Хозяин Пустоши. Книга 4

Глава 1

Все мои друзья выжили. Не без ранений, но магия поставила их на ноги. Кстати о ногах – Ярослав едва не потерял одну. Но и тут вовремя вмешался маг не только под нужным эликсиром, но и со знанием хирургии. И все же несколько дней постельного режима, а потом месяц передвижений с тростью ему гарантировал лично Владимир. Естественно в Орле есть дипломированные врачи с куда большим опытом, но пока мы могли доверять только друг другу.

Как только по городу разнеслась новость, что князь Голицын мертв, а власть теперь в руках изгоев, бои начали постепенно стихать. К рассвету Орел погрузился в тревожную тишину. Люди ждали. Чего? Своей судьбы.

Жители боялись мести от тех, кого в свое время освистали и вышвырнули в Пустошь, не разбираясь и не задавая вопросов о справедливости приговора. А некоторые очень даже знали о невиновности изгнанника. Некоторые даже способствовали изгнанию кого-то в собственных интересах – например, оговорить соседа, чтобы занять его квартиру, или партнера, чтобы забрать все дело себе. Теперь к ним пришло понимание, что с ними могут поступить так же. Только в этот раз это будет праведная месть, а не умысел. И я знал, как с ними поступить.

Правда, притихли в ожидании не все – на улицы вышли мародеры. Куда же без них? Всегда найдутся те, кто захочет поживиться безнаказанно.

– Ну что, ты готов? – Лена отвлекла меня от мрачных мыслей нежными объятиями.

Я посмотрел в зеркало и почти не узнал себя. В родном мире я носил исключительно деловые костюмы. В лесу от них нет проку и я отвык. И теперь, когда Юрий Голицын одолжил мне свой, он оказался жутко неудобным, пусть и сидел как влитой. Сначала я даже хотел отказаться под предлогом того, что люди не увидят разницы – просто один аристократ силой сменил прежнего. Но меня убедили, что в обычной практичной одежде народ меня не воспримет всерьез.

И вот я стоял перед зеркалом и привыкал к новому старому себе. Пока не подошла Лена. От ее нового образа в легком платье благородного синего цвета из струящегося шелка у меня дух захватило. А она еще и улыбнулась смущенно и прижалась ко мне всем телом.

– Это Ира одолжила, – сказала она.

– Да-да, вы шикарно смотритесь. А теперь уже, может, пойдем уже? – раздался от двери сварливый голос беса Зет Сота.

Мы с Леной вздрогнули, встретились в зеркале взглядами и рассмеялись.

– Идем, конечно, – сказал я и пошел на выход из комнаты для гостей, держа Лену за руку.

Мы все собрались во дворце Голицыных, но решили здесь не оставаться. Все же место правителя в ратуше.

С матерью Ирины и Юрия поговорить пока не удалось – на нас свалилась сотня монстров, злых на своих пленителей. Мне повезло, что Игнис прибежал вскоре после гибели Голицына – я даже обрадовался, что не от моей руки – и помог убедить всю эту разномастную свору не бежать громить город. Потом прилетел Дракула и добавил доводов от себя. Не знаю, что он говорил, но монстры согласились подождать, пока все утихнет, а после спокойно поговорить со мной и моими друзьями. Огневолк и нетопырь пока оставались с ними, а с нами порхал Зет Сот и топал Топтыгин. И Пепел сидел на плече Стаса.

Вместе с Леной я спустился в холл. К этому моменту слуги уже стащили все тела в сад и сейчас в мрачном молчании оттирали с пола кровь. Нам повезло, что во дворце много драться не пришлось – когда бароны узнали о гибели своего князя, они дружно разбежались. Это выглядело забавно, как пятнадцать взрослых серьезных дядек испугались шестерых нас, старшему из которых всего двадцать шесть лет. Они вполне могли задавить нас числом, но решили не прореживать свою дружину еще больше. В принципе, умное решение.

– Ух ты! Шикарно выглядите, – улыбнулся Илья.

– Ты тоже, – ответил я. – И вы все.

Действительно, все мои друзья успели переодеться в костюмы и преобразиться самым чудесным образом. Но верхнюю одежду мы оставили прежнюю – в наших пуховиках удобнее, чем в шубах и пальто Голицыных.

Мы вышли, расселись по машинам из княжеского автопарка. И уже через десять минут поднимались по ступеням из серого с черными прожилками мрамора ратуши, торжественного, но все же мрачноватого из-за выбора цвета камня здания. Я с удивлением узнал стиль ампир. Впрочем, чего я ожидал – готики или практичной прямоугольной коробки?

Внутреннее убранство тоже выдержали в том же стиле. Мы поднялись по лестнице с красной ковровой дорожкой на второй этаж и прошли в зал заседаний. Здесь стоял большой овальный стол с мягкими стульями. Во главе стола, у дальней стены, высился целый трон, позолоченный, с красной обивкой.

– Тебе туда, Саня, – рассмеялся Илья и указал на трон.

Я поморщился и хотел было отказаться, но потом решил, что это будет символично для тех, кто явится сюда вскоре. А люди Румянцевых уже сообщили, что выжившие графы собираются нанести сюда визит.

Так что я уселся на трон. Ирина шепнула что-то Лене на ушко, девушки хитро посмотрели друг на друга. И моя избранница уселась мне на колени. Зет Сот хмыкнул и опустился на мое плечо с другой стороны.

– А отсюда отличный вид, – заявил он прежде, чем я успел возмутиться, и улетел обратно к Илье.

Лена чмокнула меня в щеку, тоже встала и заняла место за столом рядом со мной. Все расселись, но тут же поднялись снова при появлении Родиона Ивановича Румянцева.

– Ваше сиятельство, рад, что вы успели, – приветствовал я графа.

– Да, выехал, как только это стало хоть немного безопасно, – проворчал он. – Чтобы вы понимали, на улицы вышли мародеры. Полицейские прикинулись гражданскими, так что улицы сейчас патрулируют мои люди.

– Да, мы видели. Стас? – повернулся я к другу.

– Да, я займусь, – устало сказал он и поднялся.

Мы все устали и не спали этой ночью. Но беспорядков допустить не могли.

Только уйти он не успел. Под окнами раздался шум двигателей, а за ним топот множества ног. Они к нам с целой армией заявились?

Без лишних разговоров мы все выпили эликсиры и приготовились.

Через минуты две двустворчатая дверь распахнулась, в зал вошли двое мужчин и две женщины, все в возрасте примерно от тридцати пяти до шестидесяти, ухоженные, в дорогих костюмах. Я смутно припомнил их – они стояли рядом с Голицыным во время моего изгнания. Понятно, члены совета. Не хватает только одного. Но о Протасове пришло сообщение, что он сбежал из города.

Следом за ними зашли еще люди, человек двадцать, все с перстнями не ниже рубина. Интересно, семьи или бароны? Но мы, как и договаривались, оставались сидеть, готовые отражать атаку и бить самим.

– Дети, как я и подозревал, – надменно резюмировал один из графов, который постарше, с сединой в русых волосах и крючковатым носом и недовольно скривился. – Абсолютно подростковый безответственный поступок. Я удивлен, что вы им помогли, Румянцев. Это же безобразие! Вы на улице были?!

«Безобразие», отметил я про себя, не ужас или кошмар. Хорошее отношение к людям. Будем лечить.

– Мои люди этим занимаются, – ответил Родион Иванович довольно расслабленно. – Может, перейдете к сути визита?

– Для начала предлагаю всем нам представиться, – вставил я.

И прибывшие посмотрели на меня так, словно только что заметили. Я запомню.

– Начни с себя, мальчик, – надменно предложила одна из дам, лет пятидесяти, чуть пухленькая, с двумя подбородками.

И тут я понял, что впервые за почти два года вижу человека в теле. В Пустоши лишний вес не набрать, там слишком много приходится бегать то от живности, то за живностью. А тут вот оно как, главе рода не обязательна физическая форма. Но и покойный князь и старший Румянцев выглядели вполне спортивно. Занятно.

– Александр Петрович Образцов, – представился я, хотя они прекрасно знали, кто я, и поднялся, соблюдая приличия. – Князь Орла.

– Образцов должен быть мертв, – заявила графиня. – Уж не самозванец ли ты?

– Подойдите и посмотрите на родовой герб на моем камне, – невозмутимо предложил я и поднял руку, чтобы рубин поймал луч от лампы.

Графиня недовольно поджала губы и движением головы отправила на проверку одного из своей свиты, молодого человека, тоже с рубином на пальце. Я не стал возражать – пусть наслаждаются властью, пока могут. Парень посмотрел на камень, поклонился и отошел.

– Пчела, моя госпожа, герб рода Образцовых, – заявил он.

Госпожа недовольно поджала губы и осмотрела моих друзей за столом, пустые стулья. И царственно положила руку на спинку одного из них, но садиться не стала.

– Графиня Мария Алексеевна Зотова, – надменно представилась она, словно царицей называлась.

– Софья Николаевна Ланская, – сказала вторая графиня, лет сорока на вид, стройная и высокая. Ее лицо ничего не выражало – красивая статуя с правильными чертами. Она показалась мне опаснее Зотовой, которая сразу дала понять, как к нам относится, а эта скрывает. Ладно же.

– Граф Суворов, Михаил Борисович, – заявил о себе пожилой граф, назвавший нас детьми.

Значит, этот молчун, самый молодой из них, Денисов. Только почему он единственный из всех четверых так пристально смотрит на меня? Под его взглядом я ощутил себя насекомым под микроскопом. Неприятно.

– Виктор Федорович Денисов, – представился он. Голос его оказался глубоким, поставленным, словно у оперного певца. И сам он словно сошел с картинки – этакий сердцеед, любимец женщин.

Следом и мои друзья назвали себя. С титулами, как мы и обговаривали заранее, но без упоминания городов, откуда родом. Впрочем, если я верно распознал реакцию Марии Алексеевны, она точно знала, кто и откуда.

– А это ваши родственники или бароны? – небрежно уточнил я и кивнул на свиту.

– Это тебя не касается, мальчик, – резковато ответила Зотова.

– Хорошо. В таком случае будем считать их вашей прислугой, а прислуге тут делать нечего, – спокойно сообщил я. – Пусть выйдут.

– Не слыханно! – выдохнул один из свиты, что постарше.

– Ах ты щенок! – воскликнул другой и зажег на ладони огонь.

Его тут же поймали за руку и вынудили погасить магию. Мужчина отошел, скрипя зубами и продолжил сверлить меня взглядом из тени.

– Они здесь для нашей безопасности, потому останутся, – властно заявил Суворов.

– Но это вы пришли, – удивленно заметил я.

Кажется, эти дяденьки и тетеньки настолько привыкли к абсолютной власти, что просто не знают как себя вести, когда им дают отпор.

– Миша, поверь, если бы эти, как вы их назвали, «дети», захотели вас убить, вы были бы уже мертвы, – примирительно сказал Родион Иванович. – Так что прекращайте это представление и давайте займемся делами.

Бывшим членам совета это очень не понравилось, но Румянцеву они явно поверили. Так что все же вняли совету и приказали своим людям ждать снаружи, а сами расселись на дальнем конце стола, чтобы между ними и нами пролегла граница из пустых стульев.

– Вот и хорошо. Теперь рассказывайте о цели визита, судари и сударыни, – сказал я и сел обратно на трон.

Ой, как они снова начали возмущаться, прямо любо-дорого смотреть и слушать. Мои друзья продолжали сидеть молча, только язвительно улыбались. А с того края стола неслось «это возмутительно, да как вы смеете, мы члены совета города и имеем право».

Но я заметил, что вопили все, кроме Денисова. Он как представился, больше не проронил ли слова. Даже своих людей выставил скупым жестом. И теперь молчал, единственный сохраняя спокойствие, и продолжал изучать меня. Что же с тобой не так, мужик? Впрочем, графиня Ланская тоже говорила мало. Потом узнаю, в чем дело, а пока мне надоел этот балаган – не аристократы, а торгаши на базаре.

– Все сказали? – вкрадчиво спросил я.

И сразу стало тихо. Да, я определенно научился владеть своим новым голосом. Теперь на меня смотрели все четверо. Молча. Благословенная тишина.

– Хорошо. Вы пришли узнать свою дальнейшую участь. Молчите и слушайте, – с нажимом вставил я, когда Зотова снова открыла рот. И захлопнула. – Если вы еще не поняли, прав у вас сейчас не намного больше, чем у остальных жителей города. Но вас выделяет умение руководить. И магия. А потому у вас сейчас только два пути: попытаться сражаться с нами или принять проигрыш и узнать, что мы приготовили для Орла вообще и для вас в частности. В первом случае прольется много крови с обеих сторон. Я не скажу, кто победит, но погибнуть в этой долгой и утомительной схватке может любой. Уверены, что готовы к этому? Если примете нашу победу, гарантируем вам жизнь. И даю словно не изгонять.

– Это с чего вдруг? – желчно спросил Суворов.

– Хотя бы потому что мы все там побывали и можем сказать, что это не гуманно. К тому же, как показал мой пример, это может выйти боком всему городу, – добавил я с кривой усмешкой.

– Так что же ты предложишь нам, мальчик? – спросила Зотова.

Меня уже начало утомлять это обращение, но я знал такой тип людей – если показать им, что их слова задевают, они продолжат с удвоенной силой. Ничего, я давно уяснил, что действия стоят больше слов. Так что именно делами заставлю ее называть меня если не по имени-отчеству, то обращаться «ваша светлость».

– Не так быстро. Для начала хочу удостовериться в вашем смирении. Да-да, не надо так возмущенно фыркать – вы не кони на манеже, имейте достоинство. – Собственно, достоинство тут имел только Денисов, а он самый младший из них. А вел себя, словно убеленный сединами мудрец. Ланская тоже в какой-то момент взяла себя в руки и заткнулась с каменным лицом. – А пока вы будете свыкаться с мыслью, что власть в городе переменилась, мы с друзьями изучим дела Павла Сергеевича и выработаем стратегию дальнейшей жизни города. Прямо сейчас могу сказать, что к правлению Орла вы более отношения не имеете. Но у вас есть шанс сохранить власть, если примете предложение, которое мы вам сделаем на днях. Пока больше ничего не скажу о нем.

– Как же мы можем размышлять принимать предложение или нет, если не знаем о нем ничего? – озадаченно уточнила графиня Ланская.

– Пока никак. Пока просто уясните, что власть ваша ограничивается пределами ваших особняков.

– И наших предприятий, – напомнила Зотова и впервые не добавила «мальчик». Прогресс.

Я улыбнулся и кивнул. Как я мог забыть о предприятиях? Ничего, примут предложение и этот вопрос закроется. Незачем пока им переживать на этот счет, а то еще наделают глупостей.

– Конечно. Но до особого распоряжения караваны даже не собирайте.

– Но у меня договор, – возмутился Суворов.

– Очень жаль. Но пока я не могу вам доверять, никто из города ничего не отправит. И в город никто не въедет. Но об этом мы сами позаботимся. А пока мы вас больше не задерживаем, – сказал я и откинулся на спинку трона. А удобно тут.

Зотова снова попыталась возмущаться, но Денисов положил руку ей на плечо, поймал взгляд и покачал головой. Она захлопнула рот и ушла из зала. Следом отправились и остальные. Покорности в их глазах не было ни на йоту, чему я не удивлялся.

– Вот и хорошо, – вздохнул я, когда за ними закрывалась дверь.

Вдруг Артем встрепенулся и резко поднялся.

– Что случилось? – встревожился Илья.

– Надеюсь, мне показалось, но надо проверить, – скороговоркой произнес Артем на пути к выходу. – Кирилл, поможешь? А то я города не знаю. Нет времени, объясню по дороге.

Кирилл кивнул и пошел за ним.

Я только молча проводил их взглядом. Чего же такого заметил Артем, на что я не обратил внимания? Но он явно собрался проследить за кем-то из них. Интересно за кем? Я ставил на Денисова, впрочем, Ланская тоже не блистала многословием.

Как интересно, вдруг осознал я. Денисовы, Ланские, Суворовы – те же фамилии носили аристократы и в моем мире. И Голицыны там есть, и Румянцевы, и Образцовы. А вот всяких Никитиных или Лапиных не припомню. При этом совпадение идет только по княжеским и графским родам. Не знаю пока, насколько это важно, но буду иметь в виду.

– Лена, а ты ведь тоже Денисова. Родственники? – уточнил я.

– Да. Виктор приходится мне троюродным братом, но я никогда с ним не встречалась. Наши семьи рассорились, потому мой дед и уехал в Мценск. А что?

– Пока не знаю. Но он какой-то странный.

– Ладно, что ты задумал, Саша, не тяни, – вернул меня к сути вопроса Родион Иванович.

– Если честно, сначала я хотел их казнить. Но во дворце пришла другая идея. Пока не хочу озвучивать, сначала надо убедиться, что она рабочая.

– Ладно, как скажешь, – не стал упорствовать Румянцев, но выглядел озадаченным.

– А теперь вот что, – перешел я к основным вопросам. – Стас, ты не передумал брать на себя Корсунь?

– Нет, – нахмурился он.

– Тогда бери Пепла, сотню наших и с десяток монстров, кто согласится помочь, и бегом туда. Прямо сегодня. Я знаю, мы все устали, но отдохнешь в дороге.

– Почему такая спешка? – Он весь аж напрягся.

– Помнишь, мы говорили, что деревня – почти гарантированная мишень?

– Понял, уже выдвигаюсь. – Стас подскочил. Пепел, что мирно дремал у него на плече недовольно встрепенулся.

– Там же Антон! – спохватился Румянцев. – Я еду с тобой. И людей…

– Нет, ваши люди нужны здесь, – остановил я его. – С вами будут монстры. Если я прав и вы ударите осаждающим в спину, этого должно хватить.

Он согласился и ушел следом за Станиславом.

– Я тоже пойду. Там беспорядки, мы с Зетом можем помочь патрулям, – сказал Илья и поднялся. Бес недовольно хлопнул крыльями, но полетел с ним.

– Если от меня ничего не зависит, я пойду отдыхать, а потом в больницу. – Володя тоже самоустранился.

Остались только я, Лена, Юра и Ира. Вот и хорошо – меньше слов и больше дела.

– А от вас мне кое-что все же нужно, – сказал я прежде, чем они попытались улизнуть. – Я понимаю, что все устали, но чем быстрее мы обратимся к народу, тем меньше прольется крови. А мне для этого нужны кое-какие факты. Мое прошлое вы знаете, так что для вас не будет сюрпризом мое неведение в законах.

Брат и сестра испустили по тяжкому вздоху и вернулись на места. Лена только улыбнулась. Я же пересел на стул рядом с ней.

* * *

– За кем мы идем? – спросил Кирилл шепотом, когда они с Артемом спускались по лестнице.

– Денисов и Ланская. Заметил, как они переглянулись? И молчали всю дорогу.

Кирилл кивнул и пошел быстрее.

На улице они сели в машину Румянцевых, дождались, когда все рассядутся по своим автомобилям и вырулят на дорогу. Потом выехали сами.

– За кем из них едем? – уточнил Румянцев.

– За Денисовым.

Но случилось так, что выбирать не пришлось – машины обоих подозреваемых ехали в одном направлении. Слежку осложняло лишь то, что другого транспорта на дороге почти не было. Город замер в ожидании перемен.

Глава 2

Семь дней назад. Корсунь.

Ветер задувал в капюшон, уши мерзли, но Никита упорно не надевал шапку. Вот уже час он слонялся по стене и наблюдал, как на лес опускаются сумерки.

И что его тут оставили, злился он. В городе от него было бы больше пользы. А что на деревню напасть могут, так это отговорка. Никита вздохнул и пнул камешек.

Дунул ветер и скинул с головы капюшон, но юный маг от расстройства даже не заметил. Он нагнулся подобрать камень и тут ухо обожгло как огнем. От удивления Никита не сразу понял, что случилось, но ухо болело. Он поднес к нему руку – мокро и липко. И больно. Тут он все понял.

Сердце заколотилось. Никита пригнулся за зубец стены и услышал свист пули над головой. Повернулся на второго наблюдателя, но тот лежал и не двигался. Кричать смысла не было – ветер уносил слова – и он побежал к колоколу. Уж этот звук ветер наоборот разнесет по всей деревне.

А из леса появились первые фигуры в белом, плохо заметные на белом снегу. Никита потянулся к поясу и снял флакон с огненным эликсиром. Пока-то он добежит в согнутом состоянии, еще и останавливаться приходится, чтобы переждать выстрелы. А огонь вдруг да заметят.

И он побежал дальше, выпуская в воздух сгустки пламени. В сумерках они пылали ярко, потому уже после второго услышал с площади удивленные возгласы. К его облегчению кто-то побежал к лестнице на стену. С замиранием сердца Никита видел, как на поле устанавливают минометы. Наконец, он добежал, едва не поймав очередную пулю.

И колокол ожил. Его заполошный звон взлетел над деревней. Все жители тут же побросали дела и побежали к стене. Атаку ожидали, потому оружие и патроны перенесли из арсенала ближе к стене. Мужчины и некоторые женщины хватали автоматы и винтовки с боекомплектами и поднимались на стену.

Тут же заработал станковый пулемет и несколько карателей остались лежать на поле. Но остальных защитили маги. Со стены полетели молнии и огонь – в кого-то попали, но больше попали в щиты магов.

Никита притаился за зубцом стены и пытался прийти в себя. К нему подбежала Вероника и начала осматривать. От ворот раздавались приказы Красавчика. Теперь все будет хорошо, с облегчением вздохнул юный маг.

