Хозяйка Чернолесья

Глава 1. Шаг в бездну

— Лови ведьму! — орали за спиной с ненавистью, от которой сердце сжималось в ужасе. — Смерть ведьме! На костёр её!

Ужас уступил место злости.

— Вы сначала догоните, неудачники! — не сдержала я ответного крика и ускорилась.

Лёгкие горели огнём. В ушах ревела кровь, требуя, чтобы я бежала ещë быстрее. И ещё. И ещё. У меня не было шанса на ошибку. Не было возможности отдохнуть и подумать, куда лучше бежать. О нет, меня целенаправленно гнали, как дичь на охоте, к самому обрыву, по кромке леса. Так что оставалось у меня только два пути. Первый — сигануть с обрыва в реку, надеясь, что вода подхватит, и я выживу. Второй — сунуться в тёмную чащу, куда даже опытный маг не рискнул бы ступить. И оба варианта попахивали самоубийством, но третий.. Ох, о нём мне даже думать не хотелось, он совсем глупый. Остановиться у самого обрыва и принять бой. С дюжиной магов. Сильных и обученных. Озлобленных долгой погоней. И мотивированных сверх меры. Потому как у них приказ — взять меня живой или мёртвой любой ценой. И вот живой они меня видеть не хотели. Категорически. Не под каким предлогом. А я так же категорически не хотела умирать. И ещё неделю назад приняла бы бой, потому что шансы были, а сейчас сил не осталось.

Я добежала до обрыва, взглянула вниз на кипящий поток бурной реки, на огромные валуны, торчащие из-под воды. Если не утону, то об камни эти и убьюсь на радость врагам.

Потом бросила взгляд на магов. Двенадцать только в первом отряде. Даже если повезёт отбиться, там уже второй и третий подоспеют. Ох и не любил новый король ведьм. Но мы ему отвечали взаимностью. Особенно я. Потому что меня он не любил тоже особенно.

Посмотрела на Чёрный лес, мысленно нарисовала его карту и присвистнула. Огромная территория, там спрятаться от врага — раз плюнуть. Умертвий много, однако и они могут стать дополнительной защитой, если самой от них прятаться, а магов на съедение отдать. Лишь бы ничего не перепутали — и меня не съели.

Лес был тёмный и страшный. Я — измотанная и напуганная. Как пить дать — оставят от меня восставшие мертвяки одни косточки…

Но враги были уже рядом, так что решение пришлось принимать быстро.

На ветку к самому крайнему дереву вспорхнул ворон. Громко каркнул. И вдруг я вспомнила старую сказку. Мне её бабушка в детстве перед сном рассказывала. Про ведьму Сению, попросившую у леса помощи, когда на неё инквизиторы напали. В сказке она сумела скрыться среди деревьев, но стала ученицей местной лесной Хозяйки. Только там и лес был живой, и гнали девушку всего лишь инквизиторы. А вот умертвий в сказке точно не было.

Но ко мне уже шëл, поганенько усмехаясь, Эдвин — лучший из королевских гончих магов. Шёл медленно и смотрел на меня со злостью и ненавистью. Мне даже не по себе стало, что за месяц погони я так мужика несчастного достала. Репутацию подмочила, гордость растоптала.

Постояла я, на него искоса поглядывая, и подумала, что с его гордостью и репутацией станет, если он меня сейчас упустит. Вот возьмёт и прямо из-под носа упустит. И я улыбнулась. И Эдвину и Чёрному лесу.

Моему преследователю это не понравилось.

Ворон снова каркнул. И вот вроде птица, а мне всё равно показалось, что ему моя улыбка тоже не понравилась. Но я продолжала улыбаться. Искренне так, с маленькой ехидцей. А когда Эдвин опасливо шаг назад сделал, остерегаясь подвоха, так ехидцы и стало побольше. К тому моменту и остальные одиннадцать магов успели добежать. Остановились за спиной своего предводителя.

Я двинулась прямиком к ним. Они — назад. Я шаг вперёд, они два от меня. Ну и пугливые маги пошли!

— Что ты задумала, Миранда? — поинтересовался Эдвин.

— Уже не ведьма поганая? — удивилась я. — Уже и имя вспомнил? Какая честь! Может, ещё законы вспомнишь, запрещающие ведьмам вредить?

— Это были старые законы, — напряжённо ответил маг, сканируя всё вокруг на предмет магических ловушек. — А по новым тебя приказано поймать и доставить к нашему королю. Живой или мёртвой доставить, Миранда.

— К твоему королю, — с нажимом сказала я. — Приказ отдал твой король, старые законы отменил твой король. Но я не ему присягу давала, моя сила служит другому.

На мгновение в глазах мага мелькнуло сомнение. Едва различимое, оно пропало раньше, чем Эдвин сам успел бы его осознать. Да и я могла ошибаться. Расстояние внушительное, а зрение у меня не то чтобы орлиное. Обычное, ведьминское. Слегка интуицией сдобренное.

— Зачем мёртвому королю твоя сила? — усмехнулся он, наконец поняв, что ловушки нет.

Вот в начале погони они были. И магические, и охотничьи, и чисто женские. А потом я устала так, что только бежать могла. Несмотря на кровавые мозоли бежать. Несмотря на нехватку дыхания. Несмотря на… да вообще ни на что не смотря.

— Мëртвому королю без надобности, — легко согласилась я и шагнула влево, под тень ближайшего дерева, на котором ворон сидел. — А вот мёртвому лесу, может, на что-то сгожусь.

— Не смей! — заорал раненным зверем Эдвин.

Но остановить не успел. Я сделала ещё шаг и коснулась коры почти мёртвого дерева. Коснулась, глаза закрыла и произнесла вслух слова из сказки, вдыхая в них последние крохи своей магии.

— Прими, лес милостивый и благосердный, меня под свою защиту. От врагов стеной защити, крышу над головой дай, хлебом да солью угости. В оплату, лес могучий и справедливый, возьми мою силу, сколько понадобится.

— Миранда! — ещё громче завопил Эдвин.

Полыхнуло магией, кора под пальцами нагрелась, а в следующее мгновение появилась лунка портала в земле. Я, не долго думая, разбежалась и прыгнула. Прямо в неё. Потому что маг сплести портал не успел бы, значит, это ответ леса. Значит, он не совсем мёртвый.

***Очутилась я аккурат в центре выжженного огнём круга.

— Подтверди цену, — прошептал ветер.

Я почти не удивилась. Молча всмотрелась в руны внутри круга. Оглянулась назад, ожидая увидеть Эдвина со своим отрядом. Но вокруг был только лес. Только деревья. Мёртвые и искореженные страшной магией.

Я снова закрыла глаза, как перед прыжком в бездну, и выдохнула:

— Моя цена неизменна!

И вот теперь полыхнуло магией по-настоящему. Меня скрутило так, что я рухнула на колени, оперлась руками о землю и выругалась сквозь зубы. Кости выворачивало, ломало, вязало в узлы дикой болью. Я кричала так громко, что оставшимся без добычи магам должно было быть слышно. Над головой кружил ворон, силы стремительно утекали из меня.

А потом пришла спасительная тьма.

Глава 2. Лесная Хозяйка

В себя я пришла от того, что всё тело болело, как после особо зверской тренировки или смертельного боя, когда выживаешь чудом. Бой это и был, долгий и изматывающий. Пешком я убегала от королевских гончих семь дней и семь ночей. Ни на секунду не останавливалась, спала и ела, когда удавалось забраться в проезжающую мимо телегу, чтобы хотя бы часть пути не идти пешком. До того ещё три недели путешествовала верхом, сменила четырёх лошадей.

"До границы не добралась, — вспомнилось мне. — В лесу скрылась. Как только успела?"

И я открыла глаза. Села рывком, но чуть снова не потеряла сознание от слабости. Проморгалась, приложила холодную ладонь ко лбу. Упёрлась взглядом в одну точку и не сразу поняла, что эта точка — дерево. Живое. А вчера было мёртвым!

Я огляделась по сторонам и не нашла ни одного сухого дерева. Все были живые! Высокие, с раскидистыми ветвями и сочной зелёной листвой.

— Мать моя женщина, — ахнула я.

— Была бы мужчиной, я удивился бы, — ехидно отозвался кто-то.

Я резко повернулась на звук, но рядом сидел только ворон. Сидел и смотрел на меня в ожидании.

— Визжать будем? — поинтересовался он, шевеля твёрдым клювом, как губами.

— Н-н-нет? — не слишком уверенно ответила я, а потом подалась к нему, чтобы рассмотреть поближе. — Это видения из-за сотрясения мозга?

— Нет, это последствия ритуала соединения, — спокойно ответил он.

— Свадьбы?

— Ритуала соединения, — повторил с нажимом чёрный птиц. — Но если тебе нравится мысль быть моей женой, думай так дальше. Только супружеский долг не требуй. Ты не в моём вкусе.

Я перестала понимать вообще что-либо. Смотрела на ворона, как на диковинного зверя, но даже вопросов не задавала. Просто не знала, с какого начать.

— Дурья башка, — выругался мой вероятный муж то ли на себя, то ли на меня. — Ты к Лесу за защитой пришла? Пришла. Магию в ответ пообещала? Пообещала. Цену за защиту подтвердила? Подтвердила!

— И? — продолжила тупить ведьма.

— И я — Лес. А ты теперь — Хозяйка Леса.

— Чёрного?

— Ну я же чëрный, — подтвердил… Лес.

— Ты ворон, — засомневалась я.

— Так удобнее, — по-человечески отмахнулся он от меня крылом. — Летаю по небу, контролирую, чтобы на подвластные территории никто не сунулся.

— Кто сунется в мёртвый лес?

— Ну сейчас пытается маг, который за тобой гнался, — раздражённо ответил ворон. — И три десятка его людей.

Я напряглась. Магии почти не осталось, отбиться теперь точно было не по силам. Может, сдаться? Восстановлю резерв и опять сбегу. Делов-то.

— У меня на территории две тысячи поднятых умертвий, — тяжело вздохнул Лес. — Твой маг дальше третьего дерева не пройдёт. Половину людей потеряет и сбежит.

Но он плохо знал Эдвина. Очень плохо, раз думал, что тот когда-нибудь сбежит с поля боя.

— Если не сбежит, станет в нашем лесу на тридцать сильных умертвий больше, — пожал плечами… крыльями ворон. — Долго будешь ресницами хлопать, аки дебютантка на первом балу? Задавай свои вопросы и принимайся за дело.

Я хотела спросить, не телепат ли случаем чёрный птиц, но отвлеклась на другой вопрос:

— За какое дело?

— Дай мне сил, матушка-природа, — не сдержал мой собеседник второго тяжёлого вздоха. — Ты теперь Хозяйка Чернолесья. Это вроде понятно и вопросов ни у кого не вызывает.

У меня — вызывало. Ещё как. Хозяйки у лесов были только в сказках. Причём в самых древних сказках! Таких, как мне бабушка рассказывала.

— Каждая сказка — слегка преувеличенная быль, — ответил ворон, подтверждая мою догадку о чтении мыслей. — Хозяйки вымерли, нечисти пришлось бежать. Кому-то в другие миры, кому-то к людям — и прятаться среди них.

— Хозяйки защищали нечисть, — припомнила я.

— Хозяйки защищали зачарованные леса, — поправил меня птиц. — И, собственно, их зачаровывали, чтобы нечисть могла преспокойно в них жить. Без Хозяйки зачарованные леса либо умирают, как наш, либо становятся обычными.

— Допустим, понятно.

— Допустим, — согласился ворон. — Едем дальше. Ты пришла ко мне сама и предложила договор. Я тебе защиту, ты мне — столько магии, сколько потребуется.

Предлагала сотрудничество я лесу, но птиц уже сказал, что он и есть Лес. С ума можно сойти! Голова гудела от непривычных образов, а уж от клюва-губ становилось откровенно не по себе.

— Кажется, уговор выполнен, — я жестом указала на деревья, ставшие живыми. — Ты меня спас, я восстановила лес. Теперь я могу уйти и заняться своими делами.

— Увы, одного всплеска было недостаточно. Ты восстановила только один участок. Территория зачарованного леса в сотню раз больше.

— Я не переживу сотню таких ритуалов, — честно предупредила я Птица. — Сдохну на третьем.

— Если не восстановишь силы, то да, сдохнешь. Скорее даже на втором, а не на третьем. Но это неважно, я же тебя не тороплю спасать деревья прямо сейчас. Будешь жить в лесу, постепенно восстанавливать его, вливая силы по крупице.

— Я не могу навсегда остаться тут. У меня есть обязательства, есть задание.

— Нету, — возразил Лес и из его голоса мгновенно пропали шутливые нотки. — Смерть снимает все клятвы и прощает старые долги. Миранда Росси умерла, когда ступила в круг и согласилась с озвученной ею же ценой. На свет появилась Велимира. Хозяйка Чернолесья, у которой нет иных долгов, кроме как беречь свои земли и восстанавливать их.

Значит, я умерла. Ритуал соединения в первоначальном виде примерно это и означал. Девушка прощалась со старой жизнью, принимала новое имя и входила в семью супруга, разрывая все прежние связи. Чем не смерть? Поэтому от него и отказались в пользу обычного венчания в храме. А мне вот… повезло!

— Если бы моим обязательством был долг у ростовщика или помолвка со славным парнем, я не стала бы спорить, — попробовала достучаться до Птица я. — Но речь о гораздо более важных вещах. Понимаешь?

— От тебя зависит чья-то жизнь?

— Да, — закивала я в ответ. — Как минимум две жизни.

— Здесь ты спасёшь больше, — отрезал ворон, убивая всякую надежду на то, что получится договориться.

И я не стала больше пробовать. Если Птиц не хочет по-хорошему, значит, придётся действовать по-плохому. Пока я не имела ни малейшего представления, как именно.

— Моя задача — спасти лес, большего не требуется?

— Да, но если после захочешь уйти, то должна найти преемницу, — обозначил Ворон вторую проблему. — Нет смысла оживлять лес, а потом уходить, бросая его на произвол судьбы. Все вложенные тобой силы уйдут в пустоту. Потому что без Хозяйки Чернолесье погибнет.

Я кивнула, принимая логику Птица. Её вообще не очень-то сложно было понять и принять. Потому что точно так же размышляли знакомые мне короли. Им было наплевать на судьбы людей, их волновало только благо их королевства и собственное благополучие. И они делали всё, чтобы две эти вещи сберечь.

Глава 3. Первые гости

Мы так и стояли на ожившей поляне. Я думала о том, что даже в лесу умудрилась найти монарха и стать кем-то вроде королевской ведьмы. Интересно, это моё родовое проклятие? Или индивидуальная особенность?

— Твой маг сбежал, — прервал Птиц мои грустные мысли. — Но к границе подошли первые гости.

— Гости?

— Нечисть почувствовала, что в Чернолесье вернулась Хозяйка, — объяснил он. — Теперь будет потихоньку стягиваться сюда с дарами для тебя. Ты неправильно поняла ситуацию, Велимира. Если Чёрный лес — королевство, то ты в нём королева, а не главная ведьма. Я — глава стражи и армии.

— Глава армии подчиняется королеве, — напомнила я. — А ты мне — нет.

— Подчинюсь, когда войдешь в полную силу, — пообещал Птиц. — Ну что, будем встречать гостей?

— А у меня есть выбор?

Выбора не было. Ворон каркнул, открывая портал-лунку. Я отряхнулась от пыли и с разбегу прыгнула в яму. Приземлилась почти профессионально. Встала чётко на ноги и лишь слегка пошатнулась. Но не упала — и то хлеб.

Гости стояли у того самого дерева, на котором сидел ворон, когда я помощи просила. Выглядели слегка потрясенно, но в целом держались молодцом.

— Здравствуй, Хозяйка Чёрного леса, — проговорил мужчина в обычной крестьянской одëжке. — Мы услышали добрую весть о твоём возвращении и пришли служить службу.

"Птиц, какую службу? — в панике спросила я мысленно. — Мне рабы не нужны!"

"Не рабы, а подданные, — поправил меня ворон. — Кроме своей силы оборотни ничего предложить не могут. Вот и хотят отработать трудом и службой".

Я внимательно оглядела пятнадцать сильных и поджарых мужчин. Огромные они были, широкоплечие. Таких и в армии можно задействовать, и в быту. Но в армии у нас — мертвяки. А быт в лесу какой?

— Дом мне построить сможете? — неожиданно для себя спросила я.

— Сможем, — вновь ответил главный мужик. — Хороший построим, большой и крепкий.

— Дворец будет, а не дом, — поддакнул самый юный из мужчин.

Я его за плечом первого и не разглядела. А сейчас заметила и поняла по сходству, что он сын главного.

— Это все твои люди? — спросила у вожака.

Вообще-то я мало знала об оборотнях. Когда наставница заставляла наизусть заучивать виды нечисти, искренне не понимала, зачем мне оно надо. Нечисть почти вся вымерла. Кто не вымер — и так всем известны. Но сейчас я наставнице была искренне благодарна. Потому что всё же заучила энциклопедию нечисти назубок. Теперь знала, что говорила с альфой стаи оборотней. Судя по карим глазам — первыми пришли бурые медведи.

— Нет, — ответил он. — Жëн и детей оставили в деревне. Решили сначала сами поговорить и разрешение на переход под твою власть спросить.

"Боялись, что в качестве платы ты детей потребуешь на съедение или баб в ночное услужение, — подсказал не без ехидства в голосе ворон. — Этот альфа молодой. Ни он, ни его отец, ни даже дед при лесной хозяйке не жили, поэтому страшным сказкам верят".

"Поняла. Меня считают лесным чудовищем, жрущим детей и соблазняющим приличных женщин на непотребства. Переживу дурную славу. А мы можем с переездом помочь? Вещей много должно быть".

"Пусть возьмут с ожившей части леса саженец любого растения и в горшочке посадят, — распорядился Птиц. — Тогда я рядом с ним буду иметь временную силу открыть портал".

— Один из вас может подойти ближе и взять саженец из моего леса, — вошла я в роль. — Посадите в горшок и рядом с ним откроется короткий путь до моих земель. Так быстрее жён, детей и всё имущество перенесёте.

— Благодарствуем, Хозяйка, — низко поклонился вожак и сам сделал шаг через невидимую границу.

Странно, но я почувствовала, как он преодолел её. Будто маленькие иголочки искололи всё тело.

"Связь крепнет, — довольно заметил Птиц. — Скоро без твоего ведома сюда и муха не залетит".

— Куда идти, Хозяйка? — привлёк наше внимание оборотень.

Я подумала, подумала и решила, что тащить его в ожившую часть леса прямо сейчас как-то не очень. Мужик пропадёт, пусть и ненадолго, стая перепугается. Оно мне надо?

И я решила попробовать новые силы.

— Никуда, — ответила я.

Нашла под ближайшим мёртвым деревом мёртвый же жëлудь, положила на ладонь. Стала рассматривать скукожившийся несчастный плод. Учебник для Лесных Хозяек пришёлся бы кстати, но я сомневалась, что такие существовали. Однако за свою жизнь я поняла одну важную вещь — у всех видов магии одни и те же законы. Для тех, кто знает базу, подстроить её под новые чары проблемой не станет.

И я выудила из памяти заклинание восстановления, которое использовала, когда мои конспекты спалили одногруппницы. Поднесла к губам жëлудь, прошептала заветные слова и, повинуясь наитию, выдохнула крупицу магии. Плод впитал её мгновенно и тут же наполнился жизнью. Морщины разгладились, шапочка восстановилась.

"Получилось!" — возликовала я.

Сжала жёлудь в кулаке, наслаждаясь моментом, а потом закопала в землю и поднесла ладонь. Заклинания роста не существовало, поэтому мне пришлось сочинять его находу, задействуя потоки закрепляющего и ускоряющего заклинаний. По логике они должны быть похожи.

— Как сыра земля тебя питает,

Так моя сила магией наполняет.

Как чиста вода тебе расти помогает,

Так моя сила к солнцу направляет.

Под ладонью засиял золотой свет, а в следующее мгновение кожу защекотали молодые листочки. От восторга перехватило дыхание. Будто я не один росток вырастила, а устроила что-то поистине невероятное. Настоящее чудо сотворила!

Я аккуратно выкопала саженец и передала в ладони вожаку медведей. У него руки подрагивали и глаза горели детским восхищением. И остальные на меня так же смотрели. Даже ворон, хоть он и птица.

Глава 4. Суровые будни лесной хозяйки

Медведи переехали быстро. Я глазом моргнуть не успела, как в лесу появилось пятнадцать семей. И все как на подбор — многодетные. Уже собиралась спросить ворона, что они есть собираются, но Терин — вожак оборотней — оказался куда предусмотрительнее меня. Он не просто перенёс все запасы продуктов, но и умудрился сами дома перетащить. Вот так взял и перенёс их. Огороды вместе с землёй выкопал и перетащил в лес. В ожившую его часть.

"Как это вообще возможно?" — ломала я голову, расхаживая вдоль жилища альфы.

У него был фундамент. Целый и невредимый.

"Дома отсюда перенесли, — сжалился надо мной Птиц. — Их достраивали и перестраивали, но основа осталась наша — из зачарованного дерева. Поэтому их легко переносить с места на место".

Значит, мой домик тоже будет не простой?

Так и оказалось. Пока женщины и подростки вскапывали землю для новых огородов и распаковывали вещи, мужчины взялись за строительство моего дома. Большая часть моих "подданных" пошли за вороном выбирать деревья. Но кое-кто остался.

— Какой ты дом хочешь, Хозяйка? — уточнил Терин, разметая в стороны мусор метлой. Готовил чистый участок земли для рисования схемы. — Сколько комнат, большие или маленькие?

Я задумалась, потому что представления не имела, каким должен быть нормальный дом. В бабушкиной избе была одна комната. Я спала на печи, а она на топчане. У наставницы спален было восемь — одна для неё, остальные для учениц, плюс классная комната, где проходили занятия. Потом я жила в казармах, где помещения были огромные, но сразу на двадцать пять человек каждая. Потом во дворце — про него и говорить нечего.

— Не знаю, — призналась я спустя пару минут.

— Сколько у лесных Хозяек обычно детей бывает? — попытался оборотень зайти с другой стороны. — Минимум столько дополнительных спален и нужно.

"Птиц, спасай!" — взмолилась я.

"У всех по-разному, — ответил он, несмотря на то, что находился очень далеко. — Чаще всего один ребёнок. Дочь. Наследница, которой можно лес передать".

И снова пришлось напрячь мозги. Мне нужно найти преемницу быстрее, чем успела бы родить и воспитать. Желательно взять девушку-подростка лет пятнадцати. Иначе из леса уйду в глубокой старости. Однако делать ставку на одну ученицу я не могу. Если она окажется необучаемой или слабой, то я зря потеряю время. Нет. Минимум трёх придётся брать. И ещё необходимо учитывать двух высокородных гостей. Если я, конечно, придумаю, как их спасти, не выходя из леса. Ибо в ближайшие время меня не выпустят.

— Давайте шесть спален, — решила я. — Все на втором этаже. И придумайте, пожалуйста, как нужник сделать в доме, но чтобы дурных запахов не было. А лучше два нужника — на каждом этаже. Ещё нужен большой подвал-погреб. Обязательно запасной выход со второго этажа сразу на улицу.

— Слава всем богам, — улыбнулся человек-медведь. — Я уж было подумал, что Хозяйки от обычных женщин отличаются не только особой магией. Ещё пожелания будут?

— Хочу огромную гостиную на первом этаже, — послушно продолжила я. А потом вспомнила, что спасать своих подопечных буду из самых разных ситуаций, так что учесть их нужно заранее. — И кабинет, где можно принимать пациентов. Рассчитываем на две узкие койки, множество шкафов с лекарственными зельями и настойками. И чтобы ходить там было свободно.

— Понял, — пробормотал Терин, уверенными движениями, нанося схему прямо на земле. — Кхм… А печка нужна большая?

Мы обсудили размеры кухни, выбрали место для моей спальни — ей полагалось быть самой большой. Вожак оборотней уговорил меня сделать третий этаж. Пустой, без внутренних перегородок. Просто на всякий случай. Вдруг нарожаю больше детей, чем задумала?

Я согласилась. Нет, рожать не собиралась. Однако неизвестно, кому дом достанется после меня. Возможно, следующей лесной Хозяйке захочется стать многодетной матерью?

Самым удивительным было не то, что Терин сумел меня уговорить на трёхэтажный особняк. А срок, установленный им на строительство. Медвежья стая грозилась справиться за три дня. Ворон моего скептицизма не понял, заверив, что оборотни справятся, раз обещали.

"Им нужно успеть, пока другие не пришли, — снизошёл Птиц до объяснений. — Иначе ты можешь отдать заказ кому-то ещё, а медведей выгнать. Они ведь свою часть сделки не выполнили".

— Сурово, — вздохнула я, наблюдая за тем, как прямо вокруг участка с рунами вырастает дом.

Разрушить начерченный магический круг у нас не получилось, а Птиц настоял, что строить нужно именно в сердце леса. В самом его центре. Поэтому мы срезали тонкий пласт с рисунками, выкопали котлован и вернули пласт на место.

Дальше меня мягко отодвинули подальше от процесса. Мол, у тебя, Хозяйка, своя магия, а у нас своя.

Я не спорила. Всё больше времени проводила в лесу, повторяя подвиг с выращиванием деревьев. Самый первый пересадила из горшка в землю. После него колдовать было легко — магии требовалось немного, потому что я не замахивалась на возрождение деревьев, а лишь восстанавливала шишки и жëлуди, а потом запускала и ускоряла их рост.

В день получалось высадить по три десятка ростков. Можно было и больше, но Птиц очень просил поберечься.

Ещё он просил составить список из того, что мне нужно тащить в дар. Потому что у границы леса каждый день кто-нибудь появлялся с таким вопросом.

— Принц — одна штука, — писала я на одолженном листе бумаги. — Кот из дворца — одна штука. Магически одарённые девушки, желающие стать моими ученицами, — три штуки. Дальше пойдём по редким ингредиентам жизненно необходимых зелий.

Пока шло строительство, я жила в доме Терина. Так что и бумага была его, и перепуганная вусмерть жена — тоже. Авторы древних сказок о лесных Хозяйках постарались на славу, создали мне образ всемогущей и зловредной ведьмы, что за один косой взгляд может сделать человека врагом.

Нет, об этих сказках мне не сама Кора рассказала. А их с Терином младшая дочка Тита. В силу возраста болтала девочка без умолку. Зато не прятала взгляд при моём появлении, тогда ведь можно пропустить столько всего интересного!

Вот Тита мне и поведала историю про то, как влюбилась лесная хозяйка в проезжающего мимо лорда. Лорд отвозил в свои земли молодую жену. Так Хозяйка от ревности с ума сбрендила и зажарила несчастную соперницу в печи. Тогда я поняла, почему вожак медведей столь рьяно интересовался, какого размера делать мне печь на кухне. Боялся, как бы я его супругу на ужин себе не приготовила. Вдруг он мне приглянулся?

Святая наивность. Мне в этой жизни уже никто и никогда не приглянётся.

Глава 5. Бойся нечисти, дары приносящей

Страшно сказать, сколько копий списка желаемых даров заставил меня сделать Птиц. Лучше бы в лесу поработала, за это время кучу деревьев смогла бы высадить.

Однако весь масштаб катастрофы я осознала позже, когда нечисть стала приносить непосредственно подарки.

Мелкие существа тащили в основном ингредиенты для зелий. Да в таких количествах, что растения я попросила высаживать прямо в лесу. Мол, пусть ресурс будет возобновляемый. Народ признал меня мудрой и дальновидной, радостно взявшись за озеленение территорий.

Гладко прошло также переселение дриад. Эти дамочки жили внутри деревьев, подпитывали их, собирая магию из внешнего мира. Их я сразу поселила на ожившем участке, забыв про часть сделки с ответными дарами. Как оказалось, сами лесные девы помнили о ней прекрасно.

— Мы хотим внести свою плату, Хозяйка, — заговорила старшая из нимф. — Но кроме деревьев у нас ничего нет. Поэтому наш дар будет неразрывно связан с твоим лесом.

Две девушки в полупрозрачных платьях вышли из ближайшего дерева, держа на вытянутых руках… метлу.

— Все веточки отсоединены от разных деревьев особым образом и привязаны к черенку лентой, сплетённой из нашей магии. Так твоя метла сохранит связь с лесом и всегда найдёт дорогу домой.

Я смотрела на артефакт во все глаза. Магия дриад! Древняя, могущественная! Да любая ведьма душу демонам продаст, чтобы просто взглянуть на такое чудо. А мне его дарят. Целиком, полностью и навсегда.

— Ты принимаешь наш дар, Хозяйка? — начиная нервничать, уточнила лесная дева.

Я отмерла. Забрала метлу двумя руками и интуитивно склонила голову в знак благодарности.

— Я принимаю ваш дар, — хрипло произнесла я.

— Научить пользоваться?

— Да, — рассмеялась я. — Инструкция не помешает.

И меня научили летать. Дриады бежали следом, перепрыгивая с ветки на ветку, подсказывали, как правильно парить на потоках магии. У меня голова кружилась от восторга! О таком я и мечтать не могла. Теперь отлично понимала Птица, решившего обзавестись крыльями. Наш лес сверху казался ещё больше, чем рисовали на картах. Зелёное пятно ожившего участка выглядело яркой кляксой на чёрном фоне. Мало жизни. Катастрофически мало. Скоро приблудная нечисть займёт всё место и новых беженцев будет некуда вселять.

