Хор Вирап

Глава 0: Пролог

Давным-давно, в Галактике Млечный Путь, свою экспедицию вёл огромный корабль, украшенный странными знаками и летящий вглубь холодной космической пустоты. На борту кипела жизнь, множество различных существ бегало в его ярких и прозрачных коридорах, а в каютах велось множество сплетен. Но странным был не столько вид существ, сколько их разнообразие.

В глубине корабля содержались странные насекомообразные существа, чьи пасти источали едкую и вонючую жидкость. Выше располагались человекообразные существа, и многообразию их не было предела. Ещё выше были недостижимые существа газообразной формы, напоминающие густой туман.

В центре всех коридоров и ходов находился стеклянный купол, выполняющий функцию командного пункта. Там ходили роботы-гуманоиды, на потолке ползали разумные членистоногие, а по углам метались из стороны в сторону «каменные люди». Посередине этой, казалось бы, анархии стоял абсолютно твёрдо и уверенно капитан этого космического аппарата. Он выделялся на фоне экипажа: широкоплечее существо человекоподобного вида, ростом не меньше ста восьмидесяти сантиметров. Одет в чёрно-белую униформу, чёрные сапоги, погоны с изображением скрещённых мечей золотого оттенка, а на голове был шлем, закрывающий лицо и шею. Шлем выполнял функции защиты и фильтрации воздуха.

Как я слышал, на борту его звали «Доктор К»… Знал бы ты, Доктор К, куда же тебя заведёт эта экспедиция и во славу чего тебе придётся совершать действия, порой очень страшные, во славу Ордена святого Хор Вирапа. Скоро мы достигнем цели и начнём миссию. Провал повлечёт лишь смерть всех ваших подчинённых, в том числе и вашу. Как же там говорили на вашей Святой Земле? «Бог всё видит»? Верно говорю, Доктор К?

Глава 1: Знакомство

Очередной день на борту «Ковчега ночи» выглядит для меня, капитана сего чуда, невероятно насыщенным. Вновь я возглавил экспедицию Святого Ордена, чьи границы не видят ни конца ни края. В очередной раз я намерен лицезреть холодную тьму космической пустоты, опутывающую всю Вселенную, через наблюдательное стекло. Всматриваясь туда, неловко начинаешь задумываться о смысле бытия и о том, что я тут вообще забыл? Раньше я был ксенобиологом, помогал изучать и контактировать с инопланетными расами. Архиепископ Святой Земли отметил мои заслуги и отправил меня в качестве викария-натуралиста, который должен был записывать данные о присоединённых мирах и их особенностях. Кажется, что я побывал на бесконечном множестве миров, которые крайне сильно отличались от моей родины: от песчаных дюн Демиурга до необъяснимых парящих островов Арарат-VIII.

Поначалу я действительно был обычным натуралистом, но когда Крестоносец «Ковчега ночи» — Готфрид Бульонский XI — был убит на Пандионе-V, то пришлось брать дело под своё крыло. Мои заслуги были отмечены собранием Крестоносцев — вторым по важности органом власти в Ордене, после Совета рыцарей святого Хор Вирапа. Мне было присвоено звание Архиерея, что означало моё повышение и принятие капитанства над бортом «Ковчега ночи». Когда же это было конкретно? Проклятье, проблемы с памятью изводят моё сознание! Скорее всего, виноваты бесы, что пытаются свести меня с истинного пути — Божьего пути, который дарует мне силы и шанс на искупление всех моих грехов…

Пока я был в своих раздумьях, на весь капитанский пост раздался звук открытия ворот. Арахоноиды, что были на потолке, в ту же секунду обратили на это внимание. Феррум механоиды, или же как я называю их — фермехи — продолжили выполнять работу. С потолка послышалось шипение, что означало готовность арахоноидов атаковать незваных гостей. Я поднял руку вверх и зажал свой кулак.

—Тс-с-с-с-с трос-с-са! — резко выкрикнул я, дав сигнал арахоноидам прекратить агрессию. С потолка послышалось: «С-с-стс трист». Это был сигнал отмены от их вожака.

Я опустил кулак, после чего постучал своими ладонями по груди четыре раза, выражая благодарность вожаку. Незваным гостем оказался странный на вид гуманоид, чьи конечности и часть лица покрывало вещество, похожее на камень. Камень на его руках отдавал фиолетовым блеском минералов на них, а глаза сверкали перламутровым оттенком фиолетового. Основную часть туловища покрывал белоснежный халат. Без сомнений, это был мой ассистент — Доктор Аметист, который наконец-то «нашёл» время, чтобы навестить капитанский пост.

— Агут Да’Ванка, Докта К! — произнёс Аметист, подняв свои каменные кулаки и ударив их друг об друга в знак приветствия.

— Рад вновь увидеть вас, Доктор Аметист, — ответил я. —Как вы себя чувствуете после сна?

— По Ваа’ах пхекхасно, Докта. Кхиосон пхошёл успешно. Когда вы успели пхобудиться?

— Буквально пару циклов назад. Лететь нам ещё около пятнадцати циклов, так что я решил очнуться чуть раньше, чтобы пронаблюдать за состоянием «Ковчега» ко времени прибытия в точку назначения.

В ответ Аметист лишь кивнул в знак понимания. Я рад видеть, что он уже неплохо владеет невербальным способом общения, которые использую я. Перед тем как взойти на мою площадку, он подошёл к каждому каменному голему, поприветствовал и расспросил о состоянии здоровья, правда, на «языке камней» — родном для Аметиста и каменных големов. Я стараюсь не препятствовать этому, ведь им довольно тяжело говорить на Свято-Божьем из-за устройства их голосовым связок. Хотя по Завету Божьего указа, принятого на шестом собрании рыцарей святого Хор Вирапа, все представители инопланетных рас должны освоить говор на Свято-Божьем языке для интеграции в Святой Орден. Как только Аметист окончил «приветственную церемонию», он поднялся на мою площадку, после чего встал рядом со мной и начал вглядываться в космическую пустоту.

Долго смотреть на космическую пустоту не удалось — произошло ЧП, что привело к тряске капитанского моста. Всё вокруг задрожало, что даже араханоиды начали падать с потолка. Что же случилось? Скорее всего, ответ лежит на нижних палубах…

Глава 2: Беда в механическом отсеке

Дрожь пронеслась по всем коридорам и каютам космического аппарата. Сразу после тряски информационно-технические устройства начали выводить на экраны сообщения о сбоях работы в механическом отсеке. Фермехи стали двигаться куда активнее и начали помогать подняться всем близ находящимся существам, в том числе и мне с Доктором Аметистом.

— Вы в порядке, господин? — обратился ко мне фермех, после того как помог подняться.

— Жить буду, слава Богу, — с одышкой ответил я. Фермех в ту же секунду подошёл и к Аметисту с тем же вопросом.

— Да’ках де Кане, пхичина тхяски?! — ошарашенно проговорил Доктор, встав в позу устрашения.

— Всё в порядке, Доктор Аметист, — ответил механоид. —Мы уже локализовали место поломки, так что просьба соблюдать спокойствие во славу нашего Господа Бога!

Пока фермех успокаивал Аметиста, я осматривал капитанский пост. Как мне показалось, никто серьёзно не пострадал. «Боже, спасибо тебе», — подумал я, перекрестившись. Мне потребовалось узнать подробности. Осмотрев доступную визуальную информацию на экранах и сенсорах, мне пришло осознание. Проблема была в основном двигателе, что было самой неприятной аварией, которая могла случиться, ведь нужно спускаться туда через нижние уровни…

В ту же секунду меня окликнул один из фермехов.

— Господин К, — вырвалось из голосового динамика, — я феррум механоид-227 «ПТСН», требуется диагностика и ремонт основного двигателя типа «Рим». Запасные двигатели типа «Иерусалим-М» продолжат поддержание околосветового хода в течении десяти часов.

— Рад это слышать, ПТСН, — с облегчением ответил я.

— Согласно второму Завету Технического обережения, мне требуется снизить скорость и переключиться на запасные двигатели.

Точно! В суматохе и вовсе забыл об этом! Совсем навык растратил после такого длительного сна, да и с памятью ещё проблема, не до конца пришёл в себя. Поблагодарив ПТСН’а, я продолжил размышлять над спуском в зону механизмов. Путь будет лежать через самые недра, куда обычному персоналу и пассажирам не следует спускаться. Терминоиты… Это самые беспощадные существа родом с Пандиона-V, чья ярость и голод не знают границ. Они были признаны существами Дьявола, потому их подвергли истреблению. Я смог сохранить пару яиц, вырастить и узнать о них больше. Оказывается, у таких, на первый взгляд, примитивных существ, напоминающих больших тараканов со Святой Земли, есть разум и даже язык. Мне удалось освоить его, после чего поговорить с ними. Их вожак, который назвал себя Отче Выводка, признал меня равным им. С тех пор только мне удавалось уходить живым из их кают, напоминающих пчелиные ульи.

С помощью ПТСН мы смогли быстро мобилизовать достаточное количество фермехов для отправки в механическую зону для починки двигателей. Скорость была снижена до пятисветовой ступени, что дало нам дополнительные десять часов. Я был призван как проводник сквозь ульи терминоитов. Аметист вызвался моим телохранителем. Я оставил заместителя ПТСН’а, фермеха-226, за главного на капитанском посту, а отряд ремонта отправился к шахте лифта.

Как только мы все вошли в кабину лифта, он начал спускать нас вниз. Все были спокойны, но у меня было странное предчувствие. Всё же я не мог понять, почему именно сейчас случилась поломка? Терминоиты не могли просто взять и прорваться к этому отсеку, а уж тем более повредить священный «Рим». Не успел полностью всё осознать — дверь лифта открылась, после чего нам предстал коридор, окутанный темнотой и небольшим зелёным туманом. Даже сквозь фильтры мне удалось почувствовать этот едкий аромат терминоитовых выделений.

— Каханга! — резко произнёс Аметист. —В воздухе повис кислотный ахомат.

В ту же секунду я заметил, что белоснежный халат моего телохранителя стал стремительно зеленеть из-за кислотных паров. Теперь нам предстояло пройти около двух сотен метров до ворот, которые отделяют нижние каюты от механического отсека. Что же ждёт нас впереди?

Глава 3: Доктор-дипломат

Пока я шёл дальше, приборы моей брони стали улавливать вибрации. Я понял — они рядом.

— ОСТОХОЖНО! — прокричал Аметист, прыгнув в сторону и схватив меня, надёжно прикрыв своим каменным телом и «расплавляющимся» халатом. Капли ядовито-зелёной жидкости начали течь по моей броне, но мне бояться было нечего. У Аметиста я заметил появление трещин. Как я и думал, кислота всё же разъедает каменную кожу големов.

Оказалось, что мой телохранитель спас меня от терминоита, что хотел спрыгнуть на меня с потолка. Фермехи уже собирались напасть на жука, но я вовремя их остановил.

— Отставить! — прокричал я. — Это наши пассажиры, мы должны их защищать.

— Виноват, господин, — обеспокоенно начал ПТСН. — Но они попытались вас атаковать, разве это не враг?

— Нет, нам нужно просто с ними поговорить!

Я снял одну из пробирок с пояса Аметиста, помеченную зелёным цветом. Открыв её, я дал понюхать жуку запах, который стремился заполнить эти тёмные коридоры. В ту же секунду он впал в ступор, после чего издал пронзительный писк, будто призывая на помощь остальных.

— Этхо хохоший знакх? — задал мне вопрос Аметист, явно не понимающий, чего ждать от этих существ.

— Не могу определить, — с напряжением ответил я.

Что же нам сейчас ждать? ПТСН махнул своей рукой, после чего отряд фермехов окружил меня и Аметиста, приготовившись к нападению.

— Мой долг защищать вас, господин К! — сказал ПТСН.

Я не мог ничего поделать, это его задача. Он был создан с целью служить божьим сыновьям, вроде меня.

Не успели мы опомниться, как ворота в одну из кают в буквальном смысле вылетели как пробка бутылки. Из них вышел целый рой терминоитов, а во главе них был трёхметровый, закованный в бронепанцирь и покрытый шипами с лап до кончиков шлема головы, который выполняет функцию «короны» для жуков, Главарь терминоитов. Фермехи приготовились броситься на жуков, терминоиты в ответ начали готовить свои сопла, чтобы облить всех нас едкой кислотой, которая оставит от нас лишь кости.

Неужели Отче Выводка не узнал меня? В последний момент я успел прицелиться и кинуть колбу зелёного цвета прямо на место органов обоняния Главаря. Возможно, это спасло множество жизней в тот момент, ведь Отче сразу прекратил попытки агрессии и заблокировал проход для других жуков своими огромными лапами.

— Отставить агрессию! — в спешке прокричал я всем. — Они не желают нам зла!

В тот же миг, пройдя сквозь защитный строй роботов, я направился к Главарю. В это время он что-то объяснял своим подчинённым, но уже на своеём, терминоитском языке. Подойдя к Отче, я протянул свою правую руку, в которой у меня ранее находилась пробирка с запахом. Для Главаря этот запах сигнализировал безопасность и ассоциировался со мной. Отче Выводка подошёл ко мне и прислонил свою голову к моей руке, подобно приручённому питомцу, который долгое время не видел своего хозяина и смог с ним наконец-то воссоединиться. В ту же секунду по моему телу пронёсся ток, за мгновение пройдя от ладони до всех частей тела, остановившись в голове, а в голове начали шептать голоса. Это был хороший сигнал, который меня обрадовал — Главарь «впустил» меня к себе.

— Здравствуй, старый друг, — произнёс я внутри себя.

— ТЫ ДРУГ. — Услышал я в ответ. — Я УЗНАЛ ТЕБЯ, ХОЗЯИН.

Что ж, теперь я спокоен. Да начнутся переговоры!

Глава 4: В тёмном омуте черти водятся

— ПОЧЕМУ ВЫ АТАКОВАЛИ НАС? — тревожно сообщил мне Отче. Я встал в ступор. О чём он говорит? — Некто атаковало нас недавно, как это понимать? — продолжил говорить терминоит. — Оно убило нескольких моих при’архинов.

— О чём ты, друг мой? — решил спросить я, чтобы выяснить хоть что-нибудь.

Повисла тишина. В один момент шёпот между нами утих. Это были напряжённые моменты тишины. Буквально гробовая тишина.

— Враг напал на нас. — Слова были внезапными, прорезавшими долгое молчание, будто нож масло. Сомнений не оставалось, но кто же это был?

— Можешь ли ты показать мне тела твоих подданных? — в порыве ответил я, будто догадываясь, что правда скрыта именно в их телах.

Главарь повернулся к остальным жукам, издал короткое, но грозное шипение, из-за которого терминоиты расступились и пропустили меня внутрь каюты. Моему взору предстала не самая приятная картина: комната была облеплена подобием пчелиных сот болотного оттенка, прежний металлический пол был покрыт биомассой и отходами жизнедеятельности, с потолка свисали странного вида отростки и пузыри с зелёной жидкостью, стены усеяны похожей биомассой. Но главное лежало прямо в центре комнаты.

Это была небольшая гора трупов терминоитов, которая источала из себя кислоту и летучий зелёный газ, заполнивший каюту. Я заметил, что некоторое число тел было разорвано, будто их покромсали свои же жуки. Осмотрев другие тела, я заметил колотые раны, причём довольно глубокие, но узкие. Когтей, которые оставляют подобные раны, у терминоитов нету. Неужели кто-то мог совершить нападение извне? У кого мог быть мотив?

Мне нужно было узнать все детали их смерти. Я не мог поверить, чтобы терминоиты смогли упустить врага и не почувствовать его присутствия. Возможно ли такое? Пока я решал, что делать со всем этим, ко мне подошёл Аметист.

— Докта К, что нам-то делать? — озадаченно спросил он меня. — Мы с ПТСН озидать пхиказа.

— Отправляйтесь к двигателю, выясните ситуацию, — резко ответил я, не желая, чтобы меня отвлекали. Сзади ко мне подошёл Отче, после чего я вновь услышал шёпот: — ВРАГ ЗАСТАЛ НАС ВРАСПЛОХ. — Голос его был будто разочарованным… мною. Сказав эти слова, он осмотрелся по сторонам и уставился в одну точку, будто пытаясь мне что-то подсказать.

— Ты что-то видишь? — озадаченно спросил я, глядя в ту же точку на потолке, куда смотрел Главарь.

— ОМУТ, — резко ответил он, после чего шёпот сразу же пропал, а сам он отвернулся и пошёл в сторону выхода.

— Что за омут? — непонимающе спросил я.

— ОМУТ, ГДЕ ТУМАН СВОЁ НАЧАЛО БРАЛ. — После Отче продолжил свой ход к выходу.

Туман? «Где туман своё начало брал?» С каких пор жуки загадками говорить начали? Боже, что же за испытание ты мне прислал на этот раз?

Я продолжил осматривать ту самую точку, параллельно обдумывая слова Отче Выводка. «Туман своё начало брал»… Туман… Если туман атаковал их, то почему у жуков колотые раны? Он заставил их сойти с ума и атаковать друг друга? Нет, жучьи когти не настолько узкие, чтобы оставлять такие раны. Кажется, врага стоит искать не в этом месте. Если это и правда туман, то мне следует отправиться на верхние уровни.

Глава 5: Враг среди нас

Закончив осматривать каюту с трупами, я вышел из неё. У входа неподвижно стоял Отче, будто оплакивая своих павших «друзей». Он был явно не рад моей компании. Шум в моей голове был будто разочарован во мне. Будто я упустил какую-то очевидную деталь. Он верил, что я догадаюсь самостоятельно, но я не смог понять мотива и полной картины произошедшего.