Ника тем временем приложила руку к его уху и начала вливать целительную магию. Сразу полегчало, но и пришло осознание.

– Снайпер! – встрепенулся Никита и попытался отстраниться.

– А ну не дергайся! – прикрикнула Вероника. – Или кровью хочешь истечь тут? Где снайпер?

– Снайпер? – Рядом возник Красавчик, как раз вовремя, чтобы услышать.

– Не знаю, где-то в деревьях. Наверное, как в прошлый раз прятались.

– Я могу пройти под иллюзией и зайти ему с тыла, – предложил бывший бандит.

– Не надо, ты нужен тут, – остудила его пыл Ника.

Она закончила с лечением подняла голову. В небе кружил Джад, пока не вмешиваясь в схватку. Девушка и мантикора мысленно переговорили.

– Джад займется им и позовет огневолков, если они еще не идут сами, – сказала Ника. – А нам пока надо держаться.

И они продержались.

Джад нашел и устранил не одного, а двух снайперов. Через десять минут прибежала большая стая огневолков, голов в двадцать, и ударила по противникам. Увы, у них оказалось достаточно магов, чтобы не дать уничтожить себя окончательно. К тому же они смогли убить троих из стаи. Тогда Ника через Джада попросила волков отступить, чтобы не пострадать еще сильнее.

В итоге деревню взяли в осаду. Джад был еще слишком молод, чтобы носить на спине даже миниатюрную Нику, а другие большие и летающие монстры отправились в Орел вместе с основными силами. Так что Корсунь не получалось покинуть даже через стену со стороны реки.

– Ничего, мы готовились к худшему, – не унывала Людмила. – Главное, чтобы наше подкрепление пришло раньше, чем их.

– Зависит от того, откуда они приперлись, – ворчал Красавчик.

– Не удивлюсь, если из Мценска.

– Оттуда и из Орла до нас одинаково идти. Только из Мценска дорога не проложена, – заметила Ника.

– Остается надеяться, что наши не задержатся в Орле. Те, кто собирался вернуться, – добавила Люда.

Ждать пришлось семь дней. За это время неприятель ни разу не попытался выйти на разговор. Зато еще трижды бросался в атаку, правда, не слишком настойчиво – сделают с десяток выстрелов из минометов и гранатометов и откатятся обратно в лес.

А потом в деревне услышали, что в лесу идет бой. Стоял день, в кои-то веки выглянуло солнце, из-за него со стены не получалось рассмотреть происходящее за деревьями. Только мельтешение фигур.

– Это наши, надо помочь, – встрепенулась Вероника.

– Отправь Джада, – посоветовал Красавчик. – А то вдруг они только изображают, чтобы выманить нас.

Ника так и сделала. И через десять минут Джад вернулся с вестью, что это не инсценировка.

– Там около сотни наших. Джад узнал Пепла. С ними еще пятнадцать неизвестных монстров, – передала Вероника. – Идем?

– Теперь да, – согласилась Людмила.

Бойцы Корсуни вышли из деревни и ударили в тыл противнику. Бой вышел яростный и короткий. Всего к деревне пришло три сотни карателей, как и предполагалось, из Мценска, по просьбе князя Голицына. Выжило из них всего девятнадцать человек, включая командира, барона Ларионова, старшего брата Ильи.

Стас сообщил им о смерти Голицына и о новых порядках в Орле. Предупредил, чтобы пока не везли туда караваны и не ждали ответных.

– Еще чего. Мы не станем торговать с изгоями, – презрительно заявил барон.

– Еще скажи, что придете отвоевывать город, – устало вздохнул Станислав.

– Вряд ли. Наш князь не дурак, в отличие от Голицына. Если вы взяли большой Орел силами всего трех сотен человек. Хитростью, я понимаю. То маленькому Мценску под вашими стенами делать нечего. Тем более на вашей стороне монстры. – Ларионов опасливо осмотрелся. – Если бы не увидел своими глазами, не поверил бы. Но дел мы с Орлом иметь не будем – так и передайте им.

– Ты только наследник барона, даже не графа, уж прости за прямоту, – устало улыбнулся Стас. – Вряд ли ты знаешь, как решит этот вопрос ваш князь.

– Тут ты прав. Посмотрим.

– Ну раз так, то бери оставшихся людей и возвращайся домой. Уверен, в ближайшее время изгонять у вас не будут. Из страха, что присоединитесь к нам.

Ларионов кивнул. И ушел.

А когда прибыл в родной Мценск, узнал, что в город пытался войти граф Протасов с дружиной и двумя баронами. Но их не пустили со словами «кто предал дважды, предаст снова». Где этот подлец теперь, куда пошел, никто не знал.

В Корсуни же новым главой стал Станислав. Он продолжил начинания Саши и даже задумался о том, чтобы сделать все же дома каменными. Но это дело не одного дня, а пока надо разобраться с тем, кто хочет вернуться в город, а кто остаться.

В Орел уехал Антон Румянцев. К его огорчению, Никита предпочел остаться в Корсуни. Красавчик тоже не захотел уезжать, как и Людмила. Она сама удивилась, как легко и просто прикипела к деревенской жизни. И двое магов из недавних студентов тоже решили остаться здесь.

В общем, Корсунь поредела, но не слишком сильно. Весной планировалось провести электричество и прокопать канализацию, наладить торговлю с Орлом. Никто не сомневался, что все здесь будет хорошо. Главные же страсти приходились теперь на долю Орла.

– Где Образцов, там и горячо, – шутили многие.

* * *

Но сначала обе машины, графа и графини, отъехали и встали за углом. Подождали, когда уедет Станислав, потом Илья с бесом. Разумеется, увидели, как вышли и Кирилл с Артемом. Из-за этого Румянцеву пришлось заворачивать за угол так, чтобы наблюдатели не сомневались, что они уехали. А наблюдатели постояли еще, потом сели по машинам и поехали в город.

Несколько раз Артем порывался сказать Кириллу, что если граф и графиня начнут петлять, ему надо ехать прямо. И каждый раз себя затыкал – его нынешний напарник слишком опытен, чтобы не знать таких элементарных вещей.

– Надо было взять все же две машины, – наконец выдал он хоть что-то, чтобы нарушить напряженную тишину.

– Не было второй, Стас с Ильей забрали, – напомнил Кирилл. – Но ты прав, если они разделятся, то следить надо за Денисовым. Он выглядит опаснее. И весь последний год ведет себя странно.

– Как странно?

– Чаще прежнего ходит в Пустошь. Раньше рыхлый был, вес набрал, теперь вернул форму, женщины на него буквально вешаются. Баронов своих в кулак зажал так, что пикнуть лишний раз боятся.

– Словно другим человеком стал, да? – хитро улыбнулся Артем.

– Да, пожалуй. Ты к чему клонишь?

– К Саше клоню. Был бездельником и алкоголиком. И где он сейчас?

– Да, похоже. Кроме одного момента – Денисова не изгоняли. Хотя… – Кирилл нахмурился, припоминая. – Ходили слухи, что незадолго до столь разительных перемен один из его баронов пытался убить Виктора.

– Слухи? – удивился Артем. – Еще в Туле говорили, что в Орле мышь не пу… не икнет без того, чтобы Румянцевы об этом узнали.

– Как правило да. Но в этом случае мы ничего не смогли узнать. Тот барон резко стал буквально шелковым, на контакт не шел и не идет. Так что мы можем только догадываться о том, что же произошло на самом деле. И заканчиваем разговоры. Кажется, приехали.

Все это время Кирилл аккуратно следовал за машинами Денисова и Ланской по почти пустым улицам города. Казалось невероятным, что кто-то все же рискнул покинуть квартиру и куда-то отправиться. Артем сомневался, что сегодня работает хотя бы одно предприятие или магазин. Принимали разве что больницы. Вот туда и могли ехать – везти пострадавшего от мародеров или спешить к раненым ночью бойцам.

Теперь же обе графских машины завернули во двор многоквартирного дома в престижном районе города. Постояли перед шлагбаумом и скрылись за ним. Кирилл проехал мимо и остановился за углом. Артем вышел из машины и хотел было бежать обратно, но вспомнил, что Кирилл знает город лучше и тут может найтись другой путь. И не ошибся.

Румянцев кивнул на лестницу то ли в подвал, то ли на цокольный этаж. Они спустились, открыли металлическую дверь и оказались в коридоре. Пробежали по нему, свернули дважды налево и поднялись по лестнице. Кирилл начал осторожно открывать дверь, но услышал голоса и замер. Судя по тому, что услышали далее, они успели как раз к началу разговора.

– Я думала, у тебя тут квартира есть, где можно поговорить. А ты меня в клоповник завел, – услышали они насмешливый голос графини Ланской.

– Брось, Софья, ты прекрасно знаешь, что у меня квартира в другой части города, – раздраженно отвечал Денисов. – Если бы нас там заметили, точно решили, что мы что-то замышляем.

– Так-так. А мы что-то замышляем? – уточнила она.

Да, отметил про себя Артем, не так графиня говорила в зале совета. Впрочем, там она почти не говорила.

– Как на счет реванша? – предложил граф. – Они сейчас празднуют победу и планируют что-то для города и для нас. Уверены, что победили и сломили нас.

– Стариков они точно поставили в неудобную позу, – уже спокойнее и словно бы задумчиво заметила она. Но голоса звучали приглушенно и полной уверенности в верности интонаций у Артема не было. – Ты уверен, что они расслабились? Эти детишки, как их назвала Алексевна, взяли город за одну ночь армией всего в триста человек. Думаешь, они такие глупцы, чтобы так быстро расслабиться?

– Если не глупцы, то весьма самоуверенные молодые люди. Ты разве не заметила ничего в ратуше?

– Например?

– Например полное отсутствие охраны. Они могут быть хоть под какими сильными эликсирами, но против численного перевеса не попрешь, – заметил Денисов.

– Витя, они только что этот наш численный перевес поимели в грубой форме, – напомнила графиня.

– Фу, как грубо, – усмехнулся он. – Они к этому готовились. Ты уверена, что они готовы сейчас? Ты же видела, что все разъехались. В ратуше остались всего четверо.

– Хочешь напасть прямо сейчас?

– Нет. Они вряд ли спали этой ночью. Пусть вымотаются окончательно. И пусть эликсиры из них выветрятся. Предлагаю атаковать ночью.

– Но что атаковать? Думаешь, они останутся в ратуше?

– Конечно. Мы им в этом поспособствуем. – Повисла пауза. Артем представил, как графиня разводит руками или пожимает плечами в немом недоумении. – Устроим побольше беспорядков. Так и их люди будут заняты, и они не рискнут куда-то уезжать. А там есть удобный вход прямо из катакомб. Тихо зайдем и всех вырежем. И никакие Румянцевы и монстры им не помогут.

– И ты станешь князем, Витя, – с убийственным сарказмом закончила Ланская.

– Ну-у…

– Если все так просто, зачем тебе я?

– Затем, что моих людей не хватит для достаточного масштаба беспорядков. Но если объединим силы, у нас все получится. – И тут голос Денисова стал более доверительным и обворожительным. – А когда этот выскочка Образцов все же помрет, как должен был еще той весной, мы разберемся, кто из нас возглавит город. Может, вместе, м?

– Ты мне сейчас что, жениться предлагаешь? – искренне удивилась графиня.

– Ну а почему нет? Пять лет – не такая уж и разница. Нет, если я тебе так уж противен, брак может быть и открытым – мне же проще.

– Это интересный вариант. Тебе повезло, что мужа разорвали на охоте. Или мне. Ладно. Я согласна. Но если ты меня обманешь, дорогой, я тебя с землей сровняю вместе с твоим особняком, – прошипела она.

Граф посмеялся и уверил, что не стал бы этого делать. И они перешли к обсуждению того, кто в каких районах и как будет действовать. Во сколько будут заходить в ратушу и прочие мелкие детали.

Артем хотел уходить, чтобы заговорщики даже случайно не увидели их машину, но Кирилл остановил и дождался, когда они уйдут. Только после этого бегом вернулся тем же путем на улицу и заглянул за угол. Граф и графиня как раз прощались. Денисов открыл перед Ланской дверь ее авто и отвесил небрежный поклон, когда она уехала. После с довольной улыбкой уехал сам.

– Зачем мы так рисковали? – уточнил Артем.

– Затем, что идем обратно. Слишком все гладко. Боюсь, не заметили ли они нас и не был ли весь разговор для нас, – мрачно ответил Кирилл.

– Но в этом случае они бы снова поехали в одном направлении. Или нет?

– Они могли разъехаться, чтобы встретиться потом в другом месте.

– Мне кажется, ты их переоцениваешь, Кирилл. Это ты у нас такой умный и мастер шпионажа. У них явно другие достоинства.

Но они все же пошли проверять.

* * *

Еще часа три я мучил друзей вопросами о законах, как гражданских, так и криминальных. Так я получил подтверждение, что за мелкую кражу полагается выплатить две стоимости украденной вещи пострадавшему плюс одну стоимость в виде штрафа в казну города. За среднюю кражу то же самое, только еще назначается время общественных работ. За крупную кражу – уже изгнание. За разбой, убийство насилие – смертная казнь или изгнание по решению суда. Всякие административные нарушения тоже облагаются штрафом или караются изгнанием. Так же изгнать могут любого по решению графа или князя. Впрочем, о последнем я и сам догадывался.

В общем, никакими тюрьмами тут и не пахло. Что логично – зачем кормить преступников? Если такие умные, пусть кормятся сами, но на природе. Или монстры кормятся ими, как повезет.

– Так что ты задумал? – спросила в итоге Ира.

– Я же говорил, что нужно как можно быстрее обратиться к жителям и успокоить их. Я проверял, не нужно ли изменить что-то в законодательстве.

– И? – уточнил Юра.

После прошедшей ночи я убедился, что ему можно доверять. Тем более он не врал, когда рассказывал свою историю. Так что теперь мой новоприобретенный брат вошел в команду. Только я пока не знал, в какой роли. Посмотрим.

– Кроме порядка изгнания, все остается как прежде. Разве что насильников я бы… – Тут я изобразил пальцами ножницы.

Остальные с пониманием покивали.

– В Москве, я слышала, так делают, – заметила Лена.

– Вот и хорошо, если прецедент есть, – улыбнулся я. – Тогда следующий пункт. Не вздыхайте так, самое страшное позади. Когда в городе станет спокойнее, явим народу монстров. Надо будет убедить всех, что разумных монстров бояться не надо. А еще лучше жить с ними в мире и согласии.

– Магов, может, и убедим, – заметила Ирина. – Они могут сделать эликсиры и поговорить с ними.

– Что?! – воскликнул Юрий.

– Да, мы потом расскажем. Но простым людям как поверить? – закончила мысль его сестра.

– В Корсуни как-то поверили, – удивилась Лена.

Ира подумала и кивнула.

– В любом случае, сначала надо договориться с монстрами, что им это интереснее, чем вернуться в Пустошь, – заметил я.

– Тогда им надо предложить что-то поинтереснее, чем в деревне, – предположила Лена.

– Да. Я предложу им более интересное будущее, чем рисуется сейчас.

– Ты о том, чтобы объединиться против диких и жить в мире? – уточнила Ира.

– Да. Но для этого многое нужно сделать.

– Не все согласятся, – сказал Юра.

– Разумеется кто-то уйдет, – согласился я. – А пока вводим правило, что на охоту в Пустошь ходим только с нашими монстрами. Чтобы случайно не схлестнуться с разумным.

С этим все согласились.

– И еще надо пообщаться со студентами, которые пришли с нами. Какие у них планы теперь? Они вернутся к прежней жизни или хотят активнее участвовать в наших делах?

– Не удивлюсь, если будет как с монстрами – кто-то туда, кто-то сюда, – устало улыбнулась Лена.

– Мне главное, чтобы они не начали мстить тем, кто остался и не заступился за них.

– Одно могу сказать точно: дома примут далеко не всех из них, – заметил Юра. – Они изгои. И останутся ими для многих, даже если убрать шрамы. Кстати о…

Тут в зал ворвались запыхавшиеся Артем и Кирилл.

– Что случилось? – нахмурился я.

– Как ни удивительно, измена, – заявил Артем, когда отдышался.

– Но у нас есть план, – добавил Кирилл.

Глава 3

Заявление Артема не стало неожиданностью. Слова Кирилла тоже – у него всегда был план, почти как у меня. И я даже догадывался, о ком они говорят.

– Присаживайтесь, рассказывайте. Или надо срочно бежать?

Сначала они выпили воды и только после этого уселись за стол.

– Денисов и Ланская. В течение дня они устраивают беспорядки, а вечером, когда ты останешься тут один или почти один, придут через подвал тебя убивать, – кратко рассказал план заговорщиков Кирилл.

– Но беспорядки уже есть, – удивился Юрий.

– Усилят, чтобы мы с ног сбились, – дополнил Артем.

– Хорошо. И вы точно знаете, на какое время назначена моя казнь? – уточнил я.

Юра удивленно на меня посмотрел, но ничего не сказал.

– Около полуночи, когда ты окончательно вымотаешься. По их мнению.

– И они так уверены, что я не побегу разбираться с погромами наравне с вами, – мрачно констатировал я.

И поймал еще один удивленный взгляд новоиспеченного братца.

– А ты пойдешь? – все же не выдержал он. – И почему ты так спокоен?

– А чего нервничать? – удивился я. – Какой смысл? Если я сейчас вскочу и начну бегать в панике, разве это поможет делу? Нет, все известно, надо только предпринять контрмеры и все.

– Ладно. И что ты предлагаешь? – не унимался он. – У нас мало людей, мы не сможем быть везде. Разве что тебя отсюда выведем.

– Нет-нет, все не так, – едва не рассмеялся я. Юра еще не знал, как я работаю. Ничего, скоро втянется. И я повернулся к нашим разведчикам. – Давайте в подробностях для начала.

Артем и Кирилл говорили кратко и по делу, останавливаясь на самом важном. Я слушал и записывал некоторые моменты. Картина складывалась интересная. В конце Кирилл предложил зайти к Денисову и Ланской, но я отказался. Нет, у нас не хватит на это людей.

– И вы уверены, что вас не срисовали и не рассказали сказку про белого бычка, – подвел я итог их рассказу.

– Да. Они точно нас видели, но мы проехали мимо. Это они тоже видели. К тому же я узнал это место. Этот подвал Денисов еще вначале зимы облюбовал для тайных встреч, – сказал Кирилл. – Там и диванчик стоит, и цепи с наручниками висят.

– На все случаи жизни, я понял. Сколько у нас людей? Мы сможем остановить их провокации?

– Думаю, да, – после небольшой паузы сказал он и посмотрел на Юру. – У тебя остались лояльные люди?

– Мало. Восемнадцать человек и один маг. Сын барона Носова. Да, пожалуй, у него есть еще сколько-то людей, но надо уточнять.

– В любом случае, если мы всех отправим в город, на защиту ратуши людей не останется, – подвел итог Кирилл.

Я так и понял, но план уже складывался в голове. Осталось понять, куда в нем приткнуть хотя бы пару часов сна, а лучше три. Ага, размечтался.

– Отправляй людей в город. А я тут…

– Мы, – тихо, но твердо вставила Лена.

– Мы разберемся тут сами, – поправился я и сжал руку любимой. – Не забудь про студентов. И вообще стоит пройтись по их семьям. Не все же там следуют правилу «раз изгнали, значит, все, не сын он мне».

– Не все, конечно. Я почти забыл про них. Не вовремя ты отпустил Стаса, – добавил Кирилл.

– В Корсуни может быть сейчас что угодно. Надеюсь, деревня вообще еще стоит, – мрачно парировал я.

– Да, ты прав. Хорошо, я все сделаю. Но что будете делать вы с Леной? Что-то ты больно спокоен, Саша. Поделишься планом или сюрприз будет?

– Нам тоже интересно, – напомнила о себе Ира.

– Не хотел заранее, вдруг бы не получилось, но да ладно, – вздохнул я. – Мы сейчас пойдем общаться с монстрами. Если удастся договориться, мы решим вопрос кадров хотя бы на время, пока полиция и солдаты не определятся, на чьей же они стороне. И после у меня на них есть планы. Но давай решать проблемы постепенно.

Кирилл кивнул.

– Вот будет сюрприз, когда они ворвутся и столкнутся нос к носу с монстрами, – хохотнул Артем и зевнул.

Я тоже улыбнулся, но не стал вдаваться в подробности.

– Но что ты можешь им предложить? – удивился Юрий.

– Мир, – просто ответил я, но встретил его полный непонимания взгляд. – Мир между людьми и монстрами. Сначала в пределах Орла и окрестностей, а потом и всей, как минимум, России. Разумеется, диких это не касается.

– Но как?!

– О, идем, братец, я тебе объясню, – протянула Ирина и поднялась. – Время разговоров закончилось?

– Только последний вопрос, – остановил я друзей. – Как можно сделать объявление по городу?

– Это просто. Идем, я покажу, – ответил Юра.

Мы покинули зал совета и зашли в куда более скромную комнату на этом же этаже. Здесь стоял стул, стол и на нем оборудование – прямоугольная металлическая коробка с экранчиком, величиной с женскую ладонь, с кнопкой, двумя рычажками и колесиком. Перед коробкой стоял микрофон. Сначала я подумал, будто это рация, но тогда где наушники или динамик?

– Это передающая станция. Включаешь, регулируешь громкость, жмешь кнопку и говоришь, – объяснил Юрий. – На экран выводится диаграмма громкости. Громкоговорители стоят на каждом перекрестке и в каждом дворе. Еще можно подключиться к радио в квартирах – вот этот рычаг.

