Храброе сердце: Хроники Сенджу

Глава 1

Жизнь человека, на удивление, может быть очень коротка, особенно если ножом вспороть ему живот.

В двадцать лет ему не повезло напороться на убийцу, ожидавшего его прямо за углом в темной подворотне, когда он решил срезать путь, дабы побыстрее добраться до дома и лечь спать после ночной работы и последовавшей за этим учёбой. Ни отца, ни матери, кто помогал бы материальными средствами жизнеобеспечения. Лишь старший брат, уехавший за границу со своей семьёй, поставив на нём огромный крест после громкой ссоры.

Безумные глаза наркомана, его дрожащие руки, едва державшие нож. Самоуверенность сыграла злую шутку – попытка перехватить нож даровала яркое ощущение жара и укола в области печени. Секунда, и он уже стоит с ножом в животе, не зная что и как быть дальше.

Кара до сих в ярости сжимал кулаки, с горечью понимая, что если бы не данный инцидент, то выпустился бы из университета. Столько возможностей и сил было тогда потеряно… к сожалению никто не может управлять временем, так что остаётся только сожалеть.

Скажи ему кто-то в прошлом, что вторая жизнь или же перерождение существует – посмеялся бы. Но как оказалось, такое бывает, и даже очень иронично. Закончив жизнь убитым каким-то проходимцем, попал в мир, где убийство – обычное дело. А именно – во вселенную Наруто.

Особо думать над самим попаданием он не стал, ограничившись с мыслями о том, что могло бы быть хуже. Собственно, некоторые черты новой жизни мало чем отличались от старой. Тут у него также не было родителей – они у него погибли ещё в младенчестве во время миссий. Он был первенцем, и что автоматически следует из этого – братьев и сестёр у него не было.

Была только одна радость – бабуля Тока, что души в нём не чаяла, как о талантливом потомке своём. Авторитетная, одна из сильнейших куноичи, пережившая самого Хашираму Сенджу. Пожалуй, фортуна улыбнулась ему.

Сенджу — потомки Асуры Ооцуцуки, младшего сына Хагоромо Ооцуцуки. Через Асуру, они унаследовали от Хагоромо его «тело», и обладали мощнейшей жизненной силой и чакрой. В отличии от большинства других кланов, Сенджу не имели лишь одной особенной черты в способностях или стиле борьбы, вместо этого члены клана были одинаково хороши во всех сферах ниндзя. А это значит, что он может преуспеть в любой в любом направлении развития шиноби.

Как в дополнение к этому в трехлетнем возрасте, сидя на коленях бабули и слушая её разговор с Мито Узумаки, Кара широко разинув рот узнал, что является полукровкой Узумаки и о наличии двоюродных братьев и сестёр в Узушиогакуре. Родство с ними впоследствии дало большой резерв чакры, в разы превосходящий резерв его одногодок.

Но сам мир очень радовал: тёплый и свежий воздух, натуральная еда без всяких химикатов, дарованные ему с рождения способности, о которых в прошлой жизни он мог только мечтать. Впрочем, жизнь подкинула ему второй шанс: снова ли его убьют как вшивую собаку в подворотне, или же на этот раз он даст достойный отпор?

****

Темноволосый мальчик довольно потянулся, лёжа на зелёной травке под лучами тёплого летнего солнца.

Что может быть лучше хорошего отдыха после вкусного утреннего завтрака? Разве что покатать в плойку, но этого сейчас нет, к сожалению…

Их двухэтажный дом имел ухоженный сад во внутреннем дворе, где располагались скамейки, беседки и остальные предметы удобства. Чуть дальше в углу дворика был огород, где среди всего прочего растут ягоды, которых Кара очень любил есть, сидя в беседке. Коротко говоря, вокруг всё цвело и пахло.

Быть внуком авторитетной и властной старейшины клана даёт свои привилегии в ещё не угасшем клане. А ещё если эта строгая старейшина наедине, в присутствии своего единственного внука становится мягкой и доброй – вообще что-то с чем то.

А если серьёзно задуматься, то Тока реально тепло относится к нему, так как он является ее единственным прямым потомком и наследником. В детстве, когда Кара был ещё в пеленках, она нередко брала его на руки и могла часами играться с ним и укачивать, подпевая под нос красивую успокаивающую мелодию.

Сенджу Тока – хорошая женщина, которой, увы, пришлось пережить немало горечи и печали потерь. Не будет преувеличением сказать, что он не то что привязался, а очень сильно полюбил свою бабушку.

Такой заботы и любви от неё он не чувствовал даже от настоящей бабушки в прошлом, а тут она дорожит им из-за одного только его существования. А то, что внук оказался спокоен, несмотря на гены Узумаки и Сенджу, и слишком рано начал преуспевать в стезе шиноби – лишь маленький приятный бонус.

Тока Сенджу – опытная куноичи и мудрая старейшина, повидавшая за свою жизнь очень многого. Поэтому уже в четырёхлетнем возрасте внука он начала тренировать его под видом активных физических игр, а Кара не был таким уж глупым, поэтому быстро просек уловку и начал сам же напрашиваться на подобные игры.

Не прошло так уж и много времени, как пришла пора пробуждать очаг чакры и переводить в стадию активной формы. Для этого Токе потребовалось лишь провести собственную, родственную чакру по его чакроканалам и итог не заставил себя долго ждать – полный до краёв резерв чакры плескался в разные стороны.

Пробуждение чакры в столь раннем возрасте обычное дело среди великих кланов, желающих, чтобы их дети имели некоторые преимущества в силе над остальными одногодками. Официально и обычно очаг пробуждается с возраста шести и выше, так как это время считается самым безопасным для детского организма.

Такое преимущество в развитии определённо играет на руку, учитывая приближающуюся вторую мировую войну шиноби. Помнится, в вики было сказано, что Сенджу вымрут за две мировые войны, оставив после себя лишь Цунаде – будущую пятую хокаге. Две войны… это точно капут.

– Отдыхаешь? – спросила подошедшая светловолосая девушка, незаметно подкравшись сзади.

– Акено-чан? – мальчик приоткрыл один глаз, встречая милую улыбку молодой девушки. – а куда бабуля ушла?

Акено была уже закончившим академию генином, уже действующим шиноби. Она частенько заглядывала в гости и присматривала за ним во время отсутствия бабушки. За это время Кара успел подружиться с ней и сформировал мнение о ней как о доброй, отзывчивой девушке, любящей детей.

– Тока-сан направилась на собрание клана и попросила меня приглядеть за тобой. – Акено присела рядом, запустив пальцы в лохматые волосы мальчика. – естественно чтобы ты ничего не натворил в её отсутствие, но ты же у нас не хулиган?

– Обижаешь. – довольно улыбнулся Кара, нежась под рукой Акено. – а покажи мне несколько техник, а?

К его сожалению, на данный момент мальчик не мог использовать преимущественную часть техник, ограничиваясь лишь хенге и иллюзорными клонами. Для большего чакроканалы всё ещё не были развиты и рисковали лопнуть или сгореть из-за перенапряжения. Потому понадобится ещё как минимум год-полтора, чтобы хотя бы с трудом создавать нормальные техники. Да и к тому же вначале предстоит определить к какой стихии у него есть предрасположенность.

Это легко проверяется специальной чакропроводящей бумагой, но бабуля велела ждать и не совать в это свой нос, к чему Кара без пререканий послушался, хоть руки сильно чесались в предвкушении.

– Техники не игрушки, и мы ведь даже не на полигоне, – покачала головой девушка. – а в саду. Не думаю что я смогу впечатлить тебя низкоуровневыми техниками. – она весело усмехнулась. – я ещё помню твоё разочарованное лицо после прошлого раза!

– Тогда пошли на полигон! – предложил он, взяв её руку в свои маленькие ладони.

– Слушай, меня больше волнует то, что мы сидим на газоне. Тока-сан не будет ругаться насчёт этого?

– Чего? – Кара непонимающе склонил голову на бок, выгибая брови. – конечно будет. – спокойно кивнул мальчик.

– Что?! – девушка тут же встрепенулась, вскочила на ноги и с такой лёгкостью, словно он пёрышка, подняла его на руки. – тогда срочно направляемся в полигон! Я покажу тебе несколько техник!

Кара переместился за её спину и поудобнее устроился, после чего Акено перепрыгнула через забор, приземляясь на улице кланового квартала.

Глава 2

Сенджу — некогда многочисленный и признанный одним из сильнейших кланов в мире, постепенно терял свою былую мощь. Клан всегда верил в идеи первого Хокаге, Хаширамы Сенджу, возложившего на них после себя идею о Воле Огня и обязанность преданно защищать деревню и её идеалы от всех возможных угроз.

Именно поэтому при угрозе Конохе Сенджу всегда сражались в первых рядах, в ударных и штурмующих частях. Такая тактика ведения политики клану обошлась очень дорого. Особенно ярко эта проблема выразилась после первой мировой, заметно сократив их численность и унеся жизни множество достойных шиноби клана.

Постепенно приближающаяся угроза новой войны грозила новыми потерями клана, а в частности её внука, Кары.

Кара — лучик солнца в её жизни, вытаскивающий из безысходного одиночества и приближения туманного будущего. Мальчик в ранние годы потерял мать, а затем отца, и не смотря на это он всё равно растёт добрым и понимающим, этого у него не отнять. Но всё же трудно было не заметить заинтересованный взор его жёлтых глаз, направленный на другие семьи. Поэтому она всегда старалась восполнить ту пустоту потери, которая поселилась в душе ее внука, и сделать так, чтобы он ни в чем не нуждался. И потому если ради его будущего ей придётся проложить путь по изменению политики клана и обратить ее внимание во внутренние пределы Конохи, то она без сомнений сделает это. Тока не может допустить того, чтобы погиб ещё один член её семьи в бессмысленной войне, которая нужна только верхушкам. Поэтому она старалась быть строгой по отношению к нему и вбивала ему в голову о необходимости знаний и силы для выживания в этом мире. Но… вот именно «старалась», строгая бабушка вышла из неё никудышной, хорошо что хоть со вторым пунктом у неё прекрасно получается.

— В нашем клане присутствуют множество талантливых шиноби, которые могут заниматься ирьенинством, охраной, работой в отделах Конохи, в архивах, а также преподавательством в Академии шиноби. — говорила Тока, твёрдо смотря на других старейшин. — победа в последней войне стоила жизни сотне наших шиноби, а угроза новой войны поставит точку в истории нашего клана. Надеюсь, никто не спорит, что лезть на рожон очень плохая идея? В Конохе теперь есть множество кланов, способных без нашей помощи достойно сражаться на передовой и защищать наши земли. Наша работа по защите интересов Конохи исключительно в первых рядах, как клана-основателя, грозит нашему существованию.

– Хаширама-доно доверил деревню нам, и мы не можем просто сидеть и отмалчиваться за спинами других кланов. Но благодаря вам я могу признать, что наша нынешняя политика безрассудна. – кивнул старейшина. – со времён клановой раздробленности прошло много лет. Многое поменялось, некоторые конфликты обрели ранее немыслимый, более широкий масштаб.

— Вот именно, — поддержал его кто-то. — обстановка на политической арене претерпела крупные изменения и обрела более серьезный характер. Любой конфликт может вылиться в разрушительную, опустошительную войну. И если раньше воевали отдельными кланами, то в теперешние войны будут втянуты уже все.

— Вы предлагаете сосредоточиться на внутренней политике? — подал голос один из старейшин.

— Я предлагаю нам всем светлое будущее, где наши дети смогут спокойно играть и смеяться в своих домах в окружении их счастливых родителей.

****

— Акено-чан, давай прогуляемся по Конохе? — уныло спросил мальчик, надёжно обхватывая шею девушки, чтоб не упасть. — и чем ты каждый раз голову моешь? Надеешься таким ароматным запахом привлечь будущего мужа?

Они шли по клановому кварталу. Разница прошлого и настоящего мира существенно отличались друг от друга: песочные тропинки, без проложенного тротуара и трассы; деревянные дома с красивой архитектурой, окружённые невысокой стеной, вместо высоток; дружелюбные лица, с моном клана Сенджу на спинах, а иногда на плече. Никто не залипает в телефоны с наушниками в собственном мирке. Вместо этого все активно общались и смеялись, а ребятня то ли дело носилась туда-сюда.

Жизнь в клановом квартале кипела.

— Не обязательно следить за собой лишь для привлечения какого-то мужчины! — возмутилась Акено, немного встряхнув Кару, висящего на её спине. — а насчёт прогулок по деревне… вряд ли Тока-сан будет «за». Она чётко говорила мне, что тебе ещё рано покидать клановый квартал без сопровождения взрослых.

— А разве ты уже не взрослая? — недоуменно вскинул голову Кара, положив подбородок на её плечо и взглянув в лицо. — я думал, что все мы считаемся взрослыми после получения протектора деревни.

Акено горько усмехнулась.

— Если бы… — немного печально протянула она. — Тока-сан до сих пор считает меня ребёнком...

Мальчик усердно закивал с понимающим лицом.

С её-то непоседливым характером и шилом в жопе, он бы тоже не смог предположить, куда она может удрать внутри Конохи. Впрочем, подозрения напрасны, если присмотреться к яркому уму Акены. Она не станет делать чего-то опасного, что может угрожать жизни доверенному ей ребёнку, то есть – ему.

— Ну, так ты же не можешь усидеть на жопе смирн… — Кара прервался, когда девушка отодвинула калитку в сторону и неспешным шагом зашла внутрь. — а разве мы не на полигон идем?

— Зайдём ко мне, я покажу тебе настоящее искусство! — ухмыльнулась она, отворив двери дома и осторожно разуваясь в прихожей. — а перед этим… нам предстоит вкусно покушать! — весело улыбнулась Акено. — только тихо! — шепнула девушка, проходя на кухню. — родители отдыхают после миссии!

Через час они переместились во двор дома, где Акено представила вакидзаси и танто, гордо выпятив грудь, наблюдая за его восхищённым выражением лицом.

— Круууто! — протянул Кара, не отрывая глаз с искусной резьбы рукоятки и ножен, где были изображены синие волки с обнажившими клыками. — откуда ты их достала?!

— Это мой собственный набор снаряжения. — похвасталась девушка, и подскочила к нему. — хочешь подержать? Только осторожно! Поранишься!

Кара широко разинув рот от восхищения, взял в руки клинок. Его вес еле чувствовался благодаря ежедневной прокачке тела, проходящих одновременно с улучшением контроля чакры.

— Ради них я пахала около года, стараясь самой заработать и побыстрее заказать их у мастеров страны Снега. — поделилась Акено, пока мальчик рассматривал клинки.

Она уже давно привила ему любовь к холодному оружию. Клинок, по её мнению, должен быть несменным атрибутом каждого шиноби, с чем Кара был полностью согласен.

Шиноби, в первую очередь, были ниндзя, наёмными убийцами, чья работа плотно переплетается с убийством. А клинок существенно облегчит задачу, помогая разобраться с противником не теряя слишком много чакры на создание техник, а также не размениваясь кулачными ударами в ближнем бою, где любой пропущенный удар может стать фатальным.

На основе этих мыслей Кара решил обучиться основам кэндзюцу. Бабуля не возражала, но была слегка озадачена, понимая, что с его тогдашними габаритами картина, где он машет слишком длинным для него клинком, будет выглядеть очень забавно. Потому обучение было отложено на год-два позднее, по истечении которого можно было начать заниматься, но пока время шло, к обучению клановыми учителями прибавились ещё и пунктики с теорией кэндзюцу. Дополнительная нагрузка на мозги, так сказать…

Но Кара понимал, что это необходимое знание в грядущих мировых войнах.

Знание и умение махать мечом не раз может выручать и вытаскивать из различных дерьмовых ситуаций. С принятием данного факта, он с терпением ожидал времени начала тренировок с клинком. А пока что приходилось ограничиваться учёбой в клане и рассчитанных для его возраста комплекса тренировок тела с контролем чакры, как и базовыми знаниями о нём и основам тайдзюцу: стойки, как бить, как уклоняться и следить за движениями оппонента.

Благодаря урокам истории клана он узнал о многих выдающихся личностях помимо Хаширамы и Тобирамы. Учить их было одним только удовольствием для его любопытства, так как в самом аниме о них ничего не говорилось, даже хоть маленького упоминания не было! Чего стоит только Буцума Сенджу и его жена, которая была родом из известного воинственного клана, считаясь на то время одной из сильнейших куноичи, едва ли уступая самому Буцуме! Жаль, конечно, что этот клан был уничтожен незадолго до построения Конохи. Именно от неё получился такой альбинос как Тобирама, с его отметинами на щеках и подбородке.

С осознанием всего вышеупомянутого, становится ясно, в кого это родились такие сильные первые и вторые Хокаге. Гены и должное воспитание делают своё дело.

Помимо истории, в клане обучали и другим занятиям вроде каллиграфии, ведение счета, выгодное использование местности и основы выживания.

А если серьёзно, то все эти «основы» уже порядком надоели. Стоит ему услышать слово «основы», как глаз начинается нервно дёргаться. Эти «основы», как правило, идут в несколько страниц и десятки занятий, как по практике, так и по теоретической части!

Первоначально, клановых детей уже с трёх-четырёх лет начинают учить этикету и манерам. О том, как держаться перед важными лицами и на чайных церемониях, линии поведения на званных ужинах и важных переговорах. Уже на этом этапе он, грубо говоря, задолбался, хоть виду не подал. Даже в институте он столько не учил!

Если б он выразил своё возмущение, а возмущался Кара в «красках», то есть подозрение, что ему непременно дали бы по жопе.

Таким темпом, изучая клинки Акено и её другие снаряжения, Кара просидел в гостях до самого вечера, когда солнце уже скрылось за горизонтом.

Мальчик мог с уверенностью сказать, что Акено за всё это время стала для него близкой подругой и надёжной опорой помимо бабушки. Он очень хорошо знает ее, как и она его. Всё же знакомы почти что с самого его рождения.

И в голове Кары возник закономерный вопрос: что сподвигло его брата, росшего с ним с самого детства, отказаться от него после ссоры?

Ссоры и различные перепалки для семей является обычным делом, как и случалось ранее с ними. Вот только брат обзавёлся собственной семьёй: женой и детьми. И видимо, он стал для него тяжким бременем, из-за чего мужчина отказался дальше поддерживать его. Либо же он желал для него самостоятельности и специально прекратил поддерживать.

Второй вариант приобретает смысл на фоне не удалённых контактах брата с ним. Тот всё ещё поддерживал с ним связь, хотя не звонил и не писал.

Спустя года сидя в спокойной обстановке Кара наконец понял стремление и своеобразную заботу брата. Он больше не злился на него, спокойно приняв сей факт и извинившись, что не оправдал его надежд, умерев в самом начале своего пути.

Такое не должно произойти вновь, только не тогда когда у него появился второй шанс. В этот раз его жизнь не оборвётся так просто.

Глава 3

Практика концентрации листа — это метод обучения, который осуществляется путём размещения на лоб пользователя листа, в который он должен сконцентрировать свою чакру. Люди говорят, что этот способ хорошо помогает научиться контролировать чакру, а также повышает сосредоточенность и внимание.

Без хорошего контроля чакры любой шиноби рискует лечь сразу же при первом бое. Если влить в создание техники больше чакры, чем нужно, избыточная чакра теряется впустую, и создавший быстрее утомляется от её потери. А если же влить недостаточно чакры, техника не будет выполнена эффективно, если будет выполнена вообще, с большой вероятностью создавая проблемы в сражении, гарантируя пользователю смерть.

Кара сидел во внутреннем дворе поместья в позе лотоса с прикрытыми глазами, удерживая на лбу лист и концентрируя всю управляемую им чакру на нём. По правде говоря, в этом не было чего-то там уж очень «сложного». Достаточно понять механику действия и разобрать что к чему, а там можешь держать его на лбу сколько угодно, лишь бы не отвлекался на посторонние звуки.

Он так просидел около часа под наблюдением бабули, которая безмятежно сидела под тенью беседки и довольно попивала чай. На протяжении всего этого времени она, по видимому, испытывала его терпение, хрустя вкусными печеньками со сладкой начинкой и не отрывая с него внимательный взгляд.

— Как вкусно… — поделилась Тока, запив очередное печенье ароматным чаем. — жаль, ты не пробуешь вместе со мной этот превосходный результат работы наших пекарей.

— Приветствую вас, Тока-сама. — почтительно поприветствовал ее чунин, приземлившись рядом и припав на одно колено. — через пятнадцать минут начнется собрание старейшин. Глава настоятельно хотел бы вас там видеть.

— Опять собрание, ба? — уныло спросил мальчик, прекратив держать лист на лбу и открыв глаза. — но ты же обещала потренировать меня! Провести этот день со мной!

— К сожалению, я вынуждена идти, Кара. — извиняющимся тоном проговорила она, нежно дотронувшись до его щеки. — ты отлично справился со всеми моими заданиями.

Кара неразборчиво промычал что-то под нос.

— Не мычи, — посмеялась Тока. — Акено-чан отправилась на миссию, поэтому на оставшийся день ты останешься один. Ты сам категорически отказался от всяких нянек, поэтому не скучай. Я постараюсь закончить с делами побыстрее.

Мальчик зажмурился, нахмурился, и наконец обречённо выдохнул.

— Ладно. — огорченно согласился он, поняв, что у него нет другого выбора. — удачи, бабуль. — напоследок махнул рукой.

Все планы поклянчить у неё хотя бы несколько низкоуровневых техник или базовые знания об гендзюцу пошли коту под хвост. Вот какой жирный вариант был… пойти под начало самой Токи Сенджу, известной на мировой арене своим высочайшим уровнем владения гендзюцу. Ходит слушок, будто сам Хаширама боялся её навыков гендзюцу. А это уже что-то значит… впрочем, другого от бабули можно было не ожидать.

Стоит отметить, что Тока была одной из приближённых Хаширамы, которые верой и правдой служили ему и следовали его идеалам как главы их клана. Она многое повидала и была многому посвящена от первого Хокаге. Соответственно и властью была не обделена. Просто так, что ли, к нему как к внуку Токи Сенджу с уважением относятся, а при виде самой бабули почтительно приветствуют не только в клане, но и в самой деревне?

В своё время бабуля так громко зажигала на полях сражений, что остаётся только позавидовать и восхищаться её мастерством. Поэтому время от времени к нему в голову закрадываются мыслишки о том, достоин ли он этой чести, быть внуком такой выдающейся личности?

Кара скучающе облокотился об правую ладонь и упёр локти на деревянную поверхность стола, шумно вздыхая, и резко дернулся от внезапного пронзительного крика.

— Кара! — во двор ворвался наглый нарушитель спокойствия со светло-каштановой шевелюрой, стремительно приближаясь к его беседке.

Он снова обреченно выдохнул, сетуя на неудачливый день.

— Давай пошли гулять! — воскликнул Наваки, останавливаясь рядом.

Кара поморщился от громкого шума и потер левое ухо.

Само ходячее бедствие навестило его сейчас, и по совместительству наследник вымирающего по канону клана, сам внук Хаширамы Сенджу и Мито Узумаки, которая является на данный момент джинчурики Девятихвостого и владеет большой властью и влиянием.

Как упоминалось ранее, правильные гены и должное воспитание сделают из человека отличного и умелого шиноби, сокрушить которого удастся мало кому. Но в этом есть и другая сторона, более… печальная.

Почему именно так, можно разобрать в примере самого Наваки. Его, в чьих жилах течёт кровь Первого, слишком часто сравнивают с самим Хаширамой. В ранние годы на различных мероприятиях клана Кара нередко мог стать невольным свидетелем того, как взрослые говорили о Наваки, упоминая его схожесть с покойным дедушкой и о великом будущем в качестве шиноби, что ожидает его. Но вот о самих хотелках только-только формирующего личность мальчика редко кто говорил, постоянно говоря о самом Первом, будто бы он его ожившая реинкарнация.

Каре было жаль Наваки. Ведь ему грозило навсегда остаться в тени своего дедушки, а его будущим достижениям никто не будет удивлён, списав всё на гены. Это если конечно он не сумеет выбраться из тего ени. Но учитывая насколько Хашик был силён и известен, ему будет труднее это сделать. Очень маловероятно.

Не стоит ещё забывать, что громкое имя не всегда значит хорошо. У малыша Наваки всегда есть риск, что враги деда могут вспомнить старые обиды и попытаются отомстить через его потомков. А то, что плюс к этому он ещё и наследник, ещё больше ухудшает ситуацию. Могут возникнуть люди, желающие подзаработать пока он ещё маленький.

Кара думал, что таким темпом мальчик рискует подхватить детскую травму.

— Ой-ой, — недовольно проворчал он. Ему сполна хватает видеть его вечно улыбчивую физиономию на клановых занятиях, но видеть ещё и в свободное от них время… грустно. — ты как сюда пробрался без разрешения?

Наваки — последний, кого Кара хотел бы сейчас увидеть. И ведь не удивительно, так как с его присутствием всякое спокойствие забывается. Непоседливый характер и льющаяся наружу бесконечная энергия мальчика делают из него великую угрозу интровертов.

— У двери твоего дома я столкнулся с Тока-ба-сан, — раскинул руки в сторону Наваки, широко улыбаясь. — она рассказала мне где ты находишься!

Кара раскис, осознавая грядущую суету.

— Ну давай! — восклицал тот, и несмотря на вялые попытки сопротивления, взял его за руку и потащил к выходу на улицу.

****

Клановый квартал Сенджу был довольно большой территорией и был огорожен стеной высотой метров два, дабы никто посторонний не прошёл случайно внутрь. Также во избежание таких случаев и скрытых проникновений у входа в территорию стоят по две сторожа ранга не ниже чунина, один из которых обязательно должен быть сенсором, чтобы никто из незваных гостей не проскочил мимо. Но эти меры были, скажем так, лишь для «галочки», так как у квартала стояла серьёзная фуин-защита, не пропускающая никого постороннего. Если же такое всё равно случится, то главе придёт оповещение о проникновении постороннего во владения клана и указание о точном местоположении, где именно проникли внутрь.

К сожалению, в этом отслеживающем защитном барьере была брешь: печать не прослеживает самих Сенджу, выходящих за его пределы. Об этом как-то узнал сам Наваки и решил воспользоваться «шансом», собравшись попытаться проскочить мимо взрослых за пределы клана. А заодно и его потащил за компанию.

— Думаешь, тебе реально удастся выбраться? — с усмешкой спросил Кара, в чьем голосе проскальзывало сомнение в данной авантюре. — да и зачем тебе это?

— Что значит «тебе»? Нам! — возмущенно воскликнул тот. — я хочу самолично исследовать с тобой Коноху!

— Что? Эй, не втягивай меня в свои дела! — помахал перед собою руками Кара, отстраняясь. — до тех пор, пока мы не поступили в Академию, нам не разрешается так просто бродить вне наших владений без сопровождения взрослых!

— Да-да. — не особо вслушиваясь закивал Наваки. — мы же на территории своей деревни! Нам ничего не угрожает! Тетора меня поддержала бы!

— Наваки, это не простая мера предосторожности, если мы его нарушим, нам дадут по жопе и посадят на домашний арест как минимум на месяц. — покачал головой брюнет. — а мне прошлого раза сполна хватило! — он был категорически против, хотя желание выйти постепенно росло вместе со спором. — у меня до сих пор пятая точка побаливает…

— Ну ты и правильный, пацан. — показательно похлопал темноволосый парень, сидя на ветке дерева и нагло ухмыляясь.

Кара в замешательстве задрал голову вверх, встретившись с чёрными глазами невольного слушателя их перепалки, в которых отчётливо играли смешинки.

— А ну не подслушивай нас! — Наваки обвинительно тыкнул на того пальцем.

— Ты явно не из наших. — напрягся Кара, заметив явные отличия. — кто ты?

— Ваш преданный слушатель. — усмехнулся тот, поудобнее усевшись. — жаль я не успел к самому началу. — он состроил грустное выражение лица. — о чем вы там спорили? О необходимости запретов для детей?

— Сначала представься. — потребовал Кара, остановив порывавшегося что-то выкрикнуть друга.

— Хм, тогда я извиняюсь за свою грубость, совсем забыл про манеры. — хмыкнул собеседник, и спрыгнул вниз, приземляясь рядом. — Какеру Учиха. — наконец соизволил представиться парень, протянув ладонь для рукопожатия.

— Кара Сенджу. — враждебно взглянул Кара снизу вверх. — что делает Учиха в нашем квартале?

Учиха разочарованно убрал руку, так и не дождавшись рукопожатия. Но он понял опасения мальчика перед ним.

Он, совершенно незнакомый им, бесцеремонно встревает в их разговор и язвит. Так что было вполне логично ожидать от них такой реакции.

— Я привел свою сестру на осмотр к Цунаде-сан. — честно ответил парень, тем самым между строк объясняя, почему не в настроении.

— Мы тебя прощаем! — неожиданно воскликнул Наваки, выглянув за спиной брюнета.

Кара озадаченно посмотрел на друга, а Учиху это заставило растеряться на некоторое время, но Какеру быстро взял себя в руки, после чего теперь была очередь удивляться Каре, так как парень внезапно рассмеялся добрым смехом.

Он удивлённо разинул рот.

Кара считал, что «гордые» Учиха никогда не поведут себя таким образом перед посторонними! По его мнению, всё, на что они были способны, так это усмешка, не более! Так казалось в аниме! Либо ему просто так показалось по аниме, либо же парень просто расслаблен и не считает нужным держать маску невозмутимости перед ними. Дети всё-таки.

— Чего ты смеешься? — недовольно топнул ножкой Наваки, возмущённо уставившись на смеющегося парня.

— Ну ты и даёшь, малец. — весело высказался Какеру.

Пока Кара находился в мысленной прострации, из-за угла неторопливым шагом вышла светловолосая красивая девушка, ведя за руку милую девочку, предположительно их одногодку.

— Цунаде-сан. — заметив их, парень встрепенулся и тут же пошёл к ним навстречу.

— Можешь больше не переживать, Какеру. — подбодрила Цунаде, уперев руки в бока. — её чакроканалам больше ничего не угрожает. Недели три никаких практик с чакрой и всё быстро придёт в норму.

— Большое спасибо, Цунаде-сан. — Какеру благодарно поклонился и подняв сестру на руки, направился в сторону клановых ворот.

Проводив взглядом удаляющиеся фигуры, девушка повернулась к братцу и его неразлучному другу, с которым он часто попадался при всяких шалостях.

— Ну что сорванцы, что на этот раз хотите натворить? — с напускной строгостью спросила она, проведя по ним внимательным взглядом.

Девушка наклонилась к брату и прищурилась, долго уставившись.

— Ничего мы не хотим натворить! — Наваки не выдержал и нервно дёрнулся, всячески избегая её взгляда и что-то бурча под нос.

Кара понял, что нужно срочно спасать его, на мгновение словив умоляющий взгляд.

— А что делают Учиха в нашем квартале? — заинтересованно спросил Кара. — я думал, они относятся к нам с неприязнью.

— Времена клановых войн давно прошли, Кара-кун, и мы более не являемся врагами. У них просто характер такой. — посвятила его Цунаде, заумным голосом. — бедная девочка немного прожгла свои неразвившиеся чакроканалы, попытавшись использовать какую-то технику. Хорошо что обошлось без серьёзных травм, могло быть хуже… — она вздохнула. — вам тоже ещё рано для чего-то серьёзного, поняли?

— Поняли. — серьезно кивнул Кара.

Этот случай подтверждает, что надо хорошенько развить чакроканалы и тенкетсу, прежде чем пробовать что-то сделать. Иначе исход может быть травмоопасным с риском остаться до конца своей жизни неспособным к профессии шиноби или же вообще умереть. А ведь он вчера собирался немного попрактиковаться с чакрой… к счастью, Акено-чан вовремя пресекла его попытку.

— Ой, ну какой же ты милашка. — умилилась девушка, начиная трепать его по голове.

— Ну Цунаде-чан, ты мне так голову отвинтишь!

Глава 4

Быстрый рывок вперёд и резкий тычок в рёбра заставил Кару пошатнуться, следом чуть не получив по голове мощный удар, но к счастью он сумел извернуться и пригнулся, дабы сильно дать пяткой по челюсти оппонента. Тот был не в состоянии увернуться от столь близко воспроизведенного удара и прилично отлетел назад.

Не теряя времени, Кара укрепил мышцы чакрой и ринулся вперед, с разворота зарядив ногой сверху вниз, окончательно вбивая спарринг-партнёра в землю.

– Закончили! – возник рядом сенсей, проводивший тренировочные бои. – победил – Кара!

Кара облегченно плюхнулся на землю, тяжело дыша и жмурясь от боли в теле.

Руки и ноги нещадно ныли от заблокированных ударов. Его оппонент совсем не жалел его, ударяя со всей дури по нему как по груше для битья, потому и он не сдерживал силы ударов. Итог: разбитая губа, рассеченная бровь и множество мелких синяков на теле, а также лежащий без сознания мальчик старше него на три года.

За пределами тренировочного поля за ним наблюдала бабушка, которая отнеслась с сомнением к его неожиданному порыву участвовать в настоящих спаррингах. Но видя результат боя, та довольно хмыкнула и неспешным шагом побрела прочь с полигона.

– Следующий бой, Кара-кун. – оповестил его мужчина.

По обычаю, установившемся после строительства Конохи, клановые занятия для детей с четырёх до семи лет были в основном по теоретической части. Практика или же по другому – тренировочные спарринги, начинались с семи лет. К тому возрасту считалось, что все знания и физические данные хорошо развились для тайдзюцу и потому получение различных травм будет проходить более менее нормально.

Во времена клановых войн условия были намного жёстче. В то время как нынешних семилеток только-только начинают учить искусству ближнего боя, тогдашние дети уже шли на свои первые полноценные сражения и спускали первую кровь у врагов.

Система обучения клана сильно скатилась… очень сильно.

Опираясь на эту информацию, Кара решил участвовать в спаррингах, где показывал отличные результаты уже на протяжении месяца. Учителя были очень довольны, чего не скажешь о Токе. Хоть она и хвалила его, но глубоко в глазах можно было увидеть, что похвала не совсем от удивления или чего-то ещё.

Видать, за свой век та повстречала и повидала множество способных людей из-за чего такое ей было не в новинку.

– По расчётам экспертов было выявлено, что потери в прошедшей войне составили три к одному в пользу нашей деревни. – объяснял сенсей на уроке по военному делу. – а это значит, что на одного нашего соотечественника приходилось трое вражеских шиноби.

Занятие проводилось для детей, которые в скором времени собирались закончить Академию ниндзя. За год-два до выпуска некоторым приходилось присутствовать на лекциях клановых учителей. Обычно ими приходились те дети, что в будущем имели потенциал войти в стратегический состав клана, либо же просто отпрыски главной семьи и старейшин.

Стратегический состав – это некая форма генерального штаба, где обсуждалось ведение войны и различные тактики в период военного времени. Большинство кланов после переселения в деревня упразднили данную палату, но в некоторых оно всё же осталось и до сих выполняет свою функцию, но с направленностью на то, чтобы быть всегда под рукой деревни в случае смерти основных фигур в Генштабе деревни для их дальнейшей замены.

Состоя в этом составе, шиноби поднабираются опыта и иногда выдвигают свои предложения в верха, с целью увеличить процент победы когда чаша весов начинает идти в пользу врага. Но к сожалению, в последнее время польза от них с каждым днём значительно снижается на фоне Генштаба деревни, которая выполняет свою работу намного лучше, чем мелкие палаты кланов. Потому Кара не понимал почему до сих пор готовят будущих членов для стратегического состава, если скоро оно всё равно прекратит своё существование. Именно поэтому учителя смотрели сквозь пальцы на незваного слушателя их лекций, который сидел на краю крыши здания и грел уши через открытую форточку окна.

Все-таки процесс подготовки проходит очень интересно. Если к этому ещё и учесть то, что в угоду своему любопытству Кара старался не пропускать мимо своих ушей ни единой информации об устройстве и истории мира шиноби, то он обязательно ускользал из дома и приходил на излюбленное место рядом с окном.

– Во времена клановых войн статистика менялась почти что каждый день и предугадать исход войны было трудно, пока одна из сторон прочно не зайдёт на территорию другого. Численное превосходство не всегда означало выигрыш. Запомните: «там, где не помогает численное превосходство, берёт личное мастерство каждого.» Издревле считалось, что…

Дослушать о чем говорил сенсей, ему было не дано.

– Опять уши греешь, маленький негодник? – скрутила ему уши Акено, оттащив с края. – тебе сейчас нужно быть на занятиях по каллиграфии!

– Ай-яй-яй! – заныл Кара, прочно обхватив руку девушки, чтоб ухо случайно не оторвалось. – Акено-чан, отпусти! Ну что я там забыл? У меня там всё отлично получается!

Как только хват ослаб, он отскочил в сторону, недовольно уставившись на обидчицу и осторожно дотрагиваясь до покрасневшего уха.

– То, что ты хорош в некоторых дисциплинах, не даёт тебе права прогуливать когда захочется! Ну почему ты так фанатично относишься ко всему новому? – она тяжело вздохнула, сделав жест рука-лицо. – через часа два-три Тока-сан отправляется на юбилей Мито-сан, а ты валяешься тут. Ну хотя бы к нему готовился бы.

– Ничего я не фанатик…

****

Тока добродушно засмеялась, выслушав негодование возмущённой Акено.

– Человеческому стремлению к новым знаниям никак не помешать. Это даже похвально. – хмыкнула бабушка, готовясь встречать важных лиц.

– Но Тока-сан, он нагло прогуливает! – не выдержала Акено, всё ещё растерянная от её смеха.

– Тихо. – властно приказала Тока, приподняв руку и взглянув через плечо. – я этот проступок не оставлю без внимания.

Акено покорно опустила голову.

Кара дёрнулся от многообещающего взгляда, которую та кинула перед выходом из комнаты. Он заметно занервничал.

– Чую, после похода на мероприятие мне знатно не поздоровится…

– Клановые занятия очень важны! – тихо шикнула Акено, дав несильный подзатыльник. – имей совесть!

Кара поморщился. Он плюхнулся на мягкий диван и удобно разлёгся, расправив руки и ноги в стороны, задумчиво глядя в сероватый потолок.

– Но там так скучно… – лениво протянул он, поворачивая голову в сторону Акено. – всё что там преподают, я уже знаю наперёд.

Она медленно покачала головой, сетуя на непутевость мальчишки.

– Тебе скоро в Академию поступать, как ты с таким настроем собираешься там обучаться, если даже здесь ты так себя ведёшь? – печально сказала Акено, проведя рукой по его волосам. – ответственность и дисциплина – необходимые черты каждого шиноби.

– Ага, вспомни как сама искала пути сбежать с лекций. – усмехнулся Кара, хитро посмотрев на неё. – мы в одной лодке!

Акено не выдержала ослепительной детской улыбки Кары и ответно улыбнулась, наклоняясь к нему и утыкаясь головой об его лоб.

– Да, все мы грешны. – тихо посмеялась она в его макушку.

****

Ровная осанка, подогнутые под себя ноги и руки на коленях.

Ноги уже нестерпимо заныли, но по местным обычаям так было нужно сидеть, поэтому рот на замок и дежурная улыбка на лице.

К вечеру все гости уже собрались в трёхэтажном особняке джинчурики Девятихвостого и по совместительству женой Первого хокаге – Мито Узумаки. Дом значительно отличался от остальных своей архитектурой и по занимаемой площадью. Туда с лёгкостью вмещались многочисленные гости из разных кланов: знаменитый союз трёх кланов Нара-Яманака-Чоджи, Абураме, Инузука, Хьюга и так далее. Цветовой фон из разных одеяний гостей непроизвольно заставлял морщиться. Людей было настолько много, что различить кого-то в этой толпе было трудновато.

Кара повторял все выученные правила этикета, манер поведения и при входе сразу же начались всякие нескончаемые приветствия с разными людьми. Встреча с самой звездой вечера тоже не заставила себя ждать. Уже немного сдавшая возрасту Мито, но все равно выглядящая высокой и статной, дружелюбно, как близкая подруга, тепло поприветствовала Току, а затем похвалила Кару за хорошие манеры. Не зря старался.

И что в итоге вышло, так это то, что он вместе с другими детьми оказался в отдельном просторном зале со столами и всякой различной едой. Все, с кем тот сумел хоть немного познакомиться и отличить от толпы: братья Хьюга из правящей семьи главной ветви, а именно – Хиаши и Хизаши.

Оба держались сухо и сдержанно, говорили кратко и по делу. Видать, им тоже накапали на мозги про хорошее поведение и имидж клана, либо это были характерные для главной ветви Хьюг каменные лица.

Впрочем, Кара не стал пытаться как-либо построить с близнецами нормальный диалог, предпочтя выйти подышать свежим воздухом в саду вместо двух пар серьёзных белых глаз и детскому шуму на фоне. А Наваки мальчик и вовсе всячески избегал, что было лёгкой задачкой. Все-таки детей вокруг было много и соответственно тому есть чем заняться, вместо того чтобы гоняться за ним.

– Что ты здесь делаешь совсем один, маленький Сенджу? – раздался приятный женский голос за ухом, заставивший мальчика невольно вздрогнуть от неожиданности и отвлечься от любования красиво ухоженного сада.

Прямо за ним стояла девушка среднего роста с очень бледной кожей и прямыми чёрными волосами средней длины, чьи красивые золотистые глаза с вертикальными зрачками фиолетовыми маркировками вокруг глаз озадаченно уставились на него. На ней было бледно-желтоватое кимоно в стиле фурисодэ с чёрным шейным поло под перевязанным тёмно-коричневым поясом и плоские тёмного цвета сандалии зоури.

Кара в ответ тоже уставился с вопросом, выгибая в недоумении брови.

– Разве ты не должен быть внутри дома вместе с остальными детьми? – пояснила девушка неразумному ребёнку.

– Там суетливо и очень шумно, особенно там, где мои ровесники. – поморщился Кара. – я предпочитаю тишину и спокойствие. – невозмутимо сказал тот, удивляя своим ответом Орочи. – а вы? Почему не в гуще толпы?

– У меня то же самое. – хмыкнула та, присаживаясь на лавочку и с любопытством взглянула на мальчика.

Тёмные волосы, глубокие жёлтые глаза, не присущие маленьким детям, ровная осанка и руки, заведенные за спину. Обычно такая поза характерна для уверенных людей, контролирующих всё происходящее вокруг. Расслабленность была тому дополнением.

«Клановый, держащийся за юбку матери и уверенный в клане высокомерный патриот. – проговорила внутри девушка.»

– А чей ты сын?

– Внук старейшины. – улыбнулся тот, кинув на неё мимолётный взгляд.

– Внук старейшины… – задумчиво повторила Орочимару. – не боишься, что кто-то нападёт?

Кара состроил удивлённое и недоуменное лицо.

– Я нахожусь на территории клана-основателей, где происходит юбилей пожилой куноичи, чьи гости поголовно являются союзными шиноби. Чего я должен опасаться? – спросил он, коротко засмеявшись. – удивлён, что вы, будучи опытной куноичи, а в этом я не сомневаюсь, спрашиваете такие очевидные вещи.

Девушка замялась от неожиданного словесного выпада наглого мальчика.

– Шиноби всегда должен быть начеку. – парировала та, и заметила резкую перемену в лице мальчика, после того как раздались весёлые выкрики выбежавших на улицу детей.

Кара сглотнул, пробежавшись взглядом по округе, и опасливо оглянувшись, нырнул под кусты и затаился за ними.

– С маскировкой тебе точно следует хорошо позаниматься. – усмехнулась Орочимару, вновь удивляясь его глупым действиям.

– Мне не хочется играть, я устал и хочу домой. – недовольно послышалось за кустами.

– Так почему бы просто не отказаться?

Кара недовольно промычал что-то про гиперактивных и прилипчивых детей, осторожно двигаясь обратно в дом.

****

– Ну и зачем ты ко мне притащился? – сонно спросила Акено, почесав голову и откидывая спутанные локоны назад.

Ее привлекло неожиданное и непонятное копошение в окне ее гостиной, когда она встала попить воды. По характерным звукам вздохов, как некто настойчиво пытался взобраться на высокий для его роста подоконник, она сразу узнала личность гостя.

– На дворе только вечер, а ты уже спишь? Я еле удрал из дома Узумаки. – пыхтя объяснился Кара, усердно стараясь пролезть в окошко. – а там этих энергичных красноволосых очень много, особенно детей! Я чуть с ума не сошел! Может поможешь? – попросил он, и не видя никакой реакции с ее стороны, состроил умоляющие, просящие глаза и добавил: – ну пожалуйста.

Акено удрученно вздохнула. Хмуро обведя взглядом просунувшуюся голову, она подошла к окну и взяв за руки мальчика, оторвала их от подоконника и с лёгкостью подняла в воздух, стаскивая внутрь дома.

– Спасибо! Я знал, что на тебя можно положиться! – весело поблагодарил Кара, счастливо улыбнувшись и вися над полом на вытянутых вверх руках, которые до сих пор держала Акено. – Может отпу...

– Тока-сан знает о том, что ты у меня? – перебила она его, скептично посмотрев на него.

– Знает, – активно закивал он, повиснув словно кукла, – я сообщил ей перед уходом.

– Ну и зачем ты мне лапшу на уши вешаешь, врунишка? – сразу пресекла она попытку вранья.

От изумления челюсть Кары сама собой отвалилась, словно у фарфоровой куклы. Его взгляд выискивающе скользнул по комнате, словно ища спасение.

Акено читала его с полуслова: все движения, вся мимика на лице и ложь, вылетающие из уст. Это было даже забавно для неё.

Лицо Кары вытянулось в извиняющейся улыбке. И в его голове, кажется, даже мысли не было барахтаться в воздухе, пытаясь вырваться – это она поняла по выражению его глаз, в которых отражалась опаска.

Акено непонимающе вздёрнула бровь вверх и приподняла его над полом еще выше, равняясь с ним взглядом.

– Ой ой, не смотри на меня как на мировое зло!

На данное заявление Кара лишь еще шире улыбнулся и попросил:

– Тогда, может, отпустишь меня наконец?

Акено опустила его на пол и вновь удрученно вздохнув, покачала головой, держась за лоб и не понимая что с ним делать.

Глава 5

Кара яростно месил деревянные манекены в клановом полигоне. Удар за ударом пыль поднималась с земли, кулаки ныли от боли, но тренировочный манекен даже не поцарапался, напичканный всякими определёнными печатями для усиления.

Основная причина, почему он избегал игр с остальными детьми, это цель послушать сплетни взрослых, хорошо разбирающихся в окружающей обстановке и взаимоотношениях деревень. И услышанное ему не понравилось.

Кири и Кумо усиленно тренировали новых юнитов и по-маленьку стягивали войска к границам, укрепляя оборонительные посты. Пока что какой-либо чрезвычайной угрозы не было, но с каждым годом обостряющиеся отношения Конохи с остальными были очень заметны и заставляли начать опасаться грядущей войны.

Прогнозы о скоропостижной конфронтации можно было отметать. В связи с предыдущей масштабной войной, деревни ещё не восполнили свободные ряды после множества потерь. Потому предположительные сроки начала второй мировой увеличивались до десяти лет. К тому времени страны взрастят новые поколения шиноби, а также увеличится число опытных джонинов. Ведь они — основная единица войска, от которых зависит исход каждого сражения. Один джонин мог расправиться с десятками генинами и отрядом опытных чунинов. Пропасть между джонинами и остальными единицами была большой. Преимущество в скорости — вот что у них имелось.

В сплетни взрослых Кара мог сделать уточнение, что Наваки предположительно погиб находясь в статусе генина. Это единственное, что он мог помнить о его судьбе. А этот факт значит, что срок начала войны не минимум, а максимум через десять лет.

Почувствовав усталость, мальчик упёрся спиной об деревяшку и сполз вниз, вытирая пот.

Если тот не добьётся прогресса за это время, ему грозит лечь сразу вначале войны, если конечно не откинет копыта ещё до его начала. Нынешнее преимущество над сверстниками не в счёт. Он — взрослый парень, а его «сверстники» ещё маленькие дети.

— Яростно дубасить стоящую мишень не очень-то практично, не умно. Конечно, если тебя ничего не грызёт изнутри. — усмехнулась Акено, стоящая на верхушке манекена. — так тебе светит лишь кулаки изодрать.

— Альтернатив у меня нет. — пожал плечами мальчик.

— Так… что тебя разъедает? Что волнует? — она спрыгнула на землю и села на корточки перед Карой. — ты меня знаешь, все твои слова не уйдут дальше моих ушей.

— Я хочу силы защитить то, что мне дорого. — ответил тот. — бабушка не может вечно меня оберегать. Поэтому я должен поскорее иметь возможность постоять как за себя, так и за неё. И конечно, за тебя.

— Маленький подлиза. — улыбнулась Акено.

— Чуть не забыл про тебя. — издевательски добавил он.

— Это можно было не говорить. — обиженно высказалась девушка, отходя назад и встав в стойку, поманила рукой. — давай, Кара-кун, посмотрим чему ты научился за это время.

Кара ухмыльнулся.

— На моём счету уже шесть выигранных спаррингов с противниками старше меня на три года. — не забыл похвастаться тот, встав против неё.

— С тринадцатью проигрышами против шести. — с её уст вырвалась усмешка. — не забывай, что я слежу за твоей успеваемостью, малявка.

Как только он принял стойку, Акено едва заметной тёмной тенью стремительно рванула к нему, чей удар мальчик заблокировал чисто на отработанных во время спаррингов рефлексах и сразу же скривился от боли. Силу удара девушка явно не сдерживала, даже если старалась.

Разница в силе и опыте играло значительную роль. Каре приходилось изворачиваться в самых неудобных позах и использовать свой маленький рост для успешных уклонений от мощных ударов девушки. Слабость в скорости приходилось покрывать укреплением тела чакрой, что помогало ещё для уменьшения боли от блоков и не отлететь далеко назад от силы удара.

— Ай-яй-яй, тебе скоро в Академию. Как ты собираешься с таким уровнем туда поступать? — провоцировала его Акено, качая головой. — другие клановые тебя там сразу же задавят.

Одним рывком она оказалась прямо перед растерявшимся от неожиданности мальчиком, обрушив град ударов, от которых тот каким-то чудом умудрялся уклоняться. Подгадав момент, Кара отвёл в сторону удар, предназначавшийся в грудь, молниеносно нырнул под руку, подставив подножку и уже сам со всей силы зарядил по груди удивлённой девушки. Удар достиг своей цели, но уже в бревно, на которую та себя заменила.

— Чт… — удивлённо широко распахнул глаза Кара, видя как дерево превращается в щепки, а слева на периферии зрения показалась неуловимая взгляду тень.

Внезапный удар и он уже падает во тьму, а Акено подхватывает его бессознательную тушку. Удар был несильным, но достаточный для того чтобы вырубить его без всяких тяжёлых последствий.

На лицо девушки заползла счастливая улыбка, а в глазах показалась гордость, направленная на мальчика в её руках. Он сумел достать её, целого чунина, не будучи даже учеником академии, а это значит многое! Не каждый ребёнок его возраста сумеет на такое, если такой вообще найдётся, да даже наследник клана не способен провернуть такое в нынешнее время! На последний рывок Кара влил все свои оставшиеся силы и развил приличную для детей скорость, вознамерившись решить всё одним ударом. И ему бы это удалось, если бы она была менее опытна.

Учитывая кровь, текущую в нём, и статус полукровки Узумаки-Сенджу, у мальчика был лёгкий перекос в сторону Янь, а это означает, что уровень его резерва выше нормы, как и выносливость. Про живучесть вообще не стоит упоминать. Связка Узумаки-Сенджу делало его почти что живучим как таракан.

Придётся хорошенько поработать над его контролем и развить каналы чакры, дабы тот мог уже использовать техники. Благо, с его маньячим стремлением к новым знаниям и скоростью развития это не выглядело долгосрочной задачей.

Она так просидела в тенечке дерева около часа, периодически ведя по голове мальчика шосеном, уместив того на своих коленках.

Наконец, тот еле очнулся, жмурясь от боли и пытаясь сфокусировать на ней взгляд. В его глазах темнело, а попытка встать приносило головокружение.

— Сколько пальцев показываю? — спросила Акено, обеспокоенно глядя на мальчика.

Кара прикрыл глаза и тяжко застонал, прикрыв лицо рукой.

— Сначала вмазала со всей дури, а теперь волнуешься… — глухо отозвался тот. — женщины… что с вас взять. Проверяешь, не завалила ли меня?

— Я рассчитала силу удара. — упрямо сказала девушка, и улыбнулась. — да и ты сам вынудил меня, нечего бить девушек, это, между прочим, некрасиво…!

— Ладно, один-ноль. — не нашёлся чем-либо ответить мальчик.

Акено отметила его большую ошибку в спарринге с ней, которая определила логический итог боя. Она была грубой и вызывало в девушке недовольство, но и одновременно её сердце заполняла теплота при осознании того, что удар в лицо был бы самым эффективным и с большей долей успеха, чем в грудь, и Кара это точно понимал, но он всё равно предпочёл бить во второе. Ей было приятно это осознавать, но показывало, что тот будет стараться не задевать её сильно, сдерживаться (хотя слабее неё в десятки раз), а в спарринге нужно выкладываться на полную, если он хочет достичь хороших результатов.

Как чунин, это она должна играть в поддавки, а не наоборот.

— Ты глупо подставился, растерявшись на технике замены. — отчитала того Акено. — ты должен просчитать любой вариант возможных событий и стараться всегда быть на пару шагов впереди своего оппонента, а не кидаться сломя голову в отчаянной атаке. Даже последняя атака должна быть просчитана. В настоящем бою ты бы уже лежал с пробитой головой, не принеся никакой пользы. Запомни это.

— Ха-ай, Акено-сенсей… — шутливо протянул Кара, чувствуя под головой колени девушки. — больше бы так отдыхать…

— Противника нельзя жалеть, кем бы он ни был. Если будешь так действовать, не заметишь как оказался на том свете.

***

Производимая чакра непрерывно циркулирует по огромной сети в теле, называемой кейракукей, и высвобождаются наружу через тенкетсу для выполнения техник. Но неразвитость кейракукей и тенкетсу мешают полноценно кастовать дзюцу, и это его главная проблема. Тенкетсу не дают высвободить необходимое количество чакры, нужное для успешного генерирования техники, в силу того, что они блокируют почти что половину чакры из-за перегрузки, давая в конечном итоге либо поджог стенок каналов, либо пустую трату сил. Хотя, в большинстве случаев случается первое…

Нужна постоянная практика, потому как по ходу дела тенкетсу сами смогут научиться пропускать через себя нужное количество чакры, какой бы масштабной ни была техника. Не зря Кара называет это двигателем процесса.

Кара раздвинул седзи в сторону и присел на террасе дома, держа в ладонях тёплую чашку белого чая, что источал нежный аромат. В его голове проскочила мысль, что жизнь сложилась не так уж плохо. Вот, сейчас он спокойно сидит на свежем воздухе и попивает чаек, не волнуясь ни о каких заботах. Учёба не была препятствием, сегодняшние тренировки уже пройдены, а деньги вообще забыть надо, их было достаточно.

Что примечательно, от родителей ему досталось их состояние, то есть все скопленные деньги. Учитывая то, что мать была Узумаки, а отец Сенджу, при том еще и сыном многоуважаемой старейшины, известной на весь мир куноичи, о деньгах ему можно было не волноваться. Ещё как в дополнение ему были даны на унаследование острый клинок с красной рукоятью и красивым выгравированным на лезвии водоворотом. Это, пожалуй, самое притягательное. Теперь можно понять, от кого именно страсть к клинкам была унаследована.

Роясь в кладовке он выудил оттуда чёрно-белое изображение стройной, утончённой женщины с привлекательными чертами лица. Долго думать не пришлось, взяв во внимание их схожесть во внешних характеристиках, и то на другой стороне чёрным по белому чётко было написано: «Узумаки Фэй, Лотос».

Стоит упомянуть, что лотос означает красоту, духовную чистоту и совершенство — эта новость порядком удивила Кару, и даже заставило горделиво хмыкнуть, но мы отвлеклись от темы.

