Хозяин. Книга 2

Глава 1

Мы вернулись в Дэшнер-холл на закате. В окно покачивающейся на ходу кареты я видела проплывавшие мимо знакомые и родные места, и сердце сжималось от радости возвращения в дом, где мне было так легко и уютно.

Эмма спала, привалившись к противоположному окну экипажа, а Диана с любопытством рассматривала вид за окном. Когда впереди показался особняк, девушка улыбнулась и ее улыбка показалась мне не менее радостной, чем моя собственная.

- Знаете, миледи, - обратилась ко мне Диана, - я ведь родилась в подобном месте.

Я отвернулась от окна и посмотрела на нее. Диана всю дорогу от столицы была удивительно молчалива. Мне показалось, что они так и не поладили с Эммой. Но девушка нравилась мне и Эмме придётся смириться с моим решением, потому что, как бы я ни ценила ее качества, все же не стоило идти на поводу у прислуги.

- Так ты из провинции? – спросила я.

- Да, миледи! – кивнула горничная. – Мои родители жили в маленьком доме с садом в восточной части страны. Городок был небольшим и назывался Тусла.

Название мне ни о чем не говорило, наверное, городок, действительно, был мал.

- Но затем мы перебрались в столицу, - Диана улыбнулась. – Обстоятельства вынудили, – добавила она, а я не стала заставлять ее вдаваться в подробности. Но первый шаг к откровенности был сделан, и мне это нравилось.

- Здесь очень красиво, – продолжила Диана. – Могу только представить себе все эти поляны и деревья весной!

- Море цветов и зелени. А у дома, по стене оранжереи вьется роза, - зачем-то сказала я. – Когда она расцветает, то издали кажется, будто кто-то укрыл стену солнечным ковром!

Карету едва подбросило на ухабе, и Эмма ударилась лбом о стекло, отчего проснулась и, резко сев, часто заморгала, глядя перед собой.

- Ты вовремя, – заметила я.

- Миледи! – девушка пришла в себя и качнула головой, прогоняя остатки сна. – Я прошу прощения…

- За что? – я удивилась. – За сон?

Эмма покосилась на сидевшую рядом с ней Диану и отвела взгляд, а я снова выглянула в окно, отмечая, что немного и мы окажемся перед домом. Мелькнувший мимо экипажа всадник едва посмотрел в мою сторону и я закусила губу, вспоминая, что на протяжении всего пути от столицы едва перебросилась несколькими фразами с опекуном. Сейчас Эдвард ехал рядом с каретой. Иногда он заговаривал с возницей, но большую часть времени задумчиво молчал и казался сосредоточенным. Я не стала отвлекать опекуна, поскольку мне самой было о чем подумать.

Пока добирались до Райвела, я понимала, что мне стоит откровенно поговорить с Гордоном и объяснить ему все, что сейчас мучило мое сердце. Конечно, Фрейзер в своем праве обидеться. И я знала, что не буду его винить, если мы не останемся друзьями. Но поездка в столицу заставила меня многое переосмыслить и прийти к определенным выводам, что, возможно, у меня в жизни еще будет шанс на счастье. Настоящее, а не придуманное.

Но вот впереди показались ворота, а за ними открылся вид на дом. Глядя на особняк, я подумала о том, как соскучилась по этим местам. Мне не терпелось оказаться в своей спальне, среди знакомых и дорогих вещей, и среди слуг, которых я знала с детства. Ведь не даром говорят, что дома даже стены помогают!

Диана чуть наклонилась к окну и теперь вместе со мной смотрела на приближающийся особняк.

Конец ознакомительного фрагмента

Ознакомительный фрагмент является обязательным элементом каждой книги. Если книга бесплатна - то читатель его не увидит. Если книга платная, либо станет платной в будущем, то в данном месте читатель получит предложение оплатить доступ к остальному тексту.

Выбирайте место для окончания ознакомительного фрагмента вдумчиво. Правильное позиционирование способно в разы увеличить количество продаж. Ищите точку наивысшего эмоционального накала.

В англоязычной литературе такой прием называется Клиффхэнгер (англ. cliffhanger, букв. «висящий над обрывом») — идиома, означающая захватывающий сюжетный поворот с неопределённым исходом, задуманный так, чтобы зацепить читателя и заставить его волноваться в ожидании развязки. Например, в кульминационной битве злодей спихнул героя с обрыва, и тот висит, из последних сил цепляясь за край. «А-а-а, что же будет?»

- Дэшнер-холл! – произнесла я и звук собственного голоса на мгновение показался чужим. – Родовое гнездо всех Дэшнеров, начиная с седьмого поколения, – добавила, хотя вряд ли Диане важно это знать. Но слова сорвались с губ, прежде чем я осознала, что говорю. Бросив взгляд на Эдварда, увидела, что он пришпорил жеребца и вырвался вперед, обогнув экипаж и скрывшись из виду. А минуту спустя карета начала замедлять ход, пока окончательно не остановилась напротив парадного входа.

Я распахнула дверцу не дожидаясь, когда это сделает кучер, и выбралась из салона первой, ступив на гравий дорожки. Шагнула вперед и остановилась, запрокинув голову. Прикрыв глаза, вдохнула чистый воздух родного края.

- Миледи! Ну что же вы? – попенял мне кучер, оказавшийся рядом. Я лишь улыбнулась в ответ и направилась к дому, из которого уже спешили навстречу слуги. Где-то там за спиной отдавал распоряжения Эдвард, но я не оглянулась, чтобы взглянуть на него, чувствуя, что опекун, в отличие от меня, смотрит мне вслед.

- Леди Уитни! – дворецкий почти бегом сбежал по ступеням и, остановившись в шаге от меня, поклонился, а когда распрямил спину, широко и искренне улыбнулся.

- Мистер Эдвардс! – я вернула слуге улыбку.

- Мы так рады вашему возвращению, – дворецкий вытянулся в струнку. – Дом без вас осиротел, миледи!

Я рассмеялась, принимая его лесть и понимая, что мужчина говорит искренне. Я сама была рада вернуться домой. Даже не подозревала, насколько соскучилась по Дэшнер-холлу.

Мимо проскочили быстрые слуги. Они улыбались мне и приветствовали, а затем шли к экипажу, чтобы забрать вещи и перенести в особняк.

- Я и сама соскучилась, мистер Эдвардс, – сказала с улыбкой, а затем все же не удержалась и оглянулась на Эдварда, увидев, что опекун говорит что-то кучеру, при этом постукивая хлыстом по голенищу своего сапога. Он показался мне недовольным, вот только я не могла понять, чем именно.

«Возможно, его опечалила леди Алиса?» – мелькнула мысль, и я невольно усмехнулась, представив себе, что между моим опекуном и недавней мимолетной знакомой, есть что-то личное. Несмотря на все мои старания убедить себя в том, что меня похождения Дэшнера ни коим образом не касаются, я все же злилась. Самую малость!

- Поприветствуйте вашего хозяина, Эдвардс, – велела я, а сама направилась в дом, поманив за собой выбравшихся из экипажа служанок. И если Эмма пошла уверенно, чеканя шаг, то Диана сначала огляделась и лишь потом поспешила догонять первую горничную.

Двери передо мной распахнул лакей. Кивнув ему и ответив на приветствие, я вошла в знакомый холл и замерла, глядя вокруг. Конечно же, здесь ничего не изменилось, ведь прошло не так много времени. Какие-то несколько дней, большая часть из которых заняла поездка в столицу и обратно. Но я почему-то вспомнила тетушку Мейсон и подумала, что Сьюзан неплохо бы смотрелась в этих залах, рядом со мной. Впрочем, миссис Мейсон обещала приехать погостить, а я намеревалась как можно скорее отправить ей письмо с пригласительным, если на то будет позволение лорда Дэшнера.

- Вот мы и дома, Шерон!

Я даже вздрогнула от звука голоса Эдварда, оказавшегося за спиной. Только что думала о нем и вот он, тут как тут! Даже дрожь по спине и сердце, кажется, пропустило удар!

- Вы напугали меня, милорд, – быстро ответила я.

- Неужели? – он подошел, встав так, чтобы я его видела. Я же повернулась к служанкам, ожидавшим моих указаний и произнесла:

- Эмма, покажи, пожалуйста, Диане крыло для слуг, а затем приготовьте мне ванну.

Девушки присели в книксене и быстро ретировались, оставив нас с Эдвардом. Лакей, принявший от хозяина трость и шляпу, тоже удалился, чтобы отдать пыльный плащ слугам. На какое - то время мы остались вдвоем. Я поймала себя на мысли, что смотрю в глаза мужчины, не в силах первой отвести взор. Эдвард тоже не спешил разрывать наш зрительный контакт и сейчас уже не был таким недовольным. Напротив, губы его улыбались, а поза казалась обманчиво расслабленной. Я уже и не знала, что думать и как понимать эти резкие перепады настроения у опекуна. Вот только поймала себя на мысли, что мне приятно смотреть в его глаза, замечая, как взгляд мужчины начинает постепенно меняться. Удар сердца, и мне показалось, что глаза Эдварда потемнели, а в следующую секунду он поджал губы и приподнял голову, будто прислушиваясь к окружающим нас звукам или к себе самому?

- Надеюсь, путешествие вас не утомило, Шерон! – прозвучало немного развязно.

«Леди Уитни!» - хотела поправить Эдварла, но передумала. Мое имя, произнесенное опекуном, приобрело какое-то новое значение, удивительно приятное.

- Благодарю, все было хорошо, – сказала я.

- Значит, встретимся позже, за ужином! – опекун поклонился и прошел мимо меня. Я же застыла, понимая, что мужчина хотел сказать больше, чем позволил. Но не останавливать же его и не приставать с расспросами! Потому я сделала единственное, что в данной ситуации посчитала правильным – отправилась в свои покои, чувствуя, как сердце почему-то забилось чаще, будоража мысли.

***

Только переступив порог своих комнат, я поняла, как сильно соскучилась по дому. По этим стенам, по коридорам, даже по виду из окна.

Я несколько секунд постояла на пороге, затем обратила взгляд на Эмму, которая разбирала мои наряды, возвращая в платяной шкаф платья, как старые, взятые в дорогу, так и новые, купленные в столице. Диана пока осматривалась, задавая попутно вопросы Эмме. Когда я вошла, девушки резко обернулись и, оставив свои дела, поспешно поклонились.

- Ванна уже готова? - спросила я у горничных.

- Я только что вымыла ее и наполнила водой, – поспешно отрапортовала новая служанка, в то время, как Эмма, разворачиваясь к шкафу и продолжая развешивать оставшиеся вещи, негромко фыркнула, явно недовольная расторопностью Дианы.

- Тогда помогите мне с платьем, – велела я новенькой и направилась в ванную комнату. Эмма осталась в гардеробной, а Диана поспешила за мной. И спустя несколько минут я забралась в горячую воду с ароматной пеной. Диана сложила мое платье и поинтересовалась:

- Я нужна вам, чтобы помочь с волосами, миледи, или могу идти и подготовить чистое платье?

- Ступай, – милостиво проговорила я, нежась в воде. – Передашь Эмме, чтобы принесла мне халат и можешь быть свободна.

- Да, миледи! – поклонившись, Диана вышла, оставив меня одну.

«После купания обязательно напишу Гордону, – сказала я себе. – Нам стоит увидеться и поговорить как можно быстрее. Надеюсь, он поймет меня и примет мое решение!» - мне сейчас казалось, что я поступаю правильно. Фрейзер меня не любил - я это знала, а значит, мой отказ не причинит ему боль. В душе я осознавала, что поступаю, возможно, неправильно. Что этот мужчина так долго ждал меня и возможности быть рядом, а вот теперь я просто перечеркиваю его будущее и надежду на семью!

«А что, если он откажется? - мелькнула мысль. – Что, если будет настаивать на своем и не захочет вернуть назад данное слово?» - я горько улыбнулась, понимая, что уже ничего не смогу изменить. Ведь Эдвард Дэшнер просто не позволит мне выйти за неугодного человека. В этом он будет стоять на своем!

«Не слишком ли ты торопишься принимать предложение этого мужчины? – всплыли в памяти слова сэра Уильяма. – Ты еще слишком молода и не знаешь жизнь!» - и ведь он оказался прав! Я поспешила, даже не будучи влюблена в Фрейзера, наивно полагая, что смогу составить его счастье! Поспешила и теперь сожалею.

Почему только отец не вывозил меня в свет? Пусть ему не нравилась столица, да я и сама не была в восторге от большого и шумного города, но таким образом он попросту лишил меня выбора!

- Миледи, ваш халат, – Эмма вошла неслышно и повесила одежду на спинку стула. – Вам нужно что-то еще?

- Ты разобрала мои наряды? – глухо поинтересовалась я.

- Да, леди Шерон.

- Тогда ступай вниз и пришли ко мне лакея. Пусть подойдет через двадцать минут. Мне нужно будет отправить срочное письмо в Розмари-хаус!

- О! – Эмма, неожиданно зардевшись, вышла вперед. – Леди Уитни, если я вам не нужна, то может быть, вы отправите именно меня в поместье? – попросила она и жалобно заглянула в глаза. Да так, что я не удержалась от улыбки.

- Я полагала, что ты хочешь отдохнуть после поездки! – сказала я. – Но раз тебе не терпится увидеться с женихом, я противиться не стану. Сейчас помоги мне с волосами и можешь пойти переодеться для прогулки, пока я буду писать письмо.

- Спасибо, миледи! – поклонилась радостная Эмма. – Я и послание передам.

- Но на дворе уже темно! – напомнила я.

Эмма промолчала, зардевшись, из чего я сделала вывод, что юная особа, возможно, уже и не раз под покровом темноты совершала подобные прогулки. Да и не отпускать ее не было причины. Места у нас спокойные. И до Розмари-хаус рукой подать! А потому я не стала отговаривать девушку. Видимо, очень уж она соскучилась по своему любимому.

Эмма скользнула за шампунем, а я отплыла вперед, опустив волосы в воду и чувствуя, как ловкие руки служанки принимаются за дело.

***

Эмма шла в полной темноте, но фонарь в ее руке не дрожал. Да и дорога до поместья, была широкая и знакомая настолько, что девушка могла пройти по ней даже с закрытыми глазами. Радуясь возможности увидеться с мистером Фрейзером, Эмма спешила, порой срываясь на бег и уже через несколько минут, проведенных в пути, увидела вдалеке огни большого дома. Они манили ее Эмму как глупого мотылька манит яркий свет свечи. Еще несколько минут по широкой дороге и девушка свернула на тропинку, чтобы сократить путь. В особняк она решила войти через двор, предназначенный для прислуги, и вполне официально попросить о встрече с хозяином дома. Благо у нее для подобного был повод и этот повод сейчас лежал в кармане, написанный рукой леди Уитни. Признаться, Эмма несколько раз порывалась достать письмо и прочитать его содержание, но не рискнула, помня о том, что Гордон все же маг, пусть и не самый сильный. Впрочем, судить о его даре горничная не могла, так как ничего не смыслила в магии. Торопясь передать послание, девушка время от времени касалась рукой кармана и мысленно улыбалась, надеясь, получит лишнюю монетку за услугу.

Уже во дворе Эмма свернула мимо парадного входа и остановилась дальше у двери, за которой начинался вход в часть особняка, отведенную для прислуги. Поднявшись по ступенькам, она постучала, но никто не спешил открывать. Тогда Эмма снова напомнила о себе, забарабанив так, что звуки ее ударов разнеслись в ночной тишине. Это подействовало и спустя минуту дверь открыла одна из служанок.

- Доброй ночи, – поздоровалась Эмма.

- Вы? – Клариса узнала горничную из Дэшнер-холла. Она сделала шаг в сторону, пропуская ее в дом. – Что-то случилось? – уточнила служанка.

- Да, миссис Уоллес, – кивнула с готовностью Эмма. – Мы только что вернулись из столицы и миледи отправила меня с письмом к мистеру Фрейзеру,– добавила она радостно.

- Леди Уитни вернулась домой? – спросила Клариса.

- Да. Не успела приехать, как сразу же послала меня с письмом, – ответила девушка и добавила еле слышно, с понимающей улыбкой: - Влюбленные, они такие!

- Хорошо, – произнесла миссис Уоллес. – Я сейчас же сообщу о вас дворецкому, а уж он, в свою очередь, узнает у хозяина, сможет он вас принять!

- Спасибо, – кивнула Эмма.

- Ступай в кухню и обожди там, – посоветовала миссис Уоллес, а сама направилась дальше по коридору. Эмма, которая уже не в первый раз заходила в Розмари-холл и относительно неплохо знала расположение комнат прислуги на первом этаже, безошибочно вышла в кухню, где еще возились кухарки, разделывая мясо. Завидев гостью, женщины поздоровались, но работу не прервали. Эмма отыскала стул и опустилась на него, ожидая, когда за ней придут, чтобы проводить к хозяину дома. Она не сомневалась, что Фрейзер пожелает узнать новости. И действительно, уже спустя несколько минут в кухню явился лакей. Он поманил Эмму за собой, кивнув ей вместо приветствия.

