Хозяйка дома сироток и Генерал драконов

Глава 1

Снежинки кружили перед моим внутренним взором. Я видела серое бесконечное небо… Ничего, кроме него и белых мушек, которые падали и липли к моим ресницам. Я чувствовала, как по пульсирующему виску стекают горячие ручейки, а в ушах стоит музыка из радио, что играло в моём швейном цеху через громкоговорители. Я слышала гул голосов работниц в мастерской и стук многочисленных швейных машинок.

Сквозь шум неожиданно пробилась сирена скорой помощи, но я мысленно отмахнулась от её визга, как от назойливой мухи и с удовольствием прислушалась к маминому голосу, к чарующей мелодии колыбельной, которую она пела, сидя на краю моей кровати; к гулким ударам топора отца во дворе. Чудилось, что даже запах древесины и свежего куриного супа донеслись до моих ноздрей.

Я увидела яркий свет блуждающего медицинского фонарика, но лишь досадно поморщилась: он мешал мне смотреть.

Затем снежинки превратились в маленькие огоньки, разжигающие дикую боль в груди. До ушей донёсся еле слышный хор, напевающий «с днём рождения» на мой недавний семидесятилетний юбилей, но звук начал ускользать, и я пыталась ухватиться за него, послушать ещё немного. Но он совсем затих, как и всё остальное вокруг. Темнота и тишина… Может, этого мне и не хватало последние двадцать лет? Кто знает, кто знает…

Но тьма не успела поглотить моё сознание полностью, вдруг там, в центре груди, где недавно полыхал пожар, оставив после себя зияющую пустоту, ощутила необъяснимое волнение, дыру стремительно наполнял свет, ведущий меня через мрак к тем, кому я была нужна, жизненно необходима.

Я проснулась от невыносимого холода.

Резко распахнула глаза и тут же закашлялась, хватая ртом такой сладкий живительный воздух.

Отдышавшись и усмирив перхоту, попробовала понять, где я. Но пелена перед глазами не давала ясно видеть. Может, в результате аварии и сильного удара головой, повредились зрительные нервы? Повернуть шею было невыносимо тяжело, и я лежала, как бревно в поленнице. Пальцы шевелились, что было уже хорошим знаком.

Смежив веки, постаралась утихомирить разыгравшееся воображение, будто я ослепла и теперь вот так незрячей проведу всю жизнь… Медленно распахнула веки второй раз: картинка прояснилась, а открывшийся вид неприятно удивил: я оказалась полностью укутана в какое-то полотно.

Внезапно в мою голову бурным потоком начали литься воспоминания. Но я не узнавала их, словно на перемотке проживала чужую жизнь. Жизнь молодой девушки, которую звали Брианной... Перед взором проносилось беззаботное детство, множество красивых кукол и четверо старших братьев и сестёр. Ссоры родителей, и долгая дорога в женский пансион из зажиточных семей при аббатстве. Расплывчатые лица монахов-учителей, плач маленькой девочки, в которой видела себя, хоть это и было не так. Видение казалось столь реальным, что я даже почти поверила, что вижу собственную жизнь, стремительно бегущую перед закрытыми веками.

Голова начала раскалываться от неожиданного наплыва кадров из чужой жизни, словно вытесняющие мои мысли о недавнем родном прошлом. Это был не конец. Нет, только не он. Увидела, как закончила учёбу, как рвалась отправиться домой, но вместо этого, аббатиса сажает меня перед собой и рассказывает, что родители отдали меня им на полное попечительство, и мою учебу оплачивала корона. Вследствие чего она же и направила меня по окончании обучения управляющей какого-то старого детского приюта в глуши. Эдакий бессрочный контракт, где мне должно было отрабатывать то, что оплатили за меня. Всё это пролетело в моём мозгу за несколько секунд, будто просто напоминая, а не рассказывая историю такой пугающе родной незнакомки. Я видела мелькающие деревья из окна кареты, топот копыт. Свёрток с бумагами и письмом, в котором указано, куда меня направляют. Кашель кучера и покрикивание хриплым от мороза голосом на коней. Сверкающие снежинки и ледяной ветер, который не давал мне дышать. Потом темнота… Казалось, что я перестала видеть. Но вновь ослепил свет, показывающий мне ветхий дом, с десяток маленьких испуганных детей и как я почти ползком добиралась до грязной кровати. Жар, горячка и лихорадка. И… Мой конец.

Всё привидевшееся было настолько ярким и эмоциональным, что к окончанию показа я уже практически считала себя ею. Красивая и печальная история жизни и смерти молодой двадцатипятилетней леди Брианны.

Пролежав так ещё минут пять, собираясь с мыслями, наконец собралась с силами. Ткань отвратительно пахла сыростью, плесенью и бог знает ещё чем. Я, по обыкновению, заговорила было с собой, но из горла донёсся только сиплый хрип. Сбросить с себя это подобие простыни, было не так просто, но в итоге мне удалось это сделать.

Комната, в которой я очнулась, выглядела до бесконечности унылой. Серые стены, из которых торчала солома, на потолке мокрые подтёки, пол деревянный. Да и в целом мои «покои» оказались какими-то пустыми за исключением деревянной койки, на которой я и лежала, да покосившегося комода со странным зеркалом в дальнем углу. Под дверью широкая щель, через которую пробивался слабый свет. Стараясь не задумываться о том, что творится, решительно встала. Уставшие ноги едва держали. Мне раньше не приходилось жаловаться на полноту, но мои прежние конечности были куда плотнее, чем нынешние.

Аккуратно поднявшись, прошаркала к зеркалу, мутноватому, с неровной поверхностью, с трещинами по краям, но кое-что разглядеть мне всё же удалось: из него на меня смотрела молодая девушка с красными уставшими глазами. Короткие тёмные волосы были немного взлохмачены со сна. Моему изумлению не было предела – с громадным любопытством я рассматривала себя, узнавая очертания недавно привидевшейся девушки из кареты. На мне оказался довольно тёплый камзол с вышивкой, под ним плотная льняная рубаха цвета мокрой земли. Штанины с подкладом терялись в высоких охотничьих сапогах.

На несгибающихся ногах проковыляла до двери. За ней оказался пыльный коридор, освещённый висевшей на стене странной лампадкой, а в конце него ещё одна дверь. Продолжая опираться о стену, медленно шла вперёд. Что там?

Оказавшись ближе, стало слышно негромкое перешёптывание и тихий смех. Любопытство всегда было моей сильной чертой. Шагнула ближе и чуть не упала, успев схватиться за знавшую лучшие времена дверную ручку.

Все звуки в заветном помещении тотчас стихли. Мне показалось неуместным резко вламываться куда бы то ни было, и я просто решила аккуратно приоткрыть створку, но она вдруг распахнулась сама.

Я замерла в проёме, сама испугавшись неизвестности. На меня, не мигая, смотрел десяток или больше любопытных детских глаз. После минуты звенящей шокированной тишины, с пола неуверенно поднялась девочка-подросток, сделала несколько робких шагов ко мне. Остановившись в паре метров, она наклонила голову к плечу, изучающим взором пройдя по мне с макушки до пяток и обратно. Закончив, повернулась к остальным и сделала непонятный жест.

Только тогда дети начали радостно галдеть и вскакивать со своих мест. Они облепили меня со всех сторон, а я лишь рассеянно гладила их по головам, не зная, как ещё реагировать на такой тёплый приём.

Глава 2

Комнатой была кухня, судя по всему: длинный кухонный стол, два таза с водой, много посуды, возле очага котёл с какой-то едой. Дети сидели на циновке около печи. Девочка взяла меня за руку и подвела к огню, показав, куда сесть. Я послушалась. Ребятня села полукругом по обе стороны от меня и притихла.

- Здравствуйте, мисс Брианна. Вы уже не болеете? – раздался слабый мальчишеский голос из толпы.

- Я не совсем… - успела пробормотать. - Кто вы?

По ребятам снова пронеслось перешёптывание.

- Ты приехала нас спасти? – со слезами на глазах дёрнул меня за рукав другой мальчишка, сидящий рядом.

Этому на вид было ещё меньше, чем остальным. Я совсем опешила.

- Я… Я не знаю, милый, - ласково посмотрела на него и утёрла слезинку с его щеки. – Я потеряла свои воспоминания.

- Потеряла? Тебе помочь их найти? – его ангельски наивные глаза чуть не заставили меня расклеиться.

Дети засмеялись.

- Вот глупый! – ткнул его в бок локтем мальчишка постарше, сидящий следующим.

- Эй, Билли! Не называй Джо глупым! Ты его обижаешь! – другая девчонка-подросток встала, подошла и дала Биллу подзатыльник.

По всей комнате зазвенел смех и послышалась перебранка. Удивительно, но мне это нравилось. Будто я оказалась там, где мне было хорошо… На своём месте.

- Так! В чём дело?

Громкий мужской голос заставил детей замолчать и сесть по своим местам.

- Ну? И по какому поводу веселье?

Девочка, которая меня встретила первой, молча встала и показала пальцем на меня, всё ещё сидящую лицом к огню. Послышалась тяжёлая поступь, мальчишки отодвинулись и передо мной присел на корточки юноша, цепко всмотревшийся в моё лицо. Его брови были сдвинуты. Продлилось это всего несколько секунд, и вот взор незнакомца просветлел, а уголки губ приподнялись, обозначая тихую радость от встречи.

- Здравствуйте, леди Брианна. Вы проспали почти сутки. С вами всё в порядке? Знакомитесь? - он запнулся и оглядел ребят.

Дети замерли, с интересом меня рассматривая. По всей видимости, никто даже не заметил того, что прибывшую новую управляющую болезнь подкосила насмерть. Вовремя же я очнулась в её беспомощном теле.

- Вы голодны? – вопрос относился ко мне.

Я покачала головой, давая понять, что не уверена.

- Так. Малышня – на боковую. Билл, Сара, уложите Джо между собой. Вчера он оказался с краю, и его могло не хило продуть. Не май месяц на дворе.

Мне же парень протянул руку, помог встать и повёл к столу. Пока он гремел посудой, я сидела на длинной скамье и наблюдала, как старшие раскидывают подстилки возле очага и укладывают тех, кто помладше в центр штабелем. Мелкие жались друг к другу, пока их накрывали большим длинным одеялом. По краям от них улеглись старшие.

Грустное зрелище. Эта неприятная картина уколола меня прямо в сердце.

Парень протянул мне кружку с горячим взваром и сел напротив.

- Ну. Рассказывайте. – он держал свою щербатую чашку обеими руками и пристально смотрел мне в глаза.

Собеседник выглядел неопасным. Скорее, встревоженным и добрым. Придя к этому выводу, я чуть расслабилась.

- Не могу ещё прийти в себя. Голова кружится, извини.

Парень тяжело вздохнул.

- Значит, болезнь ещё не отступила. Это плохо. И так проблем хватает. Бен утром ушёл в лес и…

- Кто это? Прости.

- Все так неожиданно, и я даже не знаю, как мне себя вести, - задумчиво произнёс он. – Чем вам помочь?

Я растерянно крутила кружку в руках.

- Расскажи мне всё, что нужно знать.

- Хорошо. Вы прибыли только вчера и, наверняка из-за жара, не обратили ни на кого внимания. Не успели осмотреться и познакомиться тут со всеми. Ну, это наш детский дом. Или являлся им когда-то. Здесь были директор, воспитатели, мы хорошо питались. Но это было много лет назад. Сейчас заправляем мы сами. Воспитанники, которые превратились в наставников. Нас всего двадцать осталось. Четверо старших – это я – Норм Франклин, Бен, Дженни и Прихватка.

Я засмеялась.

- Да… Прихватка – это прозвище за то, что он в детстве любил подворовывать. Его имя Алекс, но его так никто не зовёт. Нам по двадцать лет, плюс-минус. Дженни девятнадцать. Мы выросли тут вместе. Сюда приносят детей те мамаши, которые решили отказаться от своих чад.

Я понятливо вздохнула и отхлебнула остывший терпкий напиток.

- Там, - Норм кивнул в сторону сопящих детей, - шестнадцать ребят. Перечислять их имена сейчас бессмысленно. Завтра познакомитесь с ними поближе.

- Джо и Билли я запомнила – они сидели возле меня.

Норм кивнул:

- Джо у нас самый младший, ему шесть. Билли считает, что раз ему уже десять, то он может шпынять его. Но на самом деле все очень любят Джо. И Билл его любит, как родного братишку. Мы все тут – семья, оказавшаяся в одной грязной тонущей лодке. Сара – старшая из детей, ей тринадцать.

- Это та девочка, которая подавала тебе знаки? Кстати, что это значило?

- Сара не говорит. Вообще. Мы её растили и давно понимаем язык жестов, она очень добрая девочка. Но держит старших на расстоянии. Кто знает, может, это изменится со временем?

Я одобрительно улыбнулась: мне нравился настрой парня. Несмотря на ситуацию, он был спокоен, терпелив и сдержан. Видимо, его уже мало что могло удивить. Тело молодое, а взор убелённого сединами мудреца.

- Думаю, комнаты и второй этаж я покажу вам завтра. Младшие спят возле огня, так как дров у нас мало, на улице зима, и нет возможности отапливать все комнаты. Старшие ложатся последними и присматривают, чтобы огонь не погас. Возле дома есть тропа в лес, мы пытаемся там охотиться. Иногда везёт. Но в лесу опасно, не советую вам ходить там в одиночку. Мы ходим парами. Сегодня утром Бен и Дженни ушли туда. Но до сих пор не вернулись. Потому я беспокоюсь. Прихватка на втором этаже или на чердаке. Там пустые комнаты и никто там не живёт. Только летом, когда жарко. Он сидит у окна и наблюдает, чтобы к дому не подходили хищники. Когда Бен с Дженни вернутся, он спустится, запрет ставни, засовы и мы будем спать.

- А если ребята не вернутся, что будешь делать? Отправишься за ними в лес?

- В одиночку? Ни за что. Если я возьму Прихватку, то некому будет охранять дом. Нам остаётся только ждать.

Норм повертел в руках чашку, погрузившись куда-то в свои мысли.

- Ох! – ударил он себя по лбу, — это ж Прихватка ещё не знает, что вы наконец проснулись! Вот же ж он обрадуется! Он всегда говорил о том, что нам не хватает помощи – а тут вас нам послали со столицы.

Вдруг за дверью раздался странный звук, будто кто-то скакал на лошади по деревянной лестнице. А через мгновение к нам заглянул мальчишка, просунув кучерявую голову, радостно воскликнул:

- Они идут! Идут!

Завидев меня, парень целиком пролез внутрь помещения и прищурился:

- Леди Бри! Вы очнулись вовремя, - задумчиво потёр бородок весьма упитанный товарищ. Интересно, как он сохранил свои габариты в таких-то условиях?

- Так и есть, самое время всем познакомиться, - улыбнулся Норм. – Думаю, все будут рады.

- Хорошо, что вы с нами. А я ведь думал, насмерть простуда одолела… Ладно, пойду, встречу наших потеряшек.

Прихватка исчез, а через некоторое время я услышала, как наружная дверь открылась, кто-то вошёл, шумно отряхивая снег с ботинок и приглушённые голоса, которые разбавил смеющийся бас толстяка.

В двери вбежала девушка, на ходу стягивая платок с головы. Она замерла, удивлённо посмотрела на меня, а потом медленно подошла и протянула ледяную руку:

- Очень рады, что вы прибыли и в добром здравии.

Я утвердительно хлопнула ресницами.

Из-за спины Дженни выглядывал высокий парень в ушанке и в ватной куртке, за ним виднелось лучезарное лицо Прихватки.

- Привет, я…

Мне не дали договорить, а принялись тянуть свои руки со всех сторон.

- Мы так несказанно рады, что вы теперь с нами! – буквально в один голос заявили они, чем совсем меня смутили. Надо же, какие ребята близкие и дружные, редко такое встретишь.

Весь оставшийся вечер мы сидели за столом, разговаривали, пока мои глаза не начали слипаться, и я не провалилась в сладкий сон. Я почувствовала, когда Бен молча поднял меня на руки, как пушинку, отнёс обратно в комнату, где я не так давно пришла в себя и положил на кровать, заботливо укрыв одеялом. После – забытье. Я спала так крепко, как уже много лет не спала. Было спокойно, и это удивляло.

Меня разбудил запах овсяной каши. Давно забытый и такой родной, как из детства. Я с трудом поднялась. У моей постели стояло пустое ведро. Заботливые детишки… Я не стала использовать его по назначению, решив позже найти более укромное место для справления естественных потребностей. Жар прошёл, и голова уже почти не болела. Та же комната, та же дверь, тот же коридор. Мне это всё не приснилось. Я снова подошла к зеркалу и поняла: глядящая на меня оттуда девушка не собиралась исчезать, и я останусь ею навсегда. Странно, но я ничего не имела против этого.

Мои ноги остановили меня в следующем дверном проёме: Дженни стояла на кухне у очага и помешивала еду в котелке. Бен ходил туда-сюда между столом и кухонным шкафом, расставляя тарелки. Норма и Прихватки не было видно. Дети вставали, сладко потягиваясь, некоторые уже стояли у таза и умывались. Всё было настолько обыденным для меня, что я даже испугалась: неужели это память тела Брианны? Её чувства передались мне, как наследство?

Всю свою предыдущую жизнь я старалась быть максимально прагматичной, не поддаваться сильным эмоциям и в любой ситуации видеть не только плохое, но и хорошее. Например, сейчас, у меня молодое тело, жизнь с чистого листа, со мной остались опыт и знания, накопленные за много лет. А то, что моё нынешнее окружение - голодные дети и зверьё в дремучем лесу, что под боком, – не страшно, даже дырявая крыша над головой не пугает. Всё поправимо, дайте только время.

Глава 3

Моё появление не осталось незамеченным.

- С добрым утром и добро пожаловать, - оглянулась на меня Дженни, - ваша помощь не помешает. - Она протянула мне сложенную тряпку: - Помогите перенести на стол.

Мы взяли с ней котелок и потащили к столу, в центре которого стояла деревянная доска-подставка.

- Как спали? Ничто не беспокоило? – спросила девушка, протягивая половник.

- Хорошо, чувствую себя тоже неплохо, - кивнула я и начала разливать кашу по тарелкам.

Вскоре все жильцы дома сидели за столом, довольно чавкали завтраком и разговаривали друг с другом. Дженни смотрела на меня, будто я пришелец, который свалился с неба.

- Нехорошо так глазеть, - нервно засмеялась я, - чувствую себя неловко.

- Простите. У нас давно не было гостей. Особенно таких, которые тут остаются больше пары дней.

- Норм попросил познакомить вас с детьми, - произнесла Дженни, - смотрите: перечисляю справа налево, как они сидят от Бена и дальше по нашей стороне. Билл, Джо…

- Это я! – радостно пискнул ребёнок, задорно блестя глазками-бусинками.

-…Олли, Лес, Сара, Тодд, Боб, Саймон - продолжала она указывать на детей, - Амелия, Джеф, Стю, Вики…

- Я здесь! – не поднимая головы, отрапортовала светловолосая девочка.

-…Салли, близнецы Стен и Фред и малышка Оливия. Думаю, со временем вы запомните.

Я кивнула, с памятью у меня никогда не было проблем.

После того, как завтрак был окончен и дети разошлись по дому, села на край стола рядом с девушкой. Она домывала посуду.

- Норм и Прихватка ушли в лес… - Дженни медленно протирала тарелку, глядя куда-то в пустоту. – Вчера мы рискнули зайти слишком глубоко в чащу и чуть не заблудились. С каждым разом становится всё опаснее, а мелких зверей так и нет. Продукты заканчиваются быстро, а привозят их только раз в месяц.

- Кто?

- Старый мерзкий сэ-эр Мортика-ам, - гнусаво протянула она и скорчила забавную рожицу.

Я расхохоталась:

- О боже! Он настолько противный?

Дженни тоже засмеялась, а потом резко посерьёзнела и повернулась ко мне, во взоре её больших глаз читалась какая-то обречённость:

- Вас послали к нам для галочки, так ведь? Как и всех предыдущих управляющих. Но, глядя на вас, мисс Брианна, думается мне, что вам не будет всё равно? Получать жалование и безучастно смотреть, как мы все тут загибаемся от голода, вы не станете.

- Не стану, - мои руки сами сжались в кулаки.

- Спасибо вам… Хотя бы за желание нам помочь. Кроме нас у малышни никого больше нет. А городской управе нет до этого места никакого дела.

Мне оставалось только внимательно её слушать, чтобы понять, в какой мир меня занесло, какие тут заведены порядки.

- Но не думайте, что мы тут прямо помираем. Есть и много радостных моментов – уж про них-то я вам расскажу и покажу, когда подвернётся возможность, - развеселилась девушка.

- Что же с продуктами? – после пятиминутного молчания, заговорила я вновь.

- Сэр Мортикам – поверенный нашего бургомистра. Тот выделяет деньги на провизию для приюта, Мортикам всё закупает и привозит раз в месяц. Но этого ужасно мало для двадцати человек. Мы, старшие, почти не питаемся, стараемся экономить, всё отдаём детям. Но это нечестно! – Дженни в сердцах стукнула ложкой по столу.

- Ты права. С этим нужно что-то делать.

- Ничего с этим не сделаешь. Мы у них не в почёте. Уж я-то знаю. Мы отбросы, дети шлюх, подкидыши. Я живу в этом паршивом городишке, сколько себя помню. И в этом доме. Правда, когда-то он знавал лучшие времена.

- Я попробую что-нибудь сделать, но для меня пока что есть только то, что я вижу и что вы мне рассказываете, нужно время, чтобы я осмотрелась.

- Я знаю. Знаю. Извините, зла не хватает. Вышвырнули нас сюда, на окраину, рядом с лесом, чтоб волки сгрызли. Давно не приходилось об этом кому-то рассказывать, накопилось в душе. Вот и полилось…

Я улыбнулась:

- Выговариваться полезно. Я чувствую, что вскоре всё изменится в лучшую сторону.

- Ваши слова бы… - поставила последнюю тарелку Дженни.

Я встала и прошлась по комнате, задумчиво заложив руки за спину. Всё выглядело не так мрачно при свете дня. Несмотря на скудность обстановки, везде был порядок: вещи аккуратно сложены, постели, хоть и малопригодные для пользования, ровно заправлены. Мне уже было намного лучше. Может, сказывался хороший сон, а возможно, присутствие новой души в слабом теле и иная сущность оказались куда сильнее прежней? Потому хворь и отступила?

Решила прогуляться по дому. За дверью был коридор, в конце которого спальня, где я очнулась. Слева от двери в кухню коридор сворачивал к входной двери и на лестницу. Справа была ещё одна комната с открытыми створками. Я подошла и оперлась о косяк: в помещении стоял большой грубо сколоченный квадратный стол с кучей табуреток по периметру. За ним (столом) сидели семеро детей, которые что-то чиркали на каких-то квадратных дощечках. Со своей позиции я заметила их чёрные от уголька пальцы. У окна на полу сидели дети помладше, они играли вырезанными из дерева неказистыми игрушками.

Моё любопытство привело меня на второй этаж. Ступени лестницы оказались скрипучими, и из ближайшей комнаты выглянул Бен.

- Осваиваетесь? Идите сюда.

Он подошёл к окну, около которого стояло знавшее лучшие времена кресло с таким же потрёпанным одеялом и маленький столик.

- Вон там – тропа ведёт в лес. Она одна, запутаться сложно, – указал он на протоптанную дорожку в пятидесяти метрах от дома. – Туда в одиночку не ходите. Дикого зверья много. Их не поймаешь, а вот они вас могут. Отсюда хорошо просматривается вся территория нашего двора и дорога в лес. Если кто-то из животных приблизится к дому, с ними сделать вы ничего не сможете, а вот крикнуть и предупредить детей, если те играют на улице или самой побежать и загнать их в приют – вполне. И запереть двери. Кто-нибудь из старших всегда должен быть тут и следить. Если вы останетесь на дозоре и захотите спать – лучше сразу позовите кого-нибудь, кто в доме, чтобы вас сменили.

Я с пониманием кивнула.

- Сейчас внизу Дженни, и это значит, что я могу отлучиться по нужде или спуститься за едой и чаем.

Мы вышли в коридор.

- Летом тут более оживленно, в комнатах этого этажа спят младшие. Мы внизу. Большинство помещений сейчас заперты на ключ, там только пустые кровати. Все подстилки, одеяла и подушки снесли вниз, к печи, где самое тёплое помещение в зимнее время. Две комнаты сейчас открыты, но там тоже нечего делать. – он махнул рукой на пару дверей и пошёл обратно к окну.

Я заглянула в первую комнату: тут стояли три деревянные грубо сколоченные кровати, низкий стол в центре и маленькие табуретки. Один неказистый шкаф. За второй дверью оказались две крохотных кроватки для новорождённых. Я нервно сглотнула. Неужели тут действительно оставляли и младенцев? Колыбельки стояли в дальнем углу комнаты и, похоже, были давно заброшены: толстый слой пыли, паутина. В одной из кроваток лежала страшная тряпичная кукла. Мне поплохело. Голова закружилась и стало подташнивать. Впечатлительность – не свойственная мне черта характера. Скорее всего, это мне досталось от прежней хозяйки тела.

Надо было собраться и заняться чем-то полезным, чтобы не переживать о всякой ерунде.

- А чем вы охотитесь? – я вернулась в дозорную и вдумчиво посмотрела на лес.