Так вот, что может быть лучше, чем умиротворенно сидеть в тёплый денёк в тенечке и чувствовать, как слегка прохладный ветерок нежно касается твоей кожи, приятно обдавая своим холодком? Никакие посторонние мысли не лезут в голову и не рушит ту гармонию и душевное спокойствие, что поселилось внутри. То чувство, когда ты будто стал един с природой и слушаешь, понимаешь, как тихо шелестит листва, трава, шумит маленький прудик в саду… это незаменимо.

Такие моменты хочется по особенному запечатлеть в своей памяти, дабы они навсегда остались в памяти и позволяли окунуться в них в тяжёлые, тёмные деньки. Частенько такие воспоминания вытаскивают из погружения в хандру и дают новые силы, мотивации для продолжения пути.

Глава 6

Очередное утро выдалось добрым. Приняв водные процедуры, Кара машинально оделся и побежал вниз по лестнице, почувствовав вкусный запах еды, исходящую из кухни и распространившуюся по всему дому. Рассчитывая плотно позавтракать, мальчик ворвался в кухню и застал там недовольно хмурившуюся Току.

Обычно она ведёт себя спокойно и не показывает настолько свои эмоции. Порой бывает, что в сильной злости она не сдерживается, ей хватит одного взгляда чтобы заткнуть человека, а то и напугать до чёртиков, придавливая к полу своим ки. А тут Тока в недобром расположении духа с самого утра. Случилось явно что-то запредельное для её терпения.

— Что такое бабуль? — недоуменно спросил брюнет, усаживаясь напротив неё и беря в руки палочки. — что потревожило с самого утра?

Его слова сыграли роль катализатора и женщина с новыми силами вновь вспыхнула внутренним огнём, обвиняя верхушку деревни в её нынешнем плохом настроении, которую они испортили ещё в пять часов утра, ни свет ни заря.

Утром до неё донесли слух, якобы Хокаге и его советники ожидают, когда же она все-таки покинет свой пост или же вообще откинется в виду уже во вход в пожилой возраст.

«Не дождутся! — недовольно цедила та сквозь зубы, сжимая в руках невинную чашку, которая грозилась рассыпаться на кусочки. — гляди чего захотели!»

— Кара, слушай меня, — обратилась Тока к ничего не понимающему мальчику. — когда станешь старше и опытнее, ты непременно должен занять моё место, я прослежу за этим так же, как и за твоей подготовкой к роли советника главы.

«То есть, я все-таки буду вынужден быть в окружении непоседливого Наваки? — с ужасом подумал тот, плюс к этому предчувствуя грядущие проблемы.»

— Запомни, ты не должен давать спуску никому, даже главе клана или же вообще Хокаге. — серьёзно сказала женщина. — там, в кабинете Хокаге только и ждут возможности ослабить кланы, делают всевозможное для возвышения положения и власти его, ведь верхушке не нужны союзники, могущие оспаривать любые его решения и даже отклонять, ставя палки в колёса. Политика — дело грязное, требующее гибкого и хитрого ума. Но ты у меня умный мальчик, не сглупишь.

— Понял. — растерянно кивнул Кара, неожиданному повороту событий, уныло думая про себя, что сейчас только-только утро, то бишь начало дня, а уже такое.

— И кто меня за язык тянул? — недовольно бурчал под нос мальчик, пнув стоявший на улице камешек.

Ранее бабуля ни о чем таком не упоминала, до сегодняшнего даже словом не обмолвилась о его месте в будущем, а теперь сказала, что он должен занять место советника в будущем. Возможно, у неё происходит что-то действительно серьёзное, раз уж она уже сейчас оповестила его о планах на будущее, в составлении которого тот не участвовал.

«Тучи сгущаются. — подумала Тока, сидя среди беседующих старейшин.»

Помимо неё, информация о том, что неподалёку от кланового квартала подозрительно шастались туда-сюда псы Корня или анбушники Хокаге, была известна только главе. Но теперь об этом знали совет старейшин и Мито. Стоит ли упоминать, что вторая отреагировала ещё более бурно, чем она сама.

В случае гнева джинчурики Узумаки, Хокаге будет ой как не сладко. Ведь та даже в нынешнем возрасте и состоянии может дать фору молодому правителю. Не будет преувеличением сказать, что без груза запечатанного в ней Девятихвостого демона она с лёгкостью раскатает его по асфальту и даже не выдохнется. Но пока в ней запечатан проклятый лис, ей приходится давить на Сарутоби влиянием на политической арене, ибо в случае её несдержанной ярости печать может ослабнуть.

Сила и влияние — вот из-за чего обезьяна опасается их клана. В случае большой нужды и веских причин клан Сенджу мог с лёгкостью сместить того с кресла правителя. Это преимущество по большей части является заслугой старейшин и главы клана, их авторитету склонялись многие. Не стоит ещё забывать, что Сенджу очень популярны среди кланов и даже большинства бесклановых. Многие горячие источники, магазинчики, оружейные и всякая недвижимость принадлежит им. Большая часть их продуктов была подешевле и не обижали качеством, чем у остальных, что подталкивало многих закупаться именно у Сенджу.

К тому же у их клана была серьёзная поддержка извне в лице многочисленного и могущественного клана Узумаки. Они занимали большую долю в рынке Конохи, изготавливая различные печати и качественное оружие. Самые известные их творения это семь мечей Тумана, прославленные своей мощью на весь мир.

Как клан-основатель Сенджу заняли отличную, прочную политическую позицию, что даже Хокаге заставляло опасаться их.

****

Кара прибыл на клановый полигон. На сегодняшний день занятий не было, как и спаррингов, поэтому придётся самому потренироваться.

Сев в позу лотоса, он прикрыл глаза и расслабился, сосредотачиваясь на внутренних ощущениях, полностью отрешаясь от внешнего мира. Где-то в районе живота исходила немыслимая чужеземному человеку энергия и тёплым, приятным потоком пробегала по всему телу. Мальчик чувствовал чакру, управлял ею, следил. В какой-то промежуток времени появилось чувство, будто бы тот сошёл со своего тела и растворился по округе, замечая, как вокруг появились голубоватые вспышки огня, близкие ему по неизвестной черте сигнала.

Удивлённо распахнув глаза, Кара вскочил с места, судорожно обдумывая произошедшее. В голове не укладывалась ни единая мысль, хаотично разбредаясь по закоулкам его разума.

Возможный дар сенсорики, перешедший с матери к нему, ведь в прошлом та была умелым сенсором.

В голову сразу же пришла идея сообщить об этом бабуле и Акено, но так как Тока сейчас вероятно находится в зале старейшин, то было решено сперва наведаться ко второй. Конечно если она возвратилась с миссии, на которую отправилась дня два назад, но на сегодняшнее утро та должна была прибыть.

С высоко приподнятым настроением тот прибежал к почти что родному дому, ловко перепрыгнув через забор и остановившись прямо возле входа, вежливо постучался. Прошло минут два, три, пять… но никто не открывал.

Прикинув что родители девушки возможно на миссии или где то ещё, а Акено дрыхнет в спальне без задних ног, было решено заглянуть напрямую в её комнату через окно, предварительно снова постучавшись.

Хлопнув себя по лбу, Кара вспомнил, что теперь уже овладел сенсорикой, которая и являлась причиной его визита. Прикрыв глаза и сосредоточившись на доме, мальчик утвердительно кивнул.

Один прыжок и он прилип к стене второго этажа у окна девушки, и чуть не поскользнулся, потеряв концентрацию, но вовремя схватился за раму. Облегченно выдохнув, что буря миновала, тот осторожно приоткрыл окно и попытался втиснуться вовнутрь, но едва он просунул голову, в глаза бросилась мрачная атмосфера комнаты и сама хозяйка, сидящая на полу у кровати, опустив взгляд в пол и ни на что не реагируя.

Кара нахмурился. Полностью проникнув внутрь и громко ударившись спиной об пол, тяжело застонал от боли, но мигом заткнувшись и вскочив на ноги, в пару шагов достиг Акено и присел перед ней. Плотно обхватив ладонями лицо девушки, поднял вверх, обеспокоенно присмотревшись к её глазам.

Лицо мальчика застелила тёмная пелена, увидев рассеченную бровь, разбитые губы, а взгляд девушки вообще ничего не выражал, был стеклянным.

— Кто? — первым же вопросом задал тот, процедив сквозь зубы. — что случилось?

Акено вела себя очень вяло, будто неживая безвольная кукла, что привело Кару в ещё большую злость.

— Акено! — позвал он её, тряся за плечи. — что с тобой случилось?

Напряжённо закусив нижнюю губу, тот отпустил плечи девушки и чуть не выскочил на улицу в поисках помощи, но та наконец-то подала признаки жизни, приподняв голову к мальчику.

Она медленно протянула к нему окровавленную, дрожащую руку.

— Кара… я не… я не… — пыталась выговорить та, уже захлебываясь слезами. — не смогла…

Брюнет понял, что дела очень плохи, только-только заметив порезанную и местами подпаленную форму, с очевидными многочисленными алыми пятнами. На миссии что-то произошло.

Он подхватил её руку и крепко сжал в своей, другой рукой подхватив за талию и скинув на кровать, принялся осматривать физическое состояние той на наличие серьёзной раны. Так ничего не найдя, с явным волнением всмотрелся в девушку, что надёжно обхватила его руку и не сдерживала слез, продолжая о чём-то горевать.

Кара не осмелился прервать тихий плач, решив молчаливо поддержать её, не найдя варианта получше.

Просидел он так примерно час-два, пока девушка не уснула. Ожидание этого было слишком мучительной, так как сложившаяся картина перед ним больно рвало сердце от осознания своей слабости, невозможности хоть что-то сделать.

Осторожно выскользнув из рук девушки, тот поднял с пола фотографию, чья рамка покрылась многочисленными трещинами. На нём была запечатлена стандартная команда новоиспечённых генинов и их наставник-джонин, а среди них в середине стояла сама Акено.

Он поставил её обратно на тумбочку у изголовья кровати.

— Мне жаль. — глухо сказал Кара, смотря на мирно спящую девушку.

Как оказалось, в гуще битвы Акено не успела спасти своего сокомандника, хотя ясно видела его местоположение и чётко знала что именно надо делать, но всё что она сумела, так это смотреть, как тому пробивают кунаем череп и отрывают голову, чтоб наверняка.

Вот и суровая реальность бытия шиноби. Никакого веселья и балдежа, только риск, убийства и смерть. Никто не знает в какой именно момент оборвётся их жизнь, какая по счету миссия станет последней. Иногда бывают случаи, когда в задании отмечена сложность на уровне «С» или ещё меньше, но успешность выполнения зависит от различных факторов. Никто не отменяет ту вероятность, где на низкоуровневых миссиях можно на пути случайно встретить противников повыше рангом, а в редких случаях сама цель оказывается далеко не слабой. В этом случае приходится повысить сложность миссии и принять решение: «продолжить выполнение миссии или отступить?». Порой отступление становится невозможным, когда враги прижали из всех сторон, поэтому шиноби вынуждены продолжить задачу, несмотря на большие риски провала, а именно — быть убитыми.

То же самое случилось и с Акено. Итог вышел закономерным — заказчик убит, а отряд потерпел потерю половины личного состава. Сама девушка получила сильное потрясение, душевную боль и чувство вины за смерть друга, которое постепенно разъедает её изнутри. И это случилось прямо в пятнадцати минутах пути от Конохи.

К сожалению, Кара не мог как-либо исправить ситуацию, тем более вернуть павших к жизни, но он мог поддержать, разделить чашу боли, облегчить тяжкий груз, взваленный на её хрупкие плечи. Для этого требовалось лишь согласие самой Акено, от того, поделится ли она своими терзаниями и положится ли на него.

В ванной комнате были раскиданы окровавленные бинты, кунаи, а фирменный и любимый клинок девушки лежал в коридоре.

«Как всё так сложилось… — покачал головой брюнет.»

Другие жильцы дома, то бишь её родители, в отъезде и прибудут не скоро.

Он остановился у порога в покрытую темнотой комнаты и опершись плечом об дверной косяк, глянул на неподвижную фигуру спокойно спящей девушки. Простояв так минут пять, мальчик дёрнулся и развернулся к коридору, пошарив по ней взглядом, спустился вниз на кухню.

Акено морально вымотана и вряд ли встанет с кровати в ближайшее время, по крайней мере сегодня, поэтому надо что-нибудь сварганить, дабы той было что поесть, а то есть подозрение, что та ничего не поела после возвращения.

Глава 7

За окном стояла тёплая, ясная погода. Каре казалось, что будет грехом не позагорать на пляже. Но за неимением достаточных знаний о структуре Деревни и его окрестностях, не знал, есть ли тут подходящее место для расслабления помимо горячих источников. Было жаль, ведь туда можно было отвести Акено.

Она всё также не вылезала из кровати, продолжая дремать и предпочтя продолжительный безмятежный сон взамен на то чтобы встать. Возможно, пробуждение ей дастся тяжело на фоне недавних трагичных событий в её жизни. Кара это понимал, потому и не спешил её будить, всё так же терпеливо ожидая сидя у окна.

В его прошлой жизни современные подростки возраста Акено ещё учились и впервые влюблялись, окунались в тёплые времена своей жизни и только-только вникали в тяготы взрослой жизни. Многие из них не знали периодических убийств и тяжёлых потерь, в то время как миссии по устранению здесь были обычными вещами для тех детей.

К такому укладу жизни относился и сам мальчик. Прошлое заставляло печалиться о многих упущенных возможностях, настоящее давало переосмысление прошлых ошибок во благо будущего, а само будущее пугало.

Смотря на переживания девушки, Кара опасался самого себя. Почему? Да потому, что опять же, он ни разу в жизни никого не убивал и даже вживую такого не видывал. Так что мальчик опасался своей реакции на своё первое убийство, хоть и неустанно тренируется вероятно именно для этого, ради убийств. Но такого требовала сама концепция мира шиноби – убей или будь убитым, тем более когда тот родился в клане и семье, где все его предки являлись шиноби и ожидали от него той же пути. Сам мир не потерпит слабаков и глупцов.

Кара постепенно приходил к мысли, что будущее действительно прочно связано с прошлым. А именно от того, что он делал, как жил, сумел ли человек впитать опыт и вывел ли из него правильный вывод, и неважно, кем тот был и как действовал. Самое важное тут – понять и выбрать своё будущее направление исходя из своих суждений. Раньше он ни разу о таком не размышлял.

Задумчиво смотря в потолок, на периферии зрения Кара зафиксировал движение в кровати и тут же приковал свой внимательный взор на ворочавшуюся девушку, что сонно пробормотала себе под нос и тяжко вздохнула, широко откинув руки в стороны.

– Наконец-таки проснулась. – непринуждённо сказал мальчик, скрывая волнение. – а я уж думал ты целый день будешь дрыхнуть! Уже день на улице.

Акено со смесью растерянности и удивления сощурила глаза, пытаясь понять, действительно ли он тут сидит или ей кажется, резко приподняв голову. Её выражение лица выглядело смешно и забавно, будто бы её неожиданно спалили за преступлением.

– Что ты здесь делаешь? – непроизвольно вырвалось у неё.

– Вчера к вечеру я ушёл и вернулся утром. – пояснил тот. – и нет, я не пробирался через окно, а вошёл через дверь как нормальный цивилизованный человек. Так что тебе нечему негодовать.

– Вчера? – непонимающе переспросила девушка, и та мигом поморщилась от нахлынувших воспоминаний прошлого дня.

Она схватила подушку и спрятала под неё голову, тяжело застонав от боли и стыда за свою несдержанность. Её вчерашнее состояние должно было остаться только при ней, без свидетелей.

– А ну живо забыл про вчерашнее! – нервно воскликнула Акено, хоть и понимала, что требование было очень глупым.

– Как хочешь, Акено-чан. – поднял руки мальчик в капитуляции. – но почему ты не пошла за помощью? – уставился он детским взглядом.

– Это ни к чему. – покачала головой девушка, усаживаясь на край кровати. – с этим я смогу справиться сама. Впрочем, уже справилась. Крепкий сон удовлетворительно влияет на состояние. – она стянула с себя одеяло и заметила, что её жилета и снаряжения в виде подсумков не было. – это ты снял с меня форму?

Кара замедленно кивнул.

– И как я не заметила… – тихо пробубнила та под нос, касаясь босыми ногами об пол и двинувшись в душ.

«И дом прибрал. – слегка улыбнулась девушка. – все-таки я не ошиблась, он очень добр и заботлив, а также понимающий, что очень даже удивительно, учитывая его возраст.»

Холодные струи воды благоприятно действовали: расслабляли и очищали мысли. То, что случилось, уже не обратить вспять – это хорошо вбил в её голову отец. Нужно осмыслить, принять и отпустить. На поле битвы всякое случае. В ещё более худшем случае она могла потерять весь отряд, что окончательно сломило бы её. Как-никак, она являлась капитаном. Всё обошлось меньшими потерями.

С такими мыслями стояла Акено, стараясь думать рационально и расчётливо. Однако, скопившаяся влага в бирюзовых глазах и скатывающиеся капли по щеке были вовсе не из-за душа. Тело постепенно набирала дрожь, а грудь будто бы сдавливал тяжёлый камень. В горле встал ком и наружу уверенно порывался горький плачь.

*

Кара пригнулся от стремительного удара в макушку, нырнув под руку и целясь кулаком в живот Акено, но та его перехватила и с рассчитанной силой впечатала колено в подбородок мальчика, заставив того пошатнуться назад и вынудив разорвать дистанцию.

– Никогда так глупо не подставляйся, если не уверен что твой манёвр непременно сработает. Для начала хотя бы дезориентируй противника или делай обманки. – не забывала она учить его во время коротких передышек. – в настоящем бою я бы уже вогнала в твою шею кунай.

В этот раз уже сама Акено ринулась в контратаку на запыхавшегося мальчика. За секунду разорвав дистанцию в пятнадцать шагов она обменялась с ним несколькими ударами, после чего парировав слишком размашистый удар и отойдя в сторону, играючи подставила подножку. Кара, едва не удержавшись на ногах, оперся об землю руками и чуть не заехал пяткой по лицу девушки, сразу же удачно заехав второй ногой в её плечо. Та не растерялась и даже не почувствовала особой боли, не теряя времени выбив весь воздух из лёгких мальчика, вновь ударив коленом.

– Я полагаю, уже всё? – спросила Акено, уставившись на разлегшегося мальчика, который не спешил вставать, тяжело стоная.

– Всё… – выдавил ответ Кара.

– Твой последний финт сработал, но сила удара у тебя как-то слабовата. – улыбнулась она, присев перед ним. – высокие удары ногами тебе даются, сама не понимаю, как ты дотягиваешься до цели, но для того чтобы увеличить их эффективность, тебе нужно поработать над скоростью, но я чунин. Со сверстниками тебе будет гораздо легче спарринговаться.

Девушка помогла мальчику встать, обеспокоенно смотря на его состояние.

– Как себя чувствуешь? Может в этот раз все-таки к ирьенину? – спросила та.

Кара отрицательно помотал головой.

– На мне заживёт как на собаке. – уже более весело сказал тот, слегка отойдя от последствий ударов. – да и к тому же, эти синяки и ссадины напоминают о совершенных ошибках, дабы в дальнейшем я действовал более продуманно.

– Слова Тосаки-сан. – вспомнила девушка, закидывая брюнета на свою спину и неся его домой. – но он говорил только об ошибках, а не о синяках и всём прочем.

– Этот сорванец опять напросился потренировать его? – сразу поняла Тока, сразу же как Кара обессиленно упал на диван, благо, он сменил грязную одежду на более чистую, а то бабуля сразу это заметила бы.

– Его результаты с каждой тренировкой всё лучше и лучше. – поделилась девушка, входя в комнату.

Женщина понятливо кивнула.

– Присаживайся. – пригласила она, разливая чай.

Акено уселась на мягкое кресло напротив, принимая чашку.

– Как у тебя идут дела? – тепло спросила Тока, обозначая, что на данный момент она не жёсткая старейшина, а обычная заботливая домохозяйка, на ней даже фартук был. – слышала, твоя последняя миссия по сопровождению посла в столицу окончилась не совсем благоприятно.

– Да, мы столкнулись с нукенинами-головорезами рангов «В» и с одним «А» по пути обратно. – подтвердила девушка. – команда Такеши-сана взяла на себя сильнейшего из них, а моя осталась разбираться с остальными. Они нацеливались на наши головы и заранее подготовились к бою, поэтому из-за моей невнимательности отряд понёс потери. – с нотками грусти и сожаления закончила та. – как капитан я должна была следить за своими подчинёнными и их жизнями. Я не справилась с этой задачей.

– Не будь столь критична к себе. – заботливо сказала женщина. – это был твой первый опыт в командовании. Никто из нас не всемогущ, поэтому потерь не всегда удаётся избежать, но из них можно вывести полезный опыт. Именно сквозь боли и потери рождаются поистине великие шиноби. Они закаляют наш дух, придают опыт. Такова наша жизнь.

– Поняла.

– Как там идут дела у твоих родителей? Они тебе ничего не писали?

Девушка задумалась, прислонив руку к подбородку.

– После того как мой отец отправился на миссию в качестве посла до меня не доходили их новости. – она нервно поерзала на месте. – честно говоря, я волнуюсь.

– Около пару часов назад от Узумаки прибыла весточка, что вся делегация выдвинулась с их деревни, а переговоры прошли успешно. – успокоила её Тока. – в их составе состоит «Стальная рука», Узумаки Тсуруга, так что путь не должен быть трудным. – она повернулась к греющему уши и удобно развалившемся на диване мальчику. – это, ко всему прочему, твой дедушка по материнской линии.

Кара резко открыл глаза и недоверчиво глянул на бабушку, а сонливое состояние будто рукой сняло.

– Ранее ни у него, ни у меня времени для того чтобы вас познакомить друг с другом не было, а если и было, то внешнеполитическое положение было напряжным. Соответственно и передвижение вне пределов страны Огня становится рисковой. – объясняла женщина. – хочу отметить, что с ним также будут твои двоюродные брат и сестра твоего возраста. В отличие от них, ты встречался с дедом, когда только-только родился.

«Хм, так значит я все-таки не один? – пронеслась мысль в голове Кары, при упоминании брата и сестры Узумаки.»

– Это же отлично! Узумаки у нас не бывали с тех пор как бывал юбилей Мито-самы! Так тем более, когда это прямые родственники! – улыбнулась Акено, вспомнив верных союзников её клана.

Тока спокойно покивала.

– Чувствую, проблем я огребу немало… – со вздохом еле слышно прошептал мальчик, развернувшись на другой бок.

Дети, как правило, очень гиперактивны и не могут долго просидеть на одном месте. Из них энергия рвётся и льется через край. А сам Кара, себя к таким не причислял. Ему больше подходит поваляться в спокойной обстановке и ни о чем не париться, если ему, конечно, не надо на тренировки или не притащил из общего доступа клановой библиотеки заинтересовавшие его книги. Во втором случае он мог до глубокой ночи, а то и всю ночь просидеть над страницами книги, тщательно изучая каждую деталь и довольно впитывая в себя новую информацию. За такие выходки ему нередко попадало от бабули. Гордо стоя перед ней с большими мешками под глазами и слушая её причитания, он настойчиво уверял о бодром состоянии и старался не клевать носом. А как хотелось прикрыть тяжёлые веки…

К слову, библиотекарша всесторонне поддерживала его стремление к новым знаниям и каждый раз в меру воодушевленно снабжала новыми интересными книгами. Тока тоже всячески помогала ему с интересующими его книгами и различными предметами для тренировок, которых он просил. Но ко всему этому та положительно относилась до того момента, когда интерес не переступал границы. К примеру можно привести то же сидение целую ночь у книг.

Как она говорила: «Не нужно тратить свои счастливые времена детства на непрерывные тренировки и погони за знаниями. В будущем у тебя могут возникнуть проблемы с социализацией.» И в своих высказываниях Тока была права. Нынешнее время уже не времена клановых войн, где на войну отправляют даже шести-семилеток, лишая их большей половины детства. На данный момент в случае глобальных столкновений учеников академии, как и генинов, не станут бросать в первые ряды за имением немалого числа чунинов и джонинов. А в обычных миссиях генинов обязательно сопровождают джонины-наставники.

Кидая зелень как обычное пушечное мясо, деревня теряет свежую молодую кровь и потенциальных высококвалифицированных шиноби, которые в будущем могут стать сильнее предыдущих поколений.

– Не стоит смотреть на родню в таком направлении. – отчитала его бабуля.

– Похоже я недостаточно выбила из него всю дурь. – прикрыла лицо рукой девушка, качая головой.

– Поддерживаю. – поддакнула Тока, плавно входя в другую тему и начав ее обсуждать с увлекшейся девушкой.

Кара уставился на Акено долгим, задумчивым взглядом. Она оправилась от недавней потери, по крайней мере такой вывод он мог сделать, наблюдая за ней. Ранее мальчик опасался, что та встанет на путь мести и ненависти, но после спарринга узнал, что нападавших вырезали под самый корень. Объектов для мести нет, можно сказать, что она уже совершена, а внутреннее самобичевание разгладит Тока, именно поэтому бабуля сегодня целый день пребывает дома, отложив дела. Так что осознавая это, Кара лениво поднялся с дивана и медленной походкой двинулся к себе, дабы не мешать бабуле вправлять мозги Акено, если в этом есть необходимость, и оказать ей поддержку, поговорив по душам, так сказать. Как мудрой, повидавшей жизнь и с детства знающей её женщине, ей не составит труда поговорить с молодой девушкой, которая едва достигла ранга чунина. Главное, чтобы проблема не имела более глубокий характер, чем может казаться.

Глава 8

Порядком потрёпанная Акено пыталась выровнять дыхание, сжимая в руках вакидзаси и напряжённо уставившись на спокойную, целехонькую Току. Та скорее выглядела так как будто просто подошла глянуть на тщетные потуги девушки, чем на ту, которая принимала непосредственное участие в спарринге. С неё даже капля пота не упала, что очень удручало молодую куноичи.

Ни одна атака не прошла успешно.

Стиснув зубы, она приняла стойку и рванула вперёд, смазанной тенью достигнув до старейшины и нырнув до самых ног, резко выпрямилась, метя острие клинка в подбородок. На сие действия Тока даже не шелохнулась, а лишь с любопытством проследила за её движениями и лишь в конце слегка убрала голову с траектории атаки.

«Бабуля не щадит… – сделал вывод Кара, следя за всем действом через окно, сидя на подоконнике свесив одну ногу и прижимая к груди толстую книгу. – что-ж, дальше сидеть не целесообразно. – мальчик ловко спрыгнул вниз.»

Спарринг двух состоявшихся шиноби был крайне интересен, но ничего толком не открывал и не рассказывал. Всё, что тот мог увидеть, так это два смазанных тени, одна из которых кружила вокруг не отходящей от своего места Токи и орудовала клинком. Ни одного приемчика так и не удалось заметить. Удары и парирования, которые совершала бабуля, тоже были слишком быстрыми, аж так, что глаза не поспевали за движениями рук.

Разочарованно кивая самому себе, Кара медленно покинул территорию дома и вышел на улицу, не забыв прикрыть за собой дверь.

– С добрым днём, Кара-кун! – поприветствовал знакомый морщинистый дед, как и многие пожилые люди его возраста вечно сидящий на уличной лавочке. – в последнее время ты совсем перестал выходить из дома. Небось, днями напролёт зубришь книги? – добро посмеялся он, приглаживая седую бородку.

– Здравствуйте, Такаки-сан. – вежливо поздоровался Кара с владельцем оружейного магазина Сенджу.

«Зубрила» – вот как его в шутку называли многие из взрослого населения клана. Вечные таскания стопок книг из библиотеки и лучшие оценки по теории на занятиях не остались незамеченными. Такого прозвища, пусть и шуточного, мальчик не одобрил, хотя основания к тому всё же есть.

В прошлой жизни ни у кого язык бы не повернулся назвать его «зубрилой», а тут сыграло любопытство и жажда знаний, которых тот не смог обуздать и «невольно» поддался, с головой погрузившись в это.

– То-сан, ты опять за своё? – недовольно, с нотками обречённости в голосе отметил вышедший из соседнего дома грозный широкоплечий мужчина с едва заметным шрамом на скуле и короткими тёмными волосами.

Заслышав своего сына, улыбавшийся ранее позитивный дед чуть не поперхнулся и переменился в лице, с явной паникой поспешив незаметно спрятать трубку для курения за лавочку.

– Тебе надо следить за своим здоровьем! – продолжал хмуро причитать Аки, качая головой.

– Даже просто подышать свежим воздухом нельзя! – недовольно жаловался старик, взявшись за трость. – ишь как спохватились сразу после моего ухода, я не какой-то там слабый гражданский и тем более не ребёнок, чтобы за мной так присматривали! – говорил он, отвлекая внимание и поспешно удаляясь прочь.

– Младшее поколение должно заботиться о старшем, это наш долг! – пояснил Аки, но от старика и след простыл. Мужчина раздражённо потер переносицу, и собравшись обратно в дом, наконец заметил брюнета, который заинтересованно наблюдал за происходящим. – Кара-кун, давно не виделись, а Аяно даже заскучала.

– Подготавливаюсь к Академии ниндзя. – быстро нашёлся с ответом тот, кивнув на книгу в руках. – ну, я пойду, у меня дела. – с детской непосредственностью улыбнулся Кара, и помахал рукой.

Новые проходившие по улице женские лица умиленно охнули и уставились на милого мальчика, который последовал примеру Такаки и дал дëру.

– Эмм, Аями-сан, я пришел вернуть книгу о нашей стране и Деревне. – поднял

он её над головой, едва доставая глазами до регистратуры.

Из этой книги Кара почерпнул много интересных фактов. На его чтение ушло больше недели, а то и больше, но оно того стоило.

Страна Огня – первое государство, организовавшее свое селение и является одним из пяти крупнейших стран мира. Благодаря своему выгодному геополитическому положению, имеет очень развитую политическую, экономическую и военную мощь. Его селение приносит немалый доход в казну столицы и потому пользуется хорошей репутацией у правящей семьи Дайме страны. Все разногласия и противоречия всегда старались решить обе стороны, находя компромисс. Такая инициативность благотворно влияла на всю страну.

Коноха очень следит за репутацией как у Даймё, так и заказчиков миссий, поэтому всегда старается прилагать все усилия, чтобы соблюсти соглашения. Также она остаётся преданна своим клиентам в любых критических ситуациях, исполняя вверенные ей миссии и просто помогая выйти из сложных положений.

Выяснилось, что даже во времена до эпохи деревень, все кланы следовали по строгим законам Дайме, из которых можно запомнить две основных: запрет всех междоусобных распрей любых видов на всех территориях (объектах, городах, полях и так далее) непосредственно находящихся под контролем государства; запрет на полное уничтожение какого-либо клана без печати правления в письменном согласии, в рамках положения о сохранении военной мощи государства.

Взамен запретам кланы получали свободу действий и уйму преимуществ, а уж сейчас, когда эпоха клановых войн прошла и вместо них пришли деревня, то множество, около семидесяти-восьмидесяти процентов, а то и больше запретов утратили свою силу и были отменены, а плюсов стало только больше.

– Я теперь хочу изучить политических деятелей Сенджу, а именно подробные биографии Буцумы Сенджу и его жены, родителей Первого Хокаге, Хаширамы Сенджу.

На него уставилась строгая на вид женщина лет сорока-пятидесяти с собранными в аккуратный пучок волосами и холодным выражением лица.

– Ваше стремление к знаниям как всегда похвально, – довольно сказала женщина. – но у вас пока нету доступа к запрашиваемым данным, вместо этого я могу предложить другую не менее интересную книжку о союзниках Конохи и их взаимодействиях.

– Что-ж, я согласен. – кивнул Кара, протянув руки к новой книжке.

В голове пронеслась мимолетная мыслишка, которая тут же прочно укрепилась внутри, что таких материалов для изучения уже как-то маловато… история Конохи, мира, её структуры и личности, механика строения общества и правительственной верхушки потихоньку перестают полностью заполнять пустоту.

– Подскажите пожалуйста, а можно ли мне достать свитки с клановыми техниками? – озвучил Кара внезапную идею.

Как-никак он к будущему шиноби готовится, а не безвылазной работе в каком-то офисе гражданской деятельности. Все эти знания перестанут иметь свою значимость, если при первой же стычке его насмерть зашибут какой-нибудь техникой. Получится так, что Кара попал в этот мир лишь для изучения его прошлого, а не для житья и чего-то подобного. Ему как-то не хочется вот так просрать вторую жизнь в мире, где тот обладает уникальными способностями практически сверхчеловека. Сколько техник ему предстоит изучить… сколько техник ждут его прихода. Среди них, может быть, есть даже такие, которые могут продлевать жизнь. Та же техника Цунаде, унаследованное от Мито-самы в виде четырёхугольника на лбу, дарующая почти что вечную молодость и мощную регенерацию… даже звучит очень сочно.

Учитывая то, что в его жилах течёт кровь Сенджу и Узумаки, ему предстоит долгая жизнь, чем у обычных людей. Вторые прежде всего были всемирно известны своим долголетием и внушающим уважение живучестью тараканов. А также финансовая обеспеченность развязывает руки и даёт возможность не париться из-за денег, сокращая расстояние от многих техник, которых можно купить. Фортуна явно широко улыбнулась, когда ссылала его сюда.

– Хм, – библиотекарша задумалась, открыв журнал и начав листать страницы. – учитывая то, что ты сейчас даже не ученик Академии тебе доступны всего базовые техники и те, что не превышают уровень «С». Остальные в ранге выше по вышедшей статье Сенджу Мусима, после основания деревни, могут понести вред разной степени для применившего его ребенка.

– Теть, ну а там же нет пункта про «изучение» без практики, там сказано только об использовании, разве нет?

– Хм, да, там не сказано про это. – удивилась женщина осведомлённостью мальчика, и хитро взглянула на него, поняв к чему тот ведёт. – ищешь дыры?

– Ну, я не думаю что это «случайно» оставленная дыра в статье. – покачал головой Кара. – прежде всего, Сенджу Мусима был одним из выдающихся учёных нашего клана того времени, поэтому возможно он нарочно не упомянул об этом, что подталкивает на мысль, что…

Аями уставилась на мальчика долгим, странным взглядом.

Кара не в первый раз рассуждает о действиях и прочитанного материала. Его ход мыслей и заключения заставляют искренне недоумевать её: «как ребёнок может так здраво размышлять на сложные для детей темы?». Ей порой приходит чувство, будто бы она общается со взрослым человеком, имеющим гибкий и обширный склад ума, а не с маленьким дитём. Но всякие сомнения быстро испаряются, как только женщина видит совершенно детское, наивное лицо мальчика с радостной, милой улыбкой.

Иногда Аями приходит к непроизвольному выбору: взять его под собственный патронаж или оставить всё как есть?

Такая личность не должна пропасть за даром, слившись с остальным стадом баранов. Аккуратные манипуляции сберегут «гениальность» мальчика, не дав уподобиться серой массе. Но её останавливало только одно – тот факт, что Кара является единокровным внуком старейшины Токи-самы. Старейшина может сама подтолкнуть своего внука в нужное направление, и поэтому, возможно, примет враждебную позицию к её предложению о наставничестве, завидя в этом корыстные цели. Нет, это не обидно, так как опасения можно понять.

– Очень хитро, Кара-кун, – внезапно возникла рядом Цунаде. – но в статью внесли поправки, где говорится, что даже обычное изучение должно быть под присмотром шиноби не ниже ранга чунина. – она потрепала мальчика по голове. – дождись поступления в Академию и можешь хоть пытаться использовать эти техники, никто тебе ничего не скажет. – усмехнулась девушка.

Кара удрученно вздохнул, разочарованно пошарив взглядом по шкафам, переполненных различными книгами и свитками, до которых его руки все ещё не дотянулись. Но это пока что…

Бабуля перегружена делами клана, а у Акено в последнее время свои неприятные события и их тяжёлые последствия. Ему не хотелось бы добавлять ей ещё больше проблем и хлопот.

– Точно! – резко вскинулся мальчик, поворачиваясь к химе клана. – Цунаде-чан, ты же чунин, ведь так?

– Да… – опасливо ответила девушка, взглянув на пропитанные надеждой глаза брюнета.

Глава 9

Идея убедить Цунаде быть смотрящей было трудной задачкой, она была до невозможности упряма. Быть навязчивым и прилипчивым как клещ Кара не хотел, потому быстро прекратил свои попытки, разочарованно кивнув и двинувшись обратно к дому, продумывая в голове саму девушку.

Будь он старше лет на десять, то скорее всего обязательно приударил бы за ней. Клану Сенджу стоит гордиться своей химе – она действительно красавица. Как в дополнение ещё и недоступная. Эта черта была бы привлекательнее всех прочих, если бы не тот факт, что за её спиной стоит целый клан, где абсолютно каждый готов заступиться за неё. Только глупцы продолжили бы донимать Цунаде в поисках обогащения и возвышения в обществе.

И он является одним из тех, кто получил от неё отказ, пусть и не в романтичном направлении, как все её неудачливые ухажеры.

Кара недовольно фыркнул, вновь вспоминая неудачу в изучении техник. Появился дополнительный стимул для поступления в Академию.

Из мыслей отвлекла открывшаяся входная дверь и ужасно плотный огонёк чакры в опасной близости. В силу возраста и неопытности сенсорное восприятие мальчика мгновенно потяжелела, ведь резерв незнакомца превосходил его в десятки раз и затмевал остальные источники.

Кара сглотнул вставший комок в горле, прекратив прощупывать округу сенсорством и успокаиваясь. Но все же, в структуре чакры незнакомца он сумел выделить теплоту и некоторую схожесть.

Мальчик прикрыл глаза, собирая мысли в порядок. Вдох-выдох и вновь распахнув глаза, тот увидел перед собой седого улыбающегося старика и любопытно озирающихся двух детей, стоявших по правую сторону от монстра.

– Кара-кун, наконец-то мы встретились! – радостно воскликнул старик ещё на пороге гостиной, смотря шокированного брюнета. – ты помнишь меня? Я навещал тебя несколько раз! – принялся трепать его голову Тсуруга, хотя Каре казалось, что тот скорее хочет открутить его.

Он даже выпал из реальности на некоторое время. Хозяин такого ужасающего резерва оказался весёлым и не страшным на вид человеком.

– Тсуруга-сан, ему в то время едва ли год был! – улыбнулась Тока, окунаясь в тёплые воспоминания, где внук безмятежно спал в пеленках, а рядом тихо носилась счастливая мать.

Дед понятливо кивнул, пытаясь сдерживать восполненную до краёв безмерную радость от встречи с внуком, которого давненько не видел.

– И вон каким красавцем стал! – отметил Тсуруга, улыбаясь. – была б тут Сецура, расцеловала бы да живых мест не оставила! – хохотнул он.

Тсуруга был крепок и хорошо сложен даже в старческом возрасте, которое было ясно даже под красным хаори. Кара подозревал, что раскатать команду джонинов ему не составит труда.

Мальчика подкупила искренняя радость новообретенного дедушки, которым тот морально наслаждался как кот на солнце, чуть ли не лучившись счастьем, пока не почувствовал две пары буравящих его любопытных глаз.

Мальчик и девочка с насыщенными красными волосами примерно его возраста уже переместились к столу под руководством бабули и с интересом поглядывали на нового родственника, из-за которого те и увязались вслед деду.

– Знакомься, это Изаму и Ай – такие же мои внуки, как и ты. – наконец спохватился мужчина, коря себя за беспечность.

На него смотрели мальчик со взъерошенными красными волосами и девочка, что была обладательницей такого же цвета волос, чья длина доходила до самых бёдер.

– Ты точно Узумаки? – с нотками подозрения спросил мальчик, скрестив руки на груди, умостившись на беседке.

Он оглядел Кару скептичным взглядом, сомневаясь в его принадлежности. Выражение его лица выглядело забавным.

– Ну ладно, не суть! – резко вскочил Изаму с улыбкой до ушей, хлопнув по плечу брюнета. – рад тебя видеть, брат мой!

Девочка, всё время смотревшая данный спектакль лишь обречённо покачала головой, сделав жест рука-лицо, а Кара удивился последней брошенной фразе юного Узумаки.

– Он хотел сказать «мы». – поправила того Ай, кинув на брата грозный взгляд, от которого тот тут же осел обратно, отведя «гордый и упрямый» взгляд в сторону. – ты не представляешь, как долго я ждала нашей встречи. – весело улыбнулась она. – ещё с тех пор, как мне едва исполнилось четыре. Я подслушала разговор взрослых. – на её лицо выползла хитрая ухмылка.

Брюнет застыл, уловив взгляд её янтарных глаз. Ярко-золотистый, экзотический и теплый, невероятно приятный оттенок. У неё действительно красивые глаза, как и у её брата, который был необычайно изумрудным, а у него обычный тёмный.

«Тьфу, так и комплекс можно заработать! – встряхнул голову мальчик.»

– С моей помощью! – возмущённо встрял Изаму, подняв палец вверх.

Кара отметил, что у детей количество чакры примерно как у сильного генина, в то время как у него уровень слабого генина. Он кивнул, принимая разницу между чистокровным Узумаки и полукровкой, воспылав надеждой взглянуть на военную мощь красноволосых, желательно тех, кто в самом расцвете сил.

Брюнет на автомате отправил в рот очередную порцию данго, следя за разразившимся спором двух красноволосых. Спорил скорее Изаму, хотя если ещё точнее – пытался, эмоционально всплескивая руками и охая от «бесстыдного вранья» Ай, которая стояла с покровительственным лицом и неспешно выносила того фактами, что впрочем получалось у неё отлично. Спустя недолгого времени мальчик замолчал, не в силах более спорить и проглатывая свое возмущение. Возможно, у него просто закончились аргументы, так как по лицу было отчётливо заметно, что тот активно хотел продолжить спор, не принимая поражения.

– Давайте поиграем во что-нибудь! – снова воспылал Изаму энтузиазмом, уставившись в задумчивое лицо Кары, погрузившегося в себя. – Кара!

– А… что? – испуганно дёрнулся от неожиданности брюнет, спустившись на землю с облаков.

– Чем ты обычно занимаешься? – переформулировала вопрос девочка на свой лад, желая по-подробнее узнать о родственнике.

– Э-эм… – непонимающе протянул тот, задумчиво почесывая щеку.

Вот как ему поладить с ними? Он даже с детьми из клана мало взаимодействует, разве что в некоторых исключениях, когда непоседа Наваки силой вытаскивает его из дома и тащит на игровую площадку или же подключает к своим делишкам, которые в итоге выходят мелкими пакостями или шалостями. Даже в прошлой жизни ему не доводилось пересекаться с детьми в делах или работе. А тут сразу дети из другого клана и не из его страны, да вообще из другого мира! Кто знает их увлечения и интересы?

– Вот это сойдёт за ответ? – вытащил брюнет книгу из-под потайной полки под столом.

Изаму резко поморщился как от лимона, выставляя руки вперёд, а Ай впала в замешательство.

Она никак не ожидала, что тот сидит за книгами, причём добровольно, судя по его бережному отношению к ним. В отличие от него, её брата было почти что невозможно заставить усердно корпеть над страницами учебников, так как он скорее предпочитал практику, с огромным энтузиазмом носясь одним из первых впереди к клановым тренировкам как и остальные мальчишки.

– Мда, неловко вышло, а ведь я только недавно вырвался от их цепких лап. – задумчиво протянул Изаму, посмотрев на книгу. – вообще я имел ввиду про игры! Настольные например…

– Хм, кажется я видел несколько таких штук в чердаке. – задумался Кара.

Спустя минуту те уже находились в отмеченном месте.

– Дай руку. – предложил помощь брюнет, и потянул Ай внутрь чердака.

– Какой огромный! – в восторге воскликнул красноволосый, пройдясь своими изумрудными глазами по помещению, где было много кучи различных вещей и свитков.

– И пыльный. – отметила девочка, вытряхивая коленки. – примерно где ты их видел?

**

Тока и Тсуруга неспешно шли по безлюдной улице кланового квартала, направляясь к главе и Мито, действующей джинчурики Девятихвостого лиса. В последние времена её состояние всё больше и больше ухудшается, что вызвало немало волнений среди ограниченного круга людей. В известность был поставлен в первую очередь аппарат Хокаге, главы кланов, старейшины и пара-тройка джонинов Сенджу. Но вероятнее всего все Сенджу уже были в курсе развития событий, так как госпожу Мито те видят чуть ли не каждый день, так как та живёт среди них и активно участвует в жизни клана. Надо иметь хотя бы чуточку мозгов, чтобы заметить изменения в состоянии джинчурики.

Бытие сосудом для кровожадного демона Лиса значительно урезало жизнь и силы её подруги. Этот факт крайне печалил Току, потому она старалась всеми силами найти способ облегчить ношу страданий Мито. Но всё выходит безрезультатно – печать слабеет с каждым днём.

– Кара не привык к близким родственникам, тем более к такому тёплому от едва знакомых. – сказала Тока, будучи с Тсуругой свидетельницей действа в беседке во внутреннем дворе дома. – обычно его собеседниками являюсь я или Акено-чан. Выходить он почему-то не хочет, предпочитая с головой погружаться в изучение всяких разных материалов и статей. Честно говоря, меня это беспокоит. – поделилась своими переживаниями женщина. – не понимаю, почему ему нравится тишина и спокойствие, в его то возрасте. Ведь дети всегда очень активны и не особо горят желанием сидеть за книжками. А Кара уже сам начал тащит в дом книги и является частым гостем клановой библиотеки, так как всё имеющееся дома уже прочитано до дыр. Может, это так сказывается отсутствие родителей?

Тока уже не раз задумывались об этом, волнуясь и переживая о благополучии внука. Отличия от остальных детей отчётливо бросалось в глаза, заставляя недоумевать даже её. Даже со всем имеющимся опытом она не могла в этом разобраться, так что Тсуруга обязательно должен знать и понимать, имея преимущество перед ней десятки лет.

– Я это заметил, ты была права. – кивнул старик, вспомнив содержание писем Токи. – мне кажется, что он просто уже начал искать свое место в мире, при этом усиленно изучая его. Не стоит волноваться по этому поводу, ты не хуже меня знаешь, что у всех когда-нибудь наступает такое время. Дети очень любознательны, но в отличие от других, Кара направляет его в действительно полезные вещи, в этом он пошёл в мать. – расплылся в улыбке мужчина. – Фей с детства проявляла такой же интерес к бытию мира и различным областям наук, возглавив потом главный научный отдел Узушио, став его самой молодой главой в истории деревни. Думаю, это всё её гены так проявляются в нём. Я понимаю твои чувства, меня одолевали такие же беспрерывные волнения за Фей, когда она старательно тянула свои крохотные ручки к учебникам, а к подростковому возрасту и вовсе стала ночами сидеть за своими работами.

Тока и сама склонялась к этой мысли, понимая, кем именно являлась родитель Кары, но за неимением доскональных подробностей, не могла закрепить и утвердить их. Но теперь когда есть Тсуруга, она расспросит его о всех интересующих её тем, а сейчас им предстоял довольно трудный и тяжёлый разговор.

Они наконец дошли до дома Мито.

Глава 10

Поход в чердак оказался удачным, настольная игра нашлась.

Перед тем как пойти туда, Кара отметил, что сидевшая в гостиной бабуля с дедом-Тсуругой, отсутствовали вообще в самом доме. Возможно, Тсуруга пошёл проведать Мито или же на поклон к главе Сенджу. Данных было критически мало, поэтому оставалось лишь гадать, действительно ли визит Узумаки не имел конкретной цели. Но было заметно, что Тсуруга в компании с бабулей уже несколько дней идёт в зал старейшин, а ему приходилось как ни в чем ни бывало катать Ай в сёги, пытаясь не светиться своим чрезмерным интересом к делам взрослых.

Что ж, следует взять на заметку стратегический ум девочки. Она реально умеет планировать и пытается продумывать шаги наперёд, хоть и столь очевидно. Достаточно будет развивать её в нужном направлении и из неё выйдет хороший стратег, но думается, учителя-узумаки понимают это и без его советов. Всё же, они обладают достаточным, можно сказать, довольно обширными познаниями в области образования. Иначе Узумаки загнулись бы ещё давно, окружённые Великими Деревнями. Ведь учителя, всё таки, делают самое значимое и очень нужное для клана и Деревни – обучают и тренируют молодое поколение, которые в недалёком будущем непременно станут частью боевой составляющей мощи государства.

Не будет преувеличением сказать, что без должного обучения и подготовки целые войска будут не больше, чем обычным стадом баранов. Очевидный факт.

Кара с противоречивыми мыслями принял тот факт, что здешние дети очень сильно отличаются от его прошлого мира. Эти дети, готовящиеся стать шиноби в будущем, более реалистичны в своих планах и ожиданиях от жизни в целом. К тому же, они не просто мечтают о том, что реально можно воплотить в жизнь, но и уверенно движутся и тянутся к нему, а не витают в облаках просто так сидя на месте.

Может быть на это повлияла политическая напряжённость между государствами, грозящее перейти к действиям на поле боя, либо след от эпохи Клановых Войн всё ещё присутствует. Ведь, при просмотре данного аниме он не особо замечал того упорства в учениках Академии, которое присутствует здесь. Те же девочки, толпами бегавшие за Саске, но то было время мира. Так и должно быть.

Дети не должны так упорно оттачивать своё мастерство в искусстве убийств. Они должны наслаждаться детством, мечтать, быть уверенными в своём будущем, где нет ужасов войны и всего прочего.

К своим думам Кара снова отнёсся с противоречиями, усомнился в правильности своих размышлений на фоне самого мира шиноби. Никому не секрет, что мир шиноби сам по себе жесток и построен на море крови и тонны костей. Даже сам он, полностью понимает будущие риски и принимает их.

«Безвыходная ситуация.»

Брюнет вновь уставился в задумчивое и хмурое лицо Ай, сосредоточенной на доске с фигурами, и перевёл взгляд на раскинувшегося на мягком ковре Изаму, чье лицо, в свою очередь, выражало скуку. Тот уже час ждал окончания игр тех двоих, поэтому растеряв весь свой запал, просто смотрел в потолок и размышлял о чем то своём.

Изаму – яркий, позитивный ребёнок с храбрым сердцем и душой авантюриста. Человек, которого привлекает больше дела, чем пустые разговоры и хитроумные интриги. Практик с воинственным настроем. Он очень любил свою сестру и всячески оберегал её, хоть и не выставлял этого в свет.

– Видимо, я проиграл. – изобразил Кара печаль, смотря на доску.

Девочка облегченно вздохнула, поняв, что последняя игра наконец-то закончилась, при этом в пользу неё. Она была вымотана, так как приходилось поднапрячь все мыслительные и вычислительные способности на максимум, дабы снова не скатиться в проигрышное положение и удержаться на плаву, а тому лишь бы хны, сидит да витает в облаках, периодически смотря на неё, будто бы пытаясь что-то разглядеть.

– Увидимся на обеде. – задумчиво бросил Кара, вставая с места и двинувшись к выходу под возмущённый взгляд девочки, хотевшей взять новый раунд.

– Аха. – лениво отозвался Изаму, так же лениво помахав рукой.

«Интересные брат и сестра, стоящие друг друга. – размышлял Кара, идя по длинному коридору и направляясь к излюбленному пруду на заднем дворе.»

Девочка совершенно не любила проигрывать, как и её брат, но оба принимали трудности с энтузиазмом, всё больше и больше с интересом распыляясь с целью решить. Вот только если Изаму в поединках, то Ай интересовало померяться мозгами.

– Ну как? – спросил Тсуруга, встречая внука во дворе. – подружился с Изаму и Ай?

Брюнет дёрнулся от неожиданности, ранее совершенно не почувствовавший его присутствия.

– Думаю, да. – немного подумав, согласился мальчик. – Изаму очень искренний и добрый, при том очень забавный и смешной, а Ай настоящий пример для подражания. – он улыбнулся.

Ай действительно вызывала в нём восхищение. Она старалась преуспевать во многих дисциплинах и точно шла к «универсалу», потому даже сейчас в некотором роде была многосторонне развита, в её то возрасте. Из слов красноволосой и его наблюдений, в Академии та была как минимум хорошистом, если не круглой отличницей, а с высокой предрасположенностью к клановым хидзюцу, то бишь к печатям, вполне отлично преуспевала в нём. Девочка сама как-то раз говорила, что она желает заполучить звание «Заслуженного Мастера печатей». Хорошая цель, достойная.

«Это хорошо. – радостно подумал старик, надеявшийся на сближение с внуком, которого искренне считал частью своей семьи, пусть и находился вдалеке за все эти года.»

Потеря дочери изрядно подкосило его здоровье, он едва восстановился от данного события. Единственное, что она оставила после себя, так это сына, свою копию. При виде на Кару и его поведение с поступками, перед глазами невольно вырисовывается образ Фей. Характер и ум унаследованы точь в точь от неё, хоть мальчик сам того не понимает.

Внук действительно был хорош собою. Владеть и уметь концентрировать чакру в любых частях тела, а также на слабом уровне владеть базовыми техниками до самой Академии шиноби – удивляет. Ранее он думал, что большой резерв будет мешать Каре в управлении чакрой, но своим упорством и помощью Токи мальчик научился хождению по дереве и даже воде.

– Перед возвращением я хочу передать тебе одну вещь. – Тсуруга вытащил маленькую красную коробку из под пазухи и протянул ему. – она была разработана Фей.

Недоуменно выгнув брови, Кара открыл переданную ему коробочку и вытащил из неё красный кулон в виде маленького кристаллика.

– Она контролирует чакру хозяина, впитывая его излишки во время использования техник и высвобождает в случае нужды. – объяснял его свойства дед. – при необходимости он сможет обратно восполнить твой резерв, если только при условии, что там достаточно чакры.

– Довольно завораживающие свойства. – удивлённо подчеркнул мальчик, разглядывая маленькую вещицу.

– Да, – кивнул старик. – им может обладать только близкий родственник прошлого хозяина. – его намёк был сразу понят Карой. – кому-то чужому кулон станет обычной брошюрой, украшением без всяких свойств. Но тебе достаточно влить в него свою кровь и он полностью станет твоим со всеми своими функциями в полной мере.

– Дед, а без крови ни как? – мальчика смутило данное условие, ведь как-никак ранее ему не приходилось колоть или резать себя, хотя, этого стоило ожидать. – я никогда намеренно не пускал себе кровь.

Собственно, чего он так среагировал на это? В тренировочных поединках у того не раз выбивали кровь из носа, или можно сказать, почти что постоянно на каждом спарринге.

Тсуруга залился весёлым хохотом.

– Достаточно всего лишь капли, не много, как ты мог подумать. – дед был навеселе.

– Ладно. – согласился мальчик, беря в руки протянутый ему кунай.

– Хочешь…

– Я сам. – настойчиво сказал Кара, и сделав небольшой порез на пальце, приставил к нему кулон.

Кулон жадно впитал алую жидкость и засветился таким же цветом, следом тут же погаснув.

Проследив за процессом, мальчик прислушался к своим ощущениям, ожидая каких-либо изменений, но ничего такого не случилось. Может, крови было достаточно?

Кара встряхнул головой, на мгновение заметив ехидный, подозрительный взгляд старика.

– Теперь надень, он твой.

Подумав, что ему показалось, брюнет пожал плечами и нацепил его на шею, тут же почувствовав сильное головокружение и не удержавшись на ногах, плюхнулся на пол.

«Скотина.– охарактеризовал тот Тсуругу, на лицо которого выползла весёлая ухмылка, прежде чем потерять сознание и упасть в темноту.»

– Кулон вытянул излишне много чакры или он сам не выдержал? – непонимающе спросила Тока, наблюдавшая изнутри дома.

Пожилой Узумаки наконец оторвал взгляд со своего внука и повернулся к вышедшей женщине, покачав головой.

– Артефакт силён и требует прочной связи с владельцем. – ответил Тсуруга, осторожно поднимая мальчика с пола. – неудивительно, что Кара не выдержал. Ещё маленький, все-таки.

– Ты же этого и ожидал, хитрый лис. – констатировала факт женщина, устало потирая глаза. – на старости лет ты всё ещё не затерял свою страсть к мелким пакостям.

Ответом ей была извиняющаяся улыбка.

