кольцо, Магикс падёт. И не только он.

Роуз, до этого молчавшая, поднялась с места. Её голос звучал сдержанно, но в нём чувствовалась скрытая ревность.

— Мы не можем полагаться только на Корина. У нас есть другие силы. Мы все должны объединиться, а не ждать чуда от одного человека.

Её слова эхом разнеслись по залу, оставляя в воздухе тяжёлую паузу. Маргарет, видя нарастающее напряжение, решила разрядить обстановку.

— Роуз права, но у нас есть Корин и Луна. Они нашли способ объединить свет и тьму. Это может быть нашим ключом. Вместо того чтобы торопиться, почему бы нам не сосредоточиться на том, чтобы их силы стали сильнее?

Луна, заметив взгляд Корина, почувствовала его внутреннюю борьбу. Она слегка прикоснулась к его руке под столом, её прикосновение было едва ощутимым, но оно наполнило его новой уверенностью.

— Я помогу ему, — тихо сказала она. — Мы справимся. Вместе.

Вилма, выслушав их, кивнула.

— Хорошо. Но времени у нас мало. Каждый день теперь имеет значение. Корин, Луна, вы должны продолжать тренироваться вместе. Роланд, Маргарет, помогайте укреплять защиту школы. Роуз, твоя магия ветра может быть жизненно важной в защите.

Роуз, охваченная гневом и ревностью, вышла на задний двор. Ночь была тёмной, холодный ветер шелестел листьями, добавляя зловещей атмосферы. Она шагала среди старых кустов и деревьев, пытаясь унять бурю внутри себя. Её дыхание было неровным, а в груди всё ещё кипели эмоции, вызванные её наблюдениями за Корином и Луной.

Внезапно она услышала шорох в кустах неподалёку. Звук был тихим, но в ночной тишине казался оглушительным. Роуз резко остановилась и насторожилась, заняв боевую позу, готовая в любой момент вызвать магию ветра.

— Кто здесь? — громко спросила она, её голос звучал твёрдо, но внутри было заметно лёгкое напряжение.

Кусты зашевелились сильнее, и из темноты показалась фигура. Это был мужчина, измождённый, его одежда порвана, а шаги были тяжёлыми и неуверенными. Он едва держался на ногах.

— Кто ты? — снова спросила Роуз, не ослабляя бдительности.

Парень поднял голову, его лицо осветил слабый свет от луны. Его глаза казались знакомыми, и голос, срывающийся от слабости, прошептал:

— Я... я... Кай.

Имя прозвучало эхом в её разуме. Роуз отшатнулась, её глаза расширились от шока. Она осознала, что перед ней стоит не кто иной, как пропавший принц Кай, которого считали мёртвым или пленённым. Её рука потянулась к губам, как будто удерживая крик, готовый сорваться.

— Принц Кай? — её голос был полон смеси удивления и подозрения.

Кай, шатаясь, попытался сделать шаг вперёд. Его взгляд был умоляющим, полным усталости и беспомощности.

— Стой, пожалуйста, выслушай меня! — произнёс он, стараясь звучать убедительно, но слабость выдавала его состояние.

Роуз замерла. Её разум метался между желанием поднять тревогу и сомнениями. Почему он здесь? Что он скрывает? Она смотрела на него с подозрением, но что-то в его глазах, в его голосе заставило её колебаться.

— Если это ловушка, я... — начала было она, но остановилась, увидев, как Кай почти рухнул на землю.

— Это не ловушка, — прошептал он, едва удерживая себя на ногах. — Мне нужна помощь. Магикс — моя последняя надежда.

Роуз сжала губы, оглянувшись на пустой двор. Её сердце сжималось от чувства долга, но её разум подсказывал не доверять незнакомцу, каким бы легендарным он ни был.

— Встань. Я приведу тебя к Вилме, — наконец сказала она, её голос был твёрдым, но взгляд выдавал внутреннюю борьбу.

Роуз помогла Каю подняться, его рука дрожала, когда он схватился за её ладонь. Его усталость была очевидна: каждое движение давалось с трудом, а дыхание было тяжёлым и прерывистым. Девушка повела его через тихий, тёмный двор, оглядываясь, чтобы убедиться, что их никто не видит.

— Держись, ещё немного, — пробормотала она, придерживая Кая за плечо. Он не ответил, лишь едва заметно кивнул, сосредотачиваясь на каждом шаге.

Когда они вошли в один из боковых коридоров Магикса, Роуз остановилась, услышав удалённые голоса. Внимательно вслушиваясь, она напряглась. Её сердце учащённо забилось.

«— Сюда, быстрее», — шёпотом скомандовала она, увлекая Кая в тень узкого прохода.

Они остановились, прячась за колонной. Роуз обернулась к нему, её глаза встретились с его измождённым, но решительным взглядом.

— Если ты здесь с обманом... — начала она, но её голос дрогнул, и она не договорила.

— Я здесь с последней надеждой, — прошептал Кай, его голос был низким, но в нём звучала искренность. — Я прибыл в Магикс, потому что мне больше некуда идти. Я потерял своих союзников, свою армию... всё. Но я знаю, что есть ещё те, кто сражается. Мне нужна ваша помощь.

Роуз изучала его лицо, и её сердце сжалось. Она видела перед собой не принца, не легенду, а человека, измученного и сломленного, но всё ещё полного надежды.

— Ладно. Если то, что ты говоришь, правда... — она вздохнула, убирая прядь волос с лица. — Я отведу тебя к Вилме. Но если хоть кто-то заподозрит тебя во лжи, тебя здесь не пощадят.

Кай слабой улыбкой благодарил её. Они снова двинулись вперёд, направляясь к внутренним залам школы. Роуз всё ещё была на стороже, но теперь в её сердце зародилось любопытство. Кто такой этот принц на самом деле, и какую роль он сыграет в грядущей битве?

Когда они достигли одного из боковых залов, где собиралась группа студентов, Роуз остановилась.

«— Подожди здесь», — сказала она, глядя на Кая. — Я приведу Вилму.

Кай, едва держащийся на ногах, кивнул, облокотившись на холодный каменный столб.

Кай, опираясь на холодный столб, пытался восстановить дыхание. Он ощущал боль во всём теле, но слабый свет надежды всё ещё горел в его сердце. Магикс — место, где он должен был найти союзников, где, возможно, начнётся его путь к восстановлению всего, что он потерял.

Роуз тем временем вошла в зал, где Вилма давала наставления нескольким ученикам, среди которых были Роланд, Маргарет и Корин. Луна стояла рядом с Корином, её лицо выражало любопытство и спокойствие. Роуз быстро подошла к Вилме, её глаза были полны тревоги.

«— Вилма, нужно срочно поговорить», — сказала она тихо, стараясь не привлекать лишнего внимания.

Вилма, чувствуя что-то неладное, внимательно посмотрела на девушку.

— Что случилось, Роуз? — спросила она.

Роуз оглянулась на остальных, а затем чуть понизила голос.

— У нас гость... Принц Кай. Он здесь. Он... он едва жив, но утверждает, что пришёл за помощью.

В зале повисла напряжённая тишина. Корин, услышав имя, напрягся, его взгляд стал серьёзным.

— Кай? Тот самый принц? — спросил он, вставая. — Почему он здесь?

— Я нашла его на заднем дворе. Он слаб, но он утверждает, что ему больше некуда идти, — ответила Роуз, её голос был полон противоречий.

Вилма медленно выдохнула, обдумывая услышанное. Затем она твёрдо произнесла:

— Приведите его сюда. Но будьте осторожны. Мы не знаем, что он может принести с собой.

Роуз быстро кивнула и направилась обратно к Каю. Когда она вернулась к нему, он всё ещё стоял, опираясь на колонну, его лицо было измождённым, но решительным.

— Пойдём. «Вилма хочет тебя увидеть», — сказала она, пытаясь скрыть тревогу в голосе.

Когда все разошлись по своим комнатам, Луна не смогла удержаться. Она бросилась к Каю, её шаги звучали эхом в пустом коридоре. Её сердце билось так громко, что она казалась готовой услышать его даже в тишине ночи.

— Кай, ты жив! Кай! — её голос дрожал от волнения и облегчения.

Она подошла к нему и, не раздумывая, взяла его лицо в ладони, её тёплые пальцы касались его холодных и уставших щёк. Её глаза были полны слёз — то ли радости, то ли горечи. Она обняла его, прижимая к себе, словно боялась, что он снова исчезнет.

Кай, едва удерживаясь на ногах, посмотрел на неё. В его взгляде смешались удивление, усталость и некая горечь.

— Луна... и ты здесь, — его голос был слабым, почти шёпотом. — Я... я проиграл. Я всё проиграл.

Его слова повисли в воздухе, заполнив пространство тягучей тяжестью. Она немного отстранилась, её руки всё ещё держали его лицо.

— Кай, ты не понимаешь, это не конец. Ты всё ещё... — начала она, но он перебил её.

— Если бы ты тогда не бросила меня... если бы ты осталась... мы бы завоевали трон, — его голос стал резче, но в нём слышалась боль. — Вместе мы могли бы изменить всё.

Его слова словно ударили её в самое сердце. Она замерла, её дыхание участилось. Глубоко внутри она чувствовала вину, но одновременно понимала, что прошлое уже не изменить.

— Кай... я... я не могла тогда остаться. Я... — начала оправдываться она, её голос дрожал. — Но я здесь сейчас. И я помогу тебе. Мы всё исправим.

Он посмотрел на неё, его глаза выражали смесь обиды и смирения. Он знал, что вернуть утраченного было невозможно, но её слова давали слабую искру надежды.

Луна снова прижала его к себе, её голос был тихим, но полным решимости:

— Ты не один, Кай. Теперь мы вместе. И я не брошу тебя снова.

Кай кивнул и с трудом последовал за ней. Их шаги эхом разносились по коридору, пока они не вошли в зал. Все взгляды сразу устремились на него. Ученики замерли, глядя на того, о ком до сих пор рассказывали лишь легенды.

Вилма внимательно оглядела его, её взгляд был цепким и опытным. Ей не нужно было слов, чтобы понять, через что он прошёл.

— Принц Кай, — наконец сказала она, её голос был холодным, но уважительным. — Что привело вас сюда в столь жалком состоянии?

Кай, собрав все свои силы, выпрямился, несмотря на слабость.

— У меня больше нет ни союзников, ни армии. Всё, что было мне дорого, разрушено. Единственное место, где я мог найти помощь, — это Магикс. Я пришёл не только ради себя. Я пришёл ради того, чтобы бороться с тьмой. Если я не нужен вам... тогда скажите это прямо сейчас.

Его слова разнеслись по залу, вызывая удивление и шёпот среди собравшихся. Вилма посмотрела ему прямо в глаза, её лицо оставалось непроницаемым.

— Мы оценим ваши намерения, — коротко ответила она. Затем, оглянувшись на остальных, добавила: — Роланд, Маргарет, отведите принца в покои и позаботьтесь о нём. Завтра утром мы обсудим, что делать дальше.

Утро настало холодным и тревожным. С первыми лучами солнца Магикс наполнился напряжёнными шёпотами, когда дошли вести о наступающем войске из столицы под предводительством Селисы. В зале совета собрались все главные силы школы — Вилма, Корин, Луна, Роуз, Роланд, Маргарет и другие старшие ученики. Атмосфера была наэлектризована, время шло, а решения требовались немедленно.

— Нам нельзя уничтожать кольцо, пока мы не отразим атаку Селисы, — твёрдо заявила Вилма, стуча посохом о каменный пол. — Если войско разрушит школу, уничтожение артефакта будет бессмысленным. Мы потеряем всё.

Кай стоял у стены, его лицо было каменным, но внутри него бурлила буря эмоций. Он не мог отвести взгляд от Луны, которая мягко коснулась плеча Корина, её глаза светились теплом и поддержкой. Это зрелище наполняло его гневом, заставляя сжимать кулаки до побелевших костей.

— Тебе это тоже не нравится? — вдруг раздался голос рядом. Кай резко обернулся и увидел Роуз. Её взгляд был острым и полным эмоций, которые он слишком хорошо понимал.

— Не нравится. И что с того? — рявкнул он, пытаясь сдержать напряжение, которое нарастало в его голосе. Его слова были резкими, почти как удар.

Роуз чуть прищурилась, её губы изогнулись в едва заметной усмешке. Она сложила руки на груди, делая шаг ближе.

— Мы с тобой можем помочь друг другу, — её голос был тихим, почти шёпотом, но в нём звучала решимость, холодная и продуманная.

Кай нахмурился, внимательно вглядываясь в её лицо. Он пытался понять, что именно она имеет в виду, и почему её слова прозвучали так соблазнительно. Он чувствовал гнев, но в то же время в её предложении было что-то, что заставило его задуматься.

— Что ты имеешь в виду? — наконец сказал он, его голос стал чуть тише, хотя напряжение никуда не исчезло.

Роуз приблизилась ещё немного, её глаза сверкнули.

— Мы оба знаем, что значит быть в тени, когда другие получают всё, чего мы заслуживаем. Корин... Луна... Они думают, что только они могут справиться. Но мы знаем, что это не так. Ты и я, Кай, мы сильнее, чем они думают. Вместе мы можем показать им нашу силу.

Её слова были как яд, смешанный с мёдом. Кай почувствовал, как гнев внутри него сменяется любопытством. Он ещё раз посмотрел на Роуз, её решительность заразила его.

«— Может быть, ты права», — сказал он после паузы, его голос стал спокойнее, но в нём звучала угроза. — Что ты предлагаешь?

Роуз слегка улыбнулась, её взгляд выражал уверенность.

— У меня есть пара идей, и если ты готов, мы вместе можем изменить всё, что происходит здесь. Но для начала давай начнём с них. Мы найдём слабости Корина и Луны. И когда время придёт, они поймут, что они — не единственные, кто может быть героями.

— Но мы не можем так рисковать, — возразила Роуз, её голос дрожал от гнева. — Это кольцо — их главная цель. Пока оно существует, они будут продолжать атаковать нас. Мы обязаны уничтожить его, пока есть время!

Все посмотрели на Корина и Луну, понимая, что именно они остаются в центре принятия решения. Весь зал замер в ожидании их реакции. Корин сделал шаг вперёд, чувствуя, как тяжесть ответственности ложится на его плечи. Он взглянул на Луну. Её лицо было серьёзным, но в её глазах светилась решимость.

— Корин, Луна, вы справитесь? — голос Вилмы прозвучал спокойно, но в нём чувствовалась напряжённость.

Корин сжал кулаки, затем кивнул, пытаясь подавить свои сомнения.

— Мы постараемся, — наконец произнёс он. — Но если мы уничтожим кольцо сейчас, что тогда? Войско Селисы всё равно не остановится. Нам нужно время, чтобы подготовиться, чтобы понять, как правильно поступить.

— Мы справимся, — вмешалась Луна, её голос был твёрдым, и она посмотрела на Корина. — Мы не можем позволить страху диктовать наши действия. Если мы будем вместе, у нас всё получится.

Роуз стояла в стороне, её взгляд метался между Корином и Луной. Она понимала, что борьба уже началась — не только с врагом, но и с сомнениями внутри каждого из них.

«— Тогда времени на рассуждения нет», — сказала Вилма. — Мы готовимся к обороне. Роланд, Маргарет, займитесь укреплением стен. Корин, Луна, продолжайте тренировки. Если возникнет угроза, вы оба должны быть готовы использовать кольцо... или уничтожить его.

Голоса зашевелились, напряжение росло. Магикс готовился к одной из самых важных битв в своей истории. У каждого была своя роль, и каждый понимал, что на кону не только их школа, но и будущее всего Элинора.

Корин, стоя рядом с Луной, почувствовал, как её рука легко коснулась его плеча. Она тихо сказала:

— Ты не один, помни это.

Его сердце забилось сильнее. Несмотря на страх, внутри него всё же начинал разгораться огонь решимости.

Кай нахмурился, глядя в глаза Роуз, её уверенность казалась заразительной. Он чувствовал, как внутри него разгорается тот огонь, который был почти угас. Роуз продолжала говорить, её слова вплетались в паутину их общего недовольства.

«— Для начала», — сказала она, обводя взглядом пустой двор, словно проверяя, нет ли поблизости нежелательных свидетелей, — мы покажем, что их слабости мешают общему делу. Они думают, что их чувства делают их сильнее, но мы оба знаем: эмоции ослабляют.

Кай кивнул, его губы сжались в тонкую линию. Он медленно потянулся, поправляя растрёпанный плащ. Его голос был низким и резким, когда он наконец заговорил:

— Я не позволю себе ещё раз быть униженным. Если Луна решила, что её путь с Корином — это то, что нужно для победы, то пусть убедится в своей ошибке. Но мы должны действовать осторожно.

— Осторожно? — усмехнулась Роуз, слегка склонив голову. Её тёмные волосы скользнули по плечам. — Мы должны быть решительными, Кай. Ты же не думаешь, что здесь играются в полумеры?

Кай провёл рукой по лицу, скрывая минутное раздражение. Она права, и он это знал, но гнев всё ещё бушевал внутри, туманя разум.

— Что ты предлагаешь? — спросил он, подняв на неё тяжёлый взгляд.

Роуз сделала шаг ближе, её голос стал чуть ниже, как будто она боялась, что стены могут услышать её слова.

— Мы разобьём их план. Кольцо останется здесь, но его сила начнёт утекать. Мы заставим Корина и Луну усомниться в их успехах. А потом мы покажем им, что их слабость в них самих.

Кай опустил взгляд, глубоко задумавшись. Её слова звучали опасно, но в них было зерно истины. Если он хочет вернуть свой трон и доказать свою силу, ему придётся рискнуть. И Роуз может стать тем союзником, который нужен ему в этой игре.

— Хорошо, — наконец сказал он, его голос стал твёрдым. — Но это не значит, что я доверяю тебе.

Роуз ухмыльнулась, её глаза сверкнули довольством.

— Этого и не требуется, Кай. Главное — это результат.

Она повернулась, делая шаг прочь, но обернулась через плечо.

— Я найду тебя позже, когда у меня будет план.

Кай остался стоять в одиночестве, глядя, как Роуз скрывается в тенях двора. Её слова всё ещё звучали в его голове, подогревая его решимость. Ему предстояло сделать шаг, который определит не только его будущее, но и будущее всех, кто был втянут в этот вихрь событий.

Шли дни, наполненные тренировками и напряжённым ожиданием. Корин всё больше осознавал, что его и Луну связывает нечто большее, чем просто общее дело. Каждое мгновение, проведённое вместе, укрепляло их связь. Их совместные тренировки стали чем-то большим, чем просто уроки магии. Это было союзом душ, объединившихся ради борьбы с тьмой.

Корин видел, как Луна вдохновляет его, поддерживает, когда он колеблется, и ведёт вперёд, когда он сомневается. Её присутствие стало для него источником силы. А Луна, в свою очередь, чувствовала, как рядом с Корином её магия обретает новую глубину. Их света и тьмы, столь разные, переплетались, создавая гармонию, которую никто не мог нарушить.

Однажды, после долгого дня тренировок, они стояли рядом в зале, глядя на кольцо, лежащее на столе. Тишина нарушалась лишь их дыханием, и напряжение заполняло воздух.

«— Настал момент действовать», — сказал Корин, его голос был твёрдым, но в нём звучала скрытая неуверенность.

Луна взглянула на него. Её глаза горели решимостью.

— Мы готовы, Корин, — тихо произнесла она. — Мы сделали всё, что могли. Теперь только нам решать, чем это закончится.

Корин вздохнул, стараясь собраться с мыслями. Он знал, что впереди — испытание, которое решит не только их судьбы, но и судьбы всех в Магиксе, и, возможно, всего Элинора. Он поднял взгляд на Луну, её лицо оставалось спокойным, как будто она знала что-то, что скрывалось от всех остальных.

«— Тогда сделаем это вместе», — сказал он, его голос окреп.

Луна протянула руку, и их пальцы переплелись. Этот жест был не просто жестом поддержки, но и символом их общего пути. Сила света и тьмы начала плавно переливаться между ними, словно подтверждая, что они теперь неразрывно связаны.

Корин и Луна, концентрируя свою энергию, направляли её на кольцо. Оно начало трещать, издавая пугающий резонанс, будто сопротивляясь их усилиям. Свет и тьма переплетались, завихряясь вокруг артефакта, создавая напряжённую атмосферу. Но вдруг тишину нарушил колокольный звон, эхом раздавшийся по всему Магиксу.

Дверь зала распахнулась с грохотом, и внутрь влетела Маргарет, её глаза расширились от ужаса, дыхание сбивалось.

— На нас напали! — воскликнула она, её голос дрожал. — Воины без тел... они, они из тьмы, и звери тоже тут! Это она... это Тёмная Госпожа!

Корин и Луна мгновенно остановились, их силы угасли, как только кольцо начало вибрировать сильнее, словно предупреждая об опасности. Корин, обернувшись к Маргарет, сжал кулаки.

— Сколько их? Где они сейчас? — его голос был напряжён, но твёрд.

— Их сотни! — с отчаянием ответила Маргарет. — Они уже у ворот, магические барьеры падают! Они... они используют зверей! Тёмная магия разрушает всё!

Луна схватила Корина за руку, её глаза были полны тревоги.

«— Мы не можем оставить кольцо», — сказала она. — Если оно попадёт к Тёмной Госпоже, всё потеряно.

Корин встретился с её взглядом, его сердце билось как бешеное. Он понимал, что выбор предстоит непростой: остаться здесь и рискнуть или выйти на бой, оставив кольцо без защиты.

— Мы должны защитить школу, — твёрдо произнёс он, его голос дрожал от напряжения, но в нём ощущалась решимость. — Луна, останься здесь и держи кольцо под контролем. Я... я пойду сражаться.

— Нет, Корин, — резко возразила Луна. — Мы только вместе сможем противостоять этому. Ты не должен уходить один.

Маргарет, понимая, что времени на спор нет, сделала шаг вперёд:

— Вы оба нужны здесь. Дайте нам время задержать их. Роланд, Роуз и я — мы сможем дать вам шанс.

Корин взглянул на Луну, затем на кольцо, которое трещало всё сильнее. В его душе бушевали сомнения, но он кивнул.

— Хорошо. Но будьте осторожны, Маргарет. «Эти существа опаснее, чем кажутся», — сказал он.

Маргарет кивнула и выскочила из зала, её шаги отдалялись в коридоре. Луна повернулась к Корину, её глаза были полны решимости.

«— Тогда начнём», — сказала она. — Мы должны уничтожить это кольцо, прежде чем оно станет причиной конца.

Ученики Магикса сплотились в жестоком сражении, защищая школу под предводительством Вилмы. Их заклинания разрывали воздух: молнии, огненные вспышки, стены воды и земли обрушивались на войнов теней. Но эти создания, лишённые тел, будто не замечали боли и ран. Они поднимались вновь, неослабленные, каждое их движение выдавало безжалостную цель.

— Бейте их сильнее! Не дайте пройти! — крикнула Вилма, её посох сиял ярко-белым светом, отбивая нападения.

Но несмотря на мощь магов, казалось, что армия теней была бесконечной. Их чёрные силуэты, лишённые глаз, шагали вперёд, как неудержимая лавина. Враг наводил ужас даже на самых смелых учеников. Воины напоминали ожившие тени, их клинки издавали зловещий вой при каждом ударе.

С вершины горы, как мрачный монумент, возвышалось огромное древо. Его ветви извивались словно змеи, тянулись в небо, будто жаждали вырваться на свободу. Это была Кора, поглощённая своей тёмной магией. Её сила заставляла саму природу содрогаться. Корни древа вонзались в землю, распространяя чёрную энергию, которая усиливала войнов теней.

— Найдите кольцо! — раздался громкий голос, и Карбон, тёмная фигура с крыльями из дымки, облетал поле битвы. Его остроконечные глаза обшаривали территорию, ищущие добычу. — Найдите кольцо и уничтожьте тех, кто посмеет встать на нашем пути!

Маги отбивались изо всех сил, но было ясно, что враги становились всё сильнее. Кольцо было последним ключом, который удерживал равновесие, но теперь его существование привлекло саму Тёмную Госпожу.

Маргарет, стоящая на одной из башен школы, обратилась к Роланду:

— Мы теряем позиции! Эти существа не исчезают, какими бы сильными ни были наши заклинания.

Роланд, тяжело дыша, оглянулся на поле битвы:

— Мы должны их задержать. Корин и Луна ещё работают над кольцом. Если они успеют...

Их разговор прервал грохот, когда одно из крыльев школы взорвалось под атакой теней. Магикс содрогнулся. Звук сражения становился оглушительным, усиливая ощущение надвигающейся катастрофы. Силы света и тьмы столкнулись в яростном противостоянии, и никто не мог предугадать, как завершится эта битва.

Роуз, сидя у окна, пристально смотрела на поле сражения вдалеке, где огонь и магия освещали ночное небо. Её яркие рыжие волосы мягко сверкали в свете луны, а глаза выражали внутреннюю борьбу. Кай сидел напротив неё, его руки сжаты в кулаки, словно он пытался удержать собственные эмоции. В их комнате царила напряжённая тишина, нарушаемая лишь отдалённым гулом битвы.

— Что будем делать, Роуз? — наконец нарушил тишину Кай, его голос звучал грубо, но за ним скрывалась растерянность. — Как мы поступим? Чью сторону возьмём?

Она не сразу ответила, её взгляд был устремлён вдаль, где война уже захлёстывала Магикс. Её сердце билось быстро, мысли путались. Наконец, она повернулась к нему, в её глазах сверкал тот же огонь, что и в её волосах.

«— Мы не обязаны выбирать чью-то сторону», — сказала она, её голос был тихим, но твёрдым. — Почему мы должны слушаться тех, кто сам не знает, как действовать? Корин и Луна думают, что только их путь правильный. Но этот путь может уничтожить всех нас. А Кора... она принесёт только хаос.

Кай нахмурился, его пальцы стучали по столу. Он посмотрел на неё, пытаясь понять её логику.

— Ты предлагаешь вообще ничего не делать? — его голос стал немного жёстче. — Магикс горит. И если мы будем сидеть здесь, всё рухнет.

Роуз прищурилась, её взгляд стал острым.

— Я не говорю о том, чтобы ничего не делать, Кай. Я говорю о том, чтобы поступить по-своему. Никто не думает о будущем, только о текущей битве. А мы можем подумать дальше. Мы можем найти способ удержать силу кольца, вместо того чтобы уничтожить его. Использовать его.

Кай задумался. Её слова звучали опасно, но они пробудили его собственные мысли. Он всегда считал, что судьба зависит от того, кто удерживает власть, и если это кольцо действительно обладает такой силой, может, она права.

— Значит, ты хочешь... присвоить кольцо? — медленно произнёс он, его голос звучал холодно.

— Я хочу, чтобы мы стали теми, кто направит этот мир, когда пыль сражений уляжется, — ответила Роуз, её голос горел решимостью. — Мы оба знаем, что с их методами они только разрушат всё. Но мы... мы можем построить что-то новое.

Кай опустил взгляд, его мысли бурлили. Он знал, что её предложение опасно, но в нём чувствовалась странная логика. Он поднял глаза, его взгляд был серьёзным.

— Если мы это сделаем, дороги назад не будет, — тихо сказал он.

Роуз слегка улыбнулась, её улыбка была холодной, но уверенной.

— Я знаю. Но я готова рискнуть. А ты?

Кай долго смотрел на неё, прежде чем кивнуть.

— Хорошо. Если мы будем действовать, то только вместе.

— Тогда надо действовать быстрее, пока кольцо тьмы не уничтожено, — решительно произнесла Роуз, её рыжие волосы, словно пламя, бросали отблески в тусклом свете комнаты.

Кай, напряжённо сжав кулаки, кивнул. Его глаза были полны решимости, а голос прозвучал холодно:

— У нас мало времени. Если Корин и Луна уничтожат кольцо, всё, ради чего мы начали этот путь, будет потеряно. Мы не можем ждать.

Роуз быстро подошла к окну, взглянув на поле битвы за пределами школы. Она видела, как Вилма и ученики сражаются против войнов теней, а на горизонте, словно зловещая тень, возвышалось огромное древо, где Кора, поглощённая своей магией, направляла свои армии.

— Если мы хотим это сделать, — тихо сказала она, её голос был полон ледяной решимости, — нам придётся пробраться к кольцу, пока все заняты сражением. Никто не заметит, пока не станет слишком поздно.

— Но как? — нахмурился Кай, наблюдая за её лицом. — Они будут защищать кольцо любой ценой. Особенно Корин. Он не уступит.

Роуз резко обернулась, её глаза сверкнули.

— Ты недооцениваешь их доверие. Мы скажем, что хотим помочь. И когда они сосредоточатся на уничтожении кольца, мы возьмём контроль.

Кай задумался, а затем медленно кивнул. Его взгляд стал жестче, а голос звучал почти шепотом:

— Хорошо. Но запомни, Роуз, если что-то пойдёт не так, мы оба окажемся на краю.

Она слегка улыбнулась, её лицо выражало нечто большее, чем простую уверенность.

— У нас нет права на ошибку, Кай. Если мы хотим изменить этот мир, то должны рискнуть.

Не теряя больше времени, они обменялись решительными взглядами и направились к главному залу, где Луна и Корин всё ещё боролись с магией кольца.

— Корин, я больше не могу... — голос Луны дрожал, её руки опустились, а тело казалось совершенно измождённым. Она тяжело дышала, её сила ослабевала, словно последние капли энергии утекали сквозь пальцы.

Корин, несмотря на собственную усталость, сжал её ладонь в своей, его голос звучал твёрдо, хотя внутри бушевал страх:

— Давай, мы почти уничтожили его. Смотри! — он указал на кольцо, которое буквально трещало по швам, его поверхность покрывалась глубокими разломами, а свет и тьма вихрились вокруг него в хаотичном танце. — Ещё немного, Луна! Мы почти у цели!

Кольцо издавало зловещий гул, который становился всё громче, с каждым мгновением угрожая взорваться магической энергией. Луна подняла глаза на Корина. В её взгляде были сомнение и усталость, но и проблеск решимости, которая заставляла её двигаться вперёд.

— Хорошо... — прошептала она, снова направляя последние остатки своих сил на артефакт.

В их слаженной работе, где свет и тьма соприкасались и сливались в едином потоке, чувствовалась гармония, которую никто другой не смог бы достичь. Кольцо, однако, сопротивлялось. Оно издавало резкие звуки, а трещины становились всё шире, словно что-то внутри него не хотело сдавать свою силу.

И вдруг раздался треск, который перекрыл все звуки. От кольца исходила волна энергии, заставившая Луну пошатнуться, а Корина прикрыться руками. Артефакт мерцал, находясь на грани разрушения.

— Луна! Ты держишься? — воскликнул Корин, видя, как она едва стоит на ногах.

Луна улыбнулась ему, хотя её лицо было бледным.

— Да... я... я справлюсь. Мы почти сделали это.

Но прежде чем они смогли продолжить, дверь в зал с грохотом распахнулась. В её проёме появились Кай и Роуз. Кай шагнул вперёд, его глаза горели решимостью, а голос звучал хрипло, но твёрдо:

— Остановитесь!

Корин резко обернулся к распахнувшейся двери. Перед ним стояли Роуз и Кай. Лицо Кая выражало гнев и решимость, его взгляд буквально пронзал воздух. Роуз, с её ярко-рыжими волосами, откинутыми назад, выглядела напряжённой, но уверенной.

— Что вы делаете? — резко спросил Корин, подняв руку, готовясь защищаться, если понадобится.

— Остановитесь, — повторил Кай, его голос звучал твёрдо, почти угрожающе. — Вы не понимаете, что уничтожение кольца — это ошибка.

Луна, едва стоявшая на ногах, подняла утомлённый взгляд на них.

— Ошибка? — сказала она с трудом. — Это кольцо — источник тьмы. Оно разрушает всё вокруг. Вы хотите, чтобы оно осталось и продолжало уничтожать этот мир?

Роуз сделала шаг вперёд, в её глазах зажёгся знакомый огонь. Она подняла руку, показывая, чтобы Луна и Корин её выслушали.

«— Вы не видите всей картины», — сказала она, её голос был спокойным, но в нём ощущалась сила. — Кольцо — это не просто артефакт тьмы. Оно способно не только разрушать, но и создавать. Если мы научимся управлять его силой, мы сможем использовать его во благо. Вы хотите уничтожить то, что может спасти нас всех.

— Спасти нас? — горько усмехнулся Корин, его световой шар начал мерцать в его руке. — Мы видели, что тьма приносит только разрушение. Как мы можем довериться ей?

Кай, не выдержав, шагнул ближе, его голос стал резким:

— Потому что сила сама по себе не хорошая и не плохая. Важно, кто её контролирует! Вы, возможно, уничтожите это кольцо, но что тогда? Селиса всё равно сожжёт Магикс. А с кольцом мы могли бы победить её и её войско.

Луна нахмурилась, но в её взгляде появилась тень сомнения. Она посмотрела на Корина, надеясь найти ответы в его лице.

— Корин, — тихо сказала она, её голос был полон усталости. — А если они правы? Может, сила кольца действительно может помочь нам?

Но Корин не ответил сразу. Его глаза не отрывались от Кая и Роуз. В его сердце бушевал конфликт: довериться ли словам Кая, принять ли риск или завершить то, что они начали?

— Нет, — твёрдо сказал он, наконец. — Мы не можем позволить себе играть с такими опасными вещами. Это кольцо должно быть уничтожено.

Роуз прищурилась, её губы сжались.

«— Тогда вы оба просто слепы», — сказала она холодно. — Если вы хотите разрушить единственную надежду на победу, то знайте — мы не позволим вам этого сделать.

Кай протянул руку, тёмная энергия начала окружать его, а Роуз шагнула вперёд, её пальцы уже готовились вызвать магию ветра.

— Если вы не хотите слушать нас, — продолжил Кай, его голос был спокоен, но грозен, — тогда мы заберём кольцо сами.

В зале повисла напряжённая тишина, наполненная гулом магии, которая исходила от трескающегося кольца. Луна, едва удерживаясь на ногах, прижалась ближе к Корину, её дыхание стало ещё более тяжёлым. Корин поднял руки, его световое заклинание усиливалось, готовясь к тому, что может последовать.

Роуз, с её яркими рыжими волосами, сделала ещё один шаг вперёд, подняв руку. Её магия ветра вихрем закрутилась вокруг неё, развевая её волосы и одежду, подчёркивая её готовность вступить в бой.

— Уберите руки от кольца, Корин, — холодно произнесла она. — Иначе нам придётся показать вам, что вы не всесильны.

— Ты угрожаешь мне? — резко ответил Корин, его свет вспыхнул сильнее. — Роуз, очнись! Ты играешь с огнём.

Кай шагнул вперёд, его голос был низким и угрожающим.

— Если вы не прислушаетесь, вы станете нашими врагами. Мы пришли не для того, чтобы сражаться, но, если это потребуется, мы сделаем это.

Луна, с усилием выпрямляясь, вскинула руку, её магия тьмы заискрилась вокруг неё.

— А может, вы наши враги, Кай? Ты думаешь, что тьма даст тебе то, что ты хочешь? Она разрушает всё на своём пути, и ты знаешь это!

Кай сузил глаза, его аура тьмы начала сгущаться, как чёрные облака вокруг него.

«— Я знаю, что тьма — это сила, и эту силу можно контролировать, если знать как», — сказал он. — Вы просто не готовы признать это.

Разряд напряжения усиливался, как натянутая струна, готовая лопнуть в любой момент. Их магии столкнулись в невидимом конфликте. Кольцо, окружённое потоками света и тьмы, казалось, реагировало на эмоции в зале, его трещины стали больше, а вибрация усилилась.

— Если вы хотите, чтобы кольцо осталось, вам придётся пройти через нас! — твёрдо сказал Корин, его голос эхом отразился от стен.

Роуз улыбнулась, её улыбка была холодной, почти насмешливой.

— Ну что ж, Корин. Мы примем этот вызов.

В тот же миг магии вспыхнули. Луна и Корин направили свою силу вперёд, стремясь защитить кольцо и завершить то, что они начали. Роуз и Кай, объединив свои силы ветра и тьмы, ответили мощным ударом. В зале разразился магический шторм, стены содрогались, а треск и гул магии заполнили всё пространство.

Вспышка света и тьмы слилась в ослепительном взрыве, заполнив весь зал ярчайшим сиянием, которое словно ударило по каждому в комнате. Мгновением позже магия стихла, и грохот затих, оставив после себя странную, почти гнетущую тишину.

Корин упал на холодный каменный пол, его руки дрожали, а дыхание сбилось. Он чувствовал, как магия буквально выжгла его силы, оставив лишь слабость. Рядом лежала Луна, её глаза были закрыты, а лицо выражало усталость, но она всё ещё была жива, что вызывало облегчение в его сердце.

Роуз неподалёку рухнула на колени, её яркие рыжие волосы спутались, а магическая энергия, окружавшая её, исчезла. Она попыталась подняться, но силы покинули её, и её руки дрожали, как у Корина. Её лицо выражало замешательство и гнев, но в нём мелькнула тень сомнения.

Кай лежал спиной к полу, его взгляд был направлен в потолок. Он с трудом приподнял голову, его тёмная магия угасла, оставив пустоту в его глазах. Его голос был едва слышен:

— Что... произошло?

Кольцо, лежащее в центре зала, мерцало, как будто свет и тьма ещё боролись внутри него. Но теперь оно выглядело ослабленным, его трещины стали глубже, и из них исходило тихое, еле заметное свечение. Оно уже не излучало ту мощь, что была раньше, но его разрушение всё ещё не было завершено.

Корин, подняв голову, с усилием сел, его голос был слабым, но твёрдым:

— Мы не можем остановиться... Мы должны закончить это...

Луна с трудом открыла глаза и прошептала:

— Корин... Я... я не уверена, что у нас хватит сил...

Роуз, собравшись с силами, подняла голову, её взгляд был устремлён на кольцо. Её голос прозвучал напряжённо:

— Вы ослабили его. Но вы не понимаете. Если оно разрушится сейчас, его энергия уничтожит нас всех.

Кай, пытаясь подняться, добавил, его голос дрожал от усталости:

— Мы всё ещё можем использовать его... если оно ещё способно сохранять силу...

В зал, словно ураган, ворвался Карбон. Его фигура, окружённая дымящейся тьмой, выглядела ещё более зловещей, чем раньше. Его крылья из чёрного тумана распахнулись в гневе, а глаза горели алым светом. Он оглядел всех, кто находился внутри, его голос был низким и угрожающим:

— Кольцо! Отдайте его мне сейчас же, если хотите остаться в живых!

В этот момент у входа раздался глухой рёв, который заставил пол и стены зала дрогнуть. Корни огромного древа пробились сквозь стены, разрушая их. Это была Кора. Её исполинская форма дерева извивалась, а голос был исполнен ярости и жадности.

— Кольцо, достань моё кольцо! Оно должно быть моё! — её рев разнёсся эхом, словно сама тьма пришла в зал.

Корин, стоя на коленях, сжал кулаки, его силы только начинали возвращаться после вспышки. Луна поднялась, её тёмная магия закружилась вокруг неё вихрем. Они оба понимали, что сейчас на кону больше, чем их жизни.

— Ты не получишь его, Кора! — закричал Корин, поднимаясь на ноги, его голос был полон решимости. Световой шар засиял в его ладонях, готовый к атаке.

Роуз, наблюдая за происходящим, нахмурилась. Её взгляд метался между кольцом, Корином и Луной, а затем на Карбона и Кору. Она понимала, что это момент истины.

Кай шагнул вперёд, его взгляд был сосредоточен на Карбоне.

— Кора, — произнёс он громко, пытаясь перекричать шум, — если ты так хочешь кольцо, почему ты сама не берёшь его? Ты боишься его силы, не так ли?

Слова Кая были провокацией, но они заставили Кору замереть на мгновение. Её гигантские ветви опустились, а взгляд древнего существа обратился к Каю. Её голос стал ниже, но не менее зловещим:

— Не тебе, смертному, ставить под сомнение мою силу! Карбон, возьми кольцо. Сотрите этих жалких магов с лица земли!

Карбон взревел и, распахнув свои крылья, бросился к кольцу. Корин шагнул вперёд, готовясь преградить ему путь.

Карбон рванулся к кольцу с невероятной скоростью, его тёмные крылья оставляли за собой след из густого чёрного дыма. Корин мгновенно отреагировал, выпуская ослепительный световой шар в его направлении. Сфера света ударила Карбона в бок, отбросив его в сторону, но он лишь коротко зарычал, поднимаясь на ноги.

— Я раздавлю тебя, мальчишка! — прорычал Карбон, устремляясь снова вперёд, но теперь его движения были более расчётливыми.

Луна, с трудом восстановив силы, подняла руку, и тёмные потоки магии заструились вокруг неё. Её глаза вспыхнули решимостью.

— Ты не пройдёшь! — крикнула она, направляя волну тьмы прямо в Карбона.

Энергия Луны ударила Карбона в грудь, заставив его отступить на несколько шагов, но он оставался стоек. Его злобный смех эхом разнёсся по залу.

— Вы оба жалки в своей борьбе. Вы не понимаете, с чем имеете дело! — прорычал он, одновременно формируя чёрную сферу в своих руках.

Тем временем у входа корни огромного древа врывались внутрь, разрушая каменные стены. Кора, впитавшая в себя тёмную магию, выглядела по-настоящему устрашающе. Её ветви извивались, пробираясь к кольцу, словно у них была собственная воля.

— Мои дети, уничтожьте их! Возьмите кольцо! — грозно приказала она, её голос звучал, как грозовой раскат.

Роуз, уже поднявшаяся на ноги, резко повернулась к Каю.

— Это наш шанс. Карбон и Кора отвлеклись на них! Мы должны действовать сейчас, пока они сражаются! — сказала она, указывая на кольцо.

Кай колебался. Ему не нравилось, что они вынуждены идти против Луны и Корина, но он знал, что времени на сомнения не осталось.

— Ладно. Я отвлеку их, а ты попробуй добраться до кольца, — ответил он, сжав кулак, из которого начала струиться тёмная магия.

Кай бросился вперёд, его атака направилась прямо на Луну, заставив её обернуться и защититься от удара. Воспользовавшись моментом, Роуз двинулась к кольцу, её магия ветра вихрем закручивалась вокруг неё, готовясь к тому, чтобы схватить артефакт.

Корин заметил движение и крикнул:

— Роуз, что ты делаешь?!

Но прежде чем он успел отреагировать, огромная ветвь древа Коры пробила пол, устремившись к кольцу с невероятной скоростью. Все силы теперь столкнулись в одной точке — кольце, которое начало трещать ещё сильнее, издавая опасный гул.

Битва достигала своего апогея. Свет, тьма, ветер и гнев слились в одно разрушительное столкновение, которое могло разрушить всё.

Взрыв, разорвавший кольцо, был настолько мощным, что его эхом отдалось по всему Магиксу. Ослепительный свет заполнил каждую щель, а грохот разрушил стены и перекрытия школы. Всё вокруг погрузилось в хаос. Кольцо, уничтоженное, стало источником волны энергии, которая, будто рассеивая тьму, вычистила всё зло, но ценой разрушений.

Снаружи животные, управляемые тьмой, в ужасе отступали, убегая в леса. Их рёв и топот становились всё слабее, пока поле перед школой полностью не опустело. Армия теней исчезла, словно растворилась в воздухе вместе с самой тьмой.

На руинах Магикса царило тяжёлое молчание. Среди обломков медленно двигались выжившие. Вилма, хоть и ослабленная, держала свой посох высоко, подавая знак ученикам, которые остались. Её решительность никогда не угасала, даже в этот мрачный момент.

— Всех, кто может, на разгрузку завалов! — громко приказала она, её голос был строг, но поддерживающий. — Мы должны найти всех, кто мог выжить.

Ученики, несмотря на усталость, начали разгребать обломки, помогая друг другу поднимать тяжёлые камни. Среди выживших были и Роланд, и Маргарет, которые, поддерживая друг друга, рылись в разрушенных остатках стен, надеясь найти тех, кто ещё мог быть жив.

Корин и Луна лежали неподалёку друг от друга, их тела были покрыты пылью и мелкими порезами. Но они были живы. Корин, едва осознавая происходящее, перевёл взгляд на Луну.

— Мы... мы сделали это... — прошептал он, его голос был едва слышен.

Луна, слабо улыбнувшись, протянула руку и коснулась его ладони.

— Но какой ценой, — ответила она, её голос дрожал.

Где-то среди обломков Роуз сидела на полу, её волосы спутались, а лицо выражало замешательство. Она смотрела на кольцо, или вернее, на то, что от него осталось — лишь обломки, которые больше не сияли магией. В её глазах был конфликт — сожаление и ярость.

Кай стоял рядом, его лицо было твёрдым, но в нём читалась тень сомнения. Он медленно повернулся к Роуз и тихо сказал:

— Всё изменилось. Теперь нас ждёт новая борьба.

Тишина, наступившая после исчезновения теневых войнов, была почти оглушающей. Их испарение стало знаком того, что Кора, этот зловещий источник тьмы, больше не существует. Огромное древо, некогда испускавшее тёмную магию, теперь стояло сухим и безжизненным, его ветви больше не двигались, а корни, пробившие стены Магикса, начали осыпаться, словно пыль.

На руинах школы, среди оставшихся в живых, напряжение всё ещё витало в воздухе. Когда Кая и Роуз нашли среди завалов, оба были истощены, но их взгляды оставались холодными, полными невысказанных эмоций. Сразу после их обнаружения, Вилма приняла решение.

— Заприте их, — приказала она, её голос был жёстким, но в нём чувствовалась усталость. — Они поставили всех нас под угрозу.

Кая и Роуз, молча, были приведены в маленькую камеру, расположенную в уцелевшей части подвала. Железные прутья клетки надёжно закрывались, но Роуз не пыталась бороться. Она просто сидела в углу, её рыжие волосы свисали на лицо, а взгляд был устремлён в пол. Её молчание было красноречивее любых слов.

Кай, напротив, ходил взад-вперёд по клетке, его глаза сверкали гневом.

— Они винят нас в том, что произошло, — прохрипел он, обращаясь к Роуз, но её молчание оставалось ответом. — А ведь мы пытались спасти всех!

Роуз наконец подняла глаза, её голос был тихим, но резким:

— Мы не спасли никого, Кай. Мы проиграли. Всё это... ради чего?

Тишина снова заполнила клетку. Карбона, который, казалось, был рядом в последние мгновения битвы, так и не нашли. Его исчезновение стало ещё одной загадкой, повисшей в воздухе. Вилма знала, что его отсутствие может быть знаком новой угрозы, но сейчас её главным приоритетом было восстановление Магикса и защита выживших.

Корин стоял среди руин Магикса, его взгляд скользил по разрушенным стенам, уцелевшим башням и уставшим лицам немногих оставшихся сторонников. Луна подошла ближе, её глаза изучали его лицо, полное усталости, но в то же время решимости.

— Что дальше, Корин? — спросила она тихо, её голос звучал на фоне звуков, исходящих от разбираемых завалов. Она посмотрела сначала на него, затем на остатки школы, понимая, что их путь только начинается.

Корин сделал глубокий вдох, его плечи напряглись, но в глазах зажёгся огонёк, который был заметен даже после всего пережитого.

— Это начало нашего пути, Луна, — твёрдо ответил он, его голос звучал уверенно, несмотря на всю тяжесть момента. — Мы одолели тьму, но победа — это лишь первая глава. Теперь нам предстоит возродить свет на троне, как мне всегда говорили… как твердили те, кто верили в меня.

Луна наклонила голову, её взгляд стал мягче, но в нём была видна поддержка. Она подошла ближе и осторожно взяла Корина за руку.

«— Тогда мы сделаем это вместе», — сказала она, её голос звучал с искренностью. — Мы снова построим то, что разрушено. Мы вернём не только Магикс, но и надежду в сердца тех, кто её потерял.

Корин крепче сжал её руку, его взгляд устремился вдаль, к горизонту, где начинался новый день. Несмотря на руины вокруг, внутри него зарождалось чувство уверенности, что даже из пепла можно построить будущее.

1.4

Глава 4

Красное солнце окрашивало небо, словно напоминая о вчерашней битве. Магикс утопал в тишине, которая не скрывала напряжённости среди тех, кто остался. Группа магов, хоть и немногочисленная, готовилась к новому пути, осознавая, что прошлое уже невозможно вернуть.

— Нам нужно уходить, — строго произнесла Вилма, её голос не допускал возражений. Она смотрела на группу учеников, горстку тех, кто смог пережить разрушения. — Столичная армия уже в западных землях, а если они дойдут сюда, что мы сможем сделать? Оставаться здесь — это самоубийство.

Корин, чувствуя тяжесть этих слов, крепче сжал руку Луны. Он посмотрел на неё, и в его глазах был не только вопрос, но и скрытая надежда.

— Но куда нам идти? — спросил он, стараясь подавить свои сомнения.

Луна на мгновение задумалась, её взгляд устремился вдаль, за горизонт, где солнце начинало свой путь по небу.

«— Нам нужно освободить королеву», — сказала она уверенно. — Теперь, когда кольцо разрушено, её разум больше не под контролем тьмы. Она наверняка поймёт, что мы на её стороне.

Её слова прозвучали как искра надежды, но в то же время вызвали у всех присутствующих внутреннюю борьбу. Вилма обратилась к Корину, её голос был глубоким и серьёзным:

— Может, это верный путь, но есть ещё одна возможность, Корин. Мы могли бы обратиться за помощью к Леди Эриа, Леди Запад. Она ведь твоя тётка по отцу, верно? Её войска могут дать нам силу, чтобы справиться с армией столицы.

Корин замер, ошеломлённый этим неожиданным заявлением. Его отец всегда оставался для него фигурой загадочной, но теперь выяснилось, что у него есть связь с влиятельной леди. Он почувствовал, как этот момент поставил его перед новым выбором.

— Что же делать? — пробормотал он, глядя на Луну, а затем на Вилму. Он был растерян, но в глубине души понимал, что доверие к старой наставнице могло стать его единственным спасением.

— Мы отправимся к Леди Эриа, — наконец сказал он. — Если она действительно может нам помочь, это стоит попробовать.

Решение было принято. Ученики, усталые, но готовые к новому пути, начали собирать остатки припасов. Кая и Роуз, закованные в кандалы, молчали, их лица выражали смесь горечи и злости.

— Роуз, мы не можем просто так смириться! — яростно шептал Кай, его голос дрожал от сдерживаемого гнева. Его руки, закованные в кандалы, тянули вперёд верёвкой, за которую крепко держал маг. Каждый шаг давался с трудом, но гораздо сильнее давила не усталость, а чувство горечи и унижения.

Роуз шла рядом, её лицо было уставшим и хмурым. Она взглянула на Кая боковым взглядом, но её голос прозвучал холодно, почти отстранённо:

— Что мы сейчас можем? Посмотри на нас. Видишь, как быстро проходит дружба? — она кивнула вперёд, на учеников, которые шли плотной группой, не оборачиваясь. — Мои друзья идут спереди, как ни в чём не бывало. Даже не смотрят на меня.

В её голосе была боль, но она умела скрывать её за равнодушием. Она знала, что заслужила это отношение, что её действия оттолкнули тех, кто когда-то называл её другом. Но эта мысль вызывала в ней больше разочарования, чем злости.

Кай стиснул зубы, его гнев усиливался. Он выпрямился, насколько позволяли кандалы, и остановился, заставив мага, ведущего их, резко дёрнуть за верёвку.

— Это ещё не конец, Роуз, — тихо сказал он, его голос был полон решимости. — Если они отвернулись от нас, пусть так. Мы найдём способ вернуть себе всё. Но я не стану сидеть сложа руки и смотреть, как нас унижают.

Роуз коротко усмехнулась, её взгляд потускнел.

— Возвращай, что хочешь, Кай, — ответила она тихо, но в её голосе чувствовалось едва уловимое сожаление. — У меня уже нечего возвращать.

На этом их разговор стих, а колонна продолжила двигаться.

— Корин, может, стоит поговорить с Роуз, а мне с Каем? — настойчиво твердила Луна, её голос был мягким, но уверенным. Она смотрела на Корина, словно пыталась пробиться через его гнев.

Корин вздохнул и сжал её руку ещё сильнее, словно боялся, что может потерять её снова.

— Моя милая Луна, — начал он, глядя ей прямо в глаза, — эти двое чуть не убили тебя. Они поставили под угрозу всех нас. Ты помнишь, как Роланд и Маргарет едва не погибли из-за их предательства? А маленький Робин... — Корин замолчал, его голос дрогнул, когда он посмотрел на идущего впереди мальчика, который цеплялся за руку Маргарет, не отходя от неё ни на шаг. — Теперь он боится отпустить её хотя бы на секунду. Разве я могу просто поговорить с ними после всего этого?

Луна закусила губу, её сердце разрывалось между желанием помочь и пониманием правоты Корина. Она знала, что его слова верны. Их доверие было предано, и раны от этого ещё не зажили.

— Я понимаю, Корин, — тихо сказала она, опустив взгляд. — Но, может быть, когда-нибудь... когда будет подходящий момент... стоит попытаться?

Корин посмотрел на неё, его взгляд немного смягчился, но решимость осталась.

«— Луна, ты всегда видишь лучшее в людях», — сказал он, отпуская её руку, но его голос оставался твёрдым. — Но я не уверен, что они этого заслуживают. Сейчас нам нужно думать о будущем, а не о том, чтобы исправлять их ошибки.

Утро обжигало своим холодом, несмотря на красное солнце, поднимающееся над горизонтом. Вилма шла тяжёлыми шагами, её усталость была видна в каждом движении. Ей уже было под 80, и длительный путь изматывал её больше, чем она могла показать. Однако мысль о судьбе магов не покидала её ни на миг. Она заговорила, обращаясь к группе учеников и, возможно, больше к самой себе:

— Интересно, куда делась директор Скарлет, — пробормотала она, словно размышляя вслух. Её голос звучал задумчиво, а взгляд был устремлён вдаль.

Шаги её замедлились, и она вдруг остановилась. Корин, заметив её покачивание, бросился к ней.

— Вилма! — воскликнул он, когда она рухнула на колени. Он подхватил её за плечо, помогая удержаться.

Она подняла на него усталые, но твёрдые глаза, её голос был прерывистым, но каждая фраза звучала весомо.

— Корин, — сказала она, положив руку на его. — Я не могу продолжить путь. Школа уничтожена, почти все маги убиты. Геми... он был моим последним коллегой, но даже его забрали руины.

Её слова прозвучали тяжело, как будто она делилась последней истиной, которую несла в своём сердце. Она глубоко вдохнула, пытаясь собраться с мыслями, и продолжила:

— Эта горстка учеников, что осталась, — это последняя надежда магов. Ты не представляешь, что вас ждёт. Сейчас у власти маги, но из-за этих войн нас почти не осталось. А что делают с теми, кого мало, Корин? — она задержала паузу, чтобы он осознал серьёзность её слов. — Правильно, их поглощают.

Её пальцы сжались на его руке, её взгляд был полон как боли, так и решимости.

— Корин, ты должен возродить магию света. Помоги другим магам сохранить традиции, чтобы они не исчезли в небытие. Найди зверей. Они не виноваты, у них не было другого выбора. Помоги им. Объедини Элинор!

Корин стоял на коленях рядом с Вилмой, её рука всё ещё лежала на его, но уже лишённая жизни. Её глаза, всегда такие проницательные, теперь были закрыты навечно. Слёзы бесшумно катились по его лицу, оставляя следы скорби. Луна тихо подошла и, опустившись рядом, крепко обняла его, её руки попытались хоть немного снять его боль.

— Она была старой, Корин, — прошептала она, стараясь, чтобы её голос звучал мягко. — Пришло её время. Она ушла, оставив нам свои последние слова.

Корин сдавленно всхлипнул, его руки дрожали, а взгляд был устремлён в землю.

— Почему? Почему я теряю всех, к кому привязываюсь? — тихо произнёс он, будто спрашивая у мира, но не ожидая ответа. Его сердце сжалось от мысли, что ещё один человек, которого он уважал и ценил, был унесён этой войной.

После мгновений тишины он повернул голову к Луне, посмотрел ей прямо в глаза. Глубоко внутри этой боли он нашёл то, что поддерживало его.

— Я никогда тебя не потеряю, Луна, — твёрдо сказал он, его голос дрожал, но в нём была непреклонность. — И никому не отдам.

Луна посмотрела на него с лёгкой улыбкой сквозь слёзы. Её сердце забилось сильнее от его слов. Она потянулась вперёд и нежно поцеловала его.

— Я тоже, Корин. Я тоже никогда тебя не отпущу.

Её голос затих, оставив Корина стоящим с грузом ответственности, которую он не ожидал принять так скоро. Её слова стали для него чем-то большим, чем просьбой. Они стали призывом к действию, к новой миссии, которая теперь лежала на его плечах.

Он кивнул, сжимая её руку, и его взгляд твёрдо устремился в горизонт.

— Я сделаю всё, что в моих силах, Вилма. Обещаю.

Ночь окутала лагерь тишиной, нарушаемой только треском костра. Все устало спали, погружённые в тяжёлый сон после изнурительного дня. Но пара в кандалах — Кай и Роуз — бодрствовала, молча сидя у своих цепей, каждый из них погружён в собственные мысли.

Неожиданно из темноты донёсся шёпот:

— Я освобожу вас, а вы поможете мне!

Роуз напряглась, её глаза пытались различить фигуру в тени.

— Кто? Кто это? — резко спросила она, её голос был полон подозрения.

Из мрака медленно выступила знакомая фигура. Карбон. Его дымные крылья слегка мерцали в лунном свете, а на лице играла характерная самодовольная ухмылка.

— Ты... Ты жив? — произнёс Кай, его голос был полон изумления.

Карбон приблизился, сложив крылья за спиной, его глаза хищно блестели.

— А вы думали, что всё закончилось? — произнёс он с насмешливой улыбкой.

Роуз нахмурилась, её голос звучал твёрдо, хотя в глубине души было ощущение, что они вновь оказались под угрозой.

«— Но всё кончено», — сказала она. — Вы проиграли, Карбон. Ты остался один.

Карбон громко рассмеялся, его голос эхом отразился в ночной тишине.

— Разве? — с усмешкой сказал он, подходя ближе. — Да, звери и остальные сбежали. Но я найду их. Мы настигнем их. Они не уйдут далеко.

— Мы? — с подозрением переспросила Роуз, прищурившись.

Карбон наклонился чуть ближе к ней, его голос стал низким и угрожающим:

— Деточка, ты что, забыла? В мире людей живёт моя сестра. Скарлет и остальные выжившие маги тоже не остались в стороне. Они знают, на чьей стороне быть.

Кай, нахмурившись, взглянул на него.

— И что ты хочешь от нас? — спросил он, всё ещё сомневаясь в намерениях Карбона.

Карбон оскалился в ухмылке, его голос был уверенным:

— Я даю вам шанс, один-единственный. Я освобожу вас, и вы пойдёте со мной.

— Но куда? — спросила Роуз, её голос звучал тихо, но в нём чувствовалось напряжение.

Карбон улыбнулся ещё шире, его глаза блеснули в темноте.

— А об этом, деточка, я скажу позже, — ответил он, оставляя их в ещё большей неопределённости.

Кай с вызовом взглянул на Карбона, его голос звучал твёрдо:

— Вы же хотели уничтожить всех людей. Какой тогда смысл идти за вами?

Карбон остановился, слегка приподняв бровь, словно ожидая такого вопроса. Его улыбка стала шире, но от этого она казалась ещё более угрожающей.

— Вы хотели овладеть силой, — начал он с ухмылкой, — и это похвально. Но вы же маги, вы не просто люди. У Тёмной Госпожи нет планов уничтожить вас. Её цель — уничтожить большинство людей, оставив лишь горстку, чтобы править ими. Но маги… маги могут быть частью этого мира, если они докажут свою полезность.

Роуз нахмурилась, её глаза сузились. Её голос прозвучал остро:

— То есть она хотела возродить существ?

Карбон насмешливо рассмеялся, его крылья слегка вздрогнули.

«— Да, моя дорогая», — сказал он, в его голосе звучала загадочность. — Много столетий назад остров был пристанищем существ. Великолепных, сильных, магических. Но потом люди начали занимать всё больше пространства, стеснили их, выгнали из собственных домов. Их почти не осталось.

Роуз не смогла скрыть своего интереса, но в её взгляде мелькнуло сомнение.

— И где же в этом всём были маги? — холодно спросила она.

Карбон взглянул на неё, и его улыбка на миг исчезла, оставив вместо неё мрачное выражение.

— Маги должны были помочь существам. Вместо этого они обманули их, — ответил он, его голос стал низким, почти шипящим. — Вместо того чтобы стать защитниками, они захватили власть. Люди служили им, существа были изгнаны, а маги наслаждались своим преимуществом.

Кай нахмурился ещё сильнее, его голос прозвучал жёстко:

— Значит, ты считаешь, что мы просто повторим эту историю, если пойдём за тобой?

Карбон взглянул на него с лёгкой ухмылкой.

— Возможно. А возможно, всё изменится. «Но у вас есть выбор», — сказал он, холодно окинув их взглядом. — Либо вы останетесь тут, связанными и никем не услышанными, либо вы отправитесь со мной и узнаете истину.

Роуз, нахмурившись, глядела на Карбона, её голос прозвучал с неуверенностью, скрытой за холодной маской:

— Но какой толк, если Тёмная Госпожа мертва?

Карбон лишь ухмыльнулся, его глаза ярко блеснули в тусклом свете ночи.

— Разве? — с язвительным наслаждением ответил он. — В последнюю секунду, до уничтожения кольца, Тёмная Госпожа впитала в себя силу кристалла. Но этого оказалось недостаточно.

Он сделал паузу, как будто смаковал каждый миг их удивления, и затем продолжил:

— Некоторые артефакты были уничтожены, а без них она не смогла возродиться в былое могущество. Но сказать, что она мертва... это будет преувеличением.

Кай, замерший от его слов, резко поднял взгляд.

— Она жива? Она в человеческом теле? — его голос был почти криком, полным как страха, так и ярости.

Карбон резко обернулся к нему, его улыбка стала шире, но глаза остались холодными, как лёд.

— Нет времени на ответы, — резко бросил он, его тон не оставлял места для возражений. — Сейчас важно другое. Скажите мне... вы за магию или за людей?

Роуз посмотрела на Карбона с подозрением, её взгляд пытался проникнуть за маску его самодовольной улыбки.

— Но зачем мы тебе? — спросила она, её голос звучал холодно, но внутри всё ещё гнездилось сомнение.

Карбон наклонил голову, как будто хотел придать вопросу ещё больше значения. Его взгляд скользнул между Роуз и Каем, а затем он ответил с ледяной уверенностью:

«— Вы маги», — сказал он, его тон был спокойным, почти нежным, хотя слова несли угрозу. — И вы дороги Корину и остальным. Ваше присутствие уже играет свою роль.

Он повернулся к Каю, его глаза блеснули.

— А ты, Кай... ты ведь наследник трона. Поставить тебя вновь на престол — это не просто символ власти. Это шанс заручиться поддержкой тех, кто ещё верен королевству, шанс собрать новые войска. А корона на твоей голове... — он сделал паузу, усмехнувшись, — она может стать нашим ключом к возвращению порядка.

Роуз фыркнула, но в её взгляде появился оттенок интереса.

— Значит, ты видишь нас как инструменты для своей игры? — спросила она, её голос прозвучал резче.

— Инструменты? — Карбон усмехнулся шире. — О, деточка, это звучит так грубо. Я предпочитаю думать о вас как о союзниках. А разве у вас есть другие предложения?

Карбон встал во весь рост, его крылья, мерцающие дымкой, распростёрлись за спиной, подчёркивая его властность. Его взгляд был твёрдым, а голос, прозвучавший в тишине ночи, был одновременно убедительным и зловещим.

«— Кора ждёт вас, ребята», — сказал он, делая шаг вперёд. — Пойдёмте. Нас ждёт длительная подготовка, чтобы вернуть этот мир к истинному порядку.

Роуз и Кай переглянулись. Слова Карбона всё сильнее давили на них, заставляя задуматься о том, что их решение изменит не только их жизни, но и судьбу магического мира. Роуз прищурилась, её глаза выражали смесь сомнений и интереса.

— И какова будет эта подготовка? — холодно спросила она, хотя внутри её пульс учащался от странной смеси страха и любопытства.

Карбон не ответил сразу. Он посмотрел на них обоих, в его взгляде читалось намерение, которое было скрыто глубже, чем его слова.

«— Узнаете, когда придёт время», — сказал он загадочно. — Но знайте одно: без вас этот мир никогда не обретёт баланса. Пойдёте вы со мной, или останетесь в этой клетке, гнить в ничтожестве? Решайте.

Начало светать, утренний свет пробивался сквозь густую листву, окрашивая всё в нежные оттенки золота и розового. Роуз сидела молча, напряжённо размышляя о предложении Карбона. В её голове бушевали сомнения и страхи, но её выбор был продиктован не только собственными интересами, но и острыми вопросами о будущем.

Наконец, Роуз подняла голову и коротко махнула в знак согласия. Её взгляд оставался настороженным, но в нём теперь читалась решимость.

— Хороший выбор, деточка, — Карбон широко ухмыльнулся, его глаза сверкнули в предрассветном свете. — Не волнуйтесь, я не подведу вас. С нами начнётся новая эра.

Кай, всё ещё сидящий рядом, сжался, чувствуя, как вокруг Карбона сгущается мрачная аура. Его взгляд был жёстким, но, оглянувшись на свою спутницу, он понял, что другого выхода у них нет.

— Но предупреждаю, — тихо сказал он, глядя Карбону прямо в глаза. — Если ты обманешь нас или попытаешься использовать, ты пожалеешь, что предложил это.

Карбон только рассмеялся в ответ, его голос эхом разнесся в тишине рассвета.

— Кай, ты слишком драматичен. Уверяю тебя, это только начало больших перемен.

Первые ученики начали шевелиться, пробуждаясь от сна. Карбон резко выпрямился, махнув своими дымными крыльями.

— У нас мало времени, — резко бросил он. — Когда будете готовы, крикните. Мы исчезнем до того, как они нас заметят.

Корина вырвали из тревожного сна крики. Он с трудом открыл глаза, когда Роланд, весь в поту и с перепуганным лицом, встряхнул его за плечо.

— Корин! Корин! — голос Роланда дрожал.

Корин резко сел, его сердце уже ускорилось от внезапности. Он заметил, что вокруг царит странное беспокойство. Другие маги собрались неподалёку, их лица были полны тревоги.

— Что произошло? — спросил он, его голос был хриплым от сна.

Роланд тяжело вздохнул и наконец произнёс:

— Они сбежали! Все они! Кай и Роуз.

Корин, почувствовав волну гнева и разочарования, встал. Он обвёл взглядом собравшихся. Их лица выражали смесь страха и беспомощности. Но в этот момент его голос прозвучал твёрдо, и в нём было больше решимости, чем ярости:

«— Оставьте их», — сказал он, пристально посмотрев на остальных. — Они обречены. Они не знают, что делают и что их ждёт. Пусть бегут. А мы должны продолжать наш путь.

Его слова прозвучали уверенно, но внутри он чувствовал горечь от утраты. Однако он понимал, что их путь не может быть остановлен из-за беглецов. Остальным нужно было видеть силу лидера, даже если внутри него бушевала буря.

Луна подошла к нему, её глаза выражали сочувствие. Она тихо взяла его за руку.

— Мы с тобой, Корин. Мы справимся, — сказала она, её голос наполнил его поддержкой.

Корин взглянул на неё, слегка кивнул и обернулся к ученикам.

Группа продолжала свой путь к западному городу, двигаясь через густые леса и по извилистым тропам. По дороге они сделали остановку в деревне Близнецы, где находился дом маленького Робина. Место, утопающее в тишине и покое, будто напоминало всем о том, за что они сражались.

Когда они подошли, из дома выбежала женщина — мать Робина. Её лицо было бледным, но на нём читалась радость и облегчение. Едва она увидела своего сына, её глаза наполнились слезами.

— О, мой мальчик! — воскликнула она, обхватив Робина и крепко прижимая его к себе. — Я думала, что больше никогда тебя не увижу!

Робин сжал её в ответ, его лицо светилось счастьем, которого он не ощущал со времени их разлуки.

Женщина, обняв сына, посмотрела на Корина, и её глаза наполнились благодарностью.

«— Спасибо, Корин, спасибо вам всем», — сказала она, её голос дрожал от эмоций. — Вы спасли моего мальчика. Я не знаю, как отблагодарить вас.

Корин, слегка покраснев, опустил взгляд, но с теплотой ответил:

— Мы сделали то, что должны были. Робин — часть нас всех, и мы никогда не бросим своих.

Она поднялась и, крепко держа Робина за руку, продолжила:

— Моё войско… оно всё в твоём распоряжении, Корин. За помощь и охрану моего сына, я обязана вам всем своей жизнью.

Её слова удивили всех. Никто не ожидал такого предложения, но в них звучала твёрдость и решимость.

Елизавета Гемени, обняв своего сына, повернулась к Корину и с задумчивым взглядом сказала:

— Вам нужно было направиться в Долину Равновесия. Там сейчас правит кузен твоей матушки, Корин. Да, это небольшая деревушка, как моя, но всё же он может помочь. Он мудр, а жители деревни верны традициям.

Корин, нахмурившись, задумался и произнёс, слегка сбивчиво:

— Но Вилма говорила идти в западный город. Леди Запада ведь моя тётя. Она могла бы дать нам армию, достаточно сильную, чтобы справиться с любой угрозой.

Елизавета грустно покачала головой, её лицо омрачила тень воспоминаний.

— Да, — сказала она, её голос стал мягче, но напряжённым. — Но ты знаешь, Корин... в своё время именно из-за неё умер твой отец. Она могла бы помочь вам победить, её войско сильно, но... она не согласится просто так. Она хитра и безжалостна. Ты должен знать, что её преданность — это не то, на что можно положиться.

Корин почувствовал холод внутри, это откровение застало его врасплох. Он посмотрел на Луну, которая стояла рядом, молча размышляя над словами Елизаветы.

— Но что делать, если у нас нет другого пути? — наконец спросил он, больше обращаясь к самому себе.

Елизавета положила руку ему на плечо, её взгляд был полон сочувствия и мудрости.

— Знаешь, Корин, мир меняется. Маги стали против магов, нас всё меньше с каждым днём. Никто уже не помнит истории, которые когда-то объединяли нас. Но выбор всегда остаётся за тобой. Если ты чувствуешь, что Леди Запад нужна для победы, иди к ней. Если же хочешь сохранить истинный баланс, отправляйся в Долину Равновесия. Решение за тобой, мой мальчик.

Луна мягко подошла к Корину, её взгляд был полон заботы и поддержки. Она положила руку ему на плечо, пытаясь вселить уверенность, которую он так искал.

— Так что, куда отправимся? — тихо спросила она, но видела, как на его лице отражается нерешительность.

Корин тяжело вздохнул, опустив глаза.

— Я... я не знаю, Луна, — произнёс он, его голос дрожал. — Всё это слишком... слишком сложно.

Луна внимательно посмотрела на него, её голос стал более уверенным, почти шепотом, но в нём ощущалась твёрдость:

— Корин, может, стоит обратиться к существам? — предложила она, её глаза светились искоркой надежды. — Да, их мало, и они разочаровались в Коре. Но ты сам знаешь, Кора мертва, и этот страх больше не держит их в цепях.

