Хозяин Стужи 7

Глава 1

***

Несколько часов спустя. Москва.

— Пожалуй, это был лучший день в моей жизни, брат, — тихо сказала Анжелика, когда мы сели на заднее сидение «Руссо-Балта», — никогда до этого я не чувствовала ничего подобного.

— Я рад, что тебе понравилось, сестра, — я натянуто улыбнулся, мой разум прямо сейчас был занят другим.

Я пытался понять, что можно сделать с Алой, эта магиня настолько сильна, что я даже не способен был определить ее уровень, а это, знаете ли, показатель. Прикрыв глаза, я погрузился в легкую медитацию и начал прокручивать наш разговор с нею. Пока мы танцевали, Алая просто молчала, как-то странно улыбаясь, а под конец добавила, что я зря считаю ее врагом. Тут, конечно, бабка надвое сказала, ведь она спокойно может быть той, кто стоит за Риволи и другими. С такой-то силой она может вообще что угодно делать, и никто ей не помешает. И теперь вопрос: нахрена я сдался магине такого уровня? Очень, очень важный вопрос, с которым стоит разобраться как можно быстрее.

— Домой, шеф? — Денис глянул на меня в зеркало заднего вида, и мне пришлось открыть глаза.

— Да, давай домой, — я медленно кивнул, — сестра, ты не против, если я немного посплю? — я вопросительно глянул на Анжелику, но та лишь улыбнулась.

— Конечно, брат, отдыхай, — она погладила меня по щеке, — сегодня ты сотворил настоящее чудо, я горжусь тобой, — она прижалась к моему плечу, и под ее мерное дыхание я быстро погрузился в дрему.

Бой с Бжезинским хорошенько меня так вымотал, а если судить по обещаниям Алой, мне сегодня еще предстоит веселенький вечер.



***

Императорский дворец.

Алая выпила очередной бокал шампанского и, улыбнувшись, призывно махнула одному молодому дворянину, и тот нетвердым шагом подошел к ней.

— Сударыня, — пунцовый, словно рак, он взял ее за руку, — позвольте пригласить вас на танец.

— С удовольствием, молодой человек, — улыбка Алой стала многообещающей, — только пообещайте, что будете нежны со мной.

Парень сглотнул и судорожно закивал, после чего они присоединились к остальным парам. Магиня не собиралась отказывать себе в маленьких удовольствиях, сегодняшний день ее уже радует, но радости ведь не бывает много, ведь так?

Танцуя с парнем, она внимательно смотрела на людей вокруг, запоминая их лица. Ко многим потом она заглянет отдельно, хорошие знакомства в империи ей не помешают. Пока Зеленый с Белым будут сидеть в своих убежищах, тратя годы на пустые медитации, она будет развиваться, и на следующей встрече именно она встанет во главе стола. Десять лет — срок маленький, но смотря для чего.



***

Император шел по коридорам дворца, размышляя о будущем. Сегодняшний день оказался на удивление продуктивным, особенно что касается польского вопроса. Учитывая ситуацию, Владислав будет вынужден проглотить последние изменения.

А еще с Бестужевым все вышло очень даже интересно, особенно в плане его силы. Теперь вся империя, да что там империя, весь мир знает, что у империи есть грандмагистр, способный уничтожить небольшую армию. А еще он достаточно молод, а значит с каждым годом будет становиться все сильнее. Добравшись до кабинета, император взял пузатую бутыль и плеснул себе крепкого коньяка на два пальца, после чего залпом его выпил. Мало кто знает о том, как сильно иногда Василию хотелось плюнуть на все, взять удочку, пустое ведро да червей и махнуть куда-нибудь на рыбалку, хотя бы часа на три-четыре. Мечты, мечты, в ближайшее время ему такое точно не светит.

— Государь, можно? — в дверях появился Николай Николаевич.

— Заходи, дядя, — император кивнул, — ты по поводу поляка?

— Именно, государь, — великий князь кивнул, — у меня несколько вариантов того, как можно уничтожить поляка так, чтобы все поняли, кто это сделал, осталось выбрать лучший, — Николай Николаевич протянул три листа бумаги государю.

Василий взял их и, быстренько пройдясь взглядом по тексту, вернул великому князю один.

— Этот вариант подходит, — государь усмехнулся, — достаточно кроваво, но при этом все приличия соблюдены. Кстати, хорошо, что ты пришел, дядя, я как раз хотел перезвонить Владиславу. Он уже раза четыре звонил, видимо, переживает сердечный, — Василий расхохотался, и даже великий князь позволил себе слабую улыбку.

Император же сел за рабочий стол и, развернув ноутбук, вошел в систему связи. Секунд двадцать шли длинные гудки, а потом на экране появилось уставшее лицо польского короля.

— Василий, — Владислав кивнул, — рад видеть тебя, мой царственный брат.

— Здравствуй, Владислав, — император усмехнулся, — выглядишь уставшим. Итак, не буду долго ходить вокруг да около, Владислав, твой человек повел себя как свинья.

— Бжезинский не мой человек, — король отрицательно покачал головой, — это заноза в моем пальце, которую я никак не могу вытащить. И да, я понимаю, что он повел себя как настоящая скотина, но это не моя вина, Василий.

— Подданный твой, а значит и вина твоя, — государь пожал плечами, — так, дядя?

— Конечно, государь, — Николай Николаевич серьезно кивнул, — его королевскому величеству стоит знать о том, что его люди больше ста раз нарушили законы империи за последние три дня.

— Слышишь, Владислав? — Василий хмыкнул, — а теперь скажи мне, мой венценосный брат, что бы ты сделал на моем месте?

— Чего ты хочешь, Василий? — уставшим голосом спросил король, — что тебе от меня нужно?

— Бжезинский умрет, и это не обсуждается, — государь покачал головой, — ну и тебе придется заплатить, Владислав. Все, что есть у твоего наглого гранда, ну и столько же ты добавишь сверху.

— Василий, ты знаешь, что у меня дыра в бюджете размером с весь бюджет, — Владислав нахмурился, — шляхта бедна, экономика трещит по швам, а тут еще и ты.

— Владислав, это была не просьба, — на губах императора появился оскал, — это была констатация факта. Либо ты платишь, либо моя армия уже через два дня начнет маршировать по направлению к Варшаве. Ты прекрасно знаешь, что я могу сделать с твоим вшивым королевством, так что давай без твоих вечных стенаний. Счет на оплату ты получишь до вечера, и желательно, чтобы до утра на него поступили деньги в рублях. Понял, Владислав? — в голосе Василия лязгнула сталь.

— Понял, Василий, понял, — король медленно кивнул, после чего звонок прервался.

— Кажется, король обиделся, государь, — заметил великий князь.

— Плевать на него, — Василий отмахнулся, — со смертью Бжезинского Польша станет слабее, сильно слабее, а значит будет проще решить вопрос с разделом. Мы можем забрать ее себе полностью, однако я не уверен, что нам это надо. Лучше дождаться, пока молодые шляхтичи окажутся тут и начнется веселье с Бестужевым. Вот тогда у нас будет полное право помочь молодому таланту наказать наглецов, желательно, конечно, конфискацией земли. В прошлый раз мы забрали небольшой кусочек, но пришла пора взять больше.

— Как скажете, государь, — Николай Николаевич пожал плечами, — главное, чтобы совет рода это принял.

— Примет, никуда они не денутся, — император сжал кулаки, — пришла пора заканчивать этот балаган, дядя. Ты со мной?

— Всегда, государь, — Николай Николаевич глубоко поклонился.

— Хорошо, а остальные так или иначе поступят по-моему, — Василий встал и подошел к окну, — мир меняется, и чем быстрее мы начнем меняться тоже, тем лучше для всех нас.



***

Москва. Особняк Бестужевых. Вечер.

— Говоришь, она словно один большой источник, человек? — Эллор, развалившись на диване, смотрел на меня с недоверием, — никогда не слышал о подобном. С другой стороны, вы, люди, самые странные существа в мироздании, и для вас вообще нет ничего невозможного.

— Все так, — я кивнул, — вот только что мне теперь с этим делать прикажешь? Эта Алая способна снести с лица земли Москву, я ни капли не сомневаюсь в этом, но почему-то она хочет что-то от меня. Вот скажи, нахрена всесильной магине гранд? Я ведь сейчас далеко не в самой лучшей своей форме.

— Вот дождемся ее прихода и узнаем, — дракон пожал плечами, — в любом случае, если что, я просто приму свою истинную форму и сожру ее. Сомневаюсь, что она когда-нибудь сталкивалась с драконами.

Я поморщился. Все это выглядело очень скверно, поэтому я заранее отправил Анжелику на север вместе со всеми слугами, а еще с Василием и Денисом. Тут остались только люди, способные воевать, хотя я бы с удовольствием еще бы и Женю с бойцами переправил на север. Однако он отказался от этого, сказав, что это позор, а я не стал настаивать, в конце концов, это их выбор. Еще я созвонился с Суворовым и с Ермоловым, и старики-разбойники пообещали мне помочь, как только понадобится. В случае чего Эллор откроет портал и перенесет их сюда, итого нас будет четверо, четверо сильных грандов, хотя дракон все же немного сильнее.

— Успокойся, человек, ты сожжешь себя еще до боя, — спокойно сказал Эллор, глядя на меня своими покрасневшими глазами, — ты не забыл, что являешься проводником трех великих сил? Мощи Вечного Льда хватит чтобы заморозить целую вселенную, у тебя же в груди его осколок.

— В прошлый раз, когда меня угораздило использовать силу осколка по полной, я умер и оказался в этом теле, — я покачал головой, — и знаешь, сейчас я не готов на такое пойти. Хотя, если у меня не будет выбора, я сделаю это.

— Выбор есть всегда, — дракон встал и подошел к окну, — и кстати, гости уже прибыли, пора спускаться вниз.

Не поверив его словам, я подошел к окну и увидел у ворот красивый спорткар зеленого цвета. Мда, а эта Алая не стесняется брать от жизни все.

Переглянувшись с Эллором, мы спустились на первый этаж, а незваную гостью к нам проводил Женя. Боец держал руку на оружии, всем своим видом показывая, что готов в любую секунду пустить его в дело, но магиня улыбалась, словно мы тут все были для нее не сильнее каких-то муравьев.

— И снова здравствуй, граф, — глубоким, грудным голосом произнесла эта нимфа, — как я и обещала, вот мы встретились опять. Ты готов со мной поговорить?

