Хозяева Земли. Возвращение (книга 6)

Глава 1

ДОМИНИКА АРСЕ. ХОЗЯЕВА ЗЕМЛИ

Книга шестая

ВОЗВРАЩЕНИЕ

В ОБЪЯТИЯХ ЛОРДА ТЬМЫ

В этом мире я – Бог.

В этом мире ничто не убьет меня.

Но причинить боль может многое.

Как жаль… я больше не могу поделиться с Ним.

А могла ли? Могла ли хоть с кем – нибудь?

Ведь мой мир лишь у меня в голове.

Мой мир – это просто сон.

И он в силах терзать меня вечно.

Эрей Валерия

ГЛАВА 1. ИМЯ

Ночь, и отблески далеких огней расползались по пелене мутного взора скудным калейдоскопом. Мужчина нес меня на руках. Обессилевший внутри, но сильный снаружи. Его мощное тело пылало жаром и отдавало мурашками по моей неприкрытой коже, словно он хотел меня согреть. Сильные руки в местах соприкосновений обжигали как гранит, а шаги… их будто не было, он плыл по воздуху, неся меня бережно, как тончайшую хрустальную вазу за сто миллиардов долларов.

Он нес меня к городу людей. А я даже не могла рассмотреть своего спасителя. Из – за ночной темени, притупившихся чувств, и того, что просто не понимала.... Я потеряла много сил, я выжата, как лимон, и при этом лепетала ему под руку тот ещё бред.

– Замолчи, – наконец, раздался его спокойный ровный голос.

Голос у меня в голове.

Ночные песни сверчков, шум листвы, растревоженной порывами ветра – все это просто фон по сравнению со звуками, что адресовал мне незнакомец.

– Куда ты тащишь меня, злодей? – Прошептала еле слышно.

– Замолчи, ты теряешь остатки сил, – раздается ответ. – Несмышленое человеческое создание.

– Смышленый злодей, что ты ко мне привязался? – Промямлила, едва не проваливаясь в сон.

– Жаль, что в долгу перед тобой, дерзкая человечка, – слышу укор.

– Хочешь, забери мой кулон?

– Он в серебре, как и твой браслет, – фыркает. – Что ты плетешь, глупая?

– Хочешь поцелую тебя? – Предлагаю без стыда и совести.

– О, чёрная бездна! За что мне это?! – Восклицает уже обычным, казалось бы, человеческим голосом.

– Я настолько страшная, что ты не хочешь?

– Очень страшная, – выдал незнакомец вполне серьезным тоном.

– Козел, а…

– Впервые меня так дерзнули назвать, – вздыхает, продолжая нести.

– Это еще цветочки, страшный козел…

– Да будет тебе известно, человеческая женщина, я один из самых влиятельных и видных лордов Ривала, весьма знатные дамы мечтают о связях со мной, и каждая вторая о поцелуе, кой ты просишь.

– Ну не баран ли? – Смеюсь тихонько.

– Никогда не видел, чтобы люди так долго умирали, – прорычал в ответ и все же слегка встряхнул меня, перехватив поудобнее.

Пытаюсь пошевелиться, но безуспешно. Конечности онемели. А я – будто и не я вовсе. Все, что происходит со мной, кажется сном, который не могу контролировать. Ведь злодей тащит меня абсолютно голую в сторону кладбища. И это без всяких сомнений! Ведь я приметила кресты!

– Ты несешь меня на кладбище? – Спрашиваю с хрипотцой, во рту пересохло. – Хочешь похоронить?

– Если бы я хотел тебя убить, давно бы сделал это, – отвечает с усмешкой.

– Я ж типа умираю? – Прошептала и прищурилась.

Света неожиданно стало больше. Кожей почуяла тепло и частицы некой энергии. Они становились все плотнее и плотнее, окутывая тело, словно вязкая жижа.

– Что это? – Прохрипела, ибо горло сдавило от частиц, с легкостью проникающих через нос, рот и прочие отверстия.

– Это единственный способ. Город человечков – твой шанс на спасение, – ответил несколько искаженным тоном. – Я не вправе тебя обратить…

– Ой, да кусай на здоровье, главное не отравись, – прыснула, перебив. Голос вышел как у бомжихи с попойки.

– Это не осознанный выбор, иначе так бы и сделал, – выдал вампир. – Это предсмертная агония, рождающая бред.

– Почему ты продолжаешь тащить меня на кладбище?! – Это уже истерика на фоне резкого ухудшения самочувствия.

Ох, чего же я только что хлебнула, мамочки.

– Мертвые забирают часть магии. В этом месте купол слабее, и я сумею его преодолеть, – произнес с усилием. – В любом случае, ты в большей безопасности среди своих, нежели на нашей территории, если тебя почует гончая, смерти не избежать.

Почувствовала, что ему стало тяжелее идти, словно он преодолевает водную преграду или идёт навстречу разыгравшемуся шторму. Его руки задрожали, но всё же сумели удержать моё тело.

Ещё несколько шагов, и он опустил меня на мягкую траву и прикрыл плащом. Сразу полегчало, энергетическая жижа осталась позади. Но вдруг набежала тоска, ведь больше нет прикосновения сильных мужских рук. Чистое сознание без предрассудков выдает такие искренние мысли…

Капля ударила по неприкрытому участку кожи, отдавая в нервные окончания неожиданным импульсом и пробуждая сознание. Затем ещё одна и ещё. По телу и плащу забарабанил дождь, смывая грязь и растворяя копоть с лица. Как странно, что дождь начался именно сейчас.

Найдя в себе силы, сумела подняться. Приняв сидячее положение, увидела в нескольких метрах от себя энергетический барьер, уходящий в небо. Сквозь него и пронёс вампир, а теперь с еще большими усилиями возвращался назад. Одежда на нем уже дотлевала, по всему телу расходились пульсирующие неестественно красным капилляры, будто это растрескалась только что застывшая магма.

Он вряд ли видел, что я поднялась, ему было не до этого. А дождь продолжал барабанить по моей голове, смывая остатки грязи и обнажая тело.

Поднялась на ноги, и едва не рухнула на землю от судорог, сковавших мышцы. Хотелось выть, но дождь будто вливал в меня силы и анестезию. А еще этот мужчина, которого я вдруг захотела поблагодарить, придавал мне стимул шевелиться быстрее. Он же вот – вот уйдет!

Несколько шагов, и я у самой границы. Плащ сполз к ногам, не в силах его удержать, плюнула. Подняла руку к синеве перед собой и прикоснулась ладонью. Пальцы быстро приобрели чувствительность, когда ощутила магические сплетения неизвестной природы. Откуда знаю? Забыла…

Незнакомец вдруг обернулся. Сердце ёкнуло с испуга, но страх быстро прошёл. Рассматриваю его лицо, оно, как и всё тело отдает синевой от магического барьера. Преодолевая преграду, он сжег свою одежду. Вернее, энергия щита испепелила её. Коже, как оказалось, нипочём, она перестала сверкать раскаленной лавой и воспаляться. Обычная, будто человеческая кожа предстала моему взору. Как неловко.

Его осанка прямая, вид уверенный. А вот мне стало стыдно, щеки загорели синим пламенем. Прикрылась, дрожа, как осиновый лист на ветру, с неуверенностью в себе, с мокрыми волосами и бегущими ручейками воды по телу, на котором резвились дикие мурашки.

Два обнаженных тела по разные стороны баррикады, казалось бы близко, но между нами теперь пропасть. Почему – то уверена, что у него больше нет сил приблизиться ко мне.

А ещё убеждена в том, что он пожалел, что оставил меня. Ведь дождь смыл всю грязь, что скрывала моё лицо и прелести тела.

Не прошло и мгновения, как изумилась его красоте. Светлые короткие волосы, молодое, но мужественное лицо с идеальными чертами. Статная мускулистая фигура Аполлона с природным, очень природным естеством… Его выразительные чёрные глаза вспыхивают жаждой хищника, а рот слегка приоткрывается, обнажая кончики клыков. Вампир не просто удивлен, он ошарашен!

Шепчет что – то, но я не слышу. Просто любуюсь, без зазрения совести, и в то же время с искренней застенчивостью. Он слишком красив, чтобы я оторвала от него свой проснувшийся взгляд. И нагл… ведь в ответ рассматривает и меня, как музейный экспонат.

В какой – то момент поймала себя на мысли, что не хочу, чтобы это заканчивалось. Слишком сладок момент наваждения, запретно сладок…

Его ладонь касается купола, и кожа вновь начинается раскаляться. Трещины проходят от кисти и дальше по руке, перекидываясь на тело. Он кривится от мук, но не желает прерывать это прикосновение. Только сейчас поняла, через что ему пришлось пройти, чтобы оставить меня за куполом в так называемой безопасности.

– Если бы я знал, что ты так прекрасна, – раздается его еле слышный шепот. – То оставил бы себе. Прелестное, человеческое создание.

Его заявка меня несколько смутила.

– Ты ж сказал, что я очень страшная, козел ты такой, – выдала с усмешкой и разбивая в дребезги романтичный момент.

Получила в ответ оскал. Глаза вампира разгорелись ещё сильнее, в момент засияли. Но это нисколько не страшило меня. Такое ощущение, что раньше видела много чего и похлеще.

Мгновение вампир сомневался. Кажется, даже боролся с собой, подавляя гнев.

– Мое имя Рикард де Хетигид, – представился, скалясь от боли. – Придёт время, воспользуйся этим именем, человеческая женщина.

– А моё… моё, – начала и ужаснулась. Я… я забыла собственное имя!

– Это не важно, – раздался ответ. – Уходи с точки прорыва, сюда спешит отряд карателей, если стоишь на ногах, они не будут разбираться человек ты или вампир.

Сказал, отступил на пару шагов, развернулся, и через пару мгновений растворился в темноте, будто превратился в летучую мышь и упорхнул. Кто его знает, как у них принято прощаться с голыми дамами.

Развернулась и я, передо мной предстало кладбище. Широко раскинуто, с густо налепленными крестами, покошенными в разные стороны. С горочками земли и без. Кое – где виднеются каменные плиты и небольшие памятники ручной работы. Кладбище на фоне деревьев, среди которых виднеется и сарайчик, и кончики частокола – выглядит все довольно эпично и древне, очень древне. Сквозь кроны пробивается желтоватый свет, добавляя зловещего таинства. Наверное, ночные фонари горят.

Дождь усилился, и я пошла подальше отсюда, прихватив и плащ. Граница купола проходила по самому краю кладбища, куда соваться не хотелось. Потому пошла вдоль заборчика и вскоре насладилась сполна грязью, противно просачивающейся сквозь пальцы, и запахами неглубоко похороненных тел. Кладбище оказалось не таким уж и большим. Когда обогнула его и приблизилась к сарайчику, расслышала приближающийся шум.

Звук гремящего железа отозвался тоской на сердце. Но я не стала пренебрегать предостережением вампира и просто спряталась в густом кустике у постройки.

– Магистр скоро прибудет! Приготовьте серебряные клинки и не суйтесь без него! – Раздался беспокойный мужской голос с другой стороны от постройки.

Сразу стало ясно, что я чуть не оплошала. Слишком близко подобралась местная стража. Отряд каких – то там карателей. Показались первые солдаты, закованные с ног до головы в зеркальные доспехи, как самые настоящие роботы. Все с мечами, некоторые даже с арбалетами. Никаких бронежилетов, касок и автоматов, полное средневековье. И почему – то я не сильно удивлена сему. Кажется мне это родным. Будто пересмотрела кучу сериальных сезонов подобной тематики, и теперь нахлынула ностальгия.

Испытывать судьбу, ожидая, когда нагрянет некий магистр, не рискнула. Мало ли, это какой – нибудь злобный маг. Поэтому под шум дождя уползла к лесу. К сожалению, заросли превратились в обычный парк с недостаточной густотой, чтобы двигаться по нему незамеченной. Не прошла и сотни шагов, увидела окраину, за которой показались дома и улочки в полу – синем мраке. В основном одноэтажные постройки из дерева, рассмотрела и кирпичные, и известняковые. Но слишком далеко не всматривалась, было не до этого. Как и ожидала, все тоже в средневековом стиле. Ладно люди, их можно легко нарядить в толкиенистов, но построить дома… хотя в Европе есть еще такие районы, села и даже замки.

Показался новый отряд стражи. Эти не были так экипированы, как те блестящие бравые ребята. Скорее походили на серое народное ополчение, которых было раза в три больше.

Бросилась в другую сторону, нырнув в узкую улочку меж построек, оказавшись в полном мраке. Кривая крыша одного из домов нависла, закрывая небесный купол. Но к темноте быстро привыкла и сумела распознать дорогу. О том, что там с моими голыми пятками задумалась, напоровшись на что – то твёрдое.

Стоило закончить ругаться на дворника, как путь преградила фигура. Что – то чиркнуло, и вспыхнул факел. Несмотря на дождь, разгорелся он хорошо и осветил присутствующих мужчин. Двое молодых, но беззубых ребят походили на восставших из мертвых, судя по лохмотьям, а третий на взъерошенного деда мороза в бесцветном варианте. Но не успела я отчаяться, появился четвёртый. Вполне приличный молодой человек в камзоле со шпагой на поясе в блестящих сапогах.

– Извините, молодой человек. А кто режиссер этого фильма? – Выпалила.

Ребята захлопали глазами, замешкались.

– От вас несёт смертью миледи, – произнес он с сарказмом, проигнорировав мой вопрос. – Не рано ли вы обрадовались, что обхитрили магистра?

Хотела уже сказать, что от некоторых несёт сортиром, но «Дед мороз» неожиданно вышел вперёд, достав из – за пазухи крест размером с ладонь. Судя по отблескам серебряный, хорошо отполированный. Правда, без изображения распятья, просто крест. Вернее – просто серебро, которое пришлось не по вкусу и Рикарду Де Хитин… как там его?!

Ребята на актеров не похожи, или играют очень – очень хорошо. Выпрямилась, делая серьезный вид и плотнее кутаясь в плащ. Шагнула навстречу, трое тут же отступили на два шага, а добрый молодец в камзоле наоборот устремился ко мне.

– Стоять, нечисть! – Рявкнул, вынимая шпагу. Через пару мгновений клинок острием смотрел мне прямо в грудь, не доходя какие – то сантиметры. – Что тебе нужно?! Признавайся!

– Мне нужна твоя одежда, шпага и твой мотоцикл, – выдала, вспомнив эпизод из известного фильма.

– Чего?!

– В смысле конь, – уточнила для тупых. – Раздевайся, портки можешь оставить себе. А вот от сапогов не откажусь.

Что – то рвануло назад, срывая плащ. Ребята тут же восторжествовали подмоге, оказавшейся позади. Или они восторжествовали, рассмотрев мою фигуру…

– Что ты прячешь!? – Рявкнул вор моего плаща.

Обернулась, дабы показать свои прелести, которые прятала. Хотя нет, я просто обернулась с испуга.

– Нагая! – Ахнули вокруг. Я бы и сама ахнула. Откуда у меня такая грудь?! Только сейчас обратила на это внимание.

– Ведьма! – Тут же подхватил «Дед мороз», доставая из – за пазухи осиновый кол. Не сомневаюсь, что у него там и полторашка святой воды найдётся и меч – кладенец.

– Сжечь!! – Закричали все.

– Может просто баньку растопить, да попарить? – Пропищала жалобно.

Меня окружило человек семь. Загремели доспехи приближающейся стражи. Секунду назад я стояла на ногах. В одно мгновение ноги ослабли, и я рухнула как подкошенная.

Когда сознание еще оставалось на плаву, но вот – вот было готово провалиться, увидела, как надо мной навис новый участник засады. Зловещие зеленые глаза с седыми ресницами торжествовали. А я поняла, что пропустила некий ментальный удар.

***

Зашелестела солома, открыла глаза, просыпаясь. Долго размышлять над тем, где я, не было необходимости. Я в камере с одним единственным окошком на потолке, через которое пробивается дневной свет. Тень от решетки падает прямо на середину, следовательно, сейчас полдень.

В помещении жарко и невыносимо воняет испражнениями. В засаленной тунике и с цепью, прикованной к кольцу, что на лодыжке, я пролежала тут довольно долго, судя по тому, как ломило тело. Сомнений, что меня не разыгрывают не было никаких.

Спасибо средневековым господам, что одели хоть во что – то, постелили, как скотине, и даже крышей над головой обеспечили. Вот только не покормили. Не успела заскулить от затекших мышц, как завыла от голодной боли в желудке.

Если вчера все было, словно сон, то теперь в голове зароились беспорядочные мысли о том, что со мной за чертовщина творится?! Дернула закованной ногой, уж это точно не бутафория. Настоящая каленая сталь, тяжелая, крепления прессованы намертво, тут наковальня с молотом поработали. Мамочки!

Убивалась наедине с собой недолго. Не иначе, как на звук гремящей цепи пришёл грязный на вид тюремщик и широко улыбнулся. У этого с зубами тоже не ладное, все чёрные. Отсюда сделала вывод – стоматолог в городе отсутствует. И это точно не актеры.

– Очнулась, господин! – Взвизгнул радостно. – Ведьма очнулась!

– Сам ты ведьма! – Рявкнула с визгом в ответ. – Жена твоя ведьма и мама. Я с ними вчера хоровод на шабаше водила!

– Взять его! – Раздался хриплый старческий голос.

– Господин?! – Ахнул тюремщик, исчезнув из моего поля зрения. – За что?!

– На допрос! – Раздался вполне серьезный ответ.

– Да я пошутила! – Спохватилась, уяснив всю степень серьезности.

– С инквизицией не шутят, деточка, – произнес приближающийся старец в довольно нарядном камзоле.

Что – то щелкнуло за стеной, и тут же раздался протяжный вопль. Вздрогнула и с ужасом посмотрела в серые глаза старика. Они пылали азартом. Чёрт… неужели это не шутки?!

Я в пыточной инквизиции?! Попала в прошлое? Или это параллельный мир? Странное дело – знания у меня на месте, но я не помню многого. Как оказалась близ странного города, откуда пришла, кто я?! Последние воспоминания, кажется, об институте. Но они так далеки и размыты! За мутной пеленой, словно сотня лет миновала. Без сомнений, приличный кусок памяти о собственной жизни отсутствовал. А еще я с такой фигурой! Я ж толстая была, та ещё корова.

Снова взвыл бедолага с пыточной. Тут же заржали мучители, видимо, получив должный эффект от инструмента.

– Знаете, меня не нужно пытать, я и так всё расскажу, – заявила, приняв сидячее положение.

– Ну, конечно же расскажешь, ведьма, – усмехнулся старик потирая ладоши. – Вот только это обязательная процедура.

– Так! Пошутили и хватит! – Вскрикнула, пытаясь подняться на ноги. И это бы удалось, если бы не короткая цепь. Надо было ближе к стене подниматься.

Инквизитор отшатнулся с испуга и истошно позвал стражу. Не прошло и минуты, показались два здоровенных лба с голым торсом и дикими взглядами. Заскрипел засов, и я завизжала! Протяжно, громко, во все своё горло, что у самой в ушах зазвенело после того, как прекратила это делать. Затем я стала реветь, горло засаднило, полились слезы ручьем. Но это никак не повлияло на моих мучителей. Цепь каким – то образом сняли со стены и поволокли меня вместе с ней наружу.

Вскоре открылись виды пыточных камер и агрегатов с обеих сторон. Чем – то всё походило на тренажерные залы в средневековом стиле. Где – то занимались делом, где – то убирались. И если бы не пятна, брызги и лужи крови, я бы так и подумала: это спа – салон.

Меня затащили в отдельную камеру с большущим крестом и широким столом с кучей инструментов, как в военной операционной. Стоило осознать, что каждая из этих штуковин терзала чью – то плоть, ноги сразу подкосились. Приставили к агрегату спиной, закрепили ремнями ноги, руки, талию.

От страха обессилила и не могла сопротивляться. А когда увидела неподалеку ведро на ножках с раскаленными углями, чуть не провалилась в обморок. От них шёл такой жар, что испарина на лбу выступила, не прошло и минуты, я вся взмокла и тут же затряслась от морозящего ужаса.

– Пошли вон! – Раздраженно и нетерпеливо рявкнул на конвой старик, когда закончили с последним креплением.

– Пожалуйста, не надо, – промямлила умоляюще. – Дяденька инквизитор, я иностранный посол, меня нельзя пытать. Меня будут искать, хнык…

Начала нести всякую чушь, на которую живодёр просто не обращал внимания. Под фон моего лепета перебирал инструмент, сомневаясь, с чего бы начать. Поднял пилу, отшвырнул, схватил щипцы, повертел ими, взглянул на мои ноги, отрицательно мотнул головой. Задумался…

Я хныкала и следила за каждым его жестом, пока он не повернулся ко мне с иглой сантиметров под двадцать.

– Пожалуй, начнем с ногтей, – произнес злорадно.

– Эй! – Возмутилась, оживившись. – А как же вопросы задавать?! Я все скажу, зачем шкурку портить?!

– Ха, – усмехнулся, посмотрев пристально. – Мы сначала пытаем, потом когда нечисть начинает болтать, придя в нужную кондицию, вызываем писаря. Тот всё слово в слово записывает. Мальчонка у нас есть умелый, пишет быстро очень. Потом уже уточняем и выясняем конкретику того, что нас заинтересует, прибегая к специальным бодрящим пыткам. Вон, видишь ведро воды. Кстати, тебя надо заклеймить, что ж я, старый растяпа, чуть не забыл.

С этими словами он потянулся к ведру с углями, где торчало два прута! Ловко прихваченная массивная перчатка тут же оказалась на его правой руке. Через неё – то он и ухватил инструмент клеймления!

Из моего саднящего горла снова раздался протяжный визг.

– Прекратить пытки! – Услышала голос с коридора.

– Я ещё не начинал! – Рявкнул в ответ инквизитор и погрустнел, увидев человека в проходе.

Высокий, стройный мужчина в серебристом кафтане до пят с толстой серебряной целью на шее выглядел лет на сорок.

– А что она кричит, как резанная?! – Предъявил тот. – Даже до наблюдательной башни доносится визг. Вдобавок, в купеческом квартале пожаловались, мол слышали, будто демонёнку воротами хвост прищемило.

Инквизитор перекрестился при упоминании сего. Отошёл в сторону, взглянул на меня с укором.

– Я ж сказал, до вечера не трогать, – выдал мужчина строго.

– Господин старший инквизитор, она наложила проклятье на надсмотрщика! – Заявил садист, тряся клеймом.

– Разберёмся, – бросил тот. – Оставь нас!

Старик вылетел пулей. Но, за решёткой замедлился, и, похоже, остался подслушивать. Тут же не изолированное помещение. Со всех сторон периодически кричат под пытками. Вспомнился кабинет стоматолога с длинной очередью.

– Спасибо, добрый человек, – пролепетала и сглотнула сухим горлом.

Старший инквизитор приблизился и посмотрел прямо в глаза. Мало того, что меня уже трясло, так теперь еще и захотелось в дамскую комнату. Этот был куда страшнее старика. В его чёрных глазах было столько опыта…

– Ты не ведьма, – заключил сразу и отпрял. – Странно.

– Почему? – Решила поучаствовать в дискуссии, непринужденно так. Несмотря на то, что запястья уже затекли.

– Тело придворной дамы. Но ты не придворная дама.

– Придворная, придворная, – закивала.

– Не лги, – сказал, как отрезал. – Манер никаких. К тому же, любая знатная тот час бы назвала имя покровителя. Его бы оповестили и отпустили бы её с глубочайшими извинениями. Но ты, ты какая – то не такая.

– Я знатная, умею читать, писать, знаю много историй, умею танцевать и петь песни, вышивать крестиком и играть в домино, – затараторила.

Мужчина рассмеялся, поправил серебряную цепь на шее и выставил ладонь вперёд с кивком, вероятно предлагая прикрыть ротик. Что и сделала покорно.

– Назови имя лорда, и мы тот час же оповестим его, – выдал с хитринкой. – Ну же, не мешкай. Или скажи свое имя, титул, край?

– Э… я, я далеко отсюда живу. Не, не помню точно, но там такие высокие –превысокие дома и машины с двигателями внутреннего сгорания.

– Что ты мелешь! – Воскликнул и взял щипцы со стола пыток. – Я вырву твой язык за то, что ты смеешь насмехаться, простолюдинка. Столица королевства в осаде вампиров и через купол теперь не пройти простым смертным. Ты либо их шпион, либо местная заплутавшая девка с публичного дома!

– Какого дома?! – Возмутилась, несмотря на свое жалкое положение.

– Шлюха ты, чего не ясно?!

– Ах ты свинья! – Рявкнула на старшего инквизитора, наполняясь гневом. Была бы слюна, плюнула бы в морду, не задумываясь. От неожиданности мужчина даже отскочил.

– Вот видите, – раздалось из коридора торжествующее. – Я ж говорил, что чары насылает и проклятьями грозит.

– Разберемся, – прошипел старший инквизитор, нервно перебирая инструмент. Через решетку высунулась счастливая морда старика.

– А что если у меня есть имя покровителя? – Заскулила, искренне раскаиваясь в том, что разозлила мерзавца.

Но он уже не обращал на это никакого внимания.

– Знаешь, что делают со шлюхами в инквизиции, – прошипел мужчина и продемонстрировал странные щипцы с продолговатым яйцом на конце, которое по щелчку вдруг разошлось, словно распустившийся цветок. От неожиданности вздрогнула.

И Господи, поняла…

– Рикард де Хетигид! Самый знатный лорд Ривала Рикард де Хетигид! – Выдала без запинки и четко, вспомнив каждую букву имени вампира.

Сипло выдала, кажется, сорвала голос.

Конечно, запоздало поняла, что это вряд ли меня спасет. Ведь вампиры осадили этот город. Они враги похлеще ведьм, их убивают не церемонясь. Видела я фильмы на эту тематику. Вбивают кол в сердце, разделывают и рубят на куски, а затем только сжигают. И, наверное, сейчас бы со мной произошло что – то подобное. Но случилось чудо.

Инструмент со звоном выпал из рук старшего инквизитора. Показалось, что во всех камерах прекратились пытки после того, как раздалось это имя. Старший инквизитор попятился к выходу, спотыкаясь. Наткнулся на старика и пнул его. Началась беготня и крики. Кого – то куда – то послали. А меня оставили одну, на этом кресте пыток.

Прошла целая вечность, а потом ко мне пришли. Но у меня были двоякие чувства. С одной стороны хотела, чтобы кто – то пришел, извинился и отправил домой. А с другой стороны, боялась какого – нибудь очередного садиста, которому уже будет плевать, что несу и как громко визжу.

Рано я обрадовалась, когда меня сняли с креста. Тут же заковали в цепи и под конвоем целой толпы солдат в золотисто – серебристых доспехах вывели из подвалов тюрьмы прямо на солнечную площадь. Там на меня посмотрели, понаблюдали, не горю ли под воздействием ультрафиолета, не корчусь ли, не плавлюсь, рассыпая проклятья. Выдохнули с облегчением да посадили в карету с лошадьми. Была бы я в восторге от всего средневекового, если бы не цепи и не угрюмые, угрожающие расправой, морды взрослых мужчин, которым я в дочери гожусь.

Доставили меня прямиком во дворец красно – белого цвета, огороженный солидной кирпичной стеной. Была ли это местная администрация или просто огромный особняк с башней, вырастающей с крыши этажей на десять, мне спросить было не у кого и нечем. По дороге в рот затолкали кляп, якобы соблюдая защиту от заклинаний.

Миновали ворота со стражниками, затем ещё одни, прошлись по аккуратно выстриженной аллее с небольшими фонтанчиками из белого мрамора, поднялись по парадной массивной лестнице и вышли в холл. Сразу повеяло прохладой, босые ноги зашлепали по крупному кафелю одновременно со стуком десятка каблуков. Если снаружи дворец грандиозно смотрелся, чуть ли не римского стиля, то внутри мрачный, пресный, без особого вкуса и с большим недостатком света, будто жители его переживают, как бы кто не пролез через окна. Про электричество вообще молчу, факела по колоннам воткнутые горят. Над серединой зала огромная люстра со свечками. Да… это ж как их зажигать?! Толку от такого света мало. Если книжку почитать, можно зрение за час – другой испортить.

Прошли очередной фейс – контроль стражи, у перехода в другой зал, и часть свиты отсеялась. Затем преодолели этажей пять по лестнице, где воняло воском, пылью и экскрементами мелких паразитов.

– Командор Боргулис, по приказу к его светлости, – повторил новым стражникам в десятый раз мужчина, сопровождавший меня за руку.

Я уже и сама выучила.

– Магистр ждет, – поклонился белокурый мальчишка, возникший будто из ниоткуда. И мы вошли через деревянную дверь в небольшой зал.

Глава 2

ГЛАВА 2. ОСОБОЕ ПОЛОЖЕНИЕ

Магистр представился герцогом Феликсом. Мужчина лет пятидесяти с седыми волосами до плеч напоминал эльфийского персонажа, вполне красивого для своих лет человека при всех его морщинах. Не хватало только ушей острых, а вот большие голубые глаза на фоне худого лица были как раз, что надо. В отличие от инквизиторов, к одежде мужчина относился проще, встретив меня в простом домашнем халате бежевого цвета. Однако под ним виднелись обтягивающие белые штаны, которые заканчивались подобием мягких мокасин. Рассмотрев это, я тут же представила французских солдат времен Наполеона Бонапарте.

Несмотря на непринужденный, даже приветливый вид магистра, усадили меня довольно далеко от него вместе с цепями. Сам же герцог восседал на широком диване, рядом стоял стол с большим количеством блюд и напитков. От вкусных ароматов захлебнулась слюной, но постаралась не поддаваться низменным потребностям с первых минут знакомства. Чувство собственного достоинства держать было крайне сложно, но игра стоила свеч. Тут он как минимум олигарх, если не правитель.

А значит, решает многое. В камеру пыток возвращаться желания нет, поэтому придется во что бы то ни стало заинтересовать его. Первый шаг уже сделан, я озвучила имя знатного вампира.

На мгновение вспомнилось красивое лицо Рикарда де Хетигида. Даже в шаткой, щекотливой ситуации подумала о нём с теплотой и уютом. Этот странный, вполне сказочный персонаж спас меня уже дважды. Знатный, благородный, красивый вампир…

Почему – то тянет к плохим парням. Себе удивляюсь.

– Как же ваше имя, таинственная незнакомка? – Произнес магистр после недолгого молчания, за время которого изучал меня взглядом.

Конечно, в грязной одежде, растрепанная и не накрашенная я выглядела жалко. С другой стороны, он мог по достоинству оценить мою вновь приобретенную фигуру.

Я пожала плечами. Командор отряда сопровождения тут же отреагировал, сняв с меня кляп.

– Сказать по правде, я… я забыла, сэр, сир, мистер… – стала перебирать с хрипотцой.

– Ваша светлость, – с легкой улыбкой перебил мою полемику герцог. – Достаточно и такого обращения.

– Ваша светлость, – исправилась, собрала мысли в кучу и продолжила уже спокойно, даже голос прорезался, хоть и горло засаднило. – Я потеряла память, именно потеряла, потому что по ощущениям знаю, что должна много знать, ну вы понимаете. Нет? Не понимаете. Ну не важно. В общем, мне кажется, я уже была в этих краях, но ничего не помню, а ещё такое впечатление, что я вдруг повзрослела лет на пять. Но не это важно. Все эти люди, они так странно себя ведут, будто мы в каком – то средневековье. Пытать меня собирались, что – то выведывать. Я ведь и так могу всё – всё рассказать, ну… из того, что помню.

– Все не нужно, – перебил мягко. – Как ты оказалась на Ливонском кладбище, это сперва поведай.

– Меня перетащил через барьер человек похожий на вампира, – начала без утайки. – Потом он укрыл меня плащом и вернулся назад. А я по его совету решила скрыться от отряда солдат, карателей, так он их назвал. Потом меня поймали ваши. Я пыталась поговорить, ни на кого не нападала, даже не обзывалась, ни чьих чувств верующих не оскорбляла, просто пыталась понять, где нахожусь.

Герцог выпрямился. В его глазах уловила заинтересованность. Но что говорить дальше не знала.

– Командор, оставь нас, – бросил вдруг Феликс, махнув рукой на главного стражника, и добавил с нетерпением. – Все оставьте!

– Но ваша светлость? – Возразил было бравый молодец с охраны.

– Она не вампир, не ведьма, и даже не маг, – произнес магистр важно. – На случай, если простой убийца, её сдерживают цепи. Что она может мне сделать? Мне, члену совета магистров? Или ты сомневаешься в моей силе?!

– Нет, ваша светлость, – поспешил ответить мужчина с заметным волнением в голосе, и вышел вместе с двумя солдатами.

Герцог подозвал белокурого мальчишку, шепнул ему что – то на ухо, тот кивнул и вылетел пулей через другой выход.

Большие голубые глаза уставились на меня пытливо.

– Можешь повторить имя? – Выдал с едва скрываемым волнением в голосе.

– Какое? – Опешила.

– То самое…

– А, – усмехнулась и брякнула: – Рикард де Хетигид, лорд какого – то там Ривала.

Герцог глазами захлопал и вдруг рассмеялся, видимо, сглаживая тем своё замешательство. Я хихикнула для солидарности. Мало ли.

– Какого – то там?! – Начал с сарказмом. – Империя Ривал тебе ни о чём не говорит? Империя вампиров – это наш непримиримый сосед, с коим мы ведем войну вот уже сотню лет.

– О, простите, я не знала.

– Понятно, понятно, – отмахнулся Феликс. – Видимо, ты не врешь. Откуда только узнала это имя?

– Так он и перенес через ваш купол, да плащом укрыл, – ответила, поглядывая на стол с яствами.

Герцог продрал горло, я тут же получила недобрый взгляд. Лицо его вытянулось, спина откинулась на спинку дивана. Тело сдвинулось к ближайшему подлокотнику. Видимо, магистр решил изобразить непринужденность, но я уловила его волнение.

Мальчишка вбежал в зал с плащом в руках. Феликс вновь выпрямился и принял его. Повертел немного, выявил золотую окантовку, с изнанки что – то там рассмотрел, и констатировал:

– Очень качественный плащ и известный герб, – затем обратился к белокурому мальчишке. – Шоней, где там адепта носит?!

– Ваша светлость, адепт Виери плохо себя чувствует, этим объясняется его опоздание.

– Ладно, ждем, можешь быть свободен.

Герцог отложил плащ и снова посмотрел на меня.

– Герб одного из сильнейших вампирских домов, – произнес утвердительно. – Следовательно, твои слова вполне могут быть правдой. Однако же… объясни, как ты уцелела после встречи с высшим вампиром? Не говоря уже о том, что он самолично перенёс тебя за купол.

– Он сказал, что в долгу передо мной, – пожала плечами. В животе громко заурчало, и мне стало так неловко.

Герцог вскочил, демонстрируя свой наполеоновский рост. На лице была нескрываемая радость. Сияние это передалось и мне. Кажется, последней новостью я обрадовала Феликса.

– Стража! – Рявкнул вдруг, что волосы у меня чуть дыбом не встали.

Вбежал командор с солдатами и шашкой наголо, готовый меня на куски порубить.

– Освободить и накормить.

Пока я давилась вкуснейшими блюдами, поедая всё руками, прибыл Виери. В нём сразу узнала того, кто вчера ударил меня в спину.

– Совсем ты плох, Виери, – констатировал герцог с иронией. – Где тот серебряный браслет, что вы конфисковали у этой девушки? Ты изучил его?

– Да, магистр, – кивнул мужчина, даже не взглянув на меня.

Мне он показался заносчивым и скользким. А еще он выглядел старше своего начальника.

– Сложное плетение, тончайшая работа ювелира, но ничего более, ни аур, ни магической силы, просто серебро высшей пробы, – продолжил ответ.

– Там еще была подвеска, – подхватила я. – С фиолетовым камнем.

– Ты не докладывал о таковом, – строго произнес герцог, встрепенувшись.

– Не было, ваша светлость, – сбивчиво ответил адепт и впервые посмотрел на меня злыми зелёными глазами.

Я поняла, что мне не нужно настаивать. Пусть подавится.

– Может, потеряла на кладбище, – пожала плечами.

Хотя вплоть до потери сознания ощущала тяжёлое украшение, висевшее на шее. Но качать права не видела смысла. Умыкнул, и ладно.

– Назначь поиски, – приказал герцог. – Фамильные ценности надо бы вернуть госпоже.

– Госпоже?! – Ахнул Виери.

– Да, именно госпоже, – усмехнулся герцог. – Это моя племянница Джулия, заблудшая и потерянная. Но теперь найденная.

– Но как…

– Более тебе знать не нужно, ученик! – Обрубил герцог. – Можешь быть свободен.

Виери, кипя от злости и давя это отчаянно перед Феликсом, удалился спешно. И мы снова остались вдвоём.

До меня не сразу дошло, что герцог практически удочерил меня. Вот только по какой причине?!

– Его магическая сила практически иссякла после встречи с тобой, – поделился выводами герцог. – Впервые за долгое время он перемещался ко мне не с помощью магии. Странно. Быть может всё дело в плаще высшего, или же в потерянной подвеске с камнем?

– Не совсем понимаю, ваша светлость, – проявила участие, вытирая рот салфеткой.

Неожиданно мне стало хорошо. Кажется, в кувшине был не виноградный сок. А я – то решила, что он просто слегка перебродил.

– Адепт Виери бил по тебе наверняка, – пояснил герцог. – Бил, как по высшему лорду тьмы, дабы не оставить и шанса. Он думал, что ты и есть он. Силу на удар бездарь копил годами, и уже было решил, что это его триумф и пропуск в королевский магистрат. Но ты оказалась жива и здорова, а он истощен и уязвим, как никогда.

– Мне жаль, я не хотела его провоцировать.

– Забудь, – отмахнулся с ухмылкой Феликс. – Теперь ты моя племянница Джулия из прибрежного королевства Силин. Маркиза Джулия Силинская. Тебе придется сыграть эту роль, если не хочешь обратно в объятия инквизиции. Ну – ка повтори?

– Маркиза Джулия Силинская, – произнесла без запинки.

– Умница, дитя.

– Вот так просто? – Ахнула.

– Проще некуда. Мне кажется, я припоминаю рассказы придворного библиотекаря о появлении людей без памяти в минувшие века. Не исключено, что и ты такая. Если конечно не являешься человеком на службе у вампира. Сей новости инквизиторы обрадуются.

– Что вы, дядя!

– Схватываешь на лету, дитя, – усмехнулся с торжеством в сияющих глазах. – Постарайся завоевать моё доверие и доверие моего окружения. Тогда у тебя не будет здесь проблем.

– Слушайте, мне бы домой вернуться, – заикнулась, и герцог нахмурился.

– В ближайшие месяцы это не представляется возможным. Мериан в осаде, леди Джулия. Попробуйте получить удовольствие от придворного общества и на время позабыть о былых проблемах.

Ага. Если бы я только их вспомнила! С другой стороны, играть роль племянницы герцога, не самое плохое положение здесь. Лучше, чем в лапах садистов и извращенцев!

– Извините за наглость, мне бы одежды какой, да кровать, хотя могу и на диване, – сделала бровки домиком и губки бантиком.