- Когда как. Иногда с наточенными кольями. Порой с рогатками. Ими можно сбить птицу или мелких грызунов, – пожал плечами Бен. – Не охотники мы, что с нас взять?

- А более крупные животные? Кролики?

- Они слишком шустрые, пробовали несколько раз их поймать, но не вышло.

Я спустилась на кухню, села за стол и задумалась.

Мой отец был лесником, сколько себя помню. В детстве я часто увязывалась с ним в чащобу и наблюдала, как он расставлял ловушки от вредных расплодившихся грызунов. Сейчас воспоминания из прошлой жизни встали перед моим внутренним взором чётко, будто только вчера ходила с папой по лесу, внимательно слушая его объяснения.

Следующие пару часов я искала необходимые мне материалы по дому. Благо их не нужно было много. Нашла пеньковые верёвки на вязанке хвороста и ещё пару, на которых висели занавески в одной из нежилых комнат. Руки помнили, что надо делать и двигались сами, закручивая петли.

В обед пришли Норм с Прихваткой. Вид у них был весьма недовольный.

- Снова ничего? – Дженни налила им горячего пустого супа и села напротив.

- С каждым разом я всё больше теряю надежду, что в такой холод мы выдержим весь день бродить по лесу. В прошлый раз…

- Вы видели зайцев? – перебила я Прихватку, зайдя в комнату.

- Не пугайте так! – вздрогнул парень. - Ну, да, заметил. Но их невозможно поймать. Очень быстрые. Забудьте. Они издалека нас чуют.

- Где их тропа?

Прихватка со смехом посмотрел на Норма.

- У нас новый охотник! – и оба засмеялись.

- Что, если я вам скажу, что вы можете сегодня провести остаток дня дома и при этом на ужин у нас будет мясо? – поддержала их веселье я.

- Вы что, это всерьёз? Решили выйти на охоту?

- Почти. Просто покажи мне заячьи тропы.

Я с грохотом поставила на стол кастрюлю. Все трое с интересом заглянули в неё.

- Чем бы эта жижа ни была – не вздумайте меня ею кормить, - Прихватка довольно похлопал себя по пузу. – Моё тело – мой храм.

- Это засохшая трава, которую я нашла в дровнице, кора с веток и всего понемногу, замоченные в воде. А это, - я показала пальцем в окно, за которым на дереве висели силки, - ловушки для зайцев. Их нужно привязать к самой низкой ветке, чтобы петля повисла над тропой и идти домой ждать. Когда они попадутся в них, то уже никуда не денутся.

- К чему варево? - наиграно брезгливо отодвинул кастрюлю Норм.

- Вымочить верёвки, чтобы очистить их от запаха человека.

С довольным лицом и под всеобщие удивлённые взгляды я натянула на себя старую штопанную-перештопанную телогрейку, запихнула ноги в унты и пошла во двор.

Петли были уже почти сухими и готовыми. Первым за мной следом выскочил Прихватка.

- Силки надо установить немного над заячьей тропой, ну или можно сделать горизонтальную ловушку… Главное – правильное положение, при которой петля затянется вокруг тушки или заячьей ноги, - объясняла я, после чего осеклась, чувствуя на себе пристальные взгляды.

- Откуда вы всё это знаете, леди Бри? Неужто, такому обучают в столичных школах?

Парни стояли со скрещенными руками на груди в ожидании объяснений, но в их глазах плясали искорки восхищения.

- Нет. Но в детстве мой отец брал меня на охоту и обучил очень многому.

Ни к чему им было знать подробности. Например, что речь шла не об отце Брианны и не о её детстве.

Норм прищурился.

- Да… Дела… Если всё так, как вы говорите, то ваши умения нас очень выручат. Мы готовы вас слушать, - с предвкушением потирая ладони, юноши буквально нависли над душой.

Я промолчала. Главное, чтобы видели, что я им стараюсь помочь, а не навредить. И тогда, может быть, мы сдружимся.

А вообще, меня распирало от воодушевления, и я готова была горы свернуть, вспомнив давно забытые ощущения новизны происходящего, будто вся жизнь впереди.

В дом мы вернулись довольные и вдохновлённые. Мне стало так приятно сидеть и наблюдать за огнём в глазах ребят, когда они рассказывали Бену и Дженни, как я учила их ставить силки. Дженни периодически удивлённо вскидывала на меня взгляд и возвращалась к беседе. В доме будто стало чуточку теплее.

- Уже интересно, чем вы удивите нас завтра, - улыбнулся Бен.

Я, по обыкновению, молча пожала плечами.

Когда солнце начало опускаться, Прихватка и Норм ушли осматривать ловушки. Я там была не нужна – они знали, что делать. Дженни проверяла уроки у старших детей, а Джо крутился у меня под ногами.

- А ты нашла то, что потеряла? – он дёрнул меня за штанину и запрокинул голову, вопрошающе заглядывая мне в лицо.

Я погладила его по волосам.

- Думаю, да, малыш.

- Это хорошо. Я думал, ты совсем-совсем потеряла.

Его слова невольно заставили меня задуматься о чём-то важном, о чём я никогда раньше не задумывалась. Я устроилась у огня, и Джо лёг ко мне на колени. Следом подошла Сара и тоже села рядом, положив голову мне на плечо. Она что-то показала жестом и спрятала руки в карманы.

- Да, думаю, так и есть. – ответила я, даже не осознав того, что девочка не произнесла ни звука.

Входная дверь распахнулась, внеся в дом холодный вихрь и громкое улюлюканье Прихватки.

- Бен! Бен! Дженни! Леди Бри! Сработало! – Прихватка, широко улыбаясь, демонстрируя крупные желтоватые передние зубы, принялся плясать посреди комнаты, зажав в поднятой руке две кроличьи жирные тушки.

Дети хором загалдели, развеселились и тоже пустились в пляс вокруг толстяка. Норм стоял у двери и тихо улыбался, наблюдая за происходящим.

- И правда, сработало, - произнёс подошедший к нему Бен. – Чувствую запах перемен!

- И в лучшую сторону, - веско добавил Норм, многозначительно на меня покосившись.

Глава 4

Шли дни, и жизнь в старом покосившемся приюте начала наконец-то налаживаться. Из трубы всё чаще стал валить ароматный дым, а в доме пахнуть то жареным, то тушёным мясом. У всех, кто здесь обитал, появилось новое и весьма приятное чувство – надежда. Она грела ребят изнутри, давала силы и энергию, генерировала идеи. Взрослые стали полноценно есть и садились кушать вместе со всеми – теперь еды хватало на всех.

- Если так пойдёт и дальше или вы начнёте приносить ещё больше дичи, то нам придётся завести собаку, чтобы скармливать ей остатки пищи, - звонко рассмеялась Дженни за обедом, когда младшие разошлись, а мы с Нормом вернулись из лесу, расставив очередные ловушки.

После удачной первой охоты уже никто не хотел весь день бродить по морозному, да ещё и опасному лесу. Вместо этого парни пронеслись по всему приюту, как вихрь, и собрали все свободные верёвки, что смогли отыскать. В итоге мы сделали семь пар силков.

Молчаливый Бен оказался мастером по аккуратному и быстрому сдиранию шкурок, да так, что они оставались целыми и такими же пушистыми. Мы стали развешивать шкурки в дозорной, чтобы заодно и за ними присматривать – вдруг на них позарятся крысы или ещё кто. Я предложила продать зайцев или шкуры на городском рынке или обменять на нужные вещи.

- Да сейча-ас, - довольно протянул Прихватка, откинувшись на спинку стула и ковыряя кроличьей косточкой в зубах. – Неча добро переводить, сами съедим.

Все расхохотались. В воздухе витал вкусный запах и тепло наступившего уюта. Всё чаще старшие дома стали собираться за столом после того, как покормили младших. Теперь не было нужды надолго отлучаться в лес. Ходили так же, по двое, но на час – максимум пару часов с утра, чтобы расставить силки, да вечером, для проверки. На днях Норм и Бен вырыли «медвежью яму». Они работали почти весь день, вернулись вымотанными и грязными и продолжили на следующий. Выкопали длинную в глубину яму и прикрыли её тонкими ветками. Пока что в неё никто не попался, но это была отличная идея Норма. Он надеялся, что туда попадёт оленёнок или лисица.

Теперь можно было проводить больше времени в тепле дома. Вот и сейчас мы сидели за столом все, впятером. Прихватка в серой рубахе из мешковины и в тёплом комбинезоне с лямками поверх неё. Он вытянул ноги под столом и улёгся на спинку стула. Бородка и щёки блестели от заячьего жира. Он раскачивался и звонко что-то рассказывал, прерывался на раскаты хохота, попутно сопровождая свои слова помахиванием тонкой длинной косточкой.

- Я голодал и всю жизнь был с такой великолепной фигурой, - весело рассказывал он мне.

- Значит ли это, что если теперь будешь хорошо питаться, то начнёшь худеть? – меланхолично произнес Норм, и за столом на несколько секунд повисла тишина. Но вскоре мы вновь рассмеялись. По мне разливалось необычное и непривычное тепло.

Разглядывая довольных ребят, мои губы расплывались в улыбке, а сердце начинало радостно трепетать.

Я бросила в толстяка тряпкой:

- Что ты, не вздумай меняться!

Черты лица Норма были точёными, а глаза умными и ясно-голубыми. Смеялся он сдержанно, иногда культурно прикрывая рот ладонью. Он почти всё время ходил в ватных штанах и клетчатой потёртой выцветшей рубахе. Раз в неделю мы с Дженни брали два таза с растопленным снегом и затевали стирку – раньше она делала это в одиночку. Так было заведено всегда - женская работа для женщин… Норм усмехнулся:

- Но и не торопись есть вдвое больше прежнего.

Дженни была худенькой девушкой, чуть-чуть выше меня. Длинные, цвета соломы волосы она часто собирала в хвост, чтобы не мешали. В её гардеробе было всего два платья-халата, она использовала их, как ночнушки. Днём она всегда была в штанах, кофте с высоким воротом, которая была в дырках и вся штопаная грубыми чёрными нитками.

Тёмные её карие глаза создавали контраст со светлыми волосами и бледной кожей. Иногда этот цвет делал глаза злыми, как если бы она была некой ведьмой. На самом деле, она была весьма мила со всеми и очень любила детей.

Бен и Дженни внешне немного походили друг на друга: парень был высоким, подтянутым, таким же бледным. Поначалу мне казалось, что они брат с сестрой, но оказалось не так. Они часто были вместе: ходили парой на охоту, несли дозор, или Бен просто помогал ей по хозяйству. Действовали слаженно, понимая друг друга с полуслова. Разумеется, столько лет под одной крышей сближало всех жителей приюта и делало их всех одной забавной семьёй, где все члены такие по-своему разные.

Сегодня мы с Дженни должны были провести перепись оставшихся продуктов, чтобы распределить до следующего приезда Мортикама. Она вывела меня во двор, чтобы ознакомить с имеющимся богатством. Старый ветхий двухэтажный сиротский приют выглядел снаружи заброшенным. Однако было видно, что его построили в те времена, когда жизнь была совсем иной. Кирпичные стены здания были покрыты мхом и трещинами, а черепичная крыша имела множество дыр, через которые проникали капли дождя и снег. Небольшой склад оказался с выходом только на улицу. Покосившаяся дверь была сразу рядом с главной в дом. Судя по помещению, тут раньше было много места для больших запасов, но сейчас треть полок и стеллажей занимал всякий хлам: какие-то обрезки ткани, поломанные ножки столов и стульев, дырявые кастрюли и разная непригодная посуда. На нижних полках я обнаружила полмешка муки: верхний слой отсырел и покрылся коркой льда. Тут был небольшой короб из прутьев, в котором лежал батат - немного, но хватит на десяток супов. К своей радости, я обнаружила несколько свёртков с хлебными домашними дрожжами, пшено, рис, горсть сушёных грибов и мешочек с овсянкой.

Я вытаскивала с полок кульки и мешочки, заглядывала в них, чтобы посмотреть, в пригодности ли они для питания. Дженни сидела на дырявой перевёрнутой кастрюле и держала в руках кусок бумаги из пергамента для записи.

Я подытожила:

- В целом – очень неплохо, учитывая, что у нас появилось мясо. Могу сегодня попробовать испечь лепёшки из того, что есть. Ты записывала?

Дженни коротко мотнула светлым хвостом:

- Я не умею писать. Да и читать тоже.

Мне пришлось со вздохом опустить руки и присесть рядом с ней на корточки.

- Извини, я не знала. Как же вы вели учёт?

- Что это?

- Ммм… Перечень, список провизии. Которую привезли, которая осталась.

- Зачем? Я и так всё помню, хожу сюда часто, почти каждый день. Ведь готовить приходится постоянно. Беру понемногу того, сего и помню, чего и сколько примерно осталось.

- А как вы знаете, что вам должны привезти?

- Не знаю. Просто радуюсь тому, хоть что-то привозят. Раньше, когда у нас был другой король, он присылал добрейшую женщину с фермы. Она привозила куда больше и всё свежее, показывала, как готовить еду. Но те, кто раньше нам помогал - уже давно исчезли и некому тут хлопотать.

Я задумалась.

- Выходит, когда-то еды привозили больше?

- О, да. Намного. Но и народу тут было больше, веселее.

- А с продуктами привозили какие-нибудь бумаги?

Дженни задумалась и повертела в руках кусок пергамента.

- Да… Что-то похожее было. Всё убрали наверх, в одну из закрытых комнат, где был кабинет главы приюта. На его столе много такого. Оставили на растопку в случае чего.

Глава 5

Пару дней спустя после моего прибытия и выздоровления, мне выделили комнатку с письменным столом и лампой. Но о кабинете прежнего управляющего, видимо, рассказать забыли. Я обустроила кабинетик под себя из того, что нашла. Разложила свои бумаги и документы, с которыми прибыла.

Сейчас же была готова подпрыгнуть от волнения:

- Покажи мне, пожалуйста, эту комнату!

В помещении прежнего директора стоял затхлый запах плесени и прогнивших влажных досок. В лучах солнечного света заплясали тысячи пылинок, когда мы вошли туда. На стенах местами были видны остатки краски. У окна стоял большой письменный стол, на котором сквозь слой пыли просматривались рукописи. На стене за ним угольком был нарисован человечек с цветком – явно, детской рукой. Я заинтересованно, но осторожно принялась отклеивать по одному листочку со стопки. Пара верхних страниц была уже непригодна для чтения. Чернила размылись, бумага потемнела и рвалась от влажности. Зато, к моему удовольствию, под несколькими листами пергамент был посвежее, и на нём можно было различить слова. Аккуратный красивый почерк указывал на образованность прежнего управляющего. Но всё написанное было на английском языке. Меня, конечно, в своё время учили этому языку, как и остальных влиятельных людей для заключения договоров с иностранцами, но не думаю, что настолько хорошо. Неожиданно для себя я поняла, что, чем больше я смотрю на текст, тем больше он для меня предельно понятен, будто я читаю привычное письмо на родном языке. Очевидно, это ещё один из даров прежней хозяйки моего тела. Мне вдруг вспомнился необычный момент, на который я не обращала прежде внимания, но сейчас углубилась в детали: все, включая меня говорили на языке, напоминающем смесь английского и немецкого, а я прекрасно их понимала и говорила на нём же, даже не замечая.

«… ведение записи жизни молодняка приюта…»

Ещё несколько размытых фраз. Я осторожно, чтобы не повредить, убрала этот лист в сторону.

Вот оно!

«Продукты с западной фермы Миллтонов. Перечень:…»

Далее шёл довольно длинный список, в котором было такое количество злаков, овощей и зелени, яиц и молока, фруктов с садов, и даже рыбы, что хватило бы сейчас питаться на полгода.

Я прочла перечень Дженни:

- Это правда всё привозили?

Девушка мечтательно улыбнулась:

- Да, я помню, то были светлые времена. Будто снова почувствовала вкус печёной рыбы Миллтонов и яичницу каждый день на завтрак. В то время для нас ничего не жалели. Король был добр к нам и обещал выпускникам работу при дворе. Его поверенные были тоже хорошими людьми.

- Как так вышло, что всё так повернулось? Что произошло?

- Ох, король нашего королевства Дримэй пал. Ему на смену пришёл новый. Иногда мне кажется, будто он по сей день не знает, что мы существуем. Но он должен был знать, раз выделял монеты на наше пропитание. С приходом нового короля Миллтоны куда-то исчезли. Поговаривают, что они не смогли смириться с новой властью и уехали из королевства. Затем прибыл новый бургомистр, он появился у нас на пороге несколько раз, подолгу беседовал с хозяином приюта и с воспитателями. И с каждым его приездом из приюта уходило по одному взрослому. Вскоре ушёл и последний. В то время не совсем понимала, что происходит. Но однажды нас собрали в комнате и объявили, что казна пуста и нет возможности оплачивать труд взрослых. Я не верю в это. Они не могли просто взять и бросить малышей на юных! Ведь мы были совсем неопытны и малы.

Дженни с неприязнью смахнула выкатившуюся слезу.

- Тем не менее мы выжили. Благо, о нас помнят, всё ещё присылают пропитание. Однажды я хотела сбежать на ферму Миллтонов и найти их там, но заблудилась в лесу. Было очень страшно, но меня, трясущуюся, нашёл Бен и вернул домой. Я всегда буду благодарна ему за это.

Вот разгадка того, что они с Беном постоянно вместе!

Я забрала бумаги из комнаты и отнесла вниз, в свой новый кабинет. Дженни отправилась к детям. На сегодня с неё хватит тяжёлых воспоминаний.

Парни сидели на кухне и о чём-то негромко беседовали. Я сходила в сарай и занесла продукты, чтобы замесить тесто для лепёшек.

Пока руки работали с замёрзшей мукой и самодельными капризными дрожжами, перед глазами мелькали бумаги и рассказы девушки. Краем уха уловила, как Прихватка с Нормом вспоминают какую-то забавную историю с рекой и меня озарило.

- Как далеко эта река?

Прихватка задорно подмигнул мне:

- Очередная гениальная задумка, леди Бри?

- Почему бы не попробовать поймать рыбу?

Норм скрестил руки и устало ответил:

- На реке встал лёд. Нам никто не даст лом, чтобы его раздолбить, а покупать очень дорого. Потому о рыбе мы только мечтаем. К тому же, нам нечем её ловить. Летом проще – мы ходили рыбачить со старыми сетями.

- Помните, я говорила о том, что можно продать или обменять заячьи шкурки? Может, стоит попробовать прямо сейчас?

Лица парней посветлели, им явно понравилась моя идея. Полные энтузиазма, они забежали в дозорную, собрали заветную «валюту» и бросились в кузницу, что была неподалёку. Прошло немного времени, когда они вернулись в дом запыхавшиеся, но счастливые. Я поняла – всё получилось. Выменянный железный прут был скромным, но для нашей цели вполне сгодится.

Река оказалась недалеко. Глядя на скованную льдом поверхность, мне вспомнилось, как каталась на коньках с друзьями под шум голосов и весёлую музыку. Но и это воспоминание начало таять, будто кто-то стирал строчку, написанную карандашом. Я сидела на берегу и любовалась видом: вода превратилась в великолепное зеркало, отражающее причудливые узоры заснеженных барханов. Лёд был изумительно прозрачным, и было видно, как под ним течение несло водоросли, как по камням на дне скакали солнечные зайчики.

Зимний лес, окутанный белоснежным покрывалом, казалось, погрузился в сон. Величественные деревья, украшенные серебряными гирляндами инея, словно стражи, охраняли покой этого зачарованного царства. Под ногами, как мягкое одеяло, стелился пушистый снег, отражая лучи зимнего солнца и наполняя воздух миллионами сверкающих искорок.

Прихватка радостно долбил лёд добытым прутом. Норм сидел на берегу неподалёку и привязывал к тонкой верёвке небольшой крючок из согнутого гвоздя.

- О, я видел рыбу! – радостно завопил толстяк и принялся бить сильнее.

Около полученной кривоватой лунки парни сидели друг напротив друга и держали по верёвочке, опустив крючки в воду. Как наживку, решили попробовать маленький кусочек кроличьего жира и варёный батат из обеденного супа. Хоть на один крючок да должен был кто-то клюнуть.

Я сидела, запрокинув голову, и смотрела на верхушки деревьев, уходивших в глубь чащи и терявшихся там навсегда. Солнце, нежными лучами согревавшее лес, создавало неповторимую атмосферу умиротворения и покоя. Воздух был чист и прозрачен, наполненный ароматом свежести и мороза. Каждая ветка, каждое брошенное до весны гнездо на деревьях были покрыты серебристым инеем, создавая магический шарм и красоту.

Вокруг царила тишина, нарушаемая лишь лёгким шелестом ветра, и вдохновляя меня на новые идеи. Как улучшить жизнь ребят, как помочь по хозяйству. Но больше всего злили Мортикам, бургомистр и даже сам король. Я буду не я, если не изменю отношение алчных паразитов к нам, не заявлю о приюте всему городу, всему королевству.Размышления прервал радостный визг Прихватки – он всё же сумел поймать приличную рыбину. Норм со вздохом вытащил свою верёвку из воды. Крючок был пуст.

- А я говорил тебе: жир – вкуснее всего! Не то, что твои овощи. Сдались они голодным рыбинам!

Вскоре парни шли впереди в сторону приюта, толкая друг дружку под бока, как дети. Я шла следом и с удовольствием наблюдала за ними. Мы все оживали, и дом вместе с нами. Даже младшие дети чувствовали себя лучше и бодрее.

Оставленное мною тесто уже достаточно поднялось пока нас не было, а пойманная рыба стала отменным дополнением овощной начинки для большого пирога.

Вечером за столом все переговаривались, обсуждая изменения в рационе, чего уже давно не случалось. Я сидела у печи, прислонившись к стене, и наблюдала. Есть не хотелось: чувство несправедливости заглушало голод. Норм присел передо мной, протягивая кусочек пирога.

- Ваша заслуга, мисс Бри. Поглядите на них – с вашим появлением все воспряли. У детей даже появился аппетит. А мы? Столько веры в глазах у парней. Дженни стала равняться на вас, хотя раньше со всеми пререкалась. Вашей рукой словно управляет сам Господь, помогая нам не терять надежды.

Он прикоснулся к моему плечу и вернулся за стол.

Сам Господь… Он ли это? Это ли истинная цель того, что я сюда попала? Мне нужно так много сделать. И на этот раз у меня достаточно времени, чтобы всё успеть.

Глава 6

Сон отступил очень рано: в комнате всё ещё царил полумрак. Не спалось. Я укуталась в одеяло и подошла к окну. Первые проблески зарева только-только начали раскрашивать небосвод в нежные пастельные тона. Предрассветная мгла стелилась по земле, но уже можно было различить силуэты деревьев, покрытых тонким слоем снега, словно волшебными кристаллами.

Зимнее небо, чистое и прозрачное, казалось бесконечным океаном, в котором одна за другой меркли далёкие звёзды. А вот и луна, точнее… Две луны! Я поражённо замерла, рассматривая непривычное для меня явление. Одно светило было крупным, второе - маленьким. Они выглядели, будто мать и дитя, держащиеся за руки. Но постепенно истаяли и они.

Наконец на востоке небо окрасилось в золотисто-розовые тона, предвещая скорое появление солнца.

Первые лучи, будто волшебные стрелы, пронзили мрак, рассеивая его и загоняя в самые глухие уголки. И вот уже вся природа пробудилась от сна, наполняясь новыми красками и звуками.

А пока окончательно не рассвело, я решила с пользой провести пару этих тихих часов. Потом проснутся дети и не дадут нормально поработать. Закрывшись в своём кабинете, углубилась в изучение старых бумаг. Я была полна решимости докопаться до чего-нибудь, что можно использовать против алчной власти.

Я так увлеклась, что не сразу услышала гул детских голосов и возню на кухне. Дом ожил, зазвенела посуда, старшие ребята что-то кричали друг другу. Мне показалось невежливым отсиживаться в своей комнате, пока другие там хлопочут. Все-таки, я сюда прибыла, чтобы им помогать.

На кухне меня встретили радушно и тепло, ребята оттаяли и стали больше доверять мне. Завтрак прошёл обыденно. Мне хотелось закончить его как можно быстрее, чтобы продолжить работу.

В итоге среди кучи бумаг большинство оказалось ненужными, и совсем немного тех, что представляли собой какую-то ценность. Когда все разошлись по своим занятиям, я собрала сумку в дорогу, взяв с собой кое-какие документы старого управляющего, свои рекомендации и направление аббатисы. На всякий случай захватила несколько заячьих шкурок – в последние дни охота радовала продуктивностью, добычи на верёвке появлялось всё больше. Накануне Норм рассказал мне, как пройти к городу, упомянув, что там есть базар. Дорога в город пролегала через уже знакомую мне со слов ребят кузницу.

Норм сегодня остался на дозоре, Дженни с Беном ушли в лес. Прихватка, по обыкновению, слонялся по кухне, что-то жуя. Погода сегодня была ясная, потому часть детей под присмотром подростков играла во дворе. Я заранее обговорила со старшими своё намерение пойти в город, на что они воодушевлённо поддержали меня. Норм даже хотел было присоединиться, но я вежливо отказалась, объясняя тем, что в доме и без того есть чем заняться. Кто-то должен был остаться на дозоре у окна. Еще один человек - на подхвате на первом этаже. Толстяк, разумеется, вызвался «дозорить» на кухне. Я прошла мимо него и стала одеваться.