— Как будто бы у меня был выбор, — я усмехнулся, — что ж, раз уж ты пришла, то будь гостьей в моем доме, — я кивнул на накрытый закусками стол, — извини, никаких особых деликатесов у меня нет, да и вообще вряд ли мой стол сравнится с императорским, но, как говорится, чем богаты.

— Прибедняешься, юноша, — Алая грациозно села за стол и подмигнула мне, — после сегодняшнего бала ты очень даже состоятельный человек. Пусть не в первой десятке, и не в первой сотне, но, пожалуй, в первую тысячу ты уже точно попадаешь. Граф, поухаживай за мной, — она указала на откупоренную бутылку, — налей вина, выпей со мной и выдохни. Я не враг тебе, — покосившись на Эллора, она хмыкнула, — расскажешь, откуда в твоем доме дракон в человеческом облике?

Эллор издал что-то похожее на рык, и в комнате резко похолодало. Твою ж налево, но как? Энергосистема дракона в таком облике никак не отличалась от человеческой, как она поняла, что он дракон?

— Ты не единственный крылатый, с которым я сталкивалась в своей жизни, — она смотрела на дракона не отводя взгляд, — и далеко не самый сильный, так что сверни свою ауру и сядь. У меня к твоему хозяину деловое предложение, дай ему хотя бы выслушать его, прежде чем попытаешься меня сожрать.

— Ты уже достаточно сказала, — я покачал головой, — заканчивай угрожать, этим ты ничего не добьешься. Я вижу твой источник, он огромен, но ведь и на старуху бывает проруха, не так ли? — оскалившись, я поддался вперед, и в моих руках возник улучшенный поглотитель, — что скажешь, выстоишь против этой штуки?

На миг в глазах женщины мелькнуло что-то похожее на страх, но она быстро взяла себя в руки.

— Что ж, достойный аргумент, — она протянула бокал, и я все-таки налил ей вина, — теперь, может быть, пора перейти к делу?

— Слушаю тебя внимательно, — сев, я жестом показал Эллору успокоится. Пока еще не время, послушаем же, что она хочет нам сказать.

— Итак, меня зовут Алая, ты это уже знаешь, — медленно начала она, — у меня есть еще два товарища, Зеленый и Синий. А был еще один, Белый, человек, создавший в этом мире искусство под названием некромантия, — магиня улыбнулась, — однако во время вашей персидской кампании он умер, при этом же никто из нас так и не понял, как это произошло. Не хочу хвастаться, но в этом мире нет магов сильнее нас, и никогда не было. Пожалуй, я, Зеленый и Синий способны втроем стереть с лица земли человеческую цивилизацию, но нам это не нужно. Мы предпочли развивать свою магию, учиться новому, попутно присматривая каждый за своей частью мира. Но теперь Белый мертв, и Зеленый с Синим ушли в медитации, а я тут сижу перед тобой.

— Очень интересно, только ни хрена непонятно, — я покачал головой, — может быть все же ближе к сути?

— Терпение, юноша, это была всего лишь прелюдия, — облизнув яркие губы, сказала Алая и сделала еще один глоток вина, — прямо сейчас я самая слабая из нашей троицы, и поэтому ни Зеленый, ни Синий особо не берут меня в учет. Я хочу это все изменить, и ты, юноша, можешь мне в этом помочь.

— И каким образом? — честно говоря, мне даже было интересно, что она ответит.

Пока что мой ментальный дар не видел лжи в ее словах, с другой же стороны, с такой силой она, скорее всего, может просто его обойти, при большом желании.

— Ты можешь стать четвертым и самым сильным членом нашей небольшой организации, — спокойно ответила она, — обычно мы встречаемся каждые десять лет, чтобы сильно не уставать от общества друг друга, и при этом иметь интересные результаты, которыми можно поделиться. И сейчас очередное десятилетие только началось. Ты очень быстро стал грандмагистром, но это лишь начало, по сути только первая ступень великой лестницы силы. Я же способна дать тебе ресурсы и технологии, чтобы ты очень быстро прошел по этой самой лестнице.

— Но конечно же у тебя есть свои условия, — я усмехнулся, — знаешь, что-то такое я и ожидал, если честно. Дальше можешь не продолжать, мой ответ нет.

— Ты уверен? — Алая резко перестала улыбаться, — твоя империя, юноша, находится в сфере интересов Зеленого. Белый должен был подчинить ее, но у него не получилось, однако Зеленый другой, у него намного, намного больше силы и просто нескончаемое количество ресурсов. И когда он решит, что пора взять империю под свою руку, вы не сможете его остановить, даже если навалитесь всей империей.

— О, многие думали так же, очень многие, — я покачал головой, — но они мертвы, а империя все еще существует. Один человек не способен на такое, каким бы сильным он не был.

— Вот только проблема в том, что Зеленый не человек, — Алая хмыкнула, — а знаешь что, я ведь могу прямо сейчас показать тебе кое-что, что сможет изменить твое мнение. Ты готов рискнуть, граф?

— Чем?

— Не чем, а кем, — магиня подмигнула мне, — рискнуть собой, конечно же. Я покажу тебе такой очаг, который никто из обычных людей не видел никогда. Ну же, соглашайся, я же вижу твой интерес, — магиня откинулась на спинку кресла, а я посмотрел на Эллора.

Любопытство и правда говорило мне соглашаться, но у меня помимо него был еще и разум, и вот он как раз таки говорил «нет». Впрочем, я уже вторую жизнь подряд рискую, риском больше, риском меньше.

— Хорошо, согласен, — я медленно кивнул, — давай показывай.

— Что ж, легко, — Алая залпом выпила остатки вина, встала и щелкнула пальцами, после чего рядом с ней возник портал багрового цвета, — пойдем, юноша, сейчас ты увидишь кое-что невообразимое, — после этих слов она шагнула в портал, а я, еще раз взвесив все за и против, встал и пошел следом.

Миг, и я понимаю, что нахожусь где-то очень, очень высоко в горах, но не на земле, не в моем новом мире. Две крупные луны на небосводе, странный цвет самого неба и огромная равнина у подножия горы, на которой в странных загонах стоят десятки, сотни тысяч разных монстров.

— Твою ж налево, куда я попал? — тихо спросил я, жадно рассматривая монстров и узнавая среди них зверей из очагов, — что это за место?

— Добро пожаловать в один из истоков, граф, — улыбнувшись, сказала Алая, — именно из таких мест берут свои начала очаги, которые ты так старательно закрываешь.

И в этот момент загрохотало, на небе засверкали красные молнии, а мне почему-то очень сильно захотелось вернуться обратно в свою уютную московскую усадьбу. Демоны, в чьих силах сотворить такое?



Глава 2

— Скажи мне, что ты знаешь, кто это все сотворил? — Я уставился на Алую, однако магиня отрицательно покачала головой.

— Увы, граф, но я не могу сказать тебе этого, — она грустно улыбнулась, — первый на истоки наткнулся Зеленый около трехсот лет назад, и с тех пор мы используем их для своих целей. Но это далеко не все, что я могу тебе показать. Я могу дать тебе доступ в очаги с разумными существами, могу дать тебе доступ туда, где есть особые минералы и магические металлы, — Алая облизнулась, — подумай, граф, все это ты можешь получить, будучи рядом со мной. В конце концов, я же не прошу от тебя ничего такого, просто стань сильнее и встань рядом со мной, когда придет время.

— Звучит заманчиво, — я повернулся к порталу, — вот только меня учили не доверять предложениям такого рода. Самые крепкие отношения — те, где каждый получает свою выгоду, а тут я твоей выгоды не вижу. И пока она не станет мне понятной, я буду говорить «нет».

— Как скажешь, юноша, — магиня нахмурилась, — но тогда через десять лет твоя любимая империя падет, как и ты. И тогда ты пожалеешь о своем отказе, — после этих слов она кивнула в сторону портала, и шагнув в него, я оказался у себя в гостиной.

Эллор, стоявший на ногах, уставился на меня вопросительным взглядом, но я отрицательно покачал головой, мол, потом все расскажу. Повернувшись к порталу, я приготовился к появлению магини, однако вместо этого портал просто потух.

— Дрянь, — тихо сказал Эллор, — человек, с ней нельзя водиться, поверь мне. Она опаснее всех существ, что я встречал в своей жизни, а живу я уже долго, очень долго.

— Что можешь сказать о месте, где я был? — напряжение потихоньку начало отпускать, и рухнув в кресло, я потянулся к бутылке с вином. — Ты внимательно смотрел моими глазами?

— Очень внимательно, — дракон кивнул, — и могу тебе сказать, что о таких мирах я даже не слышал. Но по крайней мере мы убедились в том, что очаги созданы искусственно, — Эллор хмыкнул, — кажется, пришла пора мне походить с тобой в качестве ликвидатора. И пусть моя портальная магия груба, но это лучше, чем ничего.

— Согласен, — я сделал глоток вина и поморщился, — но как же сладко она пела мне в уши. Еще немного, и я бы начал думать о том, чтобы согласится на ее предложение.

— Возможно, тебе придется это сделать, — Эллор покачал головой, а заметив мой недовольный взгляд, улыбнулся.

— Если это была шутка, то совсем не смешная, — я сделал еще один глоток вина, — я понимаю резон, однако соглашаться не буду, просто потому что не верю этой женщине. Знаю я таких, ради своих целей они готовы предавать и убивать без какой-либо оглядки, с такими нам не по пути.

— Воля твоя, — Эллор пожал плечами, — но я бы на твоем месте подумал. Все-таки она и правда способна дать тебе очень многое.

— Не сомневаюсь, — усмехнувшись, я допил вино и поставил бокал на стол, — ладно, теперь нужно немного отдохнуть, меньше часа общались с этой женщиной, а такое ощущение, что провели в битве несколько дней.

— Согласен, — Эллор поёжился, — она прочитала меня, словно открытую книгу. Я тебе так скажу, человек, если ты решил конфликтовать с ней, то наших сил будет недостаточно. Нужно развиваться, быстро развиваться.

— Да я понимаю, — раздражённо ответил я, — но сегодня у меня нет ни сил, ни желания думать об этом. Завтра, всё завтра.



***

Москва. Один из особняков знати.

