Холостяк со стажем

Глава 1

Глава 1. Поймать Судьбу за хвост

— И что это было? — прошептала в пустоту.

Я сидела перед открытым окном и любовалась занимающимся рассветом, надеясь, что холодный воздух выморозит все ненужные мысли и приведет меня в чувства. Ладони заледенели, но вот голова не прояснилась. Пришлось закрыть окно, а то эльфы уже укутались в одеяла с головой. Того и гляди, проснутся. Мне не хотелось компании, сейчас необходимо было уединение, поэтому я тихо встала со стула и вышла из комнаты. Было опасение, что Рафаэль где-то поблизости, но в коридорах было пусто. Похоже, темный ушел еще тогда, когда я его об этом попросила. По крайней мере, в дверь с тех пор никто не ломился и даже не стучал. Поэтому я решилась на вылазку. Все же эльфы нервировали меня только одним своим присутствием и безмятежным сном. Все время было ощущение, что они внезапно откроют глаза, подскочат и начнут расспрашивать о случившемся между мной и темными, раз не сделали этого сразу.

Недалеко от главной дороги, где расположился постоялый двор, был лес с необычными деревьями, чем-то напоминающими бамбук. Он привлек мое внимание с первого взгляда, но я слишком устала вчера, чтобы совершить туда прогулку. Несмотря на то, что я так и не отдохнула, проведя бессонную ночь за размышлениями, сейчас я намеревалась посетить это место. Высокие, тонкие, но крепкие синие стволы, плоские длинные листья и редкая крона — это совершенно точно был бамбук, хоть и отличался от нашего цветом. Мне понравился лес. Я присела на ближайший удобный кусок скалы, откуда хорошо виднелось сквозь кроны деревьев розовеющее небо.

— Может, у меня галлюцинации? — Я рассуждала вслух, разрывая опавшие листики на много мелких кусочков. Это немного успокаивало меня.

— У меня богатое воображение. Неужели все, что я услышала от привидения, было лишь порождением моих страхов? — а вот это я произнесла специально.

Было ощущение, что я потихоньку схожу с ума, но верилось в это с трудом. Также, возможно, кто-то внушил мне этот образ и информацию. Это было больше похоже на правду. А раз кто-то вмешался в мою жизнь таким эксцентричным способом, то он совершенно точно сейчас где-то рядом.

— Наверняка мне все привиделось. Я же была такой измотанной, — снова сделала вброс в пространство, но отклика все равно не было.

Раз так, то придется пойти на крайние меры. Не хочется, но, видимо, выхода нет. Мой тайный благодетель не хочет себя обнаружить, а у меня к нему тысяча и один вопрос.

— И зачем я оттолкнула Рафа? Нужно вернуться и все исправить. Привалюсь к нему под бочок, а все остальное сделает либидо.

Я широко улыбнулась, поднялась и чуть ли не вприпрыжку поскакала к постоялому двору. У выхода из леса у меня уже болели скулы от фальшивой улыбки и появилась отдышка: сил практически не было, а я скакала, как козочка. Пришлось сбавить темп и смириться, что не сработало. Однако как только я ступила за пределы леса, невидимая сила откинула меня назад, отчего я упала на спину и проехалась по листьям не меньше десяти метров. Было больно.

— Да чтоб тебя, носач проклятый! — выругалась я, как только перестала скользить и затормозила у ствола синего бамбука.

— Догадалась, — проворчал воздух передо мной.

— Ты меня совсем за дуру держишь? Кто еще смог бы провернуть такое перед носом у темного? Тебе наша связь сильно мешает, если решился на такие открытые действия, — я села, не поднимаясь с земли, и начала ощупывать спину на предмет повреждений.

Кожу жгло нещадно, но кроме неопасных ссадин и ушибов, я ничего не обнаружила. Отделалась легким испугом.

— Она мне не мешала ровно до того момента, как вы решили перейти на новый уровень ― горизонтально-двигательный, — огрызнулся воздух и явил моего первого знакомого из этого мира: остроносого мужчину в черной хламиде с дико недовольным лицом.

— Не переходили мы на новый уровень. На старом топтались. Тем более, я предпочитаю вертикально-скользящий. Ау! — Кажется, я нашла на лопатке будущий синяк.

— Нельзя было без насилия? У меня на спине теперь живого места нет! — возмутилась я, не смея даже облокотиться о ствол бамбука, ибо рисковала снова завизжать от боли.

— Ты слишком бодро скакала к темному, а я слишком затянул с появлением, вот тебя и отшвырнуло. Это не входило в мои планы, — он спрятал руки в широкие рукава своих одежд, сложив их перед собой.

— Что еще не входило в твои планы? — передразнила мужчину и попыталась встать. Получилось.

— Скорость, с которой вы сойдетесь с темным. Точнее, как быстро он выполнит свое условие для снятия проклятия.