— Это ещё не всё, — отвлекла меня от грустных мыслей старшая дриада. Надо хоть имя её спросить, что ли? — Приземляйся, я кое-что покажу.

Я послушно спикировала на землю, оставив длинный след от торможения пятками.

— Над этим ещё стоит поработать, — призналась я веселящимся зеленокожим девушкам.

Образ всесильной и злобной Хозяйки Чернолесья разлетелся вдребезги из-за одной магической игрушки. Но что поделать? Не я этот образ создавала, не мне его беречь!

— Нарисуй на земле круг черенком метлы, — подсказала предводительница дриад. Я повиновалась. — Да, вот так. А теперь поставь прутья внутрь круга и представь любое место в лесу. Можно закрыть глаза.

Я представила участок возле своего почти достроенного трёхэтажного дома. Там Кора обещала разбить полисадник, а пока стоял грубо сколоченный стол, за которым обедали и ужинали оборотни в перерывах.

Спустя мгновение метла провалилась в землю наполовину. Я распахнула глаза и испуганно вытаращилась на открывшуюся лунку портала. Такого же, как открывал Птиц.

— Вау! — выдохнула восхищённо.

— Угодили мы тебе с даром, Хозяйка? — хитро прищурилась дриада.

— Не то слово!

Мы продолжили тренировку. Но нас быстро отвлекли новые гости. Я открыла портал и прыгнула в него, сидя верхом на метле. Получилось эффектно. Всем понравилось. Особенно ворону и новым гостям.

У кромки леса стояли домовые. Самые настоящие домовые! Низкорослые пухленькие человечки в старой льняной одежде. И каждый держал в руках по коту.

— Ээээ… Здрасте, — неловко поприветствовала их я.

— Позволь слово молвить, Хозяйка? — попросил тот, кто стоял впереди.

— Так вы вроде уже. Молвили, — я оперлась на метлу, разглядывая во все глаза домовых. Они вроде вымерли, нет? — Представьтесь, пожалуйста.

— Ромус, — склонил он голову. — Сын Эдитора, внук…

— Достаточно! — остановила его я, с нетерпением переступая с ноги на ногу. Метла тоже вибрировала, ей отчаянно хотелось полетать. Как и мне, между прочим! — Давайте к сути, а? У меня дел полно. Вон лес мёртвый, реки-озëра высохли. Умертвия туда-сюда шляются. Давайте-давайте!

— Мы пришли просить защиты и покровительства, — тут же заговорил Ромус. — Пришли с дарами. Принесли по коту в дар тебе, Хозяйка.

— И все из дворца?

— Все, — подтвердил он.

— И вот этот рыжий с облезлым хвостом? — не поверила я.

Кот обиженно мяукнул, но я на провокацию не повелась.

— Дворцы бывают разные, — вскинул подбородок домовой, держащий в руках предмет разговора. — И коты в них живут разные.

— Мы пришли из другого мира, — пояснил Ромус. — Там большая часть дворцов заброшена. Никто в них не живёт. Вот, кого нашли, принесли.

Ворон каркнул на ближайшем дереве.

"Не смешно, — шикнула я на Птица. — Что мне с этими иномирными котами делать-то теперь?"

"Посели у оборотней вместе с домовыми, — подсказал он. — Пусть мышей ловят и детей развлекают".

На том и порешили. Я пропустила домовых в лес, отвела порталом к участку перед своим домом и велела каждому из оборотней выбрать по домовому с котом.

— Я не буду жить с нечистью, — возмутился один из медведей, что помоложе.

— Тогда проваливай из моего леса, — предложила я альтернативу. — Потому что здесь нечисть на каждом шагу, если ты вдруг не заметил. А если уйти чуть глубже в лес, то и мертвяки имеются. Не нравится такое соседство? Так никто тебя не держит.

— Мы примем в своих домах дорогих гостей, — ответил за всех Терин. — Если Хозяйка говорит, что они не навредят детям, то мы верим.

— За котов поручиться не могу, — тут же предупредила я. — Они могут быть агрессивными и блохастыми.

— Мы тоже, — хохотнул сын Терина.

Засмеялись все. И оборотни, и домовые. И я с облегчением выдохнула. Уживутся.

Глава 6. Хозяйственные хлопоты

Оказалось, что домовые ещё и неплохие строители. С их помощью мой дом закончили уже к вечеру. Трёхэтажная махина крышей была почти вровень деревьям рядом. Белить стены медведи не стали, но так даже интереснее выглядело. Деревенская изба посреди леса. Забор вокруг. Беседка рядом, банька. Всё как положено.

Погреб уже частично заполнили — ингредиентами от нечисти и соленьями от женщин-оборотней. Каждая дала по паре банок, целый стеллаж и заняли.

Мебель в комнаты тоже поставили. В моей спальне даже бельё постелили. Посуду подарили по минимуму, чтобы мне было, из чего есть. А вот потенциальных гостей я не могла ни спать положить, ни ужином накормить.

Впрочем, ужином у меня теперь занимался специально обученный человек. Вернее, домовой. Ромус переехал вместе со своим котом в одну из гостевых спален. Я знала, что домовые — это скорее духи, чем живые существа. У них есть телесная оболочка, но на постоянное ее поддержание уходит слишком много магии. Поэтому её они обретают в те моменты, когда необходимо пообщаться с хозяином дома. И то предпочитают получать указания через записочки.

Обо всём этом мне поведал Птиц, который лес. Он, вообще оказался незаменимым помощником. Энциклопедия на ножках и крылышках. И заклинание подскажет, если у меня из головы вылетело, и совет даст.

— В город нужно, — вдруг выдал ворон, который вообще-то выпускать меня из леса изначально не планировал. — Книги по магии закупить. И тебе знания по нечисти подтянуть, и ученицам наследие оставить.

Я с сомнением покосилась на Птица. Он сидел на специальной подушке на подоконнике в моей спальне, пока я расставляла на полках подарки от новых жителей леса. Интересно, с чего бы он поменял своё мнение? Ведь не хотел из леса выпускать! Да ещё и под таким странным предлогом. Зачем мне книги, когда под боком такой ценный лектор?

— Я думала, все необходимое ты расскажешь, — осторожно заметила я.

— Раньше Чёрный лес был большим, но не единственным. Не всякая нечисть жила на наших землях. Так что о некоторых расах я ничего не знаю. А съезжаться к нам теперь станут все, кто выжил.

— И что, мне скупать все книги, где есть упоминание нечисти? — усомнилась я.

— Сказки, легенды, бестиарии, — перечислил он. — Скупай всё: никогда не знаешь, что может пригодиться. Попросим оборотней сделать больше стеллажей.

Я задумалась. Если представители разных рас начнут съезжаться в мой пока ещё маленький лес, то чем они тут будут питаться? Это стая Терина жила по соседству, а потому перевезла все добро, включая жилье. Домовых я насильно расселила по их домам. Дриады тоже жили в деревьях, как и мелкая нечисть, чьих названий я не знала — селилась в норах, дуплах, под шляпками грибов. Но многие, наверное, живут в домах, скрываясь среди людей.

— Слетай за Терином, — попросила я. — Есть разговор.

Когда Птиц совсем по-человечески кивнул, я даже не вздрогнула. Привыкла. И к лесу начала прикипать душой. Знала, что это не просто так. Понимала, что всё дело в магии. Обряд, который я проходила в самый первый день связал меня с этим местом. И связь с каждой минутой набирала силу. Вот почему ворон не боялся отпустить меня в город. Никуда я отсюда не сбегу. По крайней мере, надолго.

Терина я встречала в гостиной на первом этаже. Оборотни сейчас делали мебель для моего дома и помогали жёнам по хозяйству. Уход за скотиной, огороды, внезапный переезд — всё это требовало внимания. А я собиралась подкинуть им ещё проблем.

— Здравствуй, Хозяйка, — добродушно улыбнулся альфа. — Звала?

— Здравствуй, Терин, — улыбнулась я в ответ. — Звала. Проблема у нас. И без вас с домовыми я её решить не могу.

— Поможем, чем сможем.

— Ты сначала послушай, в чём дело, — рассмеялась я. — Ромус, тебе тоже не мешало бы.

Домовой проявился мгновенно, с подносом, на котором стоял чайник и две чашечки. В одной вазочке лежали конфеты, а в другой — кусковой сахар. Не густо, но и этот провиант мне пожертвовали оборотницы.

— В Чернолесье пребывают гости со всех уголков мира. Пока это не так заметно, потому что новость о моем возвращении ещё не всех облетела. Но когда станет известно о возрождении Леса, народу станет куда больше. А у нас нет ни жилья для них, ни еды на первое время. Не все смогут перевезти вещи в таких количествах, как получилось у вас.

— Мы поможем всем нуждающимся, — уверенно сказал оборотень, снова вызывая у меня улыбку умиления.

Я и забыла за время жизни при дворе, что есть люди (или нелюди), которые готовы помогать другим просто потому что им нужна помощь. А не для того, чтобы использовать это в будущем, или показать всем, какой ты добрый, раз занимаешься благотворительностью.

— Я не сомневаюсь. Но я боюсь, что строить дома всем будет долго. Я подумала, может стоит построить несколько больших домов, как у меня? Сделать комнаты поменьше, кухню одну на этаже. Чтобы гости могли в них жить, пока строятся их дома.

— Переселить по одному домовому в каждый такой дом, — добавил Ромус от себя. — Я могу написать письма знакомым в других мирах. Не все решились бросить дома и уйти с нами. Но, раз мы живы и здоровы, могут передумать.

— Всегда рады вашему народу, — склонила я голову в знак уважения, совершенно искренне, между прочим. — Но заставлять никого не нужно, пригласить один раз будет достаточно. Никого неволить мы не будем.

— Я знаком с альфой волков, — как будто бы нехотя признался Терин. А потом пояснил: — Мы не ладим, ему моя Тита приглянулась. А я сказал: хребет сломаю, если увижу рядом.

— Она же ребёнок, — нахмурилась я. — Какое "приглянулась"?

— Оборотней осталось мало, — пояснил он. — Мы брали жён из людей, растворяя магию. Теперь многие рождаются не способными к обращению. А Тита встала на лапы в два года. Она сильная оборотница. Её руки просили для своих сыновей все сильные медведи стаи.

Голос Терина сочился гордостью. Он и не скрывал, что рад такому ажиотажу. Я лишь покачала головой. Сильная оборотница — значит, магии много. Значит, она может стать сильной магессой. А папа только и думает, что её можно выгодно пристроить замуж. Расы разные, а мужики одинаковые.

— А разные вторые ипостаси роли не играют?

— Нет, дети берут ипостась отца. Теоретически мать маг так же хороша, как оборотница. Но я не знаком с семьями, где оборотень женился бы на магессе.

И это тоже интересно. Любой оборотень — маг. Превращение наверняка требует прорву энергии. Но всем магам дают ненаследуемый титул, который становится наследуемым, если в семье родится ребёнок-маг. Зачем тогда прятаться в деревне? Можно жить в столице, даже бывать при дворе. И есть ли среди моих прежних знакомых оборотни или другая нечисть?

— Зовите волков, — вздохнула я. — Если полезет к твоей дочери до совершеннолетия, скормлю умертвиям. Так ему и передай.

Терин согласно закивал. А я едва за голову не схватилась. Дел навалилось столько, что страшно начинать работать. С одной стороны, лес стоит мертвый. Его надо возрождать. С другой — нечисть чем-то кормить нужно, хозяйство наладить бы. С третьей, Птиц прав: информация не помешает. А кого ещё в город отправить? Некого.

— Вся нарасхват, — проворчала я. — Пейте чай, мужчины. А я в лес. Пару десятков ростков высажу, а потом в город. Вы тут пока планируйте всё. Где наши гостиницы стоять будут, старые деревья можно выкорчевать. Только рассчитывайте так, чтобы при каждом домике можно было бы огород или сад разбить. Территория большая. Умертвий не бойтесь, Лес за ними приглядывает.

Возражений не поступило, поэтому я щёлкнула пальцами, призывая метлу. Она выпрыгнула ко мне в руки прямо из пола.

— Материалы в городе какие-то закупить?

— Магия и лес наши материалы, — отмахнулся Терин.

Ромус растворился в воздухе, и я решила тоже не задерживаться. Оседлала метлу и медленно полетела к выходу из своего дома. Из своего! Надо же. У меня никогда его не было, а теперь появился. Роскошный трехэтажный терем. А ещё стая оборотней, отряд домовых, клан дриад и куча блохастых котов. О, и армия мертвецов. Нормально прибарахлилась. Это не говоря о мелкой, но крайне полезной нечисти!

За своими мыслями не заметила, как высадила дневную норму деревьев. Решила проверить старые и озадаченно замерла на месте первой рощицы. Мёртвые деревья, которые стояли неподалёку, куда-то пропали, а мои росточки… Они теперь были с меня ростом. Заклинание, конечно, должно было ускорить рост. Но не настолько же!

— Законы природы? Нет, не слышали.

Хотя, если так подумать…Зачарованный лес питается магией. Я не знаю, почему без Хозяйки деревья стали умирать. Но если правильно настроить потоки, то одной подпитки при посадке должно быть достаточно. А старые деревья? Либо оборотни срубили, либо молодняк их поглотил. Высосал остатки магии, и они посыпались трухой, ушли в землю перегноем.

— Здравствуй, Хозяйка! — радостно улыбнулась мне дриада, выходя из подросшего дерева. — Как идут дела? Чем занимаешься?

— Да вот пытаюсь разгадать загадку, куда делись мёртвые деревья.

— Отдали силу молодым, — подтвердила она мою догадку. — Те, шишки которых ты использовала. А другие мы попросили отойти подальше. Чтобы был свет живым.

Попросили отойти? Деревья? Боги, этот лес когда-нибудь перестанет меня удивлять?

— Секрет раскрыт, — улыбнулась я. — Теперь можно возвращаться к другим делам. Но сначала расскажи мне, как вы устроились? Нужно ли что-нибудь?

— Мужчин бы, — смутилась дриада. — Какую-нибудь тропку через лес пустить. Безопасную. Чтобы мы могли дочерей рожать.

Я с трудом сообразила, как тропка связана с деторождением, но кивнула. Значит, у дриад нет своих мужчин. Рожают они от людей.

— Придумаю что-нибудь, но придётся потерпеть. Пока лес на ноги не поставим, нельзя чужих пускать.

Дриада не стала возмущаться, приняв аргументы к сведению. Мне стало слегка не по себе. Будучи придворной ведьмой, я имела в подчинении два десятка человек. И все они выполняли мои приказы, но никогда не выказывали вот такого слепого доверия. Как будто, если я скажу, что небо зелёное, а трава голубая, они тут же станут видеть мир именно так. И да, я понимала, что такая власть может опьянить. Но я не чувствовала желания помыкать новыми жителями Чернолесья. Наоборот, их доверие хотелось оправдать. И я собиралась это сделать.

Глава 7. Слухи

В город полетела на метле, здраво рассудив, что конспирация мне не нужна. А вот драпать от преследования, возможно, придётся. Поэтому я накинула плащ с глубоким капюшоном и улетела в сторону города. Направление мне задал Птиц. Он же рассказал, что лес стал оживать не только на тех участках, где я высадила ростки. Мелкая нечисть общими усилиями напитывает по одному дереву в день. Магии хватает ровно на то, чтобы желуди и шишки ожили и упали с деревьев. С их помощью дриады высаживают немагические рощи, которые напитывать магией потом придётся мне. Экономят мои силы и время.

— Терин набросал план города, — усмехнулся ворон, усаживаясь на метлу рядом со мной. — Ну, то есть Чернолесья. Говорит, ещё чуть-чуть и хозяйка возьмёт размах, а он-то уже готов. Гостиницу хочет предложить построить одну, но очень большую. Чтобы всех под одной крышей собрать. А ещё детскую площадку.

— И библиотеку, — рассмеялась я. — Магазин, здание администрации. Но важнее мельницу построить, поля посеять.

— Не торопись, а то успеешь, — улыбнулся Птиц. — Лес и без полей своих жителей всегда накормит.

И он начал рассказывать. Про кусты малины, которые плодоносят круглый год. Про клюкву, которая одной ягодкой может напитать резерв сильного мага под завязку. Про то, что зверьё в зачарованном лесу никогда не переводится. За этим и следит сам Птиц. А реки? Там же столько рыбы, что представить страшно! И жемчуг на дне всегда есть.

— Теперь понятно, почему Лесных Хозяек истребили, — тяжело вздохнула я. Мы уже давно висели в небе над границей леса. Дальше Птицу хода не было, а дослушать мне хотелось. — Каждый мечтал оттяпать кусочек богатства себе.

— Только вот это богатство на магии Хозяйки держится. Нет её, и лес умирает. А с ним и все его дары.

На этой грустной ноте мы расстались. Я подумала о том, как всё странно складывалось. Неужели, за годы своей жизни Птиц ни разу не встречал магессу или ведьму, способную стать Лесной Хозяйкой? Почему я, петляя по королевству, приехала именно сюда? Вообще-то я искала принца. Наследник престола исчез незадолго до того, как во дворце произошла трагедия. Теперь мне следовало отыскать его и позаботиться о том, чтобы Арген выжил и занял свой трон. Да, если для этого мне придётся снять с золотого стула чью-то незаконно оказавшуюся там задницу, то именно так я и должна поступить.

Вот только Миранда Росси мертва. И если верить Птицу, то все мои прежние клятвы канули в небытие вместе с именем, данным матерью после рождения. И меня вполне устроила бы новая жизнь, полная знакомств с нечистью и восстановления чего-то большого и значимого. Такого, как целое Чернолесье. Но правда была в том, что я приносила клятву своему королю. А клятва ведьмы — это вам не обещания какого-то там мага. Даже если считалось, будто у этого самого мага репутация человека чести. И глаза такие кристально чистые. Такие голубые, что хочется слушать любые небылицы их бесстыжего владельца.

Я тряхнула головой, отгоняя непрошеные воспоминания. Нет! Всё! Я достаточно страдала по этому недомагу-недочеловеку. Больше он не будет занимать место в моих мыслях!

***Город со звучным названием “Тихий” по уровню шума мог соперничать разве что с кладбищем. Я знаю, о чём говорю. Убегая от Эдвина и его людей, мне как-то пришлось провести ночь на погосте: залечь в выкопанную яму и прикрыться иллюзией гроба сверху. Нутро вопило, что примета плохая, но выбора не было. Тогда как раз упала моя третья лошадь, задетая шальным заклинанием кого-то из королевских гончих. Не самого Эдвина, он ударил бы по мне, а не по несчастному животному. Если бы я была в зоне досягаемости.

"А ведь я была, — подумалось мне вдруг. — Минимум трижды. Учитывая то, каким сильным Эдвин был магом, он мог бы уложить меня за пару заклинаний".

Но мы словно продолжали соблюдать негласный кодекс чести. Я не убивала его подчинённых, а он гонялся за мной вполсилы. Пока я убегала, времени думать об этом не было. Хотелось только уйти от погони и найти принца как можно скорее. Младший был в сравнительной безопасности, а вот старший…

Я тряхнула головой, выбрасывая мрачные мысли. Арген жив, здоров и дождётся моей помощи. А чтобы я могла ему помочь, мне нужно разделаться со своими новыми проблемами.

Я чувствовала, что внутри происходит борьба. Осознавала её вполне чётко. Лесная хозяйка внутри меня выступала против королевской ведьмы. Спасти наследника престола — важно. Однако в Чернолесье ведь могут спастись очень и очень многие магические существа. Одарённые. Сильные. По всем сведениям, давно вымершие.

Хозяйка пожала ведьме руку и уважительно ей кивнула. А я наконец-то спикировала вниз, погладила черенок метлы и с интересом понаблюдала, как веточки в него втянулись. Теперь я держала что-то вроде трости: кривой, но вполне милой. Улицы Тихого оказались пусты, окна домов завешаны плотной тканью, а кое-где и заколочены. Я свернула на центральную площадь, прошлась вдоль закрытых магазинчиков и лавок. Едва не подпрыгнула на месте, когда увидела аптеку с рисунком четырехлистного клевера на двери.

Эту тайну ведьмы берегли со времен, когда у власти были инквизиторы. По сей день многие наши сестры скрывались. А на случай, если другим понадобится помощь, помечали свои дома и лавки четырехлистным клевером. И ни одна в королевстве ведьма ни за что не рассказала бы, как можно найти в городе других. Даже под пытками. Потому что есть предел боли, которую можно причинить телу. Совсем другое дело - душа. Представьте, на что способны ведьмы, которых предали, когда в их распоряжении целая вечность? А после смерти нам совершенно некуда торопиться, мстить можем долго и со вкусом.

Я вошла в аптеку и с удовольствием втянула носом аромат трав. На стеллажах стояли самые обычные мази, притирки и микстуры. Седая сгорбленная старуха рассчитывала мальчишку, а потому на меня внимания не обращала.

Когда мальчик заплатил и ушёл, ведьма посмотрела на меня в упор.

— Луна сегодня будет красивая, — произнесла она задумчиво.

— И звезды засияют ярче вчерашнего, — ответила я кодовой фразой.

Старуха с удивительной скоростью метнулась к двери и заперла её, а затем перевернула табличку на "закрыто".

— Никак тебя маги искали несколько дней назад? — спросила она, выпрямляясь. Щёлкнула пальцами, чтобы растворить морщины и вернуть свой истинный облик.

Я присвистнула. Сильна! Далеко не каждая ведьма способна сотворить такую личину, что даже другая её не почувствует.

— Они ещё в городе?

— Только главный, — цокнула она языком. — Остальные ушли, как поняли, что тебя не стало. Об этом весь город узнал: вся вода окрасилась в чёрный. Тяжёлой смертью ты умерла, болезненной.

Я вспомнила свои ощущения от ритуала и вздрогнула. Да, приятно мне не было — факт. А раз вода во всём городе изменила цвет… Что ж? Одной проблемой меньше. Преследования ждать больше не стоит. Королю-самозванцу уже доложили, что Миранда Росси умерла в муках. Да, тело доставить не получилось. Но тела там как бы и нет. Умертвия уже сожрали.

— А что же главный?

— Пьёт, — она пожала плечами. — Как увидел в фонтане черную воду, так и засел в трактире у Милоца. С того дня не просыхает.

Сердце внезапно сжалось от уже позабытого чувства нежности вперемешку с болью. На секунду возникло желание найти Эдвина и показать, что я жива. Взять за руку, согреть свои вечно прохладные пальцы его теплом. Но секунда прошла. Я укусила себя за щеку и запихнула опасные мысли… Глубоко. Настолько, что и не подозревала о таких неизведанных глубинах своей чернющей души.

— А местные из-за него попрятались?

— Нет, — незнакомая ведьма качнула головой. — После почерневшей воды, в городе всё молоко скисло, яйца стухли, а железо заржавело. Проклятие на городе. Ждём королевскую ведьму, чтобы проклятие сняла.

Я повеселела. Вот это интересно получилось! Я как бы умерла, но они меня ждут. А я-то уже и здесь!

— Нет проклятия, — успокоила её я. — Если бы меня и впрямь убили, то бить по горожанам я не стала бы. Разве что в своих убийц.

— Сама знаю, — хмыкнула уже совсем не старая женщина. — Но кто ж меня послушает?

— Да пусть, — согласилась я. — Не вовремя, конечно. Я-то надеялась закупиться. Из леса до вас прилично добираться.

Ведьма снова переменилась в лице. Хлопнула в ладоши и стекло в окнах потемнело от дополнительных чар. Я с подозрением посмотрела на незнакомку.

— Белинда Вотерс, — представилась она.

— Велимира Чернолесская, — ответила я уважительно.

Этикет ведьм отличался от общепринятого. Мы могли общаться годами и не называть друг другу своих имён. Обходились прозвищами. У кого-то это были постоянные "позывные", а другие предпочитали для каждого случая придумывать свои. Названное имя считалось проявлением высшей степени уважения. И вот не ответить на него — смертельное оскорбление.

— Значит, у леса и впрямь появилась Хозяйка! Невероятно! Я уж думала, не доживу до этого дня!

Белинда сделала три шага от двери, а затем ещё два вправо. Притопнула, пошоркала туфлей, будто тушит что-то, а затем трижды прыгнула на месте. Я уже собиралась спросить, не сошла ли она с ума, когда прямо рядом с ведьмой открылся вход в подвал. С лестницей и магическим освещением.

— Объясни, что происходит, — попросила я.

— Моя семья столетиями помогала Хозяйкам Чернолесья, — начала рассказывать она. — Когда началась жаришка, последняя из них передала все свои книги и сундуки моей далёкой бабке. Наказала скрывать, что она ведьма, и беречь сокровища, пока не придёт новая Хозяйка. Я считала это сказкой, но по наказу матери продолжала беречь этот хлам. Не потому что рука не поднималась выбросить, просто Рузанна проклятийницей была. Не выполнить её последнюю волю — себе дороже.

Кто-то сказал бы, что судьба ко мне благосклонно, раз отсыпала столько везения. Ведь в патовой ситуации я не просто выжила, а устроилась с комфортом. Чем не доказательство того, что я любимица богов? Я же искренне верила, что исчерпала свой лимит невезения. С детства и до двадцатичетырёх лет мне слишком сильно не везло. По-моему, совершенно нормально, что начало везти теперь.

— Я подтверждаю выполненное обязательство, — улыбнулась я. — Пойдём смотреть?

Глава 8. Сокровища

Кем бы ни была моя предшественница, она отлично позаботилась о том, чтобы мне не пришлось ни в чем нуждаться. В подвале Белинды было так много всего, что я едва не пританцовывала на месте.

— Это что, зеркало с секретом? — выдохнула ведьма. — Судя по плетению, у него сумасшедший радиус действия!

Кроме артефакта из детских сказок, через который ведьма могла следить за кем угодно в пределах досягаемости чар, тут было множество всего интересного. Самое важное — письмо в запечатанном конверте с надписью: "Новой хозяйке". Я вскрыла сургучную печать, приложив к ней палец. Магия узнала адресата мгновенно. И я погрузилась в чтение.

"Здравствуй, сестра. Я знаю, что мы даже не знакомы, но тебе придётся простить мою фамильярность. Хотя бы потому, что наказать за неё ты меня вряд ли сможешь. Если верить хозяйке из Хвойнолесья, а Марьяна ещё ни разу не ошибалась в своих предсказаниях, то к концу года меня не станет. Марьяны, кстати, не станет раньше, но ты не грусти. Мы прожили длинную жизнь и многое успели. Теперь твой черёд.

Итак, если ты читаешь это письмо, Рузанна, скорее всего, сдержала своё слово. Уверена, ей и её дочке-внучке-правнучке пришлось не просто жить под его давлением долгие годы. Зато теперь ты сможешь сделать то, для чего тебя выбрал Лес. Поверь, я дорого заплатила, чтобы он выжил. Моя маленькая хитрость — сохранённые ростки самых живучих и магических устойчивых растений ".

Я оторвалась от письма и взглянула на три лотка саженцев, погруженных в стазис, рядом с которыми лежал конверт. Над длинными деревянными кадками разными цветами радуги переливалась магия. Мощное заклинание. Я ставила похожее для защиты спальни королевской четы, и постоянно подпитывала, потому что сил оно жрало немерено. Тут же была такая интересная структура, цикличная! Самое удивительное, что я её не просто видела, а почти интуитивно понимала. Нити магии коконом защищали растения от всего внешнего мира. Буквально от всего. Мало того! Чары подпитывали растения остаточными эманациями. А растения, в свою очередь, отдавали переработанную чистую магию обратно своему щиту.

"Надеюсь, ты сумела понять принцип работы заклинания, сохранившего жизнь моим малышам. Если нет, то загляни в в книгу с крупным красным камнем на обложке, — я нашла взглядом книгу с рубином и вернулась к чтению. Восторженные охи и ахи Белинды слегка отвлекали, но я постаралась не обращать на них внимание. — Там же ты найдёшь массу полезного. Мой родовой гримуар станет тебе верным помощником. Со всем остальным поможет разобраться Лес. Скорее всего, ты знаешь его в облике ворона. Не стесняйся задавать вопросы, его обязанность — отвечать на них.

А теперь к самому важному…"

Буквы запрыгали перед глазами. Я зажмурилась, чтобы успокоиться. В себя пришла быстро, подстегиваемая любопытством, стала читать вторую страницу.

"Так получилось, что мы почти проспали настоящий конец света. Очнулись, когда в мире осталось всего три зачарованных леса. Чернолесье, Хвойнолесье и Горнолесье. Но Марьяна и Венера уже лишились своих лесных духов, главных помощников. Вряд ли они смогут долго удерживать оборону. Значит, скоро во всем мире останется только мой лес. Вернее твой. Этого мало. Особенно, учитывая, в каком состоянии он тебе достанется. Мне придётся повесить на тебя не только его, но и будущее всего мира заодно. Ты слышала что-нибудь о блуждающих аномалиях? В моё время их называют ведьмиными кругами. В каком виде они дойдут до тебя, я не могу знать. По сути я говорю о межмировых порталах. Да, миров много. Да, между ними можно путешествовать. Легенду со всеми подробностями можно прочитать в книге с деревом на обложке. Её я писала под диктовку ведьмы, что путешествовала по ведьминым кругам. Если по какой-то причине, книга тебя не дождалась, то расскажу самое главное.