Алая вышла из портала прямиком у себя в спальне и, растянувшись на кровати, улыбнулась. Как она и предполагала, юноша решил показать свой нрав, что ж, так даже интереснее. За свою долгую жизнь она не раз сталкивалась с такими ситуациями, и Бестужев рано или поздно примет её предложение. В конце концов он молод, и единственное его отличие от остальных состоит в том, что он чертовски силён. Но даже сильных можно прогнуть в нужную сторону, было бы желание. А это самое желание у Алой есть. А чтобы Бестужев думал недолго, придётся немного помочь его недоброжелателям. И Алая уже знала, к кому из них стоит пойти в первую очередь…



***

Москва. Здание посольства польского королевства.

Тадеуш сидел на стуле в своей комнате и смотрел в одну точку. Липкий страх смерти до сих пор не покинул его душу, и каждый шорох заставлял его дрожать. Бжезинский и не помнил, когда последний раз проигрывал, а Бестужев не просто победил, он сделал это даже не сам, а с помощью големов, чёртовых големов!

— Тадеуш, — голос Витольда заставил графа поднять голову и посмотреть на старого друга. Тот выглядел уставшим, а ещё разочарованным.

— Я знаю всё, что ты мне хочешь сказать, Витольд, — тихо промолвил граф, — я сглупил, поставил всё на одну карту, и она оказалась битой. Владислав сильно ярился?

— Король не хочет твоего возвращения, Тадеуш, — Витольд тяжело вздохнул, — не знаю, что Василий потребовал у него, но король в ярости, и виной тому ты, старый друг. Я бы посоветовал тебе уехать куда-то, но ведь ты не согласишься.

— Не соглашусь, — Бжезинский сжал кулаки, — пусть я и проиграл этому сопляку, но я всё ещё один из двух самых сильных магов королевства. Владислав не может просто так выгнать меня из королевства. Там мой дом, там могилы моих предков, великих предков! И не какому-то самозванцу лишать меня этого! — с яростью произнёс Тадеуш, вскочив на ноги.

— Что ж, старый друг, ты сделал свой выбор, — Витольд грустно улыбнулся и отошёл в сторону, после чего в комнату вошёл великий князь Николай Николаевич в компании десяти незнакомцев. Присмотревшись, Тадеуш понял, что это не люди, а големы, и страшная догадка заставила его отшатнуться.

— Не стоит даже пытаться, граф, — Рюрикович отрицательно покачал головой и усмехнулся, — вы знали, на что шли, когда вели себя как свинья во дворце моего племянника, что ж, теперь пришла пора отвечать, — великий князь щёлкнул пальцами, и големы кинулись на него.

Тадеуш попытался поставить щит, он обратился к своей силе, готовый обрушить на этих тварей всю свою ярость, но не успел. Что-то ударило его в грудь, и, опустив взгляд, Тадеуш увидел широкий нож, что торчал из его груди. Боль не сразу дошла до его разума, а когда это случилось, ноги уже перестали держать, и грандмагистр начал падать. Но големы не дали ему это сделать, один из стальных болванов схватил его за волосы, а двое выкрутили ему руки за спину. Затуманенным взглядом он увидел, как великий князь подошёл к нему, а потом была яркая вспышка и небытие…



***

Николай Николаевич бросил брезгливый взгляд на обезглавленное, обугленное тело Бжезинского и повернулся к Витольду.

— Нашего государя устраивает ваша фигура в качестве посла, — великий князь хмыкнул, — так что можете не переживать, вам не придётся возвращаться в Польшу, Витольд. Однако, если вы не хотите, чтобы в следующий раз я пришёл к вам, постарайтесь, чтобы больше гостей, подобных Тадеушу, у нас не было. А также дайте команду своим офицерам, мне не нравится активность вашей разведки в последнее время. Вы меня поняли?

— Понял, ваша светлость, — Витольд склонился в глубоком поклоне.

Перед его глазами до сих пор стояла картина отрубленной головы Тадеуша и его сожжённого тела.

— Вот и отлично, — Николай Николаевич хмыкнул, после чего покинул комнату, а големы последовали за ним.

Сам же Витольд где-то минуту приходил в себя, но потом всё же взял себя в руки и направился вниз. Надо убрать тело Тадеуша и поговорить с разведкой. Русские в очередной раз решили показать им их место, и кажется, этот раз будет последним…



***

Императорский дворец. Час спустя.

— Как всё прошло? — император вопросительно глянул на великого князя.

— Бжезинский мёртв, государь, — Николай Николаевич усмехнулся, — попытка сопротивления была, но против «Забвения» у него не было никаких шансов. Видеофиксация есть, после монтажа финальная версия окажется на почте у Риволи.

— Хорошо, — Василий медленно кивнул, — пора нам обратить внимание на европейский театр. А то что-то они в последнее время слишком наглые, тебе не кажется?

— Европейская разведка и правда последнее время стала более активно работать на нашем направлении, — Николай Николаевич пожал плечами, — мои ребята, конечно, постоянно их ловят, но такое ощущение, что Европа к чему-то готовится.

— Понятно, к чему она готовится, к войне, — недовольно буркнул император, — они-то рассчитывали, что мы завязнем в Персии, а вышло немного по-другому.

— Мы ещё должны быть готовы к тому, что теперь начнётся охота за Бестужевым.

— Медовая ловушка? — Василий вопросительно глянул на великого князя, и Николай Николаевич кивнул.

— Других вариантов нет, чтобы убить графа нужно задействовать минимум троих грандов, таким количеством высших магов европейцы не будут жертвовать.

— Значит, будут своих девок пихать к нему под бок, — император усмехнулся, — тут они нам, конечно, не конкуренты, наши девки-то покрасивее будут.

— Согласен, государь, — Николай Николаевич хмыкнул, — кстати насчёт этого, кажется, Романов с Шереметьевым передумали драться с парнем.

— Неужели? — Василий расхохотался, — а быстро они переобулись, на лету можно сказать. Дай угадаю, хотят ему одну из своих девок подсунуть?

— Княжну Милославскую, — кивнул Николай Николаевич, — она больше всего подходит ему в качестве невесты. Наш парень теперь завидный жених, мало того, что силён, так ещё и богат. Сейчас все мамочки Москвы будут думать, как подсунуть ему своих дочерей, так что старикам придётся пободаться.

— Посмотрим, что из этого получится, — император покачал головой, — ладно, дядя, время уже позднее, поезжай домой. Сегодняшний день был сложным для всех, хороший сон сейчас как раз то, что надо.

— С большим удовольствием, государь, — великий князь улыбнулся, — честно говоря, с этим балом я уже дня три дома не бывал. Жена уже моё лицо забывать начала.

— Передай мой привет Ангелине Михайловне, — Василий зевнул, — иди, дядя, иди, на завтра, считай, у тебя выходной. В конце концов, царь я или не царь?



***

Москва. Особняк Бестужевых. Следующее утро.

Спустившись на первый этаж, я вошёл в кухню и мысленно усмехнулся. Без Василия и его подчинённых тут сразу стало пусто, никто не встречает накрытым столом. Но ничего страшного, кофе я себе и сам могу сварить.

Начав хозяйничать на кухне, я параллельно составлял себе план на день. В Москве мне придётся быть где-то неделю ещё, в основном для деловых встреч, те же старики-разбойники пообещали заглянуть в гости, правда, когда, не уточнили. А значит, надо возвращать Василия обратно, а то одно дело кофе, и совсем другое — хороший стол. Со вторым я точно не справлюсь, ха-ха.

— Уже проснулся, человек? — со второго этажа послышался голос Эллора.

— Проснулся, — крикнул я, — спускайся на кухню, будем кофе пить, — стоило только мне сказать про кофе, как с лестницы тут же донёсся топот. Да-да, дракон полюбил этот напиток, даже странно, если честно. Впрочем, не водка, и уже хорошо.

Через несколько секунд в дверях кухни появилось прищуренное лицо Эллора, и, заметив чашки на столе, он расплылся в довольной улыбке. Миг, и он уже опрокидывает первую чашку, после чего его улыбка становится ещё шире.

— Хорошо-о, — шумно выдохнул он, — и что дальше, человек? Сколько мы будем сидеть в этом домике? На севере мне нравится больше, да и людей там меньше.

— Да, я бы тоже не отказался от возвращения на север, — сделав первый глоток обжигающего кофе, я зажмурился, — но ещё недельку где-то мы будем тут. Нужно решить все юридические моменты, а ещё я до сих пор не получил методики тренировок для магов, а это, пожалуй, самое важное. Ну и нужно поговорить с союзниками, Риволи вряд ли успокоится, рано или поздно эта падла вновь проявит себя.

— Так, может быть, тихонько откроем портал к нему и всё? — Эллор провёл пальцем по горлу, — зачем ждать?

— Нет, так неинтересно, — я усмехнулся, — герцог должен не просто сдохнуть, он должен потерять всё, за то, что сделал с моей сестрой. Мне недостаточно одной лишь смерти, — я сжал кулаки, вспоминая картинки, что я получил в процессе лечения Анжелики.

Эта тварь измывалась над ней всеми возможными способами, и за это я лично уничтожу всё, что ему дорого, а потом вырву его кадык голыми руками!

— Ну как хочешь, — Эллор пожал плечами и налил себе ещё кофе, — возвращать твоего дворецкого с севера?

— Пожалуй, да, — я кивнул, — и слуг заодно пусть прихватит.

Дракон выпил вторую чашку кофе и покинул кухню, я же направился на улицу. Последние дни лета в Москве были особенно жаркими, так что, несмотря на утренние часы, уже немного припекало. Со стороны небольшого полигона слышались азартные крики охраны, видимо, Женя тренирует своих. Сев на один из стульев, расположенных на веранде, я решил просто немного насладиться атмосферой. В скором времени мне предстоит куча работы, а ещё война. Война в этом мире стала частью моей жизни, впрочем, как и в прошлом.

***

Париж. Дворец герцога Риволи.

Герцог сидел за рабочим столом и внимательно смотрел видеозапись, которую он получил сегодня утром. Почтовый адрес, с которого прислали это видео, почти сразу же исчез, да и был он всего лишь набором символов, однако само видео дало ответ на очень многие вопросы. Смерть грандмагистра Бжезинского, смерть быстрая и кровавая, вот что было на этом видео.

— Что думаешь, Антуан? — герцог поднял голову и глянул на своего верного слугу, — Бестужев победил поляка, но убивают его на этом видео совсем другие, — герцог покачал головой, — и если меня не обманывают глаза, то это и не люди вовсе.