Вдумчивым и уверенным шагом я шёл в сторону дверей, ведущих в механический отсек с двигателями. Из распахнутой двери шёл пар, а множество шестерёнок приводили в движение Богоподобные механизмы, словно синхронизированный живой организм, выполненный из стали и адермана, пропитанного воском свечей астро-викариев и благословенного самим Патриархом. Но что-то потревожило работу сего титанического организма.

Увидев среди коридоров отряд фермехов, я отправился к ним. Они что-то усердно осматривали и проливали свет своих анализирующих очей на различные части механизмов. ПТСН командовал и направлял подчинённых по разным направлениям. В ступоре перед чем-то стоял Аметист.

— Дах ках такое быхать спососно? — шокировано произнёс он, смотря на что-то впереди себя.

Его взгляд пал на вид титанического механизма, светящегося чистейшим бирюзовым цветом, как будто сам Бог вдохнул жизнь в этот огромный металлический короб со множеством труб и кабелей, подобно венам человека, окутывающим весь механический отсек. Без сомнений, это был основной двигатель «Ковчега Ночи» — Световой двигатель-катапульта модели «Рим», созданного на заре шестого звёздного похода, который сокрушил всех дьявольских выродков, которые препятствовали распространению Божьего света. Хоть и таким двигателям уже и больше сотни лет, но актуальность они не утратят ещё ни одно тысячелетие, ведь разогнать корабль до скорость самого света смог только он.

Пока воспоминание вновь овладевали мной, ко мне подошёл ПТСН. Он молча дал мне инфо-блокнот, где были указаны основные повреждения. Указаны и места, которые… я должен осмотреть лично? Что там случилось?

В ту же секунду я отправился к отмеченному месту. Оно пролегало через несколько десятков метров, с другой стороны двигателя. Там я увидел разорванную трубу, которая проводила в двигатель топливо. После осмотра самого места разреза была замечена деталь: разрез выполнен идеально ровно, будто сделали плазменным резаком, но следов воздействия температуры не было. Рядом с трубой было хранилище топлива, и оно тоже было повреждено. Там было три отверстия, которых не должны было быть. Они были идеально ровными, и самое страшное я осознал лишь в момент, когда решил вставить туда свои пальца. Три моих пальца идеально вошли туда, как родные. Кто-то взял и проткнул хранилище.

Но кто?

Войти сюда невозможно ни одному живому существу. Терминоиты тоже бы не смогли, в этом отсеке их никогда не было, да и открыть гермодверь они не смогли, сколько бы усилий ни приложили. Система вентиляции обособлена от основной, и ведёт она сразу в космос. Тогда как нечто смогло миновать всю систему защиты, убить жуков и проникнуть в механический отсек без малейшего следа взлома? На такое способны лишь газообразные формы жизни, но и они бы не смогли… Я окончательно запутался. Даже представить сложно. Если и взять в пример газообразных сущностей, то им бы потребовалось физическое тело, которое бы осталось с той стороны механической отсека. Тут что-то иное. В теории, на такое могут быть способны лишь тиоритане, но должны быть соблюдены некоторые условия… Видимо, визит на верхние уровни неминуем…

Глава 6: Расследование

Работы по восстановлению двигателя-катапульты шли полным ходом. Фермехи работали, не покладая экзоскелетов, в богоподобной точности восстанавливая повреждённые части огромного механизма. Я подошёл к ПТСН и решил расспросить обо всех деталях.

— Насколько долгим будет ремонт? — кратко задал вопрос я.

— Ремонт идёт точь-в-точь с планом, господин, — с невероятным даже для фермеха спокойствием ответил он. —Через восемь часов мы уже сможем выйти на десятисветовую ступень.

— Как считаешь, кто мог нанести столь серьёзный урон?

ПТСН ненадолго замолчал. Скорее всего, проводил расчёт и анализировал варианты. Через минуту он смог ответить.

— Логических вариантов найдено не было. Имеем дело с явно необычным врагом, Доктор.

— Всехда вы, хоботы, такхие! — вырвалось из каменных уст Аметиста. — Хазве вы не созтаны для хешения такхих задач?

— Вы правы, господин Аметист, — с тем же спокойствием ответил ПТСН. — Но у меня нет предположений. Терминоиты оставили бы следы, которые обнаружены не были; другие разумные существа также не имели сюда доступ, к тому же за одну тысячу девяноста семь лет нашего полёта моими сенсорами не было зарегистрировано ни одного спуска на нижние уровни. Остаются лишь газообразные формы жизни, но наша вентиляция должна была их останови…

На мгновение прервался фермех, будто его закоротило при обработке информации.

— Найдено несоответствие в данных! — с повышенным тоном произнёс ПТСН. — Согласно недавним данным, наша вентиляция была также повреждена незарегистрированной сущностью!

— Что за сущность? — в тот час же спросил я, получив зацепку.

— Анализ данных… — послышалось из динамиков фермеха. — Анализ завершен, результат: сущность не физического типа, подтипа газообразных, больше данных обработка не выявила…

Газообразных? Неужели предатель всё же среди них? Будь они прокляты, дьявольская прислуга! Тогда времени терять нельзя.

Я приказал Аметисту остаться на прикрытии группы фермехов, а сам отправился к лифту. Меня наполнила такая ярость, которую я испытывал только на… на… Опять память подводит!

Когда я дошёл до ворот лифта, передо мной возник сам Отче Выводка, преградив путь своей клешней. В ту же секунду я услышал шёпот из хора голосов в голове:

— Уже покидаешь нас, кхерьяго?

— Я разберусь с теми, кто сотворил подобный грех, — агрессивно ответил я.

Хор голосов стал неоднородным, в одних местах я слышал настороженные восклики, в других — насмешки в несерьёзности ситуации, будто не верил в мои слова.

— Не веришь мне?

Хор голосов успокоился, поняв серьёзность ситуации.

— Что же ты сотворишь с предателем? — проговорил хор с явным интересом.

— Решать мне, Отче, — с уверенность ответил я, хоть в мыслях всё ещё кипела ярость. — Я отомщу за твоих сородичей.

— Хе-хе-хе-хе-хе-хе-хе-хе, — послышалось среди неразборчивого бормотания. — Ты ведь Божий проводник, ты не терминоит, тебе не свойственна подобная ярость, ХОЗЯИН! — с трепетом и наставлением проговорил хор голосов.

Дожил же я — меня поучает сдерживать агрессию самое агрессивное существо в Галактике. Я решил указать ему на это:

— Неужели ты решил перенять мои же наставления, друг?

— ВСЕГДА ПЕРЕНИМАЛ, ХОЗЯИН, — резко и невероятно чётко услышал я. В этот раз даже хор голосов был практически не слышен. Неужели он так верит в это?

— Спасибо за твою верность, — произнёс я ответ, после чего голыми руками приподнял клешню и прошёл под ней. — Но я должен сам решить этот вопрос, мой друг.

Отче лишь остался наблюдать за поднимающимся лифтом. А что же будет дальше? Наверное, только Бог знает…

Глава 7: Разумный туман

Кабина лифта была освещена тусклым светом, которые наводил на самые печальные мысли, что только могли прийти в голову. Почему именно сейчас? Что послужило причиной? Это только предстояло узнать.

Стал отчётливо слышаться звук работы лебёдки лифта, который вот-вот должен был достичь самой вершины «Ковчега ночи». Когда я вышел из лифта, передо мной предстала тёмная комната, где не было ничего, кроме нагнетающей тьмы. Вдали виднелась бледная окантовка двери, которая была освещена тусклым жёлтым цветом инертных газов. Я подошёл к ней, и мной был услышан звук пара, будто где-то рядом кипит чайник. Кажется, они настолько «кипят» от скуки, что даже тяжёлая и толстая дверь не могла сдержать эти страшные звуки.

Открыть вручную несколько вентилей двери было целым испытанием: заржавевшая основа механизма была максимально неподвижна из-за многолетнего слоя ржавого налёта, который был образован влиянием влаги тумана, выходящего из защищённой вентиляции. Используя остатки своих сил, я напряг мышцы и всеми фибрами души вцепился в вентиль. Удача была на моей стороне: вентиль поддался моим усилиям. За стенами раздался звук множества шестерней, приходящих в движение после тысячелетия застоя. Такой звон мог бы оглушить меня, если бы не костюм.

Спустя несколько десятков секунд ожидания огромная дверь распахнула свои ворота. Как только появилась малейшая щель, комнату захватил густой туман. Он за считанные секунды охватил всё помещение, и даже кабину прибывшего лифта. Тьма, которая окутывала комнату ранее, стала ещё более гнетущей и мрачной. Чувство страха пыталось одолеть сердце моего бренного тела, но разум вознёсся над эмоциями.

— Я ЗНАЮ, ЧТО ВЫ ТУТ! — во всю глотку закричал я, будто пытался докричаться до самых дальних звёзд космоса. — ВЫ НЕ ПРЯЧЕТЕСЬ ТУТ, ВЫ И ЕСТЬ ТУМАН!

— Мы знаем… — послышалось мне из разных уголков комнаты, они были одновременно так близко и так далеко. Чуйка подсказывала мне, что они окружали меня со всех возможных сторон. — Ты снова здесь… человек, — продолжало доноситься из тумана, на этот раз он был ближе и слышался резкий тембр голоса.

— ПРЕДСТАНЬ ПЕРЕДО МНОЙ! — в пустоту прокричал я, адресованное существу или их группе, скрывающие свой истинный лик в глубинах этого гнетущего тумана. — ВЫ ВЕДЬ ТЕ СУЩЕСТВА, ЧТО САБОТИРОВАЛИ СИСТЕМУ КОРАБЛЯ. ВЫ ПОДВЕРГЛИ УГРОЗЕ НЕ ТОЛЬКО МЕНЯ, НО И ВСЕХ ОСТАЛЬНЫХ ЕГО ПАССАЖИРОВ. ДУМАЕТЕ, ЧТО СМОЖЕТЕ ПРОСТО ТАК ОТДЕЛАТЬСЯ?!

В моём голосе слышалась страшная ярость, что даже мои голосовые связки, ещё не до конца адаптировавшиеся после пробуждения, были на грани срыва. Туман начинал «закипать», мои очи отчётливо видели колебания густой тёмной материи, будто моя эмоциональная речь задела их за живое.

— Остальных пассажиров? Нам всё равно на остальных, нам интересен только ТЫ. — Множество тембров окружили меня, пытаясь задавить меня числом, их тон говорил о равнодушии и раздражённости одновременно. Значит, они не едины в своём выборе. Я начал прислушиваться к голосам, пытаясь выявить недовольный тембр.

— Ты лишь жалкий человек. Существо материальное. Тебе никогда не достичь нашего совершенства. — Хор голосов продолжал нагнетать ситуацию. — Мы знаем всё о твоей расе. Вы лишь первоначальная подделка БОГА. Мы же стали его совершёнными творениями. Или ты СЧИТАЕШЬ ИНАЧЕ, РАБ БОЖИЙ? — раздражение сменилось агрессией, материя приобрела небывалый чёрный оттенок, подобный чёрной дыре.

Туман стал становиться тяжелее, его сила сотрясала меня. Слабость в моих коленях нарастала, но я продолжал сохранять невозмутимость в своей позе.

— Совершенные существа? — с усмешкой задал вопрос я, придумав план по их разделению. — Если уж мните себя совершенными, то и три загадки, как вы выразились, «первоначальной подделки Бога», разгадать способны?

Хор голосов внезапно утих. Тяжкий груз тумана стал ослабевать. Поверг ли этот вопрос их в ступор? Или же они решили придумать новую игру, исказив смысл моих слов?

— Мы сыграем в твои загадки. Что ты хочешь в обмен на победу свою материальную? — озадаченный вопрос прозвучал лишь с одной стороны. Других голосов я не слышал, но что-то вновь начало давить на мои плечи, пытаясь преклонить меня на колени. Встав в более устойчивую стойку, мной был дан ответ:

— Ответ на мой вопрос! — произнёс я, сдерживая нарастающее давление, которое уже прогнуло мои колени ровно на половину.

— Я/мы согласны, — послышалось прямо передо мной. Туманорождённые объединились, чтобы одолеть меня. — Но взамен на нашу победу ты подчинишься моей/нашей воли, — с явным издевательством добавили голоса. Они надеялись на лёгкую победу, но они будут жестоко разочарованы.

Глава 8: Загадки в тумане

Давление на тело продолжало увеличиваться. Колени вот-вот были готов согнуться, но я стойко держался. В моей голове придумывались идеальные загадки, на которые такие «пустые» существа ответить бы никак не смогли. По истечении нескольких минут была задана первая загадка с их стороны.

— Кто реальность нами скрыл, пеленой тебя покрыл, мглу белёсую создал, над галактикой с «утра» блуждал, долго в вакууме дымился, а от вас он испарился? — Перемены тембра ощущались после каждой запятой, они загадывали совершенно странные вещи, будто сами не до конца определились с вопросом… Стоп! Нет, они сказали это связано, но нарушена последовательность.

Про мглу должно было быть сказано вначале, а потом уже про реальность. Дальше должно следовать про блуждание и дымящийся вакуум, только потом уже про покрытие меня беленой и испарение. Они явно отсылались на свою родину — Арарат-VIII. Это таинственный мир, который «светился» не менее таинственным оттенком, напоминавший мне насыщенный бирюзовый. У этого света была особенность — с какого угла ни посмотреть, его окружала чёрная окантовка. Чернота была чернее поглощения пространства в чёрной дыре. Казалось, что любой друг цвет «поглощался» этой окантовкой. Когда наш корабль приземлился на поверхность, мы не могли пользоваться фонарями. Они просто не светились, ведь их свет тут же поглощался. Этот мир населяло нечто, что мы назвали «туманом». Это был единый разум, который мог делиться на множество частей. Наше прибытие побеспокоило их, но… Что было дальше? Почему вдруг вылетело из головы? С каких пор у меня начались такие провалы в памяти.

Стоило мне отвлечься, как мои колени подогнулись, и я упал на них. Чёрт побери, нельзя терять концентрацию. Тут же давление стало во многом раз сильнее, что даже пришлось опрокинуть большую часть давление на тело и опираться на руки сзади.

— Я/мы ждём ответа, — послышался агрессивный тембр прямо сверху. Они пытаются сломить меня. Я ещё никому не сдавался…

— Кла’динаэль! — прокричали мои связки сквозь огромное давление на мышцы. В ту же секунду давление исчезло, и мои мышцы испытали одно из немногих приятных облегчений за всю жизнь. В тот же момент я снова встал на ноги и принял устойчивое положение.

— Ты ответил правильно, ты ещё помнишь это, — в их тембре слышался удивление от неожиданно правильного ответа. — Каков будет твой вопрос, странник? — Туман вокруг меня содрогался от любопытства.

— Перечислите пять дней подряд, не называя чисел и дней недели. — Довольно лёгкий вопрос, но он даст мне шанс понять уровень их логики и распространяется ли связь с единым разумом даже через звезды.

— Интересно. — Даже такой вопрос озадачил их, но не стоит недооценивать их, они весьма коварны и могут лишь подыграть моим теориям. — Ответ будет таким: позавчера, вчера, сегодня, завтра, послезавтра. Будь честным, человек, признавая мою правоту. — Тембр голосов слился в единый голос. Значит, всё же связь с разумом может достичь их сквозь тысячи световых лет.

— Прав ты будешь, Кла’динаэль, — уверенно ответил я, чтобы не вызвать у него подозрения. От ответа туман стал слегка светлее, но видимость была всё ещё мала для того, чтобы я мог видеть движения своих пальцев с полностью вытянутой рукой.

— Ответь же теперь на такой вопрос. — Голос сохранял свою целостность. Это было плохим знаком, я дал им повод объединиться против меня. — Что такое точка?

Точка? И всего лишь? Он издевается надо мной? Естественно, что точка… Вот чёрт. Это весьма многозначная загадка, я не был к такому готов!

— На этот вопрос нет ответа! — прокричал я перед собой, дав свой ответ. Ответ не заставил себя долго ждать — на плечах повис невероятно тяжёлый груз, снова заставивший мои колени содрогаться под тяжестью загадок.

— Неверный ответ, человечишка. Кажется, что ты не настолько умён, чтобы осознать такие элементарные загадки.

— МЫ НЕ ДОГОВАРИВАЛИСЬ О ПОДОБНОМ! — прокричал я сквозь свой шлем, пытаясь выдержать огромный тяжесть нагнетающего тумана.

— Разве мы договаривались о правилах? Не помню о таком, — он говорил подобное с огромной уверенность. И вправду, мной не было сказано ни слова об этом. Всё-таки не он исказил правду, а я просчитался. С другой стороны, это даёт и мне простор для фантазии.

— ТОГДА И Я ЗАДАМ ВОПРОС ТЕБЕ! — в агонии кричали мои вот-вот готовые разорваться голосовые связки, а мышцы горели с двойной силой. — КАКОГО Я ПОЛА?!

Туман прекратил свой натиск так же неожиданно, как и начал своё давление. Туман начал содрогаться от попыток догадаться.

— Весьма умный ход — задать тот вопрос, на который даже не могу знать ответ, — задумчиво прошептал разум. В это время моё тело вставало вновь, пытаясь не думать о той боли, что приходилось переживать ему. Неожиданно из кармана выпал небольшой пакетик. Что это было?

