Хорошие девочки пьют латте на овсяном

Латте с сердечками

— Да говорю же, эта ваша "Прикладная математика" вообще никому не сдалась! Скучная, монотонная, вообще не понимаю, зачем люди добровольно связывают свою жизнь с цифрами! — практически на одном дыхании выдал Лёня, высокий молодой человек в громадном оранжевом свитшоте, который он надевал каждую осень, едва на календаре появлялось слово «сентябрь».

Он непринужденно обернулся, отвлекаясь от разглядывания неаккуратной стопки неизвестных ему учебников и тетрадей, лежащей на прилавке и замер, столкнувшись с парой осуждающих его глаз.

— Что? — спросил Лёня, поочередно глядя то на своего друга, темноволосого бариста по имени Марк, у которого, вообще-то, рабочая смена в самом разгаре и он так-то учится на инженера по математическому моделированию, то на сидящую за кофейной стойкой светловолосую Марго, студентку точно такого же факультета на курс младше и по совместительству девушку Лёни.

Марк с Марго переглянулись и девушка качнула головой.

— Ну не всем дано быть одаренными дизайнерами, Леонид.

Леонидом его называли только в случаях недовольства.

Он, к удивлению, не обратил на это внимание, продолжая свое.

— Ну не знаю! Дизайн — это же круто, нет?

Никто ему не ответил.

Марго отвлеклась на конспект, который необходимо было заучить к завтрашней паре, а Марк вовсю начищал стойку, перебирая стопку запылившихся буклетов летнего меню, которое теперь было уже неактуальным, но Макс, владелец кофейни, их хороший друг, до сих пор не согласовал осеннее.

— Все бы могли...

— На, — перебил Марк, передавая несчастные буклеты Лёне. Тот, продолжая что-то болтать себе под нос, развернулся к открытой, обычно зашторенной подсобке, закидывая стопку куда-то на стеллаж.

— Боже, спасибо. — отозвалась Марго, скрывая улыбку. — Займи его еще чем-нибудь, не замолчит ведь.

— Эй, я все слышу.

— На это и был расчет.

Лёня, вернувшись за стойку, скорчил ей гримасу, Марго скорчила в ответ, а затем поймала воздушный поцелуй, миленько хихикая.

— Ну вы еще поцелуйтесь тут, — скривился Марк, бегло оглядывая помещение.

Кофейня была небольшой — огромные, панорамные окна с видом на немноголюдную улицу, сворачивающую прямиком к очередным человейникам. Внутри все было обустроено просто: несколько столов у окон и один стул у стойки, который обычно занимал кто-то из друзей.

На стенах висели разнообразные картинки с интернета, заботливо найденные и распечатанные Лёней, а салфетницы на столиках точно притаскивал Артур, который любит коллекционировать разнообразные вещи с маркетплейсов. Барахольщик, в общем.

— Зануда!

Марк обернулся на друга и тяжело вздохнул.

— Иди давай, за стойкой тебе делать нечего!

— Я вообще-то...

— Мешаешь мне работать, — соврал Марк, проверяя наличие продуктов.

— Все еще зануда, — проворчал Лёня, но из-за стойки вышел, оглядываясь на зал. — О, опять эта девчонка тут. Она что, живет в кофейне?

Марк вскинул голову, вслед словам друга и наткнулся на постоянную гостью, всегда сидящую за дальним столиком у окна. Она приходила каждый день в одно и то же время, пила один и тот же напиток, а после утыкалась в ноутбук и практически безостановочно что-то печатала. Изредка отвлекалась на блокнот и тоже писала, но уже ручкой.

Однажды даже заказывала миндальный круассан, но судя по тому, что это больше не повторилось, Марк про себя сделал вывод, что он ей не понравился.

— Ага.

— И как ее зовут?

— Тебе-то что? — подала голос Марго, заправляя мешающие волосы за ухо. Они выбились снова и в конце концов девушка просто собрала их сзади, переводя взгляд на Лёню.

— Не ревнуй, Маргоша, у меня только ты!

Марго, поджав губы, сощурила глаза, внимательно глядя на парня, а затем отвернулась, возвращаясь к конспектам.

— Мне просто интересно. Она же давно ходит. Вы может там... Ну, общались?

— Чего? — Марк перевел на него взгляд, хмуря брови. — Нет конечно... Зачем?

Но почему-то запнулся, задерживая взгляд на столе девушки дольше нужного.

Лёня, заметив эту заминку, расплылся в ехидной улыбочке, локтем опираясь о деревянную столешницу.

