Ходоки в миры СССР

Глава 1. Союз минус. Первая сцена ознакомительная

- Да не подпирай, не видишь - тесно!

- Ползи давай! Это вот мне тут повернуться негде.

- Хочешь меня дрыщем обозвать?

- Дрыщ и есть.

- Счас как двину!

- ДЯ те потом двигалку оторву. Ну чего там?

Во тьме хода раздавался сдавленный шёпот, слышалась возня и чье-то усердное пыхтение.

- Да не видно ни фига! Мы точно туда идем? Может, подсветим?

- Я тебе подсвечу! Спалишь нас к чертям.

- Да не туда залезли. Зуб даю, ход поменялся. Все, пропали мы. Так и останемся между…

- Не ссы и ползи дальше! Лом порожняк гнать не будет. Ему же потом за такое башку оторвут.

- Ну это да. Эй, вроде что-то показалось.

Щуплый, похожий на молодого пацаненка парень, наконец, облегченно выдохнул. Впереди робко забрезжил лучик света, он пролез три метра вперед и отодвинул в сторону деревянную загородку, изображающую щит лаза, затем внимательно огляделся. Несмотря не несолидную габаритность, паренек вел себя уверенно, двигался легко и тихо.

- Чего там шароебишься, Сеня? Помогай!

Его более здоровый напарник с усилием доставал из потайного лаза старомодного вида чемодан. На такой глянешь - взгляд не остановишь. Разве что удивишься, что с подобным старьем еще кто-то ходит. Щуплый подначил товарища:

- А как же твоя физическая форма, Миша?

- Да задолбался в этой тесноте его тащить. Принимай!

Михаил осторожно вылез наверх, прикрыл за собой люк хода и огляделся. Он в отличие от своего напарника был высоким и мускулистым малым. В каждом скупом движении здоровяка сквозила внутренняя и скрытая до поры, до времени сила. Короткая прическа отлично очерчивала красивой формы череп, широко расставленные скулы показывали природную русопятость, а серые глаза холодно поблескивали в полутьме сарая.

- Попали точь-в-точь. Такое дерьмо только в этой копии может быть. Тьфу ты, весь вымазался!

Семен оглянулся и поднял с покрытого деревянной трухой пола небольшую заплечную котомку, что притащил с собой.

- Тогда переодеваемся?

Михаил искоса глянул на своего компаньона и кивнул:

- Давай мне рубаху клетчатую. Штаны потянут, за рабочие сойдут в любой копии. Работяга везде работяга.

- Ботинки у тебя больно дорогие. Смотри, срисуют.

- Да они в пыли все. И обычно глядят на обувь лишь женщины.

- А я думал, они на твою спортивную на задницу пялятся, - рассмеялся щуплый, меняя футболку с модным принтом на простого кроя рубашку. На свои вихрастые патлы Сеня натянул кепку восьмиклинку и стал выглядеть записным хулиганом из ближайшей подворотни.

- Готов? Глянь, что там?

Сеня подошел к двери сарая и аккуратно через большую щель снял изнутри дешевый замок, которым она закрывалась. Затем осторожно выглянул наружу и цепко оглядел двор пошарпанной временем пятиэтажки. В некоторых копиях их называли по имени неудачника вождя «хрущевками», но в большинстве миров прилипло хлесткое прозвище «пятиметровки», возникшее из-за малюсенькой площади кухонь. Любили советские люди на них посидеть, посудачить. Ничего необычного он не увидел. Проржавевшие и некрашеные остатки металлической детской площадки, разросшиеся кусты, бурьян, вездесущий мусор и группа занятых распространенной игрой аборигенов.

- В углу народ в домино режется, детки на площадке убиваются. Но в целом тихо. Лишних глаз нет, да просмотр с окон затруднен ветками.

- Двор проходной?

- Ага. До угла шагов тридцать, там дальше заметен кусок большой улицы с аллеей.

Михаил подошел к выходу из сарайки и сам оценил обстановку.

- Вон и желтый дом через дорогу. Значит, нам туда.

- Хрена у тебя память!

- Вот потому я и главный. До дяди Натана отсюда меньше квартала. Идем ближе к стенам, не торопимся. Понял? Менты тут пуганые.

- Не лечи отца, и баста!

Через минуту из двери полуразваленного строения просочилось двое парней. У одного за плечами котомка, второй тащил увесистый потертый чемодан старого дизайна. Оба ничем особым не выделялись. Мало ли какие дела у них случились в старом покосившемся сарае. Шли они, не торопясь, о чем-то тихо переговариваясь. Но сидевший за столом худощавый мужчина с перебитым носом цепким взглядом уловил в их поведении некую странность и тут уже подозвал к себе долговязого подростка, что сидел неподалеку на скамеечке.

- Генка, проследи-ка за этими двумя фраерами. Только осторожно, на рожон не лезь.

Родной племянник молча кивнул дяде и незаметно исчез. Это он неплохо умел делать, выполняя иногда поручения своего авторитетного родственника. Того пацан безмерно уважал, как и многие в их районе. Три ходки, одна за тяжкие, положение среди воровского криминалитета. Мужичок тут же перевел взгляд на костяшки, которые держал в расписанных синим руках. Впрочем, воровские партаки виднелись у многих из сидевших за столом. На Хитровке сидельцем быть выгодно и уважительно.

Тем и жили - не тужили!

Три звонка в дверь оторвали сидевшего за рабочим столом мужчину от занимавшего его целиком дела. Сначала ставшее настороженным лицо расплылось в легкой улыбке. К трем быстрым сигналам добавились два характерных, почти слившихся в один. Это был знакомый для хозяина квартиры код - «Свои». Ловко накинув содержимое стола широкой салфеткой, мужчина мимоходом глянул в окно и поспешил в прихожую.

Небольшая лысина заблестела от света электрической лампочки, а сам он прильнул к дверному глазку. Только вот тот, как, впрочем, и дверь были необычными. Сам глазок выведен наверх, а система наблюдения походила на перископную. Задумка и исполнение хозяина. Да и дверь только снаружи выглядела простой и не привлекала внимание. Укрепленные косяки, основательный запор делали непрошенное проникновение в квартиру сложным и весьма затратным мероприятием.

Удовлетворившись увиденным, мужчина выдохнул, аккуратно промокнул лоб платочком и начал священнодействие. Запор открывался затейливым механизмом с помощью колеса, затем пришел черед обычному дверному замку. Наконец, дверь в квартиру на втором этаже распахнулась.

- Дядя Натан, тут можно в мумию превратиться, пока вас дождешься.

- Проходите быстрее! Не наследили?

- Обижаешь.

- Культурные люди, Сеня, обувь в прихожей снимают.

- Да ладно, не в говне же!

- Сеня!

- Ладно, ладно! Может, чайку? Я уж думал, что мы застряли в чертовом лазе, весь переволновался.

Анатолий Иосифович Вайсбейн бросил испытывающий взгляд на гостей:

- Нормально прошли? Хвоста не было?

Плечистый Михаил остановил жестом своего чересчур бойкого на язык напарника и поставил перед хозяином самый весомый аргумент. Тот оценил на глаз вместимость чемодана и в первый раз за их встречу улыбнулся:

- Ждите в большой комнате. Будет вам и кофе, и какава с чаем.

Пока в импортной кофеварке готовился дорогой сорт кофе, Натан Иосифович оценил обстановку на улице через хитро расположенные зеркала, что были установлены за окном. В глаза снаружи не бросались, но давали неплохой обзор на небольшой двор и проход с проспекта. Затем заботливый хозяин сноровисто нарезал недорогой колбасы, черняшку хлеба и выставил посуду из буфета на поднос.

- Наливайте сами. Не маленькие!

- Благодарствуем!

Молодые организмы упрашивать не пришлось, стопка бутербродов исчезала стремительно. Натан Иосифович, удобно развалившийся в кресле, дождался, когда гости насытятся, и лишь тогда с некоторым нажимом спросил:

- Ну и кого вы, шантрапа мелкая, привели за собой! Кого я когда-то учил оглядываться и сторожиться? И после этого вас можно назвать ходоками?

Михаил неторопливо обтер руки салфеткой и лишь потом решил ответить, глядя прямо в глаза хозяина квартиры:

- Порожняк не гони, Йосич.

Натан чуть не подпрыгнул - терпеть не мог этого прозвища.

- Это я гоню! Идите сюда, шлемазлы, - он подвел здоровяка к окну и показал на второе сверху зеркало. – Еще будешь мне говорить, что этот пацанчик тут просто так отсвечивает.

Здоровяк нахмурился:

- Сеня, дуй сюды! Узнаешь?

Семен нехорошо сверкнул карими глазами:

- Вот сучара! Я его срисовал в том дворе, гасился на скамейке позади играющих быканов. Но вряд ли пацан сам за нами пошел. Сидел там один хмырь со свернутым носом и партаками светил. За ним наверняка не одна ходка. Это его лазутчик, к гадалке не ходи! Светанулись мы, Миха.

Михаил размял кулаки и пристально посмотрел на хозяина:

- Дядя Натан, наш косяк, мы его и исправим.

Вайсбейн задумчиво потеребил аккуратную эспаньолку и махнул рукой:

- Сам разберусь. Не палить же хату из-за шпаны! А вы лишь шума наделаете. Но таки не теряю надежды, что вы принесли в этот раз нечто по-настоящему ценное.

Одутловатые щеки и глаза навыкате делали лицо Йосича смешным и простоватым. Но сейчас этот бывалый гешефтмахер выглядел предельно серьезно, пытаясь открыть чемодан.

- Почему замки не работают?

Семен все это время глумливо улыбался, но затем показал незаметный поворотник на торце чемодана:

- Эти замки ненастоящие, на лохов рассчитаны. А настоящий замок - вот здесь.

- Тоже мне захер нашелся. Показывай!

Чемодан открылся, и глаза старого еврея загорелись алчным огнем. Но он его вовремя успел погасить. Натан достал из кармана тонкие тканевые перчатки, взял в руки одну из золотых монет и быстро двинулся к своему рабочему столу. Сеня оглянулся на товарища и шкодливо подмигнул. Они оба знали, что Натан терпеть не мог, когда кто-то стоит над душой, поэтому налили себе еще кофе и стоически ожидали.

Натан Иосифович ловким движением зажег мощные лампы, пододвинул специальное крепление с разной кратности лупами и начал внимательно изучать монету. Затем положил её на клеенку и капнул чем-то из маленького пузырька. После с предельно деловитым видом проследовал к чемодану.

- Сколько тут?

- Почти на десять кило.

- Миша, не делай мне нервы.

- Тысячи триста три.

- Некруглая какая-то сумма, - растерянно прошепелявил хозяин.

- Извини, так вышло.

Семен уже не смог выдержать и заржал, аки конь. Натан Иосифович глянул на парня недобро, но промолчал. Каждый выпускает напряжение, как может. А протащить десять кило золота через лазы между копиями не каждый сможет. Да и просто пройти километр во враждебном чужакам мире.

- Значит так, молодые люди. Считаем, что косяк вы свой исправили. За эти николаевские червонцы в нашей дыре можно порядочно ништяков отоварить.

- Нам примерно так Лом и сказал. Тогда мы куда?

- Вам надо отсидеться пока здесь. Нечего шастать туда-обратно. Да, и, возможно, уйдете поначалу в другое место. Это как на Острове решат.

Михаил внимательно посмотрел на хозяина:

- Здесь, вообще, тихо?

- Я бы так не сказал. Стреляют почти каждый день, - Натан Иосифович глумливо хмыкнул. - Товарищи большевики провели довольно неудачный эксперимент по внедрению некоторых моментов буржуазной жизни в советское отсталое общество. Но что-то пошло не так.

- Бандитский режим короче?

- Можно и таким манером выразиться. Но зато всем по барабану, чем ты занимаешься. Нужна лишь крыша и некоторая осторожность. Ты лучше мне вот что скажи - как Лом умудрился достать у верных ленинцев столько царских золотых монет?

Сеня ехидно улыбнулся:

- Так на сухое горло рассказывать сложно. Может…

Хозяин его тут же оборвал:

- Не может! Сначала дело, Сеня. Ты вроде взрослый человек, в стольких переделках побывал, а ведешь себя неразумным образом.

- Так…

- Вечером стакуешь! Мишаня?

- Там, короче, мир - сплошной гэбни. Статус плюс пять минимум.

- Ого! Орднунг и социализм в одном флаконе? Офигеть!

- До пятидесятых шли вровень с основным направлением.

- Берия?

- Его быстро схарчили соратники, но курс на неосталинизм оставили. Так что за товарищами коммунистами гэбисты жестко наблюдают, порядок есть. Уровень развития не хуже, чем в Европе. Разве что Америке уступают. Но пипл доволен и не квохчет.

Натан Иосифович еле подавил ухмылку:

- Дай угадаю - для избранных все не так строго?

Михаил лишь скупо ухмыльнулся:

- Вас на кривой кобыле не объедешь, дядя Натан. Так оно и есть. Может, все-таки по пятьдесят? Тяжело шли, с нервами.

Хозяин смешно пошлёпал губами, затем повернулся к неприметному шкафчику:

- Да что с вас, кецлов, возьмешь!

Из пузатой бутылки с иностранным названием было налито на троих. Из того же шкафчика к коньяку добавилась презентабельная коробка с шоколадными конфетами. Семен радостно хлопнул ладошами и тут же полез за сладким. Хозяин поднял рюмку:

- Лихоим!

- Вкусная штука!

Вайсбейн довольно осклабился:

- А то! Мишаня, продолжай.

- У Лома с собой как бы случайно оказались французские дореволюционные облигации. Вот на них золотишко у помощника министра и поменяли по весьма выгодному курсу. Сами понимаете, хранить столько монет чревато и неудобно. То ли дело бумажки! У него на даче нет слежки, в МИДе своя служба безопасности. Так что передача произошла без посторонних глаз и ушей. Мы два дня все вокруг оползали. Да, Сеня? Все ноги оттоптали. Дачный поселок старый, наполовину заброшенный. Но зато тихий. И посторонним просто так не подобраться. Чую, этот министерский не первый раз там гешефтмахеры проводит.

Натан Иосифович неспешно нарезал лимон, налил еще по одной и, смакуя, выпил, зажмурившись от удовольствия.

- Таки сбагрил Лом свои ненужные бумажки. Это же надо найти такой мир… Резаная бумага на червонное золото.

- Там многое своеобразно. Но опять же, постоянно по сторонам башкой крутить требуется. Говорю же – еле выбрались.

- Да Лом бы вас из любой дыры вытащил.

- Не скажи, дядя Натан. Вот именно в этой чертовой копии очень сложно. Не страна, а концлагерь на лайте. Камеры на каждом углу, пропуска электронные, стукачи через одного. И стучать считается делом достойным, как бы по закону. Чуть припарковал тачку не там, и ты уже в базе. Жди штраф. Или покурил в неположенном месте. Какая-нибудь соседка-склочница тебя и заложит. Не жизнь, а строгий режим на хате. Хорошо вон Семен в электронике соображает. Столько гаджетов подломил или обманул. Но наследили мы там однозначно. Возврата нет.

- Вот гицели!

- Да не скажите, - Семен вторую рюмку также решил посмаковать. - Зато чистота кругом и порядок, Луну уже вовсю осваивают.

- Тебе нравится ходить под бравурные марши, Сеня?

- Вы просто мой родной мир не видели, дядя Натан. Хуже быть не может.

- Ладно, проехали. Правильно сделали, что золото сюда привезли. Здесь нынче самый лучший курс. Совдепия снова в кризисе, их бумажками только подтереться. Народ ищет выгодные вложения. Директория будет довольна, а у меня на такое дело есть хорошенькая маза.

Крепыш бросил взгляд на хозяина:

- Если не секрет, на что будешь менять?

Вайсбейн деловито заявил:

- Тут все просто. Местные барыги золото больше уважают в отличие от зарубежных бумажек.

- Ха-ха, - лицо Семена расплылось в улыбке. – Так дальше к нам на острова?

- Это уж как сложится, милок. Вот держите адрес, там есть все для жизни. Только пожрать чего-нибудь купите по дороге. В ларьках лучше ничего не брать, одна палёнка и дешевая импортная дрянь. Зайдите в нормальный совковый магазин. Выбор невелик, но зато качество баще, хоть не потравитесь. И не накидывайтесь сегодня, пожалуйста, до усрачки. Завтра в обед мне позвоните. И лишний раз не отсвечивайте! Тут на перекрестке рядом дежурят машины. Здесь все таксуют. Вот вам бабосы на первое время.

- Тридцать три тысячи? Что тут за цены?

- Постоянно меняются. Так что купите газеты в киоске и узнайте курс валют. Ценники в магазинах чаще всего в марках или франках выставлены. Дальше сами прикидывайте.

Семен удивился:

- Доллар разве не катит?

- Думаешь, мы золото на что менять собираемся? - Натан Иосифович осклабился. – Здесь такой курс, что закачаешься. Поле непаханое! Ты мне лучше вот что скажи, милый друг. Лом вам ведь будто бы ненароком брякнул, что ценные бумаги у него случайно оказались?

Семен почесал затылок:

- Да как бы да.

- Вот епкий в натуре. А по чеснаку, он этого МИДовца давно окучивал. Я его подноготную знаю. Рвать когти собирается, гаденыш министерский. Ничего святого у людей нет! Так и понятно, что заграницу лучше везти не чемодан монет, а несколько бумажек. Спрячешь в багаже, и никто внимания не обратит.

- Ничего себе комбинация! Какого рожна им еще надо? Живут в шоколаде, суки!

- Человеку, Сеня, всегда всего мало. И вот это настораживает. Такой жадный поц может беду навлечь.

Михаил с интересом посмотрел на резидента Директории в этой неудачливой копии:

- Лому писец?

- Вывернется или спасут. Больно ценная фигура. Да он и сам скорее всего знает, что на крючке. Говорите, МГБ там свирепствует? Эти могут… - резидент о чем-то задумался. - Какой там уровень?

- Плюс пять!

- Ничего себе! Приходилось мне по молодости в плюс четыре работать. Ад, а не бизнес. К черту такие копии!

- Так это вам не хухры-мухры!

Натан Иосифович заново оценил возможности этих двух ходоков и принял некое решение.

Проводив гостей, хозяин через зеркала на кухне внимательно наблюдал, как те уходят со двора на улицу.

- Хоть оделись правильно, шлемазлы. А теперь пора кое-кому позвонить.

Он достал из кармана затертую записную книжку и пододвинул к себе исполненный в стиле ретро телефон. Но прежде налил рюмку коньяка.

- Алло, майора Садальского будьте добры к телефону. Аркаша, привет, это Анатолий. Вашими молитвами. Хорошо, а у вас? Вот видишь, я же говорил, что все у тебя будет прекрасно. Чего звоню? Да тут, понимаешь, шпана какая-то около дома глаза мозолит. Мало ли что… А мне, сам знаешь, шухер лишний не нужен. Пришли, будь добр, дельного человечка. Хорошо. Буду вельми обязан.

Известный в этом мире как грамотный нумизмат и собиратель антикварных редкостей, Натан положил трубку. Некоторое время с отвращением смотрел на нее, а потом одним махом выпростал полную рюмку. Затем его взгляд упал на открытый чемодан, наполненный золотыми монетами, и настроение сразу улучшилось. С таким наваром можно было уже задуматься о пенсии. Гешефт выходил нехилый. Не давала лишь покоя мысль, что четверть оборота уйдет Директории. Но что поделать - Господь велел делиться. А не будет помощи таинственной корпорации, они не смогут иметь свой небольшой бизнес. Только те скряги знали, как работают Ходы.

Черт бы их подрал!

Даже в этом проклятом мире множества миров не было полной свободы. Постоянно приходилось изворачиваться и оборачиваться. Но кто бы другой предоставил такое обширное поле для действий? Так что нечего хныкать, следует еще пересчитать и отсмотреть все монеты. Время – деньги в прямом смысле этого слова! Так что вперед за работу и обязательно посмотреть еще раз во двор. Нет, маячит, сучонок. Значит, он ему интересен. Ну что же, скоро этот кецл пожалеет, что пришел сюда.

Глава 2 Союз минус два. Сцена вторая суетливая

- Таки что, шлимазлы, сыны верблюда и ослицы, эбен эль мэтакана! Я же говорил вам не отсвечивать!

Помятые вчерашним происшествием парни отсиживались на диване и не поднимали глаз. У Семена на щеке заметна ссадина, Михаил прятал под тональным кремом налившийся около глаза синяк. Человек бывалый, значит, соображает каким образом скрыть собственное разгильдяйство.

- Так мы только в бар зашли отдохнуть. Кто ж знал, что он под братвой! И у тут понятия не соблюдают.

- Сеня, ты что, в квартире нажраться до усрачки не мог?

- Так это…- Семен замялся. – Девок охота.

- Чего? – красный от брани и возмущенный до глубины души Натан Иосифович лишь развел руками. - Твою ж мать, с кем я связался на старости лет?

- Не гони, Йосич! В этом гэбистском совке реально телку снять сложно. Сплошь пионерки и комсомолки. А для блядей министерских мы рожей не вышли. Пунктик у тех на теме морали и секса. Ни-ни, епа мать до свадьбы! Вот мы и вышли в ближайшее заведение местных телок снять. Кто ж знал…

- Придурки, хэй! Я, думаете, зря вам сказал, чтобы дома сидели? Тут все под кем-то! Поляна давно поделена и по новой раскраивается кровью. Вы еще легко отделались, но встали мне в деньги. Менты больно пошли жадные.

Натан Иосифович прошел на кухню и поставил чайник, не забывая при этом быстро осмотреться в зеркала.

- Идите сюда, сделайте себе сами чай и бутерброды. Все в холодильнике. Да что ты будешь с вами делать! Что за молодежь пошла невоспитанная. Чуть что, сразу в драку лезет. И зачем вы местному бригадиру сломали челюсть?

- Они сами начали.

- И вот сейчас вас его братва ищет. Горе мое!

- Да не гони, Йосич! Сам молодым не был? Приступ спермотоксикоза произошел.

Хозяин махнул рукой, а затем исчез ненадолго в рабочем кабинете и вышел оттуда с увесистым кожаным саквояжем. Потом озабоченно посмотрел на старый сервант и отодвинул в сторону стеклянную дверцу. Запор к потайной двери оказался за второй зеркальной перегородкой. Она также отодвигалась. Ну и на всякий случай в узком пространстве между ней и ДВП лежала увесистая пачка разнообразной валюты. На «черный день». Пришла беда - открывай ворота!

Старого махинатора успокаивала лишь мысль о том, что комиссионных за принесенное золото хватит на его последнюю в этой жизни причуду. А отсюда вскоре все равно следовало валить. Но кто знал, что делать это придется впопыхах. Хотя не ври сам себе! Не та эта копия корневого мира, чтобы надеяться на нечто лучшее. Так что прими и действуй!

- Так, наглые молодые люди, мне нужно отлучиться ненадолго.

- Куда это вы намылились, дядя Натан? – недоверчиво поинтересовался Семен.

- В другоем разе я бы тебя послал, мальчик. Но сейчас мы в одной пробитой кем-то лодке. Дружно по-пионерски идем ко дну!

- Сеня, не пыли! Что делаем, шеф?