— Значит, хладным ложем Рафаэля наградил ты, — я посмотрела прямо в глаза посланцу Судьбы. — И что же это за условие?

В ответ была тишина. Носач стоял с каменным выражением лица и плотно сомкнутыми губами, всем своим видом давая понять, что этого мне знать не положено.

— Хорошо, этого ты не скажешь. Тогда насчет меня, это было правдой?

— Да. Только ты — не условие. Ты — способ избавиться от проклятия. Неужели ты хочешь освободить от заслуженного наказания отъявленного бабника, когда сама останешься проклятой? Считаешь, это справедливо?

Во мне явно подогревали недовольство, чтобы я не освободила их мальчика от проблемы раньше времени. И это работало. Мне совершенно не хотелось снимать проклятие с темного. Во-первых, не хотелось быть способом, во-вторых... Во-вторых, все было печально, ибо я самым банальным образом ревновала Рафа к тем девицам, что будут у него после освобождения от хладного ложа. Это злило сильнее всего, отчего зарождалось иррациональное желание поколотить блондина. Раз он вызвал такие противоречивые чувства, пусть за них и получает.

— Вижу, мне не о чем переживать, — мужчина хитро улыбнулся, наблюдая за моими эмоциями.

— Возможно, — неопределенно ответила.

Мне кое-что нужно было узнать у этого посланца, поэтому я не спешила его успокаивать. Как только он поймет, что опасаться нечего, сразу сгинет.

— Возможно? — ему не понравился мой ответ.

— Именно. Я могу снять с темного заклятие назло тебе и Судьбе. Вот так просто, — и я усмехнулась, наблюдая как удовлетворенность сменилась открытым недовольством.

— Зачем тебе это? Ты ничего с этого не получишь, — процедил остронос.

— А как же моральное удовольствие оттого, что разрушила ваши планы? М-м-м, это дорогого стоит, — я чуть ли не облизывалась, смакуя момент триумфа.

Носач сжал челюсти, отчего его скулы сильнее выделились, он весь напрягся. Сейчас он явно решал, повестись на мой шантаж или оставить все как есть на свой страх и риск.

— Чего ты хочешь? — прошипел посланец, еле сдерживаясь от ругательств.

Сработало! Я едва удержалась от того, чтобы не подпрыгнуть на месте и не закричать на весь лес «Есть!».

Теперь я уж точно выясню все подробности о венце безбрачия и о причинах моего появления в этом мире.

***

— Рассказывай, за что меня конкретно прокляли и почему отправили в этот мир?

Остроносый только успел открыть рот, чтобы наплести мне с три короба, как я его тут же остановила.

— Факты, без лишней воды и правду. Если умолчишь о чем-то и я это замечу, мигом пойду облагодетельствовать темного, — пригрозила она, складывая руки на груди и выставив одну ногу слегка вперед.

Мужчина тут же закрыл рот и раздраженно выдохнул через нос. Думала, у него пар повалит, как из чайника, но нет. Только легкий свист стоял, оповещая о готовности его мозга. Прежде чем начать вещать, носач еще минуту постоял, собираясь с мыслями и явно планируя, как выдать мне информацию и одновременно скрыть самое важное.

— Ты что-нибудь знаешь о красных нитях судьбы? — Говорил он совершенно спокойно, будто и не кипел от праведного негодования совсем недавно.

Это мне не понравилось. Во-первых, спокойный оппонент — это рассудительный оппонент, который не проговорится, на что я искренне надеялась. Во-вторых, о нитях судьбы мне было известно только одно: они якобы связывают двух людей, предназначенных друг для друга. Естественно, я в это не верила, однако из-за серьезности, с которой об этом говорил посланник, впору было сомневаться.

Разговор пошел не в том русле, в котором ожидалось.

— Эти нити связывают влюбленных, — кратко ответила я, специально не уточняя.

Пусть носач постарается мне все сам объяснить. Если покажу знания, мне могут попросту не открыть всей нужной информации. Я всегда старалась следовать восточной мудрости: говори меньше, чем знаешь. Отличный способ добраться до истины.

— Они связывают предназначенных друг другу людей. У каждого есть своя вторая половинка. Проблема лишь в том, что она — одна-единственная. Если по какой-либо причине связанные нитью не смогут найти друг друга, они оба будут несчастны до конца жизни.

— Печалька какая, — я скептически отнеслась к информации, но на вооружение взяла.

— Это действительно печально. Но еще печальнее, когда двое находят друг друга, а кто-то вроде тебя, разлучает их, — прорычал посланник, зверея на глазах. — Вот где трагедия.

Он наступал на меня, почуяв, как собака, что я не верила ему. Пришлось даже отступить, из-за чего я напоролась на дерево спиной и от прострелившей все тело боли упала на колени. Похоже, травмы были серьезнее, чем я предполагала.