Прихватка наблюдал за мной с раскачивающегося стула, сложив пальцы в замок на груди.

- А вы отважная женщина, знаете?

Улыбнувшись, я взъерошила его шевелюру.

- Не знала до этого момента, но благодарю за то, что веришь в меня.

- Они сожрут вас с костьми, - негромко произнёс он, со вздохом опуская голову.

- Пусть попробуют успеть, прежде чем я их, - хохотнула, застёгивая сумку.

Парень ободряюще улыбнулся.

Я оделась и вышла на улицу. Солнце так ярко лилось в лицо, что пришлось остановиться на короткий миг, чтобы глаза перестало резать. Дети радостно возились и галдели.

Мальчишки дрались в шутку длинными прутьями, представляя, что это мечи. Через несколько десятков метров от дома шум стих. Лишь щебет птиц, купающихся в лучах живительного света, да хруст тающего снега под ботинками. Скоро начнёт теплеть и придёт весна. Как же, наверное, красиво тут станет и зелено. Запах чистого воздуха словно говорил о том, что морозов больше не будет. Я поправила сумку на плече и продолжила уверенно идти в неизвестность.

Вскоре показалась кузница – она располагалась к нам ближе всего. Чуть поодаль начиналось городское ограждение с центральными воротами, а за ними, вдалеке, высились каменные стены-великаны ратуши. Между ними торчали остроконечные шапочки-крыши домов.

Снаружи кузницы стоял мужчина, по виду, её хозяин. Красные от жара щёки его пылали, как сам огонь, с которым он работал на протяжении всей жизни. Я подошла к кузнецу и поздоровалась. Раньше он выполнял небольшие заказы для приюта, когда тот был в расцвете.

- Добро пожаловать! Вы, я так полагаю, леди Бри? Ребята рассказали о вас. Они очень воодушевлены вашим приездом. Решили, наконец, выбраться?

Я улыбнулась:

- Да, решила отправиться в ратушу. Пожелайте удачи.

- Хех, удачи! Замолвите и за меня словечко, вдруг к вам они прислушаются? Что-то заказов становится всё меньше, неужто людям больше нет нужды в моём ремесле?

Я пожала плечами:

- На вашем месте не стала бы сильно рассчитывать на меня, - улыбнулась и отправилась дальше, помахав ему на прощание рукой.

Чем ближе становились ворота, тем больше отступала лесная тишина. Издалека слышался базарный галдёж и ржание лошадей. Где-то вдалеке раздавалась музыка уличных дудочников.

Пройдя через арку, я влилась в городскую суету.

- Горшки! Покупайте глиняные горшки! Крепкие, вместительные, в хозяйстве сносу не будет!

Хриплому крику пухлой женщины вторил мужской чуть поодаль:

- Рыба! Свежая рыба! Недорого!

- Платки! Платья! Камзолы!

Я на мгновение остановилась возле телеги, на которой была разложена разнообразная одежда. Среди нарядов в глаза бросились несколько простеньких детских комбинезонов и с десяток пар носков из овечьей шерсти.

- Сами делаете? – ткнула пальцем на груду вещей.

Седая женщина утвердительно кивнула:

- Все сами! Овчина, пенька, рами, льняные рубахи!

Я достала из сумки свёрток с заячьими шкурами и приоткрыла, давая торговке заглянуть.

- Отличные шкурки. В самый раз для тёплых одежд вельмож.

Старуха перестала кричать и прищурилась:

- Скок просишь?

Я подошла к телеге и отложила на край два комбинезона и две пары носков.

- Ишь, чего удумала! Маловато будет твоих кроликов.

Я наклонилась к ней и заговорщически ухмыльнулась:

- За мои шкуры ты выручишь больше, чем за это детское тряпьё.

Торговка зашамкала сухими потрескавшимися губами, но затем отвернулась и продолжила кричать, призывая покупателей.

Я пожала плечами, застегнула сумку и прошла мимо неё дальше. После нескольких шагов меня кто-то схватил за локоть.

- Ладно, давай сюда, - досадно поморщилась женщина и протянула мне детскую одежду.

Я вручила ей свёрток и схватила покупку, прижав к груди, как драгоценность.

В воздухе витали запахи жареного мяса, жжёной древесины и конского навоза, смешанного с “ароматом” протоптанной земли, что противно чавкала под ногами. По обе стороны протянулись ряды с лавками, телегами, бочками. Каждый торговал чем мог и на чём приходилось. В конце этого туннеля виднелись длинные резные ворота в ратушу, а по бокам от них высились крыши жилых домов. Из их труб валили клубы дыма.

Мимо меня пронеслось несколько мальчишек, на ходу откусывая и перебрасывая друг дружке булку хлеба.

Вдруг перед моим лицом взмахнули вонючей рыбиной, я едва успела увернуться от неприятной пощёчины.

- Ры-ы-ы-ыба! – закричал торговец мне прямо в ухо.

Я отпрыгнула от него ещё дальше и, недовольно покачав головой, направилась прямиком к воротам. Подле них стояли два стражника с копьями, одетые в военные тулупы и шлемы.

- Кто такая? Чего надо?

Я сначала растерялась, но затем набрала воздуха в грудь и громко отчеканила:

- Управляющая детского приюта к бургомистру!

Мне казалось, что сейчас на меня накричат и развернут в обратную сторону, но стражник кивнул и с усилием приоткрыл тяжеленную дверь.

Окрестности ратуши имели чистый и ухоженный вид. Дорога, мощёная камнем, красивые двухэтажные каменные дома, несколько приличных лавок, пекарня, откуда шёл дивный аромат свежих булок. Здание городской управы выделялось на фоне других зданий размерами и архитектурой с элементами барокко. Я насчитала четыре этажа.

Из-за подступившего волнения ступени к дверям показались бесконечными, хотя на самом деле их было немного. Ладони вспотели, а сердце было готово выпрыгнуть из груди. С каждым шагом по скользкому гранитному полу, гладкому, как лёд, мысли метались, как стая бабочек, а кровь пульсировала в голове в ожидании момента истины, когда будет достигнута справедливость…

Глава 7

- Нет!

Грозный, но спокойный мужской голос вернул меня в реальность.

- Никаких женщин, никаких подаяний, никаких детей и стариков!

- Позвольте, но вы ведь даже не спросили, по какому вопросу я и к кому.

- Эка задачка. К кому вы можете ещё тут шастать целыми днями? Бургомистр не принимает никого без согласования.

Тощий седой надушенный мужчина в кривоватых очках брезгливо прикоснулся моего плеча длинным сухим пальцем.

- Кто есть вы и зачем тут, меня не интересует.

Пресловутые бабочки покинули моё тело и освободили место для нахлынувшей волны недовольства.

- Я и шагу не сделаю отсюда, пока не поговорю с ним.

- Извольте. Но должен предупредить, что он, - указал секретарь пальцем вверх, - не покидает своих владений и сегодня не собирается. Вам придётся долго ждать.Неожиданно его неприятно перекошенный злостью рот расплылся в наклеенной улыбке:

- Деточка, тебе не стоит здесь находиться. Вскоре прибудет стража и не станет с тобой церемониться, как я. Они просто вышвырнут тебя за ворота. Окажи любезность и удались сама. Приходи в другое время или запишись заранее, а я предупрежу уважаемого градоначальника о твоём прибытии. Что скажешь?

Я чуяла подвох и ложь, как если бы яд стекал по его тощему подбородку с каждым произнесённым словом.

- Пожалуй, я всё же попрошу его аудиенции лично и прямо сейчас, - с той же слащавой улыбкой, что у мужчины, произнесла я и нагло направилась к широкой лестнице, ведущей наверх.

Он на мгновение обомлел, но на его счастье, в двери вошёл один из стражников.

- О-о-о-о, - довольно протянул секретарь, - вы вовремя. Надо проводить милейшее создание вон из этого здания.

Он на секунду задумался.

- А лучше – из города.

Стражник кивнул и бросился ко мне, уже ступившей на спасительные ступени и грубо схватил под руку. Пока он стаскивал упирающуюся меня с лестницы, к стражнику присоединился тощий секретарь и они вдвоём выволокли меня под обе руки за двери.

- Даю тебе возможность уйти самой, не потеряв при этом чувства собственного достоинства перед крысами, что снуют под воротами. Если же нет – придётся публично вышвырнуть тебя вон.

Мужчины синхронно с грохотом захлопнули у меня перед носом обе двери.

Я вся тряслась от негодования. Нет, так просто не сдамся. Расшибусь, но доберусь до ненавистного тирана, отсиживающегося в своей гранитной башне.

Спустилась по ступеням и огляделась: вокруг никого не было, а за лестницей слева я приметила укромную нишу, в которую сами ноги понесли меня. Присела на корточки, спрятавшись за ней, и в тот же миг услышала, как двери распахнулись. Оттуда вышли стражник с возмущённым секретарём и стали спускаться по ступеням. Я вжалась в стену так, что ещё бы чуть-чуть и слилась бы с нею воедино.

- Нет, ты глянь, какие наглые! Совсем страх потеряли.

Они остановились у подножья.

- Ты видишь её? Ушла? Так и надо с ними, никаких церемоний. Пойдём, мне понадобится твоя помощь. Не беспокойся, управимся за пять минут и сразу вернёшься к воротам. А я к своему долгу… Ох, как же я их…

Голоса мужчин стихали, стало понятно, что они ушли за ратушу по правой стороне от выхода. Это был мой шанс! Я вскочила и понеслась вверх по ступеням, споткнувшись на ходу об одну из них. Быстро вскочила и ворвалась в двери словно ураган. В просторном зале никого не было и я, не раздумывая, побежала вверх по ступеням на второй этаж. В широком коридоре было несколько высоких дубовых дверей. Я подбегала к каждой и мельком заглядывала в замочные скважины: за первыми двумя дверями были пустой зал с длинным столом и тёмная комната, в которой не было видно ничего. Звуков тоже никаких оттуда не доносилось. За третьей дверью я увидела просторную, светлую столовую – на белой скатерти стояли чистые приборы и пахло тушёным мясом. Видимо, скоро у них обед. Надо поторопиться. Четвёртая комната была похожа на школьный класс: стояли пустые парты со скамьями, штук десять. Но тоже ни живой души.

Я вернулась к лестнице и поднялась выше, на третий этаж. Возле нужной двери я остановилась как вкопанная, по наитию. Медленно протянула руку к ней, но осеклась, с трудом справляясь с приступом тошноты.

По гулкому пролёту разлетелся стук захлопывающейся входной двери и шаги по ступеням. Времени больше не было. Я влетела в кабинет и закрыла за собой дверь. В комнате царил полумрак. У стены располагались книжные стеллажи, в центре стояли громоздкий стол с кучей бумаг и стул. По другую сторону стола, у окна, сидел внушительных размеров мужчина с салфеткой, заправленной за переднюю часть ворота, как слюнявчик у младенца. Он смачно обгладывал мясную кость, и сок с жиром стекали по его подбородку, похожему больше на две сальные складки, переходящие сразу в грудь.

Увидев меня, он удивлённо положил кость на тарелку перед собой и промокнул рот салфеткой.

- Так, так… И кого имею честь принимать?

Он вытащил платок из рубахи и начал не спеша вытирать пальцы, один за другим.

Я сделала пару осторожных шагов к нему.

- Господин бургомистр? Меня зовут Брианна Стюарт. Я – управляющая детского приюта на окраине Нормуда. Пришла с бумагами, в которых указано, что вы обязаны регулярно присылать нам провизию, чего избегаете. То, что приюту выдаётся, весьма далеко от того списка, что причитается. От лица всех детей приюта…

Бурмистр взмахнул пухлой ручкой, призывая замолчать.

- Дай сюда.

Он протянул руку ладонью вверх, сжимая и разжимая короткие пальцы-сосиски в золотых перстнях, блестящие от мяса.

Я встрепенулась и вытащила из сумки бумагу с указом. Боров пробежался по ней взглядом и откинул от себя. Жестом он указал мне опуститься на стул.

- Повтори. Кто ты есть?

- Я управляющая детским…

- Вздор! – вскинул бургомистр руку в воздух. – Впервые слышу. Указ-то у тебя есть. Однако. Подписан он несуществующим королём в давние и уже канувшие в лету времена. И там не сказано, что ты есть… Как там тебя… В общем, нет никакого подтверждения, что я имею к этому какое-то дело.

Я вытащила бумагу от аббатисы с указанием меня в качестве новой управляющей приюта и резко всучила её мужчине. Он взял её двумя пальцами, вновь бегло прочёл и взглянул исподлобья:

- Ле-еди Брианна. Поспешу вас разочаровать, но эта бумага не решает вопрос. Никто не согласовывал со мной ваше появление тут. Так что вы, дорогуша, как бы сказать… Никто. И в целом вам надлежало бы быть поскромнее и радоваться тому, что я выделяю приюту каждый месяц.

- Но такого количества еды не хватает для двадцати человек. Нам нечем топить печь…

Мужчина махнул рукой:

- Топите мебель, если вам недостаточно того, что мы великодушно жалуем.

Я рассвирепела.

- Простите, но я вынуждена…

Он снова меня прервал жестом и тяжело поднялся со своего кресла. Казалось, мужчина с усилием передвигает собственные ноги, не способные вынести тяжесть тела. Боров делал мелкие неторопливые шаги, а на лице у него было абсолютное спокойствие, выводившее меня из себя ещё больше.

- Ты не можешь требовать от меня чего-либо, пока не предъявишь мне действующий указ нынешнего короля или согласованные со мной бумаги о том, что ты есть та, за кого себя выдаешь.

Бургомистр звонко поцокал языком, покачивая в такт редеющими жидкими волосёнками.

- Однако…

Он обошёл меня сзади и наклонился к уху так, что я почувствовала его горячее дыхание.

- Возможно, такая прелестница, как ты, сможет согреть старые кости несчастного управляющего…

Я ощутила, как его мерзкая рука скользнула мне на грудь.

- Возможно… Я смогу тебе чем-то помочь и подсказать, к кому обратиться в Элингоре…

Я отбросила его руку и вскочила со стула.

- Как вы смеете!

- Не спеши, дитя. Обдумай всё хорошо. Оставь это высокомерие, можешь звать меня просто – Феркель. Мы с тобой одного поля ягоды, к чему нам ссориться.

«Отвратительный боров, отвратительное поросячье имя!»

Я взяла с его стола бумаги, которые принесла и засунула в карман.

Дверь в кабинет открылась, и худая секретарская голова просунулась в проём. Увидев меня, мужчина шире распахнул дверь:

- Дрянная девчонка! Как ты сюда пробралась?!

Он отвратительно брызгал слюной, выкрикивая каждое слово. Бургомистр спокойным жестом заткнул помощника.

- Всё в порядке, Мортикам. Наша леди Брианна уже уходит. Я ждал её, мне нужно было обсудить вопросы.

И повернулся ко мне:

- Прощай, детка. Подумай над моим предложением.

Я, не помня себя, проскочила мимо мужчин и только на улице начала жадно вдыхать воздух.

Ну уж нет! Какое хамство…

Одно я знала теперь точно, боров проговорился - в Элингоре мне могут помочь с моей проблемой. Найти новый указ нынешнего короля или добыть документы, которые бы подписал отвратительный Феркель. Кто и как – дело второе. Лишь бы больше никогда не сталкиваться с этими мерзкими самодовольными существами. Теперь я знала, как выглядит сэр Мортикам, о котором рассказывала Дженни. У меня появился новый план. Я поспешила отсюда, не желая оставаться ни на одну минуту.

Глава 8

Выскочив на улицу, стрелой слетела по лестнице и, не помня себя, пронеслась через городок прямиком к воротам. Лишь оставив позади стены Нормуда, я замедлила шаг и остановилась, чтобы перевести дыхание. Мысли мало-помалу приходили в порядок. Пока было не совсем понятно, с чего начать, но то, что необходимо попасть к судье и поведать ему о бесчинствах, которые творит, руководствуясь жаждой наживы и денег, безжалостный Феркель, стало для меня ясно.

Сделав ещё несколько глубоких вдохов, словно смывая с себя морозным воздухом незримые следы омерзительного бургомистра, я упрямо тряхнула головой и направилась по тропинке в сторону дома. По дороге решила заглянуть к кузнецу и поблагодарить за то, что он недорого продал столь нужную нам железную палку.

Кузница оказалась небольшой пристройкой к дому позади него. Снаружи в виде открытой лавки стояли наковальни, верстак, из печи клубился сизый дымок. В глубине, теряясь среди висящих инструментов, пряталась невзрачная дверь. Никого не было видно и мне пришлось пройти внутрь, чтобы постучать. Всё тот же румяный мужчина открыл дверь, вместе с которой на улицу вырвался пар и сладкий аромат обеда.

- Леди Бри! – воскликнул он. – Проходите! Рад, весьма рад личному знакомству. Рассказывайте, как сходили в ратушу? Вас приняли? Да, кстати, не спросил при давешней встрече - как успехи с ломом? Удалось прорубить лунку в реке?

- Добрый день еще раз! Да, спасибо, вы нас очень выручили. Понимаю, что немного заплатили…

Кузнец выглядел весьма добродушно и смотрел на меня улыбающимися глазами. Это был широкоплечий крепкого телосложения мужчина лет сорока. От постоянной работы его руки были накачаны, а пальцы и ладони покрыты мозолями и небольшими ожогами. Из дома слышались детские голоса и женский смех.

Меня это немного смутило:

- Извините, я, наверное, не вовремя…

Добряк рассмеялся, обнажив ряд здоровых крепких желтоватых зубов:

- Мы всегда рады гостям в нашем скромном жилище. Прошу, проходите, отобедайте с нами.

Он сделал жест, приглашающий войти, и я протиснулась в проём. В доме оказалось очень жарко, из сеней проход вёл сразу в просторную кухню. За столом сидела красивая длинноволосая женщина лет тридцати пяти, держа на руках годовалого малыша, и вытирала его пухлые губки тряпочкой. Перед ними стояла маленькая миска с ложечкой и железная кружка с душистым травяным взваром. Чуть дальше ещё две уже почти пустые тарелки с остатками еды.

- Мальчишки! – прогромыхал мужчина, – Уберите за собой посуду! У нас в доме гостья.

В комнату вбежали два паренька лет десяти каждый. Увидев меня, они слегка поклонились, схватили свои миски и убежали с ними к тазу, стоящему в углу комнаты.

- Добрый день, мисс, - улыбнулась женщина, - прошу, присаживайтесь. Мой муж рассказал, что ребятки поделились радостью. Вас прислали возглавить тот милый приют? Раньше детки часто прибегали к нам, но в последнее время гости оттуда – редкость.

Кузнец наполнил такую же кружку, поставил передо мной и сел напротив.

- Это моя жена – Маргарет. Меня зовут Свен. Рад, что зашли познакомиться. Она права: сиротки стали менее необщительными. Ваши мальчишки, что пришли за железной палкой, воодушевленно рассказали, что к ним прислали новую управляющую. Да и какую – голубых кровей!

Он негромко рассмеялся и сложил руки на столешнице, как школьник за партой.

- Слава богам, что прислали вас, мисс, а не какого-нибудь проходимца с Нормудских просторов.

Тем временем женщина отодвинула посуду и опустила ребёнка на пол. Тот встал на покачивающиеся ножки и засеменил в другую комнату за братьями.

- Спасибо за тёплый приём, он оказался радушнее, чем в ратуше… - выдохнула я.

- Да. Мистер Феркель не гостеприимный градоначальник. Вы получили от него то, что хотели?

Судя по всему, мужчина был действительно заинтересован, на лице его читалось искреннее любопытство.

- К сожалению, бургомистр оказался весьма груб. Было бы полезно узнать, кто он, какие порядки наворотил? А ещё хотелось бы расспросить про судью, и как к нему можно попасть.

Свен потёр своими мощными пальцами переносицу и поморщился.

- Знаете, как только сменился король, поменялось всё. Даже у нас, простых ремесленников, упал доход, ведь у бургомистра, его подельников есть родственники, которых те тянут за собой наверх. Покупателей у меня всё меньше и меньше. Бывает, что один в несколько дней, а бывает и реже. Прежний городской глава часто давал мне заказы для солдат и стражи. Да и горожане захаживали. А сейчас Груберг забрал под себя почти весь рынок и не намерен делиться клиентами.

Мужчина выражался очень грамотно, оперируя сложными понятиями, и я пристальнее в него вгляделась.

- А на счёт судьи… Дом суда находится в другой части Нормуда, со стороны северных ворот. Это, - он махнул в окно, указывая в сторону рынка, - восточные. Въездов в город всего три: последние выходят в лес. Их так и называют – «Лесные врата». Для граждан они не открываются, да я и не знаю даже, пользуются ли ими – я никогда не видел их открытыми. Глупость какая – выход прямо в лес! Кто туда может ходить и зачем? Там весьма опасно.

Маргарет встала из-за стола, наполнила мою опустевшую чашку и отправилась мыть посуду.

Кузнец же продолжил свой монолог:

- Тем не менее они там стояли и стоят. Северные ворота выводят из Нормуда к скалистым горам. Летом и осенью там хорошо собирать травы. И родниковая вода, которой пользуется весь город, тоже течет оттуда. Там-то и стоит Дом суда и местные темницы.

Я перебила Свена:

- Тюрьма?

Мужчина согласно кивнул седеющей головой.

- Она самая. Я не знаю, кто там обитает, и, надеюсь, не узнаю никогда, но казней мы не видели давненько. Судью зовут Олаф. Он прибыл к нам из Элингора – это большой город в паре днях езды на лошадях. Его прислали к нам лет пять назад, почти сразу после смены правителя. Поговаривают, что он высоких чинов и приходится дальним родственником самому королю Ричарду – новому правителю. Я видел судью всего несколько раз, он не похож на добродушного человека.

Кузнец качнулся в мою сторону и перешёл почти на шёпот:

- Ходят слухи, что узников он убивал самолично. Вместо публичных казней. Вот такая жестокая у него репутация.

Глава 9

- Выходит, его боится весь Нормуд?..

- О, не только Нормуд, мисс, - подключилась Маргарет, - даже сам мистер Феркель его побаивается. А они ведь вроде как в тесных связях.

- Тоже какие-то родственные отношения?

- Не думаю. Но именно судья назначил Феркеля на этот пост, - Свен выпрямился и заговорил своим обычным чуть басовитым голосом.

- Эти двое наводят ужас на город уже который год. Мало кто отваживается идти с ними спорить. Потому-то я и удивился, когда услышал, что вы были в ратуше по своим вопросам. Обычно бургомистр отказывает в аудиенции всем желающим, кроме тех, у кого есть власть или деньги. А если кто начинает хамить – с тем не церемонятся.

- Жуть какая.

Мои брови сдвинулись к переносице, а губы неприязненно скривились. Вот ведь какая мерзость, и мне одной не потянуть борьбу с местной властью. Они меня просто сломают.

- Да, нам приходится плясать под дудку местной власти. Однако был слух, что судья хоть и жесток, но подкупен. Вот только, чтобы решить проблему, одного серебра может не хватить. Феркель и Олаф стоят на вершине этого города.

Мужчина пожевал губами и, посмотрев прямо мне в глаза, вдруг сказал:

- Леди Брианна, ежели что, знайте, что мы на вашей стороне, что бы вы ни попытались предпринять, и поможем чем сможем.

Маргарет утвердительно кивнула, качнув струящимися по спине волосами:

- Да. Ведь если у вас получится хоть что-то, это будет надеждой для всех нас, не только для приюта. У нас трое детей, нужно чем-то питаться, одевать их, обувать.

Я на мгновение задумалась: что-то показалось мне знакомым.

- То, как вы изъясняетесь, - я подняла глаза на Свена, - вы не из рабочего класса, ведь так? Или мне показалось?

Лицо кузнеца погрустнело, а взор упёрся в стену, позади меня.

- Вы правы, леди Брианна. Я сам родом из Воршира, но давно покинул сие славное королевство. В Дримэй мы с женой прибыли много лет назад, бежав от жуткого мора, напавшего на нашу Родину, стремясь спасти детей.

- Вы получали образование?

- О да, мисс. Мой отец был рыцарем при дворе короля Геральда. Благодаря его происхождению я получил неплохое образование. Но обоих родителей скосила болезнь…

Я была искренне удивлена услышанным, потому не выдержала и воскликнула в сердцах:

- Но почему вы прозябаете на такой каторжной работе?!

Маргарет тихо ответила:

- По дороге сюда разбойники напали на нашу карету. Они забрали все, что у нас было, включая карету с лошадьми. Оставили в насмешку лишь одежду на плечах. Но, хвала Господу, сохранили нам жизни. Мы пробирались через лес пешком, а, добравшись до города, первым делом направились к судье, чтобы тот помог восстановить документы. Но в ответ мы получили отказ. Он заявил, что в этом королевстве у нас нет никаких привилегий и отправлять запрос в соседнюю страну слишком муторно и дорого. В общем, обозвал нас никем и выкинул прочь. Но небеса сжалились над нами. Старик кузнец, у которого не было детей, приютил нас всех у себя, обучил Свена своему ремеслу, так мы здесь и обосновались.

Женщина выглядела расстроенной и подавленной. Я искренне сочувствовала и понимала их, как никто другой. Эти паразиты, крепко впившиеся в город, вызывали во мне всё большее отвращение. Мои пальцы сжались в крепкий кулак, а ногти больно впились в ладонь.

- Будем надеяться, что тёмные времена вскорости пройдут, как страшный сон.