— Дай же мне подумать, человечишка. — Голос был раздражён, вероятно, от числа своих догадок. — Ваш БОГ создал Адама и Еву, юнца и деву, что дали старт ваему жалкому роду. Но кем же ты будешь, жалкий докторишка? Если вспоминать все наши встречи, то никто не упоминал твою принадлежность ни к Адаму, ни к Еве. Кем ты будешь? — разум напрягал все свои логические способности, чтобы осознать такие простые варианты. Я наблюдал перемены его настроения по туману: он сотрясался, изменял свою прозрачность и другие процессы, которые мог контролировать лишь единый разум этих существ.

— Я не могу ответить на твой вопрос, потомок Адама и Евы, — разум признал своё поражение с явным недовольством. Возомнив себя самым величественным существом, при этом проиграть «рабу». Вред самолюбию был нанесён существенный.

— Раз так, то я задам новый вопрос, — горделиво произнёс я, подготовив самую сложную загадку. Я почувствовал явное негодование разума, но он прекрасно понимал, что ничего сделать не сможет, ведь связан, как бы абсурдно это ни звучало, отсутствием правил.

— Хорошо, — услышали мои уши в ответ. — Но если я не угадаю, то ты будешь обязан объяснить мне.

— Годится! — ответил я, дав тем самым обещание. Даже с данным обещанием, боюсь, что великий Кла’динаэль не сможет до конца понять её смысл.

Глава 9: Доисторическая загадка

Итак, сейчас решится моя судьба. Разуму уже не терпится услышать мою загадку. Надеюсь, он морально подготовился к моей победе.

— Говори же! — с нетерпением произнёс голос.

— С какого берега моря я прибыл? — загадочно спросил я.

Наступила тишина. Даже скрежет работы моего сердца казался очень громким в такой кромешной… тишине.

— Что? — именно это раздалось целым эхом по всей комнате. Кла’динаэль, великий единый разум Аратат-VIII, только что проиграл Божьему провидцу. — Расскажи мне смысл.

— Ну, слушай внимательно, — вдыхая дополнительный воздух через фильтры на костюме, ответил я. — Но ты признал мою победу?

— К сожалению, признаю.

— Тогда слушай и продолжай по смыслу. Скажи: а ты кто такой, откуда взялся?

— А ты кто такой, откуда взялся?

— С того берега моря.

— На чём приехал.

— Оседлал хромую блоху, сел и приехал.

— Море что, лужа воды?

— Может, и лужа, да только ту лужу орёл не перелетел.

— Значит, орёл — младенец.

— Наверное, младенец, но тень от его крыльев город закрывает, в городе ночь настаёт.

— Город, наверное, мелкий.

— Через тот город заяц бежал — не перебежал.

— Выходит, заяц небольшого размера.

— Заяц как заяц, из его шкуры тулуп вышел.

— Куда вышел?

— Вышел из того города, где заяц бежал, на который тень от орла упала, и пошёл куда глаза глядят.

— Чьи глаза?

— Глаза того тулупа, который из шкуры зайца вышел, в городе, где ночь настаёт, когда над ним птенец пролетает верхом на хромой блохе.

— Чего? — Казалось, Кла’динаэль совсем запутался.

— Чего-чего, на хромой блохе с того берега моря, которое зайцу не перелететь, орлу не перебежать, хоть море не море, а так — лужа посреди города, где тень от блохи на зайца упала и насмерть убила, а из шкуры зайца тулуп вышел и пошёл куда глаза глядят, а тут заяц ка-ак прыгнет!..

— Какой заяц?

— Насмерть убитый, как прыгнет куда глаза глядят — аж на тот берег моря, которое ни перелететь, ни перебежать, из которого тулуп вышел, на который тень от блохи упала и зайца убила, хоть заяц — не заяц, а орёл…

— Какой заяц, какой орёл, какая блоха?.

— Так повторить? Ну, значит, та самая блоха с того берега лужи…

— Прекрати, человечишка. Я не могу осознать весь тот бред, что несёт твоя ротовая полость. Как только твой жалкий мозг мог такое выдумать?

— Хоть ты и считаешь нас, сынов Божьих, недостойными своего внимания, — с чувством победы начал произносить я со своими еле живыми связками, — но ты должен признать, что не всё осознать способен во Вселенной.

Туман ненадолго стал темнее, но после чего тьма начала отступать. Теперь я вновь начал замечать очертания комнаты и ворот двери. Он окончательно признал своё поражение.

— Ты вновь победил меня словом, Доктор К. — тембр голоса был весьма мягок, в нём даже чувствовались нотки уважения. — Но знай, что в следующий раз я не допущу такого поворота событий.

— Надеюсь, эта «игра» пойдёт на пользу нам обоим, союзник, — с такими же нотками уважения ответил я.

— Твоя победа признана мной. Теперь задай свой вопрос. Удивительно, что ты мог загадать нечто более ценное, чем ответ на один вопрос.

— Не стоит делать поспешные выводы! Ты ведь даже не услышал его!

— Ты прав. Так ради чего же ты выдерживал столь сложное испытание?

Глава 10: Замешательство

Сложное испытание? Для него это сложное испытание? Но если вспоминать всё то, что мне стоило пережить перед этим…

— Ради единственного ответа. — Мои губы были пересохшими, а голосовые связки едва ли могли произнести сразу подготовленное предложение.

— Я внимательно слушаю, — произнёс туман, ожидая самый неожиданный вопрос, что может сотворить моё мышление. Но, наверное, я его разочарую.

— Не предал ли ты меня, отправив своё тело сквозь брешь в вентиляции для саботажа всего судна?

Повисла тишина. Очень неловкая, но глубокая, подобная утреннему туману, тишина. Я снова услышал скрежет работы моих органов. По поведению тумана могу предположить, что он как ожидал такого вопроса, но ожидал нечто иного. Эмоции тиоританина всегда неоднозначны и изменчивы, словно ветер в поле. Двадцать пять секунд мучительного ожидания и никакой надежды, что ответ будет однозначным.

— Знаешь, Доктор К, ты удивляешь меня с каждым разом, каждый раз что-то новое. — В его тембре слышалось отчётливое непонимание и усмешка одновременно. Он удивился, ведь я мог задать куда более «интересный» вопрос. — Я давно заметил, что вы, Homo Dio, очень подозрительные существа, стремление узнать правду в вас самого зарождения…

— Не уходи от вопроса, Кла’динаэль! — сказал я, прервав его монолог. Он попытался уйти от ответа, нельзя ему заболтать меня.

— Не буду врать, я не действую исключительно в твоих интересах. — Голос подобрался прямо ко мне и начал шептать свои неоднозначные звуки. — Но у меня нет причин, чтобы предать тебя, по крайней мере, в данный момент существования.

Его ответ ввёл меня в ступор. Он не мог солгать, туман никак не показал того, что он мог соврать. Тембр был чётким и уверенным, а слова даже осмысленными. Значит, правда будет таковой. Но это создавало ещё больше вопросов. Кто мог саботировать работу двигателя? И почему именно сейчас? Если бы это был расчётливый единый разум Кла’динаэля, то он мог бы за время моего сна саботировать работу двигателя. Да и тем более, если враг пробрался в механический отсек без каких-либо очевидных следов, то он бы просто уничтожить все механизмы. Нанесённые повреждения были подобны комариным укусами, которые практически не нанесли существенного урона. Перерезав бы он полностью топливные каналы или уничтожив электрополе… Боюсь даже представить, что могло быть с нами.

Получив ответ, я развернулся к кабине лифта, стараясь поскорее покинуть это место. Пройдя несколько шагов, моя нога наткнулась на пакет. Точно! Это был тот самый пакет, что выпал из моего подсумка. Я решил подобрать его. Это был непрозрачный пакет, внутри которого находилась цилиндрической формы баночка с крышкой. Надписей не было. Я открыл крышку и увидел горстку белых капсул с неизвестным веществом. Не припомню, что что-что подобное брал с собой. Я положил эту находку обратно в подсумок и устремился к выходу.

— Уже покидаешь нас, Homo Dio? — Снова единый голос распался на множество тембров. Видимо, разум способен наделять их некой формой автономии, когда ему не требуется тщательно контролировать своих особей.

— Верно поняли, тиоританы. — Мои пересохшие губы с остатками слюны слипались, пока мой язык подстраивал издаваемые звуки под ясный ответ. — И ещё, забыл кое-что сделать.

Я подошёл к кабине лифта, и моему взору предстал рычаг, способный изгнать туман обратно в их каюты. Я потянул за него, после чего всю комнату наполнил звук вращения и трения шестерён, который активировал механизм осушения. В сухой обстановке даже такой туман способен выжить, с треском улетая обратно в свои каюты, пока массивные ворота двери замыкались обратно. Убедившись, что двери полностью закрыты, а оставшийся туман полностью испарился, я вошёл в лифт и отправился вниз, к капитанскому посту.

Не понимаю. Если это были не тиоританы, то кто? Значит, у врага есть шанс быть одновременно и туманом, и материальным? Возможно ли такое? И что это за баночка с капсулами? Нужно будет спуститься в лабораторию. Думаю, энтерийцы могут мне помочь с разгадкой происхождения «лекарства» из этой банки.

Глава 11: Энтерийцы

Шахта лифта несла меня на всех парах вниз, на средние этажи. Это самая благоприятная секция всего корабля и самая живая. По множеству коридоров бродят самые разные существа. Все они — инопланетяне, которые были признаны Божьими созданиями, а их родные миры приняли Истинную веру и подчинились Святой Земле, признав власть Бога и его посланника — Владыки.

Свет, озаривший меня из открывающихся дверей лифта, был приятного, мягкого оттенка жёлтого. В отличие от тёмных коридоров нижних этажей, мрачных помещений верхних этажей и перепадов тусклых и ярко-насыщенных цветов механического отсека, здесь свет не вызывал у меня беспокойства. Как только моя нога вступила за пределы лифта, а тело окончательно выпрямилось после жуткой нагрузки, меня встретили пассажиры. У всех была разная реакция: кто-то радостно приветствовал, кто-то исполнял воинское приветствие, другие приветствовали «родным» способом. Например, икарцы махали своими крыльями, а восьмирукие минохомисы складывали свои руки в подобие ромба. Я отвечал им стандартным покачиванием головы. Мне было приятно, что здесь находилось так много различных инопланетных рас, которые стараются ужиться на одном корабле, подобно большой семье, ведь, как говорил Бог-сын во время первого пришествия: «Бог и есть любовь, и пребывающий в любви пребывает и в Боге, и Бог в нём». Сколько же тысяч лет прошло, а эти строки всё ещё актуальны.

Пока я размышлял обо всем, мои ноги привели меня к столовой. Только закончился обед, и большинство мест пустовало. На немногих ещё сидели «группы по интересам». В противоположном углу столовой сидели трое энтерийцев — раса, наиболее близкая к человеку, но есть и некоторые отличия: их кровь напитываться кислородом в сорок раз больше, чем у человека; у них два сердца и четыре лёгких; скорость их реакции превышает человеческую в два раза. Но главное отличие, которые сыграло с ними злую шутку, — костные наросты на голове, зачастую в форме рогов. Из-за этого их подвергли истреблению, но я настаивал на их сохранении. Но была ещё одна причина… Которую я снова не могу вспомнить, важная информация всё чаще вылетает из моей головы.

Они заметили меня, их реакция была прохладной, лишь у одного из них на лице виднелась улыбка. Подойдя к ним, я решил сесть с ними.

— Здравствуйте, наёмники, — с добрыми пожеланиями начал диалог, выпрямив спину и стукнув правым кулаком в грудь в знак приветствия.

— Не стоит приветствовать нас так, господин К, — начал самый высокий из них. — Мы уже не военные, чтобы приветствовать нас как воителей.

Это был Шторм Бьорн, он наёмник-энтериец с их родного мира Тиаран. Хоть и энтериец, но другие пассажиры уважали его за ум и доброту, что он склонен проявлять к детям. Относится с недоверием к мальтазам — другой расе, что тоже являлись пассажирами «Ковчега ночи».

— Давненько вас видно не было, Доктор, — услышал я от другого наёмника, хотя правильнее будет наёмницы. Это уже была Виарета Игес — невероятно эксцентричная девушка-энтерийка, в прошлом тоже наёмник с Энтерии. Многие пассажиры побаиваются её из-за странностей, в том числе из-за её пиромании, что привело к тому, что Виарету поставили на учёт в медицинском отсеке.

— Рад видеть, что с вами всё хорошо, — с неким облегчением ответил я, но тут же заметил, что третий участник стола молчит. Бьорн заметил это, потому решил ответить за неё:

— Прошу прощения за Каренину, она только недавно вернулась из медицинского отсека, где проходила лечение.

Вспомнил, Каренина — тоже девушка-энтерийка, отличалась от всех других энтерийцев чёрными закруглёнными рогами, что считалось дурным знаком у их расы. Вдобавок, она страдала астенической формой ПТСР хронического состояния, выраженной постоянной агрессией и замкнутостью. Шторм Бьорн и Каренина были товарищами по службе на Энтерии. Когда она присоединилась к «Ковчегу ночи», у неё не было имени, но она взяла его себе после прочтения одного древнего литературного произведения из библиотеки корабля. К моему сожалению, но многие энтерийцы имеют проблемы с психикой из-за факта истребления их расы и осознания того, что они, возможно, являются последними представителями своей расы, и такое тяжёлое бремя могут нести далеко не все.

— Как проходит её лечение? — обеспокоенно задался я вопросом, обратившись к Бьорну.

— Пока безрезультатно. — В голосе Шторм Бьорна слышалась печаль, но, думаю, он прекрасно понимает, что такое лечить совсем не просто и долго.

— Что говорят по её поводу медики?

— Дим Стар говорит, что шансов мало.

— Прости, не хотел давить на больное, — произнёс я, поздно поняв, что решил затронуть не ту тему, которую обычно обсуждают за обеденным столом.

— Ничего, господин, вы…

— Ого! — прервав Бьорна, в разговор вклинилась Виарета, которая была чем-то сильно удивлена. — Серый Регент способен на СОЖАЛЕНИЕ?! Серьёзно, Док, эт-т-то т-точно ВЫ?!

— Игес! — резко произнёс Бьорн, явно недовольный поведением своего товарища. — Опять ты за своё!

— Не, ну ты это слышаЛ?! ЭТОТ МУДИЛА УМЕЕТ НЕ ТОЛЬКО У…

— ДОВОЛЬНО, ВИАРЕТА! — Бьорн вскочил и ударил кулаком по столу, что привело к разлому стола пополам. Вот-вот могла случиться драка, но случилось неожиданное: звук удара кулака и разлом стола спровоцировали Каренину, которая начала неистово дёргаться, подобно эпилептику.

— Прекратите! — произнёс я, встав со стула. — Помогите своему товарищу!

Энтерийцы тут же прекратили свои ссоры и подорвались к подруге, которую схватил приступ. Видимо, такой громкий звук у неё ассоциируется с прошлым, что спровоцировало такую реакцию.

— Мы с Игес отнесём её в медицинской отсек, господин К, — сказал Шторм Бьорн, быстро взяв Каренину и отправившись к выходу из столов.

Я же посидел ещё немного в оцепенении от произошедшего и решил уйти из столовой. Почему она назвала меня Серым Регентом? И что её так удивило? Такое чувство, что я знаю причину, но… опять вылетело из головы?! Да что с моей памятью?! Нужно срочно наведаться в медицинский отсек! Добром такая проблема не закончится…

Глава 12: Мальтазы

Выходя из столовой, я решил осмотреться. Все смотрели мне в спину, в их глазах виднелись вопросы, но одна группа смотрела особенно странно — мальтазы… Выходцы с мира Иальтр-II, который вступили в состав Святого Ордена в обмен на помощь с уничтожением космических китов. Иальтр-II поистине уникальный мир, белокаменные дворцы гармонировали с райской природой, будто именно с Иальтра прибыли Адам и Ева. Планета была известна ещё до Второго Пришествия, но она вошла она в состав Ордена за одну тысячу пятьсот двадцать два года до начала моей экспедиции.

Мальтазы, так называли себя жители Иальтра, представляют собой гуманоидов, чьи тела покрыты перьями с кончиков лап и до шеи. На лице отсутствует оперение, а на голове развеваются белоснежные, русые или тёмные волосы, подобные человеческим. Вопреки моим ожиданиям, летать они не умеют, но до Второго Пришествия безбожники сотворили гибрид человека и мальтазы — икарцец, которые обитают на Иальтр-I, и уже они умеют летать.

Оглядев всех посетителей столовой, в том числе и мальтазов, я вышел за двери столовой. В коридоре ко мне подошёл один из мальтазов — Целаэно, негласный лидер всей его расы на борту «Ковчега ночи».

— Милорд К, что случилось в столовой? Вы в порядке? — Его голосовые связки иногда издавали подобие соловьиной песни, но я прекрасно понимал смысл его слов, он был явно потрясен произошедшим.

— Ничего не произошло, — попытался успокоить я Целаэно, чтобы не спровоцировать напряжение среди пассажиров.

— Вы уверены? От энтерийцев мало чего хорошего стоит ожидать, вы же понимаете? — Он будто пытался впечатлить меня тонкостью тембра голоса, но попытка была безуспешной.

— Не говори так, мы все здесь братья, независимо от того, кто ты: энтериец, мальтаз, икарец, гресроут и так далее.

— Как вам угодно, милорд. Разрешите сопроводить вас? — льстиво предложил мне мальтаз, будто хотел о чём-то поведать.

— Разрешаю. Что-то хотел?