Гордон Фрейзер ждал Эмму в своем кабинете. Лакей проводил девушку и вышел, закрыв за собой дверь. Девушка немного постояла, слушая, как затихают за дверью удаляющиеся шаги слуги, затем присела в книксене.

- Мне передали, что ты принесла письмо, – произнес Фрейзер, разглядывая служанку.

- Да, милорд. Моя госпожа написала его своей рукой!

- Я так полагаю, что просто письмом ты не ограничишься? – спросил Гордон и Эмма кивнула.

- Но сперва ответь, почему не сообщила мне о том, что Шерон едет в столицу? – раздраженно спросил Фрейзер. – Разве я не плачу тебе деньги, чтобы быть в курсе всего, что происходит в Дэшнер-холле, Эмма?

Девушка потупила взгляд и ответила, даже не пытаясь оправдаться.

- Все произошло слишком быстро. Я просто не могла предупредить вас, сэр! У меня не было возможности вырваться до отъезда, но я старалась следить за миледи, пока она жила в доме лорда Дэшнера.

Фрейзер стиснул зубы.

- Письмо! – рявкнул он, протягивая руку и не поднимаясь из-за стола. – Пока я буду читать, постарайся не раздражать меня своим присутствием, - добавил Гордон, хмуря брови.

Эмма полезла в карман за посланием. Отдав его Фрейзеру, горничная отошла на несколько шагов и, затаив дыхание, принялась следить за мужчиной. Гордон достал из стола нож для писем и одним резким движением вскрыл конверт, после чего развернул лист и принялся читать. Выражение его лица никак не изменилось, а потому Эмме не удалось понять, какого рода информация таилась на бумаге. Хозяин дома отложил письмо и поднял взор на ожидавшую служанку.

- Будет ответ, сэр? – спросила Эмма.

- Нет! – Гордон даже улыбнулся, и девушка сделала вывод, что новости оказались приятными. Да и разве могло быть иначе?

- Расскажи-ка мне, Эмма, чем леди Уитни занималась в столице! С кем виделась? Куда ходила?

- Непременно, сэр! – кивнула Эмма и сделала шаг вперед, начав говорить. Но ее рассказ ничего не объяснил Гордону. Со слов горничной выходило, что Эдвард Дэшнер позаботился о репутации девушки и те дни, что Шерон провела в столичном доме, она выезжала всего однажды, хотя и в сопровождении опекуна. И лишь один вечер провела в обществе Дэшнера и его друга, которого Эмма охарактеризовала, как «представительного молодого мужчину».

- Его фамилия была Атертон, – сказала горничная. – Я видела этого господина мельком, когда он проходил через холл вместе с лордом Дэшнером, чтобы присоединиться за ужином к леди Шерон и ее компаньонке, миссис Мейсон.

- Атертон, говоришь? – нахмурился Гордон. Он прекрасно знал человека, носившего данную фамилию. Пусть знал лишь заочно. Они не были представлены друг другу, но Фрейзер имел понятие, кто находится в друзьях у хозяина Дэшнер-холла.

«Чертов ищейка!» - мелькнуло в голове Гордона. Он невольно задумался о том, не случайно ли Эдвард познакомил свою подопечную с этим Моэмом? Что-то здесь не так! Вот только Гордон пока не мог понять, что именно ему не нравилось во всей этой истории. Совпадение или нет то, что Эдвард Дэшнер знаком с Атертоном? И не ищет ли он компромат на него, Фрейзера, как на непригодного жениха своей воспитанницы? Если это так, то времени у Гордона мало. Потому что Атертон прослыл человеком, который умеет найти иголку в стоге сена.

- Это все? – взглянув на Эмму, уточнил хозяин дома.

- Кажется, да, сэр, – ответила она быстро.

Гордон запустил руку в карман жилетки и достал несколько монет, которые положил на стол.

- Твое, – бросил холодно. – Возвращайся к госпоже.

- У вас будут какие-то распоряжения? – уточнила Эмма.

- Нет, – Фрейзер указал горничной на дверь. – Просто следи за своей госпожой как и прежде, поняла? Я должен знать все, что происходит в особняке, иначе больше не получишь ни одного медяка!

- Я поняла, сэр, – поклонившись, девушка попятилась спиной к выходу, не глядя на хозяина дома. Затем она быстро выскользнула из кабинета, плотно прикрыв за собой дверь. В ее мыслях царил хаос. Эмма не понимала, что именно вызвало подобные ощущения. Но только когда на дороге, ведущей в Дэшнер – холл, ее обогнал всадник, она без особого труда узнала в наезднике Гордона Фрейзера и поняла, почему он не передал с ней ответ для леди Шерон. Все было предельно просто: хозяин Розмари-холла лично отправился к невесте, чтобы на словах сказать то, что не доверил бумаге.

***

К ужину я надела новое платье, привезенное из столицы.Цвет наряда, увы, был все тот же: серый, насыщенный, словно ткань соткали из пепла. Зато платье разительно отличалось по фасону от тех, что уже имелись в моем гардеробе и оно не казалось устаревшим, а напротив, радовало глаз и выгодно подчеркивало фигуру. Впрочем, пышными формами я похвастаться не могла, но сегодня, изучая свое отражение в зеркале, пришла к выводу, что выгляжу вполне достойно. Еще бы понять, что толкнуло меня нарядиться к простому ужину, да еще и в обществе только одного опекуна?

«Я сделала это для себя!» - подумала и бросив последний взгляд на отражение, покинула комнату, оставив Диану убирать со столика не пригодившиеся украшения. Несколько шпилек с блестящими камешками сверкали в волосах. На талии красовался широкий пояс с вышивкой. Вот и все мои украшения, да больше и не положено девушке, которая носит траур.

- Миледи, вы позволите мне сказать? – встреченный в холле дворецкий широко улыбнулся. Я кивнула, уже догадываясь, что услышу, и не ошиблась.

- Вы сегодня выглядите просто великолепно, – слуга поклонился, предлагая проводить меня до дверей в обеденный зал. – Поездка в столицу пошла вам на пользу, – добавил он. Мне казалось, я не иду, а плыву над паркетом пола. А сердце наполнилось приятной легкостью.

- Милорд уже ждет вас, леди Уитни, – оказавшись перед входной дверью, дворецкий распахнул ее передо мной и отступил, пропуская меня в зал. Я поблагодарила слугу и вошла в зал. Стол был накрыт на двоих и повара постарались. Я была приятно удивлена, оценив внешний вид блюд и их количество: мясные и овощные, и закуски в красивых блюдах, что на моей памяти доставали лишь на время приемов, кажется, в прошлой жизни, когда рядом был старый лорд Дэшнер.

- Леди Шерон!

Эдвард поднялся из-за стола, а я поймала себя на мысли, что не пытаюсь осадить мужчину, хотя он снова назвал меня по имени. Из его уст это прозвучало несколько лично и сердце дрогнуло. Взгляд мужчины оценивающе прошелся по моему наряду. От внимания Дэшнера не ускользнуло, что я надела новое платье, а я почему-то зарделась от этого взора, излишне внимательного, неприкрытого налетом прежней скуки.

- Милорд! – я ответила на его кивок, присев в реверансе. Вышло несколько иронично, но Эдвард оценил, криво улыбнувшись.

Лакей поспешил отодвинуть для меня стул на другом конце стола и теперь мы располагались, словно супруги, глядя друг на друга через пространство, заставленное блюдами. Я взяла со стола салфетку и расстелила ее на коленях, а затем подняла взгляд на опекуна.

- Приятного аппетита, – произнес он тихо.

- И вам, милорд, – ответила я.

Слуги принялись кружить вокруг нас, предлагая закуски. А после начали подавать горячее. Я брала всего понемногу, смакуя вкус привычной, домашней еды. Эдвард молчал. Вот только я то и дело ловила на себе его взгляд. Он казался мне заинтересованными и какими-то непривычным в своем добром расположении духа.

Когда молчание стало едва ли не физическим, я не выдержала и решила заговорить первой, тем более, что повод у меня был – договориться о приезде миссис Мейсон. Потому, я решительно произнесла, нарушая тишину:

- Милорд, я бы хотела попросить вас об одолжении.

Он поймал мой взгляд и приподнял одну бровь.

- Говорите, леди Уитни. Я с удовольствием выслушаю вас.

Сглотнув, приосанилась, вцепившись в ножку бокала, словно это могло придать мне сил.

- Миссис Мейсон, – намекнула я. – Леди Сьюзан мечтает погостить в Дэшнер-холле, и надеюсь, вы позволите мне пригласить ее в ваш дом.

- Наш дом, – поправил меня опекун и я приподняла брови, удивленная его замечанием.

«Наш дом!» - повторила мысленно, смакуя фразу, столь простую и ясную, но от этого не менее приятную.

- Вы вольны приглашать в Дэшнер-холл кого захотите, леди Шерон. В завещании отца ясно указано, что до совершеннолетия вы располагаете правом жить здесь, как и прежде. А уж что будет дальше, после того как вам исполнится двадцать один год, решать лишь вам!

Эдвард продолжил трапезу, а я опустила глаза, разглядывая узор на краю тарелки, но при этом не замечая его витиеватой красоты. Значит, он не против приезда Сьюзен. И я непременно воспользуюсь разрешением опекуна, если, конечно, правильно поняла его слова. А дом я действительно считала своим и не могла думать иначе. Столько прожитых лет в этих стенах… Их не перечеркнуть в один миг! А за три года еще многое может измениться.

- Благодарю вас, милорд, – проговорила еле слышно, но Эдвард лишь кивнул. Впрочем, от моего быстрого взгляда, брошенного на другой конец стола, не ускользнула улыбка мужчины. И я неожиданно поняла, что больше не испытываю ненависти к этому человеку. Возможно, оттенок неприязни оставался где-то глубоко внутри, но я не могла не признаться себе, что мое отношение к этому мужчине изменилось в лучшую сторону. Мне приятно смотреть на него и думать о нем.

- Прикажете подавать чай, миледи? – голос лакея нарушил тишину. Я перевела взгляд на слугу.

- Милорд? – спросила я, снова взглянув на Эдварда.

- Не откажусь от чашки горячего чаю, – произнес он, уловив вопрос в моих глазах.

Я отдала распоряжение. Слуги тотчас засуетились, унося остатки ужина и заменив тарелки на чистые, сверкающие белизной. На столе появились блюда с булочками и свежим печеньем, а также креманки, полные варенья и меда, цвета плавленого золота. Вот только мы с Дэшнером не успели даже пригубить чай, когда в зал вошел дворецкий и, остановившись рядом со мной, с поклоном протянул поднос, на котором лежал прямоугольник карточки.

- Кто это? – голос Эдварда прозвучал оглушительно резко, словно в тишине просвистел хлыст, ударившись о паркет пола.

Я протянула руку, чтобы взять карточку, понимая, что понятия не имею о том, кто бы мог прибыть с визитом? Сомневаюсь, что в округе известно о нашем возвращении домой. И это ведь не может быть Гордон? Или нет?

Стоило мне прочитать имя, выведенное ровным и знакомым почерком, как все встало на свои места.

Глава 2

- Мистер Фрейзер ожидает ваш ответ в холле, – четко выговаривая слова, произнес Эдвардс.

- Фрейзер? Здесь? - взгляд Эдварда устремился ко мне. - Не слишком ли поздно для визита? – недовольно спросил Дэшнер. – Не помню, чтобы приглашал его! – опекун посмотрел на дворецкого. – Передайте мистеру Фрейзеру, что мы устали после дороги и вряд ли сможем принять его сегодня!

- Но мистер Фрейзер пожелал видеть леди Уитни, – ответил Джон и посмотрел на меня. А я лишь уронила руку, сжимавшую карточку, не зная, что сказать. Эдвард своем праве отказать в приеме моему жениху. Но разве могла сделать это я, та, кто собиралась просить Гордона освободить меня от обещания стать его женой! Нет, я не смела причинить еще большую боль Фрейзеру. Он всегда был добр и внимателен ко мне и не уедет ни с чем. Ведь примчался сюда не иначе как после моего послания!

- Милорд! – обратилась я к опекуну. – Позвольте мне поговорить с мистером Фрейзером! Вы ведь сами сказали, что я вольна принимать в вашем доме, кого посчитаю нужным.

На мгновение лицо Эдварда исказила недовольная гримаса. Он снова стал похож на того мужчину, который прибыл дождливой ночью, чтобы проститься со своим умирающим отцом. Но теперь я уже знала, что Дэшнер-младший может быть другим, внимательным и даже мягким, правда не со всеми. Со мной он старался стать лучше и я оценила этот порыв.

- Милорд! – сделала я еще одну попытку. – Прошу вас! Эдвард поджал губы и я уже было решила, что он откажет, когда опекун произнес, обращаясь к дворецкому:

- Будьте любезны, проводите сюда нашего гостя и принесите приборы. Полагаю, мистер Фрейзер присоединится к чаепитию!

Облегченно выдохнув, я не удержалась от улыбки, но тут же опустила голову, чтобы Эдвард не заметил. А когда удалось взять себя в руки, дворецкий уже вышел из обеденного зала. Это означало, что скоро я увижу Гордона и, возможно, после ужина, смогу поговорить с ним и объясниться.

- Леди Шерон, – спросил Эдвард, – не могли бы вы мне рассказать, каким образом мистер Фрейзер узнал о нашем возвращении?

Наши глаза встретились, и я поняла: он догадался о моем послании. Лгать я не собиралась - не видела в этом смысла. Я имела право сообщить Гордону о своем возвращении, отчего упрек, явственно звучавший в словах опекуна, показался мне обидным.

- Да, это я написала Гордону! – ответила спокойно не чувствуя за собой вины.

- Едва вернувшись, вы решили первым делом написать этому человеку? – резко спросил Дэшнер.

- Этот мужчина является моим женихом, – ответила я.

- Вот уж нет, леди Уитни, – качнул головой Эдвард, зло сверкая глазами. – Я ясно дал вам понять, что пока являюсь вашим опекуном, вы не выйдете за Фрейзера. Мне казалось, мы поняли друг друга, но вы… - он не успел закончить. В зал вошел мистер Олдридж и произнес, представляя гостя: - Мистер Гордон Фрейзер!

По лицу Эдварда скользнула тень. Кажется, Дэшнер и не думал скрывать раздражение. Я, напротив, поднялась из-за стола и повернулась к Гордону, стараясь смягчить своими действиями недовольство опекуна. Это заставило Эдварда также подняться со своего места и все же я видела, насколько ему неприятен приезд соседа, только теперь ничего не изменить. Он здесь и мы поговорим начистоту.

- Леди Уитни! Лорд Дэшнер! – Гордон поклонился и поднял взор глядя только на меня. Я немного опешила, настолько странным мне показался взгляд Фрейзера. Что-то в нем неуловимо изменилось, словно жених неожиданно воспылал ко мне искренними чувствами. Его глаза сверкали, а волосы находились в легком беспорядке. Я представила себе, как получив мое послание, он мчится верхом через ночь, не в силах дождаться утра. Запоздалое раскаяние коснулось сердца.

- Мы не ждали вас в гости, мистер Фрейзер, – сухо произнес Эдвард, а я лишь выдохнула сдавленно и быстро подошла к бывшему жениху.

- Но будем рады, если вы присоединитесь к нам за столом, - быстро поправила я излишне резкие слова опекуна.

Гордон поймал мой взгляд и улыбнулся, а затем шагнул вперед и взял мою руку, чтобы немедленно прижаться к ней губами в долгом поцелуе. Я руку не отняла, лишь улыбнулась Фрейзеру, вспоминая о том, как раньше позволяла ему эти редкие прикосновения. Оглянувшись на Дэшнера, я заметила, как потемнело лицо опекуна.

- Да, мы приглашаем вас за стол, Фрейзер, – подтвердил Дэшнер, поддержав меня, возможно, с одной целью: чтобы Гордон, наконец, отпустил меня. И это произошло.

- Прошу прощения за столь неожиданный визит, – мой бывший жених горделиво поднял голову, а затем предложил мне руку, чтобы проводить к столу. Отогнав взглядом лакея, он лично подвинул для меня стул, а затем занял место рядом всем своим видом показывая, что прибыл именно с одной целью и эта цель не чаепитие в компании хозяина дома.

Перед Гордоном поставили чашку и приборы, а я, посмотрев на мужчину, сказала:

- Что вам предложить, сэр?

- Настолько официально? – удивился Фрейзер. Но разве я могла разговаривать с ним в ином тоне, тем более в присутствии Эдварда!

Лакей разлил по чашкам чай, и мы продолжили трапезу, но уже молча. Правда, тишина за столом длилась недолго. Гордон не выдержал и, повернув голову в сторону хозяина дома, произнес:

- Милорд, я прошу позволения поговорить наедине с вашей подопечной после ужина, – выглядел Гордон при этом крайне решительно. Я посмотрела на опекуна, но не заставил себя ждать с ответом.