***

– Кара, ты всё ещё с нами? – пощелкал пальцами перед лицом брюнета Изаму, едва приходившего в себя. – копыта откинул что ли?

Брюнет тяжело застонал, поворачиваясь на бок.

В горле было сухо как в пустыне, что впрочем, было аналогично с ситуацией в резерве.

– Мой и так маленький резерв просел на восемьдесят процентов, чего ещё можно ожидать? – недовольно пробурчал Кара, усаживаясь на футоне.

– Процентов? – непонимающе переспросил красноволосый.

– Невежа. – хмыкнула Ай со скрещенными на груди руками.

– Зануда и зубрила! – в двойном размере вернул шпильку брат, победно вздернув нос.

К удивлению Кары, кулон все ещё висел на его шее, но вместо прошлого раза, теперь он истончал приятное тепло.

Этот кулон – отличный артефакт. В потенциале он мог даровать ему возможность качественного выполнения техник, а также продление его боеспособности. Выполняя какие либо техники, Кара теперь не мог волноваться о пустой трате чакры. Кулон не давал излишкам бесполезно рассеяться по полю боя, сохраняя их в себе и готовя для нового захода.

Правда, был вопрос об его использовании в долгосрочной перспективе, ведь с приходом мастерства и опыта, он может научиться самостоятельно качественно кастовать техники без какой-либо помощи. Кулон, можно сказать, нужен только в самом начале пути, где пользователь не привык, не понимает и не может контролировать количество вливаемой чакры. Но как дед сказал ранее, вещица может впитывать и восполнять резерв в случае необходимости. Значит ли это, что кулон можно заранее просто так накачать достаточной чакрой, чтобы использовать его во время сражения?

Никаких препятствий для такого использования артефакта нет. Раз он имеет свойства забирать излишки, то и должен уметь просто так принимать напрямую вливаемую в него чакру, при том с ещё большим успехом.

«Невероятно, это очень ценная вещичка! – восхищённо воскликнул Кара, сжимая кулон в руке. – у меня практически второй резерв появился!»

Какими знаниями и возможностями обладала его родитель, раз сумела создать его? А ведь это наверняка далеко не первый такой артефакт. Вероятнее всего, в мире есть ещё множество других таких с различными свойствами!

Одна только Самехада чего стоит! Поглощает чакру оппонента! Грозное оружие!

Внутри мальчика загорелось дикое любопытство и желание взглянуть на клинки Семи Мечников Тумана, а в идеале – тщательно изучить и испытать, при том в качестве дополнения можно самих владельцев тоже взять. Но мысль кажется неосуществимой.

Всем известно, что семь мечей являются достоянием Деревни Тумана, так просто они их никому не дадут, тем более на изучение. Его скорее просто прирежут на всякий случай за такое любопытство, если конечно, это не сделают сами Мечники, что заслуженно считаются «S» классами.

Кара удрученно вздохнул, поняв, что это верная дорога к смерти. Но если все же призадуматься и слегка пораскинуть мозгами, то артефакты на этих мечах не заканчиваются…

Глава 11

Спустя некоторое время жизнь в доме обрела привычный лад, свыкнувшись к гостям.

Кара уже привык к причудам красноволосых родственников, как и они к нему, что было крайне удивительно для него. Обычно, он бы отнёсся нейтрально или вообще не доверился бы так быстро людям, с которыми познакомился лишь относительно недавно. Но красноволосые оказались тем типом людей, которые нагло врываются и на своё усмотрение располагаются в сердце человека. Они позитивны и просты в общении. Мальчик даже сам не заметил, как внутри начала появляться теплота при виде двух гиперактивных детей, за которыми невольно появляется чувство ответственности и заботы.

Причиной того стало то, что он понял, что те всего лишь маленькие, наивные дети, один из которых действительно беззаботный и непоседливый пацан, усердно старавшийся подключить его к своим делишками, а другая — тянется к нему, как бы это странно не было.

Вначале Изаму всячески кисло морщился, завидя брюнета, тащившего толстые книги к себе в комнату, а затем уже смирился, спокойно реагируя и даже не стараясь оторвать Кару от книг, ссылаясь на прежние неудачные попытки.

Ай, в свою очередь, проявляла искренний интерес к его занятию и объектам чтения, то ли дело переводя взгляд с книги на него, пытаясь что-то понять, известное только ей самой.

— Научи меня также стоять на деревьях! — восхищённо кричал мальчишка, прыгая и пытаясь руками достать брюнета, что свисал с ветки вверх ногами, закрепившись чакрой.

У Кары на устах играла едва заметная довольная улыбка, а за слегка приоткрытыми глазами выглядывали смешинки.

— Я же говорил, что умею. — хмыкнул он, скрестив руки на груди. — а теперь попробуй меня достать.

Изаму возмущённо и обиженно фыркнул, показательно отвернувшись.

— Это нечестно! — возмущался тот, незаметно следя за брюнетом и подкрадывающейся сзади сестрой. — нас ещё не научили таким штучкам!

— Ну так я сам научился. — ответил мальчик, не заметив снизу Ай.

— Ай! — крикнул красноволосый, прежде чем рвануть в её сторону и оттолкнувшись от заботливо подставленных рук, быстро, словно выпущенная стрела, достигая удивленного Кары, попытавшегося в последний момент увернуться. — попался! — злорадно ухмыльнулся тот, беря его в охапку и падая вместе с ним на ближнюю ветку.

Изаму заливисто засмеялся, в один момент утерев нос уже праздновавшего победу Каре.

— Я чуть не упал вниз. — облегченно выдохнул брюнет, ранее потерявший контроль чакры в ступнях, сделав попытку увернуться. — ну вы даёте, ребят! Отлично сработано! Быстро и чётко.

— Единственное, куда ты мог бы упасть, так это в сетку, заготовленную нами. — теперь настал черёд довольствоваться Изаме, вновь словив удивлённый взгляд Кары. — а ты что думал? Пока я перед твоими глазами маячил и без умолку кричал, Ай устанавливала ловушки.

— А я её даже не заметил… — вскинул брови он, и приползя к краю, выглянул вниз, встречая ослепительную улыбку девочки.

— Мы тебя в сухую обыграли! — та победно вскинула вверх сжатый кулак.

Кара широко улыбнулся, мечтательно вздыхая.

Он здорово оторвался. Хорошо погоняли и проверили свои способности, да просто повеселились на славу. Игры такого уровня в его жизни точно не было, и уж тем более с применением сверхспособностей.

— Да уж, вы действительно удивительны. — его лицо украсила умиротворенная, загадочная улыбка. — мне надо было сдаться с самого начала.

Изаму отрицательно покачал головой, восприняв слова в серьёз и не соглашаясь.

— Сдаться — последнее, что может сделать воин. — серьёзным тоном сказал тот, подав руку помощи лежачему мальчику. — сражаться нужно до конца и с достоинством встретить поджидающую смерть.

— Я это так, просто оценил ваши способности, — махнул рукой брюнет, поднявшись. — и пошутил.

— Ты не воин, ты — шиноби! — воскликнула девочка снизу, тыкнув пальцем в них. — будущий.

— Можешь продолжать называть меня кем угодно, но в душе я всё равно останусь собой! — Изаму театрально вздернул подбородок вверх и приложил руку к груди. — я — воин и будущий командующий обороны Деревни!

— Дурак ты, вот кто!

Маленький Узумаки на это лишь хмыкнул, скрестив руки на груди и прикрыв глаза.

— Считай, я этим горжусь. — отразил выпад мальчик.

Клановая подготовка Узумаки действительно была на высоте. Их уровень превосходил сверстников среди Сенджу. Выйди они один на один, победа была бы за красноволосым, а уж с отработкой в команде…

Ай как-то раз возмущалась о большом количестве нагрузок в практических задачах, из чего следует сделать вывод, что Узушиогакуре делало ставку на качество каждой боевой единицы, оглядываясь на свою малочисленность по сравнению с другими Великими Державами. И для подобного у них вполне хватало ресурсов и необходимых знаний, являясь одним из древнейших кланов. Аловолосых Дьяволов нельзя было сравнивать с другими мелкими деревнями, но и равнять с Пятью Нациями было бы поспешным решением, так как их людские ресурсы значительно уступали им. Но это не помешало им представлять угрозу и заставлять соседние страны бояться мощи Узушиогакуре. Не зря в ближайшем будущем селение красноволосых уничтожит связка из двух лидирующих Деревень.

Кара озадаченно уставился куда-то вдаль, при мысли, что скоро Узушиогакуре перестанет существовать, соответственно забрав жизни и его новоиспечённых родственников.

За жизни остальных членов Узумаки он не сильно-то и беспокоился, по причине того, что остальных кроме гостивших красноволосых в нынешний момент тот не знал. Терять Изаму и Ай не очень-то хотелось, да и весёлого старичка Тсуругу. Уж кто-кто, но они то действительно являлись хорошими личностями, благодаря которым мальчик симпатизировал им.

Само Узушиогакуре тоже не очень-то хотелось бы терять. Поскольку их жители преимущественно считаются единственными во всём мире выдающимися мастерами в области фуиндзюцу, а также за обладание статуса союзника, терять такие отношение было бы кощунством. Да и к тому же будет куда перебраться, если уж в Листе ему не очень понравится. Кто знает, что может случиться в жизни, поэтому иметь план «Б» не просто нужно, а необходимо.

Его опасения были вполне обоснованными на фоне самого факта уничтожения Узушиогакуре. Конечно, возможное невмешательство Листа в конфликт Узуши со странами Воды и Молнии можно оправдать неимением достаточных сил для поддержки союзника и одновременно обороны собственной деревни. Страна Огня далеко не маленькая страна и окружена со всех сторон многими другими, и соответственно требует огромного количества обороняющего войска, распределённых по всей границе. В особенности во времена мирового напряжения, установившейся после прежней войны, когда все стороны ушли лишь для того чтобы зализать раны, затаив обиду. Так что в вариант с вмешательством Листа влияет множество факторов.

А вот одна странность никак не давала Каре покоя: после потери родного дома остатки Узумаки разбрелись по всему свету, а об их присутствии в самой союзнической Конохе не было никакого упоминания в аниме или манге, за исключением Кушины, новой джинчурики хвостатого зверя Листа. Никакого клана красноволосых, да даже отдельных семей не было!

Очень и очень странное дело. Закрадываются подозрения, что было либо какое-то тайное предательство, о котором Узумаки прознали, либо прибывших за убежищем пустили в лаборатории или же сделали из них послушных болванчиков, которые наблюдаются в Корне. Хотя, оба варианты имеют схожесть.

«Нет, я смотрю узко. — мотнул головой мальчик.»

В таком случае из женщин-узумаки могли бы сделать инкубаторами для усиления селения. Такую возможность мало кто будет упускать в здравом уме.

«Одни сомнения. — недовольно поморщился брюнет, понимая, что это лишь пустые догадки без каких-либо доказательств. Да и то информации было критически мало. — хочу знать, хочу быть свидетелем, хочу быть участником данного события…»

— Ну ей-богу, Кара, ты опять за своё! — закатил глаза Изаму, заметив, что тот опять погрузился в себя. — таким темпом ты облысеешь!

— Не понимаю, как размышление влияет на облысение? — недоуменно спросил он.

Аловолосый вперил в него долгий взгляд, а затем поставив руку на его плечо, медленно покачал головой:

— Не знаю, так говорит братец Аоба. — ответил тот, держа заумное выражение лица, и его резко передёрнуло. — облысеть — ужасная штука!

— Аоба раздолбай и шутник, нечего его слушать! — донёсся до них возмущённый крик снизу. — спуститесь уже наконец!

— Ой, прости. — на лице Кары появилась извиняющаяся улыбка.

— Даме, вообще-то, неподобающе кричать налево и направо. — фыркнула девочка, посмотрев на спустившихся. — благодарю, что «соизволили» спуститься.

— Хехе, ну иногда приходится спускаться к простой смертной. — ухмыльнулся Изаму, и увернулся от тычка сестры. — ну что же, что дальше будем делать? Что натворим?

Ай несогласно покачала головой.

— Ты уже разбил чью-то вазу и измазал мою одежду грязью. — припомнила та утренний инцидент. — твой лимит на сегодня исчерпан.

— Я вообще-то случайно! — вскинулся брат. — да и то она уже старая! Вся продырявленная и обесцветившаяся!

Кара хмыкнул, вспомнив усердное пыхтение мальчика, стирающего ту самую одежку до самого блеска, которую только что назвал «старой». Жаль, сама Ай не стала свидетельницей данной картины, уйдя куда-то вместе с дедушкой.

— Она вообще-то новая! — возмутилась девочка, широко раскрывая глаза.

— Ладно-ладно, я его уже отстирал, не кипятись! — остановил её Изаму. — знал, что ты будешь ныть.

— Если нас сравнить, то больший нытик — это ты. — усмехнулась Ай, показав язык. — поэтому: «чья бы корова мычала!»

— Думаю, нам пора возвращаться. — сказал Кара, взглянув в небо. — бабуля будет ругаться.

**

Тока сидела перед Мито и задумчиво перебирала папки с характеристиками кандидатур для роли нового джинчурики. Уже в течение недели обсуждался данный вопрос, но все так и не могли прийти к общему мнению. Именно поэтому последние дни довольно изнурительные и выматывающие.

Толстая папка содержала в себе характеристики пятнадцати потенциальных кандидатур. Многие из них являлись Узумаки, парочка из других кланов, а один из Сенджу. И к её удивлению, тем самым соклановцем оказался её внук, Кара — полукровка Узумаки, унаследовавший лучшие гены двух великих кланов. Эта связка отчётливо показывала будущие потенциалы возможного сосуда. Он мог с высокой вероятностью выдержать запечатывание и успешно функционировать как тюрьма для Лиса. К тому же, девятихвостый гарантированно мог остаться под контролем Сенджу без какого-либо влияния иных кланов. Контроль был бы полностью у них, а Узумаки так и продолжили бы быть для них надёжными партнёрами, время от времени проверяя печать. Даже у Хокаге не было бы ни единого влияния на сосуд. Надежные родственные узы тоже это гарантируют.

Но она была бы не самой собой, если бы согласилась отдать его в жертву. Не будь Кара единственным её потомком, та, может, и рискнула бы на такую жертву, но не в данной ситуации. Её внук был горячо любим ею, поэтому если есть даже малейшая вероятность гибели во время запечатывания, женщина откажет в одобрении.

— Как интересно получается, — внезапно усмехнулась Мито уставшим голосом, откинувшись на спинку стула. — я, вот как уже на протяжении недели выбираю себе замену в случае смерти, и обрекаю неизвестного лично мною юного шиноби на тяжёлую жизнь, что сама по себе тяжкая, и собираюсь вывалить на него весь груз и дерьмо. — закончила она ироничным голосом.

Тока, внимательно слушавшая слова подруги, печально кивнула, продолжив молча перечитывать кандидатуры.

— Сожги кандидатуры левых кланов, они нам не нужны. — слова Узумаки резко приобрели стальные нотки. — Лис не должен выходить за пределы Сенджу и Узумаки. Его захват — полностью заслуга наших кланов. Никто другой не должен обладать этой чудовищной силой, если вообще сумеет овладеть и управлять им.

Тока хмыкнула.

— Хаширама-доно не согласился бы с тобой. — сказала она, сжимая в комок обозначенные документы и сжигая в огне свечи, оставив догорать на пустой тарелке.

— Хаши был идеалистом. — парировала та. — он стремился к миру и благополучию, хотел чтобы Коноха процветала. Но мы обе видим, что для мирного процветания мой муж построил лишь фундамент. Кланы грызутся ради влияния, а страны ради территорий и мирового господства над другими. Нам ли стараться ради мира? Скоро мы совсем станем старой рухлядью, а может, и вовсе уйдём к Шинигами. Нынешние поколения не в состоянии сделать хоть что-то, в их глазах нету того огонька, что был у нас и наших современников. Их беспокоит лишь личное могущество. И пусть Хирузен продолжает вести миротворческую политику, за его спиной действует поганый Данзо. Обезьяна слаб, не может принимать решительные меры, предпочитает воздержаться, если на то есть возможность. Но в отношении к народу, он, несомненно, хорош.

— Помнится, недавно ты собиралась чуть ли не растерзать его. — хмыкнула женщина.

— И растерзала бы, если бы это были его АНБУ, а не Корня. Хоть Данзо сам того не понимает, но он играет нам на руку, так что убирать его в нынешнее время нет надобности.

— Ему от нас что-то надо, это сразу видно. — поделилась своими предположениями Тока. — вот, нашла — Такимура Узумаки, чистокровный Узумаки, сильные волевые качества и крепкое телосложение, в будущем потенциальный мастер печатей и возможный эс-уровень. — она вытянула листок и поставила перед Мито.

Та быстро прошлась взглядом по листку и немного задержавшись на фотографии, небрежно отодвинула в сторону.

— Остались три кандидата. — сообщила Тока, вновь беря в руки папку.

— Май Узумаки, Мацу Узумаки и… Кара Сенджу, не ошибаюсь? — перечислила она, вспомнив отсортировку.

Узумаки идут на уступки, предлагая вариант передачи Лиса Сенджу, дабы усилить союз между ними. Уже повидавшая обратную сторону политику, всю грязь и мерзость её хитросплетенных интриг, Тока поняла, что властьимущие уже начали видеть в Каре удобный инструмент и пытаются воспользоваться им в своих интересах.

В данном случае он станет именно инструментом, использованным в качестве связующего звена и гарантом доверия доброго жеста Узумаки.

— Верно. — согласно кивнула женщина.

— Нисколько не удивлена, что Узушио лично внесло твоего внука в этот список. — на её лице появилась полуулыбка. — очень способный мальчик, вселяющий надежду, ты хорошо его воспитала.

— На удивление ты сегодня очень говорлива. — проворчала Тока, пытаясь не отвлекаться.

— А ты всё такая же серьёзная и непрошибаемая. — усмехнулась Мито.

Глава 12

Ранним утром Кара вновь стал наблюдателем спарринга между Акено и бабулей. Хотя, это скорее нужно назвать избиением маленького ребёнка. Все-таки Тока не давала спуску и поддавалась на этот раз слегка неохотно, беря в учёт то, каких люлей получила девушка с последней миссии. Видимо, хотела увеличить нагрузку и тем самым хоть немного повысить шанс выживания, но видя её не совсем целое состояние боролась с данным желанием.

А Кара в свою очередь всячески щурился, пытаясь уловить хотя бы одно их движение. Скорость обменов ударами действительно было поразительной, что и огорчало одновременно. Мысль о том, что в недалёком будущем, через несколько лет, у него будет такая же скорость, будоражила разум. И показали они далеко не все свои способности, а лишь навыки тайдзюцу. Хотелось увидеть настоящее сражение с реальным развёрнутым полем боя, но что-то подсказывало, что он этого не переживёт.

— Акено, ты вернулась! — как-то даже по-детски радостно воскликнул мальчик, выходя из дома и садясь на террасу. — тебя долго не было. — немного недовольно пробурчал он под нос.

Девушка улыбнулась от такой тёплой встречи, подходя к ожидающему Каре, что сидел свесив ноги вниз.

— Что, неужели заскучал, сорванец? — потрепала она его по голове, и пригнулась до уровня его глаз, вглядываясь в лицо. — опять поздно лёг, если вообще спал? — прошептала та, заметив мешки под глазами.

Кара резко вскинулся с паникой в лице.

— Да тихо ты! — тихо шикнул он, прикрыв её рот своими маленькими ручками, украдкой глянув за спину Акено, где стояла бабушка. — если она узнаёт, мне здорово не поздоровится!

— О чем я не должна знать? — строго спросила Тока, стоя уже за спиной внука.

Кара испугано вскрикнул от неожиданности.

— Бабуль, я чуть инфаркт не словил! — возмутился он, отцепившись от девушки. — мне нужно в библиотеку, я уже поел. — решил слинять мальчик, подняв книгу и прижав к груди. — скоро буду. — сообщив, он быстро потопал к выходу под пронизывающим взглядом женщины.

— Благодарю за проведённую тренировку. — почтительно поклонилась Акено. — я за ним присмотрю.

Тока кивнула.

Оставшись совершенно одна, она хмыкнула. Кара всегда когда нервничает или чувствует себя некомфортно тянется прижать к груди книжку. В этом случае он занервничал.

— Ты же знаешь, у Токи-самы нету времени всё время проверять спишь ты или нет. — отчитывала девушка, идя по клановому кварталу. — у неё и так много обязанностей и работы.

— Да я просто зачитался… — попытался оправдаться мальчик, уткнувшись лицом в её спину.

— Это не самое достойное оправдание. — покачала головой Акено, вздохнув. — ладно, ты смог поладить с Узумаки?

Данный вопрос её и вправду волновал при понимании характера Кары. Он, будучи совсем ребёнком, держался обособленно от других детей и при этом чувствовал себя полностью комфортно. Казалось, что его не интересуют всякие игры и общение со своими сверстниками, словом ничего кроме как чтения книг. Таким темпом мальчик грозился остаться без друзей.

— Да, мы отлично поиграли и узнали друг друга. — развеял её волнения Кара.

— Правда? — в её голосе прорезались облегчённые нотки.

Кара непонимающе глянул на неё через её плечо.

— А ты испытывала какие-то сомнения?

— Конечно нет, дурачок. — улыбнулась девушка, слегка подбросив висящего на её спине мальчика в воздух. — но с тех пор как закончился твой подготовительный клановый курс обучения ты совсем перестал выходить.

С тех пор как закончился подготовительный клановый курс обучения Кара совсем перестал просто так выходить на улицу, что очень беспокоило её. Иногда даже закрадываются интересные мыслишки исходя из наблюдений за мальчиком о том, что он уже научился быть расчётливым и выработал беспристрастную черту характера, но как только тот предстаёт перед ней, всякие сомнения показывают свою глупость от понимания, что Кара всего-навсего обычный любопытный ребёнок.

Заметив неподалёку библиотеки бывшего сокомандника, Акено велела мальчику самому сходить, пока она ждёт его снаружи.

— Внук старейшины Токи-сама? — вспомнив личность маленького брюнета, спросил шатен, проводив его взглядом до двери здания.

Девушка согласно кивнула, покрутив слегка ноющую кисть.

— В последнее время участились грабежи объединившихся разбойников и нукенинов. — поморщилась та, занимавшаяся их поимкой последние несколько заданий.

— Сам лично не ходил на задания с их участием, но слышал. — пожал плечами парень. — с тех пор как мы стали чунинами, мы стали довольно редко видеться. — заметил он, скрестив руки на груди. — непоседа Такеучи ушёл в ученичество к какому-то джонину, ты отрабатываешь способности капитана, ну а я же… погряз в делах.

Акено хитро улыбнулась, глянув на друга со смешинками в глазах.

— Это ты про свою беременную невесту, Хоки? — она легонько тыкнула пальцами в плечо парня.

Хоки протяжно вздохнул, поднимая лицо к небу.

С тех пор как наследник Сенджу был помолвлен на химе клана Курама, его родители тоже нашли ему пару из того же клана. Не сказать, что он был чем то недоволен или уже имел у себя на примете другую девушку, ведь та оказалась более чем хороша собой как внешне, так и духовно. Но тот предпочитал считать, что в данный момент является ещё очень молодым для создания своей семьи. Всё таки, ему всего четырнадцать, а той — семнадцать. Хотя, во времена клановых войн такой возраст был бы как раз под стать.

— Не шути так. — помрачнел Хоки, съежившись. — у меня волосы аж дыбом встают от этой мысли. Ну а у самой-то, наверняка, тоже есть кто?

Акено хмыкнула, кивая.

— Да, есть, и это — моя работа.

***

Кара довольно хрустел печеньем, запивая его ароматным чаем и покачивая правой ногой. Здешняя выпечка почти что ничем не уступала выпечке его прошлого мира. Такой вкус, начинки… просто тает во рту. А уж с чаем просто высший класс.

Аями, сидя напротив него, внимательно читала книжку, периодически бросая на того взгляд, чтобы положить ещё вкусняшек в случае чего.

Мальчишка действительно удивлял. Это ж надо прочитать около двухсот страниц за такой короткий промежуток времени и всё отчётливо запомнить! Феноменальная память и удивительное упорство в учении.

— Скажи, Кара-кун, ты ведь уже научился ведению счёта? — невзначай спросила женщина, глянув поверх круглых очков.

— Ещё год назад. — ответил он, оторвавшись от своего занятия. — а что вы читаете?

Кивнув самой себе, она приподняла книжку и глянула на синюю обложку с золотистыми буквами, указав на них мальчику.

— «Извилистые пути шиноби», она тебя заинтересовала? — спросила та, закрыв её и протягивая. — можешь взять, если хочешь, у меня есть и другие экземпляры.

— Было бы не вежливо отказаться, но я всё же…

— Бери-бери, не пожалеешь. — хмыкнула Аями, заметив появившийся скрытый интерес в его глазах, и положила рядом. — с меня книга, а с тебя — мнение.

— Верну, как только прочитаю. — кивнул Кара, пробежавшись по нему взглядом. — а о чем оно?

Женщина задумалась, ненароком смотря на часы.

— О выборе, противоположности взглядов, ответственности за жизни товарищей, моральных принципах, поиске смысла или же о философии одним словом. — перечислила ведающая библиотекой. — автор сумел вместить их в одну историю, причём очень хорошо.

«Сенджу Мусима» — так звали автора этой прекрасной книги.

— Через неделю уже отбор в Академию шиноби, так что тебе пригодятся эти знания. Будет пищей для размышления перед карьерой.

Наладить контакт и взаимопонимание с Карой было долгим занятием. Всегда был у себя на уме и вёл себя крайне странно, непохоже на других детей. Слишком гибкий ум, необычная осведомлённость в некоторых вещах, расчёты и выводы получше и реалистичнее многих генинов, а то и чунинов. Чрезвычайный талант в теоретических областях, повсюду схватывал новую информацию почти что на лету, а спокойствие и молчаливое наблюдение за окружающим миром и вовсе удивляло. Мальчик был перспективнее самого потомка Бога шиноби — внука Хаширамы Сенджу.

Тот кто захочет, может с лёгкостью заметить данный факт. Место аналитика и стратега ему обеспечено, если он будет развиваться в том же темпе. Прогнозировать максимальную планку Кары пока не было возможности на фоне активного роста его характеристик.

***

— Хокаге делает ставку на безродных. — поделилась новостями пожилая Узумаки. — хочет, чтобы джинчурики был на нейтральной позиции, без преимущественного контроля какого-либо отдельного клана, а всей деревне в целом. Это в его характере.

— Глупости, — покачала головой Тока. — в таком варианте событий о гарантии безопасности и верности бескланового не может идти речь. Есть вероятность влияния других кланов или в худшем случае — вражеских деревень, кто знает, сколько шпионов затесалось в рядах Конохи. Тем более, процент предателей среди бесклановых наибольший.

Из уст Мито вырвалась усмешка.

— Мы не можем вот так просто наплевать в лицо человеку, занимающего пост Хокаге, придётся вести повторные переговоры. — задумчиво сказала Сенджу.

— Ты забываешь, что нынешний сосуд — это я, а соблюдение договорённостей от кланов Хьюга и Курама неоспоримо. У обезьяны связаны руки, чтобы предпринимать какие-то действия. Единственный минус его предложения — нам теперь стало трудно продвигать Сенджу в качестве джинчурики, но противиться очевидным фактам перспективности Узумаки никто не станет. Да и к тому же будут опасаться ухудшения отношений с Узушио.

«Хокаге и так подпортил планы Узукаге. — ухмыльнулась Тока. — для Сенджу и лично меня это только плюс — не будет возможных рычагов давления.»

Она увидела возможность уберечь внука от политических игр, хотя бы на время.

Неразумно позволить нацепить на себя ошейник, лишь бы надеть такую же на других.

— Следующим джинчурики будет либо Узумаки, либо Сенджу, другого не дано. — твёрдо сказала Мито, глянув за задумавшуюся старейшину. — только нашим под силу сдержать мощь Девятихвостого.

— Значит, готовимся к переговорам. — удрученно вздохнула Тока, массируя виски. — Курама нас поддержит, но они обычная посредственность — их клан не может отличиться своим влиянием или чем-либо ещё, кроме мастерства в области гендзюцу. Их могущество и величие уже в прошлом.

— Это только сейчас. Их наследница восходящая звезда на поприще шиноби. — добавила Узумаки, хмыкнув. — это даёт им несколько баллов в копилку. Девчонка и вправду гениальна, раз уже может вести за нос превосходящих по силе противников. Мой сын правильно поступил, заключив прочный союз в тяжёлые для них дни.

— Если б не тупик, с которым столкнулся их клан, вряд ли бы они отдали своё «золото». — продолжила размышлять та. — льготы, которые мы предложили для них, обязаны быть равноценными. Но одно дело они, другое — Хьюги, которые постепенно набирают влияние и власть в деревне. Мы должны дружить с ними в долгосрочной перспективе, не только в вопросе с джинчурики. Благо, они сами к нам тянутся за дружбой.

— Ты права. — согласилась Мито, закончив писать и оформляя письмо. — В связи с возникшей ситуацией я воспользуюсь поддержкой Узукаге.

***

— Я могу сам понести книжку. — недовольно пробурчал под нос Кара. — и сам ходить.

Акено тепло улыбнулась, ведя мальчика за руку по кварталу, который поначалу сопротивлялся такому.

— Можешь, но разве в том, что я стараюсь заботиться о тебе, есть что-то плохое? — спросила девушка, освещая яркой улыбкой и сжав его маленькую ручку.

— Недавно ты говорила что я должен учиться самостоятельности, а теперь говоришь обратное, где логика? — удрученно вздохнул брюнет, едва ли не повиснув на её руке. — эх-х, проблемная женщина…

— Ты воспринимаешь всё слишком буквально, не понимая о чем я… — у неё нервно дёрнулся глаз. — и вообще, кто тут «женщина»? Да ещё и «проблемная»? Я тебе припомню, мелочь.

— Ох-х, только не это, господи, извини меня. — уныло и без единой капли раскаяния в голосе проговорил Кара. — я больше не буду...

— Охотно верю. — усмехнулась Акено, скептично вздернув бровь и щёлкнув того по носу, отчего тот мило насупился. — хочешь навернуть пару порций горячего супчика?

Устремив взгляд в ставшее почти родным заведение, мальчик кивнул.

— Как всегда вкусно и сытно. — довольно улыбался он после трапезы, входя в территорию дома.

— Не засиживайся допоздна, а то смотри у меня… ! — шутливо пригрозила пальцем девушка и двинулась в сторону выхода клана.

— Не обещаю. — хмыкнул тот, удостаиваясь недовольно взгляда Акено, брошенного через плечо. — книжка действительно что-то с чем то, если верить словами Аями-сан… — в слух размышлял брюнет и едва протянув руки ко входной двери, дёрнулся от неожиданного болезненного крика.

«Что случилось? — нахмурился Кара, узнав в нём Изаму.»

Быстро огибая дом, он рванул к заднему дворику и пробежался по нему взглядом, натыкаясь на такую же запыхавшуюся Ай, что взволнованно глядела на брата.

— Что такое? — в унисон спросили оба, смотря на кричащего мальчика.

— Меня пчела попой укусила! — сквозь боль крикнул тот, с искренне прифигевшим и непонимающим лицом подняв голову и держась за ужаленный палец.

Глава 13

В просторный зал старейшин медленно зашла Тока, быстрым взглядом окидывая всех присутствующих.

Сам глава, старейшины и два высокопоставленных джонина. Последняя пара чувствовала себя неуютно и напряженно над повисшей могильной тишиной, сидя среди главных корней клана. Один то ли дело едва заметно нервно потирал руки, но на это уже никто не обращал внимания.

Теперь к ним присоединилась ещё одна старейшина, последняя.

Широкоплечий мужчина, нынешний глава клана, оторвался от хмурого разглядывания поверхности стола, поднимая тяжёлый взгляд глубоких тёмных глаз на прибывших.

— Скажите, неужели никто из предложенных кандидатов не приглянулся? — недовольно спросил тот, потирая рваный шрам на подбородке. — столько потенциальных шиноби!

Тока успела прикинуть возможные осложнения и скрыв руки за широкими рукавами, сложила их перед собой, неспешно присоединяясь к своим коллегам.

— Процесс избрания нового джинчурики требует тщательного рассмотрения каждого пункта и различных факторов, а потому очень долог. — спокойно ответила она.

— Поспешные решения могут быть чреваты неблагоприятными последствиями. — поддержал её пожилой мужчина, проведя рукой по седой бороде. — да и средства, вложенные в подготовку и обучение будущего джинчурики не должны быть потрачены впустую. Печально будет узнать в итоге, что выбор был неправильным, а все усилия — потрачены зазря.

Глава недовольно поджал губы и свёл брови, сжав кулаки.

Решение вопроса затягивалось, единого выхода не было, аппарат Хокаге оказывал давление, чтобы всё поскорее разрешилось. Ответственность, которая лежит на их плечах, должна быть соблюдена без единой ошибки. На кону стояло будущее деревни и его безопасность, а также, самое главное — жизнь его матери.

Привязанность и искренняя любовь отзывалась злостью и гневом в душе от собственного бессилия, что безжалостно разъедали внутренности. Он не сможет никак подправить состояние Мито или хотя бы приостановить влияние демонической чакры Демона внутри неё, который действовал на неё как яд. Жизненную силу никак не восполнишь. По крайней мере, такого способа не нашлось на сегодняшнее время.

— Подготовка кандидата тоже требует времени. — подправил их Миямура.

— Глава, эмоциональная заинтересованность в решении вопросов крайне плоха.

— Советники Деревни требуют немедленного выявления кандидата для всеобщего спокойствия. — покачал головой мужчина. — мы должны выбрать следующего джинчурики до того, как другие кланы всерьёз засуетятся.

— Стоит подметить: мало кто посмеет вмешаться в этот процесс. Все-таки он далеко не рядовой случай.

— Может вам стоит немного отдохнуть, Миямура-сама?

Параноик — вот что уловил мужчина во взглядах старейшин, напрягаясь и потирая переносицу.

— Вы считаете, что я… — начал было разъярённо глава, как его прервал стук и медленно открывшиеся двери.

Внутрь плавной походкой зашла статная особа с довольной улыбкой на устах. И прежде чем кто-то взял на себя слово, та показала запечатанный конверт.

— Пришёл ответ от Узукаге — кандидатура подходящая, он предоставит нам её. — пояснила Мито, поставив послание перед сыном.

— Какая кандидатура? — нахмурился старейшина, как и другие, не понимая слов джинчурики.

— Кушина Узумаки, крепкое и здоровое тело, чакра достаточно плотная и сильная, — вслух зачитал Миямура, развернув. — стойкий характер, сильный дух.

— Пользуясь правом джинчурики, я выдвигаю её кандидатуру. — она развернулась к ожидающим объяснений старейшинам. — главная черта джинчурики должна быть в душевной и моральной силе, дабы не попасть под негативное влияние хвостатого зверя, а также устоять перед другими множествами проблем и невзгод, которые свалятся со статусом сосуда Демона. И прежде чем делать выводы исходя из поверхностных сведений, предлагаю вам ознакомиться с более подробным отчётом.

— Сомнительная кандидатура, мы вычеркнули её имя еще вначале.

— Вы сами знаете, что во время юбилея Мито проходил тайный отбор подходящих детей, все те имена в том списке и ещё многие другие также присутствовали. С тех пор Узушио предоставляла нам физические характеристики и прогнозы на будущее касательно этих личностей, а мы — составляли отчёт о характерах исходя из прямого наблюдения. — как и планировалось, Тока поддержала Мито. — конечно, нынешние способности девочки ничем не примечательны, но её упорство и стойкий характер перевешивают чашу весов. Кроме того, что важнее в этой ситуации: внешняя или внутренняя угроза?

Миямура глубоко задумался.

— Если брать особенности положения джинчурики — внутренняя. — с переосмыслением в лице ответил седобородый. — джинчурики — сам по себе угроза, имея внутри необузданную, разрушительную силу, а уж то, что эта мощь ещё и имеет разум… это потенциальная угроза, грозящая вырваться даже в мирное время и в спокойных обстоятельствах.

— Это имеет смысл. — кивнула женщина с добрыми чертами лица, поправив поседевшие локоны волос. — если посмотреть под другим углом, нам стоит волноваться о собственной безопасности. С уст Мито-сан мы знаем, что хвостатый зверь может действовать и давить на психику тюремщика. В этом случае даже самая сильная печать теряет весь свой смысл, если человек поддастся его негативному влиянию.

— Печать имеет функцию оберегать носителя от таких случаев. — покачал головой ещё один старейшина.

— И может ослабнуть, не стоит это забывать. Кто знает какие лазейки могут появиться в печати. Брешь в любом случае всегда рано или поздно находится.

Глава молча наблюдал за вспыхивающим спором, обводя пальцем шрам и беря в учёт каждое высказывание мудрых умов клана, собирая всё воедино и размышляя над решением вопроса.

***

Акено привела Кару к большому красному зданию, расположенного у подножия скалы монумента Хокаге. Самой отличительной чертой был иероглиф «шиноби» и символ Листа над широкими дверями Академии.

Перед зданием собралось много народу, желающих отдать своих детей на обучение искусству ниндзя.

— Ну что, готов? — весело спросила Акено, переводя взгляд на задумчивого мальчика. Тот промолчал, продолжая смотреть сквозь толпу куда-то вдаль. — не унывай, Тока-сан точно придёт на вступительную церемонию. — она попыталась взбодрить Кару, подозревая в его молчаливости печаль от отсутствия бабушки в такой важный момент.

Брюнет оторвался от своего занятия и глянул на девушку.

— Я волнуюсь как бы Изаму не напортачил на церемонии. — криво улыбнулся он, почесав макушку. — они ведь тоже сейчас должны проходить вступление.

Девушка тепло улыбнулась, мягко проведя рукой по его щеке.

— Уже скучаешь по ним?

— Я просто уже успел понять их. — покачал головой Кара. — Изаму вечно вляпывается в истории, даже там, где их с первого взгляда нет.

Тем временем поднялась шумиха, после того как из дверей Академии в сопровождении учителей-ниндзя вышел смуглый мужчина с козлиной бородой в мантии главы деревни, состоящую из хаори белого цвета с красным низом и широкой шляпой.

Первое, на что он обратил внимание, это его фон чакры: такая густая, плотная, мощная… впечатляет. Его резерв в разы превосходил тех, кто окружал.

«Сарутоби Хирузен, Третья Тень Огня… — внимательно разглядывал мужчину мальчик, после того как девушка подняла его на руки. — наверняка это не вся его сила, которую он показывает…»

«Вот в такой ответственный момент Токи-сан нет. — удрученно размышляла Акено, пытаясь не показывать своё сожаление.»

Вместо неё, самого родного и близкого человека, стоит она, пытаясь отыграть этот момент.

Учителя построились в длинный ряд перед ожидающей толпой, а сам Хокаге неспешной походкой вышел вперёд под взором затихшей детворы.

— Приветствую вас, юное поколение! — начал вещать свою речь Сарутоби, отчего Кара уныло вздохнул и отвернулся.

Он оглянулся, всматриваясь в толпу. Каких там только не было людей: обычные гражданские сливались со множеством ниндзя и их детьми. В некоторых шиноби узнавались члены разнообразных кланов, чьими отличительными чертами были символы или как говорится — мон, на одежде. Где-то там, на другом конце стоял Наваки с матерью и Цунаде, а глава семейства, кстати, тоже отсутствовал.

Что было примечательно, та двойка белоглазых, что с каменными лицами сидели на юбилее, тоже были здесь в сопровождении невысокого мужчины со строгим выражением лица. Все они были одеты в традиционное кимоно клана с длинными рукавами.

Стояли они совсем рядом, в пару рядов.

Получается, Хиаши и Хизаши Хьюга его одногодки — единственный вывод к которому он пришёл, за неимением других причин их присутствия здесь. В прошлый раз разговор между ними никак не вязался, да и особого желания пообщаться у него не было, сосредоточившись на сборе информации.

Как подсказывает память, Хиаши в будущем займёт место главы клана, а Хизаши заполучит печать в лоб и станет относиться к побочной ветви.

Построить связи с будущими шишками Великого клана, владеющих бьякуганом, выглядело неплохой возможностью. Притом если начать общение сейчас, когда те ещё являются мелкими «школьниками», ещё лучше. Но достаточно всего лишь держать с ними хорошие отношения и в будущем это даст плоды в момент нужды.

— А мы просто послушаем речь господина Хокаге и всё? — с надеждой спросил Кара, глянув в лицо девушки, что тоже вполуха слушала слова Третьего. — давай домой пойдём?

— Далее будет распределение по аудиториям и классам, вас заберут учителя. — вдруг неожиданно раздался голос бабули, отчего те вздрогнули.

— О, вы пришли, Тока-сан! — радостно улыбнулась Акено, быстро взяв себя в руки.

— Конечно, как я могла пропустить такое важное событие? — хмыкнула женщина, переводя взгляд на внука. — поздравляю, с этого дня ты уже в какой-то мере шиноби. Как закончим тут, хорошенько отпразднуем. — весело подмигнула женщина.

— Да сдалась мне эта ваша Академия ниндзя… мне и дома было хорошо. — буркнул под нос брюнет. — теперь ещё и время тратить на хождение сюда.

— Не капризничай. — невозмутимо впечатала Акено, заставляя мальчика возмущённо замолчать.

А ведь ему и вправду откровенно нечего там делать, если конечно, он не ошибся с программой обучения. Нужный материал учёбы он уже изучил, на год-два так точно, поэтому и смысла пока нету туда ходить, кроме того чтобы просто полежать, поваляться на парте.

Краем глаза Кара зафиксировал чьё-то приближение.

— Доброго вам дня, Тока-сама. — подошёл белоглазый мужчина, предположительно отец близнецов. — ваш внук тоже вступает в Академию ниндзя?

Между ними развязался диалог, в который он не вслушивался, искренне завороженный красотой подошедшей женщины. Длинные, уложенные тёмные волосы спадали с плеч, обрамляя её красивое лицо, а густые ресницы прикрывали полуприкрытые, милые безликие глаза.

Она вызывала удивительное восхищение и трепет.

Мотнув головой, Кара попытался взять себя в руки, но уловив взгляд мальчика, Хьюга одарила его завораживающей, доброй улыбкой, отчего тот ещё больше засмущавшись, отвернулся и уткнулся носом в плечо Акено, стараясь скрыть заалевшие щеки.

— Какой милый мальчик. — раздался её приятный, мелодичный голос.

— Извините, Хина-сама, он немного застенчивый. — ответила Акено, неловко улыбаясь.

Будучи чунином и клановой, девушка уже не раз встречалась с Хиной Хьюга и считала женщину человеком с невероятно добрым сердцем и восхитительной внутренней чистотой, несмотря на то, что её муж был строгим и жёстким по отношению даже к собственной семье.

– Все уже разбиваются на группы. – сообщил Хизаши матери, переглянувшись с братом.

Глава 14

Класс «2-А», ничем непримечательная обычная просторная аудитория, коих очень много в здании Академии ниндзя. Номера аудиторий, видимо, распределялись по уровню этажа, а рядом ставили букву класса, за которыми он закреплён.

Класс был полностью полон новыми учащимися, что шумели и галдели без остановки. Впрочем, ничего удивительного, ведь сегодня был праздничный день, поэтому атмосфера внутри здания витала соответствующая. Некоторые уже успели подружиться, если вообще не знали друг о друге до поступления.

Минуя все препятствия и столпотворения детворы, Кара занял место в самом последнем ряду у окна. Скучающе облокотившись об правую ладонь, он внимательно всмотрелся в новых одноклассников: близнецы Хьюги расположились в соседней парте справа вместе с еще одним белоглазым мальчишкой с повязкой на лбу: Нара, с завязанными в хвост тёмными волосами сидел напротив него, умудрившийся задремать даже несмотря на шум, а рядом с ним находилась светловолосая Яманака, о чём-то спорящаяся с подругой; в противоположной от него стороне аудитории парочка Абураме в балахонах и с затемнёнными очками; где-то там весело смеялся пацан с каштановыми волосами и знаком Сарутоби на спине, стоя рядом с более габаритным и жилистым мальчиком. Далее определить чью-то принадлежность было трудной задачей, но всё равно отметил больше десяти бесклановых.

Кара хмыкнул, сетуя на разнообразность класса. Похоже конкуренция будет жёсткой, даже если брать все дисциплины академии отдельно. Те же Хьюги могут занять лидирующие позиции в учебных поединках, а в теории все клановые в общем должны быть хороши, но если судить по прочитанному в прошлой жизни, выходцы из Нара заметно умнее своих сверстников. Но даже если не брать это в учёт, всё равно собранная информация перед Академией подтвердила незаурядный ум у большинства членов Нара.

Их главной способностью или по другому — хидзюцу, является искусство манипуляции тенями. Но также известно, что у Нара также есть научно-исследовательский центр с обилием лекарственных средств, хранящихся в нем, из чего можно сделать вывод, что они, ко всему прочему, занимаются областью медицины.

Довольно занятная история и описание, если углубиться.

Зевнув, брюнет хотел присоединиться к занятию Нара, но в класс зашла оставшаяся детвора: громкий, лохматый паренек-заводила бесцеремонно ворвался в класс вместе с Наваки о чём-то активно горланя между собой и обвинительно тыча в друг друга пальцами, а вслед за ним зашёл седовласый, пытавшийся их успокоить, примирительно поднимая руки.

— Ребята, давайте успокоимся! — пытался унять их щуплый мальчишка, но тщетно. — сейчас учитель придёт и нам всем попадёт!

— Не лезь, Хотару! — отмахнулся Инузука, взаимно прожигая взглядом Наваки. — Ты сам начал!

«В первый же день вляпался в перепалку. — кивнул Кара, ни капли не удивившись.»

— Это ты начал! — возмущённо крикнул тот в ответ и держа упрямое выражение лица, показательно отвернулся от него и наконец заметил соклановца, расплываясь в улыбке. — Кара! — помахал мальчик рукой, побежав к нему. — где ты был? Я не видел тебя на церемонии! Как ты тут так быстро оказался? — Наваки засыпал вопросами и случайно столкнулся с девочкой, собиравшейся сесть за парту. — ой, извини!

Девочка едва не упала, но успела ухватиться за край парты и удержалась на ногах.

— Всё в порядке. — спокойным голосом ответила та, поправив длинные фиолетовые локоны волос. Она осмотрелась и с досадой поняла, что все места уже заняты, а у доски уже стоял подтянутый загорелый мужчина среднего роста со стандартной формой джонина, чьи темные волосы свисали поверх протектора Листа.

Вот тут уже недовольно посмотрев на Наваки, девочка заметила свободное место рядом с Карой и быстро туда уселась. За ней же последовал возникший рядом Хотару, быстро огибая мальчика.

— А… эм… — наследник Сенджу опешил от резко затихшего класса и плюхнулся на свободное место перед Хьюгами. — ты? — прошипел он, чуть не сорвавшись на крик, заметив соседа по парте.

— Я. — поморщился Инузука.

— Меня зовут Кагеяма Мадо, — представился учитель, подождав пока все рассядутся по местам. — я буду вашим классным руководителем. Сегодня ваш первый день, поэтому мы пройдёмся по короткому инструктажу и проведём вводный урок. А потом разберёмся с расписанием занятий. Думаю, выборы старосты перенесём на другой день.

«Во второй раз в первый класс. — уныло подумал Кара, переводя взгляд на сидящих рядом.»

Несмотря на уныние от мысли о том, что следующие пять-шесть лет он будет заперт в стенах Академии, мальчик по достоинству оценил выступление Хокаге перед малявками-ниндзя. Ранее, ни один из предыдущих Каге не выступал с речами перед учебным годом, по крайней мере не каждый год. Таким занимались исключительно другие чиновники, в число которых входит и сам директор.

А ведь неплохой ход — выступать перед народом и будущими потенциально-высокоранговыми ниндзя. Таким жестом Третий показывает свое расположение к народу, а также положительно воздействует на умы детей, представ перед ними в образе Хокаге и кормя их сладкими мотивирующими речами, именуемой «Волей Огня».

«Воля Огня» — философия Хаширамы Сенджу и клана Сенджу в общем, чьей основной чертой можно назвать: «любовь — главный ключ к миру». С приходом к власти Первого она передалась Деревне и стала его основной идеологией. Согласно нему вся деревня это что-то вроде одной огромной семьи, и каждый шиноби Конохи с Волей Огня любит, верит, заботится и сражается ради защиты деревни, так же как и предыдущие поколения делали до него.

Из этого следует сделать вывод, что Сарутоби своей речью ещё и показывает своё дружелюбие одному из двух кланов-основателей и верное следование идеалам Хаширамы — основателю Конохи и одному из величайших глав Сенджу. Надо брать в учёт то, что даже после своей смерти он является крупной фигурой в клане и Деревне, до сих пор оказывая большое влияние на них несмотря на свою кончину.

Двух зайцев одним выстрелом.

Примечательно, что «прародителем» этой философии являются Сенджу, потомки Ашуры Ооцуцуки. Если вспомнить канон мира шиноби, в финальной битве в Долине Завершения Наруто победил Саске, чей клан Учиха имел при себе проклятье глаз, именуемая: «Проклятье Ненависти».

В этом бою Наруто воплощал идею Воли Огня, в то время как Саске — Проклятье Ненависти. Это своеобразные две оппозиции, существующих ещё со времён сыновей Мудреца Шести Путей. Ведь если так подумать, то они идеально вписываются в многолетнюю вражду между Сенджу и Учиха.

«Не говорит ли это о том, что наши кланы всегда будут враждовать между собой, несмотря на договорённости? — с досадой подумал тот, прикусив изнутри губу. — нет, те времена уже прошли, теперь мы воюем на одной стороне. Это догадки, догадки…»

Мальчик вырвался из своих дум, встретившись с внимательным взглядом девочки, чьи тёмные очи были устремлены прямо в него. И заметив в глазах брюнета сознательность, та представилась:

— Наори Учиха. — кивнула она, вбив его в ступор.

«Как вовремя…»

— Кара Сенджу. — тот попытался сдержать ироничную улыбку, но уголки губ всё же приподнялись.

— Я, Наваки Сенджу — будущий Хокаге! — резко вскочил с места тот, удивляя всех присутствующих и указал пальцем в Инузуку. — я тебе ещё покажу! Это ты неудачник, а я — удачник!

— Что ты сказал, придурок? — оскорблённый мальчик тоже встал, схватив Наваки за воротник и притянув к себе. — раз так, то ты станешь им только после меня!

— Наваки-кун, Куро-кун, а ну быстро сели! — строгим голосом велел учитель, прервавшись. — ни то сообщу вашим родителям!

В недовольстве сжимая зубы, те всё же вернулись на свои прежние места, бросая в друг друга обидчивые, гневные взгляды.

Сидевший справа от Наори Хотару, поняв, что про него забыли, закинул руки за голову и откинулся назад, вздыхая:

— Надеюсь вы не сцепитесь как они? — усмехнулся мальчик и нервно дёрнулся, удостоившись двух осуждающих взглядов. — ой, да я просто пошутил. Кстати, я Хотару Хатаке.

Клан Хатаке — малочислен, если сравнивать с другими. В нём состоит лишь около восьмидесяти человек, и к тому же некоторая их часть работает на гражданской специальности, но зато мастерство и навыки их шиноби обычно бывают получше чем у остальных.

— Эпоха Воюющих Кланов уже давно прошла. — невозмутимо сказала Наори, отчего тот закатил глаза. — но да, забавно вышло.

— Кто-то книги не читает или же просто старые попадались? — поддержал Кара её невидимый выпад.

— Думаю, первое. — хмыкнула девочка, кинув ещё одну шпильку.

— Да знаю я, просто шутка была! — не выдержал Хатаке.

— Хэй, Хотару-кун, тише!

Кагеяма, опытный учитель, понял, что обучение данного класса будет трудновато. Ведь уже сейчас они начинают доставлять хлопоты.

«Весело же мне будет… — с грустью подумал мужчина, вспомнив все проблемы, с которыми ранее встречался.»

— А что сразу я? — возмущенно воскликнул Хотару, всплеснув руками и театрально посмотрев вверх.

***

Первый день ничем не отличился. Всё закончилось спустя час-два, после того как учитель закончил со всеми запланированными планами. Откровенная скука, приходилось просто бесконечно глядеть в окно или наблюдать за переругиванием между Наваки и тем Инузука. Но больше всего тянуло к книге, что одиноко лежала у него дома, ожидая своего часа.

— Это вообще-то было несправедливо и подло с вашей стороны! — возмущался Хатаке, выходя из Академии и пнув шарик на пути. — говорили все, а досталось только мне!

— Ты сам кричал на весь класс. — пожала плечами Наори.

— И кто в этом виноват? — тот недовольно поджал губы, понимая, что повёлся на провокацию.

— Ты сам. — с укором ответила девочка из-за обвинений. — шиноби не должен вестись на простые провокации и потому ты сам виноват. Считай, я твой сенсей. — хмык, заслышав который Хотару поморщился как от лимона.

— Вредная девчонка. — едва проговорив, он был вынужден отступать и уклоняться от последовавших ударов, запаниковав. — ладно-ладно, извини!

— И кое-кто говорит о том, что не нужно вестись на провокации. — усмехнулся Кара, молча слушавший перепалку.

— Не сдержалась. — признала Учиха, вновь пожимая плечами.

— О, это же Маруи и Асако из Курама. — заметил Хатаке ребят с тёмными шевелюрами и в кимоно, на спинах которых красовался знак клана Курама. — кого-то ждёте? — сходу спросил Хотару.

— Да вот Маруи и Шиничи говорят дело к Чоуме есть. — безынтересно ответила Асако и равнодушно пожала плечами.

— Здорова. — вяло помахал рукой Нара, подав признаки жизни, лежа под тенью дерева. — в классе как-то не было возможности поздороваться.

— Снова не выспался? — спросил тот, весело улыбаясь. — знакомьтесь, это… — седовласый прервался, растерянно оглядываясь вокруг. — куда они делись?

***

— Это же ты попала к Цунаде-чан с прожженными чакроканалами. — наконец вспомнил ту Кара, неспешно шагая позади Учихи.

Девочка обернулась и непонимающе похлопала глазами:

— Неужели Сенджу распространяются между собой о всех своих делишках?

Брюнет озадаченно замолчал на колкость, подбирая слова.

— Эм, нет, я просто стоял неподалёку, пока не подошёл твой брат. — вспомнил того наглого парнишку он, задумчиво прислонив руку к подбородку. — Какеру, да?

— Так значит мы уже виделись и даже знакомы в некоторой степени. — согласно кивнула Наори. — интересно вышло.

— Ага, бывай. — махнул рукой тот, сворачивая в другую сторону.

Глава 15

Кара поправил боккэн на бедре, неспешно ступая на тренировочную поляну. Было немного непонятно, почему Акено назначила сегодняшнюю тренировку в клановом полигоне, ведь обычно всё происходило во внутреннем дворике дома, так как начальный этап обучения кендзюцу не отличался таким масштабом и разрушительностью, как ниндзюцу.

Ката — формализованная последовательность движений, связанных принципами ведения поединка с воображаемым противником или группой противников. В общем количестве существует двенадцать приёмов кат и оказалось, что для того чтобы освоить искусство кендзюцу, для начала нужно выучить и хорошо отточить эти движения.

Акено ни в какую не хотела продвигать обучение, отказываясь, пока Кара не свыкнется с начальной базой. Пришлось потратить около двух недель на непрерывные, однотипные движения деревянным мечом, именуемой боккэном. Руки ныли от усталости, краснели, покрывались мозолями, грубели. Теперь вместо детской, мягкой и нежной кожи она стала намного грубее, чем прежде, когда тот ходил на физические тренировки клана.

Каждый день на оттачивание базы выделялись пару часов с двумя десятиминутными отдыхами. И следует сказать, что такие условия были адскими, так как несмотря на выносливость шиноби и укрепление чакрой, уже на двадцатой минуте руки ныли от усталости, и если к этому прибавить ещё и манекен для отработки ударов, кости просто грозились не выдержать. В первое время после тренировок руки почти не чувствовались, дрожали, а лёгкий деревянный меч становился во много раз тяжелее, почти не подъёмным. Иногда даже проводились спарринги с боккэном вместе с Акено, в которых та раз за разом показывала, что ему ещё рано думать о чём-то большем, но невзначай упоминала, что тренировки дают прогресс.