— Да, милорд. Недавно случилась беда, как я понимаю, у нас что-то не так с космолётом?

— Была проблема с двигателями, но они уже решены. Была паника среди пассажиров?

— Нет, милорд. Все задались вопросом о произошедшем, но паника не возымела в их умах. Но что-то всё же произошло?

— Неполадка с двигателем, вероятно, фермехи не досмотрели за его состоянием, но хвала Господу, что всё обошлось быстро.

— Сегодня обязательно проведу молитвенный сбор всех мальтазов, чтобы воспеть Милость Божью за то, что спас нас. Не желаете присутствовать на коллективном чтении Библии и совместной молитве после ужина?

— Не могу сейчас ответить, как позволит ситуация, Целаноэ, но благодарю за приглашение.

— У вас снова срочные дела?

— Конечно, нужно навестить пациентов в медицинском отсеке.

— Так вы отправляетесь туда? Это хорошо, хотел повидать свою сестру.

— Она решила принять сан Святого Духа и стать сестрой милосердия?

— Вы захватываете мысль буквально на лету, милорд К. Как раз по такому случаю и решаю навестить её, она ещё совсем юна.

— Ещё даже не совершеннолетняя?

— Нет, на момент ухода в сон ей уже было четыреста двадцать лет, она полностью дееспособный мальтаз.

— Хм-м, рад слышать это. Надеюсь, что твоя сестра станет достойной сестрой милосердия.

Проклятье! Память всё хуже и хуже, даже возраст совершеннолетия у мальтаз не помню. Нужно срочно решать эту проблему.

— Раз уж вы, милорд, верите в неё, то я даже могу рассчитывать, что она станет не просто достойной, а одной из лучших сестёр милосердия за всю историю Ордена. — В его голосе слышалась явная гордость. Вспомнить бы, почему он так гордится из-за моих слов, видимо, я имею сильное влияние на мальтаз из-за действий в прошлом.

Пока Целаноэ распирала гордость за свою сестру, мы добрались до медицинского отсека. Толстые металлические двери с изображением красного креста отделяли нас от пациентов.

Глава 13: Медицинский отсек

Встав перед вратами в медотсек, я стал осматривать их, чтобы понять их работу. Увидя красную кнопку слева от ворот, я подошёл к ней и нажал на неё. Через несколько секунд дверь распахнулась, и я вошёл внутрь. Моим очам предстала небольшая комната и… ещё одни ворота.

Когда я переступил порог первых ворот, они в то же мгновение закрылись. Почему-то Целаноэ не зашёл со мной. Не понимая, что произошло, я увидел, что комнату начал наполнять зеленоватый газ. Как я предположил, это была процедура дезинфекции. Как только зеленоватый дым окатил меня мощным напором, вторые ворота открылись, и я увидел медицинский отсек: залитое ярким белым светом помещение с белой стерильной отделкой, со множеством дверей в разные палаты и кабинеты, а посередине помещения находилось огромное дерево, которое стремилось вверх, что даже создавалось ощущение его бесконечности из-за света. В этом помещение было немного существ, некоторые сидели на лавочках вокруг дерева.

Вдруг позади меня оказалась девушка-мальтаз. — Доктор К, вы прибыли к нам! — с удивлением сказала девушка. Её выражение лица прямо светилось искренностью и добротой, что очень напомнило лицо Целаноэ, видимо, это и есть его сестра.

— Вы ожидали меня? — уточнил я, не понимая такой радости моему прибытию.

— Ещё спрашиваете! Доктор Лютц очень ждал вашего визита! — с не меньшей радостью продолжила девушка, после чего взяла меня за руку и повела налево от входа. — Мы должны торопиться, он ждёт вас!

— Подожди, я должен зайти ещё к Ди…

— Это подождёт, Доктор К! — Не дав договорить мне, она продолжала тащить меня к Лютцу. Ради чего такая спешка?!

Спустя несколько минут беготни по комнатам она привела меня к кабинету, так понимаю, доктора Лютца. На двери было написано «Доктор Гайнер Лютц» на Свято-Божьем.

— Прошу, входите, он не может дождаться вас, — произнесла девушка и на опережение моим вопросам убежала от меня обратно в помещение с деревом.

Собравшись с духом, я вошёл в дверь. Моему взору предстал такой же стерильный, но очень тусклый кабинет, напротив двери которого находился письменный стол с кучей бумаг и яркой лампой. За столом сидела полутёмная фигура, чьи руки что-то писали ручкой на инфо-книге, а очки с круглыми линзами бликовали из-за света. Казалось, что он даже не обратил на меня внимание, но как только я захлопнул дверь за собой, глаза Гайнера поднялись.

— Доктор К! — Сразу же полутёмная фигура оживилась, бросила заполнение блокнота и встала изо стола. — Вы наконец-то добрались до меня. Признаюсь, ваше решение отправиться вниз вызвало у меня опасение… Но, как ожидалось, вы смогли преодолеть такое испытание.

Он устремился ко мне, на лице читался необычайный интерес к моей персоне, глаза «светились», подобно ребёнку, которому дали самую желанную игрушку.

— Вам потребуется пройти процедуру пополнение питательных веществ, так что прошу пройти за мной.

Осмотрев меня, он направился в сторону двери, что находилась левее рабочего стола. Распахнув её, Гайнер поманил меня рукой. Я решил пойти за ним, заодно узнать о процедуре.

Войдя в комнату, я увидел медицинскую лабораторию в приглушённых синих и белых тонах. С потолка свисали механические манипуляторы, у стен были капсулы с органами, а в противоположной от входа стене скрывался огромный телеэкран. По середине помещения находилась кушетка с подвижным механизмом. Как я предположил, это и будет место проведения медицинской процедуры. У койки находилась фигура в белом халате. Из-под колпака выглядывали чёрные рога, напоминающие мне рога лося — животного со Святой Земли. Утончённая талия, объёмные бёдра, хрупкие на вид плечи, «твёрдые» руки. Она готовила поверхность к процедуре.

— Дим Стар! — окликнул медика доктор Лютц. — Пациент прибыл, будьте готовы оказать мне помощь.

В ту же секунду Лютц пошёл за ширму — подготавливаться к процедуре. Видя уходящего за ширму доктора, я повернулся в сторону кушетки. В ту же секунду я увидел лицо ассистента: круглое, заострённый нос, гладкий подбородок с опущенной маской, широкие глаза, в которых виделась гетерохромия: один глаз был красным, другой бело-серым, из-под волос выглядывали еле заметные края ушей. Её глаза уставились на меня в ожидании, в них виднелось непомерное удивление.

Глава 14: Процедура

Встретившись с ней взглядом, у меня на секунду проскочило воспоминание, где она что-то шептала мне. Её глаза буквально «остекленели», она даже не моргала, будто оказывая на меня гипнотический эффект. Очи Дим Стар продолжали «сверлить» меня насквозь, пытаясь донести до меня какую-то мысль. Что случилось?

— Доктор К, что с вами? — Лютц уже вышел из ширмы, переодевшись для проведения процедуры: его силуэт покрывал белоснежный халат, на руках были голубые нестерильные перчатки, на голове был шлем, отдалённо напоминающий мой.

— Следуйте же скорее на кушетку, начнём процедуру. — Гайнер уже подходил к кушетке, ожидая меня.

Молча я проследовал к кушетку, лёг на неё. Предчувствие было какое-то сомнительное, в голове продолжали появляться фрагменты воспоминаний, связанных конкретно с этой кушеткой. Что это могло быть?

— Доктор, — услышал я со стороны Дим Стар, девушка-энтерийка смотрела на меня уже опечаленным взглядом, будто пыталась донести предупреждение. — Для проведения мы снимем ваш шлем и костюм для смены контейнеров для биологических отходов и пополнения резервуаров с питательными растворами.

— Правильно мыслите, госпожа Дим Стар. — В голосе Гайнера была радость за своего ассистента, подобно ученику, которого обучает его мастер.

— Доктор К, мы введём вас в бессознательное состояние на время обследования тела, поэтому не беспокойтесь, когда я надену на вас респиратор.

Стремительным образом мой костюм снимался с моего тела. Такая лёгкость… Ощущения в духе сброшенного груза. На лицо была надета маска, по которой начал поступать наркоз. Последним, что я увидел, было моё тело: с небольшой худощавостью, ранами и шрамами. Один из них показался до жути знакомым, но прежде чем осознать это, моё сознание отключилось. Я оказался во сне, в таком холодном и мрачном, подобно туману Кла’динаэля.

Я стоял на острове бесконечной пустоты. Так, подумать и прикинуть. Давно я не спал, с момента пробуждения пятнадцать циклов назад. Во сне мне стали слышаться голоса, жаждущие тембры, которые окружали меня со всех сторон. С момента начала сна моя голова была опущена вниз, но, когда я услышал тембры, голова поднялась. Осмотревшись вокруг, я не нашёл ничего, в тот же момент пропали и голоса. ЧТО?! В мою спину кто-то смотрит?

Такая неожиданность заставила меня оцепенеть. Переборов страх, я повернулся за спину. На моё удивление, мои глаза ничего не обнаружили. Показалось?

СО СПИНЫ! Холод! Мои плечи ощутили чьё-то прикосновение, холодное, резкое, пугающее… Вновь оцепенел, и мне пришлось лишь ждать.

— И вновь ты тут, дорогой, — подозрительный голос шептал прямо на моё ухо, отчего по телу пробежала дрожь. По голосу это была девушка, человек. Кто это?! — Снова будешь молчать?

Через силу, страх и осторожность я повернул шею. Ничего. Абсолютное ничего. Голоса в голове? Или галлюцинации?

— Понятно, не помнишь меня. Наверное, это к лучшему, — женский голос сказал опечаленным тоном, после чего я увидел вдали перед собой фигуру. Она была в рваном платье или монашеском одеянии. Лицо покрывал чёрный туман. На голове виднелось ещё что-то, покрытое туманом больше чем на половину, тоже чёрное и с какими-то шипами.

— Когда придёте в следующий раз, снова все позабыв, я повторю то же самое. — На секунду с лица пропал туман, показав мне улыбку девушки, после чего она растворилась в тумане. Кто это был? Она была знакома мне, но кем она была? ДА ЧТО ПРОИСХОДИТ С МОЕЙ ПАМЯТЬЮ?! Стоп, если она повторит это всё, когда я всё снова забуду, то получается, что это не впервые? То есть, уже не один раз у меня случаются такие провалы в памяти? Что становится их причиной? И кто я вообще такой?..

И снова неожиданно туман стал резко рассеиваться, а темнота вокруг разгоняться лучами белейшего света, который за мгновения охватил всё вокруг. Послышались голос Лютца и Дим Стар. Понятно, сознание приходит в себя, нужно просыпаться. Мои глаза открывались с трудом, но всё же открылись. Сознание всё ещё было спутанным из-за наркоза.

— Как себя чувствуете? — услышал я вопрос Лютца. —Помните что-то?

— Помню? — озадаченно задал вопрос я, не понимая, о чём он. Лицо Дим Стар резко изменила своё выражение лица…

Глава 15: Лекарство Гайнера Лютца

На её лице читался страх, она боялась, глаза выражали ужас. Что заставило её так бояться? Лютц не понимал происходящее, его взгляд приковали эмоции Дим Стар.

— Что случилось? — обратился к своему ассистенту доктор Гейнер, чьё выражение глаз изменилось с недопонимания к нервозности, что привело к их дёрганью. Что заставило их нервничать?

— Доктор Лютц. — Губы Дим Стар зашевелились, её глаза успокоились, но даже сквозь маску я понял, что её лицо дёргается. — У Доктора К превышен показатель кортизола.

То есть, только показатель кортизола заставил их так нервничать? Я уже сам стал переживать…

— И всё? — В голосе Гейнера слышались и претензия, и облегчение одновременно. Он выдохнул и закатил глаза от понимания несерьёзности ситуации.

Могу предположить, что в данный момент у меня здесь самый низкий уровень кортизола. Как только доктор испытал один из сильнейших стрессов в жизни, он поспешил удалиться и снять с себя СИЗ, перед этим дав указания ассистенту убрать все отходы и помочь мне прийти в себя. Дим Стар смотрела на меня ошарашенным взглядом, даже чувствовалось некое осуждение. Я не мог понять причину. Пока Дим Стар убиралась, я решил заговорить.

— Госпожа ассистентка, я заметил ваш испуг, когда доктор Лютц задал мне вопрос. — Мой голос выражал искреннее любопытство. Дим Стар застыла после услышанного.

— Во-первых, ассистент, — резкий набор слов из её уст сложился в лаконичное словосочетание. — Во-вторых, вам нужно собираться. — В её голосе слышался холод, она была очень сосредоточена на своей работе, что даже не повернулась ко мне для разговора.

— Спасибо за оказанную помощь, — я попытался сгладить ситуацию и подбодрить энтерийку.

— Это моя работа. — Услышал я такой же холодный ответ. — Лучше собирайтесь скорее, вас ждут на совместном чтении Библии. — В этот момент её голова повернулась ко мне, после чего я заметил подмигивание, которое активно на что-то намекало. Значит, встретимся на чтении Библии?

Взбодрённый, я встал с кушетки и надел свой шлем, который находился вблизи койки. Закрепив всё необходимое, я удалился к выходу. При взгляде на дверь в голове пронеслись некое воспоминание: у двери стою я и Гейнер, который провожает меня на кушетку. Это то, как я вошёл сюда? Нет, тут был ещё кто-то, но кто — вспомнить не могу. Будто это уже было когда-то, но точно не перед нынешней процедурой. Что происходит?

Когда я прошёл через двери выхода, меня встретил Лютц. Он был взволнован.

— Как себя чувствуете, Доктор? — В его тоне слышалась определённая напряжённость, в его кабинете был свет.

Теперь я мог более подробно рассмотреть его: лицо было молодым на вид, но несколько характерных морщин выдавали в нём зрелый возраст. За очками на левом глазу был виден шрам. Пока я его рассматривал, он положил руку на моё плечо. Вдруг, на несколько мгновений, свет в комнате изменился на тускло-красный, он так же держал меня, но его лицо было более молодым, а на месте шрама была открытая рана, которая залила кровью весь глаз. Так же неожиданно всё вновь исчезло, как мгла на рассвете.

— Доктор К, что с вами? — В его голосе повысилась тревожность, а я до сих пор стоял в ступоре. Найдя в себе силы заговорить, сквозь мои зубы и губы послышались слова:

— Ваш глаз, что с ним?

— Мой глаз? — Тревожность сменилась недоумением, он даже снял очки и потрогал оба глаза. На лице появилось облегчение, он смотрел на меня спокойно и с неким сочувствием. — Я сочувствую, что вы до сих пор думаете об этом, хотя это неудивительно, ведь ваша баночка с таблетками всё ещё полна, хоть вы должны были уже пропить весь курс.

Его рука потянулась к моему карману, в которой находилась та самая баночка с загадочными капсулами. Он достал её, открыл и пересыпал в неё ещё несколько капсул, после чего вернул обратно на своё место.

— Не забывайте выпить каждый день по две капсулы, в начале и конце цикла, — с нравоучением говорил Лютц, наказывая мне применение этого загадочного лекарства.

— Что будет, если я не приму это лекарство? — озадаченно спросил я, пытаясь узнать их предназначение.

— Это лекарство необходимо пить для профилактики ваших «травм», — сухой аргумент последовал в мою сторону, но он с неким приказательным посылом, будто, не выпей я таблетки, случится нечто ужасное.

— Понял вас, доктор Лютц, спасибо за объяснение. — Заподозрив нечто неладное, я решил не спорить, а просто согласиться с ним. Почему его был таким? Надо будет выяснить природу этих капсул и их истинное предназначение.

Я отправился к выходу из медицинского отсека, пытаясь всё осознать. Пока мои ноги двигались к нужному месту, моя голова не успокаивалась из-за мыслей о лекарстве. Коридоры отсека издавали странные звуки, будто рядом со мной ходят пациенты. Я слышал их смех, крики и разговоры, но вокруг не было ни души. Галлюцинации? Последствия процедуры?

Подойдя ко входу в помещение с огромным деревом и открыв дверь, я вновь увидел тускло-алый цвет сирен предупреждения и десятки неизвестных существ, закованных в какие-то доспехи. Всюду бегали какие-то существа и оказывали помощь, а на месте дерева лежала гора тел. Пройдя чуть вперёд, я упал на колени, схватясь руками за голову.

— ЧТО ЗДЕСЬ ПРОИСХОДИТ?! — вскричало моё горло, не понимая происходящего. Разум кипел, а уши горели из-за рёва сирены.

— Доктор К! — кто-то окликнул меня со спины. Повернувшись, мои глаза увидели окровавленную девушку расы мальтаз. Это была… Цидия?

— Что происходит? — ошарашенный, подобно безумцу, спросил я у ничего непонимающей девы, чьи глаза наполнил шок.

— О чём вы, Доктор? — В её голосе было удивительное спокойствие, будто она не замечала всего происходящего. —Оглянитесь!

Я последовал совету, и, оглянувшись, в этот раз мои глаза не видели ничего того, что видели ранее. Нет никаких тел, на месте дерева стояло то же самое дерево, а вокруг белый и яркий свет. Что на меня нашло?!

— Прощу прощения, сестра, — произнёс я, попытавшись быстро встать. — Я долго не спал и привиделось жуткое.

— Это ни есть хорошо, Доктор К, — начала сестра спасения, говоря настороженно и обеспокоено. — Вам нужно обследоваться.

— Не волнуйтесь, всё хорошо, — ответил я и ушёл в сторону выхода.