Герцог рассмеялся. Слишком открыто и вполне счастливо. Будто в его жизни произошли серьезные перемены к лучшему. Видимо, у него на меня какие – то планы. Поежилась, только бы не те, о каких вдруг подумалось.

– Да будет тебе целое крыло в этом дворце, – ответил Феликс, как бросил. – Фрейлины, слуги, гардеробы с нарядами от покойных второй и третьей жены…

Перечислял все блага, а я все больше мрачнела, акцентируя на главном.

– Извините, за нескромный вопрос, а от чего они умерли, ваши жены? – Спросила, когда герцог, наконец, закончил.

– Первую отравили, вторую умертвил вампир, третья покончила собой, когда мою младшую дочь обратили. Но не будем о былом, это жизнь, дитя моё. Она порой жестока с невинными. Ведь они часто пренебрегают наставлениями опытных и грешных.

– Какой ужас, – буркнула себе под нос и опрокинула второй бокал вина, как компот. Что – то с нервами моими сталось. – Надеюсь, вы нашли себе новую жену?

– Что ты, дитя, я уже стар, – усмехнулся. – Да и восемь дочерей пьют мою кровь пуще любых здешних вампиров.

– Восемь?! – Ахнула.

– Да, – усмехнулся. – И три сына. Старший – моя гордость. Но не раскатывай губу, тебе здесь ничего не светит. Надо бы манерам тебя поучить, прежде чем ко двору представлять! А то ты трапезничаешь, как варварская женщина, с набитым ртом разговариваешь, крошки во все стороны летят.

– К какому двору?! – Ахнула снова.

– К королевскому, – выдохнул герцог и сделал демонстративно утомленный вид. – Ну не к императорскому же.

– А может не надо? – Погрустнела. – Я бы лучше на кухне хлопотала, да полы мыла, эм, чтоб ни на какие дискотеки и вечеринки не соваться.

– М – да, – разочарованно произнес Феликс, поднялся и подошел к ближайшему окну позади дивана.

Стало не по себе от его реакции. Что – то я распоясалась в чужом монастыре. Минуту помолчав, Феликс продолжил не оборачиваясь:

– Король не часто устраивает балы в условиях военного времени. Быть может, следующей возможности представить его величеству уже не случится. В последнее время он стал замкнут, сетуя на собственную безопасность. После того, как из его покоев похитили любимого внука средь бела дня, он стал параноиком. Благо, не обезумел.

– Какой ужас.

– Мальчишке не было и десяти, неизвестно, что с ним сделали вампиры, – подлил масла в огонь, и я вдруг представила кровавые торжествующие морды нечисти, разорвавшие ребенка. – Но он теплит надежду…

Герцог осекся. Повернулся ко мне, строго посмотрев.

– О встрече с лордом тьмы никому ни слова, о его имени забудь. Не вздумай болтать о событиях вчерашних, это может стоить тебе жизни. Инквизиторам я рты позакрываю, как и своему ученику. Деточка, тебе крупно повезло, что контролирую инквизицию, что ты попала именно ко мне. Что я не был на совете или в отъезде, когда тебя заточили. Стоило инквизитору подпортить твою шкуру, ни о какой придворной жизни речь бы уже не шла. Надеюсь, ты понимаешь всю серьезность ситуации. А теперь поднимись Джулия! И впредь делай это в тот момент, когда старший по титулу поднимается! Пусть это будет твоим первым уроком этики.

Подскочила, как ошпаренная. Феликс улыбнулся и одобрительно кивнул. Как же быстро у него меняется настроение! Затем он вызвал женщину, которая показалась мне чересчур дерганной, и распорядился привести юную леди в порядок и приготовить покои.

***

Чёрными безлюдными ходами меня сопроводили до местной сауны. Я дико засмущалась, когда две молодые барышни накинулись раздевать. В результате непродолжительной борьбы тунику просто разорвали в клочья.

– Я сама! – Завизжала на назойливых.

– Но лорд приказал, – залепетала одна.

Я кинула в неё куском мыла, что угодил точно в лоб. Девушка разревелась и вылетела пулей. Вторая поняла, что запахло жаренным, и выскочила следом.

Ванна размером с добрый джакузи походила на каменную бочку или чересчур пористый чугун. На стойке полукругом размещалось бесчисленное множество баночек и бутылочек. Чуть подальше – стопка белых полотенец. Заметила незамысловатые длинные мочалки с закругленным ворсом. Я бы такими даже лошадей не стала драить.

От воды веяло паром, а от помещения уютом. Мягкий свет от свечей, ровно расставленных по стенам комнаты, придавал того еще интима. Мне бы того вампира… Ох! Отгоняю дурные мысли, когда успела стать такой… такой развратной?!

Дверь входная на засов не закрывается, ибо его там просто нет. Поэтому поспешила сразу в водное укрытие, мало ли дурынды вернутся с подкреплением. Придётся пустить в ход банки и бутылки.

Водица оказалась комфортной температуры. Обмылась, окунулась с головой. Затем только стала изучать бутылки, по запаху определила шампунь. Жидкое мыло тоже отыскала легко. Вышла из ванны накинула полотенце на бедра, другое на грудь, в третье завернула волосы. В помещении стало жарковато, и я поспешила наружу.

А на выходе меня уже ждали другие девицы! Целых три! Да ещё и с халатом наизготовку. Эти в отличие от первых выглядели, как самые настоящие леди на балу. С прическами, украшениями и платьями, пусть не такими пышными, как в кино, но довольно роскошными. Плюс лица у этих свежие, совсем не замученные и сияющие в мою сторону с такой неподдельной искренностью, что я почувствовала себя их мамой.

– Леди Джулия, – начала тёмненькая с выпученными синими глазами и муравейником на голове. – Я София, баронесса из Эссекса, назначена его светлостью старшей фрейлиной. Простите за недоразумение, банщицы уже получили по десять плетей и посажены на хлеб и воду на неделю.

Благо, что не на кол.

– За что?! – Возмутилась.

– За невежество, с которым подошли к знатной леди. Вы ведь были ими недовольны, раз выгнали. Простолюдинки бестактны без должного воспитания, и невежественны от природы рождения. Плеть им будет лучшим учителем. Позвольте?

С этими словами она мягко подошла ко мне, сняла одно полотенце, второе, третье…

– Вашей фигуре позавидует сама королева, – отвесила комплимент София, бесстыже меня рассмотрев.

Девушка почти на голову ниже меня делала вид, что смотрит сверху – вниз. И это, похоже, то ещё искусство.

Я, как завороженная встала и ничего не смогла поделать, даже дернуться. Две другие девушки, что выглядели моложе, накинули халат, и тут же представились. Кудрявая с каштановыми волосами пискляво назвалась Виолеттой, а худенькая на лицо блондинка – Лорой. Если старшей я бы дала лет двадцать, то этим не больше четырнадцати. Конечно, несмотря на выпученные глаза, самой привлекательной мне показалась именно София. Ей это даже шло.

Меня проводили в другую комнату, где веяло цветочным садом. Судя по зеркалу и прочей мебели, это был косметический салон. И тут для меня начался полнейший ад. Кто там говорил, что красота требует жертв?! Я едва не кричала, как резанная, когда мне гребнем продирали волосы.

– Еще чуть – чуть госпожа, – с трепетом говорила моя мучительница Лора, оказавшаяся при всей своей скромности довольно упёртой. – Вы же не хотите, чтобы их отрезали?

– Да и так сойдет! – Фыркала в ответ. – Что ж вы за садистки такие!

– Нет, леди Джулия, не сойдет, только не для племянницы его светлости, – наседала мегера София с натянутой улыбкой. – Вы должны выглядеть безупречно. Ведь вы – это наше лицо.

Видно по ним, что замучались со мной, не ожидали, что буду биться с их инструментом, как с теми, что у инквизиторов. А как досталось моим ноготкам! Столько грязи из них вычистили, особенно на ногах, несмотря на то, что я вышла из бани.

С одеждой смирилась с трудом. Корсет возненавидела в тот же миг, как первый шнурок затянули на спине, кучу нижних белоснежных юбок и пышное платье я восприняла скептически, а вот отсутствие нижнего белья меня попросту ошарашило. Платье хоть и красивое, но не люблю я этот цвет! Меня не спрашивали о вкусах, просто сунули бардовое в сочетании с каштановыми волосами. Дальше началось новое мучение – наложение штукатурки в четыре руки!

– Герцог желает видеть вас к ужину, леди, – раздраженно заявила София. – Постарайтесь не дергаться, прошу вас. Мы уже в десятый раз накладываем тени. А через десять минут вы должны быть в малом зале.

– Мы не доделали прическу! – Спохватилась Виолетта и стала накручивать мои локоны доисторической плойкой, которую нагревала в каминной.

Лора взвизгнула, отдернув руку. Обожглась, а еще мазанула кисточкой мне по щеке. Пришлось еще раз перемалевывать.

Закончив с прической, девочки принялись цеплять на меня драгоценности. Серьги с большими квадратными рубинами показались мне броскими, но это до того момента, пока я не увидела колье… Мамочка моя. Если это не стекло, то на мне как минимум пара миллионов евро. Я не ювелир, но кое – что в этом понимаю.

– Какая безвкусица, – прокомментировала София, разглядывая в собственной ладони мой браслет, который, видимо, передал ей герцог. – Я думаю серебряных заколок вполне достаточно. Да и во дворце самого магистра мы в полной безопасности.

Как поняла, речь идет о вампирах и их ненависти к серебру. Похоже, все знатные носят серебро для защиты. Я не возражала против экспертной оценки пигалиц, пусть резвятся, я в их власти, пока не разберусь что тут к чему.

Когда за окном уже садилось солнце, я была готова, но не спешила на ужин. Три фрейлины нетерпеливо били копытами на выходе, зазывая к герцогу жалобно и протяжно. А я не могла оторваться от своего отражения в зеркале.

Ну не помню я это лицо! Даже слои макияжа разрисованной куклы не смогли убедить, что это все дело рук фрейлин.

Я другая, совсем другая. Не сказать, что без сходства с прежней. Но теперь я взрослая, красивая женщина. Никогда у меня не было таких каштановых кудрей до плеч, идеально вычерченного лица, пухленьких губ, о каких всегда мечтала… Мамочки, мне сделали пластическую операцию?! Или я просто оказалась в другом теле?! Вокруг сказка, и мне перепало. Да ещё как перепало. Прынцесса! Вот она награда за все мои мучения!

– Леди, миленькая, ну пойдемте же, – захныкала София. – Не сносить нам головы, если герцог будет недоволен. Понимаю, что навели вас в спешке, но это лучшее, что могли в отведенное время.

Да идеально всё. Что тут говорить? Пусть ярко, даже вульгарно, но идеально, ни точечки, ни асимметрии, сработали профессионалки, каких еще поискать!

– Да иду, иду я, – проворчала, улыбаясь самой себе. – Только не хнычьте, садистки.

– Некрасивое слово, – укорила София. – Не следует его употреблять в обществе.

– Так это ты будешь меня культуре и манерам учить? – Проворчала, глядя сверху – вниз на неё. Я их всех выше как минимум на полголовы.

– Да, леди Джулия, именно так, – кивнула София и, гордо вздернув подбородок, пошла в коридор. Но тут же опомнилась и пустила меня вперед.

А на повороте уже ждал мужчина! Высокий, холеный, бравый брюнет в серебристом камзоле с узорами из блестящих камушков, похожих на бриллианты.

Возникло дикое желание посмотреться в зеркало, дабы убедиться, что нигде ничего не потекло и не размазалось. Но было уже поздно. Мужчина устремился навстречу. Вблизи я дала бы ему лет сорок, хотя сперва подумала, что он моложе. Зашелестели платья позади, фрейлины, похоже, присели, выполняя приветствие. А я встала, как дура, не зная, что и делать.

– Мидели, я так счастлив, познакомиться с вами, – произнес мужественным тоном и потянулся к моей обессилевшей лапке. – Отец так много рассказывал о вас.

Взял безвольную руку и поднёс к губам, не отрывая уверенного кареглазого взгляда от моих распахнутых в удивлении глаз. Где – то в животе прогремел разряд, но я постаралась восстановить самообладание и вернула губы в прежнее положение, смыкая растёкшуюся улыбку до ушей.

Первый же красавчик, и я сражена наповал! Вампир не считается, там другое…

– Мое имя Августин, – представился, отпуская руку. – А вы, я полагаю леди Джулия из славного королевства Силин, чей флот господствует на море и гоняет пиратские шхуны, да всякое другое отрепье.

– Да, да, – пропищала и захлопала чёрными длинными ресницами.

Лорд взял под руку едва ли не силой, и мы пошли вместе, как самая настоящая пара. Фрейлины потащились позади, заметно отставая.

Непринужденной беседы не вышло. Я только слушала, улыбалась и кивала, как истинная блондинка. Сказать мне ему было нечего, поддержать средневековые темы тем более не могла. Вскоре почувствовала его разочарование, видимо, он ожидал, что буду показывать свою образованность, острый ум и эрудицию. Однако перед входом в малой зал он остановил меня.

Фрейлины плелись далеко позади. Августин встал передо мной, уставившись в район моего пышного декольте, пылко задышал, ухватив за обе руки, прижал к своей подкаченной груди.

– Миледи, я пылаю страстью, – прошептал, через мгновение его руки уже были на моей талии. А его дыхание раздувало мою челку. Привлек, прижал и потянулся целовать.

И я залепила пощечину. Все его чары тут же прошли. Этот урод совсем мне не нравился.

Мужчина отскочил, прижав ладонь к разгорающейся щеке. Посмотрел с обидой. Прищурился, мол, я сучка такая.

– Я старший сын герцога, – пролепетал, как бы в оправдание. Или мне в укор?

– А я, я его племянница. Порядочная женщина, дающая всем по порядку, так что нечего лезть без очереди!

– Что дающая? – Опешил.

– Не что, а куда! По наглой морде! – Фыркнула, притопнув ещё и каблуком по плитке.

Сама от себя не ожидала, что могу дать такой отпор. Что – то из меня воинственное лезет. Даже поймала себя на мысли, что готова просто придушить голыми руками ни в чём не повинного мужчину.

На шум подоспели фрейлины. София присела в реверансе и, резко ухватив меня за руку, потащила с места конфликта.

– Ты будешь моей, – раздалось в спину. – Рано или поздно, ты будешь…

Вошли в зал, оставляя позади наглого сынка герцога. А сам герцог, похоже, и не скучал, ожидая меня. Гостей он привел море! Одних только женских платьев цветочная поляна, что в глазах рябит.

Впервые за время пребывания здесь меня охватило волнение. Волнение, будто бы рвущееся из прошлого.

Глава 3-1

ГЛАВА 3. ПЕРВЫЙ ВЫХОД В СВЕТ

Малый зал представлял собой огромную гостиную комнату с высокими закругленными к центру потолками, создающими некое подобие купола. В центре стоял продолговатый стол, по стенам диваны и широкая арка с лоджией и видом на вечерний город. Света было достаточно, кажется, источников его имелось много, но ни свечей, ни масленых ламп я не обнаружила. Отсюда сделала вывод: магистр пользуется магией, дабы показать гостям, какой он могущественный.

В зале гостей человек двадцать, на балкончике две пары виднеются, облокотившиеся на перила. Одни на диванах развалились, другие за столом. Никакого официоза, простая вечеринка. Легкий гам, звон бокалов и разношерстный смех.

И это спасало мои щеки от огня. Внимание чужих глаз они бы не выдержали. София молча подвела к столу, усадила неподалеку от герцога, который был, похоже, уже пьян. Рядом сидящие мужчины тоже оказались поддатые. Когда приблизилась к столу, подорвались со своих мест все ближайшие, только их так шатало, что полетели со стола бокалы, приборы и салаты. К счастью подоспели шустрые служанки и сгребли все в сторону, чтобы я не поскользнулась.

Кто там про манеры вторил? Свиньи такие. Испытав острое отвращение от смешанных запахов, я все же выдавила улыбку тем, кто обратил на меня внимание.

– Вот почему надо пребывать вовремя на званый ужин, – прошептала на ухо София. – А герцог уже изрядно пьян. Никогда не видела, чтобы он так напивался. Случилось либо что – то очень хорошее, либо что – то очень плохое.

Тем временем со стола убрали объедки, расчистив мой участок от прежнего гостя. Заботу я оценила, как и то, что мне тут же налили вина. И сделала это заботливая София. Две другие фрейлины куда – то ретировались. Видимо, малы еще для пьяной вечеринки.

– Вы слишком напряжены, – произнесла фрейлина участливо.

– Еще бы, – ответила, наблюдая, как полуобморочное тело герцога оттаскивают к диванам. Никогда не терпела пьяных!

– Здесь самые доверенные лица его светлости, – прошептала София. – Вам нечего бояться, миледи. Болтайте, что вздумается, наслаждайтесь дворцовыми сплетнями. Расслабьтесь и получайте удовольствие от ничем не обязывающего общества. Пусть это будет вашей первой репетицией перед выходом в свет.

Я бы расслабилась, если бы не появился Августин. Он бесцеремонно уселся на место своего отца и сделал вид, что меня здесь просто нет.

То же изобразила и я. К моему счастью, София уселась справа, как раз между мной и сынком герцога. Не обращая внимания на Августина, она стала на ухо представлять мне всех сидящих за столом слева – направо. Имена и в особенности титулы мне как китайский язык, не запоминала особо. Однако намотала на ус, что среди присутствующих есть две дочери и еще один сын герцога.

Титулованные особы меня не интересовали. Тут граф на графе и графа погоняет. А вот сами персонажи удивили! Роскошные наряды, тщательно подогнанные одежды – об этом я промолчу. Все и так понятно. Но не могла не обратить внимания, что одних только драгоценностей навешано столько, что ими можно полностью украсить елку на Красной площади! Такое ощущение сложилось, что люди не доверяют собственным замкам в доме. Все самое дорогое берут с собой. А еще демонстрируют его окружающим, будто соревнуясь. Второе, чему я удивилась, так это очень юным особам в окружении не очень юных молодых людей. Контраст слишком большой. Сорока, а то и пятидесятилетние мужики сидят с пятнадцатилетними куклами, которые беспрестанно ржут. А мужчины постоянно что – то говорят, а если не говорят, то это потому, что рот занят выпивкой или едой. Некоторые с едой во рту продолжают развлекать дам своими рассказами.

Попыталась вслушаться. Едва разборчивая каша из сплетен, местных новостей и героических поступков в местах прорыва нечисти.

– И часто нападают? – Решила поучаствовать, спросив соседа слева.

– О! Леди Джулия, я ведь правильно вас запомнил? – Промямлил пьяный граф и вознес бокал. Я тут же пожалела, что привлекла его внимание.

– За знакомство! – Объявила черноволосая женщина, восседающая за столом напротив со своим бокалом в руке. Её тут же поддержали окружающие.

– За прелестную леди Джулию! – Подытожил торжественным голосом Августин, наконец, обративший на меня официальное внимание.

Пригубить не получилось. София за ножку бокала поддела, коза такая.

После выпитого в горле потеплело, и разыгрался аппетит. Без особых церемоний я взяла вилку и нож, коих было с обеих сторон от тарелки по пять штук, и начала ковыряться в гусиной ножке, попутно цепляя сочные листья салата. Фрейлина советовала попробовать то да се, я, конечно же, не могла проигнорировать. Жор напал серьезный. Вскоре меня потянуло на сладкое.

Пока ела и пила, слушала болтовню графа о прорывах нечисти за купол в город. Ничего особенного и удивительного. Вампиры делают подкопы под куполом, а также пользуются старыми подземными ходами и катакомбами, что простираются и за черту города. Поэтому простые жители подвалы домов не посещают даже под страхом смерти. Днем вампиры не активны, и купол ослабляется, дабы сберечь и подкопить энергию, а к закату его вновь усиливают и держат до рассвета.

– Так если днем вампиры спят, почему просто не эвакуировать город? – Предложила клюющему носом графу. – То есть собраться всем, да уехать средь бела дня.

– Император не велит, – ответил с усмешкой мужчина. – Обещает войско. Должны мы до зимы продержаться. У монархов планы нам непостижимые, миледи. Да и осаждает нас нечисть хитрая и коварная. Там что день, что ночь, не всё так просто. Вы молодая девушка, сложно вам вразумить стратегию и дело военное.

Хм. В городе король, где – то там в облаках его начальник император…

– А император припасы какие – нибудь присылает? – Продолжаю расспрашивать, несмотря на камень в мой огород.

– Видите, сколько еды на столе? – Вмешался в разговор ещё один лорд.

– А простые жители? – Съехидствовала.

– Да пока вроде не жалуются, – отмахнулся граф. – Мои – то подданные сыты. А за столицу в ответе король Энгель.

– Вы за простой люд не переживайте, леди, – прошептала София на ухо. – У знатных так не принято.

Я бы подзатыльник ей отвесила, вот только не успела.

– Не желаете прогуляться, Джулия? – Раздался бодрый голос Августина, стоило мне замахнуться.

Похоже, это попытка номер два.

– Нет, спасибо, – ответила резко.

Поговорку о том, что пьяная женщина кое – чему не хозяйка, мне еще в студенческие годы вдолбили. Но хоть и выпила уже три бокала, этого оказалось недостаточно для слабости характера.

– Как знаете, – фыркнул и перевел внимание на Софию. – А вы, баронесса?

Фрейлина подскочила, как ошпаренная, и они удалились под руку.

Женщина с чёрными волосами, сидевшая напротив, одобрительно кивнула, когда я непроизвольно посмотрела на неё. У этой хмеля ни в одном глазу, в отличие от её кавалера.

Предложение сынка герцога было здравым. В том смысле, что надо бы свежим воздухом подышать. А ещё хотелось покинуть стол, потому как граф то и дело на меня заваливался. Его дама, сидящая левее, уже переместилась на диван и горячо болтала с симпатичным белобрысым юношей. Стоило задержать на нем взгляд, как получила ответный и устыдилась.

Выйдя на лоджию, осознала, как мне не хватало свежего воздуха и бескрайних видов да просторов. В обе стороны балкон не был ограничен перилами, скорее всего, шёл по периметру этажа. Отойдя от арки метров на двадцать, я облокотилась на мраморные перила. Рядом не было людей – как раз, что надо.

Три бокала вина я выпила, но хмеля ни в одном глазу. Только смелости прибавилось, распоясалась с чужими людьми. Видимо пьяные кажутся мне такими безобидными. И все же… когда я научилась так пить? Вино, что сок хлестала. Помню, от банки пива уносило. А от трёх бокалов вина я бы сейчас лежала без памяти на кровати у Августина и пыталась извиниться за то, что меня на него стошнило.

Вид с этажа шестого – седьмого не показался мне таким уж грандиозным. И дело даже не в высоте, с которой лицезрела. Серые верхушки серых домов не впечатляли. И это не их цвет, это образная характеристика. Дома были разные, возвышались над бедными кварталами и богатые домишки, а также дворцы и усадьбы. Улочки резали кварталы вдоль и поперек. Криво, косо и лесенкой по диагонали. Вдалеке виднелись и ровные ряды солидных домов, и монументальные постройки, но они были будто за пеленой тумана. Огоньки горели в домах, по улочкам шныряли люди с факелами. Откуда – то доносился скрип колес под ржание лошадей, отдаленная суета и ругань. Город казался бескрайним, и лишь наличие купола, накрывающего его, говорило о том, что это не так.

Под самой лоджией виднелся довольно компактный парк с невысокими деревьями и постриженными кустарниками, принадлежащий огороженной территории дворца герцога. Освещением особо не балован, но факелы на специальных столбиках через каждые десять – пятнадцать метров горели. Они и освещали прогуливающиеся парочки…

Грусть накатила и ощущение, будто что – то упустила или потеряла. А еще поймала себя на мысли, что не переживаю по поводу того, что оказалась неизвестно где. Черт побери, у меня на душе абсолютное спокойствие! Словно весь мир – мой дом. Ага, бомжи тоже так думают. Все это мимолетно. Конечно, я здесь не в своей тарелке. Столько чужих людей, и некоторые уже что – то от меня хотят.

К перилам подошла и пристроилась рядышком та самая женщина, что сидела напротив за столом. Ростом она была чуть выше меня, в чёрном платье и слегка вьющимися до самого пояса волосами выглядела довольно эффектно. Кажется, её звали Камилла. Но я не стала рисковать и обратилась универсально:

– Леди?

– Приятный тихий вечер, – произнесла непринужденно та. – Не то, что вчера. Говорят, высший вампир с легкостью прошел через купол. До смерти напугал магистра и обескровил его лучшего ученика.

Забавно, моя история не такой уж и секрет.

– И где он теперь? – Спросила я, показывая тем, что не в курсе дел.

Понятно, что эта женщина чего – то хочет от меня. Но помня наставления магистра, твёрдо решила держать язык за зубами. Хитрой женщине не выведать у меня ничего! А то, что она хитрая я поняла, потому что трезвая, как стеклышко. Хотя тостов она спровоцировала десяток.

– Ушел, а может, бродит по подвалам, – предложила свою версию женщина. –Катакомб столько, что можно всех людей Мериана переселить. И в полночь выйдет на охоту. Высший в городе людей, как лиса в курятнике.

Сказала она это с таким выражением, что мурашки по моей коже прокатились. Но я быстро подавила испуг, Рикард ничего мне не сделает. Да и ушел он обратно.

Боковым зрением заметила, что Камилла повернула ко мне голову. Пришлось и мне встречать её взгляд своим. Взгляд опытной женщины ни с каким другим не спутаешь, как бы миловидно не выглядело искусно наштукатуренное лицо. Голубые глаза буквально впивались. Секунды неловкого молчания искали во мне что – то. А я просто улыбнулась. Женщина будто опомнилась, улыбнувшись в ответ спустя пару мгновений.

– Можно? – Спросила и потянулась к локону моих волос.

Я кивнула.

– Просто прелестные волосы, таким позавидует даже королева, – отвесила комплимент, едва коснувшись пряди.

В свою очередь я оценила её макияж, всё же не так вульгарно раскрашена, в отличие от меня. Достоинства подчеркнуты, недостатки скрыты.

– Про фигуру я уже такое слышала, – ответила с кривой ухмылкой. И это была моя защита от смущения, в которое она меня так легко повергла.

– Вижу, скромностью вы не обделены, – усмехнулась женщина.

– Знаю, знаю, – продолжила вредничать в надежде, что она отстанет.

– А вы молодец, что не поддались соблазну посетить постель маркиза Августа, – выпалила вдруг собеседница приподнято. – Хороший ход.

– Он же ничего не сделает Софии? – Спохватилась я, искренне переживая за невинность моей фрейлины.

– Для лорда она является безотказным вариантом, леди Джулия, – ответила Камилла, уставившись в неопределенную даль. – Слабым утешением, как и многие другие дурнушки при дворе его светлости.

– То есть она вынуждена?

– Она уже не раз отдавалась ему, – раздался ответ с иронией. – И это ей на руку, женщины, подобные ей, успеха добиться могут лишь через покои высших лордов. Но есть и иной способ, тот, что используете вы. Быть может и бессознательно.

Сказала бы ей, что я плевать хотела на все эти брачные и подковёрные игры. Но ссориться ни с кем больше не хотелось. И так после Августина кусок в горло не лез. Стоило ли злить сына своего покровителя?

– А вы к нам надолго? – Камилла сама перевела тему.

– На месяц, – ответила, что первое в голову пришло.

– Вы же из Силина? Интересно, как живётся на берегу моря. Вам доводилось ходить по морям?

– Дааа, – протянула, пытаясь выловить ускользающие в прострацию мысли. – Было дело.

– А не были у Чёрных берегов? – Брякнула Камила.

– Где? – Мне показалось на берегу Черного моря.

– У черных берегов Черного континента, где боги обрушили свой гнев и сожгли всё живое, – уточнила маркиза обыденно, словно речь идёт о литературном произведении.

– А, была, была, – махнула рукой, не вдумываясь в вопрос.

– В самом деле?! – Ахнула Камилла. – Говорят, сотни лет назад там была великая война людей и орков. Как раз тех самых, что ушли с нашего континента на Чёрный по воле бога Кай. Орков не стало, ибо они проиграли. С того и начались в империях Заморий проблемы с вампирами, коих раньше никто не видывал. И все – таки, мне сложно поверить вам. Я слышала, что корабли, отправлявшиеся на Чёрный континент, никогда не возвращались.

– Простите, я неверно поняла вопрос, – выкрутилась, понимая, что меня загоняют в ловушку. – А зачем вообще корабли туда отправлялись?

– За магической пыльцой, зачем же еще, – ответила с выражением, будто это должен знать каждый. – Сколько мифов и историй об этом. Маги грезят заполучить хоть крупицу той силы и верят во всё это, как дети. Если Феликс не уйдет в запой после сегодняшнего, можете расспросить своего дядюшку. Это его любимая тема.

– Хорошо, – кивнула и обратила внимание на странную парочку в парке.

Два мужчины обнимались на небольшой, но хорошо освещенной площадке. Прямо у всех на виду! Вскоре они стали так страстно целоваться, что я скривилась.

– Что – то не так? – Заметила мою озадаченность Камилла.

– Это нормально? – Кивнула вниз на любовников.

– О, у вас отличное зрение, дорогая. Постойте, кажется, это...

Слова перешли на визг. Я и сама застыла от ужаса, когда мужчины отлипли друг от друга. Один рухнул на землю, и уже не закрывал собою лицо другого. Искажённая гримаса с окровавленной ухмылкой уставилась прямо на нас с Камиллой! Если бы не злобная морда, его можно было бы спутать с гостем. Опрятный камзол, белая рубаха, правда уже с пятнами крови… Стою, как завороженная рассматриваю монстра.

– Стража! – Взревел мужчина неподалёку, убегая с лоджии обратно в зал.

Вампир блеснул зловещими жёлтыми глазами и понёсся с нечеловеческой скоростью прямо по прогулочной дорожке, настигая какую – то пару молодых людей, чересчур увлеченную беседой. Монстр и не думал сматываться через забор! В парке разразился то и дело подхватываемый женский визг, говорящий о том, что людей там оказалось немало. Из обеденного зала стал доноситься шум паники. Пошла в ход посуда и мебель. Кто был пьян, видимо, протрезвел, а кто был трезв, сейчас несся за стражей.

Когда Камилла визжать перестала, я не уловила. За руку она меня дернула уже в адекватном состоянии.

– Здесь не безопасно, – прохрипела бедняжка и потащила меня за собой вдоль балкона. – Это не простой вампир, раз преодолел защиту магистра.

– Не простой? – Уточнила уже на бегу.

– Да, сильный! В башню, быстрее!

Нырнули в другую арку, оказавшись на узкой винтовой лестнице.

– Зачем загонять себя в угол?! – Возразила, притормозив на первом же тёмном пролете.

– Во дворце Феликса лишь две серебряные двери, первая ведет в его покои, вторая в его кабинет в башне! Пошли, ну же!

Сверху раздался женский крик ужаса и злорадный смех.

– О Боги! – Ахнула Камилла, развернулась и бросилась без оглядки вниз, отцепившись от меня. Через десяток ступеней каблук зацепился за подол, и она, упав, покатилась колокольчиком. Это так из – за платья выглядело.

Только скрылась за поворотом, с другого выхода показался взъерошенный мальчишка лет тринадцати в светлой форме официанта.

– Помогите, госпожа! – Взмолился мне в спину, ибо я уже бросилась вниз, чтобы поднять с лестницы стонущую женщину.

А мальчишка в слезы:

– Его светлости нужна помощь, все разбежались. Срочно, нельзя терять ни секунды!

Делать нечего, покровителя надо спасать. Мальчишка так трогательно просит, да и, судя по шуму снизу, Камилла с подолом справилась сама. Развернувшись, пошла за парнем.

Коридорами повел, общий звуковой фон стабилизировался. Только редкие крики заставляли вздрагивать. Но официантик безудержно тащил к лорду, лепетал, что его надо привести в чувства, чтобы он там всей нечисти как вдарил! А служанки пропали. И все его приближенные гости, вероятно, посчитав, что герцог в безопасности, тоже ретировались.

Стали спускаться по парадной лестнице, два пролета и вышли на этаж в холл. Повел в комнату, которая оказалась сквозной. Так прошли еще четыре, видимо, обходя главный коридор. Справа из окон доносился шум гремящих доспехов и крики стражи. Похоже, во дворце прибавилось солдат. Но мальчишка попросту не реагировал на них, спешил, постоянно оглядываясь, не отстала ли я.

– Подождите, господа, – встал у закрытой двери.

Остановилась. Мальчишка прислушался, затем дверь приоткрыл, заглянул.

– Все в порядке, – прошептал и позвал за собой.

Внутри полумрак и задувает ветерок. Кажется, это тупиковая комната. На кровати герцог, укрытый одеялом по самую голову. Дверь на лоджию нараспашку, шторы колышутся на ветру. Пламя одной единственной свечи, что на столе, вот – вот задует.

Если это покои герцога, слишком уж они тесные, а кровать скудноватая. Скорее всего, его тут спрятали.

Только я собиралась подойти, мальчишка остановил.

– Госпожа, нужно серебро. У вас есть серебро?

– Эм, зачем?! – Опешила.

– Разложить, как можно больше на подоконники и у двери, чтобы нечисть не зашла. Скорее!

Стала снимать заколки, распуская прическу. Набрала горсть, протянула ему.

– Сыпьте к двери, быстрее! – Взвизгнул и ринулся к окну на что – то там посмотреть.

Высыпала.

– Еще, нужно все, что у вас есть, – не унимался перепуганный мальчонка.

Собрала все.

– Пуговицы тоже из серебра, – кивнул официантик. – Отрывайте и кладите к выходу на балкон! Скорее госпожа, нечисть близко! Скорее!

– Что с герцогом? – Поинтересовалась, выполняя его требование.

– Нужна вода, слуга скоро принесет её, – произнес уже более спокойно.

Слишком спокойно.

– А вот и он, – ровным тоном произнес официантик, кивая на балкон.

Оттуда показалась фигура мужчины, по одежде совершенно не смахивающего на прислугу. Какой – то лорд, судя по камзолу.

Мальчишка подошел к столу со свечей, и я увидела на его белом вороте кровь. Тот, кто выдавал себя за герцога, стал подниматься. А я попятилась к двери, осознав, какая все – таки дура.

Но мальчишка ринулся с нечеловеческой скоростью и преградил мне дорогу, отшвыривая ногой в сторону серебряные брошки.

Под ногами мужчины, что входил через балкон, заскрипела вся остальная бутафория, от которой я так старательно избавилась.

– Рональд, как всегда изобретателен, – произнес второй мужчина с кровати.

– Кто у нас сегодня на ужин? – Подхватил первый и засмеялся.

Мальчишка тоненько захихикал. Вот же коварная тварь! Заманил в ловушку и заставил скинуть все серебряные вещи. И страшно, что сердце затрепыхалось, учащая удары до запредельного, и досадно, что так легко провели!

В угол отступила. Морды страшные с трех сторон наступают неспешно. Улыбаются или скалятся, обнажая клыки под три сантиметра! Глаза с желтыми зрачками, как у волков! Видимо, цвет их меняется, когда собираются нападать. У лже – официанта же они были зеленые, человеческие. Но как я сразу не углядела кровь?!

– Запах младенца, – прокомментировал один из вампиров.

– Невинного, свеженького младенца, – облизнулся второй. – Вот, что манило нас весь этот мучительный ненавистный день.

– Обращать не будем, сожрём полностью, – выпалил первый.

Затряслась от ужаса. В горле всё передавило, так что о визге речи не могло идти. Какой же беспомощной себя почувствовала!

– Как, как делить будете? – Прохрипела сбивчиво и добавила воодушевлённо: – Первый укусивший получит самое – самое вкусное!

– Я первый, – фыркнул вдруг мальчишка. – Моя заслуга!

– Без нас ты никто, – рыкнул другой вампир. – Это лакомство моё.

– Нет Карел, мое, я всё придумал, – оспорил второй взрослый.

Собралась с духом, пользуясь секундами промедления хищников.

– Серебро! – Крикнула не своим голосом, вознеся руку, зажатую в кулаке.

Эффект вышел даже лучше, чем могла предположить. Вампиры бросились в стороны, будто я крикнула «граната», вырвав чеку. На балкон рванула с такой прытью, что чуть через перила не перелетела по инерции, когда оказалась снаружи.

– За ней! – Заревел один из шайки.

А я с ужасом осознала, что с балкона этого мне деваться попросту некуда! Разве что вниз полететь.

Одно утешало, света здесь было больше. Купол сверху своей синевой осветил мерзкие морды сполна. Даже у мальчонки она исказилась, превращая его в безобразного карлика без каких – либо детских черт.

– Какой я младенец?! Я взрослая девушка! – Прикрикнула на них, что те дернулись от неожиданности.

Сама уже к дальнему краю балкона прижалась. Пусть один – через перила прямо на парк падать. Этаж примерно третий, могу и выжить. Но не факт, что уползу от них внизу, ибо эти, вероятно, обладают нечеловеческой силой. Следовательно, легко прыгнут за мной и сожрут уже в парке.

– Кровопийцы чертовы! – Решила поругаться. – Морды нахальные!

Немного легче стало. Снова дернулись от первого резкого звука, но на полшага приблизились. Балкон узкий, все трое друг к другу сбились, скалятся и ждут подходящего момента, как мелкие хищники, застигнувшие врасплох раненного зверя. Хотя какой я зверь?! Мышка!

– Я подруга вашего главного! – Заявила, цепляясь за последнюю ниточку.

Конечно, в глубине души надеялась, что сейчас меня Рикард и спасет. Появится и всех передушит, а мне в любви признается с окровавленной улыбкой. Но его всё нет и нет.

– Рикард де Хетигид вам всем головы поотрывает, волки позорные! Он высший вампир! – Взвизгнула, когда мальчонка, оказавшись самым шустрым, вырвался вперёд.

К счастью, его тут же придержал один из взрослых.

– У нас другой хозяин, – пискнул мальчишка и попытался снова напасть. – Я кусочек. Ну дай, ну Карел.

– Нет, я первый, – прорычал Карел и швырнул его через перила с такой легкостью, что я оставила всякую надежду на успешное сопротивление.

Глухой удар тела о землю оповестил о не совсем удачном падении. Снизу раздались крики стражников и обычный, стонущий голос мальчишки. Он плакал и изображал, что покалечен. Вот же хитрая мелкая тварь.

– Стража! – Взревела, что было сил. – Помогите! Спасите! Я маркиза Джулия! Племянница герцога! Любимая племянница кстати!

Донесся визг мальчишки, перешедший в хрип настоящего монстра. Кажется, ему не поверили и закололи. Оба вампира бросились на меня через секунду.

Тут же запутались в платье. Затрещала ткань под весом ног. Один ухватил за руку и вцепился зубами, второй потянулся к шее, чтобы сделать тоже самое. Невероятно сильные монстры с легкостью подчинили меня себе. Но не могли поделить и тянули каждый на себя.

Мощные челюсти сдавили чуть выше запястья. Закричала не то от боли, не то от перехватившего нутро страха.