– Спасибо. Тогда воспользуюсь, как буду готов. А то уже гадал, как же собрать народ, если весь город стоит на ушах.

– Надеюсь, когда заговоришь, люди хоть на время речи остановятся, – проворчал Артем и снова зевнул. И вызвал у всех нас цепную реакцию.

Да, всем нам надо поспать, но кто ж нам даст. Чем быстрее сделаем дело, тем быстрее упадем на подушки. И мы разошлись.

Они вчетвером уехали на одной машине, мы с Леной взяли последнюю свободную, личное авто Юры. Насколько я понял реакцию друзей, это какая-то элитная модель. Да, вытянутая, с низкой посадкой и мощным мотором. Еще и кабриолет. Понятно, почему брат сам на ней не поехал. Я только надеялся, что рев мотора не привлечет слишком много внимания. Но оказалось, что рева не оказалось. Мотор урчал мягко и приятно.

До дворца мы добрались без проблем. Машина слушалась руля и ловко уворачивалась от летящих в нее коробок, камней и прочего опасного мусора, что бросали молодчики. По улицам бродили стайки парней, реже мужчин постарше, все с палками, некоторые с пистолетами. Последние наверняка были полицейскими или солдатами. Мда, не такого я ожидал после захвата города. Впрочем, а чего я ожидал – что нас назовут освободителями и споют осанну? Нет, я понимал, что будут проблемы, но не с простыми людьми, а с графами и баронами. Ладно, разберемся.

По дороге я в подробностях рассказал свой план Лене более подробно. Сначала она немного удивилась, но после нескольких вопросов согласилась со мной.

Я остановил машину у самых ступеней дворца. Удивительно, но молодчики опасались заходить сюда. Так что весь комплекс оставался островком тишины и покоя в обезумевшем городе. А вскоре выяснилась и причина.

В холле нас встретила княгиня Голицына. Что это она, догадаться было несложно – Ирина почти точная ее копия. Руки княгини все еще окутывала черно-зеленая дымка, а у ног валялись кучки одежды, припорошенные черным порошком. Теперь понятно, почему тут никого нет. Но она устало и с выражением досады на лице подняла руки снова при виде нас.

– Стойте, мы свои, – быстро сказал я и поднял руки в мирном жесте.

Княгиня присмотрелась и с облегчением вздохнула.

– Саша. Я не узнала тебя сразу, ты так изменился. А это кто?

– Елена Денисова из Мценска, – представил я.

– Приятно познакомиться.

– Ваша светлость, – почтительно сказала Лена и слегка поклонилась.

– Вы пришли за мной? – настороженно уточнила княгиня.

– Не беспокойтесь, Екатерина Александровна, нет. Нам бы вниз, к монстрам, – сказал я, удивляясь, откуда знаю ее имя. Наверное, мелькало где-то в разговорах с ее детьми.

– Да-да, наслышана, что вы с ними общаетесь. Что ж, не буду задерживать. Надеюсь, поговорим, когда станет спокойнее. А то все слуги и охрана разбежались, а эти наглецы лезут и лезут, – с досадой пояснила она.

– Обязательно поговорим, – пообещал я. – Вы на нас не…

– Злюсь? Нет. Моего мужа давно надо было остановить, да никто не решался. Случай с твоим отцом стал хорошим примером для остальных.

Я кивнул и мы с Леной поспешили в тронный зал, облюбованный монстрами. Оставаться в лабораториях они отказались наотрез.

Хорошо, что зал оказался таким большим, иначе недавним пленникам пришлось бы тяжело. Поговорка про «в тесноте, да не в обиде» не подходила к столь разномастной публике. Барсуки, еноты и волки бродили по мраморному полу, стараясь не приближаться друг к другу, белки, летучие мыши и птицы облюбовали колоны и барельефы. Свет странно качался – я поднял голову и понял, что там обосновался бурундук… три бурундука. Мимо процокала лошадь, с другой стороны бесшумно прошла рысь. Вот это зоопарк открытого типа. Стоп. Лошадь?!

Я обернулся и даже потряс головой – нет, это не галлюцинации от усталости. Это действительно лошадь, черная с белой гривой и белым же хвостом. Мех над копытами тоже белый. И она не больше, чем обычные лошади, как это часто бывает с другими монстрами, очень стройная, только шкура подпорчена истязаниями и ребра торчат. Бедолага. Но все же лошадь я видел впервые в числе монстров. А она обернулась и подошла к нам. Тут же подлетел Дракула.

«Наконец-то. Они уже начали нервничать,» – сообщил он в своей привычной сварливой манере.

«А мы взяли и пришли. Рассказывай. Кто тут главный, кто будет говорить от них всех?» – сразу перешел я к делу, раз они тут уже беспокоятся.

«Вот она, келпи».

«Интересное имя,» –удивился я, вспомнив одного духа из легенд.

«Это не имя, это вид, – с упреком поправила меня Лена. – Насколько я понимаю, зимний келпи, да? У нас они редки, в основном водятся на севере. Их лед в гриве и очень опасен.»

«Даже я их опасаюсь,» – согласился нетопырь.

«Я понял и готов общаться,» – подвел я итог.

«Я тоже готова общаться,» – раздался в голове низкий женский голос.

«Я Саша, это Лена. Как нам называть тебя?»

«Имена – удел людей и бесов. Я – это я,» – с достоинством ответила лошадь.

«Верно. Но я – тоже я. И Лена для себя «я». И все тут присутствующие тоже. Именами мы отделяем одно «я» от другого, – сказал я и добавил, догадавшись. – Потому что не можем различать друг друга по запаху.»

«Тогда дай мне имя,» – последовал невозмутимый ответ после короткой паузы.

«Хмм… – задумался я и выдал первую ассоциацию с водой: – Лилия?»

«Растение?»

«У нас есть такое женское имя,» – заступилась за меня Лена.

«Ладно. Пусть будет так. Так что ты хочешь нам предложить?» – сдалась лошадь.

«Мир, – просто сказал я. – Мир между людьми и разумными… как вы себя называете?»

«Потомками».

«Между людьми и разумными потомками. Сначала вокруг этого города, потом во всем мире».

«Что? Как ты себе это представляешь? Зачем это вам и зачем это нам?» – Удивлению Лилии не было предела.

«Все просто. У вас есть магия, а у нас магия только взаймы. Я хочу найти способ сделать так, чтобы у людей тоже была своя магия. Тогда у нас отпадет нужда охотиться на потомков и убивать вас ради магии. Насколько я знаю, большинство разумных потомков не рассматривают людей в качестве основной еды. Вы только отбиваетесь от нас. – Лилия кивнула. – Но дикие потомки остаются угрозой и нам, и вам. – Она снова кивнула. – Так почему бы нам не объединить силы ради общей безопасности? Я предлагаю вам жить бок о бок и помогать друг другу».

«То есть вам нужна наша помощь, – надменно фыркнула келпи. – Вы хотите, чтобы мы носили вас на себе, сражались за вас. А вы? Вы за это просто не будете на нас охотиться?»

«Ты же общалась с Дракулой. Разве потомки выступали основной боевой силой в сражении за город?» – невозмутимо спросил я.

«Нет, но с тем человеком справилась гадюка».

«Неужели ты думаешь, что я гнался за ним, рассчитывая на чью-то помощь? Я вообще не знал о вашем существовании».

«Хмм… ладно. Но что ты имел в виду, когда говорил обо всем мире?»

«Именно это. Ты ведь не знаешь, как жили люди до появления ваших создателей. – Лилия покачала головой. – Вы все наверняка встречали тут и там сложенные камни. Это остатки человеческих поселений. Тогда, очень давно, людям пришлось бросать свои дома и бежать в города под защиту стен. Если мы будем жить в мире, у людей появится возможность снова выйти из городов и вернуть свои поселения».

«То есть мы должны добровольно отдать земли, где сейчас живем?»

Ох, какая же она подозрительная. Да, в чем-то она права, но не во всем.

«Дракула, ты рассказывал о Корсуни?» – вдруг уточнила Лена. Ай, какая умница. Пример – то, что сейчас нужно.

«Конечно,» – откликнулся Дракула, весьма заинтересованный разговором.

«Разве мы захватили землю, где жили разумные потомки? Да и логов диких там не было. И нет, я не хочу захватить ваши земли. Я хочу вернуть то, что было отнято у людей,» – продолжил я мысль.

На этот раз смутилась и задумалась келпи. Она так и эдак поворачивала голову, переступала с копыта на копыто. Смотрела на других монстров. Советовалась, пояснил Дракула.

«Вернуть свое. Это справедливо. Но что если люди захотят больше?» – изрекла, наконец, Лилия.

Да, тут она снова права, стоило признать. Человечество везде одинаково – жаждет завладеть всем, что видит. А потом изгадить это. Но тут у нас исключительный случай.

«Это возможно. Только возвращение своего займет уйму времени. Возможно, не одно поколение. К тому моменту, как аппетиты людей возрастут, они уже будут прочно связаны с потомками. А у вас другое мышление и оно скажется на людях. Так что либо они не захотят, либо ваши потомки отговорят наших».

«То есть, ты предлагаешь нам быть сдерживающим фактором для вас, чтобы вы нам же не вредили?» – осторожно уточнила келпи.

«Если очень грубо, то да, – с усмешкой согласился я. – Проблема в том, что я не знаю ваших потребностей. Увы, сколько я ни спрашивал у Дракулы или моего друга Игниса, они отвечают, что их все устраивает. Потому мне сложно сделать вам более достойное предложение».

«А что если мы откажемся?»

«На вас продолжат охотиться. Опасность останется двойной – люди и дикие потомки. А я все равно найду способ освободить от зависимости в реагентах из потомков. В этом случае мы станем сильнее и начнем захват территорий. Сначала того, что принадлежало нам, потом всего остального. Только нас уже ничто и никто не будет сдерживать,» – невозмутимо ответил я.

«Итак, ты предлагаешь нам безопасность. Но только ты. При том, что людей много. Как быть с этим?»

«С людьми будем договариваться мы. Наши друзья нас поддержат. А остальным мы не оставим шанса отказаться. Альтернатива будет хуже».

«Хорошо. Давай обсудим детали. И для начала: когда вы вытащите эту мерзость из голов тех несчастных?»

«Как только в городе станет спокойно. Пока там беспорядки, все заняты ими. И тут вы тоже можете помочь».

Лилия кивнула и мы приступили к обсуждению деталей. Это не заняло много времени. В итоге мы пришли к соглашению, что люди и потомки с этих пор работают вместе. Что наши общие враги – дикие потомки и люди, которые не согласны с новым порядком.

Сразу после обсуждения с десяток монстров покрупнее убежали из зала патрулировать территорию дворца. Одним из них стал филин с ментальной магией, он обещал предупредить княгиню.

Мы с Леной уже собирались уходить, но Лилия остановила.

«Вы договорились с теми, кто сейчас в этом зале. Вы будете договариваться с теми, кто за пределами города?»

«Наша цель договориться со всеми,» – ответил я.

«В таком случае, вам нужен хозяин этого леса».

Я удивленно замер. Никогда о таком не слышал. И Игнис не говорил. Да вообще никто не говорил. Я перевел вопросительный взгляд на Дракулу.

«Ну а что я? – смешался он. – У нас не принято их обсуждать. И вообще я из другой части леса».

«В которой, ты, кстати, считаешься самым сильным и редким,» – заметила Лена.

«Уж не ты ли в той части хозяин?» – поддержал я любимую.

«Что?! Я?! Да ни в жизнь! Еще чего, – возмутился нетопырь и сдался под нашими взглядами, полными иронии. – Это моя мать. И у меня есть еще брат, вот пусть он и становится наследником».

«Понятно. То есть василиск был поводом. А так ты сбежал от ответственности. Ну-ну, – рассмеялся я. – Так кто же хозяин тут?»

«Дракон, конечно».

«Возьми кого-то из своих друзей, лучше огненного, иди на большую поляну в лес. Дальше он сам должен знать, что делать,» – невозмутимо выдала инструкции Лилия.

«Благодарю. Тогда сейчас мы пойдем разбираться с неотложными делами. Как станет возможно, придут врачи и освободят от пластин тех потомков. И еще маги. Вы выберете друг друга и пойдете на улицы, – подвел я итог нашей встрече. – Что нужно магу, чтобы услышать кого-то из вас, Дракула рассказал?»

«Ага,» – ответил он.

«Хорошо. Тогда последнее. Я не уверен во всех магах, которые придут. Некоторые могут обмануть ради собственной выгоды. Потому пусть те, кто может залезть им в головы, сделает это. Они не будут знать о проверке, потому преимущество за вами на несколько секунд».

«Что сделать с теми, кто обманул?»

«Скажете Дракуле, он передаст нам. Мы сами с ними разберемся».

Лилия кивнула.

На том мы попрощались и разошлись. Она отправилась сообщать итоги разговора остальным потомкам, а мы с Леной поспешили на выход. До ночи оставалось всего пять часов, а еще делать объявление по городу и отдыхать. Иначе к полуночи точно свалимся.

Княгиня Голицына все еще оставалась в холле, но теперь расслабленно сидела на диване и, кажется, дремала. Однако при нашем появлении поднялась.

– Как я понимаю, переговоры прошли успешно, – сказала она. – Эти… создания взяли весь периметр под контроль и позволили мне отдохнуть. Не знаю, как у тебя это получается, Саша. Я тебя совсем не узнаю.

– Раньше мне ничего было не надо, – с улыбкой пояснил я. – Но ваш покойный муж дал мне очень хороший мотив. Теперь у меня столько желаний и идей. А если бы меня не трогал, я бы послушно поднимал руку, когда ему надо, и все.

– Понимаю. Но это Протасов. Насел на него тогда со словами, что вот он все сделал и теперь хочет вернуть титул графа.

– Вернуть? – удивился я.

– Да. При его деде Ланские их выкинули из совета. Под них старик Протасов ложиться не захотел – пошел к Образцовым. И вот как все обернулось, – с тяжелым вздохом пояснила княгиня.

– Плохой способ вернуться он выбрал, – тихо заметила Лена.

– Спасибо за урок истории, – поблагодарил я. – Случайно во дворце нет громкой связи для объявлений городу?

– Есть, конечно. Павел порой ленился ради такого куда-то ездить, так что установил аппарат и здесь. Идем.

И Екатерина Александровна провела нас в кабинет князя на третьем этаже главного здания. Роскошный кабинет с мебелью из красного дерева, обитой кремовым велюром. Уже известный аппарат притулился в уголке на низком столике.

Я уселся в низкое же кресло, нажал на нужные рычажки и кнопки и начал говорить. Лена подошла к окну, прислушалась и кивнула, что все слышно.

Речь я заготовил заранее и пока шел в кабинет, проговорил ее про себя еще раз. И радовался, что не вижу слушателей – никогда не любил выступать перед толпой. Я просил людей разойтись по домам, прийти в себя и продолжить жить как жили. Говорил, что вскоре изменятся налоги так, чтобы никто не терял жилье. Что в остальном они могут жить, как жили: ходить на работу, водить детей в школы и детские сады, отдыхать. Дал слово, что никто больше не будет изгнан просто так. И что ни один аристократ не имеет права шрамировать и изгонять из города без моего ведома. Еще я хотел сказать об изменении видов наказания за некоторые преступления, но не стал. Однако сказал только, что те, кто сейчас уйдет домой и перестанет громить город, останутся без последствий за уже содеянное. Но тех, кто продолжит мародерствовать и будет схвачен, ждет суровое наказание. Я специально не стал конкретизировать – ожидание страшнее самого наказания.

На том я закончил. Больше здесь и сейчас сделать ничего нельзя. Потому попросил княгиню выделить комнату, где мы с Леной и уснули, едва коснувшись подушек.

Проснулись мы через три часа по будильнику. Умылись, наспех перекусили и отправились обратно в ратушу. Нас ждали в подвале, а на такие встречи лучше не опаздывать. Еще лучше приходить чуть раньше.

Глава 4

Но сначала мы зашли в тронный зал. Монстры так и бродили по нему. Тут и там валялись кости и зерна. Дракула объяснил, что это некоторые из слуг вернулись после моей речи и по велению княгини принесли временным жильцам еду.

«Время пришло?» – спросила Лилия.

«Не совсем. Как и говорил, сначала надо разобраться с проблемой, которая мешает сотрудничеству. Все наши люди сейчас в городе, занимаются решением части проблемы. Ты можешь выделить двоих или четверых потомков для драки с теми, кто хочет вернуть все как было?» – попросил я.

«И загнать нас обратно в клетки? Не проще ли тогда разнести город?» – яростно спросила келпи.

«Нет. Тогда наш договор умрет, так и не вступив в силу. И даже как прежде не останется. Люди из соседних городов будут мстить и охотиться на вас с удвоенной силой. Вам это надо?» – спокойно пояснил я.

Лошадь покачала головой.

«Тогда мне нужны те, кто может эффективно драться в коридорах. Дракула, можешь показать Лилии образы из моей головы?»

«Разумеется».

«Хорошо. Людей надо будет убить или они нужны тебе живыми?» – уточнила она через несколько секунд.

«По обстоятельствам. Будут сопротивляться, убить. А согласятся с моим предложением, так и пусть себе живут».

Через десять минут после этого разговора мы возвращались в ратушу в фургоне. С нами ехала рысь, филин и два хорька размером с мейн-куна.

– Чего я не могу понять, это как Голицын протащил в город столько монстров через купол, – сказала Лена сосредоточенно глядя на дорогу.

А улицы оказались пусты. Вернее, почти пусты. Одиночные фигуры, боязливо озираясь, перебегали от тени к тени в сгущающихся сумерках. То и дело проезжала машина на большой скорости. На дорогах еще валялся мусор, тут и там дымились остовы сожженных машин. Один раз нам пришлось объезжать небольшую воронку – видимо, кто-то бросил гранату. Прямо постапокалипсис какой-то. Ничего, страсти улягутся и дворники вернутся к работе. И дорожные мастера тоже.

– Не знаю. Возможно, лаборатория вне купола или он поставил на нее какое-то исключение. Если найдем кого-то из лаборантов спросим, – ответил я.

Лена кивнула и дальше мы ехали молча. Пока я не понял, что ничего не знаю о магии наших мохнатых спутников. Лена тоже не знала – именно эти монстры… или потомки, надо привыкать, чтобы не оскорблять их… водились в другой части леса, к западу от Орла, куда мы не ходили.

Через филина мы выяснили, что хорьки мастера мимикрии, а рысь владеет магией камня. Не как щитомордые медведи, а на расстоянии способна создавать камень. Теперь понятно, почему с нами отправили именно их.

А в ратуше нас ждал сюрприз в виде усталого Ильи с вымотанным Зет Сотом, у которого даже уши и крылья безвольно висели, и довольно бодрого на их фоне Володи. Игнис тоже пришел и положил мне на плечо голову в знак приветствия. Он выглядел не менее усталым. И я сомневался, что он влезет в туннели, потому срочно придумывал ему занятие, чтобы не обидеть.

– Вы что тут делаете? – удивился я и обнял огневолка. – Илюха, Зет, вам спать надо. Володя…

– Разберемся внизу и пойдем спать, – прервал меня Илья. – Денисов же не сказал, сколько там будет народа, вдруг этих красавчиков не хватит. Это те, из лаборатории?

– Да, они.

– Когда идем? – вклинился Владимир.

– Как только совсем стемнеет. Через полчаса. – Я обернулся к монстрам и обратился к хорькам: – Кто-то из вас, ребята, может осторожно спуститься и посмотреть, они уже на месте или еще нет?

Хорьки переглянулись, один, что чуть меньше и темнее, вышел вперед и кивнул. Я провел его к нужной двери и приоткрыл ее. Потомок просочился в щелку, а я собрался закрыть дверь.

«Не надо, – ухнул у меня в голове голос. Я вздрогнул, но быстро сообразил, что это филин. – Если ему придется возвращаться очень быстро, потеряет время».

«Конечно. Почему до этого молчал?» – спросил я.

«Нечего было говорить».

«Ты немногословен,» – улыбнулся я.

На это филин угукнул вслух и больше ничего не говорил до возвращения хорька. Потом передал его сообщение и снова замолчал. Я же хищно улыбнулся и обернулся к друзьям.

– Ну что, ждать ночи нет смысла. Видимо, они решили ускориться из-за того, что на улицах стало спокойнее. Где Ира, Юра или Кирилл? Нам бы подробности катакомб.

– Они все еще на улицах, – ответил Володя. – После твоего выступления большинство стихийных беспорядков прекратились. На улицах в основном остались люди Ланских и Денисовых. И то часть Ланских решили не испытывать судьбу и ушли. Но Денисовские оказались более верными своему господину. С ними и разбираются.

– Да, наши уже все выдохлись, – добавил Илья.

– Хорошо, тогда идем, где знаем, – вздохнул я и объяснил план.

Первыми в приоткрытую дверь просочились хорьки и заняли позиции. Потом дверь приоткрылась чуть больше, чтобы влетел Зет Сот, а следом и филин. Я не давал им пока имена, вдруг они найдут себе хороших друзей и выберут себе имя вместе с ними.

Сигналом нам послужили удивленные возгласы из ответвлений коридора, где спрятались солдаты графа Денисова. Тогда я открыл дверь еще шире и прошел первым. За мной в полутьму зашел Илья, потом Лена и рысь. Замыкал шествие Володя. Игниса я оставил снаружи на случай, если этот отряд не единственный и второй придет с главного входа.