- Вот это другой разговор. Сейчас я открою вам один шкафчик. Пока отойду позвонить покупателю с улицы, потому что из дома это делать опасно, вы должны все оттуда аккуратно вынуть и переложить вот в эти сумки. Не смотри так, с клетчатыми баулами тут все ходят. Там же, в шкафу, лежит оружие и патроны. Будете меня прикрывать.

- Поняли, - Михаил ответил за двоих, как старший. Семен лишь посапывал, но молчал.

Натан Иосифович открыл дверцу встроенного шкафа, сделанную из простого ДСП, затем потянул ручку, и в сторону отъехала внушительного вида панель, обитая железом.

- Это мы удачно зашли, - не выдержав, присвистнул Семен и потянулся за коротким помповым ружьем.

- Руки!

- Все нормально, дядя Натан. Сеня у нас в команде стрелок, а я так, по репе настучать.

- Вот так? - Натан Иосифович удивленно покосился на щуплого паренька.

- Я снайпером у казаков служил.

- Тогда бери. Патроны там, где-то внизу. Разные. В общем… ты разберешься, что в нашем случае лучше. Миша, это тебе, - мужчина протянул здоровяку увесистый черный револьвер, а сам спрятал под пиджак небольшой карманный пистолет, смахивающий на немецкий «Вальтер ПП». – Умеешь таким пользоваться?

- Приходилось. Все так серьезно, дядя Натан?

- Может, и обойдется, но лучше задницу, все же, прикрыть. И да, шмот свой поменяйте. Подберите себе в платяном шкафу, я вчера прикупил на ваш размер.

- Ёканый Экибастуз, как чмошник с базара!

Семен с недовольством рассматривал свое отражение в старом трюмо. Спортивный костюм с двумя полосками по бокам был незатейлив, синюшного оттенка и дешевого материала.

- Зато выглядишь, как все здешние обсосы. Сами виноваты - вчера газету бы купили и не попали в положение.

- А что в газете? – обернулся Михаил, одетый в похожий костюм и примерявший кепку с длинным козырьком.

- Девки по вызову! На последней странице. На любой вкус и поц. Лошары вы-таки, шлемазлы, – язвительно захохотал Натан Иосифович. – Я ушел, ключи взял. Сидите тихо и не отсвечивайте.

Пацаны обидчиво насупились и начали перегружать патроны в карманы спортивных костюмов. Семен нашел среди горы барахла небольшую сумочку, что местные цепляли на пузо, и переложил туда пару десятков патронов, сразу рассортировав их. Затем он набил трубчатый магазин помповика и начал помогать перекладывать ценности и вещи хозяина в сетчатые баулы.

- А нехило так Йосич нажил добра. На пенсию хватит.

- На чужое роток не разевай. Самим бы отсюда вылезти. Что-то муторно мне.

- Если ссышься, значит, не дришешь, - задумчиво проговорил Семен и опрометью бросился в кухню, внимательно припав к зеркалам, затем выскочил обратно в гостиную. – Мишаня, у нас, кажись, проблемы. Во дворе по ходу менты Йосыча пасут.

- Не гонишь?

- Сам глянь!

Здоровяк некоторое время придирчиво рассматривал двор, затем выругался.

- Слили менты коллекционера. Зуб даю, тот блатной и навел их.

- Думаешь?

- Возьмут его тихонько в подъезде, затем сюда затащат и распотрошат по полной.

- Справимся?

- Только без шума и пыли. Так что спрячь пока ружьецо. И сумки все к двери следует перетащить.

Семен прошел в прихожую и прихватил еще с вечера замеченную палку. Умело пожонглировав боевым инструментом, он восторженно выдал:

- Йосыч не дурак, внутрь свинец залит.

- А то ж!

- Ты сам кулаками, что ли, работать собрался?

- Счас!

Михаил достал из глубоких карманов старых брюк два кастета.

- Ну вот это другое дело! Надо сразу дверь открыть, запор больно сложный. А ты пока за двором наблюдай.

Вайсбейн так торопился, что лишь в последний момент понял, что его переиграли. Проклятый майор! Сопоставил происшествие в баре, вчерашний звонок и решил на него наехать. Вот только зря этот мент связался с откровенным криминалом. Все равно ведь кинут! Придется в спешке бросать квартиру. А жаль. И покупатель есть за валюту. В подъезд мужчина влетел в одно мгновение и замер от неожиданности. От стены парадной отделились две тени:

- Дядя, поговорить надо.

Не успел Натан Иосифович и руку сунуть под ремень, как раздался грохот. Это упал самый здоровый из встречавших его молодчиков. Второй попытался изобразить некое подобие восточной борьбы, но пал в неравном бою с палкой-выручалкой. Сеня на редкость умело ею махал. К чести резидента, он быстро пришел в себя.

- Ребятки, тащите этих шлимазлов сюда.

Натан Иосифович сноровисто достал из связки ключей нужный и открыл дверь в подвал.

- Туда? Сеня, помогай!

Михаил перед тем, как сбросить двух ментов по ступенькам вниз, быстро обшмонал их карманы, забрав бумажник и оружие. Натан Иосифович покачал головой:

- Спалишься!

- Сгорел сарай, гори и хата!

- Молодцы, уже готовы, - резидент откровенно обрадовался. - Шмотки старые забрали?

- Зачем?

- Если гэбня копать начнет, то поймут, что вещи больно уж странные. Мы не одни в этом мире работаем. Так что уносим все подчистую! Сеня, палку протри и оставь в прихожей.

- Понял.

- Минутку!

Хозяин, уже бывший хозяин квартиры, метнулся в кабинет, подхватил со стола ящичек с рабочими инструментами, быстро переоделся в походное и подошел к телефону.

- Куда звонишь?

- Эх, ребятки, какие вы любопытные. Не там, где надо. На обычном такси уезжать не вариант. Они все под ментами или бандитами. Но есть одна альтернатива, - Натан Иосифович начал суетливо набирать номер, - Алло, это Шалун с Хитровки. Да-да. Нет, сегодня только перевоз по городу. Про тариф в курсе, плюс заезд во двор. Кэшем. Черный «Шевроле», пять минут. Спасибо, - мужчина обернулся. – Через пять минут черный американец у подъезда.

Михаил подорвался с места:

- Сеня, хватаем баулы и вниз! Надо осмотреться.

Водитель черного лимузина был также одет во все черное. Штаны, кожаная куртка, черная бейсболка. Он без лишних вопросов открыл багажник, куда парни в один присест загрузили поклажу. Саквояж Натан Иосифович держал у себя на коленях. Семен сидел рядом и лелеял укутанный тряпьем ствол. Вперед с важным видом на пассажирское кресло уселся Михаил. Половину его лица загораживала бейсболка, вторую занимали объемные очки «Авиатор»

- Садовая десять, но остановитесь, пожалуйста, у аллеи.

Водитель важно кивнул и перевел автоматическую коробку передач в «Драйв», затем глянул на Михаила:

- Классные чичи, братан. Фирма?

- Типа того.

- Спрашивать, где брал, не буду.

Они посмотрели друг на друга и заржали. Вайсбейн скривил лицо, но промолчал. Эту контору крышевали гэбэшники, но исполнителей набирали из «правильных» братков. Зато концы никто не найдет. МГБ имело свои источники доходов и плевать хотело на всякую мелкую шушеру. Номер домашнего телефона они спалили, но менты не полезут узнавать, куда ушел заказ. Себе дороже.

- Держите ключи и садитесь вон в ту серую машину.

- Покринжовей не нашлось? – скривился Михаил.

- Тебе вот как раз лучше сейчас не привлекать к себе лишнее внимание, а ты такие заметные очки напялил. Будь попроще, Мишаня, и народ к тебе потянется.

- Йосич, ты не представляешь, что мне за них пришлось отдать!

- Только не говори, что девственность.

Михаил возмущенно фыркнул, но очки-капельки не снял. Загрузив в салон сумки, он спросил:

- Нам сильно дёргаться?

Вайсбейн смешно пошевелил губами и ответил:

- Машину не глуши, оружие наготове. Но вряд ли Олежа меня кинет. Он себе на уме и хочет к арабам свалить. А туда лучше с золотом.

Натан Иосифович ввалился в машину через полчаса и жадно присосался к пластиковой бутылке с водой. Затем отрывисто бросил:

- Прямо и не торопись.

- Ну как? - послышался сзади нетерпеливый голос Семена.

- Фу! Отпустило! – бывший коллекционер и резидент вытер лысину и лоб огромным цветастым платком и выдохнул. – Пацаны, не поверите, но он дал больше. За ночь ситуация на рынке поменялась. Боялся, что я уйду к другим и дал по восемьдесят фунтов за монету. С ума сойти. У меня в жизни таких выгодных сделок не случалось! Так что, малыши, вы заработали на месяц островного отдыха!

- Класс! Дядя Натан, мы в тебя верили!

Натан Иосифович натужливо улыбнулся:

- Так, ребятки, удачу не спугните. Миша, прибавь газу и дуй до поворота из города.

Михаил втопил педаль и удивился быстрому ускорению:

- А машинка ничего!

- Последний вздох отечественного автомобилестроения. Неприхотливая и надежная, как «Командирские» часы.

- Ты гляди! Могут, когда захотят.

Глава 3 Союз минус два. Сцена годовалой давности о прелестях местной жизни

Разборки в своем дворе крайне неприятное событие для любого бизнесмена и подавно для нелегального. Но что поделать, если эти поцы прихватили его по пути домой, тут же заявив о своих нехороших намерениях. Три бычка характерной для подобных деятелей наружности встали у Резидента на пути домой и уходить прочь не собирались. В глазах три класса образования и как минимум две ходки за колючку.

Два громилы для устрашения «клиента». Более мелкий вертлявый поц для вел переговоры. Позади братков прямо на газоне встала «пацанская» наглухо затонированная «точила». Последний вздох здешнего отечественного автопрома. Отчего-то тутошняя мелкая криминальная шелупонь их безумно обожает.

Делать нечего, придется выслушать наглых не по понятиям орёликов.

- Сам вкуривай, дядя. Поднимаешь лавэ на районе, а братве не откидываешь. Некрасиво это. Не по понятиям.

Натан Иосифович Вайсбейн снисходительно скривил губы. Эти шлемазлы еще смеют его поучать! Им и невдомек, что понятия были в свое время выработаны, как некий антизакон против правил остального общества. И первыми, кто его нарушал, как ни странно, являлись сами криминальные элементы. Так что не им учить старого и пожившего на этом свете еврея жизни.

Ладно, насчет старого он, конечно, погорячился. Мужчина в самом расцвете сил. Не хватает лишь пропеллера сзади. А как хорошо начинался день! И закончится он должен был еще лучше. В теплой сауне в приятном дамском обществе. Вайсбейн был грешен и этим не манкировал. Но должны быть у Резидента минусового мира хоть какие-то развлечения! Ему нравились молодые девочки. Нет, не подумайте ничего плохого – все в рамках закона. Но дамы с тугими телами и не висящими сиськами прельщали Натана всегда больше. А умение в «процесс» он и сам принесет. Слава богам на его квартире хватает всяких штучек-дрючек для расцвечивания увлекательного процесса.

- Ну что решил, дядя?

- Мне надо сходить домой. Вы же просто так отсюда не уедете?

- Проводить?

Бычки заржали. Так они были уверен в своем мнимом превосходстве. Но хорошо смеется тот, кто смеется последним, как-то заметил Жен-Пьер Флорин.

- Лучше не надо.

- Ну, гляди! Мы долго ждать не привыкли.

Вертлявый перебирал в руках самодельные четки, считая, что из-за этого выглядит предельно по-пацански. Натан Иосифович еле сдержал рвущуюся наружу усмешку и повернулся к двери.

Он был, насколько мог себе позволить, спокоен. Издержки работы в подобном этому ломаном мире. Но что поделаешь, потенциальный барыш в них всегда дороже! А для Резидента Директории это было самым важным. Вся его трудовая деятельность подразумевала лишь одну цель – получение прибыли для корпорации. Для этого, собственно, и создавались «кротовые норы» между копиями мирозданий. И вести бизнес лучше было там, где имелась существенная маржа. И вот тут копии различных видов Советских Союзов подходили как никто иной. Ведь обычно при капитализме все давно поделено и урвать хороший кусок довольно сложно.

Советское же общество обычно представляло собой сборную солянку. Государственный социализм со всего его плюсами и минусами. Черный рынок с диким процентом прибыли и определенным риском для выгодоприобретателя. И серая зона для спекуляций, в которой обычно варилось большинство граждан Стран Советов и с которой приходилось считаться властям. Искусство резидента как раз и состояло в том, чтобы получить максимальный процент прибыли при минимуме риска. Это было сложно, временами опасно. Бандиты, правоохранительные органы, просто чересчур инициативные граждане.

Много факторов работало одновременно против тебя. Ну, а ты не зевай!

СССР в данной копии корневого мира начал валится еще раньше, чем множество других. Элиты по каким-то причинам не смогли выдвинуть вперед молодых и энергичных, поэтому даже жалкие попытки рыночных реформ проводились спустя рукава и предельно медленно. В итоге система пошла вразнос, а идеологию на местах заменила чистая технократия.

Интересный, однако, в итоге у них получился мирок. Безусловный порядок в столице, в верхних эшелонах власти и спецслужбах. Армия также кормится неплохо, местами даже успешно воюет. Но в итоге превратилась в закрытую корпорацию, как в странах Латинской Америки. Коттеджные поселки менеджеров и квалифицированных специалистов благоухают чистотой и респектабельностью, став высшей кастой общества. А внизу повсеместно царит пергаментный бардак и разруха в стиле околонулевых копий корневого мира.

Интересно, что этот СССР так и не распался и даже крепко держит за яйца страны Восточной Европы, сделав из них кормушку для государственных и получастных корпораций. То, что совершили Западные политики в некоторых неудачливых мирозданиях. Лишь поэтому советские космические корабли все еще бороздят просторы вселенной, а город электронщиков Зеленоград процветает, выдавая на-гора одну суперновинку в области робототехники за другой.

- Будьте добры, майора Садальского к телефону. Приветствую, это Анатолий. Да тот самый. Аркаша, что же такое происходит? Только что во дворе какие-то не представившиеся молодые люди имели ко мне финансовые претензии. Ты же вроде обещал, что ни-ни… Ладно, жду. Давай. Заходи потом.

Вайсбейн подошел к кухонному окну и осторожно попытался выглянуть во двор. Троица все так же тусовалась около своего бакланского автомобиля, задирая проходящих мимо граждан.

«Неудобно как смотреть! Поставить, что ли снаружи зеркала заднего вида?»

Пока опытный гешефтмахер отвлекался на пришедшую в голову идею, во дворе произошли знаковые перемены. Блатных бычков и вертлявого переговорщика прижали к земле крепкие молодые люди в черном. Они показательно работали не в служебной форме, но оружием были обвешаны с ног до головы. Знак остальным гражданам, что поляна окучивается милицией. Какая-то заполошная дура попыталась, было покричать на служивых из окна, но вскоре к своему крайнему огорчению поняла, что оказалась неправа. Как и лишилась напрочь оконного стекла.

Вскоре в дверь Резидента аккуратно позвонили три раза.

- Аркадий, коньячку?

- Не откажусь.

Майор вовсе не походил на привычного по киношным образам брутального оперативника. Рыхловатое лицо, редкие волосы на голове, уже начинающее выпячиваться вперед брюшко. Большую часть времени люди его уровня проводили в служебных кабинетах и заведениях общепита. К основным местам деятельности правоохранителей также можно было добавить совместные заседания с коллегами в саунах и загородных домов отдыха. Работали, так сказать, не покладая рук, живота и члена.

- Что это было, Аркаша?

Вайсбейн мог себе позволить так называть собеседника. За последние несколько лет они совершили вместе немало гешефтов и уважали друг друга прежде всего за деловые качества. Милиционер не собирался рубить несущую золотые яйца курицу, а ушлый махинатор менять сверхнадежную крышу. При его сфере деятельности и образе жизни милиция - лучший выбор!

- Дурачки залетные. Придется сажать милков на кичу. Ну ты, как я понимаю, показания давать не будешь?

- С чего бы это? Мы же просто поговорили о смысле жизни.

- Ладно, - майор кисло усмехнулся и махнул стопку янтарного напитка. - Придется найти у придурков незарегистрированное оружие. У тебя случайно ничего лишнего не завалялось? Поищи, пожалуйста, чтобы быстрее оформить.

Анатолий Иосифович, вздохнул, нарочито закатил вверх глаза и вышел в кабинет. Вскоре на столе перед Садальским лежал завернутый в промасленную бумагу Вальтер и тонкий конвертик. Аркадий глянул мельком на представленные купюры и с большим интересом начал рассматривать пистолет.

- Откуда такой?

- Эхо войны!

Майор промокнул глаза платком, смеялся он заразительно и в приличном обществе обычно был заводилой.

- Нет, с тобой всегда весело, Толик. Ну ладно, на эту акцию сойдет. Надеюсь из него не подстрелили какого-нибудь гестаповца? А то придется заводить дело по вновь открывшимся. Все, молчу, - Садальский примирительно поднял руки. - Ну а конвертик я бы лично с тебя не брал, но сам понимаешь, пацанам из отряда быстрого реагирования надо стол выкатить.

- Да я не в обиде.

- Вот и хорошо! – Садальский подождал, пока хрустальная посуда вновь наполнится, и продолжил разговор. – Раз уж я у тебя в гостях, то подслащу пилюлю.

Анатолий Иосифович немедленно наклонился вперед. Не зря резидент Директории обихаживал продажного милиционера. Тот очень любил деньги. Прямо вот очень! И потому нередко приносил в клюве выгодные наводки для будущих сделок.

- Кореш в области одного барыгу закрыл.

- Что-то серьезное?

Майор махнул рукой:

- Махорку с югов таскал, но обнаглел не по рангу. Так вот, у этого нарколыги нашли основательную коллекцию картин. Кореш в них ничего не понимает, но его эксперт заявил, что вещи оригинальные.

- Мне стоит туда проехать?

- Если пожелаешь, конечно, - пожал плечами милиционер. - Он мне их сдаст по старой памяти незадорого.

Вайсбейн задумался. С наличностью у него на данный момент было не очень. Только что вывел через «ход» большую партию валюты. Но в соседнем «окне» как раз спрашивали за хорошую живопись. И лучше, чтобы художники были старые. Кто будет разбираться на черном рынке которая по счету «настоящая» копия ходит в их мире? Та копия Союза стояла на ногах твердо, народ богател и присматривался к возможным вложениям.

- Каков мой процент?

- Тридцать пять.

- Побойся бога, Аркаша!

- Толя, дело не во мне. Тридцатник только один главк возьмет.

- Да они охренели! – закатил глаза Натан Иосифович. - Без них нельзя?

- А как иначе с баланса спишешь? Так что все честно. Ты главное - пристрой их получше. Чтобы нигде не отсвечивали. Ты же умеешь, я знаю.

- Что хочешь взамен?

Глаза навыкате делали лицо хитрого гешефтмахера несколько глуповатым. Но Садальский успел за эти годы понять, что за маской простоватости скрывается весьма выдающийся ум. Может быть даже лучший в их богом забытой области. Его первая по значимости в рангах города должность давала майору изрядные возможности в сфере незаконного оборота ценных средств. Глава криминального отдела сидел как паук в центре множества нитей, что связывали между собой совершенно разных людей. Представителей официальной власти, органов правопорядка, главарей бандитских группировок и просто деловых людей со стороны.

И это давало ему весьма неплохие доходы. Вложения, так сказать, в пенсию. Но их еще следовало выводить в наиболее ценные из возможных активов. И вот тут весьма пригодился этот странный «жиденок». Что в нем было странного? Да буквально все! Чуйка бывшего опера трубила о неладном с первого дня их знакомства. Появление из ниоткуда, неизвестно откуда бравшиеся ништяки и невероятный нюх на возможную прибыль. Садальский подозревал, что Вайсбейн имел дело с людьми из корпораций, но пока благоразумно помалкивал. Не его это дело разбираться, на кого на самом деле работал сей поц.

Потому ничего личного - просто бизнес!

- Лучше золото. Монеты, слитки.

- Валюта?

Садальский задумался. И где её прикажешь держать? В банке нельзя, гэбня сечет поляну. Тратить и деревянных за глаза хватает. А золото можно спрятать в укромное местечко, и главное – всегда и всюду имеется вероятность его продать. Вечная ценность!

Вайсбейн начал прикидывать. Придется посылать ходоков в одну из "рабочих копий", а это лишние расходы. Но к чему жизнь за эти годы его научила – всегда делись и не жмотничай.

- Хорошо. Когда выезжаем?

Областной город находился в восьмидесяти километрах от них через реку. Отличался разве что более благоустроенным центром, наличием драматического театра и цирка, а также значительным выбором увеселительных учреждений. Можно заказать вечером новых девчонок и хорошенько расслабиться.

- Завтра в восемь. Поедешь с Голиковым.

- Да ну нафиг! Он такой нудный!

- Зато надежный, как швейцарский нож. У меня совещание. Потом по результату позвонишь.

Резидент вздохнул.

- Заметано!

Для Натана Иосифовича давно стало делом привычным выдавать себя за другого. Образ коллекционера-антиквара, любителя нумизматики и старинной мебели требовался ему для выгодных гешефтов. Только не для себя родимого, а той мощной организации, благодаря которой он и попал в эту копию. Неудачную копию медленно угасающего Советского Союза. Его гибель, скорее всего, принесет на планету очередной хаос, а возможно и гибель.

Но чем более мутная обстановка складывается в государстве, тем легче искать в нем выгоду. Вечная неустроенность и ощущение постоянной опасности сопровождает тебя в подобных местах. Но зато тут имеется так называемое «окно возможностей». Ведь именно при смене формаций обычно возникают различные спекулятивные экономические химеры, совершаются полуподпольные сделки, массово нарушается закон.

Что самое главное для махинатора подобного ему уровня? Обустроить гнездышко? Найти надежную крышу? Нет, такое, конечно, также необходимо. Но сначала следует хорошенько устроить каналы сбыта и получения ништяков. Получать их помогали многочисленные связи и образ антиквара. Сбывать же приходилось с помощью Резидентов иных копий, а то и Финансового отдела Директората. Неслыханная маржа со сделок в ломаных реальностях и держала в них подобных Вайсбейну махинаторов.

Жизнь здесь не сахар, а мед.

Дорога в областной центр порядком утомила, и Натан Иосифович настоял на первоначальном посещении кафе. Капитан Голиков был вовсе не против халявы, и они почти целый час провели в приятной обстановке не самого дешевого ресторана города. И потому они несколько опоздали на искомую квартиру, благоухая хорошим табаком и бренди. Местный участковый встретил обоих «экспертов» неласково, торчать на «убойной» квартире ему вовсе не улыбалось. Но старлей быстро успокоился, получив в зубы пару бутылок импортного пива. Вайсбейн уже привык, что здесь брали все и всё.

- Это кровь? – показал он на странное бурое пятно, растекшееся на паркете.