Свен грустно улыбнулся:

- Спасибо вам за поддержку. Вы одна из немногих, кому не всё равно.

Я встала из-за стола и поклонилась:

- Благодарю вас за добрый приём и за то, что поделились воспоминаниями.

Уже в дверях вдруг кое-что вспомнила и, обернувшись, задала Свену вопрос:

- Не сочтите за наглость, но нет ли у вас ненужных прутьев или досок? Хочу сделать маленькую пристройку для зайцев.

Краснощекий мужчина задумчиво насупился, а потом его лицо посветлело и он, поднявшись, поманил меня за собой. Мы прошли в кузню. В дальнем углу была сложена стопка старых деревяшек.

- Эти доски уже негодны, чтобы сделать из них дверь или стол, и мы собирались их стопить. Но для загончика вполне сгодятся. Присылайте мальчишек, я отдам им, что здесь лежит.

Я с чувством пожала его натруженную руку:

- Благодарю вас. Думаю, тоже смогу когда-нибудь отплатить вам своей помощью.

В приюте меня заметили издалека. Прихватка уже ждал снаружи, приставив руку козырьком и всматриваясь в тропу, по которой я шла. Двор был пуст, видимо, дети наигрались. Вечерело и становилось холоднее. На кухне Дженни готовила ужин, а ребятня сидела в соседней комнате, погруженная в какую-то только им понятную игру.

Пухляш влетел в дом следом за мной, лихо оседлал стул и проницательно заметил:

- Леди Бри, вы не выглядите радостной. Плохие новости?

Я сняла верхнюю одежду и грустно опустилась на скамью. Как же правильно поступить: рассказать им, как все было, или умолчать?

- Пока не получила желаемого в ратуше. Но завтра хочу отправиться к судье и поговорить с ним, - и, чтобы дальше не расстраивать ребят, быстро сменила тему: - А ещё у меня появилась хорошая идея: мы можем попробовать разводить кроликов. Они быстро плодятся и наверняка принесут нам пользу. Нужно лишь соорудить для них некий загон. Правда, пока не потеплеет, придётся держать их в доме. Мастер Свен согласился отдать нам доски, из которых можно будет построить клеть. А где… Думаю, можно использовать одну из нежилых комнат на втором этаже.

По радостному лицу Прихватки было видно, что план ему понравился. Дженни тоже одобрительно закивала.

Я весело хлопнула по столу раскрытой ладонью и встала, обращаясь к толстяку:

- Возьми кого-нибудь из парней и отправляйтесь за материалами в кузнецу. А с остальным можно будет разобраться завтра.

Прихватка шутливо отдал честь и шумно поскакал по ступеням лестницы в дозорную – там были Норм и Бен, вернувшиеся из леса.

Я чувствовала себя полностью вымотанной, этот насыщенный день высосал из меня почти всю жизненную энергию до донышка, оставив тяжёлую слабость. Не дожидаясь ужина и извинившись перед Дженни, я отправилась к себе. Рухнула на кровать и почти мгновенно забылась тревожным сном.

Глава 10

Проснулась с гудящей головой и не сразу поняла, где я, но воспоминания вернулись быстро. За окном вовсю сияло дневное светило, пробивавшееся сквозь мутное стекло. Я села в кровати и обнаружила, что кто-то укрыл меня крупным войлочным лоскутом. Солнце нагрело комнату, прогнав холод ночи.

Из-за двери слышались приглушённые голоса детей, находившихся в игровой комнате. Заглянув туда, увидела, как пара старших девочек – Вики и Амелия, сидят на коленках и шепчут малютке Джо ободряющие слова, утирая слезинки с его щёчек.

- Что случилось?

Я тоже присела рядом, и малыш бросился мне на шею.

- Билли обидел. Он решил построить из досок, что лежат в сарае, крепость. Малыш нечаянно сломал её, и Билли ударил его веткой, - объяснили девочки.

Джо поднял на меня свои ангельские глазки и снова всхлипнул:

- Я не хотел, честно-честно! Я только поскользнулся. А Билли ругался на меня…

Я рассеянно погладила мальчика по волосам и прижала к груди.

- Ох, малыш. Я уверена, что Билли уже сожалеет о своём поступке. Ты на него обижаешься?

Джо утёр остатки слёз и помотал головой:

- Нет. Билли хороший. И ты хорошая, – он протянул к моему лицу свою ладошку и погладил по щеке.

Амелия и Вики заулыбались, и я вместе с ними.

- Вот и чудесно. Давай, пойдём обратно во двор и, может быть, ты сможешь помочь Билли восстановить разрушенное?

Ребёнок довольно кивнул, поднялся и побежал одеваться. Девочки направились за ним.

Лишь Вики задержалась в дверях, будто вспомнив что-то важное, обернулась и обронила:

- Спасибо, леди Бри.

Я кивнула, и девочка удалилась.

В комнате без детей стало мрачновато: кривой стол выглядел пугающе, если не представлять, что за ним играют радостные дети. Самодельные деревянные и глиняные игрушки оказались в плачевном состоянии – у куклы отломана рука, а у фигурки, напоминавшей лошадь, сколота часть головы. Надо что-то менять и поскорее.

Выйдя из комнаты и перейдя на кухню, увидела на столе тарелку, накрытую тряпкой. Рядом ложка и стакан. Там оказалась моя порция завтрака. Каша давно остыла, как и травяной чай. Я села напротив окна и стала есть.

Нужно срочно собираться снова в город. Помыв за собой посуду, вновь снарядила сумку теми же бумагами, что и вчера.

С лестницы спустился Норм. Выглядел он встревоженно.

- Как вы, леди Бри? Я переживал. Вчера рано отправились ко сну, сегодня поздно встали. Не приболели ли?

- Спасибо, Норм, я в порядке. День вчера выдался тяжёлым, только и всего. Сейчас вновь отправлюсь в город. Чувствую, что сегодня мне повезёт больше.

Я постаралась говорить уверенно, чтобы не тревожить понапрасну ребят.

Это сработало. Норм с облегчением выдохнул, кивнул и отправился назад, в дозорную.Во дворе Дженни, завидя меня, махнула рукой, привлекая к себе внимание.

- Позавтракали, мисс Бри?

- Да. Большое спасибо, что не забыли про меня.

- Ну, что вы, - смутилась девушка, - как могли? Вновь в город?

Я кивнула и потопала по тропинке. Дженни еще раз помахала мне и побежала за девочками, которые устроили игру в догонялки. Мальчишки перебрасывались подтаявшим липким снегом. У сарайчика Джо помогал Билли приставлять доску к другой, сооружая подобие домика.

Путь мой лежал по уже знакомому маршруту. Снова проходить через город и ненавистную ратушу не хотелось, решила обойти снаружи вдоль стены и таким образом добраться до заветных северных ворот, где меня ждала очередная неизвестная встреча. Как всё пройдёт? Какие слова подобрать, если судья окажется ещё более невыносимым, нежели Феркель? С каждым шагом появлялось всё больше вопросов и сомнений. Однако настроение не спешило ухудшаться.

Судья продажный, так сказал Свен. Это должно было как-то помочь на случай отступления. К сожалению, монет у меня нет. Тем более в таком количестве. Но есть знания и решимость. Если Олаф также не захочет принять меня, надо быть готовой убедить его выслушать. Подобрать нужные слова… Наверняка Дом судьи тоже охраняют стражники. Тем более, что там находится тюрьма. Охранников должно быть очень много. Надо продумать план проникновения... Вот же чёрт… Они друзья, так что судья может и заартачиться. Чего доброго, ещё сговорятся оба и попытаются меня вытурить из города… Вот уж нет, так просто им меня не взять!

Размышления поглотили всё моё внимание, и лишь когда ноги ступили на каменную поверхность, я поняла, что близка к цели.

У врат было пусто. Странно – ни одного стражника. Вероятно, из-за того, что никто в здравом уме не придёт сюда по собственной воле.

Мысленно отругала себя за минутное слабодушие и дёрнула за массивное кольцо деревянных створок.

- Стой, кто идёт!

Крик шёл откуда-то сверху. Над воротами в небольших башенках по обе стороны стояли мужчины в шлемах. Ах, вот, где они! Цепные псы, охраняющие покой своего господина.

- Управляющая детским приютом, к судье Олафу для разговора!

Я задрала голову, стараясь рассмотреть лица гвардейцев. Впрочем, безуспешно, лишь глаза заслезились.

Послышалась возня, и через несколько мгновений огромные высокие двери медленно приоткрылись, приглашая войти. За воротами стелилась такая же мощёная булыжником земля, как и перед ратушей. Только здесь было куда тише. Пугающее беззвучие. Даже птицы не летали над территорией тюрьмы.

Дом суда разительно отличался от хором, где заправлял Феркель.

Темница представляла собой серое потрескавшееся двухэтажное здание, выглядело оно каким-то заброшенным. Камень на фасаде местами отколот и испещрён змеевидными глубокими трещинами, окна забраны толстыми прутьями, а крыша стонала под порывами зимнего ветра. Всё это «великолепие» охраняла марширующая тройка часовых.

Лестница, что вела по крыльцу к дверям судебного учреждения, тоже была мрачной. Меня более никто не окликнул, не встал на пути.

За дверями никого не оказалось. Ни стражи, ни снующих секретарей, ни беснующихся горожан. Мелькнула запоздалая мысль: а правильно ли я поступила, придя сюда одна?

Широкий коридор больше напоминал учебное заведение, чем Дом суда. Впрочем, откуда мне знать – ведь это первый увиденный Дом суда за всю мою жизнь. Заглянула в ближайшую дверь. В светлом кабинете находились двое мужчин: один из них сидел за широким полированным столом, разительно контрастировавшим с серостью стен, и, склонив голову, подписывал бумаги, которые ему подкладывал второй, стоявший рядом. Сидевший был среднего роста, жилистый, одетый в простой сюртук и плотные тёмные штаны, на ногах красовались добротные, начищенные до зеркального блеска высокие кожаные сапоги. Его руки были покрыты сеточкой морщин, с сильно выпирающими синими венами. Лицо незнакомца было напряженным и суровым. Ни одной эмоции не отражалось в прищуренных холодных глазах. Тёмные волосы с заметной сединой гладко зачёсаны назад. В уголках губ пролегли глубокие складки, указывающие на то, что человек повидал многое. И это «многое» было далеко не самым приятным.

Стоявший рядом помощник выглядел куда моложе. Парень был одет в качественный, но не кричащий костюм серого цвета. Дорого, но скромно и со вкусом. Кто бы мог подумать. А ещё моё внимание привлекла стоявшая на краю стола деревянная голова, с натянутым на неё напудренным белым париком.

Судья, наконец, заметил движение в дверном проёме, я как раз вежливо стукнула костяшками пальцев по дверному косяку. Секретарь, обернувшись ко мне, удивлённо вскинул брови:

- Здравствуйте. Сегодня не приёмный день.

Некоторое время мы просто беззвучно смотрели друг на друга. И именно Олаф первым нарушил молчание:

- Добро пожаловать, леди. Чем могу служить в такой прекрасный солнечный день? – на его лице не проявилось ни единой эмоции, даже мимолётного интереса к моей персоне. Должна признать, это напрягло.

Тем не менее мой голос прозвучал уверенно и спокойно:

- Добрый день, господин Олаф. Меня зовут леди Брианна Стюарт. Я являюсь новой управляющей детского приюта за стенами Нормуда.

- Так. Слушаю вас, леди Брианна. Не могли бы вначале предоставить бумаги, подтверждающие вашу личность и назначение?

Я молча достала письмо аббатисы и положила перед ним. Судья развернул его, тщательно изучил. Но на его безэмоциональном лице не дрогнул ни единый мускул – он явно знал, что я к нему приду. Впрочем, неудивительно, раз они с Феркелем приятели, тот вполне мог предупредить судью о моём приходе.

- Рад, что особа таких кровей среди нас. Чем могу служить, леди Брианна?

- Я здесь, чтобы обсудить непристойное поведение городского бургомистра по отношению ко мне. А также его злоупотребление властью, данной ему, я так полагаю, вами.

- Так и есть. Мистера Феркеля утвердил на данный пост я. Расскажите, что случилось. Мы попробуем разобраться.

Я вкратце поведала судье о встрече с боровом.

Олаф внимательно слушал, не мигая глядя мне в лицо. Его помощник так же стоял неподвижно, как каменная статуя.

- Что ж, мисс. Вы нанесли визит без предупреждения, а человек мог быть в плохом настроении. Что до непристойностей – вы явились в кабинет к мужчине без дуэньи, без приглашения, подгадав момент, когда бургомистр останется в одиночестве, получается, сами поставили себя в столь неприятную двусмысленную ситуацию. Стоит ли мне продолжать?

С каждым его сухо произнесённым словом я чувствовала, как во мне начинает закипать ярость.

- Значит ли это, что я не добьюсь справедливости? Ни в отношении собственной чести, ни в отношении детей, которых оставили помирать от голода.

- Феркель ведь ясно дал понять: указ касательно приюта выдан старым королём, который более не имеет власти ни над Нормудом, ни над королевством Дримэй в целом. А что насчёт вас, не хочу повторяться – вы сами поставили себя в неловкую ситуацию. Боюсь, мисс, ничем не могу вам помочь.

Я вплотную подошла к судье так, что нас разделял только его письменный стол.

- Очень жаль это слышать, лорд Олаф. В таком случае мне придётся искать ответы и справедливость в ином месте, повыше вашего. Надеюсь, мой голос услышат в палатах Элингора и Рэввена.

Мужчина вздрогнул от произнесённого мной, впервые на его лице появились хоть какие-то эмоции. Я попала в точку!

Но судья быстро взял себя в руки, и, чуть наклонив голову набок, будто большая хищная птица, разглядывающая свой будущий ужин, молвил:

- К чему такие крайности? Мы взрослые люди и вполне можем прийти к соглашению, не так ли? Надеюсь, внеплановое финансирование вашего приюта в виде двадцати серебряных монет заставит вас передумать и оставить эту затею? Также обещаю побеседовать с господином бургомистром на предмет его поведения.

Во мне боролись две сущности: одна кричала о справедливости и о том, что нельзя оставлять бесчинства безнаказанными, что надо идти до конца, раз уж ступила на эту тропу. Вторая же заискивающе твердила о нужде и необходимости денег – для детей, приюта, в конце концов, для жизни. Я дрогнула, что не осталось незамеченным собеседником, судья выпрямился и растянул рот в хищной улыбке, в мёртвых рыбьих глазах сверкнуло понимание.

- Ну, так что, договорились? – в мою сторону протянулась сухая рука.

Необходимо принимать решение.

Если так посудить - отомстить и добраться до мерзавца-свина я могу и другими способами, но деньги мне были нужны здесь и сейчас.

Я быстро пожала руку Олафу и сразу же отпустила её.

Судья обернулся на помощника. Тот тут же достал из сейфа мешочек со звенящими монетами и отсчитал нужную сумму. Судья, деловито оправив сюртук, усмехнулся:

- Возьмите, леди Брианна. Надеюсь на ваше благоразумие и что вы сдержите своё слово. Я. Очень. Не. Люблю. Когда. Мне. Лгут. Очень. – последнее предложение он произнёс, делая паузы, чем не на шутку меня напугал. Опасный человек.

Мне только и оставалось, что мрачно кивнуть и взять монеты.

- Что ж. Прекрасно. Не смею более вас задерживать.

Олаф вновь взял в руки бумагу, отложенную с моим приходом, и углубился в чтение. Я вышла, не удостоив прощанием новых знакомцев, специально оставив дверь на палец приоткрытой. Сама же затаилась у стены, прислушиваясь к каждому звуку.

Спустя мучительную минуту-две действительно послышался негромкий голос судьи:

- Я сделал такой щедрый подарок этому недалёкому Феркелю, и где благодарность? Власть вконец затуманила его слабый разум. С ним действительно придётся провести долгую беседу. Как я и обещал этой наглой девице, посмевшей мне угрожать. Как же мне управлять городом, когда моя марионетка глупо подрезает ниточки, на которых висит? Нехорошо. Не стоило ему так меня расстраивать. Буду вынужден принимать меры. Он начинает мешать моим делам и портить планы.

- Вы, как всегда правы, господин. Я займусь бургомистром. Всё приведём в порядок.

- Замечательно…

Дальше слушать не стала – послышались гулкие шаги: кто-то шёл в мою сторону. Дозорные, завидев меня, открыли ворота. Передо мной открылась великолепная картина белого поля с вкраплениями далёких высоких тёмных холмов, их острые вершины стремились к синим небесам. В воздухе почудился аромат перемен, и настроение стало стремительно улучшаться. Пусть сегодня мне пришлось поступиться своими принципами, но то было не для себя, всё ради детей.

С деньгами я могла сделать куда больше, чем изначально планировала. Эти монеты станут начальным капиталом.

Глава 11

Солнце клонилось к западу, медленно, но верно уходя за горизонт. В кармане моего пальто приятно потяжелело и радостно звенело при каждом шаге. Я не торопилась домой. А если быть точнее – возвращаться в приют с пустыми руками. На деньги судьи обитатели детского дома могли питаться несколько месяцев, учитывая, что уже имелось: мясо, рыба, провизия, которую нам «великодушно» жертвовал бургомистр, и обноски, в которых пока ещё можно было ходить. Вначале я не планировала заходить в город, но теперь решила заглянуть на рынок, где в прошлый раз приметила небольшую пекарню и несколько лавок с продуктами. К вечеру на грязной базарной площади уже не было такого столпотворения, как утром. Некоторые торговцы уже собирали свой товар, громко негодуя, что за день у них ничего так и не купили. Исключением не стала необычная персона: молодая женщина в достаточно ярком, хоть и явно поношенном балахоне. Она притягивала внимание, кровавым пятном выделяясь на фоне серых домов, чёрной земли и белых редких снежных сугробов, что были укрыты от солнечного света. Полы алеющего плаща с широким капюшоном, как флаг, реяли на ветру. А женщина, не обращая ни на кого внимания, деловито завязывала горловины у многочисленных разнокалиберных мешочков.

Я подошла ближе и с любопытством уставилась на её прилавок. На столе были разложены травы, специи, и много разноцветных украшений, переливающихся на свету.

- Подходи ближе, не стесняйся! Всё подскажу, что сердцу твоему угодно.

Девушка молниеносно обернулась и оказалась лицом к лицу со мной. Браслеты на её запястьях зазвенели, а крупные серьги-кольца заплясали над худощавыми, но стройными плечами. Из-под капюшона выбились несколько чёрных, как смоль, кудрей.

«Цыганка!», - удивилась я про себя. Зная их репутацию, тут же отшатнулась, сделав пару шагов назад, при этом автоматически сжав в кармане заветное серебро. Моё поведение вдруг рассмешило женщину.

- Ты меня испугалась? Не стоит. Я не причиню тебе неприятностей.

Она широко улыбнулась и провела рукой над товаром.

- Чего-то хочешь? У меня лучшие специи, собранные со всех королевств! Кстати, среди них есть и те, что помогут растопить лёд в твоём сердце и смирить гнев. Украшения? Подчеркнут женственность, которую ты прячешь глубоко под ворохом одежд. Есть обувь: туфли, сапожки достойные королевских особ.

Она ткнула пальцем в уже завязанный мешок.

Ещё раз взмахнув подолом длинного платья, незнакомка замерла в ожидании моего ответа.

А я всё смотрела ей в лицо, любуясь необыкновенной экзотической красотой торговки, её бездонными чёрными глазами.

- Не боитесь, что бургомистру не понравится, что вы тут торгуете? – вместо ответа, вдруг поинтересовалась я.

Девушка коротко хохотнула:

- Кому? Я не подчиняюсь ничьей власти! Мне некого бояться. Не понравится – просто отправлюсь дальше в путь. Мы народ кочевой и промышляем торговлей. Не более того, - подмигнула она. - Так вы будете что-то брать?

Я снова взглянула на её прилавок и, не удержавшись, улыбнулась:

- Думаю, сегодня – нет. Интересно, куда вы планируете направиться после Нормуда? Здесь, по всей видимости, вы покупателей не найдете. Цыганка приподняла один уголок рта в ухмылке:

- Аха, это я уже заметила. На рассвете мы отправимся далее в путь. Поэтому и думала напоследок попытаться что-то продать из наших сокровищ. Надеюсь, в Элингоре будет больше покупателей.

Я встрепенулась: вот он, мой шанс! Всё говорило о том, что двигаюсь в нужном направлении. Знак свыше. Я протянула руку девушке.

- Меня зовут леди Брианна. Прошу, возьмите меня с собой, мне очень нужно в Элингор. Поверьте, судьба маленьких детей зависит от того, как скоро туда попаду. Я как раз намеревалась искать попутчиков.

Девушка ненадолго задумалась, после чего всё же пожала мне руку.

- Я Роза. Поговорю с главой нашего табора, спрошу о тебе. Приходи сегодня, как стемнеет, к воротам со стороны леса. Мы разбили лагерь неподалёку от них.

Эта неожиданная встреча показалась мне ключевой. Я махнула Розе на прощание и направилась вглубь базара, откуда тянуло ароматом свежего хлеба.

Выходя с базарной площади, заметила, что лавка цыганки уже опустела, и её яркого плаща нигде не было видно.

В приют вернулась засветло. Довольная и с полной сумкой провизии.

Под всеобщие изумлённые возгласы я выложила на кухонный стол всё, что принесла: несколько душистых булок хлеба, ароматную домашнюю выпечку, с кило или больше свежего батата, сухофрукты, какие-то незнакомые мне орехи, сушёные травы, которые тут использовали вместо чая. Дети столпились вокруг и радостно галдели. Помимо прочего, я вынула из сумки две пары приличной тёплой детской обуви, несколько платьиц, шапки из шерсти. Младшие тут же все расхватали и убежали в игровую, на ходу отбирая друг у друга новую одежду. Я с удовлетворением уселась на скамью.

Четыре пары недоумённых глаз смотрели на меня, ожидая объяснений. Даже Бен покинул свой пост, чтобы самому увидеть это чудо. Прихватка, не сдерживая эмоций, свистел, перекидывая мешочек с горохом из руки в руку.

- Вот так праздник вы устроили, леди Бри! Казну ограбили?

- Да, мисс Бри! – восторженно вторила Дженни. – Вы всё-таки смогли выбить для нас продукты у судьи?

Я занервничала, мне не хотелось рассказывать им всю правду, но и правдоподобную легенду не успела придумать – все мысли были заняты предстоящей дорогой в соседний город.

- Да, ребята. Судья и вправду мне помог. Но, чтобы нам привозили столько еды каждый месяц, нужно ещё кое-что сделать. В первую очередь, отправиться завтра в Элингор…

- Но ведь это неближний путь! На чём вы поедете?

Я вкратце рассказала про встречу с цыганкой. Норм, молчавший почти всё время, заговорил:

- Это и правда хорошая возможность. Цыгане - кочевой народ, надолго нигде не задерживаются. Иногда табор-другой проезжает и через Нормуд. Если ромалэ движутся в ту же сторону, что надо вам – это везение, да только не каждого они берут в попутчики. Я провожу вас до Лесных ворот. Конечно, шанс встретить опасного зверя вдоль городских стен мал, но настаиваю на сопровождении.

Я согласно улыбнулась. Мне нравились логичные рассуждения и поддержка Норма. Он всегда очень здраво мыслил. Поручив Дженни разложить провизию, отправилась в свой кабинет и заперла дверь.

Передо мной на столе были разложены серебряные монеты – всего семнадцать штук. Оставшихся денег должно хватить на моё пребывание в Элингоре, питание, проживание и дорогу назад. Пока не было известно, какие там цены, потому решила взять с собой всё. Деньги аккуратно поместились в маленький мешочек, который я временно спрятала под свою подушку от любопытных глаз. За окном стремительно темнело: в Нормуд тяжёлой неспешной поступью вошла ночь. В дверь легонько постучали – пора идти.

Норм хорошо знал все ближайшие тропинки и уверенно вёл меня вдоль каменной ограды.

- Почему Лесными воротами никто не пользуется?

- Честно сказать, я и сам не понимаю их необходимости. Они выходят прямо в стену леса. Любопытным мальчишкой я сам часто бегал туда в поисках воображаемых сокровищ и таинственных мест.

- И?

- В детстве наш прежний управляющий рассказывал сказки на ночь о чудищах, ведьмах и колдунах, тайных местах, скрытых от людских глаз. Мол, в лесной чащобе, так глубоко, куда сложно добраться простому человеку, стояли алтари. На них проводили свои ритуалы волшебные создания, и пока они населяли лес, никто из хищников не обижал детей.

Тем не менее за всё своё детство я ни разу не видел, чтобы ворота открывали. Возможно, ими пользовались очень давно, задолго до моего рождения.

- А вам не рассказывали, зачем вообще построили стену?

Норм рассмеялся:

- Тут и гадать не нужно. Всё ведь понятно – чтобы зверьё не пробиралось в дома. Да и чтобы городские дети случайно не убежали в лес. Тут очень легко заблудиться – деревья стоят весьма близко друг к другу. - Парень указал мне на плотную стену елей и дубов. – Меж ними ведь почти ничего не видно, даже солнечные лучи с трудом пробиваются.

- Отличное место, чтобы спрятаться от посторонних и недоброжелательных глаз. – негромко проговорила я, размышляя о цыганском таборе.

Вот и ворота. Величественные и загадочные, они не были похожи на Северные и Восточные. В них ощущалась некая тайна, пробуждавшая во мне детское исследовательское любопытство.