- Боюсь, вы выбрали не самое удачное время для личной беседы. Предлагаю вам закончить спокойно чаепитие и приехать завтра. Там и посмотрим, – произнес Эдвард и я поняла, что он не хочет и не может допустить наш разговор.

Я перевела взгляд с лица Фрейзера на опекуна. Мужчины выглядели напряженными, и я уже было решила, что Гордон станет упрямиться и настоит на разговоре, но нет. Он удивил меня, согласившись с предложением хозяина дома.

- Хорошо. В таком случае, думаю, будет удобнее, если вы приедете к нам, - он достал из кармана пригласительные карточки. – Мы с сестрой будем рады принять вас с Розмари-холле, как и полагается добрым соседям, которые в будущем могут стать родственниками, – последнее явно предназначалось мне. – Я приехал, чтобы лично отдать их вам и сказать, что буду безмерно счастлив, если вы, милорд и вы, моя дорогая леди Уитни, посетите нас завтра и мы сможет вместе поужинать и заодно поговорить о будущем.

Дэшнер усмехнулся. Он понимал, что никакого будущего у меня с Гордоном не будет. По крайней мере, в ближайшие три года, пока нахожусь на его попечении. А я подозревала, что у опекуна есть на меня определенные планы, в которые ну никак не входит наш сосед. ***

- Милорд? – я воззрилась на Эдварда, умоляя опекуна не отказывать Гордону. Пусть Фрейзер нарушил правила приличия и примчался сюда незваным, у него было оправдание - он искренне считал меня своей невестой!

- Милорд! – умоляя его о снисхождении. Эдвард впился взглядом в мое лицо и, кажется, понял все то, что хотела ему бы сказать, потому что он несколько секунд спустя, повернулся к гостю и произнес:

- Хорошо, мистер Фрейзер. Мы с леди Уитни принимаем ваше предложение! Облегченно вздохнув, я увидела, как Гордон довольно улыбнулся. Он положил приглашения на самый край стола, придвинув ближе ко мне, и сказал:

- Мы с Селией будем очень рады принимать вас у себя, – он поднялся из-за стола. – Я добился того, что хотел, - сказал и бросил взгляд в мою сторону, - увиделся с вами, милая леди Шерон, и получил согласие вашего опекуна посетить в мой дом. Это большее, на что я мог надеяться. Также извините, что явился без предупреждения и приглашения. Разлука была невыносима. Вы же не злитесь, Шерон? – и снова взгляд на меня. Пристальный и почти ласковый. Но мое сердце не отозвалось, хоть я и улыбнулась в ответ.

- Не смею вас задерживать, – холодно сказал Дэшнер. – Мы прибудем завтра к ужину. Там и поговорим, – опекун поднялся из-за стола, кивнув слуге. – Проводите мистера Фрейзера, – велел Эдвард слуге.

Мужчины обменялись поклонами и бросив на меня выразительный взор, Гордон удалился. Я проводила его взглядом, не понимая, чему он радуется? Его приняли крайне нелюбезно. Впрочем, Эдвард был в своем праве, но на душе остался неприятный осадок.

- Милорд, вы могли бы быть мягче с мистером Фрейзером, – попеняла опекуну, как только Эдвард опустился на свое место за столом.

- Что? – он приподнял брови, сверкая раздраженно взглядом. – Я имел право отказать ему в доме. Мог приказать слуге выпроводить нашего дражайшего соседа, но вместо этого принял его и посадил за свой стол. Но объясните, Шерон, зачем вы написали ему сегодня? Настолько сильно соскучились, что не могли дождаться завтрашнего утра?

Тон опекуна был несколько резок, и я поймала себя на мысли, что боюсь такого Эдварда. Он снова стал прежним, эгоистичным и холодным!

- Милорд, я не ожидала, что мистер Фрейзер примчится в Дэшнер-холл едва получит письмо. – Я не оправдывалась, а говорила так, как было на самом деле, а на самом деле не могла понять, что заставило Гордона приехать. Но он явился в особняк, да еще глазами сверкал, как ревнивый юнец.

Я посмотрела на опекуна. Он пил чай, и выглядел недовольным. Более того, я бы сказала, что он гневался и гневался на меня! Но разве я не имею права писать друзьям? Другое дело, что они приезжают в его дом без приглашения. Был бы Дэшнер-холл моим, я бы закрыла глаза на посещение Фрейзера, а так…

«Кажется, он поспешил, когда назвал особняк нашим! – подумала про себя. – Этот дом не мой и никогда им не станет. Стоит помнить об этом всегда и знать свое место. Место воспитанницы, которая живет за счет благодетеля опекуна!»

- Милорд, я хотела бы покинуть вас, – настроение испортилось. Нахлынула усталость. Поднявшись из-за стола, я увидела, как поднимается и Эдвард. Его пристальный взгляд скользнул по моему лицу.

- Я пойду к себе! - добавила тихо.

- Конечно! – голос Дэшнера прозвучал спокойно, вот только в глазах еще плескалось раздражение и на меня, и на непрошеного гостя. – Вествик проведите леди до ее покоев, – велел хозяин дома.

Лакей появился рядом со мной и поклонился.

- Это лишнее, – ответила быстро. – Я еще в состоянии проделать этот путь сама, – мне не понравилась чрезмерная опека Эдварда. Что-то было в ней от фальши. От желания угодить, но не потому, что подобное в характере Дэшнера, а лишь потому, что он хочет попросту контролировать все и вся!

Не удержавшись, я подняла взгляд на опекуна и, встретившись с ним глазами, подумала о том, какой он настоящий? С кем мне придется жить долгие три года? С надменным и жестоким мужчиной, хозяином, или с человеком, который мог бы стать мне другом?

- Вы выглядите уставшей, – поспешил объяснить свой приказ опекун. – Я буду спокойнее, если Вествик проводит.

Вздохнув, решила не спорить. Этот упрямый мужчина все равно настоит на своем. Так пусть будет так, как хочет он.

- Хорошо, – мой ответ прозвучал холодно. Я достойно повторила тон опекуна! – Спокойной ночи, милорд.

- И вам, - произнес он и добавил удивительно мягко, так что я не удержалась и снова посмотрела ему в глаза, - Шерон!

На мгновение мы оба замерли. Я не могла понять, что именно остановило меня поправить Дэшнера? Привыкаю к подобной фамильярности с его стороны? Позволяю ему это делать, словно он не просто опекун, а близкий мне человек? Или он пытается стать таковым для меня, стирая границы между нами этим своим долгим и бесконечно ласковым: «Шерррон!» ?

Заставив себя отвернуться, шагнула прочь от стола. Вествик пошел следом, а Эдвард… Я даже не знаю, что делал он. Наверное, сел, чтобы допить свой чай? Или остался стоять и смотреть, как я покидаю зал? Но так ли это важно для меня?

«А ведь важно!» - мелькнула непонятная мысль. Сжав руки в кулаки, я прибавила шаг, слушая, как стучат в тишине по паркету каблуки моих туфелек.

***

Утром перед завтраком, который прошел в одиночестве, я нашла приглашения, которые так и остались лежать на столе. Слуги просто переложили их на серебряное блюдце, оставив на виду, будто напоминание о вчерашнем приезде Фрейзера и нашем обоюдном с Эдвардом обещании посетить Розмари-холл. Когда я увидела, что милорд не пришел, поинтересовалась у Олдридж и слуга объяснил, что хозяин изволил трапезничать в своем кабинете, так как занялся изучением отчетов от арендаторов. Письма пришли во время нашего отсутствия, и Дэшнеру предстояло провести день за работой. Я отчего-то порадовалась своему уединению, насладившись чаем и выпечкой, вспоминая, как ночью мне снилась столица и миссис Мейсон с которой мы гуляли по улицам города.

Заканчивая с трапезой, я взяла и открыла приглашение, привезенное Гордоном. Пробежала взглядом по идеальным строчкам, выведенным рукой Селии – уж ее почерк я знала прекрасно, так как часто обменивалась с ней записками, - и посмотрела на время, к которому нас ждали в Розмари-холле. Еще я искренне понадеялась, что Эдвард не передумает и у меня будет возможность поговорить с Гордоном наедине в его доме, если Селия отвлечет опекуна беседой.

«А ведь Эдвард, кажется, понравился Селии!» - вспомнилось и я слишком резко закрыла пригласительную открытку, отодвинув ее прочь от себя. На душе стало тяжело и я представила, что вечером Эдвард попадет под очарование Селии. Должно ли меня это волновать? Конечно, не хотелось бы, чтобы мисс Фрейзер завладела сердцем Дэшнера, особенно после того, как я сама решила разорвать свои романтические отношения с ее братом. А Селии хватит ловкости, чтобы окрутить Эдварда. Даже не знаю, как буду чувствовать себя, если подобное произойдет!

«Да ты фантазерка, Шерон!» - решила и улыбнулась, понимая, что ничего такого случиться просто не может. Как бы ни была привлекательна мисс Фрейзер, Эдвард Дэшнер не снизойдет до того, чтобы жениться на женщине, стоящей ниже себя по положению. Да и приданное за Селией вряд ли будет приличным, чтобы удовлетворить такого человека, как мой опекун. Подобные люди редко женятся по велению сердца. Чаще всего это простой расчет.

Я закончила завтрак в полном одиночестве. Ела плохо и без особого желания. А когда вышла из-за стола, то направилась в свои покои и решила провести время за хорошей книгой, помня о том, что уже скоро малая часть библиотеки матушки Эдварда переедет сюда. Пусть временно, но побуду хозяйкой всех великолепных книг, которые отобрала с позволения опекуна.

В гостиной я устроилась у камина, расположившись так, чтобы солнечный свет падал на страницы книги. Я честно пыталась читать, но мысли то и дело возвращались к мужчине, всецело занимавшему мое воображение. Эдвард Дэшнер. Холодный и расчетливый интриган, или человек, в сердце которого есть место для сострадания? И почему я только думала о нем? Какой прок, если я пойму его характер? И почему Дэшнер так интересен мне?

С первой нашей встречи я прониклась антипатией к его персоне. А теперь, узнав Эдварда ближе, стала сомневаться в первом впечатлении. Наши короткие свидания в столице открыли для меня нового Эдварда. Только по возвращении в родовое гнездо вернулся и прежний, всем недовольный, молодой хозяин дома. Его пренебрежение к чувствам Фрейзера задевали меня за живое. Хотя бы потому, что Гордон не заслуживал пренебрежения к своей персоне. Вот только Эдвард, даже не зная Фрейзера, сразу невзлюбил его. Я сомневалась, что сегодняшний ужин в Розмари-холле пройдет спокойно, хотя искренне надеялась на это.

- Леди Уитни!

Голос Эммы нарушил мои мысли, и я подняла взгляд. Горничная застыла на пороге, присев в книксене.

- Прошу прощения, леди Шерон, – пробормотала она, поднимая взгляд. – Я стучала, но вы не отзывались.

- Зачиталась, – ответила Эмме.

- Вы велели мне подойти и забрать платье для сегодняшнего ужина, – напомнила девушка.

- Ах да! – я и забыла, что этим утром приказала Эмме прийти ко мне после обеда и приготовить наряд.

Отложив книгу на край стола, я встала и прошла через комнату, направляясь в гардеробную. Эмма прикрыла дверь и последовала за мной.

- Вот это, – распахнув дверцы платяного шкафа, я достала очередное серое платье и протянула его девушке. – И передай Диане, что я желаю, чтобы она уложила мне волосы к сегодняшнему ужину.

- Да, миледи, – Эмма взяла платье и поклонилась. – Все будет готово к положенному времени.

- Тогда ступай, – велела служанке. – Я хочу еще немного почитать в тишине.

Горничная удалилась, а я вернулась в свое кресло, уютно устроившись в его мягких объятиях и думая о том, как преподнесу новость Гордону о нашем разрыве. Оставалось лишь надеяться, что он поймет и простит меня. Иначе даже не знаю, что буду делать со своей совестью.

***

Селия музицировала. Сидя на скамеечке перед инструментом, прикрыв глаза и не глядя, как пальцы порхают по черно-белым клавишам, она играла и слушала музыку вместе с братом. Гордон, в отличие от сестры, никак не мог сосредоточиться на звуках мелодии, наполнявшей воздух. Он то и дело отвлекался, размышляя о предстоящем ужине. Ему хотелось поговорить с сестрой, но занятая исполнением вальса, Селия находилась словно в ином измерении. Брат прекрасно знал, что пока девушка не закончит играть, пытаться втянуть ее в беседу бесполезно. Поэтому он ждал.

Удивительно, но обычное спокойствие сегодня изменило Гордону. Он поймал себя на мысли, что нервно сжимает руки в кулаки и постоянно думает о Шерон. Ему казалось, что она изменилась. Просто и неуловимо на первый взгляд. Но Гордон знал леди Уитни слишком хорошо. Не зря же он последний год постоянно находил повод быть рядом с ней. Прогулки, визиты к общим друзьям, посещение Дэшнер-холла, еще при жизни покойного старого лорда, - все это вылилось в знания о характере его избранницы. И вот теперь та, кого он знал едва ли не как самого себя, изменилась.

В свой прошлый визит Гордон заметил, что Шерон, хоть и пыталась казаться радушной, но все же, подобно своему опекуну, не была рада неожиданному визиту жениха. Это читалось в ее глазах, которые не умели лгать, в отличие от губ девушки, произносивших вежливые фразы.

А вот Эдвард Дэшнер оставался таким же, каким предстал перед Гордоном при первом знакомстве. Разве что показался еще более невыносимым и заносчивым, чем прежде. Впрочем, эту проблему Фрейзер надеялся решить. Как только сосед выпьет зелье, приготовленное теткой, он станет подвластен чарам Селии и уж тогда Гордон отыграется за свое уязвленное самолюбие. А пока придется потерпеть. Правда, совсем недолго, так как зелье сильное и, если верить словам миссис Гейт, или Лавинии Фрейзер в девичестве, то даже если Эдвард окажется сильным магом, он не сможет долго сопротивляться действию магии, заключенной в напитке. Уж кто-кто, а миссис Гейт знала толк в подобных вещах. И еще никому не удавалось снять ее заклятье без помощи самой Лавинии.

Селия пробежала пальчиками по клавишам и застыла, взяв высокую ноту, а когда музыка стихла, девушка повернула голову и взглянула на брата, ожидая одобрения своей игре. Но увидев, что Гордон сидит, глядя в пространство перед собой, мисс Фрейзер едва удержалась, чтобы не захлопнуть крышку рояля.

- Тебе что, совсем не понравилось? – возмутилась она.

Фрейзер вздрогнул и посмотрел на сестру.

- Что ты! – произнес он спокойно. – Прелестная мелодия и ты исполнила ее просто блестяще.

- Не совсем уверена, что ты что-то слышал, – девушка встала и прошла к брату. – О чем задумался?

- Об ужине, – ответил тот.

- Не стоит волноваться, – она сменила гнев на милость. – Я сделаю так, что Эдвард выпьет зелье.

- Надеюсь, – кивнул Фрейзер.

- Главное, чтобы ты отвлек Шерон и дал мне возможность побыть наедине с нашим дорогим соседом, – добавила Селия и ее губы дрогнули в легкой улыбке. – А я уж не подведу! Гордон оценивающе посмотрел на сестру.

– Он нужен нам и нет времени искать замену. Только будь осторожна. Я чувствую магию в этом человеке, но так как она скрыта, не могу понять ее силу.

- А вот мне показалось, что я ему понравилась, – Селия опустила руки на талию, словно подчеркивая плавные изгибы своей фигуры. В новом платье, которое девушка до сегодняшнего дня еще ни разу не надевала, она чувствовала себя настоящей красавицей. А зеркало в гардеробной лишь подтверждало подобные мысли.

- Ему не устоять, - добавила мисс Фрейзер. – Если, конечно, он не влюблен. Но тут я уверена – такой, как сэр Эдвард, любить не умеет, – она улыбнулась брату, встретив его ответную улыбку, которая, впрочем, не показалась Селии спокойной. Брат волновался и она прекрасно понимала это волнение.

Когда в дверь музыкальной комнаты постучали, ответила мисс Фрейзер. Вошедший слуга принес список блюд к ужину, который стоило подтвердить, чтобы повар занялся приготовлениями. Селия взяла в руки лист и пробежала взглядом по названиям блюд. Поманив к себе слугу, она внесла коррективы и вернула список.

- К шести вечера все будет готово, – поклонился лакей.

- Все должно быть идеально! – напутствовала его Селия. – Мы принимаем лорда Дэшнера и его воспитанницу, невесту вашего хозяина. Слуга вышел, а Селия повернулась к брату и увидела, что он уже стоит у окна и скрестив на груди руки, смотрит во двор.

- Гордон? – проговорила девушка и подошла ближе.

- Снег, – зачем-то ответил он, а Селия, выглянув из окна увидела белые тяжелые хлопья, что, медленно кружась, падали с неба на мерзлую землю.

