Хранители Арги. Начало

Глава 1. Во всё виновато дерево

Солнце ещё не добралось до зенита, но его тёплые лучи уже припекали. Благо, зелень, обильно растущая у бабушки во дворе, защищала всех, кто спешил под пышные кроны яблонь.

Вот и Владик Иванов сидел под ними, опершись о шероховатый ствол. Перебирая содержимое рюкзака, он что-то прятал в карманы (мелочь, которая не мешалась и могла там уместиться), а что-то бережно складывал внутри. Уже через пару часов должны были явиться деревенские мальчишки, коих он обещал развеселить. Конечно же, городскому парню это проще сделать, ведь местные мало чего видели. С другой стороны, они видели намного больше, чем Влад, просто другое. И парнишка часто замечал, что где-то там, глубоко внутри, у него появляется мелкое неприятное чувство. Но признаваться в этом он сам себе не хотел.

— Владик?! — из окна дома донёсся крик бабушки. — Маргоша?! Вы где?!

— Здесь! — отозвался мальчишка, на мгновение выглянув из-за яблони. А потом на всякий случай уточнил: — Я здесь!

— А Маргоша где?! — вновь воскликнула бабушка.

— Я не знаю, — он пожал плечами. — С Тишкой где-то бегает.

— Так, давайте-ка быстренько в дом! — приказным тоном произнесла пожилая женщина. — Найди сестру и марш обедать!

— Ну, ба, рано же…

Владик попытался протестовать, но ему не дали даже закончить фразу.

— Владислав! — с такого расстояния в оконном проёме было плохо видно, но мальчишка понимал, что именно сейчас бабушка упёрла руки в бока и строго на него смотрит. — Марш за сестрой! Я же просила не оставлять её без присмотра!

— Хорошо, — печально вздохнул мальчишка и неспешно поднялся, пробурчав под нос: — Вот вечно я в чём-то виноват.

Маргарита была его младшей сестрой. Владику недавно исполнилось двенадцать лет, а ей через полгода должно было исполниться десять. Ну а он на правах старшего брата нёс всю ответственность, пока они гостили у бабушки с дедушкой на летних каникулах. Весёлая и озорная девчушка вечно норовила куда-то убежать. Именно поэтому дача была обнесена вокруг высоким забором, взобраться на который оказалось не под силу даже этой неугомонной особе. И всё же, Маргоша постоянно где-то пропадала. Иногда Владик слышал, как бабушка смеялась, говоря со своими подругами, что у её внучки настоящий дар по поиску приключений на… на что именно Владик предпочитал не упоминать.

Тишка или Тимоха был их домашним питомцем. Белая морская свинка с рыжей полосой на спине и мордочке. С ним-то Маргоша и проводила почти всё своё время, хотя всегда умела найти общий язык с любыми детьми на улице.

Девочка нашлась в дальнем углу двора. Там она успела сделать небольшой домик из картонных коробок, куда поместила своих кукол и Тимоху. Она звонко смеялась и что-то бормотала себе под нос.

«Видимо, у них там очередное чаепитие, — подумал Владик. — Или новый бал. По семь штук на каждой неделе».

— Маргош?! — тихо позвал он, чтобы ненароком не спугнуть сестрёнку. В прошлый раз ему «прилетело» за то, что подкрался к ней незаметно и воскликнул у самого уха: «БУ!», отчего девочка не спала полночи. — Там бабушка зовёт. Пора обедать.

— Опять? — девочка развернулась и уставилась на брата большими яркими глазами. — Недавно же обедали!

— То был полдник, — Владик вздохнул. — Или что-то в этом роде. Но ты же знаешь, опаздывать нельзя.

— Ну да… — протянула она и поднялась с места.

В руках её уже крутился Тимоха, что-то вынюхивая. Внезапно он замер, вскинул мордочку, а потом резво спрыгнул на землю и ринулся в сторону старого дуба.

— Тишка?! — испугалась Маргоша и бросилась за питомцем.

— Маргоша?! — Владик не устоял на месте и побежал следом за ними.

Но каким-то чудесным образом зверёк оказался шустрее ребят, и раньше них успел вскарабкаться по шероховатому стволу. Буквально в метре над землёй в дереве зияло широкое дупло. Не настолько большое, чтобы в него смогла пролезть даже такая егоза, как Маргоша, но вот для морской свинки вполне годилось.

— Тишка?! — вновь воскликнула девочка, когда увидела, что её зверёк нырнул во тьму дупла.

— Маргоша, подожди! — Владик почти добежал до неё, желая помочь сестре.

Но в этот момент она уже просунула руку в дупло, и вот тогда…

— Ох…

Мальчишка встал на месте словно вкопанный. Всего секунду назад его сестра стояла прямо перед ним, а сейчас от неё остались лишь мелкие искорки, рассеивающиеся на ветру. Владик не мог поверить собственным глазам. Маргоша просто вспыхнула, её силуэт уменьшился до размеров муравья и тут же исчез.

Но потрясение продлилось всего лишь несколько мгновений. А уже через миг мальчишка бросился вперёд, с единственной мыслью — во что бы то ни стало спасти сестрёнку.

Он так же, как и она, подскочил к дубу и смело сунул руку в дупло. Тогда-то это и произошло. В глаза ударил яркий свет, от которого он зажмурился и отвернулся. Хотел было отступить, но неведомая сила потянула вперёд. По всему телу разлилось тепло. А в следующее мгновение его дёрнуло с такой силой, что Владик не смог устоять на ногах. Однако вопреки ожиданиям, он не ударился о дерево. Наоборот, его закружило в безумном вихре ароматов и красок. Мальчишка будто бы попал в водоворот радуги. Дыхание перехватило от увиденного, а в душе появилось странное чувство свободного полёта.

Тогда-то он увидел сестрёнку.

— Маргоша?! — закричал он, что было сил и потянулся к ней.

Девочка выглядела, словно удлинённая копия себя самой. Но при этом Владик точно знал, что это именно она. И, протянув к ней руки, он видел, что она, в свою очередь, пытается схватить Тимоху. Морская свинка, как была пушистым комком, так и осталась. Однако же закружило беднягу с дикой скоростью.

В какой-то момент Владику удалось дотянуться до сестры и сжать её в крепких объятиях. Только тогда он услышал, как девочка кричит от страха. А в руках у неё трясся испуганный морской свинтус.

Но стоило этому произойти, как вновь перед ними что-то ярко вспыхнуло, и детей выбросило на мягкую зелёную травку.

Глава 2. Страна фиолетовой травы

Одновременно с этим, где-то о-о-очень далеко (но где именно пока неизвестно) за падением ребят наблюдал тёмный волшебник. По крайней мере, многие таковым его считали, хотя он думал, что вершит великие дела.

Глядя в большой хрустальный шар, он увидел, как посреди поля раскрылся радужный портал, и из него выпала разношёрстная троица. Два человека и мелкое неизвестное существо, которого волшебник и решил опасаться больше всего. Ведь с людьми ему уже довелось сталкиваться, правда, ничего хорошего из этого не вышло. А вот с этим странным созданием он встретился впервые. И теперь неизвестно, чего от него можно было ожидать.

— Снова гости, — протяжно вздохнул волшебник, поглаживая длинную седую бороду. — И почему их постоянно к нам заносит?

Конечно, с его высокой башни можно было многое увидеть. Но люди-иномирцы появились далеко от родного города волшебника. И всё же за ними следовало наблюдать.

— Керох! — гаркнул старец в пустоту.

И тут же, словно из воздуха, перед ним возник огромный серый хорёк, достающий господину до пояса.

— Да, хозяин? — пробормотал хорёк, поклонившись волшебнику.

— Видишь это? — тот ткнул толстым пальцем в хрустальный шар. — У нас снова пришельцы.

— Вижу, хозяин, — хорёк подобрался ближе, чтобы повнимательнее рассмотреть лица упавших из портала. — Но, они же всего лишь дети.

— Знаю, — нахмурился волшебник. — Но с ними в наш мир пришло нечто. Ты должен найти их и проследить, куда они двигаются.

— А если они решат навестить короля?

— Этого нельзя допустить. Отводи их путь как можно дальше. Мне нужно время, чтобы подумать, — волшебник тяжело вздохнул и откинулся на спинку стула. — А теперь всё, можешь идти.

— Слушаю и повинуюсь, хозяин, — хорёк низко поклонился и засеменил спиной вперёд во тьму комнаты.

— И не забудь докладывать мне обо всём каждый день! — напоследок крикнул волшебник, но во мраке уже скрылся кончик чёрного носа.

***

Тем временем ребята из земного мира поднялись и осмотрелись. Кругом было чистое поле, поросшее зелёно-фиолетовой травой.

— И где это мы? — задумался Владик, а потом резко повернулся к сестре.

Он хотел было её отсчитать за то, что она его не послушалась. Но, увидев её испуганное личико, сжалился и прикусил язык. В конце концов, он ведь сделал то же самое, чтобы спасти её. А Маргоша пыталась защитить своего друга. Так что всё было честно, и если уж ругать её, то и самого Влада тоже стоит, раз не уследил за сестрёнкой.

— Не знаю, — прошептала Маргоша, прижимая к груди морскую свинку. Судя по всему, Тимоха к этому привык, другой бы питомец вывалил язык от столь тесных объятий.

— Значит, надо разобраться, — Владик сразу же скинул с плеч рюкзак и достал оттуда компас. Однако стрелки в нём крутились как бешеные, и понять, где юг, а где север, не было возможности. — Странно, — мальчишка постучал по компасу пальцами, но ничего не изменилось. — Ладно, разберёмся и без этого.

Спрятав бесполезную вещь обратно, мальчишка вновь осмотрелся. Да, ему было всего лишь двенадцать, и после того, что с ними произошло, даже взрослому человеку было бы сложно справиться с эмоциями. Но он давно уяснил, что является для Маргоши старшим братом и авторитетом, поэтому не мог поступить иначе. Им надо было выбираться, и только он был способен привести их обратно домой.

— Ураган не мог унести нас далеко, — начал вслух размышлять Владик. — Значит, бабушкина деревня где-то… в той стороне! — он уверенно ткнул пальцем вправо. — Солнце поднимается, поэтому идём по нему!

— Уверен? — раздался неподалёку ехидный и писклявый голос.

— Кто здесь?! — Владик резко обернулся, но никого рядом не увидел.

Маргоша тоже испуганно вздрогнула и начала озираться по сторонам, отчего Тимоху вновь закружило.

— По-о-отише, пожа-а-алуйста! — и снова этот писк. — Голова-а-а кружится-а-а!

Девочка замерла на месте и опустила настороженный взгляд на питомца.

— Ну, и чего ты так удивля…

Тимоха говорил! Морская свинка стала говорящей! Вот только ему не дали завершить фразу — Маргоша с криком выпустила его из рук и подскочила к брату, спрятавшись за его спиной.

— Вот те на, — недовольно пропищал Тимоха. — Так раньше любила, а теперь швыряешься, стоит слово сказать?

— Во-первых, раньше ты вообще не говорил! — сурово произнёс Владик, заступившись за сестру.

— Допустим, — согласился Тимоха. — А, во-вторых?

— А, во-вторых… — мальчишка замялся. — А, во-вторых, не смей больше ругаться на мою сестру!

— Смело, — кивнул Тимоха и чуть подбежал к ним. — И справедливо. Впервые я с тобой согласен.

— Не подходи! — воскликнула Маргоша.

— Ну вот чего ты испугалась, дурёха? — Тимоха присел на задние лапки. — Я же всегда за тебя был. Не то, что вот этот, — с этими словами кивнул на Владика.

— Это ещё почему? — возмутился мальчишка. — Я люблю Маргошу и не дам её в обиду!

— Кто спорит, — вновь согласился Тимоха. — Но помнишь, пару месяцев назад ты забыл забрать её из бассейна, хотя об этом просили родители. Ты тогда свалил всё на то, что колесо на велосипеде сломалось, будто в яму попал. Но потом по телефону при мне говорил, что с друзьями заигрался и совсем позабыл про обещание.

— Эм… — протянул Владик. — Не было такого…

— Как это не было? — из-за его спины вышла Маргоша и вопросительно посмотрела на брата. — Владик, это правда?

— Я… ох, — вздохнул он и кивнул. — Да, Маргоша, прости. Я виноват перед тобой, но обещаю, что такого больше не повториться.

— Ага, ага, — съязвил Тимоха.

В этот момент его на руки подхватила девочка и строго посмотрела в чёрные бусинки глаз.

— Не ругайся на моего брата! — произнесла она. — Он ошибся, но мама говорит, что все ошибаются. Мы люди и должны учиться. И я ему верю, — внимательно посмотрела на мальчишку. — Ты же, правда, обещаешь?

— Клянусь! — тут же выпалил Владик, ударив себя кулаком о грудь.

— Вот видишь, — Маргоша сразу же засияла, став прежней озорной девочкой, и обратилась к Тимохе. — Он нас выведет, вот увидишь.

Глава 3. Дорога в никуда

Небо над головой было очень странным, какого-то блёкло-лилового цвета. Прямо над макушкой висело солнце, но оно не было похоже на настоящее. Это был скорее розоватый шар, который светил, но совсем не грел, отчего по коже бегали мурашки. Вокруг, куда ни глянь, простиралось поле с высокой фиолетовой травой, и пахло всё это чем-то незнакомым — то ли конфетами, то ли сырой землёй.

Маргоша с надеждой посмотрела на брата. Когда он говорил так уверенно, становилось не так страшно. Она ещё крепче прижала к себе питомца.

— И что ты решать собрался, великий предводитель? — проворчал Тимоха, тряхнув своей белой с рыжими пятнами шёрсткой. Он покрутил мордочкой, и его маленькие глазки-бусинки сердито сверкнули. — Может, ты по этим странным звёздам дорогу домой найдёшь? Или карту местности нарисуешь?

Владик сделал вид, что не услышал язвительного замечания морской свинки. Он нахмурил брови, изображая серьёзные раздумья.

— Солнце сейчас там, значит, нам нужно идти… — со знанием дела произнёс он, вспоминая, как в одной передаче про выживание учили ориентироваться.

— Туда, где тебя ждёт большое разочарование, — не унимался грызун. — Ты на это солнце-то посмотри, знаток. Оно же розовое и висит прямо над головой. Любой компас бы с ума сошёл. Что он, в принципе, недавно и сделал, ты сам видел. Мы не в нашем лесу, Владик. Мы вообще не в нашем мире.

Эта мысль неприятным холодком уже и так закрадывалась в душу, но теперь, когда Тимоха произнёс её вслух, стало по-настоящему жутко. Владик сглотнул. Он и сам прекрасно понимал, что говорящая морская свинка и фиолетовая трава — это что-то из области фантастики, а не обычная прогулка по подмосковному лесу. Но признать это вслух — значило признать, что они не просто заблудились, а попали в настоящую, серьёзную беду.

— Хватит! — вдруг громко топнула ногой Маргоша, и её голос задрожал от подступающих слёз. — Перестаньте ругаться! Что нам теперь делать? Мы тут одни…

Владик посмотрел на сестру, на её огромные, испуганные глаза, в которых блестели слезинки, и вся его напускная храбрость тут же улетучилась. Он подошёл и неловко, по-мальчишески, обнял её за плечи.

— Прости. Тимоха прав, — тихо сказал он. — Но это не значит, что нужно плакать и сдаваться. Мы что-нибудь придумаем. Нужно найти какой-нибудь ориентир.

Они снова принялись осматриваться по сторонам. Бескрайнее лиловое поле уходило к самому горизонту, и только в одной стороне, очень-очень далеко, виднелась тёмная полоска леса. Он казался таким далёким, что до него, наверное, пришлось бы идти целый день, а то и больше.