- Вот заразы, не убрали как следует! - проворчал для вида участковый и открыл бутылку с помощью изящной бронзовой статуэтки. Натан Иосифович бросил осуждающий взгляд на Голикова, но тот лишь пожал плечами. А резиденту остро не понравились внезапно открывшиеся обстоятельства уголовного дела. Зато теперь стало понятно почему областное начальство заломило такой бешеный процент. Закрыть убийство несколько сложнее, чем обычный арест. И убили нарколыгу вовсе не конкуренты. К гадалке не ходи, здесь внутренние ментовские разборки. Потому и спешат они избавиться от горячих улик. И сиё обстоятельство можно использовать в свою пользу.

- Показывайте картины, товарищ старший лейтенант.

Участковый посмотрел на гостя так, как будто тот его гестаповцам обозвал, но пригласил за собой. Они прошли в большую гостиную. Натан Иосифович еле сдержался от восторженных вздохов. А посмотреть было на что! Десятки полотен, от которых не отказался бы ни один приличный музей страны. «Эксперт» сделал серьезное лицо, открыл рабочий саквояж, затем приготовился. То есть надел тонкие перчатки и взял в руки лупу. В карман легли специальные очки и кисточка.

Оба представителя закона с интересом наблюдали за специалистом. В их среде Вайсбейн был человеком загадкой, но в целом к нему относились уважительно. Никого никогда не кидал, с милицией дружил и главное – не был жадным. Да и таких спецов еще поищи! Не раз он помогал органам как эксперт по антиквариату бесплатно. Ну, почти бесплатно!

А резидент Директории уже прикидывал, в какую копию выгодней всего отправить эти полотна. Где спрос на старину выше, а маржа получше. Придется, пожалуй, остаться здесь на ночь. Рабочий ход на остров недалеко от конспиративной квартиры, где он переночует. Ему необходима срочная консультация и ходоки. Консультировать будет финансовый отдел Директории, а ходоками в их среде называли людей, что пробирались через «червоточины» между мирами. Несчастные и счастливые люди одновременно.

- Я пока сфотографирую картины, а затем мне необходимо будет кое с кем встретиться. Капитан, докинете до центра?

Глава 4 Союз минус два. Сцена третья криминальная

Чертовы придурки! Ничего доверить им нельзя! Майор Аркадий Садальский нервно ходил по кабинету. Усидеть на месте в такой обстановке он не мог. Пошли двух дураков на дело, и обязательно облажаются. Нет, набор в милицию надо определенно ужесточать! Хотя сюда и так не очень стремятся. В братках уважительней, на охране бабла больше поднимешь. Не в работяги же идти молодым парня после армии?

Хотя упоение властью… Ради такого на многое пойдешь.

Так. Вернемся к нашим баранам в форме. У одного череп проломлен, другой зубы потерял. Хоть хватило мозгов сразу, как вылезли из подвала, позвонить ему. Но каков жиденок! Все ценное из хаты утащил. И главное – узнать бы, кто ему помог? В голове полыхнула крамольная мысль, может, надо было с тем блатным с Хитровки по-хорошему договориться. Но майор сразу её отмел. Он мент или как? Одно – деловые отношения, другое – ложиться под кодлу. А этим блатным только дай руку - откусят по плечи.

Он не выдержал и решил сходить вниз, в дежурку. Там хоть можно накричать на подчиненных, переебашить дубинкой какую-нибудь залетную шпану или просто послать в пешее эротическое путешествие очередного терпилу. Он здесь хозяин и бог! Но не успел майор спуститься на первый этаж, как из полутьмы возникла фигура в черном:

- Аркаша, разговор есть.

Черт! Ну нельзя вот так возникать ниоткуда! Сколько раз предупреждал, чтобы посторонних дальше дежурки не пускали!

- Ты как тут? Зачем?

- Аркаша, разговор есть. Срочный.

По глазам было заметно, что непрошенный собеседник не шутит.

- Сейчас схожу за курткой и подойду. Все там же?

- Обижаешь.

Хоть тут ладно. Кафешка за углом считалась местом вполне приличным. Да и обедать пора, а в ближайшей заводской столовой больно уж погано кормить начали. Подослать, что ли, туда коллег из экономического? Наверняка со сменой директора пошли махинации. Раньше за этим профкомы четко следили, но где они и где реальность? С не самыми веселыми мыслями глава криминального отдела РОВД майор Садальский завалился в помещение кафе. Он огляделся – фирменные столы, барная стойка, место для танцплощадки.

«А неплохо барыги тут развернулись!»

- Садись, дорогой, покушай!

За столом сидели трое. Молодой человек, что приходил в РОВД, громила с абсолютно лысой головой и невысокий толстый азиат, еле влезший в кресло.

- Здравствуй, Равшан. Что хотел?

- Ты садись, сначала покушай. Потом будем разговаривать. Что будешь пить?

Садальский оценил стол, заставленный мясом и овощными блюдами, затем кивнул в сторону бутылки хорошего грузинского коньяка. Он-то знал, что весь «импорт» разливался в Зеленой промзоне. Наложив горячего мяса из блюда, что подогревалось снизу угольками, он поднял рюмку и опрокинул в рот, не чокаясь. По телу прошла тёплая волна, сразу захотелось жить, и майор жадно набросился на съестное. Но последовавший затем от Равшана вопрос тут же кинул его в морозную зиму. Кусок мяса чуть не застрял в горле, и майор махом закинул в себя коньяк. Но ни вкуса, ни удовольствия он уже не почувствовал.

- Аркаша, ты зачем Каравайчика обидел? Человек уважаемый, в авторитете. А ты его племянника в дежурке отлупил, да так, что тот в больничку попал.

- Он… он сопротивлялся при аресте.

- Какой арест, майор? - лысый подался вперед. – Твои архаровцы просто выполняли чей-то заказ.

- И я даже знаю чей, - толстый положил руки на стол. Золота на его пальцах хватило, чтобы купить недорогую иномарку. – Что там случилось с коллекционером Толиком? Ты почему от друзей интересную информацию скрываешь?

- Да ничего я не скрываю. Мутный этот…жидёнок по факту оказался.

- Но ты же его крышевал, а он нынче виноват перед братвой. Нехорошо.

- Чем это интересно? – Садальский уже пришёл в себя и нагло улыбнулся. Ничего эти азиатские упыри на самом деле не знают. Майор налил себе еще коньяку.

- Каравайчик базлал, что к коллекционеру два кореша странных приходили. И очень они обликом похожи на тех, кто беспредел в «Анчаре» устроил. Тамошнему бригадиру, между прочим, череп проломили.

- Ничего про это не знаю. Мы вашу забегаловку не крышуем. Сами разбирайтесь!

- И потому твой жидёнок с Кислым Олежей большую сделку провернул? Целый саквояж золота просто на дороге нашел?

А вот это был удар без правил. За такие суммы с него не только стружку, но и голову снимут. Пора, пожалуй, заканчивать беспредметный разговор, он и так много узнал. Садальский промокнул салфеткой губы и поднялся с места.

- Я сам со всем разберусь. А вам нечего делать на моей территории.

Толстый мрачно посмотрел на борзого мента:

- Ну как знаешь, Аркаша. Сам, значит, сам.

- Вот ведь суки чурекские!

Садальский отошел за угол и достал из внутреннего кармана увесистый «кирпич» мобильного телефона. Цивилизация докатилась и до их городка. Он набрал по памяти номер.

- Гена, собака сутулая. Почему я все узнаю последним? Что? Ты серьезно? Сколько? Какая машина? Двое с ним были? Молодые? Все, будь на связи!

«Час от часу не легче? Кто ж знал, что этот пацан - племянник криминального авторитета? Ну, Толик!»

Майор выдохнул, выругался от души и набрал другой номер.

- Товарищ полковник, это Садальский. Да, дело срочное, потому и звоню по этому номеру. Дмитрий Константинович, тут такая ситуация, что все окупится. Помните коллекционера Анатолия Иосифовича на Хитровке? Так вот - этот чертов жидёнок утаил от нас, что золото имеет. Информация - сто процентов. Много, целый чемодан. Объявите план «Перехват». Да, я в своем уме. У него подельники имеются. Серая машина «АМЗ» 909. Госномер на наш регион. Понял, буду у себя наготове.

«Ну, Анатолий, я с тебя шкуру живым сдеру!»

Занятый мыслями и взвинченный начальственным криком Садальский решил спрямить путь и не заметил, как от старой трансформаторной будки отделилась худощавая фигура. Майор очнулся лишь тогда, когда перед ним из ниоткуда появилось узкое лицо блатного со сломанным носом.

- Что за…

В следующий момент милиционер охнул, получив в печень узкое заточенное лезвие.

- Это тебе за племяша, сука ментовская.

Садальский еще не понял, что умирает, и пытался закричать. Но урка точно ударил усиленным носом рабочего ботинка по гортани офицера, и тот буквально захлебнулся криком. Ловкие руки быстро обыскали карманы, вынули из бумажника небольшую сумму наличности, вызвав новый приступ ненависти:

- Нищеброд! А вот это маза.

Каравайчик прикрыл полой куртки отжатый мобильный телефон и поспешил к дыре в заборе. Он её самолично ночью проделал, чтобы быстро уйти.

- Палёнка же?

Барыга скуксился, давя на жалость, но блатной был непреклонен.

- Цену подними на сотку.

- Да кто у тебя возьмет?

Холодные глаза Каравайчика угрожающе уставились на барыгу, и тот медленно «потек».

- Берешь или я ухожу.

- Да что сразу ухожу! Дам полторы, но малявными «зелеными». Звиняйте, но никто хорошую валюту за палёнку не даст. Её же в городе никому не скинешь.

Уголовный авторитет, недавно вышедший на волю и до конца еще не оценивший новых раскладов, задумался. Пожалуй, барыга прав. Скидывать надо «трубу» пока не хватились.

- Договорились. Но вырубите её сразу.

- Дурных нема, дядя.

- Лимонад у тя есть хороший? Как раньше?

Потертая жизнью продавщица в застиранном халате оценивающе глянула на покупателя. Его принадлежность к криминальному сообществу не вызывала никаких сомнений. Вышел только что и сорит деньгами направо и налево. Вскоре натворит что-то и снова сядет.

- Вот «Кремлевский» хороший. Делают в НЭЗе.

Каравайчик, что такое Новая Экономическая Зона, не знал, но нотку уважения в голосе продавщицы уловил.

- Давай две бутылки и те конфеты в коробке.

Женщина недоверчиво ухмыльнулась, но шоколад на прилавок поставила. Хватит ли у этого плохо одетого субъекта денег на все? Но это уже не её дело. Если что, на вызов приедут братки и пусть разбираются с этим утырком.

- Так, пацану еще еда для выздоровления нужна. Колбасу какую посоветуешь, красавица?

- Так «Кремлевскую» же. Все лучшее там делают.

- Однако цены, - кривился Каравайчик. Он никак не мог привыкнуть к диким расценкам нового времени.

- Не хотите - не берите! – скривилась продавщица.

- Давай всю палку и хлеба черняшку буханку, и все это в пакет красивый заверни. Сколько?

- Восемь тысяч четыреста.

Уголовник покачал головой и пересчитал в уме по курсу, выставив на прилавок несколько бумажек. Продавщицу перекосило:

- Ты что мне даешь, пенек трухлявый? Да кому эти баксы нужны?

Глаза Каравайчика нехорошо сверкнули:

- Это первых выпусков, дура! Глянь на просвет.

Продавщица опасливо просмотрела доллары:

- Но…

- Или берешь, или не куплю. Тебе выручка нужна?

На улице блатной хорошенько выругался и мимоходом поймал тачку. Водила уже был не рад, что остановился, но получив в зубы крупную купюру, успокоился.

- Давай, зёма, в больничку районную.

В палату его провел дежуривший в качестве охранника знакомый. Племянник, весь в бинтах и кровоподтеках, оказался польщен вниманием авторитетного дядьки.

- Что, племяш, с крещением! На, наедайся. Не экономь, еще принесу. Заслужил.

- Спасибо.

Каравайчик кивнул и отошел в туалет покурить. Нарушать порядок он зазря не любил, как и свинячить у себя дома.

- А сейчас, будь добр, расскажи мне все, каждую мелочь. Не торопись.

Минут пятнадцать авторитет внимательно выслушивал парня, потом высказался:

- Молодец, память у тебя хорошая. С мамкой я договорюсь. Ты держись версии, что со шпаной чего-то не поделил. Усёк? Надо бы тебя осенью к делу пристроить. Пойдешь в техникум на технолога. Бабосики на учебу я найду.

- Но, дядя, какое это дело? Я в бригаду хочу!

- Что, не напонтовался, салага? Рядовые бойцы долго не живут, запомни. Пиво варить будешь, тогда и станешь уважаемым человеком. Пиво потребно всем – и братве и барыгам.

Парниша враз присмирел, внимательно слушая дядю. Он предлагал ему нечто серьезное.

- Ага. Сделаю.

- Вот и маладца. Я всегда знал, что племяш у меня умный мальчик. Завтра пришлю кого-нибудь с передачкой. А ты пока выздоравливай.

Каравайчик прошел обшарпанным коридором на улицу и заметил около входа знакомого охранника:

- Лешбан, телефон тут где?

- Так давай из дежурки.

- Не катит.

Охранник понятливо кивнул:

- Тогда за углом.

Телефоны-автоматы в городе берегли. Они единственные не прослушивались милицией, поэтому за поломку автомата с мелкой шпаны могли спросить серьезные люди. Потому на каждой территории существовали «закрепленные», которые следили за состоянием будок. Там всегда имелся в наличии рабочий аппарат, освещение и даже телефонная книга. Никому не хотелось поиметь неприятностей за вырванную втихаря страницу.

Каравайчик сунул в прорезь взятую у охранника монету и набрал по памяти номер.

- Узнаешь? В общем так, мне нужно попасть в ту квартиру. Понимаю, менты, следаки, но надо. Что, значит, запечатано? У такого медвежатника нет печатей? Проехали. В десять жду у подъезда.

Урка прошел до перекрёстка и рассеянно глянул на ехавшие по проспекту с сигналами милицейские машины. Сегодня у них будет знатный кипеш. Бывший зэка злобно осклабился и перешел дорогу по светофору. Пока ему нельзя палиться даже по мелочи. Еще не вечер, но сначала важная встреча. Каравайчик понятия уважал, поэтому перед делом решил посетить «смотрящего». Лучше отдать долю в общак, чем потом «лечиться» от предъяв.

Чертов хитрожопый еврей! Со всех концов соскочил. Но каким местом к коллекционеру местного масштаба те два серьёзных пацана, что вынырнули из заброшенного сарая? Опытный авторитет сразу почуял в них неладное. С виду простаки, но что-то в них не так! Каравайчик остановился. Он понял, на кого они похожи. Приезжали как-то к ним в зону за бывшим министром. Его дружки поспособствовали досрочному освобождению высокопоставленного гражданина. И охрана у той элиты была непростая. Зуб можно было дать, что ребятки из спецуры.

Один к одному в голове блатного сложились впечатления, и внезапно похолодели ноги. Не его это уровень. Он и живет до сих пор лишь потому, что умел вовремя тормозить. Но как же хочется подняться! Надоело по зонам сидеть и баланду жрать, пока всякое отребье процветает.

Патрульный проводил взглядом повернувшегося обратно подозрительного типа:

- Семыч, знаешь такого?

- Нет. Видать, из откинувшихся. Идем дальше?

- Точняк! Он под ориентировки не попадает. Поворачивай к гаражам. Поспрошаем там у мужиков. Мало ли, может, эту машину видели.

- Понял. Ох, чую, не дадут нам сегодня поспать!

- Так не каждый день майоров режут. И как Садальского угораздило!

Патрульная машина, проехав вперед, повернула направо, к промышленной зоне.

Глава 5 Союз плюс пять. Сцена первая кабинетная

Просторный кабинет всем своим видом подчеркивал значимость человека, в нем восседавшего. В помещении царил дух старого казенного стиля, чуть разбавленного нотками хай-тека. Тяжелая помпезная мебель, громоздкие шкафы, и тут же рядом уголок с самой современной техникой, чужеродно смотревшейся на общем фоне. Что поделать, в такие места еще не добирались промышленные дизайнеры. Десятилетиями интерьер почти не менялся, являя собой незыблемую традицию.

Но хозяина кабинета все устраивало. Он давно сроднился с обстановкой, как и со своим рангом на карьерной лестнице. Этот человек был из породы ярких службистов, что везде и всюду волокли на себе основную часть ежедневной рутины. И он достиг на этом поприще многого. Но что поделать, если должности выше уже являлись чисто политическими. А заниматься идеологией и междоусобными интригами опытному безопаснику вовсе не хотелось. Зато на своем месте он полноправный хозяин.

- Товарищ полковник госбезопасности, разрешите войти?

Суховатый и начинающий лысеть офицер бросил испытывающий взгляд на вошедшего моложавого майора. Еще по сути мальчишка, а уже успел отхватить не по чину большое звание!

- Входите, Ковалев. Что за срочность такая, раз понадобилась личная встреча? Для чего мы ЭВМ в отделы внедряем? Нельзя было доложить по «конференции»?

- Информация больно уж необычная, товарищ полковник. Хотелось сначала посоветоваться с вами. На этой дискете записи наружного наблюдения за одним весьма любопытным типом. Посмотрите сначала их, потом решите, нужно ли нам продолжать.

Начальник столичного департамента внутренней безопасности Власик взял со стола переданную дискету и вложил её в специальный слот, затем нажал кнопку включения, и через некоторое время экран ЭВМ засветился. Как бы полковник, чье специальное звание соответствовало армейскому генерал-лейтенанту, ни корчил из себя продвинутого человека, с новейшей компьютерной техникой он был всего лишь на «Вы» и побаивался облажаться перед более молодым подчиненным. Но новейшая разработка очередной «шарашки» не подвела. Умеют ведь делать из-под палки, сволочи!

- И что это все значит, майор?

- Хозяин данной дачи в старом министерском поселке, некто Рокотов, первый заместитель главы европейского департамента МИДа. Фигура, как вы понимаете, весьма высокопоставленная. Рядом с ним стоит референт ЦЭКа Соловьев.

- По морде чистый еврей.

- Так он и есть.

- Напролезали везде, сволочь пархатая. Хоть дустом трави! А эти трое кто?

- Высокий, очень интересный тип - Ломакин Николай Иванович. По первому образованию историк, но официально работает в коммунальном хозяйстве.

- Я так понял, что он зарабатывает иным способом?

- Так точно! Черный брокер. Достает и обменивает разнообразные редкости и нумизматику.

- Ничего, черти, не боятся! Никак у него покровители имеются?

- Не без них, товарищ полковник.

Начальник департамента внутренней безопасности столичного МГБ задумался. Не его это профиль, а третьего экономического отдела. Но что-то тут все равно настораживает.

- Так, подожди. Раз брокер, то Рокотов чего-то у него покупал?

- К сожалению, сам момент передачи отснять не удалось. Они проводили её в подвале, а на даче жучки не поставить. У замдепартамента собственная охрана.

- Откуда?

- Боятся происков иностранных спецслужб.

Полковник застучал костяшками по столешнице:

- А попросту прикрывают свои темные делишки! Ты сам какие мысли на этот счет имеешь?

- Рокотов скорее всего получил от брокера нечто, имеющее ценность на Западе.

- Например?

- Некие ценные бумаги. Их вывезти в дипломатической почте намного проще, да и продать можно, не засветившись, через Комнет. Неизвестные же вышли из дачи с довольно тяжелым чемоданом.

Власик дернулся. Вот чем его постоянно раздражал Ковалев, - не может донести все сразу.

- Так, что еще за неизвестные?

- Ломакину помогали двое. Они и увезли чемодан с невыясненным содержимым. Тащил его здоровый парень, но и по нему было заметно, что поклажа тяжелая.

- Надеюсь, вы за ними проследили?

- Не получилось, товарищ полковник. Они как будто растворились в городе.

- Вы в своем уме? У нас везде камеры, и они должны были использовать именные карточки.

- Использование карточек засекли, но те оказались выписаны на чужие имена.

- Взломщики? – Власик снова застукал костяшками. Пусть Ковалев и обормот, но с таким богатым материалом в клюве пожаловал именно к нему. А это стоит ценить. – По новой системе распознавания лиц пробили?

- Они засветились пару дней назад. Но если бы не искали пристально, то могли запросто упустить. Высаживались с электрички на Ярославском вокзале. Рабочее кепи с длинным козырьком, светозащитные очки, высокие воротники. Даже походка изменена.

Власик уже не мог сдерживаться, вскочил с места и нервно подошел к окну. Вид из здания на Лубянке был непримечательный, особенно после переустройства центра. Зря все-таки здесь понастроили высоток, поломав старую архитектуру. Захотели, понимаешь, не отставать от «мирового сообщества».

- Ломакина уже взяли?

- Никак нет. Он под ЦэКа. Нужны веские основания для ареста.

- Совсем партийцы оборзели!

- Обстоятельства.

Полковник не стал поворачиваться, в этот момент его лицо перекосилось от злобы. Вечная вражда между партийным аппаратом и службой безопасности. И зачем наверху оставили этот хрупкий баланс?

«Забыли, пидары, заветы товарища Берия!»

- Тогда давай так. Установи осторожно наблюдение за Соловьевым. При таком происхождении у него наверняка в комитете полно недоброжелателей. Усекаешь?

- А если смежники поинтересуются?

- Посылай ко мне. Странная какая-то дружба референта с нелегальным менялой, да еще м МИДовец в придачу. Будет хоть чуточку больше конкретного материала, я у Самого получу ордер. Нам еще одного беглеца на счастливый Запад не хватало!

- Будет сделан, товарищ полковник!

- Иди выполняй! - как только за майором закрылась дверь, Власик нажал кнопку селектора. – Мариночка, пожалуйста, кофе и вызови Николаева.

Минут через пять в кабинет вошла секретарша. Обманчивый вид хрупкой блондинки скрывал под собой мастера единоборств и невероятно ловкого стрелка из пистолета. Чемпион области как-никак! Да и с головой было все в полном порядке.

- Ваш кофе.

- Сделала копию?

- На подносе.

Власик аккуратно приподнял салфетку и усмехнулся. Мариночка — это лучшее приобретение в этом департаменте. Не надо лишний раз ничего говорить. Запись их разговора занесена на мини-дискету, а исходный материал отправлен в специальный архив, к которому имеется доступ у очень немногих.

- Семен Георгиевич!

- Андрей, давай без политеса. Возьми, пожалуйста, вот это и через пару часов донеси мне все, что ты на этот счет думаешь.

- От кого привет? – седовласый подполковник госбезопасности осторожно засунул дискету в карман кителя.

- Ковалев.

- Опять этот раздолбай в клювике что-то ценное принес?

- Он, конечно, раздолбай, как и вся нынешняя молодежь, но нюх как у породистой ищейки.

- Подойти или …

- Пришли аналитическую записку по внутренней сети отдела и распиши возможные действия и их последствия. Придется работать осторожно.

- Партейцы?

- Позже под рюмочку поговорим. Ребята из внешней по старой памяти как раз презент преподнесли.

Николаев молча кивнул. Он был знаком с Власиком очень давно и мог доверять ему. Раз начали «проект», значит, делать будут до конца.

Майор Ковалев легким шагом передвигался по оживленной столичной улице. Сейчас он был одет в гражданский костюм. Благодаря хорошему портному тот сидел на теле, как влитой, подчёркивая спортивную фигуру офицера. На симпатичного мужчину то и дело оборачивались молодые женщины. Ну а что – он в самом расцвете сил, красив и умён. Чуть за тридцать, выглядит моложаво, модная прическа и хитроватый прищур добавляют шарма, от которого так млеют барышни.