— Бабуль? — непонимающе вздернул бровь тот, заметив её рядом с девушкой.

Тока кинула на того внимательный взгляд, осмотрев с ног до головы, и не переставая о чём-то общаться с Акено.

Неспешно приближаясь, мальчик перебрал в голове все варианты причин проведения тренировки тут и присутствия бабули, но ничего толкового в голову не приходило, разве что спарринга с применением техник и так как каким-либо боевым техникам он был не обучен, эта догадка была быстро отметена.

— Как прошла учёба? — первым делом спросила женщина. — надеюсь, ты присутствовал на всех уроках?

Кара криво улыбнулся, неловко почесав щеку.

В прошлый раз пришлось выслушать жёсткий выговор на эту тему. Как только терпение классного руководителя достигло своего пика, вести о прогулах сразу же дошли до Токи, а та в свою очередь была сильно недовольна легкомыслием и наглостью внука.

Он должен был сразу понять, что с учёбой в местной школе у него никак не сложится. Знания, которые преподавались, действительно было уже давно ему известны. Не зря ж днями и ночами напролёт он сидел за учебниками, угождая своему любопытству. Хотя, может быть и зря.

Но даже так проскочить на несколько классов выше было нельзя. Слишком уж опасной казалась перспектива быстрого вручения протектора. Лучше уж, по его мнению, было бы потратить эти несколько лет обучения на тренировки и изучение чего-то нового, что могло бы существенно увеличить силу, вместо того чтобы рисковать своей жизнью.

— Конечно, бабуль.

Мальчик искренне чувствовал вину, понимая, что доставляет ей лишнюю головную боль и возможно, даже разочаровывает.

Тока незаметно тепло улыбнулась и мягко потрепала того по голове, видя его виноватое лицо.

— Вот чакропроводящая бумага. — вытащила Акено из сумки, закончив рыться и поднимая голову.

— Сегодня мы узнаем, какая у тебя стихия. — ответила та на немой вопрос внука.

Женщина немного призадумалась.

У ее сына основной стихией была вода и земля в качестве вторичной. А у Фэй молния и вода.

Свитков техник воды и земли дома было навалом, как и в общем доступе клана, издревле передававшиеся из поколения в поколение. Со стихией молнии тоже проблем не должно возникнуть: за всю карьеру шиноби она овладела всеми пятью стихиями, хоть некоторые не доставали до мастера, но были на приемлемом уровне. Так что некоторым техникам райтона та сможет обучить, а потом уже надо будет переходить на оставленные в качестве наследства свитки с техниками от Фэй, если не сразу.

Внутри Токи горел огонь любопытства насчёт основной стихии внука.

Кара взял бумажку в руки и немного помедлив, дабы успокоить волнение, провёл в неё чакру.

Бумага смялась.

— Райтон? — с придыханием спросил тот.

— Райтон. — утвердительно кивнула Тока, хмыкнув.

«Не только схожесть характеров и поведения, но и способностей…»

— Ай-яй-яй, жа-аль… — немного печально протянула Акено, озадаченно уставившись на бумажку и почесав макушку. — у меня нету райтона. Хотелось бы мне стать твоей наставницей. — она покачала головой, задумчиво проведя пальцем по губе. — можно попросить сенсея Амачи, как вы думаете, Тока-сан? Он человек опытный, ветеран первой войны и очень хорошо обладает райтоном.

— Амачи и без того отвечает за обучение десятков детей клана.

«Он не откажет такому предложению… скорее всего. — промелькнула мысль в голове девушки.»

— Оставим этот вопрос на потом. — махнула рукой женщина, двинувшись чуть в сторону.

— Да. — Акено подняла Боккэн и отошла на несколько шагов назад, вставая в стойку. — продержись шесть секунд и мы приступим к основному обучению.

— Понял. — ответил мальчик, уже готовый к атаке.

— Не поддаваться и не щадить. — добавила Тока, осмотрев их на готовность и бросая взгляд на карманные часы. — начали.

Резкий порыв ветра и брюнет отпрыгнул на пять шагов назад, с промелькнувшим ужасом в глазах заметив совсем близко рубящую атаку снизу слева, едва успев парировать и вновь отскакивая назад. Не теряя времени отскочил вправо и пригнулся, пропуская пронесшийся удар над головой.

Поудобнее схватив рукоять боккэна, мальчик сорвался с места, целясь в бок девушки, но перед казавшимся неизбежным ударом, та смазанной тенью исчезла.

Кара ненадолго растерялся от неожиданности, не сумев остановиться и рассекая древком воздух, уходя перекатом вперёд от атаки сзади.

«Черт! — в сердцах воскликнул тот от вспыхнувшей боли в ноге и болезненно покатившись по земле.»

Быстрая смена положения на корточки снова отразилась болью.

При виде смазанного силуэта Акено волосы вставали дыбом. Она была словно хищница, загонявшая в угол свою жертву и стремительно атакуя не давала продыху. Опасность — вот о чем кричали все шесть чувств.

Разозлившись от неведомых ранее чувств, Кара рыкнул и вновь прогнал по телу чакру, замахнувшись боккэном и оторвавшись от земли. Мечи скрестились, едва ли не ломаясь от мощи ударов.

Деревянный меч брюнета отлетел в сторону, а ему самому чуть не пришёлся удар ногой в грудь, но та мигом остановилась, заслышав окончание времени.

— Похвально, — похлопала бабушка с довольной улыбкой. — хотя движения полны ошибок, ты гордо выстоял. — кивнула она, признавая способности внука. — держи эмоции под контролем и научись работать умом.

— Я тебе сколько раз говорила: «не бросайся бездумно в атаку»! — возмущённо отчитывала Акено, залечивая его ногу. — просчитывай свои шаги как в сёги! Ты же умеешь это!

— Извини… — устало прошептал тот, падая в обморок.

***

<i>Кава но Куни</i>

Под тёмным небосводом среди массивных деревьев едва заметно пробежали несколько неуловимых взгляду теней, ловко лавируя между препятствиями и стремительно приближаясь к горевшему вдалеке костру.

Шестёрка теней разделилась, теряясь в густой листве леса.

Одна тень, в отличие от других, двигалась прямо и не сбивалась с пути, бесшумно устремляясь к цели. Под игривыми лучами Луны мелькнула холодная сталь, извлеченная из ножен с волками.

На раскинувшемся лагере одиноко горел костёр в центре палаток, возле которых незаметно приземлился мужчина с красно-белой тканевой повязкой на голове, прикрывавшей верхнюю половину лица и бока.

«Возможно часовой. Один. Собирается меняться. — сложила два плюс два Акено, затаившись в кустах. — Крадётся. Засек нас? — единственный сенсор хмуро свёл брови вместе, давая понять, что отсканировать нужную местность ему не удалось. — печать. — поняла она.»

Члены отряда составили гибкую, широкую дугу и ожидали её команды.

Девушка медленно подняла руку, но её остановило какое-то смутное чувство чего-то странного… будто бы что-то тут не так.

«Точно засек. — нахмурилась та, заметив как тот обнажил меч и его явное напряжение. — надо атаковать пока он не разбудил остальных.»

Капитан махнула рукой.

— Засада! — заорал мужчина, заметив её появление и молниеносно складывая печати, прежде чем его голос потонул в огне техник. Вслед за ними пошла и необъятная волна воды.

Кивнув членам команды, Акено рванула к разрушенному лагерю вместе с напарником добить уцелевших, но всё, что они нашли, так это лишь одного еле хромавшего мужчину невдалеке, увиденного ранее. Все палатки были пусты, а на следы присутствия остальных и намёка не было.

В голове что-то чикнуло.

— Засада! — крикнула девушка, быстро разворачиваясь к своим и беспомощно наблюдая как двоих катонщиков снесло мощным порывом ветра. — Хоки, быстро к ним!

Названный молча сорвался в нужном направлении, а капитан побежала к сторону источника техники, зафиксировав краем глаза преследование неизвестных.

Один из них запустил в неё несколько кунаев, а другой показался сзади и воспользовавшись отвлечением, насквозь проткнул её грудь своим мечом. Та с тихим хлопком исчезла, вводя их в недолгое замешательство.

— Выкуси! — процедила сквозь зубы девушка, устремляя свой верный клинок к шее оппонента и ушла заменой, появляясь за спиной второго и рубанула по его жилету.

Тот отскочил назад к своему без серьёзных ранений. Клинок не сумел достать глубоко.

— Не двигайся! — рявкнул кто-то за её спиной, а по бокам тоже приземлилась парочка с оружием наготове. – если хочешь жить.

— Коноха? — донёсся удивлённый женский голос слева, под чьей повязкой еле виднелся знак Песка.

Глава 16

— Коноха? — донёсся удивлённый женский голос слева. — не зачеркнут. — глянула на протектор. — мы из Песка. — ответила та, заметив враждебный взгляд, и стянула с головы повязку, прикрывавшую протектор.

«Тоже не зачеркнут. — отметила Акено, удивлённо уставившись на неё.»

— И что с того? — встрял песочник. — они атаковали нас и значит отряд Конохи заодно с ними!

— Мы соблюдаем наши договорённости, в отличие от вас! — двойка суйтонщиков окружили вражеское кольцо с двух сторон. — что вы здесь делаете, отвечайте!

— Не обязаны отчитываться перед каким-то щенком из Листа!

— Стойте, давайте опустим оружие и мирно всё обсудим! — остановила грызню песочница, самая разумная из них. — лишнее кровопролитие никому не нужно!

— Пусть сначала сами бросят!

— Чтобы облегчить вам задачу? Да, конечно! — воскликнул песочник, показав тому средний палец.

— Ах ты… я тебя на куски порву!

— Ну давай, только попробуй… — провокационно ухмыльнулся мужчина, глянув на молодого парня.

— Макото, молчать! — наконец-таки вмешалась Акено, переварив всю информацию и приняв решение. — если меня всё же убьют, перережьте горло сначала вот этой. — указала она на песочницу, на чьём лице показалось возмущение. — это было её предложением.

— Не верьте им, капитан! — обеспокоенно затараторили подчинённые, лишь сильнее сжимая рукояти.

«Другого выхода из этой ситуации нет. — сглотнула та, медленно опуская оружие. — как капитан, я должна стараться уменьшить потери, даже если это несёт за собой непосредственно лично мне риск. В любом случае уйду заменой, главное вовремя среагировать.»

— Ваша очередь. — окинула девушка их суровым взглядом, подняв пустые руки.

Песочники с тяжёлым взглядом переглянулись между собой, и увидев, как их товарищ доверилась им и опустила кунай, те напряжённо последовали за ней, не спуская глаз с листовиков позади, которые тоже убирали оружие одновременно с ними.

Убедившись о готовности ведения переговоров, шиноби отпрыгнули в две разные стороны.

— Что с остальными? — тихо спросила Акено подчинённых.

— Живы, но вести полноценный бой не в состоянии. — шепнул Макото. — нужно подлатать.

— Почему вы нас атаковали? — обратилась Сенджу к стоящим в отдалении враждебно настроенным людям. — вы явно ожидали нас и зашли сзади.

— Наш разведчик заметил присутствие неизвестных около лагеря и мы решили, что вы и есть наша цель. — песочница продолжала стараться снизить градус напряжения. — обнаружив наличие вашей принадлежности, мы не стали добивать тех двоих.

— Да и к тому же, вы первые начали обстрел. — добавил её товарищ.

— Мы пришли за трупами охотников за головами. — объяснилась та, чувствуя как её что-то грызёт изнутри, какое-то сомнение… чутьё что-то говорило.

— Охара!

— Мы тоже… — хмуро отозвалась Акено.

— Хотите сказать, наниматель обратился к двум Деревням? — недоверие так и сквозило в голосе песочника.

— Хватит препираться, договорённости не нарушены. — донёсся строгий голос последнего ниндзя Песка. Тот был сильно потрепан и едва стоял на ногах. — палатки были полностью пустые, костёр и еда были лишь для вида. Головорезы прознали о грядущем нападении, либо нас нарочно кто-то столкнул.

Поднялся шум, разведчики двух сторон сразу же унеслись прочесывать окружение на наличие посторонних.

— Печать сокрытия действовала на все близлежащие к лагерю территории, я его снял. — отчитался прибежавший Хоки.

***

Обычная миссия по устранению перешла на политический уровень. Столкновение отрядов двух деревень расценивается уже как акт агрессии и попытку расторжения заключённых договоров о мире. Произойдёт скандал, а мир между ними поставят под сомнение.

Она облажалась по-крупному. Данный инцидент точно попадёт в её послужной список как склонность к нарушению мира в международном уровне.

Наметившееся вновь открытие активных контактов между Конохагуре и Сунагакуре в перспективе приводила к снятию рядов ограничений по отношению друг к другу, появившихся в военное время, и координации военных сил в пользу общих интересов.

Конечно, рано было делать вывод, что отношения между вышеперечисленными Деревнями сразу же кардинально изменятся. Он представлял собой лишь разговорный и бумажный характер, призванный к недопущению военных столкновений, особенно вне территорий обозначенных Деревень.

Две стороны были чрезвычайно аккуратны в ведении переговоров. Их диалог был направлен на то, чтобы гарантировать, что силы, действующие поблизости друг от друга, случайно не столкнутся, не окажутся в ситуации, при которых те скрестят клинки.

До нынешнего времени всё шло очень успешно, но её невнимательность привело к подобной ошибке.

Акено подозревала, что на Родине ей будет вынесен строгий выговор от начальства и позор. Все её усердные старания сметёт лишь один бой.

— Ждём дальнейших распоряжений от начальства. — ответила девушка на немой вопрос Хоки, прожигая взглядом поверхность кровати.

— Хорошо. — послушно кивнул парень. — Имайзуми продолжает следить за возможными шевелениями в городе, но… мы тут бездействуем уже пару дней. Возможный неприятель и носа не показал за всё это время, хотя должен был, или головорезы действительно были и узнали об охоте. Возможно, покинули страну, да пятками сверкая.

— Кто-то пытается предотвратить растущие отношения между нашими Деревнями. — лениво подал голос темноволосый парень, довольно распластавшись у окна. — кому-то это невыгодно.

— Неважно, была ли миссия настоящей. Наше столкновение — серьёзное допущение, что в перспективе может принести не только разрыв переговоров, но и к конфронтации. — покачала головой Акено. — если кто-то у власти желает войны и воспользуется данным случаем — ему это вполне может удастся. Хорошо хоть бой произошёл на нейтральной территории.

— Ну-ну, не накаркайте, капитан. — помахал рукой брюнет. – вы утрируете.

— Свободны. В случае чего сразу сообщайте мне. — приказала та.

— Хай. — вновь кивнул Хоки и похлопал её по плечу. — слишком не нагружай голову этим, всё будет хорошо. — улыбнулся он, беря за шкирку лежащего парня и потащив к выходу. — ты не слышал приказ капитана?

— Ай, Хоки-сан, я только расслабился!

— Вместо того чтобы бездельничать, присоединился бы к Имайзуми. — причитал тот, выйдя в коридор. — удивительная безответственность!

— Хай, Хоки-сан. — без какой-либо инициативности в голосе вздохнул парнишка.

Подождав пока дверь захлопнется, девушка яростно метнула подсумок в руках на землю, тяжело задышав. От прежнего спокойного лица и следа не было.

Возможные тысячи жертв могли быть на её совести, на её руках! А все из-за чего? Её излишней самоуверенности! Надо было хорошенько прочитать и досконально изучить легенду нанимателя! Чем только занимается аппарат приёма миссий!

— Как только попадётся, лично на куски порежу! — сквозь стиснутые зубы процедила та, сжимая в руках рукоять клинка.

***

«Хм, отряд Песка тоже ошивается тут. — быстро заметил трёх грозных мужчин чунин с каштановыми волосами, зависая на крыше здания. — тоже ожидают приказа свыше?»

Он потянулся, разминая затекшие мышцы спины и устало потер шею, вздыхая.

Роль разведчика нехило так выматывала. Как только отряд где-то останавливается — сразу срывается с места обшаривать местность, как только случается что-то непредвиденное — сразу уходит выяснять что к чему. И вот зачем спрашивается, улучшал маскировку?

Имайзуми уже не ел и не спал со вчерашнего дня, всё время носясь по городу и её окрестностям. Приходилось заглядывать под каждый камень и проверять каждого показавшегося странным человека! А ведь таких много! Каких только людей земля не носит.

Сегодняшней ночью во время слежки за странствующим путником ему пришлось пройти вместе с ним в бордель и стать через окно второго этажа свидетелем его ублажения легкодоступными девицами, хм! А ведь самому тоже надо бы расслабиться хоть немного, черт бы их побрал… но миссия не будет ждать.

Он завидовал белой завистью Макото и остальным. Те расслабленно валялись и зализывали раны в гостинице, пока ему приходилось отслеживать движения. А вот хотя бы заменили его немного и на том спасибо было бы, но… это его обязанности, его выбранная стезя, черт бы побрал.

«День уже подходит к концу, но они похоже даже не спешат зарыться в свои норы. — сосредоточился парень, выбрав троицу в качестве сегодняшней цели. — так-так… ну и чего вы тут забыли? Хм, козлиная борода, козёл… вкусное, сочное мясо… тьфу. — он мотнул головой, отгоняя лишние мысли. — а не его ли задницу мы поджарили? Живучий старпер!»

Тем временем песочники ловко стекали сквозь густую толпу, подозрительно озираясь вокруг и внимательно шаря взглядом по улице.

Имайзуми незаметно перебирался из одной крыши в другую, следуя за целями.

Один из них, с козлиной бородой, смачно влепил подзатыльник более молодому парню его возраста, не забывая о чём-то строго отчитывать.

В предвкушении он немного подался вперёд, после того как те свернули в тёмный, безлюдный переулок. Быстро сместившись в здание рядом, притаился у балкона.

— Я отлить. — слегка махнул рукой песочник, отходя от товарищей.

Бородач кивнул.

— Не веди себя безответственно! — упрекнул тот парнишку, погрозив пальцем.

— Да, но Хаккета-сан, там действительно продают одну известную книгу с ограниченным тиражом! — воскликнул он, потирая затылок. – во многих местах его уже раскупили. Да и заодно проверю владельца…

— Я сказал — нет, сходишь после обхода.

«Хаккета, обход, — брал на заметку Имайзуми, параллельно следя за песочником, стоящего за своими нуждами. — проверка владельца книжного…»

— Никогда не знаешь, где может находиться враг.

«Вот как я сейчас. — хмыкнул тот.»

— Ну я же о том и говорю. — развёл руки стороны парень.

Бородатый резко посерьезнел и мгновенно кинул вверх кунай, где ранее находился Имайзуми.

— Там кто-то есть? — спросил чунин уже в боевой готовности.

— Показалось. — ответил тот, внимательно оглядываясь.

«Чуть не попался. — облегченно выдохнул разведчик, приземляясь на крышу вдали и быстро чиркая карандашом по блокноту. — ну а теперь приступим к этой. — на торговой улице мельтешила светловолосая блондинка. — Охара, кажется. — вновь поставил заметку и незаметно выглянул за колонной. — глупо шастает по улице, покупает ненужный брелок, бездельница, явно бестолковая… — не переставал чиркать тот. — и красотка, хм!»

***

— Сто одно причин… — прочитала Акено, оглядывая книгу и вчитываясь в первые строки.

Стены комнаты неприятно давили, а попытка отвлечься от гнетущих мыслей привела её к книжному магазину при вспоминании одного маленького вундеркинда.

«Каре должно понравиться. — сделала вывод та, серьёзно кивнув и чувствуя, как в груди расплывается тепло.»

— Покупайте, не пожалеете, осталась всего одна книга. — улыбнулась приятного вида пожилая женщина.

— Быстро всё раскупают? — заинтересованно спросила девушка.

— Со скоростью молнии.

<i>Где-то под вечер. </i>

— Что значит закончилось? — раздался громогласный крик в книжной.

«Закончилось? — навострил уши Имайзуми, оторвавшись от наблюдения за целью и сощурившись.»

Глава 17

— Расследование передают в руки Анбу, так как пришло подтверждение, что этот инцидент был вражеским замыслом, нацеленный на подрыв отношений между Конохой и Суной. — с каким то облегчением в голосе объясняла Акено. — наш наниматель будто испарился, его следов никто не нашёл. И информация о нём — тоже фальшивка. Так что мы не понесем никаких наказаний, не мы ответственны за выдачу ложной миссии.

Раз этим вопросом лично занялись Анбу, то им уже совать туда свой нос уже не надо.

— А терки с Песком будут? — повернул голову Макото, оторвавшись от созерцания окна.

— Об этом никакой информации. — пожала плечами та и задумчиво поднесла руку к подбородку. — назначили точку и время встречи с Анбу для передачи свитка с информацией о миссии — одной из главных улик.

— Ну, раз уж наши Анбу сложили два и два, то и Анбу Песка наверняка просекли и тоже взялись за дело. — облегчённым тоном сказал Хоки, вставая со стула. — так что беспокоиться об ухудшении наших отношений глупо, по крайней мере до конца расследования. Ни Песку, ни Конохе не нужна новая война или резкое обострение отношений — слишком невыгодно.

— Это если уж во всей этой ахинее Песок действительно не замешан как инициатор. — скептично добавил брюнет.

— Верно мыслишь. — похвалила капитан и даже похлопала, в голове удивлённо восклицая: «это существо развивается!».

Скорее всего, мысли девушки чётко отразились на её лице, раз уж Макото поспешил возмутиться:

— Э-эй, капитан, это вообще-то обидно. — парнишка демонстративно обиделся, но на его губах тут же расцвела широкая улыбка.

— Кхм, извини. — неловко кашлянула в кулак та. — забыли. Нам следует обсудить нашу дальнейшую стратегию действий.

***

Вставать совершенно не хотелось. Веки представляли из себя тяжёлый груз, которую едва удалось поднять, а все части тела болезненно ныли почти при каждом движении.

Невиданная усталость — вот что Кара чувствовал.

После короткой процедуры в распознавании его основной стихии он слишком быстро и резко пошёл в отрыв. Ведь это означало, что ему официально дали согласие на использование различных техник. Вот и погнался мальчик в погоню за свитками, слишком обрадованный данной возможностью. Да и стоило вспомнить слова Цунады-чан в библиотеке, когда она говорила что ему никто мешать не станет после поступления в академию ниндзя.

Стоило ему воспрянуть энтузиазмом, так бабуля обронила слово «основы», заставившее его кисло поморщиться.

С первого взгляда тот воспринял эту процессию нудной и бесполезной, но Тока сумела найти отклик, до содрогания в душе зная нужный подход к нему и полностью обратила на себя внимание, заставив с большим интересом выслушать всё её учение.

Существуют три основных типа техник: ниндзюцу, гендзюцу и тайдзюцу, а также «подклассы» в качестве фуиндзюцу, джюиндзюцу, сендзюцу. Далее к основам добавляется ещё и клановые хидзюцу — улучшенные геномы кланов. Они могут быть обусловлены особым строением тела.

Без надлежащего управления чакрой техники будут неэффективны и ослаблены, что приведет пользователя к быстрому чакроистощению. Для упрощения контроля чакры используются ручные печати, с ними чакроюзер будет кастовать техники намного лучше.

Закончив на том, что все техники требуют различных комбинаций ручных печатей, бабуля аккуратно подвела его к мысли, что из-за значительного количества комбинаций ручных печатей существует потенциал для создания новых, ещё не открытых техник. Даже если в мире существуют тысячи техник, это может оказаться даже не половиной тех техник, которых можно открыть.

Под идеальным руководством Токи, Кара смог быстро и без особого труда изучить техник «Е» и «D» рангов. Все таки обучение у него началось ещё до академии под надзором клановых учителей и самой старейшины. Если прибавить к этому ещё и взрослый ум, то техники, предназначенные для школоты и генинов — не такая уж толстая стена.

Но вот с телом он просчитался. Оно не выдерживало физических нагрузок. Полный график дня слишком выматывал: учёба, клановые тренировки улучшения характеристик тела, занятия кендзюцу, а в завершении несколько-часовой упор на освоение техник. Не стоит даже упоминать о чтении и личном сборе информаций, происходящих между делами.

В отсутствие бабули приставленные ею учителя спуску не давали, следуя её же приказу. Как и ранее, заставляли выучивать каждое движение снова и снова, совершенствовали его хватку и прочно вбили в голову о том, что клинок в ближнем бою ни в коем случае нельзя ронять, бросать, отпускать, опускать. Какой бы разрушительный и болезненный удар не пришёлся по клинку, нужно стойко парировать и молниеносно контратаковать как только подвернется хорошая возможность. Все отработанные кровью и потом навыки владения холодным оружием канут в небытие без самого оружия.

То же самое было и в изучении ниндзюцу. После заучивания простых манипуляций с чакрой переходили к самим дзюцу, постепенно увеличивая сложность. До состояния говна насыпали теории и практики, так, что он едва домой доходил. Руки подрагивали от простого поднятия кухонной посуды.

И за такую нагрузку пеняй только на себя. Сам настаивал и убеждал в готовности — вот и получай. Единственный плюс — стал сильнее. В первом же курсе научился тому, что необходимо изучать для сдачи выпускных экзаменов и после выпуска.

«Аж гордость берёт. — фыркнул Кара, вылезая из холодной ванны.»

Встав у зеркала, взглянул на своё отражение: прямой нос, аккуратные черты лица, небольшая родинка под левым глазом, бледное лицо стало ещё бледнее. Можно сказать, будет привлекательным в будущем, если не угробит себя.

Натянув на себя тёмную свободную кофту и такие же в тон брюки, спустился вниз, проходя в кухню: как обычно еда готовая лежала на столе, а бабуля уже умчалась по своим делам, оставив записку с пожеланием вкусно покушать и отличной учёбы.

Быстро покончив с завтраком и потоптавшись на крыльце, разглядывая сандалии шиноби, сложил печать тигра и исчез из поля зрения.

Техника Телесного мерцания — очень нужная техника. Используя его ниндзя может двигаться быстро на большие расстояния на почти непрослеживаемой скорости. Для посторонних кажется, будто пользователь телепортировался. Это достигается за счет использования чакры, которая временно облегчает тело и двигается на огромной скорости. Благодаря резерву чакры-Узумаки, ему удавалось использовать мерцание даже сейчас, но мастерское владение им требует такого же мастерского уровня.

— Странный у нас класс. — размышлял Акимичи Чоума, жуя чипсы. — вон, сидят молчат, малообщительные, либо же спят. А есть ещё и слишком активные и общительные. — красноречивый взгляд на стоящих в коридоре Наваки и Куро.

Единственный Сарутоби в классе — Хироши, не мог не согласиться.

Абураме твёрдо держали вокруг себя зону отчуждения, отгоняя всех своей хмуростью, а Хьюги вообще отпугивали своими пронзительными белыми глазищами. К ним обратишься — удостоишься внимательного взгляда, аж в дрожь бросит.

— Маруи и Асако опять в столовую удрали, меня даже забыли. — обиженно заметил Чоума.

— Ой, да брось, сходи с Нара и Яманакой, ты ж с ними дольше всех знаком. — попытался подбодрить друга Хироши, но взглянув на отсутствие второй и дремавшего на парте Шиничи, взял слова обратно. — ладно.

Он поднял взгляд немного вверх, на сидящих позади Нары.

Темноволосая девчонка с завидным спокойствием на лице что-то писала в тетради, иногда переговариваясь с таким же брюнетом рядом, который не переставал беспрерывно глядеть в окно, оперев щеку рукой.

— Эта парочка из одного клана?

— Нет, вроде Наори из Учиха, а Кара — Сенджу. — припомнил Акимичи. — они редко идут кушать.

— Тот толстяк и какой-то чудик смотрят сюда. — поделилась с соседом девочка с детскими немного пухлыми щеками, заметив наблюдение.

— Может понравилась. — не особо обращая внимание предположил Кара, глядя на спарринги классов постарше на улице.

Несмотря на уже продолжительное время учёбы, общение со многими не очень заладилось, да и сам он не искал знакомств, ставя академию на второстепенное место. Единственными собеседниками и людьми в классе, на которых тот мог временами опереться кроме Сенджу были соответственно Хьюги, Хатаке и как ни странно — Учиха.

Та обладала спокойным нравом и чаще всего была молчалива, всегда старалась избегать конфликтных ситуаций, которые могли привести к ссоре и даже к драке, но также имела тенденцию сострить, если уж в голову что взбредёт. Способностями в стезе шиноби тоже была не обделена, если вспомнить причину её визита к Цунаде, которая уже в нынешнее время считалась вполне перспективным и умелым ирьенином, владея обширными знаниями о медицине.

Наори промолчала и изучающе окинула тех взглядом. Хмыкнув о чём-то себе, вновь принялась доделывать задачи.

— Не рекомендую называть его «толстяком». — ожил Нара, лениво поворачиваясь к ним и демонстрируя слегка острые черты лица. Немного холодный, испытывающий взгляд его тёмных глаз был направлен на девочку. — особенно, когда он слышит.

Учиха подняла голову на голос, уперев недобрый взгляд в говорящего. Следом за ней присоединился и второй, внимательный и заинтересованный.

— Нет, это не угроза и не предупреждение. — наконец прервал затянувшееся молчание тот и махнул рукой, почувствовав давление. — просто советую. Акимичи не любят, когда их так называют. — Нара отвернулся.

«Стремная девчонка. — пронеслось в голове Шиничи, от чего он по-привычке чуть не поморщился. Его могут не так понять.»

— Странный тип. — охарактеризовала Нару она, идя по длинному, широкому коридору дальше.

— На себя взгляни. — хохотнул Кара и наткнулся на её грозный взгляд, брошенный через плечо.

— Прекратил бы ты её провоцировать. — вздохнул подошедший Хизаши, уперев руки в бока. — влетит ещё.

Что примечательно, из двоих наследников Хьюга этот был намного дружелюбнее и проще, в отличии от Хиаши, казавшимся суровее и строже, несмотря на детский возраст. Возможно, это влияние воспитания как наследника, так как уже было утверждено, что тот в будущем займёт место главы. И всего-то из-за нескольких секунд при родах. Но так или иначе, Хиаши отлично показывал своё превосходство во владении клановым стилем над младшим братом.

— Она тоже так делает. — пожал плечами брюнет, ничуть не раскаиваясь. — это называется «взаимность».

Неожиданно из поворота от стороны класса показался чересчур обрадованный, светившийся от счастья Наваки.

— Сегодня возвращается Тетора! — воскликнул ходячий позитив. — побежали её встречать!

***

Потрёпанная Акено уклонилась от атаки и взмахнула мечом, перерубая на части нукенина. Тяжело дыша, она вытерла кровь на щеке тыльной стороной руки.

В пару километрах от места встречи их ждал подготовленный к бою отряд из пятерых человек. Макото разорвало на части сразу же от заготовленных ловушек. Хоки повезло чуть больше: отделался ожогом на левую часть туловища, едва сумел ускользнуть. Казалось, его мучающиеся крики доходили аж до города. Он пылал огнём до тех пор, пока не достиг воды неподалёку. Поджидавший его там противник чуть не оторвал ему голову, если бы они не подоспели. На пару с Имайзуми она быстро управилась с ним.

А теперь у её ног лежал ещё один, а другой обильно истекал кровью, пытаясь отползти подальше.

К удивлению самой девушки, та испытывала какое-то садистское удовольствие видя данную картину. Человек, который отнял жизнь её подчинённого и покалечивший друга, ранее мерзко ухмылялся и облизывался, а теперь…

Акено вогнала ему в ногу клинок, заставив того истошно закричать от боли. Она уловила во взгляде нукенина хорошо источаемый страх. Он мучился.

Руководство догадывалось о возможной засаде, поэтому отправили в составе анбушников опытного сенсора, так что их приход лишь вопрос времени. Ей надо лишь потянуть время и задержать нападающих, далее с ними будут общаться анбу.

Имайзуми с Хоки на спине уже ушли встречать их, но увязавшихся за ними парочку та не смогла остановить, увязнув в сражении с остальными.

Глава 18

Кара, скрепя зубами, хмуро оглядывал больничную палату.

Входная дверь медленно приоткрывается, и в щелочке появляется знакомая девушка в больничном халате. Она входила с задумчивым, понурым лицом, убирая спадавшие вниз над бинтами волосы за ухо. Её шаги были тихие, неспешные, лишь слышался стук её трости об пол.

Заметив сидящего у кровати мальчика, разбитые, сухие губы Акено приподнялись в слабой улыбке, а его встревоженное лицо светлеет.

Тот вскакивает с места и быстро подходит к раскрывшей объятия девушке, счастливо утыкаясь в неё носом и вдыхая её привычный запах, слившуюся с медикаментами.

– Я услышал что вчера доставили твой отряд в тяжёлом состоянии. – приглушенно доносится до Акено, а маленькие руки на её талии крепко сжимаются. – говорили, есть убитые, только разведчик уцелел.

Она едва подавляет болезненный стон, зарывается длинными прямыми пальцами в густые тёмные волосы.

– Кто тебе такое сказал? – в груди растёт недовольство, но девушка умело скрывает его под удивлением.

Кара молчит, мнётся, пытается найти правильный ответ. Он отстраняется и прячет взгляд.

– Подслушал.

– Ах ты негодник! – с напускной строгостью говорит Акено, осторожно садясь на корточки перед ним. – ну ты чего? – успокаивающим, нежным тоном спрашивает та, поворачивая лицо мальчика к себе и вытирая влагу с уголка ониксовых глаз.

Тот отмечает забинтованные руки под рукавом халата.

– Я подумал… – он прерывается, поджимая губы.

Девушка не сдерживается и вновь обнимает, беря его сжатый кулак в свои тёплые ладони, осторожно раскрывая.

– Со мной всё хорошо. – успокаивающе шепчет она.

Кара шмыгнул.

– П-понятно. – через минуту отвечает тот.

Акено с ощутимым усилием встаёт, это замечает мальчик и быстро подставляет свои руки, обеспокоенно глядя на её потуги.

Та опускается на знакомый, неудобный больничный матрас, расслабленно выдыхая.

– Ну-да, «всё хорошо». – саркастично усмехается Кара, усаживаясь на стул. – ты б лежала вместо того чтоб шляться по больнице. Такое безответственное отношение к лечению!

Девушка улыбнулась, пока мальчик отчитывал её будто провинившегося котёнка. Успокоился.

– Что у тебя с ранами? – нетерпеливо спросил брюнет, быстро переходя к основным вопросам. – сколько ты тут пробудешь?

– Раны не серьёзные, но по словам врачей пока пролежу здесь где-то недельку или две. – качает головой она, автоматом чуть не потянувшись к ране в боку, успела сдержаться, но внимательные глаза сразу заметили замашку. – это на всякий случай, до полного выздоровления. Этого времени с лихвой хватит, чтобы по выходу сразу же умчать на высокоуровневые миссии. – её губы расплываются в широкой улыбке.

Нельзя раскисать, особенно в его присутствии.

Тот обвёл девушку скептичным взглядом.

– Попридержи свой пыл. – хмыкнул мальчик, сложив руки на груди. – в данное время чтоб уделать тебя мне хватит минуты, может даже ещё меньше. Куда уж высокоуровневые миссии… – он обводит широким жестом палату.

– Ах ты паршивец! Издеваться над бедной и слабой девушкой!

– Пока тебя не было, я прилично прокачал своё владение клинком и научился техникам. – хвастливо делился достижениями Кара. – причём это не пустые слова.

– Хвастунишка. Посмотрим когда меня выпишут.

– Могу себе позволить. – гордо вздернул подбородок тот.

– И ещё, – угрожающе приподнялась Акено, сузив глаза. – разве тебе сейчас не нужно быть в Академии?

– Да что я там забыл… да, мне срочно нужно туда! – стушевался под её взглядом брюнет. – я просто забыл следить за временем.

– А ну беги быстро! – строго сказала та, толкая в сторону двери. – Тока-сан уже ругала тебя насчёт прогулов!

Мальчик быстро развернулся и ловко нырнул под руку, оказываясь за её спиной.

– Я лучше через окно! – воскликнул он, перелезая в окошко.

Она удивлённо распахнула глаза, поняв, что даже не заметила этого. Ведь сейчас не время приёма…

Хотела было что-то сказать, как Кара быстро исчез из поля зрения.

Акено подошла к окну и проследила за исчезновением мальчика из зоны видимости, удостоверившись, что тот действительно ушёл в академию.

Улыбка блекнет, как только та закрывает окно.

***

Лил сильный дождь.

Кара стоял посреди поля в полном одиночестве. Проливные капли нещадно хлестали по его телу, а он, будто бы совершенно не замечая, полуприкрытыми глазами смотрел в неясное, тёмное небо. Казалось, что сквозь пробивные звуки дождя едва ли что было слышно.

Земля весело упивалась влагой. Буквально минуту назад всё кругом было сухо.

Зажав между пальцами кунаи, медленно опустил голову, выдыхая. Мальчик подпрыгнул вверх и резко развёл руки в стороны, точно отправляя кунаи прямо в мишени.

Не такие фокусы, что творили сильные персонажи манги, но вполне сойдёт на оценку «отлично».

Брюнет неожиданно поморщился и метнул последний кунай. Пройдясь взглядом по пробитым мишеням, мотнул головой, задрожав от холода, и убрал мокрые волосы назад, поднимая с земли боккэн.

«Потом подберу. – решил тот, взглянув на использованные кунаи.»

Прежде всего надо побыстрее бежать домой или хотя бы найти укрытие, есть риск промерзнуть.

Поспешно покинув тренировочный полигон, Кара помчался по клановому кварталу.

«Интенсивные тренировки – это хорошо, когда не идёт во вред.» – именно такое замечание сделала Тока, закончив с программой обучения. Она хорошо его рассчитала, учтя все факторы: тренировки в клане и личные, учёба, время на восстановление, подача внутриклановых теоретических знаний и всё подобное.

Вначале учебного года его оценки были превосходны, каждая задача была сделана без единой ошибки, идеально. Но в последнее время из-за нагруженных дней он легко забил болт на учёбу и просто пользовался временем в академии чтоб отоспаться или дать ещё не восстановившимся мышцам отдохнуть. В итоге оценки постепенно ухудшались, а бабуля приостановила обучение. Потому тренироваться приходилось без её ведома в одиночестве: ни учителей, ни спарринг-партнеров. После месяца отсутствия Акено вернулась со значительными травмами, заставившим её полежать в больнице ещё некоторое время. Она как помогла, так и прикрыла бы.

Наверняка Тока уже сама догадывается о происходящем, но не предпринимает никаких мер, либо просто находится в ожидании неизвестно чего.

– Кара! – сквозь шум дождя послышался зов с соседней улицы.

Брюнет остановился и повернулся к источнику голоса.

У крыльца закусочной под навесом стояла девочка с длинными распущенными тёмно-каштановыми волосами за спиной, что спадали по коричневому хаори с широким поясом. Она весело махала рукой, подзывая к себе.

– Тетора, ты что ль? – с дрожью в голосе спросил мальчик, перебежав под навес.

– Ты меня даже встретить не пришёл. – красивые, ярко-болотного цвета глаза с осуждением глянули в него.

У неё были тонкие брови и светлая кожа. Её глаза, с немного опущенными краями, обладали каким-то очарованием и загадочностью, поневоле внушавшим симпатию.

– И промок насквозь. – кивнула Тетора, которая в отличие от него успела избежать столкновения с беспощадными каплями дождя.

– Извини. – выдавил из себя тот, вздрогнув и обхватывая себя руками.

В глазах девочки появился ехидный огонёк.

– За что? – мягкая улыбка лишь подчеркнула привлекательные черты её лица. В будущем точно станет той ещё красавицей.

Кара промолчал, спокойно отведя с неё взгляд. Замахи Теторы уже давно перестали на него действовать.

– Боккэн для тренировок или ради красоты прицепил?

– А ты сама как думаешь? – раздражённо донеслось с брюнета.

Девочка ухмыльнулась.

– Да не дуйся ты. – рассмеялась она, несильно хлопнув по его плечу, отчего капельки воды вяло брызнули. – просто заметила, что ты не в духе.

Необычная проницательность и некоторое взрослое поведение, присущее ей, заставляло мальчика опасаться и одновременно уважать. Мелкая девчонка, но такая проницательность.

Кара удивлённо посмотрел на Тетору, почувствовав, как его плечи накрыла тёплая куртка.

– Она немного промокла, но не критично. – проговорила девочка, крепко укутывая мерзнущего друга.

Наваки, Тетора и он – удачливые отпрыски главных семей Сенджу, росшие плечом к плечу. Построившиеся за это время дружественные узы, взаимопомощь, понимание, поддержка – это всё расчёт взрослых, не подводившая ни разу с их рождения.

В отличие от Наваки, Тетора тоже принадлежала к семейству хорошо уважаемого и известного старейшины. Они должны были служить опорой и помощью для наследника, а тот в свою очередь отвечает должной отдачей.

Кара терялся в догадках о том, что из них хотят сделать трех главных столпов клана, способных действовать координированно и достойных держать клан после ухода старшего поколения, или что-то подобное.

– Спасибо. – благодарно кивнул брюнет, держась за молнии куртки. – ты слишком припозднилась для поступления в академию. – заметил он. – в столице что-то случилось?

– Да не особо. – помотала собеседница головой, качаясь с пятки на носок, сцепив пальцы за спиной. – нанятый сенсей хорошо обучил меня начальным этапам ирьениндзюцу, но мы не выложились за назначенное время. Сказалась сложность программы обучения.

– Вот как? – коротко отозвался он.

– Но через пару дней я уже начну учиться вместе с вами. – добавила Тетора, глядя в небо. – за последние несколько дней мне приходилось догонять вас по темам.

Глава 19

Два года спустя.

— Нет, я все ещё могу, бабуль, подожди. — сказал Кара, держа печать и тужась над сотворением гендзюцу над сидящей перед ним собакой.

Как объясняла бабушка Тока, гендзюцу является одним из основных дзюцу шиноби. Он воздействует на мозг и все его пять чувств, создавая с помощью иллюзии ложный образ и ощущения, чаще всего заставляя чувствовать не реальную боль за настоящую. Иногда самые искусные в этой стезе способны на промывание мозгов без всяких последствий, иначе если за такое возьмется, к примеру, новичок, то за сохранность мыслительной работоспособности мозга цели нельзя было быть полностью уверенным.

Большинство гендзюцу производится визуально, требуя зрительного контакта, в чем и некоторый минус для него. Но чтобы продвинуться в этой стезе, ему для начала надо научиться использовать обычное гендзюцу.

Трудностью выполнения гендзюцу представляло то, что она требовала точного управления чакрой, чтобы управлять ощущениями и прочно повязать цель, а как ему недавно удалось понять, нужного уровня контроля у него особо то и нет. Есть ещё одно препятствие с уст бабули — нужен развитый интеллект, чтобы подмечать все детали иллюзии для того чтобы объект ничего не заподозрил. Иными словами пользователю нужно брать во внимание все возможные факторы, которые могут присутствовать в иллюзии: ветер, солнце, шелест травы, пыль, боль и так далее. Все, мать его, детали!

Перед тем как использовать гендзюцу на ком-то, для начала следовало учесть окружающую обстановку и его воздействие, тот же ветер к примеру, чтобы оппонент не заподозрил вторжение в свой мозг. Либо можно пожестче: просто нагло словить в свою иллюзию и сотворить в нем пытки, внушая чудовищные боли, которые на самом деле не существуют. Но это уже уровень Учих, а точнее — их прелестных глаз. Для обычных пользователей это выходит боком — помимо использования иллюзий, существуют ещё и противодействие им. Поэтому если пользователь не сможет сдержать цель, то он просто прервет технику и выберется.

Есть ещё пунктик с промыванием мозгов — с этим неплохо справляются члены клана Яманака с их клановыми техниками мозголома. А также присутствует клан Курама, у которых гендзюцу вообще лежит в основе основ и изучают его с давних времён.

— Хорошо, отдохни немного и вновь приступим к тренировкам. — распорядилась Тока, наблюдая за ним.

Кара кивнул, решаясь сделать последнюю попытку перед отдыхом и вглядевшись в глаза собаки, внушил ей что рядом стоит крайне агрессивный здоровенный бульдог.

Практика идёт уже несколько часов, а результат все тот же. У него уже голова кружится и перед глазами плывет из-за недостатка чакры.

Попытки использовать гендзюцу в большинстве случаев оборачивались для него тем, что чакра просто бесполезно рассеивалась по округе, а строившаяся иллюзия быстро распадалась.

Отпустив печать, он упал на колено и выставил руку, стараясь не упасть. В глазах потемнело, в висках пульсирует, а забинтованные пальцы дрожат от усталости. Из него будто вынули что-то, что помогало ему нормально функционировать. Будто вырвали внутренности и оставили там пустоту.

Тяжело дыша, тот зажмурился и встряхнул голову. Надо вставать.

Попытавшись встать, не удержался и завалился назад, чувствуя как его заботливо подхватили, не давая столкнуться с землёй.

— Незачем себя так изводить, у тебя ещё все впереди, внук мой. В данный момент мне достаточно лишь того, что в академии у тебя хорошие оценки. А клановые учителя тебя и так хвалят.

***

С глубоким сожалением разлепив тяжёлые веки, Кара понял, что отрубился.

Досадно поджав губы, тот поставил руку на лицо, прикрывая глаза, а другой рукой сжал футон.

Уже несколько месяцев прошло с тех пор, как у него началось изучение гендзюцу. И с тех пор освоение идёт чересчур маленькими шажками. Возникали все новые и новые трудности, ему не удавалось поймать нужную нить и четко сформировать иллюзию, погрузить цель и изменить восприятие, обмануть. В нем чего-то не хватало.

Бабуля за несколько лет впервые решилась начать обучать его своей стезе. Ему не хотелось вот так разочаровывать как ее прямой потомок. Она мастер гендзюцу, поэтому он считал, что у него должно быть заложено в генах предрасположенность к иллюзиям. Но такой облом…

Натянув привычную одежду, быстро помылся и спустился вниз, раздвигая сёдзи и направляя взгляд на расцветающий сад во внутреннем дворе.

В последнее время учителя только и твердили, что его талант просто бесполезно прожигается в академии, закрывая ему несколько лет свободных окошек для тренировок. Сенсеи общались с бабушкой, предоставляли все документы и оценки, даже подписи собрали, подтверждающие о согласии преподавателей на допуск к выпускным экзаменам. Итог: выпускные экзамены сданы, а завтра, хотя уже сегодня — выпускной и распределение по командам.

К этому ещё и поспособствовали учителя клана, говорившие, что заметили его ещё несколько лет назад. Другие старейшины-Сенджу заметили шевеления и сразу среагировали, ускоряя процесс. Но ложно ли подозревать их участие в качестве противовеса Учихам, один из членов которого тоже выпускается досрочно? Как удалось узнать, внутри Деревни среди некоторых кланов идёт соперничество, а в частности — Учих и Сенджу.

В Деревне немало учеников академии, решивших досрочно окончить учебу, но сам процесс его продвижения начался именно тогда, когда поползли слухи о способном Учиха, который подал заявление на выпускные экзамены.

И спустя несколько дней взрослые заявили, что в академии ему ловить нечего и его сочли достойным звания полноценного генина.

Досрочный выпуск, известность как талантливый и перспективный шиноби поднимал авторитет семьи и укреплял власть Токи, поэтому та могла не видеть в этом ничего критичного, но в ее глазах плескались непонятная ему печаль и явное нежелание допускать к экзаменам. С приходом понимания, что Кара способен за себя постоять и даже сильнее многих зелёных генинов, видя успехи на тренировочных боях и предоставленных документах, бабушка все же развеяла свои сомнения и укрепилась в мысли, что с нынешним темпом в погоне за знаниями и силой он может прогореть. Она замечала, что с поступлением в академию в его жизни мало что изменилось и ходит он туда лишь для галочки.

Утром Тока дала наставления по поводу службы шиноби и о том, насколько важны работа и взаимоотношения в команде.

— Сегодня мы, молодые листья Конохи, делаем первый шаг к жизни шиноби… — на него смотрело множество глаз, от которых становилось неудобно, но Кара держался, старался чтобы твердый и уверенный голос не дрогнул. Было ощущение, что его без спроса кинули в неизвестную даль, поломав все планы и стремления. В душе он точно понимал, что не хочет стоять здесь и читать выпускную речь перед толпой, но чувство благодарности и ответственности не давали ему как либо разочаровывать и подводить любимую бабушку. Раз сказал, что сможет, значит сможет. — мы будем верно следовать нашему пути ниндзя и Воле Огня, во имя благополучия как для нынешних поколений, так и для наших будущих поколений… — откровенная хрень, которая длится долго и муторно. — мы исполним наш долг как шиноби Конохи!

Наконец закончив, тот застыл, заведя руки за спину под хлопки и видя восторженные лица выпускников. Речь вполне себе оказалась мотивационной и патриотичной, хотя в них проскальзывали намеки о Первом Хокаге. Откровенно говоря — пропаганда. А у него прямая роль распространителя в этот торжественный день.

— Лучший выпускник этого года — Кара Сенджу!

Иронично, если вспомнить, что в первом году обучения его оценки понемногу, но верно ухудшались. А сейчас все кардинально поменялось — превосходные и самые лучшие среди всех выпускников.

В толпе присутствовали бабушка, Акено и одноклассники, пришедшие поддержать, среди которых в основном были Сенджу.

На лице Акено была настоящая радостная улыбка. С той злосчастной миссии она чуть не оставила пост капитана, потеряв полкоманды, а другой отряд — тоже чуть не потеряла, отправившись в реанимационную вместе с ними. А почти полгода назад у нее погиб отец, оставив беременную мать.

Ее страдания и боль отражались в той же степени у него самого, находя соответствующий отклик в сердце. Было просто невыносимо смотреть на горе почти что самого близкого ему человека. Ему хотелось радовать ее, слышать радостный смех и уберечь от боли и слез.

Он все также бессилен и неспособен защищать близких ему людей от боли. Внутри разгоралась надежда, что его выпуск только к лучшему, ведь наличие налобного протектора само собой говорит, что с этой поры они товарищи по оружию. Может, именно поэтому Кара теперь был уверен в необходимости выпуска?

После службы под началом джонина-наставника у него есть все права присоединиться к ее отряду. Только подай заявление и будешь зачислен под нужное командование. Но для начала нужно доказать, что у него есть весь необходимый опыт и ему уже больше нет нужды в наставнике, чтобы отправиться в свободное плавание без поддержки сенсея.

— Классная была речь. — сказала Наори, быстрым шагом догнав Кару и пристраиваясь рядом. — у выпускников прям глаза горели. — она улыбнулась. — ты умеешь воодушевлять.

— Было очень непривычно и волнительно выступать перед публикой. — Кара криво улыбнулся, вспоминая неловкость, которую он почувствовал встав перед многочисленными взорами. — я чуть не забыл вступительные слова и просто глупо стоял. — с него вырвался тяжкий вздох, перемешанный со стыдом.

— Да все вроде бы было нормально, даже отлично! — та слегка пожала плечами и поддерживающе похлопала по плечу. — ты справился и это главное, верно ведь?

— Ну… да.

— Прозвучало как-то неубедительно. — она усмехнулась. — даже я почувствовала себя увереннее после твоих слов, хотя вот уже несколько дней сомневалась, нужен ли мне вообще этот треклятый протектор.

Кара досадно поджал губы, вновь вспомнив их недавний разговор.

Не совладав с мыслями и не попытавшись нормально разобраться в ситуации, он чуть ли не начал подозревать Наори в том что именно из-за нее Сенджу и лояльные к ним шиноби начали продвигать его в генинство. И за это в нем возникло чувство искренней вины перед ней, так как вскоре после экзамена выяснилось, что досрочный выпуск, как и в его случае, был спровоцирован не ее собственным желанием.

С пониманием общей схожести ситуации их взаимоотношения сблизились. Они оба не горели желанием получать протектор так скоро, но были вынуждены начать действовать под давлением окружающих.

– Ты ведь знаешь, толкать речи это не мое, но я рад что моя речь придала тебе уверенность. – тот кивнул. – мы уже генины, несколько волнующее чувство. Как думаешь, кто будет нашим наставником?

– Понятия не имею, но главное чтобы действительно разбирался в стезе учителя. А то знаю я сколько странных чудиков есть в нашей Деревне.

– Ты о том шиноби в зелёном обтягивающем комбинезоне, который неделю назад кричал о Силе Юности? – рассмеялся Кара.

– Да... – с дрожью в голосе прошептала Наори, ужаснувшись.

Глава 20. Жестокая правда. Первый вдох.

Кара широко и заразительно зевнул, прикрыв рот и ступая босыми ногами об холодный пол веранды. Со стоном удовольствия потянувшись, он оглядел задний дворник, вдыхая приятный запах сада и слыша шум ручейка.

На часах было раннее утро. Солнце только поднималось и начинало освещать Коноху, а большинство жителей ещё спало.

Разгладив складки футболки, тот плюхнулся на пол и свесив вниз ноги, прикрыл глаза, довольно улыбаясь. Вокруг так тихо и спокойно, полное умиротворение и слияние с природой. Ему нравился этот свежий запах цветов и трав. Они были приятны для восприятия. Может, эта любовь передалась от бабули или он просто находил в этом спокойствие, но его все устраивало. По вечерам и утром сидеть на веранде и проникаться садом, тишиной вокруг стало для него любимым занятием. В нем Кара находил мир и умиротворение внутри себя, особенно после тяжёлого дня.

«Я полюбил этот мир и его жителей. Клан.»

В мире шиноби помимо войн и убийств был свой шарм, своя красота, полная противоположность своей известности и названия. Этот мир не состоял и не был связан целиком и полностью с ниндзя. Тут было много чего привлекательного и притягательного, ради которой можно полюбить данный мир наряду с прошлой жизнью.

Сколько он уже тут? Девять лет, скоро будет уже десять, а там и двадцать возможно…

За эти года до выпуска Кара хорошо подтянул кендзюцу, ниндзюцу и тайдзюцу, а владение сюрикенами и кунаями стало просто отличным. Резерв чакры тоже прилично возрос вместе с контролем. Прокачкой его контроля занималась лично сама Тока для усиления эффективности выученных им техник и устраняя лишние затраты чакры при формировании.

Чердак и кладовка оказались самым настоящим золотым складом, очень хорошо подсобив нужными свитками с техниками, оставшихся в наследство от матери. Когда бабули не было, он частенько тащил оттуда различные высокоуровневые свитки с техниками молнии и выучивал. Пока не будет необходимого уровня, они просто будут храниться в голове на всякий случай. Благо, с памятью у него было все в порядке. В особенности тогда, когда эти знания могли понадобиться во время угрозы жизни.

А также вчера произошло кое-что очень интересное, добавившее некоторые состыковки, из-за которой Кара теперь хмуро разглядывал тренировочный полигон в компании Наори, которая сидела в тенечке дерева и с интересом читала принесенную им книгу.

В нем начали разгораться сомнения по поводу каноничности данной вселенной. Он испытывал шок, неверие, сильное недоумение и подозрение, что все знания при нем окажутся бесполезны и действовать придется без ориентировки на канон. Это означает, что война может разразиться уже совсем скоро или вообще не произойдет, если верха урегулируют обострение отношений на мировой арене. Ничто не гарантирует сохранность канона, особенно когда в мире шиноби теперь есть крупная ошибка в его лице со знанием истории шиноби. Одно его знание что все происходящее кругом является частью аниме и манги уже серьезно ставит сохранность канона под угрозу. Жаль, что это он понял только сейчас.

В последнее время всплывают слухи о вероятном союзе Танигакуре и Кусагакуре против Амегакуре. Возможное начало территориальной дележки. И вся эта муть затрагивает и Суну, и Коноху. Поэтому по причине вероятного попадания под область влияния конфликта на северо-западных границах Коноха помаленьку стягивает войска на время переговоров о мирном урегулировании конфликта мелких стран. Не исключено, что то же самое делает и Суна.