- Снег, - проговорила девушка. - Ну и что? Зимой, всегда идет снег. Не отвлекайся. Тебе следует подготовиться, чтобы очаровать Шерон, – сестра тронула брата за локоть.

- У меня есть время. Мне его понадобиться намного меньше, чем тебе, дорогая сестрица.

- И все же… - она вздохнула. – Не переживай. Этот лорд Дэшнер и сам не заметит, как окажется нашим лучшим другом. А потом, когда я стану его женой и хозяйкой Дэшнер-холла, он с радостью поделиться своими деньгами и отдаст тебе Шерон. Вот только я не понимаю, зачем она будет нужна, если у нас все получится и без нее? – Селия посмотрела в глаза Гордона и, тихо рассмеявшись, поправила себя саму: - Я хотела сказать, когда у нас все получится! Потому что нисколько не сомневаюсь в этом. Просто задумайся. С деньгами сэра Эдварда ты сможешь найти себе более выгодную партию, чем наша дорогая подруга леди Уитни. Ведь еще не известно, что ей оставил старик, да и оставил ли хоть что-то? У него есть законный сын и наследник. Так почему он будет делить состояние с воспитанницей без роду и племени? Гордон покачал головой.

- Я уверен, что сэр Уильям не обделил Шерри. Да и жениться я не спешу. Пока длится траур, у нас будет время найти завещание и ознакомиться с его содержанием. Сейчас главная наша цель – Эдвард Дэшнер. Все остальное вторично.

- Знаю! И потому обещаю сделать все, что будет в моих силах, чтобы заполучить его, – подтвердила девушка и перевела взгляд в окно, за которым падающий снег ложился на землю и не знал, какие коварные планы вынашивают двое людей, любующиеся им из окна. Снег просто тихо падал, укрывая все вокруг белым покрывалом. А часы в Розмари-холле отсчитывали оставшееся до визита гостей время, пока зимний день медленно клонился к своему завершению.

Глава 3

- Ах, миледи! Вам очень идет это платье! – заломила руки Эмма.

- И украшения подобраны удачно, - спокойно добавила Диана, пока я крутилась перед зеркалом немного жалея о том, что на мне снова этот унылый цвет. Почему-то именно сегодня захотелось надеть яркое платье, которое выгодно подчеркнуло бы мои достоинства. Но даже в таком туалете я казалась себе милой.

Диана уложила мне волосы, а Эмма помогла надеть выбранный наряд и на меня из зеркала взглянуло отражение хорошенькой юной леди с высокой прической и завитыми локонами, обрамлявшим личико. Я невольно согласилась с комплиментами девушек, чувствуя себя красивой.

«А ведь там будет Селия! – вдруг подумала про себя, погрустнев. – И у нее нет ограничений в виде траура!»

Значит, Эдвард будет смотреть только на мисс Фрейзер и эта мысль вызвала у меня тоску. Хотела ли я, чтобы он смотрел только на меня? Наверное, звучит глупо, но да, хотела. Несмотря на то что не имела никаких планов на своего опекуна. Нет, даже более того, я не рассматривала его как претендента себе в мужья. Но стоило признаться, Эдвард начал нравится мне.

«Надо сосредоточиться на предстоящем разговоре с Гордоном. Это сейчас важно!» - твердила я себе, но, когда подошло время покинуть комнаты, чтобы спуститься вниз, туда, где ждал меня Дэшнер, мое сердце сжалось от волнения. А когда я увидела Эдварда, стоявшего внизу, запрокинувшего голову и следившего за мной, приятная дрожь пробежала по телу.

- Вы восхитительны, леди Шерон! – сказал Эдвард, поспешив ко мне навстречу. Он снова стал тем внимательным джентльменом, с которым я познакомилась в столице. Мой вредный опекун исчез, уступив место обходительному молодому мужчине. Мужчине, в которого я, может быть, могла даже влюбиться!

«О чем я только думаю?» - я тревожно сжала пальцы в кулаки, а когда Эдвард протянулся ко мне, чтобы поцеловать мою руку, почти заставила себя ответить на приветствие.

- Вы волнуетесь? – удивился Дэшнер, наверняка ощутив легкую дрожь моей руки. Я застыла, а глупое сердце забилось с удвоенной силой.

- А вы как полагаете, милорд? – нашлась с ответом. – Мне сейчас предстоит тяжелый разговор с человеком, который надеялся на наш брак, на то, что я стану его женой. А я еще... еще я не привыкла отказывать!

Эдвард отпустил мою руку и, распрямив спину, усмехнулся сказав:

- Придется учиться, леди Уитни! Возможно, вам это еще пригодится в будущем.

- Только если вы начнете вывозить меня в свет, – заметила я. – Но я в этом сомневаюсь.

Он усмехнулся.

- Вперед, леди Уитни, к вашему первому опыту отказа мужчине, – произнес Эдвард и мы покинули Дэшнер-холл под руку, словно супружеская чета. Опекун лично открыл передо мной дверцу в салон, помог сесть, а затем забрался следом и расположился спиной к движению.

- Трогай, – крикнул он кучеру и посмотрел на меня.

Карета покачнулась, в воздухе засвистел хлыст. Стук копыт и экипаж направился в Розмари-холл. Конечно, до соседского особняка идти было не долго. Но это просто неприлично заявиться в гости пешими да в такую недобрую погоду!

Путешествие отняло несколько минут. В Розмари-холле нас ждали. Брат, и сестра вышли на ступени, а затем Гордон спустился и распахнув дверцу экипажа, предложил мне свою руку. Только Эдвард, выбравшийся первым, подхватил меня под локоть и выразительно посмотрел на соседа. Мужчины переглянулись. Я ощутила уловимое напряжение, повисшее в воздухе, что подтвердило догадку: никаких дружеских отношений между Фрейзером и Дэшнером быть не может. По крайней мере, не в ближайшее время.

- Как мы рады вашему приезду! – Селия спустилась к нам и подошла ко мне. Она обняла меня, коснувшись губами моей щеки. – Вы пунктуальны.

- Я тоже рада нашей встрече, – кивнула я подруге, улыбнувшись поцеловала девушку в щеку, заметив, как при этом мисс Фрейзер покосилась на моего опекуна. Стало понятно, что ее лучезарная улыбка предназначается вовсе не для меня. Но я сделала вид, что не уловила сути происходящего. Видимо, Селия вознамерилась очаровать Дэшнера и это первый шаг к действию, предполагавший за собой последующие. Уж я знала мисс Фрейзер. Она была из тех, кто умеет очаровывать мужчин.

И снова я поймала себя на неприятной мысли, что подруга раздражает меня. А ведь подобного прежде не происходило! Неужели причина в Эдварде?

- Леди Уитни, позвольте предложить вам руку, – Гордон вовремя завладел моим вниманием. Я почти вцепилась в предложенную руку, как утопающий цепляется за соломинку.

- Благодарю вас, - сказала и Фрейзер повел меня в дом. За нами поднимались Эдвард и Селия. Я слышала ее голос, бархатные нотки которого заставляли нервничать. Хотелось обернуться и посмотреть, как реагирует на Селию Дэшнер, но, конечно же, я не сделала этого, гордо выступая впереди с высоко поднятой головой.

- Я так рад видеть вас в своем доме, – между тем говорил Фрейзер. – Вчера я поступил опрометчиво и заставил вас переживать, Шерон. Ваш опекун был абсолютно прав, рассердившись на мой визит! Но у меня есть оправдание, – прошептал мужчина и добавил чуть громче, и как-то удивительно страстно, - я так скучал по вам!

Я посмотрела на Гордона и увидела, что глаза мужчины сияют. В тот миг мне показалось, что он искренен. Право слово, он ведь не может быть влюблен в меня?

«Только не это!» – подумала я. Одно дело разорвать отношения с человеком, равнодушным к тебе, и совсем другое, с влюбленным мужчиной! Мне так не хотелось обижать Фрейзера, ведь он всегда был добр и внимателен ко мне. Я опрометчиво поспешила дать ему слово и теперь понимала, насколько Эдвард был прав, пытаясь объяснить мне это. Мне понадобятся все силы для предстоящего разговора. Не волноваться я не могла, хотя старательно делала вид, что расположена к общению. Но сердце... Сердце билось неспокойно.

Мы вошли в обеденный зал, где прежде я уже бывала вместе с сэром Уильямом. Когда отец был жив мы иногда приезжали с ответным визитом в Розмари-холл. Старший Дэшнер не любил эти вечера. Он посещал соседей только ради меня, так как понимал, что мне было необходимо общение. Нет, у меня, конечно же, были подруги – одной из них являлась Селия, - и все же, круг общения был ограничен в основном женщинами старшего возраста. И вот теперь я приехала в Розмари-холл, но уже с младшим Дэшнером, который, как и его покойный отец, теперь являлся моим опекуном.

- У вас здесь мило! – услышала я голос Эдварда. Селия и Дэшнер вошли следом за нами. Повернувшись, я позволила себе бросить взгляд на Эдварда и была неприятно удивлена, заметив, что рука мисс Фрейзер лежит на локте моего опекуна. Мне это не нравилось! Только что я могла поделать? Селия - свободная девушка, как и Эдвард. Они вполне могут стать парой, если…

«Если, что?» - спросила себя и с трудом перевела взгляд на стоявшего рядом Гордона.

- Повар сегодня постарался на славу, – произнес Фрейзер, глядя на меня ласково. – Селия выбрала все, что вы любите, Шерон! – добавил он, заставив меня испытывать неловкость, скрывать которую становилось все труднее. И чтобы скрыть свое состояние, я перевела взгляд на стол. Два лакея стояли в стороне, ожидая лишь приказал хозяина, чтобы начать подавать блюда.

- Позвольте, леди Уитни, я провожу вас к столу, - попросил Гордон. Я позволила, а Эдвард составил пару сестре Гордона, За столом я сидела возле Гордона, а мисс Фрейзер и мой опекун прямо напротив нас. Фрейзер решил оставить место во главе стола пустовать. Лакеи подошли, чтобы пододвинуть нам с Селией стулья, а затем начали подавать закуски и разлили белое вино, которое так любил хозяин дома.

- Вам красного, леди Шерон? – любезно поинтересовался Гордон, остановив слугу, уже готового налить в мой бокал белого вина. Лакей застыл и внимательно посмотрел на хозяина, ожидая дальнейших указаний. Но я покачала головой, проговорив:

- Я буду то же, что и все!

Улыбка вышла несколько вымученной, но я надеялась, что никто не заметит. Эдвард посмотрел на меня, а спустя миг повернулся к своей соседке, заговорив с ней о погоде.

- Я надеюсь, вам понравилось в столице? – решил последовать примеру Дэшнера Гордон.

- Слишком шумно и многолюдно, - не стала лукавить. - Я не привыкла к подобному после нашей размеренной жизни в Дэшнер-холле.

- И это не может не радовать меня! – сказал Фрейзер. – Я очень надеялся, что мы после свадьбы останемся в Розмари-холле. Мне здесь нравится. Признаться, я бы не хотел возвращаться в столицу.

- О! – только и смогла проговорить я. Вот он и затронул тему нашего брака! Но еще не время. Мы должны остаться наедине.

Закуски оказались диво как хороши. Несколько минут мы почти не общались, разве что Селия иногда задавала вопросы Дэшнеру. Я заметила, что Эдвард отвечает мисс Фрейзер с видимой охотой, а в его взгляде скользил неподдельный интерес.

- Насколько я знаю, вы не состояли в родственной связи с покойным сэром Уильямом и траур можно снять уже скоро, – тихо сказал Гордон, воспользовавшись тем, что Эдварда отвлекла его сестра.

- Лорд Дэшнер против нашего брака, – ответила я, бросив быстрый взгляд на опекуна. – Вы сами слышали его слова. Боюсь, с тех пор ничего не изменилось, мистер Фрейзер.

- Я сделаю все, что в моих силах, чтобы переубедить сэра Эдварда в том, что являюсь подходящей партией для вас, леди Шерон, – пылко заверил меня Фрейзер. – Мы начали наше знакомство с лордом Дэшнером не на самой удачной ноте, но думаю, еще сможем найти общий язык, – слова прозвучали несколько загадочно. Мне показалось, что Фрейзер уверен в том, что говорит.

– Главное, чтобы вы были согласны стать моей женой, - произнес он и добавил шепотом, - Шерон!

Я промолчала. Пока промолчала, оставив разговор на момент, когда мы останемся наедине. Страшно представить, какой будет реакция Гордона! Я как никогда чувствовала себя бессердечной и глупой.

- Вижу, вы приобрели в столице новое платье! – наконец обратила на меня внимание Селия. На правах подруги она могла обращаться ко мне без условностей, чем и пользовалась.

- Да! – ответила я, радуясь, что мисс Фрейзер отвлекла меня от Гордона.

- А я так давно хочу вырваться в столицу, чтобы обновить свой гардероб! – мечтательно закатила глаза девушка. – Как мне уже надоели старые туалеты и все эти немодные шляпки, – она посмотрела на меня. – Я надеюсь, что уже скоро мне выпадет шанс поехать в столицу, – добавила таинственно. – Сейчас мне остается только завидовать вам, Шерон.

«Что произошло, пока меня не было?» - подумала я. Гордон и Селия говорили какими-то намеками, на которые Эдвард не обратил внимания. А вот я обратила. Наверное, потому что знала обоих чуть больше и дольше, чем мой опекун.

- Думаю, Гордон с радостью сопроводит тебя в Столицу! – сказала я с мягкой улыбкой.

- О, боюсь мой брат слишком занят делами в поместье, – рассмеялась колокольчиком девушка. – Наши земли не приносят столько прибыли, как владения твоего опекуна! – Селия повернусь к Эдварду, глядя на него не так, как это подобало делать леди. Никакого стеснения. Смотрит ему прямо в глаза и смеется, а Эдвард улыбается в ответ и мне неприятно следить за этим.

- Мне казалось, вы снимаете дом! – задумчиво проговорила я.

- Разве? – Гордон посмотрел на меня с мягкой улыбкой, будто я сказала полную чушь. – Вы все не так поняли, леди Уитни. Это моя ошибка. Я должен был сказать вам, что выкупил Розмари-холл, выплатив за особняк и прилегающие к нему земли, в том числе и за участки арендаторов, достаточно приличную сумму.

- Зато теперь мы едва сводим концы с концами, – добавила Селия. – Так что подобный ужин мы не сможем позволить себе еще раз в ближайшие пару месяцев! – и чуть тише, словно делясь сокровенной тайной: - Только, прошу, никому не выдавайте нас! Не хочется, чтобы по округе ходили слухи.

- Конечно же! От меня никто не узнает о вашем положении, – сказала я, вот только мне показалось подозрительным, чтобы Фрейзеры заговорили о своих проблемах так открыто. Раньше я никогда не слышала даже от словоохотливой Селии ни намека, как тяжело им живется. Хотя, сэр Уильям говорил мне, что эта семья нам не чета. И все же, мне нравились и брат, и сестра…до последнего времени. Наверное, знакомство с Дэшнером-младшим и его подозрительность сказались на мне, потому что я стала приписывать Фрейзерам то, чего не было.

Я снова покосилась на опекуна. Но Эдвард оставался спокоен. Признание Фрейзера его не тронуло.

Дальше ужин продолжался в непринужденной обстановке. Лакеи сменили тарелки и вскоре мы перешли к десерту и чаю. Повар Розмари-холл постарался, потому что выпечка и крем с фруктами мне понравились. Уже за чаем продолжилась и беседа. Гордон расспрашивал Эдварда о его доме в столице. Оказывается, Фрейзер навел справки о новом соседе, потому что оказался в курсе того, что Эдвард некогда отказался от службы при его величестве. Я слушала и понимала, насколько мало знаю о человеке, с которым меня связала судьба на ближайшие три года.

- Вы весьма состоятельный человек, – заметил Гордон, обращаясь к Дэшнеру. – И, наверное, понимаю нежелание выдавать воспитанницу за джентльмена, положение которого намного ниже вашего.

Дэшнер криво усмехнулся. Я уже было решила, что опекун ответит что-то в духе прежнего резкого Эдварда, но он счел это невозможным в чужом доме, потому что произнес почти миролюбиво:

- Дело не в вашем положении, мистер Фрейзер!

- Тогда почему вы не отдаете за меня леди Уитни? Я так мечтал повести ее под венец, - Гордон бросил на меня взор, словно в ожидании поддержки. Но я молчала и тогда в беседу вмешалась Селия.