Зачарованный лес — место наибольшей концентрации магии. Из-за растений и местных жителей. Именно в таких местах чаще всего открываются спонтанные порталы и закрепляются более или менее постоянные. Убивать Хозяек стали именно поэтому. Чтобы уничтожить лес и закрыть путь для иномирян в наш мир. Полностью заблокировать появление ведьминых кругов не получится, потому что магия в нашем мире все еще существует. По крайней мере, я надеюсь на это. Есть теория, что именно межмировые порталы отвечают за глобальную циркуляцию магии. Вода из реки испаряется, чтобы вновь выпасть с дождём или снегом. То же происходит с магией. Она утекает в другие миры, меняется, сообразно чужим условиям и возвращается уже немного другой, чтобы внести в мир что-то новое и полезное.

Твоя задача — восстановить Чернолесье и обучить сильную преемницу, которая сможет сохранить твоё наследие. Если в мире появится хотя бы один Зачарованный лес, то ведьмины круги станут появляться чаще, на его территории. А значит, пришлой магии станет больше. Эта магия выберет хозяек для других лесов. Баланс будет восстановлен”.

Вот, значит, почему Лес выбрал меня. Магия во мне необычная, неместная. Что ж? Я не удивлена.

В ночь, когда во мне проснулась магия, мама и папа не вернулись из леса. Они ходили искать местного мальчишку вместе с остальными деревенскими. Не знаю, нашли ли, но сами не вернулись. Мы с бабушкой ждали их неделю, она даже стала учить меня поисковым чарам. Да только ничего у нас не вышло.

Она сказала: “Их нет в мире живых”.

И мы похоронили их в соседней деревне, рядом с могилой дедушки. Ходили туда редко. В Завопье приходилось отправляться пешком, я была ребенком, а у бабушки слишком болели ноги. Но нас и не тянуло на землю, где и тел-то не было.

О ведьминых кругах я читала раньше. Они появлялись чаще всего в лесах, забирали путников и исчезали бесследно. Читать книги я решила в своем новом трехэтажном доме.

— Надо перенести это добро ко мне, — вздохнула я. — Сейчас вернусь, не пугайся.

Вернула метле первоначальный вид, нарисовала на полу подвала уже привычную и родную лунку. Приземлилась на полянке у дома. Как и предполагала, из-за того, что в подвале находились ростки, пусть и огороженные магией, у меня получилось открыть портал на свои земли.

— Птиц, отправь пару крепких медведей через “лунку”, — попросила я вслух. То, что Лес слышал все и везде, уже не было секретом. — Нужно перенести мои сокровища. Ростки — в последнюю очередь, за них портал держится.

Ветер донес до меня согласие моего помощника, а я со спокойной душой нырнула обратно.

— Идём-ка пить чай, Белинда?

Глава 9. Цареубийца

Чаепитие прошло скомкано. Белинда, как и любая ведьма, была любопытной особой. Она пыталась разузнать у меня, что такого я прочитала в письме. Как оказалось, она не смогла ни прочитать его у меня через плечо, ни заглянуть в подвал раньше. Он открывался, но спуститься по лестнице не получалось.

Я же не знала, зачем моя предшественница настолько рьяно берегла свои тайны, поэтому не могла взять и рассказать новой знакомой о том, что узнала сама. Вдруг знания Лесных Хозяек настолько ценны, что сообщать их чужакам опасно? Например, что-то из письма может натолкнуть на мысли об истреблении и моего леса. А он только начал возрождаться! Нет, так дело не пойдёт! Я не готова рисковать ни одним деревцем.

Конечно, Белинде было обидно получить отказ. Пусть я и старалась говорить мягко и вежливо, не забыла сотню раз поблагодарить её. Не помогло. Поэтому я ушла из лавки новой знакомой с тяжёлым сердцем. Чтобы поднять настроение себе, решила немного похулиганить.

Целый город прятался по домам, считая будто я наложила проклятие на них перед своей смертью. Разве так можно? Вот и я считала, что нельзя.

Скинув капюшон плаща, я начала своё шествие по улицам Тихого. Вернула фонтану прежний цвет, отодвинула занавески у всех окон ближайших домов, аккуратно сняла доски, которыми местные заколотили даже самые мелкие форточки. Темные люди. Одна молитва священника помогла бы избавиться от остатков темной энергии от смерти ведьмы. Но откуда знать об этом жителям такой глубинки?

Я шла с метлой в руках по чужому городу, возвращая всё по своим местам. Каждый дом слегка затронула магией, чтобы никто не сомневался: в Тихий пришла ведьма, проклятие снято, бояться нечего. И даже саму себя я убеждала, что ноги принесли меня к трактиру “У Милоца” случайно.

“Он ведь меня не узнает, да? — думала я. — Волосы теперь светлые… Да и вообще, мало ли, что ему с перепоя могло привидеться? А я всего одним глазком на него посмотрю. В самый распоследний раз, честное ведьминское!”

Трактир был единственным местом, где шумела жизнь. Мальчишка играл на гитаре, подавальщица весело напевала что-то из народного репертуара. За столами сидели купцы, лавочники, простые пьянчужки… и Он. В самом углу. Я безошибочно нашла его в разношёрстной толпе. Даже раньше, чем все остальные заметили меня и затихли.

— Проклятия больше нет, — произнесла я, спокойно выдерживая чужие взгляды.

Сама смотрела исключительно на Эдвина. На его столе не было закусок. Только бутылка чего-то мутного, глиняная чарка и моя заколка. Его подарок. Белое золото, инкрустированное бриллиантами, с дивной гравировкой.

— Ты королевская ведьма? — из-за стойки показался широкоплечий мужик с окладистой бородой. — Дождались?

Эдвин поднял взгляд. Узнал голос? Или среагировал на “королевскую ведьму”? Неважно. Боги, всё это неважно! Теперь он смотрел в упор на меня, и мне остро захотелось увидеть, что именно отражали его глаза. Ненависть? Ту самую, жгучую, какую я запомнила с нашей встречи у кромки Черного леса? Боль потери? Радость от того, что я все же жива? Что он теперь видел во мне? Врага или воскресшую бывшую невесту?

— Я — Хозяйка Чернолесья, — ответила я Милоцу, не оборачиваясь. Шаг вглубь трактира, ещё шаг. — Миранда Росси, королевская ведьма, убита.

— Кто ж её убьёт? — рассмеялся бородач. — Она ж королевская ведьма.

Я, наконец, подошла к столику Эдвина и смогла заглянуть в его глаза. И ничего-то я не разглядела. Блистательный Эдвин Дерольд смотрел на меня абсолютно пустым взглядом. Ни боли, ни раскаяния, ни даже ненависти. Ничего. Я даже не стала для него врагом. Лишь очередным выполненным заданием. Зря тешила себя надеждой получить толику эмоций от когда-то близкого человека. Всё когда-нибудь заканчивается. И наша история — не исключение.

— Спросите у королевских гончих, — предложила я, — предателей и клятвопреступников. Смерть Миранды Росси на их совести. Как и смерть короля с королевой.

И только тогда Эдвин дрогнул. Вскинул брови в удивлении и попытался что-то сказать, но я щелкнула пальцами и лишила его возможности говорить. Просто потому что не выдержу. Не смогу слушать родной голос и оставаться настолько безучастной, каким был сам Дерольд.

Круто развернувшись на пятках, я пошла вон из трактира. И вон из жизни своего бывшего жениха. Того, кто вонзил нож в сердце королевы, а потом обвинил в этом меня.

Глава 10. Воспоминания

Я не заметила, как долетела. Благо метла и сама прекрасно знала дорогу к родному лесу. Управлять ею, когда глаза застилают слёзы, не получилось бы при всем желании. Да, мне было больно. Хотелось спросить у некогда любимого человека: “Зачем?”

Чего ему не хватало? Главный гончий маг с перспективой стать главой академии и доверенным советником короля. Наша свадьба обещала стать главным событием следующего года, организацией занималась лично Её Величество Талия. Я не соврала бы, если бы сказала, что мы с ним входили в самый узкий круг приближенных. Настолько узкий, что были включены в защитную цепь королевской опочивальни.

Именно доверие правителя сыграло с ним злую шутку. В спальню его супруги без труда вошёл тот, кто должен был её защищать в случае опасности даже ценой собственной жизни. К сожалению, я проснулась слишком поздно: тревога сработала, когда королева уже была мертва. Её сил хватило на то, чтобы отправить ко мне свой дух и показать последние секунды жизни. Кинжал Эдвина, занесенный над головой, и его злое: “Сдохни!”

— Спаси корону, — требовала она. — Вынеси из дворца корону!

Сначала я собиралась броситься в комнату принца. Судя по защитным чарам, спальню короля уже посетили убийцы, но его младший сын всё ещё мирно спал в своей комнате. Однако королева настаивала: Сильвер в безопасности, пока корона не попала в чужие руки. И я прорвалась к сокровищнице, вошла в самую её охраняемую часть и забрала главную ценность королевства, оставив за собой несколько трупов магов, что предали своего сюзерена.

А потом рванула к принцу. Из его спальни как раз выбегали люди Эдвина, и мне пришлось прятаться за статуей, чтобы они прошли мимо. В комнате было пусто. Лишь мирно посапывал на роскошной кровати рыжий кот. Лучи рассветного солнца едва коснулись его шерсти, и вокруг заискрилась магия, предвещая оборот.

Я и забыла, что тем же вечером превратила принца в кота. Шестнадцатилетний юноша решил, что хорошей идеей будет залезть ко мне под юбку, и получил простейшим проклятием по лбу. Гнева его родителей я не боялась. С малых лет магии Сильвера обучала я, так что подобные вольности были в порядке вещей. Тем более, что снятие этого проклятия мы проходили с ним около месяца назад. Справиться с чарами он должен был в течение пары часов, но на всякий случай я ограничила их действие до рассвета. Вдруг не справится? Кажется, он даже не пытался. Здраво рассудив, что так сможет саботировать уроки географии и изящной словесности. “Кот не может изъясняться по-королевски!”

— Простите, Ваше Высочество, — пробормотала я, продлевая действие проклятия на год. — Со мной вам будет слишком опасно, здесь гораздо больше шансов выжить, ведь в облике кота вас никто не найдёт. За год я решу проблему с заговорщиками и верну престол вам и вашему брату. А пока постарайтесь не привлекать ничьего внимания, ладно?

Принц в кошачьем облике послушно кивнул, покосившись на корону в моих руках. Чтобы вынести её из дворца, мне пришлось надеть личину и временно поломать к Змеедеве древнейший артефакт современности. Заклинание было простым, но редким: я растворила красные бриллианты, которыми был инкрустирован символ власти, в своей крови, а золото растворила в волосах. Теперь вместо темных локонов я могла похвастаться длинной золотистой косой. А благодаря королевской крови в моих венах, чувствовала, что оба принца живы и здоровы.

— Хозяйка, — отвлек меня от тягостных воспоминаний голос Иркана. Я обернулась и увидела, что сын Терина держит в руках огромный сундук. — Куда ставить сокровища?

Оглядела двор. Оказывается, метла принесла меня аккурат к дому. Пока я развлекалась в Тихом, медведи перетаскали все из лавки Белинды, Кора смахнула с сундуков, ящиков и коробочек пыль, чтобы не тащить её в дом. И наплевать, что у меня жил домовой. Жена вожака всё равно заботилась о быте криворукой Лесной Хозяйки.

Я не сдержала громкого вздоха. После встречи с Эдвином, короткой и опустошающей, погружаться в изучение нежданных богатств совершенно не хотелось. Дышать и то давалось тяжело, что уж говорить о работе? А ведь мне ещё нужно придумать, как спасти принцев и вернуть им престол.

— В дом, — решила я. — Несём всё в дом!

И мы понесли. Медведи таскали тяжести, а я предметы поменьше и полегче. Что-то спускали в подвал, где хранились травы и соленья, но основную часть добра поднимали в кабинет и мою спальню. Книги я разложила по пустующим стеллажам, оставив на кровати ту, что красовалась деревом на обложке. Ростки отдала дриадам, чтобы высадили к остальной роще.

Из примечательных магических штучек был клубок-путевод, зеркало-подгляда и тыква-карета на самоходной тяге. Каждый артефакт был любовно подписан и аккуратно упакован. Конечно, разобрать все сразу я не могла, но и того, что вытащила, было достаточно, чтобы прикинуть дальнейший план действий меня-ведьмы. А вот что делать мне-хозяйке было понятно мало.

— Что ж? Не всё же мне заставлять принца читать умные книжки, — проворчала я, открывая отложенный томик легенд Тар-данарии. — Пора бы и самой взяться за учёбу.

И всё-таки жаль, что Лесных Хозяек не учат в академиях и университетах. Насколько бы все стало проще!

Глава 11. Легенды Тар-данарии

Легенда была написана простым, но довольно древним языком. В ней рассказывалось о старом вороне, который служил забытому богу. Однажды ворон (не путать с моим Птицем, пожалуйста!) пролетал в пустоте и выронил семя некого магического растения, любимого женой забытого бога. И вот то семя проросло в древо Тар-дан упорядочило древнюю магию, скитавшуюся в пустоте, и создало для себя площадку. Его корни ушли далеко вглубь, а ветви вздымались вверх. Но это было не единственной аномалией. Постепенно целые миры стали примагничиваться к ветвям чудесного дерева. Светлые миры тянулись вверх, к густой кроне и грелись в лучах плодов, заменявших солнце, тёмные же обнимали причудливо скрученные корни.

Мировое древо стало символом единства самых разных миров и вселенных. Постепенно оно стало похоже на магическое поле, которое поддерживало и соединяло сотни миров. Оно для всех возможных рас, помнящих легенду, является символом жизни. Вечной, яркой, счастливой.

Если верить словам неизвестной ведьмы-путешественницы, так и появилась огромная вселенная, связанная великим древом, — Тар-данария.

Я с интересом перелистывала страницу за страницей, читая о корневых мирах. Те, кто жили в верхних (мирах Кроны), считали, что в нижних живут ужасные чудовища. Говорят, что те, кто живёт там, хуже всех известных народам монстров. Периодически эти злобные твари врывались в реальность из Ведьминых кругов и причиняли много бед. Мне вспомнились уроки истории. Кажется, незадолго до периода истребления Лесных хозяек, на дворец напала неведомая тварь. Мы ещё предполагали, что ту тварь наслали жители Зачарованных лесов, потому то сами леса и ушли под топор.

Теперь я думала, что та тварь могла быть жителем иного мира. Правда, с точки зрения безопасности, решение об уничтожении лесов все равно выглядело абсолютно оправданным. Меньше ведьминых кругов, меньше прорывов иномирных чудищ. Логично? Логично!

Я задумчиво постукивала пальцами по подбородку, продолжая читать. Прорывы, судя по всему, всё же были редкостью. Ведь между Корневыми и мирами Кроны стоял страж. Вечный Странник, описание которого восторженная ведьма раздула на две страницы. Красивый мужик был, если говорить коротко. Ник (так Страж представлялся при встречи) бессмертный, он по сей день оберегает и поддерживает не только миры, но и их жителей.

Следующие пять страниц девушка описывала извечного конкурента странника. Огромного белого кота. Я сделала неутешительный вывод… Как бы хорош ни был мужик, котик его всегда переплюнет! И пусть котик по имени Марс был больше льва или тигра, умел превращаться в человека и вообще, тот ещё сердцеед. Огромный белый кот. Он слишком большой даже для льва или тигра и говорят, что даже может обретать человеческий облик. Другие же рассказывают, что это крошечный котик, способный вызвать умиление даже у самых чёрствых сердец. Ведьма все равно восторгалась им больше, чем шикарным мужиком, одетым во все черное и с мечом за спиной.

Дальше была краткая характеристика некой черной Ехидны. Её описание сводилось к тому, что она ехидно портит жизнь всем вокруг, обладает магией и поддерживает баланс в темных мирах. И я бы не остановилась вниманием на ней, пошла читать эти не самые правдоподобные сказки дальше, если бы не одно жирнющее такое “Но”. Ведьма писала, что Ехидна выглядит как прекрасноликая женщина с телом пятнистой змеи. Так же в Тар-данарии есть поверье, что силу ведьмы черпают от Ехидны. И вот тут-то я поверила во всё и сразу. Потому что все ведьмы без исключения, по нашим легендам, начали свой род от Змеедевы. В истинном облике, на редких шабашах, у сильных ведьм даже проявляется вытянутый зрачок, похожий на змеиный. А классический наряд на таких мероприятиях — обтягивающее платье из змеиной кожи. Сшить такое каждая должна собственноручно, змей для него отловить тоже своими руками. Сброшенная кожа не подойдёт, только свежая. Самих милых ядовитых скользких существ обычно приносят на шабаш и отправляют в общий котел. Получается совершенно невероятное зелье единения. Конечно, далеко не все ведьмы на такие шабаши попадают из-за редкости и сложности в организации. Мне удалось всего дважды. В первый раз пригласили в последний момент, и платье пришлось шить впопыхах. Получилось оно коротким и куцым. А во второй я уже присутствовала в статусе королевской ведьмы, потому и платье на мне было со шлейфом и высоким воротником. И только Змеедева знает, сколько сил и времени я на него угрохала. Зато все сделала по правилам и смогла добиться расположения ведьм.

Я нацарапала на листочке с идеями слово “Шабаш” и вновь вернулась к чтению. Легенда о становлении Тар-данарии закончилась. Дальше ведьма-иномирянка рассказывала о том, что мне было интереснее всего. Ведьмины круги!

Ведьмин круг — это небольшая территория, провал меж мирами. Действует, как банальный портал только межмирового вселенского масштаба. Некоторые статичны веками, некоторые появляются на час и исчезают. Есть те, которые даже ковен, объединив силы, не в состоянии закрыть. Оказывается, ковены в некоторых мирах ещё сохранились. Интересно!

Ведьмины круги могут выглядеть, как искрящееся "озеро" на поверхности земли, или как клубящийся черный дым, а могут быть незаметны невооруженным взглядом. Последние — самые опасные. В них можно запросто угодить и заблудиться в Межмирье.

Преимущественно они горизонтальные (как яма в земле), но периодически встречаются вертикальные (как открытая дрерь). Эти круги-порталы открываются сами по себе, закрываются в каждом мире по разным законам.

По запечатыванию кругов у каждого мира есть свои тонкости и особенности. В одном мире может быть хорошо развита магия крови и запечатывают круг будут принесением в жертву девственного козла. У кого-то на небывалом уровне развита магия земли и тогда используются особые растения. Где-то просто не умеют запечатывать эти круги.

Глава 12. Артефакты

План ложился на бумагу легко и естественно. Пару раз пришлось прерваться на вновь прибывших магических существ, а заодно навестить молодую рощу и зациклить на деревьях и кустах щит по образцу моей предшественницы.

Да. Работа с лесом шла полным ходом. Это был первый пункт, но он самый долгий. И да, я собиралась использовать для возрождения растений всех жителей Чернолесья, а в особенности дриад. С их помощью дело спорилось. Было приятно смотреть на то, как меняется роща день ото дня.

Все остальное я планировала делать параллельно, потому что процесс оживления леса требует ежедневного участия, которое по времени сводится всего лишь к паре часов. Дальше я уже буду питать растения себе во вред. А моя слабость никому не нужна. Всё ж я представитель вымирающего вида лесных хозяек…

Итак, второй пункт — поиск принцев и их спасение. И вот тут на сцену выкатываются чудесные артефакты. В одной из книг я нашла инструкции ко всем волшебным приблудам. Не только к тем, что видела раньше, но и к ещё не распакованным тоже. Однако меня интересовало зеркало в первую очередь.

Поэтому, как только я вернулась домой после очередного принятия даров (целый сундук платьев от почтенного семейства Шелкунов), засела за второй пункт.

Чтобы запустить подгляду, я вытащила из рамы крупный совершенно круглый камень сочно зелёного цвета, положила зеркало на кровать и закрутила камушек в центре, приговоривая:

— Свет мой зеркальце скажи, да всю правду доложи. Где сейчас мой принц Арген, коли он не убиен.

Рифма получилась убогенькая, но в свое оправдание скажу, что я волновалась. Даже ладошки вспотели!

Наследник престола убиен не был, хоть и выглядел, словно умертвие не первой свежести. Но нет, грудь его слабо вздымалась, прикрытая белой простынкой, основательно пропитавшейся кровью. Изящные женские ручки обтирали лицо и шею влажным полотенцем. Видимо, некая девушка пыталась сбить жар. Плохо. Значит, до него люди моего бывшего жениха добрались. Ранили неслабо, началась горячка. А рядом ни одной завалящей ведьмы, только девица с сомнительными навыками.

Я присмотрелась к принцу и разглядела на его шее свой давний подарок. Амулет везения. Слабенький, конечно. Больше для уверенности скромному принцу нужный, чем действительно приносящий удачу. Нет, работал он исправно: сглаз и лёгкие проклятия отражал, наведенное невезение рекошетил в агрессора. Однако сам удачу приносил не больше, чем счастливые трусы карточному игроку.

Зато у амулета было одно неоспоримое преимущество. Его делала я.

Я дотянулась до вазы с фруктами, где заботливая Кора оставила нож, и с его помощью сделала довольно глубокий надрез на ладони. Закрыла глаза и "нырнула" в свой артефакт. Вообще-то, это было незаконно и очень рискованно. Насколько именно я пока не могла сказать, потому что никогда не слышала, чтобы кто-то менял структуру и функции артефакта, находясь так далеко от него. Но подгляда позволяла мне видеть амулет так, будто он лежит передо мной. Да и чувствовала я его довольно чётко. Потому и рискнула.

В зеркале стало заметно, что амулет засиял. Я сделала глубокий вдох, перевязала рану платком и заговорила:

— Не пугайся, — попросила сходу.

Естественно, это напугало трепетную деву. Она заозиралась по сторонам в поисках незваного гостя.

— Кулон раненого, — подсказала я. — Через него я говорю. Это артефакт. Понимаешь?

Девушка медленно кивнула, и я подумала, что мы сработаемся. Пусть она и испугалась, но визжать и истерить не стала, а это многое о ней говорит.

— Меня зовут Мира. А тебя?

— Эделин, — с трудом выдавила из себя она. — А вы кто?

— Я? Ну я учила того, кого ты сейчас выхаживаешь, и его брата. Ты знаешь, кто он?

— К-купец?

— Вроде того, — слова пришлось подбирать с осторожностью. — У меня не так много времени. Поэтому извини, но долгого общения не выйдет. А на связь я вышла, чтобы помочь. У тебя есть какие-нибудь травы?

С горем пополам мы с Эделин сообразили укрепляющий отвар. Слабенький, но на то, чтобы удержать принца в мире живых, должно хватить. Я выяснила, что деревня, где жила принцеспасительница, всего в одном дне пути от Тихого, и пообещала, что скоро к девушке придёт помощь от меня.

Терин был занят в строительстве, но выделил двух медведей для путешествия. Я превратила тыкву в карету, а на руки оборотням выдала клубок-путевод, мешочек монет и один из саженцев, чтобы обратно вся компания вернулась порталом. Команда спасения выдвинулась немедленно. А я осталась размышлять, не стоило ли лучше слетать туда самой? На метле до Боровичей можно было добраться к закату. Но полет отнимал силы. После него я не смогла бы вылечить Аргена.

— С первым понятно, — бормотала я, пока готовила кабинет на первом этаже для визита наследника престола. — А как там второй?

Я вернулась к зеркалу и стала снова сочинять заклинание, выплетая схему по инструкции.

***Принц Сильвер, второй на очереди на престол, мой воспитанник и любимец королевской четы нашёлся… В купальне. Подглядывал за девушками, поганец! А те, ничего не подозревая, восхищались, какая у него шелковистая шерстка да умный взгляд.

Лица девиц в основном были знакомы, но вряд ли это чем-то могло мне помочь. Радовало, что принц все ещё жив и здоров, и даже устроился с комфортом. Однако везение его могло закончиться в любой момент.

— Ужинать изволите, хозяйка? — послышался из-за двери голос моего домового.

Я смахнула картинку с зеркала, вернула камень в оправу и попросила Ромуса зайти. Домовой материализовался в моей спальне и почтительно поклонился, будто мы при дворе, а не в избе посреди леса.

— Скажи мне, милый друг, правду ли говорят сказки о домовых? Будто вы можете прийти в любой дом, если есть приглашение хозяина?

— Можем и без приглашения, — пожал он плечами. — Раньше в каждом доме наш брат сидел. Прийти на территорию другого домового без приглашения — жутко невежливо и опасно. Мы ведь и защитники, и помощники.

— А как же защита? — уточнила я. — Например, можешь ли ты войти в королевский дворец и вынести из него моего кота? На дворце много магических щитов, охрана.

— Могу, — кивнул домовой. — Наша магия — воспринимается любой защитой как магия хозяина дома. Её обычно пропускают без проблем.

— Тогда мне нужно, чтобы ты или кто-то из твоих братьев добыл моего кота. Это очень важно, Ромус.

Он вызвался выполнить работу самостоятельно. Оставалась только одна проблема. Дворец находился слишком далеко, карета уехала за старшим принцем, а портал в столицу я открыть не могла.

— Если у меня будет вещь хозяина, то я смогу просто войти во дворец прямо отсюда, — успокоил меня подельник. — Выкрадем вашего кота, не переживайте!

А о чём мне переживать? Речь всего лишь о проникновении на территорию самого защищённого места в мире с целью спасения-похищения принца в облике кота, какой он принял из-за моего проклятия… М-да! Сказал бы мне кто-нибудь два месяца назад, что я буду планировать нечто подобное, я покрутила бы пальцем у виска. Ну глупость же несусветная! Ведь два месяца назад я планировала свадьбу с любимым мужчиной, а не ограбление. С этой мыслью я и засыпала тем вечером.

Глава 13. Сновидения

Ведьмам редко снятся сны. Не знаю, с чем уж это связано. Просто редко и всё. Зато если снятся, то сплошь знаковые. Или как сейчас — наведённые. Яркие, реалистичные, но совершенно и абсолютно не настоящие.

— Мира, — прозвучал шёпот у меня за спиной. Я почувствовала сильные руки у себя на плечах и жаркое дыхание на шее. — Ведьмочка моя. Как же я скучал по тебе, как же хотел обнять.

Эдвин прижался ко мне сзади, перекинул волосы на одну сторону и коснулся шеи губами. А я просто стояла не в силах оттолкнуть его. Нет, на меня не напал паралич. Просто не хотелось, чтобы секунда умиротворения в объятиях любимого мужчины закончилась так быстро. В его руках мне было тепло и уютно, я чувствовала себя в безопасности. Хоть и не должна была.

Сердце стучало так громко, как умело только рядом с ним. Проклятые бабочки копошились у меня в животе, готовые взлететь в любой момент. Ничего их не берёт, живучих тварей! Ничем не вытравить, не уморить.

— Почему я до сих пор люблю тебя? — застонал он. — Предательницу, заговорщицу, лгунью.

— Поганую ведьму, — добавила я, всё же выпутываясь из объятий.

Таким удивлённым я королевского гончего не видела давно. Похоже, я ошиблась. Эдвин не пытался навести на меня сон, просто случайно затянул меня в свой собственный. Ага, и волосы у меня тут тёмные. И платье одно из его любимых: неудобное жутко.

— Мира?

— Собственной персоной, — я присела в реверансе и отступила ещё на пару шагов. Просто чтобы держаться подальше от его харизмы. Мало ли во что выльется сон. Во сне ведь можно гораздо больше, чем в жизни. — И хватает же тебе наглости целовать меня, после всего что сделал!

— Это мой сон, — нахмурил он тёмные брови. — Мне хватит наглости и на большее, поверь. А вот как ты смеешь врываться в мою голову и устраивать сцены?

— Ты сам меня позвал!

— А ты пришла, — оне усмехнулся и сделал плавный шаг ко мне. — Значит, думала обо мне перед сном?

— Иди к Змеедеве!

— Думала, — теперь он улыбался, словно выиграл в магической дуэли. — А я уже было решил, что встреча в трактире мне привиделась. Местные здорово помяли мне бока за твою лживую речь.

— Лживую? — ахнула я. — Да я могу поклясться собственной силой, что ты самый подлый, бесчестный и низкий человек из всех, кого я вообще когда-либо видела!

— Тогда тебе стоит взглянуть на себя в зеркало, познакомишься с кое-кем по-настоящему чудовищным.

Я задохнулась от негодования. Гнев закипел внутри мгновенно, и я даже попыталась призвать магию на подмогу, чтобы к помятым бокам Эдвина прибавилось пару десятков проклятий.

— Что же во мне такого чудовищного? — выцедила я сквозь зубы. — Бесишься, что я выкрала у тебя из-под носа корону и спрятала от заговорщиков принца? Так я и второго нашла. Так что можешь отзывать своих псов, Арген и Сильвер уже в безопасности, за границей.

Эдвин улыбаться перестал мгновенно, и я обрадовалась, что смогла его поставить на место. Даже заулыбалась сама, с удовольствием разглядывая смену эмоций. Нет, я не пялилась на его лицо. Ни в коем случае не любовалась!

— Спрятала от заговорщиков? — переспросил он.

— И от тебя, — кивнула я.

— Я не понимаю. Принцы задумали убить родителей? Тогда зачем прятать их от других заговорщиков?

— Теперь ты хочешь свалить всё на принцев? — фыркнула я. — Дерольд, не будь так жалок. Я видела, кто вонзил кинжал в сердце королевы. Она сама показала мне своего убийцу, когда дух её покинул тело. И это был ты.