Глава 16: Полет Целаноэ

Когда я вышел из медицинского отсека, передо мной оказался Целаноэ. Увидев меня, выражение его лица немного изменилось. Виделась тревожность.

— С вами всё хорошо, Доктор? — тревожно спросил меня мальтаз с некой напряжённостью. — Я услышал какие-то крики за дверью.

— Всё в порядке, друг мой, — с небольшой одышкой ответил я. До сих пор мои руки немного дрожали, но мои мышцы пытались подавить эту дрожь.

— Вы встретили Цидию? — выдохнув, мальтаз решил перевести тему разговора.

— Да, она в полном порядке. Меня немного повело в сторону из-за чего я ударился головой об стену, и твоя сестра вскрикнула, увидев это. — Мои губы несли чистую ложь, нужно было как-то объясниться, иначе бы он заподозрил что-то, хотя со стороны это может видеться как оправдания ребёнка перед взрослым, когда первый забыл прочесть утреннюю молитву перед завтраком.

— Надеюсь, с вами всё хорошо, Доктор. — В его голосе не было ни капли сомнения, значит, я спасён. — Думаю, нам уже пора на чтение Библии! — Он протянул свою руку ко мне. Хочет взять меня? Точно! У мальтаз это знак приглашение пройти вместе в определённое место.

Я взялся за его руку, после чего он резким движением оказался за моей спиной, крепко обхватил меня за грудь цепкими руками, после чего расправил крылья и взмыл к потолку. Напряжение пронеслось по моему телу.

— РАЗВЕ ТАК МОЖНО?! — из моей глотки вырывались крики, испуг охватил моё тело.

— Хоть это и против правил, но мы уже опаздываем, Доктор. — В голосе Целаноэ царил покой, даже слышались нотки некой шутки, явно из-за моих криков.

Он быстро пролетал над коридором, уворачиваясь от случайных пассажиров. Мастерство мальтаз — нечего добавить!

— Помнится, мой тятя рассказывал, что во время умиротворения Ботчинов так же нёс вас, — с ностальгией продолжал мальтаз, вспомнив историю из детства.

— Твой отец? — громко и озадаченно произнёс я, не поняв, о чём он толкует.

— Разве не помните такого? — последовал логический вопрос на вопрос. Не помню ли я такого? Вдруг меня вновь накрыли воспоминания, как тогда, в медотсеке.

Перед моими глазами привычный коридор отдалялся и исчезал. Моё лицо почувствовало потоки ветра, а нос учуял неизвестный запах. Приподняв голову, я увидел поле боя: фрегаты Святого Ордена атаковали космическую фауну. Я понял, что меня кто-то несёт. Подняв голову, я увидел мальтаза, его лицо похоже на Целаноэ, но перья на лице имели серый окрас, а не белоснежный.

— Как вы, Доктор К⬛⬛⬛? — спросил меня мальтаз. Его голос был таким же спокойным, как и у Целаноэ. Я попытался ответить, но что-то не давало мне сказать. — Можете не отвечать, у вас всё на лице написано. Знаете, Доктор, когда эта война закончится, и если вдруг я её не переживу, то позаботьтесь о моём карапете, пожалуйста.

Я не мог и слова выдавить, удалось лишь кивнуть. Но, повернув голову назад, мои очи увидели коридор. Это было воспоминание? Не успел я осознать всё, как мы уже были у порога Зала Чтения.

— Как вам полёт, Доктор К? — спросил меня Целаноэ, на его лице был аналог улыбки. Я уставился на него, осматривая его лицо. — Что-то не так, Доктор?

Волосы на его голове были белоснежными, а у того мальтаза они были серыми, к тому же клюв был красноватого оттенка, а у Целаноэ он серый.

— Ничего, просто не замечал, что у тебя клюв серый. Я думал, что он красный.

— Красный? — На лице мальтаза появилось лёгкое удивление, сменившееся на усмешку. — Вы перепутали меня с моим тятей, ха-ха.

Я застыл в ступоре. Значит, я видел его отца? Но почему я вспомнил эту именно сейчас? Что всё это значит? Почему эти воспоминания пробуждаются именно сейчас?

— Думаю, пора нам зайти, — решил заговорить Целаноэ, который резко сложил свои крылья себе на спину, заметив, что нас уже ждут в Зале Чтения.

— Ты прав, друг мой, — ответил я, нажав на переключатель и распахнув дверь. Все обратили на нас внимание приветливыми взглядами. Ждали только нас.

Глава 17: Библия 2-го Пришествия

Когда мы вошли в помещение, присутствующие повернулись обратно к выступающему в центре зала. Осмотрев всех, мои очи увидели высокую каменную фигуру в белом халате. Конечно же, это был Аметист. Я оставил Целаноэ одного, после чего поспешил к моему помощнику. Он тоже меня увидел и рукой подозвал к себе. Он уже хорошо владел невербальными способами общения. К этому времени минута тишины была закончена. С трибуны начал доноситься голос:

— Надеюсь, все смогли ощутить в себе Его волю! — Голос был сдавлен.

Подняв взгляд, я заметил фигуру в шлеме-фильтре лёгкого скафандра (ШФЛС) и просторном бордовом одеянии церкви Святого Духа. Лицо было полностью скрыто под ШФЛС, широкая бордовая мантия покрывала плечи, такого же цвета одеяние с золотыми элементами покрывало тело до щиколотки ног. На ногах виднелись чёрные сапоги, а руки покрывали перчатки. В правой руке был посох с наконечником причудливой формы.

— Вы должны следовать Истине Божьей! Ведь в идеальном мире лишь Бог правит всеми! Согласно пятому стиху: Бог способен стать для нас Отцом, Сыном и Святым Духом. В Святом Ордене это выделяется при помощи трёх вертикалей. Первая вертикаль представлена Богом-Отцом, покровителем Белой Церкви. Представители Белой Церкви занимаются распространением Истины, занимают должности чиновников различного уровня, занимаются бюрократическими процессами. Без них нельзя представить адекватную работу нашего Ордена. Возглавляет их Митрополит. Следующую вертикаль занимают представители Алой Церкви под покровительством Бога-Сына. К великому сожалению, не все захотели принять Истину и жить по Заветах Божьим. Потому Бог в обличии Сына призвал Священное Войско, которое одолело всех порождений дьявола на Святой Земле, а позже оно было послано в космос для возвращение наших миров. На нашем пути повстречалось множество врагов, и ещё столько же повстречается в будущем. Вот уже как девять тысяч лет мы несём праведный свет во всех уголки космоса. Мы покорим любого, кто отвергнет Истину или, что ещё хуже, посмеет надругаться над нашей верой! А чтобы эффективнее доносить Слово Божье, было создано организованное Войско Божье, куда входит бесчисленное число воинов света, которых ведут светлые командиры. Краеугольным камнем этого войска стоит особое войско: Дьяволоборцы. Они являются элитой нашего Войска. Улучшенные люди, закованные в прочнейшие доспехи и вооружённые смертоносным оружием, по сей день уничтожают самых сильных приспешников врага Божьего!

Зажигательная речь. Этот астро-епископ знает толк в убеждении толпы. Все аплодировали, вся толпа «загорелась» Истиной. Все, кроме энтерийцев. Я увидел, что после этих слов Шторм Бьорн и рядом стоящие с ним энтерийцы поспешили к выходу. Я не мог проигнорировать этот факт «отторжения» Истины Божьей. Хоть и с другой стороны я понимал их. Не каждому понравится слушать нравоучения и убеждения тех, кто стёр с лица Галактики вашу родную планету.

Я отправился за ними, а за мной увязался Аметист.

— Кхута вы идьёте, Докта? — услышал я позади себя из каменных уст моего помощника, который пробирался через толпу вслед за мной.

— Не знаю, но если следуешь за мной, то не сбей никого! — проговорил я ему в ответ, стараясь сильно не повышать голос.

Пройдя сквозь всех в Зале, я устремился в жилой отсек. Стало ясно, что они укроются именно там. Пробегая длинные и широкие коридоры, достигнул каюты энтерийцев. Аметист догнал меня в сопровождении множества звуков разбития стекла и других материалов, подобно землетрясению на корабле.

— Тяжело бегать тихо, мой друг? — с небольшой шуткой спросил я у своего помощника.

— Да, Докта, мнэ всьё есчё тясело, — членораздельными звуками донёсся до меня ответ. Шутки он не понял, но ничего.

Я попросил его остаться снаружи для охраны, а сам отворил дверной механизм и зашёл во внутрь. Моим очам предстала комната с строгих тёмно-серых оттенках, просторная, со своей собственной библиотекой. Дальше были оборудованы комната для медитаций и примитивная мастерская. Внутри находилось одиннадцать энтерийцев: шесть представителей мужского пола и пять — женского. Восемь существ располагалось на кроватях, двое были в комнате медитаций, а один был у стойки с книгами. Я закрыл дверь позади себя.

Глава 18: Засада?

Увидев меня, энтерийцы заметно нахмурились, кроме Виареты, Каренины и Шторм Бьорна. Виарета сидела на втором ярусе кровати и игралась со коробком. Каренина просто сидела и смотрела на меня пустым взглядом снизу от Игес. Бьорн же стоял у стойки с книгами, рассматривая их перед моим приходом. Как только дверь окончательно захлопнулась, послышались крики Игес:

— НИЧЕГО СЕБЕ, ПОСМОТРИТЕ НА НАШЕГО ГОСТЯ! — Из её глотки рвались звуки радости, смешанные с презрением. —ЧЕГО ПОЖАЛОВАЛИ К НАМ, ДОК?!

Девушка спрыгнула с кровати и понеслась в мою сторону. В её руке я разглядел что-то горящее, похоже на пылающий пламенем мячик. Шторм Бьорн, увидев данную картину, бросился в мою сторону на опережение. Попытка нападения? Я стоял твёрдо и чётко, готовясь к ответным мерам в случае нападения. Но я предположил, что Бьорн бежит защитить меня.

— Уворачивайтесь, Док! — крикнул мне Бьорн, подбегая ко мне. В его голосе была необычная обеспокоенность, он понимал, что будет, если не успеет меня защитить. — Игес, не смей!

Безуспешные попытки успокоить психопата, который выбрал меня своей целью. По какой-то причине меня не охватывала паника, в голове было необычайное спокойствие. По ощущениям, время замедлилось настолько, что все движения Игес читались подобно открытой книге. Её выпад был довольно резок, но выполнен неправильно, ведь был единственным. Нужно было сделать несколько, чтобы запутать меня и не дать просчитать траекторию движения.

Вдруг тело интуитивно начало двигаться. Оно отошло влево и сделало резкий уворот, пропуская атаку врага. После по ногам прошёл разряд тока, и они развернули тело. Моё тело смотрело на правый бок Виареты. В тот же миг согнулась, приготовясь ударить мощным пинком. Накопив достаточно силы и пропустив врага немного вперёд, левая нога разогнулась и со всей мощи нанесла удар в ягодицы энтерийки, впечатав её в металлическую дверь, что привело к её деформации. Такое чувство, что её лицо отпечаталось в двери. Тут множественные переломы черепа и челюсти. Для человека это были смертельные травмы, но для энтерийцев это не настолько серьёзный урон, хоть и весьма неприятный.

Бьорн резко остановил свой выпад, сделал перекат, лишая своё тело инерции, который остановил его в метре от меня. Всё произошло настолько быстро, что я не до конца мог адекватно оценить всю ситуацию. Увидев свою ногу и впечатанную в дверь Игес, я смог понять произошедшее. Все в комнате замерли. Шторм и вовсе опешили, не ожидав от меня такой физической подготовки и реакции.

— Прошу прощения, господин, мне следовали предусмотреть подобное развитие ситуаций и лишить Игес приспособлений, которые могли вам навредить, — услышал я от Бьорна, который даже не мог понять подобное развитие ситуаций. Он ожидал, что я пострадаю от подобной выходки, но я мало того что увернулся, так ещё и контратаковал. Неожиданный итог, правда?

— Ничего не поделаешь, Шторм Бьорн, — решил ответить я, отойдя несколько шагов от поверженной энтерийки в сторону энтерийца, намереваясь объяснить причину своего прихода. — Я могу понять подобное отношение пассажира-энтерийца ко мне, как раз по такой причине мне и пришлось наведаться в ваши покои. Тут находятся все энтерийцы, кроме Дим Стар, потому прервите свои занятия и подойдите к книжной стойке.

— Как прикажете, господин К, — Бьорн ответил весьма спокойно и сдержанно, хоть до сих пор переживал ситуацию с нападением. Его взгляд был направлен на Игес. Он ожидал моих слов по поводу разрешения ситуации с ней. Но я лишь ждал, что мой телохранитель всё-таки откроет дверь.

Я взял Игес за плечи, после чего вытащил её голову из образовавшейся вмятины. И тут же дверь открылась, в проходе которой уже стоял каменный гигант, чьё лицо было ужасающим.

— Гр-р-р-р, чи кула зтесь?! — прорычал Аметист, он был в состоянии ярости, приготовившись разорвать каждого присутствующего на куски. Его жилы наполнились ярким фиолетовым свечением, костяшки на руках заострились, глаза наполнила смесь фиолетового и алого оттенков, по телу начали выступать каменные сталактиты, разрывая недавно выданный белоснежный халат.

Энтерийцы приготовились к худшему: Шторм Бьорн приготовился к атаке, его руки начали «тлеть», выделяя небольшой чёрный дым. Вот-вот могла начаться битва. Другие энтерийцы тоже начали готовить свои «боевые черты».

— ПРЕКРАТИТЬ ПРОВОКАЦИИ! — крикнул я всем энтерийцам, дабы предотвратить их попытки к началу атаки, а сам в ту же секунду бросился в сторону Аметиста, прикрыв свой живот и грудь руками, чтобы сталактиты не пробили их и не нанесли серьёзный урон внутренним органам. Но всё же я не рассчитал свой манёвр, что привело к тому, что руки были пробиты сталактитами. — УГРОЗЫ НЕТ, АМЕТИСТ!

Моё тело стал наполнять адреналин, который стал заглушать боль от колотых ран в руках. Кровь хлынула из рук, окропив собой добрую часть скафандра и пол вокруг меня. Аметист тут же отреагировал, прекратив попытки агрессии в сторону энтерийцев.

— Гр-р-р, чи вы кула?! — прорычал Аметист, но злость в нём начала угасать, а увидев вытекающую кровь из ран от его наростов, он тут же начал отрывать их, чтобы не навредить мне. — Вам кула срочна помощь!

До сих пор считают язык каменных големов забавным, особенно их «кула». Настрой на битву сменился у всех страхом за меня, ведь кровь текла ручьём из моих ран. Но я не беспокоился. Мой скафандр весьма умён, на лицевом экране моего скафандра отобразились все повреждения. Чтобы прекратить кровотечение, были введены кровоостанавливающие препараты, а открытые раны тут же были изолированы при помощи Автоматической Системы Устранения Повреждений. Страх сменился удивлением. Достижение церкви Святого Духа! Подобные инновации пассажиры могли увидеть очень редко, так что подобное захватило внимание многих. Воспользовавшись этим, решено было прервать тишину:

— Думаю, пора уже всем собраться у стойки. — С удивительным спокойствием слова спустились с моего языка, хоть и некоторая боль и адреналин в организме оставались и давали о себе знать, но я старался не подавать виду. Все тут же пришли в себя и начали подходить к стойке.

— Аметист, забери Виарету Игес и отнеси её в медицинский отсек, там ей окажут необходимую помощь, — приказал я. Как только он ушёл, дверь была закрыта, и я отправился к стойке для разговора.

Глава 19: Отрицание Божьих Истин

Все собрались вокруг высокой, но не очень широкой стойки с книгами. Различная литература, в основном энтерийского происхождения, занимала всё свободное пространство на этих полочках. Все были в небольшом напряжении, кроме Шторм Бьорна. Посмотрев на всех, я не увидел ещё одного энтерийца.

— Где Каренина? — спросил я у Бьорна, хоть и догадывался о причине её отсутствия.

— Она не сможет подойти, увиденное сильно потрясло её, я не хочу спровоцировать высвобождение «умения», — коротко и с некой виной объяснил мне бывший наёмник, горячо волновавшийся за своего душевно раненого товарища.

— Хорошо, начнём без неё, — быстро проговорил я, приготовившись к основной части встречи.

— Что вы хотели от нас, Доктор К? — спросил меня один из мужчин, если правильно вспомнил, то его позывной был Ледокол, в честь его «умения» замораживать всё в лёд и раскалывать его на мелкие кусочки. Его тон голоса выдавал крайнее недовольство, хотя понять это можно было, смотря на всё произошедшее.

— Я бы хотел поговорить о вашем отношение к Истине. — Чётко и громко сошло предложение с моих уст, ведь затрагивается одна из жизненно важных тем. Радости среди присутствующих видно не было, а даже наоборот. Для многих тема больная, но это нужно было исправлять. — Я заметил, что вы не посещали сегодняшнее собрание чтения Библии и слушание речи от представителя церкви Святого Духа.

Все молчали. Многие опустили голову, я чувствовал повисшую в помещении атмосферу недовольства, перетекающую в злость. По-хорошему, я должен прекратить, они не настроены на выслушивание моей «проповеди», но я обязан продолжить, иначе весь поход сквозь тысячелетие будет под угрозой срыва.

— Я понимаю, что из-за пережитых вами событий тяжело принять Божью Истину, но я настаиваю. — Попытавшись смягчить обстановку, я изменил подход на менее жёсткий, но отклика по-прежнему не было. — Так или иначе, вы здесь, последние представители своего рода, которым дали право как истинно верным продолжить своё путешествие, потому прошу, помогите мне.