Что нас заметят, мы уже не опасались – Зет Сот создал иллюзию для солдат. Проблема была в том, что и для нас тоже. Сначала я надеялся, что филин сможет показать нам настоящую картинку через сознание беса, но он оказался не таким сильным ментальным магом как Дракула. А нетопырь сюда бы не влез.

Так что увидели мы подобие восточного дворца. Грубые камни превратились во фрески из песчаника, выходы из ответвлений, где сидели солдаты, закрывались полупрозрачными занавесками. А на самом перекрестке… танцевали гурии. Я сам сначала потряс головой, но нет, Зет Сот изобразил девиц в полупрозрачных одеждах, что плавно двигались под восточную музыку. Кажется, наш бес прибыл действительно издалека, иначе откуда бы ему знать про такое.

– Господа в засаде, может, поговорим? – предложил я.

Но ответом нам стало исчезновение иллюзии и выстрелы. Значит, поговорим на другом языке, с сожалением понял я и выпустил в левый коридор лозы с парализующими шипами.

Что среди противников есть маги, я даже не сомневался. Знал только, что это не сам граф или графиня – эти не из тех, кто марают руки сами. Потому и уничтожать отряд я не хотел. Нет, у меня в планах сделать их хозяевам больно. Если только тут не самые упертые и верные. Практика показывала, что люди часто понимают, кому служат, и если не сами отпетые негодяи, то и не держатся за хозяев слишком сильно.

Потому я дождался, пока каждый из нас выпустит по два-три заряда. В то же время противники ослабнут и поймут, что два-три мага пусть и с толпой автоматчиков против пятерых монстров и четверых магов с более сильными эликсирами не имеют шансов. По ругани и стонам я понял, что первая кровь пролита. Володя и Лена уже дважды обновили щиты. Послышался звук смены рожков в автоматах.

– Зет, Илья, давайте, – сказал я. – Рысь, налево.

Рысь прыгнула в левый коридор и там выросла стена с небольшим окошком сверху, чтобы проходил звук. Сама она встала за спинами бойцов и не позволяла им отступить. Справа снова появилась иллюзия, но на этот раз там выросла решетка спереди и сзади отрядов. В переднем коридоре Илья поставил еще одну клетку, только с более частыми прутьями. Это, конечно, были иллюзии, но в ближайшие минуты три они будут ощущаться настоящими. И я собирался использовать время с пользой.

– Вы еще не поняли, что мы знаем все, что происходит в этом городе? И способны дать отпор так, чтобы от вас только мокрые места остались. Сами при этом даже не вспотеем, – жестко заявил я. – Вы слышали, что я говорил четыре часа назад? Думали, я шучу? Или что сейчас вы разделаетесь с нами и все станет как прежде?

В ответ раздавалось недовольное сопение из-за решеток и мат из-за стены.

– Так вот. Надеюсь сейчас вы понимаете, что идти против нас смысла нет. Потому предлагаю присоединиться.

В ответ тишина. Я уже собрался продолжить, как к решетке спереди подошел мужчина чуть за тридцать в форме со знаками отличия капитана и эмблемой рода какого-то барона, но я не знал какого. А вот сине-золотой кружок рядом говорил, что род служит графу Денисову, что не удивительно.

– Значит, ты и есть Образцов? Ты изменился, я помню…

– Ты тянешь время, – перебил я его. – Но это не поможет – мы обновим заклинания. Так что отвечай или умри.

– Изменился, – констатировал он для себя. – Если мы ответим согласием, с чего тебе нам верить?

– Ты прав. Поэтому вы докажете свою верность, – ответил я, отсчитывая время до обновления заклинаний.

Нельзя было наложить иллюзию на собственную иллюзию, потому всегда оставалось окно в секунду или две между обновлением для противника, когда он мог что-то предпринять. Но ведь нас тут стояло четыре мага и два монстра, которые могли что-то сделать. Так что следующую преграду должны были ставить я, Лена и Володя.

– Чем? Как? – насторожился он.

– Вы не вернетесь к своим графам. Но завтра они наверняка придут в ратушу проверять, сработал ли план. И вы будете рядом с нами, на нашей стороне, – сказал я.

– Да, им это не понравится. Но что мне помешает потом прийти к Денисову и все объяснить?

– Я тебя даже отпущу. Насильно мил не будешь. Только примет ли он тебя? Ну и послушаешь, что я им скажу – вдруг и сам изменишь решение. А сейчас мне важно, чтобы завтра ты стоял у меня за спиной. И держал руки у себя за спиной.

– А у меня за спиной будет стоять кто-то из них на случай, если я дернусь, – желчно заметил он и кивнул на моих спутников. – Так в чем же выбор?

– Жить или умереть. И нет, умрешь ты не с честью, как и все твои подчиненные. Потому что знаешь, каков Денисов. И чувствуешь, что дело его не такое уж и правое. Или это ты помог подставить капитана стражи Голицына прошлой зимой?

– Нет, не я, – скрипнул он зубами. – Хорошо, я согласен. Только вот они…

Я перевел взгляд на людей у него за спиной, потом посмотрел на людей за решеткой справа. На лицах читалось сомнение, борьба, но у некоторых решимость. Вот только решимость чего?

– К вам всем тоже предложение. У вас полминуты на ответ. Если молчите, мы вас убиваем. Надеюсь, вы уже поняли, что вам не победить. – Я не угрожал, просто констатировал факт. – И уйти мы никому не позволим.

– Это согласие под принуждением, но я его даю от себя и своих людей, – раздался приглушенный голос из-за стены.

– Снимай, – крикнул я рыси.

Стена исчезла и в центр шагнул молодой человек лет двадцати пяти, тоже барон, но вассал Ланской.

– Я понимаю, что это согласие ничего не значит. Но твоя госпожа этого не знает. Понимаешь? – усмехнулся я.

Он кивнул.

– Моим людям нужна помощь, – сказал он.

– Это парализующий яд игломета. Скоро сами придут в себя.

Потому я и отправил рысь именно в этот коридор. В узком пространстве мало шансов увернуться от лоз с шипами, из-за них тут и осталось меньше дееспособных противников. А с оставшимися бойцами рысь легко справилась бы, реши они напасть. К счастью отчаянных дурней сюда не послали, так что они все поняли верно и не дергались.

– Итак, десять секунд. Ваши ответы, господа, – перевел я взгляд на отряды за решетками.

– Согласны, – раздалось слева.

– Мы тоже, князь, – последовал ответ спереди.

– Сейчас решетки уберут. Если хоть кто-то попытается убежать или выстрелить, подпишет приговор всем, – предупредил я, дал еще секунду на осмысление и кивнул.

Мой кивок совпал с окончанием действия иллюзий, но они об этом могли только догадываться.

Конечно, и монстры, и мои друзья знали план и готовились к тому, что кто-то все же сглупит или психанет. Но все обошлось. Люди Денисова и Ланской вышли на середину перекрестка. Мы встали у них за спинами. Володя, филин и Зет Сот вышли в ратушу первыми. Следом поднялись пленные, потом все остальные.

Неудавшихся диверсантов заперли в комнатах третьего этажа, чтобы по глупости не спрыгнули. Разумеется, перед этим забрали все эликсиры и оружие. И оставили филина там. Если кто-то что-то придумает, он сообщит нам. А сами мы отправились отдыхать до утра.

Правда, по пути встретили вернувшихся из города Ирину, Артема и Юру. Они рассказали, что профессиональные погромщики в какой-то момент просто взяли и ушли. Конечно, не с середины боя, но растворялись в ночи буквально на глазах.

– Ничего удивительного. Как раз в это время должны были напасть на нас. Так какой смысл продолжать громить город – самим же потом восстанавливать, – мрачно усмехнулся Володя.

Все согласились и расползлись по комнатам с диванами на втором этаже ратуши. Кроме Иры и Юры своего дома тут ни у кого не было. Даже особняк Образцовых сейчас принадлежал Протасовым и в каком он состоянии никто не знал. И сил разбираться здесь и сейчас у нас не было. К тому же нельзя проспать появление членов совета.

Вот только кто же даст честным захватчикам города так просто отдохнуть…

Среди ночи я проснулся от тихого и знакомого скрежета. Звук из прошлой жизни. Я даже не сразу понял, что это, а потом вспомнил – так режут стекло, сухой звук, от которого сводит зубы.

Рука медленно потянулась к поясу, но остановилась. Зачем тратить эликсиры, когда еще ничего не ясно. Да и что пить? Нет, успеется. И я медленно повернул голову к окну.

Так и есть. На широком карнизе сидел человек и вырезал круг в стекле рядом с запирающим механизмом. Тут их так просто не отожмешь, так что приходилось ворам изгаляться. Но пора заканчивать этот цирк, а то зима еще не закончилась, дуть будет.

Хорошо, что я выбрал диван рядом с этим самым окном. Так что просто резко поднялся и вскинул руки, словно собираюсь толкнуть.

Человек за окном не ожидал подобного и работал без страховки. Он рефлекторно дернулся назад, замахал руками, словно птица крыльями, посмотрел вбок. Оттуда протянулась рука в перчатке, но в последний момент отдернулась. И незадачливый убийца полетел вниз. Говорят, падение со второго этажа часто опаснее, чем с десятого. Проверять я пока не стал, в любом случае падал он спиной и вряд ли перевернулся в полете – не кошка же. Но что он не один, это логично. А еще логично, что они вряд ли знали, в какой именно я комнате. Это значит…

– Лена! – крикнул я.

И она тут же подскочила. Вот что значит жизнь в Пустоши – сон становится чутким и просыпаешься мгновенно без всех этих потягиваний и позевываний.

– Нападение через окна. Беги к остальным, – сказал я.

– Что б их, – выдохнула моя девушка и исчезла за дверью.

А я рывком открыл окно и не глядя протянул руку в ту сторону, где сидел напарник прыгуна. Я даже понимал, почему он не помог приятелю – наверняка тоже без страховки. Кто так работает? В любом случае, я его нащупал. Он начал отбиваться и отодвигаться.

Тут раздался скрежет и он потерял равновесие. Да что же за неловких ребят за нами отправили?! Я ухватил его за руку. Он повис. Я ударился грудью о подоконник, но протянул ему вторую руку.

– Хватайся и подтягивайся, – прохрипел я сдавленно.

Но вместо этого его рука выскользнула из перчатки и мужик приземлился рядом с напарником. Оба не шевелились. Я сплюнул и выпустил бесполезную перчатку. Осмотрелся.

Так и есть, в другие окна тоже лезли. И судя по тому, что ветер выдувал занавески на улицу, куда-то уже пролезли. А под некоторыми окнами валялись тела, как и под моим. Все упали на спину. Грудь болела, но сейчас не время страдать. Не сложно догадаться, к кому влезли – Ирине и Юре. Остальные слишком давно в изгнании и проснулись как и я. Странно, что Лена не среагировала. Видимо, очень устала и выбрала диван дальше от окна. Я оттолкнулся от подоконника и побежал в комнату Юры. Ирина не одна, там Володя должен был проснуться. И Ленка к кому-то да успеет. А Юра занял самую дальнюю комнату. Впрочем, если убийцы не знали, где мы обосновались, могли же и в пустые комнаты влезть. В этом случае мы рисковали встретиться в коридоре.

Но я пока тут был один. Из-за двух дверей доносились звуки борьбы. В победе своих друзей я не сомневался, потому побежал дальше. И ворвался в комнату Юры.

Он все еще спал или притворялся спящим, а к нему подбиралась фигура в черном. Почему-то низкая и тощая, подумал я отстраненно, но сейчас меня больше интересовал кинжал в ее руке. На эликсир уже не оставалось времени.

– Эй, – крикнул я и ударил убийцу чистой энергией Искры.

Она покачнулась, сделала неловкий шаг вперед и тут же налетела на ногу Юры – он с силой пнул ее. Убийца всхлипнула – точно женщина – и умудрилась остаться на ногах. С секунду она выбирала цель и в итоге ринулась на меня.

Я увернулся, одновременно схватил ее за руку с кинжалом и вывернул за спину. Оружие упало а я взял женщину в захват за шею. Она брыкалась, пыхтела и пыталась вывернуться, но сил не хватало. Тут еще и Юра подбежал и поймал ее за ноги.

– Что делаем? – спросил он.

– Привязываем к стулу и допрашиваем.

Он кивнул и снял шнурок для удержания портьер. Им и стянули женщине, а вернее довольно молодой девице, руки и усадили на стул. Пока Юра смотрел, чем бы ее привязать к самому стулу, я вспомнил, что шли они парами, и метнулся к окну с аккуратной круглой дырой.

И вовремя, чтобы увидеть, как вторая фигура в черном торопится по парапету за угол. Ну, ронять, так ронять. Внизу уже валялись четыре тела – два моих рук дело, два еще чьих-то. Я протянул руку и снова выпустил чистую магию. Человек потерял равновесие и присоединился к подельникам внизу. А я побежал к двери.

– Посторожи ее, а я посмотрю, как у других дела. Не дай ей умереть – это важно, – сказал я и вышел в коридор.

Я не ошибся. Еще порядка десяти посторонних шастали здесь и заглядывали во все двери. Как-то их многовато. И какие-то они бестолковые. Словно их поймали на улице, дали оружие и оборудование и отправили на дело. Еще вопрос, кто? Вряд ли Денисов и Ланская – для этого они должны знать, что отряд в катакомбах не справился. А я искренне надеялся, что там никто не сбежал.

Я выпил эликсир тьмы и занялся планомерным истреблением этой гоп-компании. Магия формировалась в чернильно-черные перья острее бритвы и стремилась к цели. Конечно, эти горе-убийцы меня заметили. Только что они могли сделать без огнестрельного оружия против мага? Кто-то успел забежать в комнаты, кто-то рванул к лестнице. Но четверо додумались поднять руки и сдаться. Вот и хорошо.

Меньше чем через минуту ко мне присоединились друзья. Вместе мы выбили всех, кто сопротивлялся или пытался сбежать, остальных связали и отправили в отдельную комнату на третьем этаже.

– Кажется, никто не ушел? – уточнил Артем.

– Да. И нужно поскорее убрать тела с улицы. Если придут проверять и увидят, сюрприза утром не получится, – заметил Илья.

Вот они вместе с Артемом и отправились на уборку.

– Это что вообще сейчас было?! – ошалело воскликнул Володя. Он придирчиво осмотрел каждого из нас, но не увидел ран и кивнул. У меня грудь перестала уже болеть, так что обошелся без лечения.

– Идем узнавать. Мы с Юрой поймали еще одну живьем, – сказал я. – А для скорости идем помогать с телами. Лена, Ира, идите пока к Юре.

Девушки ушли, а мы присоединились через десять минут. Тела скинули пока в катакомбы – потом разберемся. Я осмотрел улицу, но наблюдателей не заметил. Или ушли, или их не было. Странно все это. Глупо. Ладно, послушаем эту девицу. А надо будет, и остальных.

Глава 5

– Рассказывай, девица-красавица, кто же вас отправил, кто разработал такой «гениальный» план? – с легкой насмешкой спросил я у пленницы.

– Можете пытать. Я ничего не скажу, – гордо заявила она.

Девица оказалась примерно нашей ровесницей, русоволосой, с круглым открытым лицом – эдакая русская красавица. Еще и Василисой зовут.

– Зачем пытать? – искренне удивился я. – Сейчас позовем филина, он из тебя все и вытащит. Правда, что после этого останется от твоих мозгов, вопрос со звездочкой.

Она вздрогнула. Будучи простым человеком, монстров Василиса боялась. Впрочем, пока мы занимались телами, проверили их все и не нашли ни одного мага. Видимо, не хотели ими рисковать или никто не согласился.

– Но вы же все равно меня убьете. Как остальных, – пролепетала Василиса.

– Зависит от того, что скажешь и как себя поведешь. Но даже если и убьем, то умрешь в сознании, а не овощем. Вещай, – мрачно подтолкнул я ее.

– Что именно? – проворчала она.

Остальные расположились кто на диване, кто прямо на ковре. Дырку в стекле пока залепили бумагой, но все равно продувало и мы зябко ежились и торопились.

– Кто вас послал?

– Графиня Зотова, – вздохнула она.

– Суворов был с ней? – уточнила Ирина.

– Да, но руководила она.

– Вам выдали снаряжение и приказ и отправили? – уточнил я и получил утвердительное угуканье. – А вы вообще кто? На профессиональных убийц не похожи. И на солдат тоже.

– Эти все разбежались. Мы из личной охраны. Наше дело красиво стоять на посту, максимум защищать от нападений. Мы знаем, как наемные убийцы действуют, но только для того, чтобы защищать от них.

– Почему тоже не разбежались? – спросил Артем.

– Так у многих семьи. А Мария Алексеевна пригрозила, что им будет плохо, если мы не выполним приказ, – убитым голосом ответила Василиса.

– И вот оно как получилось, – вздохнул я. – Увы, не все твои приятели выжили. Конкретнее, шестеро.

Она удрученно кивнула.

– Я вам все рассказала. Что теперь?

– Теперь переночуешь с друзьями, а утром поучаствуешь в спектакле. Послушаешь беседу, а там сама решишь, на чью сторону вставать. Мы не садисты и не варвары, Василиса. Мы захватили город, чтобы выжить. Орел первым нарушил соглашение, – пояснил я, но не знал, поверила она и услышала ли вообще. – И последний вопрос: почему с вами не было магов?

– Никто из тех, к кому обратилась наша госпожа, не согласился.

– Понимаю. Ладно, пора отдыхать.

Василису отправили к ее друзьям, а мы нашли комнаты, где не успели провертеть дырки, и остаток ночи проспали там.

Утром меня разбудил Игнис, как я его и просил. Мы умылись, перекусили тем, что нашли в местной столовой, и приготовились к встрече совета.

– Так теперь ты расскажешь, что собираешься им предложить? – спросил Илья.

И я рассказал. С минуту, должно быть, стояла гробовая тишина. Только Лена слегка улыбалась – ее я посвятил еще перед сном и она после некоторых сомнений согласилась, что надо хотя бы попробовать.

А потом началось бурное обсуждение. Ира утверждала, что ничего не получится, Юра вторил ей, Илья сомневался. Артем с Володей молчали.

– Вы же понимаете, что альтернативой будет казнь? – в итоге сказал я. – Мы должны хотя бы попробовать. Я не хочу начинать дела с большой крови.

И только после этого со мной согласились.

– Но это будет не сегодня, – ошарашил я друзей.

– То есть как? А что сейчас?! – хором спросили Илья и Ирина с выражением полного недоумения на лицах.

– А сейчас мы покажем им, что они больше не хозяева жизни, а беззубые немощные шавки, способные лишь гадить по мелочи. И что их удел сидеть и ждать, когда мы изволим решить их судьбу, – жестко ответил я.

– Хм… А ты злой, – улыбнулся Артем и посмотрел на меня так, словно видел впервые. – Думал, ты снова будешь пытаться направить их на путь истинный.

– Я дал им шанс вчера. Они не взяли. Теперь будут иметь дела с последствиями, – невозмутимо сказал я и посмотрел на Иру с Юрой. – Они всегда вели себя так бестолково?

– Нет, – покачал головой Юрий. – Еще неделю назад тот же Суворов предложил рабочую схему обороны города. Денисов тоже. Только князь все их отверг и сделал как сделал.

– Ой, да все просто, – фыркнула Ирина, словно ответ всегда лежал на поверхности. – Пока жизнь текла своим чередом, они знали, что как и когда сделать, чтобы добиться нужного результата. Но как только шаблон сломался, они растерялись. К тому же лишились ресурсов – в основном из-за Румянцевых. Люди начали сомневаться и перестали беспрекословно подчиняться. Вот эта идиотская выходка с убийцами тому пример.

– Да, истерика в чистом виде, – согласился с ней Юра. – А вот если бы Кирилл и Артем не узнали о плане Денисова, у них могло и получиться.

– Значит, нельзя позволять им возвращаться в привычное болотце, – улыбнулся я.

Их слова подтвердили, что я все делаю правильно. Нужно держать советников в постоянном напряжении и неуверенности. Главное не перегнуть – крыса, загнанная в угол, опаснее крысы, которая только в него бежит.

Потом Юра позвонил Родиону Ивановичу – да, я впервые увидел тут телефон и едва не прослезился – и попросил прийти вместе со всеми остальными советниками, а не отдельно. Но Кирилл прибыл раньше на всякий случай. Мы посвятили его в план и он одобрил. Потом мы собрали наших пленных и указали, где им надо стоять.

А через полчаса прибыли и члены совета Орла. И надо было видеть их лица. Все, кроме Румянцева, выглядели так, словно пришли на свадьбу, а оказались на поминках. На лестнице мы слышали их бодрые голоса, даже смешки. А потом советники вошли и наступила гробовая тишина.

В этой тишине граф Румянцев приветливо поздоровался и занял свое место. Остальные остались стоять у входа. Суворов оттянул ворот, словно галстук вдруг сдавил сильнее обычного. Графиня Зотова шумно сглотнула. Ланская посмотрела на Денисова с почти детским упреком, словно он обещал конфету, но дал пустой фантик. И только сам Денисов стоял с таким же непроницаемым лицом, с каким я видел его вчера.

Мы же спокойно сидели на своих местах, тех же, что и вчера. Только теперь рядом со мной по левую руку расположился Игнис, на спинке трона устроился филин. По обе стороны от меня встали все те люди графов и графинь, кто выжил этой ночью. А за их спинами, невидимые советникам, спрятанные иллюзиями Зет Сота, сидели рысь и хорьки. Монстры обеспечивали послушание этой небольшой толпы.

Так что графы и графини видели, что те, кого они отправили нас убивать, перешли на нашу сторону. При этом я настолько им доверяю, что позволил встать себе за спину. На плечах у них висели автоматы, только без патронов.