— Смешная шутка, — Эдвин действительно хохотнул. — Король показал мне, кто убил его. И это была ты.

Мы замерли, глядя друг на друга. Оба пытались разглядеть признаки лжи в мимике, жестах, в глазах. Не знаю, что было написано у меня на лице, но на лбу бывшего горела надпись: "Какой я идиот". Полагаю, моя гласила: "Королевская дура".

— В классической магии нет заклинаний, меняющих внешность и ауру, — медленно проговорил он.

— Угу, — согласилась я.

— У ведьм есть магия такого порядка?

— М-м-м…

— Вот как ты выбралась из дворца, — Эдвин небрежным жестом призвал для нас удобные кресла и упал в одно из них. — Значит, нас подставили ведьмы. Пока мы грызли друг друга, они спокойно засели во дворце.

— А потом выпустили закон, по которому все ведьмы оказались преступницами? Очень странный план, ага. Нет, я думаю, ведьмы были всего лишь исполнителями.

— Нет такого закона, — Эдвин слегка смутился. — Только приказ убить тебя.

— Схватить живой или мёртвой, — напомнила я.

— Про "живой" я приукрасил.

Ну убить меня было проще, чем поймать. Тем более Эдвину, который знал меня как облупленную. Значит, он не пытался. Как я и думала, мы играли в салочки с поддавками. Целый месяц угробили, а ведь могли просто сесть и поговорить! Впрочем, тогда я вряд ли бы ему поверила. Я и сейчас сильно сомневалась. Слишком уж много было вопросов, хоть и картинка стала немного логичнее.

— По крайней мере, мы знаем, кто был во главе заговора, — поменяла я тему.

— Нынешний король. Кузен погибшей королевы.

Алмар был мужчиной неприятным, но трусливым. Боялся жены, детей и собственной тени. На всех званых ужинах он напивался в дрова и вещал, что его род древнее королевского. Заткнуть его получалось лишь проклятием, за что его жена меня не очень любила. Ну и ещё за то, что по слухам, она мечтала затащить Эдвина в постель. А я почему-то была против.

— Гретта может быть ведьмой? — уточнил Дерольд, думая в том же направлении, что и я.

— Нет, я почувствовала бы. Скорее всего, она наняла кого-то. Кто сейчас занимает пост королевской ведьмы?

— Нинель, насколько мне известно.

— Хромоножка Нинель? — удивилась я. — Вы отдали мой кабинет и моих людей ей?!

Ведьмой она была сильной, я не спорю. Но вот человеком откровенно глупым. Знаете, откуда пошло прозвище? Однажды Нинель купила дивные туфли, которые были ей малы. И вместо того, чтобы увеличить обувь, эта умница решила уменьшить ноги. Напортачила где-то, перестаралась, и лишилась одной из стоп. И сколько не колдовали над ней лучшие умы человечества, но вернуть стопу не вышло. Так и осталась несчастная Нинель Хромоножкой.

— Это был приказ короля.

— Вот и первая ведьма, — буркнула я. — Нужно выяснить, кто стоит за ними. Если, конечно, ты передумал меня убивать или отправлять в тюрьму по надуманному обвинению.

— Я виноват, — согласился Эдвин. — Но справедливости ради скажу, что и ты подозревала меня в предательстве. Мы оба облажались.

— Но я не пыталась тебя убить.

— Только потому, что со мной было три отряда магов-гончих.

— Они бы меня не остановили, — я зябко поёжилась и обхватила себя руками. — Ты знаешь, на что я способна. Знаешь, какие задачи передо мной ставил король. Я могла перебить твоих людей по одному, не вступая в открытую конфронтацию. Но “справедливости ради” скажу, что я заметила. Ты тоже охотился за мной не всерьёз. Ты видел меня на кладбище. И ничего не сделал.

Дерольд взлохматил волосы ладонью и взглянул на меня со своим фирменным прищуром. От такого у меня всегда слабели колени и подкашивались ноги. Слишком уж мило выглядел главный гончий.

— Ты накинула на Рольфа стазис, когда в него случайно попал заклинанием Грег. Иначе до лекаря он не дотянул бы, — припомнил в ответ он. — План заговорщиков был идеален, но не учитывал одну переменную.

— Нас.

— Да. Даже ненавидя, мы продолжали друг друга защищать.

Мы замолчали. Неловкая пауза затянулась, и я мечтала только о том, чтобы мучительная тишина закончилась моим пробуждением. Не знаю, от чего было хуже. От того, что я позволила себя обмануть. Или от того, что Эдвин поверил в моё предательство. Одно было ясно совершенно точно: облажались действительно мы оба. И наша ошибка стоила нам счастливого брака. Но не короны Аргену.

Глава 14. Где зимуют раки?

Случайный провал в чужое сновидение похож на наведенный не только яркостью картинки, но и жутким “похмельем” на утро. А всё потому что с Эдвином я проторчала до самого утра. Он всё пытался выяснить, действительно ли принцы в безопасности и куда я дела корону. Я же отшучивалась, переводила тему и пыталась сбежать. В итоге он психанул, и меня всё же выкинуло обратно в собственный сон. В котором я убегала от огромного разъяренного рака. С первыми лучами солнца меня разбудил Птиц, заявив, что в лес пришёл…

— Бобёр? — переспросила я, с трудом продирая глаза.

— Хабёр, — со вздохом поправил меня Птиц. — Царь раков. Где хабёр, там самые многочисленные популяции.

— А нам нужны раки?

— Раки — санитары рек! — возмутился ворон. — Конечно, они нужны! Кто иначе будет есть мертвечину?

— Действительно, — пробурчала я.

Но одеваться пошла. Ради разнообразия надела одно из платьев, что принесли с собой Шелкуны. Легкое, тонкое, зачарованное на совесть. Глубокого зелёного цвета оно очень мне шло под новый цвет волос. Хотя обычно я предпочитала другие оттенки. Но здесь меня ценили не за мастерство моих швей, а за то, что я тут спасаю лес и мир заодно. Интересно, когда всё закончится, будет ли уместным написать мемуары? Нужно обдумать идею. Назову книгу “Как спасти мир и не умереть от недосыпа, или приключения Хозяйки Чернолесья”.

— Поторапливайся!

Хабёр оказался раком размером с крупную овчарку с золотистыми клешнями. Слава богам, он не разговаривал. Просто подтолкнул ко мне сундучок с устрицами. В сундучке была вода и тина, так что я предположила, что мне в качестве дара решили подкинуть новых жителей в водоёмы. Но Птиц был в таком восторге, а у меня все равно закончились идеи для “листа желаний”, так что я пригласила Хабёра в лес и открыла ему и его устрицам лунку к берегу реки.

А потом занялась своими делами. Проверила рощу, которая разрослась ещё сильнее. Старых деревьев в ней почти не осталось — дриады потрудились на славу. Потом сходила на стройку, медведи работали в три смены и очень гордились своей скоростью.

Терин показал план будущего города, и я похвалила его, добавив парочку штрихов. Потом мы попросили дриад расчистить территорию под строительство улиц, потому что пришёл альфа волков. Кристофер детей и женщин обещал привести позже, а пока взялся за помощь со строительством. Его люди уступали в силе медведям, зато были гибче и быстрее. Бригадиром я над ними поставила Терина. Как мне показалось, альфы нашли общий язык. Классический матерный, но общий же!

Стоило только сесть пообедать, как я почувствовала волнение на границе леса со стороны Тихого. Кто-то крошил охрану!

Лунку портала открыла метлой ещё до того, как выпустила изо рта котлету. Так и перенеслась — с вилкой и тщательно перезжёвывая вкуснейшее блюдо. А там меня ждал Эдвин. Хмурый и слегка помятый, с окровавленным мечом наизготовку.

— Принцы ещё в королевстве, — начал он без приветствия. — И скорее всего они у тебя в лесу.

— Доброе утро, Дерольд. Спасибо, мне замечательно спалось. Нет, что ты? Ты совершенно меня не отвлёк от дел, пока рубил на части МОИХ умертвий на территории МОЕГО леса.

— Мне не до шуток, — он перешагнул через разрубленного на мелкие кусочки трупа и протянул мне письмо.

Я посмотрела на котлету. На убиенного. Снова на котлету. Котлета была аппетитная, даже несмотря на то, что запахи тут витали не самые приятные, так что я просто взяла и доела её. Умертвия, что прятались от Эдвина за деревьями, выглянули и одобрительно закивали. Мол, нервы железные. А, может, им тоже котлеток захотелось. Но я им ничем помочь не могла, самой мало. Так что отдала вилку ближайшему восставшему, а потом развернула письмо.

— Казнь принца Аргена состоялась вчера на рассвете на главной площади? — я фыркнула. — Чушь. Вчера на рассвете наследный принц точно не находился в столице. Так что эту бумажку можешь забрать с собой в уборную.

— Ты дальше читай!

— Принц Сильвер признан недееспособным по причине своей мужской несостоятельности, — тут я даже хохотнула. — Поверь, по этой части у засранца точно всё в порядке. Но отмываться от клейма придётся, конечно, долго. Впрочем, он справится. Я уверена. А что, у нас по причине мужской несостоятельности признают недееспособными?

Мой вопрос наглым образом проигнорировали:

— Они с тобой?

— Какая разница? Если со мной, то что? Попробуешь зайти и забрать их? Во-первых, не сможешь. У меня, кроме умертвий, полный лес магических существ разной степени клыкастости. Во-вторых, бессмысленно сейчас тащить принцев во дворец. Нужно вычислить заговорщиков, придумать план обратного переворота, найти соратников и только потом устраивать триумфальное возвращение.

— Я просто хочу знать, что они в безопасности. Что ты сможешь приглядывать за ними, пока я делаю грязную работу.

— А ты меня от грязной работы отстранить решил?

— Я думал, ты занята своим огородом, — съязвил он. — Разве нет? Вот и занимайся цветочками дальше.

— Ага, сейчас! Три раза! Я не буду стоять в стороне, пока во дворце творится Змеедева знает что!

Эдвин закрыл глаза и сделал очень глубокий вдох. Такой глубокий, что практически разбудил мою совесть. Надо же! Я думала, будто совесть не спит, а сдохла одновременно с Мирандой Росси. Живучая попалась стервь. Вся в меня.

— Принцы. С тобой?

— Будут, — смилостивилась я. — Старший уже в пути. Младший в безопасности, но пока ещё в столице.

— Он у надёжных людей?

Я вспомнила полуголую леди Дерс, у которой с удовольствием на коленях восседал котопринц, и уверенно кивнула. Надёжнее неё за животными во дворце в принципе никто не ухаживал. Она даже лягушек тискала с удовольствием. Невероятная девушка!

— Я могу привезти его к тебе, — снова заговорил Дерольд. — Скажи мне, где Сильвер.

— Я тебе не доверяю, Эдвин, — не выдержала я. — Не доверяю, ясно? Я не скажу, где младший принц. Не сведу со старшим. Не пущу тебя в лес. По крайней мере, пока не удостоверюсь в том, что власть действительно захватили некие ведьмы. Прости, но теория о том, что Хромоножка могла провернуть такое у нас под носом, выглядела правдоподобно лишь во сне. Но и тогда я не была уверена, что ты говоришь правду.

— Вот как?

— Так, — я сильнее сжала черенок метлы. — И не пытайся убедить меня, что сам стараешься выведать про принцев из любопытства. Ты тоже не доверяешь мне. Хочешь перехватить контроль над ситуацией.

— А раньше мы верили друг другу.

— Раньше я не видела, как мой жених убивает мою королеву, — прошептала я. — Это были самые жуткие мгновения в моей жизни. Я и рада бы их забыть, но…

— Не продолжай, — Эдвин покачал головой. — Я тебя понял. Видимо, в ту ночь погибли не только Марий и Диана. Но и наше взаимное доверие.

— Видимо, так.

— Жаль.

— И мне.

Умертвия отступали вглубь леса, будто им было некомфортно наблюдать за нами и подслушивать выяснение отношений. Я тоже с удовольствием бы сбежала. Но увы, от себя никуда не деться.

Змеедева меня подери! Я продолжала любить Дерольда, но не могла больше ему верить. Да, всё изменится, когда получится выяснить имена заговорщиков. Мы вновь сможем стать напарниками. Однако вряд ли товарищеские отношения когда-нибудь вновь перерастут в нечто большее. Любовь, если она существует, не прощает таких ошибок. Пожалуй, мы могли бы остаться вместе после измены. А вот взаимные обвинения в государственной измене, подозрения в убийстве… Нет. В ту ночь не доверие погибло, а надежда на совместное счастье.

— Я пойду, — едва слышно сказал Эдвин.

— Встретимся во сне, — ответила я.

Он развернулся и ушёл. Спина оставалась прямой, а шаг — лёгким. Лучший королевский гончий взял новый след. И собирался показать всем заговорщикам, где раки зимуют. У меня в лесу, как теперь стало известно.

Глава 15. Гнилокровие

Смело могу сказать, что медведи — лучшие оборотни на свете. Ровно в назначенное время я открыла портал к ним через росток, что они взяли с собой. Получилось с трудом: слишком большое расстояние от леса до его малюсенькой части оказалось. Но главное, что всё-таки получилось. С собой моя делегация по принцеспасению принесла не только тело будущего монарха, но и его спасительницу. Во-первых, мне пригодятся её руки. А во-вторых, лучше точно знать, что она уже делала. Нужно сказать, что девица и не упиралась вовсе. Наоборот, она заранее собрала вещи и даже приготовилась доказывать мне, какой полезной будет в деле по уходу за больным.

Я не слушала, но её голос звучал очень уверенно. Влюбилась, что ли? В полутруп? Или решила, что богатый купец вспомнит ее доброту и отблагодарит, если придёт в себя?

Думать о романтичности или меркантильности девушки было некогда.

— Больного в кабинет, — велела я. — Эделин, делаешь всё, что я скажу. Без возражений и “а меня бабушка не так учила”. Справишься?

— Запросто!

— Тогда марш в дом, мой руки и к делу.

Она так поспешила, что обогнала медведей с ценной ношей. Я пошла следом, перебирая в голове все, что знала о заражении крови. Получалось меньше, чем хотелось бы.

Зелье, убивающее заразу, уже попавшую в кровь, я сварила заранее. В идеале ему нужно было бы дать настояться, но времени не осталось. У Аргена был слишком сильный жар. С одной стороны — это означало, что молодой организм борется изо всех сил, выжигая болезнь. С другой — выжигал он не только болезнь, но и собственную кровь. По крайней мере, так писали те целители, чьи работы по гнилокровию я читала.

Главная суть тех работ сводилась к тому, что заражение допускать нельзя. Для мага или ведьмы это задача одного заклинания. Но, судя по всему, Эделин магией не владела. Она промыла рану водой и даже попыталась обработать самогоном, но его у нее оставалось после отца совсем немного, а новый купить было не на что. Цену единственный производитель в деревне заломил такую, что даже я икнула, когда услышала. Как будто первоклассное вино продавал, а не горилку.

Аргена уложили на койку, Эделин стянула с него одежду и стыдливо накрыла простынкой ниже пояса. Я сделала глубокий вдох и взглянула на рану. Ножевое ранение, не самое глубокое. Не меч в живот воткнули — и то хлеб.

Гной из раны пришлось вытаскивать, края плоти смазывать мазью на основе тех же трав, что и в зелье. А потом зашивать. Нити, заговоренные особым образом, и вымоченные в воде с серебром. Крови натекло немного, но я на всякий случай дала Эделин заварить чай для восстановления. И кучу других впридачу. Хирургическая часть работы была закончена. Теперь я собиралась прибегнуть к методам, о которых в нашем королевстве никто не знал и не слышал.

Шаманка из Тиатамии учила меня, что бывают ситуации, когда никто не может помочь человеку. Если душа уже сама готова уйти из мира, то поймать её и заставить вернуться в тело невозможно. Конечно, у меня не было поводов думать, что Арген не хочет жить. Но на деле, я поняла бы его. Родители погибли, брат пропал, а на него свалилась ответственность за всю страну. Возможно, в тридцать ты и готов к таким испытаниям, но не в двадцать лет. В двадцать тебе хочется водить симпатичных девиц в спальню, чтобы посмотрели, какие красивые картины там висят. Или соревноваться с гончими, кто искуснее владеет магией.

Я открыла поле, как учила шаманка, и спросила у духов разрешения помочь Аргену в исцелении. Из тени на помощь вышла бабушка. Она протянула мне ожерелье — тонкую нить рябиновых ягод. Защита от злых духов и демонов. Я приняла подарок и завязала тесёмки на шее. Усталость после долгой и кропотливой работы с раненным как рукой сняло.

Видение пришло сразу. Принц сидел на берегу моря, на пляже здорово напоминающем побережье Злотоморья, где у королевской семьи была тайная дача. Ну это они думали, что дача тайная. На деле защиты там было не меньше, чем на дворце, так что мы с Эдвином регулярно её посещали. Очень активно посещали. Когда ещё появится возможность полежать в королевской кровати? Да и в отпуске мы не были примерно… никогда!

— Приятные воспоминания? — спросила я у принца, присаживаясь рядом.

— Единственные из детства, — ответил он. — Ты пришла всё испортить?

— Для того меня и нанимали, — пошутила я. — Чтобы приходила и портила всю малину. Самому не надоело прятаться?

Но мой вопрос Арген проигнорировал.

— Они мертвы, да?

— Король и королева убиты, — не стала скрывать я. — Сильвер жив, здоров и скоро будет рядом. Если ты вернёшься.

— Раз ты пришла за мной, значит предал нас Эдвин?

— Я не уверена, — вновь честно призналась я. — Он клянётся, что считал предательницей меня. А я видела убийцу — Эдвина. Но теоретически возможно, что его подставили. Очень сильные ведьмы.

— Я дрался с Симоном, — возразил принц. — А он — правая рука Эдвина.

Интересно. В погоню за мной Дерольд пустился сам и не взял с собой главного прихлебателя. И нож, который едва не погубил Аргена, принадлежал именно Симону. Действовал ли он по приказу главного гончего или участвовал в заговоре самостоятельно?

— Мы во всём разберёмся, но только вместе, Арген, — я вздохнула. — Будет тяжело. Вполне возможно, что придётся поснимать с ключевых постов всех привычных людей, отдать должности тем, кто точно будет верен. Казней проведём после возвращения больше, чем за предыдущие лет сто. И каждый приговор должен подписать ты, а на исполнении обязательно нужно присутствовать.

— Ты совершенно не умеешь уговаривать, — невесело усмехнулся Арген. — Не бойся. Я не собираюсь оставлять всё это на Сильвера. Как только тело окрепнет — вернусь.

— Хорошая новость.

— Спасибо, что нашла меня в том лесу. Я сам не знаю, как хватило сил добраться. Не иначе как твой амулет помог.

— Может, и помог. Только нашла я тебя не в лесу, а в доме у девушки. Это она дотащила тебя до деревни и несколько дней боролась за твою жизнь с помощью подорожника и самогона.

— Значит, не привиделась красавица, — вот теперь его улыбка стала более живой. — Я уж подумал, что наговорил всё это тебе в бреду, а не ей.

И мои подозрения обрели наконец-то почву. Видимо, в минуты редких пробуждений Арген умудрился влюбить в себя Эделин, а заодно и влюбиться сам.

— Знаешь, в чем плюс твоего нынешнего положения? Отец уже не сможет заставить тебя жениться на дочери герцога Варус. Так что вместо капризной бегемотихи королевой может стать кто угодно. Даже селянка без роду и племени.

— Аристократия взбесится.

— А народ встанет на твою сторону. Учитывая, что восстание подняло дворянство, поддержка извне точно не помешает. Но я не настаиваю, что ты должен жениться на Эделин, если она тебя спасла. Я даю тебе один из возможных якорей. Что-то, за что ты сможешь зацепиться, потому что мести в качестве такого якоря хватит ненадолго. Да, ты выжжешь восстание, как я выжгла заразу в твоей крови. Но после придётся поднимать страну с колен, а для этого нужны особые силы, созидательные.

— Мне страшно.

— Мне тоже. И это нормально в нашей ситуации. Если было бы иначе, из тебя получился бы поганый король.

Мы снова замолчали. Волны ласково накатывали на берег, шурша совершенно особенной мелодией. Вода выбрасывала к нашим ногам новые песчинки и даже парочку ракушек. Красиво, умиротворяюще.

В последний раз я так сидела на берегу с другим мужчиной. До самой ночи нежилась в его объятиях.

— Тебе больнее, — словно прочитав мои мысли, заметил принц. — Если Дерольд предатель, я подпишу и его приговор.

— Знаю. Если он виновен, то я не стану мешать палачу. Но не обещаю присутствовать на казни.

Он и сам справится. Эдвин сильный маг. И если вдруг его до казни определят в тринадцатую или семнадцатую камеру, то сможет сбежать. Особенно, если в карауле будут преданные ему люди. Они наверняка сумеют пронести парочку необходимых артефактов, а я… Не стану мешать ни палачу, ни Дерольду, ни его спасителям. Я просто отойду в сторону и… Буду надеяться, что он сбежит? Или подтасую смены караула? Проиграю в карты нужные артефакты? Справлю поддельные документы и открою конюшню, чтобы туда было проще проникнуть и забрать любимого скакуна Эдвина?

“Спасти предателя — это тоже предательство?” — думала я. Но ответа не находила. Всё слишком запуталось. Я — слишком запуталась.

— Ты изменила цвет волос?

Я намотала непривычно длинный и светлый локон на палец и кивнула. Рассказывать о короне не было сил. Да и нет сейчас в том большого смысла. Придёт в себя, окрепнет, и можем обсудить всё случившееся более детально. В конце концов, мне ещё Сильвера из дворца вытаскивать.

— Утром твоё тело будет готово к пробуждению. Не опаздывай, пожалуйста. Мне нужна помощь, чтобы вернуть к тебе брата.

Ответа я не ждала. Встала и, повинуясь внутреннему желанию, пошла к воде. Тёплая. Как объятия проклятого гончего мага.

Глава 16. Кис-кис-кис

Ночью меня снова едва не утянуло к Эдвину, но заготовленный амулет висел у изголовья кровати и охранял мой сон. Мне нужно было подумать, а рядом с Дерольдом я всегда глупела и превращалась в наивную девицу. Верила всем его словам, будто он вовсе не умел врать. Умел, я знала. Но со мной обычно был честен, как и я с ним. Служба, дворцовые интриги, задания в соседних государствах — всё это мы оставляли за скобками, когда были вместе.

А теперь трагедия встала между нами, потому я уже не могла себе позволить слепо верить всему, что скажет Эдвин. Я вспоминала. Разбирала по винтикам и гвоздикам каждую нашу встречу с главным королевским гончим магом. Он по сути командовал всеми боевыми магами на службе у короны. Имел неограниченный доступ во дворец. Моя предшественница проверяла его лояльность трижды.

Сколько же ему заплатили, чтобы перекупить? Глупость. У него на счетах лежало столько денег, что и правнукам хватило бы на самый разгульный образ жизни. Король всегда щедро оценивал его труд.

Может, Дерольду угрожали? А чем? Раскрытием большой и грязной тайны? Вряд ли. Ему бы простили практически что угодно за заслуги перед отечеством.

Смерти Эдвин тоже не боялся: слишком часто бывал в шаге от неё. Семьи у него не было, так что пугать смертью матушки тоже не могли. Мы потому и были так ценны, что не имели слабых мест. Полностью отдавались работе, не жалея ни времени, ни сил, ни магии. Делали то, что должны. Всегда и при любых обстоятельствах. “А если бы ему угрожали моей смертью?” — подумалось вдруг.

Да, пожалуй, это слабое место я в своих рассуждениях упустила. Что если Эдвин любил меня, по-настоящему, без шуток и притворства? Тогда он мог предать доверие монарха и убить его жену, чтобы защитить меня? А я что выбрала бы в такой ситуации?

В общем, будем откровенны, меня не утянуло в сон Дерольда не из-за амулета, а потому что я просто не спала. Гоняла в голове мысли по кругу, находила оправдания, потом сама же их и отбрасывала в сторону. Мне снова казалось, что моему бывшему жениху незачем предавать короля.

В итоге я так и не смогла уснуть. Встала с постели с первыми лучами солнца и пошла отправлять домового во дворец. Дала с собой пару зелий, отвела к старшему принцу за разрешением, а потом наблюдала через зеркало.

Арген был слаб, и Эделин продолжала поить его лекарствами. Мне пока с ним рядом делать было нечего, так что я сходила вместе с зеркалом в свою рощу. Деревья там уже совсем принялись и укоренились. Я напитала магией новую партию и повторила щит своей предшественницы, чтобы никто и ничто растения не повредили. А дальше был квест с полётом по всему лесу, вернее, его ожившей части. Я поговорила со всеми жителями, предупредив об опасности открытия ведьминых кругов и раздав специальные сигнальные артефакты. Медведи придумали ограждать появившиеся порталы красной лентой, так что пришлось срочно писать Белинде и отправлять к ней человека с деньгами и запиской. Вскоре он вернулся с лентами, которые мы раздали всем местным. Карту леса я повесила около своего дома. На ней мы собирались отмечать появившиеся ведьмины круги.

К закату мой домовой вернулся с котом и несколькими милыми моему сердцу вещичками. Заглянул в тайник по моей просьбе. А ещё самый потрясающий в мире домовой высадил на территории дворцового парка молодое деревце… Из зачарованного леса. Все верно, теперь у меня была возможность попасть туда в любой момент. Так что радовалась я вдвойне. Нет, втройне. К моменту возвращения младшего принца, старший окончательно пришёл в себя.

— Где мой брат? — спросил он слабым голосом.

Я оглянулась на соседнюю койку, где сидел рыжий котяра. Котяра ехидно смотрел на меня в ответ и занимался своей личной гигиеной.

— Ммм… здесь.

— Где?! — Арген приподнялся, обвёл комнату взглядом.

Я набралась смелости и указала на Сильвера:

— Да вот же, умывается сидит!

Секунда тишины, а потом до принца дошло, что именно я говорила.

— Ты превратила моего брата в кошку?

— В кота, — педантично поправила его я. — По-моему, это очевидно по той части тела, что он сейчас вылизывает. Когда верну тебе облик, пойдёшь чистить зубы, Сильвер. Фу!

— Миранда!

Я невинно захлопала ресницами. С королём это иногда работало, но его старший сын не купился.

— Что?

— Ты. Превратила. Принца. В кота!

— В воспитательных целях! И я верну его обратно.

— Когда?

— Когда придумаю, как это сделать, — я пожала плечами. — Варианты есть, не волнуйся. Просто эта магия потребует слишком много сил. А я пустая после твоего лечения.

Тут я немного слукавила. Пустой я стала после посещения леса, где снова отдала кучу сил деревьям и кустарникам. Впрочем, цветочная поляна отняла больше сил. Зато в наш лес прилетели пчёлы. И, по словам дриад, это вообще лучшее, что могло произойти. Запускался процесс естественного размножения.

Я зацепилась за эту мысль и отправила Ромуса во дворец снова, чтобы добыл из библиотеки труды о мутации растений. Имелся там один экземпляр спорной книги одной ну очень авторитетной ведьмы. Авторитетной — в смысле уважаемой в определенных кругах. Дама изучала мутацию каннабиса обыкновенного, по её словам исключительно для того, чтобы улучшить его лекарственные свойства, но… По итогам исследования получился толстый такой томик, которым и убить при желании можно было бы. Домовой с трудом волок его за собой, но ни словом, ни жестом не показал недовольства.

— Не самое тяжёлое бремя в моей жизни, — отмахнулся он от моих извинений.

А потом я села читать труд Талии Крутс. Писала она с юмором, простым языком. Страница за страницей я выписывала интересные моменты, которые могла бы применить у себя в лесу. Про каннабис ведьма забыла ещё на третьей главе, сосредоточившись на березе обыкновенной. Так что спорная книга была весьма и весьма кстати.

— Мяу! — промурлыкал Сильвер, запрыгивая на мою постель, где я расположилась с талмудом на коленях. — Мя-я-яу!

— Верну я тебе твой облик, не тревожься, — попыталась его успокоить я. — Наберусь сил и сварю оборотное зелье. Без него, увы, не обойдёмся. Ты слишком долго был в шкуре кота. Так что мгновенного возвращения не жди.

— Мур-р-р, — согласился он с моими аргументами.

Я почувствовала себя слегка сумасшедшей. Сижу с книгой старой наркоманки и болтаю с котом. И пусть старуха на деле оказалась гением, а кот — младший принц. Со стороны ситуация всё равно будет выглядеть странной.

— Скажи-ка, милый, а ты пока во дворе за девками подглядывал, ничего важного не услышал?

— Мр-р-р!

Кошак поднял хвост, выпятил грудь и важно прошелся по моей кровати туда-сюда. В достаточной мере насладившись моим интересом, хлопнул лапкой по ошейнику. Серебристому, довольно дорогому. Я наклонилась ближе и коснулась подвески на нем. Раньше причудливая серебряная фигурка терялась в густой шерсти на груди. И только теперь я обратила на нее внимание.

Маленькая бутылочка, в которую кто-то особенно изобретательный засунул записку. Пробку я извлекла пинцетом, а письмо подцепила иголкой. А потом догадалась произнести заклинание истинной формы. Один неосторожный пасс рукой и записка превратилась в целый свиток.

— Вот это подарок!