Вспыхнули глаза того, кто вцепился в руку. Отшатнулся, отпуская хват. Загорелся рот синем пламенем. Огонь стал переходить на всю голову и тело.

– Ах ты стерва! Ткань с серебряными волокнами! – Произнёс искаженным голосом, клацая обнаженной до кости челюстью.

Я такой жути в жизни не видела!

Второй с испуга отступил. Ладони его тоже стали плавиться, покрываясь крупными волдырями, которые тут же лопались, обнажая мясо. От вида ладно, меня от запаха чуть не вывернуло!

– Убью! – Проревел второй и прыгнул на меня, как кошка, поджав ноги.

Щелчок! Вампир перелетел через меня и упал вниз. Ещё щелчок! Тот, что был с горящим черепом вместо головы, завопил пуще прежнего. Его полностью охватило пламя. Через пару мгновений дым заполонил весь балкон, будто тут произошла очень едкая химическая реакция.

– Защитить маркизу! – Раздалось из комнаты, и вскоре на балкон вбежал солдат в блестящих доспехах с арбалетом. Следом еще один. Кажется, это они пронзили кровососов через окно.

Сквозь ещё не рассеянный до конца дым увидела, как на балкон влезает мужчина в чёрном мундире. Рывок, и он с легкостью преодолел перила, преградив путь солдатам из отряда карателей. Только смотрел он не на них, а на меня.

– Не приближаться, – произнес мужчина солдатам, те тут же отступили, слушаясь беспрекословно.

Вряд ли это был вампир. Черноволосый мужчина с выраженными скулами, аккуратно выстриженной бородой и усами был похож на боевого офицера. Шпага, арбалет за спиной, кинжал на поясе, перевязь со стрелами. Это у вампиров оружье – зубы да когти, а у наших всё ручное.

Уставился он на меня строгими карими глазами и, вынимая шпагу, спросил слегка певучим, но мужественным голосом:

– Вас не покусали?

– Нет, – ответила с хрипотцой, не в силах даже пошевелиться.

Кажется, его решительный взгляд меня окончательно доконал. Вместо того чтобы броситься к нему в объятия, сейчас я готова была броситься с балкона.

– Покажите шею, – произнес строго.

Повиновалась, дрожащей рукой отодвигая локоны распущенных волос.

– Со всех сторон, – скомандовал мужчина, прищуриваясь в подозрении. – И с этой. Хорошо. Теперь руки, показывайте, леди. Не медлите с этим.

Не медлю, просто чувствую себя такой беспомощной и грязной…

Не трудно осознать тот факт, что если меня покусали, то укола серебряной шпагой не избежать. А меня ведь покусали! В правую руку вцеплялись! И она теперь болит, что выть хочется!

Показала ладони, но это его не устроило.

– Пропорите правый рукав, – произнес и подбросил кинжал.

Поймала за рукоять одной рукой довольно ловко, что насторожило офицера ещё больше. За его спиной оба солдата стояли уже со взведенными арбалетами! Я и не задумывалась, ловила, как могла. Чисто случайно вышло, что поймала так.

От серебряного кинжала дымиться не начала, отчего уже стало легче. Сунула его под манжету и дернула назад, подцепив ткань. Вскрикнула от боли, ибо одна сторона лезвия, похоже, ранила меня. Кинжал был острым с обеих сторон, чего не учла, пребывая в панике. Ткань разошлась, а с ней хлынула и кровь. Потекла по пальцам прямо на одежду.

– Достаточно, – бросил мужчина, отбирая кинжал, и скомандовал солдату. – Левон, перевяжи леди рану.

Только я хотела высказать ему, какой же он все – таки скотина. А гад уже прошмыгнул в комнату, а оттуда умчался дальше.

– Вы уж простите, госпожа, нашего капитана, – говорил невысокий солдат Левон, перевязывая рану. – Времена тёмные настали для Мериана. Некогда ему распылять любезности, он подчиняется лично королю и действует без промедлений… Ох, хвала Явлению, наконец – то поймали графа Карела с его приспешником.

– А вы искали именно их? – Удивилась.

– Их и не только, – стал разъяснять солдат. – Сэр Рудольф ведет список пропавших лордов во время прорыва. Обращённые прячутся в подвалах, осознавая, что избавлением от зла может быть только смерть. А мало кто желает на небеса, да в расцвете сил. Вот и прячутся.

– Какой ужас!

– Еще какой, миледи. Многие обращённые попадаются через день – другой. Их ведёт голод. А некоторые, например, неслабовольные лорды, умеют скрыть своё существование среди нас. Им помогают прислужники зла, необращённые люди, заманивая добычу прямо в подвалы.

– А зачем вампирам помогают люди?!

– Вы, леди, как не от мира сего. Есть те, кто обижен на других людей и мечтает обрести силу и власть, получив её от тьмы. Вот и все объяснения… Готово, госпожа, я закончил. Позвольте проводить вас до покоев, куда прибудет лекарь. Можете не беспокоиться, со мной вы в полной безопасности.

– А где герцог Феликс?

– Не стоит переживать за его светлость, к нему приставлена королевская гвардия.

В покоях меня ждали только две младшие фрейлины. София куда – то пропала. Хотя… я знаю куда. Точнее, надеюсь, что с ней ничего не случилось. Конечно, с ней было бы спокойнее. С другой стороны, она навязчива и может без труда полезть со мной в туалетную комнату, где я намерена хорошенько рассмотреть рану ещё до прихода лекаря.

Девочек попросила оставить меня одну. Возражать те не смели. Такого ужаса в невинных глазах ещё не видела. А всего – то запачканный кровью рукав, что сам бардового цвета. Не сразу и разберешь, что это кровь.

Глава 3-2

Следующие сутки провела в своей комнате. Ссылаясь на плохое самочувствие, раза три отбилась от назойливых младших фрейлин. Какая удача, что среди них не было Софии! Загуляла девушка… Феликс обо мне, похоже, даже не переживал, видимо, похмелялся. Спасибо и на том, что еду носили в «номер». Аппетит разыгрался нешуточный, хоть и воротило от воспоминаний о страшных, кривых мордах, но это не мешало наслаждаться сочным, поджаренным на углях мясом с пряностями и сливочным соусом. Главное при этом не прокручивать в голове картинки с поджаренными вампирами.

Следы от зубов кровососа каким – то чудом смазались раной от кинжала. То ли он слегка прикусил, что дырочки были маленькими, то ли рана от клыков быстро затянулась. Вся, как на иголках, я переживала, что в любой момент почувствую чей – то зов, жажду крови, нечеловеческую силу или моё лицо превратился в желтоглазую страшную морду. Как не хотелось становиться монстром, пьющим соленую, мерзкую человеческую кровь. Каждые полчаса смотрелась в зеркало, скалилась, обнажая все тридцать два зуба. Постоянно проверяла кожу на чувствительность к ультрафиолету, подставляя руку под прямые солнечные лучи.

София явилась с подносом еды ближе к обеду следующего дня, застав меня в постели. Бодрая, румяная, довольная фрейлина притащила салат из фруктов, кашу и красивое на вид пирожное с чаем. А я растрепанная, размазанная и едва отошедшая от шока, вдруг перехотела есть вообще. Шок, как оказалось, защищал мою нервную систему первые сутки с момента встречи с реальными вампирами! Реальными, мать вашу, вампирами!!

– Леди, я узнала ужасную новость и сразу поспешила к вам, – выдала коза, которая, наверное, часа три занималась собственной красотой прежде, чем посетить меня.

– Ага, спасибо, – проскрипела, принимая сидячее положение в кровати.

– Ой, какая гадость! – Воскликнула фрейлина, завидев окровавленную повязку. – Как бы не был занят лекарь царапинами придворных, вы же племянница его светлости! Я велю наказать его!

– Не нужно никого наказывать. Пришёл, перевязал, оставил бинты по моей просьбе. Сама всё умею, не маленькая. Сейчас перевяжу и будет чистый бинт, рана уже затянулась.

– Хм, это как так? – Опешила София. – Леди этому не учат.

– Жизнь заставит, научишься всему, – усмехнулась в ответ.

– Лекарь ведает своё дело в совершенстве, но как знаете…

– Как там герцог? – Интересуюсь, поставив ноги на мягкий ковровый ворс.

– Он изрядно пьян, и довольствуется обществом стражи, которую приставил к нему король. Репутация магистра стремительно падает. А всё из – за нападения на наш дворец.

– Как понимаю, нападение было тщательно спланировано, – выдвинула свою версию.

– Вы думаете? – София захлопала выпученными глазами. Сегодня она не кажется мне такой уж симпатичной.

– Да, господина Феликса вывели из строя намеренно, – добавила я.

– Ой, оставим это капитанам гвардии! – Задергалась фрейлина. – В королевском саду сегодня выставка художников. Прогуляемся, развеемся?

Почему бы и нет. Я согласилась бы сейчас на любую прогулку. Сидеть в четырех стенах и смотреть в окно вместо телевизора – дело утомительное. Мыслей лезло ой – ей – ей… дум всяких передумала. И о ночном нападении, и об этом месте в целом. Есть тут что – то своё, родное. Но что?! Или кто. А ещё я думала о Рикарде. Неужели он тоже умеет делать мерзкую морду? Пьет кровь и не щадит невинных беззащитных женщин?

После встречи с агрессивными вампирами я в нём разочаровалась.

Но не оставила надежды на новую встречу. И не потому, что я – самоубийца. Проанализировав все события, пришла к выводу, что он нужен мне, чтобы объяснить, как я тут оказалась. Он – мое начало в этой дыре. Я должна задать ему накопившиеся вопросы и попробовать вернуться в нормальный человеческий мир через какой – нибудь портал, что он мне покажет. Иначе, как объяснить моё перемещение? Не на космическом же корабле сюда прилетела? Странно… воспоминания о прошлом за какой – то пеленой. Но я знаю, что моё место не может быть здесь! Я хочу домой, хочу ощущения безопасности и уюта, да, в конце – концов, своего места в жизни. И Рикард должен мне в этом помочь!

Вскоре после моего согласия появились младшие фрейлины. Часа четыре ушло на наведение красоты. Я вся извелась, торопила, подсказывала, дабы упростить макияж. Но София со своей назойливостью делала всё, как считала нужным.

В итоге снова я – разукрашенная кукла на радость ухажеров вроде сынка герцога. Посмотрев на себя в зеркало, подумала о простой поговорке. Не бывает мужчин, которые хотят только секса, есть женщины, которые ничего другого не могут предложить. И образ такой сейчас смотрел на меня из зеркала.

Сегодня мне приготовили болотного оттенка платье под цвет моих карих глаз. Я не возражала, ибо скорее хотела на воздух. Чёртовы садистки никак не хотели отпускать со своими нескончаемыми «последними штрихами».

Когда девочки вешали украшения, я потребовала свой серебряный браслет. Фрейлины сетовали на его бесполезность, ибо под правым рукавом его было не видно. Но я, поддаваясь всеобщей фобии, теперь с серебром даже спать буду!

В коридоре мне салютовали оба стражника в блестящих кирасах. Теперь знаю, что это гвардейцы короля, умеющие легко справляться с вампирами. Брр… как вспомню, сердце сразу учащает ритм. Дворец опустел, мы встретили лишь пару служанок по дороге. На улице ожидала карета с двумя припряженными лошадками.

Уселись в тесной кабине без кондиционера, но с открытыми окнами, правда, со шторками. Я с Софией с одной стороны, девочки с другой. Платья шелестят, как на барби. Фрейлины смотрят преданными глазками в мой рот и пониже уже с завистью. Девчонки – то совсем маленькие, а корсеты грудь выдавливают, что вот – вот выскочит. И это здесь считается нормальным.

– Леди Джулия, а позвольте спросить? – Решилась Виолетта.

Сегодня её каштановые волосы были прямыми, от того лицо казалось совсем худым, но более загадочным. Лора тоже была в подобном стиле, распустила волосы, оставив минимум прибамбасов на голове. Но у блондинки волосы доходили до поясницы. Чему я удивилась сегодня, так как впервые увидела их длину.

– А какой он, этот капитан Рудольф? – Неожиданный вопрос девочки застал врасплох.

Вспомнился мой спаситель, и сразу мурашки по коже. Такое ощущение, что этот мужчина пострашнее вампиров будет. А всё из – за его строгости со мной…

– Я же просила, – тут же прошипела София, бросив злой взгляд на младшую.

– Всё нормально, – махнула рукой я, переведя дух. – Охотник на вампиров, ловко взбирающийся на балконы, шустрый, строгий, опасный.

Замолчала. Обе младшие ждут продолжения. Но я пожимаю плечами.

– Красивый? – Виолетта с раскрасневшимися щеками не унималась.

Но и Лора хороша. Тут же увела стыдливый взгляд в сторону. Видимо, эта знает о капитане гвардии чуть больше…

– Красивый, красивый, – отмахнулась. – Но чересчур важный и довольно взрослый для вас.

Теперь и Виолетта увела взгляд. Хотя я и без задней мысли сказала! София усмехнулась, прочитав реакцию, как опытная женщина.

– Вам, маленькие леди, ничего не светит с сэром Рудольфом, – запела старшая. – Недавно он получил очередной титул от короля, и теперь является маркизом. У самого доверенного лица его величества нет отбоя от придворных хищниц, которые с легкостью вырвут вам волосы и выцарапают глаза. Забавно, что ему и до них нет дела, он гоняется за вампирами и днём и ночью, как одержимый. А еще поговаривают, что он любит мужчин.

– Он не такой, он ищет свою обращенную любовь, – прошептала Виолетта в защиту чести и достоинства капитана. – Мне матушка рассказывала его историю перед сном, когда мне было мало лет.

– Ох, история скверная, не будем об этом, – перебила София. – Тем более – это лишь слухи.

Поездка до королевского сада оказалась утомительной. От тряски меня чуть не стошнило, тому способствовала и вонь от лошадиных экскрементов. Пусть по воле неизвестных сил меня наградили мясной задницей, копчик все же получил своё. Колеса кареты то и дело нарывались на ямы да ухабы. К концу поездки, что мне показалась адом, я уже была готова выпрыгнуть из экипажа на ходу и двигаться дальше пешком.

Выйти помог солдат, что совмещал и должность кучера. Подвез прямо к кованым распахнутым воротам. Парочка стражей встретила нас приветливо и не препятствовала проходу всей четвёрки. Сад короля меня приятно удивил. Дорожки из белого камня, по обе стороны нескончаемые клумбы цветов. Чуть дальше аккуратно стриженые кустарники роз, полянки с зелёной травкой, обрамлённые посадками яблонь и груш.

Народу, как в заповеднике. То есть немного. Пока шли до выставки, увидела лишь две пары и группу из пяти женщин, шествующую по параллельной дорожке. Не дойдя до центральной площадки сада совсем немного, нарвалась на кустарник малины, немного отклонилась от основного маршрута, а потом и вовсе свернула к озерку, где, как оказалось, народу было побольше.

Фрейлины шли за мной по пятам, чирикая между собой, и даже София не возражала, что я свернула в сторону, отклонившись от намеченного маршрута.

Но это до поры до времени.

Озерцо было овальной формы метров сто в длину, с песчаным берегом, изредка переходящим в травянистый. Вокруг около десятка беседок, несколько пристаней с лодочками, на которых укреплены навесы. Солнышко светило щедро и в платье гулять стало жарковато. В саду, как ни странно густых крон не так много, а тут водоём и беседки, большая часть из которых свободна. Небо синевой не отдавало, вероятно, купол ослабили. А вот лучи солнечные были несколько не обычного цвета, зеленовато – синеватого отблеска. Может, это эффект преломления от купола.

А может, просто это не Солнечная система.

– Леди Джулия, пойдёмте на левый берег, – озадаченно произнесла старшая фрейлина, глядя на скопление людей, мимо которого я собиралась пройти до выбранной беседки. Там как раз была хорошая тень от густого дуба, да и само местечко на небольшой возвышенности меня соблазнило.

– Что – то не так? – Удивилась.

– Младшая дочь короля славится своей вспыльчивостью, а незнакомок вообще не любит, – прошептала София. – От её скверного характера страдают даже самые приближенные к его величеству.

– Если она посчитает, что ваше платье лучше, чем у неё, она может приказать рыцарям испортить его на месте, – добавила Виолетта с нотками ужаса в голосе.

– Месяц назад на балу короля, она прилюдно покромсала прическу одной баронессе, – подчирикнула и Лора. – Это был её первый выход в свет.

– И последний, – усмехнулась София. – Леди, вам лучше вообще на неё не смотреть. Скроемся, пока не заметила.

Любопытство порой губит. Я не могла не смотреть на неё. Среди пяти девушек выделялась одна в чересчур ярком и пышном для своей тоненькой фигурки платье. От драгоценных камней наряд её сиял так, будто на неё надета целая Вселенная с нескончаемыми созвездиями. Лицо не рассмотреть, зато прическу в виде целого осиного гнезда я оценила. Вокруг неё вились и мужчины в строгих клёпанных мундирах со шпагами на ремнях. Видимо, это и есть те самые рыцари. Я – то представляла себе рыцаря в закованных с ног до головы доспехах, дабы и пописать бедняге было нельзя. Чтобы он, как дровосек из Изумрудного города, ходил, скрипя железками, и то и дело становился на колено перед леди с букетом полевых цветов, нарубленных толстым мечом весом в тонну.

Помимо фрейлин и рыцарей я рассмотрела и фигурку в бежевой одежде. Она склонилась перед принцессой, а та, задрав ногу, поставила каблук на спину бедняжки.

– Бедная служанка, – выдохнула с тоской Лора. – Матушка меня учила, что нельзя над ними издеваться, чтобы они не плевали тебе в суп.

Гениальная матушка.

– Этой глупышке плетей не избежать, а потом её отправят в солдатскую прачечную, – произнесла София с подчеркнутым безразличием. – Там она поймет, что лучше было лизать туфли принцессе, чем кое – что сосать у солдат.

– Фу! – Возмутилась блондинка. – Как ты можешь такое говорить при госпоже?

– Правда жизни, – фыркнула София, кривясь. – Вам, малолетние шлюшки, всё ещё предстоит познать, как жесток мужской мир. Да и женский, впрочем, тоже. Не так ли, леди Джулия?

Вскоре я поняла, почему старшая фрейлина вдруг закипела от злости и выместила это всё на младших. Принцесса нас заметила и послала рыцаря наперерез.

Легкой трусцой солидный поджарый мужчина лет под тридцать пять приблизился шагов на десять, а затем перешёл на шаг, придерживая ножны со шпагой. Гладко выбритое лицо поприветствовало легким кивком нашу опешившую делегацию.

– Её высочество, принцесса Адель желает видеть вас, леди, – произнес ровным голосом, несмотря на недавний бег.

И мы поплелись к капризной принцессе.

Юная блондинка с голубыми глазами показалась мне ангелочком. Красивая девочка с круглым румяным лицом, без каких – либо дефектов на нём, выглядела мягко говоря идеально, как фарфоровая кукла.

Когда мы подошли, служанка с тихими рыданиями была отправлена восвояси. И хорошо, я бы не смогла скрыть негодования. А сейчас приветливо улыбаюсь, следуя примеру Софии. Также следуя примеру, я присела и склонила голову, приветствуя капризную принцессу реверансом. Затем встала перед ней, ожидая узнать, что же она хотела.

Принцесса посмотрела снизу – вверх. С каждой секундой её лицо всё больше из ангельского превращалось в лицо куклы Чаки. Девочке на вид лет шестнадцать, и от этого не по себе вдвойне.

– Ваше, ваше высочество, – начала, запинаясь, София, прерывая неловкий момент молчания. – Это леди Джулия, племянница герцога Феликса, прибывшая к нам недавно из королевства Силин.

– А сама представиться? Язык проглотила?! – Произнесла с хрипотцой принцесса. Видимо часто кричит и скандалит. А может, пьет, хотя по лицу не скажешь.

– Эм, я в шоке, никогда не видела такой ангельской красоты, – выпалила я. – Мне рассказывали о вас. Но я и представить не могла, что вы настолько прекрасны, ваше величество.

– Высочество, – прошептала София, подсказывая.

– Не ровен час, буду и величеством, – прогнусавила девка, никак не отреагировав на мой подкат. – Почему ты сразу не подошла, как только увидела меня?

Накалившаяся обстановка мне не нравилась. Если бы эта пигалица была одна, я бы с легкостью отчитала её. Но с ней охрана. Все сверлят меня глазами, как церберы, в ожидании команды «фас». Только один, самый старший, а значит – мудрый, выражал сочувствующий вид.

Лесть не подействовала. Попробуем правду.

– Испугалась, – пожала плечами. – Вы тут кого – то бранили, я подумала, что могу попасть под раздачу. Вернее, под ваше плохое настроение. А это не лучший момент для знакомства.

Принцесса задумалась. За пять секунд выражение её лица поменялось трижды. Сперва гнев, затем недоумение, а следом выплыла улыбка. Но тут вмешалась одна из её фрейлин. Девушка с длинными черными кудрями сразу показалась мне змеёй. Да и все четыре её фрейлины резко отличались пресностью лиц и платьев, а вместе с этим и надменным видом, который они впитали от своей госпожи.

– Ваше высочество, – начала фрейлина принцессы. – Вам не кажется, наша гостья из прибрежного королевства полна сарказма?

– Действительно, – бросила принцесса. – Как ты смеешь со мной так разговаривать?

– Что вы…

– Не пререкайся с её высочеством! – Визгливо перебила меня её фрейлина.

У меня сердце в пятки ушло. Тут похлеще, чем при встрече с вампирами. Здесь стая змей.

– А ты как смеешь на меня орать, пигалица? – Не вытерпела я, напав на змею и тем самым отвлекая от себя хоть какую – то часть негатива.

– К…как ты меня назвала?! Я сама графиня Вероника Брабантская! – Пискнула девка. – Мой отец первый советник его королевского величества!

– Да я тебе сейчас все волосы вырву графиня! И змеиный язык заодно! – Рявкнула на неё, что у окружающих женщин глаза выпучились.

Я и сама спохватилась под конец фразы, никогда ещё столько яда во мне не было, чтоб так громко и страшно кричать на кого – то. Откуда взялась эта сталь в голосе?! Раньше я бы просто хвост поджала и закусила губу. А теперь готова шею свернуть любой сучке.

Глаза у фрейлины округлились, а я шагнула, чтобы исполнить угрозу, наращивая успех. Но принцесса остановила жестом.

– Так, хватит, – произнесла она неожиданно тихо. – Не ссорьтесь в этот чудесный, светлый день.

Гнев улетучился. Я выдохнула и отступила, выдавливая улыбку. Стайка стервозин принцессы тут же оскалилась. Конечно, этого не видно невооруженным глазом. Только женским.

Принцесса Адель вдруг выпрямилась, сделалась ехидной.

– О, дитя, подойди, – произнесла хищно, глядя на одну из моих молоденьких фрейлин.

Лора послушно подошла, присела в реверансе. Сердце у других моих подружек, похоже, замерло.

– Это натуральный цвет волос? – Спросила принцесса, накручивая на палец локон блондинки.

– Да, ваше высочество, – ответила Лора тоненько и сглотнула звучно.

– Ни у кого в королевстве нет таких шикарных, длинных волос, – прокомментировала Адель. – Долго растила?

– Спасибо ваше высочество, с десяти лет, ваше высочество.

– Почему я раньше не замечала тебя? Такие волосы заслуживают внимания.

– Я делала пышные прически кверху, – пропищала в ответ Лора и добавила едва слышно: – Смилуйтесь, ваше высочество.

Кажется, она опасалась самого худшего. Слухи о принцессе так просто не рождаются.

– Чтобы быть при дворе, надо чем – то жертвовать, – произнесла принцесса надменно и бросила локон. – Ты готова расстаться с этими лохмами, дабы получить моё расположение?

– Ваше, ваше высочество, но как же я покажусь отцу и женихам, – простонала Лора.

– Ты перечишь мне?! – Вскрикнула Адель.

Лора нервно мотнула головой, опустив глаза. По румяным щекам полились слезы.

– Альберт, – обратилась принцесса к одному из своих рыцарей. – Отрежь ей половину.

Фрейлина зарыдала в голос, но даже не пошевелилась. Принцесса рассмеялась на это и вдруг строго посмотрела на сомневающегося мужчину. Тот молниеносно достал серебряный кинжал, как истинный воин, умеющий владеть оружием.

А я преградила ему путь.

– Представьтесь, – произнесла строго и глядя прямо в серые глаза опешившего мужчины.

– Виконт Стефан Мерианский, рыцарь его королевского величества… – начал чеканить, но я перебила.

– И вы еще можете называть себя рыцарем? Как смеете поднимать холодное оружие на беззащитного ребенка?!

Тут же окатила хищным взглядом всех остальных рыцарей, почувствовав себя той еще львицей. Мужчины в недоумении, принцесса уже набирает в грудь воздуха.

Но я ещё не закончила.

– Рыцарь – это не просто звание, это состояние души. Честь, достоинство, храбрость и принципы, молодые люди. Рыцарь никогда не поднимет руку на леди! Лишь только, чтобы её целовать! – Начала отчитывать.

– Да что вы знаете, леди, – бросил один из них, самый старый и боевой на вид. Со шрамом на щеке. Видимо, участвовал в какой – нибудь резне.

– Побольше вашего, – фыркнула, перебирая в мыслях все те фильмы о рыцарях, что смотрела. – Рыцарь без подвигов не рыцарь. Если ваша цель, исполнять капризы господ, вы простой охранник! Вы все тут охранники. И будь проклят тот, кто притронется к этой девочке!

После этой фразы лица рыцарей вытянулись, а принцесса выдохнула и затряслась в беззвучном гневе. Слова о проклятьях действуют на местных, как плетка.

– Видели бы ваши отцы и деды, что воевали за родину, живота своего не жалея! – Продолжила поклеп. – Рубили врагов из последних сил, когда кровь заливала им лица, осаждали города и замки, когда на них лилась смола и летели камни, мчались с копьями на драконов и великанов, когда навстречу им неслось всепоглощающее пламя. Они шли на смерть и становились героями! И всё ради чего? Что бы их сыновья и внуки в чистеньких мундирах, не запятнанных вражеской кровью, резали волосы невинным детям?! Да вы все мне противны!!

С этими словами я подхватила всхлипывающую Лору за одну руку, Виолетту за другую и пошла прочь от принцессы, пока та не опомнилась. София быстро сориентировалась, ибо я вскоре услышала его спешные шаги позади.

Только миновав стену из постриженного кустарника, я выдохнула с облегчением.

Младшие фрейлины посмотрели на меня перепуганные до смерти. А София, еще не отдышавшись произнесла:

– Она это так не оставит. А если забудет, Вероника ей напомнит при случае. Эта химера мстительна, своего не упустит. Леди, вам и Лоре нужно бежать из города немедленно…

– Что?! – Ахнула я. – Ты это серьезно?!

– Более чем. К сожалению, ваш покровитель тоже может пострадать. Его репутация катится в пропасть. Это хороший повод убрать его. Враги Феликса уже предвкушают победу.

– Подожди, ты считаешь, что я не права?! – Взъелась я, готовая покусать и Софию.

– Права, и… поделом ей, но это же принцесса. Как вы не можете понять, леди? У неё власть и много вассалов. Стоит ей пожаловаться отцу, он прикажет, и вас заточат в темницу.

– Так что эта капризная стерва ему скажет?! Что она хотела отрезать волосы девочке, а какая – то выскочка не дала этого сделать?!

– Вы наивны, Джулия, – горько усмехнулась София. – Она перевернет всё так, что король будет в гневе и не оставит вам ни шанса на оправдания. Феликс в запое, никакого суда не будет. Он не вступится за вас, а когда очнётся, будет уже поздно, поймите же наконец. Да и что я удумала? Герцог вообще не пойдет против короля, его дети при дворе. Он не станет рисковать их положением ради вас. Поэтому единственный выход – это бежать из столицы.

– Никуда я не побегу, – рыкнула на неё и заявила: – И вообще, из сада не побегу. Веди меня к картинам, хочу посмотреть, чем нынешний абстрактный экспрессионизм живёт.

– Вы в своём уме?! – Взмолилась София. – Не стоит сейчас маячить перед глазами Адель. Это провокация, которая погубит вас. По крайней мере, во дворце вы в большей безопасности, чем здесь! Вы ещё глупее, чем я думала.

– Умная нашлась, – усмехнулась в ответ. – А если бы капризная сучка приказала тебе выколоть глаза? А? Твои действия?!

– Я бы, я бы бежала.

– А я за правду, София, – выдохнула тяжело. – Поэтому никуда не побегу, а пойду жаловаться её родителям на ужасное поведение их дочери.

– Кому жаловаться?! – Охнула фрейлина. – Её родителям?! Да будет вам известно, что они наши правители. Вы королю пойдёте жаловаться или королеве?!

– К королю не пойду, он вроде как после похищения внука в задворках, а вот с королевой я бы пообщалась.

– Официального приёма вы вряд ли дождетесь, – фрейлину уже трясло.

Но я её больше не слушала, двинулась к главной мраморной дорожке. Все три девицы пошлепали за мной, как послушное стадо перепуганных барашков.

Выставка картин представляла собой площадь, вымощенную неровными кусками мрамора, с фонтаном и лавками в центре, по границе которой были расставлены картины разного формата. В общем, всё, как у людей. За исключением того, что людей тут особо и не было. Художники тоже отсутствовали, лишь пара слуг бегала с подносами, на которых стояли бокалы вина трех цветов.

У фонтана разочарованно выдохнула и присела на лавку. Королевы здесь не оказалось. Над кронами деревьев возвышался серебряный дворец с башней, едва ли не Останкинской, покруче домишки герцога. До него минут тридцать ходьбы, если навскидку.

Я понимала, что нужно проработать свой собственный план. Бежать из одной задницы в другую, не зная ровным счётом ничего об этом месте… тьфу, план хуже некуда!

– Расскажи мне об императоре, что знаешь, – обратилась к Софии. – Девочки, вы тоже, может, знаете что – то, не стесняйтесь…

Девочки знали не много. По крайней мере, имена императора, императрицы и сыновей я узнала. А также немало другой полезной информации. В особенности о том, что часть земель этому королевству просто неведомы. Но это судя по рассказам. А ещё я окончательно убедилась, что попала не просто в другой город, и даже не в другое королевство. А в другой мир, параллельную Вселенную. Или в прошлое… об этом ещё не думала. Это самое страшное. Даже не представляю, как бороться с временными континуумами, петлями и спиралями. И сможет ли в этом случае мне помочь высший вампир?

Минут через десять передо мной предстал один из так называемых рыцарей принцессы. Взмыленный и встревоженный.

– Леди Джулия, её высочество требует вашего возвращения, – заявил он.

– Недолго вы меня искали, – произнесла горько, даже не собираясь подниматься с места.

– Пожалуйста, леди, не противьтесь, – взмолился вдруг мужчина. – Если вы извинитесь, принцесса простит. Она ещё мала, вам стоит рассказать ей истории о войнах ваших предков, и сердце, молодой и горячей Адель растает.

– Сердце её растает от хорошенького ремня, – фыркнула и посмотрела на мужчину пристально. – Если вы не собираетесь нести меня на руках, тогда идите и продолжайте поиски.

– Но я же нашёл вас!

– Будем считать, что нет!

– Миледи, я вас понимаю, и все, кто стал свидетелем этого скандала, тоже сочувствуют вам и юной леди Лоре, – залепетал мужчина. – Но мы давали клятву в верности её высочеству, и ослушаться не в силах.

– Миледи, вон гвардеец! – Подпрыгнула Виолетта.

– И? – Я в недоумении.

– Значит, неподалеку и королева, – закатила глаза София, до сих пор считающая себя самой сообразительной. – Только короля и королеву сопровождают королевские гвардейцы даже днем.

– Миледи, от вашего решения зависит моя честь, – выдал рыцарь, продолжая клянчить.

Поднялась, похлопала по могучему плечу и заявила:

– Нет, мой дорогой, от вашей смекалки всё зависит. Придумайте что – нибудь, чтобы потянуть время, и тогда моей благодарности не будет границ.

Подтянулась, поцеловала мужчину в щетинистую щеку, отпряла и с разгорающимся волнением в животе помчалась в сторону, где был замечен солдат в зеркальных доспехах.

Глава 4

ГЛАВА 4. СБЫЛАСЬ МЕЧТА…

Королева Юлиана обитала в отдельной закрытой части сада, которая охранялась с особой тщательностью. Все попытки прорваться вовнутрь не увенчались успехом. Офицеры королевской гвардии были непоколебимы, невозмутимы. А ещё они были козлы.

– Тогда передайте, что племянница герцога Феликса, маркиза Джулия хотела сообщить ей важную новость, – выпалила я, ещё не придумав таковую.

– Сообщите новость мне, я передам, – настаивал капитан невысокого роста.

– Новость личного характера, – не сдавалась я.

– Распоряжение её величества – не беспокоить, – сказал, как отрезал.

– Тем более на обеденной трапезе с верховным магистром Иринеем, – добавил второй стражник.

– Миледи, – пискнула Лора и потянула за рукав, как назойливая младшая сестра.

Отшатнулась, ощущая пронзительное эхо голосов в сознании! Вспышка перед глазами оставила всё вокруг таким ничтожным и безразличным. Внутренняя, беззвучная, но яркая вспышка… казалось бы стирающая действительность, весь этот мир. Господи… В какой – то миг я не просто вспомнила, а осознала, что у меня есть сестра! Будто проявилась плёнка, кадр за кадром в доли секунды состряпали ту часть моей жизни, где я видела её, была с ней, чувствовала, любила...

Я помню Алину! И эта пигалица Лора на неё так похожа. Вот почему вступилась за ребёнка, как львица, пусть и понимая, что это чревато. Подсознанием я защищала свою родную сестру. Чёрт… почему так больно?

Ахнув в голос, осела на траву, но сильные руки придержали от того, чтобы распластаться на земле полностью.

– С вами всё в порядке, миледи? – Озадачился гвардеец, успевший подхватить моё обессилевшее тело.

Проморгала звездочки в глазах, напрягла спину, ноги. Силы есть, голова не кружится. Что это было?!

Младшая фрейлина снова отвлекла на себя, указывая на делегацию приближающихся людей. Это была Адель со своей свитой, и она прямиком направлялась к королеве!

Я не стала размышлять над тем, видела ли она меня. Просто избавилась от объятий стражника, схватила девчонок за руки и бросилась за клумбу роз. Дальше мы двинулись вдоль ограждения, удаляясь от «бешеной куклы».

София стала отставать. И я приняла решение, что надо разделиться. У меня платье с хорошим маскирующим окрасом, так уж совпало, что и у Лоры тоже. А вот у этих двоих – нет. К тому же, им ничего не должно угрожать. Они же ни при чём. Без церемоний, отправила Софию в одну сторону, Виолетту в другую. А мы с блондинкой по густым кустарникам и зарослям, по бездорожью и нестриженым газонам.

– Что вы задумали, госпожа? – Пищала мелкая, не поспевая и пытаясь поднять платье повыше. – Что вы делаете?

– Играю в прятки, что непонятного? – Выпалила.

– Вечереет, – пропищала Лора, и я поняла, что она имеет в виду.

Меж деревьев и в кустарниках стали разрастаться тени. Воображение картинки рисует самые – самые страшные. А что делать? К Феликсу возвращаться? Ждут нас там. Как до королевы достучаться, пока она здесь?

Голова закружилась, присела на лавочку, которая оказалась, как нельзя кстати. Задул ветерок, листва зашелестела. Странно, впервые за прогулку, ветерок такой, пробирающий до костей. И слышу, будто не ушами, а всем нутром своим. Шелест в черепной коробке, что нервы струнами играют. С восприятием мира всё не так, будто что – то иное пытается пробиться в мою голову, заслоняя собой осязание, обоняние, слух, зрение…

– …не совсем понимаю ваших опасений, – доносится женский голос.

Но он странный, будто шелестом долетает до сознания. Что источник его женщина – это тоже донесли до разума. По бесцветным сигналам уж точно не сделала вывод сама.

– Враг внутри, ваше величество, – доносится голос старого мужчины под шум растревоженных ветвей. – Я ощутил новую силу.

– Что вы имеете в виду, Ириней?

– Сила большая, чем купол внутри него.

– Высший? – Ахнула женщина, что мне передалась её дрожь мурашками по коже.

– Скорее нет, чем да. И это связанно с пропажей ученика магистра Виери. Есть предположения, что он столкнулся с этой силой и едва выжил. Но теперь исчез.

– Думаешь, его обратили?

– Думаю, нет, ваше величество. Это другое. Но то, что он предал нас в такое нелегкое время, говорит о многом.

– Феликс доигрался вместе со своим учеником, – бросила женщина с гневом и силой в голосе.

– Магистрат теперь без двух сильных магов, ваше величество.

– И сколько у нас времени на подготовку внутреннего купола?

– Боюсь, что вдвое меньше...

Грузно затрещало вокруг, оставляя на втором беззвучном плане их разговор. Звуки разрывающихся в земле жил и каналов, как ножом по сердцу. Мне передаётся тонкая, медленная и нескончаемая боль. И… жалоба.

«Помоги мне… они точат мои корни, они высасывают жизненную силу, они рвутся на свободу, и я на их пути…»

– Миледи? – Пробивается в сознание голос фрейлины, и меня отпускает.

Лора стоит передо мной с хмурым видом. Никакого ветра и в помине нет.

Девочка встревожена моими обмороками. А я просто сижу на лавочке. На странной лавочке, которая сделана из корней деревьев, вырастающих прямо из земли. Странный дизайн, направленный на удобство одного человека, но никак не на красоту, в отличие от других лавочек сада.

Через несколько секунд до меня дошло, что я слышала часть разговора королевы и верховного магистра. Вернее, подслушивала его. И это не моё воображение, я в этом убеждена. Что – то передало мне их беседу. Но что?!

С нарастающей уверенностью в груди, поднимаюсь. Теперь у меня есть, что сказать королеве. Феликса дурманят алкоголем, и, похоже, Виери приложил к этому руку. Он мне сразу показался злым и недовольным. Герцог унижал его, и тот отплатил. И кажется, спрятал мою подвеску. Я помню, что при мне был крупный фиолетовый камень, похожий на прямоугольный аметист с большим количеством граней карат на двенадцать. Теперь убеждена, что он стащил её не случайно. Этот его взгляд, когда упомянула о подвеске – аж в груди холодеет. Подлый маг хотел убить меня, но сам чуть не откинул копыта. Как бы я хотела…

«Осторожно!», – раздалось в сознании, и что – то сбило с ног.

Глухой стук у ближайшего дерева и вскрик фрейлины прибавили адреналина. Лора цела, но от этого не легче. В ствол дерева, у которого я только что стояла, воткнута стрела! Соображала я не дольше секунды.

Меня пытаются убить! С этой мыслью вскакиваю, путаясь в юбках, которые трещат по швам. Хватаю Лору и уношу ноги прямо в ту сторону, куда и направлен был выстрел. Ибо стрелок точно с противоположной стороны!