- Мне стало скучно от всех этих разговоров. Я приготовила замечательную пьесу и непременно хочу, чтобы вы все послушали ее и оценили мою игру. Я учила ее несколько дней, и приглашаю вас перейти в музыкальный салон, – мисс Фрейзер первая поднялась из-за стола, не оставляя никому права выбора. Я с готовностью последовала за хозяйкой дома, а мужчины – за нами. Суета слуг, поспешивших убрать со стола, осталась незамеченной, и вот мы вошли в салон, столь любимый Селией, которая была просто без ума от музыки и всего с ней связанного. А я подумала про себя о том, что ее мужу придется не один час сидеть рядом со своей супругой, когда она музицирует. Когда мы сели на диван, приготовившись слушать, я подумала, что не смогу сосредоточиться на исполнении Селии, но ошиблась. Девушка играла великолепно. Было заметно, что она много времени посвящает игре на рояле. Пальцы Селии порхали над клавишами словно легкие мотыльки, выдавая виртуозность исполнительницы. Но едва закончив играть, Селия повернулась к своим слушателям и обратилась к моему опекуну:

- Милорд, я бы хотела чтобы вы мне помогли с нотами.

Эдвард с готовностью поднялся и подошел к инструменту, встав так, чтобы было удобнее переворачивать страницы в нотной тетради. И Селия заиграла снова, а Гордон подсел ко мне ближе и прошептал:

- Мы не могли бы поговорить, леди Шерон? – а заглянул мне в глаза и я поняла: настал час истины. Только в голове мелькнуло подозрение, не случайно ли Селия отвлекла Эдварда?

- Если вас не затруднит, - продолжил Фрейзер, - наедине.

- Но сэр Гордон, - я попыталась запротестовать, но оборвала себя на полуслове, понимая, что не стоит оттягивать неизбежное. – Хорошо, – кивнула, соглашаясь. – Пойдемте.

Я встала, бросив взгляд на опекуна. В этот момент Селия заиграла громко, и Эдвард склонился к ней, потому что девушка привлекла его внимание вопросом. И все же, Дэшнер не потерял меня из виду. Фрейзерам не удалось проделать все незаметно, потому что, едва мы с Гордоном отошли на пару шагов в сторону двери, как перекрывая звуки мелодии, прозвучал голос Эдварда:

- Леди Уитни! Куда вы направились?

Я застыла на месте, а Гордон побагровел от ярости. Селия перестала играть, осознав, что ей не удалось отвлечь Эдварда. Впрочем, нельзя было сказать, что ее огорчил этот факт. Мисс Фрейзер продолжала мило улыбаться, будто ничего не произошло.

- Нам с мистером Фрейзером нужно поговорить, – ответила Эдварду.

И тут Дэшнер меня удивил, дав свое согласие. Видимо, понимал, с какой целью я стремлюсь к этому разговору.

- Только не наделайте глупостей, леди Уитни, – как-то неприятно мягко произнес Эдвард и снова посмотрел на Селию. – Прошу прощения, мисс Фрейзер! Я, кажется, забыл о своих обязанностях, - он услужливо перевернул страницу, а я отвела взгляд и посмотрела на Гордона.

- С одобрения вашего опекуна… - проговорил он и распахнул передо мной двери. – Я не займу вас надолго.

«Еще бы, – подумала я. – Как только узнает то, что я намерена сказать, сразу вернет меня в салон!» - и уже покидая комнату, услышала, как Селия произнесла: - А не выпить ли нам с вами вина, сэр Эдвард? Так сказать, по-соседски. У нас сохранилась бутылочка особенного и очень дорогого красного вина. Думаю, вы по достоинству оцените букет.

Гордон закрыл дверь за моей спиной, не дав услышать ответ Дэшнер.

- Сестра займет Дэшнера, леди Шерон, – сказал мужчина. – А я отниму не так много вашего времени. Позвольте предложить вам прогуляться по галерее на втором этаже. Там есть замечательные полотна прошлого века, которые достались мне вместе с домом, – он предложил мне руку и ничего не оставалось, как принять ее. Только на сердце отчего-то стало неспокойно, словно какая-то тень пронеслась над головой. Фрейзер улыбнулся и повел меня за собой, направляясь к лестнице. А я едва сдержалась, чтобы не оглянуться. Что-то подсказывало мне, что я совершила ошибку, оставив Дэшнера наедине с Селией. Конечно, было глупо переживать за взрослого мужчину, но я никак не могла успокоиться. Гордон, почувствовав мое волнение, осторожно положил свою руку на мою.

- Все будет хорошо, леди Уитни, – шепнул он. – Я обещаю!

***

Селия оставила инструмент и позвонила в колокольчик, вызывая слугу. Когда в музыкальный салон вошел лакей, мисс Фрейзер велела ему принести вино и два бокала.

- Отчего же два? – удивился Эдвард. – Полагаю, леди Шерон и ваш брат тоже захотят попробовать вино.

- Вы правы, – с заминкой, но Селия согласилась, и лакей вышел с приказом принести вино и четыре бокала.

- Вы заботитесь о своей подопечной, что похвально, – мисс Фрейзер, казалось, и думать забыла о музыке. Она прошла мимо Дэшнера и направилась к окну. Встала так, что ему был виден ее идеальный профиль и, не глядя на мужчину, продолжила: - Ваш отец, сэр Уильям тоже очень заботливо относился к Шерри.

- Это моя обязанность, заботиться о леди Шерон, - ответил Эдвард, - и наставлять ее, помимо прочего.

- Конечно, – Селия повернулась к гостю. Улыбка тронула ее губы, сделав девушку еще более привлекательной. Она знала об этом, так как не раз репетировала ее перед зеркалом до тех пор, пока улыбка не стала просто идеальной.

- Но я все же удивлена тому, что вы отпустили Шерри с моим братом, – продолжила Селия. – Мне казалось, вы против этого брака!

- Я против, – согласился Эдвард.

- Но они давно помолвлены, – запротестовала мисс Фрейзер, но от внимания Дэшнера не укрылся ее взгляд, брошенный в сторону дверей. Будто девушке не терпелось выпить обещанного вина.

- Мой отец был против этого брака, – спокойно ответил мужчина. – Я исполняю его волю, которую он четко озвучил в завещании.

- Ах, вот оно что! – улыбка исчезла и мисс Фрейзер стала серьезной. – Я было подумала, что это лишь ваше решение. А оказывается, сэр Уильям так и не смирился с выбором Шерон!

- Не смирился, – согласился Эдвард. – И я поддерживаю его решение, потому что не считаю вашего брата подходящей партией для леди Шерон.

Селия прищурила глаза и улыбнулась.

- Вы столько откровенны, милорд? – спросила она тихо. – Означает ли это, что вы позволили своей воспитаннице посетить наш дом только с одной целью: чтобы она порвала с Гордоном?

- Именно так. Мне нравятся умные женщины, мисс Фрейзер! А вы, несомненно, умны.

Селия усмехнулась, прекрасно понимая, что он имел в виду. Ситуация стала напряженной и девушка не знала, что сказать. Положение спас стук в дверь и вошедший лакей, поднос с обещанным вином и бокалами.

- Поставьте на стол, – велела хозяйка дома. Слуга повиновался, а затем вышел, оставив господ наедине.

- Хорошо, – сказала Селия. – Я прекрасно поняла ваше желание оградить Шерри от моего брата. Полагаю, именно в этот момент Шерон разбивает его сердце своим отказом.

- Искренне на это надеюсь, – кивнул Эдвард. – Но рассуждая о разбитом сердце, вы лукавите, мисс Фрейзер. Я знаю о том, что ни она, ни, тем более, ваш брат, не испытывают друг к другу чувств любовного характера.

- Не нам судить, – ответила Селия резче, чем хотела. Она понимала, что если продолжит лить «патоку», то Дэшнер может заподозрить ее в том, что она и ее брат что-то затевают. Эдвард смотрел настороженно! А Селии непременно нужно было осуществить задуманное.

«Каков мерзавец! – подумала девушка. – Как только станешь моим супругом, заставлю прыгать на одной ножке по взмаху руки!» - решила Селия, но вслух произнесла: - Давайте выпьем вина. Нам с вами делить нечего. А Шерон, - она сделала паузу и многозначительно посмотрела на гостя, прежде чем продолжить, - если пожелает, сможет выйти за Гордона спустя три года. Время, знаете ли, имеет свойство лететь удивительно быстро. А когда леди Уитни станет совершеннолетней, ни вы, ни кто-то другой не смогут помешать ей составить свое счастье с моим братом.

- Вы можете думать все, что только пожелаете, – кивнул, соглашаясь Дэшнер. – Я не имею права и не стану вас переубеждать. Так что, позвольте мне разлить вино по бокалам, раз уж вы отпустили слугу.

- Только хотела вас об этом попросить! – ответила мисс Фрейзер и, проследив за тем, как Эдвард подошел к столу и взял в руки бутылку, подумала: «А ты оказался совсем не прост, лорд Дэшнер. Тем интереснее станет наша совместная жизнь!». Она едва не рассмеялась, представив себе, как изменится по отношению к ней Эдвард после того, как отведает зелье, сваренное тетушкой Лавинией.

Тем временем Эдвард ловко достал пробку, отметив, что слуги облегчили ему задачу уже откупорив бутылку. Небрежно бросив пробку на поднос, Дэшнер разлил вино по бокалам и поставил бутылку с остатками напитка на стол, повернувшись к хозяйке дома.

- Полагаю, нам стоит дождаться возвращения остальных, – предложил он. – Надеюсь, мне будет что отметить!

- Отчего же? – пожала плечами Селия и шагнула к мужчине. Быстрый взгляд зеленых глаз скользнул по бутылке, в которой еще оставалась четверть хмельного напитка. Подняв взор на Дэшнера, она добавила: - Давайте выпьем! Там еще достаточно вина, чтобы мы после выпили все вместе, когда Гордон и Шерри вернутся, – Селия протянула руку за бокалом, но Эдвард опередил ее. Взял осторожно хрусталь и подал девушке, неловко задев своими пальцами ее руку, отчего Селия неожиданно вздрогнула.

- Что-то не так? – лучезарно улыбнулся Эдвард и поднял второй бокал.

- Нет, – ответила мисс Фрейзер и отступила на шаг. – Все в порядке! – она отсалютовала бокалом. – Ваше здоровье, милорд, – а сама не удержалась, глядя как лениво, словно пресытившийся любовник, Дэшнер подносит к своим губам бокал с вином. Только прежде чем выпить, он вдохнул аромат напитка и посмотрел на Селию, продолжая улыбаться.

- Чудесный букет, – проговорил мужчина.

- О, да! – согласилась она. – Мы держали эту бутылку специально для такого знаменательного случая. Правда, я надеялась, что поводом станет объявление про свадьбу моего брата, пока вы не открыли мне глаза на истинный смысл вашего приезда в Розмари-холл. И все же, даже несмотря на это, вино открыто. Давайте просто выпьем, милорд, за то, чтобы в наших семьях царила гармония и счастье.

- Отлично сказано, мисс Фрейзер, – одобрил Эдвард и поднес бокал к губам. Взгляд Селии вспыхнул в ожидании, а Дэшнер, прикрыв глаза, сделал глоток. В тот же самый миг за дверью раздались быстрые шаги и, прежде чем Селия успела что-то сказать или предпринять, дверь распахнулась и в комнату ворвалась Шерон. Эдвард повернулся на звук шума и, открыв глаза, посмотрел на девушку.

- Проклятье! – воскликнула Селия, привлекая к себе внимание гостя, но Дэшнер во все глаза смотрел на свою воспитанницу и его взгляд менялся, от удивленного, до какого-то непонятного, словно мужчина видел перед собой Шерон и не узнавал. Затем он моргнул. Его взгляд приобрел прежнее выражение и надменная улыбка тронула губы Эдварда.

Глава 4

Не ожидала, что Гордон окажется таким! А ведь отец, предупреждал меня, что Фрейзер не тот, за кого себя выдает. Но я была слепа. Мне хотелось видеть в приятном молодом мужчине настоящего джентльмена! Человека, за которым я бы чувствовала себя как за каменной стеной! А он… У меня даже нет, чтобы описать его поведение. И ведь ничего не предвещало подобного с его стороны. Конечно, я знала, что Фрейзер расстроится. Он имел право сердиться на меня, но, чтобы действовать так бессовестно! Я не оказалась готова. Да и какая леди примет грубость от человека, кто всегда ей казался, если не эталоном добропорядочности, то крайне приятным и честным человеком.

А ведь ничего не предвещало беды! Мы вышли, оставив Эдварда на Селию наедине. Я была убеждена, что мисс Фрейзер из кожи вон вылезет, чтобы развлечь своего соседа. В том, что у девушки есть определенные планы на моего опекуна, сомнений не было. Я понимала ее. Эдвард был всем хорош: богат, красив, а при желании мог быть вполне обходительным и милым. А Фрейзеры, как стало понятно из нашего разговора, произошедшего за столом, нуждались в средствах. Уж я-то знала, что денег у после смерти сэра Уильяма, предостаточно даже, чтобы удовлетворить самую притязательную леди. Да и без наследства отца Эдвард, скорее всего, не был бедным. Дом в столице говорил о многом. Видимо, покойная матушка оставила сыну значительное состояние. Так что, я понимала подругу, но не переставала тревожиться, а потому, слова Гордона, сопровождавшего меня на галерею второго этажа, увешанную картинами, слушала невнимательно. Это раздражало, поскольку я должна была сейчас думать о Фрейзере, а все мои мысли занимал опекун.

- Шерон! – Поднимаясь по ступеням, Фрейзер подхватил меня под локоть. Прикосновение было бережным и выражало всю внимательность мужчины ко мне. Стало даже неловко от того, что я вынуждена отказать этому замечательному человеку.

«Он поймет, - подумала я. – Гордон такой милый. Он не может не понять!»

- Вы кажетесь мне несколько напряженной, – продолжил мужчина. – Могу ли я вам помочь?

- Нет. Пустое, – ответила я и, преодолев последние ступени, мы оказались наверху. Фрейзер предложил мне руку, и я приняла ее. Впереди был неприятный разговор и вряд ли мы потратим время на любование картинами галереи.

- Мне кажется, в вас что-то неуловимо изменилось, леди Шерон! – проговорил Гордон. – Влияние лорда Дэшнера пагубно сказывается на вашем характере.

- Вы так полагаете? – я удивилась, повернув лицо к своему спутнику.

- Конечно. Ведь раньше вы были более откровенны со мной, а вот сейчас идете рядом и полны таинственности. Впрочем, меня всегда привлекала эта черта в женщинах, - он мило улыбнулся. – Полагаю, между нами все по-прежнему в силе? Я постараюсь уговорить вашего опекуна дать нам разрешение на брак!

«Уж не с помощью ли сестрицы?» - мелькнула догадка. Вслух же я произнесла: - Боюсь, это невозможно. Лорд Дэшнер не из тех, кто просто так меняет свои решения.

- Вы не верите в меня, леди Уитни? – с легкой обидой в голосе сказал мужчина и остановился передо мной, преграждая путь. – Так нельзя. Будущая жена должна верить в своего мужа.

Я даже было открыла рот, чтобы ответить, но Гордон продолжил:

- Если не получится уговорить вашего опекуна сейчас, я согласен ждать вас даже три года, потому что вы, - последовала пауза, во время которой я успела закрыть рот и перестала выглядеть глупышкой, - потому что вы не безразличны мне. Я только недавно понял это. Когда шанс потерять вас открыл мне глаза на правду. Оказывается, все это время я и не знал, насколько дорожу вашей дружбой и как сильно хочу, чтобы наши общие мечты осуществились, – закончив говорить, Фрейзер шагнул ко мне, сокращая расстояние между нами. Его руки обхватили мою талию и в один удар сердца, мужчина прижал меня к себе. Его рот накрыл мои губы в мягком, но настойчивом поцелуе и я замерла, не в силах поверить в происходящее. Руки Фрейзера обхватили меня словно стальными тисками не позволяя вырваться. А у меня съеденное за ужином стало плавно подниматься наверх. Я поняла, что если сейчас Гордон меня не отпустит, я просто извергну все, чем меня угощали, прямо на него!

Подняв руки, нашла в себе силы оттолкнуть Гордона. Его лицо показалось немного удивлённым, а взгляд зеленых глаз, затуманенных и потемневших от страсти, напугал меня до дрожи в коленях. Зато тошнота сразу отступила. - Нет! – выдохнула я и вытерла ладонью губы.

- Что? – взгляд Фрейзера быстро изменился. Еще секунду, назад затянутый поволокой желания, он вмиг приобрел пугающую резкость и глубину. – Нет? – повторил Гордон, словно не веря своим ушам.

- Я не могу принять вашу любовь, мистер Фрейзер, – залепетала я. – Я очень виновата перед вами и знаю это. Но прошу понять меня и принять отказ, потому что я не выйду за вас, - а в голове мысли простучали гулким набатом: «Даже через три года!» - и теперь я знала это точно. Мне не нравилось, как он целует меня. Тошно было представить, что я буду делить с ним постель и терпеть его поцелуи и прикосновения. Ведь счастье, детей и дом, где моему сердцу будет тепло и уютно, я могу построить с тем, кто мне действительно будет дорог! Ах, как же был прав Эдвард, и как глупа и наивна была я!