А может, то были просто впечатления от рассказа Норма?

- Брианна?

Из мрака на тропинку вышла девушка. Сейчас её тело покрывал плащ чёрного цвета. Она подошла ко мне и мельком взглянула на моего спутника.

- Только девушка. Жди тут.

Норм кивнул и присел на корточки, прислонившись спиной к холодной стене. Вопросительно посмотрела на него, но парень только махнул рукой в сторону леса, как бы говоря, что всё в порядке.

Роза вела меня, петляя меж кустарников и вековых стволов. Вскоре стали видны танцующие огоньки костров. Вокруг них сидело по несколько человек, все они что-то ели, негромко переговариваясь. Позади высились две большие крытые повозки.

Стреноженные лошади стояли чуть в стороне. Ромалэ потянула меня за руку в сторону одной из крытых повозок.

- Тебе туда.

Я послушно шагнула в указанную сторону, поднялась по единственной ступеньке и вошла внутрь фургона. Поначалу показалось, что никого нет. Это была своего рода комната, объединяющая в себе спальню и подобие кабинета. Длинная койка разместилась вдоль правого борта повозки. По другую сторону стоял небольшой складной стол, который сейчас был разложен. На нём рассмотрела пустую миску, несколько мешочков, как те, с торговой лавки, с десяток медных монет. На полу по центру помещения небрежно брошена плетёная циновка. На стенках развешаны травы, и украшения из бусин, лент – все такие яркие. Неожиданно из-за стола раздался хрипловатый мужской голос:

- Ты - Брианна. Моя дочь рассказала о твоей просьбе. Мы не помогаем, если ты не одна из нас, но она настаивала. Не знаю, что она в тебе разглядела. Подойди ближе.

За столом в углу показалось движение – смуглый мужчина в возрасте сидел в кресле, сделанном из тюка соломы, и протягивал мне руку. Его длинные чёрные волосы были собраны в хвост на затылке. Сев подле, вложила свою ладонь в его. Цыган внимательно вгляделся в линии на моей руке.

- Понятно. Что ж. Тебе и правда нужна помощь.

- Да, очень! Я прошу вас лишь подвезти до Элингора, дальше уже сама.

Мужчина ощерил рот, показав мне свои жёлтые старые зубы, его лицо собралось в гармошку – настолько морщинистым оно было.

- Ты совершаешь благое дело не для себя, вовсе нет. Когда-нибудь моя небольшая помощь обернётся добром моему народу. Можешь ехать с нами. Отправляемся с рассветом. Не опаздывай, ждать не станем.

Я благодарно кивнула и выскочила наружу. Роза стояла неподалёку, увидев меня, широко улыбнулась:

- Пойдём, провожу тебя обратно.

Назад шли уже иной тропой, мимо других деревьев. Откуда-то я точно это знала.

- Вы не боитесь диких зверей?

- Нет, - довольно протянула цыганка, - нас всегда много. И звериная душа у нас в руках.

- Как это?

Роза многозначительно промолчала.

- Вот и твой друг. Будьте осторожны. Ждём тебя утром.

Я попрощалась с загадочной девушкой и вышла к стене. Норм прогуливался туда-сюда, увидев меня, мигом подошёл:

- Как всё прошло?

- Отлично. Выдвигаюсь с ними с рассветом.

Норм поёжился и прислушался к волчьему вою вдалеке.

- Пойдёмте скорее домой, мне как-то не по себе находиться подле ночного леса. Это время зверей.

Мы торопливо зашагали вперёд и вскоре вышли к дороге, ведущей к приюту.

- Любопытный народ, не правда ли?

Я встрепенулась.

- Что?

- Ну, цыгане, - пояснил парень, - когда я впервые их увидел, хотел сбежать с ними и путешествовать по разным землям.

Норм рассмеялся своим словам и покачал головой. Мне же всё не давала покоя мысль о том, что же увидел цыган на моей ладони, отчего он вдруг согласился помочь?

С этими размышлениями вошла в приют, прошла мимо кухни и отправилась сразу к себе. Достала из-под кровати дорожный потрёпанный кожаный саквояж, что остался мне на память от семьи, отказавшейся от собственной дочери. Закинула в него сменную одежду, оставив место для свёртков с перекусом. В мешочек с монетками накидала мелкой сухой травы, чтобы не звенели, и спрятала кошель в специальный тайный кармашек своего дорожного платья. Что ж, я готова к путешествию. Пусть оно пройдёт без происшествий.

Глава 12

Проснулась рано, испытывая трепетное волнение от предстоящего путешествия. Тихо, стараясь не разбудить малышей, пробралась на кухню и приготовила в дорогу половину булки и несколько кусочков варёного мяса, припрятанные Прихваткой на случай полуночного голода. Решила, что он не обидится на меня за это. Так же, на цыпочках, вернулась в свою спальню. За окном чернота неба превращалась в тёмно-серый кисель рассвета. Бесшумно оделась и, подхватив саквояж, вышла на улицу.

Путь до Лесных ворот занял около четверти часа. Постепенно краски на небосводе разбавились лазурью. Я замерла лицом к чаще, вспоминая, куда меня вела Роза. Придётся двигаться наугад. Ноги сами вывели меня на небольшую полянку, где оказалось вполне оживлённо: двое мужчин закрепляли лошадей к повозке, остальные засыпали кострище, носили туда-сюда посуду и коробы. Мой взгляд искал знакомые лица. Наконец, мелькнуло красное пятно – Роза. Я подбежала к ней, закинула свою ношу в повозку и принялась помогать складывать вещи.

Как и обещал старый цыган, обе повозки были готовы и выдвинулись на самом рассвете, которого не было видно за дремучими дебрями исполинских деревьев. Лишь острые пики солнечных лучей, пронзающих небо, говорили о том, что новый день начался.

Путь предстоял неблизкий. Отец Розы, Кало, рассказал, что если гнать лошадей без остановки, то расстояние до Элингора можно преодолеть за один день. Но так лошади ослабнут и в момент настоящей опасности не смогут бежать быстрее. А остаться цыганам без коней никак нельзя. Они служили не только для перевозки табора с места на место, но и в качестве мяса, если в пути животное захворает. Меня покоробило последнее: как можно есть столь прекрасное и благородное существо? Но это их жизнь, и не мне их судить.

Повозки выехали из чащи по тропе, о которой мало кто знал даже из тех, кто вырос близ этих лесов. Откуда же о ней знали цыгане, оставалось для меня загадкой. Когда старый Кало начинал говорить, все, кто был с ним в одной телеге, рассаживались кругом и внимательно слушали его. Нас то подбрасывало на каменистых перевалах, то плавно покачивало, словно убаюкивающий морской прибой. Ночью мы остановились, дав животным передохнуть и поесть, а кучерам - смениться. Женщины развели костёр, начали готовить еду в котле, а мужчины негромко запели восхитительные песни, которые завораживали даже несмотря на то, что я не понимала языка. Спали ромалы поочерёдно, по несколько человек. Все их действия были слаженными, согласованными. Эти люди понимали друг друга без слов.

На второй день Кало рассказывал мне легенды их племени. Мистические притчи о медведях, волках, лисах. Мужчины и женщины, словно дети, слушали его с горящими глазами, хотя наверняка знали эти истории наизусть. Легенды гласили о соединении душ людей и животных, о незримой духовной связи, о потомках и дружбе народов.

К вечеру второго дня мы подъехали к вратам Элингора. Повозки остановились поодаль. Ромалы не любили людные места, им были по душе просторы степей, поляны, окружённые густым лесом. Роза с отцом ссадили меня и пожелали удачи, добавив, что, вероятно, мы ещё встретимся на торжке, где цыганка поставит свою палатку. Я горячо поблагодарила за поездку и, прежде чем уйти, обменяла у них одну серебрушку на горсть разнокалиберных медяшек. После чего со спокойной душой отправилась в город.

У ворот не было стражи, и они оказались открыты. Шум улиц напомнил мне мои родные места из прошлого, не хватало лишь гудения машин. В остальном чувствовалась схожесть. Люди, спешащие по своим делам, крытые магазинчики, вывески с рисунками, указывающие, что можно приобрести в том или ином месте. Как баннеры или бегущие строки. Элингор оказался огромен по сравнению с крохотным провинциальным Нормудом.

У первого прохожего спросила, как попасть в ратушу и, получив довольно подробный ответ, направилась прямиком туда.

Изредка мимо проезжали повозки. Кучеры кричали, предупреждая о своём приближении. Деревянные колёса скрипели и отстукивали своеобразный ритм по застилавшему город каменному тротуару. Всюду высились двухэтажные жилые дома. Вокруг городской ратуши движение стало ещё более оживленным. Озабоченные люди входили и выходили из здания, держа в руках бумаги. У подножья лестницы расположилась пара маленьких открытых повозок.

Достаточно скоро нашелся тот, к кому мне необходимо было попасть. Внутри высокой башни в три этажа стоял парень, встречавший и провожавший посетителей. Завидев меня, он приблизился и с улыбкой спросил:

- Добрый день, мисс, чем могу помочь?

Его доброжелательность казалась непривычной на фоне моих недавних официальных визитов. Потому собралась с духом и насколько могла спокойно произнесла:

- Мне необходимо попасть к городскому управляющему.

Парень улыбнулся ещё шире.

- К лорду Эссекеру?

- Именно, - наугад ткнула я.

Юноша жестом указал на нужную дверь и снова на меня посмотрел, недвусмысленно протянув ладонь.

Та-а-ак. Получается вся эта улыбчивость и вежливость – только за деньги? Что ж, это всё равно лучше, нежели откровенное хамство. Вынув полмедяшки, сунула парню. Тот благодарно поклонился и перенес внимание на следующего посетителя.

Пол покрывала тёмная плитка, а колонны зала были такими же белоснежными, как и стены. Окна представляли собой мозаику из разноцветного стекла, двери в кабинеты расписаны орнаментом.

Я постучала и приоткрыла створку.

- Позволите войти?

Приятный мужчина утвердительно кивнул. Он стоял у полок со свитками, перевязанными красными лентами и что-то там искал, перебирая бумаги одну за другой.

- Меня зовут леди Брианна Стюарт. Я управляющая детским приютом на окраине Нормуда.

- С каким вопросом проделали такой путь? – полуобернувшись, вопросил хозяин кабинета, покосившись на меня своими прозрачными голубыми глазами.

Я достала бумагу от аббатисы и передала ему в руки. Пока он, прищурившись, читал, я продолжила.

- У меня также есть указ предыдущего короля, в котором говорится о выделении приюту списка продуктов на средства из городской казны. Однако нынешнему бургомистру необходимо предоставить свежий документ от нового правителя, с новым перечнем провизии. Я приехала к вам в надежде, что вы поможете мне его получить…

- Я вас понял, леди Брианна. Могу ли я взглянуть на имеющийся указ старого короля?

Ещё один документ скользнул в руки управляющего Элингором.

- Хм, хм… Ага. Да, я могу составить вам такую бумагу. Странно, что с этим к нам прибыли вы, а не секретарь бургомистра.

Не было времени, чтобы придумывать обличающую ложь.

- Он порекомендовал мне обратиться к вам, так как весьма занят городскими делами.

- Отлично. Вы ответственная управляющая, мисс, раз сами решили разобраться с делами приюта. Действительно, эти бумаги давно устарели, - качнул он выцветшим королевским указом. – С вашего позволения, я оставлю их у себя и выдам вам новые приблизительно к концу недели.

- К концу недели?! – ошарашенно выдохнула я.

- Конечно. Мне нужно будет проверить все отчёты о состоянии казны, что присылают сюда из Нормуда. Составить примерный список продуктов, исходя из начального указа и сверить с количеством доходов на сегодняшний день. В результате я смогу составить документ, который не будет наносить вред казне, но и удовлетворит потребности детского дома. К детям-сиротам мы не безразличны. Всегда стараемся помогать. Всё же, это не один-два человека, а целых, - Эссекер мельком взглянул на бумагу, - двадцать один?

- Н-но…

- Вы можете ускорить весь процесс и получить нужную бумагу, скажем, уже завтра. Пяти серебряных монет будет достаточно для ускорения… - и глазами указал на угол стола. Куда я, помявшись немного, положила требуемую сумму.

- Сейчас в приюте двадцать детей.

- Новый указ сделаем не на общее количество детей, ведь вам в любой момент могут подкинуть ещё жильца. А на каждую душу: сколько и чего причитается.

Коротко кивнув в знак согласия с поправкой, молча развернулась к выходу.

Ничего удивительного, всё, как всегда: если есть деньги, много чего можно ускорить.

Глава 13

Неторопливо спустилась по широкому крыльцу, ступила на мощёный серым булыжником тротуар. И всё это время размышляла об указе старого короля, который прочла невнимательно. Двадцать один ребёнок? Где же ещё один? Уже не терпелось вернуться домой и расспросить детей про эту загадку. И снова перечитать пергамент – вдруг я упустила ещё что интересное?

Я стояла посреди оживлённой городской суеты и цеплялась взглядом за каждую деталь. Вокруг возвышались старинные каменные здания, покрытые пылью времени. Окна домов украшены разноцветными стёклышками, а на дверях красовались кованые узоры.

В центре площади перед ратушей расположился фонтан, верхушку которого венчала белая снежная шапка. Пушистая и сверкающая бриллиантовыми всполохами под лучами зимнего солнца. Рядом с фонтаном показались мужчины в синих и красных камзолах. Они играли на забавных дудочках. Один из них красивым голосом пел песню о подвигах и любви. Удивлённо застыла, разглядывая уличных актёров. Один из них повернулся ко мне и подмигнул: я узнала в нём одного из цыган, ехавшего с нами в повозках. Улыбнувшись в ответ, дружелюбно махнула ему рукой и отправилась дальше.

День я провела на торговой площади, рассматривая разнообразные товары. Солнце зимой рано уходило за горизонт, и я моргнуть не успела, как оно наполовину спряталось в неведомой дали, окрасив небо в яркие оттенки красного и оранжевого, в тон ромаловским нарядам.

На улицах один за другим зажглись факелы, отбрасывая на стены домов причудливые тени. Город медленно погружался в ночную жизнь, и я чувствовала себя частью этой удивительной эпохи и людей.

Стали видны огни в окнах трактиров, и я зашла в один из них. Вечер лишь начинался, потому за столами обеденного зала было ещё не слишком людно, а воздух ещё не превратился в спёртый. Села за свободный столик, и тут же ко мне подошла немолодая женщина в переднике, протёрла столешницу тряпкой и с любопытством взглянула.

- Добрый вечер, мисс. Изволите отужинать? Или предпочтёте выпить холодного эля?

От улыбающихся глаз паутинкой разбегались добрые лучики-морщинки, теряясь в седых волосах, заправленных под чепец.

- Спасибо, хозяйка, я и правда голодна. Принесите то, что вы чаще всего подаёте гостям из горячего.

Трактирщица кивнула и скрылась за кухонными дверями.

Я огляделась: всё в помещении оказалось деревянным: столы, лавки, стены и даже потолок. Помимо меня в зале были ещё три гостя. Захмелевшие от выпитого эля мужчины. Один из них сидел за пустым столом, нервно барабаня пальцами по колену. Шумные пьяницы крикнули в сторону кухонной двери, маша руками и проливая напитки на пол:

- Хэй! Салли! Где тебя носит?! Нам же надо ещё и поесть!

Но никто не отозвался.

Подхватив свой саквояж, я пересекла общий зал и вошла на кухню. Женщина металась от одного котелка к другому. Огонь в печи уже начал угасать. Я молча поставила свою ношу в угол, нашла взглядом стопку дров и принялась подкидывать их в печь. Хозяйка лишь удивлённо взглянула на меня, но не стала мешать. Она резво порубила зелень и скинула в оба котелка поочерёдно прямо с ножа. Из зала послышались гулкие удары ложками по столу в унисон. Гости требовали еды. Я принялась разливать по подготовленным мискам еду: три миски похлёбки и две миски тушёного мяса. Салли резала хлеб и складывала его на маленькие дощечки.

Я разнесла всё по столам.

- Кабы не твоя стряпня, Салли, давно бы ушёл. У тебя вкуснющая еда, только ждать сегодня уж больно долго пришлось! – буркнул один из завсегдатаев таверны.

Весь остаток вечера я помогала бедной старушке на кухне, и уже под ночь хозяйка усадила меня за опустевший столик, принеся тарелку мяса с овощами:

- Век благодарна буду. Садитесь и поешьте как следует. Всё за счёт заведения.

Она устало рассмеялась и тяжело опустилась на соседний стул.

- Какого чёрта вы потратили свой вечер на меня и посетителей? Обычно мне помогают муж и дочка, но сегодня с утра они оба слегли с простудой. Если бы не вы, то, вероятно, пришлось бы закрыть сегодня наш трактирчик. Ведь людей могло быть намного больше. Спасибо вам.

Я отправила очередную ложку горячего живительного бульона в рот и пожала плечами.

- У меня было свободное время и хорошее настроение. Разве это преступление?

Женщина помотала головой и по-матерински крепко приобняла меня за плечи.

- Ешьте. Добавку сейчас принесу и пирог ягодный.

- Что вы! – я спешно прожевала и замахала руками. – Мне ничего не надо. Только подскажите, где тут можно снять комнатку на ночлег? Завтра у меня дела и затем надо отправляться домой. Хотелось бы выспаться в более-менее приличном месте.

Салли удивлённо вскинула брови:

- Ну, с этим я точно могу помочь – над трактиром мы сдаём комнаты. Вы заслужили за сегодня ещё и комнату. Тоже бесплатно. - Трактирщица вновь рассмеялась и обняла меня.

На следующее утро, проснувшись, собралась и вышла из своего маленького, но чистенького номера. В коридоре было тихо, видимо, все ещё спали. Бревенчатая лестница оказалась крепкой и почти не скрипела. Пройдя через пустой зал трактира, встретилась с хозяйкой, что-то деловито протирающей.

- Утро доброе. Может, позавтракаете? Я тесто завела, скоро буду печь булочки, - предложила женщина.

- Доброе утро, спасибо! Но вынуждена отказаться, нужно спешить по делам.

Попрощавшись с новой знакомой, вышла на улицу. С утра в городе было не так людно, как накануне вечером. В ратуше меня узнали и сразу провели к мистеру Эссекеру. На этот раз он находился в соседнем кабинете и раздавал поручения двум помощникам.

- Леди Брианна, - улыбнулся бургомистр, заметив меня, – ваши бумаги готовы. Я сделал всё, что мог, для вашего прекрасного приюта.

Я забрала два свитка с печатями и старую бумагу с указом, привезённую из Нормуда, и, поблагодарив Эссекера, снова вышла в просторный зал. Через открытые двери гулял свежий утренний воздух, не успевший пропахнуть дымом и пряностями. Мне так хотелось поскорее оказаться дома и сунуть новое распоряжение прямо под жирный пятачок Феркеля, взглянуть в его свинячьи глазки с победной улыбкой… Бумаги бережно уложила в саквояж так, чтобы не помялись, и отправилась на улицу.

У подножия лестницы снова стояла повозка. На этот раз в ней сидел человек. Я подошла к нему и поинтересовалась:

- Простите, не могли бы вы подсказать, где можно нанять экипаж до Нормуда?

К счастью и небывалому облегчению, мужчина рассказал, что его брат как раз сейчас отправляется в нужном мне направлении. Но надо поспешить, чтобы успеть до его отъезда. Он подвёз меня до городских ворот. Оплатив проезд, забралась в транспорт. Я ожидала увидеть что-то похожее на повозку цыган, но вместо удобных широких сидений наткнулась взором на пару тюков соломы, какие-то глиняные кувшины, клетку с курами и троих бедно одетых людей: две женщины и тощий мужичок, которые сидели в ряд и глазели на меня. Что ж. Это лучше, чем ничего. Несколько минут спустя телега тронулась с места. Меня ждал долгий путь домой, где заждались дети. Мне было чем их порадовать, о чём рассказать и воодушевить.

Глава 14

Мужчина, которого, как оказалось, звали Педро, запросил с меня две монеты за дорогу домой – я была к этому готова. Промелькнул вопрос: как же с ним рассчитались эти бедолаги, что сидели напротив? Впрочем, это не моё дело. Всю дорогу они жались друг к другу, как напуганные крольчата. Вероятно, отец, мать и дочь. Или же отец с двумя дочерьми.

Ночью телега, хоть и медленно, но продолжала ехать. Останавливались в пути только для того, чтобы поразмять ноги, сбегать за куст и перекусить. Я вспомнила слова Кало о том, как плохо гнать лошадей без остановки. Спали мы на ходу, под убаюкивающий скрип колёс. Несмотря на то, что дремали все в верхней одежде, Педро бросил нам пару грубых пледов, сам укутался в два тулупа. Такой же плед покрывал его ноги от пояса и до самого пола. Как и рассказывал цыган, доехали мы достаточно быстро – понадобилось меньше полутора дней. Под вечер второго дня меня высадили у Восточных ворот Нормуда, и повозка покатилась дальше.

Удобнее перехватив саквояж, пошла по тропинке к уже ставшему родным приюту. Мороз яростно щипал кожу рук и щёк. Поёжившись, сунула ладони в карманы и сразу поняла, что что-то не так: пальцы не находили холодной поверхности монет, зато нащупали тонкую резаную полосу, через которую в карман проникал морозный воздух. Вот же воришки! Видимо, увидели, как я доставала монеты, когда рассчитывалась с извозчиком, и ночью аккуратно вспороли карман!

Отругав себя за потерю бдительности, всё же похвалила за предусмотрительность - ведь основная часть денег таилась в потайном кармане в складках платья, а найти его, не разбудив меня, было бы сложно.

- Что же, где-то убыло, а где-то прибыло, - философски пробормотала я, лёгкой походкой спеша домой.

Снег, усыпанный золотистыми отблесками заката, казался мягким и пушистым, и каждый шаг по его поверхности сопровождался тихим мелодичным хрустом. Вдали, где лес сливался с горизонтом, можно было разглядеть полосу света, которая становилась всё тоньше и тоньше, пока не исчезла совсем. С наступлением сумерек на небе появились первые звёзды, словно маленькие фонарики, которые зажигались в честь уходящего дня.

Приют чернел на фоне белого снежного покрывала. Сердце защемило от радости – скоро увижу деток, обрадую их.

В кухонном окне горел свет. К моему удивлению, на втором этаже в одном из окошек также плясал язычок свечного пламени (в дозорной никогда вечером не зажигали свет, чтобы было лучше видно двор и лес в сумраке). Вот мелькнула кучерявая макушка. Ага, Прихватка на дозоре. Дверь в этот час ещё не была заперта, потому я спокойно вошла в дом, сняла тяжёлый тулуп и прошла на кухню, замерев на пороге, чтобы не спеша оглядеть ставших родными разновозрастную ребятню. Дженни привычно колдовала над ужином, а мелкие сидели полукругом подле очага и о чём-то весело переговаривались.

Некоторые сняли с себя прохудившиеся кофточки, наслаждаясь теплом, идущим от печи.

Во второй половине комнаты толпились старшие, все они были чем-то сильно заняты.

Я демонстративно прокашлялась. Тогда Прихватка, весело заулюлюкав, подбежал ко мне, сделал неуклюжий реверанс и с довольной улыбкой от уха до уха, повёл меня за руку к ребятам.

Те расступились, и я ахнула от удивления: у стены кухни, между столом со скамьями и детскими лежанками, у самого очага стояло покосившееся кресло с объёмными мягкими ручками и высокой спинкой. Норм перехватил мою руку и усадил в него. Ого! Как удобно, мягко и пружинисто! Я даже разомлела от приятных ощущений. Две девочки постарше помогли мне снять сапоги и поставили их рядом со мной. Дженни поднесла таз с горячей водой к моим ногам. Это было что-то невероятное! Я весело рассмеялась:

- Что на вас нашло? Вот это королевский приём! Я что-то пропустила?

Дети мигом хором загалдели.

- Мы очень волновались, как у вас всё пройдёт. Прихватка сам вызвался каждый вечер дозорить и ждать вашего возвращения.

- Кресло принёс кузнец, мы его спешили починить, набить сухой травой, чтобы сделать мягче. Под сиденьем не хватало несколько досок, Бен нашёл подходящие и прибил. Норм обмотал бечёвкой, чтоб лучше держалось, а я помогал набивать тряпками и сеном. Дженни зашила заплатками, чтоб ничего ниоткуда не вывалилось.

- То есть, это ваше общее творение? Вот это да, каждый приложил руку. Мне так приятно, ребята, вы не представляете…

Мои уставшие замёрзшие ноги словно погрузились в горячий песок. Голоса стали приглушёнными, всё тело расслабилось, утопая в мягкости старенького кресла. Я заговорила, еле держа глаза открытыми:

- Ох, как много вы сделали! Умнички мои! А теперь моя очередь делиться новостями. Я смогла получить нужные бумаги. Список продуктов пополнился, пусть не намного, но и за это спасибо! Даже кое-что из одежды нам теперь положено.

Голос мой звучал тихо, сонно. Услышав, что именно им обязаны поставлять, детвора пустилась в пляс, гикая, как самые настоящие североамериканские индейцы.

Прихватка походил на радостного пёсика, что не мог усидеть на месте. Если бы у него был хвост, то непременно жизнерадостно и энергично бил бы им об пол.

Вдруг Прихватка резко остановился и, хлопнув себя по лбу, выпалил:

- Самое-то главное! Пойдёмте, пойдёмте!