— Всё верно, мой господин, — слуга поклонился, — это особый отряд големов, который служит Николаю Николаевичу Рюриковичу, фактически являясь самым сильным козырем имперской службы безопасности, — Антуан тяжело вздохнул, — а значит, это послание от русского императора, господин. Предлагаю забыть о Бестужеве на время, хотя бы на полгода. Мы и так слишком сильно показали свою заинтересованность в нём, не только русские могли это понять.

— Ладно, пусть будет так, — Риволи медленно кивнул, — тем более что мне есть чем заняться. Ещё не все активы ордена Библиотекарей перешли к нам, нужно усилить работу в этом направлении, особенно что касается германских княжеств.

— Как прикажете, мой господин, — Антуан поклонился, мысленно выдыхая.

Одержимость герцога Бестужевым уже начала напрягать, хорошо, что эта мания начинает проходить потихоньку.



***

Москва. Особняк Бестужевых. Полтора часа спустя.

Сидя в кабинете за рабочим столом, я читал отчёты сестры. С самого утра Анжелика взялась за дело, и теперь я плюс-минус знал, что пятьсот квадратных километров — это не то чтобы много, однако земля там очень хорошая и подходит для сельского хозяйства, к которому так тянулась сестра. Естественно, я пообещал, что мы займёмся этим, хотя проще покупать всё, что нужно, с юга. Кстати, южные земли тоже надо развивать, и чем быстрее, тем лучше.

Дочитав последний доклад, я закрыл ноутбук и задумался. Теперь, когда у меня есть право на основание клана, я могу сделать того же Меньшова дворянином и принять у него вассальную клятву. Никакого титула я ему дать не могу, но тут мне поможет Дмитрий, который, кстати, уже должен быть здесь. Цесаревич звонил где-то час назад и сказал, что едет, мол, у него есть какой-то сюрприз для меня.

Стук в дверь отвлек меня от размышлений, и, подняв голову, я увидел Василия.

— Господин, его императорское высочество приехал, — немного даже торжественно произнёс домоправитель.

Впрочем, для него члены императорского рода — что-то вроде небожителей, Василий очень гордится, что они приезжают к нам в гости, и каждый раз старается, чтобы всё было хорошо.

— Благодарю, Василий, — поднявшись, я направился на первый этаж.

Посмотрим, что там за сюрприз у цесаревича, надеюсь, что-то хорошее, плохого в этом мире мне и так достаточно, ха-ха.



Глава 3

***

Особняк Бестужевых. Москва.

— Здравствуй, Алексей, — Дмитрий крепко пожал мою руку и улыбнулся, — неплохой у тебя тут домик, уютный.

— Спасибо, — я усмехнулся, — купил его в самом начале своего пути, можно сказать, он мне дорог как память. Ну, с чем пришел, Дмитрий? — я кивнул на накрытый в гостиной стол, — пройдем же, обсудим все вопросы за столом.

— С удовольствием, — царевич кивнул, и через минуту мы уже расположились за накрытым столом.

Василий тут же налил цесаревичу вина и, поклонившись, вышел, оставив нас наедине.

— Вот, держи, — парень достал из кармана самую обычную на вид карту памяти и протянул ее мне, — тут все, что касается методик развития магов, все, что есть у императорского рода, — он покачал головой, — как ты понимаешь, эти данные не должны попасть кому-либо в руки, иначе отец будет в ярости.

— Я все понимаю, — взяв карту, я спрятал ее во внутренний карман, — можешь не переживать, Дмитрий, этой информацией буду пользоваться только я и люди, что дали мне клятву на крови, — усмехнувшись, я взял в руки бокал, — что ж, за такое можно и выпить.

— Но это еще не все, — цесаревич глянул на меня, хитро прищурившись, — граф Бжезинский сегодня ночью покинул наш мир и отправился к своим предкам, а мой отец извиняется перед тобой за то, что какой-то поляк посмел оскорбить твою сестру, графиню Анжелику, — на этом моменте голос парня чуточку дрогнул, но он быстро взял себя в руки, — а так как мой отец император, то простых извинений тут будет недостаточно, — он достал из кармана небольшой конверт с императорским гербом, — внутри пароль к обезличенному счету, на котором лежат деньги, полученные Бжезинским от Риволи, плюс еще столько же добавил польский король Владислав. Считай, ты стал богаче на полтора миллиарда, — после этих слов Дмитрий откинулся на спинку кресла и улыбнулся.

— Царский подарок, — взяв конверт, я сунул его в карман.

Жест императора меня удивил, скрывать не буду. Я-то думал, что государь просто выбросит поляка из страны, да всё, ан нет, государь решил идти до конца. С другой стороны, после такого поляки сотню раз подумают, прежде чем устраивать такое в следующий раз.

— Ну и как тебе сюрприз? — Дмитрий коротко хохотнул, — вижу, ты не ожидал такого.

— Не ожидал, — я кивнул, — но сюрприз понравился, скрывать не стану. Но теперь пора переходить к делам. Что дальше, Дмитрий? Какие планы у государя касаемо меня и поляков? Не уверен, что после того, что случилось на балу, кто-то из них захочет учиться у меня, да и я не то чтобы горю желанием чем-то с ними делиться.

— Ну, придется, — цесаревич поморщился, — ладно, все равно не вижу смысла скрывать этого от тебя. Если коротко, отец не просто так хочет, чтобы ты стал преподавателем в университете. Во-первых, князь Романов последнее время ведет себя очень вызывающе, и это не нравится отцу, во-вторых, поляки. После последнего конфликта они затихли, но уже год как начали вновь поднимать голову. На границах участились провокации, есть даже потерпевшие с нашей стороны. Но этого недостаточно для того, чтобы вторгнуться в пределы их вшивого королевства, и именно поэтому отец хочет, чтобы ты стал преподавателем. Ты молод, студенты у тебя будут тоже молодыми, а значит, они не будут воспринимать тебя всерьез. Большая часть из них родом из восточной Польши, ближе к нам, чем к западу, а значит, когда они начнут тебя оскорблять, у тебя будет полное право объявить им войну.

— Это все, конечно, прекрасно, но ты не думал о том, что у меня нет достаточно живой силы, чтобы воевать сразу с сотней поляков? — я усмехнулся, — этот аспект вы упустили, или как?

— Или как, — Дмитрий подмигнул мне, — не переживай, все учтено могучим ураганом. Во-первых, ты будешь не единственным преподавателем, рядом с тобой будут Ермолов с Суворовым. На троих у вас около десяти тысяч бойцов, и этого хватит пройтись по западной Польше катком. А там остальная шляхта взвоет, и Владиславу придется атаковать вас. Ну а там уже мы с отцом подключимся к игре, вот и все. Владислав уже сейчас все прекрасно понимает, но у него нет сил сопротивляться, как бы сильно ему не хотелось. Так что в итоге мы получим часть Польши и лет на двадцать забудем о поляках, пока они в очередной раз не решат попробовать нас на зуб. Ну и на юге есть еще турки, которые, как ты помнишь, помогли персам, с ними тоже надо бы разобраться. Как видишь, на ближайшие несколько лет дел у нас выше крыши.

— Согласен, работы и правда много, — я медленно кивнул, размышляя, говорить ему о том, что я видел, или нет?

Я не знаю пределов силы Алой и не хочу, чтобы она пришла в спальню к цесаревичу, а потом его обнаружили мертвым. Извечное Пламя способно защитить своего избранника от ментального влияния, так что переписать сознание парня у этой дряни не выйдет, но даже магически она намного сильнее и может убить его голыми руками. Нет, пожалуй, не буду ничего пока рассказывать. Возьмет ранг грандмагистра, тогда и поговорим.

— Сколько ты еще будешь в Москве? — вопросительно глянул на меня Дмитрий, накалывая на вилку кусочек ароматного сыра.

— Неделю еще точно, — я покачал головой, — надо встретиться с союзниками, решить кучу вопросов, да и вообще, столица мне тоже нравится, хотя север нравится больше.

— Неделя — это хорошо, — задумчиво произнес цесаревич, — как раз будет время, чтобы познакомить тебя кое с кем из нашего рода. Поверь, это знакомство ты точно оценишь.

— Как скажешь, — я пожал плечами, — а что насчет тебя, Дмитрий? Ты же понимаешь, что нужно брать ранг грандмагистра как можно быстрее? И я могу тебе помочь в этом, особенно учитывая твою вторую стихию.

— Ты про смерть? — парень поморщился, — даже не знаю, радоваться или нет. Стихия мощная, но совсем не подчиняется мне. Не понимаю, как ты вообще управляешь сразу тремя?

— Тренировки, — я усмехнулся, — погоди, я сейчас кое-что принесу, — выйдя из-за стола, я пошел к себе в комнату.

Найдя ту самую тетрадь, полученную от Эмиссара Смерти, я быстро вернулся обратно и протянул ее цесаревичу. Парень тут же погрузился в изучение, а через минуту поднял на меня взгляд.

— Ценная вещь, — серьезно сказал он, — намного ценнее, чем то, что дал я тебе. Это ведь не некромантия, а именно сила Смерти.

— Ничего, я уже усвоил все, что было в этой книге, — я покачал головой, — теперь твой черед.

— Спасибо, — Дмитрий встал и протянул мне руку, которую я с удовольствием пожал.

Царевичу, видимо, не терпелось приступить к обучению, так что он быстренько попрощался и покинул особняк. Н-да, пусть учится, сила Смерти ему точно понравится, учитывая его характер, главное, чтобы не прибил никого ненароком.

— Что дальше, человек? — в гостинную вошел Эллор, — может, все-таки махнем в один из очагов? Вдруг нам удастся нащупать тот самый канал, что связывает его с тем странным миром?

— А давай, — я кивнул, — мне теперь тоже интересно понять, как это все работает. Видимо, все завязано на ядра, которые появляются после убийства самого сильного монстра, интересно, а что будет, если его не убивать?

— Вот и узнаем, — Эллор радостно оскалился, — мне кажется, это будет очень, очень весело!



***

Москва. Императорский дворец.

— Александр Александрович, Алексей Петрович, — император кивнул Суворову и Ермолову как старым знакомым, — рад, что Вы приняли мое приглашение.

— Разве мы могли отказать, государь? — Суворов усмехнулся, — императорская просьба равна приказу, это все знают.

— Ну ты уж не обобщай, дядя Саша, — император улыбнулся, — тебя-то это не касается, как и тебя, Алексей Петрович. Вы на особых условиях у моего рода.

— Государь, ты знаешь, мы любим конкретику, — Суворов тяжело вздохнул, а Ермолов улыбнулся, — что ты на этот раз задумал?

— Польша, — одним словом ответил Василий.