— Интересненько, — сказал он, наблюдая за тем, как друг растерянно пытается занять себя работой, цепляясь то за один предмет, то за другой.

— Ничего интересного, — проворчал Марк, в который раз пересчитывая спайки с сухим молоком.

— Да конечно, чеши мне больше, — Лёня развернулся к залу, наблюдая за одиноко сидящей русоволосой девушкой, задумчиво глядящей в экран ноутбука. — Интересно, фрилансер? Преподаватель? Чем занята-то..

— Писательница, — поправил Марк, а потом вдруг замер, поджимая губы.

Лёня тут же обернулся к нему. Ехидная улыбка не сходила с его поцелованного балийским солнцем лица, в глазах заплясал хитрый огонек. Марк пожалел о сказанном, прекрасно понимая, что ничем хорошим это не закончится.

— Всё-то ты...

— Да отстань ты от Маркуши, ну видно же, что она пишет что-то, книга вон у нее на столе, а на ноутбуке наклейка с типичной писательской цитатой.

— Ой, Маргарита, делай-ка ты свою математику лучше и не надо мне тут малину портить. Я, кажется, кое-что придумал...

— Боже, нет. — одновременно сказали и Марго, и Марк. Только вот одна — тихо цокая, а второй — с безысходностью.

— Скоро же этот, как его там, День всех святых...

— Не вздумай, Новиков!

— ...Пригласи ее на тусовку, разоденься каким-нибудь вампиром, а она будет твоей Беллой.

— Фу, как пошло.

— Марго, в том году ты была вампиршей.

Марго вскинула голову, осуждающе глядя на Лёню, но он сделал вид, что не заметил это.

— Так вот, Марк...

— Нет! — ответил тот, качая головой. — Это бредятина. Никого я никуда звать не буду и сам не пойду.

— Зануда.

— Ты повторяешься.

— Марго, ну скажи ему!

— Что? — спросила девушка, снова поднимая взгляд на своего парня.

— Скажи Марку, что надо думать немного о девчонках тоже, не только о своих числах этих блин, да учебниках.

— Я недавно расстался с девушкой.

— Ой, и что? Она была такой же занудой, как и ты!

— Лёня! — одновременно сказали и Марго, и Марк.

— Молчу.

— Неужели.

На секунду действительно воцарилось молчание. И когда Марк открыл рот, чтобы выгнать наконец обоих друзей, над прилавком раздалось негромкое:

— А можно салфетку, пожалуйста? Я, как обычно, потратила все, что были...

И Марк, и Марго, и Лёня тут же уставились на появившуюся перед прилавком девушку, которую какое-то время назад обсуждали.

Марк не сразу нашелся со словами, растерянно глядя на свою постоянную гостью.

Ее светло-русые волосы были как обычно собраны сзади, зеленые глаза выжидающе смотрели на Марка. На ней была темно-зеленая толстовка без каких-либо надписей, различное количество аксессуаров, в том числе и аккуратное колечко в носу, а губы расплылись в неловкой улыбке.

— А? Д-да, да, конечно. — отмер Марк, неловко хватаясь за салфетницу и протягивая девушке.

Та, все так же улыбаясь, поблагодарила его, вытягивая сразу несколько. Затем развернулась и двинулась на свое место. И без того сладкий аромат, витающий в воздухе в перемешку с кофейным ударил в нос. Марк непроизольно втянул носом тянущийся от гостьи запах кокоса и молочной каши.

Они с Лёней непроизвольно столкнулись взглядами и Марку захотелось его ударить. Или провалиться сквозь землю.

— Ладно, Лёнь, ты прав. — сказала Марго, загадочно глядя на Марка. — Марку надо подумать о девчонках тоже...

— Ха! А я говорил...

— И ты туда же? — вздохнул Марк, переводя взгляд на сидящую за столиком гостью. — Я даже имени ее не знаю..

— Ой, это уже второстепенное..

— А что, у нее нет приложения что ли? Или ты разучился пользоваться программой лояльности?

И Марк, и Лёня одновременно посмотрели на Марго. Лёня гордо просиял, глядя на свою девушку с восхищением. Марго от этого только качнула головой, деланно закатывая глаза.

— И что бы вы без меня делали?

Через несколько минут имя было получено. Не без вездесущего Лёни, конечно, крутящегося под носом, но а как иначе?

Татьяна.

— Танька! — от радости прикрикнул Лёня.

Глаза Марка полезли на лоб. Он ударил друга по плечу, бросая быстрый взгляд на гостью, которая, точно могла его услышать, но к его удивлению и, совсем немного, разочарованию, девушки в зале не было.