Преодолев немалое расстояние через непроходимые дебри и кустарники, лишившись части тканей на внутренних платьях, камушков и прочей бутафории на парадном, выскочили на прогулочную дорожку, помчались по ней, навстречу просвету. Подальше от деревьев и тёмных закутков, где может спрятаться убийца! Поближе к людям, мужчинам, рыцарям. И меня уже не волнует, что я напорюсь на рыцаря капризной девки. Мне просто страшно! И кажется, что нечто следует за мной по пятам, дышит в затылок, а там уже волосы шевелятся…

Лора заметно отстала. И когда я в очередной раз обернулась, чтобы подхватить её за руку, не удержала равновесие и шлёпнулась на мраморную дорожку.

Взвыла от боли в колене. И от жгучей ссадины на ладони.

– Вот вы где! – Раздалось из – за клумбы роз. И показался мужчина, похожий на рыцаря Адель. – Миледи? Ой, что ж я, растяпа. Напугал вас, простите!

С этими словами он легко поднял меня на ноги и перехватил прямо под колени. Не успела и пикнуть, как оказалась у него на руках, как взмыленная невеста, сбежавшая с собственной свадьбы.

– Что вы себе позволяете?! – Фыркнула на него с хрипотцой. Сердце никак не могло успокоиться, отдышаться тоже не успела.

– Мне приказано доставить вас к принцессе. И я это сделаю, миледи.

Понес уверенно по дороге. Позади нас пошла Лора, как козочка на поводке. А куда ей деваться – то?

– Оставь её! – Раздался грозный голос впереди.

Дорогу рыцарю со мной на руках преградил другой рыцарь. Тот самый, который уговаривал нас на выставке. Тот самый, кому я там наобещала…. Конечно, я просто пошутила, дабы спасти свою шкуру и шкурку Лоры. Но этот, видимо, воспринял всё всерьез!

– Уйди с дороги! – Рыкнул мужчина в ответ.

– Я вызываю тебя! – Грозно заявил преградивший дорогу и со звоном вынул из ножен шпагу.

Мой носильщик усмехнулся, поставив меня на ноги. Отодвинул, не интересуясь даже, ушиблась ли я, могу ли вообще стоять. Теперь всё его внимание было приковано к оппоненту. Это мне напомнило двух уличных котов, встретившихся в марте. Коты долго рассказывают друг другу на своем, паршивом, а потом начинают клоки шерсти разлетаться…

– Дуэль! – Раздался восторженный женский визг с соседней дорожки.

Две женщины захлопали в ладоши и понеслись к рыцарям, прямо по разноцветной клумбе анютиных глазок, растаптывая сердце садовника.

Я так и не поняла, откуда они взялись, и как за добрую минуту набежало к центру событий около десятка женщин. При том, что мужчин было всего двое. Тех самых, что собирались скрестить свои клинки по не совсем ясной мне причине. Оба крепкие, красивые, бравые самцы. Им ещё жить и жить, растить детей, одаривать подарками своих жён, носить на руках и тех и других, восхищать и восхищаться. Но, похоже, эти бараны решили рискнуть собственными жизнями ради каких – то принципов. А точнее из – за тупой принцессы.

Мне не жалко таких. Мне жалко их девушек, жен, детей и родителей.

Если бы я могла что – то сделать, я бы сделала. Но меня отпихнули на второй план, задвинули за куст с колючими розами. Вообще забыли. Только Лора вцепилась в мою талию, как голодная нищая девочка с просьбой удочерить и покормить немедленно.

– Хоть бы наш победил, – прошептала фрейлина. – Пообещайте ему руку и сердце, тогда он воодушевится и победит.

– Лора, я тебя сейчас прибью, – фыркнула на неё и под шумок стала удаляться.

– Можно я досмотрю, чем закончится? – Взмолилась коза.

– Нет, пошли к королеве, – обрубила решительно.

На выставке людей прибавилось. И это не потому, что все нагулялись, накупались, нацеловались. А потому, что там как раз и была королева со своей витой человек в сорок.

И не только она. Среди охраны в серебряных доспехах, приметила и нескольких рыцарей принцессы Адель. Сама принцесса была рядом с матерью. Обе расположились за столиком, под обширным навесом, им уже принесли креслица и даже постелили под ноги коврик. Женщины мило болтали и уплетали что – то из хрустальных вазочек.

Рассмотреть королеву мне сразу не удалось. То и дело мелькали фигуры стражи и торопливых официантов. Единственное, что для себя отметила, она больше походила на миловидную девушку, чем на королеву – мать.

– Снова вы? – Преградил путь стражник, стоило мне двинуться прямиком к Юлиане. – Леди Джулия, вам правила королевы не писаны? Немедленно покиньте сад. Он закрывается, комендантский час вот – вот начнётся.

– Но солнце же ещё высоко? – Произнесла с обидой.

– Да, и его достаточно, чтобы убедиться, вы выглядите неподобающе. Платье порвано и не отличается особой чистотой. При всех прочих обстоятельствах я не могу допустить, чтобы её величество узрело такое непотребство.

– Вы бы на себя посмотрели, сэр, – фыркнула на него. – Между прочим, на меня напали в этом саду! Вы бы не моё платье критиковали, а за забором следили, через который перескакивают всякие разбойники с луками!

– О чем это вы?! – Опешил мужчина.

– О том, что меня пытались убить! – Крикнула раздражённая.

– Это она! – Раздалось через смыкающиеся ряды мужчин в доспехах, желающих вытурить меня поскорее. – Матушка, это та самая девка!

Ну, замечательно, Адель всё разрулила.

– Подойди, дитя, – произнесла королева мягким и в то же время сильным голосом властной женщины. Будто Боженька с облаков сказал.

Вот и попала. Вроде и радоваться надо. Но я не успела попасть к ней раньше принцессы. А что она ей наплела, страшно подумать даже. Мужчины все грозные, смотрят на меня глазами строгими, стоит королеве дать команду, и со мной всё, что угодно сделают. Тут мне не Земля, где правовое государство, есть полиция и суды. Здесь монархия во всей своей красе. О чем я думала, собираясь жаловаться одной избалованной особе на другую не менее избалованную?!

Сомнения мои длились секунды две, пока толпа не расступилась, создав прямой тоннель к столу, где восседала королева со своей доченькой. Тоннель в преисподнюю. Естественно мне уже выбора не оставили.

Волнением ахнуло в груди и перешло противное на живот. Что ж. Поковыляла, стараясь не сильно бить каблуками о мрамор. Мало ли, это неприлично при королеве. Может и дышать не стоит?

Приблизилась, исполнила реверанс. И застыла, давя порывы затрястись, как в сорокаградусный мороз в одной сорочке. Холодящий взгляд синих глаз стал изучать меня и ещё больше наводить кошмара.

Кто там сравнивал меня с королевой?! Смешно даже.

Она слишком красивая, слишком молодая, слишком яркая, жгучая, властная и беспринципная. А мама ли она вообще? Короли жен меняют, как перчатки. Не факт, что Адель её кровная дочь. Как с такой заговорить? У меня в горле одно слово застряло, а о фразе вообще можно забыть, я ей просто подавлюсь.

Отчаяние прорывается в сознание. Я не смогу… не смогу красноречиво высказать ей все доводы по поводу поведения её дочери. Все же рассчитываю, что это её дочь. Я даже извиниться не смогу нормально! Моя сбивчивость будет воспринята, как признание вины, неуверенность и ложь! Тот, кто запинается – обычно врёт. Простой признак, верная истина. Я проиграла, не начав битву. Как жаль…

– Язык проглотила, выскочка? – Раздался голос принцессы.

И мне оставалось только в обморок плюхнуться и очнуться за решеткой. Эти средневековые господа не шутят!

– Так, Адель, – произнесла королева спокойно, но как отрезала. – Продолжай есть мороженое.

Принцесса тут же закусила губу, осунулась, уставившись в вазочку. А я наоборот воспаряла духом и осмелилась взглянуть на королеву уже осмысленным взглядом. Русые волосы, заплетенные в простенькие косы, тонкие высокие брови, тоненький, слегка курносый носик, красивые губы и глаза… такие пронзающие насквозь, большие синие глаза.

– Леди Джулия из… из Силина, – прохрипела со слабеющими коленками, не зная, что и сказать.

– Присаживайся дитя, – повелела королева. – Еле на ногах стоишь.

Тут же под попу сунули стул и небрежно подтолкнули, исполняя за меня приказ её величества. В пяти метрах от стола в окружении охраны смотрелась я несколько нелепо, но возражать не смела. Зато полегчало – в ногах правды нет.

– Мне передали, что ты хотела поговорить вне аудиенции, это правда? – Произнесла, как пропела.

– Д – да, ваше величе, кх, кх…

– Ладно, говори, – перебила Юлиана и подперла тоненький подбородок рукой.

И я тут же проглотила язык. Просто не смогла выдавить и слова. Около минуты королева ждала, что я решусь, пока Адель не прыснула от смеха, не сдержавшись.

– Джулия, ты в порядке? На тебе лица нет, – наконец произнесла королева, не поддержав весёлый настрой доченьки.

Кивнула неуверенно, поглядывая, как Адель долизывает из вазочки мороженое. А у меня в горле пересохло, я бы сейчас водички попила.

– Ваше величество, позвольте сказать: на неё напали, – вмешался мужчина из свиты. – Уже прочесываем сад в поисках убийцы. Нашли стрелу с синим оперением. Да, и там ещё дуэль…

– Что?! – Королева рявкнула так, что у меня чуть сердце не выпрыгнуло. – Что послужило причиной нарушения моего приказа?!

– Предмет спора – это леди Джулия, ваше величество. Дуэлянты арестованы.

По спине пробежал холодок…

Королева посмотрела на меня недобрым взглядом. Все вокруг замерли, похоже, перестали даже дышать. Я и сама готова была сквозь землю провалиться от этого прожигающего взора.

– Что ж, достойная причина, – выдала вдруг Юлиана, неожиданно смягчившись. – Повод сама давала?

Отрицательно мотнула головой. Если голосом отвечу, выйдет писк. Королева тяжело вздохнула, сделала жест рукой, и охрана стала перегруппировываться.

– Девочка перепугана до смерти, – произнесла Юлиана одному из офицеров, будто меня и нет тут. – В мои покои её.

Почувствовала себя собачонкой после этой фразы. А ещё возникло ощущение, что меня не просто всю рассмотрели, а до мозга костей просканировали. Будь я той ещё дурой, если не приму всерьёз, что королева обладает какой – то магией. Раньше в такое бы не поверила, но после встречи с настоящими вампирами поняла, нет ничего невозможного в этом мире.

***

Как завороженная я отправилась под конвоем в серебряный дворец. Юлиана осталась в саду вместе с принцессой. Краем глаза заметила, что к ним вели обоих дуэлянтов. Ох, и достанется же мужчинам! Королеве даже не надо на них кричать, достаточно задержать свой взгляд более чем на две секунды.

Ой, жуть какая. От её взгляда мурашки по спине! Только когда оказалась в холле меня отпустило. И то потому, что отвлеклась на дизайн и внутреннюю отделку.

Повели дальше, по центральному залу. Дворец герцога и в подметки не годился этому. Внутри самый настоящий Лувр, да ещё и с наляпанными местами фресками. Так рот и раскрыла. Рядом рыцари посмеиваются, видимо, привыкли к реакции гостей. Пол из отполированного мрамора, что щелчки каблуков бодрым эхом отдают. Колонны серебром блестят, свет на них падает мягкий, будто краска. Картины в два ряда на стенах в три человеческих роста, потолок ведь метров под десять! Изображен на них стыд да срам, кое – где сцены батальные, кое – где как вампир жертву настигает. Кадры от погони и до завершения погони со всеми вытекающими... А впереди на стене, прямо на меня женщина смотрит. Словно живая из картины выглядывает и интересуется, кто к ней пожаловал. Все картины, что увидела здесь до неё, показались детской мазней, а это будто фотография в наивысшем качестве. Невероятно красива, что сердце замерло, а изо рта вырвался неконтролируемый ах…

Это была самая большая картина в конце зала, прямо на всю высоту фронтальной стены. Барышня в полный рост изображена. Огненно – рыжие кудри, голубые глаза и бардовое платье, подчеркивающее её утонченную и в то же время сильную фигуру. Чем – то она напоминала новую меня. Но лишь отдалённо. Ибо эта женщина смотрела, как настоящая царица, императрица, да что мелочиться – богиня!

Хотелось разглядеть её поближе, но стоило подойти к её ногам, перед носом уже лишь нижняя часть платья с немыслимо сложным декором.

– Никто не знает её имени, – прокомментировал рыцарь с некоторым благоговением. – Дед короля Энгеля был последним, но он унёс свои знания в могилу, считая потомков недостойными знать имя этой леди.

– Как попала сюда картина? Кто её нарисовал? – Интересовалась, пытаясь дотянуться хотя бы до края. Хотелось прикоснуться к масленому рельефу, почувствовать его и вообразить, о чём же думал художник, рисуя этот шедевр. Как он чувствовал, какие эмоции при этом испытывал…

– Говорят, рисовали по другому портрету десяток художников, трудились много лет, – ответил второй рыцарь. – А оригинал привезли с Чёрных берегов, теперь тот хранится в личных покоях её величества. Каждое утро она начинает с того, что смотрит на портрет и заряжается магической силой.

– Курт, – осёк его напарник. – Не пристало говорить о слабостях нашей великой королевы. Леди Джулия, поспешим. На ужин вы должны быть готовы. Её величество может и пригласить.

– А может и не пригласить, – усмехнулся второй.

Нырнули в арку левее картины. Дальше по лестнице поднялись на пару этажей, через коридор вышли в холл, где меня встретила крупная женщина лет сорока пяти. Невзрачная, в простом платье, но с важным, даже строгим видом. Чёрные глаза с приподнятыми густыми бровями меня насторожили. Чем – то она походила на мужчину.

– Кандидат в фаворитки её величества, – произнес рыцарь важно и у меня чуть ноги не подкосились!

Фаворитки?! Чего?! Какого чёрта?!

– Постойте за дверью, – скомандовала женщина и посмотрела на меня мягко. – Пойдем, дитя, это не займет много времени.

Пригласила в просторную комнату с нескончаемыми слоями занавесок по стенам и потолку, будто я попала в некое подобие шатра. Дверь за спиной захлопнулась, щёлкнул замок. Передо мной предстали две служанки не молодого вида, одетые в стиле монашек, как и женщина.

– Приступайте, – скомандовала женщина, и обе служанки приблизились и стали расшнуровывать мой корсет.

Не успела опомниться, с меня сползло платье. А следом и юбки. За три дня пребывания тут я несколько свыклась, что меня переодевают дамы. Но тут было что – то иное. Будто я на приёме у врага. Попыталась возразить, когда стали стягивать последние ткани, но женщина строго приказала замолчать. Я и дёрнуться больше не смела. Мне пригрозили женским монастырем!

– Повязку тоже, – кивнула мужеподобная на моё перебинтованное предплечье.

Служанки развязали аккуратно, за этим процессом дама наблюдала, не спуская глаз. Будто ожидала увидеть то, что я так тщательно пыталась скрыть!

Когда осталась абсолютно голая, женщина подошла и стала круги наворачивать вокруг меня, осматривая, как некий товар. От этого было не по себе. А еще эти чувства полной уязвимости и беспомощности не давали даже шелохнуться.

– Великолепно, – прошептала монашка спустя вечность, за которую я превратилась в ощипанного гуся.

Мурашки разбомбили каждую частицу моей кожи до такой степени, что любой поток воздуха, выходящий вместе с выдохом строгой дамы, обжигал огнём. Ведь она была так близко, что я ощущала её дыхание на своей коже! Страшно… не то слово – жуть и мерзость!! Спасибо, трогать не стала, иначе я бы не сдержала крика. Мамочки, знала бы, чем это обернётся, двинулась прямиком бы в темницу!

Женщина приоткрыла дверь за спиной и произнесла приподнято:

– Все в порядке, вы можете быть свободны.

– Да, герцогиня, – ответил один из рыцарей. Дверь захлопнулась, от чего я непроизвольно вздрогнула.

Одна из служанок накинула на мои плечи белый махровый халат. Перехватив края ткани и быстро закутавшись, выдохнула с облегчением. Девушка повела в смежную комнату, где я увидела огромную ванну из мрамора, которая больше походила на джакузи. Полумрак, пар и запахи благовоний немного расслабили. Возражать против купания не стала. Но когда ко мне плюхнулись ещё две девушки, хотела начать драться, ведь деваться было некуда!

Намерения их оказались благородными – как следует отдраить кандидатку в фаворитки. Меня окружили лаской и заботой, как мамы собственную дочь, причём самую драгоценную и единственную, и принялись с пеной намывать мне спину и волосы.

– Все остальное умею и сама, – фыркнула, когда одна из девушек полезла намывать грудь.

Монашек и след простыл. Да и те не сильно возражали, оставшись без присмотра герцогини.

Дальше перешли к массажу, проводив в другую комнату. Уложили на кушетку и устроили спа – процедуры по полной программе. Напряжение спало, я даже прикорнула от блаженства. Мягко разбудили и стали наряжать.

О корсете вообще речи не шло. Платье чёрное с голой спиной, средней пышности, по сравнению с прежними нарядами кажется простым до нельзя. И слишком откровенным, потому как ни юбок под ним, ни белья. Тело не стягивает, плотности не ощущается. Между кожей и внешним миром лишь один слой ткани, не считая тех волнистых складок, украшающих низ моего нового платья.

С причёской также не церемонились, расчесали волосы и нацепили парочку заколок. Минимум косметики, немного теней и румян, вот и всё. Приподнялась к зеркалу во весь рост, посмотрелась и вдруг почувствовала себя свободной и раскованной.

На все приготовления после всех процедур ушло не более получаса. Чувствую себя полной сил, вдобавок голодной.

– Само совершенство, – прокомментировала герцогиня, возникшая буквально из ниоткуда. – Сама, что думаешь? Нравишься себе?

– Ничего так, – пожала обнаженными плечами.

– Сними браслет, – сказала мягко, но будто бы скомандовала. – На голых руках он смотрится нелепо. Не бойся дитя, серебро тут носить не обязательно, дворец защищен самой сильной магией, ни одному кровососу сюда не пройти.

– А можно оставить? – Прошептала неуверенно.

– Он так дорог тебе, что ты готова расстроить королеву? – Заявила женщина, делаясь строгой учительницей.

Хотела сказать ей, что это всё, что есть у меня в этом мире. Но сдержалась, ответив дипломатично:

– Если не понравится королеве, я перевешу его на ногу.

– Глупенькая, – мотнула головой герцогиня и криво улыбнулась.

Появилась ещё одна служанка, вышмыгнувшая из арки смежной комнаты, как шустрая кошка. Шепнула что – то на ухо герцогине. Та кивнула в ответ и посмотрела на меня так, что мурашки прокатились по голой спине.

– Королева ждет тебя в своих покоях.

Глава 5

ГЛАВА 5. ВСЕМ НУЖНА

Сбылась мечта идиотки: я под крылом королевы. Иду в её покои завоёвывать звание фаворитки. Что бы это не значило, я уже унижена и подавлена. По дороге через шикарные коридоры, устланные «персидскими» коврами, чего я только не передумала! Не сосчитать, сколько раз в мыслях выкинулась в окно, придушила монаршую особу, расщепила серебряный дворец до молекул и расколола к чертям собачьим эту планету.

Я бы сбежала, если бы меня не вела герцогиня, похожая на рослую немецкую женщину из гестапо. Два часа её знаю, а уже боюсь, как огня. И это мне передалось от других служанок, которые тоже, похоже, от её присутствия впадают в неконтролируемую панику.

Покои королевы представляли собой нескончаемую комнату, усыпанную подушками разной величины и формы. Всё остальное, имею в виду мебель, было будто бы под всем этим делом. Только кровать выделялась, занимая добрую треть площади. На ней бы поместилось с десяток гастарбайтеров со своими женами. В общем, спальня Шамаханской царицы отдыхала по сравнению с покоями королевы Юлианы.

Я и королеву разглядела не сразу. Встав, как вкопанная, у первой же лежащей на ворсистом ковре подушки.

– Изольда, оставь нас, сегодня в твоих услугах больше нет нужды, – раздался голос королевы из помойки, в смысле из – за груды подушек.

Я уже собиралась прыснуть от смеха, услышав имя герцогини впервые. Оно так чётко характеризовало её. Подчеркнуть собственную проницательность мне не дали.

– Джулия, не стой в проходе, обойдёмся без церемоний, – произнесла женщина, приподнимаясь с кровати.

Увидела её и чуть слюной не подавилась. Халат из вуалевой ткани совершенно ничего не скрывал. Королева позвала к себе не для дружеской беседы, как я и ожидала. Но ведь я не замечала за собой отклонений в ориентации! Пусть она и богиня красоты, но не могу переступить через себя и заняться любовью с девушкой!

– Смущаю тебя? – Усмехнулась королева, поднявшись во весь рост.

Кивнула в ответ, уведя взгляд.

– О, что ж, – выдала с удивлением и накинула халат, возникший в руках будто бы из воздуха. – Быть может, тебе требуется время, чтобы привыкнуть к моему обществу?

Снова кивнула.

– Будешь вино? Может, хочешь поужинать? Когда ты в последний раз кушала, девочка?

Такая забота насторожила вдвойне. Про голод я уже забыла, кусок в горло теперь не полезет. Юлиана двинулась ко мне с двумя бокалами в руках.

– Я тебя не обижу, – прошептала, будто в сознание моё вложила это.

Нет, я не расслабилась. Просто уселась на подушку без разрешения, ибо ноги подкашивались, и задница потянула вниз. Королева улыбнулась открыто и присела на пуфик по соседству, подала бокал с красным напитком.

– Пей, – повелела королева. И я выдула терпкое вино, словно сок.

На голодный желудок алкоголь – в голову ударило сразу. Королеве, похоже, это и нужно было. Вот только я не расклеилась, как от меня ожидали.

– Знаешь, девочка, – начала Юлиана лишь пригубив. – На твоём месте мечтает быть любая, будь это дочь высшего лорда или простая провинциальная баронесса.

Королева на вид не старше меня, от чего дико слушать о том, что я для неё девочка.

То ли я смелости набралась, то ли алкоголь подействовал, но ответ мой был однозначным:

– Ваше величество…

– В неформальной обстановке можно просто Юлиана, – перебила было королева.

– Юлиана, я, э… если на чистоту, в фаворитки не набивалась. Я вообще тут проездом. Заехала в гости к дяде Феликсу и собираюсь назад. Там меня папа король ждет, и мама королева. Так что за должностью не гонюсь, у меня денег куры не клюют и вообще я самодостаточная.

Королева рассмеялась и поднялась. Дальше смех перерос в хохот. Затем она плюхнулась на кровать, перевернувшись на живот. Приняла кошачью позу, подперла локотком голову, уставившись на меня игриво.

– Ты хотела поговорить в приватной обстановке, – произнесла с иронией. – Раз пришла, излагай. Как вижу, язычок у тебя развязался. Не запинаешься.

Хотела о Феликсе высказать свою теорию заговора. Но выпалила совсем другое.

– У вас в саду делают подкоп.

– Ты это серьезно?! Откуда такая весть? – Юлиана подскочила и, подхватив ещё два бокала со стола, подала и мне.

Я отхлебнула половину, дабы горло прополоскать. И ответила усевшейся рядом:

– Я слышала… слышала, как роют, не знаю, как сумела, но землю роют где – то у забора, справа от входных ворот. Там ещё лавочка из корней дерева, и в том же месте стрелу нашли.

– Хм, – задумалась Юлиана. – Надо будет капитану гвардии сказать, чтоб охрану выставил двойную. Возможно, и подземелье прочесать придётся, где – то не досмотрели. Полагаю это гномы, гнать бы в шею эту нечисть, да король их оружию не нарадуется. Так, так. С этим решим. Что – то еще?

– Эм… Ваша дочь…

– Она мне не дочь, – обрезала Юлиана резко. – Ни одна, ни вторая, ни третья. Я похожа на рожавшую деву?! Ты серьезно?

– Ой, простите.

Королева рассмеялась. Я тоже хохотнула. А она вдруг посерьезнела и произнесла надменно:

– Во мне течет древняя эльфийская кровь, которой я не желаю делиться с простыми человечками, продолжая их никчёмный род. И если бы не король, я давно бы сослала этих избалованных дурнушек в замки баронов на границу королевства. Желательно тех, где велика вероятность успешной осады.

Эльфы, гномы. Фэнтези какое – то.

Королева резким движением опрокинула второй бокал и швырнула его в сторону занавесок. Звука бьющейся посуды я не услышала. Зато уловила суету. Кажется, у другого входа за занавесом шуршат служанки.

– А где же тогда мама Адель? – Спросила и пожалела, что поддалась любопытству. Милое выражение лица королевы сменилось хищным.

– Сослана за измену, – бросила брезгливо. Но затем улыбнулась мне открыто, показывая, что ничуть не расстроена таким вопросом.

– Вы любите короля, – заключила я, осмелев окончательно.

– Люблю, – согласилась совершенно спокойно. – Вернее любила, когда он был молод. А теперь не знаю.

– А сколько вам лет? – Бестактный вопрос, и всё из – за вина!

– А сколько дашь? – Съязвила королева.

– Не знаю, мне кажется, я старше вас, – пожала плечами.

Королева посмотрела строго, но с каждой секундой лёд в её глазах таял. Откинувшись на подушки, она подняла руку вверх, затем щелкнула пальцами.

Не прошло и минуты, в комнату вошли две служанки. Торопливо поставили между нами столик, расставили на нём еду и напитки, а после скрылись. Никогда не видела, чтобы так бесшумно и чётко двигались.

– Угощайся, девочка, – раздался её усталый голос. – А – то тебя совсем развезет без закуски.

Говорила и смотрела в потолок. А там было на что посмотреть: одно сплошное зеркало. И она смотрела точно на меня! А я через зеркало на неё. Улыбнулась ей, та ответила.

– Ты как чистое, невинное дитя, – заговорила шёпотом с хрипотцой. – И почему кому – то потребовалось тебя убивать? Ха, догадываюсь кому. Эльфийская стрела, а значит мстители уже здесь. Они пришли за тобой, за кем – то ещё. Возможно, за мной. Я ведь предала их род сотни лет назад. Твоя смерть должна была послужить знаком мне, предостережением. Чтобы я начала бояться.

Королева замолчала, повернулась на бок, обхватив себя руками. Кажется, она стала слабеть. Я это нутром почуяла. Одинокая женщина, чувствует себя беззащитной.

– По мне так это подстава, – предложила свою версию, откусив сочную ножку птицы. – Ой, а где салфетки?

– Вытри о подушку, их все равно меняют каждые сутки, – ответила вымученно и добавила заинтересованно: – Продолжай.

– Очевидно, что убийца хотел свалить всё на эльфов, если это стрела эльфийская.

– А зачем ему это?

– Не знаю, чтобы вас рассорить.

– В городе не так много эльфов, они живут в отдельном квартале. И туда уже отправился капитан Рудольф, дабы расспросить их старейшину. На меня у них нет никаких видов, местные эльфы жалки и слабы. Позор нашему великому роду.

– У вас вроде бы уши не такие острые, или я что – то путаю?

– Подрезала по просьбе его величества по дурости своей, – ответила и поднялась. – Как тебе кушанья? Раз ты жива, в агонии предсмертной не корчишься, могу и я попробовать.

Сарказм я оценила.

– Некоторые яды начинают своё действие не сразу, – ответила той же монетой.

– О, ангелок что – то знает о жизни? – Удивилась королева и налила в оба бокала из кувшина.

– Много знает ангелок, но память отшибло, – призналась ей. – Кое – что проявляется, но обрывками.

– Я бы с удовольствием стерла всю память о прежней жизни, – фыркнула Юлиана. – Мои родители были королём и королевой сильнейшего дома эльфов на том берегу океана. Они погибли в великой битве, оставив меня одну. Я скиталась долго, прошла унижения и боль, наблюдала падение богов. Думала, что Заморье даст мне новую, светлую жизнь. Жизнь без забот. А оказалось наоборот. Клевета, нечисть, интриги и замкнутый мир человечков, где я оказалась, как в западне. Одна сплошная грязь… Грязь и нечистоты вокруг. И в этой грязи вдруг появляется чистый ангел.

– Вы преувеличиваете, Юлиана, – поскромничала я.

Королева поднялась и жестом попросила и меня. Я послушно попыталась встать, но пошатнулась, понимая, насколько пьяна. Эльфийка рассмеялась и помогла встать на ноги. Её руки оказались цепкими и сильными.

Она подошла к шторке у стены и распахнула её. К стене было прислонено зеркало в полный человеческий рост. Именно прислонено, потому что стояло под некоторым наклоном. Старое, пошарпанное, с серыми пятнами по всей поверхности, которые уже не отражали. Вокруг оно было декорировано резным красным деревом, поблескивающим почерневшим рельефом, в одном углу уже раскрошившимся.

– Это необычное зеркало, – прокомментировала королева.

Она оказалась на целую голову ниже меня. И я не могла не сравнить, поддаваясь женским порывам. Она была красивее, милее, ярче. Будто люди разного качества. Но это не говорит о том, что я худшего, просто иного… Видеть себя в расцарапанном зеркале было не очень приятно. Говорят, плохая примета. Но Юлиана любовалась нами обеими с умилением.

– Жаль, что ты не хочешь остаться со мной, – произнесла с неподдельным сожалением в голосе. – У меня не осталось дорогих людей. А эльфов я просто ненавижу. Они – моя память о плохом.

Королева замолчала. А зеркало вдруг помутнело, наши изображения размылись и пропали. Словно лужа, отражающая поверхность пошла разводами от центра. И неожиданно стала проявляться некая картинка, будто это не зеркало, а окно. Сперва неясный силуэт, затем он перерос во что – то детальное. Вскоре разглядела чёрные скрюченные коряги, с тлеющими местами красными углями, словно вечными, незаживающими ранами. Камера стала подниматься выше, и я поняла, как огромны масштабы. Нескончаемое множество загубленных деревьев, гигантский лес, выжженная земля. Меня будто понесло дальше, пролистывая мир после глобального пожара. По пути мелькнула чёрная, даже кровавая река, затем снежные горы, а дальше… дальше раскинулся сказочный лес, будто режиссер фильма хотел подчеркнуть контраст. Там всё в сером свете, а тут бесчисленное количество цветов и оттенков, уходящих в обширную бесконечность за самый горизонт. В первое мгновение в глазах даже зарябило, не сразу сообразила, что мне показывает зеркало.

Камера стала опускаться. И я поняла, что это не лес. А бескрайняя цветочная поляна. Серебристая дымка над ней блестит на солнце, создавая некую магию света.

Сердце моё взвыло, сама не понимаю от чего. Боль прорвалась из глубины, будто из подсознания, а может и из космоса. А из глаз вдруг хлынули слезы. Обычно это бывает, когда тебе плохо, больно, и это рождает такую реакцию. Сейчас всё было наоборот. Сначала слёзы абсолютного счастья, а затем горечь в груди. Неуправляемая, свободная, ничем не останавливаемая.

Изображение пропало. Юлиана посмотрела на меня. Сквозь пелену неожиданных, непонятных слез я видела её удивленный взгляд.

– Что с тобой, Джули? Что с тобой девочка? – Королева явно не ожидала такой реакции.

Она обняла меня, а я в ответ обхватила её тонкую спинку и уткнулась в плечо. Что – то продолжало давить, терзать мою душу, будто старая рана вновь дала о себе знать. Сердце треснуло, что – то надломилось… И я заревела, не в силах сдержаться. Разразилась в голос.

Спустя какое – то время всё же успокоилась. Ощутив некоторое нетерпение эльфийки.

– Давно ты видела своего отца? Скучаешь ли по матушке? – Прошептала Юлиана, пытаясь отвлечь.

Я отпряла, посмотрела на неё заплаканными глазами. Пожала плечами.

– Я не помню их, – призналась. – Только свою сестру, и то недавно вспомнила о ней. Вы… вы поможете мне? Мы… мы можем стать друзьями?

Такой беззащитной я себя ещё никогда не чувствовала. Мне нужна была поддержка. И в момент, когда обратилась к королеве даже не думала о том, кто я для её… А зря.

Юлиана отшатнулась от меня, как от прокаженной. Отступила, будто опомнилась.

– Я проявила слабость к тебе, – произнесла надменно. – Но это не должно повториться. С рассвета ты можешь отправляться обратно к своему дяде. Если сболтнёшь о зеркале, я распоряжусь, чтобы тебе отрезали язык. Всё поняла?!

– Да, ваше величество, – прошептала я, глотая слёзы.

– Не слышу!! – Рявкнула королева, что я тут же вздрогнула. И чуть не рухнула от инфаркта.

– Да, ваше величество, – повторила громко, гордо подняв подбородок.

– Можешь быть свободна, – произнесла уже не смотря в глаза.

– Да, ваше величество, – произнесла уже сквозь зубы.

– Слуга проводит, – буркнула она и первой удалилась из комнаты через шторку. Слишком быстро, будто её затерзали рвотные позывы.

***

Вечер, как страшный сон. Я не просто расклеилась, такое ощущение, что об меня вытерли ноги. Вот и раскрывайся перед монаршими особами, плюнут в душу и даже совесть не замучит.

Спала в выделенной комнате, как убитая. Только утром пыталась выловить из памяти остатки сна, от которого почему – то было тепло и сказочно прекрасно на душе. Кажется, видела поляну цветов и разноцветных бабочек, что кружили вокруг меня и радовались моему появлению. Казалось, что объяснение всему простое – этому виной кино из зеркала. Но там не было бабочек.

Вдохновлённая теплотой на сердце, я приняла завтрак в постель. Хотя после первых же стуков в дверь нахлынуло беспокойство. Это могла быть и стража, которая по велению королевы бросила бы меня в темницу. Но это оказалась служанка с подносом на маленьких ножках, специально, чтобы кушать, не вставая с постели.

Ела без аппетита. Слишком много еды для завтрака. Три – четыре блюда, маленький «шведский стол». Приглянулись приборы из серебра. Ложка так отполирована, что видно своё отражение. Видимо, перед тем как подать, их чистят от налётов окиси.

Поев отложила поднос в сторону. Хотелось поскорее встать, одеться и уйти отсюда. Королеве на глаза попадаться себе дороже. Эта девица, видимо, попробовала на мне гипноз, и не получив должного эффекта, разозлилась. Попыталась сыграть мной, как куклой. Но что – то пошло не так. Чем она была недовольна? Что ей вообще от меня надо. Интересно, а она ещё спит? Или уже отдает распоряжения на доставку новой фаворитки? Бедные девочки.

–… видела там что – то, – раздался едва – едва слышный шепот. Будто из маленького динамика.

– Это немыслимо, – ответил другой голос.

Стала искать тот самый динамик. И обнаружила, что источник голосов – ложка, которая всё ещё была в руке! Прислонила её к уху.

– … нет, девочка точно видела, – раздался голос королевы, что теперь сумела четко распознать. – Я никогда ещё не наблюдала у фавориток такой реакции. Эта первая, похожая на НЕЁ.

– И вы не спросили, что же она видела? – Узнала голос верховного магистра, с которым Юлиана в саду болтала.

Взглянула на ложку. Нано – технологии? Встроенный динамик? Что за…

Не сразу заметила, что вместо изображения моего глаза на ложке что – то другое! Повернула немного, дабы рассмотреть. Изображение не изменилось. Оно более тёмное, нежели любой фрагмент этой комнаты! Какого чёрта?! Это человек в темно – синем кафтане! Видна лишь его грудь, она то удаляется, то приближается, словно камера на качелях. Изображение скачет, будто по волнам, но я распознала пуговицы и декор на ткани. Мелькнул подбородок, открылся рот, язык… Я что… получаю изображение от камеры на ложке?! Одна ложка передает изображение с другой. Правда искажённое, словно линза камеры и есть вогнутая ложка.

– Я испугалась… испугалась истины, – ответила королева с трепетом.

Она была в тёмном помещении с магистром, вероятно, беседовала за завтраком.

– Вызывали, ваше величество? – Раздался третий голос.

– Что с дворцовыми запасами? – От повышенного тона королевы даже через ложку стало не по себе. – Почему мне докладывают, что вы не справляетесь?

– Виноват, ваше величество, – раздался хриплый ответ. – Вы предостерегали, что скрытность важна не менее результата. Если ускорим дело, лорды начнут задавать вопросы.

– Сроки изменились, граф, – сказала женщина, как отрезала.

Шум, суета. Всё смазывается от резких движений. Глухой стук ложки о дерево. Последнее, что слышу – это скрип петель двери.

Сердце забилось чаще, я будто бы мысленно уходила к ним, и вернулась в свою реальность, в реальность комнаты, где сейчас. Вороватые ощущения не давали покоя. А если они узнают, что подслушивала? Нет, не возможно. Бред…

Стала осматривать ложку. Теперь поверхность отражает меня. Ничего особенного. Даже на зуб попробовала. Всё, больше не слышно ничего. Обычный серебряный прибор. Отложила ложку. Кажется, у меня глюки.

В дверь настойчиво постучали.

– Королева желает видеть вас немедленно! – Раздался голос мужчины. – Волосы расчесывать не нужно. Набросьте что – нибудь, жду на выходе. Только поспешите, леди. Её величество не ждет.

Выскочила, как ошпаренная, накинув простенькое платье и заколов волосы двумя невидимками. Страшно подумать, что там затеяла Юлиана!

Меня, трясущегося зайца, встретил на выходе высокий, широкоплечий мужчина в темно – зелёном мундире и с мордой кирпичом. Так называемый рыцарь её величества. Ручку дернулся целовать, но поймав взгляд, смутился. Нелепо вышло, я улыбнулась сдержанно, придержала челюсть, чтобы зубы не застучали. Тот приглашающе указал, мол, дамы вперёд.

Коридор в полутьме несколько смутил, но я потопала первой. По ковру и в босоножках, что нашла в нижней части шкафа, оказалось, идти одно удовольствие, нежели на каблуках вчера. Обуви было шесть размеров, самый большой мне оказался впору. Остальные, похоже, были рассчитаны на детей.

– Здесь налево, леди Джулия, – оповестил рыцарь на перекрестке.

Повернула налево, пошла дальше, ускорив шаг, ибо мужчина дышал в затылок, подгоняя. Торопить он не мог, видимо, из вежливости, но сопел с таким недовольством!

– Направо! – Брякнул рыцарь довольно нервно на развилке. – Нет! Налево!

Прошла арку, оказавшись на лестничной клетке. Это был явно непарадный ход. Даже потому, что света совсем мало. Единственный его источник давал факел, который тут же со стены снял мой проводник.

Когда погнал вниз, я почувствовала неладное. Но было поздно. Ещё двое мужчин встретились этажа через два, переглянувшись заговорщически.

– Это она? – Спросил один из новых у рыцаря с факелом.

– Да, это племянница герцога, – ответил тот и обратился ко мне. – Леди, вам угрожает опасность, мы должны позаботиться о вас по просьбе нашего сюзерена.