— Вон, деревья! — первой заметила Маргоша и показала пальцем. — Там могут быть люди! Или хотя бы ручей, я пить хочу.

— Логично, — кивнул Владик, обрадовавшись хоть какому-то плану. — Это лучше, чем просто стоять здесь и ждать неизвестно чего.

Решение было принято. Путь предстоял неблизкий. Высокая, по плечи Маргоше, трава путалась под ногами и неприятно царапала голые руки. В воздухе с громким жужжанием проносились незнакомые крупные насекомые с радужными крыльями, похожие на маленькие вертолётики. Маргоша несла Тимоху на руках, как самого дорогого пассажира, а тот не прекращал ворчать.

— Поаккуратнее, пожалуйста! — жаловался он, когда Маргоша в очередной раз споткнулась. — У меня сейчас морская болезнь начнётся, только сухопутная. И вообще, почему я должен терпеть эту тряску? Я ценный свидетель и участник межмирового перемещения! Меня нужно нести на бархатной подушечке!

— Тише ты, свидетель, — отмахивался от него Владик, хотя и сам уже порядком устал. Ноги гудели от ходьбы по неровной, кочковатой земле, а во рту совсем пересохло.

Казалось, они шли уже целую вечность. Розовое солнце медленно ползло по лиловому небу, но далёкий лес, кажется, ни капельки не приближался. Дети совсем выбились из сил. Маргоша уже начала тихонько всхлипывать, а Владик был готов разреветься от усталости и безысходности, как вдруг он, шедший впереди, резко замер.

— Смотрите!

Он стоял на самом краю поля. А дальше начиналась самая настоящая дорога, вымощенная крупным серым камнем. Она была очень старой, по краям вся заросла мхом, а некоторые камни потрескались, но это была дорога! А где есть дорога, там должны быть и те, кто по ней ходит.

— Ура! — радостно закричала Маргоша и, забыв про усталость, бросилась вперёд.

Они выбежали на твёрдую поверхность и с огромным облегчением опустились прямо на тёплые от странного солнца камни. Как же приятно было чувствовать под ногами не мягкую, путающуюся землю, а надёжную, твёрдую опору!

— Ну что я говорил? — с гордостью сказал Владик, хотя сам всего минуту назад уже ни на что не надеялся. — Главное — не вешать нос!

Тимоха уже открыл рот, чтобы съязвить что-то в ответ, но вдруг замер и навострил уши.

— Тихо, — прошептал он так серьёзно, что дети сразу поняли — дело нешуточное.

Они замерли, перестав дышать. И в наступившей тишине они услышали новый звук. Сначала это была едва заметная вибрация, которая шла от камней. Потом донёсся тихий, далёкий гул. Звук становился всё громче и отчётливее. Это был скрип множества колёс, цокот копыт и гул голосов. Со стороны, противоположной лесу, по дороге к ним кто-то приближался. И этот кто-то был большим.

— Прячемся! — скомандовал Владик шёпотом.

Они мигом соскочили с дороги и нырнули обратно в высокую фиолетовую траву, притаившись у самого её края. Кто едет по этой древней дороге? Друзья или враги? Сердца бешено колотились в груди от страха и жгучего любопытства. Шум становился всё ближе, и вот уже можно было разглядеть впереди облако пыли.

Глава 4. Герой поневоле

Странный гул становился всё громче и громче. Вскоре и земля под ногами у ребят начала подрагивать. Сначала легонько, будто где-то далеко проехал тяжёлый грузовик, а потом всё сильнее и сильнее. Казалось, к ним приближается что-то огромное, размером с дом.

— Что это? — прошептала Маргоша, прижимаясь к брату.

— Не знаю, — так же шёпотом ответил Владик, хотя ему очень хотелось выглядеть смелым. — Сиди тихо и не высовывайся.

Из-за поворота показалось большое фиолетовое облако. Оно клубилось и переливалось на солнце, а внутри него двигались какие-то тёмные фигуры. Такого дети не видели ни в одном фильме про пришельцев или сказочных монстров.

Когда облако подползло поближе, ребята смогли разглядеть, кто же создавал столько шума. По дороге, тяжело переступая, шагали гигантские звери. Они были точь-в-точь как морские свинки, только ростом с небольшую лошадь. Шерсть у них была густая и лоснилась на солнце.

— Ого… — только и смогла выдохнуть Маргоша, её глаза стали совсем круглыми от удивления.

— Ничего себе родственнички, — пропищал Тимоха, который до этого сидел тихо на плече у девочки. — А мои сородичи, я смотрю, тут неплохо устроились. Надо бы познакомиться.

На спинах гигантских свинок сидели всадники. На них были блестящие доспехи, которые сверкали так, что было больно смотреть. Но когда один из всадников повернул голову, ребята увидели, что под шлемом скрывается не человек, а настоящий ящер. Его кожа была покрыта мелкой серо-зелёной чешуёй, а из пасти то и дело высовывался тонкий раздвоенный язык.

В самом центре этого странного отряда катилась карета. Только вместо колёс у неё были короткие и толстые ножки, которые очень смешно и быстро переступали по каменистой дороге, пытаясь не отстать от гигантских свинок.

Отряд почти поравнялся с кустами, где прятались дети. Любопытство оказалось сильнее страха, и Маргоша чуть-чуть высунула голову, чтобы получше разглядеть необычную карету. В тот же миг один из ящеров-всадников резко натянул поводья. Его гигантская свинка недовольно фыркнула и остановилась. Всадник медленно, словно в замедленной съёмке, повернул голову в шлеме прямо в их сторону.

— Там кто-то прячется! — прошипел ящер, указывая на кусты длинным копьём.

Всё замерло. Шум, шаги, шипение — всё стихло. А потом, как по команде, десяток воинов-ящеров ловко соскочили со своих ездовых животных. Они двигались невероятно быстро и слаженно, окружая кусты со всех сторон. Острые наконечники их копий смотрели прямо на ребят. Со всех сторон слышалось злобное шипение. Маргоша испуганно вскрикнула и спряталась за широкую спину брата. У Владика всё внутри похолодело. Сердце забилось так сильно, что, казалось, вот-вот выпрыгнет из груди. Он неловко выставил руки вперёд, будто это могло их как-то защитить.

— Пожалуйста, не трогайте нас! — пискнул он. Голос прозвучал так тонко и жалко, что ему самому стало стыдно.

И вдруг тишину разорвал пронзительный визг. Он раздался откуда-то сверху и был таким громким, что ящеры на мгновение перестали шипеть. Все, и дети, и воины, как по команде, задрали головы вверх. Прямо из-за верхушек деревьев к ним на огромной скорости неслось что-то тёмное и крылатое. Существо было похоже на ящерицу, но с большими перепончатыми крыльями, как у летучей мыши. Настоящий маленький дракон! Размером он был не больше крупной собаки, но летел стремительно, как ястреб.

Рыцари-ящеры забеспокоились. Они снова зашипели, ещё громче и злее, и сбились в плотную кучу вокруг кареты на ножках, выставив свои копья вверх, словно иголки у ежа. Но летящему монстру, похоже, не было до них никакого дела. Его целью была карета. Сделав в воздухе красивый круг, дракончик камнем ринулся вниз. Раздался громкий треск ломающегося дерева, и кто-то внутри кареты испуганно пискнул. В следующее мгновение дракон уже снова взмыл в небо. В его когтистых лапах отчаянно барахталась маленькая фигурка в нарядном платьице — это была юная княжна-ящерка, которую он выхватил прямо из кареты.

И самое ужасное было то, что теперь дракон летел прямо на них, на кусты, где они прятались.

— А-а-а! — закричала Маргоша и ещё крепче вцепилась в рубашку брата, зажмурившись изо всех сил.

В этот момент в голове у Владика что-то щёлкнуло. Весь его страх, который сковывал его секунду назад, куда-то испарился. Осталась только одна-единственная, но очень ясная мысль: «Он летит на Маргошу! Он хочет её обидеть!». Не думая ни секунды, его рука сама нырнула в рюкзак, который он так и не снял со спины. Пальцы начали лихорадочно шарить внутри, натыкаясь на всевозможные мелочи. Наконец они нащупали что-то знакомое, картонное. Хлопушка! Та самая, которую он утром тайком прихватил из дома. Он хотел устроить сестре сюрприз, когда они вернутся с прогулки.

Дракон был уже совсем близко. Его разинутая пасть с мелкими, но острыми, как иголки, зубками казалась просто огромной. Владик выхватил хлопушку, крепко зажмурился и, направив её в сторону летящего чудовища, со всей силы дёрнул за верёвочку.

БА-БАХ!

Громкий, оглушительный хлопок эхом прокатился над поляной. Из картонной трубки вырвалось целое облако разноцветного бумажного конфетти. Блестящий дождик из кружочков и звёздочек осыпал дракона с головы до лап. Для маленького монстра, который, наверное, привык к звону мечей и боевым кличам, этот звук оказался полной неожиданностью. Он дико взвизгнул, но на этот раз в его визге слышался не гнев, а настоящий ужас. Дракончик испуганно дёрнулся в воздухе, его тело нелепо изогнулось, и он инстинктивно разжал когти.

Маленькая княжна-ящерка полетела вниз. К счастью, трава в этом месте была густой и мягкой. Девочка-ящерка беззвучно плюхнулась в неё совсем рядом с Владиком. А перепуганный до смерти дракончик неуклюже развернулся и на полной скорости унёсся обратно к лесу, трусливо поджав хвост.

Над полем повисла звенящая тишина. Маргоша робко приоткрыла один глаз, потом второй, и выглянула из-за спины брата. Рыцари-ящеры застыли на месте, опустив свои копья. Спасённая княжна села в траве и, не моргая, уставилась на Владика своими большими жёлтыми глазами. Все смотрели на мальчика, который стоял посреди поляны с картонной трубкой в руке, осыпанный блестящим конфетти.

И тут прямо перед его носом, в воздухе, вспыхнуло полупрозрачное голубое окошко. На нём загорелись яркие белые буквы:

Уровень повышен!

Вы достигли: Уровень 1

Владик удивлённо моргнул. Он даже потряс головой, думая, что ему показалось, но странное окошко никуда не исчезло. Оно лишь моргнуло и сменилось новым сообщением:

Новое достижение!

Герой: Спасите невинного в смертельной опасности.

Мальчик был так поражён, что даже не сразу заметил, как изменились взгляды ящеров. В них больше не было ни злобы, ни угрозы. Только шок, крайнее удивление и… настоящий, неподдельный восторг.

Глава 5. Королевский приём

Голубое окошко с блестящей надписью «Герой» повисело в воздухе ещё пару мгновений, а потом тихонько лопнуло, как мыльный пузырь, не оставив после себя и следа. Владик так и остался стоять с открытым ртом, всё ещё не веря в то, что произошло. В руке он до сих пор сжимал бесполезную картонку от хлопушки. Он растерянно перевёл взгляд с сестры на Тимоху, а потом на ящеров. Кажется, абсолютно все в этом странном фиолетовом поле уставились прямо на него.

Угрожающее шипение тут же прекратилось. Воины-ящеры, которые секунду назад выглядели так, будто собираются порубить их на мелкие кусочки, медленно и почти нехотя опустили свои острые копья. Самый главный из них, тот, что был выше и крупнее остальных, а его доспехи блестели на солнце ярче всех, сделал шаг вперёд. Он стянул с головы тяжёлый шлем, и дети смогли разглядеть его морду, покрытую мелкой, как бисер, изумрудной чешуёй. Ящер подошёл к Владику почти вплотную, внимательно посмотрел на него своими жёлтыми глазами, а потом… низко-низко поклонился. Да так низко, что его длинный нос чуть не ткнулся в землю.

— Благодарю тебя, о великий и неведомый герой! — прошипел он. Теперь в его голосе не было ни капли злости, только удивление и уважение. — Ты спас нашу юную княжну Искру от когтей этого мерзкого похитителя! Мы твои должники!

Остальные ящеры, словно по команде, тоже сняли свои шлемы и поклонились. Картина была настолько странной и нелепой, что Владик совершенно растерялся и не знал, что сказать. Он просто стоял, глупо хлопал глазами и чувствовал, как щёки заливаются румянцем. Ему было и неловко, и капельку приятно.

Княжна Искра, та самая спасённая девочка-ящерка, поднялась с травы. Она аккуратно отряхнула своё нарядное платьице, сшитое из какой-то блестящей, переливающейся ткани, и тоже подошла к Владику. Ростом она была не выше Маргоши, а её огромные жёлтые глаза смотрели на мальчика с таким восхищением, будто он был не просто Владик из третьего подъезда, а настоящий сказочный рыцарь на белом коне.

— Вы… вы не ранены? — очень тихо спросила она. Голос у неё был тоненький-тоненький и звенел, как маленький колокольчик.

— Н-нет, всё в порядке, — с трудом выдавил из себя Владик, чувствуя, что язык его совсем не слушается.

— Прошу вас, отважные герои, будьте нашими гостями! — снова заговорил главный ящер, распрямляясь. — Наш правитель, князь Чешуй IV, будет безмерно счастлив лично поблагодарить вас за спасение своей единственной дочери!

Он сделал какой-то знак рукой, и двое воинов тут же подскочили к карете на ножках. Они быстро, в несколько движений, починили сломанную дверцу, а потом гостеприимно распахнули её, приглашая детей зайти внутрь.

Маргоша, которая до этого молчала, испуганно вцепилась в руку брата.

— Владик, я боюсь, — прошептала она так тихо, что он едва расслышал. — Они страшные. Я не хочу никуда ехать. Я хочу домой, к маме.

Владик и сам хотел домой так сильно, как никогда в жизни. Но он видел, что ящеры больше не собираются нападать. Наоборот, они смотрели на них с такой надеждой и благодарностью, что отказать было бы просто невежливо. Да и кто знает, вдруг они снова разозлятся, если им отказать?

— Тише, Маргош, всё нормально, — так же шёпотом ответил он сестре, изо всех сил стараясь, чтобы его голос звучал уверенно и спокойно, как у настоящего старшего брата. — Это, наверное… какой-то розыгрыш. Ну, знаешь, как в интернете показывают. Или кино снимают. Скрытой камерой. Нам нужно просто подыграть им, и скоро откуда-нибудь выскочат взрослые с камерами и скажут, что это всё шутка.

Эта мысль, какой бы глупой она ни была, немного его успокоила. Ну не могло же всё это происходить на самом деле! Говорящая морская свинка, ящеры в доспехах, драконы… Такое бывает только в книжках и компьютерных играх.

— Подыграть? — фыркнул Тимоха, который всё это время невозмутимо сидел на плече у Маргоши. — Ну-ну, актёр. Только от этих «актёров» что-то слишком сильно пахнет тиной и сырой рыбой. Не думаю, что в их контракте прописаны ежедневные походы в душ.

Несмотря на ворчание Тимохи, спорить было бесполезно. Владик первым забрался в карету, чтобы показать сестре, что это не страшно, и протянул ей руку. Маргоша, всё ещё крепко прижимая к себе морскую свинку, последовала за ним. Внутри кареты оказалось на удивление уютно. Стены были обиты мягкой тёмно-зелёной тканью, похожей на бархат, а на полу лежал толстый и пушистый ковёр. Княжна Искра забралась следом и села напротив, не сводя с них своих любопытных жёлтых глаз.

Карета на ножках тронулась с места. Она шла на удивление плавно и мягко, лишь слегка покачиваясь из стороны в сторону, будто они плыли на большой лодке по спокойной реке. За окном проплывало всё то же бескрайнее фиолетовое поле, но теперь оно уже не казалось таким жутким и враждебным.