— Ну вот! Ушла, — констатировал Лёня, переводя взгляд с пустого столика на Марка. — Ну, ничего, в следующий раз подкатишь!

— Да не будет никакого следующего раза!

Следующий раз был.

Лёня, в очередной из своих прогульных дней, забежал к только что принявшему смену Марку. Марго на этот раз не было, она старательно корпела над заданиями, а потому Лёня, назвав их операцию «Осторожно! Орудуют крутые парни», снова забрался за стойку к другу и всячески кудахтал над ним, рассказывая, что и как нужно сказать и сделать.

Марк на это лишь закатывал глаза, выразительно намекая другу, чтобы тот покинул его рабочее место. Лёня эти намеки старательно игнорировал.

В конце концов, когда на пороге кофейни ожидаемо появилась Таня, Марк почему-то совсем растерялся, не сразу удачно разобравшись с кофемашиной и даже разлив на пол молоко. Лёня, ухмыляясь, наблюдал за тем, как тот чертыхается, ругается и, наконец, заливает кофе в чашку.

— Помочь не хочешь? — прошипел Марк, бросая быстрый взгляд на друга.

— Я сердечки на кофе рисовать не умею, с моим талантом только... Кое-что другое выйдет.

— Чего? — не понял тот, уже собираясь выходить из-за стойки.

— Чего-чего, — качнул головой Лёня. — Я говорю — сердечко ей нарисуй для начала, а там посмотрим!

Марк замер. Сначала посмотрел на кофе, потом на друга, а потом отрицательно замотал головой.

— Ну, нет, это же...

Лёня выхватил у него из рук кружку, чудом не разлив содержимое.

— Во-первых, блюдце забыл, а во-вторых, — он поставил кружку на стол. — Рисуй сердечко. Она заметит и... Ну посмотрим там что дальше будет!

Марк все еще сомневался. Но, наблюдая за сидящей на привычном месте Таней, вдумчиво листающей что-то в телефоне, все таки решился. Сердечку быть.

В конце концов, он ничего не теряет.

При лучшем раскладе она, как минимум, скажет комплимент. При худшем, может, даже не обратит внимание.

Но вышло все совсем иначе.

Таня, как обычно, не глядя поблагодарила его, а когда Марк уже был за стойкой, нервно ожидая ее реакции, пусть и не хотел это показывать Лёне, то просто улыбнулась, сделала фотографию и продолжила печатать дальше.

Лицо Марка можно было назвать кислой миной.

Но Лёня и тут не сдался.

— В следующий раз нарисуешь еще раз!

— Да не буду я больше ничего делать! — в сердцах бросил Марк. — Ты заварил эту фигню, ты и...

— Погоди ты, — сказал Лёня, глядя куда-то в зал. — Ну а что ты хотел-то? Надо было сказать ей хоть что-то...

— Что? «Мой придурковатый друг заставил меня это сделать, а вообще ты милая, пойдем вместе на Хэллуин?»

Лёня улыбнулся.

— То есть ты не отрицаешь, что она милашка?

Марк против воли опустил голову, глаза забегали в поисках отвлечения и он зачем-то ухватился за холдер.

— Ага, понятно. Ну, раз разговаривать ты с ней не в силах, значит в следующий раз рисуешь сердечко и подкидываешь записку.

— Не буду.

В следующий раз с запиской не получилось. Таня пришла не одна, а с подругой.

Лёня настоял на сердечке, искренне считая, что на этот раз девушка точно поймет, что здесь что-то не так, ведь для ее подруги кофе был стандартным, без какого-либо арта.

Но снова мимо — никто из девушек неладного не заподозрил.

На следующий день они снова были вдвоем.

И на этот раз Марка заставил действовать уже Артур. Он был его другом и сменщиком, выслушав тираду от Лёни и получив поддержку Марго, Артур взял все в свои руки. Через несколько минут на дальнем столе у окна появилось две чашки кофе.

Лёня, Марк, Артур и даже Марго, стоящие за стойкой одновременно беспалевно разместились по углам, наблюдая за реакцией. Марк божился, что если в этот раз никто ничего не поймет, он просто прекратит слушать Лёню и, наконец, продолжит работать, как обычно.

Без этих ваших попыток.

Но на этот раз все вышло, как нужно. В какой-то степени.

— Стой-стой! Ну, вот! Опять у тебя сердечко, а у меня нет..

— Что? — отвлеклась от вычитки черновика Таня, переводя взгляд на подругу.

Та скорчила заговорщическую мину и кивнула на свой латте. С привычной тонкой пенкой, нежной и тянущей кофейным ароматом.