И спектакль начался.

– Доброе утро судари и сударыни, – озадаченно приветствовал я их. – Ну что же вы замерли? Проходите, раз пришли. Хотя мы вас не звали, насколько я помню? – Я вскинул брови и демонстративно посмотрел на друзей, как бы спрашивая, может, кто-то из них позвал?

Но все покачали головами. А бывшие советники сейчас походили на школьников, когда вызвали к доске, а урок не выучен. Все, кроме Денисова. Снова. Что-то он все больше мне не нравился.

«Можешь осторожно прочитать его мысли? – обратился я к филину. – Поверхностные или сколько получится».

– Так зачем пришли? – повторил я вопрос уже жестче.

– Видимо, по привычке, – медленно произнес Денисов и вдруг поморщился и метнул быстрый взгляд на филина.

Пернатый потомок встрепенулся, оправил перья и переступил с лапы на лапу.

«Я не могу его прочитать, – ухнул он словно бы со страхом. – Он не пускает. И я... от него веет жутью. Можно я уйду?»

«Нет. Этим ты покажешь свою слабость, – решительно остановил я филина. – Все же было нормально, пока ты не пытался его прочитать? Вот тогда и не пытайся больше. Просто дыши».

«Дышу,» – ответил он, успокаиваясь.

«Он под эликсиром?»

«Нет. Это что-то другое. Его собственное,» – добавил филин и умолк.

Я же скользнул взглядом по Денисову и едва смог скрыть свой интерес к нему. Граф по-птичьи повернул голову на бок и с интересом смотрел на меня и на филина. Будто увидел что-то новое. Но пора с этим заканчивать, у нас еще куча дел. Хорошо, что паузу разбавил Родион Иванович. Он что-то говорил, кажется, шутил, но я слишком сосредоточился на разговоре с потомком.

– Если дело только в привычке, – снова заговорил я во время новой паузы. – То привыкайте к тому, что это больше не ваше рабочее место. Повторю: как только все приготовления будут завершены, мы вас позовем и все расскажем.

– То есть, вы сначала договариваетесь с другими сторонами, а мы последние в очереди? – уточнил Денисов. Какой прозорливый. Уж не влез ли он в голову филина или даже мою? Но я бы заметил. Наверное. Хотелось бы верить.

– Верно.

– Но вы же понимаете, что все будет напрасно, если мы откажемся.

– Если не согласятся другие стороны, предложение вам не будет иметь силы, – парировал я. – Да и альтернатива у вас будет такая себе. Так что настраивайтесь на ответ «да», ваши сиятельства.

Зотова еще попыталась возмущаться. Но Суворов взял ее под локоток, что-то прошептал и графиня замолчала, только возмущенно сопела. Да, не привыкли они к такому обращению. А то ли еще будет. А вот Ланская сегодня держала себя в руках. Молодец. Или Денисов провел с ней беседу.

В любом случае, на этом визит закончился. Бывшие советники просто развернулись и ушли, не сказав больше ни единого слова. А мои друзья с облегчением вздохнули. За спиной послышались покашливания и шуршание одежды – люди устали стоять неподвижно.

Я поднялся с трона и обернулся. Солдаты и офицеры переминались с ноги на ногу, но сходить с мест откровенно опасались, косясь на монстров. Они стали видимы сразу, как только незваные гости ушли – Зет Соту указания не нужны.

– Итак, вы все видели, – констатировал я без лишних. – Ваши хозяева беспомощны вне шаблонных условий. Они не способны подстраиваться под новые обстоятельства. Хотите продолжать им служить – ваше право. Если нет, присоединяйтесь к нам. Ответа здесь и сейчас я с вас не требую. Идите домой, поговорите с семьями и друзьями. Захотите остаться с ними, разделите их участь.

– Но мы не знаем, что это за участь, – напомнил все тот же молодой барон, который ночью сдался первым.

– Если бы я хотел, чтобы о нем узнал весь город, воспользовался бы громкой связью. И по секрету всему свету не собираюсь разносить. Скажу только одно: если все получится, графов и их людей ждет новая, опасная, но увлекательная жизнь. Это не изгнание, если что.

– А если мы решим встать на вашу сторону?

– Тогда вас тоже ждет увлекательная жизнь. Вполне вероятно, что не такая опасная, – усмехнулся я.

– Я не глава семьи, но передам отцу и буду настаивать на присяге вам, князь.

– Я тоже, – сказал барон чуть старше.

– И я, – вторил им третий.

– Хорошо. Если ваши родители захотят пообщаться, пусть приходят. Только если они захотят прийти исключительно ради плана, то зря потратят время.

– Мы поняли. Всего доброго.

И вся эта толпа тонкой струйкой потекла на выход. А я устало опустился на ближайший стул. Трон удобен, но в него я садился только ради графов – с друзьями надо быть на одном уровне.

– Я так понимаю, следующий шаг – разговор с драконом? – предположил Родион Иванович.

– Да. Если он не согласится, вся затея пойдет псу под хвост, – со вздохом сказал я.

– Когда пойдешь? – спросил Артем.

Перед ответом я посмотрел в окно и поморщился. Ветер, что задувал последние дни, принес оттепель, но и снег с дождем. Выходить в лес в такую погоду и собаке не пожелаешь.

– Завтра с утра. Сегодня лучше посмотрю бумаги Голицына по городу. Проверим запасы еды и прочее.

– Нам бы еще купол восстановить, – напомнил Юра.

– И это тоже, но нужно исключить наших новых друзей. А лучше вообще всех разумных потомков. Но это только после общения с драконом, – ответил я и тут вспомнил о вопросе Лены. – Кстати о куполе. Юр, ты случайно не знаешь, как князь протащил столько потомков через него?

– Лаборатория ниже уровня купола. При последнем обновлении он ее обошел, – пояснил он и для наглядности провел пальцем в воздухе, словно рисовал дугу.

– Понятно. Тогда начинаем заниматься делами города, – перешел я к следующему вопросу. – Ира, Володя, в лаборатории есть несколько монстров… прошу прощения, потомков, кому успели поставить пластины. Когда я был в голове Исаака, узнал, что те двое использовались в каком-то новом эксперименте. Если те тоже, с пластинами могут быть нюансы.

– Хорошо, мы посмотрим. Идем прямо сейчас, – позвал Володя. И они с Ириной ушли.

– Дальше. Я уже второй день не вижу дядю Мишу. Он жив?

– Жив, разбирается с солдатами. Мы же взяли кучу пленных. Вот он и сортирует, – ответил Илья.

– Может, возьмешь ментальный эликсир и поможешь ему? – попросил я его.

– Да, так будет надежнее и быстрее. Возьму кого-то из студентов в помощь. Пока. – И он тоже ушел.

Остались Румянцевы, Лена, Артем и Юра. Да уж, не густо. Еще недавно в Корсуни я сетовал, что столько народа и всем надо найти занятие. Теперь работы стало хоть отбавляй, а тех, кому я всецело мог доверять, всего ничего.

– Лена, поможешь мне с документами? А то я в них почти не разбираюсь. И вы, Родион Иванович. Если, конечно, нет неотложных дел дома.

– Делами жена занимается. Я помогу, – улыбнулся граф Румянцев. – Тем более я хорошо знаю все эти бумаги.

– Спасибо. Дальше. Артем и Юра. К вам будет дело долгое и трудоемкое. Не на один день. – Они заинтересованно подняли брови. – Спуститься в архив и заняться поисками старых и очень старых документов. Первое – вдруг есть доказательства, что изгнание часть плана по контролю населения. Второе – документы трехсотлетней давности. Все, что есть о начале вторжения демонов и о появлении Искры.

– Это займет очень много времени, – предупредил Юра, но спорить не стал, уже знал о моей идее разобраться с природой магии. – Может, и не один месяц.

– Тоже возьмите кого-то из студентов, желательно историков. Тем, кому можно доверять, – посоветовал я.

– Хорошо, – сказали они и тоже ушли.

– Похоже, остался только я, – иронично заметил Кирилл.

Я понимал, что он не привык к приказам от кого-то, кроме отца, и сейчас решил скорее послушать меня и внести свои предложения, нежели выполнять мои распоряжения. Что же, вот и узнаем, кто правее.

– Да. Во время визита графов я попросил филина заглянуть в голову Денисова. И филин не только не смог, но и испугался. А ты говорил, что Денисов словно бы стал другим человеком не так давно.

– Да, верно. – Кирилл явно заинтересовался. Интерес светился и в глазах его отца.

– Так вот. Он был без эликсира сейчас, но как-то смог повлиять на потомка. Это не нормально. И еще он такой жест странный сделал… – Я попытался повторить, но получилась жалкая пародия. – Не знаю, какой-то птичий, словно филина копировал. Можешь последить за ним?

– Занятно. Именно этим и думал заняться сам. Наши мысли сходятся, Саша, – с одобрением заявил Кирилл. – Тогда я пойду. Удачи с бумагами.

Всех потомков я отпустил отдыхать. И втроем мы занялись разбором документов. Дело нудное, скучное, но необходимое. Граф Румянцев стал нашим спасением – Голицын словно бы предвидел поражение и перестал вести документацию, а часть вообще уничтожил. Так что без Родиона Ивановича мы бы не смогли разобраться при всем опыте в делопроизводстве. В итоге мы разбирались до поздней ночи.

А утром, когда я уже собрался идти в лес и спорил с Леной, что ей лучше остаться, ворвался Кирилл.

– Что случилось? – едва ли не хором воскликнули мы.

– Денисов пропал, – сообщил он, отдышавшись. – Вчера весь день изображал, что занимается самыми обычными делами. Ночью из особняка не выходил. А утром его нигде не было. Спустился в катакомбы и нашел своих ребят, которые стерегли его выход из города, мертвыми.

– Ушел из Орла? – удивился я. – Не узнав, что же я хочу предложить? Какой нелюбопытный. Один ушел?

– Думаю, что взял с собой самого близкого адъютанта.

– Мага?

– Разумеется.

– Видимо, решил, что если ответит отказом на твое предложение, его сразу арестуют и казнят. Вот и не захотел рисковать, – предположила Лена.

– Наверняка, – согласился я. – Что же, минус граф. А что его бароны?

– Пока не знают, но настроения среди них разные. Только треть осталась на его стороне. Это четыре семьи, – сказал Кирилл. – Остальные колеблются, а два рода хотят присягнуть тебе, но боятся Денисова.

– Мне жаль твоих людей, мой друг, – тихо сказал я.

– Они знали, на что шли.

– Ну что же. Планов на сегодня это не меняет, – вернулся я к главной теме. – Мы с Игнисом идем в лес, а ты с Родионом Ивановичем продолжаешь разбирать бумаги по городу. Не спорь, милая. Ты же слышала Лилию. Это дракон. Не известно, как он себя поведет. Так что лучше мы будем вдвоем с Игнисом.

– Но там где-то Денисов, – попыталась она надавить на безопасность.

– Справимся.

Мы еще немного поспорили, но в итоге я убедил ее остаться в ратуше. А мы с Игнисом вышли из города и углубились в лес.

Беглого графа мы не встретили, слежки не заметили. День стоял пасмурный, но с неба ничего не падало для разнообразия. Даже ветер стих. А еще оттепель продолжилась и снег стал тяжелый и липкий. Потому до выбранной моим мохнатым другом поляны мы шли почти весь день, но пришли. Я устал, но времени терять не хотелось, разве что на еду. Надеюсь, не последнюю в этой жизни. Все же дракон.

Поляна оказалась действительно большая, примерно с теннисный корт. Там мы перекусили и Игнис призывно завыл. Подождал несколько секунд и повторил протяжный громкий вой. И так еще дважды.

А потом я услышал хлопанье крыльев. Небо закрыла большая драконья туша, черная с этого ракурса. Монстр завис над нами. Посмотрел одним глазом. Повернул голову и посмотрел другим. А потом вдохнул. Меж зубов показалось пламя.

Глава 6

Для зова мы с Игнисом вышли из леса примерно на треть площадки, то есть шагов на двенадцать. Остальное место оставили для приземления дракона. Вот только приземляться он, кажется, не собирался. Я сделал шаг назад и остановился.

Нет. Мы пришли говорить. Если убегу, все это не будет иметь смысла. Впрочем, если останусь, рискую стать шашлыком. Но все же нужно хоть что-то сделать, чтобы им не стать. Сделать или сказать.

– Мы пришли поговорить! – крикнул я.

И тут на нас обрушилось пламя.

Я инстинктивно поднял руки в защитном жесте, но это не понадобилось. Жар ощущался, но я не горел.

Удивленный, я опустил руки и посмотрел вверх. Пламя обрушивалось, но обтекало меня. Вернее, нас с Игнисом. А мы стояли в огненном пузыре. Игнис! Это он нас защитил? Но я не рисковал спрашивать при виде его сосредоточенной морды. Глупо получится, если погибнем из-за того, что он отвлечется на похвалу.

Но прошло еще секунд десять, прежде чем пламя угасло. Дракон посмотрел на нас и медленно и величественно опустился перед нами на поляну. Его лапы зарылись в снег. Мы же стояли на выжженной сухой земле. Я к тому же еще и на лыжах. Шикарно. Так что пока хозяин этих мест устраивался, я их снял, чтобы не выглядеть глупо. И только после этого внимательнее рассмотрел его. Когда на тебя льют пламя, не особо полюбуешься тем, кто это делает.

А он впечатлял. Прежде я видел его только в небе и там дракон выглядел величественным и большим. Сейчас, стоя в трех метрах от него, я думал, голова отвалится, пока задирал ее, чтобы увидеть морду. Он сел как кошка, даже обернул лапы хвостом. И теперь оказалось, что его чешуя скорее бронзовая, нежели черная. А на груди и животе она более светлая – желтый цвет переходит в кремовый и почти белый. При этом чешуйки на животе кажутся более мягкими. Но проверять так это или нет я, конечно, не рисковал. И вряд ли рискну в будущем.

«Ты защитил человека, – услышал я в голове его голос, очень приятный, что-то среднее между тенором и баритоном, но в нем слышался треск пламени. – Как интересно. Ты привел его ко мне. Зачем?»

Так, я его слышу, уже хорошо. Не придется тратить время и реагенты на эликсир.

«Это мой друг, – последовал ответ Игниса. – Он хочет поговорить с тобой. Выслушай его».

«Хорошо, человек, я тебя слушаю,» – снисходительно сказал дракон.

И тут мне пришла в голову идея. Главное, чтобы он воспринял ее не как наглость, а как жест доверия.

«Ты ведь можешь залезть ко мне в голову? – уточнил я. – Сделай это. Так мы упростим понимание. И ты поймешь больше, чем я бы сказал словами. Я открою тебе все».

«Все? С чего такое доверие? Решил подкупить меня? Но все же это интересно,» – заинтригованно сказал он.

И я ощутил вторжение в голову. Не такое, каким нас встретил в первый раз Дракула. Сейчас это походило на то, как если бы на голову положили невероятно тяжелый мешок и начали давить. Но я сам напросился, так что стоял и терпел, стиснув зубы. А потом стал ощущать, где он копается, что смотрит.

Дракон начал с самых ранних воспоминаний, но быстро перескочил на годы учебы. Они тоже не сильно его заинтересовали, кроме уроков истории. А вот на занятиях магией чешуйчатый остановился подробнее. Я физически ощутил его удивление и уменьшение давления. Потом он буквально пролистал годы службы, отставку, создание корпорации. И смерть. Этот момент дракон прокрутил раза четыре. И я вместе с ним еще четырежды пережил смерть и переселение в это тело. Дальше он смотрел внимательнее вплоть до нынешнего момента.

«Хмм… – изрек он и отпустил. – Действительно интересно».

А сдавливал виски пальцами с ощущением, что так голова не разлетится на кусочки. Какой он небрежный. Пока дракон сканировал мою память, в какой-то момент я понял, что он даже не пытается делать это осторожно. Только в самом конце, когда он добрался до сути моего предложения, я ощутил намек на укол совести.

«Интересное предложение. И я даже вижу, откуда оно появилось. Тебе есть с чем сравнивать, потому и усомнился в том, что магия людей правильная,» – задумчиво произнес он.

А я покосился на Игниса.

«Да-да, он тоже все видел и сейчас все слышит,» – небрежно ответил дракон.

Огневолк уже знал о моем прошлом – перед тем, как просить драться за людей, я решил, что будет честно, если он будет знать все. Так что сейчас меня больше интересовала его реакция на отношение дракона к новым знаниям.

«Ты не особо удивлен тому, что я из другого мира,» – заметил я.

«Да, я уже встречал подобных тебе. Только из других мест».

«Исаак?»

«Да, – поморщился дракон. – Жуткий тип. Спасибо, что расправился с ним. Он пришел ко мне летом. Только не просил, а говорил с позиции силы. Ультиматум поставил».

«Почему ты его не убил?» – уточнил я, хотя подозревал, каким будет ответ, и не ошибся.

«Не мог. Как этот твой граф нагоняет жути, так и этот. Я смог лишь улететь от него».

«Почему так?»

«Он высший ангел, вечный противник наших создателей. Он орал, что мы мерзость, выхлоп и должны быть уничтожены или служить людям,» – зло рыкнул он.

«В качестве рабов,» – добавил я.

«Да. Но ты хочешь иного. Поэтому мы все еще разговариваем».

«А Денисов? Он такой же?»

«Я не знаю. Мы еще не встречались. Но чувствую, встреча состоится, если он тут, – недовольно проворчал дракон. – Ладно, это сейчас неактуально. Перейдем к твоему предложению. Где гарантия, что в итоге люди не приручат нас, как это случилось в твоем родном мире?»

«Потому что мы изначально будем жить на равных, – деловито ответил я. – Люди же не приручают других людей. Да, вы не люди, но вы разумны. И потом, в моем мире история немного иная. Там демоны осознанно создали монстров в качестве своей армии. Я даже не уверен, что среди них были разумные. Здесь вы получились случайно, как побочный эффект взрыва двух разнонаправленных магий. Я не считаю вас ошибкой или мерзостью. Вы есть, вы заняли свою нишу в мире. Доказали право на существование. К тому же война между нашими видами будет долгой и кровопролитной, особенно если у людей появится своя магия».

«То есть ты не уверен, что это возможно?» – Дракон наклонился ниже и улегся в позе сфинкса.

«Нет, не уверен, – честно ответил я. – Прямо сейчас мои друзья ищут сведения. Ты это уже знаешь. А я знаю лишь, что когда людям давали Искру, что-то пошло не так».

«Но земли ты хочешь уже сейчас,» – усмехнулся он.

«Да, иначе будет большая кровь».

«Ты не думаешь, что мне же выгоднее, чтобы ты занимался проблемами своего города и как можно дольше не искал информацию? А там, глядишь, тебя и убьют. И все вернется на круги своя, м?»

«Да. Все будет как раньше, – усмехнулся я. – Люди охотятся на всех потомков без разбора и называют вас монстрами. Вы частично от людей бегаете, частично охотитесь. И все ненавидят друг друга. Отличная жизнь! Ты видел альтернативу, неужели тебе не нравится? Разумеется, без приручения».

«Мирное сосуществование или война. Нас считают кровожадными тварями. Возможно, первые потомки такими и были. Но те времена прошли. Я принимаю твое предложение».

«Тогда можно наглый вопрос? – осмелел я. Он кивнул. – Зачем ты нападаешь на караваны?»

«Я нападаю только на те, где везут еду или что-то опасное для потомков. А теперь все. Отправляй людей. Разумные тебя не тронут, а с дикими помогут те из нас, кто отправится из города, или местные. Если что, у тебя есть филин и нетопырь. Отправь их, если нужно будет срочно мне что-то передать. Я пришлю ворона, если будет в том нужда».

После этих слов дракон взмахнул крыльями и взлетел. Даже не попрощался.

Я глубоко вздохнул, приходя в себя, подобрал лыжи. И только хотел переместиться на снег, чтобы надеть их и отправиться в город, как Игнис зарычал. Это означало опасность, достойную эликсира.

Его я и выпил – огненный, из шерсти самого Игниса и железы паука. Пока он не начал действовать, осмотрелся, не решаясь двигаться.

Мы все еще стояли на открытой поляне в дюжине шагов от укрытия леса. Еще и на выжженном участке диаметров метра в три. Хуже не придумаешь.

«В лес? – предложил я. – Кого ты чуешь?»

«Сейчас сам учуешь, – проворчал огневолк напряженно. – Того человека, которого потерял Кирилл. И все не мог сказать: он странно пахнет».

«Кирилл?»

«Человек. Филин не чувствует запахи, потому не мог сказать. Но пугает даже запах. И… он не один. В сторону!»

Мы отпрыгнули в разные стороны. Лыжи перед прыжком я выпустил. За спиной раздался треск молнии. Я упал в снег, перекатился и приподнялся на локте, готовый другой рукой выпускать магические заряды. Вот только понять бы куда.

И тут рядом сверкнула еще одна молния. Такие прямые, без ответвлений, пускают только молниевые волки, отметил я, пока перекатывался. Сейчас я даже радовался, что без лыж, они бы только мешали. Краем глаза я заметил огненную вспышку. Все же рискнул подняться на колено. И увидел сверкание вокруг волка. Но где тогда Денисов? Волк напал на него? Если так, почему молнии бьют в меня?

– Бей, – услышал я монотонный приказ и узнал голос графа. Что?!