Но крутить романы главе отдела расследований было некогда. Жениться пока он не собирался, довольствуясь близостью с замужними любовницами. Да, строгие официальные моральные нравы Страны Советов уравновешивались их несоблюдением. Особенно в среде продвинутых «пользователей». Если ты в «системе», то тебе положено больше. Главное – играть по правилам. Иначе гражданский суд и проблемы на работе.

Хорошо хоть убрали партийный контроль над нравственностью. Так и партию сократили до разумного предела, сделав вход туда весьма затруднительным. Да и ничего кроме забот партбилет нынче не давал. Общественные поручения, депутатство и бесконечные заседания в комиссиях. Обычному служащему или чиновнику все это лишнее. Про обывателя можно было и не упоминать. Им и так хорошо! Уровень жизни советского человека выше, больше, чем в подавляющем большинстве стран мира.

- Опаздываешь, Колян!

Ковалёв поприветствовал бывшего однокурсника и тут же подозвал официанта. Место было дорогое, но у холостяка всегда есть деньги.

- Нам по горячему, пожалуйста, салатик на ваше усмотрение и триста коньяка из высшей категории.

Халдей почуял хорошего клиента и тут же исчез.

- Сегодня праздник?

Сергей выглядел помятым, как, впрочем, мятой была и его странная жизнь. Основную профессию потерял по глупости, позже много пил и занимался всяческой ерундой.

- Есть что отметить.

Дождавшись официанта с подносом, они налили по первой и хорошенько закусили перед главным разговором.

- Ты ведь, Серж, все еще в Гортопе подвизаешься?

- Ты к чему клонишь?

Однокурсник знал, где служит Николай. Иногда он пользовался услугами офицера по старой дружбе. В институте оба были приятелями, не разлей вода. Затем постепенно их пути разошлись.

- Знаешь такого товарища Ломакина?

Сергей внутренне похолодел, но вида не подал.

«Вот так кореш называется!»

- Это ты про Лома?

- Его самого.

- Коля, от меня ты чего хочешь? Ты же в курсе, что я завязал.

- И я ценю сиё обстоятельство. Лучше вспомни, кто тебе помог из этой выгребной ямы вылезти.

«Вот сука легавая, ничего святого!»

Сергей облизал губы и потянулся за рюмкой. Без спиртного разговор никак не вязался. К тому же принесли горячее – мясное рагу.

- Мне нужно все о нем за последние две недели. Поверь мне, Серж. За ценную информацию тебе ой, сколько всего простится на будущее!

Бывший однокурсник помрачнел:

- Кто слил?

- Честно не знаю! Но я информацию о тебе из архива общественной милиции удалил.

«То есть перекинул к себе в ведомство».

- А что Лом? Работает под партийными. Ну, это та, наверняка знаешь. Берет по-крупному. Птицы высокого полета. Откуда и как достает, мне неизвестно. Не мой профиль.

- С чем работает?

- В основном золото в слитках и монеты. Иногда произведения искусства. Но там выбор очень уже странный.

- Если много, то откуда у него на это средства?

- Коля, ну не для себя же. Там такие люди…

Ковалев задумался. Копать тут следовало предельно осторожно. Еще неизвестно, какую группировку ненароком заденешь. Политика дело хитрое, а власть у них не то, что сорок лет назад.

- В последнюю неделю ничего странного за ним не видел? Рассказывай, тебя на камерах вместе с ним заметили.

- Да я ему шмотки доставал и…

- Помогал взламывать карты? Ты всегда был докой в электронике.

- Чёрт попутал! Такие деньги Лом заплатил.

- Сколько?

- За четыре карты шестьсот казенных.

- Ого! – присвистнул Ковалев.

- Вот и я о том же. А странность. В эти дни с ним везде ходили два непонятных парня. Будто бы его помощники. Один большой и крепкий, на бодигарда похож. Второй… взгляд у него, как будто он на тебя через прицел смотрит. Опасный товарищ.

- А что в них странного? – подался вперед майор. Его внутренний нюх загорелся красным.

- Да вели они себя… Ну как будто не отсюда. Ты иностранцев ведь видал? Сразу понятно, что не наши люди. Ходят, смотрят, ведут себя. Удивляются обыкновенному.

- Акцент?

- Да вроде нет, - засомневался Сергей. – Хотя неизвестные словечки временами проскакивали. Но Лом им доверял крепко. Такое сразу замечаешь.

Ковалев задумался, потом задал несколько вопросов о деталях, а затем достал из кармана пачку наличности.

- Короче, Серый. Бери деньги. Да не бойся, это на оперативные расходы. Твоя задача – свалить из Москвы недели на три, пока тут все не поутихнет.

- Это куда? – нервно дернулся однокурсник.

- Подальше отсюда. В тихий и спокойный санаторий. Лучше в глуши. Вот как раз там нервы и полечишь. Это отдельно для официанта. Поешь на дорогу хорошенько, но не напивайся. Я сам тебя потом найду.

Сергей еще некоторое время смотрел вслед бывшему другу, и у него заметно тряслись руки. Он потянулся к графину и начислил себе до краев.

«Не напивайся! Подставил под ножи, а сам в кусты. Сука легавая!

Глава 6 Союз минус два. Сцена четвертая огнестрельная

- Заправиться надо, дядя Натан. Бензина мало.

- О вей, как же я забыл! Тут неподалеку заправка должна быть около поворота на трассу.

- Вот эта?

- Черт!

- Что такое?

- Она под заостровскими. Та еще шпана. А мы с Хитровки. Ты говори, что Муромский. Это деревня тут в пригороде. Держи наличные. Полный бак и канистру залей. Она сзади лежит, на двадцать литров.

- Да понял. Не суетись!

Михаил подогнал машину к колонке и не спеша двинул к решетчатому окошку, за которым сидела девушка.

- Полный бак и канистра. Что, залог? Держите.

Он вставил заправочный пистолет в бак и смотрел на меняющиеся цифры. В это время к нему неспешно подошел быковатый и скучающий охранник.

- Очки зачетные. Где взял?

- Там нет уже, братан. На югах.

- Сам местный? Что-то я этой точилы раньше тут не видел. Ты смотри, девятьсот девятая первого выпуска. Зачёт!

- Она самая! Рвет вилы только в путь. А я с Муромского. Здесь редко бываю.

Охранник с интересом взглянул на крепкого и спокойного парня:

- Подожди минутку, братан, разговор к тебе будет.

Михаил сделал знаковое движение, и в машине напряглись. Вайсбейн положил руку на рукоять пистолета, а Семен откинул ткань с помповика.

В этот раз к Михаилу подошел «конкретный чел». Напитанный уверенностью, с бычьей накачанной шеей, он тут же начал с делового предложения:

- Слушай, братан. Мы раньше с Муромскими дружили, но слышал, у вас там какие-то перемены произошли?

Крепыш вставил заправочный пистолет в канистру и осторожно ответил:

- Да всякое было.

- Тема в следующем – дело есть одно, но нужны люди. Как бы пересечься с вашими решалами?

- Сколько человек требуется?

Местному бригадиру понравился веский ответ, он улыбнулся:

- Таких, как ты, пять хватит.

- «Масло» какое?

- Очень доброе. Но поработать придется.

Михаил неторопливо повесил пистолет и закрутил пробку на канистре.

- Плавно излагаешь. Я передам парням. Тебя, если что, где искать?

- Да здесь я постоянно. Костяна-косу спросишь. Эй, Лидочка, сделай пацану фирменную скидку. До встречи.

Они напоследок даже по-мужски пожали руки. Миша получил в окошечке сдачу и брелок с ароматизатором. Уже в машине Натан Иосифович резко спросил его:

- Что у вас там за тёрки проходили? Совсем сбрендил с заостровскими болтать?

Михаил неспешно завел двигатель, отпустил ручник и включил первую передачу, начав выезжать на дорогу.

- Дядя Натан, да вы не нервничайте! Просто немного сэкономил вам денег, сыграл под Муромского братка. Сеня, не хочешь малёхо денех поднять? Тут дельце сладкое предложили!

Натан Иосифович возмущенно уставился на молодого крепыша, а потом внезапно нервно засмеялся:

- Вот теперь я понимаю, почему Лом использовал именно вас. Так, тут не гони, сейчас рынок хороший на выезде будет. Там можно едой и выпивкой запастись за наличку.

Автомобиль глотал километр за километром. Михаил гнал бы быстрее, но извечная беда мешала. Обе сразу. Пьяные трактористы и незалатанные ухабы. И всех приходилось аккуратно объезжать.

- У них тут съезд, что ли, алконавтов на колесах?

Натан Иосифович внезапно встревожился, что-то высматривая сквозь деревья.

- Мишаня, скорость убавь.

- Вот дьявол! Разворачивай, мост ментами перекрыт, не проедем!

Михаил без лишних слов тут же сделал полицейский разворот и коротко бросил:

- Куда?

- За тем знаком своротка на грунтовку, не пропусти!

- Без сопливых.

Съезд с трассы был спрятан кустами, и лишь метра за два он становился видным. Водитель резко выкрутил руль вправо и вписался в поворот, затем тут же прибавил скорости. Благо дорожный просвет и подвеска позволяла двигаться быстро на неровной дороге.

- Дальше куда?

- Гони в сторону лесопосадок, - Натан Иосифович суетливо обтер лоб платком. – Обложили, демоны!

- Миха, кто-то там пылит за нами.

- Вижу!

- Не отстают, гады.

- Йосыч, что за дела!

- По ходу одна майорская сволочь сдала-таки меня. Я же говорил, что они тут жадные до невозможности. Нам бы до леса доскочить, а там я знаю одну дорожку.

- У нас не вездеход, - бросил зло Михаил, сбавляя скорость перед рытвиной. – Сеня, готовь картечь.

Семен начал деловито вынимать из магазина патроны с дробью, забивая туда другие. Водитель на ходу достал из кармана револьвер и бросил взгляд на осунувшегося пассажира:

- Дядя, Натан, ты с нами? Так мы не оторвемся. Сука!

Он бросил машину в сторону.

- Мих, они палят.

- Живыми брать не будут, - обреченно прокомментировал Натан Иосифович и передернул затвор на своем маленьком пистолете. – Тормози за теми деревьями и сразу в кусты. Пока они поворачивают, мы их встретим.

- Принял.

После поворота Михаил резко притормозил в кустах и тут же метнулся на другую сторону дороги, уходя дальше от линии огня. Вайсбейн спрятался за капотом, выставив пистолет вперед, а Семен устроился за вывороченной корягой на обочине дороги. Поэтому, когда патрульный внедорожник известной японской марки развернулся, его помповое ружье смотрело четко на водителя. Два выстрела раздались, как один. Тут же тяжело захлопал на той стороне револьвер.

Патрульный автомобиль остановился на обочине, его лобовое стекло зияло несколькими дырами, в дверях также появились отверстия. Натан Иосифович держал вездеход под прицелом, но зря патроны не тратил.

- Сеня, прикрывай!

От кустов незаметно отделилась фигура в синем. Хоть тут польза от спортивного костюма проявилась - двигаться он нисколько не мешал. Михаил подошел к патрульному автомобилю сзади и быстро оглядел салон, затем осторожно открыл заднюю дверь и пнул лежавшего там милиционера.

- Все по ходу наглухо.

- Грехи мои тяжкие!

Натан Иосифович присел прямо на траву. Выглядел он не очень, но еще держался.

- Мишаня?

- Уже.

Михаил сноровисто обыскал мертвых милиционеров, забрал у них два коротких пистолет-пулемета и пистолет.

- Патроны?

- Да, мало. Дядя Натан, а как менты с такой загрузкой собирались с бандитами стреляться?

Натан Иосифович поднял голову и неожиданно резко ответил:

- Тут с ментами такое не прокатывает. Разве что залетные гастролеры. Свои же башку оторвут.

- Тогда понятно, чего они такие расслабленные. Сеня, ты чего там копаешься? Уходим по-пырому!

- Рация пригодится.

Закинув ништяки в машину, все попрыгали в кресла, и Михаил резко стартанул с места. Серый автомобиль резво пробежал по полю и, когда на том конце показалась еще одна милицейская машина, нырнул в спасительную тень леса.

- Миша, после ручья сразу направо.

- Да где? Не вижу!

- Между двух сосен.

Михаил послушался и повернул машину туда. Дальше почти не было колеи, но дорога имелась. Он тут же приободрился:

- Классно! Если и погонятся, то проедут мимо.

Автомобиль мерно колыхался на кочках и, не торопясь, переезжал узловатые корни деревьев. Водитель то и дело бросал взгляды на зеркала заднего вида, но все было тихо. Через минут сорок они выехали на просёлочную дорогу. На глине четко отпечатались следы от большой машины или даже трактора.

- Куда дальше?

- Подожди, дай отдышаться. Стар я стал для таких забав, - Натан Иосифович достал из бардачка сложенную во много раз карту и начал разворачивать ее.

- Да вы еще ничего держитесь, дядя Натан, - раздался голос сзади. – По ходу, Миха, мы оторвались.

- Да сам вижу. Никак не ожидал, что в такие траблы попадем.

- Зуб даю, тот, со сломанным носом, в деле. Надо было нам с тем пацаном разобраться.

Вайсбейн оторвался от карты и сердито ответил:

- Да не трави душу, Сеня! Миша, давай налево и через два километра поворот. Там и заночуем.

- А что там?

- Дача друга. Да не смотри так. Моя хаза, куплена на подставного. Нынче и она, считай, погорела, как и квартира.

Михаил с любопытством скосился. Его всегда интересовали реалии посещаемых ими миров. Да и отвлечь пожилого человека не помешало бы. Хреново он выглядел.

- Куплена? А зачем, не проще арендовать?

- Не здесь, Миша. Таки я и купил очень не задорого.

- Криминал небось?

Натан Иосифович пошлепал по привычке губами и нехотя согласился:

- Все мы грешны. Но кто ж знал, что уходить придется вот так. И юрист у меня заряжен на продажу…Но в городе лучше нам не появляться.

- Вы нам дарственную сделайте, а мы продадим, - заржал сидевший позади Семен.

- Я, молодой человек, не хочу губить ваши юные души.

- Здесь поворачиваем?

- Да. Тут хорошая дорога, я депутату местному на выборы пожертвовал. Дом крайний, ближний к лесу.

Михаил улыбнулся:

- Умно. Выезда тоже два?

- А то ж!

Дом был простым и далеко не новым, но довольно крепким. Михаил заехал с заднего двора, встав сразу мордой на выезд. Натан Иосифович тут же пошел к соседу разузнать о делах, а парни начали выгружать сумки со съестным и одеждой. На кухне имелся баллон с газом, потому хозяйственный Семен сразу поставил на плиту воду. Жутко хотелось есть и выпить чаю.

- Все тихо, ребятки. Сидим на попе ровно!

- Сосед как?

- Мировой мужик. Я ему пузырь выдал, а он с нами свежими огурчиками и помидорами поделился.

- О, закусь! Слышь, дядя Натан, накатить бы? Мы тут видели в сумке.

- Нет-нет, это для бартера. А нам, - мужчина достал фирменный пакет, - вот эту. Голова болеть не будет.

- Вы водку пьете?

- После такого только её родимую.

- Понял. Без базара!

Семен шустро сварил макароны с тушняком, сумев сообразить нечто вроде томатного соуса. На плите уже закипал чайник, на столе появилась «походная» сервировка. В доме нашлись хрустальные рюмки и стаканы. Народ когда-то копил посуду на черный день, но тот пришел и здорово поменял ценности.

- Не чокаясь и без тостов.

Выпили, закусили. Михаил под изумленным взглядом хозяина намазал толстый кусок хлеба горчицей, затем положил сверху ряд шпротин.

- Не удивляйтесь. У Михи странные вкусовые рецепторы.

Натан Иосифович, не дожидаясь остальных, налил еще, одним махом выпил и уставился на парней:

- А вы, вообще, кто, пацаны?

Михаил оторвался от бутерброда:

- Этот вопрос к чему сейчас?

Пожилой комбинатор вздохнул и потянулся за огурцом:

- Только не говорите, что убивать людей для вас, как два пальца об асфальт! Вы нервничали, но не более. Я же целую жизнь прожил и разных людей видел. Хотите сказать, что обычные ходоки?

- Дядя Натан, на такую работу абы кого и не берут.

- Тоже правильно, - Вайсбейн некоторое время закусывал, потом снова налил. – Помянем, что ли, усопших. Не держу на них зла. Просто оказались не в нужном месте в неположенное время.

- За это можно бахнуть, - согласился Семен, но его напарник махнул стопарь молча.

Они еще немного посидели, поговорив ни о чем, затем неожиданно Натан Иосифович вырубился.

- Потащили его в спальню.

- Дальше что?

- Будем по очереди дежурить. Водка меня один фиг не берет, попробую ментовскую рацию через переходник подключить, волну послушать. Ты первым иди спать, тебя вечно по вечерам рубит.

- Ага, - Михаил широко зевнул. – Тут наверху чердак, окна во все стороны неспроста пробиты. И за соседом внимательно понаблюдай. Не нравится мне все это.

- С золотишком вечно проблемы.

- Так сейчас у нас лишь резаная бумага осталась.

Семен немного промолчал, после чего выдал:

- Не надоело еще бегать на побегушках?

Сонный напарник удивленно обернулся:

- Ты уже готов к работе резидентом? Сеня, да кто нам доверит?

- Я не про это, а вольную охоту.

Михаил замер, потянулся за бутылкой и лишь после выпитой стопки ответил:

- Давай поговорим об этом тогда, когда окажемся в безопасном месте.

Семен пристально посмотрел на товарища:

- Хорошо.

Глава 7 Союз минус два. Сцена пятая ошеломляющая

- Где этот шлемазл? Кто должен был дежурить утром?

Семен с усилием разлепил глаза и щурился от бившего прямо в лицо утреннего солнца.

- Так, Миха. А в чем дело?

- Где он?

- Наверху должен быть. Я ему термос с кофием оставил.

- Да что б тебя!

Через минуту пожилой мужчина кубарем катился вниз, причитая:

- Да как так можно?

Семен почуял неладное и поспешил наружу.

Двумя часами ранее:

«Интересный у нас сосед, надо бы с ним побазарить».

Михаил меньше всего любил догонять и ждать. Поэтому выпив все кофе, он через некоторое время спустился вниз отлить и тогда заметил на соседнем участке бродящую ни свет, ни заря одинокую фигуру. Летом солнце рано встает и кому-то даже бесплатно подает. Сосед же доставал из большой бочки знакомые по многим версиям Союза «соски», то бишь полуторалитровые пластиковые бутылки. И в них явно был налит не лимонад.

- Здарова, сосед! - кивнул дружелюбно Михаил.

Жилистый мужик в растрепанных трениках и тельняшке на голое тело быстро обернулся. Хоть он и был с будуна, но двигался легко, что указывало на хорошую в прошлом физическую подготовку.

- Ты откуда такой красивый нарисовался?

- Да с Толяном вчера приехали.

- А… он же говорил. Пиво будешь?

Михаил расплылся в улыбке.

«Есть контакт!»

- А кто ж с утра его не потребляет?

- Наш человек! Садись! Сейчас огурчиков соображу.

Кроме огурцов с теплицы на облупленном столе появилась палка колбасы и краюха хлеба. Пиво было холодным и по вкусу нормальным. Михаил с удовольствием выкушал стакан пенного напитка и сделал перерыв.

- Ты с моря, что ли? Тельник одет.

- Обижаешь, десант!

- Да ты что? – парень тут же оголил свое плечо, на котором появилась знаковая татуировка. – Десантно-штурмовой полк.

- Братишка!

- Никто кроме нас!

Они обнялись, и сосед предложил:

- Тогда, может, по чарочке? За встречу.

Михаил покачал головой:

- Не вариант, сегодня за руль. Но ты себе наливай, если хочешь, а я пивасик буду.

- Заметано! Но я честно предлагал.

Чокнулись, выпили. Михаил между делом вызнавал обстановку. Что, где и как. Наводил мосты, завязывал узлы.

- А что, опять вернули десантно-штурмовые?

- Ага, - осторожно ответил Михаил, поняв, что брякнул лишнего.

- Я двадцать лет прослужил в парашютном. Развалили, суки, армию! Приказа у них не было! Надо было до конца идти и всю эту сволочь к ногтю прижать. А сейчас…

Бывший сверхсрочник огорченно махнул рукой, видимо, вспомнив что-то из истории этого несчастного мира.

- Порядка нет.

- Правильно говоришь!

- Вот вы где голубчики!

- Толян, присаживайся! А то вчера …

- Да уставший был, Валерик. Миша, а ты ничего не забыл?

- Я только пиво, Нат… дядя Анатолий. Чисто голову поправить.

- Тогда ладно.

Вайсбейн покрутил носом и решил не отрываться от коллектива, налив себе из банки пива и взяв хрумкий огурчик. Через некоторое время он поторопился задать соседу остро интересующий его вопрос, ибо тот уже «наливался» до горла по новой.

- Валерик, а откуда нынче в здешней местности позвонить по межгороду можно?

Бывший десантник на миг вышел из накатывавшейся комы и четко ответил:

- Так с почты в Дубково.

- Ага, - «Анатолий» почесал отросшую щетину на подбородке. – И как туда попасть? С машиной у нас, понимаешь, нелады.

- Так бери мой мотоцикл. Только бензин с тебя!

- Да без проблем. Я тебе еще один пузырь принесу.

- Да ты что! - Валера в порыве разгневался. – Я же по-человечески!

- Так и я. Шобы назавтра было, Валерик.

Мужчина позыркал по сторонам буйным глазом и успокоился:

- Человек!

- Сможешь сей агрегат завести?

Семен, с любопытством осматривавший гараж соседа, ухмыльнулся:

- Да Миха хоть танк заведет или звездолет «Ясный сокол»!

- Танк нам не надо. А ты лучше поищи нам одежку попроще, чтобы от местных особо не выделялись.

- Счас сделаем.

Через четверть часа из деревни выехал старый «Урал» с коляской. Сидевших на нем мужиков с помятыми физиономиями и темных телогрейках можно было принять за двух деревенских, что помчали за добавкой в другое село. ГАИ в этих местах отродясь не было, участковый давно забил на службу, выезжая лишь на трупы. Так что никто не мешал голубчикам проехать десять верст по разбитому тракторами проселку.

Михаил тормознул около магазина, чтобы поддержать легенду, ну заодно прикупить свежего хлеба и сладкого к чаю. Вайсбейн тем временем метнулся к облупленному зданию почты. Он пробился сквозь толпу бабулек, безысходно ждущих завоза пенсии, и сначала сунул скучающей девушке купюру, а потом попросил сделать звонок. На его счастье, на почте остались переговорные кабинки - объедки безтелефонного прошлого местного СССР. Через пять минут гешефтмахер выскочил на улицу.

- Миша, гони обратно!

Молодой человек глянул на потемневшее лицо куратора и не стал задавать лишних вопросов. Во время езды он совершенно протрезвел и готовился к неприятному разговору. Что-то их очередной «проход» как-то не задался.