Она сделала паузу, чтобы он смог обдумать её слова, а затем добавила:

— Пообещай им мир, как это было тысячу лет назад. Вспомни легенды, Корин. Когда-то маги и существа жили вместе, бок о бок, не зная вражды. Если ты покажешь им, что можешь вернуть это равновесие, они откликнутся. Животные перестанут скрываться, и все мы сможем построить новый мир... вместе

Корин, услышав слова Луны, задумался, его взгляд на миг помутнел, словно он возвращался мыслями к тому, что оставил за порталом. Он понимал, что фейри могли бы стать сильными союзниками, но их мир теперь казался недосягаемым.

— В моём мире тоже были существа, фейри, — тихо сказал он, словно проговаривая мысли вслух. — Они говорили, что против Коры. Может, стоит разыскать их?

Луна сжала его руку, её взгляд был полон решительности.

— Нет, я не пущу тебя обратно. Мы слишком далеко от портала, и ты знаешь, насколько это опасно. Мы не можем рисковать, особенно сейчас, — твёрдо сказала она, её голос был мягким, но непреклонным.

Корин глубоко вздохнул, его плечи слегка опустились, но затем он выпрямился, принимая её слова.

— Тогда давай отправимся к тётушке, — предложил он, его голос звучал увереннее. — А дальше решим, как быть. Нам нужно действовать быстро. Войска столицы не остановятся, и если они достигнут нас, мы не сможем им противостоять.

Луна кивнула, её взгляд смягчился, а в лице появилось понимание.

— Верно. Найти пристанище и собрать силы — это наш лучший шанс. И если Леди Запад отзовётся на твою кровь, возможно, она сможет дать нам временное убежище.

Западный город раскинулся перед ними, как сказочный сон. Высокие стены, увитые зеленью, охраняли величественные здания, которые отражались в лучах закатного солнца. Корин остановился у главных ворот, глубоко вздохнув, как будто пытался впитать в себя уверенность, которая ему так была нужна.

— Надеюсь, тётушка нас примет, — тихо произнёс он, его взгляд блуждал по каменным улицам города. — У нас больше нет шансов.

Рядом с ним Луна сжала его руку, её теплая улыбка словно пыталась развеять его тревогу.

— Всё будет хорошо, Корин. Я рядом, — мягко сказала она.

Но в его глазах вместо утешения отразился страх.

— Этого я и боюсь, Луна, — его голос слегка дрогнул. — Роуз тоже была рядом. И Алекс… А где они сейчас? Я не могу потерять и тебя.

Луна, храня спокойствие, посмотрела на него так, будто её взгляд мог проникнуть в самую глубину его души. Она нежно дотронулась до его щеки и, слегка улыбнувшись, сказала:

— Ты меня не потеряешь, Корин. Никогда.

Она тихо наклонилась и нежно поцеловала его, показывая, что он не один в этой битве, что она всегда будет рядом, несмотря на всё.

Наблюдая за ними чуть в стороне, Маргарет и Роланд стояли молча. Их взгляды выражали разные чувства — от удивления до скрытой радости.

— Смотри, брат, — тихо сказала Маргарет, её голос был полон размышлений. — На наших глазах рождается новая семья и династия. Те, кто создадут новый, лучший мир.

Роланд слегка улыбнулся, его взгляд оставался прикован к Корину и Луне.

Дворец Западного города оказался таким же величественным, как и сам город. Высокие своды, украшенные мозаикой, и массивные двери из чёрного дерева создавали впечатление силы и богатства. У ворот гостей встретила женщина лет сорока, её светлые волосы, обрамляющие лицо, были украшены изящной диадемой, и она излучала холодную уверенность.

— Корин, добро пожаловать. Я ждала вас! — произнесла она, распахнув руки в знак приветствия.

Корин замер, слегка растерявшись. Луна сжала его руку, а Роланд и Маргарет переглянулись, настороженно наблюдая. Женщина сделала шаг вперёд, представившись:

— Я Натали, верховная Леди Запада, последняя из великого рода магов воздуха Эриа. И твоя тётя. Твой отец, мой брат, погиб совсем юным, чуть старше тебя. Ты так похож на него, — добавила она, обнимая Корина.

Но, несмотря на её тепло, в её словах и тоне чувствовалась скрытая нотка лицемерия, заставлявшая Луну хмуриться. Корин, напрягшись, мягко высвободился из её объятий и прямо спросил:

— Но все говорят, что это вы убили моего отца, — его голос прозвучал спокойно, но твёрдо.

Натали на миг напряглась, её руки сжали его запястья, а потом отпустили. Её губы растянулись в лёгкой улыбке, лишённой искренности.

— Ах, это всего лишь слухи. Слухи, созданные, чтобы навредить и мне, и вам, — ответила она безукоризненно ровным голосом. — Пройдёмте в зал, обед уже накрыт.

Слуги, словно появившись из ниоткуда, быстро пригласили их внутрь. Просторный зал с высоким потолком был наполнен светом, а длинный стол, покрытый изысканной скатертью, ломился от явств. Роланд и Маргарет, обрадованные этим приёмом, счастливо переглянулись.

— Смотри, Маргарет. Кажется, всё идёт лучше, чем мы ожидали, — шепнул Роланд.

Но Луна, напротив, замерла на пороге, её взгляд скользнул по Натали, и в её душе разгорелось тяжёлое чувство беспокойства. Корин, заметив это, обернулся к ней, его голос был тихим и полным тревоги.

— Луна, что с тобой? — спросил он обеспокоенно.

Она хотела ответить, но тётушка, не давая ей вставить слова, уже властно направляла их за стол, словно полностью управляя ситуацией. Слуги молча усадили всех, а богатые блюда начали появляться на столе одно за другим. Корин заметил обеспокоенность Луны, но не смог сосредоточиться на ней, его мысли были заняты словами Натали и скрытыми намёками, которые он чувствовал, но пока не мог понять.

Роланд и Маргарет, не теряя времени, с энтузиазмом погрузились в пир, наслаждаясь каждым блюдом. Корин тоже чувствовал голод, но его взгляд всё время скользил к Луне. Её лицо оставалось напряжённым, взгляд — отстранённым. Она тихо сжала его руку, будто хотела предостеречь.

— Тётушка, простите, можно нам с Луной выйти? Её тошнит, — внезапно сказал Корин, понимая, что ей нужно немного времени.

Натали подняла бровь, но быстро сменила выражение лица на учтивую улыбку:

— Ох, конечно, дорогой, только недолго.

Взяв Луну за руку, Корин вывел её из зала. Они скрылись за углом, где шум пира уже не мог их тревожить. Он внимательно посмотрел на неё.

— Что такое, Луна? — спросил он, его голос звучал обеспокоенно.

Она глубоко вздохнула, её руки слегка дрожали.

— Корин, у меня ужасное предчувствие. Тут что-то не так. Я чувствую тьму, рядом... чувствую её, — тихо сказала она, её глаза пытались поймать его взгляд.

Корин нахмурился, но мягко взял её за руки, стараясь успокоить.

«— Ты просто устала, Луна», — сказал он, пытаясь улыбнуться. — Мы победили. Теперь нам осталось победить только мою кузину, и всё. Мы будем править вместе.

Он остановился, посмотрел ей прямо в глаза и с воодушевлением продолжил:

— Ты не представляешь, сколько у меня планов. Я хочу вернуть магических существ в Элинор, хочу посетить все его поселения, собрать всех своих друзей. Мы с тобой начнём новую главу.

Луна слегка улыбнулась, но её глаза не скрывали тревоги.

— Это всё прекрасно, Корин. Но у меня дурное предчувствие. Я не доверяю твоей тёте. Что-то в ней не так, ты сам это чувствуешь, ведь так?

Корин хотел возразить, но её слова задели что-то внутри него. Он на мгновение замер, но быстро стряхнул это чувство.

— Давай вернёмся к столу, Луна, — наконец сказал он, пытаясь убедить себя, что всё будет в порядке.

Корин влетел в зал, но перед глазами предстала пугающая сцена: Роланд и Маргарет лежали без сознания на столе, их лица казались спокойными, но тело было словно из камня. Натали исчезла. Он с Луной бросился к друзьям, отчаянно пытаясь их растормошить.

— Роланд! Маргарет! Проснитесь! — звал Корин, его голос дрожал от паники.

Но ни один из них не откликнулся. В тот же момент спокойный, ледяной голос раздался из-за колонны.

— Это бесполезно, — прозвучало из тени.

Натали вышла из укрытия, её шаги были медленными, властными. На лице играла та же холодная улыбка.

— Что вы с ними сделали?! — закричал Корин, бросаясь в её сторону.

— Ох, не волнуйся, дорогой. Они просто спят... пока, — Натали говорила с такой лёгкостью, как будто описывала что-то совершенно обыденное. — Но, если ты сделаешь то, что я попрошу, я дам им противоядие, и они проснутся. А нет... — она приподняла бровь, её голос стал холодным и угрожающим, — то через несколько часов их сон станет вечным.

Луна взяла Корина за руку, её лицо побледнело от волнения. Её глаза метались между Натали и друзьями, её сердце разрывалось от страха.

— Что вам нужно, тётушка? — сдерживая гнев, спросил Корин.

Натали медленно повернулась к нему, её взгляд горел ненавистью.

— Ты, — резко и гневно бросила она. — Королева Селиса даст огромную награду за твою голову.

Корин застыл, его глаза расширились от удивления.

— Но зачем? Почему вы не помогли мне? Вы же моя тётя! — выкрикнул он, его голос был полон боли и отчаяния.

Натали посмотрела на него с презрением.

«— Твой отец в своё время хотел отнять у меня титул верховного лорда Запада», — произнесла она, её голос пропитался ядом. — Но посмотри на меня теперь. Я здесь правлю, и помогать тебе? Чтобы ты повторил судьбу леди Софии? Ах да... ты не знаешь, — она усмехнулась, будто наслаждаясь каждой своей фразой. — Твоя главная союзница гниёт в темнице. Остальных лордов Востока, что присягнули тебе, давно разбили.

Корин медленно перевёл взгляд на своих спящих друзей. Его руки задрожали, его сердце сжалось от осознания.

— Что такое? Ты не знал? — продолжила Натали с притворным удивлением. — Брат твоих друзей, лорд девичьей долины, тоже сгинул во время битвы. Всё кончено, Корин.

— У меня есть ещё союзники! — выкрикнул он, пытаясь защитить свою веру в победу.

Натали лишь расхохоталась, её смех эхом отразился от стен зала.

— Союзники? — насмешливо переспросила она. — Ты про семью Гемени? Десница и муж королевы с огромной армией уже посетили твою союзницу. В страхе за единственного наследника она сдалась. Эта армия скоро будет здесь, чтобы забрать тебя и доставить новой королеве. У тебя больше никого не осталось, Корин.

Она сделала шаг ближе, её глаза впились в него, словно хищник, загнавший жертву в угол.

— Сдайся мирно, и я, так уж и быть, уговорю не трогать твоих друзей.

Корин замер, его взгляд был прикован к Натали, чьи слова звучали как молниеносный удар. Она стояла перед ним, осанка её излучала холодную власть.

«— Сдайся, Корин», — сказала она, её голос был пропитан ледяным превосходством. — И, возможно, я смогу уговорить королеву не трогать твоих друзей.

Корин почувствовал, как кровь застыла в его жилах, но он не позволил себе дрогнуть. Луна стояла рядом, её рука слегка касалась его локтя, словно напоминая, что он не один. Она чувствовала его напряжение, но знала, что сейчас нельзя показывать слабость.

— Почему вы предали меня, тётушка? — с трудом выдавил он, его голос дрожал от боли. — Я думал, вы хотите помочь мне, но вы работаете на тех, кто хочет меня уничтожить.

Натали посмотрела на него с высокомерной усмешкой, её глаза холодно блеснули.

— Помочь тебе? — с насмешкой произнесла она. — Твой отец хотел свергнуть меня и занять моё место. Ты, как и он, мечтаешь о власти, но ты ничего не понимаешь, юноша. Этот мир принадлежит сильным, а ты недостаточно силён.

Корин сжал кулаки, его гнев нарастал с каждым её словом, но он старался сохранять хладнокровие.

— Я не хочу власти ради власти, Натали, — твёрдо ответил он. — Я хочу защитить тех, кто верит в меня. Вы же лишь уничтожаете всё вокруг, чтобы удержаться на своём троне.

Натали вздохнула, как будто слова Корина её утомили, а затем шагнула ближе.

«— Как же ты наивен, племянник», — сказала она. — Ты думаешь, что сможешь изменить мир? Все твои союзники уничтожены. Семья Гемени уже капитулировала, армия королевы Селисы на подходе. А твои друзья? — она кивнула на безжизненно лежащих Роланда и Маргарет. — Их жизнь в твоих руках, но ты ничего не можешь сделать.

Корин бросил взгляд на Луну, её лицо выражало отчаянную решимость. Её глаза искрились тьмой, а голос прозвучал неожиданно твёрдо:

— Вы забываетесь, Натали, — сказала она. — Мы не те, кто сдаётся.

Корин, вдохновлённый её словами, выпрямился и посмотрел Натали прямо в глаза.

«— Я не сдамся», — сказал он с холодной твёрдостью. — Вы можете угрожать, пытаться напугать меня, но я никогда не предам тех, кто верит в меня.

Натали замерла на мгновение, её лицо исказилось от гнева, но в её глазах вспыхнуло удивление.

— Ты сделаешь этот выбор, — тихо сказала она, её голос был похож на змеиный шёпот. — Но знай, что ты только ускоришь свою гибель.

В этот момент воздух в зале начал вибрировать, и напряжение достигло предела. Натали подняла руки, и её магия начала собираться вокруг, готовая разразиться. Корин и Луна приготовились к битве, зная, что от этого столкновения зависит всё.

Корин замер, его ноги словно приросли к земле, он не мог поверить в то, что говорил Луна.

— Что? Нет! Мы уйдём вместе, я не оставлю тебя, — голос его дрожал, но был полон решимости.

«— Нет, Корин», — сказала Луна, её голос дрожал от сдерживаемых слёз. — Мы не сможем. Ты должен выжить. Ты маг света, ты угроза семье, что правит Элинором. Ты — законный наследник и светлое будущее этого мира.

Её слова пронзили его словно молния. Он смотрел на неё, не веря в происходящее.

— Но что я сделаю один? — выдохнул он, не понимая, как ему пережить её потерю.

Луна крепко взяла его за руки, её глаза блестели тьмой, но в них всё ещё светилась любовь.

— Ты говорил про фейри в твоём мире, — её голос стал твёрже. — Иди к порталу. Вернись к ним. Корин, объединяй существ, сделай то, чего не удалось никому. Ты можешь, я верю в тебя!

Не давая ему времени на возражения, Луна потянулась к нему, и их губы встретились в ослепительном поцелуе. В этот миг их магии объединились, свет и тьма смешались, создавая невероятное сияние. Это был их последний момент вместе, но он горел, словно звезда в ночи.

Натали, увидев это, взревела от гнева.

— Хватит этой мелодрамы! — выкрикнула она, её голос был пропитан яростью.

Она подняла руки, и сила ветра начала хаотично кидать мебель, разбрасывая её по всему залу. Луна, защищая их, создала вокруг себя тёмный щит, который поглощал удары. Тёмные сферы закрутились в её руках, отражая всё, что бросала Натали.

— Беги, Корин! — закричала Луна.

Корин стоял, стиснув зубы, пытаясь найти способ остаться, но звук шагов на коридоре всё изменил. Рыцари уже поднимались по лестнице. Он понял, что вместе им не сбежать.

«— Я найду тебя, Луна», — сказал он, его голос был полон боли. — Я вернусь за тобой. Обещаю!

В этот момент что-то внутри него пробудилось. Он засиял ярким светом, его тело поднялось в воздух. Поток света внезапно подхватил его, словно сам мир толкал его вперёд. Пробив окно, он исчез в ночи со скоростью звезды, устремляясь на восток. Корин даже не осознавал, как это происходит, но знал одно: он должен продолжить её путь.

Луна, глядя ему вслед, сжала руки в кулаки, её лицо исказилось от боли, но она была полна решимости. Она повернулась к Натали, приготовившись к последней схватке, зная, что время, которое она выиграла для Корина, может изменить судьбу Элинора.

Сквозь тёмное небо Корин летел, окутанный сияющим потоком света, который словно вёл его вперёд. Ветер бил его лицо, но внутри него был только огонь решимости. Всё происходящее казалось ему одновременно нереальным и полностью естественным. Он не управлял этим светом, но доверился ему, зная, что это часть его предназначения.

Пейзажи под ним мелькали, как картины на холсте: густые леса, пустоши, небольшие деревни. В его голове мелькали образы — Луна, её тёмные глаза, наполненные решимостью, Роланд и Маргарет, которые стали для него как семья, и Натали, чья жестокость открыла перед ним новую главу борьбы.

Его сердце билось всё быстрее, когда вдалеке он увидел знакомые очертания. Горы с густым лесом на их склонах, река, вьющаяся вокруг холма — это был тот самый путь, который он прошёл полгода назад. И вот впереди показался портал, откуда началось его путешествие в Элинор. В этом месте он впервые ступил в этот мир, полный магии, испытаний и надежды.

Свет, который нёс его, постепенно начал угасать, мягко опуская его на землю. Корин встал на дрожащие ноги, его дыхание было сбивчивым, а глаза горели от напряжения. Портал стоял перед ним, большой и таинственный, окружённый лёгким мерцанием энергии.

— Вернуться… — прошептал он, глядя на портал. — К фейри. Объединить существ. Сделать то, что никто до меня не смог.

Он понял, что это не просто побег — это было начало новой миссии, которая могла бы изменить весь мир. Ему предстояло найти фейри, услышать их древнюю мудрость и воззвать ко всем существам, скрывающимся в обоих мирах. Это было его единственное оружие против тьмы, которая поглотила Элинор.

Корин сделал шаг вперёд, свет портала усилился, готовый принять его. Он знал, что путь будет опасным, но не остановился. В его сердце жила вера, что он сможет исполнить обещание, данное Луне, и однажды вернётся, чтобы завершить начатое.

2.1

ЧАСТЬ 2 ВОЗВРАЩЕНИЕ В ЭЛИНОР

Глава 1

Корин пробирался через лес, пытаясь вспомнить, как найти фейри, но ему казалось, что всё вокруг изменилось. Тропы, по которым он проходил раньше, будто стерлись, деревья выглядели иначе, а звуки леса больше не напоминали ему о магии, которую он искал. Он был растерян. В своём мире он был наследником, принцем, человеком, за которым следовали, а здесь – всего лишь подросток, потерянный в неизвестности.

Прошло несколько дней, как он бродил по лесу, не имея ни карт, ни еды. Уставший и разочарованный, он сел у дерева, держась за голову. Его мысли были полны сомнений:

— Я принц в своём мире, а здесь… здесь я какой-то бродяжка, преступник, — подумал он с горечью.

Не заметив, как быстро ночь перешла в рассвет, он вышел к небольшой дороге, ведущей к цивилизации. Едва он дошёл до первого населённого пункта, как его одиночество и испачканная одежда привлекли внимание прохожих. Местная полиция быстро обратила на него внимание. В этом возрасте, особенно одному, ходить по городу – это редкость, которая обычно вызывает подозрение.

— Кто ты такой, мальчишка? — спросил один из офицеров, слегка нахмурившись, разглядывая его. — Что ты тут делаешь один?

Корин, не привыкший к таким ситуациям, с трудом нашёл в себе силы ответить:

«— Я ищу своих… своих друзей», — сказал он, стараясь, чтобы голос звучал уверенно.

Но его слова не убедили полицейских. Его отвели в участок для выяснения обстоятельств, а он, сидя в тёмной комнате, с угрюмым взглядом размышлял о своей ситуации.

— Почему мне так трудно? — думал он, глядя в окно. — В моём мире у меня была цель, была вера, а здесь я просто... никто.

Корин сидел на неудобном деревянном стуле в тёмной комнате. Тусклая лампа над головой бросала резкий свет на документы, которые лежали на столе перед ним. Вокруг витал запах дешёвого кофе и бумаги. Один из офицеров, Джери, присел напротив, его взгляд был настороженным, но не злым.

— Джери, мы пробили его, — проговорил его коллега, входя с папкой. — Так, ты беглец, парень?! Сбежал из интерната. Что, неужели там так плохо?

Корин молчал, чувствуя, как всё внутри него будто разрушалось. Его руки слегка дрожали, но он старался не выдавать своих эмоций. Слова офицера эхом отдавались у него в голове, заставляя его ещё больше теряться.

«Я принц в Элиноре, а здесь кто? Просто беглый подросток?» — думал он. Сомнения начали его захлёстывать. А что, если всё, что он пережил, было просто сном? Что, если он никогда больше не вернётся в тот мир? Никогда не увидит Луну? Что, если он останется здесь — никем, потерянным и забытым?

Корин поднял взгляд на офицера, но не нашёл в себе сил ответить. Это было словно новый вид пытки — реальность этого мира, которая сталкивалась с его воспоминаниями, казалась ему чуждой и жестокой.

Офицер вздохнул, откинувшись на спинку стула.

Полицейская машина остановилась у ворот интерната, и Корина вывели наружу. Здание, которое он когда-то знал, казалось ему чужим, словно он вернулся в прошлое, которое больше не имело к нему отношения. Воспитатели и воспитанники собрались у входа, их лица выражали смесь шока и недоверия.

— Это же Корин! — прошептал кто-то из детей. — Мы думали, он погиб!

Воспитательница, которая когда-то была к нему строга, теперь смотрела на него с удивлением и растерянностью. Но, несмотря на все взгляды и шепотки, Корин молчал. Его мысли были далеко отсюда, в мире, где он был принцем, где его ждали друзья и где он оставил Луну.

Его быстро отвели в комнату для хулиганов — маленькое помещение с решётками на окнах и минимумом удобств. Дверь за ним захлопнулась, и он остался один. Корин сел на кровать, глядя на тусклый свет, пробивающийся сквозь решётки.

— Я всё равно отсюда выйду, — тихо сказал он самому себе, его голос звучал твёрдо.

Он знал, что это место не сможет удержать его. Внутри него всё ещё горел огонь решимости. Он должен был найти способ вернуться в Элинор, найти фейри и выполнить своё обещание. Даже если весь мир был против него, он не собирался сдаваться.

Месяцы прошли в бесконечных попытках Корина сбежать. Каждая новая попытка только ухудшала его положение: охрана становилась строже, а воспитатели всё больше убеждались, что он "проблемный". Но Корин не сдавался, его мысли были только о том, как вернуться в Элинор, к Луне, к своей миссии.

Когда он начал рассказывать о магическом мире, о своём предназначении, о Луне и фейри, взрослые решили, что он потерял связь с реальностью. Его слова звучали для них как фантазии, и в конечном итоге его отправили в психиатрическую клинику.

Теперь он лежал привязанный к кровати в белой комнате, где не было ничего, кроме тусклого света и звука его собственного дыхания. Корин смотрел в потолок, его глаза были полны боли и отчаяния.

— Я подвёл всех, — шептал он себе. — Луну, Роланда, Маргарет... Я не смог.

Он винил себя за всё: за то, что не смог найти фейри, за то, что не смог защитить своих друзей, за то, что оказался здесь, в этом мире, где его считали никем. Но глубоко внутри него всё ещё теплилась искра надежды. Он знал, что не может сдаться. Даже в этой комнате, даже в этих условиях, он должен был найти способ вернуться.

В комнату вошёл незнакомец. Корин, привязанный к кровати, повернул голову, и его сердце забилось быстрее, когда он узнал знакомый силуэт. Это был Корнелиус, тот самый профессор, благодаря которому он попал в Элинор.

— Это вы?! — воскликнул Корин, его голос дрожал от удивления и надежды. — Я так рад вас видеть! Скорее освободите меня!

Парень задёргался, пытаясь вырваться из ремней, но Корнелиус поднял руку, призывая его к спокойствию. Он медленно сел рядом, с изучающим взглядом рассматривая юношу.

«— Я знал, что ты вернёшься», — сказал профессор спокойно, но в его голосе угадывалась странная смесь интереса и скрытой интриги. — Расскажи, что там произошло? Как ты выбрался? Меня не было в Элиноре столько лет. Как там королева?

Слова Корнелиуса заставили Корина замереть. Его лицо быстро сменилось от облегчения к подозрению.

— Так вы всё это время мне врали? — резко ответил он, в его голосе звучала боль. — Вы были за королеву?

Корнелиус слегка наклонился, его глаза блеснули. Но прежде чем он успел ответить, Корин продолжил, его слова звучали отрывисто, но твёрдо:

— Ваша королева уже почти год как лишена власти. Её дочь теперь правит.

— У неё есть дочь? — удивлённо воскликнул Корнелиус, его лицо изменилось, словно это открытие застало его врасплох. — Но она же слишком юна!

— Это не помешало ей, — с горечью добавил Корин. — Она хитрая, как и её мать. Скорее, освободите меня, профессор. Мне нужно вернуться, нужно исправить всё.

Корнелиус задумчиво посмотрел на Корина, его лицо оставалось спокойным, но в глазах мелькала странная искра. Он явно размышлял над чем-то, что не спешил говорить вслух.

Корнелиус медленно подошёл к Корину, его лицо оставалось спокойным, но в глазах читалась холодная решимость. Он достал из кармана небольшую стеклянную колбу и кинжал с тонким лезвием. Корин, увидев это, напрягся, его сердце забилось быстрее.

— Что вы делаете? — спросил он, пытаясь вырваться из ремней, но был слишком крепко привязан.

Корнелиус не ответил сразу. Он аккуратно взял руку Корина, и, прежде чем тот успел что-либо предпринять, сделал небольшой надрез на его коже. Кровь начала стекать, и профессор быстро подставил колбу, собирая её.

«— Сожалею, мальчик», — сказал он, его голос был холодным, но в нём слышалась тень сожаления. — Но я отправлюсь в Элинор без тебя. Прошлая встреча с фейри мне досталась слишком болезненно, и ещё раз я с ними встречаться не хочу.

Корин смотрел на него с ужасом и гневом, его глаза горели от ярости.

— Вы предали меня! — выкрикнул он, его голос дрожал. — Вы использовали меня, чтобы вернуться в Элинор!

Корнелиус лишь слегка усмехнулся, убирая колбу в карман.

«— Ты слишком многого не понимаешь, мальчик», — сказал он, отступая назад. — Но твоя кровь — это ключ. Она откроет мне путь, который я искал долгие годы. Ты был полезен, Корин, но теперь твоя роль закончена.

Корин стиснул зубы, его тело напряглось от бессилия. Он чувствовал, как внутри него закипает ярость, но он не мог ничего сделать. Корнелиус развернулся и направился к выходу, оставляя Корина одного в комнате, привязанного к кровати и охваченного чувством предательства.

Августовское солнце палило нещадно, когда Корин, наконец, вышел за ворота. Свобода, которую он так долго ждал, казалась странной и даже немного пугающей. Полгода прошло с тех пор, как он покинул Элинор, и всё это время он не знал, что стало с его друзьями, с Луной, с тем миром, который стал для него домом.

Он направился в лес, тот самый, где когда-то началось его путешествие. Но теперь всё казалось другим: деревья были выше, тропы заросли, а звуки леса больше не напоминали ему о магии. Он шёл, пытаясь вспомнить путь к фейри, но каждый шаг приносил только больше вопросов и сомнений.

— Где вы? — прошептал он, глядя на густую листву. — Я должен вас найти.

Корин чувствовал, что время уходит, что каждый день, проведённый здесь, отдаляет его от Элинора. Но он не мог сдаться. Его сердце всё ещё горело надеждой, что фейри помогут ему вернуться, что он сможет выполнить своё обещание и спасти тех, кто верил в него.

Лес был тих, но в этой тишине скрывалась загадка. Корин знал, что фейри не появятся просто так. Ему нужно было доказать, что он достоин их помощи. И он был готов идти до конца, чтобы найти их.

Зима накрыла лес своим ледяным покровом. Деревья, покрытые инеем, застыли в тишине, и снег глухо скрипел под ногами Корина. Его силы были на исходе, а надежда — словно свеча, готовая вот-вот погаснуть. Он бродил по лесу целыми днями, но всё безрезультатно. Логово фейри, о котором он так мечтал, осталось лишь смутным воспоминанием.

Корин опустил руки. Он сидел на холодной земле, обхватив голову руками, чтобы хоть как-то согреться. В голове крутились мрачные мысли:

— Может, это был всего лишь сон... Что, если Элинор никогда не существовал? Что, если всё это — плод моего воображения?

Он задумался о Луне. Её лицо и тёмные глаза преследовали его каждую ночь. Он винил себя за то, что не смог вернуться, что подвёл её и всех, кто ему доверял. Снег начал падать сильнее, укрывая его плечи тонким слоем.

— Я принц, — прошептал он себе, словно пытаясь убедить себя в том, что он ещё способен бороться. — Но сейчас… я никто.

В этот момент лес казался бесконечным. Впереди не было ни видимого пути, ни света, который мог бы его направить.

Корин оставался один в бескрайнем лесу, всё так же окружённый холодом и тишиной. Наступила зима, и с ней пришли бесконечные размышления. Каждая тропа, что он пересекал, казалась той же самой, каждая вершина деревьев — знакомой. Он искал следы фейри месяцами, но его память и путь изменились. В какой-то момент он просто опустил руки.

Снег продолжал падать, укрывая мир белой тишиной, и Корин сидел на грубой земле, отстранённо наблюдая за белыми хлопьями. Его мысли вращались в круге отчаяния.

— Что я вообще делаю? — пробормотал он себе под нос. — Луна… Маргарет… Роланд… Простите меня.

Ему казалось, что он теряет связь не только с Элинором, но и с самим собой. Внутри него нарастал ледяной вакуум, в котором только звучал слабый голос надежды, отдалённый и почти угасающий.

Слабый свет скользил по стенам комнаты, когда Корин медленно открыл глаза. Ему потребовалось несколько мгновений, чтобы осознать, где он находится. Высокие своды, украшенные сияющими узорами, словно вырезанными из света, окружали его. Воздух был пропитан ароматами свежей травы и магической энергии. Корин сел, чувствуя лёгкое головокружение.

«— Это же... храм фейри», — произнёс он, его голос дрожал от смеси удивления и восторга. — Я был прав, я не фантазировал! Они все живы, они существуют!

Он поднялся на ноги, осматриваясь вокруг. Стены храма словно пульсировали светом, меняющимся от мягкого золота до нежного зелёного. Казалось, сама природа оживала здесь, отражая дыхание древней магии. Корин почувствовал, как тепло разливается по его телу, словно сама сила этого места поддерживала его.

— Я нашёл вас... — произнёс он, не веря своим глазам. Слёзы облегчения и радости начали катиться по его щекам. — Я знал, что не ошибся.

Но он не был один. В тени мерцающего света появились фигуры. Изящные, с полупрозрачными крыльями, окружённые тонким сиянием. Фейри начали тихо выходить из своих укрытий, их глаза светились любопытством, а на лицах читались и осторожность, и загадочная улыбка.

Старая Ленора, облачённая в мягкое сияние, вышла вперёд, её фигура источала мудрость и силу. Она остановилась перед Корином, её проницательный взгляд словно проникал в самую глубину его души.

«— Корин, мы ждали тебя», — произнесла она мягко, но с укором. — Ты пропал больше года назад. Надеюсь, ты не совершил ошибку! Скажи мне, ты уничтожил палочку?

Корин опустил взгляд, его сердце билось тяжело. Он чувствовал груз каждого своего решения, каждого провала.

— Карбон хотел воскресить Кору, но это было остановлено. Это кончено, — сказал он, его голос звучал тихо, но твёрдо. — Однако Роуз… она приняла тёмную сторону.

Слова Корина прозвучали громом среди тишины. Фейри зашептались, их лица выражали потрясение. Как такая новость могла быть правдой? Как Роуз, их союзница, могла пасть во тьму?

— Корин, — вновь заговорила Ленора, её голос дрожал. — Ты смог восстановить мир?

Корин отвёл взгляд, его плечи опустились. Слова застряли в горле, но он знал, что правду скрыть нельзя.

— Поэтому я и прибыл к вам, — наконец сказал он, его голос был полон горечи. — Я нашёл верных друзей. Мы сражались, но враг оказался сильнее. Моя кузина… она безумна. Все мои союзники в кандалах или мертвы. Меня не было уже больше полугода, что там происходит, я не знаю.

Фейри замерли. Их блеск слегка угас, а лица стали серьёзными. Ленора молчала несколько секунд, обдумывая его слова. Затем она шагнула ближе и мягко коснулась его плеча.

«— Ты пришёл не зря, Корин», — сказала она. — Если ты здесь, значит, надежда ещё жива. Но путь, который ждёт тебя, будет нелёгким.

Корин посмотрел на фейри, его сердце билось быстрее от гнева и растерянности. Их молчание после его вопроса только усиливало тревогу. Когда одна из них наконец заговорила, её слова прозвучали как удар.

— Недавно Карнелиус с помощью твоей крови отправился в Элинор, — мягко сказала Леона, но в её голосе чувствовалась тяжесть. — И с ним была Симальда… сестра Карбона.

Корин замер, его глаза расширились от шока.

— Ещё одна тёмная фейри в Элиноре? — спросил он, не веря своим ушам.

Леона слегка кивнула, её взгляд оставался сосредоточенным.

— Это не главное, Корин, — продолжила она, её голос звучал серьёзно. — Главное то, что, попав в Элинор, они уничтожили древо-портал. Теперь мы не можем использовать этот способ, чтобы вернуться в наш мир.

Эти слова словно выбили землю из-под ног Корина. Древо-портал, его единственная надежда на возвращение, было уничтожено. Он почувствовал, как в его груди закипает отчаяние.

— Но… — начал он, пытаясь осознать ситуацию, — тогда как мы вернёмся? Что теперь?

Леона медленно кивнула, её взгляд стал твёрдым, словно её решение обрело форму.

«— Элинор — это не просто магический мир», — сказала она. — Это реальный остров в океане, скрытый под магическим куполом. С силой света мы сможем пройти сквозь барьер. Но до этого... нам нужен корабль.

Корин нахмурился, его мысли метались между надеждой и сомнением.

— Корабль? Но где мы найдём его? Мы же не можем просто пойти в порт и попросить кого-то отвезти нас на скрытый остров, — заметил он, с трудом веря в возможность такой идеи.

Одна из фейри, стоявшая рядом с Леоной, слегка улыбнулась, но её взгляд оставался настороженным.

«— Нам придётся проявить хитрость», — сказала она. — Люди редко помогают без выгоды для себя. Мы должны найти капитана, готового рискнуть… или того, кто не задаст слишком много вопросов.

Все посмотрели на Корина с удивлением, его внезапный крик нарушил тишину. Леона шагнула вперёд, её взгляд был сосредоточенным.

— Беженцы? — спросила она, её голос был полон сомнения. — Ты хочешь воспользоваться их кораблями?

— Да! — ответил Корин, его лицо загорелось новой надеждой. — Вы не знаете? Корабли с беженцами часто пересекают океан, направляясь в США. Они идут через те воды, где скрыт Элинор.

Фейри перешёптывались между собой, осмысливая его слова. Одна из них, с более скептическим взглядом, подняла руку:

— Это опасно, Корин. Даже если мы сможем найти такой корабль, как мы договоримся проплыть с ними?

Корин задумался, его взгляд опустился на пол.

— Есть ещё корабли с заключёнными, — добавил он тихо, словно взвешивал свои слова. — Они тоже пересекают океан… но это ещё опаснее.

Леона нахмурилась, обдумывая его предложение. Она понимала, что в этом есть риск, но другого выбора могло не быть.

— Нам придётся быть хитрыми, — наконец сказала она. — Если мы сможем проникнуть на один из этих кораблей, никто не должен заметить нас до тех пор, пока мы не окажемся достаточно близко к Элинору. Но…

— Но? — переспросил Корин, настороженно глядя на неё.

— Нужен план, — продолжила Леона. — И убедительная причина, чтобы нас не выбросили за борт. У тебя есть идея, Корин?

Фейри осторожно вынесла небольшой, но явно тяжёлый сундук. Она поставила его перед всеми и медленно открыла крышку. Внутри сверкали золотые слитки, сияя в отблесках магического света комнаты. Это было богатство, которое могло бы ослепить любого смертного.

— Может, мы купим себе место? — сказала она с лёгкой улыбкой, её голос прозвучал одновременно игриво и серьёзно.

Корин наклонился ближе, его глаза расширились от неожиданности. Но через секунду на его лице появилась искренняя улыбка, и он энергично кивнул.

«— Мы купим место», — сказал он, его голос был полон уверенности. — Это должно сработать.

Леона задумчиво посмотрела на золото, затем на Корина.

— Это может быть нашим шансом, — подтвердила она. — Люди могут любить золото, но его сияние редко оставляет их равнодушными. Нам просто нужно найти правильных людей.

Они отправились в порт. Фейри надели плащи прикинувшись старухами. Они с корином отправились в порт, но никто кроме тюремного коробля не принял предложение. - я предоставлю вам каюту. Леона показала капитану карту где среди океана они должны проплыть. Корабль отправился. На нем было более ста преступников и два десятка военных следящих за теми.

Корабль медленно отплыл из порта, глухо скрипя деревянными досками, словно выражая протест своему грузу. В его трюме было тесно и душно — там находились более ста заключённых, закованных в кандалы, их мрачные взгляды говорили о потерянной надежде. На верхней палубе ходили военные, пристально наблюдая за каждым движением.

Леона и остальные фейри, скрытые под плащами старух, оставались незаметными. Они заняли небольшую каюту в задней части судна, где могли собираться и обсуждать дальнейший план. Корин сидел у иллюминатора, наблюдая, как порт медленно исчезал из вида. Его сердце было тяжёлым, но взгляд оставался полным решимости.

— Ты уверен, что это сработает? — тихо спросила одна из фейри, её голос был настороженным.

— Мы должны попытаться, — ответила Леона, раскрывая карту, которую она показала капитану перед отплытием. — Мы пройдём через нужный участок океана. Главное — оставаться незаметными и действовать быстро, когда подойдём к барьеру.

Корин сжал кулаки, его мысли возвращались к Элинору. Он вспоминал Луну, её лицо, полное решимости, и своих друзей, которых он обещал спасти. Но в глубине души он знал, что этот путь может стать самым опасным из всех, что он проходил.

— Я не подведу, — тихо сказал он себе, больше для того, чтобы убедить себя самого.

Снаружи бушевали морские волны, а где-то в трюме слышались громкие разговоры и звуки оков.

Корабль дрогнул от внезапного удара, раздавшийся треск эхом прокатился по палубе. Заключённые в трюме начали кричать, а военные на палубе бегали в панике, пытаясь понять, что произошло. Корин побежал к краю корабля, чтобы взглянуть на океан, но ничего, кроме странного, едва заметного мерцания в воде, видно не было.

— Корин, это купол! — воскликнула Леона, её голос выделялся среди шума. — Мы нашли его!

Но радость длилась недолго. Корин обернулся, его взгляд упал на хаос, который развернулся вокруг. Вой солёного ветра перемешивался с криками. Люди были в панике, а корабль начал медленно накреняться.

— Скорее, отправляемся! — поторопила Леона, её голос был настойчивым.

Но Корин не двинулся. Он смотрел на заключённых и охранников, которые цеплялись за перила, пытаясь удержаться. Они были чужими для него, и всё же мысль оставить их здесь вызывала у него тяжёлое чувство.

— Мы что, бросим всех этих людей умирать? — проговорил он, повернувшись к Леону. В его голосе звучала боль.

Леона посмотрела на него внимательно, её лицо было сосредоточенным. Она понимала, что каждый миг промедления может стоить им жизни, но слова Корина задели что-то в её душе. Остальные фейри собрались вокруг, каждая из них колебалась, ожидая решения.

— Эти люди ничем не смогут помочь нашему делу, Корин, — тихо сказала одна из фейри. — Мы не можем рисковать всем ради тех, кто может нас предать.

Но Корин знал, что если он оставит их сейчас, то всегда будет помнить этот выбор. Он сделал шаг к Леону, его голос стал твёрдым:

— Если мы хотим восстановить свет в Элиноре, мы не можем начинать с того, чтобы оставить этих людей погибать. Дайте мне немного времени. Я попытаюсь спасти их.

Леона замерла, её взгляд был проницательным. Она знала, что спорить с ним бесполезно. Наконец, она кивнула.

— У тебя мало времени, — ответила она. — Решай быстро.

Корин стоял на палубе, окружённый хаосом. Крики заключённых и команды заглушались шумом волн, а треск деревянных досок корабля резонировал в его ушах. Купол, невидимый, но ощутимый, преграждал путь. Он чувствовал, что время на исходе.

— Нам нужно пробиться! — выкрикнул Корин, его голос звучал твёрдо, несмотря на внутреннюю тревогу.

Он вытянул руки, и внутри него зажглась светлая сила, давно спящая в глубинах его души. Яркий поток света начал струиться из его ладоней, словно отвечая его решимости. Это было больше, чем магия — это была его вера, его сила света, которая всегда была с ним. Свет пронзил купол, оставляя в нём брешь.

— Это... работает! — прошептала Леона, её голос звучал с удивлением.

Корабль дрогнул, а затем мощный толчок выбросил его вперёд. Вода обрушилась на борта, но корабль, словно захваченный неведомой силой, пересёк барьер. Полузатонувший и скрипящий от напряжения, он медленно выполз на берег, его грубая форма стояла среди песка.

Корин упал на колени, его дыхание было тяжёлым, но его глаза сияли. Он повернул голову, оглядывая берег, и его сердце забилось быстрее. Это был Элинор, его мир, который он покинул полгода назад.

«— Мы сделали это», — произнёс он тихо, его голос был наполнен облегчением.

Фейри вышли из тени, их взгляды также выражали смесь удивления и радости. Заключённые, ошеломлённые произошедшим, начали медленно выбираться на берег, а команда судна осталась неподвижно стоять, не веря своим глазам.

Люди с трудом выбирались из трюмного ада на берег, с ошеломлённым видом оглядываясь вокруг. Их лица были полны недоумения и страха: корабль покорёженный, море за спиной необъятное, а впереди — незнакомая и странно тихая земля.

Корин стоял на краю пляжа, его взгляд блуждал по линии горизонта, и сердце защемило от знакомой местности. Он сделал несколько шагов вперёд, вглядываясь в густую растительность.

«— Мы на северо-востоке», — сказал он, его голос был твёрдым и полным уверенности. — Я знаю это место. Год назад я начал свой путь именно отсюда.

Леона, закинув капюшон плаща, медленно подошла к нему. Её глаза блеснули, когда она присела и нежно коснулась ладонью земли.

«— Корин, нам нужно найти существ», — сказала она, её голос был пропитан чувством облегчения и скрытой радостью. — Как же мы скучали по Элинору...

Земля под её пальцами словно отвечала, и лёгкое биение магии, наполняющее воздух, эхом разлилось вокруг. Остальные фейри, увидев это, тоже подошли ближе, их лица выражали смесь радости и тоски. Даже после стольких лет вдали от родного мира, они всё ещё чувствовали себя частью этой земли.

Леона замерла на мгновение, её взгляд скользил по лицу Корина, словно она пыталась прочитать в его глазах истинную природу его намерений.

— Ты действительно не идёшь с нами? — спросила она, её голос был полон лёгкой грусти, но она уважала его решение.

— Простите, — твёрдо ответил Корин. — Я бросил своих друзей почти на год. Они боролись за меня, и теперь моя очередь бороться за них. Вы идите к Небесному городу фейри. Возможно, вы найдёте там что-то, что поможет в борьбе против моей кузины Селисы. А я отправлюсь в Девичью долину. Это недалеко отсюда, там находится дом Маргарет и Роланда… может быть, они всё ещё там.

Леона слегка улыбнулась, её глаза блеснули пониманием.

«— Ты прав, Корин», — сказала она. — Истинная сила не только в магии, но и в верности. Найди своих друзей. Мы отыщем Небесный город и сделаем всё, чтобы остановить тьму, которая поглощает Элинор.

Фейри обменялись прощальными словами, их фигуры постепенно исчезли в густых лесах. Корин проводил их взглядом, а затем повернулся лицом к юго-западу, туда, где лежала Девичья долина. Его сердце было тяжёлым от тревоги, но он знал, что не может отступить.

— Роланд… Маргарет… надеюсь, вы всё ещё живы, — прошептал он, делая первые шаги к своей новой цели.

Корин стоял на границе леса, оборачиваясь на останки корабля и людей, которые уже освободились из его трюма. Группа заключённых, словно обезумев от внезапной свободы, быстро объединилась и начала выстраивать свою общину. Их лица, ожесточённые и злобные, были полны решимости создать собственное царство среди чужого мира.

Но ужас того, что произошло, заставил его содрогнуться. Полицейские, недавно ещё строгие и уверенные, теперь лежали мёртвыми на песке. Бандиты безжалостно расправились с ними, и на берегу витал запах крови и отчаяния. Корин почувствовал ледяной холод в груди, понимая, что опасность слишком близка.

— Они... убили их, — прошептал он себе под нос, чувствуя, как страх смешивается с гневом.

Голоса бандитов становились громче, их общий рёв и смех заполнили пространство. Корин знал, что у него нет времени размышлять. Он развернулся, сделав быстрый шаг в сторону леса.

«— Я не могу оставаться здесь», — сказал он себе, стараясь успокоить дрожь в голосе. — Эти люди опасны… я должен уйти.

Он скользнул в густую растительность, его шаги были лёгкими, но быстрыми. Лес, хотя и полный неизвестности, казался ему более безопасным, чем стоянка бандитов на берегу. Впереди ждало непредсказуемое, но он был готов встретиться с ним, потому что дальше лежала его цель — Девичья долина и надежда найти своих друзей.

Длинные тени деревьев ложились на землю, покрытую мокрым мхом. Корин шёл по лесу, вгрызаясь в свои воспоминания, стараясь вытащить из них хотя бы малейшую подсказку, которая могла бы указать ему путь. Лес вокруг был густым и молчаливым, его густая растительность создавали ощущение, что он стал частью чего-то живого, неразрывного. Каждая ветка, которую он отодвигал рукой, трещала, словно предостерегая его от дальнейшего пути.

"Девичья долина," — думал он, сверяясь с тусклыми обрывками памяти. Он помнил рассказы Роланда об их доме, о тёплой долине, скрытой среди лесистых холмов. Но сейчас Корин не мог понять, сколько времени прошло, изменились ли пути и тропы?

— Я найду их, — прошептал он, сам себе пытаясь придать уверенности.

Спустя несколько часов пути ноги начинали сдавать. Всё тело ломило от усталости, оставшейся после путешествия на корабле, а чувство голода выжигало живот изнутри. Но внезапно, когда его надежда уже готова была угаснуть, сквозь листву замаячили очертания. Вдалеке возвышалась крепость. Её каменные стены, покрытые пятнами мха, выглядели одновременно величественными и усталыми, словно пережившими вековые испытания времени и природы.

— Я добрался! — воскликнул Корин, его голос вырвался громче, чем он ожидал.

Душа наполнилась радостью, и это чувство подхватило его ноги — он побежал вперёд, не обращая внимания на боль и слабость. Ворота крепости показались ближе, и теперь он отчётливо видел стражников, стоящих рядом. Их доспехи тускло блестели на свету, а их фигуры выглядели угрожающе, но Корин не остановился.

Один из стражей, высокий мужчина с серьёзным взглядом, шагнул вперёд, выставив копьё, чтобы преградить путь.

— Кто вы? — грубо спросил он, его голос отразился эхом от каменных стен.

Корин остановился, тяжело дыша, его взгляд был усталым, но глаза горели решимостью.

— Я… я к Роланду и Маргарет! — произнёс он, едва переводя дыхание.

Страж нахмурился, его серьёзное лицо на мгновение исказилось выражением удивления. Он молча посмотрел на Корина, словно пытаясь понять, действительно ли этот измученный юноша был тем, кем назвался.

Скрип массивных дверей отдавался эхом в длинных коридорах. Корин нервно поправил одежду, чувствуя тяжесть усталости на плечах, пока следовал за стражем. Приёмный зал оказался тёмным и просторным, с высокими сводами, украшенными потускневшими гербами и гобеленами. Атмосфера здесь была странной, гнетущей, и Корин чувствовал, что что-то изменилось, что-то не так, как он помнил.

Когда перед ним появилась Вилия, её присутствие сразу наполнило зал холодом. Женщина, высокая и статная, с проницательным взглядом, держалась строго. Её глаза оценивающе пробежались по юноше, и в них мелькнуло что-то похожее на недоверие, прежде чем она заговорила.

— Корин, ты жив? Какая новость, — произнесла она, но в её голосе не было радости. Это было скорее констатацией факта, чем тёплым приветствием. — Но если ты пришёл к друзьям, их нет здесь.

Её слова были словно удар. Корин застыл, пытаясь осмыслить услышанное.

— Но где они? — спросил он, голос его дрожал. Он чувствовал, как тревога нарастает с каждым мгновением.

Вилия фыркнула, её лицо скривилось от явного недовольства.

«— Корин, тебе не рады здесь», — сказала она резко, её тон был полон укоризны. — Мы пожертвовали всем ради тебя, а ты… ты просто исчез! Нас всех разбили, все наши надежды потеряны. Благо королева милосердна и не казнила нас всех, хотя, возможно, это было бы проще.

Корин стоял у подножия крепости, его взгляд был устремлён в горизонт, но мысли застряли в хаосе недавних событий. Его сердце, наполненное ожиданием найти друзей, теперь было разбито. Вокруг него раскинулся густой лес, казалось, он поглощает его одиночество и скрывает путь вперёд. Зима, начавшая терять свои холодные оковы, не приносила ни тепла, ни надежды.

— Что я могу сделать один? — тихо прошептал он себе, его голос дрожал. Его сила, магия света, текла в его крови, но сейчас она казалась бесполезной перед тяжестью собственных ошибок.

Корин тяжело присел на камень, опустив голову. Воспоминания захлестнули его — лица Маргарет и Роланда, их слова поддержки и смелость перед лицом врагов. Он помнил, как они стояли бок о бок, защищая друг друга, но теперь… где они?

Его руки сжались в кулаки. Он чувствовал беспомощность, и эта беспомощность сковывала каждый его шаг. Сила света была велика, но что она могла сделать против тьмы, если он был сам?

«— Я должен найти их», — сказал он себе, поднимая взгляд. — Я не могу оставить их на произвол судьбы.

Ветер прошёлся по лесу, шепча свои древние истории. Он чувствовал, как внутри него снова загорается искра решимости. Пусть его путь будет полон опасностей, пусть он не знает, где искать, но он не мог сдаться. Его друзья, его миссия, его мир — всё это стоило того, чтобы идти вперёд, несмотря ни на что.

Корин поднялся, его шаги были тяжёлыми, но твёрдыми. Он покинул крепость, отправившись в глубину леса. Перед ним была неизвестность, но внутри него снова начал гореть свет — свет, который не позволит ему остановиться.

Сумрачный свет пробивался сквозь густые кроны деревьев, сопровождая Корина в его новом путешествии. Восточный лес был местом, о котором он слышал рассказы в своих прежних приключениях. Говорили, что здесь обитали самые разные существа — от мудрых зверей до магических созданий, укрывающих свои тайны в тенях вековых деревьев. Но теперь, после смерти Коры, этот лес, как и всё в Элиноре, был окутан неизвестностью.

Корин шёл осторожно, его шаги едва слышались на покрытой мягким мхом земле. Вокруг царила напряжённая тишина, лишь изредка её нарушали лёгкие звуки, словно кто-то наблюдал за ним. Он старался не отвлекаться, но внутри его раздирало сомнение: были ли здесь ещё те, кто мог ему помочь? Или эти места, как и многие другие, опустели, став жертвой хаоса, оставшегося после падения Коры?

— Если поселение всё ещё существует… — тихо проговорил он сам себе. — То, возможно, я смогу найти хоть кого-то, кто знает, где искать остальных.

Лес становился всё гуще, и путь становился всё труднее. Каждый шаг ощущался как попытка пересечь границу между реальностью и чем-то иным. Внезапно Корин остановился. Вдалеке, сквозь ряды тёмных деревьев, мелькнул свет. Он казался тёплым и мерцающим, словно костёр, горящий вдалеке. Сердце Корина забилось быстрее.

— Может быть, это зацепка… — пробормотал он, сглотнув и двинувшись вперёд.

Лес будто начинал меняться вокруг него. Ветер утих, а тишина стала глубже. Он чувствовал, как что-то наблюдает за ним. Корин вспомнил рассказы о существах Восточного леса — их мудрости и скрытности, и сердце его сжалось от мысли, что они могут не доверять ему.

Когда он подошёл ближе к источнику света, он увидел, что это было не просто пламя. Это был магический круг, выжженный на земле, вокруг которого лежали остатки поселения. Дома, построенные из дерева и камня, были разрушены или заброшены. Но огонь, горящий в центре, был свежим. Кто-то был здесь.

Корин остановился на краю разрушенного поселения, стараясь не привлекать лишнего внимания.

Всю ночь Корин сидел в тени, почти не двигаясь, чтобы не привлечь внимания. Его глаза сосредоточенно всматривались в поселение, которое казалось призраком прошлого. Силы уходили, веки становились тяжёлыми, но он не мог позволить себе заснуть. Дыхание леса, полное тихих звуков, смешивалось с его собственным.

Когда первые лучи света начали пробиваться сквозь кроны деревьев, он наконец заметил движение. Двое маленьких фигур подошли к костру. Их походка была осторожной, словно они ожидали, что каждый их шаг может стать последним. Когда они оказались ближе, Корин понял, кто это — полурослики, что скрывались в лесах Элинора.

Один из них, слегка сутулый и с глубокими морщинами на лице, вздохнул, опускаясь на землю у костра.

— Ну что, никто не пришёл? — произнёс он хрипловатым голосом, бросив взгляд на своего спутника.

Второй, моложе и с настороженными глазами, огляделся по сторонам и кивнул, поднося руки к теплу огня.

«— Видимо, всех уже изловили», — сказал он с горечью. — Пойдём, пока и нас не поймали.

Эти слова словно ударили Корина в грудь. Он понимал, что не может позволить им уйти. Он собрал остатки смелости и вышел из кустов, стараясь не делать резких движений.

— Стойте! — сказал он громко, но без угрозы. Его голос прорезал утреннюю тишину, заставив полуросликов резко обернуться. Их глаза широко раскрылись от удивления, и они моментально напряглись, готовясь бежать.

— Я… Я Корин, — добавил он, подняв руки, чтобы показать, что он безоружен. — Я долго искал вас. Что произошло? Расскажите мне!

Старший полурослик медленно поднялся на ноги, его глаза сузились, будто он пытался понять, правду ли говорит этот юноша. Младший за его спиной схватился за небольшой кинжал, явно ожидая подвоха.

— Корин, говоришь? — произнёс старший медленно. — Это ты тот самый? Тот, кто покинул Элинор, когда всё пошло к чертям?

В его голосе слышались и подозрение, и лёгкая искра надежды. Корин кивнул, глядя прямо в глаза говорившему.

— Да, это я. Но я не предавал вас, не отрекался. Я здесь, чтобы помочь. Чтобы исправить то, что произошло. Пожалуйста, скажите, что случилось.

Полурослики переглянулись, затем старший тяжело вздохнул и сел обратно у костра.

«— Ладно, садись», — сказал он. — Мы тебе расскажем.

Старший полурослик вздохнул тяжело, его взгляд был потускневшим, а голос — наполнен горечью воспоминаний.

— Когда ты исчез, и Кора тоже пала, звери… они разбежались, — начал он, словно возвращая себя в те страшные дни. — Они пытались сражаться. Мы все пытались. Но нас становилось всё меньше. Селиса начала охоту на всех существ, кто ей сопротивлялся. Это было словно проклятие, которое разрасталось по всему Элинору.

Корин слушал, сжав зубы, а внутри него нарастала смесь ярости и вины. Старший полурослик продолжил:

— Она пришла к нам, в деревню полуросликов, — его голос задрожал, — потому что узнала от Луны, где мы. И она… она истребила нас. Тех, кто не смог бежать.

Юноша замер, его сердце сжалось. Он знал, что Луна никогда бы не предала их по своей воле. Но мог ли это быть результат её принуждения? Или что-то ещё более тёмное?

— Мы… мы последние, — полурослик взглянул на младшего, который молча кивал, сидя с опущенным взглядом. — Те немногие, кто выжил, скрываются теперь под землёй у гномов. Но нас всё меньше. Мы пропадаем, Корин. Мы думаем, это Карбон.

Корин резко вскинул голову.

— Карбон? Но он... его тогда не нашли?

— Нет, — старший кивнул. — После того, как всё кончилось, он исчез. Его никто не видел, но тьма, которая окружает нас, кажется... его работой.

Тишина повисла между ними, и только потрескивание костра наполняло воздух. Корин пытался осмыслить услышанное. Селиса, Карбон, исчезновение существ — всё это было больше, чем он ожидал.

Он чувствовал груз ответственности сильнее, чем когда-либо. Он посмотрел на полуросликов, пытаясь найти слова, которые могли бы дать им надежду, хотя бы слабую.

«— Я вас не оставлю», — сказал он наконец, твёрдо.

На пути к северу лес становился всё менее плотным, уступая место светлым полянам и кристальным ручьям, мерцавшим под лучами солнца. Корин шагал уверенно, но внутренне его всё больше охватывали беспокойство и напряжение. Полурослики следовали за ним, их лица были настороженными, но в их движениях чувствовалась решимость.

Когда они дошли до деревни фей, Корин остановился, поражённый видом перед собой. Деревня была живой, сотни крылатых существ мелькали в воздухе, их движения напоминали танец света. Однако радость от этого зрелища была омрачена тревожной атмосферой. Феи говорили тихо, и их лица были серьёзными.

— Ещё две феи сегодня пропали, — тихо сказала одна из них, обращаясь к полурослику. Её глаза были печальными, а голос дрожал от страха.

— Похоже, мы скоро последуем под землю за остальными, — добавила другая, и в её словах звучала горечь. Она опустила голову, словно пытаясь скрыть слёзы.

Корин замер, глядя на их лица. Его сердце билось быстрее, и в голове крутились мысли, которые он пытался подавить.

— Неужели Кора не погибла? — проговорил он, почти шёпотом, стараясь уловить логику происходящего. — Что если звери и существа пропадают из-за неё? Ну уж нет… этого не может быть.

Слова застряли в его горле, но он почувствовал, что должен действовать. Он сделал шаг вперёд, обращаясь к ближайшей фее:

— Скорее, отведите меня к старейшинам фей. Мне нужно поговорить с ними.

Феи обменялись взглядами, их глаза выражали смешанные чувства — удивление, настороженность и лёгкую тень надежды. Одна из них кивнула, жестом приглашая Корина следовать за ней. Полурослики остались позади, наблюдая за его шагами с тихим волнением.

Деревня фей оказалась более загадочной, чем он ожидал. Повсюду были витиеватые мосты, связывающие кроны деревьев, и яркие магические огоньки, освещающие путь. Но даже среди всей этой красоты он чувствовал что-то тёмное, скрытое в тенях

В зале старейшин фей царила напряжённость. Сотни крылатых существ собрались вокруг, их лица выражали смесь гнева, тревоги и отчаяния. Их маленькие фигуры, обычно излучающие лёгкость и магию, теперь казались ослабевшими. Каждое слово, произнесённое старейшинами, было пропитано скорбью.

«— У нас нет другого выбора», — сказала одна из фей, её голос дрожал от нарастающей тревоги. — Всё меняется, и люди, возможно, наша последняя надежда.

Корин стоял неподвижно, поглощённый этими словами, но внутри него пробуждался протест. Неужели их судьба так трагична и необратима? Он сделал шаг вперёд, бросив взгляд на старейшин.

— Вы думаете, Кора всё ещё жива? — спросил он, его голос звучал с нажимом, пытаясь уловить скрытую правду.

Старейшина, самая древняя среди фей, подняла взгляд, её крылья мерцали слабо, но её глаза были проницательными.

«— О, юный принц», — сказала она мягко, но её слова были тяжёлыми. — Зло, к сожалению, никогда не искоренить. Мы можем бороться, но всё имеет предел. Наше время подходит к концу, и многие из нас это понимают.

Эти слова врезались в сердце Корина, словно ледяное копьё. Он почувствовал, как всё его тело наполняется отчаянием, но внутри него загоралась искра. Нет, он не мог просто стоять и принимать их слова. Его решение стало ясным, как свет в его собственной душе.

Он сделал шаг вперёд, его голос прозвучал громко и уверенно, эхом разлетаясь по залу.

— Нет! — сказал он, и сотни глаз повернулись к нему. — Я Корин Легаро, мастер света, и я обещаю вам, что это не конец! Все существа будут жить, не скрываясь. Мы построим город, где вы сможете жить без страха! Мы возродим Элинор!

Зал замер. Феи переглядывались, поражённые его словами. Даже самые старые из них, привыкшие к потерям и боли, почувствовали слабую искру надежды. Корин стоял перед ними, чувствуя, что он нашёл своё истинное предназначение — защитить тех, кто был забыт, кто отчаялся.

Феи начали готовиться, их движения были быстрыми, но продуманными. Среди мелькающих крылатых фигур слышался звон металла — это те, кто нашёл в себе смелость взять оружие, собирали мечи, копья и луки. В их глазах читалась решимость, смешанная с тревогой. Многие из них знали, что впереди их ждёт опасный путь, но они не отступали.

Одна из фей, невысокая и с горящими глазами, подошла к Корину. Её голос был тихим, но весомым:

«— Мы отправляемся в северные горы», — сказала она. — Ты будешь рад, Корин, увидеть там кое-кого.

Парень нахмурился, её слова вызвали в нём искреннее недоумение.

— Кого? — спросил он, но ответа не последовало. Она лишь загадочно улыбнулась, словно зная, что разгадка этого вопроса станет для него сюрпризом.

Корин только кивнул, чувствуя, как внутри него нарастает любопытство, смешанное с лёгкой тревогой. Ему оставалось лишь ждать, пока их путь не приведёт к истине. Вместе с небольшой группой фей и полуросликов он двинулся вперёд, в сторону северных гор.

Лес постепенно уступал место скалистым возвышенностям. Воздух становился холоднее, а ветер обжигал кожу, проникая сквозь плотную ткань одежды. Горы, возвышающиеся перед ним, выглядели мрачными и величественными, их пики скрывались в облаках, словно намекая на тайны, которые они скрывали.

Феи летели над землёй, с лёгкостью преодолевая скалистые тропы, но даже среди их крыльев витала напряжённость. Корин шёл пешком, его ноги устали от долгого пути, но сердце гналось вперёд, жаждя разгадать тайну, о которой феи говорили с таким намёком.

— Почему северные горы? — задумался он вслух, обращаясь к полурослику, который шёл рядом.

— Это место, где много веков назад существовала великая магия, — ответил тот. — Возможно, там осталась сила, которая сможет помочь нам.

Когда Корин добрался до гор, его сердце сжималось от неизвестности. Феи внезапно остановились, их крылья начали издавать странные вибрации, словно пульсирующая мелодия, которую невозможно было услышать, но можно было почувствовать. Лёгкий отклик раздался от камней, словно сама гора отзывалась на их зов.

С треском и глухим рокотом в скале появился проход, освещённый мягким сиянием. Корин смотрел, не веря своим глазам, когда из него вышли две знакомые фигуры. Его сердце замер на мгновение, а затем забилось с дикой силой.

— Роланд! Маргарет! — воскликнул он, слёзы облегчения мгновенно навернулись на глаза. — Вы живы!

Они обнялись, крепко и долго, словно боялись снова потерять друг друга. Корин почувствовал, как тяжесть, лежащая на его душе, немного ослабла.

— Корин, — сказал Роланд, его голос звучал уверенно, но в нём всё ещё читалась скрытая боль. — Мы ждали тебя. Мы готовили всех, кто остался.

— Но как вы спаслись? — спросил Корин, его голос дрожал от смеси радости и тревоги.

Маргарет мягко улыбнулась, но в её глазах светилась печаль.

— Нас спасли животные, — начала она. — Когда всё начало рушиться, они начали массово исчезать. Мы не знали, куда они идут, пока сами не последовали за ними. Они привели нас в гномьи шахты. Там мы нашли убежище.

— Только маги земли могут открыть проход, — добавил Роланд. — Поэтому мы стали своего рода хранителями границы. Мы следим, чтобы никто случайный не нашёл нас, но ждали, что ты вернёшься.

Корин смотрел на них, его душу наполняла смесь облегчения и ответственности

С глубокой тишиной Корин и его спутники вошли в сердце горы, где перед ними открылся удивительный и необычный вид — старинный гномий город. Его архитектура поражала: массивные колонны, вырезанные из камня, поддерживали своды туннелей, украшенные древними узорами, которые казались ожившими от мягкого сияния факелов. Вокруг кипела жизнь, словно это место было последним островком надежды в мире, поглощённом тьмой.

Гномы, с их массивными фигурами и сильными руками, суетились вокруг своих мастерских, из которых доносился звук молота и звенящего металла. Звери, редкие и скромные, находили укрытие среди каменных жилищ, их глаза с осторожностью оглядывали пришедших. Полурослики помогали поддерживать порядок, а феи, ещё недавно охваченные тревогой, уже начали обустраиваться в укромных уголках.

Корин чувствовал, как напряжение в его груди растёт. Всё это место — символ выживших, тех, кто избежал тьмы и жестокости, — сейчас смотрело на него с надеждой. Но он знал, что долго ждать нельзя. Время изменило ход событий, и теперь каждый миг был на вес золота.

Собрав всю свою решимость, он сделал шаг вперёд к главной улице города. Его руки потянулись вверх, и из них засиял шар света — яркий, теплый и полный жизни. Этот свет, его собственная сила, был одновременно обещанием и призывом. Шар медленно поднялся, озаряя туннели мягким, но мощным свечением.

— Подойдите, — проговорил Корин, его голос звучал уверенно, хотя внутри он чувствовал страх. — Подойдите ко мне. Я пришёл к вам, чтобы принести свет и надежду.

Жители начали выходить из своих укрытий, с осторожностью, но с любопытством глядя на юношу и его спутников. Они медленно сближались, их взгляды были наполнены смесью сомнения, ожидания и скрытой надежды.

Корин глубоко вдохнул, чувствуя, как напряжение растёт. Это был момент истины, и он знал, что должен начать. Всё, что происходило до этого, привело его сюда — к этим существам, к этим людям, которые нуждались в вере, в том, чтобы кто-то встал во главе борьбы.

— Мы больше не будем прятаться, — громко сказал он, его голос звучал так, что казалось, он отражается от стен. — Мы возродим Элинор. Вместе мы построим новый мир, где свет победит тьму!

Корин стоял на возвышении, его голос эхом разносился по туннелям, заполняя каждый уголок древнего города. Его фигура, освещённая светом, исходящим от созданного им шара, казалась символом надежды для всех, кто собрался вокруг. Гномы, полурослики, феи и звери смотрели на него с напряжённым вниманием, будто ловя каждое его слово.

— Собирайтесь все! — проговорил он, поднимая руки, чтобы привлечь ещё больше внимания. — Не стоит брать лишь сильных, это битва для каждого из нас. Если мы встанем вместе, нас не сломит никакая тьма.

Толпа начала переговариваться, лица наполнялись разными эмоциями — от страха до зарождающейся решимости. Корин посмотрел на них, глубоко вздохнув. Он знал, как тяжело переломить сомнение в сердцах тех, кто уже потерял так много.

— Вас становится всё меньше, — продолжил он, его голос стал тише, но от этого только сильнее проникал в сердца слушающих. — Если мы не победим сейчас, потом будет поздно. Я не жил в Элиноре, но мне рассказывали... мне рассказывали о том, каким был этот мир раньше. Это была ваша земля, ваша родина. Здесь жили существа, свободные и сильные. Это ваше место, и только вы можете вернуть его.

Слушающие начали подходить ближе, объединяясь в единое целое. Даже самые скептические из них чувствовали, что слова Корина будят в них что-то давно утраченное. Его свет, сияющий над их головами, напоминал о том, что надежда ещё жива.

— Мы сделаем это вместе, — добавил он, его глаза загорелись решимостью. — Я обещаю вам. Мы восстановим Элинор, но для этого каждый из нас должен встать. Мы не будем больше скрываться. Мы будем бороться, как одно целое.

Корин стоял, его сердце всё ещё трепетало от волнения после произнесённой речи. Маргарет подошла к нему, её глаза сияли теплотой и восхищением. Она мягко обняла друга, позволив ему почувствовать поддержку, которой ему так не хватало.

«— Ты молодец», — сказала она, её голос был полный искренности. — Твоя речь — это нечто! Ты дал этим существам то, что им нужно: веру и силу.

Корин улыбнулся, стараясь скрыть своё смущение. Он чувствовал себя неуверенно, но понимал, что сделал важный шаг. Его слова начали менять то, что он считал невозможным.

Из толпы вышли старейшины, их фигуры были величественными, а лица выражали смесь мудрости и надежды. Они подошли ближе, остановившись перед Корином. Их голоса звучали уверенно, но в них всё ещё ощущался тяжёлый груз прошлого.

«— Мы отправили птиц к существам, что скрываются где-то ещё», — сказал один из старейшин, глядя на Корина с уважением. — Они знают, что пришло время объединиться. Все прибудут в скором времени, но мы должны быть готовы.

Корин ощутил, как ответственность вновь давит на его плечи, но теперь он был готов её принять. Он посмотрел на собравшихся, его взгляд стал твёрдым.

«— Мы будем готовы», — сказал он решительно. — Элинор — наш дом, и никто не отнимет его у нас. Мы начнём подготовку и вместе дадим бой, который будет символом нашей силы.

Маргарет улыбнулась, чувствуя, что её друг вновь наполняется уверенностью. Старейшины кивнули, понимая, что перед ними стоит человек, способный вести их вперёд.

В старинном гномьем городе началась суета, жители начали собираться, каждый приносил свои навыки и умения в общее дело. Феи укрепляли туннели магией, полурослики составляли планы, гномы готовили оружие, а звери разносили сообщения через оставшиеся уголки Элинора.

Корин стоял, поражённый словами, которые звучали в воздухе, словно удары молота по его сердцу. Всё, что он думал, всё, на что надеялся, оказалось разбросано, как осколки разбитого стекла. Роланд и Маргарет говорили откровенно, их лица были мрачны, но в голосах слышалась решимость продолжать.

— Луну схватили… — прошептал Корин, пытаясь осознать услышанное. — И уже год ничего не слышно.

Роланд кивнул, его глаза блестели от невысказанной боли.

— Да. Она попала в плен почти сразу после того, как всё пошло к чертям. Её забрали в столицу, — добавил он. — И больше мы ничего не знаем.

Маргарет подняла взгляд, её голос звучал сдержанно, но твёрдо.

— Королева тоже исчезла. Никто не знает, где она скрывается, если она ещё жива. А Роуз... — она замялась. — Мы не видели её, но есть подозрение, что исчезновение зверей — это её работа. Если это так, то она действует скрытно.

Корин почувствовал, как его руки сжимаются в кулаки. Он пытался переварить каждую деталь, пытаясь построить новую картину происходящего.

— Все союзники… они пойманы? — спросил он, почти не веря в услышанное.

Роланд мрачно кивнул.

— Да, Корин. Мы уверены, что большинство из них находятся в темницах столицы или на востоке. Селиса может казаться правящей, но на самом деле власть у семейства Лео, а особенно у её отца, Факосо. Он теперь рука её власти.

Эти слова окончательно сломали иллюзии Корина. Его мысли метались между отчаянием и зарождающимся планом. Но в нём не было места слабости. Он знал, что должен действовать, что каждое мгновение драгоценно.

«— Тогда мы начнём с этого», — сказал он, глубоко вдохнув. Его голос стал твёрдым, словно сталь. — Мы освободим их. Луна, королева, Алекс, все наши союзники... мы найдём способ вернуть их. Селиса и её приближённые заплатят за каждую жертву.

— Я найду тебя, Луна! — громко сказал Корин, его голос эхом разнёсся по туннелям, словно сам камень откликался на его слова.

Внезапно его тело наполнилось мощной энергией, а свет, который всегда был его силой, разгорелся внутри него с новой, невиданной силой. Яркая вспышка вспыхнула вокруг, ослепительно озаряя старинный гномий город. Все, кто был рядом — гномы, феи, звери и полурослики, — замерли, ошеломлённые этим проявлением могущества.

Свет словно пробуждал не только сердце Корина, но и сам воздух вокруг. Казалось, что каждая частица, каждый камень туннеля ответили на его зов, согреваясь этим сиянием. В глазах жителей засветилась искра веры. Они смотрели на него, как на того, кто может вернуть утраченное, на того, кто готов вести их в бой.

Корин стоял, тяжело дыша, но его взгляд был твёрдым. Он чувствовал, что в этот момент что-то изменилось. Это был не просто выброс силы, это было обещание самому себе и всему Элинору. Луна, его союзники, его друзья — все те, кто нуждался в нём, — были его путеводной целью. Этот свет был не только его силой, но и его обетом.

2.2

Глава 2

В мрачной пещере, где царила вечная тьма и сырость, девушка сидела, закованная в тяжёлые кандалы. Её тело было истощено, а руки покрыты синяками от долгого плена. Чёрные густые волосы скрывали её лицо, но даже сквозь них можно было увидеть, насколько она была бледна. Её дыхание было слабым, почти неощутимым, словно жизнь покидала её с каждым мгновением.

Но вдруг что-то изменилось. В её сознании, затуманенном болью и усталостью, вспыхнул яркий свет. Это было нечто большее, чем просто видение — это был зов, который пробудил её из глубин отчаяния. Её глаза, едва открывшиеся, отразили слабую искру надежды.

— Корин… — прошептала она, её голос был едва слышен, но в нём звучала смесь удивления и радости. — Он вернулся!

Эта мысль, словно огонь, разожгла в ней остатки сил. Она почувствовала, как её сердце забилось быстрее, а внутри зажглась слабая, но яркая искра веры. Даже в этой тьме, даже в этих цепях, она знала, что свет, который она увидела, был настоящим.

Луна, едва удерживая сознание, смотрела на Кая, её взгляд был слабым, но в нём читалась смесь боли и решимости. Его слова, жестокие и холодные, резали её, но она знала, что должна говорить, чтобы не дать ему полностью поглотиться тьмой.

«— Ты жива лишь потому, что я попросил госпожу тьмы», — сказал Кай, его голос был твёрдым, но в нём звучала скрытая ранимость. — Ей нужна твоя кровь, тёмная кровь. Уже год она берёт её, и скоро выкачает всю тьму из тебя. Если бы не я, она просто бы выкачивала её и всё. А так она заменяет её кровью других.

Луна, несмотря на слабость, подняла голову, её голос был тихим, но в нём звучала сила.

— И кто же проявляет такое благородие? — спросила она, её слова были пропитаны сарказмом.

Кай нахмурился, его лицо стало жёстким.

— Неважно, — ответил он, но в его голосе была нотка сомнения.

Луна, чувствуя, что её слова могут достичь его сердца, продолжила, её голос стал более уверенным.

«— Скоро вы все поймёте, что идёте не той дорогой», — сказала она. — Неужели ты не понимаешь, что тьма расколола твою семью? Ты рядом с ней, и зло в тебе. Но я вижу, Кай, ты не такой. Ты в душе очень раним. Ты любишь свою мать, не так ли? Ты хочешь, чтобы её убили? Она уничтожит всех!

Кай резко отступил, его глаза загорелись гневом.

— Нет! Она не тронет магов! — выкрикнул он, но в его голосе звучала неуверенность.

Луна, несмотря на боль, продолжила, её слова были как удары, пробивающие его защиту.

— Правда? — спросила она, её голос был тихим, но острым. — Твоя мать однажды предала Кору. Думаешь, та не захочет отомстить?

Луна тяжело вздохнула, её худое, измученное тело едва держалось на изнеможённых руках. Каждый вдох давался ей с трудом, но она не могла позволить себе молчать. Её голос был слабым, но в нём звучала отчаянная сила.

— Кай... ты ведь понимаешь, что тебя используют, — прошептала она. — Эти обещания, которые она даёт тебе, они ничего не значат. Она уничтожает всё вокруг. Ты думаешь, что будешь королём? Нет, ты будешь лишь инструментом в её руках.

Кай хмуро нахмурился, его чёрные волосы упали на лицо, скрывая смятение, прячущиеся в его глазах. Он подошёл ближе, но его движения казались нерешительными.

— Она обещала, что ты и матушка будете в безопасности, — повторил он, будто убеждая не только Луну, но и самого себя. — Мы не можем больше ничего изменить. У нас уже больше шести тысяч теневых воинов. Мой уход ничего не изменит.

Луна подняла голову, её глаза встретились с его. Это было не только её отчаяние, но и решимость. Она знала, что где-то внутри него всё ещё был свет, что он не принадлежал полностью тьме.

— Откуда у вас столько воинов? — спросила она, в её голосе сквозила боль, но она хотела знать правду.

Кай отвёл взгляд, его голос стал резким.

— Кора создаёт их с помощью существ. Один существо — один воин. Для этого нужна магическая кровь. Вот почему существа пропадают.

Эти слова пронзили Луну, как нож. Она почувствовала, как её сердце сжимается от гнева и скорби. Всё стало на свои места — исчезновение её друзей, упадок магических рас, ужас в глазах тех, кто ещё остался. Но она знала, что не может позволить этим словам сломить её дух.

«— Кай... я знаю, что ты боишься», — сказала она, её голос стал мягче, но в нём всё ещё звучала стальная нотка. — Но ты можешь быть больше, чем это. Ты можешь спасти тех, кого она хочет уничтожить. Ты можешь стать тем, кто изменит всё.

Кай снова взглянул на неё, и в его глазах мелькнула тень сомнения. Но он быстро отвернулся, его голос был грубым.

— Это бесполезно, Луна. Уже слишком поздно.

Он развернулся и ушёл, оставив Луну в мраке её плена. Но её вера не пошатнулась.

Кай вышел из мрачных коридоров пещеры, его шаги звучали уверенно, но в глубине его души бурлила скрытая борьба. Роуз, рыжеволосая девушка с глазами, сияющими яростью, встретила его. Её тон был резким, но в нём звучала тревога.

— Что ты опять там делал? — резко спросила она, её взгляд был острым, как клинок. — Кай, хватит ходить к ней! Она тебя задурманит, ты же видишь, что это только усложняет всё!

Кай остановился, его лицо стало напряжённым, а глаза сузились.

— Ты смеешь мне указывать? — произнёс он, его голос был наполнен презрением. — Я будущий король Элинора! А ты... ты лишь грязнокровка.

Эти слова ударили Роуз, заставив её сердце замереть на мгновение. Но вместо слабости она ощутила гнев, яростный и горячий, который заставил её развернуться и уйти.

Она быстро направилась в главную комнату пещеры, где находились советники Коры. За большим каменным столом, покрытым древними картами и магическими рунами, собрались фигуры, которые определяли ход тьмы в Элиноре. Карбон — тёмный и загадочный, его глаза мерцали скрытой злой силой.

Симальда, его сестра, с острым и проницательным взглядом, казалась воплощением интриг. Скарлет, бывшая директор Магикса, её лицо было выражением высокомерия и жестокой мудрости. И наконец, Корнелиус, чья фигура излучала мрачную уверенность, будто он уже видел исход их битвы.

Роуз вошла в комнату, её сердце всё ещё горело от гнева. Советники почти не обратили внимания на её появление, полностью поглощённые своими планами.

В мрачной и зловещей комнате, освещённой лишь тусклым магическим светом, напряжённо кипел диалог. Роуз, вошедшая со вспыхнувшей злостью после стычки с Каем, заняла своё место за каменным столом. Она собиралась сказать о его визите к Луне, но Симальда резко оборвала её:

— Не нужно доносить на союзников! — произнесла она ледяным тоном, её взгляд был острым, как нож. — Кай глупец, но он может быть полезен. Он наследник трона, и дома будут колебаться, пытаясь решить, кого поддерживать. Но сейчас у нас другая забота — существа.

Симальда замолчала, а Карбон, чья тёмная фигура словно поглощала свет, произнёс с властным спокойствием:

— Существа попрятались в щели. Мы должны найти их всех, чтобы начать действовать. Нам нужно войско, большое войско. Две тысячи теневых воинов — это много, но недостаточно. Если люди объединятся, а ещё и маги, наше превосходство будет под угрозой. Мы не можем раскрыться сейчас. Нам нужны существа, чтобы Кора превратила их в воинов.

Роуз нахмурилась, её глаза блеснули сомнением. Она не могла поверить, что всё это было ради госпожи тьмы, полумёртвой старухи, которая превратилась в оболочку.

— Госпожа сможет сражаться сама? — спросила она, её голос звучал с ноткой вызова.

Карбон медленно повернулся к ней, его взгляд был тяжёлым.

— Госпожа чудом трансформировалась в оболочку после древнего ритуала у Древа. Она слаба, но её сила всё ещё велика. Её состояние — результат слияния с тьмой трёх артефактов из шести. Сейчас она пытается восполнить себя, поглощая тёмную кровь Луны. Но пока она не сможет подняться, нам нужно время для действий.

Скарлет, бывшая директриса Магикса, слегка усмехнулась, её пальцы медленно проводили по краю каменного стола.

— Пока у нас есть Кора, у нас есть тьма. Вопрос лишь в том, как долго мы сможем скрывать свои планы.

Корнелиус поднял руку, его голос прозвучал тяжело:

— Тогда действовать надо быстро. Существа не должны оставаться на свободе. Каждое из них — магическая кровь для создания воинов. Чем быстрее мы их найдём, тем ближе мы к нашей победе.

В комнате повисло напряжённое молчание, когда Скарлет произнесла свои слова, оценивая Роуз как потенциальный инструмент тьмы. В её голосе звучала смесь манипуляции и лживого восхищения, словно она знала, как играть на желаниях молодой фейри.

«— Роуз, мы позвали тебя не просто так», — сказала Скарлет, её тон был умиротворяющим, но в глазах блеснула хитрость. — Мы знаем, что ты хочешь стать кем-то значимым. И мы можем дать тебе эту возможность. Тебе можно довериться. Ты нас не предашь.

Симальда не стала скрывать свою раздражённость и резко перебила её, словно окончательно решив не быть деликатной.

— Не церемонься с ней! — прошипела она, её острые зубы блеснули в слабом свете комнаты. Её возраст был виден в каждой её черте, но её верность Коре, как и её брату Карбону, была безграничной.

Роуз почувствовала тяжесть этих слов, её напряжённость нарастала. Она прижалась ближе к столу, почти инстинктивно пытаясь скрыться от взгляда Симальды.

Корнелиус, напротив, решил успокоить её, его голос был мягким, но в нём чувствовалась искусная манипуляция.

«— Не бойся, дитя», — сказал он, его тон был успокаивающим, будто он пытался ослабить её сомнения. — У тебя большой потенциал в магии, как у меня и у Скарлет. Мы хотим тебе кое-что подарить.

Роуз замерла, её внимание полностью сосредоточилось на словах Корнелиуса. Она не могла понять, что именно они хотят ей предложить, но её curiosity пересиливало страх.

— Кора вобрала силу тьмы трёх артефактов, — начал он, его голос был насыщен значением. — Но их сила всё ещё велика. Они могут значительно увеличить твою магическую мощь, обучить тебя тонкостям темной магии.

Роуз нахмурилась, её недоверие заставило задать прямой вопрос:

— Но почему я?

Симальда вновь зашипела, её голос стал более резким.

— Потому что ими могут пользоваться только маги! — сказала она, её взгляд был острым. — Была бы моя воля, я бы уже уничтожила всех, кто не способен владеть этой силой!

Роуз прищурилась, понимая, что её пытаются втянуть в опасную игру. Но она не могла не спросить, её желание узнать правду пересиливало сомнения.

— И что мне достанется? — произнесла она, глядя прямо на Корнелиуса.

Тот медленно достал свёрток, его руки двигались с величайшей осторожностью, будто он носил нечто невероятно ценное.

— Скарлет достался Темный Посох, — начал он. — Мне — Палочка Тьмы. А тебе мы даруем Темный Амулет. Носи его и принеси нам победу.

Роуз пристально посмотрела на свёрток, её сердце замерло в ожидании.

Корнелиус наклонился вперёд, его серьёзное и мрачное лицо казалось вырезанным из камня, каждое слово звучало весомо, словно приказы, которым невозможно было не подчиниться.

«— Нет времени, деточка», — сказал он низким, авторитетным тоном, перекрывая все шепотки и разговоры в комнате. — Мы со Скарлет были преподавателями в Магиксе, и поверь, никто не научит тебя быстрее и лучше, чем мы. Мы сделаем из тебя оружие, которое сможет нанести удар сильнее любого меча.

Он пристально посмотрел на Роуз, давая понять, что её путь уже предопределён, и нет смысла сопротивляться.

— А после обучения ты не забудь, — добавил он, его голос стал тише, но приобрёл зловещую интонацию, — поблагодарить госпожу тьмы. Её сила — причина, по которой ты получишь эту возможность. Это её милость, дитя, не забудь об этом.

Роуз почувствовала, как по спине пробежал холодный дрожь. Слова Корнелиуса, хоть и сказанные с искусной мягкостью, всё же несли в себе жёсткость и требование.

Роуз шагала по мрачным коридорам, её сердце билось быстрее, чем обычно. Тени вокруг казались живыми, словно наблюдали за каждым её движением. Сотни теневых воинов стояли неподвижно, их фигуры были пугающими, но она старалась не обращать на них внимания. Её цель была впереди — покои Коры, скрытые в самой глубине пещер.

Когда она вошла, её взгляд остановился на склепе. Там лежала Кора, её тело было странным, словно деревянным, с трещинами, которые напоминали старую кору дерева. Её дыхание было тяжёлым, а голос — слабым, но всё ещё пропитанным тьмой.

— Кто здесь? — прошептала она, её голос был хриплым, но в нём звучала сила, которая заставляла Роуз замереть.

— Госпожа, это Роуз, — ответила девушка, стараясь звучать уверенно. — Вы даровали мне палочку тьмы.

Кора медленно повернула голову, её глаза, тусклые, но всё ещё проницательные, остановились на Роуз.

— А, Роуз! — произнесла она, её голос стал чуть теплее. — Дитя, я верю в тебя. Ты достигнешь наших целей. Обучайся, ищи существ. Собрав войско, мы двинемся вперёд. Я уже набираю сил. Ещё пару месяцев темной крови Луны, и я сама буду крушить стены.

Роуз нахмурилась, её взгляд стал жёстким. Она не могла скрыть своего раздражения, но старалась держать себя в руках.

— Ох, тебе не нравится Луна, — заметила Кора, её голос стал насмешливым. — Я вижу это. Обещаю, забрав нужное количество крови, я разрешу тебе самолично заглушить её. А пока обеспечь ей охрану.

Роуз, погружённая в свои мысли и захваченная гневом, шагала по мрачным коридорам пещеры. Дни обучения усилили её способности, но вместе с этим росло напряжение в её душе. Она не могла игнорировать разговоры между Луной и Каем, которые доносились до неё всё чаще. Слова Кая про возвращение Корина вновь всколыхнули её, вызвав поток эмоций.

— Корин! Он жив! — услышала она. Её сердце забилось быстрее, но вместо радости в нём начала кипеть злость.

Воспоминания, мечты, что некогда грели её душу, теперь превращались в горькую реальность. Она сжимала кулаки, а её гнев буквально ощущался в воздухе. Её голос звучал срывающимся шёпотом:

— Я должна была быть с ним рядом! Мы бы были дома, у нас бы были дети... Но это место забрала Луна! — её слова вырывались сквозь зубы, наполненные яростью.

Сияющая смесь тьмы и воздуха начала проявляться в её руках, а глаза загорелись гневным огнём. В её душе разгорелся конфликт, который она не могла подавить.

— Корин! Всё должно было быть по-другому! — почти выкрикнула она. — Это всё твоя Луна!

Роуз вышла из-за угла, её движения были быстрыми, неосторожными. Она направила свою магию тьмы на Луну, не сдерживаясь, охваченная яростью. Луна, увидев её движение, попыталась защититься, выставив руки вперед, но шар тьмы ударил прямо в её оковы. Металл разлетелся на части, и Луна бессильно упала, её измученное тело уже не могло сопротивляться.

Кай, наблюдавший за всем этим, молниеносно поднялся. Его фигура напряглась, его руки были готовы к защите. Он встал между Луной и Роуз, его взгляд был суровым и решительным.

— Не смей трогать её! — выкрикнул он, вставая в позу, чтобы защитить девушку, которая едва могла поднять голову.

Роуз, охваченная гневом, смеялась, её голос эхом разносился по коридору. Её глаза горели тёмным огнём, а магия в руках пульсировала, готовая уничтожить всё на своём пути.

— Ты действительно думаешь меня победить? Ничтожество! — выкрикнула она, махнув рукой. Кай, не успевший защититься, отлетел в стену с глухим ударом, его тело обмякло на мгновение.

Луна, едва подняв голову, увидела, как Роуз приблизилась к ней. Её руки, наполненные тьмой, сомкнулись на горле Луны. Девушка задыхалась, её силы были на исходе.

— Прощай, дрянь! — прошипела Роуз, её голос был полон злобы. — Корин был и будет моим!

Но в этот момент, услышав имя Корина, Луна почувствовала что-то странное. Словно невидимая связь с ним пробудилась внутри неё. Её сознание, уже почти угасшее, вспыхнуло ярким светом. Этот свет, исходящий из глубины её души, ослепил Роуз, заставив её отшатнуться. Магия в её руках исчезла, и она упала на землю, потеряв сознание.

Кай, очнувшись от удара, с трудом поднялся. Его взгляд сразу упал на Луну, которая лежала без движения. Он бросился к ней, поднял её на руки и, не теряя времени, побежал прочь, стараясь найти укрытие.

Когда Роуз пришла в сознание, её взгляд мгновенно обострился, осознавая, что Луна и Кай сбежали. Гнев захлестнул её, как волна, её кулаки сжались, а магия начала вихрем закручиваться вокруг палочки тьмы.

— Нет, мне этого не простят! — выкрикнула она, её голос был пропитан яростью и отчаянием.

Она резко взмахнула, и поток магии поднял её ввысь, окутывая её фигуру тёмными вихрями. Роуз устремилась вперёд.

Тёмные коридоры пещеры оставались позади, а Роуз летела к выходу, её мысли хаотично кружились. Её эмоции бурлили, смешивая гнев, страх и скрытую боль.

В мрачной комнате, где воздух был пропитан напряжением, Симальда, охваченная яростью, резко поднялась. Её голос, шипящий и резкий, разорвал тишину:

— Она может раскрыть наши планы! — выкрикнула она, её глаза сверкали гневом. — И рассекретить, что госпожа жива! Это недопустимо!

Скарлет и Корнелиус, сидящие за столом, обменялись взглядами, их лица оставались спокойными, но в глазах читалась скрытая тревога. Симальда продолжала, её голос становился всё более угрожающим:

— Найдите этих троих! — приказала она, её тон был безапелляционным. — Всех, кроме Луны, убить. А её немедленно сюда! Нам нужно ежедневно переливать её кровь!

Карбон, наблюдая за происходящим, лишь слегка кивнул, его фигура оставалась неподвижной, но в его глазах читалась холодная решимость. Скарлет, с лёгкой усмешкой, поднялась, её движения были грациозными, но в них чувствовалась скрытая угроза.

«— Мы займёмся этим», — сказала она, её голос был мягким, но в нём звучала стальная нотка. — Они не уйдут далеко.

Корнелиус, следуя за ней, лишь добавил:

— Мы вернём Луну. И никто не сможет помешать госпоже восстановить свою силу.

Кай бежал через густой лес, его ноги путались в корнях и кустах, а дыхание становилось всё тяжелее. Луна лежала на его плечах, её бессознательное тело было почти невесомым, но каждая попытка сохранить равновесие отнимала последние силы. Его мысли кружились в беспорядке, отчаяние охватывало его всё сильнее.

— Куда идти, что делать? — произнёс он вслух, как будто надеясь найти ответ среди деревьев, качающихся в ночном ветре.

Он знал, что его сестра держит трон, а её влияние простирается в каждый уголок Элинора. Везде их могли найти, в каждом городе и поселении её власть оставляла ему и Луне лишь мимолётное время до поимки.

Его взгляд нервно искал хоть какую-то подсказку, спасение, решение. Мысль о животных, скрывающихся от госпожи тьмы, начала зарождаться в его сознании. Они были с ним на одной стороне, хотя ещё вчера он этого не осознавал.

— Может, обратиться к животным? — сказал он себе, его голос был наполнен надеждой. — Но где их найти? Я ничего не знаю.

Лес казался ему бесконечным, его звуки — пугающими. Но он чувствовал, что должен продолжать идти, искать, пробовать. Его ноги дрожали, а тело кричало от усталости, но он не мог остановиться.

В один момент Кай почувствовал что-то неладное . Он заметил много птиц а после затаившись толпы зверей. - это говорящие звери! Но куда они идут! Он положил луну в кустах и с боков начал высматривать.

Кай замер, его дыхание участилось, когда холодное лезвие коснулось его спины. Слова, прозвучавшие за его спиной, были полны угрозы и предостережения.

— Без глупостей, Кай! Поворачивайся медленно! — голос был твёрдым, уверенным, и в нём слышалась скрытая сила.

Кай осторожно поднял руки, медленно разворачиваясь, его сердце бешено колотилось. Когда он полностью повернулся, его взгляд остановился на фигуре светловолосого кудрявого парня, чьи глаза светились строгой решимостью.

— Корин! — выдохнул Кай, и в его голосе слышалась неожиданная радость. — Я рад, что нашёл тебя!

Корин на мгновение остолбенел, удивлённый тоном Кая. Рядом с ним стояли Роланд и Маргарет, которые переглянулись, разделяя не меньший шок. Взгляд Корина быстро скользнул к Каю, а затем к кустам, где пряталась Луна. Его лицо посуровело.

— Что ты здесь делаешь, Кай? И почему ты несёшь Луну? — спросил он, его тон был строгим, но в нём чувствовалась тревога.

Роланд тихо подошёл ближе, держа руку на рукояти меча, в то время как Маргарет внимательно осматривала Кая, пытаясь уловить малейшие признаки угрозы.

Кай стоял, всё ещё сияя облегчением от встречи, и произнёс с неподдельной радостью:

-«Я спас её, я не знал, куда идти, я очень рад, что мы нашли вас!»

Корин кивнул и, не теряя ни минуты, отдал приказ:

-«Роланд, возьми пару зверей — создайте клетку на колесах для Кая, найдите лекарей для Луны!»

Слушая это, Кай крепче прижал бессознательную Луну к себе и продолжил, голос его звучал одновременно воодушевлённо и тревожно:

> «Я очень рад, что нашёл вас, вы даже не представляете, какая Кора зловещая! Мы должны победить её и мою сестру!»

В этот момент Корин, наблюдая за происходящим, невольно прервал его, с недоверием и лёгким шоком произнеся:

> «Кора? Она жива?»

Мгновение повисло в воздухе. Вопрос Корина пробил тишину леса, заставив всех присутствующих обменяться взглядами, полными растущих сомнений и тревоги. Роланд и Маргарет переглянулись, в их глазах читалась не только радость от встречи с давними друзьями, но и чувство надвигающейся угрозы.

Маргарет, тяжело вздыхая, добавила ровным голосом:

> «Если Кора жива, значит, борьба далеко не окончена. Но сейчас наши приоритеты ясны: найти укрытие, дать Луне лечение и поднять дух наших союзников – тех, кто ещё скрывается в лесах и поселениях.»

Роланд твердо подтвердил:

> «Действуем по плану. Пусть животные, маги и все, кто еще может нам помочь, докажут свою верность. Мы должны выяснить, где скрывается сила, способная противостоять Коре, и найти путь, как положить конец тьме.

Корин, всё ещё удивленно глядя на Кая, тихо произнес:

> «Я никогда не думал, что придет время, когда мы услышим это имя снова. Но если Кора действительно жива, значит, наша битва только начинается…»

Войско зверей и существ шагало вперёд, их лица выражали решимость, а сердца наполнялись надеждой. Каждый шаг приближал их к столице, к месту, где они планировали нанести решающий удар. Все казалось определённым, пока Кай, заточённый в клетке, не продолжал громко высказывать свои сомнения.

— Корин, нет, мы должны нанести удар по Тёмной Госпоже! — кричал он, тряся решётки клетки с такой силой, что, казалось, металл вот-вот сдастся.

Корин, шедший впереди вместе с Роландом и Маргарет, замер. Эти слова заставили его задуматься. Внутренний конфликт нарастал. Разум подсказывал ему, что захват столицы имеет стратегическое значение. Но слова Кая вновь и вновь звучали в его голове: уничтожить Тёмную Госпожу до того, как её войско станет слишком велико.

«— Корин, нам нужна столица», — сказал Роланд твёрдо, поднимаясь к его плечу. — Если мы не победим Селису сейчас, дальше будет ещё сложнее. Она будет укреплять свои позиции, усиливать контроль. Это наш шанс.

Маргарет кивнула, её взгляд был твёрдым.

— Столица — сердце её власти, Корин. Лишив её этого, мы разорвём цепь, связывающую её с землями. Если мы сейчас уйдём за Корой, мы рискуем потерять эту возможность.

Но Кай не унимался, его голос был громким и настойчивым:

— Вы не понимаете! Кора набирает силу. Её войско может вырасти до таких масштабов, что потом мы не сможем противостоять ему. Нам нужно действовать сейчас, пока её войско ещё не велико!

Альтера, величественный город, возвышающийся на холмах, с древними улицами и тихими районами, где люди давно забыли о магии и о тех, кто некогда населяли эти земли. Звери, гномы, феи, полурослики, фавны и великаны двигались осторожно, их шаги были почти неслышны, а магия помогала скрывать их присутствие. Их союз был необычным, но объединённый общей целью — вернуть Элинор и положить конец власти тьмы.

Корин, ведущий войско, смотрел вперед, его сердце билось быстрее с каждым шагом. Он понимал, что у них есть лишь один шанс. Один момент, который решит судьбу всех. Каждый союзник был важен, каждая магическая сила, каждое движение должно было быть точно рассчитано.

Роланд, шагая рядом, тихо обратился к нему:

— Корин, мы всё ближе. Но люди Альтеры… они могут не понять нас, а скорее испугаться. Ты уверен, что мы готовы к этому?

Корин лишь кивнул, его взгляд был сосредоточен, но он прекрасно знал, насколько велик риск. Маргарет добавила, чуть позади:

— У нас нет времени. Если мы задержимся, Селиса укрепит свои позиции, и тогда мы потеряем всё. Альтера — наш путь к сердцу её власти.

Звери перемещались группами, наблюдая за окружающим лесом, их инстинкты и магия помогали избегать нежелательных встреч. Фавны следовали за ними, их грациозные движения были почти танцем, скрывающим их от посторонних глаз. Великаны, несмотря на свою величину, умело прятались среди деревьев, словно сами становились частью природы.

У каждого из них было своё задание, и каждый знал, что это — их шанс к свободе.

2.3

Глава 3

Солнечный свет заливал улицы Альтеры, её башни сверкающие, как отблески мечты, создавали иллюзию мира, который укрылся от бурь войны. В замке царила тишина, нарушаемая лишь повседневными звуками придворной жизни. Всё выглядело так, будто беда никогда не коснётся этих стен.

Королева Селиса, молодая и красивая, утопала в роскоши своего положения. Но истинная власть давно покинула её руки. За троном стояли её муж Килиан, манипулятор с твёрдой волей, и её отец, Факосо, жёсткий и целеустремлённый десница королевы. Они правили Элинором из теней, не оставляя ей иного выбора, кроме как подчиниться их решениям.

Селиса ждала наследника, и это стало символом её будущей власти, её надеждой. Её беременность укрепляла её положение как матери будущего правителя. Но за этой картиной благополучия скрывались интриги, страхи и власть, основанная на хитросплетениях политики.

Год её правления изменил многое. Элинор подчинился её воле, но только внешне. Внутренний огонь сопротивления, хотя и слабый, всё ещё тлел среди тех, кто не готов был покориться тьме. Её союз с Килианом был стратегическим, но за его милыми словами скрывалась железная хватка, которая всё плотнее сжимала её и её королевство.

Но в тени Альтеры уже собиралась сила, что не сулила спокойствия. Союз волшебных существ и их человеческих союзников под руководством Корина готовился к решающему моменту. Солнечный свет Альтеры был, пожалуй, лишь тишиной перед бурей.

Селиса сидела на своём роскошном балконе, наслаждаясь тёплым солнечным утром и чашкой чая. Её мысли были спокойны, сосредоточены на ожидании наследника, когда внезапно тень стаи птиц пролетела над столицей. Их крики разорвали тишину, как предвестие чего-то тревожного.

— Госпожа, вернитесь в покои! — резко сказала служанка, её голос был наполнен тревогой.

Селиса, чувствуя себя неуверенно, вскочила, придерживая живот, и поспешила внутрь замка. Её ноги быстро несли её в зал совета, куда, как она знала, собирались её приближённые, чтобы обсудить любую угрозу.

Внутри зала всё кипело. Десница, её отец, ходил по комнате с яростью в глазах, его голос разносился, словно удар молота:

— Это немыслимо! — кричал он. — Звери! Существа! Откуда они взялись? Как они осмелились прийти сюда, в сердце нашей власти?

Килиан, её муж, невозмутимый и уверенный в себе, молча вытащил меч. Его фигура, облачённая в воинские доспехи, внушала страх и уверенность.

— Не волнуйтесь, — произнёс он уверенным тоном. — Я их убью. Я же генерал. Возьму всех солдат, что у нас есть, и покончу с этой угрозой раз и навсегда.

Селиса оглядела комнату, её взгляд метался между десницей и Килианом. Она чувствовала, как напряжение нарастает, как надвигающаяся буря разрывает иллюзию спокойного правления. Её сердце сжималось, пока она пыталась скрыть тревогу за спокойной маской.

В это время птицы за окнами продолжали кружить, как напоминание, что мир, который они строили, вот-вот столкнётся с разрушительными силами, которые не остановятся перед стенами Альтеры.

Феликс стоял в центре совета, его лицо было суровым, а голос звучал с уверенностью, которая не позволяла ни одному из присутствующих усомниться в его решениях.

— Усильте оборону дворца! — приказал он, его взгляд обращённый к генералам. — Оставьте город, все силы на дворец! Пусть звери крушат улицы, Корин сам обернёт людей против себя. Мы покажем его слабость, их страх станет нашей силой!

Селиса, стоящая рядом, её лицо бледное и выражающее тревогу, сжала руки на животе, как будто пытаясь защитить ещё неродившегося наследника.

— Отец, но что нам делать? — её голос был тихим, но в нём звучал страх.

Феликс, замолчав на мгновение, повернулся к своей дочери, его глаза смягчились.

— Дочь, — сказал он, — ты и совет уедете из столицы через задний двор. Пока я и Килиан будем держать оборону. Вы должны быть в безопасности. Наши планы не должны рухнуть, но чтобы они сработали, вы должны выжить.

Селиса кивнула, её губы дрогнули от напряжения, но она поняла необходимость оставить город, даже если её сердце разрывалось от этого решения.

Килиан, стоящий недалеко, вытащил меч и решительно заявил:

— Не волнуйтесь. Я возглавлю солдат и буду стоять до последнего. Мы отразим их атаку.

Великаны, с оглушительным грохотом разрушившие массивные ворота Альтеры, открыли дорогу для зверей и существ. Поток магических союзников Корина, заполнивших улицы, напоминал живое наводнение, которое уносило за собой всё, кроме жизни мирных жителей. Люди в панике прятались в своих домах, глядя из окон на величественных зверей и магических существ, которых они считали лишь легендами.

Корин, стоящий впереди своего войска, поднял руку, его голос звучал чётко и громко:

— Никто не трогает людей! Мы здесь не для того, чтобы сеять страх, а чтобы вернуть Элинору свободу.

Его слова, словно магия, успокоили волну хаоса среди союзников. Великаны остановились, звери прекратили свой рёв, феи, полурослики и фавны, следуя его приказу, держали свой строй.

В это время дворец стал последней надеждой Альтеры. Сотни солдат спешно готовились защищать свою королеву. Килиан, стоящий на передовой, держал меч, который уже пылал магическим светом. Его голос, полный уверенности, разносился над шеренгами солдат:

— Они думают, что могут сломить нас? Мы — гордость Альтеры, мы не сдадимся! Держите строй!

Три тысячи воинов, окружившие дворец, выставили щиты, их лица выражали решимость. Килиан был готов встретить врага лицом к лицу. Его меч пылал в руках, словно сам вызов готовился к схватке.

Корин стоял на линии фронта, его взгляд был сосредоточен на дворце.

Поле битвы ожило, наполненное грохотом шагов, звоном стали и боевыми кличами. Звери сражались с диким упорством, их острые когти и магические способности сочетались с силой великанов и ловкостью фавнов. Гномы, вооружённые молотами и тяжёлыми щитами, наносили удары по щитам столичных солдат, прорывая их ряды.

Армия столицы держала строй, их дисциплина и численное превосходство давали им преимущество. Воины двигались в слаженном порядке, защищённые магией от Килиана, чей меч пылал ярким светом, готовый разить врагов без малейшего колебания. Килиан стоял впереди, его крики были громогласными, он вдохновлял солдат своим боевым духом.

Птицы, словно воплощение магической ярости, устремлялись к окнам дворца, разбивая стекло и влетая внутрь. Их крылья создавали шум, наполняя замок хаосом, а стража, не готовая к такому нападению, пыталась отступить. Феи, используя свои способности, тихо и грациозно следовали за птицами, оглушая охранников магическими заклинаниями, создавая идеальные условия для проникновения.

В этот момент три феи подлетели к Корину, Маргарет и Роланду, их магия окружила их сияющим ореолом. Словно поток света, они перенесли троих лидеров вглубь дворца. Оказавшись внутри, Корин с друзьями ощутили холодный воздух пустых коридоров. Всё здесь было тихо, но каждый шаг эхом разносился по каменным стенам.

Феи двигались быстро и уверенно, указывая путь через лабиринт дворца.

Тут они увидели в конце коридора Селису и советников с парой слуг и рыцарей.

Селиса, её лицо бледное от страха, оглянулась, заметив бегущих к ней Корина и его команду. Советники окружали её, слуги нервно пытались что-то пронести, а рыцари выставили свои мечи, готовясь защитить свою королеву.

Корин, Маргарет и Роланд, не теряя времени, бросились вперёд. Феи, словно тени, накинулись на рыцарей, ослепляя их магией и сбивая с толку. Блеск крыльев, мерцание магии и отчаянные возгласы наполнили коридор.

Рыцари, пытаясь отбиться, подняли мечи, но феи оказались слишком быстрыми. Их атаки дали Корину и его друзьям возможность прорваться. Маргарет мгновенно активировала защитные заклинания, в то время как Роланд сразился с первым из советников, его меч сверкнул, сталкиваясь с магической атакой.

Корин, держа своё оружие, двинулся к старшему советнику, Феликсу, который выглядел наиболее опасным. Их глаза встретились, и напряжение в воздухе нарастало. Советники использовали магию, защищая Селису, но её страх был очевиден. Не оглядываясь, она побежала вперёд, всё ещё пытаясь спастись.

Корин мельком посмотрел, видя её удаляющуюся фигуру, но знал, что сначала нужно одолеть её защитников.

Огненные сферы, яркие и стремительные, летели в сторону Корина, их тепло ощущалось даже на расстоянии. Корин поднял руку, его световой щит стал крепче, отражая удары магии Феликса. Каждый столкновение магии создавал раскаты, что эхом отдавались в коридорах, усиливая напряжение.

Феликс, ощутив, что его атаки не приносят желаемого результата, остановился на мгновение. Его взгляд был острым, а разум быстро просчитывал возможные пути отхода. Понимая, что сражение против Корина и его команды сейчас бесполезно, он резко отступил.

Советники, оставленные позади, пытались противостоять Маргарет и Роланду, но внимание всех вскоре было привлечено внезапным сиянием огненной магии. Феликс, собрав остатки силы, создавал огромную полосу огня, словно непреодолимую стену, чтобы перекрыть путь своим преследователям. Пламя поднялось до самого потолка, освещая коридор красным светом и отрезая пути.

Не теряя времени, Феликс бросился прочь, его шаги раздавались в пустоте замка. Его фигура исчезла за углом, оставляя Корина и его команду перед огненной преградой.

Грохот треснувших врат заполнил дворец, как последний аккорд великой битвы. Остатки зверей и союзников вступили внутрь, их шаги звучали тяжело, отражая усталость и цену победы. Корин, стоя в центре хаоса, оглянулся, пытаясь осознать происходящее.

— Мы победили? — его голос был тихим, почти шёпотом, наполненным как надеждой, так и тревогой.

Один из зверей, всё ещё тяжело дыша после битвы, поднял голову и ответил, его голос звучал ровно:

— Да. Килиан пойман, а войска разбиты.

Но мгновение радости быстро сменилось тяжестью горькой правды.

— Однако мы понесли большие потери, — добавил он. Его слова будто эхом отозвались в сердце каждого, кто стоял рядом. Магия, храбрость и союзники обошлись дорого, и этот триумф был лишь началом новой главы.

Корин сжал руки в кулаки, его взгляд был наполнен решимостью.

— Эти потери не будут напрасными, — сказал он, его голос стал твёрже. — Мы должны продолжать. Теперь мы можем начать восстанавливать то, что было утрачено, и подготовиться к следующим шагам.

Темница была холодной и мрачной, её стены хранили истории страданий и несправедливости. Корин и его команда начали обход камер, освобождая узников, которых Селиса заточила за время своего правления. Советников королевы, предавших свой народ, быстро отправили в пустые клетки, чтобы больше не причиняли вреда.

Кая тоже пытались заключить, но Корин, с глубоким раздумьем, посмотрел на него и произнёс:

— Нет, ему нужно дать шанс. Мы все можем ошибаться, но у каждого есть право на искупление.

Кай, ошеломлённый этим решением, лишь кивнул, чувствуя благодарность смешанную с тяжестью его действий.

Когда группа подошла к последней клетке, все замерли. Там, за железными прутьями, сидела бывшая королева Элизабет, её седые волосы падали на измождённое лицо, её тело казалось хрупким, но глаза всё ещё искрились внутренней силой. Кай, увидев её, замер на мгновение, а затем со слезами на глазах выкрикнул:

— Матушка!

Он бросился к ней, его руки обвили её в крепком объятии, но она выглядела настолько измученной временем, что Кай едва узнал её. Селёд её дрожащий голос пробился сквозь тишину:

— Сын мой, я знала, что ты придёшь.

Она посмотрела на Корина, её взгляд был мягким, но полным внутреннего сожаления.

— Ты... Корин? — спросила она.

Мальчик лишь кивнул, а Элизабет, собрав свои последние силы, протянула руки, чтобы обнять его.

— Прости меня за всё, — сказала она. — Тьма затуманила мой разум, но теперь... мы остановим её вместе.

Эти слова разорвали молчание, словно обещание возрождения и искупления.

- Корин, тут есть еще кое кто кого посадила в темницу еще 18 лет назад. Сказала Элизабет. Корин задумался- мне говорили что у матушки было 3 сестры вы Элизабет, Маргери покойная и еще одна…. - да Корин Алиса Легаро, она здесь в самой последней камере моя сестра и твоя вторая тетя.

Эти слова Элизабет прозвучали как гром среди ясного неба. Корин замер, пытаясь осмыслить услышанное. Его взгляд замерцал, словно в нём смешались шок и странное чувство предчувствия.

— Алиса Легаро? — повторил он, медленно осознавая значимость сказанного. — Моя тётя?

Элизабет остановилась перед клеткой, её руки дрожали, а взгляд был наполнен мукой и тяжёлым грузом воспоминаний. Она сделала шаг назад, её лицо побледнело.

— Я не могу... — прошептала она, её голос ломался. — Я не могу, чтобы она увидела меня. Это я посадила её сюда. Я убила отца. Я... само зло.

Когда Корин вошёл в клетку, его взгляд остановился на женщине около 37 лет. Её волосы растрёпаны, а глаза блестели странным и безумным светом. Она сидела, склонив голову набок, но поднялась, почувствовав присутствие.

— Ко мне так давно никто не заходил... Кто ты? — спросила она, её голос был слабым, но настороженным.

Корин взял себя в руки и твёрдо произнёс:

— Я... я Корин!

Она на мгновение замерла, её выражение лица стало отстранённым, словно она потерялась в мыслях.

— Удивительно, — сказала Алиса, — у моей сестры тоже сына зовут Корин.

Корин шагнул ближе, стараясь выглядеть спокойно.

— Это и есть я, тётя.

Но её лицо исказилось сомнением. Она покачала головой.

— Нет, это не ты. Корин только родился... Как давно это было? — она замолчала, будто пытаясь вспомнить.

Корин, подавляя тяжёлый вздох, задал вопрос, который он боялся услышать:

— А сколько вам лет?

— Мне? — Алиса улыбнулась как-то странно. — Мне 19.

Корин и его спутники переглянулись, понимая, что долгие годы заточения исказили её разум. Суровые стены этой клетки не только сковали её тело, но и оставили глубокий след в её душе.

Корин, приняв решение, махнул рукой:

— Выделите ей покои. Пусть она снова почувствует свободу.

Корин вошёл в зал совета, его шаги звучали уверенно, а взгляд был направлен на трон — символ власти и мечта, ради которой всё это началось. Величественный зал, украшенный гербами и орнаментами, казался одновременно торжественным и обременённым историей.

Лорды столицы, собранные здесь, двигались медленно, их глаза выражали страх и сомнение. Перед ними стояла не только магическая армия, но и звери, существа, которых они давно считали мифами. Корин, окружённый своей командой, взошёл к трону, его осанка была решительной.

Феи, фавны и звери, стоящие рядом, создавали картину нового будущего, где магия и люди могли существовать вместе. Величие момента охватило зал, и лорды, переглянувшись между собой, склонили головы в знак признания.

— Корин, — произнёс один из старейших лордов, его голос был дрожащим. — Мы признаём тебя законным королём.

Это заявление разорвало напряжённую тишину, словно поставило точку в долгой борьбе. Все присутствующие замерли, осознавая значимость момента. Корин поднял взгляд, его лицо выражало не только радость, но и решимость.

— Мы начнём новую эпоху, — сказал он твёрдо. — Эпоху, где все народы, будь то магия или человек, будут жить в мире и гармонии.

Корин твёрдо взглянул на своих союзников, его голос звучал решительно:

— Напишите письма всем лордам. Пусть они прибудут. Я хочу знать, кто на нашей стороне, и кто готов бороться за будущее Элинора. Мы должны объединить силы!

Роланд, стоя рядом, кивнул и тут же направился выполнять приказ. Маргарет, держа в руках карту королевства, начала указывать стратегические маршруты для гонцов, чтобы быстрее доставить послания.

— Кроме того, — продолжил Корин, его взгляд становился всё сосредоточеннее, — нам нужно создать новый совет. Совет, который будет служить народу, а не использовать его ради своих целей. Мы не можем терять время.

Элизабет, находясь в зале, скромно кивнула, поддерживая его слова. Она понимала, насколько важно восстановить доверие и силу в королевстве.

— Нам нужны войска, — добавил Корин. — Селиса сбежала с отцом на юг, и они могут собирать армию. Мы не можем дать им время укрепиться. Каждый миг важен.

Зал наполнился движением и решением. Феи начали готовиться к отправке магических сигналов союзникам в дальних уголках королевства. Звери обсуждали, какие земли могут предоставить ресурсы или дополнительные силы. Великаны добровольно предложили охранять ключевые входы в столицу, чтобы предотвратить любую неожиданную атаку.

Корин твёрдо произнёс, его голос звучал решительно, несмотря на усталость, которая читалась в глазах:

— Дождёмся союзников, и сразу на восток. Нужно освободить леди Софию и Алекс.

Роланд и Маргарет внимательно слушали его слова, их взгляды наполнились целеустремлённостью. Маргарет, держа карту, отметила восточные земли, где, по слухам, находились леди София и Алекс. Её пальцы мягко скользили по обозначениям городов и дорог, оценивая маршрут.

— Восток — это ключ, — сказала она, поднимая глаза на Корина. — Если мы освободим Софию и Алекса, мы не только укрепим наши силы, но и приобретём поддержку тех земель.

Роланд утвердительно кивнул, его голос был ровным:

— Мы должны действовать быстро. Селиса и Феликс могут укреплять свои позиции, и каждый момент на вес золота. Но с союзниками у нас будет преимущество.

Элизабет, стоящая немного в стороне, услышала их разговор и тихо добавила:

— София — мудрая и сильная. Она может стать не только вашей союзницей, но и тем, кто восстановит порядок в тех землях.

Комната была наполнена мягким светом, когда Луна наконец очнулась. Её взгляд сначала был немного рассеянным, но затем, увидев перед собой Корина, она улыбнулась. Корин, переполненный эмоциями, бросился к ней, беря её руки в свои.

— Луна, это я! — его голос звучал радостно, его лицо светилось счастьем.

Луна, слегка приподнимаясь, ответила, её глаза полны тепла:

— О, Корин! Я так ждала тебя.

Он помог ей подняться, его руки осторожно поддерживали её, как будто боялся, что она снова упадёт. Затем его слова прозвучали, как заключение долгой борьбы:

— Луна, у нас получилось! Столица наша, я теперь король!

Луна, услышал это, крепко обняла его, её голос дрожал от радости:

— Я очень рада, Корин. Это всё, о чём я мечтала.

Корин ненадолго замолчал, его взгляд был сосредоточен, словно он обдумывал что-то важное. И вдруг, с решимостью, он медленно опустился на одно колено, держа её руку, его голос был мягким, но уверенным:

— Луна, ты станешь моей королевой?

Луна, стоя перед Корином, была ошеломлена его словами. Её глаза наполнились слезами, но в них светились и радость, и трепет. Она сжала его руку, её голос был наполнен эмоциями:

— Корин... я... да, конечно, я согласна!

Слова эхом отозвались в комнате, словно само пространство признало их союз. Корин поднялся, его глаза блестели от счастья. Он крепко обнял Луну, словно клялся, что больше никогда не отпустит её.

Роланд и Маргарет, стоящие неподалёку, улыбнулись. Роланд, положив руку на плечо Корина, с лёгкой усмешкой сказал:

— Кажется, королевство только что получило не только короля, но и королеву.

Луна немного смутилась, но её лицо выражало искреннее счастье. Маргарет кивнула и добавила:

— Наш народ должен узнать эту весть. Это станет символом новой эпохи.

Корин, взяв Луну за руку, посмотрел на своих друзей и союзников.

В зале совета началось бурное обсуждение. Лорды столицы, собравшиеся вокруг Корина, высказывали своё недовольство. Их лица отражали напряжение, и слова звучали всё громче.

— Столица разрушена, убытки огромны! — выкрикнул один из старейших лордов. — Магические существа в городе... Это нарушает весь порядок, который мы веками поддерживали!

Другой лорд добавил, его тон был острым:

— И теперь ещё этот брак с простушкой, а не с леди из благородного дома. Это немыслимо! Как король, Корин должен укрепить своё положение, а не ослаблять его такими решениями.

Корин, услышав эти слова, внимательно посмотрел на них, его лицо оставалось спокойным, хотя в глазах читалась скрытая тревога. Он сделал шаг вперёд, его голос прозвучал чётко и уверенно:

— Я понимаю ваши беспокойства. Столица понесла потери, но мы восстанавливаем её. Магические существа пришли не для разрушения, а чтобы помочь нам вернуть наше королевство.

Он взглянул на каждого лорда, добавляя твёрдо:

— Что касается моего брака... Луна не просто простушка. Она — символ перемен. Вместе мы покажем, что королевство может объединиться не на основе старых предубеждений, а на принципах справедливости, мудрости и силы.

Многие лорды замолкли, но некоторые продолжали обмениваться взглядами, явно оставаясь недовольными. Корин понимал, что перед ним предстоит долгий путь, чтобы завоевать их доверие.

Зал замка начал наполняться лордами, каждый из которых представлял свой дом и свои интересы. Первым прибыли близнецы великого дома Ново — брат и сестра, известные своим достоинством и преданностью. Их прибытие символизировало мощь северных земель, где люди твёрдо выполняют свой долг.

— Мы решили поддержать вас, принц Корин, — уверенно произнёс брат, его голос звучал твёрдо. — Север всегда верил в силу единства и справедливости.

Сестра улыбнулась, её взгляд был сосредоточен:

— Мы будем вашим оплотом. Но будьте готовы к испытаниям, которые принесёт это время.

Однако не все были готовы к сотрудничеству. Семья Скорпио, известная своим влиянием на перешейке, отвергла предложение Корина, заявив, что не признают его власть.

— Мы не станем подчиняться, — заявили они в своём послании. — Наш дом всегда был независимым, и мы не позволим кому-либо диктовать нам свои правила.

Но рыбий остров принял приглашение. Леди Пичес, глава этого дома, прибыла лично, её фигура излучала уверенность. В её глазах было решимость, а голос звучал спокойно:

— Принц Корин, я вижу в вас надежду на восстановление порядка. Рыбий остров будет вашим союзником.

Южные земли, остающиеся верными Селисе и её отцу, стали серьёзной проблемой для Корина и его союзников. Вся их структура власти и поддержка вассальных лордов теперь обращены на создание южного войска. Селиса и Феликс, сбежавшие из столицы, вероятно, пользуются своим влиянием, чтобы мобилизовать силы и подготовиться к новому удару.

Это создавало серьёзную угрозу. Южные земли — это стратегически важная часть Элинора. Их ресурсы и армия могут представлять собой мощную силу, которая способна поставить под угрозу успех Корина и его усилия по объединению королевства.

Роланд, стоя перед Корином в зале совета, высказал свои опасения:

— Если они действительно собирают армию на юге, у нас нет времени терять. Мы должны подготовить разведку, чтобы узнать их планы. Каждое мгновение может стать для нас критическим.

Маргарет кивнула, добавив:

— Южные лорды верны Селисе и Феликсу из-за страха и обещаний силы. Возможно, мы можем использовать это, чтобы попытаться разобщить их или найти союзников среди тех, кто недоволен их правлением.

Корин задумался, его лицо выражало серьёзность:

— Мы не можем позволить им укрепиться. Но прежде чем двигаться на юг, мы должны завершить текущие дела, освободить восток и собрать как можно больше союзников.

Корин выслушал доклад о Западных землях, его лицо выражало задумчивость. Ему стало ясно, что ситуация на Западе будет не менее сложной, чем в других регионах.

— Натали выбрала нейтралитет, — произнес Роланд, сложив руки на груди. — Она не хочет вмешиваться, особенно после рождения наследника. Её позиция предсказуема, но это оставляет нас без поддержки ключевого региона.

Маргарет добавила, оглядывая карту:

— Однако не всё так плохо. Некоторые вассалы, как Либра и Гемени, откликнулись на наш зов. Их войска пусть не велики, но всё же станут важным дополнением.

Корин кивнул, оценивая сказанное.

— Это означает, что Запад останется нестабильным и нерешительным, — произнёс он, его взгляд задержался на карте. — Нам нужно укрепить связь с вассалами, которые решили нас поддержать. Их помощь может убедить и остальных принять нашу сторону.

Корин стоял посреди зала, когда мнения разрывали его со всех сторон. Одни считали, что немедленный поход на восток — единственный способ спасти леди Софию и освободить ключевые земли из-под власти Селисы и Феликса. Другие, напротив, настаивали на укреплении столицы, ведь без надёжного тыла любое нападение окажется рискованным. И наконец, голоса тех, кто предлагал немедленно отправиться на север и разобраться с Корой, прозвучали особенно тревожно.

Он огляделся, видя, как разные точки зрения сталкиваются в хаотичном споре. Это был момент, когда ему нужно было проявить лидерство, но решение требовало анализа и согласованности.

— Хватит, — твёрдо сказал Корин, поднимая руку, чтобы прекратить разговоры. — Мы не можем действовать разрозненно. Это будет катастрофой для всех нас.

Его голос отозвался эхом в зале, заставив собравшихся замолчать. Корин вздохнул, собирая мысли.

— Нам нужен совет, — продолжил он. — Совет, где представители каждого региона и наших союзников смогут обсудить и принять решение. Только так мы сможем выбрать верный путь и избежать распада нашего союза.

Роланд сделал шаг вперёд, поддерживая его:

— Это мудрое решение, Корин. Совет поможет объединить наш голос, а не разрывать его на части.

Маргарет добавила:

— И мы сможем рассмотреть все варианты, взвесить риски и выбрать то, что принесёт больше пользы для королевства.

Корин провёл весь день в раздумьях, каждый выбор в его новом совете мог повлиять на судьбу Элинора. Он понимал, что должности, которые он намерен распределить, требуют не только опыта, но и преданности общей цели — восстановить королевство и обеспечить его процветание.

Корин знал, что выбор будет непростым, но он также понимал, что его сила заключается не только в собственной мудрости, но и в способности собрать команду, готовую работать ради общего блага.

Утро стало знаменательным моментом для Элинора. Корин, стоя перед собравшимися, уверенно произнёс:

— Для начала я хочу добавить новые должности в совет — совет существ!

Слова прозвучали, как гром среди ясного неба, заставив людей обменяться удивлёнными взглядами. Но Корин продолжал, его голос был твёрдым, а взгляд решительным:

— Мы создаём новое королевство и новый порядок. Существа будут жить с нами вместе!

Из ряда зверей вперёд вышел молодой лев, его осанка излучала силу и решимость.

— Я готов нести волю зверей, — сказал он.

Его примеру последовал вождь полуросликов, за ним вышли представители гномов, кентавров, фавнов и фей. Они выстроились рядом с Корином, их присутствие было символом перемен.

Корин поднял руку, чтобы привлечь внимание всех:

— Отныне никто не будет угнетать существ, — заявил он. — Хоть их и мало, но они теперь часть Элинора. Их голос будет услышан.

С этими словами он указал на восточный лес:

— Отныне восточный лес станет отдельным регионом, где будут жить все существа. А возглавят его последние эльфы — Пит и Дит.

Зал наполнился напряжением и шумом обсуждений, когда Корин объявлял свои решения. Он держал Луну за руку, делая её частью своей мечты о будущем королевстве, её присутствие было символом новых времён.

— Когда война закончится, у вас будет новая королева — Луна, — твёрдо сказал он, его голос звучал уверенно, но в глубине души он знал, что это заявление встретит не только одобрение.

Говоря о совете, Корин выказал свои намерения:

— Я хотел бы видеть тётю Алису в совете, но её состояние после стольких лет заточения требует времени. Надеюсь, она сможет восстановиться и занять своё место позже.

Когда он перешёл к назначению Элизабет, зал замер. Объявление о том, что она станет советницей, вызвало настоящий всплеск эмоций. Звери, помня её жестокое правление, выражали негодование.

— Вы нам даёте свободу или снова хотите унизить?! — громко выкрикнул один из зверей.

Элизабет, столкнувшись с этим, сделала шаг вперёд. Её взгляд был твёрдым, но в нём отражалось осознание своих прошлых ошибок.

— Вам дали свободу! Что вы ещё хотите?! Если сейчас мы не закончим войну между нами, Кора уничтожит всех нас!

Звери оставались непреклонными, а некоторые из лордов поддержали их возмущение, выкрикивая:

— Да здравствует бывшая королева!

Корин чувствовал, как его власть качается под натиском эмоций зала.

Корин подошел к Элизабет думая что она и Кай его союзники подошел к ним - но что вы будете делать пока мы не победим? Оставаться в столице вам опасно.

Элизабет, слегка наклонившись ближе к Корину, говорила спокойно, но с оттенком решительности, который всегда сопровождал её.

— Мы отправимся на запад, — произнесла она. — К семье Скорпио. Ещё когда я была королевой, Кай был обручён с дочерью Леди Скорпио. Этот союз может сыграть ключевую роль. Мы постараемся убедить их встать на нашу сторону.

Корин, слегка нахмурившись, обдумывал её слова. Он понимал, что семья Скорпио уже отвергла его предложение, но с Элизабет и Каем их шансы могли измениться.

— Это рискованно, — ответил он. — Но если вы действительно сможете убедить их... Это изменит баланс сил.

Кай, стоящий рядом с матерью, выглядел более уверенно, чем раньше.

— Леди Скорпио упряма — сказал он, — но его дочь имеет на него влияние. Если мне удастся наладить с ней связь, они могут пересмотреть свои взгляды.

Корин задумался, внимательно наблюдая за ними. Он понимал, что не может контролировать всё и что союз с западными землями мог стать важным шагом. Но это также означало, что он должен доверять Элизабет и Каю, несмотря на их сложное прошлое.

— Ладно, — наконец произнёс Корин. — Я позволю вам отправиться. Но не забывайте, что в первую очередь мы должны действовать ради объединения королевства. Если вы увидите, что план обречён на провал, отступайте.

Элизабет кивнула, а Кай молча подтвердил свою готовность.

Зал наполнился формальностью и торжественностью, когда Корин продолжал собирать совет. Его голос звучал уверенно, хотя в глубине души он чувствовал всю тяжесть этого момента. Каждый новый член совета становился частью его мечты о возрождении Элинора.

— Лорд и леди Ново, — объявил он, — вы останетесь верховными лордами севера.

Близнецы склонили головы, их выражения были полны уважения и решимости. Их поддержка казалась непоколебимой.

— Леди Гертруда Пичес, — продолжил Корин, обращаясь к последней представительнице рыбьего острова, — вы будете новым советником короля.

Гертруда кивнула, её глаза выражали благодарность и понимание важности возложенной на неё роли. Её бездетность не делала её слабее, наоборот, её жизненный опыт и мудрость были ценны для нового совета.

— Елена Гемени! — сказал Корин. — Вы будете новым казначеем!

Елена улыбнулась и слегка поклонилась:

— Большая честь, мой король.

Далее он повернулся к своим ближайшим союзникам:

— Роланд и Маргарет, ну куда же я без вас! Маргарет, ты будешь управляющей дворца, а ты, Роланд, генералом.

Оба приняли свои роли с гордостью, их преданность и опыт укрепляли власть Корина.

Когда подошло время говорить о деснице, Корин на мгновение замер. Его взгляд был наполнен грустью, но он твёрдо заявил:

— Алекс и леди София достойны этого поста. Мы освободим их, и тогда всё решим.

Корин стоял у огромного стола, на котором разложена карта королевства. Его пальцы уверенно следили за линиями восточных земель, отмечая узкие перевалы, реки и крепости — всё то, что станет полем битвы в ближайшие недели.

Роланд находился рядом, его мускулистая рука лежала на рукояти меча. Он внимательно вслушивался в слова Корина, его лицо оставалось сосредоточенным.

— Мы собираем войска, Роланд. Нам нельзя ждать, — произнёс Корин, его голос был полон решимости. Он медленно поднял взгляд на своего друга. — Через неделю мы идём на восток.

Его слова, будто камень, упавший в безмолвное озеро, разнеслись эхом по залу. Однако за твёрдостью слов Корин скрывал то, что он не решался выразить вслух. Его мысли возвращались к Алекс и леди Софии. Этих женщин он не видел долгое время, но знал, что их жизнь и свобода находятся под угрозой. Их пленение было личной болью для Корина.

— Я не видел Алекс очень давно, — добавил он, немного тише. В его голосе слышалась едва заметная грусть. — Надеюсь, с ней всё хорошо.

Роланд, прекрасно понимая, какой груз несёт на себе молодой король, слегка сжал его плечо.

— Мы освободим их, Корин, — твёрдо сказал он. — Войска готовы, а союзники не подведут. Но ты понимаешь, что это будет нелёгкое сражение.

— Знаю, — ответил Корин, его взгляд стал ещё более решительным. — Но это нужно сделать. Алекс и София — ключ к нашему будущему. Мы не можем отступить.

В это время дверь зала открылась, и внутрь вошла Маргарет. Её платье слегка развевалось за ней, а руки держали новый доклад от разведчиков. Её проницательные глаза оглядели Корина и Роланда.

— Мы получаем всё больше сообщений о вражеских приготовлениях на востоке, — сказала она. — Лорд Софии полностью подчиняется Феликсу, он марионетка. Если мы потеряем время, их позиции только укрепятся.

Корин принял свиток, развернул его и прочитал, но мысли продолжали мелькать у него в голове. Впереди лежали не только испытания битвы, но и внутренние сомнения. Сможет ли он справиться с этим грузом? Хватит ли у него сил объединить королевство и выстроить новое будущее?

— Войска соберутся в течение нескольких дней, — уверенно сказал он, сворачивая карту. — Мы направимся к востоку, освободим их и вернём справедливость в эти земли.

Прошло несколько дней, и Корин не отходил от Луны. Время, казалось, остановилось для них. Просторная комната была наполнена мягким светом, пробивающимся сквозь высокие окна, создавая ощущение тишины и покоя. Луна сидела у окна, её длинные волосы спадали, словно отражая её внутреннюю уязвимость и силу одновременно. Она смотрела на Корина, его фигура напоминала ей светлый маяк в тёмном море.

— Корин, — сказала она, её голос был тёплым, но слегка дрожал. — Я боялась, что ты не найдёшь меня. Боялась, что всё закончится, прежде чем ты сможешь прийти.

Его лицо смягчилось, в глазах появилась глубина чувства, которое он не мог выразить словами. Он подошёл ближе, его ладонь нежно коснулась её руки.

— Луна, — твёрдо произнёс он, его голос был пронизан эмоциями. — Я больше никогда тебя не оставлю. Мы теперь будем вместе навсегда.

Её глаза наполнились слезами, не от грусти, но от облегчения. Она крепко сжала его руку, чувствуя тепло, которое он излучал. Это была не просто близость двух душ, но обещание, данное в разгар бури, что теперь они будут идти только вперёд, вместе. Корин был для неё не только королём, но и тем, кто доказал, что любовь способна выдержать любые испытания.

Они стояли так, в тихом моменте, который говорил больше, чем слова.

Утреннее солнце осветило площадь перед дворцом, где собралось войско нового короля. Знамёна развевались на ветру, отражая решимость тех, кто пришёл под знамена Корина. Войско было впечатляющим — люди, магические существа, и даже представители кентавров и фавнов стояли плечом к плечу, готовые к предстоящей битве. В их глазах читалась надежда, но и тревога за предстоящее.

Корин, облачённый в королевские доспехи, стоял на возвышении перед собравшимися. Его фигура излучала уверенность, хотя в глубине души он понимал, какая тяжесть ложится на его плечи. Он оглянулся на Луну, которая стояла рядом, её лицо выражало смесь гордости и беспокойства.

— Луна, — мягко произнёс он, подходя ближе. — Ты и совет останетесь в столице. Вам нужно следить за порядком.

Её глаза встретились с его взглядом, в них читалось разочарование и понимание одновременно.

— Ты ещё слаба для поля битвы, — добавил Корин, его голос был чуть тише, почти шёпотом. — Я не могу рисковать тобой.

Луна тихо кивнула, но её руки сжались, её душа была готова сражаться, несмотря на физическую слабость. Она знала, что её место сейчас здесь, в сердце столицы, где она сможет укрепить порядок и быть опорой для Корина, даже на расстоянии.

— Я буду ждать твоего возвращения, — сказала она, её голос был наполнен силой. — Вернись ко мне, Корин. Я верю, что ты сможешь.

Корин слегка улыбнулся, его лицо стало мягче, но решительность в глазах не угасла. Он повернулся к войску, которое с нетерпением ждало его команду.

— Мы идём на восток, — произнёс он громко, его голос эхом разнесся по площади. — Освободим Алекс и Софию, вернём порядок в эти земли. Наш путь не будет лёгким, но мы победим!

2.4

Глава 4

В тенях южного замка, где стены хранили шёпот предательства и амбиции, Феликс и Селиса собрали свой совет. В комнату текли вельможи южных земель — угрюмые, настороженные, но полные решимости подчиниться их воле. Атмосфера была пропитана напряжением, каждый понимал, что предстоящие решения будут определяющими.

Феликс, стоя в центре зала, положил свои руки на плечи дочери. Его взгляд был жёстким, но полный отцовской гордости.

— Собирайте войска немедленно! — громко объявил он, его голос эхом отразился от холодных каменных стен. — Мы должны выдвинуться на столицу, пока это подобие власти идёт на восток. Мы раздавим их, дочка. Элинор снова станет нашим.

Он посмотрел на Селису, и в его глазах мелькнула тень беспокойства. Селиса, несмотря на силу и решимость, выглядела утомлённой. Она была на последнем сроке беременности, и даже её гордое выражение лица не могло скрыть слабости.

— Но сейчас твоя главная забота — малыш, — мягче добавил он, слегка сжав её плечи. — Тебе не стоит беспокоиться. Отдыхай. Ты вот-вот родишь будущее нашей династии.

Селиса глубоко вдохнула, её лицо на мгновение смягчилось. Она знала, что её отец был прав, но ненависть к Корину, который лишил её трона, заставляла её чувства метаться.

— Отец, — тихо произнесла она, — я доверяю тебе. Но помни, что этот малыш будет наследником, только если мы победим. Мы не можем позволить Корину забрать то, что принадлежит нам.

Феликс кивнул, его взгляд становился ещё более решительным.

— Победа будет за нами, дочь. Я сделаю всё, чтобы ты и твой ребёнок сидели на троне, который принадлежит твоей крови. Элинор снова станет нашим — будь уверена.

На востоке, в крупном городе с высокими каменными стенами, атмосфера была напряжённой. Каждый угол замка и улицы напоминали о приближающейся буре. На стенах возвышались ряды солдат, выстроенных в чёткие строи. Их оружие блестело под слабым утренним солнцем, а голоса офицеров отдавались эхом. Войска готовились к защите, а внутри замка кипела работа — вассалы, верные Филипу, один за другим прибывали, демонстрируя свою преданность.

В тронном зале самого Филипа шла оживлённая дискуссия. Он сидел на высоком кресле, его лицо излучало уверенность и решимость. Его голос, глубокий и твёрдый, разносился по залу.

— Мы разобьём изменника, — заявил он, глядя на собравшихся лордов. — Десница Феликс наградит нас за нашу преданность. Это наш шанс доказать свою силу.

Собравшиеся вассалы кивали и соглашались, их голоса сливались в единую волну одобрения. Однако, не все разделяли это воодушевление. Борис и Дилия, дети Филипа, стояли чуть в стороне. Их лица выражали тревогу, глаза время от времени обменивались беспокойным взглядом. Они были молоды, но мудрость и доброта, унаследованные ими, заставляли их внутренне метаться.

— Борис, — тихо сказала Дилия, её голос едва был слышен. — Ты помнишь Корина? И тех, с кем мы дружили? Мы не видели их уже больше года.

Борис, нахмурившись, ответил:

— Конечно, помню. Они были нашими друзьями. Но теперь… они наши враги. Отец не оставил нам выбора. Ты думаешь, они всё ещё помнят нас?

Её взгляд устремился в окно, откуда был виден город, наполненный движением войск и людей. Она глубоко вздохнула, но молчала. Борис тоже замолчал, чувствуя тяжесть ситуации. Они знали, что предстоящая битва принесёт не только кровопролитие, но и возможное столкновение с теми, кого они когда-то считали близкими.

Туман рассвета только начал рассеиваться, когда войско Корина подошло к городским стенам. Город возвышался перед ними, защищённый величественными башнями и множеством солдат, выстроившихся на оборонительных позициях. Корин стоял на холме, глядя на врага, и понимал, что их количество превышает его собственные силы. Но он также знал, что в его распоряжении есть то, чего враги не могли предугадать — магия фей и звериная мощь.

— Пришло время показать им, на что мы способны, — твёрдо сказал Корин, обращаясь к своему войску. Его голос звучал уверенно, но внутри него горела смесь адреналина и тревоги.

Феи, лёгкие и быстрые, взмыли в небо, их крылья мерцали, отражая солнечный свет. Их движение было быстрым и слаженным, и в считанные мгновения они достигли стен. Лучники, занимавшие позиции на крепостных башнях, не успели понять, что происходит, как яркий свет заклинаний фей начал ослеплять их. Стрела за стрелой падали на землю, а лучники теряли равновесие, сталкиваясь друг с другом или просто выбиваемые с высоты магией.

— Вперёд! — закричал Роланд, поднимая меч. Его боевой клич эхом разнёсся по полю. Люди и звери бросились вперёд, их единство чувствовалось в каждом шаге.

Мощные фавны, их рога, сверкающие от утреннего света, ломали ворота, пока отряды людей прикрывали их щитами. Львы и другие звери прокладывали путь через ряды солдат врага. Кентавры, быстрые и неутомимые, окружали защитников города, разрушая их боевые порядки.

Корин двигался вместе с передовым отрядом, его меч был готов к сражению. Он знал, что битва только началась и что их конечная цель — замок, где держат Алекса и леди Софию. Каждый шаг приближал их к цели, но Корин чувствовал, что это сражение — только часть большого испытания, стоящего перед ним и его войском.

Сражение у стен города становилось всё ожесточённее. Филипп, используя своё численное превосходство, вел свою армию с безжалостной эффективностью. Наступающие силы Корина ощущали давление, ведь, несмотря на ярость зверей и магию фей, стена солдат Филипа казалась непреодолимой. Поле боя кипело от звона мечей, криков солдат и магических вспышек. Войска обоих сторон сцепились так близко, что казалось, будто сама земля содрогается под их ногами.

В этот момент Корин и Роланд, укрывшись среди руин и обходных путей, тайно проникли во дворец. Их цель была ясна — добраться до подземелий, где, по их информации, удерживали леди Софию и Алекс. Тени скрывали их передвижения, и каждый шаг был выверенным, чтобы не привлечь внимания. Вдалеке доносился шум битвы, словно эхом напоминая, что времени у них крайне мало.

Они приблизились к входу в подземелья, когда внезапно раздался глухой звук. Из тёмного угла зала вылетела каменная сфера, отскочив от стены, и едва не поразила Корина. Оба тут же приняли боевые стойки, готовясь к нападению. Из тени шагнул Филипп, его лицо освещалось тусклым светом факелов. Его глаза горели смесью ярости и самодовольства.

— Корин, — с презрением произнёс он, держа ещё одну сферу в руке. — Ты пожертвовал своей горсткой людей ради моей жены? Какой ты благородный.

Он бросил сферу на пол с грохотом, и эхо разнеслось по залу. Филипп шагнул ближе, его фигура была массивной и угрожающей.

— Уходи пока не поздно, — продолжил он, голос его стал твёрже. — Южане уже собирают войска. Скоро они раздавят тебя. Ты проиграл, Корин.

Но его слова лишь подлили масла в огонь гнева молодого короля. Корин сжал кулаки, его лицо пылало яростью. Он сделал шаг вперёд, его меч блеснул в свете факелов.

— Ты говоришь о чести и о победе? — выплюнул Корин, его голос был пропитан презрением. — Ты предал всех, кого должен был защищать. Твои дни сочтены, Филипп.

Роланд тихо поставил руку на плечо Корина, пытаясь напомнить ему о важности их миссии. Однако гнев Корина был неудержим. Он знал, что в этот момент перед ним стоит не просто враг, а символ всего, с чем он сражался: предательства, жадности и деспотизма.

В зале дворца разгорелась яростная схватка. Звуки металла эхом разносились по просторному залу, заставляя факелы едва заметно дрожать в своих креплениях. Роланд и Корин сражались бок о бок, их мечи сверкали в свете пламени, отражая напряжение момента. Филипп, хоть и превосходный мечник, находился под давлением — против него сражались сразу двое опытных воинов.

— Вы оба погибнете здесь! — выкрикнул Филипп, отбивая удар Роланда и тут же контратакуя Корина. Его лицо выражало смесь ярости и насмешки, но его движения оставались точными и уверенными.

Корин, исполненный решимости, отвечал мощными ударами, но каждый раз чувствовал, как этот бой становится всё тяжелее. Он не мог позволить себе проиграть, зная, что София и Алекс ждут их в этих самых стенах.

Внезапно тяжёлая дверь зала со скрипом отворилась, и в её проёме появились две фигуры. Борис и Дилия, друзья Корина из прошлого, переступили порог, их глаза сразу нашли знакомую фигуру. Борис растерянно, но громко воскликнул:

— Корин!

Этот крик резким эхом разорвал напряжённую атмосферу. Корин на мгновение замер, его меч дрогнул, когда он повернулся, чтобы увидеть тех, кого он не видел годами. Его взгляд пересёкся с их, полным удивления и воспоминаний. Но это замешательство стало роковым.

Филипп, не теряя времени, сделал резкий выпад вперёд. Его меч ярко сверкнул и уже почти поразил Корина, но в последнюю секунду перед ним оказался Роланд. Со звуком рвущейся ткани и звоном стали меч Филиппа пробил доспех и глубоко вошёл в плечо Роланда.

— Нет! — выкрикнул Корин, видя, как его друг стиснул зубы, чтобы удержаться на ногах. Роланд шатался, но держал свой меч крепко, его глаза горели решимостью.

— Не теряй времени, Корин! — прошипел Роланд, отступая на шаг, чтобы создать для него пространство для атаки. — Закончи это!

Корин, потрясённый, обернулся на Филиппа, и ярость затопила его сердце.

Комната озарилась яркой вспышкой света, которая на мгновение ослепила всех присутствующих. Сила, исходящая от Корина, сбила с ног даже самых стойких. Филипп, пошатнувшись, с трудом удержался на ногах, его глаза сузились от ярости и страха. Корин, подняв руки, направил их на Филиппа, готовясь нанести решающий удар. Его лицо выражало гнев, который он сдерживал слишком долго.

Но внезапно раздался крик, пронзивший напряжённую тишину:

— Неттт! — закричала Дилия, её голос дрожал от отчаяния. — Корин, мы же друзья!

Эти слова, словно молния, пронзили сердце Корина. Его руки дрогнули, и свет, готовый обрушиться на Филиппа, начал угасать. Он обернулся, его взгляд встретился с глазами Дилии. В них он увидел не только страх, но и воспоминания о прошлом, о тех днях, когда они были друзьями, когда всё было проще.

Корин опустил руки, его гнев начал уступать место сомнению. Но этот момент слабости оказался роковым. Филипп, воспользовавшись замешательством, поднял меч и с яростным криком бросился вперёд. Роланд, несмотря на рану, сделал шаг вперёд, заслоняя Корина своим телом. Меч Филиппа с глухим звуком вонзился в плечо Роланда, и тот рухнул на колени, его лицо исказилось от боли.

— Роланд! — выкрикнул Корин, его голос был полон ужаса и ярости. Он бросился к своему другу, но Филипп уже готовился нанести следующий удар.

В этот момент гнев Корина вспыхнул с новой силой. Он поднял руки, и яркий луч света вырвался из них, ударив Филиппа с такой силой, что тот отлетел к стене. Звук удара был оглушительным, и Филипп рухнул на пол, его голова безжизненно склонилась.

Борис и Дилия, видя, что всё потеряно, обменялись взглядами. Их лица выражали смесь страха и сожаления. Они знали, что проиграли, и, не теряя времени, бросились прочь из зала, оставляя Корина и Роланда в тишине, нарушаемой лишь эхом их шагов.

Корин опустился на колени рядом с Роландом, его руки дрожали.

Подземелья были холодны и суровы, стены, увитые древним мхом, казались пропитанными страданиями тех, кто находился в этой темнице. Корин шагал вперед, его сердце гремело в груди, как барабан войны. Следом за ним, с трудом поддерживая раненую руку, двигался Роланд. Каждый шаг отдавался болью, но он продолжал идти, отказываясь падать. Капли крови из его раны оставляли след на каменном полу — молчаливое свидетельство его жертвы.

Коридоры были узкими, освещаемые тусклым светом факелов, и каждый шаг отдавался эхом. Корин внимательно осматривал их, его рука сжимала меч так крепко, что костяшки побелели. За каждым углом могла скрываться новая угроза, но это не останавливало его. Он думал только о том, что за этими стенами находятся София и Алекс.

«— Роланд, держись», — произнёс Корин, его голос был тихим, но полон решимости. — Мы почти у цели.

Роланд кивнул, его лицо выражало усталость, но взгляд оставался твёрдым.

— Ради них… ради всех нас, — с трудом ответил он.

Когда они подошли к массивной железной двери, за которой скрывались подземные камеры, Корин остановился. Он поднял руку и сосредоточился, его магическая энергия начала наполнять комнату. Тёплый свет исходил от его ладони, окружая замок, который стал плавиться, словно восковая печать. Когда дверь открылась, перед ними предстала темница, пропитанная запахом влаги и отчаяния.

В дальнем углу одной из камер сидела леди София, её белое платье порвано и испачкано, но её лицо было удивительно спокойным. Рядом с ней Алекс выглядела ослабленна, но её глаза загорелись, как только она увидела знакомую фигуру.

— Корин? — тихо произнесла София, её голос дрожал от эмоций.

— Мы пришли, — твёрдо ответил Корин, шагнув внутрь. Его сердце разрывалось, видя их в таком состоянии, но он знал, что они теперь свободны.

Роланд, опираясь на стену, остановился у входа, его лицо выражало облегчение, несмотря на боль.

«— Быстрее, мы должны уходить», — произнёс он, стараясь держаться.

Корин помог Софии встать, его руки осторожно поддерживали её, а Алекс подошла ближе, сжимая руку Корина.

«— Я знала, что ты не оставишь нас», — сказала она, её голос был наполнен благодарностью.

Но их радость была недолгой. Далёкий звук шагов, приближающихся по коридорам, заставил Корина и Роланда напрячься. Враги приближались, их крики становились громче. Уходить нужно было немедленно.

— Держитесь за мной, — приказал Корин, его глаза загорелись магическим светом. — Мы прорвёмся.

Собрав всю свою силу, он направил мощный поток света, разрушая часть стены и открывая путь к побегу. Камни разлетелись, оставляя за собой проход, ведущий к свободе.

Поле битвы, устланное следами сражения, затихло. Дождь, словно печальная завеса, начал моросить, стирая кровавые отпечатки и смывая боль, оставшуюся от сражения. Войска, уставшие и измотанные, замерли на месте, их оружие опущено, а глаза полны ожидания. Им не нужна была новая бойня — им нужна была истина, решение, которое станет ключом к будущему.

Корин стоял в центре этого хаоса, его доспехи были испачканы пылью и кровью, а взгляд был устремлён вдаль. Он искал ответы, хотя понимал, что сегодня ему придётся стать этим ответом для всех. Его меч покоился в его руке, но горел больше не от ярости, а от внутренней решимости.

Рядом с ним стояла леди София, её осанка возвышенная и гордая, несмотря на усталость. Её присутствие, словно маяк, озаряло поле битвы. Она сделала шаг вперёд, её голос был спокоен, но в нём звучала такая сила, которая могла проникнуть в самое сердце каждого.

— Воины! — громко произнесла она, перекрывая шум дождя. Её голос эхом разнёсся по полю, привлекая к себе внимание всех собравшихся. — Мой муж... Филипп! Он самовольно захватил власть Востока, как и Селиса захватила Элинор!

Её слова заставили замереть даже тех, кто ещё секунду назад пытался поднять оружие. София обвела взглядом обе стороны — тех, кто сражался за Филиппа, и тех, кто шёл за Корином.

— Но это время закончилось, — продолжила она. — Истинный правитель не должен обманывать, принуждать и разрушать. Взгляните на это поле, полное боли и ненависти. Как долго мы будем идти этим путём?

Она подняла руку и, повернувшись к Корину, указала на него.

— Вот он, наш король! — провозгласила она. — Корин — это наше будущее и оплот надежды!

Молния осветила небо, подчеркнув её слова, словно само провидение подтверждало их истинность. Люди смотрели на Корина, и их взгляды, полные усталости и сомнений, начинали меняться. Они видели в нём не только юного короля, но и шанс на конец их страданий.

Корин сделал шаг вперёд, его голос прозвучал твёрдо:

— Я не прошу у вас верности из страха или корысти. Я прошу вас объединиться ради нашего королевства, ради всех, кто хочет мира и справедливости! Восток заслуживает быть свободным, как и весь Элинор!

Тишина, окутывающая поле, словно вытеснила боль и ярость. Солдаты Филиппа начали опускать оружие. Даже звери, которые сражались на стороне Корина, перестали рычать, наблюдая за этим символическим моментом. Решение было принято.

К вечеру тишина охватила поле боя, напоминая о цене, которую пришлось заплатить за свободу Востока. Корин стоял на возвышенности, его глаза скользили по горизонту, где догорали последние костры. В воздухе витал запах земли и пепла, но ни один из этих элементов не мог заглушить боль в сердце молодого короля.

— Мы потеряли столько людей... — тихо произнёс он, не поворачиваясь. Его голос звучал подавлено, словно каждая эмоция, пронесённая через битву, сейчас обрушилась на него.

Рядом с ним стояла Алекс, её фигура была утомлённой, но в глазах читалась решимость. Она осторожно коснулась его плеча, её голос прозвучал тепло, с ноткой уверенности:

— Всё будет хорошо. Ты сделал то, что должен был сделать, Корин. Ты дал этим людям надежду.

Корин посмотрел на неё, его лицо выражало смесь боли и облегчения. Её слова не могли полностью заглушить груз утрат, но они заставили его вновь почувствовать тепло поддержки, которое он так давно искал.

— Мне не хватало тебя, — честно произнёс он, его голос дрожал, хоть он старался этого не показывать. — Столько всего произошло за это время... Я думал, ты погибла.

Алекс слегка улыбнулась, её взгляд стал мягким. Она знала, что её отсутствие стало частью его боли, но теперь она была здесь, чтобы разделить с ним его бремя.

— Я жива, Корин, — твёрдо ответила она, её голос был наполнен уверенностью. — И теперь я не брошу тебя. Что бы ни случилось, мы будем бороться вместе.

Корин, услышав это, почувствовал, как тёплая волна пронеслась через его сердце.

Тяжёлые шаги заполнили зал Востока, где каждый уголок был пропитан напряжением. Каменные стены, видевшие бесчисленные битвы и переговоры, сейчас стали свидетелями новой главы истории. Свет факелов мягко озарял собравшихся, каждая тень отражала усталость, но и проблески надежды.

Корин стоял в центре зала, его взгляд был устремлён на леди Софию, которая поднялась, несмотря на измотанность последних дней. Её фигура излучала стойкость, но в её глазах читалась усталость, не физическая, а душевная. Она посмотрела на Корина, её голос звучал твёрдо, но с оттенком сожаления:

— Корин, мы понесли большие потери. — Её слова эхом отозвались в каменных стенах. — Но я уверяю тебя, восток будет твоим. Здесь останутся те, кто верит в твой путь.

Она на мгновение замолчала, затем её взгляд устремился на двух фигур, стоящих в дальнем углу. Борис и Дилия — её дети — были пойманы, когда пытались сбежать. Их лица были поникшими, глаза опущены, избегая встречи взглядов матери. Её голос стал резче, наполняясь смесью гнева и сожаления:

— Мне стыдно за моих детей. Они пытались бежать, когда всё стояло на кону. Но им ещё предстоит понять, что такое настоящая верность и честь.

Борис попытался сказать что-то, но слова застряли у него в горле. Дилия опустила голову, её руки дрожали, но она молчала, ощущая всю тяжесть осуждения. Корин перевёл взгляд на них, и в его глазах читалась смесь гнева и сожаления. Он знал, что выбор этих молодых людей был порождён страхом, а не предательством.

Корин глубоко вдохнул, его голос прозвучал так, будто он старается сдерживать бурю эмоций:

— Мы должны вернуться в столицу, — твёрдо сказал он, обратившись ко всем собравшимся. — Пока войска юга туда не прибыли. Время работает против нас, и мы не можем терять его.

Его слова были как команда к действию. Люди начали шептаться, обсуждая предстоящий путь, а леди София подошла ближе к Корину.

«— Я буду с тобой», — сказала она, её голос стал тише. — Восток теперь за тобой, но впереди большее испытание. Юг не остановится.

Корин кивнул, его лицо выражало решимость. Несмотря на потери и раны, нанесённые битвой, он чувствовал, что этот момент — лишь начало. Впереди была не только битва за королевство, но и борьба за сердце каждого его жителя.

Путь в столицу лежал через равнины, покрытые остатками утреннего тумана. Корин вёл свой отряд — измотанных солдат и зверей, всё ещё полных решимости, несмотря на потери. Алекс шла рядом с ним, её уверенная поступь отражала новый статус. После событий в восточном городе Корин назначил её генералом армии и своим верным советником. Это было решение, принятое не только из дружбы, но из глубокого уважения к её навыкам и преданности.

— Роланд с Маргарет остаются в восточном городе, — произнёс Корин, взглянув на Алекс. — Лекари делают всё возможное, чтобы спасти его. Мы вернёмся за ними, как только он сможет встать на ноги.

Алекс чуть нахмурилась, её лицо выражало озабоченность, но она старалась быть сильной. Она прекрасно понимала, насколько важен Роланд для Корина, но также знала, что сейчас время играло против них.

— Мы должны двигаться вперёд, — ответила она с лёгкой улыбкой, стараясь смягчить его тревогу. — Они справятся. А мы должны сосредоточиться на том, что ждёт нас в столице.

Корин кивнул, но его мысли возвращались к Роланду. Он знал, что оставил его в надежных руках Маргарет, но воспоминания о том, как его друг получил рану, не покидали его. Алекс видела эту внутреннюю борьбу, но не пыталась прерывать его размышления. Её долг был в том, чтобы поддерживать его в тишине и в словах, когда это было нужно.

Войска двигались слаженно, даже несмотря на усталость. Среди зверей шло негласное единство, а люди, вдохновлённые победой на Востоке, не теряли духа. Однако их лица выражали тревогу — каждый из них знал, что предстоящее сражение с южными силами будет ещё более жестоким.

Корин продолжал идти вперёд, чувствуя на своих плечах вес ответственности. Сейчас его заботила не только военная стратегия, но и то, как он сохранит единство в своём королевстве. Он посмотрел на Алекс, которая шла рядом, её взгляд был сосредоточен на пути вперёд. В этой решительности он находил тихую силу, которая помогала ему держаться.

— Алекс, — тихо произнёс Корин, его голос звучал так, словно он хотел поделиться чем-то важным. — Ты знаешь, что я благодарен тебе, правда?

Она повернулась к нему, её лицо смягчилось, и на нём появилась слабая улыбка.

— Да, Корин. И ты знаешь, что я никогда не оставлю тебя.

На этот раз его кивок был чуть более уверенным. Несмотря на все трудности, он знал, что рядом с ним те, кто верит в него, и что ради этого он сможет сражаться дальше

Столица была охвачена тревогой. Улицы, некогда оживлённые, теперь погрузились в напряжённую тишину, прерываемую лишь редкими стуками сапог немногочисленных стражников. Жители, не успевшие покинуть город, укрылись по домам, боясь того, что принесёт завтрашний день. Тени надвигающейся южной армии сгустились над столицей, и каждый знал, что избежать войны не удастся. Даже дети, играющие на узких улицах, замолкли, чувствуя страх взрослых.

Луна, теперь ставшая воплощением надежды для города, сутками не покидала зал заседаний. После ослабления её сил из-за тягот пленения, она быстро восстанавливалась, но её лицо оставалось бледным, а тёмные круги под глазами говорили о бессонных ночах. За этот короткий срок она проявила себя как настоящая управляющая. Её решимость и твёрдость вдохновляли тех, кто оставался верен Корину.

Вместе с Гертрудой Пичес, мудрой советницей, и Елизаветой, обременённой грехами прошлого, Луна вела город через надвигающийся шторм. Они обсуждали план действий, хотя в их распоряжении было лишь около двухсот воинов и несколько смельчаков, оставшихся защищать столицу. Слуги, услышавшие о приближении южной армии, бросали свои обязанности и уходили, спасая свои жизни. Атмосфера в зале заседаний была пропитана отчаянием.

— Что нам делать? — прошептала Луна, сжимая руки перед собой. — Я не могу подвести Корина.

Её слова эхом разнеслись в зале, но никто не смог ответить. Гертруда лишь нахмурилась, а Елизавета, молча опустив голову, понимала, что ситуация близка к катастрофе. Этот груз, казалось, был слишком тяжёлым для молодой Луны. Ощущая, как внутри всё сжимается от страха и ответственности, она встала.

— Простите, — коротко сказала она, оставляя советников. — Мне нужно немного побыть одной.

Она медленно отправилась в свои покои, каждая её ступня словно тянула за собой невидимую цепь. Внутри её мучили мысли: "Как Корин? Жив ли он? Успеет ли он вернуться?" Грусть и тревога не отпускали её, пока она не села за письменный стол. Луна внезапно ощутила, что просто обязана ему написать. Она взяла в руку перо, погружённое в чернила, и её пальцы начали двигаться по пергаменту.

"Корин, я знаю, что твоя дорога трудна, но я верю в тебя. Здесь всё сложнее, чем кажется, но я буду стоять до конца. Если ты читаешь это письмо, знай, что мои мысли всегда с тобой. Мы справимся, потому что ты — наша надежда. Луна."

Закончив, она сложила письмо и привязала его к ноге голубки. Её пальцы чуть дрогнули, когда она отпустила птицу в тёмное небо. Голубка, словно белое пятно надежды, растворилась среди звёзд, а Луна осталась стоять на балконе. Ночной воздух был прохладен, но успокаивал её горячие щёки.

Она подняла взгляд к звёздам. Их свет казался холодным, но каким-то утешительным. Завтра, она знала, прибудет южная армия, а в столице осталось лишь горстка защитников. Луна чувствовала, что это может быть их конец. Но несмотря на этот страх, она стояла гордо, её силуэт освещался лунным светом.

— Корин... — прошептала она в тишине ночи. — Как же ты там? Как же я хочу, чтобы ты вернулся...

Ночь накрыла равнины тонкой вуалью тишины. Лёгкий ветер шептал среди трав, и звёзды ярко сияли на чёрном полотне небосвода, будто пытаясь проложить путь для тех, кто искал свет. Корин, окружённый этой величественной тишиной, сидел возле лагерного огня, держа в руках письмо от Луны. Пламя тихо потрескивало, освещая его лицо, полное решимости и тоски.

Он вглядывался в строки, написанные Луной её нежным и дрожащим почерком. Слова, казалось, оживали, наполняя его душу теплотой и одновременно усиливая желание быть рядом с ней. Её слова звучали в его голове, словно шёпот: *"Мои мысли всегда с тобой. Мы справимся, потому что ты — наша надежда."*

— Луна... Моя Луна... — прошептал он, подняв взгляд к звёздам. Его голос был наполнен таким чувством, что даже ветер на мгновение утих, словно слушая его.

Корин встал, спрятал письмо за пазуху и уверенно направился к Алексу, которая стояла неподалёку, проверяя карты и маршруты. Её фигура, освещённая лунным светом, излучала уверенность, хотя её глаза выдавали усталость, накопившуюся за последние дни.

— Алекс, — твёрдо произнёс он, привлекая её внимание. — Мы должны идти вперед. Войско нас замедляет.

Алекс подняла бровь, её взгляд стал острым и сосредоточенным.

— Корин, как так? — возразила она, убирая карту в кожаный чехол. — Вы собираетесь оставить войска? Мы не можем бросить их, они нуждаются в вашем руководстве!

Корин покачал головой, его голос был тихим, но в нём звучала непоколебимая решимость.

— Нет, я не оставлю их. Но я должен быть быстрее. Луна нужна мне, и столица на грани. Если мы будем ждать, будет слишком поздно. Скорее, Алекс, поехали!

Она замерла, удивлённая его словами. На мгновение её лицо стало мягче, но потом она глубоко вдохнула, понимая, что переубедить его будет невозможно. Алекс знала, как сильно Луна значила для Корина, и понимала, что это решение исходило из его сердца, а не из разума.

— Если вы решили так, Корин, — наконец сказала она, её голос стал спокойным, но в нём всё ещё слышались нотки предостережения, — тогда я буду с вами. Но помните, что каждый ваш шаг — это ответственность. Если что-то пойдёт не так…

— Ничего не пойдёт не так, — уверенно перебил её Корин, уже направляясь к своему коню. — Потому что я верю в нас. Поехали скорее.

Алекс недолго смотрела ему вслед, а затем вскочила на своего коня и поскакала за ним. Их фигуры растворились в лунном свете, оставляя лагерь позади.

Звёздное небо простиралось над их головами, его свет казался холодным и бесконечным. Алекс ехала рядом с Корином, её фигура уверенно держалась на лошади, но в её глазах читалась любопытство. Она внимательно смотрела на молодого короля, заметив, как тот периодически прятал взгляд, погружённый в мысли. Наконец, она решила нарушить тишину, которая тянулась между ними.

— Корин, — начала она осторожно, выбирая слова. — Кто она такая, эта Луна? Я её не видела раньше.

Её вопрос заставил Корина резко обернуться. Он на секунду замер, будто его застали врасплох. Его лицо немного порозовело, но потом он быстро отвёл взгляд, словно пытаясь спрятать свою эмоцию.

— О, Алекс... — начал он, но его голос дрогнул. Корин вздохнул и продолжил, явно борясь с волнением. — Она... она внеземная. Я... я никогда ни к кому не испытывал таких чувств.

Алекс улыбнулась уголками губ, её глаза немного сузились от улыбки. Она видела в нём искренность, которая редко была доступна королям. Но, будучи осторожным и наблюдательным человеком, Алекс не могла позволить себе упускать из виду подробности, которые, на её взгляд, требовали объяснений.

— Ты уверен, что ей можно доверять? — задала она следующий вопрос, её голос был ровным, но внимательным. — Она, насколько я помню, потомок тьмы. А тьма... Корин, она коварна. Тебе ли не знать? Твоя тётя, её дети... В них всех лишь частичка тьмы из-за артефакта. А в этой Луне... в ней темная кровь.

Слова Алекс звучали настороженно, как предупреждение, но в них не было осуждения. Она прекрасно понимала, что Корин искренне привязан к Луне, но её долг, как генерала и советника, заключался в том, чтобы обращать внимание на всё, что могло угрожать их будущему.

Корин резко остановился, его взгляд стал жёстче, а руки сжали поводья. Его голос внезапно стал твёрдым, почти отчаянным:

— Алекс, нет! — его слова прозвучали громко и отчётливо в ночной тишине. — Луна для меня всё. Особенно после... после предательства Роуз.

Алекс напряглась, её лицо стало более серьёзным. Имя Роуз, давно забытое, вновь возникло среди их разговора, словно тень прошлого, которую они оба пытались оставить позади. Алекс замолкла на мгновение, изучая его лицо. Она видела в нём не только решимость, но и боль, которая преследовала его.

— Тогда я надеюсь, ты прав, Корин, — мягко произнесла она, её голос немного смягчился. — Надеюсь, она действительно станет твоей опорой. И если это так, я буду рядом, чтобы защитить тебя и её. Но ты должен быть осторожен. Это не только тьма в крови, но и страх внутри тех, кто с ней столкнётся.

Сердце Корина сжалось, когда его взгляд впервые за последние дни остановился на знакомых очертаниях столицы. Но картина, открывшаяся перед ним, была далека от той, что он помнил. Каменные стены, некогда гордо возвышающиеся над городом, были разрушены в нескольких местах. Улицы, которые всегда бурлили жизнью, сейчас казались безжизненными и пустыми, осыпанными обломками. Рядом, на окраине города, были разбросаны шатры южной армии, чьи знамена возвышались, словно мрачные символы надвигающегося поражения. Только замок — единственная надежда — оставался целым, но его окружение южан сжималось, как петля.

Корин резко остановился, его дыхание участилось, а пальцы крепко сжали поводья. Он ощутил, прилив тревоги, переплетающейся с яростью. Его мысли сразу же устремились к Луне, её образ вспыхнул перед его глазами.

— Луна... — выдохнул он, почти неосознанно. Потом его голос стал громче и настойчивее. — Алекс, она внутри. Нам срочно нужно туда! Скорее!

Алекс нахмурилась, её глаза перебежали с Корина на шатры, её взгляд стал острым и аналитическим. Она замедлила лошадь, её руки сжали поводья, заставляя коня остановиться.

— Корин, — начала она твёрдо, её голос был наполнен пониманием, но также предупреждением. — Это город. Но посмотри: всё разграблено. Остались только остатки замка, а южане ждут момента, чтобы заставить эту горстку сдаться. Если мы будем действовать поспешно, они нас раздавят.

Корин метнул на неё взгляд, полный эмоций. Он слышал её слова, но ощущение времени, которое ускользает, тяготило его разум. Ему казалось, что каждый удар сердца отнимает у него шанс спасти Луну.

— Алекс, я не могу ждать! — воскликнул он, его голос дрожал, но был исполнен решимости. — Луна... Она там, в замке. Я должен быть там. Что бы ни случилось, мы должны прорваться.

Алекс глубоко вдохнула, её лицо стало серьёзным. Она знала, что переубедить Корина будет сложно, но видела, насколько сильно его решение основано на эмоциях.

«— Хорошо, Корин», — сказала она после короткой паузы. — Мы попробуем. Но действовать нужно осторожно. Если ты хочешь попасть в замок, мы должны использовать каждую возможность — каждую слабость в их защите.

Внутри шатра, освещённого лишь тусклым светом масляной лампы, разыгрывалась своя битва — не за власть, не за земли, а за жизнь. Селиса, совсем юная, всего семнадцати лет, лежала на грубо сколоченной постели, её лицо было бледным, а волосы прилипли ко лбу от пота. Её тело содрогалось от боли, а крики разносились по всему лагерю, заставляя даже самых закалённых воинов нервно переглядываться.

— Аааааа! — кричала она, сжимая руку Феликса так сильно, что её ногти оставляли следы на его коже. — Отец, мне страшно!

Феликс, стоящий рядом, выглядел напряжённым, но его лицо оставалось суровым. Он не мог позволить себе показать слабость, даже перед собственной дочерью. Его рука, крепко сжатая в её ладони, была единственным проявлением его заботы.

— Терпи! — резко сказал он, его голос был твёрдым, но в нём звучала нотка беспокойства. — Ты должна родить наследника! Терпи, Селиса!

Его слова, хоть и звучали как приказ, были пропитаны страхом. Он понимал, что условия, в которых оказалась его дочь, были далеко не идеальными. Война, стресс, отсутствие повитух — всё это могло обернуться трагедией. Но он не мог позволить себе думать об этом. Для него рождение ребёнка было не просто событием, а символом продолжения их династии, их борьбы за трон.

Селиса, стиснув зубы, пыталась справиться с болью, но её тело, ослабленное стрессом и ранними родами, не слушалось её. Она чувствовала, как страх охватывает её, но в глубине души она знала, что должна выстоять. Ради себя, ради ребёнка, ради того, чтобы доказать, что она сильнее обстоятельств.

— Отец... — прошептала она, её голос был слабым, но в нём звучала мольба. — Я не справлюсь...

Феликс наклонился ближе, его лицо стало мягче, но только на мгновение.

«— Ты справишься», — сказал он, его голос стал тише, но не менее твёрдым. — Ты моя дочь. Ты сильная. Ты должна быть сильной.

Уже три дня прошло с момента, как Селиса боролась с муками преждевременных родов. Тягостные крики, разносившиеся по шатрам южного лагеря, постепенно стали частью пугающей реальности, в которой находились её солдаты. А за эти же дни остатки войск Корина, измотанные после битвы на Востоке, догнали его. В их глазах читалось отчаяние, ведь около четырёх тысяч воинов не могли надеяться на победу против многочисленной армии, осаждающей столицу.

Корин стоял на возвышенности, глядя вниз на раскинувшиеся шатры южан. Каждый их флаг, каждая фигура в доспехах казались ему непреодолимой преградой. Но больше всего его мысли поглощала идея проникнуть в замок, где, он был уверен, находилась Луна.

Собрав свою свиту, Корин стоял перед Алекс и ближайшими командирами. Атмосфера вокруг была напряжённой, и каждый знал, что любая ошибка может стоить им слишком дорого.

«— Надо ждать, пока София прибудет с новособранным войском Востока», — сказал один из военачальников, его голос был твёрдым, но в нём читалась нотка сомнения.

Алекс кивнула, поддерживая осторожный подход. Её взгляд был сосредоточен на Корине, который молчал, но его лицо выражало решимость.

— Нет! — резко заявил он, его голос прозвучал как гром среди тишины. Все замерли, переводя взгляд на молодого короля.

Корин шагнул вперёд, его глаза горели огнём решимости.

— Мне надо к Луне! — продолжил он, его голос стал резким, как натянутый лук. — Я не могу ждать. Если мы будем медлить, она может погибнуть!

Алекс нахмурилась, её взгляд стал настороженным, но она знала, что Корин не отступит.

— Корин, — начала она, стараясь говорить спокойно, но её голос звучал строго. — Вы хотите отвлечь войско южан? Это может привести к катастрофе.

Корин встретил её взгляд, его глаза были наполнены эмоциями.

«— Я знаю, Алекс», — сказал он, его голос стал мягче. — Но я готов рискнуть. Ты понимаешь, что это не просто замок. Луна внутри. Я не могу оставить её одну.

Алекс посмотрела на остальных, кто стоял вокруг, и вздохнула. Она знала, что переубедить его будет невозможно.

— Хорошо, — коротко ответила она. — Я буду с вами. Но мы должны действовать с точностью. Любая ошибка, Корин, и мы потеряем всё.

Корин кивнул, затем обернулся к своему военачальнику.

«— Отвлеките их», — произнёс он, его голос звучал как приказ, в нём не было ни малейшего колебания. — Сделайте так, чтобы их внимание было сосредоточено на наших силах. Мы с Алекс войдём в замок.

Военачальник молча склонил голову, готовясь выполнять приказ, а Корин и Алекс обменялись коротким взглядом

Лёгкий туман, стелющийся по утренним холмам, был разорван неожиданным шумом: гулом топота, бряцанием доспехов и криками. Войска Корина подошли к лагерю южан с неожиданной стороны, ударив в самое сердце их расположения. Крики тревоги разносились по лагерю, солдаты метались, пытаясь понять, откуда идёт атака. Лошади ржали, стражники выстраивали редкие ряды, но хаос уже овладел южанами.

Шатры содрогались, некоторые из них уже успели упасть под напором начавшейся паники. В этот момент из самого большого шатра, всё ещё освещённого внутри тусклым светом, вышел Феликс. Его лицо выражало смесь ярости и настороженности. Он крепко держал меч в руке, его взгляд изучал поле перед ним, пытаясь определить, откуда начался этот переполох.

— Поднимайте людей! — рявкнул он к ближайшим воинам, махнув рукой, чтобы те начали собирать построение. — Если они думают, что смогут застать нас врасплох, то они глубоко ошибаются!

Однако за его спиной крик, наполненный болью и страхом, заставил его на мгновение замереть.

— Отец! Не бросай меня! — кричала изнутри шатра Селиса. Её голос звучал сломленно, захлёбываясь от боли. Воды уже отошли, и её тело содрогалось от мучений, когда очередная схватка пронеслась по её ослабевшему телу.

Феликс обернулся, его лицо исказилось на мгновение, но он подавил эмоции. Он подошёл к входу в шатёр, его рука коротко коснулась ткани, словно он хотел войти, но затем остановился. Его долг был здесь, на поле битвы. Он выдохнул, закрыв глаза, и, не оборачиваясь, крикнул:

— Терпи, Селиса! Ты должна родить наследника! Ты должна быть сильной!

Его голос был полон приказа, но даже он не смог заглушить её последующий крик, полный отчаяния и страдания. Казалось, что вся ночь вокруг погрузилась в её боль. Шатёр казался тюрьмой, в которой она оказалась одна, без помощи, без поддержки.

Феликс, подняв меч, ступил на поле битвы, где гремели войны. В воздухе витали звуки столкновения металла, крики солдат и боевой рев зверей. Поле сражения было покрыто хаосом и кровью, каждый уголок напоминал о тяжести борьбы, развернувшейся между войсками Корина и южанами, которые численно превосходили их втрое.

Союзные силы Корина держались с упорством, несмотря на подавляющую мощь противника. Люди, которые остались после восточной битвы, звери, принесшие свою магическую силу, и даже феи, резвившиеся над полем сражения, боролись как единое целое, пытаясь выстоять. Корин выстроил их так, чтобы использовать каждую их особенность: быстрые кентавры отвлекали внимание врага, львы сражались в первом эшелоне, а свет магии фей ослеплял южных стрелков.

Феликс, двигаясь вдоль линии сражения, наблюдал за своим войском. Каждый его шаг был уверенным, каждый взмах меча точным. Он чувствовал, как адреналин течет по его венам, усиливая его ярость, его решимость защитить всё, что он считал своим. Однако на фоне этого хаоса его мысли иногда возвращались к шатру, где боролась его дочь, Селиса. Отвлекаться он не мог, но её крики всё ещё эхом звучали в его голове.

С другой стороны, поля Корин и Алекс, уже отделившись от главного отряда, двигались к замку. Их путь был рискованным, но необходимым, чтобы добраться до Луны. Корин не мог позволить себе оставить её внутри осажденного замка. Алекс ехала рядом, её меч был готов к бою, а лицо выражало полную концентрацию.

«— Корин, они сильнее, чем мы думали», — сказала она, её голос был твёрдым, но внимательным. — Если мы продолжим идти вперед, нужно быть готовыми к худшему.

— Я готов ко всему, — резко ответил Корин, его глаза горели решимостью. — Луна ждет меня, а замок держится. Мы прорвемся.

Его слова звучали уверенно, но Алекс всё же не могла избавиться от тревоги. Вокруг них поле сражения продолжало бушевать, каждое столкновение усиливало хаос. Южане, несмотря на внезапный удар союзных войск, быстро перестраивались и начинали контратаковать, возвращая контроль.

Феликс, обратив внимание на движение в стороне, заметил фигуры Корина и Алекса, приближающихся к замку. Его лицо исказилось от ярости. Он поднял меч и направился к ним, готовый остановить их любой ценой.

Руины замка были пропитаны духом разрушения: сломанные колонны, рассыпанные куски камня и заросшие мхом проходы создавали атмосферу пустоты, но внутри них всё ещё звучала надежда. Корин и Алекс осторожно продвигались вперёд, их шаги глухо отдавались в коридорах, ещё недавно полных жизни. Замок, осаждённый со всех сторон, казался последним оплотом для тех, кто верил в новое будущее.

Корин, сжимая меч, то и дело бросал взгляд на Алекса, идущую чуть позади. Её лицо было сосредоточенным, движения уверенными. Они преодолевали разрушенные лестницы и завалы, приближаясь к сердцу замка, где, как они знали, находилась Луна. Каждая секунда тянулась, как час, но их решимость оставалась непоколебимой.

— Мы почти там, — коротко произнёс Корин, его голос был твёрдым, но в нём звучала лёгкая тревога.

Алекс лишь кивнула, её ладонь крепко сжимала рукоять меча. Она была готова ко всему, прекрасно понимая, что враг может появиться в любой момент.

И это предчувствие оправдалось. Когда они поднялись на очередной уровень, перед ними, словно материализовавшись из мрака, появился Феликс. Его фигура была массивной, глаза горели яростью, а меч, сверкающий в тусклом свете, был готов к убийству.

— Корин, ты слишком далеко зашёл! — рявкнул он, его голос эхом разнесся по руинам. — Сейчас я покончу с тобой!

Феликс стремительно сделал выпад, направляя меч прямо на Корина. В последний момент Алекс, с молниеносной реакцией, подняла свой клинок, отражая удар. Звон металла разнесся по коридору, заставляя стены содрогнуться.

— Корин, беги! — выкрикнула Алекс, её голос был наполнен решимостью. — Я справлюсь с ним!

Корин замер на мгновение, его взгляд метнулся от Феликса к Алексу. Он видел в её глазах не только решимость, но и защиту, которой она готова была пожертвовать собой ради него. Это был момент выбора — между безопасностью Луны и дружбой, которая была с ним так долго.

— Алекс… — выдохнул он, его рука чуть дрогнула, но время не ждало.

Феликс снова сделал движение, пытаясь сокрушить защиту Алекса, но её клинок встретил его с точностью, которой мог бы позавидовать самый опытный воин. Она двигалась с грацией, её удары были быстрыми и точными, но Феликс, сильный и опытный, давил на неё, словно пробуя её на прочность.

— Беги, Корин! — повторила Алекс, её голос стал громче, почти командным.

Корин резко остановился, подняв руки. Его дыхание участилось, но не от страха, а от твёрдости, разросшейся внутри него. В этот момент все слова Алекса остались позади, всё внимание сосредоточилось на том, что он должен сделать.

— Нет, на этот раз я тебя не брошу, — твёрдо произнёс Корин, его голос был глубоким, как гром перед бурей. — И никого больше!

Луч света вырвался из его ладоней, сияющий, как ярчайший взрыв звезды. Магия, которая всегда теплилась внутри Корина, наполнила весь коридор ослепляющим светом. Сила удара сбила Феликса с ног, его массивная фигура отлетела назад и с грохотом ударилась о стену. Меч Феликса выскользнул из его рук и звонко упал на каменный пол, словно символ его временного поражения.

Алекс обернулась, её глаза на мгновение расширились от удивления. Она быстро поняла, что это был не просто импульс — это был выбор Корина. Она посмотрела на него, но не успела сказать ни слова, потому что он уже схватил её за руку.

— Скорее, Алекс! — крикнул он, его голос прорезал воздух, полный напряжения и хаоса.

Они двое бросились вперёд, оставляя за спиной лежащего Феликса. Шум битвы доносился до них всё громче, но они знали, что каждое мгновение — это цена, заплаченная теми, кто сражался за их мечту. Их бег через разрушенные коридоры наполнялся эхом их шагов, смешиваясь с далёкими криками.

Корин не смотрел назад. Его мысли были сосредоточены только на одном — он должен найти Луну. Алекс, несмотря на тревогу, следовала за ним, её рука крепко держала меч, готовая встретить любую угрозу, которая могла скрываться за углом.

Коридоры замка, окутанные тишиной, дышали заброшенностью и тревогой. Осколки камня, расколотые гобелены и беспорядочно расставленные мебель создавали картину былой славы, захваченной войной. Корин и Алекс осторожно продвигались вперёд, их шаги отдавались эхом в пустых коридорах. У самого входа замка, возле грубо сооружённой баррикады из обломков, стояла небольшая горстка людей — те, кто остался верным своему королю, несмотря на страх и наступающие армии.

— Ваше величество! — воскликнул один из них, заметив фигуру Корина. Его голос был хриплым, но полным признания и надежды.

Корин остановился перед ними, его глаза скользнули по лицам каждого, кто рискнул остаться. Он чувствовал в их взглядах смешение боли и преданности.

«— Вы самые верные», — сказал он, его голос был твёрдым, но в нём звучала благодарность. — Вы остались верны, несмотря на всё. Я благодарю вас. Ваш дух — это то, что держит этот замок.

Люди склонили головы, принимая его слова как награду за свою стойкость. Корин, обменявшись быстрым взглядом с Алекс, продолжил двигаться к цели — залу совета.

Зал был просторным, но прохладным, его стены лишены окон, создавая ощущение замкнутости. Факелы, горящие в нишах, освещали массивный стол, вокруг которого собрались советники, их фигуры неподвижны, как статуи. В центре этого зала стояла Луна — её фигура сияла, словно сама ночь озаряла её присутствие.

— Луна! — воскликнул Корин, его голос прорвал напряжённую тишину зала.

Девушка, услышав его, повернулась, её глаза засветились радостью. Не раздумывая ни секунды, она бросилась к нему, её руки обвили его, и они крепко слились в объятии. Корин наклонился, их губы встретились в поцелуе, полном эмоций и обещаний. Его волосы, будто отражая его чувства, вспыхнули лёгким светом, добавляя магии в этот момент.

Алекс, стоя в стороне, внимательно наблюдала за происходящим. Она, казалось, изучала Луну, её лицо выражало смесь любопытства и осторожности.

— Это и есть та Луна? — наконец произнесла Алекс, её голос был спокойным, но пристальным. — Ну что ж, рада знакомству.

Луна повернулась к Алекс, её лицо озарилось мягкой улыбкой, полной доброжелательности. Она подошла ближе, протянув руку.

«— Рада знакомству, Алекс», — сказала Луна, её голос был мелодичным и тёплым. — Я слышала о тебе от Корина.

Алекс пожала руку, её взгляд стал чуть мягче, но в нём всё ещё читалась осторожность.

— Корин, — продолжила Луна, её глаза встретились с его. — Что будем делать? Южане всё ещё осаждают нас. С каждым часом их кольцо сжимается.

Корин глубоко вдохнул, его руки всё ещё покоились на плечах Луны.

Корин стоял на холодных каменных плитах замковой башни, его руки покоились на потрёпанных временем парапетах. Взгляд его был устремлён вдаль, где некогда величественная столица Альтера теперь выглядела, словно раненый великан. Дома, скрученные пламенем войны, улицы, пустующие под зловещей тишиной. Руины стояли, как немые свидетели разрухи. Этот город был его мечтой — процветающая Альтера, свет надежды на всей земле. Но теперь… Корин сжал кулаки, чувствуя, как горечь поднимается к горлу.

— Как это восстановить… — выдохнул он едва слышно. Его слова, произнесённые вполголоса, растворились в холодном утреннем воздухе.

Алекс стояла неподалёку, её фигура вырисовывалась на фоне заходящего солнца. Она смотрела на Корина, её взгляд был внимательным, но молчаливым. Алекс чувствовала тяжесть его размышлений, но знала, что в такие моменты ему нужно время, чтобы найти в себе силы.

— Нам нужны переговоры! — внезапно произнёс Корин, разрывая тишину. Его голос прозвучал неожиданно громко, как гром среди звенящей тишины. Он резко повернулся к Алекс, и в его глазах читалась решимость.

Алекс нахмурилась. На мгновение в её глазах мелькнуло непонимание, которое тут же сменилось смесью тревоги и отчаяния.

— Ты с ума сошёл, Корин! — резко ответила она, её голос был исполнен возмущения. — Феликс не будет слушать тебя! Это тот самый человек, который ради своей власти не пощадит даже своих собственных детей. Переговоры с ним — это самоубийство.

Корин шагнул вперёд, его лицо стало твёрже.

— У нас нет другого выбора, Алекс. — Его голос был чуть тише, но не менее уверенным. — Мы не можем воевать вечно. Люди устали, наше войско уничтожено. Если мы не попытаемся… я боюсь, что будет поздно.

Алекс замолчала, её взгляд стал холодным и сосредоточенным. Она шагнула ближе к Корину, глядя на него так, словно пытаясь понять его мысли.

— Ладно, — наконец сказала она, её голос стал спокойным, но в нём по-прежнему чувствовались нотки сомнения. — Ты уверен, что хочешь этого? Если Феликс решит ударить в спину, этот замок может пасть. Это не вопрос силы. Это вопрос доверия.

Корин выпрямился, его осанка стала гордой, а взгляд твёрдым.

— Доверия может не быть, но смелость всегда найдётся, Алекс. И я должен попытаться. Ради Альтеры. Ради Луны. Ради всех нас.

Старые врата замка скрипели под тяжестью времени, словно сопротивляясь самой мысли о том, что они могут стать свидетелями переговоров двух сторон, захваченных войной. Войско Феликса стояло позади него — ряды солдат, выстроенные строго и безупречно, блестящие доспехи отражали слабый свет тусклого солнца. Лицо Феликса было напряжённым, его осанка внушала страх, а в глазах читалась смесь презрения и насмешки.

«— Без глупостей, мальчик», — сказал он, его голос прозвучал громко и властно. Слова будто прокатились эхом вдоль стен замка, их сила намеренно подчеркнула его доминирующее положение.

Корин, перед тем как сделать шаг за пределы замка, остановился у Луны. Она стояла рядом с ним, её глаза, наполненные тревогой, встретились с его. Она слегка коснулась его руки, словно передавая ему часть своей силы.

— Ты справишься, — тихо сказала она, её голос был успокаивающим, но в нём звучала тень страха. — Я буду ждать тебя.

Корин медленно наклонился, его губы коснулись её губ, и на мгновение весь мир вокруг, казалось, замер. Это было их прощание, короткое, но наполненное обещанием вернуться. Волосы Корина снова засияли лёгким светом, словно его магия отвечала на эмоции, переполнявшие его сердце.

— Луна, — прошептал он, — я сделаю всё, чтобы ты больше никогда не знала страха.

Он выпрямился, его лицо стало серьёзным, как у солдата, готового встретить своё самое важное испытание. Корин шагнул за врата, оставив замок и его защитников за спиной. Алекс шла чуть позади, её лицо выражало собранность и решимость. Вместе с ними направилась небольшая группа советников, чьи мантии мелькали в слабом свете.

Подойдя ближе к Феликсу, Корин остановился. Он поднял голову, встречая взгляд врага, его осанка была гордой и уверенной. Алекс стояла чуть позади, её рука слегка касалась рукояти меча, готовая к любому исходу.

Феликс наблюдал за молодым королём, его лицо выражало смесь любопытства и презрения. Ему казалось, что этот "мальчик" слишком смел, чтобы предложить переговоры, или слишком глуп, чтобы понять их обречённость.

— Говори, Корин, — наконец произнёс Феликс, его голос был глубоким, будто раскаты грома. — Но помни, твоя жизнь зависит от того, что ты скажешь.

На поле, где напротив стояли два лидера, воздух был словно наполнен тяжёлым грузом напряжения. Густая тишина вокруг перемежалась далёким гулом войны — эхо сражений, напоминающее о том, что решение, которое сейчас будет принято, изменит всё. Феликс держал меч в руке, его лицо выражало смесь ярости и самоуверенности. Рядом с ним стояли его советники, лица которых были сосредоточенными, но не лишёнными тени сомнения. Корин стоял напротив — один, но его осанка говорила об упорстве, а голос звучал твёрдо.

— Феликс, пойми, пока жив я эта война будет всегда! — бросил Корин, его слова прозвучали резко, словно удар меча. Его взгляд проникал, словно пытаясь разглядеть в глазах врага хоть крупицу понимания.

Феликс усмехнулся, его лицо исказилось от презрения.

— Так может мне убить тебя? — произнёс он, его голос был ядовитым, а рука слегка приподняла меч, будто для акцента.

Корин выдержал его взгляд, его лицо стало жёстким.

— Ты думаешь, это что-то изменит? — парировал он, его голос был твёрдым, но не резким. — Вы уничтожили столицу, Феликс. Люди вас всё равно свергнут. А угроза госпожи тьмы? Она не уйдёт.

Феликс вздохнул и покачал головой, его насмешка стала ещё более явной.

«— Что за сказки, Корин», — сказал он, его голос был полон сарказма. — Хватит меня пугать детскими страшилками.

— Это не сказки! — резко ответил Корин, сделав шаг вперёд. Его голос звучал громче, разрывая тишину между ними. — Ты можешь сейчас добить нас, посадить свою дочь на трон, но долго ли ты будешь править? Пока ты ведёшь свою войну за власть, Кора собирает войско. Она уничтожит нас всех, если мы не объединимся.

Слова Корина были как гром среди ясного неба. Его лицо выражало не только решимость, но и искреннюю тревогу. Феликс замолчал на мгновение, его рука ослабила хватку на рукояти меча. Он не произнёс ни слова, но взгляд его стал более изучающим. Советники вокруг него переглянулись, ощутив, что ситуация изменилась.

Слова Феликса, произнесённые тихо, словно раскололи воздух. Он опустил глаза, его взгляд, всегда полный силы и гордости, был потускневшим. Этот момент молчания вытянулся, как вечность. Люди вокруг переглянулись, поражённые таким поворотом.

«— Я не посажу дочь на трон», — произнёс он наконец, его голос звучал глухо, как отзвуки далёкого грома.

— Почему? — раздался чей-то осторожный вопрос, больше похожий на шёпот.

Феликс тяжело вздохнул, его руки сжались в кулаки, а плечи, казалось, согнулись под тяжестью его слов.

— Её больше нет, — с трудом выдавил он, словно каждое слово резало его изнутри. — Она умерла при родах… Проклятая война! Но… она даровала мне двух здоровых внуков. Наследников семьи Факосто.

В его голосе звучала боль, смешанная с горечью. Глаза Феликса слегка блеснули, но он быстро отвёл взгляд, скрывая эмоции, которые угрожали пробиться наружу. Взгляд Корина встретил его, полный сочувствия и понимания, несмотря на все распри между ними.

— Феликс, — спокойно, но твёрдо произнёс Корин, делая шаг вперёд. — Ты не удержишь страну с помощью младенцев. Это невозможно. Уходи к себе на юг. Создай наследие для своих внуков. Пусть они живут в мире, а не среди руин.

Феликс поднял голову, его глаза встретились с глазами Корина. В этом взгляде читался внутренний конфликт, борьба между яростью, горем и гордостью.

— Я прошу тебя, остановись! — продолжил Корин, его голос становился громче, но не терял искренности. — Иначе Элинор погибнет. Посмотри вокруг, Феликс. Альтера уже лежит в руинах. Сколько ещё жизней ты готов положить, чтобы понять, что война разрушает нас всех?

Феликс, стиснув зубы, смотрел на Корина, его лицо выражало смесь ярости и самоуверенности. Его амбиции горели внутри, как яркое пламя, и он не собирался позволить этому молодому королю сорвать свои планы.

— Корин, ты держишь меня за идиота! — рявкнул Феликс, его голос был подобен раскату грома. — Я сейчас могу раздавить тебя раз и навсегда, и я это сделаю!

Корин замер, его сердце забилось сильнее. Страх на мгновение сковал его, но он стоял, не двигаясь, встречая взгляд Феликса.

— Нет, Феликс, ты не тронешь никого! — выкрикнул он, его голос был громким, но в нём звучала нотка отчаяния.

Феликс лишь усмехнулся, его насмешка была холодной.

— Посмотрим! — бросил он, и тут же засвистел.

Этот свист эхом разнесся по полю, как сигнал к началу хаоса. Солдаты Феликса начали двигаться к замку, их шаги звучали, как ритмичный удар барабанов войны. Катапульты, расположенные позади, начали работу — огромные камни поднимались в воздух и с грохотом обрушивались на стены замка. Каждая атака потрясала каменные блоки, заставляя замок содрогаться от силы ударов.

Корин стоял на месте, его глаза расширились от ужаса, когда он увидел, как стены замка начали рушиться. Звук падающего камня и крики людей наполняли воздух. Его сердце, казалось, разрывалось на части.

— Нетттт! — выкрикнул он, его голос утонул в шуме разрушения.

В этот момент его тело внезапно окутал свет, яркий, как солнце. Корин почувствовал, как сила разливается внутри него, словно пробуждающаяся буря. Прежде чем он успел осознать, что происходит, его ноги оторвались от земли. Он поднялся ввысь, окружённый ослепительным сиянием.

Его движения стали лёгкими, почти невесомыми, как у птицы, а внутри бушевала энергия, которую он прежде не ощущал. Он полетел прямо к катапультам, и из его рук начали вырываться мощные лучи света. Каждый такой выстрел поражал катапульты, превращая их в груды горящего дерева и металла. Солдаты Феликса отступали в панике, не понимая, как справиться с такой силой.

— Сбейте этого сопляка! — закричал Феликс, ярость исказила его лицо.

Солдаты, дрогнувшие на мгновение, начали поднимать луки, стараясь прицелиться в парящего Корина. Но сияние вокруг него ослепляло их, не позволяя точно нанести удар.

Стену замка окутывала тревога, будто холодный ветер проносился сквозь души тех, кто наблюдал за битвой. Луна, стоя у парапета, смотрела вниз, её глаза были полны беспокойства и отчаяния. Корин, окружённый сиянием света, парил над полем боя, отражая удары врага. Но даже его новая сила, казалось, не могла переломить ход событий.

— Он не справится! — воскликнула Луна, её голос дрожал от эмоций.

Елизавета, стоявшая рядом, крепко сжимала край каменной стены, её лицо было бледным. Она повернулась к Луне, её голос прозвучал, как вопрос, полный беспомощности:

— Но что мы можем сделать?

Луна не ответила сразу. Её руки сжались в кулаки, её сердце разрывалось от чувства беспомощности. Но потом её взгляд стал твёрдым, а голос — наполненным решимостью.

— Если мы и проиграем, то вместе! — произнесла она, глядя на Елизавету. Не дожидаясь ответа, она шагнула вперёд.

Прежде чем кто-то успел остановить её, Луна прыгнула со стены. Её фигура, падающая в бездну, на мгновение заставила всех замереть от шока. Но в следующий момент вокруг неё появился чёрный шар, окутанный волнами густой, словно туман, тьмы. Магия ожила, её сила окутала Луну, поднимая её в воздух. Её движения стали лёгкими, а глаза засветились холодным фиолетовым светом.

— Луна! — выкрикнула Елизавета, её голос был наполнен страхом.

Но Луна уже не слушала. Её фигура кружила в воздухе, а из её ладоней вырывались тёмные сферы, которые со скоростью молнии устремлялись к вражеским катапультам и войскам. Каждое попадание оставляло чёрные пятна разрушения, приводя армию Феликса в хаос.

Корин, заметив Луну, замер на мгновение. Его сердце забилось сильнее, но он чувствовал, как ярость врагов направлена на них обоих.

— Луна! — крикнул он, его голос был полон эмоций, но не страха.

Она взглянула на него, её лицо было серьёзным, а голос звучал спокойно, как внутри бури.

— Мы будем сражаться вместе, Корин!

Их силы, свет и тьма, соединились на поле боя, создавая зрелище, от которого замерло даже время. Однако враги не отступали. Феликс, увидев этот союз, лишь сжал кулаки, его голос прорезал шум битвы:

— Уничтожить их обоих!

Стрелы, выпускаемые южными войсками, едва успевали покинуть луки, как сгорали, сталкиваясь с магическими сферами света и тьмы, окружающими Корина и Луну. Каждое прикосновение к их магии превращало острые наконечники в пепел, который осыпался на землю, словно напоминание о бессилии перед этой силой.

Феликс, стоя в центре поля битвы, наблюдал за происходящим с выражением ярости. Его руки дрожали, сжимая рукоять меча. Он понимал, что обычное оружие не сможет победить эту парочку. Их силы были за пределами возможностей обычных смертных, и это выводило его из себя. Но Феликс был не из тех, кто сдаётся.

«— Ну что ж», — произнёс он громко, так, чтобы его голос перекрыл шум боя. — Они хотят магию — они её получат!

Его слова стали сигналом к действию. Феликс откинул меч в сторону, подняв руки, которые начали светиться огненным сиянием. Тепло, исходящее от его ладоней, усиливалось, пока в воздухе перед ним начали формироваться массивные огненные сферы. Они пульсировали, как маленькие солнца, готовые к разрушению.

Феликс резко взмахнул руками, и первая сфера вылетела в сторону Корина. Сила удара была такой, что воздух вокруг затрясся, а земля под ногами южан дрогнула. Луна, заметив опасность, повернулась к Корину.

— Корин, берегись! — выкрикнула она, взмахнув рукой, чтобы создать тёмную сферу, которая столкнулась с огненным снарядом. Взрыв от столкновения осветил поле битвы, вызвав волны жара и ослепляющего света.

Феликс не остановился. Он продолжал создавать новые огненные сферы, их количество увеличивалось с каждым мгновением. Они летели к Корину и Луне с безжалостной скоростью, прорываясь через хаос боя. Корин, всё ещё окружённый сиянием света, устремился вверх, его движения становились быстрыми и точными. Лучи света, исходящие из его рук, пробивали огненные снаряды, оставляя за собой вспышки разрушения.

Луна кружилась рядом, её тёмные сферы поражали южных воинов и уничтожали катапульты, но она также чувствовала, что Феликс нацелен не только на них, но и на замок, последний оплот Альтеры.

— Мы должны остановить его! — прокричала она, её голос был наполнен решимостью, но в нём звучала тревога. — Он разрушит всё!

Пока Корин и Луна кружили над полем боя, пытаясь сдержать разрушительные атаки Феликса, на земле разыгрывался другой, не менее важный акт. Южные войска, используя хаос и беспомощность защитников, прорвались внутрь замка. Их шаги гремели по каменным коридорам, а мечи, сверкающие в свете факелов, не щадили никого. Каждый солдат, каждый советник, каждый слуга — все, кто оставался внутри, становились жертвами этой беспощадной бойни.

Страх и крики заполнили замок, превращая его величественные залы в сцены ужаса. Тем не менее, южане знали свою цель. Один отряд быстро направился к подземельям — мрачным каменным темницам, где содержались пленные, верные Селисе. Среди них был её муж, Килиан, молодой и сильный человек, который оставался преданным своей семье и её наследию, несмотря на весь ужас пленения.

Когда массивные железные двери подземелий были открыты, южане ворвались внутрь, освещая проходы тусклыми факелами. Килиан, прикованный к стене, поднял голову, его глаза полны смеси усталости и ярости.

— Вставай, Килиан, — громко произнёс один из солдат, подходя к нему и снимая цепи. — Твоя свобода наступила.

За ним следовала его мать, чьё лицо было бледным, но решительным. Она медленно вышла из своей камеры, её взгляд скользил по разрушенному подземелью, охватывая и страх, и надежду.

Советники, которые оставались в темнице вместе с ними, начали выходить, их лица выражали усталость, но в их глазах читалось едва заметное облегчение. Они знали, что освобождение означало не только их возвращение в мир, но и надежду на восстановление прежних структур власти.

Килиан, освободившись, посмотрел на южан, его голос прозвучал твёрдо:

— Что вы хотите? Ради чего убиваете невинных?

Солдаты лишь молча отвели взгляд. Их задача была не задавать вопросы, а выполнять приказы. Они начали выводить пленников, поднимая их наверх, в разрушенные коридоры замка.

Корин и Луна стояли на обломках разрушенных стен замка, их глаза были полны смеси боли и отчаяния. Вокруг разорённые здания, умирающие крики и ярость боя превращали их дом в мрачное поле разрушения. Луна, обратившись к Корину, попыталась вырвать его из оцепенения:

— Корин, надо уходить! — её голос звучал умоляюще, но в нём была слышна нотка паники. Она понимала, что оставаясь здесь, они подвергают себя смертельной опасности.

Корин, всё ещё окружённый светом, покачал головой, его лицо выражало твёрдую решимость.

— Нет! — сказал он, голос его дрожал от переполняющих эмоций. — Я не оставлю их. Что-то должно произойти... Чудо. Оно будет!

И в этот момент воздух вокруг, казалось, наполнился новым, отчётливым звуком. Гулкий, низкий рог разорвал тишину, охватив поле боя. Его мощные звуки эхом отдались по всей округе, заставляя всех замереть на мгновение — и южан, и уставших защитников замка.

Корин, услышав звук, поднял взгляд к горизонту. И там, за линией деревьев, словно сияющий поток света, появилось войско Востока. Ряды солдат, строем движущихся вперёд, а впереди всех — София, возвышенная на своём коне, её флаг гордо развевался на ветру. Её армия, собранная из отчаянных, но решительных людей, вылилась на поле, заполнив его шумом боевых криков и топотом копыт.

— Чудо! — выдохнул Корин, его глаза расширились от удивления и облегчения.

Воины Востока, ведомые Софией, не теряя времени, начали атаку. Они устремились прямо к южному войску, словно яростный прилив, сметая всё на своём пути. Их боевые крики эхом разносились по полю, внушая врагам тревогу и страх.

София, держа в руке знамя, указывала путь своим солдатам, её голос звучал твёрдо:

— За Альтеру! За наше будущее!

Корин повернулся к Луне, его лицо светилось решимостью.

— Мы ещё можем выстоять. Луна, они дали нам шанс!

Феликс, охваченный яростью, смотрел на приближающиеся войска Востока. Его лицо исказилось от гнева, а глаза горели, словно пламя, которое он собирался выпустить на своих врагов.

— Откуда они взялись?! — выкрикнул он, его голос был громким, как раскат грома. — Убить всех! Уничтожить!

Не теряя ни секунды, Феликс поднялся в воздух, его фигура окружилась огненным сиянием. Магия, которую он хранил внутри себя, теперь вырывалась наружу, превращаясь в яростные потоки огня. Он начал палить по войскам Востока, его атаки были хаотичными, но мощными, заставляя солдат разбегаться в разные стороны.

София, находясь в центре своего войска, подняла меч, её голос прорезал шум битвы:

— Не отступать! За Альтеру!

Её солдаты, несмотря на огненные атаки Феликса, продолжали двигаться вперёд, их боевые крики эхом разносились по полю. Они знали, что их прибытие — это последний шанс спасти замок и его защитников.

Корин и Луна, всё ещё парящие над полем боя, наблюдали за разрушением, которое Феликс сеял вокруг. Луна, окружённая тёмным шаром, повернулась к Корину, её голос звучал твёрдо:

— Мы должны остановить его, Корин. Если он продолжит, никто не выживет.

Корин кивнул, его лицо выражало решимость. Свет вокруг него стал ярче, его руки поднялись, готовые к следующему удару.

— Мы справимся, Луна. Вместе.

Их силы, свет и тьма, начали объединяться, создавая мощный поток энергии, который устремился к Феликсу, готовый остановить его разрушительную ярость.

Потоки света и тьмы, вырвавшиеся из объединённых сил Корина и Луны, устремились к Феликсу с сокрушающей мощью. Их энергия, переполненная решимостью защитить остатки Альтеры, прорезала дым и жар, оставляя за собой сияющий след. Феликс, увидев эту силу, напрягся, его лицо исказилось от решимости встретить удар. Его огненные сферы, огромные и бушующие, с яростью полетели навстречу.

Взрыв, который произошёл от столкновения магий, был настолько силён, что земля содрогнулась. Ослепляющее сияние накрыло поле боя, заставив всех, кто наблюдал, на мгновение прикрыть глаза. Волны горячего воздуха прокатились, поднимая облака пыли и обломков. Но, несмотря на разрушительный эффект, Феликс не сдавался. Он поднял руки снова, его голос разорвал шум:

— Вы думаете, что это всё? Вы не сможете меня остановить! — его крик эхом пронёсся по полю, а новые огненные сферы начали формироваться у него в ладонях.

Тем временем София, видя разрушительное сражение в воздухе, не теряла времени. Её войско продолжало атаковать ряды южан, пробивая их оборону. Её голос, полный силы и вдохновения, раздавался над боем:

— Вперёд! Мы не отступим! За Альтеру!

Воины Востока, ведомые её решимостью, напирали на врага, их оружие блестело в ослепительном свете, разрывая ряды южан. Столкновения мечей, крики солдат и гром катапульт смешались в хаотичной симфонии битвы.

Корин и Луна, парящие над полем, понимали, что их силы были ключом к спасению. Луна создавала массивные тёмные сферы, которые сбивали врагов и защищали союзные войска. Корин, окружённый ослепительным светом, направлял свои атаки на катапульты и опасные группы врагов, защищая замок.

Феликс, снова окружённый огненной бурей, заметил, что ряды его войска слабеют. Его лицо покраснела от ярости.

— Уничтожить их всех! — закричал он, направляя всю свою мощь на Корина и Луну. Его огненные сферы летели с такой скоростью, что казалось, будто сам ад восстал против них.

Корин, почувствовав угрозу, поднял руку. Луч света вырвался из неё, столкнувшись с огненными атаками. Их магии снова встретились в разрушительном взрыве, от которого земля вновь содрогнулась. Луна парила рядом, её голос был твёрдым и решительным:

— Мы не отступим, Корин. Они не победят. Мы должны выстоять!

Феликс парил в воздухе, заливая поле битвы огнём своей ярости, когда его взгляд привлёк хаос в рядах его армии. Он заметил, как часть его войск начала отступать, оставляя свои позиции. Это было невозможно проигнорировать. Его гнев достиг своего апогея, и с мощным ударом крыльев огненного ветра он стремительно спустился к своим военачальникам, стоявшим позади линии сражения.

— Куда они бегут?! — рявкнул он, его голос был полон ярости, словно раскат грома. Его фигура, окружённая бушующим пламенем, внушала ужас даже своим людям.

Один из командиров, побледневший под тяжестью взглядов Феликса, дрогнул, но всё же сумел ответить:

— Наш лорд… Килиан забрал сыновей… ваших внуков… и отступил. Советники Корина, по слухам, предложили ему Юг в обмен на мир.

Эти слова, едва произнесённые, заставили Феликса замереть на мгновение. Его лицо исказилось, в глазах пылала буря эмоций — от шока и недоверия до новой вспышки ярости.

— Трус! — его крик эхом разнесся по полю, заставив командиров содрогнуться. — Я лично доберусь до него!

Феликс осмотрел поле боя и разруху вокруг. Его победа теперь казалась ему пустой тенью того, чего он стремился достичь. Руины столицы, разрушенные войска, потерянные жизни… Вся эта война, поглотившая всё, не оставила ничего, ради чего стоило бы продолжать. Южный город оставался сильным и неприкосновенным, напоминая о том, что ещё можно сохранить.

Он крепко сжал кулаки, его лицо выражало смесь горечи и внутреннего смирения. Ещё мгновение он стоял молча, прежде чем громко, но без прежней ярости, сказал:

— Уходим. Все уходим!

Его голос эхом пронёсся по полю боя, заставляя солдат замереть. Приказ Феликса был неожиданным, но звучал как сигнал к спасению. Его войска начали медленно отступать, оставляя разрушенную столицу позади. Это был не триумф, а тяжёлое осознание того, что война — это не только победы, но и боль, которая остаётся.

София, наблюдавшая за отступлением со своего коня, опустила меч, глядя, как южане упорядоченно уходят к горизонту. Её войско, хоть и готовое к последнему бою, замерло в ожидании. Она повернулась к Корину, который всё ещё находился в воздухе, окружённый остатками своей магии.

— Это конец? — произнесла она, её голос был осторожным, но в нём звучала надежда.

Корин приземлился рядом с Луной, его лицо, уставшее, но полное решимости, повернулось к Софии.

— Это конец, но не для нас, — ответил он, его голос был спокойным. — Для нас это начало. Мы должны восстановить Альтеру.

Среди руин замка и разрушенного города Корин стоял в величественном зале совета, который некогда был символом мудрости и решений для Альтеры. Теперь этот зал был холодным, пустым, его стены казались свидетелями боли, а воздух был пропитан напряжением. Советники, собравшиеся вокруг Корина, каждый предлагал свои идеи, свои пути, как можно восстановить то, что было потеряно. Голоса их перекрывали друг друга, наполняя зал диссонансом:

— Корин, нам нужно начинать с замка. Он — символ вашего правления! Если замок восстановится, люди поверят в вас.

— Нет, нужно сначала поднимать столицу! Без города, без жителей, что останется от вашей мечты?

— Господин, советую укрепить армию. Война может вернуться, и вы должны быть готовы.

Корин, сидя на троне, смотрел на своих советников, его глаза выражали глубокую усталость. Внутри него кипели эмоции. Война закончилась, но цена была слишком высокой. Замок, разрушенный и почти непригодный для жизни, столица — тень своей былой славы, и люди — уставшие и потрясённые.

— Я не знаю… — выдохнул он, его голос был тихим, но эхом разнёсся по залу. — Я не знаю, что сделать.

Луна, стоявшая рядом с ним, положила руку ему на плечо. Её взгляд был нежным, но полным силы. Она чувствовала его сомнения, его страх, но она также знала, что для Корина есть единственный путь — восстановление через веру в себя.

— Корин, — сказала она, её голос был мягким, но твёрдым. — Мы прошли через это вместе. Ты всегда находил ответ, когда всё казалось невозможным. И сейчас ты найдёшь его.

Советники замолкли, наблюдая за этим моментом. Даже Алекс, которая обычно была готова спорить, сделала шаг назад, уважая выбор своего короля.

Корин поднял взгляд, его лицо всё ещё выражало сомнение, но в глазах начала появляться нотка решимости.

— Я начну с людей, — наконец сказал он, его голос стал громче, увереннее. — Если у нас есть вера, мы восстановим всё: замок, столицу, Альтеру. Я должен верить в них, так же, как они верят в меня.

Его слова встретили молчание. Советники переглянулись, а Луна улыбнулась. Её рука мягко сжала его плечо.

«— Это правильный выбор, Корин», — произнесла она, её голос звучал с уверенностью.

Советный зал замка был наполнен тихим шёпотом и редкими звуками шагов. Солнечный свет, пробивающийся через разрушенные стены, казался символом слабого, но всё же живого света надежды. Корин, окружённый своими друзьями, чувствовал и радость от встречи, и тяжесть грядущих решений. Когда Маргарет и Роланд вошли, он не сдержал улыбки.

— Друзья, я так рад вас видеть! — сказал он, обняв их крепко.

Маргарет, сдержанно улыбнувшись, осторожно напомнила ему о важности времени.

— Корин, нужно собирать совет. Времени мало, а решений много.

Корин кивнул и перевёл взгляд на всех, кто был собран в зале. Ему предстояло распределить задачи и силы, чтобы держать всё под контролем. Взглянув на Леди Гертруду и Елизавету, он твёрдо произнёс:

— Леди Гертруда и Елизавета, я оставляю вас на ваших должностях. Вы доказали свою верность и мудрость.

Женщины склонили головы в знак согласия. Корин затем обратился к Роланду:

— Роланд, ты ещё не оправился, а пост генерала требует сил. Алекс, можно ли тебе занять этот пост?

Алекс, стоявшая неподалёку, молча кивнула, но в её глазах читалась готовность. Роланд с облегчением согласился.

— Конечно, Корин. Это мудрое решение.

Затем к нему подошла Маргарет, её взгляд был полон смешанных чувств.

— Корин, — начала она, голос был мягким, но решительным, — я хотела попросить тебя освободить меня от должности. Мы с Роландом хотим вернуться домой. После смерти моего брата замком управляет его жена, но девичьей долине нужен лорд и леди Вирго.

Корин на мгновение замер, но затем, взяв её за руки, тихо сказал:

— Конечно, Маргарет, я понимаю. Но не забывайте меня навещать.

— Не забудем, Корин, — ответила она с улыбкой.

— Так кого мне назначить управляющим? — задумался он вслух. Но внезапно его лицо просветлело, и он вспомнил о своей тёте Алисе, которая медленно оправлялась после долгих лет заточения.

Когда он заговорил с Алисой, её руки дрожали, глаза были полны грусти, но и решимости.

«— Я постараюсь, Корин, я сделаю всё, что в моих силах», — сказала она с тихой решительностью.

Её слова тронули его, но он видел, какой груз она несёт после своего прошлого. Однако выбора было мало.

После этого он подошёл к Софии, которая стояла чуть в стороне, наблюдая за происходящим. Корин слегка наклонился к ней и произнёс:

— Леди София, вы станете моей десницей?

София, явно ошеломлённая таким предложением, поклонилась, но её лицо выражало беспокойство.

— Ох, Корин, это большая честь… Но ты думаешь, будет уместно оставить Восток на моих детей, которые однажды предали тебя?

Корин посмотрел ей в глаза и твёрдо ответил:

— Вы мне нужны здесь, София.

София склонила голову, соглашаясь с решением Корина. Их взгляды встретились – в его глазах читалась уверенность, а в её – лёгкая тень сомнения, которую она пыталась скрыть. Это был шаг в неизведанное, но, возможно, единственный правильный. Когда совет собрался, Корин сдержанным голосом произнес:

— Леди София, моё первое указание: устроить праздник. Жителям нужно отвлечься.

София, слегка опешив, подняла бровь. Она знала, что Корин часто действовал нестандартно, но это предложение показалось ей слишком лёгким на фоне напряжённой обстановки в городке. Луна, стоявшая рядом, также нахмурилась, явно не понимая ход мыслей Корина.

— Праздник? — София задумчиво взглянула на него. — Это разумно, по-вашему?

Луна, невольно поддержав её сомнения, шагнула вперёд, её голос прозвучал резко, но не грубо:

— Время ли сейчас для развлечений, Корин? Мы же должны укреплять позиции и готовиться к возможным угрозам.

Корин улыбнулся уголком губ – его уверенность оставалась непоколебимой.

— Я хочу праздник. Завтра. Устройте его.

Слова прозвучали как приказ, но в его голосе скрывалось нечто большее. София почувствовала, что за этой неожиданной просьбой стоит какой-то замысел, который пока никто не мог разгадать. Она наблюдала за ним, изучая его движения и выражение лица, пытаясь понять, что скрывается за этим уверенным фасадом.

Когда встреча закончилась, София вышла из зала и нашла Луну в саду. Луна ходила взад-вперед, её мысли явно были заняты событиями последнего часа.

— Ты думаешь, он прав? — тихо спросила София, присаживаясь на скамью. — Праздник может быть шансом... но зачем?

Луна остановилась, её темные глаза блеснули в тусклом свете заходящего солнца.

— Я не знаю, София. Но я знаю одно – Корин никогда не действует без причины. Его решение может казаться абсурдным, но я уверена, он видит то, чего мы пока не понимаем.

Шатры, наполненные светом факелов, колыхались от смеха и разговора. Жители, измученные войной, всё же нашли силы праздновать — ведь это была не просто победа, а новый рассвет для их земли. За длинными столами лорды и советники наслаждались редкими, но роскошными блюдами, обсуждая будущее, пока воздух наполнялся музыкой и ароматами свежего вина.

Но в этот миг, среди этого оживлённого праздника, тишина начала расстилаться, когда Корин, уверенно шагая, подошёл к Луне. В глазах его читалась не обычная радость, а нечто большее — твёрдое решение, озарённое светом его судьбы. Луна, почувствовав его приближение, подняла глаза, в её взгляде смешались волнение и ожидание.

В этот момент в шатёр вошёл священник, облачённый в белые и золотые одежды, его присутствие добавило торжественности мгновению. Советники переглянулись, а гости постепенно стихли, ощущая, что вот-вот произойдёт нечто важное.

— Корин, что происходит? — тихо спросила Луна, её голос дрогнул от эмоций.

Корин, не отрывая от неё взгляда, улыбнулся и сказал:

— Смотри.

Священник сделал шаг вперёд, его голос прозвучал громко, чётко, как если бы сама судьба говорила через него.

— Корин из дома Легаро, согласны ли вы взять в жены Луну из дома Тьмы?

Корин с твёрдостью и без колебаний произнёс:

— Согласен!

Воздух в шатре словно замер. Все взгляды обратились к Луне. Она сделала глубокий вдох, её руки слегка дрогнули. Её жизнь, её кровь, её магия — всё было связано с тьмой, с прошлым, которое всегда делало её чужой в этом мире. Но перед ней стоял Корин, тот, кто сражался за неё, тот, кто выбрал её, несмотря на судьбу.

Священник вновь заговорил, его голос звучал мягко, но с неоспоримой силой:

— Луна из дома Тьмы, согласна ли вы выйти замуж за Корина из дома Легаро?

Ее руки затряслись она посмотрела на Корина с блеском в глазах - а разве может быть иначе? Она слилась с ним в поцелуе, и все начали аплодировать. - позвольте представить вам королеву Луну! Сказал он.

Аплодисменты заполнили шатёр, эхом разлетаясь по всей площади, где собрались жители Альтеры. Люди, пережившие войну и боль, теперь кричали от радости, их лица сияли надеждой. Шатры, освещённые золотым светом факелов, дрожали от веселья, а музыка, сначала осторожная, начала звучать громче, как символ нового рассвета.

Луна, всё ещё держа руки на плечах Корина, медленно отстранилась, её лицо озарялось внутренним светом. В её глазах сияла не только любовь, но и осознание новой реальности. Теперь она была не просто его избранницей, она была королевой.

Корин поднял руку, призывая к тишине, хотя волнение и счастье людей не стихало. Его голос прозвучал твёрдо, но с той же искренностью, что и раньше:

— Позвольте представить вам королеву Луну!

Толпа взорвалась криками ликования. Люди приветствовали её, склонив головы, подняв кубки, распевая старые гимны Альтеры. Воины ударяли мечами о щиты, слуги поднимали факелы выше, а дети с восторгом наблюдали, не до конца понимая, но чувствуя магию момента.

София, наблюдая за сценой, с лёгкой усмешкой кивнула, признавая, что время перемен настало. Алекс скрестила руки, усмехнувшись, но в её глазах читалась искренняя радость за друга. Леди Гертруда и Елизавета обменялись взглядами, затем склонили головы в знак уважения.

Луна, чувствуя на себе все взгляды, сжала пальцы Корина. Она вздохнула и, подняв подбородок, твёрдо сказала:

— Я обещаю быть достойной этого титула.

Праздник продолжался в своих многообразных красках: несмотря на руины и глубокие шрамы войны, люди собрались вместе, чтобы вновь обрести надежду. В шатрах, украшенных светом факелов и звуками весёлой музыки, лорды и советники обсуждали будущее Альтеры, когда Корин, весь вечер держа Луну за руку, неожиданно повернулся к ней с вопросом:

> — Что будем делать дальше, Корин?

Ее взгляд вспыхнул решимостью. «В свое время я ушла в свой мир за помощью Фейри, — напомнила она тихо, — но когда они прибыли сюда, они просто исчезли. Они говорили про летающий город, город Фейри. Мы должны его найти!»

И вот, в тот самый момент Луна встала еще ближе к Корину, ее голос дрожал от волнения и чего-то нового:

> — Корин, у меня тоже есть подарок для тебя...

Он пристально посмотрел на нее, пытаясь понять, что может скрываться за её нежными словами.

> — Что это? — спросил он, слегка наклонившись вперед.

Луна застенчиво улыбнулась, и в её голосе прозвучало признание, которое изменило всю атмосферу вечера:

> — Я… я беременна!

В тот же миг, словно вознесенный крыльями радости, Корин подлетел к ней, крепко прижав любимую к себе. Сияние его глаз отражало всю теплую нежность и уверенность в том, что будущее уже наступило.

Но среди праздника, почти незаметно, София и Алиса обменялись мрачными взглядами. Тяжелым голосом Алиса произнесла:

> — Эта сцена уже была когда-то...

Вопрос прозвучал со стороны одного из советников:

> — Что вы имеете в виду?

Алиса тяжело вздохнула и, с болью в голосе, поделилась воспоминаниями:

> — Моя сестра, мама Корина, была беременна в таком же возрасте… Ох, моя бедная сестра… Она и Дэниэль были так молоды.

> А всё из-за Элизабет – как Корин отпустил её! Она даже не удосужилась прийти и посмотреть мне в глаза!

На щеках Алисы выступили слезы, горечь прошлого смешивалась с болью утраты. Софиa, наблюдая за подругой, добавила, слегка колеблясь между сочувствием и жесткой правдой:

> — Ох, Алиса, ты так долго адаптировалась… Вряд ли бы ты что-то поняла после всех тех ужасов заточения.

Мгновение повисло в воздухе: веселье праздника столкнулось с тенями старых ран.

Ночью, когда праздник стих и ошеломлённое веселье рассеялось по королевству, замок погрузился в глубокую тишину. В опустевших шатрах совет и высшие лорды продолжали заседание, обсуждая планы восстановления и будущего Альтеры, а где-то в коридоре раздавались тихие голоса, словно эхо былых надежд. Тем временем в своей комнате Луна уже лежала в постели. Тяжёлый сон обрушился на неё: в видении она увидела, как Альтера пылает огнём, будто сама земля, когда-то величественная, охвачена неослабевающим пожаром.

Проснувшись в диком поту, Луна ощутила, как жар её собственного света, некогда столь безопасный и обнадёживающий, теперь словно блеск тревоги мелькал прямо в её лице. В темной комнате царило ожидание и неуверенность, ведь Корина всё ещё нигде не было, а заседание продолжалось в зале, где решалось будущее земли.

Стараясь вновь успокоиться и вернуть себе сон, Луна повернулась к окну, заглядывая в глубокую ночь. Решив, что немного свежего воздуха поможет ей восстановить равновесие, она вышла на балкон через стеклянную дверь. Но её попытка найти утешение прервалась неожиданным зрелищем: в серебристой гладкой темноте она заметила силуэт, едва различимый на фоне ночного мрака.

Сердце Лунатой учащённо забилось. Кто мог появиться в этот час, когда весь королевский двор уже отдыхал после длинного дня?

Ночной холод всё ещё обволакивал замок, когда Луна, дрожа от недавнего кошмара и тревоги, вышла на балкон. В её спокойном и мечтательном взоре вдруг замерцала тень. В её руке словно сама тьма сжалась в чёрную сферу, медленно приближаясь к ней. В этот же миг дверь распахнулась с неистовством ветра, и осколки стекла вспыхнули в полумраке, разлетевшись по комнате.

В балконный проём вошла девушка в плаще, снимая капюшон, обнажая бледное, искривлённое отчаянием лицо.

— Роуз? — с тревогой спросила Луна, пытаясь уловить в глазах незнакомки отпечаток былых уз.

— Ну привет! — разъярённо произнесла Роуз, её голос дрожал от ненависти и боли, как будто годы затаённого обиды выливались наружу.

— Роуз, что тебе нужно? — тихо, но настойчиво попросила Луна, пытаясь понять намерения посетительницы.

— Месть! — холодно отчиталась Роуз, и в том же мгновении её руки расправились, выпуская поток тёмного ветра, смешанного с энергией ночной бездны, который рванул в сторону Луны.

Луна невольно сжалась, охваченная изумлением и страхом:

— Темная энергия? Но как? — прошептала она, наблюдая, как вихрь зловещей силы приближался к ней, угрожая поглотить свет её души.

В этом хаосе Луна заметила странный артефакт, мерцающий недалеко от Роуз — кусок древнего металла, окутанный тенями, который излучал зыбкий, тягучий свет.

— Роуз, сними его, он туманит разум! — настойчиво сказала Луна, пытаясь прервать надвигающуюся силу, надеясь вернуть хоть крупицу рассудка в безумный порыв мести.

Но Роуз, охваченная яростью и горечью, не слушала. Её взгляд блестел злобой, и, словно древняя чёрная сила проникла в её душу, она продолжала выкрикивать слова мести, заставляя темную энергию пульсировать и разрушать пространство вокруг. В каждом её движении, в каждом вихре теней отражалась не только сила древнего артефакта, но и боль утраты, предательства и долгожданной расплаты.

Комната, наполненная напряжением и страхом, вздрогнула от резкого звука распахнувшейся двери. Корин, словно воплощение света, ворвался внутрь, его глаза горели решимостью, а голос прорезал воздух:

— Прочь!

Сияющие лучи света, вырвавшиеся из его рук, устремились к Роуз, ударив её с такой силой, что она отлетела к стене. Её тело безвольно рухнуло, а сознание покинуло её, оставив лишь тень её ярости. Корин, не теряя ни секунды, бросился к Луне, которая лежала на полу, обессиленная и дрожащая.

— Луна! — его голос был полон тревоги и нежности. Он осторожно поднял её, его руки дрожали от волнения, а глаза искали хоть малейший признак её силы.

Луна, слабо приоткрыв глаза, встретила его взгляд. Её лицо было бледным, но в нём читалась надежда, что его свет сможет вернуть ей силы. Корин, крепко держа её, прошептал:

— Я здесь. Я не позволю тебе уйти. Ты сильнее, чем думаешь.

Комната наполнилась хаосом, когда стража ворвалась, схватив Роуз и сорвав с неё кулон тьмы. Её сопротивление было бесполезным, и её быстро увели в темницу, где тьма больше не могла влиять на её разум. Корин, оставив всё позади, сосредоточился только на Луне. Он осторожно положил её на кровать, его руки дрожали, но он не отпускал её ладонь ни на мгновение.

— Луна, держись, — прошептал он, его голос был полон тревоги и любви.

Кровотечение усиливалось, и Корин чувствовал, как страх охватывает его. В этот момент Луна, слабо приоткрыв глаза, произнесла:

— Корин… малыш…

Её слова, едва слышные, пронзили его сердце. Он крепче сжал её руку, его глаза блестели от слёз, но он не позволял себе сломаться. Лекари уже спешили в комнату, их шаги эхом разносились по коридорам замка.

Комната была наполнена тревогой и напряжением. Советники наблюдали за происходящим, не осмеливаясь вмешаться в бурю эмоций, которая разразилась между Корином и Алекс. Никто раньше не видел его таким—его гнев был ослепляющим, как сама его магия.

— Алекс, почему ты не обеспечила должную защиту Луне?! — его голос прорезал воздух, словно раскат грома.

Алекс опустила голову, её руки дрожали. Её лицо было бледным, но в глазах читалась смесь боли и стыда.

— Я… я… Корин, у нас осталось мало воинов, а замок наполовину разрушен. Сюда может войти любой… — её голос был тихим, почти сломленным, но она знала, что оправданий было мало.

Но Корин не принял этих слов. Его глаза вспыхнули яростью.

— Это не оправдание, Алекс! — Он сделал шаг ближе, его голос был тяжёлым, как грозовое облако. — Мой малыш… если с ним что-то случится…

Вся комната замерла. Ни один из советников не решался сказать ни слова. Никто никогда не видел Корина в таком гневе, но никто и не мог осудить его. Его отчаяние было настолько глубоко, что даже самые мудрые лорды понимали: он не просто король, он сейчас отец, который боится потерять самое дорогое.

Алекс на мгновение замерла, затем сглотнула и попыталась удержать слёзы.

— Я не оправдываюсь, Корин… но я исправлю это. Я… обещаю.

Пока жизнь луны зависела от лекарей Алекс яростно отправилась в темницу к Роуз. Войдя она увидела ее в углу клетки.

Темница была холодной, пропитанной запахом сырости и забвения. Алекс стояла перед клеткой, её лицо выражало смесь ярости и недоверия. Её пальцы сжались на рукояти меча, но она не сделала ни одного движения.

Роуз, сидя в углу клетки, выглядела истощённой, но в её глазах всё ещё горел огонь фанатичной решимости. Её голос, хоть и дрожащий, звучал резко:

— Ты не понимаешь, Алекс… Корин должен был быть моим! Луна — всего лишь дитя тьмы! Она враг! Она украла его у меня!

Алекс сжала зубы. Её собственная ярость кипела внутри.

— Нет, Роуз, враг теперь ты! Ты предала нас! Ты подчинилась Коре!

Роуз дернула головой, её лицо исказилось в отчаянии.

— Я не хотела! Я… я просто не знала, куда идти! Алекс, пожалуйста, помоги! Кору надо остановить! — Роуз рванулась вперёд, хватаясь за прутья клетки. — Я должна поговорить с Корином… мы должны… убить Луну.

Алекс напряглась, её глаза загорелись гневом.

— Что ты сказала?! — голос её был низким, угрожающим.

Роуз, понимая, что уже перешла черту, продолжала, её голос звучал лихорадочно:

— Кора вот-вот окрепнет! Она уже в своём теле, и ей осталось лишь восстановить свою силу! Ей нужна тёмная кровь… Если мы убьём Луну, Кора проиграет!

Темница наполнилась напряжением, когда Алекс, с яростью в глазах, выкрикнула:

— Ты в своём уме, Роуз?! Замолчи!

Но Роуз, охваченная тёмной энергией и отчаянием, не слушала. Она рванулась к решётке, её руки с силой сжимали холодные прутья, и её голос, полный ненависти, прорезал воздух:

— Нет, я убью её! Фейри придут за Луной! Убейте её, пока не поздно!

Её слова звучали как крик души, но в них не было ни капли разума. Алекс, стоявшая перед ней, почувствовала, как её собственная ярость смешивается с тревогой. Роуз была не просто врагом — она была сломленной душой, поглощённой тьмой, которая теперь угрожала всему, что они пытались защитить.

Алекс сделала шаг ближе, её голос стал твёрже:

— Ты не понимаешь, Роуз. Ты уже проиграла. Тьма, которой ты подчинилась, разрушила тебя. И я не позволю тебе разрушить нас.

Роуз, всё ещё тряся решётку, смотрела на Алекс с ненавистью, её глаза блестели.

Алекс вернулась в покои все стояли в грусти.

Комната была окутана тишиной, словно само время застыло в этом мгновении боли. Алекс, остановившись на пороге, почувствовала, как тяжесть скорби давит на каждого присутствующего. Её взгляд встретился с Корином, чьи глаза, всегда полные решимости, теперь сияли слезами, отражая разбитые надежды.

— Что случилось? — её голос был едва слышен, но наполнил пустое пространство между ними.

Корин, крепко держащий руку Луны, произнёс сквозь слёзы:

— Ребёнок… он погиб.

Эти слова эхом разнеслись по комнате, заставляя каждого вновь осознать жестокость произошедшего. Луна лежала неподвижно, её плечи дрожали, но она не могла сказать ни слова. Алекс, почувствовав, как её собственная грудь сжалась от печали, сделала шаг ближе, но не знала, как утешить друзей.

София, стоявшая рядом, опустила голову, её лицо было мрачным. Алиса осторожно закрыла глаза, словно молясь или пытаясь осознать горькую реальность. Все, кто находился в комнате, понимали, что это не просто потеря — это рана, которую невозможно залечить словами.

Корин склонился к Луне, его голос был тихим, почти сломленным:

— Прости, Луна… я должен был защитить тебя, я должен был…

Луна слабо сжала его пальцы, не в силах произнести ответ. Её боль была глубже слов, и в этот момент Корин понял, что даже его магия не может вернуть то, что уже ушло.

Комната всё ещё была наполнена гнетущей тишиной. Корин сидел рядом с Луной, крепко держа её за руку, его лицо было напряжённым, а глаза — полными невысказанной боли. Алекс стояла в стороне, обдумывая слова Роуз. Фейри… Кора… тьма, которая может вновь настигнуть их. Она поняла: враг не исчез, а всего лишь готовится к следующему удару.

Её взгляд метнулся к Корину, его плечи были напряжены, как у воина, который только что потерял самое дорогое. Он не просто скорбел, он кипел от ярости. Внутри него бушевало пламя, но он не знал, как его направить.

— Корин… — осторожно начала Алекс. — Мне нужно поговорить с тобой.

Он медленно повернул голову, его глаза, вспыхнувшие огнём, пристально изучали её. Советники вокруг затаили дыхание.

— Сейчас не время, Алекс, — его голос был хриплым, но твёрдым.

— Именно сейчас, — настаивала она. — Роуз… Она не действовала одна. Она подчинялась Коре.

Имя древней сущности заставило воздух в комнате стать ещё холоднее. Корин сжал челюсть. Луна приоткрыла глаза, её слабый голос прошептал:

— Кора…?

Алекс кивнула.

— Она уже в своём теле. Ей нужно лишь время, чтобы восстановить силу. И Луна… её кровь — ключ.

Корин медленно встал, его движения были тяжёлыми. Он опустил взгляд на Луну, его руки всё ещё сжимали её ладонь.

— Тьма хочет её… — его голос звучал глухо. — Но я не позволю.

В этот момент в комнату вошла София. Её глаза были серьёзны, но в них читалась тревога.

— Корин, — она произнесла спокойно, но её слова звучали как предостережение. — Мы должны действовать быстро.

Он посмотрел на всех, затем перевёл взгляд на Луну. Его сердце разрывалось: он потерял ребёнка, он едва не потерял её… но если они промедлят, он может потерять всё.

Корин выпрямился, его голос стал твёрже:

— Хорошо. Мы найдём Кору. И уничтожим её.

Они оставили Луну лекарям, молясь о её восстановлении, а сами направились в зал совета, где воздух был пропитан тяжестью раздумий. Корин сидел во главе стола, его руки сжаты в кулаки, а в глазах бушевало беспокойство. Город лежал в руинах, армии почти не осталось, магические существа были на грани исчезновения. Все их войны пали, в городе остались только дети и старики. Он был лишь парнем, который пару лет назад спокойно жил в Лондоне, не ведая ничего о политике и власти. А теперь ему приходилось решать судьбу разрушенной земли. Но даже самые опытные советники не знали, что сказать, не имея ни армий, ни ресурсов.

София, сидевшая неподалёку, наконец нарушила молчание. «Мы должны призвать северное войско. Оно не пострадало так сильно, как остальные. А также нужно убедить вашу тётку Натали предоставить нам армию Запада. Если она согласится, у нас появится шанс!» Корин слушал, его мысли метались между вариантами, пока вдруг его не осенило. «Фейри!» — воскликнул он, заставляя всех замереть. «Те, ради кого я ушёл в мир без магии. Когда я вернулся, они отправились искать свой город, но так и не вернулись. Нужно найти их!»

Утро было наполнено напряжённым ожиданием. Совет собрался в последний раз перед миссией, и в воздухе витало ощущение скорых перемен. Корин, облачённый в дорожный плащ, стоял у кровати Луны, его взгляд был полон заботы. Наклонившись, он мягко поцеловал её в лоб, его пальцы задержались на её руке.

— Берегите её, — тихо сказал он, обращаясь к Софии и Алисе.

Обе женщины кивнули, принимая на себя ответственность за безопасность Луны. София, стоявшая с достоинством, скрестила руки, а Алиса, хоть и с тревогой в глазах, посмотрела на Корина с пониманием.

Корин выпрямился, его голос стал твёрже.

— Защитите столицу! Мы с Алекс найдём помощь и вернёмся!

Советники переглянулись, ощущая вес слов Корина. Алекс, уже готовая к пути, одёрнула свой плащ, её решимость была неоспорима.

«— Мы справимся», — сказала она, её голос звучал уверенно.

Корин взглянул на всех ещё раз, запоминая лица тех, кто оставался позади. Он знал: на их плечах лежит защита города, а на его — поиск спасения. Это был не просто поход — это была последняя надежда Альтеры.

Время пришло. И с первыми лучами солнца они отправились в путь.

Перешейк Смерти окутала тревога, когда новости из столицы достигли Кая. Он сжимал письмо, его пальцы едва не прожигали бумагу от гнева. Луна на грани. Эти слова эхом разносились в его сознании, а пламя, охватившее его руки, отражало бушующую ярость.

— Я убью Роуз! — резко выкрикнул он, его глаза пылали огнём.

Элизабет, сидящая неподалёку, вздохнула, не позволив эмоциям захлестнуть её.

— Успокойся, — сказала она, голос её был твёрдым, но не лишённым сострадания.

Кай тяжело дышал, его сердце билось в бешеном ритме, но мать продолжала говорить, направляя его внимание на более важные дела.

— Сейчас для тебя главное — жениться на дочери Леди Скорпио, — её голос звучал с холодной уверенностью. — У нас ещё есть верные люди в королевстве, а в столице половина недовольных из-за разрухи и существ, которых привёл Корин.

Кай напрягся, его огненный темперамент кипел от противоречий.

— Матушка, но ты же сама хотела бороться со тьмой!

Элизабет сжала губы, её взгляд стал жёстче.

— Пойми, сын, — продолжала она, смотря ему в глаза. — Корин либо победит тьму, и мы будем жить… либо тьма победит, и умрём мы все.

Кай молча смотрел на мать, его сердце билось сильнее, а мысли метались между долгом и жаждой мести. Он чувствовал жар в груди, но понимал — пока ему остаётся лишь ждать.

— Нам остаётся готовиться и ждать, — добавила она, голос её слегка смягчился. — Я отстаю наше право на трон, будь уверен.

Она нежно, но крепко взяла сына за руку. Кай смотрел на неё, чувствуя, как его ярость постепенно сменяется холодной решимостью.

— Мы будем вместе, — продолжила Элизабет. — Я тебя не оставлю. Наша семья продолжит свой род. Ты продолжишь его.

— Я и буду, сын мой. Мы не будем использовать тёмный артефакт. Но это не значит, что я отдам трон сыну сестры! Да, он Легаро, но ты тоже! — её голос вдруг ослаб, когда она произнесла: — А твоя сестра…

Её слова прервались, в глазах выступили слёзы.

— Моя бедная девочка… Это всё из-за них. Я покажу им…

Кай смотрел на неё, его сердце замерло. Он редко видел мать такой — полная решимости, но сломленная болью.

— Мы должны объединиться с Килианом, — продолжила она, сжимая руки в кулаки. — Насколько я знаю, сейчас он лорд Юга благодаря Корину.

Но Кай, хоть и слышал её слова, был сосредоточен на другом.

— Меня больше интересует, матушка… Где отец?!

Элизабет твёрдо взяла сына за руку, её голос прозвучал ровно, почти властно:

— Пойдём, сын. Церемония начинается.

Они вышли в небольшой зал, где уже стояла леди Скорпио, окружённая своими дочерьми. Атмосфера в комнате была напряжённой, но подчинённой строгим правилам аристократических традиций. В центре, чуть в стороне от сестёр, стояла Лекса — черноволосая девушка с глубоким, проницательным взглядом. Её 17-летняя фигура ещё хранила юную гибкость, но в лице уже читались первые тени взрослой жизни.

Кай остановился на пороге, его взгляд задержался на Лексе. И вдруг — на мгновение, едва уловимо — он увидел в ней Луну. Её черты, манера стоять, лёгкий отблеск печали в глазах… Что-то в ней пробудило воспоминание о той, кого он потерял, о той, кто теперь лежала между жизнью и смертью.

Лекса, почувствовав его пристальный взгляд, едва заметно шевельнула губами, словно желая что-то сказать, но перед церемонией слов было мало. Всё решалось не чувствами, а обязательствами, не желанием, а необходимостью.

Элизабет, заметив замешательство сына, слегка наклонилась к нему и сказала тихо:

— Кай, помни, что мы не только соединяем судьбы, но и укрепляем нашу власть.

Церемония завершилась, и в глазах Элизабет зажглась уверенность. Союз был заключён, а значит, теперь у неё был шанс вернуть трон. Однако она прекрасно понимала, что пока Корин не уничтожит Кору, их победа будет иллюзией. Тьма не просто хотела править — она стремилась стереть саму кровь Легаро, уничтожить всех, в ком мог зародиться свет.

Кай молча наблюдал за матерью. Он видел, как она строит планы, как в её глазах вспыхивает решимость, но внутри него всё ещё кипело пламя. Ему казалось, что он не может просто ждать, пока Корин справится с тьмой.

— Матушка, если Корин проиграет, что тогда? — спросил он, его голос был твёрдым.

Элизабет повернулась к сыну, её взгляд был холодным и расчётливым.

— Тогда мы будем бороться сами, — ответила она, взяв его руку. — Но пока он сражается, мы готовим почву.

Наступило утро и Корин с Алекс решили отправится в путь. Корин перед отправлением зашел к тете Алисе, она давольно быстро пришла в себя и оставить на нее дворец было можно. - тетя можно? Сказал он заглянув в комнату. Та сидела смотря в окно. - конечно мой мальчик входи. - тетя я уезжаю, возможно меня не будет месяц, а то и больше, пожалуйста позаботься о Луне, она очень ослабла после смерти малыша. Алекс взяла его за руку. - Корин, я сделаю все для тебя в память о сестре. - Я хотел все спросить, а какие были мои родители? - о Корин это были лучшие люди кого я знала, твоя мать моя милая сестра была доброй и милой. А твой отец храбрым и справедливым. Пойдем я тебя отведу кое куда. По старым коридорам они поднялись в старое полуразваленное крыло, Корин тут еще ни разу не был. Алиса подошла к одной комнате которая была заперта. Она выставила руки и дверь бахнула и упала.

Корин медленно шагнул внутрь комнаты, воздух был пропитан пылью времени, а слабый свет от окна озарял давно забытые предметы. Кровать с кружевами ещё хранила эхо прошлого, а на столе лежал дневник, страницами обращённый в молчаливого свидетеля тех дней, когда его мать ещё могла мечтать.

Он подошёл к картине, на которой двое юных, счастливых лиц смотрели в будущее, ещё не зная, что оно принесёт. Его пальцы дрогнули, когда он провёл рукой по стеклу, будто пытаясь коснуться памяти, которая казалась далёкой, но вдруг стала такой близкой.

«— Они выглядят так молодо», — произнёс он тихо, его голос был пропитан эмоциями. — Они были такими же, как я сейчас... но они не постарели.

Алиса, стоявшая рядом, не смогла удержать слезу. Она знала эту боль. Потеря была глубокой, но воспоминания — ещё глубже.

— Твоя мать была самой доброй душой, которую я знала, — её голос дрогнул, но она продолжила. — А твой отец… он был храбрым, справедливым, он верил в свет, как никто другой.

Корин всё ещё смотрел на портрет, сердце его было сжато смесью боли, благодарности и невысказанной любви к людям, которых он не смог узнать так, как хотел бы.

— Я хотел бы спросить их… столько всего, — произнёс он едва слышно.

Алиса мягко коснулась его плеча.

— Они гордились бы тобой, Корин. Ты стал таким, каким они бы хотели тебя видеть.

Ему хотелось поверить в это. Хотелось почувствовать их гордость сквозь время. Но пока он мог только смотреть на картину и хранить память о тех, кто дал ему жизнь, но не успел остаться рядом.

Мгновение длилось вечность. А потом Корин, сжав кулаки, повернулся к выходу.

— Мне нужно идти.

Он знал, что впереди его ждала битва не только с тьмой, но и с собственным прошлым. Он должен был победить не только Кору, но и ту боль, что жила в его сердце.

Но он не был один.

Алиса смотрела ему вслед, её взгляд был наполнен надеждой.

— Береги себя, мой мальчик.

Дорога была бесконечной лентой пыли и ожидания. Корин и Алекс ехали молча, каждый погружённый в свои мысли. Когда они достигли развилки, пришло время расстаться: Корин повернул на дорогу, ведущую в Магикс, а Алекс направилась в северный город, где её ждали войска.

Они знали, что путь впереди будет долгим — больше недели путешествия по пустынным и разрушенным землям, но отступать было нельзя. Корин ощущал, как его сердце колотилось быстрее с каждым шагом, который приближал его к легендарному городу фейри. Если они всё ещё там… если они вообще существуют…

Алекс, напротив, сконцентрировалась на предстоящей битве. Её мысли кипели: как убедить северян, как провести войска через горные перевалы, как быть уверенной, что они придут вовремя. Она уезжала с решимостью, но в её душе жило беспокойство.

Они обменялись последними взглядами.

— Удачи, — сказала Алекс, но в её голосе было больше, чем просто пожелание.

— И тебе, — ответил Корин, его взгляд был твёрдым.

Затем они разъехались, каждый направляясь к своей судьбе.

Когда Корин добрался до места он увидел разрушенный храм, по рассказам где-то здесь можно было найти небесный город, перед отъездом он написал феям

Солнце медленно клонилось к горизонту, окрашивая разрушенный храм оттенками золота и алого света. Корин, стоя среди древних камней, оглядывался, пытаясь уловить хоть малейший знак, подтверждающий легенду о небесном городе. Феи уже были здесь, собравшись на вершине горы, их крылья переливались в последнем свете дня.

— Ну что, на поиски города? — спросил один из них, его голос был полон надежды.

Другие феи переговаривались между собой, обсуждая возможность скрыться от надвигающейся угрозы.

«— Если мы его найдём, мы сможем перенести существ и спрятаться», — сказал один из старейшин.

Корину эта идея совсем не нравилась. Он нахмурился, его золотые глаза вспыхнули огненной решимостью.

— Нет, — твёрдо сказал он. — Мы не будем прятаться. Мы победим!

Решимость Корина передалась другим, и они начали поиски с ещё большей настойчивостью. Фейри разлетелись на максимальную высоту, осматривая каждую вершину, каждый уступ и каждую скрытую тропу. День тянулся мучительно долго. Они прочёсывали местность, следуя древним картам, сверяясь с легендами. И всё было тщетно.

К закату усталость нависла над ними, но Корин, стоя на скале, смотрел вдаль, чувствуя, что где-то здесь правда скрыта.

— Он должен быть здесь, — прошептал он, сжимая кулаки.

Но небесный город всё ещё оставался призраком в их поисках. И если они не найдут его скоро, времени на сопротивление может просто не остаться.

Ветер принёс с собой холод предстоящей ночи, а в сердце Корина росла тревога.

Корин стиснул зубы, его взгляд метался по вершинам гор, охватывая просторы Магикса. Фейри вокруг уже начинали терять надежду, их крылья опустились, а в голосах звучало отчаяние.

— Корин, это лишь легенды! — сказал один из них, взмахнув руками. — Город никогда не существовал!

Но Корин сжал кулаки, его сердце отказывалось верить в это.

— Тогда куда делись Фейри? — его голос был твёрдым, пропитанным решимостью. — Я прибыл с ними, они отправились на поиски своего дома, и сколько прошло времени? Их нет!

Фейри переглянулись, но никто не мог дать ответ. Магикс был безмолвен, и ветер, пронзающий облака, не давал ни малейшего знака.

Корин шагнул вперёд, его глаза вспыхнули огненной решимостью.

— Я не уйду, пока не найду их. Легенды рождаются не просто так. Если фейри исчезли, значит, небесный город существует.

Тишина повисла в воздухе, словно сама земля затаила дыхание, наблюдая за тем, как Корин, несмотря на усталость, был готов продолжать поиски. И тогда, где-то на горизонте, в глубине облаков, что-то мелькнуло — слабый отблеск, еле заметный в свете заходящего солнца.

Что если это знак?

Что если они просто искали не там?

Или это ещё одно испытание?

Корин не собирался сдаваться.

Корин указал феям- туда посмотрите там! Но сколько те не кружили никого они не видели.

Свет вокруг Корина разрастался, переливаясь золотыми вспышками, пока он взлетал выше, пробиваясь сквозь облачный покров. В тот самый миг, когда его окружило сияние, мир вокруг изменился. Феи, наблюдавшие за ним снизу, не могли понять, куда он исчез, лишь воздух дрожал от магии, оставшейся после его рывка ввысь.

Корин моргнул, чувствуя, как пространство вокруг будто раздвинулось, открывая перед ним нечто совершенно новое. Там, где раньше были лишь облака, теперь вставала картина величия, которую никто прежде не видел.

Перед ним раскинулся **Небесный город**.

Башни, словно сотканные из света, парили среди облаков, соединённые переливающимися мостами. Воздух был наполнен древней магией, вибрирующей в самом пространстве. Мир над землёй, потерянный и забытый, существовал здесь, скрытый от глаз.

Корин замер, его сердце колотилось от волнения. Он нашёл его. Он нашёл **Фейри**.

Но почему они исчезли?

Что случилось с ними?

И почему никто не мог увидеть этот город, кроме него?

Корин шагал по пустым улицам забытого города, его шаги отдавались эхом среди каменных зданий, которые стояли здесь, словно замершие во времени. Веками никто не жил в этом месте, но странная магия оберегала его — природа не коснулась стен, не проросла сквозь каменные арки, не раскрошила мостовые.

Город казался неприкосновенным, будто ждал чего-то. Или кого-то.

Корин направился к дворцу, возвышающемуся в самом центре. Его величественные шпили терялись в небесах, а двери — массивные, украшенные узорами древнего искусства — безмолвно взирали на него, будто проверяя, достоин ли он войти.

С усилием он толкнул их, и перед ним распахнулся великолепный зал. Свет пробивался сквозь высокие окна, отбрасывая мягкое сияние на колонны из белого камня, а воздух был насыщен древним величием. Корин медленно прошёл вперёд, ощущая, как странное чувство пробежало по его позвоночнику.

В самом центре стояли **три статуи**. Фигуры Фейри замерли у трона, их лица были исполнены достоинства, а позы — словно застывшие в моменте правления. Камень казался живым, передавая едва заметные черты усталости и мудрости в их выражениях.

Но не только они.

Вокруг них стояли ещё четыре статуи, и эти были другими. Они выглядели старше, их черты несли эхо времени, их крылья — чуть опущенные — казались отражением прошлого.

Корин остановился.

Почему они здесь?

Что произошло с этими Фейри?

Почему никто не рассказал об этом городе раньше?

Он медленно провёл пальцами по холодному камню одного из старых Фейри, чувствуя странную вибрацию, пробежавшую по его ладони. В воздухе что-то было.

Что-то живое.

Корин смотрел на статуи, и сердце его бешено забилось. Он узнал фигуру в центре.

— Леона? — он не верил своим глазам.

Его разум лихорадочно пытался осмыслить увиденное. Это были не просто статуи. Эти Фейри не были камнем с самого начала — что-то или кто-то превратил их в камень, заключив их в вечном заточении. Но если они были заперты здесь… то почему никто не говорил об этом?

— Так это не статуи… — прошептал он, отступая на шаг.

Три Фейри в коронах, застывшие у тронов, казались правителями этого потерянного города. А рядом с ними стояли ещё четверо, старые Фейри, их лица казались знакомыми, а их силуэты пропитаны мудростью прошедших веков.

Внутри Корина вспыхнуло понимание. Свет. Он знал, что он помогал от любых бед. Его руки дрогнули, и внезапно золотое сияние прорвалось из его ладоней, заполнив зал мягким, раскалённым блеском.

В тот же миг статуи начали трескаться.

Камень ломался, крошился, а сквозь него пробивалась магия, что веками была заперта. Вспышка света озарила зал, разлетевшись тысячами искр, а затем… тишина.

Корин замер, чувствуя, как в воздухе разливается новая энергия.

И вдруг статуи рушились, срывая оковы, что держали Фейри в плену. Они расправили крылья, их крылья сияли первозданной силой, а глаза блестели от пробуждения. Четыре знакомых старых Фейри и трое молодых, но величественных существ с коронами.

Корин не смог сдержаться — он шагнул к Леоне и крепко обнял её, чувствуя, как теплота её силы пропитывает его душу.

— Леона, я нашёл вас!

Старуха смотрела на него с мягкой улыбкой, но в её глазах отражалось удивление и лёгкая растерянность.

— О, Корин… сколько мы проспали?

— Несколько месяцев…

Леона резко вскинула голову.

— Месяцев?! О, дитя, ты ждал нашей помощи, а мы исчезли!

Она оглянулась на других Фейри, её взгляд стал жёстче.

— Скорее, свергнем Селису!

Но Корин остановил её, мягко взяв за руку.

— Спокойно, Леона, я уже отвоевал Элинор, но Кора жива. У неё большое войско. Близится последний бой. Нам нужна ваша помощь.

Старуха на мгновение задумалась, затем медленно кивнула.

— Конечно.

Корин обернулся, когда внезапно воздух в тронном зале наполнился древней магией, ощутимой, как мягкая дрожь в пространстве. Его взгляд встретился с тремя величественными фигурами, которые ступили вперёд, их короны мерцали в тусклом свете забытого города. Они были высокими, прекрасными, их движения исполнены достоинства и власти.

Леона, увидев их, тут же глубоко поклонилась, и вслед за ней остальные Фейри склонили головы в знаке почтения.

— О, принцессы! — её голос звучал благоговейно.

Корин растерянно огляделся.

— Принцессы? — он не понимал, кто они, но видел, что вокруг царило уважение, даже благоговение.

Леона повернулась к нему, её взгляд сиял признанием.

— Корин, это принцессы Фейри! Последние из первосозданных Фейри, созданных магом света. Они правили нашей расой.

Три Фейри с коронами наблюдали за Корином, их глаза были мудрыми, но в них читалась странная грусть.

— Мирана, Латея и Стела. — Леона продолжила с трепетом. — Сильнейшие Фейри.

Корин медленно кивнул, пытаясь осмыслить происходящее. Но прежде чем он успел сказать хоть слово, одна из принцесс — Латея — шагнула ближе.

«— Ты потомок Лучика, первого мага света», — произнесла она, её голос был мелодичным, но строгим. — Мы знали его.

Слова повисли в воздухе, наполняя зал напряжением.

— Когда шла война со тьмой, большинство Фейри приняли сторону Коры, — продолжила Мирана, её тон был холоден. — Как и наша четвёртая сестра…

Корин сжал кулаки.

— Четвёртая сестра?

Стела медленно кивнула.

— Когда Лучик пал, а наши войска были уничтожены или изгнаны, мы вернулись сюда, в наш город. Нас осталось только трое.

Корин почувствовал, как в груди сжалось нечто тяжёлое. Эти Фейри были созданы светом, но их собственная сестра предала их…

— Мы знали, что Элинору нужен свет, — продолжила Мирана. — Но тьма не была уничтожена.

Она сделала паузу, а затем её взгляд вспыхнул решимостью.

— Мы наложили на себя заклятие окаменения, чтобы дождаться момента, когда тьма вновь проявится, а мы будем столь же сильны, как прежде.

Корин смотрел на них, осознавая, насколько велика эта жертва. Они добровольно заключили себя в камень, зная, что мир переживёт столетия без их защиты…

И теперь он освободил их.

Латея посмотрела на него, её голос звучал мощно, будто пророчество:

— И вот мы здесь, Корин. Ты пробудил нас.

Тишина висела в воздухе, но тут Леона, всё это время стоявшая в глубокой задумчивости, вдруг вздохнула и покачала головой.

— А мы думали, что сможем освободить принцесс… но сами окаменели.

- для начала нам нужно познать, как долго мы спали, но судя по леоне очень долго.

Зал наполнился напряжением, когда слова Леоны эхом отозвались в каменных стенах древнего дворца. Девятьсот лет. Корин посмотрел на принцесс, осознавая всю глубину их сна, всю потерянность времени, которое ускользнуло сквозь пальцы. Они проспали целую эпоху, а мир за пределами этого города изменился до неузнаваемости.

— Нам нужно многое узнать, но кто, как не предки, помогут нам? — голос принцессы звучал спокойно, но в нём чувствовалась вековая мудрость.

Корин нахмурился.

— Предки?

Мирана кивнула.

— Да, мальчик. У нас есть Озеро Памяти, прямо в центре зала. Ночью, в полную луну, мы попадём в мир духов. Там хранятся знания тех, кто жил до нас. Однако вернуться мы сможем…

Она замерла, её взгляд стал жёстче.

— Лишь через месяц.

Слова повисли в воздухе, как ледяной поток, охватывающий разум Корина.

— Месяц?! — воскликнул он, голос его сорвался на гневную ноту. — Но меня и так не было почти месяц в столице! Там разруха, нужны укрепления! А Кора…

Он остановился, чувствуя, как сердце забилось быстрее.

— Кора может напасть!

В этот момент Леона шагнула ближе, крепко положив руки на его плечи. Её взгляд был серьёзным, но не суровым — в нём была забота, в нём было понимание.

— Корин, это нужно.

Он смотрел в её глаза, видя в них не просто приказ, но истину.

— Это нам нужно. Понимаешь?

Озеро Памяти, до этого тихое и спокойное, внезапно изменилось. Как только полная луна поднялась над горизонтом, поверхность воды покрылась прозрачной пленкой, сияющей как звёздная россыпь. Магия прошедших веков пробудилась, и древняя сила разлилась по залу, наполняя воздух электрическим напряжением.

— Нам пора! — сказали Фейри, и их голоса прозвучали в унисон, как эхо прошлого.

Корин наблюдал, как они шагнули в воду, но та не разошлась и не поглотила их — вместо этого Фейри растворились, как тени в сиянии. Корин сделал глубокий вдох и шагнул следом, чувствуя, как его тело вдруг стало невесомым.

Мир вокруг исчез.

Он оказался вне пространства, окружённый чистой пустотой, похожей на размытые облака. Здесь не было верха, низа, ни границ реальности. Он чувствовал, как сама материя исчезла, оставив лишь чистое существование.

— Как мы найдём кого-то здесь? — его голос дрогнул, но эхом разошёлся по бесконечности.

Стела, одна из принцесс, посмотрела на него с мягкой улыбкой.

— Нужно лишь представить…

Её слова окутали Корина, проникая в самую суть этой странной реальности.

Ему нужно думать.

Кого он искал?

Память давно забытых поколений ждала его.

Перед Корином, словно возникнув из самой ткани реальности, появилась старуха. Её силуэт сначала дрожал, пропитывая пространство едва заметными искрами, а затем обрёл ясность, словно волна магии пролилась сквозь завесу времени.

— Вилма! — воскликнул он, шагнув вперёд, его голос дрожал от удивления и радости.

Леона наблюдала за происходящим с сияющими глазами, в её лице читалась гордость.

— Отлично, Корин, у тебя получается!

Старуха, теперь совершенно живая и ощутимая, сделала шаг ближе, её глаза лучились теплом.

— Корин, мальчик! — сказала она, изучая его лицо, будто заново открывая его для себя. — Как ты вырос за этот год!

В её голосе звучала не только радость, но и печаль — тонкое осознание того, сколько времени прошло, сколько всего было потеряно, сколько битв уже позади и сколько ещё впереди.

Корин хотел сказать что-то, но прежде чем его губы успели раскрыться, Вилма начала **растворяться.

Её образ дрожал, как пламя свечи на ветру, пока полностью не исчез, оставив за собой лишь тихий отзвук магии, которая ещё вибрировала в воздухе.

Корин смотрел на пустоту перед собой, чувствуя, как внутри него зарождалось что-то большее, чем просто удивление. Он коснулся этого места — пространства, где живут души предков.

Корин закрыл глаза, позволяя своим мыслям полностью погрузиться в ожидание. Он сосредоточился, вызывая в памяти тот старый портрет, покрытый пылью забытого времени. Изображение юной пары, светловолосой девушки и темноволосого парня, будто оживало в его сознании.

И вдруг, сквозь туманную пустоту Озера Памяти, перед ним появились двое.

Он застыл, сердце сжалось от нахлынувших эмоций. Он не верил своим глазам — они были здесь. Женщина, совсем молодая, с мягкими чертами лица, с теми самыми добрыми глазами, что смотрели на него с портрета. Рядом — мужчина, высокий, уверенный, с взглядом, пропитанным силой и справедливостью. Они казались ровесниками Корина, словно время не коснулось их.

Женщина шагнула вперёд, слёзы дрожали в её глазах. В следующий миг она заключила его в объятия, её руки были тёплыми, настоящими.

— Корин, мальчик мой! — её голос был полон любви и тоски. — Я так тебя ждала!

Корин, ошеломлённый, с трудом нашёл слова.

— Вы знаете, кто я?

Она слегка улыбнулась, её пальцы нежно коснулись его щеки, как если бы она хотела запомнить каждую черту его лица.

— Конечно, мой мальчик. Мы с Даниэлем наблюдаем за тобой. Мы всегда рядом.

К нему подошёл мужчина, его движения были уверенными, а голос глубоким и спокойным.

— Мы всегда рядом, Корин. Верь в себя. Ты спасёшь Элинор.

Слова отца звучали, как тихое эхо, проникая в душу Корина, заполняя его решимостью. Он чувствовал, что никогда не был один.

Его голос сорвался, когда он произнёс:

— Мама, папа… помогите мне!

Женщина печально покачала головой.

— Мы очень хотим побыть с тобой. Но каждая минута здесь — это день в реальном мире. Не теряй времени.

Корин сжал кулаки, не готовый отпускать их так быстро.

— Пойдёмте со мной!

Даниэль шагнул ближе, его взгляд был наполнен мудростью.

— Мы не можем, сын. Однажды мы встретимся здесь вновь. Но пока твоё место там.

В последний раз они обняли его, тепло их душ окружило его, словно защитная магия, словно прощание, полное веры и любви.

Затем их образы дрогнули, начали растворяться, пока не исчезли, оставив лишь невесомый отзвук в сердце Корина.

Корин почувствовал, как пространство вокруг задрожало, когда принцессы Фейри начали призывать тех, кто был столь же древним, как сама Кора. Их мысленные голоса слились в единое заклинание, разливаясь по пустоте этого мира, заставляя время и историю отозваться на зов. Воздух наполнился магией, густой и глубокой, словно сама ткань реальности трещала под тяжестью веков.

Перед ними возникли силуэты. Сначала неясные, расплывчатые, но с каждой секундой обретавшие форму. Горстка людей, окружённых сиянием, их фигуры пропитаны силой, что выходила за пределы обычного понимания магии. Они были первыми магами, теми, кто стоял у истоков света, теми, кто создал то, что Корин теперь носил в своём сердце.

И в центре этой группы стоял он.

Мужчина, сияющий чистым, ослепляющим светом, его силуэт был почти неземным, его голос раскатывался, как гром.

— КОРИН!

Мощь его слов заставила пространство дрогнуть.

— Ты — будущее света. Останови зло!

Корин, охваченный магической энергией, сделал шаг вперёд, его руки сжались в кулаки.

— Но как?

Голос мага стал твёрдым, его глаза вспыхнули сиянием.

— Уничтожь все артефакты. Все, где есть тьма.

Корин внезапно замер, его сердце забилось быстрее.

— Вы хотите, чтобы я убил Луну?!

Тишина накрыла зал.

— Корин, она дитя тьмы. Если ты не уничтожишь её, она вернётся вновь.

Слова прозвучали, как приговор, как неизбежная истина, но Корин почувствовал, как внутри него вспыхнуло нечто совершенно другое.

— Нет! Нет! Никогда! — его голос пронёсся сквозь пространство, наполненный болью и решимостью. — Вы слышите?! Никогда! Она моя жена!

Мужчина с сиянием лишь наблюдал.

— Ты сделаешь это, Корин. Или Фейри помогут тебе.

Он протянул руку, и в этот миг сила света пронзила Корина, проникая в его самую суть.

— Я дарую тебе полный контроль над твоей силой. Используй её правильно.

Как только его пальцы коснулись Корина, тот почувствовал, как его магия изменилась. Она больше не бушевала в нём без порядка, больше не была вспышками неконтролируемой энергии. Теперь она подчинялась ему, была частью его воли.

Корин тяжело дышал, чувствуя, как тепло силы разлилось внутри него, но он знал — он сам решит, как ей распоряжаться.

— Спасибо вам. Но я сам решу, как быть.

Он взмахнул руками, его магия разорвала пространство, и открылся портал обратно.

— Стой, мы ещё не закончили! — Фейри шагнули к нему, но Корин уже был готов уйти.

— Нет! Я не позволю вам убить Луну! Я справлюсь сам!

Леона в отчаянии потянулась к нему, её голос дрожал.

— Корин, нет!

Он взглянул на неё, его глаза сияли решимостью.

— Я вернусь за вами. Мы остановим тьму, и я вернусь. Для вас пройдёт несколько часов, а для меня — месяцы. Я одолею Кору, и вы увидите, что Луна тут ни при чём!

Корин тяжело поднялся из воды, чувствуя, как магия Озера Памяти ещё вибрирует внутри него, оставляя странное ощущение разорванного времени. Пространство казалось чужим, а воздух был свежим, наполненным тихим утренним светом, прорывающимся через стеклянный купол зала.

Он моргнул, пытаясь осознать реальность.

— Сколько же времени прошло?!

Корин стоял, глядя на озеро, где отражались солнечные лучи, играя на его поверхности словно живые искры. Он знал, что все Фейри остались там, в мире духов, ожидая момента, когда он сможет их освободить. Их голоса всё ещё звучали в его голове, их пророчества давили на его разум.

Но он не допустит, чтобы они убили Луну.

Его пальцы дрогнули, ощущая, как внутри него пульсирует новая сила — мощная, контролируемая, покорная его воле. Теперь он не просто обладал магией света — он управлял ей. И он знал, что с этой силой сможет уничтожить Кору, сможет защитить Элинор.

Мир изменился. Его война стала личной.

Он больше не сомневался.

Больше не боялся.

Кора падёт.

И Луна выживет.

Корин развернулся, оставляя озеро позади. Ему предстояло встретиться с битвой, которая станет самой важной в его жизни.

Настало время дать отпор тьме.

И он не уступит ни шагу.

2.5

Глава 5

Пока Корина не было в Элиноре, враг решил нанести сокрушительный удар.

Весть о его исчезновении, переданная феями, разнеслась по всей столице, вызвав среди людей тревогу и страх. Корин был символом сопротивления, последней надеждой Альтеры, и теперь, когда его не было, тьма увидела в этом возможность.

Кора сидела в своём древесном троне, её кожа напоминала застывшую кору векового дерева, а руки, ранее недвижимые, теперь медленно двигались, переполненные пробудившейся силой. Она чувствовала это—момент, которого ждала.

— Наш час настал! — прошипела она, её голос был низким и хищным.

По залу пронёсся холодный ветер, пробежавший среди теневых воинов, чьи силуэты колебались в полумраке, словно сами были сотканы из густых теней. Их безликие лица скрывали истинную природу, но их сила была очевидна.

— Наше войско возросло! — продолжала Кора, в её глазах вспыхнул зловещий блеск. — Десять тысяч воинов. Мы нападём на столицу, убьём всех. А тех, кого не убьём—превратим в камень.

Слова Коры проникли в сознание её подчинённых, заставив тень вокруг дрожать от предвкушения. Это было их дарование, проклятая сила теневых воинов—их укусы обращали жертву в каменную статую, лишённую жизни навечно.

Величественный зал темных сил наполнялся движением. Карбон и Симальда, её верные стратеги, собирали армию, готовясь к наступлению.

— Может, нам ударить сразу по всем большим городам? — спросила Симальда, её голос был пропитан расчетом, но Кора лишь ощерилась.

— Нет! — её рык был подобен раскату грома. — **Наша цель—Альтера. Столица уже в полуразрухе. Мы уничтожим её до последнего камня!

Кора подняла руку, её пальцы сжались, будто бы уже держали разбитую корону Элинора.

— Люди построили этот первейший город, истребляя существ, населяющих эти земли. Теперь я уничтожу этот город до основания!

Армия двигалась. Тени сгущались.

Луна медленно открыла глаза, её взгляд встретил золотистые лучи солнца, пробивающиеся сквозь полуразрушенные ставни. Дни без сознания пронеслись мимо неё, унося её далеко от реальности, но теперь мир вновь вернулся к ней, и с каждой секундой осознание приходило всё ярче.

Комната была пуста. Ни звука, ни движения, ни знакомых силуэтов рядом. Только тишина, давящая и настороженная.

Она осторожно поднялась, ноги слегка дрожали после долгого сна, но ей нужно было идти. Она должна была понять, что происходит.

Коридоры дворца тонули в безмолвии, наполненном запахом пыли и разрушений. Глубокие трещины в каменных стенах прорезали их, словно давно забытые раны, а витражные окна, некогда сияющие отражением света, теперь были выбиты, оставляя лишь острые осколки стекла, что мерцали под солнечными бликами.

Каждый шаг отзывался эхом, заполняя пустоту пространства, словно сам замок отвечал ей своей скорбью.

Луна подошла к массивной двери тронного зала, сердце её билось в тревожном ритме. Она толкнула тяжёлые створки, и они с приглушённым скрипом распахнулись, открывая перед ней пустоту.

Тронный зал был безжизненным.

Ни одного рыцаря, ни одного советника, ни даже эха прежних голосов.

Её губы дрогнули, когда единственные слова сорвались с них, наполненные растерянностью.

— Где все?!

Луна замерла, её дыхание сбилось, когда до её слуха донеслись взволнованные голоса, прорезающие тревожное молчание дворца.

— Нам не нужны укрепления! — голос Софии звучал напряжённо, пропитанный решимостью. — Строй и телеги, мы должны спасти людей! Нам никто не поможет! Звери ушли под землю в страхе!

Луна сделала шаг вперёд, её сердце забилось быстрее.

— София!

Женщина, стоявшая среди солдат, резко обернулась, её глаза расширились в шоке. На миг её губы дрогнули, будто она не верила собственным глазам.

— Луна… девочка!

София бросилась к ней, заключая её в объятия с силой, будто хотела убедиться, что это действительно она. Луна почувствовала тепло её рук, почувствовала, как дрожит воздух от напряжённости момента.

София что случилось? Где все где Корин? Та нервно посмотрела - ох он он исчез более месяца назад, он отправился на поиски Фейри, но мы упустили его из вида. А когда эта новость дошла до коры она перестала скрываться, на севере она начала двигаться сюда к столице. Луну пошатнуло. - это конец?

Луна почувствовала, как внутри неё всё сжалось, когда София произнесла эти слова. Корин исчез. **Более месяца назад.

Она едва удержалась, чтобы не схватиться за ближайшую колонну, голова закружилась от нахлынувших эмоций. Её муж, её король, тот, кто держал Элинор на грани выживания, пропал.

— Это конец?

София быстро покачала головой, стараясь не показывать страха.

— Мы эвакуируем людей. Столица не оправилась после вторжения Феликса. Мы отправляем жителей в мой восточный город.

Луна нервно провела рукой по волосам, пытаясь осмыслить происходящее.

— У нас есть шансы на победу?

София взглянула на неё серьёзно, затем коротко кивнула.

— Пойдём на совет. Тебе там место.

Луна даже не успела собраться, но она должна была услышать это сама. Она кинулась за Софией в зал совета, и как только двери распахнулись, воздух наполнился неожиданной тишиной.

Во главе стола сидела Алиса, рядом с ней—Елизавета Гемени и Гертруда Пичес.

— Её Величество, королева! — громко объявила София, входя.

Все замерли.

— Луна?! Королева?!

Гертруда прикрыла губы рукой, Елизавета застыла, а Алиса резко нахмурилась.

— Вы в сознании.

Но в её голосе не было радости.

Луна почувствовала, как враждебность пронизывает зал. Алиса смотрела на неё оценивающе, в её глазах читалась твёрдость.

— Я, конечно, рада вашему выздоровлению, — её голос был холоден, но аккуратно выдержан. — Но вы не Легаро. Я не дам вам права руководить страной, пока вокруг хаос.

Её слова были резкими, но она продолжала:

— Стабильность—ключ к успеху, и до возвращения Корина я буду регентом по праву крови!

Луна смотрела на неё спокойно, её губы дрогнули от неожиданности. Она не собиралась сопротивляться.

— Я не претендую, Алиса! Может, вы ещё свою старшую сестру позовёте? Она тоже рвалась к власти в своё время.

Алиса сжала губы, её глаза вспыхнули возмущением, но прежде чем она успела ответить, София решительно шагнула вперёд.

— Хватит!

Громкий голос Софии резко отсёк напряжение.

— Тьма идёт, а вы спорите. Пару дней—и они будут здесь!

Она оглянулась, её слова резали воздух.

— Алекс и северное войско скоро прибудут. Нам нужно подготовить места для войск, а не ссориться!

Луна крепко сжала руки, её сердце колотилось от тревоги.

— Нам нужна помощь.

Она оглянулась на совет, её голос был напряжённым, но в нём звучала решимость.

— Мы должны обратиться к Элизабет и Каю. Они помогут.

Тишина взорвалась возмущением.

— Ты сошла с ума!

Гертруда отступила, словно её слова сами толкнули её назад.

— Они враги!

Алиса сощурилась, её взгляд стал острым, как клинок.

— Элизабет пыталась уничтожить тебя, она никогда не была союзником!

Но Луна, едва слыша их протесты, шагнула ближе, её глаза сияли убеждённостью.

— А если мы ошибаемся?

Она перевела дыхание, её голос стал твёрже.

— Что, если Кора — общий враг? Война уже началась, и если мы будем драться друг с другом, Элинор падёт прежде, чем мы успеем дать отпор!

В зале никто не ответил сразу. И в этой тишине, напряжённой и тревожной, рождалось решение, которое могло перевернуть ход всей войны.

Луна почувствовала, как энергия заструилась по её пальцам, мягким потоком света проникая в её ладони. Она сосредоточилась, её тело начало подниматься, и воздух вокруг дрогнул от магии, насыщаясь искрами её силы.

Она должна была это сделать. Она должна была добраться до Элизабет и Кая.

Но прежде чем она успела набрать высоту, воздух разрезал отчаянный крик.

— Нет! Остановите её!

Алиса шагнула вперёд, её взгляд пылал гневом, а руки дрожали от выброшенной силы.

— Она не должна отправиться к моей сестре!

Свет, рождённый её магией, вырвался в воздух, его потоки слабые, но всё ещё насыщенные решимостью. Луча хватило, чтобы сбить направление Луны, заставив её слегка качнуться в потоке энергии.

Но было уже слишком поздно

Луна стиснула зубы, её магия вспыхнула ярче.

— Ты не остановишь меня, Алиса.

Её глаза засияли, и поток магии взметнулся вокруг неё, отталкивая слабые лучи Алисы прочь.

Алиса ещё мгновение стояла в зале, наблюдая, как Луна взлетает, её свет постепенно теряется за окнами дворца. Её губы дрогнули, но она не произнесла ни слова.

— Это немыслимо! — воскликнула она, но София, вместо того чтобы поддержать возмущение, осталась спокойной.

— Продолжим укреплять город. Пусть Луна летит, она сильна и хочет помочь.

Алиса взглянула на неё, её глаза были холодными, но в них читалось что-то ещё—разочарование, тревога, гнев, смешанные в одно чувство.

— Делайте что хотите!

Её слова прозвучали резко, почти отрывисто, как последний аккорд недовольства. Не сказав больше ни слова, она развернулась и покинула зал, шаги её были быстрыми, а спина напряжённой.

Луна летела сквозь ночное небо, её крылья прорезали темноту, а мысли уже были в доме семьи Скорпио. Она чувствовала усталость, но её решимость была непоколебима. Ещё немного, ещё несколько мгновений, и она доберётся до цели.

Но внезапно воздух сгустился.

Из тьмы вырвался шар чёрной магии, несущий с собой пронизывающий холод. Удар был быстрым, точным. Луна не успела защититься. Магия впилась в неё, охватив тело тяжестью, как если бы сама ночь сомкнулась вокруг её души.

Она падала.

Чёрное небо разорвалось в дрожащем вихре, и земля стремительно приближалась.

Тьма поглотила её.

Когда она очнулась, её дыхание было сбивчивым. В воздухе пахло сыростью, а тело казалось скованным. Она попыталась пошевелиться, но верёвки удерживали её, холодные и тугие.

Луна подняла голову, её глаза встретились со знакомыми лицами.

Скарлет и Карлоф.

Скарлет ухмыльнулась, её взгляд блестел жестокой насмешкой.

— Очнулась!

Карлоф, высокий, тяжёлый, шагнул ближе, держа верёвку крепко.

— Мы долго пытались тебя изловить, но в столице — стража.

Её сердце забилось быстрее.

— Куда вы меня тащите?!

Но ответа не последовало.

Они двигались вперёд, вытягивая её за собой по холодной земле.

Прошла неделя, но от Луны не было ни слуха, ни весточки**. Напряжение росло, тревога окутала столицу, словно грозовое облако, готовое прорваться бурей. Люди смотрели в небо, надеясь увидеть её свет, но он не возвращался.

Тем временем армия севера, во главе с Алекс, достигла столицы. Громкие шаги тысяч солдат перекрыли улицы Альтеры, знамена развевались в воздухе, предвещая решающий бой.

Алекс с прямой спиной шагнула в зал совета и, преклонив колено, склонила голову перед Алисой.

— Моя госпожа, я привела северное войско!

Алиса оглядела её, во взгляде мелькнуло одобрение.

— Очень хорошо, спасибо тебе, Алекс. Ты достойный генерал Элинора.

Она на мгновение задумалась, затем добавила:

— А лорд и леди севера прибыли с тобой?

Алекс качнула головой.

— Нет, миледи. Они решили не бросать свой город. Если мы потерпим поражение, они примут нас за укреплёнными вратами.

Алиса медленно кивнула.

— Хорошо.

Она окинула взглядом воинов.

— Звери нам не помогут. Мы должны справляться своими силами. Ройте окопы, укрепляйте стены, готовьтесь к обороне. Мы должны защитить Альтеру.

Тревога висела над столицей, сжимая сердца её защитников. Несколько дней прошли в ожидании удара—солдаты стояли на укреплениях, их мечи и копья мерцали в лунном свете, но враг не приходил.

Совет заседал без перерыва, склонившись над картами и стратегическими планами, обсуждая возможные маршруты атаки, предугадывая каждый шаг Коры. Молчание врага давило на нервы, каждая минута без действия казалась подозрительной.

Но в ту ночь двое прорвались сквозь темноту.

Карбон и Симальда, Фейри, пропитанные тенью, парили высоко над городом, их крылья едва слышно дрожали в ночном воздухе. Внизу, среди башен, стража не подозревала об их приближении.

Бесшумно они опустились на верхнюю платформу западной башни.

Карбон кивнул Симальде, и, не теряя времени, они скользнули вниз, минуя охранников, лавируя между каменными стенами, спускаясь всё ниже, пока не достигли тронного зала.

Там царила пустота.

Трон, некогда сияющий в золоте, теперь стоял бесхозно, а в воздухе висела гнетущая тишина.

Карбон первым шагнул вперёд, его пальцы, испачканные угольной пылью, опустились на гладкий каменный пол. Симальда последовала его примеру, и вскоре чёрные линии начали складываться в зловещий круг.

Фигуры были необычными, древние символы переплетались, испуская слабое свечение в лунном свете.

— Это должно сработать… — тихо пробормотала Симальда, её голос был напряжённым, но уверенным.

Карбон не ответил, лишь продолжал рисовать, пока их работа не была завершена.

Чёрный круг дрожал, словно сама тьма жила внутри него, затаившись в ожидании момента, когда сможет вырваться наружу. Магия стелилась по каменному полу, извиваясь в призрачных волнах, и воздух наполнился зловещей дрожью.

И вдруг, из самого сердца мрака, двое теневых стражей шагнули вперёд. Их силуэты были лишены очертаний, словно сами они были сотканы из ночного ужаса. Из их рук на древесном троне возникла дряхлая старуха, её глаза вспыхнули ледяным блеском.

За ней, медленно, но неотвратимо, поднимались остальные—тени, призванные из глубин магии, воинство, готовое уничтожить мир.

Карбон шагнул вперёд, его голос раскатился по пустому тронному залу, словно удар грома.

— Вперёд! Убить всех! Разрушить город!

Его слова заполнили тьму, заставляя призванных существ дрогнуть от ярости, от жажды уничтожения.

Симальда сделала шаг ближе, её глаза сияли злым ликованием, она обернулась к госпоже, ожидая её приказа.

— Госпожа, мы готовы!

Старуха медленно подняла голову, её пальцы скользнули по деревянным подлокотникам трона, и в этот момент воздух стал ледяным.

Тьма хлынула в город, как бушующий шторм. Из круга, сияющего зловещим мраком, один за другим выходили теневые воины—их безликие фигуры двигались бесшумно, но в каждом шаге чувствовалась предстоящая резня. Они разбегались по столице, устремляясь к её улицам, её домам, её сердцу.

Некоторые направились прямо во дворец. Стражи падали один за другим, их мечи и копья проходили сквозь тела этих существ без малейшего эффекта, словно они пытались бороться с самой ночной бездной.

Зал заседаний задрожал от внезапного гула криков.

— Что там?! — София вскочила, её глаза вспыхнули тревогой.

Алекс уже схватила меч, её пальцы крепко сжали рукоять.

— Я узнаю.

Она распахнула двери, и взгляд её застыл—в коридорах дворца разворачивалась резня. Стражи, слуги, даже советники, застигнутые врасплох, падали под ударами теневых воинов. Их оружие было бесполезно.

Алекс стиснула зубы, шагнула вперёд, вступая в бой.

Её меч прорезал воздух, его металл ударил по теневым фигурам, но не оставил ни следа. Ужас пробежал по её спине—она не могла их убить. Света в ней не было, а тьма не боялась её клинка.

Но она не могла остановиться.

Она отступала, сдерживая натиск, отталкивая удары, уворачиваясь. В её дыхании чувствовался гнев—ей нужна была магия света, иначе она не продержится долго.

Советники, увидев, что происходит, вышли к ней, их лица были полны ужаса, но они бросились в бой, помогая оттеснить врагов. Их усилия были отчаянными, и наконец, удалось отогнать первых воинов, дать себе миг передышки.

Они ворвались обратно в зал заседаний, баррикадируя двери.

Тяжёлое дыхание заполнило пространство.

— Они везде… — сказал один из советников, его голос дрожал.

Алекс сжала рукоять меча, её глаза горели яростью.

— Мы не можем их остановить. Тьма уже здесь.

Гул ударов об двери стал оглушающим, каждый новый удар приближал неизбежное. Древесные створки трещали, сдерживая натиск теневых воинов, но было ясно — они не выдержат.

Алиса шагнула вперёд, её лицо оставалось спокойным, даже когда в глазах других уже читалось отчаяние.

— Бегите, когда я дам знак!

Никто не понимал, что она имела в виду, но не было времени на вопросы.

Треск древесины превратился в глухой раскат, и в следующий миг дверь сломалась, разлетаясь в щепки, словно под натиском живой тьмы.

Алиса выставила руки вперёд.

Из её ладоней вырвались слабые лучи света, не яркие, не ослепляющие, но точные. Они прорезали воздух и попали в теневых воинов, заставляя их раствориться мгновенно, исчезая в вихре света.

— Ну же, бегите! — крик её дрожал в напряжении момента.

Но Алекс не двигалась.

— Нет, я вас не оставлю!

Она шагнула ближе, её пальцы крепко взяли под руку ослабевшую Алису, удерживая её, не давая упасть.

Теневые воины продолжали прорываться, тьма была бесконечна, но Алиса продолжала отбивать их, сдерживая потоки ночи, давая другим шанс уцелеть.

Все, кто был в зале, бросились вниз, направляясь в подземелье, где находился тайный выход.

Они мчались по извилистым коридорам подземелья, их шаги гулко отдавались в каменных стенах, а воздух был пропитан сыростью и пылью веков. Позади них, за запертыми дверями, продолжалась битва, но теперь они были в другой реальности—в глубинах дворца, где свет не касался каменных плит.

Внезапно София резко остановилась, её глаза широко распахнулись от осознания.

— Стойте!

Её голос, напряжённый и твёрдый, заставил всех замереть.

— В подземелье есть люди в тюрьмах. Мы что, просто бросим их? Они умрут под руинами!

Наступила тяжёлая пауза.

Они не могли уйти, оставив узников погибнуть, зарытыми в каменных стенах. Это был не просто побег, это был выбор.

— Ты права.

Алекс первая шагнула в сторону ближайших дверей, её пальцы сжались на рукояти меча. Остальные последовали её примеру, направляясь в самые глубокие камеры.

Они начали освобождать заключённых, среди которых были Совет при Кае—Станислав Кансер и Джими Аквариус, а также Роуз, женщина, чья история была переплетена с судьбой Элинора.

Станислав, высокий и сдержанный, напряжённо оглянулся на них.

— Вы спасаете нас?

Джими, цепляясь за остатки своих сил, откинулся назад, его глаза светились слабым, но благодарным блеском.

— Если мы выйдем, мы поможем вам.

Роуз, охваченная неожиданной свободой, молча кивнула, уже понимая, что это—их единственный шанс.

Тусклые факелы дрожали в сыром воздухе подземелья, отбрасывая рваные тени на древние стены. Они бежали, их шаги отдавались эхом, гулким и тревожным, сопровождая их напряжённый побег.

Позади, в глубинах каменных коридоров, всё ещё слышались отдалённые удары, шёпот гибнущего дворца.

Роуз бежала наравне с остальными, её глаза сверкали холодной решимостью.

— Я говорила убейте девчонку, но вы меня не слушали!

Её голос прорезал воздух, но никто не ответил. Никто уже не спорил—время для споров прошло.

Алекс резко оглянулась на Алису, её руки всё ещё поддерживали ослабленную госпожу.

— Куда нам бежать?!

Алиса тяжело дышала, её лицо было бледным, но разум оставался ясным.

— До востока мы не доберёмся пешком. Нас догонят.

Она перевела взгляд, её голос стал хриплым, но твёрдым.

— Придётся идти в Перешеек Смерти. К Элизабет и Каю.

Мгновенная тишина окутала их.

Решение было опасным. Непредсказуемым. Никто не знал, что их ждёт там.

Но выбора не было.

Они шагнули из тёмного прохода, и свежий воздух окутал их, но он не был ни чистым, ни живым. Запах дыма и пепла разносился по просторам, проникая в лёгкие, пропитывая ткань их одежды.

Альтера лежала перед ними, умирающая.

Величественный замок, некогда сияющий под небесами, теперь рассыпался в руинах. Его башни, символ стойкости и силы, рушились, словно карточный дом, их каменные блоки гремели, разлетаясь в сторону.

Город погружался в хаос.

Огненные всполохи вырывались из домов, их языки пылали, пожирая улицы, пожирая надежду. Крики людей прорезали ночной воздух, звуча даже отсюда, где они стояли далеко от центра бедствия.

София сжала кулаки, её взгляд был тяжёлым.

— Старейший город Элинора… разрушен.

Её голос дрогнул, но она не плакала. Теперь было не время для слёз.

Алекс стиснула зубы, её рука легла на рукоять меча.

— Мы не можем просто стоять.

Алекс стояла неподвижно, её глаза были устремлены в горящий город, в рушащиеся стены, в хаос, который поглощал Альтеру. Огонь отражался в её взгляде, его отблески плясали на её коже, но она не отводила глаз.

— Мы не можем просто уйти.

Её голос был глухим, напряжённым, но в нём не было сомнений.

Алиса шагнула ближе, её руки сжались в тревоге.

— Алекс, послушай меня! Мы просто погибнем там. Мы не можем помочь, не сейчас!

Алекс стиснула зубы, её пальцы дрожали от сдерживаемой ярости.

— Но и бросить их я не могу!

Она шагнула вперёд, но в этот миг София схватила её за руку, её хватка была твёрдой, но не грубой.

— Алиса права.

Её голос был спокойнее, но в нём читалась неизбежность.

— Ты хочешь умереть ради них? А если ты можешь спасти их позже, когда у нас будет шанс?

Алекс на миг замерла.

Пламя отражалось в её глазах, и в нём бушевала борьба—гнев против здравого смысла, долг против невозможности.

Она закрыла глаза, её дыхание было тяжёлым.

Затем она разжала пальцы.

— Ладно. Тогда мы уходим.

Но её голос был пропитан яростью.

Они развернулись, оставляя за собой умирающий город.

Огонь бушевал над руинами Альтеры, его языки пожирали остатки некогда величественного города, превращая улицы в пепельные могилы. Каменные арки обрушивались, крыши домов горели, а воздух был пропитан дымом и разлетающимся прахом.

На вершине разрушенной башни стояли Карбон и Симальда, их силуэты дрожали в свете пламени, но в их глазах сияла победа.

Карбон раскинул руки, его голос прорезал ревущий ветер.

— Мы уничтожим всё. Когда вернётся Корин, ему просто нечего будет восстанавливать!

Симальда ухмыльнулась, её губы изогнулись в жестокой улыбке.

— Никакой короны, никакого трона, никакого города. Он будет королём пустоты.

Они наблюдали, как тени продолжают разносить обломки, как стены падают, как последние защитники пытаются бежать, но тьма их настигала.

Густой дым клубился над руинами, пропитывая воздух горечью сожжённых улиц. Каменные арки, некогда возвышавшиеся над площадями Альтеры, теперь лежали в обломках, а огненные языки ещё пылали на остатках дворцовых стен.

Скарлет и Карлоф привели Луну прямо в этот хаос, её шаги были скованными от верёвок, а сердце тяжело билось в груди.

Когда Карлоф, наконец, осмотрелся, его глаза расширились в ужасе.

— Это что… столица?

Его голос был пропитан недоверием, он не мог поверить в то, что видел перед собой. Альтера была уничтожена.

Скарлет резко обернулась, её губы дрогнули от раздражения.

— А как ты хотел строить новый мир?!

Её глаза вспыхнули опасным блеском, и она шагнула ближе, глядя на разрушенный город без сожаления.

— Кора создаст новый магический мир. Но для этого нужно уничтожить старый!

Она перевела взгляд на Луну, её губы изогнулись в жестокой усмешке.

— Скоро она наберёт мощь. Ей просто нужно время… и девчонка.

Луна попыталась вырваться, но верёвки были слишком тугими.

Она осознала — её привели сюда не просто так.

Луну бросили на холодный каменный пол, её тело дрожало от напряжения, но она не собиралась поддаваться страху.

Кора медленно шагнула к ней, её движения были медлительными, но в них читалась уверенность, пропитанная древней силой. Её костлявые пальцы скользнули к лицу Луны, хватка была жёсткой, давящей.

— Ты вздумала от меня бегать!

Её голос был хриплым, словно пропитанным временем, её дыхание пахло сыростью и тьмой.

Луна задёргалась, пытаясь вырваться, но хватка Коры не ослабевала.

— Глупая.

Старуха наклонилась ближе, её глаза блестели темной магией.

— Ты же моя кровь. Я не убью тебя. Мне просто нужна твоя сила!

Её губы дрогнули в жестокой улыбке.

— Я восстановлюсь! Мы создадим новый мир и будем править вместе!

Луна резко отвела лицо, её сердце билось быстро, но она не собиралась принимать этот безумный мир.

— Вы хотите всех убить. Вы зло!

Глаза Коры сузились, в них вспыхнула холодная ненависть.

— Это они тебе сказали, да? Грязные людишки. Всё из-за них. Историю пишут победители!

Её голос прорезал воздух, наполняя пространство тяжестью.

— Но ты узнаешь правду. Я покажу её тебе, когда верну свои силы!

Луна замерла, её мысли путались.

Она не знала, верить ли ей.

Но бороться больше было бесполезно—её тело ослабело, она просто перестала дергаться.

Она подняла взгляд, её губы дрогнули, но слова прозвучали твёрдо.

— Корин придёт. Он убьёт тебя.

Кора улыбнулась.

— Посмотрим.

Кора стояла перед Луной, её глаза сияли холодным светом, отражая безграничную уверенность в своих словах.

— Скоро все люди погибнут.

Её голос был пропитан ожиданием, словно она произносила не угрозу, а неизбежность.

— Я восстановлю свои силы к тому моменту и воссоздам новый мир. Мир магии. Люди больше не будут править. Звери выйдут из своих убежищ, другие существа заполнят остров. А когда их станет больше—мы создадим войско.

Её губы дрогнули в жестокой усмешке.

— Мы выйдем за купол и захватим весь мир!

Луна смотрела на неё, её глаза пылали не страхом, а отчаянием.

— Нет! Пожалуйста, останови их!

Она сделала попытку вырваться, но Кора не отпустила её, крепко держа, словно удерживая саму судьбу в своих пальцах.

— Почему ты такая?

Луна тяжело дышала, её слова звучали не просто как упрёк, но как мольба.

— Почему ты не любишь людей? Почему?!

Кора ухмыльнулась, но в её улыбке не было злорадства—была тайна.

— Я покажу тебе.

Она медленно склонилась ближе, её голос зазвучал нежданно мягко, но это мягкость тьмы.

— Я покажу! Дай мне время до полнолуния и новую восстановленную кровь!

Она отступила, её глаза мерцали в ожидании.

— Я покажу тебе свою историю… и ты увидишь, что есть правда.

Луна застыла.

Эти слова зацепили что-то внутри неё.

Она не знала, стоит ли ей верить.

Но в этот миг она перестала дёргаться.

Потому что бороться сейчас было бесполезно.

Единственное, что осталось—это ждать.

Совет в это время добрался до перешейка, все грязные и усталые.

Тёмные тени легли на стены зала, факелы мерцали тревожным светом, отбрасывая рваные отблески на каменные колонны. Совет вошёл, их шаги были тяжёлыми, одежда пропитана пылью и грязью, но это уже не имело значения.

На возвышении, в центре зала, стоял трон—не настоящий, лишь его прообраз символ власти, возведённый не ради короны, а ради утверждения правды, той, что существовала лишь для одной женщины.

Элизабет сидела на нём, её глаза вспыхнули насмешкой, когда взгляд встретился с Алисой.

—Ну здравствуй, сестра!

Её голос был пропитан торжеством.

— Вот и вновь все на своём месте!

Алиса медленно подошла, её взгляд оставался ровным, но в нём скользнула тень раздражения.

— Что это? Зачем ты сделала подобие трона?

Элизабет ухмыльнулась.

— Это правосудие.

Она провела рукой по подлокотнику, словно подтверждая, что её место здесь не случайность, а судьба.

— Я вновь на троне! А мой сын Кай и его жена—будущее трона. Она уже беременна! Скоро родится мой внук!

Её голос поднялся, наполнив зал гордостью, но в нём таилась и язвительная победа.

— Семейство Легаро будет процветать только через меня, а не через тебя или нашу покойную Викторию!

Алиса не дрогнула.

Она лишь спокойно посмотрела на Элизабет, её голос прозвучал ровно, почти лениво, но в нём чувствовалась сталь.

— Строй и дальше своё выдуманное королевство.

Она чуть склонила голову, её слова были холодны, но не лишены правды.

— Тебе не победить. Кора уничтожила Альтеру. Ты думаешь, это маленькое поселение уцелеет?

Элизабет не отступила.

Её пальцы сжались на троне, но её улыбка не исчезла.

Зал осветился отблесками золотистого сияния, отражённого от острых лезвий мечей. Рыцари, вооружённые светом, стояли ровными рядами, их силуэты величественно возвышались среди каменных колонн.

Элизабет шагнула вперёд, её губы дрогнули в самодовольной улыбке.

— О, моя дорогая сестра… Пока вы добирались, отряд теней уже посетил нас. Мы убили всех.

Алиса не дрогнула, лишь холодно усмехнулась, её глаза блеснули насмешливым вызовом.

— Лишь свет может их убить! Неужто у тебя вдруг появились таланты света?

Элизабет рассмеялась, её смех был глубоким, почти искрящимся от торжества.

— Таланты тут не нужны!

Она махнула рукой, и рыцари шагнули в центр зала, их мечи сияли золотым блеском, переливаясь в факельном свете.

Алиса напряглась, её глаза расширились в изумлении.

— Что это?!

Элизабет мягко улыбнулась, её голос зазвучал учительно, как будто она раскрывала великую тайну.

— Это мой свет! Ты не знала, что его можно передать орудию?

Алекс сделала шаг назад, её руки сжались, дыхание стало тяжелее.

— Ты всё равно не победишь!

Она произнесла это резко, но уверенно, её голос был пропитан вызовом.

— Её войско велико, а у тебя только пару сотен!

Элизабет неспешно поднялась с трона, её движения были наполнены уверенностью.

— Ох, кто сказал, что у меня не будет союзников?

Её глаза вспыхнули, и голос стал ещё тверже.

— Вспомни Леди Запада. Она сделает всё, чтобы спасти своего сына. Её люди уже едут сюда с орудием!

Алиса вскочила, её ярость прорезала воздух, её пальцы дрогнули от напряжения.

— Тебе не хватит сил обратить столько орудий!

Но Элизабет не дрогнула.

— Ох, я буду не одна.

И в этот момент из тени вышли стражи.

Они двигались тихо, но их приближение было неумолимым.

Скрип металла прорезал тишину, когда цепи сомкнулись на руках пришедших.

Алиса, Алекс, София—все, кроме бывшего совета Кая, были схвачены.

Элизабет шагнула ближе, её глаза сияли холодной решимостью.

— Ты, Алиса, будешь создавать мечи света.

Она склонилась ближе, её голос стал леденящим шёпотом.

— А если нет… я убью твоих спутников.

Алиса стояла в центре зала, её руки дрожали от усталости, но магия света продолжала струиться из её ладоней, заполняя металл сиянием, придавая ему силу, способную уничтожить теневых воинов.

Её тело ослабело, но ей не дали остановиться.

Стражи наблюдали, готовые заставить её продолжить, готовые потребовать ещё больше мечей, ещё больше орудий.

В этот момент двери резко распахнулись, и в зал вошёл гонец.

Он был грязен, его одежды пропитаны пылью дорог, лицо покрыто потом от долгого пути. В его глазах читалась тревога, а дыхание было прерывистым.

— Госпожа… Почти все маленькие города пали.

Тишина разорвала пространство.

Слова гонца ударили в воздух, как удар грома, и вдруг всё стало реальным—разрушение, гибель, пустота, которая сжимала мир в своей тёмной хватке.

Кай, стоявший рядом с Элизабет, напрягся, его лицо стало бледным.

Он сделал шаг вперёд, его голос прозвучал неуверенно, но искренне.

— Матушка, вы уверены, что мы продержимся?

Элизабет медленно повернулась к нему, её взгляд был спокойным, но в этом спокойствии таилось нечто большее.

Она протянула руку, коснувшись его плеча, её голос прозвучал твердо, непреклонно.

— Всё будет как должно быть, сын мой.

Пыль и пепел смешались с воздухом, словно сама земля скорбела.

Алиса сидела в темнице, её пальцы дрожали, сжимая край одежды, но её лицо оставалось неподвижным, замкнутым в границах боли, которую невозможно выразить.

— Долина Равновесия пала…

Её голос был тихим, почти безжизненным, как у человека, у которого уже не осталось слёз.

— Это была наша родня… Мой кузен был их лордом.

Она опустила голову, но ненадолго.

— И ещё ни один дом падёт в этой тьме.

Её слова прозвучали как клятва, непоколебимая, даже среди руин.

В это мгновение, сквозь слабые разговоры охранников, донеслись новости.

Водная Долина… пала.

Алиса медленно подняла голову.

— Джими…

Её дыхание стало прерывистым. Лорд Джими был здесь, при Элизабет, но вся его семья, все, погибли в погромах.

Но это был не конец.

Бараний Холм… разрушен.

Замок Алекс пал.

Её родина была стерта.

И затем последнее известие.

Бычий Холм… лорд погиб.

Алиса закрыла глаза на мгновение.

Огонь сжёг их земли. Тьма поглотила их дома. История их семей оборвалась.

Она медленно выдохнула, её пальцы напряглись.

— Элизабет хочет править. Кора хочет уничтожить все, а я ничего не могу сделать.

Тяжёлое дыхание повисло в воздухе, затихая, словно сама комната лишилась жизни вместе с ней.

Алиса рухнула, её тело больше не сопротивлялось, не боролось—оно просто остановилось.

Лекари бросились к ней, их руки дрожали, их голоса наполнились паникой, но время неумолимо.

— Дыши…!

Шёпот заполнил пространство, но ответа не было.

Её губы остались неподвижными, её грудь не поднималась.

Алиса отдала всё, вложила себя в свет, но теперь свет не мог спасти её.

Где-то далеко, руины Элинора дрожали в дыме, но она не узнает,

вернётся ли Корин, восстановит ли он город,

или тень поглотила всё навсегда.

Её судьба была решена.

Но судьба мира?

Она всё ещё висела на грани.

Тишина повисла в зале, гнетущая и беспощадная.

Элизабет замерла, её взгляд был пустым, словно разум пытался осознать слова, но сердце отказывалось принимать правду.

— Алиса…

Она прошептала имя сестры, её голос звучал странно, будто разрывался между гневом и невыразимой болью.

— Хоть я и была против семьи, я не хотела её погубить.

Факелы дрожали в ночном воздухе, их свет был тусклым, как будто сами каменные стены скорбели.

Элизабет перевела взгляд вниз, её пальцы сжались в кулак.

— Алиса…

Её голос дрогнул.

— Ты была последней, кто напоминал мне о детстве…

Она не плакала, но в её глазах была пропасть, глубокая, бездонная пустота, которую невозможно заполнить.

Агата, леди Перешейка, мать жены Кая, шагнула ближе, её голос был тревожным, но сдержанным.

— Что будем делать теперь?

Элизабет медленно подняла голову, её взгляд снова стал чётким, без эмоций.

— У нас 400 мечей. Этого хватит для обороны.

Агата напряглась, её губы дрогнули, но она не смела спорить.

— Но вы же хотели захватить Элинор?

В этот миг что-то сломалось.

Элизабет резко развернулась, её голос прорезал воздух яростным криком.

— Какой Элинор?! Мы все можем умереть!

Слова отдались эхом, заполняя холодные стены, превращаясь в удар, который почувствовали все присутствующие.

Она резко вдохнула, её пальцы дрожали от сдерживаемого гнева.

— Молитесь, чтобы Корин вернулся и спас нас. Или эта сумасшедшая старуха убьёт всех.

Агата напряглась, её лицо оставалось невозмутимым, но внутри неё бурлили чувства. Она шагнула назад, затем развернулась и молча покинула комнату.

Но Элизабет остановила её.

— И ещё!

Агата замерла.

Элизабет смотрела прямо на неё, её глаза были суровыми, но полными решимости.

— Отправьте отряд в южные земли. Пусть привезут детей моей покойной дочери.

Она сделала паузу, её голос стал почти хриплым.

— Внуки… моя последняя радость и надежда.

Агата кивнула, её шаги стихли в тёмных коридорах.

Башня была окутана тревогой, стражи молча укрепляли стены, их лица хранили усталость, но никто не жаловался. Свет мечей и луков мерцал, отражаясь на каменных плитах, словно последний бастион надежды среди наступающей тьмы.

Кай наблюдал за ними, его мысли блуждали в разрушенных улицах Элинора, в дыме, который всё ещё поднимался над горизонтом. Потери были огромны, но самое страшное—он не знал, жива ли Луна.

Затем в комнате почти бесшумно появилась Роуз.

— Кай, можно?

Её голос был тихим, осторожным, в нём слышалась тревога. Она подошла к нему и опустилась рядом, её взгляд был потуплен, но в нём скрывалась решимость.

— Кай, прости. Я должна была сбежать с тобой и Луной тогда…

Она сглотнула, её пальцы нервно дрогнули.

— Если бы я не рассказала Тёмному Совету о побеге, всего этого могло бы не быть.

Кай медленно повернулся к ней.

И в этот момент ярость заполнила его.

Он резко схватил её за горло, прижав к стене, его пальцы дрожали от напряжения, но хватка была жестокой.

— Это всё из-за тебя! Все из-за тебя!

Его голос разрывал воздух, в нём не было ни колебания, ни сомнения—лишь чистая ненависть.

— Половина Элинора погибла, а Луна…

Он сжал горло сильнее, его зубы скрипнули.

— Она может умереть!

Роуз дергалась, её дыхание стало прерывистым, хриплым.

Но даже в этот момент её губы дрогнули в горькой усмешке.

— Ты любишь её. Но она никогда не станет твоей.

Её глаза мерцали правдой, даже в страхе.

— Как и Корин никогда не станет моим. Смирись!

Его хватка усилилась, её глаза наполнились слезами, но она не сопротивлялась.

Затем, внезапно, его пальцы дрогнули.

Его дыхание сбилось.

И прежде чем он осознал это, он сжался и прижался к ней, его губы впились в её в гневном, болезненном поцелуе.

Кай отпрянул, его грудь тяжело вздымалась, а руки всё ещё дрожали. Он не знал, почему сделал это—то ли от ярости, то ли от слабости, то ли от невыносимой путаницы внутри себя.

Роуз не оттолкнула его, но её глаза были полны осознания.

— Ты не знаешь, чего хочешь, Кай.

Её голос был тихий, но в нём звучала правда.

Кай резко встал, словно пытался убежать от своих собственных мыслей.

— Это не важно.

Он отвернулся к окну, но мысли пульсировали в его голове.

Город умирал.

Элизабет готовилась к войне.

Алиса мертва.

А Луна…

Он не знал, жива ли она.

Роуз медленно поднялась, её руки дрожали, но она уже не пыталась оправдаться.

— Ты всё ещё можешь выбрать, за что бороться.

Комната пропиталась напряжением, воздух словно застыл, не позволяя ни одному слову звучать легко.

Роуз смотрела прямо в глаза Каю, её пальцы всё ещё лежали на его волосах, но в её взгляде теперь мелькало нечто большее, чем надежда—это была просьба, почти мольба.

— Давай попробуем вновь бороться вместе. Но не за королеву, не за Тёмную Госпожу, не за кого-то ещё. А за себя.

Её голос дрожал, но не от слабости—от решимости.

Кай потерялся на мгновение в этих словах, но затем вспомнил—он всю жизнь был чьим-то пешкой, инструментом для чужих целей.

Но вдруг рядом оказался человек, который, возможно, не любил его, но был готов быть рядом.

Он отступил на шаг, его взгляд стал жёстче.

— Но у меня теперь есть жена. И, похоже, она беременна.

Роуз не дрогнула, её губы изогнулись в горькой усмешке.

— Это твоя мать. Это её указ. Ты же не любишь Лексу. Ты хочешь жить с ней всю жизнь?

Кай стиснул зубы, раздражение вспыхнуло в его глазах.

— С чего ты взяла, что я люблю тебя?!

Он сорвал её руки со своих волос, сделав резкий шаг назад.

— Я… я не знаю, кого люблю!

Его голос наполнился яростью, но в этой ярости звучала растерянность.

— Я хочу быть с Луной! Только с ней!

Роуз отпрянула, её глаза сузились, и вдруг разочарование заполнило её лицо.

— Значит, ты всё-таки продолжаешь слушать свою мать?

Её голос стал глухим, почти усталым.

— Ты не уйдёшь со мной?

Она ждала ответа.

Роуз смотрела на него, её глаза дрожали от напряжения, но в них не было страха—было разочарование, глубокое, пропитанное горечью.

— Уйти куда?..

Её губы дрогнули, но она не отвела взгляд.

—Ты думаешь, стены спасут тебя? Еда, покой—это всё временно. Здесь Кора найдёт тебя. Она найдёт всех.

Она сделала шаг ближе, её голос стал резким, напряжённым.

— Ты боишься умереть? У нас нет выбора, Кай. Либо мы бежим, либо мы подчиняемся. Либо мы сражаемся.

Кай сжал кулаки, его сердце гулко билось в груди.

— Ты не понимаешь. Их слишком много.

Он тяжело вдохнул, его глаза горели сомнением, но не страхом.

— Мы не продержимся долго.

Роуз усмехнулась, но её усмешка была печальной.

— Да, ты прав.

Её голос дрогнул.

— Но знаешь, что хуже?

Она наклонилась ближе, её дыхание коснулось его кожи, её слова звучали почти как предсказание.

— Жить в клетке, зная, что ты мог выбрать что-то другое.

Она развернулась и пошла к выходу, её шаги были медленными, но в них чувствовалась решимость.

Пламя вырвалось из его рук, свернувшись в огненный шар, который с яростным ревом ударился о стену, оставляя на камне обожжённые трещины.

Кай тяжело дышал, его грудь стремительно поднималась и опускалась, а мысли бушевали в голове, подобно этому пламени.

Он был зол.

Не только на Роуз,

не только на себя,

но на весь этот мир, который заставлял его выбирать между долгом, сердцем и страхом.

Огонь погас, оставляя после себя только тепло, исходящее от его ладоней.

Он понимал—ярость его не спасёт.

Ночь накрыла мир густым мраком, но сердце Кая продолжало глухо стучать в тревоге.

Роуз исчезла.

Оставила замок, оставила его, ушла в неизвестность—и теперь её судьба была неведома.

Кай стоял у окна, его пальцы сжались на каменном подоконнике, в его глазах отражалась разруха Элинора.

Города умирали

Луна была в руках Коры.

А единственное, что могло спасти их всех—это чудо.

Но бывают ли чудеса,

когда тьма стала реальностью?

И если да, то кто его принесёт?

Когда уже почти никого не осталос?

Пепел дрожал в воздухе над руинами Альтеры, словно сама земля плакала. Огонь ещё мерцал среди обломков, но уже не с той яростью, что пожирала город—теперь он был лишь отголоском разрушения, тихим напоминанием о прошлом.

На краю обгоревшего дворца стояла Кора, её силуэт отбрасывал странную, колеблющуюся тень на камни, словно магия внутри неё ещё бурлила, переплетаясь с самим воздухом.

Перед ней, ослабшая, измученная, сидела Луна. Её руки дрожали, глаза потемнели, тело становилось всё слабее.

— Скорее бы настала смерть…

Её голос был усталым, почти безжизненным.

Кора улыбнулась, но не жестоко—это была холодная мудрость, пропитанная временем.

— О, моя девочка…

Она шагнула ближе, её пальцы скользнули по воздуху, наполняя его тихим электричеством.

— Я не желаю тебе смерти. Это просто необходимость.

Её голос был мягким, но в этой мягкости таилась неизбежность.

— Я обещала показать тебе настоящую историю Элинора…

Она наклонилась, её глаза встретились с Луной, полными уверенности.

— А не ту перепись, в которой я — зло.

Кора стояла, окутанная тенью, её силуэт дрожал от магии, что пронизывала воздух. Густая тьма, словно живое облако, окутывала древние камни, а пепел разрушенной Альтеры лежал у её ног, став немым свидетельством конца старого мира.

Она протянула руку к Луне, её голос звучал сдержанно, но властно.

— У меня уже хватит сил показать тебе правду, Луна. Подойди ко мне.

Луна замерла, её сердце сжалось от тревоги, но она не отступила.

— Ты кровь моей крови.

Кора обернулась, её пальцы скользнули по древним артефактам, которые советники поднесли ей—камни, наполненные тьмой, сосуды, пропитанные энергией веков, символы магии, которую боялись даже самые сильные чародеи.

Она взяла их без колебаний, её глаза сверкнули.

— Продолжайте уничтожение людей.

Её приказ был неумолимым, и в этот момент тени дрогнули, словно понимали, что этот мир больше не принадлежит людям.

Она перевела взгляд на Луну, её голос стал тише, но не менее страшным.

— А мы уйдём в вечный сон на месяц. Я покажу тебе настоящую историю Элинора.

Тьма сплела своё покровительство, закутывая две фигуры в непроницаемый купол.

Заклинание звучало, словно волны тени накатывали друг на друга, произнося древние слова, которые не принадлежали этому миру.

Луна чувствовала, как её сознание проваливается в глубины сна—но этот сон не был покоем.

Это было путешествие в прошлое.

Кора держала её руки крепко, артефакты между ними вспыхнули, осветив лица мрачным светом.

— Теперь ты увидишь правду.

Её голос был спокоен, но в нём таилось нечто неопределённое.

Купол дрогнул, закрепляя свою силу, его поверхность мерцала, поглощая любую магию извне, любую угрозу, любую возможность прервать то, что должно случиться.

— Тьма, которой все страшились, могла быть не злом, а лишь другой стороной правды.

Но главный вопрос всё ещё стоял перед ней:

Как Кора стала темной?

Была ли она просто воплощением мрака, или же её облик сформировала необходимость, боль, последствия прошлого?

2.6

Глава 6

Давным-давно, когда Элинор ещё был островом мифических созданий, когда магия текла в каждой реке, а леса говорили на языках духов, никто не думал, что этот мир может измениться. Элинор был убежищем — последним прибежищем рас, что бежали от людской жадности. Эльфы, гномы, фейри, великаны и разумные звери жили в равновесии с природой, пока человек не пришёл — случайно, но навсегда. Их города росли, а магические народы — исчезали. Шесть королевств разделили остров, и магия стала тенью былого. В этих тенях родилась Кора — дитя двух миров, хранительница прошлого, предвестница вечной ночи. Эта повесть — не о победе, а о разломе, о том, как исчезает старое, и рождается то, что не может быть остановлено. Не легенды, а правды, которую никто не хотел слышать.

На отшибе острова Элинор, в землях, где солнце не пробивалось сквозь плотные облака, где земля была бедной и холодной, жила Кора. Она не была дворянкой, не была магом, не была легендой. Она была девушкой, крестьянкой, родившейся в мире, который больше не принадлежал тем, кто некогда правил магией. Её мать умерла при родах, её отец погиб от хвори, и в 23 года она осталась совсем одна.

Её глаза были тёмными, как ночь над Элином. Её волосы ниспадали густыми чёрными волнами, словно сама тьма вплела свои нити в её судьбу. Но тьма не была в её крови. Она была в мире вокруг неё.

И пока она смотрела на поле, где люди готовились к очередному походу против последних существ, она не знала, что её собственная история вот-вот начнётся.

Утро в Тёмном королевстве было серым, как всегда. Небо, затянутое плотными облаками, давило на город, будто не желая отпускать ни один луч солнца на эти земли. Воздух был прохладным, пахнул сыростью после ночного дождя, а дороги оставались влажными, глотая шаги спешащих людей.

Кора шагала по узкой улице, её ботинки мягко касались каменной мостовой, оставляя после себя еле заметные мокрые следы. В её руках была небольшая корзина—не столько для покупок, сколько для вида. Она давно уже привыкла обходить рынок не ради товаров, а ради самой атмосферы, ради разговоров, которые разносились по шумным улочкам.

Она знала, что ярмарка—это сердце города, место, где можно услышать то, чего не говорят в домах.

Толпа собиралась у центральной площади, где разносился гул людских голосов, торговые крики и звон монет, пересыпающихся в мешках. Кора двигалась между рядов, незаметная среди потока покупателей, её длинные тёмные волосы мягко спадали на плечи, скрывая от посторонних глаз выражение лица.

Сегодня ярмарка была особенной.

Она чувствовала это ещё прежде, чем добралась до центра.

Люди говорили о войне.

О монстрах.

О сборе новобранцев.

И когда вдалеке, среди высокой толпы, она увидела фигуру глашатого,

она поняла—этот день был не просто очередной ярмаркой.

Кора остановилась у края толпы, её пальцы мягко сжимали корзину, но она даже не думала о товарах, о рыночном торге или о разговорчивых торговцах, что пытались заманить покупателей.

Она смотрела.

На лица людей, наполненные восторгом и решимостью.

На новобранцев, что уже начинали обсуждать будущие походы.

На матерей, которые, пусть и с тревогой, всё же чувствовали облегчение —их семьи теперь не останутся без еды.

Но за этим ликованием скрывалась правда, которую она не знала.

Монстры.

Существа.

Те, против кого люди вот уже сотни лет ведут войны.

Но если они были столь ужасны… Почему она никогда не видела их?

Кора чувствовала, как в её сердце пульсирует сомнение,

как её разум ищет ответы,

как что-то в ней меняется.

Что если мифы, которыми кормили народ,

были всего лишь частью картины?

Что если тьма была не такой, какой её рисовали?

Но как узнать истину,

если никто не покажет её по-настоящему?

- я хочу быть добровольцем! Смело сказала она.

Толпа замерла.

Несколько секунд никто не отвечал—только шум рынка, приглушённый внезапным молчанием, разливался между рядами.

А затем раздался смех.

Грубый, громкий, искренний—мужчины смеялись, хлопая друг друга по плечам, переговариваясь между собой, будто Кора сказала что-то абсурдное.

— Ты? Доброволец? — фыркнул один из них, широкоплечий парень с шрамом на щеке. — Да с тобой первая битва — и ты умрёшь быстрее, чем сможешь поднять меч!

— Да она даже не знает, с кем будет сражаться! — добавил другой, его голос был насмешливым, но в нём чувствовалась уверенность.

Кора стояла ровно, её лицо не дрогнуло, её глаза не отвели взгляд.

Она не собиралась отступать.

— Я хочу быть добровольцем.

Она повторила это спокойно, но твёрдо, как если бы её слова были не просьбой, а решением.

Некоторые перестали смеяться, теперь в их взглядах появилось недоумение.

Она действительно этого хотела.

Глашатый, сначала ошарашенный её словами, поспешно схватил перо, его руки дрожали от неожиданности, но он всё же записал имя Коры в список новобранцев.

Толпа всё ещё переминалась, мужчины переглядывались между собой, кто-то фыркал, кто-то качал головой, а кто-то даже смотрел на неё с долей недоверчивого уважения - она решилась на то, чего не делала ни одна девушка в этом королевстве.

Через неделю она должна была отправиться в лагерь новобранцев, где обучали тех, кто собирался в поход против существ, что жили за пределами стен.

Но пока она уходила с ярмарки, её шаги смешивались с голосами позади.

Косые взгляды прожигали спину.

Перешёптывания сопровождали её до самого выхода.

Она не смеялась, не гордилась, но и не жалела своего решения.

Ночь окутала лес густым мраком, но среди древних деревьев разгорался свет костра - его языки пламени, дрожащие в ночном воздухе, освещали поляну, где собрались существа.

Кора затаила дыхание, прячась за холодными камнями вместе со своим отрядом. Листья тихо шелестели, ветер нес сквозь чащу странный запах—не тревожный, но древний, будто сама земля знала, что сейчас происходит нечто важное.

Около пятидесяти зверей—на первый взгляд обычных, ничем не отличавшихся от тех, что бродили по лесу—стояли вокруг огня. Их силуэты двигались плавно, их тени удлинялись по земле, будто сопрягались с самой ночной магией.

Кора быстро моргнула, её сердце застучало быстрее.

И в этот миг они заговорили.

Не рыком, не шёпотом, не звериным звуком—их голоса были ясными, глубокими, осмысленными, они говорили на языке людей.

Взгляд Коры непроизвольно рванулся к центру круга.

Там появилась фигура.

Высокая, скрытая в плаще, её лицо было невидимо, но полупрозрачные крылья дрожали за спиной, едва уловимо отражая свет костра.

Кора подавила дрожь, её губы приоткрылись, и прежде чем она осознала,

из её груди вырвался тихий, ошеломленный шёпот.

— Это же Фейри...

Она вспомнила рассказы отца - великое Небесное Королевство, потерянное в туманах, те, кто владел магией природы и были связаны с каждым дуновением ветра, с каждым шёпотом лесов.

Фейри медленно поднял руку, его пальцы едва двигались, но в них было что-то большее, чем просто жест – магия.

Из складок плаща он достал предмет.

Фиолетовый кристалл вспыхнул в его ладони,

свет пронзил тьму,

излучая глубокое, неземное сияние.

Кора не могла оторвать взгляд.

Но вдруг стрела, пронзившая воздух, несла за собой роковую судьбу. Её полёт был стремительным, почти невидимым в сумеречном свете, и в следующий миг она уже впилась в грудь Фейри. Его тело, словно кукла, лишённая нитей, рухнуло на землю. Ни крика, ни стона — только глухой звук падения, эхом раздавшийся среди деревьев.

Отряд без промедления бросился на зверей, вспыхнула схватка. Когти скользили по броне, копья находили мягкую плоть, хриплый рёв смешивался с боевыми кличами. Кора замерла, не в силах поверить в происходящее. Почему они напали? В чём причина этой жестокой битвы? Да, звери защищались, но разве это нападение справедливо?

Голоса заглушал лязг металла, а страх сковывал движения, заставляя её лишь смотреть, не в силах вмешаться.

Воздух был тяжёлым, пропитанным запахом крови и опалённых листьев. Огненные отблески костра отражались от мокрой земли, бросая неестественные тени на неподвижные тела.

Кора стояла в оцепенении.

Её сердце глухо билось в груди, её дыхание замедлилось.

Все вокруг были заняты добиванием зверей—их клинки мелькали в ночном воздухе, их шаги глухо звучали среди лесной чащи. Никто не смотрел вниз, никто не заметил, что маленький, сверкающий кристалл укатился прямо к ней.

Она видела его.

Фиолетовый свет пульсировал в темноте, таинственные отблески пробегали по его поверхности, будто сам кристалл был живым.

Он манил.

Его сияние становилось всё ярче и ярче,

его энергия дрожала в воздухе,

его присутствие казалось необычным - словно он не просто лежал,

а звал её.

Кора медленно наклонилась, её пальцы дрожали в воздухе,

пока они не коснулись холодной поверхности артефакта.

Тело Коры дрогнуло, её пальцы сжались на кристалле, но уже не по своей воле—нечто проникало в неё, заполняло её суть, заставляя кровь бурлить.

Мир вокруг размылся, звуки ушли, и внезапно всё стало чёрным.

Она не видела ничего.

Не слышала ни криков отряда, ни треска костра, ни шума леса.

Она провалилась в пустоту.

Тьма была глубокой, безликой, но живой - она не поглощала, она переплеталась с её сознанием, будто пыталась понять её, говорить с ней.

Но сейчас ничего нельзя было сделать.

Только ждать.

Сквозь пелену туманных мыслей Кора медленно приходила в себя. Голова гудела, тело было слабым, но разум лихорадочно пытался осознать происходящее.

Она лежала на мягкой постели—ткань под пальцами была гладкой, чистой, совсем не похожей на те грубые одеяла, которыми она укрывалась в своём доме.

Это была лекарня.

Осторожно приподнявшись, она пошатнулась, ноги не держали её. Всё тело будто не было её собственным.

Вдруг дверь распахнулась, и в проёме появилась женщина.

— Вы очнулись!

Не успела Кора ответить, как незнакомка, будто испугавшись, выбежала из комнаты.

Кора попыталась двинуться вслед, но упала вновь.

Ослепляющий свет прорезал сознание, и когда глаза снова раскрылись,

она увидела перед собой старого, больного короля.

Седая борода ниспадала до груди, корона на голове тускло поблёскивала, а в глазах мерцало что-то большее, чем просто мудрость—опыт, власть, понимание того, что даже он не контролирует всё.

Кора выдохнула, её голос дрожал от потрясения.

— Король Георг!

Она попыталась поклониться, но силы оставили её, и она лишь судорожно прижала руки к груди, как могли бы сделать смиренные люди при встрече с правителем.

Но старик лишь взмахнул рукой, останавливая её.

— Не стоит, дитя.

Он говорил спокойно, но в голосе чувствовалась усталость—не от возраста, а от жизни, от бремени королевской власти, от всех решений, которые он принимал.

— Расскажи мне, что с тобой случилось?

Кора моргнула, пытаясь собрать мысли, но слова сами сорвались с губ.

— Я... я просто дотронулась… а оно... оно как будто во мне.

Король напрягся, его взгляд стал глубже, словно он искал правду в её лице.

Он повернулся к советникам, одетым в длинные мантии, их лица были серьёзными.

— Это сильное заявление. Что скажете?

Один из учёных прищурился, медленно перебирая в памяти легенды и мифы.

— Согласно древним записям, этот кристалл принадлежал одной из шести душ духов... или, вернее, их магии.

Король перевёл взгляд на Кору, его лицо оставалось каменным, но в глазах мелькнуло нечто похожее на интерес.

— Вы хотите сказать, она стала магом некой стихии?

Учёные переглянулись, но никто не решился ответить с уверенностью.

Кора тоже не понимала.

Она не была магом.

Она не знала силы.

Но чувствовала что-то внутри себя.

Что-то изменилось.

Король склонился ближе, его голос стал более настойчивым.

— Дитя, постарайся сделать это. Что-нибудь! Если магия в тебе, мы сокрушим этих тварей!

Кора затаила дыхание, её сердце сжалось от этих слов.

Сокрушить?

Но разве среди них нет детей?Разве среди них нет тех, кто невиновен?

Король глухо хмыкнул, его глаза блеснули холодной уверенностью.

— Заразу надо истреблять с корнем.

Тонкий ледяной поток пробежал по позвоночнику Коры.

В этот момент она поняла—она стоит на грани двух миров.

И теперь ей предстоит выбрать, кем она станет.

Георг покинул покои, оставив Корру наедине с собой — и со своими мыслями. Ночь накрыла стены дворца холодной тишиной, в которой не было ни голоса служанки, ни звона шагов. Кора лежала, не сомкнув глаз, тяжёлое одеяло — как камень на груди. Слова короля эхом отскакивали в сознании: «Империя», «Великая», «Истребим». Она перебирала события: кристалл, лес, Фейри, магия, которая ворвалась в неё, как буря, и теперь жила внутри, живая, непонятная, требующая ответа. Но кто давал ей право выбирать?

Когда рассвело, утро пришло внезапно. Кора открыла глаза… и поняла, что висит под потолком. Паника метнулась по телу, и прежде чем разум успел оценить происходящее, она взмахнула руками, упав обратно на кровать с глухим ударом. Она сидела, растерянная, пульс в ушах заглушал всё остальное. Дыхание сбивалось, в пальцах дрожала сила, будто пытающаяся вырваться наружу. Она попробовала направить концентрацию — взглядом, мыслью — на стол, и он послушно дрогнул. Стул качнулся, шкатулка упала, занавески затрепетали, словно дыхание ветра стало её продолжением. Магия откликалась. Она не сопротивлялась — она ждала.

Дверь распахнулась без стука. Георг вошёл, глаза его сияли вдохновением. Он остановился у порога, смотря на Кору, окружённую предметами, будто подчинившимися её воле.

— Прекрасно, — сказал он, и голос его звучал почти отечески, но под поверхностью слышалась жажда. — Ты уже обучаешься.

Кора молчала. Она сидела прямо, глаза её были ясны — но сердце всё ещё бурлило.

— Послушай, дитя, — продолжал король, приближаясь. — Я многое узнал о тебе. Ты хочешь остаться столь бедной? Или… великой?

Он подошёл ближе, склонившись, будто раскрывая заговор.

— Мы с тобой создадим империю. Империю Тёмного Королевства. Армия, магия, власть… мы станем силой, перед которой склонятся даже звёзды.

Он сделал паузу, изучая её взгляд.

— В конце недели мы отправимся в Альтеру. Король Артур собирает коалицию. Его армия уже уничтожила королевство Энтов. Скоро падут и другие. Всё начнётся.

Кора не ответила. Она чувствовала, как мир вокруг становится другим. Не просто тьма и свет, не просто люди и существа, но выбор — настоящий, непростительный, требующий цены. И голос внутри неё, магия, что дрожала под кожей, не пела победу. Она задавала вопрос. А стоит ли?

В комнате снова воцарилась тишина. Георг покинул её, оставив после себя запах тяжёлых слов и амбициозных обещаний. Кора сидела на краю кровати, не шевелясь. Внутри всё кипело: воспоминания о лесу, взгляды зверей, голос Фейри, свет кристалла — всё было живо, как будто происходило вчера, а не как сон. Но теперь она знала: это было началом, не концом. Магия была в ней. И король был готов сделать её оружием.

На следующий день началась подготовка. В покои Корры вошёл наставник — высокий, хрупкий мужчина по имени Севериус, чьи глаза были затуманены знаниями. Он не смеялся, не сомневался — он смотрел сквозь неё, будто через книгу, которую только предстоит прочитать.

— Магия в тебе нестабильна, — сказал он. — Её нельзя подавлять. Но и освобождать без меры — опасно. Ты не просто носитель. Ты — отголосок древней силы.

Тренировки были тяжёлыми. Каждый день начинался с концентрации, с медитации, где Кора должна была ощущать кристалл внутри себя, его пульсации, его голос — не словами, а мыслями, образами. Иногда она слышала шёпоты. Иногда — видения леса, которые не были её воспоминаниями. А иногда — тишину, пугающую, глубокую, зовущую.

Но было и другое. Вечером, после тренировок, она сидела у окна и смотрела на дальние холмы, где когда-то стояли королевства магических рас. Её сердце тянулось туда, где всё начиналось. Она не могла забыть взгляды существ — не звериные, а разумные. Их мир был разрушен, и теперь её учили рушить дальше.

Однажды, ночью, когда тень от луны легла на стены дворца, Корра прошептала — не в голос, а внутрь себя:

— Я не хочу быть их оружием.

В этот момент кристалл дрогнул. Он ответил.

Не словами. Не видением. А ощущением — теплом, мягким светом внутри груди.

И Кора поняла: магия понимает её. Она не требует крови.

Она ждёт выбора.

В этот день она услышала от стражи что те поймали горстку фей, ночью она надела мантию и пошла в подземелье.

Тишина подземелья была тяжёлой, как камень, а воздух — влажным и пропитанным страхом. Кора шагнула внутрь, её мантия мягко скользила по полу, и даже в полумраке магия дрожала вокруг неё, словно предчувствуя встречу. Стража бросилась вперёд, оружие блеснуло — но достаточно было лёгкого движения рук, как будто сама тьма оттолкнула их, раскидав по стенам. Они остались лежать — не ранены, а внезапно ослабленные, как будто лишённые силы волей самой Корры.

Она подошла к решётке. Феи прижались к друг другу — их крылья дрожали, глаза расширились в узнающем страхе и надежде.

— Это она... она...— шептали они, и свет в их зрачках вспыхивал.

— Ты… носишь голос леса…

Кора остановилась, её лицо оставалось спокойным, но внутри всё кипело.

— Почему люди охотятся на вас? — спросила она, и голос прозвучал как суд.

Старшая среди фей, с крыльями цвета пепла, приподнялась, опираясь на решётку.

— Потому что мы сильнее, — сказала она, не с гордостью, а с усталой искренностью.

— У нас магия… память… дыхание мира. Но нас меньше. И мы слишком долго верили в равенство.

— Они истребляют нас. Уничтожают с корнем. Этот цикл — его конец приближается.

Кора смотрела на них. На тех, кого ей учили бояться.

Но в их лицах была не угроза — а история, забытая, искалеченная.

Внутри неё снова дрогнул кристалл.

Тьма не молчала. Она внимала.

Она выставила руки вперед. Решётка взорвалась с глухим, разлетающимся эхом, металл распался искрами, осыпая камни пола. Поток света, вырвавшийся из ладоней Корры, был не ярким — он был живым: он не разрушал, он освобождал. Феи взлетали одна за другой, их крылья дрожали в воздухе, отражая отблески магии.

— Мы придём за тобой, Кора! — неслись голоса, звучащие не как угроза, а как обещание.

— Скоро придём!

Они уносились вверх, в воздух, к трещинам каменных потолков, исчезая в тенях и шепоте ветра, словно сама природа принимала их обратно. Кора стояла посреди пепла былой клетки, её сердце гремело, но лицо оставалось спокойным. Не от гордости. От понимания.

Она сделала первый выбор.

Не в сторону короля.

А в сторону истины.

И в этот момент, где подземелье дрожало от силы и тишины, она поняла: за ней теперь следят все стороны.

Подземелье всё ещё дрожало от следов магии, а Корра медленно поднималась по винтовой лестнице, что вела к каменным залам дворца. Она знала — момент истины приближается. Георг узнает. И она не уверена, что его слова будут наполнены заботой.

Он ждал её в тронном зале. Один. Без советников, без охраны. Как будто это было делом не королевским, а личным. Его лицо было спокойным, но в его жестах сквозила напряжённость. Корона поблёскивала тускло, как память о власти, а не её утверждение.

— Ты освободила их. — его голос был ровным. Ни обвинения, ни удивления. Только факт.

Корра не ответила. Она стояла прямо, на расстоянии пяти шагов от трона, и их взгляды встретились — не как король и подданная, а как две силы, выросшие слишком быстро.

— Ты разочаровала меня,— продолжал Георг. — Я видел в тебе начало новой эпохи. Оружие. Огонь, которым мы очистим этот остров от лжи и древней заразы.

— Они не зараза, — произнесла Корра. Голос её был тихим, но твёрдым. — У них память. У них история. А ты называешь её врагом.

Король встал. Медленно. Каждое движение было театром власти.

— Ты говоришь, как они.

— Ты думаешь, как они.

— Ты стала одной из них?

— Я стала собой, — ответила Корра. — И если сила в моей крови — она не для уничтожения.

Тишина легла на зал. Но это была не тишина поражения. Это была тишина, в которой рождается выбор.

Георг сделал шаг вперёд, и его голос стал холоднее:

— Ты думаешь, у тебя есть право выбирать?

— Ты во дворце Тёмного Королевства. Ты — часть плана. Ты — искра войны.

Корра смотрела ему в глаза. И тогда магия внутри дрогнула. Она почувствовала, как стены шепчут ей. Как камень под ногами узнаёт её. Как пламя в факелах дрожит — не от ветра, а от признания.

— Ты ошибаешься, — сказала она. — Я не война. Я зеркало. И оно покажет правду — каждому. И вдруг резкая вспышка магии, старик отлетел на пол, а стража сразу схватила ее и отвела в темницу, она не сражалась и не отбивалась, так как знала – скоро за ней придут.

Мрачные коридоры темницы встретили её глухой сыростью и звоном цепей. Камни под ногами были холодными, воздух — тяжёлым, словно сам Элинор дышал сквозь решётку. Кора сидела на полу, одежда порвана, силы исчерпаны. Магия внутри — молчала, будто отшатнулась от её страха. Она не знала, мёртв ли Георг, но в его взгляде перед ударом было не ярость — а удивление, как будто он не ожидал, что в ней есть настоящая воля.

Стража не разговаривала. Только бросила её в камеру и заперла тройными замками. За дверью — шёпот. В стенах — тени. А внутри неё — вопрос, от которого не спрятаться: что теперь?

Но ночи были длинны, и Элинор всё ещё слышал её.

В темнице, где забывают имена, магия начала снова пульсировать, как сердце, медленно и настойчиво.

Кора знала — она не одна.

Феи обещали прийти.

И тьма, что раньше казалась чужой, теперь защищала её.

Несколько дней она сидела в темнице, обессиленная. Тут к клетке зашли стражи а за ними высокий мужчина лет 35 с коричневыми волосами по плечи и высокой серебристой короной. - это и есть тайное оружие Георга которое его и погубило? Ухмыльнулся он.

Он остановился у решётки, осматривая Кору с видом, в котором смешивалась насмешка, интерес и что-то хищное. Её лицо было бледным, руки — грязными, взгляд — тяжёлым. Но даже в этом изнеможении он почувствовал в ней не остатки, а зарождение.

— Кто ты такой? — голос её дрожал, но в нём была сталь.

Он не ответил сразу. Сделал шаг ближе, и серебристая корона на его голове тускло сверкнула в свете факела.

— Я — Артур, — сказал он. — Король Альтеры. Тот, кто выжег Энтов. Тот, кто возглавит коалицию против всего нечистого. И возможно… теперь ещё и против тебя.

Кора сжалась, но не от страха — от гнева.

Артур почувствовал это. Он присел напротив, разделённый только прутьями решётки.

— Знаешь, я смотрел, как Георг ломается. Он говорил о тебе — как о даре, как о разрушителе, как о будущем. А потом ты сломала его.

Он усмехнулся.

— Как поэт, что умирает от собственного пера.

Кора не отвела взгляда.

— Я никого не ломала. Я просто отказалась быть его мечом.

Артур прищурился, изучая каждую черту её лица.

— Тогда будь моим щитом,— произнёс он. — Стань той, кто очистит Элинор с моей стороны. Я предлагаю не темницу, а трон. Не цепи, а армию. Выбирай.

Артур шагнул вперёд, его голос был напряжён, а лицо будто вырезано из мрамора — ни тени сомнения. Он смотрел на Корру, сидящую на каменном полу, измученную, но не сломленную.

— У Георга нет наследников, — произнёс он. — Если ты станешь на мою сторону, я дарую тебе Тёмное Королевство. Тебе будут кланяться тысячи. Ты станешь именем, что будут произносить в легендах.

Кора молчала. Его слова звучали громко, но в них было что-то пустое. Он продолжал:

— Пойми, звери обречены. Великие семьи первых людей непобедимы. Мы правим с основания мира, и ни одна древняя тварь не сломит наш порядок.

Корра посмотрела на него, медленно подняла голову и… плюнула. Без страха. Без злости. Просто — ответ.

Артур замер. А затем — с глухим рыком ударил её рукой по лицу, и она упала на каменный пол. Стража наблюдала, не вмешиваясь. Грубый грохот запертых дверей прозвучал в коридоре, когда Артур вышел, оставив её в полумраке.

Темница снова стала немой.

Кора лежала, кровь на губах, сердце гудело от боли, но внутри…

что-то проснулось.

Не магия — она была в ней давно.

А память.

Память леса, крыльев, тьмы, что смотрит, но не говорит.

Она знала: выбор уже сделан. И теперь — она не будет ждать.

Каменные стены дрожали от магии, как будто сама темница боялась того, что приближалось. Феи хлынули внутрь, их крылья сияли в темноте, их глаза светились решимостью — они пришли, как обещали, пришли спасти свою избранную.

Кора успела только прошептать:

—Нет… это ловушка…

Но было поздно.

Со всех сторон — из теней, из-за колонн, даже из стен — вырвались рыцари Артура, облачённые в чёрные доспехи. Магические стрелы вспыхнули в воздухе, прорезая крылья, отражаясь от светлой плоти, врезаясь в тела. Воздух наполнился криками — не звериными, а разумными, полными боли и ужаса.

Кора рванулась вперёд, но цепи стянули её назад. Она кричала — не словами, а магией.

Стража была отброшена, но Артуровские рыцари стреляли без пощады.

Несколько фей упали, искры магии вырывались из их тел, рассыпаясь по полу.

Других связали, и их крылья погасли, будто затянутые в тьму.

Тех, кто был взят в плен, уволокли прочь,

и вскоре их крики заполнили подземелье — не боевые, а мученические.

Кора снова попыталась вырваться, но магия в ней была спутанной, растерзанной страхом и яростью.

Артур не пришёл.

Он наблюдал издалека.

В его глазах — холодное удовлетворение.

Эта ночь навсегда изменила её.

Она больше не плакала.

Она запоминала имена.

Она знала лица тех, кто страдал из-за неё.

И в сердце родилась не просто магия,

а обет.

Кора продолжала находиться в темнице, от разговоров стражи она узнала что те пытали фей и нашли способ обойти их магический барьер к западному храму фей ( последнему их королевству). - я должна предупредить их! В панике сказала кора. Тут к клетке подошел юноша светловолосый с голубыми глазами. - тише не бойся! Он посмотрел на нее своими яркими глазами и коре сразу стало легче. - будь готова ночью смена караула я тебя спасу. - но кто ты? - я конюший, подбираю в темницах иногда, меня зовут Легаро. Сказал парень и ушел услышав шумы.

Ночь снова окутала темницу. Кора сидела в углу, едва слышно повторяя себе слова юноши — будь готова ночью. Его голос звучал иначе, чем у остальных. В нём не было приказа, страха, надменности. Только тепло. И когда он произнёс её имя — пусть даже в мыслях — магия внутри Коры дрогнула, словно узнала в нём что-то древнее.

Её мысли метались: храм фей на западе — последнее королевство их народа. И если барьер падёт… Артур не остановится. Он вырежет магию из Элинора, как гниль, не различая свет от тьмы.

За решёткой послышался шаг — знакомый, лёгкий, но быстрый. Легаро вернулся. В руках — ключ. Его лицо было сосредоточенным, но в глазах горело решение, будто он делал выбор не впервые.

— Быстро, пока не сменились факелы, — прошептал он.

Кора встала, её ноги дрожали, но разум был ясен. Она взглянула на юношу.

— Ты не просто конюший.

Он улыбнулся уголком рта, не отрицая, не подтверждая.

— У всех есть тайны. Моя — свобода. Твоя — магия.

— Ты мне поможешь?

— Я уже помогаю.

Замки щёлкнули. Дверь темницы открылась. Кора шагнула в коридор — не как пленница, а как начавшаяся история.

Кора шла рядом с Легаро по узкому коридору, где камни скрипели под шагами. Он не спешил, но и не терял времени. Она смотрела на его затылок, на волосы цвета пшеницы, и чувствовала странное спокойствие — будто рядом с ним страх отступал.

— Почему ты мне помогаешь? — спросила она, стараясь говорить тихо.

— Потому что ты не такая, как они, — ответил он, не оборачиваясь. — Они жаждут власти. А ты ищешь смысл.

— Ты знал, кто я?

— Только догадывался. Когда впервые увидел тебя, закованную в цепи, я понял — ты не преступница. Ты искра.

— Я даже не знаю, как обращаться с этой силой. Я ничего не умею.

— Ты умеешь думать. Это уже больше, чем половина тех, кто держит меч.

Он немного замедлился. — А остальному тебя научит твой выбор.

— Артур сказал, что звери — угроза. Что магия разъедает мир.

Легаро остановился. Посмотрел ей прямо в глаза.

— Артур говорит то, что нужно, чтобы сохранить трон. Он не слышит лес. Не слышит правду. А ты… уже начала слышать.

Кора опустила глаза.

— Я боюсь не силы. Я боюсь, что меня сломают. Как Георг. Как тех, кто стал частью войны.

Легаро чуть улыбнулся.

— Тогда держись за то, что делает тебя тобой. За память, за боль, за сомнение. Это крепче, чем любые стены.

Он протянул ей руку. — Сегодня ты выходишь отсюда. А дальше… куда скажет сердце.

Она взяла его руку. И пошла дальше.

Покинув город парень спросил куда они пойдут. - нам надо в западный храм! Запыханно сказала Кора. - надо предупредить фей. - но где он?! Легаро улыбнулся - не смотри что я конюх, мои родители были образованные люди темного города и влиятельны, я знаю историю и географию Элинора. У фей было 4 храма-королевства. Остался западный, логично что в западных землях, там где правит семья Вест, но где именно я не знаю. Может найдем в лесу зверя, их же не всех изловили, говорят их больше ста тысяч и они объединяются в древних лесах под предводительством Льва, людям не сдобровать.

Кора кивнула, тяжело дыша после спешного побега. Вокруг — только тишина заросших холмов, далёкий шум ветра и вечернее сияние, что уже окрашивало небеса. Мантия с её плеч была испачкана землёй, но в глазах — решимость.

— Тогда идём туда, где ещё осталась магия, — проговорила она. — В западные земли.

Легаро поправил дорожную сумку и посмотрел на неё.

— Мы будем на краю влияния Тёмного Королевства. Если правящая семья Вест заметит нас, они не будут снисходительными. Особенно если узнают, кого я веду рядом с собой.

— Пусть, — сказала Кора. — Если путь ведёт к храму, я должна пройти его. А если встретим зверей… может, они подскажут. Может, магия узнает во мне свою.

Легаро улыбнулся вновь, немного грустно.

— Говорят, Лев уже собирает силы. Если это правда — восстание не просто начнётся… оно уже в пути. И нам нужно успеть раньше.

Кора сжала кулон с кристаллом в руке, почувствовав лёгкое тепло — не жар, не свет, а дыхание.

Она шагнула в лес.

Западный город встретил их хмурой погодой и густым населением, пропитанным шумом рынков и резкостью людских разговоров. Высокие башни, построенные из серого камня, возвышались над извилистыми улицами, на которых толпа двигалась словно вода — хаотично, но с общей направленностью. Кора и Легаро ступили внутрь, спрятавшись под простыми капюшонами, скрывая свои лица от возможных взглядов.

— Не привлекаем внимания, — тихо сказал Легаро, слегка наклоняясь к ней, глаза его скользили по витринам, лицам, теням.

С каждым шагом город казался всё холоднее. Западные земли были неприветливы к чужакам, особенно к тем, кто имел хоть малейшую причастность к магии. Здесь правили страх и порядок.

Они прошли по торговым улочкам, где зазывалы предлагали ткани, специи, оружие и древние книги. Кора прислушивалась — в надежде уловить хоть один разговор, хоть одну тень упоминания фей, магии, барьеров, храма. Люди говорили о политике, о росте цен, о новой коалиции Артура. Ни слова — о фейри.

— Как нам их найти? Это бесполезно... — тихо сказала Кора, остановившись у фонтанчика с выцветшими символами.

— Мы не ищем дверь, — ответил Легаро. — Мы ищем трещину. Люди боятся говорить открыто. Нужно слушать между строк.

Он посмотрел на уличного художника, рисующего зверей на старом пергаменте. Тот использовал сажу и серебро, создавая образы, пугающие и чарующие одновременно. Один из зверей был с крыльями — слишком тонкими, слишком прозрачными.

— Может, начнём с него? — предложил Легаро.

Кора кивнула. Она чувствовала — фейри где-то рядом. В тенях. В страхе. В памяти, которую люди пытаются забыть.

Кора на мгновение замерла. Старик поднялся со скамьи, его длинный плащ осыпался пылью, а седые волосы зашевелились от легкого ветра, пробравшегося с переулка. В его взгляде не было ни страха, ни слабости — только старая решимость, которая когда-то, возможно, стоила ему дорогого.

— Я — Эриа, — повторил он, выпрямляясь с неожиданной грацией. — В молодости я служил в Архиве Западной башни. Мои руки ещё помнят карты Элинора, а память знает больше, чем можно прочитать в хрониках. Я не просто рисую. Я слышу. И последние недели, то, что я слышу — это зов леса. Его голос становится громче. Значит, он ждёт тех, кто осмелится прийти.

Кора и Легаро переглянулись. Они не знали, можно ли ему доверять. Но они знали — другой след исчезнет, если не пойти сейчас.

— Ты знаешь, где искать храм? — спросила Кора.

— Нет. Но я знаю, где не стоит искать — и это уже половина пути. Мы начнём с Древнего перелеска у Серых скал. Там исчезли несколько охотников из семьи Вест. Там земля дышит иначе.

Легаро кивнул. — Это звучит… как начало.

Эриа взял свои кисти, аккуратно сложил их в холщовый свёрток, и шагнул к ним.

— Тогда не теряйте времени. Запад не прощает тех, кто знает слишком много. А магия — тех, кто пришёл слишком поздно.

Они шли по лесу как вдруг стая волков напала кора от страха издала волну магии те разбежались но это привлекло других.

В небе раздался шёпот звёзд. Тёмные облака расступились, и сквозь рваную пелену ночи на лесную поляну опустились создания, чей свет был не ярким, а глубоким — небесные фейри. Их крылья мерцали как отголоски луны, голоса звучали не голосами, а вибрацией самой тишины. Кора стояла среди обломков ветвей, её магия всё ещё гудела в пальцах после всплеска, прогнавшего волков. Эриа опустился на одно колено, взгляд его был полный трепета.

— Поверить не могу… фейри, — выдохнул он, словно встретил легенду, что жила только в запылённых летописях.

Один из фейри — высокий, с глазами цвета угасшего пламени — склонился к Коре. Голос его был мягким, но нес в себе вес веков.

— Кора… ты — продолжение Духа Тьмы. Не злой, не разрушительный. А древний. Ты — равновесие, потерянное, но ожившее. Ты должна восстановить остров. Восстановить магию.

Кора дрожала. Лес вокруг будто приник к их словам, замер. Она шагнула вперёд, всматриваясь в лица созданий.

— Но… как? Я же одна. Я не королева, не воин. Я не знаю, как… — голос её оборвался.

— Ты не будешь одна, — сказал фейри. — Мы видим, как ты защищаешь тех, кого другие уничтожают. Ты выбираешь жизнь, а не силу. Мы даруем тебе ключ.

Он протянул ладонь, и в ней вспыхнули три кристалла — каждый другой: один синим, другой золотым, третий — цветом рассветной тени.

— Магия этих кристаллов подвластна тем, у кого нет магии. Тем, кто чист сердцем, но полон решимости.

Ты найдёшь их. Ты передашь кристаллы тем, кто станет защитниками существ. Не королями.

Не солдатами. А хранителями.

Кора приняла кристаллы.

Они были холодными, но в пальцах — будто оживали.

И в этот момент она поняла: её путь только начинается.

Лес замер, будто сам Элинор ждал ответа. Слова фейри — как удар по фундаменту надежды. Кора отошла на шаг, её взгляд метался между сияющими кристаллами и теми, кому она их вручила. В Эрии свет ветра будто оживил старые мысли, а Легаро, сдержанный, тихо опустил голову, едва касаясь ладонью того места, где теперь горел кристалл света.

— Очистить от людей? — прошептала Кора, не столько в удивлении, сколько в раздумье.

— Мы думали, вы хотите восстановить баланс, — добавил Легаро. — Но убийство? Это не защита. Это — то же, что делают они.

Фейри остались неподвижными. Их лица были без эмоций, их глаза — как застывшее пламя.

— Жизнь острова нарушена. Люди — источник разрушения. Не все, но большинство. Мы не предлагаем месть. Мы — исполнение, — сказала одна из них.

Эриа, раньше спокойный, теперь напряжённо сжал посох.

— Даже если среди людей есть зло, среди них есть и свет. Я прожил жизнь среди них. И поверьте, они не просто злые... Они — заблудшие.

Кора стояла в центре, между двумя мирами, между правдой и крайностью. Кристаллы сияли — не как оружие, а как пульс ответственности.

— Вы говорите, что придёте, — обратилась она к фейри. — Но когда? Когда остров будет пеплом?

— Мы следим. Мы поможем, когда магия заговорит снова. Но решать вам, — ответили они. — Ты — продолжение духа, не мы.

Небесные существа медленно начали исчезать в воздухе, оставляя их троих в тишине, среди древних корней и мягкого свечения кристаллов.

Кора посмотрела на Легаро и Эриа.

— Мы не станем убийцами. Мы станем хранителями. Если этот остров можно очистить — значит, есть способ очистить не через смерть, а через перемену.

Легаро кивнул, его голос был тих, но уверенный.

— Тогда давай найдем третий кристалл. И того, кто сможет принять его — не как меч, а как слово.

Лес снова утопал в тишине. Слабый ветер колыхал листья, свет кристаллов тускло отражался от влажной земли. Фейри ушли, оставив после себя тяжёлые слова — не приказ, не предложение, а пророчество, которое требовало выбора.

Кора сидела у корней старого дерева, склонив голову. В её ладони горели два кристалла — магия живых существ, переданная не для победы, а, возможно, для последней битвы.

— Кора, — тихо произнёс Легаро, садясь рядом. — Ты действительно хочешь слушать фейри? Истребить людей? Ты думаешь… это правильно?

Она не сразу ответила. В глазах — растерянность, усталость, но под ней — огонь.

— А как иначе мы освободим существ? Мы видели, как их ловят, как их жгут, как их... ломают. Они боятся нас — нас, людей.

Фейри хотят очистить остров, и, может, они правы…

— А может, нет, — вмешался Эриа, твёрдо, но без агрессии. — Я всю жизнь жил среди людей. Среди них есть зло — но есть и свет. Я думаю, достаточно поменять власть. Сместить тех, кто сеет страх.

Не нужно жечь весь лес, если в нём один больной корень.

Слова Эриа отозвались в сердце Корры. Но в ней была ещё и магия. Та, что чувствовала боль существ. Та, что разбудилась в лесу, когда гибли фейри.

— Я не знаю, — прошептала она. — Я правда не знаю, кого слушать. Магия во мне кричит, но разум молчит.

Нам… нам нужно найти всех хранителей. Всех, кто сможет принять кристаллы.

И тогда — тогда решим. Не я одна. Мы.

Легаро положил руку ей на плечо.

Эриа чуть кивнул.

Остров ждёт.

А она — ищет тех, кто смогут не уничтожать,

а спасти.

Эриа все смотрел на замок. - давайте нападем! Свергнем короля, он болезненный, городом правит дочь, а она бна, мы их быстро возьмем.

Кора опустила взгляд, будто в земле перед ней был написан ответ. Слова Эриа резали, не как угроза — как правда, к которой она не готова. Он говорил о действии, о победе силой, о свержении ради мира. Но внутри неё... не было согласия.

— Я должна защищать, — повторила она, но голос прозвучал тише.

Легаро молча подошёл, встал рядом. Кора взглянула на него — тот, кому она дала кристалл света. А теперь внутри разливалось сомнение. Может ли свет быть тем, кто подталкивает к войне?

Эриа стоял, напряжённый, его руки сжаты в кулаки.

— Я получил кристалл ветра. Я — хранитель. Я готов лететь навстречу буре. А ты хочешь укрыться от неё? Мы не изменим мир, если не сломаем корни.

— А если мы станем тем, против чего боремся? — спросила Кора.

Наступила тишина.

Она шагнула к Эрии, посмотрела прямо в глаза.

— Я выбрала тебя, потому что ты знал историю. Потому что ты видел свет в людях. А теперь ты зовёшь меня стать палачом. Я… я не уверена, что ты всё ещё тот, кем был, когда кристалл ожил в твоих руках.

Эриа не ответил. Но его глаза дрогнули.

Кора повернулась к лесу. Ветер прошелестел листвой, как будто сам Элинор слушал.

— Мы найдём остальных хранителей, — сказала она. — А потом решим. Не в гневе. Не в страхе. А вместе.

Легаро кивнул.

А Эриа… впервые за долгое время опустил глаза.

Они шли по лесу туда где должен быть звериный отряд, они услышали звуки борьбы.

В лесу всё кипело от звуков битвы — вопли, свист оружия, рев магии и натиск стали против когтей. Сотни воинов Артура атаковали зверей, которые отчаянно защищались, их тела уже были изранены, шкуры пропитаны кровью, а глаза — полны боли, не дикости.

Кора остановилась, её сердце сжалось. Ни кристаллы, ни наставления, ни сомнения — ничто уже не имело значения. Только она и эта бойня.

С глухим гулом магии она взлетела над лесом, словно сама ночь подхватила её. Пыль и свет расступились, и она приземлилась прямо перед авангардом стражи. Её глаза горели — не яростью, а решимостью.

— Вы… монстры. — произнесла она, голос эхом разлетелся по поляне.

Её руки взметнулись — не из злости, а из защиты. Из них вырвались тёмные шипы, чёрные как лунная тень. Они двигались не хаотично, а будто с волей, врезаясь в горла ближайших воинов. Те рухнули, даже не успев понять, что с ними произошло.

Внезапно — тишина.

Кора встала, вся в пепле магии, её лицо напряжённое, но взгляд чист.

— Я не дам вас в обиду, — сказала она, обращаясь к побитым зверям. — Ни вас, ни лес, ни тех, кого вы защищаете.

Один из зверей — старый медведь с обожжённым боком — медленно поднялся на лапы. Он не зарычал. Он наклонил голову. Признание.

Кора подошла к Легаро - моя сила растет, мы победим! Тут звери начали выстраиваться - кто вы! - мы первые маги, те кто вернут волшебство! Сказал Легаро.

Один за другим, звери опускались в поклоне — не от страха, а от уважения. В их глазах больше не было тревоги, только древняя надежда. Пламя в сердцах, пробуждённое поступками Корры, жило в каждом взгляде. Огромные медведи, пепельные волки, крылатые коши, даже речные духовные — все выстроились, создавая живую дорогу в лес, туда, где начиналась глубина.

— Мы не короли, — твёрдо сказала Кора, подняв руки, и её голос был как ветер, что не повелевает, а ведёт. — Мы хранители. Мы не будем править — мы будем защищать.

Один из зверей — старый леопард с шрамами на морде — шагнул вперёд. Его голос был низким, словно говорила сама земля.

— Вы ищете вождя. Следуйте за мной. Он ждёт тех, кто пришёл не с мечом, а с выбором.

Легаро подошёл к Коре, его лицо сияло — не гордостью, а осознанием. Он чувствовал, как кристалл света в его груди откликнулся, как будто сама магия признала их путь.

— Мы — первые маги, — произнёс он, и его слова эхом отдались в ветвях. — И мы вернём волшебство не для власти, а для памяти.

Спустя пару часов они достигли лагеря зверей, тут были и фавны и кентавры и полурослики - у них не осталось поселений, они примкнули к нам. Сказал зверь. Тут они подошли к большой пещере откуда вышел лев.

В пещере воздух был густым от запаха мха и древней земли. Лев шагнул вперёд, его грива переливалась в отсвете факелов, глаза — как две раскалённые звезды. Он смотрел не просто на пришедших — он взвешивал их.

— Люди! — пророкотал он в начале, почти как обвинение.

— Нет, мы маги. Хранители, — твёрдо ответила Кора.

Лев задержал взгляд, и тишина в лагере стала почти молитвенной.

— Тогда у нас есть шанс, — сказал он наконец, и голос его потяжелел, как сама судьба.

Эриа, всё ещё стоя рядом с фавнами, наклонился чуть вперёд:

— Что за шанс?

Лев развернулся к большой стене внутри пещеры — там, где были выцарапаны карты и символы.

— Мы планируем захватить Альтеру, — проговорил он. — Артур стал зерном разрушения. Он собирает альянс, чтобы уничтожить нас. Уже в его тени — Тёмный Город, Запад, Юг. Если к ним присоединятся Север и Восток — мы потеряны.

Он посмотрел на Кору.

— Ты разрушила барьер страха. Ты начала восстание. Артур боится тебя — именно поэтому ты должна стать ударом.

— Но... убить его? — в голосе Эриа зазвучало сомнение.

— Он ведёт весь людской мир к войне, — ответил Лев. — Это не просто король. Это кость в горле мира. Убрав его — мы лишим врага головы.

Кора молчала. Её сердце колотилось.

Она видела страдания зверей. Знала, что Артур не остановится. Но также — слышала голос магии. Не мести. А перемен.

— Мы должны подумать, — наконец сказала она. — Мы пришли не за убийством, а за свободой. Но если свобода требует жертвы…

она сделала паузу

— тогда пусть это будет последняя.

- мы еще не нашли хранителей! Сказал Легаро. - решено! Рявкнул лев. - идите, пройдите весь Элинор, найдите этих хранителей, а мы попробуем объединить всех существ! Мы объединимся и вернем Элинор к былому!

Лагерь наполнился гулом одобрения, восклицаниями зверей, кентавров, фавнов, полуросликов — всех, кто верил, что магия вновь должна говорить голосом не страха, а надежды. Огромный лев возвышался над ними, словно живое знамение эпохи, что ушла и теперь просыпалась.

Кора смотрела на него, а рядом — Легаро, сияющий от кристалла света, и Эриа, ветер в глазах которого стал резче, как предчувствие перемен.

— Мы пройдём весь Элинор, — сказала она, голос её был спокойным, но сильным. — Мы найдём тех, кто достоин магии, кто сможет нести её с честью. Тех, кто защитит, а не покорит.

Лев медленно кивнул. Его взгляд стал мягче, почти уважительный.

— А мы объединяем всех, кто остался. У нас больше нет рас, лагерей, одиночества. Теперь мы — один голос. Когда придёт ваше время, когда все хранители найдены — мы поднимемся вместе.

Старые знамена были опущены, а новые — ещё не нарисованы.

Но в этой ночи — рядом с кострами, среди звёзд, в глазах магии и зверей — родилось новое начало.

В это время Южный город сиял праздничными флагами, площадь была заполнена музыкой, ароматами специй, мягким солнцем, скользящим по мраморным колоннам. Династия Соут проводила традиционный весенний праздник — день примирения, когда жители вспоминали старые войны и клялись в преданности короне. Престарелая королева сидела в золотых носилках, окружённая потомками: серьёзным лордом Южных Гарнизонов, юной принцессой, отстранённой и молчаливой, и рыцарем с медалью за заслуги на границе.

Среди толпы, почти незаметно, двигались Кора, Легаро и Эриа — измождённые дорогой, скрытые под дорожными накидками, глаза их скользили по лицам, ищущим хоть намёк на чистое сердце. Поиски шли тяжело: многие, кого они встречали, боялись магии или стремились использовать её ради выгоды. Надежды оставалось мало.

И тут — резкий голос, как удар:

— Это ведьма!— выкрикнул мальчишка, грязный, босой, тыкая пальцем в Кору.

Время будто остановилось. Музыка замолкла, взгляды обернулись.

Кора застыла, не веря в услышанное. Легаро мгновенно схватил её за руку.

— Что происходит?! — спросил он, глаза метались, ища источник опасности.

Эриа, чуть отстав, указал на стену дома:

— Смотрите!

На обветренной каменной кладке висел лист. Пожелтевший, но свежий. На нём — портрет.

Кора.

Жесткий контур, приписка: "Разыскивается. Ведьма. Особо опасна."

Толпа заходилась в шуме. Женщина в расшитой накидке закричала:

— Ловите ведьму!— и вслед за ней поднялось несколько голосов.

Люди отступали, расталкивая друг друга, некоторые схватились за камни, другие — за палки.

Праздник превратился в панику.

А над площадью — уже звучал зов тревоги, и вдалеке приближались охранные барабаны дворца.

Площадь взорвалась магией и паникой.

Эриа, окружённый стражниками, поднимал руки, и из них вырывались воздушные сферы — прозрачные, но мощные. Каждое движение сбивало нападающих с ног, их доспехи гремели при падении, а ветер Эриа рвался вперёд, словно сам Элинор говорил через него. Кора, стоявшая рядом, выпустила тёмные сферы — плотные, как живой дым, чёрные искры, с хрустальным гулом влетавшие в ряды преследователей. Их глаза наполнялись страхом, и те, кто минуту назад выкрикивали "Ведьма!" — теперь бежали прочь, спотыкаясь об собственные обвинения.

Легаро, с светом кристалла пульсирующим в груди, поднимал ладони — из них вспыхивал ослепляющий луч, осаждая разум врагов, как рассвет пробуждает боль от мрака.

На балконе дворца началась суета: носилки с престарелой королевой поднимали вверх, стражники пытались укрыть её, будто само присутствие Коры грозило падением мира.

— Нет…— прошептала Кора, и её магия вновь вспыхнула — неотступная, как суждение. Сфера тьмы вырвалась из её рук и ударила по колонне балкона — стража рухнула, носилки покачнулись, а королева — слетела вниз, словно время отреклось от её власти.

Толпа замерла.

Тело королевы лежало на мраморе площади.

— Королева мертва!— закричал лорд Южных Гарнизонов, его лицо исказилось от ярости. — Ведьма! Убить!

На балконе рыцарь семьи, с вытянутым мечом, встал перед дверью — высокая фигура, в сверкающих доспехах, готовый к схватке.

Юная принцесса, белая как первый снег, пробежала сквозь залу, исчезая в покоях — от ужаса или от замысла, никто не знал.

Вокруг ещё гудела магия, пепел от упавших знамен всё ещё витал в воздухе, но момент был не о битве — а о разломе.

— Очистить мир от людей… — повторила она мысленно. И внутри заколебалась не магия, а вера.

Легаро стоял рядом, его глаза, наполненные светом кристалла, были не яркими — они были испуганными. Он видел, как путь их меняется. Как Кора, когда-то защищавшая, теперь говорит голосом тех, кого она хотела спасти.

— Животные тебя одурманили!— произнёс он, крепко сжимая её руки. — Ты хочешь уничтожить людей?! Когда мы можем… править. Вести! Строить! Не разрушать!

Кора посмотрела на него. И в её взгляде столкнулись две силы — боль от предательства её магии… и страх, что он может быть прав.

— Ты видишь свет, — сказала она. — Но мир не хочет его. Люди уничтожают всё, что им не принадлежит.

— Да, многие, но не все! — Легаро шагнул ближе. — Ты сама видела — я, ты, принцесса, даже Эриа… мы из мира людей. И если ты веришь, что магия — это выбор, то не можешь говорить о смерти как об очищении.

Кора отвела взгляд. Кристаллы в её сумке дрожали. И она поняла: сила растёт… но власть не всегда — путь к спасению.

— Мы найдём четвертого хранителя,— тихо сказала она. — И я решу не с гневом. А с мудростью. Только тогда… можно говорить о будущем.

Лес, где ещё недавно дышала магия, вдруг стал теснее, будто сами деревья слушали этот спор. Легаро, обычно тихий и светлый, резко одёрнул сумку Коры, его лицо было перекошено не гневом, а уверенностью, что перешла границу веры.

— Нет! — проговорил он, и голос его звенел. — Мы не будем искать хранителей, мы найдём тех, кто сможет править! Эриа прав — великие дома сгнили. Их правление — это труха. Мы скинем их и построим своё. Семьи магии. Империи, где свет и тьма — не проклятье, а фундамент.

Кора застыла. Магия внутри неё дрожала, не от опасности — от боли.

— Но звери… и феи…— произнесла она. — Они были здесь до нас. Это их земля. Это их дыхание. Это их дом.

Легаро подошёл ближе, глаза его горели не светом, а огнём цели.

— Они хотят убить людей!— сказал он. — Ты сама слышала. Фейри говорили об очищении. Армии зверей готовятся к захвату. Если мы не станем щитом для людей — их истребят. Их больше, Кора.

И мы можем защитить их.

Но не через смирение — через силу.

Кора смотрела на него — на друга, спутника, хранителя.

И вдруг поняла: путь, который они начали, раскалывается.

Один вёл к равновесию. Другой — к трону.

Тьма в её руках не была яростью — она была болью. Взлёт — не триумфом, а падением в себя. Кора парила, магия внутри сотрясалась, как если бы весь Элинор кричал её словами. Она не хотела уничтожить — она хотела защитить, но это чувство уже горело, как рваная ткань в огне.

— Отдай мне сумку! — голос её дрожал, но не страхом, а отчаянием, не криком — молитвой.

Легаро отступил, глаза широко распахнуты, не веря тому, что видел. Он не защищал себя — он защищал выбор, сумку с кристаллами, ту нить, которую они плели месяцами.

Тьма вырвалась, как прилив после шторма.

Он выставил сумку вперёд, надеясь остановить магию…

Но она не остановилась.

Сфера ударила. Сумка разорвалась, и кристаллы — разбились. Их осколки не просто упали — они взорвались светом, вспышками, потоками энергии, что мгновенно растеклись по лесу, по камням, по земле, по ветру.

Элинор вдохнул магию.

Она разлетелась, будто искала новые сердца, новые руки, новые судьбы.

Кора рухнула на колени. Её руки всё ещё дрожали, глаза — расширенные от того, что не исправить.

— Неееттт... я должна была... найти хранителей… Я…

Эриа молчал. Легаро стоял, пепел от магии обжигал его пальцы.

Но Элинор молчать не хотел.

Вдалеке — вспышка.

Где-то — ребёнок вдруг заговорил со зверем.

Где-то — охотник опустил лук, увидев сияние из ладоней.

Магия проснулась сама.

И начала выбирать.

Лорд Южных земель взошёл на стены, его плащ развевался, будто сама власть сопровождала каждый его шаг. За спиной — десятки лучников, глаза острые, натянутые тетивы ловили каждое движение, их пальцы ждали знака. Взгляд лорда был прикован к летящей в воздухе фигуре — к Коре, окружённой дрожащей магией, как будто тьма пыталась удержать её от распада.

— Убить её!— рявкнул он, голос отозвался по всей площади, эхом разлетаясь в каменных арках и тревожных сердцах наблюдавших.

Легаро стоял рядом с Эриа, трещины от магического взрыва ещё не исчезли в воздухе. Он сжал кулаки, взгляд его был холоден, решительный.

— Лети, Эриа! Лети по Элинору — магия уже выбрала, её части живут в ком-то, мы должны найти их! Хранители, правители, неважно — они наши, они изменят мир!

Эриа колебался — в глазах была борьба. Он видел, как Кора темнеет, как магия разрывает её изнутри. Он видел, что мир на краю. Но всё же — кивнул.

— Я найду их, — сказал он, и ветер уже подхватывал его, словно сам Элинор торопил путь. Его силуэт исчез за дымом и тенями южного города.

Легаро повернулся к Коре.

— А я остановлю её, — сказал тихо, но как приговор.

Он знал: в ней теперь не только свет, но и тьма. Она — избранная, но тьма не спрашивает, прежде чем взять.

Он шагнул на площадь, навстречу вспыхивающим сферам, навстречу магии, что когда-то они звали защитой.

Небо раскололось.

Легаро взмыл вверх, его тело сияло, будто сам кристалл света вспыхнул всем своим гневом. Из ладоней вырвался столб — не просто луч, а поток чистого света, который пронизывал облака, очищал воздух, разрывал тьму над площадью. В ответ Кора поднялась — её магия теперь была не защитой, а бурей. Столб тьмы взметнулся, густой, клубящийся, как живой дым, и столкнулся с потоком света в центре города.

Мир замер — как будто Элинор смотрел в зеркало, где две силы встретились, не чтобы победить, а чтобы понять цену магии.

На стене стоял лорд Лориэль, фигура мощная, лицо искажённое болью и яростью. Его глаза метались между сражающимися магами, между пламенем и тенями. Один из стражей, младший, дрожащий, спросил:

— В кого стрелять, лорд Лориэль?..

Но ответ был не колебанием — был криком власти:

— Во всех! Они убили мою тётку — королеву, свет Южных Земель! Моя дочь... моя дочь! Её схватки начались от страха, от ужаса. Она теряет ребёнка, теряет наследие! Всё из-за них!

Лорд выхватил меч, и сотни стрел взметнулись в небо. Люди больше не искали виновного — они искали врага,не понимая, что в этой битве нет сторон, есть лишь разлом.

А в центре — Кора и Легаро.

Магия их столкнулась, не разрушив друг друга, но вызвав пульс, который разлетался по земле.

— Ты называешь меня чудовищем? — крикнула Кора, её голос звенел от тьмы.

— Ты уже стала им, — ответил Легаро, глаза его были полны не ненависти, а боли.

В тот миг, когда магия взорвалась над Элинором, когда свет и тьма схлестнулись на площадях, в покоях Южного дворца наступила глухая тишина. Юнона, лежащая в муках, уже не кричала — её дыхание оборвалось. В глазах застыла боль… и странная, почти небесная ясность. Она ушла — не от слабости, а как жертва, необходимая для рождения силы.

Лекари замерли. Её муж опустился на колени, глаза полные слёз. Они думали — всё кончено.

Но ребёнок задышал.

Тело малыша — тёплое, но вокруг него колыхалась жара, невидимая, но чувствующаяся в каждой щели. Огонь, тонкий, как дыхание дракона, заплясал над кожей. Маленькие пальцы сжались, и в этом сжатии — всё величие забытых магов.

— Факосо... — прошептал один из лекарей, словно имя уже было в воздухе. Имя, что не придумано, а передано.

И в этот момент факелы на стенах вспыхнули сильнее.

А за окнами — солнце остановилось на мгновение.

Четвёртый маг явился миру.

Не через выбор. А через жертву.

И его магия была огонь— не как разрушение, а как перерождение

Сила света в груди Легаро вспыхнула с невиданной яростью. Он чувствовал, как мир содрогнулся — магия дитя за стеной отзывалась в его костях, как древний зов предков. Рядом, обугленные стены дрожали от магического столкновения. Кора была ранена, её тёмная энергия угасала, и она исчезала в лесной дали, тень сдерживаемой бури.

А Легаро остался.

Когда лучники выстроились, готовые пустить залп, время будто сжалось. Их пальцы дрогнули… и стрелы замерли в воздухе — подвешенные светом, словно подвластны воле не человека, а судьбы.

Сжатыми кулаками Легаро направил потоки энергии, и стрелы развернулись — град, искривлённый решимостью. Они полетели обратно, сбивая лучников, проламывая латы, и даже Лорда Лориэля — властного, яростного — сбросили с парапета. Площадь затихла.

В зале дворца рыцарь — израненный, обезумевший от горя — сидел у тела погибшей жены. Его глаза были пустыми, но когда дверь взорвалась светом, он взвился как зверь, схватил меч, и бросился вперёд.

— Ты забрал мою семью! — прорычал он.

Легаро не кричал. Он только протянул ладонь.

Сфера света вырвалась — не вспышкой, а как суд.

И рыцарь сгорел — быстро, без крика, как если бы свет не уничтожил тело, а забрал боль.

Лекари и советники бросились в угол, охваченные страхом. Их маски власти упали — остались только лица.

И тогда Легаро шагнул вперёд, его голос гремел, но не от гнева.

— Я не убью вас. Но мир больше не будет принадлежать старым династиям.

Он повернулся к кроватке, где лежал младенец — сияющий, теплый, а вокруг него витал жар, будто огонь Элинор теперь дышал через него.

Легаро взял его на руки.

— Факосо… — выдохнул он. — Родоначальник магов огня. Династии, что восстановит мир, не разрушит.

Он повернулся к остальным, глаза его сияли.

— Поклонитесь… перед Верховным Лордом Юга. Поклонитесь… перед Факосо.

И даже советники, воспитанные в страхе, упали на колени, зная — магия выбрала новую эпоху.

Кора шла сквозь лес, будто сквозь память. Каждый шаг отзывался болью — магия внутри неё была не тьмой, а пеплом, разорванным её самой. Листва шептала ей о поражении, ветви тянулись как руки прошлого, а в груди — дрожало знание: её сила больше не принадлежала ей. Её выборы — обожжены.

Кровь просачивалась сквозь ткань, раны пульсировали, дыхание было обрывистым. Она не летела. Она ползла сквозь воспоминания, надеясь, что хоть звери ещё верят в неё. Что она — не разрушение.

У подножия старого дуба, где когда-то ей поклонился Лев, сидели звери: молчаливые, настороженные. Фавны с затаённым страхом, кентавры с напряжёнными спинами, волки — как тени на грани прыжка.

И вот — она появилась.

Из чащи, из сгоревших мыслей, из разбитой веры.

Кора, та, что кричала защитой, та, что вызвала бурю.

Раненая. Сломанная. Живая.

Она сделала последний шаг — и рухнула.

Земля мягко приняла её.

Звери не кинулись. Не отвернулись.

Они просто наблюдали.

Старый медведь медленно подошёл. Его лапа — огромная, но тёплая — легла рядом.

— Ты дошла. Значит, ещё не всё потеряно, — прошептал он.

А лес вокруг замер. Не с тревогой. А с надеждой, что из разбитого — можно собрать настоящее.

Кора медленно открыла глаза, и в первую секунду между дыханием и болью был только свет — едва ощутимый, чужой. Она лежала на мягкой земле, а над ней стояли фигуры — изящные, хрустальные, почти сияющие. Фейри. Брат и сестра Карбон, легендарные близнецы небесных родов, известные среди фей как хранители знаний и пророчеств. И именно они когда-то поверили в Кору.

— Ты проиграла,— произнёс Карбон, его голос был спокоен, но в каждой ноте — трещина горечи. — Мы доверили тебе кристаллы. Пошли против своих принцесс, против Совета Небес. Нарушили Кодекс Невмешательства. А ты… ты разбила всё.

Сестра Карбон стояла рядом, её глаза — как застывшее озеро.

— Ты не просто не спасла Элинор. Ты дала его в руки тех, кто считает магию властью. Мы вложили в тебя песню равновесия, а ты сыграла бой.

Кора медленно поднялась, каждый жест будто шёл против мира. Земля дрожала под ней, магия отзывающаяся в ранах.

— Я исправлюсь, — выдохнула она. — Я всё сделаю. Я уничтожу людей. Не ради мести. Ради спасения.

Но фейри не ответили сразу.

— До этого нашими врагами были только люди,— сказал брат Карбон. — Но теперь — маги. Легаро, твой спутник, твой свет, теперь стал королём. Пока ты лежала в беспамятстве, он захватил Южный Город и провозгласил младенца магом огня — лордом Юга. Он создаёт не союз, как Артур, а одно королевство людей, единое, централизованное, магическое. Что тогда, Кора?

Нас — зверей, фейри, теней — просто сотрут как ошибку истории.

Слова были не обвинением. А приговором.

Кора встала полностью, хоть и шатаясь.

В глазах — не злость. А решение.

В её теле снова поднималась тьма — но не ради разрушения. Ради нового баланса.

Пещера затихла, как будто сама земля отозвалась на слова Льва. Его силуэт, величественный и грозный, наполнил воздух тяжестью — не зверя, а лидера, чья душа чувствует каждое падение магии.

— Легаро захватил Восточный город,— произнёс он гулко, и слова повисли, как плеть над сердцем. — Лорд убит. Вся семья — казнена. Пламя объединения теперь пожирает корни мира.

Кора — раненая, поблекшая, но живая — приподнялась, каждый мускул отзывался стоном.

Её глаза, полные сломанных обещаний, смотрели сквозь пламя костра.

— Надо их остановить… пока магия не станет диктатом.

Лев кивнул, и множество зверей — фавны, кентавры, крылатые собравшиеся — приблизились, не толпой, а единым телом.

— Мы выдвигаемся сейчас же,— сказал он. — В западный город.

Кора моргнула — кровь всё ещё пульсировала в висках.

— Эриа там,— добавила она. — Но он — не цель. Там пленные. Те, кого бросили за то, что они другие.

Фейри. Звери. Даже дети с пробудившейся магией.

На Западе их больше всего. Там — наша искра. И там — будет удар.

Лев пронёсся мимо, его шаги грохотали как набат.

— Звериный удар,— повторил он. — Не месть. Не резня. А удар, который освободит. Пусть магия вновь дышит свободно.

А над их головами — древние птицы закружили в небе, как знамение того, что пламя внутри Коры ещё не потухло.

И что, возможно, Элинор ещё можно вернуть.

Раннее утро над Западным городом было прохладным, будто само небо затаило дыхание, предчувствуя развязку. В высоком зале дворца, устланном выцветшими коврами и древними гобеленами времён до Артура, король Роланд стоял у окна, и слабый свет рассвета скользил по его седым вискам.

Советники спорили, их голоса плотно заполняли пространство:

— Артур силён, его союз — законный!

— Но Легаро теперь зовёт себя «Лучем надежды» — он предлагает новую эру! Надежду, объединение, порядок!

Роланд сжал подлокотник трона, будто пытался удержать не власть, а остатки логики. В центре зала стоял Эриа — старик, в чьих глазах ветры древности всё ещё колыхались. Он был не просто представителем. Он — первородный маг воздуха, один из тех, кто слышит землю прежде, чем она заговорит.

— Легаро предлагает не просто союз. Он хочет объединения под единым троном, — говорил Эриа, его голос был как шелест осенних листьев. — А я — свидетель, что магия воздуха узрела в нём путь. Он не разрушит. Он построит. И вы должны выбрать, Роланд… до тех пор, пока вы можете выбирать.

Роланд посмотрел на него.

— А если мы не выберем?..

— Тогда магия выберет за вас.

— Угрозы в моем доме?! — взревел король Роланд, его глаза метнулись огнём, а пальцы сжались в кулаки. По первому жесту двое стражников бросились к Эриа, готовые скрутить старика — хоть и было ясно, что с магом не управиться так просто.

Но Эриа не пошевелился. Лишь махнул рукой, и воздух сгустился. Потоки воздушной магии, невидимые, но плотные, сорвали стражей с ног, швырнули их в каменные стены зала. Они рухнули с глухим стоном, без сознания.

Роланд замер. Зал затих. Даже огонь в камине, казалось, поумерил пламя.

И в этот момент, будто сама история ждала, вышла Ялинга.

Дочь короля, 22-летняя, с ясными глазами и тенью величия в поступи. Её платье — простое, но изысканное, её взгляд — спокойный, но проникающий. Она не испугалась. Просто… смотрела.

Эриа взглянул на неё. И голос его стал мягким, но обволакивающим, как ветер, шепчущий сквозь кроны древних деревьев.

— Если вы действительно переживаете за свой род, Роланд,— начал он, не обращаясь к власти, а к отцу. — То знайте — я, первородный маг воздуха, и будущий хранитель Запада, могу сделать так, чтобы ваши внуки правили не изгнанными, а королями. Чтобы ваше имя звучало не в отдалённых деревнях, а в залах объединённого Элинора.

Роланд вскинул брови.

— Как? — спросил он, недоверчиво.

Эриа склонил голову, будто древняя тайна всплыла вновь.

— Свадьба.

— Свадьба?— повторил король.

— Да,— Эриа шагнул ближе. — Отдайте свою дочь за меня… пусть магия не разделяет, а объединяет.

И тогда род Эриа — первородный и королевский — станет светочем Запада.

Советники замерли. Ялинга — не отвернулась. И даже воздух в зале — не двигался.

Элинор ждал ответа.

Колокола Западного города не звонили — кричали. Их гул разносился по башням, давал эхом в подземных улицах, отзывался в сердцах жителей. На балконе дворца король Роланд, Эриа, Ялинга и советники застали картину конца: стена рухнула, и сквозь пыль, камни и ветер вошли звери. Кентавры, гигантские лисы, рогатые стражи леса, и над ними — стая птиц, крылья которых бросали тени, как знамена восстания.

И над ними — тёмный силуэт.

Кора.

Её магия снова поднялась, раны сдерживала не плоть, а ярость.

Она летела, окружённая плотной тьмой, как комета войны.

— Кора!!! — выкрикнул Эриа.

Его голос — не ужас, а разочарование, словно брат увидел сестру, решившую сжечь род.

Роланд схватил его за руку.

— Спаси нас… и мы согласны! На всё! На союз! На свадьбу! На воздух! Только останови её!

Эриа замер, смотрел на город, на Ялингу, на пылающее небо. Он не знал, может ли, но понял — выбора нет.

— Тогда пусть воздух даст ответ огню, — прошептал он.

И взлетел.

Его тело словно растворилось в порыве ветра, одежда раздулась, посох затрепетал, и потоки закрутились вокруг него — спирали, древние, как дыхание Элинора. Он летел навстречу Коре, не чтобы сразиться. А чтобы пробудить то, что ещё оставалось живым в её сердце.

Небо над Западным городом стало ареной, где судьба замерла между вдохом и вспышкой.

Высоко, на границе облаков, Эриа — окутанный спиралями воздуха, древними как дыхание мира — летел навстречу тому, кого когда-то считал союзницей.

Кора — окружённая разорванной тьмой, пульсирующей магией зверей и разбитых кристаллов — парила, будто сама ночь обрела форму.

Эриа сжал ладони — потоки воздуха закрутились, образуя копьё прозрачной силы.

Кора вытянула руки — две сферы тьмы, плотные и дрожащие, как пульс обиды, вырвались вперёд.

Первый удар — их магии столкнулись в воздухе, взорвавшись волной, которая сотрясла башни, сорвала флаги, и заставила зверей отступить.

— Зачем ты идёшь войной?— крикнул Эриа, его голос разлетелся по ветру.

— Потому что выбор убил Элинор! — ответила Кора, и её сферы превратились в вихри теней, мчащиеся к магу.

Эриа развёл руки — из-за спины поднялись крылья воздуха, и они взметнули его выше. Он обрушил мощь вниз, словно шторм с небес.

Кора ответила вспышкой магии — вихрь из сотен звериных образов, пылающих в тьме.

Второй удар— волны сошлись, и воздух стал рваться, как ткань, пробитая гневом.

На площади все замерли. Люди, звери, фейри, даже сама Ялинга, смотрели вверх, где магия больше не делила — она судила.

Кора парила с дрожащими руками — её сила угасала.

Эриа видел это. Он шагнул вперёд — не для финального удара, а чтобы остановить падение.

— Ты не монстр, — произнёс он тихо. — Ты — хранитель, потерявшая дорогу. Позволь воздуху напомнить тебе её.

Тьма дрогнула.

Кора — замерла.

И тогда — тьма начала растворяться, как ночь, принявшая рассвет.

Когда магия дрогнула в небесах, и Кора — их голос, их надежда, их бешеный шторм — опустилась в слабости, животные замерли.

Они не отступили сразу. Они стояли, как будто искали в ней пульс, как будто всё ещё верили, что она поднимется. Но воздух молчал. Эриа парил над ней, свет его магии сиял, но уже не для них.

И тогда — пришли люди.

Войска Западного города высыпали на улицы: стройные, тяжёлые, уверенные. Латы блестели, копья сверкали, щиты гремели в ритме марша. Они не кричали — они прижимали. Давили. Сжимали зверей кольцом — то было не сражение, а расчёт.

Фавны прижимались друг к другу, волки рычали, но не прыгали. Кентавры сжимали оружие, но глаза их были полны тревоги, не ярости.

Они уже давно потеряли надежду. Сначала — на союз с фейри, потом — на равенство среди людей, теперь — на саму магию.

Кора, их опора, пала.

А над городом — всё ещё звучал ветер Эриа.

Но в самых тенях — между развалинами, у старого колодца — дрожала лапа старого барса.

Он шептал юным:

— Мы не звери тьмы. Мы звери веры. И даже в падении мы должны быть собой.

После битвы у западных стен и падения Коры, порядок миров — зверей, фейри, эльфов, гномов — рассыпался, как зола на ветру. То, что было сопротивлением, стало бегством. И бегство — уже не выбор, а инстинкт.

Звери — избитые, раненные, раздавленные — были взяты в плен. Многие убиты в толпе, другие разбежались по лесам, но даже самые древние и сильные из них чувствовали: основа рухнула.

Феи Западного Храма— не вступили в бой. Купол, древний защитный барьер, хранит их… но не вечно. Он пульсирует — и с каждым днем слабее.

Эльфы — гордые и летописные, теперь единицы. Они скрываются в чащах лесов, отказываясь от войны, но понимая — если падёт лес, падёт последняя песня истины.

Гномы — ушли в горы, замкнув врата древних шахт. Они не участвуют, но каждый гром выстрела звучит эхом в их пещерах.

А фейри — те, кто когда-то ходили по облакам, затворились в Небесном Городе. Их крылья больше не несут весть — они прижаты страхом.

А внизу — люди.

Их порядок разрастается, как сеть. Армии Легаро, города, признанные “лучиком”, расширяются. Объединение идёт не через дипломатию, а через завоевание. И тех, кто не подчинился, — уже не осталось.

Мир дрожит не от магии.

А от того, что магия боится людей.

Пещера, в которую Кора очнулась, казалась частью мира, которого больше не существовало — стены дышали кристаллами, свет шел из глубин, не касаясь земли. Фейри окружили её: Симальда, с пронизывающим взглядом, и Карбон, ехидный, но не предатель — он всё ещё верил.

— Вы… вы меня спасли?.. — прошептала Кора, едва поднимаясь.

— Спасли.— ответила Симальда, её голос звенел, как колокольчик, что пробуждает память. — А теперь — ты спасёшь Элинор.

Кора качнула головой.

— Нет… всё рухнуло. Остров пал. Легаро захватил четыре города. Артур… он наверняка склонится. Конец близок.

Карбон не дал ей утонуть в отчаянии. Он вынул из стены книгу, древнюю, покрытую знаками не слов, а потоков.

— Элинор не только магия. Он — запись самих духов. Когда они ушли, они оставили силу в кристаллах — её ты носишь. Но знания… они здесь.

Он открыл первую страницу.

Знаки зажглись, как дыхание. Магия шептала: смысл, ритм, путь.

— Кора, ты — преступление по кодексу фейри. Мы нарушили всё, отдав тебе силу. Но… выбора больше нет.

Она смотрела в сияние.

— Что я могу сделать?..

И тут Карбон — усмехнулся. В его глазах не было насмешки — была стратегия.

— Войско,— сказал он, и в его слове дрожала безумная, отчаянная надежда. — Не магия. А воля. Древние духи оставили не только силу — они оставили инструкции. Как собрать тех, кто ещё в тени, но не пал. У нас есть остатки зверей, скрытые гномы, эльфы — ты не создашь армию магии. Ты создашь войско Духа Элинора.

— Что — войско?..— выдохнула Кора, глядя на Карбона, как будто он только что предложил предательство.

И в этот момент по кругу пещеры пробежал волк — молодой, живой, его дыхание парило в холоде, а глаза отражали веру в тех, кого он охраняет.

Карбон открыл страницу древней книги.

— Читай. Сконцентрируйся. Не думай, просто следуй голосу духов.

Кора, дрожа, начала читать.

Слова были не текстом, а формой дыхания, древними заклинаниями, которые преобразовывали не плоть — а суть.

Вокруг волка поднялся тёмный дым, сначала как пар, потом как живая ткань. Волк замер… и исчез.

На его месте — человек, высокий, с тенью магии, тело как сотканное из ночи, но с глазами, где искрилась луна.

— Теневой воин! — прошептала Симальда, её голос был благоговением.

— Их убьёт лишь свет,— добавила она. — Любая стрела, любой меч — бесполезны. Только истинная магия света может остановить их. А в остальном… они — идеальные солдаты.

Кора, охваченная ужасом, закричала:

— Куда… куда делся волк?! Нет! Мы его убили! Мы уничтожили его ради этого облика!

Карбон не дрогнул.

— Такова жертва победы, — сказал он жестко, без утешений. — Животные не победят в войне, Кора. Не сами. Их души чисты, но телам не противостоять магии. Мы должны преобразовывать их. Каждый — станет магическим воином.

И ты — поведёшь это войско.

Кора, в слезах, опустилась на колени перед теневым воином.

А тот — молчал, но в его взгляде был отголосок волка.

Он помнит. Он не исчез.Он просто стал тем, кем должен был — чтобы Элинор получил шанс.

Проходили дни, а за ними месяцы, тишина Элинора наполнялась шорохом теней. Кора, измотанная и израненная, сидела у кристаллов с книгой духов, ее пальцы дрожали каждый раз, когда очередное имя исчезало из списка живых.

Звери исчезали.Один за другим. Волки, лисы, лани, даже древний олень — каждый превращался в воина, магическую фигуру без воспоминаний, но со следом духа внутри. Они не говорили, не ели, не спали — только ждали приказа.

Фейри, верные Карбону и Симальде, сновали между лесами и равнинами, тайно доставляя новых зверей. Некоторые плакали, некоторые — сомневались. Но они знали: другого пути уже нет.

А Кора… она истощалась. С каждым превращением часть ее души словно стиралась. Даже магия внутри кристаллов дрожала — духи не были бесконечны.

— Нам нужно быстрее! — взывала Симальда, бросая взгляд на часы лунного времени, что отсчитывали приближение “Конвергенции” — точки, когда Легаро объединит города и принесёт магическое господство.

Кора не отвечала. Она устала говорить.

Голос её был теперь — взгляд.

И даже тот взгляд — начинал тускнеть.

Пещера наполнилась древним шепотом. Симальда, сверкающая магией знания, листала страницу, и символы взлетали над книгой, как духи давно умерших магов.

— Усилители, — произнесла она, — артефакты, которые не дают магии тлеть. Они могут питать тебя, ускорять преобразование зверей, и даже усиливать твой голос на расстоянии.

Кора склонилась над страницей. Слова прыгали, как искры — та магия была не из кристаллов, а из памяти предметов.

— Но я не понимаю…— прошептала она.

— Для этого нужны реликвии правителей Элинора, — ответил Карбон. — Каждая вещь, бывшая в руках великого лидера, несёт отпечаток силы. И если она будет соединена с заклинанием духов — ты создашь артефакт, который изменит само течение войны.

Мы найдём их, — сказал Карбон, уже отсылая фейри в разные уголки мира.

—Но я… — начала Кора.

— Ты — создатель артефактов. Не просто маг. Ты — ковач силы.

А мы — принесём тебе пламя времени.

Фейри вернулись — из лесов, гор, руин и затонувших храмов. Они несли не просто предметы, а отголоски мира, который ещё дышал в тенях.

Медальон русалки , найденный в гробнице забытой королевы, хранил в себе шёпот предков.

Кольцо, снятое с руки кентавра, павшего в битве за Восточный город, пульсировало остаточной магией.

Палочка феи, вырезанная из дерева, что росло на границе мира и пустоты, была хрупкой, но живой.

Посох, принадлежавший изгнанному эльфу , был треснут, но не сломлен.

Диадема фейри, некогда символ мира между фейри и людьми, теперь стала сосудом тьмы.

Щит гномов покрытый трещинами, но всё ещё отражающий свет, был последним, что держал оборону у западных стен.

Кора, дрожащая, но решительная, открыла книгу. Знаки вспыхнули, и она начала ритуал впитывания. Тьма не поглощала — она переплеталась. Каждый артефакт стал не просто усилителем, а узлом силы, питающим её магию.

С каждым завершённым ритуалом — её тело становилось легче, её голос громче, её магия — быстрее.

Теперь преобразование зверей шло не по дням, а по часам.

Армия росла.

И в тенях — начинала шевелиться надежда.

Тьма не просто усиливала Кору — она поглощала её.

С каждым новым воином, с каждым ритуалом, с каждой вспышкой магии, её глаза становились глубже, голос — ровнее, движения — точнее.

Но сердце? Оно молчало.

Она больше не спрашивала, откуда пришёл зверь.

Не вспоминала, как волк смотрел на неё перед преобразованием.

Не чувствовала дрожь лани, не слышала шёпот совы.

Они исчезали — быстро.

Симальда наблюдала, тревога в её взгляде росла.

— Кора… ты не видишь?— прошептала она однажды. — Ты создаёшь армию, но теряешь Элинор. Не города. А его душу.

Кора не ответила.

Она стояла перед артефактами, как жрица перед алтарём, и её магия уже не дрожала — она командовала.

Карбон, хоть и ехидный, начал замечать:

— Она не спрашивает, кого мы приводим. Она просто… берёт.

И в пещере, где раньше звучали имена, теперь звучали приказы.

Пещера, некогда наполненная шепотом духов, теперь дрожала от слов, которые не были заклинанием — они были исповедью.

Кора стояла среди артефактов, её глаза — не магия, а боль.

Симальда, всё ещё сияющая, но уже с трещиной сомнения в голосе, смотрела на неё, как на ту, кого не узнавала.

— Все? — спросила Кора, глядя на пустые клетки, на следы лап, исчезнувшие в пыли.

— Наша армия готова?

—Полагаю, что да, госпожа, — ответила Симальда, но голос её был неуверен.

Кора замерла.

— Я хочу создать ещё один артефакт.

Симальда вздрогнула.

— Но зачем?.

— Я хочу создать часть себя. Живую часть. Я хочу… дитя.

— Дитя?..

— Продолжение. Если я проиграю этому предателю, пусть мои предки через дитя уничтожат его. Пусть моя магия не умрёт, а переродится.

Симальда медленно опустила взгляд.

— Но как?..

— Я нашла заклинание. Оно древнее, запрещённое. Я смогу. Но я ослабну. Я стану уязвимой.

— Так зачем же?.. — голос Симальды дрожал, как будто она уже жалела, что дала Коре книгу духов.

Кора шагнула ближе, её голос стал резким, почти сломанным:

— Ты не видишь? Прошёл год с тех пор, как я проиграла. И теперь — Легаро коронован. Он женился на дочери Артура. У них ребёнок!

Она сжала кулаки, магия вокруг неё затрепетала.

— Он должен был быть от меня. Мы должны были объединить магию и кровь. А теперь… посмотри на меня. На кого я похожа? Меня никто не полюбит. Никто. Но дитя… оно будет меня любить. Оно будет моим. Оно будет — дитя тьмы.

Симальда не ответила.

Потому что в этот момент она поняла:

Кора больше не борется за Элинор.

Она борется за отголосок себя.

Пещера затихла. Даже артефакты, что раньше пульсировали магией, будто замерли, чувствуя, что грядёт не ритуал — а перелом.

Кора стояла в центре круга, выложенного из шести артефактов: медальон, кольцо, палочка, посох, диадема, щит. Они светились не светом — тьмой, плотной, вязкой, как кровь древних духов.

Симальда наблюдала, не вмешиваясь. Она уже не была наставницей. Она была свидетелем.

Кора открыла книгу. Страница была чёрной, как безлунная ночь, и слова на ней — не знаки, а раны.

— Я создаю не оружие. Я создаю наследие, — прошептала она.

Она взяла прядь своих волос, каплю крови, и кристалл, что когда-то дал ей силу.

Магия вспыхнула. Артефакты дрогнули.

И воздух — разорвался.

Из центра круга поднялся силуэт. Маленький. Хрупкий.

Но не ребёнок.

Сущность.

Глаза — как зеркала, отражающие не свет, а все страхи Коры.

Кожа — как дым, постоянно меняющая форму.

Голос— не голос, а эхо её боли.

— Мама? — прозвучало в её сознании.

Кора упала на колени. Слёзы — впервые за год — потекли по её лицу.

— Да… ты моё дитя. Ты — моя часть. Ты — моя месть. Ты — мой шанс.

Симальда дрожала.

— Ты ослабла. Ты отдала часть себя. Теперь ты не бессмертна.

Кора улыбнулась.

— Но теперь я не одна.

Девочка стояла в полумраке пещеры, её глаза — как два озера, в которых отражалась не магия, а страх. Ей было на вид лет десять. Чёрные волосы спадали на плечи, как тень матери, которую она только начала узнавать.

— Она прекрасна, — прошептала Кора, глядя на дочь, как на единственное, что осталось от её человечности.

— Симальда… спрячь её. Если всё пойдёт не так — пусть она живёт. Пусть она будет свободна от моей войны.

Симальда, дрожащая, кивнула. Она уже не спорила. Она боялась.

— Мама, что происходит?.. — голос девочки был тонким, как трещина в стекле.

Кора опустилась на колени, обняла её, прижала к себе.

— Я ухожу на войну, солнышко. Я должна. Я не могу иначе. Я сражаюсь за нас. За то, чтобы мы были вместе. Чтобы магия Элинора жила. Чтобы люди… — её голос стал жёстким, почти хриплым, — чтобы они исчезли. Всё — для нас.

Слёзы текли по её щекам, но в глазах уже не было сомнений.

Только безумие, закалённое болью.

Девочка не понимала.

Она лишь смотрела, как мать надевает чёрные доспехи, как магия тьмы обвивает её тело, как артефакты вспыхивают, будто прощаются.

А Симальда — оттаскивает её назад, вглубь пещеры, туда, где свет не достаёт, но где можно выжить.

Кора вышла к войску.

И тьма — пошла за ней.

Пока Кора ковала армию в тенях, Альтера сияла в свете нового порядка.

Легаро — король уже почти год. Его правление казалось прочным, как камень, и мягким, как шелк. Города, что раньше спорили, теперь склонялись. Дворы, что когда-то хранили нейтралитет, теперь пели гимны в его честь.

Артур — ушёл.

Слухи ходили, как призраки: отравлен, предан, устранён.

Имя Эриа звучало в шепоте — как тень, что стоит за троном.

Но доказательств не было.

А народ — не искал правду. Он искал будущее.

И оно было в сыне Легаро.

Маленький мальчик, с глазами, как у Артура, и улыбкой, как у матери.

Он стал символом надежды.

Его называли Свет Элинора, Наследием двух корон, Тем, кто объединит магию и кровь.

Пока Кора собирала армию из боли,

Альтера собирала будущее из мира.

И вот весть пришла на рассвете, когда двор ещё спал. Тёмный город пал.

Не просто разрушен — истреблён.

Город, где когда-то жила Кора. Город, где она впервые узнала магию.

Теперь — он стал прахом её ярости.

Ни один выживший.

Ни одного дома.

Даже камни — расплавлены.

Магия тьмы прошла по улицам, как чума, истребив всё, что было связано с её прошлым.

Легаро — король, отец, стратег — был в ярости,которую не скрывал.

Он не кричал. Он действовал.

Он собрал первородных магов — тех, кому дал власть над городами, тех, кто клялись служить не свету, а порядку.

«— Собирайте войска», — сказал Легаро. — Каждый город. Каждая крепость. Каждое имя, что когда-то клялось мне — пусть поднимет меч.

Он сам спустился в арсенал.

Он сам выбрал доспехи.

Он сам начертал символ на знамени: не корона, а пламя.

— Если Кора хочет войны — она её получит.

Но она получит её от короля,

а не от призрака прошлого.

Небо над равниной было серым, будто само время замерло, не решаясь выбрать сторону.

С одной стороны — армия людей, тысячи солдат, маги, знамена, стальные доспехи, и в центре — Легаро, в сияющих доспехах, с посохом света, что пульсировал, как сердце мира.

С другой — теневые воины, сотни созданий, вырванных из зверей, сотканных из тьмы, с глазами, в которых не было ни страха, ни сомнений.

И за ними — Кора, в чёрных доспехах, с артефактами, что дрожали от переполненной магии, и с сердцем, в котором уже не было места для пощады.

Теневые воины не издавали звуков. Они не кричали, не маршировали. Они просто двигались, как волна, как тень, как приговор.

Легаро поднял посох. Свет вспыхнул, и земля дрогнула. Только его магия могла уничтожить этих созданий — всё остальное было бесполезно.

И началось.

Мечи людей проходили сквозь теневых, не причиняя вреда.

Огненные заклинания рассыпались, как пыль.

Но когда Легаро направлял свет — тени исчезали, сгорая, как бумага в пламени.

Кора, видя это, закричала:

— Ты не победишь! Я — мать тьмы! Я — то, что ты отверг!

Легаро ответил:

— Ты — боль. А я — конец боли.

И тогда — они сошлись.

равнине, где земля уже не принадлежала ни людям, ни зверям, ни магии, — встретились двое.

Легаро, король объединённого Альтера, в сияющих доспехах, с посохом света, что пульсировал, как сердце мира.

Кора, мать тьмы, в чёрной броне, с артефактами, что дрожали от переполненной магии, и с глазами, в которых не было ни пощады, ни сомнений.

Войска замерли.

Даже теневые воины остановились.

Даже маги прекратили шептать заклинания.

Потому что это была не битва армий.

Это была дуэль эпох.

Легаро первым поднял посох. Луч света вырвался, ударил в землю — и трава расцвела.

Кора ответила — волной тьмы, что поглотила свет, оставив лишь пепел.

«— Ты уничтожила город», — сказал Легаро. — Ты убила тех, кто тебя любил.

— Они отвергли меня, — прошептала Кора. — Ты отверг меня. Я — не просто маг. Я — мать. Я — месть.

Свет и тьма столкнулись.

Каждый удар — не просто магия, а воспоминание.

Легаро вспоминал Артура, Кора — свою дочь.

Он бил светом, она — тенью.

Он защищал будущее, она — мстила за прошлое.

В один момент Легаро упал на колено.

Кора подошла, её меч дрожал.

— Ты мог быть моим. Ты должен был быть моим.

— Я — не твой. Я — их. Я — свет, который ты потеряла.

И тогда — вспышка.

Легаро поднял посох, и свет ударил в сердце тьмы.

Кора закричала.

Но не от боли.

А от разрыва.

Её артефакты — треснули.

Её магия — дрогнула.

Но она — не исчезла.

Она отступила.

Не побеждённая.

Но сломленная.

— Тебе не убить меня, глупец! — голос Коры гремел, как раскат грозы. — Мои артефакты сильны! Пока они существуют — я жива! А ты… ты не уничтожишь их!

Она взмахнула рукой, и поток тьмы сбил Легаро с ног. Его посох света отлетел в сторону, и на миг — он был просто человек среди хаоса.

— Смотри! — закричала Кора, её глаза горели безумием. — Смотри, как твоё войско умирает!

Легаро поднял голову.

И увидел:

— Люди падали.

— Маги исчезали в тенях.

— Фейри, что пошли за Корой, истребляли без пощады.

— Теневые воины рвали строй, как ветер рвёт ткань.

Казалось — всё кончено.

Кора подняла меч, готовая нанести последний удар.

Но вдруг — небо озарилось.

Сначала — луч.

Потом — сотни.

И из света вылетели фейри.

С крыльями, как зеркала рассвета.

С магией, как дыхание древних лесов.

С лицами, в которых не было ни страха, ни ярости — только решимость.

— Нет… — прошипела Симальда, стоявшая рядом с Корой.

Её голос дрогнул.

И впервые — дрогнул голос Коры.

— Кто это?..— спросила она, шагнув назад.

Симальда смотрела вверх, будто сама не верила.

— Это фейри. Наши фейри. Но… те, кто были в нейтралитете. Те, кто не пошли за тобой. И их… их больше, чем нас.

Кора замерла.

Её артефакты дрожали.

Её армия — впервые — отступала.

А в небе — свет фейри начал рассеивать тьму.

Небо дрожало от магии, земля — от крови.

Кора стояла, окружённая теневыми воинами, когда к ней подлетели три фейри в коронах — Латея, Мирана и Стелла. Их крылья сияли, их голоса были как звон древних колоколов.

— вы должны быть с нами! — воскликнула кора. — Сторона магии — ваша природа!

— Нет, — твёрдо сказала Мирана. — Мы — на стороне мира. Не разрушения.

— Люди убивали вас! — закричала Кора, её голос был полон боли и ярости. — Они убивали существ! Я… я уничтожу их всех!

Стелла взмахнула рукой, её голос был ледяным:

— А чем ты лучше них, Кора? Они отнимали жизнь — и ты тоже.

Мы будем бороться за живых, не за месть.

Магия вспыхнула.

Три фейри — как три луча света — выпустили заклинания, что дрожали от чистоты.

Кора — выставила тёмный щит, артефакты загудели, и магия отразилась, но не исчезла.

В этот момент Легаро поднялся.

Свет его посоха вспыхнул вновь, и он направил его в небо, где фейри уже начали сходиться в бою.

Фейри, что были с Корой, — с крыльями, потемневшими от тьмы, — бросились на тех, кто пришёл с небес.

Фейри, что выбрали людей, — с крыльями, как рассвет, — ответили.

И началась резня.

Крылья рвались.

Магия вспыхивала, как кометы.

Песнь фейри — превратилась в крик.

Кора смотрела, не двигаясь.

Она хотела победы.

Но теперь — она видела войну магии против магии.

И впервые — её щит дрогнул не от удара, а от сомнения.

Битва длилась, как вечность.

Щит Коры — некогда непроницаемый — теперь был покрыт трещинами, как зеркало, отражающее её собственную разрушающуюся душу.

Каждый удар света, каждый всплеск магии фейри — оставлял след.

И всё же она стояла.

Когда на горизонте показались звери, сердце Коры дрогнуло.

— Да! Симальда, смотри! Они вернулись! Они пришли ко мне! — голос её был почти радостным, почти живым.

Но радость — длилась секунду.

Звери не присоединились.

Они бросились в бой — но не против людей.

Они начали истреблять теневых воинов, тех, кто был создан из их братьев, тех, кто был вырван из их плоти.

Кора замерла.

— Что… что происходит?! — её голос дрожал, не от гнева — от ужаса.

— Почему они сражаются против меня?!

— Они не сражаются против тебя, Кора.

Они сражаются за себя.

Ты отняла у них братьев. Ты превратила их в оружие.

Теперь они хотят вернуть свою природу — даже если ценой станет твоя магия.

Кора сжала кулаки.

Щит треснул.

И впервые — она почувствовала одиночество.

Щит Коры — треснувший, истончившийся — наконец рухнул.

Легаро, с лицом не гнева, а решимости, поднял посох света.

И ударил.

Свет прошёл сквозь неё — не как оружие, а как истина, которую она так долго отвергала.

Кора замерла.

Её кожа начала сиять, как будто сама тьма внутри неё пыталась удержаться, но не могла.

В этот миг — она поняла.

Звери, за которых она сражалась, отвернулись.

Фейри, которых она считала союзниками, бежали.

Легаро — предал её.

Но, быть может, он просто выбрал другой путь.

И всё, что у неё осталось — это дочь.

Единственное, что не отвернулось.

Единственное, что ещё могло любить.

Она повернулась к Симальде.

И без слов — мысленно — передала:

Спаси мою дочь.

Симальда — дрогнула.

Она поняла.

И в тот момент — простила.

Кора вздохнула.

И её тело — разлетелось в щепки, как артефакт, что отдал всё, что мог.

Артефакты — упали на землю, глухо, как камни памяти.

Теневые воины — растворились, будто никогда не существовали.

Фейри, что были с ней — бежали, оставляя за собой следы магии и слёз.

А над полем — осталась тишина.

Не победы.

А жертвы

Симальда попыталась улететь, но стела пустила магический шар прямо в нее и та рухнула.

Симальда очнулась на краю острова, её крылья были обожжены, дыхание — рваное. Вокруг неё — фейри, те, кто остались верны Коре, теперь сломленные, но не покорённые.

Перед ней стоял Карбон, его взгляд был мрачным, но в нём ещё теплилась искра расчёта.

— Что происходит?..— прошептала Симальда, поднимаясь.

— Нас изгоняют, — ответил Карбон. — Легаро откроет ход силой света. Мы уйдём с острова. Он станет для нас недоступен.

— зачем?

— Он ослаб. После битвы его магия истощена. Говорят, он скоро умрёт. А его сын ещё слишком мал, чтобы одолеть нас, если мы поднимем бунт. Фейри, что остались с ним — слишком мало. Но…

Карбон замолчал, затем добавил:

— Это всё принцесса Стелла. Она знает, что тьма в артефактах жива. И пока они существуют — часть Коры живёт.

Они боятся не нас. Они боятся её — даже мёртвой.

Симальда сжала кулаки.

— Значит, мы уйдём. Но вернёмся. Когда настанет время.

Она посмотрела на горизонт, где ветер уже начал сгущаться, где магия Легаро собиралась в вихрь.

— Единственное, о чём я жалею… я не успела спрятать дитя тьмы. Она всё ещё в тех пещерах.

Я надеюсь… она справится сама.

И тогда — проход открылся.

Легаро, стоя на утёсе, поднял руки, и ветер — не просто порыв, а воля света — сдул фейри, изгнал их в океан мира, в земли, где магия уже не подчинялась законам Элинора.

Остров — закрылся.

И стал недоступен.

Но в его глубинах, в пещерах, где когда-то родилась тьма,

осталась девочка с чёрными волосами,

и с сердцем, в котором ещё не решено —

быть любовью или местью.

Зло было повержено.

И казалось, свет восторжествовал.

Фейри, уцелевшие в великой битве,

покинули земли смертных,

возвысившись в свой небесный город,

где время течёт иначе,

а память о боли — тиха, как ветер над озером.

Животные, некогда свободные,

обрели разум — и потеряли волю.

Они стали слугами,

живыми механизмами нового порядка,

где свет диктует форму,

но не всегда — истину.

Легаро, ослабленный и изломанный,

не дожил до мира, что сам помог выковать.

Но прежде чем уйти,

он спрятал артефакты,

те, что не смог уничтожить,

те, что могли изменить ход веков.

Элинор погрузился в мир.

Сотни лет — без войн,

без пророчеств,

без героев.

Но в тенях,

в забытых родах,

в крови потомков дитя тьмы

тлела искра.

Они скрывались.

Они ждали.

Они искали.

И когда звёзды вновь станут чёрными,

а артефакты заговорят,

мир вспомнит имя,

которое было забыто.

3.1

ЧАСТЬ 3 ПОСЛЕДНЯЯ БИТВА

Глава 1

Луна очнулась от ведения. Её тёмные волосы прилипли к вискам, мокрые от пота и ужаса. Глаза были широко раскрыты, дыхание — прерывистым. Она сидела на каменном полу, обхватив себя руками, будто пыталась удержать внутри то, что только что увидела.

— Кора… я… — голос её дрожал, в нём было сожаление, горечь, страх.

Кора подошла медленно, почти беззвучно. Её шаги были тяжёлыми, как сама истина. Она опустилась рядом, положила руку на плечо девочки — не как мать, не как наставница, а как та, кто несёт бремя выбора.

— Теперь ты понимаешь меня? — спросила она тихо. — Я просто хочу вернуть Элинору былое.

— Но зачем тогда убивать существ? — Луна подняла взгляд, в её глазах была боль.

— Эти существа уже часть людей. Я сотру всё живое и воссоздам новый мир. Убив всех магов, я заберу их силы. И как когда-то духи создали фейри — я создам магических существ.

— Но… но это неправильно…

— Дитя, ты меня поймёшь. Если не уничтожить людей — они уничтожат вас. А существа… я хочу их оставить. Но без них мне не создать армию тьмы.

Кора встала, её силуэт отбрасывал длинную тень на стену. В её голосе не было ярости — только усталость и решимость.

— Луна, пойдём со мной. Ты же часть меня.

Луна не ответила. Внутри неё боролись два мира — тот, что она знала, и тот, что ей предлагали. И в этот момент она поняла: выбор будет не между добром и злом. А между памятью и будущим.

— Если они хотят уничтожить тьму, им придётся убить и тебя, — голос Коры был ровным, почти ласковым. — Ты — дитя тьмы. Пока ты жива, я всегда смогу вернуться. Не сразу, но со временем.

Луна сжала кулаки, её голос дрогнул:

— Нет! Корин не допустит этого. Он не убьёт меня.

Кора улыбнулась — тонко, с горечью.

— Я тоже думала, что Лучик не убьёт меня. Ах, эта любовь… она затуманивает весь разум.

— Нет! Корин не такой. Мои друзья не такие. Они меня не тронут. Мы победим тебя.

Луна отступила, взгляд её был твёрдым, но в нём уже жила боль. Она развернулась и пошла прочь по руинам, оставляя за собой только дрожание воздуха.

Симальда, стоявшая в тени, шагнула ближе:

— Мы отпустим её?

Кора не обернулась.

— Она вернётся. Вот увидишь.

Пауза. Затем — приказ:

— Бери брата и с войском идите покорять север. А Скарлет и Карлоф пусть найдут Корина. Он угроза. Если фейри ещё живы — эти паршивки — они нам могут помешать.

— А вы, госпожа?

— А я останусь здесь. Силы возвращаются, но не с той скоростью, которую я желала бы.

Кора опустила взгляд на камень, где когда-то стоял трон. Её пальцы коснулись пыли, и она прошептала:

— Но скоро… скоро всё начнётся.

В это время Корин ступал по каменистой тропе, ведущей вниз с небесного города, и каждый его шаг будто оставлял за собой отблеск света. Его силы были выше, чем когда-либо — магия слушалась его без усилий, и даже ветер, казалось, расступался перед ним. Он поднял руку, и луч света скользнул по воздуху, озаряя путь.

— Отлично. «Теперь мы победим», — произнёс он, глядя в даль, где за горизонтом лежала Альтера.

Он ещё не знал, что города больше нет. Что башни разрушены, улицы пусты, а его друзья — в плену у старой королевы, той самой, чья тень снова поднимается над Элинором. Он шёл с уверенностью, с решимостью, но путь был долгим. Пешком — слишком долгим.

Корин остановился, прикинул расстояние. Западный город был ближе. Дом тётки — недалеко от его окраины. Да, она никогда не была в восторге от него. Считала его слишком дерзким, слишком свободным. Но она не откажет королю. Не сейчас, когда Элинор на грани.

Он направился на запад. Ветер усилился, небо потемнело, и в его сердце впервые за долгое время закралась тревога. Что-то было не так. Слишком тихо. Слишком спокойно.

Город встретил Корина тишиной. Улицы были пусты, лавки закрыты, окна — заколочены. Лишь у замка, во внутреннем дворе, толпились жители — испуганные, напряжённые, будто ждали приговора. Стены крепости были усилены — новые башни, свежие бойницы, магические щиты, мерцающие в воздухе. Всё говорило о тревоге.

— Что-то не так, — подумал Корин, сжимая кулак.

Стража у ворот узнала его сразу. Один из воинов — седой, с шрамом на щеке — упал на одно колено.

— Наш король!

— Встаньте, — сказал Корин, не меняя тона. — Мне нужна верховная леди Запада. Где Натали?

Стража переглянулась, затем молча повела его через внутренний двор. Каменные арки, гобелены с гербом Запада, факелы, горящие синим пламенем — всё было знакомо, но чуждо. Корин чувствовал: здесь что-то произошло. Что-то, чего он ещё не знает.

Они вошли в тронный зал. Просторный, с высоким сводом, он был пуст — кроме одной фигуры. На троне сидела Натали. Величественная, с серебряной диадемой, в тёмно-зелёном платье, она смотрела на Корина, не вставая.

«— Ты вернулся», — произнесла она. — И, как всегда, без предупреждения.

Корин остановился в нескольких шагах.

- мне нужна повозка, добраться до Альтеров. Женщина дрогнула. - как? Ты не знаешь? О Корин! - не знаю, чего? - столица пала! Город разрушен, я не знаю выжил ли кто-то.

Корин застыл. Слова Натали ударили, как клинок в грудь. Он облокотился о холодную каменную стену, и на миг весь свет, что шёл за ним, будто потух. Луна. Друзья. Альтера. Всё, что было его домом, его смыслом — исчезло в одном дыхании.

— Луна… друзья… нет… — прошептал он, и голос его дрогнул.

Натали подошла ближе, её лицо было твёрдым, но в глазах — боль. Она не была ему близка, не была союзницей, но сейчас между ними не было прошлого. Только пепел и выбор.

— Корин, они возможно живы. Я не знаю. Но послушай меня. Между нами были разногласия, да. Ты дерзкий, ты не слушаешь, ты идёшь своим путём. Но сейчас — не время для гордости. Я сражаюсь за живых. Маги почти истреблены. Ты — последний маг Света. А я — возможно последняя из воздушных.

Она взяла его за руку. Не как тётка. Как мать, потерявшая сына. Как воительница, потерявшая армию.

— Спаси моего сына. Спаси мой город. Спаси Элинор.

Корин поднял взгляд. Свет снова дрогнул за его плечами. Он не ответил. Но в его глазах — уже был огонь.

Гнев озарил Корина, как пламя, вырвавшееся из глубин души. Вспышка Света разнеслась по залу, ослепив стражу и заставив Натали инстинктивно отступить. Его тело засияло — не как маг, а как явление, как воля самой Элиноры. Он взлетел сквозь окно, оставив за собой след света, и в небе был похож на комету, несущую возмездие.

Корин долетел до руин Альтеры, как комета, оставляя за собой след света. Город лежал в пепле — башни разрушены, улицы мертвы, магические круги разорваны. Но среди обломков двигались фигуры — не люди, не солдаты, а нечто иное.

Теневые воины.

Они были высокими, закутанными в чёрные плащи, лица скрыты под масками, из которых не исходило ни звука. Их движения были резкими, но бесшумными, как у хищников. Они не говорили. Не переглядывались. Не отдавали приказов. Только шли — методично, будто искали что-то.

Корин опустился на землю, свет вокруг него дрогнул, готовый вспыхнуть. Один из теневых остановился, повернул голову в его сторону. Остальные — замерли. Ни крика, ни угрозы. Только тишина.

Корин сжал кулак. Он не искал битвы. Он искал друзей. Но если путь к ним лежит через этих — он пройдёт.

Как шакалы, теневые воины метнулись к нему — с разных сторон, из тени, из пепла, из трещин разрушенного города. Их движения были быстрыми, резкими, но ни один не смог дотронуться. Свет, исходящий от Корина, был не просто защитой — он был волей, гневом, правдой. Словно клинок, он рассекал воздух, и каждый взмах руки превращался в удар, от которого исчезали тела, растворялись маски, гасли тени.

Один — исчез. Второй — рассыпался в прах. Третий — застыл, прежде чем рухнуть, как пустая оболочка.

И тогда — столб Света вспыхнул ввысь. Он был ослепительным, чистым, как сама суть Элинора. Он прорезал облака, достиг небес, и из каждого уголка острова — от северных долин до западных скал — люди увидели свет. Увидели знак. Увидели надежду.

Из-за тёмного трона, окутанного пеплом и тенями, вышла она. Кора. Вся в морщинах, с кожей цвета угля, с седыми, но всё ещё тёмными волосами, спадающими на плечи. Её глаза горели — не жизнью, а безумием, древним, как сама магия.

— Кора! — выкрикнул Корин, и ярость вспыхнула в нём, как пламя. Он направил луч Света прямо в неё — чистый, ослепительный, как сама суть Элинора.

Но вокруг неё мгновенно вырос щит — из тёмной материи, вязкой, как смола, и плотной, как ненависть. Свет ударил в него, но не пробил. Только дрогнул и исчез.

Кора засмеялась — хрипло, с треском, как будто смеялась сама земля.

— О, Корин… ты правда решил меня убить? Глупец!

Она махнула рукой, и волна тьмы отбросила его к разрушенной колонне. Он ударился спиной, осел, но не сломался. Слёзы текли по его лицу — не от боли, от отчаяния.

— Я тебя убью! — прошептал он. — Ты чудовище. Ты хочешь уничтожить всё!

Кора подошла, медленно, как смерть. Её костлявая рука сомкнулась на его шее, и он почувствовал холод — не физический, а тот, что проникает в душу.

— Глупец, — прошипела она. — Я хочу создать магический мир, каким он был изначально. Люди — блохи, что заполонили землю. Я уничтожу их. Всех.

— Пойми же, — прошипела она, — люди уничтожат нас, магов. Они почти истребили зверей. Немного времени — и они добьют всех. Я хочу создать магический мир, каким он был изначально. Люди — блохи, что заполонили землю. Я уничтожу их.

— В данный момент добиваешь всех ты! — выкрикнул Корин, и свет внутри него вспыхнул вновь.

Его кожа засияла, и из ладони вырвался луч, обжёг руку Коры. Та заорала, отшатнулась, её щит дрогнул.

— Ааааааа!

— Ты никогда не победишь, пока не убьёшь Луну! — выкрикнула она, и засмеялась, с безумием в голосе.

В гневе Корин поднялся, и выпустил новую вспышку. Свет ударил в неё, отбросил к стене, которая не выдержала — обрушилась, поглотив её под собой. Камни, балки, магические артефакты — всё рухнуло, похоронив её силуэт.

Корин стоял, тяжело дыша. Он не чувствовал победы. Только боль. Он развернулся, и, не оглядываясь, пошёл прочь — в поисках друзей. В поисках любимой. В поисках тех, ради кого он ещё жив.

Корин шёл. Больше недели. Сквозь выжженные земли, через перелески, где деревья стояли, будто свидетели гибели, через мёртвые деревни, где даже ветер не шевелил занавески. Он не летел — силы были истощены после столкновения с Корой. Он шёл, как человек, как воин, как тот, кто не сдаётся.

Его цель была ясна: восточный город. Город Софии. Его десницы, его союзницы, его опоры. Если кто-то из друзей спасся — они там. Только там.

Из всех городов Элинора лишь четыре ещё держались. Четыре — против сотен теневых отрядов. Восточный город был одним из них. И если он падёт — магия света исчезнет окончательно.

На седьмой день пути Корин вышел к перевалу. За ним — равнина, и на горизонте — башни восточного города. Они были целы. Но над ними висело небо, затянутое серым. Он почувствовал: здесь будет решающий момент.

Он ускорил шаг. Свет внутри него дрожал, но не гас. Он не знал, кто выжил. Не знал, кто ждёт. Но он знал — если София жива, она уже готовит защиту. И если друзья рядом — он найдёт их.

Корин вбежал в восточные залы. Каменные стены, зелёные знамёна, магические факелы — всё было знакомо. За круглым столом сидели Далия и Борис — подростки, дети Софии. Вокруг — советники, напряжённые, молчаливые.

Далия смотрела строго, Борис — с удивлением. Их лица были серьёзными, но в них не было вражды. Да, они злились — за отца, за разрушенный мир. Но они не причинят вреда Корину. Их сила — магия земли, но она слаба. Они не враги.

— Корин? Это ты? Неужели! — радостно сказал Борис и направился к знакомому.

Далия напряглась, её взгляд стал острым, как лезвие.

— Корин, мы не рады тебе! — голос её дрожал, но не от страха, от гнева. — Наша мать из-за тебя неведома где! Наши города! Ты просто ушёл на месяцы!

В зале повисла тишина. Советники замерли, Борис опустил глаза.

— А мы! — продолжала Далия, шагнув ближе. — Нам пришлось принимать беженцев с деревень, кормить их, защищать, строить барьеры, когда ты был где-то там, в небесах!

Она замолчала на миг, затем добавила, уже тише:

— Но это неважно. Мои слова, как всегда, не имеют ценности.

Корин стоял молча. Он не знал, что сказать Далии. Слова застряли в горле, а свет внутри него дрожал, будто не решаясь вспыхнуть. Но тут дверь скрипнула.

«— Эту бессмысленную беседу стоит прервать, Корин», — сказал Борис, отступая от стола. — Ты явно будешь рад увидеть кое-кого.

В комнату вошли Роланд и Маргарет. Их шаги были быстрыми, лица — усталыми, но живыми. Корин замер, затем его волосы засветились вновь — мягким, золотым светом, как отклик, на радость.

— Ребята! Это вы! — выдохнул он, и побежал к ним, сквозь слёзы, в объятия.

Они обняли его крепко, как родного. В их голосах — облегчение.

— Мы так рады, Корин! — сказала Маргарет. — Больше месяца мы здесь, в восточном городе. Наш городок пал, мы прибыли сюда, хотели попасть к Алекс и совету…

Роланд продолжил:

— Но говорят, Элизабет посадила их в тюрьму. Свергла Скорпио. Их город тоже захватили. Она теперь на юге — с семьёй и пленными.

Маргарет сжала руку Корина:

— Теперь, когда ты вернулся, мы должны отправиться туда. Мы не можем ждать.

Корин выпрямился, его голос прозвучал твёрдо, как удар меча:

— Решено! Собираем войска! Мы идём на юг!

В зале поднялся шум. Советники переглянулись, Борис сжал кулаки, Далия напряглась, но не возразила. Свет вокруг Корина дрогнул, усилился, будто сама магия откликнулась на его решимость.

— Вызволим друзей, — продолжил он, — и тогда все вместе одолеем войско тьмы!

Роланд и Маргарет кивнули. Их лица были полны надежды. Это был момент, когда страх уступил место действию. Восточный зал больше не был просто убежищем — он стал штабом сопротивления.

Началась подготовка. В зале восточной крепости снова зазвучали шаги, голоса, магические формулы. Отряд был небольшой — десяток магов, несколько воинов, пара разведчиков. Но это было лучше, чем идти в одиночку. Каждый из них знал: впереди — юг, плен, Элизабет, и, возможно, последняя битва.

Корин стоял у карты, отмечая путь. Рядом — Роланд, с тревогой в голосе:

— Корин, ты уверен, что все наши там? У Элизабет?

Корин не сразу ответил. Он смотрел на южные земли, на символы захваченных городов, на пустые отметки, где когда-то были союзники.

«— Я не знаю», — сказал он наконец. — Это лишь слухи. Но… были бы они свободны — нашли бы нас.

Прошло всего пару дней, но для Элинора это были дни, равные эпохе. Восточный город проснулся от страха, от оцепенения, от ожидания. Под сводами крепости, в залах, на площадях — шла подготовка. Люди собирались, маги чертили знаки, воины точили клинки. И вот — отряд был готов.

Небольшая горстка. Около двухсот воинов. Но каждый — с историей, с болью, с решимостью. Во главе — Корин, Роланд и Маргарет. Свет, разум и воля. Они несли в себе не армию — они несли смысл.

На рассвете третьего дня ворота восточного города открылись. Без фанфар, без речей. Только шаги. Только тишина. Только взгляд Корина, устремлённый на юг.

И уже к вечеру вести об этом разлетелись по всему оставшемуся живому Элинору. Через магические потоки, через шёпот беженцев, через птиц, несущих знаки.

Король вернулся.

Эти слова звучали в землянках, в разрушенных башнях, в лесах, где прятались дети. Они звучали не как титул — как надежда.

На юге об этом узнали быстро. Весть о возвращении Корина пронеслась по лагерям, по захваченным улицам, по магическим каналам. Она проникла даже в стены дворца Элизабет, где тьма уже начала плести свои узоры.

— Матушка, Корин идёт! — воскликнул Кай, вбежав в зал. — Как несколько лет назад! Опять! Идёт!

Элизабет сидела на троне, окружённая теневыми советниками. Её взгляд был холодным, но в нём дрожала тень тревоги. Она не ответила сразу.

— Я тебе говорил, — продолжил Кай, — нужно было сражаться с ним. Тьма захочет уничтожить всех нас, а ты всё кичишься своим троном!

Элизабет медленно повернулась к нему. Её голос был ровным, но в нём звучала сталь:

«— Да я думаю о тебе и внуках», — сказала она, глядя на малышей от Селисы, играющих у стены. — Мы должны править. И будем.

Кай сжал кулаки. Его лицо потемнело от гнева.

— Ты неисправима… — прошептал он. — Зря я молчал и шёл за тобой. Корин мне этого не простит вновь.

Он развернулся и ушёл в свои покои, оставив мать в тишине. Элизабет не остановила его.

— Что делать, королева?

Элизабет поднялась. Её платье — чёрное, с серебряной вышивкой, — колыхнулось, как тень. В её глазах — не магия, не власть, а безумие. Старое, знакомое, то самое, что когда-то поглотило её разум.

— Я что, зря убила Скорпио?! — выкрикнула она, шагнув вперёд. — Зря отвоевала юг у Килиана?! Зря убила его?! Зря поймала мужа?!

Генерал отступил на шаг. В зале стало холодно.

— Я не сдамся! — её голос дрожал, но не от страха — от ярости. — Трон мойййййй!

Она закричала, и звук отразился от стен, как удар. Советники замерли. Даже тени в углах дрогнули.

Элизабет стояла, тяжело дыша. Камень, что когда-то дурманил её разум, давно был уничтожен. Но безумие не ушло. Оно не было магическим. Оно было человеческим.

Изъяны — они не из-за тьмы. Они у нас в головах.

Кай гневно шёл по коридору. Его шаги отдавались эхом по каменным плитам, кулаки были сжаты, лицо — напряжено. Он только что слышал крик матери, её безумные речи о троне, о власти, о победе. Всё внутри него кипело.

Он распахнул дверь своих покоев, готовый сбросить гнев на стены, на мебель, на себя. Но гнев мгновенно потух.

На его кровати лежала она.

Черноволосая. Светлокожая. Красивая.

Луна.

Девушка была без сил. Её дыхание — слабое, глаза — полны тревоги. Она приподнялась, увидев его, и прошептала:

— Кай… я… Мне некуда было идти… Я не знала, где кто-то… Когда Корин пропал, я…

Кай замер. Его голос стал тише, почти шёпотом:

— Так ты не знаешь?

Луна посмотрела на него, растерянно:

— Не знаю, что?

Он подошёл ближе, сел рядом, и сказал:

— Он вернулся. Идёт сюда. Спасти друзей.

Луна села, её глаза расширились:

— Они все тут? У вас?

Кай кивнул, сдержанно:

— Да. Мама их забрала как трофеи. Но уверяю — все невредимы.

Она не слышала его — не потому что не хотела, а потому что всё её существо было заполнено одним: Корин вернулся.

Значит, их долгая разлука скоро закончится.

Кай стоял рядом, наблюдая. Он видел, как её губы дрожат, как пальцы сжимаются в простыню. Он понял: она не здесь. Она — в мыслях, в воспоминаниях, в надежде.

Он сел рядом, тихо, но твёрдо:

— Луна! Ты знаешь мои чувства к тебе. Но я не заставлю тебя полюбить меня.

Она не ответила. Только слегка повернула голову, не отрываясь от потолка.

— Я помогу, — продолжил он. — Мы с тобой отправимся к Корину. На совете я слышал — Кудрей и остальные уже идут. Мы их догоним. Предотвратим бойню.

Луна медленно повернулась к нему. В её взгляде — печаль, но и решимость.

— Ты думаешь, Корин остановится? — спросила она. — Он всё равно пойдёт сюда. За друзьями. Я сделала бы так же.

Кай кивнул. Он не спорил. Он понимал её.

— Луна, перед тобой маг огня. А ты — маг тьмы. Думаешь, мы не справимся?

Он мягко улыбнулся, глядя на подругу. В его глазах — не упрёк, не ревность. Только тепло. Только готовность идти рядом, даже если сердце её принадлежит другому.

К ночи, когда дворец уснул, когда даже тени перестали шевелиться, Луна и Кай покинули свои покои. Тихо, без магии, без света. Они шли по узким коридорам, ведущим вниз — туда, где хранились секреты юга, где стены были сырыми, а воздух — тяжёлым.

Подземелье встретило их тишиной. Каменные арки, железные двери, запах пыли и ржавчины. Там, у входа в нижние камеры, стояли десять стражников. Они не знали, что кто-то идёт. Пока.

Кай остановился, бросив взгляд на Луну:

— Ты уверена?

Она кивнула, не дрогнув:

— Мы должны попробовать. Иначе Корин придёт сюда, и начнётся бойня. А нам сейчас каждый человек дорог.

Они переглянулись. В её глазах — решимость. В его — тревога.

Луна вдруг замедлила шаг. Её голос стал тише:

— Кай… Я хотела рассказать тебе ещё кое-что.

Парень напрягся. Он чувствовал, что это не просто слова.

— Что?

Луна остановилась. На её глазах блеснули слёзы.

— Если меня не станет… пожалуйста, стань Корину другом. Не воюйте с ним.

Кай замер. Он смотрел на неё, не веря.

— Я и не собирался. Но что может случиться? К чему этот разговор?

Луна отвела взгляд. Слёзы скатились по её щеке, но она не вытерла их. Она знала: всё может измениться в любой момент.

И вдруг — звук. Шаг. Скрип. За углом появился один из стражников. Он услышал шёпот. Он уже тянулся к мечу.

— Потом! — крикнула Луна, выпрыгнув из-за угла.

Её голос разрезал тишину, как клинок. Из рук вырвалась тьма — густая, живая, как дым, но с силой удара молнии. Поток магии ударил в ближайшего стражника, и тот отлетел в стену, потеряв сознание. Камень треснул, тело рухнуло.

Остальные стражники закричали, выхватывая мечи. Начался бой.

Кай мгновенно активировал огненный щит, вспыхнувший вокруг него, как пульсирующий купол. Он шагнул вперёд, отбивая первый удар. Луна — рядом, её тьма двигалась волнами, сбивая противников с ног, ослепляя, сковывая движения.

— Слева! — крикнул Кай, и метнул огненный шар, который взорвался у ног троих стражников, отбросив их назад.

Один из них успел ударить Луну по плечу — она вскрикнула, но не упала. Тьма вокруг неё стала плотнее, почти жидкой. Она подняла руку, и магия вырвалась, как крик — стражник застыл, затем рухнул, как марионетка с обрезанными нитями.

Кай прикрыл её спину, отбивая удары. Он двигался быстро, точно, как в тренировках, но теперь — всерьёз. Это был не бой за честь. Это был бой за шанс.

— Луна! — крикнул он, — ещё трое у лестницы!

— Я вижу! — ответила она, и тьма метнулась вперёд, как зверь.

Подземелье наполнилось звуками магии, стали, криков. Но они держались. Они были не просто маги — они были союзники. И у них была цель.

Луна стояла у входа в подземелье, её руки дрожали от напряжения. Перед ней — стена из тьмы, плотная, пульсирующая, как живая ткань. За ней слышались шаги, крики, удары — новоприбывшие стражи пытались прорваться, но магия Луны держала их.

— Кай, скорее! — крикнула она, голос срывался. — Я не смогу долго!

Кай метнулся к решёткам. Он быстро нашёл связку ключей, пальцы скользили, но он не останавливался. Одна за другой открывались камеры, и из них выходили знакомые лица — измученные, но живые.

Леди Пичес — советница Корина, маг воды, с серебряными глазами и синим плащом, едва держалась на ногах.

Елизавета Гемени — казначей, маг ветра, с растрёпанными волосами, но ясным взглядом.

Алекс — генерал, главная подруга Корина, маг огня, с ожогами на руках, но с тем же боевым пульсом в глазах.

И, наконец, София Терра — верховная леди восточного города, десница Корина, сильнейший маг земли. Она вышла из камеры, как из тени, сдержанная, но величественная. Её взгляд — как камень, как корни, как сила.

Но была ещё одна камера.

Кай замер, увидев лицо за решёткой.

— Отец! — крикнул он, шагнув вперёд. — Ты… ты жив? Я думал тебя убили ещё в битве за Альтеру!

Мужчина засмеялся, хрипло, но уверенно:

— Нет. Я вернулся в свой южный город. Килиан меня поймал. А когда мать твоя захватила город — не стала меня выпускать. Что разумно. Иначе я бы захватил город вновь. И сверг её.

Кай стоял, не веря. Но голос Алекс был резким:

— Кай, уходим!

— Но отец…

— Ты сошёл с ума! — сказала она, шагнув к нему. — Он же сильнейший маг огня. У него в голове лишь власть. Как у твоей матери! Ты хочешь нового врага? Нам сейчас нельзя сражаться друг с другом. Мы должны уничтожить Кору!

Кай сжал ключ. Его лицо было напряжённым, но решительным.

«— Вот именно», — сказал он. — Маг огня нам не помешает.

Он открыл клетку.

Все замерли. Даже Луна, даже София. В воздухе повисло напряжение. Никто не знал, что будет дальше.

Но отец Кая вышел из камеры — спокойно, уверенно, как будто никогда не был пленником. И в его глазах — не было благодарности. Только расчёт.

Феликс шёл вальяжно, будто всё происходящее было заранее решено. Его шаги звучали уверенно, взгляд — холодный, как у судьи. Он подошёл к двери, запечатанной магией Луны, и остановился, не торопясь.

— А ну, открой её, — бросил он, не повышая голоса.

Луна стояла у стены, обессиленная. Её руки дрожали, магия внутри почти иссякла. Барьер держался на последних остатках воли. Но она была только рада отпустить его. Слишком много боли, слишком мало сил.

Стену тьмы разорвало. Поток магии исчез, и вход в подземелье открылся.

Воины, стоявшие перед Феликсом, ринулись внутрь. Их лица были полны ярости, оружие — готово к бою. Но они не успели сделать и нескольких шагов.

Феликс поднял руки. Магия огня вспыхнула, как взрыв. Поток пламени вырвался из его ладоней, охватив проход. Это был не просто огонь — это была кара.

Пламя ударило в воинов, и они начали сгорать заживо. Крики, пепел, вспышки — всё смешалось в один кошмарный миг. Камни раскалились, воздух задрожал, стены покрылись копотью.

Феликс не дрогнул. Он смотрел, как огонь пожирает тех, кто осмелился войти. Это был не бой. Это была демонстрация.

Он вышел из подземелья вальяжно, как будто не было ни боя, ни криков, ни магии. Его походка была неспешной, уверенной, будто он возвращался домой, а не покидал камеру, где провёл долгие месяцы. Плащ огня за его спиной колыхался, не от ветра — от силы.

Остальные шли за ним. Алекс, София, Луна, Кай, освобождённые маги — все в напряжении. Никто не понимал, что делать. Они освободили союзников, но теперь шли за тем, кто был врагом. Или союзником. Или кем-то третьим, более опасным.

Феликс не оглядывался. Он не говорил. Он просто шёл — прямо, по коридорам дворца, мимо стражи, мимо потрясённых слуг, мимо теней, что прятались в углах. Его шаги звучали как приговор.

Он шёл в тронный зал.

И никто не осмелился остановить его.

Тронный зал был пуст. Ни охраны, ни советников, ни самой Элизабет. Только каменные стены, высокий свод, и трон — массивный, чёрный, с гравировкой пылающего знака. Тишина давила, будто сама магия затаилась.

Кай вошёл первым, остановился у порога. Его голос прозвучал резко, с тревогой:

— Мы собирались спасти пленных и бежать!

Феликс усмехнулся. Его походка осталась вальяжной, как будто он не слышал тревоги сына. Он подошёл к трону, провёл рукой по подлокотнику, будто вспоминая.

— Бежать? — повторил он, с насмешкой. — Глупец.

Он повернулся к Каю, и в его глазах вспыхнул огонь — не магический, человеческий.

— Элизабет не так сильна. Я заберу свою власть. И тогда у нас будет больше воинов до битвы с тьмой.

Он сделал паузу, затем добавил, с нажимом:

— А будь верховной Элизабет — она не даст вам войско. Она будет просто защищать себя.

Кай замер. Он чувствовал, что отец говорит правду — но не ту, что можно принять.

Воины заходили в тронный зал один за другим. Их шаги были осторожны, взгляды — напряжённы. Но никто не поднимал меч. На троне сидел Феликс — их бывший лорд, тот, кого они когда-то считали погибшим, тот, чья магия только что сожгла десятки. Вокруг него — маги, освобождённые, сильные, молчаливые.

Они поняли: сопротивление бессмысленно. И если кто-то должен вести их в битве с тьмой — это он.

Один из стражей шагнул вперёд:

— Где она? — рявкнул Феликс, не глядя.

— В своих покоях. С внуками, — ответил воин, опустив голову.

Феликс поднялся.

— Не трогай детей! — встал по центру зала Кай, голос его был твёрдым, как камень.

Феликс не ответил. Он молча пошёл прочь, по коридору, в сторону покоев Элизабет.

Элизабет проснулась от звука шагов. Паника охватила её, как холодная волна. Она вскочила, попыталась вызвать магию — но силы были слабы. Камень давно уничтожен, а её собственная энергия — истощена страхом, властью, одиночеством.

Она подняла руку, но магия не откликнулась. Только слабый порыв воздуха, не способный даже оттолкнуть.

Феликс вошёл в покои. Его взгляд был ледяным. Он не говорил. Он просто смотрел.

Элизабет отступила, дрожа.

— Надо было убить тебя! — прошипела она, голосом, полным ненависти.

Феликс улыбнулся. Не злобно — спокойно, как будто услышал не угрозу, а признание. Он поднял руку и дал пощёчину. Звук удара отразился от стен, как удар молнии. Элизабет пошатнулась, но не упала.

Феликс схватил её за волосы и потащил вперёд, как трофей, как символ падения. Она кричала, но магия не откликалась. Сила покинула её.

В этот момент в покои ворвался Кай.

Его руки засияли — огонь вспыхнул, как живой. Лицо было искажено гневом, голос — как удар:

— Это моя мать! Не смей так обращаться с ней, отец!

Феликс остановился. Он не отпустил Элизабет, но повернулся к сыну. В его глазах — не страх, не гнев. Только интерес.

— Ты готов сражаться со мной? — спросил он тихо.

Кай не ответил. Огонь вокруг него усилился. Он не знал, что будет дальше.

Феликс отпустил Элизабет. Та рухнула на пол, тяжело дыша. Стража, стоявшая у двери, быстро подошла, подняла её и поволокла прочь — в башню, где её запрут. Без магии. Без трона.

Кай шагнул вперёд. Его голос был твёрдым, как камень, и звучал по-взрослому, по-настоящему:

— Не смей больше трогать её. Она безумна… но она моя мать.

Феликс посмотрел на сына. И впервые — не как на мальчишку, а как на мужчину. Луна стояла рядом, молча, но с тьмой в глазах. Алекс — чуть позади, с огнём в ладонях, готовая вмешаться.

Феликс не ответил. Он просто отвернулся и пошёл прочь. Но в его походке уже не было прежней вальяжности. Он знал: власть — не в троне. Она — в тех, кто готов за неё сражаться.

А Кай говорил, как истинный лидер.

Прошло пару дней. Путь был трудным — через леса, разрушенные деревни, магические завесы. Но Корин не останавливался. Его отряд — Роланд, Маргарет, и двести воинов — шёл за ним, как за светом.

И вот — ворота южного замка.

Они были открыты.

Роланд остановился, нахмурившись:

— Это странно…

Корин посмотрел на него, и в его глазах вспыхнул свет. Он не чувствовал угрозы. Он чувствовал — зов.

«— Не бойся», — сказал он. — Нас не тронут.

Они вошли в замок. Каменные стены, тишина, ни стражи, ни сопротивления. Только воздух, наполненный напряжением.

И вдруг — движение.

Из бокового коридора вылетела Луна. Быстро, как порыв ветра, как вспышка тьмы. Она остановилась, увидела его — и бросилась вперёд.

— Корин! — её голос дрожал, но был полон жизни.

Она обняла его. Так крепко, как только могла. Как будто хотела убедиться, что он настоящий. Что он вернулся. Что всё — не сон.

Корин обнял её в ответ. Молча. Но в этом молчании было больше, чем в тысячах слов.

Во дворце царила радость. Объятия, слёзы, улыбки — освобождённые маги приветствовали Корина, Луна не отпускала его руку, Алекс стояла рядом, сдержанно, но с теплом в глазах. Даже София позволила себе короткую улыбку. Воины, маги, друзья — все были вместе.

Но вдруг — голос.

— Нет времени! — крикнул Кай, резко, как удар.

Все замерли. Его лицо было напряжённым, взгляд — тревожным.

— Она идёт. Войско тьмы идёт!

Тишина накрыла зал, как пелена. Радость исчезла. Остались только взгляды — испуганные, решительные, полные вопросов.

Корин медленно повернулся к Каю. Луна сжала его руку сильнее. Алекс уже шагнула вперёд, готовая к приказу. София закрыла глаза, будто прислушиваясь к земле.

— Они правы, Корин. Тьма рядом. «Пару дней — и она будет здесь», — сказала София, её голос был твёрдым, как гранит.

Все потемнели в лицах. Радость встречи исчезла, как тень при свете пламени. Осталась только тревога. И необходимость действовать.

— Начинаем подготовку! — сказал Корин, резко, как командир.

Он взял Луну за руку. Крепко, уверенно. И, не оборачиваясь, направился в покои.

— Нам надо поговорить, — бросил он через плечо.

Кай шагнул вперёд, уже в роли координатора:

— Я знаю тут всё. Возьму отца и Алекс — настроим оборону.

Алекс кивнула, уже мысленно расставляя магов по периметру.

— Советники, — продолжил Корин, — придумайте, как уберечь жителей города. У нас нет права на ошибку.

Он остановился у дверей, взглянул на Луну:

Отсюда продолжи — Луна, пойдём со мной. Мне надо поговорить. Срочно. Она кивнула, и они исчезли за дверью, оставив остальных в напряжённой тишине.

— Корин, я так тебе рада… — прошептала она, — но где фейри? Они помогут?

Корин опешил. Его взгляд метнулся в сторону, он замялся:

— Я… я справлюсь сам, Луна. Они… они несли чушь. Они сказали…

— Корин, я всё знаю, — перебила она. — Она рассказала мне. И свою историю тоже. Она просто хотела уберечь существ.

Корин сжал кулаки:

— Она же их и губит!

— Нет. Это лишь для создания войска. Без него её план не осуществится.

Он резко поднялся:

— Ты защищаешь её, Луна?

— Ну я…

— Только не говори это при остальных, — голос Корина стал жёстким. — Мы победим её. Я стал сильнее после путешествия в Небесный город. Я её уничтожу.

Луна встала, медленно, но твёрдо:

— Корин… не выйдет. Нужно уничтожить артефакты. Скарлет. Карлофа. И меня.

Корин побледнел. Его дыхание сбилось. Он смотрел на неё, как будто впервые.

— Нет! Я не позволю! — крикнул он, и магия огня вспыхнула вокруг его рук.

Луна не отступила. Она знала: это не просто выбор. Это — цена.

Корин вышел из покоев, лицо его было сосредоточенным, шаг — быстрым. Он направлялся в зал совета, не заметив фигуру у двери. Маргери стояла в тени, и когда он прошёл мимо, она тихо вошла внутрь.

Луна сидела на краю кровати, заплаканная, с потухшей магией в глазах. Услышав шаги, она подняла голову. Маргери остановилась, растерянная.

— Это правда? — спросила она. — Тебе надо умереть, чтобы победить её?

Луна вскочила, подошла к девушке и крепко взяла её за руки:

— Пообещай, что присмотришь за Корином, когда меня не станет. Вы все должны сплотиться.

— Глупости! — резко сказала Маргери. — Мы найдём путь!

— Нет, пути нет, — голос Луны был тихим, но твёрдым. — Я должна умереть. Но перед этим — надо освободить фейри. Без них мы не победим такое войско. Ведь помимо Коры, есть ещё два тёмных мага. И фейри. Нам нужны те, кого Корин оставил в Озере Духов.

Маргери замерла. Её голос стал осторожным:

— Ты хочешь отправиться туда?

Луна кивнула.

— Да.

Наступил вечер. Замок погрузился в тишину, тревожную и напряжённую. Луна стояла у выхода, в плаще, с решимостью в глазах. Она собиралась прочь — к Озеру Духов, к фейри, к своей судьбе.

Но на пороге — они.

Корин, Кай, Роланд и Маргери.

«— Прости, Луна», — сказала Маргери, опустив глаза. — Я не могла не рассказать Корину.

Луна замерла. Сердце сжалось, но она не упрекнула. Только посмотрела на Корина.

— Луна, — сказал он, шагнув вперёд, — я же сказал: я придумаю другой путь! Я не позволю тебе их освободить. Они тебя убьют.

Его голос дрожал от гнева и страха. Он не кричал — он умолял.

Луна стояла молча. Она знала, что он говорит из любви. Но знала и то, что путь уже выбран.

— Корин… — начала она, но он перебил:

— Я не позволю тебе умереть ради них. Ради плана, который придумала безумная магиня. Я стал сильнее. Я справлюсь. Мы справимся.

«— Ты не понимаешь», — сказала Луна. — Без фейри мы не победим. Без жертвы — не остановим артефакты. Я не хочу умирать. Но я должна.

Корин отвернулся, сжав кулаки. Кай и Роланд молчали. Маргери — плакала.

Корин выставил руки вперёд, и воздух перед Луной вспыхнул. Из ладоней вырвались цепи — светлые, сияющие, как магия Небесного города. Они сомкнулись вокруг неё, не причиняя боли, но не давая сделать ни шагу.

— Я же сказал: ты не пойдёшь! — голос Корина был резким, почти сломанный. — Не просто так я их не вернул. Я не дам тебя убить, ясно?

Луна пыталась вырваться, но цепи были не физические — они держали её волю, её магию, её движение.

— Вы не победите без фейри, пойми! — крикнула она, глаза полные слёз и ярости.

— Они тебя убьют! — ответил Корин. — Ты думаешь, они ждут спасителя? Они сломлены, отравлены чарами Коры. Ты не вернёшься.

Все замерли. Кай — в растерянности. Роланд — в шоке. Маргери — в слезах. Алекс — уже шагнула вперёд, готовая к приказу.

— Алекс! — рявкнул Корин. — Под замок. В цепи из камня. От магии. Я не дам ей умереть. Чего бы мне это ни стоило.

Алекс колебалась. Она смотрела на Луну, потом на Корина. Но он был командиром. И она подчинилась.

Каменные кольца поднялись из пола, обвились вокруг магических цепей, усиливая их. Луна рухнула на колени, не от боли — от невозможности двигаться.

— Прости, — прошептал Корин. — Я не могу потерять тебя. Не так.

Темница была холодной, каменной, без магии — специально созданной для тех, кто мог разрушить стены одним взглядом. Луна сидела на полу, руки — в каменных кольцах, магия — заблокирована. Но глаза её горели.

Кай вошёл, один. Алекс осталась за дверью, не желая, но подчинившись.

«— Алекс, дай мне минуту», — сказал он. И она ушла. Ради уважения.

Он подошёл к Луне, медленно, как будто каждый шаг был тяжёл. Он опустился рядом, дотронулся до её плеча.

— Зачем? Зачем ты себя губишь? — голос дрожал, слёзы уже стекали по щекам.

Луна посмотрела на него. Тихо. Мягко.

— Кай… я же знаю, ты любишь меня. И если хочешь помочь — не только мне, но и всему Элинору — отправься туда. В Небесный город. Освободи их.

— Но Корин сказал… они убьют тебя.

— Да. — Она не дрогнула. — Но без этого нам не победить.

Кай отвёл взгляд. Он не мог смотреть ей в глаза.

— Пойми, Кай… — продолжила Луна. — Безумство твоей матери, гибель сотни магов и людей — всё из-за неё. Они уже уничтожили весь север. Сейчас идут сюда, на юг. Кай, прошу!

Она взяла его за руку, несмотря на цепи.

— В тебе течёт кровь Легаро. Ты сможешь открыть Озеро. Ты — ключ. Прошу… ради меня.

Кай молчал. Но в его сердце уже начинался выбор.

Кай молча вышел из темницы. Каменная дверь закрылась за его спиной с глухим звуком, будто отрезала часть его сердца.

Алекс ждала у входа, напряжённая, настороженная.

— Ну что? Что она хотела? — спросила она, стараясь говорить ровно.

Кай не сразу ответил. Он смотрел в пол, будто искал там ответ.

— Ничего. Просто поговорили, — сказал он наконец. — Пойдём. Надо готовиться. Скоро прибудет Кора.

Они пошли по коридору, шаг за шагом, но мысли Кая были далеко.

Он размышлял.

Луна просила его открыть Озеро Духов. Освободить фейри.

она была права. Без фейри — они не победят. Без жертвы — артефакты не остановить. А Кора уже уничтожила север. Сейчас она шла на юг.

Битва за Элинор скоро начнется.

3.2

Глава 2

Город опустел. Жителей, кого могли, эвакуировали на восток — под защиту лесов Селвира и магических барьеров. Караваны уходили один за другим, под охраной стражи и целителей. В воздухе висела тишина, натянутая, как тетива.

В зале совета Корин стоял у карты. Его пальцы скользили по линиям укреплений, по точкам, где должны были встать маги, по местам, где, возможно, ударит Кора.

— Маргери, — сказал он, не поднимая глаз. — Отправляйся с ними. И вы, советники. От вас больше пользы будет живыми.

Маргери шагнула вперёд, голос её был твёрд:

— Нет. Я не поеду.

«— Мы тоже остаёмся», — сказали советники. Один за другим. Без колебаний.

— Мы все маги, — продолжила Маргери. — Мы и только мы можем остановить тьму.

Корин поднял взгляд. В нём — усталость. И правда.

— У тебя разве так много магов? — спросила она.

Он молчал.

— Нет, — ответил наконец. — Не так много, как хотелось бы.

Он посмотрел на них. На тех, кто остался. На тех, кто выбрал не спасение, а бой.

«— Тогда слушайте», — сказал он. — У нас три дня. Может, меньше. Мы строим три круга защиты. Первый — у северных ворот. Второй — в центре. Третий — у цитадели. Каждый маг — на вес золота. Ошибки не будет. Или мы держим город — или он падёт.

Он посмотрел на Кая, который стоял в тени, молча.

— И, если кто-то ещё хочет уйти — уходите сейчас. Потом будет поздно.

Никто не двинулся.

Корин стоял в центре, лицо его было сосредоточенным, голос — твёрдым.

— Я отправлюсь за ворота. Прямо в бой. «Со всей стражей», — сказал он, глядя на всех. — Мы встретим их первыми. Не дадим прорваться.

Алекс шагнула вперёд, уже готовая:

— Я возьму добровольцев и жителей. Мы будем на стенах. Если они прорвутся — мы их остановим.

Роланд кивнул:

— Я с ней. У нас есть лучники, артефакты, барьеры. Мы удержим высоту.

Корин повернулся к Каю:

— Кай, ты с отцом — у северных ворот. Если они решат ударить с фланга — вы должны быть первыми, кто их встретит.

Кай молча кивнул. Он уже чувствовал, как магия внутри него начинает пульсировать.

— София, — продолжил Корин, — и остальные советники. Вы будете в городе. Защищать подвалы с жителями. Если они прорвутся — вы последняя линия.

София склонила голову:

— Мы не допустим, чтобы тьма дошла до сердец Элинору.

Корин обвёл всех взглядом. Это были не просто бойцы. Это были те, кто остался. Те, кто выбрал не спасение, а сопротивление.

Небо потемнело, как будто само время отступило. На горизонте — чёрная волна. Десять тысяч теневых воинов, без лиц, без слов, только с оружием и волей уничтожать. В центре — трон. Деревянный, грубый, покрытый рунами. На нём — Кора.

Старая, изломанная, но живая. Её тело дрожало от боли — бой с Корином оставил след. Но глаза горели. Она подняла руку, и воздух задрожал.

Рядом — Симальда и Карбон, тёмные фейри. Их крылья — как лезвия, их магия — как яд. Над ними — Карлоф, маг крови, и Скарлет, маг теней. Все — готовы.

— Всех убить! — прохрипела Кора, голосом, в котором звучала смерть. — Ни одного живого. Ни одного мага. Ни одного ребёнка.

Она поднялась с трона, опираясь на артефакт подавления. Её дыхание было тяжёлым, но решительным.

— Симальда, Карбон! — рявкнула она. — Пролетите во дворец. Убейте его друзей. Чем меньше их станет — тем уязвимее он будет.

Фейри взмыли в воздух, оставляя за собой следы тьмы.

— Карлоф, Скарлет! — продолжила Кора. — Вы — к северным вратам. Там слабая защита. Войдёте в город — убивайте всех. Без пощады.

Они кивнули. Карлоф уже начал вызывать магию боли, Скарлет — растворяться в тенях.

— А я… — Кора подняла артефакт, и земля под ней треснула. — Я с основным войском раздавлю Корина. Юг падёт.

Войско двинулось. И с каждым шагом — магия света дрожала.

Поле боя дрожало. Земля трескалась под ногами, воздух был пропитан магией. Войско Корина схлестнулось с теневыми армиями Коры — тысячи фигур, без лиц, без страха, только с жаждой уничтожения.

Корин вышел вперёд, в центр сражения. Его тело засияло — не просто магией, а силой, полученной в Небесном городе. Свет исходил от него, как от артефакта. Он не бил — он касался. И каждый, кого он касался, исчезал, рассыпаясь в прах.

— Тяните время… — прошипела она, глядя на поле. — Пусть побеждает теней. Пусть сияет. Пусть думает, что спасает.

Симальда и Карбон уже пролетели над стенами, растворяясь в тенях. Карлоф и Скарлет — у северных врат, готовые прорваться.

— А в это время… — продолжила Кора, — от его друзей не останется живого места.

Она засмеялась. Смех был хриплым, как треск костей. Он разнёсся по полю, как предвестие.

Бой гремел на юге, но у северных врат всё было иначе — тишина, напряжённая, как перед бурей. Кай стоял на дозорной башне, наблюдая, как внизу тени сражаются с фейри. Он чувствовал, что что-то не так.

«— Отец… они убивают своих», — сказал он, нахмурившись.

Факосо, его отец, стоял рядом, опираясь на посох, лицо спокойное, почти благодушное.

«— Пусть убивают друг друга, сын», — сказал он с лёгкой усмешкой. — А мы… мы после будем править.

Он шагнул ближе, протянул руку, чтобы положить её Каю на плечо — как делал в детстве. Но в этот раз — не успел.

Из тумана вырвалась теневая сфера. Она ударила Факосо в грудь, и тот рухнул, как подкошенный. Его тело застыло, будто время остановилось. Глаза открыты, но пусты.

— Отец! — крикнул Кай, бросаясь к нему.

Но в ту же секунду его руки вспыхнули — огонь вырвался из ладоней, как инстинкт. Он обернулся.

У подножия башни, в клубах тьмы, стояли они.

Скарлет — с посохом тьмы, из которого струились чёрные нити, как дым из трещины в реальности.

Карлоф — с палочкой, из которой капала чёрная вода, испаряющаяся при касании земли.

— Предатель, — прошипела Скарлет.

Они подняли оружие. В небо взмыли тёмные сферы — одна за другой. Кай метнулся в сторону, перекатом ушёл от удара, и в ответ выпустил два огненных копья. Одно ударило в землю рядом с Карлофом, второе — в щит Скарлет.

Она отлетела назад, но тут же поднялась, посох её засветился багровым.

— Ты не справишься с нами, мальчик, — усмехнулась она. — Мы — не те, кем были.

— А я — уже не тот, кем был, — ответил Кай, и его огонь стал белым.

Он шагнул вперёд. Один против двух. Но с пламенем, что не гаснет.

Скарлет бросила сферу — Кай поймал её в воздухе, сжал, и она рассыпалась в пепел.

Он шагнул вперёд. Один против двух. Но с пламенем, что не гаснет.

«— Вы были магами воды», — сказал он. — Я чувствую это. Вы можете вернуться.

— Мы — тьма, — прошипел Карлоф.

— Тогда сгорите, — ответил Кай.

Он ударил. Белый огонь вырвался из ладоней, ударил в артефакт Карлофа. Тот треснул. Маг воды закричал — и исчез в потоке пара.

Скарлет бросилась на него, но Кай уже был рядом. Он ударил — не по ней, а по посоху. Тот раскололся. Иллюзии исчезли. Скарлет рухнула, без магии, без силы.

Скарлет лежала на камнях, посох её был разбит, магия — рассеяна. Она ползла, пытаясь дотянуться до осколков артефакта, но пальцы дрожали, а сила уходила.

— Что… что… но как? — прохрипела она, глядя на Кая, стоящего в белом пламени.

Он смотрел на неё спокойно, но твёрдо. Его голос был чист, как свет, что исходил от его рук:

— Всё просто. Во мне течёт сила света. Как и в Корине. Я выбрал путь. И закончу дело до конца.

Он не добивал её. Он не проклинал. Он просто отвернулся.

Скарлет осталась лежать — побеждённая, но живая. И впервые — без тьмы.

Кай поднялся в воздух. Пламя окутало его, как крылья. Он взмыл над башней, над полем, над тенями.

Корин стоял в центре поля, окружённый теневыми воинами. Его меч — сияющий, его тело — покрыто ранами, но он не отступал. Каждый удар — точный, каждый шаг — выверенный. Он был щитом Элинору.

Толпа наступала. Тени множились. И вдруг — вспышка.

Словно комета, небо разорвалось. В воздухе — огненный след, и в следующую секунду рядом с Корином ударила волна жара. Тени рассыпались, земля вспыхнула.

Это был Кай.

Он приземлился, весь охваченный пламенем. Его руки — огненные, его глаза — как ураган. Он не сказал ни слова. Он просто начал сражаться.

Один за другим — удары, взрывы, волны огня. Теневые воины не успевали реагировать. Кай двигался, как стихия. Он не защищал — он очищал.

Корин обернулся, увидел его — и впервые за бой улыбнулся.

«— Ты пришёл», — сказал он, голосом, в котором было облегчение.

— Я пришёл, — ответил Кай, не останавливаясь. — И я с тобой до конца.

Они стояли рядом. Свет и огонь. Отец и сын. Щит и меч.

И тьма дрогнула.

Пламя Кая сияло над полем, и тьма отступала. Он и Корин сражались плечом к плечу, отбивая натиск теневых воинов. Каждый удар — как вспышка надежды. Каждый шаг — как утверждение силы света.

Но это было лишь фасадом.

На другом конце города, у северных врат, всё было иначе.

Иллюзия, созданная артефактами Скарлет и Карлофа, сработала идеально. Кай видел их падение, чувствовал разрушение артефактов — но это была ложь. Отражение. Подмена. Артефакты тьмы исказили восприятие, и он поверил.

На самом деле — Скарлет и Карлоф были живы. Целы. И сильны.

Как только Кай улетел, северные врата остались без защиты. Факосо — обездвижен. Маги — рассеяны. И тогда теневая группа, ведомая двумя искажёнными магами воды, ударила.

Разрушение было мгновенным:

• Каменные врата — расколоты водяным клином Карлофа.

• Башни — поглощены иллюзиями Скарлет, защитники — убиты фантомами.

• Улицы — заполнились тенями, дома — вспыхнули, подвалы — вскрыты.

Город начал рушиться. Те, кто остался — жители, целители, советники — были застигнуты врасплох.

А в это время — Корин и Кай не знали. Они сражались на юге, думая, что победа близка.

София стояла на площади, среди разрушенных домов. Магический барьер, удерживающий подвалы с жителями, дрожал. С северных врат доносился гул — город рушился.

Она подняла руки, и земля под ней задвигалась. Каменные глыбы вырвались из мостовой и полетели в сторону теней, пробравшихся в центр. Один удар — и трое врагов исчезли в пыли.

— Скорее выходите! — крикнула она в сторону подвалов. — Надо защитить людей!

И тут — воздух разорвался.

Симальда и Карбон, тёмные фейри, спустились с неба. Их крылья — как лезвия, их глаза — как бездна. Они начали пускать вспышки и молнии, целясь в Софию. Барьер треснул, земля задрожала.

Но из переулка выбежала Алекс.

— Назад! — крикнула она, и её огненный меч вспыхнул. Она отбила молнию, разрезала вспышку, и встала между фейри и Софией.

Роланд и Маргарет появились, с другой стороны. Роланд — с силой земли, Маргарет — с магией камня. Они начали кидать глыбы, создавая заслон, оттесняя фейри.

Елизавета поднялась над землёй — её волосы развевались, глаза сияли. Силой ветра она сбивала фейри с курса, ломала их траектории, мешала прицелу.

Гертруда — с магией воды — создала сферы, направляя их в крылья Симальды и Карбона. Влага мешала полёту, крылья теряли устойчивость.

Команда магов держала центр.

— Не дайте им прорваться! — крикнула София. — Защитить подвалы!

Фейри отступили на миг, но это был только первый удар.

Площадь дрожала. Барьеры трещали. Маги Элинору держали оборону, но тьма сгущалась.

Из клубов дыма вышли Симальда и Карлоф.

Симальда — с посохом тьмы, из которого струились вспышки, молнии и разрывы реальности.

Карлоф — с палочкой, из которой вырывались тёмные водяные сферы, искажённые, ядовитые.

Они подняли оружие — и началось.

Тёмные сферы летели в защитников — в Софию, Алекс, Роланда, Маргарет, Елизавету, Гертруду.

Барьеры ломались, земля трескалась, воздух наполнялся магией.

Алекс — с огненным мечом, отражала вспышки, разрезала молнии, двигалась быстро, как пламя.

Роланд и Маргарет — кидали каменные глыбы, создавали стены, ловушки, сбивали траектории.

Елизавета — силой ветра сбивала фейри с курса, ломала их полёт, мешала прицелу.

Гертруда — водными сферами намочила крылья Симальды, та потеряла равновесие, но удержалась.

София — в центре, магия земли, как якорь. Она подняла колонну, ударила по Карлофу, тот отлетел, но не пал.

Симальда вызвала тёмный вихрь — Алекс отбила, но её меч треснул.

Карлоф создал водяную сеть — Маргарет поймана, Роланд бросился спасать.

Елизавета поднялась выше — вызвала шторм, сбила Симальду, но та успела ударить молнией.

Гертруда — последняя линия. Она вызвала водяной купол, защитив подвалы. Но силы уходили.

София крикнула:

— Не отступать! Мы — Элинор!

И маги сражались. До конца.

Теневые воины заполонили улицы. Пока герои сражались с вожаками, отряды тьмы проникли в подвалы. Крики, магические вспышки, кровь — город погибал.

София, стоя на площади, увидела, как барьеры рушатся, как тени добираются до жителей. Она поняла: всё. Элинор пал.

— Уходить… — прошептала она. — Надо спасать тех, кто остался.

Но путь был закрыт.

Из теней вышла Скарлет, посох её сиял багровым. София шагнула вперёд. Земля под ней задвигалась, камни поднялись — начался поединок.

Скарлет — быстрая, как тень. София — твёрдая, как скала. Удары — один за другим. Камень против иллюзии. Свет против искажения.

В другом конце площади Гертруда сражалась с Карбоном. Она вызывала водные сферы, пыталась сбить его с курса, но тот — тёмный фейри, слишком быстрый, слишком опасный.

— Что такое вода против тьмы? — прошептал он, и ударил.

Теневая молния пробила её грудь. Гертруда рухнула, бездыханная. Её тело осталось лежать среди разрушенных фонтанов.

Елизавета закричала. Ветер взвился, ударил в Карбона, сбив его с воздуха. Она не осталась — она улетела, в ярости, в бегстве, чтобы выжить.

Карлоф держал Маргарет в ловушке — водяная сеть, искажённая, ядовитая. Роланд бросился на помощь — и сам попал внутрь.

Но тут — Алекс.

Она схватила меч, пробралась за спину Карлофа — и вонзила клинок в грудь. Тот закричал, рухнул. Ловушка исчезла. Алекс тут же разрубила палочку тьмы — артефакт рассыпался.

Она обернулась, глаза горели:

— Ребята, бежим! Здесь мы умрём. А так — есть ещё шанс!

Они побежали. Сквозь дым, сквозь руины, сквозь тьму. Элинор пал.

София, из последних сил, направила каменную глыбу в Скарлет. Та отразила удар, но потеряла равновесие. Этого хватило. София развернулась и побежала — сквозь дым, сквозь руины, к восточному выходу. За ней — Алекс, Роланд, Маргарет, Елизавета. Остатки магов. Остатки надежды.

На юге, в центре поля, Корин и Кай продолжали сражаться. Но вдруг — заметили движение. Вдалеке, среди пепла, герои бежали. Не отступали — спасались.

— Что… что произошло? — прошептал Корин, глядя на разрушенный горизонт.

И тут — Кора. Она вышла из теней, лицо её было искажено, но глаза — живые. Она засмеялась. Смех — хриплый, как треск костей.

— Вы думали, я так просто вам сдаюсь? — сказала она. — Ваш город пал. И вы сейчас падёте с ним.

Кай и Корин переглянулись. Всё стало ясно. Север пал. Центр разрушен. Подвалы — захвачены. Элинор — мёртв.

«— Пора улетать», — сказал Кай.

Во вспышке света они поднялись в воздух. Пламя Кая и сияние Корина прорезали небо. Они летели — не как беглецы, а как те, кто должен выжить, чтобы отомстить.

— Луна! — вдруг сказал Корин. — Она же в темнице!

— Они тебя убьют, — ответил Кай. — Ты не успеешь.

«— Они её не тронут», — сказал Корин. — Она же тьма. Она — их.

Кай молчал. Он знал: это правда. Луна — не просто пленница. Она — ключ.

— Улетаем, — сказал он.

И они исчезли в небе. Элинор пал. Но война — только начиналась.

Прошло несколько дней. Пыль осела. Пламя — угасло. Остатки героев добрались до восточного города — последнего, что ещё держался. Город был переполнен: беженцы с севера, с юга, из Альтеры. Улицы — забиты, площади — превращены в лагеря, храмы — в лазареты.

София, уставшая, но живая, разместила всех. Алекс — на охране. Роланд — с разведкой. Елизавета — в штабе. Маргарет — с целителями. Остальные — по периметру.

Вечером, в зале совета, они собрались. Карта мира — разорвана. Линии обороны — исчезли. Осталась только точка. Восток.

София встала. Её голос был твёрдым, как камень:

— Бежать больше некуда. Мы дошли до края. Здесь — последняя черта.

Она обвела всех взглядом. В зале — усталость, страх, но и решимость.

— Будем стоять насмерть.

Молчание. Потом — кивок. Один. Второй. Все.

Это был не просто план. Это был выбор.

Ночь в восточном городе была тревожной. Ветер приносил запах пепла, а звёзды — молчали. Кай сидел на крыше храма, глядя на горизонт. Внизу — лагерь, маги, беженцы, дети. Всё, что осталось от Элинору.

Но мысли его были не здесь.

Он вспоминал Луну. Её голос, её взгляд, её слова — сказанные в темнице, когда он был рядом, пусть и ненадолго.

«Иди в Небесный город. Освободи фейри. Это — ваша последняя надежда.»

Ночь была тревожной, но тихой. Восточный город спал, устав от тревог, от потерь, от бегства. В зале совета — пусто. На стенах — дежурные, но без тревоги. Все думали, что завтра начнётся подготовка к обороне.

Но под утро — Кай ушёл.

Он не оставил записки. Не попрощался. Не разбудил никого. Просто — исчез. Тихо. Решительно.

Когда солнце поднялось, и София пришла на совет — его не было. Алекс проверила периметр. Елизавета — небо. Роланд — ворота. Никто не видел.

— Он сбежал? — спросил кто-то.

— Не мог, — ответила София. — Не Кай.

Но ответа не было.

А в это время — Кай летел. Один. В сторону Небесного города. Туда, где заключены фейри. Туда, где магия ещё чиста. Туда, где может быть шанс.

Он не сбежал. Он пошёл решать судьбу Элинору.

Южный город был уничтожен. Камни — в пепле, башни — в руинах, маги — мертвы. Тени прошли сквозь улицы, не встретив сопротивления. И в самом центре, в глубокой темнице, Карбон и Симальда нашли то, что искали.

Луна — сидела в цепях, но глаза её были ясны. Рядом — Элизабет, измождённая, но живая.

— Вставайте, — сказал Карбон. — Время пришло.

Они вывели их из темницы, провели сквозь разрушенные залы, и привели к Коре.

Та стояла на обломках трона, в окружении теней. Лицо её было спокойным, но в глазах — пульсировала магия.

«— Вот мы и встретились вновь, деточка», — сказала она, протягивая руку Луне.

Та резко отдёрнулась.

— Что тебе нужно? — спросила Луна.

Кора усмехнулась:

— Я хочу лишь показать, что я не монстр.

— А кто?

— Посмотри. Я не трогаю животных, что скрываются. Но и они не лезут. Я это делаю для них. Скоро люди падут. Элинор очистится. И существа вновь начнут множиться.

Луна молчала. Элизабет — сжала кулаки.

«— Ты убиваешь», — сказала она. — Это не очищение.

— Это баланс, — ответила Кора. — Люди нарушили его. Я — восстанавливаю.

Ветер прошёл по залу. Тени дрогнули. Луна смотрела на неё — и не видела монстра. Видела веру. И это было страшнее.

Элизабет сжала кулаки. И вдруг — оттолкнула Карбона, выставила руки на Кору. Из ладоней вырвался маленький луч света — чистый, резкий, как вспышка истины.

Он ударил в щеку Коры. Та отшатнулась, кровь — капля, но не боль. Удивление.

— Я смотрю, ты не угомонишься, — прошипела она. — Жаль. Я хотела тебя оставить.

Она махнула рукой. Волна тьмы ударила в Элизабет — та отлетела, ударилась о колонну, потеряла сознание.

Луна вскрикнула:

— Пожалуйста, не убивай её! Она безумна, но… она заменила мне мать.

Кора подошла, наклонилась, глаза её сияли:

— Луна. Теперь я тебе мать.

— Пойдём, дитя. Мы с тобой восстановим волшебство Элинора. Зачистим людей. А магов, кто не будет сопротивляться, я всех оставлю. Для тебя, дорогая.

Луна смотрела на неё. В глазах — борьба. В сердце — пустота. Она медленно протянула руку. Кора взяла её, и в тот миг — глаза Луны потемнели. Свет исчез. Осталась тень.

Они вышли из зала. За ними — войско. Теневые воины, фейри, искажённые маги, фантомы. Армия, что не знает жалости. Армия, что идёт не за властью — за очищением.

Цель — Восточный город.

Кора шла вперёд, Луна — рядом. Ветер поднимался, небо темнело. Земля дрожала. И каждый шаг — как удар по судьбе.

Кай летел сквозь облака, ветер резал лицо, магия дрожала в пальцах. Он держал курс по координатам, вырезанным на древней карте. Небесный город — последний шанс, последняя надежда. Он не знал, что ждёт его там, но знал: назад пути нет.

Он думал о Луне. О её голосе, о взгляде, о том, как она осталась. Несколько раз хотел повернуть. Сердце рвалось. Но каждый раз — вспоминал Элинор. Город, что пал. Людей, что бежали. Магов, что умерли.

Во имя Луны — он бы повернул. Но во имя Элинора— не мог.

Гора возвышалась над облаками, её вершина терялась в сиянии. Именно здесь, по древним координатам, должен был быть вход в Небесный город. Кай приземлился, магия дрожала в пальцах, огонь вспыхивал в ладонях. Он чувствовал — кто-то рядом.

Силуэт в капюшоне стоял у скалы, неподвижный, как тень.

— Ты кто? — голос Кая был твёрдым, руки загорелись, готовые выпустить сферы огня.

Фигура молча спустила капюшон. Рыжие волосы развеялись на ветру, глаза — ясные, живые.

— Роуз? — Кай замер.

Девушка улыбнулась, мягко, без защиты:

— Я рада вновь видеть тебя, Кай.

Он опустил руки, огонь исчез.

— Но что ты здесь делаешь?

— То же, что и ты. Ищу фейри. Но тщетно. Врата закрыты. Туда можно попасть лишь с силой Света. У тебя такой нет.

Кай молчал. Смотрел на неё, на вершину, на небо.

— Кай, но что ты хочешь от них?

Он склонил голову, голос стал тише:

— Без фейри Кора уничтожит всё. Элинор, Восток, магию. Мы не удержим её.

Роуз подошла ближе, взгляд — тревожный:

— А как Корин? С ним всё в порядке?

— Да. Но у нас мало времени. Я должен освободить их.

Они стояли вдвоём, у подножия небес, между надеждой и невозможностью. И где-то в глубине — свет начал пробуждаться.

Они взлетели вместе — Кай и Роуз — сквозь облака, сквозь древние воздушные потоки, к вершине, где небо касалось земли. Там, среди парящих скал, лежало Озеро духов — гладь, сияющая изнутри, окружённая символами, давно забытыми людьми.

Кай встал у края, закрыл глаза. Магия света — та, что осталась от Элинору, та, что он хранил в себе — вспыхнула в ладонях. Вода дрогнула. Символы загорелись. И озеро отворилось.

Из глубин поднялись фейри. Лёгкие, сияющие, древние. Впереди — три принцессы: Мирана с глазами, как рассвет, Латея — с голосом, как ветер, и Стелла — с крыльями, как звёзды. За ними — Леона, хранительница.

— Где Корин? — спросила Стелла, глядя на Кая.

— На востоке. Кора почти уничтожила всё, — ответил он, голос дрожал, но был твёрдым.

Мирана шагнула вперёд, её крылья дрогнули:

— У нас мало времени. Отправляемся!

Кай повернулся к Леоне:

— Лети к существам. Прикажи им прийти. Грядёт последняя битва за жизнь острова.

Леона кивнула, взмыла в небо, её крылья — как знамя. Она исчезла в облаках, неся весть — всем существам, всем магам, всем, кто ещё жив.

Фейри окружили Кая. Мирана коснулась его плеча:

— Ты открыл врата. Теперь мы с тобой.

И они взлетели — к востоку, к последнему городу, к последней надежде.

Зал был наполнен тенями. Кора стояла у разрушенного трона, её глаза — как раскалённые угли. Ветер приносил весть: фейри вернулись. Озеро духов было открыто. Свет — снова в воздухе.

— Они вернулись! — прохрипела она, сжав кулаки. — Принцессы… Мирана, Латея, Стелла…

Симальда и Карбон — рядом, как два клинка.

— Летите на запад! — голос Коры стал хриплым, но властным. — Убейте принцесс. Они не должны добраться до Луны. Они захотят её убить!

Симальда кивнула, её посох засиял багровым. Карбон — молча взмыл в воздух, его крылья — как тени.

Они исчезли в небе, как два предвестника гибели.

Кора осталась одна. Она подошла к Луне, та сидела в полутени, глаза — пустые.

«— Они идут за тобой», — сказала Кора. — Но я не позволю. Ты — моя дочь. Ты — моя магия.

Луна молчала. Но где-то внутри — дрогнуло.

Фейри летели над лесами, над разрушенными долинами, над остатками магии. Кай, Роуз, Мирана, Латея, Стелла — все направлялись к восточному городу, туда, где готовилась последняя битва.

Но вдруг — воздух дрогнул. Из теней, как два клинка, вырвались Симальда и Карбон. Их магия — искажённая, быстрая, смертельная. Они накинулись на фейри, не давая времени на реакцию.

— Нет! — крикнула Мирана, взметнувшись вперёд. — Летите! Вы нужнее там! Это наш бой!

Она развернулась, её крылья — как щит. Латея и Стелла — рядом, их ауры вспыхнули. Они приняли удар, не отступив.

Кай и Роуз ускорились, прорвались сквозь магический вихрь, оставив трёх принцесс в бою. Сердце Кая дрожало, но он знал — это был выбор. Не жертва, а стратегия.

Восточный город дрожал. Люди, понимая, что могут умереть, собирались в народные отряды. Кто с мечом, кто с посохом, кто просто с решимостью. На стенах стояла Алекс с войсками, взгляд её был твёрдым, как камень. В залах совета — переполох. Корин, София, Маргарет и старейшины обсуждали, что делать.

«— Мы будем стоять до конца», — сказал Корин, ударив кулаком по столу. — Нам больше некуда идти. Всё кончено.

Маргарет опустила глаза:

— Придётся убить луну?

Тишина.

— Неужели нет другого выхода? — спросил Корин, голос его дрогнул.

София задумалась. Её взгляд стал отстранённым, будто она слышала голос из прошлого.

— В Магиксе… — начала она. — В школе, которой больше нет, нам рассказывали: Легаро, при сражении с Корой, победил тьму. Но его сила исчезла. Осталась лишь в его детях. Возможно, мы сделаем то же самое. Но с двух сторон.

— Нет, — возразил один из магов. — Кровь её всё равно будет в ней. Кровь тьмы. Нужно что-то другое. Но вот что?

— А может… — сказала Маргарет. — Камень, что используют в подземельях. Он впитывает силу. Может, он…

София резко поднялась. Глаза её загорелись.

— Кристаллы! — прошептала она. — Кристаллы, в которых была сила. Сила духов!

— Но где они? — спросил Корин.

— Я… я не знаю. Были бы тут фейри — может, они знают…

И в этот момент — двери зала распахнулись. Вбежал стражник, запыхавшийся, глаза — полны света.

— Ваше величество! К вам пришли!

Все вскочили. Сердце Софии застучало. Корин шагнул вперёд.

— Кто?

Двери зала распахнулись. Вошли те, кого ожидали меньше всего.

— Кай? Леона? Роуз? — голос Корина дрогнул, но тут же стал жёстким.

«— Корин, я должен был», — сказал Кай. — Без них нет шанса.

Корин шагнул вперёд, и прежде чем кто-либо успел остановить — ударил Кая в лицо. Тот рухнул на каменный пол, кровь — капля на щеке.

— Ты… ты! — закричал Корин. — Что ты наделал! Ты понимаешь? Они её убьют!

Леона взмыла в воздух, встала между ними, её крылья — как щит.

— Успокойся! — сказала она. — Мы всё равно бы это сделали. Вопрос времени. Пойми: Луна — дитя тьмы. Её надо убить. Иначе тьма вернётся. Опять. И опять. И опять.

Корин был в ярости. Глаза — налились магией. Кай поднялся, лицо в крови, но голос — твёрдый:

— Ты пожертвуешь всеми ради неё? Они забрали у меня отца. Мать. Убили племянников — младенцев. Ты думаешь, они пощадят нас?

— А мне плевать на вас! — выкрикнул Корин. — Я пойду против всего мира, чтоб защитить её!

В зале — тишина. Все замерли. Даже магия — стихла.

София посмотрела на своих детей, прижавшихся в углу. Голос её был тихим, но твёрдым:

— А мне не плевать. Ни на детей. Ни на свой народ. Мы любим Луну, Корин. Но это нужно сделать.

— Стража! — выкрикнул Корин.

Воины встали вокруг него, маги — дрогнули.

— Я… я король! Как ты смеешь!

— Корин! — голос Роуз дрожал, но был твёрдым. — Я знаю тебя дольше всех. Пожалуйста, остановись!

Корин повернулся, глаза — полны ярости, магия — пульсировала в венах.

— Не тебе меня учить! — выкрикнул он.

Его тело засияло, он начал подниматься ввысь, магия света — как буря. Но Леона выставила руки, и молния ударила в парня. Он рухнул на каменный пол, без сознания.

«— Одумается ещё», — сказала она, тяжело дыша. — Пока посадите в цепи. Чтобы не делал глупостей.

София смотрела на Корина, потом на Кая, потом — на Роуз.

— Леона, мы подумали… — начала она. — А что если выкачать силу из Луны? Как было с первым Легаро?

Леона покачала головой, её голос был тихим, но безапелляционным:

— Не получится. В её крови всё равно будет тьма. Магии — даже если нет, но в жилах она есть. Если магов не останется — Элинор падёт. Даже если останутся те, у кого она в жилах. Но тьма — исключение. Тьма не падёт, пока в жилах — тьма.

Тишина повисла над залом. Никто не ответил. Никто не возразил. Зал застыл. После слов Леоны, после падения Корина, после признания Софии — никто не двигался. Все смотрели друг на друга, будто впервые. В воздухе висел один вопрос: что же делать?

И вдруг — грохот. Земля дрогнула. Потолок — зазвенел. Двери распахнулись, и вбежал стражник, лицо его было белым, как камень.

— Идут! Идут! — закричал он.

Все выбежали на балкон. Вдалеке, за стенами, на горизонте — огромное теневое войско. Тьма шла, как волна. Существа, фантомы, искажённые маги, тени — всё, что осталось от Коры, всё, что подчинилось Луне.

София поднялась над толпой, голос её был как удар:

— Все на стены! Воины! Люди! Готовьтесь!

Начался переполох. Сильные — шли к вратам, к стенам, к башням. Маги — собирали сферы, заряжали артефакты. Слабые — прятались в углах, в подвалах, в храмах. Матери — обнимали детей. Старики — молились.

Кай стоял на балконе, смотрел на приближающуюся армию. Леона — рядом, её крылья дрожали.

— Это оно, — прошептала она. — Последняя черта.

София повернулась к ним:

— Мы не отступим. Не сегодня.

Тени сгущались над равниной. Войско стояло, готовое к наступлению. Кора — в центре, её глаза горели, голос — хрипел от магии.

— Убить всех! — прошипела она, сжимая кулаки. — Никто не должен остаться!

Луна стояла рядом, взгляд её был затуманен, голос — едва слышен:

— А как же маги? Мы же хотели оставить тех, кто не сопротивляется…

Кора повернулась, её лицо — искажённое, как сама тьма.

— О, дитя! Ты не видишь? Они сопротивляются. Они не преклоняются. Мы должны раздавить их!

Рядом стояла Скарлет, посох тьмы — в руках, улыбка — хищная.

«— Веселье будет сегодня», — сказала она, и её голос был как шелест ножа.

Луна смотрела на них. На армию. На небо. На землю, что дрожала от приближения. И вдруг — внутри неё что-то дрогнуло.

«Что же я делаю?»

Тьма навалилась стеной. Войско Коры, как чёрная река, хлынуло к вратам Восточного города. Они лезли друг на друга, карабкались по телам, по щитам, по камню. Крики, рёв, магия — всё смешалось в один гул.

На стенах — Кай и Алекс. Их огонь сжигал первые ряды, превращая тени в пепел. София с детьми метала земные сферы, сбивая лестницы, руша осадные башни. Но врагов было слишком много.

И вдруг — вспышка. На стену, как вихрь, взлетела Скарлет. Посох тьмы в её руках пульсировал, глаза — горели безумием.

— Хи-хи-хи! — рассмеялась она, глядя на защитников.

— Пошла прочь! — крикнула Елизавета, шагнув вперёд, сжимая кинжал.

Скарлет даже не посмотрела. Взмахнула посохом — и волна тьмы ударила в девушку. Елизавета отлетела назад, сорвалась со стены и исчезла внизу.

— Нет! — закричали дети. София вскрикнула, но не успела подбежать.

Скарлет шагнула вперёд, но перед ней встали Роуз, чьи волосы развевались в порывах ветра, Маргери с каменным щитом и Роланд, чья магия уже трещала в воздухе.

«— Дальше не пройдёшь», — сказала Роуз.

— О, как мило, — прошипела Скарлет. — Маленькие герои. Поиграем?

И начался бой. Ветер, земля, тьма — столкнулись в вихре. Каменные шипы взмывали вверх, лианы оплетали посох, молнии рвали небо. Скарлет смеялась, но её движения становились всё яростнее.

Маргери — подняла щит из камня, земля дрожала под ногами. Она ударила в землю, вызвав волну, которая пошла по стене, сбивая тени. Скарлет взмыла в воздух, посох — как серп, разрубил волну, ударил в щит. Камень — треснул.

Роланд — вызвал шипы, они взмыли вверх, пытаясь пронзить Скарлет. Та закрутилась в воздухе, её тьма — как дым, обволакивала всё. Один шип — задел её плечо, кровь — чёрная — капнула на камень.

— Ах, вы всё же умеете кусаться, — прошипела она.

Роуз — снова вперёд. Ветер — как клинок. Скарлет — ответила тьмой, вязкой, как смола. Маргери — закрыла Роуз щитом, но удар был слишком силён — щит раскололся, Маргери отлетела назад.

Роланд — метнул сферу земли, она ударила в посох, тот дрогнул. Скарлет — взревела. Её глаза — стали чернее, чем ночь.

— Вы хотите играть? Тогда я покажу вам настоящую игру.

Она ударила посохом в камень, и из трещины — вырвался тёмный зверь, созданный из магии, из боли, из памяти. Он взвыл, и даже стены — задрожали.

Роуз — шагнула вперёд, её волосы — как буря. Роланд — рядом. Маргери — поднялась, кровь на губах.

«— Мы не отступим», — сказала она.

Бой на стене достиг предела. Скарлет, израненная, но всё ещё смеющаяся, метала волны тьмы, её посох — трещал от напряжения. Роуз, Маргери и Роланд держались из последних сил. Камень — расколот, ветер — истощён, земля — истерзана.

Скарлет взвыла, и тьма вокруг неё сгустилась в зверя — огромного, безликого, созданного из боли. Он рванулся вперёд, сбивая щиты, ломая магию.

— Назад! — крикнула Роуз, закрывая Маргери лианами.

Роланд метнул последнюю сферу — она ударила в посох. Тот дрогнул. Скарлет закричала, но не от ярости — от страха.

И в этот момент — с неба спустилась Леона. Её крылья — как свет, её руки — как буря. Она ударила магией природы, и тот — рассыпался в прах.

Скарлет осталась одна. Посох — треснул. Она шагнула назад, но Роуз — вперёд.

«— За Елизавету», — сказала она.

И ударила. Ветер — как клинок. Скарлет — исчезла в вихре, её тело — растворилось в воздухе.

На стене — тишина. Роуз упала на колени. Маргери — рядом. Роланд — сел, тяжело дыша.

— Спасибо, Леона! — выкрикнула Роуз, тяжело дыша, опираясь на стену.

— Нет, не время радоваться! — резко ответила Леона, её взгляд метнулся к горизонту. — Смотрите!

Все обернулись. Вдалеке — грохот, вспышки, крики. И вдруг — врата Восточного города рухнули. Камень — разлетелся, магические печати — треснули. Тьма — прорвалась.

Войска Коры хлынули внутрь, как чёрная волна. Существа, фантомы, искажённые маги, тени — всё смешалось. Начался бой. Бой людей и смерти.

София — на башне, её голос — как удар:

— Все к вратам! Защитить центр! Не дать им пройти!

Алекс — уже там, меч в руке, огонь — вокруг. Кай — рядом, его магия — как буря. Земля дрожала. Люди — сражались. Кто с посохом, кто с копьём, кто просто с камнем в руке.

Слабые — прятались в углах. Матери — закрывали детей. Старики — молились. Но никто не отступал.

— Это оно, — прошептала Леона. — Последняя черта.

И бой — начался. Не за победу. За выживание.

— Жаль, я не смогла убедить существ… они не придут, — прошептала Леона, стоя на башне, глядя на поле боя.

Но вдруг — на северном горизонте появилась туча в небе. Не грозовая — сияющая. Ветер — изменился. Магия — дрогнула.

— Что это? — спросила Кора, нахмурившись.

— Я… не знаю, — тихо ответила Луна, всё ещё погружённая в свои мысли.

И тогда — они появились.

Фейри. Немного, но они были. Их крылья — как свет, их лица — как древние легенды.

Звери — по земле, могучей кучкой. Волки, медведи, ящеры, даже драконы — шли, неся силу природы.

Гномы, кентавры, фавны — с оружием, с магией, с криком:

— За Корина! За мир!

Кора взревела:

— Глупцы! Я же это для вас делаю! Ну ничего… значит, создам новых!

Она подняла руки, магия тьмы — закрутилась вокруг неё.

— Убить всех! — закричала она.

Луна смотрела на всё это. На свет, на тьму, на тех, кто пришёл, несмотря ни на что. Она не знала, что делать. Её сердце — дрожало.

И тогда — она посмотрела на клетку с Элизабет. Та лежала, израненная, но живая. И медленно закрыла глаза, показывая одно:

Действуй.

Луна сжала кулаки. Магия внутри — дрогнула. Она сделала шаг вперёд.

София, Кай, Леона, Роуз — все стояли на стенах, глядя на бушующее поле. Врата были прорваны, бой кипел, тьма лилась в город. И вдруг — с другой стороны, за холмами, за лесом — появилось новое воинство.

— Что? Кто это? — прошептала Роуз.

Кора замерла, её глаза — расширились.

— Что происходит?! — взревела она.

И тогда — из западной долины поднялись знамена. Золотые, с символами света. Впереди — Натали, в броне, с мечом, её армия — как стена.

— За Элинор! За свободу! — кричали они.

Кора взвыла:

— Всех убить! Убить! УБИТЬ!

И началась великая битва.

С трёх сторон — свет.

Магия — вспыхнула. Земля — треснула. Небо — потемнело. Ветер — завыл.

Это была не просто битва. Это был финал эпохи.

А Луна — стояла в тени, глядя на всё. И в её сердце — дрожала искра. Искра выбора.

— Кора, это неправильно! — выкрикнула Луна, голос её дрожал, но в нём была решимость.

Кора повернулась, её лицо — искажённое, глаза — как бездна.

— О, девочка моя… Ты думаешь, что правильно — остановить меня? Это же вздор. Элинор уже разрушен. А когда свет Корина падёт — я перестрою остров. Я создам новый мир!

Луна протянула руку, будто хотела остановить её. Но в этот момент — три луча света прорвали небо и ударили в неё. Луна закричала — так громко, что Корин, закованный в цепи, услышал.

Глаза его — засияли. Цепи — треснули. Он вырвался, взмыл в воздух, и увидел — принцессы фейри.

— Что вы делаете?! — закричал он, подлетая к ним.

— Мы прилетели остановить тьму! — ответила Мирана, её голос — как звон.

— Ты не понимаешь, Корин! — добавила Латея, её руки — уже заряжены магией.

— Но вас же задержали тёмные?! — Корин был в шоке.

«— Мы победили Карбона», — сказала Стелла, — а Симальда сбежала.

Корин смотрел на них. На свет. На Луну, дрожащую от лучей. На Кору, готовую разрушить всё.

Кора взревела и луч тьмы ударил в Латею. Та не успела даже вскрикнуть — её тело растворилось в воздухе, оставив лишь дрожащий свет.

— Латея! — закричала Мирана.

— Нет! — вскрикнула Стелла.

Они бросились на Кору, магия природы и света — столкнулась с тьмой. Бой был яростным, но уже неравным. Кора — сильнее, но принцессы — отчаяннее.

А внизу, среди руин, Корин подлетел к умирающей Луне. Её тело — дрожало, ноги — уже исчезали, как песок на ветру.

— Нет! Нет! — заорал он, опускаясь рядом, хватая её за плечи.

К ним подлетела Леона, глаза — полны слёз.

— Верни её! Исправь всё! — закричала она.

— Я… я не могу… — прошептала фейри. — Всё кончено…

Корин сжал руку любимой, его голос — дрожал:

— Не уходи. Останься. Я спасу тебя. Всё будет хорошо…

Луна улыбнулась — едва, как свет на рассвете.

— Нет… не будет… — прошептала она. — Я ухожу…

Она взяла его за руку. Держала. Пока исчезала. Сначала — грудь, потом — плечи, потом — лицо.

И осталась — пустота.

Корин опустился на колени. Его слёзы — капали на то место, где была она. Капали — на камень. На землю. На память.

Корин поднимался в небо, его тело — охвачено светом. Он не кричал. Он не звал. Он просто светился — всё ярче, всё сильнее. Его магия — больше не была человеческой. Это был свет самого Элинор, пробуждённый болью, потерей и любовью.

— Он сейчас сгорит! — закричала Леона, прикрывая глаза.

Внизу, на поле, Мирана и Стелла лежали поверженные. Их крылья — обожжены, магия — иссякла. Кора стояла над ними, её тело — покрыто ожогами, но она всё ещё смеялась.

— Нет! — зашипела она, глядя в небо.

Лучи света, исходящие от Корина, растворяли теневых воинов, как пепел на ветру. Они исчезали — один за другим, без крика, без следа. А Кора — горела. Её кожа — слезала, её руки — сгорели до костей.

— Нет! Нет! — кричала она, но голос её уже трещал.

— Я… хотя бы рада… — прохрипела она, — что свет… всё равно… померкнет… Остров… падёт… рано или поздно… ахахахах!

И в этот миг — вспышка.

Солнечная волна — не магия, не заклинание, а отклик самого Элинора — прошла по всему острову. Свет — чистый, золотой, как рассвет, накрыл всё.

Теневые воины — исчезли. Кора — исчезла. Даже её кости — рассыпались в прах.

И наступила тишина.

Корин опустился на землю. Его тело — обожжено, но живо. Его глаза — полны слёз. Но в них — не боль. А покой.

Он рухнул, потеряв сознание.

Эпилог

Эпилог

Корин открыл глаза. Потолок был белым, тишина — непривычной. Он медленно сел, тяжело дыша. Тело болело, но было цело. Он провёл рукой по лицу, ощутив — жив.

В комнате — никого. Только слабый свет из окна и запах лекарственных трав.

Он с трудом поднялся, ноги дрожали. Облокотившись о край кровати, встал и, шатаясь, вышел в коридор.

И тут — Маргери. Она шла с подносом, но, увидев его, остановилась, поднос выпал из рук, посуда — звякнула.

— Корин! — закричала она и бросилась к нему, обняла крепко, как будто боялась снова потерять.

Он слабо улыбнулся:

— Что случилось? Мы… победили?

— Да, Корин. Да! — её голос дрожал от радости. — Всё кончено. Давай, я помогу тебе одеться. Скоро совет в зале. Все ждут.

Он кивнул, но взгляд его был затуманен.

— Маргери… что было? Расскажи. Всё-всё.

Она замялась, опустила глаза.

— Корин… тебе расскажет София. Позже. Не спеши. Сейчас — просто дыши. Ты жив. И это главное.

Он кивнул. Но в груди — пустота. Он чувствовал: что-то ушло навсегда.

Через полчаса после пробуждения, Корин, опираясь на руку Маргери, вошёл в зал совета. Свет падал сквозь витражи, воздух был наполнен тишиной — той, что приходит после великой бури.

— Корин! — воскликнули все в один голос.

И в тот же миг — всплеск радости. Люди, маги, воины — бросились к нему, обнимали, касались, как будто проверяли: он действительно жив. Он улыбался, слабо, но искренне. Он чувствовал — он дома.

После объятий он сел в кресло совета, и София встала, её голос — ровный, но с оттенком боли:

— Ты был без сознания почти месяц. Леона… она поддерживала твою жизненную силу. Без неё ты бы не выжил.

— А где она? — спросил Корин, тревожно.

София опустила взгляд:

— Она отправилась в Небесный город. В спячку. Она — последняя из фейри. Как она сказала: пока живы фейри — жив дух Элинор. Чтобы не подвергаться опасности, она ушла. Там она в безопасности.

Корин слушал, но взгляд его скользил по залу. Он видел Кая, Алекса, Роуз, Маргери, Роланда и был рад видя их живыми.

— Натали ушла к себе, в западный город, — тихо сказала София, — она понесла потери, но её люди живы.

— А Элизабет? — спросил Корин.

— В покоях. Её сильно потрепало в плену.

Корин встал, опираясь на трон, и твёрдо произнёс:

— Отпустите её. Да, она безумна. Но она — мать Кая. И моя тётя. Она — Легаро.

Двери открылись. Элизабет вошла, медленно, взгляд — опущен. В зале — тишина.

— Корин… спасибо… — прошептала она. — Я… постараюсь больше не затуманить разум. И не бороться за власть.

Корин посмотрел на неё, потом — на Кая, на Роуз, на Маргери, на всех.

«— Всем дан второй шанс», — сказал он. — И мы начнём с себя.

София шагнула вперёд:

— Корин, что нам делать с беженцами и существами? Города разрушены. Восточный кроме этого замка весть в руинах после битвы, а западный — небольшой, он не вместит всех.

Корин посмотрел на Кая. Улыбнулся.

— Ну что… начнём строить новый Элинор?

Все в зале — встали. И в глазах каждого — был свет. Свет не магии. А надежды.

Корин смотрел на друзей. И знал: это — лишь начало их долгой новой истории.