Хроники Эл'Нолара: Лиловый князь

Глава 1. Бал Красной Луны

Преодолев заснеженные пики Великого Предела, обессилевшие изгнанники вступили в прекрасные земли, которые позднее назвали Имприей, что значит – “Сокрытая”. Но недолгой была их радость, ибо тёмные порождения Лунного Колодца, икхи, полнили собою эти земли. И стоило Луне взойти на небосвод, как эти чёрные твари сочились из каждой тени и жадно тянулись ко всему живому, чтобы выпить досуха.

Отрывок из “Первой летописи Имприи”

Глава первая

Бал Красной Луны

Огромная тень приближалась к нашей хлипкой платформе. От порывов сильного ветра шаткая конструкция поскрипывала, а деревянный настил грозился не выдержать и разлететься прямо под нашими ногами. Я теснее прижалась к тётушке. От её накидки пахло травами и мёдом. Разом смолкли все птицы и зверьё в округе. Несколько местных, спешивших вниз по размокшей глинистой дороге, остановились и подняли свои лица к небу, рассматривая редкую для наших земель машину. Отражая отполированным боком красный луч Луны, воздушное судно «Реющий» заходило на посадку. Протяжно застонал гудок, и испуганные его звучанием, с серых крон в небо сорвались сотни воронов, стрекоча своими лощёнными крыльями. Солдаты из гарнизона дружно потянули за перекинутые через борт корабля канаты, закрепляя те на высоких ржавых опорах платформы.

– Может, передумаешь? Полетели в Эл'Нолар вместе! – Я вынырнула из тёплых объятий тётушки и подняла на неё взгляд полный надежды, изо всех сил сжимая её ладони. – Слетаем в Цветочное, увидишься с братом? Я схожу на Бал, а потом вместе вернёмся во Мглистую?

– Ферни-Ферни! – Тётушка высвободила свою правую ладонь и ласково погладила меня по голове, широко улыбаясь. В уголки её глаз сбежались лучистые морщинки. – Ты же знаешь, меня уже давно ничто не связывает со столицей, мне там не место. Мглистая. Вот мой дом. А ты ещё так юна, твой путь только начинается. Да и как знать, Бал Красной Луны… Всякое может случиться!

– Вот ещё! Мне и тут хорошо… – Я упрямо встряхнула головой и вновь хмуро оглядела воздухолёт. Над палубой мерно развевались белоснежные паруса, на боках воздушного судна сверкали эмблемы рода Заргон, уже сотни лун занимавшегося воздушными перевозками по всей Имприи. Матросы спустили трап, и капитан вежливо поприветствовал первых пассажиров на борту.

– Ты же знаешь, что всё это прихоть моего отца и матушки! Проклятый Эл’Нолар и его гонка за статусом! Но с моим-то даром? Это даже не смешно! Амнистия чёрного пламени. До сих пор не понимаю, и кому такое пришло в голову! – От негодования притопнула каблуком, подняв кучу брызг с настила, который ещё не успел просохнуть с последней грозы. – Не хочу на Бал! Не нужны мне никакие истинные! Тем более лишь ради укрепления рода, который так запросто сперва вышвырнул меня из дома, а теперь… Да я вообще только в совершеннолуние вступила!

Тётушка Ирвинн всё это время слегка прищурившись высматривала кого-то на палубе, но быстро переключила своё внимание обратно на меня. Она крепко обняла меня и на ухо негромко пожелала:

– Ничего не бойся, звёздочка моя. Конечно же, тебе нужно на Бал, и я так рада, что ты побываешь на нём. Не говори глупостей – от тебя никто и никогда не отказывался, ты же знаешь. Поэтому просто пообещай мне, как бы он ни завершился, ты насладишься праздником от всей души! И не надо спешить обратно во Мглистую, Ферни. Она никуда от тебя не денется, мы всегда будем тебе рады. Пусть твоя жизнь будет долгой-долгой подле Лунного Котла! Теперь иди. Иди, или я не смогу отпустить тебя и спрячу в наших Хмурых лесах от своего несносного братца! – Смахивая незаметные слезинки, постаралась пригрозить мне тётушка.

Никогда не любила расставания. Не могу сказать, что их было много в моей жизни, но отъезд из Эл'Нолара пятнадцать лун назад как сейчас встал перед моими глазами: хмурый отец, расстроенная матушка, обескураженные сёстры и я, совершенно не верящая в происходящее и меж тем понимающая, что как прежде не будет уже никогда. И вот, спустя луны я возвращаюсь, но теперь вынуждена прощаться с тётушкой, ставшей мне самым дорогим человеком во всём свете. Сердце ныло и стучало рвано, звенящая тревога наполнила собою моё сознание и что пугало больше всего – мне никак не удавалось представить своё возвращение во Мглистую.

***

Самой последней я ступила на борт воздухолёта. Молодой матрос подмигнул мне и улыбнулся лукаво, а с его кистей сорвалось синее пламя, поднимая трап за моей спиной и закрепляя его к бортику корабля. Ох, я уже успела позабыть, какая она, магия. И это очевидное напоминание о моём бессилии ещё больше испортило моё настроение. Понуро я побрела к своему месту, попутно, впрочем не без интереса, рассматривая внутреннее устройство «Реющего». Судно было явно не из столичной флотилии и совсем не походило на то, которое когда-то привезло меня во Мглистую. С небольшой открытой палубы я спустилась на первый уровень, который полностью был отведён под пассажирские места – два коридора делили двенадцать кресел на три ровные колонны. Большая часть мест оставалась пустыми, что не удивительно: мало кто из столицы по доброй воле приезжал в деревню, и ещё меньше деревенских удостаивалось чести покинуть оную и перебраться поближе к Котлу. На обратной стороне моего билета был изображён маршрутный лист, согласно которому наша деревушка возле Северо-Восточной заставы Имприи являлась отправным пунктом. Впереди ещё около семи остановок. Так что едва ли мне придётся насладиться полётом без соседей. Я ещё раз перепроверила номер своего места и с удовольствием приземлилась на кресло возле окна. А вот это просто замечательно!