Путь до замка оказался недолгим. Очень скоро впереди показались высокие стены. Но это были не обычные стены из камня или дерева. Весь замок был построен из гигантских, гладких речных валунов, каждый размером с машину. Камни были так идеально подогнаны друг к другу, что между ними, казалось, не пролезет и лезвие ножа. Высокие круглые башни из таких же камней устремлялись в лиловое небо, а над главными воротами гордо развевался флаг с изображением золотой ящерицы, свернувшейся в кольцо.

Караван остановился перед воротами. Раздался протяжный скрип, и тяжёлые створки медленно поползли в стороны, открывая проезд. Карета въехала во внутренний двор, где их уже ждала целая толпа. Ящеры всех возрастов и размеров — от крошечных ящерят, державшихся за лапы родителей, до седых стариков, опирающихся на посохи, — собрались здесь, чтобы поприветствовать спасённую княжну. При виде неё и её необычных спутников по толпе прокатился восторженный гул.

Дверца кареты открылась. Владик, Маргоша и Тимоха вышли наружу и замерли, ослеплённые вниманием сотен пар жёлтых глаз. Их встречали как самых дорогих гостей, как настоящих героев. И в этот момент Владик окончательно понял — это точно не съёмки фильма. Никаких камер, никаких режиссёров, только эти странные существа, которые смотрят на него с благодарностью. Всё это было по-настоящему.

Глава 6. Княжеская сделка

Внутренний двор замка шумел, как большой базар. Куда ни глянь — повсюду были ящеры. Зелёные, серые, в крапинку, в полосочку. Они столпились вокруг детей и разглядывали их так, словно впервые видели людей. Ящеры шипели между собой, показывали на ребят когтистыми пальцами, но злости в их глазах не было. Только одно сплошное любопытство, будто в их деревенский зоопарк привезли диковинных зверушек. Владик почувствовал себя очень неловко. Он топтался на месте, не зная, куда деть руки и как себя вести. Маргоша и вовсе испугалась, спряталась за брата и крепко-крепко вцепилась в его футболку, лишь изредка выглядывая оттуда своими большими глазами.

Тут вперёд вышел тот самый главный воин, который их и привёл. Он со всей силы стукнул концом своего копья о каменный пол. БАМ! Толпа ящеров тут же послушно расступилась, и получился длинный живой коридор. А в самом конце этого коридора, на высоком крыльце, стоял самый главный ящер. Он был просто огромный, раза в два выше всех остальных. Его чешуя блестела на солнце, как настоящее золото, а на голове была надета корона из гладких речных камушков и ярких перьев какой-то невиданной птицы. «Ну точно, это их князь», — догадался Владик.

— Ведите ко мне спасителей моей дочери! — раздался его голос. Он был таким громким и низким, что у Владика, кажется, даже задрожали коленки.

Детей повели по коридору из ящеров. Владик изо всех сил старался идти прямо и не показывать, что ему страшно. Он даже надул щёки для важности, как это делал папа, когда сердился. Он чувствовал себя героем приключенческого фильма, и это было одновременно и жутко, и очень волнительно. Главное — не споткнуться и не упасть перед всеми этими зрителями.

Их подвели прямо к трону. Только это был не трон, а просто гигантский гладкий камень тёмно-серого цвета. Князь, которого, как оказалось, звали Чешуй Четвёртый, спустился к ним на одну ступеньку пониже и стал внимательно их разглядывать. Он молча смотрел на них своими жёлтыми глазами, не моргая. Его взгляд скользнул по лицу Владика, потом остановился на его рюкзаке, а затем перешёл на Тимоху. Морская свинка сидела на плече у Маргоши и делала вид, что ей всё равно. Тимоха демонстративно умывался и чистил шёрстку, показывая всем своим видом, что его, важную персону, вся эта суета совсем не касается.

— Так вот вы какие, значит, — прогудел князь. — Гости из другого мира. Говорят, вы владеете какой-то сильной магией, которую мы никогда не видели.

В этот момент к князю подбежала его дочка, княжна Искра. Она схватила отца за огромную лапу и начала быстро-быстро что-то ему рассказывать на своём шипящем языке, постоянно показывая пальцем на Владика. Князь слушал её очень внимательно, и его суровое лицо понемногу становилось всё добрее и добрее.

— Моя дочь говорит, — сказал князь, снова поворачиваясь к Владику, — что ты, мальчик, победил дракона. Одним хлопком, похожим на гром, и россыпью волшебных искр. Я, князь Чешуй Четвёртый, правитель этих земель, теперь твой должник. Проси у меня всё, что твоей душе угодно! Хочешь золота? Драгоценных камней? А может, лучшие доспехи из панциря речного краба? Всё отдам!

Владик растерянно захлопал глазами. Золото? А что ему тут делать с золотом? Конфет на него не купишь, новую игру для приставки — тоже. Доспехи ему и подавно были не нужны. Ему нужно было только одно — вернуться домой.

— Нам… нам не нужно золото, ваше величество, — пробормотал он, вспоминая, как в сказках обращались к королям. — Мы просто хотим домой. Мы сюда попали совсем случайно.

Князь нахмурил свои густые чешуйчатые брови и задумчиво почесал подбородок.

— Домой… — протянул он. — В другой мир. Это задачка не из лёгких. У меня нет такой силы, чтобы открывать двери между мирами. — Он помолчал, а потом добавил: — Но я знаю, кто может вам помочь. В столице нашего королевства, городе Белокаменске, живёт король Всеслав. Он очень мудрый правитель и к тому же могущественный светлый волшебник. Я почти уверен, что он сможет открыть для вас портал и вернуть вас обратно.

Услышав это, дети прямо ожили. Надежда, которая уже почти совсем погасла, вспыхнула с новой силой. Неужели у них есть шанс вернуться домой?

— Правда? — не выдержала Маргоша, выглядывая из-за спины брата. — Он правда сможет отправить нас к маме и папе?

— Конечно, — кивнул князь. — Но есть одна проблема. Путь до столицы очень долгий и опасный. По дороге могут встретиться разные чудища и разбойники. Я дам вам своих лучших воинов для охраны, удобную повозку и еды на всю дорогу. Но… за такую услугу я и вас кое о чём попрошу.

В зале наступила тишина. Владик сразу понял: вот оно, началось. Бабушка всегда говорила, что бесплатный сыр бывает только в мышеловке. Кажется, она была права.

— Тот дракон, которого ты так легко прогнал, — продолжил князь, и его голос снова стал твёрдым, как камень, — уже много месяцев наводит страх на мои земли. Он ворует наш скот, пугает мирных жителей, а сегодня даже посмел напасть на мою дочь. Мои воины ничего не могут с ним поделать. Он слишком быстрый и хитрый для них. Но твоя магия… она его напугала. Я хочу, чтобы ты изгнал его из моих земель. Прогони его так далеко, чтобы он забыл сюда дорогу. Сделаешь это — и я в тот же день отправлю вас в столицу с почётом и охраной.

Владик почувствовал, как по спине у него пробежал неприятный холодок. Прогнать дракона? Ему? Да это же была чистая случайность! Ему просто повезло! Он же не какой-нибудь охотник на чудовищ, он обычный мальчик, который до смерти испугался за сестру и от страха выстрелил из дурацкой хлопушки. А что будет, если дракон вернётся? А что, если в этот раз он не испугается простого хлопка и горстки бумажек?

— Но я… я не могу… — начал было он, но его перебила княжна Искра. Она снова повисла у него на руке.

— Конечно, он согласен! — радостно пискнула она. — Он же мой рыцарь-спаситель! Он самый смелый и самый сильный на свете! Он прогонит этого злого дракона, а потом мы поженимся, когда вырастем!

Владик покраснел так, что даже уши стали пунцовыми. Ящеры вокруг одобрительно зашипели, словно аплодируя. Князь Чешуй посмотрел на смущённого мальчика, потом на свою восторженную дочку, и в его жёлтых глазах промелькнула хитрая искорка.

— Вот и отлично! Договорились! — подытожил он, не давая Владику и шанса вставить хоть слово. — А теперь мои слуги проводят вас в ваши комнаты. Вам нужно как следует отдохнуть и набраться сил. Завтра вас ждёт охота.

Двое слуг в зелёной одежде поклонились и жестом показали детям идти за ними. Спорить было бесполезно. Под восторженные взгляды и шипение толпы их повели вглубь замка.

Их привели в просторную комнату с очень высоким потолком. Вместо кроватей здесь у стены лежали три больших плоских камня, накрытых мягкими и пушистыми шкурами. В углу тихонько журчал маленький фонтанчик с чистой питьевой водой. Всё было очень необычным, но по-своему даже красивым.

— Ну что, герой, доигрался? — прошипел Тимоха, как только слуги вышли и за ними с глухим стуком закрылась тяжёлая дверь. — Охотник на драконов нашёлся! Да тебя этот дракон на один зуб насадит и даже не заметит. Не надо было так хвастаться!

— Я не хвастался! — огрызнулся Владик, хотя в глубине души понимал, что вредная морская свинка права. Он в отчаянии плюхнулся на один из каменных лежаков и обхватил голову руками. — И что мне теперь делать?

— Надо было сразу честно сказать, что это была просто хлопушка и всё вышло случайно, — вздохнула Маргоша, поглаживая Тимоху, чтобы тот успокоился. — Владик, мне очень страшно. И я совсем не хочу, чтобы ты женился на этой ящерице. Она какая-то скользкая и неприятная.

Владик молчал. Он чувствовал себя так, будто попал в ловушку. Если он откажется — князь разозлится, и они останутся в этом мире навсегда. А если согласится — придётся идти на встречу с драконом.

Глава 7. В золотой клетке

Щелчок замка прозвучал в гулкой тишине так громко, что у Владика сердце подпрыгнуло к самому горлу. Он замер, боясь дышать, и напряг слух. За дверью послышалось тяжёлое, скребущее шарканье, будто кто-то огромный протащил по полу мешок с камнями, а потом всё стихло. Владик снова потянул на себя тяжёлую кованую ручку. Потом ещё раз. Бесполезно. Дверь сидела в проёме так крепко, словно её приварили.

— Нас заперли, — прошептал он, и голос его предательски дрогнул.

Маргоша, услышав в его голосе страх, подбежала к двери. Она тоже принялась дёргать ручку, а потом толкать дверь плечом, но та даже не шелохнулась.

— Эй! А ну-ка выпустите нас! — звонко закричала она и принялась колотить по твёрдому, как камень, дереву маленькими кулачками. — Мы не хотим у вас оставаться! Мы домой хотим!

В ответ за дверью раздалось злобное шипение, похожее на то, как лопается на сковородке масло. А потом грубый, скрипучий голос прошипел:

— Цыц, пленники! Князь велел вам набираться сил перед подвигом. Отдыхайте.

Пленники. Не гости, не герои, а пленники. Слово было колючим и холодным. Оно заставило Владика поёжиться. Значит, всё это было не по-настоящему. И улыбки ящеров, и вкусная еда, и мягкие постели. Всё это — просто ловушка.

— Я так и знал! Я с самого начала это говорил! — пропищал Тимоха, который до этого в панике царапал когтями нижний край двери. Он сел на задние лапки, обиженно надулся и укоризненно посмотрел на Владика. — Допрыгался, герой? Вот тебе и королевский приём! Поздравляю, ты нашёл нам самую роскошную клетку в этом царстве!

Владику нечего было ответить. Ему было так стыдно, что хотелось провалиться сквозь пол. Он молча отошёл от двери и принялся метаться по комнате, заглядывая за шторы и отодвигая стулья. Должен же быть другой выход! Но его не было.

Единственное окно располагалось почти под самым потолком. Это была даже не окно, а узкая, как бойница в крепости, щель, забранная толстой ржавой решёткой. Сквозь неё сочился тусклый сиреневый свет чужого мира. Даже если бы они смогли составить из мебели башню и долезть до окна, пролезть сквозь прутья не смог бы даже Тимоха.

Маргоша перестала стучать и тихонько заплакала. Она подошла к брату и уткнулась ему в плечо.

— Владик, что же теперь будет? — всхлипывала она. — Я не хочу никакого дракона… Я боюсь… Я к маме хочу…

Владик крепко обнял сестру, чувствуя, как её маленькое тело дрожит. Внутри у него всё сжалось в ледяной комок. Это он, он во всём виноват. Зачем он выпендривался с этой хлопушкой? Зачем возомнил себя спасителем мира? Теперь из-за его глупости они в беде. Он — старший брат, он должен был защищать Маргошу, а вместо этого завёл её в западню.

— Не плачь, — сказал он так твёрдо, как только мог, хотя у самого в горле стоял ком. — Я что-нибудь придумаю. Я же тебе обещал.

Но что он мог придумать? Он был всего лишь двенадцатилетним мальчишкой с пустым рюкзаком. А против них — целый замок, армия ящеров и, если верить их словам, настоящий дракон.

***

А в это самое время в огромном тронном зале, где ещё совсем недавно гремела музыка и все поднимали кубки за «героев», стояла тишина. Почти все гости разошлись по своим комнатам. Возле каменного трона остались только двое. Сам князь Чешуй Четвёртый и ещё один ящер. Это был очень-очень старый ящер, сморщенный, как сушёный гриб. Его чешуя давно потеряла блеск и стала блёкло-серой, а длинная седая борода, похожая на клок паутины, свисала почти до самого пола. Звали его Шиисс, и он был главным придворным магом и самым хитрым советником князя.

— Вы всё сделали единственно верно, мой господин, — вкрадчиво прошипел Шиисс, поглаживая свою бороду длинными когтистыми пальцами. Его маленькие глазки-бусинки хитро поблёскивали в полумраке зала. — Эти пришельцы — настоящий подарок судьбы. Особенно этот хвастливый мальчишка.

— Подарок? — нахмурился князь, откидываясь на спинку трона. — Этот мальчишка — моя последняя надежда. Но он кажется таким слабым… Я видел, как у него дрожали коленки. Я не уверен, что он справится с драконом.

— О, он справится, — усмехнулся старый маг. — А точнее, у него просто не будет другого выбора. Но дело даже не в этом. Вы только подумайте, мой князь, что случится, когда новость о победе над драконом разлетится по всему королевству!

Князь непонимающе уставился на своего советника.

— Все услышат, что ужасного дракона, которого не смогли одолеть лучшие рыцари самого короля Всеслава, прогнал какой-то мальчишка! — Шиисс наклонился к князю и понизил голос до заговорщицкого шёпота. — Но все будут говорить не о мальчике, а о вас! О мудром и могущественном князе Чешуе, в чьём замке и под чьим покровительством вершатся такие великие дела!

Князь Чешуй выпрямился. Его глаза, до этого выражавшие усталость и сомнение, загорелись огоньком жадности. Он уже живо представлял себе эту картину.

— Король Всеслав стар и слаб, — продолжал искушать его Шиисс, видя, что его слова попали в цель. — Его магия иссякает. Многие лорды недовольны его правлением. Народу нужен новый, сильный лидер. И когда все увидят, что вы в одиночку решаете проблемы, перед которыми спасовал сам король, они поймут, кто достоин править! Победа над драконом руками этого мальчишки — это ваш шанс показать всем, кто здесь настоящий хозяин!

Князь молчал, но его тяжёлое дыхание выдавало волнение. Стать не просто князем своего речного народца, а правителем всего королевства! Эта мечта давно жила в его сердце.

— Мальчишка прогонит дракона, — подытожил хитрый маг. — Вы получите славу и почёт. А детей… детей мы потом отправим к королю Всеславу. Пусть старик сам ломает голову, как вернуть их в их странный мир. А если у него не получится — что ж, это станет ещё одним доказательством его старческой немощи. В любом случае, мой господин, вы только выигрываете.