— Господин К, мы можем понять вашу позицию, но принять Истину означает для нас подчиниться и тем, кто уничтожил нас, — Шторм Бьорн высказал горькую правду, но она была ещё мрачнее из-за выражения его лица: глаза стали пустыми, наполненные страданием. Моя память не могла до конца воспроизвести всю картину, которая привела к истреблению энтерийцев.

— Тяжело не согласиться с тобой, — ответил я, чем удивил многих, что я понял по их вновь поднятым головам и удивлённым очам. — Я не могу до конца вспомнить всех событий, которые вызвали у вас такую стойкую неприязнь к Святому Ордену, но поверьте, что после завершения нашей миссии вам будет позволено существовать мирно.

Я встал на колени перед ними, в скафандре, который до сих пор был окроплён кровью. Многие были ошарашены подобным поведением.

— Я обещаю вам, что добьюсь изменения статуса вашей расы в Святом Ордене, — сказал я на завершение, начиная вставать обратно. Казалось, что многие послушались моих слов. Бьорн добавил:

— Господин К, мы по…

— ВЫ ЗА ДУРАКОВ НАС ДЕРЖИТЕ?! — перебив Бьорна, ворвался в диалог Ледокол, чей голос был наполнен не просто злостью, а яростью. — ПОМНИТСЯ МНЕ, ЧТО ВЫ НЕЧТО ПОДОБНОЕ ГОВОРИЛИ И РАНЬШЕ, А К ЧЕМУ ЭТО ПРИВЕЛО?!

Все вокруг начали подхватывать идею взбунтовавшегося энтерийца. Бьорн старался успокоить всех.

— Тише, Ледокол!

— ЗАТКНИСЬ САМ, БЬОРН! — с оскорблением ответил Ледокол, которого охватила слепая ярость, что слышалось в его раздирающим слух потоке слов. — ТЫ ПРЕДАЛ ЭНТЕРИЮ И ЕЁ НАРОД, КОГДА СОГЛАСИЛСЯ СОТРУДНИЧАТЬ С ЛЮДЬМИ. ВМЕСТО ЗАЩИТЫ НАШИХ ДРУЗЕЙ, ТЫ ПЕРЕШЁЛ НА ИХ СТОРОНУ. Я ПОМНЮ ПРИХОД ЭТОГО ДОКТОРА К КОРОЛЕВЕ, И КАК ОН ВЕРОЛОМНО УБИЛ ЕЁ КИНЖАЛОМ В ГРУДЬ, А ПОСЛЕ УШЁЛ, ЗАБРАВ КОРОНУ!

Комната «взорвалась» криками остальных, они кричали что-то на своём языке, но мотив был понятен: там не было ничего хорошего.

— Как ты смеешь такое говорить?! — Бьорн начинал выходить из себя. — Я посвятил себя спасению вас, когда всех остальных «патриотов» убивали!

— ВОТ ИМЕННО! ОНИ — НАСТОЯЩИЕ СЫНЫ ЭНТЕРИИ, ОНИ ДОКАЗАЛИ СВОЮ ВЕРНОСТЬ, ЗАЩИЩАЯ СВОЙ РОДНОЙ МИР. Я ПОМНЮ «СОЖЖЕНИЕ ЭНТЕРИИ», Я ПОМНЮ КАК СИМВОЛ МИРА, АКТАРИАНСКИЙ ДВОРЕЦ, ПОЛЫХАЛ!

Всё совсем вышло из-под контроля, энтерийцы начали идти ко мне. Бьорн встал передо мной, пытаясь защитить.

— Одумайся, что ты делаешь! Подняв бунт, ты ничего не добьёшься, ты просто обрекаешь нас всех на полное истребление!

— ДА УЖ ЛУЧШЕ СДОХНУТЬ, НО ВЫПОЛНИТЬ НАШ ДОЛГ, ОТОМСТИТЬ ЗА КОРОЛЕВУ И НАШИХ ПАВШИХ СОБРАТЬЕВ!

— Это дело минувших дней! Благодари Да’ари за возможность жи…

— НЕ УПОМИНАЙ МОЁ БОЖЕСТВО, ГРЯЗНОЕ СУЩЕСТВО! — произнёс Ледокол, после чего подошёл к Бьорну и нанёс удар. Это был удар неким ножом, но Бьорн успел его заблокировать своей рукой.

— Одумайся, идиот! Ты зашёл слишком далеко! — прокричал Бьорн, захватив руку Ледокола. Рука Бьорна кровоточила, текущие капли словно кипели, от них шёл пар.

— КТО ТЫ ТАКОЙ, БЬОРН?! ЖАЛКИЙ НАЁМНИК ИЗ ПУСТОШЕЙ САХАРДИРИИ, КОТОРОГО ВЫДВОРИЛИ ЗА МЯТЕЖНОСТЬ. РАНЬШЕ ТЫ БОРОЛСЯ ЗА СПРАВЕДЛИВОСТЬ, ГДЕ ЖЕ ТЕПЕРЬ ЭТА БОРЬБА?! — Пока глотка Ледокола разрывалась, он начал накапливать своё «умение». Нужно было это прекращать!

— Ледокол! — прокричал я, выйдя из-за спины Бьорна. —Зачем ты это делаешь?!

— А ВОТ И ВЕРОЛОМНЫЙ УБИЙЦА МОЕЙ КОРОЛЕВЫ ЯВИЛСЯ. РЕШИЛИ ПОМОЧЬ СВОЕМУ ПРИХВОСТНЮ?! — Ледокол уже совсем обезумел от ярости, он был готов атаковать всех вокруг.

— Не смей, Ледокол! — прокричал Бьорн, схватив энтерийца за руку, которая уже покрылась кусочками льда, что означало готовность «умения».

— НЕ ХОТИТЕ РАССКАЗАТЬ ВСЕМ, ДОКТОР К, КАК ВЫ УБИЛИ КОРОЛЕВУ АГНИЮ? КОГДА ТОЛЬКО ВАШЕ ВОЙСКО ВЫСАДИЛОСЬ К НАМ, ВЫ ЯВИЛИСЬ К ЕЁ ВЕЛИЧЕСТВУ, ПООБЕЩАЛИ ЕЙ ЖИЗНЬ ЗА ТО, ЧТО ОНА ПРИКАЖЕТ ВСЕМ СДАТЬСЯ! А ПОТОМ КАК ВЫ ВОНЗИЛИ ЕЙ СО СПИНЫ НОЖ ПРЯМО ГРУДЬ, ПОСЛЕ ЧЕГО ПРОБОРМОТАЛИ ЧТО-ТО «БОЖЬЕЙ ИСТИНЕ»?!

— Откуда ты это всё знаешь?! — прокричал я, не понимая, почему он знает то, чего знать не должен, ведь там был другой энтериец, но не он!

— АХ ДА, Я ЗАБЫЛ ВАМ КОЕ-ЧТО СКАЗАТЬ, АХА-ХА-ХА-ХА! — Ледокол залился припадочным смехом, подобно психопату-маньяку, который вот-вот убьёт свою жертву. В мгновение я почувствовал странный холод.

— ДОКТОР, УКЛОНЯЙТЕСЬ! — прокричал Бьорн, после чего холод стал ещё сильнее, буквально «окутав» меня и заморозив.

— ПОЗВОЛЬТЕ ВАМ ПРЕДСТАВИТЬ ЕЁ! — услышал я в тот миг от Ледокола, когда мои уши прочувствовали холодный металлический визг. — КОРОЛЕВСКИЙ УБИЙЦА ВЕНДЖФУЛ СОБСТВЕННОЙ ПЕРСОНОЙ!

Последнее, что я услышал, когда острейшие когти из серебристого металла пронзили мою грудь со спины. До жути знакомо, как же я сразу не узнал… Венджфул, телохранитель Королевы Энтерии, она и застала мой последний диалог с Королевой, которую я и убил. В мои лёгкие начала поступать кровь, а из места удара когтями начала сочиться. Такой урон… тяжёлый для меня.

— Так, значит… ты жива? — мой голос стал утихать и наполняться булькающими звуками крови.

В ту же секунду с огромной силой она вырвала когти, оставив мне тяжелейшие раны, из которых текли реки алой крови. Я упал на колени. В глазах начала проступать белизна, лицевой экран сообщал о существенной кровопотери, но я смог рассмотреть, как из-за моей спины вышел силуэт, окутанный голубоватым туманом, из которого выходила девушка в закрытом одеянии.

— НЕ-Е-Е-Е-Е-Е-Е-Е-ЕТ! — прокричал Бьорн, активировав своё «умение», и начал атаковать Ледокола. — ТЫ ЗАПЛАТИШЬ ЗА ЭТО!

Началась битва между двумя могущественными энтерийцами. Глава Королевской стражи Актарианского дворца против наёмника Пустошей. Вдруг воспоминания начали накатывать одно за другим. Я начал вспоминать тот диалог и другие события во время «Сожжения Энтерии». Но главное происходило вне моей головы…

Глава 20: Лев Актарии и Королевский Убийца против Волка Пустошей

Зарядив своё «умение» под названием «Языки пламени», Бьорн атаковал Ледокола. «Умения» есть почти у всех энтерийцев, которые связаны с Королевской Стражей или были прокляты. Бьорн способен нагревать своё тело до запредельных температур, которые не вредят ему, но он может перегреться. «Умение» Ледокола называется «Лёдообразование», он способен покрывать льдом любую поверхность, но сам при этом может замёрзнуть. Бьорн и Ледокол были полными противоположностями как по характерам, так и по способностям. Про «умение» Венджфулы у меня мало информации, но она способна превращать себя в туман. Опасный навык.

С помощью нагрева Бьорн снял заряд «умения» с заготовленной руки Ледокола. Ледокол попытался контратаковать второй рукой, но Бьорн нанёс удар апперкотом, а после со всей силы впечатал его в стену горящим кулаком, попав прямо в грудь. Венджфула сразу же перешла в свою туманную форму и скрылась из виду. Находящиеся в комнате энтерийцы кинулись к выходу. Но Королевский убийца добрался до рычага открытия двери раньше, сразу срезав его.

— Что ты творишь?! — прокричал Бьорн, его тело уже излучало ярко-красный свет от нагрева. — Выпусти остальных, они здесь не при чём!

— НИКТО НЕ ВЫЙДЕТ ОТСЮДА, ПОКА Я ЖИВ!

Не успев обернуться, Бьорн ощутил прикосновение Ледокола. Это могло стать концом, но Волк Пустошей успел парировать и отпрыгнул в сторону, готовясь к следующей атаке. Ледокол вернулся на своё место у стойки, после чего тоже стал заряжать «умение».

— ПОЧЕМУ НЕ АТАКУЕШЬ МЕНЯ? ТЫ ЖЕ ВЕСЬ УЖЕ ПЫЛАЕШЬ! — прокричал Ледокол, пытаясь разозлить Бьорна. Я при этом подумал: «У него идеальная возможность атаковать, почему он этого не делает?» — ИГНОРИРУЕШЬ МЕНЯ, МРАЗЬ?!

В приступе ярости Лев Актарии вырвал полку из стойки с книгами, заморозил её и бросил в Шторма. Он в ту же секунду подавил огонь на руках и словил летящий в него предмет, после чего аккуратно отбросил его в сторону. «Он так сильно печётся о книгах?» — промелькнуло в моих мыслях.

— Ты никогда не славился своей тактикой, Ледокол, — спокойно произнёс Бьорн, после чего вновь начал разжигать огонь в ладонях.

— НЕУЖЕЛИ?! — истерически прокричал Ледокол, не предприняв ничего в ответ. Почему?

С оставшимися силами я смог повернуть голову и увидел голубой туман позади Шторма.

—…АДИ! — из последних сил прокричали мои голосовые связки, но из-за крови некоторые буквы были проглочены, а алая жидкость хлынула потоком изо рта.

Бьорн смог понять подсказку и за мгновение увернулся, нанеся ответный удар и повредив руку с когтями. Коварный удар Венджфулы провалился! Она вновь ушла в туман. Но со спины ударил уже Ледокол, впечатав Волка в стену и начав заморозку его тела. Бьорн быстро вырвался из хватки, после чего начал наносить удары. Ледокол поставил блок и ушёл в оборону. Шторм начал пытаться пробить блок двумя «двойками», при этом оттесняя врага из одного края помещения в другой.

Лев долго держал удар и ждал ошибки. За доли секунды до следующего удара он поставил на свой блок лёд. Рука Бьорна проскользила, открывая его для удара. Ледокол сразу воспользовался возможностью, захватил соскользнувшую руку, оттащил соперника за неё и нанёс мощный удар прямо по лицу. Бьорн упал на одно колено, подготовив удар снизу левой рукой. Ледокол тоже был готов нанести следующий удар левой рукой, но сверху. Быстрее оказался Лев, вновь пробив удар в лицо.

Шторм был на грани. В попытке переломить ситуацию он преклонился, парировал следующий удар врага, в прыжке взял его за талию и вновь впечатал в стенку, но, приготовившись ударить, был застигнут врасплох: с помощью ног Ледокол откинул приближающегося соперника в сторону. Шторм отступил в противоположную сторону комнаты, приняв решение перегруппироваться. Ледокол встал и готовился атаковать.

— Это конец для тебя, Альдерн! Пламя всегда уступает льду! — с дерзкой ухмылкой прокричал Ледокол Шторм Бьорну.

— Забудь о победе, Фростен, на этот раз ты проиграешь! - пытаясь сохранить спокойствие, ответил Шторм Бьорн Ледоколу.

Она оба накапливали свои силы. Начинается второй раунд!

Глава 21: Лёд против пламени

Перед стартом их битвы меня подхватили руки из тумана. Подняв моё раненое тело, Королевский убийца понёс меня к шахте вентиляции, куда ломились остальные энтерийцы из комнаты. Нагретыми от «Языков пламени» когтями Венджфула разрезала вентиляцию и дала всем оставшимся энтерийцам пробраться в неё, а меня она оставила на краю выхода.

— Наблюдай, как твоя пешка падёт перед мощью Фростена, Льва Актарии! — с ехидной усмешкой произнёс Королевский убийца, заставив меня наблюдать за этой битвой на борту моего космического судна. У меня не нашлось сил на ответ, еле как хватало сил держать глаза открытыми. Ну что ж, Бьорн… Или же Альдерн — побеждай…

Взрывом «Языков пламени» Альдерн бросился в атаку, пламя начало расти, охватывая всё пространство вокруг. Создался огненный вихрь, который вместе с ним мчался на Фростена. Враг недолго думая воздвигнул перед собой ледяную стену, защищая себя от атаки Бьорна. Треск льда и свист ветра разносились по помещению, отражая напряжение разгоревшейся битвы.

Но Альдерн не собирался сдаваться. С помощью огненных волн он заставлял лёд таять. Битва разгоралась. Огонь танцевал вокруг Фростена, заставляя его уйти в оборону. Ледокол, сосредоточившись на противнике, маневрировал, как кот, от пламени. Шторм Бьорн невольно сбил его с толку жаркими вспышками.

— Ты слепо следуешь чужим идеалам! Твой огонь не способен выжечь то, что они сотворили с нами! — произнёс на одном дыхании Лев Актарии, не отрывая своего взгляда от противника.

Альдерн чувствовал себя оскорблённым; его пламя накалялось всё сильнее. Он устремился вперёд, создавая огненных змеев, которые обвили ледяные стены. В этот момент лёд начал трескаться. Фростен, понимая, что теряет контроль над ситуацией, прыгнул в сторону.

Битва накаляется: каждый удар становился всё более напряжённым. Альдерн, чувствуя достижение своего предела, нашёл момент на контратаку. Он послал жаркую волну, которая накрыла Фростена, резко вырвав его из равновесия.

Фростен уже был на пределе своих возможностей, его лёд начал давать трещины. Он создал острые льдины, которые били ь по огненной буре и тут же погружались глубоко в неё, создавая ещё больший вихрь, но более холодный. Альдерн, чувствуя, что начал терять свои силы, восклицает:

— Я не сдамся! Ради Истины, за тех, кто страдал! Я не могу проиграть!

Фростен, видя, что его враг вышел из себя и как его охватывает ненависть, начал понимать, что противник не просто сражается, а борется за нечто большее.

Альдерн продолжил атаковать, каждый раз в его глазах разгоралось всё больше решимости. Он использовал свои последние силы, изгоняя страдания, превращая их в мощный поток огня. Фростен использовал заморозку, заключая Альдерна в ледяные ловушки и создавая барьеры, дабы остановить этот неистовый огонь.

— Страдания нельзя сжечь. Хочешь от них избавиться — заморозь, — проговорил Фростен, перейдя к холодной решимости.

Альдерн, охваченный яростью, какой ныне и не видывал свет, старался выбраться, его движения становились всё более дикими. В этот момент они оба осознали: победителя в этой битве не будет.

С каждым моментом пламенная страсть Альдерна начинала затухать. Он понимал, что повиновение Божьей Истине и прежние моральные порядки вызывают в нём хаос, но в этот момент он решает сразиться с собственными демонами.

Фростен, замечая некое промедление, решил воспользоваться моментом. Он собрал всю силу своего «умения», создавая ледяной шторм, который капля за каплей заполнял пространство. Всё вокруг начинат покрывать морозным туманом. Альдерн, беззащитный и стоящий на коленях, пытался собраться с духом, давая отпор ледяному холоду.