Михаил загнал мотоцикл обратно в гараж, убедился, что Валерик сладко спит на веранде, и вернулся в дом. Семен уже сервировал стол. Он успел добыть у соседа прошлогодней картошки и сделал «полевое» рагу с тушенкой.

- Хозяйственный ты парень, - похвалил Сеню Натан Иосифович и налил себе из фляжки коньяку, оправдываясь: – Это от нервов.

- Что-то случилось, дядя Натан?

- Ох, случилось, Миша.

Мужчина оторвался от еды и скорбно положил на стол руки. Глянул на пустой стопарь, тяжко вздохнул и потянулся за фляжкой.

- Дядя Натан, может, перед тем, как напиваться, вы бы сначала объяснились, - с нажимом заявил Михаил. Ситуация чем дальше, тем больше ему не нравилась. Вчерашнего смертоубийства хватило бы на самый лютый проход в объятую послевоенным беспределом копию СССР.

- Да, ты прав, - Натан Иосифович нехотя отложил фляжку, его голос окреп. – Дело в следующем. Обложили нас повсюду, как волчар. В сторону нашего хода не проехать и не проплыть.

- Точно? – встрепенулся Семен. Не любил он непредвиденных осложнений.

- Досрочно! Ход расположен в райцентре, а туда дорога через реку. Мосты перекрыты, на въезде патрули. Ищут серую машину с нашими номерами.

Михаил так и застыл с ложкой в руках.

- Дела…

- А на лодке?

- Уже думал. Менты всех местных оповестили, а мы без транспорта на той стороне будем. Там еще двадцать километров пилить. На чем? Спалимся на любой попутке, а пеших сдадут аборигены за ящик водки. Это на словах они за понятия, а своя рубашка все равно ближе к телу. Уже не раз проверено.

- Пешком через леса?

Натан Иосифович покачал головой:

- Долго, да и риск слишком велик.

Парни переглянулись, у Семена загорелись злостью глаза:

- Чего они так? Тут же все равно бардак!

- Бардак-то бардак, Сеня, но органы тем и живут, что друг за друга горой. Только вот майора мы не убивали. С этого сыр-бор скорее всего и начался.

- Майор – твоя крыша?

- Да, - мужчина все-таки налил стопарь и убрал фляжку в саквояж. – Обложился вроде со всех сторон, а оно вон как вышло. Поганое тут место для жизни.

- А чего тогда здесь?

- Выгодно. Там, где мутно, всегда прибыльно.

- Тогда чего плачешься?

Мужчину передернуло, но он рассмотрел обозленные взгляды парней и присмирел.

- Ребятки, у меня к вам деловое предложение. Придется возвращаться.

Михаил испытывающе посмотрел на резидента:

- Не отсидеться?

- Кто-нибудь обязательно сдаст. Тут маму родную за ящик водки продадут. Мир крыс и стукачества. А менты друг за дружку держатся лишь потому, что их иначе бы перестреляли. И нас в плен брать не собираются. Замочат на месте.

- Дела… - снова протянул крепыш, уставившись на початую бутылку, стоявшую с вечера.

- Так что остается лишь один шанс, - Натан Иосифович посмотрел на молодых людей серьезно, - идти ходом в мир Гэбэшников.

- Ты в своем уме? – взвился Семен. – Да как мы…

- Сень, успокойся. Не видишь, что мы попали. Дядя Ак городу вечером, как начнет смеркаться. Я дорогу такую знаю, что никто нам её не перережет. Она закрыта уже пару лет как, но проехать там можно.

- Кем и для чего закрыта?

- Да там одни слишком умные коммерсы строить пытались, но внезапно умерли. Территория еще не поделена, забыта и позаброшена.

- Так.

- Хоронимся рядом с ходом и устраиваем разведку. И самое главное, ребятки. Каждому после дела плачу по сотке коинов.

- Даже если не гонишь, то куда такие бабки нам? Директория тут же за задницу возьмет.

Мужчина покачал головой:

- Не только они такие умные. Но вы меня знаете - пустопорожних обещаний я не даю. Воспользуетесь валютой уже через пару лет.

Парни задумались. Они столько и за год не зарабатывали. А ситуации случались разные.

- Мы в деле! Какие мысли?

Резидент встал и указал Семену на шкафчики старого серванта:

- Найди пока инструменты, - сам он полез куда-то вниз, оторвал доску от стены и достал оттуда новые автомобильные номера. – А сейчас за мной, мальчики.

В сарае он поставил Семена менять номера, а сам начал срывать с корпуса АЗМ серую пленку. Из-под нее неожиданно открылась родная зеленая краска автомобиля.

- Ничего себе!

- А ты, Йосич, соображаешь!

- Ну сколько можно говорить, чтобы не называл меня так! Сеня, ты пока мы готовимся, милицейскую рацию настрой и послушай.

Пожилой мужчина имел решительный вид. Он полностью пришел в себя. Хрен он, кому отдаст свою пенсию! Посмотрев на него, и парни стали как-то бодрее.

- Держись правее. Ага. Вот тут проезд.

Неприметный автомобиль с неяркой окраской осторожно выруливал во тьме, но все равно то и дело задевал днищем буераки бывшей строительной площадки. Без знания местности в полутьме было не проехать, но резидент вел четко.

- Дальше куда?

- Дай подумать. Вон туда, в сторону столба.

- Эх, не видно ни фига без фар. Напоремся на какую-нибудь железяку, и финита ля комедия!

- Зато внимания не привлечем.

- Устроили вы нам, дядя Натан, горячую встречу.

- Ага, как будто оно мне надо! Просто так обстоятельства сложились.

- Вон дыра в заборе, езжай туда.

- Не проскочим. Смотри, какая рытвина перед ней. Сеня, доставай лопаты и ломик.

Через полчаса автомобиль въезжал на территорию гаражного кооператива. Как и обещал куратор, в город они проскочили «без шума и пыли». Так бы еще и дальше пошло. Парни приободрились, хотя оружие все равно держали наготове. Михаил и Семен взяли себе милицейские короткостволы под Макаровский патрон. Последний сунул в карман трофейный пистолет. Почему-то во многих мирах ПМ держался на вооружении очень долго.

- Вот этот номер. Гаси свет, я сейчас.

Вайсбейн подошел к узкому проему между гаражами и сунул туда монтажку. Послышался треск отдираемого железа, и вскоре довольный мужчина открывал основательную дверь гаражного бокса.

- Загоняй машину сюда, но не перекрой выезд. Сеня, закрывай створки! – подождав, когда его указания будут выполнены, он довольно потер руки. - Молодец, Петрович, хоть запасные ключи не утащил с собой на тот свет. А то пришлось бы помучиться со вскрытием его берлоги.

Он говорил слишком быстро от нервов. Михаил обошел древний автомобиль, смахивающий на «Москвич 412», и присвистнул.

- На этом пепелаце дальше поедем?

- Да. Ты пока переливай бензин, половинки канистры хватит за глаза, а я начну аккумулятор откручивать. Сеня, ты осторожно на улицу выгляни. Мало ли что?

- Может, я тогда на крышу метнусь?

Вайсбейн подумал и согласился, достав с полки гаража рабочие перчатки. Минут за двадцать они справились, и Миша сел за руль. Осторожно крутанул ключ, удерживая левую ногу на сцеплении. Автомобиль нехотя зарычал, дернулся, сыто рыгнул и завелся. У всех тут же отлегло от сердца. Переться на другой конец города на своих двоих никому не улыбалось.

- Присядем на дорожку, мальчики-девочки. Сеня, доставай термос и еду. Надо перекусить. Что там дальше выйдет, одному Создателю известно. Ну и для начала примите от меня аванс.

Он подал ошалевшим молодым людям два небольших слитка. Семен осторожно взвесил в руке золото:

- Да тут граммов пятьдесят.

- Если быть точнее, две унции от Королевского монетного двора.

- Англия?

- Великая Британия. Но не суть важно. Важно, что золото настоящее, и продать его в любом мире несложно. Остальное выплачу коинами на Островах.

Семен осклабился:

- Эк ты загнул! Как мы туда попадем?

- В Гэбэшном Союзе есть ход прямиком на остров с конторой. Да, он не для всех. Но у нас особый случай. Выпустят, никуда не денутся! Тем более, что мы не пустые идем. Жаль, что все лишнее придется здесь оставить.

Парни недоверчиво смотрели на куратора. Затем Михаил поинтересовался:

- Ты в курсе, что мы в электронном концлагере могли наследить? То есть надо сразу быть готовыми к охоте?

- Ход отсюда там же, где был?

- Не менялся, если Лом не врет.

- Лома также надо вытаскивать.

- Ему и там неплохо. Деньги, положение, бабы. Все есть.

- Сумма в этот раз случилась больно значительная. Сольют его коммунисты. Риск большой.

- Ему решать, - Семен смотрел в упор на мужчину, и это тому не понравилось. Мальчики не так просты, какими кажутся. Вот и на «мокруху» пошли, не дрогнув.

- Проехали! Есть еще одна проблема. Тот блатарь со сломанным носом. Зуб даю, что он уже прошерстил сарай и взял его под присмотр.

- Так он так и так через ход не пройдет, не заряжен. Максимум - увидит яму.

- Запросто может какую-нибудь пакость устроить. Например, туда капкан на крыс кинуть

- Что предлагаете, молодые люди?

- Сначала понаблюдать за двором, а потом все делать быстро и резко. На ту сторону надо проскочить, насколько можно бодрее.

- По первому у меня есть предложение. А вот дальше вам решать.

- Дядя Натан, а ты запасливый!

Резидент кисло улыбнулся:

- Как видишь, это не больно и помогло. Импровизирую.

- Тут останови, под деревьями.

До нужного квартала доехали без проблем. Куратор неплохо изучил город, где несколько лет трудился. И они благополучно объехали все посты и патрули дворами и переулками. Здесь уже помогла милицейская рация. Кое-где пришлось попетлять, но это было не смертельно. Главное– проскочили.

- Сеня, выйди поглазей, что и как?

Через пять минут разведчик вернулся. При его щупловатой фигуре и гибкости осмотреться по сторонам не было проблемой.

- Во дворе какие-то молодые сидят, по ходу бухают. Блатного не видал.

- Тогда забираем сумки, и за мной.

Все лишнее они утопили в пруду на бывшей стройке, в том числе и трофейное оружие. Ружье, револьвер и пистолет были куплены Вайсбейном со стертыми номерами и в розыске не находились. Этот момент Натан Иосифович сразу прозондировал. Сам он шел со всем тем же саквояжем и небольшой сумочкой. Михаил тащил на крепких плечах основательный баул, а Семен рюкзак и чехол, в котором было спрятано ружье. Он, конечно, жалел, что пришлось бросить автоматическое оружие, но все равно к нему оставалось мало патронов. Лишь спалишься на раз.

Куратор просочился через скрытую кустами лазейку в заборе и подошел к неприметной двери трехэтажного здания старой постройки. Он открыл сумочку, достал оттуда инструменты и несколько минут копошился с замком.

- Это что еще чё за контора? – поинтересовался шепотом насторожившийся Михаил.

- Библиотека. Прошу пожаловать, молодые люди в храм знаний, – раздался легкий смешок, и чуть позже в коридоре зажегся свет от электрического фонарика. – За мной, наверх.

Чувствовалось, что Натан Иосифович в этом здании не первый раз. Заметив стеллажи с книгами, Семен выдохнул:

- И в самом деле библиотека.

- Тихо! Сигнализации здесь нет, на сторожа денег также не предусмотрено, но отсвечивать все равно не стоит.

- Сторожа почему?

- Да кому эти книги нужны?

- А вы как тут?

- Я книги люблю, грешным делом, в это место частенько захаживал. Сеня, ты парень востроглазый, вот отсюда понаблюдай за обстановкой.

Семен пристроился на широком подоконнике и оценил возможности:

- Отличный вид! Теперь я уверен в удачном исходе.

- А ты сомневался! Давайте часика два понаблюдаем и после пойдем.

- Хорошая задумка, - Михаил в первый раз за вечер улыбнулся. С этим хитрым евреем, пожалуй, не пропадешь! Ничего, выберутся! И не в такие переделки попадали.

Вор в авторитете со звучным погонялом Каравайчик было доволен как слон. Дожал он этих наглых чуреков, что держали на районе сеть кафе и забегаловок. Сдали они того, с кем тот пархатый встречался. И пока менты и братва были заняты поиском возмутителя спокойствия, покусившимся на святое святых, вор занимался гешефтом. Искал подходы к барыге и прикидывал, кого можно взять на дело. Это кажется, что все легко – войти и выйти. Он знал людишек, мало кто из них годился на «мокруху». Это на словах все панторезы, а вогнать «шило» в живого человека может далеко не каждый. И не проблеваться тут же от вида крови.

Здесь же следовало заарканить барыгу, выбить из него золотишко и свалить по-тихому. Уголовник с сомнением поглядывал на подельников. Слабоваты оказались первые парни «на районе». Но все лечится, в том числе и рвотный синдром. Зато сейчас у него появилось реальное сытое будущее. Бизнесом надо нынче заниматься, а не откровенным криминалом. Но золото придется сбывать по старым каналам в области. Зато его было много, и осознание данного факта грело душу. Он уже в мыслях был дома за столом с бутылкой дорогого виски и лучшими закусками. Может, еще элитную телку заказать? Гуляй, рванина!

Так они и пересеклись встречными курсами. Троица путешественников между параллельными мирами и три аборигена уголовника. Первые внимательно следили за опустевшим двором и уже в три ночи решили, что можно смело двигать в иную реальность. Вторые также ждали, когда на улицах станет тихо, но точно не чаяли встретить у себя во дворе вооружённых до зубов чужаков. Спор решило оружие. Тут Каравайчика подвели воровские замашки. Он еще не понял, что в большом мире все решают стволы, а не ножи и заточки. Да и реакция закаленных бойцов Директории оказалась быстрее.

Семен успел выхватить помповик и уложил сразу двоих. А самого Каравайчика подстрелил чуть замешкавшийся Михаил. Вайсбейн застыл на месте и никак не мог достать из-под ремня свой маленький пистолет. Не был он любителем огнестрельного оружия. Несколько секунд бывший резидент приходил в себя, затем пискнул:

- Надо сваливать.

Голос внезапно дал петуха, но никто не засмеялся.

- Миха, этого успокой!

Семен показал на тянувшегося к сумке Каравайчика. Шуметь так шуметь! Михаил без сожаления выжал тугую спусковую скобу. Револьвер дернулся в руках, а голова вора буквально раскололась от мощного патрона. Хотя он так, и так был не жилец.

- Валим!

- Подожди-ка, - крепыш открыл замок кожаного чемодана и негромко выругался. – Етишкины помидоры! Да быть не может!

- Миха, да чего ты тут чешешься!

За густыми кустами их не было видно с улицы, но в доме уже зажигались окна и слышались крики.

- Сюда, Йосыч.

Резидента силой впихнули в нужную дверь, он потерял ориентацию от растерянности. В полумраке вспыхнул электрический свет фонаря. Таиться уже не было смысла. Михаил мощным движением откинул сделанный из досок люк и выругался:

- Вот ведь сволочь. Сеня!

Но они что-то такое ожидали, потому прихватили с собой обычный гвоздодер. Поэтому выломать самодельную преграду оказалось делом минуты.

- Мишаня, сюда уже идут. Проверь ломиком, вдруг там капканы.

- Счас я им, - угрожающе заявил Семен, выскочил наружу и пальнул в воздух. – Получайте, сучары.

- Сеня, уходим!

Парень кинул оставшееся без патронов ружье и нырнул в черноту проёма.

Снова лаз, снова темно и тесно. Но сейчас больше всех пыхтел неудачливый резидент. Он только что потерял работу в Директории, но ни о чем не жалел. Он стар и устал, он хочет в сортир.

Глава 8 Союз плюс один. Сцена благостная

Солнце, его жаркие, буквально проникающие под кожу лучи, яркая зелень деревьев и газонов, летящий по аллее тополиный пух. Что может быть лучше июля! Народ неспешно прогуливался по дорожкам парка. Вокруг разлита странная для такого большого города тишина.

- Хорошо-то тут как! Спокойно и лениво.

Лицо Михаила озарила добродушная улыбка. Семен удивленно покосился на приятеля, но с его доводом согласился:

- Может, тогда зависнем здесь ненадолго? Смотри – мороженое! Кто-то из наших сказывал, что оно тут самое вкусное.

Они подошли к ларю, стоящему в тени высоких тополей, и начали изучать содержимое.

- Что ждете, молодые люди? У нас в наличии только пломбир и эскимо.

Продавщица была не старше их, но смотрелась более серьезно в белом халате и чепчике. Лишь рыжеватый локон, ниспадающий на лицо, ломал в целом благообразную картину.

- Тогда того и другого. Можно без хлеба.

Улыбка Михаил отчасти растопила холодность продавщицы мороженого, голос стал добрей, а взгляд кокетливей.

- С вас тридцать шесть копеек. Есть без сдачи?

Семен вынул из кармана две монеты по двадцать:

- Потом сочтёмся, красавица. Мы еще к вам наведаемся.

- Ловлю на слове. Буду ждать.

Раздался девичий смех, стало отчего-то легко и просто. Так бы всегда!

- Обалдеть, как вкусно!

- Ну так все натуральное и по ГОСТу. Ничего особенного. Не зря сюда очередь. Никакой слежки, бандитов, делай свои дела мирно.

Семен облизал пальцы, усмехнулся и заявил.

- Пошел за добавкой. Между делом узнаю, как девчонку зовут.

- Спроси заодно, есть ли у нее симпатичная подруга.

Михаил откинулся на стандартной для многих Союзов чугунной лавке. Отчего-то именно на таких необычайно удобно сидеть. В вышине на ветках деревьев порхали какие-то пичуги, чирикали воробьи, летел тополиный пух, а на душе было покойно. Мимо по аллее легким шагом пронеслась стайка милых девчонок в легких сарафанчиках. Они заметили приветливую улыбку молодого человека и прошли дальше, то и дело оборачиваясь на него и посмеиваясь.

Как тут все-таки хорошо! Не ценят люди такие спокойные миры. Ни войн, ни инфляции, ни разгула преступности, ни прочих ужасающих бедствий, коим не счесть числа. Ну и что такого в том, что Советский Союз понемногу разлагается? Так понемногу ведь? А это несколько десятилетий вполне беззаботной жизни для себя и страны. Скажете – а как же очереди и проклятый дефицит? Эх, нам бы ваши проблемы!

- Что задумался? Держи эскимо! Девушка занята.

- Обломс.

- Вон сколько красоток вокруг ходит. Не теряйся, орёлик!

- Сначала надо узнать, как у них тут дела с моралью обстоят. А то вляпаемся и по самые помидоры. Помнишь предпоследний Союз? Маразм, да и только!

- Нормально тут с этим обстоит.

- Так ты здесь еще не был. Откуда сведения?

- С Натахой малёхо перетер. Все как везде. Девки дают молодым и упорным.

- Ну ты…

- Ладно, побарагозили, пора и делом заняться.

Квартира здешнего курьера находилась на другом конце Углечиска. Город на Волге раскинулся вольно, поэтому лучше было воспользоваться общественным транспортом. Быстрый опрос местного населения в виде нескольких старушек позволил составить правильный маршрут. Проезд на трамвае стоил три копейки, что опускались в специальный ящичек, затем крутилась ручка, и отрывался билет зеленого цвета.

- И ведь никто не едет бесплатно.

- Так контроль.

- Дело, думаю, все-таки в другом.

Друзья сидели в вагоне сзади и с любопытством рассматривали сонные улицы огромного города. Даже было странно – никто никуда не торопится. Дороги наполовину свободны. Совсем не наблюдается присущей любому миллионнику суеты. Можно, конечно, списать это на лето и сезон отпусков. Или… или в этом времени и копии люди привыкли к подобному образу жизни. Они абсолютно уверены в завтрашнем дне, их будущее заранее расписано на многие годы и осталось наслаждаться жизнью, плывя по течению со всей державой.

Плохо? Да нет. Эти пацаны за свою короткую жизнь успели навидаться всякого. Суетность и непоседливость нужны далеко не всем. Для таковых особей лучше вообще выделить некую резервацию. Чтобы остальных не сбивали с толку. Вот рецепт идеального мира!

- Здесь все упорядочено. Очередь в автобус. Уступить место пожилому или женщине с дитем. Постоять в магазине за свежей сметаной, сделать заказ на предприятии к празднику. Записать ребенка в бесплатный кружок или спортивную секцию. Распланировать отдыха в санатории. Не сразу, но ты точно уверен, что в итоге все это получишь.

- Считаешь, что общественная среда выдвинула отвечающие времени традиции?

- Именно так! Партократия не давит на сознание со всей своей аппаратной дурью, а влияние маргиналов незначительно. Здоровая часть общества занята самоорганизацией и структуризацией имеющегося.

- Сеня, а ты не гонишь? Мы тут всего несколько часов, а у тебя такие далеко идущие выводы.

- Миха, так не первый день замужем. Я бывал в подобных мирах, только этот, пожалуй, эталонный. Где-то такую общественную систему обозвали «Застоем». По мне несусветная глупость.

- Вот здесь согласен. Повидали мы эти прогрессивные копии. Люди там обычно, как лошади загнанные. Я уже не говорю про те бедные миры, где все рухнуло, а то и война случилась. Нашлись, мля, экспериментаторы на их головы. Лучшее им подавай.

- Лучшее - враг хорошего.

- Ты понимаешь!

Никто не обернулся посмотреть на веселящихся парней. Раз они смеются, значит, у них все хорошо.

- Молодые люди, можно вас на минуточку.

Сосредоточенный сержант в синей милицейской форме был вежлив, но внимателен. Михаил еле сдержался, чтобы не сунуть руку в карман, где у него был припрятан кастет. Из неудобной поясной кобуры страж правопорядка будет доставать пистолет очень долго. Да и не смотрит он на них подозрительно.

- Слушаем вас, товарищ сержант.

Семен широко залыбился, милиционер в ответ также улыбнулся.

- Вы тут никого подозрительного часом не заметили?

- Да нет. Только приехали.

- К кому?

- Да приятеля повидать. А что, собственно, случилось?

- Да в этом доме одного барыгу обнесли.

Милиционер был молод, но профессиональным сленгом владел уверенно.

- Извини, ничем помочь не можем, – совершенно искренне пожал плечами Семен.

- А сами вы кто? – сержант все-таки решил поиграть в детектива.

- Студенты. Приехали на ярмарку ССО.

- Это стройотряды, слышали, - проявил осведомленность милиционер.

- Они самые.

- Куда поедете работать?

- Хотим на север. Сложно, но деньги заработать можно.

- Дело хорошее.

Было заметно, что молоденький сержант уже просто хочет почесать с его одногодками языком, а не допрашивать их, как неких преступников. Да и непохожи эти двое на неизвестных бандитов. Высокий в майке-сеточке судя по выпирающим мышцам явно спортсмен, а худощавый блондинчик в простой рубашке скорее всего комсомольский активист. Вон как хорошо чешет!

- Хрущов, ты чего там застрял? Нашел что?

- Никак нет, товарищ капитан.

- Тогда быстро за мной.

Хрущов посмотрел вслед оперативнику в сером костюме, затем печально вздохнул.

- Извините, служба!