Князь медленно кивнул. Жадность и жажда власти окончательно ослепили его. Он больше не думал о двух перепуганных детях, запертых в комнате наверху. Они были для него всего лишь ступенькой на пути к трону.

— Ты прав, Шиисс, — наконец произнёс он, и его голос прозвучал твёрдо и властно. — Так и поступим. Приготовь всё для охоты. Завтра на рассвете мой маленький «герой» отправится за своей славой. А я — за своей.

Старый маг низко поклонился, пряча в седой бороде довольную и очень хитрую ухмылку. Золотая клетка захлопнулась.

Глава 8. Ночной гость

Время в запертой комнате тянулось, как жвачка, которую жуёшь уже целый час — медленно и совсем безвкусно. За окном давно наступила ночь. В узкую щель под самым потолком заглядывала чужая, незнакомая луна, похожая на кривой ломтик зеленоватой дыни. Маргоша, наплакавшись вдоволь, наконец уснула. Она свернулась калачиком прямо на холодном полу, но даже во сне не выпускала из рук Тимоху. Пушистая морская свинка тоже дремала, только ушки иногда подёргивались, словно он слышал что-то интересное во сне.

Один Владик не спал. Он сидел на каменном лежаке, который был твёрдым и холодным, как кусок льда, и просто смотрел в темноту. Внутри у него всё скреблось и царапалось от чувства вины. Это он, он один во всём виноват. Ну зачем, зачем он полез в это дупло? Зачем хвастался перед сестрой, что он такой смелый и ничего не боится? А эта дурацкая хлопушка? Бабахнул, как настоящий герой, и вот к чему это привело. Теперь они пленники в чужом, непонятном мире, а завтра его, Владика, отправят на съедение дракону. Настоящему дракону! Владик представил огромную зубастую пасть, из которой пахнет гарью, и ему захотелось завыть в голос, как волку на луну. Но он сдержался. Нельзя будить Маргошу, она и так натерпелась из-за него.

Вдруг тишину что-то нарушило. Сначала послышался тихий шорох, где-то со стороны окна. Ш-ш-шорк. Владик замер и прислушался, напрягшись всем телом. Может, ему просто показалось? Но нет, шорох повторился, и на этот раз громче. А потом добавилось тихое царапанье, будто кто-то скребётся когтями по каменной стене. Царап-царап.

Сердце у Владика забилось так громко, что он испугался, как бы оно не разбудило сестру. Тук-тук-тук! Неужели дракон решил не дожидаться утра и прилетел за своим ужином прямо сейчас? Или это ящеры-стражники пришли проверить, не сбежали ли их пленники? Владик тихонько, на цыпочках, подкрался к стене под окном. Он встал на носочки, вытянул шею и постарался разглядеть хоть что-нибудь в узкой щели.

Видно было совсем немного: только кусок стены замка и чёрное-чёрное небо без единой звёздочки. Но царапанье становилось всё ближе и отчётливее. И вот в полоске лунного света мелькнула какая-то тёмная тень. Кто-то очень ловко, цепляясь за выступы в камнях, лез вверх по отвесной стене. Этот кто-то был покрыт тёмной шерстью и двигался так проворно, будто всю жизнь только и делал, что лазил по скалам.

Владик даже дышать перестал. Кто же это мог быть? На ящера совсем не похоже. Может, это какое-то местное животное, вроде гигантской белки или обезьяны? Но что ей могло понадобиться на такой высоте, у окна их темницы?

И тут на соседнем балконе, который находился чуть ниже и левее их окна, зажёгся тусклый огонёк. В дверном проёме показалась фигурка княжны Искры. На ней была длинная ночная рубашка, а в руке она держала светящийся кристалл, похожий на большой леденец. Наверное, юной княжне не спалось, и она решила выйти подышать ночным воздухом. А может, она снова мечтала о своём отважном «рыцаре», то есть о Владике.

Она вышла на балкон, сладко зевнула, прикрыв рот ладошкой, и вдруг замерла. Она заметила тёмную фигуру, которая карабкалась по стене прямиком к окну, где сидели дети. Но княжна Искра была не из тех, кто пугается и зовёт на помощь. Она нахмурила свои чешуйчатые бровки, и её жёлтые глаза сердито сверкнули в темноте. Никто не смеет тайком подкрадываться к её герою!

Недолго думая, она сделала первое, что пришло ей в голову. Она быстро сдёрнула с ноги свою маленькую туфельку, расшитую блестящими камушками, хорошенько прицелилась, как будто кидала камешек в речку, и со всей силы запустила её в ночного гостя.

Туфелька просвистела в воздухе и попала точно в цель! Раздался короткий, пронзительный визг, больше похожий на писк испуганного щенка. Тёмная фигура сорвалась со стены и кубарем полетела вниз. Владик услышал глухой шлепок о землю, а потом торопливое шарканье — кто-то очень быстро убегал прочь.

Княжна Искра удовлетворённо хмыкнула, развернулась и, гордо вскинув подбородок, ушла обратно в свои покои. Только её светящийся кристалл остался лежать на перилах балкона, освещая двор тусклым светом.

Владик прижался лицом к холодной решётке, пытаясь разглядеть, что же там внизу. В слабом свете кристалла он успел заметить, как из тени метнулась и скрылась за углом замка длинная тёмная фигура. Это был не ящер. Это был огромный, размером с большую собаку, хорёк!

Хорёк! Что он тут делал? Зачем он лез к ним в окно? И почему так испугался маленькой туфельки?

И тут Владика словно током ударило. Он всё понял! Так, стоп. Ящеры держат их в плену, чтобы заставить его, Владика, сражаться с драконом. Но есть и кто-то ещё! Кто-то третий, кто тоже ими интересуется и посылает своих шпионов. Этот хорёк явно был не из замка.

— Доверять никому нельзя, — прошептал он в темноту.

Мысли в его голове закрутились с бешеной скоростью. Их обманули. Их просто используют в какой-то своей игре. И если они останутся здесь, то ничем хорошим это не кончится. Ждать помощи не от кого. Ни от князя с его дочкой, ни от этого таинственного хорька. Они должны рассчитывать только на себя.

— Нам нужно бежать, — сказал он тихо, но очень твёрдо.

Тимоха, разбуженный шумом, сел и сонно протёр глаза передней лапкой.

— Куда бежать, гений? Нас заперли. Или ты предлагаешь выломать стену голыми руками? — съязвил он.

— Нет, — ответил Владик, и в его голосе появилась такая уверенность, которой он сам от себя не ожидал. — Мы сбежим не сейчас. Ночью это глупо, нас сразу поймают. Завтра утром они поведут меня на «охоту» на дракона. Это наш шанс. Нужно быть готовыми. Мы сделаем вид, что идём на охоту, а когда стражники отвернутся, мы сбежим! Сами найдём этого дракона и сами с ним разберёмся. А потом найдём дорогу в столицу. Без всяких князей и их хитрых планов.

Он посмотрел на спящую сестру. Страх никуда не делся, он всё так же холодком сидел где-то внутри. Но теперь к нему примешалось что-то ещё. Злость. И упрямая, отчаянная решимость. Он больше не позволит никому себя обманывать. Он сам вытащит их из этой передряги. Он же старший брат.

Завтра будет трудный день. Возможно, самый трудный в его жизни. Но сейчас, в этой тёмной и холодной комнате-тюрьме, Владик впервые почувствовал, что он готов к нему. Он дождётся утра. И он будет действовать.

Глава 9. Снаряжение в никуда

Утро встретило детей совсем не ласково. Никакого тебе «доброго утречка» и пения птичек за окном. Вместо этого в дверь забарабанили с такой силой, что, казалось, весь замок ходил ходуном. Грохот стоял оглушительный, будто кто-то решил поиграть в барабанщика, используя вместо барабана их дверь, а вместо палочек — огромную кувалду.

— Эй, герои, просыпайтесь! — донёсся до них уже знакомый голос стражника, скрипучий, как несмазанная телега. — Князь ждёт! Великие дела сами себя не сделают!

Владик, который всю ночь ворочался и почти не сомкнул глаз, тут же подскочил. Сон как рукой сняло. Маргоша испуганно пискнула, села на своей соломенной подстилке и принялась тереть кулачками сонные глаза. Рядом с ней недовольно завозился Тимоха.

— Ну что за манеры, — пробурчал он, почёсывая нос. — Неужели в этом замке никто не слышал про будильники? Или хотя бы про вежливость.

Дверь со скрежетом, от которого заныли зубы, отъехала в сторону. На пороге, загораживая свет, стояли два вчерашних стражника-ящера. Они смерили детей насмешливыми взглядами, будто разглядывали не людей, а каких-то забавных жуков.

— Князь Чешуй велел подготовить вас к охоте, — прошипел один из них, растягивая пасть в неприятной ухмылке. — Выдадим всё, что нужно. Идите за нами.

Спорить было бесполезно. Детей повели по длинным и пустынным коридорам замка. Стены были из холодного серого камня, а под потолком висела паутина. Шаги стражников громким эхом отдавались от стен, и этот звук совсем не походил на шаги почётного эскорта. Скорее, он напоминал стук тюремщиков, ведущих своих пленников в подземелье.

Наконец, их привели в просторную комнату, где пахло старым железом, пылью и чем-то ещё, кислым и неприятным. Это оказалась оружейная. Владик с любопытством завертел головой. Вдоль стен на деревянных стойках висело оружие: мечи, топоры, копья, щиты и даже целые доспехи. Всё это тускло поблёскивало в слабом свете, который едва пробивался сквозь узкие, как бойницы, окна. У Владика даже дух захватило. «Ничего себе! — подумал он. — Неужели мне и правда дадут настоящий меч?»

Но его радость была недолгой. Один из стражников, не обращая внимания на блестящие клинки, прошёл в самый дальний и тёмный угол комнаты. Он долго копался в куче какого-то ржавого хлама, а затем с громким лязгом вытащил оттуда нечто, лишь отдалённо напоминающее меч.

Это был длинный и, судя по всему, очень тяжёлый кусок железа, почти сплошь покрытый рыжими пятнами ржавчины. Рукоятка была обмотана какой-то грязной тряпкой, а лезвие всё в зазубринах. Таким мечом, казалось, можно было только копать землю или пилить дрова, но никак не сражаться с драконом.

— Вот, держи, герой, — издевательски протянул стражник «оружие» Владику. — Наше самое лучшее средство против драконов. Проверено временем!

Второй стражник, стоявший чуть поодаль, не выдержал и фыркнул, прикрыв зубастую пасть когтистой лапой. Владик почувствовал, как у него загорелись уши от стыда и злости. Они открыто смеялись над ним! Он с трудом взял тяжёлый меч. Рука тут же потянулась к полу под его весом. Да он его даже поднять нормально не мог, не то что им размахивать!

Тем временем второй стражник бросил ему под ноги маленький холщовый мешок, из которого посыпалась пыль.

— А это ваши припасы, — сказал он. — Кусок хлеба и немного вяленого мяса. На один день должно хватить. А больше вам, скорее всего, и не понадобится.

Намёк был настолько прозрачным, что яснее некуда. Они были уверены, что дети не проживут в лесу и одного дня. Внутри у Владика всё закипело. Злая, колючая решимость придала ему сил. «Ну, это мы ещё посмотрим, кто над кем смеяться будет», — подумал он, изо всех сил сжимая рукоять ржавого меча.

— Нам нужны лошади, — неожиданно для самого себя твёрдо и громко произнёс он. — Или то, что у вас тут вместо лошадей. Пешком до леса мы будем идти до самого вечера.

Стражники удивлённо переглянулись. Кажется, такой наглости от пленника они никак не ожидали.

— Князь ничего не говорил про лошадей, — прошипел первый.

— Так спросите у него, — не сдавался Владик. — Или вы хотите, чтобы я так устал по дороге, что у меня даже сил не останется, чтобы меч поднять? Тогда я точно никакого дракона не одолею.

Стражники зашипели друг на друга, явно обсуждая, что делать. В их обязанности явно не входило спорить с пленниками. В итоге один из них, недовольно дёрнув хвостом, скрылся в глубине коридора. Вернулся он через несколько минут, но не один, а в сопровождении самого князя Чешуя. Князь выглядел сонным и очень недовольным. Видимо, его оторвали от какого-то важного занятия, например, от завтрака.

— Какие ещё требования? — прорычал он, сверкая своими жёлтыми глазами. — Ты должен быть благодарен за то, что мы тебе вообще что-то даём!

— Нам нужно как-то добраться до Тёмного леса, — повторил Владик, стараясь, чтобы его голос звучал как можно увереннее.

Князь смерил его презрительным взглядом с головы до ног, задержался на ржавом мече и вдруг хитро прищурился. В его глазах блеснул нехороший огонёк.

— Хорошо, — протянул он. — Будут тебе «лошади». Самые лучшие!

Их вывели во внутренний двор замка, где находились стойла. Только вместо привычных лошадей там лениво жевали фиолетовое сено гигантские морские свинки. Они были размером с больших собак, недовольно пофыркивали и косились на пришедших.

— Выбирай любую, — сказал князь таким тоном, будто делал величайшее одолжение.

Владик уже было шагнул к ближайшей капибаре, которая выглядела довольно смирной, но князь его остановил.

— А впрочем, нет. Для такого героя, как ты, нужен особый скакун. Я сам выберу для тебя самого лучшего. Эй, стража! Приведите-ка сюда Кнопку!

При имени «Кнопка» стражники как-то странно засуетились и испуганно переглянулись. Двое из них, явно против своей воли, поплелись в самый дальний и тёмный угол загона. Через минуту они вывели оттуда самую маленькую и самую вредную на вид капибару. Шерсть у неё висела клоками, одно ухо было порвано, а смотрела она на мир так сердито, будто все вокруг были ей должны кучу денег.

— Вот, — с довольной ухмылкой произнёс князь. — Это Кнопка. У неё очень сложный характер. Она никого к себе не подпускает и не слушается. Но ты же у нас герой! Уверен, с тобой она быстро найдёт общий язык.

Кнопка, словно желая подтвердить слова князя, злобно зашипела на стражника, который держал её за верёвку, и попыталась лягнуть его задней ногой.

Владик понял, что это было очередное унижение. Князь просто хотел выставить его посмешищем перед всей стражей. Он сделал нерешительный шаг к капризному животному. Кнопка тут же прижала уши и оскалила свои длинные передние зубы, всем своим видом показывая, что знакомиться она не собирается.

И тут случилось то, чего никто не ожидал. Вперёд вышла Маргоша. Она совсем не боялась. Она просто подошла к сердитой капибаре и протянула к её носу свою ладошку.

— Привет, — совсем тихо сказала она. — Ты не бойся, мы тебя не обидим. Мы хорошие.

Произошло настоящее чудо. Кнопка тут же перестала шипеть. Она с любопытством обнюхала протянутую руку девочки, потом посмотрела на неё своими маленькими чёрными глазками-бусинками и вдруг… доверчиво ткнулась своей мохнатой мордой ей в ладонь. Все, кто был во дворе, включая самого князя, замерли с открытыми ртами.

— Можно я на ней поеду? Пожалуйста? — спросила Маргоша, осторожно поглаживая Кнопку по загривку. Капибара от удовольствия даже тихонько захрюкала и закрыла глаза.

Лицо князя Чешуя побагровело от злости. Его план провалился. Но отступать было поздно. Он молча махнул когтистой лапой, разрешая.