- Вы отказываете мне? – нахмурился Фрейзер. Его лицо потемнело от гнева. Я впервые видела мужчину таким. Выражение его глаз пугало. Захотелось развернуться и помчаться прочь, под защиту Дэшнера и Селии. Но я не позволила слабости взять над собой верх и осталась стоять, понимая, что должна объясниться с Гордоном.

- Я искренне прошу прощения у вас, мистер Фрейзер, – произнесла, неловко отступив на шаг.

- Прощения? – он вскинул брови. – Мне кажется, это влияние лорда Дэшнера, – добавил Гордон. – А стервец оказался куда более ловким, чем его отец. У сэра Уильяма не получилось разлучить нас, но это почти удалось сделать его сыну! Только, Шерон! Поверьте, я сумею заставить Эдварда изменить решение! Мы еще будем счастливы.

Он шагнул ко мне, а я невольно вздрогнула, глядя в болотные глаза мужчины. Сделалось жутко. Я поняла, что совсем не знаю этого человека! Вот только бежать пока не могла, все еще глупо надеясь, что он примет мой выбор.

«Не поймет! – вдруг вспыхнула мысль в голове. – И не примет. Ты не нужна ему! А если и нужна, то не в качестве любимой женщины, а только как та, кто принесет деньги его семье. Как Эдвард для Селии! И не более того!» - подумала и мне вдруг стало стыдно за подобные мысли. Я пыталась оправдать порыв Гордона! Ведь, целуя меня, он искренне полагал, что целует свою невесту!

- Не знаю, как лорду Дэшнеру удалось повлиять на вас, Шерон, но я обещаю, что мы…

- Простите, мистер Фрейзер. Я не могу принять вас и ваши чувства, – продолжила стоять на своем. – Это мое решение. Я сделала его, руководствуясь тем, что подсказало мне сердце. Боюсь, мой опекун ничего не сделал для того, чтобы разлучить нас. Я просто не люблю вас, Гордон!

- Не любите? – тон голоса бывшего жениха резко изменился. – Кажется, мы с вами не говорили о любви! Разве не вас еще недавно устраивал тихий быт и дети в дополнение к оранжерее? Мы не говорили о любви, но я обещал вам свое уважение! Но теперь вам этого мало? Нужна любовь? Так дайте мне шанс, Шерон, и я смогу заставить вас полюбить меня.

- Нет, – я покачала головой. – Я не смогу, – не говорить же прямо, что меня едва не вырвало от его поцелуя!

- Прошу, давайте останемся друзьями. Я всегда буду рада видеть вас в Дэшнер-холле, а милорд…

Фрейзер не позволил мне закончить. Он сделал шаг и расстояние между нами было сокращено до предела. Гордон снова оказался слишком близко и я испугалась. А когда мужские руки по-хозяйски сгребли меня в охапку, едва не закричала от ужаса. В следующий момент Гордон подхватил мне на руки и, резко развернувшись, понес было прочь от лестницы в глубину дома.

- Все можно упростить, – произнес он. – И как я раньше не подумал об этом?

Слова мужчины заставили мое сердце испуганно сжаться. Именно тогда я и ударила Фрейзера по лицу. Только для милого и нежного создания, которым меня всегда считал Гордон, удар вышел достаточно сильным. Удивившись моему поведению, мужчина ослабил хватку и мне удалось вырваться. Я оказалась на ногах и, прежде чем Фрейзер одумался, бросилась бежать, забыв о приличиях. Меня гнал страх и осознание того, что со мной мог сделать Гордон. Даже подумать страшно! А за спиной гулко раздавались шаги моего преследователя и его дикое: «Шерон!» - от которого я побежала еще быстрее. Сердце стучало так, будто хотело вырваться из груди. Я же думала только о том, что произойдет, если Фрейзер догонит меня! А еще хотела как можно быстрее оказаться под защитой опекуна. Что-то подсказывало: если кто и сможет меня защитить, это Дэшнер!

На ступенях я едва не упала. Подвернула ногу и просто чудом успела вцепиться в перила. Потеряв время, на секунду оглянулась и увидела, что Гордон приближается. Он оказался ближе, чем я думала. Страх поднялся комом в горле. Не знаю, как мне удалось, но я на мгновение призвала магию и потянулась к камням, из которых были выложены ступени. Хотела поднять их, чтобы задержать преследователя, но мгновенно осознала бессмысленность этой затеи. Сил мне все равно не хватило бы, да и камень оказался мертвым. А такие не отзываются даже на зов самого сильного мага. Тогда я поднялась и снова побежала.

- Стойте, Шерон! – прогремел голос Фрейзера за спиной. Слишком близко. Опасно близко! – Вы меня неправильно поняли! Я не хотел обидеть вас, просто ваш отказ помутил мой рассудок! Прошу, позвольте мне все объяснить!

Он кричал что-то еще, но я и не думала останавливаться. Как назло, навстречу не вышел ни один слуга. И только позже я вспомнила, как мало их было в Розмари-холле.

Вот и заветная дверь. Гордон больше не кричал, умоляя меня остановиться. У самой двери, когда я вцепилась пальцами в ручку и дернула на себя, распахивая ее, на миг показалось, будто рука Гордона коснулась моего плеча. Нет, я даже была уверена, что ощутила цепкую твердость его пальцев, но остановить меня Фрейзер уже не смог.

Я ворвалась в гостиную и первым делом отыскала взглядом опекуна. К моей радости, он тут же посмотрел на меня, видимо, удивленный столь неожиданным появлением и, полагаю, внешним видом. Скорее всего, моя прическа растрепалась от быстрого бега. Я была уверена, что растеряла большую часть шпилек, да и платье сбилось от бега. Глаза определенно были полны ужаса. Раскрасневшееся лицо вряд ли выглядело сейчас таким же привлекательным, как личико Селии, кто едва взглянув на меня, отчего-то рассвирепела и произнесла слово неприличное для девушки ее положения!

Проклятье! Вот что она сказала, но мне сейчас было не до мисс Фрейзер. Оглянувшись, я увидела, что за спиной никого нет. Как же так? Ведь я была уверена, что Гордон почти поймал меня! Ведь почувствовала его прикосновение к своему плечу! Но глаза меня не обманывали: Фрейзера не было ни на пороге, ни за ним. Я снова перевела взгляд на Дэшнера. Опекун застыл, продолжая смотреть на меня. В его руке был бокал. Точно такой же держала и мисс Фрейзер. Кажется, пока ее брат пытался скомпрометировать меня, они тут спокойно распивали вино! В душе поднялись раздражение и злость, но я быстро поняла, что напрасно обижаюсь на Эдварда. Я сама ушла с Гордоном, оставив его вместе с Селией. И не вина Дэшнера, что Фрейзер оказался таким подлецом.

- Шерон! – опомнился Дэшнер и шагнул было ко мне, но вдруг покачал головой и, развернувшись к столу, взял бокал с вином, и только после этого приблизился.

- Что случилось? – спросил Эдвард. Его глаза, ставшие ужасно темными, странно сверкнули. – На вас лица нет! Вы бежали? – он сам протянул мне бокал. – Вот. Выпейте, успокойтесь и расскажите мне, что произошло. И где, черт подери, хозяин дома? Вы ведь уходили вместе с ним,

– Дэшнер затем почти насильно заставил меня взять бокал. Сам же одним махом осушил свой, при этом глядя мне в глаза, так пугающе пристально, что я едва не подавилась своим вином.

- Смотрите на меня, Шерон, – приказал опекун. Свободной рукой он обхватил мой подбородок и приподнял, так, чтобы не мешать мне пить и при этом не разрывать наш зрительный контакт. Кажется, в этот момент Селия Фрейзер снова выругалась, но я не расслышала слов. Вино оказалось очень вкусным и сладким, и действительно, мне стало немного спокойнее.

- Может быть, это и правильно, – проговорил несколько загадочно Эдвард. Улыбка тронула его губы, а я непонимающе прищурила глаза.

- Милорд… - сказала, чувствуя, как голова начинает кружиться. То ли от пережитого, то ли от вина, ударившего в голову и оказавшегося довольно крепким.

Едва я сделала последний глоток, как Эдвард забрал у меня из руки бокал, после чего повторился:

- Что произошло, Шерон? Вы бледны. Ваше платье и волосы в жутком состоянии.

- Милорд, – ответила я, ощущая, как по телу разливается удивительное тепло, которое лишало меня сил говорить. – Поедемте домой. Мне дурно.

- Шерон! – Эдвард отшвырнул бокалы прочь, когда понял, что я падаю. А я даже не успела ничего произнести. Перед глазами вспыхнула темнота. В голове мелькнула мысль, что это все от вина и из-за Гордона и, проваливаясь в беспамятство, я ощутила, как руки опекуна подхватывают меня, когда мир померк.

Гордон понимал: сейчас ему не стоит идти за Шерон. Поэтому сообразив, что ему ее не остановить, шагнул в темноту, скрываясь, словно вор в собственном доме. Он надеялся выждать несколько минут, а затем заявиться, сделав вид, что ничего не понимает в случившемся. Главное, он успел коснуться ее своей магией до того, как она ворвалась в гостиную. Теперь девушка, пусть на время, но забудет о том, что произошло. А ему хватит и Селии, чтобы закончить начатое.

«Отказала! – стоя в темноте и глядя на распахнутую дверь, за которой оставались его сестра и гости, думал мужчина. – Как посмела? Неужели Дэшнер нашел ей в столице кого-то другого?» – определенно, это многое бы объяснило. А ведь он не сомневался в ней. Верил, что с Шерон у него получится семья, именно такая, о какой он, если не мечтал, то надеялся иметь. Да, любовью между ними и не пахло, как говорят простолюдины, но Шерон по-своему привлекала его, и Фрейзеру понравилось целовать ее девственные губы, принадлежавшие только ему одному. Но она взяла и все испортила. Правда, если подумать более спокойно, то получалось, будто все испортил Эдвард Дэшнер и его появление в жизни Шерон.

Голоса из гостиной были едва слышны, а затем и вовсе стихли. Лишь тогда Фрейзер вышел из тени и шагнул вперед, уверенный в том, что увидит. Вот только из представленной им картины, совпал лишь один пункт: леди Уитни лежала на руках своего опекуна. Все остальное неприятно поразило хозяина Розмари-холла.

Его сестра, потемнев лицом и с выражением крайнего раздражения, стояла у стола, сжимая в руках бокал, полный вина. Она была первой, кто увидел Фрейзера, но не улыбнулась, встретив его взгляд. Она ничем не показала, что почти идеальный план по очарованию лорда Эдварда состоялся. И тогда страшное подозрение закралось в голову Гордона! «Не смогла! Не успела, или попросту что-то пошло не так!» - это были первые мысли, посетившие его голову. Селия выглядела такой злой и одновременно, виноватой, что Фрейзер перестал сомневаться в произошедшем и бросился к Шерон.

- Позвольте мне, – проговорил он, протягивая руки к леди Уитни. В тот же миг под ногами захрустело стекло, но Фрейзер не опустил глаз, понимая, что это, видимо, бокал, который Дэшнер бросил, чтобы подхватить девушку, падающую без чувств.

- Нет! - последовало короткое, и Эдвард подхватил Шерон на руки, шагнув к дивану. Опустив ее на мягкую поверхность, Дэшнер распрямил спину и, резко развернувшись к хозяину дома, зло спросил:

- Что вы сделали с ней, Фрейзер? Она уходила с вами, а вернулась одна, да еще и в такой спешке? – после чего маг шагнул прямо к Гордону, явно намереваясь схватить Фрейзера за грудки и хорошенько встряхнуть, чтобы добиться признания.

- Ничего я не делал! – ответил протестующе хозяин Розмари-холла. – Шерон сказала мне о своем решении, и я, конечно же, расстроился и принялся умолять ее дать мне шанс уговорить вас сменить гнев на милость. Но она так расчувствовалась, что пыталась заверить меня, будто вы никогда не позволите нам быть вместе. Затем Шерон убежала прочь, добавив, что не может больше находиться со мной рядом после того, как была вынуждена порвать со мной и нашими мечтами о счастливой жизни!

- Если вы тронули ее хотя бы пальцем, Фрейзер, я уничтожу вас! - на скулах Дэшнера заходили желваки. Темная ярость поднялась в его душе, но он подавил всплеск силы, смерив презрением своего оппонента. Эдвард знал: когда Шерон придет в себя, она расскажет ему обо всем, что произошло. И Дэшнеру искренне хотелось, чтобы у него появился повод прибить гадкого жениха, да так, чтобы места мокрого от Фрейзера не осталось!

- Да как вы смеете? – воскликнул в ответ Гордон. – Я люблю вашу подопечную и мечтаю, чтобы она стала моей женой! И только вы являетесь препятствием к нашему браку!

Все это хозяин дома проговорил довольно четко, чтобы у Дэшнера не закралось подозрение в обмане. Гордон прекрасно понимал: даже когда действие магии закончится, Шерон не расскажет своему опекуну о его поступке. Какая девушка признается в том, что ее едва не обесчестили? Да ни одна приличная леди не покроет себя позором, поведав о таком! Впрочем, насиловать бывшую невесту Фрейзер не собирался. А вот выставить все в подобном свете так, чтобы у Дэшнера не осталось иного выбора, кроме как отдать Шерри и благословить ее на брак, он мог и хотел попытаться. Но все пошло наперекосяк! Да еще, судя по выражению лица Селии, она тоже потерпела жалкое поражение. «Что же тут произошло, пока меня не было?» - подумал Гордон, во все глаза глядя на Дэшнера. Как человек жесткий и решительный, Эдвард должен был соответственно и, потому Фрейзер почти не удивился, когда его сосед произнес:

- Прошу подать нашу карету. Мы уезжаем!

Гордон с сестрой переглянулись, и мисс Фрейзер выступила вперед.

- Не лучше ли будет перенести Шерри в мою комнату? – ее голос дрогнул и это не укрылось от внимания мужчин. Но оба сделали вид, будто не поняли подобного срыва. Селия продолжила: - Я велю принести нюхательные соли! Бедняжка переволновалась. Да и кто бы на ее месте выдержал такой удар? – и добавила чуть тише, с упреком в сторону гостя: - Шерри так долго мечтала о свадьбе с Гордоном. Но вы поступили жестоко!

- Велите подать экипаж, – холодно ответил Эдвард. – Мы с леди Уитни покидаем ваш дом и да, кстати, - Дэшнер взглянул на Селию с таким выражением на красивом лице, что она невольно вздрогнула, отступив.

- Я благодарен вам за вино, – двусмысленно проговорил гость. – Оно мне очень помогло. Но впредь не советую повторять со мной нечто подобное. Иначе я буду вынужден прибегнуть к радикальным мерам, - губы мага тронула улыбка, а Селия побледнела, прекрасно понимая смысл его слов.

- Как хорошо, что мы поняли друг друга, - Эдвард он перевел взор на хозяина дома, - искренне надеюсь, что вы не имеете отношения к подлости вашей сестры, Фрейзер, но сильно в этом сомневаюсь!

Дэшнер с легкостью поднял на руки свою воспитанницу и шагнул к двери, понимая, что никто не собирается отправлять слугу за каретой. Гордон заступил было дорогу Эдварду, но маг лишь покачал головой, словно говоря: «Очень не советую даже пытаться меня остановить!». Глаза соседа опасно сверкнули, и Фрейзер отошел в сторону, а вот Селия бросилась следом, но не для того, чтобы остановить гостя. Нет. Она вызвала слуг, которые, в свою очередь, позаботились об экипаже.

«Когда он понял? – думала она с волнением. – Неужели, сразу распознал зелье?"

Девушка оставалась на ступенях крыльца и тогда, когда Эдвард осторожно забрался в салон со своей ношей. И даже когда свистнул хлыст, рассекая воздух, она продолжала стоять и смотреть вслед удаляющемуся экипажу, зная, что вскоре ей предстоит серьезный разговор с братом. Но что ему сказать? Как объяснить, почему ничего не получило? Селия знала только одно: Дэшнер каким-то образом, разгадал ее план. Братец что-то не учел, раз Шерон вернулась так не вовремя, да еще и в таком жалком состоянии!

«Неужели он пытался...?" - подумала Селия. Но нет. Она узнает все от Гордона, когда вернется в дом.

Девушка подняла голову и посмотрела на медленно падающий снег. Поежившись, Селия вошла в здание, заметив, что в дверях ее уже ожидает лакей с плащом в руках.

- Вы можете заболеть, мисс Фрейзер, – проговорил слуга и кивнув, Селия приняла из рук лакея плащ. Но почти сразу бросила его, едва переступила порог гостиной, где ее дожидался Гордон.

- Ты не пошел проводить лорда Дэшнера! – попеняла брату Селия.

Гордон встретил ее мрачным взглядом, который ничего хорошего не мог предвещать.

- Закрой немедленно дверь, – приказал мужчина и мисс Фрейзер послушно выполнила приказ. Когда Гордон находился в подобном, крайне скверном расположении духа, она всегда старалась ему ни в чем не перечить. Вот и сейчас девушка приготовилась отвечать за свой промах, хотя вины не ощущала.