Я едва успела вытереть ноги и натянуть лёгкие ботиночки, в которых ходила по дому, как Прихватка схватил меня под локоть и потащил через комнату к лестнице на второй этаж. В тёмном коридоре виднелся тусклый свет из-под двери дозорной.

В комнате горела пара свечей. Стоявшие тут ранее кровати отсутствовали, зато половину пространства теперь занимал грубо сколоченный загон, устланный соломой. По нему бегали два диких кролика.

- Когда вы успели это сделать?

- Пока вас не было, мы не теряли времени даром, - произнёс Норм, вошедший вслед за нами.

Бен тоже поднялся с ними и стоял, облокотившись о косяк.

- Вы много для нас сделали, леди Бри. Вот и мы стараемся быть вам под стать.

Я ласково оглядела ребят:

- Вы замечательные, ребята, и вам не нужно кому-то что-то доказывать. Оставайтесь всегда такими же: честными, верными, трудолюбивыми, уважающими себя и других. И мир стократно вас вознаградит.

Последующая неделя пролетела незаметно. Я помогала Дженни по хозяйству, мальчишки принесли с охоты ещё пять кроликов, двоих из которых мы запустили в загон к их сотоварищам.

Трудно описать мое удовольствие от визита к Феркелю. На следующий же день после своего возвращения я понеслась в ратушу. Ох, как же он брызгал слюной, негодовал и тряс жирными ручонками, увидев новый указ с Элингора! Я же ликовала, широко и нахально улыбаясь ему в поросячью морду. Один из двух экземпляров я швырнула ему на стол, после чего удалилась с гордо поднятой головой и победной ухмылкой. Второй указ остался у меня. Ошарашенный моей наглостью Мортикам не смог произнести ни звука. Как рыба, выброшенная на берег, молча проводил меня пустым взором.

Тогда же Вселенная сделала нам ещё один сюрприз в виде маленького кабанчика, наконец угодившего в нашу «волчью яму».

Парни поверить не могли в такую удачу! В тот вечер весь дом был окутан сладостным запахом жареного кабана на самодельном вертеле. Младшие настолько объелись, что некоторые из них задремали прямо за столом. Добродушный Бен разложил для них тюфяки и перенёс каждого, бережно подхватив на руки. Ещё какое-то время старшие вместе со мной просидели за праздничным столом, негромко беседуя и обсуждая планы на ближайшее будущее.

В одну из ночей, отправившись на кухню, чтобы попить воды, я остановилась около дверей и услышала непонятные звуки, доносившиеся со второго этажа. Удивившись, что кто-то тоже не спит столь поздно, решила было проверить, всё ли в порядке. Но, поднявшись на несколько ступеней, замерла: из комнаты раздавались женские гортанные стоны, полные наслаждения и мужское хриплое порыкивание. Вот как… Не стала мешать парочке и на цыпочках вернулась в свою комнату.

Наутро, глядя на сияющие лица Дженни и Бена (что смотрелось непривычно, учитывая обычную серьёзность и молчаливость парня), я всё поняла. Парочка, стараясь не обращать на себя наше внимание, с трудом скрывала нежные переглядывания. Я решила не вмешиваться в их личную жизнь, но деликатно поговорить с Дженни. Если она забеременеет, не будучи замужней, местное общество ей этого никогда не простит.

Прихватка с Нормом навестили кузницу и заказали у Свена небольшую крепкую пилу за пару монет. Ребята не стали спрашивать, откуда у меня деньги, хотя на их лицах промелькнуло любопытство.

Пила была нужна, чтобы спилить небольшие деревья для постройки ограждения вокруг дома. Это бы освободило от нужды каждый день находиться в дозоре. Норм рассказал, что забор раньше был, но однажды, когда наступили морозы, а дрова подошли к концу, детям пришлось по частям разобрать ограду, чтобы было чем топить дом. С тех пор, так как не было ни пилы, ни топора, они жили без забора. - Норм, а где двадцать первый ребёнок?

Парень заметно помрачнел, но ответил:

- Ей было десять. Лиззи пропала как раз в один из дней, когда мы начали разбирать ограду. Вечером она вышла во двор, да так и не вернулась. Мы сразу же отправились на поиски, но нашли только кровь на снегу у самого входа в лес. Тогда стало понятно, что искать девочку бесполезно. После того случая мы и организовали постоянный дозор, который несём по сей день. Волки ещё некоторое время бродили у лесной кромки, будто напоминая нам, оставшимся в живых, о произошедшем.

Рассказ Норма произвел на меня сильнейшее впечатление, прибавив желания поскорее возвести новую стену, в память об утерянном двадцать первом ребёнке детского дома.

Мы трудились не покладая рук: рано вставали, поздно ложились. Даже младшие помогали, таская небольшие брёвна и ветки. Так, слаженно и с настроением мы выстроили забор высотой около метра, закрывающий переднюю часть приюта и оставляя небольшой дворик для прогулок и детских игр. Калиткой послужила одна из дверей нежилых комнат со второго этажа. Из нескольких распиленных досок поменьше соорудили довольно мощный дверной засов, закрепив его доброй дюжиной ржавых гвоздей, найденных в сарае. Спилив ещё пару тонких деревьев, парни соорудили для малышей небольшие качели на распорках. На них тут же выстроилась очередь из любопытных ребятишек. Детки, звонко хохоча от счастья, качались, стремясь достать ногами синее зимнее небо и воображая, что у них за спиной выросли настоящие крылья.

Солнечные дни стали чаще радовать своим теплом. Просёлочная дорога, что вела от нашего дома к городу, стала влажной и скользкой – по ней то и дело пробегали тонкие нити ручейков талой воды. Привычную морозную тишину нарушили весёлые трели возвращающихся птиц и звон пробудившейся ото сна реки.

Первая капель была похожа на несмелые поцелуи, которыми природа пробуждала всё вокруг. Первые травинки пронзили рыхлый снег, а вместе с ними отогрелись и наши озябшие сердца. Пришла весна.

Глава 15

Я стояла на узком крылечке приюта и, прикрыв веки, наслаждалась ласковым солнышком. Вдруг благодатную тишину разорвал утробный душераздирающий рёв, от которого будто дрогнула сама земля. Сердце моё сжалось в тревоге, а взор устремился к стоявшему плотной стеной лесу.

Я летела между деревьями, задевая хрупкие тонкие ветви, хлеставшие по лицу. С них тут же осыпались капли подтаявшего снега и падали под ноги. Скорость была просто невероятная! Перед глазами мелькали стволы, кусты, размазываясь и сливаясь в одно неясное пятно. Вдруг куда-то исчез свет и стало страшно темно.

И в этой непроглядной тьме, возникшая из ниоткуда яркая вспышка на мгновение меня ослепила. Я резко остановилась, замерев над поляной. Что-то не так. Мир подёрнулся рябью, в итоге заиграв красками, в свете которых я увидела трёх охотников. Они с разных сторон осторожно приближались к огромному тёмному холму. Приглядевшись, безмолвно ахнула: то был не холм, а косматая бурая медведица. Откуда-то я точно знала, что это самка. Она тяжело и хрипло дышала, выпуская из гигантских чёрных ноздрей клубы пара.

- Великолепный образец, - восхищённо молвил один из охотников.

Второй заходил с другой стороны. Над собой он занёс длинное копьё, целясь животному в пульсирующую шею.

- Осторожнее! Шкуру не задень! В голову, давай, в голову!

- А-а-а-а-а-а!

Медведица, чувствуя скорую гибель, протяжно заревела. Моё сердце затопила такая тоска, что стало больно дышать.

Острие копья с противным чавкающим звуком вошло в тело хищницы, пронзив его насквозь. Некогда девственно-чистый снег мигом окрасился в алый цвет. Зверь издал свой последний, смертельный хрип и, повернув голову в мою сторону, рухнул на стылую землю, конвульсивно дёрнувшись несколько раз. Зрачки потускнели, жизнь покинула могучее тело навсегда.

Охотники с пьяным хохотом победно обошли по кругу свою добычу. Один из них достал нож и склонился над медведицей. Я зажмурилась и отвернулась.

Не хочу это видеть…

Боль, что жгла душу, с каждым мгновением становилась всё сильнее, ввинчиваясь штопором в моё естество, стремясь прорваться насквозь. Мир вокруг закрутился, завертелся, стал мутным пятном. В этом вихре я успела приметить кусты, из-за которых с опаской выглядывал маленький медвежонок. И кусты, и зверёк были настолько чёткими и реалистичными, будто я видела их перед собой вживую. Пушистый милый малыш рассеянно глядел по сторонам и дёргал носиком в поисках знакомого запаха. Неожиданно он запрокинул голову и впился в меня пристальным умным взором. Я вздрогнула от неожиданности. Пробежавшие по коже мурашки не были похожи на наваждение. Его глаза словно говорили со мной. Медвежонок робкой поступью направился ко мне. Видя, что я остаюсь на месте, он разогнался и прыгнул…

Глубокий испуганный вдох - и вот я распахнула глаза, уставившись в уже ставший привычным потолок моей комнаты в приюте. Поведя глазами, убедилась, что права: всё то же - кровать, комод, обувь на полу. А в отражении мутного зеркала на меня глядела испуганная Брианна. То есть я.

Сон. Это был просто ужасный сон. Надо же. Какой яркий, наполненный тревогой. Поднявшись, подошла к окну, за толстым неровным стеклом которого стояла ночь, глухая и непроглядная. Вернувшись в кровать, повернулась на другой бок и вновь закрыла глаза, где-то через четверть часа всё же забывшись неспокойной дрёмой.

Меня разбудили громкие возбуждённые мужские голоса. Наскоро одевшись, выскочила на кухню: Норм носился по помещению, заглядывая в каждый угол.

Бен также был заметно взволнован:

- Может быть, в сарае? Посмотри в сарае!

Норм кивнул и выскочил на улицу. Я недоумённо потёрла глаза:- Что происходит?

Дженни с восторженной улыбкой подбежала ко мне и схватила за плечи:

- В яму попал зверь! Дикий!

Я встревоженно прищурилась, вспоминая недавнее наваждение.

- Что ещё за зверь?

Бен коротко ответил за подругу:

- Медведь.

Схватил кочергу у очага и быстрым шагом вышел вслед за Нормом.

Ноги мои подкосились, и я едва не упала от волнения. Голова закружилась, а желудок сжался в приступе тошноты. Я буквально рухнула в кресло и схватилась пальцами за виски.

- Вам нехорошо, мисс Бри? – брови воспитанницы изогнулись домиком, лицо отразило нешуточную тревогу.

- Воды, - прохрипела пересохшими губами я.

Дженни метнулась к тазу, зачерпнула жидкости и поднесла мне деревянный щербатый ковш. Пара крупных глотков, вода, бегущая по подбородку, остудили пламя в груди.

Медвежонок!

Вспомнив о главном, поспешила подняться. Оделась и выбежала во двор. Я неслась через лужи в сторону леса. Ноги увязали в смеси мокрого снега и грязи. Впереди эхом, пугая птиц, разносились крики мальчишек.

Норм с длинной заострённой палкой прыгал по краю ямы, выбирая, с какого бока лучше напасть. Бен проделывал то же самое с другой стороны, обхватив двумя ладонями кочергу.

- Стойте! Вы же его пугаете!

Они удивлённо на меня обернулись.

- Его надо прибить, леди Бри. Иначе его визг услышит мамаша и тогда нам всем тут не поздоровится!

Я медленно подошла к ловушке. Мягким касанием опустила поднятое вверх оружие ребят и склонилась над чернеющей дырой.

- Что вы делаете?

Бен выставил руку и попытался оттолкнуть меня назад.

- Погоди, - одёрнула его я, в моём голосе прорезались стальные нотки, удивив всех окружающих и меня саму.

На дне ямы сверкнули жемчужинки глаз моего ночного видения. Я не чувствовала от малыша никакой угрозы. Лишь смятение и страх. А ещё надежду, на меня направленную.

Сев на колени с края ямы, опустила руку вниз и простёрла ладонь над темнотой. Оттуда исходило тепло. Норм снова рванулся было вперёд, но резко остановился, с изумлением наблюдая за моими действиями. Под моей рукой показалась верхушка чёрного мокрого носика. Медвежонок встал на задние лапки и вытянулся так сильно вверх, насколько мог. Передние лапы перебирали по скользким стенкам ловушки, в которую он угодил.

Со вздохом я опустила руку и повернулась к ребятам.

- Никто сюда не явится. Он один.

- Откуда вы в этом уверены, леди Бри? - почесал макушку Бен.

- Осторожнее, леди. Это дикий зверь и он может напасть, - вторил ему Норм.

Я тихо хмыкнула:

- Это такой же маленький испуганный ребёнок, как и те, что остались в приюте. - Не глядя, махнула в сторону дома. – И сейчас единственные, кто представляют тут угрозу и пугают его – так это вы двое.

Ответа не послышалось. Я легла на снег, почти по пояс свесившись в зияющий провал. Пальцы левой руки перебирали мех, успокаивая дрожащую тушку. Второй рукой я поглаживала зверька по голове, почёсывала за смешно выпирающими ушками. После того, как почувствовала на ладони горячее дыхание и мокрый язык, поняла, что контакт установлен. Бен и Норм молча держали меня за ноги, чтобы я не рухнула в яму.

Глава 16

Обхватив медведя под передними лапками, попыталась его приподнять, но быстро поняла, что не справлюсь. Обернувшись к ребятам, подала им знак, чтобы они меня отпустили. Норм выглядел встревоженным, но уже старался не вмешиваться. Усевшись на краю, оперлась на ладони и съехала вниз, на самое дно. Зверь обнюхал меня и лизнул в нос. Не знаю, что мною руководило, но я обхватила его за шею и зарылась лицом в мягкий мех. Пахло животное мягко говоря не очень приятно. Померещилось, что медведь в ответ тоже обнял меня лапами и облегчённо вздохнул, почуяв себя в безопасности.

- Тебе нужно бы искупаться, - усмехнулась я, отодвигая малыша в сторону.

Бен, наблюдавший сверху за этой невероятной картиной, последовал за мной. В тесной яме, чуть толкаясь локтями, мы вдвоём всё же смогли поднять нелёгкую тушку вверх, помогая зацепиться коготками за край.

- Да вы с ума сошли! - выдохнул Норм.

- Верь мне, помоги. Обещаю, он не укусит, - попросила я.

Норм поколебавшись секунду, всё же послушался и потащил медвежонка за лапы. После помог выбраться и нам. Первым пошёл Бен. А пока он лез наружу, я, опустив голову, краем глаза увидела какое-то свечение. Наскоро схватив предмет, быстро сунула в карман вместе с куском грязи. Вскорости и я покинула ловушку, с удовольствием глядя на медвежонка, который сидел около ямы и наблюдал за нами, не издавая ни звука. Моя одежда выглядела жалко, вся в грязи и каких-то разводах. Волосы также грязными сосульками свисали со лба. Бен выглядел чуть лучше.

- Ну. И что нам с ним делать? - Норм скрестил руки и вопросительно наклонил голову вбок.

- Оставим его тут. Сам знает, куда ему идти, - проговорил Бен, отряхивая рукава. Юноша смотрел на меня с нескрываемым недовольством. Видимо, в фантазиях рисовал себе отличную шкуру и сытное мясо.

- Его нельзя убивать, - словно прочитала его мысли я. – Не спрашивайте почему.

Махнула на мальчишек рукой и устало побрела в сторону дома. Мальчики шли следом. Уже у самого забора мы обернулись и обнаружили, что нежданный гость неуклюже ковыляет за нами.

Бен усмехнулся:

- Не стоит благодарностей! – он шутливо козырнул зверьку. – У нас своих голодных ртов хватает. Прочь! Кыш! - Парень махнул рукой в сторону деревьев: - Иди к своим!

Медведь что-то недовольно забурчал, поколебался мгновение и, развернувшись, всё же направился к лесу.

- Вот и чудесно, - хлопнул в ладони Норм и запер за нами калитку на засов.

Пару часов мы приводили себя в порядок. Кроме Норма: хитрец остался абсолютно чист за исключением рук. Рыхлый снег очень быстро стаял в тепле очага. Дженни собрала нашу испачканную одежду и замочила в тазах. Мылись по очереди, в сенях, занавесив проём покрывалом в неудобной деревянной лохани.

Наконец я переоделась в чистую одежду и уселась на циновку возле огня, чтобы просушить волосы. Ребята сидели за столом и обсуждали сегодняшнее событие.

Прихватка радостно гоготал, когда парни описывали детали спасения.

- Вот так всегда! Самое интересное – и без меня!

Дженни удивлённо блеснула бездонными тёмными глазами в мою сторону:

- Неужели всё так и было? Но зачем?

Я пожала плечами.

- Быть может, предчувствие. В последнее время на меня находит что-то эдакое.

Про сон я умолчала. Не хватало ещё, чтобы меня приняли за ненормальную. Хотя в каждом сумасшествии есть своя гениальность, не так ли? Но к чему им объяснять такие сложные вещи?

Огонь окутывал меня чарующим теплом и отражался сиянием на гладкой поверхности золотого колечка, которое я обнаружила спрятанным в комке грязи. Во время мытья я аккуратно извлекла украшение и тщательно его почистила. Теперь же я сидела и задумчиво крутила его в руке. Свою находку также не торопилась показывать остальным, не разобравшись вначале, что это вообще такое? Дети позвали меня за стол, и я убрала находку в карман.

- Так вот ты какой, загадочный зверь, - вдруг произнесла Дженни, останавливаясь перед окном.

Я тоже подошла посмотреть. Из-за моего плеча выглянул толстяк.

- Вот же упрямое животное! – восхищённо сказал он – По-моему дружок решил тут поселиться!

Медвежонок стоял на задних лапах, оперевшись передними на край забора. Чёрный нос смешно дёргался, а взгляд был устремлён на нас. Точнее, на меня - зверёк, не мигая, смотрел прямо мне в глаза, словно пытаясь что-то сказать. По спине пробежал холодок.

- Может, впустить его во двор? – задумчиво проговорила я, не отрывая взор от гостя.

Прихватка возмущённо распахнул глаза и ткнул меня под бок:

- Ну, вы даёте, мисс Бри! Строили-строили стену от хищников, а теперь хотите добровольно его к нам запустить? Как лису в курятник, чесслово!

- За ним никто не пришёл. Значит, медведицы уже нет. Он остался один, его загрызут волки. Зверь ещё маленький, а это значит, что мы можем выдрессировать его под себя.

Вдруг станет охранять дом?

- Ну, вы и выдумали! Это где ж такое видано? Сторожевой медведь! Ха!

Парень расхохотался. Дженни повела худым плечом: почему бы и нет?

Игнорируя Прихватку, накинула первый попавшийся под руку тулуп, обулась и вышла на улицу. Медведь оставался на своём месте и внимательно водил головой, следя за моим приближением.. В сарае нашла запасы соломы для кроличьего загона и расстелила на земле в дальней части двора, где стена соприкасалась с оградой. С крыши стекал тоненький ручеёк, под который подставила один из железных тазиков. Пусть вода набирается, пригодится. После завершения приготовлений подошла к калитке и опустила руку на засов.

- Если я тебя впущу… Ты будешь хорошим мальчиком, да?

Зверь кивнул? Или у меня галлюцинации? Как такое возможно?

- И не будешь обижать никого, кто живёт в этом доме? Это важно. Ты ведь меня понимаешь?

Снова утвердительный кивок. Значит, не показалось. Удивительные вещи тут творятся!

- Что тебе здесь понадобилось? Для чего ты тут крутишься? - вопросы сыпались из меня как из рога изобилия.

Медвежонок качнул головой в мою сторону и раскрыл пасть. Готова была поклясться, что из его рта вырвалось слово «Ты». Пришло время мне трясти головой, отгоняя морок. Я схожу с ума?

Ворота открылись, дикий зверь уверенно и без опаски вошёл. Покружил вокруг меня, обнюхал и деловито протопал к своей соломенной лежанке, забавно виляя пушистым задом. Я не удержалась от улыбки, после чего заперла калитку, и какое-то время простояла подле неё, задумчиво глядя на нового друга. Медведь лежал на подстилке и смотрел на меня умными тёмными глазами. Затем поднял лапу и махнул ею в сторону двери.

- Ха! - рассмеялась я, - командир на мою голову. Так и быть. Пойду. Веди себя хорошо, иначе живо выставлю вон.

Зверь возмущённо утробно рыкнул и отвернулся.

Я зашла в приют и заперла за собой дверь на замок. На всякий случай. Вдруг у меня всё же глюки? На кухне у окна столпились младшие дети.

- Какой хорошенький!

- И пушистый!

- Мы оставим его себе? А что он ест?

Бен прервал детский гвалт:

- Мясо. Он ест мясо в дикой природе, как и все его сородичи-хищники.

Парень сурово обернулся на меня.

- Надеюсь, вы знаете, что делаете, леди Брианна? В ближайшие дни никому из детей не выходить во двор. Клянусь, если он издаст хоть рык в чью-либо сторону – тут же отправится на вертел.

Я согласно кивнула. Были совершенно понятны его переживания. А тут ещё и мои необъяснимые действия. Но я чувствовала, что так правильно. Всем своим существом знала, что новый друг никого не обидит, не тронет.

Глава 17

Испытательная неделя, сурово назначенная Беном новому постояльцу, прошла успешно. И даже больше: каждый день по очереди мы выносили медвежонку остатки пищи с общего стола, а он с благодарностью облизывал наши руки. Дети расслабились. Младшие начали проситься на улицу, чтобы поиграться с медвежонком, но старшие были непреклонны, поясняя, что зверь – не игрушка. Я заметила, как Норм стал всё чаще задерживаться во дворе и чесать зверя за ушком, а Дженни понравилось сидеть и гладить пушистого животного по спине. Даже хмурый Бен нет-нет, осторожно протягивал руку к пасти, давая запомнить свой запах.

В один из дней, когда я приоткрыла двери в дом, чтобы впустить чуть свежего весеннего воздуха, мишка незаметно пробрался внутрь. Младшие находились в игровой, парни на втором этаже возились с кроликами, которых заметно прибавилось. Дженни помогала мне на кухне готовить ужин. Никто не заметил, как тихой косолапой поступью пушистик прокрался в открытые двери моей спальни и свернулся калачиком на постели.

Пропажу медведя заметил Норм, вышедший во двор, чтобы долить в его таз воды. Он вбежал в дом и стал с тревогой осматривать комнаты. Мы с удивлением наблюдали, как парень бегло заглянул во все углы кухни и исчез. Оставив Дженни, я последовала за Нормом. Тот ворвался к малышам, но, не обнаружив потеряшку и там, двинулся в сторону моего кабинета. Там тоже оказалось пусто. Лишь вбежав в мою спальню, он замер, как вкопанный. Обойдя окаменевшего парня, я увидела, как мишка мирно и сладко сопит, заняв добрую половину кровати.

Норм шумно вздохнул:

- Ну, вот и что с этим делать?

Улыбнувшись, присела рядом с похрапывающим холмом и провела ладонью по бурому боку.

- Пусть спит. А после мы его искупаем, смотри какой грязный, запачкал всё бельё.

Норм махнул на меня рукой и ушёл.

Взбудораженные поведением парня, из соседней комнаты вышли несколько подростков, посмотреть, в чём дело. Обнаружив медведя в доме, они облепили мою кровать со всех сторон. Каждый норовил погладить, почесать, просто потрогать мишку…

По результатам голосования, которое переросло во всеобщий галдёж, чуть ли не потасовку, дети остановились на одном имени - коротком и ласковом: медвежонок Бо. Проснувшийся зверь ласково подставлял голову и лапы, играя с ребятами. А я почувствовала спокойствие за них всех.

После недолгих уговоров, Бен, Дженни и Норм сдались и позволили мохнатому постояльцу заночевать в доме. Тщательно его при этом искупав. Зверь вёл себя послушно и не противился ни воде в лохани, ни жидкому вязкому мылу, которым его натёрли.

С того дня Бо стал спать у меня в ногах, грея мои ледяные ноги всю ночь. Каждый вечер перед сном мы с ним долго беззвучно беседовали. Он прекрасно понимал меня, а я – его. Эта необычная связь только усилилась после того, что вскоре произошло.

Все эти дни, с момента спасения Бо, где-то на краю сознания будто-то что-то зудело, не давая мне свободно вздохнуть. Неясное желание, словно я не завершила какое-то дело, очень важное.

И вот однажды я проснулась от странного ощущения, что мне нужно куда-то идти, прямо сейчас! За окном ещё стоял предрассветный сумрак. Бо привычно похрюкивал поверх одеяла. С полузакрытыми глазами я прошла через спальню в коридор, шаркая шерстяными носками. Нащупала дверную ручку в кабинет. Руки двигались сами собой, перебирая какие-то свёртки и бумаги. Рыскали в карманах старого саквояжа, в мешочках и за пазухой висевшей на стуле одежды, пока не нашли то, что искали. Загадочным сиянием в ладони блеснуло найденное кольцо. Не став сопротивляться, я надела его на палец.

Перед глазами тут же вспыхнули тысячи огней. Комната, дом, весь мир вокруг меня расцвел яркими красками. Волна тёплого сладкого воздуха пронеслась по комнате и прошла сквозь моё тело. Я резко обернулась вслед за ней, боясь что-то упустить. Стена перед глазами начала таять, в итоге полностью исчезнув. Моему взору открылась игровая комната. Следующая каменная стена так же расступилась, открывая моему взору спящих детей у очага. Ещё один порыв ветра, пронзивший грудь, как электрический разряд - и вот я вижу лес! Просто невероятно! Спящих оленей; кроликов и лис в их норах, каждую птицу в гнезде – ничто не могло укрыться от меня. Послышалась тихая мелодия. Что это? Дудочка? Напев колыбельной в одной из тёмных спален города? Это могло быть что и где угодно!