Из ворот замка они выезжали под конвоем из четырёх стражников. Владик плёлся пешком, волоча за собой по пыльной дороге тяжёлый ржавый меч. Маргоша гордо сидела на спине Кнопки, которая шагала на удивление послушно и даже не пыталась брыкаться. А Тимоха, как настоящий капитан, устроился на голове у капибары, прямо между её ушей, и с важным видом смотрел по сторонам.

Они совсем не походили на героев, идущих на подвиг. Скорее, на арестантов, которых ведут на казнь. Ящеры-стражники молчали всю дорогу, лишь изредка подгоняя их шипением в спину.

Путь занял около часа. Наконец, впереди показалась тёмная, почти чёрная стена деревьев. Это и был Тёмный лес. Он выглядел ещё страшнее, чем они могли себе представить. Деревья в нём росли так близко друг к другу, что их корявые ветви переплетались наверху, образуя сплошной тёмный купол. Под этот купол не проникал ни один солнечный лучик. От леса веяло сыростью, холодом и запахом гнилых листьев.

У самой кромки леса стражники остановились как вкопанные.

— Всё, дальше мы не пойдём, — прошипел их главный, с явным страхом глядя на зловещие деревья. — Это проклятое место. Дракон живёт где-то там, в самой чаще. Удачи вам, герои. Если, конечно, она вам поможет.

С этими словами все четверо развернулись и почти бегом бросились обратно к замку, поднимая клубы пыли. Они так спешили, будто за ними гнался тот самый дракон.

Владик, Маргоша и Тимоха на своей верной Кнопке остались стоять одни на границе света и тьмы. Перед ними расстилался мрачный, полный неведомых опасностей лес. За спиной был замок, в котором их ждала в лучшем случае золотая клетка. Пути назад не было. Только вперёд, в неизвестность.

Глава 10. Ловушка Тёмного леса

Тёмный лес встретил их так тихо, что у ребят даже в ушах зазвенело. Только что щебетали птицы, шелестел в ветках ветерок, а тут — раз, и всё выключили. Словно кто-то невидимый нажал на кнопку пульта. Шаг за невидимую границу — и полная тишина. Даже их собственные шаги по мягкому мху, усыпанному старыми сосновыми иголками, стали какими-то глухими, ненастоящими. Воздух сразу стал холодным и сырым. Пахло мокрой землёй, гнилыми листьями и ещё чем-то чужим и очень тревожным.

— Ну что, идём? — прошептала Маргоша, прижимая к себе Тимоху. Пушистый комок беспокойно засопел и дёрнул носом, он тоже сразу понял — место нехорошее.

— Идём, — таким же шёпотом ответил Владик. Он покрепче перехватил свой ржавый меч, который нашёл у замка. Меч был тяжёлый и неудобный, но с ним было как-то спокойнее. — Только давай договоримся: держимся вместе, за руки, и не отстаём.

Они взялись за руки и шагнули в чащу. Корявые, заросшие седым мхом деревья стояли так близко друг к другу, что их ветки переплетались над головой, как скрюченные пальцы. Получался тёмный-тёмный потолок, сквозь который почти не пробивалось солнце. В лесу был постоянный полумрак, и тени в нём словно оживали. Они то вытягивались, то съёживались, то ползли по земле, превращаясь в странных чудищ. Вот эта тень — вылитый паук-великан, а вон та — горбатая старуха с клюкой. Владику приходилось всё время себе напоминать, что это просто тени и игра воображения, но легче от этого не становилось.

Еле заметная тропинка петляла между стволами. Дети шли молча, боясь спугнуть и без того жуткую тишину. Первым не выдержал Тимоха.

— Какое чудное местечко для прогулки, — проворчал он, ёжась от холода на руках у Маргоши. — Очень живописно. Не хватает только страшной музыки и таблички «Осторожно, злая собака». Только вместо собаки будет дракон.

— Тимоша, тихо, — шикнула на него Маргоша.

— Цыц, — поддержал её Владик. Он шёл первым и изо всех сил напрягал зрение, вглядываясь в полумрак. Он очень старался запомнить дорогу. Вот кривое дерево, похожее на большой вопросительный знак. Вот огромный валун, весь поросший зелёным мхом, как будто в шубе. А вот поваленный ствол, через который пришлось перелезать. Он должен был запомнить каждую мелочь, чтобы они смогли найти дорогу обратно.

Им казалось, что они бредут уже целую вечность. Лес и не думал кончаться, а вокруг становилось всё темнее и страшнее. Наконец, они прошли мимо небольшой полянки, усыпанной бледными грибами, которые светились в темноте, как маленькие фонарики. Владик решил, что хватит. Они точно отошли достаточно далеко, и стражники из замка их не догонят.

— Так, всё, остановка, — скомандовал он, резко замирая на месте. — Устраиваем привал. Дальше действуем по плану.

— По какому ещё плану? — удивилась Маргоша, с надеждой глядя на брата.

— По моему, конечно! — с гордостью заявил Владик. Ему было ужасно приятно, что хоть что-то здесь идёт так, как он придумал. — Мы не станем искать никакого дракона. Это же глупость! Мы сейчас просто развернёмся и пойдём назад. Но к замку не пойдём. Обойдём его стороной и сами выйдем к столице. Уж там-то мы найдём, у кого спросить дорогу.

План, если честно, был не самый надёжный, но он был в тысячу раз лучше, чем идти в пасть к дракону. Маргоша с таким облегчением выдохнула, будто не дышала всё это время.

— Ура! — тихонько пискнула она.

— Слава всем морским свинкам! — фыркнул Тимоха. — Наконец-то в этой голове родилась здравая мысль! А я-то уж испугался, что ты и правда собрался тыкать в дракона этой ржавой ковырялкой.

Они развернулись и бодро зашагали в обратную сторону. Настроение сразу улучшилось. Сейчас будет поваленный ствол, потом — камень в шубе, а за ним — дерево-вопрос. Но… никакого ствола не было. И камня тоже. Тропинка, по которой они только что шли, куда-то пропала. Просто взяла и исчезла, будто её стёрли ластиком. Вокруг стояли всё те же незнакомые кривые деревья.

— Как-то странно, — пробормотал Владик, растерянно вертя головой. — Я же точно помню, мы шли оттуда… Или оттуда?

Они попробовали пойти в другую сторону, наугад. Но куда бы они ни сворачивали, лес становился только гуще и темнее. Деревья будто нарочно сдвигались, а их ветки опускались всё ниже, цепляясь за одежду и преграждая путь. Очень скоро они окончательно запутались и уже не понимали, где север, а где юг, и откуда они пришли. Лес словно играл с ними в злую игру: дразнил, путал следы и водил кругами.

Усталость навалилась на них всех разом. Ноги гудели от ходьбы, а во рту пересохло так, будто они наелись песка. Маргоша шмыгнула носом и была готова вот-вот разреветься. Владик почувствовал, как внутри всё похолодело от страха и отчаяния. Они заблудились. По-настоящему заблудились в проклятом лесу, из которого, как говорили стражники, никто и никогда не возвращался.

И вот, когда они уже совсем выбились из сил и готовы были просто сесть на землю и сдаться, деревья вдруг расступились. Они вышли на небольшую полянку, залитую мягким, тёплым светом. А прямо посреди поляны стоял маленький, словно игрушечный домик. Он был сложен из толстых круглых брёвнышек, на окошках висели резные расписные ставни, а крыша была покрыта красной черепицей. Из трубы вился тоненький сизый дымок, который очень вкусно пах чем-то съестным. Рядом с домом был разбит крошечный огородик с идеально ровными грядками, а у самого крыльца стояла лавочка.

После жуткой и тёмной чащи этот домик казался настоящим чудом. Маленьким островком безопасности и уюта посреди злого, враждебного леса.

— Смотрите! — выдохнула Маргоша, и её большие глаза заблестели от подступивших слёз радости. — Домик! Настоящий домик! Там живут люди! Они нам обязательно помогут!

Это было похоже на спасение. Уставшие, голодные и напуганные, они, даже не сговариваясь, побрели к дому.

***

В тот самый миг, когда дети, полные новой надежды, шли по поляне, на толстой ветке старого дуба притаилась тёмная фигура. Это был хорёк Керох. По приказу своего хозяина, Тёмного волшебника, он с самого утра шпионил за пришельцами. Он видел, как их выгнали из замка, и всё это время тенью следовал за ними, бесшумно перепрыгивая с ветки на ветку.

Увидев домик, Керох от удивления даже приоткрыл пасть. Он знал этот лес как свои пять когтей, но в жизни не видел здесь никакого жилья. Заинтригованный, он пополз по ветке вперёд, чтобы получше всё разглядеть. Он вытянул свою длинную шею, свесился с ветки… и это было его роковой ошибкой.

ХРЯСЬ!

Старая, подгнившая ветка не выдержала веса шпиона и с оглушительным треском обломилась. Керох испуганно пискнул и, отчаянно замахав в воздухе всеми четырьмя лапами, полетел вниз. А прямо под деревом, будто специально, стояла огромная деревянная бочка, доверху наполненная дождевой водой.

БУЛТЫХ!

Раздался такой громкий всплеск, будто в бочку свалился мешок с картошкой. Керох с головой ушёл под воду. Он тут же вынырнул, отфыркиваясь и отчаянно барахтаясь. Вода была ледяная! Он попытался выбраться, но скользкие, позеленевшие от сырости стенки бочки не давали зацепиться. Он колотил лапами по воде, поднимая фонтан брызг, но всё его барахтанье производило не больше шума, чем летний дождик.

А внизу, на земле, никто ничего не заметил. Владик, Маргоша и Тимоха были так увлечены своей находкой, так обрадованы видом жилья, что не услышали ни треска ветки, ни всплеска воды. Они подошли к аккуратной деревянной двери, на которой висел маленький медный колокольчик. Владик на секунду замер, набрал в грудь побольше воздуха для храбрости, а потом решительно поднял руку и постучал.

Тук-тук-тук.

Звук получился глухим и не очень уверенным. Они замерли, боясь дышать. За дверью послышались чьи-то медленные, шаркающие шаги.

Глава 11. Непрошенный гость и грозный хозяин

За дверью послышались шаркающие шаги, а потом они резко замерли. В домике стало так тихо-тихо, что, казалось, можно было услышать, как на улице муравей ползёт по своим делам. Владик и Маргоша затаили дыхание и уставились на старую деревянную дверь. Сердечки у обоих колотились как сумасшедшие. Кто же там? Может, это добрый дровосек, который угостит их парным молоком? Или бабушка-травница с корзинкой пирожков? А вдруг это злой-презлой колдун, который нарочно построил этот домик, чтобы ловить таких вот глупых детей, как они?

Вдруг за дверью что-то страшно загремело, будто кто-то уронил на пол сразу все кастрюли и сковородки, какие только были в доме. Потом послышалось недовольное, сердитое бормотание, и тяжёлый засов со скрежетом, от которого заложило уши, отодвинулся в сторону.

Дверь с оглушительным грохотом распахнулась.

На пороге стоял… дракон. Тот самый, маленький, который вчера украл ненастоящую княжну Искру. Правда, сейчас вид у него был совсем не грозный, а скорее смешной. На нём был надет передник в весёленький цветочек, с головы до лап перепачканный в муке. В одной когтистой лапе он сжимал большую деревянную ложку, с которой на пол медленно капало что-то густое, липкое и очень фиолетовое. Кажется, дети застали его прямо за готовкой варенья.

Дракончик удивлённо моргнул своими огромными зелёными глазами, оглядел незваных гостей с ног до головы. Вдруг его морда вытянулась. Он их узнал! Точнее, он узнал Владика.

— А, это ты! — прорычал дракон, и голос его заскрипел, будто друг о друга тёрлись два больших камня. — Тот самый мальчишка с хлопушкой! Явился, не запылился! Что, решил доделать то, что вчера не успел?

Он с досадой швырнул ложку на пол, где она тут же намертво прилипла к доскам. Дракончик расправил свои перепончатые крылья, которые вблизи оказались гораздо больше, чем казались вчера, и сделал угрожающий шаг в сторону детей. Ростом он был всего лишь чуть выше Владика, но от него исходила такая злость, что у мальчика мурашки побежали по спине.

Владик похолодел от страха. Весь его смелый план, вся его храбрость, которую он из себя выдавливал, мигом испарились. Перед ним стоял самый настоящий, живой дракон, и он был очень, очень зол. Но пути назад не было. За его спиной пряталась Маргоша, и он просто не мог показать ей, как ему на самом деле страшно.

— Я… я пришёл, чтобы… чтобы прогнать тебя из этого леса! — выпалил он первое, что пришло в голову, сам не веря в то, что говорит.

С этими словами он, спотыкаясь на ровном месте, выхватил из-за пояса свой ржавый меч. Оружие оказалось таким тяжёлым, что Владик еле-еле удерживал его в обеих руках. Он выставил меч перед собой, будто это была не грозная сталь, а обычная палка, и попытался состроить как можно более свирепое лицо. Получилось, наверное, не очень убедительно.

Дракон перевёл взгляд с лица мальчика на его «оружие» и вдруг громко фыркнул. Из его ноздрей вырвались два маленьких облачка серого дыма.

— Этим? — он насмешливо ткнул когтем в сторону ржавого клинка. — Ты собрался напугать меня этой кочергой? Серьёзно?

Он даже не стал нападать по-настоящему. Он просто сделал лёгкое, почти ленивое движение хвостом. Гибкий, покрытый мелкой зелёной чешуёй хвост со свистом пролетел по воздуху и с силой ударил по мечу. Дзынь! Ржавая железка вылетела из рук Владика, перекувырнулась в воздухе и с глухим стуком воткнулась в мягкую землю в паре метров от крыльца. От неожиданности и силы удара мальчик потерял равновесие и со всего маху плюхнулся на пятую точку прямо в грязную лужу.

— Владик! — испуганно вскрикнула Маргоша.

Сначала она до смерти испугалась дракона. Но когда она увидела, как этот задира обижает её брата, как тот сидит на земле, весь в грязи, растерянный и униженный, весь её страх куда-то улетучился. Вместо него внутри закипела настоящая ярость. Да как он смеет! Её брата, её Владика — и в лужу!

Она решительно шагнула вперёд, заслонив собой сидящего в луже брата, и упёрла руки в бока.

— А ну-ка прекрати сейчас же! — звонко и строго крикнула она, точь-в-точь как их бабушка, когда ругала их за шалости.

Дракон опешил. Такого поворота он точно не ожидал. Он уже приготовился как следует проучить наглого мальчишку, а тут какая-то мелкая девчонка встаёт у него на пути и начинает им командовать.

— Ты… ты что такое говоришь? — растерянно пробормотал он, хлопая глазами.

— То и говорю! — не унималась Маргоша, сердито топая ножкой по деревянному крыльцу. — Разве так встречают гостей? Ты что, не знаешь, что нужно быть вежливым? Нельзя нападать на тех, кто к тебе пришёл! Это очень некрасиво и невежливо!

Она говорила громко и уверенно, повторяя все те слова, которые сотню раз слышала от бабушки. «Гостям нужно сначала предложить чаю!», «Нужно сперва спросить, зачем люди пришли, а не кулаками махать!», «А если бы с тобой так поступили, тебе бы понравилось? Нет? Вот и не делай так сам!».

Дракон слушал её, и его грозный вид постепенно таял, как мороженое на солнце. Он опустил крылья, втянул когти и как-то весь съёжился, став ещё меньше. С ним ещё никто и никогда так не разговаривал. Обычно его либо боялись до икоты и убегали, либо сразу пытались ткнуть в него чем-нибудь острым. А чтобы вот так, по-простому, отчитывали за плохие манеры… Такого в его драконьей жизни ещё не было.