Собрав последнее дыхание, Шторм Бьорн «взорвал» огненный поток, чтобы ослабить давление льда, но лишь усилил ледяную ауру. Фростен стоял… Непобеждённый, на пределе своих сил. Туман немного рассеялсяся, их взгляды встретились. В это мгновение оба поняли: один не может победить без другого, их силы взаимосвязаны.

— Если я паду, то запомни, что я сражался за то, во что верил, — Альдерн произнёс свои мысли с решительностью, при этом его горло раздирала невероятная боль из-за частиц льда.

Внезапно Фростен остановился. Он понял, что Альдерн — не враг, а такой же энтериец, как и он сам. В сердце Льва Актарии возникло стремление не победить, а понять… Шаг за шагом он отступал, осознавая страшную истину: не все сражения предназначены для победы.

— Мы… не враги. Тысячелетия наш народ убивал друг друга… за разные мнения. Давай же положим конец этой ненависти и… объединим наши «умения», — с глубоким уважением обратился к своему некогда главному врагу Фростен.

Альдерн, чей огонь вот-вот потухнет, смотрел на своего противника и чувствовал, как тепло покидает его тело. Он больше не горел желанием сражаться, но сердце его сжималось от страха и ненависти.

— Как ты можешь это понять? — со злостью и слезами на глазах начал Альдерн. — Ты всегда жил во Дворце, ни в чём себе не отказывал, не был отвергнут обществом. Ты никогда не знал, что значит потерять себя!

Фростен смотрел в его глаза, полные страха и замешательства, и чувствовал тяжёлое бремя. Он приблизился к Альдерну.

— Я знаю, что такое страдать. Лёд — это не просто сила; он может стать ключом к спасению тех, кто дорог тебе.

Они замерли друг перед другом, наполняя поле битвы тишиной. Харизмы холодной и яростной силы прожигали тишину: две противоположности, навсегда изменившие друг друга. Альдерн осознал, что его борьба не ушла в пустоту. Пламя в его сердце постепенно угасало, и вместо ненависти он чувствовал понимание: жизнь есть и за пределами пустоши, в которой он провёл уж слишком много времени.

Таким образом, они вместе, каждый из них, сначала — идеологические враги, теперь — братья по несчастью, чьё примирение было бы невозможно без страстной борьбы. Однако их печаль от предыдущих сражений останется. Понимание потерь и жертв, которые они сделали ради своих надуманных ценностей.

Фростен обратился к Альдерну:

— Вместе мы могли бы создать нечто большее. Но для этого нам нужно было научиться доверять друг другу.

Лицом к лицу, их взгляды соединились, и в последний миг, вплетая свои судьбы в новую историю взаимопонимания, они решили, что их борьба не была напрасной. Альдерн не мог больше держаться. Он упал на спину, последние частицы огня покидали его тело. Фростен, кое-как держась на ногах, подошёл к своему бывшему врагу. Он обнаружил, что зрачки Альдерна широкие, из них вылетела последняя искра. Холодной рукой он закрыл глаза своего павшего союзника. На этом земной путь Волка Пустошей закончился, наконец-то он отдохнёт. Слёзы шли из глаз Фростена, превращаясь в лёд. Один из кусочков льда соприкоснулся с частицей пламени, образуя маленькое облако тумана…

Глава 22: Ёжики в тумане

Мне было невероятно грустно осознавать такой конец. Победителя здесь… не было. Шторм Бьорн или же Альдерн проиграл льду, а Ледокол, он же Фростен, замёрз. У него не было сил встать. И вставать ему уже не пришлось. Венджфула вышла из своего тумана рядом с Фростеном и сказала:

— Вы выполнили свою работу, господин Фростен. Королева будет гордиться вами.

После этих слов она вонзила обе пары своих когтей в голову Фростена, который упал замертво рядом с уже покинувшим нас Шторм Бьорном. Действительно, братья по несчастью — даже встретили смерть рядом друг с другом.

Через несколько мгновений ворота в комнату были выбиты, в проходе показались феррум механоиды, вооружённые энергоустановками. Во главе их отряда я заметил ПТСН’а. Я попытался подать хоть какой-то сигнал, хотя бы махнуть рукой. Венджфула не дала этого сделать, она потащила меня по вентиляции в неизвестном направлении. Большая кровопотеря… но системы скафандра смогли максимально минимизировать последствия от неё, в тело начал поступать аварийный запас крови из специального хранилища, находящегося спереди скафандра в районе пупка. Белизна в глазах была всё ещё стойкая, а мысли спутанными.

Звук разреза металла, и я оказался в механическом отсеке. Я попытался осмотреться. Мои глаза обнаружили, что это было пространство возле двигателя типа «Рим».

— Знакомое место, правда? — произнёс Королевский убийца, выходя из своего тумана, подобно фигуре из портала. — А всё могло закончиться ещё здесь, когда я повредила этот механизм, но вы же упёртые, решили починить.

С помощью Божьей помощи я смог подключить синтезатор голоса через свой скафандр, который бы позволил мне вести коммуникацию.

— Тебе не сойдёт с рук подобное действие, — раздалось из моих динамиков по бокам шлема.

— Ты правда так считаешь, отброс?

Венджфула, подойдя ко мне, обнажила свои бритвенно острые когти, готовые вонзиться в меня и прервать мою жизнь. Хоть её лицо и было закрыто бинтами, но эти янтарные глаза прекрасно передали её ненависть ко мне. Она занесла когти, приготовившись казнить меня. Но её идее не было суждено сбыться: со спины я заметил разряд голубоватой энергии. Убийца среагировал, поставив блок когтями. Но это была энергия электричества, которое поражает металл. Этот относительно слабый заряд парализовал её на несколько секунд. Тут же я смог увидеть моего спасителя: это была та фигура члена церкви Святого Духа, который читал проповедь в Зале Собрания. В этот раз шлема на фигуре не было, и я смог рассмотреть её лицо: светлое овальное очертание, ясные коричневые глаза, длинные русые волосы. В руке у неё был причудливый посох с некой сферой на верхней части, которая быстро вращалась, извергая пучки энергии. В другой руке был шлем.

Понимая, что против такого противника с подобной энергией будет тяжело, Венджфула обратилась в туман, готовя новую атаку. Ива, именно так зовут эту девушку с посохом, увидела меня и бросилась на помощь. Она с тревогой рассматривала мои раны, ей пришло осознание, что раны могут быть смертельными. Враг скрылся в тёмных углах механического отсека.

— Доктор К, вы должны держаться! Я позабочусь о противнике. Только живите… — в смятении произнесла Ива, склонившись возле моего тела.

— Верь в себя, Ива. Я верю… в тебя, — прошептал я, с трудом подняв голову, чтобы звучать громче.

Ива надела свой шлем и подняла посох, её правая рука дрожала от страха, но она не могла позволить себе сдаться. Венджфула медленно приблизилась, из пустоты возник туман, означающий приближение атаки. Она начала материализовываться.

Как только Ива сделала первый шаг, Венджфула использовала свою скорость и резким движением атаковала. Ива успела увернуться, но её нога задела один из механизмов, и она упала на пол.

Смятение охватило её, но Ива быстро поднялась на ноги и сделала выстрел посохом в сторону Венджфулы. Она снова уклонилась от энергии разряда.

— Ты ведь понимаешь, что меня невозможно поймать, — раздался язвительный комментарий.

Ива поняла, что ей нужно не только сражаться, но и прикрывать моё раненое тело. Она сделала рывок в мою сторону, атакуя исчезающий туман. Её разряд прошёл в нескольких метрах от Венджфулы, почти попав в меня.

Собрав всю свою решимость, Ива активировала энергощит посоха, создавая вокруг меня поле энергии, способное поглощать атаки.

— Я не позволю ей ранить вас, Доктор К, — с уверенностью произнесла Ива, готовясь принять следующие атаки.

Защита Ивы помогала, но требовала колоссальных усилий. Каждая атака Венджфулы накаляла атмосферу, она продолжала давить и наносить удары, оставаясь движущимся туманом, который нельзя поймать. Вокруг нас гремели механизмы, издавая странные звуки. Ива начала уставать, её щит постепенно ослабевал, и она поняла, что нужно действовать иначе. Пока Ива боролась с Венджфулой, она бросала быстрые взгляды на меня. И вновь я лишь наблюдатель, нужно сосредоточиться и как-то помочь ей!

В мою голову пришла идея: попытаться связаться с ПТСН и вызвать помощь. Но параллельно я думал о том, чтобы помочь в данный момент Иве. Генератор энергии моего скафандра был повреждён, но продолжал работу. Я усилил мощность, и он стал заметно искриться. Ива заметила это.

— Доктор! Сосредоточьтесь на том, чтобы подать мне свои силы! Вместе мы одолеем дьяволицу! — сказала девушка, приготовившись к контратаке.

Я сосредоточился и сфокусировал энергию на Иве, находясь в подвешенном состоянии. Она нашёптывала некие молитвы, которые усиливали мощность посоха.

Ситуация решающая, вместе мы создаём энергетический вихрь, который начинает закручивать туман Венджфулы. Она осознавала риск, а потому спрятала свои когти. Венджфула собралась снова использовать туман, чтобы скрыться, но в этот момент Ива высвободила заряд энергии.

Сосредоточившись, она призвала повторный вихрь энергии и напала на Венджфулу мощным разрядом. Венджфула пытается уклониться, но мощь удара оказалась слишком велика — её туман разорвался и ранил её.

Однако в этот момент моё сознание окутывает туман от перенапряжения, и защита начинает ослабевать. Венджфула, почувствовав прекрасную возможность, воспользовалась этим моментом и нанесла резкий удар в сторону Ивы.

Ива успела отразить атаку, но стала ещё более истощённой. Её одеяние, покрывающее плечо, было разорвано. Из-под мантии потекла кровь. В сердце она понимала, что победа может в конечном итоге зависеть от силы её духа. Ива обратила свой взгляд ко мне. Её вера в Божью Истину и в меня заставила её встать на ноги в последний раз. Собрав остатки силы, она возвала к свету, который ощущала внутри себя, и создала мощный удар, который направила на Венджфулу.

Соперница получила лишь часть этого удара, но для Ивы это оказалось достаточным, чтобы окончательно подорвать её силу. Удар оказался настолько сильным, что, по ощущению, пространство разорвалось, отбрасывая Венджфулу к выходу.

— Я не позволю тебе забрать всё… — произнесла вслед противнику измождённая, но уверенная Ива.

Она медленно подошла ко мне, лежащему на полу, и прижала к себе. Мы оба понимали, что сражение было тяжёлым. Тяжёлое дыхание раненой девушки хорошо слышно у одного из моих динамиков.

— Из нас получилась хорошая команда, правда, Доктор? — с улыбкой произнесла Ива, её настроение было приподнятым. -Святой Дух благословил нас обоих, не думаете?

— Не время расслабляться, Ива, — холодно ответил я. — Мы только лишь отбили атаку, но над полной победой требуется… нечто большее.

Вдруг мои очи обнаружили сгусток тумана. Она атакует!

— Берегись! — прокричал я.

Из тумана материализовалась пара когтей. Левые когти ударили по Иве, но она успела пригнуться. Правые готовились вновь проткнуть меня, а сил на уворот у меня не было, тело не до конца восстановилось. Мгновение, — и я… жив? Ива успела среагировать, но, увидев, что я в опасности, прыгнула на меня, прикрыв меня собой. Когти вонзились ей в грудь. Из её рта пошла кровь. Она спасла меня… Пожертвовав собой…

Глава 23: В темном омуте не просто черти

И вновь удар со спины. Ива прикрыла меня собой, когти пронзили её насквозь, но не смогли нанести мне вред.

— Вы были моим ориентиром, Доктор, — захлёбываясь в крови, произнесла Ива и схватила меня за руку. — Надеюсь, мы ещё встретимся.

В ту же секунду Венджфула подняла Иву и со всей силы метнула в сторону механизмов. С грохотом тело упало и застряло в кабелях.

— Столько жертв, а ты всё ещё живой, мерзавец. — Услышал я из облака тумана в момент, когда когти готовились вновь проткнуть меня.

— Когда ты убьёшь меня, будет ли смысл в твоей жизни дальше? — задал я вопрос, пытаясь растянуть время.

— Смысл моей жизни — убить тебя.

— Да, но… что будет дальше?

Королевский убийца замешкался, но это было достаточно. В этот же момент двери распахнулись, в ней показался отряд механоидов во главе с тем же ПТСН’ом. Они открыли огонь из энергоружий, пучки которых повредили правые когти, отломав несколько малых когтей. Противник скрылся в тумане. ПТСН подбежал ко мне.

— Как вы, господин? — произнесли хрипящие динамики робота.

— Жить буду, но окажите помощь Иве! — Я с трудом поднял руку и постарался указать пальцем в сторону раненой служительницы церкви Святого Духа.

— Мы поможем ей, но сейчас мы должны обезопасить вас.

ПТСН скомандовал четырём роботам окружить меня, а остальной отряд из десяти феррум механоидов занял позиции так, что, если будет атакован один из них, остальные сразу заметят это и откроют огонь. Я обратил внимание, что после атак Ивы туман изменился: перед материализацией он начинает искриться, что давало дополнительное время на реакцию. Я сообщил это ПТСН, после чего он передал это остальному отряду.

— Вы не сможете противостоять туману, вас перерубят, нам нужен…

— Главное оружие вот-вот прибудет, Господин К, — перебив меня, произнёс ПТСН, пытаясь меня успокоить. Значит, они правильно поняли намёк?

Тактика против Венджфулы работала: она потеряла ещё несколько когтей. Но неожиданно для нас всех вокруг стало появляться множество облаков разряженного тумана.

— Вы думали, что победили? — послышалось в помещении из облаков тумана. Что же ты сейчас выкинешь?

Механоиды нацелились на облака, но со всех начали выходить когти. За секунды весь отряд механоидов был истреблён, вот-вот могли кончить и мы. Облако тумана раскрылось! ПТСН открыл огонь, но коготь всё равно повредил его. Но тут в комнату ворвался Аметист, который нёс на руках скафандр.

— Гр-р-р грума кунда-а! — прокричал Аметист, после чего пробил своей рукой шлем скафандра. Я сразу понял, что это было.

В тот же миг всю комнату начал наполнять густой мрачный туман.

— Кла’динаэль! — прокричал я сквозь динамики, выплюнув небольшое количество крови.

— Я/мы есть тут, друг мой. Мы пришли на помощь, — послышалось со всех сторон.

— КТО ТЫ, ЧЁРТ ПОДЕРИ?! — послышалось из тумана Королевского убийцы. Я заметил, что туман Тиоританина начал поглощать туман врага. Это заставило Венджфулу выйти из него. Она открылась! Идеальное время для атаки! Мрачный туман сковал врага, Аметист включился в атаку. Он приготовился к битве.

— Мы не сможем сдерживать её долгое время, пространство слишком большое для нас/меня, — проговорил Кла’динаэль.

Аметист внезапно сделал шаг вперёд, его огромная фигура заставила трястись всё вокруг.

—Гр-р-р-р, двои сп-пособносди не помогуд тебъе, Венджфула! — раздался глубокий рычащий голос Аметиста на весь отсек. Венджфула натянула оставшиеся когти, готовясь к атаке.

—Ты слишком высок, чтобы одолеть меня. Я удивлю тебя своими способностями! — с презрением прокричала Королевский убийца.

Сражение началось. Аметист поднял свою громадную руку и издал глубокий рык, нанося по полу сильнейший удар и вызывая локальное землетрясение. Венджфула увернулась, используя свою скорость. Она попыталась скрыться в тумане, но это оказывается тщетным из-за Кла’динаэля. Она не отступала, создавая иллюзии, чтобы запутать Аметиста. Он вышел из себя, пытаясь опередить её действия. Каждый его удар шёл с огромной мощью, он нахмурился, когда Венджфула на мгновение исчезла из виду.

— Тъи ихраесь в опасниъе игхры, мелъкайа! — в ярости закричал каменный голем.

Он использовал свои способности, создавая мощные вибрации и заставляя стены дрожать. Венджфула едва избежала удара, и её начал одолевать страх. Используя уходящие силы, она нашла возможность атаковать. Внезапно, в одну из своих иллюзий она добавила туманные стены, чтобы отвлечь внимание Аметиста. Но голем быстро наслал удар, который разбил иллюзию.

Находясь в стычке, Венджфула начала осознавать свою уязвимость: её сила не безгранична, и доступ к туману ограничен.

Аметист в это время начал использовать тактику. Он согнул колени и зарядился на решительный удар, его накаченные мышцы были готовы разорвать любого противника.

— Я убью вас всех, во имя моей Королевы! — прокричала Венджфула, приготовясь встретить новую атаку врага.

Складывалось впечатление, что бой мог закончиться в любой момент. Аметист сжал кулак, готовясь к удару, но здесь появилась Ива. «Аркана Шторма» в её руках излучает электричество.

— Венджфула, это твой конец. Сдавайся! — подавленным голосом произнесла Архимандрит церкви Святого Духа. Она еле стояла на ногах, опираясь на посох «Аркана Шторма».

Аметист осознал, что Ива занята подготовкой удара, и попытался направить весь свой гнев на Венджфулу. В этот критический момент она поняла, что её туман слишком слаб против силы Аметиста. В конце концов внезапно Ива нанесла последний удар своим посохом, собрав все силы.