Ноги подкосились, и я рухнула на колени, согнувшись пополам от невыносимой головной боли. Показалось, что внутри меня разрывает на мелкие кусочки. В уши ворвался тихий, мерзкий скрежет, похожий на царапанье когтей по каменной поверхности. Кольцо нагревалось и жгло руку. В панике попыталась стянуть его с пальца, но тщетно. Перстень будто врос в кожу, выпивая из меня жизненные соки. Ещё один разряд. Тело тряхнуло, и я завалилась на холодный пол.

Наступила благодатная темнота и спокойствие.

Кто-то настойчиво тряс меня за плечо. С трудом разлепила свинцовые веки. Первое, что увидела, был склонившийся надо мной, перепуганный Прихватка. Рядом сидела Дженни и тихо плакала.

- Леди Бри, что произошло? Почему вы на полу?

Но я не могла ответить! Боже! Я даже пошевелить пальцем не была в состоянии. Всё тело окоченело, а губы не двигались.

Толстяк увидел отчаянное выражение на моём лице и встревоженно охнул. Девушка же кинулась мне на грудь, содрогаясь в рыданиях. Ребята с трудом подняли меня и понесли на кухню, к огню.

Усадили меня в моё кресло. Дженни накрыла одеялом по самый нос. Потихоньку становилось теплее. Через некоторое время почувствовала, что онемение почти прошло, и я могу говорить:

- Мне лучше, - голос звучал сипло, - пить, - добавила я.

- Утром нас всех разбудил рычащий Бо. Мы кинулись к вам в комнату, медвежонок тут же вылетел наружу и помчался в сторону кабинета. А там вы лежите распростёртая на полу, бледная, с синими губами. Я страшно испугался, - сделал Прихватка круглые глаза, - мы вас и так, и сяк тормошили, звали. А Бо прилёг рядом и через некоторое время вы шевельнулись.

Дженни подошла с дымящейся чашкой и вложила её в мои непослушные руки.

- Отогревайтесь, леди Бри. Хорошо, что вы живы. Вы уже второй раз пытаетесь нас покинуть, – девушка грустно вздохнула. - Надеюсь, третьего не будет?

От её вопроса вдруг захотелось смеяться, улыбка сама собой наползла на лицо. У остальных тоже стало подниматься настроение.

- Нет, леди. Так просто вам от нас не отделаться, - тут же отреагировал толстяк. - Так что же с вами произошло?

- Ночью встала оттого, что разболелась голова. Пошла на кухню, выпить воды. Видимо, по пути заглянула в кабинет и уже там потеряла сознание. Спасибо вам за заботу. А Бо заслуживает отдельной порции вкусной благодарности.

Дженни кивнула:

- О, это я ему обеспечу!

Я опустила глаза на чашку и заметила кольцо на пальце. Воспоминания о ночных видениях тут же хлынули в голову, заставив её вновь разболеться. Что за волшебство? Я стянула покрывало, отставила посуду и попыталась снова снять странное украшение. Как и до этого, оно не поддалось усилиям.

Окончательно отогревшись, я поднялась на ноги и прошлась по комнате, разминаясь. Норм и Прихватка продолжали сидеть у кресла, наблюдая за мной.

- Вы странно себя ведёте… - неуверенно пробормотал Норм, припоминая все события, связанные со мной за последние пару недель.

Я оперлась на спинку сиденья и подалась вперёд:

- Норм. Прихватка. Вот вы тут живете всю жизнь, так?

- Сколько себя помним. Норма подкинули совсем крохой. А меня чуть постарше, мне было, наверное, года три.

Я вскинула руку в останавливающем жесте и, поморщившись, пояснила:

- Не-е. Не это. Норм, помнишь, ты мне как-то рассказывал лесные легенды.

- Ага, - вскинул бровь парень.

- Откуда они взялись? Может, когда-то раньше все эти магические существа населяли нашу землю? Ведь откуда-то возникли такие подробные описания тех алтарей, леших, ведьм.

Парни беспокойно переглянулись.

- Даже если когда-то что-то подобное и существовало, то сейчас никого и ничего нет. Кроме драконов, но они обитают на землях так далеко отсюда, что я за всю свою жизнь ни разу ни одного даже издали не видел. А так, о ведьмах всяких, леших - сказки всё. Я думаю, их рассказывали, чтобы маленькие дети боялись ходить в лес.

Прихватка согласно закивал головой:

- Да-да. Я тоже помню те истории: «Пойдёте в лес – попадёте на каменный стол, на обед чудовищам», - забавно изобразил он голос старика-управляющего.

Я заинтересованно хлопнула длинными ресницами:

- Что за каменный стол?

Норм покачал головой:

- Да откуда нам знать? Я не знаю ни одного, кто ходил бы вглубь леса, чтобы его расспросить, а что там, собственно, находится.

- Ладно. Очень любопытно, какие истории есть про медведей?

Но мой вопрос повис в воздухе, так и не получив ответа.

Я давно про себя решила, что Бо не просто так появился на пороге приюта. Кивнув детям, пошла к себе в кабинет. Устроившись за столом, задумчиво посмотрела на кольцо. Тёплый металл, казалось пульсировал в унисон с моим сердцем. Украшение не снять. Эта мысль заставила поморщиться - неужели теперь каждую ночь мне придётся падать в обморок, испытывая страшные телесные муки? От этой мысли невольно вздрогнула.

В комнату завалился Бо, отвлекая меня от грустных мыслей, приблизился ко мне и положил морду на мои колени. Чёрные блестящие глазки смотрели на меня с долей грусти. Малышу хотелось показать мне, что всё не так плохо. Надо лишь найти положительное в произошедшем. Глубоко вздохнула и погладила по плюшевой мордочке.

- Эх, дружок. Откуда же ты такой взялся? И сколько вас там ещё? М?

Медведь повернул голову к окну и коротко буркнул.

- Ты покажешь?

Бо одобрительно зарычал, потянув зубами подол моего платья.

Я воодушевлённо поднялась, наспех переоделась и, перебросив через плечо вместительную сумку, куда кинула моток крепкой длинной верёвки, подошла к выходу из дома.

Парни выскочили из кухни:

- Вы куда?

- На прогулку с Бо. Он мне хочет что-то показать, – коротко ответила и вышла на улицу.

Норм набросил тулуп и побежал за мной.

Дженни стояла у окна и наблюдала, как новая управляющая большими шагами пересекает двор. «Она, наверно, сошла с ума» - читалось в её больших грустных глазах. За мной семенил пухленький откормленный бурый медвежонок. Нашу необычную компанию замыкал Норм, который неуклюже спотыкался, на ходу застёгивая верхнюю одежду.

Войдя в лес, я почти сразу ощутила, как деревья шепчут моё имя, и как притихли звери.

- Что происходит?... – начал было парень, заглядывая мне в лицо, но я мягко прикрыла ладонью его рот.

Бо остановился, крутя носом и поднимая голову к макушкам дубов.

- Т-с-с, - прижала палец к своим губам. – Смотри!

Я вытащила из кармана руку с кольцом. Перстень весь сиял, от него исходило физически ощутимое тепло. Ветви деревьев беспокойно закачались под порывами внезапно налетевшего сильного ветра. Медвежонок, искоса на меня глянув, указал мордой в сторону дремучей чащи. Мои глаза под воздействием сил магического кольца видели далеко вперёд, сквозь сплошную живую стену. Ноги сами сделали первый шаг в неизвестность.

Норм схватил меня под локоть:

- Мы заблудимся и не сможем вернуться, - в голосе спутника слышалась неприкрытая тревога.

Я молча покачала головой, указав глазами на медведя, который крутился поблизости, в нетерпении обнюхивая деревья.

- Не отпущу вас одних. Пойду с вами.

Я не стала возражать.

Меня накрыло приятное волнение, горячей нитью пронизавшее каждый сантиметр тела, с головы до ног. Мы всё шли и шли вперёд, через встававшие на пути кустарники, обходя массивные стволы многовековых гигантов. Я слышала, как стонет земля под нашими ногами; как шумно прыгают белки, гоняясь друг за другом, перепрыгивая с ветки на ветку. Хотелось бы, чтобы это услышал и Норм, но он просто покорно шёл следом, доверившись интуиции. Голова его была опущена, парень выглядел глубоко погруженным в свои думы.

Кольцо подсказывало мне, куда идти, а Бо добавлял уверенности, что я на верном пути. Через добрую половину часа перед нашими глазами чаща неожиданно расступилась, выпуская нашу троицу к подножию голого невысокого холма, возвышавшегося в центре небольшой полянки. Солнце ярко освещало проклюнувшуюся травку и маленькие белые цветы, ковром усеявшие землю.

На вершине холма стояло что-то. Запинаясь о длинную юбку, начала подъём. Оказавшись на самом верху, уставилась на каменную плиту со странными знаками по периметру.

Кольцо жгло руку, и я, скорее по наитию, нежели следуя какой-то логике, схватилась за края алтаря. Потянула вверх и толкнула в сторону. С трудом, но камень поддался.

Норм не решился подняться за мной следом, но, увидев, что я делаю, рванул ко мне, вдвоём нам гораздо быстрее удалось отодвинуть крышку, под которой оказался какой-то колодец.

Кольцо засияло пуще прежнего.

- Я пойду вниз, - решительно заявила, скидывая тулуп.

- Нет! Леди Бри! Это может быть опасно! - схватил меня за руку напарник.

- Так надо. Я чувствую. Доверься мне, Норм.

Глава 18

Спуск в яму оказался не из простых. Цепляясь дрожащими пальцами за каменные выступы, я опускалась всё ниже, пока не оказалась на самом дне.

В открывшейся сбоку выбоине с трудом разглядела большое, сантиметров сорока в длину, яйцо. Оно стояло на небольшом возвышении и выглядело серым и безжизненным, как будто вырезанным из камня.

Дрожащими руками судорожно откинула с постамента ворох прелых листьев. Бережно взяв на руки невероятную находку, всмотрелась в изумительный рисунок на толстой, словно мраморной, скорлупе.

- Норм, кинь сюда мешок, только перевяжи ручку верёвкой. Придётся тебе поработать, - улыбнулась я.

Осторожно переложив яйцо в сумку, крикнула:

- Тяни! Только аккуратно, не разбей находку!

Верёвка начала медленно подниматься.

Я осмотрелась в поисках чего-нибудь ещё, что могло бы помочь понять, откуда тут взялся этот странный предмет. Глаза постепенно привыкли к темноте. На постаменте, где он покоился, были видны надписи, сделанные на незнакомом языке. Вырезанные на поверхности камня, они огибали все стороны и соединялись вновь, представляя собой замкнутый круг.

- Хватайтесь, мисс Бри!

Окрик Норма оторвал меня от рассматривания неизвестной мне письменности. Решила, что всегда смогу вернуться, если найдётся тот, кто сможет их прочесть.

Ухватилась за конец верёвки, обмотав её вокруг руки, и стала подниматься, другой рукой подтягиваясь за выступающие глыбы. Парень помог выбраться на поверхность, перехватив мою ладонь. Бо взволнованно кружил вокруг сумки.

Я лежала на сырой земле, переводя дух. Норм задвинул крышку колодца назад, вытер потный лоб рукавом и уселся рядом.

- Что это? – он покосился на нечто, торчавшее из мешка.

Медвежонок подошёл и уткнулся в меня носом.

Я села, вынула предмет из тары и покрутила в руках. Кольцо на мгновение вновь стало горячим и мне почудился слабый стук сердца. Вот только не моего. В ту же секунду земля под нами дрогнула, и яйцо засверкало, переливаясь всеми цветами радуги на солнце. Дубы и сосны принялись раскачиваться, едва не путаясь ветвями. Тёплый порыв ветра закружил ворох оттаявшей прелой листвы неподалёку. Затем растрепал мои волосы и опрокинул пустую сумку.

- Вы это видели? Вы видели?

Норм подскочил. Его глаза сверкали волнением и юношеским восторгом.

Мой взгляд был прикован к расписной скорлупе. Послышался треск сухих веток за деревьями и приглушённое протяжное рычание. Бо тревожно оглянулся и “боднул” меня головой.

- Да, да. – отозвалась эхом.

- Пора убираться отсюда, ты так не считаешь, дружок?

Норм потрепал загривок зверя, оглядывая макушки раскачивающихся деревьев.

- А ну-ка, давайте, вот так.

Парень поднял меня на ноги, осторожно взял из моих рук яйцо и положил обратно в сумку. Перевесил её через своё плечо и кивнул медведю:

- Выводи нас отсюда скорее. Пойдём домой.

Бо заглянул в мои растерянные глаза и поковылял в сторону леса. Норм потянул меня за руку.

- Ну же, мисс Бри, пойдёмте отсюда. Мне здесь не нравится. Кажется, нам не рады.

Мишка вывел нас к просёлочной тропинке и обернулся в ожидании, когда мы нагоним. Я уже пришла в себя и твёрдо шла вслед за парнем. В груди колотилось сердце, а спина была мокрой от пота. Кольцо больше не грелось – оно остыло в тот момент, когда прикоснулось к магии, и больше не беспокоило меня. Норм шёл аккуратно, бережно прикрывая рукой сумку.

Бо пропустил нас вперёд, к воротам, и обернулся к чаще. Из её глубины донёсся протяжный вой. Стайка испуганных птиц разлетелась в разные стороны. Пушистик ощетинился и зарычал, после чего торопливо забежал во двор, и, удостоверившись, что мы заперли ворота, спокойно вошёл в дом.

- А кто это у нас такой чумазый? А кого мы сейчас искупаем? – Дженни бросилась к медвежонку, пропустив нас вперёд.

Потрепав загривок, она поволокла его в сени, откуда вскоре послышался плеск воды.

Мы с Нормом достали яйцо, поставили в центр стола и сели его разглядывать. Переливы напоминали мне бензин, который разлили в луже воды. Бен и Прихватка подошли и подсели к нам.

- Что это ещё за штуковина? – удивлённо округлил глаза толстяк.

Я сидела за столом, положив голову на сложенные руки. Расцветка яйца была более, чем необычная. Да и размеры… Словно услышав мои мысли, Бен потрогал мерцающую поверхность пальцем.

- Да… Похоже на яйцо. Но у каких животных или птиц оно такого гигантского размера? И цвет какой-то странный. Оно словно не из нашего мира.

- Мы нашли его в чаще. В лесу. Минут тридцать вглубь. – Он выделял каждую фразу, многозначительно смотря в лицо Бена и слабо кивая в мою сторону.

- Чего? Вы зачем вообще пошли так далеко? – Прихватка схватился за голову руками. – С ума сошли! Ладно, леди Бри – она не местная. Но ты-то как позволил туда отправиться? И как вы не заблудились?

- А вот на этот вопрос, я надеюсь, мисс Брианна сейчас даст ответ всем нам.

- Как у вас такое вышло? – тихо и тревожно произнесла Дженни, которая стояла в дверях и слушала.

С её рук свисала мокрая тряпка, которой девушка недавно обтирала Бо. Медвежонок стоял за спиной у Дженни и вылизывал влажную шёрстку.

На меня уставились три пары глаз. Бен приблизился к моему лицу.

- Сначала вы странно себя ведёте. Потом задаёте странные вопросы. Этот медведь ещё…

Я выпрямилась и оглядела присутствующих.

- Простите. Я не хотела вас понапрасну тревожить. Я сама не знала, что творится. Началось всё с видений…

Дженни опустилась на скамью и переспросила:

- Видения?

- Точнее, сны. Сны, так сильно похожие на реальность…

Я рассказала ребятам всё, что привиделось про медведей. Как нашла кольцо. Как почувствовала связь с Бо, и как мы с ним “разговаривали”. Если уж сочтут сумасшедшей – так пусть уж всё знают в деталях. Как мы беседовали с ним во дворе, а затем в доме.

Норм сидел, обхватив собственную шею ладонями.

- Так вот оно что. Всё потихоньку встаёт на свои места. В частности, про нашего мохнатого жильца. Я всё никак не мог понять, почему он такой покладистый и разумный.

- Когда я к нему обращаюсь, он мысленно мне отвечает. Клянусь, такого у меня никогда не было раньше. Все странности начались, когда мне приснился тот сон. Уверяю, медведь звал меня, чтобы я его спасла. Тут-то и понеслось. А потом я увидела, кто попал в нашу яму. Так пророчество из сна мне стало понятным. Хотя, признаюсь, во всем остальном ещё предстоит разобраться.

- Ваш обморок тоже как-то связан со всем этим?

Я хмуро кивнула, рассказав всё о таинственном кольце, вплоть до того, как мы нашли колодец. Закончив рассказ, кивнула на яйцо, возвышающееся посреди стола, как именинный торт.

- Можно взглянуть? – Бен протянул мне раскрытую ладонь.

Я положила руку на стол.

- Оно не снимается, сколько бы я ни пыталась. И больше не пылает. Словно впало в спячку.

Дженни и Бен поочерёдно попробовали снять перстень с моего пальца. Убедившись, что я сказала правду, девушка разочарованно отступила, спросив:

- Что теперь делать с этим? Есть ли предчувствия насчёт яйца, леди Бри?

Я пожала плечами:

- На камне, где оно лежало, я видела надписи. Язык мне незнаком. Он выглядит древним, как и сам колодец. Если бы можно было найти кого-то, кому удалось бы прочесть и подсказать… Думаю, Бо смог бы снова нас туда провести.

Прихватка обернулся на сопящего у очага медведя.

- Да-а, дружок. Вот ты нас удивил. Оказывается, ты нас понимаешь! А я-то думал, почему так внимательно прислушиваешься к нашим беседам. Хорошо, что никто не сказал о нём плохо.

- Бо - лапочка, о нём даже мысли плохой возникнуть не может, - смешливо фыркнула Дженни.

- Да, понимает, - улыбнулась я, - он постоянно следит за детьми, охраняет их.

Дженни встрепенулась:

- Да! Уже забыла об этом, но недавно Джо забрался на стульчик, чтобы выглянуть в окно. Мальчишки рядом носились друг за другом и нечаянно задели ножку стула. Он стал качаться, а малыш чуть не упал. Тогда Бо возник, словно из ниоткуда, и подставил свою спину. Джо так и скатился по ней на пол. Я тогда увидела это краем глаза, но решила, что медвежонок с самого начала лежал где-то рядом, и просто оказался в нужном месте. Потом вспомнила, что в комнате его не было. Но тогда не стала задаваться этим вопросом - для меня важнее было, что мальчик остался цел.

Девушка с нежностью посмотрела на зверька, который лежал и, довольно прищурившись, слушал хвалебные речи о себе.

Бен задумчиво протянул:

- Что сказать. Одно я вынес из услышанного точно: Бо может оставаться с нами столько, сколько хочет. Думаю, все согласны с этим.

Ребята охотно закивали.

- Он - защита для нас и угроза для тех, кто замыслит причинить нам вред. Я прав?

Медведь согласно моргнул.

- Лишняя помощь с детьми не помешает, - улыбчиво отозвался Прихватка. - Особенно такая заботливая, мягонькая нянька.

- Я пока не знаю, что будет дальше, - подала голос я, - но чувствую, что найденное яйцо имеет некую магическую силу. Также уверена, что эта сила несёт в себе доброе, светлое начало. Иначе зачем бы Бо повёл нас туда? Он подавал знаки, указывал путь.

Дети молча смотрели на меня, слушая мои рассуждения.

- Думаю, мы должны сохранить и защитить яйцо. Уж не знаю, кто и когда оттуда вылупится, но явно он не будет для нас угрозой. Пусть мы не знаем смысла послания на постаменте, но чувствую, что выбрали нас не случайно…

- Вас выбрали не случайно, - с улыбкой поправила Дженни. - Кажется, на вас возложили миссию, которая по плечам лишь вам. Интересно, что за сюрпризы нас ожидают ещё?

- Я не знаю, правда. Сама порой со страхом ложусь в кровать, думая, проснусь я завтра или нет. Всё это для меня непривычно и дико.

- И так. Медведь и яйцо остаются в доме. Только вот, надо спрятать его подальше от шальных малышей. Предлагаю кабинет мисс Бри. Ой-ей! Смотрите, что это с яйцом?!

Я загипнотизированно, как и все остальные, следила за отчётливо появившимся движением на поверхности каменной скорлупы: разноцветные ручейки света начали медленно двигаться по кругу, словно опоясывая яйцо.

- Что с ним происходит? Оно оживает?

- Не знаю…

Кольцо на пальце едва ощутимо дёрнулось. Я встрепенулась:

- Вспомнила! Когда я приближалась к нему, кольцо нагревалось. Каждый раз. А когда взяла в руки, перстень просто обжигал. А что, если…

Я вскочила и принялась расхаживать взад-вперёд по комнате, кусая ноготь. От волнения вернулась моя старая вредная привычка. В очередной раз приблизившись к Бо, присела перед ним на корточки:

- Выручай, друг. Подскажи, я правильно думаю? Ему нужно тепло?

Дети напряжённо смотрели то на меня, то на зверя. Тот поднял голову и чётко кивнул. Прихватка присвистнул:

- Обалдеть! Вы видели это?

Не обратила на толстяка внимания и положила руку на косматую голову питомца:

- Это то, о чём я думаю, да? Яйцо должно лежать в…

Мы с Бо одновременно повернулись в сторону печи.

Я встала и быстрым шагом приблизилась к детям. В безмолвных взглядах читались одни и те же вопросы. Бережно обхватила яйцо и подняла его перед собой.

- Что вы собираетесь сделать?

- Ему нужно тепло.

Поднесла его к очагу и, осторожно, стараясь не обжечься, поставила прямо в его (очага) центр. Дженни ахнула и подалась вперёд, чтобы разглядеть, что будет дальше. Я взяла кочергу и аккуратно прикопала твёрдую скорлупу горячими головешками.

Ребята шумно повставали с мест и окружили печь. Внезапно скорлупа начала менять свою расцветку. Она краснела в тон горящим углям. Переливы исчезли один за другим, вскоре цвет стал одинаково раскаленно-алым. У самой стенки очага, позади яйца, вспыхнуло пламя. Щепки затрещали, и нас окутал дым. Прокашлявшись, мы увидели, что сквозь красную скорлупу стал пробиваться нечёткий тёмный силуэт. Пламя позади подсвечивало фигуру…

- Змея? – прищурившись, спросил Прихватка.

Дженни тоже прикрыла глаза от жара и немного наклонилась к печи:

- Больше похоже на ящерицу…

Норм шокировано охнул, поняв наконец, что именно перед нами. Какие звери или птицы могут откладывать такие огромные яйца? Почему его надо было перенести в огонь? Откуда появилась вся эта магия, все странности и удивительные события, которые вели их прямо к этому моменту?

- Это… Дракон! – шумно выдохнул он. В помещении повисла тишина, разбавленная детскими голосами из соседней комнаты и треском очага.

Глава 19

Где-то далеко за морями раскинулось загадочное и таинственное царство горных хребтов. В этот поздний час свет полных лун струился по холмам. Покрытые снегом величественные вершины сверкали в звёздном сиянии, как драгоценные камни на тёмном бархате неба.

На склоне одной из сопок возвышался древний замок. Его стены, увитые плющом и мхом, мерцали серебром. Казалось, что дворец стоял тут вечность и останется даже после того, как горы превратятся в пыль.

Внизу в долинах и ущельях царили тишина и спокойствие. Лишь иногда можно было расслышать шёпот ветра или тихий звон талого ручья.

Над замком, скользя по воздуху, кружили драконы. Огромные перепончатые крылья рассекали ночной холодный эфир, словно чёрные паруса. Драконьи глаза, горящие ярким янтарём, отражали свет лун, будто маленькие маяки. Древние величественные животные парили по кругу, охраняя замок от любого, кто осмелился бы нарушить покой его обитателей. Пролетая над спящим городом, затерянным в снегах, они создавали завораживающий танец теней на стенах домов. Улицы поселения, словно зачарованные тропинки, вели к центру, где возвышался королевский дворец. В холодном и свежем воздухе царило спокойствие. Дома походили на маленькие сказочные произведения искусства со своими причудливыми узорами из снега и льда. Казалось, что они готовы вот-вот рассыпаться под первыми лучами утреннего солнца.

Здесь царствовала атмосфера магии и тайны, которые пробуждали в любом, увидевшем город, фантазии и мечты о далёких краях и невероятных приключениях. Звуки редких шагов отражались от стен и уносились далеко в горы, словно эхо забытых легенд.

Внезапно налетевший порыв тёплого ветра с дальних берегов и чуть заметно дрогнувшая земля нарушили эту идиллию. От толчка с горных вершин посыпались громадные куски заледеневшего снега. Драконы встревоженно повернули головы к морю.

В тёмную комнату одной из просторных спален дворца заглядывала лишь струйка лунного света. В широкой кровати проснулся и резко сел немолодой мужчина. Он выглядел обеспокоенным. Тяжело дыша, старик вытер вспотевший лоб ночной шапочкой. Пальцы сжимали и разжимали шелковые простыни. В изголовье дубовой резной кровати на специальной подставке возвышалась царская корона, покрытая разноцветными каменьями.