В тот самый момент, когда Маргоша произносила свою гневную речь, она вдруг почувствовала, как внутри у неё разливается приятное, тёплое спокойствие. Словно кто-то невидимый погладил её по голове и шепнул: «Всё правильно делаешь, молодец». Прямо перед её глазами, как вчера у Владика, вспыхнуло полупрозрачное голубое окошко.

Получен 1 уровень!

Новое умение!

Примиритель: Вы можете успокоить разгневанного противника и склонить его к мирным переговорам.

Окошко тут же исчезло, но тёплое чувство уверенности в своей правоте осталось. Маргоша посмотрела на дракона уже не со злостью, а скорее с укоризной, как смотрят на нашкодившего щенка, который сгрыз любимые тапочки.

Дракончик совсем смутился. Он неловко переминался с лапы на лапу, виновато ковыряя когтем дырку в деревянном крыльце. Ему вдруг стало ужасно стыдно за свой поступок.

— Я… я не хотел, — пробормотал он, пряча глаза. — Оно как-то само так получилось. Простите.

Он подошёл к Владику, который так и сидел в луже, не веря своим глазам в происходящее, и неловко протянул ему свою когтистую лапу.

— Давай помогу, — сказал он уже совсем другим, виноватым голосом. — И это… меч твой сейчас достану. Он, наверное, тяжёлый. Извините, пожалуйста. Я больше не буду. Честное драконье.

Глава 12. Чаепитие с драконом

Владик замер, не веря своим глазам. Огромный зелёный дракон протягивал ему свою когтистую лапу. Просто так, словно они были старыми приятелями. Мальчик недоверчиво моргнул, но не успел он протянуть руку в ответ, как из-за могучей спины дракона выглянула ещё одна мордочка, на этот раз совсем крошечная.

Это была маленькая ящерка, совсем не похожая на тех грозных воинов, что служили князю. Она была милой и какой-то домашней: кругленькая, пузатенькая, с большими и очень добрыми голубыми глазами. Её мелкая чешуя отливала нежным салатовым цветом, а на голове был повязан белый платочек, точь-в-точь как у дракона, только этот был перепачкан не только в муке, но и в чём-то липком и фиолетовом, очень похожем на варенье.

— Фырк, ну что ты опять натворил? — спросила она с укоризной, уперев лапки в бока. Голосок у неё был тоненький, но строгий. — Я же просила тебя не шуметь, у меня тесто вот-вот упадёт! А ты опять гостей распугиваешь!

В её голосе совсем не было злости, только лёгкое беспокойство и еле заметные смешинки. Она ловко обогнула огромного дракона, который от её слов как-то сразу смутился и съёжился, и подошла прямо к детям.

— Здравствуйте, — виновато улыбнулась она. — Вы уж его простите, пожалуйста. Он у нас совсем не злой, просто очень вспыльчивый. И одинокий. К нам так давно никто в гости не заглядывал.

Дракон, которого, как выяснилось, звали Фырк, совсем сдулся. Он стоял, понуро опустив свою громадную голову, и виновато ковырял когтем дырку в деревянном крыльце. Вылитый нашкодивший школьник, которого отчитывают перед всем классом за разбитое окно.

— Я нечаянно, Чешуйка, — пробурчал он басом, не поднимая глаз. — Они первые начали! То есть, вот он… с этой своей железкой блестящей…

— Ничего не желаю слушать! — строго, но всё так же беззлобно отрезала ящерка. — Гостей нужно сначала в дом пригласить, чаем с булочками угостить, а уже потом разбираться, кто с какой железкой пришёл. А ну-ка, марш все в дом! Быстро! А то варенье совсем остынет, а чайник уже закипел.

Чешуйка, а это была именно она, решительно взяла опешившую Маргошу за руку, будто они были знакомы сто лет, и повела её в домик. Владик, которому Фырк всё-таки неловко помог подняться и отряхнуть штаны от пыли, неловко потоптался на месте. Он всё ещё не мог поверить в происходящее. Потом, подхватив свой бесполезный теперь меч, мальчик поплёлся за сестрой. Тимоха, который всё это время сидел на руках у Маргоши и молча, с видом важного эксперта, наблюдал за развернувшейся сценой, только хмыкнул себе под нос: «Ну вот, совсем другое дело. Культурная программа — это я одобряю. Давно пора».

Внутри домик оказался таким же маленьким и уютным, как и снаружи. Даже ещё уютнее. Посреди единственной комнаты стоял большой, грубо сколоченный деревянный стол, а в углу, в настоящей каменной печке, весело потрескивали дрова, наполняя комнату теплом. В воздухе витал просто волшебный аромат: пахло сушёными лесными травами, сладким мёдом и свежеиспечённым хлебом. На столе уже стояли три глиняные кружки и большая тарелка с какими-то необычными, но очень аппетитными на вид булочками, посыпанными маком.

— Садитесь, садитесь, не стесняйтесь, — пропела Чешуйка, усаживая Маргошу на широкую деревянную лавку. — Я сейчас чайник принесу. У нас чай особенный, из лесных ягод и листьев мяты. Очень полезный и вкусный!

Фырк, всё ещё чувствуя себя виноватым, молча принёс ещё две кружки — для Владика и Тимохи, — а потом грузно опустился во главе стола, стараясь занимать как можно меньше места. Получалось у него это, честно говоря, не очень хорошо.

За чаем, который и правда оказался невероятно вкусным, сладким и ароматным, разговор как-то сам собой наладился. Владик и Маргоша, всё ещё не до конца веря, что сидят за одним столом с настоящим драконом и пьют чай, рассказали свою историю. Рассказали, как оказались в этом мире, как их встретил князь Чешуй и как он обманом отправил их сражаться с «ужасным чудовищем».

Фырк слушал их очень внимательно, и чем дольше он слушал, тем мрачнее становилось его чешуйчатое лицо.

— Князь Чешуй… — прорычал он так, что кружки на столе подпрыгнули. — Я так и знал, что это его грязные проделки! Он никогда не отличался честностью и благородством.

— А вы что, его знаете? — с любопытством спросила Маргоша, откусывая кусочек тёплой, воздушной булочки.

— Ещё бы не знать, — тяжело вздохнул дракон, и из его ноздрей вырвалось маленькое облачко серого пара. — Я ведь вырос в их городе. В Белокаменске.

И он рассказал им свою печальную историю. Оказалось, что он не всегда был таким одиноким и сердитым отшельником. Когда-то очень давно, когда он был совсем крошечным дракончиком, его, ещё в яйце, нашли на берегу реки и принесли в город ящеров. Он вылупился и вырос среди них. Но он с самого начала был чужим. Другие дети-ящерки постоянно дразнили его, потому что он был не такой, как все: слишком большой, неуклюжий, да ещё и с дурацкими, по их мнению, крыльями. Никто не хотел с ним дружить. Никто, кроме Чешуйки. Она была его единственной подругой с самого детства и всегда его защищала от нападок.

— А потом я вырос, — продолжал Фырк, и голос его стал совсем грустным. — И влюбился. В самую красивую ящерку во всём королевстве — в княжну Искру.

— В Искру?! — хором воскликнули Владик и Маргоша, переглянувшись.

— Да, — кивнул дракон и густо покраснел. Его зелёная чешуя на щеках стала почти бордовой. — Она была такая… такая красивая! Словно утреннее солнышко! Я носил ей самые красивые цветы с горных лугов, пел под её окном песни… ну, как умел, конечно… А она только смеялась надо мной и бросала из окна огрызки.

Однажды про эту его безответную любовь узнал отец Искры, тот самый князь Чешуй. Он пришёл в неописуемую ярость. Как это так, какой-то чужак, неуклюжий дракон, посмел даже смотреть в сторону его дочери! Он приказал страже схватить Фырка и немедленно выгнать его из города. Ему запретили когда-либо возвращаться под страхом смертной казни.

— И вот тогда… — Фырк посмотрел на Чешуйку с такой бесконечной теплотой, что у Маргоши даже сердце защемило от нежности.

— А что тогда? — не выдержала она.

— А тогда Чешуйка пришла ко мне, — просто ответил дракон, будто в этом не было ничего удивительного. — Я сидел на пороге своего дома, а она пришла. Собрала свои немногочисленные вещи в узелок и сказала: «Куда ты, туда и я. Не брошу же я своего лучшего друга одного в беде». Вот так мы и ушли вместе. Долго бродили по лесу, пока не нашли этот заброшенный домик. С тех пор тут и живём.

Он говорил об этом так просто, будто это было само собой разумеющееся. Будто каждый друг на свете готов вот так просто бросить свой дом, свою семью и уйти в изгнание вместе с тобой. Он смотрел на Чешуйку, как на сестру, как на самого верного товарища на свете, и совершенно не замечал, как она смотрит на него. А она смотрела на него совсем не как на друга. Она смотрела на него с такой любовью и нежностью, что это было видно даже слепому.

— Так, а Искру ты зачем вчера украл? — вдруг спросил Владик, который до этого молча всё обдумывал.

— Да не крал я её! — возмутился Фырк, отчего стол снова затрясся. — Я просто… я просто хотел с ней поговорить! В последний раз! Спросить, почему она так жестоко со мной поступила. А она как закричит! Ну, я и растерялся… Схватил её, чтобы успокоить, а тут ещё ты со своей этой… штукой блестящей…

Теперь всё окончательно встало на свои места. Фырк был не злодеем и не монстром. Он был просто очень одиноким и глубоко несчастным драконом, которого все обижали и не понимали. А князь Чешуй оказался не просто хитрым правителем, а ещё и очень злым, жестоким и несправедливым ящером.

— Значит, князь вас обманул, — тихо сказала Чешуйка, ставя на стол горшочек с тем самым фиолетовым вареньем. — Он и не собирался вам помогать. Он просто хотел избавиться от Фырка вашими руками.

Дети молчали. Им стало ужасно стыдно за то, что они чуть не поверили этому коварному обманщику. И ещё им стало очень-очень жалко Фырка и его верную, самоотверженную подругу Чешуйку.

Глава 13. Прозрение у очага

Тишина, повисшая за столом после рассказа Фырка, была такой плотной, что, казалось, её можно было потрогать руками. Дети сидели молча, широко раскрыв глаза, и пытались уложить в головах всё, что только что услышали. Ещё утром мир казался простым и понятным, как задачка по математике для первого класса: вот злой дракон, которого надо победить, а вот они — отважные герои. Но теперь всё перепуталось. Оказалось, что дракон совсем не злой, а просто очень несчастный, а прекрасная княжна, которую он любил, — обычная вредина.

Первым не выдержал Владик. Он вообще не любил долго сидеть в тишине и размышлять о всяких сложностях. Ему нравилось, когда всё было чётко и по полочкам: это — хорошо, а это — плохо.

— Послушай, Фырк, — громко и с той самой детской прямотой, от которой взрослые иногда хватаются за голову, заявил он. — Эта твоя княжна Искра — она же просто противная девчонка! Избалованная и капризная! У нас в классе тоже такая есть, думает, если у неё бантики самые большие, то ей всё можно. Зачем она тебе вообще сдалась?

Фырк вздрогнул, словно его ткнули острой палкой. Он удивлённо уставился на мальчика. Кажется, ему никогда и в голову не приходило, что его обожаемая, его прекрасная, его сияющая Искра может кому-то показаться «противной».

— Но… она же такая красивая, — растерянно пролепетал он. — У неё глаза, как звёзды, и волосы, как золото… Разве этого не достаточно?

— Ну и что, что красивая? — тут же вмешалась Маргоша. Она уже давно справилась со своей булочкой и теперь с очень умным и важным видом вытирала липкие от варенья пальцы о подол своего платья. — Зато она злая и невоспитанная. Моя мама говорит, что красота — это не главное. Главное — это доброта. А рядом с тобой всегда был кто-то, кто тебя по-настоящему любит и ценит. Просто ты этого не замечал. Надо только было по сторонам посмотреть повнимательнее.

Дракон удивлённо захлопал своими огромными, как два зелёных блюдца, глазами.

— Кто? — искренне не понял он. — Где?

Он и правда начал вертеть головой во все стороны так забавно, словно ожидал увидеть где-то за печкой или под столом ещё одного гостя, который всё это время молча прятался. Его растерянный взгляд скользнул по Владику, который самодовольно кивнул, потом по Маргоше, которая смотрела на него с видом мудрой наставницы. Взгляд дракона задержался на Тимохе. Пушистый комок в ответ только презрительно дёрнул носом, мол, «даже не думай, я слишком хорош для тебя». Фырк в полном замешательстве даже начал загибать свои длинные когтистые пальцы, пересчитывая всех, кто был в комнате.

— Так… этот мальчишка… эта девчонка… эта говорящая морская свинка… Чешуйка… — бормотал он себе под нос, и голос его становился всё тише и тише.

На имени «Чешуйка» его счёт оборвался. Он замер. Его взгляд остановился на ящерке. Она сидела напротив, густо-густо покраснев до самых кончиков ушей, и так низко опустила голову, что её длинный носик почти касался столешницы. Она изо всех сил делала вид, что с невероятным интересом изучает крошки от булочек, рассыпанные по её тарелке. Кажется, она даже дышать перестала.

И в этот самый миг в голове у Фырка будто что-то щёлкнуло. Словно кто-то включил внутри него волшебный фонарь, и на стене его памяти одна за другой замелькали яркие картинки из прошлого.

Вот он, совсем ещё маленький и неуклюжий дракончик, стоит посреди двора. Вокруг него столпились другие дети-ящерки и бросают в него комьями грязи, противно хихикая и дразнясь: «Головастик с крыльями! Даже летать не умеет!». И вот вперёд, растопырив свои тоненькие лапки, выскакивает крошечная, но очень решительная Чешуйка и кричит своим тоненьким, но звонким голоском: «А ну-ка, не трогайте его! Он мой друг! Уходите, забияки!».

Вот другая картинка. Он сидит один в своей комнате, грустный-прегрустный, потому что прекрасная Искра снова посмеялась над его стихами. И тут в окно раздаётся тихий стук. Это Чешуйка. Она тайком от своей строгой мамы принесла ему его самое любимое лакомство — засахаренные речные водоросли. Они такие сладкие, так вкусно хрустят на зубах и пахнут рекой и солнцем.

А вот и самый страшный день в его жизни. День изгнания. Он сидит на пороге своего пустого, холодного дома, совсем один-одинёшенек во всём огромном мире. Он не знает, куда ему теперь идти и что делать. И тут появляется она. С маленьким узелком в лапках, в котором поместились все её нехитрые сокровища. Она просто подходит, садится рядом на холодные ступеньки и тихо-тихо говорит: «Я с тобой, Фырк. Куда ты, туда и я». Не спрашивая, не сомневаясь ни на секунду. Просто «я с тобой».

Воспоминания пронеслись в его голове за одно мгновение, но перевернули в нём всё с ног на голову. Он поражённо молчал, глядя на смущённую Чешуйку. Как? Как он мог быть таким слепым? Таким глупым? Как он мог все эти годы не замечать самого главного? Его настоящее сокровище, его самая большая драгоценность, его самая верная и преданная любовь — она ведь всегда была рядом. Прямо перед ним. Пекла ему булочки с фиолетовым вареньем, штопала его старый передник и смотрела на него такими добрыми и любящими глазами, какими никогда не смотрела ни одна, даже самая красивая, принцесса на свете.

Он посмотрел на неё совсем по-другому. Не как на подружку. Не как на сестрёнку. А как на самое большое и настоящее чудо, которое только могло случиться в его драконьей жизни.

***

А в это самое время за окном, притаившись в густых и жгучих зарослях крапивы, за этой трогательной сценой с живейшим интересом наблюдал хорёк Керох. Он уже давно выбрался из бочки, в которую свалился, отряхнулся и, мокрый, вонючий и очень злой, снова приступил к выполнению своего шпионского задания. Увиденное и услышанное так его поразило, что он напрочь забыл, зачем сюда пришёл.