Воздухолёт слегла завибрировал, где-то в его глубине заработали турбины. Я изо всех сил вцепилась в подлокотники своего кресла. Всё же это лишь второй такой длительный перелёт в моей жизни. Родители даже предлагали оплатить портал до столицы, но я отказалась. Во-первых, из Мглистой до ближайшего местного портала, в Темноводье, пришлось бы добираться на перекладных. Во-вторых, мысль о воздушном путешествии дарила обманчивое впечатление того, что у меня всё ещё есть немного времени, чтобы принять происходящее и подготовиться к прибытию в наше родовое имение, Цветочное. Впрочем уже сейчас я могла представить себе, какую кутерьму, наверняка, развели мои сестрицы и матушка. А отец, уверена, по прилёту прочтёт мне целую лекцию относительно долга перед родом и того, что на Балу Красной Луны я непременно должна встретить достойную пару, дабы упрочить положение нашей семьи в жестокой иерархии аристократического общества Эл'Нолара. О, как давно всё это не касалось меня. И если бы только не этот проклятый Бал…

По стеклу моего иллюминатора несколько раз пробежала стайка синих всполохов. Винты корабля разогрелись и сейчас мерно гудели где-то под ногами. На мгновение звук турбин, как показалось, прервался, а мы меж тем начали набирать высоту. И вот я уже увидела нашу крошечную посадочную площадку, тётушку Ирвинн, что неотрывно смотрела на наш воздухолёт. Я стала махать ей обеими руками и едва не прижалась к стеклу. Ну, же! Я здесь! Не уверенна, что она действительно увидела меня, но мне показалось, что она слегка повернулась в сторону моего иллюминатора и стала махать своим белоснежным платочком чаще. Жаль, Тобиас не смог прийти проводить меня сегодня. Так бы и тётушке не было так грустно сейчас.

Корабль поднимался всё выше, и я уже едва различала крошечные фигурки людей под нами. Зато с этой высоты мне представился шанс напоследок охватить взглядом всю нашу Мглистую. Вот, илистая речушка, от которой и пошло название поселения. Вон, серая крыша деревенской управы, вокруг неё теснится с десяток одноэтажных домишек, а вот широкая главная дорога – разбитая и блестящая от луж в свете Луны, она плавно спускается к речке и продолжается уже за мостом. На этой стороне реки дома посолиднее, с высокими заборами и огородами. А вот и наш с тётушкой дом, практически у самой кромки Хмурого леса. Впрочем, почти все леса в округе Хмурые. Я подняла взгляд выше и смогла увидеть Великий Предел. Заснеженные зубья неприступной горной цепи вздымались в пасмурное ночное небо. Где-то там расположена и главная Северо-Восточная застава, надёжно охраняющая Имприю от опасностей, скрывающихся в густых туманах гор.

Спустя час полёта ландшафт стал заметно меняться. Позади, как неспокойный сон, остались серо-синие Хмурые леса, где стволы деревьев отличались лишь степенью насыщенности оттенков серого, а среди крон чаще всего встречались пыльно-синие, тёмно-изумрудные и глинисто-коричневые. Во Мглистой, у подножия Великих гор Предела, в это время луноворота всё ещё царил холод. Но воздухолёт нёс меня всё ближе к Лунному Колодцу, и всё ярче и разнообразнее становилась природа вокруг. Уже сейчас растительность под нами могла похвастать насыщенной палитрой зелёных цветов. Как заворожённая, я припала лицом к иллюминатору, всматриваясь в яркую изумрудную гладь лесов и полей. Деревни здесь были большими и многолюдными, а дворы добротными и ухоженными. На полях пасся скот и колосились зерновые. Давно я уже не видела такого буйства красок и жизни. Тёплый сезон всегда приходил к нам с запозданием. Но Мглистая – мой дом. И я непременно вернусь туда. Потому что слишком хорошо помню, что из себя представляет Эл'Нолар и какую плату требует с тех, кто желает там жить.

Незаметно меня сморило в сон. Всё же отправление было очень ранним. Но думаю, прошло не более двух часов, когда меня разбудил шум входящих на борт пассажиров. Они оживлённо обсуждали цены на пушнину равнинного авора и повышение налога на провозимые через Четырёхречье товары. Об этом городе я лишь слышала от Тобиаса, который вместе со своим отцом раз в луну непременно наведывался на местную ярмарку. Я провела рукой по своей косе и задержалась на шёлковой ленте, которую на исходе снежного подарил мне Тоби. Увидимся ли мы снова? И как я буду в Эл'Ноларе без его забавных шуток и доброй тётушки Ирвинн. Грустным взглядом я проводила высокую крепость Четырёхречья и красные черепичные крыши его двух и трёхэтажных каменных зданий.

***

Вот уже и солнце стало клониться к закату, когда я поднялась из буфета обратно на пассажирский уровень. Настроение улучшилось, и теперь я старалась думать о приятном: столько лун не виделась с сестрицами, интересно, как они выросли, какими стали? Как дела у Яни в конторе отца? И какой наряд успела подготовить мне искусница Милара? В последнем письме сестрица упоминала о цвете роз в нашем саду, но какие именно имела в виду? Надеюсь, не те, что так самозабвенно любит наша матушка!

Ещё из конца коридора не без сожаления я отметила, что у меня появились соседи. Яркими пташками ару две имприйки выделялись на фоне остальных пассажиров. На расстоянии двух шагов от них мне в нос ударил сильный и весьма терпкий аромат духов. Моего приближения впрочем дамы не заметили, продолжая громко обсуждать детали предстоящего празднества.

– Наконец-то, мама! Я попаду на Бал Красной Луны! – Юная имприйка в бирюзовом платье с яркими розовыми бантами вертелась в кресле, время от времени хватаясь за лицо в попытке остудить свои горящие щёки. – Я знала, что бабушка похлопочет за меня! Они не могут держать нас так далеко от Колодца. Это несправедливо!

– Так и есть, дорогая. И именно поэтому у тебя нет права на ошибку! Ты же помнишь всё, чему я тебя учила? – Вкрадчиво уточнила дама в бархатном тёмно-красном платье с проседью в шикарной высокой причёске. – Это наш единственный шанс вырваться из этого захолустья, прежде чем оно превратит нас в дряхлое отребье!

Восторженная девушка тут же побледнела и, едва сдерживая слёзы, закивала головой. Её же матушка даже не попыталась успокоить свою дочь, но продолжила инструктаж.

– Лишь обретение достойного истинного на этом Балу может гарантировать наше с тобой возвращение в Эл'Нолар. Твоя искра усилится, и они уже не смогут игнорировать нас! Эмрот будет вынужден признать тебя, как одну из наследниц рода Бренор, и нам больше не придётся угасать в этой глуши!