В три столбика на площади всего свитка крупным почерком были выписаны имена заговорщиков. В самом конце королевский палач вписал и своё имя с пояснением, что его обманом заставили сотрудничать. Использовали заклинание подчинения, завязанное на древней магии крови. А когда одному из самых сильных и преданных короне магов удалось отгородиться от чужого влияния… Заговорщики похитили его годовалую внебрачную дочь. Единственную. Рождённую любимой женщиной, которой не стало в процессе родов. Он предал короля и королеву, но просил простить его за то, что отцовский долг перевесил присягу.

“Я не жду прощения для себя, Ваше Высочество. Лишь молю о милости для дочери и её родной тёти, которая осталась единственным родственником у малышки”.

Сестра Ульрика — его точная копия. Два метра ростом, косая сажень в плечах и тяжёлый нрав. Она осталась старой девой, хотя приданое брат за ней давал весьма неплохое. Так что растить внебрачную дочь своего брата для неё, возможно, единственный шанс почувствовать себя матерью.

Я прокрутила в памяти досье на палача и всю его семью, включая постоянную любовницу, которую он выкупил из борделя, когда той еще не было и восемнадцати. Он купил для неё квартиру, устроил подмастерьем к одной умелой модистке, а потом и собственное ателье помог открыть. На увеселительные мероприятия свою драгоценную Ульрик не приводил, на прогулках с ней не светился, да и вообще был предельно осторожен. Мало ли, кто из родственников казнённых им людей, захочет отомстить.

Единственная причина, по которой я знала о Лизи — Ульрик обратился за помощью ко мне сам. Я ходила на сделку в публичный дом и платила его владельцам, я общалась с портнихой, я арендовала помещение. Более того, я сама регулярно делала Лизи заказы и потом хвасталась в высшем свете, какая у меня замечательная модистка. Но дело не в том, сколько клиентов я ей привела своей агрессивной рекламой, нет. Просто последнее платье от Лизи я получила буквально за неделю до того дня, когда убили королевскую чету. А теперь внимание. Всего за неделю заговорщики выяснили о внебрачной дочери Ульрика (при том, что я о ней не знала), выкрали её и вынудили палача предать своих сюзеренов. Как? Я лично следила за тем, чтобы между симпатичной швеёй и палачом никто не смог разглядеть романтические отношения. А я, Ехидна меня задери, всегда делала свою работу на “отлично”! Ну допустим, я где-то наследила. Бывает и такое раз в тысячу лет. Но! Мои заказы Лизи из благодарности привозила во дворец лично. Она вручала мне каждое платье, каждые панталоны сама. И да, когда я забирала свой последний наряд от неё, никакого беременного живота не наблюдала.

— А вечер перестаёт быть томным!

Я переписала список заговорщиков, заодно во второй раз убеждаясь, что в перечне имен не было того, которое я боялась там увидеть больше всего. Спрятала первоисточник-свиток в тайнике, оделась и, потрепав на прощание Сильвера, ушла спать.

Глава 17. Ночное рандеву

Ловец снов остался на ночь в комнате Аргена. Сильвер устроился там же, несмотря на то, что вторую койку заняла Эделин. Они неожиданно нашли общий язык, и младший принц даже добровольно вышел за дверь, когда девушка решила переодеться за ширмой. А вот старший нагло подглядывал, но мы все дружно сделали вид, будто не заметили. Особенно пунцовая Эделин…

Я полночи пыталась уснуть, пока не поняла, что гордый Дерольд больше меня не позовёт. Он не из тех, кто будет долго убеждать кого-то в своей невиновности. Повезло, что вообще заговорил со мной. Наступил на горло своей песне. А теперь была моя очередь идти на примирение.

В итоге я накинула плащ поверх ночной сорочки, оседлала метлу и улетела из леса. Ночами мне ещё летать не приходилось, поэтому я искренне наслаждалась тем, как ветер игрался с моими волосами и бросал их в лицо. Ласковым котёнком пытался забраться под плащ, а когда получалось, жалил мелкими укусами кожу.

Я волновалась. Одной рукой прижимала к себе свиток с именами заговорщиков, а другой крепко держалась за древко метлы. И всё сильнее сбрасывала скорость. Когда заметила, что уже не лечу, но ползу, мысленно отругала себя и "пришпорила" свой транспорт. Приземлилась возле входа в трактир "У Милоца". Вошла внутрь, спросила, собственно, у Милоца, где могу найти столичного хлыща. Мне молча выдали ключ от его комнаты, корзинку с лёгким ужином и вином. Вино лёгким не было, а корзинка тем более. Но первое меня только радовало, а со вторым вполне справилась магия.

Каждый шаг по лестнице я воспринимала так, будто поднимаюсь на эшафот. Только за дверью самого шикарного из имеющихся номеров меня ждал не палач (иронично, что палач как бы меня сюда направил). Но ждал меня все-таки не он, а любимый мужчина. Я надеялась, что всё-таки ждал. Несмотря на моё недоверие. Несмотря на своё недоверие. И назло всем нашим врагам.

Когда я вошла, он сидел на кровати и грел в руках мою заколку. Его подарок. Белое золото с именной гравировкой, бриллианты.

— Прости, — выдохнула я, взглядом прикипев к его лицу. Эдвин осунулся ещё сильнее и выглядел откровенно больным. Но теперь он не был пьян, он не горевал обо мне. Разбитое сердце — это не так страшно как скорбь о любимой, однако и то, и другое может погубить.

— Я не уверен, смогу ли, — честно признался он и смежил веки. Словно пытался отгородиться от меня, спрятаться. — Я не виню тебя, но…

— Тебе больно, — договорила за него я.

Корзинка мягко опустилась на ковёр. Свиток полетел куда-то в сторону. Я медленно двинулась к нему, про себя молясь всем известным богам, чтобы Дерольд меня не оттолкнул. Если он укажет на дверь, я уйду. Не потому что гордая, нет. Просто достаточно хорошо его узнала, чтобы понимать: он не изменит своего решения. Даже если я встану на колени и буду умолять о прощении. Но… Эдвин не сказал “нет”. Сейчас прозвучало “я не уверен”, а это даже больше, чем я могла бы ждать от него.

— Мне больно, — согласился он. — И вместе с тем, я понимаю тебя. Будь на твоём месте кто угодно другой, и я усомнился бы в невиновности. Но мы на своих местах. Это ты и я, а не кто-то другой.

— Прости, — повторила я.

Не помню, когда потеряла по дороге к кровати свой плащ. Я помню лишь, как дрожали ресницы Эдвина, как ходили желваки на его лице. Я помню, как почувствовала аромат его туалетной воды, а потом села на самый краешек постели.

— Мира…

— Я люблю тебя, — перебила его я, пока не прозвучало ужасное “нет”. — Ты можешь меня ненавидеть за то, что я не поверила тебе сразу и безоговорочно. У тебя есть на это право. Но я всё равно люблю тебя.

Он молчал. Не отрицал ненависти, не подтверждал её. Не говорил, что любит. Он просто лежал и сжимал в ладони мою заколку. Проклятое белое золото с гравировкой. Я видела, как напряглось его тело, как сжались губы в тонкую линию. И я почти слышала убийственно холодное “уходи”. Клянусь, оно почти сорвалось с его губ. Но я была быстрее. Прямо сейчас я была злее и решительнее всех невзгод на нашем пути.

Поцелуй не мог решить наших проблем. Зато мог передать всё то, чего я не умела выразить словами. Всю мою нежность и сожаление, все застарелые сомнения и страхи. Всю надежду.

Я целовала своего мужчину, полностью отдаваясь чувствам. Потому что понимала, что это может быть наш последний поцелуй. Возможно, я в последний раз ощущала мягкость его губ, свежесть дыхания и жар сильного тела.

Каждую секунду я ждала сопротивления и возражений. Поэтому застонала, когда вместо того, чтобы оттолкнуть меня, Эдвин прижал сильнее. И теперь уже “рассказывал” он. Насколько ему больно было терять меня, как он был счастлив, что я выжила. Боли и счастья было поровну, и это — самый пьянящий коктейль в мире. Его ладони, скользящие по моей спине, — единственное, что в принципе мне было нужно. Сильные и горячие пальцы с мозолями от меча. Движения нежные и вместе с тем нетерпеливые. Словно Дерольд не до конца верил в реальность происходящего и тоже ждал, что всё внезапно закончится.

Но теперь я не позволила бы нас остановить даже концу света. Даже если бы сейчас в номер вломилась сама Ехидна, я прокляла бы её, не отвлекаясь от губ лучшего из мужчин. Поэтому я лишь набросила купол тишины и заперла надежным заклинанием дверь, а затем оседлала любимого. Мимолётно удивившись, куда делись его одеяло и моя сорочка.

— Люблю тебя, — шептала я вперемешку с поцелуями. — Люблю как до Луны и обратно.

— Моя ведьма, — отвечал он, сжимая меня в объятиях. — Моя.

Глаза в глаза до самого рассвета. Тысяча поцелуев, десять тысяч признаний в чувствах и лишь одна любовь на двоих. И когда взошло солнце, никто из нас не произнес заклинания “безопасности”.

— Уверена, что сейчас подходящее время?

Эдвин вопросительно взглянул на меня, улегшись рядом, а я только снова поцеловала его. Если я в чём-то и была уверена, так это в нас.

— Я сказала Аргену, что если ты предатель, то не стану присутствовать на казни, но и мешать ему не буду.

— И?

— Но сама в этот момент вспоминала, из какой камеры будет проще всего бежать, и прикидывала, что для этого может понадобиться.

— Это… не самое романтичное признание.

— Зато для меня — самое очевидное. Я пришла бы к тебе в любом случае, понимаешь? Позже или раньше, но пришла бы. Даже если бы оказалось, что ты и впрямь преступил клятву. Сначала я вернула бы принцам престол, а потом нашла бы тебя. Ты мне веришь?

— Кому, если не тебе? — он тепло улыбнулся и прижался холодным носом к моей шее.

А потом уснул. Кажется, впервые по-настоящему с ночи смерти королевской четы. Без особых сновидений и без снотворных снадобий. Просто погрузился в нормальный здоровый сон. И я прижалась к нему всем телом и с удовольствием втянула носом аромат его туалетной воды. Дерольд есть Дерольд. Даже в самых ужасных ситуациях всегда чист, свеж и надушен. Или он всё же ждал меня?..

Глава 18. План

Наш поздний ужин состоялся под утро. Солнечные лучи как раз пробились через легкие занавески, и мы оторвались друг от друга. Эдвин смотрел на меня счастливыми глазами, а я едва сдерживалась, чтобы снова не наброситься на него с поцелуями. Кажется, я ещё никогда не чувствовала столько нежности и любви к кому-то. Даже к нему самому. До этой самой секунды. Или просто не осознавала, насколько мне дорог этот невыносимый маг?

— Что заставило тебя передумать? — вдруг спросил он, снова разливая вино по кружкам. Нет, не по бокалам, а по кружкам, которые нашлись здесь же, в его номере. Глиняные, со сколами по ободку. А у одной из них даже ручка полностью отсутствовала. Но знаете что? Это было самое вкусное вино в моей жизни. Хотя теперь оно, конечно, немного горчило.

— Ульрик каким-то образом понял, что Сильвер — кот, так что передал через него весточку.

— Ясно, — Дерольд сделал глоток, а потом замер, глядя на меня из-за кружки большими и круглыми глазами. — Ты превратила принца в кота?

— Вот только не нужно на меня так смотреть! Я сделала это в воспитательных целях.

— Надеюсь, теперь он снова ходит на своих двоих?

— Пока нет, — была вынуждена признаться я, чувствуя, как краснеют мои щёки.

Эдвин повеселел. Я прямо видела, каких усилий ему стоило не рассмеяться в голос над моим смущением.

— Ещё не достигла нужного воспитательного эффекта?

— Ещё не придумала, как вернуть принцу ноги, — не стала отпираться я. — Варианты есть, но нужны тесты. А я всё время в лесу…

Теперь мой мужчина помрачнел. И я решила ему рассказать всё с самого начала. История получилась не то чтобы длинной, но очень подробной. На этот раз я не утаивала от него ничего. И про ранение старшего принца упомянула, и про то, с каким трудом мы его вытаскивали с того света.

Эдвин слушал меня не перебивая. А когда дело дошло до списка заговорщиков, то попросил передать ему список. Я достала из корзинки свиток и легла головой на колени мага. Он облокотился на спинку кровати и внимательно изучал информацию, которая скорее всего стоила Ульрику жизни, потому что среди живых его магия никак не показывала в отличие от Миранды Росси. Мне не то чтобы было жаль палача, но какое-то неприятное чувство кольнуло сердце.

— Ты уверена, что список исчерпывающий?

— Я даже не уверена, что он правдивый, — поморщилась я. — Почерк Ульрика, его извинения и отсылка к информации, о которой знали только я и он.

— Не верится, что он присоединился к заговорщикам, — Эдвин закрыл глаза и откинул список в сторону. — Если всё это правда, то будет тяжело вернуть принцам власть.

— Почему это? У нас есть список, доступ во дворец и целая армия магических существ. Я уверена, что королевский зад Аргена усядется на трон раньше, чем я закончу возрождать лес.

Эдвин задумался. Между бровей пролегла морщина, которую я поспешила разгладить. Просто касаться его кожи казалось волшебством. Магия вот она — на кончиках пальцев. Зелья и заклинания даже из самых древних и редких гримуаров никогда не сравнятся с возможностью быть с человеком, которого мысленно уже похоронил для себя.

— Достану по одному тех, до кого получится дотянуться, — решил Эдвин. — Потом поставим своего начальника стражи. Заменим всех продавшихся боевиков и по-тихому уберем тех, кто занял тронный зал.

— Если во главе заговора ведьмы, то не получится провернуть все тихо, — возразила я. — Открытого конфликта не избежать.

— Попробуем, — не согласился Эдвин. — Мало ли, на что способен твой будущий муж.

Теперь наступила моя очередь удивлённо смотреть на него. Будущий муж? Значит, он все ещё планирует жениться на мне? Даже после всего этого дерь… недопонимания?

"А не приворожила ли я его случайно?" — мелькнула шальная мысль.

Если задуматься, то мы изначально не должны были сойтись. Так называемые гончие — последователи древних инквизиторов. По сей день короли противопоставляют их ведьмам. Как три ветви власти призваны уравновешивать друг друга, так и ведьмы с гончими магами не дают друг другу наглеть.

Во времена, когда я только состояла в корпусе придворных ведьм, мы частенько устраивали соревнования. Дерольд в них не участвовал, в отличие от его подчинённых. Не по статусу было. Но однажды мы с девочками поспорили, что я смогу снять его любое заклинание. Учитывая, что спор проходил на пьяную голову (отмечали как раз моё назначение королевской ведьмой, хотя официального приказа ещё не было), то мои бывшие соперницы выбрали защитное заклинание на спальне Эдвина. И да, он сорвал цветочек, который не для него я берегла. Потому что я была слишком пьяна, а он, как оказалось, уже давно имел на меня виды.

Кровь окропила простынь. Дерольд заявил на утро, что мы поженимся. А потом узнал о моем назначении и поставил перед выбором. Или он, или должность. Мне, конечно, было очень хорошо ночью. Несмотря на мою неопытность и нетрезвость, небо в алмазах Эдвин мне все же показал. Однако статус королевской ведьмы — пик карьеры для таких как я. Выше прыгнуть просто невозможно. Ну не в королевы же мне было метить. А жена главного гончего — это все же менее почётно. И… Примерно так я ему свой выбор и объяснила тогда. Дерольд выслушал молча, во всем согласился и решил начать за мной ухаживать. По-настоящему. С цветами, подарками, вечерними прогулками. Разрешение на свидание он брал у королевской четы. А когда я уже влюбилась по уши, у них же просил моей руки. С момента первой ночи до обручения прошло два года. И ведь все это время мы продолжали выполнять свою работу, иногда сбегая в тайные места и проводя время наедине.

Ко второй совместной ночи я уже подготовилась. Перед ней мы обсудили вопрос деторождения и пришли к выводу, что пока не хотим детей. Вернее, я не хотела их до свадьбы, а Эдвин соглашался. Ему было всё равно на условности, но раз для меня это важно…

И вот отказаться от меня Дерольд мог на любом из этапов наших отношений. Однако с упорством мухи, которая застряла между стекол, продолжал долбиться в мою жизнь.

— Поженимся, как только всё это закончится, — пообещала я вслух то ли ему, то ли самой себе.

— А зачем нам ждать? — притворно удивился Эдвин. — Храм уже должен быть открыт. Пойдём да поженимся сейчас!

Глава 19. Свадебный марш

"Прямо сейчас" не получилось. Я прилетела к нему в ночной сорочке, которая не то чтобы дожила до утра без потерь. Пришлось вернуться в лес и переодеться, а заодно собрать толпу гостей. На посту остались лишь Птиц и дриады, они не захотели покидать территорию, где во всю возрождалась магия. Особая, иномирная. Я уже чувствовала изменения в её структуре, но пока не успела изучить или насладиться.

Не слушая моих возражений, Кора нарядила меня по всем традициям. В белую льняную рубаху с красным поясом из шерстяной нити. Плести его должна была моя мать, но вместо этого я получила пояс, который заранее сплела для Титы заботливая оборотница-мама.

Роба тоже была с чужого плеча, однако меня не волновали приметы. Я знала, какое заклинание им можно противопоставить. Поэтому надела всё, что добродушная Кора принесла в мою избу, и открыла лунку портала к самой кромке леса. Уже оттуда мы пошли к храму: Эдвин должен был ждать на месте.

Мой кортеж тянулся на пару сотен магических созданий после меня. Пошли действительно все, кто похож на людей. Остальные наблюдали через зеркало, как мы подходим к Несуществующему храму, и умилялись, как быстро пристроили свою Хозяйку.

Доподлинно неизвестно, почему первые храмы стали называть Несуществующими. Но так получилось, что в Тихом как раз стоял один из них. Пусть местные предпочитали ходить в новый, я хотела выйти замуж в стенах, что видели ни одну войну и выстояли. Возможно, так я настраивала себя, что и наш брак переживёт любые невзгоды. А может, просто мечтала, чтобы детские фантазии об идеальной свадьбе сбылись, хотя бы так спонтанно.

Огромные дубовые двери распахнулись передо мной, и я ступила в священное пространство, наполненное таинственным полумраком и атмосферой древней магии.

Дышать стало трудно. Я волновалась почти так же, как в тот день, когда впервые смотрела в глаза Эдвина. Или в тот миг, когда просила у него прощения за недоверие.

Подол не по размеру длинной робы скользил по полу, издавая тихий шелест. Этот звук заглушало лишь биение моего сердца. Меня окружал приглушенный свет, проникающий сквозь высокие витражные окна, создавая игры теней и красок на стенах, оживляя сцены из священных писаний.

Витражи выбивались из общей стилистики, потому что вместо Ехидны и Странника участниками сюжетов были новые боги. А вот статуи, головами удерживающие потолок храма, точно изображали этих двоих. И даже кот Марс отметился у малого алтаря, где обычно святили детей.

Большой алтарь представлял собой лестницу из трех ступеней. На самом верху — аналой — высокая подставка с книгой. И рядом — жрица, облаченная в белое с золотом. Золота на ней было уже больше, чем одежды цвета невинности. Но даже это не могло испортить мне настроение.

Потому что у первой ступени меня ждал Он. Мой Эдвин, успевший привести в порядок свой парадный мундир из красного бархата, украшенный серебром. В его глазах светились огонь страсти и нежность. Я видела это, и моё сердце замирало от каждого шага к нему. А потом Дерольд протянул мне руку, я коснулась его пальцев, и магия пробежалась по коже лёгким ветерком. В этот миг я знала, что небеса благословляют наш союз. Словно до сих пор ещё лелеяла какие-то сомнения, а теперь осознала ошибки. До конца.

На первую ступень мы шагнули вместе. Нас окутал приятный аромат трав и свежих цветов. Я смотрела вперед, чувствуя, как жаркий ветерок ласкает лицо, словно прикосновение самой магии, её воплощения.

Мы стояли вместе, перед глазами у нас открывался вид на Несуществующий храм, его арки и столбы, которые стояли тут дольше, чем вообще известно истории.

Первой заговорила Жрица, облаченная в белый лен, совсем как невеста, однако без красного пояса. Она прочитала священное заклинание, объединяющее наши судьбы, словно они стали неразрывно связаны. Впрочем, первая ступень алтаря — временный брак, он развод все же предполагал.

Второй шаг вверх и с потолка на нас посыпались лепестки самых разных цветов. По традиции, цветы должен был собрать жених со своими родственниками мужского пола. Откуда их взял Эдвин, я не знала. Вероятно, выкупил все, что было в цветочной лавке.

— Обещания, — сухо напомнила недовольная Жрица.

Во время дождя из лепестков мой жених успел шепнуть заклинание, поэтому не все упало на пол. Часть лепестков парила вокруг нас, закручиваясь лёгким полупрозрачным смерчем.

— Мирослава Залесская, — начал Эдвин моим новым именем. — Присягаю тебе на верность. Я принимаю тебя, моя любовь, и клянусь отдать тебе все, что имею. Клянусь заботиться о тебе всем сердцем.

Его обещание было коротким и ёмким, искренним. Я чувствовала и знала, что для него сказанные слова — не пустой звук.

— Присягаю на верность тебе, Эдвин Дерольд, — мой голос дрожал. — Я буду с тобой в радости и печали, в богатстве и нищете, в здоровье и болезни.

Эдвин смотрел на меня восторженными глазами, в которых плескалась нежность. И она находила отражение в моей душе.

А когда было сказано, что жених может поцеловать невесту, я прижалась к Эдвину, и мир перестал существовать. Остался лишь блаженный момент, полный любви и надежды.

Я знала, что это начало нашей сказки. Лишь первая глава истории, в которой мы поймем, что истинная магия жизни заключается в наших сердцах и в бесконечном даре любви, которой мы делимся друг с другом.

Глава 20. Пир на весь мир

Волки и медведи накрыли один очень длинный стол, который начинался во дворе моего дома и заканчивался далеко за его пределами. Кто-то вынес музыкальные инструменты, а другие подняли над крышами уже построенных домов флаги королевства с черным силуэтом дерева. Так, если верить преданиям, выглядело знамя Чернолесья. Старший принц смог спуститься к общему столу и поднял тост за молодых, а потом даже станцевал один вальс со своей спасительницей Эделин. Девушка расцвела за пару минут, и потом уже не могла остановиться. Она плясала под каждую веселую мелодию, впрочем, игнорируя всех кавалеров, приглашающих её на танец. Мы с Эдвином переглянулись. Кажется, и у моего мужа больше не оставалось сомнений в личности будущей королевы. И вот тут начиналось самое забавное.

— Ты тоже вспомнила те глупые гадания? — шепнул он мне на ухо и зарылся носом в волосы.

— Сам ты глупый, Дерольд, — фыркнула я. — Карты Судьбы никогда не врут. Просто толковать их может далеко не каждая ведьма. И дело даже не в магии, а в опыте. Нужно хорошенько потренироваться, прежде чем научишься трактовать образы. Я же была тогда молодой и неопытной ведьмочкой, немудрено, что не смогла рассказать всё от и до.

Речь шла о случае, когда мы с Эдвином только начали находить общий язык. Я осваивала колоду новых гадальных карт и разложила на судьбу Аргена. Оборачиваясь назад, я могу сказать, что большая часть уже сбылась. Он раскрыл в себе дар боевого мага, побывал на грани жизни и смерти, а вернула его условная дочь пастуха. Теперь предполагалось, что он на ней женится и станет отцом троих замечательных мальчуганов, с которых начнется эра расцвета нашего государства.

На Сильвера я раскладывала тоже, но уже позже. Его будущее должно быть связано с путешествиями в дальние страны и девушкой в остроконечной шляпке. Так обычно карты показывали ведьм. Потому-то юноша и положил на меня глаз, как я предполагала. Но, увы, ответить взаимностью младшему принцу было не в моей власти. Я любила другого.

— Погадаешь мне? — вдруг попросил Дерольд.

— Мои карты остались где-то во дворце, — не без грусти ответила я.

— Ром смотался за ними, пока ты наряжалась, — улыбнулся мой муж. — Должен же я преподнести тебе что-то в честь нашей свадьбы.

— Мои же карты? — притворно возмутилась я. — Да я вышла замуж за скрягу! Где мои бриллианты и дома на побережье?

— Будут, — пообещал он, чмокнул меня в нос и достал из внутреннего кармана камзола мешочек с моими картами. — Погадай, красавица.

Я вынула колоду и ласково погладила её кончиками пальцев. Карты ответили теплом, а это значило, что они всё ещё были готовы работать на меня.

Я тасовала их с такой аккуратностью и нежностью, что сама себя забавляла. Однако ничего не могла поделать с трепетом, поселившимся в душе.

— Твой вопрос? — мягко напомнила Эдвину я.

Мои пальцы легко скользили по краям карт, словно танцевали на их поверхности. Прикосновения мягко уговаривали откликнуться, словно приглашая в наш мир неведомую силу. И карты покорялись, нежно наклоняясь друг к другу, словно волнуясь от ожидания будущего. По мере того, как я тщательно перекладывала карты, множество возможностей и путей смешивались. Ритмичные движения создавали интригующую симфонию звуков, которую понимала лишь я.

— Что мне нужно сделать, чтобы вернуть принцу Аргену трон?

Карты слегка завибрировали, принимая запрос от Эдвина, и я довольно улыбнулась. Да, мои хорошие, вот так. Мамочка скучала!

— Приняла.

Мне казалось, что карты в моих руках начали превращаться в полупрозрачную ткань, которая воплощала судьбу и предсказывала грядущие события. Я уже слышала шепот, неуловимый обычным слухом. Мои руки стали средством, через которое проникали образы и символы. Они переплетались, создавая запутанные смысловые узоры, которые только я могла расшифровать.

Это было моё путешествие во времени и пространстве, где прошлое, настоящее и будущее сливались воедино.

Затем карты начинали возвращать свою форму. Они снова собрались вместе, словно кусочки головоломки. Вот тогда я и стала выкладывать карты на стол, почувствовав, что они готовы рассказать мне историю.

— Образы яркие, — начала я, только теперь заметив, что стол возле меня освободили. — Я видела водопад и болото с лягушками.

Палец сам собой указал на карту с нарисованным ковшом воды, которую держала на голове полуобнаженная девушка. Я всмотрелась в неё и продолжила:

— Молодое поколение, новое. Нужно опираться не на тех, кого ты считаешь опытными и проверенными, нет. А на птенцов, — и снова я показала на карту, на этот раз с милым жёлтым цыплёнком. — Возьми за основу тех, кто ещё не успел продаться. Принципиальных, полных юношеского максимализма и желания сделать мир лучше.

— Взять толпу школьников и вручить им оружие? — хмыкнул Эдвин.

На него шикнули и шепотом попросили меня продолжить. Будто я могла остановиться. Нет, процесс уже был запущен. Теперь я сказала бы все, что поймала из поля, даже если бы окружающие пытались заткнуть меня силой.

— Не зацикливайся на том, как делать правильно, — я раскладывала карты дальше. — Позволь судьбе вести тебя. До сих пор она отлично справлялась. Ведь ты не ушел с остальными магами обратно в столицу, а остался в Тихом. Чтобы встретить меня и жениться.

— Вот уж сомнительное счастье, — пошутил старший принц.

— Какое есть, — фыркнула я. — Нечего гневить богов. Дареной ведьме, как говорится, под шляпу не заглядывают. А ты вообще молчи. Иначе на тебя отдельный расклад сделаю!

— Молчу-молчу!

— Итак, что нужно сделать, чтобы победить, — поцокала я языком. Карты ложились одна на другую. — Башня, молот, гроза… Снести все старое, прогнившее, испорченное. Крови будет много, смертей тоже. Вижу одну битву, но очень масштабную. Трон без меча не вернуть. Хитрость и закон нам не помогут. Только сила.

— Ещё что-то?

— Угу. Тут старец выпал, обычно он символизирует возвращение к корням, — задумалась я. — Но конкретно тут я бы скорее сказала, что нужно вспомнить уроки наставников.

И вот тут Эдвин замер. Всего на мгновение закрыл глаза, а потом улыбнулся такой пробирающей до костей улыбкой, что мне заранее стало жаль всех заговорщиков. Ну вот, зря они его не убили, правда. Нужно было убить, расчленить и закопать в семи разных местах. Чтобы уж точно не восстал из мертвых и не отомстил. Потому что улыбка была пугающая, но я уже это говорила, да?

— Любимая, ты простишь мне, если я прогуляю первую брачную ночь?

— Не успели пожениться, а он уже отлынивает от супружеского долга, — пожаловалась я своим домочадцам.

— Верну с процентами, — пообещал он, щелкнул пальцами, сменив одежду на свой привычных боевой костюм, и заявил: — Аргена заберу с собой. Вернусь через неделю. Будь добра, подари принцу человеческий вид к тому времени. Очень надо.

Потом мой муж поцеловал меня на прощанье и попросил Птица открыть ему портал к границе леса. У меня метлы под рукой не было, поэтому просил он не меня. А вообще, если бы она у меня под рукой все же имелась, то я скорее всего сломала бы об хребет мужа.

Но растерялась. Смотрела на то место, где за принцем и Эдвином схлопнулась воронка портала, и думала: что за гениальная мысль пришла в голову моему мужу? И стоило ли вообще за него выходить, раз у него в день нашей свадьбы обнаружились дела поважнее?