Венджфула с трудом увернулась и, как будто на мгновение сбитая с толку, решила, что это её последний шанс: она усилила свои когти и собиралась ответить. Два удара пересеклись, и Аметист осознанно сделал шаг назад, нанося мощный удар по земле. В этот момент Венджфула радовалась, но понимала, что это могло быть ловушкой. Ива очень ослаблена, но всё же создала молниеносный разряд в своём посохе. Она приложила все усилия, чтобы разбить противника. Внезапно Венджфула отбросила их обоих, её глаза горели ненавистью, и она стала готовиться к окончательному удару по Иве.

Ситуация накалилась до предела, и тогда я заметил, что Венджфула собирается атаковать. Мои раны смогли затянуться быстрее, чем я ожидал. Я схватил энергетический пистолет ПТСН’а и в стрессе начал накапливать заряд для выстрела. Я неожиданно для Венджфулы атаковал её сзади мощным зарядом.

— Как ты… смог… с такими ранами? — в полном шоке произнесла Королевский убийца, не поверив в происходящее.

Боль пронзила её тело, когда она в ярости повернулась ко мне, но следующий накопленный заряд не оставил ей шанса. В конечном итоге она потеряла равновесие. Ива подняла посох и со всей своей силой нанесла конечный удар, отправляя Венджфулу в нокаут. От бессилия из-за ран Ива упала обратно на кабели. Тишина захватила весь отсек. Я, успешно встав на ноги, подбежал к Аметисту, который дышал невероятно тяжело и смотрел на меня взглядом, в котором читались восхищение и недовольство.

— Въи… слищкомъ хнены, Докта. — Услышал я от своего телохранителя, который начал вставать и приходить в себя. Я решил подойти к телу поверженной Венджфулы. Одежда была разорвана в некоторых местах, а бинты, закрывающие лицо… от них не осталось следа. Дыхание слабое, — она была при смерти. Я опустился над её телом.

— Королева бы гордилась твоей преданностью, Баал Гипатия, — произнёс я собственным голосом, тихим и булькающим от крови.

— Откуда… тебе известно моё имя? — с полными презрения глазами ответила мне девушка. Её лицо было изуродовано из-за её службы, а из носа капала кровь.

—Королева предвидела твоё возвращение и просила мне передать тебе при личной встрече, что Регалия была передана мне на последующее хранение, если Энтерия будет уничтожена.

В этот момент глаза Баалы округлились от услышанных слов, она не могла поверить.

— Ты… блефуешь, это не может быть правдой! — Услышал я от убийцы. — Если это так, то… ты наследник Королевы… Почему?..

В последние минуты своей жизни её глаза наполнились слезами, её мир был перевёрнут на сто восемьдесят градусов. Всё это время она должна была служить владельцу Регалы — символа власти, короны первого Короля Энтерии, сделанной из вулканического металла.

— Прощай, Баал Гипатия, пора тебе на покой. — Я потянулся к её лицу. Но из последних сил она остановила мою руку, схватив её так резко, что я даже сразу и не понял.

—Ты не представляешь… что будет с тобой из-за Регалы. Я собиралась подарить тебе… быструю смерть. — Последнее, что я услышал, когда её рука потеряла силу и упала на пол. Ненависть, презрение и шок смешались в посмертном лике Королевского убийцы, служившего правителям Энтерии более двух тысячелетий.

Глава 24: Туман рассеялся

Тишина повисла в отсеке. Вокруг была неутешительная картина: отряд феррум механоидов с ПТСН уничтожен, Ива получила тяжёлые колотые раны, Аметист отделался легче всего, Бьорн и Ледокол мертвы, повреждены каюты и механический отсек. На восстановление потребуется несколько циклов. Что же касается меня… Колотые раны в грудь, повреждён скафандр, смертельная кровопотеря. Хоть живой, пока что… Гнетущая атмосфера царила вокруг. Все ждали, что кто-то проронит хоть слово. Особенно начала разговора ждали от меня. Но я просто встал и отправился в сторону выхода. Каждый шаг сопровождался невероятной болью. Но сильнейшая боль была в голове. После всего услышанного голова буквально раскалывалась. Моя память с каждым разом пробуждала что-то забытое. Мне вспоминались события с Энтерии, моих переговоров с их Королевой, её убийства…

Когда я сделал пять шагов, моё тело больше не могло держаться. Я упал… и потерял сознание. Пробудился я уже в своей комнате… или всё же нет? Что-то не давало мне покоя, раны не чувствовались, но я всё ещё видел их. Я чувствовал чьё-то присутствие. Подозрительно знакомое.

Я решил принять вертикальное положение и сесть у края кровати. К своему удивлению, под собой я не обнаружил пола, а лишь космическую пустоту. Вроде и было странное явление, но у меня не было сил на удивление. И вдруг холод, пронёсшийся по моим плечам. Я уже представлял себе, кого мог встретить здесь.

— И вновь вы здесь, Доктор. — Женский голос зазывал меня со спины, казалось, что это был шёпот прямо у моего уха. Тембр был спокойным, с ноткой грусти. Неожиданно для меня, космическая пустота испарилась.

Я начал проваливаться в пустоту, вокруг исчезли все звезды. Мгновение падения — и я оказался в странном месте. В моих воспоминаниях промелькнуло подобное место, которое оказалось… лугами Энтерии. На фоне мрачных и мистических ландшафтов царства дьявольской расы возвышалась Королева, обладающая великолепием, которое не сможет затмить ни одна другая. Теперь туман потерянной памяти рассеян, так что я могу рассмотреть Королеву.

Её волосы, подобно сиянию луны, длинные и прямые, переливались в полумраке, напоминая о нежной, но сильной природе Энтерии. У неё удивительно светлая кожа, которая, кажется, светилась изнутри, создавая контраст с окружающей тьмой. На голове Королевы возвышались два изящных белых рога, подобные дьявольским, но более утончённые и элегантные. Их форма напоминала изогнутые ветви, сплетающиеся в великолепные завитки, что символизировали сочетание могущества и грации. Эти рога придавали ей внушительный вид и подчёркивали её божественное происхождение.

Регала, которую она носила, словно была вылита из самой тьмы, но украшена блестящими камнями, которые искрились, создавая эффект звёздного неба. Её форма напоминала завитки пламени, что отражало дух её расы — суровый и одновременно прекрасный. Каждый элемент короны будто бы рассказывал о древних и загадочных легендах, связывающих её с силой и мудростью предков.

Взгляд Королевы проницателен и властен, но в нём проскальзывало таинственное очарование. Её глаза, как два глубоких озера, манили и вызывали трепет, полны глубины и загадки. Она двигалась с непринуждённой грацией. Её наряд, потрёпанный пережитыми ужасами, украшенный драгоценностями, также подчёркивал её высокое положение и магическую природу.

Каждый шаг этой прекрасной девы излучал уверенность, а её присутствие наполняло воздух энергией. Верные подданные внимали каждому её слову, осознавая, что именно она является символом их силы и судьбы. Королева дьявольской расы — это не просто правительница, а воплощение легенды, красоты и ужаса, которые скрыты в тенях Энтерийской цивилизации.

—Так вот какой ты была, — слегка дрожа, сошли слова с моих уст, наполняя пространство вокруг своим звучанием. Моя голова наполнилась воспоминаниями, из-за чего способность к адекватному восприятию ситуации не представлялась возможной.

Мой взгляд приковала грация Королевы. Мои мышцы замерли. Сознание спуталось. Она направлялась ко мне. Блуждающие тени следовали за ней. Мои ноги не выдерживали, её аура заставляла встать на колени в знак преклонения, но уж слишком много переживал, чтобы так легко сдаться. Она подошла. Находясь в метре от меня, она приковала свой взгляд ко мне. Я не смог отвернуть глаз. Я видел своё отражение в её очах. У неё были перламутровые глаза с небольшими ромбами по центру. Завораживающее зрелище.

— Я рада, что вы вспомнили меня, Доктор. — Ласковая лесть дьявольской Королевы словно ласкала мои уши. — Я всегда буду помнить вас, ведь вы спасли меня и мою расу.

Ирония? Или подобие Стокгольмского Синдрома? Она протянула ко мне свои тонкие нежные руки, коснувшись моего скафандра. В моменте шлем скафандра был снят, моё лицо оказалось открыто. Её очарование ослепило меня. Слёзы начали своё движение по лицу. Её мягкая улыбка и подобающая мимика работала лучше репчатого лука, слёзы текли всё сильнее. У меня больше не оставалось сил, я рухнул на землю, меня охватило отчаяние.

— Прошу, забудь меня, ты ведь ненавидишь меня! — сквозь слёзы проговорил я, пытаясь сдержать всё больше слёз; комок в горле мешал произносить звуки. Я опустил голову, чтобы не видеть этот слепящий свет её ауры. Она встала на колени передо мной. Её нежные руки взяли меня за лицо и подняли мою голову. Наши взгляды пересеклись.

— Разве я могу… ненавидеть вас? — Её мягкая улыбка, мимика, выражение эмоций раздирали меня больнее, чем когти Венджфулы. Целый водопад слёз начал своё движение из моих глаз. Мне стало невероятно тяжело, мышцы горели.

— ПРЕКРАТИ! МОЛЮ, ПРЕКРАТИ! — в агонии произнёс я, не способный выдержать такого эмоционального давления.

Неожиданно для меня, всё резко прекратилось. Я вновь оказался в кромешной пустоте. Лишь голос Королевы раздался, подобно звону церковного колокола:

— Мы обязательно встретимся вновь, Доктор.

После этих слов я пришёл в сознание в собственной каюте. Когда я дотронулся до ближайшей поверхности, датчики сообщили мне о металлическом покрытии. Значит, я в реальном пространстве. Попытавшись дотронуться до лица, я уткнулся в стекло шлема скафандра. После мои руки потянулись к груди. Следов от ран не было, костюм был восстановлен, пока я был без сознания. Сил было немного, удалось лишь сесть на край кровати. Обернувшись, я заметил полку…

Глава 25: В шаге от цели

Что—то приковало мой взгляд к полке. Двухъярусная полка, каждый ярус длиной в мою руку. На верхней полке находилась небольшая книжка, крест Ордена и Библия первого и второго Пришествий. На нижней полке находился инфо-планшет, печать веры, символ церкви Святого Духа и упавшая фотокарточка в обрамлённой рамке. Разглядев все предметы, мои глаза остановились на фотокарточке в рамке. Взяв её в руку, я протёр её от пыли и рассмотрел. На фото была некая девушка… вновь. Неужели старое пророчество про девушек и беду было реальным? На обратном стороне фотографии было написано: «Авеста церкви Бога-Отца, 12 число Месяца Покаяния, 7955 год». Кто это?

Не успел я ничего понять, как ко мне в комнату вошёл доктор Гайнер Лютц. Впервые вижу его за пределами собственного кабинета и рабочей комнаты. Его вид не вызывал добра: на лице читалась злость. Он молча зашёл в комнату, сверля меня взглядом, и сел на стул, расположенный напротив меня. Несколько десятков секунд тишины.

— Как вы, Доктор К? — выдохнув, произнёс Лютц, печатая что-то в своём инфо-планшете. Периодически он сверлил меня взглядом, направлял глаза обратно в планшет и повторял снова, и так несколько раз.

— Жить буду, — кротко и неловко произнёс я, слегка опустив голову.

— Я бы хотел с вами поговорить обо всем произошедшем, — торопливо произнёс Гайнер, убрав планшет за пазуху. Его терпкий взгляд приковался ко мне.

— Задавайте вопросы, я отвечу. — Я подготовился к «допросу».

— Бунт, который подняли энтерийцы два цикла назад, дорого обошёлся нам. Каюта энтерийцев в аварийном состоянии, множественные повреждения, в том числе и критические, в механическом отсеке. Повезло, что в основном пострадали рабочие поверхности, а не сложные механизмы. Пассажиры корабля в панике, напряжение сохраняется. Двое энтерийцев с позывными «Шторм Бьорн» и «Ледокол» погибли, астро-епископ Ива Писторнова получила смертельные раны, находится в коме. Отряд феррум механоидов полностью уничтожен, включая феррум механоида-227. Ваш телохранитель Аметист дарген Кварц отделался лёгкими ранами. Ваше же состояние… смогли стабилизировать.

— Доктор Гайнер, — прервав отчёт, произнёс я, желая кое-что узнать. — С такими тяжёлыми ранами я имел шанс сражаться, но как это было возможно?

В моей голове не укладывалась такая картина, что после прямого прокола груди я был способен не просто лежать без сознания, а встать и дать отпор врагу. Кровопотеря не оставила бы мне шансов, но я выжил. И на чистую удачу тут полагаться нельзя. Лютц тут же нахмурился и всем видом старался дать понять, что не то время я выбрал для вопроса. Но моё любопытство было сильнее.

— Мы смогли восстановить аварийную каюту, процесс восстановления механического отсека… — проигнорировав мой вопрос, доктор продолжил свой доклад.

— Почему пропустили вопрос? — я продолжил стоять на своём.

Тяжело вздохнув, Гайнер встал со стула и подошёл ко мне. Но он нацелился на полку, после чего нажал на место, где лежала упавшая фотокарточка с Авестой.

— Видит Бог, но я не хотел возвращаться к этому, — печально произнёс Лютц, пока в пространстве между двумя полками не открылась некий тайник. — Я постараюсь кратко объяснить вам.

— О чём ты толкуешь? — ошарашенно произнёс я, не понимая его действий. Тем временем тайник полностью открылся, и оттуда мне послышался гул. Присмотревшись, я увидел… Регалу. Доктор взял её и вернулся на своё место, перекладывая её из одной руки в другую.

— В этом заключена ваша боль, — произнёс Лютц, протянув левую руку с Регалой. — Когда энтерийцы были истреблены, вы принесли мне это со словами, что эта вещь не должна была попасть к вам. Вы пережили нечто страшное, что даже я не знаю всех подробностей. Вы попросили меня «стереть» вам память, чтобы забыть всю ту боль, которую наслала на вас Энтерийская Королева.

В течение тысячелетия я пробуждал вас каждые двести пятьдесят лет, чтобы обновить дозу вещества, капсулы которого вы находили в своих карманах. Как бы то ни было, я выполнил ваш приказ, а сейчас вы желаете вернуть всё как было? Потому я дам вам выбор, Доктор К… Если хотите вспомнить всё, что произошло с вами за время до отправки в тысячелетний сон, то возьмите в руки эту вещицу, которая пробудит все воспоминания. Вы вспомните, кто вы такой, по какой причине отправились в этот Звёздный поход длиной в тысячелетие, ваши мотивы и действия, которые привели нас к нынешней ситуации, кто та девушка с фотографии в ваших руках… Но вместе с этим ваше тело вновь будет сковано проклятием «дьявольской принцессы», которое будет уничтожать вас изнутри. У вас есть и второй вариант: дьявольский артефакт Энтерийской Королевы останется у меня, вы забудете о нём, вы забудете большинство деталей, не будете помнить точных причин ваших действий, зато у вас появится шанс обуздать проклятие и начать жизнь с «чистого листа». Какой вариант сочтёте более мудрым?

Я был в замешательстве. Он говорил это невозмутимо и без страсти. Спокойный, монотонный тембр, предлагающий мне что-то выбрать. Что же я могу не знать? Стоит ли последовать поговорке «меньше знаешь — крепче спишь»? Что за проклятие заставило меня мучиться так сильно, что я даже решился на искусственную амнезию?

— Я дам свой ответ после одного вопроса. — Озадаченный выбором, я собирался уточнить одну маленькую, но очень важную деталь.

— Я вас слушаю.

— Не знаю, что заставило меня так поступить, но я хочу знать: собираетесь ли вы дальше применять на мне амнезиак?

Повисла пауза. Лютц не пошевелил и бровью. Его выражение лица буквально говорило: «догадайся». Я замер, ожидая ответ.

— Зная, что из-за моего ассистента курс приёма амнезиака уже и так прервался, то считаю, что смысла продолжать нет.

— Как вы догадались? — Я был ошарашен, что он смог понять это. Хотя у меня и есть догадки, как, хоть правильнее будет сказать, от кого.

— Ваше поведение было странным ещё с момента ухода из моего кабинета. Но после слов Цидии о вашем «психозе» в главном холле в моей голове не осталось сомнения. Дим Стар не ввела вам препарат. Её поведение тоже было подозрительным, а когда она собралась на слушание Библии, то я догадался, в чём дело. Я не дал ей уйти, сделал дисциплинарное взыскание.

— Жестоки вы, доктор Лютц, — с сожалением о Дим Стар проговорил я.

— Зато справедливый. Хотя когда-то было и по-другому. — В его голосе послышалась грусть, которая заинтересовала меня. —Некогда сожалеть о прошлом, мы теряем время. Так что вы выбираете, Доктор К?

Я вовсе и забыл про выбор. Взвесив все возможные плюсы и минусы, я принял решение:

— В тяжёлый час Регала окажется у законного наследника престола, дабы разрешить кризис, от которого будут зависеть судьба Галактики, — решительная речь, наполненная уверенностью, сошла с моих губ, эхом разнеся слова по всей каюте.

Гайнер вздохнул с облегчением. Видя его мимику, то, по его мнению, я сделал правильное выбор. В моём же сердце кипело любопытство от возможности узнать все тайны, но холодный разум понимал риски, которые могут преждевременно окончить мои долгосрочные планы.

— Ваш выбор сделан, Доктор К. — Гайнер Лютц встал со стула, подошёл ко мне и протянул руку. — Мы должны продолжить наш путь. Целое тысячелетие мы ждали этого, мы находимся в трёх световых минутах от нашей цели. Вот-вот мы окажемся на её орбите. Вы готовы, Доктор К?...