Видимо, потому и услышал, что подкатился ближе к лесу и начал работать волчий слух. Тоже мне, Колобок. Но додумать не успел – снова пришлось откатываться. А пока катался, услышал слово «бей» еще трижды. И трижды уклонялся от молний. Правда, один раз не совсем удачно – молния попал в правую руку. Хорошо еще, что это не натуральная молния. От нее рука лишь отнялась на время и ожог появился в месте попадания – от настоящей меня тряхнуло бы хорошенько и кто знает, какие еще повреждения оставило. Если вообще жизнь оставило.

Пора бы бить самому, да не получалось прицелиться. Зато понял, что молниевый волк не один – их там минимум три. И Денисов им приказывает. Что-то это мне напомнило Исаака, но Кирилл не говорил, что и Денисов занимается экспериментами с монстрами. Да и не касается он ни одного из них. Зато часто в лес ходил. Но пора заканчивать. Я принюхался.

Да, среди деревьев стояли три молниевых волка и один человек. И запах его неуловимо отличался от запаха обычных людей. Что-то кислое в нем присутствовало, неприятное и безумно знакомое. Понять бы что. И не поджариться. В этот раз от молнии я отпрыгнул. И выпустил, наконец, магию сам.

Теперь, когда знал направление, я выстрелил огненной паутиной. И услышал волчий визг, болезненный и испуганный. Первый готов. Я прицелился во второго.

«Займись человеком, а я волками, – остановил меня Игнис. – С ними я драться могу, а к человеку не приближусь».

«Хорошо,» – сказал я и начал выискивать Денисова.

Неприятный запах его удалился глубже в лес. Я побежал за ним, утопая в снегу по колено. Обернулся, увидел лыжи и притянул их к себе паутиной. Денисов уходил, а я неловко, одной рукой, надевал лыжи – без них все равно упущу.

На лыжах стало проще, но фора у него все равно большая. За спиной сверкали дуги молний и огненные вспышки, а я бежал по чужому следу.

И вдруг он оборвался. Я резко затормозил так, что снег взвизгнул под лыжами, и осмотрелся. Снова принюхался. Ни-че-го. Поднял голову, вспомнив, как прятался Никита в начале осени. Нет. Ни запаха, ни звука. И меж деревьев ничто не мелькает. Нет, звуки, конечно, были, но самые обычные, лесные. И запахи тоже. Но не этот знакомый мерзкий аромат.

Иллюзия? Нет, я бы его чуял. Или слышал биение сердца. Видимо, он спрятал след, как это делали мы летом. Или же… нет, если бы скрыл иллюзией, она бы уже исчезла и я увидел след. Но в любом случае я уже его не догоню. Я сплюнул и вернулся к Игнису. Он уже догрыз глотку последнему из волков и сидел, вывалив алый язык.

«Не догнал,» – констатировал он.

«Увы. Он спрятал след. И я долго возился с лыжами,» – со вздохом ответил я.

«Я бы удивился, если бы ты поймал его так просто и быстро. Еще и без руки».

Я испугался и посмотрел вниз. Нет, рука болталась на месте, только я ее не чувствовал. Сейчас эффект пройдет и начнется веселье. Попытка пошевелить пальцами ничего не дала.

«Тогда возвращаемся в город. Может, успеем до того, как чувствительность вернется,» – с надеждой сказал я.

«Наивный, – фыркнул Игнис, но побежал вперед. – Станет плохо, скажешь. Донесу. А пока сам беги».

У меня и в мыслях не было попроситься на спину другу, но его слова согрели и вызвали теплую улыбку. И мы побежали. Да, по плану мы собирались тут и заночевать, но не с такой рукой.

Примерно на середине пути совсем стемнело, но под эликсиром я этого почти не замечал. Зато начал замечать, что по руке поползли сначала мурашки, потом будто электрические разряды. Так бывает, когда отлежал руку. Но сейчас это умножалось на десять или даже больше.

А когда руку начало простреливать так, что она стала дергаться как припадочная, я едва не потерял равновесие. Держать ее другой рукой тоже выходило плохо. Именно об этом говорил Игнис. Со вздохом он припал к земле и позволил мне взобраться себе на спину.

Нет, смерть мне не грозила – не от раны точно. Такой удар опасен одиночкам, когда можно упасть и замерзнуть в холода. Или потерять сознание в дождь и захлебнуться в луже. Опять же в любое время года можно попасться на зуб монстру или другому хищнику. Так что сама по себе рана не смертельна, но весьма коварна.

Когда мы прибежали к воротам города, меня колотило уже всего. Один из разрядов должно быть долбанул в голову, потому что я отключился, когда увидел, как открываются ворота.

Очнулся я в тепле и тишине. Ощутил под головой подушку, а на себе одеяло. Рядом кто-то шептался, но неразборчиво. Напрягаться, чтобы услышать, не хотелось, так что я потянулся и лениво открыл глаза. Рука уже не болела. Рядом сидела Лена и стоял Володя. А обстановка напоминала больничную палату. В окно лился серый свет.

И тут я понял, что князь-то я князь, но своего дома у меня нет. Ни у меня, ни у остальных, кто пришел со мной. Экспроприировать чужие дома как-то нехорошо. Но выход есть. Только сначала надо очистить город от паразитов.

– Очнулся, – с облегчением выдохнула Лена и положила руку мне на грудь.

– Привет. Давно я тут валяюсь? – уточнил я. – И можно воды?

Без лишних слов Володя передал стакан воды с тумбочки. Я осушил его в один присест.

– Шесть часов, – сказала Лена. – Игнис привез тебя и не позволял забрать никому, пока не пришли мы с Володей.

– Уже все хорошо. Во всяком случае физически, – добавил он. – Но давай проведем несколько тестов, чтобы удостовериться, что и с головой все в порядке. Все же импульс добрался до мозгов, а это непредсказуемо. Вставай.

– Разве молния так себя ведет? – удивленно спросил я, поднимаясь. Предварительно я убедился, что на мне есть хоть что-то из одежды – трусы и белые штаны от пижамы, хорошо, не в полоску.

Тесты оказались простые и до боли знакомые: пройти по линии, дотронуться до носа, наклониться и прочее. Параллельно Володя задавал вопросы о том, что я помню последним, что было вчера и прочее.

Я подробно рассказал о встрече с драконом и соглашении с ним. А после и о нападении Денисова, о его бегстве и исчезновении.

– Мда, чую, мы с ним еще встретимся и не раз, – вздохнула Лена. – Да, Антон вернулся. И с ним еще восемнадцать человек, которые хотят жить в городе. Остальные остались в Корсуни.

– Никто из магов не приехал. Красавчик тоже остался там. И Никита, – добавил Владимир. – Людмила просила напомнить, что если компромат по ее семье найдется, ни в коем случае не отдавали его им – пусть живут в страхе.

– Месть? Понимаю, – с улыбкой кивнул я. – Ну а теперь идем общаться с тем, что осталось от совета.

– Погоди, Саш. Мы теперь в городе. Может, сведем шрамы? – смущенно спросила Лена.

Я посмотрел на нее, улыбнулся и оглянулся в поисках своей одежды. Володя верно меня понял и указал на простой белый, как и все тут, шкаф в углу у двери.

– Конечно, сведем, – ответил я, одеваясь. – Но я хочу, чтобы мне сделали на руке другой шрам и закрепили.

В моем мире у меня на плече красовалась татуировка боевого подразделения. Здесь подобные рисунки на теле были не в ходу – слишком напоминали о шрамах. Ну что же, шрам, так шрам.

– Что? Зачем? – удивились они оба.

– Чтобы выделяться среди них. Чтобы не забывать и другие не забывали, с чего все началось, – жестко ответил я. – Я не о своем личном изгнании, а об изгнании вообще.

– И что же это будет? – с интересом уточнил Володя.

– Славянская руна «Сила», – сказал я и нарисовал в воздухе пальцем букву «И» со смещенными углами.

– Откуда ты о них знаешь? – удивился он.

Лена только улыбнулась с пониманием – она знала ответ.

– Много читал с тех пор, как в Корсуни появилась библиотека. И да, я бы хотел сделать это до встречи с советом.

– Не проблема. Не уходи, я позову шрамовщика, – не стал спорить он.

– Если мне понравится, я сделаю тоже, – муркнула Лена и обняла меня, когда мы остались одни.

Специалист пришел довольно быстро и весьма озадаченный. Я объяснил ему, что от него хочу. И пока он делал, Володя рассказал, что пластины они с Ирой из голов монстров вытащили. Они действительно из другого сплава, но на изучение нужно время.

Лена посмотрела на новый рисунок у меня на руке и попросила сделать такой же. Все прошло быстро и почти безболезненно – мы не преступники, потому резали кожу под обезболивающим. Володя пока решил воздержаться и подумать. Только свел шрам изгананника.

– Почему именно эта руна? – спросил он по дороге в ратушу.

– Движение вперед, поиск истины. То, чем мы занимаемся, – просто ответил я.

Он кивнул и продолжил думать.

Уже через час все собрались в зале совета. Графы и графини заставили себя ждать, изображая, что у них все еще есть власть.

А потом я озвучил предложение. И оно ожидаемо им не понравилось.

Глава 7

– Вы что-то нашли? – спросил я Артема и Юру пока ждали бывших советников.

– Да. Этому указу двести лет, – ответил Артем и положил передо мной пожелтевший лист бумаги. Чернила почти выцвели, но разобрать текст еще было можно.

Я вчитался и улыбнулся – это именно то, о чем я и подозревал. Уже через сто лет после того, как люди вынужденно заперлись в городах, начались проблемы с перенаселением. И да, контрацепцию уже придумали, но по какой-то причине решили дополнить ее практикой изгнания. Я понимал, почему из городов вышвыривают преступников – итак места нет, а тут еще и их содержать и кормить. Но зачем же вот это?

Зато теперь я получил подтверждение своим подозрениям, что не могло вот так запросто, появиться столько аристократов-самодуров. Они не на пустом месте потеряли связь с реальностью и вышвыривают людей, потому что кто-то им не нравится. Даже Румянцев практиковал изгнание. Да, не за пролитый суп или неопрятный вид, а за более серьезные проступки. Но изгонял и считал это нормальным.

Вот они, корни жуткой практики. За двести лет изначальный смысл забылся, поводы для изгнания изменились. И указ не местный. Я держал в руках копию с печатью императора всероссийского.

– Интересно, простым людям тогда этот указ зачитывали? – озадаченно спросила Лена, прочитав старинный документ.

– Наверняка, – ответил Володя. – Если бы люди не знали, после первых же подобных изгнаний начались бы бунты. А их не было. И до сих пор народ хоть и злиться, но принимает свою судьбу с покорностью. Даже мы, аристократы.

– Но здесь же четкий список, за что изгонять, – удивился Илья. – А что у нас сейчас?

– А сейчас его смысл исказился до безобразия, – вздохнул я.

– Очевидно, что такой документ доставили в каждый город, потому что практикуют это везде. Но никто из нас, а мы из четырех разных городов, не помнит о его существовании, – с горечью ответил Артем.

– Ну хорошо, выяснили мы это. И что с того? Что нам это дает? – с иронией спросила Ирина.

– А дает нам это отправную точку, друзья мои, – улыбнулся я. – Это объяснение того, что происходит сейчас. И в то же время доказательство того, что система устарела. И обоснование переменам.

Теперь все поняли мою точку зрения до конца. А через пять минут высший свет Орла изволил явиться.

– Доброе утро судари и сударыни, – жизнерадостно приветствовал я их. – Прошу занимайте места. Мы готовы сделать вам предложение. И очень надеюсь, что вы от него не откажетесь.

Они переглянулись и с кислыми лицами сели за другой край овального стола, куда садились и до того. Родион Иванович традиционно занял место на нашей половине. Но это никого не удивило – еще в первый день он дал понять, чью сторону занял.

На эту встречу я пригласил и всех баронов, кроме вассалов Румянцевых – с ними граф поговорил сам. Разумеется, здесь находились и наши монстры: Игнис, Зет Сот, даже Топа пришел. А еще Антон Румянцев привез Матиаса и Минерву, наших серебристых котят. За осень и зиму они подросли и уже достигали колена.

– Итак, предложение мое такое…

– Погоди…те, – с запинкой перебила меня Зотова.

О, я уже не мальчик, мысленно поздравил я себя, но перебивать она все еще считает себя в праве.

– Да? – вежливо уточнил я.

– Это же предложение нам. Так зачем тут они? – Графиня кивнула на баронов, что расположились вокруг стола. Увы, столько стульев тут не нашлось и сели только самые старые.

– Уверен, их превосходительствам тоже будет интересно послушать, – с легкой усмешкой ответил я. – Лучше услышать все из первых уст, чем потом слушать вашу интерпретацию.

Зотова скривилась, но больше не возражала. Остальные тоже счастливыми не выглядели.

– Итак, наше предложение, – вернулся я к теме разговора. – Все вы знаете о Корсуни. Мы поставили деревню и смогли ее отстоять у городов и монстров. Это значит, что можно повторить. А недавняя ночь показала, что мы с вами не то что не сработаемся, но и не уживемся в одном городе. Я предлагаю вам взять людей, еду, оборудование, оружие и отправиться в Пустошь основывать новые поселения. – Я резко поднял руку, когда граф Суворов подскочил и открыл рот. – Я не закончил.

С недовольной миной он сел на место.

– Некоторое время назад мы выяснили, что монстры есть разумные и дикие, – продолжил я. – Те, что сейчас находятся с нами в зале, разумны. Они прекрасно понимают нас. И есть способ услышать их. Так вот. С вами пойдут разумные монстры и маги, которые будут способны с ними общаться. Кстати, они называют себя потомками. Они защитят и помогут, пока вы не поставите купол. Так же они помогут выбрать наилучшее место для поселения – на расстоянии от жилищ других потомков. Разумеется, с учетом того, что рядом должна быть вода и хоть какая-то естественная защита.

Я отпил воды, чтобы дать им время переварить эту часть информации. Бывшие советники мрачно молчали, так что я продолжил.

– Разумеется, у вас возник вопрос «зачем» и чем это отличается от изгнания. Все просто. До сих пор вы контролировали численность населения изгнанием. Мы все достаточно услышали историй жителей Корсуни, чтобы прийти к подобному выводу. Возможно, вы сами не отдаете себе отчета, что это так. Возможно, вы искренне верите в свое право, когда решаете выставить кого-то вон просто потому что. Вы это делаете, потому что так делали ваши отцы и деды. И мы нашли тому причину. – Я поднял со стола пожелтевший указ. – Вот он, документ, с которого началась практика изгнания. Здесь прописаны вполне конкретные поводы. И среди них нет пункта, что можно изгнать за то, что кухарка не согласилась лечь с господином в постель, а лакей не так посмотрел на хозяина. Чуть позже мы его перепишем и размножим.

– Откуда нам знать, что вы не перепишите как вам надо? – мрачно уточнила графиня Ланская.

– Согласен. Читайте. Можете вслух. Но осторожнее, документ старый. И если попытаетесь его уничтожить, я уничтожу вас, Софья Николаевна, – с обманчиво-ласковой улыбкой предупредил я и передал указ.

Она кивнула и начала читать. Вслух. Сначала аристократы радовались и говорили «ну вот, можно же». Но когда началось перечисление поводов, вроде открытого неподчинения, хамства, умышленной порчи имущества и все в том же духе, они как-то сникли. Некоторые стали неловко переминаться. Но были и те, кто презрительно фыркал. Последних я запомнил.

– Теперь понимаете причины нашего предложения? – продолжил я, когда все успокоились, а указ вернулся на нашу половину стола. – Вместо того, чтобы изгонять и обрекать людей на жестокую гибель или довольно жалкое существование. Или наживать себе врагов, как меня. Вы возьмете людей и заложите новые поселения, которые со временем станут городами. Это решит проблему перенаселения. И даст вам занятие. А то вы от скуки друг с другом грызетесь и простому люду жить не даете.

– По закону меня нельзя изгонять в Пустошь – возраст, – зло бросил Суворов.

– Перечислите признаки изгнания, – вздохнул я.

– Это что, экзамен?! – возмутился он, но замер под моим взглядом и недовольно перечислил: – Шрам на руке, рюкзак с провизией на три дня, сменное белье, кинжал, спички. И четыре вида трав с треногой и спиртовыми таблетками для магов.

– Значит, когда я перечислял, что вы возьмете с собой, вы затыкали уши пальцами? – с иронией уточнил я, а граф лишь яростно сверкал глазами. – Так что вы не изгнанники, вы поселенцы. Или переселенцы.

– А если откажемся? – уточнила Зотова.

– А в этом случае мы вспоминаем все ваши деяния и по итогам без особого труда набираем преступлений не то что на изгнание, а на смертную казнь. Так что выбирайте, – безжалостно сказал я.

Наступила тишина. Графы и бароны кто сидел, кто стоял, но все дружно думали. Одни из них выглядели подавленными, другие злыми, меньшинство просто угрюмыми. Но были и те, кто стоял и явно просчитывал варианты.

– Простите, – подал голос один из таких. – Но что если кто-то из нас присягнет вам, ваша светлость? Например, наш род раньше служил Образцовым.

– И предали нас, – констатировал я. – Только наивный глупец поверит снова.

Барон дернулся как от пощечины и отступил в тень. Зато снова подняла голову Ланская.

– Но если мы уйдем, что будет с нашими домами и предприятиями?

– Для начала уйдете именно вы. Кто из вашей родни уйдет с вами, мы еще решим. Для начала мы пообщаемся. Если кто-то нас устроит, он останется и сохранит за родом имущество. А если нет, оно перейдет городу.

– То есть вам, князь, – фыркнула Зотова.

– То есть городу, – повторил я. – Это значит, что прибыль от них будет идти в казну города, а не в частный карман. Представляете, так тоже можно.

Граф и графини ошалело переглянулись – такой вариант явно не приходил им в головы. Бароны тоже выглядели озадаченными.

– Но если вы всех нас отправите на выселки, кто останется защищать город? – спросил один из баронов, молодой мужчина.

– Как мило, что вы вспомнили об этом. Жаль, что только сейчас. Вы же еще не забыли о студентах, которых изгнали за вольнодумства? – напомнил я. – Да, двадцать человек мало. Но насколько мы знаем, не всех их изгнали в тот раз. Некоторые успели затаиться. И среди вас и ваших родственников, уверен, есть те, кто думает не только о своем комфорте и благополучии, но и о людях, которые от них зависят. Вот они и останутся. А теперь можете быть свободны. У вас две недели на сборы. За это время мы решим, кто уходит, а кто остается.

– Но распутица, – вспомнил кто-то из баронов.

– Какая неприятность. Наденете резиновые сапоги, чтобы не промокнуть, – жестко ответил Артем. – Меня вот изгнали ранней весной. Ничего, выжил.

После этого аристократы потянулись на выход.

Я еще хотел огласить новый состав совета, но он почти в полном составе находился тут. Еще в него войдет дядя Миша и кое-кто из цеховых мастеров города. Но это потом, сначала надо разобраться с неотложными делами.

– Странно, что никто ничего не сказал о нас сестрой и матерью, – заметил Юрий.

– Вы на этой стороне стола. Они не совсем дураки, – ответил Кирилл.

– Ладно, это все хорошо, но с ними со всеми надо успеть поговорить за две недели, – вернулся я к делу. – Понимаю, что всех не отсеем и кто-то из не согласных все же останется в городе. Так что зовите студентов, будем распределяться.

Это собрание прошло куда быстрее и спокойнее. Пока не стали решать, сколько всего будет групп – точно три, но может и больше. Некоторые студенты оказались только рады отправиться в такое путешествие. Они признались, что жизнь на природе им понравилась больше, чем в городе. Правда, всего семь человек из двадцати четырех. Но на первое время и этого хватит. И все же я надеялся, что среди баронских семей найдутся еще энтузиасты. А пока отправил их на поиски подходящих для будущих поселений мест.

А после занялись совсем уж рутиной. Пока мы обсуждали с Родионом Ивановичем дела города, я начал скучать по беготне по лесу, по стычкам с карателями и монстрами, по налетам на караваны. Кстати о караванах.

– Тебе бы самому поговорить с Антоном. Он присутствовал при допросе того баронского отпрыска из Мценска и все слышал, – сказал граф Румянцев.

– Что сказал?

– Сказал, что нападать они не будут, но и торговать с нами тоже. И с соседними городами сговорятся, чтобы оставить нас в блокаде.

Я подошел к карте региона и проверил свои догадки.

– Не получится. Это же какие им придется делать крюки, чтобы нас объехать, – сказал я и указал на расположение соседних Брянска и Курска. – Мы стоим как раз посередине между ними всеми. Накладно нас объезжать. Так что договоримся. Что мы покупаем у них, без чего не можем обойтись?

– В Мценске автомобили. Но у нас ткани. Как понимаешь, по еде каждый город автономен. Дальше соседи…

И началось долгое нудное обсуждение, что и как мы можем сделать, чтобы Орел не исключили из товарооборота. Сошлись на том, что Илья отправится в Мценск и попробует договориться.

А пока мы продолжили возвращать город к жизни. Поговорили с рабочими на местах. Встретились с пожарными и полицией. Со всеми удалось договориться. Они все ставили только одно принципиальное условие: никаких необоснованных изгнаний. Разумеется, они просили еще поднять зарплаты и улучшить условия труда. Но это стандарт для любого мира, как я понял. Этим занялся Юра.

Дядя Миша тем временем наладил отношения с солдатами. Часть из них больше не принадлежали ни одной семье, а служили исключительно городу. Жизнь постепенно возвращалась в спокойное русло.

И только Илья собрался ехать в родной город, как из него прибыл караван.