— Опять? — Ермолов расхохотался, — бедные поляки, что на этот раз? Мы и так тогда по Варшаве прошлись, они никак этого не могут забыть, а ты опять хочешь к ним в гости заглянуть?

— Владислав выпустил ситуацию из-под контроля, — Василий пожал плечами, — не сегодня-завтра молодые шляхтичи начнут на границу ходить, удаль свою показывать. Как ты думаешь, Алексей Петрович, мне это надо?

— Не надо, — Ермолов отрицательно покачал головой, — я все понимаю, государь, но нам ведь нужен казус белли, как говорят итальянцы, а его пока нет вроде как.

— Ключевое слово «пока», — император расплылся в довольной улыбке, — повод будет, можешь не сомневаться, князь. Дядя Саша, а ты что скажешь? — император перевел взгляд на Суворова.

— Я конечно готов выполнить приказ, государь, любой приказ, — Суворов покачал головой, — но не рано ли мы начинаем вторую войну? Только-только ведь с персами разобрались, может, стоит дать армии отдохнуть?

— Воевать будет не армия, — Василий отрицательно покачал головой, — во время персидской кампании я бросил клич среди дворян, и лишь самые верные пришли на помощь, — говоря это, Василий тяжело вздохнул, — мне не нравится ситуация, когда многие дворяне относятся с пренебрежением к императорскому роду, и я хочу ее исправить. Возможно, короткая война, где будут участвовать одни дворяне, позволит многим вспомнить о том, откуда пошли их корни, и что их удел — служить, а не править.

— Что ж, тогда я «за», государь, — Суворов встал и глубоко поклонился, — что от меня требуется?

— От нас, старый друг, от нас, — Ермолов тоже встал, — неужели ты думал, что я откажусь от такого роскошного предложения? Аль забыл, что в Польше меня ждет Сапега, друг мой сердешный, ждет и никак не дождется, — после этих слов Ермолов демонстративно тяжело вздохнул, после чего все они расхохотались.

В прошлую войну князь Сапега бежал с поля боя, сверкая пятками, так что вряд ли он жаждал еще одной встречи с князем Ермоловым.



***

Москва. Дворец Романовых.

— Здравствуй, Володя, — Шереметьев пожал руку Владимиру Владимировичу и рухнул в свободное кресло, — ну и духота на улице, даже кондиционер в машине не спасает. Ну как настроение, старый друг?

— Скверное, — Романов поморщился, — всю ночь кошмары снились, словно морок какой-то на меня наслали. Ты мне лучше скажи, поговорил с Милославским?

— Поговорил, — Шереметьев медленно кивнул, — он конечно не в восторге от нашей идеи, но согласен. Кажется, его дочь умудрилась втюриться в Бестужева, он хоть и прямо это не сказал, но ты ж меня знаешь, мне одного взгляда достаточно, чтобы это понять.

— Знаю, знаю, — хорошая новость заставила Владимира Владимировича улыбнуться, — что ж, это уже вселяет надежду, что не все еще пропало. Скажу тебе по секрету, старый друг, сегодня ночью Бжезинский ушел в мир иной, такие вот дела.

— Да ну? — Шереметьев глянул на князя с удивлением, — неужели император?

— А кто еще? — Романов кивнул, — у Василия крутой нрав, а еще теперь у нас паритет по сильным магам, а если по честному, то у Рюриковичей больше.

— Думаешь, весь род поднимется в случае чего? — в голосе Шереметьева послышалось сомнение, — Василий многим не нравится, ты же знаешь.

— Против своего они не пойдут, — Романов отрицательно покачал головой, — даже не мечтай. Так что Бестужев — хорошая возможность закопать топор войны с императором. Он останется его человеком, сопляк слишком принципиален, но ведь ночная кукушка дневную завсегда перепоет, — на губах князя возникла хитрая улыбка, — возможно, не он, но его дети будут теми, кто изменит этот порядок. В конце концов, мы всегда играли вдолгую, пришла пора вернуться к этому. Наша сила в планировании, а не в грубой мощи, так вспомним же, благодаря чему наши кланы до сих пор процветают.

— Золотые слова, Володя, — Шереметьев демонстративно смахнул несуществующую слезу, — а теперь давай за это выпьем!



***

Подмосковье. Один из малых очагов.

Несколько часов спустя.

— Н-да, что-то я ничего не понимаю, — Эллор стоял рядом с огромной ледяной глыбой, внутри которой мы заточили местного босса, — у этой твари точно есть связь с чем-то непонятным мне, но она настолько слаба, что мне никак не удается нащупать нить. Да и вообще, ладно монстры, с ними все понятно, но каким образом меня тогда затянуло в очаг? Если их создают искусственно.

— Откуда мне знать, — я пожал плечами, — вариант только один, Алая рассказала далеко не все, что знала. И знаешь, я вот не сомневаюсь, что это так. Мы ведь даже не знаем, сколько ей лет, она вполне может быть старше даже тебя, — я усмехнулся, — ладно, так мы точно ничего не поймем, убей тварь, забираем ядро и уходим. Сразу после этого ты возвращаешься на север, и начинаешь прокачивать нашего порталиста.

— Думаешь, у него больше шансов? — с сомнением спросил дракон, — хорошо, сделаю.

— Шансов у него точно больше, как минимум потому, что пространство — его родная стихия, у тебя же это лед, не забывай, — я улыбнулся, Эллор же поморщился и одним ударом снес голову ящерице, заключенной во льду.

Через несколько мгновений появилось ядро красного цвета, и, забрав его, мы вышли в реальный мир. Затея провалилась, но ничего страшного, главное, что мы теперь понимаем, в какую сторону копать. Вспоминая же картину огромных загонов, набитых тварями, я понял одно: нужно как можно быстрее закрыть очаги вокруг Хладограда, чем меньше их останется, тем лучше. Даже боюсь представить, что будет, если кто-то решит выпустить всех тех тварей в наш мир? Хм, а может, в этом цель неизвестных? Отобрать самых устойчивых и сильных монстров, а потом спустить их с поводка? Но тогда зачем они дают нам возможность забрать ядра, это же сила, огромная сила? Нет, тут все должно быть сложнее, не может все так просто быть, просто не может. Бросив задумчивый взгляд за исчезающее марево очага, я направился в сторону автомобиля, вполуха слушая дракона, который о чем-то рассуждал. И ведь Вечный Лед ни одного намека не оставил мне насчет очагов, хотя я уверен, он-то точно должен знать, в чем дело, просто обязан знать.



***

Тот самый исток.

Высокий черноволосый мужчина стоял на плато, близком к вершине горы, и странно улыбался. Внизу, на огромной равнине, стояли ровные загоны, внутри которых были всевозможные монстры, и все они были его творениями. Тысячи лет, миллионы комбинаций, все ради одной, лишь ему понятной цели.

Вдруг за его спиной повеяло сильным холодом, но мужчина даже не дернулся, прекрасно зная, что прибывший гость не причинит ему вреда.

— Здравствуй, Лед, — не спеша повернув голову, мужчина бросил на гостя насмешливый взгляд, — быстро же ты пришел.

— Погонщик, — Вечный Лед кивнул, — не могу сказать, что рад тебя видеть. Зачем звал?

— На моей земле был носитель твоей силы, — мужчина улыбнулся, — не знаешь, что могло ему тут понадобится?

— Откуда мне знать? — Лед хмыкнул, — мои последователи не докладывают мне о каждом своем шаге. Но раз он тут был, значит, что-то хотел. У тебя претензии ко мне, Погонщик?

— Никаких претензий, — мужчина продолжал улыбаться, — Лед, я давно перестал играть в ваши игры, и даже то, что делают старшие, меня не очень интересует, ведь у меня своя цель. Однако в последнее время один из миров, где я провожу свои эксперименты, начал меняться. Мои очаги начали исчезать, пусть пока не сильно, однако сама тенденция настораживает. И почти всегда их уничтожал носитель твоей силы.

— Ты можешь сколько угодно рассказывать о том, что не участвуешь в великой игре, — Лед покачал головой, — но мы так или иначе все в ней участвуем. Твои очаги, твои зверушки, для многих они опасны, вот мой последователь и убирает эту опасность. Он в своем праве, разве нет?

— Пока да, — Погонщик медленно кивнул, — но грань так тонка, — улыбка на его лице стала еще шире, — быть может, стоит с ним поговорить? Пока он сам не стал частью моего эксперимента…



Глава 4

***

Мир Истока.

— Ты угрожаешь моему последователю? — аура Льда сгустилась, и на Погонщика повеяло смертельным холодом, — осторожно, ты прекрасно знаешь, как я отношусь к таким вещам.

— Нет-нет, никаких угроз, — мужчина отрицательно покачал головой, продолжая улыбаться, — но мои игрушки постоянно развиваются, и рано или поздно твой последователь может нарваться на того зверя, которого он не сможет переварить.

— Не переживай о нем, мой последователь справится, — недовольно рыкнул Лед, — это всё, что ты хотел обсудить?

— Пожалуй, что да, — мужчина кивнул, — не смею больше задерживать тебя, Лед. Передай мой пламенный привет госпоже Смерти, скажи, что Погонщик помнит о данном ей слове, — коснувшись пальцами виска, мужчина изобразил что-то вроде поклона.

Лед фыркнул, после чего исчез во вспышке синего цвета, оставив Погонщика одного. Мужчина бросил еще один взгляд на своих зверушек, после чего громко свистнул. Подняв голову к небу, он уставился на небольшую черную точку, которая с каждой секундой становилась больше. Через несколько мгновений точка превратилась в силуэт черного дракона, и он уже почти рухнул на скалы, однако в последний момент дракон с громким хлопком расправил крылья, которые сработали как парашют.

— Летим на юг, — бросил Погонщик, поднимаясь на спину дракона, и тот согласно рыкнул, после чего взмахнул тяжелыми крыльями, резко поднимаясь в воздух.

Погонщик бросил еще один взгляд на плато, и на его губах заиграла хищная улыбка. Великие первостихии могут сколько угодно играть в свои игры, но рано или поздно его зверушки доберутся и до них. Ведь нет предела совершенству, это он точно знал…



***

Обитель Льда.

Вернувшись к себе, Лед вошел в тронный зал и, упав на свой ледяной трон, задумался. Погонщик никогда до этого не смел перечить, но что-то, видимо, изменилось. Лед попытался вспомнить, когда они в последний раз виделись с ним, и выходило, что это было очень, очень давно. Тогда почему же он вылез сейчас?