— Если вы собираетесь меня пугать, то я сейчас же пойду исполнять свое предназначение и освобожу темного от проклятия! Ненавижу, когда давят массой.

Я запрокинула голову и со всем возможным негодованием уставилась на склонившегося надо мной мужчину в хламиде. Одеяние свисало по бокам, отчего частично скрывало меня от посторонних глаз.

— Хм, вероятно, росточком не вышла, — отвесил шуточку носач.

— Хм, вероятно, рост — это единственное, чем вы можете на меня давить. Что, грозному бессмертному посланцу Судьбы больше нечем удивить хрупкую девушку? Габариты — это все, на что у вас хватает фантазии?

— Не заговаривайся, девчонка, — снова начал злиться остроносый.

— Не пытайтесь меня запугать, я от этого теряю всякий страх.

Отступил. Убрал свою жуткую хламиду от меня и отошел на несколько шагов.

— Хоть бы стул наколдовал уставшей и травмированной девушке, — бурчала я себе под нос, поднимаясь с колен. — Из-за вас, между прочим, пострадала.

На меня бросили взгляд исподлобья, после чего взмахом руки наколдовали целую мягкую лавку со спинкой, обшитую красной тканью. Я так и осталась стоять с открытым ртом в полуразогнутом состоянии. Не первый месяц я жила в этом мире, но все никак не могла привыкнуть к тому, что магия может творить нечто подобное.

— Нет больше пожеланий, травмированная? — съехидничал и расплылся в улыбке мой спаситель.

— Кофе бы мне. — И я скосила взгляд на мага, наконец, разгибаясь.

Не поверите, через секунду у меня в руке появился самый настоящий капучино из «Старбакса». Логотип на одноразовом стаканчике подтверждал это, как и чудесный аромат свежезаваренного кофе. Я втянула пар, что вился из маленькой дырочки в крышке, села на лавку, блаженствуя, и закинула ногу на ногу. Правда, приходилось сидеть ровно, чтобы не прислониться случайно к спинке, что слегка испортило момент.

— Хочу печенье «Макарон»! — рискнула еще раз. На лавочке рядом тут же материализовалась целая коробка, полная разноцветных круглых сладостей.

— И-и-и! — пропищала я. — Где ты был всю мою жизнь?! Тебе жена, случаем, не нужна?

— Обойдусь, — будто побрезговал мной.

Обидно, досадно, но ладно. Кофе и печеньки спасали ситуацию.

— А наколдуй мне спорткар. Или нет, внедорожник, красный! — разошлась я.

— Извини, травмированная, три желания закончились, — хитро прищурившись, ответил носач.

— Что?

— У тебя было всего три желания.

— Ты что, рыбка золотая, по три желания исполнять? Плагиатишь Пушкина? Тебя тоже в море теперь спровадить нужно? — растерялась я.

— Я не могу причинять вред смертным. За это полагается наказание, но так как я урегулировал конфликт, исполнив три твоих желания, мы в расчете.

— В расчете?! Мы не в расчете. А-а-а! Как болит нога. Она однозначно сломана! — Я схватилась за голень, предусмотрительно удерживая кофе одной рукой. Кто ж капучинкой из «Старбакса» поливает фэнтезийный синий лес —слишком крутое удобрение.

— Там даже синяка нет, так что мы в расчете, — настаивал на своем носач.

Обвел меня вокруг пальца, злыдень местного разлива! Это ж целых три желания пропали! Три! Я могла запросить информацию! Этого он, похоже, и опасался.

— Отлично. Тогда я просто обязана по законам жанра отпустить тебя восвояси. Если спущу в унитаз, сам до моря доберешься, золотая рыбка?

Естественно, я злилась. Лавка, кофе и печеньки были кстати, но я никогда не потратила бы на них три желания. Сперва точно попросила бы внедорожник, достало уже отбивать попу о седло, потом потребовала бы для него вечный запас топлива, и только после попросила бы кофе.

Без прихотей никуда, даже в чужом мире. Женщина я или кто. Только для того, чтобы полюбоваться на обескураженное лицо посланника, я бы точно попросила мелочь в последнем желании.

— Значит, я могу уйти? — попробовал воспользоваться моей подколкой посланец.

Как бы не так! Желания я уже профукала, больше попадаться на уловки я не могла себе позволить.

— Я жду подробностей о красных нитях и их влиянии на мое наказание. — Я с блаженством отпила кофе, предварительно открыв крышку, чтобы не пропала пушистая пенка. Вместо этого она осталась над моей верхней губой, откуда я ее с удовольствием слизала.

— Непробиваемая, — выдохнул маг и сел рядом со мной, грубо отодвинув с середины лавки на край.

— Эй! Я чуть не облилась.