Король устало накинул на себя тёплый халат, обул ноги в меховые унты. Тяжёлые массивные шторы, что погружали покои во тьму, легко поддались властной руке. В пролившемся свете лун блеснуло серебро браслета с надписью на древнем языке. Седина в волосах напоминала о скоротечности жизни. Морщины покрывали широкий лоб, глаза были полны воспоминаний, а нависшие веки словно прятали их от посторонних взглядов. Ладони знавали как ласку любви, так и горечь крови. Редкие выцветшие мозоли напоминали о холодной ручке стального карающего меча.

Гуннар был десятым правителем северного королевства, носившего название Мануй. Драконы испокон веков являлись неотъемлемой частью системы правления. Они охраняли царство и людей из поколения в поколение. Сами поразительные чудища являлись долгожителями. Никто не смог бы точно сказать, сколько им лет. Известно только, что все они пережили правителей Мануя, начиная с самого первого, пришедшего в эти земли. А сколько они прожили до того, никто не знает.

Гуннар вышел на балкон и поёжился от ночного воздуха. С тревогой он вглядывался в горизонт. Шум кожаных крыльев прервал поток его мыслей. Один из драконов стустился к правителю и завис в воздухе перед террасой. Лишь вблизи было возможным разглядеть, что на массивной спине древнего ящера пристёгнуто изогнутое сидение. В нём восседал молодой крепкий мужчина. Он опустил вожжи и приподнялся.

- Ваше Величество! – подлетевший прижал кулак к груди и преклонил голову.

- Генерал.

Всадник снова опустился в седло. Дракон продолжал неподвижно висеть в воздухе, взмахивая мощными крыльями.

Перед королём находился его верный генерал северных всадников Рэймонд – молодой и красивый мужчина. Его тело было накачанным и подтянутым, каждая мышца чётко очерчена, словно вытесана из камня. Властный подбородок и пронзительный взгляд голубых глаз придавали ему ещё больше уверенности и силы. Он был одет в военную форму, подчёркивавшую его мужественность и статус. Его движения, плавные и уверенные, выдавали в нём человека, привыкшего командовать и управлять.

Гуннар снова бросил тревожный взгляд за линию горизонта, где начиналось море.

- Ты слышал всплеск? – он искоса посмотрел на Рэя.

Генерал заметил искры волнения в королевских глазах.

- Да, Ваше Величество. Все драконы переполошились, как свора собак. Была небольшая вспышка. Там. – он указал за море.

Гуннар вздохнул:

- Я так и думал. Невероятной мощи магическая сила пробудилась в мире. Она мне нужна. Ты отправишься на поиски. Возьми всё, что тебе необходимо. Только будь осторожен – сила может оказаться больше, чем я думаю. И пока неясно в чьих руках она – в добрых или злых. Я бы тебе посоветовал не лезть на рожон, а аккуратно разузнать для начала, не выдавая своей личности.

Рэймонд коротко поклонился.

- Собрать войско?

Король сдвинул брови, и пошамкал сухими губами в раздумьях.

- Нет. Можете спугнуть. Лети в одиночку на Вигго, - он махнул головой на крупного дракона под генералом. – При приближении поставь купол невидимости, чтобы людей не спугнуть. Драконов они не видели очень давно.

Мужчина снова коротко кивнул и поднял вожжи.

- Да, Рэймонд. Желаю удачи. Мы так долго этого ждали. Исход нашей вражды с югом зависит от тебя и Вигго. Рассчитываю на вас. Выполнять!

Поводья щёлкнули, описав небольшую дугу. Дракон пару раз взмахнул крылами, разгоняя воздух и раздувая плотные шторы королевской опочивальни. Затем легко, как перышко взмыл вверх на добрый десяток метров.

Гуннар вернулся в комнату и сел на край кровати. От волнения ему уже было не уснуть. Он отправился в библиотеку, чтобы вновь и вновь перечитывать пророчество и древние сказания о самом величественном из драконов. Который появится, как только вспышка сильнейшей и глубокой магии содрогнет землю…

В то же время южнее Мануя зима медленно отступала. Горные северные хребты, которые ещё недавно были покрыты шапками, переходили в холмы, где рассыпалась проклюнувшаяся сонная зелень. На одной из равнин, словно драгоценность, раскинулся городок, в центре которого возвышался дворец южного короля.

Дома тихого ночного города выглядели, как игрушечные. Красивые и уютные, они были построены из белого камня и покрыты красной черепицей. Домики напоминали маленькие замки, каждый со своей историей и тайнами. Южный город, Брангор, отличался от дальнего соседа. Даже при лунном свете он сиял, как калейдоскоп. На дозорных башенках на каменной стене вокруг города пылали чаши с огнём.

В этот ночной час на улицах было тихо. На дворцовой площади, прямо у подножия замка, спали несколько драконов. Из их крупных ноздрей то и дело вырывались клубы жаркого пара. Чешуя гигантских спин переливалась всеми цветами радуги в лунном свете. Крылья, мирно сложенные по бокам, казались бесконечными. Они дремали с полузакрытыми глазами, готовые в любой момент подняться в воздух и защитить свою территорию.

В нескольких окнах здания горел свет. Здешний король тоже почувствовал неожиданное явление магических сил. Среднего роста седеющий мужчина в королевской мантии измерял шагами широкую залу. В центре стоял каменный стол, за которым сидели трое мужчин в чёрной форме. Остановившись, правитель прикоснулся рукой к урчащему выпирающему пузу.

- Надо отправляться на поиски. Я возьму лучших людей, и мы вылетим прямо сейчас, - говорил высокий парень, постукивая охотничьим ножом по гладкой столешнице.

Нелепо выглядящий и сонный король Лейф прекратил расхаживать и уселся на трон.

Пытаясь привлечь внимание безучастного правителя, парень вкрадчиво произнёс:

- Наверняка, из Мануя уже выслали всадников с их драконами.

Уловка сработала: король вздрогнул, услышав ненавистное название вражеского королевства.

- Так чего ждёте? Если ваши люди готовы, генерал Брамс, то сию же минуту выдвигайтесь. Вы обязаны опередить их. Найдите источник. Если там есть предмет, то я хочу держать его в руках! Если это колдунья – то видеть её перед собой! – капризно топнул он ногой. – Ещё лучше: летите один. Вам всегда может помочь ваше кольцо, лучше всяких солдат.

Генерал с улыбкой убрал нож в голенище сапога и поднялся.

- Да, Ваше Величество.

Внешность Брамса была подобна закатному солнцу, когда оно медленно опускалось за горизонт, окрашивая небо в насыщенные цвета. Каждая черта его лица казалась безупречной – от высоких скул до выразительных карих глаз, которые напоминали бездонные колодцы и яркие звёзды на ночном небосклоне.

Волосы, подобно золотому песку, струились по прямым стройным плечам. Кожа была гладкой и сияющей, как полированный мрамор. Тело крепкое и статное, будто высеченное из глыбы мрамора рукой талантливого скульптора. Генерал двигался грациозно и плавно, как течение реки.

Когда он улыбнулся, на щеках появились ямочки, которые делали его лицо ещё более привлекательным и притягательным.

Глядя на Брамса, было трудно поверить, что он опытный охотник, искусный разведчик. Красавец мог одним движением руки как подарить кому-то жизнь, так и безжалостно отнять её.

Развернувшись на каблуках, генерал покинул королевскую залу.

Солнце окрасило небо розовато-белым светом, облака накрывали своей тенью целые города. Над бескрайними просторами парил величественный дракон. Его могучие кожаные крылья рассекали воздух, словно огромные паруса, управляемые уверенным капитаном. Лапы согнулись под брюхом, обнажив длинные крепкие, чёрные когти, способные пронзить любую добычу. Ветер свистел, колыхая короткие тёмные волосы Рэя. Мужчина обернулся, мельком глянув на драконий хвост, который извивался в воздухе гигантской змеёй и оставлял за собой шлейф из ледяной пыли. Она осыпалась на землю в виде снега.

Вигго взмыл выше облаков с невероятной скоростью, словно стрела, выпущенная из лука. Поднявшись, зверь замедлился и полетел тихо, разбивая облачный пух рубящими взмахами крыл. Генерал немного свесился с седла, рассматривая землю. Такая высота нужна была, чтобы не привлекать ненужное внимание. Снизу дракон с наездником выглядели как обычная крупная птица.

Они летели уже больше суток. В ночи генерал дремал, привязанный к седлу, а зверь продолжал лететь. Древнее создание знало, что искать. Оно иногда зависало над очередным городом, разглядывая мелочи, недоступные человеческому глазу, и устремлялось дальше. Чутьё драконов было ни с чем не сравнимо. Ожившее и отогревшееся в огне яйцо притягивало и волновало всех драконов, оставшихся на земле.

Словно в подтверждение этого, Рэй вскоре проснулся от того, что золотое кольцо жгло руку, предупреждая о приближении к источнику магии. Генерал увидел издалека небольшое светлое пятно, которое двигалось на той же невероятной высоте, но по направлению к ним. Вигго вильнул в сторону, почуяв момент, когда мимо всадников пронеслась огненная струя.

- Брангорцы! – со злостью прокричал Рэймонд и вновь натянул вожжи, стараясь удержаться в седле на виляющем существе.

Дракон взмыл вверх и отразил очередной залп, отбив его мощным движением хвоста. Неожиданно северный генерал взлетел и покатился по гладкой чешуйчатой спине, судорожно цепляясь за шипы ящера. Тот повернулся и подставил крыло, чтобы генерал за него схватился.

- Держусь! Ещё один заход!

Рэймонд прижался к холке животного, сжимая руками поводья. Второй дракон был совсем близко: на нём восседал Брамс, глаза его полыхали яростью, сливаясь с языками пламени, которые выходили из пасти побагровевшего южного дракона. Пылающее создание глубоко вдохнуло воздух и приготовилось атаковать.

Вигго приблизился к врагу и с рыком дыхнул на него – часть морды и брюхо противника покрылись слоем льда. Это спасло их ненадолго: южный зверь резко встрепенулся, чешуя начала накаляться, растапливая снежную корочку. Ледяной дракон нырнул под облака и взмыл ввысь через несколько метров, подчиняясь мысленным чётким приказам Рэймонда. Толчок – и два равных по силе могучих существа столкнулись. Ледяной дракон взмахнул хвостом, целясь во вражеского наездника. Пронзительный свист – и Брамс оказался за пределами своего защитника. Он повис на поводьях в воздухе, отчаянно пытаясь на них подтянуться. Вигго выдохнул свежую порцию эфира, и второй дракон снова очутился в снежной ловушке. Пока он набирал силы, чтобы растопить лёд, Рэй прокричал что-то своему, и Южный генерал полетел вниз, держа в руках обрывок вожжей. Они были ровно отрезаны остриём холодного хвоста. Раскалившийся ящер взвыл и протаранил Вигго с наездником.

- Нет!

Генерал пронзительно закричал и камнем понесся вниз. Ледяной от резкого удара перевернулся в воздухе и издал душераздирающий, бьющий по ушам, звук. Седло слетело вместе с дорожной сумкой. Из последних сил дракон устремился вниз, за верным командиром и успел подхватить обоих мужчин уже перед самой поверхностью. Перед их глазами стремительно приближались голые вершины деревьев. Они падали прямо в центр густого леса. Дракон схватил северного генерала и его врага лапами, прижал к себе и с оглушительным треском ломающихся дубов, грузно упал в чащу.

Коснувшись земли, Брамс испуганно пополз подальше от Вигго – без своего улетевшего дракона он оказался беспомощен перед силой ледяного гиганта.

- Улетай отсюда, - прошептал раненный Рэймонд своему тяжело дышащему боевому товарищу, и пополз за врагом.

Северный дракон с усилием несколько раз взмахнул крыльями, выкорчевав с десяток старых деревьев. И превратился в маленькую точку на небе. Генерал прислушался к трубящему вою и потерял сознание.

Глава 20

Я проснулась от того, что кто-то трогал меня за плечо.

- Бри! Бри! – писклявый мальчишеский голос заставил меня вздрогнуть.

Возле кровати стоял сонный малыш Джо и тёр глаза крохотным кулачком. Второй рукой он вновь прикоснулся ко мне.

- Что случилось, милый? – пробормотала я, обнимая мальчика.

Джо указал пальчиком на коридор.

- Я видел там, в окне. Там упала звезда! Яркая! Прямо в лес упала!

- Тебе приснилось, солнышко. Почему ты встал?

- Мне не приснилось, - мальчишка упрямо топнул ногой, - я хотел попить, а на столе стоял кувшин. А потом я увидел, как упала звезда. Прямо туда! Почему ты мне не веришь?

- Верю, верю, - я ласково улыбнулась и провела рукой по шевелюре Джо. – Хорошо, как наступит утро, я обязательно туда схожу и посмотрю.

- И принесёшь звезду? – наивно хлопнул ресницами он.

Я твёрдо кивнула.

- Обязательно. А теперь пойдём, я уложу тебя спать.

Аккуратно высвободила ноги из-под похрапывающего медвежонка и поднялась с кровати. Мальчик взял меня за руку, и мы пошли к очагу.

Все дети спали. В печи тихонько трещали поленья. Яйцо так же стояло у задней стенки, наполовину зарытое в красные угли. Ему там было комфортно, сразу поняли мы. Накануне дети допоздна сидели перед сном и разглядывали мою находку, а Норм, впервые за долгое время рассказывал сказки, которые слышал в детстве. Мы не переживали за нашего нерожденного дракошу, и я не волновалась за детей – никто из них не стал бы лезть в пылающий очаг, все знали, насколько это опасно. С появлением инструментов парни напилили много дров, забив сарай под завязку, и огонь в печи горел постоянно.

Узнав, кто живет в яйце, Норм нам рассказал сказки, что слышал в детстве про драконов. Было неожиданно узнать, что некоторые сказки на ночь - это правда.

Налив малышу воды, дождалась, пока он напьётся, и уложила в кровать, укрыв пледом.

Сама же подошла к окну и вгляделась в очертания леса и ничего особенного не увидела. Померещилось малышу или нет, все же стоит сходить туда утром, в нашем положении бдительность не помешает. В свете последних событий я бы уже ничему не удивилась.

Убедившись, что Джо уснул, осторожно вышла из комнаты и отправилась к себе.

Уже почти погрузившись в сон, краем глаза заметила слабое свечение перстня. Не придала этому значения и отдалась во власть Морфея.

Наутро во время шумного завтрака мы разговаривали с Дженни о том, что со дня на день должен явиться сэр Мортикам с новыми запасами для нас. Прихватка по обычаю рассказывал смешные истории детям, забавно кривляясь и жестикулируя ложкой. Малыши звонко хохотали. Норм и Бен сидели напротив друг друга и обсуждали, что можно ещё соорудить во дворе из появившихся материалов.

Ко мне подошёл Джо и дёрнул за рукав. Его милые бровки были нахмурены.

- Бри, ты обещала утром пойти в лес за звездой.

Дженни, сидевшая рядом, заинтересованно выглянула из-за меня:

- Какая ещё звезда, дорогой?

Я вздохнула:

- Ты всё ещё уверен, что это был не сон?

Малыш упрямо закачал головой.

- Хорошо, сейчас же и отправимся.

Окликнув Норма и Прихватку, рассказала им о ночном происшествии. Они заинтересовались.

- Ну, глядя на то, что у нас тут кругом творится, почему бы и не звезда? – веселился толстяк.

- Прочитал мои мысли. – отодвинула тарелку и встала.

Я позвала Бо, и мы вышли на свежий весенний воздух. С крыши стекали остатки залежавшегося снега. Природа потеряла свою белоснежность, но радовала глаз пушистыми полянами проросшей травы. Наступила тёплая пора. Больше нет нужды кутаться в толстые ватные тулупы, шапки. Не надо переживать, что детям холодно. В очаге всегда горел огонь, а за стенами дома солнце все сильнее согревало промёрзшую землю.

Парни вышли и махнули нам с Бо в сторону калитки. Медвежонка мы теперь всегда брали с собой, уходя вглубь леса. Такого навигатора и нюхача надо поискать. За плечами Норма болталась широкая сумка с верёвками, самодельными крючьями, пилой.

- Так, на всякий случай, - пояснял он на ходу. – Не каждый день мы идём за упавшей звездой.

- Ну да, вдруг её придётся распиливать и нести в дом по кусочкам, - иронично парировал толстяк.

- Но-но! Прошу заметить, что, когда мы отправились с Леди Бри в лес в прошлый раз и нашли колодец, верёвка оказалась просто незаменимой. Так ведь?

Я улыбнулась. Настроение было весенним. Бо шёл впереди, обнюхивая каждый куст. Наша компания цепочкой шагала за ним вслед.

Норм обернулся на меня:

- Вам не кажется, что мы идём знакомым путём?

Действительно. Тропинка вела по направлению к колодцу. За шутливыми разговорами время пролетело незаметно, и вскоре нам открылась уже знакомая поляна. Бо остановился и принялся кататься по свежей траве. У подножия кургана что-то лежало. Я прищурилась: это человек!

Ребята тоже заметили и бросились к нему. Вблизи мы увидели, что это не один, а двое мужчин! Одежда на них была вся в грязи и местами опалена. Но видно, что добротная, из крепкого материала. На красивом лице одного из мужчин виднелся свежий порез. Руки обоих расцарапаны, словно дикими кошками. Или ветками… Я задумчиво подняла голову, рассматривая сломанные сучья ближайших деревьев. Прихватка присел на коленки и слегка похлопал мужчин по щекам.

- Эгей, просыпайтесь! Очнитесь!

Я обошла лежащих по кругу.

- Они явно без сознания. Но дышат. – Указала на грудь, которая вздымалась и опускалась.

Норм потёр подбородок.

- Так мы их не унесём. Надо что-то придумать.

- Соорудим волокуши, - я оглянулась в поисках подходящего дерева.

- Что-что? – Прихватка шутливо скорчил напряженную рожицу. – Простите, леди Бри, мне ещё не приходилось таскать мужчин через лес.

- У нас как раз есть всё, что для этого нужно: верёвки и пила. Норм, найди и спили несколько самых длинных и крепких веток. Прихватка, тебе задание полегче: нужно много таких же длинных прутьев, которыми мы застелим носилки. Потом перевяжем верёвками и готово! Перенесём людей на ветки и можно тащить по земле, не причиняя им вреда.

- Эй, а почему это мне полегче? Хотя ладно, меня вполне устраивает. – козырнул толстяк.

- Я понял, что вы задумали, - Норм кивнул, достал пилу из сумки и направился к лесу.

Когда парни ушли, я присела подле незнакомцев. Какие же красивые мужчины. Оба выглядели как с картинки. Даже несмотря на ссадины, царапины и грязь. Золотые длинные пряди первого спутались и прикрывали половину лица. Невозможно было устоять – протянула руку и аккуратно убрала их с горячей щеки. Пальцы задержались у тонких приоткрытых губ. Почувствовала горячее ровное дыхание, которое разожгло во мне давно забытые ощущения. В груди нарастал пылающий шар, спина покрылась испариной, и горячий ручеёк скользнул дальше, вниз по телу. Я не заметила, как собственное дыхание стало хриплым и прерывистым.

Боже! Я не знала мужчины уже так много лет. А моё новое молодое тело такое чистое и девственное. Даже позавидовала самой себе: не каждому дано испытать первую страсть дважды. Щёки покраснели от стыда и мне пришлось отползти от красавца, чтобы остыть и не дать ребятам заметить.

Я села чуть поодаль и стала рассматривать второго мужчину. Было трудно сказать, кто из них красивее – оба выглядели такими разными, но одинаково привлекательными. Короткие тёмные волосы, мощный подбородок, мраморная холодная кожа. Второй был противоположностью первого. Будто лёд и пламя, белое и чёрное, ночь и день…

Ребята, наконец, закончили мастерить волокуши и подтащили их к мужчинам. Моя помощь была ни к чему. Пока они возились, я убрала инструмент в сумку и перекинула через своё плечо. Бо крутился у деревьев, нетерпеливо подгоняя. Как и прежде, медведь вывел нас из леса прямо к приюту. Уже у самых ворот парни положили носилки на землю и взвалили незнакомцев на плечи.

Дети играли во дворе с Дженни, когда я просунула руку и отперла засов. Девушка изумлённо наблюдала за нашим приближением к дому.

- Нам нужна твоя помощь, Дженни, - кивнула я на Норма и Прихватку. – Дай пару подушек и что-нибудь, чем застелить кровати.

Девушка недоумённо кивнула и скрылась за дверями.

Мы внесли мужчин в дом и аккуратно уложили на циновке посреди кухни. Я дала ребятам задание освободить одну из комнат и застелить пару кроватей. Неизвестно, сколько гости пробудут в таком состоянии.

Устроив их в пустующей комнате первого этажа напротив игровой, все старшие собрались за кухонным столом, обсуждая произошедшее.

- Мы не знаем, кто они и как оказались в лесу! – взмахнул рукой Бен.

Всем видом он давал понять, что недоволен затеей и не доверяет им.

- И что ты хочешь сказать? Что надо было оставить их там помирать? Случись такое с тобой, думаю, ты не оказался бы против, чтобы тебя оттуда забрали и перенесли в безопасное место. – парировал Норм.

- Вы забыли, что у нас тут есть кое-что? Которое не следует показывать всем подряд? – Бен взволнованно взмахнул рукой в сторону очага.

- Можно закопать его золой полностью… - Прихватка неуверенно попытался вставить слово, но его перебили.

- Ребят, ребят. Давайте все успокоимся и придём к общему решению. – Поняла, что надо брать ситуацию в свои руки. – Подождём, пока они очнутся, поговорим с ними для начала. Если почуете угрозу – сразу выставим вон.

- Я могу уйти прямо сейчас.

Незнакомый бархатный голос заставил нас разом обернуться к дверям. В проёме стоял бледный брюнет. Он пристально смотрел на нас немигающими глазами. Лицо выражало озадаченность. Позади него высился его товарищ.

- Кто бы вы ни были, благодарю за то, что приютили.

Незнакомец прижал кулак к груди и поклонился.

Ничего себе! Похоже, у нас тут кто-то голубых кровей.

Я указала на скамью за обеденным столом:

- Прошу вас, присаживайтесь. Покушайте. А затем расскажите, что с вами случилось.

Красавец снова слегка поклонился и оттянул край своего воротника:

- Простите мой внешний вид. Весьма неловко садиться за ваш стол…

Блондин тоже, наконец, подал голос, отпихивая товарища:

- Мисс, нам бы привести себя в порядок, и мы постараемся ответить на все ваши вопросы.

Я кивнула.

- Дженни, наполни лохань. У нас как раз осталась горячая вода. Одежду, думаю, одолжит вам кто-то из наших ребят.

Норм было возмутился, но, опустив голову, побрёл за свежими вещами.

Позже, чистые и переодетые в сиротские одежды, мужчины сидели и жадно поглощали обеденную похлёбку. Все старшие дети во главе со мной устроились за противоположным краем стола и выжидали.

- Меня зовут Рэймонд. – произнёс брюнет, вытирая губы тряпкой. – Я…

Мужчина внезапно осёкся, впившись взглядом в яйцо, краснеющее в печи. Медленно отведя глаза, он кашлянул и продолжил:

- Я не помню, что со мной случилось.

Второй мужчина вопросительно на него глянул, но, пробежав по кухне взглядом, так поперхнулся, что Прихватке пришлось несколько раз шлёпнуть того по спине.

- Мы вас в лесу нашли. Обоих. Это о чем-то говорит?

Мужчины настороженно переглянулись.

- Я тоже ничего не могу припомнить, - вторил Рэймонду блондин и вернулся к своей тарелке.

- Значит, память потеряли. Жаль, очень жаль, - Бен прошёлся по комнате, подозрительно наблюдая за лицами гостей.

- Помню лес и больше ничего, - кивнул мужчина.

- Если хотите, можете какое-то время остаться с нами, - осторожно предложила я.

Бен демонстративно прочистил горло.

- Пока не придумаем, что с вами делать, или пока не вспомните, откуда вы. Добро пожаловать в детский приют. Я – его управляющая, Брианна Стюарт. Обязана предупредить: если у вас недобрые намерения или вы попытаетесь причинить вред нашим детям, то закончится всё плачевно. Для вас.

Рэймонд довольно приподнял уголок тонких губ. Ему явно нравился мой характер и бесстрашие.

- Не думайте, что будете тут прохлаждаться. Работы много, а нашим ребятам как раз не помешает лишняя пара рук.

Блондин поднялся, подошёл ко мне и льстиво поцеловал руку:

- Прошу прощения, если я вам показался злодеем. Меня зовут Брамс. Буду рад отблагодарить вас за наше спасение.

Рэй закатил глаза и хмыкнул: тоже мне, дамский угодник.

Если раньше Брамс показался воплощением женской мечты, то сейчас я недоумевала, как мне мог понравиться подобный типаж. Движения и слова блондина были неискренними, слащавыми. Казалось, мыслями мужчина находился явно не здесь.

- Можно спросить? Что это? – Брамс указал рукой на очаг и сделал шаг в том направлении.

В тот же миг в комнату вбежал Бо. С рычанием и непривычным оскалом, медведь встал на пути у блондина и ощетинился.

Мужчина вздрогнул от неожиданности и сделал шаг назад.

Бо замолк и улёгся на циновке перед печью, угрожающе глядя на незнакомца исподлобья.

Бен посмотрел на зверя с победной улыбкой. Теперь можно было не переживать за наш секрет.