— Мужчины! — возмутилась Кора, наливая мне разбавленного вина. — Вечно им судьбы мира важнее собственной.

И злиться я перестала. Понятно же, что Дерольд придумал что-то, чтобы прихлопнуть заговорщиков. Что именно? А какое мне дело. Попросит о помощи — не откажу. А если нет, у меня и в Чернолесье дел полно. В конце концов, принцев я спасла. Одного так точно. Верну второму тело, и можно смело заявить, что все долги короне я выплатила. А пока…

— Кому погадать? — спросила я у своих волшебных подданных.

И начался круговорот раскладов.

Глава 21. Оборотное зелье

Оборотное зелье бурлило и издавало немного пугающие чавкающие звуки. Я тяжело вздохнула и вылила субстанцию за окно и в пятый раз проговорила заклинание очищения для котла.

— Попытка номер шесть, — провозгласила я, перелистывая страницу с неудачным рецептом и на ходу сочиняя новый.

Зельеварение — настолько же творческий процесс, насколько и точный. Для правильного эффекта требуется вычислить дозировку с точностью до одного грамма. Это раньше ведьмы варили на глаз, зачастую оставаясь без этого самого глаза. Теперь же мы знали, что необходимо четко следовать рецептуре.

Проблемы начинались, когда рецепта не было. Ну не превращал никто до меня принцев в котов сначала на время, а потом продлив экзекуцию. И вот, как мне казалось, основная проблема была в том, что Сильвер — принц.

— А что если?...

Я прикусила губу и приступила к тому, чего зарекалась никогда не делать. К импровизации в зельеварении. Сверкающие кристаллы лунного камня легли на дно миски. Они были ключом к силам, которые просыпаются у ведьм лишь в полнолуние. Маленькая хитрость позволяла не привязываться к лунному циклу, да. За основу зелья я решила взять пюре пурпурника, который хранила в стеклянном флаконе, наполненном эссенцией моей магической сущности. Да-да, в крови. Я аккуратно распечатала его, выпустив воздух с громким “чпок”. Вынула пинцетом плотные листья с пурпурными прожилками, сняла внешнюю оболочку, а гелеобразное содержимое листьев хорошенько подавила маленькой толкушкой. Взвесила и вписала в рецепт, а затем выложила тонким слоем прямо поверх лунных кристаллов.

Темные волокна тающего мха, собранные в моем Черном лесу нарезала очень мелкими кусочками, взвесила и отправила следом. Густой аромат их смолы заполнил воздух, создавая необычное настроение. Где-то внутри зрела уверенность, что я все делала правильно.

— Невероятно, — пробормотала я, записывая дозировки.

Я брала ингредиенты наугад, но все граммовки были удивительно точными. Мха ровно в два раза больше, чем сока пурпурника. Камней на дне семь, а значит на каждый камень приходилось одинаковое количество других продуктов. Ещё с десяток сушеных трав, перемолотых в муку, отправились следом, а затем я уменьшила огонь под котелком до самого маленького.

Пришло время добавить Слезы Русалки, воду из подземного ключа, куда ни одному человеку не добраться. А вот русалкам это труда не составляло. Стоит ли говорить, что в Черолесье хвостатые красавицы нашли новый дом, а Слезы принесли в качестве своего дара?

Розоватые капли растворялись среди других ингредиентов, придавая зелью новый цвет. Каждая капля была усилена моим заклинанием, а потому набирала куда большую мощь, чем до того. Я досчитала до тридцати, перемешала снадобье ещё раз, а затем потушила пламя и прошептала заклинание мгновенного остывания.

— Кто тут самая крутая ведьма? — возликовала я.

Птиц, наблюдавший за моими потугами вторые сутки, совсем по-человечески закатил глаза. Я не стала обращать внимание на его пантомимы. Хватило язвительных комментариев. Пришлось затыкать говорливого ворона проклятьем. Конечно, он его скинул через пару минут, рассказал мне, какая я отвратительная Хозяйка леса, но… Потом обиделся и молчал до сих пор. С самого утра, между прочим.

Я громко зевнула и хлебнула бодрящего настоя из фарфорового чайничка.

Эдвина не было уже четыре дня. За это время Ромус был во дворце восемь раз, каждый раз принося оттуда какие-нибудь мелочи для поднятия моего настроения. Сервиз, подаренный королевой, был третьим даром. И теперь стоял на стеллаже в гостиной. Стеллаж, кстати, домовой принёс сразу после сервиза.

— Будешь тестировать сразу на принце? — нарушил свой бойкот Птиц.

Я задумалась на пару мгновений. С одной стороны, нехорошо делать из второго наследника престола подопытного кролика. А с другой… Ну где мне взять другого проклятого носителя королевской крови? Ведь если я права, то именно из-за его особой крови у меня не получилось снять проклятие обычными методами.

Фокус состоял в том, что сейчас во мне частично текла та же кровь, что и в принцах. Рубин, который я спрятала в собственных венах, изменил её структуру. Так что я вполне могла сойти за троюродную сестрёнку принцев. Здорово, правда? Для приготовления зелья — точно да. Потому что по-хорошему стоило вымачивать пурпурник в крови Сильвера, собранной до его превращения в кота. В крайнем случае — использовать кровь Аргена. Но вот незадача! Будущий король пропадал где-то вместе с моим мужем. И даже зеркало не могло их отыскать. Где же они спрятались, что столь мощный артефакт не мог дотянуться до них? Видимо, очень далеко.

— У меня нет под рукой другого заколдованного королевского отпрыска, — проговорила я вслух очевидное.

— Почему все ведьмы как ведьмы, а моя бестолковая? — спросил у вселенной Птиц. — Кровь в зелье чья?

— Моя.

— Почему она подошла?

— Из-за рубина, — послушно ответила я. Многие вещи я последние двое суток проговаривала вслух, поэтому Птиц был в курсе всех деталей. Я не боялась предательства с его стороны. Книги, доставшиеся от моей предшественницы, четко давали понять, что предать меня дух леса не сможет ни при каких обстоятельствах.

— Как ты растворила рубин в своей крови?

— Заколдовала… То есть практически прокляла, изменила его структуру. Точно так же как структуру тела Сильвера!

— Наконец-то, — ворон нетерпеливо взмахнул крыльями. — Выпей его сама. Если зелье рабочее, то корона вернет истинную форму.

Гениально и безумно, да.

— То есть рисковать жизнью принца нельзя, я моей — на здоровье?

— В своём лесу ты почти неуязвима, — пояснил Птиц. — Тем более сейчас, когда круги стали вновь появляться на ежедневной основе.

О, круги были нашей второй головной болью. Пришлось организовать патрули в лесу и отмечать опасные места на карте у моего дома. Некоторые иномирные порталы пропадали сразу, а другие становились постоянными. Были и мерцающие — они исчезали, но потом вновь появлялись на том же самом месте. Сейчас Терин как раз пытался выявить закономерность таких скачков. По одному из двух таких кругов у него даже получилось понять периодичность.

— Как же уничтожили других хозяек?

— Ослабили лес, — признал он. — Где-то отравили воду, где-то почву. Некоторых хозяек выманили за пределы их владений, чтобы убить.

Я кивнула, принимая его слова во внимание. Бередить раны Птица не хотелось, но мы все равно раз за разом возвращались к воспоминаниям о гибели его прошлой соратницы. Мне не хотелось допустить её ошибок, поэтому я старалась учесть то, что упустила она и все её современницы. Усилила границу леса, экипировала умертвий усиливающими артефактами, вплотную занялась изучением кругов. Конечно, мяукающий Сильвер сильно отвлекал от проблем леса, однако теперь я нашла решение его проблемы. А значит, могла вернуться к чтению гримуаров предыдущей Хозяйки Чернолесья.

— Была не была! — решила я.

Пока не успела передумать, набрала полную кружку зелья и залпом осушила её. Мир пошатнулся.

Глава 22. Память предков

Солнце ярко сияло над главной площадью города, когда толпа собралась, чтобы стать свидетелем одного из самых мрачных событий в истории. Ричард Третий, связанный цепями, стоял на плахе, в его глазах жило спокойствие, смирение и поистине королевскую гордость.

Окружавшие его стражники уже были одеты в черные, символизирующие их скорбь и неотвратимость смерти правителя, кители. Фернан, главный палач и шавка младшего брата Ричарда, поднялся вслед за ним. Шум толпы на площади стих, когда молчаливый палач вышел на центральную сцену. Он наслаждался моментом и даже не скрывал этого. Жизнь бывшего хозяина теперь в руках того, кому он когда-то отдавал команды. Иронично, не правда ли?

Приговор никто не зачитывал. Все понимали, за что на самом деле казнят короля. Бывшего короля, которому присягали на верность все от стражников до министров.

Раздался короткий звук, и рука Фернана сжала рукоять огромного меча. Искры магии вспыхнули, поднимая старинный артефакт в воздух. Одно мгновение изменило все. Лезвие меча сверкнуло в лучах солнца. Голова Ричарда Третьего упала на деревянный помост с глухим стуком. В тот миг время остановилось, а народ в оцепенении замер.

На главной площади города, где король некогда гордо заявлял о завершении войны и обещал процветание народу, теперь стояло гробовое молчание. Ричард Третий стал частью истории.

Последнее, что он видел — девушка в первом ряду. Толстые черные косы, глаза цвета беспокойного моря. И губы, что шептали молитву о его грешной душе. Или она читала заклинание?

***

Элеонора переживала муки родов уже почти сутки. Вся ее надежда и ожидание были сосредоточены на этом моменте — рождении ее первенца, наследника престола и сына самого лучшего мужчины на земле.

Наконец, последние мучительные мгновения прекратились, и королева услышала первый пронзительный вопль своего ребенка. Сердце ее застыло в груди, и в тот же миг её охватил страх. Глядя на маленькое существо, которое держала повитуха, Элеонора с ужасом заметила, что его кожа была иссиня черной, а между губ мелькнул раздвоенный язык.

— О боги! Я родила чудовище?

Никто не ответил. Малыш больше не плакал и не кричал. Кожа его приобрела нормальный цвет, и все сделали вид, что ничего не произошло.

— Ребёнок мёртв, — внезапно сказала повитуха, отвлекая королеву. — Умер после первого крика.

— Нет! Нет! — ее голос эхом отражался от стен полупустой комнаты.

Она уже предвкушала счастье материнства, но теперь все рухнуло, остались лишь боль и пустота. Звериная тоска. Ее плач наполнил комнату, ее голос прерывался от боли, и ее сердце обливалось кровью. В ее разрывающейся душе тлела безумная надежда — мечта о чуде, о том, что ее ребенок всё-таки жив. Она отчаянно просила повитуху проверить еще раз, умоляла, чтобы ее сокровище было спасено.

Старуха согласилась. Осмотрела младенца вновь и повторила: “Извините, Ваше Величество, но ребенок мертв".

Малыша вынесли из дворца помощницы повитухи. Успели ровно до того момента, как он снова заплакал.

***Когда я была маленькой и наивной ведьмочкой, то читала разные сказки. В них, например, говорилось о ведьме Сении, что спряталась в лесу от инквизиторов. В тех же сказках я нашла очень не научную и глупую теорию о памяти рода. Якобы каждое магическое существо хранит в себе воспоминания всех своих предков, что были родственниками по крови. Чем сильнее род в магическом смысле, тем больше вместительность такого особого компонента крови всех его членов. И надо же такому случиться? Королевский род по своей сути — самый магически одаренный в нашей стране.

— Как же хочется сдохнуть, — застонала я, нащупывая рукой чашку с отваром. — Эделин, не жалей меда, я и так страдаю!

— Сейчас добавлю, — пообещала она. Забрала своё варево и вернула мне его через пару мгновений уже подслащенным. Я сделала пару глотков и откинулась на подушку. — Легчает?

— Теперь мне хочется убивать, — слабо кивнула я.

— Зато корону вернула, — нашёл положительный момент в этой ситуации Птиц. — И тело принцу можно вернуть в любой момент.

— А с ним и воспоминания о смерти родителей, годах правления дедушек и бабушек, казнях и дворцовых интригах давностью в пару-тройку столетий… Ох, мамочка! Неси таз скорее, Лин!

Девушка метнулась за деревянным корытцем и подтащила его к кровати. Меня вывернуло в третий раз за последний час. По моей просьбе, Эделин записывала все побочные эффекты рядом с рецептом моего гениального зелья. И надо признать, почерк у нее оказался неплохой. Лучше моего собственного.

— Я не уверена, что Сильверу стоит это пить, — простонала я, когда прополоскала рот. — Подохнет ещё!

— Эдвин скоро вернётся, — напомнил Птиц.

Я помнила. Ждала и считала дни, слепо веря, что с ним все в порядке. Я не знала ничего о планах мужа касательно переворота. Оставалось лишь надеяться на его острый ум и умение планировать очень масштабные операции. Мне такие и не снились. Так что у Эдвина были все шансы вновь посадить на трон законного наследника престола. А я… А мне нужно было второго наследника снова сделать человеком. Не так уж и сложно, если подумать.

— Ладно, тащите кота, — сдалась я.

Пока я с трудом усаживалась на кровати, периодически вновь и вновь переживая вспышки воспоминаний, рубин на короне, лежащей на подушке рядом, вновь наливался красным цветом. И чем сильнее он краснел, тем легче мне становилось. Картинки блекли, голоса в голове стихали.

Эделин принесла Сильвера и с особой осторожностью положила его на мои колени, а потом подала склянку с зельем и пипетку. Я уложила кота вверх брюхом, погладила мордочку и попросила:

— Скажи-ка: “Ааа”, твое высочество!

Принц фыркнул и открыл рот, чтобы я могла удобно напоить его зельем. На вкус оно было вполне сносным, и пару минут кот просто облизывался, словно ни в чем не бывало. Но затем…

Я не успела уловить момент, когда вместо кота на мне оказался юноша. Он сидел на моих коленях лицом ко мне и выглядел довольным донельзя.

— Наконец-то, — ослепительно улыбнулся Сильвер. — Свобода!

— Голова не кружится? — я пощупала лоб своего подопытного и заглянула в его глаза. — Тошнота, калейдоскоп образов? Чужие назойливые эмоции? Что-нибудь беспокоит?

— Есть хочется, — после недолгой паузы признался он. — А так ничего.

Я до сих пор ловила отголоски воспоминаний, а заодно и весь спектр неприятных ощущений. Поэтому хорошее состояние Сильвера меня несколько раздражало. Но еще больше меня нервировало непонимание, почему сказочная память рода проснулась у меня, хотя настоящим носителем рода я не была. И какой именно из компонентов зелья на это повлиял? Одни загадки!

— Слезай, — велела я. — Эделин тебя накормит. А мне нужно подумать. И почитать.

Глава 23. Красные нити

На стене в моей спальне теперь висело древо королевского рода. Я воссоздала его по книгам, а потом дополняла по своим видениям после зелья. Как говорится, владеющий информацией владеет миром… или головной болью. Я была склонна ко второму варианту. Потому что власти новые знания не давали, а вот проблем будто грозили добавить.

По всему получалось, что первенец Элеоноры, который якобы родился мёртвым, был сыном Ричарда. За связь со своей женой его родной брат и сверг, а потом казнил. А жену не смог, любил абсолютно больной и неадекватной любовью. Даже хотел признать сына своим, но повитуха отчего-то сделала вид, что малыш умер. Если предположить, будто наследник выжил и благополучно вырос, то где-то в мире сейчас гуляют его много раз “пра-” внуки.

И вот тут вопрос на миллион золотых. Не потому ли мне показали все эти образы, чтобы предостеречь, кто на самом деле стоит за переворотом? Мало ли, какие там мстительные ребята собрались. Вынашивали веками план возмездия, а теперь сидят в тени и наблюдают, как лихо все обставили.

— Или наоборот? — я подвязала последнюю красную нить, символизирующую родственную связь между безымянным ребенком и Элеонорой.

Маловероятно, но вдруг дальние родственники Сильвера и Аргена на самом деле могут стать нашими союзниками? Хотя какой им от того прок? На трон все равно сядет Арген, мы с Эдвином об этом позаботимся лично. Он уже в процессе заботы, аж пропал на неделю. Ни слуху, ни духу, даже зеркалом до него не дотянуться. И не предупредить о новых вводных! Вдруг появление новой родни принцев сорвет Дерольду все планы?

— А ещё ведь есть раздвоенный язык…

Действительно. Я не нашла ни одного свидетельства о рождении детей, чьё тело при рождении было столь необычного цвета. Были легенды о тех, кого якобы прокляла Ехидна. Но в дневниках бывшей Хозяйки Чернолесья весь поклеп на покровительницу ведьм развенчивался. Не ела Змеедева младенцев, не проклинала беременных женщин и мужиков чужих не соблазняла. У неё вроде как свой имелся. Загадочный, но любимый.

Я отвлеклась от разглядывания древа на сигнал от леса. Кто-то перешагнул границу, а потом и вовсе перенесся порталом в мою спальню. Я действовала не раздумывая: схватила метлу и создала на ладони фаербол.

— Иногда мне кажется, тебя ни на секунду нельзя оставить одну, — улыбнулся мой муж, с интересом посматривая на огненный шар в моей руке. Шар получился что надо. Мощный такой, размером с мою голову. — А уж тем более на неделю.

— Вот и не оставляй, — разрешила я, развеивая боевое заклинание.

Отложила метлу в сторону и бросилась к Эдвину на шею. Он поймал меня и закружил на месте, чудом не сшибая мебель и вездесущие книжные баррикады.

— Соскучилась?

— Как шахтер по солнцу, — ответила, не задумываясь. — Я волновалась за тебя. Мог хотя бы записку прислать, что жив-здоров.

— Не мог, родная, — он поставил меня на ноги и зарылся носом в мои волосы. — Оттуда, где я был, почту не доставляют.

— Расскажешь?

— Конечно, — Дерольд кивнул и выпустил меня из объятий. — Но для начала скажи, получилось ли вернуть Сильверу его тело?

— Да, — я намотала на палец прядь своих вновь темных волос. — А заодно вернула короне первоначальный вид, а себе причёску. И ты не представляешь, через что мне пришлось потом пройти. Так погано мне не было даже после недельной свадьбы принцессы Нарибии. А ты помнишь, какое тогда было похмелье.

— О да!

— Память предков — хуже самого лютого похмелья, — я поморщилась, вспоминая, как меня крыло. — Но есть и польза. Выяснилось, что в роду Аргена и Сильвера был неучтенный предок. Он родился от внебрачной связи и был признан мёртвым. Если мальчик выжил, то мог оставить после себя потомство. Если я права, то революцию мог организовать далеко не кузен Её Величества, мира её душе.

— Вот как? — Эдвин перевёл взгляд на генеалогическое древо, занявшее одну из стен моей спальни. — Ты потрясающая.

Секунда тишины. А затем Дерольд от души рассмеялся. Заливисто, до слёз. Хохотал так, будто я рассказала ему самую смешную историю в жизни.

— Ты на ядовитых болотах эту неделю торчал? — проворчала я. — Что смешного? Я тебе о новых вводных рассказываю. Говорю, что переворот мог быть организован совершенно другими людьми. А ты меня на смех поднимаешь?

— Прости, любимая. Но когда я расскажу тебе, где я был, ты разделишь моё веселье.

***Пять сотен лет назад единственный сын Ричарда Третьего, непризнанный наследник престола, от которого, как он думал, отказалась родная мать из-за врожденного уродства, написал “Змеиный Дневник”. Альберта воспитывала повитуха, ослушавшаяся приказа убить принца в младенчестве. Она называла его сыном, но не скрывала правду о его рождения.

Когда мальчику было пятнадцать, пожилая женщина умерла, оставив его одного. Тогда он ушёл в горы отшельником, где писал обо всех особенностях своей магии. Он изучал себя каждый день, проверял на прочность собственное тело, иногда вытворяя просто ужасные вещи. К семнадцати его тело покрылось чешуёй, к двадцати пяти он сумел научиться прятать её одной лишь силой мысли, а к тридцати — частично наращивать как броню.

Чтобы испытать свою природную кольчугу в бою, он пошёл наемником в армию своего венценосного дяди под выдуманным именем. Бился бок о бок с другими солдатами, доблестно защищал родину. Мог ли он попытаться захватить престол? Вполне. В армии Альберт пользовался уважением, на его сторону встали бы многие. Но ему не нужна была корона. А что ему нужно было? Да Змеедева знает!

Когда очередная война закончилась, Альберт женился на девушке из бедного, но знатного рода. Полюбил её всей душой, увез в горы, где жил в юности, и построил там имение. Патрисия родила мужу семерых сыновей. И все они родились с иссиня чёрной кожей.

— Семь неучтенных ветвей королевского рода, — я застонала в голос. — Семь, Эдвин!

— Дальше больше, — хмыкнул он. — У каждого из сыновей Ричарда Четвертого родилось минимум по три ребёнка.

Я застонала ещё громче. Веселье мужа разделить не получалось. Я готова была об стену головой биться, но для этого пришлось бы выпутаться из тёплых объятий лучшего из мужчин. Потому я терпела.

— Наплодил, чтоб ему!

— И не говори! Семейство получилось на диво плодовитое. Вскоре оно так разрослось, что расселилось далеко за пределы гор. Но с пятнадцати лет всех юнош присылали в имение Ричарда, где они проходили обучение. Знаешь, о каком роде мы говорим?

— О королевском, — без сомнений ответила я.

— Ты не слушаешь, — цокнул Эдвин языком. — Ричард придумал себе фамилию, получил титул. Он основал новый род. Понимаешь?

— О, — я припомнила карту королевства и без труда назвала четыре рода, чьи имения располагались в горах: — Маринс, Кармэль, Тайнир или Дерольд.

— Да, душа моя, — муж поцеловал меня в висок. — Дерольд.

И вот теперь я замерла. На мгновение появилась и исчезла мысль о том, что Эдвин всё же причастен к заговору, но я отмела её сразу. Да, мотив стал куда весомее. Однако я решила верить своему мужчине и не собиралась отступаться от своего решения.

— Ты потомок королевского рода?

— Один из двух сотен ныне живущих, — подтвердил он. — Не все носят фамилию Дерольд, но все имеют общую кровь. И магический потенциал немногим меньше моего. И каждый обучен моим наставником по той же программе, что учили меня. “Змеиное гнездо” — так мы называем имение. Знаешь, почему?

Я не знала. Пока в моей голове с трудом умещалась полученная информация.

На юге страны несколько столетий существовало военизированное формирование с кучей неучтенных магов. Мало того. Каждый член этого рода-формирования имел общую кровь с королем.

— Получается, если корона попадет не в те руки, то с её помощью найдут не только Аргена и Сильвера, но и двести других магов.

— Именно так, — не стал отрицать Эдвин. — Ты ещё не знаешь самого интересного. Ричард Третий, отец основателя моего рода, был первым носителем особой крови. Мы думаем, что его мать была уроженкой другого мира. Есть легенды, что это Змеедева, но дневники Ричарда Третьего это опровергают. Сыновья рода Дерольд своего рода змеелюди. Мы не отращиваем хвост, но можем прикрывать тело чешуёй для защиты. Уровень магии выше, чем у многих других людей.

Я допускала, что муж способности своих родственников приукрашивал. Вряд ли где-то в мире есть второй такой же умелый боевой маг. Тут даже дело не в силе, а в том, как он мастерски ею пользовался. Тот же Арген мог переплюнуть его по уровню, но в бою Эдвин раскатал бы старшего принца тонким слоем. Он вообще кого угодно бы раскатал. Я-то знаю, мне пришлось от него убегать.

Однако вполне возможно, что часть его способностей — не просто талант, а родовой дар. Есть же семьи, где у всех дочерей исключительный талант к пению и музицированию. А вот у Дерольдов — чешуя и талант к магии. У всех Дерольдов!

— Здорово, — медленно проговорила я. — Но было бы просто прекрасно узнать о том, что наш сын будет какой-то другой расы, немного раньше. Не находишь?

И замереть пришлось во второй раз. А что если память предков проснулась не из-за камня, растворенного в крови? В каких случаях в организме женщины может находиться кровь иного рода?

— Брось на меня диагност, пожалуйста, — попросила я.

Эдвин исполнил мой каприз без вопросов и возражений. Щелкнул пальцами, внимательно просмотрел ответ от заклинания. И расплылся в улыбке. А я даже дышать перестала, волнение накрыло с головой. Неужели?..

— Заказывать Коре пинетки?

— О да! Со змеиным узором повторит?

Я стукнула его ладонью по лбу и счастливо рассмеялась. Всё же не зря оборотни заложили столько спален в доме. Ой не зря!

Глава 24. Неожиданное

Я сидела в своей комнате, глядя в одну точку. Мое сердце билось так быстро, что я чувствовала, будто внутри меня разыгрывается заводной концерт целого оркестра барабанщиков. Шок немного прошёл, на его место пришёл целый калейдоскоп эмоций.

Я была не просто рада, а по-настоящему счастлива. Под моим сердцем жил ребёнок любимого мужчины. Срок невероятно маленький, сейчас наш малыш ещё даже не похож на человека. Однако он уже есть! Вероятно, мы с Эдвином зачали его в ту самую ночь, когда решили, что можем стать родителями. Магия? Нет, скорее чудо. Подарок всех богов, невероятное везение.

Но мне было страшно. По многим и многим причинам. Сможем ли мы защитить ребёнка? Родится ли он здоровым? А чему его учить? Мы с Дерольдом умеем выполнять задания, спасать корону и членов королевской семьи. Что прививать нашему сыну. А если это будет дочь? Её ещё нужно будет выдать замуж за достойного человека. И приданое. Нужно собрать достойное приданое не только для замужества, но и для ведьмовской практики. Самые лучшие книги, инвентарь.

— Отставить панику, — скомандовал муж. — Ты обучала принцев, а у меня куча племянников. Что мы, с одним младенцем не справимся?

— Твои племянники — наполовину змеи, — возразила я. — А я одного из принцев прекратила в кота!

— Мира, душа моя, ну не плачь. Мы справимся. Мы готовы.

Я честно попыталась успокоиться. В конце концов, я бывшая королевская ведьма и нынешняя Хозяйка Чернолесья. Неужели, меня так легко выбить из колеи? Я ведь…

— Иди сюда, маленькая, — Эдвин обнял меня, окружая своей силой и уверенностью, позволил спрятать лицо у себя на груди. — Чего ты плачешь, милая?

Эмоций было так много, что я не могла сдержать слезы. Просто не могла. Мир ощущался так, будто до сих пор я жила лишь вполсилы, а теперь все непрожитое хлынуло прямо в меня, в моё бедное сердце. Оно билось так громко и заполошно. Запредельно.

— Я просто очень счастлива, — утирая слезы, ответила я. — И немного напугана.

— Всё хорошо, всё будет хорошо, — Эдвин поцеловал меня в макушку. — Как назовём нашу дочь?

— Пусть сначала родится, — улыбнулась я. — Малыш родится , мы на него посмотрим — и решим, какое имя подходит.

— Звучит, как план, — рассмеялся Дерольд.

И от его грудного смеха стало спокойно и тепло. Действительно поверилось, что всё будет хорошо.

*** Все боеспособное потомство семьи Дерольд и её ответвлений стояло во дворе моего дома в сердце Чёрного леса. Одетое в родовые цвета, вооруженное до зубов и готовое к войне. Нет, это была не армия, но уверенный и довольно опасный отряд. И в его рядах стоял Арген.

— Брат! — завопил Сильвер за моей спиной и выбежал из дома навстречу старшему. — А я снова на своих двоих! И даже шерстью не блюю.

— Ваше Высочество! — попыталась призвать его к порядку я. — Вокруг дети.

Вокруг действительно были дети. Тут вообще много кого ошивалось от оборотней до дриад. И все следили за происходящим с интересом.

— Рад за тебя, — улыбался в ответ Арген. — Я уж думал, придётся закупать в аптекарских лавках корень валерианы.

Братья немного поговорили под куполом тишины, но быстро вспомнили о том, что их вообще-то ждет толпа народу.

В их числе и я. Потому что даже мне Эдвин не рассказывал, в чём заключается его план по возвращению престола принцам. Решил, что лучше рассказать всё один раз при всех, чем повторять каждому отдельно. Нервировало ли меня его молчание? Конечно. Но сейчас я думала совсем об ином. Сконцентрироваться на судьбе престола получалось с трудом. В конце концов, один план я уже придумала, и он не был связан с заговором.

— Итак, у нас есть идеи, товарищи родственники короля?

— Бывшего, настоящего или будущего? — своеобразно пошутил Сильвер. — А то королей как-то стало слишком много вокруг.

— А принцев ещё больше, — согласилась я. — И послать-то некого: куда не плюнь — все особы королевской крови.

— А ты не плюй, — посоветовал муж. — Но идея у нас есть. Звучит она безрассудно, однако, если всё пройдёт как мы задумали, то вскоре из дворца съедут занявшие его незаконно выскочки.

— Выскочки? — я не сдержала ехидный смешок. — Подсказать тебе пару словечек позабористее?

— Обязательно, но не сейчас, — Эдвин подмигнул мне. — Сейчас лучше обсудить, что нас ждёт в ближайшее время.

Обсуждение получилось жарким, однако оно того стоило. Из нескольких кособоких задумок мужчины составили вполне рабочий план.

Глава 25. Лекция о двух “л”

Когда я могла лишь мечтать о том, чтобы стать королевской ведьмой, приходилось изучать много информации, которая, как я думала, к этой работе отношения не имела. Например, основы законодательства. Так, я выучила два важных понятия. Легитимная и легальная власть. В предстоящей борьбе за трон нам придётся опираться на оба термина.