Привел его старший брат Лены, Роман. Он рассказал подробности о Протасове, что бывшего графа не пустили в город даже на правах барона. И никакие уверения, что его люди лишними при защите города не будут, не убедили князя открыть ворота. Теперь Протасов мог быть где угодно, хоть отправиться в другой город, хоть сгинуть в зубах какого-то монстра.

Молодой граф Денисов объяснил, что настроения в Мценске разные. Те, кто имел тесные контакты с Голицыным и рассуждает таким же образом, конечно будут против смены власти в Орле. Тем более такой. Но другие, кому важнее прибыль и процветание рода, согласны продолжать торговлю. Князь же их понял, что никак повлиять на события в Орле не может, да и людей больше терять не хочет, потому согласен на продолжение торговли.

– Насколько твоему брату можно доверять, милая? – спросил я Лену вечером, когда мы остались одни.

Пока мы жили во дворце Голицына, но готовились переезжать в особняк, что раньше принадлежал моему роду. Сразу туда отправиться мы не могли – там убирались после Протасова. Перед побегом он устроил погром – явно вымещал бессильную злобу на ни в чем не повинном доме, хотя прожил в нем два года.

– Раньше он всегда был честен, – ответила Лена и удобнее устроилась у меня на коленях.

– Люди редко меняются. И он привез нормальный товар, больше положенного не запрашивает, – рассуждал я, между делом расстегивая на ней кофточку.

– Думаю, стоит дать ему шанс, – согласилась она и наклонилась для поцелуя.

И тут завыла сирена. Да так громко, что мы аж подскочили.

– Ни сна, ни отдыха, – простонал я. – Что это?

– Атака монстров. Не узнал? – пояснила Лена, поднимаясь с моих колен. – Бежим.

Она поспешно скинула кофточку и надела более практичную водолазку. Перебрала флаконы с эликсирами – два вытащила и поставила на их места другие.

– Отвык, – проворчал я. А про себя подумал, что для меня это просто сигнал тревоги, знакомый еще с прошлого мира.

Я тоже переоделся и проверил, какие у меня на поясе эликсиры. И снова с неудовольствием подумал, что смысл иметь много, если схватка заканчивается быстрее, чем действие одного? А потом мы побежали на выход.

– Давно монстры не нападали, – заметил Юра – мы встретились в холле.

– А мы купол еще не восстановили, – с досадой добавил я. – Завтра же займемся.

Мы дождались, когда спустятся все остальные. Даже Екатерина Александровна присоединилась к нам. И все из-за отсутствия купола. Как-то я беспечно про него забыл. Впрочем, столько всего навалилось, что я порой поесть забывал.

Потом мы расселись по машинам и погнали к воротам. В этот вечерний час народ шел с работы, на дорогах было полно машин, но они расступались перед нами. Люди поспешно заезжали во дворы, прятались по квартирам. И уже на ближайших к воротам улицах гражданских мы не видели. Вот и хорошо.

Я выскочил из машины и полетел по лестнице на стену. Лена и остальные за мной и сразу распределились между зубцами. Меня уже ждал дядя Миша. Солдаты стояли на местах и стреляли. Маги выпускали заряды. Не без удивления я заметил и людей некоторых баронов из вассалов Ланской и Суворова.

– Кто у нас? – спросил я, пожимая нашему капитану руку. Впрочем, кажется, он уже полковник или командор. Потом разберемся.

– У нас такое, какого не бывает, – мрачно отозвался дядя Миша. – Сам смотри.

Я выглянул между зубцами стены. Да, такого не бывает. Через зону отчуждения бежали олени и волки, щитомордые медведи и гигантские пауки. И это еще не конец, судя по тому, какой в лесу раздавался грохот, словно на нас шло стадо мамонтов.

Не сложно догадаться, чья это затея. Потому я начал искать среди монстров и на краю леса человека. Увы, в темноте задача невыполнимая. Для человеческого глаза. А вот для волчьего, может, и нет. Я выпил эликсир Игниса.

«Дракула, ты тут?» – позвал я.

«Где ж мне быть,» – фыркнул он.

«Поищи Денисова. Только поиск, я не прошу с ним что-то делать. Получится?»

«Попробую,» – неохотно отозвался он.

Наши монстры как раз подоспели к воротам и теперь ждали. Кто владел дальнобойной магией или умел летать, поднялись на стену и помогали людям.

А потом я нашел его сам. Вернее даже их. Два человека стояли у толстого древнего дерева. Магией не достать на полкилометра. Я оглянулся и увидел снайпера. Отлично.

– Одолжи винтовку, – попросил я.

Боец с удивлением отдал. А я прицелился и выстрелил.

Глава 8

Конечно, в прошлой жизни я специализировался на связи. Но и стрелять умел тоже. А тут и цель вижу идеально, и ветра нет, и расстояние всего пятьсот метров. Не попасть сложно.

Я и попал. В щит. Через прицел увидел, как человек инстинктивно дернулся и посмотрел в мою сторону. Еще и ручкой помахал! Гад. Еще один выстрел и снова в щит. Теперь я начал кое-что подозревать и посмотрел наверх. Так и есть.

Над стеной два огненных огромных орла дрались с нашими мантикорами. Это явно не мешало Денисову наблюдать за стеной их глазами. Да что он за черт такой?!

Но момент я явно упустил. Теперь он будет поднимать новый щит по мере спадания старого. И я скорее весь магазин расстреляю, чем попаду в это мизерное окошко между старым и новым щитами. Но зато был второй.

«Дракула, это же Денисов там под дубом, да?»

«Денисов,» – последовал недовольный ответ.

«А с ним рядом кто?»

«Протасов, конечно».

Так вот куда делся этот профессиональный предатель. Оставалось надеяться, что на него щит не распространяется. Я перевел прицел на него и выстрелил.

Бывший граф упал. Я тут же перевел прицел на Денисова. Он лишь посмотрел на тело, потом повернул голову на стену. Я мог поклясться, что он видит меня! И он помахал ручкой снова! Сволочь! И я ничего не мог сделать с ним. Пока не мог. Надо будет подумать.

А пока атака усилилась.

Надо что-то делать. Я вернул винтовку солдату с благодарностями и огляделся.

Бойцов на стене хватало, а вот магов хотелось бы побольше. Если бы стоял купол, их бы хватило, но не теперь. Попросить бывших советников? Нет, бессмысленно – кто хотел, тот пришел. А после последнего разговора нарвусь только на оскорбления. Максимум могут сказать «а ты представь, что мы уже ушли». Я бы так и сделал. Что же, в рукаве еще есть козыри. И я побежал вниз, где ждали своего часа наши монстры.

«Игнис, сможем оттеснить их к лесу?»

«Если всей толпой сейчас выскочим и при вашей поддержке нападем, то есть шанс. Правда, потери будут. Только орлов надо убрать».

«Сделаем, – ответил я. – Готовьтесь».

– Маги! Фокус по орлам! – приказал я, вернувшись на стену.

Дождался, когда по ним начнут стрелять молниями, тьмой и всем, кроме огня, что логично, и сам поймал одного из них паутиной за лапу – выше не дотянулся.

Орел вскрикнул и попытался подняться выше. По прежнему опыту в Корсуни я уже знал такой маневр и заранее зацепился ногами за выступ стены. Меня дернуло и начало растягивать. А я потянул на себя. Монстр попытался сжечь паутину, но она изначально была огнестойкой и у него ничего не получилось.

Крылатый монстр кричал и метался, его товарищ пытался защитить его и себя, но в итоге только подставлялся сам. Когда им стало совсем тяжко от атак мантикор и магов, второй дернулся улететь, но тут же покорно вернулся и продолжил битву. Да, они здорово подрали одну из мантикор, но через минуту, когда я думал, что сейчас стану вдвое длиннее и тоньше, оба орла огромными горящими булыжниками упали на поле перед воротами. Один попытался совершить последний рывок на стену, но его сбило огромное золотистое копье обратно в поле.

Пока туша орла падала, я обернулся на копейщика. Это оказался молодой парень из Суворовых. Он прислонился к стене, держась за грудь, и болезненно морщился. Видимо, потратил весь заряд эликсира на копье, а это всегда болезненно. Я кивнул ему, но подходить и говорить что-то не было времени.

– Открыть ворота по моему сигналу! – приказал я. – Илья, Артем, со мной.

– Я… – начала Лена, появившись словно из ниоткуда.

– Ты остаешься здесь, – твердо сказал я. И добавил мягче при виде обиды на любимом лице. – Еще успеешь погеройствовать. Сейчас ты нужна мне тут.

– Ладно. Осторожнее, – кивнула Лена, быстро чмокнула меня в щеку и вернулась на свой участок.

– Монстры выйдут в поле и постараются оттеснить врага к лесу! – крикнул я. – Если хоть в ком-то из них потом найду дырку, сделаю в стрелке такую же!

По стене прошелестел нервный смешок, но все, кажется, поняли. А я снова оказался внизу. Илья и Артем уже ждали меня. Дядя Миша тоже подошел – ему нужно было знать план, чтобы координировать поддержку со стены.

– Пешком побежим? – уточнил Илья.

– Мы тут зачем вообще? – вторил ему Артем.

– Побежим тремя группами. Я по центру, Илья направо, Артем налево. Наша задача оттеснить их от стен. Желательно в лес.

– Но там они просто растворятся, накопят силы и ударят снова, – удивился Артем.

– За это время мы поставим купол.

– Другая идея, – заявил Илья. – Мы заходим с флангов через катакомбы, окружаем и выбиваем всех на поле. Так они дольше будут собирать новую армию. А у нас будет больше времени поставить купол.

– Хорошо, так и делаем, – кивнул я и повернулся к дяде Мише.

– Сейчас темно. Как только начнется свалка, со стены уже не разберем, кто свой, кто чужой, – предупредил он.

– Как только это случится, прекращайте огонь. Пусть работают только снайперы, – распорядился я.

– Саня, если ими командует Денисов, не проще его снять? – уточнил Артем.

– Я пытался. И он наверняка просчитал такой вариант. Уверен, его охраняют. Так что пока разбираемся с тем, что есть. А с ним будем думать потом.

Он кивнул. А к нам подошли Игнис, Лилия и одна из рысей.

«Садитесь на нас, – сказал мой горячий друг. – Сейчас именно тот момент, когда надо использовать преимущества друг друга. Это не мои слова, а ее».

Я улыбнулся и перевел Илье и Артему. Они обрадованно вскочили на спины потомков, остальные уже стояли стройными рядами, готовые к бою.

Потом две группы потомков по тридцать отделились и убежали в разные стороны. Минут через десять со стены сообщили, что они вышли на позиции. И я дал отмашку.

Ворота открылись. Стрельба и поток магии со стены усилился, оттесняя вражеских монстров. И мы выскочили в поле.

Началась откровенная мясорубка. Монстры не скупились на магические заряды, но и не забывали работать копытами, зубами и когтями. Наши потомки отвечали тем же. Я, Артем и Илья тоже не сидели на их спинах просто так.

Я осознавал, что давление на ворота будет самым сильным. Так что те потомки, кто шли за мной, заранее приготовились держать удар и ждать, когда группы Ильи и Артема расчистят фланги и возьмут противника в кольцо.

Разумеется, потомки тоже гибли, но разумные превосходили по силе диких. Так что на каждого нашего, приходилось по четыре, а то и шесть-семь вражеских монстров.

Для меня все смешалось в один сплошной гул из криков, рычания и выстрелов. Казалось, бой идет уже много часов. Но вот стрельба почти стихла, остались только единичные выстрелы из винтовок и вспышки магических зарядов. Значит, план удался и дикие окружены.

Мы продолжили драться. Я получил когтистой лапой по бедру, Игнису разодрали бок, но мы не думали выходить из боя, пока не поняли, что побеждаем. Только тогда мой огневолк попятился и отступил. Он дрожал и хрипло дышал.

«Прости, я не смогу сейчас идти сам,» – покаянно сказал я.

«Знаю. Сейчас придут наши, – через силу ответил он. – Нетопырь уже сообщил».

Уже через минуту ворота открылись и на поле вышли врачи и санитары под охраной солдат. Еще через пять минут звуки боя стихли и потомки начали возвращаться в город. Их ряды поредели, но никто из них не сказал ни слова осуждения, никто не ушел в лес. Возможно, кто-то посмотрел в его сторону, но все же остался с нами. Но я понимал, что если так продолжится, они взбунтуются.

А потом к нам подбежал кто-то из врачей и занялся нашими ранами. Я в последний раз обернулся на лес, но уже никого не увидел. Логично, что Денисов ушел. Как же его поймать? И что за странная власть у него над неразумными монстрами?

* * *

Когда ворота открылись, он сразу все понял. Сколько потомков содержал покойный Голицын тот, кто сейчас назывался Виктором Денисовым, знал. И знал, что разумные потомки сильнее этих тупых тварей, практически лишенных собственной воли.

И все же он не отпустил своих слуг, желая как можно сильнее уменьшить поголовье сторонников этого мальчишки. Когда же их взяли в окружение, он бросил последний взгляд на тело Протасова, развернулся и ушел.

Этот предатель попался ему вчера. Он сказал, что Мценск не будет блокировать Орел – им прибыль дороже. А раз Образцов смог его завоевать, значит сильный и умный, умнее Голицына. А дальше покажут дела. В любом случае, пока у них нет сил отвоевывать город. Но тогда они еще не знали про потомков. Интересно, как они отреагируют, когда узнают?

Протасов вот испугался. А его люди так вообще сбежали. Если бы не это, сидели бы сейчас уже в своих особняках. Такой был план. И погорел из-за человеческой глупости и страха.

Когда он натолкнулся на Протасова с его маленькой армией, сразу увидел шанс. Все было обговорено: он собирает стадо побольше и вместе нападают на город, пока тот без купола. Ради этого он даже принес в жертву своего адъютанта, чтобы пролилось побольше крови и магии и пришло как можно больше потомков. Люди уже стояли на местах. Но как только потомки пришли и ринулись в атаку, бароны Протасова развернулись и скрылись в лесу. Предатель тоже попытался уйти, да он не пустил.

– Витя, ты чего? – с дрожью в голосе пролепетал Протасов тогда. – Я не узнаю тебя. Как ты это делаешь? Зачем ты это делаешь?

– Нет больше Вити, Коля. Уже год как нет. А я? Не важно, кто я, – с насмешкой ответил он. – А делаю я это, чтобы вернуть город. Мне, знаешь ли, нравился тот особняк. А зад в лесу морозить не нравится.

– Но я-то тебе зачем? Мои люди ушли, какой тебе от меня прок? – говорил он и содрогался от выстрелов. Два попали точно в щит.

Тот, кого сейчас звали Виктором, повернулся и посмотрел на стену. Снайпер, значит. Он повел рукой и активировал связь с Протасовым. Ее он установил недавно, на всякий случай. А сам предатель не мог использовать магию – Денисов не позволил выпить эликсир.

– От тебя будет прок, если ты умрешь. Не хотелось бы, конечно, сейчас, но что… – свистнула третья пуля и все же угодила в Протасова. – Ой, вот спасибо.

Он вытянул жизнь и магию предателя и сохранил их во флаконе. А потом помахал рукой стрелку и продолжил наблюдать за ходом схватки.

И вот она проиграна. Конечно, можно было бы потратить энергию Протасова и призвать еще потомков. Но это бессмысленная трата ресурсов. Нет, город так просто не взять. Ничего, рано или поздно они отправят караван или выйдут на охоту. Если Образцов смог таким образом ослабить Орел, то и у него получится. Можно, конечно, взять эту их деревеньку, но это мелко. Да и она выстояла столько раз, даже без Образцова.

Образцов. Кто же он такой? Как же жаль, что он появился тут так поздно, а память настоящего Виктора Денисова не сохранила данных про этого парня. Он лишь знал, что Александр был малолетним разгильдяем, от которого ничего не ждал даже родной отец. И вот он совершил невозможное. Словно стал другим человеком. Как это знакомо. Только он не ангел, как Исаак, и не предок. Так почему же разумные потомки его слушаются?

Но его волновал еще один вопрос: почему разумные потомки не слушаются его самого, только боятся?

Да, не такого он ждал, когда появился здесь. Он знал, что триста лет назад перед уходом – никто не называл это побегом – демоны выплеснули много силы. И в первые после прибытия в этот мир часы он даже радовался, что попал сюда. Он ожидал собрать эту силу, впитать ее и стать богом этого мира. Но получил кастрированную магию и порождения демонической силы, потомков, которых люди уничижительно звали монстрами.

Впрочем, монстрами они и были. Сначала он надеялся, что можно вытащить силу из них, но не вышло. Зато получилось вытаскивать силу из людей. Увы, впитать ее не получалось – человеческое тело не принимало ее. Зато она годилась для призыва диких потомков. Только он не понимал, почему зов не действовал на разумных. Ну ничего, он найдет способ получить нормальную магию. А с ней и власть над этим миром. Пусть не сразу. Шаг за шагом.

И он скрылся в лесу с единственным молниевым волком.

* * *

Эта ночь прошла спокойно, ради разнообразия. Нам позволили выспаться после атаки без покушений и прочей ерунды. И даже на следующий день граф и графини нас не беспокоили.

Зато приходили разные бароны и их отпрыски. Сами – не пришлось бегать за ними, как собирались сначала. Цель визитов у всех была одна – остаться в городе. Методы отличались, правда, несильно. Одни льстили, другие уверяли в своей лояльности, третьи пытались убедить, что в городе они полезнее, чем в Пустоши.

Конечно, мы понимали, что полностью оставаться без магов нельзя. Потому общались с каждым и спрашивали о других родственниках.

Из таких просителей мы оставили всего девять человек. И еще около сорока решили оставить из тех, кого посоветовали студенты, изгнанные в начале зимы. Тех, кого в тот раз не поймали.

Все мы понимали, что среди этой полусотни могли затесаться шпионы и диверсанты, потому проверяли всех под ментальными эликсирами. Нашли троих – одного от Суворова и двоих от Зотовой. Я даже удивился, что Ланская не стала пытаться.

– Не удивлюсь, если кто-то просто спрятался, – предупредил Кирилл.

– У вас нет списков всех магов города? – уточнил Артем.

– Были, но уже не актуальны. Кто-то сбежал с Протасовым, кто-то погиб. Мы не знаем, кто где.

– Значит, не будем расслабляться, – заключил я.

Параллельно с отсеиванием магов мы отправили, наконец, разведчиков для поиска оптимальных мест для будущих поселений. Конечно, предупредили их о Денисове и отправили не двух человек и потомка, как собирались сначала, а группы по десять человек и одному-двум потомкам.

Одновременно с этим Артем и Юра продолжали копаться в архивах. А остальные готовились ставить купол. Я разработал защиту и исключения. И все это на фоне повседневных дел города.

В какой-то момент я понял, что вошел в невероятно знакомый режим многозадачности, в каком жил последние года четыре в прошлой жизни. Для меня это было привычно и нормально, но я стал замечать на себе странные взгляды друзей. Они явно не понимали, почему я так спокоен и собран, почему не задаю уже привычных вопросов новичка, а наоборот раздаю распоряжения и налаживаю работу. Видимо, когда-то придется открыться, но не сейчас. Сейчас надо работать. А я с удивлением заметил, что управление городом мало отличается от управления корпорацией. Особенно после того, как графские предприятия перешли под контроль Орла. Ими занялись Ира и Илья.

Да, кое-кого из их отпрысков мы оставили в городе, но предприятия все же забрали. Оставили только магазины и лавки. Конечно, они возмущались тем, что теперь товары придется покупать для продажи, а не продавать свои, но что поделать.

Ирина с Ильей собрали первый караван и отправили его в Мценск вместе с братом Лены. Роман даже участвовал в защите города. Его поразили потомки, но их эффективность он видел своими глазами.

Мы же с Леной разбирались с остальными делами города – коммунальные и аварийные службы, журналисты, налоги, ресурсы. Благо банк был только один и принадлежал он городу. В общем, работа кипела и я лишь радовался, что никто извне нам не мешает.

Примерно через неделю после атаки Денисова мы с Леной въехали в старый особняк Образцовых. И тут мне пришлось выкручиваться. Под предлогом проверки готовности дома я посетил его до заселения один и изучил вдоль и поперек. Предполагалось, что я тут родился и вырос, потому должен хорошо знать. Но Протасов многое изменил и облегчил мне этим задачу.

Вскоре мы установили купол. В большом городе это оказалось чуть сложнее и требовало большей координации и магов, чем в нашей маленькой Корсуни. Но тут и возможностей больше. Мы просто воспользовались рациями, чтобы все сделать как надо.

И да, я наслаждался наличием электричества и всем, что ему сопутствовало – телевидение, центральное отопление, свет, плита, канализация. И определенно не я один.

Так прошли обещанные бывшим советникам две недели.

Разведчики вернулись все, целые и невредимые и вовремя. И даже с результатами. Только одна группа рассказала о нападении диких монстров. Но Денисова они не видели и теневой волк, что ходил с ними, ни его, ни страха не ощущал. Так что это могла быть и просто стая.

Потому на следующий день я снова вызвал всех аристократов Орла и сообщил, что завтра они отправляются в путь.

– То есть как завтра?! – ужаснулась Зотова. – А как же сборы? Я не успею.

По ее реакции я понял, что она до последнего не верила в отъезд. Суворов и Ланская приняли мои слова спокойнее. Софья Николаевна только кивнула. А старый граф хоть и побледнел, но промолчал.

– У вас было две недели на сборы, Мария Алексеевна, – заметил я. – Так что завтра в девять утра мы ждем вас у ворот.

Конечно, вся техника и припасы уже тоже готовились к отправке.