- Бывай! Удачи, сержант!

- Фу, пойдем, воды попьем!

Около ближайшего гастронома стоял ряд аппаратов для разлива газировки. По причине жары неподалеку от них толпился народ. Ополоснув стакан, Семен заказал себе чистой газировки за копейку. Просто хотелось освежиться. Михаил же сначала кинул в прорезь трешку, дождался налива сиропа, затем убрал стакан и повторил операцию, но в этот раз уже добавил обычной газировки.

- Люблю сладкое. Апельсиновый…

- Иди, тогда шоколадных конфет купи, они тут без очереди. Деньги у нас есть.

- Деньги есть, а продавца нет. Это ж кто такой шустрый тут нарисовался? И что теперь делать будем?

- Задачка, - Семен кивнул в сторону проспекта, - поехали тогда на тучу. Попробуем сами что-нибудь взять. Законы рынка везде одинаковы.

- Не понял. А про нее ты, когда успел узнать?

- С девушками надо больше общаться.

- Общун ты эдакий.

Но идея Михаилу понравилась. Пустыми из рейда возвращаться не хотелось. А с неосторожным барыгой путь местный резидент разбирается. Осталось найти годящиеся для бартера местные ништяки. Ну, в таких мирах они всегда находятся. Чем меньше цифра, тем больше маржа.

Глава 9. Острова. Сцена разговорная, без номера

Пейзажи этих благословенных мест больше всего способствовали обстановке релакса и безмятежного времяпровождения. Ласковое бирюзовое море, высокие пальмы, яркие сполохи цветов и бесконечный песчаный пляж. Окунуться в теплые воды океана, рассмотреть поближе стайки разноцветных рыбок, а затем лежать и нежиться под лучами горячего солнца.

Но нет, и в этом филиале рая приходилось работать. Двое мужчин устроились на веранде прибрежного кафе и неспешно разговаривали, прихлебывая коктейли из вычурных стаканов. Одному можно было дать на вид не меньше пятидесяти. Глубокие борозды морщин и сжатые уголки губ его здорово старил, лишь глаза молодо голубели на загорелом лице.

Второй мужчина выглядел заметно колоритней. Клубное поло, пляжные брендовые шорты, голливудская белоснежная улыбка и холеная внешность выдавали в нем любителя жизни по всех её проявлениях. Сторонний наблюдатель никогда бы не догадался, что он намного старше тех тридцати лет, на которые выглядит. Симпатичное лицо, озорные глаза и ямочка на подбородке указывали на любителя женского пола.

- Меня, Дима, напрягает сложившаяся ситуация в Союзе Минус Два.

- Это в том захолустном местечке? Отчего я не удивлен?

Дмитрий Харатьянов, глава дирекции оперативных вмешательств вяло усмехнулся и жестом подозвал слегка одетую мулатку, обслуживающую их столик. Заказав еще один легкий коктейль, он загляделся на ничем не прикрытую аппетитную задницу официантки и лишь потом перевёл взгляд на собеседника. Несмотря на кажущуюся моложавость, он был старше компаньона на пару лет, а ведь некогда они начинали вместе. Но все в жизни когда-нибудь меняется.

- Зря ёрничаешь! Дело крайне серьезное. Наш резидент должен был провести невероятно выгодную операцию и выйти прямиком сюда.

- О как? Неужели такая сладкая прибыль, чтобы тащить её на Остров?

- Там на самом деле проходила тройная операция. Обмен найденных старинных полотен на ценные бумаги, те уже махнули на золотые монеты и вывезли в Союз минус Два. Резидент успел сообщить, что операция закончена и пропал с концами.

Дмитрий получил из рук мулатки коктейль, мило ей улыбнулся и поймал на себе недовольный взгляд собеседника.

- Что, Василий?

- Зачем тебе эти дешевые шлюхи? Нормальных баб полный остров.

- Ты про европейских прошмандовок? Зачем мне эти нищебродки? Я предпочитаю холеных американок. Они в постели ураган!

- Все тешишь свои детские обиды? - Василий Ломовой, директор финансовых операций скуксился. – Не пора ли повзрослеть?

- Ну это тебе захотелось остаться здесь, теряя годы жизни. Каждый, Вася, выбирает под себя!

- Зато мне спокойно, и я верю в завтрашний день. Он будет прекрасен, как сегодняшний. И я возьму от него все, что тот мне предложит. Ради этого мы и трудимся.

- Я понимаю тебя, но такая пресная жизнь не по мне! Что там по резиденту? Кто он?

Как всегда, у оперативника переход к делу становился внезапным.

Ломовой выложил на столик кожаную папку:

- Ты его должен знать. Официально Натан Вайсбейн.

- Натан? Как же, помню! Неужели с этим хитрожопым евреем могло что-то случиться?

- Случилось.

- Кто к нему по ходу пришел оттуда?

- Два ходока. Молодые, но опыт есть, недавно получили первый ранг.

- Ну тогда выкарабкаются. Насколько я помню, это несчастный утухающий Союз. Девяностые началась там раньше и проходят по самому хреновому сценарию.

- Потому мы его и списали.

- Но бизнес там все-таки ведете?

Директор финансов посмотрел на море и вздохнул:

- Дима, ты же отлично понимаешь, что в подобных мирах это чрезвычайно выгодно. Помнишь двух оперативников из аналитического, что сбежали туда.

- Был такой скандал. Петю тогда из начальников поперли. И что с ними?

- Один стал мультимиллионером… второго убили на взлете.

- Производственный риск, - пожал плечами Харатьянов. В его биографии остались десятки стычек и перестрелок, так что его точно нельзя было назвать «кабинетной крысой».

- Вернемся к нашей золотой корове. Директория рассчитывала на тот груз, так что возникнут лишние вопросы.

- С этого и надо было начинать, Вася. Задницу свою бережешь. Да не переживай так, сегодня же пробью нашего Натанчика. Кстати, а чего он сам выходит?

- На пенсию хочет.

- Вон оно как? – Харатьянов задумался. – Дело серьезное. Для такого он бы задницу порвал и никого не пожалел.

- Ты это, - Ломовой остановил старого товарища, - если что – не по телефону.

- Я тебя услышал, Вася.

С оперативником первого класса встречались в рабочей обстановке в обширном бассейне на вилле, что арендовал директор отдела. По важной причине Харятьянов не жил постоянно ни в одном из параллельных миров. На бортике весело щебетала группа фривольно одетых блондинок, а мужчины с удобством устроились посреди бассейна на надувных креслах, потягивая холодный сок. Им только что сделали приятное прямо под водой, так что оба выглядели довольными и готовыми к более серьезным делам.

- Зачем тебе эти неумелые американки? – поинтересовался оперативник с позывным Жорж. – Наши француженки намного лучше в постели.

- Не люблю европеек. Разве что шведки, - пожал плечами Харатьянов. – Но их мало после войны осталось. Слушай, Жорж, все спросить тебя хотел. Ты почему на нас, русских работаешь? Вроде воевали с нами, точно не приятели.

- Никогда не считал Россию врагом. Но если политики придурки, то беда.

- Ты прав. Во скольких копиях такое наблюдаю. Но хватит о грустном, давай к делу. Придется тебе сегодня метнуться в одно местечко. Заодно заряд бодрости получишь.

Опытный оперативник ухмыльнулся. Каждый переход между копиями корневого мира омолаживал человека на год. Как этот процесс проходил, никто не ведал, но все им успешно пользовались.

Закат вовсю полыхал, когда перед воротами закрытой зеленью виллы раздался нетерпеливый гудок. Створки автоматически распахнулись, и яркий спорткар заехал на территорию. Встретил его неприметный привратник, но Харятьянов знал, что через видеокамеры за ним тщательно наблюдают опытные служаки. Да и замаскированные в зелени роботизированные пулеметы готовы были открыть огонь в любую секунду. Технологии разных миров причудливо соединились в копии, не так давно пережившей глобальную войну и потому разорванной на части.

Взбежав по лестнице, он без приветствия упал в кресло напротив рабочего стола директора финансового отдела. Ломовой испытывающе уставился на старого приятеля. Харатьянов кисло улыбнулся:

- Загонял ты меня совсем, Вася.

- Ну, не тяни!

- Твои сомнения подтвердились. Мои оперативники вышли через прямой ход и следов пребывания резидента не обнаружили. Но его, оказывается, усиленно ищут местные власти.

- Что случилось, он попался им в руки?

- Дай передохнуть! – Харатьянов жадно выпил холодной воды из минибара и продолжил. – Пока ничего не ясно. Но если ищут, то, значит, его на данный момент не взяли. Подожди радоваться! Мои люди проехали к месту, где по легенде находится ход в Союз плюс пять. Все оцеплено местной полицией, по слухам, ночью там случилась стрельба. Завалили каких-то бандюков.

- Ходоки?

- Их следов не обнаружили, как и резидента. Похоже, что они ушли обратно в Союз Гэбни. Все.

- Ох! Хуже не придумаешь.

- Это еще не все, - ухмыльнулся Дмитрий. – Мои ребята малость поспрашали тамошний криминалитет и вот какая занятная картина в итоге вырисовывается. Кто-то в ту же ночь подломил местного барыгу, что совершал обмен вашего золота на «бумагу». Вы ведь её здесь ждали?

На лице Ломового заходили желваки, но он нехотя ответил:

- Старые доллары можно выгодно обменять у латинских повстанцев. У тех через наркобарыг есть выходы на банки САСШ.

- Ну раз вы так кипешуете, то на кону было очень много «зелени».

- И что в такой ситуации посоветуешь делать?

- Идти через тот ход в Союз плюс пять пока не вариант. Полиция…

- Там милиция!

- Да один хрен! Эти придурки все там перекопали, скорее всего, ход пришел в негодность. Да и местные авторитеты усиленно ищут ходоков. Город на ушах стоит. Оперативники потому решили возвратиться, чтобы самим не попасть случайно под замес. И я их в этом целиком поддерживаю.

- Союз плюс пять, - Ломовой развернулся и достал красную папку. – Союз за сорок лет существования после смерти вождя присоединил к себе Болгарию, Македонию, Венгрию, Словакию, Финляндию и Монголию. Военное могущество, высокие технологии, освоение космоса, база на Луне.

- Вот-вот, высокоиндустриальный концлагерь!

- Ну ты уж не завирайся. Среди всех Союзов у этого один из самых высоких уровней жизни.

- Сытая скотобаза.

- Ну не всем нравится свобода на голодный желудок. Или тебе мил тот криминальный клоповник?

- Нет, нужен разумный баланс.

- Ну пока мы его за столько лет не откопали.

- Вот тут я с тобой согласен. Что делать будем?

- Придется обращаться в Директорию.

Харатьянов сморщился:

- А надо ли? Бюрократия, и нам по шапке лишний раз достанется. Не любят господа директора, когда их понапрасну дергают.

- Допустим, сейчас вовсе не понапрасну. И самое главное, - Ломовой посмотрел товарищу в глаза, - с Острова есть прямой лаз туда. Но необходима санкция отдела научных изысканий.

- С этого и надо было начинать! Ничего себе. Почему я не слышал?

- Много будешь знать – бабушкой станешь.

- Опять что-то мутите?

- Это не я, а научники.

- Так-так, - глаза директора оперативного разгорелись. – А не тащит ли наш Натан сюда что-то помимо резаной зеленой бумаги?

Лицо Ломового стало кислым:

- Я тебе этого не говорил.

- Опять ваши тайны Мадридского двора.

- При чем здесь Мадрид? Он же в руинах десятый год как!

- Ясно. Ты путешествовать не любишь, вот и не в курсе разных поговорок.

- Зато ты слишком опытный. Дима, сколько копий ты перепробовал?

- За три десятка перевалило. Ну ты знаешь, что после прохода год тебя время вовсе не касается.

- Странно, – покачал головой Ломовой. – Хочешь прожить долго, а башку постоянно под гильотину суешь. Не боишься стать Удаленным?

- Зато всегда молодой!

Уезжал Харатьянов с виллы старого товарища сильно загруженным услышанным. Его отдел редко влезал в высокотехнологичные миры. Да и Союз плюс пять был местом сложным. И Дмитрий здорово не договаривает. Значит, надо готовиться к наихудшему варианту. Поэтому вместо прелестей очередной грудастой американки его в ближайшую ночь ждет изучение кипы материалов.

Судьба-злодейка! Но он ни разу не пожалел, что согласился на такую непростую жизнь. Если быть точнее, то несколько жизней сряду. Ведь в каждой новой копии текущей реальности находишь нечто свежее. Пусть и не всегда хорошее. А это безумно интересно!

Глава 10 Союз плюс один. Сцена криминальная

Блошиный рынок одинаков во всех копиях Союза. Если он в них разрешен. Но чаще всего советские власти, как ни странно, единодушны. Если запретить мелкую торговлю полностью, то она уйдет в криминальную темень со всеми сопутствующими явлениями. Так что лучше взять под контроль то, что уже имеется. И следить за установленными свыше правилами, хватая за «мягкое» слишком наглых нарушителей. Во все времена стражи правопорядка трактовали законы и правила в свою сторону. И уровень их наглости определялся планкой стабильности и правильности в обществе.

Градация различных Союзов по номерам была условна и появилась на заре для удобства первопроходцев. Миров с тех времен появилось больше и просто номер плюс пять или минус два уже не устраивал. Но сотрудники и ходоки продолжали их использовать. Они, как полевые агенты Директории точно улавливали тонкие нюансы, передаваемые коллегами. И могли отличить этот Союз плюс один от другого, с подгруппой Альфа или Дельта.

Чаще всего параллельные Союзы оставались в градациях от «Плюс 3» до «Минус 2». То есть с относительно удачным развитием мира, пусть и не ловящего звезд на небосклоне, или терпящего бедствие, но еще не свалившегося в вакханалию бандитизма или даже гражданской войны. В некоторых Вселенных планета и вовсе пребывала хаосе после ядреной войны между двумя блоками государств. Там было крайне опасно и чаще всего ходы туда были под запретом. Миры плюс любили из-за относительной стабильности и комфорта работы. Минус один и два привлекали агентов авантюрного склада из-за крайней выгоды. Работать в крайних пределах могли очень немногие настоящие профессионалы. А таких универсалов, как Михаил и Семен у Харатьянова водилось немного. Обычно ходоки сваливали на пенсию раньше. Получить массу впечатлений, десяток лишних лет жизни, да еще неплохой пансион в придачу. Во многих мирах можно было лишь мечтать об этом!

Два провинциала на блошке не привлекли излишнего внимания. Приехали люди с колхоза посмотреть себе новые шмотки или поискать музыку для дискотеки. И уж точно не для того, чтобы провернуть в их культурном городе лихую аферу с обменом вечнозеленых ценностей на нечто более материальное. Полевые ходоки их уровня в случае провала не по их вине намечаемого обмена имели право не некоторую самостоятельность. Со всеми сопутствующими рисками.

Но кто не рискует… тот не отдыхает на Островах.

- Спидметалл роуд. Крутые перцы. Сень, я в тяжелой музыке не особо волоку, но такого разнообразия нигде не видел. Откуда тут столько любителей «Хэви Металла»?

- Ну чем спокойней мир, тем сильнее нравятся ужастики.

- Тогда начинаем работать?

Усатый парень в футболке с принтом на всю грудь снисходительно поглядывал на двух подошедших к прилавку провинциалов. Правда, высокий блондин внушал уважение своим накаченным торсом. Может, спортсмен? Эти обычно при деньгах. Поэтому усач охотно отвечал на вопросы и даже взял в руки привезенный провинциалами пласт неизвестной ему группы.

- Beastie Boys? Не слыхал.

- Только вышли. В Америке чарты рвут. У меня братан мореман, купил там по случаю несколько. Есть на чем послушать?

Продавец немного помялся, но история была вполне «рабочей». А вдруг и в самом деле нечто продвинутое? Пока еще до их Волги свежие новости доберутся.

- Костик, постой за меня.

Они перешли на другой конец площади, где в старом доме на первом этаже расположился магазин «Комиссионный». В подобного рода копиях Союзов именно в них и осуществлялась львиная доля скрытых от посторонних глаз спекуляций. Судя по стоящим на служебной парковке сияющим новизной автомобилям, дела в магазине шли неплохо.

- Гришаня, поставь пласт, пожалуйста. Сказали только что из-за бугра.

Гриша, мужик лет сорока недоверчиво оглядел скромно одетых посетителей и недовольно хмыкнул:

- Яша, ты где таких продаванов находишь? Что играют хоть?

Михаил оглядел отдел, в основном заставленный антикварными патефонами, но в углу заметил сиротливо выглядывающих представителей западной радиотехники. Ценники на них не стояли, и вряд ли вам продадут по их стоимости.

- Речитатив под тяжелую музыку. Нью стайл. Пацаны из «Большого яблока».

Гришаня подколку оценил и скривил губы, тут же пододвинув к себе фирменный проигрыватель.

- Нормально так бацают, - Яков, видимо, был из меломанов, и нестандартное исполнение из параллельной реальности его зацепила. – Необычно.

Гришаня, может, в музыке не так хорошо разбирался, но чуйкой обладал и оценил открывающиеся возможности.

- Парни, сколько хотите за пласт?

- Двести, - тут же безапелляционно заявил Михаил. Яша выпал в осадок, а в глазах Григория промелькнули злобные чертинки.

- А не охренели вы часом, мозглики.

- Сам за базаром следи. У тебя там, - Семен кивнул в соседнюю комнату, - аппаратура для перезаписи. Думаю, что денно и нощно пилят кассеты. Вы на нашем диске такую тучу бабок поднимете. Зуб даю, что эта группа до вашего тухлого городка дойдет лишь через полгода.

Семен был прав. Основную сумму на здешних меломанов зарабатывали с помощью звукозаписи. Диски покупали зажиточные любители рока. Звук там, конечно, лучше, но не у всех покупателей имелся музыкальный слух.

- Пятьдесят, - Гришаня был или глух на ухо или слишком жаден.

Михаил молча забрал диск и вышел на улицу.

- Парни, вы что? - Яша только что не приплясывал от нетерпения. Он уже в мечтах подсчитывал барыши от продажи компактных кассет и славу человека, принесшего в тусовку свежий стиль. – Гришу мы бы доломали до ста карбованцев.

- Ничего ты не понял, Яков. Но ладно, так и быть, дадим тебе еще один шанс.

Яша с недоумением глянул на пацанов. Сейчас они точно не похожи на лохов провинциалов. Скорее он сам может стать их добычей. Преображение смотрелось крайне разительным и неприятным. Продавец дисков отступил к стене и заблеял:

- Ввы ччё, парни?

- Да не боись, моряк ребенка не обидит! Ты лучше скажи, есть у вас реальный человек в здешней чахоточной торговле. Предложение у нас к нему имеется конкретное. На миллион.

Якова потряхивало. Он понял, что вляпался в нечто страшное, но желание заработать пересилило осторожность. Да не выглядели пацаны законченными урками. Скорее спекулянты средней руки.

Продавец музыки облизал губы:

- Что за предложение?

- Скажу только ему.

- Допустим, есть у меня такой дилер. Но ему надо же что-то закинуть.

Михаил переглянулся с Семеном, и в руке у Якова неожиданным образом оказалась зеленоватая бумажка.

«Ловко они!»

Одного взгляда хватило, чтобы понять, с чем Яша имеет дело.

«А заманчиво!»

- Что хотите в обмен?

- Вечные ценности. Наш пласт получишь бонусом.

«Черт, на фига я под это подписался?»

- Надо позвонить.

- Мы тебя проводим.

Несколько знакомых Яше-дискачу ребят с блошки удивленно наблюдали, как их кореш понуро движется к телефону-автомату. И за ним следом идут два странных типа. Нет, на ментов непохожи. Яшка по ходу опять напортачил и с него спрашивают. На «блошке» нет друзей-приятелей. Каждый сам за себя. Имеет значение лишь бизнес. Сладкая морковка, что неизбежно тянет тебя к пропасти. Но лишний день пожить ох как хочется!

Квартира сразу не понравилась Михаилу. «Точка» около блошиного рынка явно предназначалась для быстрой примерки и покупки фарцованных шмоток. И скорее всего снималась у каких-нибудь местных алкашей через подставных лиц. Серьезные дела в таких обрыгаловках не вели. Захламленный коридор, первая комната направо закрыта, оттуда тянет знакомой по ломаным мирам вонью морального и физического разложения. В большой полупустой комнате высятся ряды коробок, и в углу установлено ростовое зеркало.

В проеме двери застыл «бычок», раза в два шире рослого блондина. «Хозяин» точки сидит на стуле около горы коробок и задумчиво держит в руках банку импортного пива. Тут даже и разговаривать не стоит. Ну, Яша, сученыш! Завел как бакланов на бойню. Михаил коротко бросает через плечо:

- Работаем.

В один момент Яша с воплями летит на пол, а Михаил подпрыгивает к еще не успевшему дернуться здоровяку и пробивает ему по печени. Тот выпучил глаза и не может сказать ни слова. Добавить ногой по коленной чашечке и рубануть кистью по шее. Для всех действий от обоих ходоков потребовалось лишь несколько секунд. Но «хозяин» также оказался расторопен, в его правую руку легло нечто опасное и черное, а левая в этот момент оттягивала затвор. Затем раздался вопль и шум падающего на паркет грузного тела.

- Зачетный бросок!

- А то! Вяжем всех.

Семен в их группе был не только отличным стрелком. В его кармане всегда лежал маленький мячик, набитый свинцовыми дробинами. С виду никогда не подумаешь, что этим можно прибить, но оружие на самом деле эффективное. В отличие от так называемых метательных ножей всегда летит в назначенную цель.

В боковой комнате к двум алкалоидным туловищам добавилось еще два, а с «хозяином» состоялся непродолжительный разговор. Осознав, что столкнулся пусть и с молодыми, но весьма серьезными людьми, тот долго не отпирался. Их банально хотели кинуть. Местная растительная фарца давала неплохой шанс самым наглым криминальным элементам преступного мира. Обычно тех просто осторожно доили. Но тут два залетных фраера, набитые валютой рюкзаки. Сам бог велел их проучить. Аргументом в переговорах неплохо бы послужил известный вышибала из ресторана Арсении. К тому же бывший мастер спорта по вольной борьбе. Ну и, конечно же, «волына», припрятанная «хозяином» на всякий случай.

- На ТТ похож, но и название другое и отличается малёхо.

- Тоже мне эксперт. Слушай, - Михаил стоял посреди разгромленного помещения. Шмотки из коробок раскиданы по полу, несколько «ходящих» элементов паркета выломаны с корнем, – валить надо отсюда. Добыча жалкая. Возиться этим, - он показал на окровавленного хозяина «точки, - неохота. Жадный и беспринципный тип. Рыжья у них мало, из остального лишь несколько «досок» припрятано. Говорит, мол, мода на русское уж лет, как десять прошла.

Семен оглянулся, вздохнул, разобрал пистолет на части и согласился с компаньоном:

- Валим. Только сначала пожрем по-человечески. Местных тугриков полные карманы, можно и потратить на себя любимых.

- Заметано!

Из квартиры они вышли в импортном шмотье. Никто со стороны не узнает в двух модных молодых людям тех скромных провинциалов. Накладные усы по местной моде и солнцезащитные очки дополняли образ успешных людей. Гордая стать, расправленные плечи, снисходительный взгляд человека, познавшего старинную мудрость. Все эти простые методы перевоплощения составляли суть работы опытных ходоков.