Но Танин кофе действительно кое-чем отличался.

На нем был рисунок, а именно сердечко, как и в прошлый раз.

Она замялась, не зная как реагировать. В голову лезло всякое — она постоянный клиент, или же чтобы не путать молоко, ведь из-за непереносимости лактозы, Таня пьет кофе только на овсяном, бариста решил нарисовать рисунок, да и возможно…

— Бариста к тебе катит?

— Чего? — удивилась Таня, чуть не потеряв дар речи. Она рассмеялась, вскидывая голову, и машинально толкнула подругу в плечо. — Скажешь тоже.

— А что такого?

— Глупости. Зачем ему…

— А почему нет?

Подруга перевела взгляд на стойку и удивленно вскинула брови, слегка подталкивая Таню, чтобы и она посмотрела.

И Таня посмотрела.

Они пересеклись взглядом с Марком и тот зачем-то резко дернулся, делая вид, что чем-то занят, однако случайно зацепил локтем лежащие друг на друге жестяные миски и те свалились на пол, создавая ужасный скрежещущий звук.

Он выругался, жутко краснея и неловко бросился под стойку, прячась между стулом и мешками с сахаром.

Лёня и Марго тихо смеялись, подкалывая его и помогая собрать свалившуюся на пол посуду, а Артур, осознав, что все сидящие в зале гости обратились вслух, наблюдая за происходящим за кофейной стойкой, тут же поспешил извиниться.

— Какой позор, — не своим голосом пробормотал красный, как рак Марк. Он поджал губы, глядя на смеющегося Лёню и толкнул его в плечо, шипя ругательства. — Это все ты! Ты и твои тупые идеи!

— Мои тупые идеи работают!

— Нет!

— А вот и да! Она же посмотрела и… — Лёня приподнялся, выглядывая в зал. — До сих пор смотрит!

Марк прикрыл глаза и вздохнул. Он больше никогда не поднимется за стойку и вообще пора бы покинуть кофейню через черный ход.

Ах, да, у них нет черного хода!

— Да погоди ты, все же хорошо. Сейчас все немного уляжется, ты к ней подойдешь…

— Никуда я не пойду! — отозвался Марк, открывая глаза.

Они с Марго столкнулись взглядами и он мысленно попросил, чтобы она спасла его от позора. Марго была, в отличие от своего парня, девушкой разумной.

— Не сегодня, — тихо сказала она, убирая миски в раковину. — Она же завтра еще придет, а мы не придем!

Она выразительно посмотрела на Лёню, пытающегося возразить, и продолжила.

— Будете тут вдвоем, без нас, спокойно поговоришь с ней… Ну, Марк, в конце концов, чего ты трусишь?

— Да уж, после сегодняшнего вообще уже бояться нечего, — насмешливо бросил Артур, вежливо приняв новый заказ. — Давайте-ка, друзья, выметайтесь отсюда по хорошему, пока Макс по камерам не увидел и опять не началось.

— Да он их и не смотрит, — зачем-то буркнул Марк, ощущая себя неуютно. Он сидел на полу за стойкой, между мешками и стулом, все еще непонятно почему прячась.

— А как же… — начал было Лёня, но Марго уже тащила его на выход.

— Дай ему пространство! Пусть сам действует! Завтра мы сюда не приходим!

— Но я…

— Не-при-хо-дим!

И они покинули кофейную стойку.

Марк, к своей радости, почувствовал облегчение. Он вздохнул, ероша свои отросшие темно-русые волосы, затем осторожно выглянул из-за стойки, наблюдая за тем, как Таня и ее подруга собираются уходить.

Они смеялись, о чем-то переговариваясь, жестикулировали и параллельно собирали со стола свои вещи. Когда Таня подвинула чашки друг к другу, складывая внутрь использованные салфетки, она вскинула голову и Марк, испугавшись, что она его увидит, резко опустился, обратно падая на пол.

— Ну ты и дурак, конечно, Коновалов, — хмыкнул Артур.

— Отстань.

— Она идет сюда.

— Что? — как-то резко вырвалось у Марка.

— А нет, все, уходит.

— Ты придурок что ли? Зачем так пугать?!

Артур ничего не ответил, гаденько хихикая.

Спустя время Марк все же окончательно вылез из-за стойки, почему-то ощущая разочарование от того, что Тани в зале не было.

Вздохнув, он подумал о том, что возможно совет Марго действительно неплох и он может попробовать поговорить с девушкой, когда она придет завтра.

Но на следующий день Таня не пришла.

И ни через день, ни через два, ни даже через неделю.