Говорят на востоке прямо за морем уже началась какая-то муть, где ему удалось выцепить информацию лишь о скрытой Деревне страны Неба — страна, которая в прошлом сформировалась путем объединения ряда мелких стран.

Но всё вышесказанное лишь слухи и по поводу их достоверности ему нужно идти уточнять у бабули. Она то в этом точно разбирается и с большей вероятностью может знать ответы на его вопросы.

— Орочи-сенсей должна быть здесь уже с минуты на минуту. — сказала Наори, осматривая полигон.

Вот и причина его беспокойств.

Орочимару, один из трёх будущих Великих Саннинов, Змеиный саннин, тут был не «он», а «она». Как оказалось, встреченная им в саду девушка во время юбилея Мито была именно ею. А ведь он то не обратил внимания на ее схожесть с антагонистом, посчитав, что это просто совпадение.

И мало того что это очень большое изменение в каноне, так теперь змея являлась его сенсеем-наставником! Явные отличия от канона раз она будет учить генинов, ведь в аниме и манге ни разу не упоминалось об учениках-генинах Змеиного саннина. По крайней мере такая информация не встречалась в прошлой жизни.

— Вчера наше знакомство не задалось. — припомнила сенсей с располагающей улыбкой.

Местная версия Орочимару была дружелюбна, добра и на взгляд вполне миролюбива. Оригинальный Орочимару постоянно кошмарил зрителей, выблевывая или глотая всякую дрянь и постоянно пакостил, творя злодеяния. Вот самый настоящий злодей, благодаря которому, можно сказать, в некоторой степени строился сюжет. Он наводил страх на всю Деревню и действовал исключительно для себя любимого в поиске бессмертия. О тех же бесчеловечных экспериментах что можно сказать, которые тот устраивал почти под носом Хокаге.

А что Кара видит тут? Прямо перед глазами? Катастрофу, из-за которой весь канон полетит к чертям. Есть вероятность, что изменения есть не только в Орочимару, но и где то в другом месте или человеке. Перед ним живое доказательство того, что имеющиеся при нем знания могут быть просто бесполезны!

Хотелось взяться за голову и протяжно завыть от безысходности, рвать волосы и безостановочно таранить стену лбом до потери сознания. Внутри было чувство, будто все составленные планы рушатся болезненно водя остриём ножа по его сердцу, а судьба самодовольно потешается над ним за его самоуверенность и высокомерие, твердя о том, что жёстко обыграла его или вообще точнее — поимела.

Она оказалась на шаг позади, а он впереди… со спущенными штанами.

Хоть бы так одна деталь из каноничной жизни Орочимару осталось неизменной и нетронутой — стоящая перед ним девушка была молода и носила зелёный джонинский жилет с темными свободными штанами. Даже сквозь темные очки их нового товарища было видно, что тот был рад находиться под её наставничеством. Не хватало только того, чтобы тот побежал просить ее автограф.

— … люблю окономияки и изучать новое. — закончила представляться Орочи, хлопнув в ладоши. — а цель — стать Хокаге!

Вот приплыли… Орочимару хочет занять пост Хокаге, да ещё и с таким добрым выражением лица. Будет плохо, если за ширмой дружелюбия внутри нее прячется её каноничная натура. Понимая значимость положительной репутации и вдобавок с умением плести интриги она может пускать пыль в глаза окружающих, пряча за спиной гору трупов. А уж если такой человек встанет во главе деревни это конец всему, что создали их предки. Под угрозой окажутся все мирные жители, шиноби и кланы, а в частности — Сенджу. В этом случае конец Сенджу будет предрешён. Со всей вытекающей властью с поста Хокаге и пособничеством любящего наживаться и увеличивать личную силу и Корня Данзо, его клан с генами Хаширамы станет лакомым кусочком для них. Никому из смотревших «Наруто» не было секретом что эти двое пытались воссоздать древесную стихию путем бесчеловечных экспериментов над детьми и даже вживляли в себя гены Первого, а Данзо и вовсе напичкал свою руку шаринганами. В случае конфронтации с ним и Орочи клан Учиха первыми должны стать союзниками Сенджу благодаря общим интересам в вопросе выживания. А это значит, что раскол и гражданская война в Конохе будет неминуемо, что в потенциале может привести вообще к уничтожению всего что есть на данный момент. Ситуация может обернуться катастрофически даже больше, чем междоусобицы в Киригакуре после Третьей Мировой войны. Вероятно мало кто из соседних Деревень воздержится от соблазна уничтожить или поставить правительство-марионетку во главе одной из великих Деревень, если конечно от нее хоть что-то останется даже без их вмешательства. Скорее всего оставшиеся создадут новую скрытую деревню или разбредутся по свету.

На кону стоит безопасность не только кланов, но и всей Деревни. И если с пришествием к власти Орочи с Данзо никто не воспротивится, то к нему приходит подозрение, что имея в руках вероятную власть старейшины или ее внука он сам станет причиной крупной междоусобицы, встав в жёсткую оппозицию против вышеназванных лиц. В таком случае первые огни самоуничтожения Конохи появятся из-за него самого.

Должен ли он набирать силу, власть и авторитет, готовясь к этому времени, и обречь жизни жителей Конохи к опасности? Или же ему стоит смириться ради существования Деревни? В ней живут дорогие ему люди ради которых тот и решил стать шиноби во благо их безопасности…

За годы жизни после перерождения среди Сенджу клан стал для него очень любим настолько, что в нем поселилась цель не дать ему вымереть. Правительство во главе Орочимару и Данзо явно не то, что может гарантировать клану и деревне в целом безопасность и процветание. Орочимару по канону следует и преследует сугубо личные цели и мотивы.

Он должен следить и держаться вблизи Орочи, чтобы разобраться в ее мотивах стать Хокаге. В нем что-то не было сомнений, что с такой версией себя Орочимару вполне может заполучить пост Каге, ведь если углубиться в воспоминания, то во время собрания с Дайме, Змеиный саннин был кандидатом в Хокаге, но в том варианте канона Третий знал каким именно человеком является Орочимару, поэтому быстро опроверг его кандидатуру.

Кара сдержал порыв прикрыть лицо рукой и тяжело застонать от понимания, что не может вполне здраво разбираться в политике и интригах из-за отсутствия какого либо опыта. Было бы лучше, если б в каноне ничего не менялось и все шло своим чередом.

— Шиби Абураме. — представился мальчик в темных очках с креплениями и широкой серой куртке с высоким воротником, скрывавшим почти что всю половину его лица. — люблю наблюдать за насекомыми. — он был не особо общителен.

Его протектор был на лбу и подчеркивал короткие каштановые волосы.

— Наори Учиха, нравится наблюдать за бабочками. — сдержанно кивнула она.

— Кара Сенджу, люблю кендзюцу.

Оглядев их с ног до головы непонятным взглядом Орочи почесала голову, явно поняв что команда ей досталась не особо инициативная в общении, и призадумалась.

— Специализацией, профилем вашей команды является разведка и преследование. — сказала сенсей, сложив руки на груди. — Кара сенсор и боевик, жуки Шиби идеально подходят для разведки и слежки, а Наори с шаринганом будет грозным противником и наблюдателем — от ее око не ускользнет ни единая деталь. — она улыбнулась. — к тому же помимо обучения в области данной специализации, я разносторонний шиноби, поэтому займусь вашими как с сильными, так и со слабыми сторонами. К миссиям можем приступать сегодня же, но перед этим мне нужно понять уровень ваших сил. Вы наверное уже знакомы друг с другом, поэтому координировать атаки против меня будет немного проще.

— Не знаком с этими двумя я. — привнес ясности Абураме, подождав пока та закончит.

— Верно. — поддержал его Кара, поправив протектор на лбу и посмотрев в жёлтые глаза сенсея, подчеркнув про себя её чересчур бледную кожу и вытянутые зрачки глаз. — с Наори мы учились вместе, а вот Шиби был на классы постарше и поэтому виделись лишь мельком пару раз.

Орочи задумчиво потерла подбородок, слегка нахмурившись.

— Сколько вам понадобится времени на подготовку, чтобы через минуту спарринговаться со мной? — спросила она, с улыбкой оглядывая своих новых подопечных.

— Эм… — растерялась Наори, переглянувшись с Карой и недоуменно посмотрела на неё.

— В будущем перед серьёзным боем во время критической ситуации никто не будет спрашивать степень вашего знакомства с новым товарищем и просто бросят в бой. — сенсей пожала плечами и развернувшись, двинулась к центру полигона. — я буду ждать вас ровно минуту и если вы не начнёте действовать, мне придется самой приступать. Атакуйте так, словно от этого зависит ваша жизнь.

Кивнув, все трое исчезли с поля, скрываясь за деревья.

— Это ультиматум. — в слух поразмышлял Кара, присев перед товарищами. — каковы наши действия?

— Я управляю жуками и могу держать ее на расстоянии. — ответил Шиби на молчаливые вопросы в устремленных на него взглядах товарищей.

В качестве демонстрации Абураме поднял руку и прямо сквозь его кожу наружу начали просачиваться жучки, от вида которых Наори передёрнуло и скривила губы.

— Я могу подсобить техниками катона и в кендзюцу. — сказала та, мотнув головой.

— Да ну, предлагаете мне полезть к ней в рукопашную? — слегка отпрянул он, переводя взгляд с одного на другую. — да она из меня отбивную сделает.

— В академии ты всех на лопатки кидал и потому продержишься дольше нас, если она не станет нас жалеть. — припомнила она, периодически бросая взгляд сквозь чащу на наставницу, которая в ожидании сидела в центре поля.

— Наори, это не академия. — покачал головой Кара, придумывая стратегию боя. — хотя, она сказала что хочет понять наш уровень и в случае нашего бездействия сама затянет в бой. У меня есть план как лучше всего показать наши способности.

Быстро раскидав план ведения боя и роль всех присутствующих, он переместился глубоко вправо и прыгнул вверх к дереву, незаметно затаившись. Ещё раз прогнав в голове план действий, тот под тенью дерева осторожно выглянул в поле.

Сенсей уже встала и оглядывала окружение, поджидая атаку, но так ничего не дождавшись, разочарованно вздохнула.

— Все готово. — оповестила Наори снизу.

Кара кивнул и вновь посмотрев на поле, запаниковал.

— Ее нет. — шепнул он. — она уже у Шибы.

— Уж… — она прервалась, услышав взрыв и звуки боя.

— Займи позицию.

Быстро рванув в сторону Шиби, тот достал клинок и приземлился прямо перед Орочи, наискось взмахнул клинком и заставил разорвать дистанцию.

— Ее удары и парирования слишком быстры, я не успеваю подсадить жуков. — разочарованно сказал Абураме, начиная отцеплять периметр волнами жуков, вылетавших из рукавов. Рядом с ним исчезал клон из жуков с пробитой головой, а сенсей обнажила свой клинок.

Кара кивнул и перехватив клинок поудобнее, сорвался вперёд, закидывая ее кунаями и достаточно приблизившись взмахнул клинком, но на полпути отвёл удар в сторону и не дал парировать, рубанув по горизонтали. Орочи отступила на шаг и парировала его последующие атаки, скрещивая клинки.

Острые клинки сталкивались вновь и вновь, а в воздух взмывали искры. Словив заминку, он подался вперёд и прицелился ей в бок, стремительно совершая колющую атаку, но сенсей в очередной раз легко ушла в сторону. Быстро пригнувшись и пропустив над головой острое лезвие ее клинка, Кара отскочил назад, переводя дыхание.

Жуки Абураме уже достаточно приблизились и собрались, поэтому на нее с двух сторон понеслись волны жуков и мощно ударились об землю, где ранее находилась Орочи.

Жуки быстро рассыпались и открыли обзор в поле, где Наори запустила в наставницу огненный шар, после сразу же начиная складывать новые печати. Сенсей тоже не отставала и в поле уже сталкивались друг с другом огненные техники, взмывая вверх.

Пропустив через сюрикены электричество, Кара бросил их в Орочи, заставив ее прервать технику и отпрыгнуть в сторону. Такую атаку не отразить обычным холодным оружием. Но как только она прервала технику, пламя Наори обдала его кожу жаром и слегка подпалила одежду.

Произошла короткая заминка и оставшийся без поддержки Шиби начал активно сдавать позиции. Не давая времени опомниться, Орочи запустила в Абураме огненный шар и попыталась вывести из боя, но вновь отпрыгнула в сторону, уклоняясь от плоских шаровых молний Кары.

Скооперировавшись с Наори, Кара сложил печати и одновременно с ее огненным фениксом запустил в нее молнию. Наставница ушла заменой, а утомленную Учиху прочно оплело лесками ловушки. Сенсей смазанной тенью быстро рванула в сторону него.

Досадно шикнув, Кара отступил на пару шагов назад, не успевая отступить. На полпути между ними появилась стена жуков, которая довольно быстро и легко рассыпалась.

Растерявшись, тот оглянулся, замечая приставленный кунай к шее Шиби, из-за которого тот быстро капитулировал, подняв руки и признавая поражение.

— Сдаюсь. — сказал Абураме, устало плюхаясь на землю.

Одним рывком Орочи оказывается прямо перед ним и обрушивает на него град ударов, от которых тот уклонялся благодаря выработанной реакции во время спаррингов с Акено. Но сенсей была в разы сильней и быстрей, поэтому пропустив очередной удар и уклонившись от следующего, Кара отскочил в сторону и с разворота впечатал ногу ей живот, но она перехватила удар и крепко схватила за ногу. Подпрыгнув на одной ноге, он произвел последний мощный удар, напитанный чакрой, и оказавшись прижат к земле, сдался.

— Прекрасно! — радостно похлопала Орочи, развязав пыхтевшую красную Наори. — задействование взрывпечатей и других ловушек я действительно не ожидала, уж не в первом спарринге. И не сказать что вы только закончили академию! Что и ожидалось от лучшей команды выпускников. — кивнула та задумчиво.

— Мы действовали согласно плану Кары. — сказала Учиха, вытирая вспотевший лоб и жадно высушив всю воду.

— Вот только командная работа у вас сильно хромает.

Кара устало и горько усмехнулся, распластавшись на земле в позе звезды.

Хоть она поддавалась, многие приемы и маневры никак не удавалось выполнить. Уровень сил элитного джонина совсем на другом уровне в отличие от обычных шиноби. Даже не делая контратак и просто обороняясь, Орочи заставляла играть по своим правилам. Бой вышел откровенно паршивым. А ведь она использовала только то, что они показывают. И ничего другого, никаких собственных техник и маневров. Весь бой держала в своих руках, но не давила, позволяя им распылиться.

Сенсей то что надо: проверила их силы, командную работу, умение приспосабливаться к неожиданным поворотам и слегка осадила, за десяток секунд выводя их по одиночку из боя. Было подозрение, что в настоящем бою ей бы потребовалось всего несколько секунд для уничтожения всей команды.

— Я не успела прервать технику. — сказала потрёпанная Наори, вытаскивая из подсумка мазь. — больно было? — спросила она, посмотрев еле различимыми виноватыми глазами на подпаленную часть одежды.

— Ничего серьезного. — помотал рукой он, присев, и благодарно улыбнулся, принимая мазь.

— Работая в команде, вы должны принимать во внимание действия каждого сокомандника и всегда держать их в поле зрения когда атакуете одну цель. Координируйте атаки, действуйте слаженно, следите за состоянием товарищей. При должном понимании основы командной работы вполне очевидные. Заметили, что в основном вы схлопотали от своих же?

— Да. — с примесью стыда и смущения в унисон подтвердили трое.

Глава 21

На вершину двухэтажного здания умело приземлилась светловолосая девушка. Ее внимательный взгляд изумрудных глаз прошёлся по окружению и выцепили на краю крыши другую девушку в джонинском жилете.

— Зачем искала, Цунаде? — поворачиваясь спросила Орочи, уплетая данго за обе щёки. — кстати, давно не виделись.

— Тебя в последнее время трудно найти. — с немым вопросом ответила та, подходя ближе. — и Хирузен-сенсей кое о чем рассказал… чем занимаешься?

— Да вот с мелюзгой работаю. — на ее устах появилась лёгкая улыбка. — наставничество начинает мне очень нравиться. Вон, смотри какие милашки. — она кивнула в сторону леса.

Цунаде заинтересованно глянула на обозначенную территорию и заметила затаившегося посреди деревьев мальчишку Абураме, а чуть поодаль девочку, подгонявшую кошку прямиком к нему. Оказавшись почти вплотную, мальчик выскочил слева и спугнул вправо, где кошку быстро поймал Кара в сетчатый мешок, выждав за деревом.

— Я учу их командной работе и стратегическому мышлению. В первый раз против меня они спотыкались об самих себя, а сейчас вполне неплохо справляются, действуют слаженно. Твой соклановец, Кара, имеет в потенциале будущее в качестве стратега и капитана. Действия в отряде координирует в основном он сам и порой мне кажется, что мои советы и помощь ему вообще ни к чему. — Орочи несколько приуныла. — Шиби в свою очередь старается постоянно контролировать процесс миссии и следить за товарищами. Это конечно хорошо, но частенько приводит к собственной уязвимости и конфликту с Карой. — сенсей троицы вздохнула. — предполагаю, что это исходит из того, что Шиби старше на несколько лет и по своему старается заботиться о них. Благородно.

Цунаде изумлённо застыла, молча впитывая информацию и с мелькающей радостью в глазах смотрела на увлеченную подругу. Слыша довольно длинный монолог, она не решалась его прервать, опасаясь все испортить.

— А вот Наори… просто милашка. Она сильна, старательна, упорна, талантлива, а также умеет общаться с сокомандниками. От нее меньше всего проблем. Вот так бы и затискала. — казалось, будто та изнывала от искушения.

— Кажется, тебе и вправду понравилось обучать генинов.

— Ага, вот раньше я почему злая была? Так это потому что у меня отряда генинов не было! — шутливо сказала Орочи, хмыкнув и подняв палец вверх.

— Мы закончили, сенсей. — оповестил Шиби, присев рядом.

— Отнесем его к хозяйке и миссия будет выполнена. — кивнула наставница и поймала на себе странный взгляд Кары.

— Вы съели все данго, сенсей! — тут же возмущённо обвинил тот, взбираясь на крышу вслед за напарницей. — там было несколько порций.

— Должен сказать я, что тоже проголодался. — добавил Абураме.

— Вы опоздали. — усмехнулась она и словила несколько возмущенных взглядов. — но не волнуйтесь, сегодня после миссий мы вкусно поедим. Я угощаю.

***

Кивнув и поздоровавшись со стражниками ворот, Кара устало потянулся и ступил на территорию клана. Солнце на горизонте уже садилось.

Первые недели генинства ничем выдающимся не запомнились. Кроме тренировок и обучению у сенсея, миссии в большинстве случаев были посвящены работе на полях, помощи горожанам, прибывшим торговцам и всем прочим людям, давшим заказ в отдел приема миссий. Совсем не то что он ожидал.

Сегодня ему с утра пришлось полоть грядки, в полдень убирать сорняки, а после гоняться за домашними питомцами. Конец дня закрепляли командной тренировкой, спаррингами и посиделками в заведении Акимичи, после которых тот уже действительно устал. Стоит отметить, что приготовленные ими блюда были просто объеденье.

Подходя к дому и задумчиво почесывая затылок, Кара услышал веселые голоса ребятни и ловко увернулся от детей, игравших в догонялки. Отступив к калитке, он глянул на остановившуюся толпу. Те быстро прошлись по нему взглядом и всем хором извинившись, пошли дальше в площадку.

Поправив протектор, тот еще немного постоял на месте, вслушиваясь в окружение. Через пару секунд раздались возмущенные крики пожилой женщины. На нем появилась улыбка.

Уже в прихожей в воздухе летал вкусный запах еды под урчание его желудка, но дома было тихо и спокойно. По ощущениям бабуля была наверху в своем кабинете вместе с Акено. Аккуратно разувшись, он пошёл вверх по лестнице, вновь размышляя о наставнице.

Судя по увиденному сегодня, она с Цунаде находились в более теплых отношениях и хорошо дружили. Орочи была мила и общительна, хотя если вспомнить аниме, то в молодости Орочимару был у себя на уме и молчалив. В деревне у нее была довольно положительная репутация и слава, говорили как о гении, которую поддерживает сам Третий, что добавило несколько очков опасения. Статус поддержки может значительно упростить ее путь к посту каге. Посчитай Хирузен себя старым или Орочи достойной, он может сделать её своим преемником и утрясти соответствующие вопросы с Дайме. А как было показано в аниме и манге, то Третий был у него в хорошем счету и прислушался к нему. Одного только замечания хватило чтобы кандидату Данзо отказали.

Тяжело, было тяжело. Было бы проще, если б он не знал вселенную Наруто. Из-за знания канона ему теперь приходится опасаться таких вещей и постоянно подозревать в ней что-то неладное, хотя сенсей не сделала ничего плохого. По крайней мере в отношении них.

— …Кушина Узумаки… — донеслось ему из кабинета.

— В Узушио?

Услышав знакомое имя и деревню, навострив уши Кара застыл у дверей, прислушиваясь к происходящему в кабинете. Все затихло и у двери появилась Акено.

— Ну и кто это тут у нас подслушивает? — весело спросила она. — только что вернулся?

На ней была повседневная гражданская одежда без уже привычного жилета джонина. Похоже вернулась с миссии ещё несколько часов, а то и полдня назад.

— Что там с книгой из страны Снега? — спросил тот, проглядывая в кабинет.

— Мы месяц не виделись, а тебя волнует лишь это? — усмехнулась та, опираясь об косяк. — а ну иди сюда, мелочь!

Она ловко сгребла его в охапку, довольно обнимая и тиская под его возмущения.

— Какой ты вредный. — наигранно надулась Акено, после того как он наконец освободился и проскочил внутрь.

— Вы отправляетесь в Узушио? — нетерпеливо спросил он, посмотрев на бабушку.

— Подслушивать не хорошо, но нет, никто туда не отправляется. — ответила Тока, вставая и перекладывая бумажки. — как прошел день?

Недоверчиво стрельнув в нее глазами, Кара перевел взгляд на Акено, ища поддержки, но та просто пожала плечами.

— Копался в грязи и бегал за очень вредным, неприятным котом.

— Ты же любишь котов. — немного удивлённо отреагировала девушка. — неужели он тебе так сильно поднадоел?

— Вот мне бы спокойно копаться в огороде, а не вот это всё. — удручённо проговорила бабуля, остановив взгляд на одной из стопок бумаг. — я же сказала ему, что это уже лишнее. — недовольно и тихо прошептала она. — на старости лет совсем уже все зачатки ума растерял…

Кара недоуменно завертел головой, а Акено неловко потопталась на месте.

— А о ком она говорила? — спросил он, идя по Конохе и неся в руках пакеты с продуктами.

День уже заканчивался и оживленные улицы освещали яркие огни фонарей. В вечернее время жители Листа свободно прогуливались, отдыхали и развлекались после тяжёлого рабочего дня. В особенности среди них мелькали компании шиноби, отдыхавших в разного рода заведениях.

— Не бери в голову. — порекомендовала та, наслаждаясь вечерней атмосферой деревни. — скрепление и объединение семей дело не простое, хотя это только на бумаге. Пусть Тока-сан и дед Теторы-чан сами со всем разберутся. — на ее губах играла приятная, довольная улыбка.

Кара непонимающе вздернул бровь, оторвав взгляд от новой открывшейся забегаловки с раменом.

— О чем это ты? Какое ещё объединение семей и дед Теторы?

На мгновение лицо Акено застыло, но тут же вновь приобрело прежнее выражение.

— Так ты не знаешь? Хотя ладно, это всё лишь в теории. Забудь. — она махнула рукой, обезоруживающе улыбнувшись.

— Стой-стой, а ну живо карты на стол!

— Ну ты же знаешь, что Тока-сан и Акито-сан главные старейшины? Вот они и решают дела клана, а нам лучше не лезть. — ловко уклонилась та. — и спасибо что решил составить мне компанию, одной было бы скучно.

— Обращайся… — поникшим голосом ответил тот, размышляя, что в последнее время непонимание внутри него все растет и растет.

***

Кара заразительно зевнул и размял шею. Он вновь допоздна засиделся за книгами и встав в такое раннее утро, хотел спать, завистливо смотря на бодрых товарищей.

— Слушайте, а когда я успела пропустить наш переход с «D» ранговых миссий на «С» ранговые? — спросила Наори, недоверчиво косясь на свиток с миссией.

Орочи весело рассмеялась, подкидывая в руке свиток и наблюдая за взглядами своих подопечных, которые так и сквозили недоверием.

— Ну не вечно же вам ходить копать грядки и растрачивать свой потенциал. Мы уже подтянули свои знания и силы, чтобы быть готовыми к любым непредвиденным обстоятельствам.

— И миссия эта за пределами деревни? — спросил Абураме.

— Да. — кивнула сенсей. — как и говорилось ранее, нам предстоит отправиться в одну деревушку и выследить банду разбойников, которая в последнее время обосновалась там неподалеку. Задача проста: выследить, найти, обезоружить, поймать. По предоставленным сведениям это обычные преступники, среди них нет ниндзя. С ними даже ребенок справится, но все же не расслабляйтесь и будьте готовы к тому, чтобы проявить жестокость.

— Хай, сенсей. — хором сказали те.

— Ну всё, выдвигаемся!

Глава 22

Сидя в тени на крыше центрального деревянного здания и обхватив ноги, Кара наблюдал за раскинувшейся перед ним деревенькой. В нем сейчас проходил праздник и соответственно деревенские не спешили идти спать.

На улицах было полное обилие красок: флажки развевались на лёгком ветру, а жители были в традиционных нарядных одеждах. По песчаным тропинкам шло непрерывное движение, в воздухе летал вкусный запах выпечки и жареных блюд.

Его уши периодически ловили крики зазывал, смех, разговоры у праздничных палаток и самое приятное – праздничная музыка. По радостным улыбкам и разнообразным положительным эмоциям на лице можно было сразу понять, что сейчас шло долгожданное событие. Именно поэтому в черте деревни играла праздничная музыка под пляс людей.

Печально вздохнув, он посмотрел в открытое темное небо, освещаемое яркими звёздами и красивой луной. При виде веселого праздника, у него почему-то было неспокойно на душе. Перед глазами проносились знакомые, родные лица, места, приятные атмосферные ощущения от времяпровождения в виде гулянок с близкими по городу во время праздника в прошлой жизни. Эти яркие фонари парка, голоса и смех родных ему людей давали о себе знать, выскакивая из памяти. Казалось, будто если Кара внимательно проследит за толпой деревенских, то его взгляд уловит фигуру брата и может быть даже услышит его радостный смех. От этого грудь сжимало ещё сильнее.

Именно небо, не изменившая себя даже после перерождения, хоть и чуть-чуть, но давало иллюзию прошлого мира. При виде луны в нем вновь просыпалось спокойствие и чувство неизменной реальности, где тот находился все ещё в двадцать первом веке современности.

Разжав кулак, он подпёр подбородок ладонью и опустил взгляд на улицы села, пытаясь отбросить манящее наваждение. Ему пришло понимание, что близкие и родной дом навсегда останутся в памяти, сохраняя свою ценность, сколько бы времени не прошло с расставания. И не важно, насколько сильно тот захотел бы оставить всё позади и забыть прошедшие невозвратимые времена – воспоминания останутся навсегда.

– Что-то не так? – заботливо, с искренним участием спросила наставница, бесшумно приземлившись рядом и так же тихо опустившись рядом. – вид у тебя какой-то не такой был.

Ее ладонь мягко опустилась на его плечо.

– Нет, все в порядке. – Кара медленно помотал головой. – просто давно не выходил за пределы Конохи. Странное чувство.

Орочи озадаченно нахмурила брови и хмыкнула.

– Обычно генины горят энтузиазмом исследования узнать что-то новое за пределами деревни. Вот, держи. – она показала мороженое на двух палочках и разломала на обе части.

– Тут продают мороженое? – удивленно спросил он, принимая протянутое мороженое.

– Сама удивилась. – с улыбкой пожала плечами та. – правда он слегка растаял.

– Спасибо.

Та кивнула и тепло потрепала его по голове.

– Жуки Шиби рассеяны по всему селу, так что тебе не нужно здесь сидеть и наблюдать за прохожими. Ты уже пару часов тут сидишь и наверняка уже замёрз. Может спустишься наконец и глянешь на праздник? Ты просто обязан попробовать жареную курицу тут.

– Но мы же сейчас на задании.

– У Шиби все схвачено. Просто доверься ему. – она подняла большой палец вверх. – это ваша первая миссия за пределами деревни и доверие в отряде самое главное.

– Жуков Шиби не хватит чтобы покрыть всю деревню. – упрямствовал тот.

Орочи протяжно вздохнула.

– Да не будь ты таким занудой.

Уверенность, с которой она говорила, наводила на мысли о том, что вся миссия находится под её контролем. Иначе никак не объяснить нынешнюю беспечность элитного джонина.

Благодаря взглядам, которыми они пересеклись, вероятно, та поняла, что за нежеланием идти поинтересоваться праздником скрывается что-то другое, не озвученное. Потому она больше не настаивала на своем и просто молча составляла компанию. И за это он был благодарен ей.

Разогнав все лишние мысли, Кара вытащил книжку из подсумка и принялся неспешно читать, проникаясь в действие сюжета.

Книга была компактной и вполне могла уместиться в подсумок. А сама повесть шла о самураях, их быту, традициям, значимости, ценности, понимании чести и достоинства, а также о пути. Интересная книга, за которую стоит благодарить Акено.

Она почти после каждой миссии за границей привозила ему разные книги, даже когда он не просил. Знает, чем Кара увлекается, интересуется и не отказывается порадовать, если есть на то возможность. Прекрасная девушка.

– Ты всегда носишь при себе книжки? – Орочи подвинулась ближе и с интересом взглянула, вчитываясь в строчки страницы. – самураи?

Немного неловко замявшись, тот захлопнул книжку и кивнул. Снизу послышались первые пьяные возгласы.

– Я многим интересуюсь, сенсей, и узнать что-то новое вполне не против. Книги прекрасно составляют мне компанию и придают чувство комфорта.

– И сколько же книг ты прочитал?

– Минимум всю домашнюю библиотеку, большую половину общедоступной клановой библиотеки, треть товаров книжных магазинов Конохи, не считая зарубежных книг. Ну, все это исходя из того что я помню и просто предположительно. Книги везде и всегда постоянно пополняются.

Сенсей пораженно уставилась на него, удивляясь и тому, с каким невозмутимым лицом тот «похвастался» своими достижениями.

– Мне нравится читать книги. – немного неловко признался он, видя удивление наставницы.

– Я конечно знала о твоих интересах, но не предполагала, что все перечисленное ты называешь «минимумом». В детстве я тоже любила почитать, но на твоём фоне это как-то блекнет.

– Вы преувеличиваете, сенсей.

– Нисколько. – весело усмехнулась та, поворачивая к нему голову. – всесторонне развитым быть конечно хорошо, но ты не должен забывать, что реальность может оказаться далеко не таким, как говорится в книгах. В них все может быть приукрашено или преуменьшено. Я говорю это потому что ты будущий капитан нашей, третьей команды. Ты всегда должен быть готов.

Взгляд Кары заметно потяжелел. В его планах не было мысли долго задерживаться в нынешнем отряде, тем более становиться капитаном под началом Змеиного саннина. Конечно, в личное дело это зачтется и будет иметь некоторый вес, но сама должность капитана даже на простой взгляд была трудной.

Эта должность требует чрезвычайной ответственности, ума и сил. Капитан это тот человек, который координирует действия команды и зачастую принимает тяжелые решения, от которых зависят жизни товарищей. Придется просчитывать все варианты процесса и исхода, чтобы не потерпеть неудачу. А так как работа шиноби сама по себе несёт опасность, то неудачи могут повлечь за собой гибель подчинённых. Даже командование отрядом, состоящим из трёх человек, вызывала чувство неуверенности.

С должностью капитана на плечи ляжет ответственность за жизни товарищей. Ему пришлось немало насмотреться на последствия поражения на примере Акено. Она смогла найти в себе силы вновь встать, но сможет ли он? Как говорится… готовься к худшему, надейся на лучшее.

– Не нагружайся ты так. Я ж это так, к слову. – «обнадеживающе» похлопала Орочи по плечу, вставая с места и встречая Шиби и Наори.

– Мужчину на листовках нашел я. Ушел на север с дружком своим. Поставил метку уже.

Орочи задумалась, потирая подбородок и подняв взгляд вверх.

– По пути сюда в качестве приманки мы ничего странного не встретили и не заметили. – она досадливо цыкнула. – область поиска все равно нисколько не сужается, так что придется тихо следовать по пятам. Мы на разведку, а вы будьте наготове. Если это наша цель, отправлю белую змейку или Шиби.

Дождавшись согласных кивков, девушка махнула рукой и вместе с Шиби выдвинулась вслед мужчин.

– Похоже сенсей не исключает вариант того что они могут быть не теми. – сказала Наори, переглянувшись с ним. – также не думаю что эта шайка разбойников нападёт, несмотря на расслабленность жителей.

– До нынешних пор они нападали только на обозы с товаром. – со вздохом дополнил он, устало потирая шею. – отдохнуть бы ещё чуток.

– Если бы ты спал, вместо того чтобы в очередной раз показывать почему я считаю тебя книжным червём, то сейчас был бы бодр и полон сил. – укоризненным взглядом стрельнула Учиха, заставляя того полностью капитулировать.

– Ты полностью права.

– В следующий раз отберу и буду держать при себе до конца миссии.

– Хорошо, о Великая Учиха. – в следующее же мгновение Кара слегка поморщился от несильного подзатыльника.

Сенсорное восприятие уловило появление на востоке парочки огоньков чакры, о которых тот быстро уведомил напарницу.

– Нет, они мне незнакомы. – опроверг он предположение Наори, качая головой. – движутся прямо к нам… очень быстро, чёрт. Из Конохи вроде бы никто не должен за нами приходить.

– Что будем делать? – напряглась она, заметив не воодушевленный настрой товарища.

– Пока отступим в лес по направлению к сенсею. Держи расстояние между нами. Я сам встречу их, а ты в случае чего будь готова бежать за подмогой.

Быстро пробежав небольшое поле, они оказались в объятиях листвы гигантских деревьев, пока тем временем хвост не отставал. Количество объема резерва их чакры было предположительно на уровне слабого чунина и генина.

Перепрыгнув очередную ветку, Кара остановился и повернулся навстречу гостям, убедившись что напарница находится в необходимом расстоянии. В случае боя под левым рукавом подготовлен кунай и клинок за спиной.

Где-то невдалеке уже показались силуэты в темных одеяниях.

– Я узнал этот клинок и взгляд… – сразу же сходу припечатывает один из них, быстро оглядев его и заметно задержавшись на танто. – кажется старик не ошибся. Какая удача.

– Кто вы? – нейтральным тоном спрашивает Кара, пытаясь разглядеть лица под капюшонами плащей.

Самодовольно хмыкнув, ранее говоривший спустил капюшон, показывая блондинистую шевелюру и насмешливый взгляд, переходящий на презрительный.

– Фон твоей чакры так и разит родством с той рыжей сучкой. – ненавистно сплюнул молодой парень. – она убила моих родителей, заставив наблюдать за этим и оставив сиротой.

Кара нахмурился и подал незаметный сигнал, на что Наори нерешительно потоптавшись на месте и кинув напоследок обеспокоенный взгляд, рванула прочь.

– Стоять на месте! – крикнул он готовый к броску и предупреждающе взялся за рукоятку танто, заметив как напарник возможного неприятеля дернулся с места. – не знаю о чём идёт речь, но вероятнее всего произошла какая-то ошибка!

– Тогда откуда у тебя этот клинок? – враждебно спросил парень. – оружие убийцы моих родных навсегда запечаталось у меня в памяти. Я даже отсюда узнаю его!

На это тот поджал губы и стиснул зубы, просчитывая в голове различные варианты и не понимая что ответить. Клинок достался ему от покойной матери и речь похоже шла именно о женщине. Неприятная ситуация…

– На его лезвии лежит кровь моих родных! И судя по увиденному мною, ты её мерзкое отродье! – в его словах отчётливо виднелось полное презрение и ненависть. – за грехи родителей расплачиваются их дети.

Резко брошенный кунай с печатью на листке непростительно близко подлетело к нему и болезненно взорвалось совсем рядом. Кара успел лишь отпрыгнуть назад и ослепнув от взрыва, ударился спиной об соседнее дерево и ловко перевернулся, приземляясь на ноги.

Широко раскрыв глаза от испуга при стремительно приближающимся кулаке, он отвёл голову в сторону, из-за чего поверхность дерева сзади разнесло в щепки. Не теряя времени взмахнув кунаем и заставив того немного разорвать дистанцию, он нырнул под его руку и оставил недлинный порез на боку. На большее руки не дотянулись.

Противник яростно закричал и обрушил град пустых ударов.

Кара увернулся от удара кунаем в шею и отпрыгнул назад, кидая кунай. Парень без всяких усилий отразил удар и вновь втянул в ближний бой. Пользуясь преимуществом в росте и физической силе, чунин уверенно теснил его. Ему пришлось активно изворачиваться и отражать атаки, иногда едва терпя болезненные удары. Скорость и силы ударов противника значительно уступали характеристикам Акено. К тому же казалось, будто пелена ненависти затмила ему разум.

Быстро обменявший очередными ударами, он пригнулся от взмаха кунаем и встретил блоком мощный удар ногой, отлетая назад. Поморщившись от боли в руках, Кара быстро выхватил клинок и стремительно рванул на противника, скрещивая орудия. Послышались непрерывные лязги металла, высасывавшие все силы. Нужна была хотя бы короткая передышка, которую вероятнее всего ему не видать.

Кара понимал, что если пропустит хоть один удар, то исход будет далеко не в его пользу, поэтому держаться пришлось на одной лишь выносливости и упорстве.

В очередной раз парировав атаку, тот сделал обманный маневр и изменил траекторию атаки, на всей скорости удачно рассекая противнику грудную клетку , но пропуская кунай в предплечье. В следующее мгновение по руке пронеслась невыносимая острая боль, заставившее его вскрикнуть. Кунай легко прошел сквозь одежду и вонзился в руку, разделяя плоть надвое и даруя невиданную до нынешнего времени боль.

Он выронил танто и отступил на пару шагов, тяжело дыша и слегка прихрамывая на одну ногу, а блондин шокировано и медленно отходил назад, едва держась на ногах. Тот отрывисто задышал, дрожащими руками притрагиваясь к рассеченной груди.

Кара зажмурился и прикусил разбитую губу, болезненно застонав. Левая рука не слушалась, поэтому в другую руку пришлось незамедлительно взять кунай.

Тот поднял взгляд и заметил в глазах оппонента неверие и сильное разочарование, перемешанное с пониманием своей участи. Широко раскрытые, смотрящие куда-то в пустоту глаза отчётливо показывали как перед парнем проносилась вся его жизнь. Но Каре, смотря на него, показалось, будто это именно перед ним прошлась вся жизнь блондина. Жизнь, которую он скоро отнимет.

В этот момент к нему пришло понимание, что удар пришелся не слишком глубоко и теперь парень испытывает адские мучения, в тысячу раз превосходящие его боль. А ведь он мог даровать ему быструю смерть, если бы правильно произвел атаку.

Противник, превозмогая боль и слабость, пошёл к нему на трясущихся ногах на новую атаку, но едва ступив шаг, выронил из рук кунай и упал на колени, пытаясь нормально дышать, хрипя и выплевывая кровь.

Не найдя ни малейших сил смотреть на данную картину, Кара быстрым и точным взмахом перерезал ему шею. Его тело шумно упало на землю, а из шеи потекла кровь, иногда маленькими фонтанчиками брызгая траву.

Кару вырвало.

Глава 23

Наставница резко остановилась и нахмурилась, протянув руку навстречу маленькой белой змейке, которая тут же заползла в рукав.

– У нас чрезвычайная ситуация.

– Справлюсь сам я, сенсей. – уверенно сказал Шиби, заметив перемены в лице сенсея и довольно быстро догадавшись, что произошло что-то непредвиденное. По нахмуренному лицу можно было даже не гадать. – все же кучка разбойников это.

Такой объем пренебрежения и надменности было фальшью. Он был осторожен и всегда верил в то, что никогда не стоит недооценивать противника, независимо от того, насколько тот мал или слаб. Но несмотря на это, его наполняла уверенность в своих силах против банды разбойников. В случае опасности ему всегда удастся отступить и перегруппироваться с остальными.

– В бой вступать только при необходимости. – строго приказала сенсей и бесшумно двинулась назад.

«Необходимость уже наступило»

Как только наставница исчезла с поля зрения, из специального сосуда за его спиной плотным строем вылетели орды жуков «Кикайчу», тут же поспешивших рассеяться по округе.

Как наследник своего клана Шиби должен был быть силен, умён и иметь хорошую репутацию, которую можно было уважать. Отец уже давно начал готовить его к должности главы и уже учил правильному мышлению, поэтому к нему приходило понимание, что нельзя уже больше тянуть и просто наблюдать, как двое замаскировавшихся преступников ведут его все дальше и дальше куда-то далеко. Пока он тут торчит, остальные могли уже вступить в неравный бой с противниками, среди которых могут оказаться и шиноби.

Жуки поодиночке догоняли двух подозреваемых и незаметно окружали, вновь строясь в плотные ряды и вылетели из укрытий, на высокой скорости взметнувшись вверх и направившись в вмиг напрягшихся мужчин.

Один испугано заорал, как только жуки облепили его тело, а второй сложил печати и выдохнул струю огня, уничтожая жуков и быстро рванул прочь, хаотично бросая за спину кунаи.

Шиби досадно ругнулся и одним метким броском кинул кунай прямо в ногу убегающего.

– Гладко что-то слишком. – выразил сомнение он, связывая парочку. – не сомневаюсь в вашей причастности я, потому сейчас где ваши сообщники расскажете вы. Жуки мои высосут из вас жизнь всю.

Отряд разведки, шпионажа, следопытов – идеально соответствующая специализация, полностью подстроенная под его профиль. С помощью своих специально выращенных жуков «Кикайчу» Шиби мог до полусмерти высасывать чакру жертвы. Отец, он же глава клана, ещё до академии ниндзя заранее подобрал ему род деятельности, проверив совместимость с различными видами жуков. Сам Шиби не отпирался и лишь надеялся что его будущие сокомандники будут хороши в искусстве ниндзя и не станут тянуть команду вниз.

«Лучший выпускник академии» и «Одаренная Учиха» – вот кто достались ему в качестве товарищей. Оба младше него на несколько лет, но уже признаны лучшими. Один в идеале сдал теорию и практику, а другая пробудила и почти полностью освоила шаринган, научившись использовать весь потенциал додзюцу и в то же время проявила себя как сильнейший боевик в своем потоке, но ему, у которого уже были четко поставленные цели, было видно, что она просто плыла по течению. Это репутации ей не прибавляло, но придется смириться.

Хотя если отбросить все остальные детали после знакомства, то сокомандники его немного порадовали, чего нельзя рассказать о первом впечатлении. Сенджу показался ему каким-то темным и мрачным, когда те ждали наставницу, а Учиха… ее он никак не смог понять или хотя бы что-то составить о ней. Она хорошо сдружилась с Карой, бывает молчалива, бывает открыта для общения, добра…

Кара потом открылся ему как умный, талантливый и опытный товарищ, который мог быстро составить план и быть хорошим спарринг-партнером не хуже других наиболее опытных коллег-генинов. Вот тут его знатно удивил или скорее восхитил уровень подготовки клана Сенджу. Может этого и стоило ожидать от клана-основателя и просто одного из сильнейших кланов Листа? Сила Сенджу отчётливо виднелась даже через зелёного генина.

Неудивительно, что Первый-сама и Второй-сама были выходцами Сенджу, причем самыми уважаемыми, а вот Третий-сама был учеником Второго-самы… учеником Сенджу. Теория заговора… ?

«Хм, а ведь если подумать… – отогнав лишние мысли Шиби только сейчас понял, что в их команде генинов двое являются выходцами кланов-основателей, а сенсей является ученицей ученика Сенджу. Каждый из них чем-нибудь прямо или косвенно связан друг с другом, кроме него. – я лишний?»

– Ай, бл*дский выродок! Я тебя на этой верёвке вздерну!

Не обратив внимания на слова разбойника, он лишь ещё туже завязал верёвку, вспомнив как его все время забывали и это бывало даже тогда, когда тот был совсем рядом. Например в кафе могли забыть о его присутствии или о заказе, из-за чего приходилось подолгу ждать. А теперь ему в собственном отряде грозило стать лишним.

Тяжело вздохнув и отогнав гнетущие мысли, Шиби выпытал местонахождение остальной части банды, внедрив под кожу разбойников своих жуков. И не жалко, что пришлось убить одного из них. Было достаточно легко.

«Стоит ли дождаться остальных или пойти выполнять миссию в одиночку ввиду непредвиденных обстоятельств? – Абураме задумался и слегка нахмурился, поправляя темные очки. – а может они забыли про меня?»

Сенсей уже вот-вот должна была вернуться, но она почему-то задерживается. В голове проскочило сомнение и подозрение, что ситуация вышла чрезвычайная и тяжёлая, раз никто за ним до сих пор не пришел. А может просто забыли?

Обмотав рот живого разбойника прочной веревкой, предварительно запихнув туда мешочек со взрывпечатью, Шиби скинул его на плечо и задумчиво оглядел высокие деревья, мельком покосившись на измученное, истощенное тело мертвого разбойника. Его смерть не была лёгкой, но других способов ведения допроса он не знал. Но истинно то, что его жуки славно подкрепились.

– Попытаешься выплюнуть, сжать зубы, течь слюной, активно лизать или вырваться – печать сработает и голову твою на куски расплющит.

****

Наори на всей скорости отдалялась от напарника-Сенджу. Встречный ветер бил в лицо и пришлось слегка зажмуриться, но то ли от ветра, то ли от понимания чрезвычайно опасного положения своего товарища. Но потихоньку убавив темп и вскоре совсем остановившись, она повернулась назад и немного помявшись на месте, рванула обратно. Жизнь товарища в опасности, а бежать ещё неизвестно сколько. Нужно правильно сыграть на эффекте внезапности и возможно удастся завалить чунина. Генин в свою очередь не будет такой уж большой проблемой, чем его большой друг.

Стресс – вот что Учиха чувствовала. Груз ответственности тяжко лёг на плечи и она искренне надеялась что не опоздает на подмогу.

Перед глазами поплыли смазанные воспоминания.

Мокрые песчаные дорожки после дождя и чудный сад, наполненный цветами. Она любила купаться в объятиях теплого ветерка, любоваться лугами, садами и следить как расцветают чудесные магнолии. Ей нравились эти цветы, как и свежий запах дождя. Наори могла подолгу гулять после дождя, совсем позабыв о тренировках, речей некоторых стариков о величии клана, от надоедливых причитаний деда, видевшего ещё построение деревни.

Время от времени она ловила себя на мысли, что чрезмерное зацикливание на клане и его великой силе глаз не очень хорошая затея, которая может привести к одержимости ею. Старшее поколение гордится кланом и требует соответствующего уровня у подрастающего поколения.

Одним из причин была ещё и конкуренция между кланами. Несмотря на конец клановых войн и начало новой эпохи, некоторые кланы сохранили дух соперничества и теперь меряются своей мощью на политической арене Деревни. Именно поэтому ее так быстро выперли из академии, как только в клане пошла молва о том, что одна маленькая Учиха пробудила и освоила шаринган.

Отец целыми днями проводил с ней тренировки, активно помогая в изучении кланового додзюцу и с гордостью наблюдая за ее энтузиазмом. До этого вместо него с Наори занимался ее старший брат, который научил правильно орудовать холодным оружием и подробно объяснил все что связано с чакрой и глазами. Под их четким присмотром оставалось только беспрепятственно научиться использовать эту силу и отточить до идеала.

Теперь же она не может подвести их, трусливо убежав под юбку наставницы и бросив товарища позади.

Наори быстро среагировала и прыгнула в сторону, как только в поле зрения мелькнувшего на миг шарингана появились несущиеся прямо на нее кунаи, за которыми стоял один из той парочки. Прильнув к дереву и с болезненным стоном вынув кунай из бока, та быстро оглядела округу в поисках противника и запустила окровавленную руку в подсумок.

Резко пригнувшись от неожиданного кулака, она взмахнула кунаем и прицепила к груди генина взрывпечать и отступила, руками прикрывая себя от взрыва. Но как только округу окатило грохотом взрыва, из появившегося дыма вылетел противник без плаща и одним быстрым ударом по ее выставленному блоку отбросил ту вниз.

– Для зелёного генина неплохо. – сказал тот с превосходством в глазах, следом приземлившись на землю. – я думал ты быстро сдохнешь.

Она обнажила клинок и в ее темных глазах загорелся однотомойный шаринган, направленный на рванувшего к ней генина. Противник ловко парировал атаку и с кровожадной улыбкой полоснул кунаем по рёбрам, следом быстро дав по лицу локтем и с разворота отправил ногой в полет. Наори не медля встала и быстро сложила печати. Та выдохнула огромную струю огня в оппонента. Огонь охватил почти все пространство перед ней и поэтому увернуться от такого должно быть очень сложно.

Злостно сплюнув, генин стряхнул подпалины на одежде и вновь бездумно побежал в атаку, заметив ослабленно оседающую Учиху. Рана на ее боку обильно кровоточила.

Он самодовольно ухмыльнулся, посмотрев на побледневшее, измотанное лицо, и с разбега рассек ей голову ее же клинком, но вместо победы генин почувствовал острую, колющую боль в животу. Опустив взгляд вниз, тот провел перед собой рукой и наткнулся ладонью на невидимую сталь. В то же мгновение реальность исказилась и поменялась. Перед ним материализовалась полностью здоровая Учиха, расслабленно держащая вонзенный в его живот клинок, а отрубленная голова буквально испарилась. Как издёвка на ней не было ни единой царапинки.

Она двинула рукояткой, заставив того поморщиться от боли.

– Чертова… Учиха. – ненавистно прошипел сквозь зубы тот, прежде чем замертво упасть у ее ног.

Проведя внимательным, хладнокровным взглядом по мёртвому противнику, Наори молча вытерла кровь с лезвия и вернула в ножны. Подняв голову та заметила приближающегося Кару.

Он шел медленно, хромал на одну ногу и держался за левую руку. На лице и одежде присутствовала кровь, но явно не его.

– Где сенсей? – Сенджу упёрся в нее непонимающим, усталым взглядом и глянул за ее спину, замечая генина в луже собственной крови.

А ведь где-то там лежит ещё и чунин с рассеченной грудью и разорванной шеей.

– Тихо. – прошептала Наори, поспешно вытаскивая мини-аптечку.

Глава 24

Кивнув хмурому Шиби, Кара посмотрел на зелёное свечение рук наставницы и с удивлением понял, что боль в руке почти сошла на нет, а углы разреза затягиваются прям на глазах. Ранее ему не приходилось пробовать на себе технику мистической руки, которую широко использовали все ирьенины в мире. Ощущение влияния шосена отдавалось теплом и значительно смягчало боль, но как только техника прервалась боль возвратилась, но уже более терпимо.

Наори разложила трупы шиноби под деревом, а Шиби таскал на собственном горбу убитых им разбойников прямиком из их убежища. Некоторых выживших из этой шайки он запряг таскать большую часть, внимательно следя и толкая в спину.

Столь удивительное хладнокровие юных ниндзя вызвало недоумение, если не шок. Его например неприятно вырвало при виде кровавого трупа и разрезанной груди, а товарищи по команде сохраняли полную невозмутимость. Абураме и вовсе чуть не закосил большую половину разбойников, предварительно насмерть допросив одного из них. Может, причин удивляться этому нет, все же это воспитание и общество шиноби, как и то что времена сейчас идут неспокойные.

На границе маленькие деревня уже начали устраивать стычки между собой и спорить о принадлежности некоторых территорий.

Кланы заранее готовят подрастающее поколение к ужасам войны. В клане Сенджу ситуация не отличалась. Загвоздка была лишь в том, что Кара с воспитанием мирного времени не уделял особого внимания на данные факторы и предпочитал закрываться в скорлупе, увлекаясь книгами и новыми знаниями. Притом беспечно совсем позабыв о своем знании канона. Теперь он сожалел, что не занялся реальным развитием боевой мощи. Да, не будет преувеличением и оправданием то, что интенсивные тренировки итак развивают силу, но нельзя забывать что главная характеристика самой работы шиноби в том, что это скрытные и неожиданные маневры. Чем больше подарков шиноби хранит в себе, тем больший у него потенциал как боевой единицы. То же изучение еще не созданных техник чего стоит. Никто о них пока что не знает кроме него самого. Подробные знания об аниме и манге Наруто понемногу пропадают по течении времени.

Он был излишне самоуверен и беспечен когда считал что всё идёт гладко. Смерть может поджидать на каждом шагу.

Его охватил стыд от того что его считают гениальным и умным, ведь даже такой простой и логичный факт ускользнул из его вида. Одно только радовало – ему хватило мозгов все это понять до того как случилось бы что-нибудь по-настоящему страшное и непредотвратимое.

– Сенсей, я не знал что вы знаете «шосен». – невольно сказал Кара, смотря как Орочи складывает в подсумок свиток с запечатанными телами.

– Ничто не бывает лишним. Вам всем не помешало бы уделить время на его изучение. – ответила она, подняв взгляд. – хорошая работа. Вы прекрасно справились, несмотря на непредвиденные обстоятельства. Вы прошли боевое крещение!

В Коноху Кара возвращался задумчивым. Мысли об использовании знаний о каноне полностью захватили голову. Пришло понимание, что до этих пор он только и делал что избегал реальности, видя очертания прошлого везде и всегда. Тоска не поможет ему вернуться в родной мир, как и помочь с выживанием в мире шиноби. Но в этом были и плюсы, так как потеряв прошлый мир, он обрёл семью: искренне заботящуюся, любящую бабушку и ту, которая бескорыстно могла поддержать, помочь и всегда быть рядом. Вернувшись домой тот мог застать теплую улыбку бабули и почувствовать бесценный домашний уют, согревающий теплом уставший дух и тело.

За неделю отдыха и восстановления Кара постоянно прокручивал в голову эпизоды Наруто, вспоминая техники и дыры, которые могли помочь окружающим, то бишь клану и Деревне в целом. Самым возможным для точного применения и создания вспомнилась главная, фирменная техника главного героя истории – расенган.

Расенган – постоянно вращающийся большой сгусток чакры, обладающий большой разрушительной силой. Для его создания нужно сосредоточить чакру в ладони и постепенно увеличивать его концентрацию, придавая ему форму. Обычно чакра не видна для обычных глаз, но ее сосредоточение в одном месте в огромном количестве позволяет увидеть даже невооружённым взглядом. А расенган – это именно огромный и чересчур плотный сгусток чакры и для поддерживания его формы нужен хороший контроль и понимание сути самой техники. И благодаря подробному разбору в аниме и манге у него есть некоторое представление. К тому же его плюс в том, что для его создания не требуются печати. Как раз то что надо для ближнего боя. Главное быстро сформировать и вдарить по противнику.

Хотя несмотря на простоту создания техники в теории, проблемы начались сразу же. Чакра в шариках постепенно выходила из под контроля и они постоянно взрывались. Не получалось придать сгустку чакры единое вращение. Удавалось держать контроль только над малым количеством чакры и если его сосредоточение увеличивалось, то вращение чакры приобретало хаотичное движение и выходил все тот же итог на протяжении почти всей недели. Рана на руке тоже значительно замедляла обучение. Так что в первое время пришлось обучаться одной рукой.

На восстановление руки ушла половина недели, а переход из теории к практике Кара совершил на второй день. Конечно, просто так сформировать расенган не получилось, поэтому пришлось прибегнуть к шарикам с водой. Одной рукой концентрировать чакру в шарике было трудно, но на удивление помощь в этом оказал прошлый опыт в изучении гендзюцу. В нем тоже требовался определенный контроль чакры и умение манипулировать им. Жаль конечно что гендзюцу он не научился, но зато это хотя бы подсобило с расенганом.

– И чем это ты тут занят? – неожиданно появилась сзади Акено. В ее голосе и во взгляде было недоумение, направленное на его напряжённое лицо и шарик в ладони.