— Моя лавка —мои правила.

— Она моя!

— Технически, она казенная. Я ее из Эрмитажа перенес. Наслаждайся, пока можешь. На ней императорская чета сидела, — обескуражил меня носач.

— Что до нитей, то пока человек или представитель другой расы не встретил свою половинку, они находятся в поиске. Ты не видишь эти магические связи, но я как слуга Судьбы имею эту способность. У одиноких сердец конец нити свободный, ни с чем не соединенный. Он просто отходит от души и ищет вторую такую же красную нить, чтобы связаться с ней. Именно в такой момент и происходит объединение судеб, и рождается пара, благословленная небесами.

— Какое это имеет отношение ко мне?

— Пусть ты не видишь их, но ты интуитивно их чувствуешь. Это тоже своеобразная магия. Думаешь, как тебе удалось завоевать всех бывших мужей? Ты перехватывала свободные концы нитей и наматывала их на руки. Мужчина, чью судьбу ты поймала, постепенно влюблялся в тебя. Когда приходило время уходить, ты также легко отпускала красную нить, давая ей возможность найти ту единственную пару, что предназначена мужчине. Поэтому никто из бывших не преследовал тебя, и поэтому ты так хороша в своем деле.

— И в чем тогда проблема? Я же никому не вредила. За что меня наказали? — я решительно не понимала причин.

Если все оставались довольны после расторжения отношений, значит, и преступления не было. Аферистка я или нет, наказания точно не заслужила.

— Если бы ты так и продолжала, никто бы тебя не трогал, но ты сломала судьбу человеку, — посланник наклонился к моему лицу и пристально уставился прямо в глаза.

— К-каким образом?

Бр-р-р, ну и жуткий у дядьки взгляд, проморозило до костей.

— Ты схватила нить, что уже была связана с другой, и разорвала узел. Попросту говоря, ты сломала жизнь двум предназначенным друг другу людям. Он никогда не встретит свою любовь, она так и останется несчастна, даже если выйдет в итоге замуж. Ты разрушила благословение, данное им свыше. Это грубое нарушение законов бытия. Такое не могли тебе спустить.

Он продолжал смотреть на меня, а я затравленно на него. Черные глаза переливались, будто покрытые перламутром. Это пугало еще больше. Существо передо мной было высшего порядка и до сих пор лишь позволяло мне свободно общаться с ним, когда могло одним лишь щелчком пальцев превратить меня в пыль или росу. Я отчетливо это осознала, прежде чем мужчина отстранился от меня.

— Кто? — в горле пересохло, и я прохрипела свой вопрос.

— Брат твоего последнего жениха, десятый муж.

Сразу стало понятно, почему мне не дали выйти замуж за Стефано. Это было бы жестоко по отношению к Альфредо. Все же мужчина хорошо ко мне относился и не заслужил навечно остаться несчастным. Стало стыдно и как-то противно от самой себя.

— Тебя хотели простить, ибо ты не ведала, что творишь. Но когда ты решила выйти замуж за родственника жертвы твоей халатности, терпение Судьбы лопнуло. Дальше сама можешь догадаться.

— Предполагаю, что наказание не действует в моем мире, так как там вовсе не существует магии. Поэтому вы перенесли меня сюда и наложили венец безбрачия. Все логично, — говорила я тихо и ровно, но только потому, что мной овладела апатия.

Естественно, я винила себя, но не настолько, чтобы постричься в монашки и отказаться от своего ремесла, поэтому я планировала снять проклятие в любом случае. Другое дело, что мне отныне придется быть осторожнее и научиться видеть эти мифические нити.

— Любой может разорвать нить судьбы?

— Нет, Чарли. У тебя редкий врожденный дар «свахи». Так мы называем тех, кто видит и может управлять красными нитями других. До сих пор ты делала все интуитивно, но если поднатореешь, сможешь видеть связи судеб глазами.

На этот раз посланник говорил мягко и слегка покровительственно. Даже приобнял за плечи.

— А за что наказали Рафаэля? — неожиданно спросила я.

— За то же самое. Только он просто разрушил хрупкую связь сердец, соблазнив девушку. Твоего дара у него нет, зато есть невероятная харизма и мощь. Увы, в большинстве случаев это действует разрушительно на женский пол. Они просто не могут найти никого лучше темного любовника, отчего разочаровываются в своих половинках, — и носач тяжело вздохнул, будто камень упал ему на грудь. После этого десять раз подумаешь, прежде чем спать с темным. Поломает психику, и будешь потом ходить неудовлетворенная всю оставшуюся жизнь.

Помимо этого, меня интересовала еще одна деталь относительно Рафа, и я решила попытаться узнать истину.

— Это правда, что темные лорды приравниваются к принцам?