Пожала плечами. Располагайте мной, ибо я, как баран на новые ворота, вообще не в курсе дворцовых интриг и всей этой суеты. Плыву по течению, как бревно…

Никто не хватает, обращаются «леди», ведут спокойно, не за волосы, не волоком, изредка останавливаясь и вслушиваясь. Иногда поторапливают и просят топать тише. Дорога средь камня всё темнее и темнее. А мы стремимся всё ниже и ниже. С тонкими тканями коже всё холоднее и холоднее.

Спустились в подвалы, о чём свидетельствовал запах испражнений, сырости и мелкой дохлятины. Клаустрофобией не страдаю, но стало совсем не по себе, когда неровные потолки начали цеплять волосы, а под ногами захлюпала вязкая жижа. О босоножках вскоре пожалела, надо было одевать что – нибудь резиновое по самое колено, нет… по шею. Но поздно, меж пальцев вскоре ощущались инородные, скользкие тела, на волосах паутина. По шее что – то ползало и стремилось за воротник… Визжать не стала, но пару раз нервно взъерошила волосы, пытаясь стряхнуть пауков.

Метров пятьдесят прошли по прямой, затем показалась лестница, которой я возрадовалась, прощаясь с крысами, пищащими мне в след. Очутились в комнате из бетонных стен, словно в бомбоубежище, с арками в три стороны света. Только никакого света в них не наблюдалось, сплошная тьма и легкое дуновение страха.

Помню, что говорили про обращенных в вампиров людей. Они в таких местах и прячутся. Вскоре пожалела, что доверилась незнакомцам. Лишь серебряный браслет на запястье грел душу.

– Я проверю, ждите, – произнес один из рыцарей и двинулся со шпагой наголо в левую арку.

Остальные тоже вынули шпаги из ножен и встали впереди меня. Странно, что рыцарь проверить решил без факела.

Мужчина высунулся примерно через минуту с ухмылкой.

– Наша приманка сработала отлично, – произнес, сияя.

И мы двинулись дальше. Петляя по коридорам с прогнившими, перекошенными подпорками, попеременно кирпичными и земляными стенами, я задыхалась не только от мерзких зловоний, мне просто перестало хватать кислорода в этих замкнутых затхлых пространствах. Выйдя в новое просторное помещение, я не сильно обрадовалась.

Груды костей разложены отдельными кучами, дабы не перекрывать извилистую дорожку до дальней части не то комнаты, не то пещеры. И это были груды человеческих костей!

Предвосхищая мой порыв завизжать, один из проводников зажал мне рот. Довольно вовремя.

– Простите, леди, что пришлось идти этим путем, – прошептал рыцарь. – В ином случае, мы бы не добрались и до ворот усадьбы.

Я кивнула, и мой рот освободили.

– Куда мы идём? – Решила всё же спросить.

– В безопасное место, попытаемся выбраться за купол, пока ещё солнце зашло.

– Но там же вампиры, – ахнула.

– Поверьте, здесь их не меньше, – усмехнулся другой рыцарь.

– Осада города днём слабее, преодолеем путь до равнины, дальше гончие не ходят, – начал рыцарь с факелом. – Лошади должны ждать на условленном месте.

– Я ему не доверяю, – буркнул его коллега. – Даже с картой подземелья не всё ладно. Как бы не заплутать.

– Не стоит пугать, леди Джулию. Мы уж точно не заблудимся. Да сэр Одри?

В комнате резко потемнело. Сэр Одри выронил факел. Последнее, что увидела, это стрела, торчащая из его плеча. Крик боли, рык, лязгающая сталь… За руку дергает рыцарь и тянет назад. Двое других, в том числе раненный, остаются прикрывать. Всё же вижу их силуэты. Примечаю и ещё нападавших.

Тоненькие тела мелькают в дальней части, скрываясь за кучами. Пытаются подстрелить мужчин из своих луков. Это эльфы, судя по рассказам Юлианы. Не те ли, что пытались убить меня в саду?!

Страх подгоняет. А ещё отчаяние. Что я им сделала? И вообще кому – либо! Почему меня хотят убить!? Таких поганых ощущений в жизни не испытывала.

Рыцарь то и дело натыкается на тупики, как слепой котенок. Ибо факел оставлен там. Приходится вести самой, выбирая проходы с кирпичными стенами. Это явный признак того, что строили эти пути люди, а не рыли животные или вампиры. Они должны вывести наружу. Именно те, что с признаками цивилизации. К чёрту! Больше никогда не полезу в норы, даже под страхом смерти.

Мужчина не противится, идёт послушно. Первые признаки, что дорога выбрана верно, появились довольно скоро. Лестница вверх! С прогнившими досками и ссыпающейся землей. Но всё же годная, чтоб по ней взобраться.

Оказавшись на уровень выше, выдохнула с облегчением. Но тут же закашляла, потому как в горле закололо от вони. Мы неподалеку от каких – то канализационных стоков. Попала в точку: расслышала шум воды. А ещё распознала приближающиеся шаги. За нами идут! И это не рыцари, те топали громче. А эти стараются быстро, но бесшумно. Однако под ногами скрипят камни, попадается мусор.

Вывела рыцаря в тоннель, отчётливо увидев, что по его центру течёт то самое… По бокам небольшие возвышения, по которым и решила продвигаться, не касаясь сточных вод.

Только шагнула, мужчина потянул назад, заваливаясь. И я поняла, что его настигли стрелой. Помогать смысла не было, такую тушу на себе не вывезу. Эльфы уже близко!

Побежала, как резвая лань по тоннелю. Позади заплескалась вода, и раздалась невнятная ругань. Похоже, эльфы ориентировались в темноте хуже меня, и это радовало.

Первую же возможность повернуть в сторону, я не упустила. Тоннель стал уходить выше. Босоножки заскользили по грязи, замедляя мой ход. Но мне помогали кирпичные выступы на стене, за которые цеплялась руками, не щадя ногтей. Не дойдя до верха, я повернула в небольшой проход, что оказался в стене, вдоль которой шла. Ещё подъем, но на этот раз под руки попался толстый канат, судя по ощущениям, очень старый. Стала подниматься по нему, затылком чуя погоню. Эльфы все же не отставали.

К счастью, зловонье вскоре сменилось ядреным запахом алкоголя. Не сразу поняла, что иду по винной луже, которая вывела меня к кирпичной стене. От первого впечатления чуть не поседела: из стены сочится кровь! Но это было вино, струящееся ручейками через щели. Вот и приплыли, тупик.

Когда обернулась, в груди задавило отчаяние. Четверо низкорослых человечков с луками на изготовке смотрели на меня, преградив путь. Позади стоял пятый с факелом, и я уже не сомневалась, что эти чумазые, глазастые мордахи видят меня.

Раздался рык, похожий на львиный! Писк, хруст костей. Факел упал, накрывая преследователей тьмой и паникой. Пока они гнались за мной, их преследовало нечто… Нечто похожее на собаку, только больше! Несколько щелчков луков я всё же расслышала, но дальше начался хаос. Эльфам неминуемо приходил конец. Один из уцелевших побежал на меня, вероятно, в поисках спасения, но не успел преодолеть и пяти метров. Шипастая собака запрыгнула на него и оторвала голову резким и жестоким рывком.

Звон от рикошета стрелы отвлек монстра. Его броня легко отразила наконечник. Уцелевший эльф решил отомстить за товарища, и это отвлекло собаку от меня. Она обернулась и бросилась на наглеца.

Отчаянный крик перемешался с довольным рыком монстра. Резкий писк, будто мышиный, и смерть… Волосы мои дыбом, я уже ничего не соображаю. Начинаю бить по стене кулаками, коленями, головой… Лоб с легкостью проламывает преграду. Кирпич сыплется вовнутрь. Расширяю дыру, расшатывая остальные. Поддаются плохо, но прогресс пошёл. Вскоре попыталась пролезть, вопреки острым краям, терзающим ткани платья и кожу. Удар! Мощный толчок сзади лишает равновесия, и вместе с кирпичами лечу прямо в деревянную бочку!

Монстр пытается пролезть за мной, но что – то ему мешает. Видимо, колючки цепляются за края. Стена сыплется, расширяя проход и не в силах противостоять туше. Крик уже сдержать не смогла. С визгом поднялась, с визгом осмотрелась и помчалась тоже с визгом, минуя ряды бочек. Проломила деревянную дверь плечом, поднялась по лестнице, прошмыгнув мимо оторопевшего старичка.

Его брань вдруг перешла на крик отчаяния. Мамочки! Монстр схватил его! Через подвальное помещение промчалась, перескакивая всякий инвентарь, будто резвая лань в лесу. Вырвалась по лестнице в комнату, начала таранить очередную дверь, но та оказалась открытой. Вывалилась в помещение побольше. Светлое, просторное, с выложенными из бревен стенами. Из окон свет бьет, часть комнаты под его прямыми лучами. А монстр уже смотрит на меня, высунув мерзкую окровавленную морду из дверного проема.

Псина размером со взрослого льва с вытянутой челюстью и клыками наружу, олицетворяла исчадие из самой преисподней.

Отползаю от него, сидя на пятой точке и перебирая ножками. Только бы не ухватил! К свету, ближе к спасительному солнечному свету! Жуткие жёлтые глаза смотрят прямо в мои, будто в душу. Эта нечисть должна бояться света! Должна! Иначе… мне конец.

Когтистая лапа ступает на половицу. Затем вторая опускается, стукая когтями. Движения медленны, не желает спугнуть, готовясь к завершающему прыжку… Два рывка, и я упираюсь в стену спиной. Между нами четыре половицы, что под прямыми лучами солнца. Но они не полностью перекрывают площадь!

– Пожалуйста, – шепчу с дрожью. – Скажи, что боишься света, морда страшная.

Монстр обходит стороной, как умненькая собачка. Но его броня начинает дымиться, несмотря на то, что он старательно обходит участки, что под прямыми лучами солнца.

Жажда прикончить меня настолько сильна, что я ощущаю это всей поверхностью своей кожи. Пока он обходит, я пересекаю линию света, оказываясь снова с противоположной стороны. Монстр разворачивается и обходит обратно, я повторяю манёвр. Он останавливается, смотрит, понимая, что жертва не смирилась со своей кончиной.

Раздаётся визг! У меня чуть сердце не разорвало. Монстр оборачивается в сторону вошедшей женщины, явно не ожидавшей таких гостей! Прыгает на неё. А я вскакиваю и вываливаюсь через окно вместе со ставнями, пользуясь отвлечением хищника.

Оказалась на узенькой улочке, едва сумела подняться. И тут же рухнула на задницу. Не могу отдышаться, не могу успокоить бешеный стук сердца, что вот – вот выпрыгнет из груди. Свет бьет по расцарапанным голым плечам. Через окно доносится жадное чавканье и довольное рычание. А у меня сил нет даже отползти от стены.

Улочку, где оказалась, накрыла тень. Уже далеко за полдень. И время теперь против меня, против света, которого всё меньше и меньше. Безлюдная улочка внушала страх, а ещё я словно очнулась, после того, как резко прекратился шум от монстра, будто тот затаился!

Найдя в себе силы, поднялась и пошла прочь на трясущихся ногах. Меня знобило, и подкатывала тошнота. Мерзкое ощущение с ужасающими картинками, что не выходили из головы, никак не хотело отпускать.

На пути возникла фигура в плаще. И я с противоречивыми чувствами посмотрела на мужчину. Это был Виери.

Адепт или как там его – ученик магистра Феликса предстал передо мной во всей красе и с торжествующим видом. Тот самый, что ударил в спину, что утащил мою подвеску, скрыв это от своего начальника.

– Я знал, что пустоголовые рыцари не справятся, – произнес с ухмылкой зеленоглазый с седыми ресницами вылитый козёл. – Что, девка? Познакомилась с вампирской гончей?

Кивнула, возвращая самообладание. Не такой уж он и страшный. Даже эльфы с луками смотрелись намного опаснее, чем этот старик. А после безобразной собаки вообще ничего не страшно!

– Не беспокойся. Я прикончил её, она создавала много шума. – Поспешил обнадежить маг. – Да и крестьянская семья ни в чём не виновата. Не так ли, таинственная незнакомка? Ведь это твоя вина, что оно убило старика и мать четверых детей. Ты привела порождение вампиров прямо в их дом. Как чувствуешь себя, зная о таком злодеянии?

– Я просто спасала свою жизнь, – ответила честно. – Что тебе надо, Виери?

– Для тебя я сэр магистр Виери, – произнёс надменно. – Ты же никакая не маркиза. Скорее безродная крестьянка, в которой Феликс рассмотрел выгоду. И я догадываюсь какую, но, признаться, это мне не по зубам, в моем положении уж тем более.

– Тебе – то что нужно от безродной крестьянки? – Выдала, душой не кривя.

– Ключ к камню силы, коим теперь владею я, – ответил Виери с торжеством, будто владеет целым миром. – Он защитил тебя от удара, но только тебя. Все испытания привели к этому выводу. Ни один не выжил, ни одного он более не защитил. Но в нём скрыта сила безграничная, это чую не только я, но и другие… другие стервятники. Все, все, что скапливаются вокруг тебя! И ты мне всё откроешь, если конечно, не хочешь умереть в муках.

– Ну, давай, погляжу, может там кнопка какая, – пожала плечами. – И ты отвалишь, ладно?

Маг рассмеялся.

– Я не настолько глуп, чтобы носить его при себе. Ты отправишься со мной, немедленно.

– Ладно, – согласилась спокойно.

Хотя согласия, похоже, не требовалось. Маг хлопнул в ладоши, вспыхнул и исчез в белом мареве, которое тут же растворилось словно дым. А я осталась там, где стояла. Не успела понять, в чем дело, маг появился снова. Морда недовольная, тяжело дышит.

– Не понимаю, – буркнул, подошел ближе и хлопнул снова.

Исчез. Появился. Теперь на нём вообще лица не было. А грудь ходила ходуном, будто пробежал километров пять.

– Похоже, на тебе магическая защита королевы, – произнес озадаченно. – Странно, почему я не увидел. Новая магия? Ты знаешь что – то об этом? Королева не говорила, кто мог зачаровать тебя? Почему же не могу перенести тебя с собой?

Пожала плечами. Вся его озабоченность мне была, как китайская грамота.

– Пошли пешком, – процедил маг. – Только сперва переоденешься. А то решат, что я насиловал леди. Фу, ну и воняет от тебя.

С этими словами он взял меня за руку довольно грубо и повел в дом, из которого я и выпрыгивала. Через парадный вошли. Как и ожидалось, в доме никого, ибо чудовище напугало всю оставшуюся семью. Хотя я криков и не слышала. Быть может, остальных в доме не было. Как же не хотелось, чтобы дети видели убитого зверя. Туша его лежала в тёмном уголочке. Видимых повреждений на монстре не обнаружила, но что тот мертв, не сомневалась. Растерзанный труп женщины предпочла обойти стороной, хотя маг повел, будто специально, через эту комнату.

Постаралась не смотреть на бедняжку, хотя в лужу крови всё же вступила. От ощущения обилия сего стала звереть. Уж такого от себя не ожидала. Будто внутри накипело, и я готова прямо сейчас наброситься на того же мага, считая его виновником всех бед.

Одежду старик нашел довольно быстро. Обычные крестьянские лохмотья вывалил из сундука. В таких даже деревенские современные девки не ходят. А тут пришлось выбирать из бесцветного тряпья, тысячи раз перестиранного и сотни заштопанного. Маг завёл в комнатушку, бросил туда же тряпки и велел переодеться как можно скорее. Дверь за собой прикрыл и затих в ожидании. Кажется, от четырёх телепортаций ему совсем стало худо.

Порылась, ничего путного не нашла, пришлось напялить мешковидную тунику. Опоясала её длинным платком, который скрутила в веревку. Вышла с погаными чувствами от мародерства.

Виери пропал!

Покричала его немного. Но всё без толку. За окнами как – то резко потемнело, будто тучи надвинулись на город. В доме оставаться совсем не хотелось, и я двинулась на выход.

– Прелестное, человеческое создание, не спеши на свет. – Раздался еле слышный шепот позади, от которого кожа просто взорвалась мурашками.

Оборачиваюсь и вижу Рикарда!

Стоит в проходе, на выходе из той самой комнаты, где лежала гончая. Тень, словно плащ укрывает его собой, какая – то не простая, будто магическая пелена защищает фигуру от любых отголосков света. Сам он в чёрном плаще, с накинутым капюшоном. Но его красивое, точеное лицо разглядела отчетливо. Он не смотрит хищно, не скалится, он просто убивает взглядом, усыпляя им. Внушая жертве, что смерть – это не так уж и плохо…

Я боюсь его и не боюсь одновременно. Он – олицетворение зла, что яркими красками впилось в сознание. Однако тёмный лорд нужен мне, ибо хочу выбраться из этого мира. Но разве это всё, что мне нужно от него? Этот вопрос задаю не я, а что – то внутри спрашивает. Причём с сарказмом.

Высший вампир смотрит неотрывно, спокойно, не выказывая эмоций. Боже, как же он красив. Как же страшен, как силен. Это не тот ослабший персонаж, что перенёс моё тельце через купол. Это существо полное сил, это Высший.

Он и спугнул Виери, в этом уже не сомневаюсь. И даже не видом спугнул, а тем, что оказался рядом. Может в радиусе десяти метров тот его учуял, или километра. Получится – спрошу, если адепт ещё вернется с намерением выкрасть меня.

Но сейчас это волнует в меньшей степени. Меня беспокоит, будоражит другое… Вампир делает шаг, сокращая расстояние. От него исходит жар раскалённого ядра планеты, от него исходит холод бескрайнего космоса. Бесконечная жизнь и мгновенная смерть. А я как статуя, страшно даже пошевелиться.

Но я нахожу в себе силы и поднимаю руку, жестом останавливая его.

– Не подходи. – Прошептала, ибо ещё шаг, и я уже не смогу стоять на ногах. Нервы, чёрт бы их побрал!

– Не бойся, прелестное человеческое создание, – произнес тихо и так сладостно приятно. – Я пожалел о многом с нашей первой встречи. И о главном. Я не узнал твоё имя.

Имя… слово из трех букв, в которое вложен невероятный смысл из его уст. Этот смысл, как истина, нечто волшебное, важное, очень – очень значимое. И для меня, и для него.

– Валерия, – сказали мои губы, и что – то внутри перевернулось.

Я вспомнила свое настоящее имя!

И чуть не задохнулась от эмоций, нахлынувших вместе с этим именем... Через мгновение вампир исчез в темноте, вероятно считая себя виновником моего состояния. И вскоре я уже не чувствовала его силы и энергетики рядом. Зато ощутила, как стало тоскливо на сердце.

– Рикард де Хетигид! – Крикнула в темноту. – Вернись! Я хочу с тобой поговорить! Просто… просто поговорить!

Но ответа не последовало. Я и не надеялась, что он услышал.

Глава 6

ГЛАВА 6. ВСЕ ВОЙНЫ ИЗ-ЗА ЖЕНЩИН

Миновав несколько безлюдных улиц, очутилась на площади, которая перерастала в некое подобие рынка, вернее барахолки. Ещё на подходе распознала шум и двинулась нужном направлении, дабы быть поближе к людям. Совсем не хотелось, чтобы вечер застал меня в гордом одиночестве в тёмной подворотне. Пока шла мимо домов, сложилось впечатление, что людей в них просто нет, они вымерли или убежали, только едва слышная суета из окон выдавала присутствие и страх. Крестьяне боятся покидать дома, стоит заполонить улицы сплошной тенью.

Двинулась к торговым рядам. У первой же лавочки выловила запах свежей выпечки. Хотя ароматы исходили не от неё. А от девочки с корзиной, где хлеб лежал под тряпицей.

Она посмотрела на меня пугливыми серыми глазками, сморщила носик и пошла прочь.

– Проваливай нищенка, – рявкнул на меня бородатый лавочник, торгующий деревянной посудой. – От тебя несёт выгребной ямой! Распугиваешь покупателей. Уходи, пока стражу не позвал!

Пошла к другой лавке, полюбопытствовать, чем же народ живет, согнали и оттуда. И так весь ряд прошла, слушая о себе нелицеприятные вещи.

– Иди работай.

– Молодая еще, что побираешься?

– В публичный дом иди, там тебя отмоют и пристроят!

– Давай я тебя пристрою, голубушка!

Вскоре за мной уже шла целая толпа народа, желая прогнать, поколотить и пристроить. А ведь всё дело в запахе, что с собой принесла из канализации!

Мерзкие ощущения от всеобщей нелюбви. И жалко ведь их, сами как бомжи, но злость всё это перечеркивает. Пока не появляется девочка, та самая с корзинкой.

– Ты голодна? Возьми? – Протягивает мне крендель. Впору прослезиться, но мешкать времени нет. Злые люди настаивают, чтобы я покинула площадь.

– Спасибо тебе, – благодарю её, но подачку не беру. Ей самой, похоже, нелегко расставаться с продуктами.

– Как знаешь, – отвечает обиженно. – Значит, не так уж и голодна.

– Терпимо, – согласилась и протянула ей невидимку с волос в благодарность. – Держи, маме отнесешь.

Девочка приняла, как завороженная. С неким сомнением, будто не поверила глазам своим, что у нищенки может быть настоящая драгоценность. Невидимка из серебра с камушками разноцветными, в том числе прозрачными, похожими на бриллианты, должна стоить немало. У королевы не может быть подделок.

– Настоящая, – прокомментировала. – Спрячь быстрее, чтоб не отобрали.

Та кивнула и в корзинку подарок сунула. Карманов ведь на платье нет. Улыбнулась мне открыто, посмотрела иначе, будто на спасительницу, от чего на душе потеплело сразу. Не успела наставлений ещё отвесить, той и след простыл.

Вышла на широкую улицу, более оживленную. Здесь уже кареты катаются и повозки. Люди ходят по тротуару, вымощенному камнем. Дома посолиднее, в два, в три этажа, кирпич и кровля. Вдалеке виднеются верхушки серебряного дворца, где ночевала. Назад не хочется, лучше уж к Феликсу. Старика из запоя надо выводить, иначе королева отрубит ему хвост по самую голову. Вот только найти его особняк будет большой проблемой. Я даже не знаю, в какую сторону идти!

Вечереет. Разгораются факела, людей на улицах всё меньше. А я заблудилась окончательно. К кому ни подходила с вопросами, тут же прогоняли, чувствуя вонь. Оставалось только подождать, пока не выветрится. С этой мыслью свернула в подворотню, которая мне показалась довольно уютной. На улице тепло, можно примоститься где – нибудь на свежем воздухе и поспать. Утро вечера мудренее, как говорится в сказке. А здесь как раз такая и есть, правда страшная, темная, злая.

Только устроилась на кучке соломы, оставленной, словно для меня. Появились двое мужчин. Буквально возникло из ниоткуда, словно ждали в засаде.

– Ничейная? – Спросил высокий худощавый парень, не удосужившись даже поздороваться.

– Своя собственная, – буркнула в ответ. – Дворец герцога Феликса не знаете в какой стороне?

– Знаем, – съехидствовал второй, мелкий и толстый. – Все дворцы знаем.

– Я заплачу, если проводите, – обрадовалась, поднимаясь на ноги.

Вторая невидимка как раз оказалась кстати.

– Браслет у тебя хороший, – кивнул худощавый. – Приметили и с самого рынка за тобой идём. Давай его сюда.

– В волосах что – то блестит, и это тоже давай, – подхватил второй, демонстрируя дубину.

Понятно, грабители.

– А вы по тёмным местам не боитесь шастать, господа? – Произнесла с усмешкой.

Грабителей совсем не боюсь. Страх потерян, сама себе удивляюсь. Что мне людишки в сравнении с нечистью?

– Какие мы тебе господа? – Скривился толстый. – Господа не воруют, это у них воруют.

– Мы здесь каждый угол знаем, – ответил худощавый и стал приближаться. – Наше здесь всё, а ты чужая, отдавай ценное, тогда цела будешь.

Оскалилась и зашипела, встав в стойку, будто прыгать собираюсь на них. Сработало выше всяких ожиданий. Через пять секунд обоих ветром сдуло. Изображать вампира оказалось легче лёгкого.

Оставаться тут не решилась, дабы не дожидаться отряда карателей. Эти разбираться не будут. Мысль пришла верная – надо ночлег искать.

Вернувшись на более светлую улочку, наткнулась на дамочек. Долго соображать, кто это, не пришлось. Проститутки во всей своей красе встретили меня со скептическим настроем.

– Ой милая, как же от тебя несет!

– А ты на мордашку ничего.

– Шла бы ты отсюда…

– Это наша улица, брысь!

– Эй, подойди сюда, – раздался вдруг женский голос позади.

Женщина в балахоне напоминала кухарку. Мощные руки в боки, вид деловой. Пахнет мукой. Одарила меня неоднозначным взглядом, с ног до головы рассмотрела.

– Где ночуем? – Спросила тут же.

– Мне бы во дворец…– брякнула неуверенно.

– И мне, – раздались смешки от девок лёгкого поведения.

– Я бы тоже не отказалась с дворцовыми лордами покрутить, – захихикала ещё одна.

– У меня как – то барон был, вот же ленивая скотина! – Выпалила третья девица.

– Всё ясно, не местная, – махнула рукой кухарка и развернулась. – Пошли. А вы дуры, что раскудахтались?

– Да пошла ты, старая клуша! – Раздалось в ответ почти хором.

Двинулась за ней прямо в незнакомый дом. Скрипучие половицы, деревянный коридорчик, масляная лампа, столик убранный, чистота и порядок. Веет хозяйственным мылом и жженым маслом.

– Тебя как звать? – Спросила она, не оборачиваясь и двигаясь дальше.

– Джулия, – брякнула имя, под которым меня знает герцог и королева, мало ли…

– А я Мила. Вот сюда заходи, бери тазик с водой, вон там ковш, и давай отмывайся. Потом позовёшь, дам тебе платье.

Умылась, кое – как оттерла ноги и сандалии. Платье кухарка принесла более – менее приличное, бежевое, размер угадала. На обувь мою посмотрела с подозрением, но ничего не сказав, вышла.

– Родня – то есть? – Вопрос женщины застал врасплох, когда я показалась из коморки.

– Есть, но не тут, – ответила машинально. – Ну, в другом королевстве.

Уточнение пришлось кстати. Мила понимающе кивнула.

– Ты девушка крепкая, – констатировала повариха, глядя на мои обнаженные ноги от колен. – Молодая, смышленая. Красотой не обделена.

– Какая есть, – усмехнулась в ответ. – Но на панель идти морально не готова.

– Дам тебе приют, но с условием, – произнесла озадаченно, игнорируя мою грязную шутку.

– Каким же? – Мой вопрос логичен. Какое может быть условие за ночлег?

– Работать будешь. – Скорее утвердительно, чем вопросительно произнесла женщина.

– Прибраться где – нибудь могу, посуду помыть тоже, но всё это утром, устала я.

– Спешишь куда? – Произнесла повариха разочарованно. – За ночлег не надо платить. Думала, кров тебе предложить. Да заработок.

– Надеюсь, не телом торговать?

– Трудом крестьянским, – укорила с ехидством. – Сама не приветствую сей срам. И ты не удумай. Иной ночью пропадают потаскухи безвестно.

Я задумалась. Даже во дворце королевы меня достали люди Виери. Достанут и у магистра все, кому не лень. Там искать и будут. А стоит ли торопиться в чьи – то лапы? Больше всего пугают эльфы со своим нездоровым рвением убить меня, даже не пообщавшись! А будут ли искать тут? Один из сотни непримечательных домов, тянувшихся по улице, куда я попала в полумраке.

Атмосфера здесь бодрая, женщина простая, совсем не напрягает. Работы не боюсь, наоборот – с удовольствием займусь делом, иначе просто с ума сойду от безделья. А заработок пригодится. Без денег придется тяжело.

– Хорошо, – согласилась.

– Вот и договорились, – обрадовалась кухарка. – В таверну отведу, там и покормим, а потом сразу наподхват. Ты подвернулась мне, как нельзя кстати. Часть оплаты будешь за ночлег отдавать, остальное себе на нужды. За платье с первой получки расплатишься.

– Таверну? – Ахнула.

– Да, да. Ой, а что это у тебя? Дорогущий какой браслет. Не украла ли где? Мне неприятности ни к чему.

– Нашла на кладбище, – решила солгать и вытащила из волос невидимку. – Вот и это там же.

– На каком это? – Ахнула женщина.

– Ливонском, – Ответила, вспомнив название.

От протянутой драгоценности у поварихи глазки заблестели.

– Может сменять у ростовщика на монеты? – Предложила та. – Себе небольшой процент оставлю. Иначе с таким богатством будешь внимание ворья привлекать. А уж если хозяева отыщутся, плетей отвесят, да в темницу бросят крысам на съеденье.

– Да, буду благодарна, вам Мила, – согласилась, не мешкая.

– Браслет дороже будет, серебро нынче в цене. Все лорды скупают, а народ бедный по крохам собирает, чтобы от кровососов хоть какая – то защита была. Давай и его.

– Нет, его оставлю, – ответила, думая, что нельзя весь капитал в одну корзину с яйцами…

У браслета хозяев внутри купола точно нет, я его с собой притащила. Значит, моя собственность.

– Как знаешь, – бросила недовольно женщина. – На ногу что ли перевесь, а то прирежут. Народ обнищал, да озлобился. Голод и страх толкает на любые проступки.

Повела Мила через чёрный ход во внутренний двор с масленой лампой в руках. Прошли несколько узких улочек и оказались на постоялом дворе. Судя по пяти лошадкам, привязанным на турникете с крытым верхом, это был именно он. Дальше раскинулся двухэтажный домина, широкий – преширокий, правда деревянный, и на вид, не такой уж и монументальный. Местами, где пристройки, немного покошенный. И довольно оживлённый, судя по шуму, доносящемуся из открытых окон, из которых ещё и рекой лился свет.

Двинулись к зданию. Но и десяти метров не успели пройти. Куча дров, что неподалеку уложена была, вдруг посыпалась, и через неё перевалился человек в лохмотьях с бутылкой в руках, перепугав меня до смерти.

– Достал уже, – Мила выдохнула с некоторым облегчением. Я тоже.

– Налей, бабка, – прохрипел мужик из полутьмы, пытаясь выкарабкаться из груды дров, при этом не выпуская бутылки.

– Когда ж ты уже подохнешь, – фыркнула повариха.

– Когда и все тогда, и я!

– Опять за свое, – укорила женщина на выдохе.

– Скоро купол наш падёт, и тогда твари несметными полчищами заполонят здесь каждый уголок! И вам всем уже бочки вина не понадобятся, жадные душонки!

– Я стражу позову! Не пугай новенькую, пустослов прокаженный!

– Смерть нам всем! – Воскликнул тот и споткнулся.

Дальше начал бормотать, уткнувшись в лошадиный помет. Руки у бедного ослабли, чтобы подняться сил не осталось. Ринулась помогать, но Мила остановила и дернула за собой.

С черного хода зашли и очутились на кухне. Свет в пару преломляется, что – то жарится, парится, бурлит, кипит. Мясо рубится, салаты шинкуются, посуда стучит. Ругань и спешка в воздухе витают.

Кухарка матерая к нам подошла вся в кровяных брызгах от мяса.

– Привела – таки помощницу, – усмехнулась криво.

– Да, Лида, забирай. Джулией зовут, девка крепкая.

– Такие и нужны. Имя аристократическое, аль присвоила?

– Назвали, – прогнусавила в ответ, вытирая пот со лба. Жарко тут, как в сауне. А от запахов просто воротит.

– Джулия, работа впервой? Вижу и сама по глазищам твоим выпученным.

Кивнула. Мила рассмеялась, хлопнула по плечу и сбежала тут же. Лида на меня глянула исподлобья строго.

– Руки крепкие, значит, вино будешь разносить, – бросила, тряся огромной грудью. – Простая работа для первого раза. Одна дуреха уже три кувшина разбила, чёрт бы её побрал. Тара осталась только крупная. А мужиков на разносе не держим, дабы имя доброй таверны не омрачить. «У кобыл на сеновале» – самая лучшая таверна в городе. Так что гордись работкой.

– «У кобыл на сеновале»?!

– Да, – кивнула с серьезным видом и продолжила, косясь уже по сторонам. – Сегодня полон зал, рыцарей разносортных тьма, да солдат вольных куча. Празднуют, что нечисть какую – то большую разбили. Давненько такого не было. Жрут, да давятся, но пока ещё не блюют. Три драки уж прошло, двери вышибли, два стола сломали, а ещё и полуночи нет. Чую, это только начало. Поэтому не попади под раздачу, когда стулья полетят. Всё, не стой, вот бери заготовленное! Где орут, туда и неси. Так! А ты куда схватила, овца недорезанная?! Жаркому ещё пять минут жариться! Назад ссыпай, курица общипанная! А ты чего встала, хлебалом щёлкаешь, лошадь?! Эй, не жрать из тарелки! Рыцарям неси! Да не ты, дура! А ты!

Вроде бы ничего мне не адресовано, но я, как ошпаренная, схватила два кувшина, что стояли у входа с лестницей вниз, и побежала за девочкой с подносом. Лишь бы только не получить характеристику от злобной толстухи, поливающей всех подряд. Вроде бы литров по десять тара, да ещё и полная, а так легко нести оказалось. И всё это действие криков поварихи!

Зал, полный пьяных, орущих, смеющихся и бранящихся, грязных, потных мужчин, вызвал отвращение. На площади в двести квадратов беспорядочно раскинулись столы, некоторые из которых сдвинуты, другие покошены, и стоят, как попало. Сколочены они тоже, будто не единожды, и руками, которые росли не оттуда. Нет ни одного свободного места, посетители сидят буквально на головах друг друга. Постоянно что – то падает на пол, сквозь нескончаемую ругань то и дело раздаётся визг, будто кто – то играет на визгливом пианино. Семи пядей во лбу не надо: мужчины щупают официанток, прихватывают за мягкие места при любом удобном случае, стоит только задницам подвернуться под руку. В ответ получают крыльями, клювами, копытами и тарелками. Отчего гадко ржут и пьют, проливая часть на пол.

Эпизод сей картины «маслом» разросся в моем сознании из событий секунд десяти, пока стояла раскрыв рот, дабы не дышать носом и не чувствовать запаха помойки. Покормить меня забыли, и спасибо большое за это! Иначе стошнило бы сейчас на почерневший засаленный пол! Это самое лучшее кафе города?! Тогда как выглядит самое худшее?!

От полной дезориентации закружилась голова, и смешались кони, люди и котлеты с мухами, вернее, слились краски и картинки. Ибо вино просили со всех сторон! Истошно, захлебываясь другим вином, хрипло, кашляя едой, даже визгливо, с трехэтажным матом, в основном о моих родителях и с угрозами сексуальных расправ с моей бабушкой.

Мелькали страшные бородатые морды, улыбаясь с кривыми чёрными зубами, пока я мчалась к выбранному столу, что показался мне наиболее порядочным. Всего три стола миновала, выловив увесистый шлепок, от которого чуть не улетела, и пару щипков едва ли не в причинном месте. Спасла реакция. Всё же один кувшин чуть не выронила на голову наглеца. Тот помог придержать и ухватил за грудь в награду. Сдавил так, что вскрикнула, и показалось, что вот – вот брызнет молоко. Хотел уже усадить на свои колени, но помогла коллега. Матерая женщина, работающая на разносе, сбила ногой ножку стула, на котором гад сидел. Дабы не упасть, ему пришлось отпустить меня.

– Мне налей! – Кричали кривые морды. – Меня поцелуй!

– Сюда плесни, милая!

– Да кувшин весь отдай, что ты дергаешься!

– Хозяйка такой задницы должна быть королевой! Ха – ха – ха!!

– Дай хоть сиську в руке подержать, потаскуха! Га – га – га!!

Один кувшин отдала, второй об голову разбить собиралась, но меня дернули на соседний стол и рывком усадили на табурет. Тот не выдержал, и я упала на пол, кувшин спасли, вырвав из моих рук с гадким ржанием. На меня было плевать. Копчик зазвенел от удара о пол, головой не ударилась лишь потому, что чья – то нога помешала. Чтобы не попасть в лапы наглецов поползла прочь под столом.

Это не рыцари, это свиньи. Никогда больше не буду сомневаться в лицемерии, коим веет светское общество! Если ты леди, тебе руки целуют и играют в благородство. А обычных женщин – крестьянок принимают за мясо.

Мощные руки вздернули меня словно куклу, ухватив за талию. Широченная квадратная морда улыбнулась без двух передних зубов. Я такую огромную гориллу ещё не видела. И сразу оторопела.

– Будь моей леди, краса неписаная, – произнес басом, что колени затряслись. – Испей из моего стакана. Я сэр Боргуль. Как зовут тебя? На.

– Да, да, испей из его стакана, он туда харкнул, – заржал его сосед.

Здоровенная обезьяна в исцарапанных и погнутых доспехах тут же разъярилась в ответ и отвлеклась на своего коллегу, сидящего за столом. Чем воспользовалась я, бросившись из зала, с паническим ощущением, что со всех сторон лесом когтистых рук к платью тянутся зловещие мертвецы.

В коридоре остановилась, не желая возвращаться на кухню. К стене спиной прижалась, дабы не мешать бегать туда – сюда официантам. Энтузиазм пропал, я просто захотела обратно во дворец, в любой… Тело жгло от многочисленных ссадин. Щепки бесследно не прошли, грязные пальцы раздавили нежную кожу, явно оставив синяки.

Выловив недовольные взгляды девиц, я всё же пошевелилась на кухню. Там уже ждала Лида. Своим хмурым видом мощная бабка дала понять, что халтуры не потерпит.

– А ну не вешай нос, новенькая! – Заговорила повариха. – Никто тебя насильничать не станет. У нас наёмная стража есть и все об этом ведают. Шевели задницей, посетители кричат пуще прежнего! Растяпа, тару не оставляй, вычту из жалованья! Ну не стой ты, как тёлка на выданье!

Кивнула на кувшины резко. А я чуть не расплакалась в ответ. Губу закусила, ухватила два и пошла обратно в этот ад…

– Новенькая сюда! – Завопили истошно, узнав свою свежую жертву.

– Нет, сюда! – Взревели и застучали стаканами. Столы заходили ходуном. У одной из девочек, проносящейся мимо, выловила мимолетный страх и облегчение, что она сваливает из зала и теперь не красавица номер один.

– Вина! Умираю!! Вина скорее! – Заблеяли неподалеку.

С лестницы, что вела на второй этаж, покатилась какая – то пьянь в железных доспехах. Видимо, один из солдат карателей. Элитный отряд по борьбе с вампирами, похоже, тоже здесь. Ну, теперь я точно в безопасности. Его попытался поднять сидящий за столом, но рухнул на него, не удержавшись. Лежащий попросил стакан и стал хлебать лёжа.

От омерзительного стада свиней выворачивало, хотелось каждому залепить каблуком по морде. Но позади подтолкнула матерая женщина, напоминая, зачем я тут в общем – то нахожусь. Явно не в контактном зоопарке, а среди рыцарей, уважаемых людей столицы, которые празднуют победу над нечистью. И мы должны быть им безгранично благодарны.

Со второго захода я разбила один кувшин и порезала ладонь. Но никого это не волновало. Меня поднял новый «джентльмен» и предложил руку и сердце, усадив на колени, закованные в латы. От тискающих лап меня спасло то, что новенькую официантку приметил не один единственный мужчина.