— Итак, легитимность — признание власти населением, а легальность — законность, соответствие правовым нормам, — объясняла я Сильверу, почему план Дерольда настолько сложный. После всех военных советов младший принц попросил меня о разговоре наедине и, смущаясь, спросил, почему бы просто не грохнуть нового короля. — Сейчас на стороне твоего дяди Алмара нет ни того, ни другого в полной мере. Его права на престол очень шаткие. По сути, он занял тронный зал только благодаря поддержке среди знати. Кого-то он купил, кого-то запугал. Однако мы уже узнали, что есть оставшиеся верными династии люди, которые до сих пор вхожи во дворец. А что самое важное — в палаты Думы. Их недостаточно много, поэтому провернуть финт с законным сложением полномочий не получится.

— Почему? — настаивал принц. — У Аргена больше прав на престол.

— Да, но заговорщики вполне могут заявить, что это вы с братом убили родителей. Дабы побыстрее получить власть в свои руки. Тогда Дума решит вопрос о престолонаследии не в вашу пользу. Повезет, если вас не казнят. И всё же, первый шаг — это мобилизация поддержки. Мы установили контакт с верными вам людьми во дворце и среди знати, живущей за пределами столицы. Второй шаг — поселить смуту в рядах заговорщиков. Сегодня к вечеру я разошлю пару десятков писем, чтобы пробудить ненависть друг ко другу среди новой знати. Главными целями будут Симон и Хромоножка, мы столкнем их лбами, как пытались столкнуть нас с Эдвином они. Только у нас это получится куда легче и изящнее.

— Не сомневаюсь, — хмыкнул Сильвер. — По части гадостей тебе нет равных.

— Приму за комплимент, — я отвесила принцу шутливый поклон. — Третий шаг — организация союзов. Этим тоже займусь я прямо сейчас. У меня есть список чиновников из других королевств. Это достаточно умные люди, понимающие, что Арген на троне гораздо полезнее и нам, и им. Уверена, что получу от них поддержку в виде парочки десятков вооруженных отрядов для зачистки заговорщиков на границах. В центральных регионах мы справимся и своими силами. Кстати, четвёртый шаг — подготовка сил. Этим занимался Эдвин в Змеином гнезде и продолжает заниматься сейчас в Чернолесье. Он продумывает, как захватить дворец и убрать всех заговорщиков внутри него, используя те человеческие ресурсы, что у нас есть. Разрабатывает план, уточняет роли каждого из членов команды. Если упростить, то эта часть плана выглядит примерно так. Поставить в караул дворца верных нам людей, выпустить из подземелья всех арестованных новой властью ведьм и магов, а потом общими силами вырезать всех, кто встал на сторону узурпатора. Самая важная роль, конечно, у домовых. Им предстоит партизанить на территории противника. Оборотни: и медведи, и волки выступают силовой поддержкой. Ну и так далее.

— Но на этом не всё?

— Нет, — я тяжело вздыхаю. — Допустим, убрав по-тихому продажных членов Думы, мы избежим обвинений в цареубистве. Но останется вопрос о легитимности власти. А он, поверь, куда как важнее. В первую очередь, нам нужно переменить на свою сторону всю армию. А для этого Арген первым же указом поднимет жалование тем, кто согласится принести присягу ему незамедлительно. Потом мы протолкнем закон, который позволит выдавать всем отслужившим в армии больше пяти лет небольшой участок земли. Сначала будем раздавать территории, которые отберем у заговорщиков, а потом перейдем на не освоенные, если будет необходимость. Так убьем одним выстрелом двух зайцев. Поощрим текущий состав вооруженных сил, заставим молодняк податься в солдаты, а ещё — наконец-то займемся расселением народа из центральных регионов по неосвоенным землям. Будем давать им беспроцентные займы, чтобы они могли запускать свое хозяйство.

— Звучит сложно, но очень разумно, — признал младший принц. — Но ведь одной армии недостаточно?

— Конечно, — легко согласилась я. — Знать мы наградим тем, что повысим их титул. Только самым преданным. Барон станет виконтом, виконт станет графом и так далее. Герцогов повышать некуда, но им можно выдать ордена. Они любят пафосные блестяшки.

— Этого недостаточно, — внезапно возражает он. — Герцогов не так много. Вряд ли все они останутся верными нам. Но тех, кто останется, нужно как-то выделить.

— Я бы предложила взять в жены кого-то из их дочерей, но вас всего двое. А Арген, похоже, нашел жену.

— У отца уже была договоренность на мой счет, — слегка морщится принц. — Не уверен, что мы можем переиграть это.

Ну с Аргеном ведь переиграем. Так что и Сильвер может изменить решение отца. К тому же, помолвки не было, иначе я точно знала бы, кого прочат ему в жены.

— Значит, придумаем что-то ещё, — я поправила свои укоротившиеся и потемневшие волосы. — Для горожан и крестьян мы пустим в народ слухи о том, что Алмар собирался поднять налоги. Учитывая, что он уже это сделал, как только уместил свою задницу на трон, нам легко поверят. К тому же, все газеты будут писать о том, как много балов проводит этот болван. Народ обозлится на него. А Арген вторым своим решением объявит во дворце годовой траур по родителям. То есть весь год не будет ни званых ужинов, ни приемов, ни балов. Он произнесет трогательную речь о том, куда пойдут средства, сэкономленные на светской жизни.

— Это не оттолкнет знать?

— Возможно, — я пожала плечами. — Но так мы уберем лишних людей из дворца на то время, пока будем вычищать остатки заговорщиков. Вычислить всех совсем уж быстро у нас не выйдет. А нужно проверить каждого секретаря и служанку.

— То есть всё будет так. Сначала длинная и долгая подготовка, потом мы пробираемся во дворец, вырезаем тех, кто точно на стороне злодеев, а потом год умасливаем подданных, чтобы не взбрыкнули?

— Я и так пересказывала сильно упрощенную версию, но ты и вовсе сделал наш многоуровневый план чем-то примитивным.

— И понятным, — добавил Сильвер.

— И понятным, — подтвердила я.

Глава 26. Страшная ночь

Можете считать меня старомодной, но я вышивала для себя рубаху с оберегом для беременных. На моем запястье уже был плетенный красный браслет из шерстяных нитей, на шее висела целая гроздь заговоренных пуговиц, а у камина всегда лежал особый кинжал, отгоняющий злых духов. И нет, я не считала это перебором. Потому что прекрасно знала, что злые духи и сглаз — это не просто страшилки, а очень даже реальная опасность для детей ведьмы. — Ты больше не ведьма, — напоминал мне с завидной регулярностью Птиц. — Ты Хозяйка леса. И твоя дочь — будущая хозяйка леса. Её защищает вся магия этого места.

Я не сдержалась — закатила глаза. Что Эдвин, что все остальные почему-то были абсолютно уверены, что у меня под сердцем растет девочка. Якобы Чернолесье и заставило меня так быстро понести, ибо ему не улыбается снова остаться сиротой, если вдруг я отброшу коньки.

— Лишним не будет, — в сотый раз отговорилась от Птица я. — Кстати, как там наш лес?

— Снова открылся портал, — ворон тяжко вздохнул. — Патрули усилили, но у нас осталось мало людей. Многие ушли с Дерольдом.

Птицу не нравилось мое желание и дальше участвовать в возвращении короны Аргену. Он не скрывал, что осуждает меня за то, что отправила обитателей своего леса на возможную смерть. Но я никого не принуждала. Эдвин рассказал им о том, как обстоят дела и предложил помочь ему. Большая часть взрослых мужчин согласились. Они не просили денег, не ждали благодарности. Просто решили, что Арген и Сильвер — часть леса. А раз так, то где бы они ни собирались жить в будущем, то они — одна семья со всеми нами. А семью мы всегда защищаем. Но теперь детям приходилось сидеть в домах и “квартирах”, а строительство нашего замечательного города приостановилось. А ведь нечисть продолжала стягиваться к границе Чернолесья, и мне уже становилось страшно, потому что места для всех тут точно не хватит.

— Мы обсуждаем это второй месяц, — я отложила вышивку в сторону и потерла глаза. — Сегодня ночью всё решится, и наши оборотни продолжат патрулировать и строить, строить и патрулировать. Делать всё во благо Чернолесья.

— Уж надеюсь, — цокнул он недовольно. — Ты сегодня полетишь с инспекцией?

— Конечно, — без сомнений ответила я.

Вообще-то последнюю неделю я от них отлынивала. Потому что была занята организацией больницы у нас в лесу, а ещё продумывала, как доставлять туда раненых из дворца. Птиц может сколько угодно думать, будто мне наплевать на тех, кого ранят или убьют. Однако правда в том, что снять Алмара сейчас просто необходимо. Он уже начал вести политику против ведьм. Сколько понадобится времени, чтобы новый король ополчился против Чернолесья? А с Аргеном у нас на этот счет своя договоренность. Он обещал Чернолесью автономию, а мне помощь в защите и развитии моих земель. Так что одним выстрелом я убивала сразу двух инквизиторов! Разве я не молодец? Молодец, знаю!

До самой ночи в лесу всё было тихо. Мы нашли один новый ведьмин круг, отметили его. Оттуда к нам вылезли милейшие пушистые зверьки, но были биты местными обитателями. Я не успела вмешаться, как пришельцев уже загнали обратно восвояси. Дриады утверждали, что лиловые тварюшки пытались сожрать саженцы магических растений, поэтому ругать никого я не стала. Больше происшествий не было. Больница стояла наготове. Мы с Эделин и Корой остались там дожидаться новостей. В качестве связных выступали Ромус и другие домовые. Перед тем, как началась атака, они подали нам знак. А потом начался ад. Раненных было немного, но каждый из них попадал к нам едва живым. Глубокие раны, ожоги боевыми зельями, отравления ядовитыми испарениями. Мы втроём работали сообща, мои помощницы смело бросались выполнять любые поручения. Никто не ныл из-за того, что приходилось вскрывать язвы или вычищать гной из магических ранений. Вонь стояла сумасшедшая, я держалась только благодаря противорвотному.

Но самый ужасный момент наступил, когда доставили Терина. Его на себе тащил молодой волк — Джастис. Оба оборотня были бледными, но вожак медведей уже потерял сознания. Кровь уходила слишком быстро, счёт пошёл на минуты.

Кора не выдержала первой — завизжала и выронила бинт. Она как раз накладывала повязку на другого пациента, когда появились оборотни.

Эделин едва не потеряла сознание. Пришлось отвесить ей пощёчину, а потом согнать с операционного стола сравнительно здорового змеёныша. Тот не пытался сопротивляться, но выглядел слегка обиженным. Чужие чувства я нагло проигнорировала. У меня выбор был между двумя бессознательными и им. Конечно, и отключенцев перенесут в койки, где за ними будут наблюдать подростки. Они будут отпаивать больных укрепляющими зельями, которых мы наготовили на настоящую армию.

Джастис без разговоров уложил Терина на стол. Пока он проделывал это, я глотнула из фляжки своего спасительного противорвотного, потом прошептала в миллионный раз очищающее заклинание, чтобы руки оставались стерильными. И приступила к попытке спасти самого верного жителя Чернолесья.

— Руку нужно найти, — коротко приказала я Джастису.

— Как я её там найду?

— Как хочешь, так и ищи, — отрезала я. — У нас есть пара часов. Тогда я попробую восстановить подвижность конечности.

— Магия высшего порядка, — пробормотал с подоконника Птиц. — Потянешь?

— Я-то? — насмешливо фыркнула, практически не задумываясь останавливая кровь. — У меня под боком целый лес, который щедро делится силой. Да, он пока не такой большой, как был раньше. Но восстановленной части хватит на сотню таких операций. Единственный момент — время. Восстановление сосудов и мышц это очень кропотливая работа… Эделин, неси “кровь”! Быстро!

Будущая королева метнулась к ларцу, где хранилось зелье, быстро восстанавливающее кровь. Варить его было долго и сложно. Но я понимала, что обойтись без него у нас никак не выйдет, так что хорошенько подготовилась.

— Осталось не так много, — отчиталась Эделин, подавая мне сразу три бутыля. — Ещё четыре порции.

— Плохо, — я не сдержала тяжёлого вздоха. Страх не справиться на мгновение захватил разум, но Джастис рванул искать руку Терина, и я заставила себя сбросить оцепенение. — Кора! Ты закончила с повязкой Релну? Тогда дуй сюда! Нужно влить “кровь” в твоего мужа. Правила помнишь?

— Не больше глотка за раз, — прошептала она и бросилась выполнять приказ. — Он выживет?

— Да, если поторопишься, — я продолжала возиться с сосудами, временно перекрывая места, где они оборвались. Срез на руке был ровным и чистым. Даже кость не раздробили, а будто аккуратно отпилили. Что за оружие используют проклятые заговорщики? И не будет ли жертв без конечностей слишком много? — Сейчас главный вопрос в том, сможет ли Терин обнимать тебя обеими руками. Но я постараюсь…

— Не запаивай так сильно, — вмешался Птиц. — Потом всё равно вскрывать, когда руку принесут.

— Лучше сделаю двойную работу, — отмахнулась я. — Если плохо запечатать сосуд, под давлением снова откроется кровотечение.

Я не знаю, сколько времени прошло, пока Джастис не принес руку. Испачканную в крови и грязи, но абсолютно целую и с таким же ровным срезом. На всякий случай я проверила, принадлежит ли конечность Терину, тщательно очистила её и приступила к тому, чтобы “пришить” на место. Кора и Эделин в это время работали с другими ранеными. Ромус дважды за это время приходил с докладом.

— Всё идёт по плану, — отчитывался он. — Принцы и Эдвин живы.

Я не требовала подробностей, довольствуясь тем, что никаких ужасных проблем нет. Моя работа заключалась в том, чтобы никто не умер. А войнушкой пусть занимаются те, кто сейчас по ту сторону порталов.

К рассвету Терина перевели в палату. Руку удалось вернуть, но впереди его ждали недели реабилитации. К сожалению, магически сделать всю работу я не могла. Очень многое теперь зависело от стараний и усердности самого оборотня. Однако зная его характер, я не сомневалась, что восстановление случится в рекордные сроки.

Поток пострадавших в битве за дворец иссяк к полудню. Я уже валилась с ног, но ждала отмашки от Ромуса. Мне нужно было точно знать, что больше раненых не доставят. И самое главное — что Эдвин, Арген и Сильвер в порядке.

— Арген вызвал Алмара на поединок, — наполовину высунувшись из портала, известил меня домовой. — Всё случилось быстро. Наследник вонзил меч в предателя и вернул корону.

Я слегка поморщилась. Для чего я вещала о легитимности и легальности власти, спрашивается? Народу нужна была законная казнь, а не поединок чести. Интересно, кому в голову пришла эта гениальная идея? Самому без пяти минут королю? Или подсказал кто-то?

— Нинель и Грету взяли?

— Нинель умерла. Нелепо споткнулась о собственное платье и напоролась на меч своего же телохранителя.

Я фыркнула. С каких пор королевской ведьме положен телохранитель? Что за чепуха? Впрочем, заговорщики в принципе делали глупые и странные вещи. Как можно начать гонения на ведьм, когда во дворце есть официальный представитель нашей профессии?

— А жена лжекороля?

— Грете удалось сбежать, но за ней отправили пару волков по следу, — Ромус хмыкнул. — Зачистка будет идти ещё пару дней, но вы можете отдохнуть. Больше раненых сегодня к вам не повезём.

Да, по плану Эдвин должен был подключить верного человека в столице. Лекаря с тремя умелыми учениками. На случай если будут те, кого нельзя транспортировать. Или если у меня закончится место. Так что со случайными жертвами, если такие ещё будут, профессионалы своего дела точно справятся.

— Спать, — велел Птиц и сам зевнул.

Я закатила глаза. До сих пор не могла привыкнуть, что вороны умеют зевать, смеяться и чихать. О подвижности и пластичности клюва моего полководца я и вовсе молчу. Иначе мой внутренний (не слишком развитый) орнитолог мог бы сойти с ума.

— Спать, — согласилась я.

Глава 27. Это любовь

Эдвин вернулся только через трое суток. К этому моменту наша импровизированная больница уже окончательно опустела. Хорошая новость — Терин сохранил руку. Я сомневалась, что он останется столь же искусным мастером, но держать в руках ложку снова научится. Плохая новость — погибшие всё же были. Один из молодых волков, двое из “Змеиного гнезда” и неизвестное количество верных Эду людей, что оставались в столице. Последних в лес не отправляли, поэтому я не могла точно сказать, как много погибло.

После единственной ночи в лесу в моём (или нашем?) доме Дерольд проснулся с рассветом. Я тоже уже не спала, плела очередной амулет. Во-первых, я всё ещё считала, что он не будет лишним. Во-вторых, мне снились кошмары, а работа руками неплохо успокаивала нервы.

— Доброе утро, любимый, — я спрыгнула с подоконника, мысленно поморщившись, что скоро буду размером с дирижабль. А значит, никакой активности и подвижности в жизни не останется. — Уже пора? Я думала, ты задержишься хотя бы до обеда.

— На сегодня назначили похороны тех, кто сражался на нашей стороне, — муж потёр лицо руками, не спеша подниматься с постели. — Дай мне пару месяцев, и я буду весь твой. Возьму отпуск, буду массировать тебе ноги и подрываться среди ночи за каким-нибудь безумно редким фруктом, чтобы ты могла вдоволь поиздеваться надо мной. Это ведь долг всех беременных, да?

На его губах играла усталая улыбка, а лицо казалось слишком бледным. Я проигнорировала шутку, обеспокоенная его состоянием, и на всякий случай бросила в Эдвина заклинанием-диагностом. С него сталось бы скрыть ранение от меня и “забыть” о существовании лекарей. Однако магия вернулась ко мне с утешением: никаких серьёзных травм мой муж не прятал. Просто действительно сильно устал и истощил резерв. Возможно, морально тяжело переживал потерю павших героев Короткой войны.

Да, войну за корону уже прозвали Короткой. Хотя как по мне, длилась эта война дольше, чем все думают. И количество жертв на самом деле перевалило за несколько сотен человек за время, что клятвопреступник занимал трон.

Последние три дня народ немного сошёл с ума. Обсуждали воцарение истинного наследника, его предстоящую коронацию. Восславляли Дерольда, как главного полководца на стороне Аргена. Газеты писали и о вкладе бывшей королевской ведьмы Миранды Росси, которая покинула дворец вместе с принцами, когда поняла, что против наследников затевают ужасное. Что случилось после того, как она помогла престолонаследникам найти армию и вернуть дворец, известно не было. Более того, газетчики утверждали, что свидетели лично видели меня, сражающейся плечом к плечу с Дерольдом. В противовес им, другие писали, что Миранда Росси мертва. Они взяли интервью у жителей Тихого, и те подтвердили, что ведьма мертва. Их даже проклятьем зацепило, представляете?

— Я хочу присутствовать на похоронах, — внезапно для самой себя приняла я решение.

Впрочем, причины были очевидны. Эдвин выглядел слишком подавленным. Мне физически больно смотреть на него такого хмурого. Я мечтала забрать его боль себе хотя бы частично. Отвлечь его или разделить с ним тяжёлые моменты.

— Под каким именем?

— Пока неважно, — я отмахнулась. — Это не для политических целей. Просто хочу отдать дань уважения тем, кто сражался на правильной стороне. Они были верны короне до последнего вздоха.

Эдвин хмурился, явно раздумывая о том, как меня отговорить. А может, искал тайный мотив? Мы были женаты всего-ничего, после взаимных подозрений прошло слишком мало времени. Я могла бы понять недоверие. Хотя если честно, понятия не имела, зачем бы мне нужно было посетить сейчас дворец. Кроме как для того, чтобы поддержать самого Эда и наших воспитанников-принцев.

Парни сейчас взвалили на себя управление целым королевством. Конечно, Аргена готовили к этому с детства. Но тогда речь шла об отдалённой перспективе. Его отец был здоровым и сильным мужчиной, способным удерживать престол еще ни один десяток лет. К тому же, принять бразды правления во время или сразу после смуты — не то же самое, что достойно похоронить отца и быть коронованным после необходимых траурных мероприятий.

— Это может быть опасно, — наконец, высказал свои сомнения Эдвин. — Мы вычистили дворец, как могли. Но заговорщики могли затаиться. А ты беременна. Сама знаешь, как шалит магия во время нестабильности гормонов.

— Я прекрасно справляюсь со своей магией, — фыркнула я. — Да и ты будешь всё время рядом. В случае чего — сможешь меня защитить. Вряд ли кто-то переплюнет сильнейшего боевого мага королевства, верно?

Полулесть-полуправда сработала как надо. Морщинка на лбу мужа разгладилась, теперь он выглядел как наевшийся жирных сливок кот. Я не выдержала смотреть на него издалека, в несколько шагов оказалась рядом с кроватью и нагнулась, чтобы сцеловать самодовольную улыбку с его губ.

Удар сердца, еще удар.

Эдвин дёрнул меня за руку, увлекая в постель и укладывая на подушку с величайшей осторожностью. Я почувствовала, как его дыхание сливалось с моим, ощутила его тепло и запах. Если бы мне удалось разлить близость Эдвина по склянкам, то я могла бы разбогатеть, продавая самый сильный во всех мирах афродизиак. Или муж только на меня оказывал такое дикое влияние?..

— Не лучший момент, — проворчал он, скользя костяшками пальцев по моей щеке.

Я зажмурилась, не находя в себе сил остановиться или продолжить. Потому что да, момент был ужасным. Но я соскучилась. Я боялась за Эдвина слишком долго, слишком долго его ждала. И теперь просто хотела убедиться, что он здесь. Рядом. По-настоящему. Снова.

— К демонам, — выдохнул муж, невесомо касаясь губами моей чувствительной шеи.

Почему с ним всегда так? Каждое касание наполнено смыслом и восхищением. Будто я жила в полную силу только в объятиях своего мужчины.

Мои руки легко скользнули по его плечам. Боги, эти плечи созданы таким образом, чтобы я могла держаться за них, когда мир вокруг рушится. И не было никаких сомнений, что, цепляясь за них, я удержусь от падения.

Сердце забилось сильнее, устремляясь из груди навстречу Дерольду. Будто в том был какой-то смысл! Оно и так принадлежало Дерольду до последнего своего удара!

Я вновь открыла глаза, чтобы взглянуть на лицо того, за кого могла бы умереть. Впрочем… Нет, для него я могла бы жить. Потому что умереть — это слишком просто в нашей работе, с нашим прошлым. Умирали мы каждый день с того момента, как принесли клятвы короне. А теперь, когда обменялись клятвами между собой, мы собирались жить. Полноценно. Как пара, как семья.

В его глазах — отражение моей любви, моих мыслей, моих целей. Я вся превратилась в комок оголенных чувств. Болезненная нежность клубилась где-то под рёбрами. Не в сердце, нет. В сердце она уже не помещалась, выплёскивалась за его пределы, затапливала всё моё существо. Словно я и есть — эта нежность.

— Люблю тебя, — прошептала я, наслаждаясь мурашками, бегущими по коже из-за горячего дыхания мужа. — Так сильно, что тяжело…

— Мне тоже, — от его шёпота все волоски на моём теле встали дыбом. — Думать. Говорить. Дышать.

— Жить, — простонала я. — Когда ты не рядом. Когда тебе грустно или больно.

— Зато рядом с тобой мир становится ярче, — Эдвин прижался своим лбом к моему и зажмурился. — Когда ты улыбаешься, я начинаю видеть смысл в том, чего раньше даже не замечал.

Кажется, я могла бы улететь от одного лишь его прерывистого шёпота. От невесомых поцелуев, сводящих с ума. От того, как сердце Эдвина билось под моей ладонью в такт с моим собственным. Будто какой-то безумный композитор сочинил для них особую мелодию, и теперь нам предстояло слушать её снова и снова до конца наших дней.

Каждая ласка мужа была пропитана нежностью, вниманием и жаждой доставить мне наивысшее блаженство. В моем теле пробуждалась каждая клеточка, наполняясь страстью и жгучим желанием. Чувствуя его прикосновения, я потерялась в мире, где существовал только Эдвин и я. Его глаза — мой маяк в любой шторм. Его объятия — мой дом после любого путешествия. Его любовь — моя истинная суть, единственное, что когда-либо имело значение.

Мне оставалось лишь благодарить всех известных и неизвестных богов, что после всего пережитого мы с Дерольдом нашли путь друг ко другу.

Глаза 28. Павшие

Кладбище беспокойно гудело голосами сотен приглашённых на похороны гостей. Здесь собрались лишь родственники павших героев и самые близкие их соратники.

Бурифилд — холмистое место с вечнозелеными деревьями и острыми пиками надгробий. Взгляд терялся в непрерывном море могил, каждая из которых стала последним приютом воинов, павших в борьбе за свободу и справедливость. Здесь испокон веков хоронили лишь тех, кто пал в битве за жизнь короля, королевы или наследников. Поговаривали, что поднять умертвий на этом кладбище совершенно невозможно. Потому что останки защитников монаршей династии охраняют сами боги.

— Если станет дурно, обязательно скажи, — в сотый раз шепнул мне на ухо Эдвин.

Я кивнула, как кивала раньше, чтобы его успокоить. Не объяснять же, что беременность не изменила моего прошлого, никуда не подевалось моё личное кладбище. Дерольд словно предпочитал не помнить, что я не просто его жена и мать его будущего ребёнка. Пока это не создавало проблем, но меня беспокоило, что “забывчивость” мужа может обернуться недопониманием в будущем. Впрочем, прямо сейчас имело значение только общее горе.

Речь Аргена прошла мимо меня, но вдовы героев плакали, а их родители казались растроганными, поэтому я могла сказать, что она была хороша. Я часто повторяла принцам, что монаршее слово обладает особой силой. Мы тренировались говорить коротко и по существу, но торжественно и со смыслом. Чтобы слушающие их люди проникались каждым словом. Что ж? Теперь я могла гордиться по крайней мере старшим из своих учеников. Конечно, большую часть работы сделали приглашенные учителя. Они ставили речь, обучали верному произношению. Но чувствовать настроение толпы, подбирать нужную прямо сейчас интонацию и учитывать ещё много разных факторов — мои уроки.

Крышки гробов не открывали, потому что погибшие наверняка выглядели жутко. Иначе их успели бы спасти. Уверена, внутри некоторых лежало только оружие, ибо от тел ничего не осталось. Наступил момент награждения, и мне действительно стало дурно.

— Ордена имени Миранды Росси вручаются семьям всех погибших воинов и магов, — медленно проговорил Сильвер, удерживая в руках стопку квадратных футляров с королевским гербом.

— За отвагу и доблесть, проявленные в бою, — заговорил Арген, удерживая мой взгляд. — За верность короне и своим клятвам. За то, что каждый из них встал плечом к плечу с нами в момент, когда их страна нуждалась в мужестве своих защитников больше всего. Мы будем помнить их подвиг, как помним о вкладе Королевской ведьмы, за которой навечно будет закреплён титул Архиведьмы.

— Медали имени Эдвина Дерольда будут вручены выжившим героям после коронации, — добавил младший принц. — После малого траура по погибшим воинам и после казни предателей.

Да. Мы хоронили героев Короткой войны, пока в камерах дожидались своего часа приговоренные к сожжению. Меня нервировало, что они до сих пор живы, потому что сбежать из казематов сложно, но всё-таки возможно. Кто знает, сколько последователей они смогут найти по всему королевству, если сбегут и попытаются вернуть дворец снова?

“И снова получат отпор”, — мысленно успокоила себя я, украдкой вытирая слёзы.

Жест принцев по увековечиванию наших с Эдвином имён действительно растрогал меня. Мы оставались верными им и короне не ради орденов и медалей, не ради денег, а потому что клялись быть верными. Однако назвать государственные награды в нашу честь… Словно так Арген и Сильвер признавали, что мы сделали всё от нас зависящее в Короткой войне. Хотя сами мы корили себя за то, что не спасли королевскую чету.

Копии орденов вставляли в специальные выемки на крышках гробов, и только потом деревянные саркофаги погружали в землю. Первую горсть земли бросал в яму Арген, вслед за ним — Сильвер, и только после них — близкие родственники, друзья и сослуживцы.

Нить связи с лесом натянулась, когда на кладбище появились аккуратные холмики с именными табличками. Я с тревогой прислушалась к тому, что происходило на моих землях, сжимая локоть мужа, чтобы привлечь его внимание.

— Что такое? — он хмурился и выглядел таким же измученным как утром.

Глаза Эдвина покраснели. Мужчины не плачут, но это не значит, что они не хотят. Я погладила его по щеке. Было бы разумнее ничего ему не говорить, просто сослаться на усталость и тихо уйти в лес. Ему действительно нужен отдых.

— В Чернолесье неспокойно, — всё же ответила честно я. — Мне нужно вернуться и всё проверить. Не думаю, что там что-то серьёзное. Но тревога леса дотянулась аж до столицы. Не хочу рисковать, там только всё стало крепнуть и возрождаться.

— Я пойду с тобой, — кивнул он.

— Тебе нужно остаться на поминках, — я покачала головой и поправила ворот камзола мужа. — Там достаточно защитников. К тому же, в Чернолесье я практически неуязвима. Просто отведи меня подальше отсюда и проследи, чтобы не было хвоста. Я открою проход в Чёрный лес, чтобы не лететь на метле через полкоролевства.