- Почему Эдвард не выпил вино? – Фрейзер подошел к сестре. Взгляд его глаз, из болотного цвета стал почти черным.

«Злится!» - поняла девушка. Еще бы! Мало того, что план развалился будто карточный домик на ветру, так еще и Дэшнер, видимо, обо всем догадался! А значит, не ставит это просто так, что совсем не радовало Селию.

- Он выпил, - ответила девушка.

- Тогда я не понимаю, что, черт подери, произошло?

- Это я не понимаю, какая муха укусила тебя напугать Шерон настолько, что она сбежала от тебя испортила наши планы своим появлением! Эдвард должен был посмотреть на меня, понимаешь! На меня. И тогда бы я выпила свое вино, закрепив результат. Но пришла она и Дэшнер так уставился на Шерон, будто увидел впервые!

- Я не собирался ее пугать, - резко ответил мужчина. – Но она вывела меня из себя! Видишь ли, вздумала пойти на попятную! Отказала мне! А ведь я ждал так долго! Обивал пороги ее дома и терпел выходки сэра Уильяма!

- Она отказала тебе? – удивилась Селия и уже иначе посмотрела на брата. – Забрала назад свое слово?

- Именно так, - прорычал Гордон. – Видишь ли, оказывается, она меня не любит и сделала для себя важное открытие, что хочет выйти замуж по любви. Но мне кажется, это Дэшнер нашел другого претендента. Этот Эдвард приносит одни проблемы! - Быть такого не может! – Селия передернула плечами, словно от озноба. На миг ей даже показалось, будто в помещении стало холодно, то ли от магии брата, то ли просто в соседней комнате слуги открыли окно, отчего потянуло зимней стужей. – Шерон всегда была такой ответственной, – продолжила мисс Фрейзер. – Она не могла забрать данное слово! Это просто не в ее стиле! Ей бы духу не хватило, ведь она из тех куриц, которые держаться за свою честь!

- Но она сделала это, – Гордон отошел от сестры, направившись к окну. Встал так, чтобы Селия видела его профиль, и, сложив руки на груди, спросил: - Значит, зелье подействовало, но не так, как мы рассчитывали.

- Это не такая уж беда, – мягко напомнила сестра. – Ты же взял средство, которое снимет действие зелья! Значит, нам надо просто заставить Дэшнера выпить его. У нас есть человек в Дэшнер-холле! Она и постарается исправить нашу ошибку. Но знаешь, - Селия переплела руки на животе, задумчиво глядя в пространство. Вспоминая выражение лица Эдварда, когда он сделал первый глоток вина, и после, когда заставил выпить бокал леди Уитни. Он проделал все так, будто знал, что именно делает! Тетушка Лавиния была мастером по зельям, а значит, он ничего не мог почувствовать в вине! Или, все же, мог?

«Что мы вообще знаем об Эдварде Дэшнере? – подумала мисс Фрейзер. – Ничего! Род Дэшнеров славится своей силой, хотя маги из поколения в поколение рождались с определенным даром. Но, возможно, у его матери была какая-то особенная магия, которая и передалась сыну?»

- Мы потеряли время, - вздохнул Гордон. – Сейчас ты уже должна была очаровывать нашего дорогого гостя, а я... - он выругался, - но вместо этого они уехали, а мне пришлось повлиять на состояние Шерон. Но она придет в себя и…

- И ничего не расскажет своему драгоценному опекуну, – заявила уверенно Селия. – Ты просто напугал ее. Завтра же езжай и извинись! Пороги оббивай, только, чтобы простила. Объясни, что с ума сошел, когда она отказала тебе!

- Если Шерон расскажет все Дэшнеру, меня не пустят даже на порог, – посмотрел на сестру Фрейзер.

- Не понимаешь ты женщин, дорогой братец, – Селия попыталась успокоиться. – Она не расскажет. Придумает для тебя массу оправданий. Поговори с ней. Переубеди в своей невиновности! Скажи, что просто хотел показать, как сильно любишь!

Брат приподнял брови и усмехнулся.

- Разберемся, – ответил он. – Я не собираюсь оставлять все так, как есть.

- Но что, если сэр Эдвард понял, что мы хотели опоить его? – осторожно заметила девушка.

- Лавиния не могла подсунуть мне никчемное зелье! – уверенно ответил Гордон. – Или ты что-то заметила подозрительное?

- Заметила, – призналась Селия и принялась пересказывать все, что видела и что произошло на ее глазах. По мере того, как Гордон слушал, лицо его бледнело, а после и вовсе покрылось пятнами.

- Быть такого не может!

- Тетка не могла нас обмануть, но Эдвард! Мы же ничего не знаем о его магии!

- Значит, узнаем, – зло проговорил Фрейзер и отвернулся от сестры, глядя в окно, туда, где на черном полотне ночи, зима рисовала белые узоры, рассыпая снежинки и поднимая ветер, обещавший к утру мороз.

***

За окошком экипажа валил снег. Вот еще минуту назад это были лишь единичные, робкие снежинки, большие и пушистые. И падали они, кружась неспешно и завораживающе. Но затем подул ветер и начался самый настоящий снегопад, отчего Эдвард решил, что не так уж и плохо, что до Дэшнер-холла от особняка Фрейзеров ехать всего ничего.

Карета покачивалась. Ранее, кучер, завидев, что господин выносит из дома бесчувственное тело леди Уитни, если и удивился, то виду не подал. Только глаза опасно вспыхнули, и Эдвард понял, что это из-за молодой хозяйки, которую в Дэшнер-холле любили. Видимо, слуга испугался за госпожу, а потому торопливо запрыгнул на козлы, ожидая приказа ехать. Уложив девушку, Дэшнер крикнул: «Трогай!» - и вот уже несколько минут, как они покинули пределы чужого имения, возвращаясь домой.

Прикасаясь ко лбу воспитанницы, Эдвард понимал, с ней все в полном порядке. Нет, конечно, не было ничего хорошего в том, что Шерон лишилась чувств и, видимо, это была вина Фрейзера. Но пока Дэшнер не стал действовать под влиянием гнева и решил сначала позаботиться о леди Уитни, а уж после, когда она придет в себя, разобраться, что произошло.

«Если этот мерзавец ее хоть пальцем тронул, - подумал Дэшнер, ощущая, как в груди разливается ярость и желание вернуться, чтобы свернуть шею Фрейзеру, - я его в порошок сотру!».

Но могло случиться и так, что девушка просто переволновалась, объясняясь с бывшим женихом. И все же Эдвард ругал себя за то, что согласился посетить Розмари-холл сразу по возвращении из столицы. Ему следовало настоять, чтобы Шерон прежде отдохнула. А вместо этого он, как последний эгоист, позволил ей отправиться к Фрейзерам, чтобы поставить точку в ее отношениях с мужчиной, которому она когда-то дала слово. Но приезд Гордона просто вывел его из себя, словно вызов, который он принял, позабыв обо всем на свете. Эдвард хотел лишь вычеркнуть Фрейзеров из жизни леди Уитни, и из своей. В итоге проучилось то, что получилось.

Дэшнер опустил взгляд на лицо Шерон. Она по-прежнему была бледна, а ее рука, которую Эдвард взял в свою, показалась холодной, и мужчина поднес ее к губам, согревая дыханием. Бледная и измученная, с растрепанными волосами и приоткрытыми полными губами, она привлекала его еще сильнее, чем, когда стояла с прямой спиной, там, на лестнице, перед отъездом в гости, позволяя рассмотреть свое новое унылое платье, купленное в городе.

«А ей совсем не идет серый!» - мелькнула мысль в голове мага. Он позволил себе представить будущую жену в шелках ярких цветов. В пышных и дорогих платьях, открывавших изящную шею и идеальные плечи. Она определенно могла произвести фурор на балах. Толпы поклонников окружали бы его воспитанницу, позволь Эдвард выйти Шерон в свет. Но он не разрешит. Не теперь, когда выпил проклятое вино в Розмари-холле. Хотя, может быть, все получилось так, как должно было быть. Он почти не жалел о принятом решении.

Карету подбросило на ухабе, и Эдвард обхватил рукой плечи Шерон, прижимая ее к себе и не позволяя упасть. Бросив взгляд в окно, маг увидел, что до дома осталось минута пути.Скоро экипаж подъедет к крыльцу, а уж там их обязательно встретят слуги. Шерон сейчас просто необходим покой, но на всякий случай, стоит послать за доктором Говардом, чтобы убедиться в том, что леди Уитни все в порядке. Но вот и дом. Родовое гнездо, которое совсем не было для него таковым.

Эдвард невольно задумался о том, что бы сказала Шерон, и как повела себя, узнай правду? Но она не узнает. Он проследит за тем, чтобы девушка оставалась леди, а не какой-то дочерью сэра Уильяма. Хватит и того, что он сам носит в себе тайну собственного рождения. Никто и никогда не принял бы его в обществе, если бы все стало известно. Люди бывают злы к тем, кто не является такими, как они. Подобная мысль угнетала Эдварда и он понимал, что не станет расстраивать Шерон. Пусть считает, что ее родителями были никому не известные Уитни. Иногда ложь бывает во благо.

Глава 5

Эдвард взглянул на дом. Над массивной дверью горят огни, а слуга с фонарем в руках, уже встречает хозяев, спеша по ступеням к остановившейся карете. Дэшнер услышал стук тяжелых сапог – это кучер спрыгнул на землю, торопясь открыть перед господами дверцу экипажа. Раздался легкий скрип двери и в проеме показалось его обеспокоенное лицо.

- Милорд! – проговорил кучер, распахивая ее и глядя в темноту салона. – Леди Уитни? Как она?

- Помогите мне! Придержите чертову дверь, – сухо обронил в ответ Дэшнер и, подняв на руки девушку, стал осторожно выбираться из экипажа.

Под ногами захрустел снег. Дэшнер едва обратил внимание на то, что слуги расчистили ступени и дорогу перед домом. Прижимая к груди свою бесценную ношу, он едва не бегом, поднялся по лестнице и вошел в дом. Следом юркнул лакей, тараща глаза на хозяина и хозяйку, тряпичной куклой обмякшую на руках Дэшнера.

- Милорд! – слуга поставил фонарь на пол и потянулся было за плащом хозяина.

- Не сейчас! – рявкнул Эдвард. – Разбудите служанок леди и будьте любезны, отправьте кого-нибудь за лекарем.

- Да, милорд, – не задавая ненужных вопросов, лакей ретировался, а Дэшнер поспешил к лестнице, чтобы отнести Шерон в ее покои и там как можно скорее уложить в постель.

Шерон казалась удивительно легкой и хрупкой в его руках. Будто бы ничего не весила. Сложная прическа окончательно рассыпалась и волосы заструились по плечам девушки, защекотали пальцы Дэшнера. Поднимаясь по лестнице, Эдвард поймал себя на мысли, что слишком сильно прижимает Шерон к груди. Но главное, что ему нравится ощущать ее так близко. А от запаха ее волос даже немного закружилась голова!

Преодолев последние ступени, Эдвард прибавил шаг и скоро оказался перед дверью, ведущей в покои воспитанницы. Не особо церемонясь, он толкнул дверь ногой и вошел в комнату, в которой единственным источником света был горящий камин. Направившись дальше в спальню, Эдвард положил девушку на покрывало и огляделся в поисках свечи. Искомое нашел там, где и ожидалось – на столе. А на каминной полке обнаружились спички, так что скоро комната озарилась мягким желтым светом.

Установив свечу на прикроватном столике, Эдвард опустился на край постели рядом с Шерон, и взглянул на нее. Девушка все еще была бледна. Тонкие руки поражали прозрачностью кожи. Эдвард даже сумел разглядеть темные ниточки вен, но почти сразу посмотрел на лицо Шерри, задержавшись на несколько секунд на полных и таких манящих губах. В груди стало тесно. Эдвард сглотнул вязкий ком и усмехнулся, догадываясь, что именно вызвало эти ощущения.

Зелье, которым его пыталась опоить мисс Фрейзер, начало действовать. Дэшнеру было даже несколько любопытно узнать, что произойдет потом, когда он полностью подчинится этому сладкому яду. А в голове мелькнула глупая мысль о том, что будет интересно почувствовать то, что чувствуют влюбленные. Ведь он сам еще никогда и никого не любил. Да, бывало, увлекался. Мужчиной он был самым обыкновенным с естественными физическими потребностями. Но там была просто физиология и от любовниц Эдвард требовал обычных вещей – тело и ласку, но не сердце и душу. А сейчас, глядя на личико леди Уитни, Эдвард понимал, с ней все будет не так просто.

«Возможно, это хорошо, любить свою жену?» - подумал он. В крайнем случае всегда можно снять действие зелья. Моэм ему в этом поможет. А пока, разнообразия ради, почему бы и не побыть влюбленным в ту, кого уже считаешь своей?

Дэшнер наклонился, внимательнее рассматривая Шерон, прислушиваясь к ее спокойному дыханию, и с радостью отметил, что щеки девушки немного порозовели.

Взгляд Эдварда как-то сам собой снова опустился на полные губы воспитанницы, и тут словно кто-то незримый толкнул его в спину, вынуждая склониться ближе. А в голове застучала набатом одна крамольная мысль: «Поцелуй ее! Ты ведь этого хочешь? Не так ли, Эдвард?». И сил не было, чтобы устоять против этого искушения. Она была так близко. Вся в его власти! Качнись вперед и все свершится!

Сладкое дыхание Шерон, в котором мужчина уловил аромат вина, так и манило осуществить задуманное. Просто поцеловать, не думая ни о чем. Коснуться губами ее губ, разомкнуть их, провести языком, чтобы ощутить нежную мягкость и ее вкус, который, и в этом Эдвард был уверен, был неповторимым.

«А зелье сильное!» - вдруг понял маг с усмешкой и отпрянул, услышав щелчок открываемой двери.

- Милорд, – на пороге показалась горничная. Не Эмма, кто обычно всегда прислуживала Шерон, а новенькая, привезенная из столицы.

- Диана! – Дэшнер тяжело поднялся на ноги, чувствуя, что не желает покидать леди Уитни. – Приглядите за госпожой. Ей сделалось дурно в гостях.

- Да, милорд, – горничная присела в книксене, но почти сразу распрямила спину и быстрым шагом приблизилась к постели, на которой лежала Шерон.

- Смените ей платье. Мне кажется, в этом ей тяжело дышать, – заметил Эдвард, а сам направился к выходу, ощущая странный зуд на кончиках пальцев. А все, потому что на секунду позволил себе представить, как своими руками, расшнуровывает лиф серого платья. Дэшнер сжал зубы и едва не выругался, ощутив, как его охватило приятное возбуждение. Совсем легкое, но яркий предвестник влечения к женщине, которую теперь невозможно не желать.

«Мне стоило сразу же догадаться, что неспроста Фрейзер пошел на попятную, - подумал Дэшнер, покидая комнату леди Уитни. – Да и это приглашение, – ухмылка коснулась его губ, иронично приподняв уголки. – Теряю хватку. Позволил обвести себя вокруг пальца простому обманщику. И ведь зелье-то какое расчудесное оказалось! Я не разгадал его сразу. Понял, что пью, лишь сделав первый глоток!» - Эдварду было страшно представить, чтобы случилось, не вернись Шерон так вовремя в гостиную! Селия бы из платья выпрыгнула, но заставила его взглянуть на себя. А ведь даже глотка этой гадости хватило, чтобы он попался на крючок!

Эдвард понял, что ему бы не хотелось испытывать нежные чувства к сестрице Фрейзера. Даже несмотря на ее внешнюю привлекательность в девушке чувствовался гнилой дух. Ее взгляд, тон ее голоса, обволакивающие движения тела, все призывало заинтересовать мужчину. Эта мисс Фрейзер хищница, маленькая, но оттого не менее опасная, чем ее брат. Теперь Эдвард понимал, что попадись он, как последний дурак на уловки Фрейзеров, сейчас мог совершить глупость. Потому что зелье было приготовлено с умом. Даже стало любопытно, кто был тот ведьмак или ведьма, сварившие эту гадость!

«Надо написать Моэму. Немедленно!» - велел себе Дэшнер и вместо того, чтобы отправиться в свои комнаты, где его ждала ванна и отдых, пошел в направлении кабинета. Шагая по коридору, пытаясь сосредоточиться на важном, Эдвард видел перед собой Шерон и ее разметавшиеся по подушке волосы, в которые хотелось зарыться лицом и ощутить их аромат.

По телу пробежала сладкая дрожь, и Дэшнер стиснув зубы, сделал глубокий вдох. Сердце забилось сильнее, приятная тяжесть сдавила низ живота. Маг поймал себя на нелепом желании вернуться в комнату воспитанницы, чтобы убедиться, что девушке стало лучше. Но сделав над собой усилие, Эдвард продолжил идти в заданном направлении и успокоился, оказавшись внутри своего кабинета, где царила темнота.