От испуга тот резко дернулся и ослабил контроль, из-за чего огромный сгусток чакры прорвал шарик и взорвался, окатив того водой.

Кара немного постоял с вытаращенными глазами, пытаясь осознать произошедшее, и медленно повернулся к ней, бросив короткий взгляд в кусочек шарика.

– Ты знаешь что только что натворила? – с каменным лицом вопросил тот.

– Мм… нет? – после недолгих раздумий она невинно похлопала ресницами. – а что я натворила?

– У меня только-только получалось задать высокую скорость и при этом держать контроль! – сокрушенно воскликнул Кара, раздражённо вздыхая и моля о терпении, смотря высоко в небо.

Акено заинтересованно слегка подалась вперёд и внимательно, задумчиво вслушалась в его слова, и несколько секунд усиленно размышляла и пыталась понять смысл, но вместо этого поняв, что догадливостью она не блещет, всмотрелась в его глаза.

– Так что случилось, совёнок?

– В смысле «совёнок»?

– Да вот подумала и решила что теперь буду называть тебя так. – она неожиданно хмыкнула. – оказывается ты не только дома любишь не спать по ночам, но и во время миссий!

– В смысле «во время миссий»? – сразу возмущенно пропыхтел он. – кто настучал на меня?

– Никто не настучал. Я сама узнала. – ответила та и грозно стрельнула глазками. – ты же понимаешь что так нельзя? Особенно во время миссий, тесно связанных с опасностями! Это очень безответственно! Твой недосып может плохо повлиять на работоспособность организма. Будешь чувствовать слабость и значительно потеряешь внимание. Представь, что будет если ты из-за этого не сможешь заметить брошенный кунай? Меткий и быстрый бросок может оборвать жизнь человека всего лишь одним попаданием!

Кара немного опешил и отступил от такого напора девушки, виновато улыбаясь.

– Я все понимаю.

– Крайнее пренебрежение миссией! – всплеснула руками та. – обещай что впредь будешь осторожен. Нужно подходить к заданиям с умом!

– Мм… д-да… – невнятно пробормотал он под нос, отводя взгляд.

– Я не слышу. – железным, требовательным тоном сказала Акено.

– Обещаю что впредь буду действовать с умом и исходя из уровня опасности.

– Мне кажется или кое-кто хочет обхитрить меня? – она вздернула бровь и внимательно посмотрела на него.

– Тц, ты меня сюда отчитывать пришла что ли? – вновь возмутился Кара. – лучше посмотри что я пытаюсь создать!

Молча оглядев того с ног до головы, Акено убрала распущенные волосы назад и ее взгляд немного смягчился.

– Да, пришла отчитать и просто повидаться. – она даже не стала скрывать и честно выложила правду. – в последнее время ты вообще из дома не вылезаешь. Думала, опять спрятался за горой книг. Отошёл от… – замялась, пытаясь подобрать подходящее слово. – первой крови?

– Как сказать… кошмары уже перестали сниться. – ответил тот, скривив губы и кинув взгляд на маленький, едва заметный шрам на руке. – поначалу было тяжко вспоминать мертвое лицо того чунина, но теперь все устаканилось, думаю.

Все же трудно сохранить душевное равновесие, видя как жизнь покидает совсем молодого паренька, который возможно и жизни то нормально не видел.

– Это хорошо. Говори, если что случиться. – немного обеспокоенным голосом сказала та. – так чем ты занимался? Шарик так внезапно взорвался. В нем была сконцентрирована чакра, я правильно заметила?

– Верно, я напитал его чакрой и пытался задать ей единое вращение, но почему-то она постоянно срывается и движение становится хаотичным, а шарик лопается. – он досадливо поморщился.

Акено подняла шарик и задумчиво подбросила в руке.

– Если сгусток чакры взорвется у тебя прямо в руке, не успев сформироваться или ещё что, то тебя может ждать разрыв чакроканалов. – шарик в ее руке взорвался. – он не должен лопнуть? Кажется я поняла что ты хочешь сделать.

Она вручила ему в ладонь шарик и поставила его руку над своей. На это тот непонимающе посмотрел на сосредоточенное лицо девушки, пока он немного не напитал шарик чакрой, как тут же уплотнение чакры резко возросло.

– Вращай!

Кивнув, Кара сосредоточился на контроле и придал чакре вращение. Акено убрала руку, а шар перестал дёргаться и успокоился, несмотря на вращение внутри.

– Удивительно!

Шарик не лопнул даже спустя секунд десять.

– Может тебе не стоило стараться впитать как можно больше чакры? Думаю, именно из-за этого шарик не выдерживал и лопался, а сам ты терял контроль. Тебе стоило держать умеренное количество.

Повторно попробовав, но уже без перекоса, Кара понял, что она действительно права и ему не следовало пытаться увеличить плотность сверхнеобходимого. Тем более внутри шара.

– Это какая-то тренировка контроля?

– Нет, смотри! – восхищённо воскликнул он, смотря как в его руке сформировывается шарообразный сгусток чакры.

Тот понемногу увеличивал концентрацию чакры, другой рукой одновременно придавая ей форму и держа ее движение в порядке. Пришлось значительно поднапрячься чтобы техника не рассеялась.

Кара осторожно, медленно присел на одно колено и опустил руку, смотря как мини-расенган начал мягко разрывать землю словно воду и замечая, как брови Акено поползли вверх.

На его лице невольно появилась довольная ухмылка.

Глава 25

Зал старейшин – одно из зданий, расположенных в центральной части клановой территории. Помимо него рядом также находился мозговой центр всего клана, в число которых ещё и входит школа, предназначенная для обучения растущего поколения. Конечно, с академией ниндзя не сравнится, но зато обучают там достойно. Именно в нем Кара проходил подготовительный курс обучения.

В этот раз после создания расенгана он посетил зал впервые за всю свою короткую жизнь в этом мире. Зал был просторен, а убранство было очень сдержанным и сухим. Как оказалось, после создания техники и представление его бабушке, надо было идти на поклон к старейшинам и демонстрировать ещё и им.

Было несколько волнительно сидеть перед старейшинами, которые мерили его оценивающим, пытливым взглядом. Пришлось изображать ещё в прошлой жизни выработанное спокойствие и уверенность. Сидеть к тому же приходилось на коленях в традиционной манере японцев. Хорошо что его ещё давно научили традициям и манерам, поэтому сидеть в такой неудобной позе было более менее терпимо и нормально.

В первые разы было очень сложно, так как ноги довольно быстро начинали ныть и становилось очень некомфортно, а после даже вставать было трудно. Потому можно сказать что в этой области он не ударил лицом в грязь, но вот про мнение старейшин о самой технике пока что было неизвестно. По их сдержанным и спокойным лицам мало что можно прочитать.

– Они меня просто похвалили. – сказал Кара, в очередной раз разглядывая в зеркале свое кимоно.

– За светлый ум? – улыбнулась Акено, оперившись плечом об косяк двери. – или за умение сдержаться, несмотря на такую «неудобную и геморную» позу?

Она прекрасно знала его отношение к сидении на коленях, да и вообще про многие правила этикета, поэтому никогда не упускала возможности подшутить на эту тему. Даже тогда когда он обучался этим вещам и выходил после раздраженным и уставшим, эта милая девушка была не прочь подшутить, при этом умея сделать это между делом и не привлекая к своим словам особого внимания, разнообразно, если точнее. Иногда даже приходилось гадать подшутила она или похвалила.

– Очень смешно. – недовольно буркнул тот под нос, поправляя пояс. – я уже устал. Можно дома остаться?

– Да не хмурься ты так. – Акено потрепала его по волосам, уже привычно выслушав желание связанное с домом. – я рада что ты теперь не взрываешься при подобных делах. Раньше ты терпеть не мог некоторые правила. Тогда ты был таким маленьким и милым мальчиком. – мечтательно вздохнула та, углубляясь в воспоминания. – а сейчас только дом да книжки. Техники даже начал создавать.

Она неожиданно обняла его сзади, мягко обвив руки вокруг него и зарываясь лицом в волосы. Кара немного опешил, попытавшись посмотреть на неё, но отчётливый запах, ударивший в нос, все понятно объяснил.

– Ты много не пей, а то кажешься будто сейчас расплачешься прямо тут. – хмыкнул он и пошутил: – таскать тебя до дома тоже не собираюсь.

Почти что сразу Акено шмыгнула носом, вновь вбивая его в короткий ступор. Пришлось осторожно поворачиваться и обнимать неожиданно расчувствовавшуюся девушку, поднимая взгляд дабы рассмотреть ее лицо.

– Ну ты чего? Я ж пошутил. Если придется на горбу своем понесу.

– Ты слишком быстро растешь и порой мне кажется, что ты все больше зарываешься в себя и отдаляешься. Постоянно рвешься на тренировки и уделяешь время только миссиям. Стремление развиваться конечно похвально и отлично, но нельзя чрезмерно нагружать себя, понимаешь? Это плохо. Ты рискуешь однажды просто выгореть. Нужен отдых, понимаешь? И я не про книжки, о которых ты заботишься даже на заданиях!

– Я понял, Акено, а теперь возьми себя в руки. Все же сегодня праздник.

– Ничего ты не понял. – вновь шмыгнула носом, потирая покрасневшие глаза. – обещай мне не стать безумцем, гоняющимся только за силой и любым способом. Обещай мне поступать как велит твоя совесть, твое сердце! Сердце может быть наивно, но оно и делает наш мир светлее и добрее, делает из нас хороших людей.

– Определение хороших людей несколько расплывчата. Что определяет человека хорошим или плохим? К тому же ты же знаешь главные правила шиноби. – ответил Кара, немного задумавшись и быстро прикусил язык, поняв что спор в нынешней ситуации лишний.

– Найдя в себе силы простить, мы сможем разорвать порочный круг ненависти. Именно это помогло Хашираме-саме остановить многолетнюю вражду с Учихами и построить нашу деревню. Он добился мира в нашей стране. – она отстранилась и протерла глаза, неловко улыбаясь и явно смутившись. – извини за нытье.

– Ты была похожа на монашку. – он улыбнулся. – и когда только успела выпить? Никто вроде не пьёт. Похоже доза у тебя слишком маленькая.

– Да ты смеёшься надо мной! – немного обиженно воскликнула Акено.

Быстро приведя себя в порядок, она под возмущение Кары вытолкнула его из комнаты и направилась вниз, а ему оставалось только задуматься над ее словами.

Акено добра, а он в силу специфики данного мира не может дать ей подобного обещания. Это очень затруднительно, учитывая ещё и ранее упомянутые правила шиноби. В них миссия ставилась в высокий приоритет, а эмоции могли помешать его выполнению. Да даже милосердие к врагу по зову сердца может плохо обернуться и можно даже не заметить, как он всадит нож в спину. Нельзя доверять кому попало, тем более врагам. Но убивать лишь из подозрений тоже не очень хорошая идея. Потери могут лишь сильнее пропитать негативом взаимную неприязнь или вообще ненависть. Но может ли добро помочь людям понять друг друга?

Кара остановился у лестницы и устало прислонился к стене, медленно оседая вниз. Противоречия вновь бились друг об друга, заставляя хвататься за голову.

Впереди две мировые войны, огромное количество жертв, угасание клана. Об этом известно только ему и если помешать ходу войн шансов было мало, то и с кланом шансы были неизвестны. Поменять ход истории не такая уж и лёгкая задача, особенно если ты взрослый человек в теле ребенка. Авторитет и уважение в клане только лишь из-за положения бабушки. Будет неудивительно если на его достижения будут капать дополнительные баллы из-за этого.

В этот момент Кара понял, что знания тяжким грузом падают на плечи и было бы вообще лучше не знать об этом. Но раз ему обо всем грядущем известно, то почему именно в этом мире он переродился? Какая у него роль в истории мира шиноби?

Сложно сидеть сложа руки зная обо всем и еще тяжелее понимать, что с этим ты мало что сможешь сделать.

Он вздохнул. Тяжко это.

– Чего вздыхаешь? – навстречу медленной походкой подошла Тока.

Кара помотал головой и неспешно встал.

– А где Наваки?

– Ушел с сестрой. Ты отлично справился с миссией, несмотря на непредвиденные обстоятельства. Прикрыть отход товарища и в одиночку выступить против превосходящих по числу и силе противника – очень храбрый поступок.

– Скорее самоуверенный, но ситуация требовала быстрых и правильных решений. Правильнее будет хвалить моих товарищей по команде – без них я бы не справился. Все же Наори-чан взяла на себя второго и отлично справилась с ним.

Тока тепло улыбнулась.

– Ваш наставник хвалит Наори Учиху как очень одаренную куноичи, да и всех вас. Уже скоро собираются проводить экзамен на чунина, готов к нему?

– Как сказать… не совсем. Я даже академию закончил совсем недавно, что уж говорить про экзамен.

– Не могу говорить про всю вашу команду, но думаю ты уже доказал что достоин участвовать на экзамене. Твой уровень значительно вырос за последние годы. Старейшины с достоинством оценили твою технику и считают, что это далеко не последние твои достижения. Вот чего я точно не ожидала, так это того, что наша библиотекарша станет подталкивать твою кандидатуру в чунинство. Аями Сенджу – элитный джонин, она особенно отличилась во времена войны. Однажды даже в одиночку одолела парочку команд, состоявших поголовно из чунинов и джонинов.

Его лицо удивлённо вытянулось. А ведь он даже не мог заподозрить, что обычная библиотекарша окажется такой авторитетной и уважаемой куноичи. Она всегда похожа на обычного человека, с полной ответственностью выполняющего свои обязанности в виде библиотеки. Никакого намека на то, что прошла сквозь нещадное пламя войны. А ведь каких только ужасов можно там насмотреться. Возможно, именно пережитый опыт сделал из нее ту нынешнюю версию себя, которую тот всегда видел. Аями-сан, оказывается, реально матёрый шиноби и уважаемый ветеран войны.

– Бабуль, а это правда что на границах Амегакуре и Танигакуре уже ведутся настоящие сражения?

Тока задумалась, уставившись куда-то вдаль в окно.

– Да, – кивнула она и повернулась к нему. – ты должен быть предельно внимателен при выполнении миссий. Из-за подобных стычек число дезертиров обычно растёт и они разбредаются по соседним странам. Те, кого ты встретил недавно, тоже причисляются к их числу. Некоторые даже не гнушаются пойти на риски ради кровной вражды. Именно такого ты и встретил, а именно – врага своей матери. Он должен был быть осведомлен, что в последнее время нукенинов в нашей стране активно отлавливают и все равно поперся тебя убить. – дождавшись его понятливого кивка, она вздохнула. – в виду этого ты должен быть осторожен. Наш мир далеко не мирный и каждый не прочь перерезать глотку другому, если на это есть возможность.

– Но это же глупо. Постоянно враждуя между собой и ненавидя друг друга мы не сможем прийти к взаимопониманию и жертв от этого никак не станет меньше. Постоянно держась мнения о том что вокруг одни враги мы не сможем прийти к миру и пониманию.

– Ты прав, но таков наш мир. Слепо следуя за подобными мыслями ты рискуешь просто словить кунай в спину. Даже наше соперничество с Учихами до сих пор осталось, хоть теперь мы не враждуем в открытую на поле боя.

– Раз так, то я с Наори покажу что доверие и мир между нашими кланами не пустой звук, а кровавые пятна в нашем общем прошлом действительно уже в прошлом. Даже заключение мира между нашими кланами и возведение Конохи тому прямое доказательство. Мир между людьми возможен.

Тока удивлённо посмотрела на него.

– И как же ты собираешься доказать это с Наори?

– Я доверил ей свою жизнь, а она в свою очередь без капли сомнения пришла мне на выручку. – твердо и уверенно ответил он ей.

– Вот как? Похоже эта Учиха и вправду отличный шиноби.

С помощью навыков сенсора удостоверившись в том, что все гости правда уже ушли, Кара продолжил:

– Бабуль, раз тема свернула в подобное русло, я хочу предложить тебе как старейшине одну задумку.

В голове Токи проскочила мысль, что он всегда на удивление мыслил складно и правильно несмотря на свой возраст, поэтому внутри нее не появились сомнения о том что эта «задумка» не какая-то детская прихоть или шутка. Да и то как Кара сформулировал предложение невольно заставило ее отнестись к его неожиданной «задумке» со всей серьёзностью и она вновь задумалась, внимательно посмотрев на него.

– Я думаю что в каждой команде должен быть ирьенин хотя бы на базовом уровне знающий медицину. Это значительно уменьшит процент потерь на заданиях и увеличит их выполняемость. Для этого нужно организовать учебные заведения для подготовки кадров.

Кивнув в сторону своего кабинета, она повела его туда и закрыв дверь, неспешно прошла по кабинету и уселась у своего рабочего стола, а Кара пододвинул стул и уселся напротив.

– Мысль дельная, но кто их будет обучать? Высококвалифицированных ирьенинов мало. Некоторые подходящие для этого уже задействованы на долгосрочных заданиях, а те что находятся в деревне и так заняты в госпитале Конохи. Приток раненных приходит почти что каждый день. А тех кто ниже ставить на должность учителя нет смысла, так как это будет не очень эффективно. К тому же появляется вопрос с ресурсами: для создания и содержания подобных заведений. Не стоит также забывать о денежном довольствии нанятых учителей. – бабуля пожала плечами. – с этим вопросом нужно идти к Хокаге. Ты говоришь об изменении организационной системы команд.

– Именно поэтому я говорю это тебе, бабуль! – он эмоционально сплеснул руками. – Хокаге и совет джонинов просто отмахнутся от меня. А вот тебя люди послушают, в отличие от меня.

– Хочешь чтобы я пошла с этой поправкой внутренней политики к Хокаге? Ты ведь понимаешь что для этого нужно провести целую реформу?

– Да, понимаю. – вновь отвесил уверенный кивок. – в прошедшей миссии я мог просто истечь кровью или словить заражение, но к моей удаче наставница достаточно разбиралась в лечении и помогла с ранами. Именно в этот момент ко мне пришла данная мысль. Без ее навыков мне было бы гораздо хуже. В более критической ситуации другие шиноби могут получить смертельные ранения и помочь им будет некому, а с одним ирьенином в команде у них будет шанс выжить. Соответственно с этим успешное завершение миссии тоже не будет под угрозой.

Кара замолчал и прервался, глубоко задумавшись над вопросом говорить ли ей о подступающей войне в будущем. С одной стороны это чертовски какое вмешательство в канон мира Наруто и потом о будущих основных событиях останется только гадать. К тому же Тока может заподозрить неладное, если ее внук так резко начнет пророчить будущее. Хотя одна только идея с ирьенинами является вмешательством в канон, но чем быстрее внесут эту поправку в систему отрядов, тем больше шансов что жертв на грядущей войне, да и в простых миссиях, станет хоть немного, но меньше.

С другой стороны, если забыть про канон, то это может стать только началом для будущих изменений во благо деревни и клана. Уже не раз говорилось, что в будущем клан вымрет и поправки в отрядах могут уменьшить эту вероятность. Ведь даже если углубиться в этот вопрос, то благодаря этому смертей Наваки и Дана, который в будущем будет парнем Цунаде, можно избежать. А с этих событий тут же вытекает то, что Цунаде, к тому времени уже предположительно являясь самым лучшим ирьенином деревни, не получит фобию и не станет бояться крови, как и покидать деревню из-за скорби по близким людям. В потенциале она даже может стать Хокаге как в каноне, потому что статус лучшего ирьенина и внучки Первого Хокаге добавит несколько крупных баллов. Не стоит также забывать, что на войне химе Сенджу станет саннином и обретёт широкую известность.

Выживание Наваки должно автоматически увеличить выживаемость клана, так как он сам по себе будущее клана потому что является следующим наследником воли Хаширамы, то есть будущий глава клана. К тому же если эту реформу предложат Сенджу или вообще сами займутся организацией учебных заведений, то авторитет клана по умолчанию должен немного возрасти среди населения деревни. Обучение медицине и лечению в потенциале может дать в будущем лояльных к Сенджу ирьенинов, что тоже не будет лишним.

Одним выстрелом не двух, а сразу нескольких зайцев. Главное остаётся только убедить в этом бабушку. У нее должно быть достаточно влияния чтобы все это организовать.

– К тому же мне кажется, упаси боже от этого, – между делом перекрестился тот под взглядом Токи. – что… Гм, как бы это сказать? – неловко замялся, почесывая щеку и отводя взгляд, пока та терпеливо ждала. – кратко говоря, я думаю что война вероятнее всего уже близко.

Взгляд бабули мгновенно и во много раз потяжелел.

– С таким не шутят, Кара. Ты понимаешь что вообще значит «война»? – хмуро спросила она и дождалась кивка. – почему ты так думаешь?

– Ну, мы уже обсуждали о сражениях между Амегакуре и Танигакуре. Плюс к этому мне ещё известно, что за морем тоже идут подозрительные шевеления. Я читал много разных книг, поэтому считаю, что виной всему экономическое неравенство между деревнями. Маленькие деревня стремятся сформировать объединения или увеличить свое влияние путем военных сил прямо как во времена Эпохи Кланов. И если это не успокоится, то в нее могут быть втянуты уже Великие Деревня. Я могу ошибаться, но достаточно одной крупной деревни чтобы на этой почве родился конфликт с другой Великой Деревней.

– И когда же по твоему мнению это может случиться?

– Ну, года через три-четыре? – неуверенно предположил тот, опасаясь реакции Токи. – если оглядываться на вышесказанное предположение, то идея с поправкой системы команд наиболее актуальна и кажется первостепенной задачей. И также я думаю, что этим лучше заняться нашему клану как прямым потомкам Воли Огня.

– Так, скажи мне кто надоумил тебя на это? – спросила она, массируя переносицу. – кто тебе рассказал про всю эту войну, реформу?

– Никто. – удивлённо протянул Кара.

– Не ври мне, Кара! – уже бескомпромиссно, раздражённо и с нажимом спросила бабушка, хлопнув ладонью по столу, от чего тот дернулся и вытянулся. – кто?

– Да никто бабуль! Идея с поправкой сама пришла ко мне после боя насмерть с чунином, а про стычки и шевеления в других странах всем известно! Я много читал и столько же изучил историю! Ты же сама все это видела! И я старался сделать самый логичный, рациональный вывод! Разве я ошибся в чём-то? Может я и поспешил прогнозировать войну, но ты и сама должна уже догадываться, разве я не прав?

– Как ты можешь утверждать о войне, имея всего лишь поверхностные и сомнительные данные? И наконец кто, в конце концов, тебя надоумил на все это? Кто-то из клана или вне? – Тока стояла на своем и грозно сверлила внука хмурым взглядом, поставив руки в замок перед лицом.

– Да боже, я выбираю из всех вариантов наихудший! Логично такое предположить!

– Нет, не логично! Ты умный мальчик, но никогда ведь не лез в подобные вещи!

– Бабуль, ты очень упряма! Хотя бы прислушайся к моим словам! Ты же сама сказала что они дельные!

Задержав на нем пристальный взгляд, от которого ему стало намного неудобно и неуютно, она о чем-то размышляла и Каре казалось, будто та собирается прожечь в нем дыру. Кабинет погрузился в напряжённую тишину. Хотя может так казалось только ему, но потом бабуля вздохнула и опустила плечи, расслабляясь.

– И когда же ты научился разбираться в политике? Никаких прогулок, лучше иди спать.

Стиснув в раздражении зубы, тот разочарованно фыркнул и быстро покинул кабинет. Единственная мысль, которая крутилась в голове пока Кара покидал дом, была о том, что он, возможно, слишком поспешил. Но также сердце изнывало и кричало о том, что медлить – это уже непозволительная роскошь. Нужно уже заранее начинать подготавливать почву.

Глава 26

Резкий рывок вперёд и Кара ныряет под руку Акено, уклоняясь от размашистого удара, и целит кулак ей в подбородок, но та всего лишь слегка убирает голову с траектории удара и перехватив его руку, дёргает на себя и даёт локтем по голове. Он поморщился и крепко хватая, быстро обхватил ее со спины и кинул на прогиб. Она удивительно изогнулась, словно профессиональная гимнастка, оперлась рукой об землю и ушла перекатом назад.

Кара поднял лежащий рядом боккэн и рванул вперёд, воспроизводя горизонтальный рассекающий удар и вынуждая ту поспешно отступать. Акено ловко уклонялась от атак и пригнувшись от очередного удара, схватила камешек и разорвав дистанцию, молниеносным броском кинула в него. Тот не растерялся и точным ударом разорвал на куски настигающий его камень, снова бросаясь в атаку. Она кинулась навстречу и уклонившись от боккэна, выбила его из рук Кары.

Тот болезненно шикнул от последовавшей боли в руке и отступив на пару шагов, дал двойку. Акено отвела последний удар в сторону и влепила смачную пощёчину тыльной стороной руки.

Он уклонился от мощного удара в лицо, следом быстро с разворота целясь ногой в лицо, но нога не дотянулась и вместо этого пришлась в грудь. Та перехватила его ногу и Кара подпрыгнул на одной ноге, успешно заряжая ею по плечу девушки. Выставив руки вперёд он избежал падения головой об землю, но она сделала легкую подсечку и его лицо встретилось с землёй.

Кара болезненно застонал и немного повалявшись, тяжело перевернулся на спину и схватился за правое плечо.

– Вставай. – потребовала Акено, поманивая и дразня.

Болезненно стоная и жмурясь, он перевёл на нее взгляд и промолчал. Осторожно сев, сдавленно ответил:

– Пожалуй, на сегодня всё. Разница в росте значительно влияет на ход боя. Мне постоянно приходится драться выше себя чтоб хоть как-то достать тебя, и, должен сказать, очень неудачно. На мне уже живого места почти нет.

Критично осмотрев его и немного призадумавшись, она сказала:

– Мы всего-то пару-тройку спаррингов провели, раньше и то было больше. Слишком долго мы не спарринговались, размяк ты. Раньше маневреннее был, быстр, почти никогда не упускал шансы контратаковать и уклонялся тоже лучше, а сейчас я будто дралась с каким-то хилым доходягой или обычным, неопытным зелёным генином.

Акено присела перед ним на корточки и порывшись в подсумке, достала платок.

– Я и есть зелёный генин. – недовольно пробурчал он под нос, воротя нос и с упрямством уклоняясь от платка.

– А ну цыц, сиди спокойно!

Она обвела его строгим взглядом и взяв за подбородок, аккуратно вытирала кровь с носа, пока Кара покорно, смирно сидел и невольно погружался в мысли.

Для примирения потребовалась целая неделя, а для того бы Тока всерьёз задумалась над организационной и немного медицинской реформой понадобился месяц. Она поначалу скептично изучала поставленный вопрос и просчитывала возможность успеха. Самой сложной задачей для открытия учебных заведений оказались переговоры с остальными старейшинами. Для их убеждения надо было приводить веские и достаточно весомые аргументы. Но одной словесной поддержки бабули было мало, так как вся инициатива была отдана в его руки, поэтому ещё несколько дней было убито на переговоры с Цунаде-химе, а если точнее – на роль надоедливого хвостика.

Ее поддержка действительно очень подсобила бы с развитием идеи, так как мало того что та являлась принцессой клана, так ещё и была признана очень талантливым кадром в области медицины. Сложность заключалось в том, что Цунаде запомнилась старейшинам своей вспыльчивостью и горячностью, способностью быстро завестись, но и несмотря на то что после смерти главы принцесса нужного авторитета среди них не имела, ее слова все равно имели вес и им пришлось считаться с ней. К тому же ее потенциал как ирьенина старейшинам тоже трудно отрицать и ее поддержку реформе Кары должны серьезно рассмотреть. Цунаде напрямую связана с медициной и больше остальных должна в ней разбираться.

За собой в потенциале Цунаде-химе могла привести дополнительный рабочий персонал в будущие учебные заведения, так как к сегодняшнему времени она уже обзавелась достаточными связями среди ирьенинов, а среди Сенджу мало медиков которые с знаниями лечения одновременно умеют обучать других. Это ещё если не говорить про само желание работать в сомнительном заведении. Одного приказа мало, так как нужно ещё и желание самих ирьенинов обучать новое поколение.

Для привлечения работников нужна гарантия, что в случае закрытия мед.школы их работа будет внесена в служебный список и выдана рекомендация. А для того чтобы эта бумажка имела настоящий вес при переводе на другую работу, то бишь в основном в госпиталь или академию, нужно сотрудничать со старейшинами клана и Хокаге, чтобы они признали школу и были свидетелями проделанной работы, а не какой-то желторотый генин. Иначе работники рискуют потратить время впустую, если идея прогорит.

Всех этих проблем можно было избежать, если бы Тока не решила что все организовывать должен он сам. «Твоя идея – ты и воплощай» – сказала она ему с садистской ухмылкой на лице. А ведь каких только нервов стоило добиться финансирования клана… критика поливалась одна за другой, но Кара достойно выстоял, проглотил ушат помоев и упрямо перечислял достоинства, преимущества и потенциал реформы.

На свете всех появившихся остальных проблем было решено приостановить вопрос с реформой изменения организационного состава команд и пока наблюдать за развитием учебных заведений. Старейшины поставили условие, что только при успехе данного проекта они дадут свою поддержку в идее с реформой. Так что пока мед.школа будет являться простой школой, не имеющей никакого влияния.

Кара перевел взгляд на Акено и благодаря близкому расстоянию невольно всмотрелся в ее бирюзовые глаза. Они были сосредоточены и сконцентрированы. Впервые в жизни он заметил красоту ее ярких, теплых глаз, и сам того не замечая засмотрелся. В голове проскочила мысль, что они по-настоящему прекрасны и очень притягивают взгляд.

– Какие у тебя глаза… бесподобные. – прошептал тот под нос. – цвета морской волны? Нет, даже не знаю как описать. У тебя необычные глаза. Я таких раньше ни разу нигде не видел.

Она остановилась, осмысливая его слова, и насмешливо хмыкнула.

– Хех, ладно, маленький ловелас, комплимент засчитан! – Акено весело усмехнулась и потрепала по голове. – помни, Кара, даже если у тебя рвутся раны, ты должен стоять как будто ничего не болит. Как бы больно и невыносимо ни было, ты должен быть стойким и сильным, уметь сжать зубы и терпеть боль. Покажешь противнику слабость и он непременно этим воспользуется. И неважно что ты почувствуешь представ перед врагом: слабость, страх, сомнение. Твои глаза должны пылать уверенностью, ничему другому в них не место. Техника всегда перевешивает габариты, поэтому не стоит думать что все взрослые всегда сильнее тебя. Раз взялся – побеждай.

Он понятливо кивнул и встав, весело хлопнул в ладоши:

– Не отступать и не сдаваться, глотать кровь и улыбаться.

На это она слегка удивленно согнула брови, внимательно посмотрела и задала короткий вопрос:

– Откуда?

– Прочитал где-то.

–

Кара лениво обводил взглядом кафе и скучающе обводил пальцем круги по стакану, прислонив голову к окну. В отражении стекла виднелись пластыри, прикрепленные к его лицу, и ссадины.

После выпуска из академии тренировки стали менее интенсивны, не то что после его откровения о грядущей войне и реформе. Вместо них теперь появились клановые дела. Бабуля скинула работу с организацией учебных заведений на него и внимательно следила за процессом, указывая на допущенные ошибки и при необходимости поправляя. Что примечательно, другие старейшины не лезли с советами и прочим, вероятно доверившись Токе. И поэтому честно говоря, он не понимал почему с ним так нянчатся, с каким-то маленьким выскочкой, вместо того чтобы взять дела в собственные руки. Удивительно что вообще послушались.

Первые пару дней пришлось судорожно размышлять о выходе из проигрышной ситуации и если выложить все карты на стол, то первым человеком к которому тот пошел за поддержкой после бабули была далеко не Цунаде-химе, а Аями-сан, то есть библиотекарша. Разумеется слова бабули про нее не остались забытыми и раз она пользуется авторитетом в клане, то было решено искать поддержку у нее. Дело значительно упрощала его положительная репутация у Аями-сан, поэтому долго переговариваться не пришлось.

К тому же библиотекарша подправила некоторые нестыковки и даже немного дополнила идею. И именно она являлась той, кто порекомендовал подключить к теме принцессу клана. Аями-сан перечислила преимущества и недостатки, но при этом умудрившись все равно хорошенько прорекламировать ее. Но точно также, как и бабуля, авторитетная библиотекарша оставила разбираться с Цунаде-химе его в одиночку.

«Тьфу, у всех взрослых Сенджу привычка что ли такая?» – негодующе подумал Кара, вспоминая долгие разговоры с Принцессой слизней.

После отказа с указанием на бесперспективность учебных заведений от принцессы пришлось значительно поднапрячь извилины и вспоминать, что именно такого сильного говорил Дан чтобы оставить ее после под хорошим впечатлением. Поднатужившись, он всё-таки вспомнил его речь, хоть и с отрывками, и немного изменил слова о «становлении Хокаге» на простую любовь к жителям и желании их защитить. И ведь даже не соврал, хоть и гложет совесть из-за того что пришлось немного поиграть над ее патриотичными и личными чувствами. Цунаде застала своего деда и переняла от него некоторые привычки, поэтому отлично знала о любви Хаширамы к жителям деревни и желании их защищать.

И нельзя не упомянуть, что после такого финта Кара чувствовал себя немного отвратительно. Но чтобы уменьшить потери в будущей войне нужно сделать все необходимое. На кону стоят жизни бабули, Акено, Наваки, Цунаде, Дана и многих хороших личностей, которые после своей смерти утянут и другие жизни или будущее, которое могло бы быть лучше настоящего.

Дан тоже добавился в список людей, к которым нужно присмотреться и при хорошем раскладе попытаться спасти. Из аниме и манги было ясно, что он всем сердцем любил Коноху и желал ей хорошего будущего. В потенциале тот мог осуществить свою мечту стать Хокаге, как и Наваки, если бы не погиб. Но останавливало доверять ему полностью то, что черты истории могли быть изменены и Дан в реале может оказаться совсем не тем человеком из канона. Нужно сначала собрать достаточную информацию что тот не является плохим. Одна только наставница своим примером показывает, что черты канона изменены.

Голова резко пошла кругом, а перед глазами все исказилось. Пришлось немного присесть, опираясь за дерево.

Знания тяжело давят на плечи, заставляют раз за разом погружаться в себя и бросают в неведомую бездну. Пучины понимания своего бессилия охватывают с головой и порой подолгу не отпускают со своих колючих объятий, сомкнув шипы у горла и душат. Время нещадно подгоняет, дает пинки, стучит и напоминает, что она не стоит на месте. Одновременно с этим приходит понимание, что он всего-навсего обычный человек, которому по какой-то воле случая свезло попасть в мир, чьё будущее ему хорошо известно. Но по какому то недоразумению тот размышляет о ценности жизни отдельного человека и решает что делать с его судьбой. Не высокомерие ли это?

Надменность и высокомерие. Он не бог и не стоит выше остальных, чтобы вершить судьбы, решать, достойны ли они жизни. Откуда в нем такое отвратительное чувство собственного величия?

Кара задумался, сконцентрировался на собственных ощущениях и понял, что наконец-то за такое долгое время ощутил внутреннее спокойствие и удивительное равновесие в душе, словно все тяготы слетели и перестали давить. Такое прекрасное ощущение, словно сама тьма засасывает в спасительный круг забвения.

Но что-то словно резко, грубо выдернуло его и в глаза ударил свет. Причины выявилась достаточно быстро – над его лицом склонилась Наори, хлопавшая его по щекам.

– А ты чё тут заснул?

Она сидела на корточках и смотрела непонимающими глазами, быстро обведя взглядом полигон, пока он с протяжным вздохом поднимался.

– Я это… хотел потренировать навыки сенсора, но похоже заснул. – заторможено ответил Кара, почесывая голову. – а ты тут какими судьбами забрела? Обычно в это время я всегда один тут тренируюсь. Если я не проспал, то мы вроде как должны идти подавать заявление об участии в экзамене на чунина.

– Утром провели собрание наставников команд, осталась только письменная часть. Орочи-сенсей и Шиби должны уже скоро подойти.

Кара встал, размял затёкшие плечи, потянулся с довольным лицом и спросил:

– Узнала кто из наших участвует?

Наори задумалась.

– По пути я встретила третью команду. Асами может достойно потягаться со мной в гендзюцу, но только и всего.

– То есть ты признаешь ее превосходство? – весело усмехнулся Кара.

Учиха тут же стрельнула в него острым, долгим взглядом, будто бы пытаясь просверлить в нем объёмную дыру.

– Я такого не говорила! – вспыхнула она, возмущённо пыхтя и сжимая кулачки.

– Ее сокомандник Акито будет посильнее вас в ближнем бою. – неожиданно для всех подключилась к разговору наставница, сидя в горизонтальном положении на дереве сверху. – он специализируется на тай и кендзюцу. Лучше будет убрать сначала их третьего как самого слабого. Я уже не помню его имени, но он вроде стажируется ирьенином.

Команда уже привыкла к подобным появлениям Орочи, поэтому никто не удивился и не зациклился на этом. Наори внимательно прислушивалась к ее словам и с важной моськой кивала, а Кара спросил самый интересующий и главный вопрос:

– А где вообще будет сам экзамен?

– В Песке через неделю. – сенсей неспешно спустилась с дерева, читая блокнот. – этапы и сами задания пока не разглашают, но вероятнее всего экзамен разделят на два-три этапа и проведут быстро. В песке барахтаться неприятно, да к тому же будет пылать невыносимая жара, так что нужно быть начеку с самими песочниками и ивовцами. Шиноби Ивы очень обожают кидаться камнями и передвигаться под землёй – это как раз таки эффективный маневр. Вокруг будет непроглядная пустыня и самый лучшим вариант атаковать снизу. Климат и рельеф нашей страны в разы отличается от страны Песка, так что для вас будет трудно, а вот генины Суны росли посреди песка и будут намного ловчее и маневреннее.

– Если через неделю, то мы ведь даже подготовиться не успеем.

– Успеем. – Орочи подняла указательный палец вверх. – к самому экзамену вы готовы, достаточно лишь собрать информацию о других командах. Главной проблемой, как я говорила, является ведение боя в песке. На пути к Сунагакуре вы должны привыкнуть к толще песка под ногами и палящему солнцу, а также научиться вести высокоинтенсивные сражения на них.

– Тогда получается в этом экзамене нет ничего такого сложного? – предположила Наори.

На это наставница отрицательно покачала головой, поджимая губы.

– Вы должны раз и навсегда запомнить, что убийства на экзамене не запрещены, хоть и официально не приветствуется. Повезет если при дурости или при иных других факторах отделаетесь излечимыми ранами. В худшем случае вы можете навсегда остаться калеками, если вообще не погибнете на экзамене.

Кара посмотрел на напарницу и, к удивлению, Шиби, который уже неизвестно сколько тут стоит. Но даже через его темные очки и высокий воротник куртки было видно, что он всерьёз задумался как и Наори. Новости о позволении убийств или угроза остаться калекой на каком-то экзамене за границей любого заставят глубоко задуматься: «нужен ли вообще этот экзамен?». Ранг чунина можно взять и без него, получив внеочередное звание за какой-либо поступок или подвиг. Но до него ещё пахать и пахать.

На экзамене можно рискнуть, блеснув своими знаниями и подготовкой, и получить жилет чунина. Но каков сам риск: есть вероятность погибнуть или остаться калекой. В обеих случаях последствия крайне плачевны. Сам Кара был готов пойти на риск, но готовы ли остальные?

Взять к примеру Наори: совсем ведь ещё ребенок. Она должна учиться, наслаждаться детством, расти. Детям не место на войне. Они не должны идти сражаться насмерть, рискуя собственной жизнью. Мир шиноби воистину жесток.

Он покачал головой и воспротивился, было собравшись сказать что нужно на этот год переждать, но Наори переглянулась с Шиби и ответила:

– Мы готовы.

Глава 27

Кара устало откинулся на спину стула и подняв руки вверх, потянулся. Он с раздражением потёр переносицу, кинул взгляд на стопку бумаг перед ним и мысленно поморщился.

На столе лежала подробная документация и пара копий отчета по поводу медицинской школы. Оригинал с подписями лежал в архиве старейшин, поэтому для близкого ознакомления с проектом одна копия предназначалась для Цунаде, а другая – ему самому. К тому же для проектирования отдельных мелких деталей и планов школы, требовалась дополнительная бумажная макулатура.

Для того кто никогда в жизни не занимался открытием какого-либо рода заведения данная задача оказалась чересчур трудна и протянулась аж на целые недели. По графику работа должна была закончиться ещё несколько дней назад, но из-за сложности несколько затянулась. Итог: половина недели, которую он должен был посвятить подготовке к экзамену на чунина, оказалось растрачено на работу с бумагами. Отдельной благодарности достойна Акено, всеми силами поддерживавшая и помогавшая с бумажками все это время.

Добрая половина дней отдавалась документам и вытекающими из этого делами, поэтому на тренировки оставалось максимум пару часов. Но даже если ему удавалось выкроить время на тренировку, то сил чтобы ходить оставалось только до кровати или кухни.

Идти на экзамен неподготовленным крайне плохая идея, поэтому этот день и следующий обязательно нужно посвятить тренировкам. Те же самые мысли посетили и бабушку, так что большую часть работы взяла на себя она. Все равно после его отправки в страну Песка всю ответственность и обязанности возьмёт на себя Тока.

Кара потёр и размял ноющую шею, кидая взгляд на настенные часы над кроватью, и тут же усмехнулся: сейчас уже полдень.

«Мда… какой чёрт дёрнул меня лезть с медицинскими школами?» – досадливо цокнул тот.

Если он помрёт на экзамене всё это не будет иметь никакого смысла. Цунаде додумается о реформе только после смерти Наваки, что уж говорить про Хокаге…

Сейчас она ни о чем не парится и довольствуется жизнью – слишком юна для подобных мыслей и идей. Это пережитый ею опыт и ужас войны подтолкнул ее на создание медицинских реформ, а пока Цунаде, возможно, даже думать о вероятной войне и потерях не хочет.

Взрослому населению прекрасно известна миротворческая и пассивная позиция Третьего, поэтому вероятнее всего никто кроме высокопоставленных лиц деревни не волнуется о ведущихся сражениях за границей.

– Иди кушать. – выглянула из коридора Акено, для формальности постучав по косяку двери.

– Я как раз закончил. – он хлопнул ладонями по коленям и с тяжёлым вздохом встал, направившись к двери. – полностью.

Лениво спустившись по лестнице и также лениво усевшись за столом, принялся за еду в ее компании.

– Трудно сказать… обычно экзамен разделяется на три этапа. – начала вспоминать та, отвечая на его вопрос. – в первой части участникам могут дать работу с теорией. – на этом Кара неприязненно поморщился, пока Акено, оторвавшись от еды, задумчиво смотрела куда-то сквозь стену. – им может оказаться что угодно: загадка, вопрос, письменные задачи и тому подобное. Главной задачей является понять, есть ли в них подвох или нет. Вам нужно тщательно отнестись к заданию и при необходимости попытаться найти двойное дно. Возможно задача вообще не будет иметь связь с первым этапом. От вашей смекалки будет зависеть ваше преимущество над остальными командами.

Он недоуменно приподнял бровь.

– Что значит «вообще не будет иметь связь»?

– Ну, задача может быть всего лишь отвлекающим маневром и его решение вообще не будет иметь никакого влияния на итоги. Неважно, правильно ли ты её выполнил.

Дождавшись его кивка, она продолжила:

– Во втором этапе вероятнее всего будет работа в поле. Вот тут точно так же как и в первом этапе сложно угадать какую задачу перед вами поставят. Нас например просто столкнули лоб в лоб с другой командой. Нам нужно было отобрать вражеский флаг, сохранить собственный и отнести к пункту назначения. Отбирать было не обязательно, так как можно было его уничтожить на месте, но из-за этого требовалось вывести из строя всю вражескую команду, либо оба отряда вылетят с экзамена. Команда с уничтоженным флагом априори будет пытаться уничтожить другой и тут опять все сводится к ожесточенному бою.

– А твоя команда как прошла?

– Команда из Кири просто бросила свою базу, тщательно заминировав её и припрятав флаг. – Акено неприязненно скривила губы. – бросать базу было можно, если только за её территорию не выносить флаг. На разведке была я, пока остальные сторожили базу. Мне и гадать не пришлось чего они хотят, поэтому уничтожила вражескую базу вместе с флагом их же ловушками и зашла к ним со спины. – она нахмурилась. – им было плевать, что за уничтожение каждого флага будут добавлены штрафные очки, которые будут иметь прямое влияние на результаты экзамена. Туда невозможно было ни зайти ни выйти.

Кара растерянно кивал, немного удивленный логикой мышления Кирининов. Глупость пути решения этапа была прямо пропорциональна гениальности. Рисково и ненадёжно оставлять одного охранять базу. Хорошей идеей будет воспользоваться огромной дырой этапа. Но вот именно «хорошей», а не «лучшей».

– Судя по тому, что звание чунина ты получила, то получается уничтожение – не главный штраф?

– Как бы тебе ответить… – та задумчиво постукивала пальцами по столу. – экзаменаторы были немного озадачены, так как некоторая часть из них особое внимание уделили условиям, которые подтолкнули меня уничтожить флаг Кирининов. Но они все же сказали что я правильно поступила. Хотя думаю, что если бы наш флаг тоже оказался уничтожен, то они бы не были столь снисходительны.

Она отпила чай и продолжила:

– Третий этап никогда не меняется. В нем участников сталкивают один на один, вне зависимости в команде ли они или нет. Можно сказать, индивидуальный этап, в котором рассматривают способности каждого участника. – она поучительно подняла палец. – это идеальный шанс блеснуть своими способностями и хорошенько себя прорекламировать, но лучше не перебарщивать с этим.

Кара поежился и сложил перед собой руки.

– По мне так вообще не высвечивать. Незнакомое место, незнакомые лица… кто знает каких проблем набраться можно. Ты сама говорила, что шиноби должен быть непредсказуемым и держать в арсенале хотя бы парочку мощных техник, о которых никто толком не знает.

– Да, но чем лучше участник выступит, тем полезнее он будет для своей деревни. На экзамене будет присутствовать очень много народу. – она поставила сложенные руки в замок под подбородок, окончательно забыв про еду. – вам предоставляется возможность получить звание чунина, а деревням – шанс увеличить свое влияние и привлечь новых заказчиков миссий. Экзамен по сути является легализованной войной, прикрытой лживой ширмой «мира». В нем, как бы тебе сказать, деревня мерятся своими талантами.

– Да уж, невесёлая картина… – его передёрнуло. Впрочем, чему тут удивляться?

– Но я могу ошибаться. – Акено успокаивающе улыбнулась. – может это только мой экзамен был таким ужесточенным. Под «ужесточенным» я имею ввиду не сам экзамен, а его участников. – видя на лице Кары непонимание, она погрузилась в недолгое молчание, а улыбка спала с лица. – почти тридцать процентов тех участников погибло при прохождении экзамена. Большая часть во время второго этапа. Ещё столько же было тяжело ранено, некоторых вообще доставали с того света. Нам… тоже пришлось запачкать руки.

По спине пробежались мурашки.

Это вообще не то что показывали в оригинальной истории. С ее слов не трудно догадаться, что команды не щадили своих оппонентов и не гнушались развертывать настоящие смертельные сражения. Возможно, отличие нынешнего поколения от поколения Наруто в том, что сейчас времена идут тяжёлые, смутные. Буквально недавно закончилась Первая Мировая, а скоро уже грозится начаться ещё одна.

– Если не на второй, то на третий этап я точно приду. – серьезно кивнула она, продолжив. – надеюсь, ты не забудешь наши спарринги и мои поучения. В ближнем бою ты точно не растеряешься. Главное только не забудь что лезть в рукопашный бой – дело крайнее. Не забывай использовать всё имеющееся при себе оружие и техники. Драться на кулаках нежелательно, и только при условиях, что иных вариантов ведения боя уже нет или когда точно уверен в успехе.

В кухню неспешно вошла бабуля и остановилась у входа. Обвела помещение взглядом и двинулась к креслу, по пути нежно взъерошив волосы внука и тепло улыбнувшись им.

– Акено-чан правильно говорит. Перед боем обязательно нужно продумать стратегию и уметь быстро адаптироваться к новым условиям. – дополнила Тока, усаживаясь в кресло и ставя газету на тумбочку. – завтра утром я подготовлю тебя к экзамену, а сейчас тебя ждёт твоя наставница на улице. Говорит, что дело срочное.

Бабушка облегчённо вздохнула, всем телом устало привалившись к креслу. Она ещё ранним утром ушла по делам, а вчера пришла довольно поздно, когда на улице были уже сумерки. Кара заметил это быстро, поскольку допоздна просидел с документами.

– Вечно молодые куда-то спешат. – прошептала пожилая женщина, прикрыв глаза и откинув голову назад.

– Ну иди-иди. – Акено легонько кивнула в сторону улицы, подпирая рукой подбородок. – нельзя заставлять даму ждать.

****

– Во время экзамена капитаном будешь ты, Кара. – сказала Орочи, идя по деревянной мостовой. – учителям команд запрещено вмешиваться в процесс экзамена, так что моя помощь будет минимальной. Ты должен следить за состоянием своих товарищей, правильно координировать их действия и уметь трезво оценивать ситуацию, понял? – она взглянула на него внимательным, пронзительным взглядом, словно считывала его эмоции. – если надо – атаковать, если нет – отступить. Нет ничего зазорного в применении стратегического отступления, чтобы хорошенько подготовиться и дать сокрушительный бой в следующий раз. Иначе в случае вашего поражения – всё потеряет весь смысл. Капитан должен быть рациональным и здравомыслящим человеком.

Кара оторвался от любования речкой и остановился у набережной, переводя задумчивый взгляд на наставницу. Он почесал макушку и двинулся дальше, водя взглядом по проходящим мимо прохожим. Люди отдыхали: прогуливались, устраивали посиделки, детвора весело играла.

– Сомнения – это нормально. – вновь завязала разговор наставница, приведя его к полигону.

Она положила руку на его плечо, а ее лицо показывало полное понимание.

– Ты справишься, я верю в тебя. Ты вполне сносно умеешь контролировать ход боя и своих товарищей. – сенсей кивнула и отошла на пару шагов. – а сейчас я научу тебя одной технике, которая должна серьёзно помочь тебе с тренировками и контролем окружающей обстановки без прямой опасности для жизни.

Орочи встала перед ним и сложила особую печать, скрещивая пальцы рук. Учитывая то, что такую печать очень редко используют при создании техник, догадка сама пришла в голову – печать клонирования. Догадка быстро нашла свое подтверждение, когда после хлопка из дыма появилась ещё одна наставница, в точности похожая на другую.

– Это техника теневого клонирования. – объяснил клон сенсея. – в отличии от иллюзорных и прочих техник клонирования, эта техника телесная. Теневой клон может принимать непосредственное участие в сражении, так как имеет свою твердую оболочку. Но он может исчезнуть также легко и быстро, как появился. Для его уничтожения хватит всего одного точного удара.

– Разве эта техника не запрещена? – между делом спросил Кара, касаясь пальцем ее руки, но не для подтверждения твердости клона, а скорее чтобы просто убедиться в том, что кожа сенсея действительно бледна так же, как и было показано в каноне.

Техника клонирования отнюдь не впервые использовалась перед его глазами, так что удивления и восторга не вызывало. Все же вокруг него общество шиноби, а круг его общения тесно связан с одним дорогим джонином – Акено. Она не часто использует клонирование, но если прижмёт – создаст. Но чаще всего та использовала клона для быстрой уборки, похода в магазин...

– Эта – нет. – вновь кивнула она. – если ты не создашь чрезмерное количество клонов, то все в порядке, так как при создании клона оригинал делится с ним половиной своего резерва. Слишком большое количество может привести пользователя к истощению или ещё что похуже – к смерти. Одного-двух вполне хватит для поддержки в бою, разведки и шпионажа.

Кара выставил вперёд руку в призыве остановиться.

– Извините что прерываю, но мне прекрасно известны свойства теневого клонирования. Так в дополнение можно сказать, что при исчезновении воспоминания, опыт и оставшаяся чакра клона возвращается к оригиналу.

– Я знаю что ты в курсе, но все же не помешает перестраховаться и ещё раз повторить риски. Тока-сама уже рассказала мне про твой печальный опыт в прошлом. – хмыкнула Орочи, выпрямляясь, и сложила перед собой руки. Клон тем временем с тихим хлопком исчез. – клона лучше всего использовать при разведке местности. И думаю, раз тебе уже известно клонирование и его аспекты, то ты вероятнее всего знаешь как его выполнять.

Он мысленно поморщился. Был у него уже тяжёлый опыт в прошлом, и воспоминания от тех ощущений были не самыми лучшими. После обморока от истощения Каре дали по жопе, посадили на домашний арест и запретили лазить где попало, тем более в кабинете бабушки. С тех пор Тока начала ставить свитки с техниками выше, куда не дотянется рука ребенка и с тех пор это стало её привычкой.

Выбравшись из воспоминаний, он посмотрел на наставницу и тяжко выдохнул – она терпеливо ждала.

– Не то чтобы знаю…

– В этом нет ничего сложного. – тут же ответила Орочи. – просто сосредотачиваешься на технике, равномерно распределяешь чакру между собой и клоном. Со временем у тебя это будет получаться само собой.

Внимательно послушав ещё немного инструкций, кивнув, Кара зажмурился и сложил печать, не забывая следовать её словам. Не прошло и секунды как рядом раздался хлопок, а он растерянно охнул. Резерв мгновенно просел вдвое.

– Ты в порядке? – сенсей немного обеспокоено склонилась к нему и проследила за его взглядом. – твоя бабушка говорила мне, что у тебя плохие отношения с клонами.

Клон стоял рядом и ему показалось, что перед ним стоит он сам. Впрочем, это так и есть.

– Создал с первой попытки. – она похлопала в ладоши. – ну и какие ощущения?

Вместо него под довольную улыбку наставницы ответил клон, задумчиво потирая подбородок:

– Ничего нового, разве что немного чувствую себя фальшивкой и подделкой, хотя довольно качественной.

Глава 28

Заспанным взглядом Кара обвел коридор и вопросительно уставился на бабушку, смачно зевнув. Вчерашний день закончился отработкой навыков с клонами и походом в кафешку под конец дня всем отрядом. Стоит отметить, что клоны действительно передают накопленный опыт своему оригиналу, поэтому процесс тренировок приятно ускоряется – самое то после его пропусков. «Опытом» является все, что происходило с теневым клоном. Из-за этого появляются минусы техники, так как усталость клона тоже передается, как и все новые знания, так что рекомендуется использовать для особых задач одного-двух клонов, так как после исчезновения клонов приходит прямая нагрузка на тело и психику.

Правда, больше двух он и не пытался сделать, потому как вчерашняя тренировка была всего лишь экспериментом. Дальше заходить не рисковал – и так физически и морально уставший был. Хотя главному герою сериала ничего не мешало создавать сотню клонов. Этот момент тоже стоит прояснить, но не сейчас.

Сейчас Кара стоял в одной мешковатой пижаме совы в чердаке. Она являлась инициативой Акено – именно она настояла на такой пижаме.

Бабушка передвигала большие объемные свитки, чехлы, коробки, а он лишь стоял хлопал глазами, веленый не вмешиваться.

– Помню, совсем недавно ты постоянно здесь копался и лазил. – Тока предавалась ностальгии, наткнувшись на коробку с его вещами. – а сейчас уже готовишься стать чунином. Время беспощадно.

Кара болезненно поморщился и возмущённо шикнул, когда она как ни в чем ни бывало шлепнула своим веером по его руке, когда он потянулся к коробкам.

– Твоя мать не простила бы меня, если бы я и дальше оставила это пылиться тут. – бабушка подняла объёмную коробку и поманила рукой, спускаясь вниз к своему кабинету. – она хотела отдать это тебе.

Откинув ушастый капюшон, он нетерпеливо взглянул в содержимое: свитки и сложенная стопка бумажек.

Тока уселась на свое кресло и поочередно вытащила свитки, и задумчиво обведя взглядом бумаги, взяла в руки и вчиталась в строки, причем тут же откинулась на мягкую спинку кресла и ее губы тронула грустная улыбка. Отставив в сторону, развернула попавшую под руку свиток.