Когда Фырк и Чешуйка посмотрели друг на друга, и в воздухе повисло такое густое и сладкое молчание, что его, казалось, можно было мазать на хлеб вместо варенья, Керох не выдержал. Он так растрогался, так умилился этой сцене, что его длинный чёрный нос защекотало, и он, не в силах сдержаться, громко и от всей души чихнул на весь лес:

— А-а-апчхи! Да будь я здоров!

В домике все мгновенно замерли. Волшебный романтический момент был безвозвратно испорчен.

— Что это было? — испуганно прошептала Маргоша, вжимаясь в бок брата и оглядываясь на дверь.

— Да это, наверное, белка орехом подавилась, — отмахнулся Владик, которому было совсем не до посторонних звуков. Он с огромным любопытством наблюдал за драконом и ящеркой, ожидая, что же будет дальше.

Керох от ужаса чуть не лишился чувств. Его заметили! Провал! Сейчас выйдут, поймают и устроят тёмную! Он пулей отскочил от окна и, не разбирая дороги, ломанулся в чащу. В панике он не заметил притаившийся под ногами кустик особо злого и колючего репейника. Со всего маху шпион сел прямо на него своим многострадальным задом.

Острая боль, сравнимая с укусом тысячи пчёл, пронзила его от хвоста до самых ушей. Он открыл было пасть, чтобы издать душераздирающий вопль, который распугал бы всех волков в лесу, но в последний момент вспомнил о конспирации. Шпионы не вопят! Изо всех сил Керох зажал себе рот когтистой лапой, чтобы не закричать, и только беззвучно затрясся всем телом, выпучив от боли и обиды глаза. Шпионская миссия была на грани полного и очень болезненного провала.

Глава 14. Азбука для дракона и дорога желаний

Громкий и гулкий чих, донёсшийся снаружи, заставил всех подпрыгнуть на месте. Волшебство момента, когда огромный дракон Фырк и крохотная ящерка Чешуйка замерли, глядя друг на друга, тут же испарилось.

— Ой, что это? — испуганно прошептала Маргоша, крепче прижимая к себе Тимоху.

— Наверное, Кнопка. Простудилась, бедняга, — отмахнулся Владик. Ему было ужасно любопытно, что же будет дальше, и всякие чихи его только отвлекали.

— Или кто-то шпионит, — пробурчал Тимоха, но его никто не слушал.

Фырк, казалось, вообще ничего не услышал. Он не мог оторвать взгляда от Чешуйки. В его громадных зелёных глазах плескалось такое искреннее удивление, словно он увидел не свою старую подругу, а самое настоящее чудо. Дракон медленно-медленно, боясь спугнуть видение, протянул к ней свою когтистую лапу. Она была размером с хороший ковшик. Он осторожно, самым кончиком одного когтя, дотронулся до её маленькой лапки, которая лежала на столе.

— Чешуйка… — пророкотал он так тихо, что его голос был похож на шуршание осенних листьев. — Это… это и правда ты?

Ящерка наконец-то подняла на него свои заплаканные, но уже счастливые глаза и робко кивнула. Слёзы всё ещё катились по её щекам, но теперь она улыбалась.

— Я всегда была рядом, Фырк, — прошептала она. — Просто ты не замечал.

И тут дракон сделал то, чего от него никто не ожидал. Он решительно, хоть и немного неуклюже, поднялся из-за стола. Старый деревянный пол под его весом жалобно заскрипел. Фырк выпрямился во весь свой драконий рост и громко, на всю комнату, объявил:

— Всё! Я решил! Не нужна мне никакая принцесса Искра! — Он сказал это так твёрдо, будто молотом по наковальне ударил. — Пусть она хоть трижды красавица, но сердце у неё холодное, как льдинка в зимнем ручье. А я… я хочу быть с тобой, Чешуйка! Всегда-всегда! Если ты, конечно, не будешь против.

Чешуйка в ответ только снова кивнула, потому что от счастья у неё пропали все слова. Из её глаз снова брызнули слёзы, но теперь это были самые счастливые слёзы на свете.

— Мы уйдём отсюда! — воодушевлённо продолжал Фырк. Он так радостно размахивал лапами, что чуть не смёл со стола все чашки и блюдца. — Уйдём далеко-далеко в лес! Там, за Чёрным болотом, есть старый домик. Мои родители когда-то давно в нём жили. Мы его починим, покрасим, разведём огород с самой сладкой морковкой! И будем жить вместе! И я больше никогда-никогда тебя не обижу и не заставлю плакать! Даю честное драконье слово!

Он был так по-детски счастлив и так гордился своим решением, что Владик и Маргоша невольно заулыбались. Даже вечно чем-то недовольный Тимоха, кажется, немного оттаял и одобрительно хмыкнул себе под нос.

— А вам, — Фырк повернулся к ребятам, и его взгляд стал очень серьёзным и тёплым. — Я хочу сказать спасибо. Вы мне помогли всё понять. Если бы не вы, я бы так и остался старым, глупым и одиноким драконом, который грустит по ледяной принцессе. В благодарность за это я открою вам главный секрет нашего леса.

Он наклонился к ним так близко, что они почувствовали запах дыма и сушёных ягод, и его голос превратился в таинственный шёпот.

— Этот лес не такой простой, как кажется. Он живой. И он умеет исполнять желания. Но только самые-самые настоящие, те, что идут от самого сердца. Совсем недалеко отсюда есть волшебный перекрёсток. От него, как лучики от солнца, расходятся десятки тропинок. И если встать в самый центр этого перекрёстка и всем-всем сердцем пожелать куда-то попасть, лес сам укажет тебе нужную дорогу. Тропинка станет ярче и светлее других, и поведёт тебя прямо к цели.

У Владика и Маргоши от удивления даже рты приоткрылись. Дорога желаний! Это же была самая настоящая сказка, прямо как в книжках.

— То есть… мы сможем попасть в столицу? К королю-магу? — с замиранием сердца спросил Владик.

— Конечно! — уверенно кивнул Фырк. — Если вы действительно этого хотите, лес обязательно вам поможет. Но… у меня к вам тоже будет одна маленькая просьба. Такая… сделка, можно сказать.

— Какая? — хором спросили дети, заинтригованно подавшись вперёд.

Дракон снова немного смутился, и его зелёные щеки чуть-чуть порозовели.

— Понимаете… — начал он, неловко переступая с лапы на лапу. — Чешуйка в детстве читала мне много сказок. Про рыцарей, принцесс и всякие подвиги. А я… я ведь не умею читать. Совсем. Ни одной буковки не знаю. Я всегда так мечтал научиться! Чтобы самому прочесть все эти истории. А может быть, даже написать свою. Про нас с Чешуйкой.

Он посмотрел на них с такой робкой надеждой, что отказать ему было просто невозможно.

— Я провожу вас до самого перекрёстка. Путь туда знаю только я один. А вы по дороге… ну… покажете мне хотя бы несколько букв? Пожалуйста!

— Конечно, научим! — радостно хлопнула в ладоши Маргоша. Она обожала играть в школу и быть учительницей для своих кукол. А учить настоящего дракона — это же в сто раз интереснее! — Это совсем несложно! У нас и книжка с собой есть!

Она тут же соскочила с лавки, подбежала к рюкзаку Владика, который тот оставил у порога, и после недолгих поисков, вывалив половину содержимого на пол, извлекла оттуда тоненькую книжку в яркой обложке. Это была её любимая «Азбука в картинках», которую она тайком сунула в рюкзак брата перед самым уходом из дома.

— Вот! — гордо продемонстрировала она книгу дракону. — Смотри, тут всё очень просто. Вот эта буква «А», она похожа на домик с трубой. А рядом нарисован апельсин. А это буква «Б», с большим-большим животиком. А рядом — барабан!

Фырк смотрел на яркие картинки с таким восторгом, будто это была не простая детская книжка, а величайшая в мире сокровищница знаний. Он очень осторожно, двумя когтями, взял азбуку и с трепетом принялся её рассматривать, боясь помять странички.

Решили отправляться в путь немедленно. Они тепло попрощались с Чешуйкой. Она на прощание крепко обняла Маргошу и незаметно сунула ей в карман целую горсть вкуснейших засахаренных водорослей.

Путь до перекрёстка оказался не таким уж близким, но совсем не страшным. Фырк уверенно вёл их по еле заметным тропинкам, которые знал только он. По дороге у них состоялся первый в истории урок грамоты для дракона. Маргоша, забравшись на спину к верной Кнопке, с важным видом показывала Фырку буквы, а тот, склонив свою огромную голову, басом пытался их повторить.

— А-а-а-ар-буз, — старательно рычал он, тыча когтем в картинку. — Б-б-ба-ра-бан.

Получалось у него, если честно, не очень хорошо. Буквы никак не хотели складываться в слова, а драконий язык постоянно заплетался. Но он так усердно старался, так искренне радовался каждой новой букве, которую ему удавалось запомнить, что Владик и Маргоша невольно смеялись и подбадривали своего необычного ученика.

Наконец, лес расступился, и они вышли на большую круглую поляну. От неё, словно лучи солнца, в разные стороны разбегались десятки почти одинаковых тропинок, терявшихся между деревьями. Это и был тот самый волшебный перекрёсток.

— Ну вот, мы и пришли, — немного грустно сказал Фырк. Ему не хотелось так быстро расставаться с новыми друзьями и первой в жизни учительницей. — Теперь ваша очередь.

Глава 15. Перекрёсток обманутых надежд

Прощание вышло очень быстрым, но невероятно тёплым. Фырк, такой большой и немного неповоротливый, но с самыми добрыми глазами на свете, ещё раз пожал Владику руку своей огромной лапой. А Чешуйка, которая вся светилась от счастья, как маленькое солнышко, крепко-крепко обняла Маргошу. Она тихонько, чтобы никто не заметил, сунула ей в кармашек ещё немного вкусных засахаренных водорослей. Это был сладкий подарок в дорогу.

— Спасибо вам большое-пребольшое! — от всего сердца сказал Фырк. Он так бережно прижимал к своей чешуйчатой груди первую в его жизни книжку, азбуку с яркими картинками, будто это было настоящее сокровище. — Я никогда-никогда вас не забуду. Если бы не вы, я бы так и не узнал, что такое буквы…

— И ты нам обязательно пиши! — крикнула ему в ответ Маргоша, уже весело шагая по тропинке, которая сияла, как чистое золото. — Как только научишься!

— Обязательно напишу! — пообещал дракон им вслед. — Моё самое-самое первое письмо будет для вас!

Он и Чешуйка выбрали свою дорожку, которая уводила их в самую чащу леса. Там их ждал новый дом и совсем новая, счастливая жизнь. Они помахали на прощание и пошли, крепко держась за лапы, и ни разу не оглянулись. А впереди, по дороге, которая была соткана из света и самой большой надежды, шли двое детей и одна очень умная говорящая морская свинка на своей верной подруге капибаре. Их сердечки были полны уверенности, что теперь-то всё точно будет хорошо. Ведь не может быть иначе, когда ты идёшь по дороге желаний.

— Ну что, Тимофей, убедился? — с гордостью сказал Владик, бодро подпрыгивая на сияющей тропе. — А ты-то говорил, мы заблудились! А мы, между прочим, идём по самой настоящей волшебной дороге прямиком в столицу! К самому королю!

— Подумаешь, — пробурчал Тимоха, который удобно устроился на макушке у Кнопки. — Просто вам повезло. И вообще, я бы и сам нашёл дорогу, вот увидите. У меня особенный нюх на всякие неприятности, а это значит, я всегда знаю, в какую сторону идти не нужно.

Тропинка и правда была просто волшебной. Она была мягкой, как пушистый ковёр, и легонько пружинила под ногами. А воздух вокруг был наполнен сладким ароматом луговых цветов и тёплого мёда. Казалось, даже само время здесь текло по-другому — легко и радостно. Дети шли, весело болтали о всякой всячине и даже не замечали, как быстро бегут минутки. Они были так увлечены мыслями о встрече с добрым королём-магом, который им непременно поможет, что совсем-совсем потеряли бдительность.

И никто из них, конечно же, не видел, как из-за густого куста орешника за ними внимательно-внимательно наблюдала пара очень хитрых чёрных глаз.

Как только маленькие фигурки детей скрылись за поворотом, из кустов выскользнула длинная тёмная тень. Шмыг! Это был хорёк Керох, мокрый и всё ещё очень злой после недавнего купания в бочке. Он быстро огляделся по сторонам, проверяя, не следит ли за ним кто-нибудь. Убедившись, что он один, хорёк подбежал к светящейся тропинке. Из-за пазухи он достал небольшой, гладкий, как речная галька, камушек. Камень был абсолютно чёрным, он словно впитывал в себя весь свет вокруг. На его поверхности тускло мерцали еле заметные фиолетовые искорки, похожие на догорающие угольки. Это был волшебный камушек-обманка, один из многих хитрых фокусов, которым научил его злой хозяин, Тёмный волшебник.

Керох противно ухмыльнулся и положил камень прямо на центр сияющей тропы. В тот же миг артефакт зашипел, как капля воды на горячей сковородке, и начал плавиться. Он превратился в лужицу чёрной, липкой смолы. Эта смола быстро впиталась в землю. Золотое сияние тропинки на секунду померкло, изображение на ней подёрнулось рябью, как на экране старого телевизора. Потом дорожка вспыхнула снова, но свет её стал каким-то другим — холодным, неприятным и безжизненным. Волшебство дороги было испорчено.

Довольный собой, Керох тихонько хихикнул, замёл хвостом свои следы и нырнул обратно в кусты. Теперь оставалось только сидеть и ждать, когда его проделка сработает.

Дети всё шли и шли. Им казалось, что они уже очень далеко ушли от того перекрёстка. Лес вокруг них начал меняться. Деревья снова стали какими-то корявыми и недружелюбными на вид. А золотистое сияние под ногами становилось всё слабее и слабее, пока, наконец, совсем не исчезло.

— Странно, — сказал Владик и остановился как вкопанный. — Кажется, дорога кончилась.

Они стояли на краю большой круглой поляны, от которой в разные стороны разбегались десятки почти одинаковых тропинок.

— Ой, мамочки, — пискнула Маргоша, испуганно озираясь. — А мы где? Это что, ещё один перекрёсток?

Владик растерянно огляделся. Место было очень похоже на то, где они расстались с Фырком, но в то же время оно было совсем другим. Более мрачным, тёмным и неуютным. Воздух стал влажным и неприятно пах тиной.

— Я ничего не понимаю… — пробормотал он. — Мы же шли всё время прямо, никуда не сворачивая. Как мы могли попасть в другое место?

Они подошли к самому центру поляны. Но сколько бы они ни желали, сколько бы ни зажмуривались изо всех сил, ни одна из тропинок больше не вспыхивала волшебным золотым светом. Дорога в столицу исчезла. Словно её никогда и не было.

Зато одна из тропинок, которую они раньше точно не видели, теперь почему-то притягивала к себе взгляд. Она была тёмной и грязной, по её краям росли чахлые, скрюченные деревца. А впереди, всего в нескольких шагах от них, начиналось огромное, безжизненное болото, которое было затянуто плотным белёсым туманом. Из этого тумана доносилось тоскливое кваканье невидимых лягушек и тянуло могильным холодом.

Надежда, которая ещё полчаса назад согревала их маленькие сердца, сменилась ледяным, липким ужасом. Они снова заблудились. Их обманули. Волшебная дорога желаний привела их в ловушку. Прямо к мрачному, туманному болоту, в котором, казалось, не было ничего, кроме отчаяния и безысходности.