Размышляя об этом, Лед находил все больше и больше странностей и понял, что без совета тут не обойтись. Щелкнув пальцами, он создал небольшого ледяного голубя и, взмахнув рукой, отправил его в портал, а где-то через минуту недалеко от трона открылся овал золотого цвета, откуда вышла Смерть. Как всегда обворожительная, она с улыбкой посмотрела на Льда.

— Что такого случилось, что ты решил пригласить меня к себе в гости? — мелодичным голосом спросила первостихия, — неужели появилась проблема, которую ты не способен решить сам?

— Погонщик, — поморщившись, сказал Лед, — он вновь появился и на этот раз посмел мне угрожать. Пусть и завуалированно, однако раньше он себе такой наглости не позволял, я точно помню, — Лед покачал головой, — а еще он попросил передать тебе привет.

— Каков наглец, — в голосе Смерти прозвучало восхищение, однако, заметив недовольный взгляд Льда, Смерть тут же сделала вид, что ничего не было, — выходит, ты разговаривал с ним лично?

— Да, в одном из его искусственных миров-инкубаторов, — Лед ударил по подлокотнику трона, — он угрожал мне, он угрожал моему последователю! Надо было все-таки прибить его в прошлый раз, и дело с концом. Сколько раз этот гад крал существ, что подчинялись нам, но каждый раз ты просила закрыть глаза на это. Может, объяснишь почему? — Лед вопросительно глянул на Смерть, однако она не спешила отвечать.

Женщина подошла к большой ледяной глыбе, что заменяла Льду стол, и, присев на краешек, начала накручивать длинные локоны на палец.

— Понимаешь, Лед, долгое время Погонщик был моим союзником, — тихо произнесла она, глядя в потолок, — но потом мы разошлись во мнениях, и он просто исчез. Как ты помнишь, это было очень, очень давно. Получается, что за это время он стал намного сильнее, раз решился перечить тебе.

— И всё? — Лед сжал кулаки. — Ты хочешь сказать, что покрывала его просто потому, что он был твоим союзником? Я ведь тоже им был долгое время, но меня ты не спешила так защищать.

— Лед, я сказала тебе всё, что могла сказать, — Смерть фыркнула, — могу лишь добавить одно, Погонщик — один из самых терпеливых существ мироздания, у него такой образ мышления, что он может подождать и тысячу, и десять тысяч лет. В этом его главная опасность, ты никогда не знаешь, когда он ударит и ударит ли вообще.

— Отлично, — недовольно прорычал Лед, — только этого мне и не хватало. А если он заявится к моему последователю?

— Он этого не сделает, — Смерть отрицательно покачала головой, — у Погонщика есть свое представление о чести, к слабому он не полезет, просто потому, что считает себя кем-то вроде рыцаря. Согласна, странная характеристика для одного из нас, но и у тебя тоже есть свои тараканы, — Смерть хмыкнула, — мой тебе совет, свяжись с Вестгейром и предложи ему помощь. Он должен стать сильнее, Могильщик рано или поздно придет, и на этот раз наш парень должен победить.

— Свяжусь, — буркнул Лед, — только не думай, что я это делаю из-за твоих слов. Вестгейр — один из самых достойных носителей моей силы, я не хочу, чтобы его душа оказалась в плену Скверны.

— У тебя есть все ресурсы, чтобы избежать этого, — серьезным тоном сказала Смерть, — хватит придерживаться старых правил, Лед, игра изменилась, и нам пора меняться вслед за ней, — после этих слов Смерть грустно улыбнулась, а Лед с недовольством подумал о том, что в последнее время она подозрительно часто говорит разумные вещи.



***

Москва. Особняк Бестужева. Вечер.

— Ну что, граф, расскажешь, как докатился до жизни такой? — князь Ермолов, как всегда, был весел, в отличие от хмурого Суворова, — когда мы услышим о появлении нового клана? Мне уже не терпится посмотреть на рожу Романова, ха-ха.

— Петрович, ты бы так при отроке не выражался, — вот тут даже Суворов не выдержал и улыбнулся, — все-таки Володя в столице уважаемый человек, аж целый ректор, забыл что ли?

— Даже не помнил, — отмахнулся Ермолов, — зато я помню его сопливым учеником в императорской школе магии, и как он вызвал меня на дуэль, чтобы покрасоваться. Славное было времечко, до сих пор помню, как раз двадцать воткнул его мордой в песок.

— Это да, красиво ты тогда его заломал, — Суворов кивнул, — ну да не будем об этом, мы сюда по другому поводу приехали.

Я разочарованно вздохнул, мне было бы интересно послушать о том, как эти двое Романова валяли. Все же последний сейчас один из самых влиятельных людей империи. Не самый сильный, всего лишь архимагистр, но архимагистр с кланом, мощным кланом.

— Мы были у государя, тезка, — сказал Ермолов, — и он вкратце поделился с нами своим планом по завоеванию хорошего такого куска Польши. С тобой вроде как цесаревич должен был это обсудить, было такое?

— Было, — я кивнул, — конечно, я не очень себя вижу в роли преподавателя, но ради такого веселья, так и быть, готов потерпеть.

— Вот и мы так решили, — Суворов кивнул, — хотя, если честно, я вообще против делится с поляками чем-либо. Ну да ладно, государю виднее. Ты вот что нам скажи, Алексей, когда ты собираешься свой клан основать?

— Эмм, да пока что не собираюсь, — честно говоря, этот вопрос заставил меня растеряться.

Нет, клан был у меня в планах, всё так, и я даже знаю, кого я могу сделать дворянами, только всё это нужно правильно оформить, подготовиться к этому делу, с людьми поговорить.

— Вот что, отрок, — Суворов с Ермоловым переглянулись, — когда у тебя появится клан, мы готовы в него вступить.

— В мой клан? — такое я точно не ожидал услышать, если честно, хорошо, что в этот момент я ничего не ел, а то подавился бы нахрен.

— Ты всё правильно расслышал, тезка, — Ермолов, улыбаясь, кивнул, — у нас с Санычем не такие уж и большие рода, однако достаточно крепкие, как ты понимаешь. И его, и меня неоднократно приглашали вступить в клан, но мы отказывались.

— Да, потому что хотели быть в том клане, что в случае чего без раздумий бросится на защиту империи, — Суворов был серьезен, — мы хоть и недолго были рядом с тобой, отрок, но ты никогда не юлил и дрался до последнего. Цесаревич молод, но в будущем ему понадобится опора, и именно твой клан сможет стать ею.

— Но у него есть императорский род и клан, — немного растерянно ответил я, — конечно, если будет нужна моя помощь, я окажу ее.

— Твоего слова нам достаточно, — Суворов улыбнулся, — а теперь, может, за стол пригласишь?

— Конечно, — я стукнул себя по лбу, — сейчас прикажу, сделают в лучшем виде. Кстати, вы ничего против Васильчиковых не имеете? А то у меня тут по соседству прямо сейчас находится глава рода с сыном, моим лучшим другом.

— Добрые мужи, зови их, — одобрительно цокнул Суворов, и по его взгляду я понял, что сейчас тут начнется настоящее веселье.

Впрочем, я только за, в конце концов отдыхать тоже надо. На балу у меня это не получилось, так хотя бы тут получится.



***

Один из особняков знати. Москва.

Алая еще раз перечитала характеристику на князя Романова и улыбнулась. Да, то что надо. Этот человек мало того, что уже засветился в конфликте с Бестужевым, так еще и до сих пор вынашивает планы о том, чтобы подчинить его. Несколько слуг, работающих во дворце Романова, очень легко подчинились Алой, и она смогла сама сформировать свое мнение о нем. Наглый, хитрый, властолюбивый и одновременно с этим достаточно трусливый в вопросах войны.

— Ничего, мальчик, очень скоро ты поймешь, что со мной тебе выгоднее дружить, — тихо прошептала себе под нос Алая.

— Вы что-нибудь сказали, госпожа? — один из слуг вопросительно глянул на магиню, на что она отмахнулась. Пора начинать свою игру, раз Бестужев не захотел сам, значит, придется его заставить!

Вскочив на ноги, Алая подошла к зеркалу, посмотрела на себя оценивающе, после чего направилась на выход. К такому человеку она готова прийти лично, полчаса хватит, чтобы обработать князя, а дальше он как миленький будет делать всё, что хочет она. В конце концов, так будет даже интереснее…



***

Дворец Романовых. Полтора часа спустя.

Владимир Владимирович изучал отчеты клановых финансистов и всё больше хмурился. За последний месяц они потеряли десять процентов дохода, а всё из-за конфликтов с персами и турками. Князь поморщился, войны он не любил даже больше, чем бессмысленные траты, но спорить с императором он не мог. Каким бы сильным не был его клан, против императорского у них не было ни шанса. Именно поэтому князь поддержал затею Шереметьева насчет женитьбы Милославской и Бестужева, если у них получится заполучить в свои руки этого пацана, то императору придется идти на компромисс.

Стук в дверь заставил князя отвлечься от размышлений, и, подняв голову, он увидел Никифора, дворецкого, рядом с которым стояла красивая женщина в бордовом платье.

— Никифор, это что еще за дела? — Владимир Владимирович нахмурился, — ты кого ко мне привел?

— Тебе надо поговорить с нею, княже, — веско сказал Никифор, словно не замечая недовольства князя.

Это насторожило Владимира Владимировича, и князь тут же активировал покров. Ветер в кабинете тут же пришел в движение, готовый в любой момент наброситься на врагов, но князь не спешил. Женщина рядом с Никифором была спокойна, даже улыбалась, и это больше всего не вписывалось в окружающую картину.

— Кто ты? — прорычал князь, поднимаясь на ноги, — и что ты делаешь в моем доме?

— О, князь, пока что в вашем доме, — она улыбнулась, — меня зовут Алая, но очень скоро вы будете звать меня госпожа, — ее улыбка мгновенно превратилась в оскал, а князь вдруг почувствовал, что ему, архимагистру воздуха, этого самого воздуха не хватает.

Схватившись за горло, он тщетно пытался сделать хотя бы вздох, но тело не слушалось, словно у него исчезли легкие. Невыносимая боль обрушилась следом, и князя хватило всего лишь на несколько секунд, после чего он потерял сознание и свалился прямо на стол.