– Техники молнии, – внук важно покивал, предвкушая пополнение арсенала, и перевел взгляд на остальное. – печати и какие-то каракули?

– Это не «какие-то каракули», а переписки твоих родителей. – недовольно подметила та, перепроверяя остальное содержимое коробки. – когда они только знакомились.

Кара неловко улыбнулся и приподнявшись на носочках, потянулся к перепискам. Стало очень интересно, о чем же его родители общались и как вообще в целом оформляются сообщения в мире шиноби, чьё развитие большей части в основном напоминал средневековье. Но что удивительно, газ и всё прочее в быту уже имелось. Становится как-то противоречиво, хотя возможно это просто он такой профан в истории?

– О, – он удивлённо застыл, держа перед собой письмо. – так это ж стихи? Это отец писал?

Бабуля довольно кивнула.

– Твои родители были из разных деревень, но это не остановило твоего отца. Старательно следил за новостями из Узушио и первым рвался в состав делегаций послов или миссии, связанных с ним. Как он там говорил: «увидел премилую, наипрекраснейшую девушку в своей жизни!». – предавалась воспоминаниям она, не забывая дополнять ее забавными жестикуляциями и махая рукой. – потом после взаимности чувств долго ходил с улыбкой до ушей. Твой отец в обычной жизни был простодушным оптимистом, на работе – серьезным, но после встречи с твоей матерью неожиданно оказался тем ещё романтиком, хоть изначально из-за смущения не мог и двух слов связать. – Тока весело посмеялась, как-то даже легко и просто, моментами даже мечтательно.

Эти воспоминания были для нее будто отдушиной от всего этого и навевали приятную теплоту в ее сердце – это Кара понял с первого взгляда, поэтому тоже не смог сдержать своей улыбки. Присутствие данных воспоминаний и их влияние на нее – очень хороши, поскольку большинство своего времени она уделяет работе и кроме этого он даже не знает, чем она помимо этого занимается.

Укол совести последовал тут же – в последнее время Кара только и делает, что посвящает свое время работе и тренировкам, а с ней видится только по утрам и вечерам. С того времени как они в последний раз так сидели и просто общались, прошло уже несколько месяцев. На работу время есть, а на обычные посиделки с самыми родными и близкими людьми – нету. Сложно двигаться дальше, пытаясь не разорваться на несколько частей. Банальная нехватка времени и сил. А учитывая то, что на дворе общество шиноби – лишь ещё больше угнетает. Невозможно предугадать, что произойдет на следующей миссии. Может он вообще откинется на тот свет.

Ему ещё не позабылись сожаления по поводу плохих отношений с братом в прошлой жизни. В первые моменты жизни в мире шиноби ему приходило яркое понимание, что узы с близкими людьми стоят намного выше каких-то ссор и недопониманий. Терять всегда тяжело, особенно с концами.

Погрузившись в гнетущие мысли, Кара вернулся к реальности только тогда, когда Тока щелкала пальцами перед его носом.

– Ты куда улетел, совёнок? – бабушка непонимающе вздёрнула бровь и усмехнулась, усаживаясь обратно. – ты сенсор, поэтому обязательно должен раз и навсегда запомнить сигнатуры чакр своих напарников так же, как и Инузуки запах своих товарищей. Каждый из участников обладает своим уникальным мышлением и ведением боя. Использование, комбинация техник и манёвры могут быть обширными, каких ты только не видел. Участники – это представители из различных деревень, и соответственно их тактики и взгляды на ведение боя могут в разы отличаться от наших. Твое дело запомнить чакру товарищей, чтобы в случае чего можно было легко распознать фальшивку. Мимика, походка, манеры – это можно легко скопировать при достаточном умении, но вот сигнатуры чакры у всех людей абсолютно уникальны и их нельзя подделать. При длительном и опасном походе за безопасность отряда отвечаешь ты, вся ответственность лежит на тебе, на твоём умении управлять сенсорикой. – она потянулась за стол и вытащила оттуда тяжёлую сумку. – я знаю что у тебя кончаются припасы, так что вот тут всё необходимое снаряжение. Я их запечатаю в свиток чтобы было удобно носить, так что перепроверь на всякий случай. – она внимательно обвела взглядом все лежащее перед ней снаряжение и скосив взгляд к дивану у стены, кивнула туда. – а вот там походные вещи. Печати эти тоже заберёшь.

– Да я ходячим мешком «золота» буду, бабуль. – усмехнулся он.

– Использовать надо все что есть при себе. Я не раз замечала тебя за скудоумием в бою. Нельзя настолько узко мыслить, Кара! – Тока слишком, немного даже театрально тяжко вздохнула и покачала головой, не замечая искреннее возмущение на лице внука.

– Да это обесценивание чужого труда!

– Пошли, потренирую тебя. – с усмешкой на губах махнула за собой рукой, двинувшись к выходу. – поблажек не жди.

****

Отряд выдвинулся в страну Песка утром, отметившись у постовых и объединившись с двумя другими командами, поскольку так было более безопаснее. Остальные объединенные два отряда, тоже зачисленных на экзамен, покинули Лист ещё раньше с опережением в целый час, когда солнце только вставало за горизонтом.

Орочи двигалась впереди командного формирования, а наставник другого отряда замыкал строй и одновременно подталкивал. Несмотря на редкие остановки, процессия двигалась медленно, если учитывать реальную скорость самих джонинов. В отличии от наставников их подопечные не привыкли к подобной пробежке, поэтому для генинов это стало выматывающим марафоном, в том числе и для Кары.

Отдельная проблема стояла на границе – Амегакуре и Танигакуре укрепляют границы, ставят жёсткий контроль входящих и выходящих в свои страны. Именно поэтому они встретили на границе танигакурцев и проторчали у их заставы около пары часов, пока командиры разбирались с документами и разрешением на переход. Только после этого, пройдя вглубь страны, было решено наконец-то разбить лагерь и отдохнуть после изнурительного пути.

– Малявка малявкой, не меняешься. – ехидно заметила Асами, снисходительно поставив ладонь на его голову и смотря сверху вниз. – разве что теперь не доставляешь учителям лишнюю нервотрёпку.

Асами Курама – выдающаяся куноичи и наследница клана, специализирующейся на искусстве гендзюцу. Кара не виделся с ней с тех пор как закончил академию и не пересекался до нынешнего времени, хотя по факту службы в одной структуре должны были обязательно пересечься. Во времена беззаботной учебы ему частенько приходилось натыкаться на свою будущую «госпожу» при внутренних соревнованиях академии.

К тому же она прекрасно знала о своей помолвке с наследником Сенджу, поэтому понимала данный факт о своем будущем как невесты Наваки, но активно отрицала и говорила, что судьба каждого человека в собственных руках. Химе клана Курама была очень упряма и настойчива, когда дела задевали ее интересы, а также могла зажечься как спичка.

– Сама ты малявка. – Кара отвёл голову назад и скинул ее руку, с вымотанным видом закончив ставить палатку. – иди уже к себе.

Он скосил на нее недолгий взгляд и заметил, что та даже не собирается идти спать, а вместо этого устало хмыкнула и с довольным вздохом развалилась под деревом рядом. Остальные товарищи при прибытии буквально валились с ног и после приготовлений быстро рассосались по своим палаткам. Ему тоже не помешало бы последовать их примеру.

Безопасностью, лагерем и приготовлением походного ужина в основном занимались сами наставники, заметив неважное состояние у большинства генинов после длительного пути. Быстрым ходом за день пересекли огромное расстояние от Конохи до соседней страны. У подавляющего количества генинов раньше не было подобного опыта.

– И все такой же вредный, да? – слабо усмехнулась Асами, задумчиво вглядываясь в горящий костер. – первое дежурство на мне и твоей наставнице.

– Нас охраняет «Белый Змей» Конохи, нам не о чем беспокоиться. – Кара помахал рукой и досадливо поморщился. – нашей нынешней головной болью является прохождение экзамена. Желательно успешное. Впереди ещё пара дней пути, накопи силы на завтрашний день.

– Мы на условно- дружеской территории, так что подстраховка в любом случае не лишняя. А насчёт экзамена, я не вижу в нем ничего такого. Попросту не вижу смысла делать из него что-то сверхважное. – развела та руки в стороны, и театрально подняла взгляд вверх.

– Я слышала, что на экзамене пойдут трупы. – неожиданно присоединилась к беседе Наори, наполовину высунувшись с палатки, и удобно легла на расстеленную под собою кофту.

– Мой отец говорил, что там будут разные шиноби, от лучших до самых откровенных отбросов. – неприязненно поморщилась Асами. – некоторые команды в лёгкую бросят на произвол судьбы своего товарища, если так будет намного удобнее. Там мало кому можно доверять, высока вероятность что всадят кунай в спину. Желательно не кооперироваться с другими деревнями.

– Разве такое вообще было? – с обречённым вздохом спросил какой-то паренёк лет тринадцати-четырнадцати, лежавший неподалеку в спальном мешке. Видимо понял, что сна ему пока что не видать как своих ушей из-за разговора остальных генинов, или может беседа реально заинтересовала его, но он поднялся на локтях и взглянул на Асами.

Кара слегка прищурился. Ещё тогда, когда они встретились у главных ворот Конохи его посетило странное ощущение, будто тот был ему знаком. Но по реакции парнишки становилось понятно, что это вовсе не так.

– Если прижмёт, будешь хвататься за любые возможности. – пожала плечами химе-Курама. – надеюсь вы достаточно повидали кровь, а не то думаю будет в разы тяжелее проходить экзамен.

– Ну естественно. – хмыкнул парень. – нас бы не отправили, если бы мы даже крови не пробовали.

– Не ухмыляйся, это в первую очередь касается тебя, Теучи! – жёстким тоном сказала Асами, колючим взглядом посмотрев на него, а Кара в свою очередь чуть не уронил челюсть. – ты слаб, я даже не понимаю почему тебя отправили представлять нашу деревню! Будет лучше, если ты добровольно вылетишь на первом этапе, постаравшись при этом не ударить лицом в грязь! – она беспощадно била по больному, зная его комплексы.

Теучи стиснул зубы, сжимая кулаки, а Наори заинтересованно слегка приподнялась с земли.

– Да кто ты вообще такая, чтобы решать все за других? – холодным тоном спросил будущий владелец Ичираку Рамена, и злостно сплюнул, – ты лишь избалованная девица, не видящая ничего кроме своей «талантливости»!

Асами весело оскалилась, медленно поднимаясь.

– Набрался смелости, малыш Теучи? – издевательским, чётким голосом спросила она.

Кара напрягся, когда та медленно двинулась к такому же напрягшемуся парню, и поспешно преградил ей путь, выставив руку вперёд.

– Междоусобицы нам сейчас не нужны. – сказал он, твердо взглянув на неё. – личную неприязнь можете обсудить на экзамене.

– Никакой неприязни нет. Ему просто стоит прислушаться к моим словам, и может, сохранит свое здоровье. Без достаточной силы высок риск помереть или остаться калекой, пускающим слюни! А он ведёт себя словно упертый осёл!

– Гм…могла бы сказать это в более мягкой форме, вместо того чтобы обливать его с ног до головы дерьмом. Вечно прешь напролом. – вздохнул Кара, массируя переносицу и предпочтя не обращать внимания на её вспыхнувшее негодование. – не злись, Теучи-кун, она просто заботилась.

– Н-да, не нужна мне такая забота! – оскорбленно фыркнул Теучи, скрестив руки на груди, и тихо что-то бормотал под нос. – я и так топчусь на месте уже который год!

Кара чуть пригнулся и навострил уши, пытаясь уловить его слова, но услышав как Асами рухнула на пенек, покашлял в кулак, хлопнул в ладоши и сказал:

– Так, возвращаясь к вопросу о сотрудничестве… – задумчиво сказал он, оглядывая подтянувшихся к ним других генинов. – возможно, так нельзя, но думаю нам всё-таки стоит помогать друг другу, хотя бы немного. Никто ведь не хочет на обратном пути нести тела кого-то из наших? Мы всё-таки товарищи и должны уметь поддерживать друг друга.

– Да, но на экзамене мы будем участвовать отдельными командами. – ехидно вставил кто-то из генинов. – отряды против отрядов.

– Он дело говорит! – укоризненно шикнула Наори, с тяжёлым усилием приподняв голову к говорящему. – вспомните что говорит наш Хокаге!

У нее был изможденный, потрёпанный вид. Ее длинные фиолетовые волосы спутались и упрямо лезли в лицо, а она с каждым разом терпеливо откидывала в сторону или сдувала. С усталым упреком в глазах задержав взгляд на говорившем, Учиха вновь уронила голову на подставленные руки и едва слышимо облегчённо вздохнула, упираясь в них лбом.

– Так это ж ты читал выпускную речь! – удивлённо воскликнул кто-то. – ваш отряд что, уже испугался?

– А ведь экзамен даже не начался… – вторил другой генин.

– Слушайте, никто не отменяет того, что команды из других деревень не объединятся! – Кара обвел их тяжёлым взглядом. – если попадется работа в поле, где будут производиться боевое столкновения команд, то одиночных отрядов могут загасить толпой!

– Это ведь мухлёж, нет? За такое следует дисквалификация! Никто в здравом уме не станет пытаться обмануть экзаменаторов!

– Я ведь не говорю вам вот прям там на экзамене кричать о взаимопомощи и объединении, а лишь следить друг за другом! – тяжело воскликнул он, и повернулся к своим в поиске поддержки, но те лишь задумчиво молчали.

Генины на минуту затихли, размышляя над прозвучавшими словами, и под отчётливо слышимый треск костра все неспешно начали расходиться.

Асами тоже встала с насиженного места и отряхнувшись, подошла к нему:

– Мы в любом случае будем стараться следить за нашими. – она похлопала его по плечу. – в твоих словах есть смысл, мы должны держаться вместе. – подняв взгляд к небу и внимательно оглянувшись, тоскливо добавила: – особенно на чужбине.

Кара благодарно кивнул, вновь погружаясь в раздумья и провожая ее взглядом.

– Слова твои и остальные поймут скоро, не беспокойся. – резко и слишком неожиданно подал приглушённый голос Шиби, грея руки у костра.

Наори испугано дернулась, вмиг возвращаясь в реальность, хотя ранее сонно хлопала глазами и клевала носом.

– …да, я так тоже думаю. – несколько заторможено и растерянно поддержала она, скосив нечеткий взгляд на Абураме.

Кара наморщил лоб, всматриваясь в лицо напарницы под неверным огнем костра, и подойдя к ней, сел перед ней на корточки.

– Ты ведь даже нормально не поужинала. – заметил он, качая головой. – сухой паек не очень питателен для организма, тем более в таком количестве. Нормально поешь завтра перед уходом, а теперь иди спать, простудишься.

– Хай, капитан… – вяло произнесла Наори, заползая внутрь и таща за собой кофту.

Шиби, кажется, даже не сдвинулся с места, упорно глядя в огонь и расстегнув ворот своего балахона. Он сидел молча, обнимая колени и упираясь в них подбородком. На затемнённых стеклах его очков весело плясали языки огня.

Глава 29

Кара поправил обмотанную вокруг головы ткань и вздохнул: жара в пустыне действительно невыносима, особенно если находишься в ней длительное время и при этом бежишь. Нещадно припекающее солнце уже начинало раздражать и внутри томилось молчаливое ожидание наступления долгожданного вечера. С заходом солнца температура в пустыне значительно падала и начинала отливать приятной прохладой.

Пришлось даже сменить обычную одежду мешковатыми брюками и лёгкой кофтой с широкими рукавами. Теперь он ясно понимал любовь Сунагакурцев к подобному стилю.

В первое время, однако, раздражала не жара, а попытки не проваливаться в песок при каждом шаге. И его, как человека который никогда в жизни не бывал в пустыне, особенно раздражало, так как при беге это сильно мешало и каждые минут пять приходилось стряхивать песок с сандалий, притом ещё и стараясь не отставать и не нарушать строй. Чувствовать песок между пальцев ног, да и вообще где только можно – действительно вызывало тихое раздражение и мешало сосредоточиться.

Возможно, из всех генинов Кара один так сильно перемучился из-за подобного. Но проблема с передвижением по песку отпала достаточно быстро, поскольку он отдаленно напоминал воду, или, скорее, болото.

Наставница ещё в Коноху обещала научить свыкнуться к ведению боя на пустынной местности и сдержала свое слово, время от времени устраивая короткие спарринги при привалах. Хоть и пришлось время от времени валяться в песке, но как она сказала, в Суне уже не будет возможности потренироваться. Подробно объяснила тем, что это чужая деревня и никто не даст им там свободно разгуливать, даже несмотря на то что это просто полигон. Но даже если можно, то мало кто будет реально тренироваться, чисто из соображений не показывать свой уровень до экзамена.

Времена сейчас неспокойные из-за конфронтации Танигакуре и Амегакуре. Но именно ситуацию с Песком обострил инцидент, произошедший несколько лет назад на территории соседней страны, за которым последовали и другие «случайные» столкновения интересов Конохи и Суны.

– Сделаем короткую передышку. – скомандовала Орочи, двигаясь в носовой части строя.

Джонин Хьюга прошерстил бьякуганом округу и кивнул, в первую очередь удостоверившись в отсутствии каких-либо угроз и наткнувшись взглядом на большой песчаный булыжник в отдалении.

– Привал! – громким, раскатистым голосом крикнул он, махнув рукой в нужную сторону.

– Ну наконец-то. – облегчённо выдохнула Наори, приближаясь к месту привала и на ходу поправляя лямку походной сумки.

Кара вгляделся вперёд и прикрыл глаза, привалившись спиной к булыжнику. Предстающий вид перед глазами то ли вызывал восхищение, то ли ужас.

Золотистая пустыня невозмутимой гладью простиралась в самую даль горизонта. Куда ни посмотри, одна только безжизненная, пустая пустыня. Ни деревьев, ни привычной почвы под ногами, ни людей и животных – лишь бескомпромиссные, безжизненные просторы вокруг, тянувшиеся в бесконечность.

Он уселся под тенью и сняв сандалии, привычно вытряхивал песок, кидая недолгие взгляды на столпившихся над разложенной на земле картой двух наставников команд. Другой стоял на вершине и с помощью бьякугана следил за округой на случай незваных гостей. Орочи водила пальцем по наметкам на карте и тихо переговаривалась с коллегой, который одновременно черкал что-то на блокноте.

«Неужели заблудились?» – невольно посетила тревожная мысль, но видя спокойствие или скорее даже расслабленность наставников, Кара отмёл его прочь и вернулся к своему занятию, но уже протирая глаза от песка.

– Отпрыск Казекаге, возможно, тоже будет участвовать. – донесся до него голос брюнета из клана Курама. – ему лет тринадцать-четырнадцать, вроде наш ровесник. – говорил он, немного устало размахивая одолженным у напарницы веером.

Шин, ещё один Хьюга в их компании, стоял перед Курамой уперев руки в бока. Повернув взгляд белых глаз на сидящего товарища, тот вновь переключился на пустыню.

– Раса, кажется? – сухо спросил Шин. – да, не думаю что он воздержится от участия. Ему до экзамена рукой подать. И преимуществом обладает.

– Это ещё какое? – прервался Курама от своего занятия, выжидательно уставившись на Хьюгу.

– Он песчаник, вырос здесь, а соответственно и местность должна быть ему хорошо знакома. – спокойным, ровным тоном ответил ему белоглазый, принявшись вытряхивать песчинки со своего хаори. – его техники, должно быть, отлично приспособлены для сражений в пустыне.

Сидевшая рядом Нара, невольно ставшая слушателем их беседы, дополнила слова своего напарника:

– Кирийцам ой как не понравится, если они вообще будут участвовать. – то ли весёлым, то ли скучающим или ленивым голосом поддакнула она. – я на их месте вообще не поперлась бы оттуда сюда. Вокруг нас одна только пустыня. – говорила Нара, демонстративно обводя рукой местность.

– Ну так а зачем сейчас идешь? – спросил Курама, повернувшись к ней. – Шизука?

– Думай сам, как там тебя… ? – слегка призадумалась Шизука, лениво почесывая затылок, и небрежно отмахнулась, так и ничего не сказав.

Нара лениво отвернулась, мечтательным взглядом уставившись на кружащихся в небесной синеве птиц. Видимо, просто поленилась объяснять.

– Ах ты..! – возмутился Курама, сжав в руке веер. – Акито меня звать!

Хмыкнув, Кара вытянул ноги вперёд и расслабился. Как он расслышал, до Суны остался всего час пути, максимум два. Ну это конечно если двигаться бегом, чтоб побыстрее достичь места назначения, но рассекать по пустыне под палящим солнцем тоже дело не очень приятное.

Смахнув со лба пот, он выцепил пальцами кулон на шее и вытащил его из под одежды, внимательно, задумчиво вглядываясь в него. Цвет стал темнее.

«Наш клан верит в тебя» – эхом раздался в голове голос бабушки из воспоминаний.

«Ты справишься, мы верим в тебя».

Перед его уходом бабушка выразила свое сожаление, что не сможет пойти с ним и оказать прямую поддержку, как и подобает близкому человеку, но чётко обозначила свою веру. Акено велела быть осторожнее и не рисковать попусту, всё наставляла держаться своих и не доверять всяким незнакомцам.

Подвести их ожидания он не может, поэтому приложит все усилия ради победы. Все же, у него есть воспоминания об экзамене, так что кое-какое представление он имеет и немножко понимает реальную суть. Конечно, если только в эти времена проведение экзамена такое же, как во времена канона.

Его губы тронула слабая улыбка, и задумчиво просидев так немного, перевел взгляд в сторону и сфокусировался на бордовых ножнах танто с отчётливым знаком водоворота.

После произошедшего неприятного инцидента во время миссии с разбойниками, Кара больше не носил клинки матери, поскольку опасался повторения. Разбираться с жаждущими мести незнакомыми шиноби – лишние проблемы на голову, да и в общем опасно это. Но вчера он переосмыслил свой взгляд и решил взять с собой на экзамен.

Неправильно без единого колебания брать выпавшие ему плюшки от родителей и одновременно с этим опасаться выдать свою связь с ними. Сенджу с детства учат уважать и чтить предков, как и память о них. Ведь, как говорила клановая учительница: «мы все стоим здесь лишь благодаря им»

Перед глазами появились смутные воспоминания о доброй, нежной женщине с ослепительной улыбкой и жгучими, красными волосами. Подробные черты лица уже стёрлись, но ощущения от ее нежных прикосновений и теплой ауры осталось. Это все что ему помнится от начала новой жизни.

«Я не имею права провалиться» – мысленно кивнул Кара, уставившись в полуобнажённое лезвие танто.

– Ну почему так жарко? – вымученно вздохнула Наори, ковыряясь в слипшихся от пота волосах. – я уже ненавижу пустыню.

– Мы уже несколько часов бежим под открытым солнцем. Температура в пустыне жаркая, да и к тому же для нас это в новинку. – Кара пожал плечами и начал надевать сандалии, заметив как джонины начали собираться в путь.

– Орочи-сенсей сказала, что сегодня жарче, чем обычно. – Учиха покачала головой, вновь вздыхая. – надеюсь в период проведения экзамена температура понизится. Солнце жарит, слепит. Будет неудобно вести сражения.

– У нас гости. – оповестила всех наставница, читая взглядом сигналы машущего Хьюги. – скорее всего не враги.

– Не враги. – утвердительно кивнул другой джонин, всматриваясь в горизонт. – это отряд из Суны. Думаю, это наше сопровождение.

Кара взял в руки походную сумку и встал, закидывая ее на плечо. Подойдя к наставнице он выглянул из укрытия и увидел, как на горизонте показался отряд из трёх человек, стремительно приближавшихся к их стоянке. В голове проскочила мыслишка не доверять первым попавшимся шиноби, ибо за весь путь по пустыне они ни разу не встретили людей. Пустыня казалась мертвой.

Орочи встретила отряд сопровождения под прикрытием Хьюги и после недолгих переговоров, был дан приказ выдвигаться и уже спустя пару часов в отдалении, посреди нескончаемой пустыни показалось что-то подобие гор, по своей высоте и объему превосходившие стены Конохи. При виде них генины выдохнули с облегчением, но от старших товарищей не отделялись и старались держаться сплочённо в незнакомой местности. Благодаря внимательному взгляду и учениям бабушки, Кара сумел выцепить из определенного участка земли какое-то непонятное несоответствие с общей местностью, но оно быстро исчезло как и появилось, оставляя гадать его над вопросом: что это было или просто показалось?

Как оказалось, суровая пустыня была не только за пределами Суны, но и внутри самой деревни. Возможно, этого и стоило ожидать от пустыни, так как после прохода сквозь ущелье проводники повели их по пустынным дорожкам посреди песчаных домов. Хоть уровень жизни на улицах соответствовал званию Великой Деревни, но растительности в них было очень мало по сравнению с Конохой.

В Листе растения можно встретить на каждом шагу, а здесь совсем скудно. От этого становятся понятны возможные наличия проблем с водоснабжением и низкой плодородностью земель.

Кара мотнул головой, отрывая взгляд от архитектуры Песка и переводя внимание на Шиби, уже валявшегося на кровати гостиницы, которую выделили для гостей.

– Я заметил только Ивагакурцев и Танигакурцев, и то только по парочке шиноби от каждой. – поделился он своими наблюдениями, и покачал головой. – я предполагал, что Танигакуре не будет участвовать в экзамене.

Абураме громко вздохнул в постель, перевернулся на бок и лишь сильнее забрался в кровать, подминая под себя подушку.

Кара понятливо кивнул и вновь повернулся к окну.

На заключительном этапе с большей долей вероятности на трибунах будет присутствовать множество гостей: от обычных людей до Дайме. И все они являются потенциальными клиентами. А это значит, что если команды напортачат, деревня понесет убытки. Именно поэтому на участие в экзамене выбирали команды с лучшими репутациями.

Он нахмурился.

В случае позорного провала не видать ему одобрения медицинский реформы как своих ушей. Да и тем более авторитет упадет и среди клановых старейшин, что не очень хорошо скажется на финансировании медицинских школ. Проект одобрили лишь благодаря авторитету бабушки и поэтому, прямо говоря, всё держится только на ней.

Влияние на решение старейшин его личного авторитета и славы как «гения» годится только для наивного утешения и придания самому себе иллюзии, что он имеет хоть какое-то личное влияние в клане. Все это даже в самых сокровенных мыслях предстаёт перед ним полной чушью и вызывает лишь смех.

То, что он досрочно стал генином и лучшим в своем выпуске, а также то, что ему удалось завалить целого чунина в одиночку – достойно признания, но не влияния среди старейшин. Поэтому в их глазах, вероятнее всего, он является всего лишь талантливым генином и ничем больше. В остальном – мальчишкой, у которого молоко на губах ещё не обсохло.

«Может, я просто утрирую» – тихо вздохнул Кара, потирая переносицу и мысленно морщась от неприятных мыслей.

Даже если дела обстоят лучше, чем кажется, то подушка безопасности все равно не помешает. Проект с клановым учебным заведением, который будет обучать шиноби искусству лечения, может прогореть и не дать ожидаемых результатов. В таком случае можно и не ждать поддержки клана в вопросе с медицинскими реформами. А если ему удастся получить звание чунина, или хотя бы достойно проявить себя на экзамене, то будет призрачный шанс удержаться на плаву. Его конечно не сожрут, но выбить из колеи смогут, хоть и ненадолго. Всё-таки покровителями в последнее время он обзавелся предостаточно. Помимо Токи к ним прибавилась Сенджу-химе и авторитетная библиотекарша.

В случае успешной сдачи экзамена прибавляется немного веса не только в клане, но и в самой деревне, если не говорить про другие. Все же иметь звание чунина в девятилетнем возрасте – это что-то с чем-то и действительно внушает уважение. Заполучив жилетку чунина Кара сможет доказать, что он никакой то там зарвавшийся внук старейшины, а реально чего-то стоящий шиноби, к чьим словам можно прислушиваться.

Он устало оперся об подоконник и опустил взгляд вниз.

Даже мелкое вмешательство в канон может натолкнуть на долгие, тщательные размышления, что уж там говорить про прочие глобальные планы…

Перед ним стоит задача не только уменьшения количества смертей в деревне, но и предотвращения будущей войны в потенциале. Медицинская реформа – только начало. За ним последуют и другие задачи, заставляющие погружаться в долгие, тяжёлые размышления. Каждый шаг должен быть тщательно просчитан, а для этого нужно ещё уметь правильно смотреть в будущее.

Ради светлого, мирного будущего требуется приложить немало усилий.

Кара решительно сжал кулак и поднял взгляд к двери, откуда раздался короткий стук.

В комнату зашла наставница, а за ней тут же в комнату проскочила Наори. Орочи молча уселась у окна и обвела всех задумчивым взглядом змеиных глаз.

Кара непонимающе посмотрел на напарницу и юная Учиха недоуменно пожала плечами.

Сенсей откинулась на спинку кресла и задумчиво водила пальцем по подбородку, пока ее глаза вновь не сфокусировались на них.

– До экзамена осталось пару дней и соответственно на подготовку столько же. Стоит начинать повторять тактику. – она выпрямилась и сложила руки на груди. – из Суны, Кири, Ивы, Кумо как минимум участвует пятерка команд. От нас столько же.

– А вам уже известно каким будет первый этап? – немного неуверенным голосом спросила Наори.

Наставница развела руки в стороны, пожимая плечами.

– Этапы разгласят когда всех соберут перед началом экзамена. – кивнула она, задумчиво барабаня пальцами по подлокотнику. – с этим строго.

– Нам стоит опасаться каких-либо отдельных личностей?

Орочи посмотрела на Кару и немного подумав, ответила:

– Если ты про участников экзамена, то это я тоже не знаю. Уж извините. – она неприятно поморщилась. – участники меняются каждый раз, поэтому точно ответить на этот вопрос мало кто может. Но мы можем узнать это во время завтрашнего обеда, точнее вы. Участники экзамена и их наставники кушают отдельно. Можно конечно у себя в номере покушать, но я рекомендую вам поужинать в общей столовке. Узнайте какие люди и кто конкретно может составлять наибольшую угрозу. Главное только не конфликтуйте раньше времени. – сенсей кивнула, вновь задумываясь. – думаю, пока что это всё. А теперь отдыхайте. Всем ясно?

– Хай, сенсей!

Глава 30

Солнце близилось к полудню.

В одном из гостиничных номеров, посреди раскиданных вещей, метательных орудий и свитков, сидела бледнолицая брюнетка с длинными, спадающими вниз по спине иссиня-черными волосами. Вытянутые зрачки глаз девушки внимательно вчитывались в строки блокнота. По сморщенному от неприязни лицу было видно, что написанное вгоняло ее в крайнее недовольство.

Из груды вещей медленно, с тихим шипением выползла белая змейка и подобралась к ее ногам, выплевывая маленький свиток.

Орочи нежно провела по ней пальцем и взяла в руки послание, а ненужный лист блокнота смяла и отдала змейке.

В листе были записаны имена наиболее потенциально опасных генинов из других деревень. Они являлись теми, на ком действительно стоило заострить внимание.

Призывные змеи и информаторы хорошо постарались, но добытая информация ей все равно не понравилась. Генины этого года, какими бы они не были, были действительно талантливыми и одаренными шиноби. Некоторые из списка даже были знакомы ей, и причем очень хорошо, но именно из-за этого она и начала испытывать смутные отголоски сомнений в темных закромах своей души. Знания тяготили её.

Знания могут облегчить жизнь, но одновременно с этим имеют свойство тяготить и заставлять сомневаться – это она поняла ещё давно. Знания помогают достичь любых вершин и целей, но также заставляют сердце биться чаще из-за страха. Хитросплетения судьбы связывают, сковывают прочной цепью и окунают в водоворот событий, выбраться из которых зачастую бывает сложно.

Ей порою хотелось перестать цепляться за свои идеи и просто отдаться воле судьбы. Но именно они помогают ей двигаться дальше.

За каждой судьбой человека в конечном счёте стоит смерть. Она неумолима и беспристрастна, и может забрать жизнь любого, будь человек хорошим или плохим. Все свершения, идеи, мечты и достижения канут в лету, и со временем совсем забудутся, будто их и не было. Даже самые известнейшие в свое время люди постепенно затмятся новыми и сотрутся из памяти людей по одной лишь причине – смерти.

Орочи старается не поддаваться воле судьбы, поэтому изо всех сил противится, но порой ей кажется, что она просто плывет по течению. Все её идеи казались полностью посредственными и в то же время слишком сумасшедшими. Они вызывали отвращение, но ее голову прочно окутывала необходимость воплощения их в жизнь.

Мысли о том, что её борьба и старания уже заранее предначертаны судьбой, заводили и пробуждали глубоко сокрытую в глубине души злость и ненависть. Они туманят разум, сдавливают сердце колючими шипами. Но чем больше сопротивляешься, тем сильнее они хотят выбраться наружу.

Коноха была не лучше. Она всегда была двулика. За ширмой позитивной, мирной и воодушевляющей Воли Огня скрывалась отвратительная изнанка. Успешная пропаганда связывала жителей Листа крепкими узами дружбы и любви, а иных – смертью. На другой, более темной стороне деревни работает холодный расчёт, несущий либо жизнь, либо смерть. Служба в АНБУ отчётливо показало ей это.

Орочи всегда умела разоблачать все сокрытое.

После службы в элитной части шиноби у нее появился и остался важный шпион в структуре Корня АНБУ. В лживых речах Шимуры Данзо о благополучии деревни скрывались личные, эгоистичные мотивы. Возможно, когда-то его речи были правдивы, но уж точно не сейчас. А позволивший ему втайне творить самовластие ее сенсей – Хирузен Сарутоби, многого недоговаривал. Она это чувствовала, ощущала, но не могла осуждать его. Пост Главы Деревни требует подобного, а Деревня требует изнанку.

Корень пропитывает дерево жизнью, и вырывать его не стоит.

Подобно всему этому, Орочи чувствовала себя такой же двуликой. Благополучие одних всегда ведёт за собой беду для других. За все придется платить. Никто не останется в стороне.

– Орочи-сенсей. – пришедший к ней Кара отвесил вежливый поклон, и с её позволения присел у окна.

Она сидела возле кровати в полном комплекте формы джонина, а комната перед приходом ученика была хорошенько прибрана. Доверительные и уважительные отношения с подчинёнными прежде всего кроются в мелочах, а беспорядки и слабости, допускаемые лишь тогда когда она одна, не должны быть известны никому, кроме нее самой.

Орочи считала, что доверие и уважение строятся очень долго, и не важно сколько б не были прочны, они все равно могут разрушиться из-за одной маленькой трещины. Они настолько же крепки, сколь хрупки. Поэтому нужно относиться к ним очень внимательно.

– На комнату наложен барьер, так что можешь не волноваться, – осведомила она на всякий случай, перед тем как протянуть ему скупое досье на одного из участников, – Куриаре Кушимару, – кивнула Орочи, и спустя пару секунд заметила, как в глазах Кары на мгновение мелькнуло удивление.

Она незаметно вгляделась в него повнимательнее. Показалось, будто он знает кто это такой и уже прекрасно осведомлен.

Кара поджал губы и задумчиво вчитался в досье, водя пальцем по подбородку.

Орочи скосила взгляд в сторону.

Ей всегда казалось, что он слишком серьезный и сознательный для своего возраста. Всегда взвешивает решения: риски, выгоды, последствия. Обычный девятилетний ребенок не станет действовать так разумно и осторожно. У него наоборот должна присутствовать наивность, излишняя самоуверенность и детское поведение, даже если он подготовленный шиноби. Та же Наори иногда действует слишком опрометчиво и становится понятно, что опыта в дисциплинах шиноби и просто в вопросах, касающихся обычной жизни, у нее не хватает.

Но именно поэтому она поставила его на должность капитана команды. Он способен действовать разумно и беспристрастно. В случае, если нужно отступить, он это сделает, а если надо наоборот атаковать, момент не упустит.

Часто новоиспечённые шиноби излишне самоуверенны и решение отступить принимают только в самом конце. В них присутствует желание достичь признания: родителей, клана, деревни и друзей. Но вот в чем проблема: у Кары подобное отсутствует и это заставляет задуматься. Как его сенсей, она все это хорошо поняла.

Кара задумчиво кивнул, опуская досье.

Орочи внимательно следила за его реакцией. В досье упоминались сила Куриаре, его слава, прозвища, замеченные способности, а также то, что он убил своего одноклассника на выпускном экзамене академии Тумана. И к ее удивлению, Кара промолчал по поводу смертельного экзамена.

Как Сенджу, первых последователей Воли Огня и общества с пропагандой Конохи, он несомненно должен был воспротивиться убийству одноклассника и почувствовать отвращение и презрение. Воля Огня прежде всего учит патриотизму и единству листовиков.

Орочи не поняла – то ли ее ученик хорошо контролирует свои эмоции, то ли он просто знал обо всем этом благодаря бабушке, но спустя нескольких минут раздумий Кара спросил только об одном:

– Он сильнейший из всех участников или есть ещё другие, кого стоит особенно опасаться?

Она не растерялась, даже пребывая в кропотливых размышлениях:

– Мне удалось раздобыть информацию лишь о Куриаре, – Орочи пожала плечами, соврав, даже не поведя бровью, – остальные мне не известны. Генины стараются не высовываться из своих номеров и попадать в конфликты, а он уже успел «столкнуться» с другими командами. Вы ведь и сам видели, думаю.

– Да, но узнать его имя мне не удалось, – кивнул Кара, отложив досье в сторону. – За эти пару дней я общался только с нашими. Команды из других деревень мало с кем общаются, кроме между своих, – он уныло вздохнул, – В первый же день некоторые команды чуть не подрались в столовке, что уж говорить…

– Прошедшая война забрала много жизней. Порой мне кажется, что она ещё не закончена, – усмехнулась она, положив локоть на тумбочку у изголовья кровати. – Нынешнее поколение шиноби является наследником старой войны.

Орочи быстро опомнилась, вспомнив, кто перед ней сидит, и не стала дальше развивать тему. Ей прекрасно известно, что Кара слишком рано лишился родителей. Она решила, что не стоит давить на больное, в особенности когда ему предстоит участие в экзамене. Нельзя допускать плохое расположение духа внутри команды.

Сарутоби-сенсей лично проводил отбор команд на участие в этом экзамене.

Орочи задумчиво постукивала пальцами по поверхности тумбочки.

– Завтра уже экзамен, сбор будет к десяти часам. Хорошенько выспитесь и будьте готовы, – велела она, посмотрев на настенные часы. – К слову, как там Цунаде? Я ее уже давненько не видела.

Собиравшийся уходить Кара остановился и повернулся к ней.

– Ну, она немного занята клановыми делами, – он слегка замешкался.

– Да, но ты ведь часто с ней видишься? Все таки делами, думаю, это ты ее напряг. – Она весело улыбнулась. – Я знаю о твоём проекте, и она весьма интересна.

– Откуда?

Орочи быстро поняла, что подобное заявление было несколько бестактно и глупо. Ей удалось заметить как ее ученик напрягся, хоть это было не так заметно. Пожалуй, следовало промолчать, но из-за интереса она не удержалась завести тему об этом.

Создание медицинских учебных заведений Сенджу было вполне интересным, особенно когда его инициатором и создателем стал ее ученик.

Кара действительно приятно удивляет. Не похоже, чтобы он спонсировал все это из своего кошелька, а значит ему удалось заполучить финансовую поддержку клана. Если быть точнее – старейшин. Глава клана Сенджу пока отсутствует и кажется его не будет до тех пор, пока наследник не достигнет нужного возраста. И поэтому бразды правления в клане Сенджу находятся в руках старейшин. Им даже как-то удалось сместить Цунаде, несмотря на ее вспыльчивый, упрямый и гордый характер. А ведь она вполне могла выполнять должность временного главы.

– Я работаю в Башне Хокаге, если ты не знал, и некоторые документы Хокаге проходят через мои руки. Я совмещаю ее с должностью вашего сенсея.

Лицо Кары вытянулось в удивлении. Этого он точно не знал, что стало для него большой неожиданностью, если смотреть на то, как он промахнулся с креслом и шлёпнулся попой на пол. На его лице появилось растерянность.

– А чего ты так удивляешься? – усмехнулась Орочи, и заметила, что что-то было не так.

Какое-то странное чувство появилось у нее при виде его лица. Удивление было каким-то нездоровым, как если бы она призналась в покушении на жизнь Хокаге. Но она быстро отмела лишние мысли прочь, признав их глупыми.

Орочи подала ему руку, и Кара с той же растерянностью задумчиво поднялся, извиняясь.

– А разве можно совмещать учительскую деятельность с работой в Башне Хокаге? Судя по всему, должно быть вы занимаете там не последнее место?

– Почему нельзя? Можно конечно! – она кивнула и стряхнула «пыль» с его плеча, – Я всего-то работаю с бумагами, ничего важного.

– А, понятно…

– Как тебе пришло такое в голову? – спросила Орочи, положив ладони на его плечи и стараясь не смотреть так пристально на расстояния вытянутой руки. – Твой проект очень интересен и выгоден для деревни, поэтому я приятно удивлена, что Сенджу собираются такое открывать. В случае необходимости, можешь надеяться на мою поддержку. Я помогу всем чем смогу.

Кара вновь замешкался, отводя взгляд в сторону.

– Я благодарен за ваше содействие, сенсей. Я перечитал множество различной литературы, и когда я оказался ранен, вы смогли остановить кровотечение и оказать первую помощь, – он вежливо улыбнулся. – Мне показалось, что полевых ирьенинов слишком мало.

– Вот как? – задумчиво кивнула она, убирая руки. – Что ж, тогда больше не смею тебя задерживать. Можешь быть свободен.

Орочи проводила его с улыбкой на лице, но как только ученик вышел, улыбка тут же спала с лица. Она усиленно размышляла о чем-то, подходя к зеркалу и всматриваясь в свое лицо. Ее пальцы неспешно постукивали по тумбе.

На ее лице внезапно появилась ухмылка.

– Показалось, значит…

Глава 31

Кара оперся об стену и прошелся внимательным взглядом по просторному залу, набитым генинами.

Атмосфера стояла тяжелая. Было видно, что команды очень напряжены, в том числе и его земляки.

Он чувствовал, что в глубине его души сеется переживание, мандраж, который Акаги пытался скрыть. Стоять и молча ждать неизвестности было невыносимо. Смотря на присутствующих кирининов, среди которых затесался маньяк Кушимару, в нем терялась уверенность. Еще одной проблемой, вызывавшей в нем непонятные смутные подозрения, был человек, стоящий рядом с Куриараре – большой, почти самый крупный из всех присутствующих рыжеволосый парень, напоминающий больше какого-то крупного зверя , нежели человека. На фоне всех генинов он особенно отличался.

Буквально через пару минут объявят первый этап экзамена, а в нем даже нет уверенности, что экзамен пройдет успешно. Нужно будет ликвидировать Куриараре и рыжеволосого бугая, но справляться с двумя одновременно – смерти подобно. Выходит, ему придется как-то разделить их и поочередно устранить.

Кара нервно постукивал пальцем, собрав руки на груди. Его взгляд метнулся в сторону кумовцев и он нервно сглотнул: загорелый, беловолосый накаченный парень кого-то напоминал. Тот явно возглавлял их шайку.

«Дерьмо! – нервно подумал он.»

Орочи-сан не упоминала его, но качок с зализанными назад волосами вызывал опасения. Не это ли, будущий Райкаге?

В проеме двери показался незнакомый мужчина, представившийся экзаменатором. Им был бритоголовый мужчина с крупным телосложением в форме джонина. Его суровое лицо было разукрашено рваным шрамом на щеке и ожогом, протянувшимся от подбородка до самой шеи. Во время своей речи он постоянно обводил собравшихся перед ним генинов холодным, пристальным взглядом и не переставал временами почесывать свой шрам.

Суть первого этапа была ясна: захват вражеского флага. Была надежда, что сначала пойдет письменная часть, а потом уже боестолкновения. Даже в первом этапе команд сталкивают один на один. Совсем не то, что он ожидал. Это была проверка на командную работу.

В ходе жеребьевки Кара почувствовал, как в зале нависла гробовая тишина. Нервы затягивались в тугой узел и было слишком жарко и душно. Команды одна за другой выходили из зала, услышав свои номера.

Он сдул проступивший пот на лбу и вытер рукой.

Подобное не скрылось от внимательных глаз Наори и она бросила на него встревоженный взгляд.

Кара лишь кивнул и посмотрел на экзаменатора, вытянувшего лист.

– Третья команда Конохи против... – джонин задержал паузу и просунул в глиняную ёмкость руку за очередным листом, – второй команды Ивагакуре!

*****

Местом для проведения первого этапа были выбраны руины на юго-востоке Суны. Под палящим солнцем и в жаре было сложно сосредоточиться. Пот лил и без физических нагрузок. Но единственный плюс был в том, что близлежащие территории хорошо видны, поскольку местом дислокации команды было выбрано самое высокое здание в руинах. Враг не сможет незаметно подобраться.

– Даже нормально подготовиться не дали, – с досадой сказала Наори, периодически сканируя местность шаринганом.

– Главное не паникуйте и опирайтесь на холодную голову, – наставлял Кара, оглядывая сокомандников. – Старайтесь следить друг за другом, выявляйте слабые места противников и бейте. В их команде я не заметил особо опасных противников, так что думаю, никаких неожиданных сюрпризов не будет.

Они расположились на крыше здания и внимательно рассматривали округу. Время текло, но ивовцы не спешили нападать. Жуки Шиби рассеяны по округе, поэтому Кара был уверен, что их приближение не останется незамеченным.

Он сидел на одном колене и рассматривал соседние здания.

Кара поднял кулак вверх, дав команду быть в готовности, заметив как в окне здания рядом мелькнула чья-то тень. Он проследил за траекторией его движения и вскоре заметил, как оно быстро покинуло их в сторону вражеской территории.

– Их разведчик ушёл, – сказал Кара и повернулся к команде. – Действуем строго согласно плану.

Они переглянулись между собой и обменялись взглядами, после чего Наори ступила вперед и с сомнением в голосе сказала:

– Кара, глухая оборона – не самая лучшая стратегия, тем более учитывая то, что нам нужно отобрать их флаг.

– Последовать за разведчиком скорее должны мы, – поддержал ее мысли Шиби. – Не хватает информации нам.

– Нельзя, – Кара мотнул головой, – это может быть ловушкой. Разведчик должен быть незаметен, а он действует слишком опрометчиво.

Он прошерстил взглядом округу и напряженно нахмурил брови. В голове то ли дело крутился вопрос: как бы он поступил, если бы его противники заняли позицию обороны?

Принятию решительных действий и кропотливым размышлениям мешали стоящие над душой зрители, расположившиеся у окраин руин.

– Шиби, следи за округой, – скомандовал Кара и быстро достал из подсумка чистый листок и карандаш.

Он быстренько набросал запомнившуюся при входе в руины местность и усиленно раздумывал над дальнейшими действиями.

– Мне нужно понять, в какой позиции находятся наши противники. Но ты права, Наори, я просто тычу пальцем в небо без необходимой информации, – Кара кивнул и посмотрел на Наори, – я пойду разведаю обстановку, попытаюсь выйти на их местоположение, а ты прикрой и охраняй Шиби.

– Но в чем смысл идти одному, оставив нас позади? – возразила она после недолгих размышлений. – Не будет ли эффективней, если я пойду с тобой? Шиби вполне способен самостоятельно оборонять нашу позицию, – ее тон стал настойчивее, а взгляд наполнился холодной уверенностью, – поэтому нет оснований подвергать кого-либо из нас необоснованной опасности, отправляя в одиночную разведку.

Сложив руки на груди, Шиби кивнул, поддерживая ее мнение:

– Рассуждения ее правильные, Кара. О том что их трое забывать не стоит. Не самое выгодное боестолкновение.

Кара удивленно вздернул бровь и посмотрел на Наори. Он был восхищен ее складным размышлениям и умением правильно доносить свои мысли. Раньше ему не удавалось это замечать, но сейчас в экстремальных условиях начало проглядываться их воспитание. Клан дал им все необходимые знания и навыки, чтобы они могли достойно представлять их перед обществом.

На мгновение в его голове пронеслась трусливая мысль: «играет ли здесь роль репутация и величие его клана?».

Мотнув головой, он отбросил все ненужные мысли и вновь вернулся в реальность, встречая подавляющий уверенный взгляд Наори, вставшей перед ним и закрывающей своей фигурой солнце.

Кара поднялся на ноги и смахнув пот со лба, спросил:

– Что ты предлагаешь?

– Нам нужно отправиться вслед за разведчиком, но поочерёдно. Ты пойдешь первый, а я последую за тобой на минуту позднее.

Далее Наори кратко изложила детали плана, и понятливо кивнув, Кара сложил печать тигра и создал теневого клона. Они бросились в разные стороны, намереваясь собрать больше информации.

Кара передвигался по верхним путям и внимательно рассматривал соседние здания и улицы, все больше отдаляясь от сокомандников. На его плече сидел маленький, незаметный жучок Шиби, который в случае чего мог вызвать подмогу.

Он остановился и прильнул к стене, сосредотачиваясь на сенсорике и пытаясь уловить очаги чакры поблизости.

Создавать больше одного клона Кара боялся, поскольку при использовании теневого клонирования резерв чакры значительно проседает, а он к такому ещё не привык, потому что ощущения от отката техники были не очень приятные.

Его губы чуть приподнялись, зафиксировав одного противника в соседнем здании. Видимо, тот самый разведчик.

Но едва он высунул голову, как сверху занося клинок на него налетел темноволосый парень.

«Пропустил! – досадливо шикнул Кара.»

Он отклонился назад и пропустил опасно сверкнувшее лезвие в паре сантиметров от своего лица, чтобы тут же пригнуться и уклониться от последовавшей атаки.

Кара отпрыгнул в сторону и обнажил свой танто, поспешно парируя атаки оппонента.

Он бросил быстрый, опасливый взгляд на соседнее здания. Второй противник стремительно приближался к ним.

Вряд ли ему удастся справиться с двумя одновременно и выйти из сражения без ранений. Стоило быстро расправиться с брюнетом, пока его напарник не подоспел, или по крайней мере продержаться до приближения Наори.

Этот генин был намного слабее, чем Акено, поэтому поймав момент, Кара парировал клинок оппонента в сторону и сделав подшаг, зарядил локтем по его лицу и перехватив руку, скрутил запястье. Послышался звонкий хруст костей и болезненный вскрик парня.

Противник обронил оружие и Кара одним точным движением ударил по солнечному сплетению противника, но послышался хлопок и его кулак расколол осколок стены.

Он скосил взгляд в сторону и запоздало заметил шатена, уже сложившего печати и наклонившегося над землей.

Пол над ним внезапно задрожал волной и подкинул его в воздух.

– Выкуси! – с насмешливым лицом крикнул шатен.

Слева на него прыгнул брюнет и здорой рукой взмахнул кунаем.

Кара перехватил его руку и схватив за голову, крутанулся в воздухе, вбивая брюнета в крышу.

«Один готов!»

Тут же молниеносно сложив печати и зарядив технику огромным количеством чакры, выдохнул большую волну воды, которая стремительно направившись в сторону шатена, разрушила грязевую стену. В завершении атаки он кинул следом кунай со взрывпечатью.

Над крышами прогремел взрыв.

Устало смахнув пот и тяжело дыша, Кара поднял упавший танто с земли и скривился от понимания, что двадцать процентов его оставшейся чакры быстро просела.

В пустыне, как оказалось, стихия Воды очень слаба. На его выполнение приходится тратить слишком много чакры. В стихийных техниках, очевидно, Кара проигрывает.

Он сощурил глаза и вгляделся в темный дым. Из него вылетел кунай, который Кара успешно отразил и резко подорвался навстречу шатену, на мгновение заметив его лицо.

Быстрый тычок кунаем и Кара, совершив полуразворот, пропустил лезвие перед грудью и нырнул шатену под руку, со всей силой заряжая кулаком в живот, но противник вновь ушел шуншином и появился за его спиной. Он сжал танто в руках и провернулся вокруг своей оси, нанеся удар снизу вверх по ногам противника.

Шатен отскочил назад, но клинок все же задел его бедро. Алая полоса крови проступила из его раны. Боль обожгла рану, но он даже бровью не повел. Вместо этого в его глазах вспыхнул огонь ярости.

Шатен ринулся вперед, занося руку с кунаем, но быстро оказался вбит в крышу молчаливым и холодным ударом ногой сверху от Наори.

– Я успела? – спросила она, хмуро разглядывая разрушенное поле боя.

– Да, – Кара устало опустил голову и облегченно вздохнул.

Он сжал рукоятку клинка и осторожно двинулся к бессознательным противникам. Но только подойдя, вдруг резко осознал, что у него язык даже не поворачивается назвать их «врагами».

Перед ним лежали совсем юные, тринадцатилетние-четырнадцатилетние подростки, которые даже и жизни нормальной не видели.

«Вот они, юные убийцы, – пронеслось в его мыслях.»

Он неожиданно потупил взгляд, вглядываясь в лица подростков.

Грядет война, и даже не одна. И что этот мир предлагает ему? Убить их? Жестоко.

Вот так, одержав победу и стоя над ними, Кара вновь осознал, ради чего он должен предотвратить войну. Ради мира и жизней тысяч таких людей. Война несет только печаль и утрату.

Знания тяготят. Не знал бы он канона, то думается, жилось бы намного проще.

Он мотнул головой, отгоняя лишние мысли прочь, и сложив печать тигра, просканировал местность на наличие последнего оставшегося противника.

На мгновение в голову будто резко влетела пуля, разнесшая хаос в его мыслях. Перед глазами все поплыло и он мотнул головой. Неприятный откат.

– Что-то не так? – спросила Наори, заметив его заминку.

– Шиби с моим клоном... захватили флаг.

Глава 32

Устало сбросив тяжелый подсумок на стол, Кара плюхнулся на кресло и вздохнул, переводя дух после сражения. Он вывел одного из строя, а за последних оставшихся взялись его сокомандники и без труда справились с ними, немного повозившись в поиске спрятанного флага. И поэтому факт был неоспорим – первая победа у них в кармане.

Запрокинув голову назад и уставившись отстраненным, задумчивым взглядом в потолок, Кара немного призадумался.

Первая битва, к слову, оказалась немного легче, чем он ожидал. Беря в учет слова Акено, можно было ожидать, что все вокруг начнут рубить друг друга. Но после сражения ни у него, ни у его команды особых травм нет. Максимум – ссадины и кровоподтеки. Ничего более.

Напрягал только тот факт, что некоторые прошедшие испытание команды, ставшие невольными свидетелями его недолгого боя, теперь смотрели на него как на добычу. Иначе никак не объяснить, почему они так долго буравят его взглядом.

Запустив пальцы в волосы, Кара вновь вздохнул и скосил взгляд в сторону двери.

В зал ожидания ввалилась троица уставших, пропотевших и окровавленных с ног до головы кирининов. Они тяжело дышали и отвечали на красноречивое молчание толпы злыми, раздраженными взглядами.

Следом за ними через пять минут вошел дуэт хмурых, измученных кумогакурцев. Третий шел тихо и медленно, едва переставляя ноги и успевая отряхивать подпаленную одежду.

И только после них Кара с удивлением наконец начал замечать детали, уже не стесняясь разглядывая всех собравшихся генинов.

Он посмотрел на отдыхавшего у противоположной стенки парня и заметил руки, окрашенные по локоть кровью, а также неизвестного мечника, чей клинок был весь в засохшей крови.

Атмосфера зала ожидания была пропитана усталостью, болью и привкусом адреналина, который никак не хотел отпускать.

Большинство сидело скрючившись, прислонившись к холодной каменной стене и обрабатывая раны. Запах пота, крови и земли смешивался в воздухе с запахом медицинских мазей.

На зал опустился тихий покой изнеможения.

Но были и те, кто отделался всего несколькими царапинами. И в их немногочисленное количество входил Кушимару со своей командой.

– Все те, кто закончил бои, могут возвращаться в свое расположение, – прервал тишину экзаменатор, – Внизу вас уже ждут ваши наставники и ирьенины, чтобы оказать вам всю необходимую квалифицированную помощь.