Они поймали около площади такси и сначала сгоняли на вокзал. Здесь можно смело оставить свои вещи в автоматических камерах хранения. На самом деле надежно, как банке. Не стоит усложнять процесс, действуй быстро и просто! Таксист, «заряженный» хорошей суммой, терпеливо их ждал и затем довез до приличного и по его словам спокойного ресторана. Договорившись о времени следующей встречи, они к взаимному удовлетворению расстались.

Очевидный плюс в сонных копиях «Застоя». Не желающие плыть по общему течению здорово бьют лапками в поисках добычи и всегда сговорчивы, будучи готовы заработать. Инициатива в области риска щедро вознаграждается, а неприятные моменты обычно незначительны.

- Вот скажи мне, чего им тут не хватает? – Михаил был разгорячен и недоволен случившимся. Несмотря на брутальность, он предпочитал решать горячие вопросы мирным путем. – Живут как у Христа за пазухой. Смотри, сколько вокруг довольных рож сидит. Коньяк попивают и горя не знают. Чего им еще надо?

- Вот ты сам и ответил на вопрос. У них на самом деле базовые потребности заполнены, но человек такая штука, что ему всегда хочется больше. Вот и рвут подметки, кто как может. Кто карьеру делает, кто в аферы лезет.

- Ладно, с этим согласен, - Михаил налил коньяк. Они взяли самый дорогой и лучшие блюда из меню, тут же став любимчиками официанта и администратора. Да и встретили их по одёжке крайне приветливо, предложив столик у окна. – Но власти почему-то на эти безобразия сквозь пальцы смотрят? Ладно, я понимаю – нужна смазка, чтобы закрыть некоторые экономические позиции. Черный рынок будет существовать везде и во всех реальностях. Нельзя заранее узнать все потребности обывателя и необходимый временный лаг для настройки промышленности. Но зачем уж так отпускать вожжи?

Намёк был прозрачен, но Семен в ответ отмалчивался. Вся прелесть местного беззаботного утра растаяла. Говорить не хотелось. Раз уж даже здесь все так запущено, то их деятельность полностью бессмысленна. Нет идеальной копии и быть по определению не может. Зачем тогда бесконечное прохождение в червоточинах и суета?

- Спорить, Миха, не хочется. Давай просто надеремся и баб снимем.

- Лучше снимем баб и с ними уже надеремся. Будем! – Михаил оглянулся, щелкнул пальцами и уперся взглядом в готовящихся выступать лабухов. По их мнению еще было рановато, но две крупные купюры тут же заставили музыкантов ресторана заиграть самые забойные шлягеры. Часть публики к этому времени успела подогреться и танцпол быстро заполнился.

Через пару песен, как и договаривались, музыканты поставили медленную композицию. Михаил высмотрел себе даму и вскоре танцевал с яркой фигуристой блондинкой. Он быстро в стиле поручика Ржевского сделал предложение, от которого сложно было отказаться. Дама сначала запунцевала щеками, но затем задумчиво согласилась. А чего еще тут ожидать? Молодой человек хорош собой, горяч и при деньгах. Ломаться она стала и выбрала из своих подруг одну, которая лучше всего подходила для Сени. Феминизация и сексуальная революция успешно проткали и в этой копии Советского Союза. Дамы отлично знали, что будет сегодняшней ночью и по этому поводу нисколечко не переживали.

- Мальчики, возьмите для нас, пожалуйста, сухое и сладкого.

Подруга Светланы не корчила из себя скромницу, была деловита и уже спланировала дальнейший вечер. От отца Светланы осталась дача, которая была сейчас полностью в их распоряжении. Парней такой оборот дела вполне устраивал. Это нанмого лучше, чем в городской квартире. Они никуда не торопились и спокойно могли задержаться на день. Легенда про удачливых рыбаков с Дальнего Востока, заехавших на Волгу к приятелю неплохо сработал.

Романтика, деньги, молодость! Жуткий коктейль, которым стоило сполна воспользоваться. Администратор услужливо распорядился собрать им закуски и рекомендовал напитки. На прощание он даже оставил парням свой рабочий телефон. Хороший клиент никогда не помешает. Смазанные шестеренки обычно ленивой сферы обслуживания вполне умели работать и на высоких оборотах.

- Где там говорили, что в СССР секса нет? Там еще придурок меченый правил.

Михаил в одних трусах лениво покачивался в кресле. Вторая ночь на исходе, но уезжать отсюда не хотелось. Пруд, солнце, две знойных молодых красотки. О таком приходилось лишь мечтать в их бесконечных скитаниях.

- Это не у них случилась та сумасшедшая Перестройка?

Слово в Директории стало настолько нарицательным, что его использовали для обозначения полного писеца.

- Ага. С таким упоением ломать собственную державу еще надо умудриться. Странно, в этом мире конец восьмидесятых и никаких тебе перемен. Вот везет людям!

- «Перемен требуют наши сердца…» Дурацкая песня. Этого бы деятеля да в некоторые копии. Посмотрел бы я. Как он её там исполнял.

- Пока сам не коснешься, не поймешь. Но здесь мне нравится. Как ты насчет запасного курка? Осталось лишь пробить еще один ход для безопасности. Думаю, устроить здесь лежку не так сложно. Верифицироваться и такой же домик купить на законных основаниях.

- Дмитрий с этим согласится?

- Сводим его сюда. Девчонок позовем. Он мужик компанейский.

- А ты, смотрю, на Люду конкретно запал.

Семен вздохнул:

- Это она на меня. Не везло барышне на мужиков.

Позови черта, он и явится. Дверь на веранду распахнулась и в неприлично легком одеянии на пороге нарисовалась подруга хозяйки Людмила:

- Вот вы где, мальчики! Чего не спите? Вы, молодой человек, - женщина подошла к Семену и провела пальцем по его груди, - сегодня славно потрудилась над вопросом снятия напряжения, - она звонко захохотала. – Я пошла варить кофе, чтобы взбодрить молодые организмы.

В лучах утреннего солнца прозрачный шелковый халатик нисколечко не скрывал подтянутой фигуры молодой женщины, бесстыдно высвечивая небольшую стоячую грудь и притягательный взгляду темный треугольник в паху. Семен некоторое время смотрел ей вслед, остановив взгляд на поджарых ягодицах, затем стукнул ладонями по коленкам и заявил:

- Я пойду, помогу тебе, моя хорошая.

Михаил лишь покачал головой им вслед и задумался. Идея со второй кротовой червоточиной ему понравилась. Только официально им её вряд ли разрешат. Но между отделами Директории давно сложились собственные неформальные отношения. Ходоки ведь привозили на Острова немало заманчивых ништяков. Напитки, антикварные редкости, книги, фильмы. Все разнообразие культур обнаруженных во Вселенной копий. Осталось придумать, что можно прихватить из этого мира. Нужен чей-то деловой совет. А он сейчас лежит наверху в спальне.

Светлана прогнулась как кошечка. Михаил был нежен, нетороплив и необычайно опытен в щекотливых вопросах. Ведь руководительница одного из комитетов облисполкома не знала, что этому с виду молоденькому крепышу на самом деле почти тридцатник. И он умеет доставить даме несказанное удовольствие. Её уже не смущали скрип кровати, собственные громкие стоны и присутствие неподалеку подруги с посторонним парнем. Женщине за тридцать качественный секс заменяет очень многое и ради него она сама готова почти на все. В том числе лечь под этого странного, но крайне симпатичного молодого человека.

Глава 11 Союз плюс пять. Сцена первая - уйти красиво

- Да, товарищ начальник, какие махинации? Ни сном, ни духом! Вы сами подумайте, зачем мне это? Вот листок социального рейтинга на мой номер гляньте! Разве я мог сам его накрутить?

Дежурный следователь с сомнением взглянул на цифры из электронного блокнота. В ординарном райотделе нет доступа к общесоюзной базе, поэтому их верность было ночью не проверить. Но и парень не особо похож на афериста. Обычный провинциал, которого «спалила» милиция общественной безопасности на легком разводилове с картой доступа. Приезжие хитрованы отчего-то считают, что в столице прокатят их шалости. Опять пустышка? Тратить свое время для поиска чужих косяков? Да нет уж, увольте!

- Скворцов! Уведите задержанного.

- Товарищ начальник, а что с дядей Толей?

- В больнице он. Что-то с сердцем. В какой у дежурного узнаешь.

Следователь прихватил служебный планшет и прошелся в комнату за дежуркой.

- Чаю нальешь?

- Конфеты с тебя, Степаныч.

Они со старлеем были знакомы давно, потому Николай тут же выложил на стол несколько карамелек.

- Блин, да где ты их только берешь?

- Места знать надо, - следователь помешал в стакане ложкой и отхлебнул. – Осталось несколько фабрик, что по давнишним рецептам работают.

- И о ужас, они кладут в конфеты сахар!

- Так нас скоро совсем без мяса оставят. Прогрессоры хреновы!

- Ну ты политику партии осторожней ругай!

Дежурный скосил глаза в сторону дверей.

Николай некоторое время пил чай, затем задал вопрос по существу:

- А эта троица точно совершила нечто страшное? Ни разу они не похожи на «ломал». Я тех много на чистую воду вывел.

- Пацаны-то? Да обычная деревня. Скорее всего тыкнули не туда, вот система и сработала. Сам понимаешь, сверху установка пришла. Всех подозрительных задерживать и отрабатывать.

Следователь отмахнулся:

- Да вечно эти из МГБ что-то придумывают. А оно мне надо - очередную «пустышку» разматывать?

Дежурный развернул обертку конфеты, откусил от карамельки, смакуя во рту настоящий вкус детства, затем ответил:

- Хочешь закрыть заявку? Тогда до утра промурыжу да выпущу. Правда, их «дядя» мне ни разу не понравился. Мутный как-то.

- Так он все равно в больнице.

Дежурный старлей вздохнул. МГБ он на дух не переносил и чужими делами заниматься не любил.

- Тогда вопрос закрыт.

- В выходные на скейтбол идешь?

- Конечно. «Динамо» играет!

- Нужен новый шмот. Будем косить под олдфагов.

Михаил задумался. Ему очень не понравилось, что они так быстро и банально спалились. В обычном продуктовом маркете! Что-то тут было не так. В центр столицы лучше им нынче не пилить, но как тогда передвигаться?

- Сеня, нас может выручить лишь «блошка». Подключись к открытой линии и провентилируй сей насущный вопрос.

- Яволь, герр оберст!

Семен моментом огляделся и нашел витрину поярче. Такие магазины обычно сильно «фонили». Он сконнектился с ботом и через него вышел в общегородской чат. Милиционеры в отделении не обратили внимания на старую игровую приставку. Видимо, посчитали, что в глухой провинции, на которую были сделаны их паспорта, еще в такие пользуют.

- Мих, блошка на площади Павших борцов сегодня.

- Хреново. Обычно там органы пасут. Цэка неподалеку.

- Да не ссы! По нашей стрёмной одежке вряд ли примут.

- Ну да, - Михаил недовольно провел руками по куртке, - прикинуты, как обсосы.

- Комсомолок небось собрался ловить?

- Спортсменок.

Михаил оказался прав. Его заметила спортсменка и, конечно же, комсомолка. Курсантку Дарью Смирнову в спешке внесли в усиление, что кинули на площадь. Она по привычке оделась во все спортивное и тут же привлекла внимание симпатичного парня. Подтянутая фигура в облепившей молодое тело тонкой синтетической ткани не могла не оказаться незамеченной. В свою очередь Дарья отметила загоревшиеся в голубых глазах огоньки и срисовала стать и широкие плечи симпатяги.

Очередной провинциал, приехавший покорять столицу СССР или командировочный? Или студент, что только осваивается в мегаполисе? В Союзе не было принято отдавать молодежи лишнее. Студенты и прочие учащиеся жили полностью за счет государства, но достаточно скромно. Хотя если посчитать, что к твоим услугам бесплатно предоставлены лучшие учебные площадки, стадионы, спортивные залы, бассейны, базы данных, то не сказать, что о молодых вовсе не беспокоились. Просто ценилось формальное равенство всех перед государством.

Девичье сердце не было занято, но долг звал пройтись вдоль площади. Сегодня на ней собралось довольно много народу. Дарье совершенно непонятно желание людей заниматься подобным «отстоем». Но не зря им на лекциях постоянно толкуют о долговременном факторе мелкобуржуазного мышления и проявлений мещанства. Современное советское общество таким здоровым, что могло дать части своих граждан вести отсталый образ жизни. Не обеднеет. Это лучше, чем провоцировать никчемный конфликт.

- Фифа эта снова тут? Зуб даю, что следит.

- Не гоняй! Это она на меня запала! Ты серьезно считаешь, что такие красотки работают на ментов?

Семен скуксился, но промолчал. Хрен его знает, что может происходить в этом сумасшедшем мире. Реклама соевого мяса, шоколада без какао и постоянное напоминание о том, что стоит экономить все ресурсы. Они так скоро какашки смывать перестанут. А что? Экономия воды и говна сразу на поля в свежем виде! Спецдоставка!

- Все равно подозрительно.

- Сейчас и проверим, - Михаил протянул продавцу две банкноты эрцаз-валюты, что ходила в этой копии, и пока его товарищ не опомнился, быстрым шагом направился к девушке.

Дарья вздрогнула, услышав голос и резко развернулась:

- Привет, меня Майком зовут.

В реглане и кепке стрекболиста незнакомец смотрелся интересней. Девушка слегка нахмурилась

- Ты ко всем так безапелляционно подкатываешь?

- Как? Безаппе… - просмеявшись, Михаил добавил. - Так меня еще никто не отшивал!

- Извини, - Дарья улыбнулась. Её открытому лицу улыбка очень шла. – Просто место тут не самое удачное. Ты студент?

- Типа того. Но что ты здесь делаешь? На почитателя старых вещей вовсе не похожа. Кстати, нам тебя так и не представили.

- Дарья. Я тут … как бы на практике, - заметив удивление, Смирнова добавила. – Нас, курсантов отправили в подмогу местным. Кого-то опасного второй день разыскивают в столице.

- Да ты что! – Михаил совершенно не изменился в лице. – Никогда не видел таких красавиц в органах.

- Скажешь тоже, - Дарья засмущалась.

- Бандитов ловите?

- Не знаю. Нам не сообщают. Довели лишь, что высматривать всех подозрительных.

- Ну все! Ты меня разоблачила. Арестуйте меня, офицер! Я требую наручники!

Смирнова рассмеялась. С этим Майком почему-то было легко общаться. Не то, что с напыщенными или слишком серьезными однокурсниками.

- Силовые наручники в доступе лишь у действующих сотрудников. Или ты про другие?

Девушка, схохмив на скользкой теме, пошла краской, а Михаил внутренне присвистнул. Это чему там их в Академиях учат?

- Неважно. Дашь номер своего «комми»?

Смирнова подумала и решались. Сколько можно казаться букой! Второй год в столице, а толком друзей не нашла. В Академии больше учились дети местной верхушки. С ней они почти не общались, да и жили казалось в иной вселенной. Молодых людей, пробившихся в заведение своим талантом и усердием было не больше трети учащихся.

- Миха, совсем сбрендил?

- А что? Нам прямые связи во как сейчас нужно. И заодно кое-что узнать удалось

- Что? - Семен сразу сделал стойку.

- Нас ищут, но ментам почему-то не дали точное описание. То ли не уверены, то ли не хотят светить информацией.

- И что это значит?

- Хрен его знает. Если верное второе предположение, то задачу поставили гэбисты, но больно уж мутно. Может, тут свои разборки между спецслужбами?

- Не знаю. Надо Йосича выручать.

- Придется подломить авто.

- А ты думаешь, чем я занимался, пока ты там флиртовал напропалую?

- Так, камер в этом углу нет, марка распространенная. Сейчас метку переделаю на другой регион.

- Тонировки добавить?

- Стремно.

- Так мы быдло провинциальное.

- Заметано. Двигаем!

Михаил, казалось, мог водить что угодно. Вот и эту до предела забитую электроникой машину завел без проблем.

- Заряд восемьдесят. Намного не хватит.

- Не бери в голову, я тебе маршрут выставил с голосовым подсказчиком. Рули давай!

Электромобиль неспешно выехал со служебной парковки и проулками выдвинулся к трассе. На кольцевой дороге система безопасности была выше, и ходоки хотели узнать, насколько они сейчас защищены. Иначе придется съезжать с Кольца и бросать машину. В городе их прижать было проще, на Кольцевой же работали летающие дроны и имелся лаг по времени.

- Сечешь?

- Не сбивай!

Семен держал в руках похожую на детскую «ходилку» складную карту. Сканер пока ничего не показывал, лишь мигал красным огонек загрузки.

- Тревоги нет?

- Тихо, рули!

- Чего тут рулить, все на автомате едут.

Михаил показательно убрал с рулевого колеса руки, но автомобиль продолжал идти дальше ровно. Сеня хмыкнул и достал планшет.

- Пока посмотрю камеры около больнички.

- Молодые люди, вы кем ему приходитесь?

- Э…дальние родственники.

- А близкие в городе есть?

- В чем, собственно, дело? У него никого не осталось, лишь мы.

Строгая медсестра еще раз внимательно осмотрела странных молодых людей и поджала губы.

- С вами хочет переговорить врач.

- Да вы лучше скажите в какой он палате? В чем проблема?

- Это все с врачом.

- Ну давайте, зовите.

Когда медсестра отошла, Семен толкнул товарища и кивнул в сторону выхода.

- Ты чего?

- Я тут зашел в их сеть. Йосича нет в списке.

- Ёканый бабай! Он помер, что ли?

- Типун тебе на язык! Перевели его, но место отправления от общего обзора закрыто.

- Менты?

- Тогда бы и нас ловили. Что-то тут нечисто. Ну-ка. Девушка, а где у вас тут вещи больных лежат?

- Мальчики, а здесь посторонним находиться запрещено.

Михаил сделал шаг вперед и сжал горло молоденькой сестры своими крюками-пальцами.

- Дура, или ты нас туда отводишь или сдохнешь. Поняла? Кивни башкой!

- Обязательно бить надо было, - скосил глаза на кушетку Семен. - Симпатичная.

- Ищи давай! Ничего, скоро очухается. Я просто вырубил. Голова болеть будет, так тут больничка, помогут.

Сеня смех кореша не одобрил.

- Злой ты какой-то.

- Кто бы говорил! Кто у нас по молодости деревни мародёрил? Нашел, шмотки наши. Вот сумка. Хватай и сваливаем!

Михаил быстро обшарил карманы одежды Натана, достал переделанный под него электронный пропуск, пачку наличных, связку ключей, зачем-то оставленных в новой одежде и расческу.

- Идем?

- Странно, не обыскивали совсем. Непоняточки.

- Туда!

Они успели! По коридору в их сторону уж шли люди, походка которых сразу выдавала служивых.

- Куда дальше?

На правом глазу Семена оказался надет прибор, похожий на монокль. Это был виртуальный экран, выводящий изображение с планшета.

- Двигай налево и потом через дверь в фойе.

- Прям через центральный выбираться тогда будем. Там же камеры!

- Запасные перекрыты. Шмот потом поменяем. Кепку надвинь и походку сделай красивую. Во, как морячок вразвалочку!

Подобная быстрая реакция органов означала, что и угнанный электромобиль так или иначе засвечен. Может, по нему их и вычислили? Засекали все проявления нарушения общественного порядка. Думать в этот момент было некогда. Игра на повышение окончена, надо срочно ложиться на дно.

Глава 12 Союз плюс пять. Сцена вторая - Хоть бы уйти

- Жалко шмота, козырный.

- Башку лучше побереги! Куда валим?

- Как куда? Нам одна дорога осталась – в Старую Москву.

Михаил выглянул из-за угла и скривился.

- У входа в метро патруль. И все с планшетами. Они нас тупо по росту и массе вычислят. Не надо было оружие на выходе оставлять.

- Совсем дурак! Да за его применение тут пожизненное. Огнестрел лишь спецназу выдают.

Крепыш махнул огорченно рукой:

- Да знаю я! Транспорт для нас весь закрыт. Пёхом до вечера добираться будем. Да даже, если и дойдем до стены, то там дальше как?

- Придется под землю лезть.

- А ты знаешь ходы?

- Дигеров найдем.

- Ну да, они там на каждом шагу стоят! Переход недорого, сервис прилагается. Эх, девку бы сейчас сисястую и зависнуть на тройку дней в доме отдыха.

Семен промолчал. Он хорошо знал своего напарника. Побубнит и чего-то дельного предложит.

- Давай сюда весь кэш. Нам надо воды и пожрать купить. По пути всяко попадутся торговые точки олдфагов.

- А они нам не помогут? - загорелись глаза у Сени.

- Не, сами всего ссутся. Они и наличкой пользуются лишь ради понта. Ну и на блохе или «Изнанке» чего козырного взять.

- Там с Той стороны своя валюта.

- Валютчики тогда зачем?

Семен привалился спиной к стене:

- Высокоразвитый мир, а спекулянтов пруд пруди.

- Элите нужны запретные удовольствия. То, что позволено Юпитеру…

- Слушай, ты откуда такой умный на мою голову? Стопэ!

Семен нырнул в подворотню и чуть не напугал водителя продуктовой развозки. На борту небольшого электромобиля кричали красками аппетитные куски жареного мяса и рыбы.

- Эй, кореш, не поможешь нам до одного места добраться? Не по пути случаем?

Молодой парень в черной кожанке, бандане и высоких шнурованных сапогах резко обернулся. Затем, оценив неформальный прикид Сени, улыбнулся.

- Да я все развез уже, могу и подкинуть.

- Спасиба.

- На мели, что ли?

- Да не, на бензин тебе подкинем. Но сами смотри, какой кипеш на улицах. А нам светится не след.

- Говоришь так странно. Не местный?

- А сразу не видно?

- Ну я тоже из Молотовска, третий год тут кантую.

- Это Миха.

- Алек.

- Наше вам с кисточкой!

Парень осторожно пожал руку крепышу и кивнул в сторону дверей.

- Сзади садитесь. А вы скейтеры? Прикид интересный.

- Ну типа того, - осторожно пробормотал Семен. Они еле влезли в узкую машину

- Мало вашего брата осталось.

Юркий электромобиль вынырнул из двора и ловко встроился в поток. Алек переводить движение на автомат не стал и несся вперед, то и дело меняя полосы, обгоняя тихоходов.

- Ловок ты!

- Так я же трейсер. Мы раньше по ночам такие гонки по кольцу устраивали!

- Не слышал.

- Так прижали! – Алек вздохнул. – Совсем жизни от синелобых не стало. Пока вот банчим мясом. Пул фермеров неподалеку от полиса олдскулов бычков держит.

- А разве это законно?

- Там парни прошаренные! Как-то смогли выбить научную квоту. Типа надо разводить животину для изучения. Там вот какая хитрость – если вес не дошел до определенной величины, то быка как бы и нет. Но кто ж его доводит! Режут раньше, пишут, что болел.

Семен присвистнул:

- Класс! А мясо за кэш?

- Ну не только.