Об этом мне поведал Дисэль во время путешествия в королевство троллей, конечно же, по секрету. Ох, какой шкурный интерес у меня был в этом вопросе. Ведь все могло стать намного проще, если бы Рафаэль официально являлся принцем.

— Правда, но это ничем тебе не поможет. Приравниваются — не значит являются. Твое проклятие ему не снять, увы, — и носач сделал притворно сочувствующее лицо, опустив уголки губ в несчастной гримасе.

Злыдень. Добивает поверженного. А я так надеялась, что Рафаэль подойдет. Столько проблем могло бы решиться в один момент, но видно не судьба.

Очевидно, что мы с темным были огромной головной болью для богов, за что получили по проклятью. И это даже справедливо, в какой-то мере, однако почему наши судьбы так тесно переплелись, я до сих пор не знала. Спросить об этом я так и не смогла: дядечка с длинным носом испарился раньше, оставив мне лавочку на время (она исчезла, как только я поднялась с нее). Но даже будь посланник рядом, все равно не ответил бы. Кажется, это и был тот самый секрет, о котором необходимо было молчать.

***

Постоялый двор. Я как раз вернулась с ранней прогулки и обдумывала в процессе подъема по лестнице все произошедшее, как вдруг на меня обрушился рев разъяренного темного:

— Где ты была?! — аж гостиница вся сотряслась от этого рыка.

Я закрыла ладонями уши и присела. От недосыпа голова раскалывалась, и громкие звуки только все усугубляли. Убедившись, что орать на меня больше не планируют, я осторожно отняла руки от головы и поднялась. Передо мной стоял источающий убийственную ауру темный и прожигал меня взглядом. Я молча протиснулась между ним и углом лестницы к нашей комнате, стараясь не делать резких движений.

— Не пила, не спала, не куролесила, а чувствую себя, будто через мясорубку пропущенной, — тихо пробормотала себе под нос и неуклюже ввалилась в номер.

— Где ты была! — тоненько пропищали оба светлых с пола.

Ниэль и Дисэль сидели на ковре у кровати, связанные по рукам и ногам, и дикими глазами смотрели на меня. Вид у эльфов был крайне измученный и помятый. Пожалуй, они выглядели даже хуже меня.

— В честь чего БДСМ-вечеринка? — слегка нервно спросила я у светлых.

— А мы тебя похитили, — и Садако нервно хихикнул. — Якобы.

— И мучили, и пытали, и принуждали к близости, — голос бывшего декана слегка дрожал, пусть он и пытался это скрыть. — Якобы.

— Тогда почему связаны вы, а не я?

— Потому что я выбивал из них информацию о твоем местонахождении и попутно пытал, — Рафаэль внезапно зашел в комнату и встал передо мной. — Якобы.

Последнее было произнесено издевательски и прямо мне в лицо. Это мне не понравилось. Слишком темный всполошился из-за какого-то часа отсутствия. Я что, уже не могу уединиться?

— Никак не пойму, в чем проблема? Я ушла на прогулку. С какой стати ты накинулся на светлых? — во мне просыпался недовольный борец за свободу и мужененавистник.

— Ты сбежала к ним и заперлась. Утром я принес завтрак, но тебя в комнате уже не было. Там я увидел только двоих довольных жизнью эльфов. Что я должен был подумать? — разошелся подельник не на шутку.

— Что они хорошо выспались, а я вышла подышать свежим воздухом? — предположила я.

В моей голове никак не укладывалось, почему Рафаэль так всполошился на ровном месте? Ничего страшного и криминального не произошло, чтобы так остро на это реагировать.

— Да он почти сразу накинулся на нас с обвинениями и даже не выслушал. Совсем с катушек слетел! — пожаловался Дисэль.

А вот блондин стоял с закрытыми глазами, молчал и только громко дышал. Отвечать на выпад рыжего он не стал. Однако когда я подошла ближе, чтобы посмотреть в лицо темному, услышала его вымученный голос.

— Тебя не было в этом мире, — он так мучительно это произнес, что у меня защемило сердце. — Я потерял тебя. На целый час твоя жизненная энергия исчезла.

Он открыл глаза, кинул на меня взгляд, полный ненависти и тревоги, после чего резко развернулся и вышел из комнаты. Мне только и оставалось, что смотреть в открытую настежь дверь ему вослед и слушать громкие удаляющиеся шаги, пока они не смешались с остальными звуками в глубине постоялого двора.

Кажется, я что-то сделала сильно не так, раз заслужила такой взгляд от всегда понимающего и терпеливого блондина. Где-то в наших отношениях появилась трещина, но я все еще не видела, где именно.

— Самокопание и самоедство — вещь хорошая, но, может, уже развяжешь нас? У меня жуть как чешется пятка, — разрушил гнетущую атмосферу маг.

— Все шутишь, — равнодушно произнесла я и перерезала веревку.