Свеча нашлась на каминной полке. Дэшнер зажег ее и подошел к окну, одним движением откинув в стороны тяжелые шторы, он сам распахнул ставни, впуская свежий воздух в помещение. Прикрыв глаза, лорд вдохнул полной грудью, ощутив, как возбуждение отступило, и мысли стали чисты от романтических глупостей.

За дверью послышалась возня. Секунд спустя, нарушив покой хозяина, в кабинет вошел один из младших дворецких. Завидев лорда, стоявшего у окна, он поспешно поклонился, проговорив:

- Я прошу прощения, милорд. Не знал, что вы здесь. Проходил мимо и почувствовал, как потянуло холодом. Решил проверить окна…

- Все в порядке, – кивнул, не глядя на дворецкого Эдвард. – Велите кому-то из слуг прийти и развести огонь в камине и принесите мне виски.

- Да, милорд, – поклонившись, слуга ретировался, а Дэшнер еще немного постоял, наслаждаясь свежестью воздуха, после чего затем закрыл окно и сел за стол, привычным жестом открыв верхний выдвижной ящик и извлекая чернила и бумагу. Уже позже, слушая треск огня в камине, он сосредоточился на письме, прогоняя навязчивые мысли о Шерон.

***

Доктор приехал почти час спустя. Осмотрев Шерон, по-прежнему находившуюся без сознания, Говард сказал Эдварда, что леди просто спит. Будить ее он не стал, сделав вывод, что юная леди переутомилась.

- Так бывает от волнения. Не стоит тревожиться, – сказал он уже в кабинете хозяина дома.

- Я рад, что это не серьезно, – искренне заметил Эдвард, на что доктор лишь улыбнулся.

- Понимаете ли, лорд Дэшнер, леди Уитни слишком многое пережила в последнее время. Смерть вашего отца сильно отразилась на состоянии ее не здоровья, но душевных сил. Она была очень привязана к сэру Уильяму. Да и что говорить, вся округа любила покойного лорда. Так что, не удивительно, что леди упала в обморок. Столько горя держать в себе не сможет ни один человек, а тем более хрупкая девушка!

Эдвард лишь взглянул на говорившего, но ничего не сказал в ответ на его слова.

- Если позволите, загляну завтра вечером и проведаю леди Уитни, - предложил Говард. – Сейчас ей нужен покой. Это лучшее лекарство и, конечно же, хорошее полноценное питание.

- Все будет исполнено, – кивнул Дэшнер и лично проводил доктора до его кибитки.

И все равно, успокоенный словами Говарда, Эдвард не мог не волноваться за девушку.

Сказывалось ли это действие зелья, или он попросту переживал из-за нее, Эдвард сейчас не мог сказать с точностью. Но маг знал, что успокоиться, лишь когда узнает правду о причине обморока Шерон. Для этого оставалось лишь ждать, когда она проснется. А ждать для Дэшнера было самым утомительным занятием в жизни.

***

Когда-то королевский дворец, расположившийся в центре парка, будоражил внимание Моэма красотой строения. Затем он привык. Утро любого дня, за некоторым исключением, начиналось у Атертона с его работы. Он знал, как не правы были те, кто считал, что дворец – это просто прекрасное здание, резиденция его величества, место для праздности и веселья. Здесь, в северной части комплекса, вершились важные дела.

Южная часть и восточные террасы отводились для короля и его приближенных Там же располагались и покои, где жила вита монарха. И там же были самые прекрасные уголки парка с озерами, зеленым лабиринтом, полем для верховых прогулок и куском настоящего леса, за которым следили садовники.

Сейчас, сидя в экипаже и глядя на великолепие дворцового ансамбля, Моэм жалел лишь о том, что не может отказаться от передвижения в карете, что порой претило мужчине, предпочитавшему верховую езду. Не для того он держал при своем доме конюшню, где находилась почти дюжина прекрасных скакунов! Но закон был одинаков для всех. И ему, как королевскому служащему, не было позволено передвигаться верхом в данной части парка. Впрочем, не ему одному.

Моэм прикрыл глаза и позволил себе расслабленно откинуться назад. Вид из окна, измененный выпавшим за ночь снегом, был слишком приевшимся. К тому же в эту ночь он отчего-то не выспался. Но пока при дворе для Атертона всегда находилась работа. И он уставал, даже при наличии огромного штата помощников.

Еще несколько минут в пути и экипаж, наконец, остановился. Всхрапнули кони. Спрыгнул с козел на землю кучер, а в распахнувшуюся дверцу в салон ворвалось морозное дыхание зимы, заставившее Атертона открыть глаза.

- Приехали, милорд, – сказал кучер и поклонился.

Моэм выбрался наружу, ощутив, как хрустнул под ногами тонкий снежный наст.

- Отдыхайте, Брауни, – сказал он слуге и, поправив камзол под полами распахнувшегося плаща, двинулся в направлении входа.

У дверей его ждали. Лакей в теплой зимней ливрее поклонился, открывая перед магом дверь, и Атертон вошел в здание.

- Милорд, – уже с порога к нему двинулся худощавый мужчина, державший на сгибе локтя шляпу.

- Годфри? – взглянул на подчиненного Моэм. – Что у вас?

- Нашел нечто интересное по делу Фрейзеров, как вы просили, - последовал ответ. – Возможно, это покажется вам не столь важным, но я думаю, что вы должны знать…

- Конечно же, Годфри. Сейчас пройдем в мой кабинет, и вы мне все расскажете, – кивнул Атертон, снимая шляпу и плащ и протягивая их подоспевшему слуге. На просторный холл, пол которого было выложен мозаикой, и на стены, украшенные лепниной и картинами, маг уже не обращал внимания. Привык за столько лет работы. Он поблагодарил слугу и направился дальше через зал, туда, где зиял арочный проход ведущий в недра дворца. Годфри поспешил следом и уже через несколько минут они оказались у кабинета Атертона. Стоявший подле слуга почтительно поклонился и, открывая дверь перед Моэмом, произнес:

- Доброе утро, милорд!

- Доброе, Бринкли!

Переступив порог собственного кабинета, Моэм направился к столу. Сбросив камзол, маг остался в одной белоснежной рубашке. Не глядя на вошедшего следом Годфри, Атертон указал ему на свободный стул, а сам покосился на трещавший в камине огонь.

- Итак, какие новости вы мне принесли, Годфри? – Атертон присел, привычным жестом закатав рукава. В своей работе он привык к некоторой раскованности и не особо придерживался правил этикета.

- Милорд, - Адам устроился поудобнее, а шляпу положил на колено. – Я нашел ту, кого вы велели отыскать.

- Вот как? – взгляд Моэма стал заинтересованным. Положив руки на стол, он посмотрел на своего человека.

- Говорите же, Адам. Я весь внимание!

Гордфри прочистил горло и начал:

- Итак, милорд. Женщина, которую вы ищете, некая миссис Гейт, в девичестве мисс Лавиния Фрейзер, в данный момент находится в одном из кварталов столицы, где имеет собственное заведение по оказанию определенных услуг.

- Вы точно установили ее личность?

- Сомнений нет. Разыскиваемая вами женщина имеет лицензию целителя третьего уровня. Но я рискну предположить, что она оказывает и более серьезные услуги желающим.

- То есть, запрещенные зелья?

- Скорее всего, - кивнул Адам Гордфри. – Иначе, посудите сами, зачем ей открывать заведение в подобном районе?

- Что еще за район? – уточнил Атертон.

Годфри коротко описал то, что видел и где успел побывать. Моэм слушал молча, подперев кулаком подбородок и думая о том, что его друг Эдвард оказался прав, заподозрив Фрейзеров в махинациях. Да еще и эта история с родителями Гордона и Селии. Тетушку стоило проверить и, возможно, посетить. Даже сегодня, если у него найдется свободная минута. А после отписаться Дэшнеру о том, что узнает.

Когда Годфри закончил говорить, в дверь постучали и на короткое: «Войдите!» - прозвучавшее от Моэма, в кабинет вошел мужчина. Держа под мышкой папку, он поклонился и, закрыв за собой дверь, вышел вперед, поздоровавшись.

- Я прошу прощения за то, что задержался, – проговорил он, после чего положил папку перед Атертоном. – Здесь список всех дел на сегодня.

- Много человек ожидает приема? – уточнил Моэм.

- Сегодня, на удивление, спокойно. Мистер Блеквуд будет через полчаса по вопросу о наследовании имущества, которое делит с братом своего покойного отца. Тяжбу не удалось разрешить мирно.

Моэм открыл папку. Бегло посмотрел расписание и, удовлетворенно кивнув, поднял взгляд.

- Я ознакомлюсь позже с его обращением, – сказал он. – Вы пока можете быть свободны, Дерби.

- Да, сэр, – поклонился секретарь и вышел. А Атертон подумал о том, что у него сегодня так удачно появилось окно, за время которого вполне можно успеть навестить миссис Гейт и познакомиться с ней поближе.

- Годфри! - проговорил он. – Будьте у меня к часу дня. Я хочу, чтобы вы показали мне место, где работает бывшая мисс Фрейзер.

- Конечно, милорд, – сообразив, что прием окончен, Адам встал. – Я буду в назначенное время, сэр!

- Отлично, – Моэм коротко попрощался и еще до того, как Годфри покинул его кабинет, снова открыл папку, изучая расписание. Взгляд, брошенный магом на наручные часы, показал мужчине, то до начала рабочего дня остается всего десять минут.

Атертон вздохнул и бросил взгляд в окно, за которым снова шел снег.

***

- Миледи? Миледи, как вы себя чувствуете?

Я открыла глаза и только спустя несколько секунд смогла сфокусировать взгляд на лице Дианы, склонившейся надо мной. Я не сразу вспомнила о том, что произошло в доме Фрейзеров, а когда память подсказала картины прошлого, все сразу встало на свои места.

Вздохнув, села и порадовалась тому, что тело не отдалось ломотой. Терять сознание прежде мне не приходилось. Отвратительное ощущение собственной слабости!

- Миледи? – Диана отодвинулась, глядя на меня с волнением. Наверное, ее напугало затянувшееся молчание, и я поспешила сказать:

- Все в порядке!

Девушка тут же улыбнулась, всплеснув руками.

- Какое счастье, леди Уитни! Сейчас же пойду скажу лорду Дэшнеру, что вы пришли в себя. Он, знаете ли, очень волновался за вас. Кажется, даже не спал этой ночью, – и прежде чем я успела остановить ее, вышла из спальни. Я повернула голову и увидела Эмму, которая до сих пор сидела в кресле у камина. Встретив мой взгляд, горничная поднялась и поклонилась.

- Я так рада, что вы очнулись, леди Шерон, – произнесла Эмма. – Мы с Дианой по очереди дежурили у вашей постели.

- Что произошло? – попросила я.

- Я не знаю, леди Шерон, – призналась девушка. – Когда меня разбудили, я спала, а вы уже были в своей спальне. Кажется, милорд сам перенес вас из кареты, а потом при вас оставалась Диана. Я пришла позже и вы уже спали, - она опустила голову. – Я прошу прощения, но это все, что я знаю.

- Спасибо! – кивнула я и, откинув одеяло, взглянула на себя, только сейчас заметив, что лежу в ночной сорочке. Видимо, кто-то из девушек меня переодел, а я и не почувствовала? Обычно я сплю чутко, но, видимо, сказалась потеря сознания.- Вам что-то нужно? – спросила Эмма. – Принести воды, или приготовить ванну?

- Ванну. Мне не мешает освежиться, – попросила я и девушка поспешила выполнить мое поручение, а я снова натянула одеяло до самой шеи, понимая, что, скорее всего, сейчас меня посетит опекун. Если он переживал и не спал всю ночь, то непременно придет, чтобы проведать. А мне почему-то хотелось видеть его сейчас. Запоздало вспомнив, что, наверное, выгляжу не самым пристойным образом, я подняла руки и коснулась спутанных волос, охнув от разочарования. И тут, словно яркая вспышка, в голове мелькнула картина, в которой я бегу по ступеням главной лестницы в Розмари-холле, а следом за мной, выкрикивая мое имя и умоляя остановиться, бежит Гордон.

Дурнота подступила к горлу, стоило вспомнить, как он дерзко обнимал и целовал меня. Да еще имел наглость подхватить на руки! Подумать страшно, куда бы он отнес меня и что бы сделал. В тот вечер я открыла для себя совершенно другого человека. Мужчину, которого, оказывается, совсем не знала!

Теперь Фрейзер пугал меня. И его сестрица… Определенно, Селия могла ничего не знать о поведении брата. Вот только что-то подсказывало мне, что она, как настоящая сестра, поддержала бы Гордона, а не меня, даже несмотря на нашу, дружбу.

Все теперь представало предо мной в ином свете, и я понимала, насколько была доверчива.

В дверь постучали, как раз тогда, когда я рассуждала о своей недальновидности в выборе друзей. Вскинув голову, я произнесла: "Войдите" - и совсем не удивилась, когда на пороге возник Дэшнер.Поклонившись, Элвард вошел в комнату.

Его взгляд устремился ко мне. Странный. Напряженный. Правда, кроме этоговзгляда ничто не говорило о волнении мужчины обо мне. Опекун был одет с иголочки, будто ждал приезда долгожданных гостей. Неизменно утонченный, с гладко выбритой кожей на подбородке и щеках.

- Леди Уитни, – он остановился в нескольких шагах от моей кровати. Встал, скрестив руки на груди и глядя прямо мне в глаза, словно пытаясь пытаясь прочесть мои мысли.- Милорд! – ответила тихо. – Кажется, мне стоит поблагодарить вас?

- Не нужно. Лучше расскажите мне о том, что произошло в Розмари - холле, – велел он. Не знаю почему, но я вздрогнула от звука его голоса. Предложение было сказано обычным тоном, но я ощутила слабую разницу. Она была едва уловима, как тонкий аромат духов, оставшийся в воздухе.

- Я так понимаю, мистер Фрейзер оскорбил вас и вел себя недостойно джентльмена? – уточнил Дэшнер.

Под взором опекуна мне стало неловко. Сердце забилось быстрее, но я решила, что это от волнения, потому что, сам того не ведая, Эдвард заставил меня вспомнить все, что случилось в Розмари-холле. И да. Поведение бывшего жениха оставляло желать лучшего. Вот только я не была уверена, что стоит рассказывать обо всем опекуну. Потому что, какими бы ни были наши с ним отношения, он, как человек чести, не сможет снести оскорбление своей воспитанницы без ответа. Но и оставить все как есть, я не могла. Потому что Гордон перешел все допустимые границы и должен был за это ответить. Но как бы все устроить, чтобы имя Эдварда при этом не пострадало?

- Шерон, вы помните, что произошло? – уточнил опекун.

- Помню, – ответила я. – Позвольте мы поговорим позже, когда я приду в себя.

Глаза Дэшнера вспыхнули, но уже спустя миг, они стали прежним.

- Хорошо. Поговорим когда вы приведете себя в порядок. А сейчас ответьте, только честно, как себя чувствуете?

- Сносно! – я опустила глаза, отметив, что разглядываю руки Эдварда и думаю о том, как он вчера нес меня по лестнице и как укладывал на постель.

Неловкость от присутствия мужчины сковала тело. Мне хотелось, чтобы он ушел и оставил меня одну. Дэшнер, казалось, желал противоположного. Но по моему ускользающему взору догадался, что я хочу побыть одна.

- Я жду вас на трапезу леди Уитни. Если вы будете в состоянии присоединиться ко мне в обеденном зале, - поклонился опекун. – Если же нет, я сам составлю вам компанию за ужином в гостиной ваших покоев, - добавил Эдвард, решив не оставить мне ни единого шанса отмолчаться о случившемся.

Он поклонился, скользнул быстрым взглядом по моему лицу и вышел, а я поймала себя на мысли, что выдохнула с облегчением.

- Миледи! – Эмма вышла из ванной комнаты, сообщив: – Ванна готова! Позвольте вам помочь?

- Я попробую сама, – ответила быстро и, откинув одеяло в сторону, опустила ноги вниз. Надев легкие туфли, видимо, еще ночью оставленные кем-то из девушек, я встала на ноги и застыла, ощутив легкую слабость. Но стоило сделать шаг, как я поняла, что прекрасно обойдусь без помощи Эммы.

- Приготовьте мне платье, – велела тихо. – Серое с белым воротничком, – подсказала и прошла мимо горничной, не глядя на нее. Эмма, и я это почувствовала, пристально смотрела на меня, видимо, опасаясь, что могу упасть.

- Может быть, вам все же помочь, леди Уитни? – сделала она попытку, но я лишь качнула головой. Мне стоило побыть одной и подумать о том, что и как рассказать за обедом Дэшнеру. Я решила для себя, что не стану оправдывать Гордона. Опекун должен узнать о его неприличном поведении.

С этими мыслями я вошла в комнату и, скинув сорочку, окунулась в горячую воду, с каким-то удовольствием ощущая, как она смывает прикосновения Фрейзера, саднившие, словно раны.