Михаил толкнул Сеню вбок, и тот осторожно поинтересовался:

- Слушай Алек, а нет у тебя на примете деловых, что с погашенных карт кэшем отдадут. Курс уже не важен.

- Что, пацаны, попадос? – Алек бросил насмешливый взгляд в зеркало заднего вида. Михаил тут же напрягся. – По пути сделаем. У меня есть с собой машинка обменная, но сейчас палиться неохота. Видишь, сколько голубых фуражек.

Парни молча внимали словоохотливому неформалу. Они не сильно разбирались в местном сленге, но по наитию и жизненному опыту понимали почти все. Алеку было невдомек, что эти молодые на вид парни на самом деле лет на десять старше, чем выглядят. Побочный эффект хождения между копиями альтернативных реальностей.

- Барбос, тут клиенты.

- Ал, - бородатый и мрачноватый мужик в джинсовой жилетке на голое тело нахмурился. – Я тебе сколько раз говорил, чтобы чужих сюда не водил? В городе оранжевый уровень!

- Да не из-за них же в самом деле! Зеленые чего-то потеряли, вот синелобые важность свою и показывают. Парни согласны на любой процент.

Джинсовый почесал бороду и кивнул:

- Сегодня тридцать. По рукам?

Семен молча протянул карту:

- И закрыть на хер, чтобы не светилась в базе.

Барбос хмыкнул, затем щелкнул каким-то тумблером и на потолке и стенах заплясали лампочки. Алек прокомментировал:

- Вот это защита, вот это понимаю!

Бородач, заметив цифру наличности еще раз хмыкнул и спросил:

- Точно все снимать?

- Я же говорил – закрывай счет.

- Как скажешь!

Через пять минут они выходили из мастерской по ремонту с набитыми купюрами карманами. Алек оживился. Видимо, он был из тех простодушных людей, что всегда радуются не только собственным успехам, но и чужим.

- Так, чуваки, может, пожрем нормально. Я знаю поблизости классную точку.

- Мясо? – осторожно спросил Михаил и сглотнул слюну.

- Бери больше – стейки на настоящих углях!

До места ехали почти час. Новая столица здорово разрослась. Вернее, впитала в себя десятки город Подмосковья, увеличившись в обхвате на двести километров. Наконец, они подкатили к зданию, напоминающее старую фабрику, коей оно некогда, собственно, и являлось. Сейчас это занимал ЦИД, центр интеллектуальных действий. В некоторых мирах такое называли фабриками стартапов.

- Берем только кэш!

Приветствовал их громила на входе. В полутемном зале неожиданно оказалось уютно. Ритмическая музыка, яркие постеры на стенах, публики сидело немного. Пока ждали мясо, выпили по кружке темного пива. Алекс тоже взял одну.

- Я как купил «Стрелку», так сразу алкотестер с нее выкрутил. Будет мне еще мозги долбать.

Михаил заказал двойную порцию и к концу трапезы сыто рыгал, откинувшись на спинку диване. Семен выбрал лосося и салат с тунцом. Цены тут были немаленькие, но они милосердно заплатили и за Алека. Больно уж хорошую услугу этот веселый парень им оказал.

- Чего раньше не сказали?

- Отказываешься?

- Да нет. Просто вход расположен дальше.

- Ты уверен?

Михаил пронизывающим взглядом буквально обжег Алека. Тот поёжился, но твердо ответил:

- Ты, думаешь, за стеной мясо не едят? Да у нас там целая тропа.

Семен усмехнулся:

- Да нам-то не гони! Мясо он туда возит.

Алек развел руками:

- Ну надо как-то жить! Эти комми цены на патент с нового года подняли. Совсем хотят нас выжить. Вот и приходится всякую шнягу таскать. В мясе.

- Так ехал бы к себе домой.

- Ага. Там город маленький и жизни, таким как я, совсем не дают. И в деревне, как родноверы, тусить в падлу. Тоска одна. Тут же весело, хоть и сложно. А вам, на фига за стену? Там с законом местами не очень. И вход рупь, а выход десять.

- Надо.

- Так я и думал.

Алек развернул планшет к молодым людям.

- Твою налево!

- Ни фига кипеш по городу стоит! Чуваки, вы что такого натворили? Не подумайте, что это мое дело, просто любопытно.

Михаил бросил:

- Дочку первого секретаря трахнули. На двоих. И про камеру в квартире забыли.

- Да ладно? - Алекс потряс головой. – Да быть не может! Гоните! Нет? Ну вы, блин, даете. Тогда на вас наверняка какую-нибудь дрянь навесят. Вааще атас! Но маладцы. Девка хоть ничего?

- Зачетная. И сиськи, и задница, и сосет нормаль.

Семен закатил глаза. Ну зачем Миха полез не в свое дело! И ведь, как ни странно, такая тупая легенда сработала лучше всего. Алек категорически отказался от предложенных денег, и уже через сорок минут они оказались перед зданием явно технического назначения.

- Маски возьмите, попахивает тут.

- Мля, канализация, что ли?

- Ага. Какашки каком верхом плавают! Давайте живо за мной. Здесь светиться долго нельзя. Дроны летают.

Вся троица спустилась по железным лестницам куда-то глубоко вниз, затем был сводчатый коридор, несколько дверей, подъем и внезапно они очутились в неприметном дворе. Алек ушел вперед и вскоре вернулся с тремя электрическими велосипедами.

- Берите, это общественные. Но оставьте обязательно на парковке. Эту поляну «электрики» держат. Они не любят, когда их технику где ни попадя бросают.

- Понял. И много тут кланов?

Алек беззаботно махнул рукой:

- Хватает! Но если тебе не нужно бизнес вести или дела мутить, то не пересечешься. Им до обычного клошара дела никакого нет.

Через десять минут они припарковались около длинного мрачного здания, стоящего на набережной. На той стороны реки вверх рвалась одна из Сталинских высоток, за ней темнела Стена. Алек прокомментировал:

- Даже не смотрите туда, на той стороне до самой стены никто не живет.

- А чего так?

- Проблемы какие-то с электричеством, а, значит, ни воды, ни прочих удобств.

Михаил бросил на Семена многозначительный взгляд.

- Да быть не может, чтобы босота туда не полезла.

- Поначалу так и было. Но люди начали пропадать. Уходили и не возвращались. Слухи идут, что у правительства под землей какие-то мутные дела устраиваются. Но это лишь слухи. Да и зачем вам туда? С этой стороны места полно. А вот и Кирюха!

Сговорились быстро, и часть кэша тут же перекочевала в лапы ушлого девелопера. Парни попрощались с Алеком. Семен взял у него для связи короткий Пи-номер. Поселились они в двухкомнатной квартире на втором этаже старого кирпичного дома.

- Чуваки, тут на пятом лучше хаза имеется.

- Да нет, мы любим пониже.

- Нормалёк. Живите пока. Вода и свет без счетчика, входит в плату. Только много приборов разом не включайте, проводка старая. Соседей на этаже почти нет. Не сезон. Жрачка за углом. Дайнер и маркет. Меня, если что, в баре хипстеров найдете. Это дальше по кварталу. Да тут все близко! В развалины лучше не лезть, даже днем.

- Респект. Давай пять, братан!

Михаил подошел к окну и открыл створку для проветривания, мрачно наблюдая за пустынной улицей. Семен устало свалился на широкую кушетку и закрыл глаза.

- Миха, что делать будем?

- Сидеть на жопе ровно! Хазу надо будет завтра поменять. На нас через этого мясоеда Алека можно выйти. Наверняка он под надзором гэбни. Вся эта их привольная неформальщина под колпаком. Отдушина для тех, кто что-то замыслил против власти. А так их легче контролировать.

- Не понял? А на фига мы столько бабок тогда заплатили?

- Поднимем еще. Не забыл, что у нас с собой золотишка еще до фига.

- Так это собственные!

- Сень. Потеряв голову, о волосах не плачут! С Йосыча потом стрясем, если что. Немедля метнемся, пожрать возьмем на утро, оглядимся и пути отхода наметим. Завтра с утра втихаря и свалим. И велики эти странные.

- Да чего там удивительного. Отпечатки пальцев сканируют и тебя в дальнейшем по ним через базу отслеживают. Надеюсь, ты в перчатках был?

- Совсем меня за дуралея считаешь? Только получается, «электрики» властям инфу сливают.

- Откуда, думаешь, у них бабло на содержание этой шняги?

- Ничего святого. Все продается.

- А ты поверил, что олдфагам и прочим несистемным вот так взяли и дали разрешение свободно пожить особняком? Сдается мне, что тут поляна для нечистых игрищ.

Михаил оскалился:

- Ну в это гонять мы умеем!

Глава 13 . Союз плюс пять. Сцена третья: Что воля, что неволя…

Директор отдела оперативных действий Харатьянов затейливо выругался. Это он умел делать виртуозно, поднаторев в «загранкомандировках». Привязавшийся с самого прохода «хвост» упорно не желал срываться. Дмитрий остался один в следствие непредвиденной перестрелки, что произошла сразу после их перехода. Не стоило, пожалуй, брать с собой оперативников, привыкших к «горчим» копиям. Они излишне близки к порогу применения оружия. Вот и печальный итог: один убитый и один раненый. Последнего успел оттащить в «кротовый ход» мгновенно сориентировавшийся в ситуации Жорж перед тем, как тот был закрыт.

Хорошо, что ушел обратно именно он. Старому агенту скорее поверят и начнут строить новую червоточину в эту копию. Ради ходоков и даже резидента на такое Директория точно не пойдет, но для одного из Директоров могут сделать исключение. Хотя и в этом Дмитрий здорово сомневался. Мелкотравчатое интриганство не прошло и мимо этой солидной организации. Такие великие цели и каковы их мелочные исполнители!

Директория создана для поиска временной кальки корневого мира, в который можно вкладывать лучшее из того, что нашли в остальных многочисленных копиях. Но спустя годы вместо грандиозной цели её отделы занимаются банальным барышничеством. Таскают из копии в копию золото, валюту, ценные бумаги, похерив изначальное предназначение корпорации. Людишки всегда портят все, до чего могут дотянуться. Таковы уж они по сути. Может, и не стоит их спасать? Вечные метания между моралью и необходимостью.

Только что ему сейчас с того? Он, опытный агент и руководитель важнейшего отдела остался в чужом и опасном мире совершенно один. Ему стоило сначала выжить, а потом думать о будущем. Если оно еще будет. Харатьянов кинул ироничный взгляд в зеркало заднего вида. Дань моде на ретро. Виртуальный экран головного устройства показывал любой участок вокруг, повинуясь правому глазу владельца. Зато в настоящее зеркало Дмитрий мог грустно улыбнуться самому себе.

«Так, вот здесь стоит попробовать оторваться!»

Возможности поддельной идентификационной карты хватило, чтобы арендовать дорогой электромобиль, который ждал их сразу после прохода. Обычно подобные машины нанимали для пафосных корпоративных мероприятий и семейных торжеств. Мощный движок, хорошая устойчивость на дороге и главное – имеется возможность напрочь отрубить автоматику управления, в том числе и удаленный доступ.

Не зря местная «золотая молодежь» использовала подобную технику для незаконных гонок по городу. Время от времени в обществе вспыхивали скандалы, которые приходилось гасить с репутационными потерями для властных структур. Спрашивается, зачем тогда использование такой техники разрешали власти, особенно всемогущее МГБ? Значит ли это, что с виду чрезмерно упорядоченное общество не такое уж централизованное!

Во всяком случае этот пример- отличный материал для последующей аналитики. А ведь резидент Ломакин наверняка использовал трения между здешними кланами для чрезвычайно выгодных спекулянтских схем. Нечасто и какой-нибудь минусовый мир давал столько прибыли, сколько приносил здешний СССР. Своеобразный феномен.

«Это, сука, Ломовой с финансистами меня подставил. Ну, мы еще с ними разберемся!»

Харатьянов использовал косяк местных спецслужб на все сто процентов. Выбрав узкий, но прямой участок дороги, глава оперативной дирекции банально выиграл в скорости. Он выжал педаль «газа» до упора и рванул вперед. В обычном электромобиле для регулирования скорости использовался рычаг, но в элитном спорткаре стояла прецизионно выполненная имитация, именно она давала преимущество во времени. Машина преследователей тут же безнадежно затерялась сзади. Осталось плавно войти в поворот и закрепить успех!

Все получилось, как он планировал. Ведь за плечами Директора десятки операций в различных копиях реальности. К тому же физическая реакция и психокинетические возможности всех оперативников его отдела были подхлёстнуты перепрограммированием их нервных и соматических сетей. Хоть какие-то плюшки от самых развитых миров взбалмошной Вселенной! Харатьянов их тщательно собирал и не без нажима на другие Дирекции внедрял в свою. Ему льстило, что благодаря продвинутым технологиям он и его люди постепенно становились некими сверхлюдьми. Но и на старух бывает проруха!

Дмитрий сумел оторваться от преследователей, но напряжение не спадало. Управлять удаленно его электромобилем гэбисты не могут, но засечь достаточно легко. Странно, что они не встроили в каждую машину жучки и не наблюдали за ними со спутников. Насколько он помнил из служебного дайджеста, в этой копии Союза чрезвычайно ценились ресурсы, потому на подобное расточительство ни один член правительства никогда не подпишется. Из-за этого слежка осуществлялась старыми проверенными способами и не всегда в итоге оказывалась эффективной. Обычно её хватало на банальные преступления и внутренние расследования, но в этот раз местные гэбисты сами попали в чрезвычайные обстоятельства. Кто кого переиграет пока неясно, и у Директора имелся шанс.

Загнав электромобиль в намеченный заранее по карте тупик, Харатьянов выскочил наружу и направился к ближайшей двери. Универсальный электронный ключ сработал и здесь. Узкий темный коридор вел к лестницам, идущим далеко вниз. Эти заброшенные ходы не мелькали на официальных картах и схемах полиса. Новая столица во время своего возведения не раз перестраивалась после смерти очередного вождя.

И делалось это вовсе не специально. Просто в этой копии вследствие смены высшего руководства обычно смещался и пул начальников среднего звена. В итоге время от времени осознанная нить планирования терялась и часть документов оказывалась попросту похерена.

Вот этим фактором Дирекция операций в полной мере и пользовалась. Забытыми подземными коммуникациями не раз проходили как оперативники внешнего отдела, так и ходоки и даже резидент Ломакин. За годы работы они разобрались в многочисленных хитросплетениях тоннелей, проходов и древних как говно мамонта ползучих нор. Нырнув в подземелье, Харатьянов получил долгожданную передышку. В служебном помещении он смог, наконец, спокойно присесть и выдохнуть.

Только вот не стоит себя успокаивать! Ситуация, надо признаться, крайне паршивая. Их ждали, их встречали, о них знали. А все должно было быть ровно наоборот. Принцип существования Директории – её несуществование! Их нет и быть не может. Да и кто в здравом уме поверит в организацию, что присутствует разом во множестве параллельных реальностей? Ну а что поделать, если эпизодически открываются новые копии корневого мира.

Эрзац образцы многочисленных Советских Союзов уже успели его порядком утомить. Но распыляться по разным регионам планеты чревато разбалансировкой, да и не имеет никакого смысла. Места для офшоров навроде Островов находятся далеко не везде. Это там Директории получилось устроить постоянную базу, пользуясь возможностями мира, пережившего локальную ядерную бойню. Проще оказалось работать через систему резидентов и ходоков. СССРы на поверку самые аморфные и безопасные миры из множеств иных. Да и социалистическая экономика в большинстве копий сумела создать весьма оригинальные версии черных рынков, пригодный для их целей.

Харатьянов достал из оранжевого ящичка, что лежал под скамейкой, калорийную плитку и флягу с тоником. Следует подкрепиться, пользуясь моментом. Для того этот бокс и покрасили в яркое, чтобы в полутьме не искать. На внутренней крышке оказались прилеплены фонарик и батарейки. Все, надо заметить, местного производства. В нижнем отделении бокса лежали консервы, горелка и медицинская аптечка. Это спрятанное в ходах помещение — капсула для выживания. В подземелье без них никуда.

Дмитрий получил порцию быстрых калорий, успокоился и начал размышлять. Находясь в дёрганом состоянии, сложно выжать из возбужденного мозга безупречную тактику действий. Особенно когда против тебя работает такая могущественная организация, как местная МГБ. Ведь те наверняка вели их давно, вычислив сначала ходоков, а затем найдя проход в "червоточину". Интересно, кто погорел раньше, оперативники или резидент? Скорее всего второй.

Несколько необычайно удачных сделок наверняка привлекли внимание к нему самому и его окружению. Дальше дело техники. Но черт возьми, Ломакин обязан был заметить слежку и сообщить ему или Ломовому! Или не придал этому значение? Он тут уже более шести лет, чувства притупились. Стервецу показалось, что уже в доску свой. Обычная ошибка резидентов. Эта вечная прижимистость Директории! В такие сложные миры стоит иметь два хода как минимум. Интересно, где сейчас те парни, что ушли сюда с Резидентом из Союза два минус бис Вайсбейном? Чутье подсказывало Дмитрию, что те парни не так просты, какими старались казаться. Нечто в их странном прошлом не давало списать результативных ходоков со счетов. Такие, пожалуй, могут и вырваться.

«А ведь это выход! Вместе проще будет выпутаться. Сейчас подумаем, куда они могли скрыться? »

- Не стоит усугублять ситуацию, уважаемый.

Человек в черном, внезапно выросший в узком проходе был вооружен коротким автоматом. Харатьянов затравленно оглянулся. И позади перекрыто, черт дери! Как ребятки технично сработали! Ход сквозь стену, отделяющую старый город от Новой Москвы, заблокирован и укрыться там уже не получится. Так что можно расслабить булки и получить удовольствие. За спиной послышались тихие шаги, боец спереди в это время контролировал оперативника.

- Оружие?

Директор покачал головой. Его быстро, но тщательно обыскали и не только с помощью рук. Но все лишнее уже было оставлено в капсуле отдыха. Не враг же он сам себе носить подобные вещи! У всех правоохранительных органов на проявление вооруженного отпора тут же появляется хищный оскал, и тогда запросто можно влипнуть в конкретные неприятности. Так что лучше сдаваться без оружия и документов. Я просто никому не интересный прохожий.

Камера нисколько не смахивала на стандартную, что настораживало. Директору неоднократно приходилось самому присаживать в тюрьму людей, так что в особенностях пенитенциарной системы он неплохо разбирался. Да и увезли его достаточно далеко от места пленения. Утонченный слух главы оперативной дирекции уловил уменьшение общего городского фона. Значит, они скорее всего за городом. И это не обычная тюрьма МГБ, а некое конспиративное заведение, созданное для уникальных случаев. И данное обстоятельство указывало на то, что охотились за ним особые люди. И вполне, как он уже убедился, профессионально. Ну что ж с грамотным неприятелем работать интересней. К такому повороту Директор как раз готов.

Харатьянов внимательно осмотрелся. Грязно-серые стены камеры подбиты мягким синтетическим материалом. В углу кабинка с санузлом, имеется водяной родничок. Нары откидываются. Лежать на них днем не возбраняется. В углу стандартный постельный набор – матрац, одеяло и простыня с подушкой. Непривычный комфорт для многих тюрем мира. В начале карьеры Дмитрию пришлось побывать в нескольких подобных местах. В одной потерял пару зубов, в самой паршивой чуть не лишился жизни. Зато приобрел бесценный опыт общения как с контингентом, а главное, с тюремщиками.

Странная, вообще, работа – идти добровольно в тюрьму. Ведь сидят в ней оба – и преступник, и тот, кто его охраняет. Ладно, если в этой местности нет никакой работы. Но люди идут в тюрьмы и во вполне благополучных городах. Может, поэтому среди охранников столько садистов и не самых вменяемых людей?

Нет, здесь его начнут разрабатывать иными методами. В такого рода технологически мирах физические пытки давно остались в прошлом. От химии и психологических изысков мозг Харатьянова неплохо защищен. Будут ловить на логике? Предлагать сделку? Давить на жалость к резиденту? Пока неизвестны планы неприятеля ему, пожалуй, следует расслабиться, что сложно сделать на голодный желудок. Дмитрий подошел к видеокамере, показал на рот, а затем на дверь. Через пару минут «кормушка» открылась.

- Когда будет обед? Я проголодался!

- Когда положено!

«Все-таки тут дундуки!»

- А когда положено?

- Когда время придет.

Кормушка захлопнулась

«Вот и поговорили! Интересно, они будут меня голодом морить или все-таки дадут жрать?»

Нет, в этой тюрьме показывали цивилизованные методы общения. Дмитрий мог контролировать ход времени и потому осознал, что еду принесли примерно через полчаса после просьбы. Значит, её разогревали специально для него. На маленьком подносе стояло несколько пластиковых судков. Вилка и маленькая ложка также из пластика. Мдя, таким инструментом даже остатки пищи из зубов не выковыряешь. Мясной гуляш с овощным пюре и подливой поначалу с голодухи вкусными. Лишь через некоторое время Харатьянов понял, что это вовсе не мясо.

«Вот уроды! Могли бы и настоящее сготовить!»

Кушать резко расхотелось, но глава оперативников насильно впихал в себя остатки гуляша, компот и булочку. Запас ноши не тянет! Да и пока кушаешь, ничто не мешает размышлять.

По всей видимости он на конспиративном объекте. В обычной тюряге путь и элитной все равно существует жесткий распорядок. И никто не будет готовить даже внеочередному арестанту отдельное блюдо. Пища стандартизирована, это значит, что здесь распоряжается государство, а не частная лавочка. Хотя какая в этой вариации СССР может быть частная?

«Так, подожди, надо припомнить все реалии здешней копии. Остались здесь хотя бы артели и Потребкооперация?».

И стоит упомянуть клан МИДовцев, с которыми Ломакин не раз проводил взаимовыгодный обмен. Они отчасти и есть частная группировка внутри правительства. Но используют казенные средства для достижения собственных целей. И что ведь странно. Везде в подобных мирах декларируется верховенство общественного, коллективного, но ресурсы в итоге все равно оказываются в руках немногих частных лиц. Так стоит ли огород городить! Ну ни разу не видал Харатьянов в копиях СССР ни одной удачно выстроенной до конца экономической модели. В лучшем случае это конвергенция со всеми сопутствующими проблемами. Частный капитал, преступность, коррупция, падение общественных нравов. И виновато в этом всегда отнюдь не государство, а сами люди.

Директор мерно вышагивал по камере, не думая останавливаться. Физический тонус также важен, как психологический. Потому с древних времен придумано ограничение арестантов в пространстве. Пусть сидят и наполняются до краев меланхолией. Зато потом их проще взять прямым прессингом.

Так, подведем итоги. Что мы имеем на сегодняшний час? Брали их тихо. И по всей вероятности вели ниточку к «проходу» давно. На такое немногочисленная охрана МИДовцев или иных ведомств вряд ли способна. Тонкая профессиональная разработка, привлечение технических и оперативных средств. Только Контора! Но в интересах кого? Или внутренние интриги в среде МГБ или…

И главное - зачем его, вообще, брали? Да нет, тут как раз все ясно. Они и понятия не имеют, кто мы на самом деле. Их оперативники теряются в догадках, потому и пошли на безрассудный шаг. Им требуются ответы на весьма странные вопросы. На этом и стоит сыграть и занять выгодную позицию в будущих переговорах.