***

Глядя на потерявшего сознание князя, Алая чувствовала разочарование. Бестужев в разы моложе него, однако он стоял на ногах перед нею и даже дерзил, хотя прекрасно представлял себе пределы ее силы. Именно поэтому Алая выбрала его, хотя можно было действовать куда проще. У русских много влиятельных дворян, которые смогли бы с ее помощью стать правителями, но ей нужно не это, нет. Она хочет получить силу, получить сильного союзника, и на эту роль пока что подходит только один человек.

Прищурившись, Алая направила в голову князя несколько нитей силы, и через несколько мгновений он пришел в себя, после чего встал перед ней, как верный вассал, а не как гордый князь.

— Правильный выбор, — усмехнувшись, Алая погладила его по щеке, — теперь ты, князь, будешь проводником моей воли в империи. И сегодня ты получишь первые указы, — магиня многозначительно улыбнулась.



***

Особняк Бестужевых. Следующее утро.

Проснувшись в семь утра, я ощутил лютую сухость, а потом пришла БОЛЬ! Голова трещала так, что у меня в глазах темнело, однако я все же заставил себя встать и дойти до душа. Встав под холодные струи воды, я потихоньку начал приходить в себя, однако боль лишь немного утихла, но никуда не ушла. Твою ж налево, вот это нас вчера закрутило. Честно говоря, я помню лишь первые несколько часов вчерашнего праздника, а дальше все было как в тумане. Суворов с Ермоловым оказались своими в доску людьми, несмотря на свои ранги и статусы, они вели себя ровно, и если Васильчиковы поначалу держались как-то напряженно, то потом растаяли и включились в общее веселье. И мне вроде тоже было очень весело, но сейчас я почему-то жалел об этом.

Взбодрившись немного с помощью душа, я вытащил из шкафа чистую одежду и, натянув ее на себя, пошел на первый этаж. По пути чуть не рухнул на лестнице, зацепившись об ступеньку, но удержался на ногах. Добравшись до гостиной, я увидел на столе банку с рассолом, а рядом невозмутимого Василия.

— Отец родной, как знал, что я сейчас спущусь! — кинувшись к холодной банке, я взял ее в руки и начал жадно пить. Почти сразу же мне стало легче, и я смог посмотреть на Василия осознанным взглядом, — Василий, скажи мне, мы сильно куралесили вчера?

— Все в меру, господин, — домоправитель улыбнулся, — поверьте, в своей жизни я видал праздники и похлеще.

— Куда делись старики-разбойники? — сделав еще глоток, я рухнул на стул и взялся за голову. Боль вернулась, как раз в самый неподходящий момент.

— Граф Суворов и князь Ермолов покинули ваш дом часа три назад, Денис должен был отвезти их до гостиницы, — домоправитель покачал головой, — вот только он уже должен был вернуться, но почему-то резко перестал отвечать на звонки. До сегодняшнего дня я не замечал за ним такой привычки.

Слова Василия помогли мне лучше любого лекарства. Боль мгновенно уступила место тревоги, и я тут же обратился к источнику, чтобы прогнать силу по телу.

— С ним кто-то был из бойцов? — я вопросительно глянул на Василия, на что он отрицательно покачал головой.

— Нет, господин, Денис поехал один, — теперь и в голосе Василия появились тревожные нотки, — думаете, с ним что-то случилось?

— Мы в Москве, — я поморщился, — тут у меня достаточно врагов, так что вполне возможно. Василий, пригласи ко мне Женю, — я хотел было еще добавить кое-что, но в этот момент в гостиную вошел Женя, словно зная, что мне нужен.

— Господин, — боец выглядел встревоженным, — только мимо ворот проехал неприметный автомобиль, из которого нам бросили вот это, — он протянул мне самый обычный на вид конверт, — мы попытались глянуть номера, но их не было.

— Проклятье, — уже зная, что увижу внутри, я открыл конверт, и на стол упали три фотографии, на которых был связанный и порядком избитый Денис. На одном из фото сзади был написан адрес и короткое «приходи».

— Ну, твари! — я почувствовал, как внутри меня поднимается волна ярости, — вы сами этого попросили!



Глава 5

***

Особняк Бестужевых. Минуту спустя.

С трудом успокоив ярость внутри себя, я поднял голову и уставился на Женю.

— Поднимай бойцов, — хрипло произнес я, — всех, кто есть. Мы едем вызволять Дениса.

Женя коротко поклонился и бегом вышел из гостиной.

— Господин, может, стоит позвонить вашим гостям? — Василий многозначительно глянул на меня. — Думаю, ни граф, ни князь не откажут вам в помощи.

— Некогда, — я отмахнулся, — да и, думаю, одного меня будет достаточно, — сдерживать злость с каждым мгновением было всё сложнее.

Какая-то тварь посмела тронуть моего человека, а потом прислать мне эти фотографии. Что ж, я вырву руки тому, кто это сделал, чтобы впредь он больше не смог такое сделать.

Вскочив на ноги, я направился наверх, там, где у меня была броня ликвидатора. Быстро переодевшись, я взял меч и вышел на улицу, где меня уже ждали внедорожники охраны. Двадцать бойцов, думаю, этого хватит. Учитывая, что у каждого помимо привычной амуниции появились еще и защитные артефакты от Моисея, этого отряда должно хватить. Ну и про себя я не забывал, естественно.

Прыгнув на сиденье рядом с Женей, я продиктовал ему адрес и, дождавшись, когда он продублирует его для остальных, кивнул на открытые ворота.

— Едем, — я сжал кулаки, — и чем быстрее, тем лучше.

— Понял, господин, — кивнув, Женя взялся покрепче за руль, и через минуту мы уже мчались в сторону юга.

Пробив в приложении адрес с фотографии, я понял, что нас пригласили на загородную базу отдыха. Узнать, кому она принадлежит, оказалось проще простого, владельцем оказался один из вассалов князя Романова. Хм, неужели ректор все-таки решил пойти со мной на конфликт? Если это так, то князь только что развязал мне руки. Сначала я освобожу своего человека, а потом загляну в гости к нему. Посмотрим, хватит ли у него смелости ответить за свои поступки.

До базы было часа два пути, и, чтобы окончательно не перегореть, я погрузился в медитативный транс. Злость мне пригодится, нельзя ее сейчас тратить впустую…



***

Один из особняков знати. Москва.

— Как я и предполагала, — Алая смотрела на кортеж Бестужева с улыбкой, — ты оказался очень предсказуемым, граф. Хорошо, что я не дала тебе свой адрес, этот домик мне нравится, не хочется его терять, — подняв голову, она махнула рукой одному из слуг, и тот тут же принес поднос с фруктами, сырной нарезкой и вином.

Алая собиралась смотреть представление, ведь сегодня столица русских вздрогнет, да так, что это запомнят надолго.



***

База отдыха. Подмосковье.

Барон Арзамасов нервничал. Когда утром ему позвонил сам князь и попросил взять в плен человека графа Бестужева, он не посмел перечить, однако чем дольше он размышлял о своем поступке, тем больше понимал, что сделанное им — просто несусветная глупость. Владимир Иванович не был дураком и прекрасно понимал: против гранда ему не выстоять. Да, база защищена, есть даже стационарный щит, который он загодя активировал, но гранд — это та величина, с которой просто невозможно спорить. В конце концов, у него же не императорский дворец, а просто хорошая база отдыха.

— Господин, — Пахом, один из верных гвардейцев, вошел в зал, — ребята доложили, кортеж Бестужева свернул с трассы, а значит, через час они будут тут. У него всего четыре машины, господин, а значит, у нас есть шанс, — с надеждой произнес гвардеец, — у меня под рукой сотня отборных бойцов, господин, мы справимся!

— Конечно справимся, Пахом, — грустно улыбнувшись, ответил барон, прекрасно понимая, что это ложь.

Да и гвардеец это знал, против гранда что сотня, что тысяча обычных бойцов — разницы никакой. А этот еще и герой персидской войны к тому же, император лично ему вручал награду. Владимир Иванович уже не раз пожалел о том, что ответил на звонок сюзерена, но сделанного назад не вернешь. Так что остается только одно: выполнить полученный приказ до конца. Барон лишь надеялся, что Бестужев не тронет его род, не тронет беременную жену и маленького сына. А сам он готов ответить головой за содеянное, в конце концов, он всего лишь выполнял приказ своего сюзерена, причем дословно.

***

Час спустя.

Когда автомобиль остановился, я распахнул глаза и увидел впереди высокий забор из красного кирпича. Приехали, получается.

— Господин, может, стоит попытаться с ними поговорить для начала? — тихо спросил Женя. — А то если мы атакуем, они могут прибить парня.

— Не прибьют, — я отрицательно покачал головой, — он их единственный шанс остаться в живых. Первым выхожу я, а вы уже идете следом, понял?

Женя кивнул, а я открыл дверь и, покинув салон, направился в сторону ворот. Они, естественно, были закрыты, но по бокам от них были небольшие башенки, в которых были люди. И эти самые люди прямо сейчас целились в меня из крупнокалиберных пулеметов. Наивные, остановить гранда пулеметами?

Шагая к воротам, я готовил конструкты, вешая их себе в ауру, и когда до ворот осталось метров десять, я остановился и, подняв голову, глянул на одну из башен.

— У вас два пути, — спокойно произнес я, пока сдерживая злость, — открыть ворота и пропустить меня внутрь или же открыть огонь. Выбрав первый путь, вы останетесь живы и, возможно, даже невредимы, выбрав же второй, вы гарантированно умрете в течение минуты. У вас тридцать секунд, чтобы определиться, — сказав это, я начал покрываться ледяной броней.

Играть с этими людьми в благородство я не собирался, не после того, как они похитили обычного водителя.

Пока я готовился снести ворота, бойцы Арзамасова, а так звали барона, которому принадлежал этот комплекс, о чем-то шушукались между собой.

— Время прошло, — рядом со мной закрутились снежные смерчи, — итак, ваш выбор?

Вместо ответа заговорили пулеметы, выплюнув в мою сторону короткие очереди тяжелых пуль. Вот только они всего лишь высекли искры из моей брони. М-да, предсказуемо.

Выпустив свой лед на волю, я обрушил всю его ярость на ворота, и сотни выросших прямо из земли ледяных копий моментально снесли всю защиту. Арзамасов включил стационарный щит, вот только сейчас я был слишком зол, чтобы дозировать силу, и защитная пелена просто треснула, не выдержав напряжения. Проходя мимо заключенных в лед боевиков, я понял, что они еще живы. Что ж, возможно, у них еще есть шанс, все зависит от того, как будет себя вести их господин.



***

Основное здание базы.