— Ни капли! — Декан скинул с себя путы и резко наклонился к левой ноге, начиная с остервенением ее чесать.

— Блаженство-о-о.

— А у тебя что чешется? — спросила я у Садако, освобождая его.

Принц ничего не ответил. Просто скинул веревки, подорвался с места и рванул в сторону уборной. Все сразу стало ясно.

— Не стоило ему два кувшина вина вчера приговаривать, — насмехался над племянником маг, с упоением почесывая уже красную от такой заботы пятку.

Глава 2

Глава 2. Откровение

В столицу Бургуда мы прибыли через три недели с начала путешествия. За это время ситуация в нашей небольшой, но очень колоритной компании, изменилась. Во-первых, проклятый в шкуре кота после заварушки с посланником судьбы по расписанию обратился шаршем, да так им и остался.

— Истек срок наказания, — с радостной лыбой возвестил ящер и начал скакать по поляне, на которой мы поставили лагерь.

Его совершенно не волновала нагота и поздняя осень. Он прыгал от счастья так, будто егона сковороде жарили. Только через несколько минут ощутил, что естество скоро отморозит и прикрыл его ладошками. Никогда не забуду, как шарш в раскорячку бежал ко мне в палатку, зажимая в руках самое дорогое. Видать, припекло ночным морозцем бубенцы. Бедняга завернулся в три одеяла и ходил за эльфами тенью, выпрашивая одежду. К Рафу даже не приближался: слишком устрашающе выглядел блондин. Когда беднягу одели и обогрели, выяснилось, что проклятье хладного ложа все еще действует. Узнал это Леодар, так звали шарша, опытным путем: он взбудоражил всю деревеньку, в которой мы остановились на следующий день. Десять попыток, и все мимо. Сбегали всей компанией в ночи и через лес, пока нас не сожгли вместе с любвеобильным шаршем на костре. Желающих было много.

В связи с выявлением проклятья, Лео решил остаться с нами. Даже пообещал работать и помогать во всем, лишь бы мы не отдали его на растерзание толпе. Я догадывалась, что ящер теперь будет пытать счастья с каждой встречной-поперечной, и нам придется его каждый раз спасать, поэтому негативно отнеслась к присутствию хладнокровной рептилии со слишком горячим либидо в нашей компании. Однако Лео неожиданно поддержал Раф. Из солидарности или из-за других причин, мне это неизвестно. Факт в том, что похотливая ящерица осталась.

Во-вторых, перемены произошли во взаимоотношениях. Темный резко изменился после случая с моим внезапным исчезновением и практически не разговаривал со мной. Все только по существу: ни секунды лишней болтовни, флирта или нежностей. Блондин резко превратился в высокомерную задницу, которой было плевать на меня и на все, что я делала.

Как-то мы с Ниэлем залезли в одну палатку и принялись тестировать контрабандную косметику, которую эльф получал вне зависимости от своего местоположения. Курьер его даже в лесу нашел, такие отлаженные поставки были у принца. Только я принялась размазывать эссенцию из яда пятиглавой змеи по лицу, шее и зоне декольте светлого (самому было сложно не попасть на слизистую или ранки, что было строго запрещено инструкцией), как в палатку заглянул Рафаэль. Сначала его глаза блеснули желтым и буквально пригвоздили Ниэля к месту, но спустя секунду темный взял себя в руки и с безразличным выражением лица убрался прочь.

— Хоть ночи бы дождались. Или уже совсем невтерпеж? — сухо бросил блондин, будучи уже за пределами палатки.

Я была уверена на все сто, что последняя фраза была адресована мне. После неудачной близости, что так и не состоялась, мой сообщник вел себя крайне странно. Создавалось ощущение, что я больше не интересую его. Как будто все произошло, проклятье пало, и во мне отпала надобность. Это неприятное и гадкое чувство. После каждого нового холодного диалога хотелось помыться. Увы, но исправить хоть что-либо мне было не дано. Цель уже была задана, а сближаться с темным я не планировала. Наверно, так даже было лучше. Меньше соблазна было для меня.

Однако всю иронию своего положения я осознала на трети пути в Бургуд. Оказывается, наследники трона троллей берут в жены только воительниц. Этой традиции уже много сотен лет, и ни один принц ее не нарушал. Нынешний наследник отказался от проведения отбора, точнее, турнира за место супруги подле него, но факт остается фактом: не умеющую сражаться женщину кронпринц замуж не возьмет. Это вызвало массу проблем. Во-первых, я была мелкая, пусть и спортивная, во-вторых, боевые искусства видела только в фильмах Джеки Чана, Жан Клода ван Дама и Джета Ли. Конечно, способность драться красиво и правильно всегда меня завораживала, но я даже предположить не могла, что сражаться придется самой. И в-третьих, выбор учителя по боевым искусствам был невелик.