– Убери лапы от моей невесты! – Заявил чересчур бородатый рыцарь с соседнего стола и ухватил за руку.

Но первый не растерялся и ухватил за другую. Меня стали тянуть в разные стороны, абсолютно не переживая, что рвут суженую на части. Появился третий и ударил первого в лицо. Удар был такой силы, что ноги поверженного взлетели выше головы, а железный сапог чуть не угодил мне по подбородку. Благо прошелся в сантиметрах от лица, и обдало лишь легким дуновением ветерка. После того, как один освободил хватку, я полетела на другого, что продолжал тянуть. Завалилась вместе с ним на пол, тот успел задеть соседей. Пролилось вино на чью – то харю, что не участвовала в дележке. Естественно задетый возмутился и наступил на руку обидчику.

Меня подняли и потащили прочь, новый мужчина оказался слишком пьян и не удержал. В стремлении всё же смягчить падение он по – джентльменски зашвырнул меня на стол с едой, где сидели и весело болтали приличные на вид рыцари. Огромная сковорода жаркого улетела чью – то на лысую голову. Отлетела со звоном от лба, расплескивая еду по соседним мордам. Утыкаясь рукой в обглоданные кости, а лицом в раскрошенный свежеиспечённый хлеб, я поднялась и соскочила, стремясь скорее покинуть эпицентр потасовки.

Началась драка. Сперва между столами, затем стенка на стенку, по цепной реакции, вовлекая всё новых и новых участников. Спустя пару минут в драке участвовали все посетители, а я сидела под столом и постоянно вздрагивала от удара по столешнице кусков стульев, посуды, тары и всякого прочего мусора.

Минут десять творился беспредел, в ход пошло холодное оружие. Один за другим участники выходили из борьбы, уходя в бессознательное состояние. Когда всё закончилось, я поднялась и увидела здоровенного рыцаря с квадратным лицом и двух его друзей. Только они стояли на ногах. Один опирался на меч, тяжело дыша, второй доцеживал капли вина из кружки. А тот самый Боргуль торжественно смотрел на меня своими маленькими черными глазками, что на фоне квадратного лица выглядели довольно нелепо. Зал был усеян стонущими телами поверженных и кусками разломанной мебели. Лишь пара столов уцелела, не считая того, под которым пряталась я.

– Стража! – Взревело что – то из – за моей спины, что я чуть Богу душу не отдала от неожиданно высоких децибел. Это оказалась Лида, которая кричала не своим голосом, а голосом динозавра.

Здоровенный рыцарь даже глазом не повел, когда подошли свеженькие стражники в количестве семи человек. Они, аккуратно лавируя между побитыми, прошли в зал через парадный вход. В руках у них были взведенные арбалеты. Я поняла, что так и было задумано.

– Сэр Боргуль, – произнесла Лида спокойно после того, как продрала горло. – Двадцать серебряников за ущерб, и ты можешь быть свободен без доноса коменданту.

Горилла кивнула, даже не собираясь спорить.

– Пособирайте там, – бросил своим товарищам Боргуль.

И двое рыцарей принялись обшаривать ближайших мужчин! Ну не свинство?!

– Так, Джулия, – прикрикнула на меня кухарка. – Брысь в подсобку за метлой. А вы что встали курицы общипанные? Начинайте выносить этих свиней! Боргуль, плотника мне пришли своего с подмастерьями. Да поскорее.

– Ну как всегда, леди Лида, – кивнул рыцарь и протянул награбленные монеты. – Двадцать пять, ты уж зла не держи. Просто девка дюже хороша.

Я ретировалась поскорее, цепляя недобрые взгляды официанток. У некоторых разбиты лица в кровь и разодраны платья. Кажется, кто – то под шумок хотел надругаться над слабым полом… А я вроде бы цела и невредима. Уже и не болит ничего. Надо быть наивной дурой, полагая, что девицы не обвиняют меня в произошедшем.

Чувствуя свою глубочайшую вину, я вылизала весь зал, работая метлой до самого рассвета, не разгибаясь. Девушки не особо мне помогали, их работа заключалась больше в выносе мусора и полуобморочных тел на улицу. Что там с теми будет дальше, никого, похоже, не волновало. Утром пришел плотник с тремя мальчишками и стал восстанавливать мебель прямо на месте.

– Мыть полы?! – Удивилась Лида, которая по своему виду вообще на меня никакого зла не держала.

Моё требование получить ведро с водой и тряпку, было встречено с глубочайшим удивлением. Но я же девочка, что доводит любое дело до конца. И недоделанная работа никак не могла уложиться в моей голове. Я же так старалась!

– Служанки королевского дворца так не убирают, как ты, – усмехнулась матерая официантка. – Ну, раз хочешь, давай…

И я принялась драить ещё и полы, вымывая въевшуюся грязь, копившуюся здесь годами.

Когда разогнулась, в окна уже бил дневной свет. Плотники закончили намного раньше, наскоро собрав, что можно и добавив новой мебели, что пригнали на повозке. В зале всё было восстановлено, а главное – впервые веяло хозяйственным мылом.

Солнце подкатывало к полудню, а мне жутко хотелось спать. Всё тело ломило, платье взмокло от пота, волосы прилипли к коже. Но я была рада тому, что оказалась действительно полезной. Это абсолютное чувство, не связанное с конкретными людьми.

Лида вышла в зал, ворча на одну из нерасторопных девиц. И тут же раскрыла рот от удивления. Я как раз выжала тряпку и отбросила в сторону. Вытерла пот со лба и наконец – таки присела. Ох, какой же это кайф…

Кухарка смотрела на меня округлившимися глазами. Неотрывно так, будто искала причину моего нездорового энтузиазма. Ошарашенная женщина даже не знала, что мне и сказать.

А я вдруг поняла, что мыла полы до сегодняшнего дня очень – очень давно. Будто прошла целая вечность с того времени, когда в последний раз убиралась в квартире. Своей родной квартире, маленьком мирке, где чувствовала себя в полной безопасности. Те времена, как лист бумаги, где ластиком затерт карандаш, и остались лишь контуры, которые можно увидеть только при определенных условиях. Не все, и не сразу. Только чуть – чуть, когда повернешь лист под нужный угол к свету.

Вспомнился нищий, что вылез из дров. А что если он говорил правду? Ведь королева с магистром беседовали о чем – то подобном. Если сложить мозаику, то не сложно понять – верхушка власти тоже опасается падения купола. У них ведь даже некий счётчик времени имеется. Обратный отчет, который закончится тем, что в город ринутся вампиры и страшные твари, с одной из которых я уже познакомилась на днях. Как жаль… лорды – то укроются, а вот простой люд куда? Дети, женщины и старики. Монстры… они ведь не разбираются.

Глава 7

ГЛАВА 7. СЛУХИ

Разбудили уже вечером. Рухнула в закутке без задних ног, а проснулась полная сил. Накинулась на хлеб и кувшин молока со звериным рыком.

– Посетителей немного, – произнесла Лида на удивление мягко. – Но девочки с лицами непотребными, все в синяках, а гости сегодня уважаемые, приличные. Без тебя никак, только волосы причеши и платье обнови, голубушка.

– У меня лишь это, – прибеднилась я.

– Да найдем, – отмахнулась Лида и добавила серьезным тоном: – Сегодня постоянные посетители, не вздумай дерзить кому.

– Вообще – то я девочка мирная, – ответила, вздернув нос повыше.

– Ага, целая война из – за тебя случилась, молчала бы лучше, кобыла с пышной гривой.

– Да где с пышной – то? – Возмутилась.

– Ай, иди уже, – брякнула кухарка и вытолкнула из коморки.

Сегодняшний вечер в таверне выдался спокойным. Земля и небо по сравнению с вчерашним. Лишь на четырех столиках у стен, да по углам расположились посетители. Причем каждая группа обособленно. Никаких взрывов эмоций и пьяного дебоша. Тихие, мирные деловые встречи. Только за одним столом сидел в гордом одиночестве загадочный мужчина в чёрном облегающем одеянии. К нему и послала женщина принять заказ. Видимо, пришёл совсем недавно.

Всё бы хорошо, только по дороге к столу рассмотрела, мимо проходя, парочку ушастых пакостников. Они сидели вперемешку с двумя солидными ребятами, поэтому сперва решила, что за столом сидят две парочки. Эльфы ведь с длинными волосами, тоненькими фигурками, со спины и даже в профиль походили на девушек. К моему счастью, у этих оружия при себе не увидела, да и на меня вообще никакого внимания. Я в простеньком платье, без грима вполне обычная серая мышка.

– Добрый вечер сэр, чего желаете? – Обратилась, как повариха сказала.

Странный мужчина лет сорока на вид поднял на меня чёрные глаза. Бородка, усы, все выбрито аккуратно на узком лице. Тонкие губы растянулись в улыбке.

– Лида упоминала о новенькой, – произнес довольно приятным голосом. – Странно.

– Сэр? Вы о чём?

– Посмотри на стол с эльфами, – кивнул в сторону. – Работница таверны довольно опытная, но даже на её лице отражается опасение, возможно страх. И веет жалкой безысходностью. А ты смотришься иначе.

– Обычная девушка, – пожала плечами. – Так что будете заказывать? Я должна принять заказы ещё с двух столов. Извините, беседовать нет времени.

Мужчина посмотрел пристально, изучая моё лицо. Глазки – то забегали. Я в ответ уставилась. Тот сразу и осёкся.

– Чаю с ромашкой и телячьи ребра, – сделал заказ, уткнувшись взглядом в стол. – Да, и хлеба с зеленью.

Записывать некуда, пришлось запоминать. Кивнула и направилась к другому столу, где устроилось двое мужчин и женщина. Все в кожаных доспехах и при оружии. Последняя тут же до меня докопалась.

– Нечего подслушивать, пошла вон отсюда, – рыкнула хрипло, будто неделю пила беспробудно.

– Я работаю тут, – выдала ей в ответ с важным видом. – Что будете заказывать?

Один из мужчин придержал женщину от дальнейших склок и, быстро протараторив заказ, отправил меня восвояси. Видимо, эти ребята что – то недоброе замышляли.

Третий стол был в самом дальнем и тёмном углу. Поначалу решила, что там восседают двое, но ошиблась. В полумраке за человека приняла накинутый на спинку стула плащ. Или же второй человек всё – таки был?

Мурашки прокатились по спине, когда раздался шёпот, похожий на женский. И я поняла, что это действительно не мужчина, а довольно крупная мужеподобная женщина в серых матовых доспехах, которые не выдают своего хозяина блеском.

Но мурашки у меня пошли не от её габаритов.

– … собственными глазами видела, – уловила тревожные речи. – Гончая чёрная, страшна до беспредела, да как набросится на вампира. Я того хмыря три часа караулила, только собиралась на кол сажать, а тут как выпрыгнет тварь невиданная.

– А не померещилось? – Предположил мужчина. – Кончала бы ты, Кларисса, за купол по ночам шастать.

– А мне по душе, иной раз с вампиров вещички дорогие достаются, драгоценные, – бросила уже в полголоса разгорячённая мадам. – Но что – то за куполом неладное. Раньше тяжелее было старый базар проходить, а теперь нечисть словно испарилась. Я по первости решила, что засаду мне готовят, осторожничала.

– Испарилась или где – то скапливается, – брякнул мужчина.

– Да брось, – отмахнулась женщина. – Что ей скапливаться, если осаду надо держать. Аль ты в бредню про падение купола веришь?

– Кларисса, – настороженно осёк собеседник, заметив меня, и уже в полный голос: – Чего встала? Уши греешь?

– Вы свои секретные разговоры на улице разговаривайте, – ответила я, хмуря нос. – Здесь вам не переговорная, а трапезная. Чего заказывать будете?

Такой дерзости от девки в деревенском платье явно никто из них не ожидал. Женщина повернулась ко мне в пол – оборота, шаркнув доспехами. Сощурила глазки, мол, я тебя насквозь вижу. А я глаза закатила.

– И не страшно ж тебе, девка подзаборная, перечить рыцарям? – Пропела низким, и довольно угрожающим тоном.

Если бы не видела рыцарских драк, сейчас бы тряслись коленки. Но что – то во всём этом стало забавлять. В любом случае я успею от неё убежать, в таких доспехах она быстро вымотается, если решится догонять.

– Между прочим, женщину такие слова не красят, – продолжила я раздражать, отступив на шаг, дабы не застала врасплох. – Если вам что – то не нравится, леди рыцарь, вы можете позвать менеджера и попросить жалобную книгу. В ней написать всё, что пожелаете, поставив внизу подпись и печать, если таковая у вас имеется.

Рыцарша захлопала глазами. И выдала уже невпопад:

– Письму я обучалась складно. И печатку родовую имела, да в битве потеряла. К чему такие расспросы?

– Эм, – обескуражилась тут же я и решила сменить тактику. – У вас на лице написано, что девушка из знатного рода. Вам бы платья красивые носить, а не это железо.

Женщина смутилась, потупила взгляд.

– Эх, не терзай мне сердце, дева молодая, – выдала неожиданно грустно.

– Что заказывать будете? – Воспользовалась замешательством.

Мужчина сразу отчеканил скромный заказ, видимо, выдохнув с облегчением, что бабищу такую держать от драки не требуется. Я побежала, пытаясь вспомнить первый. И с ужасом поняла, что всё в голове перепуталось.

На кухне перечислила заказы. Кухарка посмотрела на меня скептически.

– Если что не так, из твоего жалованья вычту, – пригрозила Лида. – Кто ж так делает, всё вперемешку. По одному заказу, да сюда, вы ж девки молодые только о рыцарях и думаете. Больше минуты в голове ничего путного не держится.

– Ну да, ну да, – закивала я. – А можно мне поднос большой?

Лида недоумевала зачем, но распорядилась мне его предоставить. Собрала я всё в кучу и потащила разом. К черноглазому странному мужчине подошла, поднос на соседний стол поставила.

– Напомните, пожалуйста, что у вас? – Прощебетала, тот и расплылся.

– Какая вежливая, а ты случайно не ангел воплоти, которому мирское наше в забаву? – Выдал.

– Ангел, ангел, – согласилась. – Вот ваш чай с ромашкой, осторожно, горячий…

– Рыцарей не страшишься, и эльфов важных тоже. А вампиров? – Продолжил расспрос.

Он что, подслушивал нашу склоку с рыцаршей?! Быстро задавив сомнения, я состроила невозмутимость.

– Неа. Если ни те, ни другие кусаться не будут, – пожала плечами и ушла от дальнейших ответов, понимая, что мужчина прощупывает некую почву.

Отдала заказ, ощущая неловкость, ибо он стал неоднозначно засматриваться, я бы сказала, клеиться начал. Ретировалась побыстрее. Второму столу выдала еду, молча, ибо за неимением части блюд, вспомнилось, что заказывали эти.

Двинулась к рыцарям уверенной походкой, краем глаза заметив, что у эльфов заказ принимала лично Мила. Судя по сгорбленной осанке, женщина волновалась.

Стоило потерять бдительность, расставляя на столе яства, Кларисса тут же ухватила за руку.

– А ну присядь – ка, – скомандовала и толкнула на стул.

Плюхнулась я на попу, как миленькая.

– Чего тебе там комендант башенный нашептывал? Про меня расспрашивал? – Сразу же наехала женщина.

– Нет, с чего бы? – Заерзала я. – Просто…

– Не просто, – перебила рыцарша. – Это он меня вылавливал, я уверена.

– Кларисса, – осёк мужчина. – Не говори лишнего.

– Извините, мне до ваших дел своих нет, – брякнула я, поднимаясь. – Мужчина просто выразил мне свою симпатию, вот и всё.

– Ой, дурёха, – придержала меня женщина и зашептала, воровато косясь на первый стол. – Слухи о нём ходят нехорошие. Если к себе в башню позовёт, не вздумай идти, и на серебро не ведись. Пропадают бабы молодые, как бы он под шумок на вампиров всё не списывает, когда у самого рыльце в пушку.

– Спасибо за заботу, учту ваши пожелания, – ответила и вырвалась.

Досадно, что все пытаются засосать в сети своих интриг. Если вдуматься, можно ввязаться в дело, которое обещает быть не только увлекательным, но и кровавым. Пойду с мужчиной в башню и спасу кучу пленниц. Навяжусь к рыцарше в поход за кардан и спасу кучу других не менее важных шкур, а то и любимого внука короля. Вот, кстати мысль!

Помнится мне, что упоминали об украденном средь бела дня ребенке десяти лет, по которому теперь монарх убивается и допускает тем безвластие. А точнее власть Юлианы, скрытой эльфийки, которая в свою очередь вместо спасения людей от вампиров, задумала укрыться во дворце, бросив на произвол всех остальных. Надо бы эвакуацию объявлять во всеуслышание, дома баррикадировать, да колья точить. Зачем время терять?! Я бы Рикарда расспросила, что они там затевают, возможно ли было бы всё миром решить. Вот только найти лорда вампиров будет проблемой.

В общем, дел море. Но всё это после рабочего дня в личное время.

За суетой не заметила, как трапезный зал вновь наполнился людьми и пьяными мордами. К счастью, обходилось без драк. Зато на уши подсел комендант башенный, о нежелательном знакомстве с которым предупреждала рыцарша. Кстати, спустя час, а то и раньше, посетители с третьего стола покинули увеселительное заведение. То ли шума прибавилось, то ли света. Или просто поспешили на промысел по ловле вампиров.

– Магия купола слабеет, – продолжал вбрасывать, стоило только оказаться рядом. До этого я воспринимала его, как фоновое радио. А стоило ему коснуться этой темы, тут же навострила уши.

– И сколько нам по – вашему осталось? – Поинтересовалась.

Мужчина усмехнулся злорадно и потер ладоши. Я чуть было глаза не закатила, видел бы он себя со стороны. Злодей злодеем. На что рассчитывает вообще?

– Три дня, милочка, три, – выдал. – Да ты присядь, присядь.

Присела. Подавшись ко мне, продолжил, шепотом:

– Они знают, что купол слаб. Как только он падёт, сюда ворвутся полчища нечисти. Они будут рыскать везде, лишь башни и укрепления сумеют остановить их на какое – то время, пока люди не сойдут с ума от ужаса или не будут сломлены в голодной участи.

– Какой ужас, – ответила без тени страха, но таким же таинственным шёпотом. – И вы предлагаете укрыться у вас в башне?

– Что ты, милочка, – усмехнулся наигранно. – Есть люди, коим укрываться вовсе не стоит.

– Дайте угадаю, – ухмыльнулась в ответ. – Те, кто служат им. Потому, что днём вампиры не имеют власти.

– Схватываешь на лету.

– То есть вы предлагаете мне поступить на дневную службу к какому – нибудь лорду тьмы?

В зале недовольно загалдели, пришлось подняться. Встала, не отрывая взгляда от мужчины, который смотрел на меня теперь с ещё большим интересом. Пусть и не ответил, но я поняла, что попала в точку. И вербует он не простых крестьян, а общественных деятелей вроде меня. Что б подозрений не возникало в верности человечеству. А в нужный момент бац, и двери распахиваются в укрытие с приглашением откушать гостям дорогим.

Под шумок стали появляться и побитые официантки. Видимо, Мила поняла, что я не справляюсь. Сегодня спокойна, как удав и не бегаю, как болонка от одного стола к другому.

– Вялая ты какая – то, – высказала Лида на кухне. – Вино что ль с посетителями пила, я видела, как ты присаживалась за столики. У нас за такое не хвалят, живо вытурят в шею. Сходи, проветрись во двор, заодно дров принеси, печка тухнет.

И потопала я во внутренний дворик, где в первый раз бомжа – вестника апокалипсиса видела.

Ночь темная, фонарь у чёрного хода повешенный едва освещает кусок дворовой площадки. Трещат сверчки, через окошки таверны доносится веселье, лошадь где – то вдалеке ржет, хлестким кнутом подгоняемая, ставни хлопают и кто – то женским писклявым голосом через забор ругается. Вдохнула полной грудью воздух свежий, на небо взор свой вздёрнув. Свечения купола не видно, зато звёзды сверкают ярко – ярко. И такое ощущение, что в другом космосе я, чужие это звезды, совсем не такие, как должны быть. Но, черт побери… эти мне тоже очень – очень знакомы. Грусть одолела, ком какой – то непонятный стал подкатывать. Да что ж это такое?! Отогнала, выдохнула.

Кучку наваленных дров нашла быстро, стала набирать, предварительно обойдя её вокруг, мало ли, кто затаился и ждёт красну – девицу, облизываясь. Как раз глаза к темени привыкли. А вот сердце всё никак.

Охапку набрала и назад. Три тоненькие фигуры примерно с меня ростом преградили путь. Как подкрались, ума не приложу. Хотя я и не настолько дура, чтобы во время работы напевать себе под нос и ждать приключений. Я вслушивалась! Но не услышала, как эльфы подошли со спины!

Одного тут же узнала. Сидел как раз в зале среди людей. И, похоже, выслеживал меня. Никакого оружия при них не заметила, но зловещие лица искривленные ухмылками говорили о многом.

– Я разочарован, – произнес один другому, будто меня тут и вовсе нет. – Простолюдинка?

– Что, расхитительница? – Взвинтился тот, что сидел за столом, обращаясь уже ко мне. – Не хватило мозгов бежать из города? Решила, что под маской прислужницы таверны мы тебя не сыщем?

– Только скажите, мой лорд, – раздалось за спиной одновременно с треском натягивающейся тетивы.

В груди стремительно похолодело.

– Стой, а вдруг спрятала, с мёртвой спросу нет, – ответил ему лорд – эльф. Хотя для меня эти морды сейчас были на одно лицо. Как братья близнецы.

На затылке волосы уже дыбом стояли, но я не растерялась.

– Подождите, друзья! – Воскликнула, как можно громче.

– Ты нам не друг, вор проклятый, – прошипел за спиной стрелок. – Мой лорд, я жажду отомстить за павших товарищей.

– Я чувствую, мой лорд, – произнес один из эльфов главному со злорадством в голосе. – Браслет великой Аиры при ней.

– Браслет?! – Я чуть слюной не поперхнулась.

Эльфы даже отшатнулись от моей реакции. А я задрала рукав, демонстрируя серебряные плетения на руке. И тут же поймала чернеющие бешеные взгляды.

– Отдай! Отдай!! – Заверещали в голос.

– Да подавитесь вы этим браслетом, – фыркнула я раздосадованная, сняла его и бросила в морду центрального. – В парке вы меня пригвоздить пытались? И в подвалах тоже вы?!

– Я, – раздалось за спиной торжествующее. – А теперь ты поплатишься.

– За что? Ну – ка объясни мне?! – Повернулась я в пол – оборота и увидела ушастого с луком на изготовке.

Этот отличался от тех своей юностью. Узкое лицо, мальчишечьи черты и глаза, как два бездонных моря. Сразу стало ясно, вот от кого попахивает нечистотами, похоже, в катакомбах он пробирался в местах, что мне бы грех жаловаться.

– Ты… ты, – начал, и собственное дыхание сбило все речи. То ли он волновался, то ли астматик какой. Но меня насторожило, что он держит меня на прицеле, стоит только расцепить пальцы, и я готова.

– Подождите, – отступила я с линии атаки, подняв руки. – Давайте разберемся? Я вас не трогала, вы сами напали. На гончую нарвались тоже сами. Она и меня чуть не сожрала.

– На кой ты в катакомбы полезла, – возмутился эльф.

– Так меня обманом поманили, и пошла. А браслет этот, да не крала я его. Никакая я не расхитительница и не вор.

– Так откуда у тебя наша святыня, что мы ищем вот уже долгие годы! И большая удача, что магия света его коснулась наших взоров. Сотни воинов леса шли сюда на наш зов, но теперь их помощь не нужна, мы справились и малым отрядом, пусть не без потерь, но их жертва не была напрасной, а имена на веки будут занесены на камень памяти у Великого дуба.

– Это не он! – Ахнул эльф, получивший браслет, пока мы болтали, он успел его рассмотреть.

– Подделка?! – Взвизгнули другие.

Из прохода высунулась Лида с недовольной мордахой, но тут же юркнула назад, завидев грозных эльфов. Те стояли к ней спиной, поэтому заметить не могли. Однако хлопок двери заставил их чуть ли не подпрыгнуть.

Но всё внимание было теперь только на воскликнувшего о браслете!

– Нет, – прошептал низенько эльф, будто коснулся чего – то неведомого. – Этот сияет, как и прежний. Я помню его чудесную ауру и песнь. Она исходит и от этого…

Жрец какой – то… блаженный.

– А у тебя нет другого? – Спросил стрелок с подозрением.

– Вы издеваетесь? – Простонала я. – Этот и был при мне всегда.

– Что не так? – Стали пытать жреца.

– Когда я стоял в карауле, часами смотрел на святыню и не мог оторваться. Я мог бы смотреть вечно, но когда мой караул заканчивался, я плакал, как дитя, ибо нужно было расставаться с духом великой Аиры. Я знал плетение наизусть, сколько звеньев, какие они. Знал каждую особенную деталь и каждую царапину, что ложилась ножом по сердцу…

Пошла песнь блаженного, которую мне стало тошно слушать.

– Ребят, ребят? – Отвлекла на себя, прерывая фанатичный лепет. – Печка стынет, рыцари плачут, сисю просят, ой, в смысле сосуды с вином. Просто скажите мне, это браслет великой Аиры, или нет?

– Он и не он, – брякнул блаженный. – Этот без царапин.

– Ну, замечательно, новый браслет лучше старого, дарю, пользуйтесь на здоровье. Носите по очереди. Договоримся, что больше меня не преследуете и никаких претензий не имеете?

Кивнули синхронно, как завороженные. Взгляды другие.

– Спасибо, всего вам доброго, – поклонилась и пошла уверенной походкой.

Хотела обойти, но эльфы резко расступились, пропуская прямо.

– Кто она? – Раздался за спиной шёпот.

– Кто ты? – Продублировал блаженный, словно только опомнился.

Идите вы к эльфийской бабушке, так и хотелось сказать, но промолчала, захлопнув за собой деревянную дверь. Да так, что чуть фонарь с крючка не свалился.

Лиду на кухне увидела работающую, как ни в чём не бывало. Меня заметила, глаза округлила и рот раскрыла. Вот оно что…

Повернула в подсобку, где спала. Там застала Милу, роющуюся в куче грязных тряпок.

– Ты меня эльфам сдала? Не ожидала, что вернусь? – Вопрос в лоб застал тётку врасплох. – Думаешь, я тут что – то ещё прячу?

– Э… дочка, что ты, – залепетала женщина, сделавшись лапочкой. Морда ехидная и нашкодившая выглядела противно.

– Монеты за брошь гори, – рыкнула на неё. – Быстро.

Мила выпрямилась и тут же побелела. Если я после встречи с эльфами выжила, значит, со мной что – то не то. Стоило ли спорить?! Я и сама чувствовала силу, ибо считала, что моё дело правое. Нечего подлости за спиной творить.

– Я… я ещё не меняла, – прохрипела и сглотнула слюнку. – Не убивай, прошу тебя, у меня детки малые, внуки ещё меньше.

– Из выручки давай, – настояла я. – Брошь можешь себе оставить на память о том дне, когда ты сохранила свою подлую шкуру целой.

Не знаю, откуда из меня лезет. Но очень хотелось ей ещё и залепить подзатыльник.

Вышла из таверны при деньгах. Похоже, Мила с перепуга мне всё отдала, мешок на поясе тянет до колена. С намерением поискать гостиницу и заночевать я двинулась с крыльца через постоялый двор, что находился с торца таверны.

На улицах света кот наплакал, сразу поняла, что погорячилась. Двинулась к лошадям, завидев факел, воткнутый в специальную сеточку на столбе. Но не дошла, меня окликнули. И это была явно не какая – нибудь опомнившаяся кухарка. Но не это меня больше всего насторожило!

– Валерия, – раздалось ласковое и в то же время змеиное.

Мое настоящее имя знал лишь один Рикард, но это был не он! Голос женский.

Обернулась, ощущая кожей на шее противнейшее жжение. При виде строго и шикарно одетой особы неожиданно бросило в дрожь. Она стояла шагах в пяти от меня. Брюнетка с распущенными кудрями до плеч, тоненьким носом и изящным изгибом пухленьких губ на первый взгляд могла показаться обычной аристократкой лет восемнадцати. Красивая, миловидная, свежая.

Слегка раскосые глаза, что казались мне ярко синими, вдруг блеснули желтым, и я поняла, что так легко, как с эльфами мне не отделаться. А ещё укорила себя, что слишком быстро позабыла, каково это, когда тебя хочет сожрать или покусать вампир, а рядом никого, кто мог бы защитить. Плюс ко всему, браслет серебряный я отдала ушастым. Полностью беззащитная перед зверем, не могла даже собраться с мыслями.

Если бы это была какая – нибудь старая карга с клыками по три сантиметра или огромный монстр с объективными желаниями и потребностями – это одно, но когда олицетворение идеальной красоты смотрит так неоднозначно, здесь не просто голод. Во взгляде опыт отнюдь не восемнадцатилетней. И нечто личное.

Вампирша не полезла. А стала просто рассматривать меня с неподдельным интересом. Минуту я собиралась с мыслями и отважилась, наконец, подать голос:

– Добрый вечер, мы знакомы?

Девушка усмехнулась, сузила глазки ехидно.

– Так вот ты какая… сладкая, – выпалила вампирша, не здороваясь и не считая нужным давать ответ. – Воришка.

– У меня сегодня вечер встреч, интересно, что же украла у вас я? – Предъявленное обвинение меня возмутило.

– Мужчину, – ответила кратко и сделала шаг.

У меня тут же перехватило дыхание, и я отступила ровно настолько же. Сразу полегчало.

– Что бы ты там не задумала, передумай, – вырвалось из меня. – Я знаю одного из ваших. И…

– Смышленая какая, – произнесла с умилением, продолжая рассматривать, давя ехидную улыбку. Глаза заблестели, будто она на звезды смотрит.

Имя, что я собиралась произнести, застряло в горле, как и прочее. Ноги ослабели, я даже не поняла почему, но уже и мысли бежать не возникло, будто меня загипнотизировали и наслаждаются реакцией ужаса.

– Меня зовут Беатриса, – бросила вампирша, кривясь. – Насладись этим именем, смертная человечка. И знай, что ты отобрала мысли моего мужчины, за что расплатишься жизнью.

Рывок! Беатриса за долю секунды оказывается рядом, а стальной хват начинает беспринципно сжимать моё горло! Абсолютно безэмоциональное девичье лицо заполоняет собою всё. Оно наблюдает, как отчаянно бьётся жалкое создание от напора невероятной силы.

Нечто щупает меня изнутри, пытаясь прочесть мысли. Просит отклика и не получая его, давит ещё сильнее, дабы сломить остатки воли. В сознание прорываются волны, несущие с собой ужас. Сплетения красного, сквозь которое прорываются чёрные когти, блестящие до ослепительно белого. Что же это?! Вампир пытается прорваться в моё сознание или нечто другое?! Совершенно иное, желающее, чтобы я была… Какой бред, отчаянно давлю любые порывы, лишь бы эта тварь не проникла в мою голову.

Но Беатриса сжимает ещё. Картинка чернеет, и я сдаюсь. Ноги подкашиваются, падаю.

На земле жадно глотаю воздух, с торжественным отчаянием понимая, что меня отпустили.

– Это жалкое создание не заслуживает внимания высшего, какая мерзость, – раздается над головой раздосадованное. – И какое разочарование. Я не могу убить её из – за метки Дома! Рикард, ты совсем обезумел, раз дал ей лучшую защиту!

Придя в себя, я попыталась подняться, но не осмелилась этого сделать, ибо Беатриса стояла прямо надо мной и продолжала сверлить хищным взглядом.

– От тебя несет младенцем, но сладкий запах невинности проходит, – прокомментировала. – Рикард не может любить, его сердце в тысячи крат холоднее льда. А для утех ты слишком слаба. Ничтожество, не считай, что избежала участи. Когда падёт купол и последний оплот этого человеческого королевства, гончие настигнут всех. Им знаки Домов не являются запретом, как и для вновь обращённых впрочем тоже.

Беатриса отступила. А я поднялась и уловила удивление во взгляде.

– Ты готова бороться? – Усмехнулась, обнажая клыки.

Я продрала горло, прокашлялась.

– Если ты его невеста, совет вам да любовь, – выпалила в ответ. – Меня в свои интриги не впутывайте.

– Дерзить смеешь? – Нахмурилась вампирша.

– Нет, не смею, что ты, – выставила ладони вперёд. – На самом деле устала попадать в странные ситуации. От меня все чего – то хотят. И никто не спрашивает, чего же хочу я.

– Ну и чего же ты хочешь, ничтожество? – Произнесла Беатриса брезгливо.

Хотела признаться, что желаю свалить из этого дурдома. Но судя по всему, эта невменяемая, влюбленная в своего Рикарда, не поймет. После того, как меня придушили слегка, я к нему никаких чувств не питаю, лишь интерес определенный. Коль он на меня метку какую – то магическую повесил, это что – то да значит. По крайней мере, при встрече не сожрет.

Или наоборот. Метка может говорить всем вампирам, что я его… хм, только его. Что – то я запуталась в собственных рассуждениях о намерениях вампирского лорда.

– Королевского внука разыскать хочу, – ответила после недолгой паузы. – Беатриса, ты не в курсе, как его можно вернуть безутешному деду?

Беатриса округлила глаза, а затем неожиданно и громко рассмеялась. Только сейчас заметила, что из таверны никаких звуков не доносится больше. Да и вокруг, будто вымер город. Тишь да гладь. Только сверчки трещат обыденно и неизменно.

– Рикард знает, – ответила вдруг серьезно. – Хочешь повидать его? Давай. Особняк Первоцвета тебе нужен, там он будет тебя ждать, не сомневайся. Ах да, место сие за вашим тающим куполом. Какая досада.

– Нашей встрече с ним ты вряд ли будешь рада, – насторожилась я. – Зачем предлагаешь это?

– Это мой тебе ответ, – обрезала надменно. – Принимай, как знаешь.

Развернулась и пошла в темному элегантной походкой, виляя обтянутым в серую ткань подкаченным задом. Так и хотелось поддать. Да сил уже никаких. Но стоило ей пропасть из виду, что – то отпустило, будто некое поле давящее схлынуло. Сразу звуки наплыли человеческие, мир ожил.

Вернулась в таверну через задний двор. Мила увидела меня, затряслась.

– Как найти Клариссу? – Задала вопрос ей в лоб.

Рыцарша, шастающая за кордон, должна помочь в одном назревающем деле. Потому как достало мне от всех, кого ни попадя получать, при том ничего не понимая. Как ни крути, Рикард – ключ ко всему. Он ответит на все мои вопросы!

За всё мне ответит, скотина такая.

– У неё дом здесь неподалеку, – протараторила вибрирующим голосом кухарка. – Я… я провожу.

Двухэтажный дом стоял обособленно среди простеньких деревянных. Кухарка срезала пару улиц по полной темени и безошибочно вывела к нему. В окнах горел тусклый свет. Поэтому я не переживала, что кого – то там разбужу. Но я не ожидала увидеть на пороге сэра Боргуля, когда замахнулась стучать по двери. Он открыл так молниеносно, что занесённая для стука рука чуть не махнула вхолостую. Точнее не угодила в район широкой груди, облаченной в льняную рубаху.

– Ты?! – Ахнула квадратная морда, пряча за спину сверкнувший лезвием кинжал. – Краса неписаная, Джулия моя ненаглядная! Ты заходи, заходи, а то ночь неспокойна, амулеты разгорелись от нечисти. Кабы не утащили в подземелье собаки зубастые.

– А ты бабу не пугай, – раздался грубый голос Клариссы. – Та самая? На ловца и зверь бежит.

– Она, она, сердце моё укравшая, – залепетал здоровяк, впуская. – Погляди на невесту мою. Познакомься, сестрица. Я уж в таверну собирался за тобой, а вот ты и сама…

– Ты?! – Ахнула теперь огромная женщина, уставившись на меня сверху – вниз.

– Добрый вечер, – произнесла я, выдавив улыбку. – Приятно вновь увидеться с вами, леди Кларисса.

Рыцарша погрустнела.

– Брат, тебя слишком часто по башке бьют, раз запал на такую. Чего припёрлась?

– Дело есть, – ответила, протягивая мешок с монетами. – Государственной важности.

– Какой, какой?! – Нахмурилась женщина, принимая деньги. Видимо, руки сами потянулись. Хватательный рефлекс сработал на ура.

– Королевской, – уточнила я. – Вы наняты королем по секретному поручению.

– Энгелем?! – Вновь ахнула Кларисса.

– Именно! – Торжественно воскликнула я. – Вам выпала великая честь отправиться за купол на поиски его пропавшего внука. По выполнении миссии, получите сундук золота. Большой – пребольшой!

– Здесь какой – то подвох, – произнесла задумчиво рыцарша, после недолгой паузы.

Боргуль выхватил мешок и высыпал монеты в огромную ладошку.

– Да нет, сестрица, всё в порядке, – выдал, проверив одну на зуб. – Коль его величество на нас полагается, да не посрамим род наш! А восславим!

– Собирай команду, – произнесла женщина на выдохе и посмотрела на меня с укором. – Что ж ты так неудачно – то зашла. Всё у нас без передыху.

– Я с вами пойду, – произнесла со сталью в голосе.

– Ни в коем разе, – буркнул Боргуль. – Не перенесу я твоей погибели, любовь моя.

– Это условие короля, – выпалила я, затаив дыхание. Но в сердце уже торжествовала: легко же их провела, слишком легко… Как детей малых, даже стыдно в какой – то момент стало.

– Да пусть идет, – отмахнулась женщина и добавила ехидно. – Дохлая баба в сердце горячем не жилец.

Глава 8

ГЛАВА 8. ПУТЕШЕСТВИЕ ЗА КОРДОН

Красным заревом оповестил мир о рассвете, и мы двинулись толпой гремящих железом рыцарей. Полностью экипированных, но всё равно недовольных.

Даже мне подобрали костюмчик из трофейного добра братца с сестрой. Что, похоже, обожали кромсать и грабить обращённую в вампиров знать. Иначе откуда столько расписных кафтанов, кожаных штанов, да плёток с лифчиками в сундуках!

Боргуль набрал полтора десятка мужей и парочку женщин – блондинок. Дамы навскидку за тридцать мне приглянулись сразу. В отличие от закованных в броню ребят, обе в лёгких кожаных доспехах, обтягивающих штанишках и со здоровенными луками за спинами. На бледных лицах деловая озадаченность, и никакой наивности. От отряда девицы держались обособленно, чуть позади.

Если мужчины, глядя на меня, посмеивались, то эти две вообще внимания не обращали. Или делали вид самой невозмутимости.

Я может и бесполезная на вид, раз кинжал мне самый мелкий дали со скептическим видом, но бегаю быстро, и визжу так, что глаза у вампиров полопаются. Без серебра, конечно, скверно, но я же под охраной самого мощного рыцаря города!