Эдвин сомневался, но в конце концов согласился, что бояться на собственной территории мне нечего. К тому же, часть воинов из Змеиного гнезда всё ещё оставалась там. В случае реальной опасности они смогли бы меня защитить (будто я нуждалась в заступниках, честное слово!)

Сложно представить, как я ошибалась, когда недооценивала степень угрозы…

Глава 29. Открытый круг

Огромная чёрная тварюга, тело которой полностью состояло из булыжников возвышалась над окровавленным телом Иркана, и никого к нему не подпускала.

Меня затошнило, голова закружилась, а в глазах потемнело. Сын Коры и Терина был для всех нас особенным оборотнем. Добрый парнишка помогал каждому, кто нуждался в помощи. Как-то раз я едва не потеряла сознание в лесу, когда переусердствовала со вливанием магии в ростки. Так Иркан, краснея от смещения, вынес меня домой, поднял по крутой лестнице и приготовил отвар по маминому рецепту. Никакой магии, просто подходящие травы. Ничего сложного, скажете вы? Но если вспомнить, что среди оборотней ходили жуткие слухи о Хозяйках, то можно понять, насколько страшно медвежонку было наедине со мной.

— Он жив, — коротко успокоил меня Птиц. — Но в любой момент может умереть. Убей тварь или верни её домой.

Я вновь посмотрела на монстра. Я вспомнила короткую справку о нём из книги с древом на обложке. Схематичный набросок моей предшественницы не был полноценной иллюстрацией, но отдалённо напоминал наше чудище. Абаас.

Иномирное существо с максимальным уровнем опасности. Каменное чудовище с железными зубами. Живет в лесной чащобе подальше от людских глаз или под землей. Рождается из камня черного цвета, похожего на ребенка. Сначала каменный ребенок ест обычную человеческую пищу, но когда вырастает, начинает питаться человечиной. По неподтверждённым данным, абаасы могут лишить рассудка.

Но самое ужасное — на абаасов не действует магия. Вообще. Никакая. Их можно убить только одним специальным кинжалом из особой стали, заговоренным тринадцатью сильными ведьмами, напоенным кровью трёх лесных хозяек и отнявшим жизнь девяти жертвенным животным. И как будто этого мало — в теле монстра есть лишь одно уязвимое место — мягкий участок под подбородком. Из него они откладывают яйцо-камень с будущим абаасëнком.

— На что он реагирует?

— На всё, — не стал меня обнадеживать ворон. — Любой шаг к себе, попытку атаки засекает сразу. Разве что меня не принимает за угрозу.

Я задумалась. Было ли дело в размере Птица? Или в особенности его магии?

Послала своему крылатому главному помощнику образ кинжала из сокровищницы его прошлой хозяйки, а сама бросила на Иркана стабилизирующее заклинание.

— Если мы приближаемся к нему, он наносит удар по парню, — ко мне подошёл один из родственников мужа. — Никакая магия на него не действует. Всё что мы смогли — удерживать его в пределах леса, не выпуская к людям.

— Спасибо, Тмер, — я нервно улыбнулась. — Продолжайте в том же духе. Мне нужно немного времени.

Он кивнул, и я вернулась к приготовлению к бою. Юбку оторвала по колено, на метлу наложила парочку дополнительных щитов.

Птиц вылетел из портала, держа в клюве кинжал, как раз когда я закончила заплетать косу. Я поймала артефакт в воздухе, поправила на груди вязанку своих амулетов для беременных. На случай, если эта тварь всё же умеет захватывать разум.

Вскочила ногами на метлу вместо того, чтобы оседлать и приказала ей взлететь. Расчёт был прост и дерзок. Я подумала, что абаас полностью состоит из камня. Значит, он в какой-то степени порождение магии земли. Не нашей, а иномирной, поэтому мы и не можем на него воздействовать. Но в кинжале содержится кровь хозяек, которые, как мы знаем, по сути являются носителями разных коктейлей из иномирной магии. Значит, какая-то из частиц может принадлежать миру абааса. Потому оружие смертоносно для него.

Но дерзость не в этом. Я предположила, что монстр не реагирует на Птица, потому что тот не ходит по земле. Он летает. А каменюка реагирует на вибрации, как я реагирую на настроение леса. Мы их не слышим, но он чувствует каждый шаг. Даже самую тихую походку профессиональных боевых магов!

Балансировать на метле с кинжалом в руках было тяжело. Но я поддерживала себя магией, медленно плывя по воздуху к каменному чудищу. Это действительно дало фору. Когда абаас обернулся в мою сторону, я уже была на расстоянии одного прыжка.

Мгновение. И я лечу к нему, прикрывая себя и особенно живот самым своим мощным щитом. Лезвие кинжала вошло в плоть под подбородком абааса, словно его оттуда магнитом притянуло. Повезло! Впрочем… Возможно, это было частью магии, так что можно было просто метнуть нож, и он сам сделал бы всю работу.

Абаас замер, когда я обхватила его руками за огромную голову, чтобы не упасть, а спустя пару секунд стал крениться назад. Мы свалились на землю с диким грохотом. Лишь краем глаза я заметила, что Иркана оттащили. Над ним уже склонилась Эделин.

— Ииии! В бою “Каменный монстр против Хозяйки Чернолесья” победу одерживает хозяйка! — дурашливо объявил Птиц. А потом резко стал серьёзным: — Кинжал достань и почисти.

Я с трудом села, справляясь с гудением в ушах. Выдернула из абааса оружие, покрытое черной слизью. О том, что эта слизь — вероятно, не сформировавшийся ещё детёныш, старалась не думать. Вытерла об остатки своего платья, встала на ноги и отошла подальше. Кажется, на этот раз пронесло.

Глава 30. Вечный Странник

Коронацию Аргена, как и казни преступников, мне пришлось пропусить. Появление на территории Чернолесья абааса сильно ударило по моей уверенности в безопасности жителей леса. На мои земли нельзя было войти без спроса никак, кроме как через ведьмин круг. Межмировые червоточины появлялись как хотели и когда хотели, не спрашивая ничье разрешение.

Пока пузо ещё не лезло на лоб, я решила установить по периметру всего леса магические маячки. Клепала их с тем же остервенением, что и до того момента обереги для беременных. Маяки представляли собой некие подобия ловцов снов, только реагировали не на кошмары и эманации страха, а на всплески чужой магии. Каждый маячок был не совсем самостоятельным артефактом, а частью одной большой системы. Идею предложили дриады, приведя в пример грибницу. В отличие от кустов и деревьев, грибы в Чернолесье возродились сами, потому что грибница не умерла, а как бы впала в спячку. Уж не знаю, могут ли так все или дело в магии.

Центральную роль в нашей системе имела карта леса. Раньше мы ее рисовали, но мне пришлось выжечь границы земель и сектора с ориентирами на огромном деревянном панно, потому что только так получалось привязать маячки к единому объекту.

Теперь мы уже привычно патрулировали лес ежедневно, чтобы расставить готовые маячки рядом с известными кругами. Только так я могла отрегулировать работу артефактов. Все свои наработки на всякий случай записывала для будущего поколения Хозяек. Благодаря дневникам своей предшественницы, мне удалось многого добиться в короткие сроки. Будет здорово, если я сумею так же помочь кому-нибудь в будущем.

Вешать “ловцов” мне помогали те же патрули, но я всё равно облетала терриорию, чтобы всё проконтролировать. Беременность делала меня невыносимой перфекционисткой. Местные обитатели уже готовы были бежать из леса. Но что я могу поделать, если они работали плохо?!

— Кто патрулировал пятый квадрат? Тут упустили один из кругов. — выкрикнула я сверху, вглядываясь в неясное свечение между двумя молодыми клёнами. Трава у портала зашептала о странном госте, ветер запел настороженно. И только тогда я увидела, что за одним из кленов стоит мужчина. В его сторону как раз шёл патруль, чтобы оставить на дереве артефакт. Я испуганно завопила: — Нет! Не подходите! Из него кто-то вышел…

Наклонила древко метлы и плавно опустилась на землю в нескольких шагах от гостя. Внимательно посмотрела на него, одной рукой сжимая свое средство передвижения, а второй кастуя боевое заклинание помощнее. Визитёр нагло усмехнулся и накинул на себя какой-то странный щит. Магия искрилась так ярко, что пришлось зажмуриться. Если до того момента могли оставаться какие-то сомнения, то теперь я была уверена, что передо мной стоял иномирец.

— У Чернолесья наконец-то появилась новая хранительница?

Разумный. Говорящий на том же языке, что и я. Конечно, я читала о таком. Но развитых эмигрантов боялась куда сильнее, чем даже абаасов. Любую тварь можно убить, но от людей и человекоподобных всегда труднее всего избавляться. Как морально, так и физически. Слишком живучие, слишком думающие.

— Хозяйка, — кивнула я настороженно.

Он помолчал, с любопытством разглядывая меня. Будто был удивлен самим фактом моего существования.

— Давно?

— Не очень, — признание далось мне непросто. Вдруг узнав о моей неопытности, иномирец посчитает меня слабой и нападёт? Агрессивным он не выглядел. Казался заитригованным, уставшим и слегка знакомым. — Ты не похож на монстра из корневых миров. Но я будто видела тебя среди иллюстраций в гримуарах предшественницы. Кто-то из известных магов верхних миров?

— Почти, — уклончиво ответил маг. — Можешь называть меня Ником.

— Я Мира, — представилась в ответ. Мне потребовалось ещё несколько секунд, а потом воспоминание наконец-то пришло. Та самая книга с легендами о ведьминах кругах!

Там было сказано, что есть у границ меж Корневыми и мирами Кроны свой страж. Вечный Странник, или же просто Ник, как он представляется при встрече. Он помогает сохранить баланс, оберегает и поддерживает не только миры, но и их жителей.

Кроме того, я вспомнила, что он ходит в чёрном плаще до пола, с мечом за спиной. Тёмные волосы развеваются на ветру, а на губах играет лукавая улыбка. Автор обещала великое счастье для тех, кто сумеет встретить его. Вот так-то! Мне оказана честь общаться с хранителем, Вечным Странником!

— А вы к нам в гости или с инспекцией? — смущенно откашлявшись, спросила я и погасила боевое плетение.

Улыбка Странника стала шире, глаза блеснули с озорством.

— В гости. Проходился по мирам, увидел новый круг и решил попробовать в него нырнуть. Я знал, куда попаду, но было интересно, как тут идут дела.

— Дела неоднозначно, — призналась я. — Порталы открываются всё чаще. И с одной стороны, это хорошо. В книгах моей предшественницы предполагалось, что количество ведьминых кругов напрямую зависит от уровня магии в зачарованном лесу. И раз у нас теперь ежедневно заносит каких-то иномирян или практически уносит наших жителей в другие миры… Значит, я все же неплохо справляюсь с задачей оживления Чернолесья после долгой спячки. А с другой стороны, я видела, какие твари могут прийти с той стороны. Нам пришлось пустить по лесу патрули, нарисовать карту, где отмечаем опасные места и ограждать действующие круги красной лентой, чтобы дети не переходили в чужие миры. И теперь я начинаю понимать, почему вдруг власти в свое время решили уничтожить Чернолесье, дабы ведьминых кругов больше у нас в стране не было.

— Они все равно будут. Некоторые законы мироздания нельзя игнорировать. Вода всегда течёт сверху вниз, солнце встаёт на востоке, а чиновники воруют. Так и ведьмины круги будут существовать всегда. Просто нужно научиться их чувствовать и вовремя закрывать.

Я кивнула и перевела взгляд на Странника, а затем зависла.

— Закрывать? — очень тихо уточнила я. — Это возможно?

— Возможно всё, — улыбнулся он как-то очень уж многозначительно. — Твоя предшественница не успела научиться этому, а меня она в свое время слушать не стала. Кругов стало слишком много, твари прорывались из корневых миров с завидной регулярностью.

— Поэтому король и пошёл на отчаянный шаг — уничтожить угрозу, несмотря на человеческие жертвы.

— Верно. Но у тебя все может сложиться иначе. Нужно только немного внимательности и усидчивости. Хочешь попробовать?

Конечно, я хотела! Открыла метлой переход в свой дом и пригласила хранителя в гости. Схватилась за писчие принадлежности и приготовилась внимать. Информация была ценной, но слишком уже общей.

Ник рассказал о нескольких способах, как можно запечатать круг.

— Дать единственный точно рабочий метод я не могу, — развёл руками он. — Рад бы, но для каждого мира — они всегда разные. Где-то маги и ведьмы обращаются к ритуальным обрядам, где-то варят зелья, а где-то просто читают особые заклинания. У всех способов есть общие черты. Надеюсь, это будет для тебя полезно.

Я всё же записывала Странника дословно, боясь упустить что-то важное. Через несколько часов Ник попросил показать ему книги, доставшиеся мне в наследство. Я, конечно, позволила посмотреть мою древнюю библиотеку. Не знаю, что интересовало моего высокопоставленного гостя, но ответ на свой вопрос он не нашёл.

— Сожалею, что не смогла помочь, — искренне призналась я, когда мы дошли до ближайшего к моему дому круга.

— Поражение — повод искать лучше, — успокоил меня он. — Я не зря пришёл, раз помог тебе и одному из миров заодно. Теперь местные жители в относительной безопасности, и одно это сделало сегодняшний день чуточку лучше. Не переживай обо мне. Делай свою работу, а я буду делать свою.

Странник подмигнул мне, а затем растворился в воздухе, шагнув в портал, ведущий неизвестно куда.

Глава 31. Малой кровью

Дерольд на меня орал. Громко и вдохновенно, но самое главное — долго. Не успел муж отойти от моего сражения с абаасом, как я мило пообщалась с могущественным магом, который прыгает по мирам “как блоха и может раздавить любого незнакомой и опасной магией”. Прямая цитата, если что.

— Он не навредил бы Хозяйке, — попыталась возразить я, когда Эдвин замолчал, чтобы набрать воздуха в лёгкие для очередной части лекции о моей безответственности. — Ты же помнишь, что женился не на леди из приличной семье, а на деревенской ведьмы, самостоятельно сделавшей карьеру при дворе?

— Ты о чём?

— О том, что ты предпочитаешь видеть во мне лишь женщину, — мягко укорила его я, обнимая за шею и присаживаясь к нему на колени. — Что, конечно, приятно. Но имеет ряд последствий вроде беспочвенного беспокойства. Я никогда не была беспечной или глупой, Эд. Если я вижу, что не вывезу соперника, то не полезу в битву. По крайней мере, вот так, без подготовки. Когда есть выбор, я вовсе не сражаюсь, а решаю проблему тихо. Однако с абаасом выбора не было. Он сожрал бы всех, включая меня. Сражение с ним было решением в пользу моей безопасности. Я использовала щиты и точно знала, что делаю.

— Ты могла отдать кинжал кому угодно, — устало вздохнул муж. — Рядом было достаточно мужчин.

— Ни один из которых не умеет летать, — рассмеялась я. — Ты ведь и сам понимаешь, что я права. Прекрати понапрасну себя мучить. Всё уже закончилась. И я, и наш малыш в порядке. В полном порядке, Эдвин. И порцию нравоучений я уже выслушала в тот же день. Тебе не кажется, что ты был достаточно многословен, чтобы я тебя услышала и сделала все необходимые выводы?

— Я надеялся на это, — он недовольно поджал губы. — Но как только из круга вылезает нечто или некто, ты снова мчишься в самый эпицентр опасности!

— Я Лесная Хозяйка, — напомнила ему я. — Только во мне есть особая магия. Только я неуязвима на своей территории. Кому ещё выходить навстречу гостям? Терину? Или кому-то из приставленных тобой охранников? Брось, я не буду прятаться за спинами других, когда им опасность угрожает на самом деле, а мне — только в твоих кошмарах.

— Если с тобой что-то случится, я сам сожгу этот демонов лес, — совершенно другим тоном предупредил Эд. От того, насколько холодным стал его взгляд, у меня по спине побежали мурашки. — Поняла?

Горло сдавило спазмом, так что мне пришлось сглотнуть, прежде чем сказать:

— Да.

— Тогда тема закрыта, — плечи мужа слегка расслабились.

— Вот и здорово! — я магией призвала исписанные под диктовку Ника листы и вручила их мужу. — Лучше помоги мне придумать способ закрывать ведьмины круги. Зелья я могу разложить по компонентам и протестировать. Блокирующие артефакты тоже осилю. Но обрядовая магия какая-то совсем незнакомая. Полнолуние, особые родовые артефакты… Может, тебе попадалось что-то подобное?

Взгляд Эдвина заскользил по записям. Чем дальше он читал, тем отчетливее становилась его улыбка.

— Что такое?

— Я знаю, что может закрывать круги, — он отложил бумаги и посмотрел на меня взглядом “я-придумал-очередную-пошлость”. — Что ты готова сделать, чтобы получить этот секрет?

— Подвергнуть тебя пыткам раскаленным железом? — невинным тоном предложила я. — Или напоить тебя и потом все узнать, шантажируя наутро антипохмельным зельем?

— Или ты просто согласишься надеть для меня то платье, что я привёз с собой на прошлой неделе? — хрипло внёс встречное предложение муж.

— Платье? — я приподняла одну бровь. — Оно прозрачное и держится на жемчужных нитях, которые будут натирать… Очень чувствительные места будут натирать!

— У меня есть книга, в которой описан обряд. Подробно описан, любовь моя. Более того, я достану сколько угодно секретного ингредиента, без которого обряд не сработает. Тут говорится, что для каждого мира он свой. Я знаю наш.

— И достанешь его? — недоверчиво прищурилась я. — Насколько это для тебя опасно?

— Скажем так, — он хмыкнул, — я отделаюсь малой кровью.

— Мне надеть его с чёрными туфлями или с золотыми? — вздохнула я, вставая с колен Эдвина.

— С белыми, — просиял муж довольной улыбкой и звонко шлепнул меня по пятой точке.

— И угораздило меня выйти за такого извращенца? — проворчала я.

Но когда повернулась спиной к Дерольду, на губах играла смущенная и предвкушающая улыбка.

***“Малой кровью”, — мысленно ворчала я на следующий день, когда удалось выбраться из кровати. Сон? Какой сон? Я о нём могла только умолять под самое утро. Похоже, мой муж решил таким образом отомстить за свои подпорченные нервы. Впрочем, ворчала я исключительно для виду. На самом деле, меня более чем устраивала страстность супруга. Более того, последний заход был исключительно моей инициативой, а умолять уже был готов сам Эдвин.

Так что на рассвете я его отпустила из спальни, да. Будем честными.

— Я же обещал, — улыбался Дерольд, лежа на кровати рядом со мной. — Весь обряд от “а” до “я”.

— Угу.

В общем-то так и было, но я всё равно чувствовала себя обманутой. Дело в том, что обряд нашёл Ричард-Альберт, тот самый основатель рода Дерольд, непризнанный наследник престола, автор “Змеиного Дневника”. Повзрослев, он изучал своё “уродство” не только с магической и биологической точки зрения. Нет, он копался в легендах, в сказках. И заметил любопытную вещь. У всех народностях есть поверье о том, что порождение преисподней, чьё тело полностью покрыто чёрной чешуёй, способно запечатать вход в преисподнюю своей кровью, отданной добровольно при полной луне.

— Значит, достаточно пары капель твоей крови в полнолуние, и круг будет заперт, — постановила я, в сотый раз перечитывая дневник. — Слишком просто.

— Просто? — Эдвин рассмеялся. — Какова была вероятность, что ты станешь Хозяйкой Чернолесья и выйдешь замуж за одного из Змеиного Гнезда? Боги серьёзно постарались, чтобы мы оказались в этой точке. Не гневи их, прошу тебя, моя душа.

— Ладно, признаю, я бы никогда не узнала об обряде, если бы ты не был моим мужем. Значит, попробуем закрыть портал в ближайшее полнолуние?

— Полнолуние сегодня, — Эд широко зевнул. — Я захватил с собой всё необходимое, так что сможем попробовать уже в полночь. Но сначала нам нужно выспаться. Потом — ты меня хорошенько поблагодаришь за помощь.

— Я всю ночь благодарила! — моему возмущению не было предела.

— Ты уговаривала, — напомнил муж. — Уговорила. А после — нужно отблагодарить. Я уже молчу о задержанном супружеском долге. У тебя там проценты набежали…

— Слушай, ты, делец!..

— Ничего не хочу слышать, — он снова зевнул. — Ты сама виновата. Я и раньше всё время желал тебя. А теперь, когда ты моя до такой степени, что вынашиваешь моего ребёнка… Нет никаких сил думать о чём-то, кроме тебя на этих простынях. Клянусь, у меня всё время в ушах стоят твои стоны и тихие вздохи… Ох, давай сначала благодарность, а потом уже сон, а?

Я застонала. Это стало для Эда последней каплей — он подмял меня под себя.

***Луна висела так низко, что в лесу будто и вовсе не наступала ночь. Мы с Эдвином стояли у того самого круга, из которого вышел Ник. Смотрели на его свечение и ждали, когда лунные часы покажут, что можно начинать обряд.

В целом в нем действительно не оказалось ничего сложного. Заклинание, пара капель крови и несколько жестов, исполненных в нужном порядке. Ах, да! Родовые артефакты.

Ещё один большой обман. Артефакты не были прям такими уж розовыми. По нелепой и ужасной традиции, первую чешую чо Змея снимают насильно, не ожидая линьки. Дерольд заверил, что это не так больно, как кажется, но я не поверила. С подростка снимают кожу и делают из неё ритуальный плащ и наручи. Именно в них парни проходят посвящение в воины, в них обычно женятся.

— Ты не был одет в такой плащ, — припомнила я, разглядывая одеяние Эда.

— На мне был перстень, — он показал чёрное кольцо. — Это оберег, но он сделан из моей первой чешуи. Так что брак законен и по нашим традициям, не переживай.

Я слегка поёжилась. Ночами в лесу становилось прохладно. А тут ещё такие ужасы. Нет, я многое повидала в своей жизни. Но такие издевательства, да ещё и добровольно… Хоть бы у нас действительно родилась дочь, а?

Иначе к шестнадцати годам сына я самолично вырежу все Змеиное Гнездо, чтобы они не попытались снять шкуру с моего малыша. Потому что если мне не приведут нормальные аргументы в пользу подобной дикости, предложение устроить для сына посвящение будет расценено как угроза моей семье.

А те, кто смеют моей семье угрожать, долго не живут.

— Пора начинать, — выдохнула я облачко пара и обняла себя за плечи.

— Читай заклинание, — муж передал мне тетрадь, куда переписал все подробности обряда. — Не волнуйся и не торопись, у нас вся ночь в запасе.

— Не учи ведьму зелья варить, — фыркнула я. Откашлялась и начала зачитывать заклинание на древнем языке. — Теперь кровь.

Дерольд протянул мне кинжал, и я осторожно уколола его палец, чтобы сцедить на лезвие пару капель рубиновой жидкости.

— Кровью пришлого запечатываю путь пришлым! — провозгласила я.

Эдвин стал читать свою часть речитативом. Было видно, что заклинание он знает наизусть. Более того, тренировался его применять. Интересно, учитывая, что он понятия не имел, зачем оно может понадобиться. Просто существовала вероятность опасности, и мой муж предпочёл быть к ней готовым. В этом весь Дерольд.

Когда эхо голоса моего любимого стихло, в лесу раздался низкий гул. Будто кто-то из-под земли подул в горн. Несколько мгновений звук нарастал, а потом смолк на самой громкой ноте.

Ведьмин круг стал скукоживаться у нас на глазах, превратившись в маленькую жемчужинку. Впрочем, через несколько ударов сердца исчезла и она. Бесследно.

— Ай да, Эдвин! — возликовала я и бросилась в объятия мужа. Он подхватил меня и закружил на месте. — У нас получилось!

— Будешь благодарить?

— Я уже благодарила!

— Ну тогда супружеский долг, — пожал он плечами и уже привычно поднял меня на руки. — С процентами, ведьма моя.

Эпилог

Совет Лесных Хозяек традиционно проходил в Чернолесье. Впервые он состоялся, когда из другого мира к нам затянуло девушку с сильным даром земли. Я тогда как раз только родила и не могла придумать дочери имя. Пришлая девица предложила вариант из своего мира — Деметра. Так звали их богиню плодородия. Мне показалось, что это достаточно амбициозно и необычно для моей дочери, так что согласилась.

Саму девушку пришлось взять в ученицы, чтобы подготовить как следует. Да, меня никто не учил, но я была ведьмой. А Рина ничего не знала о магии, так как пришла к нам из немагического мира. Как в него занесло ведьмин круг? Это мы не могли выяснить до сих пор.

Но после Рины в Чернолесье стали стекаться девушки с необходимым даром. Кто-то переносился из иных миров, кто-то приходил за защитой, как я когда-то.

Девять ведьм, восемь из которых обучила я (а девятая это я, если что), теперь сидели за круглым столом, уставленном тарелками. Вот последнее было нововведением.

— Простите, — повинилась я, хрустя маринованым огурчиком. — Эти дети меня в могилу сведут.

Девушки рассмеялись, с одобрением глядя на мой огромный живот. Когда я говорю “огромный”, то имею в виду “вмещающий-в-себя-троих-пацанов” живот. Троих! Можете в это поверить? Я чуть не убила Дерольда, когда Птиц сказал, что вынашиваю тройню. У нас уже были Деметра, Амон и Анаит. Куда ещё троих?!

Но у богов были свои планы на моё чрево. Или всё дело в горизонтальной активности Эда? Хоть бы с возрастом успокоился, а? Рожать до глубокой старости как-то не слишком весело.

— Мы можем перейти к делу? — откашлялась Алкеста. — У меня там синяя кошка вот-вот разродится.

— Да, конечно, — я поспешно проглотила огурец и вытерла руку салфеткой. — Итак, мы собрались здесь, чтобы обговорить дальнейшее взаимодействие со Змеиным Гнездом. Наш договор закончился, но змеи предложили новый вариант сотрудничества.

— Мы не сможем платить больше, — сразу возразила Рина. — Леса всё ещё восстанавливаются.

Да, в Чернолесье всё уже хорошо. Но в лесах, где Хозяйки взялись за дело не так давно, всё было не так радужно.

— Поэтому они не хотят ни плодов наших деревьев, ни денег.

Грета прищурилась:

— Чего же они хотят?

— Жён, — вздохнула я. — Сами понимаете, испокон веков, у этих мужиков проблемы с поиском женщин с крепкими нервами. Не каждая, родив иссяня чёрного ребёнка с раздвоенным языком, сможет спокойно кормить его грудью. К тому же, чем меньше людей знают тайну Змеиного Гнезда, тем безопаснее там будет жить и тренировать воинов.

— Они хотят жениться на наших подданных?

— Они хотят жениться на вас, — опровергла предположение Бриты я. — Дочери остаются в лесу, становятся вашими воспитанницами и преемницами. Сыновья живут с вами до первого полного оборота, а потом едут тренироваться в Гнездо.

— А сами мужья, — нахмурилась Рина. — Они сделают детей и уедут?

— Нет. Мужья останутся с вами на ваших землях. Они станут постоянными донорами для закрытия порталов.

— А следующее поколение Хозяек уже сможет закрывать круги самостоятельно, — протянула Алкеста. — Мне нравится. Я согласна. Но при условии, что выбор мужа за на нами. Их там неженатых много, а мы — товар штучный. Мне кажется, так будет честно.

— Замечательно! — обрадовалась я и снова захрустела огурчиком, раз никто не против моего обжорства. — Что скажут остальные?

— Я так не могу, — Бриту передернуло. — Рожать по указке. Выходить замуж по приказу…

— По необходимости, — возразила молчавшая до этого момента Тори. Она бежала к нам, спасаясь от брака со стариком-извращенцем. От неё я ждала больше всего сопротивления. — Давайте будем откровенными, у наших домов тоже нет очередей из женихов. Мы можем поехать в чужой город инкогнито и там забеременеть от случайного мужчины, но в этом немного чести. Теперь же у нас есть возможность выйти замуж и родить в законном браке. Более того, муж будет помогать воспитывать детей. Обеспечивать их безопасность.

— И сыновья будут при деле, когда вырастут, — поддержала Рина. — И не забывайте, что нам позарез нужна кровь Змеев. А они, судя по всему, готовы давать нам её только на таких условиях. Я тоже за.

Девушки загалдели, одновременно обсуждая плюсы и минусы ситуации.

— Давайте проголосуем, — я постучала ладонью по столу, заставляя всех замолчать. — Кто за то, чтобы согласиться на условия Змеиного Гнезда с поправкой на то, что мужа выбирать будут именно Хозяйки?

Спустя несколько секунд в воздух взметнулось восемь рук. Неплохо.

— Решено, — я с сочувствием посмотрела на Бриту. — Я передам наше требование Змеям. А пока давайте хорошенько поедим и…

Мои слова прервал особенный звук и ощущение чего-то мокрого…

— Ой!

— Ой? — не поняла всей серьёзности ситуации Алкеста. — У меня там кошка рожает, а у вас тут “ой”!

— Ой! — рявкнула я. — Рожает не только кошка! Птиц! Мать твою, Птиц! Срочно зови Эда и Эделин! У меня отошли воды…

Трое здоровеньких и толстеньких сынишек огласили лес своими криками к рассвету. И я плакала, целуя каждого из них в чёрные головки. Смеялась, когда они щекотали меня раздвоенными язычками.

И была абсолютно счастлива, несмотря на все трудности жизни Хозяйки Чернолесья…