Кара поднялся с кресла и поправляя ремни танто, оглянулся в поисках своих соотечественников.

– Пошли, – сказала Наори и хмуро взяв за локоть, повела его в сторону двери, – Шиби уже ушел чтобы помочь нашим. Некоторым пришлось несладко.

*****

Где-то под вечер.

– Поздравляю с первой победой, Кара, – Орочи легонько похлопала и уселась в своем кресле. – Вы хорошо себя показали, хотя сильно рисковали, приняв решение разделиться. Твой бой и оглушительная победа Шиби на вражеской территории очень похвальны. Шиби не просто так является наследником клана Абураме.

– Благодарю, Орочи-сенсей, – Кара вежливо поклонился, вспоминая бой Шиби через воспоминания клона.

Абураме действительно среагировал молниеносно, узнав, что на вражеской базе остался всего один человек. И пока Кара возился с двумя другими, он напал на оставшегося противника и чуть не убил его, высосав из него всю чакру с помощью своих жуков.

И за весь бой у него на лице не дрогнула ни одна мышца, что очень удивляет и внушает уважение.

– Извини, что резко выдернула тебя, – со вздохом сожаления сказала она, сложив руки на груди. – Ты сейчас должен отдыхать и восстанавливать силы.

– Практика мне всегда дается намного лучше, чем теория, так что все нормально, – ответил он, неловко улыбнувшись. – Иначе я бы с кровати не слазил.

Орочи усмехнулась и покачала головой.

– Твои впечатляющие оценки по теоретическим знаниям и составленный тобою проект говорят об обратном.

Кара смущенно почесал щеку.

У него были сомнения насчет своих «впечатляющих» знаний. Как назвать то, что он взрослый мужчина, учившийся среди детей, да и к тому же присваивающий себе достижения оригинальных персонажей этого мира? Жульничество и воровство – и никак иначе. Но именно благодаря этому он и поднимает свой авторитет на поприще шиноби. Без знаний прошлой жизни просто обычный доходяга.

Орочи внимательно оценивающе посмотрела на него и задумчиво прикусила губу.

– Мне стало известно, что на следующем этапе вас бросят в пустыню, – сказала она, сцепив руки в замок. – На первом этапе проверили вашу командную работу и дали возможность присмотреться к участникам экзамена. Ты оценил своих соперников?

Смотря на выжидательно уставившуюся на него наставницу, Кара призадумался и вспоминал наиболее отличившихся генинов.

– Кушимару Куриараре, Раса и Эй – отличаются от большинства генинов. Куриараре выделился своим агрессивным и жестоким нравом и стилем; Раса расчетлив и хорошо выстраивает тактику команды, а Эй – просто удивляет своей физической мощью. Подозреваю, столкнись я с Эем лоб в лоб, мне пришлось бы только уворачиваться и отступать.

– Неплохой анализ в условиях стресса и нервов, для первого раза сойдет, – кивнула Орочи и потянувшись к столу, взяла в руки документ и протянула Каре, – но ты упустил одного человека.

Непонимающе вздернув бровь, он открыл ее и увидел черно-белую фотографию парня четырнадцати-пятнадцати лет с протектором Ивагакуре.

– Это Сакон Хеян – специалист по кендзюцу и дотону. Он командир своего отряда и в одиночку одолел двух генинов за раз, находясь заведомо в невыгодном положении. Если встретишь его на поле битвы, рекомендую тебе устранить его сразу, пока он не стал еще большей занозой, чем является сейчас.

Кара вопросительно вздёрнул бровь, уставившись на наставницу непонимающим взглядом.

– От экзамена на чунина на данный момент осталось лишь название, – терпеливо начала объяснять Орочи, не дожидаясь расспросов и смотря на своего ученика цепким, внимательным взглядом. – На фоне растущего конфликта между странами, экзамен становится полем для политических игр. Пустыня – наилучшее место, где страны смогут показать свое превосходство над другими, попутно убрав наиболее сильных генинов. Коротко говоря: убей его, – она пожала плечами и спокойно развела руки в стороны, как будто говорила о погоде, а не об убийстве человека.

Она взялась за подлокотник, подалась вперед и, наклонившись к нему, тихо прошептала:

– Тебе следует запомнить, что как только ваши ноги ступят на пустыню, начнется безжалостная мясорубка, – Орочи отстранилась и откинулась на спинку кресла. – Это будет маленькой войной, где генины будут сражаться между собой не ради победы, а ради своих стран. Да и к тому же, чем меньше команд завершат второй этап, тем меньше участников будет на третьем этапе. Ты все уяснил, Кара?

Облизнув резко засохшие губы и нервно сглотнув, он медленно кивнул.

Картина получалась не очень приятная, даже хуже, чем Кара себе представлял. Другими словами, она говорит, что в пустыне начнется самая настоящая охота и игра на выживание. И вероятнее всего, некоторые команды уже пометили себе жертв на предстоящем этапе. И именно об этом Орочи и толкует в его наивную голову, чтобы он тоже кого-нибудь заприметил. И раз уж сам не догадался, то предлагает убить Сакона, чтобы показать другим свою силу и не оказаться в числе тех, за кем можно охотиться.

– Остерегайся кирининов, Расу и Эя – они одни из сильнейших среди генинов, – предостерегла она. – Туманники очень жестоки и кровожадны, они сильны и самоуверенны, поэтому атакуют при первой же возможности. Однако, если ты будешь уверен в победе, то действуй и не жалей никого.

– Понял, Орочи-сенсей.

Она кивнула.

– Завтра к обеду зайдете ко мне все вместе. Разберем некоторых интересных личностей и начнем разработку вашей стратегии. А пока отдыхайте и набирайтесь сил, они вам понадобятся.

Глава 33

На улице светало, солнце уже восходило на горизонте.

Кара разлепил сонные глаза и уперевшись в стену заторможенным, задумавшимся взглядом, шумно выдохнул и повернулся на другой бок, отворачиваясь от стенки и ворочась в постели.

В противоположном углу спал и мирно сопел Шиби, подложив одну руку под голову, а другую свесив с кровати. Его одеяло было почти скомкано между ног и спадала на пол. Спит как убитый.

Потянувшись в кровати, растягивая мышцы после сна, он с удовольствием улыбнулся. Данный процесс сопровождался приятным чувством неги и уюта.

Потерев глаза, Кара скинул с себя одеяло и с неохотой присев, спустил ноги с кровати. Прохладный деревянный пол тут же заставил сосредоточиться на реальности, заставив кожу покрыться легкими мурашками. В комнату сквозь шторы пробивался бледный утренний свет, а в воздухе чувствовалась тишина и свежесть, которую приносит только ранний рассвет.

Решив не открывать шторы и дать Шиби еще чуть поспать, он стянул вещи со стоящего рядом стула и лениво переоделся. Заправив кровать и приведя комнату в относительный порядок, Кара принял утренние водные процедуры и непринужденно оттирая пальцем воду из уха, убедился, что друг до сих пор спит и вышел из комнаты.

Оглянувшись и не найдя ни одной живой души вокруг, юношеской непосредственностью вертя головой и следя за деревней Песка через окна, он прошел через коридор и спустился по лестнице, доходя до чёрного выхода гостиницы. Но едва ли открыв дверь, услышал доносящийся с улицы разговор незнакомцев через чуть приоткрытую дверь. Держась за ручку и замерев, он прислушался к происходящему.

Разговор шел спокойным тоном. Но Кара заметил, что в их словах и интонациях проскакивают насмешки и недовольства друг другом. Казалось, что если подлить еще чуть масла в огонь их обсуждения – они начнут уже повышать голос или вообще вцепятся в глотки.

В середине разговора голоса вдруг затихли, и он мотнул головой, собравшись выйти, но тут же ручка сорвалась из его ладони и дверь резко распахнулась настежь, а в проеме двери прямо напротив него появилась недовольная девочка лет тринадцати-четырнадцати, посмотревшая на него нахмуренным, недовольным взглядом.

– Неужели листовик решил пошпионить? – с подозрением и едва различимой угрозой в голосе предположила она. – Я тебе сейчас как дам поджопник, малявка, что ты даже в туалет ходить будешь бояться, и сверну уши так, что они до конца твоей жизни будут похожи на трубочки – подстать твоему подлому подслушиванию чужих разговоров!

Кара поднял перед собой в знак капитуляции руки и отступил на шаг, даже чуть побледнев от столь красочной угрозы.

– А то и оторву! – она махнула рукой и показала кулак. – Думал, я не замечу?

– Стой, я всего лишь собирался посидеть во дворе, – начал оправдываться Кара, поняв, что если и дальше будет стоять молчать, то она непременно исполнит свои угрозы, как минимум – поджопник уж точно даст! – Я случайно услышал ваш разгоряченный разговор и мне стало просто интересно!

– Любопытному мальчику на базаре нос оторвали! Слышал такое?

– Неужели такая «гениальная» куноичи растушевалась из-за обычного пацана? – раздался насмешливый голос позади нее.

За ее спиной показался необычного вида рыжеволосый парень. Он носит большой головной убор, состоящий из трёх остроконечных концов, словно корона, в котором также располагались: протектор Ивагакуре, кольцо и чёрная броня на щеках и на носу. Его губы растянулись в усмешке, пока он демонстративно хлопал в ладони.

Кара также быстро присмотрелся на девочку, а точнее на её тёмно-зелёные волосы, собранные в пучок иглой для волос, проходящей через него, и две пряди волос разной длины с оранжевыми кончиками, обрамляющие лицо.

Она быстро развернулась полубоком и кинула на парня ненавистный взгляд.

– Я ни разу не бахвалилась, если не заметил, неотёсанный ты человек! – девочка ткнула на него пальцем. – Как такой человек как ты попал на экзамен? Вижу, у вас там совсем печальная ситуация с генинами?

– Уж всяко лучше чем у вас, – парень пожал плечами, отмахиваясь от ее слов. – У нас то намного больше команд осталось после первого этапа, чем у кое-кого.

Кара кивнул, поняв в чем дело.

Девочка местная, представляет Сунагакуре на экзамене, а парень – из Ивагакуре. И в нынешний момент, в такой ранний час, они стоят на улице и спорят чья деревня лучше... Кажется, их даже не волнует, что сейчас проходит экзамен и нужно заняться более важными делами. Тренировками, например.

Кару окончательно добило то, что после очередных обидных, колких высказываний парень показал ей язык и усмехнулся, вгоняя ее в крайнее недовольство. А девочка резко завелась и вытянувшись, сжала ладонь в кулак, будто бы собираясь вмазать ему по лицу.

– На экзамене у вас будет достаточно времени, чтобы померяться своими... возможностями, – сказал Кара, сдвинувшись с места и встал возле них. – Я бы даже сказал – с избытком. Так к чему сейчас спорить?

– А никто и не спорит, я просто говорю очевидные факты, – хмыкнула куноичи, прямо посмотрев на парня. – Верно, Роши?

Парень неприязненно скривился. Вдруг его лицо неожиданно переменилось и приняло доброжелательное выражение:

– Конечно... нет, Пакура, – отрицательно мотнул головой Роши, и перевел взгляд на Кару. – Честно, мне бы не хотелось встречаться с ней на поле боя. Зачем это мне, чтобы посмотреть на ее труп, если она непременно сгинет на первых же минутах?

Пакура издала смешок и покачала головой, удивляясь его упертости.

– Да ты только попадись мне там, и я тебе покажу, как быстро может посыпаться камень на части, словно тающий пластилин на солнце. Последнее, что ты услышишь – это как хрустят и дробятся кости твоей головы и шеи. Я окроплю пустыню твоей кровью и измажу твои мозги по всей округе.

Кара кашлянул и удивлённо вытянулся в лице, как и сам Роши, который резко притих и в немом ступоре смотрел на нее, видимо, тоже оказался шокирован от того, как она красочно и в деталях обрисовала его судьбу.

Удовлетворившись произведенным эффектом, Пакура вновь хмыкнула, но уже с чувством гордости и победы.

Но вдруг издав короткий смешок, Роши прикрыл ладонью рот, попытавшись сдержаться, но не удержавшись, засмеялся во весь голос.

– А ты действительно достойный соперник! – неожиданно признал он. – Уж в красноречии я явно проигрываю тебе! Я то прямой как палка, что уж сказать... Признаю вину. Можешь спокойно потренироваться в том полигоне, я не буду больше докучать.

Пакура протянула ладонь и они пожали руки в знак примирения.

– Но мы можем найти компромисс, устроив небольшой бой, – предложил Роши, ухмыльнувшись и вызывающе выпятив грудь. – Немножко разомнёмся, если ты, конечно, не стесняешься.

Сморщив нос и направив на него пристальный, грозный взгляд, она согласилась.

Наблюдая за разгоревшимся спором двух упертых неординарных личностей, Кара быстро понял, что это прекрасный шанс разведать их способности к предстоящему этапу. Кто бы мог подумать, что подвернется такой удачный случай?

– Я могу побыть судьёй, – предложил он, подняв руку перед собой и привлекая их внимание.

Но как только они это услышали, на него устремились два недоуменных, скептичных взгляда, полные сомнений.

– А ты уверен, пацан? – спросил Роши, смотря на него сверху вниз, потому что был на голову выше.

– Я хоть и младше вас, но тоже не просто так принимаю участие на экзамене. Можете не сомневаться в моих способностях.

Задержав на Каре долгий, задумчивый взгляд, Пакура махнула рукой и развернувшись, направилась к выходу из двора, безразлично говоря Роши напоследок:

– Ну, по крайней мере, побудет свидетелем того, как я тебя размотаю.

Роши покачал головой и кивнув ему, двинулся ей вслед.

Тренировочный полигон оказался не так далеко от самой гостиницы. Потребовалось всего пять минут неспешного шага для того чтобы достичь ее. По пути они даже представились друг перед другом и познакомились. Теперь Кара больше не был безызвестным «малявкой» и «пацаном».

Когда они дошли до полигона, Кара прищурился и поднеся ладонь ко лбу, прикрыл лицо. Солнце Суны не щадило никого, но здесь, в пустом тренировочном полигоне, зной казался осязаемым. Воздух дрожал.

Роши и Пакура вышли вперед и встали в центре поля напротив друг друга, разделенные лишь парой десятков шагов и невидимым напряжением. Казалось, будто они готовились к смертельной битве, а не к тренировочному поединку.

Дождавшись, пока они закончат обмениваться колкостями, Кара дал отмашку начать, после того как они сложив руки, поклонились, выражая уважение к сопернику.

Секунда – и двое генинов резко сорвались с места. Последовал быстрый обмен ударами и уловив момент, Пакура резко нырнула под руку Роши и размашистым ударом сбоку припечатала кулак прямо ему в живот и быстро разорвала дистанцию, но ивовец не отстал и вновь навязал бой.

Движения Пакуры были сухими и точными, явно хорошо натренированные и отточенные, а удары коренастого Роши – сильные и сокрушительные.

Она грациозно отклонилась назад, пропуская мощный удар в нескольких миллиметрах от своего лица, и выбросила хлёсткий удар ногой в его корпус. Роши среагировал почти мгновенно и выставил предплечье, выставляя блок.

Он перехватил инициативу и обрушил серию ударов. Пакура была вынуждена отступать, ее подошвы оставляли глубокие борозды пыли. Она не пыталась блокировать сильные удары напрямую, вместо этого она мягкими касательными движениями отводила их в сторону, перенаправляя ярость его атак в пустоту.

Кара заметил, как в ее глазах проскочило сомнение.

И поняв, что глухая оборона только истощил ее, Пакура рванула вверх. Оттолкнувшись от его колена, взлетевшего в хай-кике, она сделала сальто в воздухе, и Кара удивленно присвистнул. Оказавшись за спиной Роши, куноичи нанесла мощный круговой удар в затылок, но он втянул голову в плечи и удар пришелся по касательной в плечо, заставив покачнуться. Не теряя ни секунды, Роши крутанулся на одной ноге, совершая подсекающий удар.

Пакура среагировала в последний момент и подпрыгнула, но Роши уже просчитал ее маневр. Поднявшись вслед за ней, он выбросил прямой апперкот. Она заблокировала его скрещенными руками, но сила удара подбросило ее еще выше, заставив кувыркаться в воздухе.

Приземлившись на одно колено, Пакура тяжело задышала. На ее щеке красовалась свежая царапина, а предплечья горели от плотных блоков.

В глазах Роши горел истинный азарт. Усмехнувшись, он признал:

– Твое тайдзюцу впечатляет, – с уважением произнес Роши, сжимая кулаки, вокруг которых на мгновение показалось едва заметное непонятное марево – явно предвестник какой-то техники. – Но камни не ломаются от ветра.

Пакура медленно поднялась, поправляя налобную повязку. На ее губах заиграла уверенная улыбка, а пальцы рефлекторно сложились в полузнак, готовые в любой момент создать технику.

– Сейчас мы это проверим, Роши, – хмыкнула она, переходя в боевую стойку. – Продолжим?

Кара непонимающе завертел головой, насторожившись. Согласно изначальным условиям, поединок должен был быть только в тайдзюцу. Но сейчас они явно собрались пустить в ход техники. После этого они точно не обойдутся простыми царапинами.

Они синхронно сорвались с места и звук столкновения кулаков разорвал секундую тишину. Пыль вокруг них взметнулась плотным кольцом.

Тайдзюцу подошло к концу и спарринг теперь перерос в опасное ниндзюцу. Быстро поняв это, Кара задумался, пытаясь найти способ остановить их.

Роши отпрыгнул назад и разорвал дистанцию, отскочив на добрую десятку шагов. Его пальцы стремительно замелькали в печатях, сформировывая технику. Аналогично поступила и Пакура.

Но в момент, когда они уже были готовы, Кара бросил между ними небольшую завёрнутую бумагу, которая взорвавшись, подняла большое облако дыма. И как только она начала исчезать, на него устремились два непонимающих, недовольных взгляда.

– Мы условились только на тайдзюцу, – объяснил он свой поступок. – Не думаю, что вашим наставникам понравится, если вы поубиваете или покалечите друг друга до начала второго этапа.

– Нельзя вот так бесцеремонно вмешиваться в чужой поединок, малявка, – сказала Пакура.

Лицо Кары мгновенно переменилось в недовольный от ее обращения, и он вздохнул, смирившись.

– Но в твоих словах есть смысл, – продолжил за нее Роши, подойдя к нему и уперев руки в бока.

– Да, все же, мы слишком разошлись, – признала Пакура, стряхивая руки. – В следующий раз мы встретимся уже на поле боя, поэтому у нас еще есть время подраться.

– И на завтрак, очевидно, мы не успели, – подытожил ивовец, глядя на солнце. – После разминки следует покушать, – и посмотрев на нее, он неопределенно хмыкнул. – Как виновница нашего несчастья и местный житель, ты обязана показать нам, где мы можем позавтракать неподалёку.

Лицо Пакура тут же удивлённо вытянулось и вздернув бровь, она поинтересовалась:

– С чего бы это? Не думаю, что нашим деревням понравится, если мы будем весело ходить за ручку и болтать, сидя за одним столом.

– Нет ничего зазорного в том, чтобы провести время в компании достойных шиноби, – сказал Роши, наставительно подняв палец. – Пусть мы и из разных деревень, но никто не запрещал нам уважать друг друга.

– Да и общаться нам никто не запрещал, – дополнил Кара, чуть призадумавшись.

Чуть поразмыслив, Пакура все же согласилась и отвела их в небольшую забегаловку рядом с гостиницей.

Кара рассматривал совместный завтрак как повод незаметно выудить у них информацию и узнать поближе своих будущих потенциальных противников, которые могут встретиться на следующем этапе. Впрочем, как подсказывала чуйка, они тоже рассматривали такую возможность.

Судя по спаррингу и сдержанным разговорам за столом, Кара понял, что они являются сильными и очень целеустремлёнными противниками. Как минимум, нужно опасаться сталкиваться с ними в ближнем бою, потому что у Роши сильные и мощные удары, которые зачастую находят свою цель и могут даже раздробить кости, если их пропустить. А Пакура очень быстрая и ловкая, умеет читать движения противника и совершать неожиданные манёвры. И если судить по тому, что каждый участник экзамена не стремится показывать свою настоящую силу, то эти двое намного сильнее, чем показанные возможности в спарринге.

Но из хороших новостей можно сказать, что они оказывается вполне адекватные люди, которые могут спокойно общаться и не грызться, стараясь разорвать глотку только из-за различия протекторов. Их мозги до конца не пропитаны пропагандой величия собственных деревень.

Одно было только удивительно, что во время первого этапа он не заметил их. Хотя возможно в этом и состоит суть – не привлекать к себе излишнего внимания слишком рано.

К окончанию небольшой посиделки Кара вежливо поблагодарил за пищу и ушёл обратно в гостиницу, не оставляя мысль о том, что в следующую встречу они уже не будут мирно сидеть за одним столом. Скорее всего, они ввяжутся в смертельную схватку ради победы.

– Где был ты? – сразу у двери в комнату спросил Шиби, сидя у себя в кровати, одетый в свой привычный балахон.

Но едва Кара успел что-то ответить, даже не подняв голову негодующим тоном его перебила Наори, сидящая возле стола и перебирающая сюрикены, разложенные на столе:

– Развлекался с нашими противниками.

Сняв сандали и плюхнувшись на мягкую кровать, погладил набитый едой живот и поправил ее:

– Если говорить точно: я собирал информацию.

– Ну и что же ты собрал? – неожиданно прозвучал голос наставницы из приоткрывшейся двери.

Орочи неторопливо вошла и закрыла за собой дверь. В ее глазах весело играли смешинки, и она склонила голову на бок, сложив руки на груди.

Чуть задумавшись, он коротко доложил и выложил всю имеющуюся у него информацию, а также про личности его случайных утренних спустников.

Неспешно проанализировав рассказанное, Орочи довольно улыбнулась.

– А ты оказался быстрее, чем я думала. Пока еще не знаю про парня, но эта девочка действительно сильна, и признана здесь одной из талантливых и сильнейших генинов Сунагакуре. На ее счету уже несколько «С» и «В» ранговых миссий, которые она выполнила совместно со своей командой и учителем. Но это все равно внушает уважение.

От услышанной похвалы Кара невольно улыбнулся, но тут же встретил недовольный взгляд Наори, которая опасно сжимала сюрикен в руке.

– Но это все равно было опасно. Они ведь тоже не дураки, хотят побольше разузнать о наших способностях чтобы подготовиться ко второму этапу. Что будет, если они решат нацелиться на нашу команду?

– Я не участвовал в их спарринге, да и ничего не рассказывал по поводу наших сил. По большей части мы побеседовали про наши деревня и обменялись предположениями, касающимися следующего этапа. Так как никто пока что не в курсе о сути предстоящего этапа, они были непрочь озвучить свои мысли в обмен на мои. Пакура сказала, что возможно нам дадут задание, которое обяжет нас сражаться с другими ради победы.

Кивнув, Орочи сказала:

– Что же, тогда нам следует обсудить вашу стратегию.

Глава 34

Кара зажмурился от яркого солнечного света и прикрыв лицо от солнца, посмотрел в чистое, синее небо.

Солнце стояло в самом зените, выжигая все остатки влаги из растрескавшейся земли. Вокруг простирались бескрайние барханы и скрывались за горизонтом, сливаясь с небом. Горячий воздух дрожал, а мелкие песчинки песка кололи лицо и забивались в складки одежды.

Он вел отряд сквозь зной, периодически сверяя маршрут по карте. Но чем дальше шел, тем больше его поглощало чувство, что он лишь одна из миллиардов маленьких песчинок в этой безмолвной, мертвой пустоши.

Кара достал флягу и отпил. Сухой ветер, казалось, обжигал легкие при каждом вдохе.

Наори шла рядом почти бесшумно, едва заметно покачиваясь от усталости и скрывая лицо за легкой тканью. Время от времени в ее глазах вспыхивал алый блеск шарингана – она сканировала местность на предмет вражеских засад и гендзюцу.

И лишь Шиби оставался невозмутимым и держался особняком. Половина его лица было скрыто за высоким воротником куртки, а глаза скрыты под тёмными очками. Вокруг его пальцев едва заметно вились его жуки кикайчу, которые вылетали и маленькими точками кружили над их головами, разведывая обстановку и позволяя Наори экономить силы.

– Примерно в радиусе километра вокруг нас нет ни единой живой души, – глухо произнес Шиби, даже не повернув голову.

Кара кивнул, задумываясь. Они шли уже полдня. Никто не жаловался, но ему было видно, что все уже устали от долгого марша, как и он сам.

Он покачал головой. Видимо, долгий путь к Сунагакуре его ничему не научил, раз не сумел грамотно просчитать путь и учесть все вытекающие проблемы, которые могут настигнуть их. Нужно было передохнуть и переждать зной пустыни, иначе они скорее выжгут всю свою чакру, чем дойдут до точки назначения или еще хуже – встретят врагов.

Кара поднял руку, призвав всех отдохнуть, и указал на небольшой скальный навес, едва защищавший от солнечных лучей.

Они укрылись в тени раскалённых камней. Шиби сразу сел, скрестив ноги, и пустил по земле цепочку своих жуков-разведчиков, которые тут же зарылись в песок. Наори опустилась спиной на скалу, тихо вздыхая, и прикрыла глаза.

Кара сел напротив и потянулся к подсумку. Он достал аккуратно свернутую в квадратик карту и развернул его, ставя перед собой на песок.

Наори открыла глаза и посмотрев на карту, тихо спросила:

– Долго нам идти еще до руин? Мы не сбились с пути?

Не отрывая твердый взгляд от карты и прочерчивая карандашом пройденный путь, параллельно рассчитывая дальнейшее направление движения, сказал:

– Таким темпом мы действительно начнем просто бесцельно бродить по пустыне, – вывел итог он, резко потяжелев взглядом. – Карта не точная или устаревшая, либо вообще фальшивая.

Наори раздраженно выдохнула и закатила глаза.

– Экзаменаторы подсунули нам фальшивку?

– Местность совсем не совпадает с нашим местоположением, – ответил Кара, задумчиво стуча карандашом по карте. – Ошибиться здесь трудно, потому что ориентиров в пустыне, честно говоря, довольно скудное количество.

– Как бы то ни было, кроме этой, поблизости не будет тени ни единой, – ровным тоном сказал Шиби, поправляя воротник и присоединяясь к разговору. – Переждать жару здесь будет решением правильным.

– Долго сидеть здесь нельзя, – тихо, но твердо отозвалась Наори. – Учитывая размеры пустыни, времени у нас не много, а Сунагакурцы ориентируются здесь намного лучше нас. Нам нужно поскорее раздобыть языка, пока время не истекло, – она сняла плотную тканевую перчатку без пальцев и посмотрела на символ неба, прочерченный в своей ладони.

Кара молча кивнул, всматриваясь в горизонт. Суть второго этапа экзамена была одновременно простой и жестокой — захватить конкретного заложника из вражеского отряда, чья ладонь клеймена особым символом: неба или землей. Все почти в точности также, как и было в каноне, за исключением того, что вместо свитка – живой человек, которого нужно было приволочь к заставе экзаменаторов в течение трех дней до окончания этапа. В их команде этой живой мишенью была Наори Учиха, которую выбрали экзаменаторы.

Он перевел взгляд на свою перевязанную лентой руку, которая якобы скрывала «символ» и должна была отвлечь внимание врага на него, прикрывая настоящую носительницу символа.

Кара убрал карту и привалился спиной к камню, не сводя глаз с колеблющегося горизонта. Он достал флягу и подал Наори, спрашивая:

– Я никогда не интересовался, но позволь спросить, зачем ты хочешь получить звание чунина? Ты еще слишком юна, спешить некуда. Нас ведь и то насильно выперли из академии. Было бы неплохо переждать еще хотя бы годик, прежде чем повышать звание.

Наори благодарно кивнула и отпив, лаконично ответила:

– Ради того же, о чем желаешь ты – добиться уважения в клане.

Шиби резко вскинул голову.

– Один из моих жуков погиб, наткнувшись на невидимый барьер неподалёку, – быстро сообщил он, поднявшись. – Прямо перед нами. Триста метров, чуть левее бархана, – шорох под его одеждой угрожающе зашипел.

Кара мгновенно подобрался, а его пальцы привычно легли на рукоять танто.

Глаза Наори вспыхнули багровым цветом, а одно томоэ в зрачках бешено закружилось, впиваясь в пустоту перед навесом. Оценив обстановку, она сказала:

– Кто-то использовал оптическую иллюзию. Кажется, это не просто слежка, они сидели там все время, пока мы находились тут.

Кара на секунду прикрыл глаза, просчитывая ситуацию. Его стихия молнии требовала точности и скорости, а на такой жаре открытый бой на дистанции истощит их быстрее, чем противников, которые наверняка привыкли к песчаному ландшафту. Нужно было действовать наверняка.

– Наори, сможешь удержать их визуально, если они бросятся в атаку? – шепотом спросил он, аккуратно готовясь к применению техники шуншина.

– Мой шаринган отчётливо видит их чакру, – отозвалась она.

– Шиби, пусти жуков под песком в обход, – скомандовал Кара. – Отрежь им путь к отступлению. По моей команде...

А этот момент марево над дальним барханом дрогнуло и в их сторону стремительно бросились три тени. Видимо, поняли, что их раскрыли.

Наори среагировала первой. Шагнув вперед из тени навеса, она поймала взгляд лидера несущейся на них тройки. Ее Шаринган крутанулся, мгновенно погружая противника в иллюзию. Вражеский шиноби на бегу резко замер, его глаза остекленели, а руки безвольно опустились. Из-за его внезапной остановки строй Суны сломался.

Кара воспользовался возможностью и сорвался с места, используя шуншин. Возникнув перед дезориентированным противником, выхватил танто. Клинок, искрящийся молнией, легко рассек воздух и выбил оружие из рук врага, заставляя его отпрянуть назад и отступить, оставляя товарища.

Второй противник оказался отрезан от своего отряда, когда за его спиной из под песков взметнулись черным роем жуки Шиби, которые облепили сунагакурца, лишая его возможности двигаться.

Наори прервала свою иллюзию и взгляд, направившийся на захваченного противника, резко дрогнул:

– Назад! Это не человек! – крикнула она.

Его напитанный молнией клинок направился к шее сунагакурца, и его сердце испуганно пропустило удар. Вместо человеческой плоти танто наткнулось на сухую древесину.

Облик пленника пошёл трещиной. Иллюзорное превращение рассеялось и перед Карой возникла уродливая кукла, чья голова неестественно скрутилась с характерным скрипом, а из рта со свистом вырвалось облако отравленных игл.

Кара среагировал чисто на инстинктах, мгновенно уйдя с линии атаки. Раздался глухой стрекот — иглы прошили воздух там, где он только что стоял, и глубоко вонзились в песок, который тут же окрасился в зловещий фиолетовый цвет от яда. А рой жуков Шиби впустую хрустел сухим деревом, не находя чакры для поглощения.

Невдалеке с тихим шорохом поднялась фигура в глухом плаще Суны. На его пальцах едва заметно подергивались тончайшие синие нити чакры, уходящие под землю прямо к марионеткам. На лице парня застыла хищная, торжествующая усмешка. Куклы за его спиной взлетели вверх, обнажая скрытые лезвия.

Шаринган Наори быстро сфокусировался на летящих марионетках, от который отбивался клинком Кара. Сквозь деревянную обшивку она увидела сплетения скрытых пружин, чакры и уязвимые места, о которых тут же рассказала Шиби.

Шиби молча кивнул и его рой жуков быстро раздвоилась, перестроилась и облепили кукол, точечно забиваясь внутрь указанных Наори механизмов. Раздался сухой, надрывный треск – шестерёнки кукол заклинило и они повисли со сломанными конечностями.

Кукловод озадаченно нахмурился, пытаясь вернуть контроль, но было уже поздно – Кара закончил составлять ручные печати и отправил в его сторону шаровые молнии.

Раздался дикий крик боли и кукловод парализованно упал на колени, содрогаясь судорогами, а его куклы замертво посыпались вниз.

– Мои жуки уже не справляются! – крикнул Шиби, сдерживавший второго противника, который подобрав свой клинок и сгруппировавшись со своим очухавшимся командиром, шёл на подмогу кукловоду.

Но Наори внезапно замерла, а ее глаза резко расширились от поступившего напряжения. Ее шаринган зафиксировал неестественное, колоссальное движение чакры глубоко под землей.

Песок под ногами парализованного забурлил. Раздался глухой, утробный гул, от которого задрожала скала рядом. В следующее мгновение под кукловодом и Карой образовывалась воронка.

Наори оттянула его назад за плечо, а кукловода, затягивавшегося в песочную воронку, схватил за руку внезапно возникший рядом его командир и вытащил.

Земля разверзлась и из воронки взметнулось огромное чудовище, покрытое хитиновым панцирем и с сотнями вращающихся острых зубов пастью – это был огромный кольчатый червь Пустыни. Оно подняло за собой тонны песка и встало между двумя командами.

– Бежим! – резко скомандовал Кара, быстро оценив сложившуюся обстановку и заметив, как вражеский отряд сверкая пятками стремительно убегал.

Они сорвались с места одновременно. Времени на раздумья не оставалось. Огромная тень червя уже нависла над ними, готовая обрушиться и раздавить их своим многотонным телом.

Наори на бегу выхватила три куная с взрывными печатями и точным броском отправила их прямо в пасть монстра.

Раздался оглушительный взрыв. Вспышка и густой дым на секунду дезориентировали чудовище, заставив его яростно закрутить головой. Эта короткая заминка дала им несколько секунд.

Кара, замыкавший отряд, на бегу резко развернулся. Вновь сконцентрировав молнию на лезвии клинка, он с силой ударил по скальному навесу, под которым они недавно отдыхали.

Мощный электрический взрыв раздробил камни. Огромные валуны с грохотом обрушились вниз, прямо на траекторию движения монстра, создавая массивные завалы и поднимая плотную завесу из каменной пыли.

Визг разъяренного червя остался позади, заглушенный грохотом падающей скалы.

Их отряд на пределе сил преодолел последний песчаный гребень и скрылся в складках каменистого рельефа, оставив чудовище позади и проскальзывая в глубокую тень каменистой расщелины.

Кара опустился на одно колено, тяжело дыша и пытаясь восстановить дыхание. Далеко позади все еще слышался глухой рокот беснующегося червя. Останься они там сражаться, то потратили бы все силы и чакру на это чудовище пустыни.

– Не зря называют это место Пустыней Демона, – сказала Наори, прислонившись к стене и утирая пот со лба.

Ее шаринган медленно отключился и вернул глазам привычный темный цвет.

– Но мы упустили кукловода, – сокрушённо продолжила она. – Я видела в его ладони символ земли. Мы облажались.

Мотнув головой, Кара внимательно оглянулся.

– Если моя память или карта не врет, то где-то неподалеку должен быть оазис, где мы можем набраться сил, – вывел итог он, оглядывая товарищей.

– В местности этой один он, – напомнил Шиби, чуть расстегнув воротник куртки. – Опасно может быть это.

Кара согласно кивнул:

– Да, и это как раз может сыграть нам на руку. На фоне этой невыносимой жары туда будут стекаться все команды. Думаю, хоть кто-нибудь, но все же рискнет туда сходить, а мы будем на подхвате.

– Затея интересная, но тогда нам нужно тщательно все разведать на предмет вражеских отрядов.

Кара взобрался на вершину расщелины и прошерстив взглядом округу, дал ориентировку Шиби, который потом пустил своих жуков-разведчиков. А сам для надёжности сканировал местность сенсорикой.

Спустя полчаса Шиби медленно поднял руку. На его указательный палец приземлился один из его жуков.

– Оазис находится у подножия Трех Сестер, действительно совсем недалеко от нас. Но наперерез нам туда движется один отряд. Если выступим сейчас, то успеем устроить засаду на их пути к воде.

Кара поднялся с земли, поудобнее перехватывая танто.

– Тогда выступаем сейчас же.

Вжавшись в скалы и стараясь не поднимать пыли, три тени бесшумно двинулись в нужную сторону. Но оазис встретил их мертвой тишиной. Вода в небольшой озере казалась жидким стеклом, а редкие пальмы застыли, не шевеля ни одни листом.

Они заняли позиции на скалистом выступе прямо над единственной тропой, ведущей к воде.

– Я чувствую приближение, но их четверо, – нахмуренно сообщил Кара, переглядываясь с таким же непонимающим Шиби. – Если все обойдется без казусов, то следуем нашей стандартной тактике. Я пойду в лобовую атаку под твоей поддержкой, а Наори своим шаринганом координирует наши действия и берет на себя остальных.

Вдруг Наори злостно шикнула, и как только они повернулись, она запустила кунай в застывший в воздухе глаз, который при повреждении рассыпался в песок.

– Вот гадство! – прикрикнул Кара, обнажая танто и становясь в боевую изготовку вместе с остальными.

– Нас раскрыли, – сказала Наори, внимательно прощупывая округу шаринганом.

И вдруг из ущелья поднялась толща золотистого песка, где на изголовье возвышался парень с темно-красными волосами и с жестким, враждебным выражением лица. Он расслабленно стоял сложив руки на груди и смотрел на них свысока словно на тараканов под его пятой.

– Шиноби из Листа, – поприветствовал сунагакурец, – если вы сейчас же отступите, я дам вам уйти... сохранив жизни. Оазис уже занят моим отрядом.

Внутри Кары проснулись какое-то непонятное, знакомое ощущение, когда он смотрел на парня и золотистый песок, над которым тот стоял. Неужели это тот, кто в будущем станет Четвертым Казекагой и отцом Гаары – Раса?

– Какое великодушие! – насмешливо ахнула Наори. – Не слишком ли ты много на себя берешь?

– Нам нет нужды сражаться, девочка с шаринганом, – намекнул Раса о своей осведомлённости и угрожающе вскинул руку вверх, поднимая песок возле себя.

Учитывая то, что Кара обнаружил четыре источника чакры, скорее всего отряд Расы уже захватил заложника и ведёт его к заставе. Именно поэтому он еще не атаковал. И значит, что у них в отряде уже собраны символы.

Кара существенно напрягся, активно зашевелив извилинами мозга. Перед ним встала дилемма: атаковать и забрать у них нужный для них символ, быстро закончив с экзаменом, либо же отступить, избежав кровопролития, но отказавшись от заложника.

Оба варианта взаимоисключали друг друга. Если же при первом варианте исход битвы неизвестен, то во втором они останутся целы и невредимы, но когда еще такая возможность может подвернуться? Учитывая то, что они пришли к оазису, значит они вымотаны и устали после сражений.

Возможно, перевес сил благоволит.

Пока Наори обменивалась колкими любезностями с будущим Казекаге, Кара кинул быстрый взгляд на Шиби, который едва заметно пожал плечами, давая ему свободу выбора дальнейших действий.

Но едва ли он успел сделать выбор, подсказка пришла неожиданно и шумно: возле оазиса прогремел громкий, раскатистый взрыв.

Лицо Расы вдруг исказилось от злости. Не давая времени всем опомниться от неожиданности, он сложил печати и поднял большую волну песка, которая стремительно направилась в их сторону.

Отряд быстро спрыгнул вниз с обрыва и вжались в скалу, цепляясь чакрой за вертикальную поверхность и друг за друга, нависнув над тропой. Огромная волна золотистого песка прошла мимо, плотным водопадом устремляясь вниз и засыпая охранявшего вход в тропу неизвестно откуда взявшегося щуплого киригакурца. Тот не успел даже среагировать.

– Что произошло? – спросила Наори, активно вертя головой и анализируя окрестности шаринганом, повиснув в вертикальном положении.

– Киригакурцы пришли? – предположил Кара, и поудобнее перехватив танто, направил взгляд в сторону оазиса.

Его глаза расширились от удивления и ужаса: видимо, взрывом тело какого-то генина из Суны расплющило на части. Земля была окрашена кровью и засыпана частями тела и внутренностями. А отрубленная голова второго генина валялась возле воды. И на фоне всего этого в яростной схватке Раса сцепился с необычайно длинным, худым парнем в странной маске, орудующим двумя окровавленными мечами и прочными, чакропроводящими лесками. В нем Кара сразу узнал Кушимару Куриараре – будущего члена Семи Мечников Тумана.

Где-то в сторонке расположился второй туманник, избивавший еле держащегося на ногах израненного парня из Ивагакуре.

– Кажется, наше вмешательство здесь излишне, – хмуро сказала со смешанными чувствами Наори, разглядывая поле боя.

Это было ужасная картина. И больше всего удивляло то, что обычный экзамен на чунина превратился в самый настоящий ад; в войну, где отрядам приходится биться насмерть ради выживания и победы.

Внутри Кары появилось сомнение: Раса в один миг лишился всей своей команды всего лишь оставив их ненадолго и приняв неверное решение. Он не хотел подобной участи для своей команды и повторять его промах.

– Верно, отступаем, – скомандовал Кара, решив не сражаться с монстром Кушимару и разъяренным Расой.

– Подождем пока они выдохнутся? – спросила Наори.

– Победителя должны устранить мы, дабы избавиться от врагов сильнейших, – Шиби поддержал ее.

– Действуем по ситуации, а пока назад, – сказал Кара, перелезая обратно на скалу.

Глава 35

Наблюдая за развернувшимся перед ними разрушительным и жестоким сражением, Кара сидел на одном колене и пригнувшись, чтобы два схлестнувшихся между собой монстра ненароком не засекли его. Его примеру также последовали и остальные.

Раса атаковал своим золотым песком и пытался раздавить и расплющить им кирийца, но Кушимару не давался, постоянно ловко уворачиваясь и разрезая плотную толщу песка своими мечами и леской, либо контратакуя своими редкими техниками. Будущий Мечник все никак не мог опутать Расу своими лесками и достать его хотя бы на расстоянии, потому что он постоянно двигался над землей благодаря своему песку и не давал ему приблизиться.

Это была настоящая битва на истощение. Мечник когда-нибудь устанет крутиться по полю боя и пропустит удар, тут же оказываясь раздавленный песком, либо Раса все же подпустит туманника к себе и его нашинкуют острыми мечами как рыбу.

В ход шло все снаряжение: начиная от взрывных печатей до дымовых бомб. Раса не давал Куриараре продыху и времени на формирование техник, гоняя по всему полю боя.

– Таким темпом его мечи скоро просто затупятся, – тихим голосом сказала Наори, наблюдая за танцем Кушимару. – А без своих мечей, думаю, он проиграет.

– Шумно слишком, – подметил Шиби. –Команды другие прибежать могут на шумиху эту. Тяжко будет потом.

Кара кивнул и оглянулся, сосредотачиваясь на сенсорных способностях и сканируя местность на предмет неожиданных гостей. Но сенсорика молчала.

Шиби был прав. Если к их местоположению сбегутся еще команды, то вокруг развернется самая настоящая война – а в этом Кара не сомневался, потому что еще на первом этапе видел настрой всех генинов. Они были решительны и не испытывали никаких сомнений по поводу убийств.

Но пока они сидели скрывшись и втихаря ждали удобного момента ударить исподтишка, Кара ощутил быстрое приближение еще одной команды. И спустя полминуты из тропы вылетели три тени, стремительно рванувшие в сторону битвы. В одной из них он узнал Пакуру.

Видимо, пришли на подмогу своему товарищу, ведь как бы то ни было, несмотря на правила экзамена, любые шиноби более лояльнее и дружелюбнее относились к своим соотечественникам. А сейчас как раз тот самый момент, когда им нужно помочь друг другу.

– Приближение команды ещё одной засек я, – оповестил Шиби, стягивая своих жуков обратно под воротник и рукава. – Жарко слишком стало.

Переглянувшись с нахмурившейся Наори, Кара удостоверился в своих мыслях и кивнул:

– Отходим, попытаем удачи в следующий раз.

Кара вернул танто обратно в ножны и махнув рукой, рванул вместе с командой прочь от оазиса – места, которое скоро станет могилой для многих генинов.

И когда они перепрыгивали на другую сторону скалы, в нём появилось какое-то странное, одновременно неведомое и знакомое чувство. Стало тяжелее дышать, а нутро начало говорить, что нужно быстрее отступить. Возникло непонятное ощущение опасности, источник которого он не смог найти, повертев головой.

И в момент, когда Кара перевел взгляд вперед, то словно весь мир вокруг него замедлился – прямо на него стремительно приближалось опасно сверкнувшее на солнце лезвие. Казалось, будто он увидел отражение своих испуганных, широко раскрытых в замешательстве глаз.

Всего мгновение и Кара опускает голову, пропуская клинок прямо у себя над головой, и тут же боковым зрением заметил рядом в непосредственной, опасной близости маленькую девочку, злобно оскалившуюся своими острыми, акульими зубами и держащей в руках танто, которое чуть не разрубило его голову пополам. Миг – и он, затормозив, перевернулся и крутанувшись на месте, уклонился от следующей атаки и спрыгнул вниз со скалы – на дно ущелья, не найдя больше пространства для маневра. Она оттеснила его от команды.

Его рука отточенным движением выхватила и обнажила танто за его спиной, как только он приземлился на землю. За ним тут же последовал враг.

Уперев в нее взгляд, он убедился, что перед ним действительно стояла девочка с бордовыми волосами и акульими зубами. На ее губах играла усмешка, а на лбу висел протектор Тумана. Если судить по ее росту, то она была одного возраста с ним, но намного кровожаднее и с мастерством владения двумя мечами она точно была в ладах.

– Мальчик из Скрытого Листа, – она ухмыльнулась, покрепче сжимая два меча в своих руках.

Кара скосил взгляд вверх и подметил, что товарищи наверняка остановились и уже разворачиваются к нему обратно на подмогу. Но этого момента хватило, чтоб туманница воспользовалась ею. Мечи в её руках резко вспыхнули молнией и он в последний момент успел парировать быструю атаку, отводя клинки в сторону и с разворота припечатал пятку в ее ребра, отбрасывая в сторону.

Она перекатилась по земле и встав на колено, оттолкнулась от опорной ноги и словно со скоростью молнии рванула прямо на него. Легким прыжком туманница атаковала сверху, обрушивая лезвия.

Кара резко отпрянул назад и клинки вонзились в камень, пустив по скале молнию, отчего порода мгновенно растрескалась. Он вновь активировал райтон и его танто окутало жужжащее синее пламя чакры. Кара поперся напролом, занося клинок и целясь в ее незащищенный блок, но она необычайно резво уклонилась и крутанувшись на месте, махнула клинком, оставляя царапину на его правом предплечье.

Отступивший назад Кара быстро пробежался взглядом по округе и лишь еще больше разорвал дистанцию, метнув кунай со взрывпечатью. Она пролетела под углом вверх мимо лица противницы.

Туманница чуть отвела голову в сторону и с ухмылкой проводила взглядом пролетающий мимо кунай.

– Чуть-чуть промах... – насмешливо начала было говорить она, но нахмурилась, когда сзади прогремел взрыв и на нее начали падать обломки породы, рухнувшие лавиной вниз и грозя похоронить ее заживо. – Слишком медленно! – рявкнула куноичи.

Она не стала уклоняться, вместо этого скрестив мечи перед собой.

Кара сразу узнал технику и понял ее намерения. Он прочитал ее движения, потому что сам применяет данную технику.

Шаровые молнии сорвались с ее клинков, в упор дробя летящие валуны в мелкий щебень. И тут же сквозь облако каменной крошки пулей вылетела туманница и нанесла серию молниеносных колющих выпадов. Кара едва успел их парировать, пятясь назад. Каждое столкновение высекало снопы искр, которые мгновенно гасли на песке.

Подгадав момент, Кара отвёл ее атаку в сторону и прыгнув на массивный валун рядом, оттолкнулся от него и зашёл за ее спину. Воткнув клинок в землю, сожил несколько печатей и создал электрический разряд, замечая, как куноичи резко ухмыльнулась и по ее лицу прошлись искорки молний. Кара ужаснулся – она пропитала себя и свое оружие чакрой Стихии Молнии.

С руки Кары вырвалась молния, словно луч выстрелив в сторону туманницы, но туманница не отставала – в его сторону направился чудовищный заряд молнии – она тоже закончила формировать технику. Его выпущенный луч пронзил поднявшийся заряд молнии и тут же утонул в нем, формируя искры от столкновения и ярко вспыхнув, взорвался.

Прогремел взрыв.

Кару отбросило назад вместе с клинком на обломки скал. Мышцы парализующе сковала молния. В нос ударил запах гари и паленой ткани – он подсознательно признал, что техника туманницы однозначно была сильнее его. Пока он экономил чакру, она щедро зарядила свою молнию.

Стиснув зубы и пытаясь перебороть дрожь в теле, Кара медленно поднялся, ища взглядом противницу. Она поднималась из-под валуна и раздражённо кривилась от боли. Видимо, все таки его луч молнии задел ее.

– Сумасшедшая, – зло сплюнул Кара, подбирая меч с земли и вставая на одно колено от слабости. – Нас могло завалить камнями.

Он пытался восстановить дыхание, наблюдая, как противница пыталась сделать то же самое.

И вдруг резко вскинув голову, туманница одним прыжком мастерски приземлилась на вертикальную поверхность и рванула вверх по скалам.

****

Наори чуть пригнулась и уклонилась от брошенного ей в лицо куная, чье лезвие со свистом рассекая воздух, проскочило мимо ее головы, чуть поцарапав мочку уха. Шаринган в её глазах бешено закрутился и сосредоточился на двух шиноби Тумана, ловя каждый блик на их оружии.

Она чувствовала, как теплая кровь стекает по ее уху и капает на плечо.

Рядом замер Шиби, из-под куртки которой готовились вырваться его жуки. Он быстро оглядел вставшую на пути парочку и свою напарницу.

– Одна из них унесла Кару вниз, –сказала заметившая пропажу Наори.

Туманник сорвал с плеча свой балахон, а его напарница резко вскинула руки вверх. Десятки тончайших металлических нитей со свистом разрезали воздух.

Наори сорвалась с места и с помощью шарингана ловко уворачивалась от траектории ударов нитей. В один прыжок она разорвала дистанцию, отталкиваясь от раскалённого под солнцем валуна и на лету выплетая пальцами отточенные до автоматизма знаки. Огромная сфера пламени сорвалась с ее губ и яростной силой бросилось в сторону противников.

Туманник среагировал мгновенно, вонзив свой клинок в землю и сложив печати, в завершении которых он мощно припечатал ладони в землю. Порода встала дыбом.

Огонь Наори с гулом разбился о гранитный щит, плюясь искрами. В воздух поднялась удушливая гарь.

Шиби этого ждал. Из-за каменной гряды выплеснулось черное марево жуков, которые разбившись в три стремительных потока, обтекали преграду низом сквозь поднявшийся дым и облепили ноги туманника. Хватило секунды, чтобы они прогрызли плотную ткань брюк и впились в плоть, начиная высасывать и пожирать чужую чакру.

Парень хрипнул. Ноги подогнулись и он рухнул на землю, теряя сознание от резкой потери чакры.

Туманница разозлилась и рванула на помощь, доставая запасные нити, но Наори встала на ее пути, навязывая ближний бой и рассчитывая дать Шиби возможность атаковать ее сзади.

Ее шаринган помогал ей предугадывать почти каждое движение туманницы, и поэтому Наори не давала ей пройти.

Туманница с характерным скрежетом и лязгом от удара железа об железо парировала атаки ее клинка кунаями, от столкновений которых в воздух взмывали мимолетные искры. Метнув быстрый взгляд за спину она увидела тихо подкрадывающихся к ней жуков.

Заметив, что туманница догадалась, Наори усилила свой напор, вкладывая в каждую атаку еще больше сил и до боли в костяшках пальцев сжимая рукоятку клинка. Ей никак не удается пробить ее защиту. Раздражённо до скрежета стиснув зубы от очередного парирования, она разозлилась. Широко замахнувшись, она от злости вложила все свои силы и воспроизвела слишком размашистую атаку.

Туманница воспользовалась моментом и временем, быстро рассчитая траекторию ее атаки и ловким движением отвела кунаем в сторону ее клинок, уводя всю его разрушительную силу в пустоту.

Лицо Наори испуганно вытянулось от понимания, что она теперь была открытой мишенью. Она не успеет поднять клинок для защиты, как и уклониться, даже несмотря на шаринган. Противница была слишком близко.

Как только клинок ушел в сторону, туманница вскинула свободную правую руку, в которой опасно сверкнул кунай, направленный острием прямо на нее. Миг – и противница произвела быстрый, прямой удар кунаем.

В глазах Наори резко потемнело, а в голове за долю секунды проскочило только одно слово: «смерть». Она почувствовала, как ее шею обожгло острой болью. Тьма быстро отступила и она шокировано замерла, неверяще вытаращив глаза и шумно, жадно вдыхая воздух.

Туманница отпрыгнула в сторону и спешно уклоняясь от преследовавших ее роя жуков, с болезненным рыком вынимала из предплечья правой руки кунай Шиби, которую он кинул чтобы отбить ее атаку. И, можно сказать, успешно сработал.

Шиби притянул к себе Наори за плечо и нахмуренно вгляделся в ее окровавленное лицо и рану шее. Но их ослепила яркая вспышка молнии, вызвавшая в последующем мощный взрыв, уничтожившая все его жуки.

В эпицентре взрыва стояла туманница с бордовыми волосами.

Рядом с ними возник потрепанный, измотанный Кара. Быстро оценив обстановку, и пользуясь появившейся возможностью на передышку, пока туманницы оттаскивали в сторону едва живого товарища, спросил:

– Как она?

– Рана поверхностная, – быстро доложил Шиби, держа напарницу возле себя. – Артерии не задеты.

– Все в порядке, иначе уже истекла бы кровью– сказала пришедшая в себя Наори, прижимая руку к кровоточащей ране. – Кровь на лице не моя.

– Отступаем, – твердо сказал Кара. – За эту минуту меня чуть не нашинковали как рыбу, – устало рассказал он, с нескрываемым недовольством на лице. – Они очень сильные и опасные.

– Но ранены и обессилены они, – возразил Шиби, выпуская из-под рукавов новых жуков. – Захватить символ стоит нам.

Кара посмотрел на обмотанную повязку на руке и тяжело вздохнул. Эта ленточка прям уж очень много проблем вызывает. Всякий враг, подкравшийся незаметно или напрямую выступивший против, сразу целит свое оружие именно на него. Быть приманкой и отвлекающим маневром очень тяжко. Слетаются словно пчелы на мёд.

Кара поднялся с земли и поправил съехавший в сторону протектор, быстро оглядывая местность. За последний час это место стало слишком опасным. Здесь начало собираться слишком много команд, жаждущих добить уцелевших противников и впоследствии с лёгкостью захапать себе все трофеи. Одним словом – стервятники.

– Это Ринго Амеюри, – сказала Наори, узнав девочку с бордовыми волосами. – Парнишка без сознания, да и вряд ли все равно сможет ходить, поэтому нам остается победить ее и добить вторую.

Кара глянул на Наори и все понял по ее взгляду. Проигрыш, нанесенный ей ранее, задел ее гордость и обязывал быстро расквитаться с обидчиком.

Видимо, его никто даже не спросит, стоит ли продолжать битву. Все уже решили сами.

Кара кивнул. Все же количественный перевес был на их стороне, что радовало.

– Тогда я беру Ринго на себя, а вы разберитесь с остальными. Главное – тщательно присматривайте друг за другом и прикрывайте, – сказал он и перевел взгляд на сгруппировавшихся противников.

Девушка с окровавленной рукой пыталась привести товарища в чувство, пока Амеюри стояла перед ними и в упор смотрела прямо на него внимательным, цепким взглядом, словно пыталась прожечь в нем дыру. Клинок в ее руке окутало искрами молнии.

Никто не собирался отступать.

Не отрываясь от гляделок с Ринго, Кара кивнул, обнажил клинок и провел по нему молнию, давая понять, что тоже готов возобновить ранее незаконченный бой.

Амеюри насмешливо склонила голову на бок и кровожадно ухмыльнулась. Она медленно подняла руку с небольшой, тканевой сферой в руке, и кинула ее на землю.

Пространство перед ними окутало густым дымом, сквозь которую опасно сверкнула синяя вспышка молнии.

– Готовьтесь! – прикрикнул Кара, занося вперед заряженный клинок и бросаясь навстречу.