Синевой от барьера веяло задолго до того, как мы подошли к нему на пустыре близ разорённых старых избушек с поломанными курьими ножками. Плотные переливы чистой энергии завораживали глаз, но, похоже, только мой, в особенности левый. Ибо в правый какая – то соринка попала, и, гадость такая, никак не хотела вымываться слезой. Тёрла, пока не защипало.

Группа двинулась прямиком к препятствию, за которым виднелась искажённая местность, оккупированная злобными существами.

Первые рыцари в стену купола врезались, как в желе и продавились дальше. Поле словно живое, залило прорех и приняло новых смелых мужей. Обе женщины обогнали меня и занырнули, пригнувшись. Я же двинулась последней с твёрдой уверенностью, что пройти – это раз плюнуть. Ага… чуть не стошнило. Дыхание перехватило на миг, но я сумела вырваться из вязкой субстанции, приложив немало усилий. Вот она и разница, когда вампир переносит и когда сама – сама.

– Старый базар, – прокомментировала Кларисса таинственно.

Вся группа встала, как вкопанная, будто впервые видит распростёртую впереди картину.

Если вокруг стоит погорелая деревня, то тут ещё кое – что уцелело. Множество полуразбитых рядов и лавочек, земля вымощена камнем, не хуже, чем в Кенисберге. Колодец в полусотне метрах впереди заметила, и площадь там же с постаментом, на котором… виселица?! С висящем под столбом скелетом. Мамочки!

– А граф наш всё висит, – усмехнулся Боргуль, кивая на скелет. – Посмотри краса, это я его увековечил!

– Гнида такая, – хмыкнул один из рыцарей. – Сколько же он бабёнок сочных сгубил, и ведь выбирал по краше, с сиськами чтоб покрупнее.

– Хватит болтать попусту, – выдала Кларисса, недовольно звякая латами о нагрудник, и повернула ко мне своё мощное бесхитростное лицо. – Ну, девка, наводка есть какая от короля, иль нам обшарить по своему вразумлению по нескольку сёл, что до захода успеем?

– Особняк Первоцвета нужен, – ответила по – деловому и выловила недобрый взгляд рыцарши.

– А раньше сказать было нельзя? – Пробурчала недовольно одна из лучниц.

– Ну да, какого лысого змея через базар тогда пошли, теперь крюка давать, –хмыкнула вторая.

Ну вот и девицы подали голос. Обе, как прожжённые тётки.

– Оно и к лучшему, – вступился за меня Боргуль, взмахнув полутораметровым мечом, как тростинкой. – Меньше в куполе средь люда шастать и подозрения вызывать у стражи своим отрядом. Мало ли кто за нами увязаться мог. А тут вышли, как обычно на промысел через базар, и ладно.

– Согласен, – брякнул один из рыцарей, подмигнув мне густой бровью.

– Ай всё, – отмахнулась Кларисса. – Двинули, дня бы нам безоблачного, а то чую, дождь собирается. Похоже, в отряде она была главная.

Постамент с висельником миновали, пройдя очень близко. И каждый с отряда ещё и плюнул скелету под ноги. Похоже, граф – вампир немало душ сгубил, раз вот так с трупиком. Старалась даже не разглядывать, и не вдыхать. А вдыхать было что. Вкус мокрого пепелища в горле встал, стоило пару минут за куполом постоять. Несмотря на летнее, свежее, ничем не примечательное утро, казалось, что здесь только – только прошли школьные лесные субботники, при том, что кучи мусора решили сжечь на месте, белкам да дроздам чтоб мало не показалось.

Вымощенный под ногами путь сменился протоптанной до каменной тверди землёй. Вокруг ни одного уцелевшего дома, только обуглившиеся каркасы просматриваются изредка. Как шёпотом растолковал один из рыцарей, это сделали люди, чтобы нечисть близ купола не укрывалась днём. Мол, хоть и малое утешение, ибо подземные норы всё равно тут везде и всюду, куда ни сунься, твари в обнимку спят, но, по крайней мере, врасплох застать уже труднее.

Отряд молчаливо идёт, вслушивается в шорохи и внюхивается в запахи. А я малость расслабилась. Никто не нападает, всё будто вымерло. Птицы не поют, мошки не жужжат. Спасибо хоть, что ветерок свежий подул, когда на пригорок лысый поднялись. Распростёрлись перед нами луга, поля, леса и даже речушка впереди показалась. А за ней горы на горизонте вдобавок со снежными вершинами, левее которых проблески какой – то глади, как раз озаряемые лучами рассветного солнца. От чего сердце замерло, и чуть не ахнула в голос.

Неужто море?! Да до него рукой подать! Километров десять до берега, если глазомер не врёт.

– Что рты разинули, – пробурчала Кларисса. – Ладно барышня, вы – то что, первый раз на свободу смотрите? Забудь, Джулия, по морю путь закрыт, на пути у каньона рвы нечисть такие нарыла, что армии не прорваться. Бывала я там…

– Да, – подхватил Боргуль, начиная спускаться под горочку. – Если гончии рыли, несметная стая их.

– А кому ж ещё было рыть, как ни им, – брякнул один из отряда. – За дюжину ночей вырыли. Я там друга своего потерял, сорвался в бездну и на кол…

– Барышню не пугай, – фыркнула лучница, поглядывая на меня вдруг так по – опекунски, но тут же выпалила: – Мы о тебе ничего не знаем кстати.

– И не надо, – бросила из – за спины рыцарша. – Меньше знаешь, лучше спишь!

– Да взгляд у неё какой – то потерянный, – прокомментировала вторая лучница в защиту подруги. – Не очень – то хочется доверять человеку не от мира сего.

– А что со мной не так? – Развела руками, спускаясь следом за отрядом и стараясь не сильно отставать.

Сапожки мне дали полу – тряпичные и сильно изношенные, через дырки уже просачивалась влага от росы. Но я не унывала, однако уже хотелось. И это после часа пути!

– Впечатление складывается, мадам, – начал седобородый старый щупленький рыцарь, который шёл ближе всех ко мне. – Что тебе всё в диковину, и ты ничего не страшишься. Будто тебя в темницу до осады посадили, и только сейчас выпустили.

– А может, ты нас в ловушку ведешь, – хмыкнул его товарищ. – Вампиры тебя вызволили и теперь ты им должна.

– Вот – вот, – прогнусавила лучница. – Наш отряд для нечисти, как кол в горле, еды много в город таскаем, наплевав на осаду.

– Я за неё ручаюсь, – прогремел Боргуль. – Если что сам голову отрублю, нечего тут развозить сопли по гнилому.

– Вы – то с сестрой выживите, – усмехнулся горько один из отряда. – Вы из любых передряг выползаете, а вот мы, как мясо. Сколько отрядов уже с вами сгинуло.

– Семь, – ответил Боргуль, не подозревая подвоха, так непринуждённо.

– Пятнадцать, – бросила Кларисса и свою кость.

– Это ты без меня ходила, – хмыкнул братец, поравнявшись с рыцаршей, и повернулся ко мне с квадратной мордой улыбающейся без двух передних зубов так мило. – Но ты не бойся, Джулия, любовь моя, я сумею тебя защитить, а после мы поженимся.

– А можно мне ещё подумать? – Простонала я жалобно, но с сарказмом.

– Нет, – обрубил наивный здоровяк и пошёл, расправив плечи впереди всех.

Прошли заросший до пояса луг, солнце засветило косыми лучами через облака, акцентируя предстоящую серость дня. М – да… кажется, собирался дождь, как и сказала Кларисса. Но я не расстраивалась, только почему – то грустила. Смешанные чувства, с одной стороны, мне нравилось быть в обществе воинов в путешествии, несмотря на их недоверие и разношёрстность. Несмотря на то, что я стала натирать обе пятки… С другой – такое возникло странное чувство боли, будто сердце кровью обливается и скорбит по их ещё не случившейся смерти. В какой – то момент прострелила мысль в мозгу, что я уже оплакиваю их.

И все эти люди – идущие на смерть живые трупы.

Испугавшись собственных мыслей, я встала, как вкопанная у опушки леса, куда отряд стал входить, как по проторенной дорожке. И рыцари заметили не сразу, что я отстала. Почуяли неладное, когда уже между нами было метров тридцать.

Повеял ветер, словно звук резко усилился. С дуновением его шелест листы прямо в уши. И шёпот… мягкий, едва слышный, но постоянно повторяющийся, от чего слово за словом я сумела вскоре распознать.

– Джулия? – Наконец окликнули защитнички.

Я опомнилась, вытирая слёзы.

– Эй, не бойся, эта чаща хоженая перехоженная, – раздался голос Боргуля. – Мы здесь каждый кустик знаем.

– Постоянно там какаем и писаем, – брякнула Кларисса с кривой ухмылкой.

– Да что с тобой? – Одна из лучниц даже метнулась назад настороженно. Только сейчас для меня, как белый день тот факт, что женщины очень похожи. Наверное, сёстры.

– Там, – указала я рукой в сторону леса, градусов на тридцать левее от нашего направления.

– Что там? – Приподняла светлые бровки девушка.

– Не знаю, – соврала я и поспешила в лес куда указала.

Обе лучницы за мной двинулись. Что отряд насторожился, я почувствовала, но на них уже не смотрела. Нырнула через кусты под скудные кроны низкорослых деревьев. Не разбирая троп и кочек, получив пару хлёстких ударов ветками, я продиралась минут двадцать, куда меня что – то звало. И вскоре наткнулась на обещанное.

Рыцарь, закованный в безупречно отполированные до зеркального латы, сидел неподвижно, облокотившись о толстый ствол дерева. На голове у него был красивый шлем с выплавленным орлом на лбу и опущенным забралом, отчего не понятно дремлет ли он или уже всё.

А вокруг этого бедолаги раскинулся растерзанный отряд в доспехах полегче и попроще. Я и не сразу заметила трупы в скудном пасмурном свете, что пробивался через кроны нехотя. Кое – где торчали кисти рук из – под кустов, над травой возвышались сапоги и нагрудники.

Запаха разложений не ощутила, но и стонов раненных тоже не расслышала. Мухи не жужжали, зверья на падаль никакого здесь не вилось. Можно было подумать, что это тихо – мирно спящий себе отряд.

Но это было не так. Если всмотреться, части тел были разбросаны беспорядочно. Только рыцарь в латах внешне казался целым и невредимым.

Когда на листве кустарника неподалёку я заметила обильно набрызганную кровь ещё не почерневшую, отшатнулась и упёрлась спиной в Боргуля. Тот заботливо придержал, думая что вот – вот опрокинусь в обморок. Но я устояла. Может чудом, а может потому, что со мной самой что – то не так.

Злость взяла своё. Из груди вырывалось бешенство и зов к отмщению. Кто это сделал?!

– Кто это мог сделать? – Повторила я вслух, и сама уже поняла. Гончии, кто ж ещё…

Кларисса теряться не стала, подошла осторожно к сидящему и подняла ему забрало. Позади меня шуршал и остальной отряд, нагнав, наконец, невменяемую проводницу.

– Барон сэр Патрик, – прошипела сквозь зубы рыцарша и бросила забрало, что ударилось обратно с щелчком. – Обескровили.

– Это как?! – Ахнула я, высвобождаясь из железных объятий «женишка».

– Полностью высосали, – пояснила Кларисса, поднявшись. И забегала глазами, изучая обстановку вокруг.

– Не успели до купола добраться до заката, – заговорила одна из лучниц, озвучивая свои предположения. – Их нагнали гончии, была битва. Патрик бился до изнеможения. А потом его настиг вампир, дождавшись, когда барон не сможет сопротивляться.

– Накануне только в таверне пили, – вздохнул один из отряда. – Хвастал, что баронесса его на днях первенца родила. Он ведь и не собирался вроде на вылазку, уверял меня, что завязал…

– Не свойственная для Патрика ошибка, – хмыкнула Кларисса, и, нагнувшись над останками какого – то лучника, произнесла задумчиво: – Что – то явно пошло не по плану.

– Жаль, один из лучших отрядов пал, – брякнул Боргуль и кивнул остальным. – Надо осмотреться и останки закопать поглубже.

Никто не спорил и не причитал, все, как один стали заниматься похоронами с угрюмым спокойствием.

А я дышать не могла ровно, сердце билось бешено и аритмично, отдавая в перепонки. Металась, как бешеная собака вокруг поля битвы, высматривала следы когтей на стволах и следы на земле. Помимо всех прочих женских чувств, которые можно было бы объединить в визг, крик, плач и прочие выражения негативных эмоций, прорывалось и аналитическое мышление.

Я не следопыт, мысли сами лезли в голову: я пыталась посчитать сколько здесь было тварей, как огромны они, и куда ушли. Казалось, что брежу наяву, и все мои догадки и умозаключения – бред сивой кобылы, вымысел. Но лучницы меня разубедили.

Одна из них тоже изучала следы и вскоре дала заключения, к которым я приходила и сама.

Шесть гончих расправились с девятью мужчинами, и кажется, одна из тварей была серьезно покалечена. Её, похоже, съели.

Пока рыцари копали ямы, я рыскала, всё дальше удаляясь от отряда. По листьям и голове забил дождь, и я вдруг обессилила. Села на трухлявый пенёк и тихо разревелась. Я не знала этих мужчин, даже лиц их не разглядела. Я оплакивала что – то большее, я оплакивала кого – то ещё.

Ветка хрустнула. И сердце моё упало. Слёзы прошли в мгновение, рука нащупала рукоять кинжала и вынула его из – за пояса с нереальным автоматизмом, на который я не обратила внимания сразу. Зато обратил эльф, подкравшийся сзади.

Эту эльфийскую морду я узнала. Она мне из лука угрожала, хотела пустить стрелу меж лопаток на заднем дворе таверны.

В руках у него не было оружия, и мой кинжал у его шеи оказался полной неожиданностью.

– Я не враг, – пропищал тот, раскинув лапки. Лук с колчаном за спиной всё же имелся.

Ага, подумалось с сарказмом. Шелестом листьев мне пришло чутье, что здесь их собралось и прячется минимум полсотни! Если никто не показывается, это не значит, что не угрожают. И боязно стало за рыцарей. Как они теперь расходиться будут с эльфами? И что этим существам от меня ещё нужно.

– Я тоже не враг, – произнесла, убирая кинжал и ощущая нутром, что мы тут некий ритуал дружбы сотворили словестно.

Я не враг и я не враг, давай дружить и бегать за ручку по лесу. Так что ли?! Э не. Из – за этих морд я испытала немало стресса. Возможно, из – за них и люди пострадали, поэтому никакие они мне не друзья.

Из кустов вышли ещё семь эльфов, среди которых больше ни одной знакомой личности. Деловито и с опаской уселись рядом прямо на траву, образовав со мной круг. Все солидные и важные, пусть и в зелёных лохмотьях маскировочных. Встретила не по одёжке, а по взглядам. Глаза о многом могут сказать, морщинки, и полураскрытые рты тоже… Первый эльф в круг не сел, наоборот отступил подальше, показывая тем, что ещё не дорос до серьёзных политических переговоров.

– Мы желаем знать твоё имя, – произнёс один из них, но второй, сидящий рядом, выставил руку в сторону, прерывая первого.

– Мы просим, – уточнил тот, прожигая товарища взглядом. – Просим тебя, хранительница реликвии Аиры.

Аира – это эльфийское божество? Не иначе.

– Джулия, – представилась официально. – Маркиза Джулия Силинская, племянница герцога Феликса магистра местного королевства. Кх, забыла, как там его название…

– Это ложь, – бросил первый эльф и вновь получил предупреждение от второго жестом.

Кажется, первый был довольно нервный и нетерпеливый.

– Мы молим знать настоящее имя хранительницы реликвии Аиры, – запел второй и все эльфы стали смотреть на меня своими красивым огромными светлыми лупками так жалобно, что деваться мне уже было некуда!

– Валерия, – выдохнула вымученно. – Если это всё, то не могли бы вы перестать преследовать меня?

Они за мной с самой таверны следили! Иначе как объяснить чудесное совпадение и встречу! Просто не могли подобраться, пока не выдался случай.

– Это не всё, – раздался ответ эльфа.

Ноты волнения прослеживались отчётливо. И после того, как я произнесла имя, эльфы переменились в лице. Глаза выпучили ещё больше, рты пораскрывали сильнее и сидели, будто завороженные, или обкуренные.

Мне протянули серебряный браслет, из – за которого чуть не прибили в прошлый раз. Дождь заморосил сильнее, и капли уже потекли по моему лбу.

– Он твой, – произнёс второй эльф. И, похоже, выдавил это не без усилий.

– Я не просила его обратно, – развела руками. – Если он вам так дорог, то не стоит переступать через свои убеждения.

Эльфы ахнули в голос.

– Ты истинная хранительница, – констатировали почти хором.

– Не испытывай нас больше, – прошипел тот, что протянул браслет. – Бери Валерия, не мучь!

И я взяла обратно побрякушку из лап, которые дрожали.

– Надень!

Надела на левую руку послушно, ощущая касание холодного металла. Раньше не было такого, но теперь на запястье прилип, как родной, будто и сам мне говорил, больше никому и никогда не отдавай меня. Магия, или грибами на меня надышали?

– Позволь спросить тебя хранительница Аиры… – начал эльф таинственным шёпотом, но его прервали.

Молодой эльф подал знак, что сюда кто – то приближается, и ушастые подорвались, как ошпаренные, а затем молниеносно рассосались в зелени, словно их и не было. Почти без шума и суеты, особенно на фоне шума от дождика. Но шелест листьев донёс мне все их приёмчики с особым задором.

Я повелительница леса что ли?! Или это всё те же грибы?!

Показался рыцарь с ошалелой мордой. По плечам его звонко барабанил дождь. Странно, что на себе особо влаги я такой не ощущала. Видимо, переволновалась и разогрелась. Всё сразу и испаряется.

Увидев меня целой и невредимой, тот выдохнул с облегчением. В принципе, я ещё метров за десять до его приближения уже поняла, что по лесу, как танк не разбирая дороги и не жалея деревьев на пути, несётся Боргуль.

– Ты чего удумала, Джулия? Мертвых испугалась или покакать в кустиках решила?

– Ваша проницательность меня удивляет, сэр Боргуль, почему не пописать, а сразу покакать? – Съязвила, поднимаясь.

Бестактность рыцаря можно было списать на его детскую наивность.

– Ну, э… девушки пописать не сильно стесняются, а когда по – большому подальше уходят, чтобы не пахнуть, – ответил без тени сарказма. – Давай воротимся, надо на тропу выходить, мы там почти закончили.

Обратно возвращались молча. Шли минут двадцать, вот же умотала, что сама не заметила. По дороге ещё двоих рыцарей зацепили, что, как оказалось, рыскали в поисках барышни с матом – перематом уже какое – то время. Просвистев пронзительно два раза, тем самым оповестив всех поисковиков отряда, Боргуль привёл меня к месту захоронения. Собравшись отрядом довольно быстро, мы вышли на прежнюю тропу и двинулись дальше вглубь леса.

Протопали до полудня по лесу без происшествий и уселись на привал. Как раз кончился дождик, что то моросил, то изредка капал и бил по листве с противным шлёпаньем. По дороге девицы – блондинки настреляли кучу белок и двух жирных зайцев. Рыцари развели костёр и уселись жарить дичь, расставив неподалёку дозорных.

– Дичь вообще страх потеряла, – усмехнулась довольная лучница, ловко потроша кинжалом вторую партию и нанизывая на вертел из проструганной ветки.

– Держи, – Боргуль деловито протянул мне трофейный лук средней паршивости с вязанкой стрел. Всё это, скорее всего, подобрали у погибших.

– Без толку, – хмыкнула вторая лучница, перекладывающая шкурки.

– Ты это к чему? – Покосился на неё Боргуль.

– Да к тому, братец, что аристократки вроде неё думают, что древком надо бить по башке, – рассмеялась Кларисса, разместившись полулёжа на травке и ковыряя травинкой в зубах.

Отряд рассмеялся. А я возмутилась.

– Да умею я стрелять, – выпалила, запоздало спохватившись, стоило ли поддаваться провокации.

– Не умеешь, – брякнула лучница со шкурками и добавила ехидно. – Уже не правильно держишь.

– Научить не долго, – произнёс деловито Боргуль и поднялся, подавая руку и мне. – Давай научу тебя, краса…

– Да умею я, – не приняв жест доброй воли, поднялась сама.

– Это даже интересно, – хмыкнула Кларисса, приподнимаясь, обе блондинки поддержали смешками.

Только рыцарям, похоже, было плевать на бабские разборки – кто, что и куда умеет.

Я положила самодельный плетеный колчан у ног, вынув одну стрелу небрежно.

– Куда стрельнуть? – Кивнула на рыцаршу важно, вложив стрелу в лунку по центру.

– Прослеживается мастерство, – подколола одна из лучниц, в мгновение ока она взвела свой лук и выстрелила, почти не глядя, в сторону толстого ствола дуба, что стоял метрах в двадцати от нас. Характерный щелчок, стук наконечника о твердь. Попала точно по центру, и не придраться.

– Теперь ты, – кивнула Кларисса на воткнутую стрелу.

Я натянула тетиву со стрелой, оценивая силу натяжения, ощущая при этом волнение и какие – то фибры воинственности. Прицелилась чуть выше и отпустила пальцы. И пёрышки серо – чёрные полетели от меня прямо – прямо. Но я немножко скосила, стрела ушла рикошетом. Тут явно с древком было что – то не то.

– Ну, почти, – брякнул Боргуль безрадостно.

Женщины молчали.

– Надо пристреляться! – Воскликнула я с азартом в груди и вынула из охапки ещё стрелу.

Вложила палочку с оперением в луночку, тетиву в желобок, взвела, выстрелила. И… попала! Прямо по центру, чуть выше стрелы блондинки.

– Неплохо, – бросила Кларисса важно и, потеряв к моей стрельбе всякий интерес, добавила мягко: – Потренируйся ещё, чтоб к чужому оружью привыкнуть, только стрелы не ломай. Они на вес золота.

– Может и не плохо, – хмыкнула блондинка. – Но в бою станется всё иначе. Ручки затрясутся, только стрелы зря мои потратишь.

– Да бросай уже на девку гнать, – вмешался бородатый рыцарь. – Нормально она стреляет, и стрелы хватала быстро, без лишних движений всё. Такое опытом достигается. Джулия, лук тебе ж знаком, небось, с малых лет.

Пол отряда теперь на меня устремило свои взоры. И я сразу же раскраснелась. То не замечали, не глядели даже в мою сторону, а теперь вот интерес проснулся.

И что сказать не знаю. Такое ощущение вдруг возникло, что стреляла я из лука всю свою жизнь. Только вот какую жизнь? После школы, ту самую, что затёрло в памяти…

– Не, первый раз держу в руках, – отмахнулась, решив не нести пургу из другого мира для средневековых ушей, а то придётся им про какую – нибудь олимпиаду рассказать, меня на костре, как ведьму сразу и поджарят.

– Врёшь ведь, – хмыкнул бородатый и перевёл внимание на мясо. – Давайте уже жрать, не могу терпеть уже запахи эти.

– Скромница, – усмехнулась лучница и почему – то мне подмигнула.

– Да, Джулия она такая, скромна, меры нет, – Пропел Боргуль, будто тысячу лет меня знает, и вцепился в кусочек дичи жадно.

Резиновое мясо недожаренной белки пришлось мне явно не по зубам. К счастью у рыцарей в походных узелках нашёлся хлеб и немного вяленного домашнего мясца. В отряде с едой никто не жадничал, что вызывало невольную симпатию.

Привал закончился, как только дожарили дичь. Что – то съели, что – то прожевали и выплюнули, часть убрали в запас. Засыпав костёр, двинулись дальше. Роща стала редеть. Но радости от этого не прибавилось. Ибо под ногами захлюпало.

Отряд, не пройдя ста метров в новых условиях, встал.

– Река разлилась, – сделал выводы бородатый. – Дальше увязнем по самые яйца.

– Странно, – озаботилась Кларисса. – Похоже, вампиры плотину поставили. Поэтому Патрик и не успел.

– Думаешь в этом причина? – На лучнице лица не было.

– Это саботаж, – согласилась вторая и добавила с опаской. – Думаешь, о нас знают?

– Уверена, – бросила Кларисса и добавила на выдохе. – Придётся ночевать в замке барона Гю, он ближайший.

– Но там логово, – возразил бородатый.

– А что ты предлагаешь идти обратно? – Бросила Кларисса.

– До заката успеем, – согласился рыцарь. – Риск велик.

– День будет потерян, – вмешался Боргуль, не желая отступать. – Замок Гю я навещал неделю назад, не всё так боязно. Тамошних тварей мы ещё до захода солнца порубим, а на ночь окопаемся. Замок почти цел, найдём, где укрыться.

– Мы до замка – то не успеем дотемна, погода дерьмовая, темень раньше заката настанет, всё плохо, не нравится нам это, сразу дело гнилым показалось, – начали возмущаться члены отряда.

– Кто сомневается, валите обратно, но вы тогда не в доле, – прогремела Кларисса. – Я намерена закончить дело, коль нанялась.

– Вот именно, – поддержал сестру Боргуль. – Мы люди слова и дела. А преграды только нам на руку.

– И чем же на руку – то? – Подловил его бородатый. – Это чтоб мы за мясо сошли в расход, и мёртвым потом платить не надо.

– Ты чего такое говоришь, друг? – Взвинтился здоровенный Боргуль, что был раза в два больше оппонента.

– Без обид, друг, – отступил бородатый на несколько шагов. – Кларисса своё слово сказала, я назад, кто со мной?

Как назло дождь полил вновь, не без угрозы ливня. И небо ещё больше посерело и затянулось тучами.

Пятеро рыцарей с бородатым развернулись и пошли обратной дорогой. А мы повернулись на сорок пять градусов и ускоренным маршем помчались в направлении некоего замка Гю, где придётся провести ночь.

Ночь вне купола! Ночь среди ясного неба и в окружении рыскающих гончих! Злобных монстров и просыпающихся голодных вампиров!

О своей авантюре я пожалела ещё, когда нарвались на мёртвый отряд Патрика. А когда разделился наш, так вдвойне, и захотелось самой всех развернуть обратно или убраться с бородатым. Но я же заказчик, выглядело бы нелепо.

А сейчас стало жутко, что тряслись коленки от чувства неминуемого наступления зловещей ночи, и поддавливало сзади, где – то в районе таза. И как назло, темнело стремительно.

Но когда мы, наконец, вступили с хлюпкой лужайки на нормальную просёлочную дорогу, в сердце отлегло. Пусть хлюпать в подошве не перестало, но идти всё равно становилось легче. Да даже оттого, что впереди из – за холма, с вполне себе уцелевшей ветряной мельницей неподалёку, показалась разбитая вдребезги чёрная стена замка барона Гю!

Глава 9

ГЛАВА 9. ПУТЕШЕСТВИЕ ЗА КОРДОН ПРОДОЛЖАЕТСЯ

Какой же замок без рва? И скажу я вам, что именно замок барона Гю оказался без ямы или ямки. И без речки вокруг, и не на скале, и не у моря. Просто в поле, окружённый диким густым лесом так, что часть крон уже за стены лезла. Хотя какие здесь стены.

– И как давно его забросили? – Вырвался у меня вопрос, когда подошли к пролому в стене, коих по всему периметру было множество.

– Сотни лет, ещё до войны с Ривалом, – ответил один из рыцарей. – Барона Гю – то никто никогда не видел. И потомков его никто не знавал. Это просто название заброшенного замка, который никому не нужен и даром. Всегда здесь разбойники обитали, да шайки прочего отрепья.

Стали перелазить по каменным глыбам на территорию, что уже на местах стыков травкой проросли. Рыцари по влажным булыжникам скользят неуклюже, едва ли не валятся. А лучницы наоборот, ловко всё преодолели. Я как всегда последняя, но Боргуль тут, как тут. Руку подаёт. И если бы не он, я бы точно сорвалась, особенно после воя.

Протяжного такого! Воя за спиной в лесу. Вот и проснулись вампирские гончии!

– Надо спешить, – прохрипел Боргуль, перекидывая меня через пролом одной рукой, словно пушинку.

А у меня мурашки на всю спину и холка дыбом, несмотря на то, что уже вся шевелюра мокрая от непрерывного дождя.

Замок встретил нас одной уцелевшей башней и двориком с полуразрушенной цитаделью. Общая занимаемая площадь не более половины футбольного поля, если навскидку. Высота стен этажа на два, но толку от этого с кучей дыр?

Рыцари повынимали мечи звонко и ринулись к кирпичной цитадели, походящей больше на покошенный сарай с дыркой посередине вместо двери.

– Может в башню? – Предложила на бегу я, она выглядела более солидно и внушала хоть какое – то доверие.

– Не подымимся, там лестница обвалена, – ответил один из рыцарей.

В здание вошли, темень сразу накрыла. Зачиркало что – то нетерпеливо.

– Долбанный дождь, – прошипела одна из лучниц нервно, стукая кусочками кремния.

– Дай сюда, – фыркнула Кларисса и обратилась к рыцарям. – Вы двое, спину прикрывайте.

Монстры, будто услышав её, провыли уже у самых стен замка! Три или четыре глотки разом!!

– Четверо! – Исправилась Кларисса. – Остальные со мной, зачистить подвал.

– Мы тоже останемся, от нас здесь больше пользы, – предложила одна из блондинок, и вспыхнул, казалось бы спасительный факел, озаряя заброшенный, запыленный и весь в мелком щебне зал.

От некогда стойкой невозмутимости на подсвеченных лицах не осталось и следа. Только квадратная морда улыбалась без двух передних, поддавая горького сарказма.

Вскоре загорелись ещё три факела от первого, и стало намного комфортнее. Половина отряда осталась, вторая пошла на лестницу вниз. Мне никакой команды не дали, и я, как не пришей к кобыле хвост, поплелась за могучей спиной Боргуля.

Шум дождя остался где – то позади, и сразу же наплыла зловещая тишина, часто прерываемая неосторожным стуком каблуков и скрежетом мелкой щебени под ногами.

Два лестничных пролёта миновали без происшествий, но сердце моё билось, как у зайца с ощущением, что вот – вот что – то выпрыгнет и схватит. На уровень ниже оказался целый цокольный этаж с кучей поддерживающих потолок колонн. И проёмы по всем сторонам в зловещие тёмные коридоры.

Не успела и глазом моргнуть, раздался сдавленный визг и радостное хмыканье рыцаря. Похоже, какого – то урода застали врасплох!

– Идиот тупой, – прошипела Кларисса. – Рот закрыть было нельзя?

– А клыки? – Пробурчал обиженно.

– Занять круговую оборону! Джулия в центр! – Рявкнула рыцарша, игнорируя его возгласы. – Сейчас полезут!

Зашевелился подвал, ожил. Застонали пробуждающиеся ото сна твари, будто любые движения им доставляли телесные муки. Нечисть полезла из всех щелей.

Показались осунувшиеся, подсохшие морды, скорее походившие на зомби. Кое – где вполне себе обычные людские лица, только исхудавшие до голодного обморока. Медленно двинулись из арок, как бессознательные твари, ведомые голодом. Желто – красные глаза, жёлтые длинные клыки, ручки – веточки. Судя по лохмотьям, это обращённые крестьяне, что бродят по ночам в округе, и ничего практически не находят. Возможно, этой ночью бы полакомились отрядом Патрика, если бы успели до гончих туда… но не судьба.

Обессиленные от голода монстры, как оказалось, не представляли особой опасности. Не таили в себе скрытых возможностей, никаких неожиданных рывков в атаке, ни мгновенной скорости, чтобы застать врасплох. Шли на мечи, как ополоумевшие. И пытались давить массой.

Заелозила сталь по плоти и костям, поднялся рыцарский гогот и вампирский визг. Завязалась рубка нешуточная. Я просто встала, как вкопанная с кинжалом в одной руке и факелом в другой. Когда мне его вручили, так и не уловила момента.

Рыцари справлялись без потерь, и, похоже, рубили едва ли не наощупь. Хоть и старались головы сносить, но не всегда получалось. Но тела наотмашь пополам, то лапки. Некоторые особо дохлые уроды, так костьми и сыпались, им достаточно было тычка.

Вскоре волны вампиров стали иссякать. И хорошо, что так, ибо виделась под конец в мужских размашистых ударах усталость.

Не успели расправиться здесь, сверху донеслась суета. И рёв похлеще блеяния подвальных зомбаков! Резвые шипастые псы атаковали замок, не желая ждать.

– Защищать Джулию! – Рявкнул Боргуль и понёсся вверх прямо по телам поверженных.

Что – то взыграло в моей груди мимолётное, напоминающее боевой дух, но тут же улетучилось с опаской: откуда всё это прёт из меня?!

– Все наверх! – Скомандовала Кларисса. – Двое тыл, остальные к пролому!

Не успела опомниться, все меня оббежали с обеих сторон и вверх по лестнице понеслись. И осталась я окружённая завалами из порубленных трупов!

Судя по встревоженным крикам Клариссы и ругани рыцарей, вверху завязался серьёзный бой. Но здесь внизу преобладало затаившееся спокойствие с затхлым воздухом и вонью от гнилого мяса. Первая мысль возникла пугающая – а всех ли они добили?!

Из тёмных арок на меня смотрела будто сама чернь, таившая в себе самых хитрых и самых опасных монстров, что просто выждали удобного момента и в любую секунду рванут на меня.

Как по заказу и закону подлости в груде трупов застонало, а следом ещё что – то зашевелилось с другой стороны! И мне пришлось сделать хоть шаг к лестнице, вступив в пространство между иссохшей когтистой лапой и телом с проступающими рёбрами. Второй шаг сделала, оказавшись ногой у дохлой морды с раскрытой пастью. И дальше поскакала, словно по огненной дорожке, как стрекозёл, прямо по костлявым спинам! Ой, как бы не схватили! Ай, как бы не покусали!

Наверху творилось что – то непонятное. Стоило подняться обратно, и будто специально шум боя пропал, как и не было ничего. Не ровен час, подумается, что сошла с ума или меня разыгрывают. Три секунды назад ещё дрались, пока по лестнице бежала, а как только поднялась и осветила факелом зал – всё действо схлынуло. В цитадели лежала одна порубленная на куски безобразная собака прямо у дыры на улицу, в луже собственной чёрной крови, а рыцарей и след простыл!

Дождь усилился и перерос в ливень. Из проёма доносился его обильный шум, придающий такой умиротворяющий уют, что страшно вдвойне. Меня передёрнуло, как эпилептичку. Встала, как вкопанная, не зная, что и делать. И стоит ли звать на помощь, привлекая ненужное внимание.

Из прохода показалась уродская морда пса с жёлтыми глазами и клыками под десять сантиметров. Монстр аккуратно переступил через порог и наваленные куски кирпича, и крадущимися движениями, словно кошка перед броском, стал сокращать расстояние между нами.

Думала, что перехватит горло и скуёт все мышцы от страха. Но руки сами опустили факел, который мне, похоже, и не требовался, чтобы разглядеть полутораметровую тушу с иглами, откуда только можно и нельзя. Собака смахивала на тощего дикобраза, и совершенно не переживала, что её жертва достаёт из – за спины лук.

А я достала. И лук сам уже достал – тетивой мне всю грудь натёр! Вынула стрелу с перевязи, взвела и выстрелила. Стрела попала чётко в шею и, увязнув наконечником в броне, повисла. Похоже, пёс не ожидал такой дерзости и даже взвизгнул с обидой, отшатнувшись в сторону. Чем и воспользовалась, выстрелив ещё раз! Следующее попадание оказалось эффективнее первого – стрела вошла сантиметров на десять в бок, меж шипов.

Не желая давать ей ни шанса, выпустила ещё две стрелы. Да так быстро, что собака обалдела, походу. Как и я сама от собственной ловкости.

К сожалению, монстра убить не удалось, он перекатился в бок, ломая воткнутые стрелы и, щёлкнув колючками, ринулся на меня с особой злостью!

Рванув было назад, я чуть не уронила лук и не растеряла все стрелы. С подвала уже доносились стоны, поднимающихся уцелевших вампиров. Осознав, что отступать некуда, я всё же решилась на последнюю атаку и встала, как дура прямо на бегущую ко мне гончую. К счастью для меня, выстрелы бесследно не прошли, тварь хромала.

Я взвела последнюю стрелу, понимая, что шанса очередного не будет! Прицелилась в голову, натягивая тетиву до предела сил, и отпустил, когда монстр уже собирался делать завершающий прыжок.

Что – то пронеслось от меня, озаряя синевой весь зал, и прошило голову монстра насквозь, как лазерный луч помидору! Туша рухнула у моих ног, а я ошалело посмотрела на то, что у меня в руках. Это был другой лук.

С красивым резным древком, и если бы не лёгкость, предположила, что из красного дерева, или очень твёрдой, дорогой породы. Не такой дерьмовый, из какого стреляла прежде. Только я решила рассмотреть его, расслабившись, как он скукожился на глазах в мелкий и влился в запястье, превращаясь в серебряный браслет, что вернули мне эльфы!

– Это что за… – прохрипела ошарашенная и, перестроившись в условиях угрозы жизни и здоровью, вновь представила, что у меня в руке тот самый лук.

Вмиг рука вновь почуяла твердь рукояти. Не успела и глазом моргнуть, как браслет превратился в лук. Раз в десять быстрее, чем когда исчезал. Во дела!

Сразу возник вопрос, а откуда взялась стрела? И ответ из глубины сознания пришёл мгновенный, будто интуиция сработала. А стрелы – то магические! Стала тетиву оттягивать и заблестела линия, синяя поперёк. По мере натяжения стрела проявлялась всё отчётливее. И в какой – то момент материализовалась полностью, готовая вылететь. Такая сверкающая синевой чистейшей энергии. Моей энергии.

Смахнув эйфорию счастья, что я теперь не беззащитная девица, которую гоняли раньше все кому не лень, пошла к проёму аккуратно, пытаясь вслушаться и разобраться в сложившейся снаружи обстановке заблаговременно. До того, как обстановка застанет врасплох.

Высунулась. Тишь да гладь. Через стену ливня едва проглядывается ближайшая часть стены замка. Огляделась, выждала. Никого.

– Как странно, – прошептала себе под нос. – Сбежали что ли?

Оставаться в цитадели с мертвяками не хотелось, и под ливнем тоже. А что делать? Подумала о башне, может, сумею вскарабкаться, я ж не в латах железных. С верхушки гляну, где свои, а где чужие. Ну не могли же рыцари вот так смыться. Только не мой ненаглядный Боргуль!

Затаив дыхание, с луком на изготовке вышла под ливень. В одно мгновение волосы прилипли к голове, и я промокла до нитки, дальше уже было плевать на дождь, терять стало нечего. Аккуратно и вдоль стеночки покралась в сторону башни. Вход в виде узкой арки приметила, как только завернула за угол цитадели, там же и стена примыкала с лестницей вверх полуразрушенной. От зубцов укреплений не осталось и следа, но уверена, что когда – то там были вполне себе оборудованные позиции обороны для лучников.

От рыцарей ни слуху, ни духу, и трупов монстров нигде не разглядела. Странно всё это, промелькнула мысль. И меня окликнули!