Первым взялся за мое обучение Дисэль. Не стоит говорить, что это несчастье, пусть способное и виртуозное, я уложила на лопатки почти сразу. Слишком хлипкий наш Садако. Он показал мне парочку бросков и в результате пал жертвой одного из них, безупречно выполненного мной. Вся спина эльфа после эпического фейла была одним сплошным фиолетовым синяком.

Далее на роль учителя пробовался Ниэль. Все шло хорошо, отработка ударов и уклонения давались мне относительно легко. Я уже было решила, что светлый идеален для меня в качестве наставника, пока он не пропустил удар.

— Мое драгоценное лицо! Да ты представляешь, сколько времени и средств я на него трачу! — возмущению светлого не было предела. Кажется, на такую жертву он не был готов пойти.

На его скуле начал наливаться синяк, а глаз заметно заплыл. Почувствовав масштаб катастрофы, маг тут же сорвался с места и рваным шагом удалился в палатку, чтобы вылить на себя половину запасов контрабанды из новоприбывшей партии. Метросексуал, чтоб его. Внешность чуть ли не превыше всего.

— А что, в бою запрещено бить противника по морде? Только я должна получать? — меня вся эта ситуация тоже разозлила.

Пришлось прервать тренировки аж на два дня. Садако больше не решался меня тренировать, а Ниэль вообще не вылазил из масок и холодных компрессов. Даже в пути носил повязку с остужающим камнем на левой половине лица. Тренировать меня он зарекся навсегда.

— Но ты же принц! А если нападение? Будешь стоять в сторонке и намазывать личико омолаживающей смесью, пока твоих соотечественников будут вырезать?

— Вот когда начнут вырезать, тогда и пойду сражаться, а сейчас мои страдания не окупаются. Стимул слабоват, — как ни в чем не бывало, произнес Ниэль и потопал прочь от меня.

Тогда я поняла, что придется идти на поклон к Рафаэлю. Темные славятся своей быстрой реакцией и отличными боевыми навыками. Для меня должно было быть честью заполучить такого учителя, но, увы, я этого абсолютно не чувствовала. Скорее было неловко и как-то дико просить блондина об услуге. Он так сильно изменил свое отношение ко мне всего после одного случая, что я не имела понятия, как вести дела с таким мужчиной.

Через два дня, наполненных бесполезными уговорами светлого, я приняла свое поражение и подвела кобылку к Пони темного.

— Рафаэль.

— Слушаю, — бесстрастно ответил блондин, размеренно покачиваясь в седле слишком маленькой для его роста лошадки.

— Ты же не откажешь мне в помощи? — сладко пропела, стараясь заглянуть в глаза мужчине, но тот успешно избегал зрительного контакта.

— А должен? — и он, наконец, посмотрел на меня. Правда, по его взгляду было ясно, что глупее вопроса не сыщешь.

Ну да, он же, вроде как, обязан мне помогать. Но в свете последних событий, я считала этот вопрос необходимым.

— Научи меня базовым приемам. Необходимо, чтобы я хоть немного знала боевые искусства, иначе не видать мне принца троллей, — выдала все, как на духу.

Он не отказался. Наоборот, с энтузиазмом гонял меня по лесам, полянам и ручьям, атакуя не меньше, чем вполсилы, что было очень травматично для меня. Темный будто отыгрывался на мне за что-то, но я так и не поняла, за что. Естественно, что я не достигла мастерства в местных единоборствах, но зато я могла показать хоть какие-то приемы, и даже увернуться от трех-четырех выпадов блондина. Правда, на пятом фатально уходила в нокаут. Раф бил не сильно, но вырубал отменно. Травм не оставалось после наших поединков, исключая синяки и ушибы. Учитель был крайне осторожен. Даже нокаутировал нежно, но с потерей сознания. При этом темный всегда сохранял спокойствие или пытался это сделать. Однако один случай сдвинул чашу весов с безразличия на явный интерес, пусть и не в хорошем смысле.

Почти перед самым прибытием в столицу королевства мы переходили ущелье по ветхому подвесному мосту. Был путь безопаснее, но пролегал он в сотнях километров от нас, и на нем мы бы потеряли почти неделю пути. Выбор был очевиден, тем более Ниэль уверил нас, что мост выдержит всех. Однако, чтобы не устроить перегрузку сомнительному сооружению, мы переходили на ту сторону по одному. Темный завершал нашу процессию вместе с Пони. Все остальные скакуны переходили каждый со своим хозяином (да-да, эльфы давно купили себе пару отличных жеребцов).

В какой-то момент послышался треск и мост слегка просел, чем заставил нас всех затаить дыхание и с ощущением чего-то нехорошего посмотреть на Рафаэля. Мужчина был бледен и не двигался, оценивая риски и шансы выжить.