Глава 16. Топь разочарований

Золотая дорожка, по которой они так весело шагали, вдруг погасла. Щёлк! — и нет её. Будто кто-то невидимый просто выключил свет. Секунду назад под ногами пружинила мягкая, тёплая тропинка, а теперь они стояли на краю какой-то унылой поляны. Перед ними начиналась тёмная, грязная тропа, которая вела прямиком в болото.

— Не может быть… — прошептал Владик, растерянно оглядываясь по сторонам. — Мы же всё правильно сделали!

Вся радость, которая ещё минуту назад наполняла их, куда-то испарилась. Стало очень грустно и обидно. Их снова обманули! Никакого доброго короля и дорог желаний не было. Это была просто ещё одна ловушка, только куда хитрее, чем замок злого князя.

— Я хочу обратно, — тихонько захныкала Маргоша. Её подбородок задрожал, а в больших глазах заблестели слёзы. — Я не хочу на болото. Там, наверное, скользкие лягушки и противные пиявки. И холодно…

Владик посмотрел на сестру. Её личико было таким испуганным и несчастным, что у него самого сердце сжалось. Он ведь старший брат, он за всё в ответе. Это он повёл их по этой дороге, он поверил в сказку про исполнение желаний. И вот куда эта сказка их привела. Но сейчас нельзя было показывать свой страх.

— Не бойся, — сказал он как можно твёрже, хотя у самого в горле стоял ком. — Никаких пиявок там нет. Мы просто пройдём через это болото, и всё. Наверняка за ним снова будет нормальный лес. Другого пути у нас всё равно нет.

И это была правда. Возвращаться на перекрёсток, который больше не исполнял желания, было глупо. Идти в другие стороны, куда глаза глядят, — ещё глупее. Оставалось только одно: набраться смелости и идти вперёд по этой ужасной тропе.

Они сделали первый шаг. И тут же их ноги утонули в противной, хлюпающей грязи. Чавк! Хлюп! С каждым шагом ноги увязали почти по щиколотку, и приходилось с силой их вытаскивать. Эти звуки были единственным, что они слышали в мёртвой тишине. Воздух стал влажным и липким. Пахло очень неприятно: тиной, гнилыми водорослями и чем-то кислым.

Не прошло и пяти минут, как их со всех сторон окружил густой, белый туман. Он был таким плотным, что казался похожим на молоко или вату. Всё вокруг исчезло. Дети больше не видели ни кривых деревьев по краям болота, ни неба над головой. Только серая, колышущаяся стена тумана и узкая полоска грязи под ногами. Видно было всего на пару шагов вперёд, и от этого становилось ещё страшнее. Казалось, будто они идут не по лесу, а по дну огромного пустого аквариума.

Вдруг Тимоха, который до этого тихо сидел на руках у Маргоши, беспокойно заёрзал. Он начал вертеть своей маленькой головой, принюхиваясь, а его шёрстка встала дыбом.

— Что-то не так, — пропищал он тревожно. — Я это чувствую носом!

— Что не так, Тимоша? — испуганно спросила Маргоша и крепче прижала зверька к себе.

— Магия! — взвизгнул Тимоха так громко, что дети вздрогнули. Его глазки-бусинки испуганно забегали. — Здесь повсюду чужая магия! Она неправильная, злая и липкая, как паутина! Она всё путает!

Слова морской свинки только подтвердили худшие догадки Владика. Он и сам чувствовал, что с этим местом что-то неладно. Голова стала тяжёлой, будто её набили ватой, а мысли разбегались, как тараканы. Значит, их не просто обманули. Их специально заманили в какую-то волшебную западню.

Нужно было срочно что-то делать. Владик остановился и скинул с плеч свой старый школьный рюкзак. Может, там найдётся что-то полезное? Он опустился на колени прямо в холодную грязь и принялся лихорадочно вытряхивать его содержимое.

Учебник по математике, тетрадки в клетку, огрызок яблока, фантики от конфет… Всё не то. Он выворачивал кармашки один за другим, но находил только всякий мусор. Отчаяние начало подступать к горлу. Неужели это конец?

И тут его пальцы нащупали на самом дне что-то маленькое и гладкое. Он вытащил это наружу. Это был небольшой камушек, который переливался всеми цветами радуги. Владик совсем про него забыл! Он подобрал его на память у того самого старого дуба, через дупло которого они и попали в этот мир. Просто потому, что камушек был очень красивый.

Как только Владик достал камушек из тёмного рюкзака, произошло чудо. Радужный камень вдруг ярко вспыхнул! Он озарил всё вокруг тёплым, золотым светом. Туман на секунду расступился, и дети ахнули. Они увидели, что стоят посреди огромной, колышущейся топи, а тропинка под их ногами — это просто обман, нарисованная картинка.

Вспышка была такой яркой, что дети зажмурились. А когда они снова открыли глаза, свет уже погас. Камушек в руке Владика больше не переливался. Он стал обычным, серым и холодным. Вся его магия потратилась на одну короткую вспышку. Он смог показать им правду, но этого было слишком мало, чтобы указать путь.

Они по-прежнему стояли посреди бесконечного, туманного болота. Но теперь они точно знали, что их дорога — это ложь. И что где-то здесь, в этой липкой мгле, прячется тот, кто заманил их в ловушку.

Глава 17. «Арги» наоборот

Туман вокруг был таким плотным, что напоминал не облако, а скорее тарелку с манной кашей — такой же белый, густой и совершенно непроглядный. Он окутывал детей со всех сторон, холодный и сырой, заставляя ёжиться. Пахло мокрой землёй и старыми листьями, словно они очутились в глубоком погребе. Только что под ногами была светящаяся тропинка, но её золотистый огонёк вдруг погас, будто кто-то щёлкнул выключателем. И в наступившей темноте стало ясно — никакой тропинки нет. Это был всего лишь обман, картинка, нарисованная прямо над вязкой, чавкающей топью.

Владик так и застыл на коленях в холодной грязи. Он разжал кулак и посмотрел на бесполезный серый камень, который ещё минуту назад был их единственной надеждой. Внутри всё похолодело. Вот и всё. Приехали. Настоящий тупик, из которого уже не выбраться. Их специально заманили в эту ловушку. Теперь вокруг, куда ни глянь, было только бесконечное болото, готовое проглотить любого, кто сделает неверный шаг. Он, старший брат, должен был их защитить, а вместо этого завёл их прямиком в западню.

Маргоша посмотрела на сникшего брата, на его опущенные плечи, и её собственное сердце сжалось от страха. Но она знала, что если сейчас раскиснут они оба, то точно пропадут. Она подошла и без колебаний опустилась рядом с ним в грязь, испачкав новые штаны. Девочка взяла его за холодную руку.

— Ну, чего ты, Владик? — тихо спросила она, стараясь, чтобы голос не дрожал. — Не вешай нос. Подумаешь, болото какое-то. Главное ведь, что мы вместе. Ты, я, Тимоша… Мы обязательно что-нибудь придумаем, вот увидишь.

Она замолчала, пытаясь придумать, что бы ещё такого сказать, чтобы его подбодрить. И вдруг, чтобы отвлечься от подступающих слёз, добавила совсем невпопад:

— Знаешь, что странно? Мы уже столько всего пережили… и с драконом познакомились, и от ящеров из замка убежали, а моё умение «Примиритель» так и не улучшилось. До сих пор первый уровень. Даже как-то обидно.

Владик, до этого сидевший неподвижно, как статуя, вдруг дёрнулся и резко поднял голову. Его глаза округлились, словно он услышал что-то невероятное.

— Что? — выпалил он. — Что ты только что сказала? Повтори.

— Говорю, обидно, — не поняла Маргоша. — Ни с кем мириться не пришлось, вот и застряла на первом уровне.

— Да нет же! Про умение! — Владик так резко вскочил на ноги, что грязь брызнула во все стороны. Он схватил сестру за плечи и заглянул ей прямо в глаза. — Ты сказала «умение»? И «уровень»? Ты… ты тоже видела это?

Маргоша удивлённо моргнула своими большими глазами.

— Ну да, видела. А ты что, нет? Когда я тогда на дракона ругалась, чтобы он нас не трогал, у меня прямо перед глазами появилось такое окошко. Голубенькое и прозрачное, а на нём буквы светятся. И написано: «Получен 1 уровень! Новое умение: Примиритель». Я решила, что это у всех так, когда они делают что-то очень-очень хорошо.

Владик медленно отпустил её плечи и отступил на шаг. Голубое окошко… Светящиеся буквы… Уровень… Он ведь тоже это видел! Он вспомнил тот момент, когда выстрелил из хлопушки, и все ящеры в замке посмотрели на него с восхищением. У него перед глазами тогда тоже мелькнула точно такая же надпись! «Уровень повышен! Новое достижение: Герой!» Он тогда решил, что ему просто померещилось от страха и усталости. Что это просто глюк. Но если Маргоша видела то же самое… Значит, это было на самом деле!

Мысли в его голове, до этого вялые и испуганные, вдруг закружились, как сухие листья в ветреный день. Он начал судорожно перебирать в памяти всё, что с ними случилось, пытаясь сложить эти странные события в одну понятную картину.

Во-первых, говорящая морская свинка. Тимоха болтает без умолку, хотя обычные морские свинки умеют только пищать.

Во-вторых, магия. Волшебный лес, который водит кругами. Дорога, которая появляется, если её попросить. И вот этот камень-обманка, который их сюда заманил.

В-третьих, все эти странные существа. Ящеры в железных доспехах, огромные капибары, дракон, который обожает печь булочки с корицей.

И в-четвёртых, эти дурацкие окошки с уровнями и умениями, которые, как оказалось, видят они оба.

Всё это было похоже на какую-то волшебную сказку. Или на компьютерную игру, в которые он любил играть дома.

И тут он вспомнил ещё кое-что. Что-то важное, что сказал тот главный ящер, князь Чешуй, когда они только очутились в его замке. Он упоминал своего короля и название их королевства… Как же оно называлось?

— Арги… — прошептал Владик сам себе. — Он сказал: «Добро пожаловать в Королевство Арги».

Такое короткое и странное название. Он повторил его ещё раз, медленно, по слогам, будто пробуя каждое на вкус.

— Ар-ги…

Он машинально присел на корточки и пальцем начертил на грязной жиже эти четыре буквы: А-Р-Г-И. Он смотрел на них, и вдруг в его голове будто что-то щёлкнуло. Словно вспыхнула лампочка. Яркая-яркая, как радужный камушек, который привёл их сюда.

А что, если… что, если прочитать это слово задом наперёд?

Он снова уставился на буквы.

А-Р-Г-И.

И-Г-Р-А.

ИГРА!

Владик медленно выпрямился. Он стоял посреди туманного болота, по колено в грязи, но на его лице больше не было страха. Только шок от невероятного, поразительного открытия. Он всё понял. Наконец-то он всё понял!

Он повернулся к сестре, которая с любопытством и недоумением наблюдала за тем, как он рисует палочки в грязи.

— Марго, — сказал он, и его голос дрожал от волнения и восторга. — Кажется, я понял. Мы не просто попали в другой мир. Мы… мы в игре…

Глава 18. Хозяин болота

— В игре! — с горящими глазами повторил Владик. Он так резко вскочил на ноги, что грязные брызги полетели во все стороны, забрызгав даже нос сидящей рядом капибары. — Понимаешь? Всё это — ненастоящее! Ну, то есть, оно как бы настоящее, но мы словно попали в компьютерную игру! Тут есть свои правила, свои уровни, говорящие животные… Мы просто должны понять, как тут всё устроено!

Маргоша с сомнением посмотрела на брата, который выглядел так, будто только что открыл величайший секрет вселенной. Потом она перевела взгляд на свои штаны, перепачканные в какой-то склизкой болотной жиже, и снова на Владика.

— В игре? — недоверчиво переспросила она. — Как в той твоей стрелялке, где ты вечно бегаешь и кричишь на монстров? А где тогда джойстик? И почему тут так мокро и так неприятно пахнет? В играх же не пахнет.

— Вот именно! — не упустил случая вставить своё слово Тимоха. Он с важным видом сидел на спине у Кнопки, словно на троне, и с брезгливостью осматривал унылый пейзаж. — Кнопку «выход» ты уже нашёл, гений? Или нам надо дойти до самого конца, победить главного злодея и посмотреть финальные титры? А сохранения тут есть? А то не хотелось бы начинать всё сначала.

Владик открыл было рот, чтобы ответить на этот поток каверзных вопросов, но не успел. Прямо перед ними, в самой большой и мутной луже, что-то произошло. Спокойная, затянутая зелёной ряской вода вдруг пошла пузырями. Сначала это были маленькие, безобидные пузырьки, но с каждой секундой они становились всё больше и больше. Буль-буль-буль! — громко раздалось по всему болоту. В воздух поднялся такой отвратительный запах, словно кто-то решил сварить суп из тухлых яиц, старых носков и дохлой рыбы.

— Что это? — прошептала Маргоша, инстинктивно хватаясь за рукав брата. Кнопка под Тимохой тоже занервничала и тихонько заскулила, попятилась назад.

Из грязной жижи медленно, очень-очень медленно, показалось нечто огромное, круглое и склизкое. Это была голова. А за ней из воды полезло и всё остальное — невероятно толстое, студенистое тело, похожее на гигантский мешок с киселём, который забыли в холодильнике на целый год. Всё это чудовищное тело колыхалось и переливалось, а с его боков свисали целые гирлянды из зелёной тины и жирных чёрных пиявок, которые лениво помахивали хвостиками, будто приветствуя незваных гостей. На самой макушке этого дрожащего студня сидели два крошечных, злобных глазка, похожих на перезрелые ягоды чёрной смородины. А прямо под ними открылся огромный рот, больше похожий на широкую щель в трясине.

Существо медленно поднялось из воды во весь свой исполинский рост, оказавшись выше самых высоких и кривых деревьев. Оно полностью загородило собой и без того узкий проход между топями.

— КТО-О-О ПОСМЕ-Е-ЕЛ ТРЕВО-О-ОЖИТЬ МО-О-ОЙ ПОКО-О-ОЙ?! — гулко пророкотало чудовище. Голос у него был такой низкий и гулкий, что у детей, казалось, задрожали не только коленки, но и зубы во рту. — И ТОПТА-А-АТЬ МОИ-И-И ВЛАДЕ-Е-ЕНИЯ?!

Владик, Маргоша и Тимоха замерли, как ледяные статуи. Вся гениальная теория про компьютерную игру мгновенно вылетела у Владика из головы. Перед ними было не что-то нарисованное на экране. Перед ними стояло самое настоящее, живое, мокрое и очень, очень вонючее чудовище.

Маргоша испуганно пискнула и спряталась за спину брата, выглядывая оттуда одним глазом. Верная Кнопка, испуганно заскулив, попятилась ещё дальше назад, зашуршав в камышах.

— Кажется, мы нашли главного босса этого уровня, — прошептал Тимоха дрожащим голосом, вцепившись своими маленькими коготками в густую шерсть на макушке у капибары. — И что-то мне подсказывает, что у него нет кнопки «пропустить».

Чудище медленно оглядело их своими маленькими злыми глазками, и в его взгляде не было ничего, кроме всепоглощающего голода. Оно облизнулось длинным, похожим на скользкую водоросль, языком, издав при этом мерзкий хлюпающий звук. Затем оно сделало шаг вперёд. Болото под его гигантской ногой содрогнулось, и по воде пошли волны. Кажется, перекусить незваными гостями оно было совсем не прочь. И вряд ли его интересовало, были они настоящими или из компьютерной игры.