Это была Беатриса. Мягким, даже кошачьим голосом она назвала меня ничтожеством и рассмеялась.

Я обернулась с холодеющей грудью и увидела её стоящую прямо на крыше цитадели. Тёмная тоненькая фигура даже не взмокла, будто вся одежда пропитана маслом. Распущенные чёрные кудри до плеч и не думали прилипать к миловидному лицу, что сейчас кривилось в торжествующей ухмылке.

– О, какая встреча, – хмыкнула и я, готовая пустить ей стрелу меж раскосых глаз в любую секунду.

Не чувствуя опасности, Беатриса с ловкостью и изяществом пантеры спрыгнула на землю и очутилась буквально в трёх шагах от меня. В груди задавило от её нахлынувшей энергетики, но я поднатужилась, и сразу отпустило.

Беатриса и бровью не повела, встала с руками, скрещенными на гуди. Вблизи было видно, что капли дождя на неё даже не попадали, неестественно меняли траекторию перед самым прикосновением.

– А ты настырная, – пропела вампирша, скалясь и обнажая тоненькие клыки, будто кошка. – И глупая. Глупее, чем я могла предположить.

– В особняке Первоцвета нет Рикарда? – Догадалась я. – Ты обманула меня.

– Возможно, а возможно и нет, – брякнула, продолжая смотреть плотоядно. – Дело в другом, глупый человечек.

– И в чём же?

– Тебе всё равно туда не суждено было дойти…

– Где рыцари? – Перебила, и вампирша оскалилась.

– Они мои, – произнесла повелительно. – Моё мясо, прямо на блюдечке. И всё благодаря моему помощнику.

Из – за цитадели показался бородатый рыцарь! Тот самый, что разделил наш отряд и смылся. Вот же зараза такая! Получается, это он оповестил вампиршу, что мы направляемся сюда.

– Что изволит моя госпожа? – Пропел предатель.

– Верни мне рыцарей, и мы разойдёмся миром, – прошипела я на Беатрису, наполняясь гневом.

– Устала от твоей тупости, не пойму, что нашёл в тебе Рикард, – бросила в ответ и, развернувшись, пошла прочь, виляя обтянутым задом, как проститутка.

А когда поравнялась с трепещущим предателем, готовым на всё, обронила небрежно:

– Убей её.

– Эй, мы ещё не закончили, сука, – крикнула ей в след, но через мгновение Беатриса будто бы растворилась в нескончаемом каскаде дождя, скрывшись во мраке, или исчезнув вовсе.

– Извини девка, но обратной дороги у меня уже нет, – произнёс бородатый и пошёл на меня с мечом уверенной походкой.

– Тебе не обязательно слушаться её! – Заявила я, пятясь к лестнице у стены.

– Она древний вампир, барышня, – произнёс, как завороженный, продолжая надвигаться на меня. – А если древний обращает на смертного свой взор, человек обречен. И не имеет значения, за куполом или внутри. Ты уже мертвая, просто прими это, и умрёшь быстро, без мучений.

Гнев застлал мне глаза. Да как они все смеют! Букашки! Рвалось из меня что – то чёрное и бурлящее.

– Стой, где стоишь! – Приказала решительно, не желая больше убегать.

Но рыцарь не послушался, напротив – ускорился, стремительно сокращая расстояние.

Я вызвала лук из браслета, подняла его и выстрелила в упор во время его карающего взмаха. Вряд ли рыцарь понял, в чём дело, только когда синий луч прошил его металлический нагрудник насквозь, его недоумевающий взгляд сменился сожалением. А следом угас навсегда.

Тело рухнуло, как подкошенное, дождь, словно с укором, забарабанил по доспехам сильнее. Я отступила ещё на шаг. Руки мои опустились. Нет, мне не хотелось реветь и биться в истерике лбом о стену. Нет, я не жалела, что убила его. И посвящения в убийцы тоже не случилось. Я вдруг осознала, что уже убивала. Много убивала… мои руки по локоть в крови.

От пришедших чувств мне вдруг захотелось кричать. Яростно, истошно и злобно!

И я дала волю сему, заорав на весь лес, не жалея горла, как бешеная тварь, которая что – то потеряла, а может и что – то нашла. Что – то ужасное и до боли знакомое. То, от чего когда – то бежала. Я нашла, мать вашу, себя.

Минуты две я кричала, пока все шипастые собаки с округи не сбежались на мой зов в замок. С десяток страшных морд разом показались на стенах, готовые прыгнуть на меня и разодрать на мелкие клочки. А почему на мелкие? Да чтобы всей стае хватило этого девственно чистого мяса.

– Мяска захотелось, твари? – Прошипела я и, прицелившись в ближайшего, прошила его череп насквозь.

До того, как стая поняла, в чём собственно дело, я убила ещё троих. Остальные бросились наутёк. Кажется, я их напугала.

Подождав ещё немного, двинулась к башне. Внутри груда из наваленной кусками лестницы, что когда – то шла по спирали, помогла мне зацепиться за уцелевшую часть конструкции. Продолжая кипеть от злости, полезла вверх, завидев там платформу. Для меня она была вполне годной, чтобы укрыться от злобной нечисти на ночь.

Взобралась уверенно, как настоящий скалолаз, даже ни разу не соскользнув и не ощутив никаких сложностей. Доски верхнего этажа частично прогнили, но были вполне устойчивы для моего веса. Кажется, здесь какое – то время назад укрывались, о чём говорили два тюка и следы костра на жестянке. Примостившись у бойницы, и обняв мягкие мешки, я полностью расслабилась. Дождь барабанил по крыше монотонно, здесь было сухо и даже уютно. Ливень умиротворял, и я уснула мёртвым сном…

Мне снилось, как я парю над лесами и замками, размахивая руками, будто крыльями. Как истинный хищник, над всеми, выискивая себе неосторожную жертву. А может, просто любуясь своими владениями.

Утро настигло внезапно. Я как пробудившийся от спячки замороженный вампир, вдохнула жадно и тут же завопила, стиснув челюсти от мощнейших судорог. Тело ломило, я вся продрогла и скукожилась.

Отмучившись с подъёмом, стала приходить в себя. И вскоре меня ошарашил тот факт, что спуститься с башни не так уж и легко. Как вообще умудрилась сюда взобраться?! Странно всё это… не когтями же цеплялась?!

Удача оказалась на моей стороне, я обнаружила среди тюков верёвку. Метра четыре в длину, но этого было достаточно. Кое – как обвязала половицу и спустилась неуклюже, разодрала при этом ладонь и, угодив ступней в дырку, едва не вывернула лодыжку.

Двор пустовал, ни трупа предателя, ни поверженных монстров. В траве меч бородатого разглядела, и прихватила с собой. Мало ли пригодится.

Вспомнилась вчерашняя встреча с Беатрисой, и сразу захотелось от злости выкосить мечом все окружающие кустарники. Вот зараза!

Великолепно придумала, собаки должны были сожрать мой труп и исполнителя, уничтожив всякие следы. Рикард не смог бы ничего предъявить Беатрисе.

Ну что ж. Если рыцари живы, а я на это надеюсь. Их повязали и поволокли в логово древней вампирши. А судя по тому, что она без ума от своего Рикарда, они должны быть неподалёку друг от друга. Вот и славно.

Одного факта я не учла, выйдя через проём, в который заходили. Дождь смысл все следы к чертям собачьим.

Я уже было отчаялась, присев на поваленное, скорее всего, от удара молнии дерево, неподалёку от зарослей. Но тут вдруг до ушей моих донёсся странный шелест листьев!

Не знаю, то ли лес мои мысли читал, то ли я его. Но симбиоз явно прослеживался. Шелест звал за собой, говорил, что они пошли туда. А куда – туда? Не совсем понятно! Стала озираться по сторонам, и поняла, что по – разному звучит! В одну сторону повернусь – сильнее шелестит, в другую – слабее. Так и потопала в ту сторону, где шелест был громче и какие – то слова можно было разобрать. Стремилась на источник лесного голоса, а он всё удалялся и удалялся, зазывая всё глубже и глубже.

Я уж грешным делом решила, что очередной бред у меня. Но верить уж сильно хотелось, что не из башки моей такое. Однако то и дело навивало сомнений. Не разбирая дороги и тропинок, по кустам и буреломам, как идиотка, в дремучий лес на какой – то шелест…

Вышла к реке не широкой и тут же опомнилась: все волосы в репейнике, из носков обувки оба больших пальца торчат. И я голодная, как собака.

Кажется, уже полдень. Солнышко зеленоватое прямо над головой, греет хорошо. На небе ни облачка. Похлебала водички, где почище у берега, и присела на кочку рядом с муравейником.

– Ну и куда? – Разговариваю сама с собой, как идиотка, и это с самого утра.

Лес предложил идти по течению, и спустя час – другой я наткнулась на просёлочную дорогу и мост. До боли в желудке хотелось есть, испив очередной раз водицы из реки, и тем немного притупив чувство голода, приметила на другом берегу курицу и не одну. Дюжина бело – серо – чёрных особей с красными хохолками шастало на чернозёме под обрывчиком и клевало что – то.

Стало интересно домашние это куры или дикие. С другой стороны, какая разница? Мост был основательный, хоть и из брёвен. Какая – нибудь карета точно сумела бы здесь проехать, не говоря уже о всадниках, тем более пешеходах.

Вступив на переправу, я пошла дальше осторожнее, чтобы не спугнуть свою потенциальную еду. Между берегами было метров пятнадцать, и я могла попробовать подстрелить курицу сразу, но рисковать не стала! Второго шанса может и не быть.

Перейдя мост, выбрала белую курицу, что показалась мне жирнее других. Пернатая заинтересованно копошилась в сырой земле, ловко и даже забавно работая лапками, поочерёдно клёвая и тряся мясистым красным хохолком, свесившимся на бочок. Кажется, они кушали дождевых червячков. Я хорошенько прицелилась почти в упор, но сердце взвыло. Если вчерашнего не жаль, то вот курицу... аж слёзы наворачиваются!

Но в животе недовольно заурчало, и пальцы сами выпустили тетиву.

В дневном свете материализовавшаяся стрела выглядела, как обычная. Но лишь до тех пор, пока не прошила курицу, словно бумагу, и не взорвала рядом землю, как настоящий, разрывной патрон, при этом испарившись.

Громко раскудахтавшись, остальная свора умчалась в рощу. А я прихватила тушку, встряхнув её хорошенько от остатков земли. Выбрала кочку, чтоб присесть, и уже собиралась ощипать курицу пока тёплая. Одновременно начала соображать, как теперь добыть огонька, но все мысли из головы вылетели враз, когда услышала девичий голос, доносящийся из зарослей!

– Вы мои ненаглядные, – лепетала, судя по голосу, ещё совсем молоденькая девица. – Кто вас обижает? Снова лиса? Или выдра?

Затаив дыхание, я поднялась и без лишнего шума, буквально на цыпочках, пошла на голос.

– Ой, а где Белушка? – Раздалось встревоженное.

Похоже, девочка была не совсем в себе. Хотя чего это я? Сама с листьями разговариваю.

Красться долго не получилось, шорох, когда через кустарник проходила – ещё ладно. А вот сухой хруст под ногами как раздался, дебилка и умолкла.

Конечно же, я сразу рванула в её сторону! И практически застала врасплох когда, вынырнув из малинника с крапивой, оказалась на полянке буквально в пяти шагах от неё.

Крестьянка с двумя русыми косами до пояса была настолько худа, что от лица остались одни серо – голубые глаза, вылупившиеся на меня, будто внутри черепно – мозговое давление подскочило. На вид лет четырнадцать. Одежда вполне себе приличная и чистая выдавала в ней отнюдь не беглянку из вампирской тюрьмы или какую – то бомжиху. Судя по всему, у неё где – то поблизости был дом. А возможно и родители.

– Девочка, ты местная? – Заговорила я почти сразу, демонстрируя раскрытую ладонь без оружия и запоздало убирая за спину второй рукой куриную тушку.

– Белушка, – прошептала сипло девочка и вылупилась на меня, как на само исчадье зла.

Упс.

– Я не сделаю тебе ничего плохого, – попыталась успокоить, сделав пол шажка к ней.

И дурёха рванула от меня! Да с такой прытью, что я успела только взмах косы углядеть перед тем, как зелёная листва ветвей накрыла шмокодявку. Естественно бросилась за ней с уверениями и заверениями о том, что курица Белушка всё ещё жива! Что наоборот отбила её у речного крокодила.

Но безуспешно. Девочка драпала, как будто хочу её сожрать. По прямой я нагоняла её, но когда она стала петлять и лавировать меж деревьев, а следом и вовсе заныривать прыжками в кусты, кататься с кочек и вытворять почти сальто с поваленных стволов и пней, я запыхалась и начала сдавать позиции.

Спустя какие – то минуты погони потеряла её из виду. А затем и шум от драпающей сошёл на нет. Похоже, девочка спряталась и затаилась.

Отдышавшись, решила, что хрен с ней, с этой дикаркой. Осмотрелась, и занялась хворостом. К сожалению, после ливня всё было влажное, и в целом негодное. Стоило забыть о девочке, как о ней тут же напомнила курица, выскочившая из – под кустика и, возмущенно кудахча, побежавшая прочь. К ней прибилось ещё три штуки и помчалось в одном направлении.

Ну я за ними. Курицы вывели к невзрачной полянке на проталине, хорошо протоптанной, с небольшим загончиком из вбитых в землю колышков. Чуть дальше увидела и бельишко, висящее на двух тонких бечёвках, протянутых от ствола к стволу. Ни домика, ни землянки, ни гамака. Однако это уже что – то.

Добрые куры выдали место обитания своей хозяйки. Похоже, девочка пряталась неподалёку. Приметив у загончика мелкую плетёнку с яйцами, я с радостью угостилась.

Никогда не любила сырые яйца, да ещё и с налипшим перьевым пухом в некоторых местах. Но это оказалось божественно. Высосала три штуки, даже не подавилась. Четвёртое ухватила уже без спешки и выловила взгляд серой курицы, смотрящий с укором.

Листва тревожно зашелестела, предупреждая об опасности, и я резко обернулась, встретив взглядом девочку с острым колом на изготовке. Хотя из того положения, в котором она была, тыкнуть им было непросто, а уж тем более метнуть. Всё же на счет землянки я заблуждалась. Девочка вылезла из замаскированной ямы наполовину с длинным колом, выструганным ножом точно уж не для барбекю.

– Я тебе ничего не собираюсь делать. Может, просто поговорим? – Попыталась пообщаться вновь, отступая с линии атаки.

– Ничего? Ты убила мою Белушку и сожрала половину всех запасов! – Взвизгнула девочка, выходя из землянки полностью с колом в обеих руках, выставленным, как копьё.

– Можно я пойду тогда? – Отступила ещё, понимая, что никак мы не договоримся.

– Иди, – фыркнула девка, продолжая сверлить взглядом.

– И пойду, – хмыкнула в ответ. – Нужны мне твои куры дурацкие.

– Они не дурацкие.

– Это почему? – Попыталась завязать разговор так.

– Они мои единственные друзья.

– А моих друзей вампиры утащили. Вот иду вызволять, – выпалила ей, и, вылавливая удивление и страх на моське, продолжила: – Я охотница на вампиров, и мне бы их логово найти. Ты не знаешь, где тут поблизости?

– Знаю, – буркнула крестьянка, замерев с копьём, как статуя.

– Мне вообще нужен особняк Первоцвета, там говорят самые жирные вампиры, хочу на колья посадить, чтобы корчились до рассвета.

Тут у девицы глазки и загорелись.

– А что ты умеешь? Чем брать их будешь? Там же ж логово, ого – го гадов. Не похожа ты на ведьму и на мага городского. Скорее на мою старшую сестру. Но та кончила плохо. Я так не хочу, и тебе не советую.

– Так ты можешь сказать мне, как дойти до особняка Первоцвета? – Терпение моё быстро иссякло, я готова была уже встряхнуть дикарку как следует, чтобы выведать нужную информацию.

– Туда! – Девка указала в сторону заката.

– А поточнее?

– Иди в ту сторону, не сворачивая, выйдешь куда надо.

– И далеко идти – то?

– Не далеко, – ответила крестьянка, опустив кол с облегчением, и добавила вымученно. – Верни Белушку, пожалуйста.

– Зачем тебе дохлая курица? – Хмыкнула я.

– А тебе зачем? – Выдала девка с укором.

– Ай, забирай, – швырнула ей тушку под ноги и пошла в сторону заката, будто пошла, куда глаза глядят.

– Бееелушка моя, уууу. Чтоб тебя вампиры сожрали, – раздалось в след с нарастающим плачем.

Спасибо. Посмотрим ещё, кто кого.

Глава 10

ГЛАВА 10. ПО ВАМПИРСКИМ МОРДАМ

Похоже, шелест и вел в нужном направлении. Если бы не завязалась битва с курами, так бы и довёл лес до ручки, эм... в смысле, до особняка. Первоцвета или нет – это вопрос второй. До какого – то особняка. Хотя Беатрисе верить на слово я уже передумала. Судя по тому, что она меня ни в грош не ставила. Какой ей смысл говорить жалкому ничтожеству правду?

Но я ей ещё покажу! Все волосы вырву и зубы выбью, чтоб потом на бусы нанизать. Кстати, мысль.

При том, что лживую Беатрису я раскусила, всё же надеялась, что в том огромном доме на холме, к которому неумолимо вышла из леса, и сидят мои пленённые друзья!

Пока шла средь зарослей, осязала что – то ранее неведомое. Будто животом и грудью чуяла фибры всех зверушек, букашек и таракашек. Сперва вибрации разнообразные, мелкие, порой тоненько мерзкие резали слух, но вскоре переросли они в песнь гармоничной лесной жизни. Кажется, я действительно сошла с ума… или стала по – особенному слышать природу?!

Скорее второе, ибо в парке королевы Юлианы я уж точно спаслась после чудесного предупреждения. Не шестое же это чувство? Как понять, сам ты так слышишь чувством новым, или тебе извне доносят. Мозги сломать можно.

Если в лесу чувствовала себя комфортно и легко, то стоило выйти в чисто поле, да ещё к солнышку, уходящему в закат, сразу коленки затряслись с мыслями – куда я лезу?? Я, спасаясь, кое – как выжила. А тут нападаю. Да ещё и без какого – либо внятного плана, как супер герой. Или супер дебил. Яиц девочкиных попробовала и такой же стала отчаянной. Ага, Валерия пошла на тропу войны с кинжалом и луком против армии вампиров, что осадили целый город. Там его защищают десятки магов и сотни солдат. И все боятся из домов вылезти, не то что за купол, а я в атаку пошла.

Что бы в голову не лезло, обратной дороги я и не видела. Только вперед.

До особняка на пригорке ещё нужно было дойти, у подножья деревушка раскинулась со срубами в три ряда. Не сгоревшая, но судя по отсутствию движения и дыма из труб, заброшенная. Да и дом на холме тоже казался безлюдным и пустующим. Но меня не проведёшь! Чуяла я, что монстрюги затаились там и ждут с нетерпением ночи, чтобы побеситься на оккупированной территории.

Избы шли стороной, мне до них дела не было. Уткнулась в заброшенный, запущенный, а оттого заросший сорняками сад.

Предпочтя не рисковать и не гулять мимо мелких незнакомых домиков, я полезла через забор в сад. Выбрав лазейку, где ограда была более или менее безопасна для моих штанишек, стала перелазить.

Хотела тихо, но обвалила к чертям всю сторону.

Занырнула под яблоньку и заскользила по залежам гнилых плодов. Едва не упав, уцепилась за ветку, растревожив дерево. Сверху прямо на голову посыпалась увесистая зеленая антоновка. Поблагодарив судьбу, что напоролась не на соседнее дерево, где висел огромный улей, набрала себе свежих яблок и осмотрелась.

Получив по холке за яблоки и убеждаясь в который раз, что ничего бесплатно не даётся, я довольная со свежими плодами уселась на обнаруженную среди кустов смородины лавочку и принялась жевать кислятину, закусывая яблоко крупной до предела сладкой чёрной смородиной.

Спинка отдыхала, язык кайфовал, живот набивался фруктами да ягодами. Так я и прощёлкала ушедшее в закат светило…

И приближение стаи монстров едва не пропустила. Если бы не вой хоровой с холма, так бы и задремала на лавке, как Маша в доме медведей.

С дикими перестуками в груди, рванула к ближайшей, наиболее крупной яблоне и полезла по стволу, как можно выше и насколько это возможно тише!

С мыслями, только бы не учуяли, только бы не умели по деревьям лазить...

Но, похоже, на яблоню с чересчур широко раскинувшимися часто раздвоенными ветками влезла бы даже такса. Хотя, почему я решила, что монстры относятся к типу собачьих. А если они из семейства кошачьих? А если обезьянних – мне вообще конец.

Сложилось ощущение, что я и сама кошка ещё та, особенно, когда кое – что играет. Оказавшись на самой макушке, возвысилась над всем садом и вновь увидела особняк.

На фоне кроваво красного зарева, монументальный для здешнего колорита двухэтажный длинный дом больше не казался заброшенным.

Почти из всех окон бил вполне яркий, даже цивилизованный свет.

Я так впечатлилась, что не сразу обратила внимание на толпы шипастых тварей, мчащиеся вереницами с холма в разных направлениях!

Похоже, здесь у них база или пункт управления. Ещё свет солнца не убрался полностью с горизонта, а их уже погнали на патрулирование. Возможно, даже на десятки – сотни километров. Иначе как объяснить такую спешку и полное игнорирование курицы, возвышающейся над садом с раскрытым ртом и куском яблока за щекой. Готовой к запеканию в духовке! Тьфу, накаркаю ещё.

Надвигающаяся тьма действовала на меня неоднозначно. Ужаса от стада нечисти я не испытала. И даже псов попыталась пересчитать, хотя бы тех, что ещё не скрылись из виду. Штук пятьдесят точно промелькнуло, хотя в этой серой массе глаз мог и что – то задвоить, а что – то и затроить.

Беда миновала, ни одна тварь в сад не сунулась. Все умчались со своими конкретными задачами.

Надеюсь, что все!

Если свет в особняке меня несколько удивил, то донёсшаяся до ушей средневековая, светского манера музыка– обескуражила. Это была скрипка или что – то из подобного, я не знаток.

Какого чёрта там происходит? Вампиры что – то празднуют? Стало жуть, как интересно. Что коленки затряслись.

Спустилась аккуратно, обыденно, поймав себя на мысли, что будто на автомате с пятиметровой высоты, как с дивана кошка. Потопала через зонтики укропа, и дальше меж грядок с большими кочанами капусты.

Приметила карету у официального входа в сад. Арка заросла лозой настолько, что её талантливо кованных завитух не рассмотреть вовсе.

Естественно экипаж был неполон. Лошади отсутствовали, колеса тоже. Только карета серая цела и невредима, правда декор слегка облупился и занавески в окошке обветшали. А я уж на радостях решила, что Рикард за мной прислал, чтобы прямиком на бал... или ужин. Их ужин.

Хотя в мыслях проскакивает, что я и сама их всех сожрать могу. Вот откуда это лезет?!

В любом случае отступать не собиралась. На мне метка самого крутого вампира, вряд ли кто посмеет в открытую кусаться. Помнится, что только гончим на это плевать. Но они ведь разбежались. А так как Рикард, похоже, мне ещё и должен (помню, как говорил что – то такое) так я вообще неприкасаемая!

У меня, как в страшной или не до конца продуманной сказке: карета без колёс, сундук с золотом позади, привязанный страховочными тросами, и полное сердце наивности да любопытства у главной героини. И никому до сундука ведь дела нет. Ха, немудрено, если главная валюта в здешних местах – жизнь.

Полезла смотреть, что внутри поклажи. Крышка деревянная легко поддалась, но в отместку петельки противно и громко скрипнули. Наткнулась на кучу разного шмотья. Всё по траве раскидала. Слишком много сложного, перемудрёного тряпья: корсеты, панталоны, памперсы какие – то. В полутьме и не разобраться где мой размер.

Заветной обувки так и не найдя, потопала в горочку в своих, дырявых. Совершенно не обращая внимания на пяточную резь, ибо уже давно смирилась с сорванными на пятках мозолями.

Подъем оказался не прост, по грязи на дороге пробуксовывала часто, пришлось сойти с тропы на землю заросшую травой до пояса. Кочки, ямы... но я справилась, порвав сапоги ещё больше. Похоже, скоро они запросят кушать. И не только они! С этой мыслью, я несколько замедлилась. Но вспомнив про рыцарей, наполнилась торжественной отвагой и сжала кулачки и зубы.

У особняка когда – то было ограждение, судя по тонкой дорожке из кирпичного фундамента, что переступила. Забор, похоже, полностью снесён, и явно вампирскими собаками. Или кошками. Тьфу, да какая для лука – браслета разница.

Приблизившись к зданию вплотную, я не спешила к парадной двери.

Музыка и свет лились из больших, и хорошо застеклённых окон через форточки рекой. Однако высокий фундамент не давал так просто подсмотреть. Пришлось подтянуться на руках за карниз и высматривать через тюль и шторки.

Дам и господ увидела сразу. Они стояли в небольшом зале, как обычные придворные леди и джентльмены при параде и с не очень – то и страшными мордами. Злоупотреблять их «бдительностью» не стала, секунды на три сунулась и назад.

А затем под окнами уже переваривала картинку. Восемь вампиров в комнате болтали друг с другом с видом беспокойства и даже нетерпения. Но не спешили уноситься на ночную охоту. Да и куда?

А может, и было куда, если через купол ходят все кому не лень, так как всё давно изрыто псами. Проходной двор с видимым барьером для людей, притупляющий их инстинкт самосохранения. Совпадение или заговор?

С этими думами, прошла ещё несколько окон и сунулась снова на разведку. На этот раз наткнулась на большой зал и кучу вампиров с пустыми бокалами в руках. Ладно бы и всё. Но через толпу, жаждущих чего – то там налить себе, приметила и связанных, что сидели кругом спина к спине по центру. Без доспехов, полураздетые... рыцари и лучницы. Пару лиц разглядела даже, с обречённым видом, но живые. А это главное.

В голове быстро созрел план. Метнувшись к карете рысью, я выбрала платье покрасочнее и переоделась, как солдат с подъёма по тревоге. Быстро, чётко, без лишних движений. Что – то где – то по швам затрещало, но раз грудь мясная не выпала, значит всё хорошо.

Минут через десять, за которые молила, чтобы ничего критичного не произошло, я уже стояла у закрытых наглухо парадных дверей. И успокаивала учащённое дыхание длинными размеренными вдохами.

Музыка продолжала монотонно играть. И это давало надежды, что ничего не изменилось, что к следующему акту ещё не приступили.

С холодеющей грудью дёрнула за кольцо двери, но та не поддалась. Закрыто!

Неуверенно постучав три раза кольцом из носа латунного льва о его подбородок, я подождала. Убедившись, что реакции никакой, постучала настойчивее.

Музыка резко стихла! Вампиры будто затаились, такое ощущение мимолётное возникло, что даже испугались.

Но не тут – то было. Скрипнули петли вдруг, что вздрогнула. А затем двери бесшумно и плавно разошлись вовнутрь с такой скоростью, что я лишь раз моргнуть успела, и меня чуть ветром в холл не засосало. Пустой холл!

Прошагав по чистому красному ковру в грязной обуви и красном вечернем платье, натянутом кое – как, я вывалилась в большой зал прямо к ошарашенным от моего появления вампирам. Они явно ждали не меня!

Около полусотни разодетых в бальные наряды существ мужского и женского рода в пропорции тридцать на семьдесят соответственно, расступились, как перед королевой. Обращённые бледными лицами, они замерли словно статуи, и зыркали красно – жёлтыми зенками на гостью вопросительно.

Их удивление в любой миг могло смениться негодованием, и я поспешила заявить о себе официально.

– Доброй ночи, дамы и господа! – Воскликнула, разрезая мёртвую тишину, да так громко, что у ближайшей дамочки с густыми чёрными бровями задёргался глаз. – Я...

Начала, но продрав горло, передумала представляться Джулией.

Ощущая первые неуверенные ментальные атаки, поспешила продолжить!

– Я принцесса Валерия, прибывшая на этот берег с другого, где моё королевство Великий Рим, а точнее в составе Великой Римской империи...

Не успела продолжить, запнулась, ибо тысячи невидимых глазу щупалец и нитей ворвались в моё личное пространство, желая прощупать сознание, и понять кто аз есьмь.

Охватило ощущение, будто стала резко заболевать, даже голова закружилась. Не зная, как именно с этим бороться, я стала мысленно проговаривать разные фразы изгнаний и проклятий, чтобы они все вылетели из моей головы и получили вдобавок добрую порцию боли, да поострее. Стало отпускать, но со скрипом.

В отчаянной умственной борьбе, что длилась секунды три, не больше, я напрягла мозг посильнее, собралась с мыслями, и, приложив немало усилий, рявкнула:

– Прочь из моей головы невежды!!

Вампиры отшатнулись даже, но заметно расслабились. Стали плотнее обступать меня, рассматривая с интересом и новым азартом в глазах. Особенно дамочки, что были постарше, уже практически облизывались в открытую.

Но я решила придерживаться плана, несмотря ни на что, даже на то, что подкашивались уже ноги от страха! Надеюсь, как трясутся коленки через подол не видно.

– Так! А ну назад, морды! – Рыкнула я злобно, хотя и не собиралась никого оскорблять, само вырвалось! Ой – ёй – ёй!

Вампиры зашептались, некоторые оскалились уж явно угрожающе. С другими, что пасти распахнули с клыками тонкими, непонятно – радуются или злятся.

– Человек... – стало витать в воздухе хищное. А до этого молчали.

– Я гостья Рикарда де Хетигида! – Взвизгнула, что чуть не сорвала голос, но перестроив на бас, продолжила уже более грозно.

Ибо произнесённое имя высшего заимело свой эффект.

– Вы украли у меня кое – что, а точнее кое – кого, – заявив это, я пошла прямо на толпу. – А ну расступитесь, господа.

– Дерзкая человеческая женщина, – прошипели, но разошлись.

Однако не так, чтобы я могла пройти свободно! Но я всё равно пошла, невзирая на отсутствие какой – либо дистанции.

– Плоооть, – зашипела одна из ближайших блондинок на вид лет под сорок, раскрыла пасть и наклонилась в мою сторону.

– А ну назад, – гавкнула на неё, отмахнувшись рукой, как от мухи. – Метку Рикарда чуешь? Да? Ну и всё. Нечего мне тут пасть разевать.

Дамочка и защёлкнулась назад с видом бессильной злобы.

– Что тебе здесь надо? – Прошипели в ухо следующие вампиры на пути.

– Не переживайте, не по ваши души, – ответила с ухмылкой и протиснулась через двоих мужчин нагло.

Через секунду уже с ужасом корила себя, откуда столько гонора и бесстрашия прёт?!

До пленников стало рукой подать. Полуобморочные или в каком – то трансе, они сидели на полу из красиво декорированной крупной белой плитки, прямо над здоровенной люстрой на высоком потолке с кинжалами, устремлёнными вниз. При виде меня они всё же зашевелились. Вампиры тоже зашевелились!

Один ухватил меня под руку и попытался мягко, но настойчиво удержать.

– Мы уважаем дом Хетигид, – проговорил низким тоном седовласый статный вампир, не отпуская моей руки. – Но не стерпим сей дерзости, засвидетельствованной всем кланом Аард.

– Руки убрал, – отдёрнулась легко. – Если не хочешь иметь дело с Рикардом, соблюдай дистанцию. А то лорд тебе руки, ноги и хвост выдернет.

Вампир едва ли не шарахнулся от угрозы именем.

А мне даже понравилось. Но концентрацию я не потеряла. Ловко ухватила нож, что был при мне, под пристальными негодующими взглядами и стала резать верёвку, высвобождая рыцарей. Похоже, здесь были все, и два незнакомца в придачу.

Полусонные, люди зашевелились и сами. Боргуль первым, осознав всю деликатность ситуации, стал аккуратно и без суеты помогать развязывать остальных, стараясь даже не смотреть на опешившую толпу кровососов, что теперь окружила нас плотным кольцом и наблюдала за тем, как копошится их дичь в клетке.

Вот именно. Ощущение было такое, что мы тут и есть та самая дичь в клетке!

Взгляды вампиров источали скорее уже иронию, нежели удивительные или страх перед одним вампиром, которого здесь нет.

Ведь если это клан... они легко могут сговориться. Но я старалась не думать о плохом и действовать без промедлений. Главное в нашем деле – уверенность!

Когда на ноги поднялись все, и я обернулась, чтобы двигаться на выход, передо мной стояла Беатриса.

Ох, ты ж, не ожидала.

В какой момент эта кудрявая стерва появилась, была ли среди толпы или примчала на событие по зову, я не знала... но знала одно. Беатриса в бешенстве, и лишь тонкая хрупкая грань держит её от опрометчивых поступков. Или решительных действий.

Судя по неожиданно пришибленному виду прочих вампиров, что смотрели на неё снизу – вверх, несмотря на её относительно невысокий рост, с благоговением и верностью, она здесь главная.

– Надо же, какой приятный сюрприз, – произнесла змеиным тоном Беатриса, растягивая улыбку и обнажая тонкие белые кончики верхних клыков.

– Я ненадолго заскочила, уладить недоразумение, – ответила ей так же хищно.

Почему – то совершенно не страшилась её на этот раз, при том, что группа поддержки у неё значительная.

– Вот как? – Выдала вампирша с наигранным удивлением. – И даже не задержишься? И зачем тогда это шикарное платье напялила? Правда не по размеру, да и без корсета столь вульгарно. А что милочка с обувью, совсем не по цвету, грязная, как у навозной крестьянки, и прохудилась, что даже нищенка побрезгует носить. Вижу, Рикард не утруждал себя заботой о твоём туалете, дорогая гостья уважаемого дома Хетигид.

Вампиры стали посмеиваться, уловив сарказм Беатрисы. И, похоже, торжествовать.

Но сдаваться я была не намерена, тем более так просто. За спиной скучковались до смерти перепуганные, в полной мере осознавшие, что им грозит, люди. Только Боргуль с Клариссой дышали громко, с воздухом из ноздрей выходил какой – то полурык. Эти двое уж точно не собирались продаться задёшево! Обступили меня с обеих сторон, что в пору и растрогаться. Но после!

– Так что с обувью, принцесса? – Захихикала вампирша. – С трупа сняла? И не побрезговала ведь.

– Твои гончии погрызли, – ответила и, сделав шаг к ней, добавила негромко: – Трёх прибила, остальные сбежали.

– Вот как? – Беатриса даже бровки приподняла, оказавшись в шаге от меня.

Удивилась ли моей наглости, или тому, что её аура на меня больше не действует, как прежде, утверждать не стану. Но какой – то эффект был произведёт. А это главное в моём стремительно сыплющемся в песок положении.

Но я не отчаивалась ни на секунду!

– Уважаемый клан, позвольте откланяться, – брякнула деловито я, прихватила Боргуля и Клариссу за руки и ломанулась стремительно и быстро напрямик.

Опешившие вампиры стали спешно расступаться.

Опомнившись, некоторые кочевряжились и пытались неуверенно придержать, не услышав возгласов главной, они бессильно шипели. Говорила в основном я.

– Руками не трогать, господа,метка, господа, мееетка моего друга Рикарда, метка, метка, метка... – гнусавила, протискиваясь к выходу, как когда – то мы атаковали утреннюю электричку на Москву в час пик.

Прорвавшись в пустой холл с пленниками, я выдохнула с облегчением. Кажется, под конец уже заклацали челюсти у уха.

Но идите к чёрту, у меня ме – ме – меетка.

Рано я радовалась, на улице нас ждало два десятка шипастых псин, вставших полукругом невозмутимыми неподвижными фигурами. И давящая истеричный смех, стоящая неподалёку от своих шавок Беатриса.

Как она сумела нас обойти, и что здесь делают псины – все эти вопросы ушли на второй план, как только появился сам Рикард де Хетигид!

Для Беатрисы, похоже, его появление тоже стало сюрпризом. Едва не подавившись слюной и соплями, зубастая стерва превратилась в голодную кошку, увидевшую хозяина. Оставалось только о ноги высшего потереться для полной картины. Но вампирша не сделала ни шага к нему навстречу, замерла, как каменная.

Рикард стоял за колючими тварями в чёрном плаще, как Бэтмен из комиксов, весь такой важный, невозмутимый, непоколебимый и неоспоримо сильнейший. Готова поклясться, что ещё какие – то секунды назад на том месте и близко никого не было. Но вот он возник, и мир вокруг замер, будто время остановилось. Как и людские сердца.

Ему неважно было, почему я здесь, кто все эти люди со мной, или почему свора вампиров высунулась из холла следом за нами с голодными рожами.

Ибо он просто сказал, так негромко и одновременно ошеломляюще:

– Моё, пшли вон.

Вампиров вместе с псами, как ветром сдуло. Я уже и не смотрела, что да как. Просто ветерок в лицо ударил. И мне плевать, улетели ли монстры, уползли, али растворились в мареве собственных пуков. Даже свет в особняке пропал. Спасибо, что сообразила хотя бы двух своих товарищей придержать. Дёрнулись они с отрядом, похоже, бежать, куда глаза глядят, по той же команде.

Хотя нет, статуями встали, ожидая участи. Ну и, возможно, переживая за меня. Боргуль уж точно переживал, сжимая своей огромной мозолистой шершавой лапой мою лапку вспотевшую.

Рикард ментально и не бил, судя по всему. Не считал, что есть в этом смыл, просто смотрел на меня. Оценивал, любовался. И тут вдруг выдал:

– Прелестное человеческое создание Валерия, ты идёшь со мной.

И не просьба, и не приказ. Вообще не понятно что!

– И мои друзья тоже, – ответила с гордо поднятым подбородком, не мешкая.

– Мерзкая выскочка, – прошипела Беатриса, единственная из клана, осмелившаяся каким – то чудом, остаться. – Это добыча клана Аард...

– Хорошо, – ответил мне Рикард спокойно, игнорируя возгласы, и не отрывая бездны своих засасывающих чёрных глаз от моего решительно настроенного выражения.

Вампирша сразу и заткнулась. Однако попыталась едва слышным шёпотом возразить напоследок.

– Но милорд, мы уже начали ритуал...

Но милорд уже не слушал. Он подплыл ко мне бесшумно, словно само дуновение вечернего бриза, коснулся моей руки, которая, как оказалось, отпустила ослабевшую внезапно руку рыцаря.

От касания наших биополей я чуть не клюнула носом в сон. Едва не унеслось сознание в обморок. Спохватившись, перестроилась и заявила.

– Только без насилия, понял? И гипнозы всякие тоже придержи. Я принцесса, между прочим, и ценю в мужчине, прежде всего, благородство и честность.

– Дерзкая букашка, – прошипела где – то за кадром Беатриса. – Да как ты смеешь.

– Твои условия приняты, – обрубил Рикард, взял меня на руки, как пушинку и помчался с нечеловеческой скоростью с холма. Да так, что весь окружающий мир превратился в туманные стены чёрного тоннеля, по которому нёс меня дерзкий похититель. Без шума, без ветра, и казалось, что без эмоций...