— Раф, оставь Пони и медленно продвигайся к нам, — первым сообразил, что делать, бывший декан.

— Как оставить Пони? — слабым голосом уточнила я.

— Кто тебе важнее: конь или темный? — прошипел светлый и продолжил давать дельные советы Рафу.

— Доски вполне крепкие. Скорее всего, где-то прогнила веревка. Лучше бы тебе лечь и ползти, но в этом случае ты не сможешь бежать или прыгнуть при необходимости, так что попробуем, как есть.

Блондин молча слушал все, что говорил маг, и осторожно выполнял. Однако одного все же мы не учли. Пони не стал спокойно стоять на месте, а двинулся следом за хозяином. Снова послышался треск, мост тряхнуло, а через секунду веревка, что скрепляла доски снизу по левой стороне, лопнула с громким хлопком. Всю конструкцию перекосило, большая часть моста свесилась, не позволяя более на ней стоять. Пони сорвался в пропасть мгновенно. Рафаэль же успел ухватиться за веревки и теперь висел в семи метрах от нас.

— Раф! — выкрикнула я, сама не осознавая этого.

Внутри все сжалось, сердце заходилось в бешеном ритме, а на глаза сами собой навернулись слезы.

— Держись! Ниэль, сделай что-нибудь! — я повернулась к эльфу и начала кричать на него.

— Да что я сделаю?! — гаркнул в ответ светлый. Тогда я схватила его за грудки и начала трясти, как умалишенная. Разум покинул меня на несколько секунд, однако звонкая пощечина привела в чувство. Как раз вовремя, чтобы стать свидетелем последующих событий.

Вторая половина моста испытывала на себе всю нагрузку, и никому не было известно, как долго она продержится. Оказалось, недолго. Из-за того, что темный пытался кое-как продвигаться к краю ущелья, он постоянно дергал веревку, почти срываясь в пропасть. Один из таких рывков оказался роковым, и мост обрушился вместе с блондином.

— Нет! — заорала я, пытаясь удержать мост, но сил моих было явно недостаточно.

В момент, когда темный ушел вниз вместе с досками, у меня внутри случилась маленькая смерть. Какая-то часть меня рухнула в пропасть вместе с блондином, и от этого стало еще невыносимей. Однако когда я свесилась с края в попытке обмануть себя, отрицая смерть темного, то ощутила невероятный приступ эйфории. Тело полностью расслабилось, и по нему побежали приятные покалывания. Рафаэль висел над пропастью, схватившись за доски подвесного моста. Он обвалился не весь. Именно та часть, за которую держался блондин, чудом не распалась.

— Что, уже хотела сигать следом? — подшутил надо мной темный.

— Ниэль! Он жив! — в невероятном приступе неконтролируемой радости я набросилась с объятиями на эльфа, после чего тут же его отпустила. — Нам нужна веревка.

— Догадался уже, — буркнул декан, быстро схватил моток с луки седла и спустил конец темному. Ему помогали Дисэль и Лео.

Через несколько минут Рафаэль стоял возле нас на твердой земле, а меня по-прежнему лихорадило. Хотелось и смеяться, и плакать одновременно. Ужасное чувство отходняка. Однако одну вещь я осознала отчетливо. Я действительно готова была прыгнуть следом за блондином, и это открытие совершенно мне не понравилось. Я что-то рыкнула в ответ на вопросы о самочувствии, нагрубила Рафу и ушла вглубь небольшой рощицы одна.

— Я влюбилась, — впервые я произнесла это вслух.

Раньше казалось, что если выскажусь открыто, то произойдет катастрофа. Сейчас же я отчетливо понимала, что катастрофа уже произошла. И дело даже не в том, что я никогда не хотела испытывать этого чувства вновь. Я просто не могла позволить себе любить именно этого темного. На мне венец безбрачия, на нем — хладное ложе. Нам просто не суждено быть вместе. Тем более что я не планирую оставаться в этом странном мире. По-прежнему передо мной была цель снять проклятие и вернуться. Даже если с перемещением в свой мир можно повременить, то сам процесс снятия венца не располагает к отношениям. Я стану женой одного мужчины, сходя с ума по другому. Жуть, а не перспектива.

Именно поэтому я решила просто игнорировать Рафа. Делать вид, что мне плевать на него, как на объект любви. Отличная стратегия. Она должна была сработать.

— Черт! — я подскочила с бревна, на котором недавно сидела.

Да-да, в тот момент я поняла, почему изменился темный. Он, как и я, испугался за любимого человека и осознал свои чувства. Это знание привело его к тем же самым выводам, что и меня. Раф думал, что я умерла или исчезла, поэтому так переполошился.

Кто бы мог подумать, что все так до банального просто. Двое влюблены, и оба отныне будут об этом молчать. Но чего же так боится Раф?