— Господин, — Пахом вошел в зал бледный, словно мел, — Бестужев снес ворота и идет сюда. Мы попытаемся его задержать, хотя бы на время, а вы бегите!

— Поздно, Пахом, поздно мне бегать, — барон усмехнулся, — возраст уже не тот, да и колени что-то с самого утра болят. Вот что, убери людей, я сам выйду к Бестужеву.

— Господин, но вы всего лишь магистр, у вас нет против него ни одного шанса! — боец в отчаянии всплеснул руками. — Вы ведь глава рода и не можете просто так погибнуть!

— Если моя смерть заставит Бестужева остановиться, то это лучшее решение, — пожав плечами, Арзамасов взялся за меч и пошел к выходу.

Жалел ли барон о том, что ему придется умереть? Конечно, да, но выбора у него не было. Уж лучше пасть в бою, пусть и неравном, чем покупать свою жизнь за счет верных людей. Не такому его учил отец, совсем не такому.



***

Пять минут спустя.

Когда я добрался до главного дома на территории, то с трудом сдержал ухмылку. Сто вооруженных рыл, держащих меня на прицеле, и мужчина лет сорока в классическом костюме с мечом в руках. А вот, кажется, и барон Арзамасов.

— Ваше сиятельство, я готов вернуть вам вашего человека, — на удивление твердым голосом произнес барон, — также я готов понести справедливое наказание. Лишь об одном прошу, не нужно убивать мою гвардию. Вся их вина в том, что они выполняли мои приказы.

— Прежде чем решить это, позволь задать тебе вопрос, — я убрал лед с лица, — ты сам решил взять в плен моего человека или это был приказ твоего сюзерена?

— Это был приказ сюзерена, — на миг лицо барона стало хмурым, — я не имею никакого права обсуждать приказы его светлости, как верный вассал обязан их выполнять, вот и все.

— Где мой человек? — я покачал головой, — если ты вернешь его мне сейчас, барон, то я пощажу тебя и твоих людей. Без виры тебе не обойтись, но хотя бы голову сохранишь.

— Пахом, — Арзамасов повернулся к рослому бойцу, и через несколько минут парочка его гвардейцев привели Дениса.

Выглядел он, конечно, так себе, лицо ему неплохо так разукрасили. Глядя на испуганного водителя, я испытал очередной приступ ярости, в моменте мне захотелось убить всех тут, но я сдержался. Что-то в этой истории мне не нравилось, Романов никогда не был глупцом, а этот поступок выглядит именно как глупость, словно ему просто нужен был повод для конфликта со мной. С другой же стороны, может, он на это и рассчитывал? Ну а что, я бы перебил тут всех, а князь потом выставил бы меня кровожадной тварью, мол, произошло недоразумение, только и всего. Такое тоже может быть, вполне может быть.

— Господин, простите, — Денис улыбнулся разбитыми губами, — надо было послушать Василия и взять с собой хотя бы одну машину сопровождения.

— Потом обсудим твой поступок, — я покачал головой и бросил ему целительский артефакт, после чего повернулся к Арзамасову. — Тебе повезло, барон, что Денис способен ходить сам, — тихо сказал я, глядя ему в глаза, — будь иначе, ты бы уже валялся на полу. А чтобы ты навсегда запомнил сегодняшний день, я оставлю тебе кое-что на память, — после этих слов я взмахнул клинком, и тот чиркнул кончиком по щеке барона.

Вот только в меч было влито столько силы, что шрам от этой раны останется с ним до конца жизни. А частицы моего льда будут напоминать ему о совершенной ошибке.

— Размер виры определишь сам, и не дай боги он меня не устроит, — бросил я через плечо, идя в сторону выхода.

О том, что кто-то решится выстрелить мне в спину, я не переживал, даже если такой недоумок найдется, то я всегда держу щит наготове. Однако никто так и не посмел меня тронуть, и я спокойно покинул территорию базы. Денис сел в один из автомобилей с бойцами, я же вернулся на свое место рядом с Женей.

— Куда дальше, господин? — боец вопросительно глянул на меня.

— К Романовскому дворцу, — я оскалился, — пора встретиться с ублюдком, что все это затеял, и задать ему парочку вопросов. Я простил ему прошлое, однако второй раз это делать не буду!

***

Один из особняков знати. Москва.

— А теперь ты наверняка поедешь к Романову, — Алая, смотря на экран ноутбука, чувствовала возбуждение.

Больше всего магиня любила, когда все шло по ее плану, так, как она хотела, и сейчас происходило именно это. Бестужев, сам того не понимая, играл по ее правилам, а значит результат заранее предопределен…



***

Москва.

По дороге к Романову я решил позвонить цесаревичу. Все-таки князь не та фигура, к которой можно просто так ворваться, точнее, ворваться можно, а вот разгрести потом последствия этого выбора будет сложновато.

— Алексей, ты уверен, что стоит так поступать? — в очередной раз задал свой вопрос цесаревич, вытаскивая меня из размышлений.

— Уверен, — твердо ответил я, — это был вассал Романова, Дмитрий, и он признался, что получил приказ от самого князя. Это фактически объявление войны, цесаревич, и я приглашаю тебя лишь для того, чтобы ты видел, я не какой-то мясник, который убивает шутки ради.

— Ох, взбаламутишь ты болото, — хмыкнул цесаревич, — сейчас такая дрянь полезет, что мы с тобой устанем расхлебывать. Но знаешь, в этом вопросе я на твоей стороне. Ты через сколько будешь у княжеского дворца?

— Минут через сорок, — ответил я, глянув на навигатор, — успеешь?

— Успею, — после этих слов цесаревич положил трубку, а я прикрыл глаза и мысленно усмехнулся.

Н-да, каждый раз, когда я возвращаюсь в Москву, тут происходит что-то такое, что ж, видимо, это судьба.



***

Дворец Романовых. Это же время.

— Деда, что происходит? — Алексей с удивлением смотрел на то, как маги рода готовились к отражению атаки под управлением деда, — мы что, собираемся с кем-то воевать?

— К нам едет Бестужев, — спокойно ответил Владимир Владимирович, — внук, садись в свою машину и едь к отцу. Часа через четыре ты будешь на месте, а мы пока решим вопрос с графом, — на губах князя появилась странная улыбка, — поверь, все будет хорошо. А теперь иди, — князь отмахнулся, а Алексей, склонив голову, направился в сторону гаража.

Он прекрасно знал деда и знал, что спорить с ним не имеет никакого смысла. Но Бестужев? Война с целым грандом? О чем старик только думает! Нет, надо срочно позвонить отцу. Он точно знает, что тут за чертовщина происходит.



***

Сорок минут спустя. Дворец Романовых.

Когда наш автомобиль остановился у красивых ворот, я первым делом обратил внимание на припаркованный кортеж с императорским гербом на боку. Хм, странно, Дмитрий приехал раньше, и его не пустили? Романов что, храброй воды выпил с утра?

— Женя, сидите тут, — я глянул на бойца, и тот кивнул, давая понять, что услышал мой приказ.

У Романовых одна из самых сильных гвардий в столице, по словам цесаревича, самого князя охраняют двадцать магистров и около сотни мастеров, ну и он сам, маг воздуха в ранге архимагистра. Серьезная армия, жаль, что во время войны с персами я не видел ее рядом. Уверен, если бы все князья столицы пришли бы на войну со своими магами, она бы закончилась за день, а может и быстрее.

Стоило мне только покинуть салон автомобиля, как дверь лимузина с императорским гербом открылась, и оттуда показался недовольный цесаревич.

— Еще раз здравствуй, Алексей, — он пожал мне руку, — хочешь хохму? Люди Романова отказались пускать меня на территорию, словно я не цесаревич, а какой-то посыльный, — аура парня тут же распространилась во все стороны, — кажется, князь совсем потерял связь с реальностью, иначе я не могу объяснить его поступок.

— Вот сейчас и посмотрим, что с князем, — я усмехнулся и, натянув ледяную броню, направился к воротам.

К моему удивлению, они тут же открылись, словно тут ждали именно меня. За моей спиной глухо выругался Дмитрий, однако, переглянувшись с ним, мы решили пойти дальше. Сразу за воротами мы увидели стальные дзоты, которые появились из-под земли. Из каждого торчали стволы пушек, и, пожалуй, эти малышки могли заставить понервничать даже архимагистра. Идя по красивой, уложенной синей брусчаткой дорожке, мы в итоге уперлись в громаду дворца, на ступенях которого нас встретил сам князь Романов. Ректор выглядел хреново, одного взгляда мне хватило, чтобы понять, он под влиянием ментальной магии. Твою мать, а ведь я почти уверен, что знаю, кто заглянул к нему в гости!

На рефлексе я приготовился к драке, и это не осталось незамеченным. Романов широко и немного безумно улыбнулся, после чего погрозил мне пальцем.

— Не стоит, юноша, убивать кого-то в присутствии члена императорского дома — плохая затея, — продолжая скалится, сказал он, — да и вообще, посмотрите на окна дворца, за каждым из них стоят мои маги. Только посмей дернуться, Бестужев, и они откроют огонь, — улыбка князя стала еще безумнее, — тебя они не убьют, а вот цесаревич умрет. Спасибо, что привел его сюда, граф.

— Зачем ты все это затеял, Романов? — я нахмурился.

Пусть он и выглядит сейчас как безумец, однако в его словах есть резон. Если цесаревич умрет, Василий мне этого не простит. А воевать со всем императорским родом можно, вот только нужно ли это мне?

— Зачем? — князь сделал вид, что удивился, — ты спрашиваешь зачем, Бестужев? Потому что она мне приказала, вот зачем. Потому что я не могу сопротивляться, потому что ты мне противен, мальчишка, потому что ты все нарушил! — князь уже не говорил, он орал.

Дмитрий, стоявший рядом со мной, явно ничего не понимал, а вот мне как раз таки все было понятно. И прямо сейчас мне очень сильно захотелось убить одну тварь, которая все это и устроила.

— Но я не буду тебя убивать, Бестужев, — неожиданно сказал Романов, — нет, сегодня не ты моя цель, — после этих слов он одарил нас еще одной безумной улыбкой, а потом его голова просто скатилась с плеч на землю. Твою душу, что за нахрен тут творится?

***

Дорогие читатели, дальше книга становится платной! Спасибо, что читаете мою историю и следите за развитием нашего героя, надеюсь, мы и дальше продолжим встречаться с вами в новых главах этой увлекательной истории!