Зотова попыталась изобразить обморок, но Суворов так громко и презрительно фыркнул, что сбил ей весь настрой.

На следующий день мы стояли на стене и смотрели за исходом бывших графа и графинь. С ними шли семьи, бароны с семьями, часть дружин и работников. Они ехали на машинах и грузовиках. Их сопровождали по шесть потомков и по два наших мага, способных с потомками общаться. Разумеется, секрет усиленных эликсиров мы поселенцам не давали.

Всего Орел покинуло порядка десяти тысяч человек. На первое время вопрос перенаселения определенно решился. И я собирался сделать так, чтобы он больше не назревал.

А через два дня сирена завыла снова. Когда мы с Леной прибежали на стену увидели, как из леса к городу выходят монстры. Много монстров.

Глава 9

Со стены мы очень внимательно рассматривали их. Лоси, кабаны, волки, рыси. И тут же соколы, вороны, летучие мыши. Более мелкую живность мы с такого расстояния не видели, но они наверняка там есть. Монстры вышли метров на сто из леса и просто стояли. Только тех, кого мы видели, было больше сотни.

«Дракула, скажи, что это от дракона. Порадуй меня, а,» – позвал я нетопыря.

«Радую. Это от дракона. Они ждут тебя, но терпение их не безгранично,» – с привычной насмешкой, но и с облегчением ответил он.

Только после этого мы спустились и открыли ворота. На полосу отчуждения вышли я, Лена и Игнис. Над полем парил Дракула. От толпы отделились два потомка, рысь и бобр, и пошли к нам. Когда мы сошлись, из ворот выскочила Лилия и присоединилась к нам.

А мы с Леной переглянулись. Бобр. Неужели секач? Если так, то очень неудобно получилось. Первое время строительства Корсуни мы их убивали и забирали хвосты целиком. И только потом, когда выяснилось, что так можно и всю популяцию извести, мы их ловили, срезали немного и отпускали.

«Дракон сказал, что вы хотите мира. Только он не знал про наши хвосты. Так бы…» – услышал я в голове сиплый голос, а по контексту понял, что принадлежит он бобру.

Я покосился на Лену и понял, что она тоже слышит. Значит, Дракула снова сделал так, чтобы в разговоре участвовали все. Интересно, что ему это стоило? Но он же и перебил речного строителя.

«Дракон знал про хвосты. А ты невнимательно слушал его или врешь?» – с насмешкой спросил он.

Самое забавное, что нетопырь знал ответ. Видимо хотел, чтобы бобр признался сам. А бобр принял оскорбленный вид. И когда я научился разбираться в мимике монстров?

«Итак, добро пожаловать, – приняла на себя роль гостеприимной хозяйки Лена. – Вы хотите сначала обсудить условия совместной жизни?»

«Все верно, – раздался другой голос, мужской и мягкий. Рысь, понял я. – Дракон все объяснил, но сказал, что условия работы мы должны обсудить сами, без него. Поэтому давайте сразу к делу. Что вы предлагаете?»

Как же хорошо, что в эти две недели я все же нашел время поговорить с Игнисом и остальными нашими мохнатыми, пернатыми и чешуйчатыми друзьями. Мне уже давно не давал покоя вопрос, в чем интерес потомков в совместной жизни с людьми. Пока все выглядело так, словно мы нагло пользуемся их силой и магией, при этом ничего не даем взамен.

Оказалось, что я недалек от истины, но причины тому в самих потомках. Оказалось, что прямо сейчас они изучают нас, хотят удостовериться, что наши дела не расходятся со словами. Им самим пока достаточно обещанной нами безопасности. А еще они удивляются тому, как много нам надо от жизни. Их удивляют города и одежда, огонь и приготовление пищи на нем. При этом им невероятно интересно за нами наблюдать. А ведь наблюдать интереснее с близкого расстояния. К тому же они оказались искренне заинтересованы в обретении нами собственной магии. Так мы точно перестанем охотиться на них ради реагентов. А если к тому времени мы научимся жить как равные, то и других споров сможем избежать. Так что пока люди не наглеют и не начинают использовать их сверх меры, потомки будут рядом.

«Для начала прошу прощения, уважаемый бобр, – вежливо обратился я к нему. – Увы, мы узнали про то, что вы разумны, только полгода назад. До того считали всех вас дикими кровожадными чудищами.»

«Понятно. Ладно. Так что и как будет дальше?» – сварливо спросил он.

«Дальше… История такая. Вы знаете, что мы отправили людей строить три новых поселения,» – начал я.

«А это, – прервал меня рысь. – Их уже шесть».

«То есть как? – удивилась Лена. – Расскажете подробности?»

«В двух группах подчиненные что-то не поделили с вожаками, забрали своих людей и ушли на другие места. Они отправили людей с сообщениями, но встретили потомков. Мы же пришли со всего леса. Вот и решили: что им бегать, мы сами расскажем. Вот, говорим».

«Понятно. Сколько вас?» – спросил я.

«Вы же знаете, что для нас ваши имена и числа мало что значат,» – удивился рысь.

«Но число шесть ты знаешь,» – включился в разговор Игнис. За это время он научился считать и понял смысл имен.

«Хмм. Да, я знаю число десять, – немного смутился рысь. – Нас... десять раз по десять и в три раза больше. Но это не ровное число».

«То есть около трехсот, – заключил я и порадовался. Думал, их будет в разы меньше, а это прям очень хорошо. – В таком случае, мы попросим, чтобы три группы по шесть потомков отправились в первые три поселения и еще три по десять в новые три. Остальным будет чем заняться в городе и окрестностях».

«Хорошо. Что мы будем делать? Где спать? Что есть?» – деловито уточнил бобр.

На последние слова Лилия недовольно всхрапнула. И только тут двое переговорщиков посмотрели на нее внимательнее. И вдруг поклонились, признав хозяйку, пусть и другого региона. Или просто более сильного потомка.

«Делать вы будете разное. Но только то, на что сами согласитесь. Спать – в городе есть парки и сады. Те, кто будет работать с людьми в паре, возможно, будут жить с ними в домах».

«Если поместятся,» – с улыбкой добавила Лена.

«Верно. На счет еды вариантов два, – продолжил я. – В городе мы можем предложить уже забитые туши из наших запасов. Зерно и прочее для не хищных потомков. Или же совместную охоту в лесу».

«Тут нет падальщиков, чтобы есть лежалое мясо. Лучше будем охотиться, – сделал выбор рысь. Бобр недовольно согласился. Рысь на него покосился и добавил: – Иначе станем ленивыми и глупыми».

И на последнее замечание бобр неохотно кивнул. Неужели надеялся, что будут кормить? Странно, я от потомков чаще видел реакцию, словно это для них оскорбление.

«Бобров я попрошу отправиться в новые поселения. У них там, конечно, есть инструменты, но ваша магия будет им полезна, – сказал я. – В городе все из камня, тут вам будет просто нечего делать».

«Ясно-понятно. В какое именно?» – со смирением спросил бобр.

Кажется, он понял, что если пришел, значит, надо сотрудничать, иначе можно огрести неприятностей от дракона. Или на него как-то повлияла Лилия? Я покосился на келпи, но она стояла черным изваянием.

«Зависит от того, сколько вас. Я бы предложил по три в каждое. Или как получится,» – сказал я.

«Получится. И побольше получится. Ладно, тогда я пошел,» – проворчал бобр, махнул лапой и развернулся к лесу.

«Не спеши. Наверняка с вами сейчас отправится кто-то еще. Лучше идти всем вместе,» – остановила его Лена.

Бобр со вздохом вернулся.

«Вы знаете, что в лесу появился человек, которого боятся разумные потомки и слушаются дикие?» – уточнил я.

«Сдыхали, но не встречались,» – откликнулся рысь.

Я попросил Дракулу поделиться всем, что нам известно. Ментальный обмен информацией занял считанные секунды, после чего бобр и рысь кивнули с помрачневшими мордами.

«Лучше и не встречаться,» – заключил рысь.

После мы перешли к деталям. В итоге все бобры, а их пришло двадцать один, и с ними пять воронов и сокол отправились в поселения – Дракула дал координаты. Остальные потомки решили, что будут меняться – одни патрулирую улицы или дежурят на стенах, другие охотятся и занимаются разведкой в лесу, потом наоборот. Кто будет работать тесно с магами, сразу решать не стали, пусть люди и потомки выбирают себе пары сами. Оказалось, что ментальный контакт довольно серьезный шаг для них и признак доверия к человеку. Оставалось сожалеть, что общаться с ними могут только маги. Простой человек рискует умереть от употребления даже самого простого эликсира. Увы, просто обменяться кровью не достаточно, потому что обмениваются еще и магией.

Несколько дней ушло на то, чтобы всех разместить и распределить. А после этого я смог присоединиться к Артему и Юре в архиве. Кризис в делах города миновал, теперь ими занимались чиновники новые и некоторые старые, которых предварительно проверили на лояльность. Конечно, мы их контролировали, но это занимало меньше времени, чем начальная работа.

Ирина продолжала разбираться с делами Исаака, но пока сохранялось ощущение, что он просто мясник, которому нравилось издеваться над монстрами. Самое досадное, что он никак не объяснял, почему выбирал себе целью только разумных. Ясно было только одно – старик знал, что есть разумные монстры и дикие.

Наступила весна, сугробы активно таяли, Орел зажил новой размеренной жизнью. Вернулся караван из Мценска и даже с хорошим товаром. Караванщики рассказали, что там очень удивились гербу города на грузовиках, а после с задумчивым видом слушали об изменениях в Орле.

Из Корсуни тоже пришли благие вести: станцию на реке почти достроили и скоро в деревне будет электричество.

А я одним солнечным мартовским дрем вступил, наконец, под своды архива.

Это оказался не подвал, как я себе представлял, а отдельное здание рядом с библиотекой. Когда-то оно делилось на несколько помещений, видимо, по тематике, но потом оставили только несущие колонны, а стены снесли. Я не сразу понял причины, но все оказалось просто.

Дело в хранении бумажных документов. Нужна определенная температура и влажность. В какой-то момент они начали портиться, как мы видели по указу об изгнаниях. И, чтобы не ставить громоздкое оборудование в каждой комнате, снесли стены и поставили всего четыре мощных кондиционера в одном большом зале.

Теперь здесь располагались стеллажи с коробками и папками. Для удобства посетителей на каждом из них стоял год, а у входа в зал лежала книга с путеводителем, где что находится. Финансовые документы у дальней стены слева, социальные указы там же, но ближе, юридические постановления еще ближе ко входу. Исторические выдержки, читай летопись города, занимали почти весь правый ряд.

Почему-то я не сомневался, что найду Артема и Юру именно там. Но ошибся. Без особого энтузиазма они просматривали документы в левой части архива. А в исторических справках копалась Лена.

– Привет. Я к вам на помощь. Как успехи? – спросил я.

– О, привет. Никак, – ответил Артем и протяжно зевнул. – Поставь чайник, а.

Конфорка и чайник со свистком стояли на небольшом комоде у входа вплотную к столу с путеводителем. Рядом выстроились шесть чашек, явно вымытых совсем недавно, заварочный чайник и сахарница. В комоде обнаружился запас продуктов для перекуса. Я проверил наличие воды в чайнике и повернул ручку конфорки.

– Ой, Лен, да не ищи, бесполезно, – с досадой окликнул мою девушку Юра.

– Почему? Тут может быть подсказка, – ответила она недоуменно.

– О чем спор? – спросил я.

Кажется, я настолько привык быть в центре событий, что сейчас неуютно ощущал себя подсматривающим за чужой жизнью. Как раз засвистел чайник и они подошли сделать перерыв.

– Мы еще в первую неделю просмотрели все документы за семнадцатый год, но там почему-то ничего нет, – объяснил Артем за чашкой чая с бутербродом.

– Да, – подхватил Юра, пока он жевал. – Словно ничего не произошло. А там большой перерыв в записях. Вот говорится о январских и февральских волнениях, а следующая запись уже за июль и там ни полслова о том, что было. Только что аристократы учатся использовать магию, а весь город в целом привыкает к новой жизни.

– И еще о том, что возводят стену, – добавила Лена. – Они уже тогда думали о том, что людей может быть больше, и заложили стену дальше. Какое-то время оставался пустырь, но за следующие три года его застроили и заселили. Разумеется, еще есть запись о вырубке рощ и аллей за стеной. А уже в двадцатых годах пишут про то, как лес разрастается, и сетуют, что надо следить за сохранением полосы отчуждения.

– То есть в исторических справках провал в четыре месяца. А в остальных? – уточнил я.

– В остальных есть кое-что за этот период, но ощущение, что их просто свалили в кучу, да так и оставили, – сказал Юра. – Как раз пытаемся разобраться. Вдруг по всяким купчим, закладным и распискам поймем, что тут творилось.

– И по указам, – добавил Артем. – Понятно, что царил хаос, и его пытались обуздать.

– Но вообще ощущение, что записи велись, но их спрятали, – задумчиво сказала Лена. Мы дружно обернулись к ней в ожидании продолжения. – Я сейчас смотрела записи за февраль восемнадцатого года. Так там есть отсылки вроде «произошло так, как я и предупреждал в прошлом феврале, когда все началось» или «все, как я и описывал прошлой зимой». Значит, записи велись, но их куда-то дели.

– Обычно такое не уничтожают, – заметил я и потер подбородок. – Юра, тебя же отец готовил в преемники.

– Он мне не отец, – поморщился он.

– Хорошо. Князь готовил тебя в преемники, – с улыбкой поправился я. – Он ничего о прошлом не говорил?

– Кое-что. Однажды он выпил лишнего, как раз после первого провала с Корсунью. Он тогда здорово разозлился и даже испугался из-за огневолков. Мы с Ирой спросили, бывало ли такое. Он ответил, что разное бывало и не все из этого известно даже совету. Еще сказал, что придет время, когда он покажет мне такое, от чего у меня волосы встанут дыбом, как у него встали, когда его отец ему это показал.

– Получается, есть тайник, куда спрятали записи о тех днях, – заключил Артем.

– Я тоже так подумал, но ничего не нашел, – ответил Юра.

– Тогда искать надо не здесь, а у вас дома? – предположила Лена.

– Там я и искал.

– Не думаю, что найдешь, – сказал я. – Если так написано, значит, в те годы информацию не прятали – все присутствовали при тех событиях. Убрали ее уже позже и другие люди. Когда забыли… нет, скорее, когда поменялся состав совета.

– Когда другие рода заменили прежние? – уточнила Лена. Я кивнул. – Тогда это произошло примерно в то же время, когда пришел указ об изгнании. До того Орлом правил род Оболенских, потом их сменили князья Нарышкины. Голицыны тут правят всего сто пятьдесят лет.

– Именно. Это значит, что и прятал не Павел Сергеевич, – продолжил я свою мысль. – Его уловки ты знаешь и уже нашел бы, а тут прятал кто-то другой.

– Но кто и когда? – нахмурился Артем. – И зачем?

– Видимо, кто-то за прошедшие триста лет посчитал, что истинные знания о тех месяцах чем-то опасны. А кто и когда – это вероятно отследить по следующим записям. Кто-то наверняка да написал что-то вроде «как говорится в засекреченных записях» или что-нибудь в этом роде.

– Только нам это ничего не даст, – заметила Лена. – Так мы только узнаем, когда записи спрятали. Вряд ли там будет написано, куда их спрятали.

– Значит, надо искать тайник, – заключил я.

– И он где-то здесь, – добавил Артем. – Если это сделал новоявленный князь, он должен был понимать, что если он сместил прежнего правителя, то и его могут сместить, а его дом займет не понятно кто.

– Но если это сделал не кто-то из Голицыных, тогда по твоей логике Павел Сергеевич знать не должен был, – заметил я. – Юра, как Голицыны оказались правителями, есть история?

– На самом деле мирно, – ответил он. – У Нарышкина не было сыновей, только пять дочерей. Он выдал старшую из них за Голицына из Москвы. Так и вышло.

– Если так, тогда логично, что он и тайну передал, – сделал я вывод.

– Но это значит, что тайник может быть и тут, и во дворце, – сказал Юра.

– Но там ты искал, – напомнил я.

– Тогда одни ищут тайник, а другие записи о том, когда спрятали, – предложила Лена. – В разные времена делали разные тайники. Если поймем, когда, это может дать подсказку где.

Так мы и поступили. К поискам подключили Илью и Антона. Хотели и Кирилла, но он занимался делами города.

Так прошел март, наступил апрель. Денисов несколько раз нападал на наши патрули и охотников – первые два раза успешно, потом мы стали бдительнее и научились сначала убегать, а позже и давать отпор.

В Корсуни появилось электричество. Караваны отправились и в соседние города, Брянск и Курск. И оттуда тоже привезли товары. При этом дороги стали в разы безопаснее. Только дикие монстры продолжали нападать, а разумные потомки встали на нашу защиту.

Но вот в северный Болхов нас не пустили. Я не удивился и не огорчился – не бывает, чтобы все согласились с насильственной сменой власти у соседей. А Болхов, как сказал Юра, первый по близким контактам лично с Голицыным город. Раньше об этом не говорилось, потому что Корсунь стоит ближе к Мценску и с севера им не с руки было идти к нам. Вот и пришлось Павлу Сергеевичу срочно налаживать отношения с северо-восточными соседями.

А мы продолжали искать тайник.

И однажды вечером, уже в двадцатых числах апреля, Лена все же наткнулась на запись, где упоминался тайный архив. Мы с ней остались вдвоем, остальные уже ушли отдыхать. Артема завтра ждало дежурство на стене, а Юру встреча с главами гильдий рабочих. Так что обоим надо было выспаться. Илья ушел на охоту в лес, Антона вызвал Родион Иванович.

В записи прямо говорилось, что часть хроник Орла решили спрятать, чтобы сохранить порядок и мир в городе. К тому времени архив сделали достоянием общественности. И вот «чтобы простой люд не узнали лишнего», часть архива совет решил скрыть.

– Ах весь совет, – протянул я и отложил документ. – Но тогда странно, что Румянцевы не знают.

– С тех пор он полностью сменился, – напомнила Лена. – Если Голицыну рассказали, остальным вряд ли.

– Но теперь мы знаем, когда это сделали. Это нам что-то дает?

– Да. В те времена как раз начали активно использовать катакомбы.

– И тут есть вход? – Я даже подскочил от азарта.

– Конечно. В каждом большом здании есть вход в катакомбы. Ты еще не понял? – Едва не рассмеялась она моей невнимательности.

– Ну, я начал догадываться, – улыбнулся я.

– Тогда идем? – Лена тоже поднялась и взяла меня за руку.

– Вдвоем? Ребят ждать не будем?

– Им отдыхать надо, а мы не устали. И под землей нет разницы, день или ночь.

Она потянула меня к дальней стене. И я сдался.

До сих пор сюда я не подходил – у самой стены стеллажи не стояли. Теперь же я понял причину. Тут оказались перила и ступени вниз. Разумеется, если вход в катакомбы есть везде, отсутствие его тут выглядело бы странным. Это значило, что дверь не ведет в тайник, но он где-то там. Если догадка Лены верна, конечно.

Мы взяли по фонарику и спустились по короткой, всего в шесть ступеней, лестнице. Открыли металлическую дверь и оказались в подвале. В самом обычном подвале с низким потолком и штабелями ящиков у одной из стен. Дверь в лабиринт под городом нашлась в дальней стене, тоже металлическая и с буквой «В» на внутренней стороне. В этот раз джентльмена я не изображал и пошел первым.

Коридор как коридор, каких тут полно, с действующими плафонами, как и везде. Но фонарики мы выключать не стали – светили ими в стены в надежде увидеть где-то щель или пляску пылинок в сквозняке, которого тут быть не должно.

Но мы прошли коридор и оказались на перекрестке. Прямо коридор шел только впереди, где виднелся еще один перекресток. Слева и справа он заворачивал.

– Думаю, налево или направо, – тихо сказал я. – Вряд ли они бы прятали что-то слишком далеко от основного архива.

– Тогда давай ты налево, а я направо. Далеко уходить не будем. Как что-то найдем, крикнем, – предложила Лена.

Я согласился и мы разошлись. Но как только я отошел шагов на десять в свой коридор, сзади раздался лязг и свет погас. Я тут же рванул назад, но не успел – слишком низкий потолок, слишком маленькое расстояние падать решетке. Так что я на всей скорости врезался в нее. И тут же потянулся к поясу с эликсирами.

– А вот этого не надо. – Наряженный мужской голос заставил меня замереть и всмотреться в темноту.

Там зажегся фонарик и ударил мне в глаза. Потом его луч переместился на Лену. Их было двое – один с фонарем, второй держал Лену, приставив ей нож к горлу. Первый потянулся к ее талии, расстегнул пояс и небрежно откинул его. Два флакона разбились, эликсиры вытекли на пол разноцветными лужицами. Лиц обоих я не видел. У меня челюсти сжались так, что едва зубы не раскрошились. Да как они посмели?! Кто они такие?!

– Мы сейчас уйдем, а ты останешься. Князь, – сказал первый. Обращение он выплюнул так, словно в рот попали помои. – Делай что хочешь, но не вздумай продолжать поиски. А она будет тому гарантией. Ты меня понял?

– Понял, – сказал я очень спокойно.

– Вот и молодец. А это, – он разбил какую-то колбу и перекресток вместе с коридорами заполнился отвратительным запахом, похожим на гнилое мясо, вываленное в дегте, – чтобы твоя огненная шавка нас не учуяла.

И они ушли в темноту правого коридора, уводя Лену с собой.