– Да, мама! – Размазывая потёкшую тушь по щёкам, согласно затараторила имприйка. – Я обязательно, непременно… Я найду его на этом Балу! И ты вернёшься в Эл'Нолар. Больше ни одной седой волосинки не появится на твоей голове, мама!

Я лишь закатила глаза на эту картину и напомнила о себе несколько раз довольно громко кашлянув в кулак. Беседующие наконец опомнились и обратили на меня внимание. Сперва я поймала оценивающий взгляд матушки, а затем любопытный – её дочери.

– Добрых лун! Могу я пройти к своему месту? – Вежливо попросила я.

– Вы тоже летите в столицу? – Поинтересовалась моя сверстница.

– Да. – Боюсь, правда, мой односложный ответ не помог скрыть причину моего визита в город.

– Вы ведь тоже летите на Бал, верно? – Не унималась имприйка, искренне радуясь тому, что в лице меня , возможно, обрела собеседницу себе по возрасту на оставшееся время в пути, благо лететь оставалось всего пару часов.

– Всё верно. Родители вызвали меня в столицу по случаю Бала. – Я отстранённо посмотрела на облака, пролетающие под нами, ещё немного и разговор повернёт в то русло, которое мне бы по всей возможности хотелось обойти стороной.

– Меня зовут Жезе Бренор, а это моя матушка, леди Полея Бренор.

– Очень приятно познакомиться, Ферна Амилия. – Я кивнула обеим имприйкам и постаралась изобразить непринуждённую улыбку.

– Ферна, а какое Вы подготовили платье для Бала? – Карие глаза Жезе засверкали, и вся девушка разом преобразилась.

– Если честно, пока и сама не знаю. Его подготовку взяли на себя мои матушка и сестра.

– Ваши матушка и сестра? А где они? Они не летят с Вами? – Удивилась старшая Бренор, оглядываясь по сторонам.

– В этом нет нужды, они живут в Эл'Ноларе.

– А откуда летите Вы?

– Из Мглистой.

– Вот как… – Поджав губы, строгая имприйка, сделала нехитрые выводы относительно моей персоны и, недовольно покосившись на свою дочь, слегка потянула ту за рукав. Девушка не сразу среагировала на этот незатейливый знак своей матушки и успела задать последний вопрос.

– Как же так? Как вы оказались в таких дальних краях?

– С чёрной искрой – это не сложно. – Даже зная, какой будет реакция моих попутчиц, я не видела смысла врать и, увиливая, продолжать наш разговор, который рано или поздно коснулся бы этой темы. Так даже лучше – зато теперь у меня есть ещё часа полтора-два тишины до прилёта в Цветочное.

***

– Мои туфли! В этом доме кто-нибудь видел мои туфли? – Заметив меня этажом ниже, Яника подалась вперёд, почти повисая на перилах нашей парадной лестницы. – Доброе утро, Ферна, с прилётом! Неплохо выглядишь! Даже, кажется, не постарела! Кстати, не видела мои туфли? Синие с перламутровыми каблуками?

– Привет, Яни. Приму это за комплимент. Ты тоже почти не изменилась. – Я улыбнулась и продолжила свой путь к кабинету отца. За все эти луны вдали от дома зря я боялась, что, вернувшись, не узнаю родных. Есть в этом мире вещи постоянные, например, моя сестрица Яника.

***

Я осторожно постучала в дверь и, не дожидаясь ответа, прошла в кабинет. Здесь царила привычная полутьма. По-прежнему рабочий стол смотрел на большое витражное окно, а тяжёлые бордовые портьеры съедали большую часть света, что отчаянно пытался прорваться в помещение. Отец стоял около шкафа с книгами, и кажется, не сразу заметил моё появление.

– Ах, Ферна! Прости, я немного задумался и не слышал, как ты зашла. – Он тотчас отложил газету в сторону и постарался придать своему лицу как можно более добродушное выражение. Бережно обняв за плечи на краткий миг, отец тут же отодвинул мне стул, переходя на привычный деловой тон. – Ещё раз с возвращением, дорогая! Вчера мы даже толком не спросили, как ты добралась. Прошу, присаживайся!

С благодарностью я взглянула на отца. Те же ярко-серые глаза, каштановые густые волосы: за эти луны он совсем не изменился. В отличие от тётушки Ирвинн, которая будучи моложе брата, выглядела заметно старше.

– И всё же как жаль, что ты отказалась от портала и прибываешь домой прямо накануне Бала! Матушка волнуется, что ты не успеешь достойно подготовиться. Они с Яни и Миларой за последнюю неделю поставили этот дом вверх тормашками! – Посетовал отец, присаживаясь в кресло напротив.

– Ничего страшного, папа, я уверена, что Милара и матушка подготовили для меня чудесное бальное платье, ну а большего мне и не нужно. – И я действительно так считала, тем более, что задерживаться в Эл'Ноларе совершенно не планировала.

– Вот об этом-то я как раз и хотел поговорить с тобой, Ферна. – Видар Амилия тут же сделался серьёзнее, чем прежде, а я начала исподтишка рассматривать стягивающие небо тучи и живописный сад за окном, созданный зелёной искрой нашей матушки. Это успокаивало. Думаю, я была бы рада родиться с подобным даром, позволяющим управлять живой природой. Тогда моя судьба могла сложиться иначе: я бы пользовалась своей магией, может, даже поступила бы в магистрат, как Яника, и сейчас тоже мечтала бы встретить своего истинного на Бале Красной Луны.

– Видит Луна, мы с матушкой задействовали все наши связи, чтобы вызволить тебя в столицу по программе амнистии чёрного пламени. Да будет Котёл вечно милостив к роду Заргон!

– И чего же именно это вам стоило? – Я, наконец, посмотрела на отца, страшась услышать ответ. – Какую именно гарантию с вас востребовала комиссия, отец? Не могли же они просто на слово поверить магам с чёрным пламенем, что ни один из вернувшихся в столицу даже случайно не применит свою силу…

Пусть мы с тётушкой жили на самом отшибе Имприи, но и до нас долетали столичные вести. А уж новость об амнистии для магов чёрной искры, так удачно объявленная в эту луну, навела шороху даже в нашей глуши. Как же… Великий шаг в сторону светлого будущего Имприи! От стародавних времён полного отрицания и неприятия чёрного пламени, которые впрочем успела застать, например, моя же тётушка. Когда подобных нам с ней называли порождениями икхов, отлучали от рода и ссылали в самые дальние уголки страны, выжигая при этому весь магический резерв. До нынешнего знаменательного луноворота. Чёрная амнистия! Видно, высшие дома совсем поисхудали на наследников, что решили хотя бы таким способом, но поддержать свой ускользающий статус. Ведь маги с этим проклятым пламенем как правило рождались именно среди высших кругов Имприи.

– Контора. – Отец слегка нахмурился. – Я указал её в качестве гаранта за тебя, Ферна.

– Небеса! Но зачем, отец? – У меня перехватило дыхание. Родители поставили на кон слишком многое. Претёмная ночь, а что если вдруг по неосторожности я не сдержусь, и моя магия вырвется наружу? Наш род лишится своего главного источника дохода, горнодобывающей конторы и нескольких жил на Западе, а сестрицы… Даже думать не хочу. И всё это ради того, чтобы вытащить меня из Мглистой и вернуть в семью? Впрочем, истинная причина моего столь стремительного вызволения из глубинки не заставила себя долго ждать.

– Не переживай, дорогая, ведь твоя искра вот уже пятнадцать лун никак не проявляла себя. И мы с матушкой уверены, Бал Красной Луны – это шанс для тебя, Ферна. Шанс на новое начало. Конечно, печально, что твоя магия… Эм, что ты не никогда не сможешь ей пользоваться, но, поверь, я знаю многих достойных и весьма обеспеченных молодых имприйцев, пусть и чуть ниже кругом, но которые непременно почтут за честь составить партию такой прекрасной юной леди, как ты.

Полагаю, словосочетание «весьма обеспеченных» здесь ключевое. Я поморщилась, не удивлюсь, если родители в тайне от меня успели подобрать эту достойную кандидатуру и даже договориться о будущем союзе.

– В конце концов ты часть рода Амилия, а это чего-то да стоит! – Не без гордости подытожил меж тем мой отец. А меня начало мутить от окончательного осознания того, что всё именно так и есть. Меня хотят сосватать за кого-то, кто закроет глаза на мой дар, и решит соединить свою жизнь со мной исключительно из расчёта получить статус жителя шестого круга, разумеется, не безвозмездно. Отец ведь даже не обмолвился о возможных истинных для меня. Зато вполне ясно дал понять, что с радостью отдаст меня за того, кого сочтёт выгодным союзником для нашего рода. Определённо, Эл’Нолар ни капли не изменился со старых времён!

– Ферна, ты меня слушаешь? – Отец внимательно смотрел на меня, ожидая хоть какой-то реакции.

– Слушаю, но совершенно не понимаю тебя! – Мне стало по-настоящему неприятно. А ведь он даже не спросил, какие у меня планы или чего бы я хотела. Разумеется! Это было лишним! Они с матушкой уже давным-давно всё распланировали. – Пятнадцать лун назад вы выслали меня к тётушке в самую глухую деревню Имприи и, скажем прямо, мало интересовались моими делами. Теперь же, как только появился указ о чёрной амнистии, вызываете в столицу и то лишь с тем, чтобы сосватать подороже за кого-то, кто позариться на положение нашей семьи. Я должна радоваться?

– Значит, так ты это видишь? – Отец привстал из своего кресла, и его тень повисла надо мной. – Так ты видишь все наши с матушкой старания? А состарится в этой проклятой глубинке раньше нас с матерью? Ты этого хочешь? И ладно ещё моя упрямая сестрица, но ты. У тебя вся жизнь ещё впереди, Ферна. И ты прекрасно понимаешь, что вдали от магического источника… Вдали от Лунного Колодца. Ферни… Дочка. Мы никогда от тебя не отказывались. Ты же знаешь. Но твой дар не оставил нам выбора. Как только смогли, мы сразу же вызволили тебя оттуда. Разве ты этого не видишь?

В груди неприятно заныло. Было больно видеть своего отца таким – виноватым и оправдывающимся. Всё же я перегнула палку с обвинениями относительно того, что они от меня отказались. Конечно, я прекрасно осознавала, что не моим родителям было идти против Совета Ста и циничных законов Имприи. Но чем я провинилась перед всеми, лишь родившись с чёрным пламенем?

***

Идя по коридору в свою комнату, я рассуждала о том, какая в сущности смешная штука – судьба. И как по-разному она складывается, особенно у тех, кому повезло родиться с чёрным икховым пламенем.

Красная Луна… Кажется, не было во всей Имприи никого, кто не мечтал бы попасть на этот бал, что случается лишь раз в сто лун, в дни, когда Луна подходит максимально близко к нашим землям, а Лунный Колодец, или, как его ещё называют, Лунный Котёл, выплёскивает столько эфира, что он заполняет собою весь кратер и напитывает столицу Имприи, сказочный город Эл’Нолар, магической силой. Эта же сила обостряет магию имприйцев до предела и позволяет нам заглянуть за завесу судьбы, встретить своих истинных – тех, с кем магическая искра будет биться в унисон и станет в разы сильнее, или, как говорят в Эл’Ноларе, – воспламенится. Союзы, благословлённые Луной, считались священными. И потому не требовали приданного со стороны семьи. Что может быть выгоднее для рода! Пусть по разным причинам, но и родители, и обе моих сестрицы денно и ночно грезили этим событием. И потому не было ничего удивительного в том, что день Бала Красной Луны встретил меня в нашем доме невероятным переполохом.

Сегодня, не успела я даже толком проснуться, а надо сказать, что во Мглистой вставать я привыкла очень рано, как по дому уже разносился топот каблучков и взволнованные голоса моих сестёр. Горничные бегали из комнаты в комнату с бесконечным ворохом лент, сорочек и юбок. На завтрак спустились лишь я и отец. Матушка успела перекусить, не выходя из своих комнат, и до нашего выезда на бал просила её не беспокоить.

Уже после обеда я заглянула к Миларе поздороваться и застала её накручивающей свои роскошные каштановые волосы в локоны и что-то тихо мурлыкающей себе под нос. Она была в добром настроении, а её карие глаза так и блестели при упоминании бала. Янику же и искать не пришлось: она так громко отдавала указания горничным, что её голос заполнял собой весь дом. Свой наряд она хоть и подготовила заранее, но именно сегодня он казался ей недостаточно эффектным, недостаточно элегантным и ещё много каким «не», а потому она продолжала менять один вариант за другим: больше блеска, меньше бархата, серьги с себриллами*, пышные рукава, многослойная юбка.

И я. Имприйка, которой повезло родиться с чёрной искрой. Дар, который я определённо не желала усиливать ни при каких обстоятельствах. По сему мой план действий на Балу оказался проще простого. Я надеялась, что мне удастся провести большую его часть в каком-нибудь относительно безлюдном закутке, попробовать все волшебные яства столицы, вдоволь налюбоваться красивыми лордами и леди в их замысловатых костюмах, послушать чудесные переливы зачарованной музыки, о которой мне все уши в деревне успел прожужжать местный менестрель, а затем без приключений покинуть мероприятие, как только смогу. Конечно, не слишком приятно, что в свой первый, и возможно последний, Бал в жизни мне придётся стать такой вот белой лайвой*, избегающей общества. И не то чтобы я, подобно Янике и Миларе, постоянно мечтала о высших лордах, но… А впрочем, что есть, то есть. Буду наслаждаться Балом, как могу. А после постараюсь как можно скорее вернуться во Мглистую. Долгие луны жизни – это безусловно прекрасно, но только не в таком городе, как Эл’Нолар. Не хватало ещё, чтобы отец с матушкой состряпали для меня договорной брак с каким-нибудь сыном купца, дабы обрести в его лице постоянного инвестора для разработки новых горных жил.

***

Из зеркала на меня смотрела довольно симпатичная молодая имприйка в летящем шёлковом платье цвета последних осенних роз. Сколько себя помню, матушка непременно старалась нарядить меня именно в этот оттенок, заявляя, что никакой иной так не идёт к моему цвету глаз. Тёмно-серому. Как, в принципе, и цвету моих волос. Я осторожно провела рукой по невесомой ткани, наслаждаясь её прохладой. Сейчас мне сложно было узнать себя саму в отражении. Слишком привыкла к одежде из простых и порой довольно грубых материалов. Зато в них ничто не стесняло моих движений, и мне никогда не приходилось думать, как ступить, чтобы не упасть, запутавшись в подоле юбки, или как не делать резких движений, чтобы тонкая ткань не порвалась. Как, наверняка, придётся в случае с этим красивым платьем.

Я потянулась к своим волосам, но в последний момент отдёрнула руку, боясь испортить причёску. Не помню, когда бы мои непослушные и пушистые волосы таким покорным водопадом бежали по плечам – было бы жаль испортить такую красоту.

– Ну же, Ферна, не жадничай, двигайся! Ты уже и так здесь целый час занимаешь большое зеркало! – В зал ворвался ураган по имени Яника, уже в совершенно новом наряде, теперь с выпрямленными волосами, а не в высоком хвосте, как парой мгновений ранее. Она посмотрела на себя в зеркало, оценивая свою стройную фигурку и миловидное личико со вздёрнутым носиком. Мне всегда казалось удивительным, что будучи тройняшками, мы были мало похожи друг на друга – разве что глаза Яники были очень похожи на мои. – Вот! Теперь совсем другое дело! Да! Это именно то, что нужно! Идеально подчёркивает овал моего лица!

– Но, Яни, там же будут маски, никто не увидит твой овал! – Присоединяясь к нашему небольшому собранию у зеркала и едва сдерживая улыбку, заметила Милара.

– Мила, вот твой о-вал, может, и не увидят!

– Не в лице ведь дело, Яни! – Она гордо расправила плечи, неосознанно или сознательно демонстрирую свои пышные формы. – Как ты не понимаешь, зачарованные маски для того и придумали, чтобы выбор делало твоё сердце! Истинный выбор! Если повезёт, и сегодня ты встретишь свою пару – увидишь лишь его глаза! Понимаешь?

– Понимаешь-понимаешь! Вот я и посмотрю на тебя, когда твоей парой окажется кто-нибудь с носом-баклажаном и лысиной на голове! – Яника глянула на нас через плечо, посмеиваясь. – Впрочем, если он окажется из высших лордов или одним из лиловых Хранителей...

– Лиловых Хранителей? – Снисходительно улыбнулась Милара. – Да скорее Котёл пересохнет, чем кто-то из этих ледышек явится на Бал Красной Луны! Умерь свою фантазию, Яни!

– А вот и посмотрим! “Синие эфмы” целый день только и делают, что строят предположения насчёт истинных! – Яника продемонстрировала складное прямоугольное зеркальце, по которому бежали лиловые сияющие строки – эфиграф, который она выклянчила у отца на окончание Магистрата, чтобы быть в курсе сплетен подруг.

– Не знала, что эфмы бывают синими! – Я выразила своё искреннее удивление, поскольку не раз видела на картинках этих грациозных магических животных с молочной шерстью и белой гривой.

Яни обернулась и наградила меня уничижительным взглядом.

– “Синие эфмы”, кружок самых популярных магисс нашего потока, Ферни. – И тут же повернулась к Миларе. – Тавия Доудш продолжает сохнуть по Лиловому князю! Эх, жаль на этой рухляди ни одного эфиснимка не увидеть. Интересно, какой он?

Сестры зашлись звонким смехом, выдающим их волнение перед долгожданным событием. Их глаза мечтательно сверкали.

– Девочки, вы готовы? – Отец под руку с матушкой спустились в зал. – Пора отправляться! Мы вас проводим до Лунного Дола!

***

Затем была дорога в волшебную рощу в третьем круге Эл’Нолара, где раз в сто лун проводится этот особенный бал, но едва ли я её запомнила. Выход из поместья, посадка в элежанс* и щебет сестриц всю дорогу смешались воедино. Я старалась сохранять спокойствие, но в то же время мне не терпелось увидеть Лунный Дол. Это же третий круг, никогда в жизни я так высоко не бывала на Лунной Горе. Так близко к Колодцу. Истинного не найду, так хоть на гору посмотрю.

Наш элежанс остановился перед воротами. Словно каменные исполины, две раскрытые полудуги вздымались ввысь, обозначая вход в Дол. Над древними вратами вился причудливыми клубами лиловый эфир. Только сейчас я обратила внимание на то, что вся долина буквально утопала в этом сиренево-синем тумане. Он стелился по земле и лоснился к ногам гостей. На небе зловеще перекатывались раскормленные фиолетовые тучи. Было немного не по себе, но быть может, так оно и бывает – когда до тебя долетают не те жалкие крохи магии Котла, как до нашего шестого круга?

Я подняла свой взор выше и наконец смогла рассмотреть вершину. Именно с неё много столуний назад начал расти наш славный Эл’Нолар. Город опоясывал гору и уровнями спускался по её склонам. Где-то там, за острыми пиками скал, на самой вершине скрывается и сам Лунный Колодец. Отсюда мне его, конечно, не разглядеть, но по внушительным лиловым тучам, в которых то и дело сверкали молнии, я точно знала, где расположилось самое сердце Имприи. Мощные каменные глыбы, оторванные от скал магическими силами, парили высоко в небе. Их тени плавно скользили по склонам горы, перескакивая с одного круга города на другой.

Мой взгляд упал на первый круг, расположившийся у самого жерла. Здесь жили самые древние и влиятельные аристократические роды – высшие лорды и леди, а также Хранители Котла – маги уникального лилового пламени. Баснословно богатые и магически одарённые сверх меры, и, как справедливо заметила Милара, слывущие безэмоциональными гордецами. Скользнув взглядом ниже по склону, я увидела второй круг, где живут высокие леди и лорды, столь же почитаемые и лишь едва уступающие по своим богатствам и магической мощи аристократам первого круга. Как по мне, так что первый, что третий круги – всё словно жить в самом жерле Лунного Колодца и дышать магическим эфиром круглые сутки! Сама я родилась в шестом круге, и от почётного титула высокой леди меня отделяла всего одна ступень, что крайне огорчало моих матушку с отцом. Наш круг располагался недостаточно близко к источнику магического эфира, чтобы похвастать неимоверно сильной магией и долголетием. Но это ведь и не двадцатый круг – чтобы едва справляться с крошечной искрой дара. Впрочем, с моей чёрной искрой для меня, чем дальше от источника магического эфира, тем лучше! Пусть это и влияло напрямую на продолжительность жизни, о чём не уставая напоминала мне матушка все эти полтора дня, явно таким образом желая вернуть меня на путь истинный и настроить на активный поиск достойной пары на Балу.

К моменту когда наше семейство прибыло в Дол, у входа уже успело собраться множество представителей высшей знати. Здесь были свободные лорды и леди из разных кругов и всех возрастов: были здесь те, кто только вступил в совершеннолуние, и те, кто давным-давно переступили порог тридцати лун. Многие аристократы намеренно не создавали семьи, ожидая Бала Красной Луны. Иногда это занимало все десять, а то и пятьдесят лун. Но что есть пятьдесят лун для мага из первого круга? Жизнь таких магов отличалась исключительной продолжительностью, а их магический резерв не сравним с резервом среднестатестического имприйца из низших кругов. Они могли себе позволить дождаться этого дня. Ведь если в итоге им везло на Бале повстречать своих истинных, они усиливали свой дар, а значит, упрочняли или возвышали положение всего своего рода. Мои матушка с отцом этого Бала не дождались самую малость – каких-то тридцать лун. Зато на нас с сёстрами возложили ответственную миссию. По их мнению, хоть одна из нас троих на этом Балу должна была непременно встретить своего истинного. И родители всерьёз надеялись, что этот истинный будет хотя бы из пятого или четвёртого круга, что позволит нашей семье подняться вверх по склону и присоединиться к кругу выше. Что же, в этом своём желании они были не одни.

Рядом с нами то там, то здесь слышались ремарки строгих или напротив растроганных родителей:

– Луна моя, наконец-то ты попадешь на Бал! Помни, ты должна пообщаться с каждым иприйцем, пока не найдешь своего истинного! Глаза, смотри на его глаза!

– Сколько раз тебе повторять, остолоп, не забудь взять маску! Маска – главный атрибут Бала! Она скроет лица непредназначенных и поможет разыскать твою истинную! Сквозь маску ты увидишь её глаза! И не забывай правила этикета!

Отец и матушка тоже дали нам последние наставления. С нами они идти не могли, ведь на Бал допускались только несвязанные* имрийцы и имприйки. Мы с Миларой и Яникой попрощались с родителями и приблизились к воротам Лунного Дола, где у входа нам предложили зачарованные маски. Я невольно всматривалась в лица тех, кто уже их надел, и не могла никого узнать. Магия не позволяла различить ни цвет глаз, ни форму губ, ни линию подбородка. Удивительно, я вижу лица, но если мгновением позже меня попросят описать одно из них – не смогу этого сделать. Наряд опишу легко. Но не лицо.

Завязав свою маску, я немного осмотрелась по сторонам. Долина превратилась в огромный бальный зал. Вместо травы под ногами сверкал мрамор, в воздухе под порывами ветра подрагивали мириады магических огней и фонариков, теряясь на фоне черного полотна неба. В ажурных беседках и резных павильонах столы ломились от яств и напитков. Совсем скоро их начнут занимать истинные пары, которые будут стремиться узнать друг друга поближе. Романтично, но, увы, не для меня.

Дальше ото входа расположился длинный “стол знакомств”, о котором с детства нам так любила рассказывать матушка. По одну сторону стола сидели имрийки, а напротив них – имрийцы. По окончании каждой песни все менялись местами, каждый раз двигаясь правее. Это давало возможность каждому познакомиться с наибольшим количеством гостей Бала и увеличить шанс встретить своих истинных.

Кажется, самое время улизнуть отсюда. Не имею ни малейшего желания оказаться за этим столом: чем больше кавалеров я увижу, тем выше риск.

Милара и Яника, как только мы оказались на месте, сразу же растворились среди гостей. Подле них уже собирались имприйцы в тёмно-бордовых масках. Они оживлённо беседовали и смеялись. Но как только я попыталась отойти к дальнему павильону, чьи-то цепкие пальчики сомкнулись на моём запястье. Яника!

– Куда ты собралась, дорогая? Нас ждут за «столом знакомств»! – Промурлыкала она.

– Я-а-а... Хотела осмотреться. Голова кружится, мне нужно побыть одной немного... – Неуверенно пролепетала я.

– Да, папуля нас предупредил, что ты можешь попытаться сбежать. Но мы истинные дочери рода Амилия! Ты будешь сидеть между мной и Миларой. Даже не мечтай улизнуть! Такой шанс! Раз в сто лун! Не глупи, Ферни!

Она не отпускала мою руку и силой привела к столу, где и правда усадила между собой и Миларой. Тем временем по Лунному Долу начала разноситься музыка, от которой перехватывало дыхание и мурашки бежали по спине – она была столь же прекрасна, сколь и до тревожного немыслима. Приглядевшись, я увидела, что зачарованные арфы играют сами по себе – над этим чудо-оркестром потрудился именитый маэстро жёлтой искры. Первые пары закружились в танце. Они скользили по гладкому мрамору и, кружась, поднимали маленькие вихри лилового флёра. А фонарки и волшебные огоньки парили в воздухе, покачиваясь в такт мелодии. В этот момент мне тоже захотелось быть на месте одной из этих счастливиц, но, вспомнив о своём даре, я вовремя себя одёрнула. Нужно как-то сбежать из-за стола.

Напротив меня оказался упитанный имприец в маске. Глаз его я не видела, слава Лунному Колодцу. Он начал светскую беседу о погоде и стоимости ламит на магическом рынке, я чуть не заснула от скуки и была счастлива, когда песня закончилась. На смену зануде пришёл долговязый лорд, лицо и глаза которого от меня также надёжно скрывала маска. Он начал, моего развлечения ради, декламировать свои стихи. Возможно, дало о себе знать моё деревенское образование, состоявшее лишь из чтения книг домашней библиотеки и регулярных занятий с тётушкой, но его стихи для меня оказались слишком витиеватыми, а половина слов неизвестными. Не представляю, кого из дам это могло бы развлечь.

Закончилась очередная песня и удача, наконец, повернулась ко мне лицом. Имприйцы вновь стали меняться местами, и как только угловатый рифмоплет оказался напротив Милары, она вскочила со своего места с восторженным возгласом и протянула к нему свои руки. Матушка определённо обрадуется – они увидели глаза друг друга! Тут же Яника начала их поздравлять, а я во всей этой суматохе схватила её серебристо-серый шелковый плащ, на бегу накинула его на плечи и успешно улизнула из-за стола.

Затерявшись среди танцующих и убедившись, что меня никто не ищет, я решила пройтись до ближайшей незанятой беседки. Но по пути моё внимание привлёк фонтан. Он находился чуть поодаль от толпы и обещал уединение. Я аккуратно присела на мраморный бортик и позволила себе наконец расслабиться. Поверхность воды, словно зеркало, отражала моё слегка растерянное лицо. Неужели это всё и правда происходит со мной? И Бал Красной Луны – это больше не далёкая сказка или семейное предание? Рядом со мной на мрамор мягко опустился большой пёстрый мотылёк. Огненно-оранжевые крылышки были усыпаны яркими пятнышками лазурно-синего и бесшумно колыхались, переливаясь в тусклом свете. Во Мглистой я таких бабочек никогда не видела. Правду говорят, чем ближе к Котлу, тем волшебнее природа. Надо будет обязательно написать о нём Тоби!

Звук приближающихся шагов спугнул мотылька. В то же время откуда-то со стороны до меня начали доноситься отчётливые звуки голосов. Я вся сжалась и постаралась насколько это возможно остаться незамеченной, а в итоге со своей врождённой грацией чуть не угодила в воду.

– Бал Красной Луны? Надеюсь, ты захотела встретиться здесь, чтобы разглядеть мои глаза, Орнетт? – Надо же, какой приятный тембр, подумала я. И какая высокомерная интонация.

– Как остроумно! – Срывающийся на высокие ноты женский голос больно ударил по моим ушам.

– Не огорчайся, или я сочту, что моя шутка оказалась правдой! – С усмешкой произнёс неизвестный. – Так почему ты хотела меня видеть? У меня и без Бала полно забот.

– Это касается источника.

– Вот как... – Задумчиво протянул незнакомец. – Надеюсь, это не то, о чём я думаю?

– Мне больше не к кому обратиться… – Я затаила дыхание, разговор нравился мне всё меньше и меньше.

– Во что ты ввязалась, Орнетт? – Голос собеседника теперь звучал требовательно.

Ну всё, не желаю знать чужие тайны, они никому добра не приносили. Не хватало ещё, чтобы меня заметили и решили, что я подслушиваю. Я поднялась и постаралась как можно скорее скрыться за углом ближайшей беседки. Но как всегда, удача покинула меня в самый неподходящий момент.

От резкого движения, край моего плаща зацепился за хвост скульптуры озёрного восьмихвоста, украшающего фонтан. Раздался треск шёлковой ткани, я вскрикнула, на мгновение решив, что меня кто-то схватил за подол. Испуганно оглянувшись, посмотрела на замершую парочку. И в это же мгновение...

Утонула в пурпурной бездне глаз незнакомца. От них исходила невообразимая сила, она завораживала и притягивала к себе. Высокомерный имприец застыл в изумлении, и я была уверена, тоже сумел разглядеть мои глаза. Не верящая произошедшему, я растерянно застыла на месте. А имприец, не сводя с меня такого же удивлённого взляда, сделал шаг навстречу.

Осознав, что произошло то, чего больше всего опасалась, я бросилась бежать без оглядки. По дороге скомкала шёлковый плащ Яники и выбросила его – всё равно он уже безнадёжно испорчен. Остаться незамеченной он мне не помог, наоборот, лишь беду притянул. Надеюсь, Яни не видела, что это я его украла.

Когда я отдышалась и поняла, что за мной никто не гонится, решила спрятаться в таком месте, где до конца бала меня никто не сможет найти. Поэтому пробралась в пустую беседку и начала думать, что же делать дальше. Меня охватило смятение. Очевидно, что я только что встретила своего истинного. И какой же он… Я, конечно, знала, что мне нельзя обретать истинную пару, и жила с этой мыслью последние пятнадцать лун, но всё же, как и любая другая девушка, не была лишена фантазий. Так вот, в самых моих смелых фантазиях он был не таким! Этот имприец был далёк от моих идеалов. Высокомерный и так некрасиво разговаривал с той дамой. А его чувство юмора было на грани грубости. И цвет его глаз! Пурпурный! Неужели, это один из Хранителей? Этого просто не может быть! В добавок ко всему, похоже, ещё и сердцеед! В волнении я начала одно за другим пробовать яства с ближайшего столика и даже залпом продегустировала целый бокал игристого. Что ж, пусть Бал не задался, но, как говорит тётушка Ирвинн: “Стоит ли печалиться, что все яблоки осыпались, если из них можно сготовить бодрящий сидр!” Я не намерена грустить в первый, а возможно и последний светский приём в моей жизни и знаю наверняка, как скрасить оставшееся время торжества!

– Ферна, это ты? – Я услышала шёпот из-за окна беседки.

Забившись под стол, я затаилась в надежде, что если буду молчать, меня никто меня не найдет.

– Ферна! Это я, Тоби!

Тоби! Но как? Откуда он здесь? Я вылезла из-под стола, свесилась из окна и крепко обняла стоящего у беседки друга. Его лицо было закрыто бордовой маской, и глаза были мне не видны. Как несправедливо, почему это не он, такой близкий и родной друг, увы, с такими крошечными способностями в магии.

– Тобиас, что ты здесь делаешь? Как ты… Это же мероприятие для... Эээ...

– Ты хотела сказать, элиты? – Ухмыльнулся он.

– Нет, я хотела сказать, для эгоцентричных и властолюбивых выскочек, к которым ты не относишься. Как ты прошёл через врата? Как оказался в Эл’Ноларе?

– Ну… В общем-то я… Э…

Тобиас начал усиленно чесать затылок, а его глаза забегали по сторонам.

– А впрочем… Иди ко мне в беседку! – Я решила не задавать больше неловких вопросов своему другу, в конце концов для меня наша встреча стала очень удобным стечением обстоятельств, которым я поспешила воспользоваться. – Давай лучше будем делать вид, что мы истинная пара, есть, пить, и никто нас до конца бала не подумает потревожить!

Так мы и сидели, беззаботно болтали, поедая лучшие блюда Эл’Нолара. Погода продолжала ухудшаться, сильные порывы ветра пытались сорвать декоративные шторы и сдуть фонарики, украшающие беседку. Но это не мешало нам наслаждаться вечером: мы вспоминали радостные дни в деревне, как мы ловили сачками светящихся бабочек или воровали яблоки из соседского сада, в котором Тобиас подрабатывал помощником садовника. Хотя он был из бедной семьи из Мглистой, он удивительно много знал даже о магических животных и растениях Имприи, больше, чем самый увесистый том биомагии в библиотеке тётушки.

Меж тем в воздухе загорались волшебные фонарики, будто назло разбушевавшимся силам небес, а радостные возгласы раздавались то тут, то там – вокруг царил праздник жизни, которому ни по чём была даже зарождающаяся гроза.

– Тобиас, а ты видел чьи-нибудь глаза на Балу Красной Луны? – Осторожно поинтересовалась я.

– Нет, куда мне до вас, с моими способностями! Ну и слава Лунному Колодцу! Не очень-то и хотелось видеть этих нафуфыренных богачек без масок. А ты видела чьи-то глаза?

– Нет! – Быстро выпалила я. Внутри что-то кольнуло от досады и вины за эту ложь.

– Ну, и хорошо! – Казалось, облегчённо выдохнул он и улыбнулся.

Вдруг в отдаление раздался рокот барабанов.

– Что это? Неужели, бал уже закончился? Наконец-то! – Я увидела, как люди быстро стекаются к выходу. – Тоби, ты ведь меня проводишь до ворот?

– Конечно, Ферни. Странно всё это, закрытие бала без какой-либо заключительной части… Может, это из-за непогоды?

Мы шли к выходу, и я прятала лицо в рукаве Тобиаса, стараясь ни на кого не смотреть. Имприйцы вокруг были взволнованы и что-то возбуждённо обсуждали.

– Вы это слышали? Они сказали, её нашли без чувств, а оказалось – мертва!

– Да что Вы говорите? А я только нашла свою пару. Да, можете меня поздравить, познакомьтесь, лорд Реплок, второй круг. И тут вся эта суматоха! Где, Вы говорите, её нашли?

– У фонтана!

Мне стало не по себе. Я вспомнила недавно подслушанный разговор, пурпурные глаза и ещё больше вжалась в рукав Тобиаса.

– Ферна! Это ты? Где ты пропадала? Бал заканчивается, мы уезжаем! – Услышала я властный голос Милары, которая стояла под руку со своим кавалером.

– Знакомься, это высокий лорд Жорель Гомерин. – Она ласково кивнула в сторону сутулого высокого имприйца. – Ооо, а это кто у нас? Ферна, ты тоже нашла своего истинного?

– Вот видишь, Милара, даже она нашла, а мне вы не даёте найти! Увозите с Бала Красной Луны так рано! Что за день такой!

– Это не мой истинный. – Я поспешила успокоить Янику. – Это мой друг... Лорд Эрсиваль!

– Так что ты тогда в него вцепилась! Фи, как это неприлично! Сэр... Лорд… Как Вас там! Приятно с Вами было познакомиться, мы уезжаем! – Заявила Яни, с досадой поглядывая на воркующих Милару с её истинным.

Я отпустила Тобиаса и беззвучно попрощалась с ним. Он поклонился и исчез в толпе.

– Что за день такой! – Всё ещё сокрушалась Яника по дороге к нашему элежансу. – Истинного не нашла, плащ кто-то украл и порвал! – И продемонстрировала комок серебристой ткани.

Я шла с обеими сёстрами под руки, спеша выйти с ними за ворота, где магия масок не действует. Ветер подталкивал нас в спину, трепал причёски и путал подолы платьев так, так что сложно было идти не спотыкаясь.

– Не волнуйся, дорогая сестра, – успокаивала Янику Милара. – Разве ты забыла про мой дар? Я починю твой плащ. Сестринские узы! Ты ведь мне помогла сегодня утром своим даром и нашла моё драгоценное ожерелье с себриллами.

Неужели мои сёстры могут быть такими милыми?

– Да ещё и это убийство! – Продолжала Яника за воротами, снимая маску. Я уже к тому моменту поспешно сорвала свою, надеясь, что тот, кого я больше всех боялась встретить, меня не приметил. – Убийство на Бале Красной Луны! Такого Имприя не припомнит!

– Почему вы думаете, что это убийство? И кто умер? – Спросила я, скрывая волнение.

– Ты что, не слышала? Некую леди Орнетт Гиарел нашли бездыханной у фонтана. Может и не убийство, кто знает? Но убийство всегда интереснее, не так ли?

Меня накрыло холодом, а сердце ушло глубоко в пятки. Дорога домой, расспросы родителей, восторженные возгласы Милары и разочарованные комментарии Яники плохо запомнились. По приезде я сразу поднялась в свою комнату и, не раздеваясь, легла в кровать. В отличие от остальных я была уверена, что это убийство. А убийцей был тот самый имприец с пурпурными глазами